Author: Страунинг Э.Л.
Tags: гражданское процессуальное право судоустройство государство и право юридические науки правоведение право монография гражданское право
ISBN: 978-5-903503-01-8
Year: 2007
Э.Л. СТРАУНИНГ ТЕОРИЯ САМОЗАЩИТЫ ГРАЖДАНСКИХ ПРАВ Москва 2007
Э.Л. СТРАУНИНГ ТЕОРИЯ САМОЗАЩИТЫ ГРАЖДАНСКИХ ПРАВ Типография ООО «Документ системы» Москва 2007
3 УДК 347.922 ББК 67. 410 ТЗЗ Автор: Страунинг Эдуард Леонидович, кандидат юридических наук Рецензент: Аполлонов Андрей Олегович, кандидат юридических наук Страунинг ЭЛ. Т 33 Теория самозащиты гражданских прав.- М.: Типография ООО «Документ системы», 2007. - 146 с. ISBN 978-5-903503-01-8 Монография посвящена самозащите гражданских прав. В ней определено понятие самозащиты, даны ее признаки, проведено отграничение самозащиты от мер ответственности, гражданско-правовых санкций, защиты гражданских прав и иных смежных категорий. Определено место института самозащиты в системе гражданского права. Выявлены виды способов самозащиты гражданских прав. Предназначается для научных работников, юристов-практиков, преподавателей, аспирантов и студентов юридических факультетов, а также всех интересующихся проблемами современного предпринимательского, коммерческого (торгового) права и работников, занятых в рекламной сфере. ISBN 978-5-903503-01-8 © Э.Л. Страунинг, 2007 © Оформление. ООО «Документ системы», 2007
4 От автора В 1999 году под научным руководством доктора юридических наук, профессора Григория Алексеевича Свердлыка, автором была защищена кандидатская диссертация по теме «Самозащита гражданских прав». Настоящее издание представляет собой труд, в который вошли положения указанной диссертации, переработанные и дополненные с учетом высказанных в науке со времени ее защиты мнений по поводу самозащиты гражданских прав, а также откликов на опубликованные в соавторстве с Григорием Алексеевичем Свердлыком работы по данной теме («Понятие и юридическая природа самозащиты гражданских прав» (Государство и право. 1998. №5), «Способы самозащиты гражданских прав и их классификация» (Хозяйство и право. 1999. №1-2), «Защита и самозащита гражданских прав» (М., 2002)). Справедливости ради следует отметить, что наряду с серьезными исследованиями в этой сфере, появившимися в последнее время, можно обнаружить и работы, которые содержат признаки явного заимствования материала, при этом не содержат ни одной ссылки на источники такого заимствования1. 1 См., например: Вороков М.Р. Самозащита гражданских прав // Материалы XXXVIII Международной научной студенческой конференции «Студент и научно-технический прогресс», 10-14 апреля 2000 г. Новосибирск, 2000. С.60.
Введение Радикальные социально-экономические преобразования в российском обществе, произошедшие за последнее десятилетие, в значительной мере затронули гражданско-правовые отношения. Сужение сферы государственного влияния, отказ от всеохватывающей административно- командной системы и связанное с этим преобразование правового регулирования экономических отношений требуют приведения форм и способов защиты нарушенных прав в соответствие с новыми условиями. Шагом в этом направлении, наряду с законодательным закреплением возможности самозащиты гражданских прав, должен стать, по нашему мнению, отказ от монополии судебной формы защиты. Долгое время в отечественной цивилистической доктрине утверждалась единственно возможная форма защиты от правонарушений, посягающих на гражданско- правовые отношения - судебная защита. Административная и самостоятельная защита гражданских прав имела исключительную роль2. Такая точка зрения соответствовала условиям тоталитарного государства, но не современным потребностям экономических отношений, развивающихся на основе инициативы, демократии и диспозитивности. В настоящее время, когда обеспечение стабильности отношений между субъектами гражданского 2 В литературе имеется точка зрения, что самозащита является новым элементом в правовом механизме защиты прав и свобод (см., например: Гончаров Е.И. Вопросы реализации самозащиты прав и свобод человека и гражданина в гражданском законодательстве Российской Федерации//Гражданское право. №3. 2006. СЛЗ). С указанным доводом нельзя согласиться по нескольким причинам. Во-первых, такие способы самозащиты как необходимая оборона и крайняя необходимость были допустимы до принятия части первой Гражданского кодекса Российской Федерации и их регулированию в законодательстве отводилось достойное место. Во-вторых, закон допускал самозащиту прав, возникающих из договорных отношений, не именуя их правда при этом самозащитой или иным обобщающим понятием. В науке их определяли как меры оперативного воздействия (неустойка, отказ от исполнения обязательств и пр.). В-третьих, прошло более 12 лет с даты введения понятия самозащиты в гражданское законодательство, что также делает высказывание о новизне самозащиты несколько условным.
оборота является первостепенной задачей, стоящей перед государством, всевозрастающее значение имеет эффективность и быстрота защиты и восстановления нарушенных прав. В связи с вышеизложенным актуальной является разработка теории самозащиты гражданских прав. Попытки исследования проблем, связанных с определением понятия, условий и пределов самозащиты гражданских прав, предпринимались и ранее. Вопросы теории гражданско-правовой самозащиты рассматривались, в частности, в трудах ряда цивилистов, однако целостной концепции самозащиты гражданских прав до настоящего времени не создано, что обусловлено рядом обстоятельств как объективного, так и субъективного порядка. В то же время субъекты гражданско-правовых отношений и правоохранительные органы, руководствуясь необходимостью приспособления к новым условиям социально-экономической жизни, активно используют возможность самостоятельной защиты нарушенных прав в своей повседневной практике. Недостаточный уровень правового регулирования действий по самозащите гражданских прав, отсутствие разработанной теории самозащиты зачастую приводит к различного рода недочетам, ошибкам, свободному толкованию тех или иных положений, приводящим к значительному снижению эффективности от применения самостоятельной защиты нарушенных прав, ущемлению прав участников гражданско-правового оборота3. Создание комплексной концепции самозащиты гражданских прав, охватывающей разноотраслевые ее способы, позволит позитивно разрешить эту ситуацию путем разработки и принятия на ее основе соответствующих нормативных актов. 3 См., например: Безуглов А. Самозащита или самоуправство? //Щит и меч. 1997. 18 июля. С.7.
7 Глава I. ПОНЯТИЕ И ЮРИДИЧЕСКАЯ ПРИРОДА САМОЗАЩИТЫ ГРАЖДАНСКИХ ПРАВ §1. Понятие самозащиты гражданских прав Граждане и юридические лица, являясь субъектами гражданских правоотношений, приобретают определенные права и обязанности, составляющие содержание конкретного правоотношения. Полнота и реальность осуществления субъективных прав зависит от того, насколько эффективна их защита в случае нарушения. Следует согласиться с точкой зрения В.П. Грибанова, который считал, что если право не защищено, то оно "превращается" в "декларированное право" и может быть рассчитано лишь на добровольное уважение. Оно приобретает характер лишь морально обеспеченного права, покоящегося только на сознательности членов общества и авторитете государственной власти4. В связи с этим, чтобы обеспечить нормальный гражданский оборот, необходимо гарантировать возможность защиты права в любой предусмотренной законом форме. Мы придерживаемся сложившейся в науке, литературе и законодательстве позиции, согласно которой "защита гражданских прав" представляет собой более узкое понятие по сравнению с понятием "охрана гражданских прав"5. Поскольку второе охватывает всю совокупность мер, обеспечивающих нормальный ход реализации прав. "Защита" же гражданских прав - не что иное, как предусмотренные законом меры охраны гражданских прав в случае их нарушения или реальной угрозы такого нарушения. 4 В.П.Грибановю. Пределы осуществления и защиты гражданских прав. М: Изд-во МГУ, 1972. С. 153. 5 См., например: Сергеев А.П. Защита гражданских прав. // В кн.: Гражданское право / Под ред. Ю.К. Толстого и А.П. Сергеева. Санкт-Петербург, 1996. С.240.
8 "Защита гражданских прав" предполагает возможность охраны прав не только от деяний активного, но и пассивного характера (т.е. от действия и бездействия); кроме того, вне зависимости от субъективной стороны нарушения (вины нарушителя), например, самостоятельные действия по защите своих прав в состоянии крайней необходимости, что позволяет отграничить это понятие от "обороны". Институт защиты гражданских прав долгое время привлекал к себе пристальное внимание ученых. Его исследованию посвящен целый ряд работ, которые отражают регламентацию этого института Гражданским кодексом РСФСР 1964 года6. Необходимо отметить, что с введением в действие части первой Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ) институт защиты гражданских прав претерпел значительное изменение. Так, в отечественном гражданском законодательстве и праве «оформилась» в более или менее окончательном виде такая форма защиты гражданских прав как самозащита, которая до 01.01.95 г. хотя и применялась, но, имела исключительный статус. Представляется, что самозащита гражданских прав в широком смысле этого слова может рассматриваться как любые действия лица, связанные с защитой своих прав от нарушения, которые противопоставляются действиям, исходящим от государственных и иных компетентных органов, например, семейное законодательство предусматривает случаи, когда орган опеки и попечительства обязан защищать права несовершеннолетнего и без его обращения или заявления, а лишь по сообщению должностных лиц организаций и иных граждан, которым 6 См., например: Басин Ю.Г., Диденко А.Г. Защита субъективных прав // Юридические науки. Алма-Ата, 1971; Грибанов В. П. Пределы осуществления и защиты гражданских прав. М., 1972; Добровольский А.А. Исковая форма защиты права. М.: Изд-во МГУ, 1965; Красавчиков О.А. Ответственность, меры защиты и санкции в советском гражданском праве // Проблемы гражданско-правовой ответственности и защиты гражданских прав. Свердловск, 1973; Стоякин Г.Я. Меры защиты в советском гражданском праве: Автореф. дис. канд. юрид. наук. Свердловск, 1973.
9 стало известно о нарушении прав несовершеннолетнего и его законных интересов (п.З ст.56 СК РФ). Пункт первый статьи 41 Гражданского кодекса Российской Федерации содержит положение, в соответствии с которым "по просьбе совершеннолетнего дееспособного гражданина, который по состоянию здоровья не может самостоятельно осуществлять и защищать свои права (курсив наш. - Э.С.) и исполнять обязанности, над ним может быть установлено попечительство в форме патронажа". В этом понимании способами самозащиты являются и подача иска, жалобы в соответствующие судебные и административные органы, и самостоятельная защита своих гражданских прав в процессе судебного разбирательства, и др. Нас же интересует понятие самозащиты в более узком, гражданско- правовом смысле этого слова. В части второй статьи 14 ГК РФ законодатель указывает требования, предъявляемые к способам самозащиты. Однако закон не определяет перечень способов самозащиты гражданских прав. Этот пробел невозможно устранить путем простого перечисления или указания в законе. Необходимо дать понятие самозащиты, указав признаки, позволяющие отнести то или иное действие к ее способам. Вызывает некоторое недоумение содержащееся в литературе утверждение о том, что «самозащита гражданских прав нашла свое выражение и в российском законодательстве. Под самозащитой гражданских прав понимается совершение управомоченным лицом незакрепленных законом действий фактического порядка, направленных на охрану его личных или имущественных прав или интересов, интересов и прав других лиц и государств»7. Не останавливаясь на анализе самого понятия, изложенного В.В. Прибыловой, отметим, что российское законодательство не содержит понятия самозащиты. Нет его и в Гражданском кодексе РФ. 7 Прибывалова В.В. Самозащита гражданских прав //Защита прав и свобод человека. Материалы научно-практической конференции. М., 2005. С.95.
10 В теории же еще до появления указанной нормы в ГК РФ наметилось четыре основных подхода к определению содержания самозащиты гражданских прав. Первый: самозащитой являются действия, направленные на защиту от нарушения своих гражданских прав только во внедоговорных отношениях (В.П. Грибанов8, М.И. Усенко9, В.А. Рясенцев10 и др.11); второй: это действия, направленные на защиту от нарушения своих гражданских прав во внедоговорных отношениях, а также некоторые действия, направленные на защиту своих прав в договорных отношениях, например, удержание вещи (М.И. Брагинский12, Н.И. Клейн13); третий: это действия, направленные на защиту прав только в договорных отношениях (Г.Я. Стоякин14); четвертый: самозащитой являются действия, направленные на защиту от нарушения своих гражданских прав как во внедоговорных, так и в договорных отношениях (Ю.Г. Басин15). Остановимся подробнее на их анализе. 8 Грибанов В.П. Указ. соч. С. 168. 9 Усенко М.И. Гражданско-правовая защита прав и свобод советских граждан // Советский закон и гражданин: Юридический справочник. В 2-х частях. 4.1/ Под ред. Б.М. Бабия Киев, 1980. С. 51. 10 Рясенцев В.А. Осуществление и защита гражданских прав // Советское гражданское право: Учебник. В 2-х частях. Ч. 1 / Под ред. В.А. Рясенцева. М., 1986. С. 265-266. 11 В современной литературе также можно встретить такую позицию (см., например: Лазаренкова О.Г. Перечень самозащиты гражданских прав должен бьггь закрытым//Сборник трудов Санкт-Петербургской юридической академии. Ежегодный научно-практический журнал. № 1. 2005. С. 28-31. Прибывалова В.В. Самозащита гражданских прав //Защита прав и свобод человека. Материалы научно-практической конференции. М, 2005. С.95). 12 Брагинский М.И. Возникновение гражданских прав и обязанностей, осуществление и защита гражданских прав//В кн.: Комментарий части первой Гражданского кодекса Российской Федерации для предпринимателей. М.: Фонд "Правовая культура", 1995. С.56. 13 Клейн Н.И. Возникновение гражданских прав и обязанностей, осуществление и защита гражданских прав // В кн.: Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части первой / Отв. ред. О.Н. Садиков. М.: ЮРИНФОРМЦЕНТР, 1995. С. 35. 14 Стоякин Г.Я. Меры защиты в советском гражданском праве. Дис. канд. юрид. наук. Свердловск, 1973. С. 82. 15 Басин Ю.Г. Основы гражданского законодательства о защите субъективных гражданских прав. Проблемы применения Основ гражданского законодательства и Основ гражданского судопроизводства Союза ССР и союзных республик. Саратов, 1971. С. 36-37.
11 Так, В.П. Грибанов под самозащитой гражданских прав понимал "совершение управомоченным лицом дозволенных законом действий фактического порядка, направленных на охрану его личных или имущественных прав и интересов"16. Указанную точку зрения разделяют М.И.Усенко17, В.А. Рясенцев18 и др., нередко отождествляя самозащиту с действиями в состоянии необходимой обороны и крайней необходимости. Однако с подобной формулировкой самозащиты, на наш взгляд, трудно согласиться по ряду причин. Во-первых, действительно, эти категории имеют общие черты, такие, например, как: 1) общие разноотраслевые начала (ст.ст. 23, 35, 36, п.2 ст. 45 Конституции РФ, ст.ст.37, 39 УК РФ, ст.ст.12,14 ПС РФ и др.); 2) они представляют собой односторонние действия, осуществляемые самостоятельно управомоченной стороной; 3) носят правоохранительный характер; 4) имеют однородные условия правомерности действий, предусмотренные законом (соразмерность, необходимость действия в пределах, указанных в норме права, и т.п.). Однако, как нами ранее уже указывалось, существует ряд моментов, не позволяющих полностью отождествлять самозащиту гражданских прав и действия в состоянии необходимой обороны и крайней необходимости. Рассмотрим их подробнее. 1) При самозащите действия управомоченного лица направлены на защиту своих гражданских прав, действия же в состоянии необходимой обороны и крайней необходимости могут быть направлены на защиту не только своих прав, но и на защиту прав и законных интересов другого лица, общества и государства. 2) Действиями в состоянии необходимой обороны и крайней необходимости могут защищаться, в отличие от самозащиты гражданских прав, не только гражданские права, а 16 Грибанов В.П. Указ. соч. С. 168. 17 Усенко М.И. Указ. соч. С.51. 18 Рясенцев В.А. Указ. соч. С.265-266.
12 любые (политические, трудовые и иные) права. 3) Основанием для реализации права на самозащиту является любое нарушение фажданских прав , в то время как основанием для действий в состоянии уголовно - правовой необходимой обороны является совершенное преступление (административно-правовой - административное правонарушение), а крайней необходимости - наличная19 опасность, угрожающая самому причинителю вреда или другим лицам, и т.п. 4) Условия правомерности действий в состоянии необходимой обороны и крайней необходимости и действий по реализации права на самозащиту, при всей их внешней схожести, нельзя рассматривать как полностью совпадающие. Так, ряд авторов считают, что самозащита допустима лишь в случае нарушения конкретного гражданского права20, это условие логически вытекает из текста ст. 14 ГК РФ, где говорится, что способы самозащиты должны быть соразмерны нарушению и не выходить за пределы действий, необходимых для его пресечения. По нашему мнению, для реализации права на самозащиту достаточно наличного нарушения права (т.е. наличия продолжаемого (незаконченного) нарушения либо реальной угрозы нарушения права). Такое же условие, как соразмерность (если обратиться к этимологии этого слова21) принятых мер нарушению и действие их в пределах, необходимых для его пресечения, предполагает причинение правонарушителю вреда, равнозначного, по своему характеру и степени вреду, им нанесённому, что по своей сути не совсем верно, т.к. превышением пределов необходимой обороны признаётся лишь Под наличным посягательством в уголовном праве принято понимать посягательство, при котором вред уже причиняется или создана реальная непосредственная угроза причинения вреда. См., например: Комментарий к Уголовному кодексу РСФСР. М, 1992. С.ЗЗ. 20 См., например: М. Селезнёв. Самозащита гражданских прав // Российская юстиция. 1995. №11. С.40; Клейн Н.И. Указ. соч. С.35. 21 Соразмерно - в соответствии с чем-либо. Соответствие - равенство в каком-нибудь отношении. См.: Ожегов СИ. Словарь русского языка / Под ред. Н.Ю. Шведовой. 14- е изд., стереотип. М.: Рус. яз., 1983. С.665,666. То есть соразмерно значит равно с чем-либо.
13 явное несоответствие защиты характеру и степени опасности посягательства, а в случае действий в состоянии крайней необходимости вред причинённый должен быть менее значительным чем, вред предотвращённый. Кроме того, реализацией права на самозащиту, в зависимости от того, имеется ли угроза нарушения права или же эта угроза становится реальной и перерастает в нарушение права, преследуется цель обеспечения неприкосновенности права, пресечения нарушения и ликвидации последствий нарушения права. Исходя из вышеизложенного, представляется, что самозащита гражданских прав допускается в случае наличного посягательства на право, которое лицо имеет на законных основаниях, если при её реализации не было допущено явного несоответствия способов самозащиты характеру и степени опасности посягательства, а также не были превышены пределы действий, необходимых для обеспечения неприкосновенности права, пресечения нарушения и ликвидации последствий такого нарушения. Во-вторых, представляется необходимым уточнить позицию В.П. Грибанова, который считал, что самозащита гражданских прав имеет своей целью охрану только личности гражданина, права собственности и иных вещных прав22 , поскольку закон теперь предполагает возможность самостоятельной защиты любых гражданских прав, вне зависимости от их характера (т.е. как договорных, так и внедоговорных), что видно из названия и текста статей 12 и 14 ПС РФ. Вместе с тем, данное обстоятельство не мешает О. Г. Лазаренковой продолжать отстаивать указанную позицию23 в связи с чем представляется необходимым предоставить дополнительную аргументацию, подтверждающую несостоятельность представления о самозащите исключительно как о необходимой обороне и крайней необходимости с позиций нынешнего времени. Ранее, в советской науке, 22 Грибанов В.П. Указ. соч. С. 186-187. 23 См.: Лазаренкова О.Г. Перечень самозащиты гражданских прав должен быть закрытым//Сборник трудов Санкт-Петербургской юридической академии. Ежегодный научно-практический журнал. № 1.2005. С. 28-31.
14 необходимую оборону и крайнюю необходимость именовали самозащитой, поскольку такое понятие соответствовало буквальному характеру действий, отодвигая самозащиту как форму защиты на «задворки» гражданского права. Их «аналоги» в договорных отношениях именовались мерами оперативного воздействия, тем самым подчеркивая, что они носят исключительный характер, применяются только тогда, когда необходимо срочное воздействие и в условиях плановой договорной дисциплины имеют временный характер, до принятия к нарушителю иных мер в административном или судебном порядке. Теперь же, существует понятие, которое, включает в себя и способы самозащиты прав, возникающих из договорных и внедоговорных отношений. И вьфавнивает статус самозащиты с иными формами защиты гражданских прав. Представляется, что руководствоваться старыми понятиями, и игнорировать новые, которые в результате развития научной мысли трансформировались из этих старых понятий в более стройные, логически обоснованные, нашедшие свое прямое закрепление в законодательстве, нельзя. Самозащита объективна, как ее не назови, по своей природе она останется таковой. Следует отметить, что указанная выше позиция относительно отнесения способов самозащиты гражданских прав, возникающих из договорных отношений (мер оперативного воздействия) к самозащите нашла свое широкое подтверждение и в судебной практике24. В.В. Прибылова пишет, что «под самозащитой гражданских прав понимается совершение управомоченным лицом незакрепленных законом действий фактического порядка, направленных на охрану его личных или имущественных прав или интересов, интересов и прав других лиц и государств»25, далее, ею рассматриваются действия в состоянии необходимой обороны и крайней необходимости. Помимо возражений, указанных нами 24 Об этом см.: Борисова К. К вопросу о самозащите гражданских прав //Юридический мир. №9. 2005. С. 70-71. 25 Прибывалова В.В. Самозащита гражданских прав //Защита прав и свобод человека. Материалы научно-практической конференции. М., 2005. С.95.
15 выше данное определение требует дополнительного критического анализа. Так, представляется необоснованным указание на то, что действия, именуемые ею фактическими (в состоянии необходимой обороны и крайней необходимости) относятся к числу «незакрепленных законом действий», поскольку этим способам самозащиты, помимо общих норм, посвящены ст.ст. 1066,1067 ГК РФ. М.И. Брагинский, Н.И. Клейн, анализируя субинститут самозащиты гражданских прав, включили в него уже отдельные способы самозащиты гражданских прав, вытекающие из обязательственных отношений (например, удержание вещи и др.), умалчивая при этом о возможности самозащиты прав, вытекающих из обязательств в целом26. С.С. Сарбаш, соглашаясь, что самозащита может применяться и к договорным отношениям, подвергает критике указанную позицию, полагая, что удержание не является самозащитой, т.к. не отвечает таким признакам самозащиты как: соразмерность способа самозащиты нарушению и способ самозащиты не может выходить за пределы, необходимые для его применения. Так, С.С. Сарбаш указывает, что ««способ защиты» при применении удержанияможет быть лишь тем, который указан в законе, где сказано, что ретентор вправе удерживать вещь, подлежащую передаче должнику. Таким образом, если ретентор, например, завладеет вещью насильственным образом, то данные действия будут расцениваться как неправомерные... . Кроме того, если защищающееся лицо может самостоятельно избирать способы защиты, ее интенсивность, продолжительность и прочее, действия ретентора определены рамками закона. ... ретентор лишен возможности выбора каких-либо иных временных отрезков применения удержания, чем тех, которые установлены законом»27. С данным подходом нельзя согласиться по следующим причинам. Во-первых, указанные критерии являются не признаками 26 См.: Брагинский М.И. Указ. соч. С.56; Клейн Н.И. Указ. соч. С.35. 27 Сарбаш С.С. Право удержания и самозащита/ЛОридический мир. № 8.1998. С.48.
16 самозащиты, отсутствие хотя бы одного из которых говорит, что это иной способ защиты. Это условия правомерности того или иного способа самозащиты. И несоблюдение их «превращает» правомерную самозащиту в правонарушение. Во-вторых, способы самозащиты должны быть допускаемы законом или договором, это касается не только самого способа, но и специальных условий их применения, если такие условия, как в случае с удержанием, предусмотрены законом или договором. В-третьих, довод о том, что ретентор лишен возможности выбора каких-либо иных временных отрезков применения удержания, чем тех, которые установлены законом, в соответствии с предыдущим тезисом верен, но это не означает, что ретентор лишен возможность выбрать любое время для его прекращения до наступления указного законом обстоятельства (например, до исполнения должником обязательства). Этот выбор перед ним остается. Тоже касается и интенсивности и прочих характеризующих аспектов самозащиты. В- четвертых, обязанность выбора соразмерного способа самозащиты С.С. Сарбаш «смешивает» с возможностью избрания средства реализации выбранного способа. У управомоченного на самозащиту лица имеется возможность выбора способа: применить удержание или, например, отказаться от исполнения договора. Оно законом в анализируемом случае не ограничено и соответствует условиям правомерности и признакам самозащиты. Средства реализации действительно ограничены, но это касается не только удержания, но и любого другого способа самозащиты или защиты. Если управомоченное лицо применяя необходимую оборону против нарушения права собственности на малоценное имущество (например, ведро картошки) выберет в качестве средства защиты противоправное поведение в форме физического устранения правонарушителя, то такое действие будет не соответствовать закону, однако сама необходимая оборона, как способ самозащиты, не перестанет быть таковым. Кроме того, если автор видит какое-то несоответствие в правовом регулировании осуществления
17 отдельного способа самозащиты, признакам самозащиты гражданских прав вообще, то возможно следовало бы рассмотреть вопрос о приведении законодательства, регулирующего удержание в адекватное состояние. Нельзя не отметить и то обстоятельство, что позиция С.С. Сарбаша строится на анализе единственного подхода к определению признаков правомерности самозащиты гражданских прав, возможно его позиция изменилась бы, если бы его исследованию подверглись бы сами пределы осуществления самозащиты или мнения иных ученых по этому поводу. К мнению С.С. Сарбаша присоединяется и Е.А. Романова, которая помимо указанных выше доводов, приводит, например, такой: «удержание - один из способов обеспечения исполнения обязательств, представляющий имущественную гарантию кредитору, реализуемую в судебном порядке путем продажи удерживаемой вещи с публичных торгов, а самозащита осуществляется вне суда»28. С этим нельзя согласиться, т.к., во-первых, для самого удержания вещи никакого суда не требуется. Во-вторых, автор путает удержание как способ самозащиты и такой способ судебной защиты как обращение взыскания на удерживаемое имущество. Второй применяется когда само удержание (способ воздействия на правонарушителя путем временного лишения его возможности осуществлять полный объем правомочий собственника) не имеет надлежащего воздействия. Если обороняющийся воспользуется возможностью необходимой обороны, но не защитит в ее результате свои права, а затем обратится в суд с требованием к правонарушителю о возмещении вреда, необходимая оборона перестанет быть способом самозащиты? Конечно нет. Одно другрго не исключает, т.к. у управомоченного лица остается возможность и после применения самозащиты воспользоваться судебными способами защиты своих прав. Другой ее довод основан на том, что «самозащита применяется против - ■* - * ^ $?щщш;ЕЛ. Право удержания и самозащита: проблемы и соотношение //Современные проблемы понимания государства и права. Материалы ОДЯ^ВгЙВДЬтдой научно-практической конференции. Ставрополь, 2004. С. 136
18 неправомерного посягательства нарушителя на право защищаться» . Данный довод не выдерживает совсем никакой критики, поскольку общеизвестно, что самостоятельно могут защищаться любые гражданские права. Кроме того, автору следовало бы пояснить каким образом можно нарушить право на защиту и как потом его можно посредством самозащиты защитить. ГЯ. Стоякин под самозащитой понимает "предусмотренные законом односторонние действия юридического или фактического характера, применяемые управомоченным на их совершение субъектом и направленные на пресечение действий, нарушающих его имущественные или личные права"30. Он считает, что ни необходимая оборона, ни крайняя необходимость не являются гражданско-правовыми мерами самозащиты, поскольку это действия физического, а не правового характера31. Однако право на самозащиту своих прав (в том числе и гражданских) в состоянии необходимой обороны и крайней необходимости предусмотрено законом (Конституцией, Уголовным и Гражданским кодексами), кроме того, статьи 1066 и 1067 ПС РФ предусматривают наступление правовых последствий в случае реализации этих прав. Поэтому, на наш взгляд, действия в состоянии необходимой обороны и крайней необходимости носят правовой характер, но, как и любые действия, могут рассматриваться в качестве физических действий. Под действиями фактического характера ГЯ. Стоякин понимает действия по самостоятельной защите гражданских прав во внедоговорных отношениях, а под действиями юридического характера - действия по Романова Е.А. Право удержания и самозащита: проблемы и соотношение //Современные проблемы понимания государства и права. Материалы Межрегиональной научно-практической конференции. Ставрополь, 2004. С. 136. 30 Стоякин Г.Я. Меры защиты в советском гражданском праве: Автореф. канд. юрид. наук. Свердловск, 1973. С.5-17. 31 Стоякин Г Я. Меры защиты в советском гражданском праве: Дис. канд. юрид. наук. Свердловск, 1973. С.82.
19 самозащите прав в договорных отношениях32. Аналогичной позиции придерживаются А.М. Эрделевский33 и К. Борисова34, применяя данные термины при анализе способов самозащиты. Но, по нашему мнению, любое действие при самозащите носит фактический характер и влечет юридические последствия, вне зависимости от того, какие отношения оно защищает. В связи с изложенным, мы не разделяем позицию Г.Я. Стоякина, A.M. Эрделевского и К.Борисовой. В литературе имеется еще и мнение, что действия, совершаемые в состоянии необходимой обороны при их соответствии установленным пределам, не влекут правовых последствий35. Такая позиция представляется спорной и требующей дополнительной аргументации. Например, пресечение правонарушения или восстановление нарушенного права (скажем права собственности на мобильный телефон) не является тем правовым последствием, которое возникло в результате применения действий в состоянии необходимой обороны. Разве не изменился правовой статус имущества, правовое положение не владеющего собственника и пр. Продолжая логику автора, применение удержания, также не влечет правовых последствий, если правонарушитель под действием этого способа самозащиты исполнил обязательство. Ведь в результате каждый получил то, 32 Там же. С.81-84. Деление действий на фактические и юридические существует и сейчас. Так, ГК Казахстана в п.З ст.9 определяет самозащиту гражданских прав как фактические и юридические действия. См.: Гражданский кодекс Республики Казахстан (введение и комментарий д.ю.н. М.К. Сулейменова и д.ю.н. Ю.Г. Басина). М, 1997. С.58. Способы самозащиты гражданских прав, вытекающих из договорных обязательств, в литературе именуют "мерами оперативного воздействия" (например: Грибанов В.П. Пределы осуществления и защиты гражданских прав. М, 1972. и др.), что никоим образом не способствует целостному восприятию самозащиты гражданских прав. 33 См.: Эрделевский А.М. Самозащита гражданских прав/ЛОридический мир. №8. 1998. С.47. 34 См.: Борисова К. К вопросу о самозащите гражданских прав //Юридический мир. № 9. 2005. С. 70-71 35 См.: Веретейникова С.Н. Меры самозащиты в Российском гражданском праве. Автореферат дис... канд. юрид. наук. Екатеринбург, 2004. С.5.
20 что ему и так причиталось. Здесь же, автор указывает, что существует еще группа действий, совершаемых в порядке самозащиты: действия, совершаемые в состоянии крайней необходимости, которые обычно вызывают правовые последствия в виде уменьшения или освобождения от возмещения вреда в судебном порядке, а также меры оперативного воздействия, которые могут повлечь изменение или прекращение существующих правоотношений36. Очевидно, что автор в указанной ситуации (при характеристике необходимой обороны и крайней необходимости) «подменил» правовые последствия ответственностью за совершение указанных действий и «смешал» их с последствиями, возникающими при осуществлении самозащиты прав, возникающих из договорных отношений. Результатом чего явилось очевидное противоречие: с одной стороны такие действия, совершаемые в порядке самозащиты как действия, совершаемые в состоянии необходимой обороны при их соответствии установленным пределам, не влекут правовых последствий, а с другой, «с точки зрения теории юридических фактов действия по самозащите могут порождать новые, изменять или прекращать уже существующие правоотношения»3 7. Возвращаясь к анализу положений, изложенных Г.Я. Стоякиным, следует отметить, что направленность самозащиты в ее трактовке является несколько суженной, потому, что зачастую при помощи мер самозащиты преследуется такая цель, как обеспечение неприкосновенности права или ликвидация последствий нарушения, вплоть до полного восстановления положения, существовавшего до нарушения, а не только пресечение нарушения (например, удержание вещи). См.: Веретейникова С.Н. Меры самозащиты в Российском гражданском праве. Автореферат дис... кацд. юрид. наук. Екатеринбург, 2004. С.5. Веретейникова С.Н. Меры самозащиты в Российском гражданском праве. Автореферат дис... кацд. юрид. наук. Екатеринбург, 2004. С.8.
21 Ю.Г. Басин под самозащитой гражданских прав понимает допускаемые законом односторонние действия заинтересованного лица, направленные на то, чтобы обеспечить неприкосновенность права и ликвидацию последствий его нарушения. К мерам самозащиты он относит не только действия фактического характера, но и такие действия, которые применяются лицом "при помощи государственных (банковских, например) органов, но лишь при условии, что такой орган исполняет обращенное к нему требование, не рассматривая спора по существу"38. В.М. Баранов и Л.А. Сиятскова, анализируя критерии правомерности самозащиты указывают, что «критерием правомерности самозащиты является только закон либо иной нормативно-правовой акт»39. По нашему мнению, указанные мнения недостаточно полно отражает специфику самозащиты. Представляется, что возможность реализации конкретных способов самозащиты может допускаться не только законом, но и договором, потому что не включение в условия договора возможности использования тех или иных действий в целях самозащиты может в случае их применения (хотя бы они и были направлены против нарушения права) быть обжаловано и признано неправомерным. Установленные договором пределы осуществления того или иного способа самозащиты являются обязательными для сторон и выход за их пределы также неправомерен. Ю.Г. Басин, видимо, также упустил из виду, что способы самозащиты могут преследовать (в том числе) и такую цель, как пресечение нарушения. Говоря о самозащите, необходимо отметить, что закон не содержит перечня лиц, имеющих право на самостоятельную защиту своих гражданских 38 Басин Ю.Г. Указ. соч. С.36-37. Посуществу, на такой же позиции стоит и АГ. Диденко. См.: Гражданско-правовые формы борьбы с нарушениями хозяйственных договоров: Дис. канд. юрид. наук. Алма-Ата, 1971. С. 197. 39 Баранов В.М., Сиятскова Л.А. Конституционное право на самозащиту в современной России (опыт критического анализа новейшего диссертационного исследования)// Юристь-Прпавоведъ. № 1. 2004. С. 106.
22 прав. Следовательно, им вправе воспользоваться как физические, так и юридические лица, права которых нарушены. По нашему мнению, в случае невозможности самостоятельной защиты своих гражданских прав потерпевшей стороной она может обратиться за помощью в осуществлении права на самозащиту к другим лицам (т.е. прибегнуть к так называемой товарищеской взаимопомощи). Так, например, К. в течение двух лет ожидал от С. исполнения вступившего в законную силу судебного решения, в соответствии с которым ответчик был обязан передвинуть изгородь и устранить препятствия в пользовании земельным участком. Тогда К. с помощью знакомых принудительно перенес изгородь40. В данном случае действия К. и его знакомых были признаны правомерными, поскольку тем самым К. реализовал свое право на самозащиту. Это свидетельствует о том, что взаимопомощь и сейчас имеет немаловажное значение при осуществлении права на защиту, несмотря на то, что в современных условиях товарищеская взаимопомощь в договорных отношениях теряет свой первоначальный смысл (как безвозмездная товарищеская помощь, которая обосновывалась некоторыми учеными в качестве гражданско-правового принципа41), потому как подобное является редким случаем в отношениях между коммерческими структурами. Хотелось бы отметить, что ГК, регламентируя право на самозащиту, не оговаривает круг субъектов гражданского права, имеющих на нее право. Однако представляется, что такая их группа, как Российская Федерация, ее субъекты и муниципальные образования, не может воспользоваться правом на самозащиту, т.к. их особенность заключается в том, что реализовать свое право на защиту они наиболее оперативно и эффективно могут только через См.: Селезнев М Указ. соч. С.40. Цыбуленко З.И. Правовые проблемы сотрудничества при исполнении хозяйственных обязательств при переходе к рыночной экономике: Дис. д-ра юрид. наук. Саратов, 1991.
23 соответствующие компетентные органы (государственные, межгосударственные или иные). Основанием для применения самозащиты гражданских прав является любое их нарушение. Это может быть как преступление, так и административное или гражданское правонарушение. В некоторых случаях требуется неоднократное нарушение права. От характера нарушения и степени его опасности зависит лишь выбор способа самозащиты и определения пределов его реализации. Главное, чтобы нарушение гражданского права было реальным, а не предполагаемым. Поскольку в противном случае мы будем иметь дело с самоуправством. Выбор способа самозащиты определяется еще и в зависимости от того, какое именно гражданское право нарушено. ГК РФ предоставляет физическим и юридическим лицам право самостоятельно защищать любые свои гражданские права без каких-либо ограничений в характере отношений, из которых они вытекают (из имущественных или связанных с ними личных неимущественных отношений; договорных или внедоговорных). Кроме того, представляется, что исходя из положения п.2 ст.2 ГК, который гласит, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, а также из отсутствия какой-либо оговорки о сужении круга отношений, при нарушении которых допускается самозащита, можно сделать вывод, что реализацией различных способов самозащиты допускается защита и таких объектов, как жизнь, здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбор места пребывания и жительства, право на имя, право авторства и некоторые другие принадлежащие лицу блага. Отношения, которые не являются объектом гражданских прав, но защищаются с помощью гражданско-правовых средств (т.е. являются
24 объектом защиты гражданских прав), могут самостоятельно защищаться лишь посредством реализации мер защиты внедоговорных отношений (например, необходимой обороны, крайней необходимости и т.п.). Так, скажем, в случае распространения в средствах массовой информации каких- либо сведений о ком-то, не соответствующих действительности, нарушающего права лица, о котором идет речь, это лицо вправе реализовать свое право на самозащиту, которое может выразиться, например, в выступлении в средствах массовой информации с опровержением (п.З ст. 152 ГК РФ). Полагаем, что нарушенные личные неимущественные права (например, коммерческая тайна и др.) могут быть объектом самозащиты в гражданском праве только в том случае, если требуется обеспечение его неприкосновенности или пресечение нарушения. Если же нарушение совершается или уже совершилось, то самозащита возможна также, если эти блага могут быть восстановлены, в противном случае могут быть только в судебном порядке компенсированы убытки, причиненные этим нарушением, чему во многом может способствовать их предварительная материальная оценка. Представляется, что самозащита может осуществляться только в форме действия, поскольку трудно себе представить, как бездействуя можно защитить свое право. Действия управомоченного лица (т.е. лица, в силу закона или договора наделённого правом самостоятельно, без обращения за помощью к компетентным органам, защищать свои гражданские права) могут быть направлены на защиту личности граждан, права собственности и иных прав, имеющих вещно-правовой характер. Хочется отметить, что перечень способов самозащиты гражданских прав во внедоговорных отношениях не исчерпывается только действиями в состоянии необходимой обороны и крайней необходимости, правовые последствия реализации которых
25 предусмотрены Гражданским кодексом (ст.ст. 1066, 1067), поскольку из содержания целого ряда норм можно выделить ещё одну группу мер - это используемые собственником либо иным правомерным владельцем меры охраны имущества, не связанные с обязательственными отношениями (например, установка различного рода запоров, сигнализаций, противоугонных и иных устройств). Необходимо отметить, что действия по задержанию преступника не могут рассматриваться как способ самозащиты, хотя и осуществляемые лицом, права которого нарушены, и направленные на пресечение нарушения права, поскольку вопрос о защите прав в данном случае решается посредством вмешательства государства (в лице его органов или должностных лиц). В противном случае эти действия, в процессуальном смысле, просто не будут являться задержанием. Способы самозащиты гражданских прав, вытекающих из договорных отношений, представляют собой меры, принимаемые управомоченным лицом как субъектом гражданского правоотношения, направленные на защиту субъективных прав, т.е. прав, вытекающих из обязательств (например, удержание комиссионером причитающегося ему вознаграждения из сумм, подлежащих передаче комитенту; безакцептное списание задолженности, удержание вещи; и др.). В литературе Д.В. Микшисом высказано мнение о наличии так называемой «наступательной самозащиты», суть которой, в общем, сводится к тому, что она самозащита может осуществляться не только охранительными мерами или обороной, но и посредством дозволенного самоуправства (к которым он относит, например, право задержания вещи). При этом, автор указывает, что Г.А. Свердлык и Э.Л. Страунинг сводят самозащиту в ее традиционном понимании к принятию охранительных мер и обороне, ссылаясь на книгу «Защита и самозащита гражданских прав», изданную в
26 2002 году42. Представляется невозможным обойти вниманием данное мнение по следующим причинам. Прежде всего, понятие «дозволенное самоуправство» должно использоваться с определенной долей условности, т.к. если оно законодательно допустимо, то самоуправства в его правовом понимании (как правонарушения, предусмотренного административным и уголовным законодательством) нет. Во-вторых, если им и воспользоваться, то, несложно заметить, что оборона, по своей сути также является способом такого «дозволенного самоуправства», т.к. лицо, чье право нарушено применяет к правонарушителю, например, физическую силу, что в обычной обстановке было бы правонарушением, но в данном случае такое правонарушение допускается законом. Следовательно, и у обороны, которую хочет отграничить Д.В. Микшис от «наступательной самозащиты» и у самой «наступательной самозащиты» единая природа и разделять их по этому основанию нельзя. Характер самозащиты предполагает возможность совершения действий, которые в обычной обстановке представляли собой правонарушение (гражданское, административное или уголовное), но которые в условиях наличного правонарушения допускаются законом или договором. Эта природа заложена собственно в самозащите гражданских прав. В-третьих, возможно, автор не стал бы выдвигать такое предложение, если бы ознакомился с работами критикуемых им авторов, да и собственно с указанной им книгой. Даже пытливый читатель, не сможет обнаружить там позиции авторов, что самозащита гражданских прав сводится к принятию охранительный мер и обороне, потому как ее там нет, возможно поэтому Д.В. Микшис не указал страницу на которой ему посчастливилось увидеть такую позицию авторов. Авторы отстаивали и продолжают отстаивать позицию, что самозащита не ограничивается действиями в состоянии крайней 42 Микшис Д.В. Дозволенное самоуправство как способ самозащиты гражданских прав //Правовые, экономические, социокультурные проблемы: общероссийские закономерности и региональная специфика. Сборник научнывх трудов. Вып. 4. 2004. С 147.
27 необходимости или необходимой обороны, а может быть реализована в договорных отношениях (например, страницы 153, 161, 169, 186-199 критикуемого Д.В. Микшисом учебного пособия), в том числе и посредством удержания (например, страница 196). Представляется, что действия, направленные на самостоятельную защиту прав, могут выражаться не только в принятии каких-то мер непосредственно самим управомоченным лицом, но и в требовании соблюдения или совершения определенного рода действий от другой стороны. Эти действия тоже направлены на защиту своих прав в случае их нарушения (например, требование кредитора поручительства третьих лиц за должника, как обязательное условие для получения кредита; и т.п.). Такие действия в зависимости от их основной функциональной нагрузки могут рассматриваться и, например, как средства обеспечения обязательств. Кроме того, такие требования могут выражаться в понуждении другой стороны к соблюдению предусмотренной для конкретной сделки формы. Поскольку ненадлежащее оформление сделки в соответствии с пунктом 2 статьи 159 ПС РФ влечет ее признание недействительной. И, соответственно, заключенная таким образом сделка теряет всякую возможность своей защиты перед нарушением. В том числе и самостоятельной. В итоге лицо, пренебрегшее надлежащей формой заключения договора (например, в целях ухода от налоговых платежей или получения иной выгоды), при попытке вернуть свое имущество рискует быть привлеченным не только к гражданско-правовой, но и к уголовной ответственности. Для реализации мер самозащиты характерно, что они могут быть впоследствии обжалованы в суде или ином компетентном органе, что является своеобразной гарантией соблюдения законных прав и интересов лица, нарушившего чужое право, и позволит оградить граждан и
28 юридические лица от возможных случаев самоуправства со стороны лиц, реализующих действительное или предполагаемое право на самозащиту. С.Н. Веретенникова выделяет в качестве признака самозащиты гражданских прав то, что «с точки зрения теории юридических фактов действия по самозащите могут порождать новые, изменять или прекращать уже существующие правоотношения»43. Представляется, что данное положение не может быть признано признаком самозащиты, т.к. прежде всего содержит допущение «могут порождать», что недопустимо при определении признаков, т.к. признак это то, что либо есть, либо его нет и тогда нет самого, характеризуемого им явления. Во-вторых, характеристика самозащиты как юридического факта не является его признаком, т.к. оно свойственно не только самозащите, но и ряду иных категорий, которые даже к защите могут не относиться. Самозащиты можно и нужно исследовать с позиции юридических фактов, но выносить это свойство самозащиты в качестве признака необоснованно. В качестве другого признака самозащиты С.Н. Веретенниковой указывается, что самозащита является формой защиты частноправовых интересов, но может использоваться для защиты публичных интересов44. Данное положение также вызывает ряд нареканий. Прежде всего, следует отметить, что характеристика самозащиты с позиции ее места в системе защиты гражданских прав не может являться признаком, способным отграничить конкретное действие от иного действия, не являющегося самозащитой. Кроме того, не аргументирована возможность при помощи применения способов самозащиты защитить не только гражданские права, но и частноправовые интересы. И, наконец, как мы выше указывали, выделяя отличия необходимой обороны, крайней необходимости и гражданско- 43 Веретейникова С.Н. Меры самозащиты в Российском гражданском праве. Автореферат дис... канд. юрид. наук. Екатеринбург, 2004. С8. См.: Веретейникова С.Н. Меры самозащиты в Российском гражданском праве. Автореферат дис... канд. юрид. наук. Екатеринбург, 2004. С.8.
29 правовой самозащиты, публичные интересы не могут защищаться посредством гражданско-правовой самозащиты, т.к. это выходит за пределы гражданско-правового регулирования и охраны. Нельзя согласиться и с включением в перечень признаков самозащиты гражданских прав положения о том, что «в ряде случаев пресечение, отражение или восстановление нарушенного права может быть достигнуто только посредством оперативных мер защиты, к числу которых относится и самозащита»45. Не сложно заметить, что в данном случае положение автора вообще нельзя отнести к числу признаков самозащиты, т.к. оно характеризует некую более широкую чем самозащита категорию. Кроме того, оперативные меры защиты, к которым традиционно относят меры самозащиты прав, возникающих из договорных отношений, почему то, по мнению С.Н. Веретенниковой, стали более широкой категорией, чем самозащита, которая включает в себя не только меры оперативной защиты или воздействия в договорных отношениях, но и меры самозащиты прав, возникающих из внедоговорных отношений. Не могут признаваться признаками самозащиты и такие положения, перечисленные автором как «право на самозащиту имеет определенные временные границы», «срок исковой давности на самозащиту не распространяется», «само право на самозащиту как любое другое право может нарушаться»46, т.к. они не позволяют отличить самозащиту, как системное явление, от иных категорий, а в лучшем случае дают характеристику отдельных его способов или условий правомерности, которые следует отличать от признаков самозащиты. Исходя из вышеизложенного, по нашему мнению, признаками самозащиты гражданских прав являются: Веретейникова С.Н. Меры самозащиты в Российском гражданском праве. Автореферат дис... канд. юрид. наук. Екатеринбург, 2004. С. 10. 46 Веретейникова С.Н. Меры самозащиты в Российском гразвданском праве. Автореферат дис... канд. юрид. наук. Екатеринбург, 2004. С. 10-11.
30 1) самозащита осуществляется в случае нарушения гражданского права или реальной угрозы такого нарушения; 2) самозащита осуществляется в одностороннем порядке (т.е. только лицом, права которого нарушены, без обращения в компетентные органы); 3) самозащита осуществляется только в форме действия; 4) возможность реализации конкретного способа самозащиты должна быть предусмотрена в законе или договоре; 5) направленность действий при самозащите на обеспечение неприкосновенности права, пресечение нарушения, ликвидацию последствий этого нарушения; 6) возможность последующего обжалования действий лица, самостоятельно защищающего свое гражданское право, в компетентные органы. Необходимо отметить, что претензионный порядок обладает всеми указанными нами выше признаками и может рассматриваться как способ самозащиты прав в договорных отношениях. Право на самозащиту должно осуществляться в соответствии с общими положениями гражданского законодательства. Так, п.1 ст.9 ГК РФ провозглашает, что граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права. Указанное положение вытекает из диспозитивности как одной из черт метода гражданско- правового регулирования. Необходимо помнить, что при осуществлении права на самозащиту её способы не должны выходить за пределы действий, необходимых для пресечения нарушения. Поскольку любые действия, выходящие за пределы нормативных предписаний, хотя бы они и были направлены на защиту действительного права, будут носить характер самоуправства. В целях обеспечения правовой защиты граждан и юридических лиц, эффективной реализации права на самозащиту следует выделить условия правомерности ее реализации. Выработка этих условий имеет особое
31 значение, поскольку отсутствие хотя бы одного из них свидетельствует о неправомерности действий, совершаемых лицом в целях самозащиты. Несмотря на то, что самозащита представляет собой новую форму защиты права, в литературе уже имеется два подхода к определению условий ее правомерности. Н.И. Клейн, исходя из анализа текста статьи 14 ГК РФ, выделяет три условия, при наличии которых допускается самозащита гражданских прав: 1) нарушение права47; 2) необходимость пресечь это нарушение; 3) соразмерность принятых для пресечения нарушения мер характеру и содержанию правонарушения48 . Подобный подход (т.е. выделение условий правомерности реализации права на самозащиту из одной - единственной нормы, а не из анализа всего гражданского законодательства в целом), на наш взгляд, не совсем верен, поскольку чаще всего грозит быть неполным. Кроме того, с указанными условиями трудно согласиться по следующим причинам. Во-первых, право на самозащиту может реализовываться в договорных и внедоговорных отношениях. Дня реализации права на самозащиту во внедоговорных отношениях, например таким способом, как гражданско-правовая необходимая оборона, по нашему мнению, не всегда требуется нарушение права, так как она допускается, как мы считаем, и при реальной угрозе такого нарушения. А действия, направленные на самозащиту в договорных отношениях, предпринимаются еще даже до возникновения реальной угрозы нарушения права, хотя механизм их реализации действительно срабатывает только после нарушения Е.Б. Козакова, также включает указанное положение в условия правомерности самозащиты (см.: Козакова Е.Б. Самозащита как юридическое средство: проблемы теории и практики. Автореферат дис... канд. юрид. наук. Тамбов, 2006. С. 15). 48 См.: Клейн Н.И. Указ. соч. С.35. Те же, по сути, условия правомерности выделяет и М. Селезнев. См.: Селезнев М. Указ. соч. С.40.
32 субъективного гражданского права, до этого же эти действия направлены на обеспечение неприкосновенности права. Самозащита может осуществляться в случае нарушения, которое совершается, а также в случае, когда оно еще не произошло, но может произойти в будущем (ст. 1065 ПС). Поэтому говорить о наличии нарушения права как необходимом условии правомерной реализации права на самозащиту не совсем верно. Кроме того, следует отметить, что нарушение должно иметь место (или его реальная угроза), является признаком самозащиты. Если его нет говорить о самозащите нельзя вообще и тем более оценивать ее правомерность (т.к. ее самой нет). Включение Е.Б. Борисовой данного положения в условия правомерности самозащиты противоречит ее же подходу к определению признаков гражданско-правовой самозащиты, где в числе первого признака указывается: «самозащита осуществляется в случае нарушения гражданского права или его реальной угрозы»49. Во-вторых, всякое нарушение права нуждается в пресечении. Трудно представить себе ситуацию, когда не было бы в этом необходимости. А потому выделение такого положения в качестве условия, при наличии которого самозащита признавалась бы правомерной, на наш взгляд, представляется излишним. М.И. Брагинский считает, что для правомерной самозащиты достаточно соблюдения следующих трех условий: 1) лицо, самостоятельно защищающее свое право, является бесспорным его обладателем; 2) избранный лицом способ самозащиты должен быть соразмерен нарушению; 3) способ самозащиты не может выходить за пределы действий, необходимых для его применения50. Казакова Е.Б. Самозащита как юридическое средство: проблемы теории и практики. Автореферат дис... канд. юрид. наук. Тамбов, 2006. С. 18. См.: Брагинский М.И. Указ. соч. С.56.
33 Что касается первого условия, то, на наш взгляд, более удачной была бы формулировка: лицо может самостоятельно защищать свое действительное право. Она является более точной, поскольку на практике может возникать целый ряд ситуаций, могущих носить спорный характер и требующих разбирательства спора в суде, когда лицо будет защищать предполагаемое, а не действительное право, например, при истребовании имущества от добросовестного приобретателя. Представляется, что такое условие правомерности, как соразмерность способов самозащиты нарушению, требует дополнительных разъяснений. На наш взгляд, не может быть способ самозащиты соразмерен нарушению, т.к. содержание этих понятий различно, а соразмерность подразумевает равенство51, что по отношению к указанным понятиям в принципе невозможно. Так, под способом защиты понимается способ действия, т.е. каким образом будет осуществляться самозащита. А под нарушением понимается не только способ нарушения, его опасность для защищаемых прав, но и вред, который этим нарушением причинен или может быть причинен. Полагаем, что второе условие правомерности реализации права на самозащиту возможно изложить следующим образом: вред, причиненный реализацией права на самозащиту, не должен явно не соответствовать реальному или возможному вреду, причиненному нарушением. В данном случае нет никаких препятствий применять слова во всех их значениях и со всеми оттенками, которые допускаются русским языком. Но когда речь идет о значении слова, о его объеме, следует позаботиться о точности терминологии, не допускающей различных его толкований. Третье условие заключается в том, что способы самозащиты не должны выходить за пределы действий, необходимых для их реализации, потому как в противном случае они перестают быть таковыми и перерастают, 51 См. с. 15 настоящей работы.
34 например, в самоуправство. Проблеме пределов самозащиты гражданских прав во внедоговорных отношениях большое внимание уделил в своих работах В.П. Грибанов52. Однако он затронул пределы самозащиты в основном в случае посягательства на жизнь и здоровье граждан, не определив пределы самостоятельной защиты гражданских прав в случае посягательства на иные объекты, защищаемые гражданским законодательством (например, на имущество, на неприкосновенность жилища, на коммерческую тайну и т.п.). Особенность защиты этих объектов заключается в том, что их значимость для каждого лица в каждом отдельном случае неравноценна. Например, угроза потери чести для офицера куда более значима, чем что-то еще, и может привести даже к самоубийству. Для профессионального охотника же, основным средством охоты которого является ружье, нет, наверное, ничего более значимого, чем это самое ружье, потеря которого может привести к потере основного заработка, а то и к голодной смерти. Мнение о неравноценности одних и тех же благ для разных категорий лиц частично находит свое подтверждение и в некоторых гражданско-правовых нормативных актах, например в приложении № 1 к Гражданскому процессуальному кодексу РСФСР53. Следовательно, способы самозащиты одних и тех же благ могут быть различными, может быть различным и вред, причиненный лицу, нарушающему это благо. Установить какие бы то ни было жесткие пределы в этих условиях достаточно сложно. Право на самозащиту может реализовываться вне зависимости от наличия или отсутствия возможности обращения за защитой к государственным или иным органам, что логически вытекает из анализа См., например: Грибанов В.П. Пределы самозащиты гражданских прав // Вестник МГУ. Сер. Право. 1968. №4; Грибанов В.П. Пределы осуществления и защиты гражданских прав. М: Изд-во МГУ, 1972. С.168-197. См.: Перечень видов имущества граждан, на которые не может быть обращено взыскание по исполнительным документам. (В ред. Указа Президиума Верховного Совета РСФСР от 1 августа 1980 г. // Ведомости Верховного Совета РСФСР. 1980. № 32. Ст.987.)
35 общеправового института необходимой обороны, а также тех социальных задач, которые призвана решать данная форма защиты прав. Поэтому, на наш взгляд, представляется недостаточно обоснованной позиция О.А. Красавчикова, по мнению которого, для правомерной реализации права на самозащиту необходимо, чтобы "обстановка (обстоятельства места и времени) в момент нарушения права исключала возможность обращения за защитой к государственным и общественным органам"54. Отстаиваемая нами позиция нашла отражение и в принятом Государственной Думой Уголовном кодексе РФ, который вступил в действие с 01. 01. 1997 года. Пункт 2 статьи 37, регламентирующий необходимую оборону, содержит положение, согласно которому право на необходимую оборону принадлежит лицу независимо (разрядка наша. - Э.С.) от возможности избежать общественно опасного посягательства или обратиться за помощью к другим лицам или органам власти. Нельзя согласиться с мнением С.Н. Веретенниковой относительно того, что в качестве условия правомерности самозащиты названо следующее: «способы самозащиты не должны выходить за пределы действий, необходимых для пресечения правонарушения»55. Если руководствоваться таким условием, то действия, связанные с ликвидацией последствий правонарушения путем восстановления нарушенного права или компенсации за вред, причиненный правонарушением не должны рассматриваться как самозащита, а сами будут являться правонарушением, с чем нельзя согласиться. 54 Красавчиков О.А. Гражданское правоотношение // В кн.: Советское гражданское право: Учебник. В 2-х томах. Т. 1 / Под ред. О. А.Красавчикова. Зе изд., испр. и доп. М., 1985. С.98. Посуществу, той же позиции придерживается и М.С. Кораблева (см.: Кораблева М.С. Защита гражданских прав: новые аспекты // В кн.: Актуальные вопросы гражданского права / Под ред. М.И. Брагинского. М., 1998. С.89), а также Е.А. Романова (см.: Романова Е.А. Право удержания и самозащита: проблемы и соотношение //Современные проблемы понимания государства и права. Материалы Межрегиональной научно-практической конференции. Ставрополь, 2004. С. 136). 55 Веретейникова С.Н. Меры самозащиты в Российском гражданском праве. Автореферат дис... канд. юрид. наук. Екатеринбург, 2004. С. 14.
36 Таким образом, по нашему мнению, необходимо выделить следующие условия правомерности реализации права на самозащиту: 1) лицо может самостоятельно защищать только свое действительное право; 2) вред, причиненный реализацией права на самозащиту, не должен явно не соответствовать реальному или возможному вреду, причиненному нарушением; 3) способы самозащиты не должны выходить за пределы действий, необходимых для их реализации. Следует отметить, что возможность реализации права на самозащиту не ограничена только временем до подачи иска в судебные или иные органы. Применение мер самозащиты гражданских прав в некоторых случаях возможно и в целях защиты своих прав во исполнение судебного решения. Когда нарушение является длящимся и началось еще до обращения в суд или же право возникло в результате судебного разбирательства и нарушение последовало соответственно после вступления в законную силу судебного решения. Так, гражданка обратилась в прокуратуру с жалобой на якобы самоуправные действия, выразившиеся в ее принудительном выселении из квартиры. При проверке оказалось, что имелось вступившее в законную силу решение суда по гражданскому делу о выселении заявительницы из квартиры, которое она не спешила исполнить. Тогда истица в отсутствие ответчицы вынесла ее вещи в безопасное место. При этом какого-либо имущественного ущерба причинено не было. Действия истицы в данном случае были признаны правомерными и соответствующими требованиям статьи 14 ПС РФ56. Но ни в коем случае недопустима самозащита права после окончания нарушения, т.к. такие действия будут выходить за пределы, допускаемые законом, и будут носить характер самоуправства. См.: Селезнев М Указ. соч. С.40.
37 Закон не ограничивает число способов самозащиты, которые могут быть применены к правонарушителю. Следует полагать, что они могут применяться как отдельно, так и в комплексе, но лишь с соблюдением условий их правомерной реализации, указанных нами ранее. Представляется, что самозащита, являясь одной из форм защиты гражданских прав и будучи допускаемой законом, представляет собой одну из мер государственного принуждения57 . Что вытекает из делегирования государством лицу права самостоятельно защищать свои гражданские права, а также из возможности в случае недостаточно эффективной реализации права на самозащиту обратиться за защитой к государству (в лице его органов) или иным компетентным органам. В правовой политике всего мира наблюдается закономерность: чем слабее государственная власть, чем меньше ее авторитет, - тем более широкие права по защите нарушенных прав государство делегирует своим гражданам. В основном это происходит путем расширения пределов такой защиты и вызвано неспособностью государства в подобных условиях надлежащим образом осуществлять свои функции. Однако роль принуждения зачастую переоценивают, можно подумать, что все обязанности реализуются только вследствие угрозы наступления неблагоприятных последствий со стороны государства, большинство из них выполняется добровольно. Способы самозащиты гражданских прав в зависимости от конкретных обстоятельств могут выполнять различные функции. Зачастую 57 Мы в целом разделяем точку зрения Т.Е. Абовой, согласно которой под государственным принуждением понимается применение государством властных способов понуждения органов и лиц, нарушающих права и интересы других органов и лиц, к соблюдению норм права, к исполнению обязанностей и применению мер ответственности. См.: Абова Т.Е. Охрана хозяйственных прав предприятий. М: Юрид. лит. 1975. С.97. Однако, заметим, что государственное принуждение может присутствовать не только в деятельности каких-либо государственных и иных компетентных органов, но и в деятельности управомоченных лиц по защите своих прав, поскольку государство предоставляет им право на такую защиту и это право наряду со всеми другими находится под его охраной.
38 один способ может выполнять несколько функций, так же как и несколько различных способов могут быть направлены на выполнение одной функции. Основной функцией самозащиты является в первую очередь защита гражданских прав от нарушений (или правоохранительная функция). Отдельные способы самозащиты могут выполнять и иные функции, производные от основной. На наш взгляд, целесообразно выделить лишь некоторые, наиболее общие из них. Такие, например, как: превентивную (предупредительную); пресекательную (заключающуюся в пресечении нарушения); функцию обеспечения надлежащего исполнения обязательств; обеспечения неприкосновенности права; гарантийную (например, удержание вещи); восстановительную и другие. Следует отметить, что некоторые способы самозащиты, в зависимости от основной функциональной нагрузки, которую они несут в конкретной ситуации, могут быть рассмотрены как меры совершенно иного характера (примером может служить удержание вещи, которое может рассматриваться в качестве и способа самозащиты права в одном случае и средства обеспечения обязательства в другом). Таким образом, необходимо подчеркнуть роль функциональной нагрузки в направленности того или иного действия для определения его содержания. Право на самозащиту, на наш взгляд, безусловно распространяется и на случаи, когда нарушается право собственности, что, к сожалению, зачастую упускается из поля зрения некоторыми учеными, внимание которых обращено лишь к исковым средствам и способам его защиты (виндикационному, негаторному искам и др.)58. Поскольку лицо, право собственности которого нарушается, зачастую сначала пытается самостоятельно пресечь нарушение и восстановить нарушенное право (например, действиями в состоянии необходимой обороны при грабеже), а См., например: Советское гражданское право : Учебник. В 2-х частях. 4.1 / Под ред. В.А. Рясенцева. М.: Юрид. лит., 1986.
39 уже затем, в случае невозможности достижения положительного результата, собственник обращается за помощью к компетентным органам, в том числе в суд, с целью, скажем, истребования имущества от добросовестного приобретателя. Поэтому мы считаем, что не совсем справедливо ограничиваться только процессуальными средствами защиты права собственности, т.к. это несколько умаляет роль самозащиты как одной из форм защиты права. Зачастую самостоятельная защита права не применяется ввиду несовершенства закона и подзаконных актов, гораздо проще применить действия, граничащие с криминальными, чем добиться правомерного результата правовым способом. Так, например, распоряжение мэра Москвы о застройке и конкурсной приватизации чердачных помещений предполагает возможность их приобретения лишь в случае согласия всех жителей соседних квартир, без выдвижений ими каких-либо оснований. Тем самым фактически создается правовая почва для вымогательства и злоупотреблений своим правом со стороны соседей. И, как следствие, лицо, желающее приобрести указанное помещение, понуждается к буквально ублажению соседей или принятию не правовых форм воздействия на них для защиты своего права на это помещение. Таким образом, исходя из вышеизложенного, под самозащитой гражданских прав, с нашей точки зрения, следует понимать допускаемые законом или договором действия управомоченного лица, направленные на обеспечение неприкосновенности права, пресечение нарушения и ликвидацию последствий такого нарушения. Проведенный в рамках настоящего параграфа анализ понятия, признаков, условий правомерной реализации права на самозащиту позволяет, в целях повышения эффективности ее осуществления, учитывая поверхностность формулировок и возникающие в процессе правоприменения
40 вопросы, предложить следующую редакцию статьи 14 ГК РФ "Самозащита гражданских прав": "Статья 14. Самозащита гражданских прав. 1. Любое лицо имеет право на самозащиту гражданских прав, то есть допускаемые законом или договором действия управомоченного лица, направленные на обеспечение неприкосновенности права, пресечение нарушения и ликвидацию последствий такого нарушения. Самозащита допускается независимо от возможности уклониться от посягательства либо обратиться за помощью к другим лицам или представителям правоохранительных органов. 2. Вред, причиненный действиями, осуществляемыми в рамках самозащиты, не должен явно не соответствовать вреду, предотвращенному такими действиям ". Указанная редакция, по мнению авторов, более полно характеризует объект настоящего исследования. На наш взгляд, заслуживает внимания тот факт, что осознание понятия самозащиты гражданских прав невозможно без уяснения ее правовых особенностей мер (юридической природы), позволяющих определить место самозащиты в системе права и иных правоохранительных, рассмотрению которых посвящен следующий параграф работы. § 2. Юридическая природа самозащиты гражданских прав В целях обеспечения реализации права на самозащиту необходимо понять, каковы же правовые особенности (юридическая природа) самозащиты гражданских прав? К сожалению, термин "юридическая природа" (или "природа"), несмотря на его широкое использование, в науке и литературе оказался формально не определенным. Он достаточно часто применяется
41 отечественными учеными с целью разобраться в правовых особенностях чего-либо. При этом авторы, по существу, не раскрывают понятия "юридической природы"59. Представляется, что в контексте нашей работы под юридической природой (природой) следует понимать такие фундаментальные положения, которые лежат в основе самозащиты и позволяют выделить правовые особенности той или иной категории, позволяющие определить ее место в системе права в целом и отдельных ее категорий. В нашем случае это особенности самозащиты, являющиеся фундаментальными, неизменными, отражающими ее внутреннюю структуру и место в системе права. Исходя из вышеизложенного, для определения юридической природы самозащиты гражданских прав, на наш взгляд, требуется уяснение ряда вопросов. Во-первых, каково место самозащиты в общей системе защиты гражданских прав? Во-вторых, какое место занимает самозащита в системе гражданского права? В-третьих, каково соотношение самозащиты и субъективного гражданского права? В-четвертых, каково место самозащиты в системе гражданско-правовых средств защиты? Рассмотрим их подробнее. 1) В развитие диспозитивности как одной из черт метода гражданско- правового регулирования закон наделил лицо, права которого нарушены, правом самостоятельно защищать свое гражданское право, однако, говоря о самозащите, законодатель рассматривает её как способ защиты прав. В литературе также имеется позиция, что самозащита представляет собой способ защиты гражданских прав60. Наряду с этим из текста закона (ст. 11 ГК 59 См., например: Стоякин Г.Я. Указ. соч. С.76,79,103, 105, 109,112; Диденко АХ. Указ. соч. С. 192; Юридическая наука - практике // "Вестн. Моск. ун-та, Сер. Право. М.,1995. № 6. С.66; Курбанов Г.С. Юридическая природа и содержание института обстоятельств, устраняющих общественную опасность и противоправность деяния. Баку,1988. 60 См., например: Троценко Т. Самозащита как способ защиты гражданских прав //Закон и право. № 5. 2000. С. 13-14. При этом автор указывает на некоторую специфику самозащиты, которая позволяет его выделить из общего числа способов защиты гражданских прав.
42 рф) можно вывести существующие в отечественном гражданском праве формы защиты прав. Это прежде всего судебная (общий суд, арбитражный суд, третейский суд) и административная форма, которая, по мнению некоторых ученых, носит исключительный характер, поскольку закон ограничивает возможность её использования только случаями, указанными в нём. В литературе встречаются различные подходы к определению тех или иных форм защиты гражданских прав, в зависимости от того, что положено в основу разграничения. О.А. Красавчиков, например, в основу разграничения форм защиты гражданских прав положил объект и характер защищаемого права6 \ выделив такие формы, как признание права; восстановление положения, существовавшего до нарушения права, и пресечение действий, нарушающих право; присуждение к исполнению в натуре; прекращение или изменение правоотношения; взыскание с лица, нарушившего право, причиненных убытков, а в случаях, предусмотренных законом или договором, неустойки (штрафа, пени). На наш взгляд, более удачен законодательный подход, имевший место в ГК 1964 г. и воспринятый Гражданским кодексом России (ст. 12 ГК РФ), который рассматривает приведенные выше меры как способы защиты гражданских прав, так как форма защиты права должна указывать на то, к т о осуществляет право на защиту, а способ - к а к тот или иной субъект защиты это делает, посредством каких мер. В литературе встречается мнение, согласно которому может быть выделена исковая и неисковая формы защиты гражданских прав в зависимости от процессуальных средств защиты, где под неисковой формой подразумевается подача в административном порядке жалобы лицом, права которого нарушены62. По нашему мнению, такой подход не может охватить Uu.: Советское гражданское право: Учебник. В 2-х томах. Т.1/ Под ред. 2'А.Красавчикова. 3-е изд., испр. и доп. М.: Высш. шк., 1985. С.95-97. См., например: Добровольский А.А. Исковая форма защиты права М.: Изд-во МГУ, 1965.С.42идр.
43 собой самостоятельные действия управомоченного лица без его обращения к компетентным органам, поскольку в основе данной градации положены именно процессуальные средства (иск, жалоба и т.д.). В.А. Краснокутский, анализируя римское право, выделил две формы защиты гражданских прав, в зависимости от субъекта, осуществляющего права на защиту, и уровня развития общества и права. Первая,- самоуправство как форма, предшествующая "защите прав через посредство органов государства как организованного аппарата господствующего класса"63, которая осуществлялась заинтересованным лицом путем расправы с нарушителем; вторая,- государственная защита гражданского права. Однако самостоятельная защита своих гражданских прав могла бы быть рассмотрена как самоуправство в случае недопущения в римском частном праве иного порядка защиты прав, кроме как государственного. Но запрет на подобные действия в римском частном праве отсутствует. "Правомерному владельцу для защиты владения, которое он беспорочно имел, позволено отражать причиненное насилие в границах осторожной охраны"64. Из приведенного положения видно, что в римском частном праве была допустима самозащита гражданских прав, поэтому, на наш взгляд, нет оснований рассматривать ( негосударственную форму защиты прав в римском частном праве как самоуправство, т.е. самовольное, с нарушением установленного законом порядка, осуществление своего действительного или предполагаемого права. Наиболее распространенной является классификация форм защиты в зависимости от субъекта и порядка осуществления им права на защиту. Представить её можно следующим образом: судебная форма, включающая суд общей юрисдикции, арбитражный суд, третейский суд (или судебный порядок), и специальная форма, осуществляемая административными 63 Краснокутский В.А. Формы защиты прав // В кн.: Римское частное право: Учебник/Под ред. проф. И.Б. Новицкого и проф. И.С. Перетерского.М: Юрист, 1996. С.51-55. "Тамже.С^.
44 органами (или административный порядок). Этой точки зрения придерживаются Н. И. Клейн65, М. И. Брагинский66 и др.67. Но и она не отражает место самозащиты в системе защиты гражданских прав. На наш взгляд, представляется более удачной позиция, высказанная Т.Е.Абовой68, Ю.К.Толстым69, которая заключается в том, что право на защиту может осуществляться не только государственными, общественными и административными органами, но и самим управомоченным лицом, и соответственно формы защиты гражданских прав могут быть общими (юрисдикционными; неюрисдикционными) и осуществляемыми в специальном (административном) порядке. Соглашаясь в целом с подходом этих авторов, следует отметить, что форма защиты права указывает на субъект, осуществляющий это право, и ее надо отличать от порядка его осуществления, т.к. он раскрывает, как право на защиту реализуется в рамках той или иной формы. М.К. Треушников, рассматривая такие категории, как способ и форма защиты гражданских прав, справедливо, на наш взгляд, отмечает, что способ защиты права - категория материального (регулятивного) права, а под формой защиты права, по мнению М.К. Треушникова, понимается определенная законом деятельность компетентных органов по защите права, См.: Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части первой/ Отв. ред. О.Н. Садиков. М.: ЮРИНФОРМЦЕНТРД995. С.29-30. См.: Комментарий части первой Гражданского кодекса Российской Федерации для предпринимателей. М.: Фонд "Правовая культура", 1995. С.49-50. Представляется достаточно обоснованной точка зрения некоторых ученых, согласно которой правомерность деления форм защиты права на общие и специальные признавалась не совсем убедительной. См., например: Побирченко И.Г. Хозяйственная юрисдикция. Киев,1973. С.100-104; Елисейкин П.Ф. Защита субъективных прав и интересов и компетенция суда в советском гражданском процессе // Ученые записки Дальневосточного государственного университета, "Вопросы государства и права". Владивосток, 1969. №31. С.64-65; Чечот Д.М. Субъективное гражданское право и формы его защиты. Ленинград, 1968. С.52. Абова Т.Е. Охрана хозяйственных прав предприятий. М.: Юрид. лит., 1975. С. 102- Толстой Ю.К. Защита гражданских прав // В кн.: Гражданское право: Учебник. Часть! / Под ред. Ю.К.Толстого, А.П.Сергеева. М: Изд-во ТЕИС, 1996. С.242-244.
45 т.е. по установлению фактических обстоятельств, применению норм права, определению способа защиты права и вынесению решения70. Учитывая, что ст. 14 ГК РФ допускает защиту нарушенных гражданских прав самостоятельно управомоченным лицом, которое защищая принадлежащее ему право, устанавливает фактические обстоятельства, применяет нормы материального права, определяет способ защиты от посягательства и принимает конкретное решение, которое само и воплощает, вполне логично представить самозащиту как форму защиты гражданских прав. По нашему мнению, самозашита, как допускаемые законом или договором действия управомоченного лица, направленные на обеспечение неприкосновенности права, пресечение нарушений и ликвидацию последствий такого нарушения, является самостоятельной формой защиты гражданских прав. Таким образом, представляется более точной градация форм защиты гражданских прав на судебную, административную и самозащиту. Соответственно, по нашему мнению, представляется более правильным пункт 2 статьи 11 Гражданского кодекса Российской Федерации "Судебная защита гражданских прав" изложить в следующей редакции: "2. Защита гражданских прав в административной форме или в форме самозащиты осуществляется в случаях, предусмотренных законом. Действия по самозащите гражданских прав, а также решение, принятое в административном порядке, могут быть обжалованы в суд ". Кроме того, так как указанная статья регламентирует отношения, связанные с защитой гражданских прав в различных формах (судебной, административной, а в предлагаемой нами редакции и в форме самозащиты), то логичным было бы и ее название изменить на "Защита гражданских прав". См.: Треушников М.К. Судебная защита гражданских прав // В кн.: Учебник гражданского процесса. М, 1996. С20.
46 Проведенный анализ самозащиты, с точки зрения определения ее места в системе защиты гражданских прав, позволяет нам предложить исключить из текста статьи 12 ГК РФ "Способы защиты гражданских прав" слова "самозащиты права;". В связи с тем, что самозащита является формой, а не способом защиты нарушенных гражданских прав. 2) На наш взгляд, не вызывает сомнения наличие и относительная самостоятельность такого института, как институт защиты гражданских прав. Возникает вопрос: каково же место самозащиты гражданских прав в системе института защиты гражданских прав? Правовое регулирование самозащиты гражданских прав осуществляется посредством реализации ряда ассоциаций норм, которые предусматривают возможность реализации отдельных способов самостоятельной защиты нарушенных прав. Примером может служить ассоциация норм, регулирующих гражданско-правовую необходимую оборону. Но ведь необходимая оборона представляет собой самостоятельный правовой институт. Действительно, если говорить о комплексном межотраслевом правовом институте, каковой из себя представляет институт необходимой обороны, то ассоциации норм, составляющих любой институт в рамках отдельной отрасли, могут одновременно составлять структуру иного, внутриотраслевого относительно самостоятельного образования. Как уже отмечалось, самозащита гражданских прав представляет собой относительно самостоятельное образование, поскольку она обладает рядом признаков, позволяющих ее отграничить от других форм защиты права, и его нельзя рассматривать в отрыве от института защиты гражданских прав. В литературе, на наш взгляд, достаточно обоснованно выдвигалась идея существования в структуре права особого рода звеньев (субинститутов,
47 которые представляют собой промежуточную ступень между ассоциациями норм и правовым институтом)71. Представляется, что указанная структура наиболее точно отражает соотношение самозащиты и защиты гражданских прав, а также еб внутреннюю систему. Таким образом, можно сделать вывод, что самозащита представляет собой субинститут гражданского права, а институт защиты гражданских прав, согласно указанному подходу, представляет собой сложный институт72, поскольку в его состав входят относительно обособленные субинституты (самозащита, административный порядок защиты нарушенных прав и т.п.). Вместе с тем, в литературе имеет место мнение, что самозащита гражданских прав представляет собой правовой институт73. С таким подходом нельзя согласиться, поскольку он не соответствует системе гражданского права. Если самозащита является институтом, то более широкая категория «защита» должна представлять собой как минимум подотрасль гражданского права, что очевидно не соответствует действительности. 71 См.: Иоффе О.С. Структурные подразделения системы права (на материалах гражданского права) // Учёные записки ВНИИСЗ. Вып.14. М, 1968. С.51. 7 Под сложными институтами С.С. Алексеев понимает правовые институты, в составе которых относительно обособляются субинституты. (См.: Алексеев С.С. Структура советского права. М.: Юрид. лит., 1975. С.151-152.) 73 См., например: Сарбаш С.С. Право удержания и самозащита/ЛОридический мир. №8. 1998. С.49. Романова Е.А. Право удержания и самозащита: проблемы и соотношение //Современные проблемы понимания государства и права. Материалы Межрегиональной научно-практической конференции. Ставрополь, 2004. С. 135. Гончаров Е.И. Вопросы реализации самозащиты прав и свобод человека и гражданина в гражданском законодательстве Российской Федерации//Гражданское право. №3. 2006. С. 13. Козакова Е.Б. Самозащита как юридическое средство: проблемы теории и практики. Автореферат дис... канд. юрид. наук. Тамбов, 2006. С. 18. Микшис Д.В. Самозащита в гражданском праве России. Автореф. Дисс. на соискание уч. степени к.ю.н. Екатеринбург, 2006. С.З. Справедливости ради следует отметить, что далее Д.В. Микшис в своей работе указывает, что самозащита является субинститутом гражданского права, при этом именуя ее, то субинститутом, то институтом (например, на страницей автореферата), что не позволяет однозначно определить позицию автора по этому поводу.
48 3) В. П. Грибанов в одной из своих работ74 попытался определить, каково же соотношение защиты гражданских прав и субъективного гражданского права. Право на защиту он рассматривает как одно из правомочий субъективного гражданского права. Однако право на защиту существует и вне субъективного права (действия в состоянии необходимой обороны, крайней необходимости и т. п.), поэтому привязывать его к конкретному субъектному праву, на наш взгляд, не совсем верно. Эта мысль находит подтверждение, если учесть, что имеется и взаимная обязанность не нарушения данного права, что характерно для всех охранительных норм. Кроме того, в процессе реализации данного права мы сталкиваемся с взаимными правами и обязанностями субъектов, осуществляющих это право, и лиц, претерпевающих неблагоприятные воздействия. Таким образом, мы подходим к необходимости рассмотрения защиты гражданских прав (и в частности самозащиты) как самостоятельного субъективного гражданского права. Впоследствии В. П. Грибанов признаёт, что право на защиту можно рассматривать и как субъективное гражданское право75. Представляется, что защита гражданских прав является правоотношением, пронизывающим все сферы гражданского права. Но реализовывается оно лишь при наличии такого факта, как нарушение права. 4) В юридической литературе природа самозащиты рассматривается и с позиции ее места в системе гражданско-правовых средств. При этом встречаются точки зрения на соотношение отдельных средств защиты, которые взаимно исключают друг друга. Точное установление границ между этими средствами продиктовано необходимостью дальнейшего См.: Грибанов В.П. Пределы осуществления и защиты гражданских прав. М: Изд- воМГУ, 1972. С. 152-168. См.: Грибанов В.П. Право на защиту как субъективное гражданское право // В кн.: Гражданское право.: Учебник. В 2-х томах. Том 1 / Под ред. Е.А.Суханова. М: Изд-во ЬЕК, 1994. С. 159-160.
49 осуществления проводимого курса по укреплению расчетов на различных уровнях и усилению хозяйственной дисциплины. Попытаемся разграничить указанные средства. Так, огромное внимание ученых в середине 70-х годов привлекла к себе проблема соотношения таких правовых категорий, как "гражданско- правовые санкции" и "гражданско-правовая ответственность". Мы солидарны с мнением О.А. Красавчикова, который считал, что в литературе сложилось три подхода к ее решению. Первый: ответственность и санкция являются равнозначными понятиями. Второй: гражданско-правовая ответственность включает в себя гражданско-правовые санкции. Третий: гражданско-правовые санкции включают в себя гражданско-правовую ответственность76. На наш взгляд, понятие гражданско-правовых санкций шире понятия гражданско-правовой ответственности, поскольку предполагает возможность применения санкций вне зависимости от субъективной стороны правонарушения (вины нарушителя). В то время как она является обязательным признаком гражданско-правовой ответственности, кроме того, ответственность предполагает возложение на нарушителя дополнительных неблагоприятных последствий. Санкции же не всегда связаны с дополнительными неблагоприятными последствиями и могут ограничиваться, например, возложением обязанности устранить недостатки продукции. Потому более верным видится третий подход к определению соотношения гражданско-правовых санкций и гражданско-правовой ответственности, который предполагает, что ответственность является разновидностью гражданско-правовых санкций. Этой же позиции См.: Красавчиков О.А. Ответственность, меры защиты и санкции в советском гражданском праве // Проблемы гражданско-правовой ответственности и защиты гражданских прав. Свердловск, 1973. С. 10.
50 дридерживаются О.А. Красавчиков77, Г.Я. Стоякин78, В.Л. Слесарев79, Ю.Г. Басин и AT. Диденко80. Положив в основу первый подход (санкции тождественны гражданско-правовой ответственности), Е.В. Бриных убедительно доказал, что организационно-правовые меры являются санкциями, а следовательно, и мерами ответственности81. В.П. Грибанов же не менее убедительно доказал на примере отдельных мер, что организационно-правовые меры не являются мерами ответственности, а согласно взятой за основу посылке, указанной в первом подходе, и гражданско-правовыми санкциями82. Так, мы видим, что ошибочность начальной посылки ведет к неверным выводам о природе организационно-правовых мер (самозащите)83. Однако и правильно выбранная позиция не всегда приводит к верным выводам. Так, В.Л. Слесарев и ряд других ученых полагают, что гражданско-правовые санкции дифференцируются на меры ответственности и меры защиты84, тем самым противопоставляя меры ответственности и меры защиты. Что, по нашему мнению, не совсем верно, т.к. меры защиты включают в себя гражданско-правовые санкции и гражданско-правовую См.: Красавчиков О.А. Указ. соч. С. 10 и ел. 78 См.: Стоякин Г.Я. Указ. соч. С. 106. 79 См.: Слесарев В.Л. Экономические санкции в советском гражданском праве. Красноярск, 1989. С.23. 80 См.: Басин Ю.Г., Диденко А.Г. Защита субъективных прав// Юридические науки. Алма-Ата,1971.С.З. См.: Бриных Е.В. Оперативные санкции - форма гражданско-правовой ответственности // Советское государство и право. 1969. № 6. С.66. " См.: Грибанов В.П. Пределы осуществления и защиты гражданских прав, С187- 190. Под организационно-правовыми мерами (мерами оперативного воздействия) в литературе понимаются такие юридические средства правоохранительного характера, которые применяются к нарушителю гражданских прав и обязанностей непосредственно самим управомоченным лицом, как стороной в гражданском правоотношении, без обращения за защитой права к компетентным органам. См.: Грибанов В.П. Указ. соч. С. 186; Бриных Е.В. Указ. соч. С.66. То есть, по существу, организационно-правовые меры являются ни чем иным, как мерами самозащиты прав в договорных отношениях. 84 См.: Слесарев В.Л. Указ. соч. С.23.
51 ответственность. Меры защиты, как верно считает А.Г. Диденко85, могут быть реализованы и посредством применения мер ответственности. Но они обращены к управомоченному лицу, в то время как меры ответственности обращены к нарушителю права. Кроме того, меры защиты содержат возможность использования более широкого круга средств, помимо мер ответственности (например, санкций, которые не являются мерами ответственности). Немаловажное значение имеет и тот факт, что меры защиты могут реализовываться в случае нарушения права или реальной угрозы такого нарушения, меры же ответственности в отличие от них не могут реализовываться лишь при наличии одного факта нарушения, необходимо, чтобы присутствовала вина нарушителя, как обязательный признак ответственности. Ответственность, помимо этого, может наступать только после нарушения права, а меры защиты могут применяться и до нарушения (при наличии угрозы). Таким образом, мы приходим к выводу о том, что меры ответственности всегда направлены на защиту права, но такая защита не всегда осуществляется через применение мер ответственности, следовательно, меры защиты включают в себя меры ответственности. По нашему мнению, некорректность дифференцирования санкций на меры защиты и ответственности заключается еще и в том, что объем мер защиты прав является более широким, чем объем мер, являющихся гражданско-правовыми санкциями. Поскольку, во-первых, меры защиты представляют собой в числе других и превентивно-предупредительные меры (например, установка запоров, противоугонных систем, которые не являются по сути гражданско-правовыми санкциями), в то время как санкции носят возмездно-восстановительный (или же штрафной) характер. Во-вторых, меры защиты могут реализовываться и до нарушения права (в случае угрозы), 85 См.: Диденко А.Г. Гражданско-правовые формы борьбы с нарушениями хозяйственных договоров: Дис. канд. юрид. наук. Алма-Ата, 1971. С. 191.
52 санкции же во время нарушения и после него. Однако может возникнуть вопрос: а какая угроза нарушения права является основанием для принятия мер, носящих превентивно-предупредительный характер? Ведь видимой реальной угрозы, например, в случае установки запоров на гараж, нет. Но это только на первый взгляд такая угроза отсутствует. Мы считаем, что поскольку в обществе существуют такие антиобщественные явления, как различного рода хищения (кража, грабеж), то очевидно само собой, что, признавая за лицом право собственности и иные вещные права, закон признает за ним также и право принимать необходимые меры охраны этого имущества от расхищения. Потому как потенциальная угроза нарушения этих прав в настоящих условиях достаточно реальна, а непринятие этих мер может не только увеличить реальность нарушения, но и ускорить его наступление. Соответственно, меры защиты и санкции следует соотнести как целое и его часть, т.к. санкции, как и меры ответственности, всегда являются мерами защиты, но меры защиты не всегда могут быть отнесены к гражданско-правовым санкциям. Исходя из вышеизложенного, можно сделать вывод, что меры защиты гражданских прав включают в себя гражданско-правовые санкции, а те в свою очередь включают в себя меры ответственности. А.Г. Диденко, придерживаясь в целом такой же точки зрения на соотношение указанных мер, полагает, что все правоохранительные меры охватываются широкой категорией защиты права, более узкое понятие - санкции (последствия правонарушений), которые слагаются из ответственности и оперативных санкций86. Оперативные санкции, действительно, являясь правоохранительными мерами, входят в состав мер защиты. Однако, по нашему мнению, соотношение таких средств, как меры ответственности и оперативные санкции, несколько иное, т.к. оперативные санкции могут носить характер ответственности. 86 Диденко А.Г. Указ. соч. С. 199-200.
53 То есть оперативные санкции представляют собой меры защиты, гражданско-правовые санкции и могут быть мерами ответственности. Подводя итог сказанному, можно сделать вывод, что указанные категории соотносятся между собой следующим образом: меры защиты состоят из организационно-превентивных мер и гражданско-правовых санкций. Санкции же включают в себя санкции, являющиеся мерами ответственности, и санкции, не являющиеся мерами ответственности. Чтобы определить место самозащиты в системе гражданско- правовых средств защиты, надо помнить, что она является одной из форм защиты права, предполагающей возможность самостоятельной защиты права без обращения к компетентным государственным или общественным органам. Соответственно меры защиты включают в себя меры самозащиты. Способы самозащиты в зависимости от конкретной ситуации могут являться и мерами ответственности, например неустойка, штраф за просрочку поставки товара по вине поставщика, но могут и не быть таковыми, например в том же случае, но при отсутствии субъективной стороны нарушения (вины поставщика). Вместе с тем, и меры ответственности могут возлагаться на нарушителя не только управомоченной стороной, но и соответствующими органами (например, судом). Следовательно, меры самозащиты включают в себя лишь часть мер ответственности, а также часть санкций, не являющихся мерами ответственности. Самозащита также может выражаться, например, в установлении запоров, противоугонных устройств и т.п., т.е. в принятии мер защиты своего права еще до его нарушения (при наличии угрозы нарушения). Гражданско- правовые санкции, как и меры ответственности, могут реализовываться в том числе и государственными или общественными органами. Значит, меры самозащиты включают в себя не только часть мер ответственности и часть санкций, не являющихся мерами ответственности, но и часть организационно-превентивных мер защиты своего права.
54 Таким образом, место самозащиты в системе гражданско-правовых средств защиты представляется так: меры защиты включают в себя меры самозащиты, т.к. все способы самозащиты являются способами защиты, но не все способы защиты являются способами самозащиты. Меры самозащиты состоят из организационно-превентивных мер защиты своего права и части гражданско-правовых санкций, которые в свою очередь включают в себя часть мер ответственности и часть санкций, не являющихся мерами ответственности. Исходя из вышеизложенного, самозащита гражданских прав по своей юридической природе представляет собой форму, а не способ защиты права; является субинститутом гражданского права, должна рассматриваться как самостоятельное субъективное гражданское право. Определив понятие самозащиты гражданских прав и исследовав ее юридическую природу, представляется необходимым в рамках следующей главы подробней остановиться на анализе принципов, лежащих в основе самозащиты гражданских прав. Поскольку без четкого уяснения понятия и системы принципов самозащиты нельзя рассчитывать на формирование полного и правильного представления о предмете исследования.
55 Глава 2. ПОНЯТИЕ, КЛАССИФИКАЦИЯ И СИСТЕМА ПРИНЦИПОВ САМОЗАЩИТЫ ГРАЖДАНСКИХ ПРАВ § 1. Понятие принципов самозащиты гражданских прав Несмотря на то, что ч.1. ГК РФ действует уже достаточно продолжительное время (с 01.01.95 г.), следует отметить, что состояние правового регулирования в части реализации права на самостоятельную защиту остается неудовлетворительным. Ясно, что в рамках одной статьи (ст. 14), содержащейся в ГК РФ и п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ87, сложно провести подробный анализ этой новой для отечественного гражданского права формы защиты. Данное обстоятельство обуславливает появление ряда правовых проблем, с которыми сталкиваются субъекты гражданского права в процессе реализации права на самозащиту. Чаще всего спорные ситуации возникают по поводу соразмерности действий при самозащите, а также отграничения их от самоуправных действий88. В таких ситуациях представляется необходимым руководствоваться принципами, которые лежат в основе самозащиты гражданских прав и позволяют решить возникающие на практике проблемы, устранить имеющиеся пробелы. Анализу принципов самозащиты гражданских прав и посвящена настоящая глава. По мнению авторов, в настоящее время уровень правового регулирования отношений, возникающих между различными субъектами по поводу самостоятельной защиты гражданских прав, не соответствует предъявляемым к нему современным требованиям, а судебная и арбитражная практика по таким делам еще не имеет сколько-нибудь широкого развития. В 87 Постановление Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 1 июля 1996 г.//Российская газета. 1996.10 авг. С.12,13. 88 См., например: АБезуглов. Самозащита или самоуправство? // Щит и меч. 1997. 18 июля. С.7.
56 таких условиях, на наш взгляд, следует опасаться различного рода вольных трактовок правоприменительными органами тех или иных положений, изложенных в законе. Чтобы избежать этого при принятии решений по сложным, неурегулированным законом ситуациям, правоприменительные органы должны руководствоваться принципами самозащиты гражданских прав. Их роль здесь трудно переоценить, поскольку принципы представляют собой стабильные, незыблемые положения, в соответствии с которыми и определяются пути решения правовых коллизий. Во многом применение принципов самозащиты позволяет принять такое решение, которое бы оградило участников гражданских правоотношений от субъективного подхода со стороны должностных лиц, органов к оценке их действий по самостоятельной защите гражданских прав. Кроме того, одна из важнейших функций принципов права состоит в том, что они обеспечивают единство норм в праве в целом, а также в рамках отдельной отрасли. Статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации закрепляет основные начала гражданского права, в соответствии с которыми должно строиться все гражданское законодательство и регулируются гражданские правоотношения. Введя в действие гл.1 ПС РФ законодатель не только отверг имевшуюся в отечественном законодательстве систему принципов гражданского права, но и отказался от самого термина "принцип гражданского права", который достаточно полно отражал те положения, в соответствии с которыми оно действовало. По мнению авторов, неясной является причина смены терминологии, которая была понятна и доступна как ученым, так и правоприменительным органам. К тому же подобное изменение не несет никакой дополнительной смысловой или юридической нагрузки. Мы считаем достаточно обоснованным высказанное в литературе мнение о нецелесообразности именования принципов гражданского права как "основных", "общих" и т.п.
57 "начал"89. Представляется наиболее верным не отступать от уже принятого в науке и литературе термина "принципы гражданского права"90. Следует отметить, что принципы не возникают просто так, они являются продуктом человеческого сознания, они представляют собой отражение объективно существующих в обществе отношений (экономических, политических, морали и др.). Правовые принципы в этом понимании необходимо отличать от такой философской категории, как правосознание, которое основывается на оценочных суждениях о праве. Такие суждения не имеют, как правило, целью изучение каких-то закономерностей в праве, глубокий анализ законодательства с выделением из множества положений нормативно-правовых актов принципов, на которых базируется действующее законодательство. Правосознание формируется обычно на бытовом уровне, на примерах, с которыми люди сталкиваются лично либо которые им стали известны от знакомых, родственников, из средств массовой информации. В настоящее время имеют место попытки выявления каких-либо 89 См., например: Свердлык Г.А. Теория принципов советского гражданского права. Свердловск, 1984./Рукопись депонирована в Институт научной информации по общественным наукам РАН №18796 от 23.11.84 г./ С.12,60-62. 90 См, например: Свердлык Г.А. Принципы советского гражданского права. Красноярск, 1985; Садиков О.Н. Принципы нового гражданского законодательства СССР // Советское государство и право. 1991. №10. С.20-29; Толстой Ю.К. Принципы гражданского права // Правоведение. 1992. №2. С. 49-53; Егоров Н.Д. Принципы гражданского права // В кн.: Гражданское право: Учебник. 4.1. / Под ред. Ю.К. Толстого, А.П. Сергеева. М, 1996. С. 14-20.
58 новых принципов отечественного гражданского права91. Как правило, это осуществляется путем дробления имеющихся принципов на более мелкие или возведения в ранг принципов категорий, не являющихся таковыми. Безусловно, субъективное мнение автора научного труда вряд ли может пошатнуть систему принципов гражданского права, однако следует остерегаться такого подхода к выделению принципов гражданского права в силу того, что на них возложена функция определения, направления общего процесса гражданско-правового регулирования и отклонение от него недопустимо. 91 См., например: Макрецова А.А. Принципы гражданского права переходного периода: Дисс. канд. юрид. наук. М, 1996. Считаем необходимым отметить, что в последнее время в науке все чаще стало употребляться словосочетание "переходный период", при этом авторы обычно не определяют временные рамки такого периода. Действительно, изменения экономических отношений в стране обусловили и преобразование их правового регулирования. Экономисты довольно часто оперируют такими терминами, как "переходный этап", "переход к рынку", "переходный период экономики". Не останавливаясь на оценке относимости таких словосочетаний при характеристике экономических процессов, происходящих в стране, заметим, что применительно к характеристике отечественного законодательства и права подобный оборот недопустим. Свою точку зрения мы основываем на том, что термин "переходный период" должен предполагать, что процессы, характеризуемые им, ограничены временными рамками: либо определенной датой, либо наступлением определенных обстоятельств. Говорить же о "принципах гражданского права переходного периода", по нашему мнению, нельзя, во-первых, потому, что гражданского права переходного периода отечественное право не знает, как нельзя назвать, например, Гражданский кодекс РФ законом переходного периода, поскольку в нем нет указания на то, что он не прекратит свое действие в какой-то определенный момент или при достижении нашей страной каких-то показателей в своем развитии. Вовсе нет, если он и прекратит свое действие, то только при условии, что действующий ГК перестанет соответствовать тем отношениям, которые будут складываться в реальной жизни. Но такие обстоятельства некорректно характеризовать как "переходный период", поскольку нет вечных и универсальных законов, подходящих на все случаи жизни, и все они на определенном этапе развития общества устаревают. И, соответственно, любой закон, любой нормативно-правовой акт, следуя логике А.А. Макрецовой, можно характеризовать как "закон или нормативный акт переходного периода". И в этом смысле не совсем ясно, о каком именно периоде идет речь. Неужнли, например, Гражданский кодекс РСФСР 1964 г. был законом переходного периода "коммунистического строительства"? Соответственно мы считаем, что гражданского законодательства переходного периода нет как такового. И, как следствие, во-вторых, не может быть и принципов переходного периода, поскольку не может быть такого права (права переходного периода), которое не имеет под собой законодательной основы.
59 Мы придерживаемся точки зрения, ранее уже высказанной Г.А. Свердпыком, который считает, что "всякое определение на том или ином этапе исторического развития оказывается несостоятельным или неполным и поэтому требует уточнения и совершенствования в соответствии с новейшими достижениями научной теории и практики. ... Речь идет не об огульном отрицании приведенных определений, а об объективной их характеристике..."92. В этой связи встает необходимость перейти к рассмотрению признаков, свойственных принципам гражданского права, и определению понятия принципов гражданского права. Анализу понятия, системы, проблем практической реализации принципов гражданского права посвящен ряд работ таких отечественных цивилистов, как С.С. Алексеев93, О.Н. Садиков94, Г.А. Свердлык95, Ю.К. Толстой96 и другие97. Мы, в рамках настоящей главы, проанализируем имеющиеся в науке подходы и определим понятие и систему принципов самозащиты гражданских прав. Итак, в науке существует неоднозначное трактование самого термина "принцип". Сложились четыре основных позиции, в соответствии с Свердлык Г.А. Принципы советского гражданского права. Красноярск, 1985. СП. 93 Алексеев С.С. Гражданское законодательство демократической России как выражение идеалов и принципов частного права // Материалы международной научно-практической конференции. Москва, 1994. 94 Садиков О.Н. Принципы нового гражданского законодательства СССР // Советское государство и право. 1991. №10. С.20-29. 95 Свердлык Г.А. Принципы советского гражданского права: Дис. д-ра юрид. наук. Свердловск, 1985; Принципы советского гражданского права. Красноярск, 1985; Теория принципов советского гражданского права. Свердловск, 1984 / Рукопись депонирована в Институт научной информации по общественным наукам РАН №18796 от 23.11.84 г./ Толстой Ю.К. Принципы гражданского права // Правоведение. 1992. №2. С. 49-53. 97 См., например: Макрецова А.А. Принципы гражданского права переходного периода: Дис. канд. юрид. наук. М, 1996.
60 которыми "принцип" определяется через такие категории, как: а) закон98; б) идея"; в) начало100; г) нормативно-руководящие положения101. Не останавливаясь на анализе каждого из указанных подходов, согласимся с мнением, высказанным ранее Г.А. Свердлыком102, в соответствии с которым категории "идея", "начало", "закон" имеют скорее философско-правовое содержание, сами же эти термины не определены и не являются интуитивно понятными. Не только не способствуют уяснению их сути и прилагательные "ведущие", "основные", "определенные", "основополагающие", но и являются тавтологичными, поскольку, например, само уже понятие "начала" означает "основные положения"103. Принципы гражданского права, являясь одним из характеризующих признаков отрасли, неразрывно связаны с такими близкими категориями, как предмет, метод и нормы гражданского права. Характеризуя связь этих категорий с принципами гражданского права, следует отметить, что все они близки, схожи и взаимообусловлены друг другом, но не тождественны, т.к. предмет очерчивает круг отношений, в рамках которых действуют принципы гражданского права, принципы определяют, образно выражаясь, "стратегию" См., например: Братусь С.Н. Предмет и система советского гражданского права, М., 1963. С. 135. 99 См., например: Лукашева Е.А. Принципы социалистического права // Советское государство и право. 1970. №6. С.21; Алексеев С.С. Проблемы теории права: Курс лекций в 2-х томах. Свердловск, 1972. Т.1. С. 105; Смирнов О.В. Основные принципы советского трудового права. М, 1977. С. 20-21. 100 См., например: Безбах В.В., Пучинский В.К. Основы российского гражданского права: Учеб. пособие. М, 1995. С. 6; Литовкин В.Н. Основные начала гражданского законодательства // В кн. Комментарий к Гражданскому кодексу РФ, части первой / Отв. ред. О.Н. Садиков. М, 1995. С. 13; Мозолин В.П. Гражданское законодательство /В кн. Гражданский кодекс РФ. Часть первая. Научно-практический комментарий / Отв. ред. Т.Е. Абова, А.Ю. Кабалкин, В.П. Мозолин. М., 1996. С. 9. 101 См., например: Свердлык Г.А. Принципы советского гражданского права: Дис. д- ра юрид. наук. Свердловск, 1985. С.79; Свердлык Г.А. Теория принципов советского гражданского права. Свердловск, 1984. /Рукопись депонирована в Институт научной информации по общественным наукам РАН №18796 от 23.11.84 г./ С.12,60-62. ,02Тамже.С.63-76. 103 См.: Ожегов СИ. Словарь русского языка / Под ред. Н.Ю. Шведовой. Изд. 14-е, стереотипное. М., 1983. С.350.
61 развития отрасли, а метод - ее "тактику", через какие-то конкретные способы и механизмы воздействия на общественные интересы. Гражданско-правовые нормы также взаимообусловлены, но не тождественны, поскольку не все принципы закреплены в конкретных нормах и далеко не каждая норма содержит в себе принцип гражданского права. Однако принципы права являются более широким, емким понятием, т.к. позволяют регулировать гражданско-правовые отношения не только при помощи имеющихся норм, но и исходя из смысла, духа закона, другими словами, имеют руководящий характер. Принципы права лежат и в основе создания новых гражданско- правовых норм. Мы согласны с мнением Г.Ф. Шершеневича, который считал, что преобладание в законодательстве норм, в которые вложены принципы гражданского права, говорит о совершенстве законодательства104. Что и определяет их нормативный характер105. В этой связи появление ст. 1 ГК РФ, в рамках которой отражены некоторые из принципов гражданского права, уже само по себе является отрадным. Но стоит заметить, что даже при непосредственном указании принципов в законе, при отсутствии конкретного их закрепления в нормах права, гарантирующих их применение, такие принципы превращаются в призывы, лозунги. Особо хотелось бы остановиться на мнении, высказанном А.А. Макрецовой, которая, исследуя принципы гражданского права переходного периода, приходит к выводу, что "принципы - это институт..."106, отождествив тем самым эти две категории. С такой позицией, на наш взгляд, невозможно согласиться по следующим причинам: во-первых, под правовым 104 Шершеневич Г.Ф. Учебник русского гражданского права (по изданию 1907 г.). М., 1995. С. 15. 105 Подробно проблемы соотношения предмета, метода, норм гражданского права с его принципами были исследованы Г.А. Свердлыком в его работе: Материалы к изучению основ гражданского права // В кн.: Основы права. Учебно-методическое пособие/ Под ред. В.В. Лазарева, М., 1996. С.98-101. 106 Макрецова А.А. Указ. соч. С. 12.
62 институтом принято понимать "относительно обособленный "блок", "агрегат" отрасли"107. Принципы же отрасли не могут быть обособлены от самой отрасли, даже относительно, поскольку они пронизывают все ее "блоки", "агрегаты", а также определяют применение аналогии закона и права в целом; во-вторых, мы солидарны с мнением О.А. Красавчикова о том, что гражданско-правовой институт - "это определенная совокупность гражданско-правовых норм, регулирующих относительно самостоятельную систему общественных отношений"108. Но принципы нельзя характеризовать как совокупность гражданско-правовых норм, поскольку их прямое закрепление в норме права далеко не обязательно. Таким образом, налицо несостоятельность вывода А.А. Макрецовой о том, что принципы представляют собой правовые институты, поскольку принципы по указанным выше причинам вообще не могут быть рассмотрены в качестве структурных элементов гражданского права, они присущи всей отрасли в целом. В целях определения понятия принципов гражданского права необходимо выделить признаки, которые характеризуют принцип как таковой. Соглашаясь в целом с позицией, высказанной уже Г.А. Свердлыком109, выделим следующие признаки принципов гражданского права: 1. Незыблемость, стабильность принципов. В чем проявляется стабильность и незыблемость принципов гражданского права, ведь совсем еще недавно действовал совершенно иной Гражданский кодекс и сами принципы гражданского права имели несколько иное содержание? См., например: Алексеев С.С. Структура советского права. М, 1975. С. 120. Красавчиков О.А. Система советского гражданского права // В кн.: Советское 1 ражданское право: Учебник. В 2-х томах. Т. 1 / Под ред. О.А. Красавчикова. 3-е изд., испр. идоп.М, 1985. С. 37. Свердлык Г.А. Принципы советского гражданского права: Дис. д-ра юрид. наук. Свердловск, 1985. С.76-79.
63 Действительно, но с обновлением гражданского законодательства и приведением его в соответствие с реалиями сегодняшнего дня подверглись коррекции предмет, метод, задачи отечественного гражданского права, естественно, что и принципы не могли этого избежать. Однако это далеко не означает, что должны быть перечеркнуты все существовавшие ранее в гражданском праве принципы и начертаны новые, как говорится, с чистого листа. Нет. Преемственность в определении принципов гражданского права, обусловленная изменением таких индивидуализирующих признаков отрасли, как предмет и метод гражданского права, сохраняется. Так как принципы являются конструктивной основой отрасли в целом. По нашему мнению, изменения в законодательстве не могут затронуть объективных начал гражданского права, они способны лишь сменить приоритеты отдельных принципов, отводя одни на второй план и выводя на первый - другие. Стабильность принципов не определяется стабильностью действующего законодательства, и, как верно отметил Г.А. Свердлык, принцип "функционирует безотносительно к изменению или отмене отдельных актов или норм"110, поскольку характеризуется нормативно-руководящим характером. Сущность которого заключается не только в прямом отражении принципа в конкретной правовой норме (нормативный характер), но и в его выявлении, выделении в результате анализа ряда норм, который пронизывает всю отрасль, институт (руководящий характер) и может прямо в нормах и не содержаться. Следует отметить, что с введением ч.1 ПС РФ принципам гражданского права был придан более ярко выраженный нормативный характер, поскольку в отличие от ПС РСФСР некоторые из принципов содержатся не в преамбуле к закону, а непосредственно в ст. 1 ГК. Что ничуть не умаляет их руководящего характера. Свердлык Г.А. Принципы советского гражданского права: Дис. д-ра юрид. наук. Свердловск, 1985. С.76.
64 2. Имея стабильный нормативно-руководящий характер, принцип обладает и свойством отражения реальной, объективной экономической, социальной, политической действительности. Именно под их воздействием происходит смена приоритетов в развитии права и его принципов, а также отдельной его отрасли или института. 3. Стабильные нормативно-руководящие положения, отражающие существующую объективную реальность, составляют основу всей практической деятельности, которая включает в себя: - работу по анализу соответствия действующего законодательства данным социально-политическим и экономическим отношениям, разработке и принятию новых, а также отмене устаревших нормативных актов; - регулирование взаимоотношений между субъектами гражданского права в процессе осуществления ими своих прав и исполнения обязанностей; - правоприменение, осуществляемое соответствующими органами. 4. Такие положения должны выражать закономерности развития имущественных, связанных с ними личных неимущественных отношений, а также защиты неимущественных отношений, которые не связаны с имущественными отношениями. Таким образом, принципами гражданского права являются стабильные нормативно-руководящие положения, отражающие объективную экономическую и социально-политическую реальность и выражающие закономерности развития имущественных и связанных с ними личных неимущественных отношений, в соответствии с которыми строятся нормативная база гражданско-правового регулирования, регламентация поведения субъектов гражданского права и правоприменение. К принципам самозащиты, которая является самостоятельной формой защиты гражданских прав, относимо определение, указанное нами
65 выше, однако оно носит общеотраслевой характер и не отражает в полной мере все особенности, свойственные принципам самозащиты. Принципам самозащиты, по нашему мнению, свойственны следующие черты: 1. Стабильный нормативно-руководящий характер принципов самозащиты. Стабильность их заключается в том, что они являются неизменными на протяжении уже длительного времени. Сама самозащита права как таковая была известна и используема уже давно и те положения, которыми руководствовались субъекты права при ее реализации, сохранились и применимы в настоящих условиях. Принципы самозащиты гражданских прав не носили до 1.01.95 г. ярко выраженный нормативный характер, так как самой самозащите права в том понимании и виде, в котором она существовала тогда, были посвящены всего две статьи ПС РСФСР. Поэтому в процессе практической деятельности приходилось обращаться к руководящим положениям, вытекающим из анализа не только гражданско-правовых норм, но и уголовно-правовых, регламентирующих право на необходимую оборону и действия в условиях крайней необходимости. В настоящее время, с введением в действие части первой ПС РФ, ситуация несколько изменилась. Ее можно охарактеризовать двояко: с одной стороны, законодатель посвящает самостоятельной форме защиты гражданских прав отдельную статью, в рамках которой пытается определить основные признаки самозащиты, тем самым придавая все более нормативный характер ее принципам; с другой стороны, отводя самозащите столь значимое место в системе форм защиты гражданских прав следует ожидать широкого ее применения в процессе осуществления и защиты гражданских прав. Однако уровень ее правового регулирования еще далеко не высок, что не позволяет, несмотря на придание самозащите более нормативного характера, пренебречь руководящим характером ее принципов.
66 2. Стабильные нормативно-руководящие положения, лежащие в основе правового регулирования самозащиты гражданских прав, зависят от той объективной экономической и социально-политической действительности, в которой они существуют. Это проявляется в том, что смена приоритетов в развитии государства определила смену и экономических акцентов, что не замедлило сказаться на столь чутко реагирующей на все изменения экономической действительности отрасли, как гражданское право, и его принципах. Это обстоятельство помогло пересмотреть позиции и принципы, на которых стояло отечественное право в целом и гражданское право в частности. Помогло освободиться от ярко выраженной и присущей социалистическому праву и его принципам идеологической окраски. Однако это не означает, что сейчас мы можем сказать, что существующее право свободно от социально-политической действительности и ее идеологии. Вовсе нет, произошла просто смена идеологических приоритетов, но право и его принципы продолжают их отражать и отчасти определяются ими. Вот, в некоторой степени, почему законодатель ввел в новый Гражданский кодекс РФ норму, разрешающую лицам, чьи права нарушены, самостоятельно, без обращения в соответствующие компетентные органы защищать свои гражданские права. Через систему принципов самозащита выражает общую дозволительную направленность обновленного законодательства. Способствует упорядочению предпринимательских отношений и обеспечению нормального развития складывающихся рыночных отношений. 3. Принципы самозащиты гражданских прав составляют основу практической деятельности, которая выражается в работе законодательных органов, регулировании взаимоотношений между субъектами гражданского оборота и правоприменении. Так, например, проанализировав существующее состояние правового регулирования самозащиты гражданских прав и сложившиеся в судебной
67 практике вопросы, Пленум Верховного Суда РФ и Пленум Высшего Арбитражного Суда РФ в целях обеспечения правильного и единообразного применения судами и арбитражными судами ч. 1 ГК РФ, руководствуясь именно принципами гражданского права в целом и принципами отдельных элементов, составляющих систему гражданского права (подотраслей, институтов, субинститутов), субинститутом которого является самозащита, вынесли постановление, в п. 9 которого содержится положение, разъясняющее особенности применения самозащиты гражданских прав111. Принципы самозащиты гражданских прав, и не имея зачастую прямого нормативного закрепления, используются в регулировании взаимоотношений между субъектами. Примером чего может служить случай, уже описанный нами ранее, когда одна из сторон пресекла незаконное использование другой стороной принадлежащего первой помещения путем его запирания и опечатывания. Нельзя не отметить здесь и роль правоприменительной деятельности арбитражного суда, который, рассмотрев иск второй стороны, учитывая недостаточный уровень правового регулирования реализации права на самозащиту и руководствуясь принципами самозащиты гражданских прав, вынес решение о признании действий первой стороны - самозащитой принадлежащего ей гражданского права на указанное помещение. 4. Принципы самозащиты отражают объективные закономерности в развитии защиты имущественных, связанных с ними личных неимущественных отношений, а также не связанных с имущественными личных неимущественных отношений. И являются определяющими в регулировании допускаемых законом или договором действий управомоченного лица, направленных на обеспечение неприкосновенности права, пресечение нарушения и ликвидацию последствий такого нарушения. 111 Постановление Пленума Верховного Суда РФ и пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 1 июля 1996 г.// Российская газета. 1996.10 авг. С.12,13.
68 Таким образом, принципы самозащиты гражданских прав представляют собой стабильные нормативно-руководящие положения, отражающие объективную экономическую реальность и выражающие закономерности развития допускаемых законом или договором действий управомоченного лица, направленных на обеспечение неприкосновенности права, пресечение нарушения и ликвидацию последствий такого нарушения, в соответствии с которыми строятся нормативная база гражданско-правового регулирования, регламентация поведения субъектов гражданского права и правоприменение. Проведенное нами исследование понятия принципов самозащиты гражданских прав позволяет перейти к анализу системы принципов самозащиты и рассмотрению отдельных из них как элементов этой системы, чему и посвящен второй параграф настоящей главы.
69 § 2. Классификация и система принципов самозащиты гражданских прав Анализ принципов самозащиты будет неполным без исследования всего их многообразия, составляющего единую систему принципов гражданских прав и самозащиты, поскольку под системой чего-либо принято понимать "нечто целое, представляющее собой единство закономерно расположенных и находящихся во взаимной связи частей"112. Все принципы взаимосвязаны и образуют логическую систему, что явилось объективной причиной рассмотрения нами не отдельно каждого из принципов, а исследования их в аспекте системы, которую они составляют. Соглашаясь в целом с системой принципов гражданского права, приведенной Г.А. Свердлыком113, в основе которой лежит отграничение принципов по сфере их действия и, как следствие, отражающих особенности отношений, на которые они распространяются, отметим, что ее составляют не только общеправовые, межотраслевые, отраслевые, институционные, но и субинституционные принципы. Вопрос о выделении последних неразрывно связан с вопросом существования самих субинститутов. Но поскольку таковые в гражданском праве имеют место (например, самозащита)114, а в основе систематизации принципов лежит критерий именно сферы их действия, круга отношений, на которые они распространяются, то, соответственно, имеют место в гражданском праве и субинституционные принципы. Однако в последнее время в науке была высказана и другая точка зрения, отрицающая необходимость выделения даже специальных 112 Ожегов СИ. Указ. соч. С.639. 113 Свердлык Г.А. Принципы советского гражданского права: Дис. д-ра юрид. наук. Свердловск, 1985. С. 149-173. 114 Структура гражданского законодательства и место в ней самозащиты нами рассматривались в § 2 главы 1 настоящего исследования.
70 (отраслевых) принципов права. Она обосновывается тем, что общеправовые принципы действуют через отраслевые, а специфические отраслевые принципы являются не чем иным, как своеобразным преломлением общеправовых принципов115. Действительно, общеправовые принципы действуют через отраслевые, но, по нашему мнению, с указанной позицией трудно согласиться по той причине, что задача исследования принципов любой отрасли, подотрасли, института, субинститута заключается в отыскании специфичных признаков, присущих только конкретному структурному подразделению права, позволяющих отграничить его от других. А принципы, наряду с предметом и методом, относятся именно к таким индивидуализирующим признакам отрасли. Перейдем к исследованию вопросов, связанных с систематизацией принципов самозащиты и гражданского права в целом. В работах некоторых отечественных ученых, исследующих принципы гражданского права, встречается такое словосочетание, как "основные принципы"116, что дает основание полагать, что принципы гражданского права можно систематизировать по признаку их значимости для гражданского права на "основные" и "неосновные". Такой подход представляется не совсем обоснованным, поскольку если то или иное положение характеризуется как "неосновной принцип", то, следовательно, у него отсутствует нормативно-руководящий характер. А соответственно, о таком положении нельзя говорить, что это принцип вообще, т.к. он не отвечает признакам, присущим принципам гражданского права. См.: Кудрявцев В.Н., Келина С.Г. Принципы советского уголовного права. М, !988. С.61-62; Наумов А.В. Принципы уголовного права // В кн.: Российское Уголовное право: Общая часть. Курс лекций. М., 1996. С. 46-47. 6 См., например: Макрецова А.А. Указ. соч. С. 13,15.
71 Следует отметить, что система принципов самозащиты аналогична системе принципов гражданского права в целом117 и, по нашему мнению, выглядит следующим образом: 1. Общеправовые принципы: а) равноправие субъектов права на самозащиту; б) законность действий по самозащите; в) оптимальное сочетание коллективных, общественных и личных интересов при самозащите гражданских прав; г) реальность и гарантированность права на самозащиту. 2. Межотраслевые принципы: а) свобода договора в выборе способов самозащиты, условий их реализации и пределов при защите прав из договорных отношений; б) неприкосновенность собственности как дополнительный предел осуществления права на самозащиту и основание для ее применения в случае его нарушения; в) недопустимость произвольного вмешательства в частные дела при реализации права на самозащиту. 3. Отраслевые принципы: а) всемерная защита гражданских прав как возможность выбора любого способа самозащиты, не противоречащего закону; б) восстановление нарушенных прав; в) свобода, инициативность и добросовестность в реализации права на самозащиту. 4. Подотраслевые принципы, влияющие только на порядок и особенность применения самозащиты отношений, регулируемых ими, и определяющие дополнительные пределы в реализации права на самозащиту: 117 Система принципов гражданского права была наиболее глубоко и всесторонне исследована Г.А. Свердлыком в его работах: Теория принципов советского гражданского права. Свердловск, 1984./Рукопись депонирована в Институте научной информации по общественным наукам РАН №18796 от 23.11.84 г./; Принципы советского гражданского права: Дис. д-ра юрид. наук. Свердловск, 1985; Принципы советского гражданского права. Красноярск, 1985. В качестве элементов системы принципов гражданского права Г.А. Свердлык выделяет общеправовые, межотраслевые, отраслевые и институционные принципы. Соглашаясь в целом с такой позицией, отметим, что самозащита гражданских прав представляет собой субинститут и соответственно подчиняется несколько специфическим принципам, свойственным именно данной структурной единице права. А соответственно, представляется целесообразным выделить и такой элемент системы принципов гражданского права, как субинституционные принципы.
72 а) право собственности (равенство форм собственности, недопустимость лишения имущества иначе чем по решению суда и др.); б) жилищное (неприкосновенность жилища, соблюдение санитарных, технических и бытовых требований, которым должны соответствовать жилые помещения и др.); в) обязательственное (принципы которого дифференцируются на договорные и внедоговорные); г) творческое право (имеющее принципы свободы творчества и свободы использования объектов творчества). 5. Институционный принцип: а) соответствие вреда, причиненного действиями по защите нарушенного права, вреду предотвращенному. 6. Субинституционный принцип: а) самостоятельность защиты нарушенного права без обращения в компетентные правоохранительные органы. Все они взаимосвязаны, имеют обоюдное влияние и неизменно проявляются друг в друге. Рассмотрим каждый из указанных элементов: 1. Специфика общеправовых принципов заключается в их универсальности, относимое™ к любой отрасли права, с той лишь оговоркой, что при их рассмотрении в рамках каждой отдельной отрасли они приобретают особый характер, преломляются и отражают те особенные черты, присущие конкретной отрасли. Но это нисколько не умаляет их универсальности. К числу общеправовых принципов относятся такие нормативно- руководящие положения, которые отражают объективную экономическую и социально-политическую реальность и выражают закономерности развития всей системы права, охватывая своим влиянием все отрасли, подотрасли, институты и субинституты. Таковыми, по нашему мнению, являются: а) равноправие субъектов права; б) законность; в) оптимальное сочетание коллективных, общественных и личных интересов; г) реальность и гарантированность прав и обязанностей субъектов права.
73 Рассмотрим, каково же проявление, сущность и значение общеправовых принципов в самозащите гражданских прав. А. Принцип равноправия субъектов права проявляется во всех отраслях российского права118. В том числе и в гражданском праве, где, учитывая особенность регулируемых отношений, он означает, что " ни одна из сторон в гражданском правоотношении не может только по занимаемому ею положению предопределять поведение другой"119. Указанный принцип проявляется и в самозащите гражданских прав, что следует из положения ст. 14 ГК РФ, где нет никаких ограничений в субъектном составе лиц, на которых распространяется право на самозащиту. Соответственно сущность принципа равенства всех субъектов гражданского права в осуществлении права на самостоятельную защиту своих прав, на наш взгляд, заключается в равенстве: - всех субъектов, реализующих право на самозащиту перед законом (единство требований закона ко всем лицам, прибегающим к такой форме защиты права) и судом (в случае обжалования другой стороной их действий по самозащите)120; Так, например, А.В. Наумов, анализируя принципы уголовного права, отмечает, что в новом УК РФ законодательно сформулированы следующие принципы: "... , равенства граждан перед законом,...." (Наумов А.В. Указ. соч. С.47.). Логинов В.П. к числу принципов арбитражного процессуального права относит принцип равноправия сторон (Логинов В.П. Принципы арбитражного процессуального права // В кн.: Арбитражный процесс: Учебник / Под ред. М.К. Треушникова. М., 1993. С. 28.) и др. 1 См., например: Толстой Ю.К. Указ.соч. С.51. 120 Е.А. Васильев полагает, что равенство граждан перед законом "имеет во многом декларативный характер ... в связи с дороговизной юридической помощи" ( Васильев Е.А. Основные принципы и тенденции развития гражданского и торгового права // В кн.: Гражданское и торговое право капиталистических государств: Учебник. М., 1993. С.21.). Однако, на наш взгляд, требования закона к гражданам, имеющим "дорогую" и "дешевую" юридическую помощь, одинаковы. Хочется отметить, что "дороговизна" юридической помощи далеко не всегда означает высокий уровень квалификации лиц, ее оказывающих. Более того, именно тогда, когда помощь высококвалифицированна, можно рассчитывать на то, что все моменты, обстоятельства, имеющие отношение к делу, будут учтены достаточно полно, всесторонне и объективно. А это полностью соответствует такому принципу, как принцип законности.
74 - возможностей всех субъектов гражданского права в реализации права на самозащиту и недопустимости ограничения этой возможности иначе чем на основании закона или судебного решения. Значение такого принципа самозащиты гражданских прав, как равенство субъектов гражданского права, заключается в соблюдении демократической направленности всех реформационных процессов, происходящих в обществе и отражающихся в праве. Б. Принцип законности пронизывает все структурные элементы права и характеризуется обязанностью всех субъектов права соблюдать закон, действуя строго в его рамках. В системе принципов самозащиты он проявляется двояко: во-первых, в необходимости применения способов самозащиты, допускаемых законом или договором, поскольку некоторые из способов самостоятельной защиты прав, вытекающих из договорных отношений, должны быть предусмотрены в договоре; во-вторых, в необходимости соблюдения требований, предусмотренных законом или договором к применению конкретных способов самозащиты. Принцип законности реализации права на самозащиту имеет важное значение не только при реализации права на самозащиту субъектами гражданского права, но и в правоприменительной деятельности органов, призванных разрешать споры, возникающие по поводу правомерности применения самозащиты. В. Принцип оптимального сочетания коллективных, общественных и личных интересов, на наш взгляд, присущ любой системе права, поскольку любое государство, желающее стабильности экономической и социально-политической обстановки, в построении системы права должно руководствоваться необходимостью наиболее °птимального сочетания коллективных, общественных и личных интересов его субъектов.
75 Следует отметить, что речь идет не о равенстве интересов представленных в гражданском праве субъектов, а именно о сочетании, разумном соотношении таких интересов, что достигается: во-первых, путем участия в принятии того или иного нормативно-правового акта представителей (депутатов), выражающих интересы практически всех субъектов гражданско-правовых отношений; во-вторых, в отражении в положениях нормативно-правовых актов соответствующих интересов (как путем участия в рабочих группах по подготовке законопроектов, так и внесения соответствующих поправок в обсуждаемые проекты). В системе принципов самозащиты данный принцип проявляется в возможности действуя в рамках самозащиты оперативно пресечь нарушение права любого субъекта гражданского оборота: гражданина; юридического лица, чаще всего выражающего интересы определенной группы лиц (коллектива); государства или его субъектов, тем самым в реализации права на самозащиту воплощается сочетание не только личных, коллективных, но и общественных интересов. Кроме того, применение права на защиту без обращения в соответствующие государственные и иные органы позволяет повысить дисциплину исполнения обязательств, что в конечном итоге в интересах всего общества и каждого его субъекта в частности. Это положение имеет важное значение еще и в силу того, что насколько успешно будет оно воплощаться в праве, настолько реальней наступление экономической, социально-политической и соответственно правовой стабильности общества. Г. Принцип реальности и гарантированности прав и обязанностей субъектов гражданского права является общеправовым принципом, он обеспечивается государственным принуждением. А право, где отсутствует данный принцип, обречено на неисполнение, поскольку отсутствие реальности и гарантированности в
76 отношениях между субъектами права будет свидетельствовать о его декларативности. Ст. 14 ГК РФ содержит положение, допускающее самозащиту гражданских прав, с той лишь оговоркой, что ее способы должны быть соразмерны нарушению и не выходить за пределы действий, необходимых для его пресечения. Н.Д. Егоров достаточно ярко показал роль самозащиты в обеспечении организованности и порядка в общественных отношениях, который является необходимым условием реальности и гарантированное™ осуществления гражданских прав и исполнения обязанностей. "Гражданское право,- пишет он,- тем и отличается от других отраслей права, что располагает уникальным, веками отработанным юридическим инструментарием, обеспечивающим организованность и порядок в общественном производстве без непосредственного государственного принуждения путем воздействия на экономические интересы участников гражданского производства"121. Сущность исследуемого принципа заключается в том, что каждый имеет возможность в любое время прибегнуть к правомерной самозащите. О реальности возможности осуществления данного принципа говорит хотя и немногочисленная, но имеющая место практика, выявившая необходимость в разъяснении положений, регулирующих пределы реализации права на самозащиту122. А степень гарантированное™ этого права равнозначна степени гарантированное™ любой из форм защиты нарушенных прав, будь то судебная или административная форма. От того, насколько эффективно реализуется этот принцип, зависит и престиж самого государства, его органов. Егоров Н.Д. Гражданское право как отрасль права // В кн.: Гражданское право: учебник. 4.1 / Под ред. Ю.К. Толстого, А.П. Сергеева. М., 1996. С.5. "2 Постановление Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 1 июля 1996 г. // Российская газета. 1996. 10 авг. С Л 2,13.
77 2. Принципы, свойственные двум и более отраслям права, принято именовать межотраслевыми принципами. К их числу, на наш взгляд, следует отнести следующие: а) свободы договора; б) неприкосновенности собственности; в) недопустимости произвольного вмешательства в частные дела. Рассмотрим, каково же проявление, сущность и значение межотраслевых принципов в системе принципов самозащиты гражданских прав. А. Принцип свободы договора свойственен ряду отраслей права, где отношения между субъектами регулируются посредством договора. Такими отраслями являются, например, гражданское (гражданско- правовой договор), трудовое (трудовой контракт), семейное (брачный контракт), международное частное право (международный договор). В ст.1 и ст. 421 ПС РФ закреплена сущность принципа свободы договора, которая заключается в том, что граждане и юридические лица свободны в заключении договора, что включает в себя: - свободу субъектов гражданского права самим, по своему усмотрению избирать контрагента по договору; - недопустимость понуждения к заключению договора, за исключением случаев, предусмотренных законом; - свободу в выборе вида договора, как предусмотренного законом, так и прямо не предусмотренного им и содержащего элементы различных видов договоров (смешанный договор); - свободу субъектов гражданского права самим, по своему усмотрению определять условия договора. Указанные положения, применимо к самозащите прав, вытекающих из договорных отношений, можно конкретизировать следующим образом. Самозащита может реализовываться не только посредством применения каких-либо приемов самообороны, но и путем внесения определенных условий в гражданско-правовые договоры. Последние получили свое
78 распространение при самостоятельной защите нарушенных прав, вытекающих из договорных отношений. Так, на наш взгляд, вполне очевидно проявление этого принципа, например, при определении сторонами размера неустойки за нарушение условий поставки продукции, поскольку стороны не ограничены какими бы то ни было рамками. Кроме случаев, когда такая неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения условий поставки (ст.ЗЗЗ ПС РФ). В этой связи считаем необходимым отметить, что являясь по своей сущности дозволительным, гражданско-правовой метод регулирования общественных отношений характеризуется наделением субъектов на началах их юридического равенства способностью правообладания, диспозитивностью и инициативой, обеспечивает установление правоотношений на основе правовой самостоятельности сторон123. Современное законодательство, несмотря на его относительную новизну, все же грешит недостаточной глубиной проработки отдельных его положений и неоправданным ограничением принципа свободы договора. Гражданско-правовая диспозитивность выражается в свободе усмотрения участников отношений в осуществлении правоспособности, субъективных прав, определяющих содержание правоотношений. Однако, например, в отношениях между коммерческими организациями диспозитивный метод регулирования применяется с ограничениями, некоторые из них едва ли обоснованны. Так, вряд ли целесообразно сохранять правило, установленное п.4 ст.575 ГК РФ, согласно которому не Допускается дарение в отношениях между коммерческими организациями, за исключением обычных подарков, стоимость которых не превышает пяти установленных законом минимальных размеров оплаты труда. См.: Яковлев В.Ф. Гражданско-правовой метод регулирования общественных отношений: Автореф. д-раюрид. наук. Свердловск, 1972. С.25.
79 Предоставляя коммерческим организациям право самостоятельно, на свой риск осуществлять предпринимательскую деятельность, логично было бы предоставлять им право определять и вид сделки, которым они вправе достигнуть допускаемой законом цели. Гражданско-правовая диспозитивность предполагает юридическую инициативу хозяйствующего субъекта. Кроме того, указанное нами ограничение является явно неоправданным и вступает в противоречие с положением статьи 415 ПС РФ, в соответствии с которым обязательство прекращается освобождением кредитором должника от лежащих на нем обязанностей, если это не нарушает прав других лиц в отношении имущества кредитора. Это общее положение об обязательствах, в частности о прекращении обязательств, распространяется на все их виды и на всех субъектов гражданско-правовых отношений без ограничения. Так, если коммерческие организации заключили между собой договор поставки продукции и одна сторона исполнила свои обязанности, поставив другой стороне предусмотренную договором продукцию, после чего простила последней ее долг, то перед нами возникает формула того же запрещенного п.4 ст.575 ПС РФ дарения, но в ее легитимном изложении. Значение принципа свободы договора сложно переоценить, поскольку он неразрывно связан с диспозитивностью как одной из черт метода гражданско-правового регулирования, которая определяет специфичность гражданского права как самостоятельной отрасли. Б. Некоторые авторы исследуя принципы гражданского права приходят к выводу, что то или иное положение закона является принципом только потому, что оно зафиксировано в Конституции. Однако в Конституции содержатся положения, которые не могут являться принципами, т.к. не соответствуют признакам принципа права124. В связи с 124 Признаки принципа гражданского права исследовались нами в предыдущем параграфе.
80 чем, характеризуя принципы гражданского права, следует отличать их от гарантий, которые внешне очень схожи с общеправовыми принципами, поскольку Конституция, в которой они, как правило, содержатся, является основным законом РФ и по своему кругу действия распространяется на всю систему права. Так, например, положение, вытекающее из анализа целого ряда статей Конституции (ст.ст. 8, 25, 35, 40 и др.) и закрепленное в ст. 1 ГК РФ-неприкосновенность собственности, действительно является элементом каркаса многих отраслей права (гражданского, хозяйственного и др.). Однако, на наш взгляд, представляется затруднительным распространить его на исправительно-трудовое или уголовно-процессуальное право. В связи с чем считаем, что такое положение следует отнести к межотраслевым принципам и общеправовым гарантиям, т.к. отчасти обеспечение неприкосновенности собственности достигается и в судебном порядке и путем изоляции от общества лиц, нарушающих это право. При осуществлении права на самозащиту управомоченное на такую защиту лицо должно руководствоваться принципом неприкосновенности собственности с тем, чтобы не нарушить права других лиц, поскольку в этом случае право на самозащиту перерастет в злоупотребление правом или иное правонарушение. В. Принцип не до пустим ости произвольного вмеша - тел ьства в частные дела имеет межотраслевой характер. Его можно обнаружить во многих отраслях российского права, с той лишь разницей, что учитывая своеобразие регулируемых ими отношений, он проявляется в несколько различных аспектах. Так, например, ст. 23 Конституции РФ предусматривает право каждого на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну; ст.9 ГПК РСФСР содержит положение, согласно которому в определенных законом случаях допускается закрытое судебное разбирательство в целях предотвращения разглашения сведений об интимных сторонах жизни участвующих в деле лиц, а также
81 обеспечения тайны усыновления; ст.1 СК РФ в качестве основного начала семейного законодательства называет недопустимость произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи; ст. 1 ГК РФ не допускает произвольное вмешательство кого-либо в частные дела. В системе принципов самозащиты гражданских прав его сущность проявляется в недопустимости в процессе реализации права на самозащиту вторжения в частные дела других участников правоотношений. Так, например, представляется недопустимым самостоятельно защищая свои права, без соответствующего разрешения устанавливать различного рода видео-, аудиотехнику с целью получения какой-либо информации частного характера о своем контрагенте по сделке. 3. Принципы, свойственные отдельным отраслям права, именуются отраслевыми принципами. К числу гражданско-правовых принципов, на наш взгляд, следует отнести: а) всемерную защиту гражданских прав; б) восстановление нарушенных прав; в) свободу, инициативность и добросовестность в осуществлении гражданских прав. Рассмотрим, каково же проявление, сущность и значение отраслевых принципов в системе принципов самозащиты гражданских прав. Поскольку именно они отражают особенности гражданского права как самостоятельной отрасли, они определены существом общеправовых и межотраслевых принципов и выявлены нами путем анализа и обобщения содержания самих гражданско- правовых нормативных актов, а также практики их применения. Кроме того, указанные гражданско-правовые принципы составляют элемент единой системы принципов и обуславливают направленность и специфику принципов подотраслей и других структурных частей гражданского права. а. Принцип всемерной защиты гражданских прав вытекает из анализа ст.ст. 11, 12, 14 ГК РФ. Некоторые авторы придерживаются несколько иной точки зрения, выдвигая в качестве
82 принципа гражданского права "судебную защиту" нарушенных прав125. В связи с чем, по поводу соотношения самозащиты гражданских прав и судебной защиты как принципа гражданского права представляется возможным высказать следующие соображения . Наиболее распространенной является классификация форм защиты в зависимости от субъекта и порядка осуществления им права на защиту. Представить её можно следующим образом: судебная форма, включающая суд общей юрисдикции, арбитражный суд, третейский суд (или судебный порядок), и специальная форма, осуществляемая административными органами (или административный порядок). Этой точки зрения придерживаются Н. И. Клейн126, М. И. Брагинский127 и др.128. Такой подход, по-видимому, и лег в основу выделения судебной защиты в качестве принципа гражданского права. Законодательная власть, стремясь к провозглашению нашего государства правовым, поспешила поставить суд во главу угла во многих сферах его деятельности129, что далеко не всегда вызвано практической необходимостью. Так произошло и в случае См., например: Безбах В.В., Пучинский В.К. Основы российского гражданского права: Учеб. пособие. М, 1995. С. 10; Садиков О.Н. Основные начала гражданского права // В кн.: Гражданское право России: Курс лекций. Часть первая /Под ред. О.Н. Садикова, М., 1996. С. 11 и др. 126 См.: Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части первой / Отв. ред. О.Н. Садиков. М: ЮРИНФОРМЦЕНТР, 1995. С.29-30. 127 См.: Комментарий части первой Гражданского кодекса Российской Федерации для предпринимателей. М: Фонд "Правовая культура", 1995. С.49-50. 128 Представляется достаточно обоснованной точка зрения некоторых ученых, согласно которой правомерность деления форм защиты права на общие и специальные признавалась не совсем убедительной. См., например: Побирченко И.Г. Хозяйственная юрисдикция. Киев, 1973. С. 100-104; Елисейкин П.Ф. Защита субъективных прав и интересов и компетенция суда в советском гражданском процессе // Ученые записки Дальневосточного государственного университета, "Вопросы государства и права". Владивосток, 1969. №31. С.64-65; Чечот Д.М. Субъективное гражданское право и формы его защиты. Ленинград, 1968. С.52. 1:9 См.: Постановление ВС РФ от 24.10.91 г. №1801-1 "О концепции судебной Реформы в РСФСР", Указ Президента РФ от 22.11.94 г. № 2100 "О мерах по Реализации Концепции судебной реформы в РФ"// Российская газета. 1994 г. 30 Ноября.
83 возведения судебной защиты в гражданско-правовой принцип, поскольку, тем самым, вопрос об административной форме защиты мог стоять лишь как об исключительной. Но нельзя выдавать наши стремления за объективную реальность130. Искусственность такого подхода стала еще более очевидна в связи с введением в действие ч. 1 ПС РФ, а вместе с ней и ст.ст. 12 и 14 ПС , допускающих, наряду с судебной и административной, - самостоятельную защиту гражданских прав управомоченным лицом. В этих условиях говорить о судебной защите как о принципе гражданского права, на наш взгляд, нельзя. Может возникнуть вопрос о том, как же тогда с указанными положениями согласуется то, что при любом разрешении вопроса в административном порядке или при реализации права на самозащиту каждый может обратиться в суд, за которым остается право решающего голоса. А возможность обращения в суд имеется практически всегда. Действительно, такое право у указанных лиц имеется. Но это только право, которым они могут воспользоваться, а могут и ограничиться возможностью защитить свое право в иной форме, что уже не позволяет возводить судебную защиту в принцип. С нашей точки зрения, судебная защита скорее носит универсальный характер, характер общеправовой гарантии131, чем гражданско-правового принципа. Подводя итог сказанному, следует отметить, что защита гражданских прав может и должна осуществляться в любой допустимой законом форме, любыми допустимыми способами. Что позволяет выделить в качестве гражданско-правового принципа - всемерную защиту гражданских прав, основанную на возможности свободного выбора ее форм и способов. Наиболее глубоко вопрос сочетания объективного и субъективного в принципах гражданского права раскрыл Г.А. Свердлык в своей работе: Принципы советского гражданского права: Дисс. д-ра юрид. наук. Свердловск, 1985. С.81-111. 1 ! Именно так положение о судебной защите закреплено в ст. 46 Конституции РФ, где говорится, что "каждому гарантируется (разрядка наша. - Э.С.) судебная защита его прав и свобод".
84 б. Реализация принципа восстановления нарушенных гражданских прав является необходимым условием нормального развития имущественных и связанных с ними личных неимущественных отношений. Восстановление нарушенных прав может выражаться в двух формах: 1) в добровольном восстановлении нарушенных прав виновным без какого-либо воздействия на него со стороны уполномоченных на то лиц и органов; 2) в принудительном восстановлении. Добровольное восстановление нарушенных прав встречается в современных экономических условиях достаточно редко и сопровождается оно, как правило, самостоятельным прекращением противоправных действий. Причиной тому чаще всего служит угроза правового воздействия на нарушителя. Увеличение числа добровольного восстановления нарушенных прав свидетельствует о повышении уровня правосознания субъектов права и силе авторитета государства. Но пока самостоятельное восстановление нарушенных прав самим нарушителем без какого-то воздействия со стороны соответствующих органов не столь распространено, государство вынуждено прибегать к системе мер принудительного восстановления нарушенных прав. Такое восстановление может достигаться: в судебном порядке (восстановление права на честь и достоинство, а также деловую репутацию может осуществляться судом, путем возложения на нарушителя обязанности опровергнуть ложные сведения, послужившие основанием для умаления чести, достоинства или деловой репутации их обладателя); в административном (путем обжалования в вышестоящую инстанцию неправомерных действий органов местного самоуправления или их должностных лиц по отчуждению части земельного участка, находящегося у гражданина на праве аренды, которая властью, имеющейся у нее над нарушителем права, может отменить незаконное решение и восстановить тем самым нарушенное право); в порядке самозащиты (пресекая нарушение права собственности на имущество, лицо, действующее в рамках
85 самозащиты, возвращает имущество, право собственности на которое было нарушено, тем самым восстановив его). Данный принцип имеет свое проявление и в самозащите, под которой (самозащитой), на наш взгляд, следует понимать допускаемые законом или договором действия управомоченного лица, направленные на обеспечение неприкосновенности права, пресечение нарушения и ликвидацию последствий такого нарушения. Проявляется он в том, что на восстановление нарушенного права всегда направлены действия потерпевшего от правонарушения, однако далеко не всегда возможно восстановить нарушенное право (например, при уничтожении определенного имущества нельзя восстановить действиями по самозащите само имущество и соответственно право собственности на него). В таких случаях способы самозащиты носят компенсационный характер, поэтому указанный принцип нами прямо не выделен в определении, он вытекает из направленности действий по самозащите на ликвидацию последствий нарушения права. в. Принцип свободы,инициативности и добросове стности субъектов гражданского права в осуществлении своих прав и исполнении обязанностей является основополагающим для развития предпринимательской деятельности. Он является отправной точкой построения всей экономической системы нашего общества. Свобода и инициатива субъектов гражданского оборота в аспекте проводимого нами исследования предполагает, что они вправе по своей инициативе принять решение о необходимости защиты своих прав, а также выборе формы такой защиты (судебной, административной или самостоятельной) и в случае выбора последней определиться с применением конкретного способа самозащиты. Добросовестность осуществления своих прав предполагает, что лицо, реализующее право на самозащиту, делает это в соответствии с его назначением без нарушения прав третьих лиц.
86 А.А. Макрецова в своей работе "Принципы гражданского права переходного периода" высказала точку зрения, в соответствии с которой фактически отождествляется диспозитивность норм гражданского законодательства и принцип свободного осуществления гражданских прав132. Что, на наш взгляд, не совсем верно, т.к. диспозитивность характеризует именно нормы гражданского законодательства, особенность их построения и дозволительную направленность, в то время как принцип свободного осуществления гражданских прав свойственен именно процессу реализации этих норм гражданами, юридическими лицами при осуществлении принадлежащих им прав и законных интересов. В данном случае необходимо помнить, что диспозитивность норм гражданского права характеризует то, как регулируются отношения, являющиеся предметом гражданского права, т.е. характеризует метод гражданско-правового регулирования, и его (метод) следует отличать от принципов права133. Поэтому мы считаем более верной позицию О.А. Красавчикова, который характеризовал диспозитивность как черту метода гражданско-правового регулирования134. Кроме того, имея неверную основу в своих выводах, А.А. Макрецова делает заключение, что "принцип диспозитивности, - который она отождествляет с принципом свободы осуществления гражданских прав, - имеет в его негативном значении: никто не может принудить обладателя права к его осуществлению (ни правовая норма, ни властно- административный акт, ни другая сторона правоотношения). Это вызвало необходимость включить в ГК ряд норм о последствиях неосуществления См.: Макрецова А.А. Указ.соч. С. 93-108. Подробней соотношение метода гражданского права и его принципов нами Рассматривалось в предыдущем параграфе. См.: Красавчиков О.А. Советское гражданское право: Учебник / Под ред. О.А. Красавчикова. М., 1985. С. 16.
87 права"135. Считаем, что принцип свободы осуществления гражданских прав именно предполагает невмешательство третьих лиц в осуществление гражданских прав. В этом его сущность. Но и из принципа могут быть сделаны исключения, например, в случаях, когда государство, действуя в своих интересах, принуждает заключить договор на поставку для государственных нужд (что является осуществлением гражданских прав и должно быть свободным), приняв определенный закон (п.2 ст.527 ГК). Но говорить о последствиях неосуществления права, когда поставщик отказался заключать такой договор, нельзя, т.к. закон возводит указанное право в обязанность. И, соответственно, последствия наступают не за неосуществление права, а за неисполнение обязанности. Прежде чем говорить о принципе добросовестности в осуществлении гражданских прав и в том числе права на самозащиту, следует отличить его от принципа законности, который весьма с ним схож. По нашему мнению, отграничить два указанных принципа можно по характеру нарушения. Примером нарушения принципа законности может служить любое несоответствие действий лица, прибегнувшего к самозащите, требованиям закона (несоразмерность действий по самозащите вследствие неверного представления о степени опасности посягательства (добросовестное заблуждение)). В то время как нарушение принципа добросовестности может не выражаться в нарушении требования закона (например, такое нарушение условий договора поставки, как приложение к поставляемой партии продукции сертификатов соответствия на аналогичную, но другую (более позднюю) партию). В последнем случае принцип законности не нарушен, здесь следует говорить о добросовестности субъектов гражданского оборота. Таким образом, несмотря на схожесть рассматриваемых принципов считаем, что не каждое нарушение принципа законности означает автоматическое нарушение принципа добросовестности и далеко не каждое нарушение 135 Макрецова А.А. Указ.соч. С.94.
88 принципа добросовестности свидетельствует о нарушении принципа законности. Добросовестность субъектов гражданского оборота подразумевается отечественным законодателем, в противном случае мы имели бы дело с поощрением государством совершения правонарушений, что противоречит основным его функциям и задачам. Значение данного принципа состоит в том, что действия по самозащите, не соответствующие требованию добросовестности, можно смело отнести к числу злоупотреблений правом. А отсутствие инициативности ставит под вопрос вообще реальность действенности отечественного законодательства и права на самозащиту в частности. 4. Подотраслевыми принципами принято называть принципы, свойственные определенным подотраслям права. К числу подотраслей гражданского права можно отнести: право собственности (равенство форм собственности, недопустимость лишения имущества иначе чем по решению суда и др.); жилищное (неприкосновенность жилища, соблюдение санитарных, технических и бытовых требований, которым должны соответствовать жилые помещения, и др.); обязательственное (имеющее общие принципы (надлежащее исполнение обязательств и принципы, которые можно дифференцировать на договорные и внедоговорные)) и творческое право (имеющее принципы свободы творчества и свободы использования объектов творчества). Не останавливаясь на анализе принципов каждой из перечисленных подотраслей, скажем, что они имеют свое отражение в требованиях к самозащите отношений, регулируемых такими подотраслями. Например, принцип неприкосновенности жилища вносит дополнительные пределы осуществления права на самозащиту. Очевидна также разница в пределах реализации какого-либо способа самозащиты в случае нарушения права собственности на какую-либо вещь (лопату, деньги и т.п.) и в случае неправомерного проникновения в жилище,
89 поскольку в последнем случае посягательство может быть направлено в конечном итоге не только и не столько на имущество, которое там находится, а на жизнь и здоровье граждан, которым принадлежит это жилище, поэтому значение данной группы принципов для осуществления права на защиту от нарушения сложно переоценить. 5. К числу институционных принципов гражданского права относятся принципы, свойственные отношениям, регулируемым конкретными институтами отрасли. В рамках настоящего исследования мы ставим своей целью проанализировать систему принципов самозащиты гражданских прав, являющуюся субинститутом в рамках института защиты гражданских прав, и проявление, сущность и значение для нее принципов гражданского права. В связи с чем считаем необходимым рассмотреть лишь принципы института защиты гражданских прав, заметив, однако, что принципы иных институтов отрасли имеют свое влияние на порядок и условия реализации права на самозащиту прав, вытекающих из отношений, регулируемых ими, аналогично тем, которые рассматривались нами выше (подотраслевые принципы). Так, к принципам защиты гражданских прав можно отнести положение о недопустимости явного несоответствия вреда причиненного вреду предотвращенному, которое можно в том или ином виде обнаружить в нормах, регулирующих различные формы защиты права (например, возможность уменьшения неустойки судом в случае, когда ее размер явно несоразмерен последствиям нарушения обязательства (ст. 333 ПС РФ), или требование соразмерности способов самозащиты нарушению (ст. 14 ГК РФ)). Соблюдение данного принципа является обязательным условием, не позволяющим при защите нарушенного права опуститься до злоупотребления им. 6. К числу же принципов специфичных, присущих именно самозащите (как субинституту гражданского права), на наш взгляд, следует
90 отнести принцип самостоятельности защиты своих прав управомоченными на то законом или договором лицами без обращения в компетентные правоохранительные органы. Именно он позволяет отграничить самозащиту от иных субинститутов института защиты гражданских прав и является тем нормативно-руководящим положением, свойственным только самозащите. Проведенный нами анализ понятия, юридической природы самозащиты гражданских прав, ее принципов не могут дать полноценного представления о самозащите гражданских прав без исследования способов самозащиты, посредством которых она реализуется.
91 Глава 3. ПОНЯТИЕ СПОСОБОВ САМОЗАЩИТЫ ГРАЖДАНСКИХ ПРАВ И ИХ КЛАССИФИКАЦИЯ § 1. Понятие способов самозащиты гражданских прав и их отграничение от гражданских правонарушений и иных смежных категорий136 Рассмотрев принципы осуществления права на самозащиту, представляется необходимым проанализировать отдельные способы самозащиты гражданских прав и отграничить их от иных смежных категорий. Необходимость уяснения в рамках настоящего исследования вопросов, связанных со способами самозащиты гражданских прав и их отграничением от иных категорий, продиктована сложной ситуацией, сложившейся в процессе работы правоохранительных органов. С введением в действие ч.1 ГК РФ лица, чьи права нарушены, вправе самостоятельно без обращения в соответствующие органы ( в том числе в суд) защищать свои гражданские права. Возможно, отчасти в связи с этим снизилось поступление гражданских дел в районные (городские) суды с 1.485 до 1.408 тыс. или на 5,2% (в 1-м полугодии 1995 года - рост на 56,7%), число исковых требований 136 СИ. Ожегов определяет "категорию" как научное понятие, выражающее наиболее общие свойства и связи явлений действительности. А "смежный" означает: "находящийся непосредственно рядом, имеющий общую границу. Смежные понятия (перен.)" (См.: Ожегов СИ. Словарь русского языка / Под ред. Н.Ю. Шведовой. М, 1983. С240, 653). Применительно к самозащите гражданских прав термином "смежные категории", по нашему мнению, охватываются правовые категории, имеющие общую границу, обладающие, в силу внешней схожести, схожести их природы или выполняемых функций, рядом общих признаков. При поверхностном рассмотрении таких категорий сложно провести разграничение между ними и самозащитой гражданских прав. К числу категорий, смежных с самозащитой гражданских прав, на наш взгляд, следует отнести : самозащиту в широком смысле слова; гражданские правонарушения и преступления, связанные с несоблюдением оснований и условий правомерной реализации права на самозащиту; самозащиту семейных прав; действия в нормальных условиях гражданского оборота; способы защиты, применяемые государственными или иными правоохранительными органами.
92 к обанкротившимся коммерческим структурам уменьшилось с 405 до 249 тыс. или на 38,4%. Это свидетельствует о том, что граждане предпочитают защищать свои права самостоятельно. Во многом это происходит и от того, что продолжают ухудшаться сроки исполнения судебных решений, нарушения которых возросли с 15,6 до 16,5% по сравнению с тем же периодом прошлого года. Резко увеличиваются остатки неисполненных документов. С начала года до 1.07.96 г. они возросли с 923 до 2.443 тыс. или в 2,6 раза. Размеры сумм, подлежащих взысканию по таким документам судебными исполнителями, за то же время увеличились с 6,818 до 21,350 млрд. руб. или в 3,1 раза137. В этой связи возрастает роль неюрисдикционной формы защиты гражданских прав138 и появляется необходимость научной разработки и изучения способов, посредством которых эта форма защиты реализуется. Под способом в русском языке понимается действие или система действий, применяемые при исполнении какой-нибудь работы, при осуществлении чего-нибудь139. Защите гражданских прав посвящена ст. 11 ГК РФ, где предусматривается возможность обращения за защитой нарушенных прав в суд или административный орган. А указанные органы осуществляют защиту гражданских прав основываясь на ст. 12 ГК РФ, дающей примерный перечень способов защиты. Это такие способы, как признание права, возмещение убытков, взыскание неустойки и другие. Их анализ дает основание сделать вывод, что для реализации любого из них требуется См.: О работе судов Российской Федерации в 1-м полугодии 1996 г. // Рос. юстиция. 1997. № 1.С. 52-53. 138 В литературе понятие "неюрисдикционная форма защиты гражданских прав" справедливо, на наш взгляд, принято использовать в качестве синонима понятия "самозащита", как формы защиты гражданских прав. (См., например: Толстой Ю.К. Защита гражданских прав // В кн.: Гражданское право: Учебник. Часть 1 / Под ред. {О К. Толстого и АЛ. Сергеева. М, 1996. С. 243,244.) 9 См.: Ожегов СИ. Указ. соч. С.674.
93 совершить определенное действие или их комплекс, например, для признания права от лица, чьи права оспариваются, требуется подать соответствующий иск в суд, который, выполняя целый комплекс определенных действий должен рассмотреть иск и вынести решение по делу. Таким образом, мы видим, что этимологический подход полностью приемлем для применения и в гражданско-правовой терминологии. И, соответственно, позволяет определить способ самозащиты гражданских прав как действие или систему действий по защите гражданских прав, принимаемые управомоченным на то в силу закона или договора лицом без обращения в соответствующие государственные или иные правоохранительные органы. В цивилистической литературе встречается использование в качестве синонима понятия "способ" - понятие "мера". Так, например, В.П. Грибанов140, А.ПДиденко141, Г.Я. Стоякин142, Т.Е. Абова143, говоря о способах самозащиты гражданских прав, используют термин "м е р ы самозащиты". Соглашаясь в целом со схожестью смысловой нагрузки, которую несут в себе эти термины ("Мера. Средство для осуществления чего- нибудь."144) и соответственно с возможностью их использования в качестве синонимов, на наш взгляд, следует отметить, что более логичным и последовательным будет применение термина "способ самозащиты", т.к. говоря о защите гражданских прав, законодатель ведет речь именно о способах защиты, а не о мерах (ст. 12 ГК РФ). Кроме того, стремление к единству юридической терминологии продиктовано тем, что оно позволит 140 Грибанов В.П. Пределы осуществления и защиты гражданских прав. С. 168 и др.; Право на защиту как субъективное гражданское право // В кн.: Гражданское право: Учебник. В - 2 х томах. Т. 1 / Под ред. Е.А. Суханова. М., 1994. С. 160 -164. 141 Диденко А.Г. Гражданско-правовые формы борьбы с нарушениями хозяйственных договоров. С. 198 и др. 142 Стоякин Г.Я. Меры защиты в советском гражданском праве. С. 40 и др. 143 Абова Т.Е. Возникновение гражданских прав и обязанностей, осуществление и защита гражданских прав // В кн.: Гражданский кодекс Российской Федерации. Часть первая. Научно-практический комментарий/ Отв. ред. Т.Е. Абова, А.Ю. Кабалкин, В.П. Мозолин. М., 1996. С.32-34. 144 См.: Ожегов СИ. Указ. соч. С.306.
94 облегчить и применение норм, регламентирующих реализацию права на самозащиту на практике. Круг органов, обращение к которым при самозащите недопустимо, по нашему мнению, ограничивается органами, действующими в рамках судебной и административной формы защиты нарушенных гражданских прав, то есть судами общей юрисдикции, арбитражными и третейскими судами, а также вышестоящими органами (их должностными лицами), допустившими такое нарушение. Другими словами, к способам самозащиты можно отнести и меры, направленные на защиту гражданских прав, применяемые, например, общественными организациями (потребительскими организациями и др.). Следует отличать способы самозащиты гражданских прав и меры, применяемые управомоченным лицом, которые лишь способствуют реализации права на самозащиту. По мнению Н. Головковой, знание является способом самозащиты гражданских прав145. Однако, мы считаем, что хотя для приобретения каких либо знаний управомоченное лицо и предпринимает определенные действия, сами знания не могут защитить нарушенное право. Для этого требуется совершение определенных действий по самозащите. А знания являются лишь средством, позволяющим наиболее верно выбрать способ самозащиты, а также быстро и эффективно его реализовать, сообразуясь с условиями правомерного осуществления этого права. Знания являются необходимым условием для самозащиты. Во многом реализовать такое условие, как верно отмечает Н. Головкова, можно посредством изучения в старших классах школ в порядке эксперимента нового предмета "Основы потребительских знаний"146. Повышение уровня правовых знаний у населения косвенно способствует эффективному 145 Головкова Н. Знание как способ самозащиты // Рос. газета. 1997.4 апреля. С. 10. См.: там же. С. 10.
95 разрешению споров в досудебном порядке. Но лишь косвенно, так как сами знания могут понудить нарушителя права к соответствующим действиям только путем их воплощения в претензиях, направляемых нарушителю управомоченным лицом, или в иных действиях, применяемых им согласно с условиями их правомерной реализации. Эти условия предусматривают, что меры по самозащите гражданских прав должны реализовываться, во-первых, в соответствии с той реальной обстановкой, в которой находится управомоченное лицо и во-вторых, в соответствии с требованиями закона. Первое помогает определить способ самозащиты права, который позволил бы наиболее эффективно реализовать право на самозащиту. Второе же позволяет отграничить действия лица в рамках самозащиты от гражданско-правовых и иных видов проступков. Выбор способа самозащиты, безусловно, зависит от характера и степени опасности нарушения. Как правило, закон на случай совершения определенного нарушения устанавливает конкретные способы защиты нарушенных прав без обращения потерпевших в государственные или иные правоохранительные органы. Например, если должник не исполнил в срок обязательства по оплате вещи, находящейся у кредитора и подлежащей передаче должнику, или по возмещению связанных с ней издержек и других убытков, кредитор может удерживать эту вещь до тех пор, пока соответствующее обязательство не будет выполнено (удержание). Между тем, невозможно учесть и указать в законе все нарушения прав, которые могут быть совершены, и соответственно все способы самозащиты от таких нарушений. Поэтому чаще всего законодатель предоставляет управомоченному лицу право самостоятельно выбрать способ самозащиты, сообразуясь при этом с требованиями правомерной их реализации, установленными в законе. Так, например, арендатор, в случае передачи ему арендодателем имущества с недостатками, которые полностью
96 или частично препятствуют пользованию им, вправе: потребовать от арендодателя либо безвозмездного устранения недостатков имущества, либо соразмерного уменьшения арендной платы, либо возмещения своих расходов на устранение недостатков имущества; непосредственно удержать сумму понесенных им расходов на устранение данных недостатков из арендной платы, предварительно уведомив об этом арендодателя; потребовать досрочного расторжения договора (ст.612 ГК РФ). Помимо способов самозащиты, указанных в законе, лицу, чьи права нарушены, предоставляется возможность применения таких способов, которые хотя и не предусмотрены в законе, но не противоречат ему. То есть соответствуют признакам самозащиты и условиям правомерной их реализации. Тем важнее представляется правильность выбора того или иного способа самозащиты, поскольку при несоблюдении таких условий действия по самозащите нарушенных прав могут перерастать в правонарушение (злоупотребление правом, самоуправство). Приступим к рассмотрению требований закона к реализации способов самозащиты гражданских прав, поскольку их соблюдение позволяет провести отграничение самозащиты от гражданских правонарушений и уголовно-правовых деяний (преступлений). Частично пределы осуществления права на самозащиту нами рассматривались в §1 гл.1 настоящего исследования. Напомним, что условиями правомерной реализации способов самозащиты являются: 1. Защите подлежит только действительное право; 2. Вред, причиненный реализацией права на самозащиту, не должен явно не соответствовать реальному или возможному предотвращенному вреду; 3. Способы самозащиты не должны выходить за пределы действий, необходимых для их реализации.
97 Указанные условия являются общими для всех способов самозащиты гражданских прав. В некоторых случаях, в силу закона или соглашения между сторонами могут устанавливаться и иные, дополнительные, требования к их реализации. Например, досрочное расторжение договора по требованию арендодателя в связи с невнесением арендатором в установленный договором аренды срок арендной платы возможно лишь если такое нарушение было допущено более двух раз подряд (ст. 619 ГК РФ). Соглашением сторон может быть установлено, что неустойка за просрочку платежа по договору поставки налагается на должника только в случае просрочки оплаты более чем на 5 дней по истечении даты, указанной в договоре. В соответствии с п.1 ст.821 ГК РФ кредитор вправе отказаться от предоставления заемщику предусмотренного кредитным договором кредита полностью или частично при наличии обстоятельств, очевидно свидетельствующих о том, что предоставленная заемщику сумма не будет возвращена в срок. Ясно, что перечень "обстоятельств, очевидно (разрядка наша. - Э.С.) свидетельствующих о не возврате суммы кредита в срок" определить невозможно. Эта формулировка носит оценочный характер147. Что на практике вызовет вопросы, касающиеся правомерности применения данного способа самозащиты. Особенно в современных условиях, когда предприниматели осуществляют всю деятельность на свой риск. Просчитать же такой риск и представить доказательства (документы), подтверждающие наличие обстоятельств, очевидно свидетельствующих о невозможности возврата заемщиком в срок сумм кредита, как этого требует закон, 147 Под терминами "оценочный характер", "оценочное понятие", "оценочный признак" в уголовном праве принято понимать обстоятельства, определение наличия которых и их оценка возлагается на следствие, суд и иные управомоченные органы. (См., например: Кригер Г.А. Преступления в сфере экономики // В кн.: Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / Отв. ред. д.ю.н., проф. А.В. Наумов. М., 1996. С. 405.) С обновлением отечественного законодательства нормы, имеющие оценочные признаки, получили свое развитие и в гражданском праве.
98 достаточно сложно. Сложность вызвана еще и тем, что добываться такие доказательства должны с соблюдением требований закона. Неверная оценка указанных обстоятельств может стать причиной самоуправных действий кредитора. Ввиду чего огромное значение будет иметь судебная практика и толкование ст. 14 ПС РФ, а также иных норм, регламентирующих реализацию отдельных способов самозащиты гражданских прав Верховным Судом Российской Федерации и Высшим Арбитражным Судом Российской Федерации. Но некоторые неправомерные действия могут совершаться под видом реализации права на самозащиту. Так, например, Гражданский кодекс РФ запрещает дарение в отношениях между коммерческими организациями (п.4 ст. 575 ГК РФ), поскольку такая сделка по безвозмездной передаче имущества или прав не только противоречит существу предпринимательской деятельности, которую осуществляет любая коммерческая организация и которая направлена на получение прибыли от любой сделки, но и может быть использована в противоправных целях (уклонение от уплаты налогов, при ложном банкротстве и т.п.). В этих условиях некоторые коммерческие структуры безвозмездно передают денежные средства и материальные ценности под видом реализации ими такого способа самозащиты, как договорная неустойка. Стороны заключают притворную сделку, например, подписывая договор поставки с указанием в нем огромных штрафных санкций за неисполнение сторонами предусмотренных в договоре обязательств или за ненадлежащее их исполнение. Одна из сторон не исполняет своих обязательств и в результате недолгой переписки составляется соглашение, по которому в виде штрафных санкций денежные средства или имущество одной коммерческой организации на внешне вполне законных основаниях безвозмездно передаются другой коммерческой организации. Доказать, что такая сделка является притворной, совершена с Целью прикрыть сделку по безвозмездной передаче имущества в
99 собственность (дарение) и в соответствии со ст. 170 ГК РФ является ничтожной - практически невозможно. Пределы применения мер самозащиты определяется теми основаниями, при наличии которых управомоченное лицо вправе прибегнуть к ним, а также условиями правомерной их реализации. Если такие условия предусмотрены в законе, то они носят императивный характер, если же стороны в обязательстве пришли к соглашению о применении в случае нарушения обязательства к неисправному контрагенту иных способов самозащиты, то соответственно пределы применения и реализации этих способов устанавливаются сторонами самостоятельно, сообразно с принципом свободы договора в гражданском праве. Что касается пределов реализации таких способов самозащиты прав, вытекающих из внедоговорных отношений, как необходимая оборона и крайняя необходимость, то следует отметить роль одного из отечественных ученых-цивилистов В.П. Грибанова в разработке этой проблемы148. Однако, обращаясь к условиям правомерного применения способов самозащиты права на имущество, возникающее из внедоговорных отношений (например, при грабеже, разбое, мошенничестве и т.п.), мы видим их теоретическую неразработанность в отечественной науке. В связи с чем хотим несколько подробней остановиться на их исследовании. Так, представляется, что при самостоятельной защите нарушенного права собственности на имущество или отдельного из его правомочий (владение, пользование или распоряжение) лицо, имеющее намерение прибегнуть к самозащите путем причинения физического вреда нарушителю, должно потребовать от последнего воздержаться от противоправных действий. Поскольку жизнь и здоровье человека, пусть даже и нарушителя права собственности, имеет 148 См., например: Грибанов В.П. Пределы осуществления и защиты гражданских прав. Изд-во МГУ, 1972. С. 152 и др.; Право на защиту как субъективное гражданское право // В кн.: Гражданское право: Учебник. В - 2 х томах. Т. 1 / Под ред. Е.А. Суханова. М., 1994. С. 160-164.
100 большую ценность для общества и государства и соответственно должны оберегается законом в большей степени, нежели право собственности. Указанное требование не может распространяться на случаи, когда, например, четверо воров выносят вещи пенсионерки. Так как такое требование было бы опасным для нее самой, но это не должно явиться препятствием для использования ею, например, ружья в целях пресечения нарушения права и причинения физического вреда нарушителям. Требование воздержаться от посягательства на имущество необязательно также и в случае, когда такое действие было бы бесполезным (например, при посягательстве, совершаемом лицом, находящимся в состоянии наркотического опьянения) или когда пока такое требование возымеет должный эффект, состоянию защищаемого имущества будет причинен существенный ущерб. При самозащите нарушенных гражданских прав, в том числе и имущественных, допустимо применение управомоченной стороной различного рода технических приспособлений. Однако и здесь следует учитывать специфику выбранных способов самозащиты, которая обусловлена использованием таких приспособлений. Некоторые из особенностей их применения были исследованы В.П. Грибановым в его работе "Пределы осуществления и защиты гражданских прав", где приводился пример, когда инженер Иванов в целях охраны собственной автомашины так пристроил в гараже ружье, что вор при открывании двери в гараж должен был получить выстрел в ноги149. Его анализ, а также анализ сложившейся судебной практики по делам о реализации права на необходимую оборону и самозащиту150 позволяет предложить в качестве См.: Грибанов В.П. Пределы осуществления и защиты гражданских прав. М, 1972. С. 169. ьо Постановление Пленума Верховного Суда СССР от 4 декабря 1969 г. "О правктике применения судами законодательства о необходимой обороне" // Бюллетень Верховного Суда СССР. 1970. №1. С.15-20 и др.
101 требований к правомерности применения технических приспособлений следующие положения: применяемое при самостоятельной защите имущества техническое приспособление не предназначено для причинения или заведомо не создает серьезного риска причинения смерти или тяжкого телесного повреждения. Применение такого технического приспособления должно быть признано правомерным, если оно является обычно применяемым для такой цели или управомоченным лицом приняты разумные меры предосторожности к тому, чтобы поставить вероятных нарушителей в известность о возможности применения такого технического средства. Например, по аналогии со всем нам известной надписью на оградах "Осторожно! Злая собака". Особо необходимо остановиться на правомерности причинения смерти нарушителю права неприкосновенности имущества управомоченным лицом, действующим в состоянии необходимой обороны. По нашему мнению, следует признать удачной точку зрения, указанную в подпункте d) пункта 3 статьи 3.06 Примерного уголовного кодекса (США) (официальный проект Института американского права), согласно которой правомерным считается причинение смерти нарушителю, если лицо, против которого применяется насилие, пытается лишить управомоченное лицо владения его жилищем, и нарушитель делает это без правового разрешения на владение жилищем. Или нарушитель права покушается на совершение или на доведение до конца начатого поджога, кражи со взломом, разбоя или иного относящегося к фелониям151 похищения или уничтожения имущества, при котором либо: Под фелониями в уголовном праве США понимается посягательство, за которое может быть назначено наказание в виде тюремного заключения на срок свыше одного года. См., например: Примерный уголовный кодекс (США) / Под ред. и с предисловием д.ю.н. Б.С. Никифорова. М., 1969. С.16-17.
102 - нарушитель применил или угрожал применить смертоносное насилие против управомоченного лица или других лиц в его (лица, действующего в рамках самозащиты) присутствии; либо - применение несмертоносного насилия с целью предупредить совершение или доведение до конца преступления подвергло бы управомоченное лицо или иное лицо в его присутствии серьезной опасности получения тяжкого телесного повреждения152. Сказанное относится и к самозащите имущества с использованием технических средств, рассмотренной нами выше. Положение УК США, по мнению авторов, применимо и в отечественном законодательстве, регламентирующем право на самостоятельную защиту нарушенных гражданских прав в условиях развивающихся рыночных отношений, признания частной собственности и равной защиты имущества, принадлежащего к любой из ее форм. В том числе и в рамках необходимой обороны и крайней необходимости. Однако действиями в состоянии необходимой обороны и крайней необходимости способы самозащиты прав, вытекающих из внедоговорных отношений, не исчерпываются. Так, например, Федеральным Арбитражным Судом Северо-Западного округа опечатывание помещений было признано самозащитой права на данные помещения. В иске указывалось, что НИИ радиовещательного приема и акустики им. А.С. Попова в соответствии с учредительным договором должен был передать фирме "СИН" в аренду производственные помещения. Истец (фирма "СИЛ") пользовался этими помещениями до 17 апреля 1995 года, однако ответчик (НИИ радиовещательного приема и акустики им. А.С. Попова) 17.04.95 г. опечатал помещения и не допускал в них работников фирмы, поэтому истец не смог выполнить свои обязательства перед третьими лицами. Тамже.С.70-71.
103 В ходе судебного разбирательства было установлено, что в соответствии с п. 3.1.3 учредительного договора ответчик, как учредитель фирмы "СИН", обязался передать истцу производственные помещения и оборудование. Такая передача может быть осуществлена на основании договора аренды, подписанного обеими сторонами. Поскольку такой договор заключен не был, суд сделал вывод о том, что у истца не было права пользоваться имуществом ответчика. Статья 14 ГК РФ допускает самозащиту гражданских прав. Истец не доказал, что самозащита ответчика, выраженная в пресечении незаконного пользования помещением истцом, несоразмерна нарушению и выходила за пределы необходимых для этого действий. Фирмой "СИН" в суд не были представлены доказательства того, что невозможность исполнения ее обязательств по договорам с третьими лицами находилась в причинной связи с действиями ответчика. Напротив, в деле имеются акты ответчика, из которых усматривается, что истец имел возможность забрать свое оборудование. Кроме того, при отсутствии титула на пользование помещениями ответчика, истец при заключении сделок с третьими лицами должен был учитывать, что законный владелец может в любое время потребовать немедленного освобождения помещения, поэтому последствия такого риска истца, заключившего сделки без учета фактического состояния своего хозяйственного положения, не могут быть возложены на ответчика. Учитывая вышеизложенное, суд признал действия ответчика самозащитой права на указанные помещения153. При самозащите права на недвижимое имущество следует иметь в виду, что здесь есть свои специфичные пределы осуществления права на самозащиту. Так, применение насилия для предупреждения или пресечения Постановление Федерального Арбитражного Суда Северо-Западного округа от 25.12.95 г. по делу № 264/95. - информационно-правовая база данных "Кодекс".
104 противоправного нарушения владения недвижимым имуществом не может, по нашему мнению, быть признано правомерным, если лицо, действующее в рамках самозащиты, знает, что выдворение нарушителя владения подвергнет последнего опасности получения тяжких телесных повреждений и тем более смерти. Например, при выдворении нарушителя с таких объектов недвижимости, как самолет, находящийся в полете, корабль, плывущий через океан, или из помещения, куда он проник с целью укрыться от преступников, желающих его смерти. Права, вытекающие из внедоговорных отношений, могут защищаться самостоятельно без обращения в соответствующие компетентные органы и иными способами. Дать их исчерпывающий перечень нет объективной возможности. Однако все они должны реализовываться в соответствии с требованиями закона, так как права, осуществляемые в противоречии с этими требованиями, законом не охраняются. Условием, несоблюдение которого может повлечь привлечение лица, реализующего свое право на самозащиту, к уголовной ответственности, является причинение им вреда, явно не соответствующего вреду, который был предотвращен его действиями. Такое нарушение является наиболее распространенной формой выражения самоуправных действий (ст. 330 УК РФ). При совершении таких действий речь может идти еще и о причинении вреда при превышении пределов необходимой обороны (ст. 108, 114 УК РФ). Зачастую суды допускают ошибки в квалификации действий при реализации права на самозащиту, которые осуществлены с нарушением условий их правомерного применения, квалифицируя их как кражу, грабеж и др. Так, например, Колпинским народным судом г. Санкт-Петербурга 12 мая 1993 г. Бородин П. был осужден по ч.З ст. 144 УК РСФСР (кража личного имущества). Суд установил, что в период с 18 по 26 декабря 1992 г. Бородин украл ключи у своей малолетней дочери, с помощью которых проник в
105 квартиру своей бывшей жены - Бородиной И. и тайно похитил ее личное имущество: две шубы, дубленку, кожаную куртку и другие вещи на общую сумму 1.155.050 руб., причинив тем самым потерпевшей значительный ущерб. Заместитель Генерального прокурора Российской Федерации в протесте поставил вопрос об изменении приговора и переквалификации действий Бородина П. с ч.З ст. 144 на ст. 200 УК РСФСР. Судебная коллегия по уголовным делам протест удовлетворила, указав следующее. Поскольку Бородин П. после расторжения брака с Бородиной И. раздел совместно нажитого ими имущества не производил, из квартиры, ранее принадлежавшей его родителям, не выписывался, права на эту жилую площадь не потерял, проживал в маленькой комнате, а его жена и несовершеннолетняя дочь - в большой. В квартире находились его личные вещи. Жена всячески пыталась избавиться от его присутствия в квартире, так как у нее был сожитель Никаноров. Бородина И. поставила вторую, металлическую дверь и зайти в квартиру он не мог, поскольку ключей она ему не дала. Он стал проживать в разных местах. Бородина И. часто уезжала в командировки, а дочь практически все время жила у его родителей. В один из таких периодов, 24 декабря 1992 г., он открыл квартиру взятыми у дочери ключами и обнаружил, что исчезли его вещи и часть мебели. В связи с тем, что в квартире не оказалось его имущества, он взял часть вещей бывшей жены. Вещи не продавал, а оставил на хранение у своего знакомого, так как собирался вернуть их потом жене, но не успел это сделать до ареста: не было подходящего случая, чтобы согласовать вопросы пользования вещами и квартирой с бывшей женой. Часть мебели он забрал по согласованию с Бородиной И. и временно пользовался ими, а взамен он привез другую мебель и на время поставил ее в своей комнате. Данный факт нельзя считать каким-либо разделом имущества, поскольку этот вопрос он с бывшей женой еще не согласовал, в квартире находились все совместно нажитое имущество и вещи его родителей.
106 Свидетельскими показаниями было подтверждено, что завладение личным имуществом своей бывшей супруги имело место лишь для того, чтобы использовать это обстоятельство для разрешения взаимных претензий по разделу жилой площади и с целью возврата своего имущества. Кроме того, Бородин П. не скрывал, что взял у своей бывшей жены ее вещи, что также подтверждается свидетельскими показаниями, имеющимися в деле. Учитывая все указанные обстоятельства, Судебная коллегия Верховного Суда РФ по уголовным делам переквалифицировала действия Бородина П. с ч. 3 ст. 144 на ст. 200 УК РСФСР (самоуправство), так как Бородин П., проникнув в квартиру, действовал в рамках самозащиты права на пользование своей квартирой, но пытался решить вопросы имущественного характера с Бородиной И. путем изъятия ее вещей из квартиры и используя это обстоятельство для осуществления своего действительного или предполагаемого права, действовал незаконно, причинив существенный вред потерпевшей, то есть совершил преступление, предусмотренное ст. 200 УК РСФСР154. Граждане, являясь субъектами не только гражданских, но и семейных правоотношений, приобретают определенные права и создают обязанности, составляющие содержание как гражданских, так и семейных правоотношений. Для реальной реализации таких прав необходимо обеспечить их защиту в случае нарушения. Обеспечение защиты семейных прав достигается путем предоставления управомоченным лицам возможности обращения за защитой нарушенного семейного права в любой компетентный орган, а в некоторых случаях, допускаемых законом, такое лицо вправе самостоятельно своими действиями защищать принадлежащие ему права. Это вытекает из 154 Определение Судебной коллегии Верховного Суда по уголовным делам от 10.09. 94 г., № б/н // Бюллетень ВС РФ. 1995. № 4.
107 положения, содержащегося в п.1 ст.56 СК РФ155, согласно которому несовершеннолетний, признанный в соответствии с законом полностью дееспособным до достижения совершеннолетия, имеет право самостоятельно осуществлять свои права и обязанности, в том числе право на защиту. Другими словами, данная норма допускает применение такой формы защиты семейных прав, как самозащита. Учитывая отмечаемую некоторыми отечественными учеными "одинаковость природы гражданских и семейных отношений" 15€, которая особенно ярко стала выражена в свете обновленного гражданского и семейного законодательства. А также установленное в ст. 4 СК РФ правило, по которому к семейным отношениям, не урегулированным семейным законодательством, применяется гражданское законодательство постольку, поскольку это не противоречит существу семейных отношений. Можно говорить о правомерности применения гражданско-правовых норм, регулирующих порядок и условия самостоятельной реализации права на самозащиту (ст.12,14 ГК РФ), к семейным отношениям. Данная форма защиты семейных прав (самозащита) нуждается в более детальной законодательной регламентации, так как положение о самозащите, содержащееся в ГК РФ, не всегда приемлемо в отношениях, регулируемых семейным законодательством, в силу их личного характера, куда вмешательство государства (законодательное или иное) недопустимо. Так, недопустимо, например, использование супругом самостоятельных мер для защиты своего права на близость с супругой, которая отказывает ему в этом, поскольку в таком случае мы будем иметь дело с насилием над личностью. Оно (это "право") лежит за рамками материального права. Это скорее право моральное и оно не может быть законодательно закреплено, так как в противном случае присутствовало бы насилие над личностью, санкционированное государством. См.: Собрание законодательства РФ. 1996. № 1. Ст. 16. См., например: Антокольская М.В. Семейное право. М., 1996. С.8.
108 В этом и заключается особенность семейных и гражданских прав, защищаемых в неюрисдикционной форме, а также пределов их правомерной реализации. Основное же отграничение способов самозащиты гражданских прав от семейных прав состоит в тех отношениях, из которых они вытекают и, соответственно, которые подлежат защите самостоятельно управомоченной стороной. В цивилистической науке на протяжении многих лет ведется дискуссия о соотношении гражданского и семейного права и соответственно о тех отношениях, которые ими регулируются157. Не останавливаясь на анализе каждой из имеющихся в науке точек зрения, следует не согласиться с мнением М.В. Антокольской, согласно которому "существенных различий между предметом семейного и гражданского права выявить не возможно"158. Нами поддерживается мнение Г.А. Свердлыка о том, что такое различие имеется159. Следуя законодательному подходу к определению круга отношений, регулируемых гражданским и семейным законодательством (ст. 2 СК РФ и ст. 2 ГК РФ), подчеркнем, что семейное право регулирует имущественные и личные неимущественные отношения между членами семьи, а между другими родственниками и иными лицами - только в случаях и пределах, предусмотренных семейным законодательством. Гражданское же законодательство регулирует имущественные отношения и связанные с ними личные неимущественные отношения между субъектами гражданского права (физическими и юридическими лицами, государством, его субъектами и муниципальными образованиями). А также 157 См., например: Кавелин К.Д. Что есть гражданское право? И где его пределы? СПб., 1864. С.121-123.; Корде О.С. Сов. гражданское право: Курс лекций. Л., 1964, Т.З. С. 183.; Матвеев Г.К. Сов. семейное право. М: Юрид. лит., 1985. С. 37. 158 См.: Антокольская М.В. Указ. соч. С. 5-18. 159 См.: Свердлык Г.А. Материалы к изучению курса гражданского права // В кн.: Основы права: Учебно-методическое пособие / Под ред. В.В. Лазарева. М., 1996. С. 105.
109 им защищаются личные неимущественные отношения, не связанные с имущественными. Характерно, что право ребенка на самозащиту до достижения им совершеннолетия осуществляется, как правило, его родителями или лицами, их заменяющими, поскольку возможность абсолютно самостоятельной защиты своих прав у несовершеннолетнего лица появляется лишь с признанием его полностью дееспособным. Таким образом, представляется возможным определить самозащиту семейных прав как допускаемые законом или договором (брачным контрактом, соглашением об уплате алиментов) действия управомоченного лица, направленные на обеспечение неприкосновенности права, пресечение нарушения права и ликвидацию последствий такого нарушения. В литературе имеется мнение о возможности применения к трудовым отношениям нормы о самозащите гражданских прав (ст. 14 ПС РФ) по аналогии160. Представляется, что такая аналогия вряд ли возможна в виду явного различия регулируемых отношений. Скорее возможно прямое применение части 2 статьи 45 Конституции Российской Федерации, которая гласит, что каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом. Именно эта норма лежит в основе межотраслевого, комплексного института самозащиты права. Самозащита права, имея характер комплексного института права, включающего в себя нормы уголовного, семейного, гражданского права, может применяться при защите любых прав (гражданских, семейных, трудовых и т.д.). Однако предметом настоящего исследования является лишь самозащита гражданских прав. Внешне действия по самозащите гражданских прав очень схожи с действиями в нормальных условиях осуществления гражданского оборота. См.: Троценко Т. Самозащита как способ защиты гражданских прав //Закон и право. №5. 2000. С.15.
110 Совпадение некоторых способов самозащиты гражданских прав с актами нормальной хозяйственной деятельности ранее уже отмечалось отечественными учеными161. Примером таких действий может служить досрочное расторжение договора аренды, в случае просрочки выплаты арендной платы более 2-х раз подряд (п.1 ст. 619 ПС РФ). В таких условиях досрочное расторжение договора аренды выступает в качестве способа самозащиты гражданских прав. Если же досрочное расторжение договора аренды было обусловлено соглашением обеих сторон и вызвано, например, тем, что у арендатора отпала необходимость в арендованном имуществе, а арендодатель утратил возможность дальнейшего предоставления такого имущества, то речь должна идти о действиях в условиях осуществления нормального гражданского оборота. Сходство способов самозащиты гражданских прав с действиями в нормальных условиях осуществления гражданского оборота носит сугубо внешний характер. Разграничение указанных действий должно производиться по следующим основаниям: 1) действия по самозащите гражданских прав реализуются в случае нарушения гражданских прав или реальной угрозы такого нарушения, в то время как данных обстоятельств не требуется для применения внешне аналогичных действий, но в нормальных условиях осуществления гражданского оборота; 2) как правило, при реализации способов самозащиты не требуется согласия второй (неисправной) стороны обязательства на их совершение. Когда же речь идет о реализации действий в нормальных условиях осуществления гражданского оборота, то согласие другой стороны обязательно, поскольку в противном случае мы будем иметь дело с нарушением гражданских прав со стороны лица, осуществившего такие действия. Так, например, кредитор имеет право на досрочное расторжение договора кредита путем отказа от исполнения обязательств по кредитному договору (отказ предоставлять кредит) 161 См., например: Диденко А.Г. Указ. соч. С. 196 -197.
Ill полностью или частично при наличии обстоятельств, очевидно свидетельствующих о том, что предоставленная заемщику сумма не будет возвращена в срок (п.1 ст. 821 ГК РФ). В данном случае досрочное расторжение договора кредита является способом самозащиты гражданских прав. Когда же такое досрочное расторжение предусмотрено соглашением обеих сторон и обусловлено тем, что отпала необходимость в данном кредите, то речь должна идти о действиях в нормальных условиях гражданского оборота. Но если досрочное расторжение заемщиком договора кредита имело место в одностороннем порядке без учета воли другой стороны, то соответственно налицо нарушение гражданских прав кредитора. Способы самозащиты следует отличать и от схожих действий, направленных на защиту нарушенных прав, но применяемых соответствующими государственными или иными правоохранительными органами, в обязанности которых входит осуществление такой защиты (народными, арбитражными, третейскими судами - в судебной форме защиты, вышестоящими органами (их должностными лицами) - в административной форме защиты). В основе разграничения этих действий лежит субъект, осуществляющий право на защиту нарушенных прав. Если, скажем, досрочное расторжение договора было осуществлено управомоченным лицом самостоятельно, то, соответственно, такое действие является способом самозащиты гражданских прав. Но если такое расторжение осуществлено по решению суда, то право на защиту, в таком случае, было реализовано в юрисдикционном порядке, в форме судебной защиты. В этой связи представляется не совсем верной позиция Т.Е. Абовой162, которая считает, что самозащитой гражданских прав могут быть признаны только те действия, которые были совершены управомоченным 162 Абова Т.Е. Возникновение гражданских прав и обязанностей, осуществление и защита гражданских прав// В кн.: Гражданский кодекс Российской Федерации. Часть первая. Научно-практический комментарий / Отв. ред. Т.Е. Абова, А.Ю. Кабалкин, В.П. Мозолин. М., 1996. С.37-38.
112 лицом без обращения вообще в какие-либо органы (банк и т.п.), а следовательно, бесспорное списание средств, по ее мнению, не может быть признано самозащитой права. Однако в таком случае нам следовало бы выделить помимо судебной, административной и самостоятельной формы защиты еще и защиту гражданских прав, осуществляемую органами и (или) лицами, не являющимися субъектами этих, известных отечественному гражданскому праву, форм защиты. Представляется более верным, на наш взгляд, включить действия указанных органов по бесспорному взысканию с грузоотправителей (грузополучателей) штрафов за сверхнормативный простой транспортных средств под погрузкой (выгрузкой); бесспорный порядок взыскания задолженностей по кредитам банков и иные действия таких органов (т.е. органов, не являющихся субъектами судебной и административной форм защиты) в рамки самозащиты, что не противоречит их сущности и соответствует требованиям, предъявляемым к ним. Зачастую управомоченные лица (лица, чьи гражданские права нарушены и которые имеют право на их защиту) прибегают к помощи криминальных структур для защиты от неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства со стороны должника. Что ставит правоохранительные органы перед необходимостью более глубоко изучать проблемы, связанные с самозащитой гражданских прав и отграничением ее способов от гражданско-, административно- и уголовно-правовых проступков. Ввиду большого разнообразия и многочисленности способов самозащиты гражданских прав, каждому из которых соответствуют свои пределы, условия правомерного их применения и реализации, представляется необходимым в следующем параграфе настоящего исследования рассмотреть вопросы, связанные с классификацией способов самозащиты гражданских прав.
из § 2. Классификация способов самозащиты гражданских прав Участники гражданских правоотношений в процессе осуществления своих гражданских прав и исполнения обязанностей сталкиваются с различного рода их нарушениями, что позволяет им прибегнуть к реализации права на самозащиту. Способы самозащиты гражданских прав, несмотря на наличие определенных общих свойств, имеют и ряд специфических особенностей, которые позволяют нам отграничить эти способы друг от друга. Для составления правильного представления об особенностях того или иного способа самозащиты целесообразно использовать классификацию всех способов самозащиты по отдельным видам. В основе разграничения может быть любое их свойство в зависимости от характера и природы имеющихся отличий. Такая классификация имеет не только теоретическое, но и прикладное значение, поскольку позволяет участникам гражданского оборота достаточно легко ориентироваться в выборе способов самозащиты и определении их пределов. Что дает возможность защитить гражданские права лицам, которые ими обладают, быстро и в полной мере. Кроме того, значимость такой классификации заключается в возможности систематизации всех имеющихся знаний о самозащите гражданских прав, что само по себе уже представляет научный и практический интерес. В литературе имеет место мнение, что «ни одна классификация такого рода (имеется в виду - способов самозащиты гражданских прав - Э.С.) не может претендовать на роль исчерпывающей, поскольку ей противопоставлена свобода субъектов гражданских прав, конструировать новые формы реализации права на самозащиту»163. Данное мнение 163 Микшис Д.В. Самозащита в гражданском праве России. Автореф. Дисс. на соискание уч. степени к.ю.н. Екатеринбург, 2006. С. 18.
114 представляется по крайней мере спорным. Так, во-первых, любая классификация не предполагает простого перечисления всех возможных способов, в такой классификации нет научной ценности. Классификация должна, в том числе, позволять выделить групповые, видовые общности, позволяющие систематизировать исследуемое явление. А отсутствие ограничения в выборе конкретного способа, не запрещенного законом или договором не препятствует классификации, т.к. при верно выбранном критерии любой из таких способов будет соответствовать той или иной группе способов классификации. Во-вторых, выбранная автором позиция близка к агностике, поскольку отрицает возможность какой-либо систематизации путем классификации, при чем не только способов самозащиты, но и иных гражданско-правовых категорий, т.к. диспозитивность, свобода договора и пр. являются основополагающими чертой метода, принципами гражданского права и пронизывают все гражданское право. В-третьих, неясно как после такого утверждения автор посвящает классификации способов самозащиты гражданских прав целый параграф диссертации, в результате чего все же дает их классификацию и выносит ее на защиту. На лицо противоречие, которое может объясняться недопониманием автора различия между конкретными способами самозащиты, и классификационными группами способов, составляющих ту или иную систему, охватывающую по определенным критериям все возможные конкретные способы самозащиты. Составить верное представление о предмете исследования можно лишь правильно подойдя к критериям классификации, которые отражают наиболее существенные свойства отдельных способов неюрисдикционной формы защиты гражданских прав. Представляется, что такими критериями классификации способов самозащиты являются: форма закрепления возможности реализации того или иного способа самозащиты; вид отношений, из которых вытекают
115 защищаемые права; целевая направленность конкретного способа (выполняемые функции); субъект, осуществляющий право на самозащиту; природа способов самозащиты гражданских прав. Положив в основу каждый из указанных критериев, все способы самозащиты можно соответственно классифицировать на следующие виды: 1) предусмотренные законом и предусмотренные договором; 2) направленные на: - обеспечение неприкосновенности прав; - пресечение нарушения; - ликвидацию последствий такого нарушения; 3) применяемые: - до нарушения, но реализуемые в случае нарушения права или реальной угрозы такого нарушения (превентивные меры); - и реализуемые в случае нарушения или реальной угрозы такого нарушения права; 4) осуществляемые самостоятельно управомоченным лицом или третьим лицом, которое может действовать как по поручению управомоченного лица, так и без такового; 5) защищающие гражданские права, вытекающие из : - имущественных отношений; личных неимущественных отношений, связанных с имущественными отношениями; - личных неимущественных отношений, не связанных с имущественными отношениями; 6) защищающие права из договорных отношений и внедоговорных отношений. При этом первые могут защищаться как посредством превентивных мер (рассчитанных на реализацию в случае нарушения, но применяемых до такого нарушения), так и мер, применяемых и реализуемых в случае их нарушения или реальной угрозы такого нарушения. Эти меры
116 могут быть общими для всех прав, вытекающих из договорных отношений, и специальными. Вторые могут также самостоятельно защищаться как при помощи способов самозащиты, рассчитанных на случай их нарушения в будущем, так и на применение их в условиях нарушения или угрозы нарушения права; 7) по своей юридической природе можно выделить способы самозащиты, являющиеся мерами ответственности, мерами защиты и гражданско-правовыми санкциями; 8) наконец, способы самозащиты имеют в своей основе договорную природу и внедоговорную; а также особо следует выделить действия в чужом интересе без поручения, которые могут менять свою природу в случае их одобрения заинтересованным лицом. Рассмотрим каждый из указанных критериев классификации и выделенные на их основе виды способов самозащиты гражданских прав подробнее. Нарушение гражданских прав и неисполнение обязанностей далеко не новое явление в обществе. Регламентацию применения некоторых способов самозащиты гражданских прав можно найти и в достаточно устаревшем законодательстве. Законодательство не всегда идет в ногу с объективной экономической реальностью. Поэтому мнение о том, что способы самозащиты «в обязательном порядке законодательно закреплены»164 не может быть признан верным. Существует ряд способов самозащиты гражданских прав, которые уже успели сложиться в определенные виды, хотя законом прямо и не предусмотренные, но допускаемые в случае указания их в договоре. Такое положение вполне согласуется с принципом свободы договора и диспозитивностью как чертой метода гражданско-правового регулирования. Юридическая сила таких 164 Веретейникова С.Н. Меры самозащиты в Российском гражданском праве. Автореферат дис... канд. юрид. наук. Екатеринбург, 2004. С. 12.
117 способов не меньше силы способов, прямо предусмотренных в законе. Но только если эти меры содержат все признаки самозащиты и не противоречат условиям правомерной их реализации. Такой вывод основан также на положениях Гражданского кодекса Российской Федерации, где в развитие указанного принципа и черты метода гражданско-правового регулирования говорится, что обеспечение исполнения обязательств, способы которого составляют разновидность способов самозащиты гражданских прав, может осуществляться не только способами, предусмотренными законом, но и договором. Исходя из вышеизложенного, можно выделить две группы способов самозащиты, в основе разграничения которых лежит форма закрепления возможности их реализации, это: способы самозащиты, предусмотренные законом или договором. Как первые, так и вторые направлены в первую очередь на достижение одной цели: обеспечение стабильности отношений гражданского оборота. Только при выполнении этого условия мы можем рассчитывать на стабильность хозяйственных связей и соответственно на рост экономического потенциала страны. Стабильность отношений гражданского оборота достигается посредством выполнения возложенных на отдельные способы самозащиты функций. Такими функциями являются: обеспечение неприкосновенности права, пресечение нарушения и ликвидация последствий такого нарушения. Все способы самозащиты гражданских прав по их направленности можно классифицировать на: 1) способы самозащиты, направленные на обеспечение неприкосновенности права (применительно к договорным отношениям такая функция может рассматриваться как обеспечение исполнения обязательств, так как неисполнение или ненадлежащее их исполнение должником будет являться нарушением прав кредитора в обязательстве); 2) способы самозашиты, направленные на пресечение нарушения прав: 3) способы самозашиты, направленные на восстановление
118 нарушенного права или на компенсацию вреда, причиненного нарушением, т.е. ликвидацию последствий такого нарушения. Условность такой классификации заключается в том, что многие из способов самозащиты при своей реализации направлены на выполнение нескольких из указанных функций. Так, например, при посягательстве на имущество (грабеж, разбой) действия лица, находящегося в состоянии необходимой обороны, направлены не только на пресечение нарушения, но и на восстановление нарушенного права (возврат похищенного имущества). При реализации такого способа самозащиты договорных отношений, как удержание, преследуется выполнение сразу нескольких функций: обеспечение неприкосновенности права путем понуждения к надлежащему исполнению обязательства, если все же такое нарушение имело место, то пресечь его можно под угрозой удовлетворения требований за счет удерживаемого имущества. Ну, и в конце концов, если же и это не возымело действия, то посредством последнего (т.е. удовлетворения требований за счет удерживаемого имущества) могут быть восстановлены нарушенные права (или компенсированы убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства). Поэтому разграничение способов самозащиты по функциональному основанию имеет больше научное, нежели практическое значение (позволяет систематизировать имеющиеся знания о такой форме защиты, как самозащита). Такой подход был сформулирован, автором еще в 1999 году165. В литературе последних лет представлена и иная классификация способов самозащиты, в которой способы самозащиты классифицируются примерно аналогичным образом: пресекательные, восстановительные, обеспечительные и компенсационные. При этом в качестве системообразующего критерия такой классификации автор указывает динамику развития 165 См., например: Страунинг Э.Л. Самозащита гражданских прав. Автореф. дисс ... на соискание уч. степени к.ю.н. М., 1999. С.21.
119 правонарушения166. С данными положениями нельзя согласиться по следующим причинам. Во-первых, если рассматривать динамику развития правонарушения, то первыми в указанном ряду должны быть представлены обеспечительные способы, которые применяются, как правило, до совершения правонарушения. Затем, пресекательные, они применяются когда правонарушение совершается. После того, как правонарушение окончено должны применяться меры, направленные на ликвидацию последствий такого нарушения. Во-вторых, в представленной классификации, исходя из указанного автором системообразующего критерия, восстановительные и компенсационные способы должны быть объединены в одну группу - меры, направленные на ликвидацию последствий нарушения. В-третьих, применение одновременно в отношении одного и того же нарушенного права компенсационных и восстановительных мер невозможно, т.к. компенсационные меры применяются когда нарушенное право не может быть восстановлено. Как нами уже отмечалось ранее в §2 гл.1, способы самозащиты неоднородны по своей природе и могут быть классифицированы на меры ответственности, меры зашиты и гражданско-правовые санкции. К мерам защиты можно отнести любые меры по охране своего права, осуществляемые самостоятельно лицом, чьи права нарушены, например, действия в состоянии необходимой обороны, крайней необходимости, иные меры охраны (установление запоров и др.). Меры защиты включают в себя меры ответственности и гражданско-правовые санкции. К мерам ответственности можно отнести, например, взыскание с ненадлежащего контрагента неустойки, основания применения и размер которой установлены договором. К санкциям относятся такие способы самозащиты гражданских прав, реализация которых не связана с виной неисправной стороны. В 166 См.: Микшис Д.В. Самозащита в гражданском праве России. Автореф. Дисс. на соискание уч. степени к.ю.н. Екатеринбург, 2006. С.9.
120 соответствии с п. 3 ст. 401 ГК РФ круг гражданско-правовых санкций несколько сужен, поскольку к мерам ответственности теперь можно отнести действия управомоченной стороны по отношению к должнику даже при отсутствии вины последнего, если нарушению подверглось обязательство, связанное с осуществлением предпринимательской деятельности. Все способы самозащиты гражданских прав могут быть классифицированы еще и в зависимости от того, что послужило основанием для их применения. Способы самозащиты могут применяться в случае наличного посягательства. Соответственно одни из них предназначены для реализации в случае реальной угрозы посягательства на право (меры охраны). Другие предназначены для реализации в случае нарушения права. Однако некоторые способы самозащиты применяются в условиях нормального осуществления прав и исполнения обязанностей, но реализуются они только в случае посягательства на право. Это меры охраны (установка запоров, противопожарных устройств, включение в условия договора ответственности за разглашение коммерческой тайны и т.п.). Способы самозащиты гражданских прав могут быть реализованы по общему правилу лицом, чьи права нарушены или находятся под реальной угрозой такого нарушения. Но в некоторых случаях закон допускает в рамках самозащиты и действия третьих лиц, направленные на защиту нарушенных прав, без обращения к соответствующим компетентным органам или должностным лицам (так называемая товарищеская взаимопомощь). Возможность участия третьих лиц в реализации права на самозащиту допускается, в частности, при осуществлении действий в состоянии крайней необходимости, т.к. нарушенное право могут защищать не только сами потерпевшие, но и третьи лица (ст. 1067 ГК РФ). Кроме того, с введением в действие части II ГК в отечественном законодательстве получил развитие институт действия в чужом интересе без поручения (гл. 50 ГК РФ). Этот институт включает в себя, помимо возможности совершения
121 сделки от имени другого лица неуполномоченным лицом, еще и предотвращение угрозы ущерба имуществу других лиц без соответствующих полномочий. Закон к третьим лицам при этом не относит государственные и муниципальные органы, для которых действия в чужом интересе без соответствующего поручения заинтересованных лиц являются одной из целей их деятельности (п.2 ст. 980 ГК РФ). Тем самым позволяя нам отнести действия третьих лиц, регулируемые гл. 50 ГК РФ, к реализации ими способов самостоятельной защиты гражданских прав без обращения к компетентным государственным или иным правоохранительным органам. Представляется необходимым подробней остановиться на действиях третьих лиц в чужом интересе без поручения как реализации ими способов самозащиты, по нескольким причинам. Прежде всего настоящее исследование будет неполным без рассмотрения данного института, так как самозащита может реализоваться как лицом, чьи права нарушены, так и другими лицами посредством так называемой товарищеской взаимопомощи. Кроме того, действия в чужом интересе без поручения внешне очень схожи с действиями, выходящими за пределы самозащиты (например, обращение в криминальные структуры кредитора, потерявшего надежду законными способами побудить должника к исполнению обязательства). Поэтому необходимость более подробно рассматривать в рамках настоящего исследования действия третьих лиц без поручения, на наш взгляд, достаточно обоснованна. Эти обстоятельства обусловили рассмотрение нами лишь аспекта института действий в чужом интересе без поручения, касающегося обязательств из спасения чужого имущества. Данные обязательства являются разновидностью внедоговорных обстоятельств. Основанием для их возникновения является сам факт действия спасателя в интересах другого лица без его согласия.
122 Из смысла статьи 980 ГК РФ следует, что далеко не каждое действие в чужом интересе подпадает под регулирование главой 50 ГК РФ (Действия в чужом интересе без поручения). Для признания тех или иных действий третьих лиц в качестве способов самозащиты гражданских прав необходимо соблюдение определенных условий. Е.А. Суханов достаточно обоснованно выделяет следующие условия, при наличии которых наступают необходимые юридические последствия. Во-первых, это отсутствие прямого поручения или какого-либо иного указания, или заранее обещанного согласия заинтересованного лица на совершение действий по предотвращению угрозы ущерба его имуществу и вреда личности167. Данное обстоятельство позволяет отграничить круг действий, направленных на самозащиту гражданских прав, применяемых третьими лицами в интересах потерпевшего, от: - договорных способов защиты (например, на основании договора, заключенного между гражданином, чьи права нарушены, и частным охранным агентством); - способов незаконного воздействия на должника, поскольку при этом обычно имеет место договоренность между кредитором и лицами, осуществляющими такие незаконные воздействия ("выколачивание долгов"); действий третьих лиц в состоянии необходимой обороны и крайней необходимости, которые пришли на помощь по просьбе потерпевшего с целью защитить его нарушенное право. Во-вторых, любые действия в чужом интересе должны производиться не только по усмотрению совершающего их лица, но и в целях предотвращения вреда личности или имуществу заинтересованного 167 См.: Суханов Е. А. Действие в чужом интересе без поручения // В кн.: Комментарий части второй ГК РФ для предпринимателей. М, 19%. С. 224-227.
123 лица, либо исполнения уже существующего у него обязательства, либо иных непротивоправных его интересов. Указанное условие свидетельствует о том, что действия в чужом интересе без поручения должны носить вынужденный характер, они должны быть необходимы при данных обстоятельствах. Кроме того, указание на такую цель, как предотвращение вреда личности и имуществу заинтересованного лица, позволяет включить в их рамки и действия третьих лиц в состоянии необходимой обороны и крайней необходимости (при условии, что они действовали без поручения или иного предварительного согласия заинтересованного лица). Третьим условием Е.А. Суханов справедливо выделяет необходимость совершения действий третьими лицами в чужом интересе без поручения, исходя из очевидной выгоды или пользы заинтересованного лица. При этом они должны совершать такие действия в интересах заинтересованного лица с необходимой по обстоятельствам дела заботливостью и осмотрительностью. Кроме того, обязательно соблюдение правила о том, что вред, причиненный такими действиями, должен быть меньше вреда, предотвращенного ими. Это правило уже нашло свое применение в отечественном законодательстве, в регулировании действий лиц в состоянии необходимой обороны и крайней необходимости. Теперь оно законодательно закреплено и в ГК РФ. Кроме того, закон устанавливает дополнительные пределы для осуществления права на самозащиту, реализуемую третьими лицами без поручения - необходимая степень заботливости и осмотрительности, которую должно проявить третье лицо, действующее в чужом интересе. Представляется весьма своеобразной и юридическая природа способов самозащиты гражданских прав, осуществляемых третьими лицами, действующими в чужом интересе без соответствующего поручения.
124 Как ранее уже отмечалось, обязательства из таких действий являются разновидностью внедоговорных обязательств. Однако с момента одобрения заинтересованным лицом таких действий их природа меняется. Об этом свидетельствует положение ст. 982 ПС РФ, согласно которому, в случае одобрения заинтересованным лицом действий в чужом интересе без соответствующего поручения, к возникновению отношений между ними (то есть третьим лицом и лицом, в чьем интересе оно действует) применяются положения о договоре поручения или ином договоре, соответствующем характеру предпринятых действий. Таким образом, природа действий третьих лиц изменяется, переходя из внедоговорной в договорную. Однако при всей внешней схожести не следует все действия в чужом интересе без поручения рассматривать только в качестве способа реализации права на самозащиту, поскольку не каждое такое действие является способом самозащиты и не каждый способ самозащиты является действием в чужом интересе без поручения (например, действия третьего лица без поручения, направленные на совершение сделки, никоим образом не могут быть отнесены к способам самозащиты). Учитывая изложенное, мы приходим к выводу, что способы самозашиты могут быть реализованы самим потерпевшим (лицом, чьи гражданские права нарушены), а также третьими лицами. При этом третьи лица могут действовать в чужом интересе (в целях предотвращения вреда личности, имуществу заинтересованного лица и иным законным интересам) как без поручения или предварительного согласия, так и имея такое поручение или согласие. Потерпевший, а также третьи лица, используя допускаемые законом или договором способы самозащиты, могут защищать права, вытекающие из всех отношений, регулируемых гражданским законодательством, то есть как из имущественных, так и связанных с ними личных неимущественных отношений.
125 Защита имущественных прав может осуществляться самостоятельно управомоченной стороной практически любым способом (с условиями соблюдения пределов их реализации). Что не всегда приемлемо при самозащите личных неимущественных отношений, связанных с имущественными. Специфика таких отношений определяет и круг способов их самостоятельной защиты от нарушений. Сложность определения пределов и соразмерности вреда, который может быть причинен нарушителю права, и вреда, предотвращенного действием по самозащите личных неимущественных прав, весьма затрудняет реализацию неюрисдикционной формы защиты таких прав. Так, например, при защите права на коммерческую или служебную тайну, осуществляемой самостоятельно лицом, чьи права нарушены, можно прибегнуть лишь к нескольким способам самозащиты. Это прежде всего включение в условие трудовых договоров, а также договоров с контрагентами условий по соблюдению конфиденциальности и неразглашению сведений, которые станут им известны в связи с вступлением в договорные отношения с лицом, обладающим такой тайной. Сам по себе данный спосрб применяется еще до нарушения права и носит несколько превентивный характер, но реализуется он после нарушения права на неразглашение коммерческой и служебной тайны. В качестве мер самозащиты, носящих характер гражданско-правовой ответственности, можно вносить в соответствующие договоры положения о полной или частичной компенсации ущерба, причиненного разглашением такой тайны, чему во многом способствует предварительная денежная оценка ущерба, который может быть причинен таким разглашением. Если же нарушителем является лицо, не состоящее в договорных отношениях с обладателем служебной или коммерческой тайны, то самозащита данного неимущественного права может осуществляться как в превентивном порядке: заключение договора с охранной организацией по
126 охране источников (носителей) такой тайны; установка запоров, сигнализаций, иных устройств; дезинформация и т.п., так и после нарушения права (т.е. непосредственно в порядке защиты), например, выведение из строя технических средств, используемых для получения и разглашения сведений, составляющих коммерческую или служебную тайну. Если нарушается такое личное неимущественное право, как право авторства, или распространяются сведения, порочащие честь и достоинство граждан, то одним из способов самозащиты, который в данном случае может применить лицо, чьи права нарушены, без превышения пределов самозащиты, является опровержение таких сведений в средствах массовой информации. Помимо этого право авторства может самостоятельно защищаться в порядке, аналогичном рассмотренному нами для защиты права на служебную и коммерческую тайну от нарушений, совершаемых лицами, состоящими и не состоящими в договорных отношениях с обладателями сведений, составляющих такую тайну. Помимо прав, вытекающих из имущественных отношений и связанных с ними личных неимущественных отношений, при помощи гражданско-правовых средств защиты охраняются и личные неимущественные права, не связанные с имущественными (жизнь, здоровье граждан и т.п.). Это возможно посредством применения управомоченным лицом или третьими лицами таких способов защиты нарушенного права, как действие в состоянии необходимой обороны и крайней необходимости. Если рассматривать все способы самостоятельной защиты нарушенных прав применительно к характеру защищаемых ими отношений, то они могут быть классифицированы на способы самозашиты прав из договорных отношений и способы самозащиты прав из внедоговорных отношений.
127 Самостоятельная защита прав, вытекающих из договорных и иных обязательственных отношений, берет свое начало еще в римском праве, которому были известны наряду с преторскими и цивильными обязательствами еще и натуральные обязательства. Особенность последних заключалась в том, что они не пользовались исковой (судебной) защитой, а обеспечивались добросовестностью сторон обязательства, а также совершением лицом, чьи права нарушены, действий по защите нарушенного права168. Учитывая многообразие видов договорных отношений, следует выделить общие способы их самозашиты, характерные для всех видов, и специальные, присущие в силу каких-то особенностей только определенным правам, вытекающим из договорных отношений. В качестве общих способов самозащиты можно рассмотреть превентивные меры (меры охраны), например, установку технических средств безопасности (видеокамер, сигнализаций, запоров и т.п.); создание служб безопасности и заключение договоров на охрану с частными охранными и другими органами; коммерческую и служебную тайну. Но следует помнить, что и само право на коммерческую и служебную тайну, являясь одним из способов самозащиты права, может быть нарушено и соответственно может быть защищено в неюрисдикционной форме (иными способами самозащиты гражданских прав). Кроме того, к общим способам самозащиты следует отнести еще и способы обеспечения исполнения обязательств. Так как лицо, опасающееся нарушения своего права в форме неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, вправе потребовать от другой стороны включения в условия договора положения о применении какого-либо способа обеспечения исполнения обязательств. Такие меры позволяют не только обеспечить неприкосновенность права под угрозой, например, не возврата 168 См.: Розенталь И.С. Общее учение об обязательствах и договорах // В кн.: Римское частное право: Учебник /Под ред. проф. И.Б. Новицкого и проф. И.С. Перетерского. М, 1996.С.253-256.
128 задатка, но и в случае нарушения права могут послужить средством пресечения нарушения и если уж не ликвидировать последствия нарушения, то хотя бы компенсировать причиненный нарушением ущерб. Рассмотрим вопрос об относимости способов обеспечения исполнения обязательств к способам самозащиты подробнее. 1. Указанные нами в §1 гл.1 настоящего исследования признаки, позволяющие отнести то или иное действие к способам самозащиты, полностью соответствуют тем способам обеспечения исполнения обязательств, которые указаны в гл. 23 ГК РФ. Так, в частности: а) способы обеспечения исполнения обязательств реализуются в случае нарушения права или реальной угрозы такого нарушения (например, удержание, при котором кредитор, у которого находится вещь, подлежащая передаче должнику или третьему лицу, указанному должником, вправе в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником в срок обязательства по оплате этой вещи или возмещению кредитору связанных с ней издержек и других убытков удерживать ее, пока соответствующее обязательство не будет исполнено (ст. 359 ГК РФ)); б) все способы обеспечения исполнения обязательств могут быть предприняты либо самим управомоченным лицом (лицом, чьи права нарушены или находятся под угрозой нарушения), либо путем требования им совершения таких действий от других, третьих лиц. Такое требование может выражаться, например, в предоставлении кредита при условии наличия у должника банковской гарантии или в предоставлении кредитору залога. Требование совершения каких-либо действий по самозащите права от третьих лиц объединяет их (действия третьих лиц, осуществленные ими по требованию уполномоченной стороны) с действием, например, лиц по установке сигнализаций, иных технических средств охраны, которые в случае посягательства на законные права граждан выполняют роль одного из способов самозащиты. К тому же это вполне согласуется с тем, что
129 юридические лица могут реализовать свое право на самозащиту только через третьих лиц (их должностных лиц; иных работников, лиц, состоящих с ними в договорных отношениях, и т.д.); в) все способы обеспечения исполнения обязательств могут реализовываться только в форме действия (предоставление задатка путем перечисления денежных средств; поручительство путем выдачи соответствующего обязательства и т.п.); г) возможность реализации любого из способов обеспечения исполнения обязательств предусмотрена в законе, а конкретные их условия могут устанавливаться в договоре между сторонами обязательства; д) для способов обеспечения исполнения обязательств характерно, что они направлены на обеспечение неприкосновенности права, вытекающего из обязательств; могут являться средством пресечения нарушения, если оно все же произошло, и кроме того, все эти способы способствуют если не ликвидации последствий такого нарушения, то хотя бы их частичной компенсации за счет имущества, находящегося в залоге; сумм задатка; удерживаемого имущества; сумм, полученных по банковской гарантии или от поручителя и т.п.; е) что также характерно для способов обеспечения исполнения обязательств, так это возможность последующего обжалования правомерности их применения в судебном или административном порядке. 2. Для того же, чтобы реализация конкретных способов обеспечения исполнения обязательств была правомерной, необходимо соблюдение условий, которые были рассмотрены нами в §1 гл.1 в качестве условий правомерности применения способов самозащиты гражданских прав. Такими условиями являются: 1) возможность лица применять эти меры (способы) только для защиты действительного права, что полностью соответствует условиям реализации способов обеспечения исполнения обязательств, так как они целиком зависят от основного обязательства (за
130 исключением банковской гарантии, которая является самостоятельным обязательством и к нему так же применяется возможность самозащиты от нарушений); 2) вред, причиненный реализацией права на самозащиту, не должен явно не соответствовать реальному или возможному вреду, причиненному нарушением. Аналогичный подход и к условиям правомерной реализации способов обеспечения исполнительных обязательств можно наглядно проследить в нормах, регулирующих порядок применения такого способа обеспечения исполнения обязательств, как неустойка. Так, в соответствии с законом (ч. 1 ст. 333 ГК РФ), если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку; 3) способы самозащиты не должны выходить за пределы действий, необходимых для их реализации. Данное условие полностью применяемо и к порядку реализации способов обеспечения исполнения обязательств, так как при его несоблюдении (например, несоблюдение оснований для обращения взыскания на заложенное имущество) такие действия приобретают характер самоуправства, хотя бы они и были направлены на защиту своего права. Таким образом, мы приходим к выводу, что способы обеспечения исполнения обязательств могут рассматриваться в качестве способов самозащиты гражданских прав, поскольку полностью соответствуют признакам, позволяющим отнести к ним те или иные действия. Итак, к способам самозащиты можно отнести неустойку, залог, удержание, поручительство, банковскую гарантию, задаток и иные способы обеспечения исполнения обязательств, предусмотренные законом или договором. Однако следует помнить, что все указанные способы должны реализоваться самим лицом, чьи права нарушены, без обращения в суд или иные компетентные органы, и с соблюдением тех условий (пределов) реализации, которые предусмотрены законом или соглашением между сторонами в обязательстве.
131 Если же рассматривать отдельные виды обязательств, то самостоятельно их можно защитить от нарушений, используя способы самозащиты, относящиеся к двум основным видам: превентивные (охранные) меры и меры, рассчитанные на их реализацию в случае наличного нарушения (нарушения или его реальной угрозы). В качестве превентивных мер могут выступать любые действия управомоченного лица, направленные на недопущение нарушения права в будущем. К общим для всех договорных отношений могут быть отнесены и некоторые виды обязательств. Например, страхование (страхование ответственности и т.п.), так как оно отвечает всем признакам самозащиты. Оно применяется самим управомоченным лицом путем заключения соответствующего договора со страховой организацией. Реализуются такие обязательства в форме определенных действий и только при нарушении защищаемого права и при наступлении страхового случая. Кроме того, осуществление права на самозащиту (без обращения в соответствующие государственные или муниципальные органы, в обязанности которых входит защита гражданских прав) путем страхования направлено на ликвидацию тех неблагоприятных имущественных последствий, которые явились следствием нарушения права. С развитием предпринимательских отношений все большее распространение получает такой вид страхования, как страхование коммерческих рисков. Этот способ самозащиты может быть рассчитан на случай нарушения права, предусмотренного договором страхования. Двойственный характер некоторых способов самозащиты заключается в том, что они могут быть как средством (способом) самозащиты, так и объектом самостоятельной защиты в случае их нарушения.
132 К специальным способам самозащиты прав, вытекающих из договорных отношений, можно отнести те, которые характерны для отдельных видов обязательств. Это, в частности, требование предоплаты при поставке продукции (товаров); банковской гарантии, залога при кредитовании и т.д. Что касается самостоятельной защиты внедоговорных отношений (из причинения вреда, неосновательного обогащения), то можно выделить превентивные меры (средства охраны и т.п.) и меры, применяемые и реализуемые в случае нарушения или реальной угрозы такого нарушения (необходимая оборона и крайняя необходимость). Если рассматривать все способы самозащиты гражданских прав по признаку их юридической природы, то следует выделить: 1. договорные способы самозащиты (залог, страхование и т.п.); 2. не договорные (меры охраны, необходимая оборона и крайняя необходимость); 3. действие в чужом интересе без поручения. Выделение такого самостоятельного вида способов самозащиты обусловлено тем, что действия в чужом интересе без поручения носят сами по себе внедоговорной характер, однако в случае их последующего одобрения заинтересованным лицом, в чьих интересах действовало третье лицо, примененные меры принимают характер договорных способов самозащиты (ст. 982 ГК РФ).
133 Заключение Переходя к заключительной части настоящего исследования, считаем, что в связи с реформированием отечественной экономики и, как следствие, законодательства, регулирующего отношения между субъектами, действующими в едином экономическом пространстве Российской Федерации, неуклонно повышается роль защиты гражданских прав. Это вызвано прежде всего необходимостью формирования устойчивых отношений в сфере гражданского оборота и предпринимательской деятельности. В настоящее время суды переполнены исками о защите нарушенных прав, состояние правового регулирования не позволяет и судьям гарантировать принятие ими единственно верного решения, что порождает всевозрастающий поток жалоб на вынесенные судами первой инстанции решения. Но даже принятие решений, полностью соответствующих требованиям закона, обеспечивается их исполнением лишь на 20-30 процентов169. Граждане и юридические лица не спешат обращаться за защитой нарушенных прав и в административные органы, опасаясь заведомо предвзятого отношения со стороны чиновников и зачастую всемерного отстаивания ими "чести мундира". В таких условиях наиболее эффективной является самозащита гражданских прав, позволяющая наиболее оперативно реагировать на допущенное правонарушение, пресечь его и ликвидировать последствия такого нарушения. Наличие в сравнительно новых нормах Гражданского кодекса РФ, регламентирующих право на самозащиту, сложных, требующих дополнительного официального разъяснения положений и возникающие в этой связи затруднения в правоприменительной 169 См.: Кондратов Б. Откройте дверь. Пристава не ждали?// Российская газета. 1997. 29 ноября. С. 2.
134 практике и явились объективной предпосылкой разработки нами проблемы самозащиты гражданских прав. Проведенное исследование самозащиты гражданских прав позволяет сформулировать ряд теоретических выводов и предложений по совершенствованию правового регулирования, а также практической правоприменительной деятельности субъектов гражданско-правовых отношений, судов и иных правоохранительных органов.
135 Список использованной литературы 1. Абова Т.Е. Охрана хозяйственных прав предприятий. М.: Юрид. лит., 1975. 2. Агарков М.М. Проблема злоупотребления правом в советском гражданском праве// Известия АН СССР. 1946. №6. С.424. 3. Алексанян Э.Г. Защита личной собственности по советскому гражданскому законодательству. М., 1976. 4. Алексеев С.С. Гражданское законодательство демократической России как выражение идеалов и принципов частного права // Материалы международной научно-практической конференции. Москва, 1994. 5. Алексеев С.С. Проблемы теории права: Курс лекций. В 2-х томах. Свердловск, 1972. 6. Алексеев С.С. Структура советского права, М., 1975. 7. Антокольская М.В. Семейное право. М.:1996. 8. Арбитражный процесс: Учебник / Под ред. М.К. Треушникова. М., 1993. 9. Ардашкин В.Д. О принуждении по советскому праву // Советское государство и право. 1970. №7. С.37. 10. Арзамасцев А.Н. Охрана социалистической собственности по советскому гражданскому праву. Л., 1956. 11. Артеменко М.С. Роль неустойки в обеспечении исполнения планово- договорных обязательств в новых условиях хозяйствования: Автореф канд. юрид. наук. М., 1986. 12. Баранов В.М., Сиятскова Л.А. Конституционное право на самозащиту в современной России (опыт критического анализа новейшего диссертационного исследования) //Юристь-Правоведъ. № 1. 2004. С. 101-107. 13. Басин Ю.Г. Основы гражданского законодательства о защите субъективных гражданских прав. Проблемы применения Основ гражданского законодательства и Основ гражданского судопроизводства Союза ССР и союзных республик. Саратов, 1971. 14. Басин Ю.Г., Диденко А.Г. Дисциплинирующее значение оперативных санкций // Советское государство и право. 1983. №4. С.53. 15. Басин Ю.Г., Диденко А.Г. Защита субъективных прав // Юридические науки. Алма-Ата, 1971. 16. Басин Ю.Г., Диденко А.Г. Имущественная ответственность и оперативные санкции в системе хозяйственного механизма // Правоведение. 1984.№З.С.32. 17. Баскакова М.А. Толковый юридический словарь бизнесмена (руско- английский, англо-русский). 6-е изд., перераб. и доп. М., 1994. 18. Бахрах Д.Н. Административное право. М., 1993.
136 19. Безбах В.В., Пучинский В.К. Основы российского гражданского права: Учеб. пособие. М., 1995. 20. Безуглов А. Самозащита или самоуправство? // Щит и меч. 1997. 18 июля. С.7. 21. Беляевский А.С. Защита чести и достоинства граждан и организаций в советском гражданском праве. М., 1965. 22. Белякова A.M. Гражданско-правовая ответственность за причинение вреда. М., 1986. 23. Борисова К. К вопросу о самозащите гражданских прав //Юридический мир. № 9. 2005. С. 70-71. 24. Брагинский М.И. Повысить эффективность ответственности в хозяйственных обязательствах // Советское государство и право. 1972. №8. С.12. 25. Братусь С.Н. О пределах осуществления гражданских прав// Правоведение. 1967. №3. 26. Братусь С.Н. Предмет и система советского гражданского права. М., 1963. 27. Братусь С.Н. Советское гражданское право и социалистическая законность // Социалистическая законность. 1967. №11. С. 11. 28. Братусь С.Н. Юридическая ответственность и законность. М., 1976. 29. Бриных Е.В. Оперативные санкции - форма гражданско-правовой ответственности // Советское государство и право. 1969. № 6. С.66. 30. Быков А.Г. Роль имущественных санкций в обеспечении законности // Советское государство и право. 1969. № 3. С.80. 31. Быков А.Г. Установление причинной связи в практике арбитража // Советская юстиция. 1969, №8. СЮ. 32. Васькин В.В., Овчинников Н.И., Рогович Л.Н. Гражданско-правовая ответственность. Владивосток, 1988. 33. Ведяхин В.М. Принципы правового регулирования рыночных отношений // Правоведение. 1995. №6. С.27. 34. Веретейникова С.Н. Меры самозащиты в договорных правоотношениях //Российский юридический журнал. № 4. 2003. С. 76-81. 35. Веретейникова С.Н. Меры самозащиты в Российском гражданском праве. Автореферат дис... канд. юрид. наук. Екатеринбург, 2004. 36. Воложанин В.П. Несудебные формы разрешения гражданско- правовых споров. Свердловск, 1974. 37. Воложанин В.П. Основные проблемы защиты гражданских прав в несудебном порядке: Дис. д-ра. юрид. наук. Свердловск, 1975. 38. Воложанин В.П. Формы защиты субъективных гражданских прав //Правоведение. 1971. №3. С.54. 39. Ворожейкин Е. Защита права социалистической собственности и личной собственности граждан // Советская юстиция. 1962. №22. С.21.
137 40. Вороков М.Р. Самозащита гражданских прав //Материалы XXXVIII Международной научной студенческой конференции «Студент и научно- технический прогресс», 10-14 апреля 2000 г. Новосибирск, 2000. С. 59-60. 41. Гапеев В.Н. Сущность арбитражной формы защиты права: Автореф. дис. канд. юрид. наук. Ростов-на-Дону, 1971. 42. Головкова Н. Знание как способ самозащиты// Рос. газета, 1997. 4 апреля. С. 10. 43. Горшенев В.М. Юридическая ответственность и меры государственного принуждения // Проблемы социалистической законности на современном этапе развития Советского государства. Харьков, 1968. С.25. 44. Гражданский кодекс РФ. Часть первая. Научно-практический комментарий / Отв. ред. Т.Е. Абова, А.Ю. Кабалкин, В.П. Мозолин. М., 1996. 45. Гражданское и торговое право капиталистических стран. М.,1980. 46. Гражданское право России: Курс лекций. Часть первая /Под ред. О.Н. Садикова. М., 1996. 47. Гражданское право: Учебник. В 2-х томах / Под ред. Е.А.Суханова. М.:Изд-воБЕКД994. 48. Гражданское право: Учебник. В 3-х томах / Под ред. Ю.К.Толстого, А.П.Сергеева. М.: Изд-во ТЕИСД996. 49. Грибанов В.П. Основные проблемы осуществления и защиты гражданских прав: Автореф. дис. д-ра. юрид. наук. М., 1970. 50. Грибанов В.П. Ответственность за нарушение гражданских прав и обязанностей. М., 1973. 51. Грибанов В.П. Пределы осуществления и защиты гражданских прав. М.: Изд-во МГУ. 1972. 52. Грибанов В.П. Пределы самозащиты гражданских прав// Вестник МГУ. Сер. Право. 1968. №4. 53. Грибанов В.П. Принципы осуществления и защиты гражданских прав// Вестн. Моск. ун-та. Сер. Право. 1966. №3. 54. Демин А. Государственные контракты // Хозяйство и право. 1997. №7. С.104. 55. Диденко А.Г. Гражданско-правовые формы борьбы с нарушениями хозяйственных договоров: Дис. канд. юрид. наук. Алма-Ата, 1971. 56. Добровольский А.А. Исковая форма защиты права. М.: Изд-во МГУ, 1965. 57. Донцов С.Е., Маринина М.Я. Имущественная ответственность за вред, причиненный личности. М., 1986. 58. Дювернуа Н.Л. Конспект лекций по гражданскому праву. Спб., 1886. Вып.З. 59. Евтихиев А.В. Основы советского административного права. Харьков, 1925. 60. Елисейкин П.Ф. Защита субъективных прав и интересов и компетенция суда в советском гражданском процессе // Ученые записки
138 Дальневосточного государственного университета. Вопросы государства и права. Владивосток, 1969. №31. С.64-65. 61. Елистратов А.И. Административное право РСФСР. Л., 1925. 62. Знаменский Г.Л., Киселев Ф.И., Повшенко И.В. Защита экономических интересов внутри отрасли// Советское государство и право. 1972.№1.С.79. 63. Иванов О.В. Защита гражданских прав как правовой институт и как научная проблема // Труды Иркутского ун-та. Вопросы советского государства и права. Сер. юридическая. Вып. 8, ч.3.1967. С.44. 64. Иванов О.В. Право на судебную защиту// Советское государство и право. 1970. №7. С.40. 65. Илларионова Т.Н. Механизм действия гражданско-правовых охранительных мер. Свердловск, 1980. 66. Илларионова Т.И. Система гражданско-правовых охранительных мер. Томск, 1982. 67. Илларионова Т.И. Система гражданско-правовых охранительных мер: Автореф. дис. д-ра. юрид. наук. Свердловск, 1985. 68. Иоффе О.С. Обязательственное право. М., 1975. 69. Иоффе О.С. Ответственность по советскому гражданскому праву. Л., 1955. 70. Иоффе О.С. Развитие цивилистической мысли в СССР. Часть П. Л., 1978. 71. Иоффе О.С. Структурные подразделения системы права (на материалах гражданского права) // Учёные записки ВНИИСЗ. Вып. 14. М.Д968.С.51. 72. Иоффе О.С, Грибанов В.П. Пределы осуществления и защиты гражданских прав // Советское государство и право. 1964. №7. 73. Кавелин К.Д. Что есть гражданское право? И где его пределы? СПб. ,1864. 74. Казакова Е.Б. Самозащита как юридическое средство: проблемы теории и практики. Автореферат дис... канд. юрид. наук. Тамбов., 2006. 75. Калмыков Ю.Х. Принцип всемерной охраны социалистической собственности в гражданском праве. Саратов, 1987. 76. Каудыров Т.Е. Гражданско-правовые оперативные санкции в хозяйственных отношениях: Автореф. дис. канд. юрид. наук. Томск., 1986. 77. Кожевников С.Н. Меры защиты в советском праве: Автореф. дис. канд. юрид. наук. Свердловск, 1968. 78. Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части первой / Отв. ред. О.Н. Садиков. М.: ЮРИНФОРМЦЕНТР, 1995. 79. Комментарий к Кодексу об административных правонарушениях / Под ред. И.И. Веремеенко. М., 1989. 80. Комментарий к Кодексу об административных правонарушениях / Под ред. И.И. Веремеенко, Н.Г. Салищевой, М.С. Студеникиной. М., 1997.
139 81. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / Отв. ред. д.ю.н., проф. А.В. Наумов. М., 1996. 82. Комментарий части первой Гражданского кодекса Российской Федерации для предпринимателей. М.: Фонд "Правовая культура", 1995. 83. Корде О.С. Сововетское гражданское право: Курс лекций. Л., 1964. 84. Коренев А.П. Административное право России: Учебник. В 3-х томах. Том 1 и 2. М., 1997. 85. Коренев А.П. Нормы административного права и их применение. М., 1978. 86. Корнеев СМ. Право собственности в условиях перехода к рыночной экономике. "Круглый стол" Комитета конституционного надзора СССР и редакции журнала "Правоведение" (часть вторая) // Правоведение, 1991. №4. 87. Кофман В.И. Соотношение вины и противоправности в гражданском праве // Правоведение. 1957. №1. С.65. 88. Красавчиков О.А. Ответственность, меры защиты и санкции в советском гражданском праве // Проблемы гражданско-правовой ответственности и защиты гражданских прав. СверНповск, 1973. 89. Красавчиков О.А. Советское гражданское законодательство // Советское государство и право. 1972. №12. С.37. 90. Красавчиков О.А. Социалистическая законность, гражданскоправовые санкции и ответственность // Юридические гарантии применения советских правовых норм и укрепление социалистической законности: Тезисы. Киев, 1971. С. 71. 91. Красавчиков О.А. Юридические факты в советском гражданском праве. М., 1958. 92. Краснов Н.И. Реальное исполнение договорных обязательств. М, 1959. 93. Кудрявцев В.Н., Келина С.Г. Принципы советского уголовного права. М., 1988. 94. Курбанов Г.С. Юридическая природа и содержание института обстоятельств, устраняющих общественную опасность и противоправность деяния. Баку, 1988. 95. Курылев СВ. Форма защиты, принудительного осуществления субъективного права и права на иск // Труды Иркутского государственного университета. Т. XXII. Серия юридическая. Вып. 3. Иркутск, 1957. С. 162. 96. Лазаренкова О.Г. Перечень способов самозащиты гражданских прав должен быть закрытым //Сборник трудов Санкт-Петербургской юридической академии. Ежегодный научно-практический журнал. № 1 (1). 2005. С. 28-31. 97. Лаптев В.В. Хозяйственное право в условиях экономической реформы // Советское государство и право. 1989. №2. С.45. 98. Лейст О.Э. Санкции и ответственность по советскому праву. М., 1981. 99. Лукашева Е.А. Принципы социалистического права // Советское государство и право. 1970. №6. С.21.
140 ЮО.Майданик Л.А. Возмещение вреда, причиненного правомерными действиями // Советская юстиция. 1965. №14. С.7. Ю1.Майданик Л.А., Сергеева Н.Ю. Материальная ответственность за повреждение здоровья. М., 1968. Ю2.Макаров Г. Правовые способы защиты граждан от посягательств на их права при совершении жилищных сделок // Хозяйство и право. 1997. №5. С.136. ЮЗ.Макрецова А.А. Принципы гражданского права переходного периода. Дисс. канд. юрид. наук. М., 1996. Ю4.Малеин Н.С. Возмещение вреда, причиненного личности. М., 1965. Ю5.Малеин Н.С. Закон, ответственность и злоупотребление правом // Советское государство и право. 1991. №11. С.28. Юб.Малеин Н.С. Защита семейных прав. Советское государство и право. М., 1972. С.35. Ю7.Малеин Н.С. Имущественная ответственность в хозяйственных отношениях. Наука, 1968. 108.Мамутов В.К. Совершенствование системы экономических санкций // Советское государство и право. 1971. №5. С.89. Ю9.Мамутов В.К., Овсиенко В .В., Юдин В.Я. Предприятие и материальная ответственность. Киев, 1971. 1 Ю.Матвеев Г.К. Вина в советском гражданском праве. Киев, 1955. Ш.Матвеев Г.К. Об основаниях договорной ответственности хозорганов // Советское государство и право. 1988. №8. С.38. 112.Матвеев Г.К. Советское семейное право. М.: Юрид. лит., 1985 . ПЗ.Мезрин Б.Н. О юридической природе риска в гражданском праве// Гражданское право и способы его защиты. Свердловск, 1974. С.44. Н4.Микшис Д.В. Дозволенное самоуправство как способ самозащиты гражданских прав //Правовые, экономические, социокультурные проблемы: общероссийские закономерности и региональная специфика. Сборник научнывх трудов. Вып. 4. 2004. С. 144-147. И5.Микшис Д.В. Самозащита в гражданском праве. Автореферат дис... канд. юрид. наук. Екатеринбург., 2006. Пб.Муромцев С.А. Очерки общей теории гражданского права. 4.1. М., 1877. П7.Научно-практический комментарий к Основам гражданского законодательства Союза ССР и союзных республик / Под ред. С.Н. Братуся и Е.А. Флейшиц. М., 1962. И8.Нинидзе Ф.Г. Крайняя необходимость по советскому гражданскому праву. М.,1974. И9.Новицкий И.Б. Недействительные сделки // Вопросы советского гражданского права. М., 1945. 120.Новицкий И.Б., Лунц Л.А. Общее учение об обязательстве. М., 1950. 121.0 работе судов Российской Федерации в 1-м полугодии 1996 г. // Российская юстиция. 1997. № 1. С. 52-53.
141 122.0жегов СИ. Словарь русского языка / Под ред. Н.Ю. Шведовой. 14-е изд., стереотип. М.: Рус. яз., 1983. 123.Парций Я. Методичекие рекомендации. О защите прав потребителей // Хозяйство и право. 1996. №12. С.27. 124.Петров И.Н. Ответственность хозорганов за нарушение обязательств. М., 1974.С.117. 125. Петров И.Н. Характерные черты гражданско-правовой ответственности // Ученые записки ВНИИСЗ. Вып. 20.1970. С.65. 126.Победоносцев К. Курс гражданского права. 4.1. Спб., 1891. 127.Побирченко И.Г. Формы разрешения хозяйственных споров// Советское государство и право. 1971. №7. С.100. 128.Побирченко И.Г. Хозяйственная юрисдикция. Киев,1973. 129.Побирченко И.Г. Хозяйственные споры и формы их разрешения.: Автореф. дис. д-ра. юрид. наук. Харьков, 1971. 130. Покровский И.А. Основные проблемы гражданского права. Пг., 1917. 131.Прибывалова В.В. Самозащита гражданских прав //Защита прав и свобод человека. Материалы научно-практической конференции. М., 2005. С. 95-96. 132.Римское частное право: Учебник/ Под ред. проф. И.Б. Новицкого и проф. И.С. Перетерского. М.: Юрист, 1996. 133.Романова Е.А. Право удержания и самозащита: проблемы и соотношение //Современные проблемы понимания государства и права. Материалы Межрегиональной научно-практической конференции. Ставрополь, 2004. С. 133-136. 134.Российское трудовое право: Учебник/ Отв. ред. А.Д. Зайкин. М., 1997. 135.Российское уголовное право: Общая часть. Курс лекций. М., 1996. 136.Рясенцев В.А. Обязательства из так называемого неосновательного обогащения в советском гражданском праве // Ученые записки МГУ. Вып. 144. Труды юридического факультета. М., 1949. С.90. 137.Рясенцев В.А. Понятие и виды субъективных гражданских прав // Ученые записки (Всесоюзн. юр. заочный ин-т). Вып. 10. Вопросы гражданского права. 1960. С.75-89. 138.Савельев В.А. Гражданский кодекс Германии (история, система, институты): Учеб. пособие. 2-е изд., перераб. и доп. М.,1994. 139.Садиков О.Н. Имущественные санкции в хозяйственных договорах // Советское государство и право. 1957. №4. С.31. 140.Садиков О.Н. Принципы нового гражданского законодательства СССР // Советское государство и право. 1991. №10. С.20-29. 141.Сарбаш СВ. Право удержания и самозащита // Юридический мир. № 8. 1998. С. 47-52. 142.Свердкык Г.А. Принципы советского гражданского права. Дисс. д-ра юрид. наук. Свердловск, 1985.
142 НЗ.Свердлык Г.А. Материалы к изучению основ гражданского права // В кн.: Основы права: Учебно-методическое пособие / Под ред. В.В. Лазарева. М., 1996.С.98-118. 144.Свердлык Г.А. Гражданско-правовые способы сочетания общественных, коллективных и личных интересов. Свердловск, 1980. 145.Свердлык Г.А. Принципы советского гражданского права. Красноярск, 1985. 146.Свердаык Г.А. Теория принципов советского гражданского права. - Свердловск, 1984 /Рукопись депонирована в Институт научной информации по общественным наукам РАН № 18796 от 23.11.84 г./ 147.Селезнёв М. Самозащита гражданских прав // Российская юстиция. 1995.№П.С.40. 148.Слесарев В.Л. Экономические санкции в советском гражданском праве. Красноярск, 1989. 149.Смирнов О.В. Основные принципы советского трудового права. М., 1977. 150.Советский закон и гражданин: Юридический справочник. В 2-х частях. 4.1 / Под ред. Б.М. Бабия. Киев. Наукова думка, 1980. 151.Советское гражданское право: Учебник для ВУЗов. Т.1 и Т.2 / Под ред. Ю.Х. Колмыкова и В.А. Тархова. Саратов, 1991. 152.Советское гражданское право: Учебник. В 2-х томах. Т.1/ Под ред. О.А. Красавчикова. 3- е изд., испр. и доп. М.: Высш. шк., 1985. 153.Советское гражданское право: Учебник. В 2-х частях. Ч. 1 / Под ред. В.А. Рясенцева. Юрид. лит., 1986. 154.Советское семейное право: Учебник / Под ред. В.А. Рясенцева. М.: Юрид. лит., 1982. 155.Стоякин Г.Я. Меры защиты в советском гражданском праве: Дис. канд. юрид. наук. Свердловск, 1973. 156.Стоякин Г.Я. Меры защиты в советском гражданском праве: Автореф. дис. канд. юрид. наук. Свердловск, 1973. 157.Стоякин Г.Я. Организационно-правовые санкции как средство защиты субъективных гражданских прав // Сб. аспирантских работ. Вып. 14. Свердловск, 1972. С.204. 158.Стучка П.И. Курс советского гражданского права. М., 1931. 159.Суханов Е.А. Новый Гражданский кодекс России // Законность. 1995. №3. С. 15. 160.Суханов Е.А. Превентивная функция имущественной ответственности // Советское государство и право. 1982. №6. С.51. 161.Тархов В.А. Ответственность по советскому гражданскому праву. Саратов, 1973. 162.Толстой B.C. Исполнение обязательств. М., 1973. 163.Толстой Ю.К. Принципы гражданского права // Правоведение. 1992. №2. С. 49-53.
143 164.Толстой Ю.К. Содержание и гражданско-правовая защита права собственности в СССР. Л., 1955. 165.Троценко Т. Самозащита как способ защиты гражданских прав //Закон и право. № 5. 2000. С. 13-15. 166.Умов В.А. Понятие и методы исследования гражданского права. Спб., 1873. 167.Учебник гражданского процесса. // Под ред. М.К. Треушникова. М, 1996. 168.Халфина P.O. Общее учение о правоотношении. М, 1974. 169.Халфина P.O. Право и хозрасчет. М.,1975. ПО.Халфина P.O. Советская теория гражданского права // Советское государство и право. 1969. №10. С.52 . 171.Хозяйственное право: Учебник // Под ред. В.В. Лаптева. М, 1983. 172.Цыбуленко З.И. Правовые проблемы сотрудничества при исполнении хозяйственных обязательств при переходе к рыночной экономике: Дисс. д-ра юрид. наук. Саратов, 1991. 173.Чечот Д.М. Субъективное гражданское право и формы его защиты. Ленинград, 1968. 174.Шершеневич Г.Ф. Учебник русского гражданского права (по изданию 1907 г.). М, 1995. 175.Шиминова М.Я. Имущественная ответственность за моральный вред // Советское государство и право. 1970. №1. С. 118. Пб.Шиминова М.Я. Компенсационные обязательства в гражданском праве // Советское государство и право. 1979. №8. С.38. 177.Шиминова М.Я. Компенсация вреда гражданам. М., 1979. Ш.Эрделевский А. О защите личных неимущественных прав акционеров // Хозяйство и право. 1997. №6. С.69. 179.Эрделевский A.M. Самозащита гражданских прав//Юридический мир. №8. 1998. С. 45-47 180. Юридический справочник. В 2-х частях/ Под ред. Бабия. Киев, 1980. 181.Яковлев В.Ф. Гражданско-правовой метод регулирования общественных отношений. Свердловск, 1972. 182.Яковлев В.Ф. Гражданско-правовой метод регулирования общественных отношений: Автореф. дис. д-ра. юрид. наук. Свердловск, 1972. 183.Яковлев В.Ф. О Гражданском кодексе Российской Федерации // Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. 1995. №1. СЮ. 184.Яковлев В.Ф. Общая часть гражданского права в современном законодательстве и юридической практике. Свердловск, 1979. 18 5. Ям польская Ц.А. О субъективных правах советских граждан и их обязанностях // Вопросы Советского государства и права. М, 1959. С. 160. 186.Ярошенко К.Б. Жизнь и здоровье под охраной закона. Гражданско- правовая охрана личных неимущественных прав граждан. М, 1990. 187.Ярошенко К.Б. Специальные случаи ответственности за причинение вреда. М, 1977.
144 Содержание: Введение 5 Глава 1. Понятие и юридическая природа самозащиты гражданских прав 7 § 1 Понятие самозащиты гражданских прав 7 §2 Юридическая природа самозащиты гражданских прав 40 Глава 2. Понятие, классификация и система принципов самозащиты гражданских прав 55 § 1 Понятие принципов самозащиты гражданских прав 55 § 2 . Классификация и система принципов самозащиты гражданских прав 69 Глава 3. Понятие способов самозащиты гражданских прав и их классификация 91 § 1. Понятие способов самозащиты гражданских прав и их отграничение от гражданских правонарушений и иных смежных категорий 91 §2. Классификация способов самозащиты гражданских прав 113 Заключение 133 Библиография 135
Э Л. СТРАУНИНГ ТЕОРИЯ САМОЗАЩИТЫ ГРАЖДАНСКИХ ПРАВ Типография ООО «Документ системы» 127083, Москва, В. Масловка, д.1 Тел.: (495) 614-88-59; 612-23-11 Тираж 300 экз. Заказ № 0103