В этом номере
ISSN № 0130-7045
ДРУЖБА НАРОДОВ —
ЗАКОН
НАШЕЙ ЖИЗНИ
М. БРУК
НОВАЯ НАУКА
ГЕОТЕХНОЛОГИЯ
А. ЧЕРТКОВ
ВОПРОСЫ
ПОСЛЕ ЛЕКЦИИ
Л ЕВМЕНОВ В. ЕВСЕЕВ
Народные университеты
нравственного
воспитания
Площадь Дружбы народов на ВДНХ СССР.
Монумент «Дружба навеки», который поднял-
ся в этом году на Тишинской площади в Москве,
символизирует содружество России и Грузии.
«Мир, труд, единство, братство, дружба» — эти
слова слагаются на нем из грузинских и русских
букв.
Скульптурная группа у музея Мужества
в Ташкенте установлена в память о подвиге тех,
кто возрождал город после землетрясения
1966 года. В те трудные дни на помощь узбекской
столице пришла вся страна.
Фотохроника ТАСС.
12- 1983
НАША ОБЛОЖКА
30 декабря — замечательный праздник
советского народа, день рождения Союза
Советских Социалистических Республик —
небывалого в истории государственного
образования, объединившего в единую
семью более ста наций и народностей.
61 год этому союзу, он доказал жизненную
силу коммунистической идеологии.
Братство людей труда — вот его основа.
Полное равенство всех наций и народнос-
тей, равенство политическое, экономичес-
кое, культурное — вот закон, по которому
создавался живет и развивается этот
союз. Сегодня в нашей стране нет больше
отсталых наций, все они стали социалисти-
ческими, а значит — достигли высокого
уровня разбития во всех областях жизни.
«История, пожалуй, не знает столь
стремительного взлета от состояния отста-
лости, бедствий и разрухи к могуществу
современней великой державы с высочай-
шим уровнем культуры и постоянно расту-
щим благосостоянием народа»,— спра-
ведливо отмечено в докладе Генерального
секретаря ЦК КПСС товарища
Ю В. Андропова на торжественном засе-
дании, посвященном 60-летию образова-
ния Союза ССР.
Мудрость ленинской национальной по-
литики заключалась прежде всего в том,
что в строительство социализма были
вовлечены все народы, независимо от
уровня их развития. Такое отношение
к национальным интересам исключало
возможность конфликтов на этой почве.
Более развитые нации помогали отсталым.
Ярко проявилась рабочая солидарность —
та великая движущая сила, которая соз-
дает ценности не только материальные, но
и духовные
Претворение в жизнь ленинского плана
строительства социализма преобразовыва-
ло жизнь людей, их сознание, психологию.
Одним из проявлений этого процесса стал
массовый отход трудящихся от религии.
Без этого был бы невозможен союз наро-
дов, их общие свершения, их духовное
сближение. Ведь религии, будь то правос-
лавие или ислам, иудаизм или католицизм,
веками воспитывали предубеждение, не-
доверие к тем, кто исповедовал другую
веру, они разъединяли людей, разжигая
националистические настроения. Величие
земной це«и объединило народы, они
забывали былые распри, в том числе и те,
которые возникали по религиозным моти-
вам. Нужна была и большая идеологичес-
кая работа, чтобы облегчить людям пони-
мание иллюзорности религиозных догм
и заветов. Атеистическая пропаганда, вос-
питание материалистического взгляда на
мир содействовали укреплению дружбы
народов нашей страны, формированию
новой социальной и интернациональной
общности —. советского народа
Сегодня все нации Союза ССР живут
своей самобытной жизнью, хранят и разви-
вают присущие им традиции.
ЕЖЕМЕСЯЧНЫЙ
НАУЧНО-ПОПУЛЯРНЫЙ
АТЕИСТИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ
ОРДЕНА ЛЕНИНА
ВСЕСОЮЗНОГО ОБЩЕСТВА
«ЗНАНИЕ»
Издается с сентября 19J9 года
РЕДАКЦИОННАЯ КОЛЛЕГИЯ
И. Ш. А Л И С К Е Р О В.
А. В. Б Е Л О В,
В. И. Г А Р А Д Ж А,
М. М. Д А Н И Л О В А,
И. И ЖЕР НЕВСКАЯ
(ответственный секретарь),
А. С. И В А Н О В,
Н. А. КОВАЛЬСКИЙ,
Э. И. Л И С А В Ц Е В,
Б. М. МАРЬЯНОВ
(зам. главного редакторе),
В. П. М А С Л И Н.
С. И. Н И К И Ш О В,
М. П. Н О В И К О В,
И. К. П А Н Т И Н,
И. Д. П А Н Ц X А В А.
В. Е РОЖНОВ,
В. Ф. Т Е Н Д Р Я К О В.
В. В. Ш Е В Е Л Е В.
Художественный редактор
С. И. Мартемьянова.
Технический редактор
С. В. Сегаль.
Корректор
Р. Ю. Грошева.
ИЗДАТЕЛЬСТВО «ЗНАНИЕ»
© Журнал
«Наука и религия», 198J.
На третьей странице
обложки — календарь на
1984 год. Художник
М. Шаркова.
ДУХОВНЫЙ МИР ЧЕЛОВЕКА
2 В. Розов. Мосты
4 3. Григорьева. Почетный
гражданин
6 Е. Брускова. Дом на острове
УНИВЕРСИТЕТ ЛЕКТОРА
10 Л. М и т р о х и н. Беседы об ате-
• истическом наследии Маркса
15 А. Чертков. Как отвечать на
вопросы после лекции
ПРАКТИКА: ОПЫТ, ПРОБЛЕМЫ
17 Л. Евменов. Не ослаблять
внимания
18 В. Евсеев. На Минском трак-
торном
ПРИРОДА И РАЗУМ
21 М. Брук. Клады в растворах
РЕЛИГИЯ, ЦЕРКОВЬ, ВЕРУЮЩИЙ
24 Г. С н е с а р е в. Хорезмские
святые. Пахлаван Махмуд
28 С. Латышевич. Все могло
быть иначе
ИСТОРИЯ И СОВРЕМЕННОСТЬ
30 О. А Н т о н о в а. Народная тра-
гедия на оперной сцене
34 А. Ш а м а р о. «Эпидемия га-
рей»
38 Е. Б е л я к о в а. Православная
апологетика в свете научной кри-
тики
ЛИТЕРАТУРА, ИСКУССТВО
40 «...Добру и правде никогда не
изменяя»
42 С. Моэм. Каталина
56	Д. Б р у д н ы й. «Признать неу-
местным!»
В СТРАНАХ СОЦИАЛИЗМА
57	М. Т о М к а. Месса глазами со-
циолога
ЗА РУБЕЖОМ
58	В. Л ё ш б у р г. Святотатцы
62 Напечатано в 1983 году
1
Вадим РОЗОВ

Духовный
мир
человека
В ЭТОЙ
РУБРИКЕ:
• Семья —
тоже коллектив
единомышлен-
ников.
• Слесарь
Шабалтас —
ответственный
человек.
Семья Абдуллаевых.
Слева направо:
Раиса Васильевна,
Ирочка.
Камил
Гусейнович и Марина.
Члены коллектива,
где работает
Камил Абдуллаев.
Слева направо:
Виктор Иванов, Идрис
Галаев, Василий Лоба-
нов, Алексей Хвастуш-
кин, Алик Гамбулатов
и Владимир Грищенко.
Фото 3. Батчаева.
В истории северокавказских
народов горные реки час-
то играли роль ес-
тественных границ между враж-
дующими лагерями. И нередко про-
исходили на их каменистых берегах
кровопролития, подобные той жесто-
кой и бессмысленной резне, о кото-
рой поведал Лермонтов в стихотворе-
нии «Валерик» («Речка смерти»). Как
говорится, много воды утекло, пре-
жде чем через эти границы можно
было перекинуть мосты, которые по-
требовались людям в их мирной
жизни, без междоусобиц. Многочис
• Дом
на острове
Сааремаа.
ленные мосты через реки и ущелья,
отличные дороги, соединяющие рав-
нину с труднодоступными горными
районами, стали за последние десяти-
летия непременной чертой северо-
кавказского ландшафта Мостостро-
ители и дорожники — желанные гости
в любом месте Северного Кавказа,
везде им почет и уважение.
Давно выбрал себе эту профессию
Камил Гусейнович Абдуллаев. Вот
уже 15 лет работает он в организации
Мостопоезд-479, которая строит
мосты и дороги в Чечено-Ингушетии,
Северной Осетии и в Дагестане, живет
с семьей в Грозном, в поселке мос-
тостроителей. А на Северный Кавказ
переехал из родного селения Зыря
(в Азербайджане) еще раньше, в
1962 году, вскоре после окончания
службы в армии. Северный Кавказ
стал для него родным краем, как
становится всегда родным и близким
то, чему отдано много душевных сил,
во что вложено много труда. В свои
сорок с небольшим Камил Абдул-
лаев — человек, что называется, ос-
новательный, солидный. Во взгляде —
уверенное спокойствие, которое
бывает у тех, кто живет правильно
и знает это. Работа по душе; дом, где
его любят, где о нем заботятся жена
и две дочери; хорошие друзья. Все
это не само пришло. Надо было
и трудные решения принимать, и бо-
роться против того, чего нельзя было
принять, и с собой справляться, чтобы
себя же сохранить.
Во время службы в армии (служил
он на Северном Кавказе) сержант
Камил Абдуллаев полюбил девушку
Раю, она работала на стройке. А его
друг и земляк, тоже азербайджанец,
был влюблен в Раину подругу. Накану-
не демобилизации друзья решили
жениться Оба, как велит обычай,
просили родительского благослове-
ния, но оба получили решительный
отказ родители не хотели, чтобы их
сыновья взяли в жены русских деву-
шек, ведь у русских другая вера, а, по
их убеждению, семья только тогда
будет прочная, если брак освящен
шариатом Один подчинился стар-
шим, Камил Абдуллаев не отступил от
решения *— женился на Раисе Василь-
евне Герасимовой. Но с родственника-
ми ссори ься, конечно, не хотел. Всем
разослал приглашения на свадьбу.
Никто не приехал. Правда, от родите-
лей пришла большая посылка.
— Это наверно, подарок тебе.
Рая!—обрадовался он.
Открыли посылку — в ней оказа-
лись все фотографии Камила, его
рубашки, брюки, другие вещи.
Рая заплакала. Тяжело было моло-
дой женщине. И Камила жаль —
шутка ли, против родни пошел, как-то
он с этим справится, не перенесет ли
на нее обиду
Даже сейчас, спустя 20 лет, Раиса
Васильевна хмурится, вспоминая этот
сюрприз к их свадьбе.
— Мои родители тоже не обрадо-
вались, когда узнали о моем выбо-
ре,— рассказывает она. — Честно го-
воря, они испугались за меня. Им,
деревенским жителям, казалось, что
нельзя мне за Камила выходить, они
думали, что если он вырос в азер-
байджанской семье, то совсем у него
иные обычаи и понятия, чем у нас.
А потом так полюбили Камила — за
трудолюбие, за честность, за твер-
дость характера. У всех народов
ценятся эти качества, и у русских,
и у азербайджанцев. И конечно, за
отношение ко мне полюбили его.
Отец мой — инвалид войны, мать всю
жизнь была колхозницей. Камил те-
перь у них самый лучший из зятьев!
Почти каждый год мы ездим к ним
в гости в село Александровское, на
Ставрополье, а они — к нам. Да мы
теперь и с нашими бакинскими
родственниками в хороших отноше-
ниях, старые обиды давно забыты.
Отец Камила умер, мать живет в
семье своего младшего сына, Ибраги-
ма. Мы ее навещаем. Она внучек,
дочерей наших, любит. А вторая
семья свекра так в Зыре и осталась...
— Вторая	семья?— переспраши-
ваю я.
На этот мой вопрос ответил сам
хозяин ррма
— Отец с матерью не согласились
с моим выбором, боялись, что для
создания хорошей семьи любви не-
достаточно, нужна еще, как они
говорили, «одна и та же вера». И в то
самое время, когда я женился, они
разводились. Видно, любви-то им как
раз и не хватило. И хотя их брак был
оформлен по всем правилам шариата,
непрочным оказался...
Раиса Васильевна с первых дней их
общей жизни стала мужу другом,
никогда не падала духом. А Камил не
сразу нашел дело по себе, хотя
работы никакой не боялся, не сразу
и жильем своим они обзавелись.
В поселке мостостроителей до-
бротные одноэтажные дома на
четыре семьи Возле домов — са-
довые участки.
В квартире Абдуллаевых чисто,
уютно. Все удобно, с любовью устро-
ено. В просторной светлой кухне
много красивой посуды, хозяева —
люди хлебосольные А Камил припод-
нимает вдруг коврик на полу в пере-
дней, и мы видим дверцу в погреб.
— Здесь,— говорит хозяин,— хра-
нится вино Собственного произ-
водства. Из чего делается? А вот из
чего!
За рамой окна причудливо, словно
Терек на карте, изгибается виноград-
ная лоза.
Камил обычно серьезен, даже
строг, а сейчас он, глядя на выра-
щенный своими руками виноград,
улыбается, и я еще раз убеждаюсь,
как это верно подмечено: в улыбке
человека раскрывается его душа. Ког-
да я первый раз увидел улыбающего-
ся Абдуллаева, мне захотелось узнать
его поближе, посмотреть, как живет
человек, который вот так, улыбкой,
может перекинуть от себя мостик
к сердцу собеседника...
По утрам автобус грозненского
участка Мостопоезда-479 проезжает
по улице Суворова и забирает рабо-
чих, чтобы отвезти кого — в мас-
терские, а кого — на основное произ-
водство, полигон по изготовлению
железобетонных конструкций
...На полигоне шла сварка арма-
туры, готовили ригели для постройки
в осетинском поселке Мизурский мос-
та через Ардон — приток Терека.
Башенный кран отгружал в Дагес-
танскую АССР уже готовые стойки
для моста через Терек в районе
Кизляра. На кране сегодня работал
Камил Абдуллаев. Но не всегда он
глядит на «нижние» операции полиго-
на с высоты своей башни. Если надо
заменить кого-то из членов бригады
или нет крановых работ, крановщик
становится бетонщиком, монтажни-
ком, сварщиком, плотником, слеса-
рем или водителем водовоза. Всеми
этими профессиями овладел Камил за
свою трудовую жизнь. Да и сам он
«заменяем»: члены комплексной бри-
гады владеют смежными профес-
сиями.
В коллективе грозненского участка
Мостопоезда-479 всего 40 человек. Но
обслуживает он, можно сказать, весь
Северный Кавказ. Каждый из гроз-
ненских мостостроителей время от
времени уезжает из дома, чтобы
участвовать в сборке моста или стро-
ительстве путепровода в Северной
Осетии, в Дагестане. Грозненцы стро-
или мосты на новой высокогорной
дороге через Рокский перевал на
границе Северной Осетии и Грузии".
Мост через Терек в районе станицы
Гребенской существенно сократил
путь из Кизляра в Махачкалу.
Невелик коллектив, где работает
Камил Абдуллаев, но, как это сплошь
и рядом бывает на Северном Кавказе,
собрались здесь люди нескольких
национальностей. Абдуллаев — азер-
байджанец; трудятся здесь и ингу-
ши — Галаев и Ужахов, и чеченцы —
Мацаев и Гамбулатов, и русские —
супруги Ивановы, Хвастушкины,
Милюхины. Вместе с женой и сыном
работает тут заслуженный строитель
РСФСР Василий Тимофеевич Лобанов,
в 1981 году его наградили орденом
Дружбы народов.
Не раз собирались они за
праздничным столом в уютной квар-
тире Абдуллаевых, и Раиса Васильевна
угощала их от всего сердца, как это
принято и у русских, и у чеченцев,
и у ингушей, и у азербайджанцев.
Людей роднит, сближает крепче
любого родства их общее дело.
Камил Гусейнович Абдуллаев —
в коллективе единомышленников, ко-
торые знают, что жизнь потеряет
смысл, если труд превратится в
средство наживы, если они перестанут
верить и помогать друг другу, разу-
чатся строить и укреплять между
собой мосты дружбы, большие и ма-
ленькие.
Говорят, что есть натуры, честные
от природы. Но я думаю, что в челове-
ке это качество воспитывает прежде
всего общественный труд, сознание
его необходимости для людей. И Аб-
дуллаеву помогла сформироваться та
рабочая среда, в которую попал он
с юношеских лет и благодаря которой
стал настоящей «рабочей косточкой».
— Сердце радуется, когда смот-
ришь на новые мосты,— говорит Ка-
мил Гусейнович. — И больно видеть,
как время разрушает их. Впрочем, не
только время. Паводок — враг мос-
тостроителей. Однажды вода в Тере-
ке неожиданно поднялась, разбуше-
валась. А база наша стояла на берегу.
Нужно было срочно спасать технику,
укреплять берег бетонными кубами
Один рабочий сорвался в водяную
лавину. Течение потащило его вместе
с кубом. Еле спасли! Но есть у нас
и другие опасные недруги: халтура,
недобросовестная работа. Например,
бетон замешали не по рецепту, техно-
логию изготовления конструкции на-
3
рушили... На любой работе нужна не
только квалификация, но и порядоч-
ность. Бывает, придет новичок, только
обучат его, душу ему отдадут, а он,
глядишь, бросает производство — и
на «шабашку», в погоню за длинным
рублем. Вот только с чем он под
конец жизни останется? Нелегко пра-
вильно жить,— добавил Абдуллаев,
подумав,— но каждый должен всю
жизнь этому учиться.
У Камила шестеро братьев и сестер.
Уже в 15 лет пошел он работать,
помогать отцу. Еще до службы в ар-
мии успел потрудиться штамповщи-
ком на фабрике игрушек, слесарем на
подшипниковом заводе, бурильщи-
ком на нефтепромыслах, рулевым на
рыболовецком судне. Тогда и нача-
лась для него школа правильной
жизни: общение с рабочими людьми.
Тогда он почувствовал силу человека,
умеющего честно делать свое дело.
В таких условиях и формируется
независимость от предрассудков,
собственное достоинство. Вспомним
смелое решение вопреки воле
родных — самому отвечать за свою
любовь, за свою женитьбу
Дома Камил Гусейнович с гор-
достью рассказывал мне, что все его
братья и сестры «прекрасно устроили
свою жизнь»,— это на его языке
означает «нашли любимое дело».
Четверо получили высшее образова-
ние. В октябре прошлого года Чингиз,
старший брат Камила, вернулся из
Индии, где три года преподавал
русский язык в университете города
Пуна
— Чингиз для меня теперь вместо
отца,— сказал Камил Гусейнович и,
посмотрев на свою старшую дочь,
добавил:
— Когда Марину буду замуж отда-
вать, обязательно с Чингизом посове-
туюсь. Мнение старшего нужно знать.
А потом уж поступай, как подсказыва-
ет тебе сердце и разум.
Эти слова, как видно, пришлись по
душе Марине. Она весело улыбну-
лась, но сразу посерьезнела и сказа-
ла:
— Не беспокойся, папа, я так
люблю и уважаю тебя и маму, что
никогда не посмею огорчить вас.
Наверно, Ирочка тоже так думает.
Младшей дочери Абдуллаевых,
ученицы 6-го класса, дома не было,
и за нее ответил сам отец:
— Верю, верю. Она у нас вся в мать
и хозяйкой такой же хорошей будет.
Думаю, что этим девочкам не
придется идти против своего сердца,
чтобы не огорчить родителей.
Семья — тоже коллектив еди-
номышленников. Значит, есть уваже-
ние друг к другу, значит, сумеют в
любом случае прийти к согласию.
Мать сказала, что Ирочка много
времени проводит в школе. Эту же
школу окончила Марина, старшая
дочь. Сегодня в классе у Иры какое-то
важное дело. Какое именно, выясни-
лось, когда пришла домой оживлен-
ная, в приподнятом настроении млад-
шая Абдуллаева.
С самого утра их школа (она носит
имя Героя Советского Союза
Б. Н. Аршинцева) готовилась к встре-
че гостей из Северо-Кавказского
военного округа. Их класс 'вместе
с классным руководителем Радимхан
Ужаховой (ингушкой по националь-
ности, «англичанкой» по профессии)
наводил порядок в школьном музее
боевой славы.
Жизнь средней школы № 15 Ле-
нинского района города Грозного с ее
интернациональным коллективом пе-
дагогов и учащихся могла бы стать
темой самостоятельного очерка — о
дружбе ребят всех национальностей,
какие только есть на Северном Кавка-
зе; об атеистическом воспитании
школьников,- о походах по местам
боевой славы Чечено-Ингушетии; о
ежегодных встречах во время каникул
с московскими сверстниками; о зна-
комстве ребят с историей, культурой
и современной жизнью родного края;
о том, как здесь изучают литературу...
О литературе мы с Ирочкой немно-
го побеседовали. В это время их класс
«проходил» Лермонтова.
— У нас в классе все любят его
стихи. И особенно о наших горах.
А когда я читаю: «Уж проходят
караваны через те скалы, где носи-
лись лишь туманы да цари-орлы», то
всегда думаю о папе. Как он с товари-
щами строит мосты высоко в горах...
За чертой города я вижу из окна
вагона нефтяные баки, промышлен-
ные установки, трубопроводы и, слов-
но языки каких-то подземных пожа-
ров, огни сжигаемого газа. Говорят, и
в этих местах в древности жили огне-
поклонники. Наверное, вызывало их
священный трепет пламя от самовоз-
горания газа, вырывавшегося из-под
земли, теперь это пламя — часть
обыденной жизни, на него обратит
внимание разве такой вот приезжий,
как я.
Пожилая проводница, сразу видно,
что добрая женщина, спросила, отку-
да я знаю Камила Гусейновича (она
видела, что он провожал меня).
В свою очередь и я удивился, что они
знакомы.
Проводница объяснила:
— Ехал он из Москвы, там у
родственников жены гостил. Дело
было зимой, и у нас в вагоне от
сильного мороза вода замерзла. Бе-
да! Пассажиру в панике... И Камил
Гусейнович во время остановки отог-
рел трубу горящей ветошью. Все
сделал как надо. Тогда и познакоми-
лись. А потом и подружились. Оказа-
лось, что Абдуллаевы живут недалеко
от нас, буквально мостик перейти...
аннее утро. До нача-
ла смены еще
добрый час, а к за-
водской проходной уже тянутся
люди: кто спешит опробовать после
ремонта станок, кто — подготовить
рабочее место. Задолго до начала
работы приходит на завод и слесарь
из шестого инструментального цеха
Евгений Михайлович Шабалтас. Вот
уже 15 лет работает на заводе
сельскохозяйственного машиностро-
ения имени М. В. Фрунзе сын погиб-
шего на войне потомственного рабо-
чего киевского завода «Ленинская
кузниЦа». Будь жив сейчас Михаил
Александрович Шабалтас, гордился)
бы сыном.
После семилетки Евгений поступил
в ремесленное училище, окончил его.
Поработав немного, ушел'в армию —
служил в Киргизии. Полюбился ему
этот край, и молодой солдат решил
остаться здесь. Несколько лет прора-
ботал на различных предприятиях,
затем пришел в инструментальный
цех завода имени М В. Фрунзе
С особой теплотой Евгений Михайло-
вич вспоминает своего наставника
Н В. Казеева, который помог ему
овладеть тонкостями профессии.
Сейчас Е. М. Шабалтас — один из
лучших слесарей-инструментальщи-
ков завода. Освоил он смежные
специальности — токаря, фрезеров-
щика, сверловщика, сварщика. И ему
доверяют сложные задания, которые
требуют ювелирной точности «Та-
лантливый специалист»,— говорят о
нем на заводе. Когда осваивали новый
пресс-подборщик, он делал самые
трудные по конфигурации и точности
штампы.
Евгений Михайлович на редкость
ответственный человек. И после
смены его нередко можно увидеть
склонившимся над верстаком. Про-
шлую пятилетку он закончил за два
с половиной года И эту увлеченность
своим делом он старается привить
ученикам. Видимо, есть у Шабалтаса
педагогический дар, потому что
каждый из ребят, приходящих в цех,
старается попасть к нему в бригаду.
Вот что рассказал один из бывших
учеников Евгения Михайловича сле-
сарь-инструментальщик Александр
Кузнецов: «Наш бригадир — пример
для всех. Он и меня не только научил
редкой и сложной профессии, но
и помог полюбить, ее. У каждого
в жизни бывают трудные моменты,
так было и со мной. Мотался по свету;
что искал — и сам не знаю. Оказался
во Фрунзе, пришел на завод. Опреде-
лили меня учеником фрезеровщика,
но работа не понравилась, решил
уйти. Однажды встретился с Евгением
Михайловичем. Он внимательно
выслушал мои сетования, потом при-
гласил заглянуть на штамповочный
участок. Там все и решилось: взял он
4
ПОЧЕТНЫЙ
ГРАЖДАНИ н
3. ГРИГОРЬЕВА,
мастер завода сельскохозяйственного
машиностроения имени М. В. Фрун-
зе
меня к себе в ученики. Не скрою,
хлопот со мной было много. Но
Евгений Михайлович был терпелив.
Теперь завфд для меня — мой завод,
цех — родной цех, профессия инстру-
ментальщика — лучшая из лучших. И,
конечно же, за все это я благодарен
Евгению Михайловичу Шабалтасу,
прекрасной души человеку...»
Эта душевность, умение найти под-
ход, поддержать товарища в труд-
ную минуту были далеко не последни-
ми аргументами для секретаря цехо-
вой партийной организации И. Сиво-
железова, когда он предложил напра-
вить Евгения Михайловича в за-
водскую двухгодичную школу научно-
го атеизма. И секретарь не ошибся
Шабалтас отнесся к новому поруче-
нию с той же ответственностью, как
и ко всему за что брался. Успешно
окончив эту школу, он поступил на
атеистический факультет университе-
та марксизма-ленинизма при ЦК Ком-
партии Киргизии.
Сейчас Евгений Михайлович
возглавляет цеховой атеистический
совет.
— Свою задачу,— рассказывает
он,— мы видим в таком воспитании
членов нашего коллектива, чтобы
в самых сложных жизненных ситуаци-
ях они не падали духом, не теряли
веру в людей, не утрачивали
нравственные ориентиры. Бессмертие
должно быть в наших делах. Самое
дорогое у человека — жизнь. Поэто-
му, вполне естественно, каждый из
нас размышляет о ее цели, о смысле.
По инициативе возглавляемого
Е. М. Шабалтасом совета в цехе ре-
гулярно проводятся массовые атеис-
тические мероприятия: лекции, бе-
седы, вечера вопросов и ответов.
Однажды решили оборудовать стенд.
Стали думать, как назвать его. Одни
предлагали Атеист», другие — «Уго-
лок верующего», третьи — «Для ве-
рующих и неверующих». Шабалтас
выслушал всех, а потом сказал: «Пола-
гаю, название стенда не должно
давать готовый ответ, давайте назо-
вем его «Это интересно знать».
Сейчас на стенде регулярно выве-
шиваются -нформация по самым
разным вопросам атеизма и религии,
отзывы на вышедшую литературу,
статьи из журнала «Наука и религия».
Помогает в атеистическом воспитании
коллектива И цеховая стенгазета.
Евгений Михайлович считает, что
атеистическую работу должны вести
самые авторитетные люди, имеющие
большой трудовой и жизненный опыт,
завоевавшие всеобщее уважение
своей работой. И не случайно в совет
он привлек ветерана Великой Оте-
чественной войны, работника ОТК
коммуниста П. И. Васильева, высо-
коквалифицированного расточника
комсомольца А. К. Глозла, инжене-
ра-технолога В. В- Альберти.
— Помню одну нашу работницу,—
говорит Шабалтас. — Прекрасный че-
ловек, мать двоих детей, добросо-
вестная труженица. Но внезапно умер
ее муж, а через некоторое время
новая беда: угодил под суд сын.
Вместо того чтобы поддержать жен-
щину, вчерашние товарищи стали
искоса поглядывать на нее. Не найдя
сочувствия, она замкнулась. А вот
верующие нашли для нее слова уте-
шения, пригласили в общину. Когда
же я решил поговорить с ней, она,
выслушав, горько улыбнулась и спро-
сила: «Где же вы были раньше-то?»
Потом эта женщина не раз встреча-
лась с Евгением Михайловичем. И в
конце концов Шабалтас нашел слова,
которые дошли до ее сердца, внуши-
ли ей веру в свои силы, в коллектив.
Спустя год вернулся ее сын — при-
шел в тот же цех, где работает мать,
поступил на вечернее отделение тех-
никума, дочь пошла в школу, учится
музыке. «А ведь было так горько,
одиноко,— вспоминает теперь эта
женщина,— что иногда и жить не
хотелось. Как я благодарна Евгению
Михайловичу».
Как-то ребята из заводского обще-
жития обратились к Шабалтасу: «По-
моги парню, уж который месяц сам не
свой». Оказалось, слесарь одного из
цехов Шолдош Урдалетов и студентка
Сина давно любят друг друга, но
соединить свои судьбы не могут,
потому что родители девушки и гово-
рить с парнем не желают, пока не
заплатит выкуп (калым). «Чем наша
дочь хуже соседской Урупы, за кото-
рую родители жениха дали кобылу-
трехлетку, пять баранов, телевизор
и уйму атласа да вельвета»,— рассуж-
дали они. Поговорил Евгений с роди-
телями, но так ему и не удалось
убедить их в том, что калым только
унижает их дочь. Кончилось все тем,
что сыграли молодым на заводе
комсомольскую свадьбу, и живет
счастливая семья без калыма, растит
двоих сыновей.
— Да что греха таить, еще встре-
чается у нас в республике такой
обычай, как калым,— говорит Шабал--
тас. —Люди состязаются друг с дру-
гом, кто даст калым больше, лишь бы
не ударить лицом в грязь перед
соседом. Но счастье не зависит от
калыма, его надо строить самим.
В прошлом году мы торжественно
отметили 60-летие образования
СССР. Торжественно потому, что сло-
ва «дружба народов» для нас не
пустые, а преисполнены реального
смысла. На нашем заводе, например,
нет различия между киргизами.
Е. М. Шабалтас
(второй справа) с това-
рищами по работе.
5
русскими, украинцами, узбеками, у
нас все равны и связаны
родственными узами. Например, мас-
тер литейного цеха Шолдош Мусабе-
ков — киргиз, его жена — украинка,
зять — русский. Многонациональная
дружная счастливая семья. А ведь
родители Шолдоша работали на бая,
в 20-е годы умерли от голода. Его
воспитала Советская власть, дала об-
разование. Шолдош окончил техни-
кум, у него любимая работа, почет
и уважение. Родина высоко оценила
его труд, наградив орденом «Знак
Почета», медалями.
Биография другого нашего работ-
ника Сырчака Джанусакова {родни
судьбе Шолдоша Мусабекова. Сырча-
ка, как и многих его сверстников,
выходила Советская власть, поставила
на ноги, научила грамоте. Теперь
С. Джанусаков — заслуженный мо-
дельщик завода, член КПСС, награж-
ден орденами Трудового Красного
Знамени, Октябрьской Революции.
Е. М. Шабалтас отлично знает:
чтобы вывести верующего человека
на путь духовного освобождения,
надо заинтересовать его делами об-
щественно значимыми, вовлечь в
жизнь коллектива, помочь найти заня-
тие по душе.
---Однажды,— рассказывает Евге-
ний Михайлович,— в беседе с ве-
рующим рабочим нашего цеха я поин-
тересовался его отношением к пере-
довикам производства. Он хорошо
отозвался о них и признался, что и сам
хотел бы быть в их рядах... Мы
помогли ему, и сейчас этот рабочий
принимает активное участие в со-
циалистическом соревновании.
...Раннее утро До начала смены
еще добрый час, а к заводской
проходной уже торопятся люди.
И среди них — слесарь из шес-
того инструментального цеха Ев-
генийхМихайлович Шабалтас, у него
много дел до начала работы, об-
щественных и трудовых. Страна высо-
ко оценила деятельность рабочего-
коммуниста. Он награжден орденами
Трудового Красного Знамени, «Знак
Почета», Трудовой Славы 3-й степени,
ему присвоено звание лауреата Госу-
дарственной премии Киргизской ССР.
Фрунзенцы назвали его своим по-
четным гражданином. И на заводе
знают: личное обязательство Шабал-
таса — сдавать работу с первого
предъявления, а личный план один-
надцатой пятилетки, как и десятой,
завершить за два с половиной года —
будет с честью выполнено И его
работа, и общественная деятельность,
вся жизнь — пример для окру-
жающих, воспитывает и убеждает их.
г Фрунзе
Традиции нашего
дома — частица
духовной культуры
народа, его нрав-
ственного богат-
ства. Память об
отчем доме под-
держивает нас,
помогает пережить
трудные минуты.
Семейные устои,
взгляды, привыч-
ки изначально
формируют миро-
воззрение, отноше-
ние к окружающим,
нашу нравствен-
ность.
Как проходят се-
мейные праздники,
какие песни поют
за домашним столом,
о чем могут
поведать старые
письма, фотогра-
фии, реликвии,
хранящиеся в се-
мейном архиве,—
обо всем зтом и
многом другом
шла речь в мате-
риалах, опубли-
кованных под
рубрикой кТради-
ции нашего дома»
(1981, № 7
и 1982, № 1 и 6).
Публикуемый ниже
очерк Е. Брусковой
возвращает нас
к этому кругу
вопросов.

Почему-то я ее себе такой и представляла: неброско, со
вкусом подобранные цвета одежды, современная стриж-
ка, чуть-чуть косметики. Молодая, следящая за собой
женщина. Молодой ученый, с самого начала своей работы
знающая, чем она будет заниматься. Хорошо воспитана,
хорошо держится, наверное, счастливая семья, ухоженный
дом. До семьи в ту первую встречу мы с Лэени Симм не
дошли, потому что речь шла о ее научной работе.
Если бы я догадалась ее спросить, надо было купить
детям игрушек или сладостей. Но утром мне это и в голову
не пришло. А Лэени, как я позже узнала, не из тех людей,
что в первый день знакомства сами все про себя расска-
жут. И теперь я растерянно смотрела на прелестный
рисунок, висящий на стене ее квартиры: шляпка, задорный
носик, пальто колоколом, а из-под него — четыре пары
ребячьих ног. Лэени и ее большая семья. Самой Лэени 34,
Лвени Симм со своей матерью Лайне Ратассепп и детьми.
6
старшему сыну Алару — 14, младшему Карелу — 4. Алар
живет и чится у родителей Лэени. Когда он дома, Лэени
с малышами легче, потому что других помощников у нее
нет.
Жизнь остановилась в тот день, когда в траве под
летним солнцем она увидела распростершееся тело мужа
и, еще не поняв, что случилось, почувствовала, что
случилось непоправимое — инфаркт. Но это только в те
страшные своей нелепой внезапностью дни казалось, что
жизнь остановилась. Как ее остановишь, если рядом —
четверо?
Все эти дни, что я была в Таллине, я приглядывалась
к Лэени. Как она успевает не только привести в порядок
свою уютную трехкомнатную квартиру, не только накор-
мить и одеть ребят, но и сходить с ними в театр, на
концерт, почитать им, собрать дома малышей у пианино
и выучить новую песню? Как она успевает не отставать от
своих коллег? Я внимательно наблюдаю за ней: ни
суматошности, ни задерганности. Она ровна и на работе,
и дома.
У Лэени на многое свой взгляд. Я объяснила ее работу
по совместительству в школе необходимостью приработ-
ка.
— Что вы! — смеется Лэени. — Я просто без школы не
могу. А какой там заработок? За урок совместителю рубль
полагается.
Для заработка Лэени моет лестницу в соседнем доме.
Говорит об этом, не жалуясь, не рисуясь, так, к слову
пришлось. Что-то она знает такое в жизни, эта хрупкая
красивая женщина, что-то ее держит. И не вызывает она
жалости у окружающих. Уважение, сочувствие, удивление,
но только не жалость.
— Что вам помогает в жизни?
— Дом на острове.
— Лэени, кто оказал на вас в жизни самое большое
влияние?
— Пожалуй, бабушка.
Сколько бурь прошло над островом Сааремаа, сколько
войн, а маленький дом так и стоит против большого,
связанный с ним одной судьбой. Учительский дом и школа,
на которую теперь лучше всего смотреть вечером, когда
подходишь к ней со стороны аллеи. Голубоватые сумерки
высвечивают островерхую крышу, поблескивают в узких
мансардных окнах и скрывают все, что яркий день
безжалостно обнажает: облезшую краску, облупившуюся
штукатурку, заброшенность и запустение. Рядом, в пяти
километрах от деревни Тумала, не обозначенной даже на
дорожных указателях, в поселке Оресаара — прекрасная
школа — Одиннадцатилетка со спортивным уклоном и
школа-интернат. Сельская школа в Тумале давно закрыта
за ненадобностью.
Когда летом на остров приезжают в отпуск бывшие
ученики старой школы, они стучатся в дом Ратассеппов.
В нем жили бабушка и дед Лэени — Мария и Эдуард
Ратассепп в нем живет сейчас ее отец Яан. В доме сельских
учителей все осталось на своих местах. Любимая картина
Марии — «Старый дуб» Э. Виральта, фисгармония Эдуар-
да и его скрипка, большой стол в кухне, где вечерами
собиралась вся семья, кресло матери и кровати с причуд-
ливыми спинками, купленные в начале века. Простой
и просторный деревенский дом, «родовое имение» самой
бескорыс ной династии в мире — династии сельских
учителей.
Они уже перестали плодоносить, эти яблони, придав-
ленные ветром и временем, а спилить их у Яана духу не
хватает. Яблони заглядывают в окно рабочей комнаты
отца, где все осталось как прежде. Стеллажи с книгами,
письменный стол, лампа с зеленым стеклянным абажуром.
Учитель Яан Ратассепп, крепкий статный человек
с молодыми глазами, трудно поверить, что ему скоро
60 лет, раскладывает на столе родительский архив,
который он специально подготовил к моему приезду.
В любом архиве — аромат эпохи, приметы и свиде-
тельства аремени. Стихотворение полученное в день
конфирмации, аттестат об окончании высшей частной
школы для девочек, где отметки ставили отдельно за
внимание, прилежание и успехи, где отмечалось, сколько
раз за полугодие «удостоен похвалы», сколько — выгово-
ров и сколько было опозданий. Надо очень беречь память
о родителях, чтобы не выбросить, не утратить ни листочка
Аттестат отца из частной гимназии Гуго Трэфнера,
известной в Эстонии не только прекрасным преподава-
нием, но и высокой платой за обучение. Правда, Трэфнер
считал своим долгом принимать способных мальчиков из
неимущих семей — за счет благотворительных учрежде-
ний. Отец был одним из них
Любой семейный архив помогает увидеть и круг
интересов, увлечений, привязанностей, знаний. Открытка
с памятником на могиле Песталоцци, цитата из Руссо,
написанная по-французски рукой матери. На программе
концерта, где исполнялись Бах и Бетховен, карандашная
пометка: «Абонироваться на цикл Сибелиуса». Справка
о том, что «учитель Ратассепп прослушал курсы при
консерватории в Тарту». Список, составленный угловатым
почерком матери: «Гауптман, Гауф, Гёте, Гейне,
Горький, Гофман, Грильпарцер, Грибоедов, Гуцков,
Гюго...». Наверное, попытка систематизировать до-
машнюю библиотеку.
Я уже видела библиотеку в той комнате, что и сейчас
называется кабинетом отца. Эстонские, русские, фран-
цузские, английские, немецкие классики — литературу
здесь читали в подлиннике. Учебники по педагогике
и психологии, справочники, энциклопедии, словари.
В архиве хранятся записки, написанные каллиграфичес-
ким почерком Эдуарда Ратассеппа: «Ушинский ставит на
первый план развитие устной речи, рассматривая ее как
основу для речи письменной и чтения. Самое развитие
устной речи Ушинский ставил в теснейшую связь с разви-
тием мысли ребенка, с наличием конкретного материала,
который давал бы содержание детской речи...». На другом
листочке: «Сначала нужно возбудить мысль ребенка,
а потом уже требовать ее выражения». Начало доклада:
«Эвристический метод преподавания...».
Мария и Эдуард Ратассеппы всю жизнь проработали
в местной сельской школе. Приехали они на остров
Сааремаа в 1918 году, бывший прапорщик учитель Эдуард
Ратассепп, демобилизованный из Красной Армии по
декрету, возвращавшему учителей в школу, и его жена —
учительница Мария Ратассепп. *
Они сознательно поехали в глушь, в даль, на остров,
отделяемый на недели от материка непогодой, ветрами,
неласковым морем. Согласились на островную сельскую
школу, потому что ехали не просто работать — служить
народу. Сохранилось письмо Эдуарда Ратассеппа, поме-
ченное 1917 годом: «Кому, как не нам, вышедшим из
народа, отдавать ему же долги?»
Ехали отдавать долги, готовились открыть своим
ученикам двери, в храм знаний, путь в который для них
самих был долог и труден. История отделила их на время
от судьбы России, с языком и культурой которой они были
связаны. Но это не изменило ни их взглядов на жизнь, ни их
отношения к своей профессии.
И, наверное, именно это желание — не только учить,
но и просвещать — заставляло Эдуарда Ратассеппа и в
юности, и в зрелой жизни заниматься делами не только
учительскими Он руководил хором, организовал в Тумале
сельский кооператив, защищавший права крестьян, он учил
их передовым методам земледелия. И так получалось, что
это была и наука материалистического мироощущения,
трезвого взгляда на жизнь, умения полагаться на свои
знания и свои руки.
Еще в те времена, до прихода Советской власти
в Эстонию, когда хождение в церковь считалось обяза-
тельным, Эдуард Ратассепп говорил: надо думать не
о показной вере, а о вечных моральных ценностях —
добре, совести. Он мечтал о справедливости для тех, кто
возделывал неласковую землю Сааремаа, и встретил
с радостью изменения, которые принес в Эстонию
1940 год.
7
Только однажды они оба покинули свой дом Эдуард
Ратассепп сознательно, Мария—не по своей воле. В са-
мом начале Отечественной войны учителя Ратассеппа
призвали в Красную Армию. Через два года немцы,
оккупировавшие остров, арестовали его жену «за агита-
цию в пользу Советской власти». Сначала дело оборачива-
лось круто, Марии грозил расстрел. Но помог случай
в лице странного немца, допрашивавшего ее и поразивше-
гося безупречному немецкому и тому, что она помнит
наизусть «из Лессинга и Гейне».
Он выслушал историю жизни Марии: она не скрывала,
что муж находится в рядах Красной Армии (каждый раз
при этих словах немец пугливо оглядывался на дверь).
— Как вы считаете, чем кончится эта война? — спросил
он на последнем допросе
— Вы, наверное, и сами об этом догадываетесь,—
ответила Мария.
— Сотрудничать с нами вы ведь не согласитесь? —
спросил он, уже подписывая какую-то бумажку
— А вы и сами на это ответили,— сказала Мария.
Ее отпустили домой, запретив заниматься учительской
деятельностью и вменив в обязанность отмечаться в
районной полиции.
Позже Мария Ратассепп так напишет об этом в авто-
биографии: «После вторжения немецких оккупантов меня
сняли с места учительницы с 8 декабря 1941 года как
политически неблагонадежную. С 3 августа 1943 года
я сидела в тюрьме в Кингисеппе за агитацию в пользу
Советской власти и после состояла под надзором полити-
ческой полиции фашистов».
Так получилось, что в свою школу они вернулись в одно
и то же время. (Эдуард Ратассепп отказался от предложе-
ния остаться в Министерстве просвещения Эстонской ССР.)
С 1944 года по 1950-й он был директором сельской школы
в деревне Тумала.
Мы сидим в Оресаара, в учительской школы-интерната,
где на столе стоят красные пионы, принесенные в честь
женского дня Ильзе Кютт, воспитательница и преподава-
тель русского языка, опровергая представление о сдер-
жанности эстонцев, вдохновенно декламирует стихотворе-
ние, которое она учила на уроке русского языка у Марии
Ратассепп.
— Она была необыкновенная! — восклицает Кютт,
словно я пытаюсь возражать. — Чем больше работаю
в школе, тем яснее это понимаю
— Это была маленькая, невысокая женщина,— гово-
рит директор школы-интерната,— но большой человек.
Рассказывают педагоги, прекрасно разбирающиеся
в-методике, формах работы, принципах преподавания Но
вспоминают вроде бы обычное. Как Мария в школу
приходила с корзиночкой лучших яблок из своего сада:
решивший сложную задачу (в сельской школе она
и арифметику вела) получал яблоко. Как пела вместе
с учениками в классе русские песни, считая, что так лучше
усваивается произношение Как дарила выпускникам
сельской семилетки их первые прописи Как огорчалась до
слез, если выяснилось, что кто-то из ребят ее обманул. Как
вела урок, сидя на первой парте лицом к ребятам. Это
помогало установить в классе домашнюю атмосферу.
Но за этим обыкновенным порой встает самое сложное.
Истинный учитель силен не методикой и даже не знаниями,
а тем, как он живет, что говорит, что думает. У сельского
учителя — трудная судьба. Кто в деревне не знает все про
своих соседей? Кто к кому пришел, что готовят, почему
поссорились, какие газеты читают Семья Ратассеппов
была на виду, как и все остальные. До сих пор вспоминают,
как Эдуард в плохую погоду провожал Марию под руку по
скользкой тропке из школы в дом, как играл ей по
воскресеньям на скрипке, как дети не позволяли матери
поднимать тяжелое, как никогда никто у них в семье
голоса не повышал, резкого слова не сказал.
Тогда, в послевоенные годы, школа была открыта с утра
до позднего вечера. Вечером учились те, кто из-за войны
пропустил свои классы. А по воскресеньям — в школьном
зале драмкружок, хор. Своя сельская консерватория, свой
театр. Никто не помнит, чтобы Эдуард пожаловался, чтобы
Мария говорила о тяготах учительской жизни. Вправду их
не было? Или они их не замечали, на учительской тропе
поддерживая друг друга так же, как на деревенской
тропочке?
У Эдуарда и Марии был свой несколько старомодный
стиль отношений и свой стиль преподавания Им и в голову
не приходило, что учением надо развлекать, делая урок
интересным для всех — для ленивых и прилежных. Но
в том-то и дело, что у них ленивых не было. Ученики Марии
Ратассепп и сейчас вспоминают, как она награждала их не
только яблоками — дополнительными заданиями. Книжки
приносила из дома Мария и торжественно раздавала их
лучшим. Как они старались, как хотелось им получить эти
книги!
Позже, когда Эдуарда уже не стало, а Мария была на
пенсии, она в каникулы дожидалась «своих девочек», своих
учениц, поступивших в педучилища и пединституты.
Первые вопросы — чему учат и как учат. Наверное, все не
так, как она привыкла. И Мария Ратассепп, взяв тетрадочку,
записывала названия новых учебников педагогики, новые
фамилии известных учителей, огорчалась, что не может
купить учебник по возрастной психологии.
Как хорошо, что мы в последнее время внимательно
относимся к памяти великих современников, что мы
поняли: нельзя прерывать связь времен. На здании
8
Полтавского пединститута два барельефа: здесь учились
Макаренко и Сухомлинский. Но как редко можно
встретить дом сельского учителя, на котором есть слова:
«Здесь жил и работал...» Кто видел музей сельского
учителя, труженика, подвижника, просветителя? Может
быть, придет время и откроется на острове Сааремаа
в доме Эдуарда Ратассеппа музей учительской династии?
Чем измерить след, который человек, уходя, оставляет
на земле' Стоят выстроенные дома, растут посаженные
леса, радуют глаз краски холста, остается написанное
слово, живет музыка. А чем оценить учительскую жизнь?
Памятью? Количеством учеников? Кем они стали или,
вернее, какими они стали? Все верно, все в счет.
Четверо из восьми детей в семье Ратассепп стали
педагогами: сыновья Яан, Вяйно и Ааду, дочь Эви.
Родители считали, что дети сами должны выбирать свой
путь. И дети учились делу родителей, как учатся ремеслу
в семьях, где профессия передается из рода в род. Перед
глазами был пример отца и матери, которые честно
и достойно прошли выбранный ими нелегкий путь Без
тщеславия, без суетности, с твердым пониманием своего
назначения, с твердым убеждением человек должен жить
спокойной совестью и сознанием выполненного долга. Они
росли без религиозных и национальных предрассудков,
твердо помня главное предназначение — служить людям
этими знаниями. Дети росли, разделяя эти взгляды.
И поэтому пошли по учительскому пути, в чем-то повторяя,
в чем-то обгоняя родителей.
Фамилия Ратассепп стоит на всех учебниках химии.
Вяйно Ратассепп — кандидат педагогических наук, замес-
титель директора республиканского института усовер-
шенствования учителей — пришел в науку после 18 лет
работы в школе. Отец думал о системе индивидуального
преподавания, сын взял это темой диссертации, успев
обрадовать ее защитой мать.
И теперь все рабочие тетради по химии на эстонском
языке — дело Вяйно Ратассеппа. Все учебники и все
рабочие тетради! А он мечтает о новом учебнике, о курсе,
обобщающем, систематизирующем знания. На его рабо-
чем столе —- сборник «О нравственном воспитании в семье
и в школе», составитель В. Ратассепп, а рядом — гранки
статьи «О педагогических аспектах борьбы с алкоголиз-
мом». В их семье спиртного на стол никогда не ставили.
И когда отмечали 80-летие Марии, в школе, в актовом
зале, на столах не было ни бутылок, ни рюмок. Мать
сказала: «Я не знаю, как сейчас принято. Я хочу, чтобы все
было так, как всегда было у нас дома».
Мы едем в Оресаара на старенькой машине Яана, и он
поднимает в приветствии левую руку и не опускает ее на
руль, потому что все едущие и идущие нам навстречу ему
знакомы. Это его ученики. Яан Ратассепп, хозяин Дома на
острове, учитель физики и математики, прекрасно окончив
Таллинский педагогический институт, остался на всю жизнь
сельским учителем. 37 лет учительской жизни, 37 сентяб-
рей, тысячи контрольных, сотни судеб.
Яан попытался вспомнить, кем работают его ученики:
зоотехник, продавец, морской капитан, летчик, доярка,
учительница, преподаватель вуза, портниха, инженер,
снова учительница, строитель, мелиоратор, партийный
работник... А потом понял, что это невозможно: попробуй
запомни 37 выпусков. Одно ясно: почти все окрестные
молодые педагоги учились у него.
Когда Эдуард Ратассепп должен был по состоянию
здоровья оставить школу, он предложил создать сельскую
библиотеку Ему сказали: подходящего помещения-то нет.
Ратассеппы отдали одну из комнат своего дома. И вскоре
несколько полок растрепанных книг превратились в серь-
езную, прекрасно классифицированную библиотеку, на-
считывающую 18 тысяч томов. Сейчас ее нет, закрыли, ибо
рядом — Оресаара. Наверное, это закономерно. Но все-
таки как грустно, что разлетелись по разным местам книги,
подклеенные руками Эдуарда Ратассеппа, отмеченные его
вкусом и образованностью.
Осталась на острове его дочь Эви, 20 лет проработав-
шая в библиотеке, основанной отцом. Теперь Эви
двенадцатый год работает воспитателем в интернате, где
надо не только проверять уроки, но и пришивать мальчиш-
кам пуговицы, латать прохудившиеся локти, разнимать
и мирить. Они уходят из интерната, сорванцы и тихони,
лентяи и зубрилы, и с ними что-то уходит. А потом вдруг
приезжает вытянувшийся парень с усиками и баском
приглашает на свадьбу.
Жизнь Ратассеппов-старших повторяется не только
в детях — во внуках.
В архиве Эдуарда Ратассеппа сохранилась рукопись
русско-эстонского технического словаря, над которым он
работал вечерами 1944 года в уже свободном от фашистов
Таллине, ожидая освобождения Сааремаа. Осталась тет-
радка, которую он и не предлагал издательству. Не успел?
Не захотел? Хотя опыт работы с издательством у него был.
Он перевел с русского на эстонский книгу К. Бадигина
«Седовцы».
Когда я была в Таллине, в Институте языка на столе
у Лэени, дочки Яана, внучки Эдуарда (о ней шла речь
в начале очерка), лежали гранки составленного ею
школьного эстонско-русского словаря. В этом году выхо-
дит и первый том большого трехтомного издания
русско-эстонского словаря. Один из авторов — младший
научный сотрудник Лэени Симм, по образованию учитель-
ница русского языка.
Когда-то Мария жалела, что в сельской школе не
преподают французский: «На этом языке говорили
мыслители и поэты». Я была в таллинской школе на уроке
французского у Лиины Ратассепп, дочки Вяйно, внучки
Марии. Она ходила по классу в синих джинсах, мало
отличаясь от десятиклассников. Лиина пришла в школу на
педагогическую практику, уже зная, что останется здесь
работать. Училась она в другой школе, где математику
преподавала ее мать Валве Ратассепп. Физике и математи-
ке в Тумалаской школе Лэени училась у своего отца Яана,
русскому языку у бабушки — Марии Ратассепп. Лэени
поступила на русское отделение, Лиина окончила фран-
цузское.
Как-то в беседе со мной Вяйно Ратассепп сказал: к себе
в класс своих детей могут брать только хорошие учителя.
Плохим учить собственных детей нельзя с) школе, в классе
видно в человеке даже то, что не видно дома.
Мы все повторяемся в детях Наши ошибки, наши
привязанности, шкала жизненных ценностей, наши свер-
шившиеся и несвершившиеся судьбы — все в наших
детях...
К удивительной московской встрече лучших представи-
телей учительских династий, которую в марте 1983 года
проводил ЦК ВЛКСМ, Ратассеппы вычертили свое учи-
тельское генеалогическое древо. В Москву приехали Яан
Ратассепп и его дочери Лэени и Эви, Вяйно Ратассепп, его
жена Валве и их дочь Лиина. А на генеалогическом
древе — 15 человек (выходили замуж и женились дети
и внуки тоже на учителях). Два кандидата педагогических
наук, два преподавателя музыки (помните: дедушкины
скрипка и фисгармония).
...Мария Ратассепп умерла за четыре дня до своего
83-летия. Прощались с ней в здании старой школы. Внуки
играли Шопена, Бетховена, Чайковского, Шуберта. Внуки
прощались с бабушкой словами стихов ее любимой
поэтессы Л. Койдулы. Собрались дети с мужьями и жена-
ми, внуки, зал заполнили поседевшие ее ученики.
Вспоминали, что в последний год Мария о болезнях не
говорила, не жаловалась, но всем что-то подарила. Все
свои нехитрые сережки, брошки, колечки раздала.
Но разве она только это им оставила? Она оставила
скамейку у поваленного дерева, где сидела в последнее
время, не в силах одолеть дорогу до дома дочери Эви. Она
оставила перевязанные голубой ленточкой письма люби-
мого человека — отца ее детей, которые они так и решили
оставить — нечитанными. Она оставила им умение перено-
сить тяготы в одиночестве и делить радости с ближними.
Она оставила им в наследство Дом на острове, начало
ее жизни, продолжение их судеб.
9
Университет
лектора
БЕСЕДЫ
ОБ АТЕИСТИЧЕСКОМ НАСЛЕДИИ
МА Р К С А
Беседа пятая: МОРАЛЬ И РЕЛИГИЯ
После «науки и религии» проблема
«мораль и религия» — вторая класси-
ческая тема атеистических размышле-
ний. Ее актуальность за последние
годы резко возросла1. Обращаясь
к ней, подчеркнем одно принципиаль-
ное соображение теоретико-методо-
логического характера. Содержание
и способы обсуждения данной гемы
атеистами до Маркса определялись
общим представлением о причинах
возникновения и распространения ре-
лигии. Непонимание ее социальной
сути (например, «теория обмана»)
приводило к тому, что религиозные
моральные предписания рассматрива-
лись как чуждые естественным по-
требностям человека и общества, как
источник аморализма и даже социаль-
ной несправедливости. Поэтому кри-
тические аргументы приобретали спе-
цифическую направленность: религия
«извращает» природные человечес-
кие чувства, потребности, нравствен-
ные нормы.
Маркс полностью разделяет крити-
ческое отношение к религиозной
морали. Но, исходя из диалектико-
материалистического, научного пони-
мания, он выявляет ее прежде не
известные объективные свойства, за-
висимости, преодолевает односто-
ронность прежних просветительских
представлений. Лишь такой подход
дает возможность выдвинуть аргу-
менты, которые содержательно, а не
просто оценочно, противостоят бого-
словским концепциям.
Здесь, однако, приходится указать
на две, по меньшей мере, трудности.
Во-первых, можно отметить недос-
таточную разработанность общете-
оретических проблем морали. В по-
следнее время, правда, вышел ряд
серьезных работ по данной теме2, но
многие ключевые проблемы по-пре-
жнему остаются дискуссионными. Ес-
ли же учесть, что и в религиоведении
сохраняется немало спорных вопро-
сов, то разноголосица в трактовке
данной проблемы не будет выглядеть
слишком неожиданной
Во-вторых, у Маркса нет работы,
в которой он систематически изложил
бы свое понимание морали Больше
того, может создаться впечатление,
что он вообще не уделял данной
Четыре первые беседы см. в № 4. 6, 8. 10
проблеме достаточно серьезного вни-
мания3 * Такое мнение ошибочно. Речь
идет о другом. Разрабатывая про-
грамму революционного преобразо-
вания общества, Маркс резко высту-
пал против подмены научного анализа
объективных закономерностей апел-
ляцией к «идеалам», чувству «спра-
ведливости», одним словом, против
морализирования, которое исходит
не из реальных закономерностей, а из
представлений идеологов об этих
закономерностях'.
Переворот в понимании общества,
осуществленный Марксом, неизбеж-
но по-новому ставит проблему вза-
имоотношения морали и религии: его
интерпретация этой темы отличается
от взглядов прежних атеистов не
только по итоговым констатациям, но
и по предмету и методу исследова-
ния. Напомним также, что она, как
правило, обсуждается Марксом в кон-
тексте более широких проблем: исто-
рических взаимоотношений индивида
и общества, процесса формирования
личности, роли и механизма целепо-
лагания как отличительной способнос-
ти человеческой деятельности и т. п.
1
«Мораль» («нравственность») и свя-
занные с ней понятия («совесть»,
«долг», «честь» и т. п.) столь
привычны, что мы не всегда замечаем
их довольно странную связь с повсе-
дневной жизнью. В самом деле, при-
нято считать, что каждый человек
стремится к достижению конкретных
практических результатов, заботится
о наиболее эффективных средствах их
достижения. Но известно множество
случаев, когда люди, повинуясь спе-
цифически моральным соображени-
ям, пренебрегали «деловыми» инте-
ресами, непосредственной выгодой,
добровольно шли на страдания, даже
на смерть.
Далее, не секрет, что многие, даже
простейшие моральные предписания
(«не убивай», «не кради», «не лги»)
нарушаются довольно часто. Создает-
ся впечатление, что они вообще
непригодны как универсальные пра-
вила поведения. Но, как выясняется,
это вовсе не подрывает их значения
при оценке конкретных поступков.
Укажем хотя бы на «угрызения (терза-
ния) совести», сознание повелитель-
ного «внутреннего долга», муки
«нравственного выбора» и т. п.
Одним словом, трудно отделаться
от ощущения, будто в человеческое
сознание встроен особый регулятор,
подчиняющийся не практически-жи-
тейским соображениям, но каким-то
специфическим, «высшим» критери-
ям. Естественно, напрашивается ана-
логия с религиозными представле-
ниями о «божественных» заповедях,
о «праведности», «греховности»,
чувстве «раскаяния», которым теоло-
ги приписывают «небесное» проис-
хождение, определяя, например, со-
весть как «голос бога, говорящий
в человеческой душе».
Уже здесь возникает мысль, что
критика богословских рассуждений
должна состоять в том, чтобы свести
религиозные заповеди к земной осно-
ве, показать их зависимость от образа
жизни различных народов, зафикси-
ровать реальные классовые интересы,
которые отразились в их формули-
ровках, и т. п.
' Это обычно объясняют тактикой религиоз-
ных проповедников, стремящихся компенси-
ровать удары, которые наука наносит вероучи-
тельным догматам. Но это чисто описательный
подход. Корни следует искать в особенностях
современного социального развития, выяв-
ляющего объективную потребность а повы-
шении роли моральной регуляции обществен-
ных процессов (разумеется, причины этого
существенно различны для буржуазного и
социалистического общества и нуждаются в
конкретном изучении) Однако это большая
и сложная проблема, лежащая за рамками на-
шей статьи. Отметим лишь, что причины раз-
рыва буржуазной культуры на сциентистские
и антропологические (в том числе мистико-
религиозные) концепции детально исследова-
ны в нашей литературе. См.: «Философия в
современном мире Философия и наука»
М., 1972; «Философия и ценностные формы
сознания» М., 1976; В. С. Швырев, Э. Г. Юдин
Мировоззренческая оценка науки критика
буржуазных концепций сциентизма и анти-
сциентизма. М., 1973.
2 Прежде всего отметим заслугу О. Г. Дроб-
ницкого в разработке теоретических проблем
морали, в том числе ее взаимоотношения
с религией. См.: О. Г. Дробницкий. Понятие
морали. М.,	1974,- его же. Проблемы
нравственности. М., 1977.
3 Напомним, например, что в «Немецкой
идеологии» говорится: «Коммунисты вообще
не проповедуют никакой морали... Они не
предъявляют людям морального требования:
любите друг Друга, не будьте эгоистами и т. д.»
(т. 3, стр. 236).
’ См., например, критику Энгельсом взглядов
К. Геннцена (т. 4, стр. 274—275). Показательно,
что тот же методологический подход Ленин
реализует в критике субъективизма народни-
ков (см. т. 1, стр. 478—480).
10
Именно такой подход практиковал-
ся атеистами до Маркса и, несомнен-
но, во многом способствовал развен-
чанию рели< иозных предписаний. Од-
нако он позволяет лишь описать ряд
явлений, связанных с нашей темой, но
никак не понять суть взаимоотноше-
ний морали и религии как особых
форм общественного сознания.
Маркс, как мы уже знаем, выдвигает
принципиально иной метод: не «сво-
дить», а «выводить» религиозные
представления из земной основы,
следовательно, исследовать те об-
щественные потребности, которые,
складываясь независимо от сознания
людей, обусловливают появление как
религии, так и морали.
Потребность общества в специфи-
ческой регуляции средствами морали
возникла исторически — по мере
дифференциации и усложнения форм
производственной деятельности, от-
деления индивидов от «пуповины
первобытной общности». Человек,
подчеркивает Маркс, первоначально
выступает как «родовое существо,
племенное существо, стадное живот-
ное» (т. 46, ч. 1, стр. 486) и лишь
впоследствии «обособляется как ин-
дивид». «Чем дальше назад уходим
мы в глубь истории,— говорил
Маркс,— тем в большей степени ин-
дивид... выступает несамосто-
ятельным, принадлежащим к более
обширному целому: сначала еще со-
вершенно естественным образом он
связан с семьей и с семьей, развив-
шейся в род; позднее — с возни-
кающей из столкновения и слияния
родов общиной в ее различных фор-
мах» (т. 46, ч. 1, стр. 18). Это, таким
образом, был процесс, когда «разви-
тие индивида обусловлено развитием
всех других индивидов, с которыми он
находится в прямом или косвенном
общении» (т 3 стр. 440).
Постепенно из прежде безликой
совокупности — рода — уже выде-
ляются люди опосредствующие свое
отношение (первоначально на практи-
ке, а потом и в сознании) специфичес-
кой, лишь им присущей формой
деятельности, тем самым отли-
чающей их от себе подобных. В ре-
зультате возникает необходимость
различения понятий «индивид», прос-
то указывающего на принадлежность
к человеческому роду, и «личность»,
фиксирующего своеобразие, непов-
торимость черт, способностей, об-
щественной роли данного человека.
Подчеркнем принципиальную (то
есть диалектико-материалистичес-
кую) специфику подхода Маркса:
формирование личности («особенно-
го индивида») он объясняет не его
«естественными», природными свой-
ствами (равно и как ростом зна-
ний, проявлением чувства справедли-
вости, равенства, свободы и т. п.), но
усложнением организации об-
щества — развитием производитель-
ных сил, дифференциацией социаль-
ных ролей, то есть процессами, от
отдельных индивидов не зависящими.
Маркс и Энгельс специально под-
черкивают объективную суть такого
процесса: «Различие между индиви-
дом как личностью и случайным
индивидом — не просто логическое
различие, а исторический факт... Это
такое различение, которое не мы
должны делать в применении ко
всякой эпохе, а такое, которое каждая
эпоха Сама делает между различными
элементами, находимыми ею в гото-
вом виде, действуя при этом не
согласно понятию, а под давлением
материальных жизненных коллизий»
(т. 3, стр. 71; подчеркнуто нами.—
Л. М.).
Растущая неоднородность об-
щества, равно как и повышающаяся
роль идеальных, духовных мотивов
деятельности людей, неизбежно ве-
дут к тому, что прежние способы
регуляции, жестко, однозначно опре-
делявшие поведение человека безот-
носительно к его индивидуальным
особенностям (традиции, обычаи, ри-
туалы, обряды), оказываются уже
недостаточными для обеспечения со-
циально-целесообразного поведения.
Возникает объективная, то есть от
сознания людей не зависимая, по-
требность в такой регуляции,, которая
допускает определенную свободу и
самостоятельность при выборе
конкретных поступков. Эта социаль-
ная функция и реализуется за счет
возникновения особой — мораль-
ной — регуляции.
Еще недавно в нашей литературе
мораль определялась преиму-
щественно в сопоставлении с правом:
в отличие от законов моральные
нормы не имеют принудительной
силы, не зафиксированы в госу-
дарственном законодательстве. Од-
нако постепенно выяснялась недоста-
точность такого подхода. Известно,
что в доклассовом обществе уже
существовала разветвленная система
неинституциональной регуляции (тра-
диции, обычаи, ритуалы и т. п.).
Можно ли ее отнести к области
морали?
Эта проблема, всецело входящая
в компетенцию этики, приобретает
острое звучание для нашей темы,
поскольку решение ее предопреде-
ляет оценку характерного для до-
марксовых атеистов тезиса о том, что
мораль возникла задолго до появле-
ния религии. Поскольку он поныне
достаточно часто встречается в попу-
лярной литературе, остановимся на
нем более подробно.
Прежде всего отметим, что такое
представление возникло не столько
как обобщение исторических, этно-
графических, антропологических дан-
ных, но как непреложное следст-
вие «теории обмана», в свою оче-
редь исходившей из концепции
первичного «естественного» индиви-
да. Действительно, говорить об
«извращении», «присвоении» при-
родных чувств и представлений, мож-
но лишь полагая их предварительное
«естественное», «неизвращенное»
состояние. Очевидна и обратная зави-
симость: «теория обмана» приобре-
тает смысл лишь в случае признания
именно такой последовательности.
Вот почему до Маркса пропаганде
данного тезиса придавалось принци-
пиальное идеологическое значение.
На наш взгляд, эта система доводов
крайне спорна и воспроизводит со-
зерцательный подход прежних мате-
риалистов, которые, исходя из
абстрактного, изолированного инди-
вида, не понимали, что «религиозное
чувство» само есть общественный
продукт» (т. 3, стр. З)s 6. Диалектико-
материалистический метод диктует
иной подход к данной проблеме.
Моральная регуляция общества пред-
полагает высокую меру обособления
индивида и осознания им этой обособ-
ленности. Иными словами, она мысли-
ма лишь тогда, когда налицо возмож-
ность определенного выбора и по-
требность в таком выборе. На эту
особенность четко указывает Маркс,
говоря, что «мораль зиждется на
автономии человеческого духа» (т. 1,
стр. 13).
Нравственность служит средством
социальной ориентации не только
отдельного человека, но и целых
социальных групп. Однако каждый
моральный выбор осуществляется в
индивидуальном порядке и добро-
вольно. Иными словами, его мотивами
не могут быть страх перед наказа-
нием, давление большинства, внеш-
нее принуждение, ссылка на тради-
ции, официальные предписания и
т. д. Высмеивая идею о том, что
конституция, принятая при Луи-Фи-
липпе, «старается обеспечить за На-
циональным собранием моральную
силу», Маркс категорически заявляет,
что «моральную силу невозможно
создать параграфами закона» (т. 8,
стр. 133—134).
Каково же содержание моральных
норм, как они вообще соотносятся
с практическими потребностями ин-
дивидов и социальных групп? У нас нет
возможности даже кратко разбирать
эту едва ли не центральную проблему
этики6. Укажем лишь на принципиаль-
ную схему ее решения.
Усложнение общества создает
потребность конкретизации общих
норм социально-целесообразного по-
ведения, осуществляемого самими
людьми, на основе их «внутренних»
убеждений, сознательно. Эта истори-
чески формирующаяся потребность
s Данное утверждение станет более убеди-
тельным, если напомнить, что атеисты до
Маркса давали понятию морали крайне широ-
кое определение, приравнивая ее к естествен-
ной антропологии, психическому складу, к
всеобщей науке о человеке.
6 Она подробно анализируется в указанных
выше трудах О Г. Дробницкого.
11
и обусловливает появление морали
как специфической формы деятель-
ности и общественного сознания.
История, отмечали Маркс и
Энгельс, есть результат деятельности
множества людей, преследующих
свои личные цели. По аналогии можно
сказать, что моральные нормы есть
выраженные в обобщенной форме
цели общественного развития,
конкретизированные в виде иде-
альных норм, регулирующих поведе-
ние каждого человека. Если же такие
предписания нарушаются, это воспри-
нимается как свидетельство амораль-
ности человека или несовершенства
данного общественного строя, неспо-
собного надежно воплотить их в по-
вседневной практике. Иными слова-
ми, моральные заповеди в пределах
данной исторической общности носят
непреложный характер, любое их
нарушение расценивается как прояв-
ление безнравственности.
Отсюда и та «непрактичность» мо-
ральных критериев, о которой мы уже
упоминали. Сфера «должного» в об-
общенном виде выражает опыт и ин-
тересы развития человеческого рода
и вовсе не предполагает санкциониро-
вания любых целей и поступков
отдельных людей. Она служит как бы
индикатором, показывающим меру
соответствия мотивов индивидуально-
го поведения общечеловеческому
опыту. Ее практичность проявляется
не в связи с отдельными поступками,
но в общей направленности, в масшта-
бе всей истории. В этом, собственно,
и состоит социальная функция и уни-
кальность морали — не принудитель-
ное воздействие на фактическое пове-
дение людей, но формулирование
общих критериев оценки как индиви-
дуального поведения, так и су-
ществующего общественного строя.
2
До сих пор речь у нас шла лишь
о некоторых специфических особен-
ностях нравственности, которые так
или иначе проявляются в ее взаимоот-
ношениях с религией. Последняя,
однако, во внимание пока не принима-
лась. Наступила пора включить и ее
в предмет рассмотрения.
Здесь важно не допустить одну
ошибку методологического свойства,
вообще говоря, типичную при рассуж-
дениях о взаимоотношениях раз-
личных форм общественного созна-
ния. Речь идет о том, что констру-
ируются понятия «религия», «мо-
раль», «искусство», а затем путем
дедуцирования и сопоставления су-
щественных признаков таких понятий
пытаются представить их взаимоотно-
шения на ранних этапах исторического
развития. Иными словами, сначала
единый поток общественного созна-
ния рассекается на изолированные
и обособленные фрагменты, а затем,
задним числом, предпринимаются
усилия, чтобы понять их реальные
связи.
Маркс подверг уничтожающей кри-
тике такой метод на примере «спеку-
лятивной конструкции» младогегель-
янцев (см. т. 2, стр. 62—67), преду-
преждая, что каждое историческое
исследование должно исходить не из
абстракций, а из развития социальной
реальности, которое приводит к обра-
зованию этих абстракций. Так что
прежде всего следует подчеркнуть
фундаментальный тезис: обществен-
ное сознание исторически возникает
в актах социально-практической де-
ятельности и первоначально не выде-
ляется из этой деятельности.
Поэтому можно констатировать, что
простейшие нормы и правила поведе-
ния, составившие исходные точки для
последующих моральных предписа-
ний, были органически связаны со
всей совокупностью практической
деятельности первобытных людей,
в том числе и с магическими дей-
ствиями, в свою очередь послужив-
шими основой для формирования
представлений о сверхъестественных
силах. Тем самым проблема: что
возникло раньше — мораль или ре-
лигия, на наш взгляд, является теоре-
тически неоправданной.
Означает ли это, что снимается
проблема конфронтации морали и ре-
лигии как в историческом, так и в
теоретическом планах? Нет, не только
не снимается, но, напротив, приобре-
тает более сложные формы.
В развитом виде и религия и мораль
имеют специфические черты и каж-
дая из них представляет собой цель-
ную идеологию, отличающуюся
собственной структурой, способом
связи с практикой, характером разви-
тия, особым языком. Поэтому можно
попытаться проследить, как в зависи-
мости от изменения общественных
отношений возникали и проявлялись
эти характеристики. Сформулируем
вопрос конкретнее: какое влияние эти
формы общественного сознания исто-
рически оказывали друг на друга. Как,
скажем, вера в сверхъестественное,
вообще говоря не являющаяся необ-
ходимой чертой морали, влияла на
эффективность моральной регуляции.
И наоборот: как понятия «добро»,
«долг», не будучи неотъемлемыми
компонентами религиозных представ-
лений, влияли на сами эти представле-
ния. Иными словами, речь у нас
пойдет не о выяснении различия
между моралью и религией, как они
представлены в понятиях, но о том,
как эти две специфические формы
социальной деятельности различа-
лись, взаимодействовали, отталкива-
лись друг от друга в историческом
движении культуры. При этом нас
в основном будет интересовать имен-
но воздействие религии на мораль.
Одна форма такого взаимо-
действия лежит на поверхности, и мы
о ней уже упоминали. Речь идет об
определенной выключенности мо-
ральных норм из повседневных «де-
ловых» соображений и своеобразном
противостоянии сферы «сущего» и
сферы «должного», провоцирующем
аналогию между «дольним» и «гор-
ним» мирами. Эта аналогия оказыва-
ется весьма полезной и при конкрет-
но-историческом исследовании.
Напомним об особенностях морали.
Во-первых, она допускает опреде-
ленный «люфт» в поведении челове-
ка, располагающего возможностью
выбирать и определять свои поступки,
повинуясь исключительно внутренним
мотивам. Во-вторых, моральные
нормы, определяющие такой выбор,
охватывают все формы общественно-
го и индивидуального поведения че-
ловека. При этом их соблюдение
вовсе не обязательно предполагает
достижение непосредственной прак-
тической выгоды.
Возникает вопрос: каковы те усло-
вия, которые способны обеспечить
наиболее эффективное функциониро-
вание регуляции подобного рода.
Очевидно, что ойо предполагает
действие каких-то мотивов, выходя-
щих за рамки конкретных целей,
стремлений, ожиданий, причем моти-
вов постоянных, «внутренних»,
действующих независимо от меры
гласности данного поступка, наличия
свидетелей, опасности улик и т. п. Ес-
тественно предположить, что такие
мотивы должны исходить из реально-
го содержания нравственных предпи-
саний, которые, как мы говорили,
аккумулируют опыт общественно-ис-
торического развития. Однако (на-
помним, что это принципиальный
момент в марксистской концепции
идеологии) в содержании моральных
норм не отражаются подлинные
земные механизмы их возникновения,
и на уровне «практического» жи-
тейского сознания они адекватно
поняты быть не могут. Что же, в таком
случае, может стать мотивом для их
соблюдения?
Мы уже отмечали, что религиозные
предписания идут как бы «снизу»,
сливаясь с собственным опытом
людей. Моральные нормы также воз-
никают в массовом мироощущении
и осуществляют «духовную» (то есть
проходящую через сознание) регуля-
цию поведения людей. При этом
нравственные заповеди в качестве
реальных регуляторов приняли ре-
лигиозную оболочку, стали опираться
на представление о сверхъес-
тественных силах. Эта зависимость
еще отчетливее выступит позже, ког-
да сформируется представление о
«всевидящем» боге, от которого не
«укрывается» ни одно нарушение
праведности.
Разумеется, подобный религиозно-
моральный синкретизм определялся
не умыслом отдельных богословов,
но объективными потребностями об-
щества, нуждавшегося в определен-
ной идеологии. Этот факт находил
отражение в том, что, с одной сто-
роны, мораль выступала в религиоз-
ной форме, а с другой — что рели-
12
гиозные системы все более принима-
ли отчетливо моральный оттенок7 8.
Следует принять во внимание еще
один немаловажный факт, от которо-
го мы пока отвлеклись. Выделение
и обособление форм общественного
сознания совершалось в период воз-
никновения антагонистических клас-
сов. Вследствие этого наряду с обще-
человеческими нравственными нор-
мами возникают классовые формы
морали, которые, как неоднократно
подчеркивали Маркс и Энгельс, обус-
ловливались изменениями социально-
го базиса Именно религиозная обо-
лочка давала возможность предста-
вить такие особые формы как
общечеловеческие, отражающие ин-
тересы общества, а следовательно,
всех его членов.
На этом этапе, когда формули-
руются цельные этические и теологи-
ческие доктрины, проблема взаимо-
отношения морали и религии обре-
тает новое содержание. В частности,
церковные идеологи, стремясь навя-
зать массам религию как единствен-
ное универсальное мировоззрение,
пытаются с этих позиций истолковать
все явления природы и общества,
в том числе «внутренний» мир челове-
ка. В наиболее отчетливой форме это
проявилось в процессе формирова-
ния христианства9.
Одна из особенностей морального
регулирования проявляется в пред-
ставлении об универсальном характе-
ре нравственных принципов, относя-
щихся ко всем людям, независимо от
их места в обществе, имущественного
положения и т. п. В европейской
культуре идея всеобщего равенства
людей в наиболее универсальном
виде была выражена христианством
как утверждение равенства всех
перед богом. Естественно, такое
представление могло возникнуть
лишь тогда, когда в тигле Римской
империи были уравнены в своем
бесправном положении различные на-
роды и национальности.
В этом отношении поучительно
сравнить так называемый декалог
Моисея и Нагорную проповедь Хрис-
та. При внешнем сходстве между
ними имеется радикальное различие.
В Ветхом завете выдвигаются не
столько моральные, сколько пра-
вовые нормы, нарушение которых
предусматривает насильственные,
физические наказания, вплоть до
смертной казни. К тому же эти нормы
распространяются лишь на последо-
вателей Яхве. Только их, например,
имеет в виду категорическая заповедь
«не убивай»; что же касается убийств
представителей племен, с которыми
евреи воевали, то это дело священ-
ное, и сам господь помогает чинить
здесь подлинный разбой (см , напри-
мер, книги: Числа, гл. 25; Исход,
гл. 12, ст. 29—30; Иисуса Навина,
гл. 11, ст. 6—21 и др.).
Иной вид заповеди получают в
христианстве:	праведная жизнь
рассматривается как результат сво-
бодного выбора, а Христос выступает
как нравственно идеальная личность,
не применяющая насилие для прове-
дения в жизнь своих предписаний.
3
Таким образом, целый ряд особен-
ностей исторического развития обус-
ловил тот факт, что система
нравственной регуляции первоначаль-
но формируется в религиозной фор-
ме, ее непреложность на ранних эта-
пах подкрепляется как авторитетом
бога, так и угрозой наказания с его
стороны.
Можно ли на основании этого
делать вывод об органическом
родстве религии и морали, о совпаде-
нии их принципов, а следовательно, об
их сходной судьбе в прошлом и буду-
щем? Едва ли стоит напоминать, что
речь идет о краеугольном положении
нравственного богословия: без бога
нет праведности, нет морали.
Анализ истории культуры показыва-
ет всю неосновательность такого
предположения. Больше того,
оказывается, что теологическая схе-
ма, в сущности, несовместима с логи-
кой морального регулирования, и по
мере развития общества это противо-
речие все яснее выступает наружу.
Попробуем разобраться в этом прин-
ципиальном для нашей темы ут-
верждении.
С одной стороны, несомненно, для
верующего немаловажное значение
имеет то обстоятельство, что мораль-
ное регулирование осуществляется
в форме религиозных заповедей.
С другой — идея всевидящего и все-
могущего бога, от имени которого
оно осуществляется, неизбежно иска-
жает сам принцип такого регулирова-
ния, придавая ему черты духовного
авторитаризма, с ним не совместимо-
го.
Иллюстрацией может служить хотя
бы состояние морали в средние века.
Идея универсальных моральных
норм, в равной мере относящихся ко
всем людям, была отброшена, и мо-
раль приобрела сословно-корпора-
тивный характер, распалась на замк-
нутые системы, воспроизводящие
интересы различных социальных
групп. Разумеется, в конечном счете,
такое положение было обусловлено
особенностями феодального об-
щества. Но не будем забывать, что
церковь обладала абсолютной моно-
полией на духовную жизнь, она
подчинила своим принципам все ос-
тальные формы общественного соз-
нания. Однако церковь не только не
препятствовала разгулу аморализма,
но часто даже идеологически стиму-
лировала его. Укажем, например, на
предельно безнравственную практику
продажи индульгенций, освященную
учением о преизбыточных заслугах
святых.
Размышления над всеми этими
фактами позволяют яснее понять ко-
ренное отличие механизмов мораль-
ной и религиозной регуляции поведе-
ния людей.
В христианстве бог мыслится не
только как создатель всего сущего,
видимого («физического») мира, но
и как монопольный источник ду-
ховных, моральных ценностей. Такое
слияние в идее бога всемогущего
и всеблагого начал, то есть рассмот-
рение морали как исключительно
«небесного» продукта, неизбежно по-
рождает противоречия, которые, ска-
жем, забегая вперед, в принципе не
поддаются разрешению. Речь прежде
всего идет о теодицее10, то есть
проблеме оправдания существования
зла в мире, сотворенном и управ-
ляемом всеблагим богом. В наиболее
простой форме она формулируется
так: если всемогущий бог — одновре-
менно и первопричина мира, и все-
благое существо, то как объяснить
существование зла?
Как уже говорилось, суть
нравственного воззрения в том, что
оно отвергает представления, будто
«сущее» (то есть имеющееся, налич-
ное, традиционное) и «должное» (то
есть желаемое, соответствующее со-
вести, долгу людей) всегда совпа-
дают. В таком различении проявляет-
ся гордость человеческого духа, его
критическое отношение к рутинному
порядку вещей и бездумным поступ-
кам Еще более существенным такой
Так называемые языческие религии носили
ярко выраженный космологический характер.
Отношения как между сверхъестественными
существами, так и между ними и людьми
подчинялись некоторым однозначным, «при-
родным», автоматически проявляющимся свя-
зям. Однако постепенно (этот°процесс отчет-
ливо прослеживается в развитии античной
мифологии) в данные взаимоотношения
включаются нравственные мотивы и решения
8 Учение о классовых формах морали —
одно из центральных положений марксистской
этической науки. Проблема их происхождения
и социальной функции подробно разработана
е грудах советских этиков, н мы на ней
специально останавливаться не будем.
9 Как известно, христианская идеология воз-
никла путем переработки различных этико-
философских концепций и религиозных уче-
ний. В частности, одним из ее источников
послужили этические теории античного мира,
содержащие довольно разработанное учение
о морали как особой форме общественного
сознания (Сократ, неоплатоники, стоики и др.).
В этом смысле христианские богословы «при-
своили» себе многие этические идеи и перера-
ботали их в рамках общей теистической
концепции. Это относится к идее равенства
всех людей, к понятиям «внутреннего долга»
н достоинства, независимости личности, «силы
духа» и т. п. Напомним, что Энгельс называл
стоика Сенеку дядей христианства, а гречес-
кую философию упоминал в качестве одного
из главных идеологических источников хрис-
тианства (т. 21, стр. 9)
10 Теодицея («оправдание бога») — одна из
центральных тем христианского богословия,
исторически выступавшая в различных формах
и интерпретациях. Далее мы говорим лишь об
одном из ее аспектов, непосредственно свя-
занном с нашей темой. Подробнее см.,
например, объяснение этого термина в «фило-
софской энциклопедии».
13
подход оказывается в социальном
плане — как форма осознания несо-
вершенства и пороков данного об-
щества, права их критики с точки
зрения некоего идеала, идеала про-
шлого или будущего. Так, Энгельс
Отмечал, что возникновение классово-
го неравенства порождало в массо-
вом сознании убеждение в неспра-
ведливости таких порядков, «ко-
торые прямо представляются нам
упадком, грехопадением по сравне-
нию с высоким нравственным уров-
нем старого родового общества»
(т. 21, стр. 99)".
Подход с позиций нравственности
не только констатирует наличие ре-
ального (общественного и индиви-
дуального) зла в мире, но и ставит
вопрос о его преодолении, об от-
ветственности человека за свое пове-
дение и состояние дел в мире. В этом
смысле моральное сознание демок-
ратично, антиавторитарно по самой
своей сути и органически смыкается
с настроениями социального протес-
та, с мироощущением оппозиционных
общественных движений.
Эта социально-критическая чут-
кость парализуется в рамках хрис-
тианского миросозерцания. Маркс
находит поразительно точные и емкие
слова, чтобы зафиксировать саму суть
морали, отличающую ее от религии.
«Специфически христианский законо-
датель,— пишет он,— не может при-
знать мораль независимой сферой,
которая священна сама по себе, так
как внутреннюю всеобщую сущность
морали он объявляет принадлеж-
ностью религии. Независимая мораль
оскорбляет всеобщие принципы рели-
гии, а особые понятия религии проти-
воречат морали» (т. 1, стр. 13).
Речь идет о том, что проблемы
личной ответственности, обществен-
ного зла, верности нравственному
долгу и т. п. христианство ставит
в контекст концепции божественного
всесилия, рассматривает их в свете
взаимоотношения божественного
промысла и человеческой активности.
В результате идея всемогущего бога
приводит к оправданию «сущего» как
его собственного порождения. Это
оправдание, разумеется, вытекало не
из специфики построения теологичес-
кой схемы (она — лишь производный
идеологический продукт, отвечающий
потребностям определенных клас-
сов). Но бесспорно, что подчинен-
ность морального сознания принци-
пам религиозного мироощущения
деформирует саму сущность морали.
Данное противоречие между логи-
кой религиозного и морального
воззрений проходит через всю исто-
рию христианской теологии. Но хрис-
тианское мировоззрение мистифици-
рует подлинные, земные корни
собственного происхождения, а
поэтому эта антитеза исторически
выступала не в адекватной, прозрач-
ной форме, но как конкретизация
связи божественного промысла и че-
ловеческой активности (проблема
свободы воли, соотношения бо-
жественного предопределения и че-
ловеческих «добрых дел», трактовки
грехопадения: привело ли оно «к ут-
рате», либо только к «повреждению»
образа божьего и т. д.).
Поскольку эта проблема в мистифи-
цированной форме выражает взаимо-
отношение личности и враждебных ей
социальных сил, она всегда была
средоточием, своеобразным нервом,
содержательно обозначавшим соци-
альную позицию тех или иных бого-
словских доктрин.
Споры между ними оформлялись
по-разному. Основу их, однако, сос-
тавляла одна существенная пробле-
ма — право независимого человечес-
кого духа давать свои моральные
оценки и поступать в соответствии
с собственными убеждениями (со-
вестью) независимо от церковных
наставников, навязывающих свои ре-
шения авторитетом бога (его способ-
ностью карать, миловать, прощать,
обрекать на вечное блаженство или
вечные муки).
И каждый раз отрицание такого
права строилось в соответствии с ло-
гикой теологического подхода, сог-
ласно которому человек должен стра-
дать или получить загробное воз-
даяние не по личной заслуге, а в ко-
нечном счете (эта идея доведена до
предела в протестантизме) по божь-
ему предопределению и милости.
В рамках такого типологического про-
тивостояния морали и религии по-
следняя играла роль защитницы не-
свободы, деспотии, авторитаризма
и в отдельные моменты могла высту-
пать в иной функции лишь в той мере,
в которой усваивала логику
нравственного сознания.
Разумеется, христианские доктрины
не выдуманы богословами, но пред-
ставляют собой результат обобщения
и рационализации реальных соци-
альных ориентаций. Однако мы впра-
ве утверждать, что подчинение мора-
ли логике теологического воспри-
ятия мира искажает неотъемлемые
черты первой — те самые качества,
которые составляют ее специфику
и в конце концов парализуют ее
главный принцип — признание за че-
ловеком права свободно и независи-
мо определять собственную линию
поведения. Маркс предельно вырази-
тельно характеризует эту особен-
ность, говоря об одном персонаже
романа Э. Сю «Парижские тайны»,
что он «даже не возвышается до точки
зрения самостоятельной морали, ко-
торая, по крайней мере, покоится на
сознании человеческого достоинства.
Его мораль, напротив, покоится на
сознании человеческой слабости.
Он — представитель геологической
морали» (т. 2, стр. 219)..
Подведем некоторые итоги.
Мы старались показать, что Маркс
критиковал религию не с позиции
академического ученого, просветите-
ля. Будучи пролетарским революци-
онером, он отвергал ее как идеоло-
гию, которая именем бога освящает
неизбежность и естественность
эксплуатации, примиряет людей с со-
циальным злом. С этих позиций он
оценивает и христианскую нравствен-
ность. «Социальные принципы хрис-
тианства,— писал он,— оправдывали
античное рабство, превозносили
средневековое крепостничество и
умеют также, в случае нужды, защи-
щать, хотя и с жалкими ужимками,
угнетение пролетариата» (т. 4, стр.
204).
Такова принципиальная установка,
которая получила дальнейшее разви-
тие в работах В. И. Ленина11 12. Из нее
исходили поколения советских атеис-
тов, занимавшихся проблемой «мо-
раль и религия», и нам нет нужды
повторять аргументы и выводы, ак-
центирующие внимание на противо-
положности коммунистической и ре-
лигиозной нравственности13. Однако
имеется один аспект этой обширной
проблемы, о котором мы пока гово-
рили лишь вскользь.
Дело в том, что проблему морали
и религии Маркс вовсе не сводит к их
сопоставлению как особых форм об-
щественного сознания, осуществляю-
щих различные социальные функции.
Он внимательно рассматривает и
влияние религии на индивидуальное
нравственное сознание, на форми-
рование человеческой личности. И
это, разумеется, не случайно.
Проблема человека, личности зани-
мает крайне важное место в марксиз-
ме. Проблема — «личность и рели-
гия» непосредственно примыкает к
теме данной статьи, но, как нам
представляется, она заслуживает
специального рассмотрения.
11 Напомним другое, крайне важное замеча-
ние Энгельса: «Если нравственное сознание
массы объявляет какой-либо зкономический
факт несправедливым, как в свое время
рабство или барщину, то это есть доказа-
тельство того, что этот факт сам пережил
себя...» (т 21, стр. 184; см. также г. 20, стр
153).
12 Напомним выступление Ленина «Задачи
союзов молодежи». Мы отрицаем, говорил он,
проповедь буржуазии, «которая выводила.,
нравственность из велений бога. Мы на этот
счет, конечно, говорим, что а бога не верим,
и очень хорошо знаем, что от имени бога
говорило духовенство, говорили помещики,
говорила буржуазия, чтобы проводить свои
эксплуататорские интересы» (Поли. собр. соч.,
т. 41, стр. 309).
12 Отметим лишь некоторые работы, вышед-
шие в последние годы: Н. П. Красников.
Православная этика: прошлое и настоящее. М„
1981; Н. А. Костенко. Атеизм и нравственность.
М„ 1982; В. Н. Шердвкоа. Иллюзия добра:
Моральные ценности и религиозная вера. М.,
1982; В. А. Зоц. Культура. Религия. Атеизм.»
М., 1982.
14
КЛК OJHB€UJHb
на воп/юсы
после лекции
А. ЧЕРТКОВ,
кандидат философских наук
В Какой бы содержательной ни была,
атеистическая лекция, она не в сос-
тоянии дать ответы на все интере-
сующие аудиторию вопросы, до кон-
ца удовлетворить любознательность
слушателей.
Особенность аудитории, в которой
выступает лектор-атеист, состоит в
том, что далеко не все при-
сутствующие — его единомышленни-
ки. Здесь могут быть и люди индиф-
ферентные как к религии, так и к
атеизму, и верующие. А последние
относятся к словам лектора насторо-
женно, мысленно полемизируют с
ним, ждут возможности высказать
возражения. Лектор должен стре-
миться к тому, чтобы данная катего-
рия слушателей изменила свои убеж-
дения. Достичь этого во многом
помогают ответы на вопросы слушате-
лей, когда лектор опровергает их
возражения, разъясняет им то, что
они не поняли, разрешает сомнения.
Таким образом, ответы на вопросы
слушателей — во всех отношениях
очень важная часть выступления. Не
случайно она обычно проходит ожив-
ленно, вызывая особый интерес
Одновременно это и наиболее
трудная, ответственная часть встречи
со слушателями. Ведь лектору неиз-
вестно, о чем его спросят. Иногда
возникает совершенно неожиданный
вопрос, к тому же и плохо сформули-
рованный. Бывает, задавая его,
рассчитывают поставить лектора в за-
труднительное положение.
Как же можно подготовиться к от-
ветам? Разумеется, предвидеть все
вопросы невозможно. Однако опыт
показывает, что интерес слушателей
бывает ориентирован прежде всего на
ту проблему, которая освещается
в лекции, или на близкие к ней.
Поэтому свою тему нужно знать
всесторонне и досконально, не только
изучив всю относящуюся к ней лите-
ратуру, но и ознакомившись со
смежными проблемами. Лектор-ате-
ист должен быть достаточно эрудиро-
ванным человеком, обладать широ-
ким кругозором. Конечно, он не
может быть специалистом во всех
областях знания, но иметь представ-
ление о них необходимо. Мы уж не
говорим о марксистско-ленинской
философии, истории и теории атеиз-
ма, истории религии и церкви, ко-
торыми обязан владеть каждый лек-
тор.
Далее, надо решить, насколько
полно и всесторонне вы намерены
осветить в лекции различные стороны
гемы. Естественно, что те ее аспекты,
которые раскрыты в лекции глубоко,
вряд ли вызовут вопросы: слушателям
здесь все понятно. И наоборот, по
разделам выступления, освещенным
по каким-то причинам недостаточно,
спросить могут и нужно заранее
предвидеть их характер.
В процессе подготовки к выступле-
нию лектору полезно мысленно по-
ставить себя в положение слушателя
и подумать, какие вопросы могли бы
возникнуть у него. Такой прием помо-
гает предвидеть некоторые вопросы
и заранее подготовиться к ответам.
И еще одно. Желательно взять за
правило после каждой лекции соби-
рать или- записывать поступившие
вопросы, а потом на досуге анализи-
ровать свои ответы на них, уточнять
факты,вносить поправки, добавления:
ведь вопросы нередко повторяются.
Полезно подумать и над формой
ответа: была ли она удачной, нельзя
ли в будущем ответить короче, точ-
нее, конкретнее. Полезно завести
проблемную картотеку, сгруппиро-
вать в ней карточки с вопросами
и краткими ответами. Со временем
эта картотека станет важным посо-
бием при подготовке к лекциям.
Итак, лекция окончена, слушатели
задают вопросы. Что здесь важно?
Во всех случаях должно действовать
четкое правило: лучше совсем не
ответить на вопрос, чем ответить
неверно или наугад. Не исключено,
что слушатель рано или поздно убе-
дится в том, что получил неверный
ответ. И он сделает вывод: либо
лектор умышленно ввел его в заблуж-
дение, либо не разбирается в предме-
те.
Мы далеки от мысли, что кто-либо
из лекторов стремится ввести в за-
блуждение слушателей. Но одни
стыдятся публично признаться в не-
знании чего-либо; другие не всегда
глубоко вдумываются в содержание
вопроса, а потому отвечают невпопад;
третьи живут старым багажом, их
суждения, верные прежде, могли
устареть (особенно когда речь идет
о каких-то статистических данных);
четвертые ссылаются на непрове-
ренные источники и мнения и т. д. Ре-
зультат же один — слушатели полу-
чают неверные сведения.
Любой, даже самый эрудированный
лектор не может знать все, и стыдить-
ся этого не следует. Поэтому, если
у вас нет полной уверенности, что
ответ будет правильным, нужно пря-
мо и честно в этом признаться. За
такое признание не осудят. Напри-
мер, можно сказать, что в данной
области вы не специалист, и посовето-
вать обратиться к более компетентно-
му человеку. В некоторых случаях
допустимо оговориться, что вы
высказываете лишь личное мнение, но
ни в коем случае нельзя выдавать
собственные предположения за исти-
ну.
В этой связи хочется сказать об
ответах, в которых приводятся раз-
личные цифровые данные — коли-
чество действующих религиозных об-
щин, монастырей, учебных заведений,
готовящих священнослужителей и
т. п. Далеко не каждый лектор
располагает точными и последними
цифровыми данными. Как же быть?
Если они неизвестны, то лучше не
называть никаких цифр. Можно огово-
риться, что, по имеющимся у вас
сведениям, эти цифры такие-то, но
они приблизительны.
Многим лекторам-атеистам свой-
ственно типичное заблуждение, будто
ответы на вопросы слушателей
должны быть верными в принципе,
с общефилософской, общеполитичес-
кой и научной точки зрения, что же
касается деталей, особенно связанных
с вероучением, с культом, то здесь
простительны и неточности.
С таким мнением согласиться не-
льзя. В атеистической пропаганде
вообще и в ответах на вопросы
слушателей в особенности важно все:
знание и основ и деталей. Между тем
в ответах, связанных с вероучением,
религиозной моралью, церковным
устройством, культом, путаниц и оши-
бок бывает досадно много. Например,
не учитывают, что Евангелие — это
часть Библии, путают Иисуса Христа
с Иисусом Навином, Иоанна Крестите-
ля выдают за Иоанна Богослова,
путают праздники с обрядами,
иудейскую пасху с пасхой христи-
анской, кадило с паникадилом, дьяко-
на с дьячком или дьяком, утреню
с заутреней. Зачастую искажают и ре-
лигиозные термины:	вместо
«страстная неделя» говорят «страш-
ная неделя», «сретение» превращает-
ся в «стретение» и т. д. Много ошибок
15
связано с ударениями. Вместо «пат-
риарх Алексий» говорят «патриарх
Алексий», вместо «мессия» —
«мессия» и т. д.
Другой важный принцип: ответы
должны даваться по существу задан-
ного вопроса. Поэтому очень важно
понять его смысл, отчетливо предста-
вить, что неясно задающему вопрос
или с чем он не согласен Нельзя
отвечать, не дослушав или не дочитав
до конца вопрос, каким бы много-
словным он ни был.
Важно уловить не только суть, но
и нюансы вопроса. Здесь имеет значе-
ние даже его интонация: она часто
показывает отношение слушателя к
религии, к рассказу лектора, к про-
блеме в целом; по ней можно понять,
полемизирует ли с выступающим слу-
шатель, или просто чего-то не понял.
Ответы должны быть по возмож-
ности краткими — аудитория это це-
нит. Оптимальное время — не более
пяти минут, хотя возможны отклоне-
ния в ту или другую сторону. Правда,
лаконично ответить нельзя, когда
речь идет о вопросах сложных, глубо-
ких, дискуссионных. Однако чаще
всего необходимости в пространном
ответе нет. А в некоторых случаях
лектору достаточно просто ограни-
читься кратким «да» или «нет».
Отвечать на вопросы желательно
живо, ведь, по сути, это диалог лек-
тора с залом. Не следует бояться
шутки, способной вызвать улыбки,
даже смех в зале, можно вспомнить
пословицу, обратиться к. конкретным
примерам. Но, конечно, все это в
меру и к месту. Можно вступить в
разговор со спрашивающим. Ска-
жем, вы не уловили сути вопроса,—
сразу же переспросите, уточните.
По лицу слушателя видно, понимает
он вас или нет. Если он не согласен,
целесообразно тут же спросить:
— Вам что-нибудь неясно? С чем
вы не согласны?
Если чувствуете, что ваши слова не
доходят до слушателя,— упростите
ответ.
Конечно, понятной и доступной
должна быть и сама лекция. Но если
по каким-то причинам часть слушате-
лей чего-то в ней не поняла, это
поправимо: у людей остается воз-
можность выяснить суть дела, задав
вопрос. Если же и ответы окажутся
сложными, непонятными, тогда те-
ряется всякий смысл выступления.
При ответах на вопросы необходим
индивидуальный подход. Нельзя ори-
ентироваться на «среднего» слушате-
ля. То, что понятно одному, другому
может быть не вполне ясно; то, с чем
согласен один, может вызывать возра-
жения у другого, кто-то нуждается
в подробном разъяснении каждого
положения, кто-то понимает с полу-
слова. Нельзя отвечать одинаково,
скажем, малограмотным людям и че-
ловеку с высшим образованием,
взрослому и ребенку, верующему
и неверующему. Должны иметь свои
особенности ответы и людям разных
вероисповеданий.
Прежде чем дать ответ, надо
постараться хоть бы примерно опре-
делить, с кем вы ведете разговор.
В известной мере образовательный
и культурный уровень слушателя, его
отношение к религии, а иногда и ве-
роисповедную принадлежность мож-
но установить по характеру и форме
вопроса, по тому, что именно его
интересует, даже по внешнему обли-
ку человека. Взять хотя бы формули-
ровку вопроса. В вопросах верующих
нет скептического или критического
отношения к религии. Если же в воп-
росе содержится сомнение в правиль-
ности какого-то религиозного поло-
жения, значит, скорее всего он задан
человеком, колеблющимся в своих
взглядах: верующий не сомневается
в истинности религиозных догматов.
Так уже сам вопрос дает лектору
определенную информацию о том,
кто его задает.
Отвечая людям образованным, на-
до подходить к проблеме глубоко, не
останавливаясь на простых, известных
истинах. Иное дело — другая катего-
рия слушателей, для которых больше
подходит простая форма разговора.
Нужно постараться, чтобы они поняли
суть проблемы, а не все ее детали,
часть из которых могут оказаться для
них сложными. Теоретические,
абстрактные положения желательно
иллюстрировать примерами, взятыми
из жизни. При этом важно следить за
реакцией спросившего. Если вы види-
те, что ваша мысль непонятна, обрати-
тесь к другим примерам. В заключе-
ние спросите, понял ли вас слушатель,
согласен ли с вами.
Нередко вопросы задают дети,
и здесь нужно считаться с уровнем их
развития и отвечать с учетом этого.
Плохо, например, если лектор тол-
кует ученику седьмого или восьмого
класса о материализме и идеализме,
тогда как первые сведения об этом
школьники получают лишь в десятом
классе.
Понятно, что детям следует давать
ответы более простые, нежели
взрослым, но при этом ни в коем
случае нельзя вульгаризировать про-
блему, упрощать все до примитива
Пусть ответ лектора в дальнейшем
потребует углубления, расширения,
но не опровержения.
Если вопрос задает неверующий, то
ему не надо доказывать правоту
материализма и ложность религии.
Он обычно ждет не опровержения
религиозных представлений, а опре-
деленной информации. Ее и нужно
давать. Совсем другого подхода тре-
буют ответы на вопросы верующих.
Здесь одной информации мало, необ-
ходимо ее осмысление с позиций
материалистической науки, содержа-
щее и опровержение религиозных
представлений. Например, лектора
спрашивают: если мир не сотворен
богом, то как же он возник? В данном
случае задача состоит в том, чтобы
очень коротко изложить религиозные
представления о сотворении мира
богом, опровергнуть тоже краткими,
но убедительными доводами и, нако-
нец, сообщить научный взгляд на
данную проблему. Надо стараться
убедить их в том, что истина конкрет-
на, что верным является лишь мате-
риалистическое решение данного
вопроса, и разъяснить, в чем именно
оно заключается.
Труднее всего отвечать на вопросы
религиозных фанатиков. Таких людей,
как правило, интересуют сравнитель-
но частные вопросы. Исходя из
собственного опыта, советую при от-
ветах стараться поколебать их взгля-
ды хотя бы в каком-то частном вопро-
се, показать, что в его решении права
наука, а не религия.
В заключение еще несколько сове-
тов.
Ответы при всех случаях необходи-
мо давать в доброжелательной, кор-
ректной форме. Пропагандист до-
лжен не просто сообщить какие-то
сведения, но и выразить свое отноше-
ние к вопросу и к человеку, задавше-
му его. Одно дело, когда спраши-
вают люди заблуждающиеся, но
искренне стремящиеся дойти до ис-
тины, и совсем другое, если вопрос
задан с явной целью дискредитиро-
вать лектора, его мировоззрение,
поймать лектора на неудачном выра-
жении и использовать это в непри-
глядных целях. В последнем случае
можно дать ответ и в категоричной
форме.
Наконец, есть категория вопросов,
отвечать на которые вообще нецеле-
сообразно. Речь идет о вопросах,
способных оскорбить кого-то, шу-
товских, издевательских, заданных
с целью «проэкзаменовать» лектора
Лектор вовсе не обязан отвечать на
любой вопрос. Он должен руко-
водствоваться соображениями пользы
дела, кардинальными задачами атеис-
тического воспитания
СОВЕТУЕМ ПРОЧИТАТЬ
О. В. Силлов. Лектор отвечает на
вопросы. М., общество «Знание» РСФСР,
1981.
А. Б. Чертков. Ответы на вопросы
после атеистической лекции. М., общество
«Знание» РСФСР, 1974.
16
Практика' опыт, проблемы
НЕ ОСЛАБЛЯТЬ
НИМАН ИЯ
В нашей стране, как известно, уде-
ляется большое внимание нравствен-
ному воспитанию советского челове-
ка. «Атмосфера коллективизма и то-
варищества, сплоченность, дружба
всех наций и народностей, нравствен-
ное здоровье общества, подлинный
демократиям и социальный опти-
мизм, нетерпимое отношение к
отступлениям от социалистической
морали,— отмечалось в постановле-
нии ЦК КПСС «О 60-й годовщине
образования Союза Советских Со-
циалистических Республик»,— важ-
нейшие грани советского образа жиз-
ни».
Совершенствовать эти грани при-
звана вся наша система коммунисти-
ческого воспитания. Как отмечалось
в ряде материалов на июньском
(1983 г.) Пленуме ЦК КПСС, «от того,
как мы сумеем мобилизовать духов-
ную энергию народа, поднять его
трудовую и социальную активность,
во многом зависят осуществление
пятилетнего плана, темпы нашего
движения вперед...».
В Белоруссии заметную роль, осо-
бенно в последнее время, играют на-
родные университеты нравственного
образования и воспитания трудящихся.
Им уделяют пристальное внимание
партийные профсоюзные, комсо-
мольские организации трудовых кол-
лективов. При этом они исходят из
положения, что все общество в целом
и каждый человек в отдельности
должны обладать высокой нравствен-
ной культурой, определенным набо-
ром нравственных качеств. Это один
из самых серьезных факторов успеш-
ного построения коммунизма.
Первый народный университет
нравственного образования и воспита-
ния в республике был создан в
1976 году по инициативе трудящихся
Оршанского льнокомбината и при
активной поддержке преподавателей
общественных дисциплин Бело-
русского университета. Народные
университеты такого профиля быстро
завоевали популярность. Сейчас их
уже около 200, они дают трудящимся
Л. ЕВМЕНОВ.
заведующий лекторской группой
по оказанию методической
помощи народным
университетам нравственного
образования и воспитания
доктор философских наук
знания в области марксистско-ле-
нинской этики, помогают распростра-
нению и утверждению норм комму-
нистической морали.
Создавая программу народных уни-
верситетов, мы не забываем о миро-
воззренческом, атеистическом аспек-
те нравственного воспитания трудя-
щихся, который решили рассматри-
вать не изолированно, а в комплексе
с другими сторонами коммунистичес-
кого воспитания Все это нашло
отражение и в тематике занятий.
Например, на втором году занятий
факультета руководителей изучается
такая тема, как «Единство идейно-
политического, правового, нравствен-
ного, эстетического и атеистического
аспектов процесса коммунистическо-
го воспитания молодежи».
Надо добавить, что в Белоруссии
действуют народные университеты,
в программах которых в большей или
меньшей степени затрагиваются эти
проблемы,— культуры, педагогичес-
ких знаний, нравственно-правового
воспитания, семейно-бытовой куль-
туры, нравственно-эстетического вос-
питания, научного атеизма. А в на-
родных университетах научно-техни-
ческих знаний изучаются этические
основы хозяйственной и администра-
тивной деятельности.
Однако до недавнего времени
этика везде изучалась как своего рода
прикладная дисциплина. Мало внима-
ния уделялось теоретическим про-
блемам этой специфической части
философской науки. Поэтому опыт
оршанцев был одобрен, поддержан,
было рекомендовано создавать в тру-
довых коллективах специализиро-
ванные народные университеты
нравственного образования и воспита-
ния.
С самого начала нам пришлось
решать несколько нелегких задач
Одна из них — подготовка лекторов
и преподавателей, способных вести
курс этики. Следует прямо сказать,
что рассуждать вообще о добре и зле,
о справедливости и долге, о совести
и счастье, о смысле жизни мы научи-
лись неплохо. Но вот доступно и инте-
ресно, с привлечением примеров,
фактов рассказать широкой аудито-
рии о сложных теоретических пробле-
мах этики, к примеру об обусловлен-
ности поступков и поведения личнос-
ти и при этом увязать их с общей
мировоззренческой установкой
умеют очень немногие.
Как мы решали эту проблему?
Из наиболее опытных преподавате-
лей обществоведческих кафедр вузов
была создана специальная лекторская
группа при Правлении республи-
канского общества «Знание». В ее
обязанности входило не только чте-
ние лекций по особо важным и ак-
туальным проблемам этики и морали,
но и оказание научно-методической
помощи на местах. Подобные группы
были созданы при областных органи-
зациях общества «Знание» из препо-
давателей вузов, техникумов, средних
школ, советского и партийного актива.
Кроме того, общество «Знание»
Белорусской ССР организовало двух-
годичную республиканскую школу
для подготовки ректоров, деканов
и преподавателей народных универ-
ситетов из инженерно-технических
работников предприятий. Состоялось
уже три выпуска — подготовлено
около 500 преподавателей. А с начала
1982/83 учебного года во всех облас-
тях нашей республики открыты отде-
ления основ марксистско-ленинской
этики и актуальных проблем
нравственного воспитания при уни-
верситетах марксизма-ленинизма.
Библиотека Либрусек lib.rus.ec
17
каждые два года они будут выпускать
около 600 человек, знакомых с про-
блемами марксистской этики и мора-
ли Существующая при Правлении
республиканского общества «Знание»
лекторская группа постоянно
оказывает практическую помощь и
вновь создаваемым, и уже действую-
щим народным университетам нрав-
ственного образования и воспитания.
Одновременно с подготовкой кад-
ров общество «Знание» и ученые
республики ведут работу по дальней-
шему формированию и развитию
научно-методической базы нрав-
ственного воспитания. Это вторая
наша важная задача, так как для новых
университетов не было у нас не только
преподавателей, но и программ и
учебных пособий.
В короткие сроки преподаватели
кафедры этики и эстетики Бело-
русского университета создали эти
учебные пособия, разработали новую
программу, в которой два раздела —
на каждый год обучения. На первом
курсе слушатели изучают основы
марксистско-ленинской этики, на вто-
ром — актуальные проблемы идейно-
нравственного воспитания в условиях
развитого социализма.
Так как состав слушателей на-
родных университетов нравственного
образования и воспитания в трудовых
коллективах неоднороден, то мы ре-
шили, что нужно создавать тут не-
сколько факультетов: для руководи-
телей предприятий и учреждений, для
инженерно-технических работников,
наставников, рабочих педагогов, ра-
бочих и молодых рабочих. Курс
первого года обучения читается на
всех факультетах, второго — учитыва-
ет специфику деятельности и образо-
вание слушателей каждого факульте-
та.
Проблем с обеспечением литерату-
рой первого раздела у нас не было
Что касается второго, то здесь были
определенные сложности, ибо неко-
торые из вопросов, которые предла-
гались для изучения, еще слабо
разработаны в научной литературе, не
говоря уже об учебной.
Возьмем, к примеру, такие темы
занятий факультета для рабочих, как
«Нравственный аспект эффективности
и качества общественного труда»,
«НТР и проблемы нравственного вос-
питания», «Правовые и моральные
аспекты трудовой деятельности»,
«Развитие критики и самокритики —
признак нравственного здоровья тру-
дового коллектива» и ряд других
Учебной, а особенно методической
литературы по этим проблемам почти
не было. Однако нам удалось доволь-
но быстро подготовить десять научно-
методических разработок по наибо-
лее сложным вопросам как первого,
так и второго разделов, а затем мы
выпустили пособие, в котором разби-
рались наименее обеспеченные лите-
ратурой темы второго раздела.
В 1980 году журнал «Коммунист
Белоруссии» ежемесячно публиковал
статьи ведущих ученых Минска и
Москвы по проблематике второго
года обучения. В конце 1981 года
издательство «Беларусь» выпустило
сборник «По законам коммунистичес-
кой морали», составленный из публи-
каций «Коммуниста Белоруссии».
К этой работе мы подключили
республиканское радио и телевиде-
ние. Теперь они регулярно ведут
специальные передачи по основам
теории и практики нравственного вос-
питания в грудовых коллективах,
адресованные как слушателям и пре-
подавателям народных университе-
тов, так и широкой аудитории.
Всего этого трудно было бы добить-
ся, если бы не постоянная забота
и внимание к этим проблемам со
стороны партийных и госу-
дарственных органов республики.
Секретарь ЦК Компартии Белоруссии
А. Кузьмин, заместитель Председате-
ля Совета Министров БССР Н. Снеж-
кова — председатель Совета на-
родных университетов республики
оказывают большую помощь на-
родным университетам нравственно-
го образования и воспитания. И на
местах организация и руководство
народными университетами, обсуж-
дение результатов их работы,
комплектование групп слушателей,
подготовка преподавательских кад-
НА АЛИНО КОЛЛ
ТРАКТОРНОМ
В. ЕВСЕЕВ,
специальный корреспондент
журнала «Наука и религия»
казалось, еще совсем недавно стояли
вдоль главного конвейера взволнованные
люди — шла сборка миллионного тракто-
ра. В том году страна праздновала свое
50-летие. А сегодня уже недалек день,
когда из заводских ворот выйдет двухмил-
лионная машина.
Без малого четверть века понадобилось
коллективу завода, чтобы дать стране
миллион тракторов. А на второй мил-
лион — чуть больше десяти лет.
Во всех уголках страны и более чем
в 70 странах мира без устали трудится на
полях трактор «Беларусь». И отовсюду
приходят о нем прекрасные отзывы. Он
воплотил в себе высокий уровень развития
науки и техники, выросшую квалификацию
работников завода и, что немаловажно, их
добросовестное отношение к труду, орга-
низованность, дисциплинированность, раз-
витое самосознание.
На заводе полным ходом идет внедре
ние автоматики, телемеханики, вычисли-
тельной техники. Уже сейчас специалисты
отмечают широкие масштабы применения
электроники. Из цехов с помощью
комплекса технических средств передает-
ся текущая информация в вычислительный
центр, где установлены четыре компьюте-
ра последнего поколения. А в 1985 году
сборочным конвейером также начнет уп-
равлять ЭВМ.
В этих условиях каждый работник до-
лжен соответствовать высоким требова-
ниям, предъявляемым современным про-
изводством.
Все, кто на заводе был причастен
к воспитательной работе, понимали, что
нужно по-новому строить обучение и вос-
питание, активнее внедрять новые формы.
И когда вышло постановление Минского
горкома партии о создании народных
университетов нравственного образования
и воспитания, такой университет был орга-
низован и на заводе. Сейчас его ректор —
заведующая кабинетом политпросвеще-
ния Елена Дмитриевна Гололоб
— На одном из заседаний парткома,—
рассказывает Елена Дмитриевна,— опре-
делили, кто будет учиться в народном
университете. Решили, что у нас на заводе
есть три категории работников, которых
нужно в первую очередь пригласить в на-
родный университет нравственного обра-
зования и воспитания: наставники, рабочие
педагоги, молодые специалисты. Почему
именно Они?
На предприятии 1300 наставников. Раз-
ное у них образование, а вот общее то, что
у всех мало специальных знаний в области
педагогики, психологии, логики. Это в по-
лной мере относится и к рабочим педаго-
гам, ведущим воспитательную работу
в заводских общежитиях.
Молодые специалисты, приходящие к
нам, имеют техническое образование
У многих из них есть задатки руководите-
ля,— их необходимо развивать. Мы ста-
раемся создавать руководящее звено из
заводских работников, тем более что здесь
у нас есть и свои традиции. Например,
недавно вышедший на пенсию наш дирек-
тор Петр Иванович Байков начинал
простым рабочим. Из мастеров и нынеш-
18
ров, анализ эффективности учебы —
все эти и многие другие вопросы ре-
шаются при активном содействии
городских, районных комитетов пар-
тии, партийных комитетов трудовых
коллективов.
Первые успехи в этой работе уже
очевидны Но мы знаем: есть еще
немалые резервы для развития и уг-
лубления данной формы образования
и воспитания трудящихся. В первую
очередь это касается установления
более четкого статуса университетов
данного профиля, повышения их
эффективности. У нас бывает, что
обычный лекторий по нравствен-
но-этической тематике называют на-
родным университетом, не имея для
этого серьезных оснований. Ведь на-
родный университет — это более
высокая ступень по сравнению с лек-
торием. Здесь есть и своя система,
и лекции читаются на более высоком
теоретическом уровне, и организация
занятий ближе к обычной учебной.
Так, проводятся консультации и семи-
нарские занятия, дискуссии и ито-
говые научно-практические конфе-
ренции, зачетные коллоквиумы.
В заключение слушатели пишут рефе-
раты, а затем получают соот-
ветствующий документ об окончании
народного университета.
Но для организации учебного про-
цесса на хорошем уровне необходима
серьезная подготовка лекторов, пре-
подавателей, руководителей на-
родных университетов нравственного
образования и воспитания.
Кроме того, думая о будущем, мы
обратились к Министерству высшего
и среднего специального образования
и Министерству просвещения респуб-
лики с просьбой ввести на старших
курсах вузов спецкурс «Актуальные
вопросы теории и практики идейно-
нравственного воспитания трудящих-
ся в условиях развитого социализма»
и увеличить количество мест в аспи-
рантуре по марксистско-ленинской
этике для подготовки кадров высокой
квалификации. К сожалению, до сих
пор эти министерства отказывают
нам, мотивируя это тем, что у них есть
свои задачи подготовки тех или иных
специалистов и пересматривать эти
планы нет оснований.
Не все у нас ладится и с постановкой
научно-методической работы. Мы
предполагали, что ее возьмут на себя
кафедры общественных наук вузов
в областных городах. Но на практике
многие из них ограничились тем, что
лишь посылали в народные универси-
теты лекторов, да и то не столь уж
систематически. А всю научно-мето-
дическую работу и большую часть
лекционного курса взял на себя актив
в трудовых коллективах — то есть
люди, не имеющие для этого доста-
точной подготовки. Тревожно, что
подобные факты мы видим в Минске,
в Витебской, Брестской и других
областях.
Изучая опыт работы университетов,
мы поняли, что и учебник, созданный
у нас, не совсем удовлетворяет слу-
шателей и преподавателей. Неко-
торые его разделы, как и учебные
планы и программы, построенные на
их основе, сложны, особенно для тех,
кто посещает факультеты рабочих.
Решение этой задачи, как и многих
других, стоящих перед университета-
ми нравственного образования и вос-
питания, дало бы нам возможность
значительно улучшить работу, более
того, уже сегодня начать обучение
многих руководителей этическим, пе-
дагогическим, психологическим осно-
вам управления и руководства на-
родным хозяйством. Сейчас ни у кого
не вызывает сомнения тот факт, что
найдена действенная и перспективная
форма воспитания. Естественно, как
во всяком новом деле, здесь есть свои
сложности. Важно без суеты и спешки,
но и не затягивая решения назревших
вопросов, заняться совершенствова-
нием работы народных университе-
тов. Наш опыт говорит: инициатива
и поддержка трудящихся, широкое
участие ученых-обществоведов, по-
стоянное внимание партийных и госу-
дарственных органов — вот та основа,
на которой должна строиться работа
народных университетов, в том числе
нравственного образования и воспита-
ния.
г. Минск
ний главный инженер Иван Иванович
Демченко.
Когда определили факультеты, стали
обсуждать кандидатуры деканов На эту
должность нужно было назначить работни-
ков инициативных, тех, кто умеет работать
с людьми, пользуется уважением и автори-
тетом у товарищей. Сегодня декан факуль-
тета наставников председатель совета
наставников завода Виктор Семенович
Казаков, факультета рабочих педагогов —
заместитель начальника ЖКО по идейно-
воспитательной работе с населением мик-
рорайона завода Галина Сергеевна Лапа,
факультета молодых специалистов — ин-
женер, председатель совета молодых
специалистов Валерий Иванович Голота.
На трех факультетах университета учат-
ся 215 человек. Программу занятий подго-
товило для н -с республиканское общество
«Знание». Естественно, некоторые раз-
делы программы были составлены с уче-
том особенностей нашего завода. В пер-
вую очередь это касалось факультетов
наставников и рабочих-педагогов. Ведь
главная задача — приблизить занятия к
производству к жизни. Здесь большую
помощь предприятию оказали преподава-
тели политехнического института, с ко-
торым у нас самые тесные контакты. Это
наш базовый институт, там есть факультет,
который готовит кадры для предприятия.
Сегодня в университете лекции чи-
тают преподаватели института и их коллеги
из других вузов, кандидаты философских
наук А. В. Шестакович, А. С. Киселев,
кандидат педагогических наук В. Г. Жак,
а также преподаватели кафедры педагоги-
ки института иностранных языков, ка-
федры культпросветработы Минского
института культуры и, конечно, специ-
алисты завода Например, главный инже-
нер И. И. Демченко, заместитель генераль-
ного директора по кадрам К. М. Каратай,
начальник бюро организации социалисти-
ческого соревнования А. К. Кольцов
Вот два года назад, осенью, 110 настав-
ников пришли на первое занятие в универ-
ситет. Александр Антонович Шалак —
кадровый рабочий. На заводе с 1950 года,
работает модельщиком.
— На мой взгляд,— говорит он,— то,
что наш цех стал инициатором наставни-
чества на предприятии, не случайно
Работа модельщика очень сложная и не-
легкая. Не каждый ее выдерживает. При-
дет, бывало, к нам человек, поработает
немного и говорит: «Не могу, тяжело». Да,
тяжело. Но специальность-то нужная. Ведь
и хлеб растить, и коров доить тяжело,
а нужно. Вот здесь и важен опыт старшего
товарища. Мы принимаем на работу нович-
ка, который ничего не умеет. Хорошо, если
парень стремится овладеть профессией,
стать мастером своего дела. Но, случается,
к нам приходят и такие, кто склонен «что
бы ни делать, лишь бы не делать».
Поэтому наша основная задача — при-
вить молодому человеку вкус к специаль-
ности, помочь ему овладеть наиболее
рациональными приемами работы. Все это
отражалось и в договоре, который
заключался между наставником и учени-
ком и, как правило, успешно выполнялся.
Казалось бы, все хорошо.
Но вот что порой нас, наставников,
волновало. Был у меня, например, ученик.
Парень способный. Специальность освоил
быстро. Работал неплохо. И в то же время
были в его характере черты, которые я не
принимал. Он мог проспать, прогулять,
имел весьма смутное представление о
своем месте на производстве, не интересо-
вался делами цеха
Вот так со всей остротой вставал перед
нами вопрос не только обучения, но
и воспитания. А с этим было много
сложнее. Ведь, в сущности, каждый из нас,
наставников, был специалистом в своем
деле, а в педагогике в лучшем случае
опирался на здравый смысл. Но, как
я сейчас понимаю, здравый смысл должен
подкрепляться и знаниями
19
Поэтому на занятиях в народном универ-
ситете наряду с постановочными лек-
циями: «КПСС о целях и задачах комму-
нистического воспитания молодежи»,
«Идейно-политическое воспитание рабо-
чей молодежи» — читаются и такие, ко-
торые должны пригодиться в практической
деятельности. Например, «Традиции про-
изводственного коллектива и молодежь»,
«Использование воспитательных функций
трудового коллектива», «Принципы обуче-
ния и воспитания молодых рабочих' под
руководством наставника», «Нравственное
воспитание и формирование разумных
материальных и духовных потребностей»,
«Специфика воспитания трудных под-
ростков».
— Возьмем такую тему, как воспитание
трудных подростков,— вступает в разго-
вор председатель совета наставников ме-
ханического цеха № 4 Валентина Нико-
лаевна Ильина. — Здесь уже говорилось,
что в идеале наставник не только пере-
дает секреты мастерства, но и воспиты-
вает своего подопечного.
Ясно, что самый главный воспитатель —
семья. Но коль уж так случилось, что семья
не смогла дат» нужное, мы, наставники,
должны восполнить этот пробел. Неред-
ко бывает, что ты для подростка и мать
и отец. Парень или девушка видят на
производстве много хорошего, но видят
и негативные моменты. Поэтому крайне
важно, чтобы они не разуверились в наших
ценностях, не стали циниками. Лучше
понять психологию подростка и помо-
гают нам занятия в университете.
Я сейчас вижу, как по-иному начи-
нают смотреть на своих воспитанников
многие мои коллеги. Ведь раньше, напри-
мер, любой поступок ученика, если он не
укладывался в наше понимание, вызывал
раздражение и желание избавиться от
такого подопечного Сегодня наставники
более четко представляют истоки характе-
ра таких ребят, знают, в каких случаях что
сказать, как воздействовать на подростка.
И еще один очень важный момент
Я могу с уверенностью сказать, что после
лекций во мне самой что-то изменилось
Занятия дали возможность посмотреть на
себя со стороны, чаще анализировать
собственные поступки, быть строже к себе.
Например, если подросток видит нашу
бесхозяйственность, расточительство, на-
рушения трудовой дисциплины, то у него
будет наверняка скептическое отношение
к призывам быть честным, бережливым,
аккуратным.
В чем-то близок факультету наставников
и факультет «Рабочие педагоги». Цель
у них общая, только идут они к ней
разными путями. Труд рабочего педагога
своеобразен и нелегок. В восьми за-
водских общежитиях живут свыше шести
тысяч человек Это люди не только разных
профессий и квалификации, но и разных
жизненных установок. И к каждому нужен
свой подход.
Жизнь в общежитии имеет свои особен-
ности, поэтому большое значение при-
обретает организация досуга. Стро-
ится вся воспитательная работа по перс-
пективному комплексному плану, который
утверждается в парткоме, комитете ком-
сомола. Мероприятия в общежитиях прово-
дятся каждый день. Вечера отдыха, тема-
тические вечера, устные журналы, книжные
выставки и, конечно, танцы. Вот и прихо-
дится воспитателю осваивать специальнос-
ти и школьного учителя, и культпросветра-
ботника.
Шесть лет работает воспитателем в
мужском общежитии Людмила Ивановна
Огородникова. И все эти годы она пытается
сделать так, чтобы хорошо и полезно
организовать досуг тракторостроителей.
Но вот что ее волнует Хотя планы
составляются и выполняются, многие
формы работы все же устарели.
— Поэтому,— говорит Людмила Ива-
новна,— университет нравственного обра-
зования и воспитания нам просто необхо-
дим. Например, в прошлом году мы
рассматривали тему «Диспут как массовая
форма культурно-просветительной ра-
боты». На других занятиях учились состав-
лять пригласительные билеты, анкеты для
диспута, обменивались опытом организа-
ции тематического вечера, устного журна-
ла, вечеров вопросов и отьетов Инте-
ресными были и теоретические занятия:
«Воспитание как процесс формирования
личности», «Принципы коммунистического
воспитания», «Коммунистическое отноше-
ние к труду, 'общественной собственнос-
ти — важнейшие принципы морали» и ряд
других
И вот отрадный факт: жильцы общежи-
тий отмечают, что значительно интереснее
проходят и вечера отдыха, и тематические
вечера. Например, всем очень понравился
вечер, посвященный Дню Победы,— «Они
защищали Родину». По-иному стали смот-
реть и на лекции. Вспоминаю, сколько
было желающих послушать цикл «Трактор
«Беларусь» — по странам и континентам».
Просматривая программу факультета
«Молодые специалисты», обращаешь вни-
мание на достаточно глубокую разработку
нравственно-этических проблем. Весь
первый год обучения посвящен теме
«Основы марксистско-ленинской этики».
Среди многих лекций выделяются такие:
«Марксистско-ленинская этика — научная
теория морали», «Сущность, специфика,
функции и структура морали», «Основные
категории марксистско-ленинской зтики»,
«Особенности профессиональной этики и
ее роль в нравственном развитии личнос-
ти».
Как видим, занятия построены таким
образом, что слушатели знакомятся внача-
ле с общими понятиями этики, а затем
рассматривают эти вопросы применитель-
но к конкретному современному произ-
водству. Так же обстоит дело и на втором
году обучения, только там основное вни-
мание уделяется идейно-нравственному
воспитанию. Здесь тоже обучение идет от
общих вопросов к частным. Вначале чи-
таются лекции: «Нравственные основы
современного образа жизни», «НТР и
проблемы нравственного воспитания»,
«Роль социалистического производствен-
ного коллектива в процессе нравственного
совершенствования личности». В дальней-
шем упор делается на такие темы, как
«Правовые и моральные основы трудовой
деятельности советского специалиста»
(этой теме было посвящено практическое
занятие), «Основные черты нравственного
облика советского специалиста». А вен-
чает занятия тема «Активная жизненная
позиция кек показатель нравственной зре-
лости личности».
Мария Николаевна Семенова работает
на заводе художником-дизайнером. При-
шла на предприятие три года назад после
вуза.
— Сказать, что занятия в народном
университете коренным образом измени-
ли меня,— рассуждает она,— не могу. Но
это хорошая информация к размышлению.
К примеру, могу с уверенностью сказать,
что знания, полученные в университете,
учат нас культуре труда. Можно привести
такой пример. У нашего трактора, как
известно, отличная репутация в мире. Но
эстетически до недавного времени он
оформлялся неважно. А ведь известно, что
производительность труда зависит и от
настроения, с каким работает человек.
Пахать, положим, приятно не только на
безотказной, но и на красивой машине.
Сегодня на тракторах кабина простор-
ная, теплая, с хорошим обзором. Увеличе-
но расстояние между фарами. Все это
придает машине иной, элегантный вид. Так
качество и красота дополняют друг друга.
И еще. Университет помогает нам
увереннее смотреть вперед. Среди тех,
кто ходит со мной на лекции, немало
ребят, имеющих задатки руководителя. Но
чтобы быть хорошим организатором про-
изводства, сегодня нужно многое не
только уметь, но и знать. Мне известны
случаи, когда некоторые из моих знакомых
не решились занять руководящую до-
лжность, считая, что у них нет задатков
руководителя. На самом деле, как я сейчас
понимаю, они просто не обладали зна-
ниями, нужными для работы с людьми.
От руководителя зависят и дисциплина,
и моральное состояние подчиненных. Для
этого мы и рассматриваем на занятиях
вопросы этики, психологии, педагогики.
Ну и, конечно же, мировоззренческие воп-
росы. Словом, соответствовать уровню
современного производства — это боль-
шое искусство, и мы стремимся овладеть
им
— Занятия в университете нравственно-
го образования и воспитания,— говорит
Елена Дмитриевна,— имеют и определен-
ную атеистическую направленность. С од-
ной стороны, это отражено в самих
программах. К примеру, на факультете
«Рабочие педагоги» одно из занятий посвя-
щено теме «Сущность и основные черты
коммунистического мировоззрения. Про-
цесс формирования коммунистического
мировоззрения Научно-атеистическое
воспитание».
С другой стороны, атеистический аспект
заложен в самой сути народных универси-
тетов. Наша задача — воспитание гармо-
нично развитого человека, сознательно
работающего на общее благо. И не только
хорошего производственника, но и обла-
дающего высокими идейными, нравствен-
ными качествами.
Нынешний учебный год мы начали
с изучения материалов июньского Плену-
ма ЦК КПСС. На всех факультетах занятия
прошли по единой теме, рассчитанной на
четыре часа: «Идеологическая работа —
дело всей партии, каждого советского
человека».
Безусловно, университет нравственного
образования и воспитания делает хотя
и уверенные, но все же пока первые шаги.
На этом пути еще немало недостатков,
трудностей. Но когда видишь, как быстро
заполняется аудитория, как внимательны
слушатели на лекциях, понимаешь, что
приходят они на занятия не для «галочки»,
а потому, что им это интересно и нужно,
понимаешь, что родилась новая, перспек-
тивная форма учебы, подсказанная самой
жизнью
20
ТЫСЯЧИ КНИГ написаны о том, как
люди искали клады, но о том, каким
способом извлекали они их из зем-
ли,— единицы. Стивенсон, Брет Гарт,
Эдгар По — все, кто писал о кладоис-
кателях, утверждали в один голос.
МДД1Ы1
дали о первоначалах. Для них это был
не отвлеченный вопрос. В зависимос-
ти от того, «что от чего пошло»,
решалось происхождение всего суще-
го, в том числе и полезных иско-
паемых. Вода, земля, воздух, огонь —
Природа
и разум
РАСТВОРАХ
главное —• наити сокровище, отыскать
«заветное место», остальное — при-
ложится.
Пока на нашей планете не стали
иссякать богатые залежи руд, не было
и проблемы их извлечения. Где разра-
батывали месторождение открытым
способом и добывали руду, как ка-
мень, где забирались поглубже, стро-
или рудники. Но вот в середине
нашего столетия обнаружилось: бо-
гатых руд становится все меньше
и меньше. И в переработку пошли
руды, на которые еще недавно горня-
ки даже смотреть не хотели. Однако
выуживать из таких руд полезные нам
вещества — дело сложное и дорогое
Вот и выбирай — «процеживать» бед-
ную руду или лезть за богатой
глубоко в недра. Ведь для того
и сверхглубокое бурение — посмот-
реть, нет ли сокровищ на глубине
5—7, а то и 10—12 километров...
За последние 30 лет объем добыва-
емого сырья увеличился во всем мире
в 13 раз. А стоимость его извлечения
из недр — едва ли не в 130. Вот отчего
дорожает, например, металл, как,
впрочем, и нефть, газ,— да все виды
сырья.
Что же так будет продолжаться
и дальше? Неужели нельзя ничего
придумать чтобы остановить этот
процесс?
Отчего же все-таки столь трудно
стало добывать руду?
В основном оттого, оказывается, что
ее поднимают наверх в виде кусков.
Вся современная добывающая техни-
ка — экскаваторы, горные комбайны,
электровозы, самосвалы, подъемни-
ки,— вся она предназначена для того,
чтобы откалывать от породы и пере-
мещать эти куски. А чем глубже, тем
естественно, труднее вытаскивать их
на поверхность. Но разве свет клином
сошелся на кусках? Ведь еще в «доис-
торические» времена, когда в помине
не было ни физики, ни химии, человек
придумал, как переводить некоторые
полезные ископаемые в жидкое сос-
тояние прямо под землей и выкачи-
вать их оттуда через скважины. Не-
льзя ли усовершенствовать этот метод
и поставить его на современные
рельсы? Не получится ли проще
дешевле и эффективнее традицион-
ного вытаскивания кусков? Но счачала
надо представить себе, что же делает-
ся в глубинах Земли, как складыва-
лись там полезные ископаемые.
...Древнйе мыслители часто рассуж-
Горное дело, или добывание при-
родных богатств из недр нашей пла-
неты,— одно из древнейших занятий
человека. Преодолевая суеверные
страхи перед неведомыми силами, та-
ящимися в глубинах земли и по-
казывающими временами свой грозный
лик, разгадывая их природу1, человек
упорно исследовал и разрабатывал
подземные кладовые. При этом века-
ми, тысячелетиями считалось, что эти
кладовые неисчерпаемы, что бог, дав
человеку в пользование Землю, в пол-
нейшем достатке «нашпиговал» ее
недра необходимым для людей
сырьем, которого хватит на вечные
времена.
Сегодня уже ясно: сокровища Земли
огромны, но, увы, не бесконечны.
Современным «кладоискателям» при-
ходится забираться все глубже и глуб-
же, ломать голову над тем, как ра-
циональнее, по-хозяйски использовать
найденное. Проблема недр планеты,
или, говоря экономическим языком,
сырьевых ресурсов, в наши дни — одна
из глобальных проблем, стоящих перед
человечеством Тесными узами она
связана с другой чрезвычайно актуаль-
ной проблемой — с охраной окру-
жающей среды
И человек здесь давно уже не
надеется на «промысл божий». Он все
активнее начинает заботиться о ра-
циональном, хозяйском подходе к при-
роде. В нашей стране это дело постав-
лено на общегосударственную основу.
Вспомним, к примеру, что указание на
необходимость комплексного освоения
месторождений полезных ископаемых,
не допуская их потерь при добыче
и переработке, помещено в Основных
направлениях развития хозяйства СССР
на 1981—198S годы в разделе «Охрана
природы».
Там же, в Основных направлениях,
говорится и о конкретных методах,
позволяющих решать эти проблемы во
всеоружии самых последних достиже-
ний науки и техники: «Совершенство-
вать технологию добычи и переработки
руд и концентратов, повысить
комплексность и полноту использова-
ния минерального сырья, ускорить
внедрение... гидрометаллургических,
микробиологических и других эффек-
тивных технологических процессов...»
О некоторых из этих процессов, в том
числе о микробиологических (не прав-
да ли, удивительное сочетание — мик-
робиология и горное дело, микро-
биология и металлургия! |, рассказыва-
ется в публикуемой ниже статье.
’ См.: А. Козырев. Укрощение горного
духа «Наука и религия», 1981, № И, стр.
26.
J См..- И. Фролов. Заботы всего челове-
чества. «Наука и религия», 1981, № 1, стр.
20
разве совершенно безосновательна
гениальная догадка греческих фило-
софов, выводивших из этих первона-
чал все сущее? Ведь когда-то, при-
мерно четыре миллиарда лет назад,
именно в неостывшеи еще коре нашей
планеты текли кипящие реки. А в них
были растворены металлы, соли и
другие вещества. Реки сливались, впа-
дали одна в другую. На месте их
слияния образовывались скопления
различных химических элементов,
выпадавших в осадок. Одни реки
остывали, другие превращались в пар.
И там и тут тоже что-то выпадало
в осадок — образовывалось, как гово-
рят геологи, рудное тело — очеред-
ной подземный клад
Ученые давно установили: золото,
серебро, олово, цинк, марганец и
многие другие металлы следует ис-
кать на древних путях движения таких
подземных потоков Но вот залежь
найдена. Как извлечь руду на повер-
хность с наименьшими потерями?
Чтобы решить это, надо хорошо знать
«биографию» месторождения: отку-
да родом сама руда, откуда ее «пред-
ки» — вода, земля и огонь Тогда ста-
нет ясен характер месторождения,
его особенности — все, что можно
ожидать от него.
Ученые научились создавать в ла-
бораторных условиях модели хими-
ческой обстановки, которая была мил-
лиард или два миллиарда лет назад.
Те же кипящие потоки, те же химичес-
кие превращения, в колбах бурлят
такие же растворы, из которых состо-
яли первые подземные реки. Регуля-
тор давления, холодильная установка,
еще кое-какие приборы — и модель
готова. Изменяя температуру, давле-
ние, кислотность и прочие свойства
раствора, химики постепенно выде-
ляют содержащиеся в нем вещества.
Теперь уже нетрудно догадаться, как
они накапливались — как зарожда-
лись железные, марганцевые, медные
и другие руды. Словом, как происхо-
дило и происходит выпадение метал-
лов в осадок,— ясно.
Можно смоделировать и обратный
процесс — как бы повернув ход при-
родных событий вспять: растворить
твердое вещество или превратить его
в пар, а потом попытаться завладеть
осадком или охладившимся конденса-
том Соль, например, нетрудно
растворить в горячей воде. А желез-
ную руду? Тут не обойдешься без
кислот, а может, и без особых бакте-
21
рий. Да, бактерий! Впрочем, о них
немного погодя. Сейчас нам важно
усвоить основное, что хотят химики,
или, точнее, геотехнологи. А хотят они
превратить руду в рассол, в «продук-
тивный флюид» и выкачать этот
рассол из-под земли
В лаборатории все это получается
прекрасно. Но в реальной обстанов-
ке— тьма препятствий. Оказывается,
например, что под землей «не хватает
герметичности». Загерметизировать
рудную залежь искусственно? Попро-
бовали нефтью и мазутом. Получи-
лось, но лишь в небольшом объеме;
вдобавок, нефть и мазут безвозврат-
но потом пропадают. Выгоднее ока-
зался взрыв. Силу его направляют в
нужную сторону, а затем измельчен-
ной породой забивают все поры
и трещины в горной массе — «ретор-
та» готова, требуемые для геотехно-
логической добычи условия созданы.
Что же дальше?
Опыты показали: залежи лучше
брать не в лоб, а в обход. Если мы
начнем сразу закачивать под землю
растворитель, результат будет весьма
скромен. Ни кислота, ни щелОчь не
в состоянии сразу вытеснить из плот-
ной породы столько металла, сколько
нам хочется. Породу надо сначала
измельчить и рассортировать. Сде-
лать такое может лишь вода.
Это на первый взгляд простейшее
химическое соединение способно при
соответствующей обработке Приоб-
ретать самые поразительные
свойства. Достаточно, например, про-
пустить ее через магнитное поле, как
она прямо под землей начнет отде-
лять металлические соединения от
неметаллических. А если в нее доба-
вить так называемые поверхностно-
активные вещества — она будет из-
мельчать породы не хуже взрывчатки
Сначала вода покрывает породу це-
лой' сетью трещин, затем проникает
в них и превращает твердейший
гранит Или гнейс в рыхлый материал.
Новое, как известно,— хорошо
забытое старое. Еще китайские хро-
ники сообщали, что тысячи лет тому
назад, до нашей эры, люди умели
растворять каменную соль под зем-
лей и выкачивать ее растворы через
скважины. В XII веке между совре-
менным Ростовом Ярославским и
Костромой были найдены мощные
соляные залежи. Для обычных тогда
разработок место было неблагопри-
ятное при паводках и дождях Подни-
мались грунтовые воды и все заливало
водой. И тогда догадались не копать
соль, а вымывать. Осушили неболь-
шое озеро, находившееся в нижней
части склона, прямо под самой за-
лежью. Перегородили стекавшие в
него ручьи и прорыли для них новые
русла. Вода перестала стекать «Попус
ту», а начала размывать соляной пласт
все глубже и глубже. Рассолы с!екали
в котловину бывшего озера, где их
22
для выпаривания распределяли по
заранее вырытым «лиманам».
Современный вариант этой техно-
логии родился лет 50 назад. Амери-
канский инженер Тремп придумал
способ, благодаря которому пода-
ваемая в скважину вода оказывала
воздействие на соляные пласты не
в вертикальном, а в горизонтальном
направлении Необходимость в этом
была очевидна: если вода воздейству-
ет только по вертикали, может
раствориться верхняя часть залежи
и буровая установка провалится. Вода
может размыть и дно «реторты» —
тогда рассол перестанет идти наверх.
Чтобы вода не размывала «крышку»,
под нее накачивали воздух или мазут,
а чтобы не размывала «дно»,— защи-
щали его образующимися рассолами.
Все было хорошо, но рассолы частень-
ко не желали подниматься по трубам
вверх. Оказалось, что Тремп не
учитывал всех свойств залежи и тон-
костей подземной обстановки. Со-
ветские ученые П. А. Кулле и
П. С. Бобко предложили подкислять
воду или, наоборот, делать ее более
щелочной, и пласты стали податливее,
метод подземного растворения об-
рел новую жизнь.
Интерес, который люди во все
времена проявляли к месторожде-
ниям минеральных солей, понятен.
Без них не обходятся ни пищевая
промышленность, ни сельское хо-
зяйство, ни химия. С поваренной
солью, или хлоридом натрия, мы
имеем дело ежедневно. Но не менее
важны и необходимы калийные со-
ли — сырье для ценнейших удобре-
ний. Особенно нуждаются в них почвы
Нечерноземья, которым калия не
хватает. Методом подземного раство-
рения калийные соли добывают у нас
на двух крупнейших месторождени-
ях — Старобинском и Карлюкском.
На очереди — соляные пласты Бело-
руссии. Выполнение Продовольствен-
ной программы, намеченной майским
(1982 г.) Пленумом ЦК КПСС, потре-
бует скорейшего распространения
этого эффективного метода.
Но растворять можно не только
соли. Хорошо переводятся в жидкое
состояние биошофиты — ценное
сырье, из которого получают магний,
бром и другие вещества. И дело тут не
только в простоте технологии: про-
дукт получается много чище, чем если
бы его подняли из шахты или выкопа-
ли в карьере.
Но список минералов, раство-
ряющихся в воде, невелик. Боль-
шинство из них приходится выщелачи-
вать кислотами.
У выщелачивания тоже есть своя
история. Впервые этот способ приме-
нили в XVI веке в Испании. Тогда
испанской державе, притязавшей на
мировое господство, требовалась
множество металлов, в том числе
и цветных. Из сплавов меди отливали
пушки, из золота и серебра чеканили
монеты. Но грабить американских
индейцев оказалось дешевле и про-
ще, и выщелачивание заглохло. Ожи-
ло оно лишь в 1924 грду в Мексике.
А промышленное использование это-
го способа началось только в 1939 го-
ду — на уральском месторождении
медноколчеданных руд. Руду через
скважины орошали кислотой и полу-
чавшийся раствор откачивали на по-
верхность.
Постепенно сложилось три вариан-
та добычи выщелачиванием. Если
кислота хорошо фильтруется через
породу — все идет по классической
схеме: в одну скважину заливают кис-
лоту, из другой откачивают
флюид. На небольшом участке соз-
дается подобие той подземной реки,
которая некогда и образовала эту
залежь. Если же перед горняками
монолит, который одной кислотой не
проймешь, горняки прибегают к
электролизу — кислота ведь превос-
ходный электролит. Сооружают со-
ответствующие электроды и под-
ключают к ним источник постоян-
ного тока. В рудном теле начинается
реакция: ионы с положительным за-
рядом скапливаются вокруг катода,
ионы с отрицательным зарядом —
вокруг анода. Мало-помалу от моно-
лита не остается и следа — рассосал-
ся
Но геотехнологов интересуют не
только подземные клады. Иногда
сокровища лежат у нас прямо под
ногами — в отвалах горных вырабо-
ток, в отходах обогатительных фаб-
рик. В этом случае применяется
третий вариант выщелачивания. Ря-
дом с отвалом роют неглубокий
коллектор. Из него на «пустую» поро-
ду низвергается душ из различных
кислот, а в специальную траншею
стекает раствор, содержащий ме-
таллы, которые не удалось извлечь из
этой породы обычным способом.
Как видим, технология выщелачива-
ния довольно проста. И не случайно
пятую часть медных концентратов,
например, уже добывают именно
таким способом.
Кислота—мощный растворитель.
Это ей обязаны своей цепкостью
растущие на скалах деревья и кустар-
ники. Мягкие и гибкие их корни
выделяют кислоту, которая «точит»
граниты и базальты. Но что кислота по
сравнению с бактериями! Они не
точат скалу, а буквально поедают
ее. Вот почему горняки теперь заня-
лись разведением микроорганиз-
мов. Им даже удалось вывести новые
их разновидности. Одни бактерии
хорошо чувствуют себя в Заполярье,
другие — только в средней полосе;
одни предпочитают сухие районы
другие — влажные.
Многие годы на Кольском полу-
острове ведется опытно-промышлен-
ное бактериальное выщелачивание
полиметаллических РУД- Специ-
ализированные бактерии извле-
кают из породы соединения меди,
никеля, железа. Но в состав полиме-
таллических руд входят и золото,
серебро платина, металлы благо-
родные и весьма инертные. Золото,
например растворяется только в
царской водке — Смеси азотной и со-
ляной кислот. Оставлять благородные
металлы под землей жалко, а извле-
кать их из твердой породы очень
трудно и невыгодно — концентрация
их в руде не превышает доли процен-
та, да они к тому же растворены
в других металлах.
Долго не знали, как же быть
с благородными металлами, пока
ученые из.Института микробиологии
АН СССР не обнаружили, что в горных
породах и подземных водах живут
особые бактерии, «умеющие
добывать» золото, растворенное в
ртути, меди и других металлах. Бак-
терии-старатели неприхотливы. Един-
ственное, что им надо,— чтобы
«материал» был рыхлым. Поэтому
в пласт сначала закачивают воду
с поверхностно-активными вещества-
ми, а Потом — бактерии. Месяца
через три из-под земли можно отка-
чивать раствор: в каждом его литре
содержится не меньше десяти мил-
лиграммов золота...
Но солью, медью, благородными
металлами сфера современной гео-
технологии не ограничивается. Мало
кто знает, что сегодня уже почти всю
добываемою серу тоже выкачивают
из-под земли, как нефть.
В конце прошлого века на берегу
Мексиканского залива были открыты
уникальные залежи серы. Тут же
возник вопрос: строить ли шахту на
заболоченных берегах, или сначала
осушить их? Выяснилось, что и то
и другое влетит в копеечку. Дешевле
привозить серу из Европы.
А нельзя ли сначала растворить
серу, размышлял американский инже-
нер Фраш а затем по трубам откачать
наверх? Ведь сера имеет низкую
температуру плавления — всего
115 градусов. Расплавить ее можно
водой, нагретой под давлением до
150 градусов. Эксперты были про-
тив — так еще серу нигде не добыва-
ли. Но Фраш был упрям, и вскоре на
болотистом берегу выросла буровая
вышка. Опыты длились долго, но
в конце концов настал день, когда из
недр вырвалась золотисто-коричне-
вая струя жидкой серы.
Фрашу неслыханно повезло. На
побережье Мексиканского залива се-
ра залегает в виде грандиозных
герметичных куполов. В них при
подаче перегретой воды сам собой
образуется тепловой котел, где сера
и плавится. Ни вода, ни тепло не
расходуются впустую: на выплавку
тонны серы требуется каких-нибудь
десять кубометров воды.
После Мексики подземную выплав-
ку серы попытались освоить на рудни-
ках Сицилии. Но ничего не вышло.
А вскоре выяснилось, что способом,
который предложил Фраш, можно
извлечь из месторождения лишь по-
ловину его запасов. Способ предали
забвению.
Вторым рождением подземная
выплавка серы обязана исследова-
ниям советского ученого В. Ж. Арен-
са и его колег из Государственного
научно-исследовательного института
горно-химического сырья. Советские
ученые выяснили все сильные и
слабые стороны метода, усовер-
шенствовали его и испробовали в При-
карпатье и Туркмении. Оказалось, что
из месторождения можно извлечь
уже 70 процентов серы. И вот сегодня
добыча серы в шахтах, чреватая
взрывами, пожарами, ядовитыми
выделениями, практически прекраще-
на. Если она залегает глубоко, геотех-
нологические методы ее добычи —
вне конкуренции.
Но на этих методах геотехнологи
не остановились. Они задались новым
вопросом, а что если минеральное
сырье переводить под землей не
в жидкое, а в газообразное сос-
тояние? Такой продукт и хранить
и транспортировать легче, да и окру-
жающая среда страдать не будет.
Возьмем, к примеру, уголь. По мне-
нию специалистов, к середине XXI
века его доля в общем балансе
топлива вырастает до 60 процентов.
Но разраббтка угольных месторожде-
ний таит в себе угрозу всей природе:
огромные горы-терриконы, черная
пыль, ядовитые продукты сгорания.
Да и сама добыча угля в шахтах —
дело небезопасное.
Идея превращения угля в газ прямо
под землей возникла давно—она
поинадлежит Д. И. Менделееву, вы-
сказавшему ее в 1888 году. Спустя
четверть века английский химик Уиль-
ям Рамзай предложил проект под-
земных газогенераторов. В то время
уголь царствовал в экономике, и
проект английского ученого по-
двергся живейшему обсуждению.
К идее Рамзая с сочувствием отнесся
В И. Ленин. В статье «Одна из вели-
ких побед техники», написанной в
1913 году, Ленин указал на возмож-
ности, открывающиеся перед челове-
чеством в связи с газификацией угля
Сегодня в нашей стране на таком газе
работают три электростанции — под
Москвой, в Средней Азии и в Кузбас-
се. В 1976 году американцы, купив
у нас лицензию, построили станцию
подземной газификации в Техасе.
Геотехнологи подключают к уголь-
ному пласту мощный источник тока.
Огненная дуга пронзает пласт и раска-
ляет его. Находящийся под сильным
давлением пласт не загорается, а как
бы испаряется — превращается в газ.
Его улавливают и заставляют рабо-
тать.
Тот же способ был испробован и на
горючих сланцах. Впервые атака на
них была предпринята в 40-х годах
в Швеции. Тогда считалось, что доста-
точно сильно нагреть сланец, и он
начнет превращаться в газ. Все оказа-
лось сложнее При электронагреве
сланцев выделялся не только газ, но
и смолы и множество негорючих
веществ. Да и самого газа выделялось
значительно меньше, чем ожидали,
Но идея газификации сланцев жива.
В Эстонской ССР ведутся обнадежи-
вающие эксперименты.
Научившись создавать высокие тем-
пературы глубоко под землей, геотех-
нологи приступили к добыче ртутных,
мышьяковых и других паров. Выгода
здесь очевидна, так как эти пары
представляют собой вещества в столь
чистом виде, что их можно пускать
в дело без всякой дополнительной
обработки.
Как видим, современная геотехно-
логия предлагает нам весьма простые
и эффективные способы добычи по-
лезных ископаемых. Но не только это!
Там, где они применяются, окру-
жающая среда остается в неприкосно-
венности: плодородный почвенный
слой не тронут, вокруг — ни отвалов,
ни терриконов.
Конечно, необдуманно прове-
денные плавки, выщелачивание или
растворение могут вызвать образова-
ние опасных пустот в грунте. А это
ведь угроза природе. Да и кислоты,
бактерии, поверхностно-активные ве-
щества — тоже при известных об-
стоятельствах не безопасны. Но все
это можно контролировать и предус-
мотреть. Пример тому — замкнутая
технология выплавки серы. Воды, по-
днимающиеся с серой наверх, очи-
щают от сероводорода и солей и зака-
чивают обратно в скважину. Что же
касается больших пустот, которые
образуются при растворении солей,
то их можно с успехом использовать
в качестве хранилищ воды или нефти.
Такие проекты уже разработаны.
Медь и никель, серу и уран, нефть
и фосфориты — уже 30 элементов
и соединений добывают сегодня ме-
тодами геотехнологии В стадии по-
лупромышленного освоения — зале-
жи соды, глауберовой соли, цинка,
свинца, золота. Список этот с каждым
годом растет. Специалисты считают,
что к XXI веку геотехнология займет
одно из ведущих мест среди тра-
диционных способов добычи иско-
паемых, а потом, вытеснив шахты
и карьеры, сделается основным спо-
собом.
Разум человеческий ищет и находит
весьма эффективные способы исполь-
зования природных богатств без нару-
шения природного равновесия. Разви-
тие знаний и практики в этой сфере
убедительно показывает: утвержде-
ния современных теологов о разграб-
лении грешными людьми божьего
мира и грядущем его апокалиптичес-
ком конце несостоятельны.
23
Религия,
церковь,
верующий
Г. СНЕСАРЕВ,
кандидат исторических наук
В XIII—XIV веках в Хиве жил
крупный поэт-мыслитель
Пахлаван Махмуд. Еще его
называли Палван-ата, потому
что он прославился и как
борец, победивший многих соперни-
ков на традиционных соревнованиях
в Хорезме и в других краях (палван —
значит «борец»). Поэтическая сла-
ва его шагнула далеко за пределы
Хорезма, но он, как и его отец,
занимался еще и скорняжным ремес-
лом. В условиях феодальной Средней
Азии такое встречалось часто. Исто-
рик Мир Мухаммед Амин-и Бухари
(первая половина XVIII в.)
рассказывал о знаменитых поэтах
Начлло этого цикла см. а № 8 («Султан-Ваис»)
и  № 10 («Хазрет Али»).
времени правления Убайдуллы-хана:
«украшенный остроумием избранник
времени» мулла Фитрат был выши-
вальщиком золотом, а мулла Мулхам,
«двустишные поэмы которого по-
добны скрытым жемчужинам», по
профессии — «отделыватель внут-
ренности домов, заработком от этого
он и содержит себя». Мулхам, по
словам автора, «не ведет образ жиз-
ни, свойственный поэту, и продажею
своих стихов не занимается»'. Надо
полагать, что вдали от ханского двора
и сановных кругов, в заштатной Хиве
(столицей ханства она стала гораздо
позже) поэтическое творчество не
могло прокормить и Пахлавана Мах-
муда, надежней было скорняжное
ремесло.
Ничего удивительного нет и в том,
что скорняк Махмуд из Хивы занимал-
ся курашем — борьбой, самым попу-
лярным в Хорезме и любимым на-
родным видом спорта. Даже ученики
Мавзолей Пахлавана Махмуда в Хиве.
мусульманских учебных заведений,
будущие муллы и казии, не оставались
в стороне. Без кураша не обходился
ни один той — пир, никакое семейное
празднество. Прославившиеся борцы
вели бродячую жизнь, поединками
увеселяя участников тоев в Хорезме
и за его пределами.
Однако ни поэтический талант на-
шего героя, ни ремесло скорняка, ни
его увлечение борьбой не могут
объяснить, почему он, Махмуд из
Хивы, был причислен к мусуль-
манским святым и стал среди них
одним из самых почитаемых. Его
биография скорее противоречит это-
му факту. Ведь он не относился ни
к деятелям ислама, ни к феодальной
знати, заботившейся о своей канони-
Мир Мухаммед Амин-и Бухари. Убайдулла-
наме (перевод А. А. Семенова). Ташкент, 1957,
стр. 306—307.
24
зации. Не был он и суфийским
авторитетом, которыми активно по-
полнялись мусульманские святцы. Ра-
зобраться, почему хивинский скорняк
и поэт стал популярным святым,
непросто.
Несомненно, что канонизация про-
изошла через много лет после его
смерти. А великолепный мавзолей
Пахлавана Махмуда, с его голубым
куполом, известный сегодня каждо-
му, кто побывал в заповедной Хиве,
построен Над его скромной вначале
усыпальницей почти через 500 лет
после того, как он был здесь похоро-
нен.
Эта гробница вплоть до недавнего
времени привлекала паломников со
всего Хорезма. Старики шли приоб-
щиться к святости этого места; жен-
щины несли больных детей или на-
деялись «вымолить» себе ребенка;
невесты накануне свадьбы припадали
к порогу усыпальницы, прося у Мах-
муда благословения на брак
В Хорезме любят легенды об этом
святом, передают из поколения в по-
коление, их можно услышать и на
левом и на правом берегу Амударьи,
и в дельте реки, и в горах Султануиз-
дага. И все же Палван-ата — по пре-
имуществу святой города Хивы и его
окрестностей.
Обратимся к услышанным леген-
дам и попытаемся хотя бы частично
подвергну ь их анализу, чтобы понять,
как, по чьей воле Пахлаван Махмуд
сделался Мусульманским святым.
Вот одна из самых популярных
в Хорезме легенд о Палване-ата, ее
нам обстоятельно изложил уже упо-
Хива. Вид с минарета Саидбая.
минавшийся мулла Садулла Рахматул-
лаев из Ханки.
Падишах Рума (Византии. — Г. С.} устра-
ивал празднество. Заранее были припа-
сены золотые и серебряные блюда для
плова — их после пира должны были
раздать гостям. Падишах пригласил и хи-
винского хана, который приехал в сопро-
вождении музыкантов, певцов, скоморо-
хов и борцов — палванов. Во время пира
хозяин объявил, что утром будут состя-
заться борцы.
С хивинским ханом приехал и Палван-
ата. После пира он пошел на кладбище
к мазару, чтобы помолиться Он просил
бога даровать ему победу в утренних
состязаниях. Тут он увидел старуху, кото-
рая билась головой о землю, плакала
и молилась. «О чем вы молитесь?» —
спросил ее Палван-ата. «Есть у меня
единственный сын,— отвечала она,— он —
палван, борец, этим зарабатывает на наше
пропитание. И вот приехал палван хи-
винского хана, и если мой сын завтра
проиграет, я лишусь своего добытчика.
Я молюсь о том, чтобы сын мой завтра
победил».
Жалея старуху, Палван-ата подумал, что
ему не следует молиться о своей победе,
и ушел...
Утром собрался народ в назначенном
месте, сюда же пожаловал хозяин тоя
и падишах, — его гости со своими свита-
ми. Среди палванов был и сын старухи;
против него вышел Палван-ата и подумал:
«Я решил проиграть, но прежде покажу
народу свою силу». И он поднял своего
противника и отбросил его в сторону на
сорок шагов. Потом они снова сошлись.
Палван-ата нарочно упал на одно колено
и оказался побежденным.
Рассерженный хивинский хан дал знак,
чтобы Палван-ата покинул празднество
Тот ушел как был — в безрукавке и накину-
том халате, а в кармане лежал ярлык —
свидетельство с печатью, удостоверяющее
его личность.
До поздней ночи он бродил по городу
в поисках ночлега. От большого байского
дома его прогнали слуги. Он пошел
дальше и увидел маленький дом. Собака
не тронула его, и он вошел. Это был дом
музыкантов и танцоров. Одна из танцов-
щиц спросила Палвана-ата, кто он и зачем
здесь оказался. Он рассказал и попросился
переночевать. Люди, населявшие этот
квартал, были родом из Хорезма, откуда
переселились лет 60—70 назад. Палван-ата
решил остаться жить среди них.
Прошли годы, и постепенно всем стало
известно, почему Палван-ата проиграл
в том знаменитом состязании. Румский
падишах одобрил поступок борца и напи-
сал о нем хивинскому хану. Тот приказал
визирю отыскать палвана. Соорудили спе-
циальную лавку с подарками и возглаша-
ли: «Если есть среди вас палван, проиграв-
ший на тое у румского падишаха, пусть
придет и получит подарки». Но никто не
откликнулся. Один очень старый человек
сказал, что Пзлван-ата на родину не
вернулся.
После долгих поисков нашли дом
музыкантов и танцоров, где с тех давних
пор жил Палван-ата. Посланцы хана хотели
сразу забрать его в Хорезм, но бывшая
танцовщица их остановила. «Вы поедете
к хану,— сказала она Палвану-ата,— стане-
те большим человеком. А как же мы?
Просите 60 арб, чтобы перевезти в Хорезм
всех, кто когда-то покинул его и живет
здесь». Так и сделали. Палвана-ата пригла-
шали сесть на верблюда, но он отказался
и пошел пешком.
Когда достигли первого хорезмского
поселения, Палван-ата предложил всем,
кто ехал с ним, разойтись и искать свои
прежние дома. С ним остались пять-шесть
семейств. Своим большим посохом Пал-
ван-ата разрубил скалу на берегу Аму-
дарьи и двинулся в сторону Хивы, а за
посохом, который он волочил за собой, из
реки потекла вода — так возник канал
Палван-яб. В шести верстах от Хивы они
повстречали жителей кишлака Зери-шай-
ган, которые сказали, что не позволят
Палвану-ата волочить посох по их земле
и сами будут рыть канал. Тогда взял
25
Палван-ата свой посох на плечо и проклял
жителей кишлака. С тех пор, начиная
с этого места, арык приходится каждый год
копать заново. Палвана призвали к хану, он
предъявил свой ярлык и стал в Хиве
большим человеком, поэтом.
Житель небольшого кишлака неда-
леко от Хивы мулла Юсуф Атаджанов
рассказал нам другую легенду.
На месте Хивы когда-то была пустыня.
После того как старый Ургенч был разру-
шен, люди разбрелись в разные стороны.
В числе их была и будущая мать Палвана-
ата, ожидавшая в то время ребенка,— она
родила его недалеко от Хивы. Палвану-ата
было всего 15 лет, когда он начал высту-
пать как борец. Однажды он победил
силачей далекого чужеземного владыки
(вероятно, того самого румского падиша-
ха. — Г. С.). «Проси, чего ты хочешь»,—
сказал владыка Палвану-ата. «Дай мне
столько людей, сколько вместит один хам
(то есть шкура одного быка)»,— ответил
Палван-ата. Владыка согласился и приказал
принести шкуру быка. Палван-ата взял нож
и разрезал шкуру быка на множество
тонких ремешков, связал их и натянул
вокруг вбитых в землю колышков, полу-
чился огромный круг. Тех, кто вошел в этот
круг, Палван-ата и увел с собой в сторону
Хивы. А от Амударьи до Хивы он тащил за
собой свой посох, чертя линию, по которой
чудесным образом вслед за ним потекла
вода нового канала. Люди, прибывшие
с Палваном-ата. и образовали население
Хивы.
Существует и другая легенда о том,
как появилась Хива.
Шам (библейский Сим), сын Нуха (Ноя),
построил этот город в форме корабля, и он
постоянно качался, как бы на волнах.
А потом с неба был сброшен Палван-ата —
в качестве балласта, и город перестал
качаться, а Палван-ата сделался пиром
(патроном) Хивы.
В Хорезме мы слышали множество
вариантов легенд, связанных с обра-
зом Палвана-ата. При всей своей
популярности они, однако, не дают
ответа на вопрос, почему именно этот
скорняк, борец и поэт сделался
святым — покоовителем Хивы. Не-
сомненно лишь, что не он, так кто-то
другой непременно получил бы титул
городского святого. Хиве с того вре-
мени, как она стала столицей ханства
и затем — резиденцией кунгратских
ханов, необходим был свой святой —
патрон города и правящей династии.
Такого рода покровительство — явле-
ние, характерное для Средней Азии.
Патроном Самарканда был Кусам-
ибн-Аббас, его гробница — мавзолей
Шах-и-Зинда красуется в городе и се-
годня. В Бухаре (X в.) династическим
святым был канонизированный прави-
тель Исмаил Самани, позднее — шейх
Накшбенди. Покровителем Гурганджа
избрали суфийского шейха-мученика
Неджм-ад-дина Кубра. Помимо
крупных, если можно так сказать,
«государственных» святых-патронов,
своими святыми-покровителями обза-
водились отдельные города того же
Хорезма. Вообще святилище — один
26
из непременных элементов зарожде-
ния города в Средней Азии.
Можно со всей определенностью
сказать, что канонизация хивинского
поэта целиком вытекала из политичес-
ких потребностей господствовавших
классов феодального Хорезма: как
и повсеместно на мусульманском
Востоке, свой доморощенный святой-
покровитель был идейным олицетво-
рением власти местных правителей
Канонизация исторически досто-
верных лиц к тому времени давно
вошла в традицию, а Пахлаван Мах-
муд оказался удобной кандидатурой:
слава его как поэта и борца
распространилась далеко за пределы
Хорезма, и ее требовалось лишь
переключить в иную, религиозную
сферу.
О позднем утверждении этого
персонажа в хорезмской агиологии
убедительно свидетельствует история
мавзолея Пахлавана Махмуда в Хиве.
В ближайшие столетия после смер-
ти хивинского поэта и скорняка (он
умер около 1326 года) его усыпальни-
ца ничем особенным не выделялась
По преданию, ее построили из его
скорняжной мастерской, и, как пред-
полагают специалисты, в то время она
представляла собой небольшое одно-
камерное сооружение, вокруг кото-
рого впоследствии (что характерно
для Хорезма) возникло кладбище.
Хива еще долго оставалась за-
штатным городком, а в столицу
ханства превратилась лишь в XVII
веке. С этого времени Палван-ата
и становится патроном Хивы, но культ
его достиг особого расцвета к концу
XVI11 столетия, когда у власти прочно
обосновалась кунгратская династия,
избравшая его своим патроном. Слава
хивинского поэта растет. Достигает
полного архитектурного великолепия
его усыпальница.
«Благословенная гробница полюса
мира и величайшего предводителя
Пахлаван-Махмуда, сына Пир-и Мар-
вали— да святится тайна их обо-
их» 2,— столь лестно аттестовал и свя-
того и его усыпальницу придворный
историк хивинских ханов Шир-Мухам-
мад бен Эмир Авазбий мираб (Му-
нис). Вокруг усыпальницы возникает
целый комплекс культовых сооруже-
ний: молельня (зиарат-хана), зимняя и
летняя мечети, странноприимный дом
(ханака), кухни, специальные помеще-
ния для чтения Корана (кари-хана), не-
большое медресе. Как уже говори-
лось, возле мавзолея Пахлавана Мах-
муда появляются фамильные склепы
и усыпальницы3.
Дабы благодать пала на почивших
и здравствующих представителей
правящей верхушки и для укрепления
их авторитета в народе, вокруг мавзо-
лея располагали надгробия кунграт-
ских ханов (Мухаммед Рахим-хан и
др.), а также их предшественников
(Абульгази, Анушзхан), членов их фа-
милий.
Предпоследний хивинский хан
Асфендиар не попал в их число, так
как был убит Джунаидом вне границ
Ичан-калы — внутренней крепости
Хивы в 1918 году. Да и вообще в то
время правящим классам было уже
не до размышлений о загробном
покровительстве святого: рушилась
система феодального господства в
Хорезме и всей Средней Азии.
После Октябрьской революции сла-
ва культового комплекса Пахлавана
Махмуда сохранялась еще долго, но,
как и прочие мазары, он постепенно
терял свое прежнее значение.
Созданный в период господства
кунгратской династии «комбинат» при
усыпальнице Палвана-ата обслужи-
вало множество духовных лиц различ-
ного ранга. Облагодетельствованные
ханами, они выполняли самые раз-
нообразные задания своих покровите-
лей, зачастую отнюдь не духовного
характера. Известный хронист XIX
века Мухаммед Риза Агехи в своем
труде «Джами-уль-вакыат-и-султани»
пишет, что Мухаммед Эмин-хан во
время военного похода на Мере
«послал в крепость... Ата Назара —
одного из мутевеллиев (распоря-
жающиеся вакуфным имуществом. —
Г. С.) благословенной гробницы Пах-
лавана Махмуда — в качестве своего
посла, вручив ему ласковое письмо
к осажденным».
В практике военно-дипломатичес-
ких отношений хивинских ханов с со-
седями (в частности, с туркменскими
племенами) духовные лица часто
выполняли такого рода поручения.
Особенную активность при этом про-
являли суфийские ишаны.
Создателям образа Пахлавана Мах-
муда — святого, да еще столь высоко-
го ранга и со столь ответственными
социальными функциями пришлось
немало потрудиться чтобы довести
его до «кондиции», принятой в му-
сульманской агиологии. Для этого,
в частности, был использован уже
испытанный арсенал легендарных
сюжетов, применявшихся при канони-
зации более ранних представителей
культа святых
Если следовать легенде Палван-
ата — хитроумен. Однако зачем свя-
тому-чудотворцу, каким его пытаются
представить создатели его «жития»,
надо было пускаться на хитрости —
например, манипулировать с бычьей
шкурой? Ему стоило лишь сотворить
какое-нибудь чудо, дабы увести соп-
леменников с чужбины. Этот момент
легенды — один из явно «вставных
номеров» в ту часть повествования,
где действует в достаточной степени
2 Мунис, фирдаус ал-икбал. В кн.: «Материалы
по истории казахских ханств XV—XVI11 веков».
Алма-Ата, 1969, стр. 463.
3 Подробное описание мавзолея Пахлавана
Махмуда и примыкающих к нему сооружений
дано в книге: В. А. Булатова, И. И Ноткин.
Архитектурные памятники Хивы. Ташкент,
1965, стр. 33—40.
реальный персонаж — хорезмский
поэт XiV века Пахлаван Махмуд.
Эпизод о шкурой быка, разрезан-
ной на тонкие ремешки, принадлежит
к разряду «бродячих» сюжетов. Мы
не беремся судить о судьбах этого
сюжета в других местах, но что
касается источника, из которого он
попал в легенду о Палване-ата,— он
для нас совершенно оче идеи. Это —
популярное на территории Турции
сказание о Сейиде Батта ле Гази.
Образ этого «воителя на пути
ислама» зародился очень давно, еще
во времена омейядского халифата,
в той политической ситуации, когда
развернулась экспансия арабов на
малоазиатских территориях Византии.
Видимо, тогда и появилась прошед-
шая через все средневековье легенда
о Сейиде Баттале, который обманул
византийского императора: «разрезав
коровью шкуру на тоненькие полоски,
овладел половиной города Константи-
нополя» .
Популярный легендарный сюжет
попал и в Среднюю Азию и вплелся
в сказания о Пахлаване Махмуде
именно в то время, когда особенно
активно шла его канонизация как
династического святого и его «житие»
усиленно насыщалось примеча-
тельными деталями
В А. Гордлевский пишет: «Образ
Сейид-Баттал-Гази, борца за веру,
пришелся, очевидно, по сердцу му-
сульманам Как я слышал от А. А. Се-
менова, книга о газаватах Сейид-
Баттал-Гази во время бухарского хана
Насруллы (1827—1860) была переве-
дена с турецкого на таджикский
язык» *.
Для нашего анализа важно, что в
этом свидетельстве В. А. Гордлевско-
го речь идет как раз о том времени,
когда в Хорезме «конструировался»
образ Пахлавана Махмуда, покрови-
теля Хивы и династии кунгратских
ханов Все »то не случайно, как зако-
номерно и о, что в основной легенде
о Палване-ата, приведенной нами вы-
ше, фигурирует «падишах Рума», то
есть византийский император, которо-
го столь успешно обманывает Сейид
Баттал, а позднее его преемники.
В процессе создания образа Пахла-
вана Махмуда использовались и
фольклорные традиции народов Хо-
резма. Напомним эпизод основной
легенды о том, как он пожалел
старуху, которая молится о победе
своего единственного сына-кормиль-
ца. Жалея старуху, Пахлаван Махмуд
на другой день намеренно проигрыва-
ет сх >атку ее сыну.
Эпизод этот присутствует во всех
версиях легенды, слышанных нами от
разных лиц, так что его нельзя считать
случайным Каждый раз, когда в
рассказах возникал этот эпизод, мне
казалось, что есть в нем что-то давно
знакомое, читанное или слышанное
И, конечно, я припомнил: он мне
известен и> нартского эпоса осетин.
Юный богатырь, неузнанный сын
одного из нартских героев —
Урызмага, ворвался на пиршество
народа терк-турков, у которого они
с отцом украли скот, вызвал там
смятение, после чего ускакал от
преследования на своем железном
коне и «между шестью курганами»
встретил седую старуху, которая пла-
кала и причитала. Она поведала ему
что погибли шесть ее сыновей, остал-
ся один-единственный. «Во время
погони за похитителями,— говорила
старуха,— мой сын будет впереди
всех, нападет на тебя. Пожалей его
ради меня, ради вдовы-матери».
И юный богатырь «дал ей слово
крепкое слово нартского человека,
что не причинит он зла ее единствен-
ному сыну». Свое слово безымянный
сын Урызмага сдержал, когда сын
старухи возглавил погоню и напал на
него»6.
Примеров сюжетного сходства в
фольклоре народов, не имевших аб-
солютно никакой исторической и
этнокультурной общности, мно-
жество. Но здесь мы имеем дело
с Южным Приаральем, а историчес-
кая наука доказала, что оно было
зоной этнокультурных контактов
предков современного населения это-
го края с аланами-ассами, некогда
жившими на пространствах, протянув-
шихся далеко отсюда на северо-за-
пад, вплоть до Причерноморья.
Аланы-ассы считаются предками сов-
ременных осетин. Хорезм и приле-
гающие к нему области хранят следы
тех далеких контактов и культурных
взаимовлияний. Слово алан часто
встречается в названиях селений, уро-
чищ, водных источников на террито-
рии Хорезмского оазиса. На старых
картах есть урочище Кырк-алан (со-
рок аланов) на правом берегу Аму-
дарьи и канал Алан-яб на левом,
в районе Питняка.
Помимо отдельных деталей и сам
образ непобедимого Палвана-ата
(равно как и образ хазрета Али в его
богатырском варианте, столь попу-
лярном в Хорезме) имеет аналогии
среди героев нартского эпоса.
Мы не найдем имени Пахлавана
Махмуда среди знаменитых средне-
азиатских святых — суфиев. Имеет ли
он отношение к суфизму?
Шаманки-таджички во время кам-
лания призывают на помощь мно-
жество суфийских и ортодоксальных
святых, иных мифических персона-
жей, однако нет в этом длинном
списке имени Пахлавана Махмуда.
Зато его призывают шаманы и шаман-
ки в самом Хорезме.
Создатели образа святого Махмуда
из Хивы все же наделили его чертой,
необходимой, согласно вековым стан-
дартам, каждому суфийскому свято-
му. Пахлаван Махмуд, как и они,
совершает чудо — карамат: силой
божественной благодати, заключен-
ной в его посохе, он проложил новый
канал, доходивший почти до города
Хивы. Но как раз в этой части легенды
и содержится самый большой просчет
тех, кто создавал образ святого Пахла-
вана Махмуда. Будь они более даль-
новидны и, прямо скажем, поначитан-
нее, загляни они предварительно
в труды восточных авторов — навер-
няка отказались бы от этой затеи
с каналом Они узнали бы, что Пахла-
вану Махмуду, жившему во второй
половине XIII — начале XIV века, не
надо было прокладывать канал, ко-
торый существовал задолго до его
рождения. Ибо канал Палван-яб —
это не что иное, как древний канал
Хейканик, тот самый «хивинский ка-
нал», по которому суда плыли до
Хивы, как о том свидетельствуют ав-
торы X столетия Истахри и Макдиси.
Название Хейканик (или Хейваник)
сохранялось за этим каналом веками
Как Хейканик он упомянут в вакуфном
документе Тимура Кутлука 1349 года,
то есть- лет через 20 после смерти
хивинского скорняка и поэта Пахлава-
на Махмуда Да еще и в XVII веке
автор Абулгази не упоминает имени
Пахлавана Махмуда. Это название
встречают в ханских ярлыках XVIII—
XIX веков. И только хивинские хро-
нисты XIX века Мунис и Агехи прямо
отождествляют Хейканик с Палван-
ябом'. Это вовсе не случайно: они
писали свои груды как раз в тот
период истории Хорезма, когда за-
вершалось оформление образа Пах-
лавана Махмуда — покровителя ди-
настии. Именно тогда легендой о
пресловутом чуде имя святого «при-
вязали» к древнему каналу.
Почему же для Пахлавана Махмуда
из всего «аосенала» суфийских кара-
матов — чудес было избрано чудо
с водой, с каналом? По нашему
мнению, оформлялся образ святого
в спешке, поэтому и взяли самое
трафаретное, но и в достаточной мере
«полезное» чудо.
На большей части территории
Средней Азии жизнь без иррига-
ционных каналов немыслима. С глубо-
чайшей древности стихия воды счита-
лась священной, водные источники
получали особых покровителей — бо-
жеств и духов. В процессе исламиза-
ции населения Средней Азии(начиная
с VIII столетия) здешние божества
и духи воды были низвергнуты, а роль
подателей и покровителей воды (и ка-
* Этим сообщением и прочими денными о Сей-
иде Баттале Гази мы обязаны Вл. Гордлевско-
му. См.: «Государство Сельджукидов Малой
Азии». М.—Л., 1941, а также приложения к это-
му труду; его же Сказания и легенды. —
Избр. соч.. т. 1. М.. 1960. стр. 336, 370. 448
459, 502.
ь Вл. Гордлевский. Государство Сельджукидов
Малой Азии, прим. 4 на стр. 48.
t] «Осетинские нартские сказания». Перевод
в литературной обработке Ю. Либединского-
М., 1949, стр. 41.
’ Об этом см..- Я. Г. Гулямов. История ороше-
ния Хорезма с древнейших времен до наших
дней. Ташкент, 1957, стр. 128—129
Б. В. Андрианов. Древние оросительные сис-
темы Приаралья. М., 1969, стр. 170
27
налов) перешла к мусульманским
святым. Чудеса с подачей воды, столь
необходимой людям,— любимый
сюжет мусульманской, особенно су-
фийской агиологии.
Легенд, аналогичных той, что гово-
рит о чудодейственном посохе Пахла-
вана Махмуда, в Средней Азии мно-
жество, примеров для подражания
у конструкторов образа Пахлавана
Махмуда — святого и чудотворца —
было предостаточно. Поэтому хи-
винское духовенство избрало для
него именно этот привычный и впечат-
ляющий вид чуда.
На примере судьбы и истории
канонизации Пахлавана Махмуда мы
видим, каким порой сложным путем
шло становление нового мусуль-
манского святого, когда того требова-
ла политическая ситуация.
Что сегодня осталось в Хорезме от
культа Пахлавана Махмуда? Этот 061
раз раздвоился. О богатыре, добром,
всегда бравшем сторону трудового
люда, рассказывают легенды, по-
добные сказкам всех народов, где
действует любимый благородный ге-
рой. Эта часть славы Палвана-ата
совсем не связывается с мусуль-
манской религией, ибо даже в пре-
жние времена эти связи были по-
верхностны и во многом искусствен-
ны. Голубой купол мавзолея Пахлава-
на Махмуда в Ичан-кале — внутрен-
ней крепости Хивы — радует глаз
красотой своих форм, чистотой цвета.
К нему приходят, чтобы полюбоваться
совершенством его архитектуры, по-
чтить память поэта.
Еще и сегодня немало людей,
которые приезжают к мавзолею,
чтобы по традиции, сохранившейся
в семье, обратиться к Палвану-ата
с просьбой исцелить, даровать
счастье, "удачу. Однако эта часть
биографии хивинского героя отходит
на второй и даже на третий план
в народном сознании.
В заключение приведем некоторые
из дошедших до нас четверостиший
свободолюбивого хивинского поэта.
В переводе они звучат так:
Пускай не говорят, что в Мекку путь
святой.
Мулла драконом стал, а раньше был
змеей
Уж если ты пошел Аллаху помолиться
Старайся не вставать поблизости с
муллой.
Сто гор кавказских истолочь пестом.
Сто лет в тюрьме томиться под замком.
Окрасить кровью сердца небо легче.
Чем провести мгновение с глупцом.
Зимой костер — нужнее алых роз.
Зимой кошма — нежнее шелка кос.
Но человек плохой всегда страшнее.
Чем самый злой и самый страшный пес.
ВСЕ МОГЛО
БЫТЬ ИНАЧЕ
С. ЛАТЫШЕВИЧ
Сергей Латышевич родился в семье
глубоко верующих пятидесятников.
С раннего детства он воспитывался
в неукоснительном следовании рели-
гиозным предписаниям. Еще не умея
читать, он уже знал наизусть кОтче
наш», посещал молитвенные собрания
и молился наравне со взрослыми.
Школьником получил крещение «ду-
хом святым» и «дар иноговорения».
Приняв водное крещение, став
равноправным членом общины, Сер-
гей с удвоенной энергией взялся за
изучение Библии. Однако чем больше
он размышлял над ней, тем виднее
ему становились противоречия свя-
щенного писания, несоответствие
многих положений вероучения с ре-
альной жизнью.
В детстве и юности мы с Николаем
Викторовичем жили недалеко друг от
друга: он в поселке Телеханы, я в де-
ревне Гортоль Брестской области,
ходили в один молитвенный дом —
сначала с родителями, потом уже как
члены общины. Участвовали в разбо-
рах евангельских текстов под руко-
водством кого-нибудь из "Взрослых,
соревновались, кто больше выучит
цитат из Нового завета. Вместе ездили
в Минск, Барановичи, Пинск, Вол-
ковыск на молитвенные собрания
пятидесятников. И когда я стал за-
думываться над смыслом жизни, о
том, по правильному ли пути иду,
всегда делился своими сомнениями
с Николаем. И вот однажды я объявил
единоверцам, что покидаю общину,
вступаю в комсомол. Очевидно, мой
поступок придал мужество и Нико-
лаю. Он тоже объявил родным:
«В молитвенный дом больше ходить
не буду!»
В 1972 году я ушел в армию.
Отслужив, вернулся в родные места.
Работал секретарем комитета комсо-
мола колхоза, потом по комсо-
мольской путевке вместе с женой
уехал в Барановичи на хлопчатобу-
мажный комбинат, где работаю и сей-
час. В канун 60-лети я СССР стал
коммунистом. Не подумайте, что у
меня все в жизни было легко и просто.
Сложными были отношения с родите-
лями, которые называли меня ве-
роотступником, сыпались и анонимки
с угрозами. Были и обещания: «Вер-
нись, Сережа, в общину — дадим
денег на кооперативную квартиру...»
Неизвестно, как сложилась бы его
дальнейшая судьба, если бы не зна-
комство, а затем и дружба с учителем
местной школы В. А. Попеко. ко-
торый исподволь развивал интерес
юноши к различным наукам, ставя
перед ним сложные вопросы и вместе
находя на них убедительные ответы
В 1971 году С. Латышевич открыто
заявил о своем разрыве с религией.
Его письмо-исповедь было напечатано
в журнале «Наука и религия» № 2 за
1973 год.
Сегодня мы публикуем рассказ
С. Латышевича о сложном жизнен-
ном пути одного из его бывших
единоверцев.
Даже посмеиваться пробовали:
«Перестал в бога верить, почему же
тебя начальником не поставят?»
Бывшие единоверцы, а ведь это люди,
среди которых прошли детство и
юность, при встрече отворачивались.
Нелегко бывало, иногда и отчаивался,
но каждый раз в трудную минуту
товарищи по работе, новые мои
друзья помогали, поддерживали,
ободряли.
Совсем по-другому сложилась
судьба у Николая.
Однажды вечером, вернувшись с
занятий в школе рабочей молодежи,
он застал в доме бывших единовер-
цев. Увидев юношу, они дружно упали
на колени и громко стали просить
у бога наставить на путь истины
«брата» Николая. Трудно объяснить,
что пережил он тогда. Многие из этих
людей были друзьями его детства,
одноклассниками. Здесь же и самые
близкие: отец, мать, шестеро сестер
и братьев. Много связано с каждым из
бывших единоверцев, много пережи-
то на молениях, когда казалось^ что
«достигнуто единство с высшим ду-
хом». Коля знал: они пришли сюда
с тревогой за него. «Может,— поду-
мал он,— мне только кажется, что
я увидел свет истины, оставив общину,
может, это все же действительно
обманчивый блеск учения Сатаны.
Ведь просьбы бывших единоверцев
одуматься, вернуться в лоно церкви
абсолютно искренни. Да и родителей
1 См.: «Наука и религия», 1974 № 6. Н. Чунто-
новв «Диалог»
28
жаль — они так страдают, будто я уже
покойник».
Но в то же время Коля понимал, что
страх его друзей и близких перед
мирским, перед реальной действи-
тельностью — от незнания той жизни,
которой они так боятся, от того, что
замкнулись в ограниченном мирке
своей общины. Николаю хорошо за-
помнились слова приезжего «брата во
Христе»: «Один человек разговаривал
по телефону-автомату, дверь кабины
была открыта, и он не слышал собе-
седника. Когда же закрылся, шум
пропал, сразу стало отчетливо
слышно. Чтобы разговаривать с Хрис-
том и слышать его — закройте за
собою двеоь мирской жизни».
Несколько раз собиралась община
в доме Викторовичей, пока наконец
Николай не почувствовал: вот-вот что-
то случится — или у него не выдержат
нервы, или обиженные его упорством
родители напомнят ему прошлое.
Прошлое — это и обычные во многих
семьях пятидесятников и баптистов
методы принуждения, и наказание за
совершенный грех. А грешно многое:
и смеяться, и петь все, кроме ду-
ховных наставлений, играть в прятки,
разговаривать с неверующими, даже
смотреть на них, грех носить пи-
онерский галстук, быть комсомоль-
цем, смотреть телевизор, участвовать
в художес 'венной самодеятельности,
заниматься спортом и т. д.
Кому из детей и подростков хочется
сторониться своих сверстников? Кто
добровольно откажется от веселых
игр? Но поскольку все это грех, то
верующие родители считают, что,
отстраняя эт него ребенка, они творят
благо и для него и для себя. «Если ваш
ребенок,— говорят в таких случаях
верующие — будет играть на желез-
нодорожных путях и не станет счи-
таться с вашим запретом, вы наверня-
ка используете любое наказание,
чтобы добиться послушания. Ибо то,
что может с ним случиться, страшнее
любого наказания. Так же вынуждены
поступать и мы. Ведь смерть души
ребенка куда страшнее, чем смерть
его плоти». И заставляют отказывать-
ся от смеха, от игр не только
угрозами и окриками, но и побоями,
лишением еды, требованиями три
часа подряд читать молитву. Сто раз,
не меньше... Или пятьсот раз подряд
переписать какой-нибудь псалом.
Короче Николай вынужден был
обратиться за помощью в райком
комсомола. Ему пошли навстречу,
устроили на работу в СМУ мелиора-
ции, выделили место в общежитии.
Рядом были друзья, и лучший —
комсорг Адам Яворский.
Несколько лет в дружном коллекти-
ве механизаторов (Николай трудился
помощником машиниста экскаватора)
были совсем новыми в его жизни:
первая телепередача, первый кино-
фильм («А зори здесь тихие»), первая
интересная книга («Овод»), первая
поездка в Барановичи, но уже не на
молитвенное собрание, а в театр.
Коллективная работа, коммунистичес-
кие субботники, комсомольские соб-
рания, спорт, самодеятельность,
танцы... Как жаль, что в сутках всего
24 часа! И еще — Зина...
Свадьбу и сейчас помнят в Иваце-
вичском районе — первую комсо-
мольскую. Все было бы хорошо, если
бы не примесь горечи: со стороны
невесты — полклуба родни, а со сто-
роны жениха — почти никого. А ведь
он специально всех обошел, всех
пригласил. Но, уйдя из общины, Коля
стал для них «антихристом».
...С двумя детьми в общежитии не
сладко. Николай решил строить дом.
В СМУ сначала помогли, а когда
строительство было в самом разгаре,
руководство решило, что дальше и
сам справится! Не подумали, что
самому Николаю довести работу до
конца не под силу — и физически
и материально! Но строительство не
остановилось. На помощь бросились
бывшие единоверцы. И главное —
ничего взамен не потребовали, ника-
ких условий не поставили. О возвра-
щении в общину даже не заикались.
И в молитвенный дом не звали. Стоит
ли удивляться, что Николай был
искренне благодарен бывшим едино-
верцам за бескорыстную помощь,
оказанную к тому же в столь трудный
для него момент. Но и досаду и даже
что-то вроде обиды испытывал Нико-
лай: как же так, раньше его уговарива-
ли, умоляли хоть зайти на молитвен-
ное собрание, а теперь вроде бы
пренебрегают им. Получается, что он
неблагодарный человек — чем может
отплатить единоверцам за их добро?
Наивно было бы полагать, что
к религиозному берегу человек при-
чаливает случайно, как гонимая волна-
ми щепка в бурном житейском море.
Сотни лет шлифовались, совер-
шенствовались методы пленения душ.
Умеют в религиозных общинах подоб-
рать соответствующий ключик к чело-
веку. Таким ключиком стала и помощь
Николаю, и показная терпимость к его
неверию.
Вскоре, не упоминая по-прежнему
о боге, ему начали советовать: меняй
работу, есть хорошее место на заводе
столярных изделий. А у него, помощ-
ника машиниста экскаватора, была
перспектива стать машинистом, рабо-
та интересная, командировки, к тому
же видишь результат своей работы —
хлебные нивы там, где была трясина...
Бросать эту работу Николаю не хоте-
лось. Тогда бывшие единоверцы стали
растравливать в его душе обиду на
руководство СМУ: мол, почему же
они тебе со стройкой не помо-
гают. А мы вот не оставили... У тебя
еще спросят, зачем с верующими
связался...
Стучат топоры, потом враз смол-
кают: «Ну, нам пора в молитвенный
дом. Бывай, Коля!»
Так и оставляли его одного, благо-
дарного за бескорыстную помощь
(сейчас Николай понимает, почему
они помогали). Бывало, спросит, о чем
шла речь на служении, ответят: долго,
мол, рассказывать...
И как-то раз он вместе со всеми
пошел на молитвенное собрание. По-
том еще раз, еще...
Когда я остался жить в Барановичах,
мы с Николаем стали встречаться ре-
же. Но всякий раз, приезжая в город,
Николай заходил ко мне. Часы бесед
казались минутами. И конечно же,
проезжая через Телеханы в родную
Гортоль, я не мог не зайти к другу.
Но однажды меня ошеломило изве-
стие: «А друг-то твой, Коля Викторо-
вич, опять богу молится...»
Еще издали я увидел, что дом
Николая уже закончен: высокий, про-
сторный, с широкими окнами и веран-
дой. Радостно стало за друга, но
беспокоила мысль: «Неужели Коля
вернулся в общину?»
Разговор у нас тогда не получился.
Я ему рассказывал о себе, задавал
вопросы, но Коля отмалчивался. Пяти-
десятники с детства учат детей мол-
чать, когда диалог неприемлем, не
отвечать на вопросы, если оказались
в трудном положении. Мне не раз
приходилось беседовать с подростка-
ми, которым родители запрещали
носить пионерский галстук. И беседа,
как правило, проходила так: я спраши-
вал, а они молчали. Каждый знал:
даже говорить с безбожником —
большой грех.
Я понял: если друг молчит, то из
него и щипцами слова не вытянешь.
Но я ошибся. На прощание, пожав мне
руку, Коля тихо сказал: «Я в этой вере
родился, в ней и умру...»
Еще не раз заезжал я к Николаю,
беседовал, убеждал, но все напрас-
но... Зина была, как всегда, вежлива
и гостеприимна. С ней бы поговорить
о друге, но Николай, будто чувствуя,
откуда угрожает опасность его вере,
так ни разу и не оставил нас с Зиной
наедине. Как-то я обратил внимание,
что Зина пополнела. Предположение
сбылось: когда в следующий раз
я заехал к Викторовичам, то услышал
в доме голос малютки...
Но сначала мое внимание привлек-
ло другое — на тумбочке стоял но-
венький «Горизонт». Телевизор в до-
ме верующего? Невероятно! Значит?..
— Сереженька!— бросился ко мне
Викторович. — Поздравь с сыном.
Третий орел!
Все три «орла» были, как две капли
воды, похожи на маму — такие же
29
курносенькие и черноглазые, с таки-
ми же ямочками на щеках.
Вернувшись в общину, Коля понял,
что ее руководители не успокоятся до
тех пор, пока у него будет неве-
рующая жена. Пресвитер и проповед-
ники сперва осторожно, а потом все
настойчивее стали спрашивать, когда
придет в молитвенный дом Зина,
чтобы они могли назвать ее «сестрой
во Христе». Но Зина — откуда столько
твердости взялось!— сказала: «Дети
будут, как и все,— октябрятами, пи-
онерами, потом вступят в комсомол...
Будут ходить в кино, гулять с детво-
рой...»
— «Сестрой во Христе» моя жена
не станет, скорее уйдет от меня
с тремя детьми,— убеждал Николай
пресвитера.
— Ну и пусть! Новую найдем!
Уразумел? Найдем!..
Поездки к единоверцам в другие
города пятидесятники и баптисты
обычно устраивают не только для
того, чтобы послушать новых пропо-
ведников, но и для знакомства мо-
лодых людей. Браки заключаются
среди своих, с неверующими — за-
прещено. Вот и присматриваются
«братья во Христе» из Телехан к
«сестрам во Христе» из Барановичей
и т. д. Николаю сказали, что любая за
него пойдет — не осмелится перечить
духовному учителю! Любая, какую
пожелает! И пусть быстрее бросает
жену-безбожницу, потому что жить
с ней — грех... Ведь когда муж или
жена неверующие, то еще неиз-
вестно, за кем пойдут дети, с кого
будут брать пример. Поэтому руково-
дители общин изо всех сил стараются
не допустить такого нежелательного
брака, а если он все же случается, то
не жалеют сил, чтобы в семье все
ходили на богослужения.
Зина выросла в деревне, где тоже
была община пятидесятников, училась
в школе вместе с детьми верующих.
И хорошо знала, какое у них было
детство. Да и муж до возвращения
в общину много рассказывал о себе.
Вот почему она приняла твердое
решение — детей общине не отда-
вать..
...Припоминается большая переме-
на в одной из сельских школ недалеко
от Пинска. Говорливо и весело было
вокруг — ребята бегали, прыгали,
смеялись. А возле забора группкой
человек в шесть бродили дети ве-
рующих: глаза вниз, движения
вялые... Казалось, не дети, а малень-
кие старички и старушки. Временами
кто-нибудь из них поднимал голову,
но тут же со страхом опускал — там,
где шум и веселые игры, где бе-
гают одногодки,— там «мир». Тот
самый «мир», о котором Библия
в послании апостола Иакова ут-
верждает: «Кто хочет быть угодным
миру, тот становится врагом богу».
Выходит, что «мир» нельзя любить!
Да что там, родных своих любить —
и то преступление против бога. Еван-
гелист Лука пересказывает слова
Христа: «Если кто приходит ко мне,
и не возненавидит отца своего, мате-
ри, и жены, и детей, и братьев
и сестер... тот не может быть моим
учеником».
Категорическое требование об-
щины во имя веры оставить жену
и детей заставило Николая крепко
задуматься.
...Когда я зашел к Викторовичам,
сыновья занимались своими делами.
Первоклассник Коля с удовольствием
писал — радовался, что наконец на-
учился. Витя старался нарисовать
героев услышанной сказки. Эдик
прыгал в кроватке, вцепившись ручон-
ками за поперечину. Отец с паяльни-
ком и отверткой «колдовал» над
«Горизонтом», Зина готовила ужин.
Вскоре Николай включил телевизор,
и на экране появилась знакомая
заставка — «Спокойной ночи, ма-
лыши!». Ребята повернулись к экра-
ну. Пришла с кухни и Зина. Так
заведено в этой семье — к вечерней
сказке для маленьких оканчивать все
дела и смотреть ее вместе.
В дружной семье Николая и Зины
Викторовичей вновь поселились ра-
дость, веселье и счастье.
Да, сейчас он, Николай, счастлив. Но
какой трудный путь пришлось ему
пройти. Возвращение в общину обер-
нулось разрывом с коллективом ме-
лиораторов. Вечернюю школу он так
и не окончил, а когда-то мечтал об
институте. Что ж, на ошибках учатся,
и он приложит все усилия, чтобы три
его «орла», три Николаевича не повто-
рили папиной ошибки.
Конечно, жизненный путь моего
друга, да и жизнь его семьи были бы
куда легче, интереснее и счастливее,
не отвернись от Николая в ту трудную
для него пору и руководство СМУ,
и трудовой коллектив. Начали доброе,
благородное дело, а вот довести его
до конца не сумели. А ведь сколько
еще в общинах людей, попавших туда
так же, как и Николай, из-за того, что
все мы где-то проглядели трудную
минуту в их жизни, а бывает, протя-
нув руку помощи, не довели начатое
до конца. И хотя с момента возвраще-
ния Николая в общину и даже с его
окончательного разрыва с религией
прошло уже порядочно времени, ду-
маю, что и коллективу СМУ, и атеи-
стической общественности района
стоит задуматься над историей Нико-
лая.
г. Барановичи
 
£
X
ф
*
&

р
£
*
Модест Петро-
вич Мусорг-
ский был сов-
ременником и свидете-
лем «освобождения»
крестьян. Он остро по-
чувствовал всю неспра-
ведливость царской ре-
формы 1861 года. Он
хорошо понимал, что она
преследует своекорыст-
ные цели помещичьего
класса и самодержавия,
враждебна интересам
обездоленного, бесправ-
ного, голодного кресть-
янства, что народ всегда
в накладе, пока «не может
проверить воочию, что из
него стряпают, пока не
захочет сам, чтобы то или
то с ним состряпалось» .
Трагедия русского кресть-
янства заключалась в том,
что оно, питая ненависть
к помещику, еще верило
в царя и архиерея.
Царскому правительст-
ву было ясно, что в этой
ситуации одними репрес-
сиями не сдержать гнева
народного. Поэтому оно,
в союзе с церковью, спе-
кулируя на предрас-
судках и суевериях задав-
ленного нищетой кресть-
янина, пыталось всеми
средствами держать его
и в нищете духовной,
В церквах трубили о чуде-
сах с «нетленными моща-
ми». Выплыли на свет «во
благоухании святыни» мо-
щи инока Тихона, объяв-
ленного по государеву
указу святым. «И этим
телом, и этой ракой,—
гневно писал тогда Гер-
цен,— крестьянина обма-
нут», его утешат, чтобы он
«не попал на иные утеше-
ния». В то же время
православная церковь
толкала народ на путь
изуверства, религиозной
розни. В 60-е годы усили-
лась травля «еретиков»,
«вероотступников», в том
числе и старообрядцев.
В такой обстановке ра-
зоблачение церковно-по-
лицейской реакции при-
обретало исключительно
важное значение. «...По-
лицейская церковь,— пи-
сал Герцен,— не выше их
(старообрядцев. — О. А.)
1 М. Мусоргский. Литератур-
ное наследие. Письма, биогра-
фические материалы и доку-
менты, М., 197), стр. 132
30
образованием, она только
ниже их жизнию. Их убо-
гие священники, их иноки
делили все страдания на-
рода — но не делили на-
грабленной добычи. Не
они помазывали миром
петербургских царей... не
они кропили войска, бла-
гословляй на неправые
победы»* 2.
Мысли и чувства Герце-
на разделял и Му-
соргский. Об этом свиде-
тельствует стремление
композитора найти исто-
рические параллели, со-
единяющие прошлое с
современностью, выявить
сильные и слабые стороны
народных движений и, в
конечном итоге, доказать
неизбежность коренных
перемен в жизни тогдаш-
него общества. И не слу-
чайно его творческое во-
ображение приковала к
себе одн<' из самых дра-
матических эпох русской
истории—эпоха XVII —
XVIII веков, когда траге-
дия народа, обманутого
его «пастырями» и «волос-
тителями» достигает наи-
большей глубины. Компо-
зитор задумал грандиоз-
ную трилогию: «Борис
Годунов», «Хованщина»,
«Пугачевщина». Ранняя
смерть (он умер в 42 года)
помешала осуществлению
этого замысла. Третью из
задуманных опер он напи-
сать не успел. Но первые
две увидели свет рампы.
По cnpai едливому суж-
дению А. В. Луначарского,
Мусоргский «в индивиду-
альных или массовых об-
разах при помощи музыки
и драмы дае-' одно пред-
ставление — это Россия».
Финал «Бориса Годунова»,
где бушует народная
вольница, озаренная пла-
менем Kpeci ьянского вос-
стания, и звучат грозные
пророчества юродивого,
представляет собою свое-
образный пролог к собы-
тиям «Хоязнщины». Исто-
рическая связь обеих опер
прослеживается совер-
шенно че ко Если сюжет-
ная канва «Бориса Годуно-
ва» относится к началу
XVII века то «Хованщи-
на» как бы подводит итог
целого столетия русской
истории, ознаменовавше-
гося неукротимой, стихий-
ной борьбой народных
масс за лучшую долю.
Действие «Хованщины»
ндРоАндл
трггдня
ОПЕРНОЙ
СЦЕНЕ
Ольга АНТОНОВА,
кандидат философских наук
В истории России, в исто-
рии социально-религиозных
движений есть страница, ко-
торая привлекала присталь-
ное внимание историков и пи-
сателей, композиторов и жи-
вописцев. 'Речь идет о таком
феномене религиозного фа-
натизма, как старообрядчес-
кое самоистребление (глав-
ным образом, в огне само-
сожжений), получившее осо-
бенно широкое распростра-
нение в последней трети XVII
столетия, не прекращавшееся
охватывает пронизанное
острым общественным и
государственным кризи-
сом семилетие — 1682 —
1689 годы: от начала
царствования Петра (сов-
местно с единокровным
братом Иваном) и стре-
лецкого бунта в мае
1682 года до низвержения
правительницы Софьи и
Голицына в 1689 году.
Столкновение нарож-
дающегося и отживающе-
го свой век втягивает в
круговорот огромную
массу людей, принадле-
жащих к различным слоям
русского общества. Здесь
и стрельцы, и крестьяне,
и городской люд —
массы, в сознании ко-
торых еще жив мятежный
дух разинской вольницы.
Кипят стрелецкие бунты,
плетет сети боярская кра-
мола. Будущее неясно и
темно, народное горе не-
избывно.
Композитор отступает
от точной хронологии
событий, как бы спрес-
совывает их. Он ищет те
и в более поздние эпохи,
вплоть до начала нынешнего
века.
Эта народная трагедия
отражена в опере «Хованщи-
на» великого русского компо-
зитора Модеста Петровича
Мусоргского. Об опере и о
самом явлении, глубоко и
верно отображенном в ней,
рассказывают кандидат фи-
лософских наук О. А. А н т о-
н о в а и публицист
А. А. Ш а м а р о.
скрытые социальные
силы, которые движут ис-
торией, определяя судьбы
народа, судьбы России. За
борьбой страстей, по сло-
вам известного советского
музыковеда Б. Асафьева,
«слышится нечто третье,
бесконечно более власт-
ное и важное -— то, на
фоне . чего и развивает-
ся само действие... это не
рок и не судьба, а сово-
купность жизненных ощу-
щений и отношений, сама
человеческая жизнь».
Обратимся к сюжету
оперы.
Во главе оппозиции мо-
лодому Петру — воевода
Иван Хованский. Его под-
держивают «раскольни-
ки». Мусоргский чувствует
историческую обречен-
ность, неизбежную гибель
как обветшалых об-
щественных и политичес-
ких устоев, так и тех, кто
поддерживает их. Разоб-
лачение заговора и
смерть его участников в
финале оперы — логичес-
ки оправданны и законо-
мерны. Неотвратима и ги-
бель «раскольников».
Но композитор пре-
красно понимает, что ста-
рообрядчество—явление
чрезвычайно сложное и
противоречивое. С одной
стороны, выражая клас-
совый антагонизм, харак-
терный для России XVII
века, «старая вера» ста-
ла знаменем антифе-
одальных и антицарских
выступлений кресть-
янства. Но, с другой сто-
роны, социальное движе-
ние, обращенное своими
идеалами вспять, привле-
кало к себе и феодальную
реакцию (князья Милос-
лавский и Хованский, бо-
ярыня Морозова), старое
служилое сословие.
Ясно представляя все
это, композитор не отож-
дествляет мир бояр и мир
«раскольников». Первый
наделен чертами сослов-
ного чванства, жестокос-
ти, презрения к людям,
эгоистического безразли-
чия к их судьбам. По
образному выражению
Б. Асафьева, стрельцы —
«злые куклы в руках Хо-
ванского. Подьячий — та-
кая же кукла в руках
Федора Шакловитого»
(ставленника царевны
Софьи. — О. А.). Второй
мир — мир Досифея,
главы раскольничьего ски-
та,— одухотворен религи-
озной верой, но верой
фанатичной, непреклон-
ной и тоже беспощадной.
Противоречия, разди-
рающие стан заговорщи-
ков, особенно остро
чувствуются во втором
действии, в сцене спора
князей. Музыкальная кар-
тина отражает стихию по-
литических страстей,
темных замыслов, нена-
висти и взаимного отчуж-
дения. Эта сцена, по при-
знанию композитора, пре-
следовала цель «разобла-
чения в настоящем свете,
в сущности, гнусного засе-
дания у Голицына, где
всяк лезет в цари и волос-
тители, и разве один До-
сифей имеет выработан-
ное крепкое убеждение»3.
Как видим, композитор
‘ А. И. Герцен. Собр. соч. в 30
томах, т. XV. М„ 1958, стр. 135,
134.
3М. П. Мусоргский. Письма и до-
кументы. Собрал и подготовил
к печати Н. А. Римский-Корсаков
при участии В. Д. Стасовой.
М.—-Л.. 1932, стр. 277.
31
Сцена гадания Марфы
(Л. И. Авдеева).
отличает главу «расколь-
ников» и от бесцеремон-
ного, грубого и хвастливо-
го Хованского, и от евро-
пейски воспитанного, но
двоедушного и трусливо-
го Голицына, и от «архи-
плута», «кровожаднейше-
го» Шакловитого.
Образ Досифея —
сложный, многоплановый.
Преданность религиозной
идее сочетается в нем
с сочувствием к стражду-
щему народу. Досифея
терзает тревога за судьбы
многострадальной Руси.
Эта тревога во многом
сродни суровым раздумь-
ям крестьян в сцене пер-
вого действия: «Ох, ты
родная матушка Русь! Нет
тебе покоя, нет пути;
грудью крепко стала ты за
нас, да тебя же, родимую,
гнетут...» Но у главы скита
нет того бунтарского духа,
который никогда не угасал
в душе народной и ко-
торый позднее вспых-
нет в крестьянской войне
под предводительством
Емельяна Пугачева Об
этом свидетельствует мо-
нолог пастыря «расколь-
ников» в первом действии,
где переплелись самые
противоречивые чувства.
Здесь и пафос проро-
«Хованщина» на сцене
Большого театра
Союза ССР
Первое действие.
Сцена на Кра< ной пло
щади.
чества: «Приспело время
мрака и гибели душев-
ной»ч Здесь же и
страстный призыв к наро-
ду «за веру стать право-
славную». Но тут же из
груди Досифея выры-
ваются слова сомнения,
тревожных предчувст-
вий: «И ноет грудь... и
сердце зябнет, отстоим
ли веру святую?»
Смятенная и зловещая
проповедь Досифея не
вызывает отклика у вни-
мающих ему крестьян.
Уже в этой сцене компо-
зитор подчеркивает обре-
ченность, бесплодность
действий, к которым
призывает глава «расколь-
ников».
Если провал заговора
и смерть Хованского
воспринимаются как спра-
ведливый итог неправого
дела, то гибель «расколь-
ников» потрясает своей
трагедийностью, вызывает
острую жалость. В самом
деле, не может не потря-
сать самосожжение лю-
дей, жаждавших жизни,
но уходящих от ее ужа-
сов в смерть. Эта тра-
гедия имеет глубокий со-
циальный смысл: каким
жестоким и бесчело-
вечным должно быть об-
щество, если в качестве
спасения от земных
бедствий у человека ниче-
го не остается, кроме
фанатичной религиозной
веры и — по велению этой
же веры — костра само-
сожжения!
Антигуманизм старооб-
рядчества, его разитель-
ная противоречивость
особенно остро раскры-
ваются ь опере на приме-
ре печальной судьбы Мар-
фы Ей чужды и фанатизм,
и религиозная узость, и
аскетизм, столь характер-
ные для всего уклада жиз-
ни в раскольничьем ските.
Сердце юной прекрасной
женщины обуревают про-
тиворечивые страсти —
«страх божий» и «грех»,
суровость и нежность,
смирение и непокорность.
Трагична ее любовь к Анд-
рею Хованскому. И тем,
что страсть противостоит
мертвящему аскетизму
старообрядческого уста-
ва, и тем, что вызвана она
человеком мелким, эгоис-
тичным, неспособным от-
ветить Марфе таким же
всепоглощающим чувст-
вом
Тяжела, мучительна
любовь «праведной греш-
ницы» — так именовал
Марфу Мусоргский. Но
композитор видит в ее
любви не только личную
драму отвергнутой, стра-
дающей женщины. Он
возносит ее на уровень
высокой трагедии, изоб-
личающей религиозный
фанатизм, изуверство и те
социальные силы, ко-
торые их поддержи-
вают. Не случайно перипе-
тии жизни Марфы не-
32
разрывнд связаны с разви-
тием србытий «Хован-
щины». Не петому ли
облик своей героини Му-
соргский рисует удиви-
тельно распевной и в то
же время напряженной
песенной лирикой. Как
верно и полно раскрывает
музыка столь характерное
для русской женщины ве-
личавое спокойствие, до-
стоинство. Это спо-
койствие идет от народ-
ной мудрости, от сознания
своего превосходства над
суетным и трусливым кня-
зем.
Сцена гадания рас-
крывает еще одну черту
в харак ере Марфы —
умение постигнуть смысл
происходящего вокруг.
По существу, вся эта сце-
на — с ее зовами к «силам
потайным» и предсказа-
нием угрожающей Го-
лицыну опалы и «заточе-
ния в чужом краю» —
поэтическое выражение
нравственного приговора
и тому миру, к которому
он принадлежит.
Трагизмом проникнута
музыка последнего дейст-
вия оперы. Наступает
время «раскольничьих
страстей» оазыгравшихся
прекрасной лунной ночью
под сенью соснового бо-
ра. «-короны раздумья
Досифея. Мрачные пред-
чувствия оправдались:
«Погибло дело наше. По
всей Руси теснят нас...
Убит старик Хованский,
Голицын в ссылке...»
Умный Досифей понима-
ет, что причина провала
заговора таится не столь-
ко в «предначертании
судьбы», сколько в самих
«князей раздорах».
«Раскольники» загнаны
в тупик: на подходе отряд
правительственных войск.
Остался один-единствен-
ный выход — «за веру
претерпеть православ-
ную». «Сгорим, а не да-
димся!» Подавив в себе
все страхи и сомнения,
Досифей торжественно
призывает братьев по ве-
ре: «Облекайтесь в ризы
светлые, возжигайте свечи
божии и грядите к сто-
янию и да претерпим во
славу господа». Этот
призыв означает начало
страшного действа само-
сожжения.
Хор «раскольников»
подчеркивает трагизм по-
ложения. В нем и боль
отречения от жизни,
и мрачная неустраши-
мость, и — над всем
этим — неодолимая сила
стихийного протеста про-
тив социального зла, про-
тив насилия: «Страшны
оковы антихриста! Беспре-
дельна злоба его! Смерть
идет! Спасайтеся. Близок
враг, мужайтеся! Пламе-
нем и огнем, пламенем
и огнем священным мы
обелимся во славу госпо-
да-творца».
Трагизм «раскольни- ।
Ф. И. Шаляпин в роли Досифея.
чьих страстей» с огромной
художественной силой по-
казан в сцене «любовного
отпевания» — в знамени-
том реквиеме Марфы.
В преддверии смертного
часа ее сердце рвется
навстречу любви, пору-
ганной, безответной, но
страстной, земной, неук-
ротимой. Она шепчет слу-
чайно попавшему в скит
Андрею слова любви, уп-
рекает за измену и тут же
прощает его. Теперь они
вместе навсегда. Огонь
костра обвенчает их, свя-
зав вечными узами смер-
ти.
Неповторимо прекра-
сен мотив «любовного от-
певания». Он потрясает
глубиной человеческого
страдания и человеческой
любви И даже в послед-
ний миг, перед гибелью
в пламени, на фоне мрач-
33
ной траурной мелодии
вдруг вновь возникает мо-
тив «любовного отпева-
ния»: «Вспомни, помяни
светлый миг любви...» Но
теперь здесь звучит и те-
ма возмездия: «правед-
ная грешница» гибнет, ув-
лекая за собою любимого.
Смелость композитора
проявилась и в обращении
к старообрядческим напе-
вам, к которым в те годы
власти и церковь относи-
лись с такой же подозри-
тельностью, как и к «рас-
кольничьим сочинениям».
Эти напевы можно было
услышать из уст самих
крестьян-старообрядцев
В основу финального рас-
кольничьего «хора на
костре» Мусоргский поло-
жил старую молитву, пе-
тую крестьянкой из де-
ревни Еленовки Эри-
ванской губернии. «Столь-
ко ь ней страды,— писал
композитор, — столько
безоговорочной готовнос-
ти на все невзгодное, что,
без малейшего страха я
дам ее унисоном в конце
«Хованщины», в сцене са-
мосожигания»4.
Опера осталась неза-
вершенной. Ее последние
страницы были дописаны
после смерти композито-
ра Н. А. Римским-Корса-
ковым. Уже в наше время
Д. Д. Шостакович проде-
лал огромную работу,
чтобы по возможности
полнее восстановить ав-
торский замысел, высве-
тить главную идею народ-
ной драмы, идею, кото-
рую можно выразить в
словах: постигая прошлое
России, увидеть в нем ее
будущее. С этой целью
Шостакович присоединяет
к финалу оперы эпилог
Помимо других матери-
алов, в нем использован
упомянутый выше распев
народного хора.Глубокие
раздумья о страданиях
Родины созвучны ор-
кестровому вступлению к
«Хованщине» «рассвет на
Москве-реке» — теме ду-
ховной красоты народа,
чистоты его помыслов
надежды на то, что насту-
пит время исторических
перемен и над русской
землей взойдет солнце
правды и справедливости,
солнце лучшей жизни.
*М. П. Мусоргский. Письма и до-
кументы..., стр. 260.
-ЭПИ ДЕМ 1/1Я
ГАРЕЙ-
В словаре дореволюционных «рас-
коловедов» (так называли некогда
исследователей истории, вероучения,
богослужебно-обрядовой практики и
быта старообрядчества) есть термин
гйри.
Мы привыкли называть так выго-
ревшее или выжженное место в лесу.
Но когда-то у этого слова был иной,
ныне уже забытый смысл: самосож-
жение старообрядцев. Таким
страшным путем спасались они от
«антихристовых слуг», покидали
«оскверненный антихристом мир».
Эта страница в истории старооб-
рядчества (насколько известно, не
имевшая аналогов в истории иных
народов, иных конфессий) основа-
тельно изучена рядом дореволюци-
онных и советских историков'.
По их подсчетам с 70-х годов XVII
века до начала XIX века в огне
самосожжений погибли по меньшей
мере 11 тысяч человек. Но здесь
учтены только факты, зафиксиро-
ванные в тех или иных исторических
документах. А сколько их осталось
безвестными!
Можно, кажется, достаточно опре-
деленно сказать, где и когда она
началась, «эпидемия гарей».
В 1672 году в Нижегородском уезде
заживо сожгли себя две тысячи «рас-
кольников». Их единоверцы в других
городах и краях восприняли это
событие как «подвиг веры Христо-
вой». Огонь «гарей» стал пере-
брасываться с одного конца страны
в другой.
Какими же причинами вызвана была
эта «эпидемия»?
Прежде всего, конечно, чрезвычай-
ной жестокостью, с которой пресле-
довало «вероотступников» самодер-
жавное государство в союзе с гос-
подствующей церковью. Привер-
женцы «старых обрядов» пытались
Александр
ШАМАРО
спастись бегством в отдаленные
лесные края, но и там их нередко
настигали карательные отряды.
«...Растет пессимистическое настроение
в народной массе,— отмечал дореволюци-
онный историк С. П. Мельгунов. — В сгус-
тившейся атмосфере рассуждений об
антихристе и близком наступлении конца
мира развивается эпидемия самосожже-
ния. Растут религиозные преследования,
растут фанатизм и экстаз. От антихриста
«некуда деться», только в огонь... Лучше
погибнуть в «пещи», чем покориться тре-
бованиям правительства»2.
Но заодно со смертельным страхом
перед беспощадной расправой
светских и церковных властей
действовал и субъективный, идеоло-
гический фактор, фатально усугуб-
ляющий трагедию старообрядцев
Взгляд на смерть, соединяющую ду-
шу «со Христом Исусом», тем бо-
лее — смерть мученическую как на
1 См.: Д. И, Сапожников. Самосожжение в
русском расколе (со второй половины XVII
века до конца XVIII). Исторический очерк по
архивным документам. М., 1391; И. Я. Сырцов
Самосожигательство сибирских старообряд-
цев в XVII и XVIII столетии. Тобольск, 1888;
«Сводный старообрядческий синодик». Второе
издание синодика по четырем рукописям
XVIII—XIX в А. Н. Пыпина. СПб., 1883;
А. Пругавин. Самоистребление. Проявления
аскетизма и фанатизма в расколе. (Очерки,
аналогии, параллели). «Русская мысль», 1885,
кн. 1; Г. Есипов. Самосожигатели. «Оте-
чественные записки», 1863, февраль; Н. Загос-
кин. Самосожигатели. Очерк из истории рус-
ского раскола. Литературный сборник «Вол-
жского вестника», т. 1, вып. 1. Казань, 1884
Кроме трудов, специально посвященных это-
му религиозно-историческому явлению, о
массовых старообрядческих самосожжениях
идет речь и в книгах: А. Дмитрев. Инквизи-
ция в России» М., 1937; В. Г. Карцев. Рели-
гиозный раскол как форма антифеодального
протеста в истории России, ч. 1, 2. Калинин,
1971; В. Ф, Миловидов. Старообрядчество в
прошлом и настоящем. М., 1969 и др.
г С. П. Мельгунов. Москва и старая вера
«Москва в ее прошлом и настоящем», вып.
4—5. М., 1910, стр. 216.
34
высшую и вожделенную цель превра-
щал огненное самоубийство в подвиг
По этой причине «гари» становились
все более массовыми и более
частыми
Проповедники — вдохновители са-
мосожжений подкрепляли свои
призывы и заклинания ветхоза-
ветными сказаниями и новозаветными
изречениями.
Исключительно сильное воз-
действие оказала на «раскольников»
изложенная в ветхозаветной книге
пророка Даниила (гл. 3) и весьма
популярная среди верующих на Руси
легенда о трех мужах иудейских —
Седрахе, Мисахе и Авденаго, по
повелению вавилонского царя Наву-
ходоносора брошенных в раскален-
ную печь и ни в малейшей мере в ней
не пострадавших. Легенда, которая
словно и сочинена была в давно
минувшие времена для ободрения
старообрядцев-самосожженцев. И
кто знает, сколько их решились на
огненное самоубийство, подвигнутые
этой библейской сказкой! Сколько их,
задыхаясь в дыму, уповали на то, что
и они, как те три мужа, сподобятся
великого чуда: ангел господень зале-
тит в пылающий скит, как залетел он
в Навуходоносорову печь, и «выбро-
сит пламень огня из печи» и наполнит
«шумящим влажным ветром» уже
объятое огнем их последнее убежи-
ще!
На эту ветхозаветную книгу ссылается
и протопоп Аввакум: «...Да помнишь ли
три отроки в пещи огненной в Вавилоне!—
вопрошал он в Первом послании Си-
меону — нижегородцу Семену Краше-
нинникову, любимому ученику, приняв-
шему постриг под именем Сергий. —
Навходоносор глядит — ано сын божий
четвертой с ними! В пещи гуляют отроки,
сам-четверт с богом... И паки пойте, в
пещь идуще, огнем горяще...» И далее
Аввакум цитирует из книги пророка Да-
ниила: «Благословен ты, господи боже
отцов наших, хвально и прославлено имя
твое вовеки...»3 * *.
В старообрядческих проповедях
и посланиях все чаще встречались
ссылки на ветхозаветные и новоза-
ветные книги, на жития святых. Вспо-
минали и напоминали слова Христа,
обращенные к ученикам: «Сберегший
душу свою потеряет ее; а потерявший
душу свою ради меня сбережет ее»
(Евангелие от Матфея, гл. 10, ст. 39).
Видимо, физическую гибель в огне
старообрядцы понимали как спаси-
тельную потерю души «ради Христа».
Вспоминали и напоминали о том, что
апостолы Павел и Варнава проповедо-
вали, «увещевая пребывать в вере
и поучая, что многими скорбями
надлежит нам войти в царствие бо-
жие» (Деяния апостолов, гл. 14,
ст. 22). А уж какая «скорбь» сравнит-
ся с гибелью в пламени!..
В очерках А. Пругавина процити-
рован примечательный документ
эпохи «начального раскола» — про-
шение тобольских старообрядцев
царю, датированное 1679 годом. «За
старую веру просители, «на смерт-
ный час готовы, пострадать и во огне
горети»,— так представляли себя
царю сибирские старообрядцы и
подкрепляли готовность ради «ста-
рой веры» «во огне горети» ссылка-
ми на книгу «Пролог»:
«Филинид, священномученик, не изво-
лил пострадать, но обязавши главу свою
и верже себя с высока места, тако
скончался... Святые мученицы Домника да
две дщери ее, Вириния и Проскулила сами
себя в реку вверже, тако скончашася...
Святая мученица Манефа сама ся вверже
в пещь, тако скончашася, и иные мнози,
государь, святые мученики тако скончаша-
ся, от своих рук пострадаша, во образ
нам»*.
«Во образ нам» — в пример, в по-
учение. И старообрядцы — увы!—
слов на ветер не бросали, таким
примерам следовали со всей реши-
мостью — десятками, сотнями и даже
тысячами сразу, нередко распевая
при этом «духовные стихи» собствен-
ного сочинения6 7.
Итак, бесспорно, что субъективный,
идеологический фактор играл серьез-
ную роль в распространении мас-
совых самосожжений старообрядцев.
И самоистребления эти во многих
случаях носили характер добро-
вольных (а не вызванных
безвыходными внешними обсто-
ятельствами) поступков. Историки
раскола подчеркивали это существен-
ное обстоятельство.
Н. Загоскин указывал на
«нравственно-религиозный мотив са-
моумерщвлений — стремление до-
бровольно покинуть земной мир,
лишенный, благодаря церковным нов-
шествам, благодати и путей к спасе-
нию, и вместе с тем духовной жажде
скорее соединиться с предвечным
божеством за пределами этого мира
суеты и соблазна...»6.
«...Надо признать,— писал А. Н. Пы-
лки,— что если первые самосожжения
были делом отчаяния, то после самосож-
жение превратилось в ужасающую эпи-
демию, едва ли не беспримерную в исто-
рии... Эти факты представляют... свиде-
тельство том, до какой степени мрака
дошел раскол». .
Да, но до такой «степени мрака»
раннее старообрядчество в лице его
наиболее фанатичных, экзальтиро-
ванных представителей дошло, сле-
дуя за христианским священным писа-
нием, за житиями святых, и по сей
день почитаемых не только старооб-
рядцами, но и православными! И са-
мое сильное идейное воздействие на
эту страшную эволюцию оказал своей
проповедью протопоп Аввакум.
Огнепальный... Без этого звучного,
впечатляющего эпитета, кажется, не
обходится ныне ни одна публикация,
посвященная Аввакуму,— ни науч-
ная8, ни популярная, ни документаль-
но-художественная (вспомним хотя
бы произведения Д. Жукова). Эпитет
этот стал уже чем-то вроде фамилии.
При этом подразумевают вулканичес-
кий темперамент Аввакума.
страстность его проповедей, его
призывов, обличений. Но не худо
было бы при этом не упускать из виду
и содержание проповедей, направ-
ленность призывов. Если мы взглянем
на проповеди и призывы Аввакума
с этой точки зрения, то убедимся, что
эпитеты «огнепальный», «зажига-
тельный» приобретут иной, не мета-
форический, а буквальный, зловещий
смысл.
О протопопе Аввакуме написано
много. Его потрясающее душу «Жи-
тие» стало по праву одним из самых
прославленных творений всемирной
литературы. Аввакум принадлежит
к тем историческим фигурам, одарен-
ность, духовная мощь и судьба ко-
торых делает совершенно не-
уместными, более того — оскорби-
тельными для них попытки оставлять
в тени какие-либо грани их характера,
факты их жизни. Протопоп Авва-
кум —- личность в высшей степени
трагическая. Но трагедия его — не
только в том, что была жестоко
искалечена, изуродована его судьба,
но и в том, что была жестоко
искалечена, изуродована его душа —
его мировоззрение, его характер, его
психический, эмоциональный мир.
Обходить это молчанием недопусти-
мо не только потому, что такой,
с позволения сказать, «метод» несов-
местим с непреложными требова-
ниями исторической правды. Обхо-
дить это молчанием — значит факти-
чески замалчивать роль религии
в формировании такого мировоззре-
ния, таких характеров, такого психи-
ческого, эмоционального мира, за-
малчивать ее вину в трагедии ред-
костно одаренной и яркой личности.
И Аввакум — не единственная
жертва. О приверженцах и последова-
телях главного «расколоучителя»
(среди них, бесспорно, было немало
богато одаренных людей; ярчайший
пример тому — боярыня Морозова)
с полным правом можно сказать то
же, что только что было сказано о нем
самом. Религиозный фанатизм кале-
чил, уродовал, отравлял их духовный
мир и в определенном отношении —
увы!— уподоблял их их же гонителям.
И прав был В. М. Г аршин, когда писал
в статье, посвященной знаменитой
картине Сурикова:
«О, дайте этой Морозовой, дайте вдох-
новляющему ее, отсутствующему здесь
Аввакуму власть, повсюду зажглись бы
костры, воздвиглись бы виселицы и плахи,
рекой полилась бы кровь... Аввакум, и не
имея власти, находил возможность учить
«леею» и жезлом и стегал ремнем несог-
3 «Житие протопопа Аввакума, им самим
написанное, и другие его сочинения». Иркутск,
1979, стр. 164.
6 А. Пругавин. Самоистребление..., стр. 110
6 Н. Загоскин, Самосожигатели..., стр. 167.
7 «Сводный старообрядческий синодик,........
стр. 49
е См., например: В. С. Румянцева. Огне-
пальный Аввакум. «Вопросы истории», 1972,
№ 11.
35
ласных с ним в самой церкви. Что же бы
сделал он на месте патриарха!»9.
Никаких сомнений на этот счет не
оставил и сам Аввакум. «А что,
государь-царь,— писал он царю Фе-
дору Алексеевичу незадолго до своей
гибели,— как бы ты мне дал волю,
я бы их, что Илия пророк, всех
перепластал во един день... Перво бы
Никона — того собаку, рассекли бы
начетверо, а потом бы никониян —
тех»10.
С ликованием встретил Аввакум
вести о первых самосожжениях, до-
шедшие к нему в пустозерское зато-
чение. С превеликим ликованием
и даже гордостью — не только, так
сказать, конфессиональной, но и на-
циональной. С присущей ему мет-
костью в художественных сравнениях
уподобил он единоверцев-самосож-
женцев.. таежной мошкаре, так хоро-
шо знакомой ему в его многолетних
сибирских скитаниях.
«...Беспрестани жгут и вешают исловед-
ню<ов Христовых,— писал он в Третьем
послании Симеону. — Оне, миленькие...
несытно пуще в глаза лезут, слово в слово,
яко комары или мушицы. Елико их больше
подавляют, тогда больши пищат и в глаза
лезут. Так же и русаки бедные,— пускай
глупы!—ради: мучителя дождались, по-
лками во огнь дерзают за Христа, сына
божия, света... А в Нижнем преславно
бысть: овых еретики пожигают, а ними,
распальшеся любовию и плакав о Благове-
рии, не дождався еретического осужде-
ния, сами во огнь дерзнувше, да цело
и непорочно соблюдут правоверие. И со-
жегше своя телеса, душа же в руце божии
предаша, ликовствуют со Христом во веки
веком, самовольны мученички. Христовы
рабы...Добро дело содеяли, чадо
Семионе, надобно так» (подчеркну-
то мною. — А. Ш ).
Послания, написанные Аввакумом
в Пустозерском остроге, пронизывает
гимн смерти — смерти праведной, ис-
тинно христианской, то есть вожде-
ленной и мученической: «Мучьтеся за
Христа хорошенько, не оглядывайтеся
назад».
Аввакум на все лады восхваляет,
превозносит смерть-
«А в огне том здесь небольшее время
потерпеть, аки оком мгнуть, так душа
и выступит!— успокаивает протопоп во
Втором послании Симеону. — Разве тебе
не разумно! Боишися пещи той! Дерзай,
плюнь на нея, небось! До пещи той страх-
от, а егда в нея вошел, тогда и забыл вся.
Темница горит в пещи, а душа, яко бисер
и яко злато чисто, взимается со ангелы
выспрь, во славу богу и отцу, сын божий
и святой дух возносят ю в высоту».
«А что ты, Прокопьевна, не боисся ли
смерти то!— вопрошал Аввакум «духов-
ную дочь» свою — боярыню Морозову. —
Небось, голупка, плюнь на них, мужествуй
крепко о Христе Исусе! Сладка веть
смерть та за Христа-света. Я бы умер, да
и опять бы ожил, да и паки бы умер по
Христе, бозе нашем. Сладок веть Исус-от...
Ну, государыня, пойди же ты со сладким
Исусом в огонь, подле нево и тебе сладко
будет... Небось, не покинет и вас сын
божий. Дерзайте, всенадежным уповани-
ем таки размахав, да и в пламя! Нб-вось,
диавол, еже мое тело, до души моей дела
тебе нет!.. Аще и отдален от вас, но с вами
горю купно о Христе Исусе, господе
нашем»11.
...А теперь — несколько строк из
написанного и опубликованного в на-
ши дни «Оратор, публицист, писа-
тель, увлекший за собой много «тысяч
простого народа»,— так представляет
нам протопопа Аввакума писатель
Д. А. Жуков в повести «Владимир
Иванович» (см. книгу этого автора
«Огнепальный». М., 1979, стр. 384).
«А в той клетушке без окон сидел,—
читаем мы в другой статье того же
автора, посвященной городу Боровску
и старинному Пафнутьеву монастырю
рядом с ним,— по преданию,
Аввакум Петров, прегордый, уп-
рямый, за всю жизнь не изменивший
ни разу своим принципам».
Можно ли восторгаться способ-
ностью увлекать за собой «много
тысяч простого народа», не тревожась
вопросом — куда был увлечен народ?
Можно ли восторгаться стойкостью,
твердостью в принципах, не принимая
во внимание их сущности! Можно ли
восторгаться пламенной страстностью
проповедей и призывов, отвлекаясь от
их содержания! Как мы видели, про-
поведи и призывы Аввакума «увлека-
ли за собой много тысяч простого
народа» в пламя самосожжений.
Факт, от которого никуда не уйти.
«Аввакум не был прямым пропагандис-
том самосожжений,— пишет советский
историк В. С. Румянцева в статье, упомя-
нутой выше. — Он слишком любил жизнь
и людей, близких ему по духу. Однако не
следует забывать, что он посылал свое
благословение тем, кто, чувствуя «сла-
бость» в борьбе с «никониянами», прини-
мал «огненное крещение» (стр. 123)
Как понимать оговорку «не был
прямым пропагандистом самосожже-
ний»? Процитированные выше пропо-
веди «огнепального» протопопа —
это не отвлеченные богословские
рассуждения или туманные аллего-
рии. Напротив, мы слышим в них
восторженное одобрение подобных
поступков, страстный призыв следо-
вать по тому же пути.
Аввакум — пример последователь-
ного христианина. Потому-то и был
так сильно искалечен, изуродован его
духовный мир. И он совершенно
искренне, со всей своей несокруши-
мой волей стремился идти до конца
вслед за христианским вероучением,
включающим и такую заповедь: «Не
любите мира, ни того, что в мире: кто
любит мир, в том нет любви отчей
Ибо все, что в мире: похоть плоти,
похоть очей и гордость житейская, не
есть от отца, но от мира сего» (Первое
послание Иоанна, гл. 2, ст. 15—16).
В противоречивом духовном мире
протопопа Аввакума любовь к жизни,
любовь к людям отнюдь не гос-
подствовала. Можно ли «слишком
любить жизнь» — и славить смерть,
не просто смерть, а смерть мучени-
ческую, более того — добровольно-
мученическую? Можно ли «слишком
любить людей, близких по духу» —
и призывать самых близких, самых
любимых (Симеона и Феодосию Мо-
розову) идти в огонь и гореть в нем
заживо? Можно ли «слишком любить
людей, близких по духу» — и уподоб-
лять их комарам?..
Наверное, с этим не согласились бы
даже самые ярые ревнители «древле-
го благочестия» и самые пылкие
почитатели Аввакума из числа его
позднейших единоверцев, к примеру
издатели старообрядческого журнала
«Изборник», который в начале нынеш-
него века выпускали в Москве ученые
мужи Рогожской старообрядческой
общины. «В самом деле,— вынуж-
дены были признать они,— в отноше-
нии Аввакума к человеческим
бедствиям иногда как будто сквозит
леденящее дыхание фанатизма. При
перечне казней за веру Аввакум не
скрывает своей радости: «пускай его
испекли — хлеб сладок святой тро-
ице»,— добаляет он, рассказывая о
казни Афанасия юродивого»12. Согла-
ситесь, что подобная метафора звучит
уже совершенно чудовищно!.. А ведь
и Афанасий юродивый, надо полагать,
принадлежал к кругу людей, близких
Аввакуму по духу.
Горькая и страшная истина — на
стороне тех историков старообряд-
чества, которые видели в протопопе
Аввакуме открытого, убежденнейше-
го и страстного («огнепального»)
проповедника «гарей».
Так считал И. Я. Сырцов: «Нам
известно только то, что это учение
(о добровольном самоистребле-
нии. — A. Ш.) и применение его к
жизни старообрядцев было одобрено
и похвалами превознесено до небес
не только Аввакумом, но и другими
старообрядческими авторитетами»13 14.
Так считал Г. Есипов: «Аввакум
проповедывал, ободрял самосожига-
ние, убеждал не бояться смерти. Нет
сомнения, что учение Аввакума, зна-
чительно распространенное между
народом, особенно на севере России,
в первую эпоху борьбы старовер-
чества противу никоновых нововведе-
ний, имело большое влияние на
последующие факты самосожига-
ния...» .
Так считал советский историк
Н. М. Никольский. Касаясь массовых
самосожжений, в которых «раско-
лоучители» видели «второе неосквер-
няемое крещение огнем», он писал:
9 В. №. Гаршин. Рассказы. Л.. 1978. стр. 314—
315.
10 «Русская историческая библиотека, издава-
емая постоянной историко-археографической
комиссией Академии наук СССР», т 39.
Памятники истории старообрядчества в XVII
в. Книга первая, выпуск I. Л., 1927, стлб.
768—769
11 «Житие протопопа Аввакума...», стр. 172—
173, 159, 166—167. 164.
12 «Изборник», 1906, кн. 8, сентябрь, стр. 10.
13 И. Я. Сырцов. Самосожигательство си-
бирских старообрядцев..., стр. 4.
14 Г. Есипов. Самосожигатели..., стр. 605.
36
«...Совершенно в ином свете перед
нами является и проповедь самосож-
жения в устах Аввакума. Самосожже-
ние нужно для того, чтобы «не
погибнуть зле духом своим»,
т. е. чтобы спасти от зла, искупить
и очистить свою душу; оно имеет силу
только тогда, когда совершается
своею волею»15,
Такого мнения придерживаются
и многие современные исследователи
старообрядчества. Вот несколько
высказываний: «Трудовому же люду
он (Аввакум — А. Ш.) предписывал
идти на самосожжение «ради спасе-
ния души .»'6. Эти так называемые
«огненные крещрния» получили одоб-
рение самого Аввакума...»1' «Раз
«антихрист» царствует в мире, поучал
Аввакум, значит следует укрываться
от него или, чуо лучше, предавать
себя добровольной «святой смерти»
путем самосожжения»18.
Откроем ещ© раз хронику «рас-
кольничьих гар©й»... При первом же
взгляде нетрудно заметить, в какие
годы «огнепальцая эпидемия» достиг-
ла пика — вторар половина 80-х годов
XVII столетия, рремя правления ца-
ревны Софьи Алексеевны, регентши
при малолетних братьях-царях Иване
V и Петре I Алексеевичах.
Четырехзначные цифры, опреде-
ляющие число уамосожженцев, сле-
дуют одна за другой...
Да, правление царевны Софьи
(1682—1689) бщло временем самых
жестоких гонений на «раскольников».
Основная причина этого станет понят-
ной, если вспомнить о гой роли,
которую сыграли «раскольники» в
московском стрелецком бунте
1682 года, и о той ненависти, кото-
рая — в связи с этим — испепеляла
душу этой честолюбивой женщины.
«Староверов «пытали и жгли огнем
накрепко, секли плетьми и били батогами
«нещадно», рвали ноздри, вырезывали
языки, уши, рубйли головы на плахе,
ломали клещами ребра, зарывали по шею
живых в землю, кидали в клетки и, завалив
там соломою, сожители, обливали голых
водою и замораживали, выматывали жилы,
вешали, сажали н* кол, четвертовали...»19 *.
То тут, то т^м заполыхали неви-
данные по числу гибнущих «гари»...
> августе 168/ года бродячий инок
Пимен, бежавший от Никона еще до
раскола, в бытность последнего мит-
рополитом в Новгороде, сам сгорел
в Олонецком уезде «и с ним к другой
тысящи несколько народа» (то есть
свыше тысячи)80.
В том же году в Тюменском уезде
три сотни «раскольников» сожгли
себя в скиту на глазах у преследовате-
лей и карателей — воеводы с
ратными людьми.
В 1688 (по другим сведениям
в 1689) году | Устюжском уезде,
в 120 верстах от уездного города
Великий Устюг, около трехсот чело-
век, окруженных в скиту служилыми
людьми, посланными для ареста и
«сыска» местным воеводой, «не да-
лись, и те свои храмины со мно-
голюдством обволокли соломою и за-
жгли...»21.
И наконец, две по-своему знаме-
нитых «палеостровских гари»...
В северной части Онежского озера,
у западного побережья Повенецкого
залива приютился крохотный остро-
вок, известный под несколькими на-
званиями: Палья, Палей, Вспальев,
Вспальевский. Топонимика на сей раз
прозрачна, как озерная вода, в кото-
рой водится лососевая рыба «палья».
На этом острове в давние времена
(предполагают, в XII веке, но воз-
можно, что двумя столетиями позже)
основан был православный мужской
монастырь. По собору во имя рож-
дества богородицы монастырь назва-
ли Рождественским, по месту нахож-
дения — Палеостровским.
Этому клочку земли, затерянному
в лесных и водных пространствах
Обонежья — «Обонежской пятины»,
одной из пяти областей Великого
Новгорода, суждено было стать при-
родной сценой великой народной
трагедии — двух старообрядческих
самосожжений, двух «палеостровских
гарей».
Первая вспыхнула в начале марта
1687 года. 1200 «раскольников» 
главе с дьяконом Игнатием, выходцем
из Соловецкого монастыря, в январе
добрались по льду до острова и захва-
тили Палеостровский-Рождественский
монастырь, словно неприятельскую
крепость: тамошние монахи приняли
никоновы «книжные исправления».
Старообрядцы, полные решимости
держаться до конца, укрепили стены
и ворота. К ним присоединялись сотни
единоверцев. Вскоре из Новгорода
подошел отряд — 500 стрельцов. Ста-
рообрядцы заперлись i деревянной
церкви и подожгли ее. Вместе с Игна-
тием сгорели около 2700 человек.
Осенью 1688 (по другим источни-
кам — 1689) года олонецкие старооб-
рядцы — около полутора тысяч чело-
век, под предводительством другого
соловецкого монаха — Германа, уче-
ника Игнатия, с оружием в руках вновь
захватили Палеостровский монастырь.
Монахов и послушников посадили
в погреб. Крупный карательный отряд
был встречен выстрелами, завязался
бой. Но оборона была безнадежна,
и 23 ноября старообрядцы подожгли
свое убежище и сгорели все до
одного, вместе с узниками в погребе.
2700 и 1500. 4200 человек, включая
детей и женщин, погибли в огне
самосожжения этих двух «гарей»...
Обратите внимание на даты этих
страшных событий: 1687, 1688, 1689...
О чем они напоминают нам?..
700-летие «крещения Руси»!
Сколько уже было сказано громких
слов о благодетельнейших по-
следствиях для народа Руси — России
принятия христианства в качестве но-
вой, «истинной» (в отличие от «бого-
мерзкого язычества» с его «жесто-
костью», его «дикими суевериями»)
религии! О «просветлении», «умиро-
творении» нравов и т. п. Сколько
сказано было, сколько говорят и пи-
шут в наши дни и сколько предстоит
услышать и прочесть нам об этом
в ближайшие годы — в преддверии
1000-летия «крещения Руси» и в год
самого церковного юбилея!..
Но История, как известно, отличает-
ся большой склонностью к
убийственным насмешкам, к иронии,
разящей наповал. И она, как мы
видим, по-своему ответила на без-
удержные церковно-апологетические
самовосхваления и притязания, по-
своему отметила 700-летие право-
славного христианства на Руси
Что и говорить, впечатляющее
«торжество православия» видим мы
на этом примечательном хронологи-
ческом рубеже! Какое замечательное
«просветление», какое разительное
«смягчение» общественных нравов!..
Под православным крестом одни
православные христиане с немысли-
мой жестокостью, с невообразимым
зверством преследовали, пытали и
казнили других православных хри-
стиан.
Под православным крестом право-
славные христиане, заклейменные
кличкой «раскольники» и загнанные
в смертный тупик их не ведающими
жалости единоверцами, сжигали себя
заживо вместе с малыми детьми,
вместе с женами и сестрами, вместе
со стариками родителями.
Под православным крестом право-
славные христиане — «раскольни-
ки» гибли в огне массовых самосож-
жений и з тех случаях, когда ничто
не угрожало им,— гибли, вдохнов-
ляемые, в конечном счете, основопо-
лагающими воззрениями христиан-
ства на мир, на человека и его зем-
ную жизнь.
Заревом «гарей», словно какой-то
зловещей иллюминацией, отметила
История 700-летие христианства на
Руси.
Что же — современные богословы,
церковные проповедники и литера-
торы вместе с многочисленными
околоцерковными подголосками на-
чисто «забыли» обо всем этом?
Если «забыли», наш долг — напом-
нить.
15 Н. М. Никольский. История русской церкви.
М„ 1930, стр. 127, 128.
16 А. Катунский. Старообрядчество. М., 1972,
стр. 19—20.
1 А. Подмазав. Старообрядчество в Латвии.
Рига, 1970, стр. 11 — 12.
18 Л. П. Лашук. Старообрядчество на террито-
рии Коми АССР Вопросы атеистической
пропаганды. Сыктывкар, 1961, стр. 42
19 В. Е. Макаров. Очерк истории старообряд-
чества от Никона до наших дней. М., 1911, стр.
43.
21 «Сводный старообрядческий синодик...»,
стр. 51.
21 А. Пругавин. Самоистребление..., стр. 85
37
ПРАВОСЛАВНАЯ
АПОЛОГЕТИКА
В СВЕТЕ
НАУЧНОЙ КРИТИКИ
Встречи за «круглым столом», про-
водимые Правлением общества «Зна-
ние» РСФСР, стали действенной фор-
мой учебы пропагандистов. В про-
шлом году «круглый стол» был
посвящен теме «Религия и борьба
идей в современном мире»1; мате-
риалы его опубликованы в брошюре,
адресованной лекторам2.
На очередной такой встрече, про-
шедшей в июне нынешнего года,
обсуждались задачи атеистической
пропаганды в связи с приближающим-
ся 1000-летием введения христианства
на Руси. Перед пропагандистами ате-
изма выступили доктор философских
наук профессор заведующий кафед-
рой этики, эстетики и научного атеиз-
ма Ленинградского педагогического
института имени А. И. Герцена
Н. С. Гордиенко; доктор философских
наук профессор заведующий кафед-
рой истории и теории научного атеиз-
ма Московского государственного
университета имени М. В. Ломоносова
М. П. Новиков; доктор философских
наук директор Киевского межреспуб-
ликанского филиала Института науч-
ного атеизма Академии об-
щественных наук при ЦК КПСС
А. С. Онищенко; доктор философских
наук заведующий редакцией литера-
туры по научному атеизму Изда-
тельства политической литературы
ЦК КПСС А. В Белов. Их выступления
были основаны на анализе тех вопро-
сов, которые получают пропаган-
дисты, читающие лекции по данной
проблематике.
Встречу открыл председатель науч-
но-методического совета отделения
по пропаганде научного атеизма
при Правлении общества «Знание»
РСФСР, доктор философских наук,
профессор, заведующий кафедрой
научного коммунизма естественных
факультетов МГУ С. И. Никишов. Он
остановился на тех важных вопросах
атеистического воспитания и лекцион-
ной пропаганды, о которых говори-
лось на июньском (1983 г.) Пленуме
ЦК КПСС, кратко охарактеризовал
задачи пропаганды атеизма в связи
с 1000-летием введения христианства
на Руси.
О том, как русская православная
церковь готовится встретить 1000-ле-
тие «крещения Руси» и какую работу
в этом направлении ведут зару-
бежные клерикальные центры,
рассказал Н. С. Гордиенко. Церковь,
сказал он, стремится представить это
событие как юбилей общеграж-
данский, общенародный. В настоящее
время работают две церковные ко-
миссии по его подготовке. Одна
действует с 1977 года за рубежом (ее
деятельность освещена на страницах
выпускаемого Политиздатом ежегод-
ника «Аргументы»3). В 1979 году была
создана комиссия священного синода
русской православной церкви под
председательством патриарха Пиме-
на. Глава церкви на заседании комис-
сии подчеркнул, что 1000-летие вве-
дения христианства на Руси будет
отмечаться как праздник 1000-летия
русской культуры, литературы,
русской государственности и вообще
1000-летия «нашего исторического
бытия».
Стремление представить это
событие как эпохальное, общеграж-
данское должно встретить со стороны
пропагандистов атеизма аргументи-
рованную, серьезную критику.
Действительно, 988 год — начало ис-
тории русской церкви. Что же касает-
ся всего остального — государствен-
ности, культуры, литературы, тем
более «исторического бытия», то дан-
ное событие не было здесь ни
изначальным, ни эпохальным. Введе-
ние христианства представляло собой
лишь идеологическое оформление
тех потребностей, которые сложились
в обществе, часть процесса феодали-
зации Древней Руси. И рассматривать
этот факт нужно в контексте общей
оценки феодализма.
Еще один тезис, который широко
используют богословы. Они ут-
верждают, будто с введением хрис-
тианства на Руси православие сразу
проникло во все сферы жизни и
русский народ стал «народом-бого-
носцем». Это утверждение не соот-
ветствует исторической истине. Про-
цесс внедрения новой религии про-
должался долгие века, а русский на-
род не стал «народом-богоносцем».
Если бы он был таковым, то были бы
непонятны ни его давние традиции
вольнодумства, антиклерикализма и
религиозного скептицизма, ни го,
откуда в нашей стране возник мас-
совый атеизм.
Очень важно показывать, что наря-
ду с новой религией долгое время
сохранялись и старые религиозные
идеи и представления. С другой
стороны, под влиянием трудовой де-
ятельности, успехов общественной
практики, классовой борьбы скла-
дывались и развивались традиции
свободолюбия и антиклерикализма,
свободомыслия и атеизма. В резуль-
тате антифеодальных выступлений
крестьян, влияния просветителей, ре-
волюционных демократов, марксис-
тов, благодаря успехам научного
познания эти традиции развивались,
крепли и противодействовали рели-
гиозному влиянию. Исторические
факты о связи научного атеизма
с глубокими народными атеистичес-
кими традициями убедительно опро-
вергают тезис русской церковной
эмиграции, будто у господствующего
в советском обществе материалисти-
ческого мировоззрения нет истоков
и исторических предпосылок, будто
оно чуждо народу и «должно быть
преодолено».
Клерикалы из «русской зарубежной
церкви» пытаются представить дело
так, будто подготовка к 1000-летию
введения христианства на Руси со-
провождается в нашей стране не-
ким «религиозным возрождением»,
скрыть тот факт, что православие
встречает свой юбилей в обстановке
глубокого кризиса.
М. П. Новиков рассказал о том, что
представляет собой современное пра-
вославие, как относится оно к пробле-
мам сегодняшнего дня, в чем прояв-
ляется его кризис, как церковь пыта-
ется преодолеть этот кризис на путях
модернизации. Он выделил ряд ас-
пектов православной апологетики,
которые связаны с приближающимся
церковным юбилеем и должны
учитываться в нашей атеистической
пропаганде.
Например, русская православная
церковь стремится поддерживать
свой престиж утверждением о благо-
творном влиянии нововведенного
христианства на различные стороны
жизни Киевской Руси. И здесь очень
важна мысль К. Маркса о том, что не
религия определяет исторические
процессы, а, наоборот, общественные
процессы определяют религию.
В этой связи должны быть под-
вергнуты аргументированной крити-
ке не только апологетические ут-
верждения богословов и религиозных
проповедников, но и те вовсе не
1 См.: «Науке и религия», 1982, № 10.
1 «Религия и борьба идей в современном
мире» (материалы встречи «За круглым сто-
лом»), М., общество «Знание» РСФСР, 1983.
3 См.: Н. Гордиенко, П. Комаров. Под видом
подготовки к юбилею. «Аргументы. 1982». М.
1982, стр. 17—45.
38
церковные публикации, где можно
встретить неверную оценку как введе-
ния православия, так и его роли
в истории России. Пример тому —
книга «Древнерусские предания»,
составленная и прокомментированная
В В. Кусковым и выпущенная недавно
издательством «Советская Россия».
Во вступительной статье нашей мо-
лодежи рекомендуется учиться
нравственности у... православных
святых, а их жития характеризуются
как «могучее средство патриотичес-
кого воспитания». Необходимо самым
решительным образом раскрывать
ошибочность подобных идейных по-
зиций.
В религиозном модернизме
М. П. Новиков выделил круг вопросов,
относящихся к православной морали.
Говоря о ней, мы должны прежде
всего оценивать не то, что она отвер-
гает, а то, какие принципы она
утверждает. Любая мораль характер-
на не столько своими запретами,
сколько позитивными установками
Например, коммунистическая мораль
утверждает счастье человека на зем-
ле, а религиозная — в «царстве небес-
ном».
Проявлениям экстремизма в пра-
вославии, а также позиции церкви на
разных этапах истории нашей страны
посвятил свое выстуление А. В. Белов.
В настоящее время, отметил он,
экстремизму в православии уделяется
недостаточно внимания. Между тем,
анализируя передачи таких радио-
центров, как «Свобода», «Голос Аме-
рики», «Би би-си», обращаешь внима-
ние на то, что там постоянно говорят
о православном экстремизме, упоми-
нают Якунина, Дудко, Эшлимана и
других, цитируют призывы правос-
лавных «оппозиционеров» возвратить
церковь на позиции «тихоновщины»,
«не идти на поводу у Советской
власти». Эти идеи до сих пор кое-кем
муссируются. Экстремистскую группу
в православии создать не удалось.
И Дудко, и Регельсон, и Эшлиман
публично отказались от своих заблуж-
дений. Но об опасности экстремизма
забывать нельзя. Не случайно на
июньском (1983 г.) Пленуме ЦК КПСС
было подчеркнуто, что западные ре-
лигиозные круги делают особую став-
ку на религиозных экстремистов.
Касаясь позиции, занятой право-
славной церковью после Октября
и в первые годы Советской власти,
важно подчеркнуть, что церковь была
тесно связана с самодержавием и,
естественно, враждебно встретила ре-
волюцию. Наиболее реакционная
часть духовенства принимала участие
в саботировании мероприятий Со-
ветской власти, в организации раз-
личных заговоров, вооруженных
объединений, сражавшихся в рядах
белогвардейцев. Это нельзя замалчи-
вать.
Сообщение А. С. Онищенко было
посвящено основным направлениям,
формам и методам контрпропаганды
в современных условиях.
Клерикальная антикоммунистичес-
кая пропаганда превратилась ныне
в самостоятельную отрасль идеологи-
ческой и психологической войны про-
тив социалистических стран. Она име-
ет свое специфическое содержание,
приемы, формы, методы, аргументы.
Поэтому и противодействие клери-
кально-буржуазной пропаганде дол-
жно иметь свою специфику.
В этой области прослеживаются три
момента. Во-первых, отождествление
марксизма-ленинизма с вульгарной
формой материализма и нигилисти-
ческого атеизма. Во-вторых, дискре-
дитация коммунизма путем дискре-
дитации атеизма. И наконец, в-треть-
их, изображение религии носительни-
цей национальной самобытности.
Предпринимаются попытки синтеза
науки и религии, ставится задача
создания «интеллектуального вариан-
та» религиозности, рассчитанного на
людей со средним и высшим образо-
ванием. Этот момент следует особо
учитывать в атеистической пропаганде.
Не отошли в прошлое и тради-
ционные формы религии. Здесь нали-
чествуют две линии: расширенное
толкование религии и ее субъективи-
зация. И на этой почве множатся
различные варианты нетрадиционных
форм религии. В традиционных кон-
цепциях растет внимание к вопросам
религиозного объяснения не картины
мира, а мира человека, формули-
руются предписания, как должен
человек жить. В связи с этим раз-
личные вероисповедные концепции
наполняются интимно-личностным со-
держанием, в то же время делаются
попытки противопоставить такие кон-
цепции коммунизму, который якобы
игнорирует эту сферу жизни человека.
В материалах июньского (1983 г.)
Пленума ЦК КПСС шла речь о критике
«богоискательских» мотивов, идеали-
зации патриархальщины. В современ-
ной клерикальной пропаганде, иду-
щей из-за рубежа, поднимаются на
щит такие настроения. Клерикаль-
ная пропаганда пытается активизиро-
вать религиозную жизнь, противопос-
тавить ее социалистической действи-
тельности. «Религиозное обновление»
хотят направить на путь укрепления
в нем политических моментов, чтобы
столкнуть религиозные организации
и верующих с позиций лояльности по
отношению к Советской власти.
Итоги встречи за «круглым столом»
подвел С. И. Никишов, отметив ак-
туальность обсужденных вопросов.
Е. БЕЛЯКОВА,
референт Правления
общества «Знание» РСФСР
Один из создателей фран-
цузской оперы композитор
Даниель Обер (1782—1871)
не любил, когда при нем
говорили о смерти. Зная это,
один из его друзей шутливо
заметил как-то:
— А все же когда-нибудь
ваш час пробьет!
— Ничего, я пропущу это
мимо ушей,.— ответил Обер.
На одной из своих лекций
немецкий математик Давид
Гильберт (1862—1943) ска-
зал:
— Каждый человек имеет
некий определенный гори-
зонт. Когда он сужается и ста-
новится бесконечно малым,
го превращается в точку.
Тогда человек говорит: «Это
моя точка зрения».
В начале 20-х годов в Гер-
мании женщине-физику Лизе
Мейтнеп была присуждена
ученая степень доктора наук.
Название ее диссертации —
«Проблемы космической фи-
зики» — показалось одному
журналисту неподходящим
для женщины, и он его пере-
иначил: «Проблемы космети-
ческой физики». Так и было
напечатано в газете.
39
Литература, искусство
красоту, духовную силу татарских девушек, призывает их
вырваться из оков религиозного невежества и рутинного
быта.
Поэзии Тукая присущ и воинствующий антиклерика-
лизм. Своим острым сатирическим пером обличает он
мулл и ишанов, сеющих мракобесие, религиозный фана-
тизм, суеверия, удерживающих народ в рабстве бескуль-
турья.
Тукай, зачинатель революционно-гражданской лирики,
революционно-демократической сатиры в татарской лите-
ратуре, всем своим светлым творчеством служил истине,
добру и справедливости. Тукай — любимый поэт татарско-
го народа. Имя его дорого всем народам нашей Отчизны.
«...ДОБРУ И ПРАВДЕ
никогда не изменяя»
Судьба отпустила ему короткий срок жизни — 27 лет.
И совсем мало времени для творчества. Зато на невзгоды
была щедра: бесприютное сиротское детство, нужда,
унижения, бессмысленная зубрежка в медресе, изнури-
тельный труд наборщика в типографии, чахотка... Какая же
могущественная сила взрастила многогранный поэтичес-
кий талант Габдуллы Тукая (1886—1913), подняла его
поэзию до выдающихся высот, сделала ее дорогим
достоянием многих поколений народов нашей Родины?!
Сила эта — безраздельная связь поэта с народом,
родной землей. Тукай исключительно чуток ко всем
народным помыслам и чаяниям, бедам и страданиям. Он
как бы чувствует их своим обнаженным сердцем В неисся-
каемом роднике народного творчества черпал он вдохно-
вение, использовал поэт и традиции классической поэзии
народов Востока; но особо важное значение для Тукая
имела русская поэзия. Для него «Пушкин, Лермонтов —
два солнца». Очень близкой, созвучной поэзии Тукая была
печальная и гневная лира Некрасова.
Революция 1905—1907 годов одухотворила поэтичес-
кий дар Тукая великими и де .ми освобождения народа от
гнета всех темных сил. В бурные годы общественно-
политического подъема мужает и шлифуется его талант.
Гневный и горестный голос поэта бесстрашно обличал
старый, прогнивший мир всех притеснителей народа,
ставших и его злейшими врагами.
Не страшны мне их угрозы, жгут меня народа слезы,
Я пищу, добру и правде никогда не изменяя.
Мал я, но в борьбе неистов, ибо путь социалистов —
Это и моя дорога, справедливая, прямая.
Тукай ратует за дружбу татарского и русского народов,
выступает против националистических взглядов. С годами
в его творчестве все более четко формируются и звучат
атеистические мотивы. Поэт пишет о религии как орудии
приучения масс к «позорному смирению и бездумью»;
отмечает, что «только гнет» заставляет бедняка верить
в бога, выявляет порождение духовного гнета гнетом
социальным. Тукай ясно видел, насколько темнота и неве-
жество трудящихся облегчают их угнетение и порабоще-
ние. Поэтому он выступал страстным поборником просве-
щения народа. Обращаясь к молодежи, детям, поэт
советует им всеми силами души стремиться к бесценным
светоносным дарам знания
Только знанья правят миром, им не правят дети тьмы.
Прочь, невежество и спячка! Пробуждаемся и мы.
Вас, друзья, благословляю, дети века своего.
Века знания питомцы и хозяева его.
Важный мотив поэтического творчества Тукая — борь-
ба за социальное и духовное освобождение женщины,
опутанной сетью религиозных традиций и предрассудков.
Яркими и нежными словами воспевает он достоинства,
ТАТАРСКИМ ДЕВУШКАМ
Мне по нраву изгиб ваших гонких бровей,
Завитки непослушные темных кудрей.
Ваши тихие речи, что сердце влекут,
Ваши очи. прозрачные, как изумруд.
В вас любезны не меньше мне, чем красота,
Целомудренность гордая и чистота.
И настолько мне мил ваш калфак парчевой,
Лишь взгляну на него — и хожу сам не свой.
Так что если ишан иль блаженный хазрет
Прямо в рай мне когда-либо выдаст билет,
Но коль, гурия, выйдя навстречу, как вы.
Не украсит калфаком своей головы.
И не скажет мне: «Здравствуй, джаным!» — не войду
В этот рай, пусть я в адскую бездну паду!
Лишь невежество ваше не нравится мне,
Что вас держит в затворе, во тьме, в тишине
Жены мулл мне не нравятся тоже ничуть,
Рас так ловко умеющие обмануть.
Любят вас, если нянчите вы их детей,
Ну, а мойте полы — полюбят сильней.
У невежества все вы берете урок.
Жизнь во тьме — вот учения нашего прок!
Ваша школа — с телятами рядом, в углу.
Вы сидите, «иджек» бормоча, на полу
От природы вы — золото, нет вам цены.
Но погрязнуть в невежестве обречены.
В слепоте вы проводите жизнь, и — увы! —
Ваши дочери так же несчастны, как вы.
Вы как будто продажный товар на земле,
Вы бредете, как стадо, покорны мулле.
Но ведь вы же не овцы! Поверьте, я прав.
Что достойны вы всех человеческих прав!
Не пора ль отрешиться от этих оков!
Не пора ли уйти вам из этих тисков!
И не верьте Сайдашу, он злобою пьян,
Он — невежда, над всеми невеждами хан.
1906
ЖАЛОБА МУЛЛЫ
(По «Молле Насреддину»)
О Аллах! Слуга твой верный стал Tenepi унылой тенью,—
Ведь привык я, чалмоносец, к уваженью и почтенью
40
Жил в довольстве и богатстве, белый свет казался раем.
Всюду мне была опора, всеми был я уважаем.
Белым черное когда-то называть я мог спокойно,
Средь приверженцев ислама жил почетно и достойно.
Всяк заботился в те годы о своем насущном деле,
Нас, как в нынешнее время, осуждать тогда не смели.
Разве требовал я много? Лишь положенных молений
Да священных омовений после нужд и отправлений.
— Просвещенье! — возвещают узкобрючные пророки
И, неверным уподобясь, проповедуют пороки.
И от их речей безбожных стал народ неблагодарен:
Пробудился от дремоты, поднял голову татарин.
Было время! Жил я праздно средь обжорства и обмана.
Но чистейшими считали всех служителей Корана.
Тех, кто ложь мою заметил, мог смирить и запугать я
И на головы правдивых сыпал грозные проклятья.
Ну, а ны^е верить стали развращенной молодежи
Даже те кому когда-то был ислам всего дороже
Было время! Половил я рыбку в мутной той водице!
Ах, невежества былого век увы, не возвратится1
1908
ПЕСНОПЕНИЕ ОДНОГО ШЕЙХА
Награда есть для добрых дел! В одно для нас слились:
Красдтка кура, колбаса, и кубок, и кумыс!
Вздор говорят еретики,— не знаем мы тревог,
Прославив пять даров земных, тебя мы славим, бог!
Пять «К» чудесных создал бог, по вкусу нам пришлись-
Красотка, кура, колбаса, и кубок, и кумыс!
1908
У ДОСКИ
Научись водить, сынок, по доске по черной мелом —
Душу темную свою озари ты светом белым!
Каждый Грамотный ценней трех неграмотных вовек.
Кто стремится к знЪнью, тот настоящий человек.
1908
МУЛЛЫ
Таскаются к каждому на беляши, проводят в безделии дни.
Лишь небо молить о спасенье души да клянчить умеют они.
Ни света в сердцах, ни чести в делах,— знать, совесть
покрылась жирком.
Твердят: Сохрани от шайтана, Аллах!» — а возят
шайтана верхом.
И если д>ша благородна, горда, с презреньем
отвергнешь их ты —
Настолько ленивы и глупы всегда духовные эти скоты!
1909
ИШАН
Закрыл газа, согнул свой стан, намотан на башку тюрбан.
Как сена гтог на голове,— хоть и скотина, а ишан.
1909
РЕБЕНКУ
Дитя, не (ойся лешего, чертей и домовых?
Все это только выдумки, не стоит верить в них!
Остались »ти выдумки от прежних, старых лет,
Послушаешь — так весело, но в сказках правды нет.
Дубравы я не ведаю, не ведаю села,
Г де бы водились дьяволы, где ведьма бы жила!
Ты вырастешь, научишься, ты наконец поймешь,
Как свежим ветром знания развеять эту ложь.
1910
ГНЕТ
Кто тебе, бедняк несчастный, веру в бога навязал?
В паспорте тебя навеки «мусульманином» назвал?
Заставлял тебя валяться на полу, творя намаз,
И в мечетях пыльных, старых бить поклоны заставлял?
Кто позорному смиренью и бездумью научил,
Темноту твою в орудье угнетенья превратил?
Ты «свидетельствуешь» миру, а чего свидетель ты?
Кто тебе поверить сможет? Век в невежестве ты жил!
О бедняк, вздохнуть свободно нам мешает эта ложь.
От молений постоянных толку нету ни на грош
Только гнет тебя заставил в бога веровать, бедняк.
Но не веришь ты, что завтра с голодухи не умрешь.
1911
СЕЛЬСКОЕ МЕДРЕСЕ
Медресе — тяжелый камень на плечах односельчан,
Развращенный круг мюридов и ишанов балаган.
Жвачка пресная, тупая, ежедневно, без конца
Гибнут жизни молодые, сохнут честные сердца.
Околесицу бормочут: «каптеркю» иль «катырсу»,
Черт их разберет, что значит «сентерсу» и «саттырсу»
Зиму целую бормочут, как верблюды в полусне,
Одубеют, очумеют и умолкнут по весне.
И Коран на видном месте, неизменный афтияк.
Ранец, книгами набитый до отказа, не пустяк.
Пятна пальцев оставляя, книг страницы шевеля,
Продырявили шакирды середину и поля.
Сел наставник на подушки, просидит так целый день,
Феску ветхую напялил, как ведется, набекрень.
Посмотрел я и подумал: «Вот кто грязный сатана!»
От него распространилась смрада едкая волна.
1912
РЕЛИГИЯ
В наше время религия — это гнилая стена.
Ткнешь мизинцем — й рухнет, в труху превратится она.
Ведь известно, что дерево сохнет, когда соловей
Покидает его, уступив свое место грачам!
Что ты, дядя, в мечети беззвучно губами шептал?
Вроде ты наизусть и строки из Корана не знал?
Как же! Люди, увидев молитву такую, решат,
Что ученость твоя и достойность превыше наград.
Ты приходишь сюда потому, что приходит сосед.
А сосед, кбты бросив у входа, торопится вслед!
Что в мечети ты делаешь, бойкий торговец мулла?
Как базары прошли? Хороша ли торговля была?
Много ль шкур принесли в подношенье сегодня, скажи?
Увидал ли молитву о шкурах твой дядя Хаджи?
Если видел, похвалит тебя: «Благонравен Эхмэт,
Он хороший мулла, дай Аллах ему множество пет!..»
Почему так гнусав и противен твой голос, пурки?
Ты читаешь Коран — как корова мычит у реки.
Ну и нюх у тебя! После службы спешишь ты все: да
Только к тем, у кого пожирнее найдется еда!
1912
41
I КАТАЛИНА
Аббатисса ответила не сразу. План
дона Мануэля пришелся ей по душе.
Непослушных сыновей часто отправ-
ляли в Америку, а дочерей, от-
казывающихся выйти замуж за
избранника родителей, запирали в
монастырях, пока они не начинали
внимать голосу разума. Она не сомне-
валась, что разлука Диего и Каталины
лишь пойдет им на пользу.
— Юноша наверняка расскажет
Каталине о моем предложении,—
добавил дон Мануэль.
— Почему?
— Чтобы показать, чем он жертву-
ет ради нее.
— Ваша проницательность делает
вам честь, сеньор.
— Когда однажды утром он исчез-
нет, Каталина решит, что он не устоял
перед искушением.
— Это возможно. Но остается его
отец. Если он обратится к властям,
обман выплывет наружу.
— Чтобы этого не случилось, я со-
бираюсь посвятить его в мой план. Он
связывает с сыном честолюбивые
замыслы и без колебаний сделает все,
что я скажу. Портной будет молчать,
а когда юноши хватятся, он уже
покинет Испанию.
Аббатисса вздохнула:
— Мне не нравится ваше предло-
жение, но молодежь, к сожалению,
глупа и будет лучше, если их судьбу
решат люди, умудренные опытом
прожитых лет.
— Могу обещать вашему преподо-
Окончание. Начало см. в № 9, ТО, 11
бию, что ему не причинят вреда. Мой
человек проследит, чтобы он ни в чем
не нуждался.
— Это в ваших же интересах,—
сухо заметила аббатисса.
— Я знаю об этом, мадам. Можете
полностью положиться на меня.
— Когда вы собираетесь увезти
юношу?
— Как только закончу необхо-
димые приготовления.
Дона Беатрис задумалась. Исчезно-
вение Диего будет обсуждаться на
всех перекрестках и вполне вероятно,
что о нем узнает епископ. Она уже
столкнулась с его прозорливостью
и понимала, что тот может догадаться,
кто замешан в этом деле. Теперь она
горько сожалела, что в порыве гнева
позволила себе сказать лишнее. Абба-
тисса не знала, что он предпримет, но
чувствовала, что не стоит доводить их
отношения до открытой конфронта-
ции.
— Когда ваш брат уезжает из
города, дон Мануэль? — спросила до-
на Беатрис.
Вопрос удивил его.
— Не знаю, ваше преподобие, но,
если вас это интересует, могу выяс-
нить.
— Я хочу, чтобы до его отъезда вы
ничего не предпринимали.
— Но почему?
— Потому что мне так хочется. Вам
достаточно знать, что таково мое
желание?
— Как вам будет угодно, мадам.
Юношу увезут в ночь после отъезда
моего брата.
— Меня это устраивает, дон Ма-
нуэль.
Он поцеловал протянутую руку
аббатиссы и покинул молельню.
ПА Хотя разумом дона Беатрис
ы V понимала, что действует по
справедливости и для блага
Каталины, в глубине души ее мучили
сомнения. Раз или два она даже
собиралась остановить дона Мануэля,
но затем корила себя за проявленную
слабость. Слишком много было по-
ставлено на карту Однако она не-
рвничала, и монахини отметили ее
непривычную раздражительность.
И вот как-то утром дона Ана сообщи-
ла аббатиссе, что епископ уехал. Не
привлекая внимания, он на заре поки-
нул Кастель Родригес, сопровожда-
емый лишь секретарями и слугами.
Часом позже дон Мануэль прислал
записку, в которой докладывал, что
все приготовления закончены и ночью
Диего исчезнет из города.
Ближе к вечеру ей сказали, что
Каталина просит принять ее. Девушку
провели в молельню. К своему неудо-
вольствию, аббатисса увидела, что та
крайне возбуждена. Она догадалась,
что Каталина о чем-то узнала.
— Что случилось, дитя мое? —
спросила дона Беатрис.
— Ваше преподобие говорили, что
я могу прийти к вам, если попаду
в беду,— и Каталина разрыдалась.
Аббатисса подождала, пока девуш-
ка успокоится, и повторила вопрос.
Всхлипывая, Каталина рассказала, что
какой-то знатный дворянин предло-
жил послать Диего в армию, пообе-
щав подарить ему поместье и дво-
рянскую грамоту. Тот из любви к ней
отказался и в результате жестоко
поссорился с отцом. Портной заявил,
что, если Диего не примет этого
великодушного предложения, его
увезут силой, и запретил ему женить-
ся на Каталине. Аббатисса нахмури-
лась. Портной спутал им все карты.
Если Диего исчезнет, девушка будет
знать, что его увезли против воли.
А она рассчитывала представить дело
так, будто он все-таки поддался иску-
шению и сам покинул невесту.
— Он не мог и мечтать о такой
судьбе,— заметила	аббатисса. —
Любой юноша, не колеблясь, схватил-
ся бы за такой шанс. Мужчины
тщеславны и трусливы и, совершая
дурной поступок, стараются доказать,
что действовали с благими намере-
ниями. Возможно, он лжет, говоря
о насилии, чтобы ты не думала, что он
бросил тебя.
— Этого не может быть! Он любит
меня. О сеньора, вы — святая женщи-
на, вы не знаете, что такое любовь
Если у меня отнимут Диего, я умру.
— Никто еще не умирал от
любви,— с горечью ответила аббатис-
са.
Каталина упала на колени и про-
стерла к ней руки в страстной мольбе.
— О ваше преподобие, пожалейте
нас. Спасите Диего. Я не смогу без
него жить. О сеньора, если б вы знали,
что я испытала, думая, что потеряла
его навсегда. Зачем пресвятая дева
излечила меня, если я все равно не
смогу быть рядом с любимым.
Аббатисса сжала ручки кресла так,
что побелели костяшки пальцев
— Все это время я думала о нем.
У меня разрывается сердце. Я лишь
бедная и невежественная девушка.
У меня ничего нет, кроме этой любви.
Я люблю его больше жизни.
— Он — никто,— прохрипела дона
Беатрис. — Он ничем не отличается
от десятков других.
— Ах, мадам, вы говорите так,
потому что никогда не испытывали
страданий и блаженства любви.
И тут лицо аббатиссы исказилось
гримасой невыносимой боли, и из ее
глаз брызнули слезы. Каталина испу-
ганно вскрикнула.
— О ваше преподобие, что я сказа-
ла? Простите меня, простите,— она
42
прижалась к коленям доны Беатрис
и начала целовать ей руки. — Мадам,
почему вы плачете? Что я сделала?
Дона Беатрис вырвала руки и, сжав
их в кулаки, попыталась успокоиться.
— Я — злая и несчастная женщи-
на,— простонала она.
Аббатисса откинулась в кресле
и закрыла лицо руками. Воспомина-
ния о далеком прошлом захватили ее,
и, стискивая зубы, она с трудом
подавляла рыдания, раздирающие ей
грудь. Эта глупышка сказала, что она
никогда не знала любви. Как жестоко
после стольких лет ощутить, что
старая рана так и не затянулась!
Аббатисса смахнула слезы и, взяв
в руки нежное личико Каталины,
взглянула в ее ясные глаза. И вновь ее
поразила красота Каталины. Такая
молодая, такая прекрасная и так
беззаветно любящая этого юношу
Как ей могло прийти в голову разбить
сердце бедняжки, по собственному
опыту зная, что это значит для юной
души. И аббатисса сдалась под напо-
ром истинной любви, уступила веле-
нию сердца и пошла против своей же
воли, ощутив при этом невыразимое
облегчение. Она наклонилась и поце-
ловала алые губки девушки.
— Не бойся, дитя мое. Ты выйдешь
замуж за своего любимого.
Каталина радостно вскрикнула и
принялась благодарить аббатиссу, но
та резко оборвала девушку. Деликат-
ность ситуации требовала предельной
осмотрительности, и ей хотелось спо-
койно обдумать следующий шаг.
Через несколько часов Диего увезли
бы к морю. Она могла послать за
доном Мануэлем и запретить ему что-
либо предпринимать, но этим не
избавила бы себя от возможных
осложнений. Брошенные ею семена
дали хорошие всходы. Горожане твер-
до верили что Каталина станет мона-
хиней. Дона Беатрис хорошо знала
страстную религиозность своих сооте-
чественников. Если бы Каталина по-
шла против их воли и вышла замуж за
сына портного, они восприняли бы ее
поступок как оскорбление веры. Вос-
хищение, даже обожание, с которым
смотрели на девушку в Кастель Род-
ригесе, сменилось бы негодованием
и презрением. И аббатисса не удиви-
лась бы, если б дом Каталины сожгли,
ее саму забросали камнями, а Диего
вогнали в спину острый кинжал. Оста-
валось только одно.
— Вы с Диего должны немедленно
покинуть город. Найди Доминго, сво-
его дядю, и приведи его сюда.
Каталина, сгорая от любопытства,
хотела узнать, что задумала аббатис-
са, но та велела ей не задавать
вопросов, а делать то, что сказано.
Когда Каталина вернулась с Домин-
го, дона Беатрис отослала девушку,
чтобы поговорить с ним наедине. Она
рассказала ему то, что сочла необхо- ,
димым, и послала с запиской к управ-
ляющему ее поместьями. Затем она
велела Доминго найти Диего и объяс-
нить юноше, что от него требуется.
Отпустив Доминго, она вновь позвала
Каталину.
— Ты проведешь вечер со мной,
дитя мое. В полночь я выведу тебя
через потайную дверцу в городской
стене. Там тебя встретит Доминго
с лошадью, которую по моему указа-
нию даст ему управляющий. Он
отвезет тебя в другое место, где
будет ждать Диего. С ним ты поска-
чешь в Севилью. Я дам тебе письмо
к моим друзьям, и они найдут вам
подходящую работу и жилье.
— О сеньора,— возбужденно вос-
кликнула Каталина,— как я смогу
отблагодарить вас за все хорошее, что
вы для меня сделали?
— Слушай меня внимательно,—
сухо ответила аббатисса. — Скачите
быстро и нигде не останавливайтесь.
Целомудрие — корона девушки и ты
должна хранить ее, пока церковь не
благословит ваш союз. Не забывай,
что прелюбодеяние — смертный
грех. Как только рассветет, ты должна
в первой же деоевне найти священни-
ка и попросить его обвенчать вас
с Диего. Посмотри сюда.
Каталина посмотрела и увидела
простенькое золотое колечко.
— Это кольцо я приготовила к
твоему пострижению в монахини.
Пусть оно станет твоим обручальным
кольцом,— она положила колечко на
ладонь Каталины, сердце которой
учащенно забилось.
Потом они долго молились, и нако-
нец часы пробили полночь.
— Пора,— сказала дона Беатрис
и достала из ящика стола туго набитый
кожаный мешочек.
— В нем золотые монеты. Спрячь
его так, чтобы не потерять, и не давай
Диего Мужчины не знают цену день-
гам и тратят их на всякие глупости.
Каталина скромно отвернулась, по-
дняв юбку, сунула мешочек в чулок
и завязала тесемки вокруг ноги.
Дона Беатрис зажгла фонарь и ве-
лела девушке следовать за ней. По
пустынным коридорам они вышли
в сад и прошли к дверце в городской
стене. Аббатисса приказала пробить
ее, чтобы уходить из монастыря
незамеченной или принимать гостей,
чей визит, по каким-то причинам,
следовало сохранить в тайне. Она
достала ключ и отворила дверцу
Доминго, верхом на лошади, ждал
в тени стены. В небе сияла полная
луна.
— А теперь иди,— прошептала до-
на Беатрис. — Благослови тебя бог,
дитя мое, и вспоминай меня в своих
молитвах, ибо я грешная женщина
и нуждаюсь в заступнике перед судом
божьим.
Каталина выскользнула из' мо-
настыря, аббатисса заперла дверцу,
подождала, пока стихнет стук копыт,
гулко раздававшихся в ночной тиши,
и пошла к себе. По ее щекам катились
слезы. Остаток ночи дона Беатрис
провела в молитве.
0/3 Доминго помог Каталине
сесть сзади него. Было тихо
и тепло, но высоко в небе
ветер гнал черные облака, края ко-
торых серебрились в лунном свете.
Они скакали вперед, единственные
обитатели этого загадочного мира.
— Дядя Доминго.
- Да?
— Я выхожу замуж.
— Поздравляю тебя, дитя. Но учти,
что мужчины в большинстве своем
стремятся избежать этого священного
обета, хотя он необходим для спасе-
ния души.
Они проехали спящую деревушку
и вдали показалась небольшая рощи-
ца. Из-под деревьев появилась одино-
кая фигура, и Доминго натянул по-
водья. Каталина соскользнула с лоша-
ди и бросилась в объятия Диего
Доминго спрыгнул на землю.
— Достаточно,— сказал он. — Вы
еще успеете нацеловаться. Садитесь
на лошадь и уезжайте. Еда и вино
в переметных сумах.
Он обнял Каталину и Диего, пома-
хал им рукой на прощание и сел под
деревом, так как городские ворота
давно закрылись. Достав из кармана
припасенную бутылку вина, Доминго
поднес горлышко ко рту и пригото-
вился встретить рассвет в компании
с музой Но, не успев решить, сочи-
нить ли ему сонет величественной
луне или оду всесокрушающей
любви, он задремал и проснулся лишь
после восхода солнца.
Влюбленные скакали больше часа,
и Каталина говорила, не закрывая рта.
Диего был так счастлив, что смеялся
над каждым ее словом. Она чувство-
вала себя на седьмом небе, сидя за
спиной любимого на несущейся
сквозь ночь лошади.
— Я готова скакать с тобой хоть на
край света.
— Я голоден,— ответил Диего. —
Давай остановимся и посмотрим наши
запасы.
Дорога как раз проходила мимо
леса, и он натянул поводья. Каталина
прекрасно понимала, что ему пока-
жется мало только еды и питья. И без
предупреждения аббатиссы и Домин-
го она знала, что нельзя дать мужчине
волю до того, как их отношения
узаконены церковью. Слишком часто
девушки, уступившие возлюбленным,
обнаруживали, что те не спешат
выполнять данные ранее обещания.
— Поехали дальше, дорогой,—
сказала Каталина. — Аббатисса сове-
товала не останавливаться. Вдруг за
нами будет погоня.
— Я никого не боюсь,— ответил
Диего.
Он перекинул ногу через голову
43
лошади, спрыгнул на землю и подхва-
тил Каталину. Как только она оказа-
лась в его объятиях, Диего осыпал
поцелуями ее глаза и губы, а затем
увлек к лесу. И тут по их спинам
забарабанил дождь. Оба вздрогнули
от неожиданности, так как в воздухе
не ощущалось и дуновения ветерка,
и они не заметили появившуюся над
их головами тучку. И храбрый, как
лев, Диего, готовый сразиться с де
сятком вооруженных мужчин, испу-
гался за свой новый и единственный
костюм
— Там нет дождя,— он указал на
другую сторону дороги. — Побежали.
Но, когда они достигли желанного
места, дождь превратился в ливень.
— Поехали! — раздраженно вос-
кликнул Диего. — Туча маленькая, мы
ее обгоним.
Он вскочил в седло, помог Каталине
сесть сзади и вонзил шпоры в бока
лошади. Едва они выехали из леса, как
дождь прекратился. Диего взглянул
на небо. Позади громоздились
темные облака, впереди сияли яркие
звезды. Примерно полчаса они скака-
ли в полном молчании. Около одино-
кой рощицы Диего вновь натянул
поводья.
— Остановимся здесь,— и тут же
на нос ему упала тяжелая капля.
— Ерунда,— он спрыгнул на землю
и дождь сразу же усилился, — Это
проделки дьявола.
Как только Диего оказался в седле,
дождь прекратился, как по манове-
нию волшебной палочки.
— Дьявол тут ни при чем,— заме-
тила Каталина.
— Тогда кто?
— Пресвятая дева
— Ты несешь чепуху, женщина,
и скоро я тебе это докажу.
Они поскакали дальше, но теперь
его острый взор не находил дерева,
к которому он мог бы привязать
лошадь.
— Надо было взять с собой верев-
ку, чтобы стреножить ее,— пробур-
чал Диего.
— Всего не предусмотришь,— со-
чувственно вздохнула Каталина
— Лошадь должна отдохнуть. Да
и нам не помешает вздремнуть на
обочине.
— Я не смогу заснуть.
— Я, кажется, тоже,— усмехнулся
он
— Посмотри, опять пошел дождь.
Мы промокнем насквозь.
— Несколько капель нам не повре-
дят,— но капли сменились потоком,
и Диего, выругавшись, пришпорил
лошадь. — Ничего подобного я еще
не видел.
— Почти что чудо,— прошептала
Каталина.
Диего сдался. Хоть дождь и кончил-
ся, они основательно промокли, и его
любовный пыл в значительной мере
охладили мысли об испорченной оде-
жде. Наконец на востоке затеплился
рассвет. Дорога поднялась на верши-
ну холма, и внизу, в розовом отсвете
зари, они увидели маленькую дере-
вушку. Навстречу уже попадались
крестьяне, спешащие на поля. Они
въехали в деревню, но тут лошадь
остановилась, как вкопанная.
— Это еще что такое,— возмутил-
ся Диего, пришпоривая лошадь. —
Еперед!
Но та даже не шевельнулась. Диего
стегнул ее по голове поводьями, но
и это не произвело никакого эффекта.
— Я заставлю тебя двинуться,—
рассвирепел Диего и изо всех сил
хлестнул лошадь по шее. Та стала на
дыбы, и Каталина испуганно вскрикну-
ла. Диего кулаком стукнул лошадь по
голове, она опустилась на все четыре
ноги, но не тронулась с места.
— Ничего не понимаю. Неужели
дьявол вселился в лошадь? — Тут Ка-
талина рассмеялась, и он повернулся
к ней с перекошенным от злости
лицом. — Что тут смешного?
— Не сердись, любовь моя. Разве
ты не видишь, где мы? У церкви.
Диего, нахмурившись, оглянулся.
Действительно, лошадь остановилась
прямо у церкви, расположенной на
самой окраине деревни.
— Ну и что?
— Аббатисса заставила меня обе-
щать ей, что мы обвенчаемся в первой
же церкви. Она перед нами.
— Мы еще успеем это сделать,—
пробурчал Диего, вонзая шпоры в бо-
ка лошади. В следующее мгновение
они взлетели в воздух, сброшенные
разъяренным животным, но, к
счастью, приземлились в копну сена
и не пострадали.
Как раз в этот момент из церкви
вышел священник, отслуживший мес-
су, и поспешил к ним на помощь Они
вылезли из копны и стряхнули с себя
сено.
— Вам повезло,— убедившись, что
все в порядке, сказал священник,
низенький краснолицый толстяк. —
Еще немного, и вы оказались бы
в моем амбаре.
— Провидению было угодно,
чтобы это случилось у дверей
церкви,— ответила Каталина,— ибо
мы ищем священника, чтобы он об-
венчал нас.
Диего хмуро взглянул на нее, но
промолчал.
— Обвенчал вас? — воскликнул
священник. — Но вы не мои прихожа-
не. Я вижу вас впервые в жизни.
Разумеется, я не стану это делать.
Я ничего не ел со вчерашнего ужина
и сейчас иду домой, чтобы хотя бы
перекусить.
— Пожалуйста, подождите, святой
отец,— Каталина повернулась к ним
спиной, быстро достала из-под юбки
золотой и с улыбкой протянула его
священнику.
Тот покраснел еще больше.
— Но кто вы? — с сомнением спро-
сил священник.
— Пожалейте юных влюбленных,
святой отец. Мы убежали из Кастель
Родригеса, потому что мой отец хотел
выдать меня за богатого старика
а этого юношу, моего возлюбленного,
собирались женить на женщине, у ко-
торой нет ни одного зуба и остался
только один глаз,— для большей убе-
дительности она вложила свер-
кающую монету в руку священника
— Какая трогательная история,—
вздохнул тот, убирая монету в кар-
ман. — Я едва сдерживаю слезы.
— Обвенчав нас, вы не только
сделаете доброе дело, но и спасете
две души от совершения смертного
греха.
— Идите за мной,— священник по-
вернулся и направился к церкви.—
Пепе! — крикнул он с порога.
— Чего еще,— последовал ответ.
•— Иди сюда, ленивый мерзавец.
Из придела вышел мужчина со
щеткой в руке.
— Почему вы не даете мне спокой-
но подмести пол? — проворчал он. —
Мало того, что мне платят гроши, так
еще и дергают каждую минуту. Когда
я доберусь до своего пола, если вы
все время отрываете меня от работы?
— Придержи язык, сукин ты сын.
Я собираюсь обвенчать этих молодых
людей. Да, нужно же два свидете-
ля,— священник взглянул на Катали-
ну. — Придется вам подождать, пока
этот пьяница приведет кого-нибудь из
деревни
— Я буду вторым свидетелем,— _
раздался женский голос.
Все обернулись и увидели подходя-
щую к ним женщину в синем плаще.
Большой белый шарф покрывал ее
волосы. Священник удивленно огля-
дел ее с ног до головы, так как во
время мессы в церкви не было ни
души, и нетерпеливо пожал плечами
— Очень хорошо. Тогда приступим
к делу Мне давно пора завтракать.
При виде незнакомки Каталина
вздрогнула и сжала руку Диего, а та
с улыбкой поднесла палец к губам,
призывая девушку к молчанию. Спус-
тя несколько минут Каталину Перес
и Диего Мартинеса соединили неру-
шимые узы брака. Они прошли в риз-
ницу, и священник записал в церков-
ную книгу фамилии новобрачных и их
родителей. Затем ризничий написал
свое имя.
— Это все, на что он способен,—
вздохнул священник. — И мне потре-
бовалось шесть месяцев, чтобы на-
учить его такой малости. Теперь ваша
очередь, мадам.
Он обмакнул перо в чернила и про-
тянул его незнакомке.
— Я не умею писать,—ответила
женщина.
— Тогда поставьте крест, а я напи-
шу ваше имя.
Женщина взяла перо и поставила
в книге крест. Каталина, с бьющимся
44
сердцем не отрывала от нее глаз.
— Я не смогу записать ваше имя,
если вы мне его не скажете,—
буркнул священник.
— Мария, дочь пастуха Иоахима,—
Ответила незнакомка.
Священник сделал запись и облег-
ченно вздохнул.
— Ну вот и все. Теперь я могу
поесть.
Все, кроме ризничего, оставшегося
дометать пол, вышли из церкви. Но
врожденная вежливость испанца не
позволила священнику сразу распро-
щаться с молодоженами.
— Я сочту за честь, если вы
соблаговолите посетить мое скром-
ное жилище и разделить со мной
трапезу, которую по бедности своей
я могу себе позволить.
Каталина, получившая хорошее вос-
питание, понимала, что подобное
любезное предложение следует с
благодарностью отклонить, но Диего
так проголодался, что не дал ей
открыть рта.
— Сеньор, ни я, ни моя жена не ели
со вчерашнего дня, и как ни скудна
ваша еда нам она покажется за-
морским лакомством.
Священник молча провел их в ма-
ленькую комнату, служащую молель-
ней, столовой и кабинетом, поставил
на стол овечий сыр, блюдо с черными
оливками отрезал четыре ломтя хле-
ба и налил вина в четыре стаканчика,
вырезанных из бычьих рогов. Он
с жадностью принялся за еду, и Диего
с Каталиной последовали его приме-
ру Священник потянулся за оливкой
и тут заметил, что незнакомка ничего
не ест.
— Прошу вас, мадам, угощай-
тесь,— сказал он. — Это простая еда,
но больше я ничего не могу вам
предложить.
Она взглянула на вино и хлеб
и с грустной улыбкой покачала голо-
вой.
— Я съем оливку.
Закончив завтрак и поблагодарив
священника, Диего и Каталина про-
должили путь в Севилью Лошадь,
оставленная у копны, также закусила
сеном, Диего напоил ее водой, и она
весело несла юных седоков. В безоб-
лачном небе сияло яркое солнце
Священник сказал, что в пятнадцати
милях от деревеньки находилась
корчма, где они могли бы получить
комнату, если б решили остановиться
на ночь. В молчании они проехали три
или четыре мили.
— Ты счастлив, дорогой? — спро-
сила наконец Каталина.
— Конечно
— Я буду тебе хорошей женой.
Ради тебя я готова работать не
покладая рук.
— Тебе не придется этого делать.
Умный человек сможет прокормить
в Севилье свою семью, а меня никто
не считал Дураком.
— Конечно, дорогой,— они помол-
чали, и вновь Каталина заговорила
первой. — Послушай, милый, это
была не мавританка.
— О чем ты говоришь? Мне с пер-
вого взгляда стало ясно, что она не
испанка.
— Но я видела ее раньше.
— Где?
— На ступеньках кармелитской
церкви. Она сказала, кто сможет
излечить меня.
Диего остановил лошадь и оглянул-
ся.
—а Бедняжка, ты сошла с ума.
Солнце напекло тебе голову
— Я в своем уме, так же как и ты,
любимый. Говорю тебе, это была
пресвятая дева. — Диего нахмурился,
но промолчал. — Ее преподобие мно-
гократно говорила мне, что я нахо-
жусь под особой защитой нашей
госпожи. Поэтому она и хотела, чтобы
я постриглась в монахини. Вспомни
неожиданные ночные дожди и ло-
шадь, сбросившую нас у церкви. Ты
должен понимать, что это произошло
не случайно.
Не говоря ни слова, Диего отвер-
нулся и щелкнул языком. Лошадь
послушно пошла вперед.
— Что с тобой, дорогой? — спроси-
ла Каталина, едва сдерживая слезы.
— Ничего.
— Посмотри на меня, любовь моя.
Я тоскую по твоему нежному взгляду.
— Как я могу смотреть на тебя,
когда на дороге полно колдобин. Если
лошадь споткнется, мы сломаем себе
шеи.
— Ты сердишься на меня, потому
что дева Мария охраняла мою добро-
детель и сочла возможным стать
свидетельницей на нашей свадьбе?
— Я не просил о такой чести.
— Это и является причиной твоего
раздражения?
Диего ответил не сразу.
— Я не хочу, чтобы твое чудесное
исцеление повлияло на наши отноше-
ния. Мужчина должен быть хозяином
в своем доме. Обязанность жены —
выполнять желания мужа.
Каталина обняла Диего, и он по-
чувствовал, что ее руки дрожат.
— Слезами тут не поможешь.
— Я не плачу.
— А что же ты делаешь?
— Смеюсь.
— Тут нет ничего смешного, жен-
щина. Вопрос серьезен и очень беспо-
коит меня
— Мой милый, я люблю тебя всем
сердцем, но иногда ты ведешь себя,
как ребенок.
— Я не понимаю, что ты хочешь
этим сказать,— холодно бросил Ди-
его.
— Аббатисса говорила мне, что
расположением святой девы я обяза-
на своему целомудрию. Похоже,
небеса придают этому большое зна-
чение. Как только я стану женщиной,
все благодеяния кончатся.
Диего развернулся в седле, и на его
губах заиграла улыбка.
— Почему бы нам не проверить,
соответствуют ли твои слова действи-
тельности?
— Солнце уже высоко. Я бы с удо-
вольствием отдохнула в тени деревь-
ев, пока не спадет жара.
— Ия почему-то подумал о том
же
— Если глаза не обманывают меня,
в миле отсюда я вижу подходящий
лесок.
— Если твои глаза обманывают те-
бя, то я не могу верить и своим
Диего пришпорил лошадь, и скоро
они въехали в лес. Он спрыгнул на
землю и снял с седла Каталину. Пока
Диего привязывал лошадь, она по-
смотрела, какую еду положил им
Доминго Хлеб и сыр, колбаса, ва-
реный цыпленок, бурдюк вина. Что
еще можно желать для свадебного
завтрака. Под сенью листвы царила
прохлада, где-то журчал ручеек.
Трудно было найти место прекраснее.
Q у Они появились из леса, когда
J- солнце начало клониться к
западу, и не спеша поехали
дальше. Через шесть или семь миль
вдали показалось приземистое здание
корчмы.
— Мы скоро приедем Ты устала,
любимая?
— Устала? — удивилась Катали-
на. — Ничуть. Я свежа, как утренняя
заря.
Они проехали добрых сорок миль,
и она спала не больше часа. Но ей
было лишь шестнадцать.
Они ехали мимо широких полей,
одиноких кряжистых дубов, олив-
ковых рощ. До корчмы оставалось не
больше мили, когда они увидели
приближающегося к ним в облаке
пыли странного всадника, в боевых
рыцарских доспехах. В нескольких
метрах незнакомец резко остановил
лошадь, наставил на них копье и
вызывающе взглянул на Диего.
— Стой, и кто бы ты ни был, скажи
мне, кто ты такой, откуда пришел,
куда идешь и кто эта прекрасная
принцесса, что сидит за твоей спиной?
Ибо у меня есть все основания
подозревать, что ты выкрал ее из
замка против ее воли, и мне необхо-
димо знать, так ли это, чтобы наказать
тебя за причиненное ей зло и вернуть
ее встревоженным родителям.
Эта тирада так поразила Диего, что
сначала он даже не нашелся, что
ответить. Длинное лицо всадника ук-
рашала короткая борода и огромные
усы, на броне проступали пятна ржав-
чины, шлем скорее напоминал газ
цирюльника, а по его тощей лошади
давно плакала живодерня, и Диего
мог пересчитать все ее ребра.
45
46
— Сеньор,— ответил наконец юно-
ша, решив показать перед Каталиной
свою доблесть,—мы едем в корчму,
что виднеется впереди, и я не соби-
раюсь отвечать на ваши неуместные
вопросы.
Он шевельнул поводьями, и лошадь
двинулась дальше, но всадник схва-
тился за узду и остановил ее.
— Следи за своими манерами,
гордый, неучтивый рицарь, и немед-
ленно отвечай, а не то я вызову тебя
на смертный бой.
Тут к ним подъехал низенький
толстячок, с большущим животом,
сидящий на пятнистом осле. Поймав
взгляд Диего, он постучал себя по
лбу, показывая, что этот странный
всадник не в своем уме. Но Диего уже
вытащил меч и приготовился к защи-
те. Толстяк на осле едва успел
втиснуться между ними.
— Сдержите свой гнев, сеньор,—
сказал он рыцарю. —Это мирные
путешественники, но юноша, по всей
видимости, может постоять за себя,
когда дело дойдет до драки.
— Молчи, слуга! — воскликнул
всадник. — Чем опасней схватка, тем
легче доказать свою храбрость.
Ка1алина соскользнула с лошади
и подошла к незнакомцу.
— Сеньор, я отвечу на ваши воп-
росы. Этот юноша — не рыцарь, но
честный гражданин Кастель Родригеса
и портной по профессии. Он не
выкрал меня из замка, потому что его
у меня нет. И по своей воле я еду
с ним в Севилью, где мы надеемся
найти достойное применение нашим
способностям. Мы убежали из родно-
го города, так как враги хотели
помешать нашему счастью, и сегодня
утром обвенчались в церкви малень-
кой деревушки неподалеку
отсюда И мы торопимся уехать как
можно дальше от Кастель Родригеса,
опасаясь погони.
Рыцарь перевел взгляд с Каталины
на Диего, а затем отдал копье толстя-
ку на осле Тот что-то проворчал, но
копье взял.
— Убери свой меч. Тебе нечего
бояться, хотя, как я понимаю, это
чувство незнакомо твоему благород-
ному сердцу. Если угодно, скрывайся
под скромной личиной портного, но
поведение и манера держаться выда-
ет твое славное происхождение. Твое
счастье, что наши пути пересеклись.
Я — странствующий рыцарь, и мой
долг — ездить по свету и восстанавли-
вать справедливость, освобождая уг-
нетенных и наказывая поработителей.
Я беру вас, мои юные друзья, под
свое покровительство, и, будь армия
ваших врагов в десять тысяч раз
сильнее, я один обращу их в бегство,
попытайся они захватить вас. Я сам
провожу вас к корчме, где, кстати,
я сейчас и живу. Мой слуга поедет
с вами. Он невежествен и сварлив, но
у него доброе сердце, и он будет
слушаться вас, как меня. Я поеду
сзади и, заметив погоню, задержу ее,
чтобы ты, рыцарь, мог* увезти эту
красавицу в безопасное место.
Диего помог Каталине взобраться
на лошадь, и в сопровождении толстя-
ка они поехали к корчме. Он расска-
зал молодоженам, что его хозяин
совсем спятил, о чем, впрочем, они
подумали и сами, но добавил, что тот
очень искренний и хороший человек.
— А когда к нему возвращается
разум, он за час может высказать
столько умных мыслей, сколько дру-
гому не придет в голову и за целый
год.
Они подъехали к корчме. Сидящие
на скамейках люди, мельком взглянув
на двух путешественников, вернулись
к своим, по всей видимости, неве-
селым думам. Толстяк слез с осла
и позвал хозяина. Тот вышел из
дверей и на просьбу Диего отвести им
комнату не слишком вежливо ответил,
что у него нет ни одной свободной
кровати. Днем раньше приехали бро-
дячие актеры. Они будут играть
спектакль в близлежащем замке, при-
надлежащем испанскому гранду, ко-
торый празднует бракосочетание сво-
его сына и наследника.
— Но вы должны нам что-нибудь
найти,— настаивал	Диего. — Мы
едем издалека и не в силах двигаться
дальше.
— Говорю вам, сеньор, все занято.
Актеры спят и на кухне, и даже
в конюшне.
— Что я слышу? — воскликнул
подъехавший рыцарь. — Ты отказыва-
ешься принять этих господ? Невежа.
Под страхом вызвать мое неудо-
вольствие я приказываю тебе найти
им приличную комнату.
— Корчма набита битком,— возра-
зил хозяин.
— Дай им мою комнату.
— Они могут занять ее, сеньор
рыцарь, будь на то ваша воля, но где
тогда будете спать вы?
— Я не собираюсь спать,— важно
ответил рыцарь. — Я буду стоять не
страже. Сегодня они обвенчались,
и это самый торжественный день в
жизни девушки. Я должен не только
охранять свадебное ложе этих юных
существ, но и одергивать грубиянов,
которые склонны опошлить это тор-
жественное событие вульгарными
шутками.
В те времена путешественникам
в Испании предоставляли только ноч-
лег, а о еде им следовало заботиться
самим. Но в тот день великий гранд
прислал артистам козленка и здо-
ровый кусок свинины. Слуга рыцаря
где-то раздобыл пару куропаток, и
все глотали слюнки в ожидании ужи-
на, так как обычно их вечерняя
трапеза состояла из хлеба с горчицей
и, при удаче, куска сыра. Хозяин
объявил, что еда будет готова через
полчаса, и рыцарь вежлив' попросил
молодоженов оказать ему честь и
отужинать в его компании. Велел
слуге проводить их в комнату и за-
брать оттуда его вещи. Комнаты
располагались на втором этаже, и две-
ри выходили на галерею вокруг
внутреннего дворика. Приведя себя
в порядок, Диего и Каталина вновь
сошли вниз подышать вечерней про-
хладой. Артисты по-прежнему сидели
на скамейках, изредка переговари-
ваясь друг с другом Скоро к ним
присоединился и рыцарь. Он снял
боевые доспехи и остался в замшевых
штанах и камзоле, с ржавыми пятнами
от панциря и наколенников. Его меч
висел на поясе из волчьей шкуры.
Хозяин позвал всех ужинать.
Рыцарь сел во главе стола, посадив
Каталину слева, а Диего — справа от
себя
— А где мастер Алонсо? — спро-
сил он, оглядев присутствующих. —
Разве ему не сказали, что ужин готов?
— Он не придет,— ответила жен-
щина средних лет, игравшая дуэний,
злых мачех, вдовствующих королев
и ведавшая гардеробом артистов. —
Он говорит, что потерял аппетит.
— На пустой желудок переносить
неудачу вдвое труднее. Пойдите и
приведите его. Скажите ему, что
я сочту его отсутствие как оскорбле-
ние моих благородных гостей. Мы не
будем есть, пока он не придет.
— Сходи за ним, Диего,— сказала
дуэнья.
Худой, как палка, невысокий муж-
чина с длинным острым носом и боль-
шим ртом встал и вышел из столовой.
Дуэнья вздохнула.
— Все это очень печально, но, как
вы мудро Заметили, сеньор рыцарь,
он ничего не изменит, отказавшись от
ужина.
— Простите меня за излишнее
любопытство, но я хотела бы знать,
что случилось?—спросила Каталина.
Актеры заговорили все разом.
Труппой руководил Алонсо Фуэнтес
постановщик и автор большинства
пьес их репертуара, а его жена Луиза
играла ведущие женские роли. И вот
сегодня рано утром она убежала с ге-
роем-любовником и захватила с со-
бой все деньги. Это была катастрофа.
Артисты прекрасно понимали, что
зрители шли смотреть не на них, а на
красавицу Луизу Алонсо был в от-
чаянии. Он потерял не только жену,
но ведущую актрису и источник дохо-
дов. Появившись, сн угрюмо сел, и тут
же на столе появилось большое
блюдо мяса, тушенного с овощами.
— Я пришел только из уважения
к вам, сеньор рыцарь,— сказал Алон-
со. — Это мой последний ужин на
земле, ибо сегодня вечером я твердо
решил покончить с собой.
— Я настаиваю на том, чтобы вы
подождали до завтра,— ответил
рыцарь. — Этот сеньор и эта благо-
родная дама, что сидят рядом со
мной, поженились сегодня утром,
и я не хочу, чтобы их первая ночь
47
омрачилась столь прискорбным
событием
— Плевать я хотел на этого госпо-
дина и на его даму. Вечером я пове-
шусь.
Рыцарь вскочил на ноги и обнажил
меч.
— Если вы не поклянетесь всеми
святыми, что не станете вешаться
сегодня вечером, вот этим мечом
я разрублю вас на тысячу кусков.
— Не волнуйтесь, сеньор,— вме-
шался его слуга, стоявший сзади,—
Алонсо не повесится сегодня, потому
что завтра у него спектакль. Актер
всегда остается актером, и он не
сможет разочаровать своих зрителей.
После ужина он со вздохом признает,
что, взявшись за гуж, не скажешь, что
не дюж, слезами горю не поможешь,
а все, что ни делается, все к лучшему.
— Надоели мне твои бестолковые
поговорки,— сердито проворчал ры-
царь, но меч убрал.—Такое случа-
лось и с более достойными людьми,
чем Алонсо. Подумав, я мог бы при-
вести дюжину примеров как из Еван-
гелия, так и из языческих книг, но
сейчас мне вспоминаются лишь ко-
роль Артур, чья жена Гиневра изме-
нила ему с сеньором Ланселотом, и
король Марк, жена которого, Изоль-
да, убежала с сеньором Тристаном.
— Меня привела в отчаяние не
поруганная честь, сеньор рыцарь,—
ответил Алонсо,— но потеря денег
и двух ведущих актеров. Завтра у нас
спектакль и обещанное вознагражде-
ние в некоторой степени поправит
наше финансовое положение, но как
можно сыграть пьесу без актеров?
— Я бы мог сыграть дона Ферди-
нанда,— заметил тощий актер, звав-
ший Алонсо к столу.
— Ты? — изумленно воскликнул
тот. — Да разве можно с такой лоша-
диной физиономией и писклявым
голосом играть галантного и му-
жественного принца? Нет, эту роль
я мог бы взять на себя, но где нам
найти очаровательную Доротею?
— Я знаю эту роль,— сказала
дуэнья. — Правда, я не так молода,
как когда-то...
— Совершенно верно,— прервал
ее Алонсо,— и хочу напомнить, что
Доротея — невинная девушка несрав-
ненной красоты, а, взглянув на твою
фигуру, можно подумать, что ты вот-
вот разродишься выводком поросят.
— Если я правильно поняла, вы
говорите о пьесе «Слово правды
может сдвинуть и гору»? — неожи-
данно спросила Каталина, вниматель-
но слушавшая этот разговор?
— Да,— удивленно ответил Алон-
со. — А как вы узнали об этом?
— Это одна из любимых пьес
моего дяди. Мы не раз читали ее. Он
часто говорил, что монолог Доротеи,
в котором она негодующе отвергает
недостойные ухаживания дона Фер-
динанда, написан в лучших традициях
великого Лопе де Веги.
— Вы его знаете?
— Наизусть,
Каталина начала читать монолог, но,
заметив, что все смотрят на нее,
смутилась и замолчала на полуслове
— Продолжайте, продолжайте,—
закричал Алонсо.
Каталина покраснела, улыбнулась и,
переборов смущение, прочла моно-
лог до конца, так трогательно и
искренне, что у некоторых артистов на
глаза навернулись слезы.
— Мы спасены! — взревел Алон-
со. — Завтра вы будете играть Доро-
тею, а я — дона Фердинанда.
— Но я не сумею! — в ужасе
воскликнула Каталина. — Я умру от
страха. Я же не актриса.
— Ваша юность и красота скроют
любые недостатки. Я помогу вам.
Послушайте, только вы можете нас
спасти. Если вы откажетесь, мы не
сможем дать спектакль и у нас не
будет денег, чтобы заплатить за еду
и жилье. Как нищим, нам придется
просить подаяния на улицах.
Актеры дружно принялись уговари-
вать Каталину, и в конце концов она,
испросив разрешения Диего, согласи-
лась принять участие в репетиции. И,
если она пройдет удачно, выступить
на сцене. Сразу после ужина стол
отодвинули в сторону и репетиция
началась. Каталина обладала хорошей
памятью и так часто читала пьесу
с Доминго, что теперь ей почти не
требовалось суфлировать. Поначалу
она нервничала, но поддержка
партнеров помогла ей и вскоре она
забыла обо всем, превратившись в
Доротею. Уроки, полученные у дяди,
пошли ей впрок, и через час-полтора
Алонсо облегченно вздохнул, уве-
ренный в том, что после еще одной
утренней репетиции она сможет по-
явиться перед зрителями.
— Расходитесь, дети мои,— сказал
он актерам,— и спите спокойно. Наши
беды остались позади.
— Отведи прекрасную Каталину
в брачную опочивальню,— сказал
рыцарь дуэнье, понизив голос. — Тут
нет ее матери, которая могла бы
рассказать девушке, что ей надлежит
знать об этом важном деле. И тебе
придется объяснить, разумеется, ис-
пользуя понятия, не оскорбляющие
ее скромности, какое тяжелое испы-
тание ждет нашу красавицу, и упомя-
нуть о том, что ей необходимо
покорно выполнить долг верной
жены. Короче, приготовь ее к та-
инствам любви, о которых, по своей
невинности, она не имеет ни малейше-
го представления
Дуэнья пообещала, что выполнит
все в лучшем виде.
Рыцарь отпустил дуэнью и позвал
Диего.
Юноша вежливо, но не слишком
внимательно выслушал его наставле-
ния, так как мыслями уже был
с Каталиной. Наконец рыцарь взял его
за руку и отвел в опочивальню, а сам,
облачившись в боевые доспехи, про-
вел ночь, меряя галерею шагами,
поглощенный думами о недостижи-
мой властительнице его благородного
сердца.
пп На следующее утро актеры
tj & вновь репетировали пьесу,
а потом кареты отвезли их
в замок. Рыцарь и Диего на лошадях,
а слуга на осле ехали следом. В по-
следний момент у Каталины дрогнуло
сердце и, рыдая, она умоляла Алонсо
оставить ее в корчме, так как она не
сможет выступить перед зрителями.
Алонсо рассвирепел и, затолкав де-
вушку в карету, сел рядом. Слезы
градом катились по щекам Каталины,
но по дороге, с помощью дуэньи, ему
удалось привести ее в чувство.
Актеров приняли с почетом, а рыца-
ря герцог пригласил на обед, справед-
ливо полагая, что его экстрава-
гантность развлечет гостей. Под-
мостки соорудили во внутреннем
дворике и, когда господа откушали,
актерам предложили Начинать. Высо-
кородную аудиторий) не в малой
степени удивило поселение Алонсо
в роли соблазнителя, ко грациозность
Каталины, мелодичность ее голоса
и элегантность речи Ьсех очаровали.
После спектакля девуЬжу расхвалива-
ли на все лады. Рыцарь изложил
собственную романтическую версию
бегства молодоженов еще больше
заинтересовав гостей. Герцогиня по-
слала за Каталиной И Диего, и их
красота и скромность Произвели пре-
красное впечатление. Герцогиня по-
дарила Каталине золотую цепочку,
а герцог, не желая отставать, снял
с пальца перстень и передал его
Диего. Алонсо также получил солид-
ное вознаграждение, и усталые, но
счастливые актеры вернулись в
корчму. Рыцарь, спешившись, поцелр-
вал Каталине руку и сказал, что он
в полном восторге от спектакля,
в особенности от ее И1*ры. Тут к ним
подошел Алонсо.
— Сеньор рыцарь, Я хочу в вашем
присутствии предложить вам,— он
посмотрел на Каталину,— присоеди-
ниться к моей труппе.
— Мне? — изумилась Каталина.
— Конечно. Хотя к ас надо учить
с самых азов, но зарывать в землю
такой талант просто грешно. Если вы
согласитесь вступить й мою труппу,
я сделаю из вас велийййшую актрису
Испании.
— Ваше предложение столь не-
ожиданно,— ответила Каталина,— я
даже не знаю, что и Сказать. — Я —
замужняя женщина, и мы с мужем
едем в Севилью, где Надеемся найти
работу.
Алонсо Фуэнтес с улыбкой взглянул
на Диего
48
— Молодой человек, у вас прият-
ная внешность и хорошие манеры.
Набравшись опыта, вы, несомненно,
сможете играть многие роли.
Аплодисменты, не раз раздавав-
шиеся во время спектакля, и много-
численные комплименты зрителей
разожгли воображение Каталины, и
ей льстило это предложение. Но она
заметила, что Диего не понравилась
некоторая холодность Алонсо, когда
речь зашла о нем самом.
— Он поет как ангел,— поспешно
добавила она.
— Тем лучше. Практически во всех
пьесах действие оживляется одной
или двумя песнями. Ну, что вы на это
скажете? Я предлагаю вам занятие,
наверняка привлекательнее того, что
ждет вас в Севилье.
— Такие предложения не отвер-
гаются второпях, но требуют тщатель-
ного обсуждения,— заметил рыцарь.
— Что ты на это скажешь,
любимый? — спросила Каталина, ос-
лепительно улыбнувшись Диего. —
Как совершенно справедливо заметил
сеньор рн царь, такое предложение
нельзя отвергнуть второпях.
Она уже твердо решила сказать
«да», но хорошо знала, что са-
молюбие мужчины требует хотя бы
видимости того, что право выбора
остается за ним.
— Вы не только поможете нам
в трудную минуту,— добавил Алон-
со,— но и получите возможность
увидеть лучшие города Испании.
Глаза Диего сверкнули. Путе-
шествия по стране казались ему куда
привлекательнее ежедневного две-
надцатичасового сидения на скамье
портного.
— Я все>да хотел повидать мир,—
с улыбкой ответил он.
— И ты его увидишь,— заверила
его Каталина. — Маэстро Алонсо, мы
с радостью присоединимся к вашей
труппе.
— И вы станете великой актрисой.
— Ура. ура! — закричали актеры.
Алонсо потребовал вина, и они
выпили за здоровье своих новых
товарищей.
п Л На следующий день, прово-
див рыцаря, бродячие акте-
ры направились в располо-
женный неподалеку город Манзана-
рес. Проходившая там ярмарка позво-
ляла им рассчитывать на полный сбор.
Алонсо нанял мулов для актеров и
тюков с их костюмами. Каталина и
Диего ехали на лошади, подаренной
им доной Беатрис. Включая Алонсо и
Диего, в группе было семь мужчин,
две женщины, Каталина и дуэнья, и
мальчик игравший вторые женские
роли. Кроме того, по прибытии в го-
род он ходил по улицам и бил в бара-
бан, оповещая всех и вся, что знаме-
нитая труппа Алонсо Фуэнтеса пока-
жет знаменитую, остроумную и бес-
смертную пьесу под тем или иным
названием. Сам Алонсо в это время
обычно испрашивал у мэра разреше-
ние на представление
В те времена в Испании не было
театров и спектакли показывались на
площадях. Окна и балконы близлежа-
щих домов становились ложами для
знати. Потолком служило голубое
небо, кроме как в разгаре лета, когда
от крыши до крыши над площадью
натягивался полог, защищающий от
жгучих солнечных лучей. Игрались
спектакли во второй половине дня.
Вокруг подмостков, с трех сторон,
ставилось несколько скамей, на ко-
торые усаживались респектабельные
представители среднего сословия.
Простой люд смотрел представление
стоя. Мужчины занимали первые ря-
ды, женщины теснились сзади, около
самых стен. Декорация состояла из
единственного задника, а изменение
места действия объявлялось одним из
актеров.
Бегство супруги и героя-любовника
заставило Алонсо изменить маршрут
и после Манзанареса они направились
в Севилью, где он мог найти актера на
роли, которые возраст и внешность не
позволяли ему играть самому. Алонсо
сразу понял, что из Диего, несмотря
на приятную наружность и самоуве-
ренность, не выйдет ничего путного,
и поручал ему лишь петь песни
и исполнять небольшие роли. С дру-
гой стороны, он приложил немало
усилий, чтобы сделать из Каталины
первоклассную актрису. Алонсо знал
свое дело, а Каталина оказалась
способной ученицей и схватывала все
на лету. Публика сразу полюбила ее,
и дела труппы пошли в гору. Алонсо
нанял новых актеров и расширил
репертуар. Так в труппе появилась
Розалия Васкес. Она исполняла
вторые женские роли, так как у маль-
чика сломался голос и он начал
бриться, и помогала Алонсо пережить
потерю жены. К тому же Каталина
родила одного ребенка, потом —
второго, и ей требовалась дублерша
на время, когда она не могла высту-
пать на сцене.
Так пролетели три счастливых года.
Каталина впитала в себя все, что мог
дать ей Алонсо, и находила все более
утомительными бесконечные пере-
езды с двумя маленькими детьми на
руках. Ее красота и талант привлекли
внимание многих влиятельных пер-
сон, и не один раз ей и Диего
предлагали организовать свою труппу
и обосноваться в Мадриде. Неко-
торые, восхищенные ее одарен-
ностью, обещали ей и финансовую
поддержку. Каждый год, во время
великого поста, когда театральные
представления были запрещены,
Алонсо сочинял две или три пьесы,
и скоро Каталина заметила, что роли
Розалии Васкес становятся все больше
и больше, а в одной из последних пьес
они практически сравнялись. Когда
Каталина выразила свое неудо-
вольствие, Алонсо пожал плечами
и рассмеялся.
— Моя дорогая, приходится забо-
титься о хорошем настроении жен-
щины, с которой проводишь ночи.
Каталина не была ханжой, но пола-
гала, что замужняя женщина, по
сравнению с живущей в грехе, должна
иметь свои преимущества.
— Так дело не пойдет,— сказала
она Диего.
Тот согласно кивнул. Она начала
серьезно задумываться над созда-
нием собственной труппы, хотя и по-
нимала, с какими трудностями при-
дется столкнуться ей и Диего. Актеры
любили Каталину, и она не сомнева-
лась, что некоторые из них с радостью
поедут в Мадрид. Располагая доста-
точными средствами, она могла бы
набрать полный состав и купить право
на постановку нескольких пьес Но
столичный зритель отличался приве-
редливостью и кроме денег ей требо-
валась и реклама. Диего твердо стоял
за отъезд, так как считал, что Алонсо
недооценивает его. Каталина по-пре-
жнему страстно любила мужа, но
очень сомневалась, что он сможет
стать ведущим актером. И искала
способ, не ущемляя его самолюбия,
убедить Диего в необходимости при-
влечь в новую труппу какого-нибудь
известного актера. Они говорили и го-
ворили, но никак не могли прийти
к соглашению, пока однажды Катали-
на не предложила посоветоваться
с Доминго Пересом. Он был актером,
драматургом и, если уж они решатся
ехать в Мадрид, мог предложить им
одну-две свои пьесы и познакомить
с другими авторами. Диего не возра-
жал, и она написала письмо, в кото-
ром приглашала дядю приехать в Се-
говию. Каталина писала ему и раньше,
сообщая о замужестве и рождении
детей, но, чтобы не огорчать мать, не
упоминала о том, что они с Диего
стали бродячими актерами. В Сеговии
они проводили великий пост, репети-
руя религиозную драму. Их труппа
удостоилась чести показать ее на
пасху в кафедральном соборе. Алон-
со написал пьесу специально к этому
случаю, взяв за основу жизнь Марии
Магдалины.
q л Получив письмо Каталины,
Доминго, всегда легкий на
подъем, нанял лошадь, поло-
жил в дорожные сумы еду и пару
чистых рубашек и покинул Кастель
Родригес. В Сеговии его ждала ра-
достная встреча с племянницей, ее
мужем и двумя детьми. Каталина, ей
уже исполнилось девятнадцать, стала
еще прекраснее. Успех, семейное
счастье и материнство придали ей
49
уверенности в себе. Ее лицо потеряло
детскую округлость, но приобрело
совершенство линий. Фигура остава-
лась такой же стройной, а походка —
волнующе грациозной. Она преврати-
лась в женщину, еще очень молодую,
но женщину, с твердым характером,
решительную и сознающую свою
красоту.
— Ты просто очаровательна, моя
милая,— улыбнулся	Доминго. —
И чем ты зарабатываешь на жизнь?
— Мы еще успеем поговорить об
этом,— ответила Каталина. — Снача-
ла скажи, как поживает моя матушка,
и что произошло в Кастель Родригесе
после нашего отъезда, и как там дона
Беатрис?
— Не все сразу, дитя,— проворчал
Доминго. — Не забывай, что я про-
ехал долгий путь и умираю от жажды.
— Сбегай к Родриго, дорогой,
и принеси бутылку вина,— сказала
Каталина, достав кошелек и протянув
Див о несколько монет.
— Я вернусь через минуту,— отве-
тил тот и выскочил за дверь.
— Вижу, что хозяйство ведешь
ты,— усмехнулся Доминго.
— Мне потребовалось не гак уж
много времени, чтобы понять, что
мужчине нельзя доверять деньги.
Если у него их нет, он не попадет ни
в какую переделку,— она рассме-
ялась. — А теперь отвечай на мои
вопросы.
— Твоя мать в полном здравии
и шлет тебе наилучшие пожелания. Ее
набожность служит всем примером.
Такая любовь к богу в немалой
степени вызвана тем, что аббатисса
назначила Марии пенсию и теперь ей
не надо больше работать.
Каталина вновь рассмеялась. И так
искренен и мелодичен был ее смех,
что Доминго не мог не сравнить его
с журчанием горного ручейка.
— Ты не представляешь, какой шум
поднялся в Кастель Родригесе, когда
стало известно, что вы исчезли,—
продолжал Доминго. — Дитя мое,
никто не сказал о тебе доброго слова,
и твоя мать была в отчаянии. Потом,
правда, пришла монахиня Ана и успо-
коила ее, сказав, что аббатисса помо-
жет ей и утешит в горе. Десять дней
горожане не могли говорить ни о чем
другом. Монахини ужасались, что за
все хорошее, сделанное тебе аббатис-
сой, ты отплатила такой черной небла-
годарностью. Представители го-
родской знати пришли в монастырь,
чтобы выразить свое сочувствие, но
аббатисса отказалась их принять, сос-
лавшись на то, что она слишком
расстроена. Она, однако, виделась
с доном Мануэлем. О чем они говори-
ли, осталось неизвестным, но монахи-
ни слышали злые выкрики, доносив-
шиеся из молельни аббатиссы. Вскоре
дон Мануэль уехал из города. Я бы
написал тебе обо всем, но ты не
сообщила мне своего адреса.
— Я не могла этого сделать. Ви-
дишь ли, мы постоянно переезжаем
с места на место, и я не знаю, куда мы
отправляемся, до дня отъезда.
— Что заставляет тебя вести такой
образ жизни?
—' Ты еще не догадался? Вспомни,
как часто ты рассказывал мне о днях
странствий по Испании, под жарким
летним солнцем и в пронизывающий
зимний холод?
— О боже, неужели вы стали
бродячими актерами?
— Мой бедный дядя, я — ведущая
актриса в знаменитой труппе Алонсо
Фуэнтеса, а Диего поет и танцует во
всех пьесах, хотя Алонсо и недооце-
нивает его актерские возможности.
— Почему ты не сказала мне об
этом раньше? — вскричал Домин-
го. -— Я бы привез с собой дюжину
пьес.
В этот момент вошел Диего с
бутылкой вина. Пока Доминго утолял
жажду, Каталина рассказала, как они
стали актерами
— И по мнению всех и каждого,—
закончила она,— в настоящее время
я — лучшая актриса Испании. Диего,
душа моя, я права?
— Если кто-то будет это отрицать,
я перережу ему глотку.
— И можно не сомневаться, что
в провинции я зарываю свой талант
в землю.
— Я и говорю ей, что наше место
в Мадриде! воскликнул Диего. —
Алонсо завидует мне и не дает
выигрышных ролей.
Как видно из вышесказанного, наши
герои не страдали от ложной скром-
ности, которая, как известно, является
ядом для актеров. Они посвятили
Доминго в свои планы, но тот будучи
человеком осторожным, сказал, что
не сможет дать совет, не увидев их на
сцене.
— Приходи завтра на репети-
цию,— предложила Каталина. — Я иг-
раю Марию Магдалину в новой пьесе
Алонсо.
— Ты довольна рдлью?
Она пожала плечами.
— Не совсем. Меня не устраивает
завершающая часть пьесы. В трех
последних картинах я не появляюсь
совсем. Я сказала Алонсо, что, раз уж
пьеса обо мне, я должна постоянно
находиться на сцене, но он заявил, что
не может отходить от святого писа-
ния. Беда в том, что у него нет
воображения.
Диего отвел Доминго в таверну, где
коротали вечера Алонсо Фуэнтес и
многие актерь. их труппы, и предста-
вил его не только как дядю Каталины,
но и бывшего актера и нынешнего
драматурга. Алонсо вежливо пригла-
сил Доминго к столу, и тот весь вечер
развлекал компанию воспоминани-
ями о своих актерских днях. На
следующий день Алонсо разрешил
ему прийти на репетицию.
Его потрясла естественность игры
Каталины, красноречивость ее жес-
тов, грациозность движений. Алонсо
оказался хорошим учителем. За три
года Каталина овладела всеми тайна-
ми актерского искусства. А сочетание
врожденного таланта и приобре-
тенных навыков с необыкновенной
красотой Каталины еще больше уси-
ливало впечатление.
После репетиции Доминго расцело-
вал ее:
— Дорогая, ты действительно пре-
красная актриса.
Каталина обняла старика:
— О дядя, дядя, кто бы мог
подумать, что люди будут рваться на
представления с моим участием. И ты
видел меня лишь на репетиции. Перед
зрителями я буду играть еще лучше.
Диего получил маленькую роль
Иоанна, любимого апостола Христа.
Кроме приятной внешности Доминго
не заметил в нем ничего особенного.
При первой возможности он спросил
Алонсо, что тот думает о возможнос-
тях юноши.
— Он — симпатичный парень, но
никогда не будет актером,— ответил
Алонсо. — Я даю ему роли, чтобы не
огорчать Лину. И зачем только
актрисы выходят замуж за актеров!
Как это усложняет мою жизнь.
Тем не менее, после репетиции
Доминго посоветовал Каталине и Ди-
его отбросить все страхи и ехать
в Мадрид. За двадцать четыре часа,
проведенных с ними, он понял, что
здравый смысл, присущий Каталине,
не позволит ей поставить под угрозу
успех новой труппы и Диего не станет
ведущим актером и в Мадриде. До-
минго чувствовал, что так или иначе
она найдет компромиссное решение,
устраивающее их обоих
Направляясь в Сеговию, Доминго
надеялся повидаться со старым дру-
гом Бласко де Валеро. Несколько
следующих дней, пока Каталина и
Диего репетировали пьесу, он бродил
по городу и, умея легко сходиться
С людьми, познакомился со многими
горожанами. Он выяснил, что боль-
шинство населения боготворит своего
епископа. Его набожность и аскетизм
произвели на всех огромное впечат-
ление. Известие о чудесах в Кастель
Родригесе достигло Сеговии и усили-
ло восхищение горожан этим святым
человеком Впрочем, Доминго узнал,
что епископу пришлось столкнуться
с враждебностью священнослужите-
лей. По приезде в Сеговию его
потрясли распущенность их нравов
и пренебрежение, с которым многие
из них относились к религиозным
обязанностям. Он повел решитель-
ную борьбу с нарушителями свя-
щенных обетов. Тех, кто упорствовал,
епископ карал без жалости, как и в Ва-
ленсии, не взирая на лица. Священ-
нослужители, за редким исключе-
нием, сопротивлялись ему, как могли
Одни открыто выступали против епис-
копа, другие втихую саботировали его
указания, В нескольких случаях дело
50
чуть не дошло до рукоприкладства
и потребовало вмешательства го-
родских властей.
Доминго прибыл в город в начале
страстной недели и, зная, что рели-
гиозные обязанности не позволят
дону Бласко принять его, появился
в епископском дворце, огромном,
мрачном, отделанном гранитом зда-
нии, лишь во вторник следующей
недели. Назвавшись привратнику, он
после короткого ожидания поднялся
по широкой каменной лестнице, про-
шел анфиладу просторных холодных
комнат с потемневшими от времени
картинами на библейские сюжеты
и наконец вошел в крошечную келью,
где едва помещались письменный
стол и два кресла с высокими
прямыми спинками. Дальнюю стену
украшал одиноко висящий черный
крест ордена доминиканцев. Епископ
поднялся из-за стола и крепко обнял
Доминго.
— Я думал, мы уже никогда не
увидимся, брат Что привело тебя
в этот город?
— У меня беспокойная душа,—
ответил Доминго. — Я люблю путе-
шествовать
Морщины на лице епископа стали
глубже, а в глазах угас яростный
огонь — он постарел.
— Ты давно здесь, Доминго? —
спросил епископ, предложив ему
сесть.
— Неделю
— Почему же ты не навестил меня
раньше? С твоей стороны это, по
меньшей мере, нелюбезно.
— Ты был очень занят в эти дни
Я видел тебя в торжественных процес-
сиях и в соборе в страстную пятницу
и на пасху, во время представления.
— Я в ужасе от этих спектаклей,
устраиваемых в доме бога. В других
городах Испании их показывают на
площадях, и это можно лишь при-
ветствовать, так как религиозные
пьесы служат просвещению народа.
Но Арагон цепляется за старые
обычаи и, несмотря на мои протесты,
капитул настоял, чтобы пьесу по-
казывали в соборе, как принято
с незапамятных времен. Я присутство-
вал на представлении только потому,
что этого требовало мое положение.
— Но пьеса соответствовала столь
торжественному событию, дорогой
Бласко. Я не услышал ни единого
слова, которое могло бы оскорбить
твое благочестие.
Епископ нахмурился:
— Приехав сюда, я обнаружил
чудовищную распущенность тех, кто
своим поведением должен по-
казывать пример верующим. Неко-
торые каноники не появлялись в горо-
де много пет, священники жили
в грехе, в монастырях не придержива-
лись устава ордена, а инквизиция
забыла о своем долге. Я решил
прекратить эти безобразия, но встре-
тил лишь ненависть, угрозы и сопро-
тивление. Мне удалось восстановить
некоторые нормы приличия, но я хо-
тел, чтобы они вернулись на путь
истинный из любви к богу, а они
выполняют мои требования из страха
передо мной.
— Об этом говорят в городе,—
кивнул Доминго. — Я слышал, что
даже предпринимались попытки ли-
шить тебя сана.
Как я был бы рад, если б одна из
них удалась!
— Но, дорогой друг, не забывай,
что народ любит и уважает тебя.
— Бедняги, если бы они знали, как
недостоин я их любви.
— Они чтят тебя за простоту
в жизни и милосердие к бедным. Они
слышали о чуде в Кастель Родригесе.
Они смотрят на тебя как на святого,
брат, и кто я такой, чтобы винить их за
это.
— Не смейся надо мной, Доминго.
— Ах, дорогой друг, я слишком
люблю тебя, чтобы позволить себе
такую вольность.
— И, тем не менее, иногда случает-
ся и такое,— слабо улыбнулся епис-
коп. — За эти три года я часто
вспоминал нашу последнюю встречу.
Тогда я не придал особого значения
твоим словам. Мне казалось, что ты
говорил только ради того, чтобы
позлить меня. Но в уединении этого
дворца меня начали мучать сомнения.
Я спрашивал себя, возможно ли, что
мой брат, пекарь, скромно выполняв-
ший свой долг, служил, богу лучше,
чем я, посвятивший ему всю жизнь
Если это так, что бы ни говорили
остальные, не я совершил чудо, но
Мартин,— он пристально взглянул на
Доминго. — Говори. Ради любви ко
мне, скажи мне правду.
— Что ты хочешь услышать от
меня?
— Ты считал, что излечить бедняж-
ку мог только мой брат. Ты уверен
в этом и сейчас?
— Так же, как и прежде.
— Тогда почему, почему небо
даровало мне знак, развеявший мои
сомнения? Почему дева Мария произ-
несла слова, которые можно истолко-
вать самым различным образом?
И так велико было его отчаяние, что
вновь, как и три года назад, сердце
Доминго дрогнуло. Он хотел утешить
епископа, но не решался высказать
свои мысли. Несгибаемый фанатизм
дона Бласко и присущее ему чувство
долга указывали на то, что епископ
мог сообщить в Святую палату содер-
жание разговора с другом, если, по
его мнению, тот оскорбил церковь.
А старый семинарист не испытывал
желания стать мучеником за свои
убеждения.
— С тобой трудно говорить
открыто. Я опасаюсь, что оскорблю
твое благочестие.
— Говори, говори,— в голосе епис-
копа слышалось нетерпение.
— В прошлый раз я обратил твое
внимание, что, к моему удивлению,
люди склонны приписывать богу все,
что угодно, кроме здравого смысла.
Но еще более удивительным является
то обстоятельство, что они лишили его
чувства, значение которого трудно
переоценить. Я имею в виду чувство
юмора.
Епископ вздрогнул, хотел что-то
сказать, но промолчал.
— Я шокировал тебя, брат? — с по-
лной серьезностью спросил Доминго,
но его глаза хитро блеснули. —
Смех — драгоценный дар, ниспос-
ланный нам богом. Он облегчает нам
жизнь в этом сложном мире и помо-
гает терпеливо выносить удары
судьбы. Почему бы не предположить,
что он, посмеиваясь про себя, говорит
загадками, чтобы потом с улыбкой
наблюдать, как люди, неверно истол-
ковав его слова и набив очередную
шишку, учатся уму-разуму?
— Ты говоришь странные вещи,
Доминго, но мне кажется, что ис-
тинный христианин не сможет найти
ереси в твоих рассуждениях.
— Ты изменился, брат. Возможно
ли, что ты стал терпимее?
Епископ ответил пронзительным
взглядом, будто хотел понять ис-
тинный смысл вопроса Доминго, за-
тем опустил глаза и, казалось, глубоко
задумался. Наконец он вновь взглянул
на Доминго.
— Друг мой, я в растерянности.
Я ни с кем не решался поговорить об
этом, но, возможно, провидение по-
слало тебя, чтобы я облегчил душу,
ибо ты — единственный человек, кого
я могу назвать своим другом... — он
помолчал. — Как епископ я должен
присутствовать на религиозных спек-
таклях, которые показывают в кафед-
ральном соборе по праздникам. Кто-
то сказал мне, что на этот раз пьеса
посвящена жизни Марии Магдалины.
От меня требовалось присутствовать,
но не смотреть на сцену. Отвлекшись
от всего, я молился. Но душа моя не
находила покоя. И неожиданно мою
молитву прорезал крик, такдй трога-
тельный, такой призывный, что я не
мог не прислушаться к происходяще-
му. Тут я вспомнил, что идет спек-
такль. Игралась сцена, когда Мария
Магдалина и Мария, мать Иакова,
подошли к погребальному склепу,
куда Иосиф и Ариматея положили
тело Христа, и увидели, что камень,
закрывавший вход, отброшен в сторо-
ну. Они вошли и обнаружили, что тело
исчезло. Так стоящими в полной
растерянности и застал их случайный
путник, и Мария Магдалина рассказа-
ла ему, что она видела с другой
Марией. И так как он ничего не знал
о происшедших ужасных событиях,
она поведала путнику о пленении,
суде и смерти сына бога. Столь живым
было это повествование, столь удачны
подобранные слова и сладкозвучны
стихи, что я не мог заставить себя не
слушать.
51
Доминго, затаив дыхание, накло-
нился вперед, ловя каждое слово до-
на Бласко-
— Ах, как же прав был наш великий
император Карл, говоря, что лишь
испанский язык достоин того, чтобы
на нем обращались к богу. Какое
яростное негодование звучало в голо-
се актрисы, игравшей Магдалину,
когда она рассказывала о преда-
тельстве Иуды, и такой неистовый
гнев охватил многочисленных зрите-
лей, что они выкрикивали проклятия
изменнику. Так искренне дрожал ее
голос, такая неподдельная душевная
боль слышалась в нем, когда речь шла
о бичевании Христа, что люди вскри-
кивали от ужаса, а когда она стала
описывать агонию Иисуса на кресте,
они били себя в грудь и громко
рыдали от горя. И ее голос проник
в мое сердце и по моим щекам
потекли слезы. Душа моя затрепета-
ла, как трепещет на ветру одинокий
лист Я чувствовал, что-то должно
произойти, и меня охватил страх.
Я взглянул на актрису, произносящую
эти возвышенные и жестокие слова.
Ее красота потрясла меня. Не женщи-
на стояла на сцене, не актриса, но
небесный ангел. И когда я, как
зачарованный, смотрел на нее, луч
света пронзил темную ночь, в которой
я блуждал столько лет. Он проник
в мое сердце, и я застыл в бла-
женстве. Я умирал от боли и в то же
время смеялся от счастья. И чувство-
вал, что душа моя отделилась от тела
и воспарила ввысь. В тот незабыва-
емый момент я прикоснулся к муд-
рости бога и познал его тайны Лишь
добро осталось во мне, отринув все
зло. Не могу описать этого состояния.
У меня нет слов, чтобы выразить, что
я увидел и что познал. Я слился
с богом и, слившись с ним, соединился
со всем миром,— еписком откинулся
в кресле, и его лицо осветилось
воспоминанием этого волнующего
мгновения. — Суетные желания боль-
ше не проникали в мою душу
Я получил высшую награду, достижи-
мую в этом мире Теперь мне нечего
желать и не к чему стремиться.
Я отправил его величеству письмо,
в котором смиренно прошу разре-
шить мне отказаться от дарованного
мне духовного сана, чтобы я мог
удалиться в монастырь и провести
остаток дней в молитвах и благочес-
тивых размышлениях.
Тут Доминго не выдержал:
— Бласко, Бласко, Марию Магда-
лину играла моя племянница Каталина
Перес. Убежав из Кастель Родригеса,
она присоединилась к труппе Алонсо
Фуэнтеса.
От изумления глаза епископа широ-
ко раскрылись. И тут же на его губах
заиграла улыбка
— Вот уж действительно пути гос-
подни неисповедимы. Как странен его
выбор тех, кто привел меня к цели!
Через нее он жестоко ранил меня,
через нее же и исцелил. Благословен-
на будет мать, родившая ее, ибо сам
создатель вдохновлял твою племян-
ницу, когда она произносила те
потрясающие слова. Я буду молиться
за нее до последнего вздоха.
В этот момент в маленький кабинет
вошел фра Антонио. Взглянув на
Доминго и сделав вид, что не узнает
его, секретарь наклонился к епископу
и что-то прошептал ему на ухо. Тот
тяжело вздохнул.
— Хорошо, я приму его,— и доба-
вил, обращаясь к Доминго: — К сожа-
лению, я вынужден просить тебя уйти,
дорогой друг, но с радостью увижу
тебя вновь.
— Боюсь, этого не случится. Завтра
утром я уезжаю в Кастель Родригес
— Мне очень жаль.
Доминго преклонил колени, чтобы
поцеловать руку епископа, но дон
Бласко поднял его на ноги и крепко
расцеловал.
_ Доминго, исхудавший старик
с тяжелыми мешками под
глазами и красным, в синих
прожилках, носом, в залатанной
одежде с пятнами от вина и еды, не
шел, а летел по воздуху. В этот мо-
мент он, как когда-то и говорил епис
копу, не поменялся бы местами ни с
императором, ни с самим папой. Он
разговаривал сам с собой и размахи-
вал руками. Прохожие принимали его
за пьяного, и он действительно опья-
нел, но на этот раз не от вина.
— Магия театра,— пробормотал
Доминго, довольно хмыкнув. — Ис-
кусство тоже может творить чудеса
Ибо именно он, никому не из-
вестный драматург, ничтожный писец,
написал строки, так глубоко тронув-
шие душу епископа...
Каталина осталась довольна
первыми двумя актами пьесы Алонсо.
Он представил Марию Магдалину
любовницей Понтия Пилата, и в пер-
вом акте она появлялась в велико-
лепных нарядах, упивающаяся
жизнью в грехе, сладострастная и бес-
путная. Ее прозрение происходило во
втором акте. Особенно удалась Алон-
со та часть, когда Мария приходит
в дом, где остановился Иисус, и
омывает ему ноги. Действие послед-
него акта происходило на третий день
после распятия. Б одной из сцен жена
Пилата укоряла последнего за то, что
он позволил убить невинного челове-
ка, в другой Иуда Искариот приходил
к старейшинам храма и бросал им
в лицо тридцать сребреников, полу-
ченных за предательство. Мария Маг-
далина появлялась лишь однажды, на
короткое мгновение, чтобы обнару-
жить, что могила Иисуса пуста. Пьеса
заканчивалась сценой на дороге в
Эммаус, где к двум апостолам при-
соединялся какой-то незнакомец, в
котором впоследствии они признали
воскресшего Христа.
За три года Каталина привыкла
к тому, что без нее не обходится ни
одна сцена, и, прочитав пьесу, закати-
ла Алонсо скандал.
— А что я могу сделать? — оп-
равдывался тот. — И так два акта
полностью твои. Так что нечего жало-
ваться и насчет третьего.
— Но это просто невозможно! Обо
мне эта пьеса или не обо мне?
Зрители будут возмущаться, не видя
меня на сцене.
— Но, дитя мое, в такой пьесе я не
могу дать волю воображению. Я до-
лжен придерживаться фактов.
— С этим я не спорю, но вы же
автор! И обязаны найти для меня
место. Почему бы мне не появиться во
время объяснения Понтия Пилата с
женой?
Алонсо начал злиться.
— Но, Лина, ты же любовница
Пилата. Как ты можешь находиться
в его дворце, да еще в тот момент,
когда он говорит с ней без посторон-
них?
— Ну и что? Сделайте так, чтобы
я все рассказала жене Пилата, а уж
потом, с моих слов, она будет обви-
нять его самого.
— Лина, это же чушь. Попытайся гы
встретиться с женой Пилата, она бы
отправила тебя на конюшню и велела
отхлестать плетьми. .
— Совсем наоборот. Я упаду на
колени и буду умолять простить меня
за грешное прошлое. Мои слова
тронут ее сердце, и она не найдет
в себе сил наказать меня.
— Нет, нет и нет! — вскричал
Алонсо.
— А почему я не могу идти
в Эммаус вместе с двумя апостолами?
Женская интуиция подскажет мне, кто
этот незнакомец, а он, поняв, что
я узнала его, приложит палец к губам,
призывая меня к молчанию.
— Я скажу, почему ты не можешь
идти в Эммаус с двумя апостолами! —
проревел Алонсо. — Если бы Мария
Магдалина шла в Эммаус, об этом
говорилось бы в святом писании.
И когда мне потребуется твоя помощь
в сочинении пьес, я сам обращусь.
Каталина так расстроилась, что
даже хотела отказаться от роли, но,
подумав, что Алонсо немедленно
отдаст ее Розалии, смирилась, тем
более что первые два акта позволяли
ей рассчитывать на успех у зрителей.
— Если б он писал для Розалии,—
пожаловалась она Диего,— то не
решился бы полностью урезать ее
роль в третьем акте.
— В этом нет никакого сомнения,—
согласился Диего. — Он не ценит
тебя.
— Я поняла это, как только он взял
в труппу Розалию.
Каталина поделилась своим горем
и с Доминго. Тот сочувственно поки-
вал и попросил у нее текст пьесы Но
52
актерам раздавались лишь их роли,
а вся рукопись находилась у Алонсо из
опасения, что кто-нибудь продаст ее
другой труппе.
— Алонсо ужасно тщеславен,—
добавила Каталине. — Подойди к не-
му после репетиции и скажи, что ты
в восторге от пьесы и хочешь насла-
диться ею еще раз, прочитав перед
сном. Он не сможет отказать и даст
тебе рукопись.
Алонсо, польщенный вниманием
Доминго, действительно отдал ему
рукопись, но попросил вернуть ее
через два часа. Прочитав пьесу, До-
минго пошел погулять, а придя до-
мой, предложил Каталине свой план
действий. Она бросилась ему на шею
и расце"осала старика.
— Дядя, ты — гений!
— И, как многие другие, неприз-
нанный,— усмехнулся Доминго. —
А теперь слушай, дитя мое. Никому
ничего не говори, даже Диего, а на
репетициях играй так, как не играла
никогда в жизни. Будь мила с Алонсо,
и пусть он решит, что ты хочешь
забыть о ваших разногласиях. Я хочу,
чтобы он остался доволен тобой.
В субботу они собирались репети-
ровать двсжды, а последний прогон
был назначен на воскресное утро.
Днем они давали спектакль. После
первой субботней репетиции, когда
актеры отправились на обед, Каталина
задержала Алонсо.
— Вы написали чудесную пьесу.
С каждым днем меня все больше
восхищает ваш талант. Такой пьесой
гордился бы и великий Лопе де Вега.
Вы — прекрасный поэт.
Алонсо просиял:
— Должен признать, что пьеса
действительно неплоха.
— Но, мне кажется, в одном месте
ее можно усилить.
Алонсо сразу помрачнел, ибо для
любого автора унция критики с лихвой
перевешивает фунт похвалы. Но Ката-
лина продолжала, будто не замечая
перемены его настроения.
— Я убежден? что вы допустили
ошибку, урезав мою роль в третьем
акте.
Алонсо раздраженно махнул ру-
кой:
— Мы уже говорили об этом.
Сколько можно повторять, что в
третьем акте для тебя нет места.
— И вы были правы, тысячу раз
правы, но выслушайте меня Как
актриса, я чувствую, что, стоя у мо-
гилы воскресшего Иисуса, должна
сказать больше, чем несколько отве-
денных мне слов.
— Ио чем же ты собираешься
говорить? — насупился Алонсо.
— Я могла бы пересказать историю
предательства нашего господина, су-
да над ним, распятия и смерти. Это
выглядело бы очень эффектно. И за-
няло бы не больше сотни строк.
— Да кто будет слушать эти сто
строк в самом конце пьесы?
— Все, если говорить их буду я,—
твердо ответила Каталина. — Зрители
будут рыдать и бить себя в грудь. Как
драматургу, вам же совершенно ясно,
что этот монолог произведет сильное
впечатление.
— Это невозможно,— упорство-
вал Алонсо. — Спектакль завтра. Я не
успею написать эти строки, а ты — их
выучить.
Каталина обворожительно улыбну-
лась.
— Видите ли, мы с дядей говорили
об этом и он, вдохновленный совер-
шенством вашей пьесы, написал эти
строки. Я выучила их наизусть.
— Ты? — негодующе воскликнул
Алонсо, взглянув на Доминго.
— Красноречие вашей пьесы по-
трясло меня,— ответил тот. — Я не
находил себе места. Казалось, в меня
кто-то вселился, и, сев за стол,
я чувствовал, что моим, пером водит
ваша рука.
Алонсо переводил взгляд с одного
на другую, и Каталина, видя, что он
колеблется, взяла его за руку.
— Позвольте мне прочитать эти
строки. Если они вам не понравятся,
я обещаю, что забуду о них. Алонсо,
пожалуйста, выслушайте меня.
— Говори эти чертовы строки, да
побыстрей,— пробурчал Алонсо; —
Мне пора обедать.
Он сел и, нахмурившись, пригото-
вился слушать. Ее голос, мягкий
и агрессивный, нежный и гротесковый,
гибкий и необычайно послушный, за
три года набрал силу, и Каталина
владела им в совершенстве. Эмоции,
отражавшиеся на ее подвижном лице,
дышали жизненной правдой. Пред-
чувствие беды сменялось тревогой,
страхом, негодованием, ужасом, ду-
шевной болью и неподдельным го-
рем. Даже разозлившись, Алонсо
оставался драматургом и не мог не
понять, что несравненные голос и
пластика Каталины зачаруют зрите-
лей. Монолог захватил и его самого,
и наконец, покоренный страстной
силой и искренностью стихов Домин-
го, он не смог сдержать себя и по его
щекам покатились крупные слезы.
Каталина смолкла, и Алонсо вытер
глаза рукавом. Взглянув на Доминго,
он заметил, что тот тоже плакал.
— Ну? — с триумфом спросила Ка-
талина.
— Стихи вполне терпимы, во вся-
ком случае, для любителя,— с излиш-
ней резкостью ответил Алонсо и по-
жал плечами. — Будем репетировать
эту сцену и, если она мне понравится,
введем в спектакль.
— Душа моя, я тебя обожаю! —
восторженно воскликнула Каталина.
— От Розалии я услышу менее
приятные слова,— пробурчал Алонсо.
Сцена действительно произвела
огромное впечатление, и не только на
зрителей. Розалия гневно упрекала
Алонсо, что тот благоволит к Катали-
не, и, чтобы успокоить ее, ему
пришлось наобещать многое из того,
что он наверняка не смог бы выпол-
нить. К тому же, к неудовольствию
Алонсо, пьесу в основном хвалили
именно за сто строк Доминго, пола-
гая, что и они написаны руководите-
лем труппы. Когда же Диего шепнул
двум-трем актерам, кто является ис-
тинным автором этих строк, Алонсо
оскорбился и в ответ заявил, что
Каталина не бог весть какая актриса
и никогда бы не снискала любви
публики, если б не руководствовалась
его советами. Слова Алонсо, повто-
ренные Каталине, стали последней
каплей, побудившей ее к решительно-
му шагу. Женщина, сказала она Диего,
не должна забывать о чувстве
собственного достоинства. Она порва-
ла с неблагодарным Алонсо и с му-
жем и детьми уехала в Мадрид.
q л ...Его Величество Филипп
Третий принял отставку дона
Бласко, и тот удалился в до-
миниканский монастырь. Спустя не-
сколько лет его здоровье ухудшилось
и, хотя врачи не могли найти какой-то
определенной болезни, всем стало
ясно, что пройдет не так уж много
времени, прежде чем создатель осво-
бодит его от бренной плоти. Дон
Бласко так ослаб, что большую часть
дня проводил в постели. Его жизнь
напоминала мерцающий огонек све-
чи, готовый угаснуть при малейшем
дуновении ветерка.
Однажды утром отец Антонио,
последовавший в монастырь за доном
Бласко, зашел в келью, чтобы, как
обычно, проведать своего бывшего
господина. Стояла зима, и землю
покрывал снег. В келье было холодно,
как в могильном склепе. К его удивле-
нию, щеки дона Бласко горели румян-
цем, а глаза светились давно угасшим
огнем. В сердце монаха закралась
надежда, что больной преодолел кри-
зис и начал выздоравливать, и
мысленно он возблагодарил бога.
— Сегодня у вас хороший цвет
лица, сеньор,— сказал отец Анто-
нио. — Как вы себя чувствуете?
— Со мной все в порядке. Я только
что видел грека Деметриоса.
От неожиданности отец Антонио
вздрогнул, так как он прекрасно
помнил, что грека, как он того и заслу-
живал, сожгли на костре много лет
назад.
— Во сне, сеньор?
— Нет, нет. Он вошел в эту дверь,
остановился у моей кровати и говорил
со мной. Он ничуть не изменился.
Я сразу узнал его.
— Это был дьявол,— испуганно
воскликнул отец Антонио. — Вы про-
гнали его прочь?
Фра Бласко улыбнулся:
— Это было бы невежливо. Я ду-
53
54
маю, дьявол тут ни при чем Ко мне
приходил сам Деметриос.
— Но он  аду и несет наказание за
преступную ересь.
— Я тоже так думал, но это не
соответствует действительности.
Отец Антонио слушал со все воз-
растающим страхом. Подобные виде-
ния посещали не только дона Бласко.
Педро де Алкантара и мать Тереза
частенько видели дьяволов, а мать
Тереза, чтобы отгонять их, держала
при себе святую воду. Но дон Бласко
говорил с такой уверенностью, что
отцу Антонио оставалось надеяться
лишь на помутнение сознания его
учителя.
— Я спросил, как он поживает, и он
ответил, что живет хорошо. Я расска-
зал ему, как мучился из-за того, что
он попал в ад, а грек в ответ рассмеял-
ся и сказал, что еще до того, как языки
пламени коснулись плоти, его душа
оказалась на развилке дорог, ведущих
в ад и на небеса, и, так как он жил по
справедливости и законам божьим,
Радамантас послал его на острова
блаженных. Там он нашел Сократа,
окруженного, как всегда, юношами-
учениками, задающего вопросы и от-
вечающего на них Видел он мирно
беседующих Платона и Аристотеля,
Софокла, упрекающего Еврипида за
то, что тот погубил драму своими
новациями, и многих, многих других.
У отца Антонио сжалось сердце. Не
оставалось сомнения, что дон Бласко
бредил. В горячке он не понимал, что
говорит.
— И тут пропел петух, и Деметриос
сказал, что должен меня покинуть.
Отец Антонио решил не спорить
с больным:
— А он сказал, почему пришел
к вам?
— Я задал ему этот вопрос. Он
сказал, что пришел попрощаться со
мной, так как больше мы не увидимся.
«Завтра,— сказал Он,— когда кон-
чится ночь, но еще не начнется день,
как только ты сможешь различить
очертание руки, лежащей на груди,
душа твоя отлетит в мир иной».
— Он желал вам зла! — восклик-
нул отец Антонио. — Доктор говорит,
что ваша болезнь не смертельна,
и сегодня вы выглядите гораздо
лучше. Позвольте дать вам лекарство
и позвать цирюльника, чтобы он
пустил вам кровь.
— Мне не нужны лекарства, и я не
хочу, чтобы мне пускали кровь. Зачем
задерживать мою душу, которая дав-
но рвется из темницы плоти. Иди
и скажи аббату, что я хочу исповедо-
ваться и причаститься. Завтра, когда
я смогу разглядеть в темноте очерта-
ние своей руки, я уйду* из жизни.
— Это был сон! — вскричал не-
счастный монах. — Поверьте мне, это
был сон.
Дон Бласко слабо улыбнулся:
— Не будем спорить, сын мой.
Я говорил с ним, как с тобой. А теперь
иди и исполни мою просьбу.
Тяжело вздохнув, отец Антонио
повернулся и вышел из кельи. Дон
Бласко исповедовался, причастился
и благословил монахов, с которыми
прожил последние годы. Но отец Ан-
тонио остался, и дон Бласко
согласился, с условием, что монах
будет молчать. Он лежал на спине,
укрытый, несмотря на холод, лишь
тонким одеялом. День сменился
ночью, и дон Бласко заснул. Прислу-
шиваясь к его ровному дыханию, отец
Антонио вновь обрел надежду.
Единственная лампадка ярко вспыхну-
ла и потухла. Опустившись на колени,
он молился за здоровье дона Бласко.
Неожиданно тот пошевелился. Ничего
не видя в кромешной тьме, отец
Антонио понял, что он ищет крест,
лежащий на груди, и вложил его в ру-
ку умирающего. Едва слышный вздох
сорвался с губ дона Бласко, и монах
понял, что его любимый друг и учи-
тель умер Он упал на каменный пол
кельи и разрыдался.
Дон Мануэль к тому времени уже
давно жил в Мадриде. Дона Беатрис
отказалась выдать за него маркизу де
Каранега, которая вскорости постриг-
лась в монахини. В столице дон
Мануэль вошел в доверие к герцогу
Лерме, фавориту Филиппа Третьего,
и лестью, двуличием, полным от-
сутствием моральных принципов и
продажностью достиг наконец высо-
кого положения. После смерти дона
Бласко он решил использовать репу-
тацию брата для поднятия престижа
своей семьи (небеса наградили его
двумя сыновьями), добившись его
причисления к лику блаженных, а по-
том и святых, и начал собирать
необходимые документы. Однако его
усилия ни к чему не привели, так как
Рим требовал подтверждения чудес,
происшедших у тела кандидата в
святые после его смерти. Адвокаты
обещали дону Мануэлю, что, опи-
раясь на чудо в Кастель Родригесе,
они добьются канонизации дона Блас-
ко, но тот решил, что в этом случае
игра не стоит свеч, и удовлетворился
тем, что перевез останки брата в Кас-
тель Родригес и воздвиг на могиле
пышный монумент, если не в память
дона Бласко, но уж для того, чтобы
подчеркнуть свое богатство.
Третий сын дона Жуана де Валеро,
Мартин, продолжал, как и прежде,
печь хлеб. Он так и не осознал, как,
впрочем, и остальные жители город-
ка, что однажды, милостью пресвятой
девы, смог совершить чудо.
Дона Беатрис в полном здравии
прожила много лет и могла прожить
и дольше, если бы не неприятное
известие о причислении матери Те-
резы к лику святых. Тогда она слегла
на три дня, но в 1622 году, когда папа
римский объявил мать Терезу святой,
дона Беатрис пришла в такую ярость,
что ее хватил удар.
_ _ По прибытии в Мадрид Ката-
лина и Диего обратились
к своим покровителям и по-
лучили обещанную ранее финансо-
вую и моральную поддержку. Успех
новой труппы превзошел все ожида-
ния. Множество знатнейших дворян
искали расположения Каталины, но,
принимая с благодарностью их подар-
ки, она отвечала лишь улыбкой.
И скоро предметом всеобщего восхи-
щения стали не только красота и та-
лант, но и добродетельное поведе-
ние. Она послала за Доминго, и тот
привез дюжину пьес. Каталина поста-
вила две, и они с треском провали-
лись. Доминго вернулся в Кастель
Родригес и умер от вина и разочаро-
вания в жизни. Несколько лет спустя
Каталина поставила еще одну его
пьесу, не упоминая, правда, имени
автора. Пьеса понравилась. Мало того,
ее даже приписывали перу несравнен-
ного Лопе де Вега, и хотя тот отрицал
свою причастность, ему никто не
верил. Да и теперь она входит в соб-
рание сочинений великого драматур-
га, так что Доминго лишили признания
не только современников, но и потом-
ков.
Диего, несмотря на внешнюю при-
влекательность и уверенность в себе,
не поднялся до высот актерского
мастерства. Однако он выказал
недюжинные организаторские спо-
собности, их труппа процветала.
О сверхъестественных событиях,
участницей которых стала Каталина,
они не упоминали ни в труппе Алонсо
Фуэнтеса, ни в Мадриде. Хотя, как
и предполагала Каталина, никакие
чудеса не омрачали их семейную
жизнь. Диего стал хозяином в
собственном доме. Впрочем, Катали-
на всегда представляла дело так,
будто окончательное решение при-
нимал именно он. Иногда Диего
изменял ей, но Каталина воспри-
нимала его проделки довольно спо-
койно, понимая, что от мужчин нель-
зя требовать невозможного, и сле-
дила лишь за тем, чтобы его увле-
чения не превратились в слишком
серьезные и не стоили много денег-
Короче, это была счастливая семья.
Каталина родила шестерых детей. На
сцене она еще долго играла пресле-
дуемых девственниц и доброде-
тельных принцесс. Голландский путе-
шественник, побывавший в Испании
в последний период царствования
Филиппа Четвертого, писал, что Ката-
лина, уже располнев и не единожды
став бабушкой, грациозностью движе-
ний и мелодичностью голоса покоря-
ла аудиторию и спустя пять минут
зрители видели перед собой юную
шестнадцатилетнюю красавицу.
На этом позвольте закончить эту
необычную, почти невероятную, но
поучительную историю
Перевел с английского В. ВЕБЕР
5S
ПРИЗНАТЬ ° 6p’a№“
НЕУМЕСТНЫМ!"
Однажды в Петербурге
группа актеров повстреча-
лась со священником.
— Что за народ? — по-
дозрительно спросил он
у псаломщика.
— Актеры, батюшка,
актеры!
— Господи! — произ-
нес священник. — Избави
нас от окаянных!
И пугливо перекрестил-
ся.
А вот на сцене крестить-
ся не разрешалось.
Собственно, формального
запрета по этому поводу
не существовало, но тра-
диционно актеры не крес-
тились даже тогда, когда
это требовалось по ходу
действия.
Если неписаная эта тра-
диция нарушалась, то ча-
ще всего актеры делали
это сознательно. Возмути-
телем спокойствия был,
например, «сам Николай
Хрисанфыч Рыбаков», как
величал его Александр
Николаевич Островский.
Если требовалось по ходу
спектакля перекрестить-
ся, он не считался с обыча-
ем.
Как-то в антракте за
кулисы прошел знатный
господин и, разыскав
Рыбакова, заметил ему:
— Николай Хрисанфыч,
на сцене не должно крес-
титься!
Артист ответил резко:
— Ав кабаке можно?
Ведь можно? Да? Значит,
в кабаке можно, а в теат-
ре нельзя? — И после пау-
зы выдохнул со всей
мощью — Я театр ставлю
выше!.. Запомните —
выше!
По этому самому пово-
ду — можно или нельзя
креститься на сцене —
разгорелся тогда в об-
ществе немалый спор. По-
водом послужила пьеса
Л. Н. Толстого «Власть
тьмы».
В ней, согласно ав-
торским ремаркам, мужи-
ки, входя в избу или
садясь за стол, крести-
лись, обратя взгляд к ико-
Московский театровед, кандидат искусствоведе-
ния Дмитрий Брудиый готовит книгу рассказов
о прошлом и настоящем русского театра. Некоторые
из них были опубликованы в журналах «Москва»,
«Театральная жизнь», еженедельнике «Литератур-
ная Россия» и других изданиях.
Предлагаем читателям одну из новелл этого
цикла.
Н. X. Рыбаков.
не. Занятые в спектакле
актеры, естественно, дол-
жны были выполнять
авторские рекомендации,
что и вызвало возмуще-
ние, да такое, что частень-
ко в светских гостиных
спор о крестном знамении
на театральных под-
мостках перекрывал дру-
гие пересуды и сплетни
Издавался в то время
в столице «Петербургский
листок». Этот-то малоза-
метный «Листок», что
называется, уловив мо-
мент, приосанился и при-
влек к себе внимание,
которого до того не удос-
таивался.
— Ваше мнение, госпо-
да?.. — обратился он к чи-
тателям. Да не к прос-
тым. Репортер задал этот
вопрос самому Иоанну
Кронштадтскому, о кото-
ром было известно, что он
вообще был против вся-
ческих зрелищ, не реко-
мендовал пастве ходить
в театр.
— Спросите кого-ни-
будь другого,— ушел тот
от ответа.
Настоятель Исааки-
евского кафедрального
собора высказался более
определенно:
— В лицедействе кре-
стное знамение не до-
лжно быть употребляемо!
С ним поспешил согла-
ситься председатель «Об-
щества распространения
религиозно-нравственно-
го просвещения».
— Я полагаю,— сказал
он,— что творить кре-
стное знамение на сцене
не подобает. Актер на
сцене перед публикой не
молится, а только изобра-
жает. Значит, тут и крес-
титься совсем лишнее
Неожиданно возразил
«духовник их импера-
торских величеств» Яны-
шев:
— Вопрос об употреб-
лении крестного знамения
на сцене не имеет су-
щественного значения.
— Согласен с его пре-
подобием,— вступил в
дискуссию профессор бо-
гословия Рождественский.
— Это противно духу
христианского учения! —
в запальчивости высказал-
ся другой авторитет —
протоиерей Горчаков, из-
вестный как доктор бо-
гословия и профессор
церковного права в Пе-
тербургском университе-
те. — Я даже вот вам что
скажу — Толстой ввел
крестное знамение в свою
пьесу неспроста.. Тут ясна
его тенденция, что цер-
ковные обряды нам не
нужны, что они нисколько
не облагораживают душу
человека.
Раздался еще один го-
лос:
— Да-да, Толстой вмес-
то меда извлек яд из
цветов народной религи-
озной жизни...
«Петербургский лис-
ток» ликовал. Каких
людей удалось ему соб-
рать и какая получилась
громкая дискуссия!
Наконец свой приговор
вынес синод — высшее
управление делами цер-
кви:
«Признать употребле-
ние крестного знамения
и священных изображений
на сцене неуместным!»
Будь к тому времени
в живых Николай Хрисан-
фович Рыбаков, он со
своим строптивым нравом
мог бы навлечь на себя
тяжкое наказание. Ведь
уже поговаривали, что са-
модержавие готовилось
возродить практику, су-
ществовавшую при Ни-
колае I,— за строптивый
нрав забривать артистов
в солдаты.
56
В странах социализма
М FCCA
ГЛ А 3 А М И
СОЦИОЛОГА
Миклош ТОМКА, кандидат философских наук
САМАЯ БОГАТАЯ фактическими данными область со-
циологии религии — это, пожалуй, социология отправле-
ний религиозных культов и прежде всего — посещаемости
богослужений. О значении этого показателя свиде-
тельствует хотя бы уже тот факт, что ныне по воскресень-
ям более полумиллиона, а по крупным религиозным
праздникам — до двух миллионов взрослых венгров все
еще участвуют в мессах. Вместе с тем, однако, процент
посещающих храмы неуклонно снижается.
МЕССА ПРЕЖДЕ И ТЕПЕРЬ
Много веков подряд совместно отмечавшиеся рели-
гиозные праздники давали редкую возможность собирать-
ся и старым и молодым без различия рангов. Разумеется,
мужчины-крестьяне встречались также в поле, молодежь
посещала посиделки, однако только в храме собирались
все вместе — и мужчины, и женщины, и соседи, и живущие
далеко друг от друга, и молодые, и старые. В былые
времена общественные связи складывались не столько на
основе того или иного политико-административного деле-
ния или по признаку географической близости, сколько на
базе совместного посещения богослужений. Храмы были
главным местом регулярных встреч прихожан.
Присутствие на мессе отвечало индивидуальным
потребностям людей в торжествах, их стремлению
к объединению. В результате этого богослужение было
действенным социальным фактором. Со временем, одна-
ко, начали играть все более видную роль многие другие
общественные институты. Их воздействие, естественно, не
могло не умалять значения посещения церкви. Что же
касается религиозных праздников, то их интегрирующую
роль постепенно свело на нет классовое расслоение.
Формирование системы нерелигиозных, светских
институтов и их дальнейшее развитие и распространение
повлекло за собой и обособление конфессиональных
общин. Да и сами вероучения постепенно обособились от
других областей духовной жизни, не говоря уже о научном
знании, и стали нуждаться для своего поддержания
в совместных богослужениях единоверцев
Но и в современных условиях всеобщей секуляризации
и ослабления влияния церквей далеко не все они при-
дают большое значение посещаемости богослужений.
Известно, например, что католические и протестантские
взгляды по этому вопросу не совпадают. В целом для стран
и народов, где распространен протестантизм, характерна
относительно более редкая посещаемость месс и молит-
венных собраний, чем среди католиков.
К тому же в крупных городах все более дает о себе
знать психологическое отчуждение личности, так сказать
одиночество в толпе, состоящей из незнакомых людей. Да
и храмы в таких урбанистических конгломератах уже
зачастую не в состоянии вместить всех желающих,
--------|-------------
Сокращенный перевод статьи из венгерского журнала «Вилагошаг»,
1982, № 5.
особенно в дни больших религиозных праздников. В ре-
зультате этого церковные приходы превратились в весьма
условные и непрочные общности.
Нельзя забывать также, что в наши дни собравшаяся на
совместное богослужение конфессиональная община в
определенных случаях выполняет и кое-какие светские
функции. В периоды социальных потрясений, войн, эконо-
мических кризисов и т. п., когда временно усиливается
влияние религии, естественно, возрастает и посещаемость
храмов. В относительно спокойные исторические периоды
приход служит прибежищем престарелым, убогим, всяко-
го рода неудачникам и отверженным, которые, как
правило, регулярно присутствуют на богослужениях.
Замечено, однако, что значительная часть людей,
посещающих храм в своем приходе, оказавшись вне его
пределов, в церковь не ходит.
Таким образом, в результате поступательного хода
истории, отмеченного глубокими социальными и куль-
турными преобразованиями, изменилась и функция
богослужений: будучи прежде одной из основных форм
периодически повторяющейся деятельности всего об-
щества, они оказались ныне низведены до роли объеди-
няющего фактора сравнительно небольших групп ве-
рующих.
ЗАПАД: ДИНАМИКА ПОСЕЩАЕМОСТИ
В Западной Европе низкая уже в начале века
посещаемость церквей перед второй мировой войной
упала до нескольких процентов. Если на рубеже нашего
столетия еще 17 процентов шведов ходили в кирку
(а лютеранство здесь — государственная религия), то
в 1927 году—всего 5,7 процента, а в 1960 и того мень-
ше — 3. В католических странах, например в Ирландии, на
воскресных мессах все еще присутствует подавляющая
часть населения. Однако в большинстве высокоразвитых
стран Западной Европы (Англия, ФРГ, Франция, Швейца-
рия, Бельгия, Голландия) число прихожан в 70-е годы
сократилось примерно на треть.
В целом, в ходе изменений, происшедших за последние
30 лет в Западной Европе, посещаемость церквей там
упала в среднем на 45 процентов.
В УСЛОВИЯХ СОЦИАЛИЗМА
Что же касается Венгрии, го за тот же период на
воскресных мессах здесь стало присутствовать примерно
на 80 процентов людей меньше.
Если в 1948 году, по данным Венгерского института
исследования общественного мнения, не ходили в церковь
около 12 процентов населения страны, а в Будапеште —
42 процента, то ныне лишь одна десятая взрослого
населения, а то и меньше посещает воскресные мессы.
Причем демографический анализ состава прихожан позво-
ляет ожидать дальнейшего уменьшения их количества.
Еще в 1972 году 12,3 процента взрослых граждан ВНР
не меньше одного раза в неделю бывали в церкви. По
данным же 1976— 1977 годов воскресные мессы посеща-
ли в среднем 6,7 процента людей старше 15 лет. Вместе
с тем у нас есть районы, где 27,3 или даже 30 процентов
населения по воскресеньям все еще ходят в церковь
В Будапеште и в других городах прихожане состав-
ляют 9,5 процента, в то время как средняя посещаемость
храмов по стране—14,4 процента.
Отмечено также, что в церковь больше ходят люди,
слабо участвующие в общественной жизни Пожилых
среди них в два-три раза больше, чем молодых, домашних
хозяек и пенсионеров (22,5 процента) втрое больше, чем
работающих (7,1 процента); женщин (16,9 процента)
намного больше, чем мужчин (7,1 процента); окончивших
менее 8 классов (16,7 процента) почти вдвое больше, чем
лиц со средним и высшим образованием (9,3 процента).
Из тех, кто в 1972 году ответил, что ходит в церковь по
меньшей мере раз в неделю, 48,5 процента достигли
60 и более лет, 63,3 процента таких прихожан составляли
пенсионеры и домашние хозяйки, а 68,4 процента из них не
окончили даже 8 классов. Повышение образовательного
57
уровня и сокращение доли занятых в домашнем хозяйстве
ведет к снижению посещаемости богослужений. Процент
стариков и пенсионеров среди прихожан, правда, не
уменьшается, так как в их жизни храм и конфессиональная
община играют специфическую роль. И все-таки по мере
ухода со сцены старого поколения, сызмала считавшего
отправление религиозных культов общеобязательной нор-
мой поведения, несомненно, будет сокращаться и доля
пожилых прихожан.
В 1978 году лишь в Будапеште пятая часть граждан,
достигших пятидесяти и более лет, и только одна двадца-
тая более молодых еженедельно посещали церковь. Из
последних примерно треть заявляет, что вообще ни разу
там не были.
Но вот если взять группу прихожан с высшим и средним
образованием (9,3 процента), то окажется, что среди них
преобладают люди высокообразованные, квалифициро-
ванные и хорошо оплачиваемые. В этой группе каждый
десятый из имеющих высшее образование и каждый
пятнадцатый из получивших только среднее образование
по крайней мере раз в неделю, а то и чаще ходит в цер-
ковь. Мы пришли к выводу, что такое соотношение
объясняется тем, что среди прихожан с высшим образова-
нием преобладают люди пожилые.
Кроме того, данные социологических опросов по-
казывают, что среди католиков примерно в два раза
больше таких, кто хотя бы раз в неделю посещает мессу
(15,6 процента), чем среди протестантов (7,2 — 7,9 про-
цента).
ПО БОЛЬШИМ ПРАЗДНИКАМ
В дни таких религиозных праздников, как пасха,
рождество, троица, на богослужениях, как правило,
присутствует в несколько раз больше верующих, чем на
обычных воскресных мессах Отчасти это объясняется
своего рода ностальгией, связанной с воспоминаниями
детства, а отчасти ошибочным отождествлением цер-
ковных и народных традиций.
Не удивительно поэтому, что на праздничных богослу-
жениях можно встретить верующих любого возраста
и социального положения — ситуация совершенно нети-
пичная для обычных воскресных месс. Праздничная
обедня по своей многолюдности скорее напоминает
карнавал. Но от этого она, разумеется, не становится
менее религиозной.
И тут возникает законный вопрос: так ли уж набожны
те, кто ходит в церковь только по большим праздникам, по
сравнению с теми, кто бывает там каждое воскресенье?
Впрочем, эти соображения касаются лишь менее одной
трети взрослых граждан нашей страны. Остальные же две
трети не увидишь в храмах даже по большим религиозным
праздникам.
г. Будапешт

Резная скульптура Т. Рименшнайдера
«Мадонна в венке из роз», украденная из
сельской кирхи в Фолькахе (Бавария).
Похищенное полотно Рембрандта «Голова
Христа».
Друзья как-то напомнили
еликому американскому
изобретателю Томасу Эдисо-
ну, что  молодые годы он
часто ходил в церковь.
— Видите ли, она была на
полпути между мастерской,
где я работал, и моей кварти-
рой,— ответил тот. — Зимой
я заходил в церковь, чтобы
погреться, а летом — чтобы
насладиться прохладой.
На вопрос же, что для него
означает бог, Эдисон отве-
тил:
— Абсолютно ничего. Я не
могу понять того, что не
имеет веса, формы и массы.
S8
МАДОННЫ
ВМЕСТО СУВЕНИРОВ
Широко распространенный в католичес-
ких странах культ девы Марии с младен-
цем Иисусом нашел разностороннее худо-
жественное воплощение в творчестве
многих живописцев, скульпторов, резчи-
ков по дереву, ткачей-гобеленщиков, зо-
лотых дел мастеров. Изображение богома-
тери можно увидеть не только в храмах, но
и у верующих дома Не удивительно, что
до недавнего времени на этот образ люди
почти нико да преднамеренно не посяга-
ли.
Широкий процесс профанации ис-
кусства, превращения его в объект вложе-
ния капитала и спекуляции, в символ
престижа, принадлежности к «высшему
обществу» не оставил в стороне и атрибуты
религиозного культа. «Новоиспеченные
богачи воспылали страстью к готическим
мадоннам, старинным изданиям, к карти-
нам и гравюрам старых мастеров,- удовле-
творить их нет никакой возможности»,—
писал несколько десятилетий назад Сте-
фан Цвейг в новелле «Незримая коллек-
ция». И сегодня в этих кругах в еще
большей степени считается признаком
хорошего тона, когда вешалкой служит
скульптура ангела в стиле барокко или
покровителя мостов и водных путей свято-
го Непомука, когда салон украшает готи-
ческая мадонна, а в домашний бар
встроена резная деревянная исповедальня
какой-нибудь старой баварской сельской
кирхи или фигурка кого-либо из католичсс-
---------г------------
Отрывок из книги: Winfried Lfischburg. Der
Ra ib der Mona Lisa (Винфрид Лёшбург. Похи-
щение Моны Лизы). Berlin, 1977.
В этот бенедиктинский монастырь в
Верхней Баварии перестали пускать турис-
тов, так как они «слишком много крадут».
ких святых. Если в былые времена в жили-
ще ставили скульптуру мадонны, чтобы
молиться перед ней то ныне обладание ею
чаще всего становится модой, считается
символом принадлежности к избранному
кругу. Но мода и экономика тесно связаны
друг с другом. Предметы, призванные
побуждать их владельца к самоотречению
и отказу от земных благ, превратились
в объект купли-продажи и биржевых
спекуляций.	в
Еще в 60-е годы ватиканский еженедель-
ник «Оссерваторе делла доменика» сето-
вал на неуважительное отношение к рели-
гиозному искусству. Тогда швейцарские
газеты сообщали о баре-погребке некоего
издателя в Асконе, убранном дорогими
ризами, где стойка сооружена из испове-
дален и полая Библия в чеканном перепле-
те служит сигаретницей. А в стенной бар
встроена распиленная, выдолбленная и
вращающаяся на шарнирах деревянная ма-
донна.
Мода на мадонн привела к тесному
сотрудничеству торговцев произведени-
ями искусства и предметами худо-
жественных ремесе i с поставщиками
подделок. Вот уже ряд десятилетий ти-
рольские резчики по дереву снабжают
церкви и крестьянские дома предметами
культа. Однако сегодня гипсовые фигурки
За рубежом
Винфрид ЛЕШБУРГ
ВЯТОТАТЦЫ
божьей матери и святых, распятия уз
прессованной древесной крошки и прочие
«священные» изображения, изготов-
ленные промышленным способом, пред-
лагают паломникам десятки сувенирных
лавок, разместившихся подле знаменитых
церквей. Весь этот ширпотреб теперь
вытесняет с рынка изделия художествен-
ного ремесла.
Всеобщее внимание привлек скандал
вокруг старинного венского дома худо-
жественных аукционов «Доротхойм», уже
с давних пор торговавшего подделками.
В 1958 году он предложил на зимнем
аукционе «Мадонну с виноградной
гроздью». Эта фигура высотой 38 санти-
метров была представлена как работа
бургундского мастера XIV века и оценена
в 1000 000 шиллингов. Однако незадолго
до торгов стало известно, что названную
мадонну вырезал из дерева южноти-
рольский умелец Д. Рифессер из Санкт-
Ульриха и продал ее одному зальцбургс-
кому антиквару за 350 марок. Тот превра-
тил этот в высшей степени удачный экземп-
ляр в «подлинную» средневековую мадон-
ну. Даже эксперты восхищались искусной
подделкой, усмотрев в ней неизвестное
творение крупного мастера. Сам же рез-
чик ничего не знал о махинациях с его ра-
ботой, и когда последовало разоблачение,
немедленно изъявил готовность проде-
монстрировать контрольную резьбу. Та-
ким образом фальсификатором оказался
не мастер, а антиквар-перекупщик. Его
приговорили к году тюрьмы, но был ли он
единственным мошенником, наживавшим-
ся на мадоннах?
Искусствоведы давно уже пришли к
выводу, что 90 из 100 предлагаемых
к продаже фигурок мадонн и святых —
поддельные.
Мода на старинное церковное искусство
породила еще одну отрасль преступного
бизнеса — церковные коажи
ХИЩЕНИЯ В ХРАМАХ
Многие годы в Западной Германии,
Италии и некоторых других странах боль-
шинство краж произведений искусства
совершается в церквах, часовнях и мо-
настырях. Музеи и замки охраняются
хорошо, а вот католические храмы
открыты почти круглые сутки и часто
совершенно безлюдны. Находящиеся
здесь атрибуты культа, представляющие
художественную ценность, легкодоступны
и ничем не защищены Недаром, когда
мелкие воришки оказываются на мели, то
говорят друг другу: «Пойдем-ка раздобу-
дем мадонну».
Сегодня в Южной Германии едва ли
найдется такая епархия, в храмы которой
воры хоть раз не наведались. Особенно
похитители облюбовали Баварию с ее
тысячамй богатых церквей и часовен.
Почти каждую неделю' газеты сообщают о
новых кражах и разбойничьих набегах.
Например, из почитаемой паломниками
цеокви в Висе под Штайнгаденом украде-
но произведений религиозного искусства
и атрибутов культа в общей сложности на
100 000 марок. По-видимому, воры были
хорошо осведомлены. Оии раздобыли
в соседней гостинице приставную лестницу
и забрались через открытое по случаю
малярных работ окно. Придя утром в кир-
ху, патер заметил, что на алтаре недостает
четырех метровых серебряных подсвечни-
ков, одного 40-сантиметрового креста,
украшенного 160 самоцветами, двух се-
ребряных чаш для причастия, нескольких
серебряных тарелок и других ценных
вещей.
К концу того же дня двое мужчин
пытались сбыть в антикварном магазине
в Байройте два алтарных каделябра. У про-
давца возникло подозрение Он заявил,
что в кассе нет достаточной наличности,
и просил прийти на следующий день.
Подсвечники остались в магазине. Вече-
ром торговец пошел к искусствоведу
проконсультироваться и тогда же по радио
узнал о грабеже в Висе. В тот же вечер
телевидение показало фотографии похи-
щенных ценностей и призвало население
помочь в их розыске.
Зная повадки воров, можно было пред-
положить, что те двое вряд ли явятся за
деньгами. Тем не менее за всей приле-
гающей местностью установили наблюде-
ние — и не без успеха. Уже на следующий
день после ограбления полиции удалось
задержать похитителей. Добыча находи-
лась в автомобиле, принадлежавшем мо-
шенникам, и у одного нюрнбергского
антиквара. Воры оказались молодыми гам-
буржцами без определенных занятий
(один из них прежде был подсобным
рабочим у антиквара). Они обосновались
под Байройтом и отсюда предпринимали
свои грабительские рейды, в частности на
Кобург, Хольцен на Дунае и на известную
церковь Четырнадцати святых. На вопрос
59
полиции, что этих парней привело именно
в Вис, последовал ответ: «Мы прочли
в путеводителе, что в тамошней церкви
особенно много ценностей Тогда-то мы
и отправились туда».
Широко известен такой случай с меди-
цинской сестрой Анной Эдмайер. Отправ-
ляясь на «дело», эта жительница Мюнхена
всегда одевалась простой крестьянкой
и заходила в церковь с большой корзиной
для яиц; в ней она незаметно вынесла
более ста предметов культа. Затем Эдмай-
ер сбывала краденое мюнхенским антиква-
рам, ни у кого из них не вызывая подо-
зрений. Лишь случайно, после публи-
кации о розыске украденной фигурки
ангела воровка наконец попалась, и ей
было предъявлено обвинение в ограбле-
нии 74 церквей!
В Верхней Швабии тем же промышляла
шайка, состоявшая из коммивояжера, са-
пожного подмастерья, двух ремесленни-
ков и молодой официантки. Они выкра-
ли из сельских часовен по меньшей мере
80 различных резных фигур святых, распя-
тий и других предметов культа и за все это
выручили около 15 000 марок. Но львиная
доля прибыли досталась бывшему налад-
чику автоматов, который направлял де-
ятельность банды и давал ей точные
сведения, где можно добыть фигуры
мадонн или святых. Полиция напала на
след воров, однако схватить их за руку ей
так и не удалось. Как выяснилось на
процессе в Ульме, шайка немедленно
переправляла свою добычу за грайицу,
главным образом в Швейцарию. Там ан-
тиквары скупали по дешевке, а затем
сбывали во много раз дороже эти кра-
деные произведения религиозного ис-
кусства. А их богатые клиенты уже
дожидались поступления «товара». Про-
цесс «ульмских грабителей мадонн» пока-
зал, что похищенные церковные ценности
зачастую реализуются легально, а потому
их следует искать также на худо-
жественных аукционах и в анти-
кварных магазинах.
Украденные произведения сакрального
искусства, в общем-то, редко возвра-
щаются к своим владельцам. В некоторых
случаях их пропажа либо вовсе проходит
незамеченной, либо обнаруживается лишь
через несколько недель. Так как поли-
цейский розыск объявляется, как правило,
с опозданием, антиквары узнают о краже
большей частью только из газет и чаще
всего опять-таки слишком поздно. В ре-
зультате похитителям почти всегда удается
быстро сбыть «горячий товар».
Но многие из краденых атрибутов культа
вообще не поступают в продажу. Ведь
в большинстве случаев антиквары дают за
них мизерную цену. А затем, по данным
уголовной полиции, наживаются на этом
перепродавая их сплошь да рядом раз
в 30 дороже. Вот почему воры стараются
обходиться без посредников и, учитывая
все возрастающий спрос на произведения
искусства, пытаются сами сорвать со-
лидный куш. Они создают собственный
«дикий», неконтролируемый «черный
рынок» и поставляют «товар» непос-
редствено коллекционерам. Известны слу-
чаи, когда похитители и их укрыватели
искали и находили состоятельных покупа-
телей в кемпингах для иностранных автоту-
ристов Кражи часто совершались по
предварительному заказу клиентов. Иной
раз церковные ценности перекрашивались
или же в деревянную резьбу вносились
изменения, чтобы обезопасить их сбыт
и затруднить розыски. Известны также
случаи, когда оригиналы заменялись ко-
пиями. В Лилльском кафедральном собо
ре, например пропала статуя мадонны
XIII века. Воры действовали в высшей
степени искусно. Мантия и венец бы-
ли оставлены, а подлинная скульптура
богородицы похищена и заменена фаль-
шивой. Однако этот метод весьма накла-
ден и применяется редко
Одной из известнейших церковных краж
было похищение в августе 1962 года
мадонны из Фолькаха. Тогда же в печати
сообщалось еще о ряде случаев такого
рода. Вот лишь некоторые из них.
• Из церкви в Майлингв (округ
Штарнберг) была украдена статуя святого
Иоанна, выполненная в стиле раннего
барокко. Она стояла в нише амвона
и оценивалась во много тысяч марок.
ф Из часовни Санкт-Альбан под Диссе-
ном на Аммерзее исчезли шесть картин
святых, а также произведения местно-
го сельского искусства многовековой дав-
ности.
ф В церкви в Дорнахе под Мюнхеном
украдено кованое барочное алтарное ук-
рашение высотой 35 сантиметров.
ф Кёльнская церковь святого Панта-
леона извещает о пропаже ценной поздне-
готической скульптуры святой Урсулы.
ф Из известного салона Лемпертц
в Кёльне похищена алтарная створка «По-
клонение младенцу» работы Марцеллуса
Коффермана Произведение относится к
XVI веку н оценивается в 3000 марок.
ф В Кёльне из мастерской скульптора
в старой ратуше выкрадено позднеготи-
ческое изваяние богоматери высотой
1,5 метра работы неизвестного нижне-
рейнского мастера XV века.
Участившиеся кражи произведений ре-
лигиозного искусства укрепляли полицию
во мнении, что это дело рук организо-
ванных шаек и для борьбы с ними
необходимы специальные мероприятия.
Сегодня на Западе едва ли найдется
церковь, которой бы не грозило ограбле-
ние. Обкрадываемые начали прибегать
к самозащите. С тревогой и раздражением
смотрели антиквары на духовных лиц,
которые время от времени появлялись в их
магазинах или на ежегодных Мюнхенских
ярмарках художественных изделий и
предметов старины и подозрительно
высматривали похищенное церковное
имущество. На ярмарке 1962 года один
салезианский патер чуть было не устроил
скандал. Он тщательно обследовал статуи
святых Анны и Иоахима, уже проданные
некой актрисе, и вызвал полицейский
патруль, который на глазах у всех при-
сутствовавших конфисковал эти предметы,
ибо патер утверждал, что видел их в одной
часовне в Оберланде.
В конце концов расхищение церковных
ценностей приобрело такие масштабы, что
в 1962 году в Баварии была учреждена
специальная комиссия по раскрытию хи-
щений предметов сакрального искусства.
Уже в феврале следующего года она
изобличила в этом архитектора Райнера
Дизеля — правнука известного изобрета-
теля. Тот сознался, что украл в Баварии
и Тироле 11 церковных скульптур и картин
и продал их по спекулятивным ценам
богатым коммерсантам.
В апреле 1963 года полиции удалось
задержать в Диллингене целую воровскую
артель, специализировавшуюся на ограб-
лении церквей. Она состояла из шести
мелочных торговцев и одной девицы,
которые выдавали себя за коммивояжеров
по текстильным товарам. Эта шайка много
лет грабила храмы и снабжала баварских
нуворишей желанными предметами цер-
ковного искусства. Она систематически
прочесывала кирхи и часовни в Нижней
и Верхней Баварии и выкрадывала оттуда
не только церковные ценности, но и все,
что можно было унести,— фигурки анге-
лочков, подсвечники, алтарные покрывала,
кропильницы, венки из роз, ризы, лари для
мощей. Выкапывались даже придорожные
кресты.
Прежде чем схватить жуликов в Диллин-
гене, полиции пришлось долгое время
следить за ними, ибо в данном случае
установление и представление доказа-
тельств осложнялось существующими за-
коноположениями. Мелкие торговцы име-
ли патент, дававший право и на торговлю
антиквариатом. Одного подозрения, что их
товар похищен из церквей, было недоста-
точно для принятия решительных мер.
Ведь уголовной полиции надлежало дока-
зать, что вещи украдены именно задер-
жанными, ибо в самом факте обладания
антиквариатом, его купли и продажи еще
не было состава поеступления. И солидные
антиквары порою, сами того не зная,
приобретали краденые товары и со спо-
койной совестью вновь продавали их.
В канцелярии упомянутой специальной
комиссии, разместившейся в Пасинге
(Мюнхен), скапливались изъятые у пре-
ступников изображения святых. Больших
трудов стоило установить происхождение
схожих друг с другом экземпляров. При-
шлось привлечь специалистов, обратиться
к инвентарным художественным реестрам.
Во многих случаях священники даже еще
не заметили пропажи или не успели
обратиться в полицию. Несмотря на это,
воров все же удалось уличить в ограблении
12 церквей.
Один из преступников сообщил, что
в лесу под Диллингеном закопана большая
статуя скорбящей богоматери. Как и из-
ваяние святого Иосифа с лилейным посо-
хом и святого Себастьяна у древа, она
принадлежала сельской часовне в Швенне-
бахе под Диллингеном. Так как ни один
антиквар не пожелал приобрести большую
статую богородицы, воры отправились в
лес и закопали ее гам, предварительно
распилив на части. Деревянной
скульптуры еще не коснулся процесс
гниения, потому что лет 50 назад ее
покрыли густым слоем масляной краски.
Случай с диллингенской шайкой не
единичен С ростом спроса на атрибуты
культа некоторые уголовные элементы
переключились на «торговлю искусством».
Этим занялись те, кто прежде воровал
металлолом и кабели, а также бродяги,
мелкие торговцы и лоточники. При поимке
они предъявляли свидетельство на право
торговли старой мебелью, текстильными
товарами и даже антиквариатом, Руко-
водство евангелической церкви земли
Гессен вынуждено было в феврале 1966 го-
да предостеречь специальным циркуля-
ром пасторов от услуг некой фирмы,
которая предлагала многим приходам
новую алтарную утварь в обмен на старые
чаши для причастия и прочие атрибуты
культа. «Лишь по истечении года нам стало
известно, что старая утварь, применяемая
для причащения, принимается поставщика-
ми новой посуды в счет уплаты как якобы
не имеющая ценности, а через короткий
промежуток времени появляется в анти-
кварных магазинах по ценам, многократно
превышающим стоимость поставленной
новой утвари»,— говорилось в этом цирку-
ляре
60
По мере развития нового «промысла»
словно из-под земли появлялись все новые
и новые антикварные лавки. Их владельцы
без долгих раздумий принимали товар —
лишь бы он был дешевле его фактической
стоимости. Происхождение сбываемых та-
ким образом краденых церковных ценнос-
тей никого из них не волновало.
В Мюнхене арестовали двух субъектов,
которые уже имели несколько судимостей
за коажи в церквах. В их жилище обнару-
жили карту с пометками тех мест, где они
грабили церкви; примечательно, что она
была завернута в газету со статьей о пра-
вовых аспеюах хищений произведений
искусства. Однако у преступников удалось
изъять лишь малую часть украденного —
ту, что была спрятана ими в ячейках
камеры хранения центрального мюнхен-
ского вокзала. Ключи от них нашли
в полицейской машине, в которой везли
арестованных жуликов.
Летом 1965 года поокуратура Ландсхута
выдвинула обвинение против гангстерской
шайки, специализировавшейся на цер-
ковных кражах. Ее возглавлял преступник,
приговоренный за убийство полицейского
к 15 годам тюремного заключения и ам-
нистированный в 1963 году. Его банда была
выдана конкурентами, так как начала
действовать в «их зоне». Или другой
пример некий церковный вор совершил
убийство из за трех скульптур, похи-
щенных в одной венской церкви. Он
действовал по указке арендатора кофейни
в Вене, который затем переправил эти
статуи в Западную Германию и сбыл во
Франкфурте антиквару, а при дележе
выручки, по-видимому, надул похитителя.
Обнаружив это, тот убил своего «заказ-
чика»!
Только в 958 — 1963 годах баварская
полиция зарегистрировала 551 церковную
кражу. Стоимость украденных культовых
ценностей за тот же период составила
миллионы марок. Впрочем, из упомянутой
551 кражи была раскрыта лишь 161. Ведь
похищенное большей частью переправля-
лось иностранным антикварам.
Число краж произведений церковного
искусства продолжает возрастать. Только
с 1960 по 1964 год в австрийских кирхах
исчезло свыше 500 таких предметов. Часть
их была переправлена через границу в ФРГ
и осела в баварских антикварных лавках.
Одним словом, международная торговля
произведениями искусства вовсю исполь-
зуется уголовными элементами.
И хотя после создания в Баварии
специальной комиссии по борьбе с расхи-
тителями церковного искусства условия их
преступного бизнеса несколько осложни-
лись, он по-прежнему продолжает процве-
тать. В ноябре 1964 года, например, из
часовни в округе Вольфратсхаузен были
украдены пять изваяний святых и два
канделябра общей стоимостью 50000 ма-
рок. В апреле 1965 года в округе Зонтхо-
фен воры даже отважились на опасное для
жизни «альпинистское» предприятие Они
спустились на шесть метров по отвесной
скале, чтобы выкрасть из ниши полуметро-
вую статую мадонны. В октябре 1965 года
в Кёльне в соборе святого Колумба была
похищена деревянная скульптура XVI века
стоимостью примерно 30000 марок. В ав-
густе того же года в Ровередо (Швейца-
рия) поймали с поличным гида, который
использовал свои знания и частые посеще-
ния церквей в Тичино и других кантонах
страны для ограбления алтарей. Добычу
же свою он всегда реализовывал в Италии.
В 1959 году в столице Индии Дели
полиция конфисковала в большом антик-
варном магазине несколько старинных
культовых изображений, о которых владе-
лец не смог представить каких-либо
вразумительных сведений. Подобные об-
лавы были проведены и в других районах
страны. Разграбление святилищ и кража
бесценных произведений искусства приня-
ли здесь угрожающие размеры. Только из
знаменитого храма Деогар в округе Джан-
си украли 35 скульптур. Воровские шайки
были хорошо организованы, проинструкти-
рованы искусствоведами и имели
собственные грузовики. Они выбирали
либо удаленные небольшие святилища,
либо места паломничества. При этом им
благоприятствовали лабиринты, как прави-
ло имеющиеся в индуистских храмах.
Небольшие изваяния богов они брали
целиком, а у крупных отбивали головы.
Рельефы выламывали. Разумеется, многое
жестоко разрушалось. Полученный таким
путем «товар» сбывался преимущественно
иностранцам, западным туристам и соби-
рателям сувениров, которым хотелось
привезти домой старинного Будду или
танцующего Шиву, чтобы украсить ими
свой камин.
СВЯТЫЕ ЗА РЕШЕТКОЙ
Дабы уберечь церковные ценности от
дальнейшего расхищения, католический
епископат ФРГ предписал приходам сфо-
тографировать и зарегистрировать при-
надлежащие им предметы искусства,
чтобы после кражи можно было предста-
вить полиции их точное описание. Патеры
или ризничие, говорилось в этом циркуля-
ре, должны ежевечерне осматривать свои
храмы, удостоверяясь, все ли на месте.
Они не должны оставлять церковь
открытой дольше, чем это необходимо,
или, в зависимости от условий, отгоражи-
вать главный придел и алтарь, где сосредо-
точены наиболее ценные предметы, запи-
рающейся решеткой. Следует продумать
способы защиты произведений церковного
искусства (например, путем прикрепления
их к металлическим плитам или оснащения
электрическими сигнальными устройства-
ми) либо передать их в музеи.
Разумеется, перечисленные меры оп-
равданы, хотя, как было показано выше, во
многих случаях уже явно запоздали, Жи-
тель Зюдбада, посвятивший себя охране
памятников старины, предпринял сле-
дующий эксперимент он поехал в одну из
церквей Кинцигталя, не спеша прошел
в боковой придел, где молились четыре
коленопреклоненные женщины, снял там
драгоценную старинную скульптуру и,
никем не остановленный, укатил с ней на
собственной автомашине. Когда через два
дня он снова явился, оказалось, что ни
ризничий, ни патер, ни прихожане не
заметили пропажи.
В октябре 1962 года туристы осматрива-
ли кафедральный собор итальянского
города Пезаро. И лишь тогда споровож-
давший их падре заметил, что драгоцен-
нейшая из картин — мадонна с младенцем
и святой Серафимой — украдена.
И тем не менее мысль перенести особо
ценные церковные скульптуры из церквей
в охраняемые музеи была встречена кле-
рикалами в штыки «Это вызвало бы
возмущение крестьян»,— заявил один из
священнослужителей. «Церковные пред-
меты искусства в первую очередь служат
религии,— поддержал его сотрудник ба-
варского управления по охране памятни-
ков. — Поэтому их изъятие из храмов
означало бы использование не по назначе-
нию. Кроме того, музеи просто не в сос-
тоянии предоставить необходимые поме-
щения для такого большого количества
произведений искусства». Правда, и пред-
ложение переносить на ночь наиболее
выдающиеся творения в специальные без-
опасные помещения не встретило одобре-
ния. А разве можно было требовать
приобретения для каждой небольшой при-
ходской церкви дорогостоящей сигналь-
ной системы?
Короче говоря, итог всех изысканий
и обсуждений оказался малоутеши-
тельным. Ряд патеров начали после бого-
служений запирать церкви. Тот, кто хотел
осмотреть знаменитый верхнебаварский
монастырь Бенедиктбойрен, получал у его
ворот стереотипный ответ: «Осмотры бо-
лее невозможны: слишком много крадут».
В ряде кирх, например в фолькахе,
установили современные сигнальные
устройства. С недавних пор в некоторых
баварских церквах стали раздаваться гром-
кие звуки сирен, когда какой-нибудь
прихожанин нечаянно дотрагивался до
статуи святого. Другие дорогостоящие
скульптуры и картины ограждены решет-
ками, которые малоэстетичны и к тому же
«наводят» воров на ценные экземпляры.
Западногерманское католическое теле-
графное агентство весьма скептически
писало по этому поводу: «Таким образом,
вопрос о действенной охране церковных
художественных сокровищ от воров ос-
тается открытым. Многие рекламируемые
средства не могут быть применены по
техническим, финансовым, литургическим
и религиозным соображениям Стало
быть, остается надеяться лишь на
повышенную бдительность общественнос-
ти и на ужесточение мер наказания тех, кто
посягает на произведения сакрального
искусства».
Кстати, меры по охране церковных
ценностей, принятые властями ФРГ, тоже
оказались неудовлетворительными
По закону, принятому в 1965 году,
владельцы магазинов художественных из-
делий и антиквары должны впредь при
каждой купле и продаже записывать в спе-
циальную книгу адреса прежнего владель-
ца и покупателя, чтобы при необходимости
можно было проследить путь и местона-
хождение произведения искусства. Введе-
ние таких правил натолкнулось на резкое
сопротивление торговцев и их организа-
ций, которые усмотрели в этом ущемление
своей конкурентоспособности. Они спра-
ведливо ссылались на то, что большинство
произведений искусства продается и поку-
пается не через торговую сеть, а на
«черном рынке», существующем как внут-
ри страны, так и за рубежом. Со своей
стороны антиквары предлагали полностью
запретить выдачу лицензий на отхожий
промысел для торговли подержанными
предметами, чтобы положить конец махи-
нациям не поддающихся контролю «лева-
ков от искусства». Они предлагали также
снова ввести общепринятую до 1945 года
немедленную рассылку извещений об ук-
раденных произведениях владельцам ма-
газинов художественных изделий и антик-
варам. Все эти пожелания, однако, были
оставлены без внимания
Перевели с немецкого И. и Я. СВИРСКИЕ
61
НАПЕЧАТАНО в 1983 году
ИЗ ЛЕНИНСКОГО ИДЕЙНОГО НАСЛЕДИЯ
Б. Марьянов. «Сделано гигантски
много..» (11-й и 12-й тома
«Биографической хроники») 4	2
ДУХОВНЫЙ МИР ЧЕЛОВЕКА
Л. Айзерман. Бремя жизни и груз
ответственности	9	8
Л. Айзерман. Помни имя свое 1 13
С. Ангапов. «Приходя — находи-
те, уходя — не теряйте...»	8 4
Н. Андрианов. Монолог заинте-
ресованного человека	3 2
А. Беленькая. Самый лучший та-
лисман	2	13
А. Беленькая. Человек на своем
месте	11	16
X.	Боков. Не	снят	с	повестки дня 11	2
Д.	Боярская.	Перекрестки	1	14
Е. Брускова. Дом на острове 12	6
Е. Брускова. Хочу дожить до пра-
здника	3	6
3. Григорьева. Почетный гражда-
нин	12	4
С. Гудимова, Д. Ионов. Детство
в Жемтале	2	10
Н.	Данилов. Чти	отца своего	5	6
В. Евсеев, В.. Зыбковец. Цветок
багульника	8	8
В.	Евсеев Памятник	4	20
В. Ершов. Использовать все бо-
гатства	9	12
К. Икрамов. «Начало работы...»
6	6; 7	7
Ю. Ильинский. Комиссар	10 16
В. Кононенко. Иди к людям!	5	2
А. Корина. Сколько жить песне 3 10
Е. Нестеренко. Музыка — жизни
отрада	7	2
А.	Петрунин. Земляки Семена
Давыдова	8 13
В.	Полунина. Солнце поселка Яш-
куль	6	2
А. Розанов. Ни бог, ни царь и не
герой	4	16
А.	Розанов. Сорок	пет спустя 2	6
В.	Розов. Мосты	12	2
О Табаков. Жить по совести 1 10
Л. Филиппова. Чужая беда	6	4
В.	Шевелев. Спроси	с себя	10	13
ПРАКТИКА: ОПЫТ, ПРОБЛЕМЫ
А. Абаев, Д Баракаев. В школе
и в семье	3	36
А. Автандиляи. Совершенствуя
формы работы	10	11
В. Алексеев, В. Зыбковец. В Ом-
ске на зональном семинаре 9	6
Важнейшая составная часть ком-
мунистического строитель-
ства	8	2
А. Васильев, В. Владимиров. В
поисках убедительности	3	14
Л. Евменов. Не ослаблять вни-
мания	12	17
В. Евсеев. На Минском трактор-
ном	12 18
В. Зыбковец. Ахтарыш	5 21
А. Капто. Формировать атеисти-
ческую убежденность	9	2
Э Комиссарова. Приходите в чет-
вер:	7	11
Ю. Петраш. Нести людям	добро	7	13
А. Рзаев. Гордиться рабочей про-
фессией	11 10
Л. Ульянов. «Хранить наследст-
во...»	2	2
Н. Федорук. Пригласите Колю на		
сбор	10	6
М. Фиглевский «Светочи» соби- рают друзей	1	24
Ю. Фишевский На уровень сов- ременных задач	11	7
В. Цветков, А. Родионов. Откры- вая мир	10	8
Д. Шалгимбаев, Н. Мощенко. Ценные традиции	3	36
И. Шатилов. Общее дело	7	14
Наши консультации Вечер вопросов и ответов	1	28
Надежный и постоянный помощ- ник	7	16
«Страницы» устного журнала	3	38
Праздники, обряды, трад	и ц	и и
С. Заградская. Щедрый празд- ник, добрый праздник!	1	26
М. Миррахимов. Навруз: сегод- няшний день древнего празд- ника	3	17
Е. Рюмин. Дорогие сердцу пра- здники	11	13
УНИВЕРСИТЕТ ЛЕКТОРА Г. Баканурский. Спекулируя на ветхозаветных догмах	8	28
Б. Марьянов. Космические иссле- дования и вера в бога	2	16
Л. Митрохин. Беседы об атеисти- ческом наследии Маркса	4	23;
6 11; 8 22; 10 18;	12	10
М. Новиков, 3. Тажуризина. Ате- изм и развитие духовной культуры	4 28:	: 6	13
А. Чертков. Как отвечать на воп- росы после лекции	12	13
ВАШЕ ПИСЬМО ПОЛУЧИЛИ. И. Баллод. Искушение верой	3	34
И. Баллод. Прощание, прощение...	9	22
Л. Графова. Мне — отмщение	1	33
В. Долгова. Танины письма	10	24
А. Розанов. На улице Южнобе- режной	1	31
Д. Чечель. Чужие	3	30
ЧИТАТЕЛЬ СООБЩАЕТ, СОВЕТУЕТ, СПРАШИВАЕТ Затронута важная тема	8	42
А. Карапетян. Память о сыне	2	37
О. Кочладзе. Требует деликатно- го обхождения	8	40
И. Крывелев. Верую... верую...	8	37
А. Павлов. Разговор на лавочке	4	31
Е. Сергиенко. Недобрая сказка	6	27
В. Шевелев. Печальная тема	2	34
РЕЛИГИЯ, ЦЕРКОВЬ, ВЕРУЮЩИЙ Г. Беликова. Общение, общность, община...	2	41
Г. Береснева. Разные судьбы	3	43
П. Гел: тюк На службе Иего- вы	1 36	; 2	43
И. Караяну. Среди «божьих де- тей»	3 40	; 4	41
А. Колесникова, И. Баллод Опрокинутое небо	11	36
С. Латышевич Все могло быть иначе	12	28
С. Муслимов. Не зря в народе* говорят	7	18
Ю. Охрименко. Цена земного счастья	6	30
Г. Снесарев Хорезмские святые:
Пахлаван Махмуд	12	24
Султан-Ваис	8	32
Хазрет Али	10	31
А. Сулацков. Лики баптизма	7	22
И. Держиев, В. Ушаков. Размы-
шления над книгой
А. Сулацкова	7 23
А. Шамаро. Печати на алтарных
дверях	9 13
ИСТОРИЯ И СОВРЕМЕННОСТЬ
Р. Алейник. Атеизм Фридриха		30
Фейербаха	2	
О. Антонова Народная трагедия на оперной сцене	12	30
Е. Белякова. Православная апо- логетика в свете научной кри- тики	12	38
О. Брушлинская, И. Жерневская. Связь времен (50 лет Музею истории религии и атеизма)	1	2
Т. Григорьян. Годы свершений	7	26
М. Громов. Античное наследие в Древней Руси	2	26
М. Катиус. Век лучины	11	34
А. Клибанов. Воспоминания о В. Д. Бонч-Бруевиче	11	18
А. Клибанов. К истории одной ре- золюции 11 съезда РСДРП. Из бесед с П. А Красиковым	10	26
А. Мартинёнис. Ажитенский во- льнодумец	11	32
В. Пазилова Проект «общего де- ла» Н. Ф. Федорова 3 26;	4	37
В. Разин Город, который снится	6	38
Р. Скрынников. Как царевич Дми- трий стал «святым»	4	34
Т. Стецкевич. «Достоин высочай- шего сана в наших сердцах» (100 лет со дня рождения И. Ю. Крачковского)	11	23
А. Шамаро. Книга о русском ико- нописце (В. Сергеев. Рублев)	3 23	; 6	42
А. Шамаро. «Эпидемия гарей»	12	34
В. Эхатамм, В. Шевелев. Прогул- ки по Старому городу	9	17
В. Янин. Как и когда крестили новгородцев	11	27
П« древним городам Руси		
Ю. Афанасьев. Нам нужна по- мощь	7	30
Р Данильченко.	Жемчужина городов волжских	1	39
В. Долгова. В гостях у белокамен- ных богатырей	1	42
Е. Дубровский, В. Зыбковец. Один из старейших	3	18
Ю Лаговер Младший брат Мо- сквы	3	28
В. Янин. Возвращение памятни- ка	3	22
ГОРИЗОНТЫ НАУКИ X. Амирханов. По завету Ленина	3	11
Ю Бромлей, Р. Подольный. Эко- логия и культура	3	34
М. Брук. Клады в растворах	12	21
В. Мишин. «Может быть, я неис- правимый оптимист...»	4	7
Н Морозова. На встречу с небес- ной странницей	6	23
В. Перов, Ю. Школенко. Жизнь выходит в Космос	10	2
В. Перов, Ю. Школенко. Индуст- риализация Космоса	4	12
П. Савко. Инстинкт под контро- лем	7	32
62
Н. Успенская Самая знаменитая
комета	6
Унес в гостях
журнал «Природа»
В. Соколов, А. Бородин, К. Зы-
ков. Новая «Красная книга
СССР»	8
В. Ковалевская. Ахалтекинцы
наследство, за которое мы
в ответе	8
А. Виноградов, А. Щербаков.
Заказник для орхидей	8
ЧЕЛОВЕКУ О ЧЕЛОВЕКЕ
Н. Бочков. Генетика человека в
эпоху НТР	1
Т. Ониани Зачем человеку
сон?	1 И; 3
Конференция
«Вваимоотношения
полушарий мозга»
В. Окуджава. Асимметрия сим-
метричного мозга	9
В. Мосидзе. Эволюция продол-
жается	9
Т. Черниговская. Кто побил Петю? 9
А. Супин. Сон дельфина, или по-
лушар -я на вахте	9
А. Вейн. Противоборство с самим
собой	9
ЗЕМНЫЕ КОРНИ
СВЕРХЪЕСТЕСТВЕННОГО
В. Комаров. Благодарите капитана
Сергеева	7
Н. Новрузов Символ солнца и
воскресения	10
Г. Снесарев Как вы относитесь
к змеям?	3
К. Токарев>ич Прощай, Африка-
новна	6
18
18
19
21
20
14
26
27
30
31
32
38
34
46
32
ЛИТЕРАТУРА, ИСКУССТВО
Д. Брудный. «Признать неумест-
ным!»	12 56
И. Васюченко. Перед нарисован-
ной дверью (спектакль «По-
рог»)	10 49
М. Григорьева- Мать Мария (од-
ноименный фильм)	6 31
Н. Денисова. Блажен, кто вовре-
мя созрел (фильм «Полеты
во сне и наяву»)	11 40
Н Денисова. Если бы все было
так просто!., (фильм «Житие
святых сестер»)	5	43
Джеякант.н. Черт (рассказ)	1	46
Н Думбадзе Вечный закон об-
новления	9	37
Н.-С. Искандар. Богиня джунглей
(роман)	7 47; 8 46
М. Искрин. «...Тайные стихи об-
думывать люблю»	2 49
Г. Каренко. Сельсебиль (рассказ) 3 50
О. Кушлина- Ю. Смирнов. Гла-
шатай «царства земного»
(100 лет со дня рождения
Д. Бедного)	4 44
М. Лоуренс Коммивояжер небес
(рассказ)	4 46
В. Мартынов. Великое, реальное,
земное (500 лет со дня рож-
дения Рафаэля)	.	5 50
В. Мартынов. Призванный рево-
люцией (100 лет со дня рож-
дения Моора)	11 38
Б. Михелева. Тайна его музыки
(телефильм «Никколо Пагани-
ни»)	5 47
Д. дю Морье. Архангелы и анге-
лы (рассказ)	6 48
С. Моэм. Каталина (ро-
ман)	9 42; 10 38;
11 44; 12 42
А. Сидоров. «Все страсти серд-
ца» (200 лет со дня рождения
Стендаля)	3 55
С. Стам. «Преображение» Рафа-
эля -*	7 40; 8 53
О. Туманов. Десант (рассказ) 5 40
А. Чижов «Духовной жаждою
томим...»	2 54
Огонь Прометея
Он верил в счастье (Х.-Н.
Хамза)	8 44
Певец борьбы, свободы, солнца
(Я. Райнис)	6 46
Певец бунтующего свободомы-
слия (М. Лермонтов)	10 36
«.. Добру и правде никогда не из-
меняя» (Г. Тукай)	12 40
В СТРАНАХ СОЦИАЛИЗМА
П. Бодурова. Вьетнамский репор-
таж	ю 51
И. Григулевич. Куба: революция
и церковь	6 53
Ф. Гримберг. Завтрашний
хлеб	3	58
Н. Долгих. СФРЮ: политика и ре-
лигия	7	56
Л. Зубенко	Рука об руку	11	59
Ю. Зуев В. Тимофеев. Симпо-
зиум в	Брно	4	54
Э. Караба Г. Ярмыш. Творческое
содружество	11	58
У. Кбрнер Жизнь	и	смерть	5	55
Я. Лукач. Принципы	диалога	2	56
М. Томка. Месса глазами социо-
лога	12	57
Ал. Трестиень. «Модернизация»
дедушек и	бабушек	9	53
А. Фельман В теории и на
практике	1	49
А. Хименес. Достояние народа 6	55
Ф. Цинолдр. Учитывая опыт про-
шлого	8	58
ЗА РУБЕЖОМ
А. Бискуп. На «благочестивой»
волне	ю 58
В. Богданов. Диалог во имя мира 11 60
М. Гольденберг. Геноцид име-
нем Яхве	6 61
Н. Гордиенко. Действительность
опровергает домыслы	5 58
Е. Дорошенко. Шиитское духо-
венство в	Иране	9	54
А. Ионова. Пути «исламской эко-
номики»	8	61
Л. Климович.	Камень	терпения	5	61
Н Koiальский. Расширение анти-
военной борьбы	7	60
В. Лбшбург. Святотатцы	12	59
Б. Никифорова. Одно	из тысяч 4	60
Гр. Оганов. С телевизионного
амвона	3	60
Л. Полонская. Ислам и политика
на современном Восто-
ке	4	57
Л Полонская. Мусульманские
идейные течения и концеп-
ции	6 57
Л Тимошин. «Моисей» Берг: «па-
стырство флиртующей рыб-
ки»	9 57; 10 54
Л. Тимошин. Этот «странный
мир Харе Кришна» - 1 52; 2 59
БЫТ И НРАВЫ НАРОДОВ
А. Малашенко. Встречи в Бенга-
зи	10	60.
К. Матвеев Новый год у ассирий-
цев	1	62
10. Савицкий. Страна контрастов 4	62
В. Тарасов. Легенды яванских
вулканов	1	56
итерегтуры
3. 3. Байрамов. В ОТВЕТЕ ЗА
ЧЕЛОВЕКА. М., Политиздат, 1983, 80 стр.,
100 000 экз., 15 коп.
Автор книги — опытный лектор-атеист,
много лет занимающийся воспитательной
работой среди верующих мусульман. Ему
хорошо известна действенность слова,
откровенной и задушевной беседы. Своим
опытом, раздумьями о работе пропаган-
диста, о путях повышения действенности
атеистического воспитания он и делится
с читателями.
А. В. Белов. СВЯТЫЕ БЕЗ НИМБОВ. М.,
«Советская Россия», 1983,	216 стр.,
50 000 экз , 40 коп.
Книга доктора философских наук
А. В Белова на основе анализа богатого
исторического материала, широкого при-
влечения данных научной и церковной
литературы показывает зарождение и
развитие культа святых, использование его
православной церковью и власть имущими
в интересах эксплуататорских классов,
раскрывает его социальную роль в наши
Дни
Т. И. Грекова. БОЛЕЗНЬ И СМЕРТЬ —
ЗЛО ИЛИ БЛАГО! М., Политиздат. 1983,
93 стр., 200 000 экз., 20 коп.
Здоровье и физические недуги, жизнь
и смерть — это проблемы, которые никого
не оставляют равнодушными. В значитель-
ной степени отношение к ним определяет-
ся мировоззренческими позициями чело-
века. Религиозные организации, опираясь
на догматы вероучения, вырабатывают на
этот счет свои установки Автор книги на
большом фактическом материале по-
казывает несостоятельность религиозных
взглядов по данным «трудным истинам
бытия».
В. А. Зоц. ЕДИНСТВО ИНТЕРНАЦИО*
НАЛЬНОГО И АТЕИСТИЧЕСКОГО ВОСПИ-
ТАНИЯ. М., «Знание» (серия «Научный ате-
изм», № 7), 1983, 64 стр , 44 600 экз., 11
коп.
Интернациональное и атеистическое
воспитание — важные составные части
процесса формирования нового человека.
Автор убедительно показывает взаимо-
связь этих двух направлений воспитатель-
ной деятельности партии, на конкретном
фактическом материале раскрывает сов-
ременные формы и методы атеистическо-
го и интернационального воспитания.
В. Ф. Миловидов. СТАРООБРЯДЧЕ-
СТВО И СОЦИАЛЬНЫЙ ПРОГРЕСС. М.,
«Знание» (серия «Научный атеизм», № 9),
1983, 64 стр. 44 670 экз., 11 коп
Возникнув в XVII в. как религиозно-
общественное движение, старообряд-
чество длительное время выражало со-
циальный протест беднейшего кресть-
янства и городских низов против самодер-
жавно-крепостнического гнета. В середине
XIX в оно эволюционировало в буржуаз-
ное религиозное направление, защищав-
шее капиталистическую систему эксплу-
атации и ставшее на путь примирения
с царизмом. В условиях капиталистическо-
го общества оно оказалось в глубоком
кризисе, характеризующимся массовым
63
отходом приверженцев «старой веры» от
религии. На примере эволюции старооб-
рядчества автор показывает необрати-
мость разрушающего воздействия соци-
ального прогресса на религию и церковь.
«МИР ЧЕЛОВЕКА». Сборник. М., «Моло-
дая гвардия», 1983, 191 стр. с илл.,
100 000 экз., 70 коп.
В восьмом выпуске атеистического сбор-
ника «Мир человека» помещены статьи,
очерки, репортажи, интервью, посвя-
щенные духовному миру нашего совре-
менника, атеистическому воспитанию мо-
лодежи, проблемам науки и культуры.
В. А. Сапрыкин. СОЦИАЛИСТИЧЕСКИЙ
КОЛЛЕКТИВ	И АТЕИСТИЧЕСКОЕ
ВОСПИТАНИЕ. М., Политиздат, 1983,
175 стр., 100 000 экз. 45 коп.
В книге доктора философских наук
В. А. Сапрыкина, многие годы зани-
мающегося проблемами воспитательной
работы в трудовом коллективе,
рассказывается о роли коллектива в атеис-
тическом воспитании, □ его возможностях
в формировании атеистической убежден-
ности людей. В книге широко использо-
ваны материалы социологических исследо-
ваний.
Э. Г. Филимонов. СОЦИАЛЬНАЯ
И ИДЕОЛОГИЧЕСКАЯ СУЩНОСТЬ
РЕЛИГИОЗНОГО ЭКСТРЕМИЗМА. М.,
«Знание» (серия «Научный атеизм», № 8),
1983, 64 стр., 44 770 экз., 11 коп
В работе раскрывается сущность рели-
гиозного экстремизма, показываются осо-
бенности его проявления в православии,
католицизме, различных формах христи-
анского сектантства (баптизм, адвентизм,
пятидесятники, иеговисты). Автор анализи-
рует социально-психологические и иде-
ологические причины существования рели-
гиозного экстремизма. Особое внимание
уделено обобщению опыта борьбы с ан-
тиобщественной и противоправной де-
ятельностью религиозных экстремистов.
Е А. Фролова. ПРОБЛЕМА ВЕРЫ
И ЗНАНИЯ В АРАБСКОЙ ФИЛОСОФИИ.
М., «Наука», 1983, 168 стр., 5000 экз.,
95 коп
Монография посвящена анализу направ-
лений идейной борьбы между различными
социальными и политическими группиров-
ками, тенденциями культурной и фило-
софской жизни арабских стран. Проблема
веры и знания исследуется прежде всего
в плане становления 'знания научного,
т. е. формирования философских понятий,
ставших духовной основой арабо-мусуль-
манской научной мысли средневековья
и способствовавших ее расцвету.
Г. Бочаров, В. Выголов. СОЛЬВЫЧЕ
ГОДСК. ВЕЛИКИЙ УСТЮГ. ТОТЬМА. М.,
«Искусство- , 1983, 336 стр. с илл., 50 000
экз., 2 руб. 10 коп
И. И Бражник. ПРАВО. РЕЛИГИЯ.
АТЕИЗМ. Правовое содержание научного
атеизма. Киев, «Наукова думка», 1983,
206 стр., 3600 экз., 1 руб. 40 коп.
«БУДУЩЕЕ НАУКИ» Международный
ежегодник. Вып. 16. М., «Знание», 1983,
271 стр. с илл., 100 000 экз., 70 коп.
«ВАЛААМ. ВАЛААМСКИЙ
АРХИПЕЛАГ». Фотоальбом. М., «Со-
ветская Россия», 1983, 127 стр. с илл.,
50 000 экз., 3 руб. 60 коп.
М. В. Горбаневский, В. Ю. Дукельский
ПО ГОРОДАМ И ВЕСЯМ «ЗОЛОТОГО
КОЛЬЦА». М., «Мысль», 1983, 190 стр.,
80 000 »кэ., 40 коп.
Ю. Ермалюк. МЕСТО В ЖИЗНИ.
О людях, порвавших с религией. Минск,
«Беларусь», 1983, 62 стр., 10 000 экз.,
10 коп.
«Жизнеутверждающий характер ле-
нинского атеистического наследия». Киев,
«Вища школа», 1983, 179 стр., 2000 экз.,
1 руб. 80 коп.
Я. Липинская, М Марциняк. МИФОЛО-
ГИЯ ДРЕВНЕГО ЕГИПТА. Пер. с польск.
М., «Искусство», 1983, 223 стр. с илл.,
50 000 экз., 1 руб.
«НОВГОРОДСКАЯ ИКОНА XII—XVII
ВЕКОВ». Альбом. Л., «Аврора», 1983,
343 стр. с илл., 12 800 экз., 21 руб. 30 коп.
Г. М. Турьев. ТРЯСИНА. Рассказ о чело-
веке, порвавшем с религией. Сыктывкар,
Коми кн. изд-во, 1983, 40 стр., 8000 экз.,
5 коп.
И. Шатилов. ЛЕКТОР-НАСТАВНИК
И ЕГО ШКОЛА. М., «Московский рабочий»,
1983, 176 стр., 50 000 экз., 25 коп.
СТАТЬИ В ЖУРНАЛАХ И СБОРНИКАХ
РАЗДЕЛЫ В КНИГАХ
А. Дубянский. Храмы на колесах.
«Азия и Африка сегодн я», 1983,
№ 1, стр. 58—59.
А. Ионова. Ислам и международное
экономическое сотрудничество. «Азия
и Африка сегодня», 1983, № 3,
стр. 15—17.
А. Ионова. Мусульманские теории об-
щественного развития. «Азия н Аф-
рика сегодня», 1983, № 4, стр. 63.
Н. Ковальский. Церковь и ядерная вой-
на. «Н о в о е врем я», 1983, № 31, стр.
14—15.
Н. Микаелян. Прозелитизм в современ-
ной Индии. «Азия и Африка сего д-
н я», 1983, № 3, стр. 57—59.
В. Орешин. Советы по атеистической
работе. «Агитатор», 1983. № 6. стр.
60—62.
У. Раджапов. Религия и современность.
«А г и т а т о р», 1983, № 17, стр. 52.
Э. Такелло. Психологические аспекты
атеистического воспитания «Знания —
народу», 1983, № 2, стр. 29—33.
К. А. Шварцман. Современная буржу-
азная Этика: иллюзии и реальность. М.,
1983. Из содержания: гл. VIII. Кризис
моральной теологии, стр.-160—177.
Ю. А. Школенко. Философия. Эколо-
гия. Космонавтика (критический очерк
буржуазных доктрин). М., 1983. Из содер-
жания: «Космический фатализм в религии
и философии», стр. 111—133.
«Этика и идеология». М., 1983. Из
содержания: гл. 8. Кризис современного
религиозного сознания и буржуазная эти-
ка, стр. 139—180; гл. 9. Неотомизм против
марксизма, стр. 180—195.
-4- Бог бережет береженого — не обре-
меняет себя работой.
+ Считал еретиком всякого, кого хочется
сжечь.
-4- Привилегия суеверных: для них
сбываются приметы.
4 Бога любил, как тещу,— только на лю-
дях.
Юрий ВОИТЕЛЕВ
г. Люберцы
Московской области
+ Как тяжелы божьи заповеди — ведь
они записаны на скрижалях!
4- Обошлись еще по-божески: только
и всего, что послали к черту.
Аркадий КЕЛИМ
Ленинград
4- Ну, ладно, пусть не божественные, но
ставьте хотя бы хорошие комедии!
4 Наверное, сотворить чудо проще, чем
зарегистрировать его как изобретение.
Лев БЕЛОПОЛЬСКИЙ
г. Одесса
4- Мало знать, что бога нет, надо еще
понимать, почему в него верят.
4- Хотя Иуде в отличие от Христа, и не
имел собственного учения — научил он
многих
Владимир СИТНОВ
г. Б о р
Горьковской области
4- Когда в человека вселяется дьявол, бог
оказывается бессильным и изгонять его
посылает знахаря.
4- А может, нимб нужен святым, чтобы
защитить голову от гнева паствы?
Николай КИРЮХИН
г. Ртищеве
Саратовской области
-4 Чем мечтать о райских кущах, не лучше
ли посадить несколько кустов на земле?
4> На религиозной почве древо познания
не произрастет.
Борис КОВАЛЕРЧИК
г. Гомель
4" У кого нет своей воли, тому и божья не
поможет.
-4- Если .величие измерять количеством
слуг, то бог воистину велик
-4 Доходят ли до бога молитвы неве-
рующих?
4 Даже когда ходишь под богом —
соблюдай правила уличного движения.
Николай НИКИТИН
Сдано в набор 19.09.83.
Формат издания 60X90', в.
Подписано к печати 28.10.83.
А 03550.
Глубокая печать
Кр. отт. 9,75.
Условных печатных листов — 8
Учетно-издательских листов— 12,28.
Тираж 358 000
Зак. 04828
Адрес редакции:
109004, Москва, Ж-4,
Ульяновская, 43, корп. 4.
Телефоны
297-02-51, 297-10-89.
Ордена Ленина
комбинат печати
издательства «Радянська УкраТна»
252047, Киев-47,
Брест Литовский проспект, 94
Текст набран
с применением отечественного
фотонаборного
комплекса «Каскад».
64
1984
МАРТ
ФЕВРАЛЬ
ЯНВАРЬ
СЕНТЯБРЬ
АВГУСТ
ИЮЛЬ
МАЙ
ИЮНЬ
АПРЕЛЬ
ОКТЯБРЬ
НОЯБРЬ
ДЕКАБРЬ
1984
Цена 40 коп.
70602
В следующих номерах


НРАВСТВЕННАЯ ЗАКАЛКА
МС 'ЛОДЕЖИ
Эту проблему обсуждали в Ленингра-
де участники всесоюзного зонального се-
м - ^ара-совещания организаторов атеисти-
ческого воспитания молодежи.

ХОРОШАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ ТРУДА,
др . жныи, благожелательный коллектив
активно противостоят суевериям, предрас-
судкам — такова тема очерка В. Ш е ее
лева.
КРЕЩЕНИЕ РУСИ: ЛЕГЕНДЫ
И ФАКТЫ
Начинаем публикацию цикла статей доктора
философских наук Н. Горди н - о о
введении христианства на Руси.
ПО КЕРЖАЦКИМ ТРОПАМ
О маршрутах своих путешествий по просто-
рам Сибири вспомим.н журналист
А Ш а м а р о, специальный корреспон-
цент нашего журнала с первого его номера.
ВОЗВРАЩЕНИЕ К ИСТИ 1Е
О своей жизни и отходе от лигии
рассказывает бывший священнослу житель
А С а м о с т я к.
«МАЖВИДАС»
Главы из новой пьесы Ю. Марцинкя-
в и ч ю с а в переводе А. Межирова.
О ВСТРЕЧАХ С ГАЙДАРОМ,
о нравственном содержаний творчества пи-
сателя рассказывает журнал ст А. Р о-
। 4 н о в.
АТЕИСТИЧЕСКИЙ СПЕКТАКЛЬ
на гцене Черновицкого еатра
СОЦИАЛИСТИЧЕСКОЙ КУБЕ —
ЧЕТВЕРТЬ ВЕКА
1 положении лигии, церкви и верующих
на остров Сво >оды статья доцента уни-
верситета в г. Сантьяго-де-Куба Х^ана
Монтеро Хи е е нес а.	*