/
Author: Абалихин Б.С.
Tags: история история россии история российского государства сталинградская битва материалы конференции
ISBN: 5-87406-003-0
Year: 1994
Similar
Text
к/
Сталинградская
битва
Институт военной истории
Министерства обороны Российской Федерации
Музей-панорама «Сталинградская битва»
СТАЛИНГРАДСКАЯ БИТВА
Материалы научных конференций,
прошедших в Москве и Волгограде к 50-летию сражения
Под общей редакцией академика Б. С. Абалихина
Волгоград, 1994 г.
Сталинградская битва: материалы научных конференций. —
Волгоград: СТ «Вале». 1994. — с.
В сборнике публикуются материалы научных конференций, посвященных
50-летию победы советских войск под Сталинградом, которые проходили в
Москве и Волгограде. Впервые объективно рассматриваются причины неудач
в начале сражения, раскрываются потери сторон, рассказывается о
малоизвестных сюжетах битвы, сообщаются сведения о судьбе советских
военнопленных на сталинградской земле, показывается величие победы.
В большинстве статей использованы новые документы. Материалы
публикуются в авторской концепции.
Редакционные коллегии:
В Москве: А. А. Гуров (руководитель), В. Т. Елисеев,
В. П. Зимонин (отв. редактор).
Научно-вспомогательная работа: П. Й. Балашов, М. С.
Глухова, Л. Е. Донская, А. А. Кондратьева, А. К. Михай-
лова, В. В. Молчанова, О. А. Мосленко.
В Волгограде: |Б. С. Абалихин| (отв. редактор), Т. А.
Богатова, Н. М. Силантьева (отв. секретарь), Б. Г. Усик.
Научно-вспомогательная работа: Н. Б. Крылова.
Художник В. А. Жуков.
ISBN 5-87406-003-0
Военно-историческая конференция
(Москва, ноябрь 1992 г.)
Генерал-майор А. Н. Баженов,
кандидат исторических наук
Вступительное слово
Мы в эти дни отдаем должное тому знаменатель-
нейшему событию, которое произошло полвека
назад у берегов великой русской реки Волги. Мы
сердечно приветствуем участников конференции
и надеемся, что наши встречи станут частыми и теплыми.
Большое вам спасибо за любезное согласие участвовать в
работе сегодняшней конференции.
Говорить о важности этой конференции, на мой взгляд,
нет острой необходимости.
Вот уже пятьдесят лет Сталинградская битва приковы-
вает к себе пристальное внимание самых широких кругов
отечественной и мировой общественности, людей науки
и искусства, гражданских и военных, и прежде всего ис-
тинных патриотов своей Родины, кому дорога память о ее
славном драматическом прошлом, кто. болеет ее настоя-
щим и озабочен ее будущим.
Полагаю, что в такой высококвалифицироватГйой ауди-
тории нет нужды разъяснять историческое значение Ста-
линградской битвы. Кто не знает, что она положила нача-
ло коренному перелому не только в ходе Великой Отечес-
твенной, но и всей второй мировой войне?!
Кому из вас неясно, что именно победа советских войск
под Сталинградом вбила первый, пусть еще не в полной
мере проявившийся, клин разногласия в гитлеровской коа-
лиции?! А разве не эта победа зажгла у порабощенных наро-
дов Европы пламя надежды на возрождение растоптанной
вермахтом государственности, вызвала новую волну нацио-
нально-освободительного движения? Разве не с ней связан
огромный рост доверия и уважения к Советскому Союзу у
народов и правительств стран антигитлеровской коалиции?
А каким долгожданным триумфом она стала для советского
народа и армии, выстоявших в смертельной борьбе с опыт-
ным, сильным и жестоким противником.
Все это вам хорошо известно. Но в какой степени это
известно нашему молодому поколению? Давайте затро-
нем и проблемы, с которыми сталкиваются сейчас те, кто
в силу своего профессионального долга и призвания учас-
твует в изучении истории этой грандиозной битвы ми-
нувшей войны..
3
Ведь трудно назвать какую-либо другую битву второй
мировой войны, которая бы освещалась в отечественной
и зарубежной научной литературе столь объемно, многог-
ранно, с самых различных политических, идеологических
и мировоззренческих позиций.
И тем не менее, обращаясь к событиям полувековой
давности с высоты позиций сегодняшнего дня, мы долж-
ны признать, что, во-первых, о Сталинградской битве ска-
зано далеко не все; во-вторых, не всегда говорится так,
как того требует историческая правда. До сих пор в осве-
щении Сталинградской битвы есть немало «белых пятен»,
замалчиваемых или неверно трактуемых событий.
Историография Сталинградской битвы создавалась с ее
ходом и исходом. Однако тогда описание, так сказать, по
свежим следам событий в междуречье Волги и Дона неиз-
бежно носило фрагментарный и поверхностный характер.
Длительное время вне рамок глубокого, опирающегося на
документальные источники исторического исследования
оставалась деятельность ГКО, Ставки ВГК, Генерального
штаба да и командования объединений и соединений. Все
это считалось военной тайной.
Нельзя не отметить и то, что в исторической литерату-
ре, особенно первого послевоенного десятилетия, доми-
нировал мажорно-победный уклон: не принято было го-
ворить о горьких уроках ошибочных решений, реальных
масштабах поражений и потерь. Да иначе и быть не мог-
ло. На всех работах о Сталинградской битве, как и в це-
лом о Великой Отечественной войне, лежал отпечаток
культа личности Сталина, считавшегося ни в чем не пог-
рет имым творцом всех наших побед.
Развенчание культа создало более благоприятную ситу-
ацию, открыло военным историкам новые источники.
Среди них большое число мемуаров участников той ле-
гендарной битвы, такие, как воспоминания маршалов
Жукова Г. К., Рокоссовского К. К., Еременко А. И., Чуй-
кова В. И., генералов армии" Люд никова И. И., Родимце-
ва А. И. и других. Но и на этой бесценной по своему
значению литературе лежали жесткие ограничения цен-
зуры во всем, что касалось наших неудач и поражений
или противоречило официальной версии событий. Доста-
точно сказать, что приказ НКО № 227 (28.07.42), вошед-
ший в литературу как приказ «Ни шагу назад!», с потряса-
ющей обнаженностью показавший трагизм переживаемых
страной событий и зачитывавшийся после издания во всех
ротах, батареях и эскадрильях, до самого недавнего вре-
мени печатался только в извлечениях.
4
Для советских военных и историков, изучавших эту про-
блему, серьезным подспорьем послужили не предназна-
ченные для открытой публикации такие труды, как «Стра-
тегический очерк Великой Отечественной войны», «Со-
ветское военное искусство в годы Великой Отечествен-
ной войны», «Операции Советских Вооруженных Сил» и
другие. Но и они во многом испытали на себе идеологи-
ческий пресс того времени.
Анализу событий Сталинградской битвы большое вни-
мание все эти годы уделяла и зарубежная историография.
Поныне в США, Англии и, конечно же, в ФРГ огромны-
ми тиражами публикуются многочисленные работы, в том
числе мемуары гитлеровских генералов. В них содержит-
ся немало ценного, заслуживающего внимания со сторо-
ны серьезных исследователей. Однако нельзя не видеть и
того, что многие из публикаций поражены стереотипами
и штампами периода жесткой конфронтации, характер-
ной для «холодной войны». Но доступны ли они для со-
ветских исследователей? Ведь эти труды у нас обычно не
издавались, а если и издавались, то большей частью «ссы-
лались» в спецхран.
Значительный ущерб историографии Сталинградской
битвы нанес крайне ограниченный доступ к первоисточ-
нику — архивным документам. В итоге мы можем с огор-
чением констатировать, что при всех бесспорных дости-
жениях и заслугах наша военно-историческая наука, по
зависящим и независящим от нее причинам, оказалась
ныне в большом долгу перед соотечественниками в науч-
ном освещении истории Сталинградской битвы.
Ждут своего нового решения многие проблемы, в том
числе казавшиеся до сих пор незыблемыми. Видимо, се-
годня о них речь будет идти на нашей конференции.
Генерал армии М. А. Гареев,
доктор исторических наук
Значение и некоторые уроки
Сталинградской битвы
В отечественной военной истории битва под Ста-
линградом всегда считалась наиболее выдающим-
ся и знаменательным событием Великой Отечес-
твенной и всей второй мировой войны. Казалось
бы, были же и другие не менее блестящие победы и по
своим стратегическим результатам, и по уровню военного
' искусства. Так почему же особо выделяется среди них
5
победа под Сталинградом? В связи с 50-летием оконча-
ния битвы под Сталинградом хотелось бы поразмышлять
именно об этом.
О Сталинградской битве многое уже сказано. Справед-
ливо писалось о том, что исход Сталинградской битвы
был обусловлен возросшей мощью страны и Красной Ар-
мии к осени 1942 г., высоким уровнем полководческого
искусства ее командных кадров, массовым героизмом со-
ветских воинов, единством и самоотверженностью всего
советского народа. Подчеркивалось, что наша стратегия,
оперативное искусство и тактика в ходе этой битвы сде-
лали новый крупный шаг вперед в своем развитии, обога-
тились новыми положениями и т. д. Все это в принципе
правильно. И, кстати, почти то же самое говорилось и о
других операциях.
Настала пора попытаться глубже разобраться, чем же
сражения и операции под Сталинградом отличались от
других сражений и операций Великой Отечественной во-
йны, чем конкретно они обогатили наше военное искус-
ство, сосредоточив основное внимание на вопросах, ко-
торые требуют нового, более объективного взгляда и со-
поставления различных мнений по проблемам, имеющим
актуальное значение и для нашего времени.
Какие же это вопросы?
Одним из них являемся вопрос о планах сторон на 1942 год.
При обсуждении в Ставке в марте 1942 г. планов на лет-
нюю кампанию Генштаб (Б. М. Шапошников) и Г.
К. Жуков предлагали основным способом действий счи-
тать переход к стратегической обороне. Г. К. Жуков счи-
тал возможным предпринять частные наступательные дей-
ствия лишь в полосе Западного фронта. С. К. Тимошенко
предложил, кроме того, провести наступательную опера-
цию на харьковском направлении. На возражения Г. К.
Жукова и Б. М. Шапошникова по поводу этого предло-
жения Сталин заявил: «Не сидеть же нам в обороне сложа
руки, не ждать, пока немцы нанесут удар первыми! Надо
самим нанести ряд упреждающих ударов на широком
фронте и прощупать готовность противника. И далее:
Жуков предлагает развернуть наступление на западном
направлении, а на остальных фронтах обороняться. Я ду-
маю, что это полумера».1 В результате было принято ре-
шение предпринять ряд наступательных операций в Кры-
му, в районе Харькова, на льговском и смоленском на-
правлениях, в районах Ленинграда и Демьянска. Харак-
терно, что в представлении Сталина обороняться — озна-
чало «сидеть сложа руки».
6
Что касается планов германского командования, то одно
время (тоже с позиции Сталина) считалось, что оно ста-
вило своей главной целью овладение Москвой путем глу-
бокого обхода с юга. Но в действительности, согласно ди-
рективе Гитлера № 41 от 5.04.42 г., основной целью не-
мецкого наступления летом 1942 г. было овладение До-
нбассом, кавказской нефтью и путем нарушения комму-
никаций в глубине страны лишить СССР важнейших ре-
сурсов, поступающих из этих районов. Причем генштаб
сухопутных войск, в частности Гальдер, выступал за то,
чтобы, как и в 1941 г., главный удар наносить на москов-
ском направлении. С точки зрения извлечения уроков из
опыта войны следует задуматься, насколько при сложив-
шейся тогда стратегической обстановке было обоснован-
ным решение Гитлера нанести удар на юге? Не говоря сей-
час об обреченности гитлеровских планов вообще, следу-
ет признать, что главный удар на юге летом 1942 г. давал
германскому командованию сравнительно больше шансов
на успех, чем удар на московском направлении. Во-пер-
вых, при нанесении удара на юге создавались условия для
достижения внезапности и более благоприятные воз-
можности для достижения успеха, ибо наша Ставка ВГК в
1942 г. вновь ожидала главного удара противника на мос-
ковском направлении и здесь были сосредоточены основ-
ные силы и резервы. Не был разгадан и немецкий план
дезинформации «Кремль».
Во-вторых, при наступлении на московском направле-
нии фашистским войскам пришлось бы прорывать зара-
нее подготовленную, глубоко эшелонированную оборону
с перспективой ведения затяжных военных действий. Если
уже в 1941 г. фашистским войскам под Москвой не уда-
лось преодолеть сопротивление понесшей большие поте-
ри и отступающей Советской Армии, то тем более трудно
было рассчитывать на это в 1942 г., в то время как на юге
в результате крупного поражения советских войск в рай-
оне Харькова германской армии противостояли наши зна-
чительно ослабленные силы и именно здесь было наибо-
лее уязвимое место советского фронта.
В-третьих, при нанесении главного удара германской ар-
мией на московском направлении и даже на худой конец
овладении ею Москвой (что было маловероятным) удер-
жание советскими войсками исключительно важных в эко-
номическом отношении районов на юге создавало усло-
вия для продолжения войны и успешного ее завершения.
Все это говорит о том, что стратегические планы гитле-
ровского командования в основном правильно учитывали
7
сложив! гуюся обстановку. Но при этом условии” фашис-
тские войска не могли бы продвинуться так далеко и до-
йти до Волги, если бы не крупные ошибки нашего коман-
дования в оценке направления возможного главного уда-
ра противника, непоследовательность и нерешительность
в выборе способа действий, когда, с одной стороны, в при-
нципе предполагалось перейти к стратегической оборо-
не, с другой — предпринимался ряд неподготовленных и
необеспеченных материально наступательных операций,
что привело к распылению сил, и наша армия оказалась
неподготовленной ни к обороне, ни к наступлению. Как
это ни странно, но войска снова оказались в таком же
неопределенном положении, как в 1941 г. Кстати, такую
же ошибку совершила в 1967 г. египетская армия, когда
оказалась вынужденной отражать удар израильской армии,
обороняться, имея свои войска в наступательной группи-
ровке. И в 1942 г., несмотря на поражения 1941 г., идео-
логизированный культ наступательной доктрины настоль-
ко продолжал давить, недооценка обороны, ее ложное по-
нимание настолько глубоко укоренились в сознании со-
ветского командования, что ее стеснялись как чего-то
недостойного для Красной Армии и не решались в пол-
ном объеме применять. Как-то после войны, вспоми-
ная обстановку 1942 г., С. К. Тимошенко сказал
Г. К. Жукову: «До сих пор не могу понять, почему же
мы в 1942-м не решались перейти к обороне, как это
потом сделали под Курском в 1943 году?» Г. К. Жу-
ков после тяжелого вздоха ответил: «Нужны были
накопленные за два года войны горький опыт, мужес-
тво и стратегическая мудрость, чтобы созреть для таких
решений».
Как ни странно, но после появления ядерного оружия в
нашей армии снова'были сделаны выводы о том, что обо-
рона возможна только в армейском и лишь иногда во
фронтовом масштабах, а в стратегическом плане она вряд
ли возможна. Вот как тяжело дается на практике пости-
жение элементарной истины, состоящей в том, что ни
один вид военных действий, какими бы преимуществами
они сами по себе ни обладали, нельзя превращать в само-
цель, и умелое сочетание наступления и обороны являет-
ся объективной закономерностью, не считаться с кото-
рой недопустимо.
Вторая группа вопросов относится к первому этапу Ста-
линградской битвы (с 17.07 по 18.11.42 г.) и вытекает из
необходимости более объективной, критической оценки
оборонительных сражений и операций на подступах к
8
Сталинграду. В этот период было больше всего упущений
и недостатков в действиях нашего командования и войск.
Вместе с тем военно-теоретической мысли предстоит еще
прояснить, как удалось нашей армии в катастрофически
труднейших условиях все же восстановить летом 1942 г.
практически полностью нарушенный стратегический
фронт на юго-западном направлении. Известно, что только
с 17.07 по 30.09.42 г. Ставка ВТК направила на усиление
сталинградского направления 50 стрелковых и кавалерий-
ских дивизий, 33 бригады, в том числе 24 танковые. Но
недостаточно исследовано, за счет каких ресурсов и ка-
кими методами создавались эти новые формирования в
столь короткие сроки.
Вместе с тем ведь наше командование не планировало и
не ставило задачу войскам остановить наступающего про-
тивника только после отхода к Волге. Оно неоднократно
требовало остановить противника на ряде рубежей еще на
дальних подступах к Сталинграду. Почему же это не уда-
валось, несмотря на подачу большого количества резер-
вов, на мужество и массовый героизм офицеров и солдат,
умелых действий ряда соединений и частей? Было, ко-
нечно, и немало случаев растерянности и паники, осо-
бенно после тяжелых поражений и больших потерь на-
ших войск в мае—июне 1942 г. И, чтобы наступил психо-
логический перелом в войсках, нужна была серьезная
встряска. И в этом отношении свою в целом положитель-
ную роль сыграл приказ наркома обороны № 227, давав-
ший острую и правдивую оценку обстановки и пронизан-
ный главным требованием — «Ни шагу назад!». Это был
очень суровый и до предела жесткий документ, но вынуж-
денный и необходимый в сложившихся тогда условиях.
Но главная причина неудач ряда оборонительных сра-
жений на подступах к Сталинграду, продиктовавшая и
необходимость Сверхжестоких мер, состояла в том, что в
деле организации стратегической обороны советское ко-
мандование повторило ошибки 1941 г.
После каждого крупного прорыва германской армии
вместо трезвой оценки обстановки и принятия решения
на оборону на том или ином выгодном рубеже, куда с
боями отходили бы отступающие войска и заблаговремен-
но подтягивались свежие соединения из глубины, отдава-
лись приказы любой ценой удерживать занимаемые рубе-
жи (даже когда это было невозможно), резервные соеди-
нения и поступающее пополнение с ходу отправлялись в
бой, как правило, для нанесения плохо подготовленных
контратак и контрударов. Поэтому противник получал
9
возможность бить их по частям, а наши войска лишались
возможности должным образом закрепиться и организо-
вать оборону на новых рубежах.
Излишне нервозная реакция на каждое отступление еще
больше усугубляла и без того тяжелую, сложную обста-
новку и обрекала войска на новые отступления.
Следует также признать, что немецкие войска довольно
умело вели наступательные действия, широко маневрируя
и массированно применяя танковые и моторизованные
соединения на открытой, танкодоступной местности.
Встретив сопротивление на том или ином участке, они
быстро меняли направления ударов, стремясь войти во
фланг и тыл наших войск. Маневренность наших войск
была значительно ниже.
Постановка нереальных задач, назначение сроков нача-
ла боевых действи ' и операций без учета минимально не-
обходимого времени для подготовки к их проведению да-
вали о себе знать и при нанесении многих контратак и
контрударов в ходе оборонительных операций. Например,
3.09.42 г. в связи с тяжелым положением в полосе Ста-
линградского фронта Сталин направил представителю
Ставки В ГК телеграмму: «Потребуйте от командующего
войсками, стоящими к северу и северо-западу от Сталин-
града, немедленно ударить по противнику и прийти на
помощь к сталинградцам». 2 Таких телеграмм и требова-
ний было множество. Человеку, хоть немного смысляще-
му в военном деле, не трудно понять их абсурдность: как
могут войска без минимальной подготовки и организации
взять и «ударить» и перейти в наступление. Активность
обороны имела большое значение для изматывания про-
тивника, срыва и задержки его наступательных действий.
Но контрудары могли быть эффективнее при более тща-
тельной подготовке и материальном обеспечении.
В ходе оборонительных сражений на подступах к Ста-
линграду крайне слабой была противовоздушная оборона
и поэтому приходилось действовать в условиях значитель-
ного превосходства авиации противника, что особенно
затрудняло маневр войсками. Оставалась еще несовершен-
ной организация противотанковой обороны. Она во мно-
гом носила очаговый и разрозненный характер.
Если в начале войны сказывалась неопытность кадров, то
после больших потерь в 1941 г. и весной 1942 г. проблема
кадров стояла еще более остро, хотя немало было команди-
ров, которые успели закалиться и приобрести боевой опыт.
Было допущено немало ошибок, упущений и даже слу-
чаев преступной безответственности со стороны коман-
10
дующих фронтами, армиями, командиров соединений и
частей. В своей совокупности они тоже серьезно ослож-
няли обстановку, но они не имели столь решающего зна-
чения, как просчеты, допущенные Ставкой ВГК. Не го-
воря уже о том, что слишком частая смена командующих,
командиров (только в июле — августе 1942 г. сменилось
три командующих Сталинградским фронтом) не позво-
ляла им освоиться с обстановкой.
На устойчивости войск отрицательно сказывалась бо-
язнь окружения. Пагубную роль в этом отношении сыг-
рали политическое недоверие и репрессии против воен-
нослужащих, которые во время отстуцлений в 1941-м и
весной 1942 г. попадали в окружение. Еще и после войны
офицеров, бывших в окружении, не принимали на учебу
в академии. Военно-политическим органам и заправилам
НКВД казалось, что таким отношением к «окруженцам»
можно повысить стойкость войск. Но все происходило
наоборот — боязнь окружения только снижала упорство
войск в обороне. При этом не учитывалось, что в окруже-
ние попадали, как правило, наиболее стойко обороняв-
шиеся части, часто в результате отступления соседей.
Именно эта наиболее самоотверженная часть военнос-
лужащих подвергалась гонениям. И никто за эту дикую и
преступную некомпетентность не понес ответственности.
Это говорит о том, что в наше время законы и положения,
регламентирующие поведение военнослужащих в мирное или
военное время, должны исходить не только из основ общего
законодательства, но и глубоко учитывать специфику несе-
ния военной службы и выполнения боевых задач.
Из опыта второго этапа Сталинградской битвы
(с 19.11.42 г. по 2.02.43 г.), когда войска Юго-Западно-
го, Донского и Сталинградского фронтов осуществляли
контрнаступление, вытекают важные выводы и уроки по
вопросам подготовки и ведения наступательных опера-
ций по окружению и уничтожению противника. Стратеги-
ческий замысел этого контрнаступления хорошо известен.
Но высказываются различные точки зрения по поводу
того, кому принадлежит первоначальная идея контрнас-
тупления с окружением и уничтожением основных сил
противника. На это претендовали и Н. С. Хрущев, и
А. И. Еременко, и многие другие. Если говорить объек-
тивно, то эта идея в общем виде, как вспоминают многие
участники войны, буквально «носилась в воздухе», ибо
сама конфигурация фронта уже подсказывала необходи-
мость нанесения ударов по флангам сталинградской груп-
пировки противника.
11
Но главная, наиболее сложная задача состояла в том,
как конкретизировать и реализовать эту идею с учетом
сложившейся обстановки, как собрать и вовремя сосре-
доточить необходимые для этого силы и средства и орга-
низовать их действия, куда конкретно направить удары и
с какими задачами. Ведь были же и более осторожные
суждения. В частности, Сталин при предварительном рас-
смотрении плана контрнаступления высказал мысль, что,
может быть, лучше ограничиться ударом с севера на Юг и
с юга на север вдоль р. Дон, что значительно сужало коль-
цо окружения. Но были и сверхсмелые предложения на-
носить удары прямо на юг, на Ростов, чтобы окружить все
фашистские войска на Северном Кавказе и на сталин-
градском направлении. Представляется, что постановка
подобной задачи была явно нереалистичной. Такое окру-
жение было бы по существу весьма относительным, ибо,
располагаясь на огромной территории, группировки про-
тивника сохраняли бы свободу маневра для нанесения уда-
ров и прорыва из окружения, а наших сил и средств могло
оказаться недостаточно для создания плотного кольца
окружения.
Поэтому есть основание для вывода, что в той конкрет-
ной обстановке замысел Ставки ВТК, предусматриваю-
щий нанесение ударов с севера и юга по сходящимся на-
правлениям на Калач с одновременным выделением войск
для создания внутреннего и внешнего фронтов окруже-
ния, был, видимо, наиболее оптимальным. И можно счи-
тать установленным, что основная идея этого замысла,
безусловно, принадлежит Ставке ВГК и прежде всего
Г. К. Жукову, А. М. Василевскому и Генштабу. Дело дру-
гое, что и она не родилась на пустом месте, а была опло-
дотворена предложениями, встречами и беседами с гене-
ралами и офицерами фронтов. Но исторически, в конеч-
ном счете; идея, замысел принадлежит тому, кто ее при-
нял и взял на себя ответственность за ее осуществление.
По воспоминаниям К. К. Рокоссовского, о предстоящем
контрнаступлении его ориентировал Г. К. Жуков в октяб-
ре 1942 г. Еще до этого в сентябре Г. К. Жуков и
А. М. Василевский дважды докладывали Сталину кон-
кретные предложения по этой операции, которые в пос-
ледующем были утверждены и приняты к исполнению.
Если говорить о представленных в Ставку предложени-
ях командования Сталинградского фронта, то согласно им
предусматривалось весьма ограниченное контрнаступле-
ние. Например, в состав ударной группировки включа-
лись всего четыре стрелковые дивизии, один кавалерийс-
12
кий корпус, две танковые и две-три мотострелковые бри-
гады. О Юю-Западном фронте и не упоминалось, пос-
кольку руководству Сталинградского фронта о его созда-
нии было неизвестно, как и о многих других силах и сред-
ствах, привлекавшихся из резерва Ставки ВГК. Поэтому
контрнаступление, проведенное под Сталинградом по за-
мыслу Ставки ВГК, было совершенно иным и по целям, и
по масштабам, и по привлекаемым силам, чем то, что пред-
лагалось Военным советом Сталинградского фронта.
Это относится и к различным вариантам плана контрнас-
тупления, разработанным в оперативном управлении Ген-
штаба еще в июле—августе 1942 г., когда ни условий, ни
сил и средств, необходимых для этого, не было. Если речь
идет о решениях командующих войсками фронтов на кон-
трнаступление, то их 6—7.10.42 г. представляли в Ставку
все фронты (а не только Сталинградский). Эти решения
были разработаны ими на основе общего стратегического
замысла и задач, поставленных фронтам Ставкой ВГК.
В целом надо сказать, что уровень военного искусства
командных кадров и штабов, боевого мастерства всего
личного состава при подготовке и ведении наступатель-
ных операций на втором этапе Сталинградской битвы был
существенно выше, чем во всех предыдущих наступатель-
ных операциях.
В этих операциях многие способы подготовки и веде-
ния боевых действий, появившись впервые (не всегда еще
в законченной форме), затем в операциях 1943—1945 гг.
были доведены до высокого уровня совершенства. Но
многое из этого под Сталинградом было уже обозначено.
Следует прежде всего отметить умелый выбор Ставкой
ВГК и Генштабом момента для перехода в контрнаступ-
ление, когда наступление противника уже выдыхалось,
группировки его войск были растянуты, фланги ослабле-
ны, а переход к обороне не осуществлен. Весьма удачно, с
учетом наиболее уязвимых мест (оборонявшимися румын-
скими войсками), были определены направления главных
ударов с целью окружения и уничтожения наиболее силь-
ной группировки под Сталинградом.
Большую выдержку и мужество проявили Верховный
Главнокомандующий, представители Ставки Г. К. Жуков,
А. М. Василевский, Генштаб, которые, несмотря на отча-
янно тяжелые моменты и большой риск, сумели в ходе
оборонительных сражений подготовить, сосредоточить и
сохранить крупные резервы, необходимые для проведе-
ния контрнаступления.
13
Одна из причин неудач или ограниченного успеха в на-
ступательных операциях 1941 и начала 1942 г. состояла в
том, что не удавалось добиться массированного использо-
вания сил и средств на избранных для наступления на-
правлениях. Под Сталинградом такое массирование в ос-
новном уже достигалось, хотя еще не в такрй степени, как
в операциях 1944—45 гг. Так, на Юго-Западном фронте на
участке прорыва 22 км (9% всей ширины полосы) из 18
стрелковых дивизий было сосредоточено 9; на Сталин-
градском фронте на участке 40 км (9%) из 12 дивизий — 8;
кроме того, на этих участках концентрировалось 80% всех
танков и до 85% артиллерии. Однако плотности артилле-
рии составляли только 56 орудий и минометов, тогда как
в последующих операциях плотности доходили до 200—
250 и более орудий и минометов на 1 км участка прорыва.
В целом была достигнута скрытность подготовки и вне-
запность перехода в наступление. Характерно, что 14 нояб-
ря 1942 г. (т. е. за 5 дней до нашего контрнаступления) у
Гитлера еще не было данных о сосредоточении в районе
Сталинграда крупной группировки наших войск, и он пос-
читал возможным уехать в отпуск на юг Германии.
Ставка, в частности И. В. Сталин, как и прежде, пыта-
лась в этом случае поторопить войска с началом наступ-
ления (первоначально оно было назначено на 6—7 нояб-
ря). Но здесь, в отличие от того, что было в 1941 г. и вес-
ной 1942 г., командующие войсками фронтов Н. Ф. Вату-
тин, К. К. Рокоссовский, А. И. Еременко, многие команди-
ры проявили не только полководческую зрелость, но и не-
обходимую твердость и личное мужество, настояв па пред-
оставлении войскам необходимого времени для подготовки
наступления. И тогда начало контрнаступления было назна-
чено на 19 ноября.
По существу, впервые за время войны было осуществлено
не только тщательное планирование операций, но и про-
ведена в необходимом объеме кропотливая работа на мес-
тности с командирами всех степеней по подготовке бое-
вых действий, организации взаимодействия, боевого, ты-
лового и технического обеспечения. Поскольку наиболь-
ший боевой опыт имели командные и штабные кадры
фронтового, армейского и отчасти дивизионного звена,
им приходилось в ряде случаев помогать и непосредственно
решать вопросы, относящиеся к функциям нижестоящих
инстанций. Разведке удалось, хотя и неполно, но в основ-
ном вскрыть систему огня противника, что позволило осу-
ществить более надежное огневое поражение противни-
ка, чем это было в предыдущих наступательных операциях.
14
Впервые в полном объеме было применено артилле-
рийское и авиационное наступление, хотя в методах ар-
тиллерийской подготовки и Поддержки атаки не все еще
было достаточно четко отработано. Из-за сильного ту-
мана в начале контрнаступления были ограниченными
действия авиации. Вместе с тем неблагоприятные ме-
теоусловия позволили добиться большей скрытности со-
средоточения войск и занятия ими исходного положения
для наступления.
Впервые перед началом наступления на широком фрон-
те, в полосах всех армий была проведена разведка боем
передовыми подразделениями с целью уточнения пере-
днего края и системы огня противника. Но в полосах
некоторых армий она проводилась за двое-трое су-
ток, а в 21 и 57А — за пять суток до начала наступле-
ния, что при других обстоятельствах могло раскрыть на-
чало наступления, а добытые данные о системе огня про-
тивника — значительно устареть.
Под Сталинградом впервые при проведении крупной z
наступательной операции были применены боевые по-
рядки пехоты в соответствии с требованиями приказа
НКО № 306 — с одноэшелонным построением не толь-
ко подразделений, частей, но и соединений. Такое пос-
троение уменьшало потери войск, позволяло более пол-
но использовать огневые средства пехоты. Но вместе с
тем отсутствие вторых эшелонов затрудняло своевремен-
ное наращивание усилий для развития наступления в
глубину. Это была одна из причин, почему стрелковым
дивизиям первого эшелона не удалось прорвать оборону
и уже на глубине 3—4 км пришлось вводить в сражение
танковые корпуса, и при сложившейся тогда обстановке
это было вынужденным. Опыт этих и последующих на-
ступательных операций показал, что в полках и дивизи-
ях, когда есть возможность, нужно непременно создавать
вторые эшелоны. В последующем это было узаконено.
Характерным для этой операции было и приближение
пунктов управления к войскам. Командные пункты фрон-
тов располагались в 10—25 км, армий — в 8—10 км; при-
чем командующие, как правило, располагались на на-
блюдательных пунктах в 2—3 км от переднего края.
Значительно возрастали объемы материально-техничес-
кого обеспечения войск. На трех фронтах к началу кон-
трнаступления было сосредоточено 8 млн. артиллерийс-
ких снарядов и мин. В 1914 г. вся русская армия имела
7 млн. снарядов. Но если сравнить с потребностями ог-
невого поражения, то ноябрьские наступательные опе-
15
рации 1942 г? сравнительно недостаточно обеспечивались
боеприпасами (в среднем 1,7—3,4 б/к): Юго-Западный
фронт — 3,4 б/к; Донской — 1,7 б/к; Сталинградский —
2 б/к. Тогда как в Белорусской или Висло-Одерской опера-
циях обеспеченность фронтов боеприпасами составляла 4—
5 б/к.
По второму этапу Сталинградской битвы, связанному с
действиями войск по уничтожению окруженной группи-
ровки противника и развитию наступления на внешнем
фронте, возникает два вопроса, по которым высказыва-
ются различные мнения.
Во-первых, некоторые историки и участники войны
полагают серьезным изъяном контрнаступательной опе-
рации под Сталинградом то обстоятельство, что образо-
вался большой разрыв во времени между окружением груп-
пировки противника и ее уничтожением. В то время как
классическое положение военного искусства состоит в том,
что окружение и уничтожение противника должны состав-
лять единый, непрерывный процесс, что в последующем в
основном удавалось достигать в Белорусской, Ясско-Ки-
шиневской и некоторых других операциях, но не получи-
лось под Сталинградом.
Но то, что удалось сделать под Сталинградом, для того
времени было большим достижением, особенно если
вспомнить, что в наступлении под Москвой, под Демьян-
ском и в других районах не удавалось даже окружить про-
тивника, а под Харьковом весной 1942-го наши войска,
окружавшие противника, сами попали в окружение и по-
терпели поражение. Причем в наступлении под Сталин-
градом были заранее выделены силы и средства как для
действий на внутреннем, так и на внешнем фронтах окру-
жения, хотя сил для одновременных действий на обоих
фронтах явно недоставало. В ходе контрнаступления под
Сталинградом, с одной стороны, не были приняты все
необходимые меры для расчленения и уничтожения про-
тивника в ходе его окружения, хотя надо учитывать и круп-
ные размеры территории, на которой располагался окру-
женный противник, и большую плотность его группиро-
вок. С другой стороны, наличие крупных сил противника
на внешнем фронте, стремившихся деблокировать окру-
женную 6 А Паулюса, не давало возможности сосредото-
чить достаточные силы для быстрой ликвидации окружен-
ных фашистских войск.
Ставкой ВГК с запозданием было принято решение об
объединении управления всеми войсками, занятыми унич-
тожением окруженной группировки, в руках одного фрон-
16
та. Только в середине декабря поступила директива о пе-
редаче всех войск, задействованных под Сталинградом, в
состав Донского фронта.
Второй вопрос — насколько было правомерным реше-
ние Ставки В ГК о направлении 2 гв. А Р. Я. Малиновско-
го для разгрома группировки Манштейна на котельников-
ском направлении. Как известно, первоначально эта ар-
мия предназначалась для действий в составе Юго-Запад-
ного фронта, затем — с изменением обстановки — было
решено передать ее Донскому фронту для участия в унич-
тожении окруженной группировки. Но с появлением на
котельниковском направлении группировки генерала Ман-
штейна по просьбе генерала А. И. Еременко Ставкой ВТК
было принято новое решение — передать ее в состав Ста-
линградского фронта для действий против группировки
противника на котельниковском напрвлении. Это пред-
ложение было поддержано и А. М. Василевским, нахо-
дившимся в это время на КП Донского фронта.
К. К. Рокоссовский продолжал настаивать на передаче
2 гв. А в состав Донского фронта с целью ускорения унич-
тожения окруженной группировки противника. Против
передачи 2 гв. А Сталинградскому фронту выступал и
Н. Н. Воронов. После войны он назвал такое решение
«ужасным просчетом» Ставки В ГК. 3 Действительно, если
бы с привлечением этой армии удалось в короткие сроки
ликвидировать группировку Паулюса, то для развития на-
ступления на внешнем фронте, на ростовском направле-
нии, можно было бы высвободить не одну, а сразу семь
армий. К. К. Рокоссовский и после войны продолжал на-
стаивать на том, «что было бы все же более целесообразно
2-ю гвардейскую армию использовать так, как вначале на-
меревалась поступить Ставка, т. е. быстро разделаться с
окруженной группировкой». 4
Но внимательный анализ обстановки того времени с при-
влечением ставших известными после войны документов
противостоящей стороны показывает, что решение Став-
ки направить 2 гв. А для разгрома группировки Манштей-
на, видимо, было более целесообразным, ибо не было
никакой гарантии, что с подключением в состав Донского
фронта 2 гв. А удастся быстро разделаться с окруженной
группировкой. Последующие события подтвердили, на-
сколько непростой задачей было уничтожение 22 дивизий
противника, насчитывающих до 250 тысяч человек. И был
большой, недостаточно оправданный риск того, что про-
рыв группировки Манштейна и удар навстречу ей армии
Паулюса могли привести к деблокированию окруженной
2 Зак. №65
17
группировки, что могло привести вообще к срыву даль-
нейшего наступления войск Юго-Западного и Воронежско-
го фронтов. Поворот навстречу группировке Манштейна
сил 21 А, как предполагал К. К. Рокоссовский, не обеспе-
чивал быстрого разгрома этой группировки противника.
Следует учитывать также, что генштаб СВ Германии
(Цейтцлер), командующий группой армий «Б» еще до пол-
ного окружения 6 А предлагали осуществить отвод этой
армии на восток. Но Гитлер, Кейтель, Йодль (ОКВ) на-
стояли на том, чтобы 6 А продолжала оставаться под Ста-
линградом. Трудно сказать, чем бы мог закончиться отвод
6 А, но можно определенно считать, что в этом случае
действия наших войск еще больше бы усложнились на
внутреннем и внешнем фронтах окружения противника.
И, наконец, пока еще нет единого понимания значения
Сталинградской битвы для хода и исхода второй мировой
войны. После войны в западной печати появились утвер-
ждения о том, что не Сталинградская битва, а победа со-
юзных войск под Эль-Аламейном явилась наиболее зна-
чительным поворотным пунктом в ходе второй мировой
войны. Конечно, ради объективности надо признать, что
под Эль-Аламсйном союзниками была одержана крупная
победа, внесшая существенный вклад в дело разгрома обще-
го врага. Но все же и по своему стратегическому размаху и
по результатам сражение под Эль-Аламейном не может идти
ни в какое сравнение со Сталинградской битвой.
Во-первых, если говорить о военно-стратегической сто-
роне дела, Сталинградская битва происходила на огром-
ной территории, почти в 100 тысяч кв. км, а операция под
Эль-Аламейном — на сравнительно узком африканском
побережье.
Под Сталинградом на отдельных этапах битвы с обеих
сторон участвовало более 2,1 млн. чел., свыше 26 тыс. ору-
дий и минометов, 2,1 тыс. танков и свыше 2,5 тыс. боевых
самолетов. Германское командование для сражений под
Сталинградом привлекало 1 млн. 11 тыс. человек, 10290
орудий, 675 танков и 1216 самолетов. В то время как под
Эль-Аламсйном африканский корпус Роммеля имел всего
80 тыс. человек, 540 танков, 1200 орудий и 350 самолетов.
Битва под Сталинградом длилась двести дней’и ночей (с
17.07.42 по 2.02.43 г.), а сражение под Эль-Аламейном —
11 суток (с 23.10 по 4.11.42 г.). Не говоря уже о несопоста-
вимости напряженности и ожесточенности двух этих сра-
жений. Если под Эль-Аламсйном фашистский блок поте-
рял 55 тыс. человек, 320 танков и около 1 тыс. орудий, то
под Сталинградом потери фашистских войск были в 10—
18
15 раз больше. Одних пленных было взято около 144 тыс.
человек. Уничтожена 330-тысячная группировка войск.
Очень большими были и потери советских войск (479 тыс.
человек только безвозвратных потерь). Многих из них
можно было бы избежать. Но все же они не были напрас-
ными.
Сама победа наших союзников под Эль-Аламейном ста-
ла возможна благодаря упорному сопротивлению врагу со-
ветских войск под Сталинградом. Поскольку в сражениях
на Волге были задействованы главные силы вермахта и
советско-германский фронт поглощал все резервы немец-
кой армии, командование Англии и США получило воз-
можность для развертывания активных боевых действий
на Африканском ТВД. 23 октября 1942 года перешла в
наступление английская армия генерала Монтгомери про-
тив ослабленных сил немецко-итальянских войск генера-
ла-фельдмаршала Роммеля и к 4 ноября одержала победу
в районе Эль-Аламейна. С 8 по 12 ноября 1942 г. союзные
войска, не встречая серьезного противодействия, высади-
ли оперативный десант на побережье Северной Африки
(операция «Торч»).
Главнокомандующий экспедиционными силами генерал
Эйзенхауэр подчеркивал, что «упорное сопротивление рус-
ских обеспечивает союзникам свободу выбора места, вре-
мени и количества сил для решающего наступления». 5
Примерно такое же заявление сделал и начальник штаба
армии США Маршалл, который писал: «Мы исходим из
того, что немецкие войска прочно увязли в России, поэ-
тому Гитлеру будет не до Северной Африки, он не сможет
повернуться лицом на юг».6
Значение Сталинградской битвы признавали и многие
немецкие генералы.
Генерал К. Типпельскирх в известной книге «История
второй мировой войны» писал: «Хотя в рамках войны в
целом событиям в Северной Африке отводят более вид-
ное место, чем Сталинградской битве, однако катастрофа
под Сталинградом сильнее потрясла немецкую армию и
немецкий народ потому, чго она оказалась для нее более
чувствительной. Там произошло нечто непостижимое...» 7
Общепризнанным является и высокий уровень военно-
го искусства, проявленный Красной Армией в Сталин-
градской битве. Достаточно сказать, что окружена и унич-
тожена крупная группировка войск противника при поч-
ти равном соотношении сил. Не случайно опыт этой опе-
19
рации до сих пор внимательно изучается в военных акаде-
миях всего мира.
Во-вторых, несопоставима военно-политическая значи-
мость происходивших событий. Сталинградская битва про-
исходила на главном Европейском театре военных дейст-
вий, где решалась судьба войны. Операция под Эль-Ала-
мейном проходила в Северной Африке на второстепен-
ном театре, и его влияние на ход главных событий могло
быть лишь косвенным. Под Сталинградом решался корен-
ной вопрос второй мировой войны, кто кого: либо фа-
шистская Германия одержит победу, прорвется на юго-
восток и сделает новый шаг к мировому господству, либо
Советский Союз одолеет врага и сделает решительный шаг
к победе над фашизмом. Внимание всего мира тогда было
приковано не к Эль-Аламейну, а именно к Сталинграду.
Не только руководители воюющих государств, но и сотни
миллионов людей в различных странах понимали, что на-
ступил критический момент второй мировой войны, что
от исхода сражений в междуречье Дона и Волги во мно-
гом зависит судьба человечества. Далеко не так даже в за-
падных странах воспринималось сражение под Эль-Ала-
мейном. Битва под Сталинградом принесла огромные во-
енно-политические результаты. Она предопределила на-
чало коренного перелома в вооруженной борьбе не толь-
ко на советско-германском фронте, но и на других театрах
второй мировой войны. Красная Армия, захватив после
Сталинградской битвы стратегическую инициативу, не
упускала ее уже до конца войны. После Сталинградской
битвы советские войска перешли в общее наступление от
Ленинграда до пределов Кавказа, начав массовое изгна-
ние фашистских оккупантов из нашей страны. Были ос-
вобождены важные промышленные и сельскохозяйствен-
ные районы. Победа Красной Армии укрепила мораль-
ный дух советских людей на фронте и в тылу. Еще больше
усилилось партизанское движение в тылу врага. Благода-
ря самоотверженному труду советских людей, несмотря на
огромные потери в первый период войны, военная эко-
номика Советского Союза одержала первые победы над
военной экономикой Германии. Наша промышленность
стала значительно больше производить танков, самоле-
тов, орудий и другой боевой техники, чем промышлен-
ность Германии, опиравшаяся на экономику всей Запад-
ной Европы.
Победа под Сталинградом оказала огромное воздейст-
вие на освободительное движение народов всего мира.
I
20
Могучая волна национально-освободительного движения
охватила все страны, попавшие под иго фашизма.
В свою очередь, крупные поражения и огромные поте-
ри немецко-фашистской армии под Сталинградом резко
ухудшили военно-политическое и экономическое положе-
ние Германии, поставили ее перед глубочайшим кризи-
сом. Урон вражеских танков и автомашин в Сталинградс-
кой битве равнялся, например, шестимесячному их про-
изводству заводами Германии, орудий — четырехмесяч-
ному, а минометов и стрелкового оружия — двухмесячно-
му. И, чтобы восполнить столь большие потери, немец-
кая военная промышленность вынуждена была работать с
особенно высоким напряжением.
Резко обострился кризис людских резервов. С целью его
разрешения фашистские правители пошли на чрезвычай-
ные меры, объявив так называемую «тотальную мобили-
зацию». В армию призывались подростки 17 лет и мужчи-
ны старших возрастов. Снималась бронь со специалис-
тов, занятых в военной промышленности. На заводы и
фабрики мобилизовывались женщины, инвалиды и под-
ростки 14—16 лет. Широко привлекалась рабочая сила из
оккупированных и вассальных стран. В больших масшта-
бах стал использоваться труд военнопленных.
Погребальный звон церковных колоколов и объявлен-
ный трехдневный траур по случаю гибели германских войск
под Сталинградом отрезвили миллионы немцев, заставили
их взглянуть правде в лицо. Грозный признак неизбежного
поражения впервые возник в сознании населения Герма-
нии, одурманенного геббельсовской пропагандой.
Катастрофа на Волге наложила свой заметный отпеча-
ток на моральное состояние войск вермахта. В немецкой
армии резко возросло число случаев дезертирства и непо-
виновения командирам, участились различные воинские
преступления. После Сталинграда количество смертных
приговоров, выносимых военнослужащим Германии, уве-
личилось в 5 раз. Немецкие солдаты стали с меньшим упор-
ством вести боевые действия, начали с дрожью бояться
ударов с флангов и окружения. Среди части генералитета
зародились оппозиционные Гитлеру течения. Проявились
явные признаки кризиса в правящей верхушке нацистс-
кой партии и в верхнем эшелоне руководства германским
государством.
Геббельс в своем дневнике 6 марта 1943 г. записал: «Ге-
ринг ясно представляет, что события на Восточном фрон-
те в минувшую зиму серьезно подорвали доверие к нам.
Генералы делают все возможное, чтобы обвинить в этих
21
событиях фюрера. Они берут реванш за прошлогоднюю
зиму, когда фюрер пытался взвалить вину на них».8
Победа Красной Армии под Сталинградом потрясла фа-
шистский военный блок, угнетающе подействовала на са-
теллитов Германии, вызвала в их стане панику и неразре-
шимые противоречия. Правящие деятели Италии, Румы-
нии, Венгрии и Финляндии, чтобы спастись от надвига-
ющейся катастрофы, стали искать предлоги для выхода
из войны, для заключения сепаратного мира с США и
Англией, игнорировали приказы Гитлера о направлении
войск на советско-германский фронт.
С 1943 г. в плен Красной Армии сдавались уже не толь-
ко отдельные солдаты и офицеры, но и целые подразде-
ления и части румынской, венгерской и итальянской ар-
мий. Обострились взаимоотношения между военнослу-
жащими вермахта и союзных армий.
Сокрушительный разгром фашистских полчищ под Ста-
линградом отрезвляюще подействовал на правящие кру-
ги Японии и Турции. Они отказались от своих намере-
ний выступить войной против СССР. Японский посол в
Берлине Осима 6 марта 1943 г. заявил Риббентропу: «Япон-
ское правительство... прекрасно понимает желание свое-
го союзника — Германии, чтобы Япония также вступила
в войну против России. Однако ввиду сложившейся в на-
стоящее время военной обстановки японское правитель-
ство не может вступить в войну».9
Героическая борьба советского народа против фашиз-
ма, подвиг Красной Армии в битве на Волге укрепили и
цементировали блок антигитлеровских сил. Народы и пра-
вительства всех стран отчетливо видели, что судьба во-
йны решается на советско-германском фронте. В огне ве-
ликой Сталинградской битвы человечество увидело за-
нимающуюся зарю победы над фашизмом.
Президент США Ф. Рузвельт писал в грамоте, которая
была вручена городу-герою Сталинграду: «От имени на-
рода Соединенных Штатов Америки я вручаю эту грамо-
ту городу Сталинграду, чтобы отметить наше восхищение
его доблестными защитниками, храбрость, сила духа и са-
моотверженность которых во время осады с 13 сентября
1942 года по 31 января 1943 года будут вечно Вдохновлять
сердца всех свободных людей. Их славная победа остано-
вила волну нашествия и стала поворотным пунктом во-
йны Союзных наций против сил агрессии». 10 Выступая
по английскому радио 30 ноября 1942 г., премьер-министр
Великобритании У. Черчилль сказал: «Гигантская Сталин-
градская битва, которая уже принесла результаты первое-
22
тепенного значения, приближается к своему кульминаци-
онному пункту». 11 А 1 февраля 1943 г., когда фашистские
войска были уже пленены под Сталинградом, он в посла-
нии И. В. Сталину писал: «Это, действительно, изуми-
тельная победа». 12 Де Голль в своем выступлении по лон-
донскому радио в январе 1942 г. говорил: «Французский
народ восторженно приветствует успехи и рост сил рус-
ского народа. Ибо эти успехи приближают Францию к ее
желанной цели — к свободе и отмщению». 13
После разгрома фашистских полчищ на Волге Сталинг-
рад стал символом мужества, героизма и победы.
Под влиянием успехов, достигнутых Красной Армией
под Сталинградом и в последующих операциях зимней
кампании 1942/43 г., усиливалась изоляция Германии на
международной арене и одновременно возрастал между-
народный авторитет нашей страны. В 1942—1943 гг. Со-
ветское правительство установило дипломатические от-
ношения с Австралией, Канадой, Голландией, Кубой,
Египтом, Колумбией, Эфиопией, а с Люксембургом, Мек-
сикой и Уругваем возобновило прерванные ранее дипло-
матические связи. Улучшились взаимоотношения с нахо-
дившимися в Лондоне правительствами Чехословакии и
Польши. На территории СССР началось формирование
воинских частей и соединений ряда стран антифашистс-
кой коалиции — французской авиационной эскадрильи
«Нормандия», которая позже была преобразована в авиа-
ционный полк, 1-й чехословацкой пехотной бригады, 1-й
польской дивизии имени Тадеуша Костюшко. Все они
впоследствии включились в борьбу против немецко-фа-
шистских войск на советско-германском фронте.
Все это говорит о том, что именно битва под Сталин-
градом, а не операция под Эль-Аламейном надломила вер-
махт и положила начало коренному перелому во второй
мировой войне в пользу антифашистской коалиции.
Почему же тогда, вопреки всем известным и очевидным
фактам, во многих военно-исторических трудах западных
стран, а кое-где и у нас, наступательная операция 8-й ан-
глийской армии под Эль-Аламейном преподносится как
решающая битва второй мировой войны, которая якобы
положила начало коренному перелому в вооруженной
борьбе против фашистской Германии? Почему ее ставят в
один ряд и даже выще Сталинградской битвы? Хотя се-
годня уместнее говорить, что оба эти сражения сыграли
свою предопределенную им историей роль.
На Западе и в нашей печати много говорится о недоста-
точной объективности и предвзятости нашей военно-ис-
23
торической литературы. Такой грех был, есть и мы его
самокритично признаем и преодолеваем, в том числе и в
отношении оценки действий союзников во второй миро-
вой войне. Но необъективности и однобокости, особенно
в отношении военной истории нашей страны, еще ’Немало
и в западных странах.
Все это было порождено конфронтацией, идеологичес-
кой и психологической борьбой времен «холодной войны».
И нельзя считать, что мы окончательно покончили с «хо-
лодной войной», пока остаются в области военной исто-
рии и в других сферах последствия и завалы этой войны.
Нужно освободить военную историю от этого духа кон-
фронтации и все научные поиски и исследования подчи-
нить интересам глубокого, правдивого и объективного пос-
тижения исторической истины. Только такая история поз-
волит нам правильно понять прошлое и извлечь необхо-
димые уроки для нашей деятельности и нашего сотрудни-
чества в современных условиях.
1. Сталинградская эпопея. М., 1969. С. 22.
2. Там же. С. 32.
3. Красная звезда. 1992. 28 окт.
4. Рокоссовский К. К. Солдатский долг. — М., 1968.
С. 173.
5. Советское военное обозрение, 1987. № 7. С. 42.
6. Там же. С. 7, 43.
7. Типпельскирх К. История второй мировой войны. —
М.. 1961. С. 256.
8. История дипломатии. Т. IV. М., 1975. С. 317.
9. Там же. С. 327.
/10. Военно-исторический журнал. 1982. № 11. С. 96.
11. Там же.
12. История дипломатии. Т. IV. С. 314.
13. Там же. С. 349.
24
Генерал армии Н. Г. Лященко,
Герой Советского Союза
50 лет назад Сталинград устоял
Обстановка к августу 1942 г. на фронтах Оте-
чественной войны нас не радовала. Хотя усто-
ял Ленинград и поэтому устояла Москва.
Благодаря стойкости ленинградцев удалось на-
копить большие резервы, которыми был нанесен мощ-
ный удар, и фашисты были отброшены на 150—300 ки-
лометров от Москвы.
В начале мая 1942 г. было организовано крупное на-
ступление на юге, так называемая «Харьковская опера-
ция», которая началась довольно успешно. С нелегкими
боями мы прорвали оборону врага на реке Северский До-
нец и овладели большой территорией.
Наши войска вышли южнее г. Барвенково, овладели
Лозовой и северо-восточными районами.
Весной 1942 г. началось активное продолжение наступ-
ления основных сил Юго-Западного и Южного фронтов
на города Харьков и Днепропетровск. На левом крыле 9-я
армия Южного фронта, в нее входила и 106-я стрелковая
дивизия, которой командовал я, прикрывала главную груп-
пировку, обороняясь на широком 32-километровом фронте.
Началось наше наступление довольно успешно — сила-
ми 6-й и 57-й армий, усиленными танковыми и артилле-
рийскими корпусами при поддержке авиации.
Но 17 мая фашисты перешли в контрнаступление круп-
ными силами от Харькова и Славянска вдоль правого бере-
га реки Северский Донец и от с. Андреевка на Барвенково.
Используя просчеты командования Южного и Юго-За-
падного фронтов, фашисты быстро окружили все войска
харьковской группировки, которые понесли крупные по-
тери. Немногим соединениям удалось вырваться из окру-
жения. Среди них была и 106-я стрелковая дивизия. Час-
ти дивизии понесли до 50% потерь в личном составе, но
все же прорвались из окружения и вышли к реке Северс-
кий Донец в 5 или 7 километрах западнее города Изюм.
Форсировать реку пришлось на подручных средствах
(никто не позаботился подготовить нам хотя бы плоты и
лодки для переправы). Пришлось утопить в реке всю ар-
тиллерию и боеприпасы, а также машины.
После двухдневного отдыха дивизии было приказано
оборонять город Изюм без артиллерии, слабо вооружен-
ными и малочисленными полками.
25
Фашисты продолжали активные действия, форсирова-
ли Северский Донец западнее и восточнее города Изюм,
и 106-я стрелковая дивизия снова оказалась в окружении.
С тяжелыми боями дивизия прорвалась и из этого вра-
жеского кольца и вышла за реку Оскол.
Там дивизию вывели во второй эшелон, а вскорости
отправили в тыл на формирование. Дивизия вышла из
состава 9-й армии без личного состава и без оружия. Все
было приказано передать частям армии. Солдат, сержан-
тов, взводных командиров, секретарей комсомольских ор-
ганизаций, отличившихся в боях людей — это же был ак-
тив, они так были нужны при новом формировании. Рай-
он для формирования был определен под городом Мил-
лерово на Дону.
Пока дивизия двигалась в район формирования, нас
никто не информировал о том, что фашисты начали но-
вое крупное HacTv ление из Донбасса и от города Воро-
нежа. Их ударные клины сходились как раз у Миллерово,
Мы это определили под Миллерово по стрельбе пушек, а
потом и по беспорядочному бегству 38-й армии генерала
Москаленко.
Узнав некоторые данные о сложившейся на нашем на-
правлении обстановке у отступавших офицеров, я решил
поднять штабы и направить их под руководством офице-
ра А. Н. Кузнецова на восток, а сам собрал группу солдат, -
сержантов и офицеров и прикрыл отход штабов от поя-
вившихся фашистов. Мне это удалось, но сам остался в
седьмом окружении.
Наша группа воинов быстро таяла, неся потери в стыч-
ках с врагом, а кое-кто из воинов просто уходил из нее.
Помощником у меня стал старшина из пограничных
войск Алексей Потин, хороший человек и отважный воин.
Мы начали пробиваться на восток. Ох, как это было
нелегко. Встречались люди, попавшие в окружение, кто
без оружия, кто раненый. И они примыкали к нам, а не-
которые уходили от нас.
Помогали нам донские казаки, хотя на них было много
наговорено как на изменников, но это ложь. Были, конеч-
но, и такие, как Власов, но эго одиночки, основная масса
людей всех рангов из казаков были против фашистов, за
советскую власть стояли горой. Они могли меня продать
или выдать врагам как полковника, но, наоборот, оберега-
ли нас, кормили и ориентировали в обстановке. Я, сколько
буду жить, не забуду это и буду благодарить донских каза-
ков и казачек за их преданность Родине и доброту.
26
Когда кончилась у меня карта, пожилой сотник начер-
тил мне схему на листе бумаги, где обозначил станицы,
города, дороги, реки до излучины Дона, по этой схеме мы
и вышли к реке Дон.
По совету казаков мы ночью с одним воином по имени
Саша переправились вплавь через реку (трое из группы
пошли за продуктами и не вернулись). За рекой уже были
наши войска. Кончилось семнадцатисуточное испытание
характера и нервов. У меня в маузере осталось три патро-
на на последний случай — прикончить еще одного фа-
шиста и покончить с собой. Я просто не допускал мысли
оказаться в плену у врага.
Нас по-доброму встретили наши воины, проверили наши
документы и представили начальству. Накормили нас, дали
отдохнуть и отправили в город Сталинград, там уже был
штаб Юго-Восточного фронта. Это был август 1942 года.
Фронтом командовал генерал Гордое, членом Военного
совета был Н. С. Хрущев. В конце июля вышел известный
приказ Верховного Главнокомандующего № 227, в кото-
ром требовалось строго наказывать за отступления и т. д.
Кадровиком фронта был полковник Портянкин, он начал
меня грубо допрашивать, где дивизия и почему я вышел
из окружения один? На мои доклады не реагировал (хотя
штабы вышли благополучно из этого окружения). Это
потом рассказывал товарищ Н. А. Кузнецов, он после во-
йны работал в Главпуре ВС.
Потом меня представили генералу Гордову и Н. С. Хру-
щеву. Гордов грубо принял меня и опять те же вопросы,
которые задавал мне Портянкин. Но в еще более грубой
форме, видимо, на меня ему наговорил всякой ереси кад-
ровик.
Я дошел до критического состояния — сегодня навер-
няка схватил бы инфаркт — и жалел, что не взял с собой
маузер с тремя патронами.
Этот разговор был на КП фронта, на реке Царица. На-
конец Гордов, разгоряченный, ушел, хлопнув дверью. Н.
С. Хрущев, который был во время этого «разговора» без
кителя, подошел ко мне. Чтобы привести мои нервы в
порядок, налил мне стакан боржоми (я его пил впервые).
Он спросил меня, где я начал войну, где получил награ-
ды, в каких армиях служил. Я назвал 6-ю армию генерала
Р. Я. Малиновского, 9-ю армию Лопатина. «Знаю я эти
армии», — сказал Хрущев. После нашего разговора Ники-
та Сергеевич приказал кадровику' дать мне отдохнуть, а
потом доложить. Когда мы выходили с командного пунк-
та, мне Портянкин сказал, что Малиновского и Лопатина
27
сняли с должностей и разбираются с ними, почему они
допустили такое отступление. Я промолчал.
Дня через три я написал рапорт Н. С. Хрущеву о том,
что готов выполнить любую посильную задачу.
Гордов в эти дни был снят с должности командующего
фронтом, эту должность принял генерал А. И. Еременко.
Вскоре меня временно послали работать в штаб фронта, в
оперативное управление. Получил задачу проверять и по-
могать строить оборонительный рубеж в северо-западной
части города. Каждый день с небольшой группой офице-
ров выезжал на место строительства оборонительного ру-
бежа, его строили жители города — в основном женщи-
ны, старики и подростки. Они старательно работали, спе-
шили скорее создать оборону города.
Город Сталинград жил мирной жизнью, в городе было не-
сколько госпиталей, работали заводы, театры, кино, магази-
ны, бегали по улицам ребятишки, играли в футбол и войну.
Фашисты форсировали реку Дон и двигались к городу,
и мне стало тревожно за людей, особенно за женщин и
детей. Я был уверен, что фашисты обрушатся на Сталин-
град даже ради ггого, чтобы насолить Сталину.
Доложил свое мнение генералу А. И. Еременко и
Н. С. Хрущеву. Мне сказали, что они знают обстановку.
Когда фашисты прорвались к реке Волге севернее Ста-
линграда и пытались ринуться на город, мужественно от-
ражали их атаки сталинградцы.
Никогда не забудется эпизод на зенитной батарее.
Я на броневике ехал на оборонительный рубеж. Выехал
на высотку, слышу стрельбу из орудий, и передо. мною
открылась незабываемая картина. Группа фашистских тан-
ков (около 10) прорвалась и ринулась на зенитную бата-
рею. Батарея открыла по ним огонь. Загорелся один, вто-
рой и третий вражеский танк. Фашисты остановились и
повернули вспять.
Я подъехал к этой батарее и поразился: весь состав ба-
тареи были девушки 18—20 лет и только один старшина
батареи был мужчина.
Зенитчицы обнимались, целовались, катались по земле
около орудий от радости за свою победу. Расцеловал их и я.
Они были одеты в поношенную солдатскую форму, не при-
чесанные, лица их были запыленные (лето было жаркое), но
уверенные в свои замечательные пушки. При мне они отра-
зили атаку вернувшихся танков врага. Видимо, гитлеровцы
хотели забрать своих солдат из подбитых танков.
Когда я вернулся на КП фронта, товарищи Еременко и
Хрущев прогуливались около КП. Товарищ Еременко еще
хромал после ранения и ходил с палкой.
28
Доложил о делах на оборонительном рубеже и расска-
зал о боевых действиях девичьей батареи против фашис-
тских танков. Похвально отозвался об этом эпизоде тов.
Еременко (не запомнил я номера этой батареи), ею осо-
бенно заинтересовался Н. С. Хрущев.
После информации о поездке я еще раз сказал свое мне-
ние о том, что надо эвакуировать из города женщин, де-
тей, госпитали, ибо враг близко и нанесет удар по Ста-
линграду, и мы понесем напрасные жертвы. Генерал Ере-
менко почти крикнул на меня: «Мы знаем, что делать,
занимайтесь своими делами». Подошедшему полковнику
из оперативного управления сказал: «Дайте ему два дня
отдохнуть», повернулся и пошел, опираясь на палку. Я
стоял молча. Н. С. Хрущев тронул меня за плечо и сказал,
что городом командуют, и показал рукой вверх. Я понял,
что это касается Москвы, а возможно, и Сталина. Этот
разговор состоялся 21 августа 1942 года. Мне дали два дня
отдыха. 23 августа, это было воскресенье, мы с товарища-
ми из роты резерва офицеров фронта — летчиком (фами-
лию не помню) решили пойти в театр, взяли билеты и
сидели, ждали начала спектакля. Они велись днем. Около
театра стоял фашистский самолет, его окружила детвора,
лазили по его кабинам, сидели на крыльях. Смотрел я на
это, а на душе было почему-то грустно.
Вдруг слышу окрик женщины. Она назвала мое имя. Я
поднял голову и сразу узнал соседку Зотову, с которой мы
жили рядом в городе Омске несколько лет.
Она подошла ко мне, после приветствий и уточнений,
почему я здесь оказался, предложила мне идти к ним до-
мой. Ее муж, тоже полковник, работал начальником фрон-
товых курсов младших лейтенантов и в воскресный день
пришел домой. Конечно, свидеться с товарищем для меня
было приятнее театра. Я отдал билет товарищу, и мы пошли
к моему сослуживцу. Ну, встреча, объятия и разговоры о
прошлом и настоящем. Жена его пошла за обедом, а мы
сели на веранде, откуда были видны сталинградский во-
кзал, фонтан с детским хороводом, нефтебаза на берегу
реки и даже левый берег Волги.
Где-то в 15 или 16 часов вдруг за рекой раздались вы-
стрелы орудий. Зотов говорит мне: «Смотри, твои зенит-
чики стреляют по своим самолетам». Я посмотрел и уви-
дел: летела огромная волна самолетов на город с востока.
Когда они подлетели к реке, мы увидели, как фашистские
«юнкерсы», подлетев к левому берегу Волги, все сбросили
массу бомб. Мы не успели оценить должным образом слу-
чившееся, как начали по всему городу рваться бомбы.
Осколки бомб даже влетели в окно дома.
29
Рушились дома на улицах города, загорались деревян-
ные окраины города. Одна из бомб попала в фонтан с
детским хороводом. Всюду слышны были крики о помо-
щи, плач детей.
Я уже многое повидал до этого на войне в Испании, да
и в начале войны с фашистами, но такого ужаса не видел
и не увидел до конца войны.
Когда стихла бомбежка, я пошел на командный пункт.
По пути я видел много убитых детей, женщин. Раненым
некому было оказать помощь, слышен был плач, просьбы
о помощи, кровью были залиты улицы и тротуары, кру-
гом все горело и рушилось, бегали осиротевшие дети, жен-
щины прижимали своих детей к себе, стоял плач родных
над убитыми. Раненых не на чем было эвакуировать —
сгорели все машины. Такое горе и ужас было трудно пере-
жить.
Ужасный эпизод остался также навечно в памяти.
Иду по тротуару, кричит пожилая женщина и машет
руками. Подошел: лежит, видимо, ее дочь или сноха, ей
перебило осколками обе ноги, она шевелит ими и ужасно
кричит, кровь струями льется из раненных ног, девочка
лет 5 или 6 бегает вокруг раненой, вся в крови и кричит:
«Мама, мама!».
Просят меня помочь им, но чем помочь, у меня не было
даже бинта. Ладно. Пробегали по улице мужчина и жен-
щина с носилками, еле остановил их пистолетом, забрали
раненую и унесли, но едва ли она осталась живой.
Сколько еще подобных случаев в городе, трудно учесть.
Пришел на КП в сапогах, измазанных кровью.
Но сталинградцы все же перенесли эту страшную беду.
24 августа начали эвакуировать оставшихся в живых жен-
щин, детей, стариков, раненых, переправлять приходилось
на подручных средствах\ все крупные пароходы и катера
были уничтожены фашистской авиацией.
После этого поняли все, что была допущена ошибка,
стоившая тысячи жизней людей.
Ну, в скорости я был отозван в Москву, а потом назна-
чен заместителем командира 18-й стрелковой дивизии,
которая входила во 2-ю гв. армию генерала Р. Я. Мали-
новского, но сражаться больше за Сталинград не дове-
лось: нашу дивизию перебросили на Волховский фронт,
теперь мы готовились сражаться за Ленинград.
Под Сталинградом вскоре развернулась крупнейшая на-
ступательная операция наших войск и началось изгнание
фашистов с нашей земли.
30
Полковник в отставке В. П. Морозов,
кандидат военных наук, лауреат Государственной
премии и премии имени М. В. Фрунзе
Актуальные проблемы истории
Сталинградской битвы
(Размышления военного историка о белых пятнах» и
«фигурах' умалчания» в историографии битвы под
Сталинградом и о приоритетных задачах ее дальнейшего
исследования.)
Минуло пять десятилетий, как на волжской зем-
ле произошло решающее сражение второй
мировой войны, вошедшее в ее историю под
названием Сталинградской битвы.
За это время как у нас в стране, так и за рубежом вышло
огромное количество книг и статей, посвященных этой бит-
вег ее предыстории и истории, ее поучительным урокам.
Если можно так выразиться, то «сталинградская библи-
ография» исчисляется ныне многими сотнями названий
различных исторических исследований, воспоминаний ее
многочисленных участников — от полководцев до рядо-
вых воинов, очерков военных корреспондентов тех лет,
художественных произведений писателей и поэтов, пуб-
лицистических выступлений журналистов.
И тем не менее еще не все стороны, не все вопросы
этой тяжелой и героической эпопеи исследованы пол-
ностью так, как этого заслуживает бессмертный подвиг
советских людей на земле Сталинграда.
Прежде всего хотелось бы сказать, что более полного и
всестороннего анализа заслуживает вопрос о предысто-
рии Сталинградской битвы, тех сложных и печальных со-
бытиях, которые развернулись весной и ранним летом 1942
г. на юго-западном стратегическом направлении советс-
ко-германского фронта.
Пытливый читатель, особенно молодой современник,
естественно, хочет получить обстоятельный ответ на во-
лнующий вопрос: как так случилось, что после нашей круп-
ной стратегической победы под Москвой фашистские во-
йска смогли оказаться в середине июля 1942 г. в большой
излучине Дона и развернуть оттуда дальнейшее наступле-
ние к Волге и на Кавказ?
Конечно, в нашей литературе можно найти ответы на
этот сложный вопрос. Однако не все причины вскрыты
достаточно" глубоко. В ряде же исторических трудов и
31
произведений мемуарного плана односторонне делается
акцент только на выискивание ошибок со стороны наше-
го командования во всех звеньях управления (главным об-
разом, в самой Ставке), еще недостаточно анализируются
объективные факторы, роль которых в военных неудачах
на фронте была весьма значительной. И, к удивлению и
сожалению, совсем мало говорится о том, что и в этих
чрезвычайно трудных условиях борьбы весной и ранним
летом 1942 г. советские воины стойко и мужественно дра-
лись с численно превосходящим противником, ломали его
стратегические планы.
Думается, что и историкам, и мемуаристам, и писате-
лям есть еще возможность вновь обратиться к событиям
той суровой поры и показать в ней не только наши вре-
менные неудачи, но и огромные трудности борьбы, и тот
массовый героизм советских воинов, которые имели мес-
то в те памятные, порою трагические дни 1942 г.
Что же касается собственно самой Сталинградской бит-
вы, то в ее истории имеются или «белые пятна», или за-
бытые страницы, или преднамеренно сделанные «фигуры
умолчания», или еще не конца исследованные спорные
проблемы и вопросы.
Здесь хотелось бы в первую очередь обратить внимание
читателей на ряд вопросов методологического порядка,
связанных с периодизацией самой Сталинградской бит-
вы, с делением ее на самостоятельные стратегические опе-
рации, с определением ее места и роли в борьбе за созда-
ние коренного перелома в Великой Отечественной и во
всей второй мировой войне.
Я глубоко убежден, что нам, военным историкам, все-
таки надо отказаться от изжившего себя прежнего пони-
мания, что Сталинградская битва включает в себя только
две стратегические операции — одну единую оборонитель-
ную и одну единую наступательную. Мы не должны пов-
торять азы прошлых лет, а обязаны сделать шаги вперед в
этом вопросе: утверждать в исторической науке точку зре-
ния тех исследователей, которые правомерно полагают,
что в хронологических рамках этой битвы было проведе-
но не две, а пять самостоятельных стратегических опера-
ций — две оборонительные и три наступательные, причем
две из них (третья и четвертая) составили стратегическое
конгрнаступление, завершенное в декабре 1942 г., а пятая
— самостоятельный этап битвы, ее финальное сражение,
осуществленное уже в рамках общего наступления Совет-
ской Армии зимой 1942/43 г.
32
Что касается вопроса о месте Сталинградской битвы в
борьбе за коренной перелом в исходе второй мировой во-
йны, то, мне думается, ответ на этот вопрос дала сама
история, которая отвела Сталинградской битве весьма
видное место. Своей триумфальной победой под Сталин-
градом, добытой в тяжелых условиях борьбы с сильным и
опытным противником, каким в те годы была еще немец-
ко-фашистская армия, наши Вооруженные Силы внесли
наибольший, решающий вклад в создание коренного пе-
релома в войне.
Следует заметить, что в военно-исторической литерату-
ре прошлых лет победа под Сталинградом часто называ-
лась началом коренного перелома. Такое утверждение, на
мой взгляд, не совсем точно. Почему? Прежде всего пото-
му, что Сталинградская битва является больше чем нача-
лом этого качественного изменения характера войны, когда
решительно был изменен способ войны на главном фрон-
те мировой войны, когда из рук врага окончательно была
вырвана инициатива действий и совершен переход от стра-
тегической обороны к стратегическому наступлению.
Именно Сталинградская битва, а не какая-то другая, ста-
ла кульминацией борьбы за коренной перелом, который
был завершен и закреплен в летних сражениях 1943 г. на
Курской дуге. В период этой битвы он и получил наиболь-
шее развитие по всем направлениям: в военных действиях
на фронте, в экономическом противоборстве сторон, в
международном положении СССР — ведущей силы анти-
гитлеровской коалиции, в морально-психологическом со-
стоянии армии и народа.
Если же употреблять термин «начало» применительно к
Сталинградской битве, то более правильно будет говорить
о том, что победа под Сталинградом положила начало
общему разгрому врага и изгнанию немецко-фашистских
захватчиков с советской земли. Отсюда, с полей сраже-
ний Сталинградской битвы, начался великий поворот в
истории, когда страшный вал агрессивной войны, развя-
занной германским фашизмом осенью 1939 г., под мощ-
ным натиском Советской Армии неумолимо покатился
на Запад, туда, откуда пришло нашествие коричневых орд
на нашу Родину. Известный советский полководец, один
из главных организаторов сталинградской победы, мар-
шал А. М. Василевский по этому поводу написал в своих
замечательных мемуарах «Дело всей жизни»: «С осени 1942
г. война повернула на запад. С малоизвестной высоты с
отметкой «102» — Мамаева кургана — Красная Армия
3 Зак. №65
33
открыла себе дорогу к логову фашистского зверя — Бер-
лину».
Ему же принадлежат и другие слова, непосредственно
связанные с толкованием проблемы коренного перелома
в минувшей войне: «Коренной поворот (иными словами
— коренной перелом. — В. М.) в ходе второй мировой
войны, начавшийся еще в великой битве под Москвой и
получивший наибольшее развитие в Сталинградской бит-
ве, в сражениях на Курской дуге был окончательно завер-
шен. Москва, Сталинград, Курск стали, таким образом,
тремя важными этапами в борьбе за перелом, тремя исто-
рическими рубежами на пути к полной победе над фа-
шистской Германией...»
Как можно видеть, прославленный полководец, теоре-
тик и стратег А. М. Василевский поддерживает точку зре-
ния на перелом тех историков, взгляды которых принци-
пиально отличаются от официально принятого в нашей
историографии Великой Отечественной войны взгляда, со-
гласно которому основными вехами борьбы за коренной
перелом объявляются (вопреки фактам и логике!) Сталин-
град, Курск, Днепр, т. е. начало коренного перелома от-
носится к ноябрю 1942 г., а его завершение — к декабрю
1943 г.
«Белым пятном» в историографии Сталинградской бит-
вы можно считать, мне представляется, и некоторые стра-
ницы оборонительного этапа битвы, в частности, недо-
статочное освещение событий, связанных с самоотвержен-
ными действиями войск 1-й и 4-й танковых, 62-й и 64-й
общевойсковых армий на дальних подступах к Сталин-
граду в июле 1942 г. Ведь уже в это время мужественные
воины покрыли знамена своих армий боевой славой. Их
коллективный воинский подвиг незабываем. Первыми пре-
градив путь бронированным полчищам врага на Сталинг-
рад, они позволили нашему командованию получить до-
полнительное время на организацию прочной обороны на
ближних подступах к Сталинграду и в самом городе.
Полагаю также, что еще недостаточно полно освещен и
в военно-исторической литературе вопрос о подготовке
советским командованием обороны на сталинградских
обводах в первой половине августа, когда Ставка Верхов-
ного Главнокомандования и фронтовое руководство про-
вели целый комплекс эффективных мероприятий по ор-
ганизации обороны на ближних подступах к Сталинграду.
На мой взгляд, в ряде трудов по Сталинградской битве
— и научных, и мемуарных — порою односторонне пока-
зываются события, связанные с отражением вражеских
34
штурмов Сталинграда, в целом содержание Сталинградс-
кой стратегической оборонительной операции, начавшейся
13 сентября.
Авторы таких трудов сосредоточивают внимание пре-
имущественно на показе борьбы в самом городе (на дей-
ствиях, главным образом, 62-й армии и меньше — 64-й
армии) и крайне недостаточно говорят о наступательных
действиях войск левого крыла Сталинградского фронта се-
веро-западнее и войск Юго-Восточного фронта южнее Ста-
линграда, которые были бесценной помощью героичес-
ким защитникам города. Это особенно касается рассмот-
рения и анализа действий 1-й гвардейской, 24-й и 66-й
армий северо-западнее города, предпринимавших неод-
нократные наступательные действия в сентябре 1942 г. под
общим руководством заместителя Верховного Главноко-
мандующего генерала армии Г. К. Жукова, находившего-
ся в то время в районе сражений в качестве представителя
Ставки.
Хотелось бы в этой связи заметить, что современным
исследователям Сталинградской битвы, имеющим ныне
доступ к ранее закрытым материалам, следует подвергнуть
дополнительному анализу действия этих трех армий Ста-
линградского фронта не только в плане обстоятельного
показа значимости их наступления для облегчения борь-
бы защитников города, но и объективно проанализиро-
вать причины неудач этих наступательных действий, ска-
зать читателям, почему же в нашей историографии по это-
му вопросу делались своего рода «фигуры умолчания».
Общеизвестно, что долгое время в литературе ошибоч-
но, с элементами конъюнкгуры и научного угодничества
освещался вопрос о выработке замысла и плана сталин-
градского контрнаступления. В историографии Сталин-
градской битвы можно найти ряд несостоятельных вер-
сий по этому принципиальной важности вопросу. Анализ
существующей литературы показывает, что со сменой по-
литической конъюнктуры «уходили» из наших книг одни
авторы — творцы стратегического замысла контрнаступ-
ления под Сталинградом и верноподданнически объявля-
лись научными угодниками другие авторы, занявшие те
или иные высокие посты в руководстве или страной, или
Вооруженными Силами. Так, к сожалению, было у нас и
в военно-исторической науке, и в военной мемуаристике
в годы, когда страну возглавляли Н. Хрущев, а затем и Л.
Брежнев.
Интересные свидетельства по этому поводу оставил мар-
шал Г. К. Жуков в своих мемуарах «Воспоминания и раз-
35
мышления». Он писал, в частности, о том, что при жизни
Сталина версия была одна: все приписывалось его гению.
После смерти Сталина претендентов на авторство появи-
лось больше чем следует.
Нет нужды приводить фамилии всех «претендентов»,
которые конъюнктурно указывались на протяжении пос-
левоенных лет в исторических разработках или в мемуа-
рах участников событий. Они общеизвестны. Для литера-
туры первых десятилетий послевоенного времени было ха-
рактерно одно: в ней замалчивалась огромная творческая
и организаторская роль Ставки Верховного Главнокоман-
дования и Генерального штаба и в то же время излишне
преувеличивалась роль военных советов отдельных фрон-
тов, в частности Сталинградского фронта, где командую-
щим был А. Еременко, а членом Военного совета —
Н. Хрущев.
Отмечу, что легенду об «особой» роли этого фронта рас-
пространял вопреки историческим фактам сам А. И. Ере-
менко.
Приведу один пример в этой связи. Однажды мне дове-
лось ознакомиться с пометкой Г. К. Жукова на полях ме-
муарной книги маршала Еременко «Сталинград». В 13-й
главе этой книги — «Зреет контрнаступление» — автор на
с. 325 безапелляционно утверждает, что якобы идея кон-
трнаступления под Сталинградом возникла у него еще в
Москве, 1—2 августа 1942 г. (??). К этим словам Еременко
маршал Жуков дал короткую реплику: «До чего же может
дойти человек, не имеющий элементарной скромности.
Ну прямо Хлестаков! Г. Жуков.»
В последние годы после того, как вышли в свет мемуа-
ры Г. К. Жукова и А. Василевского, а также соответствую-
щие тома многотомной «Истории второй мировой войны
1939—1945», этот вопрос стал освещаться правильно и в
учебной, и в научно-популярной литературе, и в устной
пропаганде.
При этом в современной литературе правомерно под-
черкивается, что если общие контуры замысла Сталин-
градского контрнаступления впервые были предложены
Верховному Главнокомандующему 12—13 сентября Жуко-
вым и Василевским, то разработка всего плана этого стра-
тегического контрнаступления — это итог совместной на-
пряженной творческой деятельности и организаторской
работы большого коллектива военачальников и штабов,
начиная от Верховного’Главнокомандования и Генераль-
ного штаба до фронтовых и армейских инстанций. Но все-
таки, мне думается, еще ждет полных и глубоких исследо-
36
ваний вопрос о более всестороннем и верном показе той
огромной работы на фронтах сталинградского направле-
ния, которую проводили представители Ставки в период
подготовки первой контрнаступательной операции «Уран».
Об этом следует особо сказать еще и потому, что ведь в
период сталинградского контрнаступления институт пред-
ставителей Ставки был впервые представлен в наиболь-
шем объеме и утвердил себя как важное и крайне необхо-
димое звено в системе стратегического руководства.
Не могу не сказать также, что всесторонней и объектив-
ной оценки требует и работа лично Верховного Главно-
командующего в дни Сталинградской битвы. В существу-
ющей литературе, особенно последних лет, этот вопрос
по конъюнктурным соображениям почти не рассматри-
вался, с чем, конечно, согласиться никак нельзя.
Видимо, более обстоятельного рассмотрения требует и
вся работа заместителя Верховного Главнокомандующего
Г. К. Жукова и начальника Генерального штаба А. М. Ва-
силевского в период Сталинградской битвы, объективной
оценки их личного вклада в защиту Сталинграда и ста-
линградскую победу в целом.
В этой связи нельзя не напомнить публикацию «Крас-
ной звезды» от 1 сентября 1992 г., посвященную 50-летию
Сталинградской битвы, где историки-перестройщики ос-
паривают факты приоритетности Г. Жукова и А. Василев-
ского в определении общих контуров замысла сталинград-
ского контрнаступления 12 сентября 1942 г. и утвержда-
ют, что якобы идея этого замысла впервые появилась на
рабочей карте офицера-цаправленца Генштаба полковника
Потапова 30 июля, то есть еще за полтора месяца до этого
(?!?). Полагаю, что нет необходимости аргументировать
ошибочность «нового» открытия авторов «Красной звез-
ды», принявших план контрудара в первые дни оборони-
тельных сражений на сталинградском направлении за об-
щий замысел стратегического контрнаступления хруппы
фронтов в этом районе с далеко идущими целями. Мар-
шал Жуков по этому поводу авторитетно высказывался:
«...Но это были не наметки будущей контрнаступательной
операции, а всего лишь план контрудара с целью задер-
жать противника на подступах к Сталинграду. О большем
тогда в Ставке (и, конечно, в Генштабе, его рабочем орга-
не. — В. М.) никто и не думал, так как на большее в то
время не было ни сил, ни средств».
Полагаю, что не ошибусь, если скажу о том, что допол-
нительного углубленного анализа и большого освещения
в литературе (и научной, и научно-популярной) заслужи-
37
вает сложный узел событий второго, декабрьского, этапа
сталинградского контрнаступления. Именно здесь, как из-
вестно, в это время развернулась бескомпромиссная борь-
ба, шел поединок двух стратегий — немецко-фашистской,
генералитета гитлеровского вермахта, и советской, моло-
дой школы полководческого искусства. Финал этой борь-
бы общеизвестен — победила советская стратегия, полко-
водцы Советской Армии, о которых некоторые авторы «не-
зависимой» печати, как, например, историк-перестрой-
щик Б. Соколов и известная журналистка с бойким зло-
пыхательским пером Э. Максимова, пишут, что «ни Жу-
ков, ни другие наши генералы и маршалы не обладали
полководческим гением», что для времен Великой Оте-
чественной войны характерным были только «провалы
стратегии и тактики бездарных военачальников». И в той
же связи нельзя не напомнить, что тот же «историк» Со-
колов, преднамеренно шельмуя Советскую Армию, ее со-
лдат и полководцев, позволил себе в преувеличенно-хва-
лебных тонах писать о немецко-фашистской армии, ее
фельдмаршалах прусской школы, якобы только и обла-
давших, по его разумению, «искусством победы». Очень и
очень жаль, что этот автор «Московского рабочего», вы-
ступивший там с книгой претенциозного названия «Цена
победы», ни во что не ставит отечественных военачальни-
ков и безудержно восторгается генералами и фельдмар-
шалами гитлеровского вермахта, разгромленного «не умев-
шей воевать» (по утверждению Б. Соколова!) Советской
Армии, военачальники которой «могли одерживать побе-
ды, лишь проливая целые реки солдатской крови».
Мне думается, что и сама подготовка Среднедонской
наступательной операции «Сатурн», и ее динамика, так
же как и сложная борьба советских войск на котельни-
ковском направлении, где мы имели первый успешный
опыт применения преднамеренной обороны в оператив-
ном масштабе, героические действия танковых соедине-
ний в районе хутора Верхне-Кумского, — все это предста-
вит несомненный интерес для исследователей сегодня, ко-
торые имеют при этом возможность опереться на более
широкую базу документальных источников.
Можно также сказать и о том, что в литературе еще мало
обстоятельных публикаций по событиям, последовавшим
сразу после Сталинграда, когда Советская Армия, эксплу-
атируя сталинградскую победу, успешно развивала наступ-
ление на Запад, отразила крупное вражеское контрнас-
тупление в районе Донбасса, Харькова и весной 1943 г.
вышла западнее Орла и Харькова, образовав в этом рай-
38
оне широко известный огромный выступ фронта, вошед-
ший в историю под название Курской дуги.
Полагаю, что всегда неисчерпаемым является такой учас-
ток работы в исследовании Сталинградской битвы, как
открытие все новых и новых ее героев. Ведь имена еще
многих храбрых и мужественных воинов-сталинградцев, не
стали достянием истории, хотя их боевые подвиги неза-
бываемы. Нам, историкам, известно, что несколько лет
назад работникам музея-панорамы «Сталинградская бит-
ва» (Волгоград) удалось установить, что на сталинградс-
кой земле 11 воинов предвосхитили бессмертный подвиг
Александра Матросова, 15 воинов повторили в небе Ста-
линграда широко известный подвиг героического экипа-
жа Николая Гастелло. Здесь же, в сталинградском небе,
сражались более 30 мастеров воздушных таранов. Их име-
на сегодня становятся известны нашим людям. Хотелось
бы надеяться, что в дни 50-летия Сталинградской битвы о
них не забудут сказать во время своих устных выступле-
ний перед массовыми аудиториями лекторы из многочис-
ленной армии пропагандистов незабываемого историчес-
кого подвига Сталинграда, в том числе и историки, и ве-
тераны битвы.
И еще об одном важном участке предстоящей работы
современных исследователей истории Сталинградской
битвы следует сказать. Я имею в виду крайне важную и
весьма трудоемкую работу по подсчету и показу широкой
общественности сил и средств обеих воюющих сторон, во-
влеченных в эту решающую битву второй мировой войны.
Это — во-первых, а во-вторых, мне думается, используя
сейчас появившиеся возможности для показа потерь войск
каждой из сражающихся сторон, сегодняшние историки
Сталинградской битвы смогут дополнить ее историогра-
фию рассмотрением и научным анализом этого весьма важ-
ного и принципиального вопроса (как по битве в целом,
так и отдельно по каждой из ее пяти стратегических опе-
раций), который историкам предыдущих поколений ре-
шить не представлялось возможным.
Закончить свои размышления мне хотелось бы словами
о том, что история Сталинградской битвы — это всегда
неиссякаемый источник для работы еще многих и многих
исследователей.
Убежден, что, несмотря на обилие трудов по историог-
рафии этой битвы, созданных за пятьдесят минувших лет,
есть еще простор для творчества, для создания новых со-
временных трудов по этой решающей битве второй миро-
вой войны, которую маршал В. И. Чуйков очень верно
39
назвал сражением века, по ее конкретным вопросам и от-
дельным аспектам.
Если поставить вопрос, какие новые труды по этому
событию Великой Отечественной войны желательно ви-
деть на наших книжных полках, которые были бы инте-
ресны и специалистам, и широкому читателю, то я бы
ответил на него так. <
На мой взгляд, очень и очень нужен обстоятельный двух,
трехтомный монографический научный труд по сталин-
градской эпопее, в котором бы полно, на расширенной
базе современных источников и достижений гласности,
были бы солидно рассмотрены и проанализированы все
аспекты этой исторической битвы.
Хорошим дополнением к такому труду могла бы стать и
специальная работа под условным названием «Сталинград-
ская битва в документах», публикацию которой можно
было бы предусмотреть в ряде отдельных выпусков, по
мере их готовности.
Видимо, весьма желателен был бы небольшого объема
научно-справочный труд «Сталинградская битва в циф-
рах», который убедительно, ответил бы на многие спорные
вопросы из истории Сталинградской битвы и который
отвел бы большинство бездоказательных фальсификатор-
ских наскоков на нее, в том числе и со стороны наших
доморощенных искателей истории типа Мерцаловых, Со-
коловых, ключаревых и им подобных.
Не ошибусь, если еще раз скажу, что очень и очень тре-
буется создание самостоятельного научного труда под ус-
ловным названием «После Сталинграда», в котором был
бы исследован и проанализирован один большой и важ-
ный вопрос: как умело эксплуатировала Ставка сталин-
градскую победу для развертывания и развития общего на-
ступления Советской Армии зимой 1942/43 г.
Конечно, могут был» предложены для рассмотрения и
другие вопросы и проблемы, другие труды по многопла-
новой теме «Сталинградская битва». Я высказал лишь свои
личные соображения, с которыми и считал своим долгом
поделиться с коллегами-историками и всеми, кто интере-
суется боевым прошлым своего Отечества.
40
Полковник в отставке О. Н. Кудряшов
Новые аспекты истории
Сталинградской битвы
Наименование темы моего выступления в при-
нципе означает, что на некоторые события Ста-
линградской битвы или на их причины, или на
их результаты, или оценки у меня имеются от-
носительно новые, как мне представляется, точки зре-
ния. Естественно, что за 15 минут эти аспекты воз-
можно только назвать и кратко проаннотировать.
Поэтому главное, что я хочу успеть, это хотя бы лишь
объяснить, откуда человек, с виду вполне нормальный,
может брать новые взгляды, а тем более — систему взгля-
дов (а я даже и так хотел бы выразиться), — и это после
того, как за 50 лет столько людей (и каких людей! — не
ему чета) все рассмотрели, разобрали, разъяснили, испра-
вили и дополнили.
Ведь ясно, что сегодня может и должна ставиться лишь
одна задача — канонизировать Сталинградскую» битву:
навести на сложившиеся толкования «хрестоматийный
глянец» и передать их потомкам в удобном для усвоения
виде. И вдруг какие-то новые аспекты!
Тем более что система новых взглядов не может возни-
кнуть без пересмотра каких-то фундаментальных сегод-
няшних представлений. А это всегда чревато... И все же я
пришел к необходимости серьезного пересмотра совре-
менной трактовки оборонительного периода Сталинград-
ской битвы, который в массовом сознании и в несколько,
может быть, упрощенном изложении представляется при-
мерно в следующем.
В труднейших условиях, сражаясь меньшими силами с
численно превосходящим их противником, советские во-
йска сдерживали натиск фашистских полчищ. Медленно
отступая, неся тяжелые потери, они изматывали врага,
нанося ему поражение, уравнивая силы. И не только ли-
шили его наступательных возможностей, но и создали ус-
ловия для выдающегося в мировой истории контрнаступ-
ления.
Вот так и думает общественность. И как апофеоз этого
сознания прозвучала фраза в одной из телепередач на
встрече ветеранов: «Вы победили там, где нельзя было
победить».
Здесь, конечно, немало правды, Но далеко не вся прав-
да. А есть и немалая «кривда».
41
Я, например, утверждаю, что вся Сталинградская битва,
от первого до последнего дня, проходила при численном
превосходстве советских войск, причем нередко и весьма
значительном. Так, уже в боях в большой излучине Дона
с 23 по 31 июля советские войска превосходили против-
ника по личному составу в 1,5 раза, по артиллерии — в 2,
а по танкам — и в 3 раза. И эти данные исследователи,
занимавшиеся Сталинградской битвой до меня, давно мог-
ли бы знать. Но они этого знать просто не хотели.
Но при принятии концепции нашего превосходства не
могут не возникнуть и новые трактовки некоторых проблем:
— что в так называемых боях на дальних подступах к
Сталинграду речь еще шла не столько об обороне города,
сколько, и главным образом, о переходе советских войск
в контрнаступление;
— что многие проваленные в те дни наступательные
операции как на Сталинградском фронте, так и на других
фронтах выдаются нам сегодня за успешные отвлекаю-
щие операции. (По принципу: а нам и не очень-то хоте-
лось...) А мы это искажение передаем по эстафете дальше
— «потомству в пример»;
— что разделение и немедленное объединение двух фрон-
тов в августе 1942 г. было не ошибкой, как это хочет пред-
ставить А. М. Василевский, и не глупостью, как это пи-
шет К. К. Рокоссовский, а явилось одним из интересней-
ших, важнейших и ответственнейших решений, продик-
тованных резкой сменой обстановки в кратчайшее врем;
— что оно знаменовало один из важнейших переломов
в ходе военных действий под Сталинградом и означало
переход к реальной борьбе за удержание города (о чем до
этого серьезно не думали);
— что влияние наступательных действий севернее Ста-
линграда на оборону города оказалось неоправданно пре-
увеличейным в силу влияния «курировавших» этот учас-
ток Г. К. Жукова и Г. М. Маленкова, не гнушавшихся для
этого иногда и откровенной ложью;
— что эта ложь обернулась неадекватными обстановке
решениями, а затем и действиями войск, а затем и совер-
шенно неоправданными лишними потерями;
— что в основе успехов немецко-фашистских войск ле-
жало не количественное преимущество, а превосходство
в маневренности, т. е. в способности быстро создавать
ударные группировки и переносить усилия с одних на-
правлений на другие, т. е. попросту — в лучшем умении
воевать;
42
— что в истории Сталинградской битвы слишком много
вранья, и ветеранам этих событий надо скорей сказать:
вы победили там, где проиграть было уже невозможно;
— что эти более правильные представления о действи-
тельных истоках силы противника позволяют и в более
правильных направлениях искать ответы на наиболее жгу-
чие вопросы;
— как случилось, что немцы, одерживая победу за по-
бедой, в конце концов оказались перед полным крахом, а
советские войска в поражениях нашли победу.
На что вообще рассчитывали немцы?
Как же строилась наша оборона? «Танковым забором»?
Так в чем же тогда истинная причина наших неудач?
Почему опоздали хотя бы с эвакуацией Сталинграда и
загубили столько тысяч людей?
В чем же тогда заслуга Г. К. Жукова, А. М. Василевско-
го и других прославленных генералов?
И так далее, и тому подобное...
Короче говоря, правильно поставленные вопросы толь-
ко и дают основания для движения подлинной, а не деко-
ративной военно-исторической науки.
Перечисленные новые трактовки, как мне кажется, не
требуют подробных разъяснений, если, конечно, принять
за истину значительное численное превосходство советс-
ких войск. Если же считать, что это превосходство — миф,
выдуманный лично мною, то, естественно, эти трактовки
лопнут как мыльные пузыри.
Поэтому доказать это — является для меня делом чести.
Для этого есть, конечно, самый простой способ: взять у
меня мои данные, потребовать указать источники их по-
явления, послать в архив человека и все проверить. И до-
лжен сказать, что начальник Института (А. Н. Баженов) и
пошел именно по этому высоко научному пути. Ну а уж
то, что такая проверка до сих пор так и не проведена...
это уж, как говорится, все равно не снижает...
А мне все же жаль. Я сегодня стою на этой трибуне как
бы под подозрением: никто не доказал, что я вру (про-
стую ругань, даже с применением средств усиления я не
признаю и отвергаю), но и обвинения с меня как бы и не
сняты.
Поэтому я постараюсь в очень краткой форме па при-
мере широко известных цифр доказать одно из наиболее
одиозных моих утверждений — о 2- и 3-кратном превос-
ходстве советских войск с самого начала Сталинградской
битвы.
43
В 5-м томе «Истории второй мировой войны» на с. 158
и 161 показано соотношение сил сторон к началу битвы.
Следующее соотношение дается уже только на 13 сентяб-
ря (с. 178). Короче говоря, именно первые цифры и’явля-
ются, по сути главным доказательством для советской и
зарубежной общественности вражеского превосходства .в
силах. Последующий текстовый материал никаким уточ-
нениям расчетов не способствует.
Я было предложил для оценки соотношения сил брать
все войска Сталинградского фронта и 6-й немецкой ар-
мии, которые в то или иное время, приняли участие в пер-
вой фронтовой оборонительной операции с 23 по 31 июля
1942 г., но поддержки не встретил. Идея учитывать соот-
ношение сил только на день начала операции продолжает
у нас превалировать. Ну да Бог с ними.
ОднакоЛ когда я стал анализировать цифровые данные
двенадцатитомника, я убедился, что они подбирались по
«комплексному» принципу: а именно — советские войска
берутся действительно на 17 июля 1942 г., а немецкие —
учитываются все, вступившие в сражение в течение всего
июля.
Так и получилось, что в составе 62-й и 63-й советских
армий действительно было около 400 танков — это абсо-
лютно честно, а в их 12 дивизиях действительно насчиты-
валось около 100 тыс. человек. Но при этом совершенно
не учтены ни 1-я или 4-я танковые армии, ни 64-я, ни
21-я, ни 57-я армии, ни артиллерийские части РГК.
В то же время численность немецко-фашистских войск
свидетельствует о другом принципе подсчета: так, 270 тыс.
человек — это численность всех немецких дивизий, всту-
пивших в сражение до 31 июля, тогда как 17 июля у не-
мцев воевало не более 30 тыс. человек и ни одного танка.
500 же танков (по 5-му тому) или же 350 танков (по
Мюллеру Гиллебранду) было во всех двух танковых (16 и
24 тд) и двух моторизованных (3 и 60 мд) немецких диви-
зиях, которые воевать стали после 20 июля. Но к этому
времени и несколько позже в сражении участвовали уже
около 1100 советских танков.
Однако, приступая к критике различных цифровых по-
казателей и некоторых текстуальных положений 5-го тома
«Истории второй мировой войны», я хочу сделать неболь-
шое заявление этического характера.
Я заявляю, что не собираюсь выступать в роли безгреш-
ного стороннего критика, тем более — в роли судьи. Заяв-
ляю, что я с большим уважением отношусь к авторам это-
го тома, без которого ни я сам, ни кто-либо другой не
44
могли бы двинуться вперед. Считаю их не только знаю-
щими, но и честными историками. Считаю правильными
и честными выведенные ими цифры. Фальсификация ис-
тории заключается не в цифрах, а в комбинации этих цифр.
Но и за эти комбинации не мне бросать в них камень.
Том вышел в свет в 1975 г., когда, как правильно пишет
генерал Гареев, «под предлогом партийности история была
подчинена господствующей политике и идеологии». Со
своей стороны добавлю, что все мы, и я в том числе, под-
чинялись этой идеологии не просто с готовностью, но и с
удовольствием.
Поэтому смысл моей критики такой: «Товарищи! Вмес-
те врали, вместе давайте находить достойный выход из
положения!» Если сегодня мы не очистим историю Ста-
линградской битвы от вранья, через время ложь все равно
всплывет, и тогда, но уже чисто по нашей вине, Сталин-
градская битва из подвига превратится в фарс. Над ней
станут насмехаться!
А возможности честного прочтения истории войны име-
ются и появляются. Интересно, что постепенно начинают
сближаться и цифровые данные наших ученых органов и
германских. И не только относительно готовых к бою груп-
пировок, но уже и потерь. Правда, пока только наших.
Так, по немецким данным, в июле в большой излучине
Дона они захватили 290 наших танков, а, по данным на-
шего ГШ, мы имели в это время безвозвратных потерь —
239 танков. Как видите, истиннур картину скоро можно
будет и выявить.
По моим подсчетам, Сталинградский фронт в июле по-
терял 450 танков, и в то же время на 1 августа снова имел
в строю более 1000 танков. Вот что значило иметь в своем
тылу два танковых завода. И только после 10 августа в
численности советских войск наступил жестокий кризис.
Но это уже тема другого разговора.
Хочу сказать, что честная история Сталинградской бит-
вы еще не написана. Вернее — написана, но в слишком
общей форме. Чтобы более глубоко разобраться в смысле
происходивших событий, есть один путь: понять, кто, с
кем, где и когда воевал. И когда мы детально поймем это,
тогда мы и поймем, чем нам можно и нужно гордиться.
А гордиться нам есть чем.
Сталинград — это наша слава!
Ценой огромного напряжения сил и невероятных ли-
шений, ценой крови и жизни тысяч молодых и пожилых,
но полных сил и надежд советских воинов, ценой страда-
ний населения и напряженного труда тружеников тыла у
45
стен Сталинграда было не просто остановлено вражеское
наступление. Нет! Здесь было отражено НАШЕСТВИЕ.
Перейдя в наступление, советские воины проявили во-
инское мастерство, а командиры продемонстрировали
высокое военное искусство, умение вести маневренную
войну. Была окружена, пленена и частично уничтожен#
крупнейшая вражеская группировка. Противник был от-
брошен на сотни километровой контрнаступление пере-
росло в общее наступление советских войск на юго-за-
падном стратегическом направлении. Победили советские
люди, советская техника: танки, артиллерия, авиация. По-
бедила советская экономика.
Сталинград — это и наша школа!
Мы не забудем, что героического Сталинграда, как ог-
ромного поля боя, просто не должно было быть. Советс-
кие войска имели возможности, но не сумели остановить
врага летом 1942 года ни под Харьковом, ни под Вороне-
жем, ни в Донбассе, ни на берегах Тихого Дона, и на за-
щиту Сталинграда пришлось развертывать новые армии,
новые дивизии, новые танковые корпуса. Пришлось со-
здавать фронт заново.
Но нельзя забывать и того, что именно те пехотинцы,
танкисты, артиллеристы, воины всех родов войск, кото-
рые летом отступали от Харькова, Воронежа, Ростова, —
именно они, собранные и переформированные на Оке, на
Волге, на Урале, и составили потом костяк тех дивизий,
танковых бригад, артиллерийских полков и дивизий, ко-
торые, перейдя в контрнаступление, вместе с защитника-
ми города разгромили захватчиков.
Тысячи бойцов и командиров, в свое время оставивших
родную землю врагу, получили после Сталинграда право
честно посмотреть в глаза своим семьям и соотечествен-
никам. Красная Армия стала по-настоящему кадровой,
профессиональной и победоносной.
Сталинград — это наша и боль!
В жестокой, «немилосердной той войне» Сталинградс-
кая битва была одной из наиболее кровопролитных. 479
тысяч человек потеряли только войска фронтов сталин-
градского направления. Более 650 тысяч были ранены.
Погибли сотни тысяч и мирных жителей, дорогих нам всем
сталинградцев. Горечь утраты и светлую память о них на-
вечно сохранит Россия.
Сталинград — это и наше сострадание!
Священная ненависть к захватчикам помогла советско-
му народу выдержать, а его Вооруженным Силам — выиг-
рать тяжелейшую войну. Даже свою освобожденную Ро-
46
дину мы видели разоренной и поруганной, и мы жаждали
мщения. И после Сталинградской битвы, видя в кадрах
кинохроники измученных немецких военнопленных, мы
радовались страданиям этих людей, принесших горе и сле-
зы на нашу Родину. Но сегодня мы понимаем, что и не-
мецкому народу пришлось до дна испить горькую чашу
войны. Мы признаем, что немецкие солдаты под Сталин-
градом сделали и выдержали больше того, что было в че-
ловеческих силах. И, движимые естественными челове-
ческими чувствами понимания и прощения, мы склоня-
ем головы перед мучениями тех, кто — не по своей вине и
воле — надорвался под этой непосильной ношей.
Вот и все новые аспекты. Их не так уж и много. Понять,
почему мы терпели поражения там, где нужно было толь-
ко побеждать, и чуточку по-иному оценить значение на-
ших успехов, не отрекаясь от величия достигнутой нашим
народом действительно великой победы.
И ничего сверх того.
Полковник А. С. Князьков,
кандидат исторических наук
СТРАТЕГИЧЕСКОЕ ПЛАНИРОВАНИЕ
ВОЕННЫХ ДЕЙСТВИЙ
ПРОТИВОБОРСТВУЮЩИМИ
СТОРОНАМИ НА ЛЕТО 1942 г.
Летне-осенняя кампания 1942 г., составной
частью которой было оборонительное сраже-
ние под Сталинградом, стала второй военной
кампанией, когда наш народ и его Вооружен-
ные Силы вновь испытали горечь поражений тяжелого
отступления. Они еще в меньшей степени обуславли-
вались обстановкой, чем поражение, понесенное ле-
том 1941 г. Их главной причиной были ошибки Вер-
ховного Главнокомандования в планировании военных
действий на весну и лето 1942 г.
1942 г. начинался для Советского Союза с больших ожи-
даний. Из декабря в январь шагнуло контрнаступление
советских войск под Москвой, переросшее в общее на-
ступление на фронте от Ладожского озера до Черного моря.
Оно развивалось с большим напряжением с начала янва-
ря до середины марта 1942 г. и в апреле окончательно за-
глохло.
С весны обе стороны стремились использовать спад на-
пряжения на фронте для восстановления сил и боеспо-
47
собности войск, осуществления перегруппировок, выра-
ботки целесообразных решений на проведение предстоя-
щей военной кампании.
К этому времени мощь немецких вооруженных сил на-
ходилась ниже уровня 1941 г. По оценке Гальдера, в связи
с большими потерями вермахта в личном составе на Вос-
точном фронте с начала нападения на СССР до апреля
1942 г. группа армий «Юг» снизила свою боеспособность
на 50%, а другие группы армий — не менее чем на 65%.1
Экономические ресурсы Германии оказались также в зна-
чительной степени истощенными. Однако гитлеровское
военно-политическое руководство не могло и не хотело
извлечь правильные выводы из создавшегося положения.
Оно по-прежнему было убеждено, что летом ему удастся
взять реванш за проигранные сражения, вновь овладеть
стратегической инициативой и победоносно завершить
войну против СССР в 1942 г.
До возобновления активных действий на Восточном
фронте Германия смогла путем ряда чрезвычайных мер
не только пополнить свои сухопутные войска более чем
на полмиллиона человек,2 но и увеличить численность вер-
махта. Одновременно немецкое командование в значи-
тельно больших размерах, чем в 1941 г., привлекло на Вос-
точный фронт войска Италии, Румынии, Венгрии. Общее
количество соединений врага (с учетом войск союзников
Германии) было доведено до 217 дивизий и 20 бригад. Осо-
бенно хорошо была укомплектована группа армий «Юг».
Сосредоточенные в ней силы значительно превосходили
советские войска Юго-Западного направления.
Стратегический замысел новой наступательной кампа-
нии на Востоке был сформулирован в директиве ОКВ №
41 от 5 апреля 1942 г., а затем конкретизирован в директи-
вах № 44 и 45, подписанных в июле. Немецкое командова-
ние было уже не в состоянии вести наступление сразу на
трех стратегических направлениях, как это было летом 1941 г.
Поэтому оно решило главный удар нанести на южном крыле
фронта и далее расширять зону наступления к северу. В
директиве № 41 указывалось: «Сохраняя положение на цен-
тральном участке, на севере взять Ленинград и установить
связь на суше с финнами, а на южном фланге фронта осу-
ществить прорыв на Кавказ».3 Причем захвату Кавказа при-
давалось первостепенное значение.
На совещании, состоявшемся в Полтаве 1 июня 1942 г.
в штабе группы армий «Юг», Гитлер заявил: «Моя основ-
ная мысль — занять область Кавказа, возможно, основа-
тельно разбив русские силы... Если я не получу нефть из
Майкопа и Грозного, я должен буду прекратить войну».4
48
Другими словами, с точки зрения Гитлера существовали
цели, которые должны были быть достигнуты в 1942 году
любой ценой, если рейх хочет не упустить возможности
выдержать длительную войну? Так родилась стратегия
поневоле. Предполагалось также, что прорыв на Кавказ
позволит Германии не только устранить острую потреб-
ность в жидком топливе, но и подтолкнет Турцию к во-
йне против Советского Союза, обеспечит плацдарм для
вторжения вермахта в страны Среднего и Ближнего Вос-
тока, откроет путь в Индию, лишит СССР связи с внеш-
ним миром через Кавказ и Иран.
«Главное наступление» намечалось осуществить нанесе-
нием ряда дополняющих друг друга последовательно рас-
пределенных с севера на юг ударов с таким расчетом, чтобы
в каждом из них на решающих участках было сконцентри-
ровано как можно больше сухопутных войск и авиации.
Сначала планировался прорыв из района южнее Орла
на Воронеж. После этого части пехотных соединений над-
лежало создать мощный оборонительный рубеж для обес-
печения ударной группировки с севера, а подвижным со-
единениям развить стремительное наступление на юг по
течению Дона на встречу с войсками, наносящими второй
удар из района Харькова на восток. Затем предусматри-
вался третий удар из района Таганрога, Артемовска в вос-
точном направлений с тем, чтобы эти силы соединились
западнее Сталинграда с войсками, наступающими вдоль
Дона. Отсюда должно быть развито наступление на Се-
верный Кавказ с нанесением обеспечивающего удара на
Сталинград с целью его захвата или разрушения находя-
щихся здесь центров военной промышленности и узлом
коммуникаций.
Одновременно группой армий «Центр» по указанию ОКХ
были спланированы и осуществлены дезинформирующие
мероприятия под кодовым названием «Кремль». Их цель
— создать у советского командования впечатление, что
немцы собираются наносить главный удар не на юге, а в
центре советско-германского фронта на московском на-
правлении, — во многом удалась.
Войска противника, кроме этого, должны были в тече-
ние весны провести ряд частных операций по овладению
Крымом, барвенковским выступом советских войск, их
плацдармами северо-западнее Новгорода и на московс-
ком направлении, что должно было выровнить линию
фронта, улучшить оперативное положение войск и создать
условия для осуществления «главной операции».
4 Зак. №65
49
Время проведения операции на севере, по захвату Ле-
нинграда и Кировской железной дороги, ставилось в за-
висимость от развития обстановки на юге, наличия вы-
свобождающихся сил и средств.
Таким образом, расчет строился на том, что потеря не-
фти Кавказа, плодородных районов Дона и Кубани, про-
мышленных центров Донбасса и Сталинграда заставит
СССР прекратить сопротивление. «Война будет решена
на востоке», — так сформулировал Гальдер 28 марта 1942 г.
итог большого обсуждения оперативной обстановки, под-
готовившего директиву № 41.6
Анализ стратегического планирования немецкого коман-
дования показывает, что в нем были уязвимые места. Сам
замысел глубокого наступления на одном фланге без силь-
ного давления на центр оперативного построения войск
противника противоречил теории военного искусства.7
Кроме того, наступающая сторона оказывалась между Чер-
ным морем и мощной группировкой советских войск, на-
ходящейся в центре. А если учесть, что сухопутный фланг
ударной группировки должны были обеспечивать в основ-
ном войска союзников Германии, боеспособность кото-
рых, по оценке немецкого командования, была значитель-
но ниже вермахта, то весь план выглядел весьма зыбко.
Но самое главное заключалось в том, что немецкое ко-
мандование, планируя разгром Советского Союза в ходе
летнего наступления 1942 г., грубо недооценило огром-
ные возможности противоборствующей стороны в восста-
новлении и наращивании своих сил.
На самом деле Советский Союз, несмотря на потерю
значительной части территории с высокоразвитой про-
мышленностью и продуктивным сельским хозяйством,
смог так организовать военное производство, что оно во
втором полугодии дало военной техники больше, чем во-
енное производство Германии, хотя еще в начале года
сильно в этом деле отставал от нее. Улучшились и качес-
твенные показатели советской военной техники. Все это
позволило восполнить потери и поднять боевую мощь
Советских Вооруженных Сил.
Совершенствовалась организационная структура армии
и сил флота. Начали создаваться танковые корпуса и ар-
мии, авиация фронтов объединялась в воздушные армии,
в войсках противовоздушной обороны страны формиро-
вались армии и фронт ПВО. Большое внимание уделя-
лось созданию стратегических резервов, активизации парт-
изанского движения в тылу врага. Но все же советские
войска не имели технического превосходства над про-
50
ти в ником, уступали ему в подвижности. Командный состав'и
штабы только приобретали опыт ведения современной войны.
Вместе с тем военно-политическая обстановка для СССР
продолжала-оставаться весьма сложной. Враг блокировал
Ленинград и все еще находился в 150 км от Москвы. Про-
цесс перестройки экономики на военный лад не завершился,
войска испытывали большой недостаток в технике, воору-
жении и особенно остро — в боеприпасах. Второго фронта
в Европе не было, и Советский Союз по-прежнему нес
основную тяжесть борьбы с фашистской Германией и ее
союзниками. Сохранялась реальная угроза нападения со
стороны Японии и Турции. Красная Армия, хотя и одер-
жала зимой внушительную победу под Москвой, но и сама
в жестоких сражениях оказалась сильно ослабленной, ее
стратегические резервы всех родов войск были почти пол-
ностью израсходованы или находились в стадии формиро-
вания. В численности личного состава у войск противника
по-прежнему сохранялось превосходство.
В этих условиях, казалось бы, надо было закрепиться на
достигнутых зимой рубежах, оправиться от понесенных
потерь, в тылу страны завершить создание стратегических
резервов, реорганизовать войска, снабдить их новой тех-
никой и только после этого думать о большом наступле-
нии. Но И. Сталин рассуждал иначе.
В конце февраля он был уверен, что в ходе зимних сра-
жений германская армия «оказалась перед катастрофой»,
«инициатива в наших руках и потуги разболтанной ржа-
вой машины Гитлера не могут сдержать напор Красной
Армии».8 Такие выводы скорее всего вытекали из тех дан-
ных, которые представляло Главное разведывательное уп-
равление. Так, по данным ГРУ, вооруженные силы Гер-
мании с 22 июня 1941 г. по 1 марта 1942 г. потеряли 6,5 млн.
человек, в том числе сухопутная армия — 5,8 млн. чело-
век. Хотя на самом деле общие потери сухопутных войск
за это время составили не многим более 1 млн. человек.9
И хотя в марте-апреле обстановка во многом проясни-
лась, И. Сталин по-прежнему недооценивал силы и воз-
можности германской армии, до конца не осознавал, с
каким сильным противником он имеет дело, и в перво-
майском приказе поставил перед Советскими Вооружен-
ными Силами трудно выполнимую задачу: добиться того,
чтобы 1942 г. стал годом окончательного разгрома немец-
ко-фашистских войск и освобождения советской земли
от гитлеровских мерзавцев».10 Эта не отвечающая реаль-
ной обстановке на фронте и возможностям страны цель
51
была положена в основу оперативно-стратегического пла-
нирования предстоящей военной кампании.
К этому времени у советского военного руководства сло-
жилось твердое убеждение в том, что с окончанием весен-
ней распутицы противник предпримет новое большое на-
ступление с целью взять реванш за проигранные зимние
сражения. Об этом говорили и данные всех видов развед-
ки. Ее органы еще 18 февраля доложили в Генеральный
штаб, что Германия готовится «к решительному наступле-
нию на Восточном фронте, которое развернется вначале
на южном секторе и распространится в последующем к се-
веру... Наиболее вероятный срок весеннего наступления —
середина апреля или начало мая 1942 г.»11 В разведдонесе-
нии от 23 марта раскрывалась цель предстоящего наступ-
ления: «Главный удар будет нанесен на южном участке с
задачей прорваться через Ростов к Сталинграду и на Се-
верный Кавказ, а оттуда — по направлению к Каспийско-
му морю. Этим путем немцы надеются достигнуть источ-
ников кавказской нефти...»12 Но данные разведки, как и
предупреждения союзников, получаемые по дипломатичес-
ким каналам, в полной мере в расчет приняты не были.
Сталин не исключал в своих прогнозах возможность
наступления противника на юге, но вместе с тем считал,
что главные события летом 1942 г., как это было прошед-
шей осенью и зимой, развернутся вокруг Москвы. Такое
предположение, судя по всему, основывалось на том, что в
центре противник держал свою самую большую группи-
ровку — более 70 дивизий. Учитывалось важное стратеги-
ческое, военно-политическое и экономическое значение
всего московского региона. Считалось, что удары на дру-
гих стратегических направлениях не могли обеспечить не-
мцам победоносное, а главное, быстрое завершение войны.
Одновременно в расчет принимали и данные разведки, ко-
торые наступление на Москву полностью не исключали.13
Большинство членов Ставки, ГШ, командующие фрон-
тами были согласны с выводами Сталина. Лишь генерал
армии Г. К. Жуков высказывал предположение о нанесе-
нии противником главного удара на юге,14 но отстоять свою
точку зрения не смог. Видимо, и над ним еще давлел ав-
торитет «мудрого и всезнающего» вождя...
Таким образом, как и летом 1941 г., Советское Верхов-
ное Главнокомандование неверно оценило возможное
направление главного удара гитлеровских войск в пред-
стоящей кампании. Характерно, что даже в ноябре 1942 г.,
когда противник осуществил глубокий прорыв на Кавказ
и стоял у стен Сталинграда, Верховный Главнокомандую-
52
щий по-прежнему утверждал, что продвижение немцев на
юг в сторону нефтяных районов является не главной, а
вспомогательной целью, а их основная задача — «отвлече-
ние наших главных резервов на юг и ослабление Москов-
ского фронта».15
Трудно с точностью сказать, что было в этом заявлении
больше: характерная для Сталина убежденность в непогре-
шимости собственных суждений или желание оправдаться
перед народом за безграмотные решения, приведшие к но-
вым колоссальным человеческим жертвам и страданиям.
От ошибочного прогноза Ставки относительно главного
удара противника логически потянулась нить к недооцен-
ке южного направления. Стратегические резервы — ос-
новное средство влияния стратегического руководство на
ход вооруженной борьбы — были распределены в районах
Тулы, Воронежа, Сталинграда, Саратова, казалось бы, пра-
вильно, с расчетом возможности их использования в за-
висимости от развития обстановки на западном или юго-
западном направлениях. Но на юго-западное направление
сил стратегических резервов было выделено гораздо мень-
ше, чем на западное. Это в дальнейшем также имело дале-
ко идущие отрицательные последствия.
Разработка решения о наиболее целесообразных действи-
ях войск с учетом конечной политической цели — разгро-
ма врага и освобождения всей оккупированной террито-
рии в 1942 г. — была начата сразу же после завершения
зимней кампании.
Генеральный штаб, всесторонне оценив обстановку, пред-
лагал провести ее в два этапа. На первом этапе считалось
целесообразным ограничиться стратегической обороной на
всем советско-германском фронте, сорвать предполагаемое
наступление врага. Этот замысел с необходимыми опера-
тивными расчетами был представлен Верховному Главно-
командующему начальником Генерального штаба марша-
лом Б. М. Шапошниковым в середине марта 1942 г.
Были и другие предложения. Например, Г. К. Жуков
рекомендовал в рамках стратегической обороны в начале
лета провести частную наступательную операцию на за-
падном направлении, чтобы разгромить ржевско-вяземс-
кую группировку противника, отбросить врага от Моск-
вы, улучшить оперативное положение войск. Командую-
щий Юго-Западным направлением маршала С. К. Тимо-
шенко обосновывал необходимость уже в мае осуществить
широкомасштабную операцию на юге силами Юго-Запад-
ного, Южного и Брянского фронтов с целью разгрома всего
южного крыла противника и выхода наших войск на ру-
53
беж Гомель — Киев — Черкассы — Первомайск — Нико-
лаев.16
Окончательный вариант плана Советских Вооруженных
Сил на весну и лето 1942 г. был рассмотрен и утвержден
на совместном заседании Ставки и ГКО 28 марта. Обсто-
ятельный доклад о возможном характере действий Крас-
ной Армии летом 1942 г. сделал Б. М. Шапошников. Он
подтвердил мнение Генерального штаба о необходимости
в ближайшее время ограничиться активной стратегичес-
кой обороной, сосредоточить основные резервы Ставки,
не вводя их в дело, на центральном направлении и час-
тично под Воронежем, из района которого ожидался удар
противника в обход Москвы с юго-запада. Одновременно
докладчик не согласился с предложением С. К. Тимошен-
ко, считая, что для проведения большой операции на юго-
западном направлении у советского командования не име-
лось необходимых резервов и материальных средств. Ша-
пошников также обратил внимание на большую опасность
планирования наступления из «оперативного мешка» —
барвенковского выступа, обращенного в сторону против-
ника, в котором находилась значительная часть войск Юго-
Западного и Южного фронтов.
«Не сидеть же нам в обороне сложа руки и ждать, пока
немцы нанесут удар первыми! — выразил несогласие Ста-
лин. — Надо самим нанести ряд упреждающих ударов на
широком фронте и прощупать готовность противника».17
Тимошенко, доказывавшего, что его войска, безуслов-
но, могут и должны нанести мощный удар на юге, рас-
строив наступательные планы противника, и захватить
инициативу, поддержали В. М. Молотов, К. Е. Вороши-
лов, Л. П. Берия. Остальные участники обсуждения в знак
согласия кивали головами.18
Лишь Жуков и присутствовавший на совещании пред-
седатель Госплана СССР Н. А. Вознесенский выразили
сомнение в возможности осуществления крупных упреж-
дающих операций на юге без дополнительного усиления
войск Юго-Западного направления крупными резервами.
Жуков предлагал создать эти резервы за счет переброски
войск и техники с западного и северо-западного направ-
лений, а действующие там фронты временно посадить в
оборону. Сталин не согласился с этими доводами пол-
ностью, но дал разрешение С. К. Тимошенко на проведе-
ние силами и средствами самого Юго-Западного направ-
ления более узкой операции по разгрому харьковской груп-
пировки противника и приказал Генштабу считать эту опе-
54
-рацию внутренним делом самого направления и ни в ка-
кие вопросы но ней не вмешиваться.
Совещание в Ставке закончилось тем, что Сталин в це-
лом поддержал предложение Генерального штаба о пере-
ходе действующей армии к стратегической обороне, но
одновременно отдал распоряжение на проведение в бли-
жайшее время на фронте от Мурманска до Севастополя
целой серии частных наступательных операций. Плани-
ровалось на севере восстановить границу с Финляндией,
деблокировать Ленинград, разгромить демянскую, ржевс-
ко-вяземскую, орловскую, харьковскую группировки вра-
га и освободить Крым. Таким образом, большинство фрон-
тов при общей установке на ведение стратегической обо-
роны получили активные задачи. Но их действия, как и
при планировании наступления зимой 1942 г., не были в
достаточной степени согласованы между собой как по
времени, так и по цели. Имевшихся в распоряжении Став-
ки сил и средств для осуществления такого масштабного
замысла было явно недостаточно, и они оказались распы-
ленными. Рассеивалось и внимание командования, кото-
рое не могло сориентироваться, что в этом плане главное
— оборона или наступление. И это отражалось на их со-
бственных решениях на операцию и бой. Как показали
дальнейшие события, решение, обороняясь, наступать было
опасным просчетом, который чуть ли не привел Красную
Армию летом 1942 г. к катастрофе.
Таким образом, при планировании военных действий
на лето 1942 г. обе стороны допустили грубейшие просче-
ты в оценке обстановки и прогнозировании событий.
Планы военно-политического руководства фашистской
Германии на победоносное завершение войны против
СССР в 1942 г. были нереальными, задачи — невыполни-
мыми. Немецкому народу дорогой ценой пришлось пла-
тить за авантюризм Гитлера и его клики. Ошибки гитле-
ровского руководства оказались роковыми для Германии.
Советский Союз, пережив трагические неудачи, смог вы-
стоять.
Тщательно проанализировав операции лета и осени 1942 г.
и своевременно обобщив боевой опыт, Советские Воору-
женные Силы изжили имевшиеся ранее недостатки в об-
ласти подготовки и ведения как оборонительных, так и
наступательных операций, закалились в борьбе, повыси-
ли свое военное искусство, вырвали стратегическую ини-
циативу из рук противника и из армии обороняющейся
превратились в армию наступающую.
55
1. Das Deutcshe Reich und der Zweite Weltkrieg, Bd. 6,
Deutsche Verlage-Anstalt, Stuttgart, 1990. S. 780.
2. Das Deutsche Reich und der Zweite Wektkrieg, Bd. 6
S. 780.
3. «Совершенно секретно. Только для командования!»
Стратегия фашистской Германии в войне против СССР:
Документы и материалы. М., 1967. С. 380.
4. Das Deutsche Reich und der Zweite Wektkrieg, Bd. 6,
S 783
5. Ebenda. S. 783.
6. Ebenda, S. 762.
7. Лиддел Гарт Б. Вторая мировая война: Пер. с англ.
М., 1976. С. 239.
8. Сталин И. О Великой Отечественной войне Совет-
ского Союза. М., 1953. С. 44.
9. Архив Института военной истории МО Российской
Федерации. Документы и материалы. Инв. № 904. С. 347.
10. Сталин И. О Великой Отечественной войне Совет-
ского Союза. С. 57—58.
11. История второй мировой войны 1939—1945. М., 1975.
Т. 5. С. 112.
12. Там же.
13. Там же.
14. Маршал Жуков: Каким мы его помним. М., 1988.
С. 227.
15. Сталин И. О Великой Отечественной войне Совет-
ского Союза. С. 65.
16. Василевский А. М. Дело всей жизни. М., 1984.
С. 167.
17. Жуков Г. К. Воспоминания и размышления. М., 1990.
Т. 2. С. 277-278.
18. Маршал Жуков: Каким мы его помним. С. 229.
Генерал-майор В. Т. Иминов, профессор
ПОДГОТОВКА И ВЕДЕНИЕ
КОНТРНАСТУПЛЕНИЯ СОВЕТСКИМИ
ВОЙСКАМИ В СТАЛИНГРАДСКОЙ битве
Раскрыть в полном объеме в коротком сооб-
щении содержание вопроса, по которому мне
предложено выступить на конференции, конеч-
но же, не представляется возможным. Поэто-
му я остановлюсь лишь на некоторых моментах подго-
товки и ведения контрнаступлений, тех прежде всего,
которые являются для нас поучительными и сохранили
сдою актуальность до настоящего времени.
Здесь уже отмечалось, что подготовка контрнаступле-
ния на сталинградском направлении осуществлялась в
чрезвычайно сложных условиях — в ходе ожесточенных
оборонительных сражений. При, этом Верховному Глав-
нокомандованию, командованию фронтов и армий при-
шлось в труднейшей обстановке решать целый ряд про-
блем. И в первую очередь таких сложных, как планирова-
ние операции, сосредоточение в район предстоящих дей-
ствий крупных резервов Ставки ВГК, материально-тех-
нических ресурсов; создание ударных группировок во
фронтах и армиях; организация четкого взаимодействия
между фронтами (армиями), родами войск и видами Во-
оруженных Сил; обеспечение скрытности проведения всех
подготовительных мероприятий, и др.
Необходимо отметить, что замысел и план контрнас-
тупления являлись плодом совместной творческой дея-
тельности Ставки ВГК, Генерального штаба, командую-
щих и штабов видов ВС, родов войск, а также военных
советов и штабов фронтов сталинградского направления.
Однако основная роль в планировании и обеспечении
операции принадлежала Ставке, ее представителям и Ге-
неральному штабу; Известно, что идея окружения и раз-
грома немецко-фашистских войск в междуречье Волги и
Дона зародилась в Ставке ВГК еще в первой половине
сентября 1942 г. Принципиальное решение о контрнас-
' туплении было принято 13 сентября, а окончательное, с
утверждением общих отметок коперативного плана, — в
конце этого месяца. В обоих случаях принятию решений
предшествовало обсуждение в Ставке докладов генералов
Г. К. Жукова и А. М. Василевского, дважды выезжавших в
район Сталинграда для изучения на месте обстановки и
выработки сначала соображений по общему замыслу кон-
57
трнаступления, а затем — более конкретных предложе-
ний по плану операции. Одновременно с утверждением в
основном плана контрнаступления были приняты реше-
ния и по организации управления войсками в предстоя-
щей операции. В частности, Сталинградский и Юго-Вос-
точный фронты, руководство которыми ранее осуществ-
лял командующий Юго-Восточным фронтом, переимено-
вывались соответственно в Донской и Сталинградский с
непосредственным подчинением их Ставке. В полосе сред-
него течения Дона создавайся новый фронт — Юго-За-
падный.
Военные советы и штабы названных фронтов к практи-
ческой работе по планированию контрнаступления были
привлечены в первых числах октября. В эти дни они че-
рез представителей Ставки были в общих чертах ознаком-
лены с замыслом операции и получили указания разрабо-
тать конкретные предложения о наиболее целесообраз-
ном использовании в ней сил и средств фронтов. Такие
предложения были подготовлены и к 9 октября представ-
лены в Ставку. Все они были внимательно изучены и обоб-
щены в Генеральном штабе. Одновременно в централь-
ных управлениях Наркомата обороны, штабах родов войск
и видов Вооруженных Сил разрабатывались принципи-
альные вопросы боевого применения в контрнаступлении
авиации, артиллерии, бронетанковых и механизирован-
ных войск, а также материально-технического обеспече-
ния операции. Во второй половине октября разработка
плана, контрнаступления была в основном завершена.
Одновременно с разработкой плана операции Ставка
осуществляла целый комплекс практических мероприя-
тий по подготовке контрнаступления. Так, с 1 октября по
20 ноября, несмотря на трудности (слаборазвитая сеть
коммуникаций, распутица, подъем вследствие осеннего
ледостава уровня воды в реках, воздействие авиации про-
тивника и др.), из резерва Ставки на усиление фронтов
сталинградского направления и с целью создания в них
ударных группировок были переброшены: 5-я танковая
армия, 10 стрелковых дивизий, 6 стрелковых бригад, 3 тан-
ковых, 1 механизированный и 2 кавалерийских корпуса,
17 отдельных танковых бригад и полков, 75 артиллерийс-
ких и минометных полков1 Состав ВВС фронтов был до-
веден до 25 авиадивизий, имевших свыше 1100 самолетов
(без ПО-2).2 Все прибывшие соединения и части Ставка
распределила между’ фронтами. В результате они получи-
ли в общей сложности 900 танков, 13,5 тыс. орудий и ми-
нометов, 1250 установок РА, 1,1 тыс. зенитных орудий.3
58
Одновременно с сосредоточением войск из резерва Ставки
были проведены и внутрифронтовые перегруппировки.
Отсутствие общего ощутимого превосходства над про-
тивником потребовало от советского командования ре-
шительного массирования сил и средств на направлениях
главных ударов фронтов. Эта проблема решалась путем
смелого ослабления второстепенных участков, что стало
возможным благодаря хорошему знанию положения и
намерений противника.
Так, на Юго-Западном фронте, действовавшем в пол-
осе 250 км, на участках прорыва наносивших главный удар
5-й танковой и 21-й армий общей шириной 22 км (9%
протяженности фронта) было сосредоточено 50% стрел-
ковых дивизий (9 из 18), около 85% артиллерии усиления
и вся РА, 100% танковых и кавалерийских корпусов (3 тк
и 2 кк). В интересах главной ударной группировки фрон-
та действовала вся авиация: 17-я ВА, 2-я ВА Воронежско-
го фронта и авиация ДД.
На Сталинградском фронте ширина участков прорыва
равнялась 40 км,, или 9% общей протяженности линии
фронта. Здесь были сосредоточены две трети стрелковых
дивизий (8 из 12) 64-й, 57-й и 51-й армий, действовавших
на направлении главного удара фронта. 5 Здесь же развер-
тывались механизированный, танковый и кавалерийский
корпуса фронта, а также основная масса артиллерии.5 Дей-
ствия ударной группировки фронта должны были поддер-
жать почти все силы 8-й воздушной армии.
В результате столь решительного массирования сил и
средств на направлениях главных ударов войск Юго-За-
падного и Сталинградского фронтов было создано значи-
тельное превосходство над противником: в людях — в 2—
2,5 раза, в артиллерии и танках — в 4—5 и более раз.6
Следует отметить, что в таком объеме осуществленный в
период подготовки контрнаступления принцип массиро-
вания сил и средств на направлениях главных ударов не
применялся еще ни в одной из предшествующих наступа-
тельных операций.
В связи с большим размахом контрнаступления и учас-
тием в нем крупных масс войск и боевой техники исклю-
чительно важное значение придавалось решению пробле-
мы организации четкого взаимодействия. В октябре и осо-
бенно в первой половине ноября под руководством
представителей Ставки ВГК генералов Г. К. Жукова,
А. М. Василевского, Н. Н. Воронова во фронтах и арми-
ях была проделана в этом направлении огромная работа.
На картах, макетах местности и непосредственно на са-
59
мой местности уяснялись цели операции, согласовыва-
лись усилия фронтов и армий, стрелковых войск, артил-
лерии, танков и авиации при прорыве обороны, развитии
наступления в глубине, уточнялись рубежи ввода в сра-
жение подвижных соединений, полосы их наступления,
порядок его огневого, материально-технического обеспе-
чения и т. д.
Во многом по-новому решалась при подготовке кон-
трнаступления проблема боевого применения видов Во-
оруженных Сил и родов войск, в первую очередь артилле-
рии и авиации. Однако позвольте на этом не останавли-
ваться, т. к., думается, все эти вопросы будут подробно
раскрыты в других сообщениях.
Центральной проблемой командования, штабов и войск
было обеспечение скрытности подготовки контрнаступ-
ления. Чтобы ввести противника в заблуждение и достичь
внезапности, проводился целый комплекс дезинформа-
ционных и маскировочных мероприятий, направленных
на сохранение в тайне замысла операции, перегруппиро-
вок войск, времени и места нанесения ударов.
В целях достижения стратегической внезапности Став-
ка ВГК направила во фронты сталинградского направле-
ния незашифрованные директивы, предписывавшие пре-
кратить все частные наступательные операции и перейти
к жесткой обороне. Расчет был сделан на то, что эти ди-
рективы станут известны гитлеровской разведке.
В то же время Верховное Главнокомандование рассчи-
тывало создать у противника впечатление, что широкое
зимнее наступление советских войск начнется не на юж-
ном крыле советско-германского фронта, а на централь-
ном — западном направлении. Этому должно было спо-
собствовать наличие на нем крупных сил Красной Армии
(до 30%)' и проведение ими частных наступательных опе-
раций. Подтверждать версию должно было и то обстоя-
тельство, что значительная часть стратегических резервов
Ставки осенью 1942 г. формировалась и располагалась
восточнее и юго-восточнее Москвы: в районах Тамбова,
Балашова и Саратова (некоторые из этих районов были
установлены разведкой противника).8
Все подготовительные мероприятия проводилйсь при
соблюдении строжайшей секретности. Переписка, даже
шифрованная, и телефонные переговоры, касающиеся
предстоящей операции, были категорически запрещены;
распоряжения отдавались в устной форме и только не-
посредственным исполнителям; в условиях открытой, без-
лесной местности сосредоточение и перегруппировки
60
войск проводились в основном ночью и в ненастную по-
году. Радиостанции работали на прием. Районы располо-
жения войск, коммуникации, переправы надежно прикры-
вались от воздушной разведки и ударов немецкой авиа-
ции истребителями и наземными средствами ПВО.
Сохранению в тайне замыслов готовившихся операций
способствовало также пребывание на фроцтах представи-
телей Ставки ВГК. Они решали на местах, без переписки
с Генеральным штабом и командованием фронтов, не толь-
ко вопросы организации взаимодействия, но и другие при-
нципиальные вопросы планирования и непосредственной
подготовки операций.
Цель мероприятий советского командования была до-
стигнута. Ему удалось скрыть не только мощь и направле-
ния готовившихся ударов, но и время перехода в контрнас-
тупление. Об этом свидетельствуют и документы немец-
кой разведки, и оценка командованием вермахта положе-
ния на советско-германском фронте, и стабильность груп-
пировки вражеских войск перед контрнаступлением.
Что касается ведения контрнаступления, то здесь хоте-
лось бы коротко, буквально тезисно, остановиться на ряде
моментов, свидетельствующих о высоком военном искус-
стве советского командования и войск.
1. Контрнаступление под Сталинградом — одна из круп-
нейших стратегических наступательных операций, кото-
рая включала в себя целый комплекс наступательных опе-
раций. Они проводились последовательно по единому за-
мыслу Ставки ВГК. Различие целей, преследовавшихся в
этих операциях, предопределило разнообразие избранных
способов разгрома противника. Если в операции «Уран»
группировка противника окружалась нанесением мощных
ударов по сходящимся направлениям, то в операции «Ма-
лый Сатурн» разгром группы армий «Дон» на внешнем
фронте окружения осуществлялся сочетанием ударов во
фланг, тыл и с фронта. В операции «Кольцо» окруженная
группировка рассекалась и уничтожалась по частям.
На первом этапе контрнаступления глубина фронтовых
операций составляла 100—140 км, на втором (для Юго-За-
падного фронта) — более 200 км и на третьем этапе — 80 км.
2. Контрнаступление под Сталинградом имело большой
размах и преследовало решительные цели:
— оно проводилось на фронте 650 км с привлечением
крупных сил: здесь действовали три фронта, имевшие в
своем составе 14 общевойсковых, одну танковую и четыре
воздушных армии, а также значительное количество от-
дельных танковых и механизированных корпусов;
61
— средний темп наступления для стрелковых войск со-
ставил 10—15 км, а танковых и механизированных соеди-
нений — 20—30 км в сутки. При развитии успеха темпы
наступления танковых корпусов достигали в отдельные дни
40—70 км в сутки. Причем иногда они действовали в отры-
ве от главных сил на удалении 100—120 км (24-й и 25-й тк);
— в этом контрнаступлении более эффективно, чем в
предыдущих наступательных операциях, прорывалась обо-
рона противника;
— перед началом контрнаступления, чтобы вскрыть сис-
тему огня и передний край обороны противника, войска
Юго-Западного и Сталинградского фронтов провели раз-
ведку боем. Последняя осуществлялась усиленными стрел-
ковыми ротами и батальонами при поддержке артилле-
рии. С тем, чтобы не раскрыть противнику время начала
операции, разведка боем проводилась разновременно: в
5-й танковой армии — за два дня до общего контрнаступ-
ления, в 21-й армии — за пять суток, а в 51-й армии — за
десять суток;
— оборона прорывалась на узких участках фронта, ко-
торые составляли 8—9% общей протяженности ширины
полос наступления фронтов. На участках прорыва за счет
массирования сил и средств создавалось значительное
превосходство в живой силе, артиллерии и танках над обо-
роняющимся противником;
— главную роль в прорыве обороны сыграли стрелковые
дивизии первых эшелонов армий, которые наступали при
поддержке танков НПП. Однако танков непосредственной
поддержки было недостаточно. Поэтому для допрорыва обо-
роны были вьпгужденно использованы частью сил танковые
и механизированные корпуса, которые резко увеличили про-
бивную мощь стрелковых войск и позволили завершить про-
рыв в первый день операции;
— огромную помощь войскам при прорыве обороны ока-
зала артиллерия, которая провела мощную артиллерийскую
подготовку атаки и артиллерийскую поддержку на глубину
1,5—2 км. Авиация из-за плохих метеоусловий в действиях
при прорыве обороны в операции «Уран» не участвовала.
3. Наиболее характерной чертой контрнаступления под
Сталинградом было то, что здесь впервые в Великой Оте-
чественной войне Советские Вооруженные Силы осущес-
твили стратегическую операцию на окружение и уничто-
жение крупной группировки противника. Из опыта окру-
жения и уничтожения группировки противника наиболее
поучительным является:
62
— умелый выбор направлений главных ударов (по на-
иболее уязвимым участкам обороны противника в обход
главных сил) и правильный выбор момента перехода в
контрнаступление, когда противник уже утратил свои на-
ступательные возможности, но сильной позиционной обо-
роны создать еще не успел;
— искусное создание мощных группировок на направ-
лениях главных ударов фронтов и армий (воплощение на
практике требований директивного письма Сталина № 03
от 10 января 1942 г.);
— тщательность и скрытность подготовки, которая обес-
печила полную стратегическую внезапность операции;
— одновременное создание внутреннего и внешнего
фронтов окружения. При этом внутренний фронт созда-
вался главными силами войск Юго-Западного и Сталин-
градского фронтов, а внешний — частью стрелковых ди-
визий и кавалерийскими корпусами;
— правильное использование сил и средств в операции
и прежде всего танковых и механизированных корпусов,
которые применялись как подвижные группы армий для
развития успеха и окружения группировки противника.
Опыт организации и проведения операции на окруже-
ние, полученный под Сталинградом, широко использо-
вался в последующих операциях Великой Отечественной
войны.
Следует отметить, что советскому командованию не уда-
лось сразу же после завершения окружения расчленить и
уничтожить группировку противника, превратить окруже-
ние, дробление и уничтожение в единый неразрывный про-
цесс. Из-за недостатка сил, необходимых для решитель-
ных действий одновременно на внутреннем и внешнем
фронтах окружения, просчетов разведки уничтожение ок-
руженной группировки затянулось на 2 месяца.
4 . Контрнаступление под Сталинградом дало много цен-
ного и поучительного в области стратегического руковод-
ства, которое осуществлялось Ставкой ВГК и Генераль-
ным штабом:
— Ставка ВГК и Генеральный штаб разработали замы-
сел и план операции и обеспечили их выполнение, выде-
лив необходимые силы и средства;
— непосредственно и через своих представителей они
умело координировали действия фронтов в интересах ре-
шения единой стратегической задачи, четко согласовали
направления главных ударов, сроки перехода в контрнас-
тупление и рубежи встречи; своевременно вводили в сра-
жение свои резервы для наращивания силы удара, расши-
63
рения фронта наступления, разгрома контрударных груп-
пировок противника;
— в интересах Сталинградской наступательной опера-
ции, являвшейся главной операцией кампании, Ставка
ВГК организовала активные действия на других стратеги-
ческих направлениях. Наступление советских войск на мос-
ковском направлении, а также в районах Северного Кав-
каза отвлекало внимание и силы противника, ограничи-
вало возможности врага в переброске соединений под Ста-
линград.
В целом в контрнаступлении под Сталинградом советс-
кое военное искусство обогатилось многими новыми пол-
ожениями, поднялось на новую, более высокую ступень
развития и доказало свое неоспоримое превосходство над
военным искусством фашистской Германии.
1. Великая победа на Волге. М., 1965. С. 225, 226; Хорь-
ков А. Г. Военное искусство в контрнаступлении под Ста-
линградом. М., 1984. С. 7.; История второй мировой во-
йны 1939-1945. М., 1976. Т. 6. С. 40.
2. Тимохович И. В. Характер стратегических действий
Советских Вооруженных Сил в зимней кампании 1942—
1943 гг.: Военное искусство в контрнаступлении под Ста-
линградом. М., 1980. С. 13, 14.
3. Там же. С. 15.
4. История второй мировой войны 1939—1945. Т. 6.
С. 47; Великая победа на Волге. С. 229.
5. История второй мировой войны 1939—1945. Т. 6.
С. 47, 237.
6. Там же. С. 48.
7. Там же. С. 35.
8. Там же. С. 48.
Полковник в отставке Г. Т. Хорошилов,
кандидат военных наук,
лауреат Государственной премии СССР
ХАРАКТЕРНЫЕ ЧЕРТЫ ПРИМЕНЕНИЯ
АРТИЛЛЕРИИ В БИТВЕ
ПОД СТАЛИНГРАДОМ
В своем выступлении я остановлюсь лишь на
двух вопросах:
— во-первьрс, на роли артиллерии в обеспече-
нии активности обороны советских войск;
— во-вторых, на осуществлении впервые артиллерий-
ского наступления в полном объеме в оперативно-так-
тическом масштабе.
Известно, что одним из проявлений активности оборо-
ны являлось нанесение контрударов войсками фронтов и
армий, а также проведение контрподготовки.
В ряде случаев эти мероприятия не достигали своих це-
лей. Причинами этого являлись господство вражеской
авиации, слабость ПВО войск фронта, а также недостаток
сил и средств, а иногда и упущения в управлении... Когда
же удавалось исключить влияние указанных причин, кон-
трудары и контратаки приводили к изменению обстанов-
ки в пользу оборонявшихся.
Так, например, контрудар 64-й армии в конце первой
декады августа 1942 года имел большое значение в срыве
попытки противника силами 4-й танковой армии с ходу
прорваться к Сталинграду и Волге с юга.
6 августа 14-я тд гитлеровцев, взаимодействуя с 29-й мд,
поддерживаемая ударами авиации, прорвала оборону ос-
лабленной 38-й сд севернее Абганерово и вышла к «разъ-
езду 74-й км». В полосе шириной 30 км имелось всего 105
орудий, минометов и БМ РА. Поэтому части 38-й сд не
смогли создать надежную систему огня на подступах к
переднему краю обороны, чтобы отразить атаки и не до-
пустить вклинения противника.
Угроза прорыва обороны на внешнем обводе вынудила
командарма принять решение на, нанесение контрудара с
целью восстановления положения до подхода главных сил
врага. В выполнении этого решения особое значение при-
обретал быстрый маневр артиллерии на левый фланг ар-
мии. Его цель заключалась:
— во-первых, не допустить дальнейшего развития про-
рыва в глубину и в сторону флангов, для чего немедленно
был выдвинут в район разъезда АПТР армии 186-й иптап,
5 Зак. №65
65
затем АПТР фронта 20-й ибр и 507-й иптап и ряд других
частей;
— во-вторых, в необходимости удержать рубеж развер-
тывания контрударной группировки для обеспечения ее
организованного вступления в сражение;
— в-третьих, оказать действенную поддержку войскам
при проведении контрудара.
Благодаря четким и слаженным действиям начальника
артиллерии армии полковника К. Н. Самборского и его
штаба, возглавляемого опытным артиллеристом полков-
ником А. И. Янчинским, маневр был осуществлен быстро
и скрыто.
В результате резко изменилась, например, плотность ПТ
средств. Если 6.08 она была на 8-километровом участке
главного удара противника до 5 единиц на 1 км, то 7.08
она выросла до 11, что позволило в этот день отразить
танковые атаки и стабилизировать положение.
К утру 8.08 в районе ст. Тин гута и Абганерово была со-
здана сильная артиллерийская группировка в составе 400
орудий, минометов и БМ РА, достаточно обеспеченная
боеприпасами. Контрударная группа армии превосходила
противника по пехоте и артиллерии соответственно в 3 и
2 раза, имея плотность до 60 орудий, минометов и БМ РА
и 10 танков на 1 км. Одновременно удалось временно за-
воевать и оперативно-тактическое господство в воздухе.
Во второй половине дня после- сильной 30-минутной
артиллерийской и авиационной подготовки танки и пе-
хота 64-й армии атаковали вклинившегося противника.
Атака поддерживалась методом ПС О артиллерии, удара-
ми авиации и увенчалась успехом. Сопровождение насту-
пающих войск осуществлялось всеми противотанковыми
орудиями, а также остальной артиллерией, которая вела
эпизодический огонь по отходившему противнику и его
батареям. К исходу 10.08 враг был отброшен к Плодови-
тое, оставив на поле боя до 1000 убитых, около 100 броне-
единиц и 23 орудия. Последующие 10 суток противник
здесь активности не проявлял.
Во второй половине августа и в сентябре продолжал
нарастать накал оборонительных сражений. С прорывом
врага к Волге эпицентр событий переместился в район
города. Силы противника возрастали...
В специфических условиях обороны города командова-
ние Юго-Восточного фронта особое внимание уделяло
централизации управления артиллерии. Оно создало ФАГ
на левом берегу Волги. Вот что писал по этому поводу
командующий фронтом А. И. Еременко: «Максимум вни-
66
мания было уделено вопросу управления и особенно ар-
тиллерией. Артогонь приобрел очень большое значение
при отражении или срыве вражеских атак. Поэтому орга-
низация огня, группировка артиллерии, управление ее
огнем были поставлены в центр внимания и штаба фрон-
та, и штабов армий и дивизий... В результате добились
открытия СО и МО в любой квадрат в полосах 62-й и 64-й
армий через 15—20 минут после принятия решения... В
этом и состояло одно йз условий высокой стойкости и
активности нашей обороны. Командование фронтом по-
няло, что к геройству наших людей необходимо добавить
умелую организацию системы артиллерийского огня».1
Таким образом, сосредоточив в руках командующего
фронтом наиболее дальнобойные средства (до 250 76- и
152-мм, а также большой и особой мощности орудий),
удавалось создавать плотность до 100—110 орудий на 1 км
на угрожаемых участках с целью проведения контрподго-
товки или поддержки контратак и контрударов. «Мощ-
ный артиллерийский кулак обеспечивал упорство и стой-
кость обороны».2
По мере истощения сил противника советское коман-
дование готовило силы для контрнаступления. Прибли-
жался, по выражению тех лет, «праздник и на нашей ули-
це». Готовились к нему и артиллеристы трех фронтов.
Накануне контрнаступления произошло важное собы-
тие. Приказом НКО от 18.11.42 г. в целях повышения от-
ветственности... за боевое применение артиллерии началь-
ники артиллерии Красной Армии, фронтов, армий и кор-
пусов стали впредь именоваться командующими артилле-
рии». А в феврале 1943 г. это было распространено и на
начальников артиллерии дивизий и бригад.
Командующими артиллерии фронтов (Юго-Западного,
Донского и Сталинградского) стали видные артиллерис-
ты: генералы М. П. Дмитриев — участник пяти войн, В.
И. Казаков и В. Н. Матвеев. Общее руководство подго-
товкой артиллерии Ставка поручила выдающемуся артил-
леристу Н. Н. Воронову.
Подготовка артиллерии заключалась в ее оперативном
сосредоточении, накоплении боеприпасов, ведении раз-
ведки и планировании боевого применения в штабах фрон-
тов, армий и соединений. Прибывали первые артиллерий-
ские дивизии РВГК.
К середине ноября 1942 г. в полосах трех фронтов коли-
чество орудий, минометов и БМ РА превышало 17000 еди-
ниц. На участках прорыва артиллерийские плотности до-
стигали 100 и более орудий, минометов и БМ РА на 1 км
67
калибром от 76 мм и выше. С этого времени стало прави-
лом оценивать качественную сторону плотности: при про-
рыве полевой позиционной обороны — от 76-мм, а УР —
от 122-мм калибра и выше.
При этом степень массирования артиллерии характери-
зовалась показателями:
75% артиллерии были сосредоточены'на участках, со-
ставлявших 27% от всей ширины полос фронтов.
Однако некомплект тяги (до 30—60%) и средств связи (до
10—50%) снижал возможности артиллерии. В системе ПВО
войск плотность ЗА достигала 9—13 орудий на 1 км, что
надежно обеспечивало прикрытие главных группировок
многослойным огнем от ударов воздушного противника.
В контрнаступлении под Сталинградом проблема артнас-
тупления решалась в полном объеме в оперативно-такти-
ческом масштабе. Планы артнаступления стали важной
составной частью планов операций фронтов и утвержда-
лись военными советами. В целях обеспечения единства
взглядов на применение артиллерии и учета специфики
обстановки и уровня подготовки командиров и штабов
издавались специальные указания по проведению всех трех
периодов артнаступления.
Н. Н. Воронов об этих днях писал: «Очень часто было
трудно увидеть в условиях обороны, насколько тот или
иной командир обладает умением и способностями руко-
водить в наступлении». Поэтому не случайно приходилось
прибегать к замене начальников, если не было гарантии в
правильном понимании ими нового способа действий
артиллерии. Так, был временно заменен НШ артиллерии
5-й та опытным оператором полковником В. П. Оводовс-
ким, а во главе штаба артиллерии Сталинградского фрон-
та поставлен высоко подготовленный артиллерист полков-
ник И. С. Туловский.
Значительное количество орудий на участках прорыва
требовало умелой организации управления ими, чтобы они
не превратились в помеху войскам в ходе наступления.
Например, в полосе 5-й та, игравшей важную роль в опе-
рации «Уран», было характерно создание 3-х армейских
групп артиллерии — АДД, ГМЧ (РА) и впервые — ЗАГ.
Таким образом, в распоряжении командарма имелись силь-
ные средства поражения для решения задач в интересах
ведения армейской операции, начинающейся с прорыва
заранее подготовленной обороны противника.
Обильный снегопад и туман с утра 19.11.1942 года ис-
ключил действия авиации Юго-Западного фронта. На КП
фронта состоялся обмен мнениями. Генерал Н. Ф. Вату-
68
чин обратился к командующему артиллерией: «Ну, что бу-
дем делать, артиллерист? На улице туман, видимость хуже
некуда, авиация — на приколе... Что будем докладывать
Верховному?..» Генерал Дмитриев, немного подумав, от-
ветил: «Это плохо, что наша авиация вынуждена бездей-
ствовать. Но ведь и противник не поднимется в воздух.
А за артиллерию фронта я спокоен: она не подведет и
точно выполнит приказ!» Командующий фронтом, помед-
лив минуту-другую, как бы взвешивая все «за» и «против»,
принял ответственное решение: «Начать операцию!»
В наступательный период битвы артиллерия участвова-
ла в прорыве обороны противника, надежном сопровож-
дении подвижных соединений до завершения ими опера-
тивного окружения вражеской группировки, а также в
блокаде ее с воздуха и затем полной ликвидации.
Итак, решение было принято! Часть задач авиации в
пределах первой полосы обороны пришлось переложить
на артиллерию. В 7.30 (по местному времени —9.30) сотни
орудий открыли ураганный огонь — началась артподго-
товка атаки танков и пехоты... Глубина одновременного
подавления достигала 4—5 км. Ее результаты хорошо оце-
нил разведчик 8-го АК противника: «19 ноября прелю-
дией ураганного русского наступления на участке Клетс-
кая, Серафимович была многочасовая артиллерийская под-
готовка — уничтожающий огонь сотен орудий перепахал
окопы румын... Вся румынская армия попала в кровавую
мясорубку и фактически перестала существовать...»
Танки и пехота, сблизившись с противником под при-
крытием артогня, дружно атаковали.
По сигналу артиллерия начала поддержку атаки мето-
дом ПСО на глубину до 1—1,5 км. Сопротивления про-
тивник на первой позиции почти не оказывал и лишь на
глубине 3—4 км стала возрастать его огневая активность.
Когда в полосе 47-й гв. сд в бою за населенный пункт хут.
Большой ее части подверглись огневому воздействию из
района Клиновой, начальник артиллерии дивизии полков-
ник Павлов сосредоточил по узлу сопротивления в Кли-
новом огонь двух групп ПП и дополнительно вызвал огонь
полка армейской группы КМЧ. Пятиминутный мощный
огневой налет 70 орудий и БМ РА сделал свое дело, и
гвардейцы прорвали вторую позицию румын...
С развитием боя в глубине все более ощущалась потреб-
ность в бронированных самоходных орудиях сопровожде-
ния. Однако пока войска ими не располагали...
В 13.00 были введены в сражение 1-й и 26-й тк, которые
ускорили завершение прорыва тактической обороны 3-й
69
армии румын. Они были поддержаны огнем армейских
групп ДД и ГМЧ. Тесное взаимодействие артиллерии с
танками было обеспечено благодаря единой схеме огня и
нахождению артиллерийских наблюдателей (корректиров-
щиков) в радийных танках, которые вызывали огонь по
мере необходимости.
С выходом танковых корпусов в оперативную глубину их •
дальнейшее сопровождение осуществлялось штатной и при-
данной артиллерией. Так, например, приданные 26-й лк и 85-й
гмп,. 1241-й ипгап и 226-й армейский полк ПВО эпизодичес-
ки развертывались, оказывая огневую поддержку танковым и
мотострелковым бригадам до выполнения ими задач.
На Сталинградском фронте артиллерия также в целом
успешно решила поставленные задачи по завершению ок-
ружения 6-й и части сил 4-й танковой армий противника
частями механизированных корпусов.
Заключительным аккордом Сталинградской битвы яви-
лась операция Донского фронта по ликвидации окружен-
ной группировки в январе 1943 года. Фронт располагал
ограниченным количеством пехоты и танков, но зато был
усилен артиллерией и авиацией. Поэтому на главном на-
правлении оперативные плотности достигали 200—220 и
более орудий, минометов и БМ РА на 1 км. Это позволи-
ло 10.01.43 г. впервые поддержку атаки в полосе 65-й ар-
мии в районе Вертячего осуществить методом огневого
вала на глубину 1,5—2 км в оперативном масштабе.
Наступление на ожесточенно сопротивляющегося про-
тивника носило характер последовательного «прогрыза-
ния» его обороны, в ходе которого артиллерия и авиация
своим огнем и ударами буквально выбивали (выжигали)
врага из укреплений и убежищ. Уместно привести выска-
зывания К. К. Рокоссовского?
«Малочисленность пехоты вынуждала нас всю тяжесть
«прогрызания» вражеской обороны возлагать на артилле-
рию. Пехоту мы в основном стали использовать лишь как
боевой порядок наступавших войск. Жиденькие цепочки
бойцов двигались по заснеженному полю. За ними пере-
катами — поэшелонно орудия прямой наводки. На линии
орудий людей оказывалось больше — это были артилле-
ристы, обслуживающие пушки. На огромном пространст-
ве виднелось до десятка танков, за которыми, то припадая
к земле, то вскакивая, перемещались мелкие группы пе-
хоты. Артиллерия с закрытых позиций сопровождала сво-
им огнем весь этот боевой порядок, нанося удары по от-
дельным участкам (объектам). Время от времени на про-
тивника обрушивали залпы «катюши».3
70
Таким образом, огонь артиллерии буквально вел за со-
бой пехоту и танки от объекта к объекту в обороне про-
тивника.
Итак, артиллеристы-сталинградцы в ходе битвы выдер-
жали суровый экзамен на боевую зрелость. Советская ар-
тиллерия доказала, что она превратилась в главную огне-
вую силу сухопутных войск. Она обрушила на врага около
23 млн. снарядов и мин и внесла весомый вклад в разгром
пяти армий фашистского блока.
Боевой опыт, приобретенный в битве, позволил более
четко выразить содержание и сущность артнаступления как
способа действий артиллерии в БУП-42 (декабрь 1942 г.) в
сравнении с январской директивой bfe 03. Если говорить о
содержании артиллерийского наступления, то оно пред-
ставляло собой способ действий артиллерии, органически
связанный с наступлением пехоты и танков, по трем пе-
риодам — артподготовке, поддержке атаки пехоты и тан-
ков и сопровождению их (обеспечению) при бое в глуби-
не до выполнения задачи в бою и операции.
Сущность артнаступления «заключалась в непрерывной
поддержке пехоты и танков массированным действитель-
ным артиллерийским огнем в течение всего периода на-
ступления. Огонь артиллерии должен был вести за собой
пехоту и танки в атаку от одного объекта обороны к дру-
гому» (БУП-42; ПУ-КА-43).
В послевоенный период, обобщая опыт Великой Оте-
чественной войны, пришли к выводу, что все же объек-
тивно наступают только танки и пехота, а артиллерия, как
и авиация, своим огнем (ударами) и маневром лишь спо-
собствует выполнению ими своих задач. Поэтому призна-
ли целесообразным отказаться от термина артнаступле-
ние, но полностью сохранив его содержание и сущность.
Ратные дела советских артиллеристов в битве под Ста-
линградом были высоко оценены народом и Родиной. По-
этому 19.11 был определен с 1944 г. как День артиллерии,
а с 1964 г. — как День ракетных войск и артиллерии.
1 Еременко А. И. Сталинград. М., 1961. С. 163, 164.
2 Там же. С. 167.
3 Рокоссовский К. К. Солдатский долг. М., 1985. С. 178.
71
Полковник А. 3. Давиденко,
кандидат военных наук
ТАНКОВЫЕ И МЕХАНИЗИРОВАННЫЕ
ВОЙСКА В КОНТРНАСТУПЛЕНИИ
ПОД СТАЛИНГРАДОМ
м ак известно, первый в военной истории котел
сумел устроить Ганнибал в сражении с римс-
Я^^^кой армией близ селения Канны в 216 г. до н.
э. Карфагенский полководец фланговыми уда-
рами конницы взял в клещи и полностью уничтожил
превосходящее по численности войско римлян. Во гла-
ве римского войска стоял консул Эмилий Пауллус.
В последующем многие полководцы стремились повто-
рить легендарные «Канны». Однако лишь окружение и
разгром немецко-фашистских войск под Сталинградом с
полным основанием может именоваться «Каннами». Сход-
ство с тем историческим событием тем разительнее, что,
словно по злой ухмылке истории, в новом котле, на этот
раз под Сталинградом, оказался полководец с похожей
фамилией — Паулюс.
Планируя новые «Канны», потребовалось, как и многие
века назад, расположить на флангах группировки против-
ника мощные подвижные силы, роль которых на этот раз
суждено было сыграть бронетанковым и механизирован-
ным войскам.
Трудно сказать, всплывали ли в памяти генералов
Г. К. Жукова и А. М. Василевского классические приме-
ры из области военного искусства в те минуты, когда они
предлагали И. Сталину нанести по противнику в районе
Сталинграда «такой удар, который резко изменил бы
стратегическую обстановку». Однако, бесспорно, осенью
1942 г. обстановка сложилась таким образом, что мы были
вынуждены искать своего рода «генеральное сражение» с
противником. Нанесение трех глубоких охватывающих
ударов — в малой излучине Дона, на Калач (операция
«Уран») и на Миллерово (операция «Б. Сатурн») — долж-
но было поставить сильнейшую фланговую группировку
противника в критическое положение.
Однако противник по-прежнему владел инициативой и
располагал достаточными силами для парирования наших
ударов. Поэтому многое, если не все, в успехе предстоя-
щего контрнаступления зависело от быстроты и стреми-
тельности действий наших войск. Эти качества наступаю-
щей стороне, как известно, придавали танковые войска.
72
Следовательно, появление в составе ударных группиро-
вок наших войск крупных танковых сил являлось глубоко
закономерным, предопределявшим, в свою очередь, роль
этого рода войск в контрнаступлении под Сталинградом.
В небольшом по времени выступлении сложно дать ар-
гументированный анализ применения в стратегической
операции целого рода войск. Поэтому я остановлюсь лишь
на некоторых вопросах, которые, на мой взгляд, и инте-
ресны, и поучительны.
Что из себя представляла группировка советских танко-
вых войск к началу контрнаступления и какие задачи она
должна была решать в ходе операции?
Исходя из значимости предстоящего сражения здесь, на
сталинградском направлении, должна была присутство-
вать наиболее боеспособная часть воссоздаваемых после
неудач первого периода войны наших танковых войск. Так
оно в сущности и было. В составе трех фронтов на раз-
личных этапах операции действовала большая часть из
имеющихся корпусов: 9 танковых, 6 механизированных, а
также отдельные танковые бригады, полки и батальоны.
Юго-Западному фронту была передана единственная из
доукомплектованных — 5-я ТА. За две недели до контрнас-
тупления ее командующим был назначен генерал-лейте-
нант Прокофий Логвинович Романенко, неплохо проявив-
ший себя в качестве командующего 3-й ТА во время на-
ступления войск Западного фронта в районе Козельска.
5-й ТА в последующем предстояло сыграть важнейшую
роль в окружении противника в районе Сталинграда.
Таким образом, по сравнению с периодом битвы за
Москву организационная структура танковых войск к осе-
ни 1942 года стала качественно иной. Учтя опыт той опе-
рации, мы приступили к практической реализации идеи о
необходимости иметь более крупные, нежели танковые
бригады, организационные формирования: танковые ар-
мйи, танковые и механизированные корпуса.
Однако в этом вопросе не все удалось предусмотреть
заранее. Продолжал оказывать влияние довоенный опыт,
в*результате чего танковые армии, т. н. «смешанного со-
става», состояли из танковых корпусов и стрелковых ди-
визий и сильно напоминали ударные армии 30-х годов.
Естественно, что и задача армии генерала Романенко была
схожей с теми, которые получали ударные армии на пред-
военных учениях: самостоятельно прорвать оборону про-
тивника и вводом В’бой подвижных сил развить наступле-
ние вплоть до выполнения конечной задачи.
73
В отличие от контрнаступления под Москвой главные
удары на этот раз наносились по наиболее уязвимым мес-
там группировки противника, по ее флангам, занимае-
мым румынскими войсками.
Другая, не менее важная, проблема, которую требова-
лось решить, состояла в обеспечении скрытности сосре-
доточения крупных масс войск, в т. ч. полуторатысячной
танковой группировки.
Целый ряд мероприятий, связанных с маскировкой, раз-
мещением танков в удаленных районах и четко спланиро-
ванное их выдвижение, сохранение в тайне замысла и пла-
нов предстоящей операции вплоть до выселения жителей
из 25-километровой полосы привели к поразительным ре-
зультатам.
Хорошо известен вывод начальника штаба сухопутных
войск немцев, сделанный им 23 октября 1942 г., о том,
что русские не в состоянии начать крупное наступление с
далеко идущими целями.
Создав достаточно мощную танковую группировку в под-
готовительный период, предстояло решить еще одну про-
блему — в отличие от многих предшествующих операций
добиться максимальной эффективности использования
танков в ходе контрнаступления.
К этому времени у нас уже был немалый опыт ведения
затяжных боев танковых бригад за населенные пункты,
дробление их на части и применение танков без поддерж-
ки пехоты, артиллерии и авиации.
Первое, что было крайне важным, — не допустить боль-
ших потерь в танках при прорыве тактической обороны
противника, сохранив их для стремительного наступле-
ния в глубине. Наиболее успешно эту задачу удалось ре-
шить 5-я ТА, танковые корпуса которой участвовали лишь
в завершении прорыва вражеской обороны. Однако в даль-
нейшем некоторые бригады, в частности 26-й тк, не ушли
от того, чтобы не ввязаться в бой за отдельные станицы.
Темп был потерян, корпус растянулся на 30 км. Времена-
ми утрачивались управление и связь. Не последнюю роль
сыграло и то обстоятельство, что в штабе корпуса име-
лась лишь одна радиостанция средней дальности.
В последующем корпуса, оставив далеко позади насту-
павшую пехоту, устремились в оперативную глубину обо-
роны противника с темпом, достигавшим 70 км в сутки.
В этих условиях чрезвычайно важно было обеспечить
выполнение конечной задачи окружения противника —
соединиться с подвижными войсками Сталинградского
фронта. География района предопределяла необходимость
74
захвата единственной переправы через р. Дон в районе
планируемого соединения войск двух фронтов. О действи-
ях передового отряда 26-го тк в исторической литературе
говорится много и обстоятельно. Хотелось бы лишь от-
метить своевременность высылки этого отряда, его раци-
ональный состав, командирскую грамотность подполков-
ника Г.Н. Филиппова, смелые до дерзости действия лич-
ного состава в районе моста.
Небольшой по составу передовой отряд выполнил круп-
ную оперативную задачу, обеспечившую завершение ок-
ружения всей сталинградской группировки немцев. Лю-
бопытно, что тем самым удалось в известной степени от-
платить противнику за его прорыв по мосту в районе Ях-
ромы в декабре 1941 г., едва ли не стоящий нам рассече-
ния всего Западного фронта.
В отличие от того эпизода подполковник Филиппов не
остановился у захваченного моста, а попытался своими
пятью танками атаковать г. Калач.
Также дерзко и решительно действовали и другие под-
вижные соединения фронтов. И чем стремительнее было
продвижение танков в обход узлов сопротивления, тем
ощутимее для противника оказывалось проникновение на-
ших войск в его оперативную глубину.
Неожиданно непростым оказалось решение проблемы
взаимного опознавания передовых частей двух фронтов.
Поскольку этот вопрос перед контрнаступлением, похо-
же, отработан не был, в действительности имело место
несколько иная картина соединения войск в районе Ка-
лач, Советский, нежели та, которую мы привыкли видеть
на экране документального кино. Лишь ноябрьские су-
мерки избавили 45-ю танковую и 36-ю механизирован-
ную бригады от неоправданных потерь в результате вза-
имной перестрелки.
И, наконец, последнее — о том, что сегодня объединя-
ет маловразумительное, на мой взгляд, понятие — «чело-
веческий фактор».
Бесспорно, что победа над противником была достигну-
та не количеством танков, другого оружия, которого у нас
в общем-то всегда доставало, а неизмеримо выросшим во-
инским мастерством командующий, командиров и бойцов.
История этой битвы передает степень моральной от-
ветственности й напряжения, которые должны были ис-
пытывать командиры. В этих условиях командир 4-го мк
буквально накануне контрнаступления внезапно обратился
прямо к Верховному Главнокомандующему с докладом о
неготовности к предстоящей операции. Еще несколько
75
месяцев назад командира, не верящего в успех дела, ожи-
дала бы печальная участь. Здесь же корпус идет в бой со
своим командиром, у которого нет иного выбора, чем дей-
ствовать как можно успешнее.
24-й тк, прорвавшись к ст. Тацинской, понес серьезные
потери, особенно в бронетанковой технике. Однако все,
вплоть до Ставки ВТК, принимают меры к выводу его из
окружения. Чрезвычайно важно было в тот период спасти
корпус, укрепив тем самым в танкистах уверенность в це-
лесообразности глубоких, по-настоящему танковых про-
рывов.
Завершая свое выступление, мне не хотелось бы на этот
раз делать обобщения и выводы. И отнюдь не потому, что
битва не изучена, не познана до конца. Нет, времени про-
шло вполне достаточно. Другое: по моему убеждению, ис-
торическое событие, именуемое Сталинградской битвой,
в силу своего масштаба не может быть втиснуто в рамки
нескольких, пусть даже крупных обобщений.
Для думающего человека история этой битвы долго еще
будет оставаться источником для размышлений и уроков.
Несмотря на 50-летнюю удаленность во времени, битва
под Сталинградом памятна всем.
Артиллеристам — что было принято предложение гене-
рала Воронова о чествовании 19 ноября артиллеристов.
Танкистам — что они празднует свой День почему-то
в сентябре, а не 23 ноября — в день завершения окруже-
ния противника, как предлагал Сталину генерал
Я. Н. Федоренко.
Один немецкий офицер-врач во время боев в Сталин-
граде предложил совершенно иначе подходить к награж-
дению отличившихся. По его мнению, надо было перед
началом войны раздать всем ордена, а затем по одному
отбирать за провинность и поражения.
Очевидно, что в этом случае немецкие генералы и . офи-
церы после катастрофы под Сталинградом остались бы
вовсе без наград. Чего не скажешь о наших бойцах и ко-
мандирах, устроивших противнику в донских и приволжс-
ких степях настоящие «Канны» — «Канны XX века».
Полковник А. Г. Первое,
кандидат исторических наук
ВОЕННО-ВОЗДУШНЫЕ СИЛЫ В БИТВЕ
ПОД СТАЛИНГРАДОМ
В своем кратком выступлении я коснусь боевой дея-
тельности Военно-воздушных сил, внесших большой
вклад в достижение победы советских войск под Ста-
линградом, придавшим ей особое величие.
Ставка Верховного Главнокомандования уделяла исклю-
чительно большое внимание авиационному обеспечению
операций под Сталинградом. Об этом свидетельствует те-
леграмма И. В. Сталина от 12 ноября 1942 г. на имя пред-
ставителя Ставки генерала армии Г. К. Жукова.
Верховный Главнокомандующий особо подчеркивал, что
если авиаподготовка операции неудовлетворительна, «то
операция кончится провалом. Опыт войны... показывает,
что операцию против немцев можно выиграть лишь в том
случае, если имеем превосходство в воздухе». Вопрос Ста-
лин ставил даже так: если «наша авиация сейчас не в со-
стоянии выполнить эти задачи, то лучше отложить опера-
цию на некоторое время и накопигь побольше авиации».1
Наши Военно-воздушные силы, получившие боевой
опыт и окрепшие в количественном, качественном и ор-
ганизационном отношениях, полностью подтвердили ту
важную роль, которую отводило им советское командова-
ние в ходе обороны и особенно в контрнаступлении.
Несмотря на трудную наземную и воздушную обстанов-
ку в период обороны и сложные метеорологические усло-
вия в контрнаступлении, они выполнили около 114 тыс.
самолето-вылетов. Каждые сутки ВВС производили по 552
самолето-вылета, сбрасывали на противника по 151т бомб.2
Цифры, конечно, впечатляющие. Они свидетельствуют
о высокой напряженности действий авиационных частей
и соединений. В подтверждение этому приведу пример: в
битве под Москвой наша авиация сбрасывала на врага
ежесуточно в 2 раза меньше бомб. Это ли не показатель
роста боевых возможностей советских ВВС.
Боевые действия советской авиации оказали положи-
тельное влияние на ход и исход операций сухопутных войск
в период обороны и контрнаступления. Для действий не-
посредственно по объектам на поле боя и в ближайшем
тылу противника было произведено ими около 79% всех
самолете - вылетов.3
77
Помощь авиации сухопутным войскам, действовавшим
на главном направлении, оценивалась общевойсковыми
командирами и военачальниками очень высоко. В при-
ветственном письме личному составу 8-й воздушной ар-
мии от 11 февраля 1943 г. командующий 62-й армией В.
И. Чуйков писал: «Празднуя свою огромную победу, мы
никоим образом не забывали, что в ее завоевании боль-
шая заслуга вас, товарищи летчики, штурманы, стрелки и
младшие авиационные специалисты, все бойцы, коман-
диры и политработники объединения 4 тов. Хрюкина... С
самых первых дней борьбы за Сталинград мы днем и ночью
беспрерывно чувствовали вашу помощь с воздуха».5
В битве под Сталинградом советская авиация нанесла ВВС
противника одно из самых крупных поражений за весь пе-
риод Великой Отечественной войны. Во второй половине
1942 г. до 40% своей авиации противник сосредоточил на
сталинградском направлении. В периоды наиболее ожес-
точенных боев удельный вес самолето-пролетов вражеской
авиации доходил на этом направлении до 62% всех самоле-
то-пролетов на советско-германском фронте.6
Именно этой, наиболее крупной и наиболее активной,
группировке авиации противника были нанесены советс-
кой авиацией серьезные потери. Советские летчики унич-
тожили под Сталинградом 3567 самолетов.7 Потери нашей
авиации составили 2063 самолета, или в 1,7 раза меньше.
20 августа 1944 г. Советское информационное бюро сооб-
щало: «В битве за Сталинград наши Военно-воздушные
силы истребили большую часть лучших немецких эскадр,
а затем блестяще осуществили воздушную блокаду окру-
женных в Сталинграде немецких армий».8
Немецкий летчик, участник битвы, оценивая итоги боев
в воздухе с 19 ноября 1942 г. по 2 февраля 1943 г. для
своей авиации, писал: «В течение 9,5 недель мы безвоз-
вратно потеряли более 1400 самолетов. Это была драма не
только на земле, это была также драма в воздухе».9
Примечательным в действиях советской авиации против
ВВС противника было то, что, осуществляя воздушную
блокаду окруженной группировки противника, она унич-
тожала преимущественно бомбардировщики и транспорт-
ные самолеты. Их удельный вес составил 60—70% всех по-
терь самолетов противника в ходе контрнаступления.10
По признанию самих руководителей фашистской авиа-
ции, успешные действия советских ВВС в период кон-
трнаступления нанесли немецким бомбардировщикам та-
кие потери, что они стали считать битву под Сталингра-
дом началом конца их бомбардировочной авиации.11
78
Большие потери, понесенные авиацией противника сна-
чала в ходе обороны, а затем и в период контрнаступле-
ния, явились одной из причин резкого снижения актив-
ности боевых действий немецко-фашистской авиации под
Сталинградом. Если в период боев за город ВВС Герма-
нии выполняли в среднем в сутки более 1000 самолето-
пролетов, то в ходе контрнаступления советских войск
едва ли производили по 200 самолето-пролетов.12
«Русские же ВВС, как признают немецкие военные ис-
торики, наоборот, изо дня в день становились все более
сильными в отношении как качества, так и количества,
да и потери их с каждым годом уменьшались».13
Таким образом, Сталинградская битва явилась началом
коренного перелома не только в борьбе с наземными во-
йсками, но и в борьбе с авиацией противника. Она была
началом коренного перелома в завоевании стратегичес-
кого господства в воздухе советскими Военно-воздушны-
ми силами. В последующих боях на Кубани и под Курс-
ком оно было полностью ^завоевано нашей авиацией.
Успехи советской авиации в Сталинградской битве яви-
лись результатом:
Во-первых, высокого морального духа личного состава.
Только в 8-й ВА за период Сталинградской битвы звание
Героя Советского Союза было присвоено 17 летчикам; 3000
человек личного состава были награждены орденами и
медалями. В небе Сталинграда родилась слава целой пле-
яды замечательных советских летчиков, хорошо извест-
ных стране, — Полбина, Клещева, Шестакова, Алелюхи-
на, Ковачевича, Сопелева и многих других. Двое из на-
званных отважных бойцов — Ковачевич Аркадий Федо-
рович, генерал-лейтенант авиации, Герой Советского Со-
юза, и полковник Сопелев Николай Григорьевич — при-
нимают участие в нашей конференции.
Во-вторых, слагаемой успеха явился накопленный бое-
вой опыт командирами, офицерами штабов и служб, лет-
ным и инженерно-техническим составом., Именно бое-
вой опыт в совокупности с другими факторами обеспечил
дальнейшее развитие тактики родов авиации и оператив-
ного искусства советских ВВС.
В-третьих, успехи советских ВВС были бы невозможны
без их глубоких количественно-качественных и организа-
ционных изменений. За весь период битвы в воздушные
армии фронтов было направлено примерно 4000 самоле-
тов. Количественно-качественные и организационные
изменения позволили впервые в Великой Отечественной
войне спланировать боевые действия ВА фронтов в фор-
79
ме авиационного наступления и повысить эффективность
боевых действий авиации в интересах сухопутных войск.
В-четвертых, успехи советской авиации в Сталинградс-
кой битве были также результатом правильного определе-
ния ее роли в операции со стороны Советского Верховно-
го Главнокомандования, вдумчивого отношения к ее ис-
пользованию общевойсковых военачальников.
50 лет отделяют нас от Сталинградской битвы. Но до
сих пор мы, авиаторы новых поколений, не забываем при-
обретенный ценой больших усилий и потерь боевой опыт
советских ВВС. Мы тщательно изучаем его и используем
при разработке новых способов и форм боевых действий
применительно к современному состоянию ВВС.
1. Руденко С. И. Авиация в контрнаступлении. Военно-
исторический журнал. 1972. № 11. С. 47.
2. Корец Л. Б. Советские Военно-воздушные силы в битве
под Сталинградом. М., 1959. С. 247.
3. Там же. С. 250.
4. В тексте письма — «соединения».
5. Ступов А. Л., Кокунов В. Л. 62-я армия в боях за
Сталинград. М., 1949. С. 101, 102.
6. Корец Л. Б. Указ. соч. С. 252.
7. Там же.
8. Правда. 1944. 20 августа.
9. Воздушная битва за Сталинград. Военно-воздушные
силы и техника. 1948. № 2. Швейцарский журнал.
10. Корец Л. Б. Указ соч. С. 253.
11. Элмхирст Т* Причины поражения немецких военно-
воздушных сил.: Пер. с англ. М., 1947.
12. Корец Л. Б. Указ. соч. С. 254.
13. Мировая война 1939—1945 гг.: Пер. с нем. Ч. 3.: Во-
йна в воздухе. М., 1957. С. 481.
Г. А. Куманев,
доктор исторических наук, профессор
ТРАНСПОРТНОЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ
КРАСНОЙ АРМИИ В СТАЛИНГРАДСКОЙ
БИТВЕ
Мачав летом 1942 г. крупное наступление на юж-
ном крыле советско-германского фронта, не-
_____ мецко-фашистское командование, как показал
на допросе (25 июня 1945 г.) бывший началь-
ник штаба сухопутных сил вермахта генерал-полков-
ник Ф. Гальдер, ставило своей целью «захватить Кав-
каз, отрезать русских от нефти и нарушить коммуни-
кации вдоль Волги» (курсив наш. — Г. К.).
Ход и исход оборонительных сражений Красной Армии,
равернувшихся под Сталинградом и на Северном Кавка-
зе, во многом зависел от взаимодействия и эффективной
работы всех основных видов отечественного транспорта.
Между тем задача снабжения советских войск боепри-
пасами, техникой, снаряжением, продовольствием, людс-
ким пополнением осложнялась тем, что части Красной
Армии, оборднявшие районы Нижней Волги и Северный
Кавказ, базировались на сравнительно бедной сети желез-
ных и грунтовых дорог. Если в приграничной западной
полосе густота железнодорожной сети доходила до 70 км
на 1000 кв. км, то в районе между Днепром и Доном она
снижалась до 45 км, а в полосе между Доном и Волгой, на
Кубани и Северном Кавказе — даже до 14 км на 1000 кв.
км территории.1
Главная тяжесть по обеспечению перевозок для защит-
ников Сталинграда пришлась на долю железнодорожни-
ков, и в первую очередь на коллективы Рязано-Уральской
и Юго-Восточной дорог, которые одновременно питали
несколько фронтов.
Однако техническое состояние многих участков этих ма-
гистралей не отвечало задачам осуществления массовых
воинских перевозок. Так, из-за постоянных вражеских
бомбежек, начавшихся еще до наступления противника, в
неудовлетворительном состоянии находилась фронтовая
линия Поворино — Сталинград, не имевшая к тому же
нормальных погрузочноз — выгрузочных мест. Еще задо-
лго до развернувшихся сражений не лучше было положе-
ние на линии Балашов — Камышин, обладавшей низкой
пропускной и паровозной способностью. Еще в первой
половине июля 1942 г. выбыла из строя железнодорожная
6 Зак. №65
81
линия Сталинград — Лихая, а 30 июля враг занял станцию
Ремонтная на линии Сталинград — Тихорецкая, перере-
зав тем самым железнодорожную связь волжского города
с югом страны.
Чтобы успешно справиться в таких условиях с огром-
ным объемом перевозок, от работников транспорта, мес-
тного населения, органов военных сообщений (ВОСО) и
тыла Красной Армии потребовались громадное напряже-
ние сил, четко продуманное планирование и организация
согласованной работы всех видов транспорта.
В период Сталинградской битвы получили широкое при-
менение паровозные колонны особого резерва НКПС,
сформированные по решению Государственного Комите-
та Обороны от 7 сентября 1942 г. «в целях создания мо-
бильного резерва паровозов для выполнения специальных
перевозок к фронту и для ликвидации зимних затрудне-
ний в продвижении поездов на наиболее грузонапряжен-
ных дорогах тыла».2 Личный состав этих подвижных со-
единений транспорта переводился на положение состоя-
щих в рядах Красной Армии. Первые 120 паровозов, вхо-
дивших в колонны, были использованы в августе 1942 г.
для перевозок по кольцу Балашов — Поворино — Илов-
ля—Петров Вал — Балашов. 3 Всего в перевозках д ля Ста-
линградского фронта участвовало более 500 паровозов из
состава колонн.4 В течение всей Сталинградской битвы и
на последующих этапах войны паровозные колонны осо-
бого резерва НКПС сыграли неоценимую роль, выполняя
наиболее ответственные задания по перевозкам.
«Часто встает перед моими глазами голая, выжженная
огнем и солнцем черная степь, — вспоминает бывший
машинист паровозной колонны № 4 Герой Социалисти-
ческого Труда Е. М. Чухнюк. — Прорываться через нее
ближе к скрытому густым дымом городу было почти не-
возможно. Я говорю «почти», потому что прорывались, с
каким-то нечеловеческим упорством мы водили составы
через ту степь. Водили мимо станций, стертых с лица зем-
ли, мимо горящих составов, изуродованных, сваленных под
откос локомотивов. Сколько раз во время этих поездок
приходилось расцеплять состав, чтобы отвести в сторону
горящий вагон, пожарными приспособлениями паровоза
сбивать пламя, хотя взрыв грозил каждую минуту гибелью».5
В один из рейсов эшелон с танками, который вел к Ста-
линграду старший машинист паровозной колонны № 10
Александр Покусай, 15 раз подвергся налетам самолетов
противника. Машинист был тяжело ранен, а локомотив
82
получил до 300 пробоин. И все же танки были своевре-
менно доставлены к месту назначения.
Многие воины, оборонявшие южную часть города, зна-
ли машиниста Сарептского депо Александра Рыжова, ко-
торый десятки раз совершал «огненные рейсы». Вот как
оценивал его мужественные дела член Военного совета
64-й армии генерал-майор К. К. Абрамов: «В тяжелые ок-
тябрьские дни паровоз Александра Рыжова воодушевлял
наших бойцов. Когда они видели позади себя его дым, то
многие говорили: «Смотрите, Сталинград живет и будет
жить! Вперед за Сталинград!» Воины подымались из око-
пов и смело бросались в атаку».6
Сутками под огнем врага осуществляли рейсы к Ста-
линграду машинисты Н. Н. Атаманов, А. Г. Корнеев,
А. А. Янковский, И. Ф. Петров, И. П. Шурупов, кондук-
торы Н. П. Зимников, Г. И. Журбин, поездной вагонный
мастер колонны № 7 особого резерва НКПС А. В. Глебов
и сотни других железнодорожников.
. Выполнению важнейших заданий по воинским перевоз-
кам способствовало форсированное строительство новых
железнодорожных участков, линий, станционных и под-
ъездных путей. Южный участок дороги Камышин — Ста-
линград был сооружен всего за 10 дней, и уже в августе
1942 г. по нему открылось регулярное движение. 4 августа
в эксплуатацию вступила линця Кизляр — Астрахань про-
тяженностью 354 км. Накануне Сталинградской битвы и в
ходе ее были построены также железные дороги Сызрань
— Саратов (297 км), Саратов — Петров Вал (200 км), Пет-
ров Вал — Иловля (136 км), Гумрак — Причальная (36
км), Ахтуба — Паромная (138 км) — всего 1160 км линий
важного стратегического значения.7
Одновременно были произведены крупные работы по
усилению пропускной способности таких грузонапряжен-
ных участков Рязано-Уральской магистрали, как Паром-
ная — Баскунчак, Урбах — Баскунчак, Астрахань, Илец —
Саратов.
И, наконец, усилиями коллективов железнодорожных
войск и спецформирований НКПС только во второй пол-
овине 1942 г. удалось построить и ввести в эксплуатацию
53 новых разъезда.8
Поступление воинских грузов для защитников Сталин-
града неуклонно росло. В сентябре выгрузка военно-снаб-
женческих грузов на Рязано-Уральской железной дороге
по сравнению с июлем возросла почти в 3 раза.9 Сущес-
твенно увеличилась выгрузка и на Юго-Восточной магис-
трали. Если в сентябре 1942 г. воины, оборонявшие город
83
на Волге, получили 4715 вагонов с боеприпасами, воору-
жением и другими снабженческими грузами, то в октябре
— 8651 вагон, а в ноябре — уже 12253 вагона.10
Вместе с железнодорожниками героически трудились во-
лжские речники пароходства «Волготанкер» и Нижневол-
жского пароходства. Со второй половины июля, после
ухудшения военной обстановки на юге страны, на Волгу
была переключена часть грузопотоков, в том числе пере-
возки людей, вооружения и особенно боеприпасов и го-
рючего. В Саратове, Камышине, Вольске и Сталинграде
были созданы фронтовые базы снабжения, а в Казани, Сыз-
рани и Ульяновске — перевалочные пункты для перегруз-
ки воинских грузов на воду и обратно.11 Оперативное ру-
ководство деятельностью речного транспорта в районе
Астрахань, Саратов было сосредоточено в Сталинграде, где
длительное время вместе с заместителем наркома путей
сообщения С. И. Багаевым находились нарком речного
флота 3. А. Шашков и его заместитель С. М. Баев. После
прорыва гитлеровских войск к Волге, когда транзитное су-
доходство на Нижней Волге было фактически прекраще-
но, главные усилия речников сосредоточились на обеспе-
чении переправ через реку.
Эксплуатационная деятельность железнодорожников ко-
ординировалась и с речниками Волжской военной флоти-
лии, которая с августа 1942 г. поддерживала сухопутные
войска на оборонительном обводе города, обеспечивая
коммуникацию на участках Камышин — Астрахань и пе-
реправу советских войск на правый и левый берега Волги.
Только за оборонительный период кораблями Нижневол-
жского пароходства и Волжской флотилии было переве-
зено 124 тыс. человек, около 20,5 тыс. лошадей, до 300
орудий, 121 танк, 1740 автомашин и свыше 240 тыс. т раз-
личных материальных средств.12
Значительный объем перевозок в период навигации 1942
г. выполнили и работники морского транспорта. В связи с
временной потерей ряда важных железнодорожных ком-
муникаций заметно возросла роль морских путей Красно-
водск — Астрахань и Баку — Астрахань. По этим путям
моряки Каспия в тесном взаимодействии с железнодорож-
никами и речниками доставляли фронту горючее, воору-
жение, людское пополнение. Воинские грузы вначале сле-
довали по магистралям Средней Азии и Закавказья, а за-
тем на кораблях Каспийского транспортного флота — до
Астрахани, с перевалкой здесь на речные волжские суда.
С мая 1942 г. по октябрь 1942 г. по Каспийскому морю
было перевезено только нефтепродуктов 6165,7 тыс. т. В
84
течение последних пяти месяцев 1942 г. морские транспор-
тные организации гражданских наркоматов и Каспийская
флотилия доставили на фронт 463 тыс. человек.13
С предельным напряжением трудились под Сталингра-
дом, обеспечивая бесперебойность коммуникаций, части
и подразделения автотранспорта, дорожники и работники
фронтового тыла. Когда авиация противника стала бес-
прерывно наносить удары по коммуникациям, ведущим к
городу, направляемые по Рязано-Уральской магистрали из
глубоко тыла резервные войска, вооружение и боеприпа-
сы начали разгружаться из эшелонов за 250—300 км от
фронта. Последующая доставка их к волжским перепра-
вам осуществлялась по груйтовым дорогам с помощью
транспорта.
В конце осени 1942 г. фронтовые участки Юго-Восточ-
ной и Рязано-Уральской железных дорог принимали под
выгрузку свыше 30 поездов в сутки, что в 10 раз превыша-
ло предвоенный уровень работы этих магистралей.14 Уве-
личились размеры перевозок автотранспортом и на Во-
лжско-Каспийском бассейне. -
Все это дало основание начальнику Генерального штаба
Красной Армии генерал-полковник/ А. М. Василевскому
в канун наступательных операций доложить в Ставку Вер-
ховного Главнокомандования, что «несмотря на все труд-
ности, в которых пришлось работать нашему железнодо-
рожному и водному транспорту, сосредоточение предна-
значенных Ставкой для фронтов войск и необходимых
ресурсов заканчивается с очень незначительными откло-
нениями от графика».15
После перехода Красной Армии в контрнаступление под
Сталинградом непрерывное пополнение южного фланга
советско-германского фронта громадным количеством
боевой техники и войсками продолжалось. Только в пер-
вой половине декабря из-под Тамбова и Мичуринска к
берегам Волги была срочно переброшена созданная из
отборных войсковых соединений 2-я гвардейская армия,
для чего потребовалось 165 железнодорожных составов.16
В декабре 1942 г. 46% всех оперативных воинских эшело-
нов, выгруженных на советско-германском фронте, при-
ходилось на долю волжских фронтов.17 С июля по 1 янва-
ря 1943 г. железнодорожники доставили в район Сталин-
града 3269 оперативных эшелонов, 1056 эшелонов со снаб-
женческими грузами — всего 202377 вагонов, из них 120618
вагонов — в октябре—декабре 1942 г.18 В конце 1942 г. в
связи с подготовкой наступательной операции «Кольцо»
перед работниками транспорта была поставлена задача: в
85
предельно сжатые сроки дополнительно доставить в рай-
он Нижней Волги большое количество материальных
средств и резервов. От этого во многом зависел успех все-
го контрнаступления.19 Одновременно в конце 1942—на-
чале 1943 г. необходимо было осуществить переброску
крупных резервов советских войск в район Воронежа и
среднего течения Дона.
Опоздание эшелонов с войсками, вооружением и боеп-
рипасами к местам выгрузки на 4—5 дней ставило под
угрозу всю операцию «Колы ». В целях ускорения их под-
хода пришлось разгружать многие эшелоны в большом
удалении от предусмотренных планом мест выгрузки. Это
мероприятие потребовало дополнительного времени на
подтягивание выгружаемых воинских частей, вооружения
и боеприпасов к фронту.20
Как вспоминал бывший представитель Ставки ВГК Глав-
ный маршал артиллерии Н. Н. Воронов, на первый взгляд
казалось, что виноваты тыл и работа железнодорожного
транспорта, а в действительности их тоже винить было
нельзя, ведь тыловики и транспортники заранее не знали
многих новых задач, поставленных им только в декабре
1942 г. Эти новые сверхплановые задачи очень трудно было
выполнить в столь сжатые сроки.
«Я позвонил, — писал он, — народному комиссару пу-
тей сообщения и начальнику тыла Красной Армии Анд-
рею Васильевичу Хрулеву и стал взывать о срочной помо-
щи. Я верил ему, ибо у нас была с ним договоренность о
том, что я никогда с какими-либо пустяками к нему обра-
щаться не стану. Так мы с ним всегда и работали. Теперь
я всерьез и, как показали события, не напрасно рассчи-
тывал на его помощь».21
Несмотря на исключительно тяжелые условия и сроч-
ность задания, железнодорожники своевременно обеспе-
чивали фронт всем необходимым. Воинская погрузка на
дорогах, обслуживающих войска волжских фронтов, г ян-
варе 1943 г. достигла около 1500 вагонов в сутки. Всего же
за шесть с половиной месяцев битвы за Волгу только Ря-
зано-Уральская и Юго-Восточная дороги доставили во-
инам Красной Армии 300 тыс. вагонов с грузом.22
В сложнейших условиях приходилось трудиться в эти
дни под Сталинградом и работникам речного транспорта.
Когда началось контрнаступление советских войск, на
Волге был уже ледоход и появились ледовые заторы. Тем
не менее с помощью подрывников переправы действова-
ли до 17 декабря.23 Вновь и вновь под огнем врага проби-
вали через льды свои суда речники и военные воинские
86
пополнения. «В эти дни и ночи они творили истинно геро-
ические дела, — вспоминал бывший командующий 62-й
армией Маршал Советского Союза В. И. Чуйков. — Я сам
наблюдал ночью, как суда, метр за метром, с разгона, про-
бивая путь среди льдов, шли от пристани Тумак на север
по Волге к берегу, где оборонялась 62-я армия».24 Там тру-
дились экипажи пароходов «Громовой», «Механик Вла-
сов», «Кузнец», «Колхозник», «Сократ», «Узбек» и др. До
25 декабря обслуживали переправу команды пароходов
«Краснофлотец» и «Самара».25 Всего, по неполным дан-
ным, только за время работы переправ в районе Сталин-
градского фронта было перевезено 543 тыс. военнослужа-
щих и гражданских лиц, 29400 автомашин, 550 тягачей,
840 орудий, около 150 тыс. т боеприпасов, продовольствен-
ных и других грузов.26
Тесно взаимодействовали в дни контрнаступления с же-
лезнодорожниками, водниками и командованием советс-
ких войск авиаторы гражданского воздушного флота. В
приказе по 8-й воздушной армии от 17 декабря 1942 г.
отмечалось, что, когда в период ледохода на Волге пере-
правы оказались не в состоянии обеспечить оставку на
правый берег реки боеприпасов, горючего и авиатехиму-
щества, что создало угрозу срыва боевых действий ВВС,
переброска этих материальных средств была поручена эки-
пажам гражданской авиации. В ходе Сталинградской бит-
вы работники воздушного транспорта СССР обеспечили
доставку защитникам города на Волге 2587 т грузов, око-
ло 31 тыс. воинов и, кроме того, эвакуировали в тыл до
3,5 тыс. раненых.27
Все приведенные выше факты убедительно свидетель-
ствуют, что в период Сталинградской битвы работники
советского транспорта оказались в состоянии выдержать
громадное напряжение и в исключительно сложных усло-
виях обеспечить первоочередные нужды Красной Армии.
1. Тыл и снабжение Красной Армии. 1945. № 5—6.
С. 12.
2. История второй мировой войны. 1939—1945. М., 1976.
Т. 5. С. 45.
3. Военные сообщения в Сталинградской операции
(1942-1943 гг.). М., J948. С. 22.
4. Военно-исторический журнал. 1961. № 6. С. 85.
5. Гвардия тыла. М., 1962. С. 21.
6. Кадильников В. На огненных коммуникациях. Ста-
линград, 1945. С. 15.
87
7. Военные сообщения в Сталинградской операции.
С. 11.
8. Там же.
9. Железнодорожный транспорт. 1945. № 2—3. С. 14.
10. Военные сообщения в Сталинградской операции.
С. 16.
11. Нейгольдберг В. Я. Речной транспорт СССР в годы
Великой Отечественной войны. М., 1965. С. 103.
12. История второй мировой войны. 1939—1945. Т. 5.
С. 45.
13. Там же. С. 46; Битва за Кавказ. NL, 1954. С. 242.
14. Военные сообщения в Сталинградской операции.
С. 13, 16.
15. Двести огненных дней. М., 1968. С. 36.
16. Василевский А. В. Победа, не меркнущая в веках.
Двести огненных дней: Сб. ст. М., 1968. С. 41; Он же. Дело
всей жизни. М., 1975. С. 264.
17. Железнодорожный транспорт. 1947. № 11. С. 37.
18. Военные сообщения в Сталинградской операции.
С. 13, 16.
19. Военно-исторический журнал. 1962. bfe 5. С. 81.
20. Цит. по: Чуянов А. Сталинградский дневник. Во-
лгоград, 1968. С. 326.
21. Двести огненных дней. С. 70.
22. История Великой Отечественной войны Советского
Союза. 1941-1945. М., 1961. Т. 3. С. 196.
23. Киселева Е. Г. Во имя победы: Организаторская и
идейно-политическая работа Коммунистической партии
среди тружеников речного транспорта СССР в годы Вели-
кой Отечественной войны (1941—1945 гг.). Горький, 1982.
С. 134.
24. Чуйков В. И. Начало пути. М., 1959. С. 242.
25. Шашков 3. А. Речники в боях за Родину. М., 1975.
С. 68-69.
26. Нейгольдберг В. Я. Речной транспорт СССР в годы
Великой Отечественной войны. С. 143.
27. История гражданской авиации СССР: Научно-попу-
лярный очерк. М., 1983. С. 120.
Капитан 1 ранга В. П. Зимонин,
доктор исторических наук,
член-корреспондент Академии естественных наук РФ
СТАЛИНГРАДСКАЯ БИТВА
И ПРОБЛЕМА КОРЕННОГО ПЕРЕЛОМА
НА РАЗЛИЧНЫХ ТЕАТРАХ ВТОРОЙ
МИРОВОЙ ВОЙНЫ
Сталинградская битва, как уже здесь говорилось,
явилась решающим событием Великой Отечес-
твенной войны. Она стала тем критическим ру-
бежом, на котором была сломлена упругая, мощ-
ная по своей убойной силе стрела гитлеровского нашест-
вия, которая должна была не только пронзить экономи-
ческое сердце Советского Союза — его европейские про-
мышленные и сельскохозяйственные центры, но и, про-
йдя сквозь Уральские хребты, встретиться на рубеже ме-
ридиана Омска с такой же стрелой японского нашествия.
Но враг был повернут вспять.
Существует устойчивое мнение, что коренной перелом,
происшедший под Сталинградом, свершился в 1943 г. не
только на фронтах Великой Отечественной войны, но и,
в силу коалиционного характера второй мировой войны,
во всей этой войне. Признавая в целом справедливость
этого положения (имея в виду необратимость событий,
которые теперь неизбежно вели к поражению агрессоров
на Западе и Востоке), хотел бы проанализировать, как и в
какой степени этот перелом отразился на различных теат-
рах минувшей мировой войны.
В западной историографии имеется несколько объек-
тивных трудов, в которых признается коалиционный ха-
рактер второй мировой войны и взаимосвязь событий на
ее различных театрах. С этих позиций, например, высту-
пают такие японские исследователи, как профессор Фудзи-
вара Акира и авторы изданного на русском языке 5-том-
ного труда «История войны на Тихом океане». В послед-
ние годы отмечается появление ряда аналогичных круп-
ных работ и у американских историков, таких как М. Сто-
лер, Д. Глентц, У. Кимбол. По образному выражению пос-
леднего, на одном из советско-американских симпозиу-
мов, например, дядюшка Джо* постоянно сидел на черда-
ке (то есть позиция СССР не могла быть проигнорирова-
на) при выработке всех военно-политических решений ру-
ководства США и Великобритании с рубежа 1942—1943 гг.
Но все же наибольшее распространение на Западе имеет
89
концепция независимости, самостоятельности различных
театров второй мировой войны, приверженцы которой «не
хотят» замечать или просто игнорируют взаимосвязь со-
бытий на советско-германском фронте с развитием ситу-
ации на других ее фронтах. Одним из примеров является
крупная монография 1985 г. официального военного ис-
торика США Р. Спектора «Eagle Against the Sun» («Орел
против Солнца»), в которой описываются события войны
на Тихом океане и в которой Советский Союз упомина-
ется один только раз в конце книги, и то лишь с простой
констатацией его вступления в войну против Японии в
августе 1945 г. В остальном, по Спектору, война против
Японии — это изолированная, большей частью океанская
война, в которой главным и почти единственным добыт-
чиком победы являются Соединенные Штаты.
И. В. Сталин.
Кто же прав?
На мой взгляд, истина где-то посередине. Безусловно,
вторая мировая война носила ярко выраженный коали-
ционный характер, и каждое более или менее крупное
событие на театрах этой войны оказывало или могло ока-
зывать влияние на ход событий на других театрах.
Безусловно также, что героическая борьба советского
народа и его Вооруженных Сил в первые месяцы войны
против Германии и ее европейских сателлитов, битвы под
Москвой, Сталинградом, на Кавказе, под Курском и на
Днепре явились не только этапными событиями для со-
ветско-германского фронта, но и объективно, существен-
нейшим образом влияли на положение и наших союзни-
ков, и наших противников на всех фронтах мировой во-
йны. Точнее сказать: успехи Красной Армии в борьбе с
главной силой фашистско-милитаристского блока — Гер-
манией создавали весьма реальные военно-политические,
материальные и духовные условия для соизмеримого по
масштабам коренного перелома на других театрах войны,
который, на мой взгляд, несмотря на отдельные, порой
крупные успехи союзников на этих театрах, в 1943 г. и до
середины, 1944 г. так и не произошел. Еще точнее, види-
мо, сказать: коренной перелом во второй мировой войне
под воздействием успехов советских войск в целом про-
изошел, но не произошло коренных перемен в обстанов-
ке на театрах войны наших союзников, за исключением,
может быть, не самого главного Средиземноморско-Аф-
риканского театра.
90
Постараюсь максимально кратко обосновать это утвер-
ждение на примерах.
Сначала ответили на вопрос: а возможно ли было иное
развитие событий? Создал ли коренной перелом на совет-
ско-германском фронте, вершиной, кульминацией кото-
рого стала Сталинградская битва, условия для аналоги-
ческого перелома на других фронтах? Судите сами. После
Сталинграда стало окончательно ясно, что навсегда отпа-
ла угроза германского вторжения на Британские острова.
Стало ясно, что у Гитлера на это просто нет и не будет
сил. После Сталинграда и битвы за Кавказ был оконча-
тельно сорван стратегический план Германии и Японии,
предполагавший раздел Евразийского континента на две
колоссальные зоны военных действий по меридиану 70’,
итогом первого этапа которого должна была стать триум-
фальная встреча немецких и японских войск в Индии.1
По крайней мере, германская роль в этом сценарии уже
не могла быть исполнена — «актер» уже был безнадежно
болен, вернее, смертельно ранен.
Уже в ходе первого оборонительного этапа Сталинград-
ской битвы гитлеровское командование утратило возмож-
ность усиливать существенным образом свои группиров-
ки в Северной Африке, Средиземноморье. В результате
этого стали возможными победа английской 8-й армии в
сражении у Эль - Аламе йна (23 октября — 4 ноября 1942 г.)
и не встретившая сопротивления высадка 107-тысячного
англо-американского десанта на севере Африки 8—11 но-
ября 1942 г., что представляется некоторыми западными
военно-политическими деятелями и историками как рав-
нозначная альтернатива открытию второго фронта.
После Сталинграда группировка немецких войск в За-
падной Европе впервые была вынуждена ослабляться в
интересах наращивания усилий, а точнее, залатывания бре-
шей в позициях агрессора на советско-германском фронте
(всего в 1942 г. Гитлер перебросил сюда 69 дивизий, оста-
вив в Западной Европе 35 ослабленных соединений). Эго
создавало действительно реальные («уникальные», как счи-
тал начальник штаба армии США Дж. Маршалл) условия
для открытия полноценного второго фронта, способного
ускорить разгром (по некоторым оценкам за 1—1,5 года)
Германии, что автоматически решило бы и проблему Се-
верной Африки, где фашистский блок имел в 77 раз мень-
ше войск, чем на советско-германском фронте.2
Это то, что было на западе от Сталинграда. А теперь
посмотрим, как складывалась ситуация на востоке от него.
После Сталинграда Японии стало ясно, что Советский
91
Союз уже не падет «подобно перезревшей хурме» к ногам
японского солдата, что надежде на совместную с Герма-
нией победу в коалиционной, континентальной в своей
основе, мировой войне не суждено сбыться. А ведь воен-
ный атташе Японии находился в критические для СССР
дни под Сталишрадом, и падение этою города должно
было стать сигналом для вступления в войну против Со-
ветского Союза Японии и Турции. Этого не случилось. В
то же время ведущий противник в войне на Тихом океане
— Соединенные Штаты, экономя силы за счет более чем
скромного участия в вооруженной борьбе на западом флан-
ге мировой войны и, как сказал Дж. Маршалл, за счет
времени, купленного для американцев советским наро-
дом «ценой своей крови и отваги»,3 не только создали па-
ритет, но и превосходство в силах, достаточное (но не ис-
пользованное в то время) для решительного перехода в
наступление на завоеванные Японией в первый период
войны позиции.
Кроме того, под влиянием советских побед под Моск-
вой и Сталинградом родилось и стало крепнуть движение
Сопротивления захватчикам как на Западе, так и в стра-
нах Восточной и Юго-Восточной Азии, что значительно
осложняло положение Германии и Японии. Не следует
забывать и то, что Советский Союз по-прежнему держал
на Дальнем Востоке более миллиона своих войск, так нуж-
ных на советско-германском фронте.
Таким образом, под прямым или косвенным воздействи-
ем успехов Советского Союза на советско-германском
фронте условия для коренного перелома в вооруженной
борьбе были созданы на всех театрах второй мировой во-
йны.
Произошел ли такой перелом реально? Давайте снова
обратимся к фактам.
На Западе: второй фронт так и не был открыт, как пла-
нировалось штабом Дж. Маршалла (и было первоначаль-
но одобрено Ф. Рузвельтом) ни в сентябре — октябре 1942
г. (операция «Следжхаммер»), ни весной 1943 г. (опера-
ция «Раундап»),4 что объяснилось занятостью в это время
союзников африканскими делами, ни летом и осенью 1943
г., когда под влиянием мощных ударов Красной Армии
по основным силам вермахта в районах Орла, Курска и на
Левобережной Украине они добились успеха в Сицилии,
а затем — на Апеннинском полуострове, приведшего к
падению режима Муссолини и капитуляции 8 сентября
1943 г. Италии. Лишь на Тегеранской конференции в но-
ябре 1943 г. был установлен «твердый» срок образования
92
второго фронта — май 1944 г. (фактически высадка на
севере Франции началась 6 июня), и то после того, как
уже никто не сомневался, что СССР способен и в оди-
ночку завершить разгром фашистской Германии, и руко-
водители США и Великобритании осознали всю пагуб-
ность для себя политических и военно-стратегических
последствий ситуации, в которой оказались бы при этом
их державы.
Да! Действия союзников на Средиземноморско-Афри-
канском театре оказали существенное влияние на ослаб-
ление европейской группировки гитлеровской коалиции,
но явились ли они адекватными тем возможностям, ко-
торые открывались бы вторжением во Францию и разви-
тием наступления в промышленное сердце Германии —
Рур? Очевидно, что нет. Не случайно видный американс-
кий политический деятель А. Гарриман, непосредствен-
ный участник переговоров об открытии второго фронта,
писал, что высадка в Африке «показала, что западные
союзники могли развернуть подобные наступления на по-
бережье Нормандии или Бретани. Им не хватало лишь же-
лания (выделено нами. — В. 3.) нанести удар на Западе».5
Почему так произошло? Очевидные военные дивиден-
ды (о них убедительно говорили и генерал Дж. Маршалл,
и военный министр США Г. Стимсон, и советник прези-
дента Г. Гопкинс) от открытия второго фронта в 1942 г. в
Европе были отданы противнику во имя удовлетворения
политических интересов. Правящие круги США и Вели-
кобритании стремились на фоне быстрой и легкой побе-
ды в Африке добиться в первом случае успеха на выборах
в конгресс, а во втором — удержаться у власти (У. Чер-
чиллю грозила отставка с поста главы правительства). Это
то, что касается войны против Германии.
Еще больших сомнений вызывает справедливость ут-
верждений ряда политических и военных деятелей США
о том, что почти единственное, полностью совпавшее по
времени со Сталинградской битвой, сражение американ-
цев за остров Гуадалканал в группе Соломоновых остро-
вов на подступах к Австралии (а фактически серия из
шести небольших морских боев вокруг острова и вялоте-
кущих боевых действий на самом острове), завершившее-
ся незамеченной американцами эвакуацией в начале фев-
раля 1943 г. всего голодавшего и изнуренного болезнями
японского гарнизона острова, явилось «поворотным пун-
ктом» в войне на Тихом океане. Так утверждал, напри-
мер, командующий силами Южного района Тихоокеан-
ского ТВД адмирал У. Хэлси.6 А современный американ-
93
с кий военный историк П. Далл считает даже, чгго «после
эвакуации Японией своих войск с Гуадалканала... война
для нее была окончательно проиграна».7
Следует отметить, что коренные изменения на советс-
ко-германском фронте Японией улавливались и учиты-
вались гораздо четче, чем нашими союзниками.
Так, Сталинградская битва закончилась 2 февраля 1943 г.,
а уже в течение недели после этого японцы после долгого
затишья в боях вывели в интересах укрепления обороны
на новом рубеже свой гарнизон с Гуадалканала. Амери-
канцы же вели в это время «сражение с ветром». Сразу по
прибытии в Токио сообщения о разгроме немецко-фа-
шистских войск под Сталинградом на экстренном сове-
щании министерства иностранных дел были сделаны сле-
дующие выводы: весеннее (1943 г.) наступление немцев
не может быть успешным; силы держав «оси» будут пос-
тепенно уменьшаться; объединенные силы союзников —
СССР, США и Англии — будут расти. А в конце марта
императорской ставкой было принято решение о перехо-
де к стратегической обороне, усилении позиций на мате-
рике, в том числе на случай войны с Советским Союзом/
которого Япония стала серьезно опасаться.
Разгром немцев под Курском завершился 23 августа, а
уже в первых числах сентября в императорской ставке
была подготовлена так называемая «Оценка положения»,
сложившегося именно в результате этого события. А после
капитуляции 8 сентября 1943 г. Италии и распада трой-
ственного союза ставкой был разработан так называемый
«Новый курс», который 30 сентября был введен в дейст-
вие под наименованием «Основные принципы ведения
войны»,9 предусматривавший опору на собственные силы
и создание «непосредственной сферы национальной обо-
роны», что означало планомерное ослабление позиций
на периферийных океанских направлениях и значитель-
но облегчало задачи союзников в борьбе на море.
Как же воспользовались США и их союзники благоп-
риятной ситуацией?
В мае 1943 г. смешанным британо-американским ко-
митетом начальников штабов был принят так называе-
мый «Стратегический план разгрома Японии», рассчитан-
ный на 1943—1944 годы. Однако, как ни парадоксально,
он абсолютно не предусматривал «разгрома Японии». На-
иболее активными в нем выглядели действия союзников
в северной, центральной и южной частях Тихого океана.
При этом они преследовали весьма скромные цели: «из-
гнать японцев с Алеутских островов», т. е. освободить два
94
небольших острова Атту и Кыска; «продвигаться от Перл-
Харбора на запад» (через полгода с огромным трудом и
большими потерями был освобожден небольшой остров
Тарава) и продолжать (уже почти 10 месяцев осуществляв-
шиеся) попытки «наступать на Рабаул» — военно-морс-
кую и авиационную базу японцев на острове Новая Бри-
тания у тех же Соломоновых островов с целью «последу-
ющего развития наступления вдоль северного побережья
близлежащего острова Новая Гвинея»,10 где также пози-
ционные бои продолжались уже длительное время. Так
американо-британская гора родила мышь. Все это было
рецидивом господствовавшего в военном искусстве США
принципа «step by step» («шаг за шагом»), или «от острова
к острову», который сами же американцы ехидно окрес-
тили: «от пальмы к пальме». В Китае и на Бирманском
фронте в 1943 г. обстановка также практически не изме-
нилась, за исключением утраты союзниками сухопутных
коммуникаций между Китаем и Бирмой и японцами —
господства в воздухе.
Чем же объясняется такая медлительность в разверты-
вании союзниками военных действий на Азиатско-Тихо-
океанском театре войны? Недостатком сил? Нет — уже к
зиме 1942 г. ВМС США на Тихом океане превосходили
японские ВМС по числу кораблей основных классов, а в
конце 1943 г. имели около 700 боевых кораблей (в зоне
Атлантики — 500) против около 200 у японцев.11 Значи-
тельно превосходили союзники японцев и по численнос-
ти сухопутных войск. С конца 1942 г. в зоне Тихого океа-
на было больше личного состава американских вооружен-
ных сил чем на фронтах борьбы с Германией, в т. ч., на-
пример, по морской пехоте в декабре 1943 г. в 7 раз (160,4
тыс. человек). В 1943 г. в США было произведено 85898
самолетов, в то время как в Японии — всего 16693, а мор-
ской транспортный тоннаж в том году в США увеличился
на 19 млн. т, в то врежш как в Японии — только на 1,3
млн. т.12 Сложностью обстановки? Тоже нет — она все
больше благоприятствовала союзникам.
Как и на Западе, в развитие событий на Востоке власт-
но вмешивались политические факторы. Гоминьдановс-
кое руководство Китая было больше заинтересовано в
борьбе с формированиями китайской компартии, нежели
с не проявлявшими в 1943 г. никакой активности япон-
скими оккупационными войсками. Британское командо-
вание не желало активизации военных действий по очис-'
тке от японцев своих колониальных владений и в первую
очередь Бирмы, что привело бы, ввиду усиления нацио-
95
нально-патриотических сил, получавших боевой опыт в
движении Сопротивления против японских оккупантов-
колонизаторов, к необходимости предоставления им не-
зависимости, что не входило в планы Лондона. Англича-
не не хотели также и чрезмерного усиления роли Китая в
азиатских делах. США, в свою очередь, стремились огра-
ничить влияние на послевоенные дела в регионе Англии
и старались поэтому не допустить активного участия бри-
танских вооруженных сил в войне на, собственно, Тихом
океане. И наконец: после того как на Тегеранской кон-
ференции в ноябре 1943 г. И. В. Сталин заявил о готов-
ности СССР вступить в войну против Японии после за-
вершения разгрома Германии, у руководителей США во-
обще отпало желание ускорять ход событий здесь с тем,
чтобы избежать излишних американских жертв — «пусть
жертвуют другие!» в борьбе с фанатичным противником.
В результате ни один из крупных и не очень планов
военных операций, которые были разработаны и доско-
нально обсуждались на серии конференций в Каире и
Тегеране в конце 1943 г., так и не был осуществлен. Более
того, воспользовавшись такой ситуацией, Япония пере-
шла в марте 1944 г. в наступление в Бирме и в апреле 1944 г.
провела грандиозную операцию «Итиго» в Китае. Лишь в
середине апреля китайские и английские войска смогли
перейти в контрнаступление на Бирманском фронте, а пос-
ледствия удара японцев на юг, в ходе которого они захва-
тили 45 городов, уничтожили ряд американских аэродро-
мов, вывели из строя около 100 гоминьдановских диви-
зий общей численностью до 700 тыс. человек, были лик-
видированы лишь к маю 1945 г.13
Подводя итог сказанному, хочу еще раз подчеркнуть,
что, несмотря на все эти сложности, в результате Сталин-
градской битвы был не только сделан огромный вклад в
достижение перелома в Великой Отечественной войне,
но и оказано определяющее влияние на дальнейший ход
всей второй мировой войны — поражение фашистско-
милитаристской коалиции стало необратимым.
Серия ударов советских войск по врагу в 1943 г., начало
которой было положено под Сталинградом, уничтожение
на советско-германском фронте главных сил вермахта (96%
всех его потерь) создали идеальные условия для. коренно-
го перелома в событиях на других фронтах мировой во-
йны, которыми наши союзники не смогли или не захоте-
ли в то время в полной мере воспользоваться. В связи с
этим впереди еще была длительная кровопролитная борь-
ба, основная тяжесть которой по-прежнему лежала на пле-
96
чах советского народа и воинов Красной Армии, в том
числе на многих из тех, кто нанес сокрушительное пора-
жение врагу под Сталинградом.
1. Martin В. Deutschland und Japan im Zweiten Weltkrig;
Vom AngrifT auf Perl Harborg bis zur deutschen Kapitelation.
Gottingen ets, 1969. S. 61.
2. Коренной перелом вс второй мировой войне: По ма-
териалам военно-научной конференции. М., 1975. С. 9.
3. The War Reports of General of the Army G. Marshall,
Chief of Staff General of the Army H. H. Arnold, Comman-
ding General Army Air Force, Fleet Admiral Ernest J. King,
Commander-in- Chief of Naval Operations. Philadelphia; N.
Y., 1947. P. 153.
4. Батлер Дж., Гуайер Дж. Большая стратегия. Июнь 1941
—августа 1942: Пер. с англ. М., 1962. С. 512—518.
5. Harriman A., Abel Е. Special Envoy to Churchill and Sta-
lin, 1941-1946. N. Y., 1975. P. 175.
6. Halsey W., Bryan J. Admiral Halsey s Story. N. Y., 1947.
P. 113.
7. Dull P. A. Battle History of the Imperial Japanese Nave
(1941—1945). Annapolis (Maryland), 1979. P. 340.
8. Хаттори T. Дайтоа сэнсо дзэн си (Полная история
войны в великой Восточной Азии). Токио, 1970. С. 551.
9. King Е. & Whitehill W. Fleet Admiral King. A. Naval
Record. L., 1953. P. 179; Нимиц Ч., Поттер Э. Война на
море (1939—1945); Сокр. пер. с англ. М., 1965. С. 360.
10. Хатгори Т. Дайтоа сэнсо дзэн си. С. 575; Хаяси С.
Японская армия в военных действиях на Тихом океане:
пер. с англ., М., 1964. С. 86.
11. Мэтлофф М. От Касабланки до «Оверлорда»; Пер. с
англ. М., 1964. С. 461.
12. Японский милитаризм: (Военно-историческое иссле-
дование). М., 1972. С. 198.
13. Мэтлофф М. От Касабланки до «Оверлорда». С. 497—
499; История войны на Тихом океане: В 5 т. М., 1958. Т. 4.
С. 73—74; Савин А. С. Японский милитаризм в период
второй мировой войны. М., 1979. С. 165—166.
7 Зак. №65
У7
Р. Ф. Иванов,
доктор исторических наук, профессор
РЕАКЦИЯ ОБЩЕСТВЕННОСТИ США
НА СТАЛИНГРАДСКУЮ БИТВУ
МВЖ азгром немецко-фашистских войск под Москвой
оказал большое позитивное влияние на амери-
7^7^ канскую общественность. Периодически прово-
лившиеся в США опросы общественного мне-
ния показывали, что уверенность американцев в конеч-
ном разгроме фашистских захватчиков на советско-гер-
манском фронте значительно окрепла.
Однако успешное наступление немецких войск летом и
осенью 1942 г. вызвало новые многочисленные пессимис-
тические отклики в самых различных кругах американс-
кой общественности. Разведслужба США, анализируя от-
клики американской прессы на ход второй мировой во-
йны, 30 октября 1942 г. делала вывод: «К войне в России
отклики прессы в определенной мере относятся прене-
брежительно. Они с удовольствием констатируют продол-
жающееся сопротивление (Красной Армии. — Р. И.) в
Сталинграде, но отмечают, что она не смогла выбить за-
хватчиков из города и что нацисты продолжают успешно
продвигаться к нефтяным источникам Грозного».1 20 но-
ября 1942 г., на следующий день после начала советского
наступления под Сталинградом, разведслужба США опуб-
ликовала доклад, в котором подробно рассказывалось об
успехах американских вооруженных сил на Соломоновых
островах. Победы американского флота приравнивались
к сражениям, выигранным адмиралом Нельсоном. Ни сло-
ва не говорилось о начале советского наступления под
Сталинградом.2 Та же служба в докладе от 4 декабря 1942 г.,
когда уже было более чем достаточно информации о со-
бытиях на Сталинградском фронте, делала вывод: «Для
миллионов американцев наше успешно развивающееся на-
ступление в Северной Африке означает начало подлинно
поворотного пункта в войне». Здесь же говорилось о «ве-
ликой морской победе (американцев. — Р. И.) на Тихом
океане, которая вызвала потрясающий подъем в настрое-
нии общественности... Три четверти американцев теперь
уже убеждены, что мы вступили на дорогу, которая при-
98
ведет нас к победе в этой войне».3 И вновь ни слова о
Сталинграде.
Многие из тех, кто формировал общественное мнение
США, были убеждены, что битва за Сталинград — это
последнее сражение Красной Армии, которая будет здесь
полностью разгромлена. А дальнейшее сопротивление
СССР после этого станет невозможным. 15 июля 1942 г.
издатель газеты «Чикаго сан» Силиман Эванс писал пре-
зиденту Рузвельту о возникновении реальной угрозы того,
что Вооруженные Силы СССР будут полностью уничто-
жены». Он предполагал учесть это в практической поли-
тике США. «Я, — писал издатель, — не могу представить
себе, как Россия сможет в 1943 г. продолжать сражаться к
западу от Урала, если внутренние водные пути перереза-
ны потерей Волги в районе Сталинграда». К письму была
приложена передовая статья из «Чикаго сан», в которой
развивались изложенные оценки.4
21 августа 1942 г. разведслужба констатировала: «Опре-
деленное представление о серьезности, с которой воспри-
нимает америк2анское общественное мнение превратнос-
ти, возникшие в России, дают ответы на следующий во-
прос: «Если Россия не получит от союзников дополнитель-
ной помощи, считаете ли вы, что она сумеет выстоять про-
тив Германии до наступающей зимы?» 38% ответили «да»,
43% — «нет», 19% не высказали своего мнения.5
9 августа 1942 г. канзасская газета опубликовала статью
Томаса Джонсона, в которой в похоронных тонах описы-
валась военная ситуация на советско-германском фрон-
те. Автор утверждал, что оптимизм в отношении Красной
Армии в Вашингтоне исчез... Необходим контрудар рус-
ских на Донском фронте. Но Россия потерпела тяжелые
военные поражения...» Газета писала, что население СССР
сократилось до 135 .млн. чел., а в Германии в результате
оккупации большинства стран Европы оно увеличилось с
80 до 200 млн. человек. Перспективы развития ситуации
на советско-германском фронте виделись газете в самых
мрачных тонах.6
Американское общественное мнение высказывалось не-
гативно в отношении перспектив Красной Армии в Ста-
линграде и о сообщении прессы США о том, что в ре-
зультате наступления вооруженных сил США и Англии в
Северной Африке якобы большое число немецких диви-
зий было снято с советско-германского фронта. Если Крас-
ная Армия не смогла это использовать, значит, ее удар-
ный потенциал уже иссяк. В частности, канзасская газета
отмечала 12 ноября 1942 г.: «Из обычно хорошо инфор-
99
мированного источника сообщается, что в спешном по-
рядке были осуществлены меры по расквартированию в
Югославии и Венгрии 40 новых немецких дивизий, выве-
денных из России». Эта мера осуществлялась для того,
чтобы укрепить немецкий «средиземноморский фланг»,
оказавшийся под угрозой в связи с успешным американо-
английским наступлением в Северной Африке.7
Когда стало очевидно, что в тяжелых боях под Сталин-
градом Красная Армия одержала победу действительно
исторического значения, американская общественность
вынуждена была констатировать, что в очередной раз была
допущена Соединенными Штатами недооценка и воен-
ной, и экономической силы Советского Союза. 29 декаб-
ря 1942 г. канзасская газета писала: «Ясно, что мир вновь
не смог правильно оценить возможности Красной Армии
для новых наступательных операций».8
Американская пресса много и подробно писала о поте-
ре Советским Союзом огромной части своего экономи-
ческого потенциала в результате оккупации немецко-фа-
шистскими войсками важнейших промышленных регио-
нов СССР. В боях под Сталинградом Красная Армия ис-
пользовала большое количество первоклассной военной
техники отечественного производства. Это было свидетель-
ством большой, далеко еще не исчерпанной экономичес-
кой мощи Советского Союза.
Многие американские издания писали, что проведен-
ная в СССР коллективизация сельского хозяйства и ин-
дустриализация промышленности создали мощную эко-
номическую основу, на которой базируется военная мощь
Советского Союза. По признанию американской прессы
эвакуация промышленных предприятий на восток страны
была проведена в кратчайшие сроки и на исключительно
высоком организационном уровне. Это позволило сохра-
нить военно-экономический потенциал страны и даже зна-
чительно приумножить его. Одна из канзасских газет де-
лала вывод, что «Россия сумела за шесть месяцев сделать
то, на что Германии потребовалось шесть лет». Американ-
ская общественность отдавала должное не только Крас-
ной Армии, но и советским рабочим, трудовой подвиг
которых она оценивала исключительно высоко. 13 февра-
ля 1942 г. канзасская газеты опубликовала статью «Недо-
оценка советского рабочего». В статье говорилось: «Враг
недооценил советских рабочих (сегодня это, главным об-
разом, женщины) даже в большей мере, чем русских со-
лдат. Благодаря их героическому труду мощь советской про-
мышленности была восстановлена в разгар самых гранди-
озных в истории сражений».
100
В статье отмечалось: «В 1943 г. в СССР больше про-
мышленных рабочих, чем когда бы то ни было раньше.
Несмотря на огромные потери, сравнимые, может быть,
только с Китаем, Россия производит танков, самолетов и
другой военной техники больше, чем перед войной».9
Американская общественность исключительно высоко
оценивала военно-политическое значение разгрома немец-
ко-фашистских войск под Сталинградом. Еще во время
тяжелейших августовских боев, когда американская пе-
чать очень мрачно писала о перспективах Красной Армии
в боях за этот город, канзасская газета исключительно
высоко оценивала стратегическое значение Сталинграда.
«Сталинград, — говорилось в одной из статей, — не про-
сто город, а две мощные транспортные артерии. Одна из
них — Волга, вторая — две железные дороги, по которым
кавказская нефть транспортируется в остальную часть Рос-
сии».10
Секретная служба США 16 октября 1942 г. констатирова-
ла: «Сообщения из Германии о том, что немцы под Ста-
линградом изменили свою тактику, воспринимаются
(в США. — Р. И.) скептически». Еще развертывался обо-
ронительный период Сталинградской битвы, а разведыва-
тельная служба США делала вывод, что «успешная защита
русскими ключевого индустриального центра может стать
подлинным поворотным пунктом в войне». Уже в этот пе-
риод Сталинградской битвы многие американские, подчер-
киваю — местные, а не центральные, газеты отмечали ис-
ключительно важное стратегическое значение Сталинград-
ской битвы. Например, «Хартфорд Каурант» писала: «Рус-
ские защитники Сталинграда, возможно, повернули Гит-
лера на его дорогу к Ватерлоо». Газета «Дейли Оклахомы»
заявляла: «В конечном счете вполне возможно, что это гло-
бальная война может быть выиграна русскими солдатами...»11
Анализируя для президента Рузвельта содержание более
130 передовых статей американских газет за прошедшую
неделю, разведывательная служба США отмечала 21 ав-
густа 1942 г., в период напряженнейших боев за Сталинг-
рад, что в пяти передовицах отмечалось: «История свиде-
тельствует о том, что Россия непобедима».12
В аналогичном обзоре от 4 сентября 1942 г. отмечалось,
что из 150 передовых статей в 68 говорилось о «решающей
битве за Сталинград, где положение русских исключитель-
но серьезно, но не безнадежно». В 25 передовых статьях
звучал призыв о «необходимости немедленно оказать Рос-
сии всю возможную помощь». В 15 передовицах «отдава-
лось должное храбрости и патриотизму русских».13
101
Показателен такой же обзор передовых статей газет США
от 9 октября 1942 г. Из 188 передовиц в 130 говорилось о
боях «на восточно-европейском фронте, о Сталинградс-
кой битве... в большинстве из них сообщалось, что защит-
ники Сталинграда в состоянии предотвратить захват горо-
да немцами: Сталинградская битва может изменить весь
ход войны».14
По мере приближения трагической для немцев развязки
события под Сталинградом постепенно менялись темати-
ка и тональность передовых статей американских газет.
16 октября 1942 г. соответствующий отчет разведслужбы
США содержал информацию о том, что из 130 передовых
статей в 99 публиковались материалы о «героях Сталин-
града». В передовых статьях говорилось об «огромном ко-
личестве живой сийы и военного снаряжения, потерян-
ных Гитлером». В большинстве передовиц отмечалось, что
наступил поворот, и Сталинградская битва может стать
главной победой русских. В некоторых передовых статьях
• отмечалось, что советское сопротивление (под Сталингра-
дом. — Р. И.) изменило планы Японии в отношении на-
падения на Сибирь. В четырех передовицах говорилось о
том, что «сила сопротивления России дает нам время под-
готовиться» (к будущим боям. — Р. И.), «предупреждалось,
что, если Гитлер одержит победу над Россией, он сможет
перегруппировать и повернуть свои силы против Брита-
нии и США». 13 передовиц было посвящено Советскому
Союзу. В четырех констатировалось, что «мы начинаем
давать новую оценку влияния России на результат войны».15
Анализ содержания и тональности передовиц американ-
ских газет — исключительно ценный источник для объек-
тивного определения настроений общественности США,
их изменения в зависимости от того или иного развития
событий на советско-германском фронте. Этот анализ сви-
детельствует о том, что еще до завершения гигантской
битвы на Волге успешная оборонительная фаза боев под
Сталинградом оказывала большое позитивное воздейст-
вие на различные круги общественности США, способ-
ствовала укреплению их симпатий к Красной Армии, со-
ветскому народу. Но это не влияло на негативную оценку
американской общественностью тоталитарного характера
политического режима в Советском Союзе.
Изучение перепадов в настроениях общественности США
во время Сталинградской битвы позволяет сделать вывод
о том, что в США прекрасно понимали, что это было то
сражение, от которого зависел не только результат совет-
ско-германской войны, но и исход всей мировой войны.
102
Отнюдь не вся общественность США была уверена в пол-
ожительном для советской стороны исходе этой битвы.
Показательно, что именно в период предельного напря-
жения в развитии этого сражения появились многочис-
ленные публикации о возможности заключения сепарат-
ного мира между СССР и Германией.
Разведывательная служба в докладе от 10 июня 1942 г.
поместила диаграмму, свидетельствовавшую о том, что 51%
опрошенных американцев ответил отрицательно на вопрос,
существует ли угроза заключения Советским Союзом се-
паратного мира с Германией, 25% ответили положитель-
но, 23% не имели мнения по этому вопросу. В коммента-
рии авторов доклада отмечалось: «Большой процент тех,
кто верит в возможность заключения Россией сепаратно-
го мира, может, в частности, объясняться тем, что пози-
ция России в этой войне исключительно сложная. И, без-
условно, сотрудничество России с Германией в прошлом
также является источником подозрительности».16
В докладе разведывательной службы 7 августа 1942 г. ком-
ментировалась статья в немецкой газете «Фолькишер Бе-
обахтер», опубликованная 20 июля 1942 г. В ней говори-
лось, что Великобритания, а не большевизм, — главный
враг Германии. После этой статьи сателлиты Германии и
нейтральные страны как по команде заговорили о воз-
можности заключения сепаратного мира между Германией
и Россией. «На этой неделе, — говорилось в докладе, —
Антиллес радио (Виши) выступило с заявлением, припи-
сывающим шведской газете «Социал демократен» инфор-
мацию о том, что нацисты после захвата Сталинграда пред-
лагают Москве сепаратный мир. Согласно радио Виши,
отказ принять это предложение приведет к тому, что япон-
цы нанесут удар по Сибири».17
Разведывательные службы, тем более те ее подразделе-
ния, которые готовят оценочные материалы для главы го-
сударства, занимаются анализом только тех материалов,
которые имеют важное практическое значение. С этой
точки зрения показателен большой интерес разведки США
к вопросу о возможности заключения сепаратного мира
между Германией и СССР в период, когда исход Ста-
линградской битвы еще не был определен. В докладе от
16 октября 1942 г. разведка США констатировала: «Аме-
риканцы по различным направлениям критически выска-
зываются о наших главных союзниках — Англии и Рос-
сии. В то время как американцы снимают шляпы перед
вкладом России в борьбу с общим противником, многие
из них продолжают подозревать, что она может заключить
103
сепаратный мир с Гитлером или не будет сотрудничать с
нами после войны».
В том же докладе приводились результаты опроса аме-
риканцев: в мае 1942 г. 77% опрошенных ответили, что
Англия не заключит сепаратного мира с Германией. В от-
ношении СССР такой же ответ дал только 51% опрошен-
ных. В. июле 1942 г. соответствующие ответы составили
81% и 56%.18
Трудно сказать, насколько искренними были опасения
американцев на тот счет, что Советский Союз мог пойти
на сепаратный мир с фашистской Германией. Впрочем,
если для президента страны проводились соответствую-
щие исследования, то очевидно, что такая проблема в оп-
ределенной мере беспокоила американскую обществен-
ность. Другой вопрос, насколько эти опасения были ре-
альны. Мне представляется, что «эксперимент» с заклю-
чением советско-германского пакта в августе 1939 г. был
слишком серьезным уроком для советского руководства,
чтобы можно было в какой-то новой форме повторить
что-то близкое к такому эксперименту.
Сталинградская битва в заключительной мере активи-
зировала интерес американской общественности ко вто-
рому фронту. Причем показательно, что отношение об-
щественности США к этой проблеме во многом менялось
в зависимости от ситуации, складывавшейся в районе Ста-
линграда.
Разведслужба в докладе от 29 июля 1942 г. констатиро-
вала: «В начале\июля Американский институт обществен-
ного мнения поставил в национальном масштабе вопрос:
«Хотели бы вы, чтобы в ближайшем будущем Англия и
Соединенные Штаты попытались нанести широкомас-
штабный удар по Германии и Западной Европе, или же
вы считаете, что им следует подождать, пока они станут
сильнее?» Результат был следующий: «Нанести удар — 48%,
подождать — 34%, нет мнения — 18%.
Многие представители общественности США высказы-
вались за открытие второго фронта, опасаясь, что Совет-
ский Союз не выдержит мощных ударов военной маши-
ны. 21 августа 1942 г. разведслужба США анализировала
результат опроса американской общественности по сле-
дующему вопросу: «Если помощь России от союзников
не будет увеличена, сможет ли она выстоять против не-
мцев до этой зимы?» 38% ответили «да», 43% — «нет»,
19% не высказали своего мнения.19
Насколько можно судить по результатам исследований,
проведенных разведкой США, обозреватели прессы были
104
настроены достаточно консервативно в отношении откры-
тия второго фронта. В докладе разведслужбы от 25 сентяб-
ря 1942 г. говорилось: «Только меньшинство обозревате-
лей прямо требуют открытия второго фронта. Однако зна-
чительная их часть с тревогой обсуждает возможные пос-
ледствия провала попыток осуществить вторжение в Ев-
ропу в ближайшее время». Например, газета «Крисчен сай-
енс монитор» заявляет: «К весне стоимость второго фрон-
та удвоится или утроится».20
Даже те, кто считал, что не надо торопиться с открыти-
ем второго фронта, с тревогой заявляли, что бесконечные
оттяжки с решением этого вопроса нанесут тяжелый удар
по отношениям между СССР и союзниками. Проанализи-
ровав позицию прессы США, разведывательное ведомст-
во 25 сентября 1942 г. заявило, что «многие комментаторы
делали вывод о том, что неспособность США и Англии
открыть в ближайшем будущем второй фронт подрывает
отношения между союзниками и Россией».21
Пресса США исключительно высоко оценивала значе-
ние Сталинградской битвы. 3 февраля 1942 г. канзасская
газета на первой странице опубликовала статью «Сталин-
град!». Автор писал, что немецкие армии были наголову
разбиты под Сталинградом. Эта битва — «поворотный
пункт в войне и величайшая катастрофа для немецких
армий на протяжении всей второй мировой войны».22 Га-
зета отмечала, что слово «Сталинград» будет навечно за-
несено в историю «наряду с самыми главными в мире бит-
вами — Фермопилы, Ватерлоо, Марна».23
В другой корреспонденции отмечались три важнейшие
причины, определявшие исключительную важность побе-
ды, одержанной Красной Армией под Сталинградом.
1) Сталинград — важнейший центр коммуникаций, че-
рез него лежит путь к нефти Кавказа.
2) Немецкая армия понесла огромные потери, уничто-
жена армия численностью более 300 тыс. человек.
3) «Гитлер провозгласил Сталинград символом победы
над Россией».
Характерно, что, определяя причины блестящего успеха
Красной Армии, газета объяснила их тем, что генералов
освободили от опеки политкомиссаров. «Отныне Красная
Армия управляется самой Красной Армией».24
Крупнейший в США специалист по изучению отноше-
ния американской общественности к СССР в годы войны
Ральф Леверинг цитировал газету «Нью-Йорк генеральд
трибюн»: «Американцы могут бросить взгляд на спокой-
ные улочки своих городов и попытаться представить их в
105
условиях страшных разрушений, которые обрушились на
Сталинград. Они могут взглянуть на своих соседей и
представить себе мужчин и женщин Сталинграда, сража-
ющихся за каждую окровавленную пядь земли пригород-
ных улиц... Сталин убивает тех, кто убивал бы американ-
цев. В Сталинграде выиграно время для будущей победы».
Приведя это высказывание, Леверинг отмечал, что газета
использовала «те слова, которые приводились во всех сред-
ствах информации и в речах политиков».25
Столь крупный специалист по изучению общественно-
го мнения США, как Леверинг, имел все основания ут-
верждать, что оценка популярной американской газетой
Сталинградской битвы была типичной в те дни для средств
массовой информации США.
Празднование 7 ноября 1942 г. совпало с кануномчтере-
хода Красной Армии в контрнаступление под Сталингра-
дом. Уже к началу ноября стало очевидно, что немецким
вооруженным силам не удалось выполнить поставленные
перед ними задачи. Было ясно, что не за горами контрнас-
тупление Красной Армии. Американская печать, излагая
содержание доклада И. В. Сталина, посвященного 25-й
годовщине Октябрьской революции, обращала внимание
на то, что Верховный Главнокомандующий Вооруженны-
ми Силами СССР довольно прозрачно намекнул на гото-
вящийся советский контрудар.
Развитие события под Сталинградом в канун националь-
ного праздника Советского Союза создавало особенно
приподнятое праздничное настроение. Это отчетливо чув-
ствовалось и в Соединенных Штатах. Друзья СССР в США
назначили на 7 и 8 ноября массовые митинги солидарнос-
ти с Советским Союзом, которые должны были состоять-
ся на центральной площади Нью-Йорка — Медисон Сквер
Гардиан. Леверинг писал по поводу этих митингов: «Луч-
шего места для такого митинга выбрать было невозмож-
но, т. к. только в России энтузиазм по поводу советского
дела был сильнее, чем в Нью-Йорке».
О большом значении, которое придавали этим митин-
гам власти Нью-Йорка, свидетельствовал тот факт, что мэр
города Ла Гардиа провозгласил 8 ноября, когда состоя-
лось главное торжество по поводу годовщины Октября,
«Днем Сталинграда». Ла Гардиа заявил, выступая на ми-
тинге, что «великий и героический русский народ» праз-
днует 25-ю годовщину своей революции. Оборону Сталин-
града он назвал «славным, выдающимся событием юби-
лейного года России». Мэр заявил, что его выступление —
«дань уважения нашему русскому союзнику, свидетельст-
106
во нашего боевого союза и залог совместных действий с
СССР до нашей полной победы».26
Американская печать, отражая настроения обществен-
ности страны, подчеркивала, что значение Сталинградс-
кой битвы выходит далеко за рамки второй мировой во-
йны. Р. Леверинг ссылался в своей книге, посвященной
изучению отношения общественности США к Советско-
му Союзу в годы второй мировой войны, на публикацию в
газете «Нью-Йорк тайме» от 26 февраля 1942 г. Он отме-
чал, что эта публикация также была типичной для прессы
США тех дней. «Советские войска, — отвечала газета, —
не только доказали, что они являются величайшей совре-
менной армией, прекрасно руководимой и отлично осна-
щенной. Советские Вооруженные Силы превратили Со-
ветский Союз в мощнейшую мировую державу, каковой
никогда не была Российская империя. Они не только уп-
рочили политику Сталина и укрепили его престиж в Рос-
сии и за ее пределами. Вооруженные Силы России дали в
руки Сталину могущественный инструмент для реализа-
ции его планов в будущем».
Последующие события со всей убедительностью пока-
зали, что подобные оценки Сталинградской битвы не были
сиюминутными восторженными откликами, вызванными
большой победой дела союзников, которая пришла после
Трехлетних успехов вермахта, создавших ему славу непо-
бедимых вооруженных сил.
В приведенных высказываниях содержалась профессио-
нально обоснованная оценка стратегического значения этой
самой крупной битвы второй мировой войны. Средства
массовой информации США обоснованно делали вывод о
невиданной стойкости, упорстве и храбрости русского со-
лдата, о выдающемся полководческом таланте советских
военачальников. Как заявила одна американская газета,
Сталинградская битва показала, что «немецкие генералы
отнюдь не держат монополию на военную гениальность».
Обоснованно подчеркивался выдающийся вклад тружени-
ков советского тыла, в первую очередь рабочего класса, в
разгром немецко-фашистских войск под Сталинградом.
Исключительно важное значение имело и то, что аме-
риканское общественное мнение очень высоко и пол-
ностью обоснованно оценивало огромное политическое
значение этой великой победы, ее определяющее влияние
не только на весь ход войны, но и на ее результаты, на
послевоенное мирное урегулирование.
Как показали последующие события, руководство США
сделало из Сталинградской битвы свои далеко идущие
107
политические выводы. Они касались не только таких ко-
ренных проблем войны, как необходимость поторопить-
ся с открытием второго фронта, чтобы успеть внести свой
вклад в разгром основных немецких вооруженных сил в
Евроце. И сделать тем самым свою весомую заявку на
послевоенное мирное урегулирование с учетом военно-
политических, экономических и идеологических интере-
сов западных союзников.
Сталинградская битва показала огромную военную, эко-
номическую, политическую и морально-психологическую
мощь Советского Союза. Это позволяло ему в будущем в
полный голос заявить о послевоенном урегулировании в
Европе и в Азии с учетом реального вклада СССР в общее
дело Победы.
Все это должно было сыграть свою важную роль в буду-
щем послевоенном мире. И первый серьезный, а может
быть, и определяющий вклад в эту новую расстановку сил
в послевоенном мире внесла победа Советских Вооружен-
ных Сил и Сталшпрадской битве.
Таковы основные выводы, которые возникают в резуль-
тате рассмотрения реакции американской общественнос-
ти на великую победу Красной Армии в Сталинградской
битве.
1. Franklin D. Roosevelt Library, PSF, Box. 174 October 30,
1942. Inerlligence Report. N 47. P. 2 (далее — FRL).
2. Ibid. November 20, 1942, Report N 50. P. 2.
3. Ibid. December 4, 1942. Report N 52.P. 4.
4. FRL, OF 22 Od, Box. 3. Russia 1942, Silliman Enans to
Franklin Roosevelt, Juky 15, 1942.
5. FRL, PSF, Box N 174, Intelligence Report N 37,8/21/42,
P. 27.
6. The Topeka Daily Capital, 1942. August 9.
7. Ibid. 1942. November 12.
8. The Kansas City Star. 1942. December 29.
9. Ibid. 1943. Febryary 13.
10. The Topeka Daily Capital. 1942. August 9.
11. FRL, PSF, Box 174, Intelligence Report. N 45, October
16, 1942, P. 4.
12. FRL, OF 5015. August 20-31, 1942.
13. FRL, OF 5015. September 1942. Box 1. P. 3.
14. FRL, OF 5015. October 1942. Box 1.
15. Ibidem.
16. FRL, PSF. Box 173. Surwey of Intelligence, Material N
27,6/10/42. P. 11.
108
17. FRL, PSF. Box 174. Intelligence REPORT N 35,8/7/42.
P. 20.
18. FRL, PSF. Box 174. October 11. 1942. Intelligence Re-
port-Trends in American Public Opinion since Pearl Haibor.
Chart VIII.
19. FRL, PSF. Box. 174. Intelligence Report N 37. 8/21/42.
P. 6.
20. FRL, PSF, Box. 174. Intelligence Report N 42. 9/25/42.
P. 2.
21. Ibid. P. 1.
22. The Kansas Cety Times. 1943. Febryary 3.
23. Ibid. 1943. Febryary 4.
24. Levering K. American Opinion and the Russian Alliance,
1939-1945. Chapel Hill, 1976. P. 89.
25. Ibid. P. 100, 101.
26. Ibid. P. 106.
Генерал-майор в отставке
M. Н. Кожевников,
кандидат военных наук
ВОСПОМИНАНИЯ СТАРШЕГО ОФИЦЕРА
ШТАБА ВВС КРАСНОЙ АРМИИ
О ДЕЙСТВИЯХ АВИАЦИИ
В СТАЛИНГРАДСКОЙ БИТВЕ
Здесь, на конференции, я выступаю как ветеран
войны, Вооруженных Сил, непосредственный
участник развернувшихся событий накануне Ста-
линградской битвы и в ходе ее ведения (17.08.1942
— 2.02.1943 гг.) с воспоминаниями о некоторых важных
моментах привлекаемых сил авиации и принимаемых по ним
решениям командованием.
По Mocvy твердому убеждению, эти моменты не потеря-
ли своего значения и в современном трудном периоде стро-
ительства Вооруженных Сил Российской Федерации и
особенно для Военно-воздушных сил.
Тогда на фронтах войны я был в должности старшего
офицера оперативного управления штаба ВВС в двух, со-
зданных по решению высшего командования, оператив-
ных группах: в группе генерала П. С. Степанова (20.06.1942
— 12.08.1942 гг.), а в ходе Сталинградской битвы — в опе-
ративной группе А. А. Новикова — командующего ВВС
(12.08.1942 — 2.02.1943 гг.). Деятельность оперативной груп-
пы на фронтах войны были близка по своему содержанию
к деятельности всего Оперативного управления штаба
109
Военно-воздушных сил Советской Армии, находившего-
ся в Москве.
НАКАНУНЕ СТАЛИНГРАДСКОЙ БИТВЫ
Начавшаяся 12 мая 1942 г. Харьковская наступательная
операция войск Юго-Западного фронта закончилась не-
удачно. 19 мая Главкомом данного направления Марша-
лом Советского Союза С. К. Тимошенко с запозданием
был отдан войскам приказ о переходе к обороне. Наши
войска понесли большие потери. 28 июня 1942 г. вражес-
кая группировка, сосредоточенная восточнее Курска, пе-
решла в наступление против Брянского фронта в стыке
двух (13-й и 40-й) армий, прорвала оборону и за двое су-
ток продвинулась на 40 км. Создались тяжелые условия
для войск фронта в ликвидации прорыва. Требовалась
срочная поддержка с воздуха силами авиации. Группа П.
С. Степанова, в которой находился и я, действовала на
Брянском фронте. 29 июня Ставка ВГК приказала П. С.
Степанову имеющимися силами ВВС фронта (командую-
щий — генерал И. Т. Пятыхин) и придаваемыми авиации
дальнего действия 100 тяжелыми бомбардировщиками ор-
ганизовать и провести мощные авиационные удары по
прорвавшейся группировке агрессора с целью ее ликвида-
ции. В директиве Ставки были сформулированы конкрет-
ные задачи и указаны сроки их выполнения. Все действия
привлекаемых сил авиации были оперативной группой со-
гласованы с командованием Брянского фронта и ВВС
фронта и практически осуществлены. Но враг, имея пре-
восходство в силах на земле и в воздухе, продолжал на-
ступление и 2 июня 1942 г. вклинился в нашу оборону на
80 км.
Нам также стала известна сложившаяся обстановка на
Юго-Западном фронте. 6-я армия немцев, при поддержке
с воздуха авиацией 4-го воздушного флота, нанесла силь-
ный удар из района Волчанска по правому крылу войск
Юго-Западного фронта. В результате на стыке Брянского
и Юго-Западного фронтов образовалась брешь. 12 июля
враг вторгся в пределы Сталинградской области, и его удар-
ные группировки (6-я армия, 4-я танковая и 4-й воздуш-
ный флот) устремились на Кавказ и Сталинград. Созда-
лась угроза воздушного нападения на Сталинград.
Ставка ВГК, Генеральный штаб и командование ВВС,
оценивая складывающуюся обстановку, сосредоточили
свое внимание на сталинградском направлении. Было при-
казано группе П. С. Степанова срочно вылететь под Ста-
110
линград с задачей: выяснить на месте возможности бази-
рования и материально-технического обеспечения на пе-
речисленных в распоряжении аэродромах для прибываю-
щих авиационных частей и соединений Сталинградского
корпусного района ПВО и их готовности к отражению
возможных налетов вражеской авиации. В оперативную
групп П. С. ^Степанова вошли специалисты — офицеры
штаба и управлений ВВС М. Н. Кожевников, И. И. Оси-
пов, А. Н. Мальцев, М. Н. Карпук, И. М. Селиванов,
С. А. Тюрев, П. Г. Григорьев. По прибытии в Сталинград
нас — всю группу офицеров и ее руководителя — порази-
ла имевшая место обстановка в деятельности руководства
города и местного военного командования. Сталинград
жил трудовой и, казалось, слишком мирной жизнью. Ра-
ботали заводы, предприятия, учреждения. В городе были
открыты кинотеатры, в скверах и на бульварах играли дети,
по радио часто передавалась музыка и в определенные
часы — короткие военные сводки с фронтов войны. Го-
род был переполнен жителями, непрерывно прибываю-
щими из различных районов юга страны. Никто из жите-
лей Сталинграда тогда и не представлял, что над городом
уже нависла страшная угроза и именно в Сталинграде че-
рез короткий промежуток времени развернутся самые
ожесточенные сражения на земле и в воздухе.
Но наша группа была в курсе военной обстановки и
принимаемых Верховным командованием решений.
12 июля 1942 г. на базе управления Юго-Западного фронта
был создан Сталинграский фронт. В большую , излучину
Дона срочно выдвигались 62-я, 63-я и 64-я резервные ар-
мии, вошедшие в состав фронта. Кроме этих армий в со-
став Сталинградского фронта вошла 21-я общевойсковая
и 8-я воздушная армии (командующий — генерал
Г. Т. Хрюкин) бывшего Юго-Западного фронта. Позд-
нее, во второй половине июля, в состав Сталинградского
фронта были дополнительно включены отошедшие в его
полосу 28-я, 38-я и 37-я армии. В оперативное подчине-
ние фронта была передана Волжская военная флотилия.
14 июля Сталинградская область была переведена на во-
енное положение. 15 июля городским руководством на-
чали создаваться народные ополчения и партизанские от-
ряды. Из города эвакуировались госпитали и детские уч-
реждения, но по создавшейся стратегической обстановке
все эти мероприятия проводились с опозданием.
Такова была обстановка в Сталинграде в начале июля.
Группа П. С. Степанова в течение двух дней облетела все
указанные в районе Сталинграда аэродромы. Одновремен-
111
но тщательно ознакомилась с состоянием Сталинградского
корпусного района ПВО и 102-й истребительной авиаци-
онной дивизией ПВО, прикрывавшей Сталинград от уда-
ров с воздуха. И пришли к следующим выводам, изло-
женным в донесении шифротелеграммой в Ставку ВГК и
командующему ВВС: город с воздуха прикрыт слабо, 102-я
над ПВО имеет 80 истребителей, большинство из кото-
рых устаревшего типа (И-16, И-125 бис, И-153), новых
истребителей Як-1 незначительное число. Дальние под-
ступы к городу истребителями не прикрыты. Требуется
усиление. Срочно нужен на первое время хоты бы один
истребительный авиационный полк, вооруженный новы-
ми типами истребителей. Аэродромная сеть проверена, го-
това к приему авиачастей. Необходимо усиление средства-
ми связи и создание запасов горючего, боеприпасов.
Через несколько дней из района Москвы в Сталинград
прибыл укомплектованный лучшими летчиками на само-
летах Як-1 32-й истребительный авиационный полк, под-
чинявшийся тогда непосредственно командующему ВВС.
Полку была поставлена задача по обороне Сталинграда с
воздуха на дальних подступах. Решением Ставки и коман-
дующего ВВС 8-я воздушная армия усиливалась десятью
авиационными полками на новых типах самолетов (Як-1,
Як-7б, Ил-2, Пе-2). К 20 августа сосредотачивались на
аэродромы из-под Москвы ближе к Сталинграду пять ави-
ационных дивизий АДД, возглавляемых генералом А. Е.
Головановым. В указаниях сверху группе П. С. Степанова
предписывалось — оставаться в Сталинграде и продол-
жать выполнять задачи по руководству боевыми действи-
ями истребителей в области ПВО и подготовке аэродро-
мов к приему авиационных частей и соединений.
12 августа 1942 г. в Сталинград прибыли представители
Ставки ВГК: начальник Генерального штаба Вооружен-
ных Сил генерал А. М. Василевский и командующий ВВС
генерал А. А. Новиков. Группа П. С. Степанова после
доклада обстановки была упразднена, начальник группы
П. С. Степанов был назначен командующим 16-й воздуш-
ной армией Донского фронта (с 28 сентября 1942 г. —
генерал С. И. Руденко). Я был влючен в оперативную груп-
пу А. А. Новикова с задачей ведения всех вопросов опе-
ративной обстановки координируемых гм сил авиации
фронтов, включая поездки и полета с А. А. Новиковым
на аэродромы, передовые пункты управления фронтов, об-
щевойсковых и воздушных армий, авиационных соедине-
ний и подготовку проектов соображений, боевых распо-
ряжений и донесений.
112
В оперативную группу А. А. Новикова вошли офицеры
штаба ВВС: Н. Ф. Апдрионов, М. Н. Кожевников,
П. Г. Григорьев, Л. Ml Смирнов, П. А. Колесников.
Решение возникавших проблем после 23 августа 4-й воз-
душный флот фашистской Германии, используя свое пре-
восходство в воздухе, во второй половине дня 23 августа
1942 г. силами до 400 бомбардировщиков и истребителей
нанес мощный удар Сталинграду. Как только первый
эшелон вражеских самолетов сбросил фугасные и зажига-
тельные бомбы, в центре города начался большой пожар.
До наступления темноты средствами ПВО было зарегис-
трировано до 2 тыс. самолето-пролетов. Были разрушены
сотни зданий, возник сильный пожар в центре города, по-
гибли тысячи беззащитных женщин, детей, раненых во-
инов, находящихся в военных госпиталях и больницах на
излечении, выведена из строя водопроводная магистраль,
нарушено управление, в городе. Трудно передать все это
словами. Я тяжело переживал все трагические последст-
вия воздушного налета врага, видел и ощущал все разру-
шения непосредственно в городе. Наблюдал воздушные
бои и многие разрывы в воздухе зенитной артиллерии.
А. А. Новиков во время воздушного налета находился
на своем пункте управления на окраине Сталинграда, где
также рвались вражеские бомбы, одна из которых, при-
мерно 250-килограммовая фугасная бомба, упала в 10—15
метрах от его командного пункта, вошла в землю и, к ве-
ликому счастью, не разорвалась, иначе бы погибли и на-
ходящиеся с ним в это время руководители, командиры
соединений, офицеры штаба 8-й воздушной армии и опе-
ративной группы.
Переживая все это, А. А. Новиков глубоко осмысливал
причины и последствия совершившегося внезапного воз-
душного налета на Сталинград и пришел к следующим
выводам, которые были им доложены и одобрены
Г. К. Жуковым, А. М. Василевским, Н. Н. Вороновым,
согласованы с командующими войсками фронтов и воз-
душных армий и здесь же, на фронте, были практически
реализованы. В подготовке этих мероприятий помогала
ему и его оперативная группа. Таких выводов было сдела-
но пять. Все они сохранились у меня в памяти и по свое-
му значению не потеряли важности для современности в
области строительства, развития и оперативного приме-
нения Военно-воздушных сил.
Первый вывод. Войска ПВО и применяемые силы авиа-
ции 8-й воздушной армии и 102-й над ПВО (105 истреби-
телей) с поставленной задачей отражения вражеского воз-
8 Зак. №65
113
душного налета на ближайших подступах к городу не спра
вились. В проведенных 25 групповых воздушных боях было
сбито 90 вражеских самолетов, и в своей совокупности
бои носили характер воздушного сражения, но оно было
неуправляемым с командного пункта ПВО. Сбитые зенит-
ной артиллерией 30 немецких самолетов увеличивали ре-
зультаты* воздушного сражения, но не растеризовали пол-
ожительно предъявляемые требования к войскам проти-
вовоздушной обороны Сталинграда. Необходимо срочно
изменить взгляды, добиваться объединения усилий всех
привлекаемых сил авиации и средств ПВО с учетом допу-
щенных просчетов и ошибок.
В этот же день была подготовлена директива (распоря-
жение) командующего войсками ВВС и разослана во все
воздушные армии и ВВС фронтов. В ее содержании особо
подчеркивалось о необходимости постоянного анализа
боевых возможностей авиации сторон, средств обнаруже-
ния и поражения ПВО с обязательным планированием воз-
душного сражения, выделения специального резерва ис-
требителей и наличия единого командования для управ-
ления. Указанные требования уже твердо выполнялись в
ходе проводимого контрнаступления под Сталинградом и
особенно ярко нашли свое отражение в трех воздушных
сражениях на Кубани, проведенных: первое — 17.04 —
24.04; второе — 29.04—10.05 и третье — 26.05—7.06.
Второй вывод. Без наличия разветвленной наземной
радиосети наведения истребителей на воздушные цели
невозможно успешное решение ими поставленных задач
в воздухе. Здесь же в ходе оборонительного сражения по
указанию А. А. Новикова была организована и проведена
в 16-й воздушной армии Донского фронта система радио-
наведения. Для этой цели были вызваны на фронт из
Москвы и Ленинграда специалисты (генерал Г. К. Гвозд-
ков с группой офицеров и генерал В. Н. Жданов), а также
25 командиров и их заместителей из запасных истреби-
тельных авиаполков с целью налаживания и проверки этой
опытной системы и получения боевого опыта. Радиостан-
ция наведения истребителей были расставлены вдоль ли-
нии фронта в 2—3 км от переднего края на удалении 8—10
км друг от друга, имели постоянную радиосвязь с летчи-
ками в воздухе и на аэродромах и с командными пункта-
ми истребительных авиадивизий воздушных армий. Радио-
станции сети наведения подразделялись на командные и
информационные. Кроме информации о воздушной об-
становке, наведения истребителей на самолеты против-
ника и управления воздушным боем с земли с пунктов
114
наведения они в дальнейшем использовались и для на-
ведения самолетов-штурмовиков на наземные цели. По ре-
зультатам исследования, 29 сентября 1942 г. была введена в
действие «Инструкция дня Военно-воздушных сил по уп-
равлению, оповещению и наведению самолетов по радио».
Третий вывод. Совершенствовать боевые порядки ис-
требителей и быстрее переходить от сомкнутых к рассре-
доточенным в воздушном пространстве. Осуществить пе-
реход от трехсамолетного авиазвена истребителей к четы-
рехсамолетному звену, состоящему из двух пар, действую-
щих в расчлененных боевых порядках. Пара истребителей
должна быть опорой воздушного боя, осуществляемого не
только в горизонтальной, но и в вертикальной плоскости
В последующих воздушных боях под Сталинградом введс
ние новых боевых порядков истребителей полностью себя
оправдало.
Четвертый вывод. Форсировать начатый еще в марте 1942 г.
поиск и создание новых форм авиационных резервов, об-
ладающих сильной боевой мощью, мобильностью, манев-
ренностью, способных по прибытии на фронт свободно
входить в организационную структуру воздушной армии
фронта и после выполнения боевых задач выводиться.из
нее. Такой формой организации авиационных резервов
оказались авиационные корпуса и отдельные авиацион-
ные дивизии РВГК, которые формировались на новых
типах самолетов. 26 августа 1942 г. приказом НКО СССР
началось практическое осуществление создания отдель-
ных авиационных дивизий и корпусов РВГК на базе ра-
нее сформированных (март-май 1942 г.) десяти ударных
авиационных групп (УАГ) фронтов и трех (май-июль 1942
г.) авиационных армий ВВС (две истребительные и одна
бомбардировочная). Процесс поиска новых фор создания
отдельных авиационных дивизий и авиационных корпу-
сов РВГК длился непрерывно первые полгода после Мос-
ковской битвы. С целью проверки боевого применения и
выработки основ управления ими в операциях фронтов и
групп фронтов с 5 по 15 октября 1942 г. под руководством
командования и штаба ВВС были проведены под Моск-
вой двусторонние летно-тактические опытные учения трех
авиакорпусов (1 бак, 1 шак и 1 иак). Всего до конца 1942 г.
было сформировано 13 авиационных корпусов (истреби-
тельных — 4, штурмовых — 3, бомбардировочных — 3 и
смешанных — 3. К началу контрнаступления на усиление
воздушных армий было сосредоточено под Сталинградом
семь подготовленных отдельных авиадивизий, один сме-
шанный авиакорпус в 17-ю воздушную армию (команду -
115
ющий — генерал С. А. Красовский), два — в 8-ю воздуш-
ную армию и к концу ноября 1942 г. один бомбардировоч-
ный авиакорпус в 16-ю воздушную армию, которые зна-
чительно усиливали боевую мощь авиационных группи-
ровок ВВС.
Авиационные корпуса позволяли командованию осущес-
твлять широкий маневр авиации и резко менять соотно-
шение сил в воздухе в нашу пользу.
Таким образом, 1942 год для Военно-воздушных сил стал
годом организационного укрепления, качественного и ко-
личественного роста самолетного парка, совершенствова-
ния боевого мастерства летного состава.
Пятый вывод. Добиться более организованного объеди-
нения усилий привлекаемых к операции сил авиации и
осуществления ее непрерывного взаимодействия с войска-
ми фронтов и действующими соединениями противовоз-
душной обороны. Решение этих задач возможно осущес-
твить здесь же путем своевременного согласования между
видами Вооруженных Сил всех вопросов ведения боя, сра-
жения и нахождением представителей со средствами ра-
диосвязи на взаимных вспомогательных, (ВПУ) и передо-
вых командных пунктах (ПКП) управления. Эти требова-
ния также нашли практическое применение в ходе прово-
димого контрнаступления, когда А. А. Новиковым объ-
единялись и координировались действия четырех воздуш-
ных армий (2-я, 16-я, 17-я, 18-я) соответственно Вороне-
жского, Донского, Юго-Западного и Сталинградского
фронтов (командающий 2-й воздушной армией — генерал
К. Н. Смирнов).
Таковы выводы, сделанные А. А. Новиковым после за-
вершения вражеского воздушного налета на Сталинград.
Они все были практически реализованы в ходе Сталин-
градской битвы и по своему содержанию являлись серьез-
ным вкладом в дальнейшее развитие военного искусства в
целом и оперативное искусство ВВС.
Можно было бы вспомнить и другие наиболее характер-
ные моменты в действиях ВВС в ходе проводимого кон-
транастуления, но о них здесь сказано в других выступле-
ниях ученых-авиаторов. Это история, но и современность.
Проводимая научная конференция, на которой в выступ-
лениях участников различных возрастных поколений сде-
ланы и анализ опыта прошлого, но и высказаны некото-
рые новые положения, определены тенденции и законо-
мерности в области строительства, развития и оператив-
ного применения видов Вооруженных Сил. В настоящее
время Вооруженные Силы Российской Федерации нахо-
116
дятся в переходном периоде, который обуславливает не-
обходимость в какой-то степени использовать в практи-
ческой работе все полезное из опыта прошлой войны, не
утратившее своего значения и в настоящее время. Нужна
в этом плане помощь войскам, военным академиям, глав-
ным штабам и исследовательским военным институтам по
некоторым вопросам военной истории. Институт военной
истории располагает большим научным потенциалом в
области истории, имеет более двух десятков рукописей,
разработанных ранее по многим проблемам военной ис-
тории и особенно по Великой Отечественной войне 1941—
1945 гг., но не принятых издательствами для выпуска их в
свет. Было бы логичным выбрать из них отдельные разде-
лы, скажем для примера, по развитию Военно-воздушных
сил, их оперативному искусству и тактике родов авиации
и передать их для практического использования в работе
молодому поколению офицеров Оперативного управления
и служб Главного штаба ВВС. Такие мероприятия обус-
лавливаются поиском нового в реорганизации и строи-
тельстве видов Вооруженных Сил в переходный период.
Для примера можно сослаться на опубликованную в газе-
те «Красная звезда» 5.08.1992 г. статью Главкома ВВС ге-
нерала П. С. Дейнекина «Россия без крыльев — не Рос-
сия, у нас они есть и будут». В ней сказано: «Мы присту-
пили к практической работе по приведению Военно-воз-
душных сил в соответствие с концепцией строительства
Вооруженных Сил России». Практически была изложена
в статье вся программа реорганизации и строительства ВВС
до 1995 г. Совершенно четко определилась потребность
войск России и стран независимых государств в разработ-
ке Институтом военной истории брошюры объемом 3—5
авторских листов под названием «В содружестве победа»
на основе имеющихся материалов прошлой войны, увязав
ее содержание с современностью. Можно считать старто-
вой статью для перспективы исследования Институтом,
опубликованную в «Красной звезде» 8 августа 1992 г. гене-
ралом В. А. Золотаревым под названием «Реформы требу-
ют мужества и таланта», посвященную реорганизации сис-
темы военного управления в центре и на местах в 1867 г. в
России. Можно взять и другие проблемы из военной ис-
тории России.
В заключение хотелось бы отметить и отдать должное
коллективу Института военной истории за подготовку и
проведение юбилейной научной конференции, посвящен-
ной 50-летию Сталинградской битвы, в трудный период
строительства Вооруженных Сил Российской Федерации.
117
Прошедший длительный период после Сталинградской
битвы и новый характер по содержанию строительства
видов Вооруженных Сил Российской Федерации дает ос-
нование сделать определенные выводы по дальнейшим ис-
следованиям Института по военной истории на перспек-
тиву, исходя из концепции, изложенной генералом
А. Н. Баженовым в «Красной звезде» 9.06.1992 г. в статье
под названием «Нужна военно-историческая служба».
Материалы проведенной конференции должны служить
базисом в воспитании молодого поколения, воинов сроч-
ной службы и подготавливаемых кадров в военных акаде-
миях и училищах.
Е. И. Кульков,
кандидат исторических наук
СТАЛИНГРАДСКАЯ БИТВА
И БЛОК АГРЕССОРОВ
Сталинградская битва занимает центральное мес-
то в ходе второй мировой войны и относится к
числу крупнейших битв в истории войн. Истек-
шее пятидесятилетие не ослабило, а лишь усили-
ло общественный интерес к ней не только в нашей стра-
не, но и за рубежом. Так, в Германии в сентябрьском номе-
ре журнала «Шпигель» Сталинградской битве было пос-
вящено две статьи. Одна из них, подготовленная редак-
цией журнала, называется «Гитлер* нас спасет», а вторая,
написанная профессиональным историком Р. Аугштайном,
названа «Нефть Майкопа и Грозного». В обеих статьях объ-
ективно отражена самоотверженность советских воинов и
гражданского населения в ходе обороны и контрнаступле-
ния. Но главное место в них отведено критике действий
Гитлера и его генералов во время сражений, развернув-
шихся в междуречье Волги и Дона, развенчанию домыс-
лов нацистской пропаганды военного времени о том, что
немецкие солдаты, попав в окружение под Сталинградом,
якобы «с радостью» гибли во славу «третьего рейха». В жур-
нале отмечается: «Национал-социалистские пропагандисты
лживо провозгласили поражение под Сталинградом «ве-
личайшей героической легендой германской истории. И
до сих пор, спустя 50 лет, эхо этой пропаганды не совсем
заглохло. На самом же деле они лишь подтвердили гибель
6-й армии. И здесь же сделан вывод о том, что поражение
118
немецких войск под Сталинградом «положило начало по-
вороту во второй мировой войне».1
В журнале затронут также вопрос о влиянии поражения
немецких войск под Сталинградом на усиление разлада
внутри возглавлявшейся нацистской Германией коалиции
агрессивных государств, об утрате германскими союзни-
ками веры в возможность успешного продолжения войны
против антигитлеровской коалиции. С констатации именно
этого важного факта начинает свою статью Аугштайн. Он
пишет: «Когда финляндский легендарный народный ге-
рой Карл Густав Маннергейм, женатый на русской, быв-
ший генерал-майор царской армии, 3 февраля 1943 г. по-
лучил донесение о капитуляции 6-й гитлеровской армии,
то он заявил: «Война пришла к завершающему поворот-
ному пункту». Несмотря на то, что год назад в связи с его
7 5-летнем Гитлер нанес визит в Хельсинки, Маннергейм
с той поры начал прилагать усилий к тому, чтобы по воз-
можности без шума от него отделаться. Так же, как Фин-
ляндия, начали вести себя и другие союзники Гитлера —
Италия, Румыния, Венгрия, Хорватия и Словакия».2
К сожалению, Аугштайн нс нашел нужным в своей пуб-
ликации более подробно рассмотреть эту тему. Однако
основная черта начавшихся на рубеже 1942—1943 гг. изме-
нений во взаимоотношениях внутри блока агрессоров под-
мечена им довольно точно.
Во время Сталинградской битвы, в частности на втором
ее этапе, когда 19 ноября 1942 г. началось контрнаступле-
ние советских войск, переросшее в общее наступление на
южном крыле фронта, стали проявляться уже открыто
постепенно назревавшие со времени битвы под Москвой
серьезные противоречия в стане агрессоров. Зимой 1942/
43 г. союзники Германии окончательно убедились в том,
что германская армия в действительности уже не является
«лучшей армией мира», что Красная Армия превосходит
ее и в количественном, и в качественном отношении. На
этой почве в союзных нацистской Германии странах раз-
вернулась критика германского военного искусства, на гер-
манское командование стала возлагаться вся ответствен-
ность не только за потери, понесенные на советско-гер-
манском фронте его собственными вооруженными сила-
ми, но и за разгром четырех союзных армий — 8 й италь-
янской, 3-й и 4-й румынских и 2-й венгерской. При эюм
наибольшей критике германское командование подверга-
лось со стороны своего главного европейского союзника
— фашистской Италии.
119
Итальянский военный атташе в Берлине генерал
Э. Маррас после посещения в конце декабря 1942 г. —
начале января 1943 г. находившихся в Ворошиловграде ос-
татков 8-й итальянской армии явился в ставку главноко-
мандования сухопутных войск Германии и заявил, что вся
вина за поражение итальянских войск лежит на немцах. В
числе факторов, предопределивших разгром итальянской
армии, он назвал следующие: недостаток противотанко-
вых пушек; неумелое использование в ходе обороны не-
мецкими командирами резервных противотанковых диви-
зионов, из-за чего они были или быстро уничтожены, или
обойдены противником; слишком большой участок фрон-
та, отведенный немецким командованием итальянской ар-
мии, что лишило ее возможности оставить часть своих
сил в резерве для нанесения контрударов по противосто-
явшему противнику; малочисленность двух находившихся
в резерве итальянской армии немецких дивизий; плохое
обеспечение итальянской армии горючим немецкой служ-
бой тыла, из-за чего почти вся войсковая артиллерия ут-
ратила подвижность и при отступлении итальянцы вынуж -
дены были оставить ее противнику?
Наибольшую же ответственность за катастрофу, произо-
шедшую с итальянскими войсками, Маррас возложил на
«германского генерала при 8-й итальянской армии» К. Тип-
пельскирха и подчинявшийся ему «германский штаб свя-
зи». Он утверждал, что Типпельскирх и его офицеры связи
постоянно вмешивались в дела итальянских командиров,
препятствовали принятию ими наиболее целесообразных
решений и тем самым дезорганизовали управление соеди-
нениями армии в ходе обороны. Он утверждал, что если бы
8-й итальянской армии был выделен более узкий участок
обороны, а ее командованию была «предоставлена полная
самостоятельность в принятии решений», то судьба италь-
янских войск на Востоке могла бы быть иной.4
Критика Марраса не нашла понимания в ставке главно-
го командования сухопутных войск Германии. Во всех
бедах, обрушившихся на союзные итальянские войска, там
винили их же самих. Типпельскирх же утверждает, что
поражение итальянской армии было обусловлено тем, что
«итальянская военная подготовка и управление не отве-
чали требованиям, предъявляемым войной на Востоке».5
Аналогичные распри возникли между представителями
высшего военного командования Германии, с одной сто-
роны, и Румынии и Венгрии — с другой.
Разногласия по поводу боевого использования румынс-
ких войск под Сталинградом возникли между германским
120
и румынским командованием сразу же после прибытия
туда 3-й румынской армии в октябре 1942 г. Ей был выде-
лен довольно большой участок фронта, в результате чего
каждой румынской дивизии в среднем приходилось дер-
жать оборону в полосе протяженностью 20 км. Это вызва-
ло большое недовольство у маршала И. Антонеску, опа-
савшегося сильных атак советских войск. Он требовал от
командования группы армий «Б» пересмотреть свое реше-
ние. «Я возражаю против этого не из-за желания придраться
или из-за оппозиции, — говорил он, — а исходя из ясного
понимания значения этого дела для всего южного фронта
и его участка, порученного 3-й армии, а также по той при-
чине, что не желаю, чтобы слава румынской армии была
поставлена под сомнение неверными действиями коман-
дования».6
Однако командование группы армий «Б» не приняло во
внимание опасений Антонеску и не приняло никаких мер,
чтобы усилить оборону 3-й румынской армии за счет при-
бывавших на фронт новых немецких или румынских ди-
визий. Последние, вопреки возражениям румынского ге-
нерального штаба, полностью использовались для форми-
рования новой 4-й румынской армии, занявшей оборону
к югу от Сталинграда.
Румынские дивизии были гораздо хуже вооружены, чем
немецкие дивизии, особенно средствами противотанко-
вой обороны, так как высшее германское командование
не выполняло полностью принятое на себя ранее обяза-
тельство о поставках ворружения Румынии. Это обстоя-
тельство также способствовало возникновению большой
напряженности между Германией и Румынией. В донесе-
нии в Берлин от 18 ноября 1942 г. начальник германской
военной миссии в Румынии генерал А. Хауффе писал: «Я
боюсь падения не только материальной и моральной силы
сопротивления румын, но и связанного с ним влияния на
отношения доверия внутри коалиции и на позицию мар-
шала (И. Антонеску. — Авт.), который поставил столько
много румынских дивизий в ответ на обещание фюрера
обеспечивать их снабжение Германией».7
Уже в начале контрнаступления советских войск под Ста-
линградом выявилась полная неспособность румынской
армии удержать фронт. Вечером 20 ноября 1942 г. в жур-
нале боевых действий 48-го немецкого танкового корпу-
са, находившегося во втором эшелоне 3-й румынской ар-
мий, отмечалось: «Вклинения русских могут быть расши-
рены в глубокие прорывы. Подвергнувшиеся атакам ру-
мынские дивизии бегут. Попытки корпуса сдержать лави-
121
ну потерпели крах из-за недостатка офицеров и солдат... Ру-
собоязнь румын равнозначна панике. Ни один офицер и ни
одна часть не подчиняются и не хотят подчиняться... Войска
обеспечения румын покинули свои районы. Поэтому снаб-
жение горючим и боеприпасами стало невозможным»?
Румынские войска, мягко говоря, не проявили стойкос-
ти в обороне и поэтому были наголову разбиты превосхо-
дящими их по всем статьям силами советских войск. Но в
Бухаресте их поражение воспринималось лишь как след-
ствие просчетов германского союзника. Начальник румын-
ского генерального штаба генерал И. Штефля в разговоре
с Хауффе 23 ноября 1942 г. заявил: «Я предупреждал, что-
бы 3-ю румынскую армию не выставляли на такой широ-
кий фронт обороны. Подобное же предостережение я де-
лал в отношении нашей 4-й армии... Главнокомандование
сухопутных войск не выполнило просьбу румын. Это и
есть причина гибели двух румынских армий».9
' Как и итальянское, румынское командование было
склонно усматривать одну из причин поражения его войск
под Сталинградом еще и во вмешательстве в их управле-
ние германского командования. И. Антонеску в письмах
Гитлеру от 11 декабря 1942 г. и от 4 февраля 1943 г. выра-
жал подозрение, что немецкие генералы умышленно под-
ставили румынские войска под удары противника, чтобы
сберечь свои войска. Он требовал впредь предоставить ру-
мынскому командованию свободу принятия решений и от-
дачи приказов. «Румынским начальникам и командующим
нужно предоставить возможность выполнения их коман-
дных функций, — писал он. — Вмешательство немецких
офицеров связи в исполнение командных функций ослаб-
ляет авторитет румынских командиров и ставит их в пол-
ожение, при котором они несут ответственность за опера-
ции, которые они не проводили».10 И. Антонеску неод-
нократно высказывал свое возмущение и плохим обраще-
нием немецких военнослужащих с вернувшимися с фрон-
та в ближайший тыл солдатами и офицерами разбитых
румынских соединений и частей.
Однако на все упреки и требования румынского коман-
дования у германских военачальников заранее имелся свой
ответ. Так, генерал Хауффе в письме в штаб группы армий
«А» от 3 декабря 1942 г. предписывал пресекать критику
румынами германского командования, а проявленную сла-
бость румынских войск и командования объяснял «их рас-
совой принадлежностью».11 В штабе германской группы
армий «Дон» враждебное отношение немецких военнос-
лужащих к румынским солдатам и офицерам восприни-
122
малось как «понятная реакция на отказ румынских войск
участвовать в боевых действиях».12
Венгерское руководство потерю своей 2-й армии также
связывало с неправильными действиями германского ко-
мандования. Оно обвиняло его в задержке необходимой
помощи венгерским войскам в обороне, указывая, что
немецкие резервы были подброшены им лишь через три
дня после перехода советских войск в наступление на их
участке фронта. Военный министр Венгрии В. Наги в се-
редине января приехал в Берлин и заявил, что «недоста-
ток резервов был одной из основных причин поражения
венгерских войск», и высказал мнение о том, что немец-
кое командование при отступлении преднамеренно исполь-
зовало венгерские дивизии «в качестве арьергарда», при-
неся их в жертву наступавшему противнику ради спасения
своих отступавших дивизий.13
Кроме того, венгерский штаб в февраля 1943 г. напра-
вил в Берлин три телеграммы с протестами против плохо-
го обращения германских военнослужащих с уцелевшими
венгерскими солдатами и офицерами во время вывода их
с фронта в район Коногона, Ромны и Прилуки.14
После Сталинградской битвы резко упал престиж герман-
ских вооруженных сил в Финляндии. В начале июня 1942 г.
в ряде финских ;>газет появились комментарии к одному из
выступлений по радио известного немецкого военного обоз-
ревателя генерала К. Диттмара. в котором тот, анализируя
последние события на советско-германском фронте, заявил:
«Качество и тактика недостаточны для победы над Совета-
ми. Масса может быть побеждена толькой массой». Приво-
дя эту фразу, финские газеты отмечали, что, оказывается,
«тактика, которая применялась до сих пор на Востоке не-
мцами, была совершенно ошибочной», и недвусмысленно
выражали сомнение в способности Германии довести до
победного конца начатую ею войну. Германскими полити-
ками появление таких статей было расценено как попытка
финской прессы «похоронить доверие к германскому вер-
махту в Финляндии».15 На самом деле там никакого дове-
рия к германской армии уже давно не было. Еще 8 марта
1943 г. германский военный атташе в Хельсинки полков-
ник X. Кичманн заявил: «Со времени Сталинграда... су-
щественно ухудшилось настроение финнов по отношению
к Германии. Финское правительство больше не верит в гер-
манскую победу. Особенно пессимистический настрой в
финской ставке Маннергейма».16
Успешные действия Красной Армии под Сталинградом,
на Кавказе и других участках советско-германского фрон-
123
та способствовали окончательному крушению представ-
ления о Германии как о сильнейшей военной державе мира
и в нейтральных странах. В донесении турецкого послан-
ника в Мадриде в Анкару от 18 декабря 1942 г., перехва-
ченном германской разведкой, сообщалось следующее:
«Офицеры Голубой дивизии, которые недавно вернулись
в Мадрид, говорили тамошним дипломатам, что мораль
немецкой армии разрушилась и что у нее нет возможнос-
ти продолжать вести войну еще в течение одного года.
Гитлер хотел заменить находившиеся на Восточном фронте
вооруженные силы новыми войсками, но достаточного ко-
личества солдат для этого в действительности в наличии
не имеется».17
Сталинградская битва не только окончательно подорва-
ла престиж германского оружия, но и бесповоротно убе-
дила противников СССР в способности Красной Армии и
ее командования усешно вести не только стратегическую
оборону, но и громадные по своему размаху стратегичес-
кие наступательные операции. В этой связи представляет
интерес донесение одного из сотрудников германского
посольства в Риме в Берлин от 25 января 1943 г. Дословно
в нем писалось: «Изменение военной обстановки на Вос-
точном фронте вызвало в здешних политических и воен-
ных кругах возрастающую озабоченность, которая прояв-
ляется во всех разговорах. Один высокопоставленный по-
литический деятель в беседе с заслуживающим доверия
моим знакомым сказал следующее: озабоченность и бес-
покойство по поводу изменения обстановки на Восточ-
ном фронте возрастают как среди военных, так и среди
политиков. Новая наступательная тактика русских харак-
теризуется здесь как «очень грамотная». Она применялась
русскими не только с использованием поразительно боль-
шой массы войск и материалов, но также с очень боль-
шим мастерством. Контрудары немецких и союзных войск
нашли здесь надлежащую всестороннюю оценку... Среди
японцев, румын и венгров в Риме наблюдается рост оза-
боченности. При этом со стороны японских военных пос-
тавлен вопрос, не связано ли теперешнее изменение об-
становки также и с отстранением от командования не оп-
равдавших себя немецких генералов и военачальников теми
генералами, которые, даже какими бы они ни обладали
достоинствами, все же не имеют опыта своих предшес-
твенников».18
Содержащаяся в этом донесении информация о том, что
под Сталинградом Красная Армия завоевала авторитет у
итальянцев, даже несмотря на разгром ею 8-й итальянс-
124
кой армии, подтверждается и другими сведениями. Вес-
ной 1943 г. итальянский генеральный консул в Инсбруке
определил настроение итальянской армии как «растущее
чувство уважения к армии русских и, возможно, даже к
России».19
Иные, а именно враждебные к Германии чувства охва-
тили после Сталинграда подавляющее число итальянцев,
прежде всего военных. Один из сотрудников итальянско-
го МИДа после посещения зимой 1942—43 г. мест рас-
квартирования остатков 8-й итальянской армии писал в
отчете: «Среди офицеров как высшего, так и низшего ран-
га преобладает всеобщее чувство злобы и недоверия к не-
мцам как ответственным за каждую ошибку».20
В свете этих фактов становится более понятным, поче-
му вскоре рухнул фашистский политической режим в Ита-
лии, а ее армия повернула оружие против своего бывшего
северного союзника.
Важным показателем того, что во время Сталинградс-
кой битвы внутри агрессивного блока возник кризис, яви-
лись неоднократные, начиная с ноября 1942 г., обраще-
ния итальянской правящей верхушки к Гитлеру с предло-
жениями скорее положить конец бесперспективной, во-
йне против СССР. Во время состоявшейся в апреле 1943 г.
встречи с Гитлером Б. Муссолини прямо заявил: «Мне,
кажется, что победить Россию невозможно. Поэтому было
бы лучше заключить на Востоке компромиссный мир и
высвободить руки против Запада».21
Не менее важным свидетельством кризиса блока агрес-
сивных государств явилось и то, что несмотря на сопро-
вождающиеся упреками и лестью неоднократные обраще-
ния Гитлера и германского министра иностранных дел И.
Риббентропа к Японии во время и после Сталинградской
битвы с просьбами напасть на СССР так и не были удов-
летворены. Сталинградская битва и особенно ее военные
итоги, на мой взгляд, окончательно и бесповоротно убе-
дили японское военно-политическое руководство в том,
что от готовившегося им с начала 30-х годов захвата Со-
ветской Сибири придется все же отказаться. В конце фев-
раля 1943 г. японский генеральный штаб пришел к выво-
ду, что нападение на СССР представляло бы для Японии
«не поддающийся учету риск», выразив мнение о невоз-
можности уничтожения своего «северного соседа» воен-
ными средствами.
Оценивая изменившуюся военно-политическую ситуа-
цию, японский генеральный штаб пришел к выводу, что
целесообразнее всего было бы сосредоточить основные
125
силы всех участников «Пакта трех держав» против США и
Великобритании. В апреле 1943 г. в Берлин из Токио был
направлен новый стратегический план, который предус-
матривал переход немецких войск к обороне на советско-
германском фронте и перенос центра тяжести борьбы Гер-
мании и ее европейских союзников в западную часть Сре-
диземноморского театра военных действий с целью со-
здания предпосылок для развертывания концентрическо-
го наступления на англо-американские войска, высадив-
шиеся в ноябре 1942 г. в Алжире. До начала наступления
на англо-американцев японский генеральный штаб пред-
лагал осуществить переброску до 3 тыс. самолетов гер-
манских ВВС с советско-германского фронта в западную
часть Средиземноморского бассейна.22
После Сталинградской битвы почти все союзники Гер-
мании навсегда утратили веру, в ее военную силу и актив-
но приступили к поиску политических путей выхода из
войны. Правительства Румынии, Венгрии и Болгарии все
более склонялись к тому, чтобы добиться компромиссно-
го мира с США и Англией и тем самым избежать оккупа-
ции их стран Красной Армией, а правительство Финлян-
дии все более приходило к выводу о неизбежности выхо-
да из войны против СССР и его могучих союзников. Но
никто из них, заботясь о собственном спасении, не мог
подсказать правильного решения германскому правитель-
ству. Муссолини, предлагая Гитлеру заключить сепарат-
ный мир с СССР, не имел никакого представления, как
можно на практике реализовать это предложение. В то
время СССР, США и Англия уже единодушно приняли
решение, что будут вести войну до полной капитуляции
агрессоров. Японский план переноса главных усилий гер-
манского вермахта с советско-германского фронта в Сре-
диземноморье в создавшейся после Сталинградской бит-
вы ситуации также не давал никаких преимуществ Герма-
нии. Его осуществление лишь облегчило бы красной Ар-
мии развитие достигнутых успехов.
Германская политика и стратегия, строившиеся на рас-
чете выигрыша войны сначала против СССР, а затем про-
тив западных держав, поставленные под вопрос уже в битве
под Москвой, окончательно зашли в тупик в битве под
Сталинградом. Гитлер и его ближайшее окружение с упор-
ством маньяков отказались признать эту реальность. И
после Сталинграда они продолжали придерживаться уже
явно обанкротившейся стратегии и в конце концов расте-
ряли всех союзников, привели Германию к жесточайше-
му за всю ее историю военному поражению.
126
1. Spiegel. 1992. 7 Sept. S. 153.
2. Ibid. S. 154.
3. Militararchiv Potcdam. WF-01/13535. Bl. 715.
4. Ibid. Bl. 716.
5. Ibidem.
6. Forster J. Stalingrad — Risse im Budnis 1942/43. Frei-
burg, 1975. S. 26.
7. Kehrig M. Stalingrad: Analyse und Dokumentetion einer
Schglacht. Stuttgart, 1974. S. 86, 558.
8. Ibid. S. 141.
9. Gorlitz W. Paulus und Stalingrad. Frankfurt am/M., 1964.
S. 252.
10. Deutschland im zweiten Weltrieg. Berlin, 1979. Bd. 3.
S. 434.
11. Forster J. Stalingrad. S. 50.
12. Ibid. S. 53.
13. Fenyo M. D. Hitler Horty and Hungary. German-Hun-
garian Relaions 1941 — 1944. New Haven, 1972. S. 107.
14. Militararchiv Potsdam. WF-01/13535. Bl. 671.
15. Ibid. WF-01/16783. Bl. 414.
16. Menger M. Deutschland und Finnland im zweiten Wel-
tkrieg. Berlin, 1988. S. 162-163.
17. Zentrales Staatsarchiv Potsdam. A. A. Nr. 61161. Bl. 161-
163.
18. Ibid. Nr. 61140. Bl. 321.
19. Deakin F. W. The Brutal Friendship. London, 1962,
P. 206-207.
20. Ibidem.
21. Domarus M. Mussolini und Hitler. Zwei Wege-gleiches
Ende. Wurzburg. 1977. S. 379.
22. Militararchiv Potsdam. WF-01/13534. Bl. 491-492.
Полковник в отставке
Б. И. Зверев,
доктор исторических наук
ЭКОНОМИЧЕСКИЕ ПРЕДПОСЫЛКИ
КОРЕННОГО ПЕРЕЛОМА В ВЕЛИКОЙ
ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЕ
Д оренному изменению военно-стратегической об-
становки на совете ко-германском фронте пред-
Нв wk шествовали глубокие перемены в состоянии эко-
номики Советского Союза. С одной стороны, про-
изошло резкое сокращение единого экономического про-
127
странства после оккупации в 1941 г. территории 6 союз-
ных республик и западных областей Российской Федера-
ции, где находились важнейшие сырьевые источники, про-
мышленные и сельскохозяйственные районы. С другой сто-
роны, развернулась всеобщая коренная перестройка всей
структуры народного хозяйства в целях подчинения жиз-
ни страны интересам вооруженной борьбы с агрессором.
С увеличением размаха операций, усилением напряжен-
ности и ожесточенности боевых действий непрерывно
возрастали потребности фронта в оружии и материально- •
технических средствах. В ходе тяжелейших сражений 1941 г.,
когда свыше половины производственных мощностей и
около 80% оборонного комплекса страны оказались в зоне
военных действий и в прифронтовых районах, экономи-
ческие возможности для укрепления боеспособности войск
существенно ограничились: поставки оружия и боевой
техники от промышленности за первые полгода войны
смогли восполнить менее 30% потерь стрелкового оружия,
27% потерь танков и около 52% — самолетов. При значи-
тельном увеличении численности личного состава Воору-
женных Сил к началу 1942 г. наличие оружия и боевой
техники в войсках по сравнению с началом войны сильно
уменьшилось: самолетов — на 10 тыс. машин, танков — на
15 тыс., орудий — почти на 25 тыс., винтовок — на 4 млн.
единиц.1 Последствия летне-осенней кампании 1941 г. усу-
губились утратой значительных территорий на юго-восто-
ке страны. Ослабление экономического потенциала вы-
разилось в резком изменении структуры трудовых ресур-
сов. По сравнению с довоенным уровнем среднегодовая
численность занятых в народном хозяйстве в 1942 г. умень-
шилась на 28 млн. человек. В два-три раза сократилось
производство основных видов промышленной продукции:
тяжелая индустрия лишилась 61 доменной и 225 марте-
новских печей, 174 прокатных станов, более 130 коксовых
батарей и др.2
В этих условиях в центре внимания Государственного
Комитета Обороны, местных советских и партийных ор-
ганов, всех трудовых коллективов находились самые не-
отложные проблемы укрепления единства фронта и тыла,
превращения страны в сплоченный военный лагерь, осу-
ществления начатых с первых месяцев войны военно-ор-
ганизационных и экономических мероприятий, направ-
ленных на преодоление спада военного производства, вос-
полнение тяжелых потерь на фронте, на восстановление,
укрепление и последовательный рост военно-промышлен-
ной базы государства как основы боевой мощи Вооружен-
128
ных Сил. Важнейшее место в создании экономических
предпосылок коренного перелома в войне занимали:
— дальнейшая концентрация усилий на развитии базо-
вых и оборонных отраслей промышленности; сокращение
или полное прекращение производства продукции, не свя-
занной с обеспечением нужд армии;
— завершение ввода в строй эвакуированных заводов,
перепрофилирование на выполнение военных заказов до-
полнительного числа гражданских предприятий и цехов;
— создание новой системы межотраслевой кооперации
производственных связей с одновременным развитием на
крупнейших оборонных заводах собственной металлурги-
ческой и станкоинструментальной базы;
— жестокое лимитирование энергоресурсов, сырья и ма-
териалов, усиление строгого режима экономии и ресур-
сосбережения, снижение металлоемкости продукции;
— совершенствование технологических процессов, по-
вышение эффективности производства, его ритмичности
на основе ежедневных графиков и освоения поточных
методов;
— учет фронтового опыта на всех стадиях создания ору-
жия и повышения его тактико-техничеких характеристик;
— усиление связи науки и производства, широкое внед-
рение достижений научно-технического прогресса, изыс-
кание новых ресурсов и резервов, дополнительных источ-
ников сырья и заменителей остродефицитных материалов;
— пополнение рядов рабочего класса главным образом
за счет женщин и молодежи, усиление их Профессиональ-
ной подготовки, расширение материального и морально-
го стимулирования труда.
В экономическом противоборстве сторон участвовала
35-миллионная армия рабочих, колхозников, инженерно-
технических работников, представлявшая вес народы и на-
циональности СССР. Без всякого преувеличения можно
сказать, что фактически вся страна работала на советско-
германский фронт. Не было ни одного города, рабочего
поселка, сельского района, который бы ни дал своей про-
дукции для обеспечения действующей армии.
Индустриальная мощь России являлась главным про-
мышленным арсеналом укрепления боевой мощи Воору-
женных Сил. Основная тяжесть по выполнению заказов
фронта легла на трудящихся трех экономических регио-
нов Российской Федерации — Урала, Поволжья, Сибири.
На них в 1942 г. приходилось две трети инвестиций из
общей суммы капитальных вложений (против одной тре-
ти в 1940 г.). Удельный вес Центрального и Севере-Запад-
9 Зак. №65
129
ного промышленных районов в капитальном строитель-
стве составлял 21%, Казахстана и Средней Азии — 9,2%.
Огромными усилиями рабочего класса с весны 1942 г. был
прекращен спад промышленного производства и начался
его постепенный подъем. По сравнению с первым полу-
годием 1942 г. во втором полугодии валовое производство
электроэнергии возросло на 6,3%, выплавка стали — на
4%, проката — на 6,8%.3 Эта тенденция в промышленном
производстве получила дальнейшее развитие в последую-
щие годы войны.
В течение первого года военно-мобилизационной пере-
стройки народного хозяйства почти все мощности маши-
ностроительного комплекса — автомобильной, трактор-
ной, электротехнической, приборостроительной отраслей
промышленности, заводов энергетического, тяжелого,
среднего, общего, сельскохозяйственного машиностроения,
судостроения, станкостроения — были переключены на
выполнение военных заказов. Часть заводов была включе-
на в систему оборонных наркоматов (вооружения, боепри- >
пасов, авиационной, танковой и минометной промышлен-
ности), большинство остались в прежнем подчинении, но
стали поставщиками военного ведомства, прежде всего по
изготовлению узлов, деталей, оборудования, приборов,
литья, комплектующих изделий, необходимых для сборки
и выпуска конечной военной продукции. В связи с ограни-
ченной производственной базой станкостроения на восто-
ке (до войны на Урале и Сибири выпускалось металлоре-
жущих станков в 8 раз меньше, чем в одном Центральном
промышленном районе) специальными постановлениями
ГКО на заводы, занятые выполнением военных заказов,
направлялись десятки тысяч единиц станочного оборудо-
вания с многих предприятий всех наркоматов.4
В усилении производственного потенциала Урала, Си-
бири, Поволжья важнейшую роль сыграло строительство
новых предприятий — заводов, цехов, шахт, электростан-
ций, рудников. К лету 1942 г. было сооружено 850 новых
производственных объектов.5 Исходя из условий военного
времени, когда фактор времени приобрел первостепенное
значение, ГКО разрешал начинать и развертывать новое
строительство «без проектов и смет».6 Для максимального
сокращения сроков строительных работ, уменьшения ма-
териальных и финансовых затрат применялись упрощен-
ные конструкции с предельно допустимым ограничением
внутризаводских коммуникаций, линий электроснабжения,
водоснабжения, отопления. Практика подтвердила высо-
кую эффективность добычи угля открытым способом на
130
разрезах, при котором производительность труда значи-
тельно превышала интенсивность горных работ в шахтах.
В топливно-энергетическом балансе большой удельный вес
заняли дрова и торф.
Вызванное экстремальными обстоятельствами военно-
го времени резкое изменение народнохозяйственных про-
порций потребовало как увеличения и максимального ис-
пользования основных фондов в одних отраслях, так и
сокращения ранее принятых плановых заданий, не имев-
ших прямого военного или военно-промышленного на-
значения. Тяжелая обстановка на фронте и в тылу вынуж-
дала ограничивать или совсем прекращать даже выпуск
некоторых боевых средств и остродефицитного техничес-
кого оборудования. В 1942 г. более чем вдвое были умень-
шены заказы на военно-морскую технику; из-за жесткого
лимитирования энерго- и металлоресурсов почти пол-
ностью прекратилось производство многих видов продук-
ции тяжелого, транспортного, энергетического, строитель-
ство-дорожного машиностроения. Оставшиеся вне окку-
пационной территории трубопрокатные заводы, полностью
переключенные на артиллерийское, минометное и боеп-
рипасное производства, дали нефтяникам труб в 43 раза
больше, чем в мирное время.7 Еще в большей степени под-
верглось сокращению производство предметов широкого
потребления. Часть фабрик и цехов легкой, текстильной,
пищевой, местной промышленности из-за нехватки сырья
была законсервирована, большинство предприятий рекон-
струированы и переориентированы на обеспечение пот-
ребностей фронта. На душу населения в 1942 г. приходи-
лось, например, всего по 0,3 пары обуви и минимум дру-
гих предметов массового потребления; подавляющая часть
выпускаемой продукции шла на снабжение армии.*
Для создания экономических предпосылок коренного
перелома большое значение имел ввод в строй предпри-
ятий и промышленного оборудования, эвакуированных в
восточные районы страны. Многие предприятия или их
цеха вступали в эксплуатацию спустя один—два месяца
после начала эвакуации, но в целом этот процесс был чрез-
вычайно сложным, его длительность зависела от многих
факторов: профиля и объема производства, состояния про-
изводственной инфраструктуры на новых местах, комплек-
тности перебазированного оборудования, наличия мест-
ной промышленности и инструментальной базы, степени
обеспеченности электроэнергией, сырьем, материалами,
квалифицированными кадрами, наличия коммуникаций,
налаживания новой производственной кооперации, отда-
131
лениости от основных экономических районов и многого
другого. Большая часть перебазированных предприятий
вливалась в однопрофильные местные заводы, другие раз-
вертывались в самостоятельные производства, третьи ста-
новились базой для нескольких новых заводов.
Отдельные цехи подмосковского авода «Электросталь»,
например, были использованы не только для наращива-
ния мощностей действующих заводов на Урале, но и ста-
ли основной для двух крупных промышленных предпри-
ятий в Челябинске и Чебаркуле. Государственный под-
шипниковый завод в Москве (ГПЗ-1) после эвакуации
основного оборудования стал базой для развертывания
нового подшипникового производства в Саратове, Куй-
бышеве, Свердловске, Томске. По решению ГКО от 30
ноября 1941 г. из оборудования Московского автомобиль-
ного завода начали создаваться четыре новых завода в
Ульяновске, Миассе, Челябинске, Щадринске.8 К 1 мая
1942 г. ульяновские автостроители из узлов и деталей ЗИСа
собрали первую машину. Всего из общего числа эвакуи-
рованных предприятий к лету 1943 г. приступили к эк-
сплуатации 1200 заводов, сотни промышленных предпри-
ятий вступали в строй вплоть до 1943 г. Численность ра-
бочих и служащих в восточных районах страны к концу
1942 г. достигла 70% по отношению к их общей числен-
ности (в 1940 г. там было всего 37%).9
Для всего народнохозяйственного и оборонного комплекса
центральной и вместе с тем наиболее острой была проблема
производства металла. В ней аккумулировались усилия не
только металлургов, но и электроэнергетиков, шахтеров,
строителей, химиков, транспортников, геологов и др. Пот-
ребности в металле постоянно росли. Только для производ-
ства боеприпасов в 1942 г. было выделено 1,8 млн. тонн
высококачественного металла, но этого количества крайне
не хватало. Большой металлоемкостью отличалась танко-
вая, артиллерийская и другие отрасли военного производст-
ва. Только один артиллерийский завод в Горьком потреблял
более 320 вагонов черных металлов ежемесячно.10
* Поставщиками Вооруженных Сил в 1942 г. были 296 пред-
приятий легкой промышленности (вместо 146 к началу во-
йны), в т. ч. все ведущие комбинаты и фабрики: «Трехгорная
мануфактура», Купавинская фабрика, Глуховский, Егорьевс-
кий, Куровской, Ивановский, Родниковский, Барнаульский,
Ленинаканский, Кировобадский, Ташкентский и другие ком-
бинаты.
132
Постановлением ГКО от 9 ноября 1941 г, были опреде-
лены первоочередные мероприятия по наращиванию мощ-
ностей черной металлургии в восточных районах.11 Ряд
важных правительственных решений был принят в 1942 г.
Только в Магнитогорске было размещено оборудование
более 20 эвакуированных заводов («Азовсталь», «Серп и
молот», Макеевский, Енакиевский, Мариупольский име-
ни Ильича, Днепропетровский имени Петровского и др.).
По темпам прироста продукции на первом месте в метал-
лургической промышленности был Новотагильский завод:
выплавка стали здесь увеличилась в 1942 г. на 38%, произ-
водство проката — на 58%. По объемам годового выпуска
металла ведущее место занимали Кузнецкий металлурги-
ческий комбинат (2 млн. тонн стали) и Магнитогорский
комбинат (1,7 млн. тонн). Около 1 млн. тонн стали и 750 тыс.
тонн проката дали в 1942 г. заводы треста «Главуралмет»
— Алапаевский, Верх-Исетский, Верхнесалдинский, Ни-
жнесалдинский, Лисьевский, Нижнетагильский, Уфалей-
ский, Чусовской и др. Важный вклад в производство ме-
талла внесли Златоустовский, Серовский, «Красный Ок-
тябрь», «Серп и молот» и другие заводы. Увеличилось про-
изводство металла и в специализированных металлурги-
ческих цехах оборонных заводов.12
Исключительно сложные задачи решались трудовыми
коллективами предприятий цветной металлургии. В кон-
це 1941 г. положение в этой отрасли сложилось критичес-
кое, производство проката цветных металлов уменьшилось
в 430 раз.13 Требовались ргромные усилия, чтобы обеспе-
чить тысячи оборонных, сталелитейных, машиностроитель-
ных, химических заводов алюминием, медью, никелем,
свинцом, оловом, молибденом и другими металлами, без
которых выпуск основных видов военной и промышлен-
ной продукции был практически невозможен. В 1942 г.
были достигнуты первые успехи в добыче, производстве и
обработке многих видов дефицитной продук1щи. В апре-
ле выдал первые тонны никеля Норильский горно-метал-
лургический комбинат, значительно увеличился выпуск про-
дукции на Уфалейском заводе и комбинате «Южурални-
кель» (г. Омск). В июне вступила в строй вторая очередь
Уральского алюминиевого завода, благодаря чему выпуск
«крылатого» металла превысил его общий довоенный уро-
вень. Спустя полгода вошел в состав действующих Ново-
кузнецкий алюминиевый завод, форсированными темпа-
ми велось строительство Богословского завода.14
Производство меди обеспечивалось внедрением более
совершенных систем разработки и увеличением добычи
133
руд, повышением комплексности использования сырья.
Наращивались мощности Медногорского медно-серного,
Балхашского горно-металлургического, Красноуральско-
го, Баймакского, Карабашского медеплавильных комби-
натов, Среднеуральского медеплавильного и Пышминского
электролитного заводов. Медеплавильщики Пышмы обес-
печивали выпуск металла, из которго изготовлялось око-
ло 8Q% снарядных гильз и патронов. Большой вклад в обес-
печение оборонных заводов внесли ведущие поставщики
свинца, олова, цинка — Лениногорский полиметалличес-
кий, Дальневосточный, Зыряновский, Иртышский горно-
металлургические комбинаты, Чимкентский свинцовый,
Челябинский и Беловский цинковые, Новосибирский оло-
вянный и другие заводы и рудники цветной металлургии.15
15В широких масштабах осуществлялось перепрофили-
рование большинства предприятий химической промыш-
ленности для обеспечения нужд фронта. Заводы азотной
и сернокислотной промышленности стали главными пос-
тавщиками сырья для производства порохов и взрывчатых
веществ, анилино-красочные заводы перешли на выпуск
химикатов для выпуска боеприпасов, самолетостроения и
др. В 1942 г. в восточных районах были введены в эксплу-
атацию 11 новых химических предприятий, расширены
мощности на 15 действующих заводах и комбинатах (Бе-
резниковском, Кемеровском, Новосибирском, Чирчикс-
ком, Красноуральском, Челябинском и других), восста-
новлено производство на Воскресенском и других хим-
комбинатах Центрального промышленного района. В те-
чение 1942 г. валовой выпуск химической продукции уве-
личился вдвое.16
Работа базовых отраслей индустрии являлась решающим
условием роста военного производства и опережающих тем-
пов его развития по сравнению со всеми другими сферами
народного хозяйства. Основная часть промышленной про-
дукции в строго централизованном и первоочередном по-
рядке предназначалась и распределялась для обеспечения
производственной деятельности оборонных предприятий.
Масштабы военного производства на Урале в 1942 г. по.
сравнению с предвоенным уровнем (в стоимостных пока-
зателях) возросли в 5 раз, в промышленных центрах По-
волжья — в 9 раз; на заводах Сибири — в 27 раз.17 В работе
авиационных, танковых, артиллерийских, оружейных, сна-
рядных, пороховых и других заводов и предприятий, вхо-
дивших в оборонный комплекс страны, концентрировались
усилия всего народного хозяйства по обеспечению действу-
ющей армии оружием и боевой техникой.
134
Объективная необходимость увеличения выпуска воен-
ной техники возникла с первых же дней войны, но реаль-
ные возможности для этого были созданы только после
перестройки всей социально-экономической жизни стра-
ны на военный лад, переключения основной части про-
изводительных сил на удовлетворение потребностей дей-
ствующей армии, вынужденного сокращения и резкого ог-
раничения расходования материальных и финансовых
средств в других отраслях экономики. Еще в октябре-
ноябре 1941 г. многими постановлениями ГКО предус-
матривалось значительно увеличить выпуск всех основ-
ных видов оружия. Так, в постановлении ГКО от 9 нояб-
ря планировалось в самые сжатые сроки восстановить ра-
боту авиационных заводов и добиться к концу декабря
выпуска 73 боевых самолетов в сутки.18 Постановление от
14 ноября называлось: *06 увеличении выпуска танков до
140 машин в сутки».19 Уже на третью декаду января 1942 г.
намечалось обеспечить ежесуточное производство 20 тан-
ков КВ, 42 средних танков Т-34 и 78 легких танков Т-50 и
Г-60. Эти постановления заложили важные организаци-
онно-технические основы развертывания авиационной и
танковой промышленности в восточных районах, но об-
щее экономическое положение страны не позволило вы-
держать намеченные сроки и объемы производства, что, в
свою очередь, сказалось на результатах зимней кампании
1941/42 г.
Увеличение мощностей авиационной промышленнос-
ти в 1942 г. шло последовательно, из месяца в месяц на-
растающими темпами по мере укрепления производствен-
ной базы на востоке. Для обеспечения действующей ар-
мии авиационной техникой работали десятки самолетос-
троительных, моторостроительных, агрегатных заводов в
Куйбышеве, Саратове, Казани, Москве, Горьком, Ново-
сибирске, Омске, Уфе, Молотове, Комсомольске-на-Аму-
ре, Иркутске, Чкалове, Баку, Тбилиси, Ташкенте, Анди-
жане и других промышленных центрах. Уже весной 1942 г.
авиазаводы давали ежемесячно по 1300—1400 боевых са-
молетов, а к концу года их выпуск превысил 2400 машин.
Во втором полугодии (по сравнению с первым) мощнос-
ти авиастроения увеличились более чем в 1,6 раза. Это
дало возможность в течение года увеличить самолетный
парк Вооруженных Сил с 22 тыс. до 35 тыс. машин.20
Главные центры танкостроения в Челябинске, Нижнем
Тагиле, Свердловске, Горьком, Сормове, Омске, Сталин-
граде (до августа 1942 г.), Кирове с января по декабрь уве-
личили ежемесячное производство с 1500 до 2430 боевых
135
машин. В кооперации танковыми заводами работали бо-
лее 250 предприятий различных отраслей промышленнос-
ти, в том числе свыше 40 металлургических заводов. В
течение года танковый парк Красной Армии увеличился
почти в 3 раза — с 7,7 тыс. до 20,6 тыс. единиц.21
На заводах артиллерийского и стрелкового вооружения
в Перми, Горьком, Сталинграде, Красноярске, Свердлов-
ске, Туле, Ижевске, Коврове, Златоусте и других городах
было освоено поточное производство наиболее массовых
видов военной техники — полевых, зенитных, противо-
танковых орудий, авиационных и танковых пушек, руч-
ных и станковых пулеметов, винтовок и карабинов. Толь-
ко один артиллерийский завод под руководством дирек-
тора А. С. Еляна с лета 1942 г. выпускал по 100 пушек в
сутки; этот рекордный показатель в 18 раз превышал до-
военный уровень этого же завода.22
Широкими масштабами отличалось производство ми-
нометного вооружения, которое выпускалось не только
кадровыми военными заводами, но и предприятиями дру-
гих наркоматов во многих регионах страны (Москва, Ле-
нинград, Рыбинск, Иваново, Тюмень, Кунгур, Иркутск,
Пенза, Вологда, Хабаровск, Чирчик, Улан-Удэ, Ташкент'
и многие другие). Большой вклад в создание различных
видов боевой техники и боеприпасов внесли коллективы
таких заводов, как московские: «Компрессор», имени Иль-
ича, «Красный пролетарий», «Манометр», «Борец», «Ди-
намо»; ленинградские: Адмиралтейский, Балтийский,
«Светлана»; Коломенский машиностроительный и др.
Только производством боеприпасов в 1942 г. занимались
более 1000 гражданских предприятий 58 наркоматов и ве-
домств.23
Артиллерийская промышленность в течение 1942 г. пос-
тавила войскам 127 тыс. орудий всех видов и калибров,
вплотную приблизившись к максимальному годовому уров-
ню, достигнутому во время войны. На минометных заво-
дах и предприятиях было произведено 230 тыс. миноме-
тов — во много раз больше, чем за любой другой год во-
йны. Выпуск стрелкового оружия превысил 6 млн. еди-
ниц, что позволило несколько повысить техническую ос-
нащенность войск. Однако вследствие длительной оста-
новки тульских оружейных заводов зимой 1941—1942 гг.
и понесенных потерь в боях поставки стрелкового воору-
жения не полностью удовлетворяли потребности армии.
К концу 1942 г. на оснащении Вооруженных Сил было
почти на 1,5 млн. меньше винтовок, револьверов, писто-
летов, станковых пулеметов, чем их находилось на воору-
136
жении к началу войны. Это требовало дальнейшего нара-
щивания темпов производства самых массовых видов ору-
жия.24
Важнейшее значение для создания коренного перелома
в войне имело достижение военно-технического превос-
ходства над противником по качественным характеристи-
кам оружия, по оснащению войск наиболее современны-
ми его образцами, отвечавшими все возраставшим требо-
ваниям вооруженной борьбы. В 1942 г. наряду с количес-
твенным ростом военного производства были достигнуты
важные результаты в совершенствовании боевой техники,
в принятии на вооружение наиболее эффективных бое-
вых средств.
В системе стрелкового вооружения в сжатые сроки было
ликвидировано отставание в производстве автоматичес-
кого оружия, прежде всего пистолетов-пулеметов. Годо-
вой выпуск ППШ в 1942 г. стал более 1,5 млн., что в 16 раз
превышало уровень 1941 г. На поток было поставлено из-
готовление противотанковых ружей, их выпуск увеличил-
ся в 13 раз. Крупным достижением оборонной промыш-
ленности явилось серийное производство установок реак-
тивной артиллерии. Если к началу 1942 г. в войсках нахо-
дилась всего тысяча установок БМ-8 и БМ-13, то в тече-
ние года их произвели в 3,3 раза больше.25 Были приняты
на вооружение новые и модернизированные образцы пол-
евых, противотанковых и зенитных орудий, в миномет-
ном производстве значительно* возрос удельный вес на-
иболее эффективных минометов калибра 82 мм и 120 мм.
Летом 1942 г. впервые количество выпущенных средних
танков Т-34 превысило производство легких танков, что
свидетельствовало о возросшем производственно-техни-
ческом потенциале танковой промышленности и сыграло
важную роль в повышении ударной мощи войск. Ведущей
тенденцией в развитии авиационной промышленности
также являлось расширение серийного выпуска самоле-
тов новых, наиболее эффективных типов и образцов. На-
ибольшими темпами наращивались мощности заводов по
производству штурмовиков и истребителей. В течение 1942 г.
было достигнуто 7-кратное увеличение выпуска Ил-2, ос-
воены новые модификации истребителей, приняты в се-
рийное производство новые авиационные двигатели, а
также крупнокалиберное пушечно-пулеметное авиацион-
ное вооружение. Расширялось и совершенствовалось про-
изводство радиотехнических средств. По сравнению с ян-
варем 1942 г. к концу года количество радиостанций в во-
йсках возросло на 20 тыс.26
137
В укреплении военно-экономического потенциала стра-
ны накануне решающих сражений на Волге важную роль
сыграло усиление связей науки с производством. Научно-
технический фронт охватывал все сферы народного хо-
зяйства, помогая мобилизации ресурсов на нужды оборо-
ны, поиску резервов, решению новых теоретических и
практических проблем, поставленных жизнью, потребнос-
тями фронта и тыла. Благодаря тесному взаимодействию
ученых и производственников были открыты новые мес-
торождения марганца, молибдена, вольфрама, бокситов,
других металлов и руд, предложены новые способы не-
фтеперегонки и получения высокооктанового топлива,
впервые внедрены наиболее эффективные способы авто-
матической электросварки, получены десятки высокока-
чественных марок стали, разработаны новые взрывчатые
вещества, решены сложнейшие технические вопросы при
конструировании оружия, проектировании и эксплуата-
ции оборонных и народнохозяйственных объектов.
Решение военно-экономических задач обеспечивалось
в тяжелейших условиях войны централизованным распре-
делением ресурсов, высокой исполнительной дисципли-
ной, духовным подъемом общества, трудовой самоотвер-
женностью рабочих коллективов. Лозунг «Все для фрон-
та!» отвечал жизненным интересам всех, кто видел в фа-
шизме самого злейшего врага человечества*.
Наибольшие тяготы на трудовом фронте несли женщи-
ны. Даже среди самых тяжелых профессий (машинистов
паровых машин, шахтеров, кузнецов, штамповщиков) их
доля нередко достигала 40—45%. Многомиллионный от-
ряд юношей заменил отцов, ушедших в армию. Более 4
миллионов молодых рабочих в 1942 г. приобрели специ-
альность или повысили свою профессиональную квали-
фикацию и техническую подготовку. Молодежные брига-
ды боролись за досрочное выполнение фронтовых зака-
зов, высокое качество продукции, экономию энергоресур-
сов, стойко переносили все трудности жизни и быта воен-
ного времени. Миллионы трудящихся участвовали в со-
* В современной публицистике и литературе встречаются
утверждения о том, будто сплочение народных сил под ло-
зунгом «Все для фронта!» было якобы антигуманным и про-
тиворечило «общечеловеческим ценностям». На наш взгляд, в
таких голосах отражается позиция капитулянтов, сожале-
ющих, что советские люди на фронте и в тылу не сложили
оружия перед фашистской агрессией, выстояли, победили и
вместе с союзниками и силами Сопротивления избавили че-
ловечество от гитлеровского фашизма.
138
-ревновании. Росло число многостаночников, мастеров
скоростных плавок, новаторов производства. Только на
заводах стрелкового и артиллерийского вооружения в те-
чение года было внесено 25 тыс. рационализаторских пред-
ложений, а на авиазаводах — 47 тыс.27 Во всех отраслях
народного хозяйства выросли опытные кадры руководи-
телей производства, в их числе директора крупнейших
оборонных заводов — С. И. Агажданов, Л. Т. Боярский,
А. И. Быховский, К. А. Задорожный, Д. Е. Кочетков,
Ю. Е. Максарев, Б. Г. Музруков, В. Н. Лисицин, Н. В. Ни-
кулин, А. Т. Третьяков, Ф. К. Чаботарев и многие другие.
В результате самоотверженных усилий рабочего класса,
предельного напряжения всего народного хозяйства Со-
ветский Союз при ограниченной индустриально-промыш-
ленной базе добился решения главной задачи, обеспечи-
вающей экономические условия для создания коренного
перелома в войне, — количественного и качественного пре-
восходства над противником й производстве оружия и бо-
евой техники.28
Сравнительные показатели военного производства
СССР и Германии за 1942 год (в тыс. шт.)Ь
Винтовки Пистолеты пулеметы Орудия Минометы Танки Боевые самолеты
СССР 4049 1506 127 230 24,4 21,7
Германия 1370 232 40 10 6,2 11,6
Из приведенных данных видно, что годовое производ-
ство оружия в СССР превысило германскую военную про-
мышленность по винтовкам почти в 3 раза, по артиллерии
— более чем втрое, минометам — в 23 раза, пистолетам-
пулеметам — в 6,5 раза, танкам — в 3,9 раза, боевым само-
летам — в 1,8 раза. Советское народное хозяйство сумело
добиться таких высоких результатов собственными сила-
ми. Помощь со стороны союзников по антигитлеровской
коалиции была весьма ограничена. Германия же, как из-
вестно, в борьбе против СССР опиралась на военно-эко-
номическую базу почти всей Европы и использовала в
своей военной промышленности миллионные контингенты
военнопленных и иностранных рабочих.
Развитие базовых и оборонных отраслей народного хо-
зяйства адекватно отражало особенности обстановки на
советско-германском фронте, было подчинено обеспече-
нию потребностей действующей армии, создавало мате-
139
риальные предпосылки для повышения ударной и огне-
вой мощи войск, восполнения потерь, создания и усиле-
ния стратегических резервов, формирования новых круп-
ных оперативных объединений и соединений — танковых
и воздушных армий, танковых, механизированных, авиа-
ционных корпусов, артиллерийских дивизий РВГК, ис-
требительно-противотанковых частей и соединений и др.
С развертыванием новых крупных формирований повы-
шались возможности для массирования сил, создания мощ-
ных группировок, нанесения сокрушительных ударов по
врагу, решения наиболее сложных стратегических задач.
Достижение военно-технического превосходства над
противником показало способность советского народа
выдерживать тяжелейшие исторические испытания, объ-
единять усилия для разгрома агрессора и изгнания его за
пределы родной земли. Укрепление военно-экономичес-
кого потенциала, повышение технической оснащенности
и боевой мощи войск создало объективные предпосылки
для захвата стратегической инициативы и коренного из-
менения соотношения сил в вооруженной борьбе.
1. Подсчитано по: Гриф секретности снят: Потери Во-
оруженных Сил СССР в войнах, боевых действиях и воен-
ных конфликтах. М., 1993. С. 351—359.
2. Чадаев Я. Е. Экономика СССР в годы Великой Оте-
чественной войны 1941—1942 гг. 2-е изд. М., 1985. С. 83,
85.
3. История социалистической экономики СССР. М.,
1978. Т. 5. С. 237; История второй мировой войны 1939—
1945. М., 1976. Т. 6. С. 341.
4. Российский цешгр хранения и изучения документов
новейшей истории (далее — РЦХИДНИ). Ф. 644. On. 1. Д.
4. Л. 61.
5. Советский тыл в первый период Великой Отечествен-
ной войны. М., 1988. С. 204.
6. РЦХИДНИ. Ф. 644. On. 1. Д. 1. Л. 92-94; Д. 2. Л. 124.
7. История социалистической экономики. С. 288.
8. РЦХИДНИ. Ф. 644. On. 1. Д. 15. Л. 179.
9. Советский тыл в первый период Великой Отечествен-
ной войны. С. 204, 255; Рабочий класс СССР накануне и в
годы Великой Отечественной войны. М., 1984. С. 365.
140
Ю.РЦХИДНИ. Ф. 644. On. 1. Д. 15. Л. 175-178.
11. Там же. Д. 14. Л. 36-40.
12. Сталь для Победы: Черная металлургия СССР в годы
Великой Отечественной войны. М., 1983. С. 228—229.
13. Вознесенский А. Военная экономика СССР в пери-
од Отечественной войны. М., 1948. С. 43.
14. Ломако П. Ф. Цветная металлургия в годы Великой
Отечественной войны. М., 1985. С. 248—250.
15. Там же.
16. Страницы героического труда химиков в годы Вели-
кой Отечественной войны. М., 1989. С. 21.
17. Вознесенский Н. А. Указ. соч. С. 77.
18. РЦХИДНИ. Ф. 644. On. 1. Д. 14. Л. 4-7.
19. Там же. Д. 14. Л. 92.
20. Гриф секретности снят. С. 359.
21. Там же/С. 357.
22. Оружие Победы. М., 1987. С. 50.
23. История социалистической экономики СССР. Т. 5.
С. 256.
24. Гриф секретности снят. С. 351.
25. Там же. С. 351.
> 26. Там же. С. 364.
27. Рабочий класс СССР накануне и в годы Великой
Отечественной войны. С. 357, 375, 391, 399; Советский
тыл в первый период Великой Отечественной войны. С.
244.
28. Подсчитано по: Вторая мировая война: Итоги и уро-
ки. М., 1985. С. 229, 257.
Полковник Б. В. Хилько
ОРГАНИЗАЦИЯ ПСИХОЛОГИЧЕСКОЙ
БОРЬБЫ С ВОЙСКАМИ ПРОТИВНИКА
В ХОДЕ СТАЛИНГРАДСКОЙ БИТВЫ
Психологическая борьба, называвшаяся в годы
войны политической работой среди войск и на-
селения противника или спецпропагандой, велась
•МИ командирами, штабами и политорганами и до-
полняла мощные удары наших войск, способствовала де-
морализации вражеских армий.
Это достигалось прежде всего систематическим пока-
зом справедливого характера войны со стороны СССР и
несправедливого, захватнического — со стороны гитле-
ровской Германии, разоблачением надежд на победное
завершение военной кампании в России.
Можно смело сказать, что в Сталинграде наше психо-
логическое воздействие на врага стало мощным оружием
командиров и штабов. Именно здесь оно получило все-
общее признание как неотъемлемая часть действий войск
по прекращению сопротивления противника и выходу его
из войны.
Сказанное в полной мере можно отнести не только ко
времени контрнаступления, предпринятого нашими во-
йсками, но и к оборонительным боям на сталинградском
рубеже. Уже тогда наши листовки и агитационные пере-
дачи взяли верный тон. Они сбивали у гитлеровцев спесь,
заставляли немецких солдат поразмыслить, в какую про-
пасть они несутся, предупреждали, что их не ждет ничего,
кроме смерти. На стенах тракторного завода в Сталингра-
де рабочие написали: «Немцы! Вы проклянете тот день,
когда пришли сюда. За вами по пятам ходит смерть. И нет
для вас другой дороги, как в могилу!», «Не лезьте, Ста-
линград будет вашей могилой!», «Сталинград — трагедия
для немецкой армии» — утверждали листовки, предвос-
хищая печальный для врага финал битвы на Волге.1
В ходе Сталинградской битвы мероприятия психологи-
ческой борьбы с противником были объединены единым
планом концентрированного воздействия на всю группи-
ровку немецко-фашистских войск. Правдивость, опера-
тивность, наступательность и массированность были ос-
новными принципами нашего воздействия. Исходя из еди-
ного плана спецпропагандистского воздействия печатная,
устная пропаганда и наглядная агитация велись в дивизи-
онном, армейском и фронтовом звене специально созда-
142
ваемыми оперативными группами. В группы входили офи-
церы, владеющие немецким, румынским и итальянским
языками. На их вооружении были специальные техничес-
кие средства — мощные окопные громкоговорящие уста-
новки, типографские машины, мегафоны и рупоры.
Успех действия оперативных групп зависел от выбора
направления основных усилий нашего воздействия, т. н.
объектов психологической борьбы. При подготовке к кон-
трнаступлению под Сталинградом Юго-Западный, Донс-
кой и Сталинградский фронты сосредоточили основные
усилия на психологической борьбе против солдат и офи-
церов 6-й полевой и 4-й танковой немецких армий, 3-й и
4-й румынских и 8-й итальянской армий. При этом ста-
вилась задача первоначально добиться морального ослаб-
ления, капитуляции и групповой сдачи в плен солдат и
офицеров румынской и итальянской армий.
В результате первыми капитулировали командиры 5-й и
6-й румынских дивизий, без какого-либо сопротивления
сдались в плен свыше 30 тыс. румынских солдат и офице-
ров. Пленные свидетельствовали, что еще до прорыва их
обороны они читали русские листовки, слушали агитпе-
редачи и пришли к выводу: при первой же возможности
надо сдаваться в плен.
Большой успех в нашей работе по деморализации про-
тивника приносили добываемые сведения о морально-
политическом состоянии личного состава и настроениях
в коалиции противника.
Так, 21 ноября 1942 г. оперативной группе Донского фрон-
та из опроса пленных стало известно, что между румын-
скими и немецкими солдатами из 4-го армейского корпуса
произошло столкновение, в результате чего было убито 3
румынских солдата и тяжело ранен немецкий лейтенант. В
то же время группа захватила приказ за подписью немец-
кого полковника Нейдорфа, в котором указывалось на пло-
хую дисциплину в 17-м итальянском полку?
22 ноября эти факты через листовки были сообщены
румынским и итальянским солдатам. Вскоре из опроса
пленных выяснилось, что листовки способствовали уси-
лению неприязни солдат румынской и итальянской ар-
мий к гитлеровцам.
Другой пример: стало известно, что в ночь на 17 декаб-
ря 1942 г., в связи с угрозой окружения, немецкое коман-
дование вывело свои части из района Богучар, оставив
там для'прикрытия отхода итальянские войска. К утру
17 декабря над войсками противника была сброшена лис-
товка на итальянском языке, в которой говорилось: «Италь-
143
япцы! Немцы вновь предали вас... 298-я немецкая диви-
зия первой удрала из Богучар, оставив вас умирать за них...
Так поступают немцы со своими союзниками везде, они
так же предают итальянцев в Африке...».3
После успешного воздействия на румынские и итальян-
ские войска нашим командованием было принято реше-
ние сконцентрировать главные усилия сил и средств воз-
действия против немецких войск под Сталинградом. Гит-
леровская пропаганда утверждала, что немецкие солдаты,
особенно офицеры и генералы, никогда не сложат оружия
перед русскими. Вот почему нам важно было заставить их
силой оружия и силой слова капитулировать ради сохра-
нения жизни наших людей и спасения обманутых немцев.
Для этого был необходим официальный документ. И та-
кой документ 30 ноября появился. Это было обращение
командующих Сталинградским и Донским фронтами ге-
нерал-полковника А. И. Еременко и генерал-лейтенанта
К. К. Рокоссовского.
В обращении приводились точные данные о потерях
немецких и румынских войск за первые 8 дней наступле-
ния Красной Армии под Сталинградом, в результате ко-
торого 4-я танковая и 6-я армии оказались в плотном коль-
це окружения. Командующие двумя фронтами убедитель-
но доказывали, что дальнейшее сопротивление окружен-
ных приведет лишь к ненужным и массовым жертвам: «Не-
мецкий солдат, сдающийся в плен в безнадежном пол-
ожении, совершает не поступок позора, а акт благоразу-
мия». Это был новый, ранее не использовавшийся в на-
шей агитации аргумент — он не противоречил ни солдат-
ской «клятве верности», ни офицерским «законам чести»
и убедительно подводил к мысли о капитуляции и плене.
«Тот, кто сдается, — говорилось далее в обращении, —
перестает быть врагом». Следовательно, о мести, которой
так опасались немецкие солдаты и офицеры, не могло быть
и речи. «У вас’ есть выбор: жизнь или бессмысленная
смерть!» — этими словами заканчивалось обращение.4
Надо сказать, что обращение командующих сыграло свою
роль. Число перебежчиков заметно возросло. Появились
случаи даже организованной сдачи в плен отделением,
взводом или ротой во главе с офицером. Но приказ Гит-
лера «стоять насмерть» и надежда на деблокирование —
он бросил на выручку 6-й армии крупные танковые и ме-
ханизированные силы во главе с фельдмаршалом Манштей-
ном — продолжали держать в плену иллюзий основную
массу окруженных.
144
Еще одной формой воздействия на войска противника
явилось привлечение на Сталинградский фронт группы
немецких антифашистов в составе видного деятеля ГКП
В. Ульбрихта, поэта Э. Вайнерта и писателя В. Бределя.
Устные обращения через громкоговорящие установки пат-
риотов-антифашистов придавали этой работе националь-
ный колорит и эмоциональный характер. Кроме того, они
активно участвовали в подготовке демократического ак-
тива из числа военнопленных, помогали устанавливать
«живую связь» с немецкими солдатами, находящимися в
котле.5
Во второй половине декабря на Среднем Дону последо-
вал сокрушительный удар Юго-Западного и Воронежско-
го фронтов по 8-й итальянской армии и 10 немецким ди-
визиям, еще более усугубивший критическое положение
группировки Паулюса. И здесь достигали цели наши про-
пагандистские листовки и передачи. Но особенным успе-
хом пользовались две из них — «Немцы снова предали
вас» и «Куда вы бежите, итальянцы?». В первой сообща-
лось о подлинных случаях: 19 декабря в Богучаре, а 20
декабря под Калитой германское командование вывело из-
под удара наступающей Красной Армии свои дивизии и
поставило итальянские. Это стало известно всей итальян-
ской армии, и она побежала, а вдогонку ей полетела но-
вая листовка: «Куда вы бежите, итальянцы?! До Италии
4000 километров, и даже бегом до нее не скоро добраться,
к тому же кругом немцы, и они повернут вас обратно,
снова и снова подставляя вас под удар. Единственно ра-
зумный выход в этих условиях — отречься от тех, кто предал
вас, и переходить в плен/ Плен — самый быстрый и без-
опасный путь домой, в Италию, тем более что лагеря для
итальянцев расположены в южных районах СССР, а не в
Сибири, крепкими морозами которой вас запугивали ваши
неверные союзники».6
Почти у каждого итальянца на руках были эти листов-
ки, служившие им пропуском в плен.
Только за 10 дней наступления было пленено 48 тыс.
итальянских, свыше 7 тыс. румынских и 5 тыс. немецких
солдат и офицеров.7
28 декабря, когда войска деблокирования фельдмарша-
ла Манштейна были разбиты, командующие Сталинград-
ским и Донским фронтами еще раз распространили обра-
щение «К солдатам и офицерам немецкой армии, окру-
женным в районе Сталинграда».
Чем же ответило на это германское командование? При-
казом Гитлера: «Сопротивляться до конца». Судьба немец-
10 Зак. №65
145
ких солдат, обреченных на гмбелъ, Гитлера и его сообщни-
ков совершенно не интересовала. Главным был престиж.
В окруженной группировке гитлеровские офицеры убеж-
дали солдат, что такое сопротивление якобы позволит
фюреру спасти весь южный фронт от разгрома, посколь-
ку армия Паулюса «приковывает большие силы русских».
(Этот аргумент в какой-то мере действовал до середины
января, пока наши войска не отбросили группу армий «Б»
с Кавказа за Ростов.) Всякое отступление, отказ от со-
противления, попытка перейти к русским расценивались
как предательство и карались расстрелом. Одновременно
геббельсовская пропаганда инсценировала кампанию по
укреплению «связи родины с фронтовиками под Сталин-
градом». Радиостанция «Густав» вела ежедневные переда-
чи для обреченных захватчиков, назвав их «героями Ста-
линградской крепости». Выступать в этих передачах при-
нуждали престарелых родителей, жен и детей, призывав-
ших под диктовку нацистов «держаться», как повелел
фюрер. В том же роде были составлены и письма, захлес-
тнувшие котел. В самой же окруженной группировке была
создана атмосфера взаимной слежки и всеобщей подо-
зрительности. Отдавались приказы о борьбе с файндпро-
пагандой (вражеской пропагандой). Словом, все было бро-
шено на то, чтобы дезавуировать новое обращение А. И.
Еременко и К. К. Рокоссовского.8
Планируя последний штурм окруженной группировки
Паулюса, Ставка ВГК разрешила командующему Донским
фронтом и своему представителю обратиться к немецкому
командованию с ультиматумом. История этого ультимату-
ма подробно описана в воспоминаниях главного маршала
артиллерии Н. Н. Воронова. Кстати, инициатором ульти-
матума был именно он, в то время генерал-полковник ар-
тиллерии и представитель Ставки на фронте.
В ультиматуме противнику предлагалось прекратить со-
противление, сдать «весь личный состав, вооружение, всю
боевую технику и военное имущество в исправном состоя-
нии»; при этом офицерам и солдатам гарантировались
«жизнь и безопасность, а после окончания войны возвра-
щение в Германию или выезд в любую страну, куда изъ-
явят желание военнопленные»; кроме того, сохранялись
«военная форма, знаки различия и ордена, личные вещи,
ценности, а высшему офицерскому составу и холодное ору-
жие»; всем гарантировалось «нормальное питание», а «ра-
неным, больным и обмороженным медицинская помощь».9
Итак, все международные условия были соблюдены — даже
сверх того: офицерам сохранялось холодное оружие, и тем
146
не менее, как известно, Паулюс, выполняя категоричное
требование Гитлера, отклонил ультиматум. Больше того, он
попытался умолчать о нем перед обреченными, которым уль-
тиматум давал единственный шанс на спасение и нормаль-
ную жизнь в плену.
И тогда об этом во всю мощь заговорила спецпропаган-
да. За несколько дней над противником было разбросано
около 2 млн. экземпляров листовок с текстом ультимату-
ма; радио, рупоры, громкоговорящие установки свыше 6
тысяч раз передали сообщение о том, что ультиматум —
этот единственный «путь к жизни» — отклонен по веле-
нию Гитлера. В эту работу включились пленные антифа-
шисты: 330 из них были отпущены в котел, в свои подраз-
деления, и они не только вернулись обратно, но и приве-
ли с собой свыше 2 тысяч солдат и офицеров. Повсюду на
переднем крае были выставлены агитщиты с указанием
маршрутов «к питательным и обогревательным пунктам
для пленных».10
Понятно, что столь настойчивое стремление советского
командования использовать все мирные средства при ре-
шении судеб многих тысяч немецких солдат проистекало
не от слабости Красной Армии — это было высочайшим
актом гуманности. Увы, командование окруженной немец-
кой группировки было глухо к голосу благоразумия.
9 января третье обращение советского командования и
письменно, и устно было доведено до всех немцев, нахо-
дящихся в котле, а 10 января «заговорил» последний аргу-
мент: началась наступательная операция войск «Кольцо»,
в результате которой котел оказался расчленен на две час-
ти. Централизованное управление, цементирующее сопро-
тивление, рушилось, дисциплина разваливалась, армия аго-
низировала... И тогда об авантюристичности планов Гит-
лера открыто заговорили офицеры, даже генералы. Ко-
мандир танкового корпуса фон Витгерсгейм предложил
Паулюсу отойти от Волги и был отстранен от командова-
ния. Командир 51-го корпуса фон Зейдлиц потребовал от
Паулюса сдать армию, согласиться на капитуляцию — и
был наказан.11
И лед тронулся: еще 25 января капитулировала 20-я ру-
мынская пехотная дивизия — бригадный генерал Димит-
риу прислал своего парламентера, привел 2500 солдат и
офицеров; 26 января сообщил о готовности капитулиро-
вать командир полка связи 6-й армии; вместе с ним сло-
жили оружие 800 связистов — нерв управления войсками,
и это окончательно изолировало Паулюса; 27 января так
же поступил генерал Дюбуа, командир.отсеченной 44-й
147
танковой дивизии, получивший накануне Рыцарский кр
Цепную реакцию капитуляции уже ничто не могло ось;
новить.12
2 февраля советское радио сообщило о капитуляции
последней воинской части, окруженной в северном рай-
оне Сталинграда.
В этой связи было издано две ли овки, которые были
разбросаны над окопами противника по всему советско-
германскому фронту и над территорией Германии. В пер-
вой листовке-обращении «К немецкому народу!» кратко
излагалось содержание сообщения Совинформбюро о лик-
видации 6-й полевой и 4-й танковой армий под Сталин-
градом: «Генерал-фельдмаршал Паулюс не был ранен, не
застрелился и не отравился, он предпочел смерти советс-
кий плен». Фотография, изображающая допрос Паулюса
советскими военачальниками, подтверждала это. «Немец-
кий народ должен знать правду, которую скрывает от него
геббельсовская пропаганда, — говорилось в обращении.
— В результате ликвидации окруженной под Сталингра-
дом более чем 300-тысячной армии бессмысленной
смертью погибли 240 тысяч немецких солдат и офицеров,
91 тысяча солдат и офицеров сложили оружие и находятся
в безопасности в русском плену».13
Вторая листовка — «Что произошло под Сталинградом?»
— как бы конкретизировала содержание первой. Среди
пленных — 2725 офицеров, в том числе 200 полковников,
24 генерала (последние названы поименно с указанием
теперь уже бывших служебных должностей). Перечисле-
ны все разбитые или капитулировавшие дивизии и части,
а также взятые трофеи. Сообщалось о новых успехах Крас-
ной Армии: очищен от врага Кавказ, ее части подошли к
Ростову и Харькову, прорвали блокаду Ленинграда. Лис-
товка закапчивалась выводом: «Положение гитлеровской
армии безнадежно. Генералы и офицеры, сдавшиеся в плен
под Сталинградом, убедились, что война проиграна Гит-
лером. Они сдались в плен. Тем больше оснований у вас
сделать это... Рвите с Гитлером и его кликой! Гитлер ~
это не Германия. Гитлеры уйдут, а Германия останется.
Это поняли генералы, офицеры и солдаты, сдавшиеся в
плен русским под Сталинградом...».14
Наша пропагандистская работа подвергалась всесторон-
нему анализу немецких спецслужб, которые в своих закры-
тых бюллетенях докладывали командованию: «Находящие-
ся на восточном фронте немецкие войска буквально засы-
паются разлагающими советскими листовками и слухами».
«Советская пропаганда работает как истинно массовая про-
148
паганда на широчайшей базе, говорит она народным, со-
лдатским языком со специфическими местными выраже-
ниями, дает возможность немцам обращаться к немцам».15
Значительно активнее наше воздействие сказывалось в
армиях сателлитов фашистского рейха. Как свидетельство-
вали военнопленные, трофейные документы, практически
в каждом приказе румынского командования под Сталин-
градом обращалось внимание на необходимость «уберечь»
солдат от советской пропаганды, от ее листовок и устных
передач. С этой целью в дивизиях, полках и батальонах
были созданы «службы пропаганды», которым вменялось в
обязанность «не только собирать и уничтожать листовки,
но и оспаривать их, разъяснять солдатам их подрывную сущ-
ность».
Можно констатировать, что наша работа среди румынс-
ких войск в значительной степени обусловила крайне сла-
бое их сопротивление в ходе боев под Сталинградом. Так,
начальник артиллерии одной из румынских дивизий, пле-
ненный под Сталинградом, полковник В. Нану на допро-
се показал: «Сброшенные вами листовки окончательно
подорвали нашу волю к сопротивлению и вызвали массо-
вую сдачу в плен». Командир сдавшейся 4-й румынской
дивизии генерал Димитриу заявил: «Ваша пропаганда влия-
ет не только на солдат, но и на румынских офицеров».16
Не меньшую результативность наше правдивое слово
имело в частях и соединениях 8-й итальянской армии. Ко-
мандующий Воронежским фронтом докладывал в Ставку
ВГК: «Все пленные итальянцы имеют наши листовки.
Можно сказать, что итальянцы политически разложены
при помощи нашей длительной агитации. Нанесенный
нашими войсками удар завершил это разложение и встре-
тил бесспорно подготовленную к сдаче в плен итальянс-
кую армию».17
Интересно, что сам Паулюс, отвечая на вопрос о влия-
нии на его войска нашей работы, не задумываясь, отве-
тил: «Да, находясь в кольце, мои строгие приказы против
вашей пропаганды мало действовали. Ваши листовки, ра-
дио и особенно возвращающиеся по вашим заданиям мои
солдаты — пленные овладевали умами значительной час-
ти войск армии, озлобленной на фюрера».18
Таким образом, психологическая борьба, ведущаяся на-
шими войсками с противником в ходе Сталинградской бит-
вы, имела цель — подорвать морально-боевой дух солдат
и офицеров, склонить их к разрыву с преступной гитле-
ровской кликой, к индивидуальной и групповой сдаче в
плен и организованной капитуляции. «Добиваться разло-
149
жения и деморализации армии и тыла противника» — так
была определена задача военных советов, командиров,
штабов и политорганов в области психологической борь-
бы.
Победа под Сталинградом способствовала образованию
массового антифашистского движения политических эмиг-
рантов и военнопленных армий противника. Были созда-
ны национальный комитет «Свободная Германия», а вслед
за ним — «Союз немецких офицеров», объединивший ан-
тифашистски настроенных офицеров и генералов из чис-
ла военнопленных. Кстати, сам фельдмаршал Паулюс всту-
пил в НКСГ в августе 1944 г. и в своем обращении к не-
мецкому народу и армии писал: «Германия должна устра-
нить А. Гитлера и установить новое государственное ру-
ководство, которое закончит войну и создаст' условия, обес-
печивающие нашему народу дальнейшее существование и
восстановление мирных и дружественных отношений с
нашими нынешними противниками».19
Уроки организации психологической борьбы в ходе Ста-
линградской битвы говорят нам о следующем.
Во-первых, современная сложная социально-политичес-
кая обстановка требует от командиров и штабов глубоко
изучать не только организацию, вооружение и тактику
ведения боевых действий, но и морально-боевые возмож-
ности личного состава зарубежных армий, их сильные и
слабые стороны, а также сочетать на поле боя примене-
ние оружия как основного средства с мероприятиями пси-
хологического воздействия.
Во-вторых, опыт сражений Великой Отечественной во-
йны, локальных войн и конфликтов последнего времени
свидетельствует об активном проведении иностранными
армиями, в т. ч. и в коалиционном составе, специальных
операций, которые включат разведывательные и психоло-
гические операции по дезинформации и разложению про-
тивника в первую очередь силой слова, а не оружия.
В-третьих, опыт Сталинградской битвы свидетельствует
о необходимости терпеливой информационно-пропаган-
дистской работы по сохранению жизни солдат и офице-
ров противника, проявления гуманности и заботы по от-
ношению к сложившим оружие военнослужащим.
1. Бурцев М. И. Прозрение. М., 1981. С. 121.
2. Центральный архив Министерства обороны Российс-
кой Федерации (далее — ЦАМО). Ф. 32. Оп. 11306. Д. 97.
Л. 431.
150
3. Там же. Д. 380. Л. 124.
4. Оружием правды. М., 1971. С. 133.
5. Особый фронт. М., 1986. С. 46.
6. Бурцев М. И. Прозрение. С. 145.
7. Там же. С. 146.
8. Там же. С. 148.
9. Оружием правды. С. 142—143.
10. Бурцев М. И. Прозрение. С. 153—154.
11. Там же. С. 155.
12. Там же. С. 156-157.
13. Там же. С. 159.
14. Оружием правды. С. 148—149.
15. Информационный сборник ГлавПУ СА и ВМФ. 1990.
№ 2. С. 88—89.
16. ЦАМО. Ф. 32. Оп. 542139. Д. 1. Л. 87.
17. Бурцев М. И. Прозрение. С. 146.
18. ЦАМО. Ф. 32. Оп. 11306. Д. 97. Л. 432.
19. Информационный сборник ГлавПУ СА и ВМФ. 1990.
№ 2. С. 95-96.
Г. М. Иваницкий,
старший научный сотрудник
В КОЛЬЦЕ ОКРУЖЕНИЯ:
ВЗГЛЯД ИЗНУТРИ
Проиграв одно из крупнейших сражений второй
мировой войны и оказавшись в советском пле-
ну, командующий 6-й немецкой армией и всей
группировкой войск под Сталинградом имел
достаточно времени и возможности переосмыслить
пережитое. Это заставило его в разное время и в раз-
ных условиях сделать два очень знаменательных заяв-
ления:
«Перёд войсками и командирами 6-й армии, а также
перед немецким народом я несу ответственность за то, что
я до самого ее краха проводил в жизнь отданный верхов-
ным командованием приказ держаться до конца.
...Я сам несу тяжелую ответственность за то, что я тогда
под Сталинградом вполне добросовестно выцолнял при-
казы военного руководства, действовавшего сознательно
преступно.
ПАУЛЮС, генерал-фельдмаршал».1
Эти признания немецкого фельдмаршала являются сви-
детельством преступного характера действий верховного
командования вермахта как в отношении своего народа,
151
так и в отношении советских солдат, защищавших город
на Волге. Делая заявление перед Международным трибу-
налом в Нюрнберге, Ф. Паулюс добавил: «Как оставший-
ся в живых под Сталинградом, я считаю себя обязанным
дать удовлетворение русскому народу».2
Событиям, характеру военных действий, всему, что свя-
зано с положением внутри кольца окружения, посвящает-
ся эта статья.
РАСКАТЫ ГРОМА ДОНЕСЛИСЬ ДО АЛЬП
Грохот артиллерийской подготовки, возвестившей о на-
чале наступления Красной Армии под Сталинградом 19
ноября 1943 г., говоря образно, был услышан и в городке
Брехтесгаден, расположенном в живописных предгорьях
Альп. Именно здесь в это время пребывали Гитлер и его
ближайшее окружение, в том числе генералы В. Кейтель,
А. Йодль и другие видные генералы из окружения фюре-
ра. Тревожный звонок начальника генерального штаба су-
хопутных войск генерала К. Цейтцлера из ставки принес
первые «тревожные известия» о начале наступления рус-
ских под Сталинградом. Как об этом было записано в днев-
нике боевых действий ОКВ*, «в первые же часы наступле-
ния превосходящие бронетанковые силы русских прорва-
ли фронт на участке 3-й румынской армии между Сера-
фимовичами и Клетской, к северо-западу от Сталингра-
да». 20 ноября последовало наступление советских войск
южнее Сталинграда в направлении Елхи.3
* ОКВ — Верховное главное командование вермахта.
Встает вопрос: знало ли командование вермахта о гото-
вившемся наступлении советских войск под Сталингра-
дом? Осенью 1942 г. в генеральном штабе сухопутных войск
вермахта считали, что большие потери в летних сражени-
ях не позволят Красной Армии перейти в стратегическое
наступление. В оперативном приказе № 1 от 14 октября
1942 г., подписанном Гитлером, утверждалось: «Русские в
ходе последних боев были серьезно ослаблены и не смогут
зимой 1942/43 г. располагать такими же большими сила-
ми, какие у них имелись в прошлую зиму».4 В конце ок-
тября немецкая разведка утверждала, что «...противник не
намеревается в ближайшем будущем предпринимать круп-
ные наступательные операции на Донском фронте...».5
С другой стороны, командиры корпусов и дивизий, на-
ходящиеся под Сталинградом, докладывали в штаб 6-й
армии о концентрации советских войск, ночных перепра-
вах через Волгу. Располагало этими сведениями и коман-
дование группы армий «Б». Однако, по свидетельству того
же генерала Цейтцлера, руководство вермахта «все еще не
152
знало, на каком участке растянутого левого фланга рус-
ские нанесут удар — на румынском, находящемся близ Ста-
линграда, на более западном итальянском или, наконец,
на венгерском, который протянулся еще дальше на запад».6
Даже считая удар по румынской армии более вероятным,
Цейтцлер признавал, что им так и не удалось установить
день начала советского наступления. Что касалось второ-
го удара, из района южнее города, то он для немецкого
командования оказался совершенно внезапным. Правда,
штаб группы армий «Б», исходя из полученных разведдан-
ных и признавая в целом угрозу наступления противника,
принял запоздалые решения и приказал 22 ноября произ-
вести перегруппировку сил 6-й армии. Командующий груп-
пой армий генерал барон фон М. Вейс потребовал от Па-
улюса прекратить частные наступательные операции и пе-
ребросить четыре соединения на левый фланг армии.7
Однако этот приказ был явно запоздалым.
Только 22 ноября Гитлер и сопровождавшие его генера-
лы возвратились в ставку «Волчье логово» под Растенбур-
гом. Шел четвертый день русского наступления, и с фронта
поступали самые катастрофические известия. Русские тан-
ки, захватив переправу через Дон, оказались непосред-
ственно перед штабом 6-й армии. Подвижные соединения
Юго-Западного и Сталинградского фронтов, выйдя в рай-
он Калач, Советский, Мариновка, завершили оператив-
ное окружение группировки немецких войск под Сталин-
градом.8
В 18 часов 22 ноября командующий 6-й армией генерал
Ф. Паулюс передал следующее донесение в штаб группы
армий «Б»: «Армия окружена. Вся долина р. Царицы (До-
нская. — Г. И.), железная дорога от Советской до Калача,
мост через Дон в этом районе, высоты на западном берегу
реки до Голубинский, Оськинский и Крайний, несмотря
на героическое сопротивление, перешли в руки русских.
Их другие силы продвигаются с юго-востока через Бузи-
новку на север и особенно крупные силы — на запад...
Запасы горючего скоро кончатся, танки и тяжелое оружие
в этом случае будут неподвижны. Положение с боеприпа-
сами критическое. Продовольствия хватит на 6 дней. Ко-
мандование армии предполагает удерживать оставшееся в
его распоряжении пространство от Сталинграда до Дона и
уже принимает необходимые меры. Предпосылкой для ус-
пеха является восстановление южного участка фронта и
переброска достаточного количества запасов продоволь-
ствия по воздуху. Прошу предоставить свободу действий
на случай, если не удастся создать круговую оборону... Паулюс».9
153
Около полуночи 23 ноября Гитлер направил командую-
щему 6-й армии Паулюсу следующую радиограмму: «Я знаю
6-ю армию и ее командующего и знаю, что в создавшемся
положении они будут стойко держаться. 6-я армия долж-
на знать, что я делаю все, чтобы ей помочь и выручить ее.
Я своевременно отдам ей свои приказы. Гитлер».10
На телеграммы Вейхса и Паулюса с просьбой начать про-
рыв и пока не поздно вывести войска из котла Гитлер раз-
разился бранью. «Я не отойду от Волги!» — кричал фюрер.11
«КРЕПОСТЬ СТАЛИНГРАД»
Кольцо окружения вместе с захваченными развалинами
города Гитлер высокопарно объявил «крепостью». Еще Па-
улюс, прибыв на новый командный пункт армии в Гумра-
ке, советовался со своими командирами корпусов, вспо-
минает бывший начальник управления армии полковник
В. Адам, причем они единодушно предложили вновь пос-
тавить вопрос об отводе 6-й армии за Дон, как прозвучал
по радио приказ фюрера, что «6-я армия должна при всех
обстоятельствах удерживать Сталинград и фронт на Во-
лге».12 Эту позицию Гитлер продолжал занимать, несмот-
ря на то, что командование группы армий «Б» уже подго-
товило и было готово передать Паулюсу приказ о прорыве
армии и соединении ее с войсками группы на западе. Гцт-
лер оставался при своем мнении. Над ним довлели не толь-
ко личные амбиции, стремление превзойти Сталина и тем
более сохранить позиции у города, носящего его имя, но
и соображения стратегического характера: уходя из Ста-
линграда, немцы обнажали фланг группы армий «А» на
Кавказе и ставили ее также под угрозу окружения.
В кольце под Сталинградом были окружены 20 немец-
ких и 2 румынских дивизии, а также большое число ар-
мейских и тыловых частей. В их число входили: штаб 6-й
армии, штабы 4, 8, 11, 51-го армейских корпусов и 14-го
танкового корпуса, 14 пехотных дивизий, 3 моторизован-
ные и 3 танковые дивизии, части 8-го зенитного корпуса,
2 тяжелых минометных полка, 1 зенитный полк, 1 армей-
ский полк связи, 2 дивизиона самоходных орудий, 12 са-
перных батальонов и 149 отдельных частей всех родов
войск, в том числе артиллерийские дивизионы РГК, стро-
ительные батальоны, полицейские части, строительные
части из организации Тодта (из числа гражданских лиц),
аэродромы и другие. Из войск союзников здесь находи-
лись 2 румынские дивизии и хорватский пехотный полк.13
Все эти соединения и части были сильно потрепаны в ходе
предыдущих боев, их численность была очень далека от
154
штатной. Около 25% всех соединений были полностью
обескровлены.14
Гитлер с упорством маньяка продолжал придерживаться
принципа — не отступать ни на шаг. Даже когда сводная
армейская группа «Гот», оперативная группа «Холлидт», со-
ставившие новую группу армий «Дон» во главе с генерал-
фельдмаршалом Э. Манштейном, в середине декабря изго-
товились к деблокаде окруженной группировки, а 6-я армия
единовременно с деблокирующим ударом могла нанести
встречный удар и через образовавшийся коридор выйти из-
под Сталинграда, фюрер заявил, что «6-я армия останется
там, где она сейчас находится. Эго гарнизон крепости, а обя-
занность крепостных войск — выдержать осаду».15
Будучи дисциплинированным и воспитанным в духе вер-
ноподданничества, Паулюс с самого начала занялся ук-
реплением внутреннего кольца окружения. Сразу же пос-
ле окружения, когда первый шок миновал, в Нижне-Чир-
ской был организован сборный пункт для солдат, отбив-
шихся от своих частей. Под командованием прибывших в
котел курсантов офицерской школы формировались роты
и батальоны. Они срочно вооружались и немедленно за-
нимали указанные им позиции. Главной задачей было
добыть для боевых групп артиллерию, минометы и танки.
Ремонтные мастерские работали днем и ночью, доставляя
им оружие и боеприпасы.16 Отбивая атаки советских войск,
немцы на отдельных направлениях добивались значитель-
ных успехов. В полосе действий западного участка фронта
за 8 дней, с 20 по 27 ноября, силами армии было захваче-
но или уничтожено 319 советских танков и 26 орудий. 17
Несмотря на тяжесть положения командование 6-й армии
в ноябре еще контролировало положение дел и не теряло
управления ими.
ГЕРИНГ НЕ ДЕРЖИТ СЛОВА
Самой тяжелой проблемой для окруженной группиров-
ки была проблема снабжения частей армии продоволь-
ствием, горючим, боеприпасами, медикаментами и други-
ми материалами. Геринг как главнокомандующий воен-
но-воздушными силами Германии заверил фашистское ру-
ководство в том, что его воздушный флот полностью вы-
полнит свои обязательства по доставке всего необходимо-
го для поддержания жизнедеятельности и боеготовности
войск. 4-й воздушный флот, выполняющий две задачи —
снабжение кспла и обеспечение действий всей группы ар-
мий «Дон», — столкнулся с двумя основными трудностя-
ми: тяжелыми погодными условиями и, главное, с мощ-
155
ным сопротивлением со стороны советской ПВО. Сказа-
лась и потеря аэродрома в Тацинской, в связи с чем было
утеряно большое количество запасов, наземной радиоло-
кационной техники, а также около 70 самолетов Ю-52.18
В декабре «...тоннаж перевозимых на самолетах грузов, как
правило, составлял 110—120, и лишь изредка 140 т, а чаще
всего 6-я армия получала в сутки менее 100 т грузов. Это
количество не составляло даже необходимого минимума
предметов снабжения, не говоря уже об обещанных Ге-
рингом 500 тоннах.19 Хотя количество самолетов посте-
пенно даже наращивалось. Если в декабре 4-й флот на-
считывал несколько более 200 транспортных самолетов ГО-
52, то в январе их число выросло до 300—350. Однако ро-
сли и потери. В целом в Сталинградской операции они
составили около 800 машин разных типов.20
Положение немецкой авиации еще более осложнилось
после захвата в середине января 1993 г. русскими аэродро-
мов в Басаргино, а двумя днями позднее — Питомнике.
Потеря последнего была особенно катастрофичной, так
как это был по существу последний мало-мальский круп-
ный аэродром. Кроме того, по приказу командующего 4-м
воздушным флотом генерала В. Риххофена большинство
истребителей, разведчиков и штурмовиков были выведе-
ны из окруженной группировки, и войска остались без
всякого прикрытия от русской авиации.
Положение со снабжением войск в котле все более ухуд-
шалось. В последнюю неделю декабря армия получила
только 19 тонн боеприпасов, что составляло 2,2% от ко-
личества использованных снарядов. Самой тяжелой про-
блемой оставалась проблема со снабжением продоволь-
ствием. Если в конце ноября норма хлеба составляла 350—
300 граммов, то его рождественский рацион упал до 100
граммов в сутки.21 Так называемый «железный рацион»,
как правило, тайно съедался солдатами. Характеризуя «об-
становку в котле, командир одного из полков 6-й армии
полковник Л. Штейдле писал позднее в своих мемуарах:
«...Апатия ко всему была так велика, что ход боевых дейст-
вий как будто бы не причинял беспокойства. Для солдата
важнее было вытащить из карманов убитых и раненых что-
либо съедобное... Можно было наблюдать и такие ужасные
зрелища: несколько солдат, скорчившись, сидят вокруг до-
хлой лошади, отрывают куски мяса и едят его сырым».22
Совершенно критически обстояло дело с горючим. Во-
йска почти полностью были лишены какого-либо манев-
ра. Доставка горючего в котел постоянно сокращалась. В
январе 1943 г. она составила 580 т, что в два с лишним
156
раза меньше, чем в декабре. Эго количество было чуть
больше 1/10 от норм потребления, необходимых для войск.
Расход горючего определялся количеством боевой техни-
ки, которая еще оставалась в окруженной группировке.
На конец декабря в 6-й армии имелось: 131 танк и штур-
мовое орудие, около 1,5 тыс. орудий на тягачах и почти 10
тыс. автомашин.23
МОРАЛЬНЫЙ ДУХ ВОЙСК НА НУЛЕ
Безнадежность положения, голод, холод, отсутствие ме-
дицинской помощи окончательно сломали боевой дух со-
лдат и офицеров, который и в начале окружения держался
на страхе перед полевыми судами и репрессиями. Неук-
лонно росло число раненых, обмороженных, больных дис-
трофией и инфекционными заболеваниями. Около 80 тыс.
тяжелораненых было эвакуировано самолетами, но еще
более 20 тыс. оставались в котле. «Штабеля трупов, кото-
рых раздевают и грабят свои же солдаты, как старые авто-
мобили на свалке, забирая все, что может пригодиться».24
Любые попытки сдачи в плен или дезертирства с пере-
довой жестоко пресекались и наказывались полевыми су-
дами. Если за весь четвертый квартал 1942 г. в частях ар-
мии было вынесено за различные грубые нарушения дис-
циплины 578 смертных приговоров, то только за восемь
дней января 1943 г. в четырех дивизиях армии за прояв-
ленную трусость, уход из части, дезертирство и воровство
продуктов было казнено 364 человека.25 Особенно много
приговоров выносилось в частях 8-го армейского корпу-
са, командир которого генерал-полковник В. Хейтц был в
прошлом членом имперского военного трибунала.26
Несмотря на агонию окруженных войск, пропагандистс-
кий аппарат Й. Геббельса продолжал отводить солдатам и
офицерам 6-й армии роль национальных героев. Для них
оставалась одна альтернатива: героическая борьба до пос-
леднего патрона или бесславная смерть в советском плену.27
Проведенный в январе 1943 г. выборочный анализ со-
стояния боевого духа солдат и офицеров армии показал,
что твердость духа сохраняли лишь 2,1% военнослужащих,
55% — сомневались в благополучном исходе для себя и
своих товарищей, 39% были в лучшем случае равнодушны
ко всему происходящему.28 И в этих условиях, вспоминает
Штейдле, «продолжали поступать оперативные сводки, от-
правлялись донесения. Никто не хотел признать, что во-
йска разбиты. Ведь не существовало уставных предписа-
ний о том, как действовать в случае гибели армии...».29 В
день 10-й годовщины прихода Гитлера к власти Паулюс
157
отправил фюреру поздравительную телеграмму. «Наша
борьба, — писал он, — будет для живущих и будущих по-
колений примером того, что и в безнадежном положении
мы никогда не капитулируем».30 Он приказал водрузить на
самом высоком еще остающемся среди развалин доме фа-
шистский флаг со свастикой.
Перед тем, как начать операцию «Кольцо» на расчлене-
ние окруженной группировки на части с дальнейшим ее
уничтожением, и, руководствуясь гуманными соображе-
ниями, советское командование обратилось к Паулюсу и
его солдатам с ультиматумом. В нем, в частности, говори-
лось: «...Части Красной Армии окружили эту группу гер-
манских войск плотным кольцом. Все надежды'на спасе-
ние ваших войск путем наступления германских войск с
юга и юго-запада не оправдались, спешившие вам на по-
мощь германские войска разбиты Красной Армией... Гер-
манская транспортная авиация несет огромные потери в
самолетах и экипажах от русской авиации. Ее помощь ок-
руженным войскам становится нереальной... Ваше пол-
ожение безнадежно и дальнейшее сопротивление не име-
ет никакого смысла. В условиях сложившейся для вас без-
выходной обстановки, во избежание напрасного кровоп-
ролития предлагаю вам принять следующие условия ка-
питуляции...».31 Далее в подписанном представителем Став-
ки Верховного Главнокомандования Красной Армии ге-
нерал-полковником артиллерии Вороновым и командую-
щим войсками Донского фронта генерал-лейтенантом
Рокоссовским ультиматуме перечисляются все условия и
немецкое командование предупреждается об ответствен-
ности в случае его отклонения.
ФЕЛЬДМАРШАЛ ПАУЛЮС НЕ ЗАСТРЕЛИЛСЯ
Ультиматум не был принят немцами. Советские войска
перешли к осуществлению операции «Кольцо», предпол-
агавшей расчленение окруженной группировки и оконча-
тельное ее уничтожение. Паулюс понимал, что дальней-
шее сопротивление было бессмысленным, и по мере того,
как январь подходил к концу, сопротивление немцев угас-
ло, подобно догорающей свече. 26 января остатки того,
что когда-то представляло собой огромную армию, были
расчленены на две части. В южной части, в подвале разру-
шенного универмага, находился штаб генерала Паулюса.
Но и в это время в адрес армии шли подбадривающие
телеграммы. Одну из них прислал Геринг, коротавший
большую часть зимы в солнечной Италии. Он писал: «Сра-
жение, которое дала 6-я армия, войдет в историю, и гря-
158
дущие поколения будут с гордостью говорить о нем, как о
примере высокого мужества, упорства, храбрости и само-
пожертвования» .32
В то время апатия и полная пассивность коснулась и
руководства армии. Как утверждают очевидцы, команду-
ющий армией Паулюс большее время безучастно сидел на
своей походной кровати в темном углу подвала в состоя-
нии, близком к коллапсу. 30 января он радировал Гитле-
ру: «Окончательное поражение невозможно оттянуть боль-
ше, чем на двадцать четыре часа». Эта телеграмма как бы
подстегнула фюрера к совершенно фарисейскому поступ-
ку — присвоению внеочередных званий обреченным в Ста-
линграде офицерам. «В военной истории не зафиксирова-
но ни одного случая пленения немецкого фельдмаршала»,
— заметил Гитлер генералу Йодлю и сообщил после этого
по радио о даровании Паулюсу желанного маршальского
жезла. Это был очень призрачный намек — застрелиться.
Жуткое впечатление произвело и присвоение очередных
званий 117 другим офицера^ армии.
В последний день января было отправлено последнее
донесение в ставку Гитлера. «6-я армия, — говорилось в
нем, — верная своей клятве и осознавая огромную важ-
ность своей миссии, держалась на занятых позициях до
последнего солдата и последнего патрона во славу фюрера
и отечества». Чуть позже, в 17.45, радист штаба армии от
своего имени отправил еще одну телеграмму: «Русские в
дверях нашего бункера. Мы уничтожаем оборудование» и
добавил буквы «GL» международного радиошифра, озна-
чавшего, что «станция работать больше не будет».33
ТРАУРНЫЕ ФЛАГИ НАД ГЕРМАНИЕЙ
После сдачи 6-й армии из 220-тысячной группировки было
пленено, по последним данным, 113 тыс. немецких военнос-
лужащих, в том числе 24 генерала и около 2500 офицеров. В
районе окружения было подобрано и захоронено 140 тыс.
убитых, замерзших, умерших от ран и голода гитлеровцев.34
Конец Сталинградского котла, как нельзя точно, охарак-
теризовал великий русский писатель А. Толстой. Он писал
в газете «Известия» в феврале 1943 г.: «В германской воен-
ной истории еще было такой черной страницы: цели-
ком, до последнего человека, пропала лучшая германская
армия, оснащенная и снабженная, как ни одна армия до
этого. Пропала, не выполнив строгого приказа Гитлера».
Ненависть и злоба Гитлера к Паулюсу и всем, кто пред-
почел сдачу в плен смерти, пе имела границ. Он представ-
159
лял себе, как Паулюс, другие генералы, запертые в подвале
на Лубянке, очень скоро расскажут всему миру правду о
Сталинграде. Фюрер очень боялся, что немецкий народ уз-
нает, как погибла его лучшая армия. После обмена мнени-
ями с генералом Цейтлером 3 февраля 1943 г. было опубли-
ковано следующее коммюнике: «Сталинградское сражение
завершилось. Верные своей клятве сражаться до последне-
го вздоха, войска 6-й армии под образцовым командовани-
ем фельдмаршала Паулюса были побеждены превосходя-
щими силами противника и неблагоприятными для наших
войск обстоятельствами». Объявление коммюнике было
обставлено весьма помпезно. Ему предшествовала приглу-
шенная барабанная дробь, прозвучала вторая часть Пятой
симфонии Бетховена. В Германии был объявлен, впервые
за всю войну, трехдневньщ национальный траур.35
Таким был конец начавшегося со столь большими над-
еждами летнего наступления немцев в 1942 г., которое по
замыслу Гитлера должно было решить исход всей войны
на Востоке. По оценке американского историка Е. Зимке,
«...имея определенное стратегическое значение по своему
положению, Сталинград частично волей случая, частично
преднамеренно стал центральным пунктом одной из ре-
шающих битв второй мировой войны... Берега Дона и
Волги стали кладбищем немецких амбиций».36 Следует поп-
равить — случайностей не было. Была несокрушимая воля
советских людей к победе над врагом.
1. Paulus F. Ich Stepe hicr auf Befehl. 4 rsg. von W. Gorlitz,
Frankfurt am Main, 1960. S. 263.
2. Нюрнбергский процесс: Сб. материалов: В 8 т. М.,
1989. Т. 3. С. 516.
3. Ширер У. Взлет и падение третьего рейха. М., 1991. С.
318.
4. Совершенно секретно! Только для командования!
Стратегия фашистской Германии в войне против СССР:
Документы и материалы. М., 1967. С. 391.
5. Вторая мировая война 1939—1945 гг. М., 1976. Т. 6.
С.37.
6. Вестфаль 3. и др. Роковые решения: Пер. с англ. М.,
1958. С. 165.
7. Вторая мировая война 1939—1945 гг. Т. 6. С. 55.
8. Дерр Г. Поход на Сталинград: Пер. с нем. М., 1957. С. 70—71.
9. Там же. С. 73-74.
10. Проэктор Д. М. Мировые войны и судьбы человечества.
М., 1986. С. 106.
160
11. Ширер У. Взлет и падение третьего рейха. С. 318.
12. Адам В. Трудные решения: Пер. с нем. М., 1972. С.
180-181.
13. Дерр Г. Поход на Сталинград. С. 79—80.
14. Deutschland im zweiten Weltkrieg. Bd. 3. Berlin, 1979.
S. 47.
15. Вторая мировая война 1939—1945 гг. Т. 6. С. 66.
16. Адам В. Трудные решения. С. 183—184.
17. Ricker К. -Н. Ein Marr verleirt einen Weltkrieg. Fran-
kfurt am Main. 1955. S. 155.
18. Das Deutsche Reich und der Zweite Weltkrieg. Bd. 6.
1990. S. 1053.
19. Вестфаль 3. и др. Роковые решения. С. 190.
20ч Grohler О. Kampf um die Znftherrschaft. Berlin. 1988.
S. 96.
21. Das Deutsche Reich und der Zweite Weltkrieg. Bd. 6.
1990. S. 1047—1055.
22. Штейдле Л. От Волги до Веймара: Мемуары немец-
кого полковника, командира полка 6-й армии Паулюса:
Пер. с нем. М., 1975. С. 182.
23. Дерр Г. Поход на Сталинград. С. 114; Das Deutsche
Reich und der Zweite Weltkrieg. Bd. 6. S. 1055.
24. Штейдле Л. От Волги до Веймара. С. 193.
25. Deutschland im Zweite Weltkrieg. Bd. 3. S. 55.
26. Бланк А. Наша цель — свободная Германия. М., 1969.
С. 95.
27. Deutschland im Zweite Weltkrieg. Bd. 3. S. 55.
28. Ibid.
29. Штейдле Л. От Волги до Веймара. С. 219.
30. Das Deutsche Reich und der Zweite Weltkrieg. Bd. 6.
1990. S. 1058.
31. Особый фронт. M., 1986. С. 253.
32. Ширер У. Взлет и падение третьего рейха. С. 323.
33. Там .же. 4
34. Вторая мировая война 1939—1945. Т. 6. С. 86; Жилин
П. А. О войне и военной истории. М., 1986. С.. 260.
35. Ширер У. Взлет и падение третьего рейха. С. 307.
36. Ziemkc Е. F. Stalingrad to Berlin; the German Defeat in
the East. Washington, 1968. P. 37, 81.
11 Зак. №65
Г. Якобсон,
профессор университета в Бонне
СТАЛИНГРАДСКОЙ БИТВЕ - 50 ЛЕТ
благодарен вам, позволившим мне выступить
ЧмН на конференции, посвященной 50-летию Ста-
линградской битвы. Мы в Германии тоже го-
товились отметить эту дату. Без памяти о ми-
нувших событиях невозможно существование никако-
го народа. Как участнику Нюрнбегской ассоциации уче-
ных-историков мне хотелось бы показать, 1.ак смот-
рится Сталинградская битва с германской стороны.
Политическая сторона проблемы такова, что у нас нет
сомнения в характере войны. Национал-социалистичес-
кое руководство Германии вело против СССР войну не-
справедливую. Главная цель Германии в войне — уничто-
жить СССР как юсударство, раздробить его территорию.
С этой целью были спланированы и проводились опера-
ции 1941 и 1942 годов.
В своих планах войны против Советского Союза нацио-
нал-социалистическое руководство Германии недооцени-
ло моральный дух советских людей.
Стратегические и оперативные ошибки операций 1941
г. вам известны. Ошибки 1942 г. оказались для немецкой
стороны еще более трагичными. В битве за Сталинград
погибли или попали в плен полностью войска 6-й армии
и часть сил 4-й танковой армии. Это произошло в резуль-
тате крупного просчета генерального штаба сухопутных
войск вермахта и приказов А. Гитлера. Сталинград стал
символом перелома в войне не только с точки зрения со-
ветской стороны, но и с немецкой. Все большее количес-
тво немцев приходило к убеждению, что А. Гитлер и его
окружение не способны победоносно закончить войну
против Советского Союза. У многих офицеров вермахта
после поражения под Сталинградом появилось желание
отстранить Гитлера от руководства страной и вооружен-
ными силами. Все это означало, что поражение воору-
женных сил Германии и ее союзников в Сталинградской
битве имело огромное политическое значение.
Мы испытываем чувство глубокого удовлетворения тем
фактом, что бывшие противоборствующие стороны могут
сегодня сесть за один стол, проанализировать ошибки
прошлого и сделать должные выводы из трагедии наших
народов в минувшей войне на будущее. В феврале истори-
ки ФРГ и Российской Федерации на научных конферен-
162
циях в ФРГ и Российской Федерации в г. Волгограде смо-
гут высказать свои точки зрения на многие проблемы ис-
тории Сталинградской битвы.
В заключение хотелось бы поблагодарить участников
конференции за внимание и выразить большое желание,
чтобы немцы и русские никогда больше не встречались на
полях сражений, а встречались бы как коллеги на конфе-
ренциях и симпозиумах в различных областях науки.
С. Н. Михалев,
кандидат исторических наук, доцент
СТАЛИНГРАД: БОЕВЫЕ ПОТЕРИ
ЛИЧНОГО СОСТАВА СТОРОН
В 1990 г., на 45-м году Победы, были опубликова-
ны итоговые данные о потерях Красной Армии в
Великой Отечественной войне: безвозвратных
11444,1 тыс., а с учетом «двойного призыва» в ходе
войны и возвращения Людей из плена — 8668,4 тыс. чел.,
санитарных — 18344,2 тыс. Эти цифры, очевидно, подле-
жат уточнению. Очередной же задачей военно-историчес-
кой науки является дальнейшее определение потерь по
периодам, кампаниям войны, отдельным битвам и опера-
циям. Одна из целей этого исследования — установление
тенденций динамики потерь в ходе войны как важной ха-
рактеристики развития военного искусства.
Разумеется, исследование должно охватить потери обеих
противоборствующих сторон. Если для определения и уточ-
нения потерь советских войск мы располагаем достаточ
ной базой — архивными фондами центральных управле-
ний Министерства обороны и Генерального штаба, пол-
евых управлений армий и фронтов, в которых отложились
достоверные сведения по данному вопросу, то исчисление
потерь противника сопряжено со значительными труднос-
тями: фонды трофейных документов, хранимые в наших
архивах, не дают исчерпывающей картины потерь врага.
В 1991 г., в год 50-летия битвы за Москву, на посвящен-
ной этому событию научной конференции были оглаше-
ны итоги исследования потерь, понесенных сторонами за
203 дня сражений на западном направлении. Опублико-
ванные цифры вызвали шок: оказалось, что потери войск
трех советских фронтов составили 2204,3 тыс. чел., в том
числе безвозвратные — 1284,6 тыс., тогда как противосто-
явшая им вражеская группа армий «Центр» потеряла все-
го 615 тыс. чел., то есть почти в 3,6 раза меньше.
163
В нынешний год, когда отмечается 50-летие Сталинград-
ской битвы, проведено аналогичное исследование, резуль-
таты которого были представлены на научных конферен-
циях, состоявшихся в Москве и Волгограде. Данные о по-
терях наших войск показаны в таблице 1, которая состав-
лена на основе тщательного изучения декадных и месяч-
ных донесений штабов армий и фронтов о потерях лично-
го состава. Напомним, что на разных этапах Сталинградс-
кой, битвы, длившейся более полугода, с советской сторо-
ны участвовали войска пяти фронтов, состав которых не-
однократно изменялся. Число армий, вовлеченных в бое-
вые действия, на этапе контрнаступления возросло до 14.
Данные о потерях личного состава сгруппированы в таб-
лице по двум стратегическим операциям: Сталинградской
оборонительной и Сталинградской наступательной. На-
ряду с безвозвратным^ и санитарными потерями показа-
ны также потери людей по другим причинам (небоевым):
ранения и гибель в результате несчастных случаев и по
другим причинам, не связанным с выполнением боевых
задач.1 Данные о количестве попавших в плен к врагу вклю-
чены в число пропавших без вести (так как в момент пред-
ставления донесений штабы не располагали точными све-
дениями о судьбе этих людей). Потери фронтов показаны
в таблице по месяцам с тем, чтобы нагляднее представить
их динамику.
Однако кроме войск трех фронтов в Сталинградской
битве участвовали соединения авиации дальнего действия,
Волжской военной флотилии, Сталинградского корпус -
кого района ПВО. С учетом потерь этих объединений ито-
говые цифры (по данным Генерального штаба Красной
Армии в тыс. чел.) больше показанных в таблице 1:
Безвозвратных Санитарных Итого
В оборонительной операции 323,8 320,0 643,8
В наступательной операции 154,9 330,8 485,7
Всего 478,7 650,8 1129,5
164
Таблица 1
Потери личного состава советских фронтов в Сталинградской битве
Даты Безвозвратные потери Санитарные потери По др. причи- нам Всего
убито, умерло от ран про- пало без вести итого ранено заболе- ло, об- моро- жено итого
1 2 3 4 5 6 7 8 9
J. Сталинградская оборонительная операция
17 июля — 18 ноября 1942 г.
1/ Сталинградский, с 28.9.42. Донской фронт
17 июля — 18 ноября 1942г.
17-31 июля 1874 62107 63981 4094 208 4302 1040 69323
1-31 августа 12300 38847 51147 35278 2012 36290 2394 89831
1-30 сентяб- ря 31372 19707 51079 101811 1760 103571 2832 157482
1-31 октября 11416 3162 14578 32476 4296 36763 1194 52535
1-19 ноября 2296 373 2669 6377 1845 С222 526 11417
Итого 59258 124196 183454 180027 9121 189148 7986 380588
165
'll Юго-Восточный, с 28.9.42 Сталинградский фронт
7 августа — 18 ноября 1942 г.
7-31 августа 17561 47335 64896 25160 586 25746 1532 92174
1-30 сентяб- ря 14537 29097 43634 35642 1054 36696 837 81167
1-31 октября 10664 9611 20275 29478 2016 31494 894 52663
1-18 ноября 4358 2006 6364 10717 642 11359 274 17997
Итого 47120 88049 135169 100997 4298 105295 3537 2440'31
Всего за период оборо- нитель- ной опера- ции 106378 212245 318623 281024 13419 294443 11523 624589
2. Сталинградская наступательная операция
19 ноября 1942 — 2 февраля 1943 г.
1/ Юго-Западный фронт,
19 ноября —31 декабря 1942 г.
19-30 ноября 5518 2247 7765. 17216 1267 18483 977 27225
1-31 декабря 34969 4549 39518 106491 2707 109198 4006 152722
Итого 40487 6796 47283 123/07 3974 127681 4983 179947
166
'll Донской фронт, 19 ноября 1942 — 2 февраля 1943 г.
19-30 -ноября 8895 1443 10338 21925 1192 23117 465 33920
1-31 декабря 11826 * 1718 13544 17229 3071 20300 641 34485
1 я; ша ря - 2 фев- раля 23056 1076 24132 67922 11036 78958 444 103534
Итого 43777 4237 48014 107076 15299 122375 1550 171939
3/ Сталинградский фронт,
19 ноября — 31 декабря 1942 г.
19-30 ноября 8936 6197 15133 23549 2566 26115 1364 42612
1-31 декабря 12079 10026 22105 28500 3915 32415 6140 60660
Итого 21015 16223 37238 52049 . 6481 58530 7504 103272
Всего за период наступа тельной опера- ции 105279 27256 132535 282832 25754 308586 14037 455158
Всего за период битвы 211657 239501 451158 563856 39173 603029 25560 1079747
Составлено по: Центральный архив Министерства
обороны Российской Федерации.
Ф. 203. Оп. 2870. Д. 27. Л. 3;
Ф. 206. Оп. 265. Д. ПЛ. Л. 18, 85, ПО, 249, 250,
258, 318; Д. 43. Л. 148, 163, 178; Д. 59. Л. 59; Д.
167
181. Л.9; Д. 189. Л. 86, 113, 131, 134, 152, 153,
202;
Ф. 220. Оп. 223. Д. 3. Л. 2, 166, 221; Д. 4. Л. 292;
Оп. 451. Д. 40. Л. 84, 85;
Ф. 226. Оп. 321. Д. 246. Л. 3;
Ф. 228. Оп. 505. Д. 13. Л. 20-24;
Ф. 232. Оп. 592. Д. 88. Л. 17, 20, 21, 22;
Ф. 320. Оп. 4526. Д. 3. Л. 25; Д. 12. Л. 1,2;
Ф. 335. Оп. 5173. Д. 13. Л. 385, 398, 402, 410,
422, 445; Д. 41. Л. 180;
Ф. 341. Оп. 5317. Д. 3. Л. 45, 211; Д. 4. Л. 40, 81,
122; Д. 11. Л. 45, 81, 106, 125;
Ф. 345. Оп. 5493. Д. 5. Л. 39, 125, 164, 195;
Ф. 407. Оп. 9831. Д; 54. Л. 4, 5; Д. 55. Л. 8;
Ф. 425. Оп. 10339. Д. 49. Л. 46;
Ф. 442. Оп. 8510. Д. Зв. Л. 105.
Анализ данных о потерях личного состава советских
войск в ходе Сталинградской битвы позволяет сделать сле-
дующие выводы.
Основную долю потерь — почти 58% — фронты понес-
ли в оборонительной операции. На первом ее этапе осо-
бенно большим было число пропавших без вести, которое
в войсках Сталинградского фронта в июле-августе дохо-
дило до 43—89%, а в армиях Юго-Восточного фронта в
августе-сентябре — до 36—51% от общего числа потерь.
Это было следствием тяжелейшей обстановки в полосах
фронтов, совершающих отход под ударами врага. По мере
стабилизации линии фронта размеры этой категории по-
терь резко снижались.
При общем снижении потерь в ходе развития оборони-
тельной операции характерным бьито то, что число их воз-
растало в самом Сталинграде, где решалась судьба битвы.
Потери армий, защищавших город (62-й и 64-й), за месяц
боев достигали 42—67% от их общего численного состава.
Так, 64-я армия в течение сентября потеряла 17,8 тыс. че-
ловек из имевшихся на 1-е число месяца 42 тыс. Потери
62-й армия в октябре достигли 35 тыс., тогда как к началу
месяца она насчитывала 52,2 тыс. человек.
Переход советских йойск в контрнаступление совершался
в момент максимального истощения наступательных воз-
можностей противника. Этот вывод подтверждается тем,
что к 19 ноября 1942 г. потери оперативных объединений
Красной Армии в личном составе резко снизились. 62-я и
64-я армии в первой декаде ноября потеряли по 10—
12 тыс. человек, а во второй декаде — в 10 раз меньше.
168
Сравнение общих потерь советских войск за четыре ме-
сяца оборонительных операций и два с половиной меся-
ца наступления показывает, что среднемесячные потери в
период обороны (79,7 тыс.) были в 1,5 раза выше, чем в
ходе наступления (53 тыс.). При этом соотношение без-
возвратных и санитарных потерь в обороне составляло в
среднем 1,1:1, а в наступлении — 1:2,3.
Для определения потерь противника мы вынуждены ис-
пользовать источники различного происхождения, не обес -
печивающие .создания цельной картины.
С наибольшей полнотой и достоверностью вскрыты по-
тери румынских войск: данные о них содержатся в тро-
фейных отчетных документах румынского генштаба, со-
гласно которым 3-я и 4-я румынские армии потеряли за
период битвы 173,07 тыс. человек, в том числе убитыми и
пропавшими без вести 121,77 тыс.2 Потери румын соста-
вили до 70% от общей численности обеих армий (по со-
стоянию на 1 ноября 1942 г.).
О потерях 6-й итальянской армии мы судим по данным
министерства обороны Италии, опубликованным в нашей
печати.3 Согласно этим данным, общие потери итальян-
цев составили более 74 тыс. человек, в том числе безвоз-
вратные -- 46,4 тыс.
Определение потерь немецких войск затруднено отсут-
ствием в наших архивах отчетных документов группы ар-
мий «В» за 1942 г. — первую половину 1943 г. Поэтому в
качестве источника привлечены суммарные данные об
убыли личного состава немецких войск, входивших в со-
став трупп армий «А» и «В» за период с июля по декабрь
1942 г., которая составила 482,3 тыс. человек, 4 и более
или менее достоверные сведения о численности вражес-
кой группировки, окруженной в районе Сталинграда. Пос-
кольку численный состав групп армий «А» и «Б» в указан-
ный период соотносился в среднем как 1:2,4, потери груп-
пы армий «Б» можно считать (приблизительно) равными
340 тыс. человек.
Состав окруженной группировки на 1 января 1943 г.
определяется согласно опубликованным данным советско-
го командования о количестве захороненных трупов вра-
жеских солдат и офицеров в районе «кольца» — 140 тыс.
— и взятых пленных — 91 тыс/, итого 231 тыс., но следует
учесть, что в это число входили также остатки двух ру-
мынских дивизий.
Таким образом, общие потери немецких войск в Ста-
линградской битве превысили 550 тыс. человек. Опреде-
лить долю безвозвратных потерь за Период с июля по де-
169.
кабрь 1942 г. можно лишь весьма приблизительно в 85 тыс.
(на основе соотношения безвозвратных и санитарных по-
терь в июле—сентябре 1942 г. 1:3).6 С учетом ликвидиро-
ванной окруженной группировки число безвозвратных
потерь немцев достигало 300 тыс.
Итак, суммарные потери противника за период с 17 июля
1942 г. по 2 февраля 1943 г. составили около 800 тыс. че-
ловек, в том числе безвозвратные — до 460 тыс., или до
58% от общего числа потерь (см. таблицу 2). Количество
пленных, взятых советскими войсками за период битвы,
по данным учета Генерального штаба Красной Армии,
превысило 154 тыс. человек.
Таблица 2
Потери противника в Сталинградской битве (тыс. человек)
Принадлежность войск Безвозвратные потери (убитые и пропавшие без вести) Санитарные потери (раненые и обмороженные) Итого
1. Сталинградская оборонительная операция
17 июля — 18 ноября 1942 г.
Немецкие (6-я и 4-я танковые армии) до 43,0 до 130,0 173
Итальянские (дивизия «Челере», 8-я армия) 3,216 5,554 8,77
Итого 46,2 135,5 более 180
170
2. Сталинградская наступательная операция
19 ноября 1942 г.— 2 февраля 1943 г.
Немецкие (6-я и 4-я танковые армии) до 250,0 до 130,0 380,0
Итальянские (8-я армия) 43,18 22,119 65,299
Румынские (3-я и 4-я армии) 121,77 51,3 173,07
Итого до 415,0 203,4 до 620,0
Всего до 461,0 до 340,0 до 800,0
Составлено по: ЦАМО. Ф. 500. Оп. 12528. Д. 18. Л. 1—5;
Мюллер—Г иллебранд
Б. Сухопутная армия Германии: 1933—1945. М., 1976.
Т. 3. С. 98, 103; Сафронов В. Г. Итальянские войска
на советско-германском фронте: 1941—1943. М., 1990.
С. 142, 147, 194.
Полученные, таким образом, цифры потерь противника
в Сталинградской битве требуют дальнейшего уточнения.
Окончательный итог может быть определен лишь на ос-
новании изучения отчетных документов ОКХ и ОКВ. Но
ясно, что необходимо решительно отказаться от получив-
ших широкое хождение в нашей историографии оценки
вражеских потерь в 1,5 млн. человек, в том числе более
800 тыс. — в Сталинградской наступательной операции,7
которая базировалась лишь на отчетных документах со-
ветских штабов.
Общее соотношение потерь сторон в Сталинградской
битве (1129,5 тыс. к 800 тыс., то есть 1,4:1), как в битве под
Москвой, — в пользу противника. Но тогда как зимой 1941/
42 г. потери советских войск в наступательной операции
значительно (более чем втрое) превысили потери врага, в
1942—1943 гг., в операциях «Уран», «Малый Сатурн» и
«Кольцо», противник потерял людей в 1,3 раза больше,
чем наши войска (620 тыс. против 485,7 тыс.). Изменение
соотношения потерь в пользу советских войск явилось
прежде всего следствием успешно проведенной операции
на окружение, чего не удалось достичь нашим фронтам в
Ржевско-Вяземской операции 1942 г.
171
Анализ потерь сторон в Сталинградской битве показы-
вает, что командование и личный состав Красной Армии
продолжали накапливать опыт и совершенствовать воин-
ское мастерство. Искусство воевать не числом, а умением
постигалось ire сразу и оплачивалось немалой ценой. Ов-
ладев им, Красная Армия положила начало коренному
перелому в ходе Великой Отечественной и всей второй
мировой войны.
1. В донесениях армий, например, в это число включа-
лись отставшие от своих частей и переданные в состав
соседних объединений, а также осужденные военным три-
буналом и направленные в штрафные части и подразделе-
ния (то есть фактически не выбывшие из состава фрон-
тов).
2. Центральный архив Министерства обороны Российс-
кой Федерации. Ф. 500. Оп. 12528. Д. 18. Л. 1-5.
3. См.: Сафронов В. Г. Итальянские войска на советско-
германском фронте: 1941—1943. М., 1990. С. 194.
4. См.: Мюллер— Гиллебранд Б. Сухопупгая армия Гер-
мании 1933-1945. М., 1976. Г. 3. С. 98, 103.
5. Советская военная энциклопедия. М., 1979. Г. 7. С.
520.
6. См.: Гальдер Ф. Военный дневник. М., 197Г. Т. 3. Кн.
2. С. 315, 329, 343.
7. СВЭ. Г. 7. С. 520; История второй мировой войны
1939-1945: В 12 т. М., 1976. Т. 6. С. 81.
Генерал-майор А. Н. Баженов,
кандидат исторических наук
ЗАКЛЮЧИТЕЛЬНОЕ СЛОВО
Работа нашей конференции подошла к концу. В
докладе и научных сообщениях был затронут ряд
интересных проблем, по-новому освещены мно-
гие известные и малоизвестные страницы исто-
рии Сталинградской битвы. Можно без преувеличения
сказать, что сделан еще один шаг в дальнейшем исследо-
вании одного из самых знаменательных событий Великой
Отечественной, да и всей второй мировой войны. Думаю,
вы согласитесь с тем, что в этом смысле, то есть в смысле
приращения знаний о великой битве на Волге, конферен-
ция своей цели достигла.
172
Вместе с тем конференция показала, что окончательное
слово военных историков в освещении, оценке хода и ито-
гов Сталинградской битвы еще не сказано. Слишком ве-
лики масштабы события, слишком много наслоений, сте-
реотипов, исторических и идеологических штампов на-
ложилось на него за прошедшие полвека, чтобы рассчи-
тывать на быстрое их устранение.
Нет сомнения в том, что историки будут продолжать
работу над тем, чтобы, возможно, более полно, более всес-
торонне, более объективно осветить эту героическую стра-
ницу отечественной летописи. И сделают это не только в
дань уважения мужеству и стойкости народа и его армии,
но и для духовного обогащения новых поколений росси-
ян. Хотелось бы проинформировать вас, что в этом на-
правлении немало усилий прилагается и в Институте во-
енной истории. Я имею в виду усилия, направленные на
то, чтобы многие «белые пятна» минувшей войны, замал-
чивавшиеся или извращенные ее события были заполне-
ны и должным образом освещены в «Очерках истории
Великой Отечественной войны». Мы рассчитываем, что в
них найдут отражение и новые взгляды на ряд аспектов
Сталинградской битвы, в том числе и те, что были выска-
заны участниками конференции.
Формированию правильных представлений об истин-
ном ходе Великой Отечественной войны, раскрытию прав-
ды о ней во многом будут способствовать готовящиеся в
соавторстве с сотрудниками историко-архивного и воен-
но-мемориального отдела Генерального штаба, Подоль-
ского и ряда других архивов сборники документов ГКО и
Ставки Верховного Главнокомандования. Немало нового
и интересного предполагается изложить в подготавливае-
мой «Военной Энциклопедии России», в трудах 1-го и 2-
го управлений Инстигута. Мы намерены издать и матери-
алы сегодняшней конференции. Во всей этой работе мы
рассчитываем на самое активное сотрудничество всех'за-
интересованных лиц и организаций.
Все, о чем мы сегодня говорили, представляет не толь-
ко научный, академический интерес. В наше время, когда
происходит обвальная переоценка ценностей, военная ис-
тория становится важнейшим средством патриотического
воспитания народа, привития россиянам самоуважения,
гордости за свою державу -- словом того, чего ныне нам
подчас так не хватает.
К примеру, на днях в Музее истории и реконструкции
города Москвы функционировала довольно интересная
выставка «Война Германии против Советского Союза.
173
1941—1945 гг.». Почти постоянно там дежурили немецкие
теле- и радиожурналисты, бравшие интервью у посетите-
лей. Слушая многих из них, нельзя не испытывать жгучий
стыд за некоторых наших соотечественников, демонстри-
рующих дремучее невежество в вопросах, относящихся к
истории Великой Отечественной войны, а иногда даже ста-
вящих нашу страну на одну доску с гитлеровской Герма-
нией. Это в упрек нам — военным историкам, сигнал к
необходимости усилить отдачу в работе.
Другая, не менее важная функция военной истории в
соверменных условиях — послужить фундаментом в со-
здании новой системы воинского воспитания. К сожале-
нию, до сих пор нет даже концепции этой системы. Меж-
ду тем ее роль в ходе строительства Вооруженных Сил
Российской Федерации, в условиях военной реформы, в
сложной социально-политической обстановке, сложив-
шейся в войсках, исключительно велика. Без воинского
воспитания нет регулярной армии. А без обращения к во-
енной истории невозможно воспитать солдата-патриота.
В связи с этим нам предстоит объективно раскрыть собы-
тия минувшей войны, дать аргументированные ответы на
вопросы, связанные с ней, в том числе и по Сталинградс-
кой битве. Мы призваны давать должный отпор своим но-
воявленным фальсификаторам, пытающимся исказить
правду о Великой Отечественной войне, принизить ее зна-
чение, очернить свершения народа и его армии.
В этом смысле наша конференция не только военно-
научное мероприятие, но и дань памяти живым и павшим
участникам Сталинградской битвы, дань нашего глубоко-
го и вечного уважения подвигу советских людей на фрон-
те и в тылу, дань воинской и гражданской чести всем бор-
цам против фашизма.
Время совершает свой безостановочный, стремительный
бег. Вот уже полвека отделяет нас от подвига, совершен-
ного воинами Красной Армии в великой битве на Волге.
Память о тех, кто совершил этот подвиг, бессмертна, она
будет жить в веках. И во имя того, чтобы память эта была
вечной, прочной, ничем незамутненной, нам — военным
историкам — предстоит еще намало потрудиться. С мыслью
об этом нашем святом долге и разрешите завершить рабо-
ту конференции.
Б. С. А бал их ин J
доктор исторических наук,
профессор Волгоградского педагогического
университета, заслуженный деятель науки
Российской Федерации, академик Академии истории
и политологии России
СУЩНОСТЬ понятия
«КОРЕННОЙ ПЕРЕЛОМ»
Вторая мировая война продолжалась 6 лет. За эти
тяжкие для народов годы в различных регионах
земного шара произошло немало сражений. Каж-
дое из них имело определенное значение в до-
стижении победы над силами агрессии. Но можно без пре-
увеличения сказать: ни одно военное событие второй ми-
ровой войны не потрясло так умы и сердца людей всей
планеты, как Сталинградская битва. И дело не только и
даже не столько в масштабах сражения, в количестве войск
и техники, которые принимали в нем участие, — позже
были сражения и крупнее. Главное заключается в резуль-
татах и последствиях великой битвы. 50 с лишним лет
назад советские воины при поддержке всего народа одер-
жали на берегах Волги всемирно-историческую победу,
положившую начало коренному перелому в ходе Великой
Отечественной и второй мировой войны в целом.
В февральские дни навечно памятного 43-го никто в
мире не сомневался в этой исторической истине. Мало
того, такие понятия, как «коренной перелом», «поворот-
ный пункт войны», впервые появились в зарубежных сред-
ствах массовой информации в то время, когда советские
войска только перешли под Сталинградом в контрнаступ-
ление. Крупная американская газета «Нью-Йорк неральд
'трибюн» 30 ноября констатировала: «19 ноября 1942 г. под
ударами Красной Армии под Сталинградом рухнуло все
здание германской стратегии». Газета называла контрнас-
тупление «поворотным пунктом в войне» и подчеркивала,
что он произошел «не только потому, что германская ар-
мия понесла потери и вынуждена отступать, а оттого, что
германская стратегия явно обанкротилась». В номере за
то же число китайская газета «Синьминьбао» отметила:
«Победа Красной Армии в этом районе (под Сталингра-
дом. — Б. А.) послужит поворотным пунктом во всем меж-
дународном движении».
Аналогичные оценки итогам Сталинградской битвы да-
вались государственными и общественными деятелями
175
многих стран антигитлеровской коалиции. Выступая 30
ноября в палате общин, премьер-министр Великобрита-
нии У. Черчилль заявил: «Гигантская битва, которая уже
принесла результаты первостепенного значения, прибли-
жается к своему кульминационному пункту... Как бы ни
были важны события в Северной Африке, исход войны, в
конечном счете, решается на Восточном фронте». 1 В те-
леграмме на имя Председателя Президиума Верховного
Совета СССР М. И. Калинина от 21 февраля 1943 г. ко-
роль Великобритании Георг VI подчеркнул: «Упорное со-
противление повернуло события и послужило предвестни-
ком сокрушительных ударов, которые посеяли смятение
среди врагов цивилизации и свободы». 2 В грамоте жите-
лям Сталинграда, датированной 17 мая 1944 г., президент
США Ф.-Д. Рузвельт назвал Сталинградскую битву «по-
воротным пунктом войны союзных наций против сил аг-
рессии». 3
Объективные оценки значению сталинградской победы
давались в исторических сочинениях, изданных на Западе
в первые послевоенные годы. Авторы неизменно подчер-
кивали, что эта победа спасла человечество от коричне-
вой чумы. Так, государственный секретарь США Э. Стет-
тиниус в своей книге «Рузвельт и Россия», вышедшей в
свет в 1950 г., писал: «Американскому народу не следует
забывать, что он находился на краю гибели в 1942 г. Если
бы Советский Союз не удержал свой фронт, немцы полу-
чили бы возможность покорить Великобританию. Они
были также в состоянии захватить Африку, а затем со-
здать плацдарм в Латинской Америке». 4 Видный амери-
канский историк Р. Шервуд отмечал, что «завершение
грандиозной русской победы в Сталинграде изменило всю
картину войны и перспекгивы ближайшего будущего». s
Подобных характеристик можно привести великое мно-
жество. Все они давались уже после окончания второй
мировой войны, т. е. тогда, когда историки располагали
обширным материалом обо всех сражениях. Тогда благо-
дарное человечество жило под впечатлением грандиозных
результатов сталинградской эпопеи, и никто из зарубеж-
ных историков даже не решался сравнивать ее с операци-
ями союзников в Северной Африке, Италии или на Ти-
хом океане.
Метаморфозы начались в период «холодной войны».
Многие иностранные авторы отказались от своих же оце-
нок. Например, бывший военный обозреватель газеты
«Нью-Йорк тайме», которая взахлеб расхваливала герои-
ческую оборону Сталинграда, X. Болдуин называл 11 «ре-
176
тающих» сражений второй мировой войны, расположив
их в такой последовательности: бои за Польшу в 1939 г.,
битва за Британию, десант на остров Крит, Коррегидорг,
Тарава, Сталинград, десанты в Сицилии и Норвегии и т.
д. Как видно, в схеме Болдуина отсутствуют Московская
и Курская битвы, а Сталинградское сражение поставлено
в один ряд с незначительными боями американских войск
за коралловый остров в Тихом океане Тараву. А в своих
статьях, опубликованных во время войны, X. Болдуин не-
устанно повторял: «Великий подвиг Сталинграда никогда
не будет превзойден».
Примером поворота на 180 градусов могут служить и
работы крупного американского историка Л. Монтросса.
В 1946 г. в книге «Война на протяжении столетий» он
писал: «Когда капитулировали остатки 6-й армии, нацис-
тские руководители впервые увидели перспективу окон-
чательного поражения». 6 В предисловии к новому изда-
нию книги, вышедшей в 1960 г., Монтросс откровенно
признает, что под влиянием «холодной войны западных
наций против коммунизма» он пересмотрел некоторые
из своих прежних оценок событий Великой Отечествен-
ной войны. В частности, Монтросс уже ничего не гово-
рил об историческом значении Сталинградской битвы.
Наиболее распространенным приемом фальсификации
истории Сталинградского сражения являлось стремление
поставить его в один ряд с операциями Эль-Аламейн, Гу-
адалканал, Таравой и тем самым растворить величайшую
битву среди других сражений, происходивших на второс-
тепенных театрах второй мировой войны. Западноевро-
пейские и американские историки особенно часто срав-
нивали Сталинградскую битву со сражением под Эль-Ала-
мейном, при этом предпочтение отдавали последнему. Ан-
глийский историк М. Говард называл Эль-Аламейн «оше-
ломляющей победой на решающем участке борьбы». 7 По
словам американского ученого Э. Зимке, «Сталинград
вместе с Гуадалканалом и вторжением в Северную Афри-
ку знаменует собой начало отступления стран «оси» (пакт
Берлин — Рим — Токио. — Б. А.) на всех фронтах второй
мировой войны». 8 Тем самым фальсификаторы стреми-
лись убедить читателей в том, что сражения в Северной
Африке и за Гуадалканал уже предопределили перелом в
войне, а Сталинград только завершил его.
Концепция зарубежных историков «о равноценности»
побед на Западе и Востоке не выдерживает критики. Во-
первых, наши союзники по антигитлеровской коалиции
проводили операции вдали от жизненных центров Гер-
12 Зак. №65
177
мании, их результаты не могли существенно повлиять на
ход второй мировой войны. В свое время это признавали
видные государственные и военные деятели США и Анг-
лии. Так, начальник штаба армии США генерал Дж. Мар-
шалл писал, что «осуществление операции «Торч» (такое
кодовое название носила операция по высадке десанта в
Северной Африке) исключает наступательные операции
против Германии». Действия англо-американских войск
Маршалл называл «булавочными уколами».
Во-вторых, бои в Северной Африке и на Тихом океане
носили, по существу, оборонительный характер. Успеш-
ное проведение их во многом определялось тем, что гит-
леровское командование сосредоточило основные силы
на Восточном фронте. Выступая на заседании Конгресса
7 января 1943 г. с оценкой сражений у островов Мидуэй и
Гуадалканал, Ф.-Д. Рузвельт подчеркнул, что они явились
«частью стратегии сдерживания, которая характеризовала
эту фазу войны». 9 Для действий против англо-американс-
ких войск немецкое командование не сняло с Восточного
фронта ни одной дивизии, тогда как катастрофа под Ста-
линградом заставила фашистскую ставку перебросить на
восток крупные силы.
В-третьих, несоизмеримы масштабы и результаты этих
сражений. Вот некоторые фактические данные. В Сталин-
градской битве действовала наиболее мощная группиров-
ка отборных войск вермахта, насчитывающая 81 дивизию,
а под Эль-Аламейном — 4 немецких танковых. 8 итальян-
ских дивизий и одну бригаду. Под Сталинградом вермахт
потерял убитыми, ранеными и без вести пропавшими бо-
лее 800 тыс. солдат и офицеров, пленными — 154 тыс., а в
Северной Африке — всего 59 тыс. человек. Сталинградс-
кая битва продолжалась 200 дней и ночей, операция у Эль-
Аламейна — 11 суток. Под Сталинградом решалась судьба
народов мира, сражение под Эль-Аламейном спасло одну
из колоний Великобритании.
Бои за Гуадалканал и Тараву уступают по всем показа-
телям даже операции под Эль-Аламейном. В сражении за
Гуадалканал, начавшемся в августе 1942 г., участвовало
всего 80 тыс. войск с обеих сторон — 60 тыс. американцев
и 20 тыс. японцев, в боях за атолл Тараву — 15 тыс. аме-
риканских и 4 тыс. японских солдат и офицеров. По при-
знанию самих японцев, именно после Сталинграда «впер-
вые по-настоящему пошатнулась вера японского коман-
дования в силу германской армии». 10
Следовательно, по количеству участвовавших войск, про-
странственному размаху, степени ожесточенности боев,
178
стратегическим итогам и последствиям Сталинградская
битва превосходит сражения 1942 г. в Северной Африке и
на Тихом океане. Было бы наивно думать, что западные
историки не знали об этом, равно как и об оценках, кото-
рые давали лидеры их стран великому подвигу советских
солдат под Сталинградом. Но они сознательно искажали
историческую правду в угоду конъюнктуре.
За последние годы, когда «холодная война» канула в Лету,
подавляющее большинство ученых Запада однозначно
считают сталинградскую победу поворотным пунктом во-
йны. 11 К чести многих западногерманских историков, они
всегда придерживались такого мнения.
В советской историографии, посвященной Сталинград-
ской битве, оценки ее значения тоже менялись. Во время
и после войны господствовала точка зрения И. В. Стали-
на, изложенная им в докладе, посвященном 26-й годов-
щине Октябрьской революции в ноябре 1943 г.: «Сталин-
град был закатом немецко-фашистской армии. После Ста-
линградского побоища, как известно, немцы не могли уже
оправиться». 12 Иными словами, Сталинград безоговороч-
но считался коренным переломом в ходе Великой Оте-
чественной войны.
В конце 50 — начале 60-х годов картина стала меняться.
В работах все чаще муссировался тезис о том, что пере-
лом в ходе войны наступил после поражения вермахта под
Москвой. Это мнение стало официальным после выхода
в свет в 1961 г. второго тома «Истории Великой Отечес-
твенной войны Советского Союза 1941—1945 гг.». 13
В последующие годы в литературе утвердилась концеп-
ция, согласно которой перелом в войне произошел якобы
в результате побед советских войск в трех битвах — под
Москвой, Сталинградом и на Курской дуге. Наиболее
полно эта своеобразная «триада» получила воплощение в
Советской Военной Энциклопедии, изданной в конце 70-
х годов. Тогда же появились и два понятия — коренной
поворот и коренной перелом. Вот как их трактовала Со-
ветская Военная Энциклопедия: «Битва под Москвой пол-
ожила начало коренному повороту в ходе войны...» (Т. 5.
С. 412); «Победоносный исход Сталинградской битвы имел
большое военно-политическое значение. Она внесла ре-
шающий вклад в достижение коренного перелома как в
ходе Великой Отечественной войны, так и всей 2-й миро-
вой войны...» (Т. 7. С. 520); «Победой под Курском и вы-
водом советских войск к Днепру завершился коренной
перелом в ходе войны» (Т. 4. С. 539). Нетрудно заметить,
что авторы этой концепции вольно или невольно повто-
179
ряли версию иностранных историков о «множественнос-
ти» переломных пунктов, которые якобы существовали во
время войны.
Советские историки явно преувеличивали значение Мос-
ковской битвы. Безусловно, разгром центральной немец-
ко-фашистской группировки под стенами нашей столи-
цы сыграл важную роль: был сорван план «молниенос-
ной» войны, вермахт понес ощутимые потери и уже не
мог вести наступление на всем Восточном фронте. И все
же никакого перелома или поворота в войне не произош-
ло. Летом 1942 г. повторилась картина лета 1941 г.: снова
противник владел стратегической инициативой на реша-
ющих участках и имел превосходство в силах и средствах,
снова нарушилось управление войсками, снова над стра-
ной нависла смертельная опасность. О том, насколько
серьезно было положение, красноречиво свидетельствует
приказ Сталина «Ни шагу назад!».
Каковы причины различных толкований понятия «ко-
ренной перелом»? На мой взгляд, их две. Во-первых, и на
советских, и на зарубежных историков давил идеологи-
ческий пресс. Смена акцентов в определении значения
Сталинградской битвы происходила не под влиянием но-
вых факторов, а по конъюнктурным соображениям. Во-
вторых, и в зарубежной, и в советской историографии до
сих пор отсутствуют четкие критерии, по которым можно
определить сущность понятия «коренной перелом».
Чтобы полно раскрыл» историческое значение Сталин-
градской битвы, необходимо объективно показать ее ито-
ги и последствия.
Главный итог Сталинградской эпопеи заключается в том,
что советские войска развеяли в прах и гитлеровские пла-
ны разгрома СССР, и планы дальнейшего ведения войны
за мировое господство. Выступая 20 октября 1942 г. по
американскому' радио, Рузвельт говорил: «Америка никогда
еще не находилась в такой опасности, как в настоящее
время. Германия хочет установить свое господство над всем
миром». 14
Президент подчеркнул, что фашисты располагают плац-
дармами в Северной Африке, Исландии и на Азорских
островах, с которых немецкие войска могут вторгнуться
в западное полушарие, прежде всего в США. Рузвельт
обратил внимание и на то, что в ряде стран Латинской
Америки (Бразилия, Мексика, Аргентина и др.) нацисты
создали внушительную «пятую колонну». Так, в Брази-
лии действовала фашистская организация, насчитываю-
щая 100 тыс. человек.
180
В самих США проживало 1,6 млн. немцев и действовал
американо-фашистский союз. Активизировала свои дей-
ствия агентура «оси». В американских газетах пестрели
такие сообщения: «В районе Нью-Йорка арестовано 425
граждан враждебных стран, в том числе 350 немцев, 65
итальянцев и 7 японцев... При обыске у арестованных
найдены различные карты морских путей, планы порто-
вых укреплений, радиоприемники, взрывчатка и др.», «Бе-
лый дом объявил о казни 6 германских шпионов, выса-
дившихся в США с германской подводной лодки...». Это
делало вполне реальным высадку немецко-фашистских
войск на американском континенте.
Гитлеровская клика планировала также высадку на Бри-
танские острова, захват Ближнего Востока и Индии, ок-
купацию Швеции и Швейцарии. В сердце Азии предпол-
агалась встреча вермахта с армией Японии.
Все эти замыслы были погребены в развалинах Сталин-
града. Турецкая газета «Вакыт» 2 февраля 1943 г. конста-
тировала: «Сталинград устоял под натиском немцев и это
привело к провалу всего стратегического плана и к пора-
жению германских войск». «Советский Союз спас мир под
Сталинградом» 15 — так емко определил величие подвига
советского народа на берегах Волги видный обществен-
ный деятель Франции, один из основателей Всемирного
Совета Мира Пьер Кот.
В ходе Сталинградской битвы советские войска разгро-
мили 5 вражеских армий, в том числе 2 немецкие, 2 ру-
мынские и одну итальянскую. Маршал Г. К. Жуков пи-
шет: «Такие потери сил и средств катастрофически отра-
зились на общей стратегической обстановке и до основа-
ния потрясли всю военную машину гитлеровской Герма-
нии». 16
Стратегическая инициатива прочно перешла к советско-
му командованию. Чтобы задержать наступление Красной
Армииг фашистская ставка перебросила на Восточный
фронт с 17 ноября 1942 г. по 30 марта 1943 г. из Западной
Европы 33 дивизии и 3 бригады. Это значительно облег-
чило действия союзников СССР, способствовало усиле-
нию национально-освободительного движения в оккупи-
рованных странах.
Таков второй итог сталинградской победы.'
Потеря под Сталинградом более четверти всех сил, дей-
ствовавших на советско-германском фронте, заставила
фашистское руководство отказаться от наступательных
операций. На совещании 10 января 1943 г. Гитлер при-
знал, что после Сталинграда «речь идет о борьбе за сущее -
181
твование, а не о войне за овладение территорией». Спустя
20 дней он говорил: «Я могу сказать одно: возможно, окон-
чания войны на Востоке посредством наступления более
не существует». 17
Фашистские войска перешли к обороне в Северной
Африке и на Итальянском театре войны. 18
Изменения в характере действий немецких войск под-
метили многие газеты. В частности, китайская «Синьминь-
бао» 2 февраля 1943 г. писала: «Разгром немецких войск
под Сталинградом заставляет немецкие войска перейти от
наступления к обороне».
Таков третий результат победы на Волге.
Беспримерный героизм защитников Сталинграда, разг-
ром 330-тысячной группировки фашистских войск неиз-
меримо подняли авторитет Советского Союза и Красной
Армии в глазах всего прогрессивного человечества. Ка-
надская газета «Стар» 4 февраля констатировала: «Битва
под Сталинградом показала мощь Вооруженных Сил Со-
ветского Союза, продемонстрировала мастерское руковод-
ство ими». «Престиж Красной Армии, — отмечала в тот
же день шведская «Арбьетарен», — поднялся еще выше
благодаря этой победе, которая не имеет себе равных».
Таков четвертый итог великой битвы.
Поражение вермахта отрезвляюще подействовало на ре-
акционные силы США и Англии, которые рассчитывали
на ослабление Советского Союза. «Недавние весьма важ-
ные события, — писал 4 декабря 1942 г. У. Черчилль Ф.-Д.
Рузвельту, — изменили и меняют данные, из которых до
сих пор исходили по обе стороны Атлантики. Русские не
потерпели поражения и не были ослаблены в ходе кампа-
нии 1942 г. Напротив, именно Гитлеру было нанесено
поражение». 19
Победа у стен Сталинграда показала всему миру, что ре-
шающая роль в борьбе с агрессором принадлежит СССР.
На состоявшемся в Касабланке совещании это признали
Рузвельт и Черчилль. Стороны договорились усилить эко-
номическую и военную помощь Советскому Союзу, акти-
визировать военные действия против Германии и ее са-
теллитов.
Следовательно, — и это пятый результат Сталинграда,
— победа на Волге способствовала укреплению антигит-
леровской коалиции.
Основные военно-политические итоги сталинградской
победы красноречиво свидетельствуют о качественных пе-
ременах второй мировой войны: коренной перелом на-
ступил не только на Восточном, но и на других фронтах.
182
Значение Сталинградской битвы, однако, этим не ис-
черпывается. Она оказала огромное влияние на полити-
ческую расстановку сил в мире.
Подобно гигантскому молоту, Сталинград нанес жесто-
кий удар по пресловутой «оси Берлин — Рим — Токио», и
она дала трещину.
6 марта 1943 г. японский посол в Берлине заявил гер-
манскому правительству, что Япония не может вступить в
войну против СССР. Вскоре такое же заявление сделал
турецкий посол.
Начался распад фашистского блока. Диктатор Италии
Муссолини предложил Гитлеру заключить мир с Советс-
ким Союзом. С таким же предложением выступило пра-
вительство Финляндии. Ухудшились также отношения
Германии с Венгрией, Румынией, Болгарией. На допросе
17 июня 1945 г. бывший начальник штаба верховного глав-
нокомандования вооруженных сил Германии генерал-
фельдмаршал В. Кейтель показал, что из поражения под
Сталинградом гитлеровская ставка сделала ряд выводов и,
в частности, о том, что «нельзя возлагать никаких воен-
ных надежд на союзные государства (Румынию, Венгрию,
Италию и др.)».
Упал престиж Германии на мировой арене. До войны она
поддерживала дипломатические отношения с 40 государ-
ствами, после сталинградской катастрофы их осталось 22.
Со второй половины 1942 г. и в течение 1943 г. 10 госу-
дарств объявили войну Германии, 6 — Италии, 4 — Япо-
нии. Ослабло внимание нацистов на нейтральные страны.
Глубокий кризис охватил все стороны жизни третьего
рейха. Немецкий дипломат Хассель писал 13 февраля 1943
г. в своем дневнике: «Последние несколько недель харак-
теризуются самым серьезным кризисом, какой мы еще не
испытывали в войне. Этот кризис, к сожалению, поразил
не только руководство и правящий режим, но и всю Герма-
нию. Он символизируется одним словом — Сталинград». 20
Обострились противоречия между нацистской верхушкой
и генералитетом. После сталинградской катастрофы Гитлер
снял с постов 188 генералов, в том числе начальника штаба
сухопутных войск генерал-полковника Ф. Гальдера.
Генералы не остались «в долгу». В их среде возник заго-
вор против Гитлера. В материалах гестапо он обозначился
как сталинградский путч. Длительное время историки те-
рялись в догадках, почему он так называется. Загадку раз-
гадал польский исследователь М. Подковиньский, уста-
новивший, что ядро заговора находилось в окруженной 6-
й армии. 21 Дважды — 13 и 21 марта 1943 г. — заговорщики
183
были готовы произвести покушение на фюрера, но обе
попытки закончились неудачно.
Для того чтобы восполнить потери под Сталинградом
вооружения и техники, промышленность Германии долж-
на была потратить от 2 до 6 месяцев. В связи с этим Гит-
лер принял решение заморозить атомные исследования,
сосредоточив имеющиеся материальные ресурсы на про-
изводстве обычных вооружений. Таким образом, сталин-
градская победа помешала гитлеровцам использовать
страшное оружие массового уничтожения.
Гибель под Сталинградом сотен тысяч немцев потрясла
весь немецкий народ. Даже геббельсовская пропаганда не
могла скрыть того, как тяжело отразилась гибель 6-й ар-
мии на политико-моральном состоянии населения и со-
лдат Германии. «Слово «Сталинград», — признавалась га-
зета «Вермахт» 20 января 1943 г., — вызывает у нас горечь
и боль. Теперь не время для празднеств, ибо праздничные
мелодии звучали бы только дисгармонией в ушах немцев».
В политическом обзоре германского информационного
бюро от 1 февраля говорилось: «В настоящее время нет ни
одного немца, который не был бы потрясен трагедией, пе-
реживаемой 6-й армией, который не принимал бы учас-
тие в национальном горе, разразившемся над германским
народом». 22 Гитлер объявил в Германии трехдневный тра-
ур. Все увеселительные заведения были закрыты. Вместо
бравурных маршей над Германией поплыл звон погребаль-
ных колоколов...
Вера в победу была основательно подорвана. Это находи-
ло свое выражение в письмах на фронт. «Когда слышишь и
читаешь о Сталинграде, то становится страшно», — сетова-
ла Гроссер в письме своему мужу-ефрейтору. «То, что про-
изошло в Сталинграде, наверное, повторится еще не раз»,
— пророчески писал М. Рихтер своему сыну. «Если б толь-
ко война с Россией кончилась, чтобы не было больше Ста-
линграда!» 23 — заклинала фрау Д. Грубер в письме мужу.
Но не только стенаниями о павших и звоном колоколов
ответила потрясенная Германия на катастрофу под Ста-
линградом. В траурные для Германии дни началось вели-
кое прозрение. По стране прокатилась волна массовых
антивоенных демонстраций. Усилилось антифашистское
движение. В донесении Лейпцигской прокуратуры от 18
июля 1944 г. министру юстиции говорилось: «После пора-
жение под Сталинградом... по всей территории империи
начало отмечаться сильное возрастание деятельности ком-
мунистов... Организации Национального Комитета «Сво-
бодная Германия» созданы в настоящее время почти во
всех частях империи».
184
Необходимо пояснить, что упоминающаяся в донесении
организация «Свободная Германия» возникла в Советс-
ком Союзе. В ее деятельности активное участие принима-
ли бывшие генералы и офицеры 6-й армии. 12 сентября
1943 г. они обратились к солдатам и офицерам Германии с
воззванием, которое начиналось так: «Вся Германия зна-
ет, что такое Сталинград. Мы испытали все муки ада. В
Германии нас заживо похоронили, но мы воскресли для
новой жизни». 24 Смысл новой жизни авторы воззвания
видели в борьбе «против преступной войны и гитлеров-
ского режима».
Сталинградская победа оказала многогранное влияние
на антифашистское и национально-освободительное дви-
жение в Европе и Азии. Во-первых, она укрепила в серд-
цах всех борцов против фашизма и японского милитариз-
ма уверенность в неизбежности поражения сил реакции.
Один из руководителей французских партизан П. Крибейе
писал: «Сталинград! Озаряются счастьем лица, повсюду
радость. Во Франции, во всем мире вера превращается в
уверенность». 25
Во-вторых, сталинградская победа способствовала ро-
сту антифашистского движения Сопротивления. Член ЦК
Компартии Дании А. Енсен подчеркивал: «Невозможно
объяснить огромный рост движения Сопротивления в Да-
нии в 1943 г., рассматривая его вне связи с великой побе-
дой Советской Армии под Сталинградом». 26
Гордое имя «Сталинград» носили некоторые партизанс-
кие отряды и группы антифашистов во Франции, Поль-
ше, Греции, Чехословакии и даже в Германии». 27
Гром сталинградской победы мощно прозвучал и над
азиатским континентом. С каждым днем нарастала сила
ударов китайских 8-й и Новой 4-й армий и партизан. Раз-
вертывалось национально-освободительное движение в
Бирме, Вьетнаме, Индонезии, Корее. Делегация Индоне-
зии, посетившая Волгоград, рассказывала: «Весть о побе-
де в Сталинграде вдохновила индонезийский народ на еще
более упорную борьбу за разгром японского фашизма». 28
Таким образом, сталинградская эпопея стала мощным
источником вдохновения и примером для всех борцов про-
тив фашизма и японского милитаризма. На это также об-
ращали внимание зарубежные средства массовой инфор-
мации. В частности, американская газета «Нью-Йорк уорлд
телеграмм» 6 февраля 1943 г. отмечала: «Победа советских
войск под Сталинградом вызвала огромный подъем в со-
юзных странах, где эту победу рассматривают как свиде-
тельство того, что наступил поворотный пункт в войне».
185
Сталинградская битва, вернее ее идейно-нравственное
содержание не ограничено во времени сороковыми года-
ми. Это живое, развивающееся духовное наследство, ко-
торое оказывало и оказывает огромное влияние на умы и
сердца людей. Сталинград был и остается эталоном пат-
риотизма и героизма.
Ежегодно Волгоград посещают тысячи иностранных де-
легаций, туристов. Взволнованные увиденным и услышан-
ным, они оставляют записи в книгах отзывов посетителей
Мамаева кургана. Гамма чувств отражена в записях — вос-
торг, благодарность, скорбь, гордость... Вот лишь некото-
рые из них: «Слава солдатам, достойным славы. Благодар-
ные австрийцы».
«Я благодарна Сталинграду за то, что сегодня могу посе-
тить его. Элиса Ганг из Австрии».
«Мы выражаем чувство глубокого уважения рабочим и
солдатам Сталинграда, которые защитили демократию,
геройски сражаясь на фронте. Японская профсоюзная
организация».
«Мы в Новой Зеландии были склонны считать, что куль-
минационный пункт второй мировой войны — это высад-
ка союзников в Нормандии. Но теперь мы убеждены, что
эта роль принадлежит Сталинграду. Героическая оборона
и изумительный народ!»
Благодарное человечество по достоинству оценило бес-
примерный подвиг советского народа под Сталинградом.
В честь этого события во многих городах мира воздвигну-
ты обелиски. Имя Сталинграда носят сотни заводов, улиц
и площадей. Писатель Илья Эренбург, побывавший во
многих странах мира, писал: «Можно купить 10 минист-
ров, 10 депутатов, но нельзя купить сердце народа. Я ви-
дел «улицу Сталинграда» в Норвегии, в Италии, в Поль-
ше, Чехословакии. Это рассказ о любви человечества, па-
мяти человечества, о надежде человечества». 29
Сокровищницей памяти человечества, любви человечества
служит музей-панорама «Сталинградская битва». В его фон-
дах и экспозициях хранятся тысячи документов и подарков
— дар благодарных народов со всех концов земного шара.
Все это служит ярким доказательством того, что в созна-
нии миллионов людей всех континентов Сталинград был и
остается великим переломом в борьбе с силами агрессии.
1 Государственный архив Российской Федерации
(далее - ГАРФ). Ф. 4459. Оп. 12. Д. 239. Л. 203.
186
2 Правда. 1943, 23 февраля.
3 Подлинник грамоты Ф.-Д. Рузвельта экспонируется в
музее-панораме «Сталинградская битва». Ее текст неод-
нократно публиковался (см. напр.: История Великой Оте-
чественной войны Советского Союза. 1941—1945. В 6-ти
т. Т. 3. М., 1961. С. 77).
4 Stettinius Edward. Roosevelt and the Russians. London,
1950. P. 16.
5 Шервуд P. Рузвельт и Гопикинс: Глазами очевидца. Т.
2. М., 1958. С. 362.
6 Montross L. War through the ages. New York, 1946. P.
875.
7 Говард M. Большая стратегия. Август 1942 — сентябрь
1943. М., 1980. С. 53-54.
8 Zimke Е. Stalingrad to Berlin. Washington, 1968. P. 80.
9 The Public Papers and Addresses of Franklin D. Roosevelt.
V. 12. New Yokr, 1969. P. 22.
10 Тайхэйе сэнсоси. T. 4. Токио, 1953. С. 11.
11 См.: Радиомост Вашингтон — Кельн — Волгоград.
Военно-исторический журнал. 1991. № 12; см. также вы-
ступление профессора Боннского университета Г. Якоб-
сона, публикуемое в данном сборнике.
12 Сталин И. В. О Великой Отечественной войне. М.,
1950. С. 113.
13 См.: История Великой Отечественной войны Совет-
ского Союза 1941-1945. Т. М., 1961. С. 266.
14 ГАРФ. Ф. 4459. Оп. 12. Д. 244. Л. 12.
15 ГАРФ. Ф. 5283. Оп. 15. Д. 37. ,Л. 31.
16 Жуков Г. К. Воспоминания и размышления. М., 1969.
С. 446.
17 Hitlers Lagebesprechungen: Die Protokollfragmente sei-
ner militarischen Konferenzen 1942—1945. Stalingrad, 1962.
S. 122-123.
18 См.: История второй мировой войны 1939—1945. В
12-ти т. т. Т. 6. М., 1975. С. 478—480. В разгар Сталинград-
ской битвы Гитлер сообщил главнокомандующему немец-
ко-фашистских войск в Италии А. Кессельрингу, что он
не сможет выделить ему дополнительные силы, пока не
падет Сталинград. По этой же причине в Германии было
резко сокращено производство подводных лодок (см.: Го-
вард М. Указ. соч. С. 59 и др.).
19 Цит по: История второй мировой войны. Т. 6. С. 403.
20 The von Hassel Diaries 1938—1945. London, 1947. P.
255.
21 Подковиньский M. В окружении Гитлера. M., 1991.
22 ГАРФ - Ф. 4459. Оп. 31. Д. 933. Л. 22.
187
23 Разгром немцев под Сталинградом: Признания врага.
М., 1944. С. 76-80.
24 Sie kampften fur Deutschland: Verlag des Ministeriums
fur Nationale Verteidigung. Berlin, 1959. S. 147.
25 Lribeillet Paul. Vie et combats des partisans. Paris, 1947.
P. 526.
26 Вопросы истории. 1962. № 9. С. 51.
27 Зегребелъный П. Европа, 45. М., 1961. С. 446.
28 Мир, признательный Сталинграду: Сборник докумен-
тов и материалов. Сост. Б. С. Абалихин. Волгоград, 1973.
С. 112.
29 Сталинградская правда. 1953, 1 февр.
Л. Я. Ларин,
ведущий сотрудник музея-панорамы
«Сталинградская битва*
БОРЬБА С МИННОЙ ОПАСНОСТЬЮ
НА ВОЛГЕ (1942-1943 гг.)
•w
обыденном сознании начало Сталинградской
! битвы связано прежде всего со сражениями в
донских степях летом 1942 г. Не все читатели
знают, что одновременно с этими событиями
разворачивались боевые действия на самой Волге, за
десятки километров от передовых рубежей Сталинград-
ского фронта. И хотя эта борьба велась порой без осо-
бых внешних эффектов, она оказала существенное вли-
яние на оборону Сталинграда.
Общеизвестно, что Волга всегда играла огромную роль
как транспортная магистраль европейской части нашей
страны. Только в 1940 г. объем перевозок по рекам Во-
лжского бассейна составил более 37 млн. тонн различных
грузов, в том числе почти 8 млн. тонн нефтепродуктов.
Командование вермахта справедливо оценивало Волгу как
водную коммуникацию приволжского военно-промышлен-
ного комплекса и стратегическую коммуникацию советс-
ких фронтов этого направления. В директиве Объединен-
ного командования вермахта (ОКВ) № 45 от 23 июля 1942
г., подписанной Гитлером, в частности, ставилась задача
для немецкой военной авиации: «...движение судов в ни-
жнем течении Волги должно быть парализовано путем
сбрасывания мин». 1 Сухопутным войскам предписывалось
захватить Сталинград, танковым и моторизованным со-
единениям — выйти к Астрахани и парализовать движе-
ние по главному руслу Волги.
188
Однако проблема защиты перевозок по Волге от Астра-
хани до Куйбышева возникла задолго до выхода ударной
группировки противника в районе Сталинграда и остава-
лась весьма острой до начала Курской битвы. Решить ее
можно было только совместными усилиями ВВФ, ПВО,
фронтов и армий, гражданских речников, местного насе-
ления, в тесном контакте с учеными, разработавшими ме-
тоды обезвреживания мин. На Волжскую военную флоти-
лию, располагавшую соответствующими силами и сред-
ствами, была возложена главная роль в обеспечении и ко-
ординации защиты перевозок на Волге.
Появление нового оружия — неконтактной магнитной мины
— привело советских ученых и моряков к необходимости
начать поиски методов и способов защиты от него кораблей.
Огромную роль в решении задачи сыграл профессор
А. П. Александров и возглавляемая им лаборатория Ле-
нинградского физико-технического института. Он предложил раз-
магничивание кораблей как один из методов их безопасности.
В течение 1940 г. были проведены войсковые испыта-
ния первых размагничивающих устройств системы Алек-
сандрова. Для приема результатов испытания была созда-
на государственная комиссия под председательством ка-
питана I ранга Б. В. Хорошхина. Испытания показали,
что приборы ленинградских ученых полностью обеспечи-
вают защиту кораблей от неконтактных мин с магнитным
взрывателем. Так впервые встретились будущий президент
Академии наук СССР и будущий заместитель командую-
щего Волжской военной флотилии. Вновь судьба их све-
дет во фронтовом Сталинграде.
Что представляли собой мины, используемые против-
ником на Волге в 1942—1943 гг.?
Это были сложные устройства, вобравшие вершину на-
учно-технической мысли того времени. Достаточно ска-
зать, что они включались в действие уже на некотором
расстоянии от корабля, когда его магнитное поле начина-
ло приближаться. При достижении определенного радиу-
са взрыватель срабатывал, и происходил взрыв.
Не ограничиваясь этим, немецкие конструкторы снаб-
жали мины прибором срочности и прибором кратности.
Лишь по прошествии нескольких часов и даже суток вклю-
чался механизм отсчета проходивших судов, поставлен-
ный на заранее определенную цифру, и обреченный ко-
рабль терпел катастрофу. Вести борьбу с этим оружием
можно было только в тесном сотрудничестве моряков и
водников с советскими учеными, инженерами, разраба-
тывающими эффективные меры противодействия.
189
Только за апрель—май 1942 г. по Волге было перевезено
2958700 тонн нефти и нефтепродуктов, в которых остро
нуждался фронт.
Наркомат ВМФ, Главный морской штаб учитывали ве-
роятную опасность минных постановок и ударов вражес-
кой авиации по портам и судам на переходе по Волге, по
которой перемещалось огромное количество грузов. Про-
тивник широко использовал неконтактные мины на мор-
ских театрах военных действий. Была реальной угроза
применения их на Волге.
Для разработки конкретных мероприятий по противо-
минной и противовоздушной обороне перевозок в бас-
сейне Нижней Волги еще до начала навигации 1942 г.
Нарком ВМФ Н. Г. Кузнецов направил на Волжскую во-
енную флотилию специальную комиссию под председа-
тельством контр-адмирала В. Е. Егорьева. Участок Астра-
хань—Саратов комиссия определила как наиболее угро-
жаемый для перевозок и наметила ряд неотложных ме-
роприятий по линии ВВФ и Наркомата речного флота, в
их числе — организация системы наблюдения за действи-
ями авиации противника, создание для судов отстойных
пунктов, хорошо прикрываемых истребительной авиацией
и зенитными средствами, перевод на военизированное пол-
ожение транспортных и промысловых судов, вооружение
основных из них зенитными пулеметами и орудиями, ор-
ганизация единой системы управления движением судов
в бассейне Волги с оповещением о минной и воздушной
опасности. Было начато формирование 300 постов проти-
воминного наблюдения и сети отстойных пунктов, при-
крываемых соединениями ПВО страны. Однако все эти
важные мероприятия не были полностью осуществлены
до начала массированных налетов авиации и минных пос-
тановок противника. В связи с обострением летом 1942 г.
положения на южном крыле советско-германского фрон-
та постоянно возрастали масштабы воинских перевозок
на Волге. С целью их срыва авиация противника с сере-
дины июля стала наносить массированные удары по не-
фтехранилищам Астрахани, Сталинграда и Саратова, а так-
же интенсивно бомбила порты и караваны судов, мини-
ровала Волгу. Всего за кампанию 1942 г. немцы поставили
на Нижней Волге до 350 мин различного типа.2 Это выну-
дило Наркомат речного флота, начальников пароходств и
портов закрыть ^зижение севернее и южнее Сталинграда.
В свою очередь, остановившиеся суда становились ми-
шенью для самолетов противника, авиабомб и бортового
оружия. В период с 25 по 31 июля погибло от авиабомб и
190
мин 79 транспортных судов, причем многие из них были
нефтеналивные. 3 Положение усугублялось тем, что при
постановке мин авиация противника придерживалась оп-
ределенной тактики. Как правило, волжские караваны,
охраняемые бронекатерами и тральщиками ВВФ, следо-
вали ночью. Группы немецких бомбардировщиков и са-
молетов-миноносцев под прикрытием истребителей на
больших высотах подходили с запада к Волге и, установив
направление движения судов, заходили с носовых курсов
углов для бомбардировки и постановки мин. Большая часть
бомбардировщиков снижалась до высоты 230—400 метров
и, следуя контркурсами над конвоем, сбрасывала бомбы,
ведя пушечно-пулеметный обстрел. Остальные же бом-
бардировщики тем временем подавляли береговые зенит-
ные артиллерийские батареи, а самолеты-миноносцы ста-
вили мины на фарватерах с бреющего полета. Обычно
мины сбрасывались на перекатах, изгибах, в других на-
иболее узких участках реки, где трудно было найти обход-
ной фарватер. Нередко немецкие самолеты имитировали
постановку мин сбрасыванием в реку различных предме-
тов, а мины ставили совершенно в другом месте.4
Командование Волжской военной флотилии доложило
наркому ВМФ Н. Г. Кузнецову и Военному совету Ста-
линградского фронта конкретнные предложения по со-
зданию организованной системы защиты волжской во-
дной коммуникации. Военный совет фронта принял спе-
циальное постановление об обеспечении бесперебойнос-
ти перевозок по Волге в условиях сильного противодей-
ствия авиации противника и большой минной опаснос-
ти. На Волжскую флотилию возлагалась задача уничтоже-
ния мин на фарватерах. Вопросы организации борьбы с
минной опасностью и движения транспортного флота со-
средотачивались в руках командования флотилии.
Этим постановлением ВС фронта было положено нача-
ло организации противовоздушной обороны перевозок в
период оборонительного сражения.
31 июля 1942 г. командующий флотилией контр-адми-
рал Д. Д. Рогачев определил мероприятия по обеспече-
нию противоминной обороны волжской водной комму-
никации в оперативной зоне Сталинградского фронта и
распределил силы для защиты перевозок по реке от Ни-
кольского до Камышина. В связи с тем что отдельная бри-
гада траления не имела полного штатного состава кораб-
лей, были переданы тральщики, ранее входившие в 1-ю и
2-ю бригады речных кораблей. Все тральные силы флоти-
лии распределялись по 6 боевым участкам.
191
Для наиболее эффективной противоминной обороны
Волги требовалось до 200 судов-тральщиков. В период
Сталинградской битвы на Волге действовали два типа
тральщиков — РТЩ специальной постройки и переобо-
рудованные из речных катеров-трамвайчиков КТЩ 5. Тех-
ническое состояние переоборудованных судов было зачас-
тую невысокое. Переделка речных судов на тральщики
производилась на местных предприятиях. Так, на Сталин-
градском судоремзаводе были переоборудованы 19 кате-
ров трамвайного типа на тральщики.
Гражданские суда для перестройки их на тральщики
выделяло Нижне-Волжское пароходство. Необходимого
количества тральщиков, несмотря на принимаемые меры,
не хватало, как не хватало специальных тралов. В отдель-
ной бригаде траления на вооружении находились катер-
ные тралы облегченного типа системы Шульца, пригод-
ные для борьбы с якорными минами, которые противник
на Волге не использовал. Для обезвреживания магнитных
мин они совершенно не годились.6
На сталинградских заводах в срочном порядке готови-
лись тралы, пригодные для борьбы с магнитными некон-
тактными минами, так называемые хвостовые. Такое на-
звание они получили потому, что состояли из троса, к
которому на среднюю часть подвешивались специально
намагниченные обрубки жесткого троса — «хвосты». Под
воздействием магнитного поля «хвостов» должны были,
срабатывать взрыватели магнитных мин. Буксировался та-
кой трал одновременно двумя катерами-тральщиками, иду-
щими параллельными курсами.
Буксировка такого трала требовала довольно мощных
двигателей на тральщике. Бывали случаи, когда во время
траления намагниченные «хвосты» цеплялись за предме-
ты, лежавшие на дне, траление приходилось прекращать.
Более совершенными были тралы-баржи, нагруженные на-
магниченными железнодорожными рельсами, а также
шпалами для придания дополнительной плавучести.7
Основным методом борьбы с минной опасностью на Во-
лге летом и осенью 1942 г. было боевое траление. В усло-
виях данной реки оно имело ряд особенностей. Но в лю-
бых условиях траление представляло собой очень слож-
ный вид деятельности военных моряков. Траление крайне
опасно для тральщиков и их личного состава, поскольку
они всегда идут впереди и первыми вступают в соприкос-
новение с подводными минами. Затрудняли обезврежива-
ние мины приборы срочности и приборы кратности, уста-
новленные на ней.
192
Над местом сброса мин тральщики делали до 16 прохо-
дов, в соответствии с максимальным числом кратности,
на которое мог быть установлен взрыватель мин, чтобы
заставить их взорваться. Из-за летнего спада воды мины
иногда оказывались на мелководье, что не снижало их
опасности, но тральщики подойти к ним не могли. Ко-
миссар 5-го дивизиона тральщиков бригады траления А.
Н. Шилов предложил: пусть 10 моряков разденутся и, взяв-
шись за руки, фронтом идут по мелкому месту, ногами
ощупывая дно. Обнаружив мину, осуществляют ее взрыв.
Теоретически мина не могла взорваться от касания ее че-
ловеком, но все же метод этот был довольно опасен. Пред-
ложение было принято и затем распространено и на дру-
гие дивизионы, бригады. Ни одного несчастного случая
при этом не произошло.8
Большую роль в борьбе с минной опасностью на Волге
сыграл командующий Отдельной бригадой траления, а с 8
июля 1942 г. и заместитель командующего Волжской во-
енной флотилией контр-адмирал Б. В. Хорошхин. Быв-
ший нарком Военно-Морского Флота СССР адмирал Н.
Г. Кузнецов характеризовал Хорошхина как бывалого мо-
ряка и опытного специалиста.9
Борис Владимирович Хорошхин родился в 1892 г. в семье
казачьего полковника, помощника командира Сводного
казачьего полка в г. Гатчине. Участвовал в первой миро-
вой войне на Балтике, будучи лейтенантом на линкоре
«Севастополь». В годы гражданской войны командовал Се-
веро-Двинской и Усть-Днепровской военной флотилия-
ми. Был дважды ранен и контужен. За боевые отличия
награжден двумя орденами Красного Знамени и боевыми
часами. В 1926—1938 гг. Хорошхин командует Днепровс-
кой военной флотилией. В 1938—1939 гг. находился под
следствием в г. Севастополе, освобожден за отсутствием
состава преступления. С июля 1941 г. он, возглавляя охра-
ну водного района Балтийского флота, принимал актив-
ное участие в постановке минного заграждения, за что был
удостоен ордена Красного Знамени. 16 сентября 1941 г.
постановлением СНК СССР Б. В. Хорошхину присвоено
звание контр-адмирала. 2 июня 1942 г. Хорошхин назна-
чен командовать бригадой траления Волжской военной
флотилии. С 8 июля Хорошхин — командир 2-й бригады
траления речных кораблей и одновременно заместитель
командующего Волжской военной флотилии.10 Несмотря
на принимаемые меры моряков-тральщиков и лично ад-
мирала Хорошхина, транспортная ситуация на Волге про-
должала оставаться напряженной, о чем было известно
13 Зак. №65
193
руководству страны. В те дни Хорошхин получил телег-
рамму наркома ВМФ Н. Г. Кузнецова, в которой сообща-
лось о недовольстве И. В. Сталина действиями Волжской
военной флотилии.11 Узнав о скончавшихся ниже Сталин-
града караванах судов с нефтепродуктами, Б. В. Хорош-
хин отправился в район Ступино (150 км южнее Сталин-
града) для проводки их через минные заграждения про-
тивника.
1 августа 1942 г. в 8 час. 15 мин. БК-22, на котором сле-
довал заместитель командующего ВВФ Хорошхин, натол-
кнулся на вражескую мину и взорвался. Вместе с контр-
адмиралом погибло 16 человек команды. Впоследствии БК-
22 был обнаружен, но не поднят.
Приказом Ns 0159 от 1 марта 1944 г. новый тральщик Т-
219 Балтийского флота был переименован в «Контр-ад-
мирал Хорошхин». В настоящее время это имя носит один
из тральщиков Краснознаменного Тихоокеанского флота.
Большой вклад в борьбу с минной опасностью на Волге
внесен и советскими учеными, инженерами, техниками,
работавшими над размагничиванием кораблей. 21 мая 1942
г. заместитель наркома ВМФ адмирал Л. М. Галлер при-
нял решение об организации в районе Сталинграда стан-
ций безобмоточного размагничивания кораблей (СБР).
Сюда направлялось специальное оборудование, включая
аккумуляторы и приборы контроля, велась подготовка
специалистов на месте. Ученые-ленинградцы Ю. С. Ла-
зуркин, а затем и В. Г. Регель и А. П. Александров обучали
моряков и речников основам безобмоточного размагни-
чивания, создали новые конструкции тралов, способных
обезвреживать магнитные линии. Эффективность безоб-
моточного размагничивания волжских кораблей и судов
была очень высокой. Поэтому, несмотря на специфичес-
кие трудности речных условий — малые глубины на фар-
ватерах в районах многочисленных перекатов и, следова-
тельно, весьма близкое расположение магнитных мин, ле-
жавших на дне, к корпусам проходивших над ними кораб-
лей, не было случаев подрыва размагниченных плавсредств
на неконтактных минах, тогда как неразмагниченные суда
подрывались.12 Как уже говорилось, 1 августа 1942 г. по-
дорвался на магнитной мине и погиб бронекатер БК-22,
на котором находился заместитель командующего Волжс-
кой военной флотилией контр-адмирал Б. В. Хорошхин.
В результате неправильно проведенной процедуры размаг-
ничивания БК-22 получил магнитное поле, не соответ-
ствующее остаточным нормам. Ю. С. Лазуркин доложил
об этом Хорошхину и командующему флотилией контр-
194
адмиралу Рогачеву. Несмотря на предупреждение, Хорош-
хин вышел на чрезвычайно важную операцию именно на
этом бронекатере и погиб вместе с экипажем. Благодаря
совместным усилиям минеров и специалистов по размаг-
ничиванию кораблей в кампании 1942 г. был обеспечен
благополучный проход по Волге почти всем судам. На маг-
нитных минах подорвалось несколько неразмагниченных
судов, да и то в начале лета, когда только создавалась СБР.
Работа нижневолжских речников в условиях минирова-
ния противником фарватеров проходила в напряженной
ситуации. Ведь гражданские суда, вынужденные подолгу
стоять перед минными заграждениями, подвергались бом-
бардировке немецкими самолетами. Поэтому моряки Во-
лжской флотилии настаивали на тщательной маскировке
всех самоходных и несамоходных судов днем и ночью, на
переходах и на стоянках. С этой же целью рекомендова-
лось создавать ложные караваны из старых барж и плотов,
снабжать их фальшивыми судовыми огнями и время от
времени перемещать с одного места на другое.
Водники не только успевали следить за фарватером, но
и вели круглосуточные наблюдения за воздухом и учиты-
вали сбрасываемые с вражеских самолетов мины. Заме-
ченная мина немедленно отмечалась специальным знаком
в виде красного конуса, обращенного основанием вверх.
Судовой ход в этом случае закрывался. А сведения о ми-
нах немедленно передавались в штаб Волжской военной
флотилии.
Первые мины, сброшенные противником в Волгу 22 июля
1942 г. в 12 часов ночи в районе Ступинского Яра, были
замечены обстановочным старшиной поста И. Н. Ситни-
ковым. Он вспоминает: «Я засек падение этих мин, за-
крыл фарватер соответствующими знаками, одновремен-
но сообщил вниз и вверх бакенщикам, чтобы не допуска-
ли пароходов, сам же быстро пошел в с. Старицы на се-
лектор, оттуда сообщил в Сталинград, что путь на Сту-
пинский перекат закрыт».13
Не все мины удавалось заметить и оградить предупреди-
тельными знаками, что затрудняло последующее траление.
Имевшихся тральщиков для действий на столь большом
участке Волги не хватало, да и тралы, использовавшиеся
ими на первых порах, были несовершенными. Поэтому
даже на протраленных участках в июле—августе 1942 г.
подорвалось и погибло 7 крупных судов.
Минирование производилось главным образом ночью.
Отражение в воде огней плавучих бакенов, хотя и замас-
кированных сверху, позволяло летчикам ориентироваться
195
и сбрасывать мины на судовой ход. Пришлось отказаться
от освещения знаков обстановки. Это затрудняло дейст-
вия немецкой авиации. Значительная часть мин оказыва-
лась за пределами судового хода. Но отказ от освещения
знаков существенно замедлил движение судов. Приходи-
лось останавливаться на ночь. Нередко суда простаивали
у заминированных участков в ожидании траления.
В августе 1942 г. отряды траления ВВФ завершили раз-
вертывание своих сил. Количество заминированных учас-
тков заметно сократилось. 6 августа пароходство «Волго-
танкер» возобновило отправление из Астрахани барж, гру-
женных нефтепродуктами. Поток грузов нарастал. Если за
первые 12 дней минирования Волги от Астрахани было
отправлено 57 тыс. тонн нефтепродуктов, то за следую-
щие 16 дней (с 6 по 21 августа) — уже 257 тыс. тонн. Все
более возрастали и перевозки сухогрузов.
Между тем положение на фронте продолжало обострять-
ся. 19 августа фашистские войска начали новое наступле-
ние в большой излучине Дона. В ходе ожесточенных боев
им удалось прорвать оборону советских войск. К вечеру
23 августа ударные танковые группы врага вышли к Волге
в районе поселков Рынок и Ерзовка. Судоходство на реке
оказалось под огнем противника. Его танки, артиллерия и
минометы с высокого правого берега Волги могли рас-
стреливать появляющиеся суда прямой наводкой. 23 ав-
густа нарком речного флота Шашков был вынужден от-
дать приказ о прекращении транзитного судоходства по
Волге в районе Сталинграда. Отправленные ранее из Ас-
трахани нефтеналивные суда со 165 тыс. тонн нефтепро-
дуктов были возвращены обратно.
Оценивая создавшуюся ситуацию, бывший командую-
щий Сталинградским фронтом А. И. Еременко писал в
книге «Сталинград»: «...Вместе с определенным тактичес-
ким успехом противнику удалось добиться серьезного на-
рушения наших коммуникаций: волжского водного пути...
и железнодорожных линий...»
С другой стороны, минная опасность на Волге стала
ощутимо снижаться. Это видно из следующих данных. С
25 по 31 июля было поставлено в Волгу 231 мина, в авгус-
те — 74, а в сентябре — всего лишь 37. Это объясняется
тем, что битва за Сталинград отвлекала почти всю авиа-
цию противника для непосредственной поддержки сухо-
путных войск, а так^е усилением противовоздушной обо-
роны Волжско-Каспийского водного пути. К тому же про-
тивник полагал, что с выходом его войск к Волге у Ста-
линграда эта важная коммуникация была парализована.
196
Корабли Волжской военной флотилии систематически
производили траление фарватеров. В августе—ноябре ими
было вытралено и уничтожено 211 вражеских мин. Часть
мин самоликвидировалась, остальные были вытралены в
весенне-летнюю навигацию 1943 г.
Перевозки нефти и нефтепродуктов по реке не преры-
вались даже на время наиболее интенсивных вражеских
бомбардировок и минных постановок. За июль—август
судами «Волготанкера» на участке Астрахань — Саратов
было перевезено 1575000 тонн жидкого топлива. Нефте-
наливные суда ходили до конца навигации 1942 г. В сен-
тябре-ноябре Сталинградскому и Донскому фронтам было
доставлено 561400 тонн горючего. Значительная часть этого
топлива составила резерв для танковых и механизирован-
ных соединений, осуществивших контрнаступление в рай-
оне Сталинграда.
Транспортный флот на Волге за навигацию 1942 г. поте-
рял 126 судов, причем 71 судно из этого количество падает
на первые интенсивные бомбардировки и минную войну.
В дальнейшем эти потери сократились.
Все это позволяет сделать вывод, что противнику не уда-
лось с помощью мин и бомб полностью блокировать Во-
лгу. В целом сражение на Волге было выиграно нашими
моряками, речниками, научно-техническими специалис-
тами.
В 1943 г. за работу по размагничиванию кораблей и су-
дов А, П. Александров был награжден орденом Ленина.
Следует отметить, что после завершения Сталинградс-
кой битвы минная опасность на Волге сохранилась. Вес-
ной и летом 1943 г. она вновь приняла угрожающие раз-
меры. Желая взять реванш за поражение под Сталингра-
дом, готовясь к летнему наступлению в районе Курска,
немецкая авиация вновь предприняла воздушную развед-
ку Волжско-Каспийского пути, а затем и минирование
Волги. На Нижней Волге противник поставил тогда 411
мин с магнитно-акустическими взрывателями. Из постав-
ленных противником в 1942 г. оставалась невытравленной
131 мина. Все это создавало большую опасность для на-
шего судоходства. Но это уже тема другого сообщения.
1 Самсонов А. М. Сталинградская битва. М., 1989. При-
ложение 15. С. 587.
2 Ткаченко Б. А. История размагничивания кораблей
Советского'Военно-Морского Флота. Л., 1981. С. 188.
197
3 Федоров М. И., бывший начальник штаба ВВФ, назы-
вает иную цифру за этот же период — 108 буксиров и барж.
(См. его воспоминания. ВОМП. Ф. 1. On. 1. Д. 69.
4 Воспоминания бывшего комиссара 5-го дивизиона
тральщиков отдельной бригады траления А. И. Шилова.
ВГМП. Ф. 1. On. 1. Д. 75.
5 Грязнов М. Н. Моряки в битве за Сталинград. Волгог-
рад. 1982. С. 12—13.
6 . Воспоминания бывшего минера 3-го дивизиона кате-
ров-тральщиков отдельной бригады траления О. К. Се-
лянкина. ВГМП. Ф. 1. On. 1. (Без bfe).
7 Беседа автора статьи с академиком А. П. Александро-
вым. Москва. 25 февраля 1991 г.
8 Воспоминания А. И. Шилова. ВГМП. Ф. 1.
9 Кузнецов Н. Г. На флагах боевая тревога. М., 1971. С. 298.
10 Личное дело контр-адмирала Б. В. Хорошхина. Цент
тральный военно-морской архив. Инв. № 33891.
11 Письмо А. А. Комарова О. А. Хорошхиной. ВГМП.
Инв. № 7947 (2).
12 В районе Ступинского переката, где подорвался БК-
22 с адмиралом Хорошхиным, глубина колебалась от 2,5
до 6 метров. (См. ВГМП. Лоцманская карта Волги 1942 г.
Инв. № 7949 (2). П. 856).
13 Воспоминания И. Н. Ситникова. ВГМП. П. 471. Инв.
№ 1554 (2).
Г. И. Захаров,
капитан I ранга в отставке,
ветеран Волжской военной флотилии,
бывший командир катера № 44
СТАЛИНГРАДСКИЕ ПЕРЕПРАВЫ
Пройдут многие годы, но не померкнут в памя-
ти народной подвиги защитников Сталингра-
да — речников и моряков, летчиков и бойцов
шв1мПВО, понтонеров, строителей и саперов ин-
женерных войск Красной Армии, обеспечивших сра-
жающиеся армии боеприпасами и военной техникой,
продовольствием и пополнением.
С выходом фашистских войск к Волге севернее Сталин-
града все железнодорожные пути города со страной были
отрезаны, единственным путем стала Волга, которая свя-
зывала фронт и тыл.
Необходимо отметить, что в ходе всей Великой Отечес-
твенной войны не было переправ, подобных сталинградс-
ким, Они отличались от всех других большой продолжи-
198
тельностыо действия, огромным количеством переброшен-
ных через Волгу масс войск, боевой техники, различных
воинских грузов, раненых и гражданского населения, боль-
шим числом погибших переправочных средств и велики-
ми жертвами, принесенными воинами и населением. На
сталинградских переправах сочетались все известные в во-
енной практике виды переправ, но главными были паро-
мы, так как переброска огромных масс дюдей, тяжелой
техники и многотонных грузов при отсутствии мостов
возможна лишь паромами и судами большой грузоподъ-
емности. Кроме паромов и крупных судов переправу осу-
ществляли небольшие одиночные суда и корабли Волжс-
кой военной флотилии — бронекатера, тральщики и вспо-
могательные суда, а также табельные и нетабельные пере-
правочные средства инженерных войск сражающихся в
Сталинграде армий.
В центральной части города, от реки Царицы до Соля-
ной пристани, находились причалы и пристани централь-
ной переправы. Здесь работали баркасы «Абхазец», «По-
жарский», «Лена» и пароход «Надежный» с грузовыми па-
ромами, а также пассажирские катера «Тринадцатый»,
«Первый», «Второй», «Четвертый» и «Вторая пятилетка». 1
До 10 тральщиков и несколько вспомогательных судов Во-
лжской военной флотилии использовались эпизодичес-
ки, а со второй половины сентября до 20 тральщиков, 12
бронекатеров и несколько вспомогательных судов действо-
вали на этой переправе постоянно.
Во второй половине дня 23 августа началась невиданная
по своей жестокости к мирному населению бомбардировка
города. Над городом нависла армада фашистских самоле-
тов, чтобы бомбовыми ударами в буквальном смысле слова
стереть его с лица земли. Многие погибли в этот день.
Охваченные ужасом женщины и дети бежали толпами к
берегу Волги, пытаясь там найти спасение. Туда же бежа-
ли и ползли раненые. Тяжелораненых бойцов и жителей
города санитары везли к Волге на подводах или просто
несли на носилках или на руках. У пристаней или прича-
лов скопились десятки тысяч жителей и раненых бойцов,
а фашистская авиация нещадно бомбила и обстреливала.
Женщины и дети в прибрежной круче руками рыли себе
норы, в которых искали спасения от стервятников в ожи-
дании переправы. В этот напряженный момент на цен-
тральную переправу были высланы восемь катеров-траль-
щиков Волжской флотилии для эвакуации, а поздним ве-
чером эти же катера перебросили батальон морской пехо-
ты к тракторному заводу. Этот день и считается началом
199
работы кораблей флотилии и волжских речников на геро-
ической центральной переправе Сталинграда. Ее история
полна примеров мужества, стойкости и массового героиз-
ма речников Волги, моряков Волжской военной флоти-
лии, бойцов и командиров инженерных войск.
В те дни на всю Волгу прославился небольшой старень-
кий колесный пароходик «Ласточка». Более полувека про-
служил он на Волге. Спущенный на воду еще в 1884 г., в
дни Сталинградской битвы он завоевал исключительно
добрую славу. «Ласточка» не знала покоя ни днем, ни
ночью, совершая опасные рейсы и выполняя самые слож-
ные задания: перевозила раненых бойцов, боеприпасы,
горючее. Ее команда вместо 15 человек по штату имела
всего семерых: капитан судна И. И. Блохин, его помощ-
ник, он же рулевой, В. И. Крайнов, механик В. Д. Гри-
горьев, помощник механика С. П. Сусликов, сын механи-
ка, масленщик Николай Григорьев, дочь механика, коче-
гар Мария Григорьева, жена механика, матрос Марфа
Дмитриевна Григорьева с маленькой дочкой Зоей. 2 Вско-
ре Марфа Дмитриевна с дочкой сошли на берег. Шальной
пулей был убит И. И. Блохин. Его место занял механик
Василий Дмитриевич Григорьев. На судне осталось пять
человек. Работать стало еще труднее.
В одну из ночей капитан «Ласточки» получил приказ
перевезти с центральной переправы в Красную Слободу
1000 детей детских садов, эвакуированных из других горо-
дов. Чтобы забрать больше детей за один рейс, В. Д. Гри-
горьев распорядился взять на буксир два пассажирских
катера трамвайного типа, у которых не работали двигате-
ли. В течение ночи «Ласточка» всех детей переправила
через Волгу. Недалеко от судна падали бомбы, но, к
счастью, все обошлось благополучно. Воспитатели писа-
ли потом на пароход: «Спасибо, милая «Ласточка», что
спасла нам жизнь». 7
Работая на центральной переправе, «Ласточка» перевезла
18 тысяч человек, отбуксировала 20 тысяч тонн различ-
ных грузов. 3
Отважно, грамотно и умело действовал экипаж парохо-
да «Надежный» (капитан А. Я. Шварев, механик М. И.
Тимохин). Работал он на центральной переправе с паро-
мом № 4 на буксире: переправлял на правый берег Волги
танки и автомашины, артиллерийские установки и боеп-
рипасы, продовольствие, бойцов и командиров, а на ле-
вый берег — Население и раненых. Много раз он подвер-
гался беспощадному обстрелу и бомбежкам, получая про-
боины в корпусе, на нем возникали пожары, многие чле-
200
ны экипажа были ранены. Но его экипаж своевременно
выполнял все задания командования.
Садясь на судно, солдаты говорили: «Этот пароход «Над-
ежный», значит, он нас доставит вовремя и в целости».
Такая молва ходила об этом пароходе по всем переправам.
Бесстрашных рейсов было много, но об одном из них,
совершенном 14 сентября 1942 г., стоит рассказать особо.
Как только «Надежный» отошел с ранеными бойцами, на
берег ступили гитлеровцы. Вражеский огонь настиг паро-
ход, мина угодила в каюту М. И. Тимохина, вспыхнул по-
жар. Отправив всех наверх, механик один остался у ма-
шины. Судно вывезли из зоны обстрела. На ходу заделали
пробоину, откачали воду, потушили пожар, и «Надежный»
дошел до Красной Слободы. 4
За время боевых действий он переправил несколько
тысяч бойцов и большое количество грузов. В сутки со-
вершал до одиннадцати рейсов туда и обратно.
Самоотверженно несла боевую вахту команда баркаса
«Абхазец». Его капитан А. Н. Хлынин был опытным реч-
ником, отлично знающим Волгу и Ахтубу. Это судно со-
вершило астрономическое число рейсов через? Волгу —
более 500, перевезло огромное количество воинских гру-
зов и войск. Из всех трудностей «Абхазец» выходил побе-
дителем, ему, как говорят, везло. 5 Но А. Н. Хлынин гово-
рил, что это достигалось изучением тактики обстрела су-
дов противником, слаженностью действий экипажа и стро-
гой дисциплиной исполнения всех приказаний. Рулевые
понимали капитана с полуслова. Большую роль в сплоче-
нии коллектива судна сыграли комиссар «Абхазца» лейте-
нант Григорий Иванович Комлев и командант лейтенант
Виктор Иванович Томарев. В самые трудные моменты они
находились с командой или с капитаном на мостике.
Несмотря на жестокую бомбежку, артиллерийские и мино-
метные обстрелы, суда переправ совершали через Волгу свои
рейсы, каждый из которых по праву можно было назвать геро-
ическими. Гибли члены экипажей, тонули суда и переправоч-
ные средства, но переправы действовали без перерыва.
В ночь на 12 сентября 1942 г. тральщик Волжской фло-
тилии (командир — старшина 2-й статьи Г. М. Пинегин)
перевозил боезапас и пополнение. При подходе к цен-
тральной переправе попал под обстрел вражеских мино-
метов. Одна из мин упала на верхнюю палубу и вызвала
пожар. Моряки не растерялись. Быстро ликвидировали
пожар, устранили полученные повреждения и продолжа-
ли следовать к правому берегу Волги. Задание было вы-
полнено.
201
Этот небольшой боевой корабль за 12 дней, с 30 августа
по 12 сентября, переправил через Волгу более 3 тыс. воинов
и вывез на левый берег около 500 раненых. Неоднократно
тральщик попадал под обстрел и бомбежку, но не было слу-
чая, чтобы он не выполнил поставленной ему задачи.
На 10 сентября на центральной переправе работало около
20 тральщиков ВВФ, которые с 24 августа по 10 сентября
переправили через Волгу 10 тыс. воинов, свыше 1000 т
грузов, 363 автомашины, 133 повозки и 374 лошади, эва-
куировали на левый берег 8,7 тыс. раненых и 4,5 тыс. жи-
телей города. 6
В особенно критический момент, наступивший в обо-
роне Сталинграда, в ночь на 15 сентября в районе цен-
тральной переправы были высажены полки 13-й гвардей-
ской стрелковой дивизии генерал-майора, Героя Совет-
ского Союза А. И. Родимцева. «Переправа главных сил
дивизии осуществлялась средствами Волжской военной
флотилии и понтонных батальонов, на катерах, буксирах,
баржах, а также на рыбачьих лодках. Проходила она под
непрекращающимся пулеметным, минометным, артилле-
рийским обстрелом и под бомбежкой с воздуха», — вспо-
минал А. И. Родимцев.
Первым переправился на тральщик 3-го дивизиона Во-
лжской флотилии (командир дивизиона — старший лей-
тенант А. П. Ульянов) передовой отряд 42-го полка —
батальон старшего лейтенанта 3. П. Червякова. Вслед за
ним бьрти переправлены и основные силы дивизии — 42-
й и 34-й полки. Всего за три рейда суда переправили 1663
бойца и командира. Затем были переправлены и осталь-
ные части 13-й дивизии. 7
Для восстановления положения в районе устья реки
Царицы и обеспечения нормальной работы центральной
переправы, для облегчения положения 42-й стрелковой
бригады было решено высадить в центр города 92-ю стрел-
ковую бригаду. Она была переправлена в ночь на 17 нояб-
ря. В ее переброске участвовали речные суда, тральщики
и вспомогательные суда Волжской флотилии. В ту же ночь
речными паромами была переправлена 137-я танковая
бригада, которая получила задание поддержать правый
фланг 13-й гсд в районе Мамаева кургана.
С этих дней началась массовая переброска войск в Ста-
линград. 19 сентября на правый берег высадились бойцы
95-й стрелковой дивизии полковника В. А. Гаришного,
21-го в районе метизного — один полк 284-й стрелковой
дивизии, остальные ее полки были переправлены 22 и 23
сентября.
202
22-го в район центральной переправы были доставлены
2 тыс. бойцов для пополнения 13-й гсд, а на левый берег
Волги переброшено несколько тысяч раненых бойцов и
командиров 62-й армии. Выход противника утром 22 сен-
тября к центральной пристани города привел к прекраще-
нию ее деятельности, вызвал огромные трудности. Отдель-
ные попытки одиночных речных судов-тральщиков ВВФ
подойти к берегу в этом районе оканчивались безрезуль-
татно.
И все же 23—27 сентября удалось эвакуировать раненых
воинов из подвалов ресторана у памятника Хользунову,
хотя фашисты подошли к ресторану на расстояние авто-
матного выстрела. В его подвалах скопилось около 1200
наших раненых бойцов и командиров. Чтобы они не по-
пали в руки немцев, было решено их эвакуировать на ле-
вый берег. Это важнейшее и опасное задание выполнили
бронекатера №11, 12, 13, 31 и 34 под командованием лей-
тенанта Д. И. Поспелова. 9 Как только немцы заметили
бронекатера, приближающиеся в берегу, они открыли по
ним ураганный огонь из пулеметов и автоматов. Бронека-
тера подошли под огнем к берегу и стали выгружать по-
полнение, боеприпасы и продовольствие.
К утру 27 сентября все раненые были эвакуированы из
подвалов ресторана у памятника Хользунову — 1167 чело-
век, а остатки 42-й и 94-й стрелковых бригад эвакуирова-
ли тральщики № 332 и 337, а также пассажирские катера
«Вторая пятилетка» и «Второй». z
Командующий 62-й армией генерал-майор В. И. Чуйков
наградил медалями «За отвагу» и «За боевые заслуги» 19
ка1ерников. 10 Мужество и отвагу при эвакуации раненых
проявили врачи, медсестры и санитары 54-го эвакопунк-
та. Это они вместе с командирами катеров на своих пле-
чах под огнем противника носили раненых из подвалов на
бронекатера. Многие санитары и врачи награждены пра-
вительственными наградами.
С 'll сентября центральная переправа полностью пре-
кратила свою деятельность. Но вступила в строй вновь
организованная «Переправа-62» — главная переправа 62-й
армии. На правом берегу ее основные причалы находи-
лись в районе «Красного Октября» и «Баррикад», а на ле-
вом — в Красной Слободе и Скудрах. Она была организо-
вана на базе бывшей переправы № 1 «Красный Октябрь»
и переправы центральной.
«Переправу-62» обслуживали пароходы «Дубовка», «Со-
вхозница» и «Надежный», баркасы «Абхазец», «Донбасс»,
«Пожарский» и «Капитан Иванищев», катер «Второй», па-
203
ром № 3 и несколько барж-паромов. Здесь же работали
переправочные средства 160 ОБПМ — шесть бронекате-
ров, двенадцать тральщиков и одно вспомогательное суд-
но Волжской флотилии.
28 сентября «Переправа-62» заработала. В тот день она
обеспечивала переброску на правый берег двух полков 193-
й стрелковой дивизии генерал-майора Ф. Н. Смехотворб-
ва. В ночь на 30 сентября осуществила перевозку полков
39-й гсд генерал-майора С. С. Гурьева, а также перефор-
мированных 42-й и 93-й стрелковых бригад, в ночь на 2
октября были перевезены в район «Красного Октября»
полки 308-й сд полковника Л. Н. Гуртьева, в ночь на 4
октября туда же доставлена 37-я гсд генерал-майора В. Г.
Жолудева и 84-я танковая бригада полковника Д. Н. Бе-
лого, а 27 и 28 октября — 45-я сд генерал-майора В. П.
Соколова.
Сталинградское сражение продолжалось, поэтому перед
«Переправой-62» встали новые, еще более трудные зада-
чи. Уже 5 ноября резко похолодало, а с 10—11 ноября на-
чался сплошной ледоход на Волге, и все же моряки и реч-
ники не допустили срывов в снабжении 62-й армии. В это
время обеспечение 62-й армии осуществлялось преиму-
щественно на бронекатерах Волжской флотилии "и речных
ледоколах, которые, с трудом продвигаясь среди льдов под
ураганным огнем вражеской артиллерии, подвозили на
правый берег боеприпасы и продовольствие.
Моряки, речники и инженерные части армий, работав-
шие на переправах, показали себя подлинными героями
Сталинградской битвы, достойными своих товарищей, сра-
жавшихся в окопах Сталинграда.
Для осуществления эвакуации советских граждан, иму-
щества совхозов и колхозов и скота по решению Сталин-
градского обкома от 13 июля 1942 г. были созданы от Ка-
мышина до Замьян Астраханской области 24 переправы.
Кроме того, в районе Сталинграда действовало на 22 ав-
густа 1942 г. 15 основных переправ через Волгу, большин-
ство из которых осуществляли воинские перевозки. Ито-
го было около 40 переправ. 11 В связи с изменением обста-
новки количество и местоположение переправ менялось.
Выдающийся вклад в победу на Волге внесли славные
речники, особенно речники Нижне-Волжского речного
пароходства и пароходства «Волготанкер». Они осущес-
твили эвакуацию на левый берег Волги около 2 млн. голов
скота, более 3500 единиц сельскохозяйственной техники
и десятков тысяч граждан.12 Только Сталинградскому фрон-
ту было подвезено полмиллиона тонн горючего. 13
204
Более 35 тысяч героических рейсов через Волгу соверши-
ли речные суда, которые в районе Сталинграда перевезли:
для Сталинградского фронта — 543 тыс. военнослужа-
щих и раненых, в том числе 280 тыс. жителей Сталингра-
да, 29,4 тыс. автомашин, 550 тягачей, 840 орудий, 149 тыс.
тонн боеприпасов, продовольствия и других грузов;
для Донского фронта — 524 тыс. военнослужащих и ра-
неных, 66,5 тыс. автомашин, 2450 тягачей, танков и трак-
торов, 61,5 тыс. тонн грузов. 14
Во время подготовки к контрнаступлению на переправах
Каменный Яр, Светлый Яр, Татьянка и Красноармейск с 1
по 19 ноября 1942 г. речники перевезли на правый берег
160 тыс. солдат, 10 тыс. лошадей, 430 танков, 600 орудий, 14
тыс. автомашин, около 7 тыс. тонн боеприпасов. 15
Корабли Волжской военной флотилии, бронекатера,
тральщики и вспомогательные суда, работая на сталин-
градских переправах, главным образом на центральной и
«Переправе-62», вывезли из Сталинграда 47 тыс. раненых
воинов и 15 тыс. жителей города, а на правый берег пере-
правили 88 тыс. военнослужащих, 15 тыс. тонн боеприпа-
сов, продовольствия и других грузов. 16
Плавсредства инженерных войск армий, оборонявших
Сталинград, — самоходные паромы парков СП-19 и Н2П,
катера БМК-70 и С-25 и рыбацкие лодки — совершили
через Волгу около 25 тыс. рейсов (армейские паромы —
3804 рейса, понтоны — 2460 рейсов, лодки — 18360 рей-
сов) 17 и перевезли 28 тыс. жителей Сталинграда, десятки
тысяч военнослужащих, в том числе раненых, тысячи тонн
различных грузов. 18
Кроме того, силами инженерных войск обеспечивалась
работа пристаней и причалов переправ, строились и ре-
монтировались подъездные пути к ним, свайные мосты
через реки Ахтубу и Куропатку.
При обеспечении перевозок по Волге и на переправах
через нее, особенно на сталинградских переправах, в на-
вигацию 1942 г. погибло и было серьезно повреждено боль-
шое число речных судов, бронекатеров, тральщиков и вспо-
могательных судов Волжской военной флотилии, различ-
ных переправочных средств инженерных войск армий, за-
щищавших Сталинград. Так, на волжской коммуникации
от Астрахани до Саратова и на сталинградских переправах
погибло 335 речных судов и 34 получили тяжелые повреж-
дения. 19 Погибшие суда распределялись по районам сле-
дующим образом: от Астрахани до Замьяны — около 30
судов; от Замьяны до Камышина — 295 судов, в том числе
205
в'районе Сталинграда — 172 судна 20, от Камышина до
Саратова — 13 судов. 21
Волжская военная флотилия потеряла 24 судна (4 бро-
некатера, 14 тральщиков, 6 полуглиссеров), из которых на
переправах погибло 18 единиц. 22
Переправочных средств инженерных войск погибло бо-
лее 70 единиц, катеров, различных лодок — более 25 еди-
ниц и полупонтонов — 35 единиц. 23
Сталинградский судоремонтный завод за период с 1 сен-
тября по 15 ноября 1942 г. отремонтировал и ввел в строй
61 судно. 24
Выполняя свой священный долг перед Родиной, обес-
печивая волжскую коммуникацию и переправы через Во-
лгу, многие речники, моряки, бойцы и командиры инже-
нерных войск отдали свои жизни. Из 400 речников, по-
гибших в навигацию 1942 г., только на переправах было
убито 30 человек и ранено 70 человек. 25
Волжская военная флотилия потеряла убитыми, ране-
ными и пропавшими без вести более 300 человек, в том
числе убитыми — 105. Несколько сот человек убитых, ра-
неных и пропавших без вести насчитывалось в понтонно-
мостовых, инженерных, строительных войсках, обеспечи-
вавших сталинградские переправы. Так, в 44-м ОПМБ было
37 убитых и 99 раненых 26, в 160-м ОПМБ — 12 убитых, 28
раненых и 5 пропавших без вести 27, в 326-м АПБ — 29
убитых и 42 раненых. 28 Нельзя забыть того, что тысячи
людей, переправляемых через Волгу, — бойцов и коман-
диров, раненых и жителей города, — нашли свою смерть в
ее водах вместе с судами, их перевозившими.
Выдающиеся полководцы, участники Сталинградской
битвы, отдавая должное заслугам речников Волги, моря-
ков Волжской военной флотилии, саперов и понтонеров
инженерных войск, высоко оценили их работу. Бывший
командующий Сталинградским фронтом Маршал Совет-
ского Союза А. И. Еременко писал: «Солдаты, в кровоп-
ролитной схватке разгромившие на берегах великой рус-
ской реки полчища ненавистного врага, никогда не забу-
дут подвига речников. В подвиге волжан-речников сли-
вался воедино ратный и трудовой героизм. Они, не щадя
своей жизни, доставляли на судах на правый берег бой-
цов, технику, боеприпасы. Тысячи раненых бойцов оста-
нутся навсегда благодарны водникам, которые вывезли их
из ада невиданной битвы». 29 А вот мнение маршала В. И.
Чуйкова, чья ар^мя сыграла решающую роль в обороне
Сталинграда: «Надо отметить, что в доставке грузов с ле-
вого берега в Сталинград неоценимую услугу армии ока-
206
зывали моряки Волжской военной флотилии. О роли мо-
ряков этой флотилии, об их подвигах скажу кратко: если
бы их не было, возможно, 62-я армия погибла бы без бо-
еприпасов и без продовольствия и не выполнила бы своей
задачи». 30
1 Чеботарев М. Н. Советский речной транспорт в Вели-
кой Отечественной войне. М., 1981. С. 188.
2 Торопов Б. «Ласточка*. Сталинград. 1958. С. 15.
3 Речной транспорт СССР. 1980. № 5. С. 13.
4 Волгоградский государственный музей-панорама «Ста-
линградская битва* (далее — ВГМП). Инв. № 7704. С. 4—
8.
5 Чеботарев М. Н. Указ. соч. С. 210.
6 Центральный архив Военно-Морского Флота (далее
- ЦАВМФ). Ф. 20. On. 1. Д. 6. 17-19.
7 Там же. Ф. 192. Д. 9035. Л. 33.
8 Крылов Н. И. Сталинградский рубеж. М., 1979. С. 152.
9 ЦАВМФ. Ф. 192. Д. 7642. Л. 21-22.
10 Центральный архив Министерства обороны (далее —
ЦАМО). Ф. 33. Оп. 5504. Д. 67. Л. 7, 94.
11 ВГМП. Инв. № 7763. П. 442. Д. 2. Л. 80.
12 Чеботарев М. Н. Указ. соч. С. 170.
13 ЦАМФ. Ф. 5098. Оп. 10. Д. 30. Л. 21.
14 Нейгольдберг В. Я. Речной транспорт СССР в годы
Великой Отечественной войны. М., 1965. С. 143.
15 Жуков Г. К. Воспоминания и размышления. М., 1969.
С. 106.
16 Речной транспорт СССР. 1980. Nfe 5. С. 3.
17 Чеботарев М. Н. Указ. соч. С. 219.
18 Там же. С. 302.
19 Там же. С. 220.
20 ВГМП. Инв. № 7763. П. 442. Д. 2. Л. 36-47.
21 Народный музей речников Волгоградского пароход-
ства. Аварийные объекты на Волге. Инв. № 2269. П. 16*
22 ЦАВМФ. Ф. 20. On. 1. Д. 5. Л. 17-39, 91.
23 ЦАМО. Ф. 160 ОПБМ, Оп. 35103. Д. 5. Л. 180-250.
24 Речной транспорт. 1980. № 5. С. 13.
25 ВГМП. Инв. No 7763. П. 442. Д. 2. Л. 71.
26 ЦАМО. Ф. 44 ОПМБ. Оп. 199888. Д. 11. Л. 27.
27 Там же. Ф. 160 ОПМБ. Оп. 35103. Д. 5. Л. 169, 231.
28 Там же. Ф. 345, Оп. 5514. Д. 3. Л. 184, 185.
29 Еременко А. И. Сталинград. М., 1961. С. 99.
30 Чуйков В. И. Начало пути. М., 1962. С. 163.
207
Г. Б. ДАЛЛАКЯН,
майор в отставке,
участник Сталинградской битвы
НЕРВ СТАЛИНГРАДА
Отрывок из повести «Я их любил»
(Баку, 1982 г.). В повести описаны ре-
альные события, персонажи вымышлен-
ные, но имеют своих прототипов в жиз-
ни. В составе 407-го отдельного линей-
ного батальона связи автор защищал
Сталинград. В публикуемом отрывке ,
рассказывается о малоизвестном эпизоде
Сталинградской битвы — об обеспече-
нии проводной связи через Волгу.
♦ ♦ ♦
Был поздний вечер 13 сентября, когда полковник
Кокорин вызвал меня на КП командующего.
Ор» ♦ — Карелин, — он сделал небольшую паузу, вни-
мательно разглядывая меня усталыми, припухши-
ми от бессонницы глазами, — командующий фронтом, член
Военного совета и вся опергруппа перебираются на ле-
вый берег. Я-тоже. Здесь остаетесь вы со своими людьми,
несколько человек из взвода охраны и должен скоро при-
быть старший лейтенант Венетикянц из. 42-го полка свя-
зи. Вы его знаете. Подчиняться будете ему. И раз здесь
Венетикянц, Крапоткина я забираю. Венетикянц сам опыт-
ный инженер. Здесь будет промежуточный узел связи меж-
ду нами, то есть левым берегом и штабом 62-й армии,
который дислоцируется у Царицы, на месте штаба фрон-
та. Ваши линии в сторону Царицы переходят в распоря-
жение других людей, а перед вами стоит новая задача, —
последующие слова полковник произнес медленно, отде-
ляя их друг от друга, — давать связь через Волгу.
— Что? Через Волгу? — Мне показалось, что я ослы-
шался, настолько невероятным было задание, которое нам
поручали.
— Да, да. Через Волгу, — повторил полковник. — Люди
у вас крепкие — справитесь. Правда, это временно. Я знаю,
что вы почти месяц день и ночь мотаетесь под огнем...
Заменим. — Полковник помолчал, как бы желая узнать
мое цнение, и продолжил: — В ваше распоряжение пере-
дается легкая моторная лодка. Связь будете давать только
ночью, одним проводом. Бронированного или подводно-
208
го кабеля нет. Так что придется тянуть обычный полевой
кабель. А он может рваться. Или будет уносить течением.
Может быть, каждую ночь придется наводить новую ли-
нию. Попробуйте сегодня, посмотрим, как он поведет себя.
Кабель для вас есть на все случаи. Вот так, Карелин... —
Он вздохнул. — Сколько у вас теперь людей, и кто они?
— Четыре человека: мой помощник Кенгерли, младший
сержант Наумов, рядовые Алексин и Иванцев.
— Ну что ж, крепкие ребята. Особенно Алексин. А пла-
вать умеете?
— Плавать? Мы с Кенгерли умеем. Наумов — тоже. А
вот Алексин и Иванцев... Не знаю. Хотя нет, Алексин уме-
ет. Мы с ним Дон переплывали, когда отступали. Иван-
цев, кажется, не умеет.
— Научить! И срочно! — категорически отрезал полков-
ник. — На лодке, наверно, будут спасательные круги или
пробки. Но все равно — научить надо. А как у вас с едой?
— Как вам сказать?.. Не так, чтоб роскошно, но жить
еще можно. Есть немного муки и водка.
— С Венетикянцем будет несколько человек. Они полу-
чили кое-какие продукты. Питайтесь вместе. Пришлем
еще. Как только мы уйдем, переходите сюда, в штольню.
Живите и работайте здесь.
Внимательно слушаю полковника, отвечаю на его во-
просы, а сам — давно уже на моторной лодке, навожу ка-
бель через Волгу.
— Разверните карту, Карелин. — Я раскрыл свою кило-
метровку, полковник продолжил: — Мы с вами находимся
здесь, — он ткнул карандашом на место штольни у двухко-
лейной железной дороги, ниже знаменитой мальницы Гер-
хардта, — а на том берегу провод нужно подвести вот к это-
му пункту. — Своим знаменитым красным карандашом он
отметил точку чуть севернее Красной Слободы и по привы-
чке обвел эллипсом. — Там узел связи. О вас знают. Ясно?
— Ясно, товарищ полковник.
— Мне остается добавить, что по ночам туг курсируют
корабли Волжской флотилии. Они будут знать о вашей
лодке. В случае необходимости прикроют вас своим огнем.
— Спасибо, товарищ полковник. Тогда не так страшно.
— А теперь с вами хочет говорить заместитель команду-
ющего фронтом генерал-лейтенант Голиков.
Мы подошли к кабинету командующего, отделенному
от остальной части штольни наспех сколоченным тесом.
Полковник вошел в кабинет, оставив меня у входа.
14 Зак. №65
209
Генерала Голикова я видел как-то в жаркие дни отступ-
ления в Горной Поляне. Будучи заместителем командую-
щего по Юго-Восточному фронту, он был одновременно
командующим ВПУ, то есть вспомогательным пунктом
управления, который, как правило, выдвигался как мож-
но ближе к передовой. Приехал генерал откуда-то устав-
ший, пыльный, мокрый от пота. Помню, сидел он под
деревом и носовым платком вытирал пот со лба, продол-
жая отдавать распоряжения поминутно подходившим ко-
мандирам. Роста он невысокого, коренастый. Плечи ши-
рокие, голова большая, лобастая, всегда гладко выбритая.
Лицо простое, скуластое, светлоглазое.
...Полковник вернулся с генералом. Я вытянулся, при-
ложил ладонь под борт пилотки и четко произнес: «Млад-
ший лейтенант Карелин».
— Здравствуйте, товарищ младший лейтенант. — Гене-
рал пожал мне руку. — О подробностях вам говорил пол-
ковник. Я только хочу подчеркнуть важность связи через
Волгу. И вашу ответственность. Пусть вас не расхолажи-
вает то, что противник сейчас имеет некоторые успехи.
Сталинграда мы не оставим врагу! У вас и у ваших бойцов
не должно был» никаких сомнений на этот счет. Учтите,
что от вашей связи зависит многое. Я уверен, что вы оп-
равдаете наши надежды. Вот так. Желаю успеха! — Он еще
раз пожал мне руку и вошел в кабинет командующего.
— Ну, Карелин, идите, готовьте людей, — сказал пол-
ковник. — Дайте лапу, может был», не скоро увидимся.
(Эти слова полковника, произнесенные им просто так,
оказались пророческими. В следующий раз я видел его,
уже генерала, в сорок шестом году в Ленинграде, в Воен-
ной академии связи, где я учился, а он приехал на пере-
подготовку.)
Не знаю, как я долетел до «своего» домика. Ворвался во
двор с криком: «Кенгерли, Наумов, Алексин, Иванцев!
Сюда! Живо!»
— Будем давать связь через Волгу, — сказал я, когда все
собрались в нашей комнате.
— Что? Через Волгу? — их тоже удивила эта новость.
— Именно! Через Волгу! Отсюда до Красной Слободы.
Надо было видеть, как взволновало их мое сообщение.
Наумов, как всегда в таких случаях, не преминул сказать:
«Эх, люблю!» и тряхнул при этом головой.
210
♦ ♦ ♦
Мы спустились к реке. Небольшая моторная лодка бес-
шумно стояла на воде, чуть покачиваясь.
— Взять на абордаж! — пошутил Иванцев.
— Абордаж? — полуспросил Наумов, который, конеч-
но, не знал этого слова. — Тут, брат, почище, чем абор-
даж.
Подкатили большую деревянную катушку для кабеля,
пропустили через нее длинную металлическую ось и пос-
тавили на лодку. Только-только начинаем, а уже все мок-
рые по пояс. Что же дальше будет? Концы оси вдели в
прибитые к бортам лодки скобы. Катушка повисла в воз-
духе и довольно легко вращалась.
— Молодцом, Петро! — Наумов похлопал его по плечу.
— Без тебя — хоть пропадай... Молодцом!
В самом деле это сделал Алексин. И идея его, и испол-
нение. Где-то нашел подходящие железки, минутку по-
тискал в руках — скобы готовы. Это про таких в народе
говорят: так здоров, что, если сучок в кулаке сожмет, вода
потечет. От слов Наумова Алексин, конечно, покраснел,
но в темноте не видно. Он у нас такой: ругаешь ли, хва-
лишь ли — краснеет, как красная девица.
Начали перематывать кабель с маленьких заплечных ка-
тушек на большую деревянную. Работали все, а концы с
концами сращивал Алексин, да так, что кабель мог лоп-
нуть, а эти скрутки остались бы целыми. Он же надежно
изолировал лентой голые узлы, чтобы вода не просачива-
лась.
— Вот так будем каждый раз? — удивился Иванцев. —
Нет, это не дело. Надо что-то придумать.
— Вот ты и придумай. Ты же у нас «конструктор», — как
всегда, съязвил Наумов.
— В самом деле, Степа, — добавил я. — Думайте, может,
действительно как-то иначе...
— Да что он там придумает, товарищ младший лейте-
нант, — продолжал ехидничать Наумов. — Старший лей-
тенант Венетикянц согласен на такую конструкцию, а
Иванцеву не нравится...
— Ладно, Андреич, — прервал я, — времени в обрез.
Закончив намотку кабеля, стали грузить лодку всяким
металлическим ломом, плоскими камнями...
— Нащо вы грузите це, хлопцы? — искренно удивился
«хозяин» лодки, молодой волгарь по имени Петро, кото-
211
рого мы с первых минут стали называть Петей, чтобы не
путать с нашим Петром Алексиным. — Хиба у Красной
Слободи немае цього хламу?
Мы засмеялись. Кенгерли объяснил ему, в чем дело.
Тогда и он стал смеяться.
Сели в лодку для начала все пятеро. Петя завел мотор,
подняв недопустимый для передовой грохот. Лодка задро-
жала крупной дрожью, и эта вибрация передалась нам.
— Вы что, Петя, разве можно так?! — крикнул я, и Петя
поспешил приглушить мотор.
— Я же не можу йыхаты так...
— Но нельзя же так громыхать у немца под носом!
— А що я можу робыты, товарищ лейтенант, — заиски-
вая, он нарочно назвал меня так, хотя прекрасно знал,
что я младший лейтенант.
— Поймите, засекут нас. Вот отойдем подальше, можно
и погромче.
Петя не стал возражать. Сдали конец кабеля Венети-
кянцу и медленно отчалили.
Грузила к кабелю привязывали заранее заготовленны-
ми кусками шпагата. Но это задерживало нас. Алексин
сразу нашел выход из положения: он делал петли из само-
го кабеля, обхватывал ими куски железа и стягивал. Да
так ловко, так быстро! Кабеля уходило, правда, больше,
но это не беда, время дороже.
Вначале дело шло хорошо, а когда груза на проводе ста-
ло больше, он начал тянуть корму вниз. Лодка задрала
кверху нос, как тюлень. Я боялся, лопнет кабель, особен-
но на нашей, правой, половине, где стрежень реки, где и
дно глубже, и течение сильнее, и груза на кабеле больше;
но нет, выдержал! А уж если туг выдержал, то дальше не
страшно — левая половина реки гораздо мельче.
Дотянули кабель до левого берега. Полночи потратили,
зато линия была наведена. Включился в провод — Вене-
тикянц больше нас обрадовался успеху. «Молодцы, ребя-
та, молодцы!», — кричал он в трубку. Я разыскал ожидав-
ших нас связистов, сдал им провод. Они прозвонили —
связь есть! Счастливые, мы поплыли обратно.
Ночь выдалась звездная, удивительно тихая, теплая.
Перед нами простиралась богатырская ширь Волги с кру-
то возвышавшимся правым берегом. На фоне пламенев-
шего от пожаров неба отчетливо видны были страшные,
разбитые остовы сгоревших жилищ. Через зияющие глаз-
ницы окон просматривалось небо. Это был не тот город,
212
который я видел впервые с Волги, когда ехал с пополне-
нием из Средней Ахтубы и ночью переправлялся на пра-
вый берег, — огромный, белокаменный... Окраин не вид-
но было. Город растянулся по берегу Волги на добрый час
езды на машине. На юге, если не считать Бекетовки, Са-
репты, Красноармейска, которые были тогда отдельными
городами, он начинался почти у Купоросной балки, где
мы недавно проскочили на машине через спящих немцев,
и заходил на севере за Мамаев курган. У подножия Мама-
ева кургана, припертый к Волге, продолжал снабжать во-
йска боеприпасами неприступный «Красный Октябрь» —
флагман промышленных предприятий Сталинграда, а даль-
ше изо всех сил бился с врагом знаменитый тракторный,
перешедший на выпуск танков Т-34. Танки сходят с заво-
дского конвейера и — прямо в бой, иногда с рабочими
завода в экипаже.
Присев на дрожащую деревянную банку, я вглядывался
в ночной пейзаж военного Сталинграда и думал о страш-
ной участи этого города, который я успел увидеть и пол-
юбить красивым, вольготно раскинувшимся по правобе-
режью могучей реки, и который сейчас, обугленный, из-
раненный, тяжело дышал чадом догоравших Пожарищ.
В городе то там, то здесь посверкивали трепетные за-
рницы артиллерийских залпов. Огоньки трассирующих
пуль пунктиром прошивали темноту. Пулеметы как бы
переговаривались между собой то длинными, то коротки-
ми очередями. Иногда этот обычный шум прерывался, и
тогда до нас доходил гулкий, трескучий звук одиночного
выстрела и следовавшее за ним протяжное зловещее эхо.
Время от времени по городу били левобережные даль-
нобойки. Снаряды, громко шурша в воздухе, перелетали
через Волгу, отсчитывая последние секунды жизни, мо-
жет быть, многих фашистов, и разрывались где-то там, за
линией фронта. Порой на левом берегу разряжались «ка-
тюши», перекидывая через водный простор пламенный
дугообразный мост из термитных снарядов-ракет.
Всего этого я не видел, когда плыли от города. Кроме
своего кабе^тя и моторки — ничего. Оказывается, бьют
залпом. А сколько ответных залпов! И все это принимает
Сталинград — мужественный, непобежденный.
Уставший от дневного грохота и ударов железа, город
как будто спал, глухо постанывая во сне, укрывая своих
защитников каменными стенами разбитых зданий.
213
Волга, казалось, тоже спала, уткнувшись в широкое рус-
ло и закрыв собой немало людей и машин, которые, поги-
бая, уходили на дно. Наша лодка взбудоражила ее, неожи-
данно разрезая свинцовую гладь. А вспененная за кормой
вода долго бурлила и шипела, словно рассердившись на
нас за,ночное вторжение. Река мутно отражала все, что
делалось на правом берегу и в воздухе. Иногда набегал
легкий горячий ветерок, доносивший до нас запах гари.
А где та Волга — мирная, радостная, шумная?.. Ведь со-
всем недавно она была такой. Как будто вчера мы со Свет-
ланой сидели на гребне крутого склона и любовались Во-
лгой. По ней курсировали белые речные трамваи, запол-
ненные пассажирами, переливами гармони, неповторимой
русской пляской... Буксирные пароходы то и дело тащили
тягучие караваны барж, оставляя в воздухе кудрявый дым-
ный след. Паромы, тяжело покачиваясь, словно с ноги на
ногу, спокойно пересекали широкий солнечный плес. У
причалов дымили трубами самые разнообразные теплохо-
ды, нефтевозы, катера... А лодок — больших и малых —
бесчисленное множество. Бегущие по небу облака отра-
жались в зеркале реки. Не удалось нам со Светланой тогда
покататься по Волге. Не успели. Неожиданно послали меня
на задание... Нет, не та Волга сейчас...
А вчера река горела. От взорванной нефтебазы в Волгу
хлынула горящая нефть. Так и текло полосой в полреки,
высотой в два человеческих роста сплошное пламя. Ска-
жешь, что Волга горела, — никто не поверит. Но ведь мы
же видели своими глазами...
...Я оглянулся назад — Красная Слобода растворилась в
черноте ночи.
Наша лодка двигалась довольно быстро и скоро достиг-
ла правого берега. Я увидел высокую фигуру ожидавшего
нас Венетикянца. Петя повернул налево и правым бортом
пристал к берегу. Венетикянц протянул нам доску, по ко-
торой мы сошли на сушу.
— Ну, друзья, вы все, наверное, родились под счастли-
вой звездой, — радовался Венетикянц. — Какой был огонь!
А вы... И лодка цела... Я так боялся за вас. Сердце мое
стучало громче вашего мотора.
— Да что вы, товарищ старший лейтенант, — сказал я, —
мы даже не слышали. Правда. Тем более что на обратном
пути было спокойно.
— Я пишов, товарищ лейтенант, — сказал Петя, кото-
рый днем выполнял какие-то другие задания.
214
— Давайте, дуйте, Петя, — отпустил я. — Там отдохнете.
А вечером, как только стемнеет, чтобы как штык...
— Усе ясно! — Он приложил руку к пилотке, повернулся
кругом и зашагал нарочито размашистым строевым шагом.
— Стоп, строевик, — крикнул я Пете. — Катушку надо
снять.
— Это мы по-быстрому. — Алексин с ребятами действи-
тельно быстро управились.
— А вы ложитесь, — бодро посоветовал Венетикянц,
когда мы вошли в штольню. — Спите сколько влезет. Спа-
сибо вам. Полковник будет звонить — доложу.
Мы, не раздеваясь, прямо в мокрой одежде легли на сто-
лы, за которыми еще вечером сидели генералы — коман-
дующие родами войск фронта, и только тогда я почув-
ствовал смертельную усталость. Все тело ныло, суставы
пронизывала боль. Я еще обдумывал пережитое, а ноги и
руки, будто свинцом налитые, уже спали.
♦ ♦ ♦
Мутные воды Волги, безмолвно прощаясь со всем оста-
ющимся, медленно и торжественно уходили на юг. Не-
движимый левый берег, казалось, был таким, как всегда.
Только внимательный глаз мог заметить постепенное
уменьшение количества домов в Красной Слободе.
Вечерело. Небесный свод темнел и садился на Волгу, на
берега. Над потемневшим горизонтом кое-где замерцали
первые звезды. Постепенно очертания левобережных до-
мов сливались с кустарником, песчаными отмелями, с
рекой. В такой час Волгу не отличишь от моря — колы-
шется, плещется в темноте что-то живое, неохватное.
Вокруг тихо, как в глубоком тылу. Надо воспользовать-
ся этим.
Быстро перемотали кабель, погрузили лодку — и ходу.
Отплыли порядочно, когда над нами повисла первая ра-
кета и упала рядом первая мина. Быстро гнать лодку нель-
зя: не успеваем привязывать грузила, медленно тоже не-
льзя: бьют. Мина за миной. Каждую секунду можем пойти
на дно. Тем более что на всю компанию одна спасатель-
ная пробка. Лодка колыхалась над волнами как во время
шторма. Нас окружал лес всплесков. Кровь в жилах холо-
дела. Мины то перелетали, то недолетали, то ложились
совсем близко, но в лодку не попадали, только обливали
водой.
215
Проплыли больше половины пути, как вдруг мина по-
пала под самую лодку. Она подпрыгнула и чуть не пере-
вернулась. Получила несколько пробоин, из которых за-
били фонтанчики. К счастью, кабель не порвался. Страш-
но подумать: в случае порыва наш конец пошел бы на
дно, и тогда — начинай сначала. Но зато вся катушка чуть
было не вылетела из лодки. Конец оси разогнул скобу,
которой она была прибита к борту лодки, и выскочил.
Хорошо, что случилось это около Алексина (на другом
конце сидел Иванцев). Алексин схватил руками ось и упер-
ся ногами в корму. И так он держал до тех пор, пока Кен-
герли не прибил скобу к борту лодки.
Законопатили лодку, поехали дальше. И тут случилось
неожиданное. Кабель порвался. Сам, без всякой стрель-
бы. Возможно, был заводской брак. А мы, перематывая,
не заметили. И случилось это недалеко от левого берега.
Первые секунды мы молча смотрели друг на друга. Поди
знай, какая там глубина. Если глубоко — вся работа про-
пала. Вернуться и навести новую линию — не успеем, скоро
рассвет. Что же делать? 1
Кенгерли скинул сапоги, снял гимнастерку, брюки.
— Попробую, если мелко... — недокончив, он бросился
в воду головой вниз. Скоро вынырнул, всхрапывая, как
жеребенок: — Совсем неглубоко... Дно чистое — песок,
но кабель что-то не найду.
Петя развернул лодку, поставил против течения, чтобы
не несло, а мотор продолжал работать на малых оборотах.
Кенгерли и Алексин нырнули в воду. Я начал раздеваться.
— Третий раз жалею о том, что не умею плавать, — вздох-
нул Иванцев. — На Днепре, на Дону и вот... А,это так
необходимо на фронте. Полковник приказал научить, а
никто не учит...
— Нашли! — закричали вынырнувшие вместе Кенгерли
и Алексин.
—^Поднять нельзя? — спросил я.
— Пробовал, не поддается, тянет вниз, — ответил Кен-
герли.
— А если скрутить концы под водой?.. — вслух подумал
я.
— Только так. Надо зачистить концы. Дайте нож. Вы
зачищайте этот конец, а я тот. — Взяв нож, Алексин ныр-
нул обратно.
Концы были зачищены. Алексин и Кенгерли взяли наш
конец кабеля и прыгнули в воду.
216
— Нате полотенце, — подал Петя, когда наши герои
поднялись на лодку. — А трусов запасных у мэнэ немаэ...
Вам бы по сто!
До берега оставалось немного, и мы дотянули провод до
места.
Вышел я из маленькой сырой землянки, выкопанной в
прибрежном песке, посмотрел на Сталинград. Через пред-
рассветную серую пелену видны зыбкие очертания разби-
тых, закоптелых, но местами еще сохранивших прежнюю
белизну стен. Тихо. Стрельбы нет. Все устали, отдыхают.
Санитарный трамвай, который перевозил раненых с пра-
вого берега, сворачивал в Краспослободинский затон. Это
— признак близкого рассвета. Нам тоже следовало торо-
питься.
Отчалили и сразу набрали большую скорость. Петя был
рад этому. Лодка двигалась прыжками: нос то поднимался
высоко над водой, то врезался в нее. Воздух был чист пос-
ле душной ночи, но даже в такой сонный час чувствовал-
ся своеобразный дух войны. Хорошо так прокатиться, если
бы не направленные на тебя орудийные жерла.
Первые лучи далекого солнца, отражаясь высоко в небе,
пролили тусклый свет на Волгу. И только теперь я увидел
наши плавучие артбатареи, которые, конечно же, прикры-
вали нас огнем.
Уже недалеко от правого берега немцы заметили нас и
начали стрелять, но было поздно: Петя успел на скорости
нырнуть под прибрежный домик,, который всегда спасал
нас. Только вот с Алексина пулей сбросило пилотку в воду.
Ай да Петро! Смерть прошла в двух сантиметрах от него...
Если бы всегда так...
А. В. ИВАНКИН
8-я ВОЗДУШНАЯ В БОЯХ ЗА
СТАЛИНГРАД
Полковник запаса А. В. Иванкин (1927 —
1990) почти десять лет возглавлял коллектив
музея-панорамы «Сталинградская битва». Ад-
министративную деятельность сочетал с боль-
шой творческой работой. Он был членом Со-
юза писателей СССР, опубликовал книги
«Последний камикадзе», «Оглянись на ушед-
ших», «Конец гончих псов», «Гроза над за-
снеженной степью».
Летчик по профессии и призванию, Анато-
лий Васильевич уделял много сил и времени
изучению роли 8-й ВА в Сталинградской бит-
ве. Публикуем фрагмент из его незакончен-
ного труда, который подготовила к печати зав.
отделом музея-панорамы С. А. Аргасцева.
♦ * *
Сталинград до сих пор не открыл перед исследова-
телями все свои тайны. Это касается и хода бит-
вы, и того тайного кладези героизма и мужества,
из которого черпали свои силы его защитники.
Много «белых пятен» также встречается и в описании
боевых действий 8-й воздушной армии, которая в началь-
ный период Сталинградской битвы (до середины сентяб-
ря) была единственным объединением фронтовой авиа-
ции, противостоящим мощным ударным наземным груп-
пировкам вермахта и численно превосходящему ее 4-му
воздушному флоту.
Сражаясь в составе войск Сталинградского и Юго-Вос-
точного фронтов, 8-я воздушная армия с 12 июля (начало
образования Сталинградского фронта) по 31 декабря 1942
г. (день преобразования Сталинградского фронта в Юж-
ный фронт) произвела 55945 боевых самолетовылетов —
почти половину от всех самолетовылетов, произведенных
за этот период Сталинградской битвы всей советской ави-
ацией (2-я ВА, 8-я ВА, 16-я ВА, 17-я ВА, авиацией даль-
него действия и истребительной авиацией ПВО).
8-я воздушная армия обрушила на голову врага, рвуще-
гося к Волге, 465680 авиабомб и 36620 реактивных снаря-
дов. По воздушному и наземному противнику было выпу-
218
щено более миллиона снарядов из авиапушек и почти
четыре миллиона пулеметных патронов.
Бомбардировочными и штурмовыми ударами летчиков
8-й ВА было уничтожено и повреждено свыше двух ты-
сяч танков противника, около 8000 автомашин с войска-
ми и грузами, в воздушных боях и при ударах по аэродро-
мам противника было уничтожено 1874 вражеских само-
лета. Но эти результаты доставались дорогой ценой. Дей-
ствуя в условиях абсолютного господства авиации про-
тивника (в оборонительный период битвы) и в условиях
сильного противодействия (в период контрнаступления
и отражения деблокирующего удара Манштейна), 8-я ВА
несла тяжелые потери. В боях с вражеской авиацией и от
огня зенитной артиллерии противника она потеряла 1323
своих самолета. В воздушных боях от налетов авиации
противника на аэродромы базирования 8-й ВА погибло
около 900 человек личного состава. Из них более пол-
овины летчиков не вернулись с боевых заданий, судьба
многих из них осталась неизвестной. 1
В ожесточенных боях за Сталинград личным составом
8-й воздушной армии был проявлен невиданный массо-
вый героизм. 17 летчиков армии проявили высшую фор-
му героизма, таранив своими машинами скопления вра-
жеской пехоты и войск, нанеся врагу существенный урон
ценой собственной жизни. Восемь летчиков таранили
вражеские самолеты в воздушных боях.
За проявленную отвагу, мужество и образцовое выпол-
нение боевых заданий по разгрому немецко-фашистских
захватчиков под Сталинградом 1069 человек летно-техни-
ческого состава были награждены орденами Советского
Союза, а двадцать девять летчиков удостоились высшей
степени отличия — звания Героя Советского Союза.
8-я воздушная армия была сформирована в июне 1942
г. по приказу НКО СССР № 119 от 9 июня 1942 г. на базе
ВВС Юго-Западного фронта. В ее состав вошли 10 авиа-
ционных дивизий: 2062-я, 220-я, 235-я, 268-я, 269-я ис-
требительные; 270-я, 271-я и 272-я бомбардировочные;
226-я и 228-я штурмовые.
Командующим 8-й ВА назначается бывший командую-
щий ВВС Юго-Западного фронта генерал-майор авиации
Т. Т. Хрюкин, 3 заместителем по политической части —
бригадный комиссар Н. И. Вихорев, начальником штаба
— генерал-майор авиации Я. С. Шкурин.
Формирование 8-й ВА проходило в ходе ожесточенных
оборонительных сражений, в которых она принимала учас-
тие на полтавском, купянском и вулийско-россошенском
219
направлениях. В тяжелых воздушных боях и от бомбарди-
ровочных ударов, наносившихся противником по аэрод-
ромам базирования, 8-я ВА понесла значительные поте-
ри. К моменту включения ее в состав Сталинградского
фронта в самолетном парке объединения насчитывалось
всего 452 исправных самолета, из них: истребителей —
172, штурмовиков — 77 и 131 бомбардировщик, из кото-
рых дневных Пе-2 и Су-2 было 57 единиц, а остальные 74
были ночные, устаревших типов: СБ, Р-5 и У-2. 4
14 июля 1942 г. штаб 8-й В А перебазируется в город
Сталинград. КП командующего генерал-майора авиации
Т. Т. Хрюкина разместился совместно с КП Сталинград-
ского фронта в штольне, отрытой в обрывистом берегу р.
Царицы, неподалеку от ее устья. 5
Управление штаба 8-й ВА (оперативный отдел, разве-
дотдел, связь и другие отделы и службы) разместились в
здании 11-й начальной школы им. Бакунина, которая на-
ходилась в районе современного кинотеатра «Родина». 6
Сразу же после прибытия КП и штаб включились в уп-
равление боевыми действиями подчиненных летных со-
единений и частей.
При ведении боевых действий по отражению налетов
немецкой авиации на объекты Сталинграда части и со-
единения 8-й ВА тесно взаимодействовали с частями 102-
й авиационной дивизии ПВО, входившей в состав Ста-
линградского корпусного района ПВО. На вооружении
102-й ад ПВО было 80—90 исправных самолетов, в основ-
ном устаревших типов: И-16, И-153 и И-15 «бис».
Несколько слов о командующем 8-й ВА. Тимофей Ти-
мофеевич Хрюкин родился 8 (21) июня 1910 г. в г. Ейске.
С ранних лет батрачил у зажиточных станичников на Ку-
бани. В 1924 г. вступил в комсомол, а в 1927 г. возглавил
комсомольскую организацию в станице Привольная. Там
произошло первое знакомство Т. Хрюкина с будущим сек-
ретарем Сталинградского обкома ВКП (б) А. С. Чуйко-
вым, в дни Сталинградской битвы ставшим членом Воен-
ного совета Сталинградского фронта.
В 1929 г. Т. Т. Хрюкин вступает в ряды Коммунистичес-
кой партии, а в 1930 г. избирается секретарем Каневского
райкома комсомола.
Учась на рабфаке, он заканчивает Краснодарский аэрок-
луб и в 1932 г. по партийному набору направляется в во-
енную школу пилотов в г. Луганске. В декабре 1933 г.
Т. Т. Хрюкин заканчивает летную школу и служит в бом-
бардировочных частях Белорусского округа, летая на са-
молете СБ.
220
Осенью 1936 г. Т. Т. Хрюкин уезжает добровольцем в
Испанию для оказания интернациональной помощи рес-
публике. Там, в пылающем небе над Пиренейским полу-
островом, он получает боевую закалку. За мужество, про-
явленное в боях с мятежниками и немецко-итальянскими
фашистами, он награждается орденом Красного Знамени.
Вернувшись из Испании, Т. Т. Хрюкин командует ско-
ростной бомбардировочной эскадрильей, а в марте 1938 г.
снова убывает в спецкомандировку на Дальний Восток для
оказания помощи китайскому народу в борьбе с японски-
ми интервентами. За храбрость и героизм, проявленные в
боях с японскими самураями, Т. Т. Хрюкину присваива-
ется звание Героя Советского Союза.
По возвращении из Китая ему присваивается внеоче-
редное звание «полковник». В 28 лет Т. Т. Хрюкин коман-
дует бомбардировочной авиабригадой. В 1939 г. он успеш-
но заканчивает курсы усовершенствования высшего ком-
состава при академии Генерального штаба.
Война с белофинами застала Т. Т. Хрюкина в должнос-
ти командующего, авиацией 14-й общевойсковой армии.
4 июля 1940 г. Т. Т. Хрюкину присваивают звание «гене-
рал-майор авиации».
С первых дней Великой Отечественной войны Т. Т. Хрю-
кин сражается в небе Украины, командуя ВВС 12-й ар-
мии. Он является участником обороны Киева. В августе
1941 г. назначается командующим ВВС Карельского фрон-
та, решавшего задачу по прикрытию от ударов с воздуха
города и порта Мурманск и Кировской железной дороги.
Летом 1942 г., когда разгорелось кровопролитное сраже-
ние под Харьковом, Т. Т. Хрюкин назначается командую-
щим ВВС Юго-Западного фронта, которые в июне 1942 г.
переформировываются в 8-ю воздушную армию.
После Сталинградской битвы 8-я ВА под командовани-
ем Т. Т. Хрюкина участвовала во многих боях и сражени-
ях при освобождении Донбасса, Правобережной Украины
и Крыма.
С июля 1944 г. Т. Т. Хрюкин командует 1-й воздушной
армией, участвовавшей в боях за освобождение Белорус-
сии, Прибалтики и в Восточно-Прусской операции. За ус-
пешное командование воздушной армией и проявленные
при этом героизм и мужество удостоен второй медали «Зо-
лотая Звезда».
После окончания Великой Отечественной войны
Т. Т. Хрюкин находится на руководящих постах в ВВС,
был заместителем Главнокомандующего Военно-Воздуш-
ными Силами.
221
19 июля 1953 г. дважды Герой Советского Союза гене-
рал-полковник авиации Т. Т. Хрюкин скончался в резуль-
тате травм, полученных в автомобильной катастрофе.
Приложение 1.
САМОЛЕТЫ, НАХРДИВШИЕСЯ
НА ВООРУЖЕНИИ 8-И ВА В ПЕРИОД
СТАЛИНГРАДСКОЙ битвы
БОМБАРДИРОВЩИКИ:
1. «Петляков-2» (Пе-2) — один из основных самолетов
Великой Отечественной войны, двухмоторный пикирую-
щий бомбардировщик.
2. «Ильюшин-4»(Ил-4, или ДБ-Зф) — ночной бомбар-
дировщик дальнего действия. Самолет имел стальную кон-
струкцию. Серийно выпущен в 1940 г.
3. СУ-2 — ближний бомбардировщик конструкции П.
Сухого. В серии выпускается с 1939 г.
4. СБ (скоростной) бомбардировщик, спроектированный
бригадой конструктора Архангельского под руководством
А. Н. Туполева. Серийно строился с 1936 по 1941 г. К на-
чалу войны устарел. В период Сталинградской битвы при-
менялся как ночной бомбардировщик.
5. Самолет Р-5 конструкции Н. Н. Поликарпова. Нахо-
дился длительное время на вооружении ВВС Красной
Армии в вариантах разведчика и штурмовика с 1928 по
1944 г., а в годы Великой Отечественной войны использо-
вался как ночной бомбардировщик.
6. СамолетУ-2 ВС конструкции Н. Н. Поликарпова. При-
менялся в качестве легкого ночного бомбардировщика.
7. Б-3 (Дуглас А-20 «Бостон») — американский двухмо-
торный бомбардировщик. Некоторое количество таких
самолетов было на вооружении частей 8-й В А.
ШТУРМОВИКИ:
1. Самолет Ил-2 конструкции С. В. Ильюшина — одно-
местный штурмовик смешанной конструкции с низкорас-
положенным крылом трапециевидной формы.
2. Самолет Ил-2М — двухместный штурмовик. На Ста-
линградском фронте появился в октябре 1942 г.
ИСТРЕБИТЕЛИ:
1. Як-1 конструкции А. С. Яковлева. Одноместный од-
номоторный моноплан смешанной конструкции с низко-
расположенным крылом.
222
2. Як-7Б. Летные данные несколько ниже, чем у Як-1.
3. ЛаГГ-3 конструкции М. И. Лавочкина, В. П. Горбу-
нова, М. И. Гудкова — одномоторный одноместный мо-
ноплан деревянной конструкции с низкорасположенным
крылом.
4. Ла-5. Самолет ЛаГГ-3 с двигателем ЛШ-82, первона-
чально назывался ЛаГ-5. Одномоторный одноместный
моноплан с низкорасположенным крылом деревянной
конструкции. В боях на Сталинградском фронте вначале
появились самолеты ЛаГ-5 с мотором М-82.
По заключению фронтовых летчиков, самолет ЛаГ-5 об-
ладал отличными качествами для борьбы с бомбардировщи-
ками, но уступал в маневренности истребителям Me-109.
5. Хоукер «Харрикейн-П» выпущен в 1935 г. К началу
Великой Отечественной войны был уже устаревшим са-
молетом.
6. Истребитель «Кертисс Р-40», имевший несколько мо-
дификаций, начал выпускаться в 1938 г.
Самолеты «Харрикейн» и Р-40 не пользовались любо-
вью у летного состава. Об этом, например, писал извест-
ный американский летчик-испытатель Франк К. Эверест:
«Немецкая авиация превосходила нашу, и мы это знали.
Дело было не в летчиках... Причина наших потерь заклю-
чалась в том, что Р-40 не могли равняться с более манев-
ренными немецкими истребителями...» 7
Приложение 2.
САМОЛЕТЫ, НАХОДИВШИЕСЯ
НА ВООРУЖЕНИИ 4-ГО НЕМЕЦКОГО
ВОЗДУШНОГО ФЛОТА
Войска группы армии «Б», наступающие на Сталинград-
ском направлении, поддерживал большей частью сил 4-й
воздушный флот, которым командовал генерал-полков-
ник авиации Вольфрам фон Рихтгофен.
4-й воздушный флот — наивысшее оперативное объеди-
нение «люфтваффе», организационно состоял из 8-го воз-
душного корпуса, в который сводились все боевые эскадры
и авиагруппы, а также нескольких «люфтгау» — воздушных
районов, командиры которых занимались административ-
ным руководством. Лица, стоявшие во главе «люфтгау»,
осуществляли тыловое и аэродромное обеспечение летных
частей, их зенитно-артиллерийское прикрытие. 8
В составе 4-го воздушного флота к началу наступления
на Сталинград было около 40 авиагрупп. Самолетный парк
8-го воздушного корпуса составлял 1200 боевых машин,
223
из которых непосредственно на Сталинградском направ-
лении действовало до 1000 самолетов.
Авиагруппы 4-го ВФ, пополненные и укомплектован-
ные накануне летнего наступления до штатной числен-
ности, имели на вооружении современную матчасть с
высокими (по тому времени) тактико-техническими дан-
ными, превосходящими большинство самолетов ВВС Крас-
ной Армии.
Почти весь летный состав 4-го авиакорпуса имел боль-
шой боевой опыт, а некоторые эскадры, такие как «Удет»
или «Мельдерс», были укомплектованы лучшими гитле-
ровскими асами. Действуя в условиях полного господства
в воздухе немецкой авиации, летчики 4-го воздушного
флота имели высокий боевой наступательный дух. Поя-
вившиеся в наземных войсках настроения разочарования
затянувшимся «блицкригом» и усталость от войны еще не
коснулись личного состава «люфтваффе» — наиболее при-
вилегированного вида вооруженных сил рейха, укомплек-
тованного рьяными последователями нацизма.
ХАРАКТЕРИСТИКА САМОЛЕТОВ,
СОСТОЯВШИХ НА ВООРУЖЕНИИ 4-ГО ВФ.
БОМБАРДИРОВЩИКИ:
1. Юнкере Ю-88А — двухмоторный пикирующий бом-
бардировщик, наиболее широко применявшийся немца-
ми в кампании второй мировой войны. Сконструирован в
авиаконструкторском бюро фирмы Гуго Юнкерса в 1936
г., но на вооружение боевых авиагрупп начал поступать в
конце 1939 г.
2. Хейнкель-Щ — двухмоторный бомбардировщик. Вы-
пущен в 1935 г. Имел несколько модификаций — В-2, Р-1,
Н и т. д., различавшихся по длине фюзеляжа, по летному
весу и типу силовой установки.
3. Дорнье До-217 — двухмоторный цельнометаллический
бомбардировщик с высокорасположенным крылом и .двух-
килевым вертикальным оперением. Год выпуска — 1939-й.
4. Юнкере Ю-87, В-1 — одномоторный пикирующий бом-
бардировщик цельнометаллической конструкции с низко-
расположенным крылом типа «обратная гайка» и неубираю-
щимся шасси, закрытыми обтекателями. Выпуск — 1938 г.
ИСТРЕБИТЕЛИ:
1. Мессершмитт Me-109 — наиболее рдспространенный
немецкий одноместный истребитель второй мировой во-
йны. Имел несколько модификаций. На советско-герман-
224
ском фронте использовались «мессершмитты-109» моди-
фикаций Е, Т и О, отличавшиеся друг от друга силовыми
установками, формой фюзеляжа и крыла в плане, а также
вооружением и полетным весом. Первые модификации
Me-109 выпущены в 1936 г. Всего за годы войны было
выпущено более 33000 самолетов этого типа.
2. Me-109 (ф) — одноместный истребитель цельноме-
таллической конструкции с низкорасположенным крылом
эллиптической формы и относительно длинным тонким
фюзеляжем, особенно в месте перехода его в хвостовое
оперение.
3. Мессершмитт-110 — тяжелый двухмоторный истре-
битель (многоцелевой самолет) цельнометаллической кон-
струкции с трапециевидным нйзкорасположенным кры-
лом и двухкилевым вертикальным оперением. Принят на
вооружение в 1938 г. Имелось несколько модификаций
Me-ПО, отличавшихся силовыми установками.
РАЗВЕДЧИКИ:
Для разведки использовались специально оборудован-
ные самолеты Ю-88, Ме-111 и До-217. Для разведки поля
боя и ближних тылов, а также для корректировки артил-
лерийской стрельбы использовался специальный самолет
«Фокке-Вульф-189».
Таким образом, 8-я воздушная армия с момента своего
включения в состав Сталинградского фронта вела непре-
рывные боевые действия с более чем троекратно превос-
ходящей по численности немецкой авиацией 4-го воздуш-
ного флота и наземными войсками 6-й полевой армии,
ведущей наступление на юго-восток по правому берегу
Дона, и 4-й ТА, наступавшей с юго-запада.
Наступающие вражеские части начали подвергаться уда-
рам 8-й ВА за несколько дней до того, как они вступили в
соприкосновение с передовыми отрядами 62-й и 64-й ар-
мий в большой излучине Дона. Боевая деятельность 8-й
ВА происходила в условиях абсолютного господства не-
мецко-фашистской авиации, что было связано с высоки-
ми потерями авиационной техники и личного состава.
1. Центральный архив МО РФ. Ф. 346. Оп. 5755. Дд. 36,
37, 38. Л. Б. Корец. Советские ВВС в битве под Сталин-
градом. М. 1959.
2. 206 иад вскоре перевооружается на самолеты Ил-2 и
становится 207 шад.
15 Зак. №65
225
3. Биографическая справка о генерал-майоре Т. Т. Хрю-
кине, хранится в фондах МПСБ.
4. Великая победа на Волге. М., 1965.
5. Сейчас над бывшей штольней, на берегу Царицы, за-
ключенной в подземную трубу, находится новое здание
Дворца пионеров.
6. Теперь на этом месте построена железнодорожная
школа-интернат №1, в которой расположен музей 8-й В А.
На здании установлена мемориальная доска.
7. Ф. К. Эверест. Человек, который летал быстрее всех.
Перевод с англ. М., 1960. С. 41.
8. Эшер Ли. Военно-воздушные силы Германии. Пере-
вод с англ. М., 1946.
Л. В. ЖЕЛТОВА,
старший научный сотрудник
музея-панорамы «Сталинградскдз битва»
МЕДИЦИНСКИЕ СЕСТРЫ, УЧАСТНИЦЫ
СТАЛИНГРАДСКОЙ БИТВЫ,
НАГРАЖДЕННЫЕ МЕДАЛЬЮ
ФЛОРЕНС НАЙТИНГЕЙЛ
Во Флоренции в старинном храме Святого крес-
та, рядом с гробницами Данте и Микельан-
джело, в глубокой нише стоит цзваяние жен-
гт*п щины со светильником в руках. У подножья
его высечены слова: «Она была примером служения
людям и прообразом международного милосердия, но-
сителем которого стал позднее Красный Крест». 1
Эти слова посвящены медицинской сестре, англичанке
по происхождению Флоренс Найтингейл. В память до-
брых дел английской сестры милосердия, пионера меди-
цинских реформ, добровольно посвятившей всю свою
жизнь уходу за больными и ранеными и улучшению са-
нитарных условий в больницах и госпиталях, организато-
ра первой в мире школы сестер милосердия в 1912 г. была
учреждена медаль ее имени — одна из самых высоких на-
град Международной Лиги Красного Креста. 2
Медаль изготовляется из позолоченного серебра и име-
ет форму овала с заостренными концами, с портретом на
лицевой стороне и надписью на латинском языке «В па-
мять Флоренс Найтингейл. 1820 — 1910». На оборотной
стороне надпись по кругу «За истинное милосердие и за-
боту о людях, вызывающие восхищение всего человечес-
тва» и гравированная фамилия владельца по середине. 3
226
Медаль прикрепляется белокрасной лентой к лавровому
венку, окружающему красный крест. К медали прилагает-
ся диплом на пергаменте.
После учреждения медали Флоренс Найтингейл в 1912
г. положение о награждении ею неоднократно уточнялось
и совершенствовалось на международных конференциях
Красного Креста. В частности, на конференции Красного
Креста 1981 г. в Маниле было установлено, что награжде-
ние этой медалью происходит каждые два года и приуро-
чивается ко дню рождения Флоренс Найтингейл — 12 мая;
при каждом награждении вручается не более 50 медалей. 4
Главная цель награждения медалью — отметить необык-
новенную самоотверженность, проявленную при лечении
больных и раненых в трудных и опасных условиях, кото-
рые особенно проявляются во время войны или стихий-
ных бедствий. Статья 2 Регламента 1981 г. отмечает, что
медаль Флоренс Найтингейл предназначается для дипло-
мированных медицинских сестер, для добровольных са-
нитарок, активных членов обществ Красного Креста и
Красного Полумесяца. 5 Медалью награждаются лица, от-
личившиеся в военное и мирное время своей храбростью
и исключительной преданностью раненым, больным, ка-
лекам или лицам, чье здоровье было под угрозой. Медаль
может вручаться посмертно, если награждаемая погибла
при выполнении своего долга.
Впервые советский Красный Крест выдвинул свои кан-
дидатуры во время 18-го награждения медалью Флоренс
Найтингейл — в 1961 г. До этого, общепризнанная во всем
мире награда просто игнорировалась нашей страной. Были
даже попытки создания и учреждения своей собственной
медали имени Дарьи Севастопольской, но безуспешные.
Мое сообщение не претендует на серьезные научные
обобщения. Оно является небольшим фрагментом темы о
медицинском обеспечении советских войск в Сталинград-
ском сражении. Как одно из звеньев этой работы рас-
сматривается сбор, анализ и уточнение материалов о ме-
дицинских сестрах, участницах Сталинградской битвы,
награжденных медалью Флоренс Найтингейл. К сожале-
нию, материалы по данной теме крайне скудны. Их при-
шлось собирать по крупицам в различных изданиях.
Поиск их был начат с установления связи с музеем ис-
тории Красного Креста при Исполкоме Российского Крас-
ного Креста и Военно-медицинским музеем (Санкт-Пе-
тербург). Справочный каталог, изданный музеем, содер-
жащий краткие систематизированные данные о подвигах
всех советских медсестер, удостоенных медали Флоренс
227
Найтингейл, позволил установить предполагаемые имена
героинь Сталинграда.
Далее была развернута поисковая работа и изучение
фондов нашего музея-панорамы и многочисленных пись-
менных запросов в наш музей, завязалась переписка с учас-
тницами битвы или их родственниками. Поступают вос-
поминания, «фотографии, документы.
По имеющимся в своем распоряжении сведениям, в
настоящее время общее число награжденных медалью
Ф. Найтингейл составляет 979 человек, из них советских
медицинских сестер — 46.
Советские медики в годы Великой Отечественной во-
йны совершили великий подвиг милосердия: свыше 72%
раненых и более 90% больных воинов было возвращено
ими в строй. 7
Подлинный героизм в годы войны проявляли медсестры
переднего края войскового звена. Они оказывали помощь
раненым под пулями и снарядами, постоянно рискуя
жизнью. На сегодняшний день известно 12 имен медицин-
ских сестер, удостоенных медали Флоренс Найтингейл за
подвиги, совершенные в период Сталинградской битвы. Эго
Фаина Чанышева, Клавдия Бутова, Ирина Клыкова, Ма-
рия Кухарская, Евдокия Варцаба, Разия Искакова, Людми-
ла Родионова, Ольга Комелева, Мария Синькова, Вера
Кащеева, Мария Мелихова и Зинаида Смирнова.
Каждая из них совершила величайший подвиг милосер-
дия, подвиг, где главное не меткие выстрелы^ не яростные
контратаки, не солдатская доблесть, а каждодневный, еже-
часный труд, кровь, грязные бинты, боль и стоны ране-
ных, изнурительная борьба за сохранение самого драго-
ценного — человеческой жизни.
Медицинская сестра Мария Мелихова получила свое
боевое крещение 15 августа 1942 г. у переправы через Дон
в районе хутора Трехостровского, оказывая первую по-
мощь раненым по'д непрерывными налетами немецкой
авиации.
27 августа 1942 г. 39-я стрелковая дивизия, в которой
служила Маша, вела тяжелейшие бои с фашистами, рвав-
шимися к Сталинграду. В степных балках у хутора Фасто-
ва медико-санитарный батальон работал на пределе чело-
веческих возможностей. Пыль, жара, тысячи раненых, и
поток их не прекращался. Медицинские работники, сре-
ди которых была и Маша Мелихова, сутками не спали,
оказывая раненым помощь, организуя питание и водо-
снабжение, укрывая раненых от выстрелов, от налетов вра-
жеской авиации.
228
Начальник Главного санитарного управления Красной
Армии генерал-полковник Е. И. Смирнов отмечал осо-
бенности медицинской обстановки в Сталинграде: «На-
личие в войсковом тылу большой водной преграды, ка-
кой являлась Волга, резко затрудняло организацию ле-
чебно-эвакуационного обеспечения войск». 8
По приказу командования у крутого обрыва правого
берега Волги была организована передовая группа эваку-
ации. В ее составе находилась Маша Мелихова. Пять раз
сопровождала она раненых на левый берег и доставляла
их в медсанбат и госпитали. Немало жизней спасла она в
те тяжелые дни. Ее группа переправила на левый берег и
госпитализировала более 500 раненых и больных. 9 «До
сих пор в ушах стоят стоны раненых, — вспоминает Ма-
рия Андреевна, — но страшны были тогда не бомбежка и
даже не смерть. Страшно было попасть с ранеными в плен.
Раненые находились в штольнях под правым берегом Во-
лги, а наверху расхаживали немцы. До смерти было в 1000
раз ближе, чем до левого берега». 10 Несмотря на крайне
сложные и неблагоприятные условия, с 1 по 20 ноября за
Волгу было переправлено 10970 раненых. 11
Маша Мелихова не только перевязывала раны, подбад-
ривала ласковым словом, она отдавала раненым и свою
кровь. Только благодаря прямому переливанию крови
выжил ленинградец рядовой В. А. Юрченко, который был
обречен на смерть в связи с большой кровопотерей. 12
«Да что и говорить, трудно и тяжело было нашим жен-
щинам на фронте, но они не пасовали перед трудностями
и выполняли боевые задачи честно и самоотверженно», 13
— вспоминал Маршал Советского Союза В. И. Чуйков в
своей книге «Начало пути».
На своем боевом пути от Одессы до Сталинграда и от
Сталинграда до Дрездена Мария Петровна Кухарская-
Смирнова спасла 481 раненого, из них 420 — у стен во-
лжской твердыни. 14 Когда в первый раз под пулями пол-
зла к раненому, кричала ют страха, потом привыкла. В
атаки ходила чуть сзади бойцов, чтобы их видеть. Они в
нее свято верили, говорили, что ни одного раненого не
оставит на поле боя. И хрупкая на вид девушка вырвала
из лап смерти целый стрелковый батальон. Столько было
сделано отметок химическим карандашом на отвороте ее
брезентовой сумки.
На всю жизнь запомнила Мария Петровна день 2 сен-
тября 1942 г., когда возле станицы Сиротинской рота пош-
ла в разведку боем. И так случилось, вспоминает Мария
Петровна, что на нейтральной полосе она осталась с дву-
229
мя тяжелораненными. Четыре часа выносила она их, пла-
кала от изнеможения, но бойцов не бросила. IS
Не раз была ранена и сама. В боях у станции Котлубань
товарищи сутки несли ее на себе. Орден Ленина член Во-
енного совета Донского фронта генерал-майор Паладжев
вручил героине в госпитале. 16
Популярность на фронте таких медицинских сестер была
не меньше, чем знаменитых снайперов, разведчиков или
летчиков-асов. О Марии Кухарской писали стихи, слага-
ли песни. В фондах музея-панорамы «Сталинградская бит-
ва» хранится ежедневная газета Донского фронта «Крас-
ная Армия». В ней опубликован приказ № 24/Н от 21 сен-
тября 1942 г. о награждении отважной девушки орденом
Ленина. 17 А № 296 (4123) от 24 октября был полностью
пбсвящен героине. Передовица ее так и называлась «Ма-
рия Кухарская». Здесь же был помещен рассказ девушки
«Я санитар! Жизнь воина — моя жизнь» и опубликовано
практически неизвестное сегодня стихотворение Евгения
Долматовского «Песня о Марусе Кухарской», лгавшее впос-
ледствии весьма популярной среди бойцов песней;
Подвиги М. Кухарской-Смирновой отмечены правитель-
ственными наградами. Кроме ордена Ленина она получи-
ла орден Отечественной войны II степени и Красной Звез-
ды. В 1973 г. ей вручена медаль Флоренс Найтингейл.
История Сталинградской битвы хранит немало имен
людей с героической и трагической судьбой. *
Тяжкий путь войны прошла медицинская сестра Люд-
мила Антоновна Родионова. В боях под Таганрогом она
была тяжело ранена, друзья считали, что больше не уви-
дят ее. Командование части представило ее к награде ор-
деном Ленина и указало — «посмертно». Но Людмила
выжила и оказалась под Сталинградом. 19 •
В Сталинградской битве Людмила Антоновна сражалась
в составе 61-го Богунского полка 45-й стрелковой диви-
зии, ставшей затем 74-й гвардейской стрелковой дивизией.
Она получила звание младшего лейтенанта. Бойцы ува-
жительно называли ее «сестричка-доктор». Под непрерыв-
ной бомбежкой и артиллерийским обстрелом Л. Родионо-
ва оказывала медицинскую помощь воинам на переправе
наших войск на правый берег Волги. 13 октября 1942 г.
фашисты разбомбили у берега наш транспорт. Ей пришлось
в холодной воде спасать тонувших раненых.
Богунский полк вел жестокие бои в развалинах завода
«Красный Октябрь». В одном из боев командир 81-го ба-
тальона Н. М. Чупин с бойцами попал в окружение. Под-
няв в атаку санитаров медсанбата, Родионова с бойцами
230
прорвала кольцо окружения. Во время боя она получила
тяжелое ранение в голову от разрыва гранаты. Бойцы вы-
несли ее из огня. На Заячьем острове хирург Д. А. Криво-
нос произвел ей трепанацию черепа, спас жизнь. Коман-
дование представило Родионову к ордену Красной Звез-
ды. Награду ей вручил сам командующий 62-й армией ге-
нерал-лейтенант В. И. Чуйков. 20 А орден Ленина нашел
ее только в 1973 г., а через 2 года последовало междуна-
родное признание ее подвига — медаль Флоренс Найтин-
гейл. 21
Во все времена милосердие было проявлением высокой
нравственности, верным барометром духовного здоровья
общества, в котором взаимоотношения людей всегда оп-
ределяли два полярных начала — добро и зло. В борьбе за
человечность милосердию нередко требовалась большая
отвага. Жизнь делала его воинственным.
Суровая военная статистика показывает: потери лично-
го состава военных медиков переднего края занимают вто-
рое место после потерь среди солдат стрелковых рот и ба-
тальонов. 22
Тема фронтового милосердия медиков в годы минув-
шей Великой Отечественной войны требует серьезного
внимания исследователей.
1. Бондаренко В. Н. Имени Флоренс Найтингейл. Ме-
дицинская сестра. 1975. № 1. С. 50.
2. Грибанов Э. Д. Медицина в необычном. М. 1988. С.
130—131, Военный энциклопедический словарь. М., 1986.
С. 471.
3. Советские медицинские сестры, награжденные ме-
далью Флоренс Найтингейл: Справочник и каталог му-
зейных фондов. Военно-медицинский музей МО СССР.
Ленинград. 1989. С. 5.
4. Там же. С. 6.
5. Там же. С. 119.
6. Медицинская сестра. 1975. № 1. С. 52.
7. Мирский М. Б. Обязана жизнью. М., 1991. С. 107.
8. Смирнов Е. И. Фронтовое милосердие. М., 1991. С.
ПО.
9. Советские медицинские сестры, награжденные ме-
далью Флоренс Найтингейл. С. 83.
10. Цит. по: Кацнельбоген А. Г. Подвиг милосердия. М.,
1991. С. 28.
231
11. Медицинское обеспечение Советской Армии в опе-
рациях Великой Отечественной войны 1941 — 1945 гг. Под
ред. Э. А. Нечаева. Т. 1. М., 1991. С. 134.
12. Нестеренко В. За милосердие и мужество. Советс-
кий Красный Крест. 1982. Мс 2.
13. Чуйков В. И. Начало пути. М., 1959. С. 380.
14. Актаев С. Березку зовут Марией. Медицинская газе-
та. 1987. 25 декабря.
15. Молчанов В. Их ласково звали «сестрички». Правда.
1973. 3 октября; Трофимов Г. Милосердие и отвага. Степ-
ной маяк (Кокчетав). 1982. 19 октября.
16. Медицинская газета. 1965. 16 июня.
17. Волгоградский государственный музей-панорама
«Сталинградская битва». П. 316. Инв. № 5663.
18. Красная Армия. № 296. 1942. 24 октября.
19. Бычков Б. Наперекор судьбе. Советский Красный
Крест. 1975. № 11. С. 25.
20. Михалев В. Главная роль. Вечерний Волготрад. 1982.
28 октября. С. 3.
21. Советские медицинские сестры, награжденные ме-
далью Флоренс Найтингейл. С. 73.
22. Кацнельбоген А. Г. Подвиг милосердия. С. 25.
В. И. ТОМАРЕВ,
доктор исторических наук, профессор
Волгоградского инженерно-строительного института,
участник Сталинградской битвы
ПОМОЩЬ СТАЛИНГРАДЦЕВ ФРОНТУ
мня осле нападения фашистской Германии на СССР
И в Сталинградской области развернулась работа в
И помощь фронту. Исполком областного Совета и
нн А бюро обкома партии в своем постановлении при-
звали «поднять весь народ области на борьбу с врагом».1 В
деятельности местных органов выделилось два основных
направления: а) перестройка экономики на военные рель-
сы; б) мобилизация всех сил на оказание помощи фронту.
В первые же дни началась мобилизация в действующую
армию. Около 1000 рабочих завода «Красный Октябрь»
подали заявления о вступлении в Красную Армию. Вско-
ре на фронт было отправлено 1500 коммунистов и комсо-
мольцев. А всего за время войны на фронт ушло более
половины коммунистов и четвертая часть комсомольцев.
2 В течение первого года войны на фронт было отправле-
но 285 тыс. человек, 7089 автомашин, 1685 гусеничных трак-
232
торов, 44,3 тыс. лошадей и 9,8 тыс. повозок.3 Курсы воен-
ного всеобуча закончили 200 тыс. бойцов. 4 В первые дни
войны отправляли из области по 10—12 эшелонов с моби-
лизованными и боевой техникой ежесуточно.
Для охраны железных и автомобильных дорог, мостов,
переправ и других объектов, для борьбы с вражескими де-
сантниками и диверсантами создавались истребительные
батальоны численностью по 100—200 человек в каждом.
Всего в Сталинграде и области действовало 82 таких ба-
тальона, насчитывавших 10,6 тыс. человек. По примеру
Москвы и Ленинграда началось формирование корпуса
народного ополчения. С большим патриотическим под-
ъемом шла запись добровольцев на заводах, фабриках, в
колхозах, совхозах, учреждениях. К концу июля 1941 г. в
него вступило более 50 тыс. человек. В корпус входили: 1-
я Сталинградская стрелковая дивизия (она включала пять
стрелковых полков, пять саперных и один батальон связи,
железнодорожный и танковый полки); 2-я Астраханская
стрелковая дивизия (в составе четырех стрелковых и од-
ного кавалерийского полков); Донская кавалерийская ди-
визия (пять конных полков). В ноябре 1941 г. танковый
полк был преобразован в танковую бригаду. Командиром
корпуса стал председатель исполкома облсовета И. Ф. Зи-
менков, заместителем командира по политчасти — секре-
тарь обкома ВКП(б) М. А. Водолагин.
Принимались меры по охране Сталинградского промыш-
ленного района. С этой целью на крупных и средних пред-
приятиях создавались рабочие дружины. Важное значение
придавалось противовоздушной обороне. Был создан Ста-
линградский корпусной район ПВО, на вооружении ко-
торого находилось 532 орудия, 471 зенитный пулемет, 85
самолетов-истребителей. Осенью 1941 г. на базе Сталин-
градской авиашколы создается 102-я истребительная ави
ационная дивизия ПВО.7
Волжская военная флотилия, созданная в октябре 1941
г., занималась охраной судоходства, очисткой волжского
фарватера от мин. На вооружение судов корпус ПВО пе-
редал 9 орудий (калибр 37 мм), 58 пулеметов, 311 винто-
вок. С воздуха суда прикрывались 16 истребителями, ко-
торые базировались в Дубовке и Владимировке. *
С осени 1941 г. развернулось строительство оборони-
тельных рубежей вокруг Сталинграда. Оно велось 5-й са-
перной армией, 5-м и 19-м управлениями наркомата обо-
роны, а также гражданским населением. Всего было при-
влечено свыше 107 тыс. местных жителей из сел и городов
области. За три месяца было выполнено 7,9 млн. куб. м
233
земляных работ, построено 6500 огневых точек, 3300 зем-
лянок. 9 В 1942 г. строительство оборонительных рубежей
продолжалось. Общая численность людей, занятых на их
сооружении, достигала 225 тыс. человек. Протяженность
всех четырех обводов составила 3860 км. 10
К началу боевых действий под Сталинградом было под-
готовлено 48 полевых аэродромов и 11 взлетно-посадоч-
ных полос. Вместе с тем многие оборонительные сооруже-
ния были построены некачественно, без учета характера
местности. Большинство сооружений не имели необходи-
мой глубины, а были вытянуты вдоль рек в одну линию.
Поэтому многое пришлось переделывать летом 1942 г.
Важное значение имело расширение сети железных до-
рог, состыкование изолированных веток в целую транспор-
тную систему. За 2,5 месяца осенью 1941 г. была построе-
на железнодорожная линия Владимировка — Сталинград
(180 км), которая соединила областной центр с Астраханью.
4,5 месяца потребовалось для сооружения железнодорож-
ной ветки Иловля — Петров Вал (160 км), затем она была
продолжена до Сызрани и Свияжска. Летом 1942 г. завер-
шилось строительство линии Астрахань — Кизляр (348 км).
Вступили в строй паромные переправы севернее Сталин-
града и в Астрахани. Проведенная осенью 1941 г. рекон-
струкция Сталинградского железнодорожного узла позво-
лила довести выгрузку до 2200 вагонов в сутки. Совершен-
ствование и расширение железнодорожной сети в области
сыграло огромную роль в снабжении армии в период Ста-
линградского сражения.
Большая работа по оказанию помощи фронту проводи-
лась в трудовых коллективах. В Сталинграде действовало
126 промышленных предприятий, в том числе 53 — союз-
ного и два — республиканского подчинения. Сталинград
являлся крупным арсеналом на юго-востоке страны. Он в
значительной степени обеспечивал боевой техникой, во-
оружением и боеприпасами юго-западное направление
советско-германского фронта. Под руководством партий-
ных и профсоюзных организаций рабочие, ИТР фабрик и
заводов прилагали все силы, чтобы выполнить фронтовые
заказы. План 1941 г. промышленность Сталинграда пере-
выполнила на 14%.
Тракторный завод во втором полугодии вдвое увеличил
выпуск военной продукции. На СТЗ и судоверфи более
чем на 200% увеличилась производительность труда, на
металлургическом заводе «Красный Октябрь» — на 27,5%.
11 Сталинградская промышленность давала фронту танки,
артиллерийские тягачи, орудия, минометы, подводные лод-
234
ки, бронекатера, аэросани, реактивные минометы «катю-
ша», автоматы, боеприпасы, снаряжение, обмундирование
и т. п. Ежедневно фронт получал из Сталинграда 16 тан-
ков и вооружение целого артполка. Для выпуска военной
продукции были приспособлены, казалось бы, совсем не
имевшие к пей никакого отношения предприятия. Напри-
мер, два кирпичных завода и завод железобетонных изде-
лий освоили производство бетонных авиабомб. Изготови-
ли их около 750 тыс. Завод «Красный Октябрь» в 5 раз
увеличил выпуск броневой стали. За успешное выполне-
ние фронтовых заказов многие трудовые коллективы по-
лучили благодарности от Верховного Главнокомандующе-
го, завод «Баррикады» был награжден орденом Ленина, трак-
торный — орденом Трудового Красного Знамени. 12
Значительную помощь Красной Армии население об-
ласти оказало в период Сталинградского сражения. В
июле—августе 1942 г. предприятия нашего города дали
фронту 4800 танков, орудий и минометов. Противник на-
ходился в двух километрах от СТЗ, но несмотря на это
тракторозаводцы в течение 42 дней под бомбами и снаря-
дами давали продукцию фронту. На заводе «Баррикады»
сборка орудий и минометов продолжалась до 14 сентября
1942 г., пока не был использован весь комплектный задел
деталей. Предприятия Кировского района весь период обо-
роны ^города снабжали 64-ю и 57-ю армии снаряжением,
вооружением, продовольствием. В дни осады противник
сбросил на СталГРЭС более 200 бомб и выпустил около
900 снарядов, но она продолжала давать электроэнергию.
И только 5 ноября 1942 г. фашистской авиации удалось
вывести из строя станцию. Рабочие Сталинграда 23 авгус-
та 1942 г. и в последующие дни сражались с гитлеровцами,
прорвавшимися севернее города к Волге.
Большая помощь действующей армии была оказана сель-
скими тружениками. Более 400 бригад и звеньев получили
с гектара стопудовые урожаи. 13 К началу Сталинградской
битвы в фонд обороны было сдано 22 млн. пудов хлеба, 31
млн. пудов картофеля и овощей, 6 млн. тонн молока. Кол-
хозы, совхозы, МТС помогали ремонтировать боевую тех-
нику. Так, Новоаннинская МТС отремонтировала 18 тан-
ков, 10 самолетов, 28 орудий, более 50 «катюш», 1000 ав-
томашин. В мастерской совхоза «Зеденовский» восстано-
вили 37 танков, 9 бронемашин, 7 самолетов, 16 орудий, 27
тягачей и тракторов, 203 автомашины. И это только два
примера.
23 школы ФЗО и ремесленных училища подготовили 35
тыс. молодых рабочих. Пенсионеры, женщины, подрост-
235
ки заменили ушедших на фронт мужчин. Удельный вес
женщин на производстве вырос с 30% до 50%. 14 В сельс-
ком хозяйстве они тоже стали главной силой. В соревно-
вании участвовало 148 женских тракторных бригад и бо-
лее 4000 трактористок. 15
В помощь фронту были созданы фонды обороны. По
инициативе молодых баррикадцев начался сбор на авиа-
эскадрилью имени Сталинградского комсомола. Собира-
лись также средства на танковые колонны, артиллерийс-
кие дивизионы. Многие отдавали свои личные сбереже-
ния. Наш земляк писатель А. С. Серафимович передал в
фонд обороны свою сталинскую премию в 100 тыс. руб-
лей. Стотысячный вклад на оборону сделал 70-летний кол-
хозник Комсомольского района И. Ф. Наумов. 16 Колхоз-
ник В. В. Конев из Бударинского района внес 200 тыс.
рублей на покупку самолета. На его двух самолетах лет-
чик И. Н. Кожедуб сбил 47 фашистских ястребов и был
удостоен дважды звания Героя Советского Союза. 17 Все-
го в фонд обороны население города и области внесло 80
млн. рублей. Немало было собрано для фронтовиков теп-
лых вещей, постельного белья для госпиталей.
К лету 1942 г. в Сталинграде, Астрахани, Камышине и
других городах действовало более 100 госпиталей на 50
тыс. коек. В них прошли лечение 225736 воинов. Из них
более 185 тыс. человек (или 82,3%) снова были возвраще-
ны в строй.
Следовательно, в 1941—1942 гг. трудящиеся Сталинград-
ской области внесли значительный вклад в оказание по-
мощи фронту. Они прилагали все силы для достижения
победы над германским фашизмом.
1 Чуянов А. С. Сталинградский дневник. Волгоград. 1968.
С. 21.
2 Очерки истории Волгоградской областной организа-
ции КПСС. — Волгоград. 1985. С. 313.
3 Куксов Е. Г. О работе Сталинградского областного
военного комиссариата накануне и в период Великой Оте-
чественной войны и Сталинградской битвы (1938—1945).
Рукопись. 1978. С. 18, 22.
4 Волгоград. Четыре века истории. Волгоград. 1989. С.
203.
5 Самсонов А. М. Сталинградская битва. М., 1983. С.
166. ,
6 В дни суровых испытаний: сборник документов и ма-
териалов. Волгоград. 1966. С. 58—59.
236
7 Самсонов А. М. Сталинградская битва. С. 113.
8 Там же. С. 84.
9 Там же. С. 80.
10 Волгоград. Четыре века истории. С. 212.
11В дни суровых испытаний. С. 14—15.
12 Там же. С. 15.
13 Храмков Л. В. Во имя победы: Деятельность местных
Советов Поволжья в годы Великой Отечественной войны
(1941-1945). Саратов. 1978. С. 137.
14 В дни суровых испытаний. С. 15.
15 Храмков Л. В. Во имя победы. С. 130.
16 В дни суровых испытаний. С. 16.
17 Там же. С. 28.
18 Там же. С. 17.
Г., С. СИДОРОВ,
кандидат исторических наук,
доцент Волгоградского государственного
университета
ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ПОМОЩЬ
СОЮЗНИКОВ СОВЕТСКОМУ СОЮЗУ в
ПЕРИОД СТАЛИНГРАДСКОЙ БИТВЫ
Одной из проблем истории Великой Отечествен-
ной войны, которая до сих пор не нашла должного
освещения в исторической литературе, является
Од|||1 экономическая помощь Советскому Союзу со сто-
роны США и Великобритании в рамках ленд-лиза как в
целом в годы войны, так и в период Сталинградской бит-
вы. В вышедших трудах советских историков преоблада-
ют поверхностные, не всегда точные оценки. Так, в 12’
томной «Истории второй мировой войны» утверждается,
что, хотя ленд-лиз и имел положительное влияние на борь-
бу СССР с гитлеровской Германией, он не играл сущес-
твенной роли. 1 Подобные оценки, характерные для пери-
ода «холодной войны», давались тогда, когда фактически
в нашей стране не было ни одного исследования, в кото-
ром история ленд-лиза рассматривалась бы всесторонне.
В условиях современных международных отношений на-
зрела необходимость осветить и эту страницу истории вза-
имоотношений и взаимопомощи СССР, США и Великоб-
ритании в годы второй мировой войны, в том числе в пе-
риод Сталинградской битвы.
А начиналась вторая половина 1942 г. для доставки то-
варов в СССР по ленд-лизу, #как и в целом для событий на
237
южном участке советско-германского фронта, весьма дра-
матично. В июле на завершающем этапе перехода север-
ного конвоя Р. Q.-17 он был атакован. Оставшись нака-
нуне без охранения (англичане боялись потерять боевые
корабли и приказали им вернуться, а советские корабли
Северного флота, военная авиация не успели прийти на
помощь), конвой понес огромные потери. Из 34 тран-
спортов погибли 23. Вместе с ними вода Поглотила 3350
автомашин, 430 танков, 210 бомбардировщиков и около
100 тыс. т других грузов. 2 Столь ощутимые потери, а они
составляли 30% всех потерянных конвойных судов за годы
войны, успешные действия фашистских сил на маршру-
тах северных конвоев не раз вызывали перерывы в до-
ставке грузов этим путем.
Трагическая судьба конвоя Р. Q.-17 заставила союзни-
ков внести ряд изменений в процесс доставки грузов в
СССР. Несмотря на сильное давление со стороны Стали-
на, союзники не хотели терять ни корабли, ни грузы. Сле-
дующий конвой Р. Q.-18 был отправлен в СССР только
после соответствующей подготовки в начале сентября. 40
транспортных судов сопровождали 77 военных кораблей
и 43 самолета Великобритании, 258 самолетов со сторо-
ны СССР. 3 Но даже при таком прикрытии потерь не уда-
лось избежать. 13 транспортов было потоплено. 4 Гибель
значительного числа транспортов, а также привлечение
союзниками 650 военно-морских и транспортных судов
на подготовку и осуществление операции «Факел» по вы-
садке англо-американских войск в Северной Африке 5
вызвали прекращение проводки северных конвоев до кон-
ца декабря 1942 года.
Однако процесс доставки грузов в СССР не прекратил-
ся. Союзники прекрасно понимали, что Советский Союз
несет основную тяжесть борьбы и самые большие поте-
ри. Об этом 19 августа 1942 г. президент США Ф. Д.
Рузвельт написал Сталину. 6 Особенно внимательно союз-
ники наблюдали за событиями на южном участке советс-
ко-германского фронта. «Доблестная оборона Сталинграда
глубоко взволновала в Америке всех, и мы уверены в ее успе-
хе», — писал Рузвельт в своем послании Сталину 9 октября. 7
Для доставки грузов в Советский Союз союзники начи-
нают усиленно развивать другие маршруты, игравшие до
этого второстепенную роль. Именно во второй половине
1942 г. принимаются меры по увеличению пропускной
способности Персидского коридора, протянувшегося че-
рез весь Иран от залива до южных границ СССР. Достав-
ляемые по коридору грузы имели большое значение, так
238
как могли поступать непосредственно в войска, оборо-
нявшие Сталинград и Северный Кавказ. К концу 1942 г.
пропускная способность Персидского коридора увеличи-
лась втрое по сравнению с началом того же года. Только
по железной дороге стали перевозить по 40 тыс. т грузов в
месяц вместо 20 тыс. т в середине 1942 г. 8
В период Сталинградской битвы начал действовать и
основной воздушный мост между СССР и США (Аляска —
Сибирь, или Алсиб), по которому в нашу страну пошел
поток боевых самолетов. Вопрос об открытии этого мар-
шрута американцы поднимали еще на Московской кон-
ференции осенью 1941 г., но Сталин возражал, отстаивая
северный и южный пути. 9 И только в июне 1942 г. из-за
недостатка торговых судов Сталин дал согласие на пос-
тавку части боевых самолетов через Камчатку и Дальний
Восток. 10
Первые самолеты по этой трассе были доставлены в
СССР в начале октября 1942 г. Всего до конца года через
Алсиб, протянувшийся на 14 тыс. км, советская сторона
приняла 148 боевых самолетов. Воздушный мост, по ко-
торому до конца войны в Советский Союз поступит око-
ло 8 тыс. самолетов, начал действовать. 11
Во второй половине 1942 г. активизируется доставка
грузов через Дальний Восток и . морским путем, который
станет в дальнейшем основным маршрутом. За время во-
йны через Дальний Восток в СССР прибудет 47,1% всех
импортных грузов, поставляемых в рамках ленд-лиза. 12
Какие же товары доставлялись в Советский Союз во
второй половине 1942 г. и какова была их значимость?
23 сентября 1942 г. Сталин в беседе с личным предста-
вителем президента США Уилки, объясняя причины по-
ражений Красной Армии летом 1942 г. на юге, подчерк-
нул, что они вызваны недостатком истребительной авиа-
ции и грузовиков, алюминия и взрывчатых веществ. 13
Причины поражений Сталин конечно же исказил, однако
именно товары этих наименований и занимали централь-
ное место среди других ленд-лизовских поставок.
В 1942 г. в СССР в рамках ленд-лиза поступило 2604
самолета, из которых более 1,5 тыс. прибыло во второй
половине года, в том числе свыше тысячи истребителей.
14 Эти поставки составляли примерно 10% от числа само-
летов всех типов, выпущенных во втором полугодии в со-
ветском тылу (15,7 тыс.).
Нередко советские исследователи ссылаются на тот факт,
что многие поступавшие по ленд-лизу самолеты были ус-
таревших марок и не выдерживали борьбы с самолетами
239
противника. Но если учесть, что в 1942 г. наши летчики
продолжали сражаться на устаревших И-16 и И-153 (на 1
января только истребительная авиация ПВО их насчиты-
вала 675), то применение самолетов союзников имело не-
сомненно положительное значение, особенно таких ма-
рок, как «Харрикейн», «Томагаук» и «Киттихаук». Наряду
с указанными типами самолетов во втором полугодии в
СССР поступило около 200 истребителей «Аэрокобра», 513
бомбардировщиков «Бостон» и «Митчелл», качество ко-
торых хвалил Молотов в своей телеграмме послу СССР в
США от 6 марта 1943 г. 15
Кроме самолетов союзники отправили в Советский Союз
в 1942 г. 3023 танка, из них во втором полугодии примерно
1,5—2 тыс., или 12—15% от уровня танков, произведенных
советским тылом за это же время (13,2 тыс.). Из всех пос-
тавленных в 1942 г. танков 1663 (55%) были легкими. 16
Но особенно большими размерами в 1942 г. выделяются
поставки грузовиков. Всего США в том году послали в
СССР 78964 автомобиля. Если даже принять во внима-
ние, что часть автомашин до места назначения не дошла,
то оставшиеся примерно 70 тыс. более чем в два раза пре-
вышали число машин, выпущенных в 1942 г. на советских
предприятиях (32,3 тыс.). 17 Поступивший автотранспорт
позволил не только повысить маневренность войсковых
соединений, но и способствовал увеличению пропускной
способности автодорог.
В СССР поступали не только автомашины. В октябре
1942 г. Рузвельт распорядился об отправке в нашу страну
завода автомобильных покрышек. 18 Великобритания обес-
печивала советский тыл каучуком.
Из металлов, поставляемых в Советский Союз в рамках
ленд-лиза, наибольшую значимость имел алюминий. Еже-
месячные поставки только первичного алюминия состав-
ляли по 4 тыс. т. Для сравнения отметим, что во втором
полугодии 1942 г. в СССР выплавлялось в среднем по 4,6
тыс. т алюминия в месяц. 19
Существенную помощь союзники оказывали нашей стра-
не в период Сталинградской битвы и своими поставками
взрывчатых веществ. По второму протоколу, действую-
щему с июля 1942 г. по июнь 1943 г., США обязались
поставлять в СССР в ноябре 4000 т взрывчатых веществ и
по 5000 т в последующие месяцы. 20 Особенно большое
значение имели поставки толуола — основного сырья для
производства тротила. К 1 марта 1943 г., по американс-
ким данным, США направили в СССР более 98 миллио-
нов фунтов толуола и тринитротолуола (примерно 44,5
240
тыс. т.). 21 Отечественное произвсуство толуола в 1942 г.
составило 38 тыс. т. 22
Вышеназванные поставки далеко не исчерпывали спис-
ка товаров, поступавших в нашу страну по ленд-лизу в
период Сталинградской битвы. Однако же сказанное поз-
воляет сделать вывод о том, что поставки союзников иг-
рали существенную роль. Конечно, не данные поставки
решили исход Сталинградской битвы, но и отрицать их
значимость нельзя. Союзническая помощь способствова-
ла разгрому врага, приближала победу, спасала многие жиз-
ни советских солдат, поднимала боевой дух военнослужа-
щих и тружеников тыла.
1 История второй мировой войны. 1939—1945. В 12-ти
т. Т. 8. М., 1977. С. 387.
2 Тыл Вооруженных Сил. 1991. № Ц). С. 30.
3 Подсчитано по: переписка Председателя Совета Ми-
нистров СССР с президентами США и премьер-минис-
трами Великобритании во время Великой Отечественной
войны, 1941-1945 гг. В 2-х т. Т. 1. М., 1989. С. 77, 79.
4 Советско-американские отношения во время Великой
Отечественной войны, 1941—1945: Документы и материа-
лы. В 2-х т. Т. 1. М., 1984. С. 233.
5 Там же. С. 488.
6 Переписка Председателя Совета Министров СССР...
Т. 2. С. 28.
7 Там же. С. 31.
8 Правда. 1943. 15 марта; Военно-исторический журнал.
1991. № 1. С. 28.
9 Трасса мужества и Дружбы: Сборник. Якутск. 1992. С.
14.
10 Советско-американские отношения во время Вели-
кой Отечественной войны. Т. 1. С. 198; Трасса мужества и
дружбы. С. 18.
11 США — экономика, политика, идеология. 1992. № 9.
С. 31; пасная звезда. 1992. 11 июня.
12 Военно-исторический журнал. 1991. № 1. С. 29.
13 Советско-американские отношения во время Вели-
кой Отечественной войны. Т. 1. С. 233—234.
14 Крылья Родины. 1987. № 4. С. 33; Воейно-историчес-
кий журнал. 1977. № 12. С. 61; No 2. С. 28.
15 Советско-американские отношения во время Вели-
кой Отечественной войны. С. 289—290.
16 Подсчитано по: Советский тыл в годы Великой Оте-
чественной войны. М., 1986. С. 36; Авиация и космонав-
16 Зак. №65
241
тика. 1991. <186> 10. С. 34; История Великой Отечествен-
ной войны Советского Союза. 1941—1945. В 6-ти т. Т. 3.
М., 1961. С. 214.
17 Авиация и космонавтика. 1991. <186> 10. С. 34; Ору-
жие Победы. М., 1987. С. 502.
18 Переписка Председателя Совета Министров СССР...
Т. 2. С. 31.
19 Подсчитано по: История второй мировой войны.
1939-1945. Т. 6. С. 341.
20 Переписка Председателя Совета Министров СССР...
Т. 2. С. 32.
21 Правда. 1943. 15 марта.
22 Оружие Победы. С. 445.
Т. А. ПАВЛОВА,
научный сотрудник
музея-панорамы «Сталинградская битва*
ОККУПАЦИОННАЯ ПОЛИТИКА
ГЕРМАНСКОГО КОМАНДОВАНИЯ
В СТАЛИНГРАДЕ
Одной из важнейших задач войны Германии против Со-
ветского Союза было разрушение крупных городов,
истребление и выселение их жителей. Подробное обос-
нование этой цели содержится в дневнике командо-
вания 6-й немецкой армии в записи от 20 октября 1941 г.
«Группа войск «Зюйд» доводит до сведения следующее
волеизъявление фюрера:
Недопустимо жертвовать жизнями немецких солдат для
спасения русских городов от пожаров или снабжать их за
счет немецкой родины. Хаос в России станет больше, если
жители советских городов склонятся к бегству в глубь Рос-
сии. Поэтому перед взятием городов необходимо сломить
артиллерийским огнем их сопротивление и принудить на-
селение к бегству.
Дополнение командования:
В боях вблизи городов Харьков и Белгород следует при-
менить артиллерию и направить огонь также на жилые
кварталы. Следует способствовать бегству населения из
города во время и после его взятия». 1
Гитлеровское командование уготовало Сталинграду судь-
бу Харькова и Белгорода. В директиве ОКВ от 5 апреля
1942 г. говорилось: «В любом случае необходимо попы-
таться достигнуть Сталинграда или, по крайней мере, под-
вергнуть его воздействию нашего тяжелого оружия с тем,
242
чтобы он потерял свое значение как центр военной про-
мышленности и узел коммуникаций». 2 Заранее была ре-
шена и судьба населения Сталинграда. 31 августа 1942 г. на
совещании в своей ставке Гитлер заявил: «Сталинград: муж-
скую часть населения уничтожить, женскую — вывезти».
Разрушение Сталинграда и трагедия его жителей нача-
лись 23 августа 1942 г., когда 4-й немецкий воздушный
флот начал массированную бомбежку города, его жилых
кварталов. Люди знали: единственный путь спасения —
это Волга. Однако на левый берег в первую очередь вы-
возилось заводское оборудование, эвакуировались высо-
коквалифицированные специалисты с семьями, мужчи-
ны призывного возраста, учащиеся школ ФЗУ, эвакогос-
питали. Старики, женщины и дети оставались на своих
пепелищах или скапливались у переправ.
Именно такую картину видел в ночь с 12 на 13 сентября
в районе центральной переправы командующий 62-й ар-
мией генерал-лейтенант В. И. Чуйков: «Издали видно, как
при подходе нашего парома пристань заполняется наро-
дом. Из щелей, воронок и укрытий выносят раненых, по-
являются люди с узлами и чемоданами. Все они до подхода
парома спасались от огня в щелях, ямах, воронках от бомб.
На закопченных лицах засохшие полосы грязи — слезы
смешались с пылью. Дети, измученные жаждой и голо-
дом, тянутся к воде... Сердце сжимается, к горлу подсту-
пает комок горечи.
Наша машина соскользнула с парома.
Улицы города мертвы. Ни одной зеленой ветки на де-
ревьях — все сгорело в огне пожаров. ...Изредка попада-
ются уцелевшие здания. В них копошатся люди, вытаски-
вают узлы, самовары, посуду, все несут к пристани». 3
Мало кому из этих людей удалось добраться до левого
берега, т. к. организованная эвакуация жителей из центра
города уже сворачивалась. Через трое суток после приезда
в Сталинград В. И. Чуйкова центральная переправа пре-
кратила работу. 14 сентября отсюда выехало на левый бе-
рег руководство города. 17 сентября на лодках — коман-
дование 62-й армии. Значительная часть населения оста-
лась в городе, фактически на поле боя, в распоряжении
как советских, так и немецких войск. Противнику уда-
лось полностью или частично оккупировать пять городс-
ких районов.
Политика германского командования на оккупирован-
ной территории Сталинграда заключалась в том, чтобы
полностью , уничтожить весь партийный и советский ак-
тив, истребить всех евреев, обезопасить себя от всех недо-
243
вольных вторжением немецкой армии, а также провести
организованную депортацию всего населения с последу-
ющей отправкой всех трудоспособных на Запад.
Эта политика осуществлялась совместными усилиями
немецкой военной комендатуры и вермахта. Немецким
солдатам внушали, что они являются исполнителями ве-
ликой исторической миссии, для достижения которой
дозволены любые средства. Указ фюрера и главнокоман-
дующего вооруженными силами А. Гитлера о военном
судопроизводстве на войне с Советским Союзом от 13 мая
1941 г. заранее освобождая их от ответственности за со-
вершенные злодеяния. В нем, в частности, говорилось:
«За действия, совершенные военнослужащими вермахта и
вольнонаемными, не будет обязательного преследования,
даже если деяние является военным преступлением или
проступком». 4
Несмотря на кратковременность пребывания в Сталин-
граде гитлеровские солдаты и офицеры совершили мно-
гочисленные преступления по отношению к мирным граж-
данам, в том числе детям: избиения, насилия, убийства,
грабежи. Это подтверждается многочисленными свидетель-
ствами сталинградцев, показаниями немецких военноп-
ленных, другими архивными документами. Так, военноп-
ленный лейтенант Генрих Фогг на допросе рассказал: «В
сентябре 1942 г. я выезжал в Сталинград. В это время я
видел, что на одной из улиц южной части Сталинграда на
телеграфном столбе висели два трупа. На прибитой под
ними доске было написано, что это были два еврея, кото-
рые под чужими фамилиями пытались проникнуть в одну
из немецких воинских частей». 5
По свидетельству жителей, 24 сентября 1942 г. для уда-
ления из подвала дома облпотребсоюза укрывшихся там
мирных граждан гитлеровцы применили слезоточивый газ.
Когда люди выбрались из убежища, женщины с детьми
были отделены от мужчин. Десятерых мужчин немцы уг-
нали, из них девятерых расстреляли. 25 сентября у дома
№ 25 по улице Ленина немецкий военнослужащий застре-
лил старушку-еврейку, он же жестоко избил другую 70-
летнюю еврейскую женщину, укрывшуюся в подвале со-
седнего дома Nq 27. 6
В кратком описании боевых действий 42-й отдельной
стрелковой бригады в Сталинграде сообщается: «Это было
4.10.42 г. В районе северо-западной части поселка «Бар-
рикады» противник предпринял атаку на наш левый фланг
обороны. Командир роты лейтенант Андреев первым за-
метил движение группы в 40—50 фашистов. Немцы впе-
244
реди себя выстроили большую группу мирных жителей,
преимущественно женщин и детей, в количестве от 70 до
100 человек, пытаясь под их прикрытием приблизиться к
нашему переднему краю».7
Военнопленный обер-инспектор Гельмут Ешке показал:
«Невзирая на ужасный голод, который переживало граж-
данское население города, немецкие солдаты отбирали у
жителей продукты питания, закопанные ими в землю.
Ежедневно к офицеру гарнизона приходили граждане с
различными жалобами о том, что немцы грабят, разбой-
ничают и т. д.». 8 Грабежами занимались и сотрудники
немецкой комендатуры. С этой целью жандармерия и вспо-
могательная полиция проводили массовые обыски квар-
тир и подвалов. У людей отнимали все, что представляло
хоть какую-то ценность, не говоря о коврах, драгоценнос-
тях, фарфоре и т. п. Наиболее ценные вещи передавались
командирам, которые отправляли их посылками в Герма-
нию своим семьям. Высокопоставленные сотрудники ко-
мендатуры занимались грабежом не только через своих
подчиненных, но и лично. Например, комендант Сталин-
града генерал-майор Ленинг 4 октября лично отобрал у
женщины-сталинградки два персидских ковра и шелко-
вое стеганое одеяло на гагачьем пуху и увез их на своей
машине. Всего две недели пробыл Ленинг в Сталинграде,
но за это время успел отправить в Германию четверых
солдат с награбленными вещами.
Прибывшая в Сталинград комендатура ранее работала в
Полтаве и находилась в непосредственном подчинении
южной армейской группировки. 3 сентября 1942 г. личный
состав комендатуры (130 человек) приехал в г. Калач. Ко-
мендатура была пр откомандирована к 6-й немецкой армии,
поэтому генерал Ленинг незамедлительно доложил о при-
бытии адъютанту командующего армией и начальнику штаба
армии генерал-майору Шмидту. Было решено большую
часть личного состава комендатуры оставил» в Калаче до
падения Сталинграда. До конца сентября сотрудники ко-
мендатуры периодически выезжали в Сталинград, генерал
Ленинг, например, бывал там по 2—3 раза в неделю.
1 октября немецкая военная комендатура обосновалась
в Сталинграде. Она разместилась в Дзержинском районе
напротив садика 8-е Марта в 3-м Доме Советов, где до
оккупации жили многие руководящие работники города.
Здание отремонтировали, на нем были вывешены флаги
со свастикой и укреплен большой потрет фюрера.
Вместе с комендантом в Сталинград прибыли: лейте-
нант Люгнер (граф, ближайший помощник Ленинга), за-
245
меститель коменданта майор Гельмут Шпайдель (началь-
ник отдела 1-а, ведавшего военными делами), адъютант
Шпайделя лейтенант Генрих Фогг (начальник отдела 1-ц
государственной безопасности), старший врач Нейберт (на-
чальник санитарно-медицинского отдела 4-6), казначей
Фрайнбергер, зондерфюрер лейтенант фон Аутергоф, обер-
инспектор Гельмут Ешке (начальник административного
отдела 7, ведавшего всеми гражданскими делами), капитан
жандармерии Виденрот и его заместитель лейтенант Виль-
гельми, четыре полевых жандарма, два сотрудника тайной
полиции (Гехейм-Фельд). Один из них — фельдфебель
Шимель, по специальности юрист, а также писарь, три
ординарца и несколько человек рядового состава. К ко-
мендатуре были прикомандированы две роты украинской
полиции, направленные в Сталинград из Харькова.
13 октября генерал-майор Ленинг был откомандирован
в Харьков, а комендантом назначен его заместитель май-
ор Шпайдель. Через несколько дней после отъезда Ле-
нинга единая комендатура Сталинграда была упразднена
и были созданы районные комендатуры, подчиненные 51-
му и 4-му армейским корпусам (командиры — генерал-
майор Ульрих, генерал-майор Вольф) и 71-й пехотной
дивизии (командир — генерал-лейтенант Гартман). Ко-
мендатура Сталинград-центр по-прежнему оставалась глав-
ной. Эта комендатура и Сталинград-Царица-Юг были под-
чинены майору Шпайделю. Жандармским комендантом
комендатуры Сталинград-центр был назначен капитан Ви-
денрот, а комендатуры Сталинград-Царица-Юг — лейте-
нант Вильгельми. Военным комендантом в поселке Ми-
нина стал командир 211-го пехотного полка полковник
Перенберг. Была также образована комендатура в север-
ной части Сталинграда. Она находилась в Тракторозавод-
ском районе на улице Зеленой (ныне Дзержинского) в так
называемом Доме профессуры.
Была предпринята попытка организовать в Сталинграде
и гражданское управление: военные коменданты назнача-
ли бургомистрами своих доверенных лиц из числа мес-
тного населения, а последние в помощь себе назначали
старост. Связь комендатуры Сталинград-центр с бургомис-
трами осуществлял обер-ефрейтор Ешке.
Военная комендатура отвечала за организацию порядка
на оккупированной территории. С этой целью в Сталин-
граде был введен комендантский час: запрещалось хожде-"
ние по улицам с 4 часов дня до 5 часов утра. Комендатура
устанавливала порядок движения по улицам. Так, на ули-
це Аральской висело объявление: «Кто здесь пройдет, тому
246
смерть», а на углу Невской и Медведицкой: «Проход рус-
ским запрещен, за нарушение расстрел».
Все население обязано было зарегистрироваться в ко-
мендатуре. При этом в паспорте проставлялся специаль-
ный штамп. Каждый прибывающий в город должен был
иметь на руках документ, выданный бургомистром той
местности, откуда он прибыл. Проводились патрулирова-
ние улиц и проверка документов у гражданских лиц. На-
рушители паспортного режима строго наказывались. О
появлении неизвестных лиц, не имеющих документов,
мирные обыватели должны были сообщать оккупацион-
ным властям. Одной из целей обязательной регистрации
населения было выявление специалистов для восстанов-
ления мелких предприятий Сталинграда, главным обра-
зом, пищевой промышленности. Восстановление крупных
заводов и самого города в его прежних размерах не плани-
ровалось.
Комендатура руководила строительством оборонитель-
ных линий и огневых точек на подведомственной терри-
тории, а в отдельных случаях должна была оборонять эти
укрепления силами своего личного состава. Чтобы полу-
чить бревна для строительства, гитлеровцы с помощью
тягачей разрушали уцелевшие деревянные жилые дома,
изгоняя из них хозяев. Очень много деревянных домов,
уцелевших от пожара, было разрушено в районе Дар-горы.
Комендатура стремилась использовать мирное населе-
ние для выполнения различных работ в помощь немецкой
армии. Это могла быть расчистка улиц, заготовка дере-
вянных частей зданий на« дрова и т. п. Так как приказы
коменданта игнорировались, людей сгоняли на работу с
помощью облав, под угрозой оружия.
Важной задачей комендатуры было проведение системы
мер по профилактике эпидемий. Население было обязайо
сообщать о всех случаях эпидемических заболеваний. Брать
воду разрешалось только в местах, специально отведен-
ных для местных жителей. Запрещалось принимать в сво-
их жилищах немецких военнослужащих без специального
разрешения. Если жилой дом занимали для нужд немец-
кой армии, его обитателей выбрасывали на улицу. Однако
противоэпидемические прививки делались только воен-
нослужащим вермахта. Немецким врачам запрещалось ока-
зывать помощь местным жителям.
Медицинскую помощь населению могла делать только
группа советских врачей, зарегистрировавшихся в комен-
датуре. Эти врачи организовали на Дар-горе лечебницу для
гражданских лиц. Она разместилась в подвале разбитой
247
бани. Немецкие власти отказались выделить лечебнице ка-
кие-либо лекарства и перевязочные средства. По свиде-
тельству майора Шпайделя, связь с ним осуществлял врач
Лепилкин.
Поддержанием порядка в городе, сбором сведений о парт-
ийно-советском активе, о скрывающихся евреях, обо всех,
проявляющих антигерманские настроения или совершаю-
щих действия, наносящие вред германской армии, зани-
малась немецкая жандармерия, непосредственно подчи-
ненная коменданту. Жандармерии была подчинена укра-
инская полиция, которой руководили немецкий фельфе-
бель, несколько унтер-офицеров и украинец в чине лейте-
нанта германской армии. Жандармерия и украинская по-
лиция производили аресты подозрительных лиц и наибо-
лее, по их мнению, опасных доставляли в комендатуру или
же расстреливали на месте без суда и следствия.
О функциях тайной полиции (Гехейм-Фельд) бывший
комендант Сталинграда майор Шпайдель на допросе по-
казал: «Они вели работу по борьбе с антигерманскими на-
строениями, политически проверяли советских граждан,
вербовали и насаждали агентуру во всех слоях советского
населения, удаляли или высылали советских граждан с
места их постоянного жительства, поддерживали связь с
. 1-ц армейских группировок и взаимно информировали друг
друга». 9
Немецкая комендатура действовала самыми жестокими
и бесчеловечными методами. Так, комендатура Сталинг-
рад-центр превратилась в страшный застенок, откуда не-
слись стоны и крики истязуемых. Установлено, что заму-
ченных, расстрелянных и повешенных в самой коменда-
туре вначале выбрасывали в яму, что находилась рядом с
комендатурой. После изгнания оккупантов в этой яме об-
наружили 31 труп. Когда эта яма была засыпана, то трупы
вывозились на кладбище, что в 2 км от здания коменда-
туры. На кладбище была вырыта яма глубиной около 6
метров, длиной 40 метров и шириной 12 метров.
После изгнания оккупантов в этой яме было обнаружено
516 трупов советских граждан, в том числе детей, замучен-
ных, расстрелянных, повешенных в комендатуре и других
местах. Из всех жертв ни одного человека опознать не уда-
лось: значительная часть трупов была изуродована до неуз-
наваемости, а другая часть не могла быть опознана ввиду
того, что к моменту похорон в районе было незначитель-
ное число местных жителей». 10
Немецкая комендатура стремилась показать населению,
что за любое неповиновение властям, за любое действие,
248
наносящее вред немецкой армии, последует суровая кара.
С этой целью на казни «преступников» сгоняли население,
а трупы оставляли на месте казни на несколько дней для
всеобщего обозрения. На грудь казненным прикрепляли
табличку с указанием вины. Так, в Ворошиловском районе
большую толпу людей согнали на казнь 16-летнего развед-
чика Саши Филиппова, на балконе комендатуры Сталинг-
рад-центр был повешен рабочий завода «Баррикады» Ни-
колай Сударев. Мирных граждан вешали на перилах желез-
нодорожного моста в центре города, на большой виселице,
установленной в Тракторозаводском районе.
Следует отметить, что немецкие власти не стремились к
тотальному истреблению мирного населения, т. к. в это
время из-за нехватки рабочих рук в Германии усилился
вывоз на Запад населения с оккупированных территорий
Советского Союза. Важнейшей задачей оккупационных
властей и была депортация населения из Сталинграда.
Однако гитлеровское командование не могло допустить
массового бегства сталинградцев в тыл немецкой армии.
Поэтому были приняты меры по проведению организо-
ванного угона жителей. На улицах Сталинграда были вы-
вешены немецкие листовки такого содержания:
«Трудящиеся Сталинграда!
Миллионы ваших собратьев работают в Германии и чув-
ствуют себя счастливыми и довольными. Там найдете и
вы хорошо оплачиваемую работу. О вашем здоровье там
позаботятся.
Трудоспособные мужчины и женщины Сталинграда!
Сейчас же собирайтесь на предприятия в Германию.
Приняты будут все трудоспособные и желающие работать.
Место приема: сборная площадь на южном выходе из
Сталинграда по дороге на Калач (Дон), лесок на верхней
улице или лагерь военнопленных в Воропоново № 205.
Нежелающие работать будут отправлены принудитель-
ным порядком в исправительно-трудовые лагеря». 11
Угон стариков, подростков, женщин и детей из Сталин-
града осуществлялся под угрозой оружия и сопровождался
грабежами, избиениямии убийствами. Людей заставляли
покидать их жалкие убежища, почти не давая времени на
сборы, собирали на сборном пункте, а затем гнали колон-
ной под вооруженной охраной. Вот как вспоминает об этом
Н. И. Ковалевская: «Немцы выгнали всех из блиндажей и
колонной гнали как пленных в Нижний Чир. Лагерь за ко-
лючей проволокой под открытым небом. В лагере было очень
много народа. 6 ноября 1942 г. шел сильный дождь, а в ночь
— мороз. Замерзло много людей. Утром 7 ноября немцы
249
выгнали мужчин из лагеря, дали им ломы и лопаты, они
рыли ямы, стаскивали всех замерзших и зарывали».
Одним из свидетельств активного участия вермахта в
депортации жителей из Сталинграда является приказ ко-
мандира 76-й немецкой дивизии от 6 октября 1942 г., в
котором говорилось: «Командование 7-го армейского кор-
пуса приказало: всех гражданских лиц из Сталинграда от-
правлять в закрытых охраняемых поездах до моста через
Дон в район Калача. Задерживать всех переселяющихся
из Сталинграда гражданских лиц мужского пола в возрас-
те от 18 до 25 лет. Задержанные должны быть доставлены
в ближайший сборный пункт военнопленных, откуда они
отправляются в армейские лагеря военнопленных». 12
После остановок в сборных пунктах, подобных Нижне-
Чирскому, сталинградцев гнали к железнодорожным стан-
циям, оттуда везли, как правило, на открытых платфор-
мах, в Белую Калитву Ростовской области. Там находился
большой пересыльный лагерь, разместившийся в бывших
птичниках, крытых соломой. В Белой Калитве проводил-
ся отбор трудоспособных для отправки в «третий рейх».
«На подневольный труд в Германию, — указывается в сбор-
нике «Подвиг Сталинграда», — оккупанты угнали около
75 тыс. сталинградцев,-цз них многие погибли в пути от
истощения и болезней». 13
Число угнанных на работу в Германию стремились уста-
новить достаточно точно. В Государственном архиве Во-
лгоградской области хранятся поименные списки граж-
дан, работавших в Германии и других странах Европы. Но
учет трудоспособных для работы на территории рейха про-
изводился не в Сталинграде, а в Белой Калитве. Сколько
же сталинградцев было депортировано оккупантами и не
добралось до Белой Калитвы? (В Нижнем Чиру, напри-
мер, к моменту освобождения находилось 2,5 тыс. жите-
лей Сталинграда.) Сколько погибло, сколько осталось в
оккупированной части города? Эти цифры пока не извес-
тны даже историкам.
Немецкое командование не смогло осуществить окку-
пационную политику в Сталинграде в полном объеме, но
жертвами -ее стали десятки тысяч наших сограждан.
Мы должны помнить об их горькой судьбе, не забывать
о преступлениях фашистского режима. Ведь недаром го-
ворят: «Кто не помнит прошлого, осужден пережить его
еще раз». , <
250
1. Война Германии против Советского Союза в 1941—
1945 гг.: Документальная экспозиция. (Под ред. Ренгарда
Рюрура). Берлин. 1992. С. 68. (Далее — Война Германии
против Советского Союза).
2. Самсонов А. М. Сталинградская битва. М. 1989. С.
584.
3. Чуйков В. И. От Сталинграда до Берлина. М. 1980. С.
121—122.
4. Война Германии против Советского Союза. С. 45.
5. Государственный архив Волгоградской области (далее
- ГАВО). ФР-6088. ОП. 1, Д. 121, Л. 16.
6. ГАВО, Ф. 6088, ОП. 1, Д. 121, Л. 53.
7. Архив Министерства обороны России. Ф. 345, ОП.
17588с, Д. 2, Л. 11.
8. ГАВО, ФР-6088, ОП. 1, Д. 121, Л. 14.
9. ГАВО, ФР-6088, ОП. 1, Д. 121, Л. 20.
10. ГАВО, ОП. 1, Д. 121, Л. 73-74.
11. ГАВО, Ф. 6088, ОП. 1, Д. 20, Л. 8.
12. ГАВО, Ф. 6088, ОП. 1, Д. 20, Л. 8.
13. Красавин В. С., Бородин А. М., Логинов И. М. Под-
виг Сталинграда. Волгоград. 1975. С. 314.
14. Центр документов новейшей истории Волгоградс-
кой области, Ф. 113, ОП. 14, Д. 1а, Л. 55.
С. В. ПОЗДИН,
зав, филиалом Городищенского
историко-краеведческого музея
СОВЕТСКИЕ ВОЕННОПЛЕННЫЕ
НА СТАЛИНГРАДСКОЙ ЗЕМЛЕ
Одна из трагических страниц Сталинградской бит-
вы — это судьба десятков тысяч советских воен-
нопленных, замученных в фашистских лагерях на
волжской земле. Всем в России и за рубежом из-
вестно о героях, погибших на склонах Мамаева кургана,
на острове Людникова. Весь мир облетели имена героев
Рубена Руиса Ибаррури, Якова Павлова, Гули Королевой
и многих других. Это гордость нашего народа, это симво
лы победы под Сталинградом. Но никто, кроме немногих
оставшихся в живых узников, не помнит о десятках лаге-
рей советских военнопленных, организованных фашиста-
ми на сталинградской земле. Созданная в ноябре 1942 г.
Государственная Чрезвычайная комиссия по расследова-
нию злодеяний немецко-фашистских захватчиков (ГЧК)
зафиксировала на оккупированной территории Сталин-
градской области 47 лагерей советских военнопленных (см.
251
Приложение 1). Но все сведения о количестве лагерей и
правда о трагической судьбе их узников стали достоянием
архивов.
И это не случайно. Забвение о пленных было частью
политики, проводившейся правительством СССР в годы
войны. На вопрос Международного Красного Креста о
проблеме содержания советских воинов в фашистском
плену Верховный Главнокомандующий И. В. Сталин от-
ветил, что в Советской Армии нет пленных, есть измен-
ники и предатели. С одной стороны, такое заявление раз-
вязало руки гитлеровцам, с другой — сыграло решающую
роль в наступившем забвении. Отразилась на этой про-
блеме и выработанная за десятилетия привычка упиваться
своими победами и замалчивать трагические страницы
своей истории.
Все это привело к печальным последствиям. Из 47 лаге-
рей советских военнопленных отмечены памятными зна-
ками, памятниками и стеллами только три. Это бывшие
лагеря в х. Вертячий, № 205 в п. Максима Горького и в п.
Гослесопитомник у станции Карповская. Ни в военкома-
тах области, ни в отделах культуры администраций рай-
онов, ни в обществах по охране памятников истории и
культуры вы не найдете никаких сведений о местах захо-
ронения узников, а ведь погибло их за 200 дней и ночей
более 20 тыс. человек. Всего несколько примеров. В лаге-
ре № 205 погибли 4500 воинов, в лагере Гослесопитомни-
ка — 1800, в Вертячинском лагере — 1500 человек. 1
Кто они, погибшие узники, мы не знаем и вряд ли когда
сможем узнать. Но это наши, дважды погибавшие воины:
один раз — в лагерях, другой — в бюрократических орга-
низациях и в нашей памяти. Еще не поздно, еще живы
очевидцы тех событий, которые могут показать и показы-
вают места расположения лагерей, места захоронения по-
гибших, иногда называют имена и фамилии оставшихся в
живых или погибших узников. Но их становится все мень-
ше и меньше. Так, Калачевский поисковый отряд, со слов
жителей хутора Суханов, в 1992 г. прЬизвел частичное ис-
следование предполагаемого места захоронения узников
лагеря в этом хуторе. В результате обнаружена братская
могила воинов. Поднято было 48 останков. Со слов быв-
ших узников лагерей и очевидцев тех событий, удалось
установить 52 фамилии из 20 тыс. погибших военноплен-
ных (см. Приложение 2). Это лишь капля в море.
По имеющимся сведениям, только в 19 лагерях содер-
жалось более 34 тыс. военнопленных (см. Приложение 1).
Следовательно, общее число содержавшихся узников в 47
252
' I ерях не менее чем в 2 раза превышало установленную
цифру.
Откуда же взялось такое число военнопленных?
Обратимся к начальному периоду Сталинградской бит-
вы. В июле-августе 1942 г. 62-я, 63-я и 64-я армии отсту-
пали, ведя в большой излучине Дона ожесточенные бои.
Из документов оперативных отделов штабов отдельных
частей и соединений видно, что в войсках происходила
неразбериха. Никто толком не знал, где находится про-
тивник, какими силами он готовится к новому удару и где
будет нанесен этот удар. Сплошная линия обороны порой
отсутствовала. В незащищенные участки прорывались вра-
жеские войска. Целые дивизии и бригады попадали в ок-
ружение и с огромными потерями, просачиваясь мелкими
группами сквозь оборону противника, выходили из кот-
лов. Так, 24—25 июля в районе ст. Клетской в полное ок-
ружение попала группа войск 62-й армии в составе 192-й,
184-й стрелковых дивизий и 40-й танковой бригады. 33-я
гвардейская стрелковая дивизия 23 июля пыталась кон-
тратаковать противника южнее х. Пронин, но вынуждена
была отступить, и тоже попала в окружение. Таким обра-
зом, в конце июля — начале августа 1942 г. в большой
излучине Дона в полном окружении вели бои 6 дивизий
62-й армии. Предпринятые попытки 1-й танковой армии
вывести части из окружения имели частичный успех. Лишь
незначительная часть войск сумела вырваться из кольца. 2
В район 4-й танковой армии вышло из окружения 5 тыс.
воинов. Если учесть, что в полнокровной дивизии по штату
числилось более 10 тыс. воинов, то из окружения удалось
вырваться менее половины одной дивизии из шести.
15 августа на восточный берег Дона вывел из окружения
200 человек раненый командир 33-й гвардейской дивизии
А. И. Устенко. Остальные же части были рассеяны и от-
дельными отрядами почти в течение всего месяца пере-
правлялись кто как мог через Дон. 3 28 айгуста командир
115-го укрепленного района докладывал в штаб 62-й ар-
мии: «На фронте 115-го УР продолжается выход из окру-
жения бойцов и командиров 33-й гвардейской стрелковой
дивизии, 147-й, 181-й и 229-й стрелковых дивизий на вос-
точный берег Дона, раздетых и нуждающихся в продуктах
питания. Снабжение одеждой и пищей этих людей никем
не организовано, места сбора не указаны. Некоторые наши
бойцы снимают с себя белье и отдают раздетым команди-
рам...» 4
Далеко не всем бойцам и командирам 62-й армии уда-
лось вырваться из кольца. Многие из них пали в боях,
253
многие оказались в плену. Не случайно уже с середины
августа в населенных пунктах Верхняя бузиновка, х. Ма-
нойлин, х. Плесистое, х. Еруслан, х. Ново-Максимовский,
х. Попов-2 и многих других фашисты организуют лагеря
советских военнопленных.
Не в лучшем положении оказались и части 64-й армии.
Актом ГЧК от 30 апреля 1943 г. подтверждается, что у с.
Васильевка Ворошиловского района фашисты взяли в плен
300 советских воинов этой армии. 20 из них гитлеровцы
расстреляли на месте, а остальных угнали в тыл. Всего в
большой излучине Дона фашисты создали более 30 лаге-
рей советских военнопленных.
Как известно, в конце августа немецко-фашистские во-
йска прорвали оборону наших войск в районе Вертячьего
и вышли на оперативный простор. 23 августа они оказа-
лись у берегов Волги в районе х. Рынок. С юга фашистс-
кие войска вышли на окраины Сталинграда в районе Ер-
генинских высот. Многие части 62-й и 64-й армий вновь
оказались под угрозой окружения. 30 августа начался от-
вод войск на внутренний оборонительный обвод по ли-
нии Гумрак — станция Карповская. Но измотанные боя-
ми, обескровленные части советских войск не успевали
своевременно отойти. Негативную роль сыграл приказ И.
В. Сталина № 227, известный в литературе под названием
«Ни шагу назад!». Многие командиры боялись отдать при-
каз на отход, хотя обстановка этого требовала. Так про-
изошло и здесь. До некоторых частей, сражавшихся с про-
тивником на берегах Дона, приказ об отступлении был
доведен лишь 31 августа. Командир 20-й мотострелковой
бригады 62-й армии полковник Ильин в своей неопубли-
кованной книге «Героический рейд 20-й» пишет, что в
штабе армии про бригаду забыли. Когда удалось наладить
связь и сообщить, что 31 августа бригада еще удерживает
город Калач-на-Дону, в штабе армии было просто не по-
верили. s
В таком же положении оказались 66-я и 154-я морские
стрелковые бригады, 115-й Укрепрайон и несколько ба-
тальонов Орджоникидзенского пехотного училища. Они
лишь успели дойти до внутреннего оборонительного об-
вода, как 31 августа противник танковыми соединениями
перекрыл единственный ведущий к Волге (по железнодо-
рожной линии Сталинград — Донская) узкий коридор. Все
вышеуказанные части, за исключением 154-й морской
стрелковой бригады, уже к 1 сентября оказались в окру-
жении в районе станции Карповская. Удалось установить,
что только 66-я морская бригада полковника Державина с
254
31 августа по 3 сентября потеряла без вести пропавшими
761 человека, в том числе 60 командиров. 6
Точно известно, что трое офицеров этой бригады, про-
павшие без вести 1 сентября, прошли через пересыльный
лагерь Гослесопитомник. Эго А. С. Мусалин, Н. Ф. Аста-
хов и Н. Н. Митюшкина. Сколько еще воинов 66-й морс-
кой бригады находилось в этом лагере, сказать трудно.
За три дня боев в окружении 20-я мотострелковая бри-
* гада потеряла пропавшими без вести 150 бойцов. К мо-
менту формирования (начало мая 1942 г.) она насчитыва-
ла 3152 человека. 30 августа в ее составе числилось 400
бойцов, а 3 сентября — всего 33 активных штыка. 7
Не трудно понять, воины каких частей составили кон-
тингент военнопленных созданных в начале сентября ла-
герей в поселке Гослесопитомник, Д. Алексеевка, п. Гум-
рак, с. Карповка, х. Цибенко, х. Старо-Дубовка и других.
Бывший узник лагеря в с. Карповка Г. М. Кривицкий вспо-
минает: «В августе 1942 г. я был подносчиком снарядов в
160-м отдельном артиллерийско-пулеметном батальоне 115-
го УР. 31 августа мы заняли со своим орудием позицию в
районе разъезда Басаргино, на высоте Яблоневая. Вскоре
со стороны Россошек и Дубинино пошли танки. Мы от-
крыли прицельный огонь. Две машины загорелись. Кто-
то закричал: «Танки сзади!». Когда я обернулся, то увидел:
со стороны поселка Нариман шли вражеские танки, они
находились уже в 500 метрах. Мы стали разворачивать пуш-
ку, но либо пущенная из танка очередь, либо осколок от
разорвавшегося рядом снаряда ударил меня по ногам. Я
упал и потерял сознание. Когда очнулся, то уже ходили
немцы и полицаи, собирали пленных, добивали раненых.
Я попытался встать, но рана была серьезная. Меня и еще
5 бойцов староста села Карповка увез на подводе в Кар-
повку, где нас бросили в колхозное овощехранилище.
Помню, там были еще девушки пленные. Одну я запом-
нил — связистка из нашего 115-го УР Жукова Антонина.
Потом крепких мужчин и девушек забрали в лагерь, а мы
еще месяц находились в этом погребе. Потом тех, кто оп-
равился после ранения, в том числе и меня, погрузили на
станции в эшелоны и повезли на Запад. В Шепетовке нас,
три вагона с пленными, отбили партизаны».
Очень похоже на это и воспоминание бывшего узника
лагеря Гослесопитомник командира 3-го батальона 66-й
морской бригады майора Н. Ф. Астахова. Как уже говори-
лось, вместе с Астаховым в плен попали комиссар А. С.
Мусалин, командир санитарного взвода Н. Н. Митюшки-
на, многие бойцы и командиры. Вот как это произошло.
255
При выходе из окружения по балке Яблоневая батальон
наткнулся на сильную группу противника. Часть баталь-
она была уничтожена, часть взята в плен. Такая же участь
постйгла и санвзвод. При попытке к бегству комиссар
Мусалип был убит.
Трагедия постигла 87-ю гвардейскую стрелковую и 98-ю
стрелковую дивизии. Именно на них обрушился главный
удар бронированного тарана немецко-фашистских войс
после переправы через Дон. Измотанные в предыдущих
боях, эти дивизии не смогли удержать противника. Они
понесли огромные потери и оказались отрезанными от
основных сил и штаба 62-й армии. 23 августа 35-я гвардей-
ская стрелковая дивизия и 169-я танковая бригада полу-
чили приказ контратаковать противника и перерезать об-
разовавшийся коридор. Приказ был выполнен, но удер-
жать занятые с огромными усилиями позиции советским
войскам не удалось. 35-я гвардейская стрелковая дивизия
и 169-я танковая бригада вынуждены были отступить в
северном направлении.
Частые бои, бесконечные перемещения сопровождались
большими потерями, в том числе пленными. Об этом, в
частности, свидетельствует тот факт, что на месте указан-
ных боев в сентябре 1942 г. фашисты организовали ряд
лагерей и сборных пунктов для советских военнопленных
— в хуторах Вертячий, Песковатка, в поселках Большая и
Малая Россошки, Западновка, в балке Грачева, в селе Дмит-
риевка.
Большое число наших бойцов попало в плен в районе
боев Орловской группировки советских войск, где 115-я
мотострелковая и 2-я мотострелковая бригады после ожес-
точенных боев были расчленены и почти полностью унич-
тожены. Немало пленных немцы взяли в ходе первых боев
в самом Сталинграде. Видимо, военнопленные из частей,
дравшихся с противником под Орловкой и на улицах го-
рода, и составили контингент узников двух известных ла-
герей в самом городе. Состав лагерей на оккупированной
территории Сталинградской области не оставался посто-
янным и неизменным. Туда прибывали все новые и новые
партии военнопленных. А старый состав частично отсор-
тировывался и перебрасывался в лагеря Украины, Бело-
руссии, Польши или в другие лагеря Сталинградской > об-
ласти. К примеру, для строительства узкоколейной дороги
в лагерь х. Пронин пригнали около 3000 военнопленных
из лагерей, находившихся в Клетской и Калаче-на-Дону.
Трагична судьба 60 тыс. советских военнопленных, по-
павших в неволю в одной из крупнейших битв второй
256
мировой войны. Ведь они служили и служат наглядным
доказательством неудач советских войск летом и в начале
осени 1942 г. А между тем многие узники заслуживают не
только нашего сострадания, но и восхищения. Перед каж-
дым из них, кроме политработников и евреев, реально стоял
выбор: пойти работать на фашистов, пойти воевать вмес-
те с фашистами или остаться умирать за колючей прово-
локой. Те, кто шел работать переводчиками, санитарами,
прачками, переводились на права расконвоированных с
возможностью свободно передвигаться по населенному
пункту, снимать квартиру, получать медицинскую помощь
и продовольственный паек. Расконвоированным разреша-
лось даже жениться и привозить к себе семью. Те же, кто
шел в полицаи, на охрану лагерей, на передовую или в
тыловые воинские части, получали права и льготы солда-
та вермахта и при ранении могли поехать в отпуск или
комиссоваться домой. Куда как лучше было бы пленным
принять условия нацистов и тем самым улучшить свое пол-
ожение. Не было бы тогда более 20 тыс. погибших.
Но ценой измены себе жизнь купили единицы. Боль-
шинство сохранили верность Родине и присяге, обрекая
себя на муки и страдания. А что довелось пережить узни-
кам лагерей, мы видим из многочисленных актов ГЧК, из
протоколов допросов военнопленных армии вермахта, из
воспоминаний очевидцев тех событий. Судите сами.
Условия содержания пленных были бесчеловечными. Из-
мотанных в непрекращавшихся боях советских воинов,
чаще всего попавших в плен раненными и контуженны-
ми, бросали в лагеря, где рацион их питания составлял в
августе-октябре 1942 г. один стакан запаренной ржи в сут-
ки на- человека, а медицинская помощь, как правило, во-
обще не оказывалась. Так, в лагере № 205 в д. Алексеебка
за период с сентября 1942-го по январь 1943 г. раненым
военнопленным выдали из всех медикаментов лишь 5 бин-
тов. А вот что вспоминал один из узников этого лагеря
узбек Ахметджан Имамов: «Несколько дней, несмотря на
просьбы, к нам никто не подходил. Нас мучали жажда и
раны. Один за другим раненые умирали. На другой день
этой нечеловеческой пытки умер мой боевой товарищ
Игамберды Халимов...» 8
Такими же были санитарные условия в других лагерях
— в х. Пронин, х. Малахов, х. Вертячий и т. д. Это же
подтверждают акты о лагерях в х. Липки, в г. Калаче-на-
Дону, в п. Гослесопитомник и других. Рабочий день узни-
ков всех лагерей составлял по 12—14 часов в сутки, а иногда
и более. С 5 утра и до поздней ночи военнопленные и
17 Зак. №65
257
мирные граждане ежедневно работали на строительстве
оборонительных укреплений, стратегически важных объ-
ектов. Так, большинство узников в лагерях Перелазовско-
го, Клетского, Суровикинского районов вели узкоколей-
ную железнодорожную линию от границы Ростовской об-
ласти до Сталинграда. 3 Узники лагерей в п. Гослесопи-
томник, в с. Карповка были заняты на строительстве аэрод-
рома в х. Жирноклеевка. Тем самым нарушалось междуна-
родное соглашение о запрещении использования против-
ником военнопленных на строительстве военных объектов.
Судя по актам о лагере Гослесопитомник и лагере Ne
205, пленным совершенно не выдавали воды. Узники уми-
рали от жажды. Наибольшая смертность приходится на
зимние месяцы. Так, в августе-сентябре 1942 г. от жажды
и голода в лагере № 205 умирало по 6—7 человек в день, в
декабре-январе 1942—43 гг. — по 120—130.
Гибли люди в лагерях, а количество пленных не умень-
шалось. Почему? В лагеря военнопленные продолжали
поступать непрерывным потоком и в ноябре, и в декабре
1942 г., и даже в январе 43-го, когда началась операция по
уничтожению окруженного под Сталинградом противни-
ка под кодовым названием «Кольцо». Этим объясняется
тот факт, что часть узников к моменту освобождения не
успела потерять последние силы и превратиться в живые
трупы. Об этом свидетельствуют акты, составленные ос-
вобождавшими частями Красной Армии. Так, сведения о
лагере № 205 сообщили бывшие узники Л. И. Чуднов и И.
Н. Солодун. В х. Ново-Максимовском наряду с команд-
ным составом Красной Армии участие в подписании акта
о лагере принимали 12 бывших его узников.
Как правило, такие военнопленные сразу же включа-
лись в состав освобождавших частей. Газета 15-й гвардей-
ской стрелковой дивизии «На защиту Родины» в номере
от 25 января писала, что вместе с частями дивизии после
освобождения лагеря в Алексеевке ушли в бой бывшие
узники этого лагеря, бойцы Остриков, Чеченцев, Свисту-
нов, Кузнецов. Газета 422-й стрелковой дивизии «Крас-
ный стрелок» 26 января рассказала о бывшем узнике лаге-
ря № 205 красноармейце Матвееве, который участвовал в
боях после освобождения. В составе 38-й стрелковой ди-
визии дрались впоследствии красноармейцы Ахметджан
Иламов, Борис Котков и Скориков. Боец Скориков во
время боя смело атаковал вражеский дзот, стремительно
ворвался в него и, действуя штыком и прикладом, уничто-
жил его гарнизон. За этот подвиг он был награжден ме-
далью «За отвагу».
258
Командующий 21-й армией генерал М. И. Чистяков в
своей книге «Земля пахла порохом» (М., 1979. С. 52—53)
пишет: «У Гумрака оказался лагерь наших военноплен-
ных. Мне было приказано всех наших бойцов, бывших
военнопленных, хорошо одеть, обуть, подлечить, накор-
мить, дать им отдых на 10—15 дней, а затем отправить в
тыл. Я побеседовал с этими воинами и убедился, что на-
строение у людей такое, что они готовы в любую минуту
идти драться с фашистами насмерть, чтобы отомстить за
свое унижение и муки, за гибель своих товарищей. Рвутся
в бой люди! Можно было их понять. Поскольку перед нами
стояла очень сложная и ответственная задача по расчле-
нению группировки противника, я отобрал из бывших во-
еннопленных около 8000 человек, сформировал из них вос-
емь батальонов, вооружил их и отправил в дивизии».
Размещая военнопленных и мирных граждан в лагерях,
фашисты совершенно не заботились о санитарно-гигие-
ническом состоянии помещений. Почти все лагеря, со-
зданные гитлеровцами, находились либо на летних скот-
ных базах (х. Малахов, Дмитриевка), либо в старых не-
отапливаемых амбарах и коровниках (с. Песковатка, х.
Липки, х. Пронин). Немало было и таких лагерей, в кото-
рых люди жили в земляных норах, с огромной натяжкой
их можно было назвать землянками. В таких условиях со-
держались, например, узники лагерей № 205, Гумрак, Гос-
лесопитомник, Россошки и многих других. Так, в Госле-
сопитомнике землянки были рассчитаны на 5—10 чело-
век, а гитлеровцы загоняли в них по 25—30 пленных. В
результате узникам негде было даже сесть, им приходи-
лось всю ночь проводить стоя или на корточках. Не вы-
держивая, наиболее слабые падали и больше не могли
встать: многих из них затаптывали в тесноте. При осво-
бождении лагеря Гослесопитомник бойцы Советской Ар-
мии отмечали, что в норах узники, оставшиеся еще в жи-
вых, лежали на 2—3-ярусных кучах умерших.
Фашисты зверски издевались над военнопленными. Вог
одно из показаний жительницы хутора Малахов Кузнецо-
вой Анны Тимофеевны: «Я лично видела, как фашисты
избивали палками и прикладами обессилевших и заму-
ченных военнопленных, снимали с них всю одежду и бро-
сали в погреба и колодцы, подвергая их мученической
смерти. И это в ноябре. В результате такого зверства в
погребе погибло 70 человек, в колодец сбросили более 40
человек. С наступлением морозов немецкие конвоиры го-
няли военнопленных на работу полураздетыми и босиком».
А в акте о лагере х. Липовка от 27 июня 1943 г. говорится:
259
«Военнопленные спали на земляном полу в таком виде, в
каком он остался после угона оттуда свиней. Подстилать
солому запрещалось. Как только наступили морозы, с во-
еннопленных снимали одежду и обувь. У многих из них
были отморожены конечности. Смертность в эти дни до-
стигали 20—30 человек в сутки». При отступлении остав-
шиеся 24 обмороженных и обессиленных воина гитлеров-
цы облили бензином и сожгли.
О зверствах фашистов рассказывали бывшие охранники
лагерей, взятые в плен частями Красной Армии. В час-
тности, бывший начальник охраны лагеря в г. Сталингра-
де военнослужащий румынской армии В. Д. Юря на до-
просе показал: «Примерно числа 10—12 января 1943 г. я
утром увидел два трупа русских военнопленных, которые
стояли — один у ворот лагеря, а второй — на линии же-
лезной дороги. Возле каждого трупа с левой стороны сто-
яла досточка с надписью: «Кто будет бежать с лагеря —
будет также расстрелян». Ночью по приказанию комен-
данта лагеря и командира 194-го пехотного полка 71-й пе-
хотной дивизии Роске были расстреляны на территории
лагеря еще 6 военнопленных». 9
Еще большие издевательства и мучения претерпели уз-
ники тех лагерей, которые оказались в кольце окружения.
Таких лагерей было не менее 15. «Во время освобождения
хутора Питомник, — говорится в акте, — в лагере, где на-
ходились военнопленные, было обнаружено 230 настоль-
ко исхудавших людей, что большинство из них были по-
хожи на мертвецов и вскоре умерли от голода. Часть воен-
нопленных найдена с распоротыми животами, без внут-
ренностей. Почки, сердце, легкие были взяты на съедение
самими военнопленными, а у части трупов отсутствовали
мягкие части тела».
Людоедство, массовые расстрелы, унижение чести и до-
стоинства человека имели место во всех 15 лагерях. Так, в
акте о лагере в х. Вертячий говорится: «За несколько дней
до наступления Красной Армии немцы вообще прекрати-
ли кормить пленных и обрекли их на голодную, мучени-
ческую смерть». В результате такого обращения в лагере
погибло около 1500 советских военнопленных (акт от 21
июня 1943 г.), а не 87, как свидетельствует акт от 22 декаб-
ря 1942 г., составленный освобождавшими лагерь частя-
ми. А вот что записал в своем блокноте специальный во-
енный корреспондент Совинформбюро Г. А. Пономарев:
«27 января 1943 г. Людоедство, которое в лагере № 205
приняло чудовищные размеры, и люди, похожие на диких
зверей, производят потрясающее впечатление. Трупы ле-
260
жат вперемежку с живыми. Живые пожирают мертвых,
едят их сырыми».
Вот в каких условиях приходилось жить, бороться за
жизнь советским военнопленным. Тем, кого долгие годы
считали предателями и о судьбе которых пытались не вспо-
минать. Освободившись из фашистских лагерей, многие
военнопленные уходили вместе с советскими войсками
громить врага и получали правительственные награды за
храбрость в бою. Как уже говорилось, И. М. Чистяков
сформировал из 8000 освобожденные из лагеря в Гумраке
советских военнопленных 8 батальонов. Впоследствии
командарм очень хорошо отзывался о них. Но вот пара-
докс: за свои действия Чистяков получил выговор. Но,
как пишет, генерал, он никогда не жалел о сделанном.
Такова правда о судьбе советских военнопленных на ста-
линградской земле.
1 Государственный архив Волгоградской области (далее
- ГАВО) Ф. 6088. On. 1. Д. 364—365.
2 Крылов Н. И. Сталинградский рубеж. М., 1990. С. 54—
55.
3 Там же. С. 18.
4 Центральный архив Министерства обороны России
(далее — ЦАМО). Ф. 345. Оп. 5487. Д. 35 (Боевые донесе-
ния 115 УР в штаб 62-й армии).
5 ЦАМО. Ф. 345. Оп. 5487. Д. 28.
ч6 ЦАМО. Ф. 1326. On. 1. Д. 2.
7 ЦАМО. Ф.3371.ОП. 1. Д. 2.
8 ЦАМО. Ф.1232.Оп. 1. Д. 52. (Газета 81 гсд. «Красный
стрелок» от 26.01.43 г.).
9 ГАВО. Ф.6088.Оп. 1. Д. 35. (Показаниярумынского плен-
ного Юря В. Д.).
Приложение 1.
Лагеря советских военнопленных, расположенные на оккупированной территории Сталинградской области
NiNe пл Населенный пункт в котором находился лагерь Число военно- пленных Из них погибло Источник
1 2 3 4 5
1. д. Алексеевка № 205 6000 4500 ГАВО. Ф. 6088. On. 1. Д. 364-365
2. х. Вертячий 3000 1500 Там же
3. Гослесо- питомник 2000 1800 Там же
4. х. Варламов 700 100 Государственный архив России (далее — ГАР). Ф. 7021. О. 45. Д. 10
5. х. Пронин № 111 400 +375 Там же
6. х. Малахов 2000 246 ГАВО. Ф.6088. On. 1. Д. 9
7. 8. х. Липовка 500 24 х. Ерохи- Нет некий сведений Там же. Там же. Д. 14
9. х. Солоновский - — ' Там же
10. п. Перелаз - - Там же. д. 365
11. г. Сталинград — — Там же
12—13. п. Гумрак (два лагеря) - - Там же
14. х. Ягодник - — Там же
15. х. Суханов Газета 5-й гв. кав. дивизииЗ-го гв. кав. корпуса «Конно- гвардеец». 1942. 20 ноября
16. с. Плодовитое 1500 15 Заявление граждан села Плодовитое Р. Я. Тюниной, М. Я. Астаховой.
262
17. Ст. Чернышково2500 — ГАР. Ф. 7027.
Оп. 45. Д. 10
18. п. Ферма № 1 Нет 38 Там же. Д. 9
совхоз 77. сведений 19.x. В. Бузиновка - Там же. Д. 8
20.x. Манойлин 700 530 Там же
21.x. Осинки — Там же
22.x. Поповский II3000 -• Там же. Д. 4
23. с. Плесистое * 5 Там же
24.x. Еруслан 5000 330 Там же
25. х. Майоров 400 9 Гам же
26. х. Кисляки 450—500 Нет сведений Там же
27.x. В. Аксенец 300 — Там же. Д. 5
28. г. Калач-на-Дону3000 — Там же. Д. 11
29.x. Б. Набатов — Там же
30.x. Илларио- 300 150 Там же
новский
31.x. Рычковский 500 70 Там же. Д. 6
32.x. Ново- Нет Нет Там же. Д. 1
Московский сведений сведений
33.x. Хохлачев — Там же
34. Б. Грачевая 257 Там же
35—36. М. Россошка - Нет Сообщения Сов-
Б. Россошка -информбюро от 18.1.43г
о зверствах фашистов
в лагерях Малой
и Большой Россошках
37. х. Шебалине - - А земля пахла порохом
Сборник воспоминаний
(воспоминания
И. К. Реброва) Волгоград
1982. С. 164—167
38.x. Цибенко - - Центральный архив
Министерства обороны.
Ф.422 (81 гв. стр. див.).
Боевое донесение
от 14.01.43 г.
в штаб 64-й армии
39. Н. Чир ГАВО. Ф. 6088. Оп.1. Д. 2
40. х. Демкин Там же. Д. 75
(два лагеря)
41. с. Дмитриевка Там же. Д. 363
263
42. с. Карповка - - Показания жителей
ст. КарповскаяИ.
Д. Иващенко
43. с. Разгуляевка 2000 - ГАВО. ф. 6088
On. 1. Д. 13
44. Воропоново - - Там же
лагерь bfe 169
45. с. Песковатка - - Имеются фотографии
в музее-панораме
«Стал, битва»
46. с. Западновка - - Имеются показания
бывших узников лагеря
и жителей хуторов
47. х. Березовский -
Приложение 2.
Погибшие военнопленные,
фамилии которых удалось установить
1. Контарин Михаил Андреевич
2. Лебедев Афанасий Сафронович
3. Иова Василий Григорьевич
4. Абдухакимов Абдурахим
5. Утабаев Джуман
6. Мармагамбетов Джингай
7. Ингмаров Сатжар
8. Хмель Нестор Васильевич
9. Михаилов Николай Сергеевич
10. Гончаренко Иван Петрович
11. Ягольников Алексей Степанович
12. Малоглавский Николай Макарович
13. Шаймухамбетов Мосаким
14. Терещенко Иван Петрович
15. Фадеенко Георгий Иванович
16. Трусовский Василий Егорович
17. Орешкин Анатолий Сергеевич
18. Хайдаров Султан
19. Антипов Емельян Константинович
20. Лыткин Федор Павлович
21. Ященков Василий Николаевич
22. Шадрин Михаил Иванович
23. Малов Петр Федорович
24. Пригов Григорий Максимович
25. Дроздов Геннадий Гаврилович
26. Суворов Дмитрий Филиппович
27. Ткачев Михаил Дмитриевич
264
28. Капитан Рыжков
29. Богатырев Иван Денисович
30. Берлугин Николай Васильевич
31. Мусатов Александр Васильевич
32. Рыбин Степан Иванович
33. Плотник Гавриил Иванович
34. Сирик Павел Фадеевич
35. Кувшинов Василий Ильич
36. Жеребятьев Петр Михайлович
37. Джаксыбаев Калдыбек
38. Ерохин Василий Семенович
39. Левшин Василий Николаевич
40. Шиленков Александр Григорьевич
41. Ванюков Василий Дмитриевич
42. Антонова Мария
43. Вайцехович Максим
44. Загусадьев Семен
45. Бердиев Меле
46. Писаренко Михаил Федорович
47. Саенко Ф. А.
48. Гевко Михаил Нефедович
49. Бондаренко Иван Васильевич
50. Афанасьев Павел Петрович
51. Лукин Тимофей Самойлович
52. Халимов Игамберды
A. E. ЕПИФАНОВ,
преподаватель Высшей
следственной школы МВД РФ
ОРГАНИЗАЦИЯ И ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ
СТАЛИНГРАДСКОЙ областной
КОМИССИИ ПО РАССЛЕДОВАНИЮ
ЗЛОДЕЯНИЙ НЕМЕЦКО-ФАШИСТСКИХ
ЗАХВАТЧИКОВ
Всего 6 месяцев находилась группировка гитлеров-
ских войск под командованием генерала Ф. Пау-
______люса на сталинградской земле, но оставила она
ГЖ за собой страшный след. Из 73-х районов облас-
ти оккупанты захватили 14, которые подверглись наиболь-
шим разрушениям. 22 района стали прифронтовыми, ис-
пытывая методические налеты германской авиации и ар-
тобстрелы. В руках частей вермахта оказались часть Ста-
линграда, город Серафимович, рабочий поселок Котель-
никове и еще 243 других населенных пункта.
Массовые убийства мирных граждан, умерщвление го-
лодом, отравление газами, истребление больных, мучитель-
ные пытки — все это практиковалось как система, с не-
мецкой педантичностью и хладнокровной аккуратностью.
Гитлеровские генералы старались перещеголять друг дру-
га бесчеловечностью своих приказов, а их солдаты и офи-
церы состязались в совершении чудовищных преступле-
ний над мирным населением и военнопленными. Тысячи
сталинградцев стали жертвами террора со стороны немец-
ко-фашистских захватчиков. В ходе военных действий и
оккупации, а также в результате грабительской политики
нацистов народному хозяйству Сталинградской области и
ее жителям был причинен громадный материальный ущерб.
Десятки тысяч мирных жителей были угнаны в германс-
кое рабство.
Указом Президиума Верховного Совета СССР от 2 но-
ября 1942 г. была образована Чрезвычайная Государствен-
ная комиссия по установлению и расследованию злодея-
ний немецко-фашистских захватчиков и их пособников,
а также причиненного ими ущерба. 1 Несмотря на свои
широкие полномочия, она не смогла бы достичь постав-
ленной цели — полностью установить и расследовать зло-
деяния гитлеровцев на всей оккупированной территории
Советского Союза — без помощи местных комиссий и
всего населения. Необходимость проведения всенародных
266
мероприятий по изобличению гитлеровских военных пре-
ступников была очевидной.
Постановлением СНК СССР от 16 марта 1943 г. была
представлена структура органов, призванных осуществить
расследование на местах и оказать Чрезвычайной Госу-
дарственной комиссии необходимую помощь. Основное
бремя расследований было возложено на республиканс-
кие, краевые и областные комиссии содействия, образо-
вание которых предусматривалось в местностях, освобож-
денных от оккупантов. Их основными задачами стали объ-
единение и согласование, проводимой советскими госу-
дарственными органами работы по учету военных преступ-
лений и нанесенного войной материального ущерба, ус-
тановление во всех случаях, где это представляется воз-
можным, личностей нацистов, виновных в организации
или совершении злодеяний, с целью предания их суду.
Для осуществления этих задач на комиссии было возло-
жено: сбор документальных данных о злодеяниях и их
проверка; обработка указанных материалов и по мере не-
обходимости их публикация. Они имели право поручать
соответствующим органам производить расследование, оп-
рашивать потерпевших, собирать свидетельские показа-
ния и иные документальные данные, относящиеся к на-
силиям, зверствам, грабежам, разрушениям и другим пре-
ступным действиям гитлеровцев.
21 марта 1943 г. решением бюро Сталинградского обко-
ма ВКП(б) была образована одна из первых Сталинградс-
кая областная комиссия содействия. В ее состав вошли
партийные и советские руководители области, большин-
ство из которых незадолго до этого входили в городской
комитет обороны: председатель Сталинградского облис-
полкома И. Ф. Зименков, начальник областного управле-
ния НКВД А. И. Воронин, секретарь горкома ВКП(б) И.
А. Пиксин и председатель Дзержинского райисполкома
Т. С. Мурашкина. Возглавил комиссию содействия пер-
вый секретарь Сталинградского областного комитета пар-
тии А. С. Чуянов. Для ведения дел областная комиссия
образовала технический аппарат в количестве четырех че-
ловек. Ответственным секретарем комиссии был утверж-
ден заведующий особым сектором Сталинградского обко-
ма партии Ф. П. Мякинин. 2
Ответственность за проведение всех работ в районах была
возложена на первых секретарей райкомов В КП (б) и пред-
седателей райисполкомов. Они получили указание о том,
что гитлеровцы подлежат ответственности за ущерб и зло-
деяния, причиненные ими на территории Сталинграде-
267
кой области. Областная комиссия потребовала тщательно
учитывать все факты зверств и разрушений, чтобы «пред-
ъявить счет фашистской Германии и получить с нее по
этому счету сполна*.
Установление и расследование злодеяний захватчиков
расценивалось как важнейший участок партийной и госу-
дарственной работы, имеющий большое военно-полити-
ческое значение. Руководителям партийных и советских
органов, а также органам НКВД надлежало немедленно
заактировать все имеющиеся факты злодеяний и нанесен-
ного захватчиками ущерба; привлечь к составлению актов
представителей партийного и советского актива, козяй-
ственных, кооперативных, профсоюзных, комсомольских
и других общественных организаций. 3
Деятельность областной комиссии содействия подчиня-
лась единым правилам производства расследования, кото-
рые регулировались особыми инструкциями, изданными
Чрезвычайной Государственной комиссией.
Последние предусматривали установление фактов зло-
деяний на основании заявлений граждан, опросов потер-
певших и свидетелей, врачебной экспертизы, а также ос-
мотров мест совершения зверств. Составленные в резуль-
тате этого акты включали точное описание зверств, а в
качестве приложения имели все относящиеся к делу доку-
менты — фотоснимки, письма советских людей из гер-
манской неволи, трофейные приказы и распоряжения во-
енного командования и администрации гитлеровцев.
Областная комиссия направила в освобожденные рай-
оны в качестве своих уполномоченных «специалистов по
учету злодеяний, совершенных немецко-фашистскими
войсками*, — работников областной прокуратуры. Их над-
елили полномочиями по мобилизации всех райкомов пар-
тии, исполкомов, районных прокуратур, милиции, судов
на оформление актов о злодеяниях захватчиков.
Успешное проведение учета ущерба народному хозяйст-
ву области во многом стало возможным также благодаря
направлению комиссией содействия своих уполномочен-
ных на места. Их состав бьш подобран А. С. Чуяновым и
И. Ф. Зименковым из представителей различных учрежде-
ний. Был составлен особый график мобилизации уполно-
моченных от организаций и направления их в районы для
учета ущерба.
В составлении актов о злодеяниях гитлеровских войск и
причиненном ими материальном ущербе приняли участие
12 тысяч жителей Сталинградской области. Итогом рас-
следования явился доклад председателя областной комис -
268
сии содействия А. С. Чуянова на заседании Чрезвычайной
Государственной комиссии, которое состоялось 11 марта
1945 г. По докладу было принято постановление «О злоде-
яниях немецко-фашистских захватчиков и причиненном
ими ущербе в Сталинграде и оккупированных районах
Сталинградской области».,
В ходе расследования было установлено, что в Сталин-
граде и области гитлеровцы истребили 38554 мирных жите-
ля и 6074 военнопленных, в том числе расстреляли 1744,
повесили 108 человек. Насилиям и пыткам подверглись 1598
граждан. В результате артобстрелов и бомбардировок, осу-
ществленных гитлеровскими войсками, погибло еще 42797
сталинградцев.
Фашистры разрушили и сожгли в Сталинграде 50 тысяч
зданий, 56 предприятий. В области было полностью раз-
рушено 30 населенных пунктов, разграблено огромное ко-
личество машин, инвентаря, продовольствия и различно-
го имущества. На основании 34064 актов материальный
ущерб народному хозяйству области определялся в 9024985
тысяч рублей. 4
В список виновников указанных злодеяний и матери-
ального ущерба вошли 77 военнослужащих 6-й армии вер-
махта во главе с фельдмаршалом Паулюсом.
1 Правда. 1942. 4 нояб.
2 Областной центр хранения и изучения материалов но-
вейшей истории. Ф. 13. Оп. 14. Л. 231.
3 Государственный архив Волгоградской области. Ф. 6088.
On. 1. Д. 3. Л. 74.
4 Там же. Д. 6. Л. 24.
Л. Ф. ПЕТРОВА,
главный хранитель фондов музея-панорамы
«Сталинградская битва*
Письма из котла
Уже полвека в фондах музея-панорамы. «Ста-
линградская битва* хранятся подлинные не-
мецкие письма, написанные в Сталинграде
зимой 1942/43 г. и не дошедшие до адресата.
Письма оказались в музее разными путями. Большин-
ство из них было обнаружено нашими воинами в не-
мецких штабах и блиндажах, часть найдена в развали-
нах города, некоторые поступили в музей от жителей.
Непроста и дальнейшая их судьба.
В 1953 г. поступило распоряжение сжечь письма в ко-
тельной музея обороны. Но, справедливо считая, что пись-
ма представляют большую историческую ценность, глав-
ный хранитель фондов А. С. Бондаренко и зав. отделом
Т. Н. Науменко часть их спасли от уничтожения.
Только в 1983 г. ст. научный сотрудник, хранитель фон-
да письменных источников О. Г. Ратке приступила к раз-
бору и систематизации этих исторических памятников.
Многие письма были отреставрированы, переведены на
русский язык. Трудности их исследования заключались в
неразборчивости почерка, в своеобразном изложении, в
готическом шрифте. Ранее письма небрежно просматри-
вались, вследствие чего многие конверты от текстов на-
ходились отдельно. В результате невозможно стало опре-
делить, куда и кому они адресовались, нередко трудно было
определить фамилию и имя автора. Большую помощь
оказали аспирант Берлинского университета Эберт Йенс
и немецкие студенты, обучавшиеся в Волгоградском го-
сударственном университете.
Всего удалось восстановить около 500 немецких и 14
австрийских писем. Их значение трудно переоценить, ведь
они написаны людьми, пережившими трагедию Сталин-
града. С потрясающей откровенностью и прямотой пись-
ма отражают моральное и физическое состояние немец-
ких солдат и офицеров. Их авторы знали, что каждое пись-
мо может был» последним. В таких ситуациях, перед ли-
цом смерти, не лгут.
Понимая, что они находятся в безвыходном положе-
нии, многие авторы обращались в письмах к Богу с про-
сьбой о помощи, выражали веру в судьбу. Еще недавно
слепо верившие во всемогущество Германии, они подав-
270
лены и угнетены. Письма отражают отчаяние солдат, ко-
торые уже не верят в победу, но продолжают отчаянное
сопротивление. Некто Хайнц писал 17 января 1943 г. своей
невесте: «Каждый день противник атакует наши слабые
передовые позиции превосходящими силами. Наши по-
тери были очень большими. Наши солдаты лежали при
морозе 30° С на открытой местности за стенами из снега,
не имея возможности хоть немного отогреться или сме-
ниться. После этого, кроме раненых, было много обморо-
женных. Бой за крепость Сталинград принадлежит к са-
мым большим героическим подвигам, которые когда-либо
совершали наши солдаты».
Без всякого стеснения солдаты и офицеры пишут до-
мой о собственной запущенности, грязи, недоедании. Вот
лишь несколько строк из писем:
«13 ЯНВАРЯ 1943. РОССИЯ.
...Сижу теперь зесь неумытый и небритый, как чушка...
Ваш Нис».
«...Здесь суровые морозы и большие метели затрудняют
наше положение в окопах, где мы живем. К тому же муче-
ния со вшами. До скорого свидания дядя Карл».
«В каком дрянном положении мы находимся здесь, в
крепости Сталинграде. Увидев меня, очень бы удивились
моей внешности, я так похудел, что стал похож на полу-
голодную собаку. Силы, которые я когда-то имел, исчез-
ли. Если пробежишь метра 3—4, то спотыкаешься о каж-
дый маленький камень, вряд ли вы меня узнали бы. Внут-
ри я еще остался старый Родрих. Изменился лишь внеш-
не. И это в конце концов объяснимо: 20 граммов хлеба, 37
граммов мяса и 50 граммов сливочного масла — таков наш
рацион на день».
В период окружения немецкое командование призыва-
ло солдат «напрячь все силы» и выполнить приказ фюре-
ра. Оно сулило им «скорую победу и желанный отдых». В
некоторых письмах звучат слова надежды, самоуспокое-
ния. Так, обер-ефрейтор Франц Пальтер писал 20 января
своим родным: «Дорогие!.. Нахожусь на старом месте, еще
здоров, бодр и доволен, в надежде на то, что котел, в ко-
тором мы оказались, по слухам, еще открыт. Тогда — «ура!»
Это снабжение и боеприпасы. Надеюсь; что это правда, и
в будущем наши условия улучшатся».
Чтобы успокоить своих родных и близких, некоторые
авторы идеализировали свое положение. Например, еф-
рейтор Вернер Хойманн писал родителям: «Мои дорогие
родители. Судя по распространенным различным лозун-
гам, наше положение нельзя назвать неблагоприятным.
271
Будем же надеяться на лучшее и молиться о счастливом
конце».
Но большинство солдат уже не верили посулам коман-
дования. За пять месяцев боев под Сталинградом и в са-
мом городе они познали силу сопротивления советских
воинов, по достоинству оценили их мужестве и воинское
мастерство. В своих письмах родным и знакомым немец-
кие солдаты откровенно писали, несмотря на жестокую
цензуру, о том, какая драма разыгралась на улицах и пло-
щадях разрушенного, но не сломленного города.
Неблагоприятные вести просачивались в Германию и вы-
зывали среди населения все более нарастающую тревогу
за судьбу своих близких. Это видно из множества писем
из Германии. В одном из них читаем: «Дорогой папа! Я
очень беспокоюсь. По радио мы слышим, что именно в
тех местах, где ты находишься, идут сильные бои. Всякий
раз, когда проходит почтальон мимо нас, я очень огорча-
юсь».
Гитлеровские правители всячески стремились поднять
дух немецкого народа и солдат. По радио и в печати они
утверждали, что Сталинград будет взят. Был заготовлен
литографский камень для печатания листовок, который
ныне экспонируется в нашем музее. Текст на нем гласит:
«Сталинград пал. Москва — голова Советского Союза.
Сталинград — его сердце». Далее шло сообщение о паде-
нии Сталинграда. Письма немецких солдат из «котла» сви-
детельствовали о том, что фашистская пропаганда явно
поторопилась. Некоторые авторы давали объективную
оценку событиям.
В этом отношении характерно письмо обер-ефрейтора
Бруно Калиго от 31 декабря 1942 г. Приведем его почти
полностью:
«Дорогие родители! Сейчас канун Нового года, я думаю
о доме, и у меня разрывается сердце. Так здесь все плохо и
безнадежно... Голод, голод, голод и к тому же вши и грязь.
День и ночь нас бомбят советские лётчики и артиллерий-
ский огонь почти не прекращается. Если в ближайшее
время не совершится чуда, я здесь погибну.
Иногда я молюсь, иногда проклинаю судьбу. При этом
все мне представляется бессмысленным и нелепым. Когда
и как придет избавление? Как может вынести такое чело-
век? Или все эти страдания — наказанье божье?
Мои дорогие, все это я не должен был вам писать, но я
уже растерял весь свой юмор и мужество. Я разучился
смеяться. Здесь все, словно комок дрожащих нервов. Все
живут, словно в бреду. Если из-за этого письма я предста-
272
ну перед военным судом и буду расстрелян, это будет как
избавление от страданий. У меня больше нет надежды. Я
прошу вас не плакать, если вы получите известие, что меня
уже нет. Будьте добры по отношению друг к другу, благо-
дарите Бога за каждый дарованный вам день...»
Во всех немецких письмах прослеживается человечес-
кая нежность и тепло к родным, тоска по дому, по роди-
не, из них видно, что для многих солдат была страшна не
сама смерть, а потеря связи с родными, с теми маленьки-
ми радостями, которые могли быть раньше, а сейчас заме-
нились морозами, голодом, смертью.
После долгой исследовательской работы была подготов-
лена выставка «Письма из Сталинграда». В 1991 г. в Берли-
не она экспонировалась под названием «Письма из котла».
В сс создании принимали участие доктор философии и
истории Инза Эшебах и Сюзанна Цур Ниден из Берлина. В
настоящее время в Вене действует выставка «Сталинград.
Голод, холод, нищета», созданная на основании австрийс-
ких писем совместно с Венским историческим музеем. За
два месяца выставку посетило 340 тыс. человек.
И в Берлине, и в Вене выставки пользовались огромной
популярностью. Об этом, в частности, свидетельствуют за-
писи в книге отзывов. Приведем некоторые из них.
«Хорошо, что эти письма стали доступны... Взгляд с со-
ветской и немецкой стороны на войну, анализ ее причин
и следствий дают надежду на мирное будущее. Берлин.
Август 1991 г.».
«Жаль, что такая впечатляющая выставка не могла со-
стояться раньше. У меня сложилось впечатление от мно-
гих телепередач, что мужчины, которые были в то время в
России, не имели ничего человеческого. Выставка писем
опровергает это. Берлин. Ф. Г.».
«Я участник этого преступления. Снова и снова сты-
жусь того, что произошло. Берлин. 3.08.91 г.».
Очень интересна запись одного из берлинских учени-
ков:
«Я нахожу эту выставку интересной, т. к. она сообщает
о некоторых фактах, которые не узнаешь в школе, страда-
ниях всех людей на войне показаны потрясающе«.
Письма, представленные на выставке, позволили неко-
торым немецким и австрийским семьям узнать о судьбе
своих родных и близких, оказавшихся в сталинградском
котле. Через 50 лет они получили те письма, которые им
адресовались. Такой случай произошел, например, в Обер-
цхаузене, где на выставке Эферт Грюн увидел письмо сво-
его брата, пропавшего без вести. Его жена рассказывает:
18 Зак. №65
273
«Вчера нам сообщили по телефону, что на выставке эк-
спонируется письмо деверя, т. е. брата моего мужа. Я даже
вначале не поверила. Но это оказалось правдой. Так мы
получили от него письмо спустя почти 50 лет! Это было
странное чувство. Мы будто говорили с прошлым или как-
будто мертвый разговаривал с нами. Мы же не знали, что
с ним. Считалось, он пропал без вести. И вот это событие
— как раз в канун Рождества... Это очень взволновало меня,
всю семью».
После проведения выставки «Немецкие письма из Ста-
линграда» в ФРГ в марте 1991 г. впервые были организо-
ваны встречи в г. Волгограде участников сражения на Во-
лге и с той, и с другой стороны. Встречи проходили тепло,
по-человечески. На них присутствовала идея примирения.
Карл Пржикленк из Швилингена вспоминал: «Я был од-
ним из первых, кто стоял у берегов Волги, я смотрел на
нее и думал: «Почему ты вообще здесь? Твой дом в Герма-
нии! Ведь то, что ты здесь, — это полный абсурд!»
О Сталинградской битве написано немало военных ме-
муаров участников войны, опубликовано документов. И
вот теперь добавился новый вид источников — письма
немецких солдат и офицеров, в которых запечатлены мно-
гие детали великого сражения такими, какими они были, в
те жестокие дни. Когда читаешь эти письма, сам невольно
становишься как бы участником тех событий, потому что
трагедия любого человека, любой национальности трога-
ет за живое. Едва ли кто останется равнодушным к этим
каплям человеческой скорби.
Н. Б. КРЫЛОВА,
старший преподаватель Волгоградского
педагогического университета
МЕЖДУ ЖИЗНЬЮ И СМЕРТЬЮ:
СОСТОЯНИЕ ВОЕННОПЛЕННЫХ
6-Й НЕМЕЦКОЙ АРМИИ
Катастрофа немецкой армии под Сталинградом
привлекала и привлекает внимание многих ис-
ториков. Однако на протяжении долгих лет пе-
риода «холодной войны» тема военнопленных
освещалась однобоко и использовалась в пропаган-
дистских целях. Одна сторона рисовала радужные кар-
тины, описывая активную антифашистскую деятель-
ность бывших солдат вермахта, с другой — раздава-
лись упреки в неоказании пленным необходимой по-
мощи.
274
Более 90 тыс. гитлеровских солдат и офицеров оказа-
лись в советском плену, выйдя из сталинградского «кот-
ла». Но лишь малая часть этой огромной человеческой
массы, не превышающая 6 тыс. человек, смогла к 1955 г.
вернуться на Родину. Почему даже спустя годы Сталинг-
рад «не отпустил» десятки тысяч своих пленников? Кто
виноват в этой трагедии? Автор пытается ответить на эти
вопросы.
23 ноября 1942 г. подвижные соединения Юго-Западно-
го и Сталинградского фронтов, развивая наступление по
сходящим направлениям, замкнули кольцо в районе Ка-
лача. В окружении оказалась огромная группировка про-
тивника численностью 330 тыс. человек (22 дивизии и
около 160 отдельных частей и подразделений). По свиде-
тельству А. М. Василевского, это оказалось неожидан-
ностью для советского военного командования. Предпол-
агалось, что в окружение попадет 85—90 тыс. человек. 1
Это обстоятельство сказалось впоследствии на готовнос-
ти советской стороны к приему пленных.
На совещании 24 ноября фашистская ставка приняла
решение удерживать Сталинград и деблокировать окружен-
ные войска. Главнокомандующий военно-воздушными
силами Германии Г. Геринг заверил фюрера, что авиация
в состоянии по воздуху обеспечить группировку Ф. Пау-
люса всем необходимым для жизни и борьбы. .
Из «котла» немецкие летчики смогли вывезти 40 тысяч
раненых и бальных, но в целом попытки снабжать окру-
женные войска при помощи авиации провалились. Для
снабжения ежедневно требовалось около 1000 т (минималь-
но — 500 т) продовольствия, боеприпасов и горючего. Ре-
ально же в среднем за сутки перебрасывалось от 50 до 105 т.
С 12 января но 2 февраля эта норма не превышала 60—80 т.
2 Кроме того, немецкие самолеты уничтожались советской
авиацией и зенитными орудиями. За два с половиной ме-
сяца окружения враг потерял 775 транспортных самолетов,
189 бомбардировщиков и 200 истребителей.
Полковник 6-й армии Динглер так описывал эти дни:
«Каждую ночь, сидя в землянках, мы вслушивались в рокот
моторов и старались угадать, сколько же немецких самоле-
тов на этот раз прилетит и что они нам доставят... Нам не
хватало всего: не хватало хлеба, снарядов, а главное — го-
рючего. Пока было горючее, мы не могли замерзнуть».
До Рождества 1942 г. войскам выдавалось по 100 грам-
мов хлеба в день на человека, а после Рождества этот паек
был сокращен до 50 граммов. Позднее по 50 граммов по-
лучали лишь те части, которые непосредственно вели бо-
275
евые действия. Остальные же питались только «жидким
супом, который старались сделать более крепким, выва-
ривая лошадиные кости».
Затем от лошадей перешли к кошкам и собакам. Солдат
Отто Зехтинг 20 декабря 1942 г. писал родным: «Вчера
получили водку. В это время как раз резали собаку и во-
дка пришлась очень кстати».
К военным потерям стали прибавляться потери иного
рода. По заявлению начальника медицинской службы 6-й
армии генерала Ринольди, в декабре 1942 г. было зафик-
сировано 56 случаев смерти от голода. После Рождества
количество умерших от холода и истощения резко возро-
сло. Морозы достигали 25—30 градусов, а немецкие войс-
ка сражались без зимнего обмундирования.
В конце декабря главное командование сухопутных сил
вермахта направило в сталинградский «котел» видного
берлинского патологоанатома Ганса Дибольда с поруче-
нием установить на основании медицинских вскрытий
истинную причину скоропостижной смерти столь боль-
шого количества солдат. После войны Дибольд опубли-
ковал свои записки, где привел результаты вскрытия мно-
гочисленных трупов, которые предварительно приходи-
лось оттаивать. Вывод врача был следующим: «Почти пол-
ное отсутствие жировой ткани; в кишечнике — студенис-
тая жидкость; внутренние органы бледные, обескровлен-
ные; вместо костного мозга — стекловидная желеобраз-
ная масса, начисто утратившая нормальную — красную и
желтую — окраску; печень — застойная, сердце — смор-
щенное, потемневшее, правое предсердие и правый желу-
дочек значительно расширены». Такое состояние организ-
ма, характерное для людей преклонного возраста, было
следствием голода и переохлаждения. «Немецкие солда-
ты, — отметил Дибольд, — молодые люди, еще полные
сил, умирают теперь от полного истощения сил смертью
дряхлых стариков». 3
Обреченность войск Паулюса становилась все более
очевидной. Боеприпасы, продовольствие, горючее и ме-
дикаменты были на исходе. В течение декабря окружен-
ная группировка потеряла около 80 тыс. человек. В конце
января 1943 г. в нечеловеческих условиях в «котле» нахо-
дилось более 50 тыс. больных и раненых. О наличии боль-
шого количества раненых, не получающих необходимой
медицинской помощи, неоднократно сообщал в ставку
Гитлера командующий 6-й армией. Около 600 медиков
работали в окружении, но отсутствие медикаментов и ус-
ловий сводили их усилия к минимуму.
276
Безусловно, тяжелые условия мало способствовали под-
держанию боевого духа солдат и офицеров. За нежелание
воевать в «котле» было вынесено и приведено в исполне-
ние 364 смертных приговора.
По свидетельству командира полка 6-й армии Луитпольда
Штейдле, к началу февраля сражавшиеся с яростью обе-
реченных солдаты «в массе... похожи на живые скелеты.
Это жалкие фигуры, которые желают лишь одного: спать...
У них высокая температура, они ранены... уже несколько
недель они страдают от недоедания и теперь полумертвы
от голода». 4
И вот такие люди, стоящие на грани между жизнью и
смертью, оказались в советском плену. На 22 февраля 1943
г. их было 91545 человек. 5 Но уже в скором времени более
27 тыс. пленных умерли от ран, обморожений и истоще-
ния.
По мнению генерал-фельдмаршала Манштейна, необы-
чайно высокая смертность среди немцев, взятых в плен
под Сталинградом, объясняется, главным образом, недо-
статком доброй воли у победителей. Не соглашаясь с точ-
кой зрения Манштейна, И. Видер в своей книге «Катас-
трофа на Волге» отмечает, что «русское командование, по-
видимому, не считало нужным заранее принимать меры
по снабжению и медицинскому обслуживанию большого
количества пленных именно в силу того, что его предло-
жения о капитуляции отклонялись неоднократно и самым
решительным образом и что 6-я армия, судя по всему, и
впрямь намеревалась сопротивляться «до последнего пат-
рона». И все же впоследствии, несмотря на трудности с
транспортом, несмотря на бедственное положение своего
гражданского населения — одним словом, несмотря на
многочисленные объективные причины, русское коман-
дование старалось по мере сил оказать помощь пленным
и улучшить их положение». 6
В конце ноября 1942 г. СКН СССР обсуждал вопрос о
будущих военнопленных, а 5 декабря было принято пос-
тановление о нормах снабжения их продуктами. Ежеднев-
ная «раскладка» должна была включать:
Хлеб ржаной — 600 граммов.
Мука 2-го сорта — 10 граммов.
Крупа и макароны — 80 граммов.
Мясо и рыба — 80 граммов.
Жир растительный и животный — 13 граммов.
Сахар — 10 граммов.
Соль — 10 граммов.
Овощи и картофель — 500 граммов.
277
Томатное пюре — 10 граммов.
Чай суррогатный — 60 граммов в месяц.
Уксус — 20 граммов в месяц.
Перец — 3 грамма в месяц.
Лавровый лист — 3 грамма в месяц.
Мыло — 200 граммов в месяц.
Безусловно, нельзя говорить о полном соблюдении это-
го рациона. Пленные голодали, особенно в первые неде-
ли, погибали от истощения и болезней. Но только с 10
января по 2 февраля, т. е. когда ликвидировался «котел»,
для пленных 6-й армии было израсходовано 2840 т продо-
вольствия.
Одной из самых трудных проблем стало оказание меди-
цинской помощи больным и раненым. По свидетельству
адъютанта Паулюса полковника Адама, сыпняком было
заражено более 90 процентов личного состава. Но все ле-
чебные учреждения были переполнены ранеными и боль-
ными советскими воинами и не могли принять массовые
поступления военнопленных.
Никаких подготовительных мероприятий не проводи-
лось. Только спустя более месяца после ликвидации «кот-
ла», 9 марта 1943 г., Главное военно-санитарное управле-
ние (ГВСУ) приняло «План мероприятий по организации
медико-санитарного обслуживания больных и раненых во-
еннопленных в районе Сталинградской области». Но с
первых дней февраля на сборные пункты военнопленных
и в приемно-пересыльные лагеря направлялся медицинс-
кий персонал. Создавались лазареты в лагерях в Дубовке,
Паныпино, Красноармейске и др.
К лагерям военнопленных был прикреплен ряд госпи-
талей. Так, лагерь в Бекетовке обслуживал эвакогоспи-
таль № 4939. Только за две недели работы госпиталь при-
нял 2825 пленных, из них обмороженных было 997 чело-
век (35,3%). Летальность больных была очень высокой и в
этом госпитале составляла 31% 7. Такая высокая смертность
объясняется прежде всего резким истощением и переох-
лаждением военнопленных. Среди непосредственных при-
чин смертей подавляющими были необратимая форма али-
ментарной дистрофии и расстройство деятельности сер-
дечно-сосудистой системы и органов пищеварения.
Помимо работы в приемно-пересыльных лагерях меди-
цинская служба организовала сбор большой массы ране-
ных и больных военнопленных. Для этого использовались
немецкие лазареты. Было выявлено 16 таких лазаретов, в
которых находилось около 14 тыс. человек. Одним из мест
скопления раненых оказался драмтеатр — 4,5 тыс. солдат.
278
На базе немецких лазаретов создавались новые импрови-
зированные лазареты и госпитали: назначался начальник
лазарета, выделялись несколько человек медицинского
состава и солдат д ля охраны, доставлялись, правда в огра-
ниченном количестве, самые необходимые медикаменты
и перевязочный материал, продукты, походная кухня. Так,
в южной части Сталинграда использовались 7 немецких
лазаретов и были созданы 10 новых.
Среди военнопленных выявлялись медицинские работ-
ники. Результатом этой работы было направление в ме-
дицинские учреждения Сталинграда и Бекетовки более 100
врачей и около 400 санитаров немецкой армии. 8
Больных и раненых пленных принимали и лечебные уч-
реждения, развернутые для советских воинов. Однако со-
вместное лечение советских и немецких солдат оказалось
невозможным в силу ряда причин: перегруженные лечеб-
ные учреждения не могли справиться с нарастающим по-
током больных из лагерей, где к весне вспыхнули жестокие
эпидемии сыпного тифа; уже велась подготовка переброс-
кй войск и лечебных учреждений в другие районы; не пос-
леднее место занимали и проблемы морального плана.
В связи с этим ГВСУ приняло решение о передаче гос-
питалей для лечения военнопленных. К середине марта
1943 г. было развернуто 12 лечебных учреждений в Ста-
линграде и области. В распоряжении ГВСУ отмечалось:
«Всех военнопленных сконцентрировать в указанных гос-
питалях, используя для этого землянки, подвалы, палатки
и т. д. Ныне существующие лазареты военнопленных лик-
видировать». Выделенные лечебные учреждения, насчи-
тывающие 61400 коек, передавались в систему НКВД, где
образовалась специальная медицинская служба. Госпита-
ли были многопрофильными, принимали все континген-
ты больных и раненых, кроме инфекционных. Но посто-
янно ощущался недостаток медицинского персонала, ме-
дикаментов и продовольствия. 9
Бывшие военнопленные вспоминали позднее о помо-
щи советских медиков, которые нередко заражались от
больных сыпным тифом и погибали. Так, бывший коман-
дир 295-й пехотной дивизии Г. Корфес отмечал, что от
заразных болезней умерли 2 врача и 14 медсестер. 10 Но
были и случаи, когда врачи и медсестры отказывались
лечить пленных противников.
Многие раненые и больные военнопленные эвакуиро-
вались в тыл. Книга 'поэта Е. Долматовского содержит
воспоминания о работе медперсонала г. Соль-Илецка. В
этот небольшой городок прибыл из Сталинграда транспорт
279
с немцами, больными чахоткой и пеллагрой. Они находи-
лись в ужасном состоянии. «У больных пеллагрой, — пи-
шет поэт, — была ослаблена умственная деятельность, кожа
— в экземе. Они ходили под себя, за ними необходимо
было все время убирать... Соль-илецкие вдовы кормили с
ложечки пленных, а потом брели к своему скудному ты-
ловому пайку по карточкам. 11
5 апреля 1943 г. постановлением Государственного Ко-
митета Обороны была введена отдельная норма для пита-
ния военнопленных, больных дистрофией: значительно
повышались нормы по особо важным продуктам — 160
граммов мяса в сутки, 30 граммов сахара, вводилось жи-
вотное масло — 30 граммов, молоко — 300 мл. Для осталь-
ных больных нормы были ниже. Конечно, далеко не всег-
да эти продукты оказывались в лагерном котле. Это и по-
нятно — страна находилась в разрухе, нередко советские
служащие выражали глухое недовольство различиями в
снабжении советских граждан и военнопленных. Да и сами
пленные отмечали, что положение мирных жителей было
зачастую более бедственным, особенно в голодном 1946 г.
Тяжелое физическое состояние военнопленных, посто-
янное недоедание сказывались и после окончания Ста-
линградской битвы. Только в 1944—45 гг. в восьми лаге-
рях на территории области скончалось 11422 человека.
О некоторых из военнопленных до сего дня сохрани-
лась добрая память. Так, во Фроловском лагере находился
немецкий врач Лефлер, которого часто приглашали на
консультации в местную железнодорожную больницу к
советским больным.
Тяжесть поражения и плена смогли пережить лишь очень
немногие из сражавшихся в сталинградском «котле». Вы-
сокая смертность бывших солдат третьего рейха объясня-
ется рядом обстоятельств: прежде всего тяжелым физи-
ческим состоянием попавших в плен; неожиданно боль-
шим количеством больных, нуждающихся в медицинской
помощи. Кроме того, неподготовленность к приему плен-
ных, отсутствие специальных лечебных учреждений, ца-
рившая в Сталинграде разруха также легли тяжким бреме-
нем на плечи измученных ранами, голодом и холодом
людей.
Сталинград стал трагедией для многих тысяч немцев: и
для тех, кто погиб в сражении, и для тех, кто, надеясь
сохранить жизнь, выбрал плен, но умер на чужбине; и для
тех немногих, кто после долгих лет плена смог вернуться
280
на родную землю; и для тех, кого осиротила эта война,
отняв сына, мужа, отца.
Возможно, высоким символом этой национальной дра-
мы может служить судьбы священника, врача и художни-
ка Курта Ройбера, который в сталинградском «котле» со-
здал знаменитую сегодня «Сталинградскую Мадонну», под-
писав под рисунком: «Свет — жизнь — любовь». К этим
словам можно добавить еще одно — память, потому что
людская память может служить своеобразным гарантом
существования в мире света, жизни и любви.
1 Василевский А. М. Дело всей жизни. Кн. 1. М., 1990.
С. 253.
2 Самсонов А. М. Сталинградская битва. М., 1990. С.
3 Цит. по: Сталинград: Уроки истории. М., 1980. С. 442.
4 Щтейдле Л. От Волги до Веймара. М., 1975. С. 214.
5 Епифанов А. Е. Счет за Сталинград. Волгоград, 1993.
С. 37.
6 Сталинград: Уроки истории. С. 447—448.
7 Автор выражает глубокую признательность старшему
научному сотруднику Военно-медицинского музея МО
России кандидату медицинских наук Г. А. Грибовской за
предоставленные материалы, использованные для напи-
сания статьи.
8 Смирнов Е. И. Война и военная медицина. М., 1976.
С. 203.
9 Там же. С. 195.
10 Проблемы истории второй мировой войны. М., 1950.
С. 364.
И Долматовский Е. А. Зеленая брама. М., 1985. С. 258—
259.
А. В. МАТЕРИКИН,
краевед
ИЗ ИСТОРИИ УЧРЕЖДЕНИЯ
И НАГРАЖДЕНИЯ МЕДАЛЬЮ
«ЗА ОБОРОНУ СТАЛИНГРАДА»
ероическая оборона Сталинграда занимает осо-
И . бое место не только в летописи Великой Отечес-
Ц твенной войны 1941—1945 гг., но и в истории всей
^-^3^ второй мировой войны. Не случайно правитель-
ство Российской Федерации дни 1 и 2 февраля 1993 г.
объявило общегосударственным праздником; на юбилей-
ные торжества, посвященные 50-летию сражения века,
приезжали делегации из многих стран мира.
Еще грохотала кононада над сталинградской степью, а
Президиум Верховного Совета СССР удовлетворил хода-
тайство Народного комиссариата обороны СССР и своим
указом от 22 декабря 1942 г. учредил специальную медаль
«За оборону Сталинграда». Начали составляться первые
списки награжденных.
Всего медалью «За оборону Сталинграда» награждено
около 754 тыс. человек. У многих участников Великой
Отечественной войны, приезжающих в наш город, волгог-
радцы видят на груди в числе других наград эту медаль
или среди ровных рядов наградных планок прямоуголь-
ник оливкового цвета с продольной красной полоской
посредине. Но мало кто знает об истории учреждения
медали, об ее авторе.
Материалы, любезно предоставленные автору статьи
старшим научным сотрудником отдела нумизматики Го-
сударственного исторического музея В. А. Дуровым, ра-
ботающим над рукописью книги «Из истории наградной
системы России», дают возможность восполнить этот про-
бел в героической летописи великой битвы.
К окончательному варианту медали «За оборону Ста-
линграда» художники пришли не сразу. Сохранению ее
разных вариантов эскизов мы обязаны генерал-майору С.
В. Агинскому, который оставил записи о разработке эс-
кизов не только этой медали, но и других советских на-
град периода Великой Отечественной войны, изготовле-
нии пробных экземпляров и о тех, кто создавал эти знаки
отличия.
Возглавляя технический комитет Главного интендан-
тского управления Советской Армии, на который возла-
галась в числе других задача создания новых знаков отли-
282
чия за подвиги, совершенные в сражениях с фашистами,
генерал-майор Агинский принимал прямое участие в этой
работе. Он давал задания художникам и граверам, обсуж-
дал эскизы образцов орденов и медалей, т. е. был в курсе
всех мельчайших подробностей истории создания новых
советских наград.
В работе над эскизами к будущей медали «За оборону
Сталинграда» принял участие ряд художников, в числе
которых были И. С. Телятников и Н. И. Москалев. Они
по-разному решали задачу. Центральной фигурой лице-
вой стороны будущей медали Телятников изобразил в своих
эскизах красноармейца в каске, с автоматом на груди и
противотанковой гранатой в правой руке. На заднем пла-
не виднелись силуэты танков и самолетов. В первом ва-
рианте на лицевой стороне не было надписи, во втором
появились слова «За оборону Сталинграда», в третьем —
«Ни шагу назад». На оборотной стороне всех трех вариан-
тов художник изобразил барельеф И. В. Сталина.
По художественному оформлению эскизы Н. И. Моска-
лева были выразительнее. В одном варианте художник изо-
бразил на лицевой стороне группу устремленных вперед
бойцов с винтовками наперевес. Над ними фигура Стали-
на в шинели и фуражке с вытянутой вперед правой рукой.
На оборотной стороне медали шла надпись «За оборону
Сталинграда», ниже которой находились изображения вин-
товки и лавровой ветви, расположенных крест накрест.
На лицевой стороне второго варианта художник помес-
тил красноармейца в шинели и каске с гранатой в правой
поднятой вверх руке и с автоматом в левой. Боец изобра-
жен на фоне развивающегося красного знамени с барель-
ефом Сталина и развалин города. Внизу по кругу надпись
«За оборону Сталинграда». На оборотной стороне шла
надпись «За нашу Советскую Родину», над нею — изобра-
жение серпа и молота.
Как видим, во всех проектных рисунках художники изо-
бражали Сталина, желая тем самым подчеркнуть его не-
посредственное участие в обороне города. После длитель-
ного обсуждения на утверждение Сталину были представ-
лены эскизы Н. И. Москалева. Теперь уже невозможо ус-
тановить, по какой причине изображение Сталина исчез-
ло с медали: то ли Верховный Главнокомандующий не
согласился со своим присутствием на медали, то ли ему
не понравилось свое изображение. Доработав по замеча-
ниям вариант с красноармейцами, идущими в атаку, ху-
дожник представил рисунок медали на окончательное ут-
верждение.
283
В принятом варианте медаль выглядела следующим об-
разом. На лицевой стороне изображена группа бойцов с
винтовками наперевес, над ними с правой стороны раз-
вивается знамя, а с левой — видны очертания танков и
летящих друг за другом самолетов. В верхней части меда-
ли — пятиконечная звездочка и надпись по краю: «За обо-
рону Сталинграда». На оборотной стороне надпись «За
нашу Советскую Родину». Над надписью изображение сер-
па и молота.
Как видно из описания, окончательный вариант меда-
ли вобрал в себя все основные элементы вышеописанных
эскизов Н. И. Москалева.
Несколько слов об авторе рисунка медали. Николай
Иванович Москалев был автором рисунков орденов Сла-
вы и Богдана Хмельницкого (в соавторстве с графиком А.
С. Пащенко), медалей за оборону Ленинграда, Одессы,
Севастополя, Москвы, Кавказа, медали «Партизану Оте-
чественной войны». Он один из главных разработчиков
расцветок для лент всех орденов и медалей СССР.
Вступив добровольно в Красную Армию в 1918 г., Мос-
калев уже тогда пробует себя как художник: участвует в
выпуске листовок и агитплакатов. Николай убедился, что
одного природного таланта мало. Чтобы стать настоящим
художником, он поступил в Высшие художественно-тех-
нические мастерские, после окончания которых работал
в изомастерской Центрального дома Советской Армии.
Работа над созданием воинских знаков отличия его всег-
да привлекала и казалась интересней оформления стен-
дов и деокраций для спектаклей. Еще в 1938 г. по его
рисункам был сделан особый наградной знак для учас-
тников сражения с японскими милитаристами на озере
Хасан, а также значок «Отличника РККА».
В соответствии с Положением о медали «За оборону
Сталинграда» ею награждаются все участники обороны
Сталинграда — военнослужащие Советской Армии, Во-
енно-Морского Флота и войск НКВД, а также лица граж-
данского населения, принимавшие непосредственное учас-
тие в защите города. Уместно отметить, что периодом обо-
роны города считается время с 12 июля по 19 ноября 1942
г. Участникам обороны Сталинграда, состоявшим в рядах
Вооруженных Сил СССР и проходившим службу в во-
йсковых частях, соединениях и учреждениях Советской
Армии, Военно-Морского Флота и НКВД, вручение ме-
дали «За оборону Сталинграда» производилось команди-
рами частей, соединений и начальниками учреждений по
месту службы награжденных.
284
Если же участник обороны Сталинграда выбыл из со-
става войсковой части в результате ранения, перевода в
другую часть или по другим причинам, то медаль вруча-
лась ему местными краевыми, областными, городскими и
районными военными комиссариатами, а также Сталин-
градским городским Советом депутатом трудящихся.
Во всех перечисленных случаях основанием для вруче-
ния медали «За оборону Сталинграда» служили справки,
выдаваемые командирами частей, соединений и началь-
никами военно-лечебных учреждений, подтверждающие
участие в защите Сталинграда.
В наградных документах фонда исполкома горсовета (ф.
71), хранящегося в госархиве Волгоградской области, час-
то встречаются указанные справки, написанные как на
бланке определенного образца, так и на чистых листах
бумаги, и даже на военных картах, бланках «Боевого лис-
тка». Да это и понятно. Нередко списки составлялись в
боевой обстановке.
Чтобы закончить тему о награждении военных, приведу
такой малоизвестный факт, как награждения исполкомом
Сталинградского горсовета целого ряда крупных советс-
ких военоначальников, внесших весомый вклад в разгром
фашистских войск под Сталинградом. Решением испол-
кома Сталинградского горсовета от 31 мая 1943 г. за № 49
такой чести были удостоены маршалы Советского Союза
Г. К. Жуков, А. М. Василевский, маршал артиллерии Н. В.
Воронов, маршал авиации А. А. Новиков, генерал-пол-
ковник войск связи И. Т. Пересыпкин, генерал-полков-
ник А. И. Еременко, генерал армии К. К. Рокоссовский,
генерал-лейтенант В. И. Чуйков и другие. 1 В тот же день
председателем исполкома горсовета были подписаны еще
два решения, в первом (№ 48) значились фамилии людей,
действительно участвовавших в организации обороны го-
рода, — Н. С. Хрущев, Г. М. Маленков, 2 а во втором (№
50) горисполком подтвердил свои верноподданнические
чувства к таким людям, находившимся в то время у вер-
шины власти, как нарком внутренних дел Л. П. Берия и
его заместитель В. С. Абакумов, 3 не внесшим конкрет-
ного вклада в дело победы нашей армии под Сталингра-
дом.
Что же касается награждения гражданского населения,
то оно проводилось исполкомом Сталинградского горсо-
вета. В указанном выше архивном фонде имеются сотни
дел о награждении лиц гражданского населения, которые
принимали непосредственное участие в обороне города как
с оружием в руках, так и своим самоотверженным трудом:
285
принимали участие в строительстве оборонительных со-
оружений, в противовоздушной обороне, в производстве
оружия и боеприпасов, ремонте техники и т. п.
Листаешь пожелтевшие от времени листы дел и узнаешь
о трагичных и героических судьбах людей военного Ста-
линграда. Особое внимание привлекает графа списков, из
которой видно, в чем конкретно выразилось участие в
обороне города. Здесь кратко говорится об участии на-
гражденных в борьбе с пожарами, возникшими в резуль-
тате налетов вражеской авиации, в восстановлении разру-
шенного коммунального хозяйства и охране его, в орга-
низации и обслуживании связи и работы транспорта, уха-
живании за больными и ранеными, в организации общес-
твенного питания, снабжении войск и населения продо-
вольствием и т. п. Указанные списки, как правило, со-
ставлялись и подписывались руководителями предприятий,
учреждений, организаций и исполнительными комитета-
ми районных Советов депутатов трудящихся.
Списки утверждались соответственно исполкомами Ста-
линградского областного или городского Советов депута-
тов трудящихся и являлись основанием для вручения ме-
далей горсоветом. Последним документом в деле награж-
дения был «Акт вручения медалей «За оборону Сталин-
града» установленной формы, в который вписывались
фамилия, имя, отчество награжденного, серия и номер
удостоверения, названия документов, на основании кото-
рых вручена медаль.
Первое вручение медали «За оборону Сталинграда» со-
стоялось в нашем городе в мае 1943 г. бойцам МПВО г.
Сталинграда. В эти дни было принято еще несколько ре-
шений горисполкома о награждении работавших во время
обороны в организациях Баррикадного и Тракторозавод-
ского районов, бойцов и командиров отдельного 31-го ин-
женерно-противохимического батальона МПВО НКВД, ра-
ботников тракторного завода — всего 830 человек.
Знакомство со списками награжденных показывает, что
среди них были работники органов госуправления и кон-
троля, суда и прокуратуры, НКВД, госбезопасности, пла-
нирования, кооперации, торговли, связи, массовой инфор-
мации, работники народного образования и здравоохра-
нения, промышленности и транспорта, культуры. В этой
связи хотелось бы привести конкретный пример, связан-
ный с награждением работника культуры, директора об-
ластного музея краеведения Анатолия Исидоровича Мит-
рофанова. В деле имеется его характеристика, подписан-
286
ная секретарем обкома ВКП(б) по пропаганде М. Водола-
гиным. Вот она:
«Тов. Митрофанов А. И., 1905 г. рождения, беспартий-
ный, находился в г. Сталинграде до августа 1942 г., когда
он по указанию областных организаций вывез из города в
Гмелинский район Сталинградской области краеведчес-
кий музей, а также имущество Гомельских исторического
и антирелигиозного музеев и Осипенковских (бердянских)
краеведческого и художественного музеев.
Тов. Митрофанов многое сделал, чтобы сохранить цен-
ное имущество всех музеев. Ни один музей не потерял в
период эвакуации ни одного экспоната.
До эвакуации, находясь в Сталинграде, т. Митрофанов
принимал активное участие в строительстве оборонитель-
ных сооружений в городе и вел активную агитационно-мас-
совую работу среди населения и воинских частей, высту-
пал с лекциями и докладами по заданию ОК ВКП(б)». 4
Решением исполкома горсовета № 201 от 28.06.45 г. т.
Митрофанов А. И. вместе с зав. облпартархивом Кулико-
вым И. Я. был награжден медалью «За оборону Сталин-
града».
Участникам обороны Сталинграда из числа лиц граж-
данского населения, убывшим из Сталинграда в другие
места, медали вручались исполкомами городских или об-
ластных Советов депутатов трудящихся по месту житель-
ства. Медаль выдавалась и тем людям, которые в резуль-
тате ранения или болезни были эвакуированы из Сталин-
града в период его обороны.
Но не всегда медаль находила награжденного. В том же
71 фонде хранятся «Журналы регистрации удостоверений
на медаль «За оборону Сталинграда», поступивших в го-
рисполком на хранение за разные годы. В нем в алфавит-
ном порядке расположены тысячи фамилий. В графе «при-
чины невручения» есть такие записи: осужден, погиб, не
найден. Не врученные по разным причинам удостовере-
ния составляют несколько объемных папок.
Вручение медалей продолжается и сейчас. Так случи-
лось с моим отцом, командщюм взвода связи бывшей 45-
й стрелковой дивизии им. Щорса. Он участвовал в оборо-
нительных боях за завод «Красный Октябрь», в октябре
1942 г. был тяжело ранен и, естественно, эвакуирован в
тыл. К награждению медалью «За оборону Сталинграда»
его не представили. Только благодаря моим настоятель-
ным просьбам он обратился в райвоенкомат по месту жи-
тельства с заявлением, к которому приложил справку о
ранении. Через 47 лет справедливость восторжествовала.
287
Медаль отцу вручили в облвоенкомате. Скажу откровен-
но, среди всех его пятнадцати орденов и медалей медаль
«За оборону Сталинграда* самая для него дорогая.
Приведу еще один пример. Облгосархив получил заяв-
ление от Попова Ивана Семеновича, 1925 г. рождения,
жителя г. Суровикино, с просьбой выдать архивную справку
о том, что он был бойцом истребительного батальона, со-
зданного в июне 1942 г. в Кагановическом (ныне Сурови-
кинском) районе. Справка требовалась для представления
в наградной отдел Волгоградского облисполкома для по-
лучения медали «За оборону Сталинграда*. Заявитель пом-
нил, что был представлен к медали в 1944 г., но не полу-
чил ее, т. к. в это время был курсантом Орджоникидзен-
ского пехотного училища.
В результате проверки архивных документов наградного
отдела горисполкома среди неврученных удостоверений на
медаль «За оборону Сталинграда» обнаружилось удостове-
рение о награждении Попова И. С. В графе «за что награж-
дается» сказано: «За охрану важнейших объектов г. Ста-
линграда (склады с продовольствием), переправу раненых
бойцов и командиров Красной Армии через Волгу».
Медаль «За оборону Сталинграда» — пожалуй, самая до-
рогая награда участников Сталинградской битвы. Об этом
прекрасно сказал поэт Николай Агеев:
Медаль «За оборону Сталинграда»
Темнеет на бревенчатой стене,
И на медали —
День и ночь солдаты
Идут, не побывавшие в огне.
Все на медали просто и чеканно:
И танки рядом
И разрывов нет...
И вот медаль!
Сейчас ее владелец
Не удержал нахлынувшей слезы —
Его виски до срока побелели
И проржавели от махры усы.
К стене подходит и медаль целует —
Дороже всех наград ему она...
1 Государственный архив Волгоградской области. Ф. 71.
Оп. 5. Д. 3. Лл. 185-188.
2 Там же. Лл 182—183.
3 Там же. Лл 189—190.
4 Там же. Д. 164. Л. 45.
288
С. А. АРГАСЦЕВА,
кандидат искусствоведения,
зав. отделом музея-панорамы
«Сталинградская битва»
ПРОЕКТЫ ВОССТАНОВЛЕНИЯ
СТАЛИНГРАДА, ВЫПОЛНЕННЫЕ
В ВОЕННЫЕ ГОДЫ
Знание духовной культуры общества помогает рас-
крывать ход исторических событий, в частности
Сталинградской битвы, порой не менее, чем изу-
чение исторических фактов. Поэтому мы счита-
ем, что важное значение имеет исследование проектов вос-
становления Сталинграда, выполненных в 1943—1945 гг.
Эти проекты в недавнем прошлом рассматривали в луч-
шем случае как архитектурные фантазии, о них судили с
некоей снисходительностью. В настоящее время они ста-
ли предметом исследования как факт реального творчест-
ва, представляющего собой идеи, сформулировавшие, в
конечном счете, художественный образ мышления воен-
ного времени.
Завершилась Сталинградская битва, историческое зна-
чение которой было признано всем миром. Сталинград
лежал в руинах. И вполне понятно было желание людей
видеть его возрожденным и не просто городом для жите-
лей, а городом-памятником, в камне и бронзе, с назида-
тельным уроком возмездия врагу, городом вечной памяти
павшим его защитникам.
В сентябре 1944 г. Комитет по делам архитектуры при
Совнаркоме СССР и Союз советских архитекторов объ-
явили открытый конкурс на эскизный проект централь-
ной площади Сталинграда с монументом героическим за-
щитникам города. Центральные газеты опубликовали о нем
сообщения ТАСС. За лучшие проекты были назначены
немалые для военного времени денежные премии — от 5
до 20 тыс. рублей.1 В конкурсном проектировании учас-
твовали знаменитые мастера архитектуры, профессиональ-
ные архитекторы и самоучки — все желающие. Конкурс
стал заметным явлением духовной жизни военных лет, а
сами графические работы вошли в фонд отечественного
культурного наследия.
Исследование набросков, эскизов помогает проследить
рождение замыслов, уяснить логику их развития, понять
авторские идеи, хотя в условиях военного времени авто-
ры не всегда претендовали на его исполнение, сознавая,
19 Зак. №65
289
что часто эти проекты оставались незаконченными. Они
лишь стремились выразить свои идеи.
С удивлением и уважением читаешь сегодня строки по-
яснительной записки к проекту Г. К. Марцинкевича, вы-
полненного на трофейной бумаге и присланного на кон-
курс полевой почтой № 55346. «В полевых условиях, —
пояснил автор, — располагая лишь несколькими каранда-
шами, линейкой, ручкой да глазом, пришлось больше
мыслить, чем изображать. Поэтому проект схематичен...»2.
Так, воин-творец, находясь в боевых условиях, сознавая
недостатки своего проекта, все же стремился оставить
после себя не только разрушения, но и плоды созидатель-
ного творчества.
Пусть ни один из этих проектов не осуществился пол-
ностью, но многие принципы, сформировавшиеся на этом
конкурсе, нашли свое отражение в возведенном Сталин-
граде. Эти величественные пропилеи набережной, вели-
колепные портики, красивые колонны, бульвары и пло-
щади центральной части города, созданные в 50—60-е годы,
— прямое следствие желания противопоставить ужасам
смертельной зимы сорок третьего года ту особую помпез-
ность и роскошь, которые до недавнего времени рассмат-
ривались только как излишества.
В 1943—Г944^гг., еще до конкурса, А. К. Буров, один из
крупнейших советских архитекторов, совместно с архи-
тектором С. X. Сатунцем выполнил проект музея оборо-
ны Сталинграда — «Храм Славы». Проект им никто не
заказывал, он не имел конкретной привязки к местности.
Это было естественным стремлением архитекторов выра-
зить в мемориальных сооружениях ожидание грядущей
победы, чувства гордости и чувства скорби. Вот его ос-
новные идеи. Прямоугольное здание, имеющее размеры в
плане 100x150 м3, венчается величественным куполом.
Сооружение предполагалось выполнить в современных
конструкциях с применением тонких железобетонных
складчатых сводов параболической формы. Все наружные
поверхности его имели криволинейные очертания, что
придавало зданию пластику. Экспозиции музея распола-
гались в сводчатых галереях, в купольных переходах из
главного зала в галереи размещались зрительные залы и
выставочные помещения. В центре находился главный зал,
также перекрытый куполом. Внутреннее пространство
главного мемориального зала высотой около 30 м вели-
чественно и торжественно.
Когда А. К. Буров узнал о конкурсе, он приступил к
разработке проекта монумента «Сталинградская эпопея»,
290
которому придает мощную и лаконичную форму пирами-
ды — памятника вечной славы живым и павшим.4 Высота
монумента — 150 м, длина стороны основания — 236 м.
Из пояснительной записки к проекту видно, что автор
разрабатывал центричную композицию в виде гигантской
пирамиды, размещение которой предусматривалось в ши-
роких просторах приволжских степей около Сталинграда.
Несмотря на грандиозные размеры, пирамида не должна
была подавлять смотрящего. Ступенчатость объема, про-
странственное решение композиции с лестницами и под-
ходами дают возможность воспринимать памятник по-раз-
ному с разных точек, т. е. как бы во времени и в простран-
стве. Для каркаса сооружения предполагалось использо-
вать металл, отлитый из трофейных орудий и танков, и
прозрачные блоки кораллового стекла с орнаментальным
рельефом.
Такая же форма многоступенчатой пирамиды встреча-
ется и в проекте А. В. Черкасова, присланного из воинс-
кой части 706000А. В нем авторская фантазия шла далеко
впереди своего времени: предполагалось создать город-
памятник, заключенный в пирамиду.5 В ее основании до-
лжен лежать узел транспортных путей, выше — ГЭС, ко-
торая обеспечивает электроэнергией заводы и здания.
Внутренняя часть города занята производственно-хозяй-
ственными сооружениями, внешняя часть — жилищно-
культурными сооружениями. На вершине пирамиды-го-
рода в виде земного шара размещался аэропорт. Из зем-
ного шара поднят мощной рукой вертикально стоящий
меч, вершина которого увенчана пятиконечной звездой.
К проекту были приложены стихи автора, который пред-
ставлял Сталинград будущего таким: «Красив, умен, нете-
сен. В мире всем он так прелесен». И, действительно, та-
кое необычное прилагательное для города, как умный,
предполагало много промышленных объектов, научных ла-
бораторий и научно-исследовательских центров. Меч, под-
нятый над городом, — символ конца всем войнам, это
должен быть город мира, радости и труда, защищенный рт
непогоды и всяких невзгод.
Такие проекты трудно назвать архитектурными, посколь-
ку они выходили за рамки чистой архитектуры. Это, ско-
рее, некая фантасмагория, в них выдвигались идеи даль-
нейшего преобразования общества.
Еще одним примером такого проекта может служить
Форум коммунистического города в центре Сталинграда
архитектора И. Леонидова, который начал свою работу
над этим проектом, демобилизовавшись из действующей
291
армии после тяжелой контузии. По мнению автора, его
памятник должен был объединить людей труда всей пла-
неты.6 Он мыслился как некая символическая компози-
ция в виде огромного легкого шара (как сейчас мы бы
сказали — спутника), вращающегося вокруг земли. Но в
то время автор не мог знать появившееся позже слово
«спутник», поэтому он многословно описывает свою идею.
Сверкая на солнце, издавая звуки, подобные арфе, шар
медленно проплывает над городами и селами. Увидев его,
люди останавливают работу, и начинается праздник «Мира,
Труда и Гуманизма». Новаторские идеи, высказанные в
проектах А. Черкасова и И. Леонидова, не могли быть
реализованы.
Многие проекты объединены стремлением синтезировать
главный памятник Сталинграда, в который входили бы
музей истории битвы, монумент и панорама. Примером
такого направления может служить проект архитектора А.
Д. Алаторцева, который использовал традиционные клас-
сические формы архитектуры, а его конкретное историчес-
кое содержание раскрывалось скульптурой, военными ат-
рибутами, мемориальными надписями. Сам архитектор так
описывал своей проект: «Павильон в целом представляет
из себя памятник, в пьедестале которого размещены эк-
спонатные залы. Над центральной частью павильона по-
мещена скульптурная группа, которая состоит из красно-
армейца в центре, краснофлотца с левой стороны и воору-
женного рабочего с правой. На боковых пьедесталах поме-
щены танково-десантные группы, над входом — скульптур-
ная группа, изображающая берег Волги, прибытие резерва,
боеприпасов, эвакуацию раненых. Крыша над галереей ге-
роев может быть выполнена плоской и служить в качестве
терассы для обозрения возрожденного города. За главным
монументом расположена круглая ротонда для панорамы
«Сталинградская битва». Музей-памятник и панорама со-
единены между собой галереей героев».7
Такой же архитектурный прием — здание-памятник с
музеем, увенчанным скульптурной композицией, а также
йанорамой, — встречается и в другом проекте, выполнен-
ном непрофессиональным архитектором Н. Г. Мусенко.
И это знаменательно, что на объявленный конкурс от-
кликнулись самые широкие слои — бойцы, рабочие, кол-
хозники, т. е. конкурс вышел за рамки профессионально-
го. Восстановление Сталинграда стало делом всей страны,
символом возрождающейся жизни.
Невозможно без волнения читать пояснительную записку
к проекту Н. Г. Мусенко, выполненного на склеенных
292
клочках бумаги: «Я художник-самоучка, гвардии сержант
Мусенко Николай Григорьевич, 1912 г. р., находясь в бо-
евой обстановке, прочитал в газете «Известия» объявле-
ние о конкурсе на эскиз монумента обороны Сталингра-
да. Время мое ограничено, но я решил также принять ма-
ленькое участие в этом деле. В любую свободную минуту
я выкладывал свои мысли на бумаге без чьей бы то ни
было помощи»?
Описывать этот* проект без доброй улыбки невозможно:
он ‘очень наивен и прямолинеен, выполнен без професси-
ональной подготовки. Здание музея окаймлено голубыми
елями, на его крыше помещена ротонда для панорамы, а
на крыше панорамы — огромный земной шар, где звездой
помечен Сталинград. На земном шаре стоит красноарме-
ец, в руках он держит знамя с большими барельефами
Сталина и Ленина. Улыбнешься такому нагромождению
и представишь, как, сидя в окопе или землянке в переры-
ве между боями, под свист одиноких пуль, быть может,
жертвуя своим сном и отдыхом, воин мысленно строил
будущий город и памятник в нем. И подумаешь: а ведь
передо мною материализованный дух эпохи, который эмо-
ционально воздействует, порой сильнее, чем иной исто-
рический документ. Сегодня понимаешь, что творчество
военных лет привнесло в архитектуру такие качества, как
глубина переживаний, искренность чувств, раскрепощен-
ность.
Проект именитого архитектора Г. Гольца тоже перепол-
нен ликующим чувством, предвосхищавшим победу.9 Пе-
ред зрителем развернулись омытые воздухом и светом ве-
личественные архитектурные перспективы Сталинграда.
Монумент защитникам города завершался стремительным
полетам фигуры Ники. В этом проекте, как и в других,
присланных с фронта, прослеживается устремленное в даль
желание построить город, создающий иллюзию вековой
культуры. В них использовались многие малые архитек-
турные формы-фонтаны, беседки, роскошные лестничные
марши, парковая скульптура, т. е. все то, что город обыч-
но накапливает веками. Как правило, все это авторы раз-
мещали на относительно небольшой территории — в цен-
тральной части Сталинграда. Такое стремление объясня-
ется тем, что авторы проектов видели разрушенные горо-
да, пережили все ужасы военного лихолетья. В своей по-
яснительной записке к проекту Г. К. Марцинкевич писал:
«Являюсь участником Отечественной войны с первой ночи
21—22 июня 1941 г. и до сего дня, непосредственно учас-
твовал в разгроме бронированной гитлеровщины. С го-
293
речью и сожалением я наблюдал, как горели наши города,
а когда жалеешь, тогда резче запечатлевается все лучшее в
том, что жалеешь. Под таким впечатлением я принялся за
работу».10
Острое желание городского уюта находишь и в поясни-
тельной записке Г. Г. Борисова: «Сквер имеет общую длину
по центральной оси 45 м, ширина 27,5 м, в самом центре
расположен монумент с основанием 15x15 м, высота 15 м,
с правой и левой стороны монумента находятся два фон-
тана, выбрасывающие воду из скульптурных фигур бойца
и санитара, перевязывающего его. Вокруг фонтанов на
расстоянии 2,5 м от сторон бассейна проходит посадка из
сирени, на расстоянии 2 м друг от друга по обе стороны
посажены деревья белой акации, между ними беседки...».
11 Из этого описания трудно представить весь памятник.
Здесь фантазия явно преобладает нац действительностью.
Я так и не могла представить себе в реальном воплоще-
нии эту смесь наивности и романтизма, но можно пред-
ставить мечты солдата о «райской городской жизни» пос-
ле войны, с запахом акации, свежестью фонтанов. Прово-
дя аналогию с сегодняшним днем, надо отметить, что в
современных архитектурных проектах есть больший проф-
ессионализм и вкус, но в них порой отсутствует нацелен-
ная на человека романтика, нет глубины чувств, нет запа-
ха белой акации. *
В фондах музея хранятся также проекты, присланные
из-за рубежа. Один из них поступил из Касабланки (Ма-
рокко) от французского архитектора Кормье. Автор на-
звал свой проект «Самая крупная победа всех времен».
Идея памятника сводится к созданию архитектурно-сим-
волического монумента, стержнем которого является гро-
мадная вертикаль меча высотой 200 м, пронзающего не-
мецкую каску. Меч, напоминающий о даре короля Вели-
кобритании, должен центрировать ансамбль, состоящий
из пяти зданий музейного и военного назначения, распо-
ложенных по принципу пятиконечной звезды. Проект был
прислан в качестве интеллектуального подарка городу-ге-
рою. По поводу архитектурно-художественного решения
проекта можно спорить, также можно оспаривать и сим-
волическую идею памятника, но что касается инженерно-
конструкторской разработки проекта, то она вызывает ува-
жение и даже в наше время еще остается актуальной. Как
видно из проекта и пояснительной записки, французско-
го архитектора также переполняли такие же чувства, как
и советских людей: «Имя Сталинград, — писал он, — до-
294
лжно быть увековечено в истории памятником, достой-
ным его величия». 1 11
Особого внимания заслуживает эскизный проект М. До-
мрачева, присланного из Шанхая. К сожалению, сведе-
ния об авторе очень скудные. По предположению, он со-
трудник советского посольства. На проекте изображен
большой торжественный ансамбль. Дорога, вдоль кото-
рой установлены трофеи, ведет к Площади победы и Пло-
щади павших. На последней расположено здание панора-
мы со стеклянным куполом, расписанным под небо и сде-
ланным из рифленого стекла, которое пропускало только
свет, не пропуская тень от конструкций здания. Ротонду
венчает фигура летящей Ники с серпом и молотом. За-
канчивается ансамбль площади памятником Верховному
Главнокомандующему. Идея проекта очень интересна, хотя
архитектурные формы ансамбля сложны и многословны.
Однако при дальнейшей проработке проекта можно было
получить хорошие результаты.
Подведем итоги. Не принимая во внимание профессио-
нальные достоинства некоторых проектов, для нас на-
ибольший интерес представляют те проекты, которые
выполнены во фронтовых условиях. На объявленный во
время войны конкурс откликнулось большое число лю-
дей, тогда как в настоящее время мало желающих учас-
твовать даже в самых престижных конкурсах. Практичес-
ки все проекты идеологизированы, некоторые даже аг-
рессивны (яркими примерами могут служить проекты
П. А. Михеева, К. Г. Гаврилова.) 12 Причины этих про-
явлений нам сейчас понятны. Все работы отражали инди-
видуальность авторов и были весьма различны, но в то же
время в совокупности все эти проекты представляют со-
бой материализованный дух эпохи, который эмоциональ-
но воздействует порой сильнее, чем исторический доку-
мент. Они позволяют глубже понять культуру и мечты
людей военных лет.
Все это дает основание заключить, что сохранившиеся
проекты являются своеобразным памятником истории и
культуры нашей Родины, достойным уважения и подроб-
ного изучения.
1 Известия. 1944. 19 сент.
2 Волгоградский государственный музей-панорама «Ста-
линградская битва» (далее ВГМП). Инв. № 9706 н/вф.
3 Ржехина О. И., Блашкевич Р. Н., Бурова А. К., Буров
А. К. М. 1984.
295
4 В конкурсном проекте «Сталинградски эпопея» при-
нимали участие Д. И. Бурдин, Л. И. Баталов, Л. М. Вран-
гель.
5 ВГМП. Инв. № 9707 н/вф.
6 Описание проекта дано по: Малинина Т. Г. Тема па-
мяти в архитектуре военных лет. М. 1991.
7 ВГМП. Инв. № 9702 н/вф.
8 ВГМП. Инв. № 9708.
9 Описание проекта дается по: Малинина Т. Г. Архитек-
тура военных лет. Творчество. 1987. № 5.
10 ВГМП. Инв. № 9706 н/вф.
11 ВГМП. Инв. № 1317.
12 ВГМП. Н/архив. П. 724.
13 Алабян К. С. Каким будет Сталинград. Блокнот аги-
татора Красной Армии. 1944. № 18.
14 Выставка проектов нового Сталинграда. Литература
и искусство. 1944. 27 мая.
15 Аркин Д. А. Монумент героям Великой Отечествен-
ной войны: Заметки о конкурсе. Архитектура. СССР. 1944.
Вып. 5.
16 Алабян К. С. Возрождение Сталинграда. Правда. 1945.
27 авг.
СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ
А — армия
АДД — артиллерия дальнего действия
АПТР — артиллерийский противотанковый резерв
бак —- бомбардировочный авиационный корпус
БМ — большая мощность
БУП — Боевой устав пехоты
ВА — воздушная армия
ВГК — Верховное Главнокомандование
гмп — гвардейский минометный полк
гмч — гвардейские минометные части
гсд — гвардейская стрелковая дивизия
ГШ — Генеральный штаб
ЗА — зенитная артиллерия
ЗАГ — зенитная артиллерийская группа
над — истребительная авиационная дивизия
иак — истребительный авиационный корпус
ибр — истребительная бригада
иптап — истребительно-противотанковый артиллерий-
ский полк
кк — кавалерийский корпус
КП — командный пункт
296
мд — моторизованная дивизия
НКО — Народный комиссариат обороны
НКПС — Народный комиссариат путей сообщения
НПП — непосредственная поддержка пехоты
ОКВ — верховное главнокомандование вооруженных сил
Германии
ПСО — последовательное сосредоточение огня
ПТ — противотанковый
ПУ — Полевой устав
РА — реактивная артиллерия
РВГК — резерв Верховного Главнокомандования
РГК — резерв Главного командования
сд — стрелковая дивизия
ТА — танковая армия
ТВД — театр военных действий
тд — танковая дивизия
тк — танковый корпус
УР — управляемая ракета
СОДЕРЖАНИЕ
ВОЕННО-ИСТОРИЧЕСКАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ
(Москва, ноябрь 1992 г.)
А. Н. Баженов. Вступительное слово 3
М. А. Гареев. Значение и некоторые уроки Сталинградской битвы 5
Н. Г. Лященко. 50 лет назад Сталинград устоял 25
В. П. Морозов. Актуальные проблемы истории Сталинградской битвы 31
О. Н. Кудряшов. Новые аспекты истории Сталинградской битвы 41
А. С. Князьков. Стратегическое планирование военных действий противо- борствующими сторонами на лето 1942 г. 47
В. Т. Иминов. Подготовка и ведение контр- наступления советскими войсками в Сталинградской битве 57
Г. Т. Хорошилов. Характерные черты применения артиллерии в битве под Сталинградом 65
А. 3. Давиденко. Танковые и механизированные войска в контрнаступлении под Сталинградом 72
А. Г. Первое. Военно-воздушные силы в битве под Сталинградом 77
Г. А. Куманев. Транспортное обеспечение Красной Армии в Сталинградской битве 81
В. П. Зимонин. Сталинградская битва и проблема коренного перелома на различных театрах второй мировой войны 89
Р. Ф. Иванов. Реакция общественности США на Сталинградскую битву 98
М. Н. Кожевников. Воспоминания старшего офицера штаба ВВС Красной Армии о действиях авиации в Сталинградс- кой битве 109
Е. Н. Кульков. Сталинградская битва и блок агрессоров 118
Б. И. Зверев. Экономические предпосылки коренного перелома в Великой Отечественной войне 127
Б. В. Хилько. Организация психологической борь
бы с войсками противника в ходе
Сталинградской битвы 142
298
Г. М. Иваницкий. В кольце окружения:
взгляд изнутри 151
J. Якобсон. Сталинградской битве — 50 лет 162
С. Н. Михалев. Сталинград: боевые потери
личного состава сторон 163
А. Н. Баженов. Заключительное слово 172
НАУЧНО-ПРАКТИЧЕСКАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ
(Волгоград, январь 1993 г.)
Б. С. Абалихин. Сущность понятия
«коренной перелом» 175
Л. Я. Ларин. Борьба с минной опасностью
на Волге в 1942 г. 188
Г. И. Захаров. Сталинградские переправы 198
Г. Б. Даллакян. Нерв Сталинграда 208
А. В. Иванкин. 8гЯ воздушная в боях
за Сталинград 218
Л. В. Желтова. Медицинские сестры, участницы
Сталинградской битвы,
награжденные медалью
Флоренс Найтингейл 226
В. И. Томарев. Помощь сталинградцев фронту 232
Г. С. Сидоров. Экономическая помощь союзников
Советскому Союзу в период
Сталинградской битвы 237
Т. А. Павлова. Оккупационная политика
германского командования
в Сталинграде 242
С. В. Поздин. Советские военнопленные
на сталинградской земле 251
А. Е. Епифанов. Организация и деятельностьСталин
градской областной комиссии по
расследованию злодеяний немецко-
фашистских захватчиков 266
Л. Ф. Петрова. Письма из «котла» 270
Н. Б. Крылова. Между жизнью и смертью:
состояниевоеннопленных
6-й немецкой армии 274
А. В. Материкин. Из истории учреждения и
награждения медалью
«За оборону Сталинграда» 289
С. А. Аргасцева. Проекты восстановления
Сталинграда, выполненные
в военные годы 296
Список сокращений 298
299
Сталинградская битва
Материалы научных конференций
Под общей редакцией академика Б. С. Абалихина
Технический редактор В. Е. Витков.
Художественный редактор В. А. Жуков.
ЛР № 040081 от 09.09.91 г.
Подписано в печать 29.08.94. Формат 84x108/32:
Бумага газетная. Гарнитура Таймс. Печать офсетная.
Тираж 2500 экз. Заказ № 65.
Электронный оригинал-макет подготовлен СТ «Вале»,
400066, Волгоград, Привокзальная площадь Дом печати.
Отпечатано в типографии ИПК «Царицын» с готового
оригинал-макета.
400066, Волгоград, Привокзальная площадь,
Дом печати.
Сканирование - Беспалов, Николаева
DjVu-кодирование - Беспалов
<;>*• %
Сталинградская
битва