/
Author: Емельянов Ю.
Tags: период второй мировой войны (1939 -1945 гг) великая отечественная война сталин великие вожди пролетариата издательство эксмо генералисимус маршал победы
ISBN: 978-5-699-27403-1
Year: 2008
Text
’Sv- . Я V*
МАРШАЛЫ
ПОБЕДЫ
Председатель Совета Министров СССР,
Генеральный секретарь ЦК ВКП(б),
Генералиссимус Советского Союза И.В. Сталин
Юрий Емельянов
СТАЛИН
Генералиссимус
Великой Победы
fa
Москва
«ЯУЗА»
«ЭКСМО»
2008
ББК 63.3(0)62
Е 60
Оформление художника П. Волкова
В оформлении переплета использована иллюстрация
художника В. Нартова
Емельянов Ю. В.
Е 60 Сталин. Генералиссимус Великой Победы. — М.: Яуза, Эксмо,
2008. — 608 с. — (Маршалы Победы).
ISBN 978-5-699-27403-1
С его именем шли в бой и умирали за Родину.
В его честь назвали «десять сталинских ударов», сломавших хребет Вермахту.
Его величали «архитектором Великой Победы».
Сама эта Победа считалась главной его заслугой.
Все изменилось после смерти Вождя. С нелегкой руки Хрущева славословия в адрес
И. В. Сталина разом сменились обличениями и проклятиями: мол, это он «обезглавил ар¬
мию», он один виноват в трагедии 22 июня, и все огромные потери и жертвы Великой Оте¬
чественной — целиком на его совести...
Но недаром говорят, что великое видится на расстоянии. Теперь, более полувека спу¬
стя, настало время объективно оценить роль Вождя в разгроме гитлеровской Германии и
его личный вклад в нашу Победу; пришла пора дать окончательный ответ на вопросы:
Повинен ли Сталин в поражениях Красной Армии 1941—1942 гг. ?
Сделал ли он все необходимое для обороны страны?
Заслуживает ли звания «организатора наших побед» ?
Была ли Победа в Великой Отечественной войне достигнута «вопреки Сталину » или бла¬
годаря ему?
ББК 63.3(0)62
ISBN 978-5-699-27403-1
© Емельянов Ю. В., 2008
© ООО «Издательство «Яуза», 2008
© ООО «Издательство «Эксмо», 2008
ПРЕДИСЛОВИЕ
Память о Великой Отечественной войне живет в сердцах всех,
кому дорога Россия. В нашей стране трудно найти город или иной
населенный пункт, где нет памятников героям той войны. Их имена
на устах многих людей в День Победы или в другие дни, связанные с
Великой войной. Не забыт подвиг и простого солдата, и деяния вы¬
дающегося маршала. Однако завеса молчания, как правило, скрыва¬
ет имя, с которым наши воины шли в смертельный бой, бросая клич:
«За Родину! За Сталина!» Забытым оказался тот, кто возглавлял ве¬
ликое государство в годы отчаянной схватки с врагами человечества.
Если же о Сталине вспоминают, то лишь затем, чтобы еще раз
заявить, будто он, и только он, виновен в жертвах той войны, а По¬
беда была достигнута не благодаря Сталину, а вопреки ему. Более
полувека, прошедшие после смерти Сталина, ознаменовались мно¬
гочисленными попытками очернить его деятельность как государ¬
ственного руководителя и полководца. В то же время эти попытки
постоянно получали отпор. При этом в защиту Сталина вставали,
как правило, те, кто был непосредственным свидетелем его государ¬
ственной деятельности. Кто же прав в этом полувековом споре?
Противники Сталина утверждают, что появление его во главе
нашей страны было роковой случайностью. Обладал ли Сталин ка¬
чествами, необходимыми для руководства нашей страной в годы
грандиозных преобразований?
Критики Сталина обращают внимание на то, что он не имел во¬
енного образования и опыта службы в армии, а потому не мог не со¬
вершать ошибок в руководстве обороной страны. Что же позволило
Сталину возглавить Вооруженные силы в годы самой тяжелой вой¬
ны нашей страны за всю ее историю?
Недруги Сталина указывают на ошибки, допущенные им до Ве¬
ликой Отечественной войны и в ходе ее. Они уверяют, что эти ошиб¬
ки были фатальными для Красной Армии и нанесли ей непоправи¬
мый урон. Что же позволило нашей стране одержать Победу в этой
5
войне и в какой степени правильные и своевременные действия Ста¬
лина способствовали этому?
Какую же роль сыграл Сталин в войне, которая могла привести к
порабощению нашей страны и всего человечества Германией и ее
союзниками? Какую роль сыграл Сталин в предотвращении ядер-
ной войны, которую готовили бывшие союзники по антигитлеров¬
ской коалиции против нашей страны?
Для того чтобы найти ответы на эти вопросы, рассмотрим после¬
довательно важнейшие вехи жизни и деятельности Сталина, кото¬
рые позволят увидеть его становление как государственного и воен¬
ного руководителя и оценить его роль как полководца Великой Оте¬
чественной войны.
Часть I
ДО ОКТЯБРЯ 1017 ГОДА
Глава 1
ДЕТСТВО ГЕНЕРАЛИССИМУСА В ГОРИ
Утром 17 декабря 1878 года в Успенском соборе Гори совершал¬
ся обряд крещения новорожденного Иосифа. Позже в церковной
метрической книге была сделана соответствующая запись, из кото¬
рой следовало, что ребенок родился 6 декабря 1878 года, что его ро¬
дители — жители Гори, крестьянин Виссарион Иванович Джуга¬
швили и Екатерина Георгиевна, а крестным отцом является житель
этого же города крестьянин Цихитатришвили. Через несколько де¬
сятилетий в центре Гори сыну Виссариона и Екатерины был постав¬
лен огромный бронзовый памятник, у подножия которого постоян¬
но возлагали цветы.
К этому времени подлинная фамилия и время рождения Иосифа
были изменены. Он стал известен всему миру по фамилии «Сталин»,
которую он избрал в качестве псевдонима в годы подпольной рево¬
люционной деятельности. Цветы же к постаменту памятника возла¬
гали 21 декабря, потому что считалось, что Генералиссимус Совет¬
ского Союза Иосиф Виссарионович Сталин (Джугашвили) родился
21 декабря (по новому стилю), или 9 декабря (по старому стилю)
1879 года.
По неизвестным причинам его год рождения впервые был не¬
верно обозначен его помощниками, заполнявшими за него анкеты в
1921 — 1922 годах. Сталин почему-то их не поправил. В дальнейшем
же во всех биографических справках о нем указывали, что его год ро¬
ждения — 1879-й. Неясно, и когда был изменен день его рождения.
Скорее всего, его родители забыли точный день рождения, так как,
будучи неграмотными, не записали его и никогда не справлялись с
метрической записью.
Но еще до крещения ребенка были наверняка совершены обря¬
ды, типичные для грузинской крестьянской семьи того времени.
1
Сразу же после рождения ребенка его должны были вымыть в воде, в
которую до этого опустили шашку. Затем малютку посадили на спе¬
циально сделанного деревянного коня, чтобы он стал мужествен¬
ным воином. Около рта новорожденного пронесли пойманную лас¬
точку, чтобы мальчик стал быстрым, как эта птичка. А чтобы он был
бдительным, в дом принесли петуха. В колыбельке у изголовья ребен¬
ка поставили солонку, полную соли, для того, чтобы он рос мудрым.
В колыбель поместили и кусок железа, чтобы он вырос непоколеби¬
мым. Кусок же сахара, положенный на сердце, должен был сделать
ребенка на всю жизнь добрым к людям. Эти и другие обряды красоч¬
но описал грузинский поэт Георгий Леонидзе в своей поэме о детст¬
ве Сталина.
Наличие в этих обрядах элементов, связанных с желанием, чтобы
ребенок рос мужественным воином, отражало сложную судьбу гру¬
зинского народа. Грузия, находившаяся на перекрестке важнейших
магистралей Евразии, на протяжении всей своей истории была вы¬
нуждена вести беспрерывную борьбу, защищая свою свободу и неза¬
висимость. О героической борьбе грузинского народа против за¬
хватчиков напоминало и боевое приветствие «Гуамарджос!» («С по¬
бедой!»), которое закрепило в общественном сознание оптимисти¬
ческую уверенность в победу правого дела.
Этим словом приветствовали друг друга гости, собравшиеся на
праздник в честь рождения Иосифа. В Грузии он называется «Дзео-
ба». Домик, в котором происходил праздник, был небольшим и вет¬
хим строением. По свидетельству матери Сталина, в дождливые дни
крыша дома протекала. Советский драматург и очеркист Всеволод
Вишневский так описал дом, где родился Сталин: «Это — единст¬
венная маленькая комната... в три окошка... Простой обеденный
стол, покрытый полотняной скатертью с серовато-голубой каймой.
За столом могут сидеть только четыре человека. Когда приходили
гости, хозяйка поднимала добавочную откидную доску. Четыре не¬
крашеные деревянные табуретки. На столе глиняная тарелка и жел¬
товато-коричневый глиняный кувшин для воды. Рядом стоит старая
медная керосиновая лампа... Вот кровать, покрытая двумя кресть¬
янскими рукодельными покрывалами... Вот стоит небольшой сун¬
дук. В нем помещалось почти все имущество семьи. Вот стоит гру¬
зинский ящик для хлеба — «кидобани». В стену вделаны неглубокие
шкафы для посуды, для одежды... Вот, наконец, парадный кусочек
комнаты: стоит маленький буфетец, покрытый желтовато-серой
клеенкой. На буфетике — медный, начищенный самовар... Стол, че¬
тыре некрашеные табуретки, кровать, сундук, ящик для хлеба, буфе-
тик, самовар — вот и вся обстановка, все убранство».
В домике было еще «нижнее подвальное помещение. Туда ведут
семь ступенек... Совершенно прокопченный темный свод подвала,
стены, обмазанные простой глиной. Свет сюда проникает лишь че¬
рез верхушки окон, находящихся на уровне панели... Вот и подвал,
низкий, темный. Здесь стояла колыбель Сталина... Вот три ниши, где
хранились материалы: кожи, дратва, шила, инструменты отца, запа¬
сы продуктов и разные домашние вещи. В стене совершенно черный
от копоти очаг».
Несмотря на свою бедность, хозяева крохотного домика поста¬
рались не ударить лицом в грязь и выставить на стол все, чему пола¬
гается быть во время застолья в честь рождения сына. Собравшиеся
родственники, друзья и соседи знали, что подобный праздник был
уже не первым в доме сапожника. Первенец Михаил и второй сын
Георгий умерли грудными младенцами. Поэтому радость по случаю
рождения третьего сына омрачалась тяжелыми воспоминаниями и
подспудной тревогой. Может быть, по этой причине родители и их
друзья старались особенно тщательно выполнить все древние тради¬
ции, которые должны были обеспечить здоровье новорожденному.
Все гости, посещавшие дом Джугашвили в дни после рождения
мальчика, должны были перед входом взглянуть на звезду, сиявшую
над домом сапожника, а затем, подойдя к колыбели, дотронуться до
рук, лба и колен младенца. Возможно, что верящие в способность
людей манипулировать космической энергией и своим биополем,
решат, что таким образом ребенку сообщали энергетические заря¬
ды, исходившие из звездных глубин и от человеческого организма.
Поскольку же среди гостей были крестный отец Миха Цихитатри¬
швили, сосед Джугашвили Якоб Эгнаташвили и другие победители
городских состязаний по борьбе, люди недюжинной физической
силы, то они могли сообщить ребенку мощные импульсы своей энер¬
гии. Люди же, скептически относящиеся к управлению биополем
и знающие некоторые факты из детства Сталина, могут заметить,
что крестный отец и сосед впоследствии следили за физическим раз¬
витием мальчика и помогали ему превратиться в одного из лучших
участников в борьбе «криви» (эта игра напоминает бокс, но в ней
сражаются две команды). В значительной степени благодаря внима¬
нию этих наставников мальчик преуспевал и в других традиционных
для Грузии спортивных играх и занятиях. Правда, спортсменом он не
стал, но эти игры и советы его спортивных наставников, без сомне¬
ния, развили у ребенка бойцовские качества и умение взаимодейст¬
вовать с другими людьми в энергичной коллективной деятельности.
Однако ни наличие у ребенка прославленных тренеров, ни энер¬
гетические заряды, полученные им от гостей, ни множество магиче¬
9
ских обрядов, выполненных над ним, не защитили его от различных
тяжелых болезней. В раннем детстве он пережил оспу и тиф. И снова
мать прибегала к помощи древних ритуалов, чтобы спасти сына. По¬
эт Леонидзе ярко описал, как она ублажала духов («батонеби»), чтобы
те оставили ребенка в живых. Екатерина знала, что во время тяже¬
лой болезни в дом невидимыми входят семь братьев и сестер. Для них
надо украсить стол парчовой скатертью или атласом, поставить бу¬
кеты красных цветов, свежевыпеченный хлеб, крашеные яйца, кув¬
шины с соком и молоком. И хотя Екатерина не имела парчи и атла¬
са, заменив их красным ситцем, она выполнила остальные условия
приема батонеби и надеялась, что привередливые духи смилости¬
вятся над ней и ее сыном.
Ни Екатерина, ни Виссарион не были язычниками. Напротив,
они были истово верующими православными людьми. Однако, как
многие выходцы из крестьянских семей, они сохранили верность
обычаям первобытного, магического мышления, с которыми тщет¬
но боролась христианская церковь. Древние традиции рассматрива¬
лись крестьянами дополнительным резервом, к которому они обра¬
щались за помощью, отчаянно борясь за выживание перед лицом
недугов, бедности и лишений. А молодой семье пришлось испытать
эти невзгоды сполна.
Когда родился Сосо, Виссариону Джугашвили было 28 лет, а
Екатерине Джугашвили (урожденной Геладзе) — 20 лет. Виссарион
(друзья называли его Бесо) был выходцем из села Диди-Лило. Екате¬
рина (которую звали Кеке) — из села Гамбареули. Их детство про¬
шло еще до отмены крепостного права в Грузии в 1864 году. Они по¬
женились всего через 10 лет после того, как перестали считаться соб¬
ственностью помещиков — в 1874 году.
Правда, ко времени своей свадьбы Виссарион уже покинул де¬
ревню и стал рабочим на обувной фабрике Адельханова в Тифлисе.
Однако и он, и его супруга продолжали считаться крестьянами, так
как «рабочего сословия» тогда в России не признавали. К этому бы¬
ли веские основания. У новоиспеченных городских рабочих остава¬
лись прочные связи с деревней. Они сохраняли верность крестьян¬
ской культуре, даже после того, как переехали в небольшой город
Гори с населением в 6 тысяч человек. Здесь Виссарион завел свою
обувную мастерскую. Он был хорошим мастером своего дела и сна¬
чала неплохо зарабатывал, но эти заработки были ненадежными, а
по мере прибавления семейства их стало не хватать.
Родители Иосифа были бедны, но они могли одарить мальчика
богатствами народной культуры. С первых дней своей жизни ма¬
ленький Сосело слышал звуки колыбельной, которая пела ему мать
на родном языке. Он еще был младенцем, когда родители, памятуя о
заветах предков, показывали ему лик луны, которая должна была
помогать ему в жизни. Позже ему показывали окружающие горы, и
он полюбил горный пейзаж родной Грузии до конца своей жизни.
Он не раз упоминал о величественных горных вершинах и орлах, па¬
рящих над ними, в своих речах.
Как только он научился понимать слова, мать и бабушки стали
рассказывать ему грузинские сказки. В этих веселых и грустных, но
всегда поучительных сказках была запечатлена вековая народная
мудрость. Сосо еще был совсем маленьким, когда его стали учить
пляскам под ритмическое музыкальное сопровождение, порой вста¬
вая на носки. Родители и родные научили его петь народные песни.
Одновременно мальчик запоминал, «что такое хорошо и что та¬
кое плохо» с точки зрения вековых народных традиций. Он усваивал
кодекс чести, предполагавший товарищескую взаимопомощь, щед¬
рое гостеприимство, поддержание непререкаемого авторитета гла¬
вы семьи, готовность каждого отомстить обидчику рода и, если нуж¬
но, пожертвовать свою жизнь, защищая интересы и честь родной се¬
мьи. Он учился беспрекословному подчинению воле родителей, как
это было заведено с незапамятных времен. И если его отец и мать
прибегали к телесным наказаниям для подтверждения правоты сво¬
их слов, то вряд ли ребенок видел в этом нечто из ряда вон выходя¬
щее. Такие наказания существовали тогда во многих странах мира и
в самых различных классах и сословиях.
Однако авторитет родителей поддерживался не только наказа¬
ниями. Уважение родителей, старших по возрасту, давних предков
демонстрировалось каждодневно. Сталин сохранил такое отноше¬
ние к своим родителям на всю жизнь. Поэтому, когда писатель Эмиль
Людвиг в беседе со Сталиным высказал предположение о том, что на
его вступление в революционную борьбу повлияло «плохое обраще¬
ние со стороны родителей», он не поддержал его. Родители и их ме¬
тоды воспитания оставались вне критики для него в течение всей
жизни, а потому он ответил: «Нет. Мои родители были необразован¬
ные люди, но обращались со мной совсем не плохо».
Воспитанник народной культуры знает, что родителей и родину
не выбирают и единственно возможным отношением к ним может
быть лишь беззаветная любовь и преданность. А такое отношение
предполагает также высокую требовательность к себе и готовность к
самопожертвованию во имя исполнения долга перед семьей, общи¬
ной или родным краем. Эти качества, характерные для традицион¬
ной культуры, были закалены в сынах Грузии в силу особых истори¬
ческих условий.
С детства ему рассказывали легенды о героической и многостра¬
дальной истории Грузии. Он узнал, что как-то грузинская земля пе¬
II
рестала родить хлеб. Тогда люди попытались отмыть ее от крови, ко¬
торой она пропиталась. Однако когда они отмыли землю от крови,
то остались лишь голые камни, так как вся земля Грузии пропитана
кровью.
Позже он узнал о том, как мирная жизнь Грузии не раз наруша¬
лась вторжениями иноземцев и кровавыми распрями местных фео¬
далов. В VI—IX веках Грузия оказывалась под властью то Визан¬
тии, то Персии, то Арабского халифата. В 627 году в Грузию вторг¬
лись союзники Византии — хазары. Во второй четверти XIII века
Грузия была покорена татаро-монголами. Нашествие Тимура во вто¬
рой половине XIV века особенно жестоко разорило страну и сопро¬
вождалось распадом Грузии на отдельные царства и княжества. Это
обстоятельство благоприятствовало вторжению Ирана и Турции.
Лишь упорная борьба грузинского народа под руководством Диди-
Моурави (великого полководца) Георгия Саакадзе против инозем¬
ных захватчиков предотвратила гибель страны.
Позже он узнал о древности грузинской культуры, сложившейся
в то время, когда многие народы Европы еще были неграмотными
варварами и вели кочевой или полукочевой образ жизни. Первые
христианские церкви здесь появились в III—IV веках н.э. Ориги¬
нальная грузинская письменность была создана, по крайней мере, в
V веке н.э. Становление грузинской культуры связано с деятельно¬
стью выдающегося государя Вахтанга I Горгосала (2-я половина
V века), при котором Грузия освободилась от вассальной зависимо¬
сти от Ирана. Даже через много веков грузины с огромным уважени¬
ем вспоминали великие дела этого правителя, а также царя Давида
Строителя (1089—1125), объединившего страну и расширившего ее
пределы, царя Георгия III (1156—1184) и царицы Тамар (известную
в России под именем Тамары) (1184—1213), деятельность которых
способствовала хозяйственному и культурному расцвету Грузии.
Семейная история Джугашвили была тесно связана с бурными
событиями в прошлом Грузии. Друг детства Сосо А. М. Цихитатри-
швили писал: «Прадед Сталина по линии отца Заза Джугашвили
участвовал в крестьянском восстании в Анануре (Душетский уезд
Тифлисской губернии), был арестован, бежал в Горийский уезд и
здесь стал крепостным князей Эристави. Снова принял участие в
крестьянском волнении и снова бежал».
Получив эти уроки о прошлом своей семьи и своей родины,
Иосиф Джугашвили-Сталин на всю жизнь сохранял память о слож¬
ной истории Грузии, обычаях грузинского народа. Главный маршал
авиации А. Е. Голованов писал, что «первым человеком, который
введет меня в жизнь и быт грузинского народа, будет И. В. Сталин...
12
Именно от него я узнал о многих вековых традициях грузин. Узнал и
о гостеприимстве этого народа, о многих обычаях, о тяжелом труде
крестьян, о многовековой борьбе за существование, о Давиде Строи¬
теле, царице Тамаре, Ираклии II и многом, многом другом».
Представления, взятые из народной культуры Грузии, отразились
в дальнейшем в политической деятельности Сталина, его риторике.
Это можно увидеть в его героизации деятельности советских людей,
прославлении их боевых и трудовых свершений. Слова «Вечная па¬
мять героям, павшим в борьбе за свободу и независимость нашей
Родины!», которыми Сталин венчал приказы в честь взятия городов
во время Великой Отечественной войны, отражали привычное для
него с детства отношение к подвигу тех, кто погиб, защищая родную
страну. Слова «победоносный» применительно к классам, партии,
армии, поздравления «с победой», обращенные к строителям и ра¬
бочим новых заводов, вошли в политический лексикон Сталина.
Родные и близкие научили его высоко ценить не только деяния
великих государственных деятелей, полководцев и воинов, но и лю¬
дей труда, чьи упорные усилия преобразуют природу и создают цве¬
тущие сады. Рассказы родителей, не забывших крестьянской жизни,
пребывание в деревнях, где жили его дедушки и бабушки, привили
ему любовь к садам. Позже он разбивал сады вокруг государствен¬
ных загородных дач, на которых жил. Его дочь Светлана вспоминала:
«Сад, цветы и лес вокруг — это было самое любимое развлечение от¬
ца, его отдых, его интерес». По словам дочери, Сталин «любил, что¬
бы все было возделано, убрано, чтобы все цвело, пышно, обильно,
чтобы отовсюду выглядывали спелые, румяные плоды — вишни, по¬
мидоры, яблоки, — и требовал этого от своего садовника». Сталин
сохранил глубокую привязанность к обильно плодоносящему саду,
олицетворявшему в традиционных представлениях грузинского на¬
рода мирный труд и процветание.
Родители, бабушки и дедушки, с которыми Сосо проводил вре¬
мя в деревне, учили мальчика ценить крестьянский труд и одновре¬
менно разбираться в природе, как это умеют все люди, зависящие от
природных стихий. Вместе с древними обычаями крестьяне сохра¬
няли в своей памяти многовековой опыт познания природы, накоп¬
ленный людьми еще на заре человеческого рода. Как всякий воспи¬
танник народной крестьянской культуры, мальчик учился быть на¬
блюдательным, развивал память, смекалку.
Воспитанник народной культуры Иосиф Джугашвили был обла¬
дателем многих замечательных качеств, которые проявились в его
последующей жизни. Когда он стал видным государственным деяте¬
лем, он поражал своих собеседников своей способностью к концен¬
13
трации внимания. Он мог часами внимательно слушать собеседни¬
ков, запоминая суть сказанного и отдельные детали. Он точно пом¬
нил многочисленные фамилии руководителей предприятий страны
и командиров воинских частей. Он переваривал самую разнообраз¬
ную информацию по хозяйственным, внутриполитическим и меж¬
дународным вопросам и поражал своих собеседников своей эруди¬
цией в самых различных областях знаний.
Как и многие воспитанники народной крестьянской культуры,
он отличался завидной трудоспособностью и требовательностью к
себе. Его жизнь свидетельствовала о том, что он сумел выдерживать
и преодолевать самые тяжелые физические и моральные перегруз¬
ки, которые могли бы легко сломить иных людей. Он не удовлетво¬
рялся простыми решениями на основе шаблонных рецептов, а по¬
стоянно искал нестандартные подходы к сложным проблемам. Он
не только проявлял оригинальность мышления, но постоянно по¬
ощрял независимо мыслящих людей, способных к прорывам в пре¬
одолении, казалось бы, неразрешимых задач.
Видимо, родителям Сосо удалось развить те способности, кото¬
рые являются естественным даром народной культуры. Не исключе¬
но, что вниманию к воспитанию Сосо способствовало то обстоятель¬
ство, что он был их единственным ребенком, и родители отчаянно
боялись, что они его потеряют, как уже потеряли его старших брать¬
ев. Возможно, что по этим же причинам немалый вклад в воспита¬
ние ребенка вложили его дедушка и бабушка, крестный отец, друзья
и соседи семьи.
^ Ни отец, ни мать не могли выучить его грамоте. Однако незамет-
■Г. ... -limi Я. Hi I i'j .tiMi I 1,-1 h <* f* *
*но дляТына и для самих себя они заложили основы его ума, привили
ему требовательность к себе и другие качества, позволившие ему
стать одной из самых значительных фигур XX века. О том, что он
преуспел в освоении этих качеств еще в детстве, стало ясно еще до
того, как Сосо поступил в Горийское духовное училище. После того,
как Екатерина Джугащвилихтала работать в доме священника Чар-
квиани, она ^^Щ'ойущес^е'с^ыном переехала в этот дом. Под ру¬
ководством священника Сосо освоил грузинскую азбуку.
Священник помогал ему и осваиват^^^сскую речь. Как писал
историкА. В. Островский, Сосо «к 1888 г... настолько хорошо овла¬
дел русским языком, что его приняли сразу в старший подготови¬
тельный класс». Ссылаясь на воспоминания сверстников, историк
особо подчеркивал, что мальчик был хорошо одет, лучше, чем дру¬
гие дети. В этом была заслуга его матери, которая не жалела сил, что¬
бы заработать деньги для своего единственного сына. Тогдашний
житель Гори Семен Гогличидзе вспоминал о ней: «Кто не знал эту
живую и трудолюбивую женщину, которая всю свою жизнь прово¬
дила в работе?! У этой одаренной от природы женщины все спори¬
лось в руках — кройка и шитье, выпечка хлеба, расчесывание шер¬
сти, уборка и т. п. Некоторые работы она брала сдельно. Она работала
также поденно и брала шитье на дом». Другой тогдашний житель Го¬
ри Г. Глуриждзе вспоминал: «Его заботливая мать, зарабатывавшая
на жизнь кройкой, шитьем и стиркой белья, старалась, чтобы сын
был одет тепло и опрятно». Мать мечтала о том, что, окончив духов¬
ное училище, а затем семинарию, ее любимый сын станет священ¬
ником и достигнет высокого сана на церковном поприще.
Тем временем дела у ее мужа пошли плохо. Заказов у него стано¬
вилось все меньше. В конечном счете, сапожник разорился и снова
ушел в Тифлис на фабрику Адельханова. Виссарион считал, что сын
должен унаследовать профессию своего отца. Поэтому он забрал
сына с собой в Тифлис. г
Очевидцы вспоминали, как маленький Сосо работал на фабри¬
ке: «помогал рабочим, мотал нитки, прислуживал старшим». Екате¬
рина спорила с мужем, настаивая, чтобы ребенок ходил в духовное
училище Гори. По словам соседей, Виссарион часто спорил с женой:
«Ты хочешь, чтобы мой сын стал митрополитом? Ты никогда не до¬
живешь до этого! Я — сапожник, и мой сын тоже должен стать са¬
пожником. Да и все равно будет он сапожником!» Но мать опять вер-
нУла cbiHaj|X0mJ|^^ Смерть отца, когда Сосо
Джугашвили былсЦО лет^положила конец этим спорам.
Сосо оправдывал надежды матери. Из класса в класс он перехо¬
дил с отличными отметками, а его фамилию^^тавилипервой в «раз¬
рядном спирке учен^^ состав¬
лявшемся после годичных экзаменов и публиковавшееся в «Духов¬
ном вестнике Грузинского экзархата».
На основе этих данных и воспоминаний школьных товарищей
Сосо А. В. Островский писал: «В училище Сосо был на хорошем сче¬
ту и пользовался доверием преподавателей. Даже учитель русского
языка Владимир Андреевич Лавров, которого ученики звали «жан¬
дармом», сделал Сосо своим заместителем и разрешал ему вместо
себя выдавать ученикам книги. Вспоминая школьные годы, одно¬
классник Сосо А. Гогебашвили писал: «В училище у нас ученики
старших классов обязаны были читать в церкви псалмы, акафисты и
другие молитвы. Сосо как лучший чтец пользовался большим вни¬
манием и доверием в училище, и ему было поручено обучать нас чте¬
нию псалмов, и только после пройденной с ним тренировки нам
разрешали читать в церкви. Сосо считался главным клириком,, а на
торжественных молебнах главным певчим и чтецом».
15
Помимо церковных текстов Сосо читал много светских книг.
С детства его отличала тяга к чтению. Историк Евгений Громов ус¬
тановил, что первой художественной книгой, взятой Сосо в местной
городской библиотеке, стала повесть Даниэля Чонкадзе «Сумарская
крепость». Громов писал: «В Горийском училище Иосиф читал пре¬
имущественно грузинских авторов — поэмы и рассказы И. Чавча-
вадзе, А. Церетели, Р. Эристави. Самое яркое литературное впечат¬
ление его детства — роман «Отцеубийца» А. Казбеги... Особое вни¬
мание читателя, особенно молодого, приковывала история романти¬
ческого разбойника Кобы». Одноклассник Сосо И. Ирамешвили
позже вспоминал: «Идеалом и предметом мечтаний Сосо являлся
Коба... Он хотел стать вторым Кобой, борцом и героем... Сосо начал
именовать себя Кобой и настаивать, чтобы мы именовали его только
так. Лицо Сосо сияло от гордости и радости, когда мы звали его Ко¬
бой».
Впрочем, мальчик познакомился и с главным произведением
грузинской литературы — поэмой Шота Руставели «Витязь в тигро¬
вой шкуре». А потом прилежно срисовал портрет великого поэта.
Склонность к рис15®аЖю
ни. Дажевовд^я заседаний он рисовал фигурки людей иди зверей.
После его смерти была обнаружена целая коллекция шаржей и ка¬
рикатур, сделанных Сталиным в ту пору, когда он уже был государ¬
ственным деятелем. Сохранилась у него и любовь украшать стены
своего жилья рисунками. Под конец жизни он вырезал из «Огонька»
репродукции различных картин и развешивал у себя по стенам
спальни.
Но более развиты у Сосо были музыкальные и вокальные спо¬
собности. Их высоко оценивал преподаватель пения Г. И. Елисабе-
дашвили: «У этого очень одаренного мальчика был приятный высо¬
кий голос — дискант. ...Сосо хорошо пел в хоре учеников духовного
училища. Обычно он исполнял дуэты и соло. Часто заменял регента
хора».
Занятия в церковном хоре сохранили в нем на всю жизнь любовь
к пению. Позже Сталин любил петь и слушать пластинки с грузин¬
скими, русскими и украинскими народными песнями. Позже он по¬
любил оперу, и посещение Большого театра стало для него лучшим
досугом. Он мог десятки раз слушать полюбившиеся ему оперы, та¬
кие, как «Иван Сусанин» и «Аида». А если занятость государствен¬
ными делами не позволяла ему прослушать всю оперу, он приходил
в Большой театр, чтобы прослушать хотя бы особенно любимую им
сцену или свою любимую арию. По словам Молотова, Сталин «час¬
то в Большой театр ходил на середину оперы, на кусок из оперы. Хо-
рошо относился к Глинке, Римскому-Корсакову, Мусоргскому —
к русским преимущественно композиторам».
Любил Сталин и концертное исполнение оперных арий. По сло¬
вам А. А. Громыко, «концерты, которые устраивались в Кремле,
особенно с участием вокалистов, он воспринимал с большим инте¬
ресом. Причем любил сильные голоса, мужские и женские. ...Вос¬
торженно отзывался о некоторых солистах Большого театра, напри¬
мер, об Иване Семеновиче Козловском». В то же время Сталин лю¬
бил и симфоническую музыку. Как замечал Громыко, «с увлечением
он _ я был свидетелем этого — слушал классическую музыку, когда
за роялем сидел наш выдающийся пианист Эмиль Гилельс».
Он стал ценителем и классического балета. Он любил «Лебеди¬
ное озеро» Чайковского и 28 февраля 1953 года вновь был на этом
балете в Большом театре. Он не знал, что в последний раз в своей
жизни он слушает музыку Чайковского, с произведениями которого
он впервые познакомился еще в детстве, будучи певчим в церков¬
ном хоре Гори.
Правда, церковное пение, школьные уроки, чтение и рисование
не мешали будущему генералиссимусу принимать активное участие
в детских забавах, в том числе таких, которые требовали бойцовских
качеств. Позже его друзья детства вспоминали, что Сосо был непре¬
менным участником игры «криви» (бокс, в котором сражаются две
команды). Сосо был инициатором и участником игр с прятками, по¬
гонями, засадами. Тогда маленький Сосо, нарисовав на своем лице
усы углем и приделав бороду из соломы, изображал то горца Восточ¬
ной Грузии — хевсура, то народного героя Миндию, то Кобу или Яго
из романа Александра Казбеги, то Како из романа Ильи Чавчавадзе
«Како-разбойник». Возможно, что эти герои литературных произве¬
дений и народного фольклора позволяли Сосо и его друзьям вообра¬
жать себя участниками боевых сражений.
Часто случается, что детские игры могут стать причиной тяже¬
лых травм, последствия которых остаются на всю жизнь. В ходе од¬
ной из этих игр Сосо сильно упал, повредив руку. В «истории болез¬
ни» Сталина, составленной врачами лечебно-санитарного управле¬
ния Кремля, говорилось: «Атрофия плечевого и локтевого суставов
левой руки вследствие ушиба в шестилетнем возрасте с последую¬
щим длительным нагноением в области локтевого сустава». Эта
травма на всю жизнь искалечила левую руку Сталина. Поэтому во¬
енные игры были для Сосо лишь играми, а не подготовкой к воен¬
ной карьере, которая для него казалась навсегда закрытой.
Мальчик стал жертвой и другой травмы, которая чуть не стоила
ему жизни. Как вспоминал Семен Гогличидзе, «как-то раз 6 января
17
на «иордань» возле моста через Куру, пришло много народу». Тут же
была и группа певчих, среди которых был Сосо. Неожиданно в эту
группу певчих врезался фаэтон. Дышло фаэтона ударило Сосо по
щеке, а колеса проехали по ногам мальчика. Сосо упал и потерял
сознание. После этого, как вспоминал Гогличидзе, «подняли поте¬
рявшего сознание ребенка (Сосо было тогда 10—11 лет) и доставили
домой. При виде изувеченного сына мать не могла сдержать горест¬
ного вопля. Сосо открыл глаза и сказал: «Не бойся, мама, я чувствую
себя хорошо». Прибывший врач промыл рану, остановил кровотече¬
ние, сделал перевязку и объявил, что внутренние органы не повреж¬
дены. Через две недели Сосо вернулся к занятиям».
Его одноклассник Д. Гогохия вспоминал: «На выпускных экза¬
менах Иосиф особенно отличился. Помимо аттестата с круглыми
пятерками, ему выдали похвальный лист, что для того времени было
из ряда вон выходящим». В «Духовном вестнике Грузинского экзар¬
хата» от 15 июля 1894 года сообщалось, что «Джугашвили Иосиф»
рекомендуется к «переводу в семинарию». Его имя и фамилия были
упомянуты первыми в перечне тех, кто удостоился такой рекомен¬
дации.
Глава 2
НА ЖИЗНЕННОМ ПЕРЕПУТЬЕ
В том же 1894 году 16-летний Иосиф Джугашвили поступил в
Тифлисскую духовную семинарию. После смерти отца жизненный
путь Сосо Джугашвили казался раз и навсегда предопределенным
желанием его матери: мальчик должен был стать православным свя¬
щенником, а в случае успеха — достичь высокой должности в цер¬
ковной иерархии. Ничто, казалось, не могло помешать Иосифу идти
по церковному поприщу.
Известно, что Иосиф Джугашвили рос в семье, где мать свято ве¬
рила в Бога, а потому молитвы перед иконой дома, соблюдение по¬
стов, регулярное посещение церкви, выполнение там многочислен¬
ных обрядов, исполнение различных обетов, данных Богу, стали с
детства частью его образа жизни.
Храм, изображения Христа, Богородицы и святых, церковные
службы легли в основу его первых впечатлений о возвышенном и
прекрасном. Прилежание Иосифа в учебе и успехи в изучении бого¬
словских предметов свидетельствовали о том, что он свято верил в
18
основы христианского вероучения. О том, что его вера не была фор¬
мальной или поверхностной, свидетельствовал один из соучеников
Иосифа по Горийскому духовному училищу: «В первые годы учения
Сосо был очень верующим, посещал все богослужения, пел в цер¬
ковном хоре. Хорошо помню, что он не только выполнял религиоз¬
ные обряды, но всегда и нам напоминал об их соблюдении».
С девяти лет он под руководством священнослужителей изучал
тексты Нового и Ветхого Заветов. Их смысл не всегда лежал на по¬
верхности, и священники учили его, как надо понимать библейские
тексты, чтобы обнаруживать в них вечные для православного хри¬
стианина истины. В истории иудейского народа, изложенной в Вет¬
хом Завете, он учился видеть свидетельства вечной власти Бога над
всеми людьми, вне зависимости от их рода и племени. В беспощад¬
ных наказаниях, которым Бог подвергал врагов Авраама, в поголов¬
ном уничтожении племен, враждебных иудеям, он научился видеть
справедливое возмездие тем, кто не признавал истинного Бога. В от-
ступничествах иудеев от Бога его учили видеть примеры извечной
человеческой греховности, за которую люди всегда несут суровые,
но справедливые кары. Заповеди, принесенные Моисеем с горы Си¬
най, слова Нагорной проповеди он воспринимал как незыблемые
правила поведения для всех людей мира. Каждая книга Библии ис¬
толковывалась как свидетельство истинности Бога, призыв любить
Бога.
Образная система Библии была близка к тем представлениям
народной культуры Грузии, с которыми он был знаком с детства, и
это обстоятельство могло способствовать тому, что рассказы Ветхо¬
го и Нового Заветов воспринималась Иосифом Джугашвили как по¬
весть о своей родине и своем народе. Дорогие ему с первых лет детст¬
ва представления о природе и людях, призывы к героической борьбе
и победе обретали в библейских текстах священный смысл.
Церковь постоянно пребывала в сражении с дьявольскими сила¬
ми, а поэтому Святой Климент, епископ Римский, сравнивал цер¬
ковь с войском. Церковь постоянно говорит о неизбежности ее по¬
беды в этой борьбе. Мученическая казнь Христа стала началом его
победы над греховностью людей. С детства Иосиф привык испол¬
нять пасхальное песнопение, в котором провозглашалась победа
Христа над смертью. Слово «Ника» (по-гречески «победа») нередко
было начертано вместе с изображением креста. Об окончательной
победе Бога и создании Царства Божьего на Земле говорилось в за¬
вершающей книге Библии — Откровении Иоанна.
Поскольку верующие придают особое значение связи, соеди¬
няющей их собственное имя с именами тех, кто упомянут в священ-
19
Л ных книгах, то он не мог не обратить внимания на ветхозаветный
рассказ об Иосифе. Вероломное предательство завистливых брать¬
ев, замысливших убить Иосифа, а затем продавших его в рабство, за¬
ключение Иосифа в тюрьму по ложному навету, умение Иосифа
верно истолковывать знаки судьбы, предвидеть грядущие события и
принимать своевременные, эффективные меры для предотвраще¬
ния гибели целой страны, превращение Иосифа в неограниченного
правителя Египта, арест им своих братьев не за их подлинное пре¬
ступление против него, а на основе сфабрикованного против них
обвинения в краже, прощение их Иосифом и другие эпизоды этой
)многократно повторенной, тщательно заученной и внимательно
прокомментированной истории могли оставить неизгладимый след
в сознании Иосифа Джугашвили еще в детстве.
Благодаря Священному Писанию привычные с первых дней
жизни ключевые представления о родине обретали для Иосифа бо¬
лее широкий смысл. Священники учили, что тексты Ветхого Завета
нельзя воспринимать как рассказ о неких семьях или историю одно¬
го народа, а как всемирную историю о семье народов. Слово же Хри¬
ста было обращено ко всем людям на Земле. Православие соединяло
судьбы разных народов, следовавших, согласно учению этой церк¬
ви, единственно верному вероучению. Поэтому даже народы с раз¬
личными языками, историческими и культурными традициями —
грузины, греки, русские, украинцы, белорусы, сербы, черногорцы,
болгары, румыны, молдаване, а также представители других наро¬
дов, принявших православие, объединялись в едином братстве пра¬
вославных людей. Православие позволяло Иосифу найти твердую
основу для последующего поиска им общего в культурах различных
православных народов.
Разумеется, восприятие библейских текстов ребенком не могло
быть столь углубленным, как у взрослого верующего, но учение Хри¬
ста гласило, что в своей невинности дети могут быть ближе к Богу,
чем отягощенные грехами взрослые. Слова Христа: «Не препятствуй¬
те детям приходить ко Мне», его призыв «Будьте как дети», которые
Иосиф заучивал с детства, говорили о благоволении Бога к детям.
С детства Иосиф мог запомнить слова Христа о его благоволе¬
нии к бедным людям и осуждении им тех, кто слишком отягощен
земным богатством, чтобы думать о Царстве Небесном. Христиан¬
ский идеал мира, в котором нет неравенства, все люди — братья, не
мог не отвечать представлениям о счастливой и справедливой жиз¬
ни, к которой стремились его родители, их друзья и соседи.
Стремление к духовному совершенству усиливалось желанием
Иосифа стать священнослужителем, а, стало быть, он исходил из то-
го, что он будет проводником божественной благодати, выразителем
Божией воли, духовным наставником верующих, их руководителем
на их земном пути. Православная церковь учит: «Священник являет
собой образ Христа и совершает священнодействие силой и благо¬
датью Божией».
В своем детстве, прошедшем в стенах духовного училища, Иосиф
вряд ли мог представить себе более значительную и возвышенную
миссию. Нет сомнений в том, что многие его учителя не сомнева¬
лись в том, что Иосиф станет достойным священником. Названия
предметов, которые изучал Иосиф Джугашвили, и полученные им
отличные оценки его знаний по этим предметам свидетельствуют о
том, что он не только знал канонические тексты православия и по¬
рядок церковной службы, но еще подростком мог разъяснять смысл
священных текстов, молитв, песнопений, икон, церковных таинств,
разбираться в порядке богослужения. Теперь в семинарии он мог уг¬
лублять свои знания и приблизиться к осуществлению жизненной
цели, определенной ему с детства, — стать священником.
Впервые с тех пор, когда в раннем детстве отец его увез в Тиф¬
лис, чтобы помогать работать на сапожной фабрике, Иосиф вернул¬
ся в древнюю столицу Грузии. Однако теперь ему надо было жить са¬
мостоятельно, обходясь без родительской опеки. Тифлисская семи¬
нария находилась на Пушкинском сквере. Здание семинарии было
трехэтажным. На первом этаже помещались кабинеты инспектора
семинарии и надзирателей, а также канцелярия. В подвальном по¬
мещении — гардероб и столовая. На втором этаже — домовая цер¬
ковь, классные комнаты, учительская и квартира ректора. Бывшие
семинаристы Г. Е. Елисабедашвили и 3. А. Давиташвили вспомина¬
ли, что в квартире ректора была устроена секретная дверь, через ко¬
торую он мог незаметно наблюдать за поведением учеников в церк¬
ви. На третьем этаже размещались спальные комнаты учеников и
библиотека.
Покидать здание семинарии без разрешения начальства запре¬
щалось. Пропуск занятий сурово наказывался. Вслед за подъемом в
7 часов следовала продолжительная молитва. После молитвы — зав¬
трак, а затем — занятия, которые продолжались с перерывом до 2 ча¬
сов дня. Через час был обед, а уже в 5 часов была перекличка, после
которой запрещалось покидать семинарию. По команде семинари¬
сты шли пить чай, затем садились готовить уроки, а в 10 часов вечера
21
по звонку ложились спать. Спали в общей спальне на 20—30 человек.
Такой строгий режим не был прихотью начальства данной семина¬
рии, а определялся стремлением церкви достичь смирения духа у
молодых людей, посвятивших себя подготовке к священнической
или монашеской деятельности.
Многие авторы, особенно западные, считают, что богословие,
изучавшееся Сталиным в семинарии, определило стиль его мышле¬
ния сугубо в отрицательном отношении. Они обращают внимание
на то, чего не выучил Сталин в семинарии. Разумеется, семинария
могла дать Сталину лишь то, что она могла дать, и возможно, что для
него было бы лучше, если бы он имел возможность получить более
углубленное и современное образование по ряду предметов. В то же
время тенденциозность и ошибочность многих из комментариев по
поводу семинарского обучения Сталина в значительной степени
объясняются не только враждебностью их авторов к Сталину, но и
их отчужденным отношением к православной церкви.
Между тем в суровой обстановке Тифлисской семинарии были
свои положительные стороны для развития ума и стимулирования
интереса к знаниям. Богословские занятия развивали память, уме¬
ние глубоко разбирать тексты и логически рассуждать. Строгая дис¬
циплина не слишком позволяла учащимся отвлекаться от занятий.
Семинаристы, закаленные еще в духовных училищах на текстах бо¬
гословской литературы, без особого труда переваривали те фило¬
софские и естественно-научные труды, которые ставили в тупик
иных воспитанников светских школ. Даже суровые ограничения се¬
минарии в отношении информации из внешнего мира имели свои
положительные стороны, ибо заставляли учеников с такой жадно¬
стью осваивать знания, которая была немыслима для студентов
светских учебных заведений. Любая книга, которая попадала к семи¬
наристам, страдавшим от недостатка информации, любая публич¬
ная лекция, услышанная ими, становились предметом их дотошно¬
го изучения, пересудов, споров, а потому ученики духовных училищ
извлекали гораздо больше ценного из ограниченного объема ин¬
формации, чем университетские студенты из тех интеллектуальных
богатств, которые им предлагали преподаватели.
Впрочем, некоторые авторы биографий Сталина отчасти призна¬
вали положительные стороны обучения в Тифлисской семинарии.
Алан Баллок считал, что «благодаря этому обучению Сталин развил
феноменальную память, что ему весьма пригодилось в его дальней¬
шей деятельности». А. Улам же решительно опровергал мнение
Троцкого, который, по его словам, «изображал Сталина почти как
неграмотного человека». Подобные заявления, подчеркивал А. Улам,
22
«игнорировали то обстоятельство, что семинария дала ему немад^1е
знания: он должен был изучать латынь, греческий, церковнослав^^
ский, а также русские историю и литературу».
Главным же следствием пребывания в семинарии стала под^0_
товка Иосифа к священнической деятельности. Вероятно, готов^Сь
к ней, Иосиф еще внимательнее вслушивался в проповеди свящ^_
нослужителей, их беседы с верующими, запоминал их слова, сказ^_
ные ему во время исповедей, постигая, как на практике претворя^^
ся слова священных для него книг и уроки богословия.
Еще с детства Иосиф мог наблюдать, что верующие обращаю^Ся
к священнику как к единственному человеку, который мог их
слушать, разрешить их сомнения, простить их проступки или на^а_
зать их. Люди, довольные своей участью, реже обращались к по^0_
щи священнослужителя. В церковь и к священникам шли пре^е
всего те, кто нуждался в духовной поддержке. Задолго до появле^я
социологии священники были лицами, обладавшими огромн^1м
практическим опытом в изучении массового сознания населен*^
их чаяний и забот, их желаний и стремлений, их страхов и опасен*^’
Постоянно общаясь со священнослужителями и другими церко^
ными лицами в духовном училище, Иосиф мог рано понять, что б^с_
покоит людей и на что они надеются. Благодаря этому он, как и м^0
гие другие ученики духовных училищ, мог быстро распознавать
более общие причины печалей и тревог прихожан. Общаясь Со
священниками, Иосиф рано стал учиться разбираться в людях,
душевных качествах.
Семинарист мог понять, что высокие требования к священн^
определялись тем, что для истово верующих он был их надеждо^
утешением, лицом, способным смирить смятение их духа, напра
вить их на путь истины и добра, а не просто сказать верующему
ятные вещи. Верующий должен был видеть в священнике при^еп
твердости веры, воспринимать его слова как неоспоримые указа^я
относительно того, как следует жить. Проповедь священника До^_
на не просто изложить аргументы в пользу религии, а вдохновить
рующих на праведную жизнь. Священник должен уметь добит^Ся
того, чтобы верующие доверились ему, поведав о своих жизнен*^1х
нуждах и откровенно рассказав о своих грехах. Священник долже^ с
предельным вниманием выслушать исповедь верующего. Примеры
священнических бесед с прихожанами, вероятно, помогли ему oc^Q
ить мастерство в общении с людьми.
Исповедь венчается суждением священнослужителя, кото^ое
равносильно судебному решению для верующего, определяя с^е
пень соответствия или несоответствия его поведения правилам
23
ковной жизни. Священник может обосновать свои слова авторитет¬
ными ссылками на священные тексты. У верующего не должно было
быть ни малейших сомнений в том, что устами священника гласит
Небесная Церковь. Поэтому решения священника должны быть
взвешенными, мудрыми, ясными и не подлежащими обжалованию.
Иосиф знал, что во власти священника охарактеризовать сравни¬
тельно небольшой проступок верующего, как шаг к измене Богу и тем
самым своевременно предотвратить его грехопадение. Священники
могли отказываться отпустить прихожанам их грехи, не допустить
их к таинству причастия, накладывать различные епитимии. Он так¬
же знал, что священник может санкционировать прощение тяжких
грехов преступнику, чтобы сохранить в душе падшего надежду на
спасение и тем самым остановить его на гибельном пути.
В церкви Иосиф учился выражать мысли логично и понятно,
быть беспристрастным судьей человеческих поступков, судьей стро¬
гим и справедливым. У священнослужителей он учился умению на¬
ходить слова и манеру поведения, позволявшие смирить злые мысли
и буйные страсти паствы, вдохнуть надежду и веру в сердца людей.
Очевидно, что примеры священнослужителей оказали влияние на
последующую жизнь Сталина и помогали ему строить свои выступ¬
ления и свое поведение уже в качестве государственного руководи¬
теля. Многочисленные очевидцы отмечали, что Сталин умел сде-
' лать так, чтобы люди откровенно рассказывали ему о своих делах и
проблемах, а он мог их долго и с поразительным вниманием выслу-
| шивать.
Есть многочисленные свидетельства и разборов Сталиным про¬
ступков людей, которые по своей форме во многом напоминали раз¬
боры священниками поведения прихожан, совершавших грехи. Как
и православные священники, которые могут долго и сурово разби¬
рать вину прихожан, Сталин мог подолгу «пилить» виновных и ука¬
зывать им на возможные тяжкие последствия, вытекающие из их,
казалось бы, незначительных проступков. Зачастую такие беседы Ста¬
лина венчались «отпущением грехов», когда виновник уходил от не¬
го не только с чувством облегчения, но и вдохновленный оказанным
ему доверием. В то же время Сталин мог жестко «накладывать епи¬
тимии» на тех, кто, по его мнению, совершал непростительные про¬
ступки.
Вероятно, привычки, сложившиеся под воздействием примеров
священнослужителей, отразились впоследствии и в манере сталин¬
ских письменных работ и публичных выступлений. Четкости ста¬
линской речи или письменных работ способствовало сочетание ри¬
торических вопросов и кратких ответов, в стиле церковного кате¬
24
хизиса. Для выступлений Сталина была характерна жесткость и
категоричность церковной логики. Многие образы, использован¬
ные Сталиным в его речах и публикациях, были взяты из церковного
лексикона. Активно применялись Сталиным в его статьях и речах
речевые повторы, используемые в церковных проповедях.
Можно найти сходство между стилем писем Сталина и характер¬
ными особенности священнических писем прошлого века. Как и
многие послания православных старцев, письма Сталина отлича¬
лись краткостью, содержательностью и быстрым переходом к ос¬
новным вопросам послания. Порой они, как и послания священно¬
служителей, носили назидательный характер и содержали добрые
советы.
Но если священники, наставляя своих духовных чад на путь ис¬
тинный, ссылались на положения Священного Писания или свято¬
отеческой литературы, то Сталин использовал положения из клас¬
сиков марксизма-ленинизма для того, чтобы подкрепить собствен¬
ные аргументы. При этом, как и священнослужители, Сталин в
своих письмах неоднократно настаивал на том, чтобы его коррес¬
понденты внимательно вчитывались в рекомендованную им литера¬
туру.
Беспрекословное подчинение верующих суждениям (в том чис¬
ле резким и суровым), изрекаемым священнослужителями, обеспе¬
чивалось безграничным доверием к ним, верой в их способность
проводить божию волю. Чтобы добиться такого отношения верую¬
щих, священник должен был поддерживать уважение к своему сану
и в то же время быть доступным для паствы. На различных примерах
Иосиф мог убедиться в том, что ошибки в поведении могли подор¬
вать авторитет священнослужителя и закрыть сердца отчаявшихся
людей для Божьего Слова.
Находясь в церкви, Иосиф учитывал пристальное внимание, с
каким прихожане следят за каждым шагом священника. Малейшее
нарушение сложившихся норм поведения и даже общепринятого
внешнего вида могло стать причиной всевозможных пересудов и
сплетен как в среде прихожан, так и среди коллег-священников. Он
учился «знать свое место» в церковном коллективе и соблюдать
строгую иерархию отношений между священником и паствой, меж¬
ду старшими по должности церковнослужителями и младшими.
Получая в церкви советы, как вести себя мудро в мирском обще¬
стве, где царят злоба и ненависть, мстительность и глупость, Иосиф
в то же время запоминал, что главным способом преодоления и люд¬
ских интриг, и суетных помыслов может стать победа над страстями.
Есть основания считать, что в своем стремлении подражать по-
25
ведению священников Сталин обрел те качества, которые особенно
1 ценились в церкви. Потом они стали его отличительной особенно-
\ стью: отсутствие «поспешности, торопливости, смущения», стрем-
* ление (хотя и не всегда успешное) сдерживать «горячие мысли»,
I шд^е^ну^ и выдержка. Характеризуя Сталина, с
I Постоянно общался по долгу службы, бывший управ¬
ляющий делами Совнаркома СССР Я. Е. Чадаев вспоминал: «Внеш¬
не он был спокойный, уравновешенный человек, нетороплйВШПГ
ра^кипелй' бурлвда> клокрт^ла. Он стойко, мужественно переносил
Кеудаад и с новой энергией, с беззаветным мужеством работал на
своем трудном и ответственном посту». Эти наблюдения переклика¬
ются с воспоминаниями А. А. Громыко: «В движениях Сталин всег¬
да проявлял неторопливость. Я никогда не видел, чтобы он, скажем,
заметно прибавил шаг, куда-то спешил. Иногда предполагали, что с
учетом обстановки Сталин должен поскорее провести то или иное
совещание, быстрее говорить или торопить других, чтобы сэконо¬
мить время. Но этого на моих глазах никогда не было. Казалось,
само время прекращает бег, пока этот человек занят делом». Даже в
походке Сталина, когда он мог незаметно и почти неслышно подой¬
ти к человеку, можно увидеть сходство с типичной походкой многих
православных священников.
Многие поведенческие черты Сталина сформировались в годы
его учебы в духовных учебных заведениях под воздействием приме¬
ров священнослужителей с характерным для них сочетанием добро¬
желательности в общении с людьми и умения держать их на опреде¬
ленной дистанции. Характеризуя стиль поведения Сталина, А. А. Гро¬
мыко в своих воспоминаниях писал: «В манере поведения Сталина
справедливо отмечали неброскую корректность. Он не допускал па¬
нибратства, хлопанья по плечу, по спине, которое иной раз считает¬
ся признаком добродушия, общительности и снисходительности.
Даже в гневе — а мне предошдащ*«йбЗш^ Сталин обыч-
но не выходил за рамки допустимого. Избегал он и нецензурных вы ■
ражений».
Возможно, что идеал смиренного пастыря оказал воздействие и
на бытовые привычки Сталина. Как и многие другие, А. И. Микоян
отмечал, что «в личной жизни Сталин был очень скромен, одевался
просто». Он научился, как и священнослужители, довольствоваться
неброской и скромной одеждой. Его домашний быт даже в годы его
пребывания у власти не отличался роскошью, и в этом, вероятно,
также сказывались уроки духовных училищ.
И все же священники, которые обычно своим внешним видом и
26
одеянием демонстрируют смирение, во время торжественных бого¬
служений облачаются в роскошные одеяния. Да и в обычное время
они находятся в центре внимания паствы, принимают исключи¬
тельные знаки уважения со стороны верующих. Склоненные в по¬
клонах люди, их смиренные просьбы о благословении, почтитель¬
ное внимание, с которым выслушиваются слова священнослужите¬
ля, а нередко и восторженный трепет, который вызывают проповеди
священника, — все это не могло не оставить следа на сознании чело¬
века, который готовился стать пастырем божьим. Возможно, что
воспоминания о церковных службах служили для Сталина приме¬
ром, когда он оказался окруженным всеобщим восхищением, поче¬
том и восхвалениями, а его речам, затаив дыхание, внимали его со¬
беседники, массовые аудитории, все советские люди. Однако не ис¬
ключено, что восприятие священнослужителями пышных церков¬
ных церемоний как актов, творимых во славу божию, напоминало
ему, что праздничный ритуал и знаки восторженного внимания лю¬
дей относятся не к нему лично, а к делу, которое он олицетворял.
Именно так он не раз объяснял советские торжественные церемо¬
нии и поведение присутствовавших на них людей, которые выража¬
ли восторги по случаю его появления.
Есть множество и других свидетельств того, что учеба в духовных
учебных заведениях и пребывание в лоне церкви сохранили свое
воздействие на Сталина даже после того, как он покинул церковное
поприще. Он не раз вспоминал о своем пребывании в семинарии и
говорил о своей несостоявшейся карьере священника. Узнав в ходе
беседы с будущим Маршалом Советского Союза Василевским, что
тот, учась в семинарии, не собирался стать священником, Сталин
шутливо заметил: «Так, так. Вы не имели такого желания. Понятно.
А вот мы с Микояном хотели пойти в попы, но нас почему-то не взя¬
ли. Почему, не поймем до сих пор». Он на всю жизнь сохранил в па¬
мяти церковные песнопения, и Молотов впоследствии рассказывал
Феликсу Чуеву о том, как Сталин с ним и Ворошиловым порой пели
православные акафисты.
Разумеется, после того, как Сталин стал членом марксистской
партии, влияние религиозного воспитания на его сознание и при¬
вычки проявлялось лишь косвенным образом. Хотя он был членом
партии, объявившей непримиримую борьбу религии, пребывание в
лоне церкви и учеба в духовных заведениях помогли ему понимать
психологию верующих и роль священников. Поэтому явно раздра¬
жала атеистическая пропаганда, которая игнорировала особенности
религиозного сознания верующего человека. Об этом он не раз гово¬
рил, в том числе и публично. О глубоком понимании роли церкви в
2?
жизни верующих свидетельствовал и совершенный по инициативе
Сталина резкий поворот в государственной политике по отношении
к религии в конце 30-х — начале 40-х гг.
Но в 1894 году вряд ли кто-либо мог предположить в Тифлис¬
ской духовной семинарии, что судьбы православной церкви в Рос¬
сии будет решать один из ее учеников. Новичкам семинарии пред¬
писывалось, что они должны были «переродиться» и «очиститься»
от «греховных страстей» и «мирских представлений». Поэтому им
запрещалось посещать театры, публичные лекции, читать светскую
художественную литературу и сосредоточиться на преподаваемых
предметах.
Соученик Иосифа по семинарии Давид Папиташвили вспоми¬
нал: «После поступления в семинарию Сосо заметно изменился. Он
стал задумчив, детские игры перестали его интересовать». Очевид¬
но, суровые порядки семинарии и желание стать священнослужите¬
лем заставили подростка более строго относиться к своему поведе¬
нию. Как и в Горийском духовном училище, он хорошо учился.
Однако при переходе из первого во второй класс семинарии его
фамилия была названа в «Духовном вестнике Грузинского экзарха¬
та» не первой, а лишь восьмой. И хотя на следующий год его отметки
видимо улучшились, он все же занял в своем классе не первое, а пя¬
тое место. Очевидно, стремление к священническому сану стало со¬
перничать в душе Иосифа с другими интересами, которые возникли
у него после поступления в Тифлисскую семинарию.
Дело в том, что переезд в Тифлис был равносилен для Иосифа
выходу в большой мир, о возможностях которого он и не подозревал,
находясь в маленьком Гори. Население Тифлиса было в 26 раз боль¬
ше населения Гори. Впрочем, здесь было всего гораздо больше, чем
в Гори: здесь было много больших и богатых домов, здесь было боль¬
ше движения на улицах, больше магазинов. Солист церковного хо¬
ра, лучший ученик православного училища Гори, участник подрост¬
ковых компаний был никому не известен в большом городе. Однако
есть основания полагать, что подросток не был настолько подавлен
размерами Тифлиса, чтобы не попытаться узнать о новой жизни как
можно больше и постараться преуспеть в этой жизни, полной не¬
обычайных возможностей. Как и многие юные выходцы из неболь¬
ших городков и деревень, Иосиф проявлял характерную для него ост¬
рую любознательность и жадное желание все узнать про новый мир.
Иосиф обнаружил, что в Тифлисе была «Дешевая библиотека»,
где он мог брать книги для чтения дома. Если же Иосиф видел инте¬
20
ресные книги в букинистических магазинах, которых не было в биб¬
лиотеке, но купить их ему было не по средствам, он старался понять
самое существенное в содержании книги, пока ее листал, стоя у ма¬
газинного прилавка. Так он развил способность быстрого чтения,
умение схватывать суть содержания книг и феноменальную память.
К. Е. Ворошилов, познакомившись со Сталиным в 1906 году во
время стокгольмского съезда партии, был поражен, когда Сталин на
память стал читать большие отрывки из различных литературных
произведений. Есть и свидетельство Р. Роллана, который записал
рассказ Максима Горького о памяти Сталина. Горький говорил фран¬
цузскому писателю, что, «прочитав страницу», Сталин «повторяет
ее наизусть почти без ошибок».
Оказавшись в Тифлисе, Иосиф стал читать книги, о существова¬
нии которых он и не подозревал, пока жил в Гори. Его товарищ по
семинарии Г. Глурджидзе вспоминал, что вопреки запретам началь¬
ства «Иосиф увлекался чтением «посторонних» книг. Вокруг него
собирались товарищи. Чтобы лучше разбираться в интересовавших
нас вопросах, мы читали «Историю культуры» Липперта, «Войну и
мир», «Хозяин и работник», «Крейцерову сонату», «Воскресение»
Льва Толстого, а также Писарева, Достоевского, Шекспира, Шилле¬
ра и др. Книга была неразлучным другом Иосифа, и он с нею не рас¬
ставался даже во время еды».
Помимо художественных произведений Иосиф жадно поглощал
и общеобразовательную нехудожественную литературу. В марте
1897 года в кондуитном журнале семинарии записано: «отобрана у
Джугашвили Иосифа книга «Литературное развитие народных рас»
Летурно». (При этом было замечено, что «в чтении книг из «Дешевой
библиотеки» названный ученик замечается уже в 13-й раз».) В те же
годы Иосиф Джугашвили читал книгу Дарвина «Происхождение че¬
ловека» и Чарлза Лейлла «Древность человека», ознакомился с Фей¬
ербахом, Боклем, Спинозой, жизнеописаниями Коперника и Гали¬
лея, «Химией» Менделеева.
Одновременно он читал и перечитывал книги любимых грузин¬
ских авторов. Среди них называли произведения Ильи Чавчавадзе,
Важи Пшавелы. Как свидетельствуют очевидцы, даже во время за¬
нятий в семинарии Иосиф тайком читал и перечитывал «Витязя в
тигровой шкуре». Повесть о рыцарской верности любви и дружбе
доблестных витязей Востока, побеждавших орды врагов, бравших
штурмом непреодолимые крепости, одолевавших диких зверей и
проливавших потоки слез по своим возлюбленным, сохранила свое
очарование и через несколько столетий после ее создания.
Будущему государственному деятелю поэма рассказывала о дея-
29
тельности царей и полководцев, вероломстве врагов, способных
прикрывать коварные ловушки лживыми заверениями в своей по¬
корности, предательстве целых народов (так ведут себя хатабы). Ав¬
тор поэмы предупреждал, что еще большую опасность представлял
собой тайный враг. Руставели писал: «Из врагов всего опасней враг,
прикинувшийся другом. Мудрый муж ему не верит, воздавая по за¬
слугам». Будущий полководец запоминал строки, в которых расска¬
зывалось, как Тариэл и его друзья внимательно обсуждали возмож¬
ности штурма, казалось бы, неприступной крепости Каджети, а за¬
тем смело осуществили подготовленный ими план военной опера¬
ции.
Однако эти уроки, полученные от Руставели, сказались в дея¬
тельности Сталина много позже. В семинарские годы Иосиф видел в
великой поэме и произведениях других грузинских, а также русских
поэтов прежде всего великолепные образцы поэтического творчест¬
ва, которое его все больше влекло. Очевидцы сообщали, что Иосиф
начал писать стихи еше в Гори. По словам Г. Елисабедашв|
«писал aKcirooMTppiiimBai^^ иФлисе
т5710Тйоеумечение стало серьезным. Видимо, подросток не удов¬
летворялся лишь семинарскими занятиями и чтением книг, а стре¬
мился творчески осмыслить и выразить в поэтической форме пере¬
полнявшие его мысли и чувства.
О том, что стихотворения Иосифа Джугашвили не являлись
лишь увлечением, характерным для юношеского возраста, а серьез¬
ными произведениями, свидетельствовала их оценка видными гру¬
зинскими поэтами и литераторами того времени. Гт ут^атвпрдцир.
«Утро» было опубликовано 14 июня 1895 гида «а первой странице
«Ившш**которую редактировал автор любимых книг Иоси-
фа, известный грузинскии писатель ИльяЧавчавадзе. Впоследствии
это небольшое стихотворение видныи грузинскии педагог Я. Гоге-
башвили поместил в учебник для начальных школ «Деда Эна»
(«Родное слово»).
/ Приняты были и другие работы Иосифа, которые он написал в
\ #16—17 лет. Его стихотворения «Когда луна своим сияньем...», «Лу-
\ /не», «РафаилуЭристави», «Ходил онотдомакдому...»былиопубли-
кованы в газете «Иверия» с 22 сентября по 25 декабря 1895 года. Осо¬
бое признание получило стихотворение «Рафаилу Эристави». Оно
было включено в юбилейный сборник, посвященный этому выдаю¬
щемуся поэту Грузии, наряду с речами, поздравлениями и стихотво¬
рениями виднейших деятелей грузинской культуры И. Чавчавадзе,
А. Церетели и других. В 1907 году М. Келенджеридзе поместил это
30
стихотворение Иосифа Джугашивили в книге «Грузинская хресто¬
матия, или Сборник лучших образцов грузинской словесности».
Еще раньше М. Келенджеридзе опубликовал два стихотворения
Иосифа в своей «Теории словесности с разбором примерных лите¬
ратурных образцов». Творчество Иосифа Джугашвили использова¬
лось в качестве примеров стихосложения наряду с работами класси¬
ков грузинской литературы — Ш. Руставели, И. Чавчавадзе, А. Це¬
ретели, Г. Орбелиани, Н. Бараташвили, А. Казбеги.
Выходец из маленького городка с невероятной быстротой до¬
бился бесспорного признания своих талантов в городе, являвшемся
фактической столицей Грузии. Если юноша в 16—17 лет пишет сти¬
хи, которые получают признание ведущих деятелей культуры Гру¬
зии с ее тысячелетней поэтической традицией, то нетрудно предпо¬
ложить, что от него можно было ожидать гораздо большего в зрелом
возрасте.
Однако превращения Иосифа Джугашвили в грузинского Пуш¬
кина или нового Руставели не состоялось. В то же время свой инте¬
рес к поэзии и художественной литературе Сталин сохранил на всю
жизнь. Он не только постоянно знакомился с произведениями по¬
этов, но и изучал теорию стихосложения. Как-то находясь в ссылке,
Сталин превратил беседу о стихотворениях одного из ссыльных в
целую лекцию о роли художественной литературы и поэзии. В своих
статьях и выступлениях он не раз цитировал произведения таких по¬
этов, как Николай Некрасов, Алексей Кольцов, Уолт Уитмен.
Сохранение Сталиным верности поэтическим образам и прие¬
мам в официальных речах свидетельствовало о том, что занятия по¬
эзией не прошли для него бесследно и, вероятно, оказали многооб¬
разное воздействие на формирование его личности. Еще Шота Рус¬
тавели писал: «Стихотворство — род познанья, возвышающего дух».
Поэтические занятия развили способность мыслить шире и глубже.
Американский философ Джордж Сантаяна писал, что «мир пред¬
ставляется поэту или художнику гораздо прекраснее, чем обычному
человеку». Одновременно философ подчеркивал, что поиск идеала
заставляет поэта или художника особенно остро реагировать на ре¬
альные пороки: «Привычка искать красоту во всем заставляет также
обнаруживать недостатки... Критика и идеализация идут рядом друг
с другом». Не исключено, что идеалы, которые воспевал Иосиф в
поэзии, были проявлением протеста против семинарских порядков.
В конечном счете, этот протест увел его далеко от православного
храма.
Неизвестно, возникли ли у Иосифа конфликты с начальством
по поводу его занятий поэзией, но, будучи в семинарии, он внезап¬
31
но прекратил ..писатд^гиун,, Не исключено, что это произошло по
настоянию начальства, которое узнало про его поэтические заня¬
тия. Как известно, администрация семинарии собирала всеми дос¬
тупными средствами сведения о поведении своих подопечных. Даже
через три десятка лет после того, как он покинул стены Тифлисской
семинарии, Сталин возмущался слежкой, которая велась за ее уче-
%йШ1йГв^седё1списателем Эмилем Людвйгом^Сталтугтрждш:
|«ОсШвйЬй их метод — это слежка, шпионаж, залезание в душу, из¬
девательство... Например, слежка в пансионате: в 9 часов звонок к
чаю, уходим в столовую, а когда возвращаемся к себе в комнаты,
оказывается, что уже за это время обыскали и перепотрошили все
1 наши вещевые ящики...»
I Позже Сталин утверждал, что главным следствием пребывания 5
[духовной православной семинарии явилось его вступление в рево¬
люционную деятельность. «Из протеста против издевательского ре¬
жима и иезуитских методов, которые имелись в семинарии,. — утвер¬
ждал Сталин, — я готов был стать и действительно стал революцио¬
нером, сторонником марксизма как действительно революционно¬
го учения».
Вряд ли объяснение Сталиным причин его перехода к револю¬
ционной деятельности можно признать достаточным. Превращение
юного семинариста в революционера не состоялось бы, если бы его
возмущение действиями начальства не подкреплялось моральной
поддержкой со стороны окружавших его людей, разделявших рево¬
люционные взгляды. Такую поддержку он мог получить и от тех, кто
признал в нем значительного поэта. На протяжении всего XIX века
многие поэты, прозаики и литературные критики России видели ri
борьбе против общественной несправедливости главную задачу сво¬
ей деятельности. Как и вег всей Российской империи, многие поэты
и прозаики Грузии были активными участниками и организаторами
движения, оппозиционного самодержавию. В тогдашних условиях
России путь на Парнас мог легко увести с дороги к храму.
Как бы ни старались власти семинарии, бунтарские и революци¬
онные настроения проникали в это учебное заведение. Вскоре после
своего поступления в семинарию Иосиф сблизился с некоторыми из
учеников, не удовлетворенных порядками в семинарии и стремив¬
шихся расширить свой умственный кругозор за пределы учебной
программы. Единомышленники создали в 1896 году свой кружок.
Есть свидетельства того, что Иосиф стал инициатором изучения в
кружке семинаристов теории социализма и истории рабочего дви¬
жения. Вскоре Иосиф прочел работу вождя российского марксизма
Г. В. Плеханова «К вопросу о развитии монистического взгляда на
32
историю» и ознакомился с первым томом «Капитала» Карла Маркса
(предположительно в изложении).
Хотя в <<JIyxoBHQM B£omi^,J^aHjtt£KQm 3K3apxaTa>> за июнь -
июль 1899 года было записано, что Иосиф Джугашвили был исклю-
ж***®* ъ* ш
чен за неявку на экзамен без уважительных причин, вряд ли можно
сШШт^Ш,Ч№1ГШЩШ71ЩШшвШи наэкзамен, и суровое нака¬
зание были следствием растущего конфликта между семинаристом
и начальством семинарии. Поэтому хотя формально он был изгнан
за нарушение порядка, Сталин имел основания утверждать, что его
исключили из семинарии за революционные взгляды.
После исключения Иосифу выдали свидетельство об окончании
им четырех кпяссод сек^мяпии_-Кя1«г отмечал А. В. Островский, «при
желании И. В. Джугашвили мог найти место и на духовной службе, и
в системе народного образования». Однако, покинув семинарию,
Иосиф не избрал этих видов занятий, оставшись без средств к суще¬
ствованию и без крыши над головой.
Какое-то время он жил то у одного, то у другого товарища-еди-
номышленника и подрабатывал уроками на дому. Наконец, ему по¬
мог Вано Кецховели, с которым он подружился во время учебы в се¬
минарии. С ноября 1899 года Вано Кецховели работал наблюдате¬
лем в Тифлисской физической обсерватории и жил на казенной
квартире при этом научном учреждении. Иосиф Джугашвили пере¬
ехал в его однокомнатную, но просторную квартиру. А вскоре —
28 декабря 1899 года И. В. Джугашвили получил такую же работу,
как и Вано Кецховели. Через некоторое время друзья поселились в
предоставленную им обсерваторией двухкомнатную квартиру, куда
вскоре переехала из Гори и мать Иосифа.
Описывая место новой работы Иосифа Джугашвили, автор ста¬
тьи, опубликованной в советское время в газете «Заря Востока» пи¬
сал: «Обсерватория помещалась на Михайловской улице вблизи
Муштаида. Невзрачного вида двухэтажный, покрытый черепицей,
неоштукатуренный дом. Выделялся деревянный балкончик с тесно
насаженными балясинами. Под ним — входная дверь. Налево от
входа — комната, где производилась обработка метеорологических
наблюдений. На дворе густо растут деревья. Лесистый кустарник тя¬
нется до самой Куры. В глубине двора помещается обсерватория.
Она окружена рвом, через который перекинут мостик. К круГЛ0Му
зданию пристроены дощатые флигеля. В «северном» работал двадца¬
тилетний Иосиф Виссарионович Джугашвили... Обстановка здесь
почти не изменилась... В комнате перед большим решетчатым ок¬
ном все так же стоит столик. Вот здесь составлял Сталин сводки ме¬
теорологических наблюдений...»
33
2-3374
«Жил Сталин в небольшой комнатке, выходившей во двор. Ти¬
шина, царившая в этом глухом, укромном месте, наиболее благо¬
приятствовала конспиративному образу жизни молодого Сталина.
Кончалось дежурство — запись научных наблюдений, — и Сталин
выходил на улицу. Тихой и малозастроенной была эта часть города.
Ее оживляло движение вагонов конки. Выходя в город, Сталин на¬
правлялся в рабочие кварталы, где в назначенный час собирался
пролетариат».
Хотя работа в обсерватории справедливо рассматривалась био¬
графами Сталина как второстепенный эпизод в его жизни, в то время
обстоятельства могли сложиться по-иному, и эта деятельность мог¬
ла стать для одаренного молодого человека началом работы в совер¬
шенно новой для него области — исследования физических процес¬
сов, происходящих в земной атмосфере.
Коллега Иосифа по работе в обсерватории В. Берзеношвили так
описывал работу «наблюдателя-вычислителя», каким был Джуга¬
швили с конца декабря 1899 г. по март 1901 г.: «В неделю два раза
нам приходилось дежурить. Дежурство дневное начиналось рано ут¬
ром, в полседьмого, и длилось до 10 вечера. Ежечасно мы обходили
все приборы, имевшиеся на территории метеорологической пло¬
щадки, отсчитывавшие температуру, наблюдали за облачностью,
ветром, давлением и результаты наблюдения заносили в специально
на то предназначенные тетради. Ночное дежурство начиналось ве¬
чером, в половине девятого, и продолжалось до восьми утра. Тут уж
никаких перерывов на обед не предполагалось».
Хотя пребывание в обсерватории было недолгим, нет сомнения
в том, что резкое отличие характера его работы от всего того, что ей
предшествовало и последовало после нее, существенно повлияло на
жизненный опыт Иосифа Джугашвили.
Некоторые социологи утверждают, что первый опыт трудовой
деятельности, даже если он занимает сравнительно недолгое время в
жизни человека, оставляет сильный и неизгладимый след на форми¬
рование его личности. Какие бы виды работ ни исполнял человек на
протяжении своей жизни, первые трудовые навыки, которые он ос¬
воил, зачастую формируют его последующие привычки в работе и во
многом влияют на его мировосприятие. Работа в обсерватории по¬
зволила Иосифу Джугашвили приблизиться к одной из дисциплин
естественной науки и методам научно-исследовательской работы.
В своих ежедневных занятиях он полагался на объективные данные
об окружающем мире, а не на субъективные ощущения поэта или
представления, опирающиеся на веру.
Работа наблюдателя требовала точности и аккуратности. На¬
34
блюдатель должен был регулярно дежурить, составляя сводки ме¬
теорологических наблюдений. Жадная тяга к знаниям и квалифици¬
рованным трудовым занятиям способного выходца из маленького
города позволила Иосифу быстро освоить новую для него работу.
Автор заметки в газете «Заря Востока» свидетельствовал: «Без еди¬
ной помарки заполнялись листы бюллетеней, под ними ставилась
подпись: Джугашвили».
Ежедневные занятия в обсерватории заставляли его переоцени¬
вать сохранившиеся с детской поры и опоэтизированные им в сти¬
хотворениях представления о природных процессах, увидев механи¬
ку движений небесных светил, водных и воздушных потоков. Воз¬
можно, что эта работа оставила след и в политической лексике его
первых работ. В них он писал о революционных «бурях», «грозах» и
«предгрозовых молниях», об «атмосфере, заряженной взаимным не¬
доверием», и «потоках», которые «пронеслись над Европой».
Однако воздействие работы в обсерватории на его сознание
этим не исчерпывалось. Первая самостоятельная работа Иосифа,
связанная с вычислениями, приучала его ежедневно регистрировать
состояние изменчивой природной среды на основе объективных ко¬
личественных показателей. В ходе работы он убеждался в необходи¬
мости регулярных измерений и точного учета сведений о происхо¬
дящих процессах, для того чтобы правильно предвидеть надвигаю¬
щиеся события. Характерно, что в 1906 году Сталин в качестве одного
из аргументов в пользу сохранения органов централизованного кон¬
троля в обществе после социалистической революции сослался на
необходимость наличия «центрального статистического бюро».
В последующем сбор объективной и точной информации стал для
Сталина важнейшим элементом его политической и государствен¬
ной деятельности. Есть свидетельства того, что в выборе между сво¬
им личным впечатлением и сведениями, полученными им из заслу¬
живших его доверие источников, он безоговорочно принимал то,
что считал «объективной информацией».
Разумеется, Сталин был не единственным политическим деяте¬
лем XX века, который активно пользовался количественными дан¬
ными и оперировал техническими понятиями. Однако он заметно
выделялся среди своих коллег по государственной деятельности и
международным переговорам своей способностью свободно опери¬
ровать точными данными о производстве различных видов промыш¬
ленных изделий, ссылками на количественные показатели техни¬
ческих свойств различных промышленных изделий.
Видимо, осознание важного места научно обоснованных дан¬
ных в оценке окружающей действительности повлияло на то, что
35
2*
доклады Сталина о состоянии страны неизменно изобиловали ста¬
тистическими выкладками. Понятие «сталинская пятилетка» было
связано с восприятием мира через цифры, отражавшие динамику
развития страны. Он постоянно прибегал к цифрам для того, чтобы
охарактеризовать содержание того или иного общественного явле¬
ния или события, перечисляя последовательно его качества и свой¬
ства, периоды и этапы в его развитии. Он часто венчал ход своих
рассуждений выводами, открывавшимися цифровыми обозначе¬
ниями или порядковыми числительными («во-первых», «во-вто-
рых», «в-третьих»...). Он говорил о «трех основных силах, опреде¬
ливших историческую победу СССР», «шести условиях» развития
советской промышленности, «пяти причинах недостатков работы в
деревне» и т. д. В своем докладе 6 ноября 1944 года он разделил кам¬
панию истекшего года на «десять ударов Красной Армии», потом
получивших название «десять сталинских ударов».
В обсерватории он научился выражать явления природы не
только с помощью цифр, но и в виде линейных графиков, отражав¬
ших поступательные перемены в окружающем мире. Знаменатель¬
но, что для Троцкого, сознание которого формировалось прежде
всего под влиянием его журналистской и ораторской деятельности,
графики, которыми он проиллюстрировал динамику цен на про¬
мышленные и сельскохозяйственные товары в своем выступлении на
XII съезде партии, выглядели, по его словам, как «ножницы». (По*
еле этого выступления понятие «ножницы цен» стало нарицатель-
к ч> * Г|Г —ггцгц-'ф'рррви—I
ным.) Кажется, что для Сталина графики служили столь естествен-
Шмспособом обозначения реальности, что он в отличие от Троцко¬
го был склонен постоянно видеть в общественных процессах и
явлениях графические линии, то поднимающиеся вверх, то падаю¬
щие вниз, а поэтому он так часто употреблял рлшю «линия».
Графики состоянйятгйгоды, которые он вычерчивал, позволяли
предвидеть будущее на основе научно обоснованных выводов. Не
исключено, что опыт работы в обсерватории приучил его постоянно
пытаться прогнозировать развитие общественных событий.
В то же время его работа по обработке данных о состоянии атмо¬
сферы могла показать ему не только большие возможности строгого
учета происходящих процессов для правильных прогнозов, но и ог¬
раниченность таких возможностей. Особенность метеорологии со¬
стояла в том, что эта «точная» наука всегда (а уж в конце XIX века в
особенности) отличалась своей неточностью. Наличие слишком
большого количества природных факторов, формирующих погод¬
ные условия, испокон веков мешало делать абсолютно надежные
прогнозы. Особенно уязвимым для метеопрогнозов было определе-
36
ние времени тех или иных событий в атмосфере. Ныне метеорологи
говорят, что они редко ошибаются в предсказании грядущих собы¬
тий, но даже теперь могут неверно указать, когда они состоятся.
Разумеется, трудность прогнозирования экономических, соци¬
альных и политических процессов усугубляется тем, что число фак¬
торов, влияющих на их развитие, огромно и гораздо больше, чем тех,
что воздействуют на атмосферу. Поэтому Сталин не раз ошибался в
своих прогнозах. Порой он, подобно метеорологам, неверно оцени¬
вал время наступления тех или иных событий, неизбежность кото¬
рых он правильно предвидел.
В то же время, разбирая политические прогнозы Сталина, мож¬
но заметить, что он, словно при составлении метеопрогнозов, исхо¬
дил из различных вариантов развития событий. Изменение в разви¬
тии общественных событий, в отличие от природных процессов,
могло быть вызвано усилиями людей. Поэтому неблагоприятному
прогнозу, учитывающему главным образом объективн^^фшсгоры,
он нерЩкоп|юти]юпоста
развития событий, который мог стал? результатомТОотаЖодеиствия
субъектсщцщу^ц^. Именно поэтому оценки Сталиным перспек¬
тив общественного развития представляли собой своеобразную «вил¬
ку» между вероятностными вариантами в зависимости от успеха или
неуспеха усилий, предпринятых для преодоления неблагоприятных
объективных условий (он очень часто сводил свои выводьщ^щщэ- | /
*
Приобщение к основам естественной науки помогло Сталину
развить способность к объективному научному анализу обществен¬
ных процессов. В то же время эта работа не стала основной в жизни
Иосифа Джугашвили. Оказавшись на перепутье жизненных дорог,
он выбрал одну из самых трудных, опасных — путь революционной
деятельности.
Гша 3
НАЧАЛО УЧЕБЫ I УНИВЕРСИТЕТЕ РЕВОПМЦИИ
Вероятно, если бы вовлечение Иосифа Джугашвили в револю¬
ционную деятельность было связано лишь с его протестом против
слежки и других сторон режима в семинарии, он вряд ли бы долго
оставался в среде революционеров. Превращение юного семина¬
риста в революционера вряд ли состоялось бы, если бы его возмуще¬
ние действиями начальства не подкреплялось моральной поддерж¬
кой со стороны окружавших его людей, разделявших революцион-
37
ные взгляды. Как бы ни старались семинарские власти, бунтарские
настроения проникали в это учебное заведение. Еще задолго до по¬
ступления Джугашвили в семинарию это учебное заведение потряс
скандал. Семинарист Сильвестр Джибладзе ударил ректора Чудет-
ского за то, что тот назвал грузинский язык «£з;ьш:ом для робак». На
следующий год другой бывший ученик, исключенный из семина¬
рии, ^даЛщетскрго. Пока Сосо учился в Гори (в 1890 и 1893 годах)
в семинарии произошли две стачки, каждая из которых длилась не¬
делю. Семинаристы требовали прекращения обысков и слежки, а
также увольнения наиболее жестоких представителей администра¬
ции. После стачки 1893 года 83 семинариста были исключены из се¬
минарии, а 23 из них были высланы из Тифлиса.
' Бунтарские настроения существовали не только в семинарии.
Недовольство различными сторонами жизни общества нарастало по
мере развития противоречий в бурно развивавшемся российском
обществе. В то же время консервативный строй царской России не
открывал больших возможностей для его критики. Оппозиционные
взгляды неизбежно обретали бунтарский, а затем и революционный
характер. Влияние таких взглядов Иосиф мог ощутить и среди тех,
кто признал в нем значительного поэта. Как и во всей империи,
многие поэты и прозаики Грузии были активными участниками и
организаторами движения, оппозиционного самодержавию. Рафаэл
Эристави, которому Иосиф посвятил одно из своих стихотворений
со словами: «И в сердце каждого грузина ты памятник воздвиг себе»,
Акакий Церетели, Даниил Чонкадзе, Илья Чавчавадзе, книгами ко¬
торых зачитывался юный Сосо, еще в конце 70-х годах составили
группу активных сторонников изменения политических и социаль¬
ных порядков. (Позже ее. назвали «Первой группой».)
Печатным органом этой группы стала созданная в 1877 году
Ильей Чавчавадзе литературная газета «Иверия», в которой было
опубликовано первое стихотворение И. Джугашвили. О настроени¬
ях этой группы свидетельствовала реакция Акакия Церетели на со¬
общение об убийстве царя Александра II. В Грузии прекрасно поня¬
ли, что свое стихотворение «Весна», написанное им в начале марта
1881 года («Сегодня ласточка прощебетала...»), поэт выражал свою
радость не только по случаю прилета весенних птиц.
Более радикальные представители грузинской общественности
сочли, что чисто литературная деятельность является недостаточно
революционной. В начале 80-х годов складывается организация
«Вторая группа», или «Меоре-даси», близкая по взглядам к русским
народникам. Эта группа стала издавать другую литературную газету
38
«Квали» («Борозда»). В ней в 1896 году Иосиф последний раз опуб¬
ликовал свое стихотворение.
Однако в 1897 году «Квали» сменила свою ориентацию, став ле¬
гальным органом подпольной «Третьей группы» революционеров,
или «Месаме-даси», тяготевшей к марксизму. Ее руководителем был
НойЖордания, выпускник Тифлисской духовной семинарии. В 1897
году он вернулся в Тифлис после четырехлетнего пребывания за ру¬
бежом, во время которого он встречался с вождями мировой социал-
демократии — Г. В. Плехановым и К. Каутским. Позже членами
«Месаме-даси» стали исключенные из семинарии С. Джибладзе и
В. Кецховели.
Идеи пролетарской социалистической революции Карла Мар¬
кса, Фридриха Энгельса и их последователей становились все более
популярными в России благодаря созданной в 1883 году в Женеве
первой марксистской группы «Освобождение труда» во главе с
Г. В. Плехановым. Правда, к тому времени ни одна из областей Рос¬
сийской империи еще не достигла того уровня развития, который
считался марксистами необходимым для перехода к социалистиче¬
ской революции. Население империи состояло главным образом из
крестьян. Однако бурный промышленный подъем во всех частях ве¬
ликой державы не оставлял сомнений в том, что и она в скором вре¬
мени может превратиться в одну из крупных индустриальных стран
мира с мощным пролетариатом, который, по марксистской теории,
должен был возглавить социалистическую революцию. С 1865 по
1895 год рабочий класс России увеличился в 2 раза.
В то же время бурное развитие российского общества стало при¬
чиной возникновения новых острых противоречий и обнажало ста¬
рые проблемы, не изжитые со времен крепостного права. Существо¬
вавшая в России сословная система игнорировала возникновение
быстро растущего рабочего класса промышленных предприятий, а
труд рабочих долго не регламентировался законом. Рабочий день
в 1900 году составлял в среднем 11,2 часа, но циркулярами мини¬
стерства финансов разрешались сверхурочные работы. Поэтому
средний рабочий день зачастую достигал 14 или 15 часов. З^рабрт-
ная плата была в 2—3 раза ниже, чем в большинстве стран Западной
Европы, jlbJ хша4Й£ьцИ^
невыносимыми условиями стали забастовки на промышленных
предприятиях России в конце XIX века.
Несмотря на быстрое развитие промышленности Россия остава¬
лась прежде всего сельскохозяйственной страной, а в деревне при¬
менялись самые простые орудия труда. Темпы развития образования,
особенно в деревне, были недостаточны. При их сохранении негра¬
мотность в стране могла быть ликвидирована лишь к концу XX века.
TV / •*■»» Аи*#, *,)> • :-•.*, ^..... ,. ^ •. t
В сельской местности были широко распространены массовые эпи¬
демии, уже исчезнувшие в Западной Европе и США. Здесь был высок
уровень детской смертности. Неурожаи, периодически случавшиеся
в климатических условиях России, сопровождались массовым голо¬
дом и гибелью от него крестьян, подобно тому, что случилось в 1891—
1892 годах. Между тем крестьянство, едва сводившее концы с конца¬
ми, продолжало выплачивать деньги за свое освобождение в 1861 го¬
ду. Было подсчитано, что эти выплаты продлятся до 1956 года.
Промышленный подъем затронул и периферию Российской им¬
перии — Закавказье. Сельское хозяйство Грузии усилило товарное
производство. Возросла разработка полезных ископаемых, и в 90-х
годах Грузия стала обеспечивать около 50% мировой добычи мар¬
ганца. Если в 1860 году на 450 промышленных предприятиях Грузии
работало более 5 тысяч рабочих, то в 1899 году здесь было свыше
2000 предприятий, на которых трудилось до 18 тысяч рабочих. Роль
Грузии как связующего звена между важнейшими регионами мира
возросла по мере развития железнодорожного транспорта. В 80-х го¬
дах было завершено строительство железных дорог, связывающих
побережья Черного и Каспийского морей. В Тифлисе были органи¬
зованы Главные железнодорожные мастерские, на которых работа¬
ло около 2,5 тысячи рабочих. Рост промышленного производства и
торговли сопровождался быстрым увеличением городского населе¬
ния в таких городах Грузии, как Тифлис, Кутаиси, Батуми, Зугдиди,
Поти. Превращались в значительные торговые пункты Самтредиа,
Озургети, Очамчире.
В то же время, как и остальная империя, Грузия оставалась кре¬
стьянской страной. Здесь позже, чем в большей части России, было
отменено крепостное право (в 1864 году — в Восточной Грузии, в
1865—1871 годах — в Западной Грузии). Основной земельный фонд
оказался в руках государства (более 57% земельной площади). В со¬
ответствии с реформой крестьяне получили лишь 6,4% земель. Око¬
ло 75% всех крестьян Грузии в 90-х годах были арендаторами. Ос¬
тальные земли оказались в руках небольшого слоя местных помещи¬
ков, которые постепенно разорялись и закладывали свои поместья
быстро богатевшим местным капиталистам.
Углубление социальных противоречий в Грузии, как и во всей
России, благоприятствовало распространению марксистской тео¬
рии революционного преобразования общества на социалистиче¬
ских принципах. Распространению марксизма в Грузии способство¬
вали местные особенности капитализации. Поскольку буржуазия в
Грузии состояла в основном из лиц негрузинских национальностей,
40
то здесь антикапиталистическая направленность борьбы неизбежно
соединяла^ с-лнижен^^алашету грузинского народа, его основ¬
ной части — крестьянства и городской беднотыГТакое сочетание
позволяло также вооружить марксистскими идеями патриотическую
оппозицию, которая прежде группировалась вокруг литературных
газет и была занята главным образом воспеванием Грузии и ее про¬
шлого. В этой быстро менявшейся исторической обстановке уско¬
ренными темпами совершалась эволюция идейных взглядов Иоси¬
фа Джугашвили.
Есть свидетельства того, что Иосиф стал инициатором изучения
в кружке семинаристов теории социализма и истории рабочего дви¬
жения. Вскоре Иосиф прочел работу вождя российского марксизма
Г. В. Плеханова «К вопросу о развитии монистического взгляда на
историю». Защита Плехановым марксизма от его идейных против¬
ников в России и объяснение им основ диалектического метода по¬
знания действительности оказали глубокое воздействие на Иосифа
Джугашвили. Несмотря на то что в последующем Сталин стал идей¬
ным противником Плеханова, он на всю жизнь сохранил глубокое
уважение к этому теоретику марксизма. Вряд ли можно признать
случайным то обстоятельство, что в своем докладе 6 ноября 1941 го¬
да, перечисляя имена тех людей, которые олицетворяют духовное
превосходство нашей страны над нацистской Германией и ее союз¬
никами, Сталин первым назвал имя Плеханова.
Изучение Иосифом историй философской мысли и диалектиче¬
ского метода по Плеханову привело к переменам в его мировоззре¬
нии. При всем различии целей и методов у христианской церкви и
революционного движения за социальное преобразование общества
существовало немало точек соприкосновения. Христианские прин¬
ципы равенства, братства, справедливости не противоречили идеалу
социализма — обществу без угнетения, без богатых и бедных, без
дискриминации по социальному, национальному происхождению и
цвету кожи. В борьбе социализма против господства буржуазии и за
разрушение буржуазного строя многие из них видели претворение в
жизнь христианского осуждения власти денег и греховных порядков
современного города.
Христианская вера и углубленное изучение богословских пред¬
метов вооружили учеников духовных училищ навыками познания,
представлениями о мире и ценностными ориентирами, позволяв¬
шими им сравнительно легко приобщаться к революционной тео¬
рии. Подобно христианам, марксисты обращались к тексту книги в
качестве главного источника своей веры в правоту своего дела. Прав¬
да, если фундаментом познаний христиан о мире служила Библия,
41
то марксисты черпали основные методологические указания при
изучении природных и общественных процессов из сочинений Карла
Маркса и Фридриха Энгельса. Если православная церковь призна¬
вала бесспорными для истолкования веры положения святоотече¬
ской литературы, то для марксистов неоспоримыми авторитетами в
истолковании марксизма считались лидеры социал-демократиче¬
ских партий — Карл Каутский, Поль Лафарг, Георгий Плеханов.
В своей работе «Анархизм или социализм?», написанной через 10 лет
после начала своей деятельности в марксистских кружках, Иосиф
Джугашвили назвал «Коммунистический манифест» «евангелием
социал-демократии».
Не только сочинения основателей коммунистической теории,
но даже их образы вызывали почтение марксистов, схожее с отноше¬
нием верующих к святым. Первая же маевка, организованная члена¬
ми «Месаме-даси» под Тифлисом, была украшена портретами Мар¬
кса и Энгельса, которые нарисовал местный художник-самоучка.
Почтительное отношение к изображениям основоположников мар¬
ксизма было близко семинаристам, которые из богословских сочи¬
нений знали, что «честь, воздаваемая иконе, относится к ее перво¬
образу, и поклоняющиеся иконе поклоняются Ипостаси изобра¬
женного на ней».
Если церковный год был наполнен праздниками, связанными с
событиями православной истории, то революционная традиция ус¬
тановила свои праздники. Первым из них был праздник междуна¬
родного пролетариата — Первое мая. Еще до революции марксисты
отмечали день Парижской коммуны — день торжества первой в ми¬
ре пролетарской революции, а также 8 марта — день борьбы за права
женщин всего мира. После 7 ноября 1917 года в России стали отме¬
чать и эту праздничную дату.
Не только праздничное событие, но и любое партийное собра¬
ние первых лет существования российской социал-демократии за¬
вершалось песнопением. Как и у церкви, у марксистской революци¬
онной партии были свои гимны, в которых выражалась вера ее чле¬
нов в победу их дела, при этом нередко с использованием религиоз¬
ных образов и церковной лексики. Наряду с «Интернационалом»,
слова которого о «последнем и решительном бое» напоминали рас¬
сказ о последнем сражении божественных сил против сил дьявола из
«Откровения святого Иоанна», российские марксисты часто пели
«Варшавянку», в которой говорилось о том, что они вступили в бой
«святой и правый» за «святую свободу».
Подобно первым христианам, отстаивавшим свое учение в усло¬
виях преследований, социалисты и коммунисты должны были за-
42
щищать свои взгляды в условиях подполья. Как и первые христиане,
гонимые за веру и распространение ими своих взглядов, социалисты
и коммунисты были готовы пострадать за свои убеждения и безро¬
потно вынести муки. Член партии должен был быть готов пожертво¬
вать всем, включая свою жизнь, ради победы коммунизма. В своем
ответе «организациям и товарищам, приславшим приветствия» ему
по случаю его 50-летия, Сталин писал: «Можете не сомневаться, то¬
варищи, что я готов и впредь отдать делу рабочего класса, делу про¬
летарской революции и мирового коммунизма все свои силы, все
свои способности и, если понадобится, всю свою кровь, каплю за
каплей».
И все же хотя сходство многих сторон христианства и марксист¬
ского учения облегчало переход Иосифа Джугашвили, как и других
учеников Тифлисской семинарии, к участию в революционном со¬
циалистическом движении, между религией и теорией Маркса —
Энгельса были полярные различия. Религия покоилась на вере, уче¬
ние Маркса — на научном доказательстве. Религия считала, что це¬
лью верующего является забота о его душе и подготовка к вечной
жизни, а задача марксизма сводилась к решению выхода из мирских
проблем путем переустройства общественной жизни. Религия при¬
зывала верующих смиренно нести свой крест, Марксисты звали на
революционную борьбу. Марксисты осуждали религию как орудие
идейного порабощения масс, а религия осуждала марксизм за про¬
поведь неверия в Бога.
Несмотря на столь радикальный поворот в своем мировоззре¬
нии, последующие события показали, что Иосиф Джугашвили не
сожалел о сделанном выборе, так как нашел в марксистском рево¬
люционном движении ответы на жизненные вопросы, которые
представлялись ему главными. В революционной деятельности он
увидел возможность реализовать свои жизненные цели и идеалы.
О том, что привлекло его лично в марксистской революционной
партии, можно понять из содержания небольшой статьи, написанной
Джугашвили в 1907 году и посвященной памяти товарища по партии
Георгию Телия. В ней Джугашвили перечислял качества, которыми
обладал покойный и которые, по мнению автора, «больше всего ха¬
рактеризует социал-демократическую партию, — жажда знаний, не¬
зависимость, неуклонное движение вперед, стойкость, трудолюбие,
нравственная сила».
Еще до исключегаш^Й^еминарии и по^хупления на работу в <
и ЩЦщЩ» Ш- И —<—"’—“‘“tr Hiiu ,М1Ш~—---
серваторию в августе 1вступил в «
сщй^ началась его жизнь в револ^щ^^ш^
пащдииВыступая перед
43
мастерских в 1926 году, Сталин назвал весь период своей революци¬
онной деятельности с 1898-го по 25 октября 1917 года «школой рево¬
люционного ученичества». Знания и опыт, обретенные им в ходе
своей почти 20-летней революционной деятельности, можно срав¬
нить с получением университетского образования. Эта «школа» ста¬
ла для Сталина «университетом революции».
Вспоминая начало своейщртийной работы, Сталин говорил,
как он в 1898 году «впервые^пол^ил^ружок из рабочих железнодо¬
рожных мастерских». Из достижений своей прежней жизни, оказав¬
шихся пригодной для жизни в партии, он признавал лишь одно:
«может быть, я был тогда немного больше начитан». Сталин весьма
скромно оценивал свое тогдашнее место в революции, считая, что
«как практический работник, я был тогда, безусловно, начинаю¬
щим». Он видел в тифлисских рабочих своих учителей, способных
ему дать практические уроки классовой борьбы. Он уверял, что
«в сравнении с этими товарищами я был тогда молокососом... Здесь,
в кругу этих товарищей, я получил свое боевое, революционное кре¬
щение. Здесь, в кругу этих товарищей, я стал тогда учеником от ре¬
волюции... Моими первыми учителями были тифлисские рабочие».
Позже в своей беседе с писателем Эмилем Людвигом Сталин го¬
ворил, что он вступил в революционное движение, когда он «связал¬
ся с подпольными группами русских марксистов, проживавших то¬
гда в Закавказье. Эти группы имели на меня большое влияние и при¬
вили мне вкус к подпольной марксистской литературе». Известно,
что среди политических ссыльных из центральной России в Тифлисе
в это время находились В. К. Курнатовский, М. И. Калинин и
С. Я. Аллилуев, которые также оказали большое влияние на станов¬
ление Иосифа Джугашвили как революционера-марксиста.
Вскоре после вступления в «Месаме-дасе» Иосиф обратился к
руководителю этой организации Ною Жордании, чтобы тот поручил
ему ведение пропаганды в одном из рабочих кружков. Однако вождь
грузинских социал-демократов, будучи старше Джугашвили на во¬
семь лет, счел, что тот еще слишком молод и неопытен для такой ра¬
боты и посоветовал ему еще поучиться. Вежливо поблагодарив за
совет, Иосиф вскоре стал вести революционный кружок, к огромно¬
му неудовольствию Жордании.
К этому времени внутри «Месаме-дасе» стали заметны противо¬
речия между ее «ветеранами» во главе с Жорданией и «новичками»
во главе с Кецховели, Цулукидзе и Джугашвили. Как это часто быва¬
ет, «ветераны» отстаивали сложившиеся методы работы, а «новички»
настаивали на новых, более смелых решениях. Дерзание молодости
помогало им преодолевать неизбежные трудности превращения в
профессиональных революционеров.
Решив действовать самостоятельно, Джугашвили лишился цен¬
ной методической помощи «ветеранов». Однако он постарался ком¬
пенсировать ее отсутствие смелостью и уверенностью в пропаганде
азов социалистической теории.
Одним из первых выступлений Иосифа Джугашвили nepf
рокой аудиторией явилась его речь в ходе подпольной маевки
году под Тифлисом, которую он организовывал вместе с Вано Сту-
руа, Ладо Кецховели и другими членами «Месаме-даси». Содержа¬
ние произносившихся там речей неизвестно, но, судя по всему, ора¬
торы призывали рабочих к борьбе в защиту своих прав и против экс¬
плуатации. Под влиянием деятельности социал-демократов рабочие
Тифлисских железнодорожных мастерских в середине 1900 года вы¬
ступили против снижения заработной пл^д>1 и неоплачиваемых
сверхуроч^н^^ началась их заБастовка^ к
которой присоединились рабочие ряда других предприятий Тифли¬
са. Однако власти приняли жесткие меры для подавления стачки:
более 500 забастовщиков было арестовано. В это время любое по¬
добное выступление сурово наказывалось как тяжкое преступление.
Избрав путь революционной борьбы, Иосиф Джугашвили также
поставил себя вне закона. Если, читая книги, запрещенные Тифлис¬
ской семинарией, он мог ссылаться на то, что подобных запретов не
существует ни в одной другой семинарии России, то, занявшись про¬
пагандой революционных идей среди рабочих Тифлиса, он нарушал
законы империи и не мог рассчитывать на снисхождение к нему вла¬
стей.
Российская полиция имела богатый опыт обнаружения и пре¬
следования таких нарушителей закона. Поэтому неудивительно, что,
несмотря на конспирацию, о противозаконной деятельности на¬
блюдателя обсерватории Иосифа Джугашвили стало известно тиф¬
лисской жандармерии. В ночь на 22 марта 1901 года в его отсутствии
на квартире Иосифа был произведен обыск. В отчете жандармского
ротмистра Рунича от 23 марта говорилось: «Принимая во внимание,
что... служащий наблюдателем в физической обсерватории Иосиф
Джугашвили ведет сношения с рабочими, принадлежит, весьма воз¬
можно, к социал-демократам... постановил привлечь названного
Иосифа Джугашвили и допросить обвиняемым по производимому
мною... исследованию степени политической неблагонадежности
лиц, составивших социал-демократический кружок интеллигентов
в г. Тифлисе». Однако жандармерии не удалось задержать Иосифа
Джугашвили, — узнав об обыске, он скрылся и перешел на нелегаль¬
45
ное положение, на котором он находился до 1917 года, за исключе¬
нием того времени, когда он был под арестом, в тюрьме или в ссылке.
Некоторое время Иосиф скрывался в Тифлисе. 22 апреля 1901
года он принял участие в организации массовой демонстрации, на¬
меченной как празднование Первого мая. Многие ее участники бы¬
ли задержаны полицией, но Иосиф избежал ареста. Вскоре он поки¬
нул Тифлис и переехал в Баку. Еще в 1900 году в Баку прибыл друг
Джугашвили Ладо Кецховели, который организовал там подполь¬
ную типографию, известную среди революционеров под конспира¬
тивным названием «Нина». Здесь размножали «Искру», печатали
работы Маркса, Энгельса, руководителей международной и россий¬
ской социал-демократии. Вскоре под руководством Ладо Кецховели
было налажено издание первой нелегальной социал-демократиче¬
ской газеты на грузинском языке «Брдзола» («Борьба»). Многие ста¬
тьи в первых номерах газеты были написаны Иосифом Джугашвили.
В своей статье «Российская социал-демократическая партия и ее
ближайшие задачи», опубликованной во втором (ноябрьском) и
третьем (декабрьском) номерах 1901 года «Брдзолы», И. Джугашви¬
ли описал эволюцию рабочего и социал-демократического движе¬
ния России от борьбы за удовлетворение отдельных требований и
кружковое изучение марксизма до развертывания политической
борьбы. Автор статьи утверждал, что от стачек рабочее движение пе¬
реходит к уличным демонстрациям как к более высокой стадии
борьбы. Он считал, что «уличная агитация — смертный приговор» для
властей. И. Джугашвили писал, что «уличная демонстрация... вовле¬
кает в движение большую массу населения, сразу знакомит ее с на-
\ шими требованиями и создает ту благоприятную широкую почву, на
I которой мы можем сеять семена социалистических идей и полити-
1 ческой свободы».
«В любопытстве народа, — подчерк1|дад^щщшшж^^
«любопытствующих». А такие «любопытствующие» сегодня в каж¬
дом крупном городе насчитываются десятками тысяч... «Любопытст¬
вующие» видят, что демонстранты собрались высказать свои жела¬
ния и требования. ...Любопытствующий» не бежит от свиста нагаек,
а, наоборот, подходит ближе, а нагайка уже не может разобрать, где
кончается простой «любопытствующий» и где начинается «бунтов¬
щик». Теперь нагайка, соблюдая «полное демократическое равенст¬
во», не различая пола, возраста и даже сословия, разгуливает по спи¬
нам и тех, и других». С точки зрения организаторов выступления
«неразборчивость» нагайки была благом. Джугашвили хладнокров-
сегодняшний «любопытствую-
5ет вокруг себя новые группы
но замечал: «Этим нагайка оказывает нам большую услугу, ускоряя
революционизирование «любопытствующего». Из оружия успокое-
шшт**
ния она становится оружием пробуждения».
Более того, организаторы демонстрации исходили из того, что ее
участники, а также случайные «любопытствующие» могут лишиться
свободы и даже жизни в ходе разгона уличного шествия. И. Джуга¬
швили писал: «Пусть уличные демонстрации не дают нам прямых
результатов, пусть сила демонстрантов сегодня еще очень слаба для
того, чтобы этой силой вынудить власть немедленно же пойти на ус¬
тупки народным требованиям, — жертвы, приносимые нами сего¬
дня в уличных демонстрациях, сторицей будут возмещены нам. Ка¬
ждый павший в борьбе или вырванный из нашего лагеря борец по¬
дымает сотни новых борцов. Мы пока еще не раз будем биты на
улице, еще не раз выйдет правительство победителем из уличных бо¬
ев. Но это будет «пиррова победа». Еще несколько таких побед — и
поражение абсолютизма неминуемо. Сегодняшней победой он го¬
товит себе поражение». Так один политический бой, даже если он
был проигран, рассматривался как неизбежное звено в цепи собы¬
тий, ведущих к победе.
Как и в будущих операциях Великой Отечественной войны, когда
Сталин и другие военачальники скрывали в своих депешах подлин¬
ные фамилии под псевдонимами, чтобы противник не мог разгадать
характер сообщения, революционеры избирали себе подпольные
клички, чтобы власти не могли их обнаружить. Иосиф Джугашвили
избрал для себя имя героя своих детских игр — Кобу.
Вскоре после того, как чем его статьи увидели свет, Джугашвили
получил возможность проверить справедливость изложенных в них
теоретических положений на практике. Разносторонние знания и
незаурядные способности молодого революционера способствова¬
ли выдвижению его в руководители подпольных организаций Рос¬
сийской социал-демократической рабочей партии (РСДРП). Руко¬
водство же деятельностью этих организаций вооружало Джугашвили
опытом, который ему помогал в дальнейшем в руководстве военны¬
ми формированиями. Организация любой подпольной маевки, рас¬
пространение нелегальной литературы, любой демонстрации была
связана со сбором информации (нередко тайными способами), за¬
благовременным планированием боевых действий, выбором глав¬
ного удара, скрытностью подготовки, заботой о наличии резервов,
обеспечении синхронности действий и многого другого, что присут¬
ствует в любой военной операции. Подготовка к крупной политиче¬
ской акции заставляла ее организаторов тщательно продумывать со¬
четание стратегических целей и тактических приемов.
47
В ноябре 1901 года на нелегальной конференции тифлисской
социал-демократической организации Джугашивили был избран в
Тифлисский комитет РСДРП, и по поручению этого комитета он
был направлен в Батум. Его деятельность в этом городе с ноября
1901 года по апрель 1902 года стала первой самостоятельной работой
«ученика от революции». Являясь сравнительно небольшим горо-
дом с населением|ГЗ'0 тысяч Человек, Батум был, после Баку и Тиф¬
лиса, третьим по значению промышленным центром Закавказья,
специализируясь на экспорте нефти из России. Однако в отличие от
Баку и Тифлиса в Батуме не происходило бурных выступлений ра¬
бочих. По мнению Ноя Жордании, рабочий класс Батума, состояв¬
ший в значительной степени из выходцев из деревень, был «отста¬
лым». Руководители местной социал-демократической организа¬
ции И. Рамишвили и Н. Чхеидзе также не верили в возможность
поднять батумских рабочих на выступления в защиту своих прав,
а уж тем более повести их на политическую борьбу и считали необ¬
ходимым ограничиться постепенным распространением марксист¬
ских идей. Действуя независимо от них, Иосиф Джугашвили, судя
по всему, быстро нашел общий язык с недавними выходцами из кре¬
стьян. Под его руководством за несколько зимних месяцев 1901—
1902 годов были созданы новые марксистские кружки, а также была
организована нелегальная типография, в которой печатались лис¬
товки. Эти листовки распространялись на нефтеперерабатывающих
заводах Ротшильда и Манташева.
Первой самостоятельной операцией, проведенной Кобой-Джу-
гашвили, стала организация забастовки в Батуме в начале марта
1902 года, которая переросла в демонстрацию. 9 марта 1902 года
трехтысячная демонстрация невооруженных рабочих подошла под
красными знаменами к воротам тюрьмы. Начальник тюремной ох¬
раны потребовал, чтобы толпа разошлась. В ответ раздались крики:
«Бей их! Хватай их винтовки! Они не посмеют стрелять!» Войска, ок¬
ружавшие батумскую тюрьму, стали стрелять в толпу. 14 человек бы¬
ло убито, а 54 — ранено. По сведениям полиции Джугашвили был
среди демонстрантов. Он вывел из толпы раненого рабочего Герон-
тия Каландадзе и доставил его на квартиру.
Несмотря на разгром демонстрации, расчет ее организаторов на
то, что суровая расправа лишь подтолкнет рабочих к сопротивле¬
нию, оправдался. Расстрел демонстрации не остановил забастовки.
Во время похорон жертв расстрела 12 марта социал-демократы
распространяли листовки, содержавшие призыв: «Настало время
поднять знамя с девизом: «Долой царское правительство!» Предпо¬
лагают, что автором листовки был Иосиф Джугашвили. Вскоре, съез¬
див в Тифлис, Джугашвили вместе с батумским рабочим Констан¬
тином Канделаки, у которого он жил, привез оттуда в Батум пачки
новых революционных прокламаций. Они были распространены в
городе 28 марта. События в Батуме, который до сих пор считался
спокойным городом России, получили широкий отклик в стране.
«Искра» писала о расправе над демонстрантами, используя эти со¬
бытия для антиправительственной агитации. «Ученик от револю¬
ции» успешно справился с первым самостоятельным заданием.
В ответ на эти выступления власти усилили репрессии. 350 за¬
бастовщиков были высланы из Батума, а 5 апреля 1902 года поли¬
ции, наконец, удалось обнаружить местопребывание организаторов
выступлений. Джугашвили, Канделаки и ряд других были арестова¬
ны. В жандармском отчете сообщалось, что Джугашвили «являлся
главным руководителем беспорядков, произведенных батумскими
рабочими».
После ареста 5 апреля 1902 года началось первое тюремное за¬
ключение Джугашвили. Более года он пробыл в батумской тюрьме.
19 апреля 1903 года его перевели в кутаисскую тюрьму, в которой был
один из самых суровых режимов по сравнению с другими местами
заключения в России.
Чтобы выжить, заключенному требовалась немалая сила воли.
Испытания неволей Иосиф Джугашвили выдерживал с честью. Вос¬
питанный с детства на примерах свободолюбивых героев из книг
А. Казбеги и И. Чавчавадзе, помня из уроков в духовных училищах
жизнеописания христианских великомучеников, он стремился стои¬
чески переносить пытки. Вспоминали, как однажды, когда заклю¬
ченные были подвергнуты массовой экзекуции и проходили через
строй надзирателей, каждый из которых наносил удар по Джугашви¬
ли, он продолжал держать в руках книгу и сосредоточенно читать
текст во время избиения. Хотя скорее всего в данном случае, Джуга¬
швили назло тюремщикам делал вид, что читал книгу, следует ска¬
зать, что он на самом деле старался много читать, находясь в тюрьме.
Он использовал каждую минуту для пополнения своих знаний.
Тюремную администрацию революционеры считали передовым
отрядом ненавистной им власти. Поэтому уловки, с помощью кото¬
рых они продолжали вести революционную работу из застенок, орга¬
низация массовых выступлений заключенных в защиту своих прав,
организация побегов из тюрем и ссылок рассматривалась ими как
важные этапы в их борьбе против самодержавия. Эта борьба требо¬
вала овладения определенными знаниями и навыками. Джугашвили
вполне овладел искусством борьбы в условиях неволи. Во время
пребывания в батумской тюрьме Джугашвили готовил прокламации
и пересылал их на волю. В кутаисской тюрьме Джугашвили писал
записки политзаключенным, подбадривая их. Он стал инициатором
протестов против тяжелых условий заключения. Подобные протес¬
ты были небезопасны. Властям ничего не стоило застрелить «бун¬
товщика», утверждая, что он напал на охрану или нарушал тюрем¬
ный порядок. Именно под таким предлогом тюремные власти рас¬
правились с одним из первых наставников Джугашвили — Ладо
Кецховели.
Однако ни подобные примеры расправ, ни угрозы начальства,
ни террор, чинимый тюремными властями с помощью уголовников,
не сломили «ученика от революции». Уже через три месяца после
своего прибытия в кутаисскую тюрьму Джугашвили организовал за¬
бастовку, принявшую столь значительный характер, что для разре¬
шения конфликта в тюрьму прибыли губернатор области и проку¬
рор. В результате их переговоров с Джугашвили многие требования
заключенных были удовлетворены: политических заключенных от¬
делили от уголовников, дали разрешение приобрести за свой счет
тахту, чтобы не спать на цементном полу и т. д.
Осенью 1903 года осужденный Иосиф Джугашвили был выслан
на три года в село Новая Уда Балаганского уезда Иркутской губернии.
Тюрьмы, каторжные работы и ссылки были обычной участью члена
революционной партии тех лет. Делегаты первых съездов Коммуни¬
стической партии, проводившихся в первые годы Советской власти,
непременно указывали число арестов, а также количество лет, про¬
веденных в тюрьмах, ссылках и на каторжных работах. Например,
среди делегатов VIII съезда РКП(б), состоявшегося в марте 1919 го¬
да, в царских тюрьмах сидело 60%, в ссылках побывало 35%, на ка¬
торге — 6%. В среднем каждый делегат подвергался двум арестам,
один год находился в тюрьме, один год — в ссылке, 4 месяца на ка¬
торге.
Джугашвили намного опередил эти «средние» данные. Он семь
раз подвергался арестам. Попав впервые в тюрьму в 23 года, Иосиф
Джугашвили пробыл в тюрьмах, ссылках или на нелегальном поло¬
жении до 38 лет. За 15 лет, прошедших со дня первого ареста, он
большую часть из них был лишен свободы (8 лет и 10 месяцев), про¬
ведя около 5 лет в ссылках либо на севере европейской территории
России, либо в Сибири. В ссылке Джугашвили находился под посто¬
янным наблюдением. Сведения о его поведении регулярно переда¬
вались вышестоящему начальству. Остальные пять лет он находился
в тюрьмах Батума, Кутаиса, Баку, Петербурга или под стражей и в
пересыльных тюрьмах во время следования «по этапу».
50
За эти 15 лет лищь однажды его пребывание на свободе продли¬
лось четыре года и почти три месяца (с 5 января 1904 года до 25 марта
1908 года). Обычно же он находился на свободе подряд лишь в тече¬
ние нескольких месяцев (9 месяцев с 24 июня 1909 года по 23 марта
1910 года; 2 месяца с 29 февраля 1912 года по 22 апреля 1912 года;
6 месяцев с 1 сентября 1912 года по 23 февраля 1913 года). Находясь в
розыске, он должен был постоянно быть начеку, проявляя повы¬
шенную настороженность на улице и дома. Он никогда не знал, не
завершится ли очередной день арестом и тюрьмой.
В эти годы Джугашвили лишь однажды находился на свободе на
«законных основаниях» и то недолго — два с половиной месяца. С 27
июня по 9 сентября 1911 года после отбывания ссылки в Сольвыче-
годске ему было разрешено жить в Вологде, но и там он находился
под негласным надзором полиции.
Обычно же свобода, которую обретал Джугашвили после побе¬
гов из ссылок, была до предела ограниченной. Будучи на нелегаль¬
ном положении, он был вынужден скрываться от полиции под чу¬
жими именами и фамилиями. Он жил с фальшивыми паспортами на
«Чижикова» и «Каноса Нижрадзе, жителя села Маглаки Кутаисской
губернии», «Оганеса Вартановича Тотомянца» и «Закара Крикорья-
на- Меликьянца».
Иосиф Джугашвили пять раз бежал из мест ссылки, несмотря на
то, что там он находился под постоянным наблюдением полиции.
Побег из его первой сибирской ссылки, когда он чуть не замерз в пу¬
ти и даже отморозил щеки, стал для него суровым уроком. После
этого он стал более тщательно готовиться к побегам.
Неволя была суровой школой. Ограничивая свободу в ссылке,
сдавливая в тюрьме до предела жизненное пространство, сводя уро¬
вень человеческих стремлений до простого желания выжить, всяче¬
ски унижая его достоинство, уничтожая естественную человеческую
потребность в интимности и хотя бы в кратковременном одиночест¬
ве, или полностью изолируя человека от других людей, неволя одних
ломала, других — закаляла. Выдержавшие тюрьму и ссылку револю¬
ционеры становились, как правило, наиболее активными и опыт¬
ными бойцами своих партий. Заключенные приучались полагаться
на свои силы, разумно расходовать их.
Жизнь в неволе приучала быстрее разбираться в людях. Заклю¬
ченный должен был быстро понять, на кого можно положиться, а на
кого — нельзя. Порой он должен был полностью доверить свою
судьбу другому человеку. Положение заключенного, а нередко и его
жизнь зависели от окружавших его людей, готовы ли они ему по¬
мочь, поделиться необходимым, передать нужные сведения на волю
51
или с воли. Беглец из-под стражи должен был полагаться всецело на
добрую волю часто неизвестных ему прежде людей. Они сообщали
ему безопасный маршрут, обеспечивали ему нужные документы и
необходимые материальные средства для побега, прикрывали его
бегство. В то же время заключенный должен был проявлять макси¬
мальную бдительность, опасаясь провокатора, труса или просто не¬
надежного человека. Он знал, что полиция делает все возможное,
чтобы усыпить его бдительность и заставить их довериться ее аген¬
там под видом благожелателей. Поэтому одновременно со способ¬
ностью к безграничному доверию у заключенного вырабатывалась
повышенная настороженность к окружающим.
Закалка сохраняла те качества, которые позволяли человеку вы¬
жить в ненормальных условиях неволи. Тюрьма и ссылка могли вы¬
ковать из человека сильного борца, но часто ослабляли в нем мно¬
жество человеческих качеств, необходимых для нормальной жизни.
Такие перемены особенно резко проявлялись в юном сознании. Не¬
воля не может не ожесточать любого заключенного. Нетрудно себе
представить, как было нелегко выносить испытания неволей моло¬
дому человеку с поэтической и свободолюбивой натурой. Джуга¬
швили знал, что его единственным «преступлением» было желание
счастливой жизни для трудящегося народа. В отличие от социали-
стов-революционеров, или эсеров, социал-демократы не совершали
убийств «во имя правого дела». В Батуме он вел на борьбу рабочих,
подвергавшихся жестокой эксплуатации. Он не мог не ощущать на
собственной судьбе вопиющей несправедливости существовавшего
строя и не мог не ожесточаться против него. По этой причине он был
готов воспринимать большую часть человеческих несчастий, с кото¬
рыми он сталкивался, особенно среди его коллег по партии, как
прямое следствие существовавшего строя. Смерть Георгия Телии от
туберкулеза послужила дйя Джугашвили поводом заявить о том, что
«пролетариат постарается отомстить проклятому строю, жертвой
которого пал наш товарищ — рабочий Г. Телия».
Постоянная жизнь вне закона и в борьбе против закона неволь¬
но противопоставляла революционера миллионам людей, которые,
не являясь его личными врагами, в то же время мирно сосущество¬
вали со строем, который он собирался уничтожить. Стремление
отомстить существующему строю и тем, кто активно или пассивно
поддерживал его, не могло не ожесточать его и против «трусливых
обывателей». Постоянная настороженность в ожидании ареста во
время подполья и возможности совершить побег из ссылок, явля¬
лась источником гнетущего душевного состояния. Необходимость
делить людей на тех, кто может тебе помочь и может тебя предать
вольно или невольно, иссушала душу.
52
Неволя не только делала революционеров непримиримыми бор¬
цами против существующего строя, но могла ожесточать их друг
против друга. В условиях навязанной людям постоянной близости
друг к другу малейшие несходства в характерах, различия в привыч¬
ках могли становиться источником повышенной раздражительно¬
сти, провоцировать нелепые, но затяжные ссоры и жгучие обиды.
Ссоры и склоки, рожденные еще за стенами тюрем в конспиратив¬
ных кружках, расцветали в заключении пышным цветом. Даже
идейные разногласия между заключенными зачастую интерпрети¬
ровались как проявление чуждых классовых влияний, капитуляция
перед классовым врагом, а порой и как сознательное пособничество
самодержавному строю.
Тюрьма нередко отравляла человеческие отношения ядом по¬
дозрений. Постоянно перебирая обстоятельства своего ареста или
возвращаясь мысленно к ходу допроса, заключенные часто ломали
голову над тем, почему полиции так много известно о них и под¬
польной организации. Первые подозрения падали на тех, кто ока¬
зался на свободе, в то время как остальные члены организации были
посажены. Подозрения вызывало и поведение арестованных това¬
рищей во время допросов: не выдали ли они секреты под пытками, и
не согласились ли они сотрудничать с полицией в обмен на обеща¬
ние свободы и денег.
Для некоторых подозрений были серьезные основания: россий¬
ская жандармерия научилась искусно «освещать» деятельность ре¬
волюционных организаций, внедряя в их ряды опытных агентов и
провокаторов. Революционеры разоблачали некоторых из них.
И все же в рядах подпольщиков появлялись новые агенты охранки,
и очевидная утечка секретной информации вносила смятение в ря¬
ды нелегальных партий, усиливая подозрительность и взаимное не¬
доверие друг к другу.
Многие преданные делу революции люди оказывались оклеве¬
танными и обвиненными в сотрудничестве в полиции. Некоторых
доводили до самоубийства, а иных казнили свои же товарищи по
ложным обвинениям в предательстве. Позже обвинения в сотрудни¬
честве с полицией стали способом компрометации видных деятелей
Советского государства. Готовность членов партии поверить самым
абсурдным обвинениям в сотрудничестве с царской охранкой, а за¬
тем и разведкой иностранных государств, выдвинутых в отношении
своих товарищей, во многом объяснялась наследием подпольной
жизни. Не избежал подобных наветов и сам Сталин. Подозрения,
рожденные в заключении, сохраняли живучесть даже много лет по¬
сле освобождения революционеров и становились «минами замед¬
53
ленного действия», отравлявшими их отношения с товарищами и
разрушавшими единство их рядов.
Пройдя два года испытаний тюрем и ссылок, Коба-Джугашвили
недолго пробыл в Сибири. 5 января 1904 года он покинул селение
Новая Уда, а в феврале возвратился в Батум, возобновив подполь¬
ную работу почти за год до начала первой российской революции.
Начало революции 1905 года открыло возможности для перерас¬
тания подпольной деятельности в открытую политическую борьбу.
Большевики, к которым сразу же после раскола РСДРП примкнул
Коба, активно готовили вооруженные выступления против царско¬
го строя. В статье «Вооруженное восстание и наша тактика», опуб¬
ликованной 15 июля 1905 года в подпольной газете «Пролетариатас
брдзола», Коба видел в вооруженном восстании не отдаленную цель,
а «практическую задачу». Он пишет, что «техническое руководство и
организационная подготовка всероссийского восстания составляют
ту задачу, которую жизнь поставила перед пролетариатом». Разви¬
вая положение резолюции съезда о возможном создании «особых
групп из партийных работников» для руководства восстанием, Коба
требовал «немедленно приступить к вооружению народа на местах,
к созданию специальных групп для налаживания этого дела, к орга¬
низации районных групп для добывания оружия, к организации
мастерских по изготовлению различных взрывчатых веществ, к вы¬
работке плана захвата государственных и частных оружейных скла¬
дов и арсеналов». Коба подчеркивал необходимость «обратить самое
серьезное внимание на создание боевых дружин для использования
добытого оружия».
Одновременно он предупреждал: «Ни в коем случае нельзя до-
—1—1 ■ • -Г -г г gin|1|
пустить таких действии, как раздача оружия щшмо массам». Коба
дасть лишь в руки боевых дру-
жин, которые должны стать отрядами восставшего пролетариата.
«Одной из главных задач наших боевых дружин и вообще военно¬
технической организации должна быть разработка плана восстания
для своегорайона и согласование его с планом, разработанным пар-
тайным центром для всей России. Найти наиболее слабые места у
противника, наметить пункты, откуда нужно напасть на него, рас¬
пределить все силы по району, хорошо изучить топографию горо¬
да — все это должно быть сделано предварительно, чтобы мы ни при
каких обстоятельствах не оказались застигнутыми врасплох». Коба
так формулировал план действий восставших: «Они быстро захватят
разные склады оружия, правительственные и общественные учреж¬
дения, почту, телефон и т.п., что будет необходимо для дальнейшего
развития революции».
54
18 октября 1905 года Коба выступил на рабочем митинге в Над-
залаведи (район Тифлиса). Он риторически вопрошал: «Что нужно
нам, чтобы действительно победить?» И давал ответ: «Для этого нам
нужны три вещи: первое — вооружение, второе — вооружение,
третье — еще и еще раз вооружение».
Однако восстания в Тифлисе не произошло. Вооруженные же
выступления против властей в Москве, на броненосце «Потемкин»
и крейсере «Очаков», в Кронштадте, Владивостоке и других городах \
были подавлены. Многие члены Советов арестованы. Только в Мо- \
скве было убито 1059 участников боев. По стране действовали кара- )
тельные экспедиции. В ходе применения «чрезвычайных мероприя- \
тий» с января 1905 года до апреля 1906 года общее число расстрелян- /
ных, повешенных и убитых достигло 14 тысяч человек. Число поли- /
тических заключенных составило 75 тысяч. В последующие годы ре- !
прессии продолжились. В 1907—1909 годах свыше 5 тысяч человек |
было предано смертной казни, а к 1909 году в тюрьмах находилось
170 тысяч политических заключенных. Революция 1905—1907 годов
была разгромлена.
Глава 4
ПОДМАСТЕРЬЕ ОТ РЕВОЛЮЦИИ
В 1926 году Сталин утверждал, что во время революции 1905—
1907 годов состоялось его «второе... революционное крещение». Он
пояснял: «Я вспоминаю... 1905—1907 годы, когда по воле партии
был переброшен на работу в Баку. Два года революционной работы
среди рабочих нефтяной промышленности закалили меня как прак¬
тического борца и одного из практических руководителей. В обще¬
нии с такими передовыми рабочими Баку, как Вацек, Саратовец,
Фиолетов, и другими, с одной стороны, и в буре глубочайших кон¬
фликтов между рабочими и нефтепромышленниками, с другой сто¬
роны, я впервые узнал, что значит руководить большими массами
рабочих. Там, в Баку я получил, таким образом, второе свое боевое
революционное крещение. Здесь я стал подмастерьем от революции.
Позвольте принести мою искреннюю, товарищескую благодарность
моим бакинским учителям».
Как это случалось часто, в его автобиографических рассказах
Сталин был невнимателен к точности дат. На самом деле его «ба¬
кинский период» начался до 1905 года и продолжался после 1907 года.
Коба-Джугашвили находился в Баку в июне 1904 года, в ноябре—де¬
кабре 1904 года, с июня 1907 по март 1908 года (за исключением по-
55
ездки в Тифлис в ноябре 1907 году), с июля 1909 по сентябрь 1909 го¬
да, с ноября 1909 по сентябрь 1910 года, в марте-апреле 1912 года.
Несмотря на неточность в датировке своего пребывания в Баку,
очевидно, что два с лишним года, проведенные Джугашвили в этом
городе, считались им очень важными в его жизни. Об этом свиде¬
тельствует и его замечание, сделанное им в разговоре с А. Е. Голова-
/ новым. Когда он, оправдываясь перед Сталиным, сказал: «Что вы от
1 / меня хотите? Я простой летчик», его собеседник тут же ответил: «А я
у простой бакинский пропагандист». Из этого следовало, что, если
для Голованова его путь к Главному маршалу авиации начался с то¬
го, что он стал «простым летчиком», то для Сталина путь к руковод¬
ству страны начался с того, что он был «простым бакинским пропа¬
гандистом».
Сравнительно недолгое пребывание в Баку было связано и с
важным событием в личной жизни Иосифа Джугашвили. Несмотря
на трудные условия подпольной жизни во время пребывания в Баку
Иосиф Джугашвили попытался создать семейный очаг. В июне 1906
года вскоре после возвращения со Стокгольмского съезда партии он
женился на Екатерине Сванидзе, сестре своего приятеля по Тифлис¬
ской семинарии Александра Сванидзе. Девушка была из села Диди-
Лило, откуда был родом Виссарион Джугашвили. Брак был освящен
в церкви одноклассником Иосифа по семинарии. Иосиф глубоко и
искренне любил свою жену. Позже он говорил о Екатерине: «Она
согрела мое окаменевшее сердце».
Молодой женщине пришлось принять тяжелый жребий, сопро¬
вождая мужа по подпольным квартирам или томясь в ожидании его
возвращений из ссылок. Когда молодые жили в Баку, у них родился
сын Яков. Однако семейное счастье Иосифа Джугашвили было не¬
долгим. В 1909 год Екатерина Семеновна Джугашвили умерла от ти¬
фа. Ее смерть явилась сильным потрясением для Иосифа. Сына взя¬
ли на воспитание в семью тети Якова, А. С. Сванидзе, так как Коба
не мог уделить сыну хотя бы минимум внимания, постоянно заня¬
тый делами бакинского революционного подполья.
К началу XX века Баку был самым крупным городом Закавказья
и одним из важнейших промышленных центров России. В 1901 году
на долю Баку приходЖ?с^
йЩтНЗобычи. Рабочий класс Баку быстро рос как за счет местного
населения, так и за счет приезжих: выходцев из Дагестана, Армении,
Грузии, Персии, областей империи, населенных русскими. В бед¬
ных кварталах, населенных рабочими Баку, жил, скрываясь от поли¬
ции, Коба-Джугашвили.
В то же время Баку был городом, где создавались баснословные
56
богатства нефтепромышленников. Значительная..наст^.тфтадобыг-
чи находилась в руках иностранных
Детердинга.
^Й^Гвлганием агитации революционеров рабочие Баку начина¬
ли откликаться на агитацию, призывавшую к изменению существо¬
вавших порядков. Первое крупное выступление бакинских рабочих
произошло под руководством Бакинского комитета (БК) РСДРП
в июле 1903 года, в то время когда Джугашвили находился в кутаис¬
ской тюрьме. Хотя стачка, охватившая 50 тысяч рабочих и парализо¬
вавшая жизнь в городе, была подавлена, ее лозунги были подхваче¬
ны в ходе всеобщей стачки на Юге России.
Вторым мощным выступлением бакинского пролетариата яви¬
лась стачка 1904 года, начавшаяся с прекращения работ в Балаханах
и Биби-Эйбатском промысловом районе 13 декабря. В ее организа¬
ции Коба принял самое активное участие. Бастующие требовали ус¬
тановления 8-часового рабочего дня, предоставление одного выход¬
ного дня в неделю (в воскресенье); прекращение работ накануне
воскресных и праздничных дней в 2 часа дня; включение 1 мая в та¬
бель праздничных дней; отмены сверхурочных работ и штрафов,
улучшения жилищных условий, участие рабочих в найме и увольне¬
нии рабочих; установление гарантированного минимума заработ¬
ной платы различным категориям рабочих; выплата заработка не ре¬
же 2 раз в месяц в строго установленные сроки и т. д.
К18 декабря 1904 года стачкой было охвачено большинство пред¬
приятий Баку. Несмотря на ввод войск, в городе не прекращались
митинги и демонстрации. В этих условиях предприниматели были
вынуждены начать переговоры со стачечным комитетом. 30 декабря
был заключен первый в истории России коллективный договор ме¬
жду рабочими и предпринимателями. В соответствии с договором
бцл установлен 9-часовой рабочий день и 8-часовой рабочий день
для ночных смен и работы в буровых партиях. Была увеличена зара¬
ботная плата (с 80 копеек до одного рубля с копейками в день) и вве¬
ден 4-дневный ежемесячный оплаченный отдых. Предприниматели
обязались принять меры для улучшения условий труда и быта.
Став «подмастерьем революции», Джугашвили перешел к более
сложной революционной работе по сравнению с той, которую он
выполнял как «ученик революции». Ему надо было не только ) *
сердца рабочих захватывающей идеей, вывести массы на улицы под _
оованйЯГЖ ТШатСТКШ изучив реальные нужды рабочих, свести их ^
воедино в виде взвешенной, разумной программы. Вникая в пробле- Q ^
мы, жизненно важные для рабочих не^угепромыслов, Сталин учился
!7
внимательно выслушивать различные мнения, отражавшие разный
уровень восприятия одних и тех же вопросов, разную степень заин¬
тересованности в их решении. Кроме того, он осваивал мастерство
ведения переговоров с предпринимателями так, чтобы добиться
максимальной выгоды для наемных рабочих. Если в качестве «уче¬
ника революции» он узнал, как вести массы в уличный бой, то, как
«подмастерье от революции», он должен был также понять позицию
тех, кто был по другую сторону баррикад.
Казалось бы, уровень решаемых им проблем «заземлился». Вме¬
сто занятий теорией революционного преобразования мира он те¬
перь вникал в житейские проблемы рядовых рабочих Баку. Однако
лишь поняв суть проблем рабочих, их жизнь и условия труда, руко¬
водитель пролетарской партии мог превратить абстрактные теоре¬
тические схемы в реальность, сделать цели общественного преобра¬
зования действенной силой. Теперь он должен был внимательно
учитывать особенности психологии промышленных пролетариев,
вышедших из глубин народа и сохранивших основы народной тра¬
диционной культуры. Кроме того, если, будучи «учеником револю¬
ции», он был лишь одним из многочисленных исполнителей вели¬
ких планов и действовал по готовым приказам и шаблонам, то, став
«подмастерьем от революции», он многое решал самостоятельно.
Пребывание в Баку втянуло Кобу в самую гущу проблем рабоче¬
го движения. Он наглядно убедился в том, что для ведения упорной
и последовательной борьбы рабочих за свои права необходимо реа¬
гировать не столько на отдельные шокирующие события (массовое
увольнение рабочих, расстрел мирной демонстрации, поражение
страны на фронте, яркое свидетельство коррупции среди правитель¬
ственных чиновников и т. д.), а учитывахь десяткйразличных обстоя-
тельстввлияющих на характер их
участия в классовой борьбе. Успех борьбы зависел от того, какие ка¬
тегории рабочих удовлетворятся «наградными», а какие будут требо¬
вать твердых гарантий повышения заработной платы, сокращения
рабочего дня, какие предприятия готовы к активным выступлениям,
а какие — нет. Надо было учитывать остроту и значимость для рабо¬
чих вопросов жилья и условий труда, школ и «народных домов», а
также многие другие частные вопросы. Условия классового проти¬
востояния постоянно менялись и во многом зависели от рыночной
конъюнктуры, даже от времени ледостава на Волге. Поэтому такти¬
ку надо было постоянно менять, то отстаивая лозунг «бойкота», то
заменяя его лозунгом «участия в совещании с гарантиями», то орга¬
низовывать общебакинскую забастовку, то призывать рабочих от¬
дельных предприятий выступить с протестом против эксплуатации.
51
Коба понял также и то, насколькоира^очее движение зависит и
от национальной проблемы. QSfSo половин^ бакинских рабочих
составляли мусульмане (азербайджанцы, персы, лезгины и предста¬
вители других народностей Кавказа, исповедовавших ислам), одну
четверть составляли русские, еще одну четверть — армяне. В городе
порой возникали межнациональные распри, и Баку не раз был ме¬
стом так называемой армяно-татарской резни. Учитывая многона¬
циональный состав рабочих, осенью 1904 года при Бакинском ко¬
митете РСДРП была организована социал-демократическая группа
«Гуммет» («Энергия») для ведения пропаганды среди азербайджан¬
ских рабочих. Существовала и армянская социал-демократическая
организация «Гнчак».
В своих «Письмах с Кавказа» Коба подчеркивал важность веде¬
ния пропаганды среди рабочих разных национальностей на их на¬
циональных языках: «Нужна устная и, главным образом, печатная
агитация на татарском (т. е. азербайджанском. — Прим. авт.), армян¬
ском и русском языках, но за недостатком средств (и сил) приходит¬
ся ограничиваться русским языком, между тем как, например, му¬
сульмане-рабочие занимают важнейший пост в производстве (тар¬
тание1) и их относительно больше в количественном отношении,
чем русских или армян». Он считал необходимым организовать вы¬
пуск общего печатного органа на четырех или трех языках. Сам Ио¬
сиф Джугашвили впервые в Баку стал постоянно писать свои работы
на русском языке — государственном языке империи и языке меж¬
национального общения в этом городе и во всей России.
В то время как по всей России революционное движение было
разгромлено, рабочие организации были разогнаны, большевист¬
ские организации запрещены, а их влияние было сведено к миниму¬
му, в Баку, в главном тогдашнем центре российской и мировой неф¬
тедобычи, активно действовали профсоюзы и другие рабочие орга¬
низации, в которых большевики играли ведущую роль. В июле 1908
года Коба писал, что «начиная с 1906 года, уже после отступления
революции в России, Баку все еще не «унимается», до настоящего
времени пользуется наделе некоторыми свободами и ежегодно, луч¬
ше чем где бы то ни было в России, празднует пролетарскую маевку,
вызывая в других городах чувство благодарной зависти». Комменти¬
руя работу Совета уполномоченных, являвшегося координирую¬
щим центром рабочего движения Баку, Г. К. Орджоникидзе впослед¬
ствии писал: «В то время, как по всей России господствовала черная
реакция, в Баку заседал настоящий рабочий парламент. В этом пар¬
1 Способ добычи нефти (ред.).
59
ламенте открыто разрабатывались все требования бакинских рабо¬
чих, развертывалась нашими ораторами вся наша программа-мини-
мум».
Успешная деятельность бакинских большевиков обратила вни¬
мание центрального руководства большевистской партии во главе с
В. И. Лениным. Вступив в переписку с В. И. Лениным еще во время
своей первой ссылки в 1903 году и впервые встретившись с ним во
время Таммерфорской конференции в 1905 году, Коба-Джугашвили
затем не раз общался с вождем большевиков во время съездов пар¬
тии в Лондоне, Стокгольме и переписывался с ним. Как правило,
Джугашвили энергично поддерживал позицию Ленина на всех съез¬
дах партии и в периоды после съездов.
В условиях кризиса в большевистской партии, вызванного пора¬
жением первой росссийской революции, Коба поддерживал Лени¬
на. Однако в августе 1909 года Сталин при поддержке других членов
Бакинского комитета партии выступил со статьей «Партийный кри¬
зис и наши задачи», в которой критиковал позицию партийного ру¬
ководства.
В статье, опубликованной в двух номерах газеты «Бакинский
пролетарий», Коба выдвинул программу радикальных перемен в
жизни всей партии. Он открывал статью заявлением: «Ни для кого
не тайна, что партия наша переживает тяжелый кризис. Уход членов
из партии, сокращение и слабость организаций, оторванность по¬
следних друг от друга, отсутствие объединенной партийной рабо¬
ты, — все это говорит о том, что партия больна, что она переживает
серьезный кризис». Он констатировал: «Вследствие кризиса рево¬
люции, наступил кризис и в партии — организации потеряли проч¬
ные связи с массами, партия раздробилась на отдельные организа¬
ции... Вместо тысяч в организациях остались десятки, в лучшем слу¬
чае, сотни».
Коба считал, что побежали из партии, прежде всего, наиболее
неустойчивые. Основная же часть «неустойчивых» приходилась, по
его словам, на интеллигенцию: «Революция отступила, свобод не
стало, — и партия стала хиреть, открылось бегство интеллигентов из
партии, а потом и наиболее колеблющихся рабочих». Однако вину
за кризис в партии Коба возлагал и на высшие органы партии. Он
называл Центральный комитет РСДРП (во главе которого стоял Ле¬
нин) «фиктивным центром». «Задача руководства партийной рабо¬
той... составляет обязанность Центрального Комитета. Но она пло¬
хо исполняется в настоящее время, результатом чего является почти
полная разобщенность местных организаций». По мнению Кобы,
ни ЦК, ни созываемые им редко конференции не привели к сплоче-
нмтг» ттяпттдм Он ттмпяп* «С.тпяннп бктттп бы ГП7МЯТК что 'чягпят-гичные
боты партии, Коба подчеркивал, что ныне «партия страдает, прежде
всего, оторванностью от масс, ее надо во что бы то ни стало связать
с этой массой». Он указывал на то, что партия может восстановить
свои связи с трудящимися «прежде всего и на почве тех вопросов,
которые особенно волнуют широкие массы». Очевидно, исходя из
своего опыта работы в Баку, он призывал: «Пусть же наши организа¬
ции, наряду с общеполитической работой, неустанно вмешиваются
во все эти мелкие столкновения, пусть связывают их с великой борь¬
бой классов и, поддерживая массы в их повседневных протестах и
запросах, демонстрируют на живых примерах принципы нашей пар¬
тии».
Одновременно Коба призывал произвести существенные пере¬
мены в партийном руководстве, активнее выдвигая рабочих: «Необ¬
ходимо, чтобы опытнейшие и влиятельнейшие из передовых рабо¬
чих находились во всех местных организациях, чтобы дела организа¬
ции сосредотачивались в их крепких руках, чтобы они, и именно
они, занимали важнейшие посты в организации от практических и
организационных вплоть до литературных».
Статья Кобы в «Бакинском пролетарии», а также соответствую¬
щие резолюции Бакинского комитета (БК) были одобрены членами
БК, а затем и большевиками за пределами Баку. Бакинский комитет
движения Ррсрда#
Й ответ на заявления БК Ленин ответил мягкими увещеваниями
«пролетарской фронды». Он не только воздержался от суровой кри¬
тики в адрес БК и Джугашвили, но, напротив, постарался пойти на¬
встречу «бакинцам» и даже привлечь их к высшему руководству пар¬
тией. С 1910 года Ленин стал вести активную переписку с рядом чле¬
нов БК, в том числе с Кобой и Орджоникидзе. В 1910 году Коба был
назначен «уполномоченным ЦК РСДРП», а в 1911 году Орджони¬
кидзе был направлен на учебу в ленинскую школу в Лонжюмо.
После очередного ареста в марте 1910 года и заключения в баи-
ловской тюрьме в Баку до сентября 1910 года Джугашвили вновь
оказался в Сольвычегодске. Его письмо Ленину и ЦК РСДРП, на¬
правленное 31 декабря 1910 года из Сольвычегодска, свидетельство¬
61
вало, с одной стороны, о его поддержке Ленина в борьбе против
меньшевиков и «троцкистского блока». С другой стороны, из содер¬
жания письма ясно, что для Джугашвили главными вопросами по-
прежнему оставались те, которые были поставлены в его статьях и
резолюциях БК 1909—1910 годов.
Упорство, с каким Коба и другие «бакинцы» отстаивали свои
взгляды, возымело свое действие на руководство партии во главе с
Лениным. На Пражской конференции (январь 1912 года) большеви¬
стской партии среди 11 членов вновь избранного Центрального Ко¬
митета РСДРП в его состав были избраны 3 человека, представляв¬
ших Бакинский комитет большевиков или долго работавших в нем
(С. С. Спандарян, Г. К. Орджоникидзе, И. В. Коба-Джугашвили).
В кандидаты в члены ЦК был избран член Бакинского комитета
С. Г. Шаумян. Во время этой конференции Джугашвили находился
в ссылке.
29 февраля 1912 года Джугашвили совершил побег из вологод¬
ской ссылки. Почти через два месяца 22 апреля 19 U-года выщел
свет первый номер газеты «Правда». Создание этой «oometmxfcol
газеты» отвечало требованиям, которые с середины 1909 года выдви¬
гал Бакинский комитет и лично Джугашвили. В первом номере газе¬
ты Коба публикует без подписи свою статью «Наши цели», посвя¬
щенную главным образом вопросу единства в социал-демократии.
В день, когда экземпляры «Правды» поступили в продажу, автор
статьи, опубликованной в этой газете, был арестован на улице. В по¬
лицейском отчете было сказано: «При аресте он заявил, что опреде¬
ленного места жительства в гор. С.-Петербурге не имеет. При лич¬
ном обыске у Джугашвили ничего преступного не обнаружено».
Беглец из вологодской ссылки был препровожден в дом предвари¬
тельного заключения, где-он и пробыл с конца апреля до начала
июля. 2 июля 1912 года Коба был выслан по этапу из Петербурга в
Нарымский край под гласный надзор на три года. Однако осенью
1912 года Коба совершил свой очередной побег из ссылки и за 12 дней
сумел добраться из Нарымского края в Петербург.
А в начале ноября 1912 года Коба по приглашению Ленина
приехал в Краков для участия в совещании членов ЦК РСДРП. Для
этого ему пришлось нелегально пересечь российско-австрийскую
границу. На совещании в Кракове было решено возложить на Кобу
руководство деятельностью большевистской фракции в Государст¬
венной думе. Еще одно совещание ЦК под руководством Ленина со¬
стоялось в Кракове в декабре 1912-го — январе 1913 года при уча¬
стии Кобы, членов думской фракции и некоторых партийных ра-
ботников-подполыциков.
62
Поскольку революция 1905—1907 годов показала, что нацио¬
нальный вопрос в России имеет огромное значение, Ленин предло¬
жил Джугашвили написать теоретическую статью по национально-
тех пор этот вопрос в марксистской литературе наи-
83Ж^Го5стоятельно был разработан австрийскими социалистами.
Однако эти исследования во многом отражали исключительно опыт
межнациональных отношений в пределах многонациональной Ав-
стро-Венгрии. Джугашвили из Кракова направился в Вену. В тече¬
ние месяца он написал работу объемом в 4,5 печатного листа под на¬
званием «Марксизм и национальный вопрос». Она вышла в свет в
начале 1913года.
После революции 1905—1907 годов ее участники, по словам ав¬
тора книги, «начали расходиться по национальным квартирам». Это
заставило российских социал-демократов задуматься о большом
значении национального фактора. В своей работе Джугашвили при¬
знавал важность национальной самобытности для развития проле¬
тариата и утверждал, что «нельзя серьезно говорить о полном разви¬
тии духовных дарований татарского или еврейского рабочего, когда
им не дают пользоваться родным языком на собраниях и лекциях,
когда им закрывают школы».
Джугашвили рассматривал национальный вопрос с точки зре¬
ния того, в какой степени его решение может способствовать борьбе
пролетариата за социалистическую революцию. Во главу угла онs
ставил^^МйДУ*)йнтернационального сплочения рабочих как не-
обходимй^^Л^^решении национального вопроса». Джугашвили!
писал: «РабЬаде'ггоежде всего — члены одной классовой семьи, чле¬
ны единой армии социализма... Поэтому интернациональный тип
организации является школой товарищеских чувств, величайшей
агитацией в пользу интернационализма».
В противовес главному теоретику «культурно-национальной ав¬
тономии» австрийскому социал-демократу Отто Бауэру, утверждав¬
шему, что «нация — это вся совокупность людей, связанных в общ¬
ность характера на почве общности судьбы», Джугашвили предложил |
четыре признака нации: общность языка. оЬЦЫосКдидитории,
проявляющегося в общности культуры. «Только наличие всех при-
знаШв, взятых вместе, — подчеркивал Дадшщвшш* — да&х*
рию».
Хотя Джугашвили поддержал лозунг о праве нации на самоопре¬
деление вплоть до отделения и образования самостоятельного го¬
сударства, он склонялся к тому, что наиболее приемлемой формой
решения национального вопроса в России явилась бы «областная
ез
автономия». «Преимущество областной автономии, — писал Джута-
li
швили, — состоит, прежде всего, в том, что при ней приходится
иметь дело не с фикцией без территории, а (ЗУ^Жед^деддьйГкаселе-
нием, живущим на^йде^^Йюи^ерритории... Она не межует лю¬
дей по нациям, она не укрепляет национальных перегородок, — на¬
оборот, она ломает эти перегородки и объединяет население для то-
|го, чтобы открыть дорогу для межевания другого рода, межевания по
классам. Наконец, она дает возможность наилучшим образом ис-
природные богатства области и развить производитель-
ные силы, не дожидаясь решений общего центра...»
11 Отдавая предпочтение «областной автономии», Джугашвили ис-
щА ходил из необходимости признания прав национальных меньшинств
J* j на культурное развитие, отвечающее особенностям их националь-
" \ ной культуры. Обращая внимание на то, что во вновь созданных на-
^ ]циональных областных автономиях могут оказаться свои нацио-
^ Анальные меньшинства, Джугашвили предлагал обеспечить их права
Ъ |на основе «полной демократизации», предусматривающей «напио-
^ j нальное равноправие во всех его видах (язык, школы и пр.). как не¬
обходимый пункт в решении национального вопроса. Необходим...
общегосударственный закон, данный на основе полной демократи¬
зации страны и запрещающий все без исключения виды националь-
! ных привилегий и какое бы то ни было стеснение или ограничение
прав национальных меньшинств».
Исходя из необходимости учитывать национальный фактор и
решительно выступая за развитие национальных культур, Джуга¬
швили полагал, что такая позиция будет способствовать укрепле¬
нию союза народов. Эти идеи были затем воплощены Сталиным в
1ходе создания СССР
Ленин остался чрезвычайно доволен этой работой. Казалось,
«подмастерье революции» Коба-Джугашвили успешно защитил
свою «дипломную работу» под руководством своего «научного руко¬
водителя». Благодаря атому произведению Сталин стал считаться в
ном^ нательнск что эта работа^ как и все заметки, на¬
писанные Сталиным в Вене, была подписана новым его псевдони¬
мом — К.,Сталин. Казалось, что Сталин расценивал создание им
первой полноценной теоретической работы как переход в новое ка¬
чество, которое он отметил присвоением себе нового звучного псев¬
донима.
Актуальность национального вопроса стала особенно очевид¬
ной после начала Первой мировой войны, расколовшей ряды меж-
дународного социалистического движения и вызвавшей невероят¬
ный до тех пор подъем националистических настроений в мире.
Гонка вооружений, ускорявшаяся в течение нескольких десяти¬
летий, а также столкновение противоречий во всех частях земного
шара превратили ведущие капиталистические страны мира в два
вооруженных противостоящих лагеря. Многочисленные армии бы¬
ли готовы обрушить все более совершенную технику уничтожения
людей против друг друга. С началом войны страны Антанты и их со¬
юзники (сначала это были: Великобритания, Франция, Россия, Бель¬
гия, Сербия, Черногория) мобилизовали в вооруженные силы 6179
тысяч человек. В их распоряжении было 12 134 легких и 1013 тяже¬
лых орудий. Германская коалиция (на первых порах в ее рядах были
лишь Германия и Австро-Венгрия) в рядах вооруженных сил имела
3568 тысяч человек, 11 232 легких и 2244 тяжелых орудий (не считая
крепостной артиллерии). Эта масса вооруженных людей и военной
техники была предназначена для того, чтобы сеять смерть и разру¬
шение.
Однако в первые дни августа 1914 года мало кто думал о неизбеж¬
ных мрачных сторонах наступившей войны. Значительная часть на¬
селения всех участников войны была охвачена энтузиазмом. В Лон¬
доне, Париже, Берлине, Вене и других столицах воюющих стран
восторженные толпы провожали солдат на фронт, уверенные в ско¬
ром их возвращении победителями в целостности и сохранности.,
В атмосфере шовинистического угара и шпиономании многие евро-!
пейцы, еще вчера рассуждавшие о нерушимом единстве европей¬
ской культуры, теперь спешили объявить себя лютыми врагами дру¬
гих наций.
До начала Первой мировой войны создавалось впечатление, что
международное социал-демократическое движение готово поднять
пролетариев мира на «последний и решительный бой» против капи¬
тала. В резолюции 7-го Штутгартского конгресса II Интернациона¬
ла (1907 г.) говорилось: «В случае возникновения войны социалисты
обязаны приложить все усилия к тому, чтобы ее как можно скорее
прекратить и всеми с ил щи стр?миться использрвать рызванщй
войной экономическии и политическии кризис для того, чтобы про¬
будить политическое сознание народных масс и ускорить крушение
господства класса капиталистов». На Ю-м Базельском конгрессе
(1912) был принят манифест, в котором говорилось: «Пусть прави¬
тельства хорошо запомнят, что при современном состоянии Европы
и настроении умов в среде рабочего класса они не могут развязать
войну, не подвергая опасности самих себя... Пролетарии считают
преступлением стрелять друг в друга ради увеличения прибылей ка-
65
3-3374
питалистов». Начало Первой мировой войны стало суровым испы¬
танием верности социал-демократов принятым антивоенным, обя¬
зательствам солидарности с рабочими других стран и готовности
превратить империалистическую войну в пролетарскую революцию.
Но летом 1914 года лидеры многих социал-демократических пар¬
тий, еще вчера заявлявшие о своей готовности превратить межимпе¬
риалистическую войну в международную пролетарскую революцию,
объявляли о своей поддержке войны. Депутаты от социал-демокра¬
тической партии в германском рейхстаге и депутаты-социалисты во
французском Национальном собрании голосовали за военные кре¬
диты. Лидер Бельгийской социалистической партии Э. Вандервель-
де заявил: «Мы будем голосовать за все кредиты, которые потребует
.правительство для защиты нации». В первые дни войны главный ре¬
дактор центрального органа Итальянской социалистической партии
Бенито Муссолини в своих редакционных статьях осуждал войну
как чисто «капиталистическое дело». Но уже в декабре 1914 года он
встал во главе только что созданной группы «фашистов», выступав¬
ших за вступление Италии в войну. Так, в считаные дни распалось
международное социалистическое движение, которое до 1914 года
постоянно провозглашало свое намерение начать пролетарскую ре¬
волюцию в случае начала мировой империалистической войны.
С первых же дней войны стало ясно, что в начавшейся войне
правовые нормы и мораль оказались попраны так же, как их уже
давно попирали ведущие державы мира в колониальных и империа¬
листических войнах за пределами Европы. 2 августа 1914 года не¬
мецкие войска вступили в нейтральный Люксембург, а 4 августа —
в нейтральную Бельгию. Историк Барбара Тачмэн в своей книге
«Пушки августа» писала, что в ответ на сопротивление бельгийского
народа этой наглой агрессии командующий 1-й германской армии
генерала фон Клюк с самого начала вступления в Бельгию своей ар¬
мии «счел необходимым принять, говоря его собственными слова¬
ми, «суровые и безжалостные репрессии», включая «расстрел людей
и сожжение домов». Историк писала: «В Бельгии до сих пор много
городов с кладбищами, на которых находятся бесконечные ряды
камней с именами и одинаковыми надписями: «Расстрелян нем¬
цами».
Военные действия, репрессии и откровенный грабеж разорили
Бельгию. В стране было уничтожено 100 тысяч домов. Из 8800 кило¬
метров железных дорог уцелело лишь 5150 километров. Из 57 имев¬
шихся в Бельгии доменных печей 26 было разрушено. Такое же ра¬
зорение принесла война и всем другим странам, где шли военные
действия и хозяйничали оккупанты. В ходе войны только в Север¬
ной Франции было уничтожено 23 тысячи промышленных пред¬
приятий, 4 тысячи километров железных дорог, 50 доменных печей,
9700 железнодорожных мостов, 290 тысяч жилых домов, а всего раз¬
рушено 500 тысяч зданий.
Средства ведения войны отличались невиданной прежде массо¬
востью поражения и жестокостью. 18 февраля 1915 года Германия
объявила неограниченную подводную войну. Помимо военных су¬
дов жертвами действий подводных лодок стали многие торговые и
пассажирские суда, в том числе и нейтральных стран. В ходе войны,
помимо 630 боевых кораблей и 1000 вспомогательных судов, было
уничтожено около 6 тысяч торговых судов общим тоннажем свыше
13,3 миллиона тонн. Жертвы уничтоженных судов зачастую гибли
в море.
В ходе войны активно применялись боевые самолеты, в том чис¬
ле и для бомбардировки. В эти годы были использованы танки. Тех¬
ника истребления людей развивалась бешеными темпами и была
опробована в ходе боевых сражений.
22 апреля 1915 года во время атаки англо-французских позиций
у города Ипр, германские войска, в нарушение международной кон¬
венции, применили отравляющие вещества. Было отравлено 15 ты¬
сяч человек, при этом 5 тысяч скончались. После этого боя химиче¬
ские средства стали применяться армиями обеих воюющих коали¬
ций. Многие солдаты гибли от ядовитых газов, другие становились
инвалидами на всю жизнь.
Число участников войны увеличилось в ходе войны. На стороне
Германии и Австро-Венгрии выступили Османская империя и Бол¬
гария. На стороне Антанты — Япония, Китай, Италия и ряд других
стран. К концу войны число ее участников достигло 33 (из 59 неза¬
висимых государств) с населением свыше 1,5 миллиарда человек
(что тогда составляло 87% населения планеты). Военные действия
происходили в Европе, Азии, Африке и на островах Тихого океана.
Жертвами мировой войны стало армянское население Турции,
которое с апреля 1915 года было подвергнуто геноциду. Люди, уце¬
левшие после насилий, свидетельствовали: «Некоторые жертвы
подвергаются целому ряду пыток, производящихся с таким безу¬
пречным искусством, чтобы дольше продлить жизнь мученика...»
Зверские расправы с армянами под предлогом их сотрудничества
с наступавшими российскими армиями привели к уничтожению 1,5
миллиона людей.
Число погибших в ходе этой войны было беспрецедентным в
мировой истории. Из 73 515 тысяч мобилизованных всеми воюющи¬
ми странами было убито и умерло от ран около 10 миллионов чело¬
87
3*
век, ранено и искалечено 20 миллионов. Около 10 миллионов умер¬
ло от голода и эпидемий.
Мировая война нанесла огромный урон хозяйству многих стран
мира. Сильно сократилось производство гражданских видов про¬
дукции. Это порождало товарный голод, повышение цен, спекуля¬
цию. Изнашивалось и не заменялось оборудование на заводах, разру¬
шался транспорт. Пришло в упадок и сельское хозяйство. Сократи¬
лось и поголовье скота, особенно лошадей. Реальная заработная
плата во многих странах сократилась.
Хотя в мире многие осуждали войну, массовой борьбы против
войны сначала не велось. Подавляющее большинство руководителей
социал-демократических партий выступили либо в поддержку пра¬
вительств воюющих стран, либо не стали призывать к выполнению
антивоенных решений предвоенных конгрессов II Интернациона¬
ла. Лишь 38 социал-демократов Европы собралось в швейцарской
деревне Циммервальд в сентябре 1915 года, чтобы осудить империа¬
листический характер мировой войны. В работе конференции при¬
нял участие руководитель Российской социал-демократической ра¬
бочей партии (большевиков) В. И. Ленин. Вопреки позиции боль¬
шинства социал-демократов мира, Ленин и большевики громко
заявляли о том, что в ходе войны проявился человеконенавистниче¬
ский характер капитализма и следует положить конец и бесчеловеч¬
ной войне, и породившему ее строю. Ленин и большевики выступа¬
ли против мирового безумия и варварства, в которые был ввергнут
мир по вине тогдашних хозяев планеты.
В своей брошюре «Социализм и война» Ленин писал: «Нельзя
знать, в связи с 1-й или 2-й империалистской войной великих дер¬
жав, во время нее или после нее возгорится сильное революционное
движение, но, во всяком случае, наш безусловный долг системати¬
чески и неуклонно работать именно в этом направлении». Было оче¬
видно, что, реалистично оценивая революционный потенциал меж¬
дународной социал-демократии, Ленин не мог наверняка говорить
о близости социалистической революции. Выступая в начале января
1917 года на собрании в Цюрихе с докладом, В. И. Ленин заявил о
неизбежности революционных потрясений в различных странах
мира, включая Россию, но заметил: «Мы, старики, может быть, не
доживем до решающих битв этой грядущей революции». Но и, по¬
мимо Ленина, вплоть до начала 1917 года почти никто в мире не ве¬
рил в скорую победу социалистической революции.
И. В. Сталин узнавал о выступлениях Ленина и о ходе Первой
мировой войны лишь из редких писем, поступавших к нему в посе¬
лок Курейка Туруханского края. Там, начиная с 1913 года, он отбы¬
вал очередную ссылку.
Почти четыре года ссылки за Полярным кругом стали для Ста¬
лина суровым испытанием. У него едва хватало средств, чтобы про¬
кормить себя и отопить свое жилье. Ему приходилось добывать про¬
питание рыбной ловлей. Однажды зимой он провалился под лед и
едва не погиб. И все же он не терял присутствия духа, продолжая за¬
ниматься самообразованием, поддерживая контакты с другими по¬
литическими заключенными и внимательно следя за положением в
России и во всем мире.
Тем временем многочисленные потери русской армии требова¬
ли все новых и новых пополнений. Власти решили брать в армию и
политических заключенных. До завершения срока ссылки Сталину
было приказано прибыть на призывной пункт в Красноярск. В нача¬
ле февраля 1917 года Сталин был признан негодным к воинской
службе из-за поврежденной в детстве руки. Поскольку срок ссылки
заканчивался в июне 1917 года, то Сталин обратился с просьбой к
енисейскому губернатору разрешить отбыть оставшийся срок ссыл¬
ки не в Курейке, а в Ачинске, где он рассчитывал получить работу.
Вскоре разрешение было получено, и Сталин отбыл в этот город, а
через неделю после его прибытия пришла весть о свержении само¬
державия.
Глава 5
МАСТЕР ОТ РЕВОЛЮЦИИ
Возвращаясь из .ссдаки* Сталин поражался быст£ому и поголов¬
ному превращению верноподданных Российской империи в рево-
люционерщ^|1риехав в столицу и остановившись в доме своего ста¬
рого знакомого еще по тифлисскому подполью Аллилуева, Сталин
смешил его дочерей, Анну и Надю, изображая в лицах встречи на
провинциальных вокзалах, которые местные ораторы устраивали
возвращавшимся из ссылки революционерам. Анна Аллилуева вспо¬
минала: «Так и видишь захлебывающихся от выспренных слов гово-
рилыциков, бьющих себя в грудь, повторяющих: «Святая револю¬
ция, долгожданная, родная... пришла наконец-то...» Очень смешно
изображает их Иосиф. Я хохочу вместе со всеми». Превращение
страны в постоянно действующий революционный митинг было
столь же неожиданным для многих профессиональных революцио¬
неров, как и сама революция. Это было вызвано тем, что болыиеви-
ки не были причастны к тем событиям, которые привели к сверже¬
нию монархии.
Судя по мемуарам А. Ф. Керенского, а также другим многочис¬
ленным источникам, начиная с первой революции в политических
кругах России возникло несколько тайных центров, стремившихся
свергнуть самодержавие. Одним из наиболее разветвленных цен-
году после его избрания в Государственную думу. Одновременно,
как отмечал Керенский, «в 1915 году армейские офицеры организо¬
вали серию... заговоров с целью избавить Россию от царя». Даже
крайне правые силы страны готовили заговоры с целью убийства
Распутина и отстранения от власти безответственных и разложив¬
шихся лиц от руководства страны, которых обвиняли в тайном сго¬
воре с Германией.
Заговорщической деятельности способствовала неспособность
правительства найти выход из трудностей, которые переживала стра¬
на в ходе мировой войны. По признанию князя Львова, Россия «бы¬
ла вынуждена... вести борьбу с противником, который значительно
превосходил ее в области вооружений и военной подготовки». Рас¬
сказывая о «великом отступлении» русских армий 1915 года, пре-
мьер-министр Великобритании Д. Ллойд-Джордж писал в своих ме¬
муарах: «По храбрости и выносливости русский солдат не имел себе
равного среди союзников и врагов. Но военное снаряжение русской
армии по части пушек, винтовок, пулеметов, снарядов и транспорт¬
ных средств было хуже, чем у всех, и по этой причине русских били
более малочисленные противники, часто уступавшие русским по
боевым качествам; так убивали русских миллионами, в то время как
у них не было никакой возможности для защиты или возмездия».
! Несмотря на то что Россия была союзницей стран Антанты, за¬
падные державы не спешили помогать русской армии, которая при¬
няла на себя первый удар и фактически спасла Францию от разгрома
осенью 1914 года. Позже Ллойд-Джордж признавал: «Если бы фран¬
цузы со своей стороны выделили хотя бы скромную часть своих за¬
пасов орудий и снарядов, то русские армии, вместо того, чтобы быть
простой мишенью для крупповских пушек, стали бы в свою очередь
I грозным фактором обороны и нападения... Пока русские армии шли
I на убой под удары превосходной германской артиллерии и не были в
| состоянии оказать какое-либо сопротивление из-за недостатка вин-
! товок и снарядов, французы копили снаряды, как будто это было зо-
Дело не сводилось к жадности французских военных. С одной
лото».
70
стороны, Франция, а также Англия рассматривали Россию как удоб¬
ный противовес Германии и источник пушечного мяса. С другой
стороны, каждая из этих стран не желала усиления России в ходе
мировой войны. Как отмечал английский историкА. Дж. П. Тейлор,
Франция всячески противодействовала планам расширения рос¬
сийских позиций за счет Османской империи, а «у англичан... были
свои проблемы с Россией на Ближнем и Среднем Востоке».
Бремя войны оказалось непосильным для России. Гибель на
фронте миллионов плохо вооруженных или безоружных русских
солдат, падение сельскохозяйственного производства, вызванного
набором в армию 16 миллионов мужчин, в основном крестьян, спе¬
куляция товарами, особенно продовольственными, казнокрадство
и коррупция стали объективными предпосылками для растущего
недовольства в стране. Перебои с продовольствием в Петрограде
вызвали волнения в
,, i -.ЦТ-*»«. Л../ m
из масонских и военных кругов. Хотя Февральская р^ропюпия 19.1.7
гбДЛ имела чеоты !ШШЯ^_восст^т. реал^? масть,а.дтране
государственный переворот.
"""ПКакотмёиад историк Вадим Кожинов, «из 11 членов Временно¬
го правительства первого состава 9 (кроме А. И. Гучкова и П. Н. Ми¬
люкова) были масонами. В общей же сложности на постах минист¬
ров побывало за почти восемь месяцев существования Временного
правительства 29 человек, и 23 из них принадлежали к масонству!..
В тогдашней «второй власти» — ЦИК Петроградского Совета — ма¬
сонами являлись все три члена президиума — А. Ф. Керенский,
М. И. Скобелев и Н. С. Чхеидзе — и два из четырех членов Секрета¬
риата... Поэтому так называемое двоевластие после Февраля было
весьма относительным, в сущности, даже показным: и в правитель¬
стве, и в Совете заправляли люди «одной команды»...»
Большевики оказались отстраненными от распределения постов
во Временном правительстве и столичном Совете. В созданных сра¬
зу после Февральской революции Советах большевики также замет¬
но уступали эсерам, а кое-где и меньшевикам. Так как подавляющая
часть партийного актива большевиков находилась либо в эмигра¬
ции, либо в неволе, то во главе партии встали молодые петроград¬
ские подпольщики, входившие в состав нелегального бюро Цен¬
трального Комитета РСДРП(б).
5 марта 1917 года бюро возобновило выпуск «Правды», во главе
редакции которой встал 27-летний В. М. Молотов. «Правда» и бюро
требовали немедленного свержения Временного правительства и
передачи власти в руки вновь созданных Советов рабочих и солдат-
71
f ских депутатов. Однако за большевистскую резолюцию о недоверии
t Временному правительству в Петроградском совете проголосовало
лишь 19 человек, а против — 400.
1 Прибывшие в Петроград из ссылки И. В. Сталин, JI. Б. Каменев
и бывший депутат Думы М. К. Муранов были встречены молодыми
членами бюро с настороженностью. Единогласно был принят в со¬
став бюро лишь Муранов. Каменев не был допущен в состав бюро.
Сталин же получил лишь право совещательного голоса. Однако дис¬
криминация не смутила Сталина. К этому времени он, вероятно,
уже привык к внутрипартийным интригам. На второй же день после
своего возвращения в Петроград, 13 марта 1917 года, Сталин был
введен в состав редакции «Правды», а на другой же день в «Правде»
была опубликована статья Сталина, в которой он призывал рабочих,
крестьян и солдат объединяться в Советы рабочих и солдатских де¬
путатов. Бывший ссыльный, признанный негодным к воинской служ¬
бе, стал решать вопросы о солдатах и их депутатах, игравших замет¬
ную роль в развертывавшейся революционной борьбе. Вскоре Ста¬
лин опубликовал статьи на эти темы в газетах «Солдатская правда»,
«Рабочий и солдат», «Пролетарий», «Рабочий», «Рабочий путь». Пи¬
сал он статьи и о продолжавшейся войне («О войне», «Или — или»,
«Отставшие от революции», «Правда о нашем поражении на фрон¬
те» и т. д.).
В этом году Сталин завершил «учебу» в «университете револю¬
ции». Период пребывания в Петрограде Сталин считал «третьим
этапом» своего становления как революционера. Завершая свой ав¬
тобиографический рассказ в Тифлисе в 1926 году, Сталин сказал:
«Наконец, я вспоминаю 1917 год, когда я волей партии, после скита¬
ний по тюрьмам и ссылкам, был переброшен в Ленинград (в то вре¬
мя было принято использовать советские наименования городов,
даже когда речь шла о дореволюционном времени. — Прим. авт.).
Там, в кругу русских рабочих, при непосредственной близости с ве¬
ликим учителем пролетариев всех стран — товарищем Лениным,
в буре великих схваток пролетариата и буржуазии, в обстановке им¬
периалистической войны, я впервые научился понимать, что значит
быть одним из руководителей великой партии рабочего класса. Там,
в кругу русских рабочих — освободителей угнетенных народов и за¬
стрельщиков пролетарской борьбы всех стран и народов, я получил
свое третье боевое крещение. Там, в России, под руководством Ле¬
нина, я стал одним из мастеров от революции. Позвольте принести
свою искреннюю товарищескую благодарность моим русским учи¬
телям и склонить голову перед памятью моего учителя Ленина».
В отличие от многих своих коллег Сталин пришел к руководству
72
революцией, обогащенный опытом конкретной практической рабо¬
ты на всех уровнях партийной деятельности, пройдя путь от «учени¬
ка» и «подмастерья». Поэтому его решения оказывались зачастую
более обоснованными, продуманными и взвешенными, а его распо¬
ряжения не только учитывали теоретические положения марксизма,
но и опирались на хорошее знакомство с российской реальностью.
«Мастер от революции» возглавил редколлегию «Правды».
15 марта б1ШИ&одаДВШШ^^ дня
былделегирован в состав Исполкома Цетрохрадскр^о соща. Вплоть
до приезда Ленина Сталин в течение трех недель был фактически
первым руководителем большевистской партии. Он руководил про¬
ведением Всероссийского совещания большевиков, состоявшегося
27 марта — 2 апреля 1917 года в Петрограде. На совещании Сталин
выступил с докладом, в котором призывал к проведению гибкой по¬
литики по отношению к Временному правительству. Он говорил:
«Поскольку Временное правительство закрепляет шаги революции,
постольку поддержка, поскольку же оно контрреволюционное, —
поддержка Временного правительства неприемлема». Эта позиция
отвечала взглядам большинства участников совещания.
Положение Сталина, а также политика партии и выступления
«Правды» изменились после приезда Ленина из эмиграции. Ленин
еще по дороге в столицу сказал встретившим его большевикам о сво¬
ем недовольстве позицией «Правды». Свою точку зрения Ленин
вскоре изложил в «Апрельских тезисах» и 4 апреля 1917 года в Тав¬
рическом дворце на собрании большевиков, участников Всероссий¬
ского совещания рабочих и солдатских депутатов.
В своем докладе «О задачах пролетариата в данщда^^шад.щвдии»
на отказ
публику. Целью революции должна была стать. ТЙГМСТЙ*Ленина,
«республика Советов рабочих, батрацких и крестьянских депутатов
по всett"Стрййб^оверху^Тновый лозунг поли-
»» , -гг т-г
тическои оорьбы — «Вся власть Советам!». По мысли Ленина, совет¬
ская власть должна была национализировать весь земельный фонд
страны и передать земли в распоряжение Советов батрацких и кре¬
стьянских депутатов, объединить все банки в общегосударственный
банк, поставив его под контроль Советов рабочих депутатов, устано¬
вить рабочий контроль над производством и распределением про¬
дуктов. Однако Ленин в эти дни не ставил задачу немедленного
свержения Временного правительства, полагая, что, прежде всего,
большевикам надо добиться преобладания в самих Советах.
На первых порах Сталин не разделял уверенности Ленина в том,
что страна может легко выйти из войны и одновременно перейти к
73
новому этапу революции. В 1924 году Сталин признал свою пози¬
цию в апреле 1917 года «глубоко ошибочной», заметив, что «она пло¬
дила пацифистские иллюзии, лила воду на мельницу оборончества
и затрудняла революционное воспитание масс». Сталин указал, что
эту позицию он «разделял с другими товарищами по партии и отка¬
зался от нее полностью лишь к середине апреля» 1917 года.
Очевидно, что разногласия Сталина с Лениным не привели их
отношения к разрыву. Сталин по-прежнему продолжал работать в
«Правде», а в конце апреля принял участие в первой после Пражской
VII конференции РСДРП(б). На ней Сталин впервые выступил док¬
ладчиком по нацио^адьдому вопро£у!"Ваапрельской конференции
19Т7*года Сталин был избран в состав ЦК РСДРП(б) одним из девя¬
ти его членов.
Заметив, что Сталин был «упорным и умелым организатором,
которому Ленин поручил исполнение ключевой роли в его плане ре¬
волюции», историк И. Дейчер справедливо писал, что «в то время
как целая плеяда ярких трибунов революции, подобных которым
Европа не видела со времен Дантона, Робеспьера и Сен-Жюста,
красовались перед огнями рамп, Сталин продолжал В££1И Свовд,р,а-
боту в тени кулис». Как известно,^решающие события в политиче¬
ской жизни, а особенно в ходе революции, готовятся за кулисами,
вдали от авансцены.
В это время и сама большевистская партия не занимала ведуще¬
го места на политической авансцене. «Апрельские тезисы» Ленина
вызвали лишь презрительные нас^щщщ.]дузщшюва, который по-
святил им язвительный памфлет. На первом съезде Советов (3—24
июня 1917 года) из 777 делегатов, объявивших о своей партийной
принадлежности (всего было 1090 делегатов), большевиков было
лишь 105 (то есть около 13,5%). Поэтому, когда Ленин заявил на
съезде, что большевистская партия «готова взять власть целиком»,
ответом ему был хохот большинства собравшихся.
Однако, как это всегда бывает в начале революционного процес-г
са, настроения масс Ш Об этом, в частности,
Ьввдадтньетвсюаэтигirrоги муниципальных выборов в Петрограде,
которые прокомментировал Сталин в своей статье для «Бюллетеня
Бюро печати при ЦК РСДРП» от 15 июня 1917 года.
Большевики быстро пополняли свои ряды. Если из подполья
вышло около 24 тысяч большевиков, то уже в конце апреля партия
насчитывала свыше 100 тысяч членов. Особенно бурным происхо¬
дил рост большевистской партии в столичных городах (за этот же
период в Петрограде ряды партии выросли в 8 раз, в Москве — почти
в 12 раз). Быстрый рост численности партии продолжился и после
апрельской конференции. За апрель, май и июнь петроградская ор¬
ганизация выросла с 16 до 36 тысяч членов, а московская — с 7 до 15
трального исполнительного комитета Советов в его состав из 320
членов было избрано 58 большевиков, то есть свыше 18%, что суще¬
ственно превышало долю большевиков среди делегатов съезда. Ста¬
лин был избран в состав ЦИК и благодаря этому обрел депутатскую
неприкосновенность.
Сталин был одним из организаторов демонстрации, которая бы¬
ла приурочена к I съезду Советов. Демонстрация должна была прой¬
ти под лозунгами требований перехода власти от Временного прави¬
тельства к Советам. Эти лозунги были изложены в написанном Ста¬
линым воззвании «Ко всем трудящимся, ко всем рабочим и солдатам
Петрограда», которое было распространено в виде прокламации
июня в районах столицы.
Демонстрация 18 июня, в которой приняло участие до полумил¬
лиона человек, стала убедительным свидетельством возросшего j
влияния большевистской партии. В колоннах демонстрантов пре- j
обладали большевистские лозунги: «Вся власть Советам!», «Долой I
10 министров-капиталистов!» Лишь несколько групп демонстран- j
тов вышли с призывами доверия Временному правительству. Стало I
очевидным, что после февральских событий столичные улицы мог- \
ли заполнить лишь сторонники большевиков и что с ними следует
считаться.
Как и в любой стране, переживающей революционный про¬
цесс, события в России в 1917 году развивались чрезвычайно быст¬
ро. Повсеместно совершалось ниспровержение властей различных
уровней. Как вспоминал один из вождей Февральской революции
А. Ф. Керенский, «непопулярные чиновные лица были буквально
сметены со своих постов, а многие из них — убиты или ранены. Ра¬
бочие на заводах, прекратив работу, принялись устранять неугодных
им управляющих и инженеров, вывозя на тачках за пределы пред¬
приятий. В некоторых районах крестьяне, памятуя 1905—1906 годы,
стали на свои лад решать аграрный вопрос, изгоняя помещиков и за¬
хватывая их земли. В городах самозваные «защитники свободы» на¬
чали проводить аресты «контрреволюционеров» или тех, кто был за¬
мешан в гоабежах. После трех лет войны до предела уставшие на
фронте солдаты отказывались подчиняться своим офицерам и про¬
должать войну с врагом».
75
Ликвидация самрд^.ржакнш^с.тоя привела^*
стремительному развитию центробежных сил в стране, и были вы-
двинутылозунги отделения рт России (особенно настойчивы были
требованиям национал-сепаратистов Финляндии и Украины).
Политический и социальный хаос усугублялся развалом эконо¬
мики. Хотя заработная плата |>абочи^х1^а быр1ро,,растхш^л^фев-
раля, еще быстрее стали расти цены, которые постоянно.уредаадш:
По данным министерства продоволь¬
ствия Временного правительства, сашз^ста 1914 по июль 1917 года
пищевые продукты подорожалида 51 %4ю сравнению с ростом зара-
ботной платы. ~
многократно.
К середине 1917 года российская революция достигла перелом¬
ного момента в своем развитии. Стихийные процессы должны были
смениться периодом наведения порядка. Вопрос был лишь в том.
какие силы будут наводить этот порядок. Большевики видели выход
из хаоса в наведении революционного порядка и дальнейшей ради¬
кализации общественных преобразований. Внутренние и междуна¬
родные силы, которые развязали Февральскую революцию, требо¬
вали от Временного правительства решительных действий по стаби¬
лизации положения в стране, которые бы доказали его способность
контролировать ситуацию. Для Запада свидетельством кредитоспо¬
собности Временного правительства могло явиться успешное насту¬
пление против немцев. Однако наступление, развернутое Времен¬
ным правительством 18 июня, провалилось. Сказались нехватка ар¬
тиллерии, снарядов, усталость солдат, их нежелание воевать. За
десять дней боев потери русской армии только убитыми составили
более 60 тысяч человек.
Это поражение продемонстрировадр родщйркой крупной бур-
жуазии слаб<ост|> BjgeMe^HOjfp правительства. Созданное еще в апре-
ле 1917 года А. И,. Путш][0№^.иА.,^Льд)Ш£1радским «Общество со-
действия зконрмическрщозроадению .дадготд^щошин
госуладстдащдш»пЯР?А°Р9тачДля этого предлагалось организовать
провокационное выступление в Петрограде под большевистскими
лозунгами. В ходе его подавления и разгрома большевистской пар¬
тии заговорщики собирались установить диктатуру правого толка.
С целью подтолкнуть Временное правительство*к более решитель¬
ным действиям против левых сил в ночь со 2 на 3 июля три минист-
ра-кадета (А. А. Мануйлов, Д. И. Шахновский, А. И. Шингарев) по¬
дали в отставку.
В эти же дни Временное правительство решило расформировать
ряд большевизированных воинских частей петроградского гарнизо¬
на и отправить их солдат на фронт. В этих частях особенно активно
вели пропаганду анархисты, призывая к немедленному свержению
правительства и передаче власти Советам. Поэтому весть об отстав¬
ке трех министров была воспринята в пулеметном полку, который
собирались расформировать, как свидетельство крушения буржуаз¬
ного правительства. На состоявшемся 3 июля митинге пулеметчики
приняли решение послать своих делегатов в другие части Петро¬
градского гарнизона, на предприятия Петрограда и в Кронштадт,
выступить против Временного правительства и передать власть Со¬
ветам.
Состоявшееся 3 июля в 16.00 совещание ЦК, ПК и Военной ор-
ганизации большевиков при участии Сталина приняло решение не
пб~- —упленйё пулемётчиков. ЦК большевиков, проза-
седав всю ночь, принял решение
под лозунгом «Вся власть Советам!». Эта демонстрация, в которой
приняло участие полмиллиона человек, началась в середине 4 июля.
Однако демонстрЩкя была обстреляна. Были убитые и ране¬
ные. После завершения демонстрации состоялось заседание ЦК
большевиков при участии Сталина, на котором было принято реше¬
ние о прекращении уличных выступлений. По словам Сталина,
«в духе этого решения составляется воззвание», в котором говори¬
лось: «Демонстрация пацолы^щц-
Однако в это же время в Петроград пришли сообщения о проры¬
ве фронта немцами. Почти одновременно в городе распространился
слух о том, что немцам помогают большевики, так как Ленин явля¬
ется агентом Германии. Эта версия должна была попасть во все пет¬
роградские газеты. Однако этому помешал Сталин, который обра
тился к своему старому знакомому и идейно-политическому про¬
тивнику по грузинской социал-демократии председателю ЦИК
меньшевику Чхеидзе. Сталин уговорил его обзвонить все редакции
газет, требуя снять из печати эти сообщения. Обвинения в адрес Ле-
нина опубликовала на другой день лишь малоизвестная газета «Жи-
вое слово». «Правда» готовила опровержение этих слухов, но в ночь
с 4 наТйюля в ее помещение ворвался отрад юнкеров, который раз¬
громил редакцию и газета не смогла выйти в свет.
В этой обстановке ЦИК Советов в 2—3 часа ночи 5 июля объявил
военное положение и организовал свой военный штаб из меньшеви¬
ков и эсеров. В тот же день Сталин возобновил свои переговоры с
ЦИК. Позже Сталин вспоминал, что «военные эсеры хотели крови,
77
чтобы дать «урок» рабочим, солдатам и матросам. Мы помешали им
выполнить их вероломный план».
6 июля была разгромлена типография «Труд», в которой печата¬
лись большевистские и профсоюзные издания, устроены обыски в
особняке Кшесинской, где помещались ЦК, ПК и Военная органи¬
зация большевиков. Как говорил Сталин, «на улицах войска, усми¬
ряющие непокорных. Фактически введено осадное положение.
«Подозрительные» арестовываются и отводятся в штаб. Идет разо¬
ружение рабочих, солдат, матросов». В июле были арестованы руко¬
водители военной организации большевиков и ряд членов ЦК пар¬
тии.
7 июля Временное правительство отдало распоряжение об аресте
В. И. Ленина и Г. Е. Зиновьева. На квартире Аллилуевых члены пар¬
тийного руководства при участии Сталина решили укрыть Ленина и
Зиновьева в окрестностях Петрограда. Сталин собственноручно
сбрил у Ленина его усы и бородку. Ленин и Зиновьев были переправ¬
лены на станцию Разлив в домик рабочего-большевика Н. А. Емель¬
янова.
I
Уговорив наиболее нетерпеливых большевиков отступить, убе¬
див Ленина уйти в подполье, дав партийным организациям своевре¬
менные указания относительно политического курса в период от¬
ступления и в то же время сумев провести с эсерами и меньшевика¬
ми конструктивные переговоры, Сталин добился того, что партия
понесла минимальные потери после июльского поражения.
На VI съезде РСДРП(б)^6 июлд —^3 ашуста), который был при¬
веден подпбЖнбГСталйн выступил с отчетным, дсждадом ЦК и
докладом о политическом положещщ д страда. Съезд констатиро-
вал, что со времени своей апрельской конференции число местных
организаций партии выросло с 78 до 162, а численность большеви¬
ков возросла с 100 до 240 тысяч. Сталин был убежден в неизбежно¬
сти скорого нового подъема революции.
Учитывая ту роль, которую сыграло руководство Советов в июль¬
ских событиях, большевики отказались от лозунга «Вся власть Сове¬
там». Однако это не означало отказа от борьбы за власть. Даже в пе-
риод, когда партия оказалась в полулегальном положении, Сталин
уверенно ставил вопрос о возможности перерастания революции в
j,....,. ,;J ^ .т, , rt¥/ „ „fv,. ^
г социалистическую. Сталин заявил: «Не исключена возможность,
что именно Россия явится страной, пролагающей путь к социализму.
До сих пор ни одна страна не пользовалась в условиях войны такой
свободой, как Россия, и не пробовала осуществлять контроль над
произвойсщщЬ.Кроме того, ftaa ншеймшД'ште', ВДМвЗа-
над ной Европе, где пролетариат стоит лицом к лицу с буржуазией в
^ с 9^-^е^
г-% fc* (
полном одиночестве. У нас же рабочих поддерживают беднейшие
слои крестьянства... Надо
т-, жтж&я*#
что только Европа может
догм^
УГсъезд избрал Сталина в состав ЦК. В то время, когда многие
видные деятели ЦК, включая Ленина, Зиновьева, Каменева, Троц¬
кого, либо скрывались в подполье, либо находились в заключении,
Сталин оставался фактическим руководителем большевистской
партии с начала июля до начала сентября 1917 года. Под его руковод¬
ством партия пережила период отступления после июльских собы¬
тий и начала быстро восстанавливать свои позиции после корнилов¬
ского мятежа.
Разгром Корнилова способствовал разъединению антибольше¬
вистского фронта. Напуганные попыткой генерала установить во¬
енную диктатуру, эсеры и меньшевики освобождали арестованных
большевиков, возвращали им оружие, отобранное у них в июльские
дни, не возражали против создания большевистских красногвардей¬
ских отрядов, лишь бы они дали отпор войскам Корнилова. В резуль¬
тате большевики укрепили свой союз с левыми эсерами и левыми
меньшевиками. В статье «Вторая волна», опубликованной 9 сентяб¬
ря, Сталин, развивая те же мысли, писал: «Корниловское восстание
лишь открыло клапан для накопившегося революционного возму¬
щения, оно только развязало связанную было революцию, подстег¬
нув ее и толкнув вперед». Он писал о «второй волне революции», ко¬
торая «начинается крахом... коалиц!Ш^1Ш^ШЖП30™1нйеВотьше-
виков возрастало, а их позиции в Советах стали укрепляться. После
корниловского мятежа большевики вернулись к лозунгу «Вся власть
Советам!».
В сентябре — октябре 1917 года Россия переживала новый ост¬
рый кризис. Политическая и социальная смута не могла не отра¬
зиться на экономическом положении страны. За 1917 год объем
промышленного производства сократился на 36,4%. В своей статье
«Грозящая катастрофа и как с ней бороться», написанной 10—14
сентября 1917 года, В. И. Ленин писал: «России грозит неминуемая
катастрофа. Железнодорожный транспорт расстроен неимоверно
и расстраивается все больше. Железные дороги встанут. Прекра¬
тится подвоз сырых материалов и угля на фабрики. Прекратится
подвоз хлеба... Катастрофа невиданных размеров и голод грозят не¬
минуемо».
К таким же выводам пришел и Сталин. В заметке «Голод на фаб¬
риках» писал: «Россия, вывозившая ежегодно хлеба до войны 400—
500 миллионов пудов, теперь, во время войны, оказывается не в со-
указать нам путь. Существует марксизм
ВскийГ.
I стоянии прокормить своих же рабочих. На фабриках работы оста-
I навливаются, рабочие бегут с работы из-за того, что нет хлеба, нет
| продовольствия в фабричных районах... Земледельческие районы
\ жалуются на то, что от фабричных районов поступает к ним неверо-
| ятно мало товаров. Ввиду того и хлеба отпускают они фабричным
\ районам мало. Но недостаток хлеба в фабричных районах вызывает
уход рабочих с фабрик, сокращение фабричных работ и значит даль-
!* нейшее сокращение количества товаров, поступающих в деревню,
|что в свою очередь вызывает новое уменьшение количества хлеба,
притекающего к фабрикам, новое усиление голода на фабриках и
новое бегство рабочих».
| Не лучше было и положение крестьян. В заметке «Голод в дерев-
1 не» Сталин цитировал письмо крестьянина из Муромского уезда:
) «Наступает скоро зима, реки замерзнут, и тогда нам придется уме-
| реть с голоду. Станция железной дороги от нас далеко. Выйдем мы на
( улицы искать хлеба. Как нас ни называйте, но голод заставляет нас
! это сделать».
Временное правительство, которое с 8 июля возглавил А. Ф. Ке¬
ренский, демонстрировало свою неспособность найти выход из от¬
чаянного положения. Прибывший в Россию в августе 1917 года для
организации антибольшевистского заговора с целью недопущения
выхода России из войны, английский писатель и разведчик У. С. Мо¬
эм так характеризовал положение в Петрограде осенью: «Керен¬
ский... был снедаем тщеславием и увольнял любого министра, кото¬
рый, как ему казалось, представлял угрозу для его положения. Он
произносил бесконечные речи. Был момент, когда возникла опас¬
ность того, что немцы двинутся на Петроград. Керенский произно¬
сил речи. Нехватка продовольствия становилась все более угрожаю¬
щей, приближалась зима и не было топлива. Керенский произносил
речи. Ленин скрывался в Петрограде, говорили, что Керенский знает,
где он находится, но не осмеливается его арестовать. Он произносил
речи».
* Кризис власти был очевиден, и Ленин решил воспользоваться
I им. Между 12 и 14 сентября Ленин, находившийся в это время в Гель-
§ сингфорсе, написал письма Центральному Комитету «Большевики
I должны взять власть» и «Марксизм и восстание». В них он утверждал,
I что в стране сложились объективные и субъективные условия для
(проведения успешного вооруженного восстания. Ленин торопил,
так как считал, что Керенский, оттолкнув от себя кадетов и часть ле¬
вых сил в эсеро-меныиевистской коалиции, готов пойти на сговор с
немцами и сдать им Петроград.
Курс Ленина на восстание не вызвал единодушной поддержки в
руководстве большевистской партии. Каменев и Зиновьев выступи¬
ли решительно против предложений Ленина, считая начало восста¬
ния несвоевременным. Троцкий выдвинул альтернативный план
действий, который исходил из необходимости увязывать выступле¬
ние с поддержкой Советов. Сталин же предложил передать письма
Ленина на рассмотрение наиболее крупных партийных организа¬
ций, исходя из того, что такое важное решение требует широкого и
всестороннего обсуждения. Явно Сталин не был склонен безогляд¬
но поддержать ленинский план восстания.
Свои сомнения в отношении ленинских писем Сталин изложил
в феврале 1924 года, когда он говорил о тогдашнем положении в
стране. «Что означало поднять восстание в такой момент? Поднять
восстание в такой обстановке — это значит поставить все на карту».
Усилиями Сталина и других руководителей партии, занятых еже¬
дневной практической работой, число большевиков с начала августа
к концу октября 1917 года увеличилось с 240 тысяч до 350 тысяч.
Партийные организации были созданы более чем в 100 городах стра¬
ны. На фронте большевиков было 50 тысяч. Даже в деревне, где по¬
зиции большевиков были слабы, за 1917 год были созданы 203 кре¬
стьянские партийные ячейки, объединявшие 4122 крестьянина.
Ежедневный тираж большевистских газет составлял около 600 ты¬
сяч экземпляров. Очевидно, что Сталину, который с таким трудом
сумел провести партию через водоворот июльских событий и повел
ее к новому подъему, было нелегко решиться на рискованный шаг,
чреватый разгромом партии. Возможно, что такие же сомнения раз¬
деляли и другие члены ЦК, поскольку решения ЦК по предложению
Ленина не было принято.
Через два с половиной года, выступая по случаю 50-летия Лени¬
на, Сталин не скрывал сохранившегося у него отрицательного отно¬
шения к этому предложению, слегка иронизируя над Лениным:
«Нам казалось, что дело обстоит не так просто, ибо мы знали, что де¬
мократическое совещание состоит в половине или, по крайней ме¬
ре, в третьей части из делегатов фронта, что арестом и разгоном мы
можем только испортить дело и ухудшить отношения с фронтом.
Нам казалось, что все овражки, ямы и ухабы на нашем пути нам,
практикам, виднее. Но Ильич велик, он не боится ни ям, ни ухабов,
ни оврагов на своем пути, он не боится опасностей и говорит: «Встань
и иди прямо к цели». Мы же, практики, считали, что невыгодно то¬
гда было так действовать, что надо было обойти эти преграды, чтобы
взять быка за рога. И, несмотря на все требования Ильича, мы не по¬
слушались его, пошли дальше по пути укрепления Советов и довели
,гТтЗ|^‘^1^атов- 2$ октября. до успешного восстанияТТГльич
был уже тогда в Петрограде. Улыбаясь и хитро глядя на нас, он сказал:
«Да, вы, пожалуй, были правы»... Товарищ Ленин не боялся при¬
знать свои ошибки».
Однако в сентябре 1917 года до этих признаний еще было дале¬
ко, и Ленин продолжал доказывать необходимость быстрейшего вы¬
ступления. В своем письме председателю областного комитета ар¬
мии, флота и рабочих Финляндии от 27 сентября Ленин утверждал:
«События вполне подтвердили правильность моего предложения...
что партия должна поставить на очередь вооруженное восстание...
Теряем время, назначаем «сроки» (20 октября съезд Советов — не
смешно ли так откладывать? Не смешно ли полагаться на это?)».
Стараясь убедить руководство партии в том, что в мире сложи¬
лась предреволюционная ситуация, и подтолкнуть его к решитель¬
ным действиям, Ленин обращался к партийным организациям, уве¬
ряя, что «в Германии начало революции явное, особенно после рас¬
стрела матросов». Он также ссылался на сомнительные сообщения о
волнениях в Италии и Чехии. На основе этих сведений он уверял,
что Западная Европа находится на грани революции. Он утверждал,
что большевики пользуются полной поддержкой в стране («99 про¬
центов голосов солдат за нас в Москве»), что правительство нахо¬
дится в состоянии политической изоляции («Финляндские войска
против правительства... Железнодорожные и почтовые служащие в
конфликте с правительством»).
Ленин^^зящллявлял. что «большевики оказались бы
жалкими изменниками пролетарскому делу... если бы они дали себя
поймать в ловушку конституционных иллюзий, «верм»,10мж£р-
ветов и в созыв Учредительногосоорания, «ожидания» съезда Сове-
тов и т.п.»/)н наслаивал: «Кризис назрел. Все будущее русской рево¬
люции поставлено на карту.,Шя*честь партии большевиков стоит
под вопросом. Все будущее международной рабочей революции за
социализм поставлено на карту... будем «ждать» съезда Советов и
упустим момент теперь, мы губим революцию... Ждать съезда Сове¬
тов — ребячья игра в Формальность, позорная игра в Формальность.
предатеЯШЧйГ|^^ взять власти без восстания,
надо идти на восстание тотчас... Ждать — преступление перед рево¬
люцией».
Эти же аргументы Ленин повторял в «Письме к товарищам боль¬
шевикам, участвующим на областном съезде Советов Северной об¬
ласти», написанном 8 октября. На протяжении небольшого письма
он несколько раз повторял: «Промедление смерти подобно». По сло¬
вам Н. К. Крупской, Ленин тогда жил «мыслью о восстании, только
об этом и думал, заражал товарищей своей убежденностью».
82
В начале октября 1917 года Ленин тайно прибыл из Гельсинг¬
форса в Петроград. 10 октября Ленин принял участие в заседании
ЦК, на котором он выступил с докладом. Он^осщил «равнодушие к
вопросу о восстании» со стороны руководства партии йНвысказал
мнение, что «по-видимому, время значительно упущено». Ленин
уверял, что «большинство теперь за нами», что «политически дело
совершенно созрело для перехода власти» и настаивал на том, что
«надо говорить о технической стороне» восстания.
Против Ленина решительно выступили Каменев и Зиновьев. На
другой день они изложили свои возражения в письме, обращенном
к ПК, МК и ряду других комитетов большевистской партии. В нем
они подвергали сомнению основные аргументы Ленина: «Говорят:
1) за нас уже большинство народа России и 2) за нас большинство
международного пролетариата. Увы! — ни то, ни другое неверно, и в
этом все дело». Аргументы Ленина о поддержке большинством насе¬
ления большевиков были опровергнуты в ноябре 1917 года итогами
выборов в У^рёш^^ь^о^торщие. Утверждения Ленина о начале
мировой революцга бьши опровергнуты всей историей XX века.
Выступления же осенью 1917 года, о которых говорил Ленин, не
имеди никатх существенных последствий для политической жиз¬
ни западноешот'Йкжих стран. Поэтому его обвинения в адрес боль-
шевиков о том, что они могут предать мировую революцию, были
беспочвенными.
Почему же Сталин, а также остальные восемь членов ЦК (не
считая Ленина) согласились с руководителем партии? Оценивая те¬
перь эти события, можно увидеть, что высказывания Ленина в поль¬
зу восстания отличались нередким для политической жизни ис¬
пользованием неверных аргументов для правильных практических
выводов. Все, что теперь известно о ситуации осенью 1917 года в
России, свидетельствует о том, что она не могла долго сохраняться и
тем более не могла плавно эволюционировать в сторону конститу¬
ционного развития демократического общественного порядка.
В своих мемуарах А. Ф. Керенский писал о том, что он узнал о за¬
кулисной стороне предоктябрьских событий, уже находясь в эмиг¬
рации, от генерала Эжена Пети, который был представителем Фран¬
ции при Временном правительстве. В это время правые силы, потер¬
певшие поражение во время разгрома корниловского мятежа,
выжидали удобный момент для нового контрреволюционного вы¬
ступления. По словам Э. Пети, Милюков, Родзянко, генерал Алек¬
сеев и другие готовили заговор с целью захвата власти и установле¬
ния правой диктатуры. В октябре 1917 года «Милюков и его друзья
были убеждены,... что большевизм не представляет слйАШ5м ошш^
1* * ^ ^ ^ _ п1 м||)|| д пг.
13
шой угрозы и что в России существуют лишь две партии: «партия
порядка» во главе с Корниловым и «партия распада», возглавляемая
Керенским. Исходя из этого, заговорщиков «вообще не беспокоила
! перспектива захвата большевиками власти. Ленин сбросит Керен-
| ского, размышляли они, и тем самым, не подозревая об этом, рас-
| чистит путь к созданию «крепкого правительства», которое неиз-
I бежно придет к власти через три или четыре недели».
В отличие от правых заговорщиков западные державы всерьез
опасались прихода к власти большевиков и выхода России из войны.
К концу октября 1917 года Моэм завершил подготовку плана прихо¬
да к власти сил, угодных Антанте, при активном участии корпуса,
сформированного из военнопленных чехов и словаков. План Моэма
в зашифрованном виде был отправлен в Лондон. Он утверждал, что
«план был принят, и ему были обещаны все необходимые средства».
Однако знаменитый разведчик попал в цейтнот. «Время поджимало.
Слухи о возраставшей активности большевиков усиливались. Ке¬
ренский носился взад и вперед, как перепуганная курица». Очевид¬
но, что сведения о тайной деятельности подданных Великобрита¬
нии становились известными большевикам. Сталин в своей статье
«Иностранцы и заговор Корнилова» (14 сентября) обратил внима¬
ние на активное участие британских подданных в заговорщической
деятельности на территории России.
Помимо заговоров, которые плели генерал Алексеев, Милюков,
Родзянко, а также британские и французские спецслужбы, в Петро¬
граде и других городах страны создавались другие центры, которые
готовили выступления против революции и большевистской пар¬
тии. Но пока эти силы были разрознены, а многие из них были в оп¬
позиции к Керенскому или даже поджидали выступления больше¬
виков для того, чтобы их руками свергнуть Временное правительст¬
во и лишь затем уничтожить их самих, у большевистской партии
была возможность для политического маневра. С одной стороны, у
большевиков был редкий шанс взять власть в свои руки, который
мог быть упущен в случае промедления.
С другой стороны, промедление могло быть чревато разгромом
революции. При этом первыми жертвами явились бы большевики.
Хотя не большевики были зачинщиками Февральской революции
1917 года, для значительной части российского общества, уставшего
от революционного хаоса, именно они олицетворяли революцион¬
ную смуту. К тому же большевиков еще в июле обвиняли в пособни¬
честве немцам. Если в июле большевики смогли сойти с политиче-
”
скои авансцены с минимальньщи потерями, юпосле контрреволю¬
ционного Ттёреворота большевиков ждала бы такая же судьба, кото-
рую пришлось пережить коммунистам и социалистам Германии
Ивнании~В"Т935— 1939-м, Индонезии в ЧИГСГВ
|||—П»И11№>|>IИШИМ*ИИ1Щ11^"*П№Ж — " ^ ^ ^ - • ■ - - ^ v t .
1973 году: большевиков либВтоГОШно пересажали бы, либо^изи^
чШ*£Йуниятожили. Ленин и другие руководители партии не без ос¬
нований считали, что выбора у них не было: либо идти к революци¬
онному восстанию, либо ждать своей гибели и ликвидации всех ре¬
волюционных завоеваний. Другим следствием подобных событий
было неизбежное установление на долгие годы жестокой диктатуры,
вроде тех, что устанавливались в XX веке после кровавых расправ
над коммунистами и социалистами в Германии, Италии, Испании,
Греции, Чили и других странах. Чтобы избежать полного разгрома и
* 7 * J г 0тшиттшттттттттттш1)т»ш^ш>»шт^*-^ш1^т.'тттт
сохранить партию, большевикам надо было захватывать власть.
чевидно, что сведения о готовящихся заговорах, а также поли¬
тическая интуиция помогли Ленину и большинству членов ЦК сде¬
лать верный вывод о необходимости выступать как можно скорее.
Не исключено, что Ленин понимал колебания своих сторонников и
сознательно использовал сомнительные аргументы о начавшейся
мировой революции и всеобщей поддержке большевиков в России
для того, чтобы придать своим соратникам уверенности в успехе.
На заседании ЦК 10 октября 10 голосами против 2 (Каменев и
Зиновьев) была принята ленинская резолюция: «Признавая таким
образом, что вооруженное восстание неизбежно и вполне назрело,
ЦК предлагает всем организациям партии руководиться этим и с
этой точки зрения обсуждать и решать все практические вопросы».
На этом же заседанииДЮбыло принято решение создать
состащ£д. И. Ленин) А. С. Бубнов
Л. Б. Каменев^Г^Я. СокоЖнЖВ^И. В. Стал^йС Л.
.^^ШхПгютовйттьТйЩрти1!М организации
ступлению под лозунгами защиты революции от контрреволюцион-
ного заговора, lb октябрясостоялось расширенное заседание ЦК,
на котором с двухчасовым докладом выступил Ленин. На заседании
был избран Военно-революционный комитет (ВРК) в следующем
составе: А.ТГБубнов, Ф. Э. Дзержинскии, Я. М. Свердлов, И. В. Ста-
лин, М. Большинством в 19 против 2 (Каменев и Зи-
новьев) и 4 воздержавшихся резолюция призвала «к всесторонней и
усиленнейшей подготовке вооруженного восстания».
Столкновения между большевиками и их противниками нача¬
лись еще за несколько дней до начала революции. Рано утром 24 ок¬
тября они продолжились, когда отряд юнкеров разгромил редакцию
газеты «Рабочий путь». Отряд революционных рабочих выбил юнке¬
ров, и печатники приступили к работе. В этот день вышла в свет га-
зета с последней дореволюционной статьей Сталина «Что нам нуж¬
15
но?». Обращаясь к рабочим, «солдатам, крестьянам, казакам, всем
"трудящимся», Сталин призывал их: «Если вы все будете действовать
* * 7 А
дружно и стойко, никто не посмеет сопротивляться воле народа. Ста-
рое правительство уступит новому тем более мирно, чем сйлЪнее,
о^ндаЬ^нееитшЕЦнее выступите вы„. У влар^ддаодГр^ыть но¬
вое правительство, избранно?Ховвса^ сменяемое Советами, от-
ветственное перед Советамщ.
^ТТ&ртия, сохраненная от разгрома в июльские дни и укрепившая¬
ся с лета до осени 1917 года во много^ бл^шдапя мастерству Сталина,
оказалась способной взять власть в свои руки^'а затем удержать ее.
К утв$*25 октябряУ7 ноября) в соответствии с планом Ленина частя¬
ми КрасайшмМщии? создававшейся большевиками из рабочих с
весны 1917 года, и войсками, поддержавшими большевиков, были
взяты в Петрограде вокзалы, электростанции, Госбанк, почта и те¬
леграф, главные правительственные учреждения. После знаменитого
выстрела с крейсера «Аврора» был штурмом взят Зимний дворец, в
котором заседало Временное правительство. В тот же день В. И. Ле-
нин в своем выступлении на экстренном заседании Петроградского
\
Совета заявил: «Рабочая и креЙ^ьянская революция, о необходимо-
ШП?8торой все время говорили большевики, совершилась... Отны¬
не наступает новая полоса в истории России, и данная третья рус¬
ская революция должна в конечном итоге привести к победе социа¬
лизма». Слова Ленина о том, что большевики могут взять власть в
свои руки, произнесенные им в июне 1917 года под смех делегатов
I съез^йш^Об^опр^Д^ись в октябре этого же года.
октября 19Г?уода съезд Советов избрал Совет народных ко-
МИСС
лам национальностей И, В.
гашвили (Сталин)»’.' Однако «мини-
стерское положение» не полностью раскрывало реальное влияние,
которым пользовался Сталин после 25 октября 1917 года. 29 ноябре
1917 года ЦК создал Бюро «для решения наиболее важных вопросов,
не требовавших отлагательств», в следующем составе: Ленир, Сщ-
лин, Троцкий, Свердлов. Ее неофициально именовали «четверкой».
ТакимобршомГвско^ после начала Октябрьской революции Ста¬
лин стал одним из ведущих руководителей страны. Через девять лет
Сталин констатировал: «От звания ученика (Тифлис), через звание
подмастерья (Баку), к званию одного из мастеров нашей революции
(Ленинград) — вот какова, товарищи, школа моего революционного
ученичества». I
Выпускник «университета революции» имел возможность при¬
менить обретенные им знания и накопленный опыт на практике го¬
сударственного управления великой страной мира, которая в то¬
гдашних условиях неизбежно была связана с военными делами.
Чаешь II
ОТ 7 НОЯБРЯ 1917 ГОДА ДО 22 ИЮНЯ 1941 ГОДА
Глава 6
АКАДЕМИЯ ГРАЖДАНСКОЙ ВОЙНЫ
В последующие дни совершалось то, что Ленин назвал «триум¬
фальным шествием Советской власти» по России. В ряде городов
страны власть перешла к Советам одновременно с началом Ок¬
тябрьской революции в Петрограде (Иваново-Вознесенск, Орехо-
во-Зуево, Шуя, Кинешма, Кострома, Тверь, Брянск, Ярославль, Ря¬
зань, Владимир, Ковров, Коломна, Серпухов, Подольск и ряд дру¬
гих; в Ревеле Советская власть была установлена раньше всех —
24 октября). В некоторых крупных городах страны Советская власть
была установлена через несколько дней после ее победы в Петро¬
граде. 25—28 октября (7—10 ноября) Советская власть была провоз¬
глашена в Нижнем Новгороде, Екатеринбурге, Челябинске, Ижев¬
ске, Уфе, Казани, Самаре, Саратове, Царицыне, Ревеле (Таллине),
Юрьеве, Нарве, Пярну, Минске, Ростове, Владикавказе, Краснояр¬
ске. 31 октября (13 ноября) Советская власть была установлена в
Баку. 1(14) ноября в ходе вооруженного восстания Красная гвардия
взяла Ташкент.
Хотя попытки Керенского с помощью казачьих частей Краснова
свергнуть Советскую власть провалились, а сам премьер едва избе¬
жал ареста, положение нового правительства было непрочным. Со-
юзниками большевиков выступали только левые эсеры. Остальные
же политические партии не только осуждали действия большеви¬
ков, но и предпринимали усилия для их свержения, требуя ареста их
руководителей и активных деятелей.
Провал попыток Керенского и Краснова свергнуть Советскую
власть не прекратил антисоветской деятельности. В Петрограде
продолжала заседать городская дума, не признававшая новой вла¬
сти. Продолжали собираться и члены разогнанного после Октябрь¬
ской революции Совета республики, которых возглавлял председа¬
тель Совета правый эсер Н. Д. Авксентьев. Сразу после ареста Вре¬
менного правительства председатель так называемого малого совета
министров А. Дементьев собрал на частной квартире заместителей
87
арестованных министров. Из них был сформирован орган, контро¬
лировавший деятельность министерств и претендовавший играть
роль центрального правительства России. Эти органы прежней вла¬
сти руководили саботажем и другой подрывной деятельностью про¬
тив Советского правительства.
Хотя многомиллионная действующая армия медленно разлага-
лась и умирала как ^о^досоон^смаГшШ^е еще могла сыграть
роль протмшш^жшшжтжжпьству. О том, что и через пару не¬
дель после взятия власти судьба Советского правительства продол¬
жала висеть на волоске, свидетельствует рассказ Сталина о том, что
главнокомандующий войсками генерал Духонин отказался подчи¬
ниться приказу Совнаркома о начале переговоров с немцами: «Ми¬
нута была жуткая... Командный состав армии находился целиком
в руках Ставки. Что касается солдат, то неизвестно было, что скажет
12-миллионная армия, подчиненная так называемым армейским
I организациям, настроенным против Советской власти». В эти ми-
; нуты Ленин сказал Сталину: «Пойдем на радиостанцию... она сослу-
\ жит нам пользу: мы сместим в специальном приказе генерала Духо-
\ нина; назначим на его место главнокомандующим тов. Крыленко
| и обратимся к солдатам через голову командного состава с призы -
| вом окружить генералов, прекратить военные действия, связаться с
| австро-германскими солдатами и взять дело мира в собственные ру-
I ки». По словам Сталина, «это был скачок в неизвестность».
£ Вслед за посланиями пор!^^ 9 (22)
ноября 1917 года вступили в переговоры с Духониным по прямому
телеграфному проводу. Духонин дал понять, что не признает Совнар¬
ком, и отказался выполнить приказ Ленина, Сталина и Крыленко.
В ответ последовало послание: «Именем правительства Российской
республики, по поручению Совета Народных Комиссаров мы уволь¬
няем вас от занимаемой вами должности за неисполнение предпи¬
саний правительства и за поведение, несущее неслыханные бедст¬
вия трудящимся массам всех стран и в особенности армиям. Мы
предписываем вам под страхом ответственности по законам военно¬
го времени продолжать ведение дела, пока не прибудет в ставку но¬
вый главнокомандующий или лицо, уполномоченное им на приня¬
тие от вас дел. Главнокомандующим назначает<1Йпршюрщ^Крылен-
ко. Ленин, Сталин, Крыленко». ^
Растерянность военного командования, усталость солдат от вой¬
ны, которые взбунтовались и растерзали Духонина, обеспечили ус¬
пех операции, задуманной Лениным и проведенной им при участии
Сталина. Расчеты же правых заговорщиков на то, что приход боль¬
шевиков к власти расчистит им путь, также оказались несостоятель¬
ными. Внешне незаметная, но эффективная деятельность Сталина и
других партийных руководителей по превращению партии в хорошо
организованную силу на протяжении восьми бурных месяцев 1917
года позволила большевикам подавить сопротивление и сравни¬
тельно быстро взять власть в свои руки на всей территории России.
Армия постепенно, фронт за фронтом, в основном мирным пу-
тем переходил^ псшжш^тро^у^ Однако во многих
городахСоветская власть была установлена лишь в ходе вооружен¬
ных боев. На стороне Советской власти выступали обычно красно¬
гвардейцы и армейские части, поддерживавшие большевиков. На
стороне ее противников часто были юнкера. Через 9 дней упорных
боев в Москве Кремль был взят, и Советская власть взяла под кон-
троль древнюю столицу. В ходе боев.в Мдш£,по,гибло более,1хыся,-
чи человек. Упорное сопротивление большевикам затянуло взятие
ТШ&пгСВВетами в Орле до 25 ноября (8 декабря), Курске — 26 нояб¬
ря (9 декабря), Хабаровске — 6(19) декабря, Туле — 7 (20) декабря,
П ензе — 21 декабря 1917 года (3 января 1918 года), Иркутске — 22 де¬
кабря 1917 года (4 января 1918 года), Астрахани — 25 января (7 фев¬
раля), Тамбове — 31 января (13 февраля) 1918 года.
Говоря о «триумфальном шествии Советской власти», Ленин за¬
мечал: «Мы в несколько недель, свергнув буржуазию, победили ее
открытое сопротивление в Гражданской войне». Начавшаяся в кон-
це мая 1918 года Гражданская воина по своим масштабам и характе-
ру затмила сЫэытия с конца 19ТТпо начало 1918 года. Между тем в
ходе этих пяти месяцев также происходила острая и кровопролитная
гражданская война между большевиками и их противниками, кото¬
рая во многом предопределила развитие последующих событий.
В ряде мест противники Советской власти сумели организовать
достаточно сильные очаги сопротивления, опираясь главным обра¬
зом на местное казачество. Так, 14 (27) ноября 1917 года при под-
держке%ант^мё¥8Ш|^^)митета спасения родины и революции»,
созданного в Оренбурге, поднял мятеж атаман Оренбургского ка¬
зачьего войска А. И. Дутов. Казаки под руководством Дутова аресто¬
вали членов Оренбургского совета, захватили Троицк, Верхне-
Уральск, угрожали Челябинску. Против казаков Дутова были на¬
правлены рабочие отряды Самары, Екатеринбурга, Уфы и других
городов. Лишь 25 декабря (7 января 1918 года) они смогли освобо¬
дить Троицк, а 18 (31) января 1918 года — Оренбург. Однако Дутов
и его отряды, отступив, стали готовить новое нападение на совет¬
ские города.
Другим крупным очагом сопротивления Советской власти стала
Донская область. Атаман донского казачьего войска А. М. Каледин
25 октября (7 ноября) 1917 года в Новочеркасске объявил о своем не¬
признании Советской власти и желании восстановить власть Вре¬
менного правительства. Атаман стал готовить антисоветский поход
на Москву и Петроград.
К этому времени на Дон прибыли сбежавшие из-под стражи ор-
ганизаторы корниловского мятежа (J1 ГР Корнилов, А. И. Деникин
и другие), а также генерал М. В. Алексеев, лидеры монархистов и ка¬
детов. 27 декабря в Ростове было объявлено о создании Доброволь¬
ческой армии, во главе которой встали Алексеев и Корнилов. К на¬
чалу 1918 года Добровольческая армия насчитывала 3—4 тысячи че¬
ловек.
Антисоветское сопротивление на окраинах России имело под¬
держку и в подпольных центрах в Петрограде. С целью объединить
антибольшевистские силы А. Дементьев пригласил на одно из засе¬
даний министров представителей Совета республики, а также «Ко¬
митета спасения родины и революции». По решению подпольного
правительства А. Дементьев был направлен на юг к А. Каледину с
тем, чтобы согласовать действия антибольшевистского подполья в
Петрограде и мятежников на Дону. Однако в декабре 1918 года вновь
созданная ВЧК (Всероссийская чрезвычайная комиссия по борьбе с
контрреволюцией) раскрыла заговор представителей дипломатиче¬
ской миссии США с калединцами, планировавшими отправку на
Дон эшелонов с военным снаряжением, а также связь подпольных
организаций «Белый крест», «Черная точка», «Все для родины» и
других с миссиями западных держав и антисоветскими правительст¬
вами Украины и Дона. С конца 1917 года ВЧК ликвидировала такие
заговорщические организации, как «Союз спасения родины», «Во¬
енная лига» и другие.
Тем временем, установив связи с Дутовым, Каледин стремился
создать федерацию казачьих областей. Став во главе «Юго-Восточ-
ного союза казачьих войск, горцев Кавказа и вольных народов сте¬
пей», Каледин пытался взять под контроль весь Северный Кавказ.
Лишь после отмены Советским правительством 9 (22) декабря обя-
зательнои воинскои и установленщ для
них ряда льгот был достигнут перелом в настроениях части*казачест-
были разбйтпыГТ^ и
"^^Гфевраля 1918 года Ростов и Новочеркасск были взяты. За не¬
сколько дней до этого Каледин, видя безнадежность своего положе¬
ния, застрелился.
Однако разгром мятежей Каледина и Дутова и установление Со¬
ветской власти во многих губернских и уездных городах России не
привели к распространению ее контроля над всей территорией быв-
шей империи. 7 (20) ноября 1911хода-1Девдральная Рада Украины
опубликовала «универсал», в которо
^^«Шр^ШоУреспубликой». "Создайте
шдавскс
1еве 2 декабря «
£*** '^-ллм,
одной рес-
»(Крае-
рМТ, гбтовивший созыв Закавказского сейма. Этот сейм 10(23) фев-
раЖТ918 ггГпя кГость
сепаратистские центры власти сложились в Дагестане, Ингушетии,
Чечне, В декабре 1917 года ^Оренбш^Й5ыло создано «общекиргиз¬
ское» правительство Алаш-орды, претендовавшее на власть дад Ка-
захстаном и Киргизией. Еще в сентябре 1917 года под контролем
| wrtirif flrtrWTi'rt' ЯгИ>| Д tfTi h,|-l-j ,ГГ ‘T*'
германских оккупационных властей был создан Литовский совет
ИЮ О
«вечной, прочной связи с Германской империеи».
Большевики пытались, как могли, остановить распад великои
державы. Выступая на съезде Финляндской социал-демократиче¬
ской парии в Гельсингфорсе 14 ноября 1917 года, нарком по делам
национальностей И. В. Сталин говорил об общих задачах, стоявших
перед всеми социалистическими силами бывшей империи. Он заяв¬
лял, что признание большевиками права наций на самоопределение
являлось,необходимым для «восстановления братского доверия ме-
f пябочим^^ушшщцЯ!^
му с народом русским“Гбн
напоминал, чтотнжтало время, когда старый лозунг «Пролетарии
всех стран, соединяйтесь!» должен бытъпроведен в жизнь. Однако
призывы Сталина к союзу не были восприняты положительным об¬
разом. 6 декабря сейм провозгласил незави^^мост^финлян^ц^^ и к
власти пришло праШКльство, враждебное Советской власти, кото- Гч
рое Советское правительство было вынуждено/признать.^ т*нщЛ*Ь г
Ситуация, аналогичная финля>вдш**«*гожилась и на Украине.
СНК признал и независимость Украины, провозглашенной Цен¬
тральной Радой. В своем «Ответе товарищам украинцам в тылу и на
фронте» 12 декабря 1917 года Сталин писал, что «Совет Народных
Комиссарой:.. ничего не имеет... против того, чтобы украинскии на-
род вьщелился в незавддда^ад^ . Однако он обращал вни¬
мание на недружественную политику Центральной Рады, указывал
на то, что она сотрудничает с антисоветским Донским правительст¬
вам Каледина.
В новой, быстро менявшейся обстановке руководители больше¬
виков были вынуждены менять свой политический курс в отноше¬
нии национальных окраин России. Поощрение самоопределения
наций вплоть до отделения постепенно ^ значи¬
мости унйТ^^бгр государства для решения первоочередных задач
экономического развития общества и острщ социальных проблем
I
II
социализм и
трудящихся всей страны. В своем докладе по национальному вопро-
^ ш,ттт
су, с которым он выступил 15 января 1918 года на III Всероссийском
съезде Советов Сталин прямо поставил вопрос о новой трактовке
«права нации на самоопределение». Он заявил: «Все указывает на
необходимость толкования принципа самоопределение как права
ЙМРПЯШМ*1МЦ№||1Я1Мк> *>' *■ < ч«р», wo*» t, t- < ,if«r Ф-^гм *■ i * - * - !-> ■> -- ’ *■ ~ ‘ •*' у
на самоопределение не буржуазии, а трудовых масс данной нации.
Принцип самоопредёлеТОй ЯбЛЖёй быть средством для борьбы за
ШШГбытъ подчинен принципам социализма». По-
Ж об|Шом был составлен и его проект реЗбЛЩий © феде¬
ральных учреждениях Российсщй Республики, представленный
съезду. Сталин предлагал, чтс^Шшст^ отличающиеся «(
’ состав^ Российской Fec-
1отластных сбветскюГгюШШй!^ с
Вопросы создания соцйалжггтеекои^Щ^ацйи народовРос- j,,,.
сии оказались тесно связанными с актуальными проблемами внеш-
неЙ политики. И. В. Сталин принял активное участие в спорах в ру¬
ководстве страны по брестским мирным переговорам.
В это время мало у кого сохранялись иллюзии, что остатки стре¬
мительно дезертировавшей русской армии в состоянии защитить
страну от германского нашествия. Выдвигая лозунг «революцион¬
ной войны», «левые коммунисты» во главе с Н. И. Бухариным зара¬
нее исходили из неизбежности поражения России в такой войне и
справедливо полагали, что подобное поражение приведет к оккупа¬
ции значительной части России германскими и австрийскими вой¬
сками. Одновременно Бухарин говорил о неизбежности движения
против России полчищ «японских империалистов». Бухарин пола¬
гал, что лишь германо-японская оккупация страны спосббна «про-
будить» крестьадТоссии к партизанской войне, которая приведет к
огромным потерям среди оккупантов. Он считал, что эти потери вы-
зовут недовольство в страна*, пославших интервентов, которое пе-
рерастет в революционный взрыв.
w Расчет на восстание пролетариата на Западе и готовность при-
нести народы России в жертву в угоду мировой революции разделял
и Трощдщ* который возглавлял советскую делегацию на мирных
переговорах в Бресте. Убежденный в преобладании революционных
настроений в войсках Германии и Австро-Венгрии, Троцкий пред¬
сказывал на заседании ЦК 8(21) января 1918 года, что существует
лишь 25% вероятности того, что «германцы смогут наступать», и счи¬
тал, что, скорее всего, ответом на его формулу «ни мира, ни войны»
станет революция в Германии и Австрии.
Сталин же серьезно воспринял опасность германского наступ¬
ления и был одним из немногих членов ЦК, который поддержал Ле¬
нина в его стремлении продолжать переговоры в Бресте. Выступая
92
на заседании ЦК 11 января 1918 года, Сталин заявлял: «Принимая
лозунг революционной войны, мы играем на руку империализГ^
Йози^^Трой^ош нев^^шйтотшзвать позицией.
движения, а есть только цотенцЖГну, а мы не можем полг
^шсй1 миЖЖ^а одну лишь потенцию»! 11(осле срыва Троцким
феврал5?|^^Т^^ода^переговоров в Бресте 16 февраля
Германия объявила о прекращении перемирия и начале боевых опе¬
раций с 12 часов дня 18 февраля.
О том, что в дни германского наступления роль Сталина в руко¬
водстве была значительной, свидетельствовали подписи его и Лени¬
на под посланиями, которые направлялись на фронт из Совета На¬
родных Комиссаров. Вместе с Лениным им 21 февраля была направ¬
лена телефонограмма ПК РСДРП(б) с призывом «организовать
десятки тысяч рабочих и двинуть поголовно всю буржуазию под
контролем рабочих на рытье окопов под Петербургом». Одновре¬
менно Сталин направил телеграмму Народному секретариату Укра¬
инской Советской Республики, в котором призывал «киевлян... ор¬
ганизовать... отпор от Киева с запада, мобилизовать все жизнеспо¬
собное, выставить артиллерию, рыть окопы, погнать буржуазию под
контролем рабочих на окопные работы, объявить осадное положе¬
ние и действовать по всем правилам строгости. Общее задание — от¬
стоять Петроград и Киев, задержать банды германцев во что бы то
ни стало».
Однако попытки остановить продвижение немцев оказались
безуспешными. Начало немецкого наступления и полная неспособ¬
ность российских войск сдержать его еще более увеличили террито¬
риальные потери, которые понесла Россия. На вновь оккупирован¬
ных землях немцы в марте 1918 года создали под своим протектора¬
том Белорусскую Народную Республику, а в конце 1918 года здесь
были созданы государства Латвии и Эстонии.
Признавая необходимость для России соблюдать условия Брест¬
ского договора, Сталин в то же время в своей статье «Украинский
узел», опубликованной 14 марта, решительно осуждал «австро-гер¬
манское нашествие» на Украину. Он указывал, что «немцы не толь¬
ко хотят выкачать из Украины миллионы пудов хлеба, но попытают¬
ся еще обесправить украинских рабочих и крестьян, отобрав у них
кровью добытую власть и передав ее помещикам и капиталистам».
Положительно оценив сопротивление немцам советских сил Ук¬
раины, Сталин писал: «Против иноземного ига, идущего с Запада,
Советская Украина подымает освободительную отечественную вой-
ну, — таков смысл событий, разыгрывавшихся на^краине. Это зна¬
чит, что каждый пуд хлеба и каждый кусок металла придется брать
93
германцам с оою, в результате отчаянной схватки с украинским на¬
родом». Сталин заверял: «Нужно ли еще доказывать, что отечествен¬
ная война, начатая на Украине, имеет все шансы рассчитывать на
всемерную поддержку со стороны всей Советской России?» Он ста¬
вил вопрос: «А что, если война на Украине, приняв затяжной ха¬
рактер, превратится, наконец, в войну всего честного и благородно¬
го в России против нового ига с Запада?»
Вскоре выяснилось, что «новое иго» навязывалось России не
только с запада, но также с севера и с востока. В марте и апреле 1918
года иностранные интервенты высадились в Мурманске. Связавшись
по телеграфу с председателем Мурманского Совета А. М. Юрьевым,
Сталин от своего имени и от имени Ленина предупреждал: «Вы, ка¬
жется, немножко попались, теперь необходимо выпутаться... Если вы
добьетесь письменного подтверждения заявления англичан и фран¬
цузов против возможной оккупации, это будет первым шагом к ско¬
рой ликвидации того запутанного положения, которое создалось, по
нашему мнению, помимо вашей воли». Однако Юрьев уже не кон¬
тролировал ситуацию, и Мурманск был оккупирован иностранны¬
ми интервентами. ~
"Tff серёдйнеТ918 года были нанесены новые удары по Советской
России, после того, как пришли в движение заговорщические цен¬
тры, созданные Моэмом в Петрограде осенью 1917 года. В мае 1918
года восстал чехословацкий корпус, который должен был стать удар¬
ной силой в заговоре Моэма. В июле 1918 года в Ярославской губер¬
нии произошло восстание Савинкова, на которого Моэм возлагал
особые надежды. Еще раньше на Дону и Кубани сформировалась
Белая гвардия, которая имела прочные связи с мятежными чехосло¬
ваками и савйнковцами.
В США еще в 1917 году был разработан план установления аме-
риканского контроля над Транссибирской дорогой. Сначала этот
великии евразийский путь был захвачен мятежным чехословацким
корпусом. Затем под предлогом защиты чехословаков во Владиво¬
сток были высажены войска США, Японии^Франции и^^лии.
А вскоре «на защиту чехов и словаковГвдатупщ тысяч ино¬
странных интервентов, прибывших во ВладивостокЭПомимо аме-
риканцев, англичан, японцев и французов, здесь были канадцы,
итальянцы, сербы и поляки.
В первой половине 1918 года Советское правительство утратило
контроль над огромными территориями России. С ноября 1917 года
по 1 августа 1918 года продовольственными организациями в 26 гу¬
14
берниях республики было заготовлена лишь одна десятая часть не-
обходимого хлеба
Госсии бт голода былр поручеда Сталину 29 мая 1918 года Совнар¬
ком, не снимая со Сталина всех его прежних обязанностей, назначил
его общим руководителем продовольственного дела на юге России.
облеч№ным*чр8йы^ШН^^^^^^КЩр«^СТ5^ь1в в Царицын
день докладывал в своих телеграммах
Ленину о своих действиях по отправке хлеба из Царицына в Москву
и Петроград.
Однако наступление белых на Царицын изменило характер дея¬
тельности Сталина на юге страны. 10 июля в своем письме Ленину
Сталин писал, что «вопрос продоводшхвшный естественно пере-
плетается с вопросом"военным». Сталин требовал от Ленина «аэро-
планов с летчиками, броневых машин, шестидюимовых орудии»,
предупреждая, что иначе «Царицынский фронт не устоит». Так упол¬
номоченный по делам продовольствия Сталин оказался втянутым в
военные действия Гражданской войны.
Боевые действия в этой войне существенно отличались от тех,
что были характерны для Первой мировой. Как это всегда бывало во
время гражданских войн в различных странах мира, большинство
населения России, запуганного военными действиями и парализо¬
ванного общим хаосом, воздерживалось от активного участия в вой¬
не и превращалось в пассивных наблюдателей происходящих собы¬
тий, молча перенося тяготы общественной катастрофы или открыто
проклиная обе воюющие стороны. Поскольку, как это обычно бы¬
вает в периоды революций, лишь меньшинство общества принадле¬
жало к «большевикам» или «кадетам», то добровольческие соедине¬
ния «белых» и «красных», особенно в начале Гражданской войны,
были намного меньше, чем численность царской армии. Если до на¬
чала мировой войны в российской армии служило 1284 тысячи чело¬
век, а к концу 1917 года — около 12 миллионов, то к началу Граждан¬
ской войны в рядах Красной Армии вместе с внутренними форми¬
рованиями насчитывалось лишь 116 тысяч пехотинцев и 7940 кавале¬
ристов. Нельзя было и думать, чтобы с помощью такой армии защи¬
тить просторы одной шестой части света от внешнего нападения и
обеспечить порядок в ее пределах.
В России, лишенной эффективной армии, дисциплинирован-
ныщ|}хорошо вооруженный чехословацкий корпус, состоявший из
45 тыс^человек, сумел не только захватить все города Транссибир-
v Ш)й магистрали, но даже попытаться овладеть центральной Росси¬
ей. В обстановке полного развала, который существовал в ту пору,
даже анархистская «Революционно-повстанческая армия Украины»
Si
во главе с Н. И. Мушо^насчитывавшая в период своего максималь¬
ного подъема rnfSQ тысяч ^щек, могла без труда держать в страхе
весь Юг УкражШ^ Даж^^ысячн^белая Добровольческая Щ>Щя,
состоявшая главным об^ЙШ^Йз кадровых офйщГрбвГсмогла овла¬
деть весной 1918 года частью Северного Кавказа.
Трудности войны усугублялись несоответствием реалиям Граж¬
данской войны навыков ведения боевых действий, которые были
приобретены военными в ходе позиционной мировой войны 1914—
1918 годов и даже Русско-японской войны 1904—1905 годов. Недос¬
таточное число плохо вооруженных войск не могло прикрывать
фронт. Вс%£@одщзачья Донская армия генерала П. Н. Краснова на¬
считывал!^ 7 тысдц&штыкой^ ЗО тысяч сабель, 175 орудий, но от тре¬
ти до половины этой армии действовало на Поворинско-Воронеж¬
ском направлении (здесь общая длина фронта достигала 300 км). Бе¬
лым силам Краснова на Царицынском фронте длиной примерно в
170 км противостояли части Красной Армии, насчитывавшие 35 ты¬
сяч штыков, 3 тысячи сабель, около 100 орудий. Последние представ¬
ляли собой разрозненные отряды, лишенные централизованного ко¬
мандования. (Для сравнения: в ходе Ляоянского сражения 1905 года
на фронте в 60 км 152 тысячам русских противостояло 130 тысяч
японцев; у русских было 606 орудий, у японцев — 508 орудий.)
Вследствие того, что позиционная война стала невозможной,
военные действия приобрели маневренный характер. Об этом впо¬
следствии писал С. М. Буденный: «Это была война на широких про¬
сторах с весьма условной линией фронта, бои велись за наиболее
важные города, железнодорожные узлы, села; всегда существовала
возможность обхода, охвата, удара по флангам и тылам». Поэтому
история Гражданской войны полна рассказов о том, как белые или
красные неожиданно врывались в города, села и на железнодорож¬
ные станции, где и не подозревали о такой возможности, захватыва¬
ли врасплох многочисленные части противника. Порой то белые, то
красные солдаты и даже командиры внезапно появлялись с грана¬
той или револьвером в руках в штабном вагоне противника и прину¬
ждали своих растерявшихся врагов к сдаче.
Гражданская война требовала сочетания современного военно¬
го искусства с приемами партизанской борьбы. Поэтому на протя¬
жении значительной части Гражданской войны не прекращались
конфликты между сторонниками «партизанщины» и военными спе¬
циалистами, которые работали в частях Красной Армии. Не имев¬
ший никакого военного образования и никогда не служивший в ар¬
мии, но написавший немало обзоров о ходе военных действий во
время Балканских войн 1912—1913 годов и Первой мировой войны,
06
источником кон-
председатель Реввоенсовета республики Троцкий всячески старался
привлекать в Красную Армию военных специалистов. Как и Троц¬
кий, Сталин никогда не служил в армии и не проходил военной под¬
готовки. Сталину, который имел лишь опыт подготовки вооружен¬
ных восстаний, пришлось начинать с азов освоение военного искус¬
ства. Однако он не только учился, но призывал других командиров
учиться у «военспецов».
В то же время в отличие от Троцкого он увидел существенное от¬
личие Гражданской войны от боевых операций в ходе международ¬
ных конфликтов, а потому прислушивался к мнениям командиров
красных отрядов, уже повоевавших с белыми. Различия в отноше¬
нии к военспецам и «красным
^ГСтащнымиТ^
в людей, которых направлял
Троцкий на Царицынский фронт. Обоснованность недовольства
Сталина военными специалистами, командированными Троцким,
во многом подтвердилась после измены бывшего полковника Носо-
вича, присланного в Царицын с мандатом Троцкого. Являясь на¬
чальником штаба округа, Носович стал организатором разветвлен¬
ного заговора с целью захвата Царицына белыми. Носович был аре¬
стован вместе с другими заговорщиками, но был освобожден по
распоряжению Троцкого, и ему удалось вскоре сбежать к белым.
Уже находясь у белых, Носович признавал огромную роль Ста¬
лина в обеспечении обороны Царицына. Он писал: «Надо отдать
справедливость ему, что его энергии может позавидовать люббйтг^
истраторов, а способности применяться к делу и обстоятель¬
ствам следовало бы поучиться многим. ТГостепённо.'. СЗШЙЙ'Шш
рокие задачи обороны Царицына, к^^зскотод^
так называемого революционного фронта^орбШ^
Поддержйвая командиров — выходцев из народа, Сталин в то же
время решительно выступал за превращение плохо организованно¬
го красного воинства в дисциплинированную армию. На первом со¬
вещании по вопросу о воссоздании солдатских комитетов, подоб¬
ных тем, что существовали в армии во времена Февральской рево¬
люции, Сталин энергично поддержал Буденного, который считал
ненужной эту затею.
Общий развал страны, массовое дезертирство из рядов армии в
конце 1917 года — начале 1918 года, самоуправство солдатских ко¬
митетов разложили армию, подорвали основы воинской дисципли¬
ны. Донские казаки из белых армий храбро защищали Дон, но мно¬
гие из них дезертировали, как только фронт уходил далеко от род-
97
4-3374
ных станиц. Ко всему прочему казаки не были уверены, что во время
их отсутствия их дома не станут объектом разбоя. Не лучше было по¬
ложение и в Красной Армии. Крестьяне, мобилизованные в Крас¬
ную Армию, не желали терпеть лишений и рисковать своей жизнью
за идеи мировой пролетарской революции. Многие из них норовили
сбежать в свои деревни и села вопреки строжайшим приказам Троц¬
кого о расстреле дезертиров и их пособников и песням Демьяна Бед¬
ного, в которых осуждалось наплевательское отношение крестьян к
Красной Армии.
Нелегко было и подчинить дисциплине население прифронто¬
вого Царицына. Чтобы навести элементарный порядок и ввести
дисциплину военного времени, Сталину, судя по воспоминаниям
С. М. Буденного, «пришлось провести коренную перестройку рабо¬
ты не только гражданских, но и военных учреждений и фактически
возглавить оборону города». 24 июля в Царицыне была проведена
мобилизация городского населения для строительства оборонных
укреплений, были созданы рабочие отряды для охраны города и бы¬
ли приняты другие меры для укрепления дисциплины и наведения
порядка.
Помимо общих дисциплинарных мер, Сталин постарался укре¬
пить административное звено в управлении армией и тылом. Одно¬
временно им были приняты меры по обеспечению армии продо¬
вольствием. Он сообщал корреспонденту, что «благодаря системе
базисных пунктов, выделенных самими боевыми участками, фронт
не испытывает нужды в продовольствии. В настоящее время еже¬
дневный паек красноармейца состоит из 2 фунтов хлеба, мяса, кар¬
тофеля и капусты». Сталин придавал большое значение и пропаган¬
дистской работе среди солдат. Он заботился о распространении со¬
ветских газет и других публикаций в частях, награждении частей
знаменами, а отдельных красноармейцев отличительными знаками.
Всесторонняя подготовка армии и тыла Царицынского фронта
принесла свои плоды. В ходе своего наступления, начатого в конце
июля, армии генерала Краснова подошли к Царицыну. 18—20 авгу¬
ста развернулись бои на ближних подступах к городу. Именно на
18 августа был назначен мятеж под руководством Носовича, но заго¬
вор уже был раскрыт и заговорщики арестованы. В ходе же упорных
боев части Краснова были разбиты и в начале сентября отброшены
за Дон. Первая победа была отмечена парадом красных частей в Ца¬
рицыне 10 сентября.
Пребывание в Царицыне было важным этапом и в личной жиз¬
ни И. В. Сталина. Здесь он снова встретился с дочкой своего старого
знакомого С. Я. Аллилуева — Надеждой. В 1919 году они стали му¬
жем и женой.
Тем временем Ленин и другие руководители страны оценили за¬
слуги Сталина в обороне Царицына и осознали необходимость по¬
лагаться на его немалые способности в решении военных вопросов.
30 ноября 1918 года Сталин был назначен заместитще^даеда^да-
теля только что рржщдого СоветаРабочей и Крестьянской Обо-
роны (председателем был назначен Ленин^»Кроме В. И. Ленина и
И. Ef. "Сталина, в состав Совета вошли председатель Реввоенсовета
Д- Троцкий, нарком путей сообщения В. И. Невский, замнарко-
ма продовольствия Н. П. Брюханов, председатель Чрезвычайной
комиссии по снабжению Красной Армии Jl. Н. Красин. Еше в ок-
лики, который возглавлял J1. Д. Троцкии. Так И. В. Сталин вошел в
состав ведущих военных советб^'‘руШводивших Вооруженными
силами Советской России.
Обстановка на фронтах республики постоянно требовала напря¬
женного внимания, а порой и принятия чрезвычайных мер. В конце
1918 года на Восточном фронте началось наступление армий Колча¬
ка, которые 25 декабря заняли Пермь. Вновь, как и летом 1918 года,
возникла угроза прорыва белых армий в центральные районы Рос¬
сии с востока. 1 января 1919 года решением ЦК и Совета Обороны
была создана партийно-следственная комиссия в составе И. В. Ста¬
лина и председателя ВЧК Ф. Э. Дзержинского для выяснения при¬
чин сдачи Перми. 5 января Сталин и Дзержинский прибыли в Вят¬
ку, а затем в Глазов.
Постоянно перемещаясь между этими городами, они пробыли
на северном участке Восточного фронта почти месяц, прежде чем
вернулись в Москву и представили отчет своей комиссии Ленину.
Но уже в письме и предварительном докладе Ленину из Вятки, вы¬
ступлении перед партийным и советским активом в Вятке и в отчете
комиссии содержался глубокий анализ причин поражений Красной
Армии и перечень мер, которые позволили бы предотвратить их в
дальнейшем.
Из событий, случившихся в Перми, Сталин и Дзержинский де¬
лали выводы, выходящие за пределы этого участка Восточного фрон¬
та. Их рекомендации исходили из необходимости учитывать реалии
Гражданской войны. Поскольку Гражданская война была следстви¬
ем борьбы классов, то члены комиссии подчеркивали, что «необхо¬
димо... строго делить мобилизованных на имущих (ненадежные) и
малоимущих (единственно пригодные для красноармейской служ¬
бы)». Члены комиссии обращали внимание на неприменимость
организационного построения армии, исходившего из позицион¬
ной войны. Они требовали «отказаться от формирования больших,
громозких единиц (дивизий), непригодных для условий Граждан¬
ской войны, объявив предельной единицей бригаду. В то же время,
отвергая «партизанщину», они подчеркивали: «Необходимо устано¬
вить на фронтах... режим строгой централизации действий отдель¬
ных армий вокруг осуществления определенной, серьезно обдуман¬
ной стратегической директивы».
Одновременно Сталин и Дзержинский резко нападали на руко-
1 водство Вооруженными силами Советской России и критиковали
Главный штаб и окружные военные комитеты за их формальное от¬
ношение к нуждам солдат. Рекомендации Сталина и Дзержинского
предусматривали не только организационные меры и кадровые пе¬
ремещения, но и перемены в социальной политике Советского пра-
вительства. Они отмечали, что «революционный декрет о чрезвычай-
^ ном налоге... превратился в опаснейшее оружие в руках кулаков для
сплочения деревни против Советской власти», стал «одной из глав¬
ных причин, если не единственно главной причиной, контрреволю¬
ционизирования деревни». Анализ причин «пермской катастрофы»
свидетельствовал о глубоком понимании Сталиным проблем Граж¬
данской войны и его умении быстро оценивать сложившуюся обста¬
новку.
г Вопросы организации Красной Армии заняли важное место в
! работе VIII съезда РКП (б) (18—23 марта 1919 г.), накануне которого
\ образовалась так называемая «военная оппозиция». Ее сторонники
)
; в основном объединяли «красных командиров» и их сторонников,
! недовольных активным привлечением военных специалистов из
\ царской армии. Они выступали за возвращение к первоначальной
; организации Красной Армии с безбрежной митинговой демократи-
; ей и отсутствием единоначалия. Вместе с тем сторонники «военной
( оппозиции» резко критиковали деятельность Реввоенсовета и лич-
I но Троцкого, выражали возмущение его приказами о расстрелах ряда
? командиров и комиссаров. Накануне съезда Троцкий в письме пы-
I тался оправдать свои репрессии и доказать правоту своей политики.
В своем выступлении на съезде Сталин, осуждая многие дейст¬
вия Реввоенсовета, критиковал платформу «военной оппозиции».
Сталин поставил вопрос так: «быть или не быть в России строго дис¬
циплинированной регулярной^рмйи». О^подчреркивал, что добро-
вольческая Красная Армия, создававшаяся из городских рабочих,
оказалась неспособной одерживать победы. Создание же Красной
Армии с помощью наборов привело к тому, что большинство крас¬
ноармейцев составили крестьяне. Сталин утверждал, что «крестьяне
не будут добровольно драться за социализм». Он видел выход в том,
чтобы крестьян «перевоспитать в духе железной дисциплины, по¬
вести их за пролетариатом не только в тылу, но и на фронтах, заста¬
вить воевать за наше общее социалистическое дело и в ходе войны
завершить строительство настоящей регулярной армии».
В то же время съезд обратил внимание на то, что Красная Армия
не сможет сохранять свою боеспособность, если будет по-прежнему
проводиться политика, отталкивающая большинство крестьян от
Советов. Мысли о том, что действия Советского правительства на¬
строили «справного мужика» против Советской власти, которые вы¬
сказывал Сталин в Царицыне, мысли о том, что чрезвычайный на¬
лог провоцировал враждебность крестьян к Советам, которые Сталин
и Дзержинский выразили в своем отчете о «пермской катастрофе»,
были созвучны многим выступлениям на съезде. Многие ораторы
говорили о широком недовольстве.
Съезд вновь избрал Сталина в состав ЦК, а на заседании ЦК
25 марта Сталин был избран во вновь созданные высшие органы
управления партией — Политбюро и Оргбюро. Через пять дней
30 мащ§Д21Э^Г0Да постановлением ВЦИК Сталин был утвержден
народным комиссаром Государственного контроля. Предложения,
которые выдвинули Сталин и Дзержинский в ходе анализа «перм¬
ской катастрофы», легли в основу проекта декрета о реорганизации
Государственного контроля, с которым Сталин выступил 3 апреля
1919 года на заседании Совнаркома. Таким образом, после VIII съез-
водс|й^..стал р^оводителем двух наркоматов в Советском прави¬
тельстве. * ——.
«'Э'-
Вскоре новое обострение военной обстановки потребовало от¬
зыва Сталина из Москвы на фронт. К весне 1919 года 8500 километ¬
ров фронтов республики защищали 381,5 тысячи бойцов Красной
Армии, имевших на вооружении 6561 пулемет и 1697 орудий. Столь
малочисленные и слабые силы не позволяли обеспечить достаточ¬
ную оборону на большей части огромной линии фронта, а поэтому
практически на любом его участке противник, сосредоточив даже
сравнительно небольшие силы, мог добиться успешного прорыва в
глубь советской территории. 13 мая 1919 года генерал Н. Н. Юденич,
командовавший Северным корпусом (6 тысяч штыков и сабель),
при поддержке 1-й эстонской дивизии (6 тысяч штыков) и англий¬
ской эскадры под командованием адмирала Коуэна начал наступле¬
ние на Нарву. Одновременно на Гдов начал наступление отряд Бу-
лак-Булаховича, а западнее Пскова наступала 2-я эстонская диви¬
зия. На Петрозаводско-Олонецком направлении активизировались
белые отряды, в которых, помимо бывших царских офицеров, сра¬
жались финны, англичане, канадцы, сербы, поляки.
Этим силам противостояла 7-я армия красных (15,5 тысячи шты¬
ков и сабель), фронт которой был растянут от Онежского до Чудско¬
го озера. Поэтому не удивительно, что белые части без труда смогли
прорвать оборону Красной Армии, овладеть в мае Ямбургом, Гдо-
вом, Псковом и приблизиться к Петрограду.
По распоряжению прибывшего в Петроград Сталина в Север¬
ной столице 19 мая 1919 года была проведена мобилизация трудя¬
щихся в возрасте от 18 до 40 лет, в ходе которой в армию было зачис¬
лено 13 тысяч человек.
Сталин решил возложить на флот решение задачи по разгрому
мятежников. По его приказу 13 июня в море вышли корабли Бал¬
тийского флота. Одновременно в Ораниенбауме была сформирована
Береговая группа войск, ядро которой составили отряды моряков.
14 июня Сталин прибыл в Ораниенбаум и провел совещание мор¬
ского и сухопутного командного состава, на котором был принят
план захвата форта Красная Горка одновременным ударом с моря и
суши. 15 июня наступление на мятежный форт началось. В ночь с
15 на 16 июня форт Красная Горка был взят, а через несколько часов
пал и форт Серая Лошадь. Расчет Сталина на боеспособность флота
и мужество моряков оказался верным.
В письме Ленину Сталин с удовлетворением отмечал, что в спо¬
ре с военно-морскими специалистами относительно использования
флота для штурма сухопутных крепостей он оказался прав: «Мор¬
ские специалисты уверящАж^
кидывает морскую науку. Мне остается лишь оплакивать так назы-
ваёмую науку. БыбТрбё вмещательство со стороны моей и вообще
«Ж*».* V4r>,^rt„ ,v.. 4t Л*****'*»"***'* »«>*,,*,*,1 * .С"* «В.*,*,,
штатских в 6перативдаааша».дохрдвдш,е« до^отмены приказу», pq
морю И суше и навязывания даот.собствениых^ Считаю своим дол-
гом заявить, что я адпредь буду действовать таким образом, несмотря
на все мое благоговение перед наукой». Как и рассчитывал Сталин,
флот выдержал также неоднократные бои с английской эскадрой.
Успехи были достигнуты и сухопутными частями Красной Ар¬
мии. 21 июня 7-я армия (23 тысячи человек) перешла в контрнаступ¬
ление и вскоре отбросила Северо-Западную армию Юденича (16,5
тысячи человек) от Петрограда. Одновременно было развернуто
наступление на войска белофиннов в районе Онежского озера и
28 июня части Красной Армии овладели Видлицей — военной базой
у границ Финляндии. Угроза падения Петрограда была предотвра¬
щена, и 3 июля Сталин вернулся в Москву.
Однако уже 9 июля Сталин был направлен на Западный фронт,
102
где также сложилось положение, угрожавшее республике. Еще в ап-
реле 1919 года подь£Ш£ЛОЙШ£3 начали захватывать земли, населен-
■■■£_.t,. <vw«•« ’** л г » *»' ’ ' " • ' * «-* ж %тт*ттм!Ф*ттт*ттт!ттятятм*тщ
ные украинцами и белоргещи.
11 августа Сталин докладывал Ленину из Смоленска, где разме¬
щался штаб Западного фронта: «Положение на Западном фронте
становится все более угрожающим. Старые, истрепанные, усталые
части 16-й армии, на которую наседает наиболее активный против¬
ник не только не способны обороняться, но потеряли способность
прикрывать отходящие батареи, естественно, попадающие в руки
противника». Однако несмотря на требования Сталина, из-за тяже¬
лого положения на других фронтах подкреплений не поступало, и
Красная Армия продолжала отступать. Лишь достигнув Березины,
Красная Армия смогла закрепиться на ее левом берегу и создать ус¬
тойчивую оборону. К тому же натиск поляков заметно ослаб. Воз¬
можно, что осенью 1919 года в условиях быстрого продвижения бе¬
лых армий Деникина к Москве польское правительство уже не счи¬
тало Советское правительство своей главной угрозой, а помогать
восстанавливать «великую, единую и неделимую Россию» ни под
белым, ни под красным знаменами у него не было желания. В сен¬
тябре Сталин покинул Западный фронт, и уже 26 сентября ЦК при¬
нял решение направить его на Южный фронт.
К этому времени на Южном фронте сложилась самая острая уг¬
роза для Советской республики за все время Гражданской войны.
Еще в мае 1919 года началось наступление белых армий под коман¬
дованием А. И. Деникина. Хотя их численность была невелика (око¬
ло 100 тысяч человек), им противостояли еще меньшие (60 тысяч че¬
ловек) и слабые в качественном отношении силы красных. Развер¬
нув наступление на фронте от Волги до Днепра, 30 июня белые
взяли в один день Царицын и Екатеринослав. 1 июля Троцкий, на¬
ходившийся на Южном фронте, писал в телеграмме Ленину: «Як
агитация, ни репрессии не могут сделать боеспособной босую, раз-
детую^голодцда*.шдаедю.ад)МШОА»ОдверщлсявМоскв^ипщалд
отставку сддсрд свовдсл9ЯШ^Правда, Ленин и остальные члены со¬
ветского руководства уговорили Троцкого вернуться к исполнению
своих обязанностей, но председатель Реввоенсовета явно не мог
придумать, как остановить наступление белых.
Одной из причин успехов белых стали рейды их конных армий
по тылам красных. По примеру белых армий в Красной Армии стали
возникать крупные кавалерийские соединения, созданию
долгое -время препятствовавпредседатедь,£еввоенсовета Л.
, киЦ, Как свидетельствовал в своих воспоминаниях СГМГБудённый,
в ответ на его аргументы в пользу создания крупных соединений ка-
103
Валерии Троцкий заявил: «Товарищ Буденный! Отдаете ли вы отчет
в своих словах? ВынеnoiS Это же ари¬
стократический род войск, которым командовали князья, графы и
бароны. И незачем нам с мужицким лаптем соваться в калашный
ряд». Посетив конный корпус Буденного, Троцкии назвал это со¬
единение «бандой», а их командира «современным Степаном Разй:
1 ным». Сталин же, явно поощряя Буденного, способствовал превра-
[ щению его корпуса в 1-ю Конную армию. Создание конных армий
намного усилило боеспособность Красной Армии.
Реализации преимуществ Красной Армии способствовали и
верные военно-стратегические peшeнияfJJЖIя5ш 1919 года Ста¬
лин прибыл в село Сергиевское, где размещался штаб Южного
фронта, а 9 октября он подписал директиву Реввоенсовета Южного
фронта о создании ударной группы войск для действий против де¬
никинских армий под Орлом. Одновременно Сталин разработал
стратегический план наступления на армии Деникина. В своем
письме Ленину Сталин изложил суть этого плана.
Сталин настаивал на том, чтобы «изменить уже отмененный
практикой старый план, заменив его планом основного удара из
района Воронежа через Харьков — Донецкий бассейн на Ростов. Во-
первых, здесь мы будем иметь среду не враждебную, наоборот, —
симпатизирующую нам, что облегчит нам продвижение. Во-вторых,
мы получаем важнейшую железнодорожную сеть (донецкую) и ос¬
новную артерию, питающую армию Деникина, — линию Воро¬
неж — Ростов (без этой линии казачье войско лишается на зиму
снабжения, ибо река Дон, по которой снабжается донская армия,
замерзнет, а восточно-донецкая дорога Лихая — Царицын будет от¬
резана). В-третьих, этим продвижением мы рассекаем армию Дени¬
кина на две части, из коих: добровольческую оставляем на съедение
, ' Махно, а казачьи армии ставим под угрозу захода им в тыл. В-чет-
вертых, мы получаем возможность поссорить казаков с Деникиным,
: ; который (Деникин) в случае нашего успешного продвижения поста-
\ ; рается передвинуть казачьи части на запад, на что большинство ка-
I [ | заков не пойдет, если, конечно, к тому времени поставим перед ка-
I 1 заками вопрос о мире, о переговорах насчет мира и пр. В-пятых, мы
I ; получаем уголь, а Деникин остается без угля».
1 1 Сталин резко настаивал на принятии изложенного им плана. Он
предупреждал Ленина: «Без этого моя работа на Южном фронте ста-
новится бессмысленной, преступной, ненужной, что дает мне право
или, вернее, обязывает меня уйти куда угодно, хоть к черту, только
не оставаться на Южном фронте».
Начавшееся наступление Красной Армии развивалось в основ-
104
ном в направлении, обозначенном в письме Сталина. 14 октября
Красная Армия перешла в наступление под Орлом, и 20 октабряго-
род был взят. 24 октября корпус Буденного взял Воронеж. Шот ус¬
пех во многоСпредопределил ход дальнейших событий. Позже Ле¬
нин говорил Буденному: «Не окажись ваш корпус под Воронежем,
Деникин мог бы бросить на чашу весов конницу Шкуро и Мамонто¬
ва, и республика была бы в особо тяжелой опасности. Ведь мы поте¬
ряли Орел. Белые подходили к Туле».
19 ноября конный корпус Буденного был преобразован в 1-ю
Конную армию. Порой ее сражения принимали характер рукопаш¬
ных схваток. Описывая один из боев с конницей Мамонтова, Буден¬
ный писал: «Сильный туман не позволял ни нам, ни противнику
применять пулеметы и артиллерию», бой, как и во времена древних
сражений в этих краях, «с первых же минут принял характер ожесто¬
ченной сабельной рубки». После одного из таких боев Буденный
вместе со Сталиным и командирами частей объезжал поле сраже¬
ния. «Сталин, Ворошилов, Егоров, Щаденко и я медленно проезжа¬
ли по почерневшим холмам, устланным трупами людей и лошадей.
Все молчали, скорбно оглядывали следы жестокой кавалерийской
сечи. Тяжело было смотреть на обезображенные шашечными удара¬
ми тела людей. Сталин не выдержал и, обращаясь ко мне, сказал:
«Семен Михайлович, это же чудовищно. Нельзя ли избегать таких
страшных жертв? Хотя пр^е!мздесь м Ы ? >>^TT^iT*CHOBa^ огр^ у
раздумье...»
* Хтшйшовение со зловещей реальностью войны было неожидан¬
ным для Сталина. Освобожденный от воинской повинности в фев-
рале 1917 года, Сталин вряд ли мог предвидеть, что через полтора го-
511^§д^*з^еначальником Однако и позже, подписывая приказы
армиям, он не видел их страшных последствий, а сообщая о числе
жертв с обеих сторон, он воспринимал их прежде всего как стати¬
стические данные. На поле боя война выглядела значительно страш¬
нее, чем легендарные повествования о героических сражениях, на
которых он был воспитан. В то же время призывы «не убий» и «воз¬
любите врагов ваших», которые он слышал с детства, гуманистиче¬
ские идеи мировой литературы, с которыми он знакомился на про¬
тяжении всей жизни, идеалы всемирного братства людей перечер¬
кивались зрелищем искалеченных трупов. Хотя в его сознании
рождался протест против бесчеловечной стороны войны, он гасил
его мыслью о том, что ни он, ни другие военачальники не были в си¬
лах остановить процессы истребления людей, которые диктовали
ход развития мировых событий XX века. Став одним из последствий
105
мировой бойни, Гражданская война в России неумолимо продолжа¬
лась, умножая число жертв с обеих сторон.
Новые успехи конных формирований Красной Армии в ходе Во-
ронежско-Касторненской и Орловско-Кромской операций позво¬
лили красным частям развернуть наступление и погнать белую ар¬
мию на юг к Азовскому и Черному морям. Советское государство
высоко оценило заслуги Сталина в победах Красной Армии в Граж¬
данской войне. 27 нщбдя 1919 года президиум ВЦИК вынес поста¬
новление о награждении И. В. Сталина орденом боевого Красного
Знамени в ознаменование его заслуг по обороне Петрограда и орга¬
низации наступления Южного фронта.
Тем временем Сталин продолжал находиться в расположении
штаба Южного фронта (с 10 января переименованного в Юго-Запад¬
ный). Через три дня после взятия 10 января 1920 года Ростова Ста-
лин подготовил директиву о преследовании белых армий, отходив¬
ших к портам Черного моря. В то же время, не прекращая участвовать
в подготовке операций Юго-Западного фронта, Сталин с 20 января
1920 года по решению Совнаркома включился в деятельность вновь
созданного Украинского совета трудовой армии (он стал председа-
телем этого совета), в состав которой вошли части Юго-Западного
фронта. Армия занималась добычей угля. В конце марта — начале
апреля 1920 года Сталин участвовал в раВотеТх съезда РКП (б), а в
середине апреля он сделал доклад на заседании Совета Труда и Обо-
роны (бывшии Совет Рабочей и Крестьянской Обороны) о положе¬
нии угольной промышленности Донбасса. Однако занятия мирны¬
ми хозяйственными делами были вновь прерваны возобновлением
военных действий на западе страны. 25 апреля 1920 года войска
Польши совместно с вооруженными силами Петлюры начали на-
стутшение на Украину.
- >.«• •' *■
Польская армия была сравнительно многочисленной (около 200
тысяч человек) и хорошо вооруженной с помощью стран Запада.
_1ГйШГФр1®Гя предоставила Польше 1494 орудия. 350 самолетов,
2800 пулеметов, 327 тысяч винтовок. Вся"Кгасная Армия к этому
времени насчитывала 500 тысяч человек, но ей приходилось защи¬
щать фронты и границы от Амура до Финского залива. Против
65 тысяч хорошо вооруженных и экипированных польских и петлю- *
ровских войск на Украине сражались лишь 20 тысяч бойцов 12-й и
I'4-й" советских армий. Одновременно 79-тысячная польская армия
ТШШТйа£?УгагеШе~в Белоруссии. 26 апреля польские и петлюров-
Tjr
еКИе^Жти взяли Коростень и Житомир, 27 апреля — Казатин, а
6 мая 1920 года — Киев.
26 мая 1920 года по решению ЦК Сталина направили на Юго-За-
*МИММ№«»«'
Ili
падный фронт, и на следующий день он прибыл в штаб фронта, ко¬
торый проходил по всему югу и юго-западу Украины. Сначала Ста¬
лин занимался делами крымского участка Юго-Западного фронта и
29 мая сообщал Ленину о мерах, принятых для отпора белым вой¬
скам, окопавшимся в Крыму. 31 мая Сталиным была подписана ди¬
ректива о мерах по обороне Одессы.
В начале июня он уже активно участвовал в решении вопросов
войны против белополяков, обсуждая в Кременчуге план действий
1 -й Конной армии, которая была переброшена на Польский фронт.
3 июня Сталин подписал директиву РВС Юго-Западного фронта о
разгроме киевской группировки польских войск. В соответствии с
этой директивой Красная Армия перешла в наступление. 7 июня 1-я
Конная взяла Житомир, а 12 июня Киев был освобожден от поля¬
ков, и Сталин рапортовал Ленину об этой победе.
В июне — июле 1920 года Красная Армия освободила западные
области Украины и Белоруссии. 14 июля советские войска заняли
Вильно, а 19 июля форсировали Неман и продолжили наступление
на землях
_ тат^ттттщ
событий на польском фронте подтвердило правиль¬
ность прогноза Сталина, который он изложил за день до своей ко¬
мандировки на Юго-Западный фронт на страницах «Правды» 25—
26 мая 1920 года в статье «Новый поход Антанты на Россию». Сталин
обращал внимание на ненадежность тыла польской армии по мене
ее продвижения на восток: «Выдвигаясь за пределы Польши и углуб-
ляясь в прилегающие к Польше районы, польские войска удаляются
от своего национального тыла, ослабляют связь с ним, попадают в
чужую им и большей частью враждебную национальную среду. Хуже
того. Враждебность эта усугубляется тем обстоятельством, что гро¬
мадное большинство населения районов Польши (Белоруссия, Лит¬
ва, Россия, Украина) состоит из непольских крестьян, терпящих
гнет польских помещиков... Этим, собственно, и объясняется, что
лозунг советских войск «Долой польских панов!» находит мощный
отклик среди большинства населения указанных районов, что кре¬
стьяне этих районов встречают советские войска как освободителей
от помещичьего ярма, что они в ожидании советских войск восста¬
ют при первом удобном случае, нанося польским войскам удар с ты¬
ла». Эти выводы оказались верными не только др***ш»Щ€№та^1920
года, но и для действий Красной Армии в сентябре 1939 года рютой
территории.
Однако Сталин предупреждал об опасности продвижения Крас¬
ной Армии в глубь Польши. Он замечал: «Тыл польских войск (здесь
имелись в виду земли, населенные поляками. — Прим. авт.) являет-
с я однородным и национально спаянным. Отсюда его единство и
преобладающее настроение — «чувство отчизны» —
передается по многочисленным нитям польскому фронту, создавая
в частях национальную спайку и твердость. Отсюда стойкость поль¬
ской армии. Конечно, тыл Польши не однороден... в классовом от¬
ношении, но - классовые конфликты еще не достщлддщой силы,
чтобы прорватьГчувство щщцщшьного единства и з^раз^т^ продм-
Ш^Ш^^РШ^ЖРЕОДНыи в классовом отношении фронт. Если бы
польские войска действовали в районе собственнб Польши, с ними,
без сомнения, трудно было бы бороться».
Сталин постоянно выступал против попыток развивать наступ¬
ление в областях, населенных главным образом поляками. 24 июня
он говорил корреспонденту УкрРОСТА: «Не надо забывать, что у
поляков имеются резервы, которые уже подтянуты к Новгород-Во-
лынскому и действия которых, несомненно, скажутся на днях». Он
обращал внимание на то, что Польша опиралась на помощь многих
западных стран: «Мыво^
тантой, мобилизовавшей все черные силы Германии, Австрии, Ру-
мынии, снабжающей поляков всеми видами дрводь£ТЩЯ». Поэтому
он считал, что «впереди еще будут бои, и бои жестокие». Сталин
считал «неуместным то бахвальство и вредное для дела самодоволь¬
ство, которое оказалось у некоторых товарищей: одни йз них не до¬
вольствуются успехами на фронте и кричат о «марше на Варшаву»,
другие, не довольствуясь обороной нашей республики от вражеско¬
го нападения, горделиво заявляют, что они могут помириться лишь
на «красной советской Варшаве».
В Польше была объявлена мобилизация всех возрастов и начал¬
ся набор в армию добровольцев. В течение июля в польскую армию
пришли 573 тысячи мобилизованных и 160 тысяч добровольцев.
Правительство Польши предпринимало меры для расширения сво¬
ей социальной и политической поддержки. В середине июля был
объявлен земельный закон об ограничении п&меэдтьи^'.им^йи^/и
jffirtmi# крестьянским хозяйствам, а 24 июля было сформировано
V - -г» тт
«рйооче-крестьянское» 1!рЖЙтельство Витоса-Дашинского с уча¬
стием социалистов. 21 июля премьер-министр Великобритании
л Ц г > - *. } , .... .. . f
Ллойд-Джордж заявил, что «Франция и Айглия могут предоставить
вс& необходимое длй организации пдльски^ сил
•^ТВсе эти события были проигнорированы в Москве. 23 июля
Главнокомандующий Красной Армией С. С. Каменев отдал приказ
овладеть Варшавой. За день до этого Ревв(^58вет Юго-Западного
фронта, в состав которого входил Сталин, нлхгравил телеграмму с
предложением перенести центр тяжести войск Юго-Западного фрон¬
та в предежгТалици*?) Сначала Каменев утвердил это предложение,
ис^ащ-иАе©е^^^а"взять Варшаву силами Западного фронта, но
затем, 2 августа, Политбюро приняло решение объединить все вой¬
ска Западного фронта и большую часть войск Юго-Западного фрон¬
та в единый фронт, наступающий на центральную часть Польши.
Одновременно Политбюро поручило Сталину принять меры для
выделения «врангелевского» участка в самостоятельный фронт.
Однако только 11 августа Главком С. С. Каменев отдал приказ о
прекращении наступления 1-й Конной на Львов. К этому времени
1-я Конная уже активно ввязалась в бои в районе Львова и Равы-
Русекой. К тому же передача приказа затянулась по техническим
причинам, и он был получен лишь 13 августа, когда армии Западно¬
го фронта приступили к операции по овладению Варшавой. Об этом
Сталин и Егоров уведомляли Главкома. Лишь 13 августа Егоров и
Берзин от имени РВС Юго-Западного фронта отдали приказ о пере-
подчинении 1-й Конной Западному фронту, но втянувшаяся в тяже¬
лые бои армия Буденного продолжала сражаться под Львовом до
20 августа.
Тем временем 14 августа Троцкий отдал приказ войскам Запад¬
ного фронта: «Красные войска, вперед, герои, на Варшаву! Да здрав¬
ствует победа!» Однако в этот день польские войска нанесли контр¬
удар по двум армиям Западного фронта. Началось отступление
Красной Армии. Троцкий и другие винили Сталина в том, что он
проявил медлительность в переброске 1-й Конной армии от Львова
к Варшаве.
Даже если бы приказ 11 августа стал бы выполняться немедленно,
трудно предположить, что 1-я Конная армия успела бы быть пере¬
брошена в район расположения слабой Мозырской группы Запад¬
ного фронта (около 6,5 тысячи штыков и сабель) ко дню наступле¬
ния 13 августа. В этом случае Конной Армии пришлось бы преодо¬
леть 200 километров своим ходом за пару дней и сразу же вступить в
бой. Скорее всего, 1-я Конная не смогла бы прибыть в расположе¬
ние Мозырской группы и к 17 августа, когда по этой группе был на¬
несен основной удар польских войск. Также не исключено, что
следствием такой переброски явился бы разгром прославленной ар¬
мии многочисленными, свежими и хорошо вооруженными поль¬
скими войсками. Однако провал плохо продуманного и заведомо
авантюристического плана прорыва через Варшаву в Западную Ев¬
ропу объясняли исключительно отсутствием на месте действия 1-й
Конной и вину за разгром Красной Армии на берегах Вислы возло¬
жили на Сталина.
Еще до поражения Красной Армии 14 августа Сталин был вы¬
109
зван в Москву для «выяснения» причин трений между ним и Главко¬
мом, и 17 августа Сталин выехал в Москву. 26 августа Сталин был
вынужден написать заявление в Политбюро: «Ввиду распростра¬
няющихся среди партийных кругов слухов обо мне, как о человеке,
затормозившем дело передачи 1-й Конной армии из состава Югоза-
па в состав Запфронта, заявляю, что директива Главкома о передаче
I-й Конармии Запфронту была получена Реввоенсоветом Югозапа
II-го или 12-го (не помню числа) августа, и 1-я Конная в тот же день
была передана Запфронту». 1 сентября Политбюро удовлетворилс
просьбу Сталина об освобождении его от должности члена РВС
Юго-Западного фронта, оставив его членом Реввоенсовета респуб¬
лики. Сталин получил отпуск, который он просил еще в начале авгу¬
ста, и впервые за много лет он смог по-настоящему отдохнуть.
Тем временем отступление Красной Армии продолжалось. В этих
условиях в октябщ^^Шша был подписан Рижский договор, по ко¬
торому ПольшЙ захватилаЪбласти ЗапаДйой Украины и Западной
^ло^уссйй. Пре1^а®№ие военных действий на Западном фронте
позволило Красной Армии сосредоточить значительную часть своих
сил против войск Врангеля. В ноябре 1920 года Крым был взят. Гра¬
жданская война была в основном завершена, если не считать затя-
1 нувшихся до конца 1922 года боевых действий на Дальнем Востоке.
Победы Красной Армии над белыми армиями и войсками ин¬
тервентов стали для большевиков и всех советских людей источни¬
ком веры в свои силы и способности выстоять в новых испытаниях.
Эти успехи доказали правящей партии и всем сторонникам Совет¬
ской власти правоту их дела, правильность выбранной ими полити¬
ки, а также справедливость ^ящМт^—ЭтшШАМЖШШШ^
жателя — ЛенМа. Гражданская война дала яркие примеры героизма
ч| tj.*-. ’ -*ч-> w* «'■* * < - >.*•*■«
^Мужества советских людей, их самоотверженной борьбы за про¬
цветание страны и счастливое будущее для всего человечества. На
многие десятилетия рассказ о том, как «голодные и разутые» крас¬
ноармейцы под руководством большевистской партии Ленина по¬
бедили царских генералов и иностранных интервентов, вдохновлял
правящую партию и ее многочисленных сторонников как в стране,
так и во всем мире, производил неизгладимое впечатление на колеб¬
лющихся и сомневающихся и даже на врагов Советской власти.
Сталин был одним из организаторов побед Красной Армии. Он
\ успешно справлялся с решением различных задач, связанных с во-
| енными действиями. Сталин проехал чуть ли не по всем фронтам,
\ окружавшим Советскую республику, совершив за два с половиной
■года полный оборот против часовой стрелки по этому огненному
кольцу. В ходе своего пребывания на фронтах он учился планиро-
вать боевые операции, обеспечивать службу тыла и создание резер¬
вов, руководить обороной и наступлением. Его заслуги были отме¬
чены не только наградой, но и назначением в высшие органы управ¬
ления обороны Советской страны.
Хотя он до этого никогда не служил в армии и не имел военной
подготовки, Сталин, как и многие советские руководители, на прак¬
тике Гражданской войны фактически прошел курс Военной акаде¬
мии, решая самые различные задачи подготовки и осуществления
военных операций. Сначала он компенсировал отсутствие военной
учебы богатым практическим опытом политической деятельности,
что было особенно уместно в Гражданской войне. Порой этот опыт
оказывался даже более подходящим для решения задач этой войны,
потому что многие проблемы требовали учета не столько военной
теории, сколько социальных и политическю^?^тоРов* Кроме того,
саШГубюЖйТ^^ сделали "неприменимы¬
ми многие представления о ведении боевых действий, сложившиеся
у участников русско-японской войны и Первой мировой войны.
Часто присущие Сталину здравый смысл, способность быстро нахо¬
дить нестандартные решения на основе внимательного и всесторон¬
него знакомства с обстановкой и мнениями самых разных специа¬
листов помогали ему находить разумные решения, не хуже, а порой
и лучше тех, что предлагались военными специалистами.
Формирование опыта государственного руководства главным
образом под воздействием Гражданской войны также оказало влия¬
ние на Сталина. Как и у других советских руководителей, его пер¬
вый в жизни опыт государственной деятельности сложился в чрез¬
вычайных условиях Гражданской войны, а поэтому оставил след в
склонности прибегать к военным мерам для наведения порядка и
управления людьми. Видимо, учитывая перспективу развития меж¬
дународных отношений, он исходил из того, что война и подготовка
к войне будут составлять главную сторону государственной деятель¬
ности и в будущем. Поэтому Сталин постарался не только обратить
внимание на чрезвычайные способы управления страной в условиях
хаоса Гражданской войны, но и как можно глубже изучить военное
искусство, а также применять основы военной науки в политиче¬
ской и государственной деятельности.
После завершения Гражданской войны Сталин все чаще вос¬
принимает процессы общественной жизни как события, разверты¬
вавшиеся на театре военных действий. Понятия «фронт», «армия»,
«резервы», «наступление» и прочие слова из военной лексики стали J
применяться им для обозначения предметов и явлений мирной жиз¬
ни. Хлебозаготовки воспринимались им как «хлебный фронт», раз-
111
f витие системы образования для рабочих он сравнивал со «штурмом
крепости», а политический оппонент расценивался им как воору-
s женный враг или тайный лазутчик. Однако он не ограничился лишь
| использованием военной терминологии. Как это было характерно
' для всех этапов его жизненной деятельности, Сталин постарался из¬
влечь из обретенного опыта максимум поучительного для своей по¬
следующей деятельности. Участие в подготовке и проведении бое-
■ вых операций Гражданской войны настолько повлияло на Сталина,
что, лишь вооружившись этим опытом, он стал писать теоретиче-
I ские исследования о методах политической работы.
Одна из первых теоретических работ Сталина, написанная им
весной 1923 года и посвященная вопросам политики партии, полу¬
чила название «К вопросу о стратегии и тактике русских коммуни-
стов». Судя по содержанию этой работы, очевидно, что Сталин уви-
ТШТвоенной науке методы, которые в наибольшей степени приме¬
нимы для политической деятельности в век, когда войны являлись
важнейшим фактором в жизни человечества. Политическая дея¬
тельность виделась Сталину как подготовка и осущесТв^^
вых операции,, Он утверждал, что политическая стратегия «намеча-
ет... схему расположения сил пролетариата и его союзников на соци¬
альном фронте... Стратегия меняется в моменты исторических по¬
воротов, переломов, она обнимает период от одного поворота (пере-
| лома) до другого, поэтому она направляет движение к известной об-
| щей цели, обнимающей интересы пролетариата за весь этот период,
| она добивается того, чтобы выиграть войну между классами, напол-
I няющую весь этот период, ввиду чего она остается за этот период без
изменений».
Политическая тактика, по определению Сталина, «намечает та¬
кие конкретные пути завоевания широких масс на сторону ревпро-
летариата и подвода их к боевым позициям на социальном фронте...
которые вернее всего подготовляют успех стратегии... Тактика, об¬
нимая не всю войну, а только отдельные ее сражения, ведущие к вы¬
игрышу или проигрышу войны, меняется (может меняться) не¬
сколько раз в течение стратегического периода... Задача тактики со¬
стоит в том, чтобы так повести массу на борьбу, дать Tapie лозунги,
так подвести массы к новым позщщям, чтобы борьба дала в сумме
в15йГ]ЗШй Войны, т.е. стратегический успех». Военный опыт научил"*
rf'*, •Г.-' * 1'-' • ' ‘ ' — — - ‘ ■•■*<•• ***»' ' ' ■* ** А г .
Сталина методике выбора наиболее удачны* вариантов достижения
стратегической цели с учетом объективных условий.
При этом Сталин старался не перечеркнуть свои знания, полу¬
ченные в «университете революции», а соединить их с опытом Граж¬
данской войны. Это проявилось в сравнении им примеров различ-
112
ных боевых операций 1918—1920 годов с политическими действиями
партии в дооктябрьский период. В своей статье «К вопросу о страте¬
гии и тактике» Сталин сравнивал выбор РСДРП политического кур¬
са в первые годы своего существования с выбором направления
главного удара по войскам Деникина. Он иллюстрировал положе¬
ние о тактическом успехе в политике напоминанием о том, как «ус¬
пехи нашей кавалерии под Воронежем и пехоты под Орлом создали
обстановку, благоприятную для удара под Ростовом». Он доказывал
rибeльташJшaJalшaши,lШШШШДlXgЖ^ecли он не соохвех-
ным прорывом к Москве осенью 1919 года и попытку Красной Армии
решить «непосильную задачу прорыва в Европу через Варшаву».
Останавливаясь же на «формах организации»,"СталйнГзамечал:
«Задача военного искусства состоит в том, чтобы обеспечить за со¬
бой все роды войск, довести их до совершенства и умело сочетать их
действия. То же самое можно сказать о формах организации в поли¬
тической области. Здесь, так же как и в военной области, формы ор¬
ганизации приспособляются к формам борьбы». Говоря о значении! |
лозунга и директив, Сталин писал: «Удачно формулированные ре- t
шения, отражающие цели войны или отдельного сражения, попу-; ;
лярные в войсках, имеют иногда решающее значение на фронте как; '
средство вдохновить армию к действию, поддержать дух и пр. Соот-с \
ветствующие приказы, лозунги или воззвания к войскам имеют для) <
всего хода войны столь же важное значение, как первоклассная тя¬
желая артиллерия или первоклассные быстроходные танки. Еще
большее значение имеют лозунги в политической области, где при¬
ходится иметь дело с десятками и сотнями миллионов населения с
их разнообразными требованиями и потребностями».
Приобщившись к основам военного искусства, Сталин сумел
выработать ряд положений о политической стратегии и тактике, ко¬
торые затем вошли в егордйои «Об основах ленинизма»: соср^що- •
чение главных сш
противника пункте"
проведение уже принятого курса через все и всякие затруднения;
маневрирование резервами, «рассчитанное на правильное отступле-
ниеГ*^ отступление неизбежно»; выдвижение
на первый план тех именно форм борьбы и организации, которые
более всего соответствуют конкретной обстановке; «нахождение в
каждый данный момент того особого звена в цепи процессов, ухва- U
тившись за которое можно будет удержать всю цепь и подготовить i |
условия для достижения стратегического успеха».
Уроки, извлеченные им из опыта Гражданской войны, сыграли
113
важную роль в его становлении как одного из главных руководителей
партии. Эти уроки помогли ему лучше анализировать политическую
обстановку и находить решения, отвечающие реальным возможно¬
стям. Соединение методики воешшйлдшдоах долитической практи-
кой существенно усилило его позиции в ходе соперничества между
, |
различными группировками в партии и стране.
Глава 7
ТЕНЬ ГРЯДУЩЕЙ ВОЙНЫ НАД СССР
Прекращение Гражданской войны не принесло Советской стра¬
не устойчивого мира. В 1921 году Лев Каменев признавал: «Наши
предположения о быстрой помощи, которая могла бы прийти к нам
из Западной Европы в виде мировой революции, по крайней мере,
в одной или двух капиталистических странах, не осуществляются с
той быстротой, которая была бы желательна и которая чрезвычайно
быстро облегчила бы нашу задачу... Мы находимся в таком периоде,
когда можно ожидать с часу на час, что старая законченная импе¬
риалистическая бойня породит как свое естественное продолжение
какую-нибудь новую, еще более чудовищную, еще более гибельную
империалистическую войну». Такая война неизбежно бы затронула
и Советскую Россию, еще не оправившуюся от тяжелого разорения
Гражданской войны и иностранных интервенций.
Характеризуя положение Советской страны в своей статье «Пар¬
тия до и после взятия власти», опубликованной в «Правде» 28 авгу¬
ста 1921 года, Сталин писал: «Октябрь имеет и теневую сторону». Он
обращал внимание на то, что «Россия до сих пор представляет со¬
циалистический остров, окруженный более развитыми в промыщ-
ленном отношении, враждебными ей капиталистическими государ¬
ствами». При этом он подчеркивал, что «Россия в хозяйственном от¬
ношении страна отсталая, ей очень трудно своими собственными
силами поставить транспорт, развить индустрию и электрифициро¬
вать городскую и сельскую промышленность».
Для преодоления неблагоприятных объективных условий Ста¬
лин считал необходимым, с одной стороны, прилагать усилия для
улучшения международного положения России: шдйспользовать
все и всякие противоречия и конфликты между окружающими нашу
страну капиталистическими группами и правительствами в целях
разложения империализма\2))Не щадить сили средств для оказания
помощи пролетарской революции на Запаял! Принять все меры к
114
усилению национально-освободительного движения на Востоке.
<ч^Дкрепить Красную Армию».
Одновременно Сталин выдвигал задачи индустриализации стра- \
ны. Он предлагал: 1) сосредоточить «максимум сил на овладении ос¬
новными отраслями индустрии и улучшении снабжения занятых там
рабочих»; 2) развить «внешнюю торговлю по линии ввоза машин,
оборудования»; 3) привлечь «акционеров, арендаторов»; 4) создать
«хотя бы минимальный продовольственный маневренный фонд»;
5) осуществлять «электрификацию транспорта, крупной промыш¬
ленности».
Подготовка к грядущей войне, отвечавшая сложившимся исто¬
рическим условиям, требовала не только усилий военных, но и мо¬
билизации всего общества. Такую мобилизацию осуществляла в на¬
шей стране Всесоюзная Коммунистическая партия (большевиков),
руководившая Советской страной с 7 ноября 1917 года. Сосредото¬
чив в своих руках всю полноту политической власти в стране, По¬
литбюро Центрального Комитета ВКП(б), в котором Сталин играл
все более значительную роль, решало все важнейшие вопросы госу¬
дарственного развития страны, в трмдщсле и обороны. Став в марте
1919 года чдено]ц год^Г^неральным^сЩует^р^
ЩГБ^ТЦб), иТВ. Сталин, обладавший исключительнойработоспо-*
собностью, феноменальной памятью и способностью глубоко и бы¬
стро оценивать информацию, тщательно собирал и обрабатывал
сведения о всех сторонах жизни в Советской стране. Эта информа¬
ция использовалась Сталиным в разных областях его государствен¬
ной деятельности.
Мирное строительство требовало обеспечения стабильности
внутри Советской страны и безопасности ее границ. Решение этих
задач в значительной степени зависело от положения на окраинах
Советской страны, населенных главным образом национальными
меньшинствами. Поэтому вопросы регулированщ межш^и^шшь-,
ных отношений, которыми заним^с^Тноя^ 1917 года Сталин
как нарком по делам национальностей, приобретали огромное зна¬
чение.
Сразу же после возвращения с фронтов Гражданской войны и
краткого отпуска Сталин опубликовал в «Правде» 10 октября 1920
года статью «Политика Советской власти по национальному вопро¬
су в России», в которой он подчеркивал: «Три года революции и Гра¬
жданской войны в России показали, что без взаимной поддержки
центральной России и ее окраин невозможна победа революции,
невозможно освобождение России от когтей империализма». Сталин
обращал особое внимание на взаимозависимость России и ее окра-
115
\ ин: «Центральная Россия, этот очаг мировой революции, не может
долго держаться без помощи окраин, изобилующих сырьем, топли¬
вом, продуктами продовольствия. Окраины России, в свою очередь,
обречены на неминуемую империалистическую кабалу без полити¬
ческой, военной и организационной помощи более развитой цен-
I тральной России».
I Хотя Сталин и признавал «неотъемлемое право на отделение от
России» национальных меньшинств, он осуждал попытки восполь¬
зоваться этим правом. Он писал: «Требование отделения окраин от
России, как форма отношений между центром и окраинами, должно
быть исключено не только потому, что оно противоречит самой по¬
становке вопроса об установлении союза между центром и окраина¬
ми, но, прежде всего, потому что оно в корне противоречит интере¬
сам народных масс». Сталин видел лишь две альтернативы для раз¬
вития национальных окраин: «либо вместе с Россией, и тогда —
освобождение трудовых масс окраин от империалистического гне¬
та; либо вместе с Антантой, и тогда — неминуемое империалистиче¬
ское ярмо. Третьего выхода нет».
} ' | После «советизации» Армении в конце 1920 года, а затем и Гру-
\ ! зии весной 1921 года границы Советской страны на Кавказе в основ-
! ( \ ном проходили там, где они существовали до начала революции 1917
: ■ »года. Восстановлены были и дореволюционные границы в Средней
, j |Азии. Лишь на западе рубежи существенно сдвинулись .в сторону
\ | Центральной России после создания независимых государств: Поль-
! I ]ши71ФНШЖНДШ трех прибалтийских республик.
В^'жГвремя Сталин считал необходимым, «чтобы Советская
власть стала... родной и близкой для народных окраин России. Но для
того, чтобы сделаться родной, Советская власть должна стать преж-'
дё"'Ш^Ш^Яо]Н[^тно]йдатя1Р11Ш^ТТУн^со^оегюдчеркиЕ^лГважность разви-
тия национальных языков: «Одно из двух: либо украинскии. азер¬
байджанский. киргизскии. узбекский, башкирский и прочие языки
представляют действительную реальность... и тогда — советская ав¬
тономия должна быть проведена в этих областях до конца, без ого¬
ворок: либо украинский, азербайджанский и прочие языки являют¬
ся пустой выдумкой, школы и прочие институты на родном языке не
нужны, и тогда — советская автономия должна быть отброшена
прочь, как ненужный хлам. Искание третьего пути есть результат
незнания дела или печального недомыслия». Сталин призывал ре¬
шительно отказаться «от кавалерийских набегов по части «немед¬
ленной коммунизации» отсталых народных масс» и «перейти к ос¬
мотрительной и продуманной политике постепенного вовлечения
этих масс в общее русло советского тзвития». ^ л м
/
Стал
1 * *
сии должны превратиться в Областные автономий^ При этом он
замечал: «Советская автономия не есть нечто застывшее и раз навсе¬
гда данное, она допускает самые разнообразные формы и степени
своего развития. От узкой административной автономии (немцы
Поволжья, чуваши, карелы) она переходит к более широкой, Поли¬
тической автономии (башкиры, татары Поволжья, киргизы), от ши¬
рокой политической автономии — к еще более расширенной форме
(Украина, Туркестан), наконец, от украинского типа автономии — к
высшей форме автономии, к договорным отношениям (Азербай¬
джан)». Из этого следовало, что Сталин не делал принципиального
различия между автономными республиками, входившими в состав
РСФСР, вроде Чувашской, и номинально независимыми советски¬
ми республиками, вроде Украинской и Азербайджанской, не вхо¬
дившими в состав РСФСР. И те, и другие, он считал «автономиями»
в рамках единой социалистической державы.
Однако такая позиция Сталина не пользовалась всеобщей под¬
держкой на «национальных окраинах». Если договор с Азербайджа¬
ном 1920 года, предусматривавший скорейшее соединение органов
управления в военной, экономической, финансовой областях, а
также почты и транспорта, позволял расценивать положение Азер¬
байджана как автономию РСФСР, то заключение подобного до¬
говора с Украиной в конце 1920 года натолкнулось на препятствия.
По оценке английского историка Карра, некоторые договора, за¬
ключенные между РСФСР и рядом других республик (Белоруссия,
Армения, Грузия), приближались к «азербайджанской» модели, а
другие — к «украинской'». В то же время договоры, заключенные
РСФСР с Хорезмом и Бухарой, предусматривали лишь военно-по¬
литический союз, но в них не говорилось об объединении наркома¬
тов.
Правительства некоторых советских республик оказывали упор¬
ное сопротивление планам экономической и политической инте¬
грации с другими советскими республиками/Р)пшв0Дитёл^рузии
выступали за сохранение во всех закавказский рсспуОликЙх своих
армий, своей валюты, свободы внешней торговли. Они требовали
выхода закавказских компартий из РКП(б).
Вопреки сопротивлению сепаратистов Сталин настаивал на соз¬
дании общесоюзного аппарата управления, контролирующего не
только вопросы внешней политики и обороны, но также экономи¬
ку, финансы, связь, транспорт. Противники «автономизации» ста¬
рались заручиться поддержкой в Москве и прежде всего со стороны
Троцкого, который готов был им помочь. Созданная по инициативе
Троцкого комиссия по расследованию конфликтов между централь¬
ным руководством и местными правительствами (в ее состав входи¬
ли управляющий делами Совнаркома Горбунов, секретари Ленина
Фотиева, Гляссер и другие) представила Ленину дело так, что суть
возникших разногласий сводится к нетактичному поведению Ста¬
лина, Орджоникидзе и Дзержинского в отношении руководства Гру¬
зии.
Правда, уже через месяц после доклада комиссии Ленину ее
член М. Гляссер признавала, что Ленин превратно понял и без того
одностороннюю информацию и «благодаря болезни был не прав по
отношению к т. Сталину... Особенно тяжело потому, что за два с по¬
ловиной года работы в Политбюро я, близко видя работу Политбю¬
ро, не только научилась глубоко ценить и уважать всех вас, в частно¬
сти, Сталина (мне стыдно смотреть на него теперь), но и понимать
разницу между линией Вл. Ил-ча и Троцкого». На основе представ¬
ленной односторонней и поверхностной инфор м а и® -
йгелТс выйодуо1ФетитаЭержавномуклоне» СталйнаГДзе^йнского
и Орджоникидзе. - —^
‘ В апреле 1923 года Сталин, Орджоникидзе и другие опровергли
обвинения в их адрес, выдвинутые Мдивани и другими. Еще позже,
через два года после смерти Ленина, Сталин заявил: «Тов. Ленин пе¬
ред XII съездом нашей партии упрекал меня в том, что я веду слиш¬
ком строгую организационную политику в отношении грузинских
полунационалистов, полукоммунистов типа Мдивани... что я «пре¬
следую» их. Однако последующие факты показали, что так называе¬
мые уклонисты, лица типа Мдивани, заслуживали на самом деле бо¬
лее строгого отношения к себе, чем это я делал как один из секретарей
ЦК нашей партии. Последующие события показали, что «уклони¬
сты» являются разлагающейся фракцией самого откровенного оп¬
портунизма... Ленин не знал и не мог знать этих фактов, так как бо¬
лел, лежал в постели и не имел возможности следить за событиями».
Тогда Ленин не ограничился суровой критикой в адрес Сталина,
Дзержинского, Орджоникидзе, но и осудил планы создания Совет¬
ского Союза на тех принципах, которые проводил Сталин. В своих
заметках «К вопросу о национальностях или об «автономизации»,
продиктованных М. Володичевой 30—31 декабря 1922 года, Ленин
сожалел, что раньше «не вмешался в пресловутый вопрос об автоно¬
мизации, официально называемый, кажется, вопросом о союзе со¬
ветских социалистических республик». Опасаясь, что «свобода вы¬
хода из союза, которой мы оправдываем себя, окажется пустой бу¬
мажкой», Ленин предлагал объединить советские республики «лишь
в отношенирвоенно^ .
Однако, когда Ленин 30 декабря 1922 года начал диктовать свои
заметки, в Большом театре уже открылся I съезд Советов СССР. До¬
говор о создании СССР, заключенный 30 декабря 1922 года предста¬
вителями России, Украины, Белоруссии и Закавказской федерации,
предусматривал не только военно-политический союз. Теперь веде-
нию СССР «в лице его верховных оргажш^ подлежали «>
ние систем внешней и внутренней торговли ...основ и общего плана
всйчТнародного хозяйства Союза рйули^ и
Ч и uiuw.biw»^
почтово-телег
го
единого государственно-
4*w»i»w» г*" ***
также
системы общес&ШНЖ^еспубликанских и местны^ущщрж-• S§Z,
щих начал землеустройства й землепользования...
ства и судопроизводства... основных законов о труде „.общих начал
нарбДнбго просвещения... общих мёр в' области охраны народного
здоровья» и многое другое. Договор определял также порядок фо|)-
мировани^высших органов законодательной и исполнительной
власти'СССР.
В своем выступлении на I съезде Советов СССР 30 декабря
1922 года Сталин высоко оценивал создание СССР: «В истории Со¬
ветской власти сегодняшний день является переломным... Период
борьбы с военной разрухой дал намЛ£га№шшхАшушк^^
нЪвтгШествования Советской власти. Следуюшийлерщд, т^дарцрд.
— дает нам новые рамки для госу-
оюз
лъенно
дарственного существованиясоюз советских ищиалистажсюр:
РЙПубя^ЧСОТШ^восдя*
новления советскдгр Л9ШШ1М^тт
С'бйноtf"стороны, объединение потенциала почти всех респуб¬
лик, созданных на территории бывшей царской России, позволило
создать мощную базу для развития всей страны. С другой стороны,
обеспечивая межнациональное равноправие, Союз позволил мно¬
гим национальным меньшинствам быстро преодолевать экономи¬
ческое и культурное отставание от большинства населения страны.
Темпы развития экономики, образования, культурных учреждений
республик Средней Азии и Закавказья существенно опережали тем¬
пы в центральных районах СССР. Многие народы СССР, впервые
за свою историю, обрели письменность и очаги оседлой культуры.
Создание СССР стало важным этапом на пути превращения нашей
страны в быстро развивающуюся супердержаву мира.
Однако усилия по консолидации общества во имя создания мо¬
гучего и боеспособного государства подрывались отсутствием един¬
ства в правящей большевистской партии и ее руководстве. Наличие
в ее руководстве Троцкого, который до 1917 года был идейно-поли¬
тическим врагом большевизма, продолжение Троцким борьбы за
власть при опоре на значительное число сторонников в партии, ста¬
ло источником острой внутрипартийной борьбы уже с 1919 года. Эта
борьбы усилилась в 1920—1921 годах и особенно во время болезни
Ленина с середины 1922 года.
Ситуация усугублялась тем, что Троцкий возглавлял Революци¬
онный Совет Республики и был наркомом по военным и морским
делам. Троцкий стремился использовать армию в своих политиче¬
ских целях. 41-й параграф устава Красной Армии, утвержденного в
1922 году, был посвящен изложению политической биографии Троц¬
кого. Он венчался словами: «Тов. Троцкий — вождь и организатор
Красной Армии. Стоя во главе Красной Армии, тов. Троцкий ведет
ее к победе над всеми врагами Советской республики». Такая уста¬
новка позволяла представить политических противников Троцкого
как врагов Советской власти, подлежащих разгрому и уничтоже¬
нию. Поскольку же происходившее сокращение армии по мере на¬
чавшегося мирного строительства отражалось болезненно на поло¬
жении ряда командиров и политработников, некоторые из них с на¬
деждой ждали от Предреввоенсовета сигнала к бою за победу миро¬
вой революции и готовы были поддержать его в борьбе за власть.
Помимо поддержки в Красной Армии Троцкий мог рассчиты¬
вать на широкую поддержку среди штатских членов партии. К этому
времени большинство в партии составляли те, кто вступил в нее по¬
сле 1917 г. и кто не знал о многолетней идейно-политической борьбе
Троцкого против большевиков. Они поднялись к активной общест¬
венной жизни в годы Гражданской войны, когда Троцкий был окру¬
жен ореолом руководителя Красной Армии и организатора ее побед.
В стране были города, заводы, фабрики, переименованные в его
честь, всюду висели портреты Троцкого, а на улицах звучала песня,
в которой обещание устроить «пожар мировой» и объявление Крас¬
ной Армии «всех сильней» венчалось словами: «С отрядом флотским
товарищ Троцкий нас поведет в последний бой!» Популярность
Троцкого среди членов партии и сторонников Советской власти со¬
перничала с популярностью Ленина, а благодаря его ораторским да¬
рованиям он казался многим более привлекательной фигурой, чем
главный вождь пролетарской революции.
В разгар внутрипартийной дискуссии в конце декабря 1923 года
начальник Политуправления Красной Армии В. А. Антонов-Овсе¬
енко дал указание провести конференции коммунистических ячеек
высших военных учебных заведений и направил в армейские орга¬
низации циркуляр № 200, в котором предписывал изменить систему
партийно-политических органов Красной Армии на основе поло-
120
жении брошюры Троцкого «Новый курс», Содержавшей вы к
смещению существующего партийного РУК^ВоДства Политб п0_
требовало отозвать этот документ, но Ан*0нов_0всеенк() ответил
27 декабря письмом с угрозами в адрес а*ртийного руководства.
28 и 29 декабря Троцкии опубликовал в «П^авДе>> мат ы с
пагандои своей интерпретации «Нового куЬса а Антонов.0всеен.
ко заявлял в эти дни, что бойцы Красной %МИи <<как один>> _
пят за Троцкого. От этих заявлении веяло Угрозой военного во_
рота.
Смерть В. И. Ленина 21 января 1924 год* способствовала активи¬
зации троцкистов и других оппозиционеров в своем выступлении
26 января 1924 года И. В. Сталин говорил, Что завещал нам
хранить единствр дашашртии, как зеницу ока теб то_
варищ Ленин, что мы с честью выполним ц эту твою заповедь>>
Придавая огромное значение Красной дрмии и в Сталин го_
ворил: «Третьей основой диктатуры пролетариата’(после <<единства
Шт и «союза рабочих и крерян» - ПРцм Явля^=“
|расна^А^яГн^К^ш^Т Ленин Не го нам> ^
передышка, отвоеванная нами у капиталисту^ д м0.
жет оказаться кратковременной. Ленин не ^ указывал что
репление Красной Армии и улучшение ее сОСТояния являются од.
ной из важнейших задач нашей партии ЦОЮ1янемся товари¬
щи, что мы не пощадим сил для того, чтобы Укрепить
Армию, наш Красный флот».
В этой же речи Сталин сказал: «Громад м стоит наща
страна, окруженная океаном буржуазных гоСу Волны за вол.
нами катятся на нее, грозя затопить и размьт, А
ь. А утес все держится
непоколебимо».
Исходя из необходимости укрепления Советского утеса», Ста¬
лин выдвинул задачу построения социализм в одной ьно взя.
той стране. Против этого тезиса выступили * Зиновьев, Ка¬
менев и их сторонники. Они полагали, что С0ветская с на
лишь сыграть роль стартовой площадки миРовой революции
Построение социализма Сталин связыв» „ „ „
F _ ^ с хозяйственным раз¬
витием страны, которое позволило бы ей оТст0ять свою независи.
мость. Особое значение он придавал Росту тЧжелой промышленно_
сти. 9 мая 1925 года, выступая по итогам XIV ВКЩб)
на которой был взят курс на строительство социализма в СССР
Сталин говорил: «Сейчас у нас имеется око.,,0 4 миллионов ^
риального пролетариата. Этого, конечно, Мало> Но это все же кое-
что для того, чтобы строить социализм и поСтроить об нашей
страны на страх врагам пролетариата. Но мь{ Не М{жем остановиться
ш
на этом. Нам нужно миллионов 15—20 индустриальных пролетари-
v ‘ J. i*i $1 fi* 1 T 4 *at> *1 ,404'*».*' k. Ijrt*
еджктр1фищщ,шощь^
ванное сельское хозяйство и высокоразвитая металлическая про-
мышленность. И тогда нам не страшны никакие опасности. И тогда
мы победим в международном^ масштабе».
Стал ^подчеркивал, что индустриализация стран^вляется^д-
рантиеи независ!штет№МШРстраны. В своем отчетном докладе на
т
съезде партии (1 ъ декабря 1925 г.) Сталин заявил: «Есть две ге¬
неральные линии: одна исходит из того, что наша страна должна ос¬
таться еще долго страножа&варной. должна^дрййЗить^е^скохозяй-
ственные продукты и%щда оборудование, что на этом надо сто¬
ять и по этому пути развиваться и впредь. Эта линия требует сверщ-
ваниянащвйашшэдщв... Эмш^ведет^
никогда, или почти никогда, не могла бы по-настояшему индуст-
» -у,.. .
«Ш#®
тйвно пре
11 mi пт
Это не на
Л ^oHgjamaj^Ha*
* ^ «Есть другая генеральная линия, исходящая из того, что мы долж-
11 ны приложить все силы к тому, чтобы сделать нашу страну страной
; | экономически самостоятельной, независимой, базирующейся на
♦ ] внутреннем рынке... Эта линия требует максимального развертыва¬
ния нашей промышленности... Она решительно отрицает политику
превращения нашей страны в придаток мировой системы капита-
, лизма. Это есть наша линия строительства, которой держится пар¬
тия и которой будет она держаться и впредь».
Эту «генеральную линию» Сталин настойчиво проводил в жизнь
и не раз доказывал необходимость в ней. Так, 13 апреля 1926 года он
заявил: «Индустриализация должна пониматься прежде всего как
развитие у нас тяжелой промышленности и особенно как развитие
нашего собственного машиностроения, этого основного нерва ин-
i дустрии вообще. Без этого нечего и говорить об обеспечении эконо-
[ мической самостоятельности нашей страны».
Задачи укрепления Красной Армии и экономического потен¬
циала страны становились особенно актуальными по мере того, как
возрастала опасность нападения на СССР. Нота министра ино¬
странных дел Великобритании О. Чемберлена от 23 февраля 1927 го¬
да, содержавшая угрозы денонсации торгового соглашения с СССР
и разрыва англо-советских дипломатических отношений вызвала
разговоры об угрозе войны. Выступая 1 марта 1927 года, Сталин об¬
ратил внимание, что большинство записок, посланных ему из ауди¬
тории, сводились «к одному вопросу: будет ли у нас война весной
122
или осенью этого года? Мой ответ: войны у нас не будет ни весной,
ни осенью этого года».
Хотя Сталин оказался прав, в то время можно было подумать,
что он ошибся, так как в последующие месяцы международная об¬
становка продолжала обостряться. 6 апреля в Пекине был совершен
полицейский налет на советское полпредство, и ряд дипломатиче¬
ских сотрудников были арестованы полицией. 12 мая J927 года в
Лондоне полиция вторглась в помещение англо-советского акцио¬
нерного общества АРКОС. Утверждалось, что целью налета был по¬
иск некоего документа, пропавшего в военном министерстве. Доку¬
мент не был найден. Тем не менее 27 мая прзщи^^ство Великобри-
танииразоовалоотношения с ОССКТГиюнйТ92710дав Польше был
убит советский полпред Войков. СоздавалосГвпечатление, что меж¬
дународное право не защищает более советских представителей за
рубежом. 15 июня в Женеве состоялась секретная встреча министров
иностранных дел Великобритании, Германии, Франции, Бельгии,
Японии, на которой обсуждался «русский вопрос». Лишь Германия
, на которыхна-
статаал английски^^
Против СССР была развернута шумная пропагандистская кам¬
пания^ которую организовал хозяин «Ройял датч шелл» сэр Гещ^
Детердинг, потерявший после 1920 года богатейшиедеЙлеДйОМДС-
лы в Баку, й Лесли Уркварт, владевший до революцщ адедпрдя’вдя-
ми на’Урале и в Сибири. Они финадаадшШ заговоры щотив^?- ^
ветсжойтераны, в которых наряду с видными деятелями Великобри- i
тании участвовали французский маршал Фердинанд Фош, глава :
американской миссии в Берлине Дризел (его помощником был бу¬
дущий шеф ЦРУ Аллен Даллес). На конференции, организованной
Детердингом в 1927 году, был рассмотрен «план Гофмана», преду¬
сматривавший организацию интервенции армий стран Западной
Европы против СССР.
В это время Сталин резко изменил свою оценку о возможности
войны. В «Заметках на современные темы», опубликованных в
«Правде» от 28 июля 1927 года, он писал: «Едва ли можно сомневать¬
ся, что основным вопросом современности является вопрос об угро¬
зе новой империалистической войны. Речь идет не о какой-то неоп¬
ределенной и бесплотной «опасности» новой войны. Речь идет о ре¬
альной и действительной угрозе новой войны вообще, войны против
СССР — в особенности».
С середины 20-х годов Сталин твердо избрал курс на построение
в СССР социализма — высокоразвитого общества социальной спра-
ведливости. Однако положение внутри СССР усугублялось тем, что
внутрипартийная оппозиция, возглавлявшаяся видными деятелями
страны, включая ТрощШттгЭтовьева, Каменев^дыступила про-
^га^литаческого курса Сталина iuSto сторшшжад. Сталин заяв¬
лял: «ЗГдолжен сказать, товарищи, что Троцкий выбрал для своих
нападений на партию и Коминтерн слишком неподходящий мо¬
мент. Я только что получил известие, что английское консщщтив-
ное правительство решило порвать отношения с £С£Ё Нечего и до-
казывать, что теперь пойдет повсеместный поход против коммуни¬
стов. Этот поход уже начался. Одни угрожают ВКП(б) войной и
интервенцией. Другие — расколом. Создается нечто вроде единого
фронта от Чемберлена до Троцкого».
**ТНа^отаЖ^6^^ьшей частиГТ?)27 года СССР находился под
угрозой новой вооруженной интервенции. Лишь разногласия между
западными державами, умелая дипломатия СССР, а также выступ¬
ления рабочих в ряде стран под лозунгами «Руки прочь от Советской
России!» сорвали попытки развязать антисоветский поход. К концу
1927 года троцкистско-зиновьевская оппозиция была разбита и
внутриполитическое положение страны укрепилось.
В то же время события 1927 года продемонстрировали неподго¬
товленность СССР к новой войне. Перспектива новой войны озна¬
чала, что она по своему уровню технического оснащения будет силь¬
но отличаться от Первой мировой войны, в которой впервые приме¬
нялись танки, боевые самолеты, новые дальнобойные орудия, газы.
В течение 9 лет после окончания мировой войны военная техника
быстро развивалась, производство вооружений росло в геометриче¬
ской прогрессии, кардинально меняя методы войны. Красная Ар¬
мия же опиралась на опыт Гражданской войны, которая была по
своему уровню сильным шагом назад в области вооружений и мето¬
дов боевых действий даже по сравнению с Первой мировой войной.
Выступая на XV съезде ВКП(б) (декабрь 1927 года), на котором
был подведен итог разгрому оппозиции, нарком по военным и мор¬
ским делам К. Е. Ворошилов сообщал делегатам партийного съезда,
что по числу танков СССР (менее 200 вместе с броневиками) ртста-
вал не только от передовых стран Запада-гн^ге^Дрлыии. Вороши-
ТК5всообщал: «Мы имеем в стране оксш) 22т^^^^гковыхи грузо-
вых, исправных и неисправных автомоЙ^^ГЖлерика имее^23 450
тысяч». В Красной Армии имелось менее тысячи самолетов устарев¬
ших конструкций и лишь 7 тысяч орудий разных калибров, что в
1927 году было совершенно недостаточно для обороны одной шес¬
той части земной поверхности от нападения зарубежных армий, в
которых быстро наращивались запасы военной техники.
Однако состояние оборонной промышленности не позволяло
124
надеяться на быстрое создание мощного арсенала современных воо^
ружений. Говоря об «архаических пережитках» «времен Ивана Кали¬
ты» на предприятиях оборонного производства, Ворошилов говорил,
что «когда их видишь, берет оторопь»ГЙГарком сообщал XV съезду:
Ъ стали, 76% проката по сравнению с довоенным
уровнем — это, конечно, недостаточно для нужд широко развиваю¬
щегося хозяйства и обороны». Модернизация же вооружений, осо-
бенно активно развернувшаяся в ведущих странах мира в годы Пер¬
вой мировой войны, требовала не просто восстановления былых по-
з’ицЙЙ' 'В производстве тяжелой промышленности, но и создания
принципиально новых отраслей производства. Между тем Вороши¬
лов признавал: «Алюминия, этого необходимого металла для воен-
ного дела, мы у (5тагаЖем не производим... Цинка и свинца, весь-
ма ценных и необходимых металлов для военного
из-за границы в 7 раз больше, чет^гщюшГОДим у себя в стране Даже
меди;
50% по сравнению с тем, что производим в стране».
Несмотря на немалые достижения в хозяйственном строитель- .
стве лишь к X Г0д0в1шшеОш^.шшйЖШУШЦШ»как отмечал Ста- \
лин в своем докладе XV съезду партии, страна достигла довоенного ~
уррдщ щрития. Сталин отмечал, что «продукция сельского хозяи- ^
ства составляет*Ш8,3%, а продукция промышленности — 100,9%» от
довоенного уровня.
Другим важнейшим направлением обеспечения независимости
и обороноспособности страны Сталин считал преобразование его
сельского хозяйства. Сталин указывал на то, что существовавшее то¬
гда сельское хозяйство не обеспечивает страну необходимыми зер-
цгизт-та*™ потому что не производит в достаточном коли-" | _
ч^вртовг^^
ОотястВ11Гна июльском (1928) пленуме ЦК ВКП(б) причины,
почему необходимо создать надежные резервы хлеба, Сталин обра-^^^
тил внимание на четыре обстоятельства: 1) «мы не гарантированы от^&Г п
военного нападения»; 2) «мы не гарантированы от осложнений шг1^г J
хлебном рынке»; 3) «мы нер^^ПЩю^ны от неурожая»; 4) «нам аб- *
солютно необходим резещГдля экспорта^шеба». Со времен изучения
Ветхого Завета Сталин усшил, чш Иосиф обеспечил могущество и
процветание Египта, а также спасение населения от гибели в годы
«тощих коров» благодаря тому, что своевременно создал огромные
государственные запасы зерна.
Выступая 28 мая 1928 года перед студентами Института красной
профессуры, Комакадемии и Свердловского университета, Сталин
показал таблицу, составленную членом коллегии ЦСУ известным
125
^гои
.ономистом Немчиновым. Из ее содержания следовало, что до
ны наивысщая доля товарности хлеба имелась в помещичьих хсР
зяйствах 7%/Следом шли кулацкие хозяйства — 34%. Затем —
хозяйстваСе@рбдняков и бедняков — 14,7%. В 1926/27 хозяйственном
году^ервое место по товарности занимали колхозы и совхозы —
Второе — кулацкие хозяйства — 20%. На последнем месте по
газарности шли хозяйства середняков и бедняков — 11,2%. Из таб¬
лицы следовало, что товарнощъ всех индивидуальных крестьянских
тйств снизилась, а колхрзьии совхозыт которые собирали всего
не заменили поме-
хозяйства по
иж1,69Б товарного зерна. По¬
скольку сократилось и чиЙ!)^т1^лацквд хозяйств, которые давали
50% товарного зерна до революции, то количество товарного зерна
сократилось в 2 раза, а экспорт зерна упал в 20 раз.
Сталин справедливо указывал, что мелкие.крестьянские хозяй¬
ства, число которых резко выросло после революции (с 15—16 мил¬
лионов до 54^ «применять машины, исполь¬
зовать данные науки, применять удобрения, подымать производи¬
тельность труда и давать, таким образом, наибольшее количество
товарного&леба».
образом, для того, чтобы поднят^^^^нроЭроизводство
хлеба и других сельскохозяйственных продуктов, надо было или воз¬
родить помещичье землевладение, или поощрять развитие кулацких
хозяйств, или развивать колхозы и совхозы. Для Сталина, как и для
всех коммунистов, было очевидным, что единственным способом
является коллективизация мелких деревенских хозяйств и превра¬
щение их в колхозы или их огосударствление и превращение их в
совхозы.
] Поэтому Сталин вновь и вновь повторял на протяжении 1928 го¬
да, что производство товарного хлеба может быть достигнуто путем
«организации колхозов», «создания крупных совхозов» и «обеспече¬
ния подъема урожайности мелких и средних индивидуальных кре¬
стьянских хозяйств». Однако необходимость в осуществлении этих
преобразований оспаривалась видными членами Политбюро — Буха¬
риным, Рыковым, Томским, а также их сторонниками. Он1гвысту-
пали за заниженные темпы индустриализации страны, которые до
тех nog существов^^дащ, щпе.
^ ^ р Кара-Мурза указывал, что в 1989 году «было проведено мо-
1 * делирование варианта Бухарина современными математическими
методами. Расчеты показали, что при продолжении нэпа был бы
* возможен рост основных производственных фондов в интервале 1—
128
2% в год, при этом нарастало бы отставание не только от Запада, но и
от роста населения СССР (2% в год). Это предопределяло пораже¬
ние при первом же военном конфликте, а также внутренний соци-
талин при поддержке большинства членов
бился победы над оппозицией и ее политическим курсом. После ап -
кий, Зиновьев, Каменев, Бухарин воспринимали пролетариат во
многом по-книжному в отрыве от российской реальности. Этому в
немалой степени способствовало и то обстоятельство, что они по¬
долгу жили за рубежом и сформировались как видные деятели пар¬
тии в заграничной эмиграции, где они были оторваны от реальной
жизни рабочих России. В соответствии с чисто теоретическими пред¬
ставлениями лишь пролетариат высокоразвитой капиталистиче¬
ской страны, составлявший большинство ее населения и накопив¬
ший многовековой опыт классовой борьбы, мог совершить социа¬
листическую революцию и, опираясь на помощь пролетариев таких
же развитых стран, мог построить социализм. Российский пролета¬
риат не отвечал этим представлениям.
Зная теоретические положения марксизма и обладая книжной
информацией о рабочем движении стран Запада, наиболее видные
оппоненты Сталина не имели большого опыта борьбы в защиту прав
российских трудящихся. Они хуже знали проблемы российских ра¬
бочих, более абстрактно представляли себе особенности российско¬
го пролетариата, а потому недооценивали его возможности.
Троцкий писал, что российский пролетариат «сформировался в
варварских условиях царизма и отсталого капитализма, а потому ни¬
коим образом не соответствовал задачам социалистической револю¬
ции». «Отсталый» пролетариат России, по утверждению Троцкого,
исчерпал свой потенциал в Октябрьской революции, после которой
наступил «долгий период усталости, упадка и разочарования в ре¬
зультатах революции».
В отличие от Троцкогб и других оппозиционеров Сталин исхо-
ди[д.из«шдигайя в рабочем классе страны огромного созидательного
гса... одним из решающих вопросов», а «поэтому всякое средство,
могущее поднять уровень развития культурных сил рабочего класса,
алы
врастающего обеднения населения».
Поли
м и членов Центрального Комитета ВКП(б) до-
рельского пленума
сТан^Штсянеоспорщым. Победа Сталина объяснялась и тем, что
127
всякое средство, могущее облегчить дело выработки навыков и уме¬
нья в рабочем классе управлять страной, промышленностью, — вся¬
кое такое средство должно быть использовано нами до дна».
В быстро растущие города и новые предприятия страны прихо¬
дили миллионы недавних обитателей крестьянских общин. Стано^
вясь новыми горожанами и новичками на производстве, им прихо¬
дилось зачастую осваивать азы городской культуры и производст¬
венных навыков. Они приносили с собой в города и на заводы многие
отжившие и ошибочные представления о мире, нелепые предрас¬
судки в отношении «чужаков». Вместе с тем они вступали в новую
советскую жизнь, обладая огромным потенциалом физического и
душевного здоровья, обладая мощной силой духа, выносливостью,
терпением, исполнительностью, природной смекалкой и в то же вре¬
мя тягой к новым знаниям. Сталин способствовал развитию «куль¬
турных сил» рабочего класса, поощряя «ленинский призыв», учебу
партийцев этого призыва, выдвигая наиболее талантливых выход¬
цев из народа на ответственные посты. Новые начальники, так же
как и новые служащие и рабочие, были не свободны от многих кос¬
ных привычек, но в то же время, будучи выходцами из народа, они
приносили в городскую жизнь любовь к народной культуре, привер¬
женность к традиционным моральным устоям, глубокий патрио¬
тизм.
Гордость русских людей за достижения своей национальной
культуры вызывала острую неприязнь у Троцкого. Он писал, что
Россия «приговорена самой природой на долгую отсталость», что
дореволюционная культура России «являлась лишь поверхностно^
имитацией высших западных моделей и ничего не внесла в сокро-
шшщи^^ Бухарин выступал как противник
принижать значение русского на¬
рода и его потенциала, что ярко проявилось в его тезисе о необходи¬
мости поставить русский народ, то есть большинство населения
страны, в неравноправное положение на том основании, что до ре-
волюции великороссы были «угнетающей нацией».
Будучи признанным знатоком национального вопроса, Сталин
осуждал нигилистическое отношение к национальной культуре,
стороны, этим он обеспечил себе поддержку
^Гст^оныГмногих национальных меньшинств (несмотря на то что
он решительно выступал против национал-сепаратистских настрое¬
ний). С другой стороны, Сталин отвергал пренебрежительное отно¬
шение к русскому историческому и культурному наследию, столь
широко распространенное в стране после 1917 года, видя в этом
унижение и оскорбление русского пролетариата.
128
Будучи носителем традиций народной культуры, Сталин пре¬
красно сознавал, что гордость за свой народ, за его культуру, заисто-
рию его страны является ДеисТ^У~
ной, чё№1й€чта о мирдШЙ революции. Такими же выходцами ИЗ Ha¬
родной среды были многие сталинские выдвиженцы. Их мысли и
настроения были созвучны настроениям Сталина, а потому они
поддерживали сталинский курс, направленный на построение про¬
цветающего общества социальной справедливости в своей стране,
не дожидаясь победы мировой революции. В Сталине щи видели
руководителЯдС^^МШ'^АРацющт^ВШОЩШидднхКкашВШК)
"■ .... II | и|| | и ни ми» ни
сушных проблем родной страны.
Йх крестьянское социальное происхождение и их нынешний со¬
циальный статус городских рабочих и служащих отражались в про¬
тиворечиях и зигзагах политики партии в крестьянском вопросе.
Как вчерашние крестьяне, они поддерживали Сталина, когда он вы¬
ступал за «смычку с деревней», за бережное отношение к крестьян¬
скому хозяйству и внимательное отношение к крестьянам. В то же
время, покидая деревню, они выходили из притяжения собственно¬
сти и рыночных отношений. Становясь горожанами, они обретали
чувство превосходства над крестьянами, оставшимися в замкнутом
круге своих деревенских представлений и тягот крестьянского тру¬
да. Они охотно принимали советскую идеологию, убеждавшую их в
превосходстве городского рабочего над сельским собственником, и
быстро превращались в сторонников глубоких социалистических
преобразований в деревне.
Зигзаги генеральной линии партии, которую проводил Сталин,
а также противоречивые обоснования для ее проведения отражали
переменчивую и противоречивую реальность тех лет. Когда нэп по¬
могал выйти из разрухи после Гражданской войны, он устраивал
всех трудящихся страны. Однако в конце 20-х годов для Сталина и
его сторонников стало очевидным, что интересы быстрорастущего
шшм ям * mm*
рабочего класса вступили в противоречие с новой экономической
ПиШТЙ^^ГЩ^У^ЖвывоаовЪыш веские основания. Перебои с
продовольствием во многих городах в 1927 году усилили недоволь¬
ство нэпом со стороны рабочего класса. Вспоминая свою юность в
20-е годы, член брежневского Политбюро К. Т. Мазуров замечал:
«Нэп принес процветание торговле и мелкому предпринимательст¬
ву, получше стали жить крестьяне. А рабочим было по-прежнему
очень тяжело. У них на столе часто не бывало хлеба. Росло их недо¬
вольство... Рабочие считали: пускай прижмут тех, кто прячет хлеб,
и он у нас появится». Впрочем, и среди значительной части кресть-
129
5-3374
янства не было поддержки нэпа и воссозданных им рыночных отно¬
шений. Историки Г. А. Бордюгов и В. А. Козлов «35%
крестьян, освобожденных от уплаты сельхозналога, пролетарские,
полупролетарские и бедняцкие элементы деревни — были ли они за*
интересованы в сохранении нэпа? Те льготы, классовые гарантии,
которыми пользовалась деревенская беднота в 20-е годы, гаранти¬
ровались ей непосредственным государственным вмешательством в
экономику».
Переход руководства партии от защиты нэпа в борьбе против
троцкистов, а затем и зиновьевцев к отказу от нэпа был воспринят
положительно большинством рабочего класса страны по мере того,
I как начался кризис нэпа. Предложив радикальный выход: постро¬
ить социализм в кратчайшие сроки, Сталин получил поддержку наи-
более широких, наиболее динамичных и наименее обеспеченных
слоев^населёШя, презставяйвшйх главную общественную опору
партии.
Сталина поддерживали не только партия и пролетариат, но и
патриотически настроенные представители крестьянства, научной
и творческой интеллигенции, военные специалисты, гражданские
служащие, которые видели в Сталине последовательного и реши¬
тельного защитника национальных интересов страны.
Следует учесть, что Сталин был выбран правящей партией и по¬
литически активными силами советского общества, когда возникла
потребность в руководителях, отвечавших повороту исторического
развития в сторону нового мирового конфликта и в странах капита¬
лизма началась гонка вооружений. В этой обстановке на политиче¬
скую авансцену стали выходить политические лидеры, поднявшиеся
на волне Первой мировой войны, такие, как Франклин Д. Рузвельт и
Уинстон Черчилль, верные защитники глобальных интересов США
и Великобритании.
! Политические деятели ряда держав не скрывали своих намере¬
ний перекроить мир в свою пользу за счет нашей страны. В 1927 году
премьер-министром Японии бароном Гиити Танака был подготов¬
лен меморандум, в котором говорилось: «Для решения трудностей,
-возникших в Восточной Азии, Япония должна принять политику
крови и железа... Для того чтобы покорить мир, Япония должна по¬
корить Европу и Азию; для того, чтобы покорить Европу и Азию,
Япония должна покорить Китай; для того, чтобы покорить Китай,
Япония должна покорить Маньчжурию и Монголию. Япония рас-
1 считывает выполнить эту программу За десять лет». Исполнение
| этого плана означало неминуемое вооруженное столкновение на
1 дальневосточных границах СССР.
130
Незадолго до этого меморандума в декабре ! 926 годаив Мюнхене
вышел в свет второй том книги А. ГитлейЗ^^^^кшп^^ котором
провозглашалось: «Мы прекращаем вечное германское движение на
юг и запад Европы и поворачиваем наши взоры к землям на восто-
ке Когда мы сегодня говорим о территории в Европе, мы можем
. )* я ч! **лйг.Аык»ъ\*»г.*Ы1*Л Н> W«*tM,4, »*«■.*.,$} ,dStu St .млн.. *•*•. ilM*m <ШШН№М * Ъ т Wt « чи>
думать Прежде Bcexoj^Q£miJLflQrDmH,aHHXjni^aap.CTBaxt являю¬
щихся ее вассалами». В мае 1928 года на выборах в рейхстаг нацист-'
ская партия Гитлера, которую до сих пор никто не принимал всерь¬
ез, получила 800 тысяч голосов. При поддержке влиятельных про¬
мышленников Германии нацисты превратились к июлю 1932 года в
ведущую политическую силу страны, заняв первое место по числу
поданных за них голосов и числу мест в рейхстаге.
Эти внутриполитические процессы в ведущих странах мира и
внешнеполитические заявления их лидеров свидетельствовали о
том, что мир стоит на пороге новой, еще более разрушительной вой¬
ны, которая не обойдет Советский Союз стороной. Еще в XIX веке
Россия имела возможность убедиться в готовности ведущих стран
мира сплотиться против нее, выступая под знаменем борьбы против
<*русск^ деспотизма>>^Моральная поддержка мй$бВЬММ"ЯБржава- ф
ми японской агрессии 1904 года, их нежелание помогать России в ,
годы Первой мировой войны, когда русские солдаты массами гибли
на фронтах, лишенные оружия, стремление этих стран воспользо¬
ваться Гражданской войной для ее разграбления и ослабления, —
все это оставило неизгладимый след в памяти политически созна¬
тельных людей нашей страны. Свержение монархии ничего не изме¬
нило в отношении к нашей стране ведущих стран мира, которые пе¬
реадресовали советскому революционному строю извечные обвине-
Очевидно, что выбор Сталина определялся тем, что все патрио¬
ты нашей страны, вне зависимости от своего классового происхож¬
дения, социального положения и политических взглядов, видели в
нем руководителя, способного противостоять наиболее воинствую¬
щим и беспощадным политическим руководителям ведущих стран
мира и сорвать планы их похода против нашей страны.
Глава 8
РАЗВЕРНУТОЕ НАСТУПЛЕНИЕ ПО ВСЕМУ ФРОНТУ
Сталин одержал победу над своими последними оппонентами в
руководстве партии в тот же день, когда началось утверждение его
программы ускоренного развития страны и связанных с ним глубо-
131
б*
ких общественных преобразований. Пленум ЦК и ЦКК ВКП(б), на
котором 6ыуЙ*раабипд,>В|ВН1р11Ц. Рыков, Томский и их сторонники,
завершил^23 апреля 1929 годаД в этот же день открылась XVI Все¬
союзная тпфереп1(Ц'ШГ^ЖТТСб), на которой был принято постанов¬
ление «О пятилетнем плане развития народного хозяйства». Пяти¬
летний план получил единодушную поддержку делегатов конферен¬
ции, а также миллионов коммунистов и беспартийных, стремивших¬
ся быстро преодолеть экономическое отставание страны. Планом
предусматривалось выделить 19,5 миллиарда рублей на капитальное
строительство в промышленности (включая электрификацию), то
есть в 4 раза больше, чем за предшествующие пять лет. При этом 78%
этой суммы направлялось в тяжелую промышленность.
Выполнение заданий пятилетки зависело не только от трудовых
усилий рабочих и их энтузиазма, но во многом и от того, сумеет ли
сельское хозяйство страны обеспечить промышленность различны¬
ми видами сырья, а быстро увеличивавшееся городское население —
продовольствием. Эта задача могла быть решена увеличением то¬
варной сельскохозяйственной продукции в колхозах и совхозах, по¬
скольку урожайность в них была выше, чем в среднем по стране на
15—30%. Предполагалось, что их доля к концу пятилетки составив
*неТюлее*20% от общего числа крестьянских хозяйств, но они долж¬
ны были произвести 43% товарной продукции зерна за счет высоко¬
го уровня механизации сельских работ.
Однако по мере выполнения заданий пятилетки по промышлен¬
ному развитию стало ясно, что при сохранявшемся объеме сельско-
; хозяйственной продукции многие сооружаемые стройки могут ос¬
таться без необходимого сырья, а многие трудящиеся растущих го¬
родов — без хлеба и других видов продовольствия. Могла оказаться
(без достаточного продовольственного снабжения и быстрорастущая
Красная Армия. Темпы развития колхозов и совхозов были меньше,
;чем темпы роста промышленного производства и городского насе¬
ления. Поэтому «чрезвычайные меры» по изъятию хлеб^^ крестьян,
начавшие практиковаться в 1928 году, в 1929 году продолжились и
\ даже ужесточились.
Изъятие>излишков хлеба» ибкспропоиаишЬимушества богатых
* чирищмри**».
крествдаГсопровождались ускоренной коллективизацией. За июнь —
сентябрь 1929 года число крестьянских хозяйств, вошедших в колхо¬
зы, возросло почти вдвое — с миллиона до 1,9 миллиона. Несмотря
на очевидную неподготовленность мер по «социалистическому пре¬
образованию деревни» в техническом и организационном отноше¬
нии, 12 августа 1929 года Отдел сельского хозяйства ЦК ВКП(б)
провел совещание, на котором было принято решение об ускорен¬
132
ной коллективизации. Уровень коллективизации в стране вырос с
3,9% в начале 1929 года до 7,6% к концу года. Таким образом, более
трети задания пятилетнего плана было выполнено уже к концу сен¬
тября 1929 года.
В своей статье «Год Великого теошюма», написанной к XII го¬
довщине Октябрьской революцииТСталин уверял, что «в колхозы
пошел середняк», что «крестьяне пошли в колхозы, пошли целыми
деревнями, волостями, районами». Однако он игнорировал то
обстоятельство, что многие крестьяне шли в колхозы под сильным
давлением или даже под угрозой насилия. Неудивительно, что кол-
лёетиШзацйя^"стала вызывать активное сопротивление не только со
стороны богатых крестьян, но и середняков, которые к тому же ни¬
когда не были уверены в том, что они не будут зачислены в «кулаки».
Среди задержанных за теракты щщт^дт^11?кжаМ100бтмЯ-
ли лишь половину, а остальными были середняки и даже бедняки.
Только в Российской Федерации в 1929 году было зарегистриро¬
вано около 30 тысяч поджогов колхозного имущества. В различных
районах страны создавались организации сопротивления коллекти¬
визации. На Северном Кавказе возник ряд подпольных организа¬
ций: «Союз хлеборобов», «Союз борьбы за освобождение крестьян»,
«Добровольно-освободительная армия» и другие. На Украине пов¬
станческая организация готовила одновременное выступление в
32 районах республики. Эти организации выступали под лозунгами:
«Ни одного фунта хлеба Советской власти», «Все поезда с хлебом —
ПОД откос».
В Кабардино-Балкарской и Чеченской автономных областях со-
противление коллективизации переросло в вооруженные восстания.
КруШ5Гвосстание произошло в^екабре 1929 года и в ^^ciJmp--
ском округе. Мятежники захватили ряд населенных пунктов страны.
Там, где они временно установили власть, Советы были разгромле¬
ны, а многие партийные и советские активисты были убиты.
В ответ власти принимали меры по подавлению вооруженного
сопротивления. Все шире применялись и «профилактические» ме¬
ры: семьи кулаков выселяли в Сибирь и на Север европейской тер¬
ритории стрщда. Как сообщалось на январском (1933) пленуме ЦК
В КП (&УГк октябрЙЫ930 года в северные районы страны была вы-
слат 1
чак и мнопр^революции, сталинская «революция сверху» при-
вела к необъявленной гражданской войне. Целью этой войны Ста-
лин провозгласил «ликвидаиию кулачества как класса» Эта полити¬
ка получила широкую поддержку в партии, в том числе и среди тех,
кто недавно осуждал чрезвычайные меры. В статье «Великая рекон¬
133
струкция», опубликованной в «Правде» 19 февраля 1930 года,
Н. Н. Бухарин писал, что «в деревне... быстро и победоносно развива-
ёТСТШтшоШпкая революция», и подчеркивал, что с кулаком «нуж¬
но разговаривать языком свинца». За объявление войны богатым
крестьянам и ускоренную коллективизацию выступали и рядовые
коммунисты, и значительная часть городского рабочего класса (при
активной поддержке сельской бедноты), а фактически и большин¬
ство горожан, заинтересованных в дешевых продуктах питания.
Воспитанный на опыте революционной борьбы и Гражданской
войны Сталин поддерживал эти настроения. Кроме того, он был
связан историческими условиями — необходимостью в ускоренном
преобразовании страны, оказавшейся под угрозой новой войны с
внешним противником. Перед Сталиным стояла дилемма: либо ос¬
тановить коллективизацию и сорвать выполнение пятилетнего
плана, либо продолжить коллективизацию, невзирая на то, что она
приняла незапланированные темпы и формы, превратившись фак¬
тически в новую гражданскую войну. Он выбрал второй вариант,
поскольку первый считал гибельным для страны.
Правда, в ходе новой гражданской войны «армиям» пролетариа¬
та противостояли «кулацкие» семьи. Операции против кулачества
сопровождались «насаждением колхозов и совхозов» на «освобож¬
даемой» территории. На покоряемой территории было «освобож¬
даемое» население («бедняки»). Здесь было немало и тех, кто готов
был сотрудничать с наступающими «армиями» пролетариата (дере¬
венские коммунисты, главным образом, в колхозах; беспартийные
сельские активисты Советов). Преобладание «пролетарских» сил
над «кулацкими» позволяло им сравнительно легко побеждать про¬
тивника и брать его «в плен», а потому богатых крестьян арестовывав
ли целыми семьями и направляли каГ1юШно™ за-
ключения, Середняки представляли собой то большинство населе¬
ния страны, которое в ходе этой гражданской войны нередко
колебалось между противоборствующими сторонами и желало пре¬
кращения военных действий. Как и всегда во время гражданской
войны, в отношении этого большинства проводилась политика уг¬
роз, чтобы добиться от него повиновения и исполнения обществен¬
но необходимых производственной и социальной деятельности.
Как и всякая гражданская война, коллективизация сопровождщхарь
разграблением конфи-
>>, а часто бессмысленными разру¬
шениями йд^хаЖосМми,;
Как и во всякой гражданской войне у пролетарского лагеря име¬
лись свои «солдаты» («рабочие бригады», которые «освобождали»
134
деревню) и «офицеры» (сначала 11 тысяч партийных работников,
а затем 25 тысяч председателей колхозов из городских рабочих). На
отдельных «фронтах» наступления «пролетарскими войсками» ко¬
мандовали «генералы» — представители ЦК ВКП (б).
Н. А. Иваницкий в своей книге «Коллективизация и раскулачи-'
вание» рассказал, как в Поволжье был создан «боевой штаб» во главе
с М. М. Хатаевичем, куда вошли председатель крайисполкома,
крайпрокурор и представитель реввоенсовета Приволжского воен¬
ного округа. Аналогичные штабы создавались в округах и районах.
В Поволжье для осуществления этой операции привлекались и час¬
ти Красной Армии. Было приказано выделить в гарнизонах по 50
бойцов в полной боевой готовности, создать отряды Красной Армии
в 20 населенных пунктах, где нет воинских гарнизонов, по 40 чело¬
век в каждом. Краевой штаб «вынес решение о выдаче коммунистам
оружия».
Такие действия не могли не вызывать протестов не только со
стороны тех, кто подлежал выселению и «ликвидации как класс», но
и большинства крестьян. Крестьянские выступления против раску¬
лачивания и коллективизации приняли еще более широкие масшта¬
бы. Только с января по март 1930 года в Сибири произошло 65 кресть¬
янских восстаний. В течение 1930 года на Средней Волге произошло
718 крестьянских выступлений против коллективизации. На Став¬
рополье вспыхнул вооруженный мятеж. Восстания происходили
также на Украине, особенно в приграничных западных районах рес¬
публики, в ряде районов Армении, Азербайджана, в Карачаевской и
Чеченской автономных областях, в Дагестане и в ряде республик
Средней Азии. Страна оказалась под угрозой всесоюзной «Жакерии».
Другой и более распространенной формой сопротивления кол¬
лективизации явилЬсь Массовое разрушен^^продовольственного
фбнда страныТКрестьяне, записанные в колхоЖТШПШ
к'ОЙГ’ЙПЙЯС'ГО'Желали сдавать свой скот в общее хозяйство и над
его забивать. Только в январе и феврале 1930 года было забмт/
миллионов голов крупного рогатого скота. Таким образом cpi
з главных задач коллективизации — обес¬
печение полноценным питанием растущего населения городов.
2 марта 1930 года в «Правде» была опубликована статья Сталина
ние от успехов». В ней он, с одной стороны, с удовле¬
творением констатировал^ыструю коллективизацию, обращая вни¬
мание на выполнение плана по хлебозаготовкам и заготовке семян
для яровых посевов. Он утверждал, что коллективизация в зерновых
районах была хорошо подготовлена, так как там «крестьяне имели
возможность убедиться в силе и значении новой техники, в силе и
139
значении новой, коллективной организации хозяйства». Он делал
вывод: «Коренной поворот деревни к социализму можно считать
уже обеспеченным».
С другой стороны, обращая внимание на «теневую сторону» дос¬
тигнутых успехов, Сталин осуждал действия властей на местах, ко¬
торые не были предусмотрены планами ускоренной коллективиза¬
ции. Он признал нарушение принципа добровольности вступления
в колхозы и игнорирование «разнообразия условий в различных
^ч,w« «. ^т^мттття
раионах СССЕ^>. приведя в пример методы коллективизации в се-
верных районах страны и в Туркестане.
Кроме того, Сталин заявлял, что не коммуна, а сельскохозяйст-
венная артель является «основным звеном колхозного движения».
Сталин подчеркивал, что в артели «не обобществляются: приусадеб¬
ные земли (мелкие огороды, садики), жилые постройки, известная
часть молочного скота, мелкий скот, домашняя птица и т.д.». Под¬
тверждая это положение Сталина, «Правда» одновременно с его
статьей опубликовала текст примерного устава сельскохозяйствен¬
ной артели.
Статья Сталина, а затем опубликование 14 марта 1930 года по¬
становления ЦК ВКП(б) «О борьбе с искривлениями партлинии в
колхозном движении» означали отказ от попыток завершить сплош¬
ную коллективизацию сельского хозяйства страны в ближайшие ме-
сяцы. Сотни тысяч крестьян выходили из колхозов. Многие колхо-
зы распускались. Если к 1 марта 1930 года коллективизированными
были бойее1^1гаи™ то в rneT^SQ года
сЩрагилось число коллективизирован-
ных хозяйств и на Нижнеи Волге, составив 37,5%. Лишь на Север¬
ном Кавказе уровень коллективизации превысил половину, соста¬
вив 58,1%. Попытки коллективизировать крестьянские хозяйства
штурмом провалились.
3 апреля 1930 года «Правда» опубликовала «Ответ товарищам
колхозникам» Сталина, в котором он подтвердил свои взгляды, вы¬
сказанные в статье «Головокружение от успехов». В то же время из
содержания «Ответа» Сталина было ясно, что он не намерен отказы¬
ваться от политики ликвидации кулачества как класса и коллекти¬
визации. Сталин подчеркивал, что «теперь внимание работников
должно быть сосредоточено на закреплении колхозов, на организа-
ционном оформлении колхозов, на организации деловой работы в
колхозах»7Т^ , несмотря на серьезное поросение в ходе
коллективизации, Сталин через год после провозглашения про¬
граммы революционных преобразований и ускоренного развития
страны был уверен в правильности выбранного курса и намеревался
Ш
продолжать его. Поэтому в своем докладе на XVI съезде партии
(27 июня 1930 года) он объявил «развернутое наступление социализ¬
ма по всему фронту».
Позже, в своем выступлении 4 февраля 1931 года, Сталин поста¬
вил вопрос ребром: «Мы отстали от передовых стран на 50—100 лет.
Мы должны пробежать это расстояние в десять лет. Либо мы сдела¬
ем это, либо нас сомнут». Это был суровый, но весьма реалистиче¬
ский прогноз: если бы к февралю 1941 года СССР не приблизился к
уровню передовых стран в создании основ оборонной промышлен¬
ности, вряд ли он бы смог устоять через несколько месяцев под на¬
тиском нападения гитлеровской Германии.
Спад в коллективизации был лишь временным отступлением.
К началу XVI съезда в результате выхода крестьян из колхозов в них
осталось лишь 21,4% крестьянских хозяйств, но, начиная с осени
1930 года, коллективизация возобновилась. Уровень коллективиза¬
ции к ноябрю 1930 года достиг 22,8%, к декабрю — 24,5%, к январю
1931 г. — 26,1%, к февралю — 29,4%, к марту — 35,3%, к апрелю —
42%, к маю — 48,7%, к июню — 52,7%. Таким образом, через год по¬
сле XVI съезда партии коллективизация превысила уровень, достиг¬
нутый в период «головокружения от успехов».
Трудности коллективизации усугубились после обычного для
природных условий нашей страны неурожа^ летом 1931 гола. Одна¬
ко, несмотря на недороднормы сдачи хлеба государству. для колхо-
зов были устаншдшыагесж&йыге*!^^ в урожайном 1930 году.
1C тому же вновь началось обобществление крестьянского скота, j
Вследствие этого приток крестьян в колхозы прекратился, а часть ^
крестьян стала покидать колхозы. В первой половине 1932 года уро¬
вень коллективизации снизился с 62,6% до 61,5%.
Невзирая на рост антиколхозных настроений в деревне и неуро¬
жай, хлебозаготовки осуществлялись неукоснительно. Государство
стремилось обеспечить потребности быстро растущего городского .
населения, а также выполнить экспортные обязательства государст-л \
да*.Если из урожая 1930 года в 835 миллионов центнерШГбыяо заго-
тдщтено 221,4 миллиона центнеров (из них на экспорт пошло
Тв,Триллиона центнеров), то из урожая 1931 года в 694,8 милл|
гнеров было заготовлено 228,3 миллиона центнеров (из
миллиона центнеров было направлща^ж д^шрйи!1зъятие хлеба
из деревни не мопшине усугубить обычного
j£g<gркайньт-шд* Хотя начиная с 193z года^ыво^^ша за рубеж стал
резко сокращаться (в 1932 гаЩчбыло вывезен(/18^миллиона цент-
нер9Эг»4^Ш««щ — ОКОДЙ10 миллионов центйеров), в 1933 году го¬
ло^ повторился.
137
Так как государственная статистика в то время умалчивала о
страшном бедствии в стране, то точных сведений о числе жертв го-
л ода 1932—1931ттв неизж£шотСравнивая сведения о населении
61кэдеГпереписи 1926 года с данными переписи 1939 года, американ¬
ский советолог Фрэнк Лоример пришел к выводу, что превышение
количества умерших над среднегодовым уровнем смертности соста¬
вило в этот периомЙ^5до375 миллиона ^^ей Не менее миллио¬
на из этого числа,где непосильные
реквизиции скота спровоцировали попытку массового исхода мест¬
ного населения в Синьцзян. Во время этого переселения множество
людей, застигнутых в пути на горных перевалах и в степи ранними
зимними буранами, погибло.
Несмотря на огромное напряжение сил всей страны, лишения
миллионов людей, массовые аресты и выселения в ходе «наступле¬
ния по всему фронту» итоги пятилетнего плана были далеки от тех,
что наметило руководство партии в 1930 году. К концу 1932 года ста¬
ло ясно, что эти расчеты основывались на том, что успехи отдельных
предприятий в начале пятилетки служили для оценки темпа разви¬
тия целых отраслей. К тому же рапорты о достижениях часто не со¬
ответствовали действительности. Надежды Сталина на досрочное
выполнение пятилетки не сбылись.
|Срыв выполнения повышенных обязательств и плановых зада¬
ний стал предметом острой критики со стороны части членов пар¬
тии. Более всего Сталина критиковали бывшие оппозиционеры, та¬
кие, как сторонник Н. И. Бухарина М. Н. Рютин, создавший вместе
| с другими бухаринцами подпольную «платформу «Союза марксис-
/ тов-ленинцев». Члены «Союза» выступали за перемену в политике
[ страны и отставку И. В. Сталина. Аналогичные требования выска¬
зывали и ряд видных руководителей правительства: секретарь
ЦК ВКП(б) и член коллегии ВСНХ СССР А. П. Смирнов, нарком
| снабжения СССР Н. Б. Эйсмонт, нарком внутренних дел РСФСР
1 В. Н. Толмачев, кандидат в члены Политбюро, председатель Сов-
I наркома РСФСР С. И. Сырцов и первый секретарь Закавказского
| крайкома партии В. В. Ломинадзе. Высланный за границу в 1929 го-
I ду Троцкий развил кипучую активность по организации троцкист-
| ского подполья в СССР, вовлечению в него всех недовольных пра¬
вительством. С июля 1929 года за рубежом стал издаваться «Бюлле¬
тень оппозиции» Троцкого.
В марте 1933 года Троцкий обратился с открытым письмом к ра¬
ботникам партийного аппарата: «Настало время пересмотреть всю
советскую систему... и убрать Сталина!» В «Бюллетене оппозиции»
в октябре 1933 года Троцкий объявил о необходимости создать под-
13В
польную партию. Он подчеркивал, что «не осталось нормальных
конституционных путей для устранения пр^шщё1ГЯ!ж^ТСлько
сила может заставить бюрократию передать власть в руки пролетар¬
ского авангарда». Троцкийпризывал осуществить сменуддасхм^ ду-
илйавмй****** — *•»*<-*
тем полицейской операции».
’"КГэтому времени стал “формироваться заговор среди руководства!
ОГПУ во главе с заместителем председателя этой организации Ген-|
рихом Ягодой, который в конце 20-х годов поддерживал Н. И. Буха¬
рина. По сведениям, которым располагал личный переводчик А. Гит¬
лера, а затем видный германский историк Пауль Шмидт (он писал
под псевдонимом Пауль Каррел), в 1932 году созрел заговор среди
части военного руководства Красной Армии во главе с заместителем
наркома обороны СССР М. И. Тухачевским. В заговор были вовле¬
чены и некоторые местные партийные руководители.
Обострение политических противоречий в стране, шумно отме¬
чавшей 15-летие Советской власти пропагандистскими сообщения¬
ми о достигнутых успехах, совпало в жизни Сталина.и самоубийст¬
вом его жены Надежды Аллилуевой влшьс,8 на 9 ноября 1932 года.
Хотя это событие может быть истолковано как случайное, не имев-
шее никакого отношения к общественным процессам тех лет, но
есть основания полагать, что определенные силы могли спровоци-1
ровать самоубийство Аллилуевой, прекрасно сознавая, каким силь¬
ным стал бы такой удар по Сталину.
Несмотря на то что Сталин очень тяжело пережил гибель супру¬
ги и матери двух его детей, он не был сломлен и продолжал свою дея¬
тельность. Через два месяца после самоубийства Надежды Аллилуе¬
вой Сталин выступил с докладом на объединенном пленуме ЦК и
ЦКК ВКП(б), в котором подвел итоги выполнения первого пяти¬
летнего плана.
Объясняя необходимость в ускоренном развитии в своем докла¬
де 7 января 1933 г. об итогах первой пятилетки, Сталин подчеркивал:
«Партия как бы подхлестывала страну, ускоряя ее бег вперед...
Нельзя не подгонять страну, которая отстала на сто лет и которо&уг-
рожает из-за ее отсталости смертельная опасность..JVIbi не могли
зйат^^ЕГ^жои день нападут на СССР империалисты и прервут наше
строительство, а что они могли напасть в любой момент, пользуясь
технико-экономической слабостью нашей страны, — в этом не мог¬
ло быть сомнения... Наконец, партия должна была покончить в воз¬
можно короткий срок со слабостью страны в области обороны. Ус-
ловия момента, рост вооружений в капиталистических странах,
провал идеи разоружения, ненависть международной буржуазии к
13»
СССР, — все это толкало партию на то, чтобы форсировать дело
усиления обороноспособности страны, основы ее независимости».
Сталин признавал, что приоритетное развитие тяжелой про¬
мышленности вызывало ограничение производства потребитель¬
ских товаров: «Предметов широкого потребления действительно
произведено меньше, чем нужно, и это создает известные затрудне-
Ата»4. Он объяснял такое положение необходимостью защитить стра¬
ну от военного нападения извне: «У нас не было бы тогда ни трак¬
торной, ни автомобильной промышленности, не было бы сколько-
нибудь серьезной черной металлургии, не было бы металла для про¬
изводства машин, — и мы были бы безоружны перед лицом воору¬
женного новой техникой капиталистического окружения... Мы не
имели бы тогда всех тех современных средств обороны, без которых
невозможна государственная независимость страны, без которых
страна превращается в объект военных операций внешних врагов.
Наше положение было бы тогда более или менее аналогично поло¬
жению нынешнего Китая, который не имеет своей тяжелой про¬
мышленности, не имеет своей военной промышленности, и кото¬
рый клюют теперь все кому только не лень. Одним словом, мы имели
бы в таком случае военную интервенцию, не пакты о ненападении, а
войну, войну опасную и смертельную, войну кровавую и неравную,
ибо в этой войне мы были бы почти что безоружны перед врагами,
имеющими в своем распоряжении все современные средства напа¬
дения... Ясно, что уважающая себя государственная власть, уважаю¬
щая себя партия не могла стать на такую гибельную точку зрения».
Однако несмотря на провалы политики партии в сельском хо¬
зяйстве, несмотря на то, что многие задания по промышленному
производству не были выполнены в срок, к концу первой пятилетки
Сталин мог констатировать: «У нас не было черной металлургии,
основы индустриализации страны. У нас она есть теперь. У нас не
было тракторной промышленности. У нас она есть теперь. У нас не
было автомобильной промышленности. У нас она есть теперь. У нас
не было станкостроения. У нас оно есть теперь. У нас не было серь¬
езной и современной химической промышленности. У нас она есть
теперь. У нас не было действительной и серьезной промышленности
по производству современных сельскохозяйственных машин. У нас
она есть теперь. У нас не было авиационной промышленности.
У нас она есть теперь. В смысле производства электрической энер¬
гии мы стояли на самом последнем месте. Теперь мы выдвинулись
на одно из первых мест. В смысле производства нефтяных продук¬
148
тов и угля мы стояли на последнем месте. Теперь мы выдвинулись на
одно из первых мест».
Эти перемены позволяли Сталину заявить, что основная задача
пятилетки — переход экономики СССР в новое качество — была ре¬
шена. Он констатировал: «Во-первых, в результате успешного про¬
ведения пятилетки мы уже выполнили в основном ее главную зада¬
чу — подведение базы новой современной техники под промышлен¬
ность, транспорт, сельское хозяйство... Во-вторых, в результате
успешного выполнения пятилетки нам удалось уже поднять оборо¬
носпособность страны на должную высоту». Цели, поставленные
Сталиным в начале первой пятилетки, были в основном достигнуты.
Был преодолен важный этап на пути к созданию мощной державы,
способной отстоять свою независимость.
Глава 9
СОЗДАВАЯ ОБОРОНУ СТРАНЫ
Курс на ускоренное развитие страны Сталин объяснял прежде
всего необходимостью укрепления страны по мере обострения меж¬
дународной обстановки. В своем отчетном докладе на XVI съезде
партии (июнь — июль 1930 г.) Сталин обратил особое внимание на
мировой экономический кризис, разразившийся в октябре 1929 г.
В то время как многие политики и даже экономисты различных
стран мира утверждали, что речь идет о временном спаде, который
завершится к концу 1930 года, как показали последующие события,
Сталин оказался прав, когда подчеркивал, что «нынешний кризис
нельзя рассматривать как простое повторение старых кризисов»,
что «нынешний кризис является самым серьезным и самым глубо¬
ким кризисом из всех существовавших до сих пор мировых эконо¬
мических кризисов».
Сталин оказался также прав, предсказав, что «мировой эконо¬
мический кризис будет перерастать в ряде стран в кризис политиче¬
ский. Это значит, во-первых, что буржуазия будет искать выхода из
положения в дальнейшей фашизации в области внутренней полити¬
ки». Не ошибся Сталин и указав на то, что «во-вторых... буржуазия
будет искать выхода в новой империалистической войне в области
внешней политики».
Захват Японией Маньчжурии в 1931 г. и выход японских войск
на всю дальневосточную границу СССР свидетельствовали о начале
осуществления меморандума Танаки. Приход к власти в Германии в
январе 1933 года Гитлера, не скрывавшего своего стремления рас¬
ширить «жизненное пространство» для немцев за счет нашей стра¬
ны, существенно обострил обстановку на западной границе СССР.
Как и в 1918 году, перед нашей страной возникала опасность агрес¬
сивного нападения с востока и запада. Н. И. Бухарин имел основа¬
ние поиронизировать в своем выступлении на XVII съезде партии:
«Гитлер... желает оттеснить нас в Сибирь... японские империалисты
хотят оттеснить нас из Сибири, так что, вероятно, где-то на одной из
домн Магнитки нужно поместить все 160-миллионное население
нашего Союза».
Угроза усиливалась по мере того, как на западе от нашей страны
устанавливались режимы, идейно близкие нацистской Германии.
В сентябре 1932 г. в Венгрии регент Хорти поручает формировать
правительство убежденному фашисту Гембешу. В марте 1934 г. в
результате военного переворота в Эстонии установлена диктатура
К. Пятса. В мае 1934 г. военно-фашистский переворот происходит
в Болгарии. В том же месяце совершается переворот в Латвии, в
результате которого была установлена диктатура Ульманиса. Везде,
где к власти приходили фашистские правительства, политические
партии, кроме государственной, распускались, коммунисты и со¬
циалисты арестовывались и подвергались казням, профсоюзы лик¬
видировались, печать подвергалась суровой цензуре, и в стране уста¬
навливался военизированный режим, опиравшийся на национали¬
стическую идеологию нетерпимости ко всем «инородцам». При¬
шедший к власти в Литве в результате переворота 1926 г. Сметона
предрекал в 1934 г., что XX век — это век фашизма. Руководители
этих стран не скрывали свою враждебность к Стране Советов. Под¬
писание в 1934 г. договора о дружбе между Германией и Польшей
свидетельствовало о сближении этих стран на антисоветской осно¬
ве. Диктаторские режимы Гитлера и Пилсудского не скрывали го¬
товности развернуть совместный поход против СССР.
В условиях растущей угрозы нападения на Советский Союз Ста¬
лин видел единственный выход в последовательном проведении по¬
литики мира и одновременно в укреплении обороноспособности
страны. С трибуны съезда Сталин провозглашал: «Наша политика
есть политика мира и усиления торговых связей со всеми странами...
Эту политику мира будем вести и впредь всеми силами, всеми сред¬
ствами». В то же время Сталин решительно объявлял о готовности
защищать Советскую землю: «Ни одной пяди чужой земли не хотим.
Но и своей земли, ни одного вершка своей земли не отдадим нико-
муОккбре эти слова стали лозунгом, который воспроизводился на
плакатах и вошел в популярную песню.
142
Чтобы не допустить утраты своей земли и не превратиться в ра¬
бов Германии, Японии или иных стран, народам СССР надо было
в кратчайшие сроки создать современную армию, вооруженную со¬
временным оружием. Первая пятилетка ознаменовалась качествен¬
ными изменениями в состоянии Вооруженных сил страны, особен¬
но их технической оснащенности. С 1931 года на вооружение посту¬
пили новые виды артиллерийских орудий, танков, самолетов.
К концу 1933 года Красная Армия имела 51 тысячу пулеметов и 17 ты¬
сяч артиллерийских орудий. В течение первой пятилетки было про¬
изведено свыше 5 тысяч танков. Если в 1929 году в авиации преобла¬
дали разведывательные самолеты, на долю которых приходилось
82% всего числа боевых машин, то к концу 1933 года на их долю при¬
ходилось лишь 26%, а на долю бомбардировщиков и штурмовиков —
48,8%. В 1932 году началось строительство Тихоокеанского флота,
а в 1933 году — Северного флота.
Подготовка к грядущей войне являлась важнейшим фактором,
определявшим характер хозяйственного развития страны.
Инициатива развития Северного флота принадлежала Сталину.
В своей беседе с писателем К. Симоновым адмирал И. С. Исаков
приводил «разговор со Сталиным, который запомнился, потому что
очень поднимал его в моих глазах. Это было в 1933 году после про¬
водки первого маленького каравана военных судов через Беломор-
ско-Балтийский канал, из Балтийского моря в Белое. В Полярном,
в кают-компании миноносца, глядя в иллюминатор и словно разго¬
варивая с самим собой, Сталин вдруг сказал: «Что такое Черное море?
Лоханка. Что такое Балтийское море? Бутылка, а пробка не у нас. Вот
здесь море, здесь окно! Здесь должен быть большой флот, здесь. От¬
сюда мы сможем взять за живое, если понадобится, Англию и Аме¬
рику. Больше неоткуда!» Это было сказано в те времена, когда идея
создания большого флота на Севере еще не созрела даже у самых пе¬
редовых морских деятелей».
Глубокому пониманию вопросов глобальной стратегии не в ма¬
лой степени способствовало и постоянное изучение Сталиным гео¬
графических карт. Интерес Сталина к географическим картам отме¬
чал В. М. Молотов в своей беседе с Феликсом Чуевым: «В фойе карты
по всем стенам. Хрущев говорил, что он по глобусу руководил, — на¬
оборот, он очень карты любил географические... Азия была, Европа,
все карты». В журнале «Новая и новейшая история» сказано: «В ар¬
хивном фонде Сталина сейчас обработано почти 200 самых различ¬
ных карт: военных, географических, политико-экономических, ис¬
торических, относящихся к различным частям света, территории
143
СССР, отдельным республикам и регионам. На большинстве из них
есть пометы, сделанные рукой Сталина».
Готовясь к неминуемой войне, Сталин основательно изучал ос¬
новы военной теории. В. В. Суходеев в своей книге «Сталин. Воен¬
ный гений», в которой он всесторонне рассматривает Сталина как
полководца, он писал, что Сталин «серьезно изучал труды крупней¬
шего буржуазного военного теоретика Карла Клаузевица, а именно:
его главное сочинение «О войне», книгу «1812 год» и другие работы.
Он знал произведения Суворова и Наполеона, труды Драгомирова
и Мольтке, работы по военному искусству Ф. Энгельса и Ф. Мерин-
га, воспоминания Бисмарка и Людендорфа, военно-исторические
монографии Г. Леера и А. Свечина, книги Н. Лукина (Н. Антонова)
«Из истории революционных войн», Г. Е. Зиновьева «Война и кри¬
зис социализма» и других авторов. И. В. Сталин изучал работы со¬
временных ему историков и теоретиков военного дела, прежде всего
Е. В.ТарлеиБ. М. Шапошникова... Емубылидаже известны работы
ряда начальников военных кафедр военных академий, например,
«Истории военного искусства с древнейших времен до первой им¬
периалистической войны 1914 — 1918 гг.» полковника Е. Разина...
В библиотеке И. В. Сталина имелось много различных вариантов
Устава Красной Армии».
Одновременно Сталин внимательно следил за развитием каждо¬
го из родов войск и производства вооружений для них. Умение Ста¬
лина вникать в организационные и технические стороны дела, тер¬
пеливо и внимательно изучать детали любого вопроса, навыки и
привычки рачительного хозяина пригодились ему в ходе осуществ¬
ления хозяйственного строительства 30-х гг. Люди из его окружения
стали называть его за глаза Хозяином, Как рачительный хозяин,
'СТалйн’’‘ст1Гр11л^ экономики страны. Он блестяще
владел статистикой производства по отдельным отраслям хозяйства,
производственными показателями по наиболее крупным предпри¬
ятиям, был в курсе дела относительно технических новинок и глав¬
ных промышленных строек. По словам сталинского наркома
Н. К. Байбакова, И. В. Сталин «был дотошен, вникал во все мелочи»
и «знал многих директоров крупных государственных предприятий
и в лицо, и по имени-отчеству».
Сталин постоянно контролировал развитие военной техники,
уделяя этому вопросу львиную долю своего рабочего времени.
Г. К. Жуков писал: «Должен сказать, что И. В. Сталин сам вел боль¬
шую работу с оборонными предприятиями, хорошо знал десятки
директоров заводов, парторгов, главных инженеров, часто встречал¬
ся с ними, добиваясь с присущей ему щстойчивостькГШЯ
144
намеченных планов». Стараясь вникать в суть производственных
вопросов7 Сталин достигал такого уровня информированности по
тому или иному предмету, что мог говорить со специалистами на
равных. Слова, обращенные Сталиным к советским хозяйственни-
кам о том, что для правильного руководства страной «надо самим
стать специалистами, хозяевами дела, надо повернуться лицом к
техническим знаниям», он относил и к самому себе.
Вспоминая свою первую встречу со
А. С. Яковлев писал: «Сталин задал несколько вопросов. Его инте¬
ресовали состояние и уровень немецкой, английской и француз¬
ской авиации... Я был поражен его осведомленностью. Он разгова¬
ривал как авиационный специалист. «А как вы думаете, — спросил
он, — почему англичане на истребителях «Спитфайр» ставят мелко¬
калиберные пулеметы, а не пушки?» — «Да потому, что у них авиа¬
пушек нет», — ответил я. «Я тоже так думаю, — сказал Сталин. — Но
ведь мало иметь пушку, — продолжал он. Надо и двигатель при¬
способить под установку пушки. Верно?» — «Верно». — «У них ведь
и двигателя такого нет?» — «Нет». — «А вы знакомы с работой конст¬
руктора Климова — авиационным двигателем, на который можно
установить двадцатимиллиметровую авиационную пушку Шпи-
тального?» — «Знаком». — «Как вы расцениваете эту работу?» — «Ра¬
бота интересная и полезная». — «Правильный ли это путь? А может
быть, путь англичан более правильный? Не взялись бы вы поскорее
построить истребитель с мотором Климова и пушкой Шпитально-
го?» — «Я истребителями никогда не занимался, но это было бы для
меня большой честью». — «Вот подумайте над этим... Когда наду¬
маете, позвоните. Не стесняйтесь... Желаю успеха. Жду звонка».
Комментируя эту беседу, А. С. Яковлев замечал: «В то время самолет,
вооруженный двадцатимиллиметровой пушкой, уже был у немцев —
«Мессершмитт-109». Видимо, Сталину это не давало покоя. Готовя
перевооружение авиации, Сталин, очевидно, стремился избежать
ошибки при выборе калибра пулеметов и пушек для наших истреби¬
телей».
Оценка Яковлевым компетентности Сталина в вопросах само¬
летостроения совпадала и с мнением выдающегося летчика-испы- i
тателя Байдукова: «Сталин имел большие познания в техническом 1 ,
оснащении самолетов. Бывало, соберет профессуру поодиночке, раз- у
берется во всех тонкостях. Потом на совещании как начнет пулять
тончайшими вопросами, мы все рты поразеваем от удивления».
Как рачительный хозяин, Сталин схаралс^лично ознакомиться
с изделиями хозяйства страны и творцами этих изделииГ^отачнВй
охранник А. Рыбин вспоминал, кЖТТгалин вместе с другими члена-
145
ми Политбюро знакомился с первыми образцами новых советских
автомобилей: «Сталин буквально все ощупывал, садился за руль,
проверяя, удобно ли будет шоферу в кдбдш^ ^
* Йроявляя прист^Шбе внимание к танкам, Сталин однажды
распорядился доставить танк в Кремль. Личный охранник Сталина
А. Рыбин вспоминал: «По просьбе Сталина им управлял водитель,
участвовавший в боях. Конструктор усердно объяснял ходовые и
боевые качества машины. Не дослушав его, Сталин попросил Туко-
ва помочь взобраться на броню. Люк был открыт. Водитель пояснил
Верховному, что во время боя на ходу стрелять нельзя: сначала надо
остановиться и дать три-четыре прицельных выстрела. Таким обра¬
зом танк сам становится хорошей мишенью для противника. Конст¬
руктор заволновался. Успокоив его, Сталин спросил: «Сколькр ...дог
требуется времени устранить недостатки^ — ^й^ддщрдщ.Ста-
, не подведите нас и фронт,
М^ф^жвдет этот танк. А танкист — добрый малый. С такими мржно
воевать и побеждать. Не обзижаите его, он прав». По словам А. Рыби-
гоГвКремль привозили и самоходное орудие, которое также внима¬
тельно изучал Сталин.
Мой отец часто вспоминал, как он вместе с рядом специалистов
представлял Сталину броневой щиток, специально разработанный
во время советско-финляндской войны для бойцов, перемещав¬
шихся на лыжах. Лыжи с прикрепленным к ним щитком разработ¬
чики положили прямо на полу в кремлевском кабинете у Сталина.
Вскоре в кабинет вошли Ворошилов, Кулик, Шапошников, Тево-
сян, Ванников. Последний в это время был наркомом вооружений и
пришел на совещание с новым автоматом. Как писал отец в своей
книге воспоминаний, «ровно в пять появился Сталин. Он поздоро¬
вался со всеми за руку, подошел к щитку. Окинув его взглядом,
опустился на колени и, обращаясь к Ванникову, произнес: «Дайте
автомат».
Ваннников подал автомат Сталину и отошел. Сталин лег на пол,
просунул ствол автомата через щель броневого щитка и стал целить¬
ся. Он несколько раз менял положение, передвигал щиток, вынимал
ствол автомата из щели и снова просовывал его в щель. В кабинете
стояла тишина. Только иногда раздавался лязг металла по металлу.
Наконец, Сталин поднялся, протянул автомат Ванникову и произ¬
нес: «Щель для стрельбы лучше сместить на двадцать миллиметров
вправо. Вот здесь, — он указал место на щитке, — следует укрепить
полочку, чтобы обоймы с патронами на нее можно было класть. А то
стрелок протянет руку к патронташу за обоймой, плечо у него при¬
поднимется, выйдет из-за броневой защиты и снайпер может про¬
стрелить его».
Конструктор держал блокнот и тщательно все записывал. А Ста¬
лин продолжал делать замечания: «В последнее время много ране¬
ний в пах. При таких ранениях часто атрофируются нижние конеч¬
ности. Для того чтобы избежать таких поражений, необходимо уд¬
линить открылки у щитка так, чтобы защитить и эту часть тела».
Сталин нередко выезжал и на полигоны, где испытывалось огне¬
стрельное оружие. Главный маршал авиации Голованов вспоминал:
«Когда я работал у Орджоникидзе, мне довелось присутствовать на
испытаниях динамореактивного оружия, созданного Курчевским,
предшественником создателей знаменитой «катюши». У Курчев-
ского была пушка, которая могла стрелять с плеча. На испытания
приехали члены Политбюро во главе со Сталиным. Первый выстрел
был неудачным: снаряд, как бумеранг, полетел на руководство. Все
успели упйсть на землю. Комиссия потребовала прекратить испыта¬
ния. Сталин встал, отряхнулся и сказал: «Давайте еще попробуем!»
Второй выстрел был более удачным».
И все же подавляющее большинство решений по вопросам раз¬
вития хозяйства, науки и техники, в том числе и оборонной, выраба¬
тывалось и принималось в кремлевском кабинете Сталина. Повест¬
ка дня проводившихся там совещаний нередко формировалась по
мере обсуждения различных вопросов, а дискуссия могла уходить
далеко за пределы первоначально намеченной темы. Однако за этой
кажущейся беспорядочностью скрывался глубоко продуманный
план постепенного превращения неорганизованных, стихийно вы¬
сказанных мыслей в стройную дискуссию, результатом которой бы¬
ли принципиально новые решения о развитии нашей страны и ее
отдельных областей народного хозяйства. Состав участников заранее
подбирался, хотя в ходе дискуссии в нее могли включаться новые
люди.
Старательно готовясь к обсуждению самых различных вопросов,
в том числе и связанных со сложными проблемами обороны и воен¬
ной техники, Сталин требовал такой же подготовленности от своих
собеседников. Секретарь ЦК партии П. К. Пономаренко вспоми¬
нал: «Заседания у Сталина нередко проходили без какой-либо зара-
нее объявленной повестки дня, но все поднимавшиеся на них во-
просы продумываЖсь очень тщательно, вплоть до мелочей... Идти к
Сталдо«^ащ1ШД0МЖ^
весьма рискованным и опрометчивым шагом*со*всеми вытекавши-
миТТГЙЩГпослежшшми. Но это не означает, что. атмосфера во
время заседаний с участием Сталина или встреч с ним была какой-
- . v„ -f1* ‘у , *<п <■ 1 ** > « * ! + -> ГУ***! "*
147
то напряженной, гнетущей. Отнюдь. Имели место и дискуссии, и
'хВЖе^грые^споры, хотя^за“]Ш^Мё1гда1бъшЬ последнее слово».”***'
Многочисленные мемуаристыоставгаи рассказы об этих сове¬
щаниях. Поскольку стиль поведения Сталина на совещаниях прин¬
ципиально не менялся с годами, то описания 30-х гг. мало отлича¬
ются от рассказов о подобных заседаниях 40-х и начала 50-х гг. По
этим описаниям можно представить детали обстановки, в которой
происходили совещания, и подробности хода дискуссии. Происхо¬
дившее в сталинском кабинете действо развертывалось не спеша и
почти в полной тишине. По словам А. А. Громыко, Сталин «в редких
случаях повышал голос. Он вообще говорил тихо, ровно, как бы
приглушенно. Впрочем, там, где он беседовал или выступал, всегда
стояла абсолютная тишина, сколько бы людей ни присутствовало.
Это помогало ему быть самим собой».
О том, что Сталин умел создать нужную атмосферу для вдумчивой
и серьезной дискуссии, свидетельствовал и Г. К. Жуков: «Невысоко¬
го роста и непримечательный с виду, И. В. Сталин производил силь¬
ное впечатление. Лишенный позерства, он подкупал,, ф§£сщщща
простотойобвдеадм. Свйэоднааушад^ чет¬
ко формулировать мыслц^.Щдародный .аналитический ум, большая
эрудиция и редкая память даже очець искушенных и значительных
лШдей заставляли во время беседы с И. В. Сталиным внутренне со¬
браться и быть начеку».
Внимание, с которым участники совещаний у Сталина запечат¬
лели каждую их деталь, объяснялось также тем, что все они напря-
женно ожидали того, что в дюбой момент от дшшотребуют сольного
выступления. Маршал Советского Союза К. А. Мерецков вспоми-
налГ«За^ремя работы... мне приходилось встречаться со Сталиным
десятки раз. Я не вел записей этих встреч, но стоит напомнить мне о
каком-то конкретном случае, как тут же в памяти всплывет, что бы¬
ло сказано, и какими сопровождалось комментариями, и как на это
реагировали окружающие. Одно звено цепочки тянет за собой дру¬
гое. Психологически это легко объяснимо. Все встречи со Стали¬
ным проходили для меня (и, вероятно, не только для меня) при осо¬
бой внутренней собранности, вызванной сознанием важности дела
и чувством высокой ответственности».
Направляя движение коллективной мысли и давая возможность
участникам совещания высказаться или выразить свое отношение к
обсуждаемому вопросу, Сталин способствовал созданию наиболее
взвешенного и глубокого решения. Совещания, проводимые под ру¬
ководством Сталина, были подобны оркестру, создававшему в ходе
импровизации новые музыкальные произведения. В этом оркестре
Сталин играл роль дирижера. По мнению А. С. Пушкина, роль ди¬
рижера точно характеризовала деятельность государя: «Государство
без полномощного монарха то же, что оркестр без капельмейстера:
как ни хороши будь все музыканты, но если нет среди них одного та¬
кого, который бы движением палочки всему подавал знак, никуда
не пойдет концерт. А кажется, он сам ничего не делает, не играет ни
на каком инструменте, только слегка помахивает палочкой да по¬
глядывает на всех, и уже один взгляд его достаточен на то, чтобы
умягчить в том и другом месте какой-нибудь шершавый звук, кото¬
рый испустил бы иной дурак барабан или неуклюжий тулумбас. При
нем и мастерская скрыпка не смеет слишком разгуляться на счет
других: блюдет он общий строй, всего оживитель, верховодец вер¬
ховного согласья!»
Как настоящий дирижер оркестра, Сталин стремился удержи-
вать внимание участников совещания на главной теме. Только вме-
папирос, записную книжку или карандаши, постоянно манипули-
руя этими предметами и таким образом невольно помогая кониен-
трации внимания собравшихся. Мои отец, не раз участвовавший на
подобных совещаниях в Кремле по вопросам оборонного производ¬
ства, вспоминал: «В одной руке у него был блокнот, а в другой ка¬
рандаш. Он курил хорошо знакомую короткую трубочку... Вот он
выбил из трубочки пепел. Поднес ближе к глазам и заглянул в нее.
Затем из стоящей на столе коробки папирос «Герцеговина Флор»
вынул сразу две папиросы и сломал их. Пустую папиросную бумагу
положил на стол около коробки с папиросами. Примял большим
пальцем табак в трубочке. Медленно вновь подошел к столу, взял
коробку со спичками и чиркнул».
Порой он прибегал к жестам и телодвижениям, чтобы подчерк¬
нуть главную мысль. А. А. Громыко писал: «Когда Сталин говорил
сидя, он мог слегка менять положение, наклоняясь то в одну, то в
другую сторону, иногда мог легким движением руки подчеркнуть
мысль, которую хотел выделить, хотя в целом на жесты был очень
скуп».
Сталин задавал размеренный ритм движению коллективной
мысли и неторопливым передвижением по кабинету. Как писал
А. А. Громыко: «Очень часто на заседаниях с небольшим числом *
участников, на которых иногда присутствовали также товарищи, v
вызванные на доклад, Сталин медленно расхаживал по кабинету.
Ходил и одновременно слушал выступающих или высказывал свои
мысли. Проходил несколько шагов, приостанавливался, глядел на
149
докладчика, на присутствующих, иногда приближался к ним, пыта¬
ясь уловить их реакцию, и опять принимался ходить».
По мнению Байбакова, в ходе совещаний Сталин «проницатель¬
но приглядывался к людям, к тому, кто как себя держит, как отве¬
чает на вопросы. Чувствовалось, что все это его интересовало, и лю¬
ди раскрывались перед ним именно через их заинтересованность де¬
лом».
Мимикой и взглядом Сталин подчеркивал свое отношение к об¬
суждаемому предмету. А. А. Громыко вспоминал: «Глядя на Стали¬
на, когда он высказывал свои мысли, я всегда отмечал про себя, что
у него говорит даже лицо. Особенно выразительными были глаза, он
их временами прищуривал. Это делало его взгляд острее. Но это!
взгляд таил в себе и тысячу загадок... Сталин имел обыкновение, вы¬
ступая, скажем, с упреком по адресу того или иного зарубежного дея¬
теля или в полемике с ним, смотреть на него пристально, не отводя
глаз в течение какого-то времени. И надо сказать, объект его внима¬
ния чувствовал себя в эти минуты неуютно. Шипы этого взгляда
пронизывали».
Внимательно выслушав докладчика, Сталин, по словам Громы¬
ко, «направлялся к столу, садился на место председательствующего.
Присаживался на несколько минут... Наступала пауза. Это значит,
он ожидал, какое впечатление на участников произведет то, о чем
идет речь. Либо сам спрашивал: «Что вьущщщй». Присутствовав¬
шие обычно высказывались кра1'йо7стараясь по возможности избе¬
гать лишних слов. Сталин внимательно слушал. По ходу выступле-
^мечаний дасоткад. р^подавал доадод
Эти реплики были тщательно продуманы. Громыко писал в вос¬
поминаниях: «Что бросалось в глаза при первом взгляде на Сталина?
Где бы ни доводилось его видеть, прежде всего обращало на себя
внимание, что он человек мысли. Я никогда не замечал, чтобы ска¬
занное им не выражало его определенного отношения к обсуждае¬
мому вопросу». Реплики и BonpggfrL Сталина помогали ему удержи¬
вать дискуссию в нужном русле, ~
Рассказывая о своей первой встрече со Сталиным на совещании,
Н. К. Байбаков вспоминал вопросы, которые были заданы Сталиным
после его выступления: «Какое конкретное оборудование вам нрс-
но?.. Какие организационные усовЩИСТстШШМя^амерены вве-
Что*"боле^^е*л**14^ ^
такие вопросы требовали компетентности в (^сувдаемом вопросе.
Н. К. Байбаков подчеркивал: «Чтобы говорить со Сталиным, нужно
было отлично знать свой предмет, быть предельно конкретным и са¬
мому иметь свое определенное мнение. Своими вопросами он как
150
бы подталкивал к тому, чтобы собеседник сам во всей полноте рас¬
крывал суть вопроса».
Стараясь помочь каждому из участников совещания внести свой
вклад в общее творчество, Сталин, по словам Байбакова, «никогда
жестом снять напряжение, успокоить, ободрить. Или дружески по-
шутитБГТТомню, как однажды случился такой казус: вставшиидая
выИупления начальник «Грознефти» Кочергов словно окаменел и
от волнения не мог вымолвить ни слова, пока Сталин не вывел его
из шока, успокаивающе произнеся: «Не волнуйтесь, товарищ Кочер¬
гов, мы все здесь свои люди».
Однако Сталин не терпел пустословия. Подчеркивая способ¬
ность Сталина быстро отделить зерна здравых мыслей от плевел бол¬
товни, Байбаков замечал: «Сталин... умел выявлять то, что истинно
думают его собеседники, не терпя общщщгромких фраз». Громыко
вспоминал: «Вводных слов, длинных предложений или ничего не вы¬
ражающих заявлений он не любил. Его тяготило, если кто-либо го¬
ворил многословно и было невозможно уловить мысль, понять, чего
же человек хочет. В то же время Сталин мог терпимо, более того,
снисходительно относиться к людям, которые из-за своего уровня
развития испытывали трудности в том, чтобы четко сформулировать
мысль». А. С. Яковлев запомнил, как во время первой встречи с ним,
когда авиаконструктор был смущен неожиданным появлением Ста¬
лина, тот помог ему преодолеть смущение: «Вдруг сбоку открылась
дверь и вошел Сталин. Я глазам своим не поверил: не мистификация
ли это? Но Сталин подошел, улыбаясь, пожал руку, любезно спра¬
вился о моем здоровье. «Что же вы стоите? Присаживайтесь, побесе¬
дуем. Как идут дела с ББ?» Постепенно он расшевелил меня и я об¬
рел возможность связно разговаривать».
Нередко Сталин превращал обсуждение вопроса в острый спор,
сознательно сопоставляя прямо противоположные мнения участни¬
ков совещания. В ходе этих споров сторонник той или иной точки
зрения иногда оказывался в явном меньшинстве, но Сталин, чувст¬
вуя, что потерпевший поражение в дискуссии — знаток своего дела,
неожиданно поддерживал его и находил компромиссное решение.
Адмирал И. С. Исаков рассказываЗГЯйга
не допускал, чтобы его собеседник стушевался перед ним, терялся
■■-.1
одном совещании его предложение об увеличении оснащения лин¬
151
коров на шесть зенитных орудий было отклонено голосами тех, кто
исходил из практики сухопутных армий. По его словам, Исаков
«был подавлен, отошел в сторону, сел на стул... И вдруг, как иногда
человека выводит из состояния задумчивости шум, так меня вывела
внезапно установившаяся тишина. Я поднял глаза и увидел, что пе¬
редо мной стоит Сталин. «Зачем товарищ Исаков такой грустный?
А?» Тишина установилась двойная. Во-первых, оттого, что он подо¬
шел во мне, во-вторых, оттого, что он заговорил. «Интересно, — по¬
вторил он, — почему товарищ Исаков такой грустный?» Я встал и
сказал: «Товарищ Сталин, я высказал свою точку зрения, ее не при¬
няли, а я ее по-прежнему считаю правильной». — «Так, — сказал он
и отошел к столу. — Значит, утверждаем в основном проект?» Все
хором сказали, что утверждаем. Тогда он сказал: «И внесем туда од¬
но дополнение: «с учетом установки дополнительно еще четырех зе¬
нитных орудий того же калибра». Это вас будет устраивать, товарищ
Исаков?» Меня это не вполне устраивало, но я уже понял, что это
максимум того, на что можно рассчитывать, что все равно ничего
больше никогда и нигде мне не удастся добиться, и сказал: «Да, ко¬
нечно, спасибо, товарищ Сталин». — «Значит, так и запишем, — за¬
ключил он заседание».
вёрШйГВ умение Сталина четко сформулировать решгстячодг ре¬
шение. Байбаков замечал: «Мы, участники кремлевских совещаний,
^'верШхались в уверенности: Сталин в любом сложном деле знает,
что предпринять. Никогда, ни разу не принимал он пустых и рас¬
плывчатых решенийг. Это происходило лишь после того, когда все
аспекты обсуждаемой проблемы были досконально разобраны и все
сомнения были устранены. Только тогда, когда Сталин окончатель¬
но убеждался, что нужное решение найдено и оно реально выполни¬
мо, он твердо подытоживал: «Итак, я утветШВЗ^
^«^Однако не все дискуссии ^Сталина проходили гладко. Сталин
порой раздражался в ходе дискуссий и терял контроль над собой.
Адмирал Й. С. Исаков утверждал: «Сталин в гневе был страшен, вер¬
нее, опасен, трудно было на него смотреть в это время и трудно было
присутствовать при таких сценах». Вспоминал о вспышках сталин¬
ского гнева и Г. К. Жуков: «Обычно спокойный и рассудительный,
он иногда впадал в раздражение. Тогда ему изменяла объективность,
он буквально менялся на глазах, еще больше бледнел, взгляд стано¬
вился тяжелым и жестким. Не много я знал смельчаков, которые
итшодшло поры до времени, Ста-
фнна^^авадщегасялодегрр^кй-
«сталинского оркестра» твердо
могли выдержать сталинскии гнев и отпарировать удар».
152
И все же есть примеры того, как люди умели отстоять свое мне¬
ние перед лицом сталинского гнева. Об этом свидетельствует рас¬
сказ летчика-испытателя Байдукова. После неудач подготовитель¬
ных полетов на самолете «АНТ-25» было принято решение совер¬
шить перелет через Северный полюс на американском самолете.
Для решения этого вопроса к Сталину были вызваны Байдуков, Ле¬
ваневский, авиаконструктор Туполев. Как вспоминал Байдуков, «я
никогда прежде и потом не видел таким рассерженным Сталина, хо¬
тя не раз встречался с ним. Сталин резко настаивал на том, чтобы мы
не мучились, а поехали в Америку и купили там нужную для переле¬
та машину». В ответ на это Байдуков взял слово и сказал: «Товарищ
Сталин, я считаю, бесполезное дело — ехать в Америку за самоле¬
том». Сталин разозлился еще больше: «Требую доказательств!» Впер¬
вые видел такого Сталина. Обычно он с нами ласково, очень вежли¬
во разговаривал. А тут подошел, зеленые глаза, и сапогом два раза по
ковру стукнул, мне даже смешно стало: «Требую доказательств!»
А я знал Сталина: ему раз соврешь, больше с ним встречаться не
будешь! И Байдуков сказал: «Товарищ Сталин, за два месяца до на¬
шего с Леваневским вылета погиб Вилли Пост, величайший летчик
мира, одноглазый, который решил с Аляски перелететь до Север¬
ного полюса, а с полюса — сесть в устье какой-нибудь сибирской ре¬
ки. Что, неужели в Америке нет таких самолетов, как «АНТ-25»?
Оказалось, что нет. И ехать туда за самолетом бесполезно». — «Я тре¬
бую доказательств!» — настаивал Сталина. «Вилли Посту, товарищ
Сталин, дали бы самый лучший самолет, если бы он был в амери¬
канской промышленности!» Кроме того, Байдуков сослался на све¬
дения о том, что в ближайшие четыре-пять лет зарубежные авиа¬
строители не смогут создать самолет «с дальностью большей, чем де¬
сять тысяч километров, а у нашей машины дальность четырнадцать
тысяч километров, она уже существует, и, наверное, можно и даль¬
ше ее совершенствовать. Американцы — такие звонари: если бы у
них что-то было, на весь мир бы растрезвонили! Более подходящего
самолета для дальних перелетов, чем «АНТ-25», я не вижу». Байду¬
ков убедил Сталина. Он смягчился и согласился с мнением летчика.
Порой Сталин уступал аргументам специалистов, даже если они *
его Же тоедили окончательно. А. С. Яковлев писал в своих воспоми-
готпшег^Мне запомнилось, что начальник НИИ ВВС Филин на¬
стойчиво выступал за широкое строительство четырехмоторных тя¬
желых бомбардировщиков «Пе-8». Сталин возражал: он считал, что
нужно строить двухмоторные бомбардировщики и числом поболь¬
ше. Филин настаивал, его поддержали некоторые другие. В конце
концов Сталин сдался, сказав: «Ну, пусть будет по-вашему, хотя вы
153
меня и не убедили». (Жизнь, однако, доказала правоту Сталина. Как
писал Яковлев, «Пе-8» поставили в серию на одном заводе параллель¬
но с «Пе-2». Вскоре, уже в ходе войны, к этому вопросу вернулись.
«Пе-8» был снят с производства, и завод перешел целиком на строи¬
тельство «Пе-2». Война требовала большого количества легких так¬
тических фронтовых бомбардировщиков, какими и были «Пе-2».)
Иногда ошибочные решения были следствием того, что Сталин
не замечал недостатков предложенного проекта, если его авторы
обещали быстро и с наименьшими затратами достичь желаемого ре¬
зультата. По этой причине не раз Сталин поддерживал технически
необоснованные предложения и сомнительные научные гипотезы,
обещавшие решение насущных проблем. Получалось, что «дири¬
жер» не всегда справлялся с взятыми на себя задачами, и созданное
произведение содержало фальшивые ноты. Мой отец вспоминал,
I как на одном совещании Сталина подкупила внешне красивая убе-
! дительность аргументов о так называемой экранной броне и было
принято решение в пользу заведомо негодного проекта. Отцу приш¬
лось доказывать ошибочность принятого проекта на полигонных
испытаниях.
Впрочем, Сталин умел признавать свои ошибки. Адмирал
И. С. Исаков вспоминал ход обсуждения строительства одной же¬
лезной дороги, которая была построена поверх наспех построенного
шоссе, проходившей через болото. Во время обсуждения Исаков
«попросил слова и, горячась, сказал об этой железнодорожной вет¬
ке, что это не лезет ни в какие ворота... что вообще эта накладка же¬
лезнодорожных путей на шоссе, причем единственное, — не что
иное, как вредительство. Тогда «вредительство» относилось к тер¬
минологии, можно сказать, модной, бывшей в ходу, и я употребил
именно это выражение. Сталин дослушал меня до конца, потом ска¬
зал спокойно: «Вы довольно убедительно, товарищ Исаков, проана¬
лизировали состояние дела. Действительно, объективно говоря, эта
дорога в таком виде, в каком она сейчас есть, не что иное, как вреди¬
тельство. Но, прежде всего, тут надо выяснить, кто вредитель? Я —
вредитель. Я дал указание построить эту дорогу. Доложили мне, что
другого выхода нет, что это ускорит темпы, подробностей не доло¬
жили, доложили в общих чертах. Я согласился для ускорения тем¬
пов. Так что вредитель в данном случае я. Восстановим истину. А те¬
перь давайте принимать решение, как быть в дальнейшем». Исаков
подчеркивал, что «это был один из многих случаев, когда он демон¬
стрировал и чувство юмора, в высшей степени свойственное ему,
очень своеобразного юмора, и в общем-то способности сказать о
своей ошибке или заблуждении, сказать самому».
--штат ,M,i • мк
154
Видимо,
максимально строго проверять качество новых идей с помощью ост-
рб йюсШ Однако и в этом случае он мог ошибить¬
ся. Пброй случалось, что верно поставленные вопросы обнажали не
порочность новой идеи, а лищь уедщтхащёдарсть^докладчиков
к защите Своего дредлол^едщ. Так один раз случилось с моим отцом
и его коллегами. Их ценное предложение о замене сварных башен
танков литыми, которое впоследствии было удостоено Сталинской
премии, первоначально было отвергнуто на том основании, что
конструктор не смог четко ответить на технически обоснованные
вопросы Сталина.
Сталина не удовлетворил первый же ответ на его вопрос: «Как
изменится положение центра тяжести танка при переходе на новую
башню?» Ответ конструктора: «Если и изменится, товарищ Сталин,
то незначительно», немедленно вызвал ответную реплику: «Незна¬
чительно — это не инженерный термин. Вы считали?» — «Нет, не
считал». — «А почему? Ведь это военная техника». Не спуская с кон¬
структора глаз, Сталин спросил, как изменится нагрузка на перед¬
нюю ось танка? Конструктор, встав, тихо сказал: «Незначительно». —
«Что вы твердите все время «незначительно» да «незначительно»,
скажите, вы расчеты делали?» — «Нет», — тихо ответил конструктор.
«А почему?» Конструктор молчал. Сталин положил на стол находив¬
шийся у него в руках листок с проектом решения и сказал: «Я пред¬
лагаю отклонить предложенный проект постановления как непод¬
готовленный. Указать товарищам, чтобы они с такими проектами в
Политбюро не входили».
Мой отец и конструктор были расстроены, но, когда они уже
шли по кремлевской лестнице, отца нагнал один из сотрудников ап¬
парата Сталина, который дал добрый совет: «Надо быстро подгото¬
вить новый проект. И самое главное — необходимо дать справки по
всем вопросам, которые задавал Сталин». Совет оказался дельным и
проект, который дал «зеленую улицу» литым башням, был вскоре
принят в Политбюро.
В. В. Суходеев подчеркивает: «Еще перед войной Советское го¬
сударство, лично И. В. Сталин уделяли огромное внимание созда¬
нию и развитию бронетанковых и механизированных войск. В стра¬
не строились новые танковые заводы, преимущественно в восточных
районах, конструкторами создавались новые типы танков, кото¬
рые осваивала оборонная промышленность. Была введена реорга¬
низация автобронетанковых войск. Новые танки создавались та¬
лантливыми конструкторами М. И. Кошкиным, А. А. Морозовым,
Ж. Я. Котиным, Н. JI. Духовым».
155
На приеме в честь участников первомайского парада 1934 года,
состоявшегося на следующий день, Сталин высказал ряд своих по¬
желаний о дальнейшем развитии танков. Он говорил: «Мои пожела¬
ния танкистам: желал бы, чтобы мы имели побольше амфибий. Их
надо нам несравненно больше, чем имеем. Желал бы иметь побольше
Т-28 (трехбашенный средний танк. — Авт.) и Т-38 (плавающий
танк-амфибия. — Авт.)\ они показали себя неплохо. Далее, желал
бы иметь побольше БТ (легкий танк. — Авт.), но не таких, какие
имеются сейчас. БТ — хороший танк, но желательно, чтобы у него
было побольше ведущих осей и чтобы они сами себя возили, — ко¬
лесно-гусеничные».
Сталин внимательно следил за вооруженностью танков. Конст¬
руктор артиллерийских систем В. Г. Грабин вспоминал, как однаж¬
ды, когда он работал в Ленинграде, его вызвал к телефону Сталин.
Он говорил: «Хочу посоветоваться. Есть мнение, что тяжелый танк
вооружен маломощной пушкой. Сейчас рассматривается вопрос о
его перевооружении: предлагают поставить 107-миллиметровую. Хо¬
телось бы знать, что вы думаете по этому вопросу. Вам, видимо, труд¬
но дать оценку, ведь речь идет о вашей 76-миллиметровой пушке».
Грабин признал, что 76-миллиметровая пушка отстает от совре¬
менного уровня. «Значит, вы тоже считаете ее недостаточно мощной
для тяжелого танка?» — «Да, товарищ Сталин». — «Сожалею, что
раньше не узнал об этом. Но теперь наши оценки не расходятся?
А как по-вашему, можно ли поставить 107-миллиметровую пушку?»
Грабин ответил утвердительно. Сталин переспросил: «Вы уверены в
этом?» — «Вполне, — ответил Грабин. — Для подтверждения скажу,
что мы уже установили 107-миллиметровую модернизированную
пушку в танк КВ-2». — «Значит, вы утверждаете, что 107-миллимет-
ровую пушку можно установить в тяжелый танк?» Грабин замечал:
«Я хорошо знал: если Сталин задает несколько раз один и тот же во¬
прос, он проверяет, насколько глубоко разбирается в проблеме со¬
беседник, насколько тверд в своем мнении».
Грабин отвечал: «Да, у меня нет никаких сомнений, что такой
вариант вполне оправдан. Если я правильно понял, эта пушка долж¬
на быть мощнее 107-миллиметровой модернизированной». — «Вы
правильно меня поняли, — ответил Сталин. — То, что вы уже имеете
такой опыт, прекрасно. Значит, теперь мы установим 107-миллимет-
ровую пушку в тяжелый танк? Это очень важно, товарищ Грабин.
Пока мы не вооружим тяжелый танк такой пушкой, не сможем чув¬
ствовать себя спокойно. Задачу эту надо решать как можно быстрее.
Вы сами видите, какая международная обстановка».
15В
Г. К. Жуков отмечал: «И. В. Сталин считал артиллерию важней¬
шим средством войны, много уделял внимания ее совершенствова¬
нию». 2 мая 1934 года Сталин говорил: «Об артиллерии... Наша пол¬
ковая артиллерия должна увеличить свою дальность. Нам нужна
дальность порядка 12—14 километров».
Потом Сталин не раз возвращался к проблемам развития артил¬
лерии. В своем выступлении на приеме в честь депутатов Верховно¬
го Совета СССР 20 января 1938 года Сталин заметил: «Если мы с ва¬
ми заглянем в историю, то оказывается, что всегда решающую роль
играла артиллерия... Решала и решает успех всегда артиллерия. Чем
брал Наполеон в своих войнах? Артиллерией, уверяю вас. Чем взяли
немцы в 1870 году, как они разбили французов под Седаном? Артил¬
лерией, уверяю вас! Чем били немцы французов или русских во вре¬
мя империалистической войны? Смею увррить — артиллерией. Чем
были биты немцы под Верденом? Артиллерией французов. Артилле¬
рия — великая вещь, уверяю вас. Для того чтобы увенчать успех ка¬
валерии, пехоты, авиации, — для этого нужна артиллерия. Нет ар¬
тиллерии — нет армии, нет победы! Без хорошей артиллерии нет за¬
крепления военных успехов».
На этом приеме Сталин провозгласил тост «за то, чтобы наша
артиллерия была первоклассной, чтобы она была лучше германской
артиллерии, лучше, чем японская, чем английская артиллерия...
чтобы наша артиллерия как внутри страны, так и вне, на некоторых
территориях, отдаленных от нашего государства... показала успехи,
показала, что она — первая в мире артиллерия».
О том, что Сталин не ограничивался общими требованиями, а
проявлял пристальное внимание к развитию артиллерии, свиде¬
тельствуют рассказы В. Г. Грабина о судьбе его 76-миллиметрового
артиллерийского орудия Ф-22. Разработанная им дивизионная пуш¬
ка была встречена недоброжелательно многими в руководстве Крас¬
ной Армии. Заместитель наркома обороны СССР М. Н. Тухачев¬
ский исходил из того, что классическую артиллерию следует заме¬
нить создававшейся тогда динамореактивной.
В своих спорах с Тухачевским Грабин отдавал должное безоткат¬
ным динамореактивным орудиям. Он признавал, что «при одинако¬
вой мощности они легче классических пушек». Но конструктор от¬
мечал и ряд существенных недостатков. Он подчеркивал, что «дина-
мореактивный принцип не годится для танковых пушек, потому что
при выстреле орудийный расчет должен уходить в укрытие — специ¬
ально вырытый ровик. По этой же причине динамореактивный
принцип не годится и для дивизионных пушек: они не смогут со¬
провождать пехоту огнем и колесами».
157
Тухачевский не только возражал Грабину, но настаивал, чтобы
тот пересмотрел свои взгляды. Он говорил ему: «Вы молодой конст¬
руктор, подающий большие надежды, но не замечаете, что тормози¬
те развитие артиллерии. Я бы посоветовал вам еще раз более тща¬
тельно проанализировать вопрос широкого применения динаморе-
активного принципа, пересмотреть свои взгляды и взяться за
создание безоткатных орудий».
Этот разговор, казалось для Грабина, означал конец его работе
над его дивизионными пушками Ф-20 и Ф-22. На другой день,
14 июня 1935 года, состоялся показ артиллерийской техники, на ко¬
торый прибыли И. В. Сталин, В. М. Молотов и другие руководители
страны. Когда дошла очередь до его орудий, в том числе пушки Ф-22,
выкрашенной в желтый цвет, В. Г. Грабин рассказал о них Сталину и
другим. Грабину показалось, что ему не удалось заинтересовать ру¬
ководителей своими пушками и они проявили больше внимания к
универсальной пушке, созданной под руководством конструктора
Маханова. Затем руководители страны пошли дальше.
«Вдруг, — вспоминал Грабин, — замечаю: Сталин резко отде¬
лился от всей группы и направился в мою сторону. Что бы это могло
значить? Почему он вдруг изменил свой маршрут? Я продолжал сто¬
ять как вкопанный, но все мои мрачные мысли в момент испари¬
лись. Меня занимало теперь лишь одно: неужто Сталин действи¬
тельно идет ко мне... Сталин подошел к дощечке с данными о нашей
«желтенькой», остановился и стал внимательно читать. Сделав над
собой какое-то невероятное усилие, я подошел поближе. Сталин
обернулся ко мне и стал расспрашивать. Его интересовала дальность
стрельбы, действие всех типов снарядов по цели, бронепробивае-
мость, подвижность, вес пушки, численность орудийного расчета,
справится ли расчет с пушкой на огневой позиции и многое другое.
Я отвечал. Долго длилась наша беседа, под конец Сталин сказал:
«Красивая пушка, ею можно залюбоваться. Но главное, что она и
мощная, и легкая». Мне была приятна столь высокая оценка».
Начались стрельбы. Грабин вспоминал: «Как только орудие
умолкло, Сталин сказал Маханову: «Ваша пушка отказывала, а пушка
Грабина работала четко, даже приятно было смотреть». — «Грабин
мой ученик», — ответил Маханов. «Это хорошо, — сказал Стали¬
на, — но он вас обскакал».
Затем, по словам Грабина, Сталин сказал: «Орудия хорошие, но
их надо иметь больше, иметь много уже сегодня, а некоторые вопро¬
сы у нас еще не решены. Надо быстрее решать и не ошибиться при
этом. Хорошо, что появились у нас свои кадры, правда, еще молодые,
но они уже есть. Их надо растить». Грабин вспоминал: «Мы с Маха-
158
новым шли рядом, но ни я, ни он не произнесли ни слова: понима¬
ли, что не с нами ведет этот разговор Сталин. Через несколько мет¬
ров он остановился. Остановились и мы. И тут Сталин как-то лукаво
произносит: «Познакомьтесь...» Мы в один голос ответили, что уже
давно знакомы. «Это я знаю, — сказал Сталин, — а вы при мне позна¬
комьтесь». Маханов улыбнулся, и мы пожали друг другу руки. «Ну,
вот и хорошо, — не скрывал своего удовлетворения Иосиф Висса¬
рионович».
«Я не мог ничего понять. Сталин приобнял нас, развернув в на¬
правлении к нашим пушкам. Сделав несколько шагов, опять оста¬
новился: «Товарищ Маханов, покритикуйте пушки Грабина». Тако¬
го поворота, признаться, никто из нас не ожидал. Подумав, Маханов
произнес: «О пушках Грабина ничего плохого не могу сказать». Не
ожидал я такого ответа, даже удивился. А Сталин, прищурив глаза,
уже обращается ко мне: «А теперь вы покритикуйте пушки Махано-
ва». Я вынужден был принять правила этой непонятной игры и, со¬
бравшись с мыслями, выплеснул: мол, универсальная пушка имеет
три органических недостатка. Перечислил их и заключил: «Каждый
из этих недостатков приводит к тому, что пушка без коренных пере¬
делок непригодна для армии». Сказав это, я умолк».
«Молчали и Сталин с Махановым. Я не знал, как они отнесутся к
моим замечаниям, и испытывал некоторый душевный дискомфорт.
Но, сознаюсь, ни о чем не сожалел. Не моя же была инициатива,
рассудил я про себя, ну а раз спросили, не врать же в самом деле.
Сделав паузу, Сталин предложил мне: «А теперь так же принципи¬
ально покритикуйте свои пушки». Это уже было из раздела иррацио¬
нального, хотя здесь была своя «сермяжная» правда: умел критико¬
вать других, сумей раскритиковать и себя».
«И тут меня очень выручило то, что мы всегда объективно оце¬
нивали сделанное, в том числе и эти пушки. Я рассказал о недостат¬
ках. Перечисляя их, объяснял, как они могут быть устранены, и в за¬
ключение сказал, что устранение дефектов значительно улучшит
боевые качества пушек. От такого я даже вспотел».
«Сталин сказал: «Выходит, что нашли, за что критиковать свои
пушки. Это похвально. Хорошо, что, создав пушки, вы видите, как
их улучшить. Это значит, что ваш коллектив имеет перспективу.
А какую из ваших пушек вы рекомендуете?» Опять неожиданный
вопрос. Я молчал. Сталин повторил еще раз. «Надо бы прежде испы¬
тать пушки, а затем уже давать рекомендации», — заметил я. «Это
верно, но учтите, нужно торопиться. Времени много потеряно, оно
нас не будет ждать. И все-таки, какую же вы рекомендуете?»
«Я отдал предпочтение «желтенькой». — «А почему эту, а не дру¬
159
гую?» — «Она лучше, чем Ф-20». — «Но чем лучше?» — «Ф-22 мы
проектировали позже, чем Ф-20, учли и устранили многие недостат¬
ки». — «Это хорошо. А теперь мы отправим вашу пушку в Ленин¬
град, пусть военные ее испытают. Я правильно понял вас: в ней дей¬
ствительно нет ничего заграничного?» — «Да, товарищ Сталин, она
создана нашим КБ по своей схеме, из отечественных материалов да
и на нашем оборудовании». — «Это замечательно», — Сталин явно
был в настроении».
Как замечал Грабин, «это был первый случай, чтобы опытный
образец отправлялся на полигон». Когда Грабин обратил на это вни¬
мание, то Сталин ответил: «Ну что ж, не бывало, так будет».
Однако судьба пушки Ф-22 еще не была решена. Как вспоминал
Грабин, на состоявшемся вскоре совещании в Кремле «ни один не
упомянул нашу Ф-22... Все пели хвалу универсальной пушке, утвер¬
ждая, что только она, именно она, позарез нужна армии». Выступав¬
шие утверждали, что время классических орудий прошло, что за ру¬
бежом переходят на универсальные орудия.
Как вспоминал Грабин, «Сталин непрерывно расхаживал по за¬
лу. Несколько раз он подходил ко мне и задавал вопросы, относя¬
щиеся к нашей пушке, а также к универсальной и полууниверсаль-
ной. Когда он первый раз остановился у спинки моего стула и, на¬
клонившись, спросил: «Скажите, какая дальность боя у вашей
пушки и ее вес?», я попытался встать, но он прижал руками мои пле¬
чи: «Сидите, пожалуйста». Пришлось отвечать сидя. Сталин побла¬
годарил, отошел и продолжал курсировать вдоль стола».
Грабин дважды выступил в ходе дискуссии. Он критиковал уни¬
версальную пушку и защищал свою. Он вспоминал: «Заседание за¬
тянулось, а Сталин по-прежнему ходил по кабинету, внимательно
слушал, никого не перебивая. Ко мне он подходил много раз, опира¬
ясь рукой мне на плечо, чтобы я отвечал сидя. Его интересовали
сравнительные характеристики универсальной и нашей дивизион¬
ной пушек. Видимо, он сопоставлял их параметры. Найти правиль¬
ное решение было непросто, так как все высказывались за универ¬
сальную, а за нашу Ф-22 — лишь я, Радкевич да Артамонов».
«Наконец, список записавшихся в прения был исчерпан... Пред¬
седательствующий спросил, нет ли еще желающих. В зале воцари¬
лась тишина. Сталин прохаживался, пальцами правой руки слегка
закручивая ус. Затем подошел к Молотову: «Позвольте несколько
слов».
«Манера Сталина говорить тихо, не спеша описана многими. Ка¬
залось, он каждое слово мысленно взвешивает и только потом про¬
износит. И вдруг, как гром среди ясного неба, его резюме: надо пре¬
кратить заниматься этим эпигонством. Зачем нам следовать за дру¬
гими. (Думаю, читатель поймет, какой бурей радости отозвались эти
слова во мне!) Затем он добавил, что универсальная пушка не может
все вопросы решать одинаково хорошо. Нужна дивизионная пушка
специального назначения. «Отныне вы, товарищ Грабин, занимай¬
тесь дивизионными пушками, а вы, товарищ Маханов, зенитными.
Пушку Грабина надо срочно испытать». Речь была предельно ясной».
Однако и после этого совещания произошли события, которые
чуть не помешали принятию пушки Ф-22 на вооружение. Перед ис¬
пытаниями и во время них произошли события, которые не характе¬
ризовали пушку с лучшей стороны. На новом совещании в Кремле
докладчик от главного артиллерийского управления не поскупился
на перечисление всех недостатков новой пушки и заключил свое вы¬
ступление словами: «Пушка Ф-22 испытания не выдержала».
Тогда Сталин сказал: «А теперь послушаем Грабина, что он нам
скажет». Увидев, что Грабин растерян, Сталин добавил: «Ну-ну, да¬
вайте, товарищ Грабин, скажите, как вы оцениваете положение и
что думаете делать».
Грабин признал недостатки и тут же внес предложения по их
устранению. «Вы не могли бы убрать дульный тормоз и заменить но¬
вую гильзу на старую?» — спросил Грабина Сталин.
Хотя Грабин согласился с предложением Сталина, он знал, что
его реализация потребует коренной переработки пушки. Он писал:
«Решение снять дульный тормоз и отказаться от новой гильзы прак¬
тически означало, что мы должны не дорабатывать, не улучшать
первый опытный образец, который испытывался на полигоне, а пе¬
репроектировать почти всю пушку». Но эта работа была осуществле¬
на в кратчайшие сроки.
Опять состоялось совещание в Кремле, на котором Сталин по¬
ставил вопрос: «Когда будет готова пушка?» Принятое совещанием
постановление было кратким: «Названный Грабиным срок готовно¬
сти принять к сведению».
Уже после того, как переделанная пушка была готова, она опять
подверглась критике. На совещании в Кремле инспектор артилле¬
рии Роговский сказал: «Товарищ Сталин, надо, чтобы Грабин сде¬
лал такую пушку, чтобы при стрельбе не прыгала. И, во-вторых, для
перевозки его пушки нужны кони не менее чем по сорок пудов».
Грабину стало ясно: «Ведь это смертный приговор пушке».
Грабин вспоминал: «Роговский больше ничего не говорил, да
это и не требовалось, все ясно: ему эта пушка не нужна. Сталин тоже
ничего не говорил... Я встал по стойке. — Товарищ Сталин, разреши¬
те задать Роговскому вопрос? — Задавайте. — Скажите, пожалуйста,
161
6-3374
товарищ Роговский, какая кучность боя пушки Ф-22 при стрельбе
по движущемуся щиту, обозначающему танк, и по местности? — Хо*
рошая! — Следовательно, подпрыгивание пушки при выстреле не
влияет на кучность боя? Ведь эти прыжки происходят после того, как
снаряд покинет канал ствола. Можно спроектировать такую пушку,
чтобы не прыгала бы, но она будет длиннее и тяжелее». *
«Затем задал ему второй вопрос: «Скажите, 76-миллиметровая
пушка образца 1902/30 годов какими лошадьми возится?» — «Шес¬
теркой, и все лошади около тридцати пудов». — «При испытаний
опытных образцов полигон установил, что тяговое усиление на до?
роге твердого грунта для Ф-22 равно пятидесяти килограммам, а длй
пушки образца 1902/30 годов — шестидесяти пяти килограммам,
Таким образом, если шестерка коней по тридцать пудов хорошо ве*
зет эту пушку, то столь же успешно, если не лучше, кони справятся
с Ф-22. Ваши опасения, товарищ Роговский, беспочвенны».
«После моей атаки Сталин сделал резюме: «Вопрос ясен, можно
принимать решение». Как вспоминал Грабин, «правительство по¬
становило принять на вооружение Красной Армии 76-миллиметро¬
вую пушку Ф-22 и поставить ее на валовое производство».
А в 1939 году Сталин поддержал Грабина, который предложил
усовершенствованную пушку Ф-22 УСВ взамен 76-миллиметровой
пушки Ф-22 образца 1936 года. Эту пушку также приняли на воору¬
жение. Подводя итоги очередной дискуссии, Сталин сказал: «Сего¬
дня мы свидетели важного события — пушку Грабина приняли на
вооружение. Случайностью это не назовешь. Следовательно, у това¬
рища Грабина есть какие-то свои особые методы работы. Думаю,
нелишне нам об этом узнать. Попросим товарища Грабина расска¬
зать, что нового он со своим коллективом внес в эти процессы».
Грабин подробно рассказал про технологическое новаторство
конструкторов и пути их творческого поиска. Особый интерес вы¬
зывал рассказ Грабина о том, как он привлек врача к работе над
пушкой. «Чем мог помочь врач?» — спросил Сталин. Как вспоминал
Грабин, <<^ЩШ7Юпгт^тюцр^ны^ объяснения. Пушка, в сущности,
это машина, процесс обслуживания которой аналогичен обслужи¬
ванию рабочим коллективом (бригадой) станка или другого меха¬
низма. Орудийный расчет — это и есть производственный коллек¬
тив, работающий с пушкой. При этом в отличие от любого произ¬
водства орудийный расчет находится в сложнейших условиях —
в разное время года, днем и ночью, под огнем врага. Каковы бы ни
были условия, «производительность труда» расчета должна быть не¬
изменно высокой. Наводчик, замковый, заряжающий, правильный
и другие члены рабочей бригады, обслуживающие орудие, должны
четко, точно и быстро выполнять все команды, выдерживать уста-
новленный режим огня. У прислуги очень много обязанностей, вы¬
зывающих нервно-психическое напряжение. Поэтому удобство об¬
служивания — фактор чрезвычайно важный. Конструкция должна
быть такова, чтобы приготовления к стрельбе и первые выстрелы не
измотали людей, чтобы они могли сохранить высокую работоспо¬
собность во время артподготовки, длящейся иногда по нескольку
часов. Проверку конструкции орудия с этой точки зрения и произ¬
водит врач-физиолог. Помощью опытного врача Льва Николаевича
Александрова наше КБ пользуется уже много лет. Однажды, напри¬
мер, был случай, когда он забраковал уже готовый образец новой
пушки, и мы ее переделали. Это заставило нас привлекать его к ра¬
боте как можно на более ранних стадиях — проектировании. Изго¬
тавливается специальный макет орудия,- врач проводит на нем свои
исследования и дает предварительные заключения и предложения,
которые учитываются конструкторами. Так вынуждены были посту¬
пить при создании УСВ. Выносливость орудийного расчета специ¬
ально проверялась при заводских испытаниях опытного образца,
при этом нагрузку стрельбой увеличили сверх требований ГАУ. Уси¬
лия Александрова, без преувеличения, сыграли немалую роль, в ча¬
стности, в том, что скорострельность пушки не снижалась даже при
длительной артподготовке». По словам Грабина, его рассказ «слу¬
шали внимательно».
В это время производство еще не знало привлечения врачей к
разработке машин. Практика КБ Грабина была новаторской. Нет
сомнения в том, что затем опыт Грабина Сталин использовал и для
разработки других военных машин. Не случайно он лично проверял,
удобна ли военная машина или оружие для бойца.
Столь же внимательно занимался Сталин и решением вопросов
о создании летательных аппаратов. Жуков писал: «ЦК ВКП(б),
И. В. Сталин много времени и внимания уделяют авиационным
конструкторам. Можно сказать, что авиация была даже в какой-то
степени увлечением И. В. Сталина». Сам Сталин это признавал.
В своем выступлении 20 января 1938 года он говорил: «После героев
Гражданской войны я больше всех люблю наших летчиков... Вы уж
простите меня, товарищи, это моя слабость... Все что угодно, могу
пойти на любые уступки, но чтобы наших летчиков обижали, этого я
не могу допустить».
Даже в своих выступлениях на праздничных приемах Сталин
выдвигал конкретные задачи перед авиастроителями и летчиками.
Обращаясь 2 мая 1934 года к летчикам, он сказал: «Желал бы, чтобы
наши истребители имели скорость 440—450 километров в час. Наши
разведчики должны дать эту же скорость 440—450 километров в час.
Это, конечно, сократит радиус их действия. Это не страшно. Надо,
103
«•
чтобы разведчик умел бы не только своевременно видеть цель своей
разведки, но и сумел уйти, удрать от истребителя противника».
Говоря о бомбардировочной авиации, Сталин тогда заявил:
«Я думаю, что основную роль в будущей войне будут играть бомт
бардировщики ближнего дёйствияТ но с большой скоростью. Ос-
новным типом будет, вероятно, 2-моторныи бомбардировщик со
скоростью 340—350 километров в час. Это не значит, что нам не
нужны бомбардировщики дальнего действия. Нам нужны бомбар¬
дировщики с радиусом действия в 2000 километров (я говорю о ра¬
диусе действия, а не дальности — значит туда 2000 и обратно 2000, а
всего дальность 4000—5000 километров). Бомбардировщикам нужен
потолок в 5000 метров (голоса в зале: 6000, 7000). За 6 километров*
даже за 7 километров ругать не будем».
В. В. Суходеев отмечал, что Сталин «пристально следил... за
развитием советской авиации, регулярно встречался с летчиками*
авиаконструкторами и директорами авиазаводов. Он со знанием де¬
ла обсуждал с конструкторами особенности тех или иных типов са¬
молетов, давал конкретные указания по разработке новых образцов
истребителей, бомбардировщиков и штурмовиков, необходимых
1 для них двигателей. Даже малейшие изменения в конструкции са-
I молетов и авиамоторов производились только с его разрешения и
I затем оформлялись соответствующими постановлениями прави-
? тельства».
О внимании Сталина к авиации свидетельствует и Главный мар¬
шал авиации А. А. Новиков. В своих воспоминаниях он писал о спо¬
рах, которые велись в руководстве страны по поводу тяжелых бом¬
бардировщиков «Пе-8»: «Из конфиденциальных разговоров я узнал,
что по поводу этих машин у Сталина разгорелся спор. Тогдашний
начальник Научно-исследовательского института ВВС Красной
Армии А. И. Филин горячо настаивал на скорейшем запуске «Пе-8».
Сталин не соглашался. Он считал, что нам бомбардировщики по¬
добного класса не нужны, а стоял за двухмоторные средние бомбар¬
дировщики. Но все же Сталин согласился запускать «Пе-8» в малую
серию. Перед войной было выпущено несколько десятков новых
бомбардировщиков». Воспоминания авиаторов и авиаконструкто¬
ров свидетельствуют о том, что Сталин проявлял глубокий и вдум-
! чивый интерес к созданию самолетов самых разных образцов, а во-
|все не требов^идш^ЩЗЬ «сто тысяч легких бомбардировщиков»,
/как утверждав. Б. Резуншсвоих фантастических сочинениях.
Сталина только количественное наращивание
вооружений. Он постоянно подчеркивал необходимость овладения
новой военной техникой. Говоря о «храбрости» советских воинов,
он в своем выступлении 2 мая 1933 года подчеркивал: «Нам мало
храбрости, надо владеть техникой, как гармонией, и драться надо
рйШЙв81Р*&ту же мысль: «Авиация нуждается в храбрых людях, но
нам нужна не просто храбрость, а расчетливая большевистская храб¬
рость. Большевистская храбрость означает твердое знание техники
И закоц^шшаи^ овладение^щи зжещж-
Одновременно Сталин ставил вопрос о необходимости береж¬
ного отношения к жизни воинов. 4 мая 1934 года он говорил: «Почему
у нас иногда гибнут летчики? Гибнут потому, что, желая спасти са¬
молет, считают позорным пользоваться парашютом. Некоторые ду¬
мают, что самолет ценнее летчика. Это неверно. Самое драгоценное
для нас летчик, жизнь одного летчика несравненно дороже нам даже
трехсот самолетов. Мы можем наделать сколько угодно и каких
угодно самолетов в самые короткие сроки, а хорошего летчика не
так скоро подготовишь».
Эту же мысль повторил И. В. Сталин в своей беседе с летчиком
В. П. Чкаловым 2 мая 1935 года. Когда Сталин задал ему вопрос, по¬
чему летчики не пользуются парашютами в аварийных ситуациях,
летчик ответил, что они летают на опытных машинах, представляю¬
щих большую ценность, и их надо беречь во что бы то ни стало. По
словам историка Владимира Невежина, «на это последовало настав¬
ление вождя, свидетельствовавшее о его озабоченности проблемой
аварийности в ВВС: «Ваша жизнь дороже нам любой машины. Надо
обязательно пользоваться паращшШт еот нужда!»
Через два дня Сталин в своем выступлении на приеме 4 мая 1935
года вновь вернулся к этой мысли. В неправленой стенограмме его
речи написано: «Кадры в армии — это очень ценное дело, это из всех
капиталов, существующих в мире, самый ценный капитал... Этого у
нас не понимают, к сожалению... У нас не понимают, что техника —
это оружие, но она сама не действует, она действует только в руках
людей, умеющих эту технику пустить в ход. Значит, нужны кадры.
Мертва без кадров техника, а с кадрами ей предоставлены возмож-
ности творить чудеса. Ухаживагаза лшшшой. хвастаю^ что у нас
много машин, научщщсь владеть ими, а проявить заботу о людях не
дошли до той точки, когда страну насытили техникой и 1
кадры решают всеЛ^вально все. А этого люди не пЩимают, не
.^МНапПМПкфЯ**' —_ ПЦДЦЦ1- '—WWW*»»" ^
умеют ценить живых людей». В стенограмме, выправленной Стали-
ным, это положение звучало так: «Старый лозунг — «техника решает
все», являющийся отражением уже пройденного периода, когда у
нас был голод в области техники, — должен быть заменен новым ло¬
зунгом, лозунгом о том, что «кадры решают все». В этом теперь глав¬
ное».
165
Глава 10
УКРЕПЛЕНИЕ ИДЕЙНО-ПОЛИТИЧЕСКОГО ЕДИНСТВА СТРАНЫ
И ПОЛИТИЧЕСКИЙ КРИЗИС 1937-1038 гг.
Несмотря на огромные достижения оборонной промышленно¬
сти, советские Вооруженные силы продолжали отставать от армий
крупнейших стран мира. Ситуация усугублялась тем, что ведущая
страна Западной Европы Германия, ранее почти разоруженная Вер¬
сальским договором, вступила после прихода Гитлера к власти на
путь ускоренной милитаризации. Обращая внимание на внешние
угрозы для СССР, Сталин в своем отчетном докладе XVII съезда
Г ВКП(б) особо остановился на приходе к власти нацистов вТермании,
I расценив его «как признак того, что» буржуазия «не в силах больше
| найти выход из нынешнего положения на базе мирной внешней по-,
I литики, ввиду чего она вынуждена прибегнуть к политике войны...
I Как видите, дело идет к новой империалистической войне как к вы-
I ходу из нынешнего положения». В международной обстановке, чре-
1**ватой угрозой войны, Сталин так определял принципы советской
внешней политики: «Мы стоим за мир и отстаиваем дело мира. Но
мы не боимся угроз и готовы ответить ударом на удар поджигателей
войны. Кто хочет мира и добивается деловых связей с нами, тот всег¬
да найдет у нас поддержку. А те, которые попытаются напасть на на¬
шу страну, — получат сокрушительный отпор, чтобы впредь непо¬
вадно было им совать свое свиное рыло в наш советский огород».
Постоянно подчеркивая в своих выступлениях готовность со¬
ветских людей нанести сокрушительный удар возможному агрессо¬
ру, Сталин не исключал возможности того, что Красная Армия мо¬
жет быть принуждена отступать под натиском превосходящих сил
хорошо вооруженного противника. Позже, выступая 20 января 1938
года на приеме в честь депутатов Верховного Совета первого созыва,
Сталин возразил летчику Валерию Чкалову, который воскликнул:
«Мы никогда ни перед кем не отступим!», Сталин заявил: «Чкалов
ошибается. Бывают моменты, кдщщ арщядащна отстщить... Ленин
наГутал, — плоха та армия, которая научилась наступать и не на-
Лилась отступать... Армия, которая научилась наступать, ло не об^-
'Ч6Ш В деле отступления, будет разгромлена,„Щоха ха ,армия, кото¬
рая Научилась наступать, hq котар§я,$е научилась отступать>>.
В своем отчетном докладе на XVII съезде ЙКП(б) Сталин исхо¬
дил из того, что в ходе своего отступления под напором агрессоров с
Запада Красная Армия может утратить ряд обширных областей
СССР. Говоря о программе развития сельского хозяйства, Сталин
ICC
поставил задачу создания «базы хлебною производства на Волге»,
тЪош^ашшРйшохюшл, и всякие возмож¬
ные осложнения в области мешушдодныхдхжмшений — с другой».
Таким образом, Сталин давал понять, что тогдашние основные зер-1
нопроизводившие регионы — Украина и Северный Кавказ — могут 1
оказаться в зоне боевых действий или попасть под временный кон-1
троль иностранных захватчиков. Этот прогноз Сталина, к несчастью \
для страны, реализовался в ходе Великой Отечественной войны. \
Ожидание новой войны заставляло задумываться и о том, вы¬
держит ли страна напор агрессии. Важнейшей задачей стало укреп¬
ление идейно-политического единства страны на патриотической
основе.
Тень грядущей войны, которая легла на Советскую страну из
блдеког%будущего, требовала решительного отказа орйадиональ-
1етской идеологии. Сталин дЖГвыр^^^
""""шиит in ърлгИ’ыьиж*«*
„ юи для советских коммунистов критикой работы одного
из основоположников коммунистической теории Фридриха Эн-
гельса. В своем письме к членам ГОЖТО пи¬
сая, что статья классика марксизма «О внешней политике русского
царизма», по сути, подготовила идейную почву для того, чтобы гер¬
манская социал-демократия поддержала кайзера Вильгельма II в го¬
ды Первой мировой войны. Стадш^
ждений Энгельса о том, что величие России — дело рук возглавляв-"
— i
(I
шеи ее кучки авантюристов
ия является главным оплотом; |
-и
реакционных сил¥Ъвроп§. что крушение России— это путь к освб-
Таз оценок Сталина следовало, что одной из идейно-политиче-
ских основ западноевропейской социал-демо^^^ии^являлась агрес-
сИВНая русофобия. Сталин напоминал, что в свсШписьмах Бебелю
пш годаШсеяьс гои.э1|1ш1аотдшш1ш&л1а!щ Гдщанщл№;
щей войне против России, заявляя: «Если Россия начнет войну —
вперед на русских и их союзников, кто бы они нц{были» и «победа
Германии есть^ стадо быть, победа революции». Сталин рёщцтельно
отвергал эти русофобские установку.
Одновременно С¥Ш1ЙНТ®1ал, что необходимо внести измене¬
ния в освещении отечественной истории. Из школьных программ
была изъята «Русская история» М. Н. Покрг9дс.Ш£9д изображавшая
пршпло^наШйЕГСташыТ?!^тешюд6ес1тоосветного мрака и дикости.
5ЫЛИ созданы новые школьные учебники
истории СССР, в которых не было места,русофобии. Эти учебники
были внимательно разобранЬ!^ГВ. Сталиным, ^ГМ. Кировым и
Ждановым в «Замечаниях», написанных ими в начале августа
1В7
Был нанесен удар и по нигилистическому освещению русского
прошлого в советской художественной литературе. 14 ноября 193й
года было принято постановление ЦК ВКП(б) «О пьесе «Богатыри»
Демьяна Бедного, которая была поставлена на сцене Камерного те¬
атра. Поэт был ДОШЗиШДОС&к прошлое.
Еще раньше Сталин в частном письме к своему старому знако¬
мому Демьяну Бедному 12 декабря 1930 года обращал его внимание
на его одностороннее и негативное освещение русского прошлого.
Сталин писал: «Весь мир признает теперь, что центр революцион¬
ного движения переместился из Западной Европы в Россию. Револю¬
ционеры всех стран с надеждой смотрят на СССР как на очаг осво-
бодительной борьбы трудящихся всего мира, признавая в нем един¬
ственное свое отечество. Революционные рабочие всех стран едино¬
душно рукоплещут советскому рабочему классу, и прежде всего
русскому рабочему классу, авангарду советских рабочих, как при¬
знанному своему вождю, проводящему самую революционную и са¬
мую активную политику, какую когда-либо мечтали проводить про¬
летарии других стран... А Вы? Вмесштого, чтобы осмыслить этот ве-
и подняться на высоту
задач певца передового пролетариата, ушли куда-то в лрщйну и, запу-
тавшШГмевду скучнейшими цитатами из сочинении Карамзина и
не менее скучными изречениями из «ДомострШг; стаж да!зглашать
на весь мщ>, что Россия в прошлом представляла сосуд мерзости и
запустения... что «лень>> и Стремледш^сидеть на печке» являются
чуть ли не национальной чертой русских вообще, а значит, и русских
рабочих, которые, проделав Октябрьскую революцию, конечно, не
перестали быть русскими».,
$н. «ОГ' ^ *»А 1 * **-* Л* h
В дальнейшем.Сталщщблично дал высокую оценку русскому
народу. ВыступасЗ мая 1933 г&М на завтраке в Кремле для участни¬
ков первомайского военного парада, Сталин говорил: «Русские —
это основная национальность мира, она перв^ подняла флаг Сове-
*4j * -р* ‘ ’ J" ** ■* гМШШШ
Тов против всего мира. Русская нацвд — это талантливеишаянащ?
iTkttjpe... Если русские вооружены танками, авиацией, морским
флотом — они непобедимы».
^ Осознававнеизбежность "войны, Сталин придавал большое зна¬
чение военно-патриотической пропаганде. Подготовка к самоот¬
верженной защите своего Отечества от посягательств извне орга¬
нично сочеталась с возрождением уважительного отношения к рат¬
ному подвигу предков. С нигилистическим отношением к досовет¬
скому прошлому было покончено. В предвоенные годы в советской
художественной литературе появились романы, воспевавшие под¬
виги русского военно-морского флота (романы С. Н. Сергеева-Цен*
118
ского, А. С. Новикова-Прибоя), славные деяния русских государей
(«Петр I» А. Толстого, «Дмитрий Донской» С. Бородина). На экранах
страны появились киноленты, посвященные великим деятелям до¬
революционной России: «Петр Первый», «Александр Невский»,
«Минин и Пожарский», «Суворов». В школах заучивались наизусть
лермонтовское стихотворение «Бородино» и отрывки из «Полтавы»
о сражении войск Петра I против шведов. Из своего довоенного дет¬
ства автор запомнил небольшие цветные картинки для детей, на ко¬
торых были изображены солдаты Суворова, герои Бородина и Пол¬
тавы, а также набор картонных воинов Куликовской битвы.
Сталин заботился о том, чтобы образы русских полководцев
были переданы верно художественными средствами. Сталин рас¬
критиковал спектакль «1812 год», поставленный режиссером И. Я. Су¬
даковым в Малом театре по JI. Н. Толстому. Суходеев привел сле¬
дующие высказывания Сталина: «Судаков совершенно исказил
Кутузова. Это не полководец, а какой-то больной старик. Ничего не
осталось от этого великого человека. Ведь как-никак он руководил
войсками, он вел войну, он был ее организатором». Позже, когда сни¬
мался фильм «Кутузов», Сталин говорил: «Кутузов спас Россию от
поражения. Он не считался с царем и его окружением, действовал на
свой страх и риск. В него верил русский народ. Таким надо показать
его в фильме».
В. В. Суходеев приводит и критические оценщСталина сцена¬
рия фильма о Суворове, снятого в 1940 году ^Сценарий ^Суворова»
страдает недостатками. Он тощ и не богат соде|ШМйШ! Пора пере¬
стать изображать Суворова как добренького папашу, то и дело вы¬
крикивающего «ку-ка-ре-ку» и приговаривающего «русский», «рус¬
ский». Не в этом секрет побед Суворова».
«В сценарии не раскрыты особенности военной политики и так¬
тики Суворова: 1) правильный учет недостатков противника и уме¬
ние использовать их до дна; 2) хорошо продуманное и смелое насту¬
пление, соединенное с обходным маневром для удара по тылу про¬
тивника; 3) умение подобрать опытных и смелых командиров и на¬
целить их на объект удара; 4) умение смело выдвигать отличившихся
на большие посты вразрез с требованиями «правил о рангах», мало
считаясь с официальным стажем и происхождением выдвигаемых;
5) умение поддержать в армии суровую, поистине железную дисцип¬
лину».
«Читая сценарий, можно подумать, что Суворов сквозь пальцы
смотрел на дисциплину в армии (невысоко ценил дисциплину) и что
он брал верх не благодаря этим особенностям его военной политики
и тактики, а главным образом — добротой в отношении солдат и
1В9
t
I смелой хитростью в отношении противника, переходящей в какой-
то авантюризм. Это, конечно, недоразумение, если не сказать болы
ше. Эти замечания относятся также к известной пьесе «Суворов»,
поставленной в ЦТКА».
Сталин старался пропагандировать опыт великих русских пол¬
ководцев среди советских военачальников. Маршал Советского Со¬
юза А. М. Василевский рассказывал В. В. Суходееву, как «в разговоре
с нами Сталин ставил в пример то Суворова: дворянин, а заботился о
простом солдате, то Кутузова: умудренный полководец, а всегда вы¬
ступал против недооценки противника. При этом поражал нас зна¬
нием военных и исторических деталей битв, проведенных великими
русскими полководцами, литературы о них». «Считаю, — замечал
А. М. Василевский, — что, высоко ценя по-своему и Суворова, и Ку¬
тузова, Сталин, приводя их в пример, хотел и стремился к тому, чтобы
наши военачальники сочетали в себе замечательные положитель¬
ные качества и того, и другого русских полководцев, а не просто
удовлетворялись следованию заложенными ими традициями бить
врага наверняка, не были рабами авторитетов, умели быстро и точно
оценивать сложившуюся обстановку и не ошибаться в принятых ре¬
шениях».
Два великих полководца России служили Сталину эталонами, с
помощью которых он оценивал качества советских военачальников.
Главный маршал авиации А. Е. Голованов вспоминал: «Однажды,
когда шел разговор о Суворове и Кутузове, я был свидетелем того,
как Сталин довольно долго молча прохаживался по кабинету, вдруг
остановился и сказал: «Если бы можно.былр распоряжаться личны¬
ми качествами людей. я'Щ^дажш^дашетш^вавйадвского и Жукодд
вместе и поделил между ними поподщ|й Неожиданно высказанное,
поТуществу"темы разговора мнение Верховного
(этот разговор уже шел во время войны. — Прим. авт.) пролило свет
и на личное отношение к Суворову и Кутузову. То, чего не хватало,
по его мнению, у Суворова, он видел у Кутузова, и наоборот»,
^гшимание, которое Сталин уделял воспитанию советских людей
в духе патриотизма, вызывало злобу у Троцкого и троцкистов. Такой
подход не всегда находил понимание и среди многих большевиков,
считавших, что история страны началась с 1917 года. Сталину про¬
тивостояли те, кто воспринимал итоги Гражданской войны как
свою личную победу и право на вечное пребывание у власти. Мно¬
гие партийные руководители уверовали в свою непогрешимость и
не меняли методы управления со времен Гражданской войны. Они
стали тормозом на пути консолидации страны и могли нанести не¬
малый вред в случае развязывания войны.
В отчетном докладе на XVII съезде партии Сталин говорил о них:
«Это люди с известными заслугами в прошлом, люди, ставшие вель¬
можами, люди, которые считают, что партийные и советские зако¬
ны писаны не для них, а для дураков... Как быть с такими работни¬
ками? Их надо без колебаний снимать с руководящих постов, не¬
взирая на их заслуги в прошлом. Их надо смещать с понижением в
должности и опубликовывать об этом в печати. Это необходимо для
того, чтобы сбить спесь с этих зазнавшихся вельмож-бюрократов и
поставить их на место. Это необходимо для того, чтобы укрепить
партийную и советскую дисциплину».-
Исследователь этого периода советской истории Ю. Н. Жуков
считает, что в начале 1934 года курс Сталина и его сторонников (он
включал в него прежде всего Молотова, Ворошилова, Кагановича и
называет их «узким руководством») вступил в противоречие с на¬
строениями так называемого широкого руководства, к которому он
относит местных руководителей. По мнению Жукова, разногласия
между «узким» и «широким» руководствами проявились как в об¬
ласти внешней, так и внутренней политики. Ю. Н. Жуков утвержда¬
ет: «Несомненно, слова Сталина в докладе на XVII съезде партии о _
возможности использовать парламентаризм и буржуазную демокра-
' отношй
1г^роЪейским странам. Именно от даты произнесения их, скорее
всего, и следует вести отсчет медленно вызревавшей идеи конститу-
ционнои реформы».
Создание новой Конституции должно было способствовать пре
одолению негативных последствий Гражданской войны во имя спло
чения советского общества, покончить с засильем «вельмож-бюро
кратов», подрывавшим прочность Советского государства. Подготовь
ку доклада «по конституционным вопросам» поручили секретарю
ЦИК СССР А. С. Енукидзе. Однако когда настало время для докла¬
да на съезде Советов в начале 1935 года, докладчиком стал В. М. Мо¬
лотов, а не А. С. Енукидзе. Ю. Жуков обращает внимание на то, что в
своей докладной записке накануне съезда Енукидзе проигнориро¬
вал ряд принципиальных предложений Сталина, в том числе введе-
ние тайных выборов вместо открытых. По мнению Жукова, это бы¬
лонеслучайно.
По оценке Жукова, Енукидзе, а также комендант Кремля Петер¬
сон, заместитель председателя ОГПУ Ягода, а также такие военные
руководители, как Корк и Фельдман, принадлежали к тем участни¬
кам «революции и Гражданской войны», которые «сохранили собст-
венное мнение по возникшим проблемам, не желая ни принимать
новый курс Сталина, ни становиться откровенными конформиста¬
ми. Они продолжали ориентироваться только на мировую револю¬
цию, сохранение незыблемости классовых основ Республики Со¬
ветов, диктатуры пролетариата, не желали отказываться от того, что
являлось смыслом жизни». Так или иначе, но заговор военнщ во
главе с ТухачевскшТ^аговоррабохников ОПТУ во главе^с Ягодой
соединило^ Енукидзе и Петерсона^
Они встали на путь тайной борьбы против политики Сталина \
его сторонников, направленной на устранение негативных послед¬
ствий Гражданской войны. По мнению Жукова, «к решительному
сопротивлению их могло подвигнуть многое, но окончательно -
вступление СССР в Лигу Наций, пошедшая полным ходом подго¬
товка создания Восточного пакта... Повлиять на радикализацию на¬
строений мог и отказ — перед прямой угрозой фашизма — от преж¬
ней замкнутости... Коминтерна, первые попытки создать народные
фронты, объединившие бы вчерашних заклятых врагов — коммуни¬
стов и социал-демократов. Наконец, последней каплей, перепол¬
нившей чашу терпения, могло стать и известное Енукидзе стремле¬
ние Сталина изменить конституцию».
Очевидно, что конституционная реформа, задуманная Стали¬
ным, могла нанести сокрушительный удар по многим из тех, ктс
пришел к власти в ходе Гражданской войны, но уже не отвечал тре-
бощщдм общественного развития. Опасаясь, что введение равны*
И П£ямых%боров оставит их за бортози щководства, они объединя-
счи¬
тает: «Заговор как реальность, вероятно, следует отнести к конщ
1933-го — началу 1934 года как своеобразный отклик на дошедший
до Советского Союза призыв Троцкого «убрать Сталина», совер¬
шить новую «политическую» революцию, ликвидировать «термидо¬
рианскую сталинскую бюрократию».
Жуков считает, что «для отстранения группы Сталина они (заго¬
ворщики. — Прим. авт.) нуждались в достаточно веском предлоге,
таком, который был бы понят населением, одобрен и поддержан
наиболее активной частью партии». Однако авторитет Сталина и егс
ближайших коллег затруднял такое открытое выступление. Не ис¬
ключено, что заговорщики решили устранить физически Сталина.
Молотова, Ворошилова, Кагановича, Кирова, а затем под предло¬
гом защиты Советской власти осуществить государственный пере¬
ворот.
1 декабря 1934 года руководитель Ленинграда С. М. Киров был
убит. Троцкий расценил «убийство Кирова, умного и безжалостного
172
ленинградского диктатора» как признак кризиса власти Сталина.
Кризис в СССР отвечал интересам самых различных сил как внутри
нашей страны, так и за ее пределами.
Следствие по делу об убийстве Кирова, которое вел Наркомат
внутренних дел во главе с Генрихом Ягодой, явно уходило в сторону
от поиска лиц, ответственных за то, что не были своевременно при¬
няты меры для ареста убийцы Николаева. Казалось, что Г. Ягода
лишь старался воспользоваться обстановкой для усиления влияния
своего наркомата.
Однако в начале 1935 года А. С. Енукидзе был снят со своих по¬
стов. В сентябре 1936 года был отправлен в отставку Г. Ягода. В нача¬
ле 1937 года Енукидзе, Петерсон, ЯгоДа и ряд других заговорщиков
были арестованы. В этой обстановке военные заговорщики во главе
с М. Тухачевским и их сторонники в партийном аппарате активизи¬
ровали свою подготовку переворота. Лишь их арест в конце мая 1937
года сорвал их планы.
Приход к власти заговорщиков имел бы катастрофические по¬
следствия для нашей страны. Сведения, приведенные в своих кни¬
гах Паулем Шмидтом (писавшим под псевдонимом Пауль Каррел) и
шефом гитлеровской разведки Вальтером Шелленбергом, доказы¬
вают, что Тухачевский, Гамарник и другие военные заговорщики
имели тайные контакты с германскими военными. А это могло бы
привести к вооруженному вмешательству Германии в дела ССХЖ"
Вскоре
Фельдмана и других военачальников Сталин выступил 2 июня 1937 го¬
да на расширенном заседании Военного совета при наркоме оборо¬
ны. Он охарактеризовал действия Тухачевского и его сторонников
как «военно-политический заговор против Советской власти, стиму¬
лировавшийся и финансировавшийся германскими фашистами».
Сталин утверждал, что Тухачевский «оперативный план наш... —
наше святое святых передал немецкому рейхсверу. Имел свидание с
представителями немецкого рейхсвера... Якир систематически ин¬
формировал немецкий штаб... Уборевич не только с друзьями, с то¬
варищами, но он отдельно сам лично информировал. Карахан — не¬
мецкий шпион. Эйдеман — немецкий шпион. Карахан информиро¬
вал немецкий штаб, начиная с того времени, когда он был у них
военным атташе в Германии... Ядро, состоящее из 10 патентованных
шпионов и 3 патентованных подстрекателей шпионов... Сама логи¬
ка этих людей зависит от германского рейхсвера... Рейхсвер хочет,
чтобы у нас был заговор, и эти господа взялись за заговор. Рейхсвер
хочет, чтобы эти господа систематически сообщали им военные сек¬
реты, и эти господа сообщали им военные секреты. Рейхсвер хочет,
173
чтобы существующее правительство было снято, перебито, и они
■■ взялись за это дело, но не удалось».
Не сомневаясь в вине арестованных, Сталин в то же время заявил
в конце своего выступления: «Я думаю, что среди наших людей как
по линии командной, так и по линии политической есть такие това¬
рищи, которые случайно задеты. Рассказали ему что-нибудь, хотели
Шблечь, пугали, шантажом брали. Хорошо внедрить такую практик
ку, чтобъг если такие люди придут и сами расскажут обо всем — про¬
стить их... Простить надо, даем слово цростщъ».
Такой подход отвечал духу принятой 5 декабря 1936 года новой
Конституции СССР и получившей название «Сталинской». 1 марта
1936 года, отвечая на вопросы председателя американского газетно¬
го объединения «Скриппс-Говард ньюспейперс» Роя Говарда, Ста¬
лин подробно рассказал о принципах новой Конституции: «По но¬
вой Конституции выборы будут всеобщими, равными, прямыми
^ тайными». Все те лица, которых до сих пор не допускали до уча¬
стия в выборах на основании принадлежности к «классово чуждым
элементам», получали право голоса. Теперь представительство от
городов и деревень уравнивалось. (Ранее горожане имели в 5 раз
больше возможностей для выбора своего делегата, чем деревенские
жители.) Тайное голосование вызывало особое непщятие у паршй-
ных вельмож, опасавшихсд^чт^дажедучае большинство избш&-
телеи проголосует против них,,
Отвечая на вопрос Говарда («В какой мере эта новая система мо¬
жет изменить положение в СССР, поскольку на выборах по-преж-
нему будет выступать только одна партия?»), Сталин заявил: «Вас
смущает, что на этих выборах будет выступать только одна партия.
Вы не видите, какая .может быть в этих условиях избирательная борь¬
ба. Очевидно, избирательные списки на выборах будет выставлять
не только коммунистическая партия, но и всевозможные беспар¬
тийные организации. А таких у нас сотни». Наличие единственной
партии на выборах, считал Сталин, не исключает состязательности.
Он говорил Говарду: «Вам кажется, что не будет избирательной
борьбы. Но она будет, и я предвижу весьма оживленную избиратель¬
ную борьбу. У нас немало учреждений, которые работают плохо.
Бывает, что тот или иной местный орган власти не умеет удовлетво¬
рять те или иные из многосторонних и все возрастающих потребно¬
стей трудящихся города и деревни. Построил ли ты или не построил
хорошую школу? Улучшил ли ты жилищные условия? Не бюрократ
ли ты? Помог ли ты сделать наш труд более эффективным, нашу
жизнь более культурной? Таковы будут критерии, с которыми мил¬
лионы избирателей будут подходить к кандидатам, отбрасывая не¬
годных, вычеркивая их из списков, выдвигая лучших и выставляя их
кандидатуры. Да, избирательная борьба будет оживленной, она бу¬
дет протекать вокруг множества острейших вопросов, главным об¬
разом практических, имеющих первостепенное значение для наро¬
да. Наша новая избирательная система подтянет все учреждения и
организации, заставит их улучшить свою работу. Всеобщие, равные,
прямые и тайные выборы в СССР будут хлыстом в руках населения
против плохо работающих органов власти. Наша новая советская
конституция будет, по-моему, самой демократической конституци¬
ей из всех существующих в мире».
Однако состязательность между кандидатами в депутаты вызы¬
вала опасения тех, кто привык в течейие двух десятков лет оставать¬
ся несменяемыми руководителями республик, областей, районов и
ведомств центрального или местного уровня. Ю. Жуков обратил
внимание: «Ни пропагандистских материалов по поднятым им (Ста¬
линым. — Прим. авт.) вопросам, ни панегирических или хотя бы
просто положительных откликов, как обычно бывало во всех подоб¬
ных случаях, так и не последовало ни через день, ни через неделю,
ни через месяц... И означало это лишь одно: не только широкое ру¬
ководство, но даже по меньшей мере часть аппарата ЦК... не приня¬
ли сталинской новации, не захотели хотя бы чисто формально одоб¬
рить опасную слишком для многих альтернативность при выборах,
которая, как следовало из слов Сталина... напрямую угрожала поло¬
жению и реальной власти первых секретарей — ЦК нацкомпартий,
крайкомов, обкомов, горкомов, райкомов. Партократия отказыва¬
лась принять сущность политических реформ, выражала свое несо¬
гласие весьма своеобразно — демонстративным замалчиванием ба¬
зисного положения новой избирательной системы, с которой и вы¬
ступил Сталин, обозначив тем возникновение совершенно необыч¬
ной по форме оппозиции — латентной, ничем внешне не проявляе¬
мой. Но именно потому никто — ни узкое руководство, ни ПБ, ни
КПК не могли при всем желании предъявить претензии или обвине¬
ния кому-либо из широкого руководства. Более того, при такой об¬
струкции невозможно было доказать и наличие сговора, некоего
идейного единства, которое и лежало всегда в основе любой оппози¬
ции».
Напугало часть партийных верхов и выступление Сталина на
февральско-мартовском пленуме ЦК ВКП(б), когда он, осудив сло¬
жившиеся методы руководства (подбор сотрудников по принципу
личнои преданности руководителю, фальшь в официальной отчет¬
ное; выдвинулТтрюгра^
и#**1'** v * ‘ шчшы- mm ms
руководителей и выдвижения новых на их место.
179
г
Борясь против альтернативных выборов и выдвижения новых
руководителей, ряд секретарей областных и республиканских коми¬
тетов пугали возможностью того, что предстоявшие в декабре 1937
года выборы в Верховный Совет СССР откроют путь к власти для
врагов советского строя. Так, в своей записке секретарь Западно-
Сибирского крайкома партии Р. И. Эйхе потребовал принятия чрез¬
вычайных мер против якобы имевшихся в Западной Сибири «со¬
сланных кулаков». На основе этой записки 28 июня было принято
решение Политбюро, разрешившее создать «тройку» из начальника
управления ТТКВД по Западной Сибири, прокурора Западной Си-
бйри й самого Эйхе. Этой «тройке» разрешалось принимать реше¬
ние о высшей мере наказания в отношении «активистов» из «пов-
k станчеекой организации сосланных кулаков».
По оценке Жукова, «инициативнай Записка Р. И. Эйхе оказалась
тем камушком, который вызвал страшную горную лавину. Три дня
спустя, 2 июля, последовало еще одно решение Политбюро, распро¬
странившее экстраординарные права, предоставленные поначалу
лишь Эйхе, уже на всех без исключения первых секретарей ЦК ком¬
партий, обкомов и крайкомов».
Объясняя, почему Сталин и другие члены Политбюро поддер¬
жали записку Эйхе, Жуков исходит из того, что руководитель Запад¬
ной Сибири «выражал требования значительной группы первых
секретарей, а может быть, и их абсолютного большинства». Очевид-
ступилипод натиском требований местны^
лШГвЖтупавшйх за развязывание репрессий...
^‘Объясняя, зачем «Эйхе и его коллегам... вдруг потребовались не
когда-либо, а именно в середине 1937 года столь жесткие, крайние
меры», Жуков утверждает; что «широкомасштабные репрессии да
еще направленные против десятков!Т5отегГгасяч крестьян, были
Штаднъг, прежде всего, первым секретарям обкомов и крайкомов.
Тем, кто в годы коллективизации восстановил против себя большую
часть населения, которую и составляли колхозники и.рабочйе* сов¬
хозов, — бессмысленным закрытием церквей; рабочих и служа¬
щих — отвратительной организацией снабжения продовольствием,
предметами широкого потребления в годы первой $ второй пдтиле-
ток с их карточной системой. Именно местным партийным руково¬
дителям, и именно теперь, в xiffle вебоШ1?!Т“|Шй^
нШ, да еще и альтернативный выборов, — грозило самое страш¬
ное — ПЬтеря одного из двух постов, советского, обеспечивавшего
иягпребывание в широком руководстве, гарантировавшего облада¬
ние неограниченной властью».
17В
Жуков подчеркивает: «Ведь по сложившейся^
тилетие практике первые секретари“крайкомов и обкомов обяза-
тёЖно избирались сначала депутатами ЦИК СССР, как бы подтвер¬
ждая тем полную и единодушную поддержку всего населения края,
области^ Потеря же депутатства, тешщь^о*^
СССР, ознаТшта^Рату дове^ со стороны как беспар тийнух, та&%
членов партии. А в т$р?м олунде.чуть ли не автоматически могдо;з-
никнуть вопрос о дальнейшем пребывании данного первого секре¬
таря и jigero основном расту, партийном».
* Жуков добавляет: «Столь же выгодными массовые репрессии
оказывались и для НКВД, карательной в основе организации, суще¬
ствование которой после фактического завершения «разоблачений»
и арестов подлинных и мнимых сторонников Троцкого, Зищв*£ва,
Бухарина теряло смысл. И потому вполне возможно, ч'рЕжо^сам
выходец из партократии, в недавнем прошлом секретарв^М&рийско-
го обкома, Семипалатинского губкома, Казахского крайкома, не ут¬
ратив чувства корпоративности, легко нашел общий язык с Эйхе, со
многими первыми секретарями и согласился с необходимостью как
можно скорее устранить тех, кто непременно проголосовал бы про¬
тив них, а может быть, и провел бы собственных депутатов».
В начале июля руководители ЦК республик, обкомов и крайко¬
мов представили количественные данные на расстрелы и высылки
членов «антисоветских организаций». При этом, как отмечал Жуков,
«самым кровожадными оказались... Р. И. Эйхе, заявивший о жела-
ний только расстрелять Ш.ВШжихелей Западно-Сибиг
не говбря о еще не oi
йить в ссылку; и Н. С.
. Iпц.щ*■nwff'"-"'илкйшмлшим*> w* I, , , ,
j50 рЯШскать и «учесть» в М оскоТГСЮ(t'UOTiaci'fCaiatera’ft настаивать
на приговоре к расстрелу либо высылке 41 305 «бывших кулаков» и
«УШШШЩв»-
Местные руководители пользовались обвинениями в антисовет- i
но засыпали Москву сообщениями о «разоблачении» тех или иных ^
видных деятелей союзных республик, областей или краев.
На основе этих запросов Н. И. Ежов подготовил приказ по
НКВД от 30 июля 1937 года «Об операции по репрессированию быв¬
ших кулаков, уголовников и других антисоветских элементов», в ко¬
тором предписывалось «раз и навсегда покончить с подлой подрыв¬
ной работой против основ Советского государства». К этому време¬
ни, как отмечает Жуков, «уже определили число будущих безымян¬
ных жертв в четверть миллиона человек, свидетельствуя, что наме-
ченная акция обернется невиданными ранее воистину массовыми
репрессиями».
Эти репрессии получили название «ежовщины» йо фамилии
наркома внутренних дел, проявлявшего незаурядную энергию и не¬
ординарную фантазию в «разоблачении» заговоров. По мере того,
как стремление разоблачить заговорщиков переросло в шпионома¬
нию, охватившую и работников НКВД, и коллег арестованных, и
многих советских людей, круг арестованных расширялся.
Ежовщина не пришша бы таких масштабов, если бы она не до-
лучила широкой поддержки во всех слоях советского общества. Глу¬
бокие революционньУе" преобразования 30-х годов, открывшие воз¬
можности для социального роста и раскрытия талантов и способно¬
стей десятков миллионов людей, имели, как и всякая революция,
свою теневую сторону. У большинства советских людей произошли
в кратчайшие сроки кардинальные перемены в социальном положе¬
нии, профессиональных занятиях, политическом мировоззрении,
культурных ценностях. Неизжитое недоверие бывших жителей де¬
ревни к горожанам и г5|Щсю5й Культуре являлось благодатной
п1ОТВо#дагрбОТ причудливых предрассудков и нелепых по-
доЗрШ!ЙГв-те^егврйШ^ со-
|фовожцш10Сь вторжением в сознание людей мешанины из прими¬
тивных шаблонов политической пропаганды и подхваченных в обы¬
вательской среде вздорных слухов и искаженных представлений об
окружающем мире. Миллионы советских людей были готовы объяс¬
нять сложные проблемы страны вредительством тайных врагов. От¬
речение от религии не могло не разрушить традиционные ориенти¬
ры людей относительно того, что плохо, а что хорошо, что можно, а
что нельзя делать.
В то же время для других миллионов людей стремительные пре¬
образования означали прежде всего катастрофические утраты, по¬
рождавшие у них жгучую ненависть к тем, кто преуспел после рево¬
люции, и желание отомстить им.
В эти годы особенно много доносов было написано на руководи¬
телей различных уровней. Доносы могли писать те, кто видел в них
конкурентов на вакансии, открывшиеся после марта 1937 года, те,
кто считал их виновными в лишениях тех лет, в арестах и гибели от
голода родных и близких, в крушениях их судеб. Жертвы «разверну¬
того наступления по всему фронту» в деревне могли мстить тем, кто
выселял их самих или их родных, мучил или издевался над ними и их
семьями во время коллективизации или насильственного изъятия
зерна. Среди аре&1шщных партийных руководите^щ было много
тех, кто активно участвовал в коллективизации.
178
Всеобщая подозрительность, аресты по вздорным обвинениям,
превращение доброжелательных и уравновешенных людей в пара¬
ноиков, выискивающих врагов у себя под кроватью, и в разъярен¬
ных палачей — такие явления характерны для периодов, когда об¬
щество оказывалось в состоянии кризиса, войны, междоусобицы
или в напряженном ожидании внешней агрессии или внутреннего
переворота.
Дав простор тем, кто без труда обнаруживал тайных врагов госу¬
дарства в своем окружении и призывал уничтожать их как «бешеных
псов», Сталин и его соратники явно утратили контроль над репрес¬
сиями. Проанализировав материалы Смоленского архива, вывезен¬
ного немцами во время войны, а затем захваченного американцами,
историк Г. Т. Риттерспорн пришел к выводу, что Сталин «не всегда
был способен управлять ходом событий», и утвер^Йдаг^то^-этет^-
даСтаЛйн потерпел «политиче^ТОб йораженйВ»:
-„Шрйи“Жуков, показывая, как
произошел отказ от альтернативности выборов. Он обращает вни¬
мание на то, что образец протокола окружной избирательной ко¬
миссии, который предусматривал второй тур голосования в случае,
если «ни один из кандидатов не получил абсолютного большинства
голосов», был завизирован Сталиным, Молотовым, Калининым,
Ждановым и Кагановичем в конце августа 1937 года. В это же время
был утвержден образец избирательного бюллетеня, который также
предусматривал наличие нескольких кандидатов. Слова из образца
бюллетеня, которые приводит Жуков: «Оставьте в избирательном
бюллетене фамилию ОДНОГО кандидата, за которого Вы голосуете,
остальные вычеркните», сохранились в бюллетене до конца Совет¬
ской власти, хотя на практике вплоть до конца 80-х годов альтерна¬
тивных выборов не проводили.
Однако на состоявшемся в октябре 1937 года пленуме ЦК пред¬
ложение об
нутег€Щювременно усилилось и положение Ежова. 12 октября 1937
в был избран кандидатом в члены Полит¬
бюро. Празднование 20-летия советских органов безопасности про¬
исходили особенно пышно. Сво^докла^^щдрржертвенно^ собра¬
нии в Бодщом театре, посвященном.этой дате* член Политбюро
A. TL КТикоя^ назвал: «Каждый гражданин СССР — сотрудщк
НКЬД#г^й^ " '*■* ’ * 1
Однако все большему числу людей становилось ясно, что разгул
массового доносительства наносит непоправимый урон правящей
партии. По поручению И. В. Сталина Г. М. Маленков выступил на
январском (1938) пленуме ЦК с докладом «Об ошибках парторгани-
f заций при исключении коммунистов из партии и формально-бюро¬
кратическом отношении к апелляциям исключенных из ВКП(б) и о
мерах по устранению этих недостатков». В принятом по этому док-
, ладу постановлении приводились примеры того, как исключали лю¬
дей за то, что их родственники или знакомые были объявлены
? контрреволюционерами, сообщалось о случаях, когда в течение од-
? ного дня различные обкомы исключали десятки, а то и сотни.
1 Осуждая «преступно-легкомысленное отношение к судьбе чле¬
нов партии», постановление обвиняло «многих партийных руково¬
дителей» в том, что они «позволили врагам народа и карьеристам
обойти себя и легкомысленно отдали на откуп второстепенным ра¬
ботникам^разрешение вопросов, касающихся судеб членов партии,
преступно устранившись от руководства этим делом». В то же время
критике не были подвергнуты органы НКВД и их деятельность. На¬
против, приводились примеры того, как НКВД не находили «ника¬
ких оснований для ареста... исключенных из партии».
Положение Ежова казалось по-прежнему непоколебимым. По¬
этому его назначение 9 апреля 1938 года на пост наркома водного
транспорта при сохранении прежней должности не вызвало ни у ко¬
го подозрений в том, что готовится его опала. Практика совмести¬
тельства была широко распространена в это время. Имя Ежова по-
прежнему не сходило со страниц газет и журналов. И все же поста¬
новление январского пленума 1938 года стало началом конца ежов-
щины, а также началом возвышения Маленкова. Его сын писал:
«Маленков знал, что Ежов пользуется большой поддержкой в По¬
литбюро и располагает... полным доверием Сталина... Но Маленков
понимал также, что Ежов, получив в свои руки огромную исполни¬
тельную власть, был готов уже идти и против своего Хозяина. В этих
условиях отец мог рассчитБ1вать и на поддержку Сталина».
Тщательно подготовившись, Маленков в августе 1938 года пере¬
дал Сталину личную записку «О перегибах». А. Маленков замечал:
«Далее я пишу по рассказу отца, записанному мною и затем прове¬
ренному по моей записи: «Я передал записку И. Сталину через По¬
скребышева, несмотря на то что Поскребышев был очень близок с
Ежовым. Я был уверен, что Поскребышев не посмеет вскрыть кон¬
верт, на котором было написано — «лично Сталину». В записке о пе¬
регибах в работе органов НКВД утверждалось, что Ежов и его ведом¬
ство виновны в уничтожении тысяч преданных партии коммуни¬
стов. Сталин вызвал меня через 40 минут. Вхожу в кабинет. Сталин
ходит по кабинету и молчит. Потом еще раз спрашивает: «Это вы са¬
ми писали записку?» — «Да, это я писал». Сталин молча продолжает
ходить. Потом еще раз спрашивает: «Это вы сами так думаете?» —
180
«Да, я так думаю». Далее Сталин подходит к столу и пишет на запис¬
ке: «Членам Политбюро на голосование. Я согласен».
Вероятно, быстрое принятие Сталиным решения объяснялось
тем, что он давно собирался нанести удар по тем, кто сорвал прове¬
дение его политической реформы, но он не был уверен в поддержке
других руководителей. По предложению Г. М. Маленкова в августе
1938 года первым заместителем Н. И. Ежова был назначен JI. П. Бе¬
рия, который с начала сентября активно приступил к исполнению
своих новых обязанностей. К этому времени Ежов погряз в пьянст¬
ве, и это лишь способствовало его дискредитации. Авиаконструктор
А. С. Яковлев вспоминал, как Сталин возмущался поведением Ежо- t /
ва: «Звонишь в наркомат — уехал в ЦК, звонишь в ЦК — уехал в нар- \j
комат, посылаешь на квартиру — вдребезги пьяный валяется».
17 ноября 1938 года было принято постановление Совета народ- 4
ных комиссаров СССР и ЦК ВКП(б) «Об арестах* прокурорском
надзоре и ведении следствия», подписанное В. Молотовым и И. Ста¬
линым. После положительной оденки работы органов НКВД в
1937— 1938шдах «по*разгрому врагов народа» обращалось внимание
на то, что «массовые операции по разгрому и выкорчевыванию вра¬
ждебных элементов, проведенные органами НКВД в 1937—1938 го¬
дах при упрощенном ведении следствия и суда, не могли не привес¬
ти к ряду крупнейших недостатков и извращений в работе органов
НКВД и прокуратуры. Более того, враги народа и шпионы ино¬
странных разведок, пробравшиеся в органы НКВД как в центре, так
и на местах, продолжая вести свою подрывную работу, старались вся¬
чески запутать следственные и агентурные дела, сознательно извра¬
щали советские законы, производили массовые и необоснованные
аресты, в то же время спасая своих сообщников, в особенности засев¬
ших в органы НКВД». Таким образом, обвинения, выдвинутые про¬
тив отдельных партийных работн и ко в!Гпоста^^
пленумаJJK, теперь переадресовывались работникам НКВД. Вско¬
ре Ежов был снят с поста наркома внутренних дел, а весной 1939 го¬
да арестован.
Ежовщина нанесла немалый урон и руководящим кадрам Крас¬
ной Армии. Правда, впоследствии масштабы репрессий 1937—1938
года среди военных преувеличивали и говорили о 40 тысячах рас¬
стрелянных. На самом деле в эти годы было уволено из рядов Крас¬
ной Армии по политическим мотивам 29 тысяч человек. Они были
арестованы. Из них расстреляно было около 8 тысяч, а остальные
получили сроки заключ^^ТТоТГт^от"^-
ны из-под
из освобожденных и вос^ Новленных а^лжностихьш^
рали^ затем..значш^льную роль врудщшдстве Красной Армии. Как
признавал Рой Медведев, который отнюдь не старался скрыть мас¬
штабы репрессий, несколько тысяч командиров Красной Армии
было освобождено, и они вернулись в строй. Средд дда бти «буду¬
щие Маршалы Советсдрга Сшоза К, К. Рокоссовский и К. А. Мерец¬
ков, будущие генералы армии А. В. Горбатов и С. И. Богданов, буду-
йЩГвице-адмирал Г. Н. Холостяков, будущий комиссар украинских
Жртизан С. В. Руднев, герой ленинградской обороны Н. Ю. Озерян-
. ... *’"** ""•’*< Ч‘'"’ 4 *'*%»> 1 ' ‘ "" ’"1
МЙСИо нет сомнении и в том, что многие из арестованных и рас-
с^елянных, ставших невинными жертвами оговора и произвола,
могли бы успешно выполнить свой профессиональный долг в годы
войны.
Хотя ежовщина нанесла немалый ущерб стране, другим следст¬
вием событий 1937—1938 годов стало отстранение от власти многих
ШСвтк чиновников, которые сами настаивали на репрессиях. Как
1^шгтугбйШЗш доносов своих^ к6н1^Ье?нтов^йг^йга-
нПВГРепрессированными оказались, .в кодечнш^ете, Р^ИГЭихе и
многие составители «квот» на расстрелы. Другим следствием пере¬
мен в управлёйчёском слое, в том числе и в Вооруженных силах, ста¬
ло вьщвижение дащд* хорошмбразованных.и шсококвалифиди-
рованных спещадщщ^ не державшихся за устаревший опыт времен
Тр^^щщдХвойн^ Вызывает сомнение расхожее утверждение о
том, что новые командиры, заменившие тех, кто был репрессиро¬
ван, оказались негодными для руководства армией. Невольным сви¬
детелем в пользу достоинств военачальников, которые составили
^ководства Красной Армии после репрессий, стал Йозеф
"еббельс)В своем дневнике он записал 16 марта 1945 года: «Генштаб
шляет4 мне книгу с биографическими данными и портретами
советских генералов и марйКЯбй::. У'ШШ сложилось вШч^ТМщр,
что мы вообще не в состоянии конкурировать с такими руководите-
ляТШ17Нащ^енерш1щет с™
Мционал-социалистскому й^ШШму д5стоянмю...В ОТЛйчйеотних
ъвшшгттшг нг талый фмштспяряг в большев!Ш„Ж>
не менее фанатично борются за его победу, что, конечно, говорит о
колоссальном,превосходстве саветскОШ генералитета».
Поскольку репрессии затронули прежде всего управленческие
кадры, для миллионов советских людей вторая половина 30-х годов
"оЖаменовалась не арестами и расстрелами, а заметным улучшени¬
ем материальных условий жизни и снятием политических ограниче¬
ний, существовавших до принятия сталинской Конституции. Эти
обстоятельства лишь способствовали укреплению идейно-полити-
ческого единства общества. Хотя после начала войны и в Советском
182
Союзе нашлись изменники, но среди них не оказалось видных по¬
литических деятелей вроде Квислинга, Лаваля и других коллабора¬
ционистов западноевропейских стран. В результате этого немецко-
фашистские захватчики не смогли найти существенную политиче¬
скую опору в советской стране.
Глава 11
НАКАНУНЕ ВОЙНЫ
Политический кризис в стране 1937—1938 годов происходил в
период обострения международной обстановки. В 1936 году Герма¬
ния и Япония подписали Антикоминтерновский пакт, направлен¬
ный против СССР. К этому пакту присоединилась вскоре и Италия.
Еще до вступления в этот военно-политический блок Италия в 1935
году напала на Эфиопию (тогда ее называли Абиссинией) и, приме¬
няя самые современные средства ведения войны, включая химиче¬
ское оружие, покорила эту страну. В 1931 году Япония захватила
Маньчжурию, а в июле 1937 года развернула полномасштабную вой¬
ну против Китая, беспощадно истребляя сотни тысяч мирных жите¬
лей городов и деревень. В июле 1936 года в Испании был совершен
антиправительственный мятеж, который вскоре был поддержан
войсками Италии и Германии. В марте 1938 года гитлеровская Гер¬
мания захватила Австрию. Участники антисоветского блока не со¬
бирались ограничивать себя этими захватами.
Оценивая значение этих событий, Сталин в своем докладе на
XVIII съезде партии заявил: «Война, так незаметно подкравшаяся к
^ралтард^^Иовая империалистическая война стала фактом». Надежды
ha то, что эта война обойдет СССР стороной, были ничтожно малы.
Начиная с захвата Японией Маньчжурии, на дальневосточной
границе не прекращались провокации. Одной из самых крупных
стала попытка японских войск захватить пограничные сопки у озера
Хасан. Хотя нарушители границы были выбиты с советской земли и
подвиги красноармейцев в этих боях всемерно пропагандировались
в СССР, эти события вскрыли и слабости в обороне советских гра¬
ниц.
В мае 1939 года японские милитаристы напали на территорию
Монгольской Народной Республики, с которой СССР в 1936 году
183
заключил договор о взаимной помощи. Еще 1 марта 1936 года Ста¬
лин в своей беседе с газетным магнатом США Роем Говардом, отве¬
чая на его вопрос: «Какова будет позиция Советского Союза в слу¬
чае, если Япония решится на серьезное нападение против Монголь¬
ской Республики?», сказал: «В случае, если Япония решится напасть
на Монгольскую Народную Республику, покушаясь на ее независи¬
мость, нам придется помочь Монгольской Народной Республике...
Мы поможем МНР также, как мы помогли ей в 1921 году». Такое ре¬
шительное заявление было подкреплено подписанным в марте 1936
года советско-монгольским протоколом о взаимопомощи.
Хотя первые атаки японцев 11 мая 1939 года были отражены со¬
ветскими и монгольскими войсками, противник продолжал нара¬
щивать силы. В ответ в МНР были переброшены новые советские
части под командованием комкора Г. К. Жукова. Тяжелые бои в ус¬
ловиях пустынной местности на берегах реки Халхин-Гол, не пре¬
кращавшиеся с конца июня до конца августа 1939 года, увенчались
окружением и сокрушительным разгромом 18 тысяч солдат и офи¬
церов так называемых императорских частей японской армии.
Через несколько месяцев после боев на Халхин-Голе Сталин
принял Жукова и в ходе продолжительной беседы проанализировал
последствия поражения японцев. Это была первая встреча со Стали¬
ным будущего маршала, и он, по его словам, «долго не мог заснуть»
после этой беседы. В своих воспоминаниях он писал: «Внешность
И. В. Сталина, его негромкий голос, конкретность и глубина сужде¬
ний, осведомленность в военных вопросах, внимание, с которым он
слушал доклад, произвели на меня большое впечатление».
Первый вопрос, который задал Сталин Жукову, касался япон¬
ской армии. Затем онстал подробно расспрашивать о том, как «дей¬
ствовали наши войска». Отвечая на вопросы Сталина, Г. К. Жуков
выразил уверенность в том, что «японская сторона сделает для себя
теперь более правильные выводы о силе и способности Красной Ар¬
мии». Эти суждения оказались верными. Поражение на реке Хал¬
хин-Гол во многом повлияло на отказ Японии от планов экспансии
в Сибирь и Центральную Азию и заставило ее развернуть агрессию в
страны Юго-Восточной Азии и бассейна Тихого океана. Судя по
рассказу Жукова, Сталин согласился с его выводами и остался им
доволен. Назначение Жукова командующим Киевским военным
округом означало, что Сталин высоко оценил его полководческие
качества, поскольку после начала Второй мировой войны наиболее
опасной границей представлялась западная, откуда могла начаться
агрессия Германии против СССР.
Растущая агрессивность гитлеровской Германии проявилась в
♦ t
ходе кризиса вокруг Судетской области Чехословакии в 1938 году.
Хотя Чехословакия имела договор о взаимной помщ^и с Францией,
' посШР^ Заявление же CC^FtfWtoB"
ности оказать помощь Чехословакии не было принято правительст¬
вом этой страны. 29—30 сентября 1938 года были подписаны Мюн¬
хенские соглашения, в соответствии с которыми Судетская область
была отторгнута от Чехословакии и передана Германии. Главы пра¬
вительств Великобритании и Франции Н. Чемберлен и Э. Даладье
подписали это соглашение, открывшее Гитлеру путь к расчленению
и захвату Чехословакии. Было очевидно, что правящие круги веду- |
Германии П
1938—1939т гррр,. При этом западные дерщэыГ^аго^ото1ла^ \ I
Несмотря на враждебную позицию стран Запада, когда возник
новый международный кризис в связи с требованиями Германии
пересмотреть статус вольного города Данцига и так называемого
данцигского коридора, СССР принял участие в переговорах о кол-3
лективной безопасности с Великобританией и Францией. Однако
вскоре стало очевидно, что западные державы старались свести к
минимуму свои усилия в борьбе против германской агрессии и дела¬
ют все от них зависящее, чтобы направить вооруженные силы Гит¬
лера против СССР.
К этому времени, несмотря на большие усилия последних лет,
подготовка Красной Армии к войне не была завершена. Выход гер¬
манских войск на западную границу СССР после весьма вероятного
захвата ими Польши и прибалтийских государств позволил бы им в
считаные дни добраться до Киева, Ленинграда и Москвы. Совет¬
ский Союз нуждался в дополнительном времени для подготовки к
войне. Советской стране нужно было также отодвинуть войска по¬
тенциального агрессора как можно дальше от своих важнейших
центров. Поэтому Сталин положительно ответил на послание Гит¬
лера 20 августа 1939 года к нему, в котором он просил принять мини¬
стра иностранных дел Германии Иоахима фон Риббентропа для
подписания договора о ненападении.
Сталин личж) П£идщ^^^
23 авхустаТ^ШТюда. которые увенчались подписанием советй«5-гер- '
майского договора о ненападении. К договору прилагался секрет¬
ный протокол, определявший «сферы влияния» двух сторон. СССР
обязался не вмешиваться в дела значительной части Польши и всей
185
Литвы, объявленных сферами влияния Германии. Германия обяза¬
лась не вмешиваться в дела восточной части Польши, Эстонии, Лат¬
вии, Финляндии и Бессарабии. (Впоследствии протокол был пере¬
смотрен. «Сфера влияния» Германии в Польше была расширена, а
Литва была объявлена «сферой влияния» СССР. )
Нападение Германии на Польшу 1 сентября 1939 года и быстрый
j разгром польских войск вермахтом привели к тому, что германские
• войска в середине сентября 1939 года оказались у полосы, разделяв-
\ шей «сферы влияния». Риббентроп в своих посланиях Молотову на-
\ стаивал на скорейшем вступлении в Польшу советских войск, угро-
: жая в противном случае не посчитаться с соглашением о невмеша-
\ тельстве в советскую «сферу влияния». С одной стороны, вступление
! СССР могло быть истолковано на Западе как нападение на Польшу,
| и в этом случае Великобритания и Франция, уже объявившие войну
, Германии после ее вторжения в Польшу, могли также поступить и в
отношении Советской страны. С другой стороны, СССР опасался,
] что отказ от вступления в восточные области Польши приведет к то-
1 му, что гер^<ИШй^войска окажутся на западной границе СССР.
Ночью!7 сентдбрт Сталин вызвал в Кремль посла Германии Шу-
ленбургаитшебте с Молотовым объявил ему, что через 4 часа Крас¬
ная Армия пересечет советско-польскую границу. Сталин ознако¬
мил посла с текстом ноты, которую Советское правительство соби¬
ралось вручить послу Польши через несколько часов, и по предло¬
жению Шуленбурга снял три пункта, неприемлемых для Германии.
В своей ноте от 17 сентября правительство СССР объявляло:
| \ «Польское правительство распалось и не проявляет признаков жиз¬
ни. Это значит, что польское государство и его правительство фак¬
тически перестали существовать. Тем самым прекратили свое дейст¬
вие договора, заключенные" между СССР и Польшей. Предостав¬
ленная самой себе и оставленная без руководства Польша преврати¬
лась в удобное поле для всяких случайностей и неожиданностей, мо¬
гущих создать угрозу для СССР...
4 Ввиду такой обстановки Советское правительство отдало распо¬
ряжение Главному командованию Красной Армии дать приказ пе¬
рейти границу и взять под свою защиту жизнь и имущество населе¬
ния Западной Украины и Западной Белоруссии».
Ян Гросс в своем исследовании «Революция из-за границы»,
подготовленном Щ^ШЭУ^^УИа®ЖЙ«аШИШ8г покинувших СССР
вместе с армией Андерса в 1943 году, признавал: «Отечет отметить^
сказать это нед^^ Украине и Западной
Ё^оруссйи, на хуторах, деревнях, в городах Красную Армию при-
ветствовали малые или большие, но в любом случае заметные, дру-
жественно настроенные,;^ты.-Лмпи мдиэужали триум^япьн^р
^plfflTfreiraffiBSffi'KpacHbie знамена (достаточно было оторвать бе-
лую полосу от польского флагаТчтоШ^ншм • <•. Всщска
засЬТпали цветами5 ^ЖаХ9^ШМ.Й.^Й?.Д?5Мй^ЖДййМйАЩ8ЛМ-
ки... Иногда их встречали хлебом и солью». Изъявления радости по
поводу прихода армии, освобождавшей их от режима национальной
дискриминации, сопровождались взрывом ненависти по отноше¬
нию к свергнутому строю.
Как отмечал Я. Гросс, «части польской армии, перемещавшиеся
через восточные воеводства, — их всего было несколько сот тысяч
солдат — во многих случаях наталкивались на недружественное ме¬
стное население. Своипоследние бои пддшвд«адоия на
ритории вела против украййяев, белорусов, евреев». Так как вос¬
ставшее насШШниГШр^щалось за помощью к советским войскам,
в эти стычки втягивалась и Красная Армия. Этим объясняются по¬
тери среди Красной Армии, которую сначала все население, вклю¬
чая поляков, встретило так радостно. В ходе боев в Польше среди со¬
ветских войск было 737 убито и 1862 ранено. «Гражданское население
(главным образом поляки), — отмечал Я. Гросс, — присоединилось
к разрозненным частям польской армии и активно сражалось вместе
с ними против советских войск. Было немало примеров такого рода,
и в дальнейшем это способствовало отношению советских властей к
гражданскому населению как к противозаконным элементам».
Вскоре в областях Запздшй„.БшШ£СИШ1ЛшшшоЙ^краины
были проведены'выборы. Населещ^ошщадас^^
кБетТОруёской и Украинской ССР. Теперь новая западная граница
СССР проходила на несколько сот километров к западу от прежней.
В конце сентября — начале октября 1939 года состоялись перего¬
воры между правительствами Эстонии, Латвии, Литвы и СССР.
В них принимал участие И. В. Сталин. На этих переговорах речь шла
о создании советских военных баз на территории этих трех прибал¬
тийских республик. Участвовавший в латвийско-советских перего¬
ворах министр иностранных дел В. Мунтерс вспоминал, что Сталин
«показал удивившие нас познания в военной области и свое искус¬
ство оперировать цифрами». Обнаружил Сталин и знакомство с во¬
енно-тактическими свойствами территории Латвии, заметив, что
«через Ирбентский пролив легко могут пройти 1500-тонные подвод¬
ные лодки и обстрелять Ригу из четырехдюймовых орудий». По сло¬
вам Мунтерса, Сталин сказал: «Батареи у пролива должны нахо¬
диться под одним командованием, иначе не смогут действовать...
Аэродромов требуется четыре: в Лиепае, Вентспилсе, у Ирбентского
пролива и на литовской границе. Вам нечего бояться. Содержите
100 ООО человек. Ваши стрелки были хороши, а ваша армия лучше,
чем эстонская».
Через несколько месяцев, в июне 1940 года, в условиях, когда
гитлеровские армии захватили Францию и другие страны Западной
Европы и возникла опасность нападения Германии на СССР, Со¬
ветское правительства ввело значительно большее количество войск
в страны Прибалтики. А в конце июля 1940 года в ходе выборов в
парламенты этих стран к власти пришли сторонники Советской
власти. Эстония, Латвия и Литва стали советскими республиками и
вступили в СССР. В эти же месяцы Красная Армия вступила на тер¬
риторию Бессарабии, захват которой СССР никогда не признавал.
Созданная Молдавская Советская Социалистическая Республика
также была принята в СССР. Так была установлена новая западная
граница СССР.
Однако на северном участке западной границы СССР дела шли
не так гладко. В отличие от переговоров с правительствами стран
Прибалтики переговоры с правительством Финляндии, также вклю¬
ченной в советскую «сферу влияния», шли с большими трудностя¬
ми. Попытки Сталина, участвовавшего в этих переговорах, убедить
правительство Финляндии уступить часть территории на Карельском
перешейке за территориальную компенсацию в другой части Каре¬
лии решительно отвергались. Переговоры зашли в тупик.
А вскоре началась советско-финляндская война. Анализируя ее
причины в своем выступлении 17 апреля 1940 года на совещании на¬
чальствующего состава Красной Армии, Сталин говорил: «Нельзя
ли было обойтись без войны? Мне кажется, что нельзя было... Война
была необходима, так как мирные переговоры с Финляндией не да-
?ли результатов, а безопасность Ленинграда надо было обеспечить
безусловно, ибо е гоощр пас нос т ь есть безопасность нашего Отече-
ства" Не только потому, что Ленинград представляет процентов 30—
^Ш)ронной промышленности нашей страны и, стало быть, от це¬
лостности и сохранности Ленинграда зависит судьба нашей страны,
но и потому, что Ленинград есть вторая столица нашей страны. Про¬
рваться к Ленинграду, занять его и образовать там, скажем, буржуаз-
ное гшавительство. белогвардейское — это значит дать довольно
серьезную^базу. ДЛЯ гражданской щщны вдутщ Р6тив Со"
Сталин считал верным выбор времени для начала войны. Он го¬
ворил: «Партия и правительство поступили совершенно правильно,
не откладывая этого дела и, зная, что мы не вполне еще готовы к вой¬
не в финских условиях, начали активные военные действия именно
в конце ноября — начале декабря. Все это зависело не от нас, а, ско¬
188
рее всего, от международной обстановки. Там, на Западе, три самые
большие державы вцепились друг другу в горло — когда же решать
вопрос о Ленинграде, если не в таких условиях, когда руки заняты и
нам предоставляется благоприятная обстановка для того, чтобы их в
этот момент ударить? Было бы большой глупостью, политической
близорукостью упустить момент и не попытаться поскорее, пока
идет там война на Западе, поставить и решить вопрос о безопас¬
ности Ленинграда. Отсрочить это дело месяца на два означало бы
отсрочить это дело лет на 20, потому что ведь всего не предусмот¬
ришь в политике. Воевать-то они там воюют, но война какая-то сла¬
бая: то ли воюют, то ли в карты играют. Вдруг они возьмут и поми¬
рятся, что не исключено».
В то же время расчеты Сталина и других советских руководите¬
лей, что Красная Армия быстро разобьет финляндскую армию, ока¬
зались ошибочными. К концу первого месяца войны Сталину
пришлось лично вмешиваться в руководство боевыми операциями.
Об этом свидетельствовали директивы Ставки Главного командова¬
ния командующим военных соединений Красной Армии, которые
наряду с главнокомандующим К. Е. Ворошиловым и начальником
Генерального штаба Б. Шапошниковым подписывал и член Главно¬
го Военного совета Красной Армии И. В. Сталин.
Директива от 24 декабря 1939 года командующему 7-й армии
о мерах по организации боевых действий гласила: «В ночь с 22 на
23 декабря финнами произведены разведывательные поиски, кото¬
рые застали наши части врасплох, и понадобилось введение в бой
вторых эшелонов полков, чтобы разогнать и отразить просочившие¬
ся в тыл разведывательные партии финнов. 70-я стр. дивизия при
наступлении разведывательных групп потеряла 3 км, и требуется це¬
лый день на приведение дивизии в порядок, и еще не начато контр¬
наступление для отобрания захваченного пространства. В то время
как 7-я армия долбит 3 дня позиции противника и захватывает сотни
метров, 70-я стрелковая дивизия легко за день отдает 3 км».
«Все это объясняется:
1. Отсутствием должного порядка как в боевых частях, так и в
тылах армии.
2. Пехота не ведет разведки, не охраняется, поэтому противник
легко протекает в промежутки и идет во фланг и тыл обнаруженным
батальонам, полкам и даже нападает на артиллерию. Для обеда пехо¬
та бросает позиции и ходит ротами в тыл к кухням, у которых бродят
к тому же подозрительные лица, возможно, шпионы, диверсанты.
3. 70-я стр. дивизия при том громадном количестве артиллерии,
которое находилось за ней, не была ею поддержана, а сама дивизия,
обойденная с флангов, которые не охранялись, быстро начала отхо¬
дить назад. Это показывает, что дивизия не закрепила за собой заня¬
того пространства окопами, не несла охраны и разведки на флангах.
Очевидно, отсутствовало твердое управление в дивизии.
4. Вы возбудили ходатайство о снятии с должности командира
138-й стр. дивизии комбрига Пастревича и начартдива 138-й стр. ди¬
визии Степанченко. Вместо того, чтобы судить, Вы предлагаете от¬
править их учиться на АКУКС.
5. За отсутствие Вас в частях армии, за отсутствие распоряди¬
тельности в деле наведения порядка в частях, за то, что боевое охра¬
нение плохо поставлено в войсках и за отсутствие порядка в тылах
Ставка Главного Командования объявляет Вам и всему Военному
совету выговор. Приказываю:
1. Занять утраченное 70-й стр. дивизией пространство и продви¬
нуться вперед, окопавшись на захваченном пространстве и поставив
проволочное заграждение.
2. Во всех дивизиях армии иметь сильное боевое охранение впе¬
реди, а полкам первой линии окопаться немедленно и принять за
правило внедрить до рядового бойца закреплять каждый достигну¬
тый успех окопами и проволокой.
Главнокомандующий К. Ворошилов.
Член Главного Военного совета И. Сталин.
Начальник Генерального штаба Б. Шапошников».
Нарекания Сталина и военного руководства страны вызвали и
действия авиации в ходе боевых действий зимней войны. В директи¬
ве Ставки Главного Командования начальнику Военно-воздушных
сил 7-й армии о недостатках в использовании авиации и мерах по их
устранению от 27 декабря 1939 года говорилось:
«В действиях авиации обращает на себя внимание:
1. Истребители не сопровождают бомбардировщиков, между
тем наличие льда на озерах позволяет сейчас приблизить истребите¬
ли к линии фронта и сопровождать бомбардировщики.
2. Бомбардировщики в дни решающих наступлений не наносят
массированного удара на коротком фронте под прикрытием наших
истребителей, а летают по 3 — 6—9 бомбардировщиков без истреби¬
телей.
3. Бомбардировщики долго находятся над целью, делая по не¬
скольку заходов, не применяя противозенитного маневра при зе¬
нитном огне противника.
4. В течение месяца выходные и входные ворота не меняются,
и истребители противника легко перехватывают наши самолеты.
Ставка Главного Командования категорически требует при ис¬
пользовании авиации:
1. Впредь во время производства бомбардировок, в том числе и в
день решительного наступления, в тех местах, где нужно пробить
полосу в 4—5 км или уничтожить какой-нибудь жел. дор. узел, ис¬
пользовать бомбардировочную авиацию одновременно крупными
соединениями от 20 до 30 бомбардировщиков, нанося несколько та¬
ких ударов по одной и той же цели, прикрывая их действия истреби¬
телями.
2. Перебазировать истребительную авиацию ближе к фронту для
сопровождения наших бомбардировщиков.
3. Решительно потребовать от бомбардировщиков быстрого, с
одного захода, выполнения бомбардирования по цели и при зенит¬
ном огне противника применять противозенитный маневр по вы¬
соте.
4. Категорически потребовать изменения на каждый день вы¬
ходных и входных ворот для полетов авиации.
Главнокомандующий К. Ворошилов. Член Главного Военного
совета И. Сталин. Начальник Генерального штаба Б. Шапошников».
На следующий день была направлена новая директива Ставки
Главного Командования командующим 7, 8, 13 и 14-й армиями об
организации боевых действий войск. Она гласила:
«1. Полки НКВД ни в коем случае не бросать в бой на помощь
передовым частям пехоты, а использовать только для защиты вой¬
сковых тылов и дорог к ним от обходов и разрушения со стороны
противника.
2. Обязать строить разъезды и блокгаузы вдоль дорог, согласно
приказу Ставки № 0625 от 22. 12. 1939.
3. Не увлекаться тактикой быстрого продвижения вперед, не
зарываться, а двигаться вперед лишь после хорошей подготовки
фронта и по мере обеспечения тыла от обходов со стороны против¬
ника, имея в виду, что зарвавшиеся вперед части могут попасть в за¬
саду. Следует учесть опыт войны с финнами в 1808—1809 годах, ко¬
гда финны и командовавшие ими шведы нарочно отступали в глубь
страны, завлекая преследующие их русские войсковые части, а по¬
том окружали и брали в плен. Не может быть сомнения, что эту ис¬
пытанную тактику финны будут применять и в настоящую войну
против советских войск.
4. Двигаться вперед и вступать в бой не толпой, не большими
массами, не на ура, а небольшими соединениями, ротами, батальо¬
нами, располагая их несколькими эшелонами один за другим, ибо
только большая глубина фронта обеспечивает верный успех в усло¬
виях войны в Финляндии. Это означает, что мы должны иметь на
фронте приблизительно втрое больше сил, чем финны.
191
5. В передовых частях пехоты иметь обязательно отряды лыжни¬
ков для разведки противника и удара по противнику с флангов и с
тыла.
6. Ввиду отсутствия объемистого фуража и наличия больших мо¬
розов по возможности не брать лошадей на фронт, ибо, как показы¬
вает опыт, лошади в зимних условиях в Финляндии превратились в
обузу для фронта. Весь обоз, артиллерию, транспорт переводить по¬
степенно на механическую тягу. Тягач «Комсомолец» для полковой
и мелкой артиллерии, тягач СТЗ-5 для крупной артиллерии, грузо¬
вики для перевозки людей и предметов снабжения — все это будет
вам обеспечено в ближайшее время.
7. Быстроходные танки «БТ» оказались непригодными для усло¬
вий войны в Финляндии. Самое лучшее — не брать их на фронт.
Амфибии малоэффективны в зимних условиях. Наиболее эффек¬
тивными в условиях войны в Финляндии оказались танки «Т-26» на
фронте и в тылу у блокгаузов. Танки «Т-26» будут вам доставлены в
ближайшее время.
8. Там, где имеется у финнов система бетонированных укреплен¬
ных районов, например, на Карельском перешейке и отчасти в рай¬
оне 8-й армии, продвижению нашей пехоты должна предшествовать
хорошо организованная артиллерийская подготовка, при этом ар¬
тиллерийская подготовка должна иметь целью не только обстрел по
пдощадям в тылу противника, но, прежде всего, обстрел по целям,
пб ДОТам передового края расположения противника и разруше¬
ния этих ДОТов. Иметь в виду, что, пока не разрушены ДОТы пере¬
дового края расположения противника, пехота не должна быть бро¬
шена вперед для наступления.
9. Направляемые вам дивизии и пополнения ни в коем случае не
бросать сразу на фронт. Раньше, чем бросить на фронт, Военный со¬
вет и штаб армии обязаны проверить их состояние, вооружение,
снабжение, обмундирование, запасы, ликвидировать замеченные
недостатки, разъяснить бойцам и комсоставу, что война в Финлян¬
дии есть серьезная война, резко отличающаяся от нашего осеннего
похода В Польшу. 03HaKOMPfTbST)^triHiMH войны в Финляндии и
только после всего этого направлять части на фронт.
10. Строго соблюдать секретность приказов и распоряжений, не
передавать секретных распоряжений по телефону и вообще помень¬
ше болтать по телефону. Секретные распоряжения передавать уст¬
но, а если будут передаваться по радио и телеграфу, то обязательно
в зашифрованном виде.
Главнокомандующий К. Ворошилов. Член Главного Военного
совета И. Сталин. Начальник Генерального штаба Б. Шапошни¬
ков».
192
Даже в Новый год 1 января 1940 года в 0.50 было направлена оче¬
редная директива командующим 7, 13, 8, 9 и 14-й армиями о совер¬
шенствовании тактики действий разведывательных подразделений
и стрелковых частей. В ней говорилось:
«1. Для разведки переднего края обороны противника наши ди¬
визии и корпуса высылают большие разведывательные отряды си¬
лой в батальон и даже выше. Такая разведка переднего края против¬
ника, и в особенности укрепленных районов, приводит к совершен¬
но напрасным боевым потерям в нашей пехоте.
Приказываю категорически для разведки переднего края оборо¬
ны противника на участке стр. полка разведывательные части силой
выше одного или двух взводов не посылать, причем эти разведыва¬
тельные группы или взводы должны быть составлены из отборных,
смелых рядовых бойцов и командиров, хорошо проинструктирова¬
ны и обучены разведке. Личный состав разведывательных взводов,
групп должен ходить по компасу. Всякие высылки для разведки ба¬
тальонов будут караться. Наземную разведку необходимо вести па¬
раллельно с воздушной разведкой на фотографирование позиций
противника. Категорически потребовать от начальников военно-
воздушных сил армий заснятая с воздуха и составления планов ук¬
репленных линий и узлов противника.
2. Также замечено, что наши пехотные части подводятся под ви¬
дом занятия исходного положения на расстояние 300—400 метров от
линии укрепленных районов противника, перед которой противни¬
ком пристрелян каждый метр, и лежат открыто под огнем противни¬
ка, неся излишние и тяжелые потери. Занятие исходного положения
должно быть произведено непосредственно перед наступлением, а
не до него. Пехотные батальоны первой линии должны, как правило,
находиться не ближе 600—1000 метров от линии укрепленных рай¬
онов противника в зависимости от рельефа местности, они должны
построить окопы полного профиля с ходами сообщения и с прово¬
лочными заграждениями. Впереди их расположения должно быть
сильное боевое охранение.
Эти указания довести до каждого командира полка к точному
исполнению, а командующим армиями проверить выполнение этих
условий.
Главнокомандующий К. Ворошилов. Член Главного Военного
совета И. Сталин. Начальник Генерального штаба Б. Шапошников».
Эти директивы отражали большое недовольство Сталина и воен¬
ных руководителей страны ходом боевых действий. Война показала
не только вддодготовленность Красной Армии к специфическим
усЭТбвйям Финляндии, но и вопиющие нарушения уставных поло-
i ■ ' •• и . , , лб* * м . ..... ^ „
женин 1
193
7-3374
Хотя в этой войне Красная Армия разбила войска Финляндии,
победа была достигнута тяжелой ценой. Число потерь с советской
стороны (131 476 погибших и пропавших без вести; от 325 до 330
тысяч раненых) существенно превышало потери финской армии
(48 243 убитых и 43 тысячи раненых). Война показала слабости Крас¬
ной Армии, недостатки ее вооружений, отсталость ее руководства.
Уроки, которые Сталин решил извлечь из «зимней войны», сви¬
детельствовали о том, что он взял курс на коренное преобразование
Красной Армии, направленный на отказ от тяготившего ее наследия
Гражданской войны. Анализируя итоги войны с Финляндией в своем
выступлении, Сталин отмечал: «После первых успехов по части про¬
движения наших войск, как только война началась, у нас обнаружи¬
лись неувязки на всех участках. Обнаружились потому, что наши
войска и командный состав наших войск не сумели приспособиться
к условиям войны в Финляндии... У нас товарищи хвастались, что
наша армия непобедима, что мы всех можем шапками закидать, не!
никаких нехваток. В практике нет такой армии и не будет... Вообще
в истории не бывало непобедимых армий».
Преувеличение возможностей Красной Армии, по мнению Ста¬
лина, было следствием неоправданного самодовольства, порожден¬
ного прежними успехами. Он утверждал: «Нам страшно повредила
польская кампания, она избаловала нас... Наша армия не сразу по¬
няла, что война в Польше — это была военная прогулка, а не война».
Сталин обращал внимание на то, что «за все существование Совет¬
ской власти мы настоящей современной войны еще не вели. Мелкие
эпизоды в Маньчжурии, у озера Хасан или в Монголии — это чепу¬
ха, это не война, — это отдельные эпизоды на пятачке, строго огра¬
ниченном».
Одновременна Сталин впервые решительно призвал отказать¬
ся от слепой приверженности опыту Гражданской войны. Он гово¬
рил: «Гражданская война — это не настоящая война, потому что это
была война без артиллерии, без авиации, без танков, без миноме¬
тов». Сталин указывал на то, что «культ традиции и опыта Граждан¬
ской войны, с которым надо покончить, помешал нашему командно¬
му составу сразу перестроиться на новый лад, на рельсы современ¬
ной войны». Одним из следствий советско-финской войны явилась
отставка Первого Маршала К. Е. Ворошилова с поста наркома оборо¬
ны СССР; очевидно, что в нем увидели главного носителя «культа
традиции и опыта Гражданской войны». Правда, наркомом обороны
стал Маршал Советского Союза С. К. Тимошенко, сформировав¬
шийся как крупный военачальник тоже в годы Гражданской войны.
Как считал Сталин, в результате «культа традиции и опыта Гра¬
жданской войны» Красная Армия оказалась неподготовленной к ус¬
194
ловиям современной войны и была недостаточно оснащена совре¬
менным оружием, которое имелось у армии Финляндии. Еще до
начала войны Финляндия получала существенную помощь от стран
Запада. Великобритания, Франция, Швеция направили в Финлян¬
дию более 500 самолетов. Вооружения в Финляндию поступали так¬
же из США, Норвегии, Италии и ряда других стран. В своем выступ¬
лении Сталин говорил: «Мы знали, что финнов поддерживают Фран¬
ция, Англия, исподтишка поддерживают немцы, шведы, норвежцы,
поддерживает Америка, поддерживает Канада».
Действия Красной Армии на Карельском перешейке столкну¬
лись с серьезными трудностями из-за явного отставания ее воору¬
женности от уровня современных требований во всех родах войск —
артиллерии, авиации, танковых войсках. При этом Сталин указал на
недооценку современного оружия руководителями Красной Армии.
Он говорил: «Гражданские люди — я, Молотов — кое-что находили
по части военных вопросов. Невоенные люди специально спорили с
руководителями военных ведомств, переспорили их и заставили
признать, что ведем современную войну с финнами, которых обуча¬
ют современной войне три государства: обучала Германия, обучает
Франция, обучает Англия».
Уроки «зимней войны» свидетельствовали о существенной роли
различных видов военной техники в современных боевых операци¬
ях. «Современная война, — подчеркивал Сталин, — требует массо¬
вой артиллерии. В современной войне — артиллерия —- это бог... Ес¬
ли нужно в день дать 400—500 снарядов, чтобы разбить тыл против¬
ника, передовой край противника разбить... артиллерия — первое
дело».
«Второе, — продолжал Сталин в ходе своей речи 17 апреля, —
авиация, массовая авиация, не сотни, а тысячи самолетов... Тот, кто
хочет вести войну по-современному и победить в современной вой¬
не, тот не может говорить, что нужно экономить бомбы. Чепуха, то¬
варищи, побольше бомб нужно давать противнику для того, чтобы
оглушить его, перевернуть вверх дном его города, тогда добьемся
победы».
Придавая огромное значение артиллерии и авиации, Сталин вы¬
соко оценивал и роль танков. В своей речи 17 апреля 1940 года Сталин
говорил: «Дальше танки, третье, тоже решающее: нужны массовые
танки — не сотни, а тысячи. Танки, защищенные броней, — это все.
Если танки будут толстокожими, они будут чудеса творить при на¬
шей артиллерии, при нашей пехоте. Нужно давать больше снарядов
и патронов для противника, жалеть своих людей, сохранять силы ар¬
мии».
IBS
v
В ходе перечисления различных видов вооружений в своей речи
17 апреля 1940 года Сталин особо остановился на роли минометов.
Он сказал: «Минометы — четвертое; нет современной войны без ми¬
нометов. Все корпуса, все роты, батальоны, полки должны иметь
минометы 6-дюймовые, обязательно, 8-дюймовые... Это очень эф¬
фективные минометы и очень дешевая артиллерия. Не жалеть мин —
вот лозунг, жалеть своих людей... Еслихотите, чтобыу нас война бы¬
ла с малой кровью, — не жалейте мин».
Особо остановился Сталин на «автоматизации ручного оружия».
«Зимняя война» велась, когда в Красной Армии практически не бы¬
ло автоматов, которые были на вооружении у армии Финляндии.
«Наши солдаты не такие уж трусы, но они бегали от автоматов», —
признавал Сталин. Между тем, по его словам, «люди, которые живут
традициями Гражданской войны, — дураки, хотя они и хорошие лю¬
ди, когда они говорят: а зачем нам самозарядная винтовка?»
В своих воспоминаниях руководители Наркомата вооружений
СССР Б. JI. Ванников и В. Н. Новиков подробно рассказали, как не
просто решался в руководстве страны вопрос о том, какую конст¬
рукцию самозарядной винтовки выбрать. В. Н. Новиков вспоминал:
«Сталин лично следил за ходом конструирования и изготовлением
опытных образцов. Редко бывало, чтобы на совещаниях по вопросам
обороны не заходил разговор о самозарядной винтовке. Любимой
фразой Сталина тут было: «Стрелок с самозарядной винтовкой за¬
менит десятерых, вооруженных обычной винтовкой»... И вот испыта¬
ния. Лишь две самозарядные винтовки выдержали их. Но какой от¬
дать предпочтение: той, которую сделал Токарев, или той, что пред¬
ставил Симонов?.. Винтовка Токарева была тяжелее, но при проверке
на «живучесть» в ней случилось меньше поломок. Изящная и легкая
винтовка Симонова, которая по многим показателям превосходила
токаревскую, дала сбой: поломался боек в затворе... У симоновской
винтовки признали неудачным и короткий штык, похожий на те¬
сак... Лишь Б. Л. Ванников отстаивал винтовку Симонова, доказы¬
вая ее превосходство».
Тогдашний нарком вооружений Б. Л. Ванников вспоминал:
<;гйшдин в xpAeXHCKy.ccmj&j^^ говорить сколько
угодло9 а своего мнения не высказывал, 01раничиваясьлишь.в6п£0-
сами к выступавшим. Меня он слушал так же внимательно, а вопро¬
сы его были столь благожелательны, что принятие моей точки зре¬
ния, хотя отстаивал ее я один, казалось, несомненным. Каково же
было мое удивление, когда Сталин предложил принять на вооруже¬
ние винтовку конструкции Токарева». Ванников спросил: «Почему
196
же?» Сталин ответил: «Так хотят все». К производству самозарядной
винтовки Токарева приступили на Тульском оружейном заводе».
Однако после начала советско-финляндской войны, по словам
Новикова, «посыпались жалобы на то, что винтовка тяжела, громозд¬
ка, сложна в эксплуатации, и бойцы зачастую стремятся от нее изба¬
виться, предпочитая иметь старую винтовку конструкции Мосина.
А так как уже шла война с белофиннами, дело приняло острый обо¬
рот».
Б. JI. Ванникова вызвали в Кремль. Нарком вспоминал, что Ста¬
лин встретил его вопросом: «Почему приняли на вооружение тока-
ревскую винтовку, а не симоновскую?» Ванников напомнил, как
было дело, но в ответ услышал: «Сами виноваты. Вы должны были
внятно доказать, какая винтовка лучше, и вас бы послушали. Поче¬
му вы допустили, что у нас такой длинный тесак?» Ванников про¬
молчал. А Сталин сказал: «Надо прекратить изготовление винтовок
Токарева и перейти на изготовление винтовок Симонова, а тесак
взять самый малый, например, австрийский».
Ванников возразил: «Прекращение производства токаревских
самозарядных винтовок приведет к тому, что у нас не будет ни их, ни
симоновских, так как выпуск последних можно начать не раньше,
чем через год-полтора». По словам Ванникова, «Сталин подумал,
согласился и отказался от своего намерения. Вместо прекращения
производства винтовки Токарева он предложил конструктивно улуч¬
шить ее, главным образом в части снижения веса, и уменьшить тесак,
сделав все это без замены большого количества технологической ос¬
настки».
Новиков писал, что «конструкторы и технологи подробно изу¬
чили каждую деталь токаревской СВ, чтобы приблизить ее и улуч¬
шить, как сказал Сталин, приблизить «самозарядную винтовку Тока¬
рева к самозарядной винтовке Симонова»... Битва шла, можно ска¬
зать без преувеличения, за каждый грамм».
Но к этому времени Сталин поставил новые задачи по улучше¬
нию. Новиков вспоминал: «Не успели мы развернуть производство
новой винтовки, как Б. JI. Ванников вызвал меня в Москву». Он рас¬
сказал Новикову: «Наши самолеты вооружены в основном пулеме¬
тами калибра 7,62 мм, которые... стреляют практически винтовоч¬
ными пулями. И пусть у этих пулеметов очень высокая скорострель¬
ность, поражаемость цели мала. У немцев самолеты из металла.
Нужен другой пулемет — крупнокалиберный. Вчера меня вызвал то¬
варищ Сталин и поручил срочно изготовить опытную партию пуле¬
метов, над которыми работает конструктор Я. Г. Таубин, а затем на¬
ладить их серийный выпуск».
197
Однако скоро выяснилось, что для доводки пулемета потребует¬
ся не менее четырех месяцев. Тогда Новиков «заметил, что пулемет
такого же назначения, но в лучшем состоянии есть у молодого кон-
структора-туляка М. Е. Березина, работающего сейчас в Коврове.
Может, Таубин пока будет трудиться дальше, а мы попробуем пуле¬
мет Березина. Ванников при мне соединился со Сталиным и попро¬
сил срочно его принять. Сталин встретился с Борисом Львовичем в
тот же день. Около полуночи меня потребовали к наркому. Тут же
была дана команда вызвать из Коврова Березина, который к утру
прибыл в наркомат. Мы заслушали конструктора о состоянии отра¬
ботки пулемета. Решили: он заберет чертежи и вылетит со мной на
Урал». Вскоре «завод начал серийный выпуск пулеметов Березина».
Усилия Сталина, направленные на то, чтобы добиться оснаще¬
ния Красной Армии наиболее совершенным оружием, отвечающим
современному уровню военной техники, были обусловлены стрем¬
лением не только обеспечить победу в войне, но и не допустить
чрезмерных жертв, подобных тем, что были понесены советскими
войсками в «зимней войне». О своем желании сберечь солдатские
жизни с помощью более совершенного оружия он не раз говорил
17 апреля 1940 года. Сталин видел в совершенствовании оружия не
самоцель, а создание наиболее мощных боеприпасов для уничтоже¬
ния противника, а, стало быть, спасения жизни советских воинов.
Б. Л. Ванников и В. Н. Новиков привели такой разговор с уча¬
стием Сталина, состоявшийся перед войной. Во время дружеской
беседы один из военных назвал наркома вооружений Ванникова
«нашим Круппом» и сказал: «Все зависит от него». Сталин заметил:
«Это будет неточно. Вооружению отведена тоже подчиненная роль.
Оно нужно для того, чтобы доставить боеприпасы до цели и разру¬
шить или уничтожить ее». ^Присутствовавший при этом другой воен¬
ный, авиатор, добавил, что и авиация является не только транспорт¬
ным средством для вооружения, но и сама может доставлять боепри¬
пасы туда, куда нужно. Бомбардировщики, например, сами достав¬
ляют бомбы к цели.
«Значит, все сводится к разрушению цели, — подчеркнул Ста¬
лин, — а это остается за боеприпасами. Сила взрыва боеприпасов
определяет мощь всех родов войск, в том числе и авиации, и служит
мерилом военно-экономической целесообразности затрат на ту или
иную боевую технику. Неразумно строить дорогой бомбардировщик
на большой радиус действия, если заряд авиационной бомбы будет
недостаточно мощный».
В то же время Сталин понимал, что даже хорошее оружие, обла¬
дающее огромной поражающей силой, само по себе еще не обеспе¬
чит победы на поле боя. В своем выступлении 17 апреля 1940 года
Сталин указал на недооценку роли общевойскового командира и
штабной работы, проявившейся в ходе «зимней войны». По его мне¬
нию, война также показала, что «у нашего бойца не хватает инициа¬
тивы. Он индивидуально мало развит. Он плохо обучен, а когда че¬
ловек не знает дела, откуда он может проявить инициативу, и по¬
этому он плохо дисциплинирован... Нам нужен новый боец. Его
нужно и можно создать: инициативного, индивидуально развитого,
дисциплинированного». Одновременно Сталин обращал внимание
на необходимость повышения уровня политработников: «Недоста¬
точно того, что политработник на словах будет твердить «партия Ле¬
нина-Сталина», все равно, что аллилуйя-аллилуйя... Он должен
быть политически стойким, политически образованным и культур¬
ным, он должен знать военное дело. Без этого мы не будем иметь хо¬
рошего бойца, хорошо налаженного снабжения, хорошо организо¬
ванного пополнения для армии».
В советско-финляндской войне Сталин увидел важный этап
подготовки Красной Армии к грядущим битвам. Он имел основания
сказать, что «наша современная Красная Армия обстреливалась на
полях Финляндии, — вот первое ее крещение». Несмотря на много¬
численные недостатки Красной Армии, выявленные в ходе этого
«крещения», Сталин видел и позитивные стороны победы в войне.
Он говорил: «Финнов победить — не бог весть какая задача. Конеч¬
но, мы должны были финнов победить. Мы победили еще их евро¬
пейских учителей — немецкую оборонительную технику победили,
английскую оборонительную технику победили, французскую обо¬
ронительную технику победили... Не только технику передовых го¬
сударств Европы, мы победили их тактику, их стратегию... Главное
в нашей победе состоит в том, что мы разбили технику, стратегию и
тактику передовых государств Европы, представители которых яв¬
лялись учителями финнов. В этом основная наша победа».
Уроки советско-финляндской войны были взяты на вооружение
Сталиным. Он постоянно контролировал разработку нового авто¬
матического оружия. В эти годы поступил на вооружение новый
станковый пулемет системы В. А. Дегтярева. В первой половине
1941 года стал поступать на вооружение пулемет-пистолет Г. С. Шпа-
гина (ППШ). Созданная Ф. В. Токаревым самозарядная винтовка
стала основным оружием советского бойца.
С 1939 года по июнь 1941 года количество ручных пулеметов в
войсках увеличилось на 44%, а станковых — на 29%. По числу пуле¬
метов Красная Армия превосходила вермахт. В 1940—1941 годах бы¬
ли созданы первые противотанковые ружья, но к началу войны они
еще не успели поступить в войска.
Заметно вырос потенциал советской артиллерии, которую Ста¬
лин считал «богом войны». По словам академика РАН Г. А. Кума-
нева, «с 1 января 1939 года по 22 июня 1941 года артиллерийская
промышленность дала Красной Армии 29 637 полевых орудий,
52 407 минометов, всего с учетом танковых пушек — 92 578. В резуль¬
тате только с мая 1940 года до начала фашистской агрессии орудий¬
ный парк СССР увеличился более чем в полтора раза».
В предвоенные годы были созданы: полевая 76-мм пушка, ко¬
торая была лучше немецкого пехотного орудия, 122-мм гаубица,
152-мм гаубица-пушка. Как утверждалось в «Истории Великой Оте¬
чественной войны 1941—1945 гг.» (в дальнейшем — «ИВОВ»), «не¬
мецкое 150-мм тяжелое оружие уступало соответствующим совет¬
ским системам. Намного совершеннее немецких орудий была наша
дивизионная и корпусная артиллерия, а также горные орудия».
Учтя уроки советско-финляндской войны, советское руковод¬
ство обратило внимание на увеличение производства минометов.
С 1940 года были созданы 82-мм батальонный, 107-мм горновьюч¬
ный полковой и 120-мм полковой минометы. По оценке Г. К. Жуко¬
ва, «в июне 1941 года в количественном и качественном отношениях
наши минометы уже значительно превосходили немецкие».
Накануне войны были созданы реактивные снаряды (PC), или
«эресы», калибром 82 мм и 132 мм, а также реактивные минометные
установки БМ-13, названные впоследствии «катюшами». Они не
имели аналогов в мире. 21 июня 1941 года эти установки были взяты
на вооружение Красной Армии и было развернуто их серийное про¬
изводство.
Перед войной были созданы тяжелый танк «КВ» и средний
танк «Т-34». Оба танка обладали сильной броней, мощным воору¬
жением, хорошей проходимостью и маневренностью и превосходи¬
ли по своим качествам танковую технику зарубежных армий.
Общий тоннаж Военно-морского флота СССР за 1939—1940 годы
возрос по надводному флоту на 108 718 тонн, по подводному флоту —
на 50 385 тонн. В 1940 году флот получил 100 различных боевых ко¬
раблей, главным образом миноносцев, подводных лодок, тральщи¬
ков, торпедных кораблей.
Значительные успехи были достигнуты и в самолетостроении.
В 1939 году стал поступать в воинские части бомбардировщик «ДБ-Зф»
конструкции С. В. Ильюшина. Был построен и первый образец бро¬
нированного штурмовика «Ил-2», не имевший аналогов в мировой
авиации. В начале 1940 года были приняты на вооружение самолет-
истребитель «Як-1», «ЛаГГ-3», «МиГ-3», имевшие высокие скорости
и сильное пушечно-пулеметное вооружение. Принят был на воору¬
жение и пикирующий бомбардировщик «Пе-2», превосходивший
немецкие самолеты такого же типа «Ю-87» и «Ю-88». В 1940 году
производство самолетов в СССР выросло по сравнению с 1939 годом
на 19%.
Сталин живо откликался на любое рациональное предложение,
если оно сулило усиление боевых возможностей вооруженных сил
страны. Так, например, когда летчик Александр Голованов напра¬
вил в начале 1941 года Сталину письмо с предложением «организо¬
вать соединение в 100—150 самолетов», которое могло бы «прилетать
на цели независимо от метеорологических условий», он был вскоре
принят Сталиным. Внимательно выслушав неизвестного ему преж¬
де летчика, Сталин сказал: «Видимо, было бы целесообразно начинать
с малого, например, с полка, но не отдавать на откуп в состав округа
или дивизии. Его нужно непосредственно подчинить центру, вни¬
мательно следить за его деятельностью и помогать ему... В этом пол¬
ку нужно сосредоточить хорошие кадры и примерно через полгода
развернуть его в дивизию, а через год — в корпус, через два — в ар¬
мию». Так было положено начало созданной в марте 1942 года Авиа¬
ции дальнего действия (АДД), подчиненной непосредственно Став¬
ке Верховного Главнокомандования.
И все же, несмотря на пристальное внимание руководства стра¬
ны к укреплению военного потенциала, несмотря на чрезвычайно
напряженный темп работы ученых и конструкторов, инженеров
и рабочих оборонной промышленности, многого не удалось сделать
к началу войны. Огневая мощь Красной Армии была слабее, чем у
германской армии. Общая насыщенность советских войск автома¬
тическим оружием значительно уступала немецкой армии из-за от¬
ставания в производстве пистолетов-пулеметов. Большинство вы¬
пускавшихся минометов были 50-мм калибра с небольшим радиу¬
сом поражения. Более эффективные 82-мм и 120-мм минометы стали
поступать в армию лишь перед самой войной. Отсутствовали само-
ходно-артиллерийские установки. Артиллерийские орудия не были
достаточно обеспечены механизированной тягой, что снижало их
маневренность.
Танки «КВ» и «Т-34» составляли еще меньшую часть бронетан¬
кового вооружения страны. Основную часть танковых частей со¬
ставляли устаревшие «БТ». При этом 29% из них нуждались в капи¬
тальном ремонте, 44% — в среднем ремонте. Историк Александр
Орлов ссылается на оценку советских танков немецкими генерала¬
ми после советско-финляндской войны: «Советские танки, дейст¬
вовавшие в Финляндии, были невероятно низкого качества, часто
ломались в пути. Даже в Прибалтике, где не было войны, все дороги
были переполнены сломанными танками во время занятия Красной
Армией Прибалтики. Разве с таким оборудованием можно воевать с
германскими танками, которые не пугают тысячи километров са¬
харских песков?» (Однако германские генералы забывали, что их
хваленые танки не лучшим образом показали себя во время аншлю¬
са. Триумфальное вступление вермахта в Австрию было сорвано из-
за того, что все австрийские дороги оказались забиты сломавшими¬
ся в пути немецкими танками.)
Хотя по производству самолетов СССР опережал Германию,
большинство выпускавшихся самолетов было старых конструкций.
Более 80% советских самолетов уступали германским по дальности,
скорости, высоте полета и бомбовой нагрузке. Не было организова¬
но серийное производство авиационных пушек. В оснащении само¬
летов радиостанциями советская авиация существенно отставала от
немецкой. В целом средства связи были устаревшими и не приспо¬
соблены к работе в условиях маневренных боевых действий.
К тому же, как подчеркивал историк А. С. Орлов: «Красная Армия
значительно уступала вермахту в подвижности, имея 272 тысячи ав¬
томобилей против 600 тысяч у немцев. На всю Красную Армию при¬
ходилось всего 37 тысяч радиостанций».
В отличие от водителей германских танков, приобретших опыт
управления своими машинами в боевых условиях, среди советских
танкистов преобладали новички, едва освоившие управление танка¬
ми. Подавляющее большинство советских механиков-водителей к
началу войны имели всего лишь 1,5—2-часовую практику вождения
танков.
А. С. Орлов обратил внимание на сообщение Главного управле¬
ния ВВС в мае 1941 года, в котором отмечалась низкая огневая под¬
готовка летчиков (годовой налет летчиков составлял всего 12 часов).
Зенитчиков обучали стрельбе только по малоскоростным воздуш¬
ным целям, не было воздушных мишеней, которые могли бы букси¬
роваться со скоростью выше 250 км/час. «И это тогда, — замечал Ор¬
лов, — когда основные самолеты Люфтваффе имели скорость более
500 км/час».
Орлов справедливо указывал: «Мало было иметь много техники,
надо было еще и хорошо владеть военной техникой — танками, са¬
молетами, автомобилями. Но где взять технически грамотных спе¬
циалистов, чтобы эффективно управлять этой техникой в стране,
имевшей 80% неграмотного населения всего 20 лет назад?» Техниче¬
ская малограмотность проявлялась в небрежном отношении к тех¬
202
нике, неумении и нежелании соблюдать техрршжие^орттивы,
следить за техническим состоянием маши^Г 12 апреля 1941 гщЬ Ти-
мрдщш^оа Жуков докладывали Стал и ну>»И з*- за рпа^Штносщ
ежедневно/ибнут 2—3 самолета... Только за "ТО^тблный 1-й квартал
при ^тр^^бит
141 Человек и разбито 138 самолетов».
рядового состава, наносившей су¬
щественный ущерб нашей обороне, были допущены профессио¬
нальные ошибки и руководителями Вооруженных сил. Так, в начале
1941 года, как писал В. Н. Новиков, «начальник Главного артилле¬
рийского управления Красной Армии маршал Г. И. Кулик сообщил
Наркомату вооружения, что, по данным разведки, немцы в ускорен¬
ном темпе перевооружают танки пушками калибра более 100 мм
и оснащают их соответственно более мощной и качественной бро¬
ней. В связи с этим вся наша артиллерия калибра 45 и 76 мм окажет¬
ся против такой бронетанковой техники неэффективной. Маршал
Кулик настаивал на прекращении производства этих пушек, а вме¬
сто них предлагал начать выпуск 107-мм орудий в первую очередь».
«Наркомат вооружений обладал иными данными. Там знали,
что большинство немецких танков вооружены пушками калибров
37 и 50 мм, лишь часть — 75 мм. А такие танковые пушки, как прави¬
ло, соответствуют броневой защите танков, которая может пора¬
жаться танковой и противотанковой артиллерией аналогичного ка¬
либра. Следовательно, в случае войны 45- и 76-мм противотанковые
орудия будут иметь вполне очевидное превосходство... И в случае
повышения бронепробивающих возможностей нашей артиллерией
следовало, конечно, брать не новые для промышленности конст¬
рукции, а достигать этой цели за счет увеличения начальной скоро¬
сти снаряда у тех же 76-мм пушек... Предложение о снятии с произ¬
водства пушек 45- и 76-мм нельзя было принимать еще и потому,
что они выпускались не только как противотанковые, но и как очень
маневренные средства против многих важных целей — броневиков,
автотранспорта, живой силы противника, проволочных и других
преград».
Однако Г. И. Кулик добился своей цели, и после разбора его
предложения на заседаниях различных комиссий и Политбюро
И. В. Сталин выступил против возражений Наркомата вооружений.
Однако, как указывал Новиков, «как только развернулись военные
действия, стало ясно, что допущена непростительная ошибка. Доне¬
сения с фронтов свидетельствовали, что немецко-фашистская ар¬
мия наступает далеко не первоклассной танковой техникой. Со-
стояние бронетанковых сил противника не соответствовало тем све¬
203
дениям* которыми «козырял» маршал Г. И. Кулик. Наши пушки
45- и 76-мм оказались очень эффективными в борьбе с боевой тех¬
никой фашистов».
Эти и другие допущенные ошибки, а также различные недостат¬
ки Красной Армии усугублялись тем, что период мирной передышки
для СССР стал также периодом накапливания боевого опыта и на¬
ращивания военной мощи гитлеровской Германии. Германские по¬
беды привели к тому, что под властью Гитлера оказались многие ев¬
ропейские страны с высокоразвитой экономикой, наукой и техни¬
кой. Выплавка стали в Германии в 1939 году составляла 22,5 милли¬
она тонн, а в 1941 году общее производство стали в Германии и окку¬
пированных ею странах достигло 31,8 миллиона тонн. (СССР в
1940 году выплавлял лишь 18 миллионов тонн.) По сравнению с со¬
ветским производством 1939 года Германия вместе с оккупирован¬
ными странами добывала в 2,4 раза больше угля. На заводах «гер¬
манского жизненного пространства» в июне 1941 году трудилось в
3 раза больше высококвалифицированных рабочих, чем в Германии
в 1939 году. Следует также учесть, что в своей подготовке к походу
против СССР Германия использовала весь потенциал военной про¬
мышленности оккупированных стран Западной Европы, прежде
всего таких стран, как Франция и Чехия. Несмотря на колоссальные
усилия по наращиванию боевой мощи Вооруженных сил, предпри¬
нятые советскими людьми в 1939—1941 годах, СССР был менее под¬
готовлен к войне, чем Германия.
Наконец, следует учесть, что в течение первых двух лет Второй
мировой войны германские вооруженные силы сумели отработать
методы «молниеносной войны», или блицкрига. Эти методы стали
разрабатываться в Германии еще в конце Первой мировой войны, и,
видимо, о них впервые Адольф Гитлер узнал на тех военных курсах,
которые он посещал в Мюнхене в 1919 году. Те познания в истории,
политике, политэкономии и военном искусстве, которыми вождь
нацистов делился со своими читателями в «Майн ка^пф», были им
освоены на этих курсах. В первых же главах своей главной книги
Гитлер ссылался на фельдмаршала X. Г. Б. Мольтке, исходившего из
необходимости проведения «краткосрочных военных операций».
После своего прихода к власти Гитлер взял на вооружение методы
ведения блицкрига.
С начала Второй мировой войны германские вооруженные силы
показали, что такое блицкриг в действии. Массированные нклеты с
воздуха, в ходе которых германская авиация в считаные ча^ы унич¬
тожала вражеские самолеты на аэродромах, обеспечивали господ¬
ство немцев в воздухе с первого же дня боевых операци^. Мощный
артиллерийский обстрел перед выступлением танков и пехоты по
заранее выверенным целям разрушал систему обороны. Быстрое же
продвижение в глубь страны мощных танковых и механизированных
соединений разрывало систему связи и коммуникаций, способство¬
вало овладению немцами стратегически важными центрами. Приме¬
нение всей огневой мощи с первых же часов боевых действий нано¬
сило огромный урон живой силе и технике. Но главным следствием
блицкрига был не столько физический, сколько психологический
урон, наносимый обороняющейся стороне.
Видя перед собой, рядом с собой и за своей спиной немецкую
военную технику, быстро перемещавшиеся на машинах немецкие
войска, оказавшись в окружении, без связи со своим начальством,
соседями, базами снабжения, тыловыми госпиталями, солдаты и
офицеры теряли ориентацию и утрачивали боевой дух. Американ¬
ский историк де Ионг писал, что вскоре после нападения Германии
на Польшу 1 сентября 1939 года «связь со многими дивизиями ока- \
залась нарушенной... транспортная система была расстроена, мосты \
и дороги разрушались немецкими бомбардировщиками. В резуль- и
тате наряду с хорошо сколоченными войсковыми частями в распо- •
ряжении польского командования оказывались и части случайного
состава, в которых офицеры и солдаты совершенно не знали друг
друга. Перед фронтом наступавших немецких танков и пехоты, а
иногда и параллельно их колоннам на восток тянулись толпы обезу¬
мевших беженцев... Эта движущаяся масса, создавая панику и не¬
разбериху, продвигалась от границ к центру Польши... к концу пято¬
го дня борьбы боевой дух польской армии был полностью сломлен,
и она лишилась боеспособности».
Блицкриг подрывал и дух мирного насе^ния. Де Ионг писал:
«С самого же начала военных действий большинство польского на¬
селения наряду с энтузиазмом охватил страх. То был страх перед гру¬
быми силами войны, перед немецкими авиаэскадрильями, которые
беспрепятственно, словно на маневрах, налетали с запада. В сущно¬
сти, то был страх перед всей военной машиной Третьего рейха, пы¬
тавшегося вломиться в польские земли и легко добивавшегося успе¬
ха, — эту горькую правду пришлось признать после первых же дней
войны. Страх и надежда сливались воедино; одно чувство перепле¬
талось с другим. Начали ходить слухи, что немцы сбрасывают с са¬
молетов отравленные сигареты и шоколад, а также детские воздуш¬
ные шары, наполненные ядовитым газом, разбрасывают табачные
листья на пастбищах, чтобы скот, не выносящий запаха никотина,
погиб от голода. Превосходство немцев, которое повсюду давало о
себе знать, и постепенно выясняющаяся картина полного разгро-
205
ма — все это не только переполняло сердца поляков ужасом, но и ка¬
залось совершенно немыслимым. Объяснить и понять происходя¬
щие события можно было лишь в том случае, если причиной неудач
считать не поражение польских войск в открытом бою, а коварные
средства, применяемые противником, и злостные махинации его
агентов».
9 апреля 1940 года жертвами блицкрига стали Дания и Норвегия.
Посол Германии в Дании фон Ренте-Финке вручил ноту об объявле¬
нии войны, когда германские войска уже перешли датскую границу.
Позже Ренте-Финке сообщал в Берлин: «Датчане оказались совер¬
шенно неподготовленными к тому, чтобы понять суть моего посеще¬
ния... Заявление о том, что немецкие войска уже перешли датскую
границу и начинают высаживаться в Копенгагене, показалось им та¬
ким неожиданным, что они вначале попросту не хотели этому ве¬
рить».
Де Ионг писал: «В датской столице многочисленные правитель¬
ственные учреждения оказались захваченными немцами еще утром
9 апреля. Жившие в Копенгагене немцы с бодьшщ, рвещход ддгау-
зиазмом показывали солдадам дорогую .служили переводчиками.
РадЩ'поЭД^ железные дороги сразу же оказались
под немецким контролем. Немцы знали точно, куда им следует на¬
правляться. Об импровизации не могло быть и речи. Сказались це¬
лые месяцы тщательной подготовки». Захват Дании, главным обра¬
зом с помощью военно-морского десанта, был осуществлен так не¬
ожиданно, что датские солдаты оказали лишь незначительное
сопротивление. В ходе недолгих столкновений 13 солдахДажсадср
королевства было убито и 2Уранено. На этом вооруженное сопро¬
тивление вермахту в Дании завершилось.
В ночь с 8 на 9 апреля началось вторжение в Норвегию. Де Ионг
писал: «Немецкие бомбардировщики летали так низкр, что в каби¬
нах можно было разглядеть летчиков; с самолетов доносился треск
пулеметов... Люди знали по фотографиям в газетах о судьбе, которая
выпала на долю Варшавы. Неужели подобная участь ожидает и Ос¬
ло?» Газета «Ньюве роттердамше курант» писала 14 апреля: «У вхо¬
дов в метро дрались обезумевшие люди, стараясь поскорее укрыться
в подземных туннелях; некоторые пытались спрятаться в подъездах
домов, кое-кто бежал к дворцовому парку. Часть людей бежала или
пыталась убежать из города; люди катили перед собой детские коля¬
ски, забирались на грузовики, брали приступом железнодорожные
станции, где весь свободный подвижной состав заполнялся до отка¬
за. Поезда отправлялись в сельские районы».
Де Ионг констатировал: «Все были вне себя от страха, уныния и
2D6
сомнений. В то время как часть населения Осло в панике убегала с
насиженных мест, немцы, хладнокровные и спокойные, вступали
в город: первые отряды немецких войск двигались с аэродромов к
правительственным зданиям. Примерно к полудню они захватили
намеченные объекты... Никто не знал, что необходимо предпри¬
нять. Как могло случиться, что немецкие войска среди бела дня,
почти в 400 милях от ближайшего немецкого порта, смогли беспре¬
пятственно вступить в город и спокойно расположиться во всех пра¬
вительственных зданиях? Оставшееся в городе население было со¬
вершенно ошеломлено... На следующий день... выяснилось, что нем¬
цы проникли не только в Осло, но и во все другие крупные города
норвежского побережья: в южной его части были заняты Кристиан-
сунн, Эгерсунн, Ставангер и Берген, в центральной части Трон¬
хейм, на крайнем севере — Нарвик... За всю
ного примера такого широкого и ус л ешнош-ислользовшшя внезап¬
ности».
Но если для населения Дании и Норвегии нападение Германии
было неожиданным, то такое нападение должны были ожидать на
Западном фронте. С начала сентября 1939 года Франция и Велико¬
британия находились в состоянии войны, англо-французские войска
стояли на германской границе, порой между противоборствующи¬
ми армиями шла перестрелка. Предполагалось также, что Германия
нападет на Францию через Бельгию, Нидерланды и Лйэк^ембург.
И все же наступление немецких войск, начавшееся 10 мая ljpO года,
застало западных союзников врасплох.
Хотя французские и английские войска вступили на территорию
Бельгии, чтобы дать отпор наступавшим немецким частям, они
вскоре были отброшены назад. Де Ионг писал: «Через неделю после
начала боевых действий тыловые коммуникации этих войск оказа¬
лись перерезанными на юге наступлением немецких танковых войск,
которого никто не предвидел.
Войскам не оставалось ничего другого, как медленно откаты¬
ваться назад, упорно сражаясь с врагом, захватившим инициативу
в свои руки». 12 мая, «за трое суток до предполагавшегося срока, не¬
мецкие войска перешли в наступление на всем участке от Седана до
Намюра. Пикирующие бомбардировщики включали специальные
сирены и обрушивались на войска с ужасающим воем, от которого
леденела кровь в жилах. Одновременно гремела артиллерийская ка¬
нонада... До наступления ночи немецкие танки начали продвигать¬
ся по западным склонам долины Мааса. Некоторые французские
войсковые подразделения мужественно оборонялись, ведя огонь из
пулеметов и даже револьверов по надвигающимся чудовищам. Бое¬
207
вой дух ряда других подразделений немцам удалось сломить доволь¬
но быстро».
Французские и английские войска быстро откатывались к бель-
гийско-французской границе. Де Ионг констатировал: «Еще до того
момента, как деморализованные отступающие войска дошли до по¬
граничных укреплений, большинство войсковых частей, находив¬
шихся в районе этих укреплений, оказались зараженными общей
паникой... На территории, которая оказалась между Парижем и на¬
правлением немецких танковых соединений, продвигающихся на
запад, создалось почти хаотическое положение. Здесь скопились
сотни тысяч французских граждан, пытавшихся спастись бегством;
тут же находились войска, срочно отозванные с линии Мажино, —
из них пытались сформировать новую армию; наконец, в^дадерайон
стекались офицеры и солдаты тех соединений, которые 12 мая и в
последующие дни подверглись сокрушительному удару немецких
войск, наступавших через реку Маас».
В своих мемуарах Уинстон Черчилль писал, что после воздуш¬
ных налетов на аэропорты, центры связи, штабы «немецкие воору¬
женные силы ринулись на Францию через границы Бельгии, Гол¬
ландии и Люксембурга. Почти в каждом случае им удалось добиться
полной неожиданности. Из кромешной тьмы вдруг появилось бес¬
численное количество хорошо вооруженных, энергичных штурмо¬
вых частей, часто в сопровождении легкой артиллерии и задолго до
наступления дня сто пятьдесят миль фронта превратились в полосу
огня... За один день вся внешняя линия обороны Голландии была
захвачена... Роттердам превратился в пылащади&^эуины. Гааге, Ам¬
стердаму и Утрехту грозила та же участь*,. 14 мая..^в 7 часов вечера
я огласил на заседании Кабинета министров послание господина
Рейно (премьер-министр„Франции. — Прим. авт.) о том, что немцы
прорвались у Седана и что французы не в состоянии сопротивляться
напору танков и пикирующих бомбардировщиков».
Рано утром 15 мая Черчилля разбудил телефонный звонок Поля
Рейно из ПарйжагВшйуясь, он сообщил: «Мы побеждены! Мы раз¬
биты!» Черчилль не верил своим ушам. «Не может быть, чтобы вели¬
кая французская армия исчезла за неделю», — говорил он. Позже он
писал: «Я не осознавал по^одедствияреволюции, осуществленной со
времени Первой мировой войны вследствие введения в бой массы
быстро движущейся брони».
14 мая английский журналист Александр Верт записал в своем
дневнике: «Люди бегут из Парижа. Трудно достать такси. В городе
царит паника». Де Ионг писал: «Сколько именно беженцев запол¬
няло дороги, остается невыясненным; во всяком случае, их было
208
6—7 миллионов человек. В середине мая все города и селения, рас¬
положенные между Парижем и северными границами Франции, со¬
вершенно (или почти) обезлюдели. Нормандия, Бретань и южные
районы Франции оказались заполненными беженцами до отказа.
Все эти сорванные со своих мест, доведенные до отчаяния человече¬
ские существа заражали друг друга страхами».
Блицкриг сеял страх повсеместно. Голландские историки |
Э. П. Вебер, У. А. Поорт и Т. Н. Хугвлиет так описывали поведение }
голландцев после нападения Германии: «В первый же день распро- j
странился слух о том, что правительство сбежало. Говорили, что j
наиболее видные общественные деятели убиты и что немцы высади- j
лись на побережье Северного моря... Трудно назвать хоть одного !
голландского военачальника, которого, согласно слухам, не убива- !
ли бы по крайней мере один раз. Дороги, по которым намеревались j
продвигаться голландские войска, оказывались якобы зараженны¬
ми отравляющими веществами. Найденный шоколад рекомендова-
лось немедленно уничтожать, так как он наверняка отравлен. ТВ. щ-
ших ручных грашГах будто бы оказывался песок ^mcctq пороха,
а долговременные укрепления рушдлись при первом же выстреле
из-за плохого качества бетона. Кое-где советовали осматривать все §
женские сумки, так как в них могли оказаться ручные гранаты. Ре- I
комендовали друг другу высматривать немецких солдат, одетых в I
голландскую форму. Советовали немедленно обстреливать автомо¬
били с определенным номерным знаком. В конечном счете вы уже \
не знали, чему можно верить».
Как отмечал де Ионг, «особое волнение царило в первые дни
войны» в столице Бельгии — Брюсселе; «переполненный слухами и
страхами, город гудел, как пчелиный улей. Сообщений о военных
успехах не поступало. Хуже того, стало известно, что немцы захва¬
тили три важнейших моста через канал Альберта, к северо-западу от
Льежа». В первый же день войны потоки беженцев запрудили доро¬
ги юго-восточной Бельгии. В западную часть Бельгии прибыло не
менее полутора миллионов беженцев. Как писал де Ионг, «то были
люди, доведенные до отчаяния. Находясь под впечатлением пере¬
житого, они рассказывали о тех мытарствах, которые потерпели са¬
ми от немцев или членов пятой колонны, или то, что слышали о
страданиях других». Свою лепту в распространение панических слу¬
жена* , .
хов вносили и дезертиры с фронта.
Аналогичным образом был осуществлен блицкриг в Югославии
и Греции в апреле 1941 года. Сокрушительные бомбардировки, стре¬
мительные прорывы танковых и механизированных колонн, захват
стратегически важных объектов, паника среди населения, бегство
государственных и военных руководителей привели к быстрому за¬
хвату немецко-фашистскими войсками этих государств.
Блицкриг стал мощным средством ведения психологической
войны, сокрушавшей волю народов к сопротивлению не в меньшей
степени, чем мощь и организованность германских вооруженных
сил. Впоследствии советский карикатурист Борис Ефимов нашел
удачное изобразительное решение для того, чтобы объяснить воен¬
ные успехи Германии в ходе блицкрига. На карикатуре Гитлер вез за
. собой танк по мосту, который подпирали пять колонн с человечески-
| милицами. На колоннах были надписи: Измена, Шантаж, Pa3Jio^g-
ние, Трусость, Паника. Надпись гласила: «Каждая из этих колонн —
* пятая». . „
^^Само понятие «пятая колонна» Возникло после речи мятежного
генерала Эмилио Мола 1 октября 1936 года в ходе гражданской вой¬
ны в Испании. Мола заявил, что руководимые мятежниками сиды
наступают на республиканский Мадрид четырьмя колоннами. Одна-
кб, заметил генерал, пятая колонна уже находится внутри Мадрида.
С тех'пор тайную агентуру зрага, орудующую по его приказу, стшщ
называть пятой колонной. Своей карикатурой Борис Ефимов пока-
зывалГ^ и Шанатажа, пятой колонной, факти¬
чески работающей на врага, могут быть Разложение, Трусость, Па¬
ника.
Разумеется, карикатурист не мог, не нарушая конструкцию сво¬
его рисунка, запечатлеть и другие явления массового сознания, ко¬
торые также работали на врага. Например, следствием всеобщей па¬
ники, порожденной германским блицкригом, стала массовая шпдр-
дрдоашш. Не в силах объяснить внезапность успехов германских
армий, значительная часть населения охотно верила слухам о всеси¬
лии «пятой колонны». В своей книге «Немецкая пятая колонна во
1
Второй мировой войне» де Ионг подробно описал нелепые слухи,
порождавшие веру в засилье «пятой колонны», массовые аресты со¬
тен тысяч мирных граждан Польши, Голландии, Бельгии, Франции,
Великобритании, США и других стран, ложно обвиненных в со¬
трудничестве с врагом, самосуды и жестокие расправы над такими
людьми, которые устраивались в ряде стран.
Разумеется, советские военные знали о блицкриге и готовились
к возможности такой войны. Генерал армии В. Куликов писал в 1975
году, что еще до начала войны в СССР разрабатывалась теория «глу¬
бокой операции, принципиально по-новому решавшей проблему
прорыва обороны противника и развития наступления в высоких
темпах. Основная ее идея заключалась в полном использовании ог¬
невых и ударных возможностей войск для одновременного пораже-
ния и разгрома главной группировки противника на всю глубину ее
построения». Однако, как признавал Куликов, «не хватило времени
для анализа и обобщения опыта начавшейся Второй мировой вой¬
ны». К тому же, по мнению Куликова, были сделаны «необоснован¬
ные теоретические выводы, особенно в вопросах отмобилизования
и стратегического развертывания Вооруженных сил накануне нача¬
ла войны. Недооценивалась возможность скрытого развертывания
противником крупных группировок войск и внезапного нападения.
Недостаточно уделялось внимания разработке вопросов подготовки
и ведения обороны в стратегическом масштабе». К сожалению, эти
выводы были сделаны лишь через 34 года после 1941 года.
Хотя военно-штабные игры, проведенные в начале января 1941
года, исходили из нападения немцев на нашу страну на разных
фронтах, ошибки, на которые обращал внимание В. Куликов, меша¬
ли принятию верных решений. Описывая одну из этих игр, Г. К. Жу¬
ков отмечал, что она «изобиловала драматическими моментами для
восточной стороны. Они оказались во многом схожими с теми, ко¬
торые возникли после 22 июня 1941 года, когда на Советский Союз
напала фашистская Германия». В ходе игры 2—6 января 1941 года
«Красная» сторона, действиями кдтормхруководил генерал армии
Д. Г. Павлов, проиграла. В ходе(йгры 8—11 январНЗавлов, командо¬
вавший «западными» войсками, о1фужил «воетотных». Жуков, ко¬
мандовавший «восточными», сумел, правда, остановить наступле¬
ние, но лишь частично развил успех. По словам Жукова, Сталин, уз¬
нав об итогах игр, был «раздосадован неудачей «красных». По воспо¬
минаниям Жукова, после этих игр Сталин вызвал его к себе и сказал:
«Политбюро решило освободить Мерецкова от должности началь¬
ника Генерального штаба и на его места назначить вас». В ответ на w
возражения Жукова Сталин повторил: «Политбюро решило назна¬
чить вас», «делая ударение на слове «решило».
Необходимость в совершенствовании обороны страны возраста¬
ла по мере нарастания тревожных сообщений с западной границы.
29 декабря 1940 года военный атташе В. Тупиков докладывал из Бер¬
лина в Москву о том, что «Гитлер отдал приказ о подготовке к войне
с СССР. Война будет объявлена в марте 1941 года». В основе инфор¬
мации лежали сведения о выступлении Гитлера на закрытом сове¬
щании 18 декабря 1940 года перед высшими военными руководителя¬
ми. Это сообщение заставляло руководство страны активизировать
усилия по подготовке к неминуемой войне. По словам А. М. Васи¬
левского, «в феврале — апреле 1941 года в Генштаб вызывались ко¬
мандующие войсками, члены военных советов, начальники штабов
и оперативных отделов Прибалтийского, Западного, Киевского
211
особых и Ленинградского военного округов. Вместе с ними намеча¬
лись порядок прикрытия границы, выделение для этой цели необхо¬
димых сил и формы их использования». Г. К. Жуков писал: «В сере¬
дине марта С. К. Тимошенко и я просили разрешения И. В. Сталина
призвать приписной состав запаса для стрелковых дивизий, чтобы
иметь возможность подготовить его в духе современных требова¬
ний. Сначала просьба была отклонена. Нам было сказано, что при¬
зыв приписного состава запаса в таких размерах может дать повод
немцам спровоцировать войну. Однако в конце марта было решено
призвать пятьсот тысяч солдат и сержантов и направить их в пригра¬
ничные военные округа для доукомплектования, с тем чтобы дове¬
сти численность стрелковых дивизий хотя бы до 8 тысяч человек».
Колебания в решении вопроса о приведении Красной Армии в
боевую готовность объяснялись разноречивой информацией, кото¬
рая поступала Сталину относительно планов Германии, которые
постоянно менялись. Судя по дневниковым записям Гальдера, Гит¬
лер, панически боясь войны на два фронта, постоянно менял сроки
и очередность своих военных операций. Уже 18 октября 1939 года
Гитлер объявил военачальникам о том, что оккупированная нем¬
цами Польша станет базой для нападения на СССР, но сначала Гер¬
мания должна разгромить страны Запада. Через месяц после капи¬
туляции Франции 16 июля 1940 года Гитлер подписал директиву об
осуществлении операции «Морской лев» (десант на Британские
острова), но в 20-х числах июля 1940 года он сказал Кейтелю о необ¬
ходимости начать подготовку к походу против СССР осенью того же
года. Однако 29 июля 1940 года он дал указание Йодлю отложить по¬
ход против СССР до весны 1941 года, а сначала осуществить опера¬
цию «Морской лев». Вскоре срок высадки в Британию был передви¬
нут на 21 сентября 1940 года, затем на 27 сентября. За десять дней до
истечения последнего срока, 17 сентября Гитлер перенес начало
операции на май 1941 года. В ноябре 1940 года Гальдер записывает:
«Гитлер вновь проявляет интерес к операции «Морской лев», то есть
к планам десанта в Англии». «5 декабря — «главное внимание к пла¬
ну «Отто» (так сначала именовался план нападения на СССР, полу¬
чивший затем название план «Барбаросса»). 18 декабря — «принять
меры к детализации «плана Барбаросса». В то же время для Сталина
было очевидно, что Гитлер оказался перед трудной дилеммой: что
выполнять сначала — операцию «Морской лев» или план «Барба¬
росса»? Ведь исполнение каждого из них было назначено на май
1941 года.
Оценки советской разведкой сроков возможного нападения
Германии на СССР не позволяли Сталину прийти к однозначному
212
выводу. 14 марта 1941 года В. Тупиков, прогноз которого о начале
нападения Германии на СССР в середине марта не оправдался, сооб¬
щал, что «начало военных действий против СССР следует ожидать
между 15 мая и 15 июня 1941 года». К концу марта 1941 года разведка
располагала данными о намерении немцев начать наступление на
Ленинград, Москву и Киев 20 мая. Однако из этих и других подоб¬
ных сообщений начальник разведывательного управления генерал
Ф. И. Голиков делал в своем докладе от 20 марта 1941 года выводы:
«1. На основании всех приведенных выше высказываний и возмож¬
ных вариантов действий весной этого года считаю, что наиболее
возможным сроком начала действий против СССР будет являться
момент после победы над Англией или после заключения с ней по¬
четного для Германии мира. 2. Слухи и документы, говорящие о не¬
избежности весной этого года войны против СССР, необходимо
расценивать как дезинформацию, исходящую от английской и да¬
же, может быть, германской разведки».
Через месяц в своем сообщении от 26 апреля В. Тупиков сущест¬
венно изменил свои прежние оценки срока нападения Германии
и осторожно писал о возможности германского нападения на СССР
«в пределах текущего года», да и то, оговаривая эту возможность ря¬
дом условий. Однако через 10 дней военно-морской атташе из Бер¬
лина сообщал 6 мая, что «немцы готовят к 14 мая вторжение в СССР
через Финляндию, Прибалтику и Румынию». Нет сомнения в том,
что перемены в оценках срока нападения и явное несовпадение этих
оценок с реальностью (объявленные сроки наступали, а война не
начиналась) подрывали доверие к разведке и ее информации.
В этих условиях советское руководство прилагало усилия для
того, чтобы оттянуть срок нападения Германии, одновременно ус¬
коряя подготовку к войне, но таким образом, чтобы не спровоциро¬
вать Гитлера на выступление. Еще 14 ноября 1940 года Сталин за¬
явил: «Мы должны повести дело так, чтобы быстрее заключить пакт
о нейтралитете между Советским Союзом и Японией... Надо ее ней¬
трализовать». Переговоры с представителями Японии, в которых
участвовал Сталин, увенчались подписанием 13 апреля 1941 года со-
ветско-японского пакта о нейтралитете и декларации о взаимном
уважении территориальной целостности и неприкосновенности
границ Монгольской Народной Республики и Маньчжоу-го.
И все же вскоре стало ясно, что усилия Советского правительст¬
ва по ослаблению фронта агрессивных государств вряд ли предот¬
вратят нападение Германии. О том, что Сталин видел в Германии
наиболее вероятного грядущего противника, свидетельствовало его
выступление 5 мая 1941 года перед выпускниками военных акаде¬
213
мий, в котором он особо остановился на причинах военных успехов
Германии. Поскольку официальных записей выступлений на этой
встрече не велось, то сохранились многочисленные варианты заяв¬
лений Сталина в этот день. Генерал Лященко запомнил такие слова
Сталина: «У нас с Германией не сложились дружеские отношения.
Война с Германией неизбежна, и (повернувшись к Молотову) если
товарищ Молотов и аппарат Наркоминдела сумеют оттянуть начало
войны, это наше счастье. А вы, — сказал Сталин, обращаясь к воен¬
ным, — поезжайте и принимайте меры на местах по поднятию бое¬
готовности войск».
Участник этой встречи Энвер Муратов запомнил следующее за¬
явление Сталина. После того, как некий генерал-майор танковых
войск предложил «выпить за мир, за сталинскую внешнюю политику
мира, за творца этой политики, за нашего великого вождя и учителя
Иосифа Виссарионовича Сталина», Сталин протестующе замахал
рукой. Гости растерялись. Сталин что-то сказал Тимошенко, кото¬
рый объявил: «Просит слово товарищ Сталин». Раздались аплодис¬
менты. Сталин жестом предложил всем сесть. Когда стало тихо, он
начал свою речь. Он был очень разгневан, немножко заикался, в его
речи появился сильный грузинский акцент. «Этот генерал ничего не
понял. Он ничего не понял. Мы, коммунисты, — не пацифисты, мы
всегда были против несправедливых войн, империалистических
войн за передел мира, за порабощение и эксплуатацию трудящихся.
Мы всегда были за справедливые войны за свободу и независимость
народов, за революционные войны за освобождение народов от ко¬
лониального ига, за освобождение народов от капиталистической
эксплуатации, за самую справедливую войну в защиту социалисти¬
ческого отечества. Германия хочет уничтожить наше социалистиче¬
ское государство, завоеванное трудящимися под руководством Ком¬
мунистической партии Ленина. Германия хочет уничтожить нашу
великую Родину, Родину Ленина, завоевания Октября, истребить
миллионы советских людей, а оставшихся в живых превратить в ра¬
бов. Спасти нашу Родину может только война с фашистской Герма¬
нией и победа в этой войне. Я предлагаю выпить за войну, за наступ¬
ление в войне, за нашу победу в этой войне». Сталин осушил свой
фужер, все в зале сделали то же самое. Воцарилась тишина».
Сталин верно оценивал цели Германии. Руководители Третьего
рейха не скрывали свое стремление захватить мир и переделать его
F|a основе своих расистских теорий. Выступая в январе 1937 года,
рейхсфюрер СС Генрих Гиммлеров своё*#
говорил: «Мы более ценддоучем другие, которьгб* Превосходят нас
214
численно. Мы более ценны, потому что наша кровь позволяет нам
'**** * vw-w*» -Л *4i«l'rtVW’>W4Y W*« ^**1*^^ y ,
создавать больше, чем остальщ^щ,.. *
' ^"даШитё раз й навсегда уясним себе, что следующие десятилетия
будут означать борьбу, ведущую к уничтожению во всем мире тех не¬
дочеловеков, которые противостоят немцам — главному народу
арийской расы, единственному носителю мировой культуры».
Массовое выселение сотен тысяч евреев из Германии и Австрии,
а также более миллиона поляков и евреев из областей Польши, за¬
хваченных Германией, заключение многих из них в «лагеря смерти»
показали, как будет осуществляться «уничтожение недочеловеков».
В 1940 году глава «Трудового фронта» Германии Роберт Лей заявлял:
«Низшая раса нуждается в меньшем пространстве, меньшем коли¬
честве одежды и в меньшем количестве продовольствия», чем гер¬
манская раса.
Особо важное значение Гитлер и его сообщники придавали по¬
рабощению СССР. Делясь своими планами в отношении СССР,
Гитлер говорил своему нщещшку в Голдацдщ Зейсс-Инкварту:
«Эш1>езобразие, что на востоке Европейского континента сущест¬
вует столь малонаселенное государство с такими неисчерпаемыми
Запасами сырья». Теперь, говорил ГиТлер, все15улеТ йначе: «Еслй мЬ1
захватим й удержим жизненно важную европейскую часть Совет-
сКбго Союза" война восточйёе Урала спокойно''4рй$ся;ейе V
Ш^^ДГПрЪккупаци'и, заявлял Гитлер «1 Жшшжонрвнаселе-
ния превратятся в"колониальный придаток Европы».
В своем дневнике начальник генерального штаба Германии
Гальдер записал основные положения Гитлера из его выступления
30 марта 1941 года, когда он объяснял задачи будущей войны против
СССР: «Наши задачи в отношении России: вооруженные силы раз¬
громить, государство ликвидировать... Эта война будщ:\
чаться от воины на Западе. На Востоке же жестокость — этодаШ?
для будущего».
■*» #** ’ * * *
В директиве, подготовленной штабом Геринга по экономиче¬
скому управлению восточными территориями от 23 мая 1941 года,
говорилось: «Германская администрация на этих территориях мо-
жет попытаться принять меры, чтобы ослабить последствия голода,
который, без сомнения, начнется... Однако эти меры не остановят
гол од Г Многие десятки миллионов людей окажутся ненужными. Они
или умрут, или им придется переселяться в Сибирь. Любая попдтка
спасти население от голода, направив ему поставки из черноземной
зоны, будет за счет поставок ъ Европу. А это снизит возможности
Германии продолжать войну... Это надо твердо держать в уме».
В решении относительно дискуссии по осуществлению плана
215
«Барбаросса» от 2 мая 1941 года говорилось: «Войну можно будет
продолжать только в том случае, если все вооруженные силы будут
ГШтаться за счет России.^. Без сомнения, это приведет к тому, что
многие миллионы людей умрут от голода, если мы возьмем из этой
страны то, что нам нужно».
Хотя многие сейчас убеждены в обратном, Сталин не строил ни¬
каких иллюзий в отношении Гитлера и его планов. В пользу верно¬
сти воспоминаний Э. Муратова свидетельствует реакция Генштаба
на заявления Сталина. Не прошло й 10 дней после приема в Кремле,
как Генштаб подготовил новый план военных операций в случае
войны, в котором предлагалось «не давать инициативы действий
германскому командованию», а для этого «упредить противника в
развертывании и атаковать... германскую армию в тот момент, когда
она будет находиться в стадии развертывания». Удар Красной Ар¬
мии в направлении Краков — Катовице должен был отрезать Герма¬
нию от Венгрии и Румынии, а последующие удары привести к раз¬
грому немецких армий западнее Вислы и овладению Восточной
Пруссией». Объясняя причины появления этого плана, Г. К. Жуков
говорил военному историку Виктору Анфилову в 1965 году: «Идея
предупредить нападение Гитлера появилась у нас с Тимошенко в
связи с речью Сталина 5 мая 1941 года перед выпускниками военных
академий, в которой он говорил о возможности действовать насту¬
пательным образом. Конкретная задача была поставлена А. М. Ва¬
силевскому. 15 мая он доложил проект директивы наркому и мне».
Однако пдад остадся не подписанным ни начальником Геншта¬
ба Г. К. Жуковым, ни наркомом обороны С. К. Тимшденко, так как
И. В. Сталин отверг его на предварительной стадии рассмотрения.
По словам Жукова,юн сказал: «Вы: что, с ума сошли, немцев хотите
J «№■ «УпчЛ, mnaajL ^ ,г ^ ^
спровоцировать?» В ответ на замечание ТимШШшй» и Жукова о том,‘
что они лишь развивали идею выступлении Сталина 5 мая, тбт яко¬
бы ответил: «Так я сказал это, чтобы подбодрить присутствующих,
чтоёГы Они думали о победе, а не о непобедимости немецкой армии».
^ О ШТОЁйостй руководства страны предпринять чрезвычайные
внешнеполитические усилия свидетельствовало назначение 6 мая
1941 года И. В. Сталина Председателем Совета Народных Комисса¬
ров СССР. Германский посол Шуленбург истолковал назначение
Сталина как свидетельство готовности СССР укреплять германо¬
советские мирные отношения. В своем донесении в Берлин он сооб¬
щал: «Я убежден, что Сталин использует свое новое положение для
того, чтобы принять личное участие в деле сохранения и развития
хороших отношений между СССР и Германией».
Однако в это время произошло событие, после которого ход
21В
Второй мировой войны резко изменился. 10 мая 1941 года в Шот¬
ландии приземлился с парашютом Рудольф Гесс, который занимал
третье место в государственно-партийной иерархии Третьего рейха.
Хотя впоследствии Гитлер объявил Гесса сумасшедшим, многое
свидетельствует о том, что Гитлер был прекрасно осведомлен о пла¬
нах своего коллеги добиться мира с Великобританией. Более того,
скорее всего Гесс действовал с ведома Гитлера и по его поручению.
Правду о миссии Гесса Сталин узнал лишь в октябре 1942 года,
когда в Москву поступили сведения советской разведки из Англии:
«Широко распространенное мнение о том, что Гесс прилетел в Бри¬
танию неожиданно, — ложное». В донесении говорилось, что еще до
своего прибытия в Шотландию, в своих письмах, направленных в
Британию своим др^зьщ^з высших кругов этой страны, «Г^сс дос-
сйтёльно нападения на Советский Союз. В этих письмах также со-
держались предложения о необходимости прёк^&ЩеМйя войны меж-
ДУ'Арйташей й Германией».
пОгалин мог сопоставить с тем письмом Черчил¬
ля, полученном от него в апреле 1941 года. В письме говорилось:
«У меня есть надежная информация от доверенного лица о том, что,
когда немцы считали, что они сумели вовлечь Югославию в свою
сеть — то есть после 20 марта — они начали выдвижение трех из пя¬
ти танковых дивизий из Румынии в Южную Польшу. Однако как
только они узнали о революции в Сербии, они прекратили это пере¬
движение. Вы сумеете оценить значимость этих фактов». Впослед¬
ствии Н. С. Хрущев обвинял Сталина в том, что он не обратил вни¬
мание на это письмо. Однако известно, что, когда посол Англии в
Москве Криппс получил 3 апреля от Черчилля это письмо для пере¬
дачи Сталину, он в течение 16 дней отказывался выполнить поруче¬
ние премьера, считая, что послание «столь коротко и отрывочно»,
что лишь вызовет у русских недоумение. Лишь под давлением Чер¬
чилля Криппс выполнил это поручение. Реакция Сталина была точ¬
но предсказана Криппсом: «короткое и отрывочное» письмо Чер¬
чилля не произвело на Сталина серьезного впечатления. Лишь по¬
сле получения донесения из Лондона в октябре 1942 года Сталин
узнал, что Черчилль знал гораздо больше о плацах Германии. На¬
правив же письмо Сталину, Черчилль, с одной стороны, доказывал
свою готовность сотрудничать с СССР в неминуемой войне против
Германии, а с другой стороны, стремился ускорить советско-гер¬
манское столкновение. В то же время он ничего не сообщал такого,
^то помогло бы СССР встретить врага во всеоружии в нужном месте
и в нужное время.
217
Очевидно, что Черчилль упорно пытался реализовать свой план,
рожде1тнтй-в Яоябре 1918 года ^по^орить Россию с помощьюТёр-
?!Шши»Г^ретласить Германию помоньлюм. в рщобрвдеда|1,Ёос--
' сии^мир С германскимдаводом, войца праща,-бшацввщд». Как
справедливо признает американский журналист Луи Килцер в своей
книге «Обман Черчилля. Темный секрет, который уничтожил наци-
;! стскую Германию», Черчилль делал все от себя зависящее, чтобы
] помешать открытию второго фронта в 1941,1942,1943 году и пытал-
* ся не допустить его открытия и в 1944 году. Килцер совершенно прав,
: когда обращает внимание на те усилия, которые были предприняты
Черчиллем для того, чтобы ограничить поставки военной помощи
i СССР.
I Хотя до сих пор документа о^^ Анг¬
лии скрыты грифом секретности, последующие события убеждают в
1 \ \ №МГчто фактически сделка между Лондоном и Берлидам состоя^
\ * лась. Ни десанта Германии на Бдшшс&ие острова, ни ее рывка к
Суэцкому каналу и нефтяным промыслам Ирака, которые наШча-
„ I, f ’ * -ч V I м 4 V1 , {!И ’ 11 ' 1-4.
улись германским руководством весной 1941 года, не произошло, за-
■ кто Гитлер смог воевать против СССР в течение трех лет, не опасаясь
'■ ®датия второго,фййща.
И хотя Сталину в мае 1941 года ничего не было известно о сек¬
ретных англо-германских переговорах, нет сомнений в том, что при¬
лет Гесса в Шотландию сильно встревожил советское руководство,
заставив, с одной стороны, с еще большей энергией искать способы
предотвращения конфликта с Германией, или, того хуже, войны
против объединенного германо-британского блока, а с другой сто¬
роны, готовиться к вероятному нападению Германии после заклю¬
чения ею сделки с Великобританией.
С середины мая 1941 года, то есть почти сразу после прибытия
Гесса в Шотландию, в СССР ускоряются меры по укреплению воо¬
руженных сил на западной границе. 13 мая Генеральный штаб дал
директиву округам выдвигать войска на запад из внутренних окру¬
гов. По свидетельству А. М. Василевского, «с середины мая 1941 го¬
да по директивам Генерального штаба началось передвижение ряда
армий — всего до 28 дивизий — из внутренних округов в пригранич¬
ные, положив тем самым начало к выполнению плана сосредоточе¬
ния и развертывания советских войск на западных границах...
В мае — июне 1941 года по железной дороге на рубеж рек Западная
Двина и Днепр были переброшены 19, 21, 22-я армии из Северо-
Кавказского, Приволжского и Уральского военных округов, а также
16-я армия из Забайкальского военного округа на Украину в состав
Киевского особого военного округа». Естественно, что все эти меры
218
были приняты с согласия Сталина или по его прямому распоряже¬
нию.
27 мая Генштаб дал западным приграничным округам указания
о строительстве в срочном порядке полевых фронтовых командных
пунктов. По словам Г. К. Жукова, «И. В. Сталин дал указание все¬
мерно усилить работы по строительству основной и полевой аэро¬
дромной сети. Но рабочую силу было разрешено взять только по
окончании весенне-полевых работ. Однажды в конце очередного
разговора И. В. Сталин спросил, как идет призыв приписного со¬
става».
Василевский сообщал, что «в начале июня 1941 года на учебные
сборы было призвано из запаса около 800 тысяч человек, и все они
направлены на пополнение войск приграничных западных военных
округов и их укрепленных районов». 12—15 июня всем пригранич¬
ным округам было приказано вывести дивизии, расположенные в
глубине округа, ближе к государственной границе. 19 июня эти ок¬
руга получили приказ маскировать аэродромы, воинские части,
парки, склады и базы и рассредоточить самолеты на аэродромах.
Нарастание напряженности на западной границе вызывало тре¬
вогу у советских военачальников. Жуков писал^«13 июня С^К. Ти¬
мошенко в моем присутствии позвонил И. В. СтшШ^^ттр^сил раз¬
решения дать указание о приведении войск приграничных округов в
боевую готовность и развертывании первых эшелонов по планам
прикрытия. «Подумаем», — ответил И. В. Сталин. На другой день
мы вновь были у Сталина и доложили ему о тревожных настроениях
в округах и необходимости приведения войск в полную боевую го¬
товность». На это Сталин ответил резко: «Вы предлагаете провести в
стране мобилизацию, поднять сейчас войска и двинуть их к запад¬
ным границам? Это же война! Понимаете вы это оба или нет?!» За¬
тем И. В. Сталин все же спросил: «Сколько дивизий у нас располо¬
жено в Прибалтийском, Западном, Киевском и Одесском военных
округах?» Заслушав сообщение Жукова о наличии советских воору¬
женных сил и противостоящих им германских сил, «И. В. Сталин за¬
метил: «Не во всем можно верить разведке». Позиция Сталина исхо¬
дила из нежелания спровоцировать германское нападение. Молотов
говорил: «Мы ждали нападения, и у нас была главная цель: не дать
повода Гитлеру для нападения. Он бы мог сказать: «Вот уже совет¬
ские войска собираются на границе, они меня вынуждают действо¬
вать!»
В то же время утверждения Хрущева и других о том, что Сталин
не прислушивался к сообщениям разведки, игнорируют реальное
содержание данных разведки. Хорошо осведомленный с этой сторо-
219
* ной дела, один из ведущих разведчиков страны Павел Судоплатов в
; своих воспоминаниях писал: «Хотя полученные разведданные разо¬
блачали намерения Гитлера напасть на Советский Союз, однако
многие сообщения противоречили друг другу. В них отсутствовали
оценки немецкого военного потенциала, танковых соединений и
; авиации, расположенных на наших границах и способных прорвать
линию обороны частей Красной Армии... Сведения о дате начала
войны Германии с Советским Союзом, поступавшие к нам, были
f самыми противоречивыми».
Ожидание начала военных действий без знания точного срока
их начала и направления главного удара ставило объект нападения в
невыгодное положение. Хотя Англия и Франция постоянно ждали
немецкого наступления с осени 1939 года, успех немцев был в зна¬
чительной степени обеспечен внезапностью начала наступательных
операций и неожиданностью их направления. Аналогичным обра¬
зом, десант союзников в июне 1944 года давно ожидался немцами,
но незнание точной даты и направления главного удара обеспечило
успех операции «Оверлорд». Много лет спустя Молотов не мог най¬
ти ответа на вопрос: «Как можно узнать, когда нападет противник?
Мы знали, что с ним придется иметь дело, но в какой день и даже ме¬
сяц?..»
Трудности определения срока объяснялись не только ненадеж¬
ностью и переменчивостью сведений, полученных от разведки. Ста¬
лин прекрасно знал о неустойчивости решений Гитлера. Выступая
на заседании Политбюро 14 ноября 1940 года, Сталин, по словам
управляющего делами Совнаркома Я. Е. Чадаева, так оценивал Гит-
! лера: «История еще не знала таких фигур, как Гитлер. В действиях
С Гитлера не было единой целенаправленной линии. Его политика
* постоянно перестраивалась, часто была диаметрально противопо¬
ложной. Полная путаница царила и царит в теоретических положе¬
ниях фашизма».
События 1939—1941 годов лишний раз могли убедить Сталина
I в том, что фюрер отличается склонностью к постоянным переносам
| назначенных сроков наступления. Приказ о нападении на Польшу
| 26 августа 1939 года в 4 часа 30 минут утра был отменен за несколько
j часов до начала военных действий. Новый срок — 1 сентября в 4 часа
45 минут утра был назначен Гитлером лишь вечером 31 августа. Ди¬
ректива Гитлера о выходе его войск на передовые позиции для напа¬
дения на Голландию и Бельгию от 5 ноября 1939 года была отменена
через два дня. 12 декабря Гитлер сообщил, что наступление на За¬
падном фронте начнется сразу после 1 января 1940 года, но 27 декаб¬
ря отодвинул дату выступления еще на две недели. 10 января Гитлер
приказал начать наступление 17 января в 8 часов 15 минут утра. Че¬
рез три дня приказ был отменен. 1 мая 1940 года днем наступления
был назначен 5 мая. 3 мая — перенос наступления на один день, за¬
тем еще на один, а потом — еще на один. Лишь 9 мая вечером Гитлер
подписал приказ выступать 10 мая и не отменил его. С ноября 1939
года по начало мая 1940 года Гитлер 27 раз отдавал приказ о наступ¬
лении на Западном фронте и 26 раз отменял его. Зная об этом, Ста¬
лин не исключал того, что назначенный приказом Гитлера срок на¬
падения на СССР может быть не раз перенесен. В этом Сталина мог¬
ло убедить то обстоятельство, что вопреки данным разведки ни в
марте, ни в середине мая, ни между 15 мая и 15 июня Гитлер не начал
войну.
Объясняя, почему Сталин не смог разгадать срок нападения
Германии и принять нужные меры в нужное время, Молотов гово¬
рил не столько об ошибках, сколько о «слабостях» советского руко¬
водства: «Слабости, потому что я думаю, что нам психологически
почти невозможно было быть к этому вполне готовыми... Мы чувст¬
вовали, что мы не во всем готовы, поэтому, конечно, переборщить
с нашей стороны было очень естественно». Именно по этой причи¬
не Сталину, Молотову и другим руководителям было крайне трудно
безоговорочно поверить предупреждению Рихарда Зорге, особенно
после всех предыдущих ошибочных прогнозов разведки.
Следует также учесть, что накануне начала войны ряд стран
предприняли немалые усилия для дезинформации. Огромная масса
тов была пожлена в Великобпт
Советский разведчик Ким Филби сообщал в Москву, что Лондон
разрабатывает планы дащетадая надряженности и военных кон-
Фликтов:йй1%ду (ХСР^иЛ^шманиш^ятбы скрбв^
между ними, Как отмечал Судоплатов, Филби писал, что британ-
С1Сйе ^Тееты^распространяют слухи о том, что СССР готовится на¬
нести превентивный удар по Южной Польше.
В последние дни перед войной огромные усилид^ршщростра-
нению дезинформации предприняла Германи^. Геббельс писал в
своем дневнике 25 мая: «Что касается Родсии, то нам удалось орга¬
низовать грандиозный поток ложных сообщений. Газетные «ут^й»
не дают загранице возможности разобраться, где правда, а где„д(щь.
Это та атмосфера, которая нам нужна». Геббельс рекомендовал рас-
пространять слухи: «мир с Москвой, Стали нприезжает в Бердаж,
вторжение в Англию предстоит в самое ближайшее время». 14 июня
он с удовлетворением констатировал в своем дневнике, что «анг¬
лийское радио уже заявляет, что наш поход против России является
блефом». 15 июня он пишет: «Наша игра полностью удалась».
221
Жертвами этой дезинформации становились и советские раз¬
ведчики. Так представитель ТАСС в Германии И. Ф. Филиппов со¬
общал в Москву в июне: «Мы твердо убеждены, что Гитлер затеял
гигантский блеф. Мы не верим, что война может начаться завтра...
Ясно, что немцы намереваются оказать на нас давление в надежде
добиться... выгод, которые нужны Гитлеру для продолжения войны».
Об этом же шла речь в донесении разведгруппы Харро Шульце —
Бойзена из Берлина, в котором говорилось, что «началу военных
действий должен предшествовать ультиматум Советскому Союзу с
предложением о присоединении к пакту трех». В мае 1941 года не¬
кий офицер Грегор из штаба Геринга сообщал советским разведчи¬
кам, что «от СССР будет потребовано Германией выступление про¬
тив Англии на стороне держав оси. В качестве гарантии того, что
СССР будет бороться на стороне оси до решительного конца, Гер¬
мания потребует от СССР оккупации немецкой армией Украины и,
возможно, также Прибалтики».
Под воздействием этих сообщений Сталин и другие советские
руководители считали, что либо нападение немцев будет отложено,
либо нападению на СССР будет предшествовать ультиматум Гит¬
лера. Существовали веские основания, чтобы поверить в возмож¬
ность германского ультиматума, поскольку до сих пор агрессивным
действиям Гитлера обычно предшествовал политический кризис в
течение нескольких месяцев. Мюнхенскому соглашению предшест¬
вовал многомесячный кризис в отношениях между Германией и Че¬
хословакией. Началу Второй мировой войны предшествовал полу¬
годовой кризис вокруг Данцига. Лишь на страны Западной Европы,
которые были не в состоянии оказать значительное сопротивление,
такие, как Дания, Норвегия, Бельгия, Нидерланды и Люксембург,
Гитлер нападал без предварительного выяснения отношений и
предъявления претензий. Однако Советское правительство считало,
что СССР — это не Дания и не Люксембург и началу войны может
предшествовать обычная для Гитлера политическая кампания с тре¬
бованиями и обвинениями. По свидетельству английского посла в
Москве Криппса, беседовавшего с Молотовым через неделю, после
| начала войны, его собеседник заявил, что в Кремле не предполагали,
\ I что война «начнется без каких-либо обсуждений или ультиматума».
^ В то же время известно, что Советское правительство постоянно
прилагало усилия для того, чтобы добиться нормализации советско-
германских отношений. 22 мая 1941 года Шуленбург сообщал в Бер¬
лин о том, что советская «внешняя политика, прежде всего, направ¬
лена на предотвращение столкновения с Германией», и это он видел
в позиции, «занятой советским правительством в последние недели,
222
тоне советской прессы, которая рассматривает все события, касаю¬
щиеся Германии, в не вызывающей возражений форме и соблюде¬
нии экономических соглашений, заключенных с Германией».
Советское правительство делало все от себя зависящее, чтобы
предотвратить кризис в советско-германских отношениях, который
мог бы спровоцировать вооруженный конфликт. 13 июня 1941 года
Молотов вручил Шуленбургу текст сообщения ТАСС, которое было
опубликовано на следующий день в советской печати. В сообщении
опровергались слухи о «близости войны между СССР и Германией»,
источником которых объявлялся посол Великобритании в СССР
Криппс. Сообщение отвергало предположение о территориальных
и экономических претензиях, якобы предъявленных Германией Со¬
ветскому Союзу, и утверждения о концентрации советских и гер¬
манских войск на границе. В сообщении подчеркивалось, что «СССР
соблюдал и намерен соблюдать условия советско-германского пакта
о ненападении», а «проводимые сейчас летние сборы запасных Крас¬
ной Армии и предстоящие маневры имеют своей целью не что иное,
как обучение запасных и проверку работы железнодорожного аппа¬
рата, осуществляемые каждый год, ввиду чего изображать эти меро¬
приятия Красной Армии как враждебные Германии, по крайней ме¬
ре, нелепо». Шуленбург позитивно оценивал значение этого сооб¬
щения ТАСС, которое снимало все возможные претензии герман¬
ской стороны, даже если бы они были предъявлены в виде офици¬
ального заявления.
Правда, критики Сталина потом утверждали, что это сообщение
ТАСС, опубликованное в печати на следующий день, 14 июня, по¬
родило в стране ложные иллюзии относительно состояния совет-
ско-германских отношений и ослабило оборонные усилия страны.
Иной была оценка этого сообщения военными руководителями
страны. А. М. Василевский писал, что для военных руководителей
было ясно, что «целью сообщения ТАСС являлась проверка истин¬
ных намерений гитлеровцев. Поэтому считаю неправильным пред¬
ставлять сообщение ТАСС как документ, который якобы успокоил
и чуть ли не демобилизовал нас». Никаких демобилизационных на¬
строений у военных в эти дни не было. Как писал Василевский, в
июне 1941 года «все работники нашего Оперативного управления
без каких-либо приказов сверху почти безотлучно находились на
своих служебных местах».
К сожалению, как признавал А. М. Василевский, «полностью
провести в жизнь и завершить намеченные мобилизационные и ор¬
ганизационные мероприятия не удалось. Сказался здесь и просчет в
определении времени возможного нападения гитлеровской Герма¬
223
нии на нашу страну, да и экономические возможности страны не
позволили выполнить их в сроки, отведенные нам историей. Сыгра¬
ли, конечно, в этом свою роль и те недочеты, которые были допущен
ны военным руководством при планировании и практическом осу¬
ществлении этих мероприятий».
Сделав все возможное для того, чтобы добиться выигрыша во
времени и пространстве, оттянув начало войны и отодвинув воз¬
можную линию фронта на сотни километров на запад, Сталин ока¬
зался в таком положении, что он рисковал утратить значительную
часть полученных преимуществ и преждевременными действиями,
и промедлением в осуществлении необходимых действии к нужно¬
му сроку. Многократно обсуждая с Ф. Чуевым вопрос о подготовке
СТ1ЯН1Гкнападению Германии, Молотов исходил из того, что «не
могло не быть просчетов ни у кого, кто бы ни стоял в таком положе¬
нии, как С^тадйД>^ В то же время Молотов не снимал вины с себя и
Сталина, замечая: «Но оправдать это нельзя тоже». По словам Мо¬
лотова, винил себя в этом просчете и Сталин.
И все же безапелляционное утверждение Хрущева о том, что
Сталин игнорировал «все предупреждения некоторых военачальни¬
ков, сообщения перебежчиков из вражеской армии и даже открытые
враждебные действия противника», было лживым. Об этом лишний
раз свидетельствовали события 21 июняТ^ЧТгШаГВ этот день совет-
ский посол пра¬
вительству ноты протеста в связи со 180 нарушениями границы
СССРнемецкими самолетами с 19 апреля по 19 июня.
•
В ноте напоминалось, что Советское правительство уже протес¬
товало 21 апреля по поводу 80 подобных нарушений с 27 марта по
18 апреля. Советское правительство требовало от правительства Гер¬
мании «принятия мер к прекращению нарушений советской грани¬
цы германскими самолетами».
Одновременно вечером 21 июня Молотов вызвал к себе посла
Германии Шуленбурга и сообщил ему о ноте, которую должен был
вручить Деканозов в Берлине. В беседе с ШуленбургоМ Молотов до¬
пытывался у него, нет ли у Германии каких-либо претензий. Шу-
ленбург передал в Берлин заявление Молотова, который сказал по¬
слу: «Есть ряд указаний на то, что германское правительство недо¬
вольно советским правительством. Даже циркулируют слухи, что
близится война между Германией и Советским Союзом. Они осно¬
ваны на том факте, что до сих пор со стороны Германии еще не было
реакции на сообщение ТАСС от 14 июня, что оно даже не было опуб¬
ликовано в Германии. Советское правительство не в состоянии по¬
нять причин недовольства Германии. Если причиной недовольства
224
послужил югославский вопрос, то он — Молотов — уверен, что
своими предыдущими заявлениями он уже прояснил его, к тому же
он не слишком актуален. Он, Молотов, был бы признателен, если
бы Шуленбург смог объяснить ему, что привело к настоящему поло¬
жению дел в германо-советских отношениях». Шуленбург сообщал
в Берлин: «Я ответил, что не могу дать ответа на этот вопрос, по¬
скольку я не располагаю относящейся к делу информацией; я, одна¬
ко, передам его сообщение в Берлин».
Тем временем работники советского посольства в Берлине тщет¬
но пытались связаться с И. Риббентропом, чтобы вручить ему ноту
протеста по поводу нарушений немцами советской границы. В этот
день в центральном печатном органе нацистской партии «Фельки-
шер беобахтер» была помещена статья начальника отдела печати
германского правительства Дитриха. В ней говорилось о некоей уг¬
розе, которая нависла над германским государством и мешает созда¬
нию «тысячелетнего рейха». Дитрих указывал, что сначала надо уст¬
ранить эту угрозу. По Берлину ходили слухи, что 22 июня начнется
война с СССР. Как вспоминал бывший сотрудник советского по¬
сольства В. Бережков, чиновник министерства иностранных дел Гер¬
мании постоянно отвечал советским дипломатам: «Мне по-прежне¬
му не удалось связаться с господином рейхсминистром. Но я помню
о вашем обращении и принимаю меры». Бережков продолжал зво¬
нить в министерство на протяжении всей ночи.
О том, что Сталин не исключал возможность внезапного напа¬
дения Германии, свидетельствуют воспоминания генерала армии
И. В. Тюленева, руководившего в июне 1941 года Московским воен¬
ным округом. 21 июня ему позвонил Сталин. «В трубке слышу глу¬
ховатый голос: «Товарищ Тюленев, как обстоит дело с противовоз¬
душной обороной Москвы?» Тюленев вспоминал, что он «коротко
доложил главе правительства о мерах противовоздушной обороны,
принятых на сегодня, 21 июня. В ответ услышал: «Учтите, положе¬
ние неспокойное, и вам следует привести боевую готовность войск
противовоздушной обороны Москвы до семидесяти пяти процен¬
тов». В результате этого короткого разговора у меня сложилось впе¬
чатление, что Сталин получил новые сведения о немецких военных
планах. Я тут же отдал распоряжение своему помощнику по ПВО ге¬
нерал-майору М. С. Громадину: в лагерь зенитную артиллерию не
отправлять, привести ее в полную боевую готовность».
Весной 1945 года Н. С. Хрущев рассказывал Миловану Джиласу
и другим югославским руководителям, что «накануне нападения
Германии Сталин позвонил ему из Москвы и предупредил о том, что
надо быть начеку. Сталин получил информацию о том, что немцы
225
8-3374
могут начать операции на следующий день — 22 июня». В то время
Хрущев еще не занимался фабрикацией лживых версий и говорил
правду о том, что Сталин исходил из высокой вероятности нападе¬
ния Германии. Также очевидно, что Сталин не ограничился преду*
преждениями Тюленева и Хрущева о том, что 22 июня можно ждать
начала войны.
Сталин не ограничивался предупреждениями, а дотошно прове¬
рял степень готовности военных округов к отражению нападения
Германии. А. Е. Голованов вспоминал, как накануне войны он ока¬
зался в Минске у командующего Западным Особым военным окру¬
гом генерала армии Д. Г. Павлова. Тот решил обсудить со Сталиным
вопрос о новом назначении Голованова. Однако, как вспоминал Го¬
лованов, «не успел он сказать, что звонит по поводу подчинения Го¬
лованова, который сейчас находится у него, как по его ответам я по¬
нял, что Сталин задает встречные вопросы: «Нет, товарищ Сталин,
это неправда! Я только что вернулся с оборонительных рубежей. Ни¬
какого сосредоточения немецких войск на границе нет, а моя раз¬
ведка работает хорошо. Я еще раз проверю, но считаю это просто
провокацией... Хорошо, товарищ Сталин...» Он положил трубку:
«Не в духе Хозяин. Какая-то сволочь пытается ему доказать, что
немцы сосредотачивают войска на нашей границе». Павлов ящр де
желал считаться с предупр,елщеш ^
"^^ечером^Т^юня, как писал Г. К. Жуков, ему сообщили, что
«к пограничникам явился перебежчик — немецкий фельдфебель,
утверждающий, что немецкие войска выходят в исходные районы
для наступления, которое начнется утром 22 июня». Он тотчас же
доложил об этом «наркому и И. В. Сталину. И. В. Сталин сказал:
«Приезжайте с наркомом в Кремль». (Судя по записям посетителей
кабинета Сталина вместе г Жуковым и Тимошенко прибыли Буден¬
ный и Мехлис.)
Хотя Сталин отклонил проект директивы войскам о приведении
\ всех войск приграничных округов в полную боевую готовность, со-
ставленный Жуковым и Тимошенко, он предложил направить «ко¬
роткую директиву, в которой указать, что нападение может начаться
с провокационных действий немецких частей. Войска пригранич-
' ных округов не должнь^оддаваться ни на какие провокации, чтобы
\ не вызвать осложнений». Одобренная Сталиным директива преду-
j сматривала все эти положения и в то же время требовала от войск
| «быть в полной боевой готовности, встретить возможный удар нем-
| цев или их союзников». Директива содержала приказ: «а) в течение
I ночи на 22.6.41 г. скрытно занять огневые точки укрепленных рай-
* онов на государственной границе; б) перед рассветом 22.6.41 г. рас¬
221
средоточить по полевым аэродромам всю авиацию, в том числе и вой¬
сковую, тщательно ее замаскировать; в) все части привести в боевую
готовность. Войска держать рассредоточенно и замаскированно;
г) противовоздушную оборону привести в боевую готовность без до¬
полнительного подъема приписного состава. Подготовить все меро¬
приятия по затемнению городов и объектов; д) никаких других ме¬
роприятий без особого распоряжения не проводить. Тимошенко.
Жуков. 21.6.41 г.».
В 0.30 ночи 22 июня Жуков и Тимошенко сообщили Сталину
еще об одном перебежчике — немецком солдате, который сообщил,
что немецкие войска перейдут в наступление в 4 часа утра. Сталин
спросил, передана ли директива в округа, и получил утвердитель¬
ный ответ Жукова. Передача указаний войскам подготовиться к бое¬
вым действиям на основании показаний перебежчиков никак не
свидетельствовала об игнорировании Сталиным предупреждений о
возможности начала войны. В то же время ныне считают, что на- ;
правление директивы запоздало, а меры, содержавшиеся в ней, бы¬
ли недостаточны. Однако, так как история не знает сослагательного 1
наклонения, нам не дано знать, можно ли было с помощью более ;
своевременных и широкомасштабных предупредительных действий ;
предотвратить катастрофу, которая неумолимо постигала всякую
страну — жертву агрессивного нападения. Истекали последние ми¬
нуты мирного времени, оставшиеся от полученного 23 августа 1939
года выигрыша во времени. Страна неумолимо приближалась к са¬
мому тяжелому испытанию за всю историю своего существования.
Чаешь III
ТРАГЕДИЯ 1941-1942 ГОДОВ
Глава 12
ПЕРВЫЕ ДНИ ВОЙНЫ
Нападение Германии на СССР 22 июня 1941 года было соверше¬
но вероломно и до официального объявления войны. На стороне
Германии выступили Италия, Румыния, Венгрия, §>щщщдж, а так¬
же профашистские ре^^^купи^вагаых Хорватии и Словакии^
На помощь Гитлеру на советско-германский $^Й1гГБШ!?нап^в^-
ны многочисленные добровольческие формирования из Испании,
Голландии, Норвегии, Швеции, Дании и других стран Западной Ев¬
ропы.
Уже шла война, когда наркому иностранных дел СССР В. М. Мо¬
лотову сообщили о просьбе посла Германии прибыть к нему. Ста¬
рый германский дипломат ограничился зачтением ноты. Шулен¬
бург, который был против войны с СССР и затем вступил в заговор с
целью свергнуть Гитлера, с неохотой выполнил свою миссию. Види¬
мо, эти настроения разделяли и другие работники германского по¬
сольства. Молотов вспоминал, что переводчик Шуленбурга, «совет¬
ник германского посольства Хильгер, когда вручал ноту, просле¬
зился».
К этому времени Сталин и другие члены советского руководства
уже знали о нападении Германии. Из противоречивых воспомина¬
ний трудно установить, кто первым сообщил Сталину о начале вой¬
ны, но очевидно, что в ночь с 21 на 22 июня ему не пришлось долго
спать, так как, судя по книге посетителей его кабинета, последний
из них ушел 21 июня в 23 часа, а в 5 часов 45 минут Сталин уже снова
принимал людей: наркомов иностранных дел, внутренних дел, обо¬
роны (Молотова, Берию и Тимошенко), а также начальника Ген¬
штаба Жукова и начальника Политуправления Красной Армии Мех-
лиса. (По воспоминаниям Жукова, последний звонил Сталину в
0.30 ночи перед началом войны, а затем около 4 часов разбудил его,
228
сообщив о налетах немецкой авиации.) Вплоть до 16.45 22 июня в
кабинете не прекращались заседания.
Управляющий делами Совнаркома Я. Е. Чадаев таким запомнил
Сталина, когда тот приехал в Кремль рано утром 22 июня: «Он при¬
был на работу после кратковременного сна. Вид у него был усталый,
утомленный, грустный. Его рябое лицо осунулось. В нем прогляды¬
валось подавленное настроение. Проходя мимо меня, он легким
движением руки ответил на мое приветствие».
Очевидно, что в первые часы после начала войны Сталин выслу¬
шивал сведения о положении на границе и в приграничных респуб¬
ликах. Судя по воспоминаниям П. К. Пономаренко, Сталин позво¬
нил ему в Минск в 7 часов утра. Заслушав сообщение первого секре¬
таря КП(б) Белоруссии, Сталин сказал: «Сведения, которые мы
получаем из штаба округа, теперь уже фронта, крайне недостаточ¬
ны. Обстановку штаб знает плохо. Что же касается намеченных вами
мер, они в общем правильны. Вы получите в ближайшее время на
этот счет указания ЦК и правительства. Ваша задача заключается
в том, чтобы решительно и в кратчайшие сроки перестроить всю ра¬
боту на военный лад. Необходимо, чтобы парторганизация и весь
народ Белоруссии осознали, что над нашей страной нависла смер¬
тельная опасность, и необходимо все силы трудящихся, все матери¬
альные ресурсы мобилизовать для беспощадной борьбы с врагом.
Необходимо, не жалея сил, задерживать противника на каждом ру¬
беже, чтобы дать возможность Советскому государству развернуть
свои силы для разгрома врага. Требуйте, чтобы все действовали сме¬
ло, решительно и инициативно, не ожидая на все указания свыше.
Вы лично переносите свою работу в Военный совет фронта. Оттуда
руководите и направляйте работу по линии ЦК и правительства Бе¬
лоруссии. В середине дня я еще позвоню вам, подготовьте к этому
времени более подробную информацию о положении на фронте».
Пономаренко записывал все, что говорил Сталин, а потому смог
впоследствии так подробно воспроизвести его слова. Пономаренко
поручил своим помощниками передать записанное им содержание
указаний Сталина всем секретарям обкомов и райкомов, по возмож¬
ности, и западных прифронтовых районов.
Собирая сведения о ходе боевых действий в первые часы войны,
Сталин одновременно работал над подготовкой директивы наркома
обороны № 2 в связи с началом боевых действий, которая была пе¬
редана в 7 часов 15 минут утра в округа. Однако на первых порах, су¬
дя по воспоминаниям Жукова, сведения с границы поступали отры¬
вочные и противоречивые. Этому способствовали диверсионные
действия немцев, которые «разрушали проволочную связь, убивали
делегатов связи и нападали на командиров, поднятых по тревоге».
Лишь к 8 часам утра Генштаб получил первые более или менее на¬
дежные данные, которые, очевидно, были тут же переданы Сталину.
К этому времени, когда в Кремль были собраны все члены руковод¬
ства страны, бывшие в Москве, и все ведущие военачальники, стало
известно о разрушительных бомбардировках, которым подверглись
военные аэродромы, железнодорожные узлы и города, о начале сра¬
жений с сухопутными войсками противника на всем протяжении
западной границы, за исключением территории Ленинградского во¬
енного округа.
На совещании было принято решение о том, что о начале войны
стране объявит В. М. Молотов. В ответ на вопросы Чуева о том, кто
был автором его речи, Молотов заметил: «Это официальная речь.
Составлял ее я, редактировали, участвовали все члены Политбюро.
Поэтому я не могу сказать, что это только мои слова, там были и по¬
правки, и добавки, само собой». Молотов утверждал, что Сталин ак¬
тивно участвовал в работе над текстом речи, но отказался уточнить,
«какие слова он внес, первые или последние. Но за редакцию этой
речи он тоже отвечает».
Поэтому свое выступление В. М. Молотов начал со слов: «Граж¬
дане и гражданки Советского Союза! Советское правительство и его
глава товарищ Сталин поручили мне сделать следующее заявление.
Сегодня в 4 часа утра, без предъявления каких-либо претензий к Со¬
ветскому Союзу, без объявления войны германские войска напали
на нашу страну, атаковали наши границы во многих местах и под¬
вергли бомбежке со своих самолетов наши города — Житомир, Ки¬
ев, Севастополь, Каунас и некоторые другие, причем убито и ранено
более двухсот человек. Налеты вражеских самолетов и артиллерий¬
ский обстрел были совершены также с румынской и финляндской
территорий».
Объявив о «беспримерном в истории цивилизованных народов
вероломстве» со стороны Германии, Молотов сообщил, что «уже по¬
сле совершившегося нападения германский посол в Москве Шу¬
ленбург в 5 часов 30 минут утра сделал мне, как народному комисса¬
ру иностранных дел, заявление от имени своего правительства, что
германское правительство решило выступить с войной против СССР
в связи со средоточением частей Красной Армии у восточной герман¬
ской границы». Молотов указывал на то, что Советское правитель¬
ство «со всей добросовестностью выполняло все условия» советско-
германского договора о ненападении, и на протяжении своего вы¬
ступления трижды ссылался на то, что Германия до 22 июня не
предъявляла никаких претензий к СССР. Одновременно он реши-
230
тельно отвергал обвинения в нарушениях советскими войсками гра¬
ницы с Румынией.
В своей речи Молотов напоминал об исторических традициях
борьбы русского народа против иноземных захватчиков: «В свое
время на поход Наполеона в Россию наш народ ответил Отечест¬
венной войной, и Наполеон потерпел поражение, пришел к своему
краху. То же будет и с зазнавшимся Гитлером, объявившим новый
поход против нашей страны. Красная Армия и весь наш народ вновь
поведут победоносную Отечественную войну за Родину, за честь, за
свободу». Призвав народ к дисциплине, «организованности, само¬
отверженности, достойной настоящего патриота», к сплочению ря¬
дов «вокруг нашего Советского правительства, вокруг нашего вели¬
кого вождя тов. Сталина», Молотов закончил свою речь словами,
которые стали главным лозунгом Великой Отечественной войны:
«Наше дело правое. Враг будет разбит. Победа будет за нами».
Чадаев вспоминал, что Сталин зашел в кабинет к Молотову по¬
сле его выступления по радио. «Ну и волновался ты, — произнес |
Сталин, обращаясь к Молотову, — но выступил хорошо». — «А мне I
показалось, что я сказал не так хорошо, — ответил тот». Позвонил I
кремлевский телефон. Молотов взял трубку и посмотрел на Сталина:
«Тебя разыскивает Тимошенко. Будешь говорить?» Сталин подошел < /
к телефону, немного послушал наркома обороны, потом заявил: -/
«Внезапность нападения, разумеется, имеет важное значение в *
войне. Она дает инициативу и, следовательно, большое военное
преимущество напавшей стороне. Но вы прикрываетесь внезапно¬
стью. Кстати, имейте в виду — немцы внезапностью рассчитывают
вызвать панику в частях нашей армии. Надо строго-настрого преду¬
предить командующих о недопущении какой-либо паники. В ди¬
рективе об этом скажите... Если проект директивы готов, рассмотрим
вместе с последней сводкой... Свяжитесь еще раз с командующими,
выясните обстановку и приезжайте. Сколько потребуется вам време¬
ни? Ну, хорошо, два часа, не больше...
лова?»
Еще до этого разговора с Тимошенко и до начала выступления
Молотова Сталин около 12 дня звонил второй раз Пономаренко.
Прежде всего его интересовало: «Что вы можете сказать о военной
обстановке? Что делает и как себя чувствует себя тов. Павлов?» По
его словам, ГТономаренко ответил, что Павлов «Несмотря йа* бвои
положительные качества... под давлением тяжелой обстановки, осо¬
бенно из-за утери связи со штабами фронтовых войск... потерял воз¬
можность правильно оценивать обстановку и руководить сражаю¬
щимися частями, проявляет некоторую растерянность... не сосредо-
231
тачивается на главных проблемах руководства». «Я хотел бы просить
вас, товарищ Сталин, — заявил я, — прислать в штаб фронта одного
из авторитетных маршалов Советского Союза, который... изучил бы
внимательно обстановку, продумывал бы неотложные мероприятия
и подсказывал их командующему». Сталин ответил: «Я уже думал об
этом, и сегодня же к вам выезжает маршал Борис Михайлович Ша¬
пошников. Имейте в виду: это опытнейший военный специалист,
пользующийся полным доверием ЦК. Будьте к нему поближе и при¬
слушайтесь к его советам».
Видимо, нелестную характеристику действий Павлова дал и Ти¬
мошенко. Как вспоминал Чадаев, «выслушав Тимошенко, Сталин
нахмурил брови... положил трубку на аппарат и сказал: «Павлов ни¬
чего конкретного не знает, что происходит на границе! Не имеет
связи даже со штабами армий! Ссылается на то, что опоздала в войска
директива... Но разве армия без директивы не должна находиться в
боевой готовности?..» Через какое-то мгновение, сдерживая свой
гнев, Сталин добавил: «Надо направить к Павлову Шапошникова.
Я не сомневаюсь, что он поможет организовать управление войска¬
ми, укрепить их оборонительные позиции. Но наши войска, види¬
мо, не могут справиться с задачей прикрытия западной границы.
Они оказались в очень тяжелом положении: не хватает живой силы
и военной техники, особенно самолетов. С первых часов вторжения
господство в воздухе захватила немецкая авиация... Да, не успели мы
подтянуть силы, да и вообще не все сделали... не хватило времени».
I Вспоминая первый день войны, Я. Е. Чадаев говорил, что ему
} «довелось присутствовать на двух заседаниях у Сталина и вести про-
; токольные записи этих заседаний. Что особенно запомнилось — это
* острота обсуждаемых вопросов на фоне отсутствия точных и кон¬
кретных данных у нашегавысшего политического и военного руко-
I вод ства о действительном положении на фронтах войны. Несмотря
^ на это, решения были приняты весьма важные и неотложные». Сре-
! ди этих решений Жуков упоминает Указ о проведении мобилизации
и проект постановления о создании Ставки Главного Командова¬
ния. В ее состав вошли И. В. Сталин, В. М. Молотов, К. Е. Вороши¬
лов, С. М. Буденный, Г. К. Жуков, Н. Г. Кузнецов. Председателем
Ставки был назначен С. К. Тимошенко. При Ставке создали инсти¬
тут постоянных советников. Ими стали Кулик, Шапошников, Ме¬
рецков, Жигарев, Ватутин, Воронов, Микоян, Каганович, Берия,
Вознесенский, Маленков, Жданов, Мехлис. Было принято решение
о преобразовании Прибалтийского, Западного и Киевского особых
1 округов в Северо-Западный, Западный и Юго-Западный фронты. Их
командующими стали соответственно генерал-полковник Ф. И. Куз-
232
нецов, генерал армии Д. И. Павлов, генерал-полковник М. П. Кир-
понос.
Вспоминая первые дни войны, Главный маршал артиллерии
Н. Н. Воронов писал: «В то время в Ставку поступало много донесе-
ний с фронтов с явно завышенными данными о потерях противни-
ка. Может быть, это и вводило Сталина в заблуждение: он постоян-
ноГ&ысказывал предположение о поражении противника в самом
скором времени. Изгза неправильной рщщж^адатд^р..||Ощы
Сталин первое^дйш.деда ррзданию
моЩНШ'резервов». Плохо информирован был и Генеральный штаб.
ВйГедатейе этого, вспоминал Воронов, сообщения генералов Ген¬
штаба «были невыразительными, похожими одно на другое и редко
отражали подлинную картину развернувшихся сражений».
Очевидно, что отсутствие полной информации о положении дел
на фронте 22 июня вызывало немалое беспокойство у Сталина. По
словам Жукова, Сталин во второй половине дня позвонил ему по те¬
лефону и сказал: «Наши командующие фронтами не имеют доста¬
точного опыта в руководстве боевыми действиями войск и, видимо,
несколько растерялись. Политбюро решило послать вас на Юго-За-
падный фронт в качестве представителя Ставки Главного Командо¬
вания. На Западный фронт пошлем маршала Шапошникова и мар¬
шала Кулика. Шапошникова и Кулика я вызвал к себе и дал им ука¬
зания. Вам надо вылететь немедленно в Киев и оттуда вместе с
Хрущевым выехать в штаб фронта в Тернополь». Я спросил: «А кто
же будет осуществлять руководство Генеральным штабом в такой
сложной обстановке?» И. В. Сталин ответил: «Оставьте за себя Вату¬
тина». Потом несколько раздраженно добавил: «Не теряйте время,
мы тут как-нибудь обойдемся».
Второй день войны, 23 июня, начался у Сталина, по крайней ме¬
ре, в 3 часа 20 минут ночи, когда в его кабинет пришел Молотов. За¬
тем прибыли Ворошилов, Берия, Тимошенко, Ватутин и Кузнецов.
Совещание продолжалось до 6 часов 10 минут. Затем совещания во¬
зобновились вечером с 18.45 и продолжались до 1 часа 15 минут ночи
24 июня. Примерно так же прошли и последние дни июня. В то же
время эти записи не дают полного впечатления о рабочем дне Ста¬
лина, так как в них не указывается время, когда он говорил по теле¬
фону и работал в одиночестве.
Между тем не все коллеги Сталина осознавали остроту сложив¬
шегося положения. Вспоминая совещание у Сталина, которое про¬
исходило в ночь с 22 на 23 июня, управляющий делами СНК СССР
Я. Е. Чадаев говорил: «Помню, когда поздно ночью закончилось за¬
седание у Сталина, я шел позади К. Е. Ворошилова и Г. М. Маленко¬
233
ва. Те громко разговаривали между собой, считая развернувшиеся
боевые действия как кратковременную авантюру немцев, которая
продлится несколько дней и закончится полным провалом агрессо¬
ра. Примерно такого же мнения придерживался тогда и В. М. Мо¬
лотов».
Между тем ситуация на фронте продолжала ухудшаться. Надеж¬
ды на быстрый «сокрушительный удар по агрессору», высказанные
в выступлении В. М. Молотова 22 июня, исчезали. В первый же день
войны Германия нанесла существенный урон советским Вооружен¬
ным силам. Потери в авиации срстащш ДД
были уничтожены да демдеД, Немцы потеряли лишь 35 сбитых ма-
шин^ и-около..Щ^сщолртевбыдодаврежДШ©.
^ТКэже в своем докладе, посвященном 27-й годовщине Великой
Октябрьской социалистической революции, Сталин так объяснял
поражения Красной Армии и победы гитлеровской армии в первые
дни войны: «Агрессивные нации как нации нападающие обычно
бывают более подготовлены к новой войне, чем миролюбивые на¬
ции, которые, будучи не заинтересованы в новой войне, обычно
опаздывают с подготовкой к ней. Это факт, что агрессивные нации в
нынешней войне еще перед началом войны имели уже готовую ар¬
мию вторжения, тогда как миролюбивые нации не имели даже впол¬
не удовлетворительной армии прикрытия мобилизации.*.Заинтере-
сованные в новой войне агрессивные нации, готовящиеся к войне в
течение длительного срока и накапливающие для этого силы, быва¬
ют обычно — и должны быть — более подготовлены к войне, чем на¬
ции миролюбивые, не заинтересованные в новой войне. Это естест¬
венно и понятно. Это, если хотите, историческая закономерность,
которую было бы опасно не учитывать».
Сталин справедливо обратил внимание на то, что большинство
стран антигитлеровской коалиции не были готовы к войне. Началь¬
ник Генерального штаба национальной обороны Франции, а затем
главнокомандующий союзными войсками во Франции маршал
М. Г. Гамелен утверждал, что в 1939 году Франция не была готова к
войне, а англо-французские войска могли перейти в наступление
против Германии не ранее 1941—1942 годов. Первые месяцы войны
на Тихом океане показали, что не были готовы к войне и США. Не
был полностью готов к войне и Советский Союз. В своей беседе
с Гарри Гопкинсом в июле 1941 года Сталин дал понять, что СССР
рассчитывал завершить приготовления к войне не ранее 1942 года.
И все же успехи, которые достигли немецко-фашистские войска
в первые месяцы 1941 года, были в значительной степени обусловле¬
ны тем, что они опирались не только на первоначальное преимуще¬
234
ство в вооружениях и в подготовленных кадрах, но и на методы «мол¬
ниеносной войны», или блицкрига. Молниеносное вторжение в
СССР порождало, к несчастью, те же последствия, что и в других ев¬
ропейских странах — жертвах германской агрессии
Правда, в СССР враг не нашел предателей среди политических
руководителей страны, как в Западной Европе, а измена не носила
столь массового характера, как в этих странах, когда в них вторглись
немецкие войска. И все же другие «пятые колонны», которые изо¬
бразил Борис Ефимов на своей карикатуре (трусость, паника), а так¬
же разгильдяйство, халатность, беспечность, шапкозакидательство,
лживость в отчетности, нарушение своих должностных обязанно¬
стей, шкурничество, растерянность и обыкновенная глупость, кото¬
рые достаточно вредны в мирной жизни, в условиях блицкрига при¬
водили к катастрофическим последствиям.
Характеризуя наступление германских войск на центральном
направлении в первые дни войны, немецкий генерал и историк
Курт фон Типпельскирх писал: «Противник был застигнут врасплох
и совершенно ошеломлен. На южном фланге все переправы через
Буг остались неразрушенными и попали в руки немцев». Быстрое
продвижение немецких войск позволило им захватить расположен¬
ные у границы склады вооружений. Секретарь Брестского обкома
М. Н. Тупицин сообщал И. В. Сталину и П. К. Пономаренко 25 ию¬
ня, что значительная часть орудий артиллерии резерва Главного ко¬
мандования была разбита бомбами в первые же часы войны, а «все
ценные орудия остались у немцев».
Лишь после начала войны выяснилось, что противовоздушная
оборона приграничных районов была плохо подготовлена. 23 июня
секретарь Мурманского обкома Старостин телеграфировал Сталину,
что «Кандалакша, Кировск и Мончегорск, где расположены апати¬
товый комбинат, медно-никелевый комбинат, строящийся алюми¬
ниевый комбинат и гидростанции Нива-три, совершенно не имеют
зенитной обороны и воинских частей». В тот же день из Запорожья
пришла телеграмма от секретаря обкома партии Матюшина, в кото¬
рой говорилось, что Днепрогэс недостаточно защищен от нападения
с воздуха.
Стремительные прорывы германских механизированных войск
обнажали многочисленные свидетельства неподготовленности со¬
ветских людей точно так же, как год назад «молниеносные» дейст¬
вия вермахта раскрывали неподготовленность западных европей¬
цев. Секретарь Лунинецкого райкома Пинской области В. И. Аниси¬
мов сообщал телеграммой 30 июня, что «нет вооружений и снаря¬
дов... Шлют самолеты в разобранном виде, а собрать их негде».
235
Быстрое продвижение немецко-фашистских войск вызвало смя¬
тение и среди многих советских людей, включая и тех, кто защищал
страну с оружием в руках. Уже 22 июня первый секретарь Компар¬
тии Белоруссии П. К. Пономаренко докладывал И. В. Сталину по
телефону, что командующий Белорусским военным округом генерал
армии Д. Г. Павлов «под давлением тяжелой обстановки, особенно
из-за утери связи со штабами фронтовых войск... потерял возмож¬
ность правильно оценивать обстановку и руководить сражающими¬
ся частями, проявляет некоторую растерянность... не сосредотачи¬
вается на главных проблемах руководства».
Командующий Южным фронтом И. В. Тюленев так оценивал
действия советских войск в первые дни войны: «Никакой организо¬
ванной обороны создать и занять наши войска в первые дни войны
не смогли. Бои носили разрозненный характер. Вместо сплошного
фронта обороны, который не мог быть создан из-за неорганизован¬
ного вступления в бой частей прикрытия, — отдельные очаги и
очажки».
Блицкриг усиливал дезорганизацию в управлении войсками.
В. И. Анисимов сообщал: «Штаб 4-й армии после бомбардировки его
в Кобрине до сих пор не собран, и отдельные части штаба ищут друг
друга... В самом Лунинце гарнизона почти нет... Прибывший вчера в
Лунинец генерал-майор артиллерии Дмитриев, находившийся до
этого в отпуске, сам, видимо, не зная обстановки и не зная о сущест¬
вовании штаба армии, никаких указаний не дал. Сегодня отправил¬
ся в Пинск в поисках штаба... В городе полно командиров и красно¬
армейцев из Бреста, Кобрина, не знающих, что им делать, беспре¬
рывно продвигающихся на машинах на восток без всякой команды,
так как никакого старшего войскового командира, который бы мог
комбинировать действия вбйск, нет».
26 июня руководители Латвии писали Сталину, что хотя имеется
достаточно сил для «успешного отражения наступления противни¬
ка... в штабе (Северо-Западного фронта) не соблюдаются основные
правила организации работы. Между отдельными войсковыми со¬
единениями нет связи, нет взаимодействия, также нет взаимодейст¬
вия между отдельными видами оружия (авиация, пехота). Ввиду то¬
го, что разведка поставлена плохо, часто авиация не может бомбить
колонны противника, так как штабу неизвестно, чьи это колонны...
При неудовлетворительной работе штаба положение на нашем уча¬
стке фронта остается неудовлетворительным».
Особенно тревожные вести поступали из Белоруссии. 25 июня
секретарь Брестского обкома партии М. Н. Тупицин писал И. В. Ста¬
лину о том, что «руководство 4-й армии оказалось неподготовлен¬
236
ным организовать и руководить военными действиями... Ни одна
часть и соединение не были готовы принять боя, поэтому вынужде¬
ны были или в беспорядке отступать или погибнуть... Можно было
бы привести много примеров, подтверждающих, что командование
4-й армии, несмотря на то, что оно находилось в пограничной об¬
ласти, не подготовилось к военным действиям. Вследствие такого
состояния с первых же дней военных действий в частях 4-й армии
началась паника. Застигнутые внезапным нападением командиры
растерялись. Можно было наблюдать такую картину, когда тысячи
командиров (начиная от майоров и полковников и кончая мл. ко¬
мандирами) и бойцов обращались в бегство. Опасно, что эта паника
и дезертирство не прекращаются до последнего времени, а военное
руководство не принимает решительных мер... Многие командиры
и политработники вместо организации эвакуации в панике бежали
из города, в первую очередь спасая свои семьи, а красноармейцы бе¬
жали в беспорядке».
Руководители Ельнинского района обращались: «Убедительно
просим Политбюро ЦК ВКП(б) и лично Иосифа Виссарионовича
СТАЛИНА щадить по панике^а^ьд.дре^хсо способствует порож-
стала сказываться на боевых действиях советских войск и состоянии
боевого духа личного состава. Объясняя быстрое отступление Крас¬
ной Армии в Прибалтике, член Военного совета Северо-Западного
фронта В. Н. Богаткин сообщал Л. 3. Мехлису в начале июля 1941 г.:
«Если идут в бой танки и пехота, нет авиации; если идет в бой пехо¬
та — нет артиллерии или танков и т.п.».
Красноармеец мотополка Егоричев так рассказывал о первых
боях: «Когда мы пошли в бой, мы крепко им дали, они стали отсту¬
пать, но тут появилась их авиация и стала нас громить бомбами и с
пулеметов бить, а с нашей стороны ни одного самолета никогда не
бывает». Красноармеец 163-й стрелковой дивизии Никитин сооб¬
щал: «Пошли мы в атаку, закричали «ура», немец струхнул, бежит,
а потом, откуда ни возьмись, — их танки и самолеты, как насели на
нас, страшно стало, а с нашей стороны ни танков, ни самолетов, од-
дению паники, приняв необходимые меры в отношении щщшх
партийных и советских органов, вдет^ облас-
237
вот дрались с немцами, пехота у них слабая, у нас крепче народ, а вот
техника, особенно авиация, их выручает. А у нас, когда пехота дерет*
ся, ни одного самолета не найдешь».
Передавая JI. 3. Мехлису эти высказывания красноармейцев,
В. Н. Богаткин указывал и на факты вражеской деятельности в тылу
советских войск: «В связи с эвакуацией из Латвии, Литвы некоторой
части населения к нам в тыл, несомненно, просочились проклятые
немецкие шпионы. Это можно судить уже по тому, что приходится
быть свидетелем, причем нередко, ряда ракетных сигналов, в месте
которых вскоре же обычно появляются самолеты немцев и начина¬
ется бомбежка. Эти сигналы в большей мере вечерами появляются
у таких объектов, как аэродромы, железнодорожные узлы, эшело¬
ны, склады и даже командные пункты. Больше того, нередко те или
иные намечаемые нами мероприятия упреждаются немцами. Меры
в этой области борьбы со шпионажем приняты, но должного эффек¬
та пока еще не дали. Помогают нам и крестьяне вылавливать эту
сволочь. Прежнее руководство, как мне кажется, не уделило долж¬
ного внимания вопросу эвакуации населения с территорий Латвии,
Литвы, занятых немцами, и среди беженцев, по всей вероятности,
немцы подсылали, подсылают и сейчас, под видом беженцев своих
шпионов. Несколько немецких шпионов было выловлено и уничто¬
жено».
Партийное и советское руководство Ельнинского района сооб¬
щало Сталину: «С эвакуированными, безусловно, прибывают и про¬
вокаторы, которые сознательно сеют панику, крича, что Минск
взят,'вражеские войска подходят к Орше, плюс к этому видишь, что
из Смоленска бегут, а областные власти молчат, и становится трудно
Ориентироваться и отличать правду от провокации». В информации
g 2 й н с тру кэюр с ко го отдела ВТШ(б) от 28 июня
1941 года говорилось: «Некоторые обкомы сообщают об отдельных
случаях антисоветских высказываний и поджогов».
Тревожные сообщения о действиях германской агентуры и их
пособниках поступали из приграничных республик. 23 июня руко¬
водители Латвии В. Т. Лацис и Я. Э. Калнберзин сообщали Сталину
из Риги, что «на территории Латвии были неоднократно сброшены
мелкие десантные группы противника. Имеют^Д^щучаи вооружен¬
ных бандитских выступлений». Под «бандитскими выступлениями»
руководители Советской Латвии имели в виду боевые действия воо¬
руженных формирований из местного населения, поддержавших
германских агрессоров.
Созданный в октябре 1940 года и имевший постоянный контакт
с Германией подпольный Литовский фронт активистов (ЛФА) к
лету 1941 года насчитшЙл 36 тысяч челой^с. 22 июня члены ЛФА за¬
хватили радиостанцию?Й1^^#*4#^^©вб^гласили создание времен¬
ного правительства Литвы во главе с Ю. Амбазевичусом. 25 июня
немецкие войска вошли в Каунас практически без боя. 28 июня лат¬
вийская подпольная группа временно завладела радиостанцией в
Риге. Ряд бывших военных подразделений Латвии в полном боевом
порядке выступили на стороне немцев. К моменту вступления нем¬
цев в Ригу там было создано два центра, претендовавших на роль
правительства Латвии. В Эстонии в тылу у советских войск действо¬
вало несколько тысяч боевиков, наносивших удары по Красной Ар¬
мии. В июле ими был захвачен город Тарту. Тепло встречали окку¬
пантов в ряде сел Западной Украины, а также в населенных пунктах
Северной Буковины и Правобережной Украины с преобладанием
немецкого населения. 30 июня во Львове после его оккупации нем-
ЩШиоылосоздано «правительствоУкраины» во главе со Степаном
Бандерой.
Одновременно прифронтовую полосу и тыл захватывала эпиде¬
мия шпиономании. Особенно часто распространялись слухи о не¬
мецких воздушных десантах. Руководство Ельнинского района, от¬
рицательно характеризуя стиль работы местных военных властей,
указывало: «Стоит только пролететь над районом неизвестному са¬
молету... как они поднимают панику о высаженном десанте против¬
ника, вопят о помощи, чтобы поднять боевые дружины, созданные у
нас в районе; в ночь с 26 на 27 июня всю ночь вели бой с мнимыми
десантом противника, а когда мы приехали со своей боевой дружи¬
ной из числа коммунистов и комсомольцев, то обнаружили без¬
образнейший факт, т.е. оказывается — они всю ночь гонялись за
призраком опасности, неизвестно в кого стреляли и в результате
смертельно ранили двух бойцов».
В то же время германский блицкриг обнажал разгильдяйство,
недисциплинированность, наплевательское отношение к служебно¬
му долгу. Заместитель начальника 3-го управления Наркомата обо¬
роны (НКО) СССР Ф. Я. Тутушкин докладывал Сталину 6 июля о
том, как грузы с танками долго путешествуют по стране, прежде чем
попадают на место назначения. Он сообщал: «На Льговском направ¬
лении Южной железной дороги вторые сутки стоят 13 эшелонов и 2
бронепоезда. На Ромодановском направлении Южной железной
дороги несколько дней как брошены 32 транспорта воинских гру¬
зов, так как их не принимает Западная железная дорога... 4 июля с.г.
оказались на станции Люботин 10 платформ с танками Т-40, направ¬
ленные на станцию Волковыск в воинскую часть... По данным 3-го
управления НКО сосредоточение вторых эшелонов Красной Армии
239
опаздывает не на 2 суток, как доложил заместитель начальника
Оперуправления Генштаба генерал-майор Анисов Председателю
Государственного Комитета Обороны товарищу Сталину, а значи¬
тельно больше».
8 июля Тутушкин писал Сталину: «Вследствие неготовности
ВВС ПрибОВО (Прибалтийский Особый военный округ. — Прим.
авт.) к военным действиям, нераспорядительности и бездеятельно¬
сти некоторых командиров авиадивизий и полков, граничащих с
преступными действиями, — около 50% самолетов было уничтожено
противником при налетах на аэродромы. Вывод частей из-под удара
авиации противника не был организован. Зенитные средства аэро¬
дромов отсутствовали, а на тех аэродромах, где эти средства были, —
не было артснарядов... Потери нашей авиации объясняются тем, что
в течение нескольких часов после нападения вражеской авиации ко¬
мандованием округа запрещалось вылетать и уничтожать противни¬
ка. Части ВВС округа вступили в бой поздно, когда значительная
часть самолетов была уже уничтожена противником на земле. Пере¬
базировка авиачастей на другие аэродромы проходила неорганизо¬
ванно, каждый командир дивизии действовал самостоятельно, без
указаний командования ВВС округа, посадку совершали где кому
вздумается, в результате чего на некоторых аэродромах скаплива¬
лось по 150 машин. Так, на аэродроме Пильзино противник, обна¬
ружив такое скопление самолетов, налетом одного бомбардировщи¬
ка 25 июня с.г. уничтожил 30 самолетов. Маскировке аэродромов до
сих пор не уделяется внимания, приказ НКО по этому вопросу не
выполняется».
Секретарь Гомельского обкома Жиженков сообщал Сталину
29 июня: «Незнание командованием дислокаций частей, их числен¬
ности, вооружения, аэродромов, снаряжения, дислокаций баз Нар-
комобороны, их количества и содержимого в районе его действия
тормозит быструю организацию активного отражения противнику».
Как и в других странах — жертвах блицкрига, на советской земле
были также налицо проявления паники и трусости. Анисимов сооб¬
щал: «В Пинске сами в панике подорвали артсклады и нефтебазы и
объявили, что их бомбами подорвали, а начальник гарнизона и об¬
ком партии сбежали к нам в Лунинец, а потом, разобравшись, что это
просто паника, вернулись в Пинск, но боеприпасы, горючее пропа¬
ли, — и дискредитировали себя в глазах населения».
Жиженков докладывал Сталину: «Деморализующее поведение
очень значительного числа командного состава: уход с фронта ко¬
мандиров под предлогом сопровождения эва^^рванны^ей^ствд
групповое бегство из части разлагающе действуют на население и
V-*.. • • .Й/л. ^
240
сеют паншуу в тылу. 27 июня группа(колхозников\Корналинского
сельсовета Гомельского раиойдистребительного батальона задер¬
жала и разоружила группу военных около 200 человек, оставивших
аэродром, не увидев противника, и иттШЙШШШрй в Бебель. Не¬
сколько небольших групп и одиночек разоружили колхозник Ува-
ровского района».
Однако порой эти сообщения Сталину не учитывали фактов
смелости и отваги, проявленных советскими воинами с первых же
минут войны. Так, в записке М. П. Тупицина утверждалось, что две
стрелковые дивизии, которые должны были защищать Брестскую
крепость, охватила паника, а их солдаты были уничтожены «мощ¬
ным шквалом огня немецкой артиллерии». Впоследствии стало из¬
вестно, что красноармейцы этих дивизий героически защищали
Брестскую крепость в течение многих дней.
Отметив дезорганизацию в руководстве вооруженными силами
в первые дни войны, генерал армии И. В. Тюленев в то же время от¬
мечал: «Этим утверждением я отнюдь не хочу принизить героизма
бойцов и командиров, принявших на себя первый мощный удар,
дравшихся с невиданным упорством, стойкостью. Память о них не
померкнет в веках!»
Незнание советской стороной точного срока нападения и на¬
правления главных ударов, преобладание в живой силе и более со¬
вершенной военной техники на основных направлениях наступле¬
ния и принятая ими тактика блицкрига обеспечили немцам успех в
захвате всех приграничных регионов СССР. Однако в то время по¬
ражения, понесенные Красной Армией в Белоруссии и на Украине в
1941 году, производили на многих людей в мире впечатление о непо¬
бедимости германской армии и неспособности красноармейцев
остановить продвижение немецко-фашистских войск.
Первые сообщения с советско-германского фронта убеждали 1
Гитлера в правильности его прогнозов. Он исходил из того, что пер¬
вые же удары их войск окажутся фатальными для Советского Союза.
Дело в том, что уничтожение гнезд германской разведки в 30-х годах :
привело к тому, что Германия не имела достоверной информации о j
реальном положении в стране. Вожди Третьего рейха полагались на
поверхностные и тенденциозные анализы советской печати и пред¬
взятые оценки антисоветских белых эмигрантов.
В результате в руководстве Германии считали, что советское
крестьянство ждет лишь повода для восстания против колхозов и
Советской власти. Репрессии 1937—1938 годов убедили вождей
241
I Третьего рейха в том, что Советская страна держится лишь благода-
I ря террору, что новые политические руководители на местах и но-
| вые военные командиры окажутся слишком неопытными, чтобы
| возглавить сопротивление германским вооруженным силам.
I Фельдмаршал фон Клейст писал после войны: «Надежда на по-
; бд стрдада.щщ^ что вторжение вызовет политическое потря-
Q* сение в России... Сталин буде? срерщут шбственнымнародом^ если
, он понесет тяжелые поражения». Гитлер говорил генералу Иодлю:
, в
рухнет». Гитлер исходил из того, что кампания против СССР займет
неж‘больше времени, чем заняла кампания по захвату Франции. Он
рассчитывал, что, окружив большую часть советских Вооруженных
|сил у границы, его войска победным маршем займут европейскую
Территорию СССР.
Аналогичным образом рассуждали и в стане «западных демокра¬
тий». Министр обороны США так оценивал перспективы боевых
действии* Германии в СССР: «Германия будет основательно занята
минимум месяц, а максимально, возможно, три месяца задачей раз-
грома России». Еще более пессимистично оценивали шансы СССР
английские военные. Они считали: «Возможно, что первый этап,
включая оккупацию УкраиньГи^жосквы.потребует саше меньшее
три, а самое большее шшъ недель или более». Запад желал задер-
жать падениеССиБ^чтобы отсрочитьшШдШпееся вторжение нем¬
цев в Великобританию, Индию и другие страны, но в руководстве
США и Великобритании мало кто верил в способность СССР к дол¬
гому сопротивлению.
Однако несмотря на растущий натиск германских войск, не¬
смотря на проявления паники и неразберихи в первые дни войны,
советские люди оказывали активное сопротивление агрессору. ^На¬
чальник германского генерадьмот,штаба Гадьдер записал 22 июня:
Госле первоначального «столбняка», вызванного внезапностью
нападения, противник перешел к боевым действиям. Без сомнения,
на стороне противника имел место факт тактического отхода... При¬
знаков же оперативного отхода не было и следа». 24 июня Гальдер
писал: «Обстановка: противник в пограничной полосе почти всюду
оказывал сопротивление... Признаков оперативного отхода против¬
ника пока нет. Следует отметить упорство отдельных русских соеди-
'$ нений в бою. Войска группы армий «Север» почти на всем фронте...
; отражали сильные танковые контратаки противника... В общем, те¬
перь стало ясно, что русские не думают об отступлении, а, напротив,
бросают все, что имеют в своем распоряжении, навстречу герман-
1 ским войскам». 25 июня Гальдер записал: «Оценка обстановки на-
242
утро в общем подтверждает вывод о том, что русские решили в по-1
граничной полосе вести решающие бои и отходят лишь на отдельных f
участках фронта, где их вынуждает к этому сильный натиск наших i
войск». 26 июня в дневнике Гальдера записано: «Группа армий «Юг» *
медленно продвигается вперед, к сожалению, неся значительные,
потери. На стороне противника, действующего против группы армий,
«Юг», отмечается твердое и энергичное руководство». 27 июня Галь-1
дер отмечал: «На фронте... события развиваются совсем не так, как |
намечается в высших штабах». |
Характеризуя боевые действия 22 июня — 3 июля, Типпельскирх
писал: «До 3 июля на всем фронте продолжались упорные бои. Рус¬
ские отходили на восток очень медленно и часто только после ожес¬
точенных контратак против вырвавшихся вперед немецких танков».
Первые дни войны дали примеры героизма многих советских людей.
Вся страна узнала о подвиге летчика Николая Гастелло, который
26 июня направил свою горящую машину на колонну немецких ма¬
шин. Мужественно сражались защитники Брестской крепости, Пе-
ремышля, Лиепаи. Хотя советская военно-морская база Лиепая^(Ли-
бава) пала 28 июня, немецкий историк Пауль Каррел писал: ^Щоро-
тически храбры... Они пока:щддДибзде
ветского военного искусства, Но эта победа быда шрьким уроком:
в Либаве впервые выяснилось, на чтахпосабен.крадвддомее^дри
обороне укрепленного пункта, когда им руководят решительно и
хладнокровно». Немецко-фашистские и румынские захватчики дол¬
го не могли занять всю территорию Молдавии. На Крайнем Севере
противник не сумел продвинуться далеко от границы. В Историче¬
ском музее Мурманска до сих пор стоит пограничный знак заставы
Рестикент, которая так и не была сдана врагу за все годы войны.
И все же продвижение немецких войск в глубь страны продол¬
жалось. Причины отступления советских войск были вызваны пре¬
обладанием вооруженных сил Германии и ее союзников в живой силе
и технике, перехват инициативы в первые же дни войны, материаль¬
но-техническая и психологическая неподготовленность советских
войск к военным действиям такого масштаба.
Сталин осознавал, что отступление Красной Армии неизбежно
создает угрозу оккупации немцами значительной территории страны.
Об этом свидетельствовало принятое 24 июня на совещании у Ста¬
лина решение о создании Совета по эвакуации во главе с Л. М. Кага-
дович^^для руководства эвакуацией населения, учреждений, во¬
енных и иных грузов, оборудования предприятий и других ценно¬
стей». Через три дня было принято постановление о порядке вывоза
и размещения л юдских контингентов и ценного имущества. В тот же
день на Политбюро было принято постановление о «вывозе из Мо¬
сквы государственных запасов драгоценных металлов, драгоценных
камней, Алмазного фонда СССР и ценностей Оружейной палаты
Кремля». Так было положено начало беспримерной по своим мас¬
штабам и эффективности эвакуации материальных ценностей и лю¬
дей, позволившей стране сравнительно быстро пустить в ход сотни
промышленных предприятий, которые могли оказаться захвачен¬
ными немцами.
Ход боевых действий и перестройка жизни страны на военный
лад были в центре внимания Сталина и в последующие дни. Судя по
записям в книге посетителей его кабинета 27 июня, он непрерывно
совещался с 16.30 до 2.35 ночи 28 июня. В течение 28 июня Сталин
продолжал активно работать и непрерывно принимал посетителей
с 19.35 до 0.50 29 июня. В течение же 29 июня Сталин был занят под¬
готовкой ряда важнейших документов, в том числе «Директивы
Совнаркома СССР и ЦК ВКП(б) партийным и советским организа¬
циям прифронтовых областей».
Эта директива была затем изложена Сталиным в его выступлении
3 июля и определила характер действий Советского правительства
и всей жизни советского народа в годы Великой Отечественной вой¬
ны. К этому времени немецко-фашистским войскам удалось захва¬
тить Литву, значительную часть Латвии и Западной Украины. В Бе¬
лоруссии захватчики добились особенно значительного успеха. Уже
27 июня, когда в районе Белостока еще шли бои, передовые части
танковых групп встретились под Минском и окружили значитель¬
ную часть советских войск, находившихся в Белоруссии. 28 июня
немцы захватили Минск.
По словам Жукова, «Ставка и Генеральный штаб тяжело воспри¬
няли оставление нашими войсками столицы Белоруссии... 29 июня
И. В. Сталин дважды приезжал в Наркомат обороны, в Ставку Глав¬
ного командования, и оба раза он крайне резко реагировал на сло¬
жившуюся обстановку на западном стратегическом направлении».
Об этих визитах Сталина в наркомат вспоминал и Молотов, заме¬
тив, что со Сталиным был он, «Маленков и еще кто-то. Сталин до¬
вольно грубо разговаривал с Тимошенко и Жуковым». При этом
Молотов отметил, что это свидетельствовало о крайнем раздраже¬
нии Сталина, так как он «редко выходил из себя».
Более подробно одну из этих поездок Сталина в Наркомат обо¬
роны описал А. И. Микоян: «29 июня, вечером, у Сталина в Кремле
собрались Молотов, Маленков, я и Берия. Подробных данных о по¬
ложении в Белоруссии тогда еще не поступило. Известно было толь¬
244
ко, что связи с войсками Белорусского фронта нет. Сталин позво¬
нил в Наркомат обороны Тимошенко, но тот ничего путного о поло¬
жении на западном направлении сказать не мог. Встревоженный
таким ходом дела, Сталин предложил всем нам поехать в Наркомат
обороны и на месте разобраться в обстановке. В наркомате были
Тимошенко, Жуков и Ватутин. Жуков докладывал, что связь поте¬
ряна, сказал, что послали людей, но сколько времени потребуется
для установления связи — никто не знает. Около получаса говорили
довольно спокойно. Потом Сталин взорвался: «Что за Генеральный
штаб? Что за начальник штаба, который в первый же день войны
растерялся, не имеет связи с войсками, никого не представляет и
никем не командует?»
«Жуков, конечно, не меньше Сталина переживал состояние дел,
и такой окрик Сталина был для него оскорбительным. И этот муже¬
ственный человек буквально разрыдался и выбежал в другую комна¬
ту. Молотов пошел за ним. Мы все были в удрученном состоянии.
Минут через 5—10 Молотов привел внешне спокойного Жукова, но
глаза у него были мокрые. Главным тогда было восстановить связь.
Договорились, что на связь с Белорусским военным округом пойдет
Кулик — это Сталин предложил, потом других людей пошлют. Такое
задание было дано затем Ворошилову». И все же руководству страны
стало ясно, что вследствие поражений, понесенных Белорусским
фронтом, «из Белоруссии открывался прямой путь на Москву. Ста¬
лин был очень удручен». Как утверждал Микоян, Сталин в сердцах
говорил о том, что он и другие наследники Ленина потеряли все его
наследство безвозвратно.
Вероятно, в это время Сталин усомнился в возможности выпол¬
нить ту программу действий, которая была только что им отредакти¬
рована и утверждена в «Директиве». Возможно, он осознал, что вы¬
игрыши во времени и пространстве, полученные в 1939—1940 гг.,
были утрачены в течение недели, могучая стена из танков, артилле¬
рии, самолетов, красноармейцев, вооруженных винтовками, пуле¬
метами и автоматами, рухнула, и, кажется, ничто уже не защитит
Страну Советов от немецкого блицкрига.
В то время как итоги первой недели войны убеждали Сталина в
том, что над Страной Советов нависла угроза разгрома, к такому же
выводу и в тот же день пришел Гитлер, который 29 июня 1941 года
заявил: «Через четыре неделимы будщ_в Москве, и она будет пере-
Перехватини циати вь1 позволилГерШ^
нуть операции по захвату советского пространства. Марш от запад¬
ной границы СССР до Москвы представлялся германскому руковод¬
ству довольно быстрым. Лев Безыменский приводит следующие вы-
245
оказывания на этот счет: Гиммлер считал, что Москва будет взята
4 августа, Гальдер писал о 25 августа. Позже Гитлер говорил Шулен-
1 бургу, что Москва будет взята 15 августа, а вся война на Востоке за-
| кончится 1 октября.
| Микоян утверждал, что после бурной сцены в Наркомате оборо¬
ны члены правительства решили «создать Государственный Коми¬
тет Обороны, которому отдать полноту власти в стране... Договори¬
лись во главе ГКО поставить Сталина, об остальном составе ГКО
при мне не говорили. Мы считали, что само имя Сталина настолько
большая сила для сознания, чувств и веры народа, что это облегчит
нам мобилизацию и руководство всеми военными действиями. Ре¬
шили поехать к нему. Он был на ближней даче».
Расставшись со своими коллегами вечером 29 июня, Сталин не¬
сколько часов пробыл на даче один. (Это потом породило легенду о
том, что Сталин бросил руководство страны в конце июня на не¬
сколько дней.) Но уже днем 30 июня к нему прибыли Молотов, Во¬
рошилов, Микоян, Берия, Маленков, Вознесенский, которые пред¬
ложили создать Государственный Комитет Обороны. В его состав
вошли В. М. Молотов (заместитель председателя), К. Е. Ворошилов,
J1. П. Берия, Г. М. Маленков. Председателем назначили И. В. Ста¬
лина. В опубликованном на другой день постановлении, подписан¬
ном председателем Президиума Верховного Совета СССР М. И. Ка¬
лининым и председателем Совета Народных Комиссаров СССР
И. В. Сталиным, говорилось: «Сосредоточить всю полноту власти в
государстве в руках Государственного Комитета Обороны. Обязать
всех граждан и все партийные, советские, комсомольские и военные
органы беспрекословно выполнять решения и распоряжения Госу¬
дарственного Комитета Обороны».
3 июля 1941 года Сталин обратился к народу по радио. Хотя ос¬
новное содержание соответствовало положениям директивы 29 ию¬
ня, Сталин сумел найти такие слова и такой тон, чтобы превратить
сухой документ в одну из самых волнующих речей, которую он ко-
гда-либо произносил. Слова из церковной проповеди: «Братья и се¬
стры!» в начале обращения Сталина к народу скорее всего отражали
его размышления в одиночестве. Эти слова и инверсия в заглавной
фразе «К вам обращаюсь я, друзья мои!», подъем интонации на про¬
тяжении почти всего первого предложения в содержательной части
речи и ее падение на последнем слове в предложении («Вероломное
военное нападение гитлеровской Германии на нашу Родину, нача¬
тое 22 июня, — продолжается») создавали напряженность, венчав¬
шуюся трагедийной нотой. Сталин не скрывал волнения. Порой ка¬
залось, что он с трудом преодолевает спазмы, перехватывавшие го-
246
л ос. Иногда паузы между фразами затягивались и были слышны
звяканье стакана и звук воды, которую наливал себе Сталин.
Слова «враг продолжает лезть вперед, бросая на фронт новые си¬
лы» развивали трагическую тему. Сталин произносил с расстанов¬
кой название каждой территории, захваченной немцами, и каждого
города, который они бомбили, и каждое географическое название
в этом перечне звучало как еще одно имя в скорбном списке жертв.
Он венчал этот мрачный перечень короткой фразой в конце абзаца,
создававшей впечатление сурового приговора: «Над нашей Родиной
нависла серьезная опасность».
Развивая тему угрозы, нависшей над страной, Сталин заявлял:
«Враг жесток и неумол
- л»11 ** *
мель, политых нашим потом, захват нашего хлеба и нашей нефти,
добытых нашим трудом». С расстановкой и эмоциональными ударе-
+\шшттт**»*ь
ниями он перечислял названия народов СССР, завершив их пере¬
чень указанием на то, что несет им нашествие немцев: «Враг... ставит
целью... их онемечивание, их превращение в рабов немецких князей
и баронов... Дело идет, таким образом, о жизни и смерти Советского
государства, о жизни и смерти народов СССР, о том — быть народам
Советского Союза свободными или впасть в порабощение».
Однако в ходе речи Сталин незаметно менял тональность. Уже в
начале выступления он произносил фразы, которые позволяли усом¬
ниться в мощи врага. Он усиливал их значение отдельными эмоцио¬
нальными словами и произносил их с нажимом: «Неужели немецко-
фашистские войска в самом деле являются непобедимыми войска¬
ми, как об этом трубят неустанно фашистские хвастливые пропа¬
гандисты? Конечно, нет!» Он предлагал ряд примеров из истории
для усиления сомнений в непобедимости германского оружия. Он
находил подходящие аргументы и в событиях последних двух лет,
обосновывая свой тезис о том, что «непродолжительный военный
выигрыш для Германии является лишь эпизодом, а громадный по¬
литический выигрыш для СССР является серьезным и длительным
фактором, на основе которого должны развернуться решительные
успехи Красной Армии в войне с фашистской Германией». Сталин
завершал свой ход рассуждений выводом, категоричность которого
подчеркивалась произнесением с расстановкой и ударением заклю¬
чительных слов: «История показывает, что непобедимых армий нет
и не бывало». Отсюда он делал логический вывод о неизбежности
поражения германской армии. Подчеркнутые интонацией слова
придавали этому заявлению характер неоспоримой истины: «Гитле¬
ровская фашистская армия так же может быть разбита и будет разби¬
та, как были разбиты армии Наполеона и Вильгельма». Он утвер¬
247
ждал, что это ясно всем здравомыслящим людям, и заявлял, что все
воины страны, «все народы нашей страны, все лучшие люди Европы,
Америки и Азии, наконец, все лучшие люди Германии... видят, что
наше дело правое, что враг будет разбит, что мы должны победить».
Выступление, которое начиналось как страшная история о веро¬
ломстве врага и зловещей угрозе, нависшей над страной, как скорб¬
ный рассказ о потерях советских людей, постепенно превращалось в
уверенный призыв к решительным действиям для разгрома врага.
Сталин призывал отрешиться «от благодушия, от беспечности, от
настроений мирного строительства, вполне понятных в довоенное
время, но пагубных в настоящее время, когда война коренным обра¬
зом изменила положение».
Сталин чеканил фразу за фразой в перечне суровых требований
к советским людям: «Нужно, чтобы советские люди... перестали быть
беззаботными, чтобы они мобилизовали себя и перестроили свою
работу на новый, военный лад, не знающий пощады врагу... Необхо¬
димо...,чтобы в наших рядах не было места нытикам и трусам, пани¬
керам и дезертирам, чтобы наши люди не знали страха в борьбе и са¬
моотверженно шли на нашу Отечественную освободительную войну
против фашистских поработителей... Основным качеством совет¬
ских людей должны быть храбрость, отвага, незнание страха в борь¬
бе, готовность биться вместе с народом против врагов нашей Роди¬
ны... Мы должны немедленно перестроить всю нашу работу на воен¬
ный лад, все подчинив интересам фронта и задачам разгрома врага...
Красная Армия, Красный Флот и все граждане Советского Союза
должны отстаивать каждую пядь советской земли, драться до по¬
следней капли крови за наши города и села, проявлять смелость,
инициативу и сметку, свойственные нашему народу».
От общих призывов на,, коренное изменение душевного настроя
и выработки психологической установки на активное сопротивле¬
ние угрозе Сталин переходил к перечислению конкретных шагов,
которые уже были предприняты и которые будут в дальнейшем осу¬
ществлены для разгрома агрессора. Он говорил о необходимости
резко увеличить производство вооружений, усилить охрану оборон¬
ных объектов, бороться с вражескими диверсантами и парашюти¬
стами, «со всякими дезорганизаторами тыла, дезертирами, панике¬
рами, распространителями слухов». Умело распределяя эмоцио¬
нальные ударения и выдерживая напряженный ритм, он создавал
боевое настроение, даже перечисляя материальные предметы: «При
вынужденном отходе частей Красной Армии нужно угонять весь
подвижной железнодорожный состав, не оставлять врагу ни одного
паровоза, ни одного вагона, не оставлять противнику ни килограм¬
ма хлеба, ни литра горючего».
248
В этой речи Сталин обратился с призывом создавать широко¬
масштабное партизанское движение: «В занятых врагом районах
нужно создавать партизанские отряды, конные и пешие, создавать
диверсионные группы для борьбы с частями вражеской армии, для
разжигания партизанской войны всюду и везде, для взрыва мостов,
дорог, порчи телефонной и телеграфной связи, поджогов лесов,
складов, обозов. В захваченных районах создавать невыносимые ус¬
ловия для врага и всех его пособников, преследовать и уничтожать
их на каждом шагу, срывать все их мероприятия».
Сталин внушал уверенность в том, что ситуация находится под
контролем, когда он объявлял: «В целях быстрой мобилизации всех
сил народов СССР, для проведения отпора врагу, вероломно напав¬
шему на нашу Родину, — создан Государственный Комитет Оборо¬
ны, в руках которого теперь сосредоточена вся полнота власти в го¬
сударстве». Уверенным тоном он призывал «весь народ сплотиться
вокруг партии Ленина — Сталина, вокруг Советского правительства
для самоотверженной поддержки Красной Армии и Красного Фло¬
та, для разгрома врага, для победы». Он заверял слушателей в том,
что «наши силы неисчислимы. Зазнавшийся враг должен скоро убе¬
диться в этом». Он объявлял, что «в этой освободительной войне мы
не будем одинокими... Мы будем иметь верных союзников в лице
народов Европы и Америки», и с благодарностью отметил «истори¬
ческое выступление премьера Великобритании господина Черчилля
о помощи Советскому Союзу», а также декларацию «правительства
США о готовности оказать помощь нашей стране». Он венчал свою
речь боевыми призывами: «Все наши силы —- на поддержку героиче¬
ской Красной Армии, нашего славного Красного Флота! Все силы
народа — на разгром врага! Вперед, за нашу победу!» Сталин твердо
провозглашал свою готовность возглавить страну в час тяжелых ис¬
пытаний и привести ее к победе.
Перечислив те качества, которые должен проявить советский
народ в Великой Отечественной войне, те действия, которые долж¬
ны были осуществлены советскими людьми для отпора врагу, Ста¬
лин определил программу победы над Германией. Эта программа
осуществлялась на протяжении почти четырех лет войны. Призыв
Сталина к упорной борьбе до победного конца воспринимался мил¬
лионами советских людей как неукоснительный приказ и неоспори¬
мое свидетельство его выполнимости. Слова «За Родину! За Стали¬
на!» стали боевым кличем советских солдат Великой Отечественной
войны. Народ поверил, что Сталин готов возглавить страну в час тя¬
желых испытаний и привести ее к победе.
249
Глава 13
ЗАЩИЩАЯ СМОЛЕНСК, ЛЕНИНГРАД И КИЕВ
Явно не удовлетворенный деятельностью руководства Наркома¬
та обороны, Сталин в течение июля и начала августа 1941 года занял
все руководящие посты в Вооруженных силах страны. В ходе преоб¬
разования 10 июля Ставки Главного Командования в Ставку Верхов¬
ного Командования (в том же составе за исключением Н. Г. Кузне¬
цова) С. К. Тимошенко не был упомянут в качестве председателя
Ставки, как это было прежде, а Сталин был поименован первым.
Фактически он стал руководителем Ставки. 19 июля И. В. Сталин
заменил С. К. Тимошенко на посту наркома обороны. 8 августа 1941
года Ставку Верховного Командования преобразовали в Ставку Вер¬
ховного Главнокомандования, а Сталин стал Верховным Главноко¬
мандующим.
Назначение Верховным Главнокомандующим высшего руко¬
водителя страны, каким был И. В. Сталин, было исторически оп¬
равданным. Президент США является одновременно и Верховным
Главнокомандующим страны. Верховными Главнокомандующими
были монархи и некоронованные правители многих держав, даже
если они не всегда обладали полководческими талантами. Необхо¬
димость руководителя страны возглавлять ее вооруженные силы
особенно усилилась в XX веке, когда военный успех в значительной
степени зависел от вооружения армии и общественно-политическо¬
го сознания бойцов. Мобилизацию экономических, научно-техни-
ческих и политических сил страны в интересах ее обороны может ус¬
пешно осуществлять лишь первый руководитель страны. Характер
общественной организации СССР лишь усиливал необходимость в
совмещении первым руководителем страны гражданской и военной
власти. Все годы, предшествовавшие войне, Сталин делал все от се¬
бя зависящее, чтобы быть готовым к исполнению роли Верховного
Главнокомандующего.
И все же, являясь не только в пышных приветственных здрави¬
цах, но и фактически вождем Советского Союза, Сталин до начала
мая 1941 года не стремился формально закрепить свое ведущее поло¬
жение в стране, заняв ведущие управленческие посты. Он подписы¬
вал правительственные постановления от ЦК партии как «секретарь
ЦК ВКП(б)» вместе с Председателем Совета Народных Комиссаров
СССР В. М. Молотовым. Лишь чрезвычайность положения застави¬
ла Сталина отказаться от пренебрежения к формальной стороне де¬
ла и занять пост Председателя Совета Народных Комиссаров СССР.
250
Назначение Сталина на все руководящие посты в Вооруженных
силах СССР после начала войны отвечало реальному положению
вещей, сложившемуся еще и до войны. В течение предвоенных лет
Сталин самым активным образом участвовал в решении всех вопро¬
сов обороны, вникая в мельчайшие детали организации Красной
Армии, оснащенности ее оружием. В то же время новые назначения
Сталина демонстрировали его неудовлетворенность действиями
профессиональных военных. Василевский признавал, что «первона-
чальные неудачи Красной Армии показали некоторых командиров в
. тев№8(Шом светеТТО Жё!¥Ш!5б1Й1МИмв тойслод^Дйщё1йГ
^бШновке руко водить .по-новому* бьшхро ошалеть. исжус -
ством ведения соэреценшАвойны, рстщгедщЕЬ Щ№ CT^R|>jjX П£ед-
ставлений. Не все сумели быстро перертрр|1ть£я... И. В. Сталин спра¬
ведливотребовал, чтобы военные кадры решительно отказались от
тех ЁЗГМДов на ведение войны, которые устарели, и настойчиво ов-
Сбвершенно очевидно, что возмущение Сталиным работой
Наркомата обороны и Генерального штаба, высказанное им 29 ию¬
ня, не было просто словами, сказанными «в сердцах», а было вы¬
звано нараставшими сомнениями в компетенции высших руково¬
дителей обороны. Сбои первще сомнения в .томт что военспецы мо-
гут ошибаться, были высказаны им после разгрома армии Юденича.
■ ^ * " * Cm «, Kd.iU •f J < » М -1* I « .it
когда он, человек без военного образования, окаэдря прав вопреки
мненйЮ в^нн^^дёдиадисдзов,. Qfi ,эд«миСид?н с ^^щаемо|
г5ШостШ"11Шисал тогда Ленину.
военную теорию, чем де¬
тальнее знакомился с новинками вооружений и организацией Воо¬
руженных сил, тем больше он уважал специалистов военного дела
и ощущал свои слабости в тех или иных сторонах военной науки.
И может быть, именно поэтому его особенно потрясали ошибки во¬
енных руководителей, свидетельства их некомпетентности. На пер¬
вых порах он был склонен объяснить подобные факты лишь злой во¬
лей этих военных руководителей. Так было иногда и в отношении
«военспецов» в годы Гражданской войны. Так произошло и в отно¬
шении Тухачевского.
2 июня 1937 года Сталин вспомнил о своем давнем спора^Туха¬
чевским по поводу численности стрелковой дивизии в Крас®№
Армии: <<Я считал его неплохим военным. Я его спрашивал: как вы
могли в течение трех месяцев довести численность дивизии до 7 ты¬
сяч человек. Что это? Профан, не военный человек. Что за дивизия в
7 тысяч человек? Это либо дивизия без артиллерии, либо это диви¬
зия с артиллерией без прикрытия? Я у Тухачевского спрашивал: как
251
\ вы, человек, называющий себя знатоком этого дела, как вы можете
1 настаивать, чтобы численность дивизии довести до 7 тысяч человек
| и вместе с тем требовать, чтобы у нас в дивизии было 40 гаубиц и
|20 пушек, чтобы мы имели столько-то танкового вооружения, та¬
кую-то артиллерию, столько-то минометов. Здесь одно из двух —
либо вы должны всю эту технику к черту убрать и одних стрелков по¬
ставить, либо вы должны только технику поставить. Он мне говорит:
«Товарищ Сталин, это увлечение». 2 июня 1937 года Сталин нашел
объяснение профессиональной ошибке Тухачевского. Он тогда за¬
явил: «Это не увлечение, это вредительство, проводимое по заказам
германского рейхсвера».
Явным свидетельством стремления Сталина лучше контролиро¬
вать Вооруженные силы стало создание весной 1937 года Комитета
Обороны при СНК СССР, в состав которого вошел И. В. Сталин.
В 1938 году был создан Главный Военный совет РККА (Рабоче-кре¬
стьянской Красной Армии), членом которого стал И. В. Сталин.
Итоги советско-финлщшда©»8»ошнщ^тш1и поводом для нового
I щ^ота^ЙЁЖйШ^С^алйна в профессионализме военных руководите-
! леи вещи (о боль-
|шом значении артиллерии, авиации, танков, минометов, самоза¬
рядных винтовок, автоматов, а также о воспитании самостоятель¬
ности у красноармейцев), которые не были учтены перед началом
советско-финляндской войны. Тогда Сталин уже не мог объяснить
ошибки военного руководства шпионажем в пользу рейхсвера. Ста¬
лин вспоминал тогда, как «гражданские люди — я, Молотов — нево-
I енные люди» «кое-что находили по части военных вопросов», «споч
I рили с руководителями военных ведомств, переспорили их». Однако
I Сталин не решил занять пост наркома обороны, а заменил Вороши-
| лова Тимошенко.
Тогда Сталин поставил вопрос о необходимости изжить насле¬
дие Гражданской войны. Однако было очевидно, что за прошедший
год мало что изменилось в военном руководстве. Не только коман¬
дующие военных округов, но и руководство Наркомата обороны и
Генштаб явно оказались не на высоте вставших перед страной задач.
Надежды Сталина на то, что уроки советско-финляндской войны
будут учтены, а победа в той войне все же означала и победу над не¬
мецкими, английскими и французскими учителями финнов, оказа¬
лись напрасными.
После падения Минска давно созревавшие у Сталина сомнения
в достаточной компетентности военных руководителей достигли
крайней точки. Вопреки своему уважению к знаниям и опыту воен¬
ных руководителей он вынужден был вмешаться и занять их место,
252
так как само существование Советской страны оказалось под угро¬
зой. Вольно или невольно Сталин демонстрировал, что он, штат-
ский человек, вынужден наводить порядок в Красной Армии, кото¬
рая до сих пор под руководством маршалов и генералов лишь беспо¬
рядочно отступала на всех фронтах. Однако справедливая критика
Сталиным военачальников перерастала в неверие в их компетент¬
ность, а потому Сталин зачастую противопоставлял мнению воен¬
ных свои суждения, не опиравшиеся на профессиональные знания
военной науки. Вследствие этого «в первое время», — как писал Ва¬
силевский, — Сталин «чаще сразу решал сам, отдавал распоряжения
без единого лишнего слова». Разумеется, к 1941 году Сталин обрел
немалое знакомство с военной наукой, но его самый большой опыт
решения военных операций относился к Гражданской войне, кото¬
рый, по его же собственному признанию, уже перестал быть акту¬
альным даже к началу советско-финляндской войны.
Поэтому неудивительно, что Сталин делал ошибки, и Василев¬
ский отмечал: «Были в деятельности Сталина того времени и про¬
счеты, причем иногда серьезные. Тогда он был неоправданно само¬
уверен, самонадеян, переоценивал свои силы и знания в руковод¬
стве войной... Он... был более склонен вести боевые действия до
”®5222ESb£2SSaaLa
нне достаточно иед го^а-
начэдщщов. Сталин... исходил из того, что, если боевые действия
развиваются не так, как нужно,'значит, необходима срочно произ-
Помимо перемен в Верховном Главнокомандовании, в первые
дни войны было совершено немало и других изменений в руковод¬
стве вооруженных сил на разных уровнях, что является обычным
для истории явлением в тех случаях, когда армия терпит сильные
поражения. В начале июля с поста командующего Северо-Западно¬
го фронта был снят Ф. И. Кузнецов, а на его место назначен генерал-
майор П. П. Собенников. Однако в августе последний был также
снят с этого поста. Снято было все руководство Западного фронта,
который возглавил с 19 июля генерал-лейтенант А. И. Еременко.
В отношении бывших руководителей Западного фронта были при¬
няты жестокие меры. Вместе с командующим 4-й армии А. А. Ко¬
робковым были арестованы командующий Западным фронтом
Д. Г. Павлов, начальник штаба В. Е. Климовских, начальник связи
Западного фронта А. Т. Григорьев. Их огульно обвинили в трусости,
бездействии, нераспорядительности, в сознательном развале управ¬
253
Mi
ления войсками и сдаче оружия противнику без боя, и 22 июля все
они были расстреляны.
10 июля было принято решение поставить над командующими
фронтами три Главных командования: Северо-Западное во главе с
К. Е. Ворошиловым (член Военного совета А. А. Жданов), Западное
во главе с С. К. Тимошенко (член Военного совета Н. А. Булганин),
Юго-Западное во главе с С. М. Буденным (член Военного совета
Н. С. Хрущев). После первых поражений в приграничных сражени¬
ях Советское руководство во главе со Сталиным планировало дать
отпор гитлеровским войскам и остановить их продвижение к восто¬
ку от Ленинграда, Москвы и Киева.
В беседе с личным представителем президента США Гарри Гоп-
кинсом, состоявшейся 30 июля, Сталин заявил, что около 70% всех
военных заводов находится в районах, центрами которых являются
Ленинград, Москва и Киев. Как заметил Г. Гопкинс, из слов Стали¬
на он «вынес впечатление, что, если бы немецкая армия могла про¬
двинуться примерно на 150 миль к востоку от этих центров, она
уничтожила бы почти 75% промышленного потенциала России». По¬
этому Сталин выражал надежду на то, что «в зимние месяцы фронт
будет проходить под Москвой, Киевом и Ленинградом». Кроме то¬
го, Сталин рассчитывал, что «немцам будет трудно предпринимать
наступательные действия после 1 сентября, когда начнутся сильные
дожди, а после 1 октября дороги будут настолько плохи, что им при¬
дется перейти к обороне».
Тем временем, исходя из ошибочного представления о том, что
большая часть советских войск уже разбита в приграничных сраже¬
ниях и немцы обеспечили себе трехкратное преимущество на всем
протяжении фронта, Гитлер в своем выступлении на совещании в
ставке 8 июля объявил , что в ближайшее время война из фазы борь-
^^^ДГ^ещаш^ было принято решение развернуть настушЕв-
ние на трех направлениях: смоленском, киевском и ленинградском.
Планируя наступление на смоленском направлении, немецкое ко¬
мандование рассчитывало на быстрый успех. Генерал Гальдер запи¬
сал 3 июля в своем дневнике: «Не будет преувеличением, если я ска¬
жу, что кампания против России выиграна в течение 14 дней... Как
только война на Востоке перейдет из фазы разгрома вооруженных
сил противника в фазу экономического подавления противника, на
первый план снова выступят дальнейшие задачи войны против Анг¬
лии, к осуществлению которых тогда следует немедленно перейти.
Таковыми задачами являются: подготовка наступления через терри¬
торию между реками Нил и Евфрат как из Киренаики, так и через
254
Анатолию, а возможно, и с Кавказа через Иран». 11 июля Гальдер
пишет: «Фронт противника, в тылу которого уже нет никаких резер¬
вов, не может больше держаться»
Однако в это время в советском руководстве разрабатывались
планы противостояния германской агрессии. В начале июля, как от¬
мечал писатель В. В. Карпов, «Сталин принял решение срочно по¬
строить второй стратегический эшелон обороны по течению рек За¬
падная Двина и Днепр, чтобы не допустить продвижения противни¬
ка на Москву. Для осуществления этой задачи Сталин выделил из
своего стратегического резерва 22,19,20,16 и 21-ю армии и включил
их в состав Западного фронта, которым командовал Тимошенко».
Как замечал Карпов, «эти армии не успели создать прочную обо¬
рону на указанном им рубеже, немцы с ходу форсировали Днепр, не¬
смотря на то, что их полевые армии отстали от танковых соедине¬
ний, вырвавшихся далеко вперед». К тому же к началу Смоленского
сражения немцы добились перевеса своих сил над советскими час¬
тями на рубеже Западная Двина — Днепр: по живой силе — 1,6:1, по
танкам — 7:1, по самолетам — 2:1, по орудиям и минометам — 1,8:1.
10 и 11 июля немецкие войска форсировали Днепр и двинулись к
Смоленску.
Карпов писал: «Три наши армии оказались в тылу наступаю¬
щих... На первом этапе Смоленского сражения подвижные войска
противника прорвались в глубину и окружили наши войска в районе
Могилева, захватили Оршу, Ельню и Кричев. Танковая группа Готта
овладела Витебском».
Постоянное наращивание оборонного потенциала позволяло
советским воинам упорно отстаивать линии обоцдцы. Немецкий ге¬
нерал Блюментрит писал: «Основная массСрусско^армии, вдох-
новляемая^кшИЙЙрами, стойко сражалас^З^конца. Очень не¬
приятным сюрпризом было появление советских образцов оружия,
превосходящих по своим боевым качествам немецкие, например,
танк «Т-34», против которого немецкие противотанковые орудия
были бессильны». Немецкий генерал Фредборг замечал: «Герман¬
ский солдат встретил противника, который с фанатическим
политическое кредо и1й!ИЩа^^
тотальное сопротивление».
Генерал Бутлао писал: «Окруженные в результате ударов обеих
танковых групп войска противника продолжали оказывать упорное
сддввхадление. С целью освобождения своих окруженных войск
русское командование предприняло попытку прорвать тонкое коль-
сения, образованное танковыми группами и вдав¬
шиеся в расположение русских. Крупные силы противника нанесли
ию нем-
255
ряд мощных контрударов с юга, востока и северо-востока по внеш¬
нему фронту окружения. Отбивая непрерывные контратаки окру¬
женных и деблокирующих войск противника, танковые группы не¬
редко оказывались в весьма критическом положении».
13 июля началось контрнаступление 21-й армии. Главный удар
наносил 63-й стрелковый корпус под командованием Л. Г. Пет^
ровского. Армия сумела форсировать Днепр и, освободив Рогачев
и Жлобин, двинуться на Бобруйск. Маршал Советского Союза
А. М. Василевский вспоминал: «Верховное Главнокомандование и
Генеральный штаб внимательно следили за ходом Смоленского сра¬
жения и оказывали всемерную помощь в руководстве им командо¬
ванию фронта. Особенно памятны ожесточенные бои, которые ус¬
пешно вели почти в течение двух недель с войсками 46-го и 24-rq
моторизованных корпусов 2-й немецкой танковой группы окружен¬
ная в Могилеве часть соединений 13-й армии фронта во главе с ко¬
мандиром 61-го корпуса Ф. А. Бакуниным. А разве могут быть забы¬
ты героические действия войск 16-й армии генерала М. Ф. Лукина в
борьбе непосредственно за город Смоленск!»
Несмотря на все усилия Красной Армии, Смоленск был сдан.
Карпов замечал: «Падение Смоленска было тяжело воспринято Ста¬
линым. Он не разрешил Совинформбюро до особого распоряжения
оповестить страну о сдаче Смоленска и потребовал от Тимошенко
вернуть город любой ценой. Но это требование Верховного Главно¬
командующего в сложившейся обстановке не было выполнено, так
как многие части под Смоленском были окружены и дрались в тяже¬
лых условиях».
Тогда, как писал Карпов, «Сталин приказал создать фронт ре¬
зервных армий, включив в него 29-ю, 30-ю, 28-ю, 24-ю армии и ар¬
мию Рокоссовского, с задачей: контрударом этих пяти групп по схо¬
дящимся направлениям, с активными действиями 16-й и 20-й ар¬
мий из окружения, разгромить группировку противника южнее
Смоленска. Но эти кровопролитные бои успеха не принесли».
Бутлар писал: «Котел под Смоленском был окончательно ликви¬
дирован к 5 августа. Незадолго до этого, 3 августа, в районе Рославля
немцам удалось также окружить и уничтожить ударную группировку
противника, шедшую с юго-запада на помощь окруженным вой¬
скам... В этих боях войска группы армий захватили около 350 тысяч
пленных, свыше 3 тысяч танков и примерно столько же орудий».
В окружении оказалась и часть, в которой сражался сын Сталине
от его первой жены — Яков Джугашвили. 16 июля он был взят в плен
под Витебском. Я. Джугашвили говорил на допросе, что он сначала
не понял, что оказался в окружении, что считает плен позором и
256
«если бы он своевременно обнаружил, что остался изолированным,
то застрелился бы». Очевидно, что так учил относиться к сдаче в
плен его отец. Известно, что Сталин тяжело переживал пленение
сына. В то же время в эти дни Сталиным и другими членами Ставки
был подготовлен приказ № 270 от 16 августа 1941 года, в котором
ставились в пример те командиры, которые, оказавшись в окруже¬
нии, оказывали упорное сопротивление врагу, и клеймились позо¬
ром те командиры, которые сдались в плен или иным образом про¬
явили свою трусость.
И все же несмотря на понесенные потери и сотни тысяч сдав¬
шихся в плен, сопротивление Красной Армии противнику продол¬
жалось. Хотя, по мнению генерала Бутлара, успех немцев под Смо¬
ленском позволил «создать хорошую основу для нанесения удара на
Москву,... огромное напряжение, в котором немецкие войска нахо¬
дились в течение этих шести недель, сильно сказалось на них. Ре-
лаДТоэто^Гучитывая сложившуюся обстановку, войс^^^у^то
бШГ© дать короткую передышку для полного восстановления своей
боеспособности. Но дать ее всем соединениям группы армий сразу
не представлялось возможным».
В течение всего августа упорные бои в районе Смоленска про¬
должались. 1 сентября было организовано новое наступление совет¬
ских войск. В ходе этого наступления 24-я армия, сломив сопротив¬
ление противника в районе Ельни, ликвидировала так называемый
«ельнинский выступ». 6 сентября Ельня была взята советскими вой¬
сками. Жуков так оценивал значение Ельнинской операции: «Всего
за период боев в районе Ельни было разгромлено до пяти дивизий,
противник потерял убитыми и ранеными 45—47 тысяч человек и
большое количество разбитых нашей артиллерией и авиацией пуле¬
метов, минометов и пушек. По показаниям пленных, в некоторых
частях минометов и артиллерии не осталось совершенно».
Однако в связи с тем, что противнику удалось закрепиться на
подготовленных позициях, войска Западного фронта по приказу
Сталина 10 сентября прекратили наступление. Смоленское сраже¬
ние завершилось. Несмотря на отступление, приблизившее врага к
столице СССР, и тяжелые потери в живой силе и технике Сщшенг
ское сражение сыграло важную роль, в срыве планов Гитлера^По¬
пытка немцев взять Москву с ходу в августе 1941 года и завершить
военнуюкампанию до начала осени провалилась. Казалось, чторас-
чет Сталина на то, что немцев удастся остановить к началу сентября
к востоку от Москвы, осуществился.
Значение Смоленского сражения состояло, по мнению А. М. Ва-
257
9-3374
50 км по прямой. Боевые действия приняли позиционный характер
который до конца войны так и не удалось изменить».
Героическое сопротивление советских воинов сковывало и про*
движение группы «Север» к Ленинграду. Ю. Г. Перечнев отмечал
I «О нараставшей силе сопротивления советских войск можно судит!
I по темпам наступления гитлеровцев на Ленинград. До 10 июля ю
f среднесуточный темп движения составлял 26 километров. В июле о*
5 снизился до 5 километров. В августе — до 2,2 километра, а в сентяб*
ре — до нескольких сотен метров в сутки».
Тем не менее медленно, но верно немецко-фашистские войскг
двигались к Ленинграду. 17 августа Сталин направил главному ко*
мандованию войсками северо-западного направления новую дирек¬
тиву: «Ленинград, Главкому СевЗап Ворошилову, члену Военного со¬
вета Жданову. Ставка считает, что наиболее опасным направлением
продвижения противника является восточное направление в сторо¬
ну Новгорода, Чудова, Малая Вишера и дальше через реку Волхов
Если немцы будут иметь успех в этом направлении, то это будет оз¬
начать обход Ленинграда с востока и критическое положение Север¬
ного и Северо-Западного фронтов. При этом вероятно, что немцы
сомкнут здесь свой фронт с фронтом финнов в районе Олонец. Haw
кажется, что Главком СевЗап не видит этой смертельной опасности
и потому не предпринимает никаких особых мер для ликвидации
этой опасности. Ликвидировать эту опасность вполне возможно, так
как у немцев сил здесь немного, а подброшенные нами на помощь
новые три дивизии при умелом руководстве могли бы ликвидировать
опасность. Ставка не может мириться с настроениями обреченности
и невозможности предпринять решительные шаги, с разговорами с
том, что уже все сделано и ничего больше сделать невозможно.
Ставка приказывает: -
Первое. Собрать в кулак часть действующих и подошедших ди¬
визий и вышибить противника из Новгорода.
Второе. Ни в коем случае не допускать прорыва Октябрьской
железной дороги и распространения противника на восточный бе¬
рег Волхова, прочно удерживая за нами район Новгород — Чудово —
Тосно.
И. Сталин. Б. Шапошников».
\ 22 августа состоялся разговор Сталина по прямому проводу с Во-
4 рошиловым и Ждановым. Сталин говорил: «Вы создали Военный
* совет Ленинграда. Вы должны понимать, что создавать военные сове-
| ты может только правительство или по его поручению Ставка... Вто-
» рое. В Военный совет Ленинграда не вошли ни Ворошилов, ни Жда-
: нов. Это неправильно. И даже вредно политически... Словно Жданов
и Ворошилов не верят в оборону Ленинграда... Это надо исправить.
Третье. В своем приказе... вы ввели выборность батальонных коман¬
диров. Это неправильно организационно и вредно политически.
Это тоже надо выправить. Четвертое. По вашему приказу... выходит,
что оборона Ленинграда ограничивается созданием рабочих баталь¬
онов, вооруженных более или менее слабо, без специальной артил¬
лерийской обороны. Такую оборону нельзя признать удовлетвори¬
тельной, если иметь в виду, что у немцев имеется артиллерия».
«Мы думаем, что оборона Ленинграда должна быть, прежде всего,
артиллерийской обороной. Надо занять все возвышенности в рай¬
оне Пулкова и других районах, выставить там серьезную артилле¬
рийскую оборону, имея в виду морские пушки... Без такой базы ра¬
бочие батальоны будут перебиты».
«Ворошилов. Из всего сказанного мы видим, что по нашей вине
произошло большое недоразумение. Первое. Создание Совета обо¬
роны Ленинграда ни в коем случае не исключает, а лишь дополняет
общую организацию обороны... Второе. Ворошилов и Жданов явля¬
ются ответственными в первую очередь за всю оборону Ленинграда.
Третье. Военный совет Ленинграда мы понимали как сугубо вспо¬
могательный орган общей военной обороны Ленинграда. Четвер¬
тое. Нам казалось, что будет легче создать прочную защиту Ленин¬
града путем специальной организации рабочей общественности в
военные отряды. Пятое. Ленинград имеет специальную укреплен¬
ную полосу, которая начинается у Капорского залива и идет южнее
Красногвардейска...»
«Сталин. Существование под Ленинградом укрепленной поло¬
сы нам известно. Не от вас, конечно, а по другим источникам... Но
эта укрепленная полоса, кажется, уже прорвана немцами в районе
Красногвардейска, поэтому Ставка так остро ставит вопрос об обо¬
роне Ленинграда...»
«Что жерраехсядрстав вопросов, то вы ни на один
не ответили толком... У нас нет гарантии, что вы опйть не надумаете
чего-либо такого, что не укладывается в рамйи нормальный взаимо¬
отношений... Мы никогда не знали о ваших планах д,щчинаниях,
мы всегда случайно узн&ём о том, что что-то наметили, что-то спла- /
нировали, а потом получилась прореха. Мы с этим мириться не мо-1
нйм. Вы не дети и знаете, что в прощении не нуждаетесь... Ввгкпр*
ганизованные люди и не чувствуете ответственШети за свои дейст¬
вия, ввиду чего действуете, как на изолированном острове, ни с кем
не считаясь...»
«Ворошилов. Организуя Военный совет обороны Ленинграда,
мы не только не думали нарушать нормы порядка и закона, но и во-
2В1
обще не предполагали, что это может послужить поводом для таких
заключений, которые мы только что выслушали. Это наше решение
не публиковалось, а приказом оно издано как совершенно секрет¬
ное».
«Второе. По вопросу о выборах мы поступили, может быть, не¬
правильно, но на основании печального опыта наших дней, когда не
только в рабочих дивизиях, но в отдельных случаях и в нормальных
дивизиях командиры разбегались, а бойцы выбирали себе команди¬
ров... Третье. Ворошилов и Жданов, как мы уже сообщали, не вошли
в Совет обороны Ленинграда потому, что осуществляют общее ру¬
ководство обороной».
«Четвертое. Что касается вашего замечания о том, что мы можем
еще что-либо такое надумать, что не укладывается в рамки нормаль¬
ных взаимоотношений, то мы, Ворошилов и Жданов, не совсем по¬
нимаем, в чем нас упрекают».
| «Сталин. Не нужно прикидываться наивными. Прочтите ленту и
поймете, в чем вас обвиняют. Немедленно отмените выборное нача¬
ло в батальонах, ибо оно может погубить всю армию. Выборный ко-
I ~аНДИр избирателей его мигом
переизберут. Нам нужны, как известно, полновластные командиры.
, Стоит ввести выборность в рабочих батальонах — это £разу же pag-
, на всю армию, как зараза. Жданов и Ворошилов, по-
, трудитесь бойти в Военный совет обороны Ленинграда. Ленинград
I не Черповец и не Вологда. Это вторая столица страны. Военный со-
| вет обороны Ленинграда не вспомогательный орган, а руководящий
; орган обороны Ленинграда. Представьте конкретный план обороны
* Ленинграда. Будет ли у вас кроме основной укрепленной линии соз-
' дана и другая, более узкая линия? Если будет, то каким образом?»
«Ворошилов. Избирательное начало будет отменено. Вороши¬
лов и Жданов в Совет обороны Ленинграда войдут. Более узкой по¬
лосы обороны пока еще не создано, но она создается...»
«Сталин. Возможно, что Северный фронт разделим на две час¬
ти — на Карельскую часть от Ладоги и до Мурманска со своим фрон¬
товым командованием и южную часть — собственно ленинград¬
скую, которую следует назвать Ленинградским фронтом. Мотивы
известны. После занятия финнами северных берегов Ладоги управ¬
лять северной частью Северного фронта из Ленинграда невозмож¬
но. Обсудите этот вопрос, дайте свои соображения».
Тон и содержание этого разговора свидетельствовали о крайнем
раздражении Сталина и его тревоге за судьбу Северной столицы.
Продолжая ощущать недоверие к способности Ворошилова и Жда¬
нова принимать действенные меры для обороны города, Сталин на-
282
правил в Ленинград 26 августа 1941 года комиссию ГКО в составе
В. М. Молотова, Г. М. Маленкова, заместителя Председателя Сов¬
наркома А. Н. Косыгина, наркома ВМС Н. Г. Кузнецова, командую¬
щего ВВС П. Ф. Жигарева, начальника артиллерии Красной Армии
Н. Н. Воронова. О том, насколько быстро ухудшалась обстановка
под Ленинградом, свидетельствовал адмирал Н. Г. Кузнецов, рас¬
сказавший о том, что на станции Мга члены комиссии с трудом
спаслись от бомбардировки, а затем чуть не были захвачены в плен
передовым отрядом немецких автоматчиков, неожиданно прорвав¬
шимся на эту станцию.
Тем временем командующий новым Ленинградским фронтом
генерал-лейтенант М. М. Попов обратился к И. В. Сталину с
просьбой разрешить ему отход с позиций, защищавших Ленинград
с севера. 28 августа Сталин ответил Попову телеграммой: «Ваши се¬
годняшние представления напоминают шантаж. Вас запугивают
командующие армиями, а вы, в свою очередь, решилид видимо, за-
пупйт‘С1Ш^ насчет прорывов, обострение об-
становки. Конечно, если вы ничего не (будете делать для трго? чтобы
требовать от своих подчиненных, а будете только статист,0МдДере- "
дающим жалобы армий, вам придется через несколько дней сдавать
Ленинград, но Ставка существует да, для того, чтобы потакать шан¬
тажистским требованиям и предложениям».
‘ «Ставка разрешает вам отвести части с линии Выборга, но Ставка
вместе с тем приказывает вам, чтобы части ни в коем случае не поки¬
дали подготовленного рубежа по линии Маннергейма. Ставка за¬
прещает вам оголять Лужскую губу и отдавать ее противнику. Если
даже придется 8-й армии чуточку отступить, то она все же во что бы
то ни стало должна прикрыть Лужскую губу вместе с полуостровом».
«Ставка требует, чтобы вы, наконец, перестали быть статистом и
специалистом по о;гдтурдешда ЯШШЩВ подобающую вам роль ко¬
мандующего, вдохновляющего армии и поднимающего дух войск.
Сталцц»,ч
29 августа 1941 года Сталин телеграфировал в Ленинград: «Сек¬
ретарю горкома партии А. А. Кузнецову для Молотова и Маленко¬
ва». «Только что сообщили, что Тосно взят противником. Если так
будет продолжаться, боюсь, что Ленинград будет сдан идиотски глу¬
по, а все ленинградские дивизии рискуют попасть в плен. Что дела¬
ют Попов и Ворошилов? (Генерал-майор М. М. Попов с 23 августа
возглавил только что созданный Ленинградский фронт, а К. Е. Во¬
рошилов продолжал быть главнокомандующим северо-западным
направлением. — Прим. авт.) Они даже не сообщают о мерах, какие
они думают предпринять против такой опасности. Они заняты иска-
(/
263
нием новых рубежей отступления, в этом они видят свою задачу. Ojj
куда у них такая бездна пассивности и чисто деревенской покорно-
сти судьбе? Что за люди — ничего не пойму. В Ленинграде имеется
теперь много танков «КВ», много авиации, эресы. Почему эти важ*
ные технические средства не действуют на участке Любань — Тос*
но? Что может сделать против немецких танков какой-то пехотный
полк, выставленный командованием против немцев без этих техник
ческих средств? Почему богатая ленинградская техника не исполь*
зуется на этом решающем участке? (Далее Сталин обращается, ви?
димо, лично к Молотову. — Прим. авт.) Не кажется ли
то нарочно открывает немцам дорогу на”этом решающем участку?
Что за человек ПопШ? ЧШ, собственно, занят Ворошилов и в чем
выражается его помощь Ленинграду? Я пишу об этом, так как очень
встревожен непонятным для меня бездействием ленинградского ко¬
мандования. Я думаю, что 29-го ты должен выехать в Москву. Про¬
шу не задерживаться. Сталин».
29 августа члены Комиссии ГКО сообщили Сталину о своем ре¬
шении ввести строгое нормирование продовольственных продуктов
в Ленинграде, об эвакуации гражданского населения из Ленинграда.
Предполагалось вывезти из города 250 ООО женщин и детей к 8 сен¬
тября. Однако вряд ли это постановление было выполнено. Насту¬
павшие немецкие части перерезали железные дороги, ведущие к го¬
роду, а 8 сентября окружение Ленинграда было завершено. Началась
ленинградская блокада.
9 сентября И. В. Сталин вместе с Л. П. Берией, а также с
[ В. М. Молотовым и Г. М. Маленковым, которые уже вернулись из
Ленинграда, направил туда телеграмму К. Е. Ворошилову и А. А. Жда¬
нову: «Нас возмущает ваше поведение, выражающееся в том, что вы
сообщаете нам только лишь о потере нами той или иной местности,
но обычно ни слова не сообщаете о том, какие же вами приняты ме-
1 ры для того, чтобы перестать, наконец, терять города и станции. Так
: же безобразно вы сообщили о потере Шлиссельбурга. Будет ли ко-
1 нец потерям? Может быть, вы уже предрешили сдать Ленинград?
1 Куда девались танки «КВ», где вы их расставили, и почему нет ника¬
кого улучшения на фронте, несмотря на такое обилие танков «КВ» у
вас? Ведь ни один фронт не имеет и половинной доли того количест¬
ва «КВ», какое имеется у вас на фронте. Чем занята ваша авиация,
почему она не поддерживает действия наших войск на поле? Подо¬
шла к вам помощь дивизий Кулика — как вы используете эту по¬
мощь? Можно ли надеяться на какое-либо улучшение на фронте,
1иш помощь Кулика тоже будет сведена к нулю, как сведена к нулю
|колоссальная помощь танками «КВ»? Мы требуем от вас, чтобы вы в
214
день два-три раза информировали нас о положении на фронте и
принимаемых вами мерах».
За день до этого Сталин вызвал в Кремль Жукова и сказал ему:
«Езжайте под Ленинград. Ленинград в крайне тяжелом положении.
Немцы, взяв Ленинград и соединившись с финнами, могут ударить
в обход с северо-востока на Москву, и тогда обстановка осложнится
еще больше». Как писал Жуков, «прощаясь перед моим отлетом в
Ленинград, Верховный сказал: «Вот записка, передайте Ворошилову,
а приказ о вашем назначении будет передан, когда прибудете в Ле¬
нинград». В записке К. Е. Ворошилову значилось: «Передайте ко¬
мандование фронтом Жукову, а сами немедленно вылетайте в М6-"
скву». ^
Прибыв в Ленинград, Жуков обнаружил, что в руководстве обо¬
роны города уже рассматривались меры на случай «невозможности
удержать Ленинград... Побеседовав с К. Е. Ворошиловым, А. А. Жда¬
новым, А. А. Кузнецовым и другими членами Военного совета
фронта, мы решили закрыть совещание и указать, что никаких мер
на случай сдачи города пока проводить не следует. Будем защищать
Ленинград до последнего человека».
Жесткость Сталина, проявленная им в отношении тех, кто до тех
пор руководил обороной Ленинграда, и назначение им Жукова ко¬
мандующим фронтом оказались оправданными. Хотя Ленинград
оказался в блокаде, расчет Сталина на то, что Северную столицу нем¬
цам не удастся взять, оправдался. В дальнейшем героическая и са¬
моотверженная защита Ленинграда в течение 900 дней тяжелой бло¬
кады спасла город от захвата его немецко-фашистскими войсками.
В документах первых месяцев войны, подписанных Сталиным,
чувствуется его возмущение непрекращавшимся отступлением
войск. Он требовал держать оборону на занятых рубежах, часто сби¬
ваясь при этом на угрозы и не всегда обоснованные обвинения. В те¬
леграмме Хрущеву от 11 июля 1941 года Сталин писал: «Получены
достоверные сведения, что вы все, от командующего Юго-Запад-
ным фронтом до членов Военного совета, настроены панически и
намерены произвести отвод войск на левый берег Днепра. Предупре¬
ждаю вас, что, если вы сделаете хоть один шаг в сторону отвода войск
на левый берег Днепра, не будете до последний возможности защи¬
щать районы УРов на правом берегу Днепра, вас всех постигнет жес¬
токая кара как трусов и дезертиров». (В своем ответе на следующий
день Хрущев и командующий Юго-Западным фронтом М. П. Кир-
понос отрицали обвинения Сталина.)
Сталин знал, что к исходу 10 июля немецкие войска вышли на
реку Ирпень в 15 километрах от Киева. 11 июля 13-я немецкая тан-
ковая дивизия пыталась с ходу форсировать Ирпень и ворваться в
Киев, но советские войска отразили эту попытку. Началась битва за
Киев, продолжавшаяся более двух месяцев.
Поскольку удержание Киева как одного из трех важнейших то¬
чек оборонительного рубежа стало для Сталина одной из главных
задач первых месяцев войны, он резко возражал против любых пред¬
ложений оставить столицу Украины. По этой причине Сталин был,
возмущен доглубит^^^
высказр^щчалЖик Генштаба Жу^о^ Последний считал необходи-
Й-£ПйГс0СреД0Т0ЧИТЬ все силы для контрудара по ельнинскому плац-
: дарму противника, угрожающему Москве. «Какие там еще контр¬
удары, что за чепуха? — вспылил И. В. Сталин. — Как вы могли доду-
; маться сдать врагу Киев?» Жуков вспоминал: «Я не мог сдержаться и
• собен только^епуз^ Я прошу
, ГёйтерМьнот
Й принесу больше пользы Родй-
; нё»'.''—"^ЕЫ не горячитесь, — сказал И. В. Сталин. — А впрочем, ес|Гй
* так ставите вопрос ‘ мы без. вас можем, обойтись...»
\ 1 Через некоторое время острый разговор возобновился. «Вот
< что, — сказал И. В. Сталин, — мы посоветовались и решили освобо-
j дить вас от обязанностей начальника Генерального штаба. Началь-
; ником Генштаба назначим Б. М. Шапошникова. Правда, у него со
’? здоровьем не все в порядке, но ничего, мы ему поможем». — «Куда
| прикажете мне отправиться?» — «А куда бы вы хотели?» — «Могу
I выполнять любую работу. Могу командовать дивизией, корпусом,
I армией, фронтом». — «Не горячитесь, не горячитесь! Вы вот говори-
^ли об организации контрудара под Ельней. Ну и возьмитесь за это
дело. Мы назначим вас командующим Резервным фронтом. Когда вы
можете выехать?» — «Через час». — «В Генштаб прибудет Б. М. Ша¬
пошников, сдайте ему дела и выезжайте. Имейте в виду, вы остае¬
тесь членом Ставки Верховного Главнокомандования», — заключил
Сталин. «Разрешите отбыть?» -г- «Садитесь и выпейте с нами чаю, —
I уже улыбаясь, сказал И. В. Сталин, — мы еще кое о чем поговорим».
^ Сели за стол и стали пить чай, но разговор так и не получился».
Вскоре после этого разговора в Кремле 2 августа немецкие вой¬
ска группы «Юг» завершили окружение под Уманью. Войска Южно¬
го фронта вместе с командующими 6-й и 12-й армиями генералом
И. Н. Музыченко и генералом П. Г. Понеделиным попали в окруже¬
ние. Через некоторое время оба генерала были взяты в плен. Бутл ар
писал: «В плен к немцам попало свыше 100 тысяч человек. Кроме
того, было захвачено свыше 300 танков и 800 орудий».
26В
Тем временем сражение за Киев продолжалось. 4 августа у Ста¬
лина состоялись переговоры по прямому проводу с командующим
Юго-Западным фронтом М. П. Кирпоносом и первым секретарем
ЦК КП(б)У Н. С. Хрущевым:
«У аппарата Кирпонос и Хрущев». «У аппарата Сталин. Здравст¬
вуйте. Первое. Следовало бы при Главкоме создать Военный совет
и включить туда Хрущева. В военных советах обоих фронтов могли
бы состоять в качестве членов Корниец, Бурмистенко и еще кто-ли-
бо из секретарей ЦК КП(б)У. Ваше мнение?»
«Хрущев, Кирпонос. С предложением согласны». «Сталин. Вто¬
рое. Ни в коем случае нельзя допускать, чтобы немцы перешли на
левый берег Днепра в каком-либо пункте. Скажите, есть ли у вас
возможность не допустить такого казуса?»
«Третье. Хорошо бы теперь наметить вам совместно с Буденным
и Тюленевым план создания крепкой оборонительной линии, про¬
ходящей примерно от Херсона и Каховки через Кривой Рог, Кремен¬
чуг и дальше на север по Днепру, включая район Киева на правом
берегу Днепра. Если эта примерная линия обороны будет вами одоб¬
рена, нужно теперь же начать бешеную работу по организации ли¬
нии обороны, устроить окопы и основательно зарыться в землю. Ес¬
ли бы это было вами сделано, то вы могли бы принять на этой линии
отходящие усталые войска, дать им оправиться, выспаться, а на сме¬
ну держать свежие части. Я бы на вашем месте использовал на это
дело не только новые стрелковые дивизии, но и новые кавдивизии,
спешил бы их и дал бы им разыграть роль пехоты временно. Все».
«Хрущев, Кирпонос. Нами приняты все меры к тому, чтобы ни
в коем случае не допустить противника как перейти на левый берег
Днепра, так и взять Киев. Но необходимо усилить нас пополнением.
Тов. Сталин, мы до сего времени очень плохо получаем пополнение.
Есть дивизии, которые в своем составе имеют полторы-две тысячи
штыков. Так же плохо и с материальной частью. Просим вас оказать
нам в этом вопросе помощь».
«Второе. Ваше указание об организации нового оборонительно¬
го рубежа совершенно правильное, мы немедленно приступим к его
отработке и просим вашего разрешения доложить вам об этом к
12 часам 5 августа. Одновременно докладываем. Мы имеем задачу от
Главкома тов. Буденного о переходе с утра 6-го в наступление из
района Корсунь в направлении Звенигородка — Умань с целью ока¬
зания помощи 6-й и 12-й армиям и создания единого фронта с Юж¬
ным фронтом. К этому наступлению мы усиленным темпом подго¬
тавливаемся. Если вы не возражаете против этого наступления и если
267
оно нам удастся, то тогда линия обороны может измениться значи¬
тельно к западу. Все».
«Сталин. Я не только не возражаю, а, наоборот, всемерно при¬
ветствую наступление, имеющее своей целью соединиться с Юж¬
ным фронтом и вывести на простор названные вами две армии. Ди¬
ректива Главкома совершенно правильна, но я все-таки просил бы
вас разработать предложенную мною линию обороны, ибо на войне
надо рассчитывать не только на хорошее, но и на плохое, а также на
худшее. Это единственное средство не попадать впросак. Что каса¬
ется того, чтобы я поддержал вас в деле пополнения и снабжения ва¬
ших частей, то я, конечно, приму все возможные и невозможные ме¬
ры для того, чтобы помочь вам. Но я все же просил бы вас больше
рассчитывать на себя».
«Было бы неразумно думать, что вам подадут все в готовом виде
со стороны. Учитесь сами снабжать и пополнять себя. Создайте при
армиях запасные части, приспособьте некоторые заводы к произ¬
водству винтовок, пулеметов, пошевеливайтесь как следует, и вы
увидите, что можно многое создать для фронта в самой Украине. Так
поступает в настоящее время Ленинград, используя свои машино¬
строительные базы, и он во многом успевает, имеет уже большие ус¬
пехи. Украина могла бы сделать то же самое. Ленинград уже наладил
производство эресов (PC — реактивные снаряды. — Прим. авт.) Это
очень эффективное оружие типа миномета, который буквально кро¬
шит врага. Почему бы и вам не заняться этим делом? Все».
«Кирпонос, Хрущев. Тов. Сталин, все ваши указания будут нами
проводиться в жизнь. Сожалею, мы не знакомы с устройством эре¬
сов. Просим вашего приказания выслать нам один образец эреса с
чертежами, и мы организуем у себя производство».
«Сталин. Чертежи есть у ваших людей и образцы давно, но ви¬
новата ваша невнимательность к этому серьезному делу. Хорошо, я
вышлю вам батарею эресов, чертежи и инструкторов по производст¬
ву. Все».
«Кирпонос, Хрущев. Больше вопросов у нас нет. Все ясно. До
свидания». «Сталин. Всего хорошего, желаю успеха. Все».
Сталин был взволнован и судьбой двух армий Южного фронта,
окруженных под Уманью. Член ГКО Г. М. Маленков позвонил 9 ав¬
густа командующему Южного фронта И. В. Тюленеву и зачитал ему
записку Сталина: «Командующему Южным фронтом т. Тюленеву.
Считаю позором Южным фронтом, что он потерял две армии —
шестую и двенадцатую — и не способен что-либо сообщить Москве
о судьбе этих армий. Армия ведь не иголка, как можно потерять так
глупо и позорно целых две армии. Командующий Южным фронтом
обязан принять все меры вплоть до засылки за фронт отдельных
268
смельчаков или отрядов для выяснения судьбы этих армий. Возла¬
гаю на т. Тюленева личную ответственность за срочное выяснение
судьбы обеих армий и жду от него донесения. Сталин».
И. В. Тюленев ответил, что к двум армиям будут сегодня же вы¬
сланы на самолете люди с рацией. Но тем временем немецкие вой¬
ска сумели быстро ликвидировать окруженную группировку совет¬
ских войск под Уманью. Немцы начали новое наступление на Киев,
и 7 августа Гитлер отдал приказ овладеть столицей Украины.
Хотя советские войска оказывали противнику упорное сопро¬
тивление, 8 августа немцы ворвались в юго-западные пригороды
Киева. Выполнить указания Сталина о переходе к обороне по наме¬
ченному им рубежу не удалось. В руководстве Юго-Западного фрон¬
та осознавали невозможность защитить Киев.
8 августа Сталин обратился по прямому проводу к Кирпоносу:
«До нас дошли сведения, что фронт решил с легким сердцем едать
Киев врагу якобы ввиду недостатка частей, способных отстоять Киев.
Верно ли это?» Кирпонос решительно отрицал это и заверял, что им
«и Военным советом фронта принимаются все меры к тому, чтобы
Киев ни в коем случае не сдать. Он заверил, что имевшиеся в его
«распоряжении силы и средства должны обеспечить выполнение
поставленной УРу задачи. Одновременно должен доложить вам, что
у меня больше резервов на данном направлении уже нет».
Сталин спрашивал: «Можете ли уверенно сказать, что вы приня¬
ли все меры для безусловного восстановления положения Южной
полосы УРа?» Он говорил: «Комитет обороны и Ставка очень просят
вас принять все возможные и невозможные меры для защиты Киева.
Недели через две будет легче, так как у нас будет возможность по¬
мочь вам свежими силами, а в течение двух недель вам нужно во что
бы то ни стало отстоять Киев. Прошу ознакомить с этой лентой Бу¬
денного. Моя просьба и мое требование не сдавать Киев направлены
в равной мере не только к вам, но и к Буденному».
Кирпонос в ответ заверял: «Тов. Сталин, все наши мысли и
стремления, как мои, так и Военного совета, направлены к тому,
чтобы Киев противнику не отдать. Все, что имеется в моем распоря¬
жении, будет использовано для обороны Киева с тем, чтобы выпол¬
нить поставленную перед нами вами задачу — Киев врагу ни в коем
случае не сдать...»
Советские войска при поддержке народного ополчения самоот¬
верженно защищали столицу Украины. С первых же дней войны
свыше 200 тысяч киевлян вступили добровольцами в ряды Красной
Армии. Ежедневно свыше 160 тысяч жителей города строили оборо¬
нительные рубежи. Противник натолкнулся на упорное сопротив¬
269
ление защитников столицы Украины. 16 августа войска Красной
Армии нанесли контрудары по наступавшему противнику и выбили
немцев из пригородов Киева.
Одновременно Сталин осуществлял различные мероприятия,
направленные на укрепление воинской дисциплины. 12 сентября
была направлена директива Ставки ВГК № 001919 командующим
войсками фронтов, армиями, командирам дивизий, главнокоман¬
дующему войсками юго-западного направления. Она гласила:
«Опыт борьбы с немецким фашизмом показал, что в наших стрелко¬
вых дивизиях немало панических и прямо враждебных элементов,
которые при первом нажиме со стороны противника бросают ору¬
жие, начинают кричать: «Нас окружили!» и увлекают за собой ос-
; тальных бойцов. В результате подобных действий этих элементов
| дивизия обращается в бегство, бросает материальную часть и потом
1 одиночками начинает выходить из леса. Подобные явления имеют
| место на всех фронтах. Если бы командиры и комиссары таких ди-
$ визий были на высоте своей задачи, паникерские и враждебные эле-
, менты не могли бы взять верх в дивизии. Но беда в том, что твердых
и устойчивых командиров икомиссаров у нас не так много».
«Ъ целях предупреждения указаннШ Жппе нежелательных явле¬
ний на фронте Ставка Верховного Главнокомандования приказы¬
вает:
Шеть загратате^шмй отряду надежных
бойцов, численностью не более батальона (в расчете по 1-й роте на
стрелковый полк), подчиненный командиру дивизии и имеющий
в своем распоряжении, кроме обычного вооружения — средства пе¬
редвижения в виде грузовиков и нескольких танков и бронемашин.
2. Задачами заградительного отряда считать прямую помощь
комсоставу в поддержании и установлении твердой дисциплины в
дивизии, приостановку бегства одержимых паникой военнослужа¬
щих, не останавливаясь перед применением оружия, ликвидацию
инициаторов паники и бегства, поддержку честных и боевых эле¬
ментов дивизии, не подверженных панике, но увлекаемых общим
бегством.
3. Обязать работников особых отделов и политсостав дивизий
оказывать всяческую помощь командирам дивизий и заградитель¬
ным отрядам в деле укрепления порядка и дисциплины дивизии.
4. Создание заградительных отрядов закончить в пятидневный
срок со дня получения настоящего приказа.
5. О получении и исполнении командующими войсками фрон¬
тов и армий донести.
270
Ставка Верховного Главнокомандования. И. Сталин. Б. Шапош¬
ников».
В то же время вскоре (4 октября) был принят приказ наркома
обороны СССР «О фактах подмены воспитательно!! работы репрес^
стшШ^Гщзгй^з гласил:
““^ЗЗ^последнее время наблюдаются частые случаи незаконных
репрессий и грубейшего превышения власти со стороны отдельных
командиров и комиссаров по отношению к своим подчиненным.
Лейтенант 288-го сп Комиссаров без всяких оснований выстре¬
лом из нагана убил красноармейца Кубицу.
Бывший начальник 21 -го УР полковник Сущенко застрелил мл.
сержанта Першикова за то, что он из-за болезни руки медленно сле¬
зал с машины.
Командир взвода мотострелковой роты 1026-го стрелкового
полка лейтенант Микрюков застрелил своего помощника — млад¬
шего командира взвода Бабурина якобы за невыполнение приказа¬
ния.
Военный комиссар 28-й танковой дивизии полковой комиссар
Банквицер избил одного сержанта за то, что тот ночью закурил; он
же избил майора Занозного за невыдержанный с ним разговор.
Начальник штаба 529-го стрелкового полка капитан Сакур без
всяких оснований ударил два раза пистолетом ст. лейтенанта Сер¬
геева.
Подобные нетерпимые в Красной Армии факты извращения
дисциплинарной практики, превышения предоставленных прав и
власти, самосудов и рукоприкладства объясняются тем, что:
а) метод убеждения неправильно отодвинули на задний план,
а метод репрессий в отношении подчиненных занял первое место;
б) повседневная воспитательная работа в частях в ряде случаев
подменяется руганью, репрессиями и рукоприкладством;
в) заброшен метод разъяснений и беседы командиров, комисса¬
ров, политработников с красноармейцами и разъяснение непонят¬
ных для красноармейцев вопросов зачастую подменяется окриком,
бранью и грубостью;
г) отдельные командиры и политработники в сложных условиях
боя теряются, впадают в панику и собственную растерянность при¬
крывают применением оружия без всяких на то оснований;
д) забыта истина, что применение репрессий является крайней
мерой, допустимой лишь в случаях прямого неповиновения и от¬
крытого сопротивления в условиях боевой обстановки или в случаях
злостного нарушения дисциплины и порядка лицами, сознательно
идущими на срыв приказов командования.
271
Командиры, комиссары и политработники обязаны помнить,
что без правильного сочетания метода убеждения с методом прину¬
ждения немыслимо насаждение советской воинской дисциплины и
укрепление политико-морального состояния войск.
Суровая кара по отношению к злостным нарушителям воинской
дисциплины, пособникам врага и явным врагам должна сочетаться с
внимательным разбором всех случаев нарушения дисциплины, тре¬
бующих подробного выяснения обстоятельств дела.
| Необоснованные репрессии, незаконные расстрелы, самоуправ-
■ ство и рукоприкладство со стороны командиров и комиссаров явля¬
ются проявлением безволия и близорукости, нередко ведут к обрат-
j ным результатам, способствуют падению воинской дисциплины и
I политико-морального состояния войск и могут толкнуть нестойких
I бойцов к перебежкам на сторону противника.
Приказываю:
1. Восстановить в правах воспитательную работу, широко ис¬
пользовать метод убеждения, не подменять повседневную разъяс¬
нительную работу администрированием и репрессиями.
2. Всем командирам, политработникам и начальникам повсе¬
дневно беседовать с красноармейцами, разъясняя им необходимость
железной воинской дисциплины, честного выполнения своего во¬
инского долга, военной присяги и приказов командира и началь¬
ника. В беседах разъяснять также, что над нашей Родиной нависла
серьезная угроза, что для разгрома врага нужны величайшее самопо¬
жертвование, непоколебимая стойкость в бою, презрение к смерти и
беспощадная борьба с трусами, дезертирами, членовредителями,
провокаторами и изменниками Родины.
3. Широко разъяснять, начальствующему составу, что самосуды,
рукоприкладство и площадная брань, унижающая звание воина
Красной Армии, ведут не к укреплению, а подрыву дисциплины и
авторитета командира и политработника.
4. Самым решительным образом, вплоть до предания виновных
суду военного трибунала, бороться со всеми явлениями незаконных
репрессий, рукоприкладства и самосудов.
Приказ объявить всему начальствующему составу действующей
армии до командира и комиссара полка включительно.
Народный комиссар обороны И. Сталин. Начальник Генштаба
Б. Шапошников».
Одновременно Сталин предпринимал меры для того, чтобы от¬
метить наиболее достойных бойцов, проявивших не только мужест¬
во и отвагу, но также умение воевать. 18 сентября 1941 года был из¬
272
дан приказ о переименовании 100, 127, 153 и 161-й стрелковых ди¬
визий в 1, 2, 3 и 4-ю гвардейские стрелковые дивизии.
В приказе говорилось: «В многочисленных боях за нашу Совет¬
скую Родину против гитлеровских орд фашистской Германии 100,
127, 153 и 161-я стрелковые дивизии показали образцы мужества,
отваги и организованности. В трудных условиях борьбы эти дивизии
неоднократно наносили жестокие поражения немецко-фашист-
ским войскам, обращали их в бегство, наводили на них ужас.
Почему этим нашим стрелковым дивизиям удавалось бить врага
и гнать перед собой хваленые немецкие войска?
Потому, во-первых, что при наступлении они шли вперед не
вслепую, не очертя голову, а лишь после тщательной разведки, по¬
сле серьезной подготовки, после того, как они прощупали слабые
места противника и обеспечили охранение своих флангов.
Потому, во-вторых, что при прорыве фронта противника они не
ограничивались движением вперед, а старались расширять прорыв
своими действиями по ближайшим тылам противника, направо и
налево от места прорыва.
Потому, в-третьих, что, захватив у противника территорию, они
немедленно закрепляли за собой захваченное, окапывались на но¬
вом месте, организуя крепкое охранение на ночь и высылая вперед
серьезную разведку для нового прощупывания отступающего про¬
тивника.
Потому, в-четвертых, что, занимая оборонительную позицию,
они осуществляли ее не как пассивную оборону, а как оборону ак¬
тивную, соединенную с контратаками. Они не дожидались того мо¬
мента, когда противник ударит их и оттеснит назад, а сами перехо¬
дили в контратаки, чтобы прощупать слабые места противника,
улучшить свои позиции и вместе с тем закалить свои полки в про¬
цессе контратак для подготовки их к наступлению.
Потому, в-пятых, что при нажиме со стороны противника эти
дивизии не впадали в панику, не бросали оружие, не разбегались в
лесные чащи, не кричали «мы окружены», а организованно отвеча¬
ли ударом на удар противника, жестоко обуздывали паникеров, бес¬
пощадно расправлялись с трусами и дезертирами, обеспечивая тем
самым дисциплину и организованность своих частей.
Потому, наконец, что командиры и комиссары в этих дивизиях
вели себя, как мужественные и требовательные начальники, умею¬
щие заставить своих подчиненных выполнять приказы и не боящие¬
ся наказывать нарушителей приказов и дисциплины.
На основании изложенного и в соответствии с постановлением
273
Президиума Верховного Совета СССР Ставка Верховного Главно¬
командования приказывает:
1. За боевые подвиги, за организованность, дисциплину и при¬
мерный порядок указанные дивизии переименовать в гвардейские
дивизии...
2. В соответствии с постановлением Верховного Совета Союза
ССР указанным дивизиям вручить особые гвардейские знамена.
3. Всему начальствующему (высшему, старшему, среднему и
младшему) составу с сентября с. г. во всех четырех гвардейских ди¬
визиях установить полуторный, а бойцам двойной оклад содержа¬
ния.
4. Начальнику тыла Красной Армии разработать и к 30 сентября
представить проект особой формы одежды для гвардейских дивизий.
5. Настоящий приказ объявить в действующей армии и в округах
во всех ротах, эскадронах, батареях, эскадрильях и командах.
Народный комиссар обороны СССР И. Сталин.
Начальник Генерального штаба Красной Армии
Маршал Советского Союза Б. Шапошников».
В эти же трудные месяцы Сталин продолжал решать различные
вопросы, связанные с совершенствованием советского оружия.
В начале августа встал вопрос об исправлении положения с производ¬
ством 45-мм и 76-мм пушек. По воспоминаниям заместителя нарко¬
ма вооружений И. А. Мирзаханова, Сталин, обращаясь к наркому
вооружений Д. Ф. Устинову, говорил: «Совсем недавно Кулик, да и
Тимошенко... заверяли, что орудий именно этих калибров у нас в из¬
бытке. Упросили даже прекратить их производство. А теперь говорят,
что ошиблись. Но за это спрос с них. Вам, товарищ Устинов, нужно
взвесить ваши возможности по увеличению поставок этих пушек ар¬
мии. Сделать это нужно срочно и доложить мне лично».
«Доклад наркома, свидетелем которого я стал, не утешил Стали¬
на. Дмитрий Федорович с большой горечью признался, что про¬
мышленность вооружения не сможет поставить армии названное
Куликом количество пушек в указанный срок. Завод, изготовляв¬
ший 45-мм пушки, эвакуирован и находится в пути следования».
«Меня удивил вопрос Сталина: «А почему эти пушки не может
изготовить завод Еляна?» Надо же иметь такую память, чтобы знать,
какой завод мог еще выпускать подобные пушки. Устинов ответил:
«Завод Еляна занят восстановлением пушек калибра 76 мм, которые
также были перед войной сняты с производства».
«Сталин замолчал, а затем сказал, как бы рассуждая: «Теперь яс¬
но: свернув налаженное производство орудий такого массового при¬
менения, не освоив взамен ничего другого, мы допустили грубую
274
ошибку. Однако не время искать виновных. Надо быстро, любыми
мерами обеспечить выпуск пушек в достаточном количестве».
Оружейники получали от Сталина и другие задания. В. Н. Нови¬
ков вспоминал: «Еще в первых числах августа 1941 года меня и ряд
других работников наркомата около трех часов ночи вызвал Д. Ф. Ус¬
тинов и объявил, что только что вернул<ж/ЩЛ€^алина, который дал
указание срочно изготовить 40 пуше^37-м^жалибра»ш«^трукции
Шпитального. Сталин подчеркнул, чт?Ш5оружени£ 38-щйтушками
наших самолетов позволит более эффективно бороться с авиацией и
танками врага».
«Что же вы ответили?» — спросил я наркома. «Я доложил, что
для изготовления сорока пушек еще без готовой оснастки потребу-
ется не менее полутора месяцев». Услышав это, мы невольно пере-
глянулись — срок был мало реален. Нарком понял нас: «Вам просто
переглядываться, а каково было мне? Сталин сказал, что и этот срок
слишком большой». — «А вы объяснили, что нужно подождать ре¬
зультатов испытаний пушек Нудельмана?»
«Дмитрий Федорович кивнул головой: «Знаете, как это воспри¬
нял Сталин? Он показал на портрет Суворов «JJbi знаете,
товарищ Устинов; как Суворов. Он говорил: деньги до-
SffroB^ffii? Думаю, правильно. В условиях войны выигрыш време-
ииюгеет часто решающе^ знанение, К созданию оружия это имеет
саШе нёпосредственное отношение. Надо подумать, как сократить
время изготовления опытной партии авиационных пушек».
В. Н. Новиков подробно рассказал в своих воспоминаниях, с
какими трудностями столкнулись оружейники, выполняя задание
Сталина, с каким самоотверженным упорством и с какой энергией
они трудились. Как писал Новиков, «задание по изготовлению 40
пушек выполнили за один месяц и 12 дней».
Сталин постоянно решал вопросы совершенствования и стрел¬
кового оружия. В. Н. Новиков вспоминал: «Во второй половине авгу¬
ста 1941 года внесли предложение принять на вооружение одноза¬
рядное ружье В. А. Дегтярева, как наиболее простое в изготовлении,
и полуавтоматическое ружье С. Г. Симонова, более сложное в про¬
изводстве, но многозарядное. Оба ружья доставили в Кремль. Их ос¬
мотрели члены ГКО. Посоветовавшись с военными и конструктора¬
ми ружей, Сталин сказал: «Надо дать войскам оба ружья. Каждое из
них имеет свои достоинства. Думаю, промышленность вооружения
справится с этой задачей. Сроки — максимально короткие».
К этому времени в середине августа 1941 года немецкое коман¬
дование, столкнувшись с упорным сопротивлением на пути к Моск¬
275
ве, Ленинграду и Киеву, решило пересмотреть задачи своих боевых
действий на советско-германском фронте. К. Типпельскирх писал:
«Гитлер... был мало удовлетворен достигнутыми успехами. От тан¬
ковых клиньев на основании опыта войны в Европе ожидали боль¬
ших результатов. Русские держались с неожиданной твердостью и
упорством, даже когда их обходили и окружали. Этим они выигры¬
вали время и стягивали для контрударов из глубины страны все но¬
вые резервы, которые к тому же были сильнее, чем это предполага¬
лось». Разочарование Гитлера в тактике боевых действий немецких
войск объяснялось тем, что, несмотря на значительное продвиже¬
ние в глубь советской территории, ни одна из целей, стоявших перед
группами «Север» и «Центр» не была выполнена: ни Ленинград, ни
Москва к середине августа не были взяты.
Новые указания гитлеровской ставки гласили: «Важнейшей це¬
лью, которая должна быть достигнута еще до наступления зимы, яв¬
ляется не захват Москвы, а: на юге — захват Крыма, индустриально¬
го и угольного Донбасса и нарушение подвоза русскими нефти с
Кавказа; на севере — захват Ленинграда и соединение с финнами...
Поэтому группа армий «Центр», не беспокоясь о последующих опе¬
рациях, должна вести на южном направлении такие силы, чтобы
иметь возможность уничтожить русские войска и в то же время со¬
хранить способность отразить все атаки противника на своем цен¬
тральном участке». Выполняя эти указания Гитлера, немцы стали
готовить наступление с севера из захваченной ими Белоруссии про¬
тив войск Юго-Западного фронта.
Чтобы предотвратить окружение советских войск, защищавших
Киев, и нанести контрудар по противнику, был создан Брянский
фронт, командующим которого стал генерал-лейтенант А. И. Ере¬
менко. Напутствуя его, Сталин сказал: «Завтра же выезжайте на
место и немедленно организуйте фронт. На брянском направлении
действует танковая группа Гудериана, там будут происходить тяже¬
лые бои. Встретите там механизированные войска вашего «старого
приятеля» Гудериана, повадки которого должны быть вам знакомы
по Западному фронту». По воспоминаниям А. М. Василевского,
«выслушав Сталина, вновь назначенный командующий Брянским
фронтом очень уверенно заявил, что «в ближайшие же дни, безус¬
ловно», разгромит Гудериана. Эта твердость импонировала Верхов¬
ному. «Вот тот человек, который нам нужен в этих сложных услови¬
ях, — бросил он вслед выходившему из его кабинета Еременко».
Жуков же считал, что создаваемый в спешке Брянский фронт
будет слабым в боевом отношении. Поэтому в конце августа он свя¬
зался со Сталиным по ВЧ и вновь высказал соображения «о необхо¬
278
димости быстрейшего отвода всех войск правого крыла Юго-Запад¬
ного фронта за реку Днепр». Однако, как вспоминал маршал, «из
моей рекомендации ничего не получилось. И. В. Сталин сказал, что
он только что вновь советовался с Н. С. Хрущевым и М. П. Кирпо-
носом и те якобы убедили его в том, что Киев пока ни при каких об¬
стоятельствах оставлять не следует. Он и сам убежден, что против¬
ник, если и не будет разбит Брянским фронтом, то, во всяком слу¬
чае, будет задержан».
Хотя, как отмечал Василевский, «командующий Брянским фрон¬
том явно поторопился со своими заверениями» Сталину, Еременко
продолжал уверять Ставку в способности своего фронта остановить
немецкие армии, наступавшие с севера на Украину. В своих перего¬
ворах с Еременко 24 августа Сталин запросил его, не передать ли его
фронту новые силы и технику, за счет переформирования двух ар¬
мий, если он обещает «разбить подлеца Гудериана». В ответе Еремен¬
ко благодарил Сталина за помощь и заверял: «А насчет этого подле¬
ца Гудериана, безусловно, постараемся разбить, задачу, поставлен¬
ную вами, выполнить, то есть разбить его».
Комментируя эти события, А. М. Василевский писал, что в те
дни «быстро принимались столь важные решения. Одни фронты
расформировывались, другие создавались. Одни армии переставали
существовать, другие возникали. Должен сказать, что одной из осо¬
бенностей войны является то, что она требует скорых решений. Но в
непрестанно меняющемся ходе боевых действий, разумеется, при¬
нимались не только правильные, но и не совсем удачные решения.
У войны свой стиль и свой ритм руководства войсками. Так вот и в
данном случае организационные решения преследовали цель уси¬
лить Брянский фронт. Сталин все еще надеялся, что Еременко вы¬
полнит свое обещание... В ночь на 30 августа в адрес Еременко была
направлена директива, которая обязывала войска Брянского фронта
перейти в наступление, уничтожить группу Гудериана... Но попыт¬
ки фронта выполнить эту директиву оказались безуспешными».
2 сентября Сталин продиктовал Генштабу указания для немед¬
ленной передачи Еременко: «Ставка все же недовольна вашей рабо¬
той. Несмотря на работу авиации и наземных частей, Почеп и Ста-
родуб остаются в руках противника. Это значит, что вы противника
чуть пощипали, но с места сдвинуть не сумели. Ставка требует, что¬
бы наземные войска действовали во взаимодействии с авиацией,
вышибли противника из района Стародуб, Почеп и разгромили его
по-настоящему... Гудериан и вся его группа должна быть разбита
вдребезги. Пока это не сделано, все ваши заверения об успехах не
имеют никакой цены. Ждем ваших сообщений о разгроме группы
277
Гудериана». Однако, по словам Василевского, «к сожалению, дейст¬
вия войск Брянского фронта оказались малоэффективными... Оста¬
новить врага они не смогли... 7 сентября они вышли к Конотопу...
Ясно обозначилась угроза окружения основной группировки 5-й ар¬
мии», оборонявшей Киев.
По словам Василевского, 7 сентября он и Шапошников «пошли
к Верховному Главнокомандующему с твердым намерением убедить
его в необходимости немедленно отвести все войска Юго-Западного
фронта за Днепр и далее на восток и оставить Киев. Мы считали, что
подобное решение в тот момент уже довольно запоздало и дальней¬
ший отказ от него грозил неминуемой катастрофой для войск Юго-
Западного фронта в целом. Разговор был трудный и серьезный. Ста¬
лин упрекал нас в том, что мы, как и Буденный, пошли по линии
наименьшего сопротивления: вместо того, чтобы бить врага, стре¬
мимся уйти от него».
На следующий день, 8 сентября, Сталин в своей кремлевской
квартире принял Жукова за ужином, в котором участвовали также
Молотов, Маленков, Щербаков и другие.^
за успешно проведенную операцию под Ельней, в
ветские войска впервые в ходе „войны сумели обратить немецкие
войска в отступление и захватить немало пленных. В ходе разговора
Жуков вновь заявил: «Я вновь рекомендую немедленно отвести всю
киевскую группировку на восточный берег Днепра...» — «А как же
Киев?» — спросил Сталин. «Как ни тяжело, а Киев придется оста¬
вить. Иного выхода у нас нет». И. В. Сталин снял трубку и позвонил
Б. М. Шапошникову. «Что будем делать с киевской группировкой? —
спросил он. — Жуков настойчиво рекомендует немедленно отвести
ее». Я не слышал, что ответил Борис Михайлович, но в заключение
И. В. Сталин сказал: «Завтра здесь будет Тимошенко. Продумайте с
ним вопросы, а вечером переговорим».
Очевидно, что упорство, с каким Жуков отстаивал предложение
оставить Киев, произвело впечатление на Сталина. Василевский
писал, что 9 сентября Сталин разрешил осуществить частичный от¬
ход за Днепр. Однако он все же требовал удержать киевский плац¬
дарм. По словам Василевского, таким образом «было принято поло¬
винчатое решение. При одном упоминании о жесткой необходимо¬
сти оставить Киев Сталин выходил из себя и на мгновение терял
самообладание. Нам же, видимо, не хватало необходимой твердо¬
сти, чтобы выдержать эти вспышки неудержимого гнева, и должно-
го понимания всей степени нашей ответственности за неминуемую
катастрофу на юго-дападнрм направлении». (
11 сентября в разговоре по телетайпу Сталин с Кирпоносом и
27В
другими руководителями Юго-Западного фронта вновь выражал
несогласие с идеей оставить Киев, хотя уже и не столь резко: «Ваше
предложение об отводе войск на рубеж известной вам реки мне ка¬
жется опасным». Ссылаясь на мнение Шапошникова как руководи¬
теля Генштаба, Сталин требовал: «Киева не оставлять и мостов не
взрывать без особого разрешения Ставки». Буденный, настаивав¬
ший на отходе, был отстранен от обязанностей главкома юго-запад-
ного направления, а на его место назначен Тимошенко, освобож¬
денный от руководства Западного фронта. Место Тимошенко занял
генерал-лейтенант И. С. Конев.
Узнав о переговорах Сталина с Кирпоносом, генерал Тупиков
заметил: «Может быть, Москва все знает, но какие-то важные при¬
чины побуждают ее требовать от нашего фронта невозможного».
Объясняя причины упорного нежелания Сталина уйти из Киева,
Баграмян писал: «Да, такие очень важные причины были. Мы тогда
лишь догадывались о них, но не представляли их во всем объеме...
К этому времени гитлеровцы блокировали Ленинград. Их войска
приближались к Москве. А в распоряжении нашего высшего коман¬
дования уже не оставалось сколько-нибудь крупных, готовых к бое¬
вым действиям оперативных резервов. Значительную часть войск
мы должны были держать на Кавказе
л а с^^^тзфЦЖ, — на Дальнем Востоке, где японские милитаристы
ждали только сигнала, чтобы выступить. Упорная оборона Юго-За¬
падного фронта на рубеже Днепра в этой обстановке несколько об¬
легчал^ обстановку на остальных стратегических направлениях со¬
ветско-германского фронта, особенно на московском, приковывая
к себе огромные силы немецко-фашистских войск, в том числе и две
немецкие танковые группы. Весьма важно было приковать их к юго-
западному направлению по возможности на больший срок».
Баграмян указывал на значение обороны Киева и для отноше¬
ний СССР к их новыми союзниками. Он писал: «В США разгорелся
спор: стоит ли помогать Советской России оружием. Определенные
круги утверждали, что посылать вооружение и технику не имеет
смысла: Россия к зиме рухнет и война закончится победой фашист¬
ской Германии. Желая убедиться, что вооружение, поставляемое
нам, не попадет в руки фашистов, Рузвельт в августе 1941 года по¬
слал на разведку своего ближайшего помощника Г. Гопкинса». Как
говорилось выше, Сталин заверил Гопкинса, что «к концу 1941 года
фронт пройдет западнее Ленинграда, Москвы и Киева». Баграмян
замечал: «С этим и уехал Гопкинс... Но не прошло и двух недель по¬
сле отъезда Гопкинса — он, возможно, еще не добрался до Вашинг¬
тона, — а командование Юго-Западного фронта обратилось в Став¬
279
ку с просьбой разрешить отвести войска с линии Днепра. Нетрудно
представить, какой резонанс в Америке, да и во всем мире, вызвала
бы весть о падении Киева и насколько ослабило бы это событие по¬
зиции Рузвельта в его споре с теми, кто выступал против оказания
политической и моральной помощи Советскому Союзу. Государст¬
венный Комитет Обороны хорошо понимал, что от успешных дей¬
ствий Красной Армии в этот период войны во многом зависело воз¬
никновение в будущем антигитлеровской коалиции государств Ев¬
ропы с участием США. Вот почему Ставка требовала удержать Киев
любой ценой. К тому же она считала, что сил у нас еще достаточно,
что с такими силами и окружение не столь уж страшно: можно будет
разорвать вражеское кольцо».
Однако удержать линию фронта советским войскам оказалось
невозможно. 12 сентября начался их отход на восток. 13 сентября
начальник штаба Юго-Западного фронта В. И. Тупиков сообщил
Б. М. Шапошникову о прорыве противником обороны фронта и на¬
чавшемся отступлении. Он констатировал: «Начало понятной вам
катастрофы — дело пары дней». В ответ 14 сентября Сталин сам про¬
диктовал ответ: «Генерал-майор Тупиков номером 15614 представил
в Генштаб паническое донесение. Обстановка, наоборот, требует
сохранения исключительного хладнокровия и выдержки команди¬
ров всех степеней. Необходимо, не поддаваясь панике, принять все
меры к тому, чтобы удержать занимаемое положение и особенно
прочно удерживать фланги... Необходимо неуклонно выполнять
указания т. Сталина, данные вам 11 .IX». Сталин подписался за Ша¬
пошникова.
14 сентября немецко-фашистские войска, наступавшие с севера
Украины, достигли района Ромны. За 4 дня до этого немецкие вой¬
ска, наступавшие с юга ^плацдарма в районе Кременчуга, начали
наступление навстречу войскам, которые двигались с севера. 16 сен¬
тября в районе Лоховица немецкие части, наступавшие с севера и с
юга, соединились, и кольцо окружения замкнулось.
По воспоминаниям Я. Е. Чадаева, «днем 17 сентября у Сталина
состоялось заседание», на котором обсуждалось положение на Юго-
Западном фронте. Сталин «сказал, что нашим войскам под Киевом
надо держаться, хотя это очень трудно». После разговора по телефо¬
ну с Кирпоносом Шапошникова последний доложил, что «враг пока
не в состоянии преодолеть упорное сопротивление защитников
Киева... «Значит, — сказал Сталин, — остается в силе приказ Став¬
ки — не сдавать Киев?» — «Совершенно верно, — подтвердил Ша¬
пошников. — Но все-таки Кирпонос очень опасается за левый фланг
Юго-Западного фронта... Он все же вновь высказывает просьбу от¬
280
вести из-под удара наши войска». — «Как вы считаете, Борис Ми¬
хайлович, надо ли пойти на это?» — спросил Сталин. «Я остаюсь при
прежнем мнении: биться насмерть, но Киева не отдавать», — отве¬
тил Шапошников. «Ну, что ж, так и порешим?» — снова спросил
Сталин. Все молча согласились.
Однако 17 сентября стало ясно, что положение армий Юго-За¬
падного фронта еще более ухудшилось. М. П. Кирпонос потерял
управление армиями. Хотя войска 37-й армии продолжали оборону
Киева, остальные стали прорываться из немецкого окружения.
Лишь в ночь на 18 сентября Ставка согласилась оставить Киевский
укрепрайон и переправить войска 37-й армии на левый берег Днеп¬
ра. 20 сентября в боях погибли М. П. Кирпонос, В. И. Тупиков и сек¬
ретарь ЦК КП(б) Украины М. А. Бурмистенко.
Как вспоминал Я. Е. Чадаев, Сталин был «вне себя от катастро¬
фы на Юго-Западном фронте». Поскребышев сказал Чадаеву, что
заявштХ^
чи'подсуд ревтрибунала. Но я думшр, — добавил Поскребышев* —
дбэтого дело не дойдет». Чадаев стал свидетелем и «крупного разго¬
вора» 'ftomiiM* главкомом юго-западного направления Ти¬
мошенко по телефону. Так как маршал был глуховат и говорил очень
громко, Чадаев слышал все его реплики. В ответ на замечание Ста¬
лина: «Бессмысленной отваги не допускайте, с вас хватит!» Тимо¬
шенко ответил: «Не понимаю». В ответ Сталин взорвался: «Тут и по¬
нимать нечего. У вас иногда проявляется рвение к бессмысленной
отваге. Имейте в виду: отвага без головы — ничто». — «Выходит, что
я, по-вашему, только на глупости способен?» — «О, не перевелись,
оказывается, еще рыцари! Загубленных талантов не бывает...» —
«Я вижу, вы недовольны мной», — слышался густой бас Тимошенко.
«А я вижу, вы слишком раздражены и теряете власть над собой». —
«Раз я плохой в ваших глазах, прошу отставку». Сталин отставил от
уха трубку и сказал про себя: «Этот черт орет во всю грудь, и ему и в
голову не приходит, что он буквально оглушил меня». «Что? Отстав¬
ку просите? Имейте в виду, у нас отставок не просят, а мы их сами
даем...» — «Если вы находите, — дайте сами». — «Дадим, когда нуж¬
но, а сейчас советую не проявлять нервозности — это презренный
вид малодушия». Наступила небольшая пауза, потом послышался
голос Тимошенко: «Извините, товарищ Сталин, погорячился». Ко¬
гда пыл прошел, Тимошенко спокойно, по-деловому доложил, на
какой рубеж он отводит войска. В конце разговора Сталин сказал:
«Завтра снова информируйте меня лично». Он в беспокойстве про¬
211
шелся по кабинету. Чувствовалось, что переживает за резкий разго¬
вор с маршалом, на котором явно сорвал свою досаду за провал».
Тем временем немецкие войска сжимали кольцо окружения и
расчленяли окруженные войска. 26 сентября в сводке германского
верховного командования сообщалось о победе под Киевом. Гово¬
рилось, что взято в плен 665 тысяч человек, захвачено 3718 орудий и
884 танка. Авторы «ИВОВ» опровергали эти сведения, указывая на
то, что «перед началом Киевской операции в составе Юго-Западно¬
го фронта насчитывалось 677 085 человек. К концу операции только
в соединениях фронта, избежавших окружения и отошедших с боя¬
ми на тыловые рубежи... насчитывалось 150 541 человек. Если учесть,
что войска Юго-Западного фронта в ходе ожесточенных боев, длив¬
шихся почти весь сентябрь, понесли большие потери, а значитель¬
ное количество войск прорвалось через вражеское кольцо, то станет
ясно, что число пленных не превышало одной трети первоначально¬
го состава, попавших в окружение».
Приказы Сталина остановить немцев на линии Белополье — Jle-
бедин — Шишаки — Красноград — Ново-Московск и не допустить
захвата немцами Харьковского промышленного района и Донбасса
не удалось выполнить. 29 сентября немецкие войска развернули на¬
ступление из района Днепропетровска, и оборона советских войск
оказалась прорванной. Несмотря на упорное сопротивление частей
Красной Армии 21 октября был сдан город Сталине. Значительная
часть Донбасса оказалась в руках немцев. 24 октября ими был взят
Харьков.
И все же, несмотря на достигнутый успех, германскому коман¬
дованию не удалось решить все задачи, которые ставились Гитлером
21 августа. Не весь Донбасс попал к немцам. Им не удалось прекра¬
тить поступление советской нефти с Кавказа. Ленинград не был
взят. Продвижение немцев на юг Украины и в Крым потребовало
много времени. После поражения под Киевом советские войска су¬
мели восстановить фронт и даже не раз успешно контратаковали
противника. Когда же войска фронта отступали, это отступление не
носило неорганизованного характера. Баграмян писал в своих ме¬
муарах: «Я отнюдь не хочу уверить читателя, что отвод наших войск
проходил совсем гладко: ведь какая махина и на каком огромном
пространстве передвигалась под неослабевающим напором фаши¬
стских полчищ! И все же то, что нам довелось увидеть в октябре 1941
года, нельзя было даже сравнивать с тем, чему мы были свидетеля¬
ми, когда наши войска отступали от границы к Днепру. В то время
мы только и занимались тем, что вызволяли окруженные полки и
дивизии, предпринимали неимоверные усилия, чтобы ускользнуть
282
из очередных клещей. Теперь этого не было. Армии отходили в тес¬
ном взаимодействии. И если одна из них оказывалась в трудном по¬
ложении, то соседи замедляли свой отход и приходили на помощь.
Случалось, что фашистам и удавалось прорываться на отдельных на¬
правлениях, но они быстро там же и находили себе могилу... Возро¬
жденный Юго-Восточный фронт показал, что он может громить
врага».
Даже после падения Киева на юге Украины вплоть до 16 октября
продолжала обороняться Одесса. Отвлекая в течение 73 дней 18 гер¬
манских и румынских дивизий, героическая оборона Одессы сыгра¬
ла важную роль в срыве планов «молниеносной войны». Лишь после
падения Одессы 18 октября немецко-фашистские войска разверну¬
ли наступление на Крым. Прорвав оборону на Перекопском пере¬
шейке, немецко-фашистские войска к середине ноября заняли почти
весь Крым. В руках советских войск остался лишь Севастополь. Его
героическая оборона началась 30 октября и продолжалась свыше
восьми месяцев.
Комментируя итоги Киевского сражения, Типпельскирх при¬
знавал: «Только исход всей войны мог показать, насколько достиг¬
нутая тактическая победа оправдывала потерю времени, необходи¬
мого для продолжения операций# Если цель войны не будет достиг¬
нута, то русские хотя и проиграли это сражение, но выиграли войну».
Тяжелые жертвы, понесенные нашими войсками в ходе оборо¬
ны Киева, не были напрасными. А. М. Василевский писал: «Враг до¬
бился успеха дорогой ценой. Красная Армия в ожесточенных боях
разгромила 10 кадровых дивизий противника. Он потерял более 100
тысяч солдат и офицеров... Более месяца сдерживали советские вой¬
ска группу армии «Центр» действиями на киевском направлении.
Это было очень важно для подготовки битвы под Москвой».
Глава 14
СОЗДАНИЕ АНТИГИТЛЕРОВСКОЙ КОАЛИЦИИ
Поражения, понесенные советскими войсками с 22 июня по ко¬
нец октября 1941 года, были неожиданными для советских людей,
веривших в возможность быстрого разгрома любого агрессора,
вторгшегося на нашу территорию. Хотя эти события до сих пор дают
повод для горестных размышлений и выяснения вины тех или иных
руководителей или военачальников, ответственных за поражения
1941 года, следует помнить, что в этот самый трагичный период Ве-
283
дикой Отечественной войны для Советской страны германскому
командованию не удалось добиться исполнения намеченных им
планов. Мужественная многодневная оборона Киева, Одессы, Бре¬
стской крепости, упорное Смоленское сражение, оборонительные
бои в районе Лиепаи, на Лужском рубеже, на Моондзундских остро¬
вах, острове Ханко, в районе Мурманска и в Карелии, начало герои¬
ческой обороны Ленинграда и Севастополя стали важными вехами
кампании 1941 года. Повсеместно на оккупированной территории
развертывалось партизанское движение.
До сих пор немецкие захватчики нигде не встречали подобного
упорного сопротивления. Это признавали не только немецкие гене¬
ралы, но и видные государственные деятели зарубежных стран, вра¬
ждебных гитлеровской Германии. Хотя для премьер-министра Ве¬
ликобритании Уинстона Черчилля вторжение немецких войск в
СССР было исполнением его давних планов, сейчас он осознавал,
что следом за разгромом Красной Армии могут произойти вторже¬
ние немцев на Британские острова, разгром английской армии, под*
писание мира с Германией на немецких условиях, отстранение его
сторонников и его лично от власти и установление прогерманского
режима. Уже 22 июня 1941 года он объявил по радио о намерении
правительства Его Величества предложить помощь СССР в совме¬
стной борьбе против гитлеровской Германии. Он говорил: «Никто
не был более последовательным противником коммунизма, чем я за
последние двадцать пять лет. Я не откажусь ни от одного слова из
сказанного мною о нем. Однако все это отходит на задний план пе¬
ред развертывающейся сейчас драмой». Черчилль исходил из того?
что германское «вторжение в Россию является не более чем прелю¬
дией перед вторжением на Британские острова» и объявлял: «Угро¬
за, нависшая над Россией," является угрозой и для нас, и для Соеди¬
ненных Штатов».
Отдавая себе отчет, какую опасность представлял собой Гитлер
для человечества, Черчилль заявил: «Этот кровожадный изверг бро¬
сает свои механизированные армии на новые поля убийств, грабе¬
жей, опустошений... И даже то кровопролитие и то разорение, кото¬
рые его победа принесет русскому народу, в случае если он ее одер¬
жит... будет лишь ступенью к попытке низринуть 400 или 500 мил¬
лионов людей, живущих в Китае, и 350 миллионов людей, живущих
в Индии, в бездонную пропасть варварства, над которой развевается
дьявольская эмблема свастики... Сегодня в этот летний вечер не бу¬
дет преувеличением сказать, что теперь грубое насилие нацистов уг¬
рожает жизни и счастью еще одного миллиарда людей».
Хотя США еще не вступили в мировую войну в июне 1941 года,
214
правительство этой страны также объявило о своей готовности по¬
могать СССР. И здесь решение о переходе к союзу с Советской стра¬
ной не было легким. В меморандуме для внутреннего пользования
правительства США отмечалось: «Мы противники догмы коммуни¬
стов и нацистской догмы». В то же время т>т же подчёркивалось: «Д^
27 лет е тех пор, как Россия стала коммунистическрд^ Срзеты нико¬
гда не угрожали серьезно нашим национальным интересам и наше¬
му укладу жизни. Однако за два года безумного похода Гитлера,
предпринятого им с целью порабощения всего мира, возникла серь¬
езная угроза самому нашему существованию как свободного наро¬
да... Мы не за коммунизм, но мы против всего, за что выступает Гит-
лер. Он и его безбожные нацисты — главная угроза миру, справедли¬
вости и безопасности... В этот момент, как и всегда, мы должны
помнить, что наша глав^^
Такие же противоречивые настроения были характерны и для
Сталина, исходившего из необходимости создания единой антигит¬
леровской коалиции в союзе с главными державами мирового капи¬
тализма. Уже с 1918 года Сталин не раз упоминал Черчилля в своих
.....■ ■■. а..МШ,4 J. ^ ^ А .^|И
публикациях и вступлениях и характерТТз5р!л его как самого по-
следр^ахашшха-ЩШЩЩйР^Хдаан^Сов^^ СейчаГГ^Ти'Тдол-
жен был протянуть руку Черчиллю и другим лидерам Запада.
американских поджигатели войны и курса на предотвращение кон¬
фликта с Германией Советское правительство перешло к сотрудни¬
честву с Великобританией и с США в борьбе против Германии. Заяв¬
ление Черчилля от 22 июня 1941 года получило поддержку И. В. Ста¬
лина в его речи 3 июля. 8 и 10 июля Сталин принял посла Велико¬
британии С. Криппса, которого менее месяца назад ТАСС в сооб¬
щении от 14 июня объявляло источником провокационных слухов.
12 июля в Москве Молотовым и Криппсом было подписано «Согла¬
шение о совместных действиях правительства СССР и правительст¬
ва Его Величества в Соединенном королевстве в войне против Гер¬
мании», участники которого обязывались «в продолжении этой вой¬
ны не вести переговоров, не заключать перемирия или мирного
договора, кроме как с обоюдного согласия».
18 июля Сталин ответил первый раз на два послания Черчилля,
переданные им через Криппса во время бесед 8 и 10 июля. Сталин
благодарил Черчилля за эти послания и расценил их как «начало со¬
глашения между нашими правительствами». Зная позицию Велико¬
британии по поводу присоединения к СССР новых земель на западе,
285
Сталин в первом же своем послании Черчиллю не преминул указать
на ту выгоду для общего дела, которая была получена вследствие того,
что «советским войскам пришлось принять удар немецких войск... в
районе Кишинева, Львова, Бреста, Каунаса и Выборга», а не в «в рай¬
оне Одессы, Каменец-Подольска, Минска и окрестностей Ленин¬
града». Впоследствии вопрос о западной границе СССР стал одним
из постоянных предметов обсуждений на конференциях СССР,
Англии и США.
В первом же послании Сталин поставил вопрос о срочной необ¬
ходимости создания новых фронтов против Гитлера в Европе — «на
Западе (Северная Франция) и на Севере (Арктика)». При этом Ста¬
лин предлагал Черчиллю продумать операцию на севере Норвегии с
участием советских сухопутных, морских и авиационных сил. В по¬
следующем вопрос о втором фронте не сходил три года с повестки
дня в отношениях между СССР и его западными союзниками.
Однако союзники не спешили претворить в дела свои заверения
о готовности к совместной борьбе. Для этой сдержанности были из¬
вестные основания. Первые сообщения о ходе советско-германской
войны напоминали недавние события в Европе, в ходе которых Гер¬
мания в считаные дни расправилась с Польшей, Францией, Юго¬
славией, Грецией и другими странами. Министр обороны США так
оценивал перспективы боевых действий Германии в СССР: «Герма¬
ния будет основательно занята минимум месяц, а максимально, воз¬
можно, три месяца задачей разгрома России». Еще более пессими¬
стично оценивали шансы СССР английские военные. Они считали,
что «возможно, что первый этап, включая оккупацию Украины и
Москвы, потребует самое меньшее три, а самое большее шесть не¬
дель или более». Запад желал задержать падение СССР, чтобы от¬
срочить ожидавшееся вторжение немцев в Великобританию, Ин¬
дию и другие страны, но ни США, ни Великобритания не верили в
способность СССР к долгому сопротивлению. Как говорилось вы¬
ше, с целью узнать, сколько СССР сможет продержаться, в Москву
был направлен помощник Ф. Д. Рузвельта и самый его доверенный
советник — Гарри Гопкинс. Посетив по дороге Лондон, Г. Гопкинс
получил полномочия и от Черчилля для ведения переговоров со
Сталиным и, таким образом, он выступал как посланец англо-аме-
риканских союзников.
Вечером 30 июля Гарри Гопкинс был принят Сталиным. Позже
делясь впечатлениями о Сталине в журнале «Америкэн», Г. Гопкинс
писал: «Он приветствовал меня несколькими быстрыми русскими
словами. Он пожал мне руку коротко, твердо, любезно. Он тепло
улыбался. Не было ни одного лишнего жеста или ужимки... Ни разу
28В
он не повторился. Он говорил так же*,какхтпедяд^^О-лрДска^ —
метко и прямо... Казалось, что говорить £мЖШШЬт*давнсщ-
шенно^й маюйной, разумной мшщцсой. Иосиф Сталин знал, чего он
хочетГзная7чегоЗю%т Россия, и он полагал, что вы также это знаете.
Во время второго визита мы разговаривали почти четыре часа. Его
вопросы были ясными, краткими и прямыми. Как я ни устал, я отве¬
чал в том же тоне. Его ответы были быстрыми, недвусмысленными,
они произносились так, как будто они были обдуманы много лет на¬
зад... Во всем, что он говорит, чувствуется выразительность».
На опытного политического деятеля Гарри Гопкинса самое силь¬
ное впечатление произвело не только внешнее поведение Сталина,
но и содержание его четырехчасового разговора. Сталин излучал уве¬
ренность. Он объяснял личному представителю президента США,
что первые неудачи советских войск были вызваны тем, что боль¬
шинство из них не было отмобилизовано. Он говорил, что советские
войска продолжают вести упорные бои даже в тех случаях, когда
танковые и мотомеханизированные части немцев их обходят. Он
подчеркивал, что немцы отрываются от своих резервов и их линии
коммуникаций становятся растянутыми, а потому уязвимыми. Он
уверял, что советские танки лучше немецких и они «неоднократно
доказывали свое превосходство в бою». Он подробно рассказал Гоп-
кинсу о боевых качествах советских танков и самолетов, их количе¬
стве, их производстве. Признав превосходство немецкого «Юнкер-
са-88» над советскими самолетами такого же типа, Сталин отмечал,
что советские самолеты, как и немецкие, вооружены пушками или
крупнокалиберными пулеметами. Несколько раз повторив, что «он
не недооценивает немецкую армию», Сталин в то же время реши¬
тельно заявлял, что «немцев можно бить и они не сверхчеловеки».
Он уверенно говорил о грядущем успехе весенней кампании 1942 го¬
да, когда сможет мобилизовать 350 дивизий.
В то же время Сталин говорил об острой потребности Красной
Армии в целом ряде видов вооружений и материалах для их произ¬
водства. По словам Г. Гопкинса, «Сталин сказал мне, что в первую
очередь русская армия нуждается в легких зенитных орудиях калиб¬
ра 20,25, 37 и 50 мм и что им нужно очень большое количество таких
орудий для защиты своих коммуникаций от самолетов-штурмови-
ков. Следующая большая его потребность — в алюминии, необходи¬
мом для производства самолетов. В-третьих, необходимы пулеметы
калибра приблизительно 12,7 мм и, в-четвертых, — винтовки ка¬
либра 7,62 мм. Он сказал, что ему нужны тяжелые зенитные орудия
для обороны городов... Он заявил, что исход войны в России будет в
значительной степени зависеть от возможности начать весеннюю
287
кампанию, имея достаточное количество снаряжения, в частно*
сти — самолетов, танков, зенитных орудий».
Сталин исходил из неизбежности скорого вовлечения США 1
войну и сказал Гопкинсу, что «мощь Германии столь велика, что,
хотя Россия сможет защищаться одна, Великобритании и РоссйИ
вместе будет очень трудно разгромить немецкую военную машину»,
Сталин заявил Гопкинсу, что «нанести поражение Гитлеру — и, воз*
можно, без единого выстрела — может только заявление Соединен*
ных Штатов о вступлении Соединенных Штатов в войну с Германн*
ей». Сталин даже попросил, чтобы Гопкинс передал Рузвельту, чтс
Сталин «приветствовал бы на любом секторе русского фронта аме¬
риканские войска целиком под американским командованием».
И все же главная цель Сталина в разговоре с Гопкинсом своди*
лась к получению материальной помощи от США. Как подчеркивал
Г. Гопкинс, «именно во время этого разговора Сталин написал ка*
рандашом на листке небольшого блокнота четыре основных пункта,
в которых указал потребности русских, и передал листок Гопкинсу с
подробным перечнем вооружений и материалов, в поставках кото*
рых из США нуждался СССР.
Встреча со Сталиным не только произвела неизгладимое впечйт*
ление на Гарри Гопкинса, но коренным образом изменила его пред*
ставление о способности СССР к сопротивлению германской агрес*
сии. Как подчеркивал историк Роберт Шервуд, «Гопкинс, конечно,
вовсе не видел настоящего фронта в России. Даже если бы он его ви*
дел, он вряд ли мог бы понять, что происходило. Его вера в способ¬
ность русских к сопротивлению возникла главным образом под
влиянием самого характера просьб Сталина, доказывавших, что он
рассматривает войну с точки зрения дальнего прицела. Человек, ко¬
торый боится немедленного поражения, не говорил бы о первооче¬
редности поставок алюминия». Свою вновь обретенную уверен¬
ность в способности СССР выстоять Гарри Гопкинс постарался пе¬
редать У. Черчиллю и Ф. Рузвельту по возвращении из Москвы.
Конкретные договоренности об англо-американской помощи
СССР предстояло достигнуть на совещании трех держав, открыв¬
шихся в Москве 28 сентября. В тот же день Сталин принял глав деле¬
гаций США и Великобритании А. Гарримана и лорда Бивербрука в
Кремле. Как вспоминал А. Гарриман, «первая встреча проходила в
обстановке большой откровенности со стороны Сталина. Он де¬
тально описал тактическую обстановку, не стараясь скрыть очевид¬
ного факта, что ситуация — критическая. Сталин подчеркивал на¬
сущную необходимость удержать Москву любой ценой. Хотя он был
готов продолжать вести оборонительную войну из-за Урала, если в
281
этом будет необходимость, но он признал, что потеря Москвы, глав¬
ного нервного центра всех советских операций, существенно бы ос¬
лабила любое наступление в будущем. Сталин добавил, что Гитлер
ошибся, начав действия на трех фронтах. Если бы он сосредоточил
свои силы на наступлении на Москву, то она бы без сомнения пала».
Оценивая расстановку сил на фронте, Сталин заметил, что пре¬
восходство в танках «имеет абсолютно решающее значение для нем¬
цев, потому что без них немецкая пехота по сравнению с русской
слаба. Сталин весьма подробно остановился на необходимых ему по¬
ставках, закончив заявлением, что больше всего он нуждается в тан¬
ках, а затем в противотанковых орудиях, средних бомбардировщи¬
ках, зенитных орудиях, броне, истребителях и разведывательных са¬
молетах и, что довольно важно, в колючей проволоке».
Как вспоминал А. Гарриман, «методично, пункт за пунктом»,
участники встречи «прошлись по списку из 70 предметов, которые
просила Россия», и Гарриман «объяснял, какие из них США и Вели¬
кобритания готовы поставить и в каких количествах. Казалось, что
Сталин был удовлетворен предложениями, попыхивая трубкой с не¬
ожиданным спокойствием. Сталин добавил новую просьбу о по¬
ставке от 8 до 10 тысяч грузовых автомобилей в месяц. Проявляя не¬
ожиданное знакомство с предметом обсуждения в точных деталях,
Сталин объяснил, что трехтонки будут наиболее подходящими, по¬
тому что многие советские мосты не выдержат более тяжелых ма¬
шин, а поэтому подойдут машины грузоподъемностью в полторы
или две тонны. Гарриман ответил, что какое-то количество грузови¬
ков найдется, но ему надо уточнить этот вопрос. «Это — война мото¬
ров, — заметил Сталин. — Невозможно иметь слишком много мото¬
ров. Тот, у кого будет больше моторов, обязательно победит». Таким
образом они прошлись по всему списку». По словам Гарримана,
Сталин старался выдвигать разумные требования. В окончательном
списке был включен перечень из 70 с лишним основных видов по¬
ставок и свыше 80 предметов медицинского снабжения, от танков,
самолетов и эсминцев до солдатских сапог (400 тыс. пар ежемесяч¬
но) и шеллака (300 тонн в месяц). Когда Бивербрук спросил Стали¬
на, доволен ли он этим списком, Сталин ответил, что он принимает
список с восторгом.
Бивербру^ так оценивал Сталина: «Постепенно он нам понра¬
вился: он приятный человек, привыкщий^ минуты врлненвдшдить
по комнате, заложив руки за спину. ^J^9J9.KyPH.T, и .фактиде^
ни^пря и^пртшлярт нетерпения». Вернувшись в Лондон, Бивер-
брук, по словам историкаРГГО^вуда, «стал — и оставался в даль- \J
нейшем — яростным сторонником второго фронта на Западе».
289
10-3374
Следует заметить, что, как и Гарри Гопкинс, лорд Бивербрук до
своей встречи со Сталиным занимал довольно сдержанную пози¬
цию в отношении помощи СССР. В. Бережков писал: «В первые не¬
дели войны, когда казалось, что Советский Союз вот-вот рухнет, все
высокопоставленные иностранные посетители, начиная с Гарри
Гопкинса, были настроены весьма пессимистически. А уезжали они
из Москвы в полной уверенности, что советский народ будет сра¬
жаться и в конечном счете победит. Но ведь положение у нас было
действительно катастрофическое. Враг неотвратимо двигался на
восток. Чуть не каждую ночь приходилось прятаться в бомбоубежищ
щах. Так что же побуждало Гопкинса, Гарримана, Бивербрука и дру¬
гих опытных и скептически настроенных политиков менять свою
точку зрения? Только беседы со Сталиным. Несмотря на казавшую¬
ся безнадежной ситуацию, он умел создать атмосферу непринуж¬
денности, спокойствия. В кабинет, где всегда царила тишина, едва
доносился перезвон кремлевских курантов. Сам хозяин излучал
благожелательность, неторопливость. Казалось, ничего драматиче¬
ского не происходит за стенами этой комнаты, ничего его не трево¬
жит. У него масса времени, он готов вести беседу хоть всю ночь. И это
подкупало. Его собеседники не подозревали, что уже принимаются
меры к эвакуации Москвы, минируются мосты и правительствен¬
ные здания, что создан подпольный обком столицы, а его будущим
работникам выданы паспорта на вымышленные имена, что казав¬
шийся им таким беззаботным хозяин кремлевского кабинета при¬
кидывает различные варианты на случай спешного выезда прави¬
тельства в надежное место. После войны он в минуту откровения
сам признался, что положение было отчаянным. Но сейчас он умело
это скрывает за любезной улыбкой и показной невозмутимостью.
Говоря о нуждах Красной Армии и промышленности, Сталин назы¬
вает не только зенитные, противотанковые орудия и алюминий для
производства самолетов, но и оборудование для предприятий, це¬
лые заводы. Поначалу собеседники недоумевают: доставка и уста¬
новка оборудования, налаживание производства потребуют многие
месяцы, если не годы».
«А ведь западные военные эксперты утверждают, что советское
сопротивление рухнет в ближайшие четыре-пять недель. О каком же
строительстве новых заводов может идти речь? Даже оружие посы¬
лать русским рискованно — как бы оно не попало в руки немцев. Но
если Сталин просит заводы, значит, он что-то знает, о чем не ведают
ни эксперты, ни политики в западных демократиях. И как понимать
олимпийское спокойствие Сталина и его заявление Гопкинсу, что,
если американцы пришлют алюминий, СССР будет воевать хоть че¬
290
тыре года? Несомненно, Сталину виднее, как обстоят тут дела! И вот
Гопкинс, Бивербрук, Гарриман заверяют Рузвельта и Черчилля, что
Советский Союз выстоит и что есть смысл приступить к организа¬
ции военных поставок стойкому советскому союзнику». Очевидно,
что, исходя из глобальной стратегии происходившей войны, Сталин
блестяще справился с ролью дипломата и сумел внести существен¬
ный вклад в создание антигитлеровской коалиции.
Теперь наша страна могла рассчитывать на долговременную по¬
мощь со стороны США и Великобритании. Соглашение о сотрудни¬
честве между тремя странами имело и огромное международное зна¬
чение. Германия и ее союзники могли видеть, что СССР не одинок в
своей борьбе против их агрессии.
Глава 15
ОПЕРАЦИЯ «ТАЙФУН» И ЕЕ ПРОНАЛ
Завершение совещания трех держав совпало с началом нового
наступления немецко-фашистских войск на Москву. Германский
генеральный штаб разработал операцию «Тайфун», предусматри¬
вавшую разгром советских войск в центральной части советско-
германского фронта и захват Москвы. Гитлер не сомневался в ско¬
рой победе. В своем приказе войскам перед началом наступления на
Москву он писал: «Создана, наконец, предпосылка к последнему
огромному удару, который еще до наступления зимы должен при¬
вести к уничтожению врага. Все приготовления, насколько это воз¬
можно для человеческих усилий, уже окончены. На этот раз плано¬
мерно, шаг за шагом шли приготовления, чтобы привести против¬
ника в такое положение, в котором мы можем теперь нанести ему
смертельный удар. Сегодня начинается последнее большое, решаю¬
щее сражение этого года».
Гитлер заявил японскому послу, что падение Москвы ожидается
12 октября. Геббельс отдал распоряжение, чтобы в газетах, которые
должны были выйти в свет 12 октября, было оставлено место для
экстренного сообщения о захвате Москвы.
30 сентября началось наступление 2-й немецкой танковой ар¬
мии. А уже 3 октября немецкие танки ворвались в Орел, находив¬
шийся расстоянии 200—250 км от переднего края советской оборо¬
ны. Были окружены советские войска в районе Брянска.
4 октября Чадаев застал Сталина в кабинете, когда тот узнал про
новое грандиозное поражение Красной Армии. По словам Чапаева,
2S1
ю*
«Сталин ходил поспешно по кабинету с растущим раздражением.
По его походке и движению чувствовалось, что он находится в силь¬
ном волнении. Сразу было видно, что он тяжело переживает прорыв
фронта и окружение значительного числа наших дивизий. Это со¬
бытие просто ошеломило его». «Ну и болван, — тихо произнес Ста¬
лин. — Надо с ума сойти, чтобы проворонить... Шляпа!» Я никогда
не забуду этой картины: на фоне осеннего, грустного пейзажа уми¬
рающей природы бледное, взволнованное лицо Сталина. Кругом
полная тишина. Через открытую настежь форточку проникали хо¬
лодные струи воздуха. Пока я молчал, зашел Поскребышев и доло^
жил: «Командующий Конев у телефона». Сталин подошел к столу *1
с яростью снял телефонную трубку. В командующего летели остры|
стрелы сталинского гнева. Он давал не только порцию «проборки»*
но и строгое предупреждение, требовал беспощадно биться и до¬
биться вывода войск из окружения. «Информируйте меня через ка*
ждые два часа, а если нужно, то и еще чаще. Время, время дорого!»
«Затем Сталин соединился с членом Военного совета Западного
фронта Н. А. Булганиным и тоже набросился на него. Булганин стал
объяснять причину этого чрезвычайного происшествия. Он (как мне
потом стало известно лично от самого Булганина) докладывал Ста¬
лину, что ЧП произошло из-за того, что командование Резервного
фронта «проморгало» взятие противником Юхнова. Командующий
войсками Резервного фронта маршал С. М. Буденный узнал о захва¬
те немцами Юхнова только на второй день, да и то из переговоров с
Н. А. Булганиным. В то же время Булганин доложил Сталину, что
имели место большие промахи и со стороны командования Запад¬
ного фронта. Выслушав терпеливо и до конца Булганина, Сталин
немного смягчился и потребовал от руководства фронта: «Не теряйте
ни секунды... во что бы тони стало выведите войска из окружения»,
Вошел Молотов. Сталин, повесив трубку, сказал: «Может быть, еще
удастся спасти войска... Гитлер изображает себя в положении нетер¬
пеливой охотничьей собаки, настигнувшей дичь, и теперь ждущей,
наконец, момента, когда раздастся заветный выстрел. Однако же¬
ланного результата фюрер не получит!»
Вечером 4 октября Чадаев был у Ворошилова, который расска¬
зал ему, что по заданию Сталина он вместе с Молотовым едет на За¬
падный фронт. «Будем пытаться спасти положение, а главное — че¬
ловеческие жизни. Очень сильно и болезненно переживает это собы¬
тие товарищ Сталин. Да и мы, конечно. Но я еще не видел товарища
Сталина в таком состоянии, в каком он находился, когда узнал Q
происшедшей катастрофе. Он был потрясен, гневен, крайне возбу¬
жден. Долго ходил по кабинету, потом подходил к «вертушке», спра¬
292
шивал начальника Генерального штаба и задавал один и тот же во¬
прос: «Установили связь с командующим?» В ответ слышал: «Еще
нет». — «Что вы там сидите, сложа руки!» — говорил он с большим
возмущением. «Волнение и гнев понятны, — добавил Ворошилов. —
Окружение такой многочисленной группировки — это очень тяж¬
кий удар. Но как бы ни была тяжела потеря, она не сломила товарища
Сталина. Создавшаяся ситуация побуждает его к решительным дей¬
ствиям. Враг спешит до наступления зимы разделаться с Москвой.
Но наша партия, наш народ, товарищ Сталин не допустят этого».
5 октября в 17.30 часов в Московский военный округ поступило
сообщение, что немецкие танки заняли Юхнов и идут на Подольск.
Казалось, что немцы в ста километрах от Москвы. Это сообщение
сначала вызвало недоверие Сталина, но затем оно подтвердилось.
Правда, немцы шли не на Подольск и Москву, а направлялись к
Вязьме, чтобы отрезать путь отхода войскам Резервного фронта.
В тот же день, 5 октября, Сталин позвонил по «Бодо» в штаб Ле¬
нинградского фронта Жукову. После обмена приветствиями Сталин
сказал: «У меня к вам только один вопрос: не можете ли сесть в само¬
лет и прилететь в Москву? Ввиду осложнения обстановки на левом
крыле Резервного фронта в районе Юхнова Ставка хотела бы с вами
посоветоваться о необходимых мерах». Совершенно очевидно, что
Сталин стал видеть в присутствииот бедствии ца
разЖчных”фронту. TatSce ясно* что в своем обращении к Жукову
Сталин сильно смягчал характер катастрофы на Западном фронте.
Вечером 6 октября Сталин вновь звонил Жукову и просил его
выехать в Москву. Тем временем немецкие войска завершали окру¬
жение советских войск под Брянском и Вязьмой.
Будущий главный маршал авиации А. Е. Голованов прибыл в ка¬
бинет к Сталину вскоре после того, как он узнал о событиях под
Вязьмой. Он вспоминал: «Я застал Сталина в комнате одного. Он си¬
дел на стуле, что было необычно, на столе стояла нетронутая остыв¬
шая еда. Сталин молчал. В том, что он слышал и видел, как я вошел,
сомнений не было, напоминать о себе я счел бестактным. Мелькну¬
ла мысль: что-то случилось, но что? Таким Сталина мне видеть не
доводилось. Тишина давила. «У нас большая беда, большое горе, —
услышал я наконец тихий, но четкий голос Сталина. — Немец про¬
рвал оборону под Вязьмой, окружено шестнадцать наших дивизий».
«После некоторой паузы, то ли спрашивая меня, то ли обраща¬
ясь к себе, Сталин так же тихо сказал: «Что будем делать? Что будем
делать?» Видимо, происшедшее ошеломило его. Потом он поднял
голову, посмотрел на меня. Никогда ни прежде, ни после этого мне
не приходилось видеть человеческого лица с выражением такой ду¬
293
шевной муки. Мы встречались с ним и разговаривали не более двух
дней тому назад, но за эти два дня он сильно осунулся. Ответить что-
либо, дать какой-то совет я, естественно, не мог, и Сталин, конечно,
понимал это. Что мог сказать и что посоветовать в то время и в таких
делах командир авиационной дивизии?»
«Вошел помощник, доложил, что прибыл Борис Михайлович
Шапошников»... Сталин встал, сказал, чтобы входил. На лице не ос¬
талось и следа от только что пережитых чувств. Начались доклады».
После окружения советских войск в районе Вязьмы и Брянска, по
оценке военного историка генерал-полковника А. И. Ширинкина,
«создалась брешь в 500 километров. Москва оказалась открытой».
И он, и военный историк генерал-полковник Н. Ф. Червов подчер¬
кивали, что Сталин лично принимал срочные действия для восста¬
новления рухнувшего фронта обороны. 6 октября Сталин приказал
привести Можайскую линию обороны в боевую готовность. Туда
стали стягиваться части и соединения из резерва Ставки, а также с
Северо-Западного и Юго-Западного фронтов.
Жуков смог прилететь в Москву лишь вечером 7 октября. Он уз¬
нал, что Сталин болен гриппом и работал на кремлевской квартире.
Когда Жуков прибыл туда, Сталин подозвал его к карте и сказал:
«Вот смотрите. Здесь сложилась очень тяжелая обстановка. Я не мо¬
гу добиться от Западного фронта исчерпывающего доклада об ис¬
тинном положении дел. Мы не можем принять решений, не зная,
где и в какой группировке наступает противник, в каком состоянии
находятся наши войска. Поезжайте сейчас же в штаб Западного
фронта, тщательно разберитесь в положении дел и позвоните мне
оттуда в любое время. Я буду ждать». Прибыв в штаб Западного фрон¬
та, Жуков уже в 2 часа 30 минут 8 октября докладывал Сталину по те¬
лефону обстановку. Он сообщал, что «бронетанковые войска про¬
тивника могут... внезапно появиться под Москвой».
10 октября Сталин вновь говорил с Жуковым по телефону: «Став¬
ка решила назначить вас командующим Западным фронтом. Конев
остается вашим заместителем. Вы не возражаете?» Получив согла¬
сие Жукова, Сталин сказал: «В ваше распоряжение поступают ос¬
тавшиеся части Резервного фронта, части, находящиеся на можай¬
ской линии. Берите скорее все в свои руки и действуйте». Жуков был
назначен командующим войсками Западного фронта, объединен¬
ных с войсками Резервного.
13 октября немецкое командование объявило о победе под Вязь¬
мой. Типпельскирх писал: «В сводке германского верховного ко¬
мандования сообщалось, что русские потеряли 67 стрелковых, 6 ка¬
валерийских и 7 танковых дивизий — 663 тысячи пленными, 1242
294
танка и 5412 орудий. Это был новый потрясающий успех». Ликвиди¬
ровав «вяземский котел», немецкие войска получили возможность
развернуть наступление на Москву.
Угроза вторжения германских сил в Москву в ближайшие дни
стала реальной. Бомбардировки центра Москвы и Кремля, начав¬
шиеся еще 21 июля, участились. В октябре от попадания бомбы за¬
горелось здание ЦК ВКП(б). Несколько человек погибло вследст¬
вие попадания бомбы в здание на улице Кирова (ныне Мясницкой),
отведенного под Генеральный штаб, где в первые дни войны работал
Сталин. (По словам С. М. Штеменко, И. В. Сталин постоянно рабо¬
тал во флигеле этого дома, но во время бомбардировок спускался на
станцию метро «Кировская» (ныне «Чистые пруды»), закрытую для
пассажиров и переоборудованную для Генерального штаба.) Бомба
разорвалась в сквере возле Оружейной палаты. Были выбиты стекла
в правительственном здании, в котором находился кабинет Сталина.
Другая бомба упала на Красную площадь у Спасской башни, убив
двух человек. В результате попадания бомбы в Кремлевский арсенал
было убито 92 человека. Во время этого взрыва контузило секретаря
МК ВКП(б) Щербакова и председателя Моссовета Пронина. Еще
одна бомба разорвалась на территории Кремля недалеко от Царь-
пушки. Микоян шел по Кремлю, когда упала очередная бомба, и он
вместе со своим охранником был сбит с ног воздушной волной.
В эти дни Сталин старался демонстрировать населению Москвы
свое присутствие в столице и свою уверенность в успешном исходе
войны. По свидетельству А. Рыбина, Сталин «регулярно появлялся
на улицах, осматривал их после налетов немецкой авиации. Но пре¬
жде всего люди должны были видеть его и твердо знать, что вождь
вместе с ними находится в столице и руководит ее защитой. Для еще
большей убедительности он проверял посты на улице Горького,
Земляном валу, Смоленской площади. На дежурных бойцов это
производило огромное впечатление. Как-то в четыре утра Сталин вы¬
шел на Калужской. Под ногами хрустело битое стекло. Вокруг полы¬
хали деревянные дома. Машины «Скорой помощи» подбирали уби¬
тых и раненых. Нас мигом окружили потрясенные люди. Некоторые
женщины были с перепуганными, плачущими детьми. Внимательно
глядя на них, Сталин сказал Власику: «А детей надо эвакуировать в
глубь страны». Все наперебой стали спрашивать, когда же Красная
Армия остановит врага и погонит с нашей земли? Успокаивая лю¬
дей, Сталин улыбнулся: «Будет, будет и на нашей улице праздник!»
Рыбин вспоминал и другой случай, когда «тоже после бомбежки,
мы шли по улице Горького. У Елисеевского магазина над головами
столпившихся людей появилась женщина, взобравшаяся на под¬
ставку фонаря, и стала громко укорять: «Разве можно, товарищ Ста¬
лин, так ходить по улицам в такое тяжкое время? Ведь враг может i
любой момент сбросить бомбу!» Сталин только развел руками. Туг
он действительно рисковал наравне со всеми».
Воздушным атакам подвергалась и дача Сталина. Рыбин утвер¬
ждал: «Враг точно знал, где находится сталинская дача, и бомбил ее
надеясь обезглавить государство. Вокруг дома расположили дально¬
бойные морские зенитки. Сталин много раз поднимался на соля¬
рий, наблюдая за плотностью зенитного огня, отгоняющего само¬
леты. Потом фашисты применили осветительные ракеты на пара¬
шютах, которые зенитчики расстреливали на лету. Все же какой-тс
ас ухитрился послать бомбу точно. Она упала с внешней стороны за¬
бора и, не взорвавшись, ушла в землю. Когда саперы выкопали ее, тс
в стабилизаторе обнаружили свернутую бумажку с изображение**
сжатого кулака и надписью «Рот фронт». А если бы тонна это*
взрывчатки ухнула?!»
Запомнился Рыбину и другой налет немцев на ближнюю дачу
«Появился вражеский самолет. Зенитчики открыли огонь. Осколка
снарядов градом сыпались на землю и шипели, как змеи. Власи*
трижды предлагал Сталину пойти в укрытие, но тот отмахивался
продолжая наблюдать за настырным стервятником и пальбой зенит¬
чиков, лупивших впустую. Наконец протянул: «Власик, не беспо¬
койтесь. Наша бомба мимо нас не пролетит».
В эти дни Сталин посещал и дальнюю дачу «Семеновское», не¬
смотря на то, что, по словам А. Рыбина, ее территория «постояннс
обстреливалась минометным огнем противника... Наконец даже по¬
ступило грозное предупреждение НКВД, будто одна из мин, уйдя
в землю, не взорвалась». Сталин пошел вместе с комендантом дачи
Солововым исследовать участок. «Соловов начал действовать мино¬
искателем. Сталин с любопытством топтался рядом. Да еще норовш
обогнать Соловова, а тот не мог его отправить подальше в безопас¬
ное место. Благо все кончилось благополучно».
Опасными становились и переезды по дорогам на машинах. Од¬
нажды, по словам Рыбина, «на Можайском шоссе прямо перед егс
машиной сыпануло несколько зажигалок, полыхающих желтым ог¬
нем. Пришлось охране сбрасывать их в кювет».
Немцы приближались к столице. 12 октября на заседании ГКО
обсуждался вопрос о строительстве третьей линии обороны Москвы
в черте самого города и было принято соответствующее постановле¬
ние. В нем говорилось:
«1. Обязать Мособлисполком — т. Тарасова мобилизовать в по¬
рядке трудовой повинности сроком на 20 дней 250 тыс. человек кол¬
296
хозников, рабочих и служащих учреждений и предприятий, распо¬
ложенных в Московской области, на строительство 3-й линии обо¬
роны г. Москвы.
Обязать председателя Мособлисполкома — т. Тарасова обеспе¬
чить питанием и инструментами (лопаты, носилки, тачки) мобили¬
зованных на строительство укреплений.
2. Обязать Московский Совет — т. Пронина мобилизовать в по¬
рядке трудовой повинности 200 тыс. человек служащих учреждений
и предприятий и рабочих предприятий г. Москвы, не занятых на
производстве танков, боеприпасов и вооружения, на строительство
оборонительных сооружений.
Сохранить среднюю заработную плату за рабочими и служащи¬
ми, мобилизованными на строительство укреплений.
3. Предоставить право Московскому Совету изымать у учрежде¬
ний и предприятий (кроме оборонных заводов) материалы (арма¬
турное железо, цемент, лес), автотранспорт и строительные меха¬
низмы на строительство оборонительных укреплений.
4. Обязать Московский Совет — т. Пронина обеспечить моби¬
лизованных на строительство оборонительных укреплений питани¬
ем и инструментами (лопаты, носилки, тачки).
5. Обязать Наркомчермет — т. Тевосяна в 3-дневный срок выде¬
лить Московскому Совету 400 тонн лопатного железа.
Председатель Государственного Комитета Обороны И. Сталин».
14 октября немцами был взят Калинин (Тверь). Типпельскирх
писал, что к середине октября группа армий «Центр» «достигла ру¬
бежа Мценск, Калуга, Бородино, Калинин, то есть прошла теперь
две трети своего пути до Москвы. Столице противника, казалось, уг¬
рожает смертельная опасность».
Свидетельства тех дней показывают, что Сталин сохранял пол¬
ное присутствие духа. И. В. Тюленев вспоминал, что «13 октября я
прибыл по вызову в Ставку Верховного Главнокомандования и был
принят И. В. Сталиным в Кремле, в его рабочем кабинете. Когда я
вошел в кабинет, то прежде всего понял, что Сталин куда-то спе¬
шит, и, видимо, поэтому он обратился ко мне всего лишь с двумя ко¬
роткими вопросами. Он спросил, как мое здоровье, на что я ответил,
что здоровье мое позволяет мне приступить к работе». (И. В. Тюле¬
нев был серьезно ранен в ногу и целый месяц пролежал в госпитале.)
«Последовал второй вопрос — могу ли я выехать на Урал для выпол¬
нения специального задания Государственного Комитета Обороны?
Я ответил утвердительно. Тогда Сталин приказал тов. Поскребыше¬
ву, находившемуся тут же в кабинете, заготовить для меня мандат и
297
привезти его для подписи на дачу. Мне также было приказано к часу
ночи прибыть на загородную дачу Сталина».
Тюленев вспоминал: «На даче я был принят Сталиным в присут¬
ствии других членов Государственного Комитета Обороны. В состо¬
явшейся беседе они расспрашивали меня о причинах отхода наших
войск... К концу нашего разговора И. В. Сталин сказал, что положе¬
ние на фронте сейчас зависит от того, насколько быстро и насколько
хорошо мы сумеем подготовить резервы. «Вот вам, товарищ Тюле¬
нев, и поручается выехать срочно на Урал для формирования и обу¬
чения резервных дивизий. При этом в подготовке дивизий необхо¬
димо обратить особое внимание на обучение их ведению ближнего
боя, на борьбу с танками противника и на управление боем». То
внимание, которое проявил Сталин по отношению к Тюленеву, его
боевому опыту и будущей работе в тот момент, когда Москва нахо¬
дилась под непосредственной угрозой немецкого вторжения, свиде¬
тельствует о большой собранности Сталина, его умении не подда¬
ваться панике.
Микоян подробно описал совещание у Сталина, которое со¬
стоялось 15 октября (он ошибочно его датировал 16 октября). В ка¬
бинете Сталина, помимо него самого, были «Молотов, Маленков,
Вознесенский, Щербаков, Каганович. Сталин был не очень взвол¬
нован, коротко изложил обстановку. Сказал, что до подхода наших
войск немцы могут раньше подбросить свои резервы и прорвать
фронт под Москвой. Он предложил срочно, сегодня же эвакуиро¬
вать правительство и важнейшие учреждения, выдающихся полити¬
ческих и государственных деятелей, которые были в Москве, а так¬
же подготовить город на случай вторжения немцев. Необходимо на¬
значить надежных людей, которые могли бы подложить взрывчатку
под важнейшее оборудование машиностроительных заводов и дру¬
гих предприятий, чтобы его не мог использовать противник в случае
занятия Москвы для производства боеприпасов. Кроме того, он
предложил командующему Московским военным округом генералу
Артемьеву подготовить план обороны города, имея в виду удержать
если не весь город, то хотя бы часть его до подхода основных резер¬
вов. Когда подойдут войска из Сибири, будет организован прорыв, и
немцев вышибут из Москвы... Мы согласились с предложением
Сталина».
Известно, что на совещании, состоявшемся 15 октября, было
принято постановление ГКО «Об эвакуации столицы СССР г. Моск¬
ва». В нем говорилось: «Ввиду неблагополучного положения в рай¬
оне Можайской оборонительной линии Государственный Комитет
Обороны постановил:
298
1. Поручить т. Молотову заявить иностранным миссиям, чтобы
они сегодня же эвакуировались в г. Куйбышев. (НКПС — т. Кагано¬
вич обеспечивает своевременную подачу составов для миссий, а
НКВД — т. Берия организует их охрану.)
2. Сегодня же эвакуировать Президиум Верховного Совета, а
также правительство во главе с заместителем председателя СНК
т. Молотовым (т. Сталин эвакуируется завтра или позднее, смотря
по обстановке).
3. Немедля эвакуироваться органам Наркомата обороны и Нар-
комвоенмора в г. Куйбышев, а основной группе Генштаба — в Арза¬
мас.
4. В случае появления войск противника у ворот Москвы пору¬
чить НКВД — т. Берии и т. Щербакову произвести взрыв предпри¬
ятий, складов и учреждений, которые нельзя будет эвакуировать, а
также все электрооборудование метро (исключая водопровод и ка¬
нализацию).
Председатель Государственного Комитета Обороны И. Сталин».
По словам Микояна, «Сталин предложил всем членам Полит¬
бюро и ГКО выехать сегодня же. «Я выеду завтра утром», — сказал он.
Я не утерпел и по своей вспыльчивости спросил: «Почему, если ты
можешь ехать завтра, мы должны ехать сегодня? Мы тоже можем по¬
ехать завтра»... Сталин не возражал против такого частичного изме¬
нения плана и перешел к решению конкретных задач подготовки го¬
рода на случай прорыва немцев, уточнения, какие заводы следует за¬
минировать...»
Микоян вспоминал: «Через несколько часов я зашел к Сталину в
кабинет. На столе лежала рельефная карта западной части Москвы,
до Бородинского моста через Москву-реку, где были обозначены
первый и второй оборонительные рубежи и возможные немецкие
позиции во время городских боев... Генерал Котенков указкой пока¬
зывал Сталину и разъяснял, как будут отходить войска, как будет ор¬
ганизована круговая оборона Москвы, сколько времени можно бу¬
дет продержаться».
Вечером 15 октября после совещания в Кремле Сталин решил
поехать на ближнюю дачу. Однако к этому времени дача была уже
заминирована в ожидании скорого прихода немцев. По словам Ры¬
бина, охранник Румянцев стал отговаривать Сталина «под предло¬
гом, будто там уже сняты шторы, отвернуты краны, выключено ото¬
пление и тому подобное. Но Сталин все равно приказал ехать. Воро¬
та были уже на запоре. Орлов с той стороны доложил обстановку.
С досадой крякнув, Сталин сказал: «Сейчас же все разминируйте».
Пришлось Орлову отпирать ворота и топить печку в маленьком до¬
мике, где тоже имелась кремлевская вертушка. Пока Сталин разго¬
варивал с командующими, прибывшие саперы разминировали ос¬
новной дом».
(Возвращаясь днем с дачи в Москву, 16 октября Сталин стал сви¬
детелем сцен мародерства. Рыбин вспоминал: «Сталин видел, как
j люди тащили мешки с мукой, вязанки колбасы, окорока, ящики ма-
I карон и лапши. Не выдержав, он велел остановиться. Вокруг быстро
собралась толпа. Некоторые начали хлопать, а смелые спрашивали:
«Когда же, товарищ Сталин, остановим врага?» — «Придет время —
прогоним, — твердо сказал он и никого не упрекнул воастаскшж-
! нии государственного добра. А в Кремле, немедленно созвал совеща-
{ ние, спросил: «Кто допустил в городе беспорядок?» 16 октября во-
\ преки первоначальному решению Сталин не уехал из Москвы.
Между тем слухи о приближении немецких войск и решении
правительства покинуть Москву быстро распространились по сто¬
лице. Эти слухи породили беспорядочное бегство административных
работников различного уровня, сожжение архивной документации,
грабежи брошенных магазинов. Хаос в Москве мог бы вызвать цеп¬
ную реакцию распада всей страны. Панические настроения и слухи
о том, что «нас бросили», подавлялись лишь в том случае, когда
представители властей могли личным примером показать москви¬
чам, что их никто не бросал, и убедительно заявить, что Сталин — в
Москве. Пока люди сохраняли веру в Сталина, в его способность
управлять страной, в его готовность быть вместе с народом, в столи¬
це страны сохранялся порядок. Видимо, эти обстоятельства сыграли
главную роль в решении Сталина остаться в Москве. А. Рыбин ут¬
верждал, что в эти дни Сталин сказал своему личному водителю
А. Кривченкову: «Остаюсь с русским народом в Москве, Пока я,
в Москве, враг не пройдёТГ Пройдут только через мой труд»
Сталин не только сохранял присутствие духа, но старался пода¬
вить паникерские настроения у других людей. А. Е. Голованов вспо¬
минал: «В один из этих дней в Ставке я стал свидетелем весьма зна¬
менательного разговора... Шло обсуждение дальнейшего боевого
применения дивизии. Раздался телефонный звонок. Сталин не то¬
ропясь подошел к аппарату и поднял трубку. При разговоре он ни¬
когда не держал трубку близко к уху, а держал ее на расстоянии, так
как громкость звука в аппарате была усиленная. Находящийся непо¬
далеку человек свободно слышал разговор. Звонил корпусной ко¬
миссар Степанов — член Военного совета ВВС. Он доложил Стали¬
ну, что находится в Перхушкове... «Как у вас там дела?» — спросил
Сталин. «Командование ставит вопрос, что штаб фронта очень бли¬
зок от переднего края обороны. Нужно штаб фронта вывести на вое-
ток за Москву, а КП организовать на восточной окраине Москвы!»
Воцарилось довольно длительное молчание. «Товарищ Степанов,
спросите товарищей — лопаты у них есть?» — сказал спокойно Ста¬
лин. «Сейчас... — вновь последовала долгая пауза. — А какие лопаты,
товарищ Сталин?» — «Все равно какие». — «Сейчас... — Довольно
быстро Степанов доложил: — Лопаты, товарищ Сталин, есть!» —
«Передайте товарищам, пусть берут лопаты и копают себе могилы.
Штаб останется в Перхушкове, а я останусь в Москве. До свидания».
Не торопясь Сталин положил трубку. Он даже не спросил, какие то¬
варищи, кто именно ставит эти вопросы. Сталин продолжил пре¬
рванный разговор».
В эти дни Сталин решил принять действенные меры по подавле¬
нию паникерских настроений и наведению в Москве твердого по¬
рядка. С этой целью 19 октября Сталин подписал постановление
ГКО о введении с 20 октября в Москве и прилегающих к городу рай¬
онах осадного положения. «Всякое уличное движение как отдель¬
ных лиц, так и транспорта с 12 часов ночи до 5 часов утра» было вос¬
прещено. Для обеспечения порядка в распоряжение коменданта
Москвы генерал-майора Синилова были предоставлены войска
внутренней охраны НКВД, милиция и добровольческие рабочие от¬
ряды. Отдельный пункт гласил: «Нарушителей порядка немедля при¬
влекать к ответственности с передачей суду военного трибунала,
а провокаторов, шпионов и прочих агентов врага, призывающих к
нарушению порядка, расстреливать на месте».
Тем временем немцы продолжали свое наступление. С 14 октября
развернулись тяжелые бои в районе Волоколамска. Однако попытки
противника прорвать здесь глубоко эшелонированную оборону не
увенчались успехом. Особенно отличились части 316-й стрелковой
дивизии под командованием генерал-майора И. В. Панфилова. Раз¬
вернулись бои на историческом Бородинском поле, в ходе которых
советские войска задержали на пять суток продвижение противника
к Можайску. 16 октября немецкие войска подошли к Малоярослав¬
цу, где завязались тяжелые бои. Лишь 18 октября противник сумел
занять Малоярославец.
Замедление немецкого наступления было не следствием осен¬
ней распутицы, как потом писали некоторые немецкие историки и
их последователи в России, а стало прежде всего результатом само¬
отверженного героизма защитников Москвы. В конце октября на¬
ши войска прочно удерживали оборонительные рубежи. На ряде
участков Западного фронта (в районах Волоколамска, Дорохова,
Наро-Фоминска и Тарусы) наши войска нанесли контрудары, что¬
бы улучшить оперативное положение.
301
23 октября вышли из окружения войска Брянского фронта. Его
основные силы были сосредоточены в районе Тулы и на елецком на¬
правлении. Противник преследовал отходившие войска и 29 октяб¬
ря достиг Тулы. С 30 октября развернулись тяжелые бои за Тулу. Эти
бои продолжались до 7 ноября. Хотя немцы потеряли до 100 танков в
своих попытках овладеть Тулой, защитники города отстояли его.
Василевский писал: «Итоги октябрьских событий были очень
тяжелы для нас. Армия понесла серьезные потери. Враг продвинул¬
ся почти на 250 км... Однако достичь целей, поставленных планом
«Тайфун»», противнику «не удалось... Группа армий «Центр» была
вынуждена временно прекратить наступление... В этом — главный
итог октябрьского периода Московской битвы, очень важного и от¬
ветственного во всем сражении за Москву. Еще и еще раз хочу отме¬
тить, что советские воины выстояли, сдержали натиск превосходив¬
шего нас численностью и вооружением врага, и что большую роль в
этом сыграла твердость руководства со стороны Центрального Ко¬
митета партии и ГКО во главе с И. В. Сталиным. Они осуществляли
неустанную деятельность по мобилизации и использованию сил
страны».
21 октября в 24.00 Сталиным была подписана директива Ставки
Верховного Главнокомандования о сформировании 10-й резервной
армии. Директива гласила:
«1. Сформировать 10-ю резервную армию с непосредственным
подчинением ее Ставке Верховного Главнокомандования.
2. В состав 10-й резервной армии включить пять стрелковых ди¬
визий из МВО, а именно:
326 и 328-ю сд с передислокацией их в Пензу;
324-ю сд с передислокацией ее в Инзу;
322-ю сд с передислокацией ее в Кузнецк;
330-ю сд с передислокацией ее в Сызрань и две стрелковые ди¬
визии из ОрВО;
325-ю сд с передислокацией ее в Сердобск и
324-ю сд с передислокацией в Петровск.
3. Командующим армией назначить генерал-лейтенанта Голи¬
кова Ф. И., начальником штаба армии генерал-майора Дронова.
4. Начальнику Главного управления формирования к 26.10 сфор¬
мировать для армии и передать армейское управление и части об¬
служивания.
Ставка Верховного Главнокомандования
Сталин. Василевский».
Одновременно с руководством действующей армией Сталин
осуществлял контроль за беспримерной в мировой истории по сво¬
302
им масштабам эвакуацией промышленных предприятий в тыл стра¬
ны. Сталин требовал, чтобы эвакуируемые оборонные предприятия
в кратчайшие сроки вводились в строй и выпускали продукцию,
столь необходимую для фронта. Ведущий конструктор артиллерий¬
ских вооружений генерал-полковник В. Г. Грабин вспоминал, как
осенью 1941 года, когда немцы стояли у Москвы, ему позвонил Ста¬
лин и сказал: «Вам хорошо известно, что положение на фронте очень
тяжелое. Фашисты рвутся к Москве. Под натиском превосходящих
сил противника наши войска с тяжелыми боями отступают. Фаши¬
стская Германия имеет количественное превосходство в вооруже¬
нии. Независимо от этого фашистскую Германию мы победим. Но,
чтобы победить с меньшей кровью, нужно в ближайшее же время
иметь больше вооружений. Очень прошу вас, сделайте все необхо¬
димое и дайте поскорее как можно больше пушек».
Несмотря на огромные трудности, в тылу налаживалось производ¬
ство оборонной промышленности. Мой отец часто рассказывал, как
в начале осени 1941 года он получил мандат за подписью И. В. Ста¬
лина, гласивший, что он, Емельянов Василий Семенович, «является
уполномоченным Государственного Комитета Обороны на заводе
по производству танков» и что на него «возлагается обязанность не¬
медля обеспечить перевыполнение программы по производству
корпусов танков».
На уральском заводе, на который был командирован отец, толь¬
ко начинался монтаж оборудования для танкового производства.
В обычных условиях такой монтаж должен был занять четыре-шесть
месяпев^Отеп пошел к монтажникам и объяснил им: «Немцы под
Москвой. Нужны танки. Нам нужно точно знать, когда будет смон¬
тирован цех». Монтажники попросили двадцать минут на размыш¬
ление. Когда отец к ним вернулся, их бригадир сказал: «Распоряди¬
тесь, чтобы нам несколько лежаков поставили... Спать не придется,
отдыхать будем, когда не сможем держать в руках инструменты.
Скажите, чтобы еду из столовой нам тоже сюда доставляли, а то вре¬
мени много потеряется. Если сделаете, что просим, то монтаж за¬
кончим через семнадцать дней». По словам отца, люди работали как
единый человеческий организм. Рабочие выполнили задание на три
дня раньше намеченного ими же срока. Невозможный по техничес¬
ким нормам график монтажа оборудования потребовал невероятно¬
го напряжения их сил. Впрочем, как вспоминал отец, тогда такой
труд в тылу был скорее правилом, чем исключением.
Задача отразить Наступление врага, оказавшегося под Москвой,
мобилизовала всех советских людей. В эти дни Сталин вел напря¬
женную работу по подготовке решительного поворота в ходе воен-
303
ных действий. Уже в середине октября Ставка приступила к развер¬
тыванию резервных армий, которые должны были обеспечить начало
наступления Красной Армии. В соответствии с планом Ставки на¬
мечалось деблокировать Ленинград, закрыть дорогу немецким вой¬
скам на Кавказ, а для этого разгромить группировки войск, насту¬
павших на Ростов, ликвидировать угрозу Москве. Получив сведения
разведки, в том числе и от легендарного Рихарда Зорге о том, что
Япония приняла решение не начинать военные действия на Даль¬
нем Востоке, а развернуть агрессию в южном направлении, Сталин
и военное командование приняли смелое решение перебросить вой¬
ска, стоявшие на границе с Маньчжурией, оккупированной японца¬
ми, к Москве. В считаные дни войска были переброшены по Транс¬
сибирской железной дороге на фронт. Прибытие бойцов Дальнево¬
сточной армии, которых стали именовать «сибиряками», сыграло
важную роль в битве за Москву.
В. В. Суходеев привел в своей книге слова А. М. Василевского,
который говорил, что «в критические октябрьские и ноябрьские дни
1941 года северо-западное направление на подходах к столице ока¬
залось плохо защищенным». Однако «все настойчивые просьбы и
обращения к Сталину взять войска и артиллерию из резерва были
напрасны. Сталин в те дни с удивительным упорством собирал ре¬
зервы для контрнаступления». Но еще до того, как «сибиряки» всту¬
пили в бой, Сталин постарался добиться психологического перело¬
ма в сознании советских людей. Он принял решение отметить го¬
довщину Великой Октябрьской социалистической революции так,
как это было принято с 1918 года — торжественным собранием 6 но¬
ября и парадом 7 ноября на Красной площади.
Торжественное собрание состоялось 6 ноября 1941 года не в
Большом театре, как это было обычно, а на станции «Площадь Мая¬
ковского» Московского метрополитена. В своем докладе Сталин от¬
метил, что со времени своего выступления 3 июля «опасность для
нашей страны... не только не ослабла, а, наоборот, еще более усили¬
лась». Он говорил: «Немцы ведут теперь войну захватническую, не¬
справедливую, рассчитанную на захват чужой территории и покоре¬
ние чужих народов». Сталин подчеркивал, что Гитлер ставит целью
I истребление славянских народов и прибегает для этого ^
человечный *~™
В своем докладе Сталин приводил различные высказывания
Гитлера и Геринга, свидетельствующие об их намерении истребить
русский народ и другие славянские народы. Комментируя эти заяв¬
ления и одно из обращений немецкого командования к солдатам
с призывами к жестокости, Сталин говорил: «Вот вам программа и
304
указания лидеров гитлеровской партии и гитлеровского командова¬
ния, программа и указания людей, потерявших человеческий облик
и павших до уровня диких зверей».
В то же время Сталин отмечал огромные трудности ведения вой¬
ны Советским Союзом против Германии, на стороне которой вы¬
ступили Италия, Румыния, Венгрия, Финляндия, в одиночку без на¬
личия второго фронта на западе Европы. Однако он указывал, что
успехи немцев — временны, что европейский тыл Германии — не¬
прочен, как непрочен и германский тыл гитлеровских захватчиков.
Он обращал внимание на укрепление коалиции СССР, Великобри¬
тании и США и указывал: «Если соединить моторное производство
США, Великобритании и СССР, то мы получим преобладание в мо¬
торах по сравнению с Германией, по крайней мере, втрое. В этом од¬
на из основ неминуемой гибели гитлеровского разбойничьего импе¬
риализма». Он возлагал большие надежды и на «появление второго
фронта на континенте Европы».
И все же основным залогом грядущей победы над врагом являл¬
ся, по мысли Сталина, моральный перевес советского народа стра¬
ны над агрессором. Сталин подчеркивал справедливые цели Вели¬
кой Отечественной войны советского народа: «У нас нет и не может
быть таких целей войны, как захват чужих территорий, — все равно,
идет ли речь о народах и территориях Европы или о народах и терри¬
ториях Азии... Наша первая цель состоит в том, чтобы освободить
наши территории и наши народы от немецко-фашистского ига».
Другая цель, по словам Сталина, состояла в том, чтобы помочь «сла¬
вянским и другим порабощенным народам Европы... в их освободи¬
тельной борьбе против гитлеровской тирании и потом предоставить
им вполне свободно устроиться на своей земле так, как они хотят».
Сталин утверждал, что «неудачи Красной Армии не только не
ослабили, а, наоборот, еще больше укрепили как союз рабочих и
крестьян, так и дружбу народов СССР... Любое государство, имея
такие потери территории, какие имеем мы теперь, не выдержало бы
испытания и пришло бы в упадок. Если советский строй так легко
выдержал испытание и еще больше укрепил свой тыл, то это значит,
что советский строй является теперь наиболее прочным строем».
Сталин исходил из того, что «моральное состояние нашей армии
выше, чем немецкой, ибо она защищает свою Родину от чужезем¬
ных захватчиков и верит в правоту своего дела, тогда как немецкая
армия ведет захватническую войну и грабит чужую страну, не имея
возможности поверить хотя бы на минуту в правоту своего гнусного
дела». Сопоставляя духовные богатства русской культуры, которы¬
ми вдохновлялись все советские люди, с бездуховностью нацистов,
Сталин провозглашал: «И эти люди, лишенные совести и чести, лю¬
ди с моралью живощжж^^
вёлйкоиГрусской нации, нации Плеханова и Ленина, Белинского и
Чернышевского, Пушкина и Толстого, Глинки и Чайковского, Горь¬
кого и Чехова, Сеченова и Павлова, Репина и Сурикова, Суворова и
Кутузова!»
Подчеркивая патриотический характер Великой Отечественной
войны, направленной на спасение народов нашей страны от гер¬
манского порабощения, Сталин выражал уверенность в скором пе¬
реломе в ходе военных действий: «Немецкие захватчики хотят иметь
истребительную войну с народами СССР. Что же, если немцы хотят
иметь истребительную войну, они ее получат. Отныне наша задача...
будет состоять в том, чтобы истребить всех немцев до единого, про¬
бравшихся на территорию нашей Родины в качестве ее оккупантов.
Никакой пощады немецким оккупантам! Смерть немецким окку¬
пантам!» Он повторил лозунг первых дней войны: «Наше дело пра¬
вое — победа будет за нами!»
Новое выступление Сталина состоялось на следующий день,
7 ноября 1941 года, во время традиционного парада по случаю годов¬
щины Октября. Парад готовился с величайшими предосторожно¬
стями с целью не допустить утечки информации. Даже участникам
парада не было сказано заранее, для чего их тренируют. Хотя ими
высказывались разные предположения, но большинство сходилось
на том, что это просто «сколачиваются подразделения» перед от¬
правкой на фронт. Если бы немцы узнали, что 7 ноября на Красной
площади состоится парад, они, вероятно, предприняли бы попытку
воспользоваться уникальной возможностью разделаться со Стали¬
ным и со всеми остальными руководителями Советской страны.
А. Рыбин утверждал, что в~втвет на подобные сомнения командую¬
щего Московским военным округом П. А. Артемьева И. В. Сталин
ответил: «Во-первых, ни один вражеский самолет не должен про¬
рваться в Москву. А во-вторых, если все же сбросит бомбу, то убери¬
те пострадавших и продолжайте парад». Однако вражеские самоле¬
ты в Москву не прорвались, чему помогла погода: московское небо
утром 7 ноября было затянуто низкими тучами.
По воспоминаниям Н. С. Власика, «утром 7 ноября т. Сталин
встал очень рано. Было еще темно, на улице бушевала метель, нано¬
ся огромные сугробы снега. Я проводил его на Красную площадь
ровно в 8 часов, т. Сталин и руководители партии и правительства
поднялись на Мавзолей». Парад начался на два часа раньше обыч¬
ного. На площади выстроились пехотинцы, курсанты артиллерий¬
ского училища, военные моряки, войска НКВД, отряды народного
ополчения, кавалерия, артиллерия, танки. Командовал парадом
командующий войсками Московского военного округа генерал
П. А. Артемьев, возглавлявший одновременно Московскую зону
обороны.
Как и на многих довоенных парадах, его принимал Маршал Со¬
ветского Союза Семен Михайлович Буденный. По словам Власика,
«объезжая войска и поздравляя их с праздником, т. Буденный слы¬
шал в ответ такое горячее и дружное «ура!», что я увидел, как прояс¬
нилось лицо у т. Сталина, каким оно стало радостным и довольным.
Стараясь стоять всегда на виду у Сталина, чтобы он мог в любую ми¬
нуту позвать меня, я сам не спускал с него глаз. И действительно,
я ему понадобился. Надо сказать, что перед парадом была догово¬
ренность передавать парад по радио только по площадям Москвы.
Подозвав меня, т. Сталин спросил, нельзя ли сделать так, чтобы пе¬
редать Красную площадь в эфир, то есть чтобы парад на Красной
площади слышал весь мир. Я спустился вниз, в Мавзолей, где у меня
дежурил начальник отдела связи т. Потапов, там же находился ми¬
нистр связи (точнее, нарком связи. — Прим. авт.), и передал им же¬
лание т. Сталина. Получив в ответ: «Все будет обеспечено», — я вер¬
нулся, чтобы доложить об этом Сталину». Вопреки традиции слово
для выступления взял не принимавший парад Буденный, а Сталин.
Когда Власик поднялся на трибуну Мавзолея, Сталин «уже начал
свое историческое выступление. Я обратился к Молотову, который
стоял рядом, и сказал громко, чтобы слышал т. Сталин: «Красная
площадь в эфире!»
В своем выступлении Сталин вспоминал первый год Граждан¬
ской войны и указывал, что «теперь положение нашей страны куда
лучше, чем 23 года назад. Наша страна во много раз богаче теперь
и промышленностью, и продовольствием, и сырьем, чем 23 года на¬
зад... Мы имеем теперь замечательную армию и замечательный
флот, грудью отстаивающие свободу и независимость нашей Роди¬
ны... Наши людские резервы неисчерпаемы. Дух великого Ленина и
его победоносное знамя вдохновляют нас теперь на Отечественную
войну так же, как 23 года назад». В то же время Сталин утверждал,
что «враг не так силен, как изображают его некоторые перепуганные
интеллигентики. Не так страшен черт, как его малюют... Немецкие
захватчики напрягают последние силы. Нет сомнения, что Герма¬
ния не может выдержать долго такого напряжения. Еще несколько
месяцев, еще полгода, может быть, годик — и гитлеровская Геома-
ния должна лопнуть пол тяжестью своих преступлений». Он уверен-
но говорил о том, что Красная Армия, упорно сражавшаяся в те дни
за населенные пункты, находившиеся в непосредственной близости
от Москвы, будет скоро освобождать Европу.
Обращаясь к участникам парада, он говорил: «На вас смотрит
весь мир как на силу, способную уничтожить грабительские полчи¬
ща немецких захватчиков. На вас смотрят порабощенные народы
Европы, подпавшие под иго немецких захватчиков, как на своих ос¬
вободителей. Великая освободительная миссия выпала на вашу до¬
лю. Будьте же достойными этой миссии! Война, которую вы ведете,
есть война освободительная, война справедливая. Пусть вдохновля¬
ет вас в этой войне мужественный образ наших великих предков —
Александра Невского, Димитрия Донского, Димитрия Пожарского,
Кузьмы Минина, Александра Суворова, Михаила Кутузова! Пусть
осенит вас победоносное знамя великого Ленина!»
Под звуки военных маршей начался парад. Оркестром дирижи-
ровал капельмейстер оркестра дивизии и мени Дзержин^^
интендант 1-Тб ранга В. А. Агапкин, автор зщменжот^мярша
«ТГрощание славянки»"году в дни начала войны
иротивГермании?МтагггМавзолся Лотина 2-й Мо-
сковскои стрелковой дивизии, кавалерия, артиллерия, танки. Уча¬
стники парада шли с Красной площади прямо на фронт.
Парад на Красной площади 7 ноября наглядно иллюстрировал
уверенность Сталина в неизбежном разгроме врага, выраженную им
в его выступлениях. Торжественное собрание 6 ноября и парад 7 но¬
ября, по словам Г. К. Жукова, сыграли «огромную роль в укрепле¬
нии морального духа армии, советского народа и имели большое ме¬
ждународное значение». Советские летчики сбрасывали за линией
фронта газеты с отчетами о торжественном заседании 6 ноября и па¬
раде 7 ноября. Население оккупированных немцами земель узнавало,
что Москва не сдалась, что Москва уверенно готовит отпор врагу.
Однако немецкое командование не отказалось от плана захвата
Москвы. На совещании в Орше 13 ноября Гитлер заявил, что Моск¬
ву надо взять любой ценой. В своем приказе Гитлер писал: «Учиты¬
вая важность назревающих событий, особенно зиму, плохое матери¬
альное обеспечение армии... в ближайшее время любой ценой раз¬
делаться со столицей Москвой... Солдаты! Перед вами Москва! За
два года войны все столицы континента склонились перед вами, вы
прошагали по улицам лучших городов. Осталась Москва. Заставьте
ее склониться, покажите силу вашего оружия, пройдите по ее пло¬
щадям. Москва — это конец войны. Москва — это отдых. Вперед!»
Еще до начала нового наступления немцев на Москву Сталин,
судя по мемуарам Жукова, непрерывно советовался с ним относи¬
тельно возможных направлений ударов немецких войск, и порой
эти обмены мнениями носили острый характер. 16 ноября Сталин
вновь позвонил Жукову и спросил: «Вы уверены, что мы удержим
Москву? Я спрашиваю вас это с болью в душе. Говорите честно, как
коммунист». Услыхав уверенный ответ Жукова и одновременно его
просьбу дать две армии и 200 танков, Сталин комментировал: «Это
неплохо, что у вас такая уверенность... Позвоните в Генштаб и дого¬
воритесь, куда сосредоточить две резервные армии, которые вы про¬
сите. Они будут готовы в конце ноября, но танков пока мы дать не
сможем».
15—16 ноября началось последнее немецкое наступление на
Москву. 16 ноября немцами были предприняты попытки прорвать
наш фронт, чтобы по Волоколамскому шоссе выйти к Москве. При¬
зывы Сталина к самоотверженности в боях за нашу Родину, прозву¬
чавшие 6 и 7 ноября, вдохновляли защитников Москвы. Ноябрь¬
ские дни 1941 года дали яркие примеры героизма советских людей,
вошедшие в историю нашей Родины. На разъезде Дубосеково 28 бой¬
цов из 316-й стрелковой дивизии генерал-майора И. В. Панфилова
приняли бой с ротой немецкой пехоты, а затем с немецкими танка¬
ми. Бой продолжался свыше 4 часов. Бойцы-панфиловцы подбили
немало танков и не дали врагу прорваться к Волоколамскому шоссе.
Почти все защитники погибли. О подвиге 28 панфиловцев узнала
вся страна. В газетном очерке приводились слова политрука роты
В. Г. Клочкова: «Велика Россия, а отступать некуда, позади Моск¬
ва!» Эти слова стали боевым призывом защитников Москвы.
17 ноября на поле боя погиб командир дивизии И. В. Панфилов.
По ходатайству Военного совета Западного фронта возглавлявшей¬
ся им дивизии было присвоено его имя.
И все же несмотря на героическое сопротивление советских
войск наступление немцев на Москву продолжалось. 17 ноября про¬
тивник продвинулся на волоколамском направлении. Одновремен¬
но шли бои под Клином, в районах Солнечногорска и Истры. 18 но¬
ября немцы прорвали оборону под Тулой и развернули наступле¬
ние на Каширу и Коломну. 24 ноября наши войска оставили Клин.
27 ноября немецкие войска подошли к каналу Москва — Волга и на
другой день форсировали его. Однако на ряде участков (район Яхро¬
мы и Красной Поляны, рубеж Звенигород — озеро Нарские Пруды,
окраины Венева) противник был остановлен.
Во время второго наступления немцев на Москву Сталин связы¬
вался и непосредственно с командующими армий, защищавших
Москву. Командовавший тогда 16-й армией К. К. Рокоссовский был
вызван для телефонного разговора с И. В. Сталиным вскоре после
того, как немцы в очередной раз потеснили наши войска на истрин¬
ском участке фронта, и по этому поводу имел «бурный разговор» с
командующим фронтом Г. К. Жуковым. «Идя к аппарату, я пред¬
ставлял, под впечатлением разговора с Жуковым, какие же громы
ожидают меня сейчас. Во всяком случае я приготовился к худшему.
Взял разговорную трубку и доложил о себе. В ответ услышал спокой¬
ный, ровный голос Верховного Главнокомандующего. Он спросил,
какая сейчас обстановка на истринском рубеже. Докладывая об
этом, я сразу же пытался сказать о намеченных мерах противодейст¬
вия. Но Сталин мягко остановил, сказав, что о моих мероприятиях
говорить не надо. Тем подчеркивалось доверие к командиру. В за¬
ключение разговора Сталин спросил, тяжело ли нам. Получив ут¬
вердительный ответ, он сказал, что понимает это: «Прошу продер¬
жаться еще некоторое время, мы вам поможем...» Нужно ли добав¬
лять, что такое внимание Верховного Главнокомандующего означа¬
ло очень многое для тех, кому оно уделялось.
А теплый отеческий тон подбадривал, укреплял уверенность. Не
говорю уже, что к утру прибыла в армию и обещанная помощь —
полк «катюш», два противотанковых полка, четыре роты с противо¬
танковыми ружьями и три батальона танков. Да еще Сталин прислал
свыше 2 тысяч москвичей на пополнение».
В конце ноября Сталин вновь звонил Рокоссовскому. «Он спро¬
сил, известно ли мне, что в районе Красной Поляны появились час¬
ти противника, и какие принимаются меры, чтобы их не допустить в
этот пункт. Сталин особенно подчеркнул, что из Красной Поляны
фашисты могут начать обстрел столицы крупнокалиберной артил¬
лерией». Рокоссовский сообщил Сталину о принимаемых им мерах,
а Сталин, в свою очередь, сказал генералу, что «Ставка распоряди¬
лась об усилении этого участка и войсками Московской зоны обо¬
роны». Утром следующего дня армия Рокоссовского нанесла контр¬
удар по противнику, выбила немцев из Красной Поляны и отброси¬
ла их на 4—6 километров к северу. В Красной Поляне были захвачены
крупнокалиберные орудия, предназначенные для обстрела Москвы.
17 ноября был издан приказ Ставки Верховного Главнокомандо¬
вания № 0428. В нем говорилось: «Опыт последнего месяца войны
показал, что германская армия плохо приспособлена к войне в зим¬
них условиях, не имеет теплого одеяния и, испытывая огромные
трудности от наступивших морозов, ютится в прифронтовой полосе
в населенных пунктах. Самонадеянный до наглости противник со¬
бирался зимовать в теплых домах Москвы и Ленинграда, но этому
воспрепятствовали действия наших войск. На обширных участках
фронта немецкие войска, встретив упорное сопротивление наших
частей, вынужденно перешли к обороне и расположились в насе¬
310
ленных пунктах вдоль дорог на 20—30 км по обе их стороны. Немец¬
кие солдаты живут, как правило, в городах, в местечках, в деревнях в
крестьянских избах, сараях, ригах, банях близ фронта, а штабы гер¬
манских частей размещаются в более крупных населенных пунктах
и городах, прячутся в подвальных помещениях, используя их в каче¬
стве укрытия от нашей авиации и артиллерии. Советское население
этих пунктов обычно выселяют и выбрасывают вон немецкие за¬
хватчики.
Лишить германскую армию возможности располагаться в селах
и городах, выгнать немецких захватчиков из всех населенных пунк¬
тов на холод в поле, выкурить их из теплых убежищ и заставить мерз¬
нуть под открытым небом — такова неотложная задача, от решения
которой во многом зависит ускорение разгрома врага и разложение
его армии.
Ставка Верховного Главнокомандования ПРИКАЗЫВАЕТ:
1. Разрушать и сжигать дотла все населенные пункты в тылу не¬
мецких войск на расстоянии 40—60 км в глубину от переднего края и
на 20—30 км вправо и влево от дорог.
Для уничтожения населенных пунктов в указанном радиусе дей¬
ствия бросить немедленно авиацию, широко использовать артилле¬
рийский и минометный огонь, команды разведчиков, лыжников и
партизанские диверсионные группы, снабженные бутылками с за¬
жигательной смесью, гранатами и подрывными средствами.
2. В каждом полку создавать команды охотников по 20—30 чело¬
век каждая для взрыва и сжигания населенных пунктов, в которых
располагаются войска противника. В команды охотников подбирать
наиболее отважных и крепких в политико-моральном отношении
бойцов, командиров и политработников, тщательно разъясняя им
задачи и значение этого мероприятия для разгрома германской ар¬
мии. Выдающихся смельчаков за отважные действия по уничтоже¬
нию населенных пунктов, в которых расположены немецкие вой¬
ска, представлять к правительственной награде.
3. При вынужденном отходе наших частей на том или другом
участке уводить с собой советское население и обязательно уничто¬
жать все без исключения населенные пункты, чтобы противник не
мог их использовать. В первую очередь для этой цели использовать
выделенные в полках команды охотников.
4. Военным советам фронтов и отдельных армий систематиче¬
ски проверять, как выполняются задания по уничтожению насе¬
ленных пунктов в указанном выше радиусе от линии фронта. Ставке
через каждые 3 дня отдельной сводкой доносить, сколько и какие
311
населенные пункты уничтожены за прошедшие дни и какими сред¬
ствами достигнуты эти результаты.
Ставка Верховного Главнокомандования.
И. Сталин. Б. Шапошников».
В одном из партизанских отрядов, выполнявших этот приказ,
сражалась московская комсомолка ученица 10-го класса 18-летняя
Зоя Космодемьянская. Она была схвачена во время попытки поджечь
дом в селе Петрищево, где находились немцы. Девушку подвергли
пыткам. Когда ее вели на казнь, она смело выкрикивала: «Всех не
перевешаешь! Сталин с нами! Сталин придет!»
Столкнувшись с упорным сопротивлением советских войск и
сил народного ополчения, немецкое наступление выдыхалось. Срав¬
нительно небольшое продвижение немецких войск к Москве во вто¬
рой половине ноября было достигнуто ценой больших потерь в жи¬
вой силе и технике. В то же время им нигде не удалось прорвать обо¬
рону Красной Армйи. 29 ноября Сталин на его вопрос, заданный
Жукову («А вы уверены, что противник подошел к кризисному со¬
стоянию и не имеет возможности ввести в дело какую-либо новую
крупную группировку?»), получил категорический ответ: «Против¬
ник истощен». В этот день, 29 ноября, в ходе переговоров фельдмар¬
шал Бок и Гальдер пришли к выводу, что «если происходящее сейчас
наступление на Москву с севера не будет иметь успеха, то Москва
станет новым Верденом, то есть сражение превратится в ожесточен¬
ную фронтальную бойню».
И все же в начале декабря Гитлер приказал активизировать на¬
ступательные операции. 1 декабря немецким войскам удалось про¬
рвать оборону наших войск у Наро-Фоминска. 2 декабря Гальдер
писал: «Сопротивление противника достигло своей кульминацион¬
ной точки. В его распоряжении нет больше никаких новых сил».
В начале декабря информационное бюро в Берлине сообщило: «Гер¬
манское командование будет рассматривать Москву как свою ос¬
новную цель даже в том случае, если Сталин попытается перенести
центр тяжести военных операций в другое место. Германские круги
заявляют, что германское наступление на столицу большевиков
продвинулось так далеко, что уже можно рассмотреть внутреннюю
часть города Москвы через хороший бинокль».
Г. Гудериан вспоминал, что он решил начать новое наступление
/ 2 декабря силами 24-го танкового корпуса. Генерал писал: «Свой пе-
л / редовой командный пункт мы организовали в Ясной Поляне, быв-
\J шем поместье графа Толстого... 2 декабря 3-й и 4-й танковым диви¬
зиям, а также полку «Великая Германия» удалось прорвать передний
312
край обороны противника... Наступление продолжалось и 3 декабря
в условиях сильного снегопада и ветра».
Однако новое наступление немцев опять захлебнулось. На юго-
западном направлении противник был остановлен в 15 километрах
севернее Наро-Фоминска и был вынужден повернуть в район Голи¬
цина, где был остановлен и разгромлен. Фельдмаршал Бок доклады¬
вал штабу сухопутных войск, что он не оставляет надежды на не¬
большое продвижение вперед. Бок заметил, что «уже близится час,
когда силы наших войск иссякнут».
Тем временем 30 ноября Г. К. Жуков направил А. М. Василев¬
скому письмо, в котором говорилось: «Прошу срочно доложить На¬
родному комиссару обороны т. Сталину план контрнаступления За¬
падного фронта и дать директиву, чтобы можно было приступить к
операции, иначе можно запоздать с подготовкой».
3 декабря, получив одобрение своего плана у Сталина, Жуков
направил директивы армиям Западного фронта. В одной из них, на¬
правленной 30-й армии, говорилось: «Практика показала, что удар
широким фронтом не дает успеха. Танков много дать не можем, по¬
этому:
1. Удар стройте кинжалом на узком фронте.
2. Ударную группировку хорошо окаймите ПТО со всех сторон.
3. Чтобы не разбрасываться на остальных участках, ограничить¬
ся активной обороной...»
Немцами «4 декабря, — по словам Типпельскирха, — была пред¬
принята отчаянная попытка еще раз бросить армию в наступление.
После захвата небольших участков соединения 4-й армии на сле¬
дующий день отошли на исходные позиции; 2-я танковая армия так¬
же прекратила свое наступление после того, как ей не удалось захва¬
тить Тулу, которая была у нее как бельмо на глазу».
Гудериан признавал: «Наступление на Москву провалилось. Все
жертвы и усилия наших доблестных войск оказались напрасными.
Мы потерпели серьезное поражение...»
Объясняя свою неудачу овладеть Тулой в своих воспоминаниях,
Гудериан писал: «112-я пехотная дивизия вошла в соприкосновение
с... новыми сибирскими частями. Поскольку одновременно нас ата¬
ковали танки противника... то наши поредевшие войска не смогли
дать отпор этим свежим силам. Прежде чем осуждать дивизию, сле¬
дует помнить, что в каждом полку было уже около 500 человек обмо¬
роженных, что из-за мороза пулеметы не действовали и что наша
37-миллиметровая пушка оказалась неэффективной против русских
танков «Т-34». Результатом всего этого была паника... Это случи -
313
лось впервые в ходе русской кампании... Боеспособность пехоты
пришла к концу».
Обвинения русских морозов в срыве наступления немцев на
Москву кочевали из одной книги немецких ащородв другую. Кар-
рел говорил о том* чточйорозы якобы достш*ли54 градусов, а Гудери-
ан писал даже о 68 градусах. О том, что такм^мброзы превратили бы
Москву и пЬдаеексР^в тундру, эти авторы не задумывались. На
самом деле, как указывал немецкий военный историк К. Рейнгард,
температура воздуха в ноябре под Москвой была на уровне минус 5,3
градуса. Ее наибольшее понижение до -20 градусов произошло ме-
’“’‘‘‘ПСТЗфШЛ^^Ш^исал: «Нет! Не дождь и снег остановили фаши¬
стские войска под Москвой. Более чем миллионная группировка от¬
борных гитлеровских войск разбилась о железную стойкость, муже¬
ство и героизм советских войск, за спиной которых был их народ,
столица, Родина». Эти качества советские бойцы проявляли в усло¬
виях, когда на стороне противника было явное преимущество в чис¬
ленности войск и качестве вооружения.
Несмотря на отступление наших войск летом и осенью Государ¬
ственный Комитет Обороны под руководством Сталина не прекра¬
щал работы по мобилизации внутренних резервов страны. А. М. Ва¬
силевский вспоминал: «Крупным мероприятием явилось завершение
подготовки очередных и внеочередных резервных формирований.
На рубеже Вытегра — Рыбинск — Горький — Саратов — Сталин¬
град — Астрахань создавался новый стратегический рубеж для
Красной Армии. Здесь на основании решения ГКО, принятого еще
5 октября. Формировалось десять резервных армий. Создание их на
протяжении всей Московской битвы было одной из основных и по¬
вседневных забот ЦК партии, ГКО и Ставки. Мы, руководители Ге¬
нерального штаба, ежедневно при докладах Верховному Главноко¬
мандующему о положении на фронтах детально сообщали о ходе
создания этих формирований. Без преувеличения должен сказать: в
исходе Московской битвы решающее значение имело то, что партия
и советский народ своевременно сформировали, вооружили, обучи¬
ли и перебросили под столицу новые армии».
К началу декабря, как вспоминал С. М. Штеменко, «тщательно
сберегаемые резервы Ставки подтягивались к столице. К северу от
нее появились 1-я ударная и 20-я армии, юго-восточнее — 10-я, 61-я,
а также 1-й гвардейский кавалерийский корпус. Несколько свежих
армий тогда же было выдвинуто на другие участки советско-герман-
ского фронта, где враг продолжал еще нажимать... Сначала было на¬
мечено нанести удары по тихвинской и ростовской (на Дону) груп¬
314
пировкам противника; после их разгрома, сковав врага на северо-
западном и южном направлениях, решено было перейти в контрна¬
ступление на западном направлении — под Москвой. С 12 ноября
началось наступление под Тихвином... На юге 29 ноября советские
войска освободили Ростов».
Накануне начала контрнаступления под Москвой Сталин по¬
звонил Жукову и спросил его: «Чем еще помочь фронту, кроме того,
что уже дано?» Он предупредил Жукова, что 5 декабря переходит в
наступление Калининский фронт, а 6 декабря — оперативная груп¬
па правого крыла Юго-Западного фронта в районе Ельца.
6 декабря был отдан приказ командующего Западного фронта о
переходе в наступление. В приказе говорилось:
«1. По всем данным, противник, действующий против группи¬
ровки Западного фронта, выдохся и без дополнительной подготовки
продолжать общее наступление сейчас не может... Пехота противни¬
ка сильно измотана и дерется неустойчиво... Резервов у противника,
по всем данным, нет, он израсходовал их полностью в 18-дневных
боях. В танковых дивизиях осталось до 30% личного состава и в сред¬
нем по 40 — 50 танков всех марок. Снарядов и горючего у противника
очень мало. В целях срыва подготовки противником последующего
наступления на Москву и разгрома истощенного противника при¬
казываю:
1. От обороны перейти к решительному наступлению.
2. В основу наступления положить ряд хорошо подготовленных
последовательных операций, направленных на уничтожение про¬
тивника и закрепление захваченных рубежей. Все операции должны
быть тщательно продуманы и всесторонне обеспечены силами,
средствами, разведкой и управлением».
Контрнаступление Красной Армии началось одновременно на
огромном фронте от Калинина до Ельца. Несмотря на тяжелые ус¬
ловия (отсутствие превосходства в силах, морозы, глубокий снеж¬
ный покров), оно развивалось успешно. Уже в первые дни советские
войска завладели инициативой.
7 декабря были прорваны позиции противника под Тихвином.
Город, через который по Ладоге шла «Дорога жизни» к Ленинграду,
был взят советскими войсками.
8 декабря Гитлер подписал директиву № 39 о переходе к обороне
на всем советско-германском фронте. Директива предписывала
удерживать в руках районы, имеющие оперативно-стратегическое и
военно-хозяйственное значение. Для восполнения потерь на фрон¬
те в армию призывались мужчины с производства. Их заменяли ра-
315
бочие, угнанные в Германию из оккупированных земель, прежде
всего советских.
13 декабря было передано сообщение Советского информбюро
под заглавием «В последний час. Провал немецкого плана окруже¬
ния и взятия Москвы. Поражение немецких войск на подступах Мо¬
сквы». В сообщении говорилось о провале немецкого плана разгрома
Москвы и переходе Красной Армии в контрнаступление. В сообще¬
нии перечисляли войска генерала Лелюшенко, генерала Кузнецова,
генерала Власова, генерала Говорова, генерала Рокоссовского, гене¬
рала Болдина, генерала Белова, генерала Голикова, которые с 6 по
10 декабря освободили от немецких захватчиков более 400 населен¬
ных пунктов, включая города Рогачев, Яхрому, Солнечногорск,
Венев, Сталиногорск, Михайлов, Епифань, и захватили множество
танков, автомашин, артиллерийских орудий и другого вооружения.
Сообщение завершалось фразами, которые по своему стилю вы¬
давали авторство Сталина: «Теперь уже несомненно, что этот хваст¬
ливый план окружения и взятия Москвы провалился с треском.
Немцы здесь явным образом потерпели поражение. Немцы жалуют¬
ся на зиму и утверждают, что зима помешала им осуществить план
занятия Москвы. Но, во-первых, настоящей зимы еще нет у нас под
Москвой, ибо морозы достигают у нас не более 3—5 градусов. Во-
вторых, жалобы на зиму означают, что немцы не позаботились снаб¬
дить свою армию теплым обмундированием, хотя они на весь мир
прокричали, что они давно уже готовы к зимней кампании. А не
снабдили они свою армию зимним обмундированием потому, что
надеялись кончить войну до наступления зимы. Надежды немцев,
как видно, не оправдались. Здесь был допущен немцами серьезный
и опасный просчет. Но просчет в немецких планах никак уж нельзя
объяснить зимними условиями кампании. Не зима тут виновата, а
органический дефект в работе германского командования в области
планирования войны».
Только теперь военачальники из окружения Сталина оценили
его предусмотрительность, терпение и трезвый расчет, когда он да¬
же в наиболее трудные дни упорно отказывался передать фронтам,
защищавшим Москву, части из резерва Верховного Главнокоман-
I дования. В. В. Суходеев пишет: «Вспоминая те полные героизма и
драматичности дни 1941 года, генерал армии С. М. Штеменко при¬
знавался на встрече с читателями своей книги: «Тогда мы считали,
что Сталин допускает ошибку. В декабре, когда немецкие войска
были обескровлены, Сталин ввел эти войска в действие. Немец был
; отброшен от Москвы. Тоща мы поняли только, насколько Сталин
I велик не только в стратегии, но и в тактике».
316
14 декабря Жуков сообщал Сталину: «Пленные из группы Гуде¬
риана показывают, что им сейчас в связи с холодами разрешено
надеть парадное обмундирование, которое они везли с собою для
парада в Москве».
Наступление развернулось и на юго-западе от Москвы. Попыт¬
ки противника остановить продвижение советских войск на Оке
были сорваны. 30 декабря была взята Калуга. К этому времени на¬
ступление шло почти на всем протяжении советско-германского
фронта. Хотя попытки войск Ленинградского и Волховского фрон¬
тов разорвать кольцо блокады Ленинграда не увенчались успехом,
все же противник, оставив Тихвин, отступил на запад. На юге наши
войска после освобождения Ростова отбросили противника за реку
Миус и создали Барвенковский выступ в районе Изюма. Первона¬
чально успешно развивалась и десантная операция по освобожде¬
нию Керченского полуострова в декабре 1941 года. Наиболее же зна¬
чительные успехи были достигнуты в битве под Москвой.
А. М. Василевский писал: «Значение этих побед состояло в том,
что советские войска вырвали стратегическую инициативу из рук
противника, не позволив ему достичь ни одной из стратегических
целей, предусмотренных планом «Барбаросса». Под воздействием
сокрушительных ударов план «Барбаросса» рухнул, а его основа —
теория молниеносной войны — потерпела полный крах, заставив
фашистское руководство перейти к стратегии затяжной войны. В хо¬
де зимнего наступления советские войска разгромили до 50 дивизий
врага, нанеся особенно серьезное поражение основной группировке
вражеских войск — группе армий «Центр»... Победы под Москвой и
зимнее наступление еще выше подняли политико-моральное состоя¬
ние Красной Армии, ее командно-политического состава, ее бой¬
цов... Эти первые и столь важные победы советских войск укрепили
веру всех советских людей в непобедимость Красной Армии. Совет¬
ский народ еще теснее сплотился вокруг своей родной Коммунисти¬
ческой партии, убедился, что под ее руководством победа над фа¬
шизмом не только возможна, но и неизбежна».
Оценивая значение событий в конце 1941 года, Г. К. Жуков пи¬
сал: «Разгром гитлеровских войск под Москвой имел большое меж¬
дународное значение. Во всех странах антигитлеровской коалиции
народные массы с большим энтузиазмом встретили весть об этой
выдающейся победе советского оружия. С ней прогрессивное чело¬
вечество связывало свои надежды на избавление от фашистского
порабощения. Неудачи немецких войск под Ленинградом, Росто¬
вом, в районе Тихвина и битва под Москвой отрезвляюще подейст¬
вовали на реакционные круги Японии и Турции, заставили их про¬
317
водить более осторожную политику в отношении Советского Сою¬
за... После разгрома гитлеровцев под Москвой не только рядовые
солдаты, но и многие немецкие офицеры и генералы убедились в
могуществе Советского государства, убедились в том, что советские
Вооруженные силы являются непреодолимой преградой на пути к
достижению поставленных гитлеризмом целей».
Учитывая грандиозные поражения, понесенные США и Вели¬
кобританией от Японии зимой 1941—1942 годов, наступление армий
Роммеля в Египте и появление немецких подлодок у берегов США,
топивших американские пароходы в прибрежной зоне Нью-Йорка,
откуда были видны огни Бродвея, американский историк Роберт
Шервуд назвал ее «зимой катастроф». Но он оговаривался: «Единст¬
венным источником хороших новостей был русский фронт. Крас¬
ная Армия, продолжая свои поразительные контратаки, выбила за¬
несенных снегом, обмороженных немцев со многих передовых по¬
зиций».
Командующий американскими войсками на Филиппинах Ду¬
глас Макартур в своем поздравлении Красной Армии по случаю ее
24-й годовщины писал: «Международное положение в настоящий
момент свидетельствует о том, что цивилизация возлагает свои на¬
дежды на славные знамена храброй русской армии. За свою жизнь
я принимал участие в целом ряде войн и был живым свидетелем дру¬
гих войн, а также подробно изучал кампании, которые велись в про¬
шлом выдающимися полководцами. Нигде я не встречал таких при¬
меров, когда тяжелейшим ударам, наносимым до сих пор не знав¬
шим поражений противником, оказывалось бы столь эффективное
сопротивление, за которым последовало бы сокрушительное контр¬
наступление, отбрасывающее противника на его собственную тер¬
риторию. Размах и величие этих усилий превращают это сопротив¬
ление в величайшее военное достижение во всей истории».
Высоко оценивая значение разгрома немецко-фашистских войск
под Москвой, президент США Ф. Д. Рузвельт писал И. В. Сталину
16 декабря 1941 года: «Я хочу еще раз сообщить Вам о всеобщем под¬
линном энтузиазме в Соединенных Штатах по поводу успехов Ва¬
ших армий в защите Вашей великой нации». Премьер-министр Ве¬
ликобритании У. Черчилль писал И. В. Сталину 11 февраля 1942 года:
«Нет слов, чтобы выразить восхищение, которое все мы испытываем
от продолжающихся блестящих успехов Ваших армий в борьбе про¬
тив германского захватчика. Но я не могу удержаться от того, чтобы
не послать Вам еще слов благодарности и поздравления по поводу
всего того, что делает Россия для общего дела».
Несмотря на то что разгром немецких войск под Москвой не
31В
привел к поражению Германии, эта победа существенно изменила
ход Великой Отечественной войны. Позже Г. К. Жуков писал: «Ко¬
гда меня спрашивают, что больше всего запомнилось из минувшей
войны, я всегда отвечаю: битва за Москву». Отмечая роль Сталина в
этой победе, Г. К. Жуков писал: «И. В. Сталин был все это время
в Москве, организуя силы и средства для разгрома врага. Надо от¬
дать ему должное. Возглавляя Государственный Комитет Обороны и
опираясь на руководящий состав наркоматов, он проделал колос¬
сальную работу по организации необходимых стратегических резер¬
вов и"ттериально-технических средств. Своей жег/пгпй требова¬
тельностью он добивался, м^но*сказать, почти невозможного».
Возглавив Вооруженные силы СССР в период кризиса доверия к
военному руководству, Сталин останов и лег^ ли кто
иной в военных или политических кругах страны смог бы летом
Т9?Ггода*взять ситуацию под столь уверенный и жесткийконтроль.
Остро оолея за судьбу страны, он требовал от каждого военачаль¬
ника сделать все, что было в его силах, для того, чтобы остановить
продвижение врага. Хотя на протяжении этого периода войны он не
раз обольщался ложными надеждами, что противника уже удалось
остановить, его требовательность передавалась по тысячам цепочек
команд и позволяла организовать самоотверженное сопротивление
наступавшим захватчикам. Хотя порой планы обороны и контруда¬
ров, выбранные Сталиным, не всегда приносили нужных результа¬
тов, немецкие генералы вынуждены были признавать провал их пла¬
нов молниеносной победы над СССР. Разгром немцев под Москвой
стал результатом плана, разработанного при активном участии Ста¬
лина. Несмотря на ряд ошибок, допущенных Сталиным в эти пер¬
вые месяцы войны, под его руководством был сорван гитлеровский
план разгрома нашей Красной Армии и порабощения нашей стра¬
ны. В тяжелые дни 1941 года были сделаны первые шаги к великой
Победе.
Глава 16
ВЕРХОВНЫЙ ГЛАВНОКОМАНДУЮЩИЙ
К началу 1942 года наша страна преодолела первые полгода са¬
мой страшной и тяжелой войны в своей истории. Эти полгода стали
самым трудным испытанием для И. В. Сталина в его политической и
государственной деятельности. Несмотря на то что к концу июня
1941 года он хорошо знал историю войн и военную теорию, имел
опыт проведения военных операций в Гражданскую войну, блестя¬
31S
ще разбирался в вопросах вооружений и военно-промышленном
производстве, был прекрасно знаком с состоянием Вооруженных
сил СССР, до этого он никогда непосредственно не руководил воо¬
руженными силами страны.
В. В. Суходеев обращал внимание на то, что Сталину «с первый
же часов войны... пришлось решать сложнейшие, внезапно возник*
шие проблемы ведения вооруженной борьбы. На начальном этащ
на фронте сложилась катастрофическая обстановка, которая не
предвиделась советским политическим руководством и находилась
в противоречии со взглядами и расчетами довоенного времени...
Начавшаяся война буквально взорвала самые основы военной док¬
трины, разработанной в предвоенные годы, на которую опиралось !
своих расчетах советское политическое и военное руководство..;
Стратегическая оборона, а тем более отступление в глубь страны не
предусматривались и не готовились... От советского политического
руководства требовались быстрота ориентировки в непрерывно ме¬
няющихся событиях, своевременное принятие кардинальных реше¬
ний, соответствующих сложившемуся положению, максимально
энергичное, умелое и решительное осуществление выработанных
мер на практике. Промедление привело бы к разгрому армий, гибе¬
ли страны».
«Первой реакцией советского руководства и военного командо¬
вания на вторжение врага, — замечал Суходеев, — было стремление
действовать по ранее разработанным планам. Это обуславливалось
отсутствием реальных сведений о том, что происходило на фрон¬
те». Неудивительно, что в первые дни руководства Вооруженными
силами страны он допускал просчеты и принимал неверные реше¬
ния. Однако, несмотря на это, военачальники, которые окружали
И. В. Сталина с первых же дней войны, высоко характеризовали его
полководческие качества.
А. М. Василевский, который, по подсчетам «Военно-историче¬
ского журнала», за более чем тридцатимесячный период работы
в должности начальника Генерального штаба 199 раз встречался с
Верховным Главнокомандующим, так оценил в целом деятельность
Сталина на посту руководителя Вооруженных сил страны: «В ходе
Великой Отечественной войны, как, пожалуй, ни в какое время,
проявилось в полной степени самое сильное качество И. В. Сталина:
он был отличным организатором... Возглавляя одновременно Госу¬
дарственный КоЕ^ ОЪброны, Центральный Комитет партии,
Советское правительство, Верховное Главнокомандование, Сталин
изо дня в день очень внимательно следил за всеми изменениями во
фронтовой обстановке, был в курсе всех событий, происходивших в
320
народном хозяйстве страны. Он хорошо знал руководящие кадры и
умело использовал их».
A. Е. Голованов замечал: «Работоспособность Сталина во время
войны была феноменальной, а ведь он уже был не молодым челове¬
ком, ему было за шестьдесят... Он мог работать круглые сутки и тре¬
бовал работы и от другж. Кто выдерживал, тот работал. Кто не вы¬
держивал — уходил... Память у него была редкостная, познания в
любой области, с которой он соприкасался, удивительны. Я летчик,
во время войны считал себя вполне грамотным человеком во всем,
что касалось авиации, и должен сказать, что, разговаривая со Стали¬
ным по специальным авиационным вопросам, каждый раз видел пе¬
ред собой собеседника, который хорошо разбирался в них, не хуже
меня. Такое же чувство испытывали и другие товарищи, с которыми
приходилось беседовать на эту тему — артиллеристы, танкисты, ра¬
ботники промышленности, конструкторы. Так, например, Н. Н. Во¬
ронов, впоследствии Главный маршал артиллерии, являлся к Ста¬
лину с записной книжкой, в которую были занесены все основные
данные о количестве частей и соединений, типах артиллерийских
систем, снарядов и т. д. Докладывая, он предварительно заглядывал
в эту книжку, однако не раз бывали случаи, когда Верховный Глав¬
нокомандующий, зная все эти данные на память, поправлял его, и
Николаю Николаевичу приходилось извиняться».
Историки Б. Соловьев и В. Суходеев пишут: «Распорядок рабо¬
ты Ставки был круглосуточным. Он определялся прежде всего рабо¬
чим временем самого Сталина, который трудился по 12—16 часов в
сутки, как правило, в вечернее и ночное время». А. М. Василевский
замечал: «Взвалив на свои плечи огромную ношу, И. В. Сталин не
щадил и других».
В книге «Государственный Комитет Обороны постановляет» ис¬
торик Ю. А. Горьков пишет: «Из принятых за время войны 9971 по¬
становления почти 2256 постановлений, касающихся Вооружен¬
ных сил, он (Сталин) подписал лично. И не просто подписал: одни
он написал лично, другие подготовлены под его диктовку, третьи он
существенно переработал, что-то добавил и уточнил... И. В. Стали¬
ным подписано, утверждено множество документов Политбюро ЦК
ВКП(б), Совнаркома СССР, Наркомата обороны, около 1000 при¬
казов и директив Ставки. И в каждом из них виден почерк Сталина,
его стиль изложения: мыслей кратких и тесных по объему, но широ¬
ких по смыслу».
B. В. Суходеев замечает, что Сталин «лично сам разбирался в
проектах постановлений: от норм снабжения Вооруженных сил но¬
совыми платками и «фронтовыми ста граммами» до утверждения
321
11-3374
планов кампаний войны и стратегичес*
за период войны в Вооруженные силы окщо З^З'Миллиона
Нашел время неоднократно принять членов военных советов фрон*
тов, вызвать для беседы командиров партизанских соединений и o?V
рядов, а также командующих танковыми и воздушными армиями,,
1413 раз его посещали лица руководящего состава Вооруженны*
сил — начальник Генштаба и его заместители, начальники главных
управлений НКО, начальник тыла и его заместители. Кроме того, у,
вождя ежедневно бывали члены ГКО, Ставки, Совнаркома, нарко*;
мы всех отраслей промышленности, представители общественности!
и иностранные дипломаты».
Даже временно покидая Москву (например, в ходе международ-г
ных конференций), Сталин, по словам Штеменко, «никому не пере?
давал руководство боевыми дейстр^ямд да Арамх^. Нам представ-
ляется, что Тй суровых условиях войны это было правильным реше¬
нием, и всегда Верховный Главнокомандующий был тесно связан с
действительностью войны. Питали его живыми фактами другие лица,
с которых он жестко требовал и не давал засиживаться в Москве».
Сталин не просто выслушивал информацию и выводы специа¬
листов, но старался осмыслить получаемые им сведения. В беседе с
писателем К. Симоновым Г. К. Жуков вспоминал, что у Сталина
«был свой метод овладения конкретным материалом предстоящей
операщшГ.. Перед началом подготовки той или иной операции, пе¬
ред вызовов командующих фронтами он заранее встречался с офице¬
рами Генерального штаба — майорами, подполковниками, наблю¬
давшими за соответствующими оперативными направлениями. Он
вызывал их одного за другим на доклад, работал с ними по полтора,
по два часа, уточнял с каждым обстановку, разбирался в ней и ко
времени своей встречи с командующими фронтами, ко времени по¬
становки им новых задач оказывался настолько подготовленным,
что порой удивлял их своей осведомленностью... Его осведомлен¬
ность была не показной, а действительной, и его предварительная
работа с офицерами Генерального штаба для уточнения обстановки
перед принятием будущих решений была работой в высшей степени
разумной».
Сталин постоянно поддерживал связь со своими главными по¬
мощниками по руководству Вооруженными силами. Василевский
утверждал, что и он, и Жуков по нескольку раз в сутки вели телефон¬
ные переговоры со Сталиным. Василевский вспоминал: «Касаясь
вопросов связи со Сталиным, не преувеличу, если скажу, что начи-
и женщин. За время войны он принял около 157 раз командующих;
онтами с докладами о планах предстоящих операций.
322
ная с весны 1942 года и в последующие дни войны я не имел с ним
телефонных разговоров лишь в дни выезда его в первых числах авгу¬
ста 1943 года на встречи с командующими войсками Западного и Ка¬
лининского фронтов и в дни его пребывания на Тегеранской конфе¬
ренции глав правительств трех держав».
Важнейшей частью подготовки к обсуждению вопросов ведения
военных действий было ежедневное знакомство Сталина с инфор¬
мацией от Генерального штаба, который, по словам С. М. Штемен-
ко, был рабочим органом Ставки. Как вспоминал Штеменко, «док-
лады Верховному Главнокомандующему д^ШгЙЕГхак правило, три
раза в сутки. Первый из них имел местов 10— 11 ча&ов дня, обычно по
телефону. Это выпадало на мою долюЬ-Мсжйу 10 и 11 часами, редко
чуть позже, Верховный сам звонил к натц. Иногда здоровался, а чаще
прямо спрашивал: «Что нового?» Начальник Оперативного управ¬
ления докладывал обстановку, переходя от стола к столу с телефон¬
ной трубкой у уха. Во всех случаях доклад начинался с фронта, ще
и, как
правила>схамош.0£1рого участка. Обстановка излагаласьТТаСТёЖ"
вательно, за каждый фронт в отдельнбСТк в произвольной форме» "
«Нели нашим войскам сопутствовал успех, доклад обычно не
прерывался. По телефону были слышны лишь редкое покашливание
да чмоканье губами, характерное для курильщика, сосущего трубку.
Пропускать в докладе какую-либо армию, если даже в ее полосе за
ночь не произошло ничего важного, Сталин не позволял. Он тотчас
же перебивал докладчика вопросом: «А у Казакова что?» Иногда
в ходе доклада Верховный Главнокомандующий давал какое-то ука¬
зание для передачи на фронт. Оно повторялось вслух, и один из за¬
местителей начальника управления тут же записывал всё дословно,
а затем оформ^яя^тадеттарпоряжения или директивы».
Вечером/fT 16—17ч$с0Ь, по словам Ш те ме^квГСтал и ну «докла¬
дывал замесшгежттачальника Генштаба. А^бчью м^бхали в Став¬
ку с итоговым докладом за сутки. Перед тем-поДготавливалась об¬
становка на картах масштаба-1:200 ООО отдельно по каждому фронту
с показом положения войск до дивизии, а в иных случаях и до полка.
Даже досконально зная, где что произошло в течение суток, мы все ;
равно перед каждой поездкой 2—3 часа тщательно разбирались в об¬
становке, связывались с командующими фронтами и начальниками
их штабов, уточняли с ними отдельные детали проходивших или
только еще планировавшихся операций, советовались и проверяли
через них правильность своих предположений, рассматривали прось¬
бы и заявки фронтов, а в последний час редактировали подготовлен¬
ные на подпись проекты директив и распоряжений Ставки».
323
и*
Как подчеркивал Штеменко, «доклады Генерального штаба !
Ставке имели свой строгий порядок... Доклад наш начинался с щ
рактеристики действий своих войск за истекшие сутки. Никаким^
предварительными записями не пользовались. Обстановку знали
память, и она была отражена на карте. За торцом стола, в углу, стоя|
большой глобус. Должен заметить, однако, что за сотни раз посещен
ния этого кабинета мне никогда не довелось видеть, чтобы им пол{^
зовались при рассмотрении оперативных вопросов. Разговоры о ру$
ководстве действиями фронтов по глобусу совершенно беспочвен
ны».
Во время ежедневных докладов о положении на фронте докладу
чиками из Генштаба «фронты, армии, танковые и военизированны!
корпуса назывались по Фамилиям командующих и шмдндиров. ди*
„щи»»1111 'Hill Ицц^ЦИШц,^ (
визии — по номерам. Так было установлено Сталиным. Потом мы
- , - "
все привыкли к этому и вТенштабе придерживались такой же систе*
мы». Такой порядок был установлен, потому что Сталин точно зна^
по фамилиям всех командующих фронтами, армий, корпусов. Знай
он фамилии и многих командиров дивизий.
Прекрасное владение информацией о положении дел на всеК
участках фронта позволяло Сталину компетентно обсуждать вопро¬
сы военных действий со всеми высшими военными руководителями
страны. По словам Жукова, «идти на доклад в Ставку, к Сталину, ска^
жем, с картами, на которых были хоть какие-то «белые пятна», сооб.-
щать ему ориентировочные данные, а тем более преувеличенные
И м ! JTBI— I
данные — было невозможно. И. В. Сталин не терпел ответов наугад,
требовал исчерпывающей полноты и ясности. У него было какое-то
особое 4yibejia.Cim6Hej^c докладах и документа!, он тут'ЖПх
^эбШруживал и строго взыскивал с виновных за нечеткую информа-
цйю. ОоладаяТдепкой памятью, он хорошо помнил сказанное, не
упускал случая резко отчитать за забытое. Поэтому штабные доку¬
менты мы старались готовить со всей тщательностью, на какую
только способны были в те дни».
То же самое отмечал и Главный маршал авиации А. Е. Голова¬
нов. Он вспоминал, как «однажды Г. К. Жуков, будучи командую¬
щим Западным фронтом, приехал на доклад в Ставку, Были разло¬
жены карты, начался доклад. Сталин, как правило, никогда не пре¬
рывал говорящего, давал ему возможность высказаться. Потом
выслушивал мнения или замечания присутствующих. Обычно в это
время он всегда неторопливо ходил и курил трубку. Сталин внима¬
тельно рассматривал карты, а по окончании доклада Жукова указал
пальцем место на карте и спросил: «А что это такое?!» Георгий Кон¬
стантинович нагнулся над картой и, слегка покраснев, ответил:
324
«Офицер, наносивший обстановку, неточно нанес здесь линию обо¬
роны. Она проходит тут». И показал точное расположение передне¬
го края (на карте линия обороны, нанесенная, видимо, в спешке,
частично проходила по болоту). «Желательно, чтобы сюда приезжа¬
ли с точными данными», — заметил Сталин. Для каждого из нас это
был предметный урок... У Сталина была какая-то удивительная спо¬
собность находить слабые места в любом деле».
Голованов вспоминал: «Я довольно скоро увидел, что Сталин не
любит многословия, требуеткраткого изложения самой сути дела^
Длинных речей он тдаШэд ЩЖй^
износютГ^Ш^ШВчания или высказывания fiкшждре дедкнп крятки. v \/),
абсолютно ясны. БумагиЪн читал с карандашом в {^шцлшравдяя \Х/
брфШЧ5афйч^ Препинания, а бумаги «осо¬
бо ттъюштт^хгтраът^ авторугМы кавдыи день пред- ^
ставлялй вСтавку боевые донесения о нашей деятельности и, преж¬
де чем подписывать их, по нескольку раз читали, а словарь Ушакова
был у нас настольной книгой. Даже в самое тяжелое время войны
Сталин любил во всем иоуяцокЖШеъппяп егаГоТTrnwlnfx» ~~
гсгабрилТчто ответы на вопросы Сталину «должны бы¬
ли быть конкретными, предельно короткими и ясными, Если чело¬
век говорил долго, попусту, Сталин сразу указывал на незнание во¬
проса, мог сказать товарищу о его неспособности... Изучив человека,
убедившись в его знаниях и способностях, он доверял ему, я бы ска-
зал, безгранично. Но не дай бог... чтобы этот человек проявил себя
где-то с плохой стороны, прошадликому».
“С Сталин относился и к тем, кто искажал информацию
или хотя бы формально относился к оценке тех или иных фактов,
которые следовало проверить. Маршал артиллерии Н. Д. Яковлев
вспоминал: «Сталин не терпел, когда от него утаивали истинное по¬
ложение дел». Между тем, как отмечал С. М. Штеменко, настоящим
бичом в работе Генштаба было стремление командиров действую¬
щих соединений исказить реальное положение дел на фронте, то
преуменьшая размеры поражений, то преувеличивая свои успехи.
Он писал, как «был снят с должности начальник штаба 1 -го Украин¬
ского фронта за то, что не донес в Генштаб о захвате противником
одного важного населенного пункта в надежде, что его удастся вер¬
нуть».
Высокая требовательность Сталина к качеству информации оп¬
ределялась тем, что на основе получаемых от Генштаба сведений ро¬
ждались решения Ставки, которая, по словам А. М. Василевского,
была «постоянно действующим органом при Верховном Главноко¬
мандующем». Характеризуя роль Ставки, Жуков писал: «Основная
325
задача Ставки состояла в том, чтобы разрабатывать и ставить страте¬
гические задачи войскам, распределять силы и средства между фрон¬
тами и направлениями, планировать и определять в целом боевую
деятельность армии и флота. Большую роль при этом играли резер¬
вы Ставки, которые все время пополнялись и формировались. Они
служили мощным орудием в руках Ставки, с помощью которых зна¬
чительно усиливались наши войска на важнейших направлениях и в
наиболее ответственных операциях».
Как вспоминал Г. К. Жуков, «приказы и распоряжения Верхов¬
ного Главнокомандующего... разрабатывались и принимались обыч¬
но в Кремле, в рабочем кабинете И. В. Сталина». Г. К. Жуков так
описал, как выглядел сталинский кабинет в годы войны: «Это была
просторная, довольно светлая комната. Обшитые мореным дубом
стены, длинный, покрытый зеленым сукном стол. Слева и справа на
стенах — портреты Маркса, Энгельса, Ленина. Во время войны по¬
явились портреты Суворова и Кутузова. Жесткая мебель, никаких
лишних предметов. Огромный глобус помещался в соседней комна-
те, рядом с ним - стол, на стщм-жаВШЖираГВ глубинёка^инёта,
устеныГ—"рабочий стол И. В. Сталина, всегда заваленный докумен¬
тами, бумагами, картами. Здесь стояли телефоны ВЧ и внутрикрем-
левские, лежала стопка отточенных цветных карандашей. И. В. Ста¬
лин обычно делал свои пометки синим карандашом, писал быстро,
размашисто, но довольно разборчиво. Вход в кабинет был через
комнату А. Н. Поскребышева и небольшое помещение начальника
личной охраны Верховного. За кабинетом — комната отдыха и ком¬
ната связи, где стояли телефонные аппараты и «Бодо». По ним
А. Н. Поскребышев связывал И. В. Сталина с командующими фрон¬
тами и представителями Ставки при фронтах».
Рассказывая о том, как шла работа в Ставке, Жуков писал: «На
большом столе работники Генштаба и представители Ставки раз¬
вертывали карты и по ним докладывали обстановку на фронтах.
Докладывали стоя, иногда пользуясь записями. И. В. Сталин слу¬
шал, обычно расхаживая по кабинету широким шагом, вразвалку.
Время от времени подходил к большому столу и, наклонившись,
пристально рассматривал разложенную карту. Изредка он возвра¬
щался к своему столу, брал пачку табаку, разрывал ее и медленно на¬
бивал трубку».
Как и обычно для Сталина, он старался не ставить работу Ставки
в жесткие заформализованные рамки. Как вспоминал А. М. Васи¬
левский, «за более чем 30-месячный период моей работы в долж¬
ности начальника Генерального штаба, а в дальнейшем и в бытность
членом Ставки она полностью в утвержденном ее составе при Вер-
326
ховном Главнокомандующем ни разу не собиралась... Как правило,
предварительная наметка стратегического решения и плана его осу¬
ществления вырабатывалась у Верховного Главнокомандующего в
узком кругу лиц. Обычно это были некоторые из членов Политбюро
ЦК и ГКО, а из военных — заместитель Верховного Главнокоман¬
дующего, начальник Генерального штаба и его первый заместитель.
Нередко эта работа требовала нескольких суток. В ходе ее Верхов¬
ный Главнокомандующий, как правило, вел беседы, получая необ¬
ходимые справки и советы по разрабатываемым вопросам, с коман¬
дующими и членами военных советов соответствующих фронтов,
с ответственными работниками Наркомата обороны, с наркомами
и особенно руководившими той или иной отраслью военной про¬
мышленности».
План операции мог постоянно меняться под влиянием меняв¬
шейся обстановки. В этих случаях, как вспоминал Мерецков, Сталин
«снова вызывал командующего фронтом в Москву, узнав о частич¬
ных изменениях в намечавшейся операции... Сталин предпочитал
общаться с людьми, когда это было возможно^"ТштаоПйЖ
ставлдатСя;что делал он это по трем причинам. Во-первых, в ходе
личной беседы можно лучше ознакомшьая.с дело^ГВо^торыЗГСТа-
лйн лШШЛ11рП1ерятъ людей и составлял себе мнение о них излвкюГ
встре^В^етЬЖГСтгВшн, когда он хотел этого, умел учиться удрр
маю, что командующие фронтами, сотрудники Ставки, Генштаба и
другие военные работники многому научили Верховного главноко¬
мандующего с точки зрения проблем современной войны. Соответ¬
ственно, очень многому научились у него и они, особенно в вопро¬
сах общегосударственных, экономических и политических. Отно¬
сится это и ко мне. Я считаю, что каждая поездка в Ставку чем-то
обогащала, а каждое очередное свидание с руководителями партии
и государства расширяло мой кругозор и было для меня весьма по¬
учительным и полезным».
Как замечал Василевский, «в результате всестороннего обсужде¬
ния принималось решение и утверждался план его проведения, об¬
рабатывались соответствующие директивы фронтам и назначался
день встречи в Ставке с командующими, привлекаемыми к реализа¬
ции намеченных операций. На этой встрече происходило оконча¬
тельное уточнение плана, устанавливались сроки проведения опе¬
раций, подписыралась директива Ставки, отправляемая фронтам».
Схожее описание работы Ставки есть и в мемуарах Жукова, который
добавлял, что при обсуждении вопросов Ставки «иногда бывали
конструкторы самолетов, танков, артиллерии».
327
Штеменко так описал обсуждение у Сталина плана крупной
операции: «Для обсуждения уже готового плана члены Ставки соби¬
рались обычно в кабинете И. В. Сталина. От военных при этом поч¬
ти всегда присутствовали Г. К. Жуков и А. М. Василевский, не счи¬
тая Антонова, меня и других генералов, представлявших исполни¬
тельный аппарат Генерального штаба и центральных управлений
Народного комиссариата обороны. Поскольку здесь же решались
вопросы обеспечения операций вооружением и техникой, в Ставке
нам часто приходилось встречаться с прославленными советскими
конструкторами самолетов, танков и артиллерии — А. С. Яковлевым,
A. Н. Туполевым, С. В. Ильюшиным, А. И. Микояном, Ж. Я. Коти¬
ным, В. Г. Грабиным, а также с наркомами Д. Ф. Устиновым,
B. А. Малышевым, Б. JI. Ванниковым, А. И. Шахуриным. Военной
техникой Сталин занимался лично и ни одного нового образца не
пропускал в серийное производство без рассмотрения в Ставке или
на заседании Государственного Комитета Обороны».
«Обсуждение любого вопроса в Ставке протекало, как
в деловой и спокойной обстановке. Каждый
^ ние/Сталин никого в особенности не ср»й*гал^сех н^аьшад4щфа-
j мильноТГтолько к Молотову обращ^тся на «ть|»/К нему же самому
г существовал^
Я не помню случая, когда бы Верхбвнмй-Ряавнокомандующий пере-
путал или забыл фамилию кого-либо из довольно значительного
числа людей, являвшихся в Ставку по его вызову».
Также проходили и заседания Государственного Комитета Обо¬
роны. Микоян сообщал, что этот высший орган управления страной
не собирался в полном составе: «Официальных заседаний ГКО Ста¬
лин не собирал. Вопросы обычно решались оперативно, по мере их
возникновения, узким составом Политбюро. В полном составе засе¬
дания бывали крайне редко; чаще всего нас присутствовало пять че¬
ловек. Собирались мы поздно вечером или ночью и редко во второй
половине дня, как правило, без предварительной рассылки повест¬
ки заседания... По одну сторону от него (Сталина), ближе к стене,
садились: я, Маленков и Вознесенский; напротив нас — Молотов,
Ворошилов и остальные члены Политбюро. У другого конца стены
находились все те, кто вызывался для докладов».
Такое описание заседаний Ставки и Государственного Комите¬
та Обороны подтверждал в своей беседе с доктором исторических
наук Г. А. Куманевым генерал армии А. В. Хрулев, возглавлявший
Главное управление тыла Вооруженных сил СССР: «Вы, возможно,
представляете себе все это так: вот Сталин открыл заседание, пред¬
лагает повестку дня, начинает эту повестку дня обсуждать и т. д. Ни-
328
чего подобного! Некоторые вопросы он сам ставил, некоторые во¬
просы у него возникали в процессе обсуждения, и он сразу же вызы¬
вал: это Хрулева касается, давайте сюда Хрулева; это Яковлева каса¬
ется, давайте сюда Яковлева; это Пересыпкина касается, давайте его
сюда. И всем давал задания... В течение дня принимались десятки
решений. Причем не было так, чтобы Государственный Комитет за¬
седал по средам или пятницам, заседания проходили каждый день и
в любые часы, после приезда Сталина. Жизнь во всем государствен¬
ном и военном аппарате была сложная, так что никто не уходил из
помещения. Никто не декларировал, что должно быть так, так сло¬
жилось».
Хрулев отмечал, что «в кабинет Председателя ГКО всегда сво¬
бодно входили члены ГКО, которые докладывали подготовленные
проекты постановлений — каждый по своему кругу деятельности.
Сюда беспрерывно являлись военные руководители, наркомы и
другие ответственные лица не только по вызову, но и по своей ини¬
циативе, если у них возникал крупный и неотложный вопрос... Про-
цедура согласования с Госпланом, наркоматами и ведомствами во-
ГфОСХ^
водств, была упрощена до предела. Этому способствовало постоян-
ное стремление руководителей каждой отрасли народного хозяйства
ценой любых усилий быстрее создать все необходимое для фронта,
для разгрома врага. Созидательная инициатива центральных и мест-
^ , ,UI„| rrmrn- i-y.y г».*-********;*-* ч#
ных работников била юпачомж;—-—— ———
^"рассказывая о деятельности советского руководства в годы Ве¬
ликой Отечественной войны, А. И. Микоян в своих воспоминаниях
писал, что во время заседаний Государственного Комитета Оборо¬
ны «протоколирования или каких-либо записей по ходу таких засе¬
даний не велось... Для историков и мемуаристов это очень плохо. Но
мы не об этом думали, не об историках и мемуаристах. Нам дорога
была каждая минута для организации дела, для организации тыла,
для руководства страной».
А. В. Хрулев подтверждал это замечание: «HjBjCxaBK^щз ГКО
тивШ1Торганы^На заседаниях не было никаких стенограмм, ника¬
ких протоколов, никаких технических работников. Правда, позднее
Сталин дал указания управделами СНК Я. Е. Чадаеву кое-что запи¬
сывать и стал приглашать его на заседания». Как подчеркивал Хру¬
лев, работа высших органов управления страной во время войны ди-
рижировалась непосредственно Сталиным: «Он приезжает, допус¬
тим, в 4 часа дня к себе в кабинет в Кремль и начинает вызывать.
У него есть список, кого он вызывает. Раз он приехал, то сразу все
329
члены Государственного Комитета вызываются к нему. Заранее он
их не собирал. Он приезжал, и тогда Поскребышев начинал всех об¬
званивать».
Голованов вспоминал: «От Сталина надо было ждать звонка в
любое время суток. Если Сталин звонил сам, то обычно он здоро¬
вался, справлялся о делах и, если нужно было, чтобы вы лично к не¬
му явилась, никогда не говорил: «Можете вы ко мне приехать?» и,
получив ^вёрдительный ответ, говорил: «Пожалуйста, приезжай¬
те». Но я, например, никогда не знал, зачем и по какому вопросу еду...
У Сталина можно было столкнуться с любым вопросом, конечно,
входящим в круг ваших обязанностей и вашей компетенции, и вы
обязаны были дать исчерпывающий ответ. Если оказались не готовы
к ответу, вам давали время уточнить необхощ^^
даты, детали по телефону прямо из приемной. Если же оказывалось,
чТОвы затрудняетесь ответить по основным вопросам вашей дея¬
тельности, касающейся боевой работы подчиненных вам частей и
j соединений, материальной части, командного состава и так далее,
j которые вы обязаны знать по занимаемой должности, вам прямо го¬
ворили, что вы не занимаетесь своим делом, не знаете его и, если так
пойдет дальше, делать вам на этом посту нечего. Так, незнание об¬
становки, возможностей своих войск и противника показал Мар¬
шал Советского Союза Г. И. Кулик, разжалованный в 1942 году до
звания генерал-майора».
По словам Главного маршала авиации А. А. Новикова, когда
Сталин «спрашивал... в лоб, то ждал определенного ответа: «да» или
«нет». При этом он внимательно следил за человеком. Сталин был
неплохим психологом, и скрыть от него в такой момент свое внут-
реннее состояние было нелегко. Не раз я испытывал это на себе. Сам
Сталин отличался решительностью и быстротой в суждениях, не пе-
| реносил многословия, нечеткости и неопределенности в мыслях.
1 Того же требовал и от других. Но определенность в ответах Сталину,
да еще в позитивном плане, ложилась тяжким грузом на плечи док¬
ладывающего. В случае неудачи не могло быть и речи ни о каких
смягчающих вину обстоятельствах. Раз-другой споткнулся, не сдер¬
жал слова — жди неизменной сталинской фразы: «Такого работника
мне не нужно. Уберите его».
«На мой взгляд, — писал А. Е. Голованов, —• характерной чертой
j Сталина была его поразительная требовательность к себе и к другим.
Радуясь тому или иному успеху, назавтра он рассматривал этот успех
I уже как нечто само собой разумеющееся, а послезавтра «виновника»
j успеха спрашивал, что тот думает делать дальше. Таким образом, по-
! чивать на лаврах любому, даже весьма авторитетному товарищу не
удавалось. Сталин, воздав должное человеку, который совершил
что-то важное, подталкивал его делать дальнейшие шаги. Эта харак¬
терная черта не позволяла людям самоуспокаиваться и топтаться на
месте. Каждый также знал, что ответит сполна, несмотря ни на ка¬
кие заслуги, если он мог что-либо сделать, но не сделал. Всяческие
отговорки, которые у нас, к сожалению, всегда находятся, для Ста¬
лина не имели никакого значения. Если же человек в чем-то ошиб¬
ся, но пришел и сам сказал прямо обо~всем как!)ыТ’ЯжетТы ни бьши
последствия ошибки, никогда за этим не следовало наказания. Но
горё'было тому, кто брался чтп-тп гприять и ыр делал, а пускалсяТю
всякого рода объяснения. Такой человек сразу лишался своего по-
ста/ Болтунов Сталин не терпел. Не раз слышал я от него, что чело¬
век, который не держит своего слова, не имеет лица. О таких людях
он говорил с презрением. И наоборот, хозяева своего слова пользо¬
вались его уважением. Он заботился о них, заботился об их семьях,
хотя^никогда об эт^^ *
Члены Ставки и ГКО, а также другие очевидцы деятельности
этих органов подчеркивали, что Сталин не только не любил прини¬
мать решения единолично, но, напротив, старался добиться колле¬
гиального обсуждения различных вопросов ведения войны с участи¬
ем наиболее компетентных и ответственных лиц. С одной стороны,
он таким образом стремился добиться не механического, а созна¬
тельного отношения людей к принимаемым решениям. Маршал
Советского Союза И. X. Баграмян писал в своих мемуарах: «Зная ог¬
ромные полномочия и поистине железную властность Сталина, я
был изумлен его манерой руководить. Он мог кратко скомандовать:
«Отдать корпус!» — и точка. Но Сталин с большим тактом и терпе¬
нием добивался, чтобы исполнитель сам пришел к выводу о необхо¬
димости такого шага».
С другой стороны, ставя во главу угла поиск истины, а не стрем -
ление доказать свою правоту, Сталин всегда уступал в том случае,
-’-L у-- — ,,, , 5
если его соображения оказывались опровергнутыми весомыми ар-
, . *«* |Т .....|<j^^^^lW,|t||(..lvirr|| inn.pmnmr-nt-nt-y -t-1—Tir-jr-fr Tr- -r. ..^-l
гументами. И. X. Баграмян писал: «Мне впоследствии частенько са-
мому приходилось уже в роли командующего фронтом разговари¬
вать с Верховным Главнокомандующим, и я убедился, что он умел
прислушиваться к мнению подчиненных. Если исполнитель твердо
стоял на своем и выдвигал для обоснования своей позиции веские
аргументы, Сталин почти всегда уступал».
Это мнение подтверждал и Г. К. Жуков: «Кстати сказать, как я
убедился за долгие годы войны, И. В. Сталин вовсе не был таким че¬
ловеком, перед которым нельзя было ставить острые вопросы и с ко¬
торым нельзя было спорить и даже твердо отстаивать свою точку
331
зрения». К. К. Рокоссовский стал свидетелем подобного разговора
И. В. Сталина с Г. К. Жуковым: «Сталин поручил Жукову провести
небольшую операцию, кажется, в районе станции Мга, чтобы чем-то
облегчить положение ленинградцев. Жуков доказывал, что необхо¬
дима крупная операция, только тогда цель будет достигнута. Сталин
ответил: «Все это хорошо, товарищ Жуков, но у нас нет средств, с
этим надо считаться». Жуков стоял на своем: «Иначе ничего не вый¬
дет. Одного желания мало». Сталин не скрывал своего раздражения,
но Жуков твердо стоял на своем. Наконец Сталин сказал: «Пойди¬
те, товарищ Жуков, подумайте, вы пока свободны». Мне понрави¬
лась прямота Георгия Константиновича. Но когда мы вышли, я ска¬
зал, что, по-моему, не следовало бы так резко разговаривать с Верхов¬
ным Главнокомандующим. Жуков ответил: «У нас еще не такое бы¬
вает». Он был прав тогда: одного желания мало для боевого успеха».
Опровергая хрущевскую версию о сталинском своеволии,
Г. К. Жуков писал: «После смерти Сталина появилась версия о том,
что он единолично принимал военно-политические решения.
С этим согласиться нельзя. Выше я уже говорил, что, если Верхов¬
ному докладывали вопросы со знанием дела, он принимал их во
внимание. И я знаю случаи, когда он отказывался от своего собст¬
венного мнения и ранее принятых решений. Так было, в частности,
с началом сроков многих операций».
Стремление Сталина к коллегиальности в разработке решений
подтверждал и начальник оперативного отдела Генерального штаба
С. М. Штеменко: «Должен сказать, что Сталин не решал и вообще
не любил решать важные вопросы войны единолично. Он хорошо
понимал необходимость коллективной работы в этой сложной об¬
ласти, признавал авторитеты по той или иной военной проблеме,
считался с их мнением и каждому отдавал должное... Решения Став¬
ки, оформленные документами, подписывались двумя лицами —
Верховным Главнокомандующим и начальником Генерального
штаба, а иногда заместителем Верховного Главнокомандующего. Бы¬
ли документы за подписью только начальника Генерального штаба.
В этом случае обычно делалась оговорка «по поручению Ставки».
Один Верховный Главнокомандующий оперативные документы,
как правило, не подписывал, кроме тех^ в^^кодор^ои^нда^о^щ^ти-
ковад^г£м»1фф*^дш^
мол, неудобно подписывать такую бумагу-и обортрятгь да^еадеадщ^
Подписывались им единолична только
различные приказы, главным образом административного характе¬
ра». Факты свидетельствуют, что соблюдение принципа коллектив¬
ности при обсуждении важнейших вопросов управления Вооружен-
332
ными силами определялось не стремлением Сталина обеспечить
строгое соблюдение порядка работы коллегиальных органов или уй¬
ти от ответственности, а прежде всего желанием добиться принятия
наиболее взвешенных и верных решений.
Д. Ф. Устинов вспоминал о том, как проходили обсуждения у
Сталина: «При всей своей властности, суровости, я бы сказал, жест¬
кости, он живо откликался на проявление разумной инициативы,
самостоятельности, ценил независимость суждений. Во всяком слу¬
чае, насколько я помню, он не упреждал присутствующих своим за¬
мечанием, оценкой, решением. Зная вес своего слова, Сталин ста-
рался до попы не обнаруживать отношт14Ук"Жсуждаемой пробде-
ме. чаше всего или сидел будто бы отрешенно, или прохаживался
почтибесшумно пмшшжтак что казалось, что он весьма далек
от предмета разговора, думает о чем-то своем. И вдруг раздавалась
шрстт реплика, порой поворачивающая разговор в новое и, как
потом зачастую оказывалось, единственно верное русло».
. 1||1Г|Ггг"1Г<Г1И
Будучи врагом формализма, Сталин проявлял чрезвычайную
гибкость в организации дискуссий и мог сознательно задержать ее
ход, чтобы разрешить особо сложный вопрос, требовавший всесто¬
роннего внимания. Жуков писал: «Если на заседании ГКО к едино¬
му мнению не приходили, тут же создавалась комиссия из предста¬
вителей крайних сторон, которой поручалось доложить согласован¬
ные предложения».
Такой стиль работы создавал нужную атмосферу, благоприятст¬
вовавшую творческому обсуждению вопросов. Бывший во время
войны начальником Главного артиллерийского управления РККА
маршал артиллерии Н. Д. Яковлев вспоминал: «Pa6o^jBjCxa«^^-
личала простота, большая иш^дшхшмосхд^Ни^шда^ покащьщре-
чВ?*гткШ^ Помнится"
к1эгда44г*В^СШЖ звание Маршала Советского
Союза, его по-прежнему следовало именовать «товарищ Сталин».
Он^любил. чтобы пе^ед ним вытягивались в струнку, н£..1£рн£д
Невзирая на трудности положения на фронтах Сталин обычно
старался создать атмосферу для спокойного и взвешенного обсуж¬
дения военных вопросов. К. А. Мерецков вспоминал, как в сентябре
1941 года в разгар тяжелых боев на всех фронтах он был вызван в
Кремль. «И. В. Сталин стоял у карты и внимательно вглядывался в
нее, затем повернулся в мою сторону, сделал несколько шагов на¬
встречу и сказал: «Здравствуйте, товарищ Мерецков! Как вы себя
чувствуете?» — «Здравствуйте, товарищ Сталин! Чувствую себя хо¬
рошо. Прошу разъяснить боевое задание!» И. В. Сталин не спеша
333
раскурил свою трубку, подошел к карте и спокойно стал знакомить
меня с положением на северо-западном направлении».
Помимо подготовки планов широкомасштабных операций,
Сталин осуществлял ежедневный контроль за событиями на фрон¬
те, постоянно направляя указания в действующую армию. Говоря о
решениях, принимавшихся Сталиным и Ставкой, А. М. Василев¬
ский писал: «Все, что вырабатывалось тут при взаимных консульта-
ЧЕКМИ-ЦИННИИ и*1*1
циях и обсуждениях, немедленна^оо^^ Ставки
ФроетамГТакая форма была эффективной». Начальник оператив¬
ного управления Генерального штаба во время войны С. М. Ште-
менко рассказывал о том, что порядок работы с бумагами в Ставке
был упрощен таким образом, чтобы сократить до предела время от
принятия решения до его осуществления: «Часто такие распоряже¬
ния формулировались прямо в Ставке. Сталин диктовал, я записы¬
вал. Потом он заставлял читать текст вслух и при этом вносил по¬
правки. Эти документы, как правило, не перепечатывались на ма¬
шинке, а прямо в оригинале поступали в находившуюся неподалеку
аппаратную узла связи и немедленно передавались на фронты». Го¬
воря о решениях ГКО, Микоян вспоминал: «Часто крупные вопро¬
сы мы решали телефонным разговором или указанием на совеща¬
нии или на приеме министров. Очень редко прибегали к письмен¬
ным документам. Поэтому, если искать документы о работе ГКО,
Политбюро и др., будет очень трудно, так как их было очень мало,
может создаться впечатление, что ничего не делалось».
Однако, когда речь injgfo постановления&гЮ Сталин проявлял
особую тщательность при их подготовкёГТолованов писал: «Пись¬
менные документы, подлежащие опубликованию в виде постанов¬
лений, решений, отрабатывались с особой тщательностью, помногу
раз обсуждались и лишь после многократных чтений, поправок,
критических замечаний отпечатывались начисто и подписывались.
Сталин по поводу таких документов говорил: «Думая день, мало —
неделю, маго~-м7сяц^ издав, не вздумай
отменять».
Хотя многие решения принимались без их четкого оформления
на бумаге, принятие^еш^
ному выполнению. Как вспоминал маршал артиллерии Н. Д. Яков-
лЖГСталин «обладал завидным терпением, соглашался с разумны¬
ми доводами. Но это — на стадии обсуждения того или иного вопро¬
са. А когда же по нему уже принималось решение, никакие измене¬
ния не допускались». Голованов вспоминал: «Слово Верховного
Главнокомандующего было нерушимо. Обсудив тот или иной во¬
прос, вы смело выполняли порученное дело. Никому и в голову не
334
могло прийти, что ему потом скажут: мол, ты не так понял. А реша¬
лись, как известно, вопросы огромной важности. Словесно же, то
есть в устной форме, отдавались распоряжения о боевых вылетах,
объектах бомбометания, боевых порядках и так далее, которые по¬
том оформлялись боевыми приказами. И я не помню случая, чтобы
кто-то что-то перепутал или выполнил не так, как нужно. Ответст¬
венность за поручаемое дело была столь высока, что четкость и точ¬
ность исполнения были обеспечены».
Голованов подчеркивал: «Контроль за исполнением даваемых
поручений был абсолютен. Каждый знал, что его обязательно спро-
сят, и не раз, о том^как выполняется полученное задание. Выполне-
ш!еТШлотных постановлений и решений начинали немедленно, не
ожидая оформления. Дорожили каждым часом, зная, что никаких
скидок на всякие там обстоятельства не будет». Это же подтвержда¬
ют и воспоминания Жукова: «Все, что делалось по линии Ставки
или ГКО, делалось так, чтобы принятые этими высокими органами
решения начинали выполняться тотчас же, а ход выполнения их
строго и неуклонно контролировался лично Верховным или, по его
указанию, другими руководящими лицами или организациями».
Многие члены Ставки выезжали непосредственно на фронт,
чтобы проконтролировать исполнение директив Сталина и инфор¬
мировать его о положении дел. А. М. Василевский писал: «При чрез¬
вычайных обстоятельствах на том или ином фронте, при подготовке
ответственных операций Ставка посылала на фронт своих предста¬
вителей. Сам я в этой роли выезжал на фронт много раз. Это была
ответственная работа. Оценить на месте возможности войск, прора¬
ботать совместно с военными советами фронтов, помочь им лучше
подготовить войска к проведей^ию операций, оказать помощь в
обеспечении войск поставками всего необходимого, быть действую¬
щим, связующим звеном с Главнокомандующим — таков лишь ко¬
роткий перечень всяких забот, лежавших на представителе Ставки».
Г. К. Жуков замечал, что «свои суждения по важным вопросам
И. В. Сталин во многом строил на основе докладов представителей
Ставки, посылавшихся им в войска, чтобы на месте разобраться с
обстановкой, посоветоваться с командованием соединений, на ос¬
нове выводов Генерального штаба, мнений и предложений коман¬
дований фронтов и спецсообщений». Сталин требовал от своих
представителей на фронтах четких и незамедлительных сообщений
о реальном положении дел и болезненно реагировал на малейшие
задержки в дон£сшшк.£ местЛГсвоих воспомШншгаТГСТГ Васи-
левстеии'рассказал о том, как однажды он замешкался в представле¬
335
нии Сталину донесения об итогах операции и получил за это резкий
выговор в письменной форме.
Сталин писал: «Сейчас уже 3 часа 30 минут 17 августа, а Вы не
изволили прислать в Ставку донесение об итогах операции за 16 ав¬
густа и Вашей оценке обстановки. Я уже давно обязал Вас, как упол¬
номоченного Ставки, обязательно присылать к исходу каждого дня
операции специальные донесения. Вы почти каждый раз забывали
об этой своей обязанности и не присылали в Ставку донесений.
16 августа является последним днем важной операции на Юго-
Западном фронте, где Вы состоите уполномоченным Ставки. И вот
Вы опять изволили забыть о своем долге перед Ставкой и не присы¬
лаете в Ставку донесений.
Вы не можете ссылаться на недостаток времени, так как маршал
Жуков работает на фронте не меньше Вас и все же ежедневно при¬
сылает в Ставку донесения. Разница между Вами и Жуковым состо¬
ит в том, что он дисциплинирован и не лишен чувства долга перед
Ставкой.
Последний раз предупреждаю Вас, что в случае, если Вы хоть раз
еще позволите забыть о своем долге перед Ставкой, Вы будете от¬
странены от должности начальника Генерального штаба и отозваны
с фронта».
Хотя упреки Сталина были чрезмерно суровыми и обвинения
явно преувеличенными, Василевский оправдывал его. Он писал:
«Сталин был так категоричен не только в отношении меня. Подоб¬
ную дисциплину он требовал от каждого представителя Ставки...
Считаю, что отсутствие какой-либо снисходительности к представи¬
телю Ставки было оправдано интересами оперативного руководства
вооруженной борьбой. Верховный Главнокомандующий очень вни¬
мательно следил за ходом фронтовых событий, быстро реагировал
на все изменения в них и твердо держал управление войсками в сво¬
их руках».
Еще более суровы были сталинские наказания за нарушения
дисциплины, наносившие урон руководству вооруженных сил.
Маршал Кулик за «самовольные решения» в ноябре 1941 г. о сдаче
Ростова и Керчи, а также по обвинению в «пьянстве», «развратном
образе жизни» и «расхищении государственной собственности»
был лишен маршальского звания, всех наград и был исключен из
партии. В приказе Сталина от 2 марта 1942 г. о Кулике говорилось:
«Предупреждаю, что и впредь будут приниматься решительные ме¬
ры в отношении тех командиров и начальников невзирая на лица и
их заслуги в прошлом, которые не выполняют или недобросовестно
выполняют приказы командования, проявляют трусость, деморали-
ззв
зуют войска своими пораженческими настроениями и, будучи запу¬
ганными немцами, сеют панику и подрывают веру в нашу победу
над немецкими захватчиками». Былые заслуги Кулика в годы Граж¬
данской войны не послужили ему смягчающими обстоятельствами.
Ход войны показывал необходимость отрешаться от тех, кто не
сумел со времен Гражданской войны обрести новые знания и опыт,
необходимый для Второй мировой войны. Хотя в самом начале Оте¬
чественной войны Сталин поставил во главе руководства боевыми
действиями героев Гражданской войны, таких, как маршалы К. Е. Во¬
рошилов, С. М. Буденный, С. К. Тимошенко, уже в первые месяцы
боевых действий он вынужден был пересмотреть эти решения, по¬
следовательно отстранив их от занимаемых должностей и снизив их
уровень руководства Красной Армии.
Не удовольствовавшись чисто административными мерами,
И. В. Сталин подсказал драматургу А. Е. Корнейчуку тему пьесы о
конфликте между старыми методами ведения войны и новыми.
Пьеса А. Е. Корнейчука «Фронт» была опубликована на страницах
газеты «Правда» в 1942 году. В ней командиру-новатору Огневу про¬
тивопоставлялся сторонник старых методов военного руководства
времен Гражданской войны генерал Горлов. Как вспоминал Ште¬
менко, некоторые военачальники увидели в пьесе «своеобразную
диверсию против Красной Армии. В Ставку поступило несколько
телеграмм с требованием прекратить печатание пьесы в «Правде» и
запретить ее постановку в театрах как вещь «абсолютно вредную».
На возмущенную телеграмму С. К. Тимошенко последовал ответ
Сталина: «В оценке пьесы вы не правы. Пьеса будет иметь большое
воспитательное значение для Красной Армии и ее комсостава. Пье¬
са правильно отмечает недостатки Красной Армии, и было бы не¬
правильно закрывать глаза на эти недостатки. Нужно иметь мужест¬
во признать эти недостатки и принять меры к их ликвидации. Это —
единственный путь улучшения и усовершенствования Красной Ар¬
мии». По словам А. М. Василевского, Сталин трижды смотрел спек¬
такль, поставленный по этой пьесе, и настойчиво предлагал марша¬
лу сходить на него.
Несмотря на то что многие военачальники становились объек¬
тами его критики, они единодушно признавали наличие у Сталина
превосходных качеств, необходимых для полководца той войны.
А. И. Еременко считал, что в личндсти
л и с1ь сил а, здра]выйсмыслит
познатй. изумительная внутре^щя до^рднность. тяга к ясности^
неумолимая последовательность, быстрота и твердость решений,
337
кушению, хранить грозное терпение».
Оценивая в целом полководческую деятельность Сталина в ходе
смертельной схватки с гитлеровской Германией, Г. К. Жуков писал:
«Как военного деятеля И. В. Сталина я изучил досконально, так как
вместе с ним прошел всю войну... В руководстве вооруженной борь¬
бой в целом И. В. Сталину помогали его природный ум, богатая ин¬
туиция. Он умел найти главное звено в стратегической обстановке
и, ухватившись за него, оказать противодействие врагу, провести ту
или иную крупную наступательную операцию... И. В. Сталин владел
вопросами организации фронтовых операций и операций групп
фронтов и руководил ими с полным знанием дела, хорошо разбира¬
ясь и в больших стратегических вопросах. Эти способности И. В. Ста¬
лина как Главнокомандующего особенно проявились, начиная со
Сталинграда... Несомненно, он был достойным Верховным Главно¬
командующим. Конечно, И. В. Сталин не вникал во всю ту сумму
вопросов, над которой приходилось кропотливо работать войскам и
командованию всех степеней, чтобы хорошо подготовить операцию
фронта или группы фронтов. Да ему это и не обязательно было
знать».
Схожую оценку Сталину дал и А. М. Василевский, который за¬
мечал, что постепенно «И. В. Сталин стал хорошо разбираться не
только в военной стратегии, что давалось ему легко, так как он был
мастером политической стратегии, но и в оперативном искусстве.
Вследствие этого он оказывал более сильное влияние на ход разра¬
ботки операций. Его знания в области военной стратегии и опера¬
тивного искусства значительно превосходили знание тактики (ему,
собственно, и необязательно было знать ее во всех деталях). Пола¬
гаю, что Сталина несомненно можно было отнести к разряду вы¬
дающихся полководцев».
Глава 17
БОЕВЫЕ ДЕЙСТВИЯ В ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЕ 1042 ГОДА
Василевский отмечал, что превращение Сталина в выдающегося
полководца случилось не сразу, а происходило в ходе Великой Оте¬
чественной войны. Он писал: «Сталин как человек глубокого ума,
естественно не мог не сознавать своих просчетов и недостатков и не
делать выводов для себя. И вот для всех нас постепенно становится
заметным, как он стал все более глубоко мыслить категориями со¬
временной войны, исключительно квалифицированно решать во¬
338
просы военного искусства». Однако во второй половине 1941 года и
первой половине 1942 года Сталин еще недостаточно ясно представ¬
лял себе перспективу затяжной войны. Несмотря на то что Сталин
был готов к длительной и упорной борьбе, он исходил из вероятно¬
сти внутреннего кризиса в Германии, который может разразиться в
ближайшее время и привести к краху гитлеровского режима.
Эти надежды Сталин выразил в речи 7 ноября 1941 года, заявив:
«Немецко-фашистские захватчики стоят перед катастрофой. В Гер¬
мании теперь царят голод и обнищание, за 4 месяца войны Германия
потеряла 4 с половиной миллиона солдат, Германия истекает кро¬
вью, ее людские резервы иссякают, дух возмущения овладевает не
только народами Европы, подпавшим под иго немецких захватчи¬
ков, но и самим германским народом, который не видит конца вой¬
ны. Немецкие захватчики напрягают последние силы. Нет сомнения,
что Германия не может выдержать долго такого напряжения. Еще не¬
сколько месяцев, еще полгода, может быть, годик — и гитлеровская
Германия должна лопнуть под тяжестью своих преступлений».
Поэтому Сталин рассчитывал нанести сокрушительный удар
по германской армии, после которого она уже не могла бы опра¬
виться. Через месяц успешных наступательных действий Сталин
5 января 1942 года созвал совещание Ставки для обсуждения проек¬
та плана общего наступления Красной Армии. Обосновывая идею
плана, Сталин сказал: «Немцы в полной растерянности от пораже¬
ния под Москвой, они плохо подготовились к зиме. Сейчас самый
подходящий момент для перехода в общее наступление». По словам
Жукова, «замысел Верховного Главнокомандующего был таков. Учи¬
тывая успешный ход контрнаступления фронтов западного направ¬
ления, целью общего наступления поставить разгром противника
под Ленинградом, западнее Москвы и на юге страны». По мнению
А. М. Василевского, «правильно оценивая к началу 1942 года фрон¬
товую обстановку как благоприятную для наступления, Верховное
Главнокомандование недостаточно полно учло реальные возмож¬
ности Красной Армии».
Расчеты на нанесение Красной Армией немцам сокрушительно¬
го удара и на скорый внутренний кризис в Германии, вызванный ис¬
тощением ее сил, лежали и в основе директивного письма Сталина
военным советам фронтов в начале 1942 года. Сталин писал: «После
того как Красной Армии удалось достаточно измотать немецко-фа¬
шистские войска, она перешла в контрнаступление и погнала на за¬
пад немецких захватчиков. Для того чтобы задержать наше продви¬
жение, немцы перешли на оборону и стали строить оборонительные
рубежи с окопами, заграждениями, полевыми укреплениями. Нем¬
339
цы рассчитывают задержать, таким образом, наше наступление до
весны, чтобы весной, собрав силы, вновь перейти в наступление про¬
тив Красной Армии. Немцы хотят, следовательно, выиграть время и
получить передышку».
Сталин приказывал: «Наша задача состоит в том, чтобы не дать
немцам этой передышки, гнать их на запад без остановки, заставить
их израсходовать свои резервы, а у немцев не будет больше резервов,
и обеспечить, таким образом, полный разгром гитлеровских войск в
1942 году. Но для осуществления этой задачи необходимо, чтобы на¬
ши войска научились взламывать оборонительную линию против¬
ника, научились организовывать прорыв обороны противника на
всю ее глубину и тем открыли дорогу для продвижения нашей пехо¬
ты, наших танков, нашей кавалерии. У немцев имеется не одна обо¬
ронительная линия, — они строят и будут иметь скоро вторую и тре¬
тью оборонительные линии. Если наши войска не научатся быстро и
основательно взламывать и прорывать оборонительную линию про¬
тивника, наше продвижение вперед станет невозможным».
Масштаб немецких потерь позволял надеяться на то, что силы
Герштии*на исходе, а поэтому в своем приказе отТТфе^ал^1942
Красной Армии нарком обороны
И. В. Сталин писал о том, что разгром врага близок: «Недалек тот
день, когда Красная Армия своим могучим ударом отбросит озвере¬
лых врагов от Ленинграда, очистит от них города и села Белоруссии
и Украины, Литвы и Латвии, Эстонии и Карелии, освободит Совет¬
ский Крым и на всей Советской земле снова будут победно реять
красные знамена». Однако Сталин явно сознавал, что решить по¬
ставленные им задачи не так легко. В этом приказе он предупреж¬
дал: «Было бы, однако, непростительной близорукостью успокаи¬
ваться на достигнутых успехах и думать, что с немецкими войсками
уже покончено. Это было бы пустым бахвальством и зазнайством, не
достойным советских людей... Враг еще силен... И чем больше он
будет терпеть поражение, тем больше он будет звереть».
Для реализации целей, намеченных Сталиным, у Красной Ар¬
мии явно не хватало сил. «В результате, — как отмечал А. М. Васи¬
левский, — имевшиеся в распоряжении Ставки были почти равно-
мерно распределены между всеми стратегическими направлениями.
1ГЩ5ГоШцет^ войска истра¬
тили все с таким трудом созданные осенью и в начале зимы резервы.
Поставленные задачи не удалось решить».
Василевский констатировал: «По завершении зимней кампании
наши Вооруженные силы по численному составу и особенно по
технической оснащенности пока еще значительно уступали против-
340
нику... Соотношение сил на советско-германском фронте к маю бы¬
ло следующее: Красная Армия имела 5,5 миллиона человек, более
4 тысяч танков, свыше 43 тысяч орудий и минометов и более 3 тысяч
самолетов. Немецко-фашистская армия имела 6,2 миллиона чело¬
век, свыше 3 тысяч танков и штурмовых орудий, до 43 тысяч орудий
и минометов и 3400 боевых самолетов». В то же время Василевский
замечал, что «готовых резервов и крупных материальных ресурсов у
нас в то время не было».
Поэтому, по словам Василевского, «в Генеральном штабе и
Ставке считали, что основной ближайшей задачей советских войск
должна быть временная стратегическая оборона. Ее цель — изматы¬
вая оборонительными боями на заранее подготовленных рубежах
ударные группировки врага, не только сорвать подготавливаемое
фашистами летнее наступление, но и подорвать их силы и тем са¬
мым с наименьшими для нас потерями подготовить благоприятные
условия для перехода Красной Армии в решительное наступление».
Учитывая огромную роль более совершенных вооружений, осо¬
бенно боеприпасов, Сталин неустанно поощрял их создание.
В. Н. Новиков писал: «В дни битвы за Москву 7 декабря 1941 года у
председателя Государственного Комитета Обороны И. В. Сталина
состоялось совещание, на котором Е. Г. Ледин доложил о разрабо¬
танных им мощных взрывчатых составах на основе гексогена». Но¬
виков пояснял, что еще в 1940 году инженер Е. Г. Ледин создал но¬
вые взрывчатые ссэстадьГн а о го гексогена| /
Новиков замечал: «По мощности гексогеяпболее чем в два раза пре| /
восходит тротил и, кроме того^етличасТся высокой зажигательной^/
способностью». Новиков отмечал, что «совещание признало исклю¬
чительную необходимость применения новой «гексогеновой» взрыв¬
чатки в бронебойно-зажигательных снарядах, в снарядах для авиа¬
ционных пушек, а также в фугасных авиабомбах. ГКО также принял
несколько постановлений, предусматривавших создание произ¬
водств гексогена и взрывчатых составов на его основе. Началось
строительство и оборудование снаряжательных цехов. Проводились
государственные испытания боеприпасов, снаряженных новой
мощной взрывчаткой. Е. Г. Ледин возглавил Специальное экспери-
менатльно-производственное бюро, в котором разрабатывали тех¬
нологию изготовления полученных им новых взрывчатых веществ...
Производство гексогена в 1942 году увеличилось в десять раз по
сравнению с 1941 годом». За разработку нового вида жйЬШНШЖИ
Е. Г. Ледину и его ближайшим дш>щщши4ам-§шщ.шжсуж11ена£тя-
Даже в тяжкие годы войны Сталин с большим
341
вниманием относился ко всему новому, прогрессивному, необходи¬
мому». В качестве примера он привел рассказ о том, как Сталин от¬
несся к предложению инженер-контр-адмирала Акселя Ивановича
Берга о развитии радиолокации. Как только Голованов рассказал
Сталину о предложении Берга, «в тот же день было принято реше¬
ние о создании Совета по радиолокации при ГКО во главе с Г. М. Ма-
ленковым. АЛ1. Берг был ваана^ен заместителемдаедседателя это-
( БорясьпрсйГзма,.Сталин отвед>тад..все„ «гожлалоц»
лишь в угоду сложившихся^пщщд, не считаясь с задачами войны.
\ ToMMffiFSc^ когда Б. М. Шапошников представил
ему план занятий в Академии Генерального штаба, в котором треть
«сравнительно краткосрочного курса отводилась политическому
I образованию... Сталин весь этот раздел вычеркнул и дал указание
I расширить военные дисциплины, сказав при этом: «Свою полити-
i ческую образованность наши командные кадры очень хорошо пока-
* В. Н. Новиков рассказывает, что, когда начальника Главного ар-
) тиллерийского управления Н. Д. Яковлева стали осуждать за то, что
на саблях, которые он приказал выдать кавалеристам, красовалась
надпись: «За Бога, Царя и Отечество», то Сталин заметил: «Если
f ^ надпись «За Бога, Царя и Отечество» не мешает рубить врага, то
tпусть кавалеристы и продолжают делать это».
Кроме того, Сталину не раз приходилось разбираться в сложных
проблемах, порожденных некомпетентностью, безответственно¬
стью и интриганством. Голованов рассказывал, что, «кажется... вес¬
ной, в апреле, мне позвонил Сталин и осведомился, все ли готовые
самолеты мы вовремя забираем с заводов. Я ответил, что самолеты
забираем по мере готовности. «А нет ли у вас данных, много ли стоит
на аэродромах самолетов, предъявленных заводами, но не принятых
военными представителями?» — спросил Сталин.
«Ответить на это я не мог и попросил разрешения уточнить не¬
обходимые сведения для ответа. «Хорошо. Уточните и позвони¬
те», — сказал Сталин. Я немедленно связался с И. В. Марковым, глав¬
ным инженером АДД. Он сообщил мне, что предъявленных завода¬
ми и не принятых самолетов на заводских аэродромах нет. Я тотчас
же по телефону доложил об этом Сталину. «Вы можете приехать?» —
спросил Сталин. «Могу, товарищ Сталин». — «Пожалуйста, приез¬
жайте».
го Совета. Так решались важные для государства вопросы». Голова¬
нов заметил, что до этого Берг безуспешно рассылал свой объеми-
стый доклад по этой проблеме,
I зал и и показывают на фронте, а вот военных познаний им еще не
1 f хватает. Это — главное, на это делайте упор».
342
«Войдя в кабинет, я увидел там командующего ВВС генерала
П. Ф. Жигарева, что-то горячо доказывавшего Сталину. Вслушав¬
шись в разговор, я понял, что речь идет о большом количестве само¬
летов, стоявших на заводских аэродромах. Эти самолеты якобы бы¬
ли предъявлены военной приемке, но не приняты, как тогда гово¬
рили, «по бою», то есть были небоеспособны, имели различные
технические дефекты».
«Генерал закончил свою речь словами: «А Шахурин (нарком
авиапромышленности. — Прим. А. Е. Голованова) вам врет, товарищ
Сталин». — «Ну что же, вызовем Шахурина», — сказал Сталин. Он
нажал кнопку — вошел Поскребышев. — Попросите приехать Ша¬
хурина, — распорядился Сталин».
«Через несколько минут явился А. И. Шахурин, поздоровался и
остановился, вопросительно глядя на Сталина. «Вот тут нас уверя¬
ют, — сказал Сталин, — что те семьсот самолетов, о которых вы мне
говорили, стоят на аэродромах заводов не потому, что нет летчиков,
а потому, что они не готовы к бою, поэтому не принимаются воен¬
ными представителями, и что летчики в ожидании матчасти живут
там месяцами». — «Это неправда, товарищ Сталин», — ответил Ша¬
хурин.
«Вот видите, как получается: Шахурин говорит, что есть самоле¬
ты, но нет летчиков, а Жигарев говорит, что есть летчики, но нет са¬
молетов. Понимаете ли вы оба, что семьсот самолетов — это не семь
самолетов? Вы же знаете, что фронт нуждается в них, а тут целая ар¬
мия. Что же мы будем делать, кому из вас верить? — спросил Ста¬
лин».
«И тут раздался уверенный голос Жигарева: «Я ответственно, то¬
варищ Сталин, докладываю, что находящиеся на заводах самолеты к
бою не готовы». — «А вы что скажете?» — обратился Сталин к Ша-
хурину. «Ведь это же, товарищ Сталин, легко проверить, — ответил
тот. — У вас здесь прямые провода. Дайте задание, чтобы лично вам
каждый директор завода доложил о количестве готовых по бою са¬
молетов. Мы эти цифры сложим и получим общее число». — «Пожа¬
луй, правильно. Так и сделаем», — согласился Сталин. В диалог вме¬
шался Жигарев: «Нужно обязательно, чтобы телеграммы вместе с
директорами заводов подписывали и военпреды». —• «Это тоже пра¬
вильно», — сказал Сталин. Он вызвал Поскребышева и дал ему соот¬
ветствующие указания. Жигарев попросил Сталина вызвать генерала
Н. П. Селезнева, который ведал заказами на заводах. Вскоре Селез¬
нев прибыл, и ему было дано задание подсчитать, какое количество
самолетов находится на аэродромах заводов. Николай Павлович сел
за стол и занялся подсчетами».
343
«Надо сказать, что организация связи у Сталина была отличная.
Прошло совсем немного времени, и на стол были положены теле¬
граммы с заводов за подписью директоров и военпредов. Закончил
подсчет и генерал Селезнев, не знавший о разговорах, которые ве¬
лись до него. «Сколько самолетов на заводах?» — обратился Сталин
к Поскребышеву. «Семьсот один», — ответил он. «А у вас?» — спро¬
сил Сталин, обращаясь к Селезневу. «У меня получилось семьсот
два», — ответил Селезнев. «Почему их не перегоняют?» — опять, об¬
ращаясь к Селезневу, спросил Сталин. «Потому что нет экипа¬
жей», — ответил Селезнев. Ответ, а главное, его интонация не вызы¬
вали никакого сомнения в том, что отсутствие экипажей на заво¬
дах — вопрос давно известный... Все присутствовавшие, в том числе
и Сталин, замерли и стояли неподвижно, и лишь один Селезнев
спокойно смотрел на всех нас, не понимая, в чем дело... Длилось это
довольно долго».
«Я взглянул на Сталина. Он был бледен и смотрел широко от¬
крытыми глазами на Жигарева, видимо, с трудом осмысливая про¬
исшедшее. Чувствовалось, его ошеломило не то, почему такое ог¬
ромное число самолетов находится до сих пор еще не на фронте, что
ему было известно, не установлены были лишь причины, а та убеж¬
денность и уверенность, с которой генерал говорил неправду».
«Наконец, лицо Сталина порозовело, было видно, что он взял
себя в руки. Обратившись к А. И. Шахурину и Н. П. Селезневу, он
поблагодарил их и распрощался. Я хотел последовать их примеру, но
Сталин жестом остановил меня. Он медленно подошел к генералу.
Рука его стала пониматься. «Неужели ударит?» — мелькнула у меня
мысль. «Подлец! — с выражением глубочайшего презрения сказал
Сталин и опустил руку. — Вон[» Быстрота, с которой удалился Павел
Федорович, видимо, соответствовала его состоянию. Мы остались
вдвоем».
«Сталин долго в молчании ходил по кабинету. Глядя на него, ду¬
мал и я. Какую волю, самообладание надо иметь, как умел держать
себя в руках этот изумительный человек, которого с каждым днем
узнавал я все больше и больше... Как он поступит сейчас с генера¬
лом? «Вот и повоюй и поработай с таким человеком. Не знает даже,
I что творится в его же епархии!» — наконец заговорил Сталин». (Вско-
/ ре П. Ф. Жигарев был назначен командующим ВВС Дальневосточ¬
ного фронта. Но уже в 1946 году он вернулся в Москву, став первым
заместителем командующего ВВС. В 1949 году П. Ф. Жигарев стал
главнокомандующим ВВС и оставался на этом посту до 1957 года.)
Оценивая обстановку весной 1942 года, А. М. Василевский от¬
мечал: «К тому времени в основном был закончен перевод мирной
344
промышленности на военные рельсы. Удалось решить главную за¬
дачу — успешно завершить эвакуацию основных промышленных
предприятий, материальных ценностей и рабочей силы из западных
районов страны на восток. В Поволжье, Средней Азии, на Урале и в
Сибири были созданы новые предприятия и отрасли промышлен¬
ности, преимущественно оборонной... На основе этих достижений
появилась возможность создать новые воинские формирования и
внести существенные изменения в организацию войск. До весны
1942 года стратегические разервы комплектовались преимущест¬
венно из новобранцев, сведенных в части и соединения. Теперь Ген¬
штаб и Ставка предпочитали выводить с фронта ослабленные диви¬
зии и бригады на отдых и боевую подготовку, вливая в них свежее
пополнение и снабжая всем необходимым. Это улучшало обучение
маршевого пополнения. Командные кадры для новых формирова¬
ний готовились в военных академиях, училищах и на курсах».
В эти месяцы Сталин постоянно подчеркивал необходимость
усилить военную подготовку советских воинов. В приказе наркома
обороны по случаю 1 Мая И. В. Сталин писал: «Мы хотим освобо¬
дить нашу Советскую землю от немецко-фашистских мерзавцев...
У Красной Армии есть все необходимое для того, чтобы осущест¬
вить эту возвышенную цель. Не хватает только одного — умения ис¬
пользовать против врага ту первоклассную технику, которая предос¬
тавляет ей наша Родина. Поэтому задача Красной Армии, ее бойцов,
ее пулеметчиков, ее танкистов, ее летчиков, ее кавалеристов состоит
в том, чтобы учиться военному делу, учиться настойчиво, изучать в
совершенстве свое оружие, стать мастерами своего дела и научиться,
таким образом, бить врага наверняка. Только так можно научиться
искусству побеждать врага».
По словам Василевского, Сталин в начале 1942 год считал необ¬
ходимым осуществлять «активную стратегическую оборону. Но на¬
ряду с ней он полагал целесообразным провести частичные наступа¬
тельные операции в Крыму, в районе Харькова, на льговско-кур¬
ском и смоленском направлениях, а также в районах Ленинграда и
Демянска. Начальник Генерального штаба Б. М. Шапошников
стоял на том, чтобы не переходить к широким контрнаступатель¬
ным действиям до лета... В результате И. В. Сталин согласился с
предложениями и выводами начальника Генерального штаба. В то
же время было принято решение: одновременно с переходом к стра¬
тегической обороне предусмотреть проведение на ряде направлений
частных наступательных операций, что, по мнению Верховного Глав¬
нокомандующего, должно было закрепить успехи зимней кампа¬
нии, улучшить оперативное положение наших войск, удержать стра¬
345
тегическую инициативу и сорвать мероприятия гитлеровцев по под¬
готовке наступления летом 1942 года. Предполагалось, что все это в
целом создаст благоприятные условия для развертывания летом еще
более значительных наступательных операций Красной Армии на
всем фронте от Балтики до Черного моря».
О том, что Сталин не оставлял надежд на переход от активной
стратегической обороны к победоносному наступлению уже в
1942 году, свидетельствует концовка его приказа от 1 мая: «Прика¬
зываю... всей Красной Армии — добиться того, чтобы 1942 год стал
годом окончательного разгрома немецко-фашистских войск и осво¬
бождения Советской земли от гитлеровских мерзавцев!»
Василевский замечал, что «Г. К. Жуков, поддерживая в основ¬
ном Шапошникова, считал в то же время крайне необходимым раз¬
громить в начале лета ржевско-вяземскую группировку врага». По¬
зиция Жукова объяснялась тем, что к этому времени наиболее круп¬
ная группировка немецких войск (до 70 дивизий) находилась на
московском направлении. Как замечал Василевский, «это давало
Ставке и Генштабу основания полагать, что с началом летнего пе¬
риода противник попытается нанести нам решительный удар имен¬
но на центральном направлении. Это мнение, как мне хорошо из¬
вестно, разделяло командование большинства фронтов... Обоснован¬
ные данные нашей разведки о подготовке главного удара врага на
юге не были учтены. На юго-западное направление было выделено
меньше сил, чем на западное. Стратегические резервы соответст¬
венно сосредотачивались в основном возле Тулы, Воронежа, Ста¬
линграда и Саратова. Критически оценивая теперь принятый тогда
план действий на лето 1942 года, вынужден сказать, что самым уяз¬
вимым оказалось в нем решение одновременно обороняться и на¬
ступать».
Готовились к летней кампании и в руководстве германской
армии. Типпельскирх писал: «Был разработан план нанести летом
1942 года русской армии сокрушительный удар на юге, уничтожить
там крупные силы и захватом важнейших районов настолько эконо¬
мически ослабить страну, чтобы русские в течение длительного вре¬
мени были лишены возможности вести активные боевые действия.
Если бы Советский Союз потерял необходимую ему для ведения
нефть на Кавказе и богатые сельскохозяйственные области... до
нижнего течения Волги, то американская помощь, возможно, не
смогла бы возместить этих потерь».
Уже в начале мая 1942 года немецко-фашистские войска начали
наносить удары по линии обороны советских войск. Трудное поло¬
жение сложилось на Крымском фронте. 7 мая немцы начали там на¬
346
ступление, а уже через день прорвали оборону фронта. Ситуация на
Керченском полуострове быстро ухудшалась. С 17 мая развернулись
арьергардные бои, чтобы позволить нашим войскам эвакуироваться
из Крыма, но провести эвакуацию организованно не удалось. Про¬
тивник захватил почти всю боевую технику и тяжелое вооружение
советских войск. По данным генерала Бутлара, в боях на Керчен¬
ском полуострове немцами «было захвачено 150 тысяч пленных,
1133 орудия, 255 танков и 323 самолета».
4 июня Ставка приняла директиву, в которой безошибочно уга¬
дывалась сталинская стилистика. В ней были подробно разобраны
все ошибки руководства Крымского фронта. Из анализа ошибок
следовал вывод: «Задача заключается в том, чтобы наш командный
состав по-настоящему усвоил природу современной войны, понял
необходимость глубокого эшелонирования войск и выделения ре¬
зервов, понял значение организации войск и выделения резервов,
понял значение организации взаимодействия всех родов войск, и
особенно взаимодействия наземных сил с авиацией. Задача заклю¬
чается в том, чтобы наш командный состав решительно покончил
с порочными методами бюрократически-бумажного руководства и
управления войсками, не ограничивался отдачей приказов, а бывал
почаще в войсках, в армиях, дивизиях и помогал своим подчинен¬
ными в деле выполнения приказов командования. Задача заключа¬
ется в том, чтобы наш командный состав, комиссары и политработ¬
ники до конца выкорчевали элементы недисциплинированности в
среде больших и малых командиров».
Командующий фронтом Д. Т. Козлов, член Военного совета ди¬
визионный комиссар Ф. А. Шаманин, начальник штаба фронта
П. П. Вечный и ряд других командиров были сняты с должностей, а
Козлов и Шаманин были понижены в звании. Представитель Став¬
ки Л. 3. Мехлис был снят с должности заместителя наркома обороны
и начальника Главного политического управления Красной Армии
и понижен в звании до корпусного комиссара. Политуправление
Красной Армии возглавил секретарь ЦК ВКП(б) и кандидат в члены
Политбюро А. С. Щербаков.
Козлов пытался протестовать против принятого в отношении
его решения, и Рокоссовский стал свидетелем его разговора со Ста¬
линым. Оправдываясь, Козлов говорил, что «он делал все, что мог,
чтобы овладеть положением, приложил все силы... Сталин спокойно
выслушал его, не перебивая. Слушал долго. Потом спросил: «У вас
все?» — «Да». — «Вот видите, вы хотели сделать все, что могли, но не
смогли сделать того, что были должны сделать». В ответ на эти сло¬
ва, сказанные очень спокойно, Козлов стал говорить о Мехлисе, что
347
Мехлис не давал ему делать то, что он считал нужным, вмешивался,
давил на него, и он не имел возможности командовать из-за Мехли-
са так, как считал необходимым».
«Сталин спокойно остановил его и спросил: «Подождите, това¬
рищ Козлов! Скажите, кто был у вас командующим фронтом, вы или
Мехлис?» — «Я». — «Значит, вы командовали фронтом?» — «Да». —
«Ваши приказания обязаны были выполнять все на фронте?» — «Да,
но...» — «Подождите. Мехлис не был командующим фронтом?» —
«Не был...» «Значит, вы командующий фронтом, а Мехлис не ко¬
мандующий фронтом? Значит, вы должны были командовать, а не
Мехлис, да?» — «Да, но...» — «Подождите. Вы командующий фрон¬
том?» — «Я, но он мне не давал командовать». — «Почему же вы не
позвонили и не сообщили?» — «Я хотел позвонить, но не имел воз¬
можности». — «Почему?» — «Со мною все время находился Мехлис,
и я не мог позвонить без него. Мне пришлось бы звонить в его при¬
сутствии». — «Хорошо. Почему же вы не могли позвонить в его при¬
сутствии?» Молчит. «Почему, если вы считали, что вы правы, а не
он, почему же не могли позвонить в его присутствии? Очевидно, вы,
товарищ Козлов, боялись Мехлиса больше, чем немцев?» — «Вы не
знаете Мехлиса, товарищ Сталин», — воскликнул Козлов. «Ну, это,
положим, неверно, товарищ Козлов. Я-то знаю товарища Мехлиса.
А теперь хочу вас спросить: почему вы жалуетесь? Вы командовали
фронтом, вы отвечали за действия фронта, с вас за это спрашивает¬
ся. Вот за то, что не осмелились снять трубку и позвонить, а в резуль¬
тате провалили операцию, мы вас и наказали... Я считаю, что все
правильно сделано с вами, товарищ Козлов».
Потом, когда Козлов ушел, Сталин повернулся к Рокоссовскому
и, прощаясь с ним, сказал: «Вот какой интересный разговор, това¬
рищ Рокоссовский». К. К. Рокоссовский вспоминал: «Я вышел из
кабинета Верховного Главнокомандующего с мыслью, что мне, че¬
ловеку, недавно принявшему фронт, был дан предметный урок. По¬
верьте, я постарался его усвоить».
Потеря Керченского полуострова существенно ухудшила поло¬
жение героических защитников Севастополя. Еще 7 ноября 1941 го¬
да Сталин направил директиву Верховного Главнокомандования об
обороне Севастополя. В ней говорилось: «С целью сковать Силы
противника в Крыму и не допустить его на Кавказ через Таманский
полуостров Ставка Верховного Главнокомандования приказывает:
Главная задача ЧФ (Черноморского флота. — Прим. авт.) пред¬
принять активную оборону Севастополя и Керченского полуостро¬
ва всеми силами. Севастополь не сдавать ни в коем случае и оборо¬
нять его всеми силами. Все три старых крейсера и старые минонос¬
цы держать в Севастополе... Организуйте и обеспечьте перевозку в
Севастополь и Керчь войск, отходящих на Ялту, Алушту и Судак.
Эвакуировать из Севастополя и Керчи на Кавказ все ценности, но
не нужные для обороны.
Сталин. Шапошников. Кузнецов».
Прежние неоднократные попытки немцев взять штурмом Сева¬
стополь в конце 1941 года и начале 1942 года проваливались. После
захвата Керченского полуострова на штурм города были брошены
все немецкие войска, находившиеся в Крыму. По словам фельдмар¬
шала Манштейна, «во Второй мировой войне немцы никогда не
достигали такого массированного применения артиллерии, особен¬
но тяжелой, как в наступлении на Севастополь». Немцы имели пре¬
восходство над силами осажденных в Севастополе войск по людям в
3 раза, по артиллерийским орудиям в 1,3 раза, по танкам — в 15 раз,
по самолетам — в 6 раз. Кроме того, боеприпасы и военная техника к
защитникам города поступала морем, а советские суда постоянно
подвергались налетам немецкой авиации.
12 июня 1942 года Сталин направил приветствие вице-адмиралу
Октябрьскому и генерал-майору Петрову. В нем говорилось: «Горя¬
чо приветствую доблестных защитников Севастополя красноармей¬
цев, краснофлотцев, командиров и комиссаров, мужественно от¬
стаивающих каждую пядь Советской земли и наносящих удары не¬
мецким захватчикам и их румынским прихвостням. Самоотвержен¬
ная борьба севастопольцев служит примером героизма для всей
Красной Армии и советского народа. Уверен, что славные защитни¬
ки Севастополя с достоинством и честью выполнят свой долг перед
Родиной. Сталин».
И все же после 250 суток напряженных боев осажденный город-
герой был сдан немецким захватчикам 4 июля 1942 года. Победа дос¬
талась гитлеровцам дорогой ценой. За время осады города они поте¬
ряли более 300 тысяч убитыми и ранеными. Немалые потери понесли
и советские воины. Из 105 тысяч защитников города лишь 45 тысяч
осталось в живых, получивших медали «За оборону Севастополя».
Неудачи преследовали Красную Армию и на других фронтах. На
Западном фронте противнику удалось в апреле 1942 года взять в тис¬
ки группу войск П. А. Белова и М. Г. Ефремова и разгромить часть из
них. При этом погиб командующий 33-й армией генерал-лейтенант
М. Г. Ефремов. Потерпела неудачу и попытка прорвать блокаду Ле¬
нинграда наступлением 2-й ударной армии под командованием ге¬
нерал-майора А. А. Власова. В конце мая 1942 года армия попала в
окружение, а Власов добровольно сдался немцам и вскоре стал со-
349
трудничать с ними, возглавив созданную оккупантами «Российскую
освободительную армию».
Особенно тяжелое поражение понесли наши войска на юго-за-
падном направлении. 22 марта 1942 года члены Военного совета
юго-западного направления С. К. Тимошенко и Н. С. Хрущев пред¬
ложили развернуть наступление с Барвенковского выступа. В ответ
на предложения Тимошенко и Хрущева Генштаб указал на невоз¬
можность осуществления операции таких масштабов. Сталин с этим
согласился, но, по словам Василевского, в то же время «дал указание
С. К. Тимошенко на разработку частной, более узкой операции, чем
тот намечал, операции с целью разгрома харьковской группировки
врага наличными силами и средствами юго-западного направле¬
ния».
Хотя начавшееся 12 мая наступление войск Юго-Западного
фронта на Харьков сначала успешно развивалось, 17 мая противник
нанес контрудар по наступавшим войскам. А. М. Василевский тот¬
час же предложил Верховному Главнокомандующему немедленно
прекратить наступление на Харьков, чтобы отразить угрозу с юга.
Однако, когда И. В. Сталин переговорил с Тимошенко и Хрущевым,
те его заверили, что положение на юге скоро нормализуется, и на¬
стояли на продолжении наступления.
На следующий день, 18 мая, обстановка еще более обострилась.
И снова А. М. Василевский предложил Верховному Главнокоман¬
дующему остановить Харьковскую операцию и повернуть нашу удар¬
ную группировку на юг для отпора врагу. Опять И. В. Сталин пере¬
говорил с Тимошенко, и тот опять ответил успокоительными заве¬
рениями. Наступление продолжалось.
Лишь вечером 18 мая Хрущев и Тимошенко забилй тревогу и
стали требовать прекращений наступления. В 1956 году в своем док¬
ладе на закрытом заседании XX съезда КПСС Н. С. Хрущев возлагал
всю вину на Сталина, и лишь на него одного, за харьковскую катаст¬
рофу. Вина же Сталина состояла лишь в том, что он согласился с
рискованным планом Тимошенко и Хрущева, хотя и постарался ог-
/ раничить его задачи. Когда же Хрущев вечером 18 мая стал убеждать
/ Сталина в необходимости отказаться от действий, вытекавших из
I предложенного им же плана, Сталин несколько часов не соглашался
I с этим, ссылаясь на аргументы, которые в течение нескольких не¬
дель выдвигали Хрущев и Тимошенко. Вряд ли эти часы могли что-
либо изменить в ходе операции, уже обреченной на провал.
К этому времени ситуация на фронте еще более ухудшилась. Как
вспоминал Василевский, «19 мая ударная группировка противника,
действовавшая на Барвенковском выступе, вышла в тыл советским
войскам, и только тогда Тимошенко отдал, наконец, приказ прекра¬
тить дальнейшее наступление на Харьков и использовать основные
силы нашей ударной группировки для ликвидации прорыва и вос¬
становления положения в полосе 9-й армии. Верховный утвердил
это решение. Но, к сожалению, состоялось оно слишком поздно:
три армии Южного и Юго-Западного фронтов понесли тяжелые по¬
тери». Погибли командующие 57-й и 6-й армии К. П. Подлас и
А. М. Городнянский, а также другие генералы, офицеры, рядовые
красноармейцы. По данным германского военного командования
в боях под Харьковом немцами было захвачено 240 тысяч пленных,
2026 орудий, 1249 танков. Лишь меньшая часть группировки совет¬
ских войск смогла выбраться из окружения.
В тогдашних условиях Сталин решил не устраивать разбора при¬
чин харьковской катастрофы. К тому же Тимошенко и Хрущев, нес¬
шие наибольшую вину за происшедшее, были слишком крупными
фигурами, опала которых свидетельствовала о кризисе в советских
верхах. «Козлом отпущения» был избран начальник штаба фронта
генерал И. X. Баграмян. О том, что Сталин отдавал себе отчет в мас¬
штабах катастрофы и кто больше всего виноват в ней, свидетельст¬
вовало содержание директивного письма Военному совету Юго-За¬
падного фронта от 26 июня 1942 года:
«Мы здесь в Москве, члены Комитета Обороны и люди из Ген¬
штаба, решили снять с поста начальника штаба Юго-Западного
фронта тов. Баграмяна. Тов. Баграмян не удовлетворяет Ставку не
только как начальник штаба, призванный укреплять связь и руковод¬
ство армиями, но не удовлетворяет Ставку даже и как простой ин¬
форматор, обязанный честно и правдиво сообщать в Ставку о поло¬
жении на фронте. Более того, т. Баграмян оказался неспособным из¬
влечь урок из той катастрофы, которая разразилась на Юго-Западном
фронте. В течение каких-либо трех недель Юго-Западный фронт
благодаря своему легкомыслию не только проиграл наполовину вы¬
игранную Харьковскую операцию, но успел еще отдать противнику
18—20 дивизий.
Это катастрофа, которая по своим пагубным результатам равно¬
сильна катастрофе с Ранненкампфом и Самсоновым в Восточной
Пруссии. После всего случившегося тов. Баграмян мог бы при жела¬
нии извлечь урок и научиться чему-либо. К сожалению, этого пока
не видно. Теперь, как и до катастрофы, связь штаба с армиями оста¬
ется неудовлетворительной, информация недоброкачественная, при¬
казы даются армиям с запозданием, отвод частей происходит также
с опозданием, в результате чего наши полки и дивизии попадают в
окружение теперь так же, как и две недели назад.
351
Я считаю, что с этим надо покончить. Правда, вы очень сочувст¬
вуете и высоко цените т. Баграмяна. Я думаю, однако, что вы здесь
ошибаетесь, как и во многом другом.
Направляем к вам временно в качестве начальника штаба замес¬
тителя начальника Генштаба тов. Бодина, который знает ваш фронт
и может оказать большую услугу.
Тов. Баграмян назначается начальником штаба 28-й армии. Если
тов. Баграмян покажет себя с хорошей стороны в качестве началь¬
ника штаба армии, то я поставлю вопрос о том, чтобы дать ему по¬
том возможность двигаться дальше. (В конце Великой Отечествен¬
ной войны генерал армии И. X. Баграмян командовал войсками 1-го
Прибалтийского фронта. — Прим. авт.)
Понятно, что дело здесь не только в тов. Баграмяне. Речь идет
также об ошибках всех членов Военного совета и, прежде всего, тов.
Тимошенко и тов. Хрущева. Если бы мы сообщили стране во всей
полноте о той катастрофе — с потерей 18—20 дивизий, которую пе¬
режил фронт и продолжает еще переживать, то боюсь, что с вами по¬
ступили бы очень круто. Поэтому вы должны учесть допущенные
вами ошибки и принять все меры к тому, чтобы впредь они не имели
места.
Главная задача фронта на сегодняшний день состоит в том, чтобы
прочно удерживать в своих руках восточный берег р. Оскол и север¬
ный берег р. Северский Донец, удерживать во что бы то ни стало, чего
бы это ни стоило. За целость и сохранность всех наших позиций на
восточном берегу реки Оскол, на северном берегу Северского Донца
и на других участках фронта будете отвечать все вы, члены Военного
совета, своей головой. *
Мы решили оказать вам помощь и дать вам шесть истребитель¬
ных бригад (без дивизионных управлений), один танковый корпус,
два полка PC, несколько полков противотанковой артиллерии, 800
противотанковых ружей. Стрелковых дивизий не можем дать, так
как нет у нас готовых к бою.
Желаю вам успеха,
И. Сталин».
Комментируя этот приказ, Р. Косолапое писал: «Свое обещание
дать И. X. Баграмяну «возможность двигаться дальше» Сталин вы¬
полнил. А, не сообщив «стране во всей полноте о той катастрофе,
которую пережил фронт» и в которой повинны, прежде всего,
С. К. Тимошенко и Н. С. Хрущев, он позволил последнему посту¬
пить «очень круто» с собой».
Говоря о последствие харьковской катастрофы, Василевский
писал: «В результате этих неудач и обстановка, и соотношение сил
352
Сосо Джугашвили среди одноклассников
(в верхнем ряду 4-й слева)
Иосиф Джугашвили - ученик Тифлисской семинарии. 1894 г.
м
Иосиф Джугашвили (революционный псевдоним — Коба)
1900 г.
И. В. Сталин в Туруханской ссылке (1913-1917 гг.)
В. И. Ленин выступает с броневика на площади
Финляндского вокзала в Петрограде 3 апреля 1917 г.
Справа от него — И. В. Сталин (с картины В. Серова)
Лето 1918 года. И. В. Сталин и К. Е. Ворошилов
на Царицынском фронте (фрагмент картины М. Грекова)
Портрет С. М. Буденного И. В. Сталин в 1918 г.
(художник В. И. Мешков)
И. В. Сталин и Ф.Э. Дзержинский проводят смотр войск ВЧК
перед отправкой на Восточный фронт
(художник В. Щеглов)
И. В. Сталин, В. И. Ленин и М. И. Калинин
на VIII съезде РКП(б). Март 1919 г.
И. В. Сталин в 1920 г.
И. В. Сталин на палубе крейсера «Червона Украина»
Черноморского флота. 25 июля 1929 г.
И. В. Сталин в начале 1930-х годов
И. В. Сталин на Мавзолее. Середина 1930-х годов
Ближняя дача Сталина
Зал заседаний на даче Сталина
И. В. Сталин и члены Политбюро на аэродроме Тушино
(художник B.C. Сварог)
И. В. Сталин и К. Е. Ворошилов в Кремле
(художник А. М. Герасимов)
И. В. Сталин, народный комиссар иностранных дел СССР
В. М. Молотов, нарком обороны К. Е. Ворошилов
И. В. Сталин на заседании Президиума Верховного Совета СССР.
Справа от него — Председатель Президиума М. И. Калинин,
секретарь Президиума — А. Ф. Горкин
Плакат 1930-х годов
^J&t* V.-
ПРАВДА
vs*** Цтч*ш«- •> * «* ** ’ виа*.
%****. i «*.,* mi . »jm%ws-
Иге-* #ШШ;/ ГII <к*- л#. „V/W*. S itilHlClt
H*pmi*tet ииц h’fittt Hi ш Лр.чии, )unuei*> c.nutt>nm
KpniwHu >int!
Иге tiiji'i ~иа *\t * ч и?шш*
tttU'pi'th ;r* tniutx *и**игп\\*
llcl ршмо
11 редседатсля Г ос уда ре т не н m м u Кп\т i v i ;i < Кнцмжы
II В, € Т Л Л II II Л.
># *шь» 1*^ *1 »«:«:**
Twmpm#' fimwjm**’ * ,'1."'' V~< ’’
Первая полоса газеты «Правда» с выступлением И. В. Сталина
3 июля 1941 г.
• ч«Ь***к< ; Л'-
* ' :i%k«
SrfDnMLi >-*П"
( ВРАГ БУДЕТ РАЗБИТ.
ПОБЕДИ будет
ЗА НИМИ!
г
Советские войска направляются на фронт
Верховный
Главнокомандующий, нарком
обороны СССР И. В. Сталин
Гл ав н о ком анду ющи й
войсками Западного
направления Маршал
Советского Союза
С. К. Тимошенко
Главнокомандующий
войсками Северо-Западного
направления Маршал
Советского Союза
К. Е. Ворошилов
Главнокомандующий
войсками Юго-Западного
направления Маршал
Советского Союза
С. М. Буденный
на юге резко изменились в пользу противника. Изменились... имен¬
но там, где немцы наметили свое летнее наступление. Это и обеспе¬
чило им успех прорыва к Сталинграду и на Кавказе».
Глава 18
СТАЛИНГРАДСКОЕ СРАЖЕНИЕ
28 июня 1942 года войска Германии и ее союзников развернули
новое, тщательно подготовленное наступление, имевшее целью за¬
хват Кавказа и выход к Волге в районе Сталинграда. Группа немец¬
ких армий «Юг» была разделена на группу «А» под командованием
фельдмаршала Листа в составе 1-й танковой и 17-й полевой армии и
группу «Б» под командованием фельдмаршала фон Бока в составе
4-й танковой, 6-й и 2-й полевых армий. В резерве следовали 2 румын¬
ские армии, 1 венгерская и 1 итальянская армии, а также хорватские
и словацкие части. Линия фронта, которую Сталин приказывал Ти¬
мошенко и Хрущеву защищать, отвечая за это собственными голо¬
вами, была прорвана.
Командующие фронтами Красной Армии осознавали угрозу но¬
вого наступления немцев и постоянно обращались в Ставку с прось¬
бами укрепить тот или иной фронт. Однако через год войны резервы
были на исходе. Штеменко вспоминал, что на просьбы о выделении
дополнительных резервов Верховный Главнокомандующий вынуж¬
ден был отвечать: «У Ставки нет готовых к бою новых дивизий... На¬
ши ресурсы по вооружению ограничены, и учтите, что, кроме ва¬
шего фронта, есть еще у нас другие фронты... Воевать надо не чис¬
лом, а умением». В ответ на просьбу С. К. Тимошенко выделить «одну
стрелковую дивизию» для Юго-Западного фронта И. В. Сталин от¬
ветил: «Если бы дивизии продавались на рынке, я бы купил для вас
5—6 дивизий, а их, к сожалению, не продают».
О том, что Сталин придавал огромное значение сбережению со¬
ветских воинов, свидетельствовал его приказ № 281 (1941 года)
«О порядке представления к правительственной награде военных
санитаров и носильщиков за хорошую боевую работу». Этот приказ
приравнивал спасение раненых к боевому подвигу. За вынос с поля
боя 15 раненых с оружием санитар и носильщик награждались меда¬
лью «За боевые заслуги» или «За отвагу»; за вынос 25 раненых — ор¬
деном Красной Звезды, 40—орденом Красного Знамени, 80—орде¬
ном Ленина. За вынос 100 раненых санитару и носильщику присваи¬
вали звание Героя Советского Союза. Факты о стремлении сохра¬
нить жизнь каждого раненого бойца опровергают ложь о том, что
советское руководство не считалось с гибелью людей на фронтах и
«заваливало трупами» немцев.
Постановлением Политбюро ЦК ВКП(б) от 3 октября 1941 года,
принятом по инициативе Сталина, были созданы областные, крае¬
вые и республиканские комитеты помощи по обслуживанию боль¬
ных и раненых бойцов и командиров Красной Армии. Это способст¬
вовало улучшению их обслуживания. В результате за гопы войны
госпитали СССЕйОЗДРаццщ в с1ройболее7.мш1шшзшв.дйИыав,,а1о
составлял
" О том, что^СТОгаи-етремился предотвратить ненужные людские
жертвы, свидетельствует воспоминание А. Е. Голованова. В июле
1942 года он доложил Сталину об очередном налете самолетов авиа¬
ции дальнего действия (АДД) на Данциг. В ходе полета самолеты по¬
пали в грозу, и 10 из них не вернулись на свои аэродромы. Посколь¬
ку АДД была подчинена Сталину, Голованов доложил ему об итогах
налета.
«Как же метеорологи не предусмотрели этих грозовых явле¬
ний?» — спросил Сталин. «Метеорологи, товарищ Сталин, предска¬
зывали грозы», — ответил Голованов. «Так кто же тогда послал само¬
леты? За это нужно привлечь к ответственности». — «Приказ на вы¬
лет дал я и допустил ошибку. Больше в этом никто не виноват».
Последовала длительная пауза».
«И часто вы даете приказание на вылет самолетов, когда синоп¬
тики считают погоду нелетной?» — спросил Сталин. «Думаю, това¬
рищ Сталин, что не ошибусь, если скажу — восемь раз из десяти». —
«Вот как?! А сколько экипажей вы сейчас недосчитываетесь?» —
«Пока десяти». — «У вас есть уверенность, что они придут на свои
аэродромы?» — «Нет, такой уверенности нет». — «Это серьезный во¬
прос, и нам надо в этом разобраться». В трубке раздались частые гуд¬
ки. Невеселый разговор был окончен».
Вскоре Голованов получил сообщение, что все экипажи, за ис¬
ключением двух, вернулись. «Тем временем, — вспоминал Голова¬
нов, — я подробно доложил Сталину, почему приходится принимать
решение на вылет вопреки прогнозам синоптиков. Если бы такие
решения не принимались, число наших ударов по глубоким тылам
противника сократилось бы в несколько раз, что, на мой взгляд, не¬
допустимо, хотя просчеты и ошибки, конечно, могут иметь место».
«А какие выводы вы сделали для себя?» — спросил Сталин.
«Мною даны указания довести до каждого экипажа категорическое
запрещение входить в грозовую облачность, при встрече с ней обхо¬
дить ее, а если это невозможно, возвращаться или же бомбить запас¬
354
ные цели, они даются всякий раз. Экипажи должны рассматривать
эти указания как приказ, а нарушителей будем привлекать к строгой
ответственности». — «Вы считаете, этих мероприятий достаточ¬
но?» — «Да, товарищ Сталин, считаю, что вполне достаточно. Летный
состав у нас дисциплинированный». — «Вы и впредь будете прини¬
мать свои решения так же, как и принимали их раньше?» — «Да, то¬
варищ Сталин».
«Разговор закончился. Но все же Сталин намеревался передать
авиации дальнего действия Главное управление гидрометеослужбы
при Совнаркоме СССР, что, по его мнению, повысило бы ответст¬
венность за прогнозы для полетов АД Д».
Тем временем наступление немецко-фашистских войск продол¬
жалось. Хотя в отличие от событий годичной давности наступление
немцев летом 1942 года началось уже в ходе продолжавшейся войны,
оно развивалось столь же стремительно, как и год назад. Этому спо¬
собствовали природные особенности этого региона. Как справедли¬
во указывал Штеменко, здесь отсутствовали естественные рубежи,
на которых можно было создать устойчивую оборону. В то же время
здесь было нелегко осуществить и намеченные немцами планы ок¬
ружения советских войск. По этой причине летом 1942 года части
Красной Армии быстро отходили по степям и полупустыням до та¬
ких трудно преодолимых естественных рубежей, как Волга и Кав¬
казский хребет, не позволяя немцам окружить их.
В начавшейся летней кампании Сталин своевременно разгадал
стратегическую важность города, названного в его честь. Голованов
стал свидетелем размышлений Сталина в те дни, когда немецко-фа-
шистские войска, остановленные Красной Армией под Воронежем,
двинулись на юг. Голованов вспоминал: «На столе перед Сталиным
лежала карта юго-западного направления. Видимо, до моего прихо¬
да Верховный изучал ее, а сейчас, глядя в окно, задумался над чем-то.
«Опять что-то случилось, и, видимо, серьезное», — мелькнуло у ме¬
ня в голове... Передо мной был уже не тот Сталин, которого я видел в
октябре 1941 года, но полное отсутствие людей в кабинете и тишина
невольно воскресили в памяти октябрь 41-го, прорыв немцев под
Вязьмой, так его тогда ошеломивший. В прошлом году было видно,
что Сталин ищет какое-то решение, что ему явно нужны люди, спо¬
собные помочь ему разобраться в военной обстановке, чем он еще,
видимо, тогда полностью не владел, хотя твердость и решительность
не покидали его и в те минуты, когда многим казалось, что все во¬
круг рушится».
«Сейчас это был уже другой Сталин. Это был Верховный Глав¬
нокомандующий, который решительно вмешивался, когда нужно, в
355
13*
практические военные вопросы, подводя под них и теоретическую
базу, как это было, например, с организацией артиллерийского на¬
ступления, с созданием мощных резервов, способных влиять на ход
войны, и ряда других вопросов... Сейчас, глядя на Сталина и дожи¬
даясь, когда он обернется ко мне, я думал, что теперь вряд ли его
можно ошеломить, застать врасплох; однако случилось что-то весь¬
ма неприятное, неожиданное, и он, видимо, размышляет о том, как
выйти из этого положения».
«Вот что, — наконец произнес он, обращаясь ко мне. — Связь с
Малиновским (в то время командующим Южным фронтом. —
Прим. А. Е. Голованова) у нас потеряна. Немец повернул на юг. Я ду¬
маю, не получив успеха под Воронежем, он пойдет сейчас на Ста¬
линград. Кавказ ему ничего не даст, он там не решит исхода войны.
Ключи от Москвы он хочет найти в Сталинграде. Я думаю, там, на
том направлении, будет решаться сейчас судьба войны».
Восстановив связь с Малиновским, Сталин продиктовал ему ди¬
рективу, в которой указал на опасность прорыва немцев советского
фронта и их выхода к Сталинграду. Он приказал объединить Южный
и Юго-Западный фронты в Южный под командованием Малинов¬
ского. В то же время штаб и весь аппарат Юго-Западного фронта
Сталин приказывал переместить в Сталинград и использовать для
сформирования Сталинградского фронта. Другой директивой, пе¬
реданной 12 июля 1942 года в 2 часа 45 минут, Сталин ставил задачу
Сталинградскому фронту: «Прочно занять Сталинградский рубеж
западнее р. Дон и ни при каких условиях не допустить прорыва про¬
тивника восточнее этого рубежа в сторону Сталинграда». Коман¬
дующим фронтом стал генерал-лейтенант В. Н. Гордов, а членом
Военного совета —; Н. С. Хрущев.
Тем временем наступление немцев по степной местности про¬
должалось, а 23 июля немецкие войска вклинились в оборону 62-й
армии, стремясь форсировать Дон и с ходу взять Сталинград. Вече¬
ром 23 июля Сталин телеграфировал Гордову: «Противник выбро¬
ской своих частей в район Цимлы отвлек наше внимание на юг, и в
это самое время он подводил потихоньку главные силы к правому
флангу фронта... На диверсии и фокусы противника в районе Цим¬
лы не обращать внимания и всю силу удара перенести ...на правый
фланг фронта... Имейте в виду, если противник прорвет правый
фланг и подойдет к Дону в район Гумрака или севернее, то он отре¬
жет ваши железнодорожные сообщения с севером. Поэтому правый
фланг вашего фронта считаю теперь решающим». С целью обеспе¬
чить контроль над ситуацией Сталин направил 23 июля в район Ста¬
линграда Василевского как представителя Ставки.
35В
24 июля был сдан Ростов, и немецкие войска устремились к югу.
После взятия немцами Ростова командующий войсками 17-й поле¬
вой армии генерал-лейтенант Руофф пригласил японского атташе
на пролет взорванного моста и, вытянув руку в направлении Батай-
ска, сказал: «Ворота на Кавказ открыты. Близится час, когда герман¬
ские войска и войска вашего императора встретятся в Индии».
Возникала угроза захвата немцами нефтяных промыслов в рай¬
оне Майкопа и Грозного. Заместитель наркома нефтяной промыш¬
ленности Н. К. Байбаков вспоминал: «В один из тех жарких июльских
дней меня вызвал в Кремль Сталин. Неторопливо пожав мне руку,
взглянул на меня спокойно и просто негромким, вполне будничным
голосом проговорил: «Товарищ Байбаков, Гитлер рвется на Кавказ.
Он объявил, что если не захватит нефть Кавказа, то проиграет вой¬
ну. Нужно сделать все, чтобы ни одна капля нефти не досталась нем¬
цам». И чуть-чуть ужесточив голос, Сталин добавил: «Имейте в виду, I
если вы оставите немцам хоть одну тонну нефти, мы вас расстреля¬
ем». Я до сих пор помню этот голос, хоть и спокойный, но требова¬
тельный, спрашивающий, его глуховатый тембр, твердый кавказ¬
ский акцент. Сталин не спеша прошелся туда-сюда вдоль стола и
после некоторой паузы снова добавил: «Но если вы уничтожите про¬
мыслы преждевременно, а немец их так и не захватит и мы останем¬
ся без горючего, мы вас тоже расстреляем».
Однако Байбаков не возмутился той альтернативой, которую
предлагал ему Сталин. Он прекрасно понимал, что эта альтернатива
предложена ему суровой реальностьЬ войны. Следствием захвата
нефти немцами могли быть новые жертвы среди воинов Красной
Армии и гражданского населения страны. К такому же результату
вело и лишение нефти наших войск. Виновный и в том, и в другом
по законам военного времени должен был нести самое жестокое
наказание. Байбаков так оценивал слова Сталина: «Тогда, когда
почти снова повторилось лето 1941 года, очевидно, иначе и нельзя
было говорить. Я молчал, думал и, набравшись духу, тихо сказал:
«Но вы мне не оставляете выбора, товарищ Сталин». Сталин остано¬
вился возле меня, медленно поднял руку и слегка постучал по виску:
«Здесь выбор, товарищ Байбаков. Летите. И с Буденным думайте,
решайте вопрос на месте». Разумеется, мне и в голову не могло прий¬
ти обидеться, осудить за жесткость, не оставлявшую никакого выбо¬
ра, сталинских условий, тем более воспринимать их как некую жес¬
токость. Ведь речь шла о высокой военной ответственности, о слиш¬
ком тяжелой цене возможной ошибки. Военное время сурово, пото¬
му что решается судьба страны, народа. Как же не отвечать своей
головой за ответственное дело? Нет, нужно не колеблясь класть
жизнь на алтарь спасения Родины».
Чтобы выполнить сталинское задание, Байбакову пришлось ока¬
заться под бомбежкой и артобстрелом противника. Однажды он чуть
не попал в плен, когда летчик пытался посадить его самолет у нем¬
цев. Однако он сумел выполнить суровый приказ Верховного Глав¬
нокомандующего и своевременно вывел из строя те нефтяные сква¬
жины, которые вскоре оказались в руках немцев по мере их наступ¬
ления к Главному Кавказскому хребту.
Между тем контрудары по противнику, наступавшему на Ста¬
линград, успеха не принесли, а 25 июля немецкие войска прорвали
оборону Сталинградского фронта. В ночь на 26 июля Сталин послал
через вернувшегося в Москву Василевского предупреждение Гордо-
ву: «Ставка категорически требует от Военного совета фронта... сде¬
лать все, чтобы немедленно ликвидировать прорвавшегося против¬
ника и восстановить положение». В тот же день Сталин вновь напра¬
вил директиву Гордову: «Действия командования Сталинградского
фронта вызывают у Ставки Верховного Главнокомандования возму¬
щение... Ставка требует, чтобы в ближайшие дни сталинградский
рубеж — оборонительная линия от Клетская до Калмыков была бы
безусловно восстановлена и чтобы противник был отогнан за линию
реки Чир. Если Военный совет фронта не способен на это дело,
пусть заявит об этом прямо и честно». Василевский вновь был на¬
правлен на Сталинградский фронт. В этой напряженной обстановке
Сталин 27 июля подготовил и наследующий день подписал знаме¬
нитый приказ наркома обороты № 221/
Приказ открывался словами о том, что «враг бросает на фронт
все новые силы» (и это делало вступление приказа схожим с началом
речи Сталина 3 июля 1941 года). Однако если год назад Сталин лишь
выражал недоумение по поводу того, что «наша славная Красная
Армия сдала фашистским войскам ряд наших городов и районов»,
то приказ 1942 года звучал как суровое обвинение: «Часть войск
Южного фронта, идя за паникерами, оставила Ростов и Новочер¬
касск без серьезного сопротивления и без приказа Москвы, покрыв
свои знамена позором». В небывало резком тоне Сталин заявлял:
[ «Население нашей страны, с любовью и уважением относящееся
I к Красной Армии, начинает разочаровываться в ней, теряет веру в
Красную Армию, а многие проклинают Красную Армию за то, что
она отдает наш народ под ярмо немецких угнетателей, а сама утекает
на восток».
Остро сознавая нехватку материальных и людских ресурсов
Красной Армии, Сталин указал на урон, который понесла страна
350
«после потери Украины, Белоруссии, Прибалтики, Донбасса и дру- /
гих областей». Он обращал внимание на то, что «мы потеряли более I
70 миллионов населения, более 800 миллионов пудов хлеба в год и |
более 10 миллионов тонн металла в год. У нас нет уже теперь преоб-1
ладания над немцами ни в людских резервах, ни в запасах хлеба».)
Поэтому он подчеркивал, что «отступать дальше значит загубить се-j
бя и загубить вместе с тем нашу Родину... Поэтому надо в корне пре-|
секать разговоры о том, что мы имеем возможность без конца отсту- j
пать, что у нас много территории, страна наша велика и богата, насе-1
ления много, хлеба всегда будет в избытке». I
Сталин требовал: «Пора кончить отступление. Ни шагу назадЦ
Таким теперь должен быть наш главный принцип. Надо упорно, до
последней капли крови защищать каждую позицию, каждый метр
советской территории, цепляться за каждый кусочек советской зем- 1
ли и отстаивать его до последней возможности». '
В этом приказе Сталин призывал Красную Армию взять на воо¬
ружение те меры, которые были применены в гитлеровской армии
после поражения йЪ"Д
Провинившихся в нарушении дирдашиВД^^^
чйгоетй»Гсозд отрядов заграждения, поставлен- '
ных «позади неустойчивых дивизий» и имевших приказ «расстрели¬
вать на месте паникеров в случае попытки самовольного оставления
позиций и в случае попытки сдаться в плен»). Сталин подчеркивал,
что «эти меры возымели свое действие... и вот получается, что не¬
мецкие войска имеют хорошую дисциплину, хотя у них нет возвы¬
шенной цели защиты своей Родины, а есть лишь одна грабительская
цель — покорить чужую страну, а наши войска, имеющие возвы¬
шенную цель защиты своей поруганной Родины, не имеют такой
дисциплины и терпят ввиду этого поражение». При этом Сталин на¬
поминал об известном всем в стране историческом прецеденте, ко¬
гда Петр I назвал после Полтавской битвы побежденных им шведов
своими учителями, замечая: «Не следует ли нам поучиться в этом де¬
ле у наших врагов, как учились в прошлом наши предки у врагов и |
одерживали потом над ними победу? Я думаю, что следует». 1
Сталин требовал «безусловно ликвидировать отступательные
настроения в войсках и железной рукой пресекать пропаганду о том,
что мы можем и должны якобы отступать и дальше на восток». Он
пщказы^^^
управления для привлечения к военному суду командующих армий,
командиров и коШссаров полков и батйьоновуЩ!^
вольный отход частей без приказа вышестоящего начальства. Ста:#
лин приказывал создавать заградительные отряды и штрафные ро-
35!
ты. Он требовал: «Паштеепы и трусы должны истребляться на месте.
"Отныне железным законом
красноармейца, политработника должно являться требование — ни
шагу назад без приказа высшего командования».
По словам С. М. Штеменко, в войска были направлены члены
ЦК партии, которые занимались разъяснением приказа № 227. По
его мнению, «приказ № 227 чрезвычайно благотворно повлиял на
боеспособность войск. Каждый глубоко проникся мыслью о необ¬
ходимости стоять насмерть в бою и делал для победы все, что мог.
И прежде всего там, где было особенно тяжело — на сталинградском
направлении». Как отмечал А. М. Василевский, «советским войскам
в результате упорной борьбы удалось вначале замедлить наступле¬
ние немецких войск на дальних подступах к Сталинграду, а затем и
остановить их продвижение перед внешним оборонительным обво¬
дом». И все же он признавал, что «положение на сталинградском на¬
правлении оставалось для нас в конце первой половины августа
крайне напряженным».
5 августа чрезвычайно растянутый Сталинградский фронт был
разделен на Сталинградский (командующим остался В. Н. Гордов)
и Юго-Восточный (командующий — А. И. Еременко, член Военно¬
го совета — Н. С. Хрущев). На следующий день 6 августа немцы на¬
чали новое наступление на Сталинград. Даже самые жесткие приказы
и вытекавшие из них суровые меры не могли остановить отступле¬
ние наших войск под давлением превосходивших сил противника.
О том, что Сталин сознавал остроту положения, свидетельствовала
его телеграмма от 9 августа начальнику Оперативного управления
Генштаба П. Г. Тихомирову, направленному в качестве представи¬
теля Ставки на Сталинградский фронт: «Я поражен вашей близору¬
костью и растерянностыог Сил у вас много, а справиться с положе¬
нием не хватает у вас хребта. Жду от вас сообщения о ликвидации
тревожного положения на вашем фронте». Однако, как замечал
С. М. Штеменко, «оптимистического сообщения с фронта не после¬
довало».
В эти дни Советское правительство узнало, что союзники отка¬
зались выполнить свое обязательство об открытии второго фронта.
Истощенная войной Советская страна стояла перед перспективой
продолжения противоборства с Германией в одиночку. Для разъяс¬
нения причин нарушения союзнических обязательств в Москву
прибыл Уинстон Черчилль.
В первый же день переговоров, начавшихся 12 августа, Черчилль,
чтобы сгладить тягостное впечатление от своего заявления по второ¬
му фронту, сообщил Сталину о плане десанта союзников в Северной
Африке под названием «Факел». После того, как Черчилль и Гарри-
ман ответили ему на рад вопросов, Сталин дал оценку этой операции.
По словам Черчилля, он назвал «четыре причины в пользу ее осуще¬
ствления: во-первых, таким образом будет нанесен удар в тыл войск
Роммеля; во-вторых, это запугает Франко; в-третьих, это вызовет
столкновения между немцами и французами во Франции; в-четвер-
тых, это принесет войну на порог Италии. На меня произвело силь¬
ное впечатление это знаменательное заявление. Оно свидетельство¬
вало о том, что русский диктатор быстро и всесторонне осознал суть
проблемы, которая прежде была ему совершенно неизвестна. Очень
немногие из живущих людей могли бы за несколько минут понять
цели этой операции, над которыми мы корпели несколько месяцев.
Он все это оценил молниеносно».
Несмотря на то что переговоры порой принимали острый ха¬
рактер, Сталин и Черчилль подтвердили верность союзническому
договору, заключенному в мае 1942 года. Вернувшись в Англию,
У. Черчилль в своем выступлении 8 сентября 1942 года в палате дй-
щйй4Шерйл: <<Для России большое счастье, что в час ее страданий
Btff5®eee ‘gjQHT этот великий твердый полководец. Сталин являет¬
ся крупной и сильной личностью, соответствующей тем бурным
временам, в которых ему приходится жить. Он является человеком
неистощимого мужества и силы воли, простым человеком, непо¬
средственным и даже резким в разговоре, что я, как человек, вырос¬
ший в палате общин, не могу не оценить, в особенности, когда я мо¬
гу в известной степени сказать это и о себе».
Тем временем наступление немецких войск на юге продолжа¬
лось. 9 августа немцы взяли Пятигорск, а 25 августа — Моздок. 21 ав¬
густа группа солдат немецких горноегерских войск поднялась на
Эльбрус и водрузила на его вершинё немёЩЖ военный флаг. В этот
же день немцам удалось захватить плацдарм в районе северо-восточ-
нее Калача, с которого они узким клином двинулись к Сталинграду.
23 августа немецкие войска прорвались к Волге у северной ок-
раиньГ Сталинграда. Во второй половине 23 августа началась бом-
ШрдаровкаХталинграда. В ИВОВ говорится: «Налет сотен бомбар¬
дировщиков продолжался несколько часов. На следующий день не¬
мецкая авиация продолжала бомбить город. В течение суток
фашистские летчики совершили около 2 тысяч самолето-вылетов на
Сталинград. Разрушению были подвергнуты промышленные пред¬
приятия, коммунальные учреждения, речной порт, нефтехранили¬
ща, жилые кварталы, больницы и детские учреждения. В городе на¬
чались пожары. Частично были выведены из строя водопровод,
электростанция и городской транспорт. Ночью после бомбардиров¬
ки Сталинград представлял собой гигантский костер, зарево кото¬
рого было видно на много километров. Громадный цветущий город,
в котором до войны проживало 600 тысяч человек, превратился в
развалины».
Телефонная и телеграфная связь со Сталинградом была прерва¬
на, и находившийся в Сталинграде представитель Ставки А. М. Ва¬
силевский вынужден был докладывать Сталину по радио короткими
передачами. 23 августа по только что с трудом восстановленнойлро-
] водной связи Сталин телеграфировал Василевскому, командующему
Сталинградского фронта Гордову и члену ГКО Маленкову, прибыв¬
шему в Сталинград: «Противник прорвал ваш фронт небольшими
силами. У вас имеется достаточно сил, чтобы уничтожить прорвав-
| шегося противника. Соберите авиацию обоих фронтов и навалитесь
| на прорвавшегося противника. Мобилизуйте бронепоезда и пустите
| по круговой железной дороге Сталинграда. Пользуйтесь дымами в
I изобилии, чтобы запугать врага. Деритесь с противником не только
днем, но и ночью. Используйте вовсю артиллерийские и эресовские
силы. Лопатин второй раз подводит Сталинградский фронт своей
неумелостью и нераспорядительностью. Установите над ним надеж-
! ный контроль и организуйте за спиной армии Лопатина второй эше¬
лон. Самое главное — не поддаваться панике, не бояться нахального
врага и сохранить уверенность в нашем успехе».
Активные действия советских войск не позволили немцам за¬
хватить Сталинград с ходу. Их наступление было приостановлено.
25 августа Сталинград был объявлен на осадном положении.
27 августа Г. К. Жуков был вызван в Москву, и в тот же день он
прибыл в Кремль. По словам Жукова, «Верховный сказал, что у нас
плохо идут дела на юге и может случиться, что немцы возьмут Ста¬
линград. Не лучше складывается обстановка и на Северном Кавказе.
ГКО решил назначить заместителем Верховного Главнокомандую¬
щего и послать в район Сталинграда Жукова... «Когда вы можете вы¬
лететь?» — спросил Верховный. Я ответил, что мне потребуются су¬
тки для изучения обстановки и 29-го я смогу вылететь в Сталин¬
град».
3 сентября Сталин направил Жукову в Сталинград телеграмму:
«Положение со Сталинградом ухудшилось. Противник находится в
трех верстах от Сталинграда. Сталинград могут взять сегодня или
завтра, если северная группа войск не окажет немедленную помощь.
Потребуйте от командующих войсками, стоящих к северу и северо-
западу от Сталинграда, немедленно ударить по противнику и прий¬
ти на помощь к сталинградцам. Недопустимо никакое промедление.
Промедление теперь равносильно преступлению. Всю авиацию
362
бросьте на помощь Сталинграду. В самом Сталинграде авиации ос¬
талось очень мало. Получение и принятые меры сообщить немед¬
ленно. И. Сталин».
Однако Жуков настоял на отсрочке наступления, указывая на
нехватку боеприпасов у войск. Сталин согласился с его доводами,
но указал: «Если противник начнет общее наступление на город, не¬
медленно атакуйте его, не дожидаясь окончательной готовности
войск. Ваша главная цель отвлечь силы немцев от Сталинграда и, ес¬
ли удастся, ликвидировать немецкий коридор, разделяющий Ста¬
линградский и Юго-Восточный фронты».
6 сентября в 2 часа 30 минут ночи Сталин направил Жукову но¬
вую телеграмму, в которой говорилось: «6 сентября получите 2 полка
истребителей. Один из Камышина, один из Воронежского фронта.
Через два дня дадим новую группу истребителей. Новиков имеет
право временно сосредоточить всю истребительную авиацию Ста¬
линградского и Юго-Восточного фронтов в тот район, где этого тре¬
бует обстановка. Хрюкин (генерал-майор авиации 8-й воздушной
армии Т. Т. Хрюкин. — Прим. авт.) и Степанов (генерал-майор авиа¬
ции П. С. Степанов, заместитель командующего ВВС Красной Ар¬
мии. — Прим. авт.) подчинены Новикову. Кроме этого, вы должны
иметь в виду, что ваши права не ограничены насчет переброски сил
авиационных и всяких других сил со Сталинградского, Юго-Вос-
точного фронтов на север и наоборот. Вы имеете все права маневри¬
ровать по части сосредоточения сил. Три тысячи снарядов М-20 уже
направлены к вам. И. Сталин».
Гитлер исходил из возможности быстрой победы в Сталинграде.
12 сентября на совещании в Виннице он заявил: «Русские на грани
истощения своих сил... К ответным действиям широкого стратеги¬
ческого характера, которые могли бы быть для нас опасными, они
больше не способны. Кроме того, северный фланг на Дону получит
значительное подкрепление со стороны войск союзников. При этих
обстоятельствах я не вижу серьезной опасности для северного фрон¬
та (имелся в виду фронт между Волгой и Доном и далее по правому
берегу Дона. — Прим. авт.). В остальном надо заботиться о том, что¬
бы скорее взять город в свои руки, а не допускать его превращения
во все пожирающий фокус на длительное время».
В тот же день, 12 сентября, Жуков вернулся в Москву и в 4 часа
докладывал вместе с Василевским Сталину в Кремле обстановку в
Сталинграде и вокруг него. Как вспоминал Жуков, «Верховный дос¬
тал свою карту с расположением резервов Ставки, долго и присталь¬
но ее рассматривал. Мы с Александром Михайловичем отошли по¬
дальше от стола в сторону и очень тихо говорили о том, что, видимо,
надо искать какое-то иное решение. «А какое «иное» решение?» —
вдруг, подняв голову, спросил И. В. Сталин. Я никогда не думал, что
у И. В. Сталина такой острый слух. Мы подошли к столу. «Вот что, —
продолжал он, — поезжайте в Генштаб и подумайте хорошенько, что
надо предпринять в районе Сталинграда. Откуда и какие войска
можно перебросить для усиления сталинградской группировки, а
заодно подумайте и о Кавказском фронте. Завт^ав 9 часов вечера со¬
беремся здесь».
Проработав целый день в Генштабе, Жуков и Василевский пред¬
ложили Сталину идею, которая легла затем в основу операции по
ТТазг^ому Шмёц^ Идея сводилась к сле-
дующему: «Первое — активной обороной продолжать изматывать
противника; второе — приступить к подготовке контрнаступления,
чтобы нанести противнику в районе Сталинграда такой удар, кото¬
рый резко изменил бы стратегическую обстановку на юге страны в
нашу пользу... Нам стало ясно, что основные удары нужно наносить
по флангам сталинградской группировки, прикрывающимся ру¬
мынскими войсками». Окончательное решение о таком плане дей¬
ствий было принято, по словам А. М. Василевского, «в середине
сентября после обмена мнениями между И. В. Сталиным, Г. К. Жу¬
ковым и мною».
13 сентября немцы начали штурм Сталинграда. Наступление 6-й
армии развернулось из района авиагородка и поселка Гумрак в сто¬
рону Мамаева кургана и вокзала. Основной удар пришелся по пози¬
циям войск 62-й армии под командованием генерал-лейтенанта
В. И. Чуйкова. Советские войска отстояли свои позиции. Лишь на
раде участков немцам удалось вклиниться в нашу оборону.
Защитники Сталинграда отражали одну атаку противника за
другой, а порой сами переходили в контратаки. Бои шли за каждую
улицу, каждый дом, каждый этаж. Генерал Бутлар признавал: «Такие
крупные заводы, как завод имени Дзержинского, «Красные барри¬
кады» и «Красный Октябрь», приходилось штурмовать порознь в те¬
чение многих дней. Город превратился в море огня, дыма, пыли и
развалин». «Но чем больше становилось развалин, — замечал Тип-
пельскирх, — тем больше укрытий находили обороняющиеся. Вся¬
кий раз, когда немецкие пикирующие бомбардировщики или артил¬
лерия разрушали два наведенных понтонных моста через Волгу,
упорным русским, трудившимся с усердием муравьев, удавалось их
восстанавливать. На восточном берегу они расположили очень
сильную артиллерию, которая облегчила довольно тяжелое положе¬
ние защитников города. Неоднократные приказы Сталина и Тимо¬
шенко побуждали обороняющихся к фанатичному сопротивле¬
нию».
Немцы были вынуждены бросать в пекло сталинградского сра¬
жения все новые и новые силы. В то же время они не могли позво¬
лить себе перебросить войска с других участков советско-герман¬
ского фронта. Типпельскирх писал: «Поведение русских на огромном
фронте от Ленинграда до Воронежа ясно показывало, что их силы
отнюдь не полностью скованы в оборонительной битве под Ста¬
линградом и на Кавказе, не говоря уже о том, что они не были исчер¬
паны».
В конце августа 1942 года войсками Ленинградского и Волхов¬
ского фронтов была предпринята попытка прорвать блокаду Ленин¬
града. К этому времени город уже год находился в окружении немец¬
ких и финских войск. В первые же месяцы блокады запасы продо¬
вольствия кончились, и население Ленинграда стало вымирать от
голода. За декабрь 1941 года и январь 1942 года умерло 200 тысяч че¬
ловек. Даже когда нехватка продовольствия была ликвидирована,
многие люди продолжали умирать из-за болезней, вызванных дли¬
тельным голоданием. Всего же за время блокады в Ленинграде умер¬
ло более 1 миллиона человек. С конца ноября 1941 года предприни¬
мались попытки доставлять продовольствие по льду Ладожского озе¬
ра. Снабжение города по ладожской «Дороге жизни», как ее назвали
ленинградцы, было чрезвычайно рискованным делом. Немцы по¬
стоянно бомбили ее, и автомашины уходили под лед вместе с людь¬
ми и грузом.
Чтобы снять блокаду, 27 августа 1942 года войска Красной Армии
развернули наступление на синявинском направлении. Оборона
противника была прорвана. Войскам Невской группы Ленинград¬
ского фронта удалось форсировать Неву и захватить два небольших
плацдарма на ее левом берегу. Однако противник оказал упорное
сопротивление, и прорвать блокаду Ленинграда не удалось.
В 3.45 12 сентября Сталин направил директиву Ставки В ГК
№ 170610 командующему Ленинградского фронта: «Так как Ленин¬
градский фронт оказался неспособным толково организовать фор¬
сирование реки Невы и своими неумелыми действиями глупо загу¬
бил большое количество командиров и бойцов, Ставка Верховного
Главнокомандования приказывает операцию по форсированию ре¬
ки Невы временно прекратить. Подробный план форсирования ре¬
ки Невы представить на утверждение Ставки. Ставка Верховного
Главнокомандования И. Сталин. А. Василевский».
17 сентября командующему Ленинградским фронтом была на¬
правлена директива Ставки № 170614: «Основной порок представ¬
365
ленного вами плана форсирования Невы состоит в том, что планом
предусматривается полоса прорыва в 4 километра, что недостаточ¬
но, так как противник такую небольшую полосу будет слева и справе
простреливать минометным огнем. Ставка предписывает вам взят!
полосу прорыва не менее 8—10-км, на протяжении которой пода¬
вить артиллерийско-минометный огонь противника, после чегс
приступить к форсированию реки. С этой поправкой переделайте
план. В остальном Ставка с планом согласна». Однако реализация
этого плана была отложена до начала 1942 года.
Напряженные бои шли и в районе Демянска. С мая 1942 года
наши войска предпринимали попытки разгромить группировку
противника на демянском плацдарме. Однако, как отмечалось е
«ИВОВ», «с поставленной задачей советские войска не справились.
Не увенчались успехом и последующие попытки Северо-Западного
фронта ликвидировать демянский плацдарм противника. Это объ¬
яснялось прежде всего тем, что наступление организовывалось пло¬
хо. Командование фронта действовало нерешительно, управление
войсками было слабым. Удары наносились не одновременно и на
узких участках фронта, весь же остальной фронт оставался пассив¬
ным... Тем не менее войска фронта своими действиями прочно ско¬
вали 16-ю немецкую армию и нанесли ей серьезные потери. Только
убитыми эта армия потеряла до 90 тысяч человек». Бои за демянский
плацдарм начальник штаба 16-й армии генерал-лейтенант Бек-Бе-
ренц назвал «мельницей — уменьшенным Верденом Первой миро¬
вой войны».
Как отмечал историк генерал-полковник Н. Ф. Червов, в это
время И. В. Сталин предложил осуществить операцию, которую он
назвал «Марс»: «Военная цель ставилась такая: ликвидировать
Ржевско-Вяземский выступ, взять Великие Луки, захватить Сычевку
и развивать наступление на Вязьму и дальше к Смоленску. Но глав¬
ная цель — дезинформационная: введя противника в заблуждение,
не позволить ему ни одной дивизии перебросить из-под Москвы в
Сталинград. Больше того, заставить немцев сюда, на московское на¬
правление, перебросить дополнительные силы. Так вот и про¬
изошло!»
Войсками Западного и Калининского фронтов был нанесен удар
с целью срезать Ржевский выступ, который занимал противник.
В районе Ржева развернулись тяжелые бои. Типпельскирх призна¬
вал: «В начале августа сложилась очень тяжелая обстановка: русские
едва не прорвали фронт. Прорыв удалось предотвратить только тем,
что три танковые и несколько пехотных дивизий, которые уже гото¬
вились к переброске на Южный фронт, были задержаны и введены
для локализации прорыва, а затем и для контрудара. Тактический
успех был на стороне немцев. Но русские, сковав такое количество
немецких войск, принесли этим большую пользу своему основному
фронту. Они по-прежнему не давали покоя 9-й армии. Сковыванию
сил служили также и их часто повторявшиеся атаки на выступе
фронта в районе севернее Орла».
В «ИВОВ» написано: «Значительное влияние на ход вооружен¬
ной борьбы под Сталинградом и на Северном Кавказе оказали уда¬
ры войск Воронежского и Брянского фронтов в августе и сентябре.
В период с 6 по 17 августа 6-я армия Воронежского фронта провела
наступательную операцию против 2-й венг^пгош&армии. Советские
войска форсировали Дон южнее Воронежа и захватили плацдармы
на его западном берегу севернее Коротянка (20 километров западнее
Лиски). Командование группы армий «Б» вынуждено было в связи с
этим задержать под Воронежем три пехотные и две танковые диви¬
зии, предназначавшиеся для наступления на Сталинград».
Эти боевые действия Красной Армии позволили ей сковать ос¬
новные силы групп армий «Север» и «Центр». Более того, как отме¬
чалось в «ИВОВ», «для отражения ее ударов немецко-фашистское
командование вынуждено было перебросить в группы армий «Се¬
вер» и «Центр» в общей сложности до 25 пехотных и танковых диви¬
зий, в том числе 9 дивизий из групп армий «А» и «Б». Эти переброски
совершались в то время, когда на сталинградском и кавказском на¬
правлениях немецкая армия испытывала острый недостаток резер¬
вов. Высокая активность советских войск на западном направлении
создала у немецко-фашистского командования ошибочное пред¬
ставление о том, что Красная Армия готовит на этом участке фронта
крупное наступление зимой 1942—1943 гг. Несмотря на огромную
потребность в резервах под Сталинградом и на Кавказе вражеское
командование продолжало держать на центральном участке фронта
крупные силы. Правильно организованное советским Верховным
Главнокомандованием стратегическое взаимодействие между фрон¬
тами имело важное значение в решении трудных и сложных задач
летне-осенней кампании 1942 года».
Тем временем Сталин продолжал уделять большое внимание
дальнейшему совершенствованию советского оружия. В. Н. Нови¬
ков вспоминал, что летом 1942 года, «когда разворачивалась Ста¬
линградская битва», руководитель конструкторского бюро А. Э. Ну-
дельман обратился к И. В. Сталину с письмом, в котором доказывал
«преимущества новой 37-мм авиационной пушки перед уже приня¬
той на вооружение и освоенной в производстве. Главный вывод —
пушка поможет завоевать господство в воздухе. Получив письмо,
367
Сталин позвонил Ванникову (он в то время уже был наркомом бое¬
припасов, но хорошо знал по довоенному времени КБ, которым то¬
гда руководил Я. Г. Таубин».
«Знаете ли вы что-нибудь о пушке Нудельмана и каково ваше
мнение о ней?» — спросил Верховный Главнокомандующий. Б. Л. Ван¬
ников вспоминал: «В ответ я сообщил все, что мне было известно,
добавив, что, хотя пушку Таубина в 1941 году забраковали, тем не
менее Нудельман при поддержке Наркомата вооружений добился
на ней очень хороших результатов. Спрошенный далее Сталиным о
том, превосходит ли она пушку Шпитального, я ответил, что не бе¬
русь судить об этом, так как уже год не занимаюсь вопросами воору¬
жения и мне неизвестны подробные результаты последних работ
конструкторов в этой области».
Новиков писал: «Спустя два часа Сталин позвонил вновь. Он
сказал, что будут проведены сравнительные стрельбы пушек Ну¬
дельмана и Шпитального с участием представителей наркоматов
обороны, вооружения и авиационной промышленности и попросил
Б. Л. Ванникова руководить этими испытаниями. Такая миссия бы¬
ла для Бориса Львовича нежелательной по ряду причин. Ведь речь
шла о пушке Таубина, которую в свое время он одобрял, следователь¬
но, его мнение могло быть сочтено необъективным... Б. Л. Ванников
откровенно сказал обо всем Сталину и попросил не назначать его
руководителем испытаний. Сталин ответил, что после первого раз¬
говора с ним еще раз советовался с членами ГКО и решено все же ос¬
тановиться на его кандидатуре. «В объективности вашей, — сказал
Верховный, — мы уверены».
Испытания показали явные преимущества пушки НС-73, разра¬
ботанной в КБ, ранее возглавлявшемся Таубиным, а затем — Ну-
дельманом. Новиков сообщал: «Доложили обо всем Сталину. Он
распорядился изготовить сорок пушек, чтобы их опробовать в бою.
А. Э. Нудельман вспоминал: «Мы, Г. А. Жирных, А. Э. Нудельман,
А. С. Суранов, наши механики прожили две недели в тире. Кровати,
на которых мы спали по очереди по 3—4 часа, стояли в 4—5 метрах от
стендов, где отстреливали пушки. Гильзы, вылетавшие из пушек
при автоматической стрельбе, ударялись об эти кровати... Труди¬
лись с таким подъемом, что наша жизнь в тире, возле стреляющих
пушек, в памяти осталась светлым праздником».
В конце октября пушки были готовы, отправлены на фронт. Но¬
виков замечал: «Испытанные в бою, пушки НС-37 высоко оценили
летчики... Гитлеровцам так и не удалось почти до конца войны соз¬
дать ничего подобного нашим крупнокалиберным авиационным
пушкам».
А напряженные бои на фронтах продолжались. Попытки немцев
взять Сталинград и одновременно овладеть Кавказом не увенчались
успехом. В «ИВОВ» говорится: «Бои, которые вели советские войска
на Северном Кавказе с 25 июля по 17 августа, имели большое значе¬
ние для обороны Кавказа. Войска Северо-Кавказского фронта, ско¬
вав все силы группы армий «А», позволили советскому Верховному
Командованию создать сплошной фронт обороны на рубеже рек Те¬
рек и Баксан, по перевалам центральной части Главного Кавказско¬
го хребта и в северных предгорьях его западной части и прочно при¬
крыть Кавказ с севера в полосе от Каспийского моря до Таманского
полуострова».
1 сентября немцы предприняли попытку выйти к Тбилиси через
Крестовый перевал и к Баку через дербентские «ворота». Однако в
ходе напряженных боев с 1 по 28 сентября немцы сумели лишь за¬
хватить небольшой плацдарм на правом берегу Терека. Их попытка
развить наступление дальше в направлении Грозного провалилась.
Командующий Закавказским фронтом И. В. Тюленев позже пи¬
сал: «Четыре месяца Совинформбюро сообщало стране и всему ми¬
ру о кровопролитных боях под Моздоком, Нальчиком, а затем юго-
восточнее Новороссийска и севернее Туапсе. Враг везде наталки¬
вался на упорное сопротивление, метался из стороны в сторону...
Попытки немцев одновременно наступать на новороссийском, ту¬
апсинском, гудаутском, сухумском и грозненском направлениях,
причем каждое, в свою очередь, распадалось на несколько дополни¬
тельных, «карликовых», привели к распылению их сил на огромном
тысячекилометровом фронте. Маниакальная уверенность гитлеров¬
ского генерального штаба, что вторжение в Закавказье — лишь при¬
ятная прогулка, триумфальное шествие к Баку, обошлась немцам,
воевавшим на Кавказе, очень дорого... Район Моздока, по определе¬
нию самих немецких солдат, стал для них «долиной смерти»».
В течение 1942 года в тылу у немцев не прекращались боевые
действия отдельных соединений Красной Армии и партизанских от¬
рядов. Особенно большой размах партизанское движение приняло в
Белоруссии. Значительная часть территории республики преврати¬
лась в партизанский край. Поэтому, когда встал вопрос о создании
единого центра по руководству партизанским движением на окку¬
пированных территориях, к разработке этого вопроса были привле¬
чены руководители республики во главе с первым секретарем ЦК
КП(б) Белоруссии П. К. Пономаренко.
Однако вокруг руководства партизанским движением разверну¬
лись интриги. Н. С. Хрущев и Л.„П. Берия старались назначить на-
чальником Центрального штаба партизанского движения (ЦШПД)
наркома внутренних дел Украины В. Т. Сергиенко. 30 мая 1942 года
состоялось заседание П^Гна^котором с докладом о ЦШПД высту¬
пил JT. П. Берия. Он заявил, что Сергиенко «очень хорошо проявил
себя в должности наркома внутренних дел Украины». Очевидно, что
этот человек устраивал и Хрущева, так как он оставался на посту ук¬
раинского наркома, и Берию, так как он был подчинен ему по линии
НКВД.
Но неожиданно выступил Сталин. «А вам не жаль отдавать в
Центр такие хорошие украинские кадры?» — спросил не без иронии
Сталин, обращаясь к Хрущеву и Берии. Вслед за этим уже более рез¬
ким тоном он сказал, смотря только на Берию: «У вас узковедомст-
венный подход к этой чрезвычайно важной проблеме. Партизанстое"
борьба — это народное движение, народ¬
ная борьба. И руководить этим движением, этой борьбой должна
и будет партия. Сейчас то, что требуется, мы и исправим. И началь-
Т1иком”Щнтрального штаба партизанского движения будет член ЦК
ВКП(б)». «С этими словами, — рассказывал Пономаренко со слов
Микояна, присутствовавшего на этом заседании ГКО, — Сталин
взял синий карандаш, обвел стоявшую последней в представленном
списке мою фамилию и стрелочкой поставил на первое место». По
словам Пономаренко, «Хрущев и Берия, особенно Хрущев, были
недовольны таким решением и моим назначением, посчитав это
«поражением УкраиЖТГНКВДТ.
5 сентября 1942 года Сталин подписал приказ, в котором были
поставлены задачи партизанского движения. В нем говорилось:
«Верховное Главнокомандование Красной Армии требует от всех
руководящих органов, командиров, политработников и бойцов пар¬
тизанского движения развернуть борьбу против врага в его тылу еще
шире и глубже. Это лучшая и ценнейшая помощь Красной Армии.
Совместными действиями Красной Армии и партизанского движе¬
ния враг будет уничтожен». 6 сентября главнокомандующим парти-
занского движения был назначен К. Е. Ворошилов.
В конце августа 1942 года Сталин и Ворошилов приняли в
Кремле С. А. Ковпака, А. Н. Сабурова, М. И. Дука, М. П. Ромашина
и других руководителей партизанских отрядов и соединений. Ков¬
пак вспоминал, что Сталин и Ворошилов буквально засыпали их во¬
просами: «Зачем вам столько пулеметов? Что вы делаете с миноме¬
тами? Зачем вам артиллерия? Нужно ли партизанам такое тяжелое и
громоздкое оружие? А для чего вы захватываете города? Всегда ли вы
в состоянии их удержать? Почему вы стремитесь сохранить опреде¬
ленную территорию?..» Особо интересовала Сталина и Ворошилова
рейдовая тактика соединений Ковпака и Сабурова. В конце беседы
370
Сталин и Ворошилов предложили партизанам провести рейд по
Правобережной Украине. Результатом совещания стал приказ Ста¬
лина от 5 сентября 1942 года «О задачах партизанского движения».
Тем временем упорные бои в Сталинграде за каждый дом, за ка¬
ждый заводской цех не прекращались ни на час.
Маршал Советского Союза К. К. Рокоссовский вспоминал, что
в конце сентября 1942 года его вызвали к аппарату ВЧ для разговора
с И. В. Сталиным. Как правило, подобные разговоры командующе¬
го Брянским фронтом генерал-лейтенантом Рокоссовским с Вер¬
ховным Главнокомандующим были связаны с острым положением
на Сталинградском фронте и Верховный Главнокомандующий час¬
то говорил о необходимости помочь защитникам Сталинграда. Как
вспоминал Рокоссовский, обычно он отвечал, что «наиболее суще¬
ственной помощью была бы отправка туда танковых корпусов. Ста¬
лин охотно соглашался с этим. В срочном порядке мы отправляли к
Волге танковые корпуса — сначала М. Е. Катукова, а затем П. А. Рот¬
мистрова. Обычно в конце каждого разговора Сталин просил проду¬
мать, что бы мы еще могли сделать в помощь защитникам Сталин¬
града».
Но на сей раз Сталин, по словам Рокоссовского, «ничего не по¬
требовал, а «стал интересоваться делами на нашем фронте и после
краткого моего доклада о полном затишье задал вопрос: не скучно
ли мне здесь в связи с такой обстановкой? Получив утвердительный
ответ, он велел мне прибыть в Москву».
По прибытии в Москву К. К. Рокоссовский был принят генера¬
лом армии Г. К. Жуковым, который сообщил о готовящейся опера¬
ции в районе Сталинграда. Предполагалось, сосредоточив группи¬
ровку из трех общевойсковых армий и нескольких танковых корпу¬
сов, нанести контрудар из района Серафимовича в южном и юго-
западном направлениях на фланге противника. Группировку дол¬
жен был возглавить К. К. Рокоссовский. Он тут же приступил к под¬
готовке этой операции.
Однако в разгар подготовки операции Рокоссовский был вызван
к Сталину. Как вспоминал Рокоссовский, Сталин сообщил ему, что
«в связи с тяжелым положением — врагу местами удалось прорвать¬
ся к Волге — наша операция отменяется, а предназначавшиеся для
нее войска направляются под Сталинград. Мне следует вылететь ту¬
да же и принять командование Сталинградским фронтом». Сталин
сказал: «Остальные указания получите на месте от моего заместите¬
ля Жукова, который тоже вылетает под Сталинград».
Этому назначению предшествовали следующие события. Не¬
смотря на упорное сопротивление наших войск во второй половине
371
сентября немецко-фашистские захватчики продолжали продвигать¬
ся «Перед в Сталинграде. К 27 сентября противник занял район Ста¬
линграда от реки Царицы до Купоросное, а севернее этой части го¬
рода вновь овладел половиной Мамаева кургана. В центре города
немецкие войска вышли к Волге. Защитники Сталинграда обороня¬
лись на узкой полоске прибрежной земли.
К этому времени командование Сталинградским и Юго-Восточ¬
ным фронтами было возложено на генерал-лейтенанта А. И. Ере¬
менко. Членом Военных советов обоих фронтов был Н. С. Хрущев.
Заместителем Еременко по Сталинградскому фронта стал бывший
до 13 августа командующий фронтом генерал-лейтенант В. Н. Гор-
дов. После прорыва немцев к Волге в район сражения была направ¬
лена комиссия, в которую входили Г. М. Маленков, Г. К. Жуков,
А. Е. Голованов, для разбора сложившейся ситуации. Члены комис¬
сии пришли к выводу о том, что надо сменить руководство фронтом.
Личный друг А. Е. Голованова летчик-испытатель В. Ч. Мезох вспо¬
минал рассказ Главного маршала авиации о том, что Жуков поручил
ему сообщить Сталину о выводах комиссии.
Хотя Жуков ничего не писал о работе комиссии, он вспоминал,
что «во время обсуждения обстановки на участке Сталинградского
фронта Верховный спросил меня, что собой представляет генерал
Гордов. Я доложил, что Гордов в оперативном отношении подго¬
товленный генерал, но как-то не может поладить со штабом и ко¬
мандным составом. И. В. Сталин сказал, что в таком случае во главе
фронта следует поставить другого командующего. Кандидатом на
этот пост был предложен генерал-лейтенант К. К. Рокоссовский».
Повторяя рассказ Голованова, летчик-испытатель В. Ч. Мезох
писал: «Сталин был. мудр и хитер, он понимал, что к Сталинграду
приковано внимание всего мира, что смещение командования фрон¬
та в такой момент будет выглядеть как признание поражения. Ста¬
лин сделал такой ход. Он фактически снял Еременко и Хрущева, пе¬
реименовал Сталинградский фронт в Донской и назначил туда Ро¬
коссовского. А Юго-Восточный фронт... переименовали в Сталин¬
градский и переместили туда Еременко и Хрущева. Вроде пониже¬
ния нет, а суть совсем иная».
Эта реорганизация была проведена приказом Сталина 28 сен¬
тября. 5 октября Сталин указал в директиве командующим обеих
фронтов: «Сталинград не должен быть сдан противнику, а та часть
Сталинграда, которая занята противником, должна быть освобож¬
дена».
2 октября Гитлер заявил, что надо взять Сталинград «по психоло¬
гическим причинам», а через 8 дней пояснил: «Надо отнять у комму¬
372
низма святыню». 4 октября немецко-фашистским войскам удалось
овладеть заводскими поселками Красный Октябрь и Баррикады, но
темп немецкого наступления неуклонно снижался. С 27 сентября по
8 октября немцы продвинулись на направлении главного удара все¬
го на 400—600 метров.
Весь октябрь в Сталинграде шли тяжелые бои. 6 ноября 1942 года
на торжественном собрании в Москве в своем докладе по случаю 25-й
годовщины Октябрьской революции и в приказе наркома обороны
от 7 ноября И. В. Сталин проанализировал итоги года, прошедшего
с ноября 1941 года. В докладе он констатировал, что «немцы уже не
столь сильны, чтобы повести одновременно наступление по всем
трем направлениям — на юг, на север, на центр, как это имело место
в первые месяцы немецкого наступления летом прошлого года, но
они еще достаточно сильны для того, чтобы организовать серьезное
наступление на каком-либо одном направлении». Он утверждал, что
это наступление не достигло своих целей: «Погнавшись за двумя
зайцами — и за нефтью, и за окружением Москвы, — немецко-фа-
шистские стратеги оказались в затруднительном положении».
В то же время в своем приказе Сталин говорил о чрезвычайной
остроте Сталинградского сражения: «Враг остановлен под Сталин¬
градом. Но, остановленный под Сталинградом и уже положивший
там десятки тысяч своих солдат и офицеров, враг бросает в бой но¬
вые дивизии, напрягая последние силы. Борьба на советско-герман¬
ском фронте становится все более напряженной. От исхода этой
борьбы зависит судьба Советского государства, свобода и независи¬
мость нашей Родины».
Сталин подчеркивал, что в ходе войны стране пришлось выдер¬
жать беспримерное испытание, сражаясь в одиночку против Герма¬
нии и ее союзников в условиях отсутствия второго фронта. Этому
вопросу был посвящен целый раздел его доклада. Сталин говорил:
«Допустим, что в Европе существовал бы второй фронт, так же как
он существовал в Первую мировую войну, и второй фронт отвлекал
бы на себя, скажем, 60 немецких дивизий союзников Германии. Ка¬
ково было бы положение немецких войск на нашем фронте? Не¬
трудно догадаться, что их положение было бы плачевным. Более то¬
го, это было бы начало конца немецко-фашистских войск, ибо
Красная Армия стояла бы в этом случае не там, где она стоит теперь,
а где-нибудь около Пскова, Минска, Житомира, Одессы. Это зна¬
чит, что уже летом этого года немецко-фашистская армия стояла бы
перед своей катастрофой. И если этого не случилось, то потому, что
немцев спасло отсутствие второго фронта в Европе».
«Рассмотрим вопрос о втором фронте в Европе в историческом
373
разрезе. В Первую мировую войну Германии пришлось воевать на
два фронта — на западе главным образом против Англии и Франции
и на востоке — против русских войск. Стало быть, в Первую миро¬
вую войну существовал второй фронт против Германии. Из 220 ди¬
визий, имевшихся тогда у Германии, на русском фронте стояло не
более 85 немецких дивизий. Если к этому прибавить войска союзни¬
ков Германии, стоявшие против русского фронта, а именно 37 авст-
ро-венгерских дивизий, 2 болгарских и 3 турецких дивизии, то всего
составится 127 дивизий, стоявших против русских войск. Остальные
дивизии Германии и ее союзников держали фронт главным образом
против англо-французских войск, а часть из них несла гарнизонную
службу в оккупированных территориях Европы. Так обстояло дело в
Первую мировую войну».
«Как обстоит дело теперь во Вторую мировую войну, скажем,
в сентябре этого года? По проверенным данным, не вызывающим
каких-либо сомнений, из 256 дивизий, имеющихся теперь у Герма¬
нии, на нашем ф^оцхе стоих не. менее 179 не^шашцюизий. Если к
румынссте ^давизиС 14 (1шс|ш)ивизий,
\0 итадьяйсжрхд^ д^^^и^Д^овац^у) диви-
ГбШшску]^ составится^ТО дивизий, деру-
щихсясеичас на нашем фронте. Остальные дивизии немцев и их со-
юзников несут гарнизонную службу в оккупированных странах
■ iwyii 1
(Франция, Бельгия, Норвегия^
хословакия и т. д.), часть же из них ведет войну в Ливии за Египет,
против Англии, причем ливийский фронт отвлекает всего 4 немец¬
кие дивизии и 11 итальянских дивизий».
«Стало быть, вместо 127 дивизий в Первую мировую войну мы
имеем теперь против нашего фронта не менее 240 дивизий, а вместо
85 немецких дивизий мы имеем теперь 179 немецких дивизий, деру¬
щихся против Красной Армии. Вот где главная причина и основа
тактических успехов немецко-фашистских дивизий, дерущихся
против Красной Армии».
За неделю до своего выступления с докладом Сталин направил
телеграмму советскому послу в Лондоне И. М. Майскому, в котором
откровенно изложил свои сомнения в верности союзников своим
обязательствам: «Я... думаю, что, будучи сторонником легкой войны,
Черчилль легко поддается влиянию тех, кто держит курс на пораже¬
ние Совсоюза, ибо поражение нашей страны и компромисс с Герма¬
нией за счет Совсоюза является наиболее легкой формой войны
Англии с Германией. Конечно, англичане поймут, что без русского
фронта на континенте Европы при выходе Франции из строя они,
374
т.е. англичане, обречены на гибель. Но когда они поймут это? По¬
живем, увидим.
Я сомневаюсь, чтобы англичане поддержали северную опера¬
цию. Они только болтают об этом для вида. (Речь шла о совместной
советско-английской операции в Северной Норвегии. — Прим.
авт.)
Черчилль заявил нам в Москве, что к началу весны 1943 года
около миллиона англо-американских войск откроют второй фронт
в Европе. Но Черчилль принадлежит, видимо, к числу тех деятелей,
которые легко дают обещание, чтобы так же легко забыть о нем или
даже грубо нарушить его.
Он также торжественно обещал в Москве бомбить Берлин ин¬
тенсивно в течение сентября — октября. Однако он не выполнил
своего обещания и не попытался даже сообщить в Москву о мотивах
невыполнения. Что же, впредь будем знать, с какими союзниками
имеем дело.
Я мало верю в операцию «Факел». Если же вопреки ожиданию
эта операция кончится успешно, можно примириться с тем, что у
нас отобрали самолеты ради этой операции.
Я говорил Уилки (кандидат от республиканской партии на пре¬
зидентских выборах в США 1940 года, который поддержал внеш¬
нюю политику Ф. Д. Рузвельта в годы войны и по его поручению по¬
сещал СССР. — Прим. авт.) и сообщил Рузвельту, что в ближайшие
12 месяцев нам необходимо будет получить из США 2 миллиона
тонн пшеницы. Уилки сказал, что США некуда девать хлеб и что на-
ша заявка вполне выполнима. Рузвельт отозвался положительно, но
ничего конкретного не предложил. Совершенно правильно Ваше
предложение о том, чтобы привлечь к этому делу Канаду, которой
тоже некуда девать хлеб».
Свое недовольство позицией союзников в отношении второго
фронта высказал Сталин 5 октября в опубликованных в «Правде»
его ответах московскому корреспонденту американского агентства
Ассошиэйтед пресс. «Господин Кэссиди! Ввиду занятости и в связи
с этим невозможности дать Вам интервью ограничиваюсь дачей
краткого письменного ответа на Ваши вопросы.
1. «Какое место в советской оценке текущего положения зани¬
мает возможность второго фронта?»
ОТВЕТ. Очень важное, можно сказать, первостепенное место.
2. «Насколько эффективна помощь союзников Советскому Сою¬
зу и что можно было бы сделать, чтобы расширить и улучшить эту
помощь?»
ОТВЕТ. В сравнении с той помощью, которую оказывает союз¬
никам Советский Союз, оттягивая на себя главные силы немецко-
фашистских войск, помощь союзников пока еще малоэффективна.
Для расширения и улучшения этой помощи требуется лишь одно:
полное и своевременное выполнение союзниками их обязательств.
3. «Какова еще советская способность к сопротивлению?»
ОТВЕТ. Я думаю, что советская способность к сопротивлению
немецким разбойникам по своей силе ничуть не ниже — если не вы¬
ше — способности фашистской Германии или какой-либо другой
агрессивной державы обеспечить себе мировое господство».
В своем докладе 6 ноября 1942 года Сталин указывал, что «Крас¬
ная Армия выносит на себе всю тяжесть войны против гитлеровской
Германии и ее сообщников... Никакая другая страна и никакая дру¬
гая армия не могла бы выдержать подобный натиск озверелых банд
немецко-фашистских разбойников и их союзников. Только наша
Советская страна и только наша Красная Армия способны выдержать
такой натиск. И не только выдержать, но и преодолеть... Нельзя счи¬
тать случайностью тот факт, что немецкие войска, прошедшие три¬
умфальным маршем всю Европу и сразившие одним ударом фран¬
цузские войска, считавшиеся первоклассными войсками, встретили
действительный военный отпор только в нашей стране, и не только
отпор, но оказались вынужденными под ударами Красной Армии
отступить от занятых позиций более чем на 400 километров, бросая
по пути отступления колоссальное количество орудий, машин, бое¬
припасов».
Сталин внушал уверенность в том, что перелом в войне близок:
«Враг изведал на своей шкуре способность Красной Армии к сопро¬
тивлению. Он еще узнает силу сокрушительных ударов Красной Ар¬
мии... Враг уже испытал однажды силу ударов Красной Армии под
Ростовом, под Москвой, под Тихвином. Недалек тот день, когда враг
узнает силу новых ударов Красной Армии. Будет и на нашей улице
праздник!»
Но такую же решимость взять Сталинград выражал и Гитлер.
В своем выступлении 9 ноября 1942 года он говорил: «Я хотел выйти
к Волге в определенном месте, возле определенного города. Этот го¬
род носит имя самого Сталина... Я хотел взять этот город. Не делая
преувеличенных заявлений, я могу теперь сказать вам, что мы его за¬
хватили. Только небольшая его часть пока еще не в наших руках.
Нас могут спросить: «Почему армия не продвигается вперед еще бы¬
стрее?» Но я не хочу второго Вердена, я предпочитаю достигнуть
своей цели путем ограниченных штурмов. Время в данном случае не
имеет никакого значения». В эти дни в немецких газетах изо дня в
день оставлялось место для сообщения о падении Сталинграда. Ми¬
нистерство Геббельса подготовило листовку со словами: «Сталин¬
378
град пал. Москва — это голова Советского Союза, Сталинград — его
сердце».
11 ноября было предпринято новое наступление против совет¬
ских войск в Сталинграде. Противнику удалось выйти на узком уча¬
стке к Волге и отрезать в районе завода «Баррикады» 138-ю дивизию
от главных сил 62-й армии. Но эти успехи были достигнуты большой
ценой.
Тем временем на основе накоплявшихся стратегических резер¬
вов Красной Армии шла подготовка для начала наступательной опе¬
рации, получившей название «Уран». (Как замечал А. М. Василев¬
ский, «названия всем операциям давались лично Сталиным».) Ре¬
шающим условием для начала наступления под Сталинградом яви¬
лось изменение в соотношении сил на советско-германском фронте
к ноябрю 1942 года. В 1942 году советская промышленность выпус¬
тила 25,4 тысячи самолетов, 24,7 тысячи танков и 34 тысячи средних
и тяжелых артиллерийских орудий против 14,7 тысячи самолетов,
9,3 тысячи танков и 12 тысяч средних и тяжелых танков, произве¬
денных в Германии. Это позволило нашей стране компенсировать
потери, понесенные в 1941 году, и даже добиться превосходства в
ряде видов вооружений над немецко-фашистскими войсками.
К середине ноября 1942 года общая численность действующей
армии составляла 6124 тысячи человек. На ее вооружении имелось
77 734 орудия и миномета, 6956 танков и самоходно-артиллерийских
установок, 3254 боевых самолета. К этому же времени общая чис¬
ленность войск Германии и ее союзников составляла 6144 тысячи
человек. Они имели свыше 70 тысяч орудий и минометов, 6600 тан¬
ков и 3500 боевых самолетов.
Приблизительное равновесие было достигнуто Советской стра¬
ной после тяжелых потерь в живой силе и технике, а также утраты
важнейших индустриальных центров страны в первые месяцы вой¬
ны. Своевременное создание в годы сталинских пятилеток новых
центров промышленного производства на востоке страны и беспри¬
мерная эвакуация многих важнейших предприятий позволили обес¬
печить бурный рост продукции советской оборонной промышлен¬
ности на востоке страны. Ее продукция на Урале за 1942 год выросла
в 5 раз, в Поволжье — в 9 раз и в Западной Сибири — в 27 раз. Благо¬
даря этому в 1942 году в стране было выпущено свыше 25 тысяч са¬
молетов, свыше 24 тысяч танков, около 57 тысяч орудий, свыше 125
тысяч 82-мм и 120-мм минометов. Теперь задача состояла в том,
чтобы добиться перевеса в живой силе и технике на умело выбран¬
ном направлении решающего удара по противнику.
Выполнение плана наступательной операции было возложено
ill
на войска вновь созданного Юго-Западного фронта (командующий
Н. Ф. Ватутин), Донского фронта (командующий К. К. Рокоссов¬
ский) и Сталинградского фронта (командующий А. И. Еременко;
член Военного совета — Н. С. Хрущев). В осуществлении операции
участвовали начальник тыла А. В. Хрулев и начальник Главного ар¬
тиллерийского управление Н. Д. Яковлев. Руководство подготовкой
контрнаступления Сталин возложил по Юго-Западному и Донско¬
му фронту на Г. К. Жукова, по Сталинградскому — на А. М. Васи¬
левского.
Еще до начала наступления под Сталинградом Сталин 6 ноября
переговорил с командующим Закавказским фронтом И. В. Тюлене¬
вым. По словам Тюленева, «Сталин сказал: «Почему вы так медлите
с развертыванием наступления? Василевский докладывал, что у вас
там, под Гизелью, сложились благоприятные условия для нанесения
контрудара. Думаете, что противник будет ждать, пока вы раскачае¬
тесь?» Тюленев ответил, что он разделяет эту точку зрения и уже от¬
дал приказ нанести контрудар. «Хорошо, — после небольшой паузы
сказал Сталин, видимо, отыскивая на своей карте населенные пунк¬
ты и расположение войск Северной группы. — Ответственность за
осуществление Гизельской операции несете вы. Если все будет
складываться удачно, 15 ноября жду вас с генералом Масленнико¬
вым в Москве».
11 ноября части Закавказского фронта овладели селением Ги-
зель, разбив 13-ю немецкую танковую дивизию и ряд других частей
немецко-фашистских войск, а также захватив много трофеев. Тюле^
нев писал: «Так столица Северной Осетии... была избавлена от угро¬
зы фашистского порабощения».
Тюленев вспоминал: «15 ноября 1942 года меня и командующего
Северной группой войск генерала И. И. Масленникова вызвали в
Москву, в Ставку Верховного Главнокомандования... Был поздний
час. В просторном рабочем кабинете Верховного никого не было.
Сталин сидел за большим столом, на котором была развернута кар¬
та, и он что-то отмечал на ней карандашом. Рядом стоял стакан ос¬
тывшего чая, на пепельнице лежала забытая трубка, струившая аро¬
матный сизый дымок».
«Сталин приветливо поздоровался и попросил как можно под¬
робнее проинформировать о положении на Кавказе. Я доложил
Верховному Главнокомандующему о контрударе по гизельской
группировке врага, о мужестве войск, народных ополченцев, парти¬
зан, жителей столицы Северной Осетии — города Орджоникидзе.
Сталин внимательно выслушал меня, скупо улыбнулся в усы и ска¬
зал: «Хорошо! Зайдите потом к товарищу А. С. Щербакову, чтобы о
370
победе под Гизелью сообщили в сводке Совинформбюро. А осетин я
хорошо знаю. Это народ гордый, умеет постоять за Родину в любой
обстановке и с большим достоинством».
«Сталин поинтересовался: каково настроение войск и местных
жителей, много ли разрушений в городах и селениях, каково состоя¬
ние Военно-Грузинской дороги? Во время нашей беседы он изредка
присаживался за стол, словно скатертью, накрытый большой кар¬
той, синим, остро оточенным карандашом делал на ней аккуратные
пометки».
«Мы в Москве немного понервничали за ваш фронт, — сказал
Верховный Главнокомандующий. — Но кавказцы молодцы, не под¬
вели нас». Кавказ Сталин знал хорошо. Называл не только мелкие
города, но и отдельные населенные пункты, горные перевалы, реки
на территории Северной Осетии, Грузии, Кабардино-Балкарии, в
районе Черкесска и Туапсе». «Затем в общих чертах он проинфор¬
мировал меня о предстоящей Сталинградской операции и приказал
готовиться к наступлению на Кавказе. «Закавказскому фронту ско¬
ро будет легче. Мы намерены разгромить врага на Волге».
Сталин внимательно следил за ходом подготовки операции
«Уран». 12 ноября он писал Жукову (который был законспирирован
под псевдонимом Константинов): «Если авиаподготовка операции
неудовлетворительна у Еременко и Ватутина, то операция кончится
провалом. Опыт войны с немцами показывает, что операцию про¬
тив немцев можно выиграть лишь в том случае, если имеем превос¬
ходство в воздухе... Если Новиков думает, что наша авиация сейчас
не в состоянии выполнить эти задачи, то лучше отложить операцию
на некоторое время и накопить побольше авиации. Поговорите с
Новиковым и Ворожейкиным, растолкуйте им это дело и сообщите
мне ваше общее мнение. Васильев (один из псевдонимов Сталина во
время войны. — Прим. авт.)».
13 ноября Жуков и Василевский прибыли к Сталину, который,
по словам Жукова, «был в хорошем расположении духа и подробно
расспрашивал о положении дел под Сталинградом в ходе подготов¬
ки контрнаступления». Окончательный план контрнаступления
был полностью утвержден. Одновременно Жуков и Василевский
предложили развернуть наступление в районе Вязьмы, чтобы не по¬
зволить немцам перебросить войска к Сталинграду после начала
операции «Уран». «Это было бы хорошо, — сказал Сталин. — Но кто
из вас возьмется за это дело?» За организацию этого наступления
взялся Жуков, но сначала он вместе с Василевским отбыл в район
Сталинградского сражения.
15 ноября Жуков получил телеграмму: «Товарищу Константино¬
379
ву (псевдоним Г. К. Жукова во время войны. — Прим. авт.). Только
лично. День переселения Федорова и Иванова (т.е. день наступле¬
ния Н. Ф. Ватутина и А. И. Еременко. — Прим. Г. Жукова) можете
назначить по Вашему усмотрению, а потом доложите мне об этом по
приезде в Москву. Если у Вас возникнет мысль о том, чтобы кто-ли-
бо из них начал переселение раньше или позже на один или два дня,
то уполномочиваю Вас решить и этот вопрос по Вашему усмотре¬
нию. Васильев. (Псевдоним И. В. Сталина во время Сталинградской
битвы. — Прим. авт.) 13 часов 10 минут 15.11.42.»
К началу наступления Советское командование сосредоточило
под Сталинградом группировку войск в 1005 тысяч солдат и офице¬
ров, 894 танка, 13 540 орудий и минометов, 1115 самолетов. Им про¬
тивостояла группировка противника численностью 1011 тысяч че¬
ловек и оснащенная 675 танками, 10 300 орудиями и минометами,
1216 самолетами.
Наступление Юго-Западного и Донского фронтов было намече¬
но на 19 ноября, а Сталинградского — на 20 ноября, но неожиданно
А. М. Василевский был вызван И. В. Сталиным в Москву 18 ноября
«для обсуждения вопросов, касающихся предстоящей операции.
Ничего конкретного он мне не сообщил. В 18 часов в кремлевском
кабинете Сталина проходило заседание Государственного Комитета
Обороны.
Сталин немедленно принял меня и предложил, пока шло обсуж¬
дение ряда крупных хозяйственных вопросов, ознакомиться с по¬
ступившим на его имя письмом командира 4-го механизированного
корпуса В. Т. Вольского, предназначенного для выполнения ре¬
шающей роли на участке Сталинградского фронта. Комкор писал в
ГКО, что запланированное наступление под Сталинградом при том
соотношении сил и средств, которое сложилось к началу наступле¬
ния, не только не позволяет рассчитывать на успех, но, по его мне¬
нию, безусловно обречено на провал со всеми вытекающими отсюда
последствиями и что он как честный член партии, зная мнение и
других ответственных участников наступления, просит ГКО немед¬
ленно и тщательно проверить реальность принятых по операции ре¬
шений, отложить ее, а быть может, и отказаться от нее совсем».
«ГКО, естественно, потребовал от меня дать оценку письму.
Я выразил удивление по поводу письма: в течение последних недель
его автор активно участвовал в подготовке операции и ни разу не вы¬
сказывал ни малейшего сомнения как по операции в целом, так и по
задачам, поставленным перед войсками вверенного ему корпуса.
Более того, 10 ноября на заключительном совещании он заверил
представителей Ставки и Военный совет фронта, что его корпус го¬
тов к выполнению задачи, а затем доложил о полной боеспособно¬
сти и об отличном, боевом настроении личного состава этого соеди¬
нения. В заключение я заявил, что нет никаких оснований не только
для отмены подготовленной операции, но и для пересмотра сроков
ее начала, на мой взгляд, не существует. Сталин приказал тут же со¬
единить его по телефону с Вольским.
В беседе с писателем К. Симоновым Василевский воспроизвел
разговор Сталина: «Здравствуйте, товарищ Вольский. Я прочел ваше
письмо. Я никому его не показывал, о нем никто не знает. Я думаю,
что вы неправильно оцениваете наши и свои возможности. Я уве¬
рен, что вы справитесь с возложенными на вас задачами и сделаете
все, чтобы корпус выполнил все и добился успеха. Готовы ли вы сде¬
лать все от вас зависящее, чтобы выполнить поставленную перед ва¬
ми задачу?» Очевидно, последовал ответ, что готов. Тогда Сталин
сказал: «Я верю в то, что вы выполните вашу задачу, товарищ Воль¬
ский. Желаю вам успеха. Повторяю, о вашем письме не знает никто,
кроме меня и Василевского, которому я показал его. Желаю успеха.
До свидания». Он говорил все это абсолютно спокойно, с полной
выдержкой, я бы сказал даже, что говорил с Вольским мягко».
После этого разговора с Вольским Сталин, по словам Василев¬
ского, «порекомендовал мне не обращать внимания на это письмо, а
автора письма оставить в корпусе, так как он только что дал ему сло¬
во во что бы то ни стало выполнить поставленную корпусу задачу.
Окончательно вопрос о нем как о командире корпуса должны были
решить по результатам действия корпуса, о которых в первые дни
операции Сталин приказал мне доложить ему особо. После этого он
предложил мне незамедлительно отправиться на фронт».
19—20 ноября 1942 года в точном соответствии с планом нача¬
лось наступление Юго-Западного, Донского и Сталинградского
фронтов. Наступление началось с артиллерийской подготовки войск
Юго-Западного и Донского фронтов. Облачность и туманы поме¬
шали действиям авиации, и поэтому артиллерия скоро перенесла
огонь в глубь позиций противника. Затем пехота в сопровождении
танков перешла в атаку.
В память о том, какое значение сыграла артиллерия в начале
СталйШТРЗДского^сражения, 19 ноября стал Днем артишерщ,^оль,
йт^ую шграл а тогда артиллерия, отвечала представлениям Ста¬
лина об этом роде войск. Голованов писал: «Чем больше возрастало
сопротивление противника, тем чаще Сталин говорил о значимости
артиллерии, причем говорилось не о значимости вообще, а о прак¬
тическом применении этого рода войск. Быстро реагируя на опыт
боевых операций и внимательно прислушиваясь к дельным сообра¬
жениям и предложениям, Верховный Главнокомандующий пришел
к ряду выводов, которые были затем положены в основу нового Бое¬
вого устава пехоты, утвержденного в 1942 году».
«В частности, Верховный считал, что артиллерийская подго¬
товка, то есть артиллерийский обстрел противника перед тем, как
наша пехота пойдет в атаку, независимо от того, длится ли это пол¬
часа, час или же два часа и прекращается с переходом в атаку наших
войск, — дело отжившее и должно быть отброшено. И разъяснял по¬
чему. Противник имеет глубокоэшелонированную оборону и боль¬
ше не воюет, как он выражался, «цепочкой», что было во время на¬
шего контрнаступления под Москвой. Чтобы прорвать такую обо¬
рону, артподготовки совершенно недостаточно, ибо артиллерия не
может подавить противника и его огневые средства на всю глубину
обороны. Не артиллерийская подготовка, а артиллерийское наступ¬
ление — вот что нам нужно сейчас».
«Что это значит? Это значит, что артиллерия должна наступать
вместе с пехотой, это значит, пехота должна наступать не тогда, ко¬
гда кончится артподготовка, а вместе с артиллерией, которая, со¬
провождая пехоту, должна подавлять все огневые средства против¬
ника, пока его оборона не будет взломана на всю глубину. Сталин
говорил: «Заставить пехоту наступать без поддержки — это будет не
наступление, это будет преступление, преступление против войск,
которые вынуждены нести бессмысленные жертвы, и преступление
против Родины».
«Верховный имел твердую точку зрения относительно того, как
должны организовываться подготовка и прорыв обороны противни¬
ка. Он считал, что прорыв подготовленной обороны должен осущест¬
вляться не растянутыми в цепочку дивизиями, а сосредоточенными
на одном направлении ударными группами, состоящими из не¬
скольких дивизий. В масштабах же всего фронта необходимо сосре¬
доточение группы армий, эшелонированных таким образом, чтобы
в образовавшийся или наметившийся прорыв могли быть введены
свежие войска для развития успеха. Решающее же значение при
прорыве, по его мнению, имела артиллерия, которая, как и пехота,
должна быть сосредоточена на каком-либо определенном участке
прорыва обороны противника вместе с пехотой. Так следует органи¬
зовывать армейскую или фронтовую операцию для достижения пол¬
ного успеха. Только объединенные действия пехоты с массой артил¬
лерии могут решить успех наступления».
«Осуществимо ли все это? Хватит ли для этого на том или ином
фронте войск и артиллерии? Да, хватит. Беспредельно насыщать тот
или иной фронт живой силой и техникой, конечно, невозможно, но
312
сгруппировать силы и средства фронта на одном из участков наме¬
ченного прорыва за счет снятия их с пассивных, то есть не ведущих
активных действий, участков, можно. И нужно. Так поставлены бы¬
ли Сталиным в начале 1942 года вопросы ведения войны в новых
создавшихся условиях».
Побывав в местах боевых действий войск Калининского и Запад¬
ного фронтов на ржевском и гжатско-вяземском направлениях, Го¬
лованов смог убедиться в эффективности применения сталинского
метода артиллерийского наступления. И в последующих операциях
Сталин настаивал на максимальной концентрации артиллерии на
участке прорыва фронта и применении метода артиллерийского на¬
ступления.
Голованов подчеркивал: «В дальнейшем тактика наступатель¬
ных операций наших войск все время совершенствовалась, но в осно¬
ве ее всегда лежали два фактора. Во-первых, сосредоточение на уча¬
стках прорыва максимально возможного количества сил и средств,
их эшелонирование; во-вторых, артиллерийское наступление,
включающее в себя артподготовку и последующее сопровождение
пехоты огнем и колесами, иными словами, смена огневых позиций
при преодолении обороны противника на всю ее глубину. Плот¬
ность же артиллерии при прорыве подготовленной обороны про¬
тивника была доведена до нескольких сот стволов на один километр
фронта».
После успешных действий артиллерии фланги немецко-фаши¬
стской обороны были прорваны и наступавшие войска Юго-Запад¬
ного и Сталинградского фронтов устремились навстречу друг другу.
22 ноября Сталин позвонил командующему Сталинградским фрон¬
том А. И. Еременко и спросил, правда ли, что взята станция Караму-
зинская. Еременко подтвердил эти сведения. «Это очень хорошо! —
сказал Сталин. — Завтра вам следует соединиться с Юго-Западным
фронтом, войска которого подошли к Калачу». Уставным «слуша¬
юсь» Еременко, по его словам, «принял к исполнению приказ Вер¬
ховного Главнокомандующего». На следующий день, 23 ноября,
танковые части Сталинградского и Юго-Западного фронтов соеди¬
нились, завершив тем самым окружение войск Германии и ее союз¬
ников под Сталинградом.
Василевский доложил Сталину о соединении фронтов и об орга¬
низации внутреннего и внешнего фронтов окружения. По воспоми¬
наниям Василевского, во время этого доклада Сталин спросил меня,
как действовал Вольский и его корпус. Я сказал так, как оно и было,
что корпус Вольского и его командир действовали отлично. «Вот
что, товарищ Василевский, — сказал Сталин. — Раз так, то я прошу
вас найти там, на фронте, хоть что-нибудь пока, чтобы немедленно
от моего имени наградить Вольского. Передайте ему мою благодар¬
ность, наградите его от моего имени и дайте понять, что другие на¬
грады ему и другим — впереди». После звонка я подумал: чем же на¬
градить Вольского? У меня был трофейный немецкий «вальтер», и я
приказал там же, на месте, прикрепить ему дощечку с соответствую¬
щей надписью, и, когда мы встретились с Вольским, я поздравил его
с успехом, поблагодарил за хорошие действия, передал ему слова
Сталина и от его имени этот пистолет. Мы стояли с Вольским, смот¬
рели друг на друга, и с ним было такое потрясение, что этот человек
в моем присутствии зарыдал, как ребенок».
Сталин продолжал внимательно следить за ходом операции и
как только его обеспокоило положение на правом крыле Донского
фронта, он телеграфировал К. К. Рокоссовскому: «Товарищу Дон¬
цову (т.е. Рокоссовскому). Копия: товарищу Михайлову (т.е. Васи¬
левскому). По докладу Михайлова 3-я мотодивизия и 16-я танковая
дивизия немцев целиком и частично сняты с Вашего фронта, и те¬
перь они дерутся против фронта 21-й армии. Это обстоятельство
создает благоприятную обстановку для того, чтобы все армии Ваше¬
го фронта перешли к активным действиям. Галанин действует вяло,
дайте ему указания, чтобы не позже 24 ноября Вертячий был взят.
Дайте также указания Жадову, чтобы он перешел к активным дейст¬
виям и приковал к себе силы противника. Подтолкните как следует
Батова, который при нынешней обстановке мог бы действовать бо¬
лее напористо. И. Сталин. 23.11.42. 19 часов 40 минут».
Уже 24 ноября Василевский услыхал впервые название новой
операции — «Сатурн», осуществление которой предусматривало
«создание нового кольца до отношению к окруженной под Сталин¬
градом группировке противника. Сталин так и назвал заключитель¬
ную операцию по уничтожению этой группировки «Кольцо»». 27
ноября Сталин по телефону говорил Василевскому: «Войска про¬
тивника под Сталинградом окружены, их надо ликвидировать... Это
очень важное дело... Михайлов должен сосредоточиться только на
этом деле. Что касается подготовки операции «Сатурн», пусть этим
делом займутся Ватутин и Кузнецов (командующий 1-й гвардей¬
ской армией. — Прим. авт.). Москва будет им помогать».
Однако немцы предпринимали отчаянные усилия для того, что¬
бы выручить группировку войск под командованием генерала фон
Паулюса, окруженных под Сталинградом. С этой целью 27 ноября
германское командование отдало приказ о наступлении мощной
группировки немецких войск под командованием генерал-фельд¬
маршала Манштейна с целью прорыва окружения. 12 декабря насту¬
пление ударной группировки Манштейна началось.
По этой причине А. М. Василевский стал настаивать на перебро¬
ске в район боевых действий Сталинградского фронта против насту¬
павшей группировки войск Манштейна 2-й гвардейской армии (под
командованием Р. Я. Малиновского), которую из стратегического
резерва Ставки первоначально направляли на помощь Донскому
фронту. К. К. Рокоссовский категорически возражал против такого
предложения, считая, что с помощью 2-й гвардейской армии его
войска смогли бы быстро разгромить «оголодавшие и замерзающие
армии Паул юса». Окончательное решение в возникшем споре вынес
Сталин. По словам Рокоссовского, он выслушал по телефону аргу¬
менты каждого из них, а затем сообщил Рокоссовскому, что «согла¬
сен с доводами Василевского, что мое решение разделаться сначала
с окруженной группировкой, используя доя этого 2-ю гвардейскую
армию, смелое и заслуживает внимания, но в сложившейся обста¬
новке оно слишком рискованное, поэтому я должен армию Мали¬
новского, не задерживая, спешно направить под Котельниково в
распоряжение Еременко».
14 декабря Сталин направил А. М. Василевскому директиву, в
которой говорилось:
«Первое. Ввиду изменившейся обстановки на юге осуществле¬
ние первого этапа операции «Кольцо» отложить.
Второе. Все хозяйство Яковлева (Р. Я. Малиновского. — Прим.
авт.), в первую очередь мехчасти, форсированным маршем двинуть
на юг и расположить в тылу частей, действующих против котельни-
ковской группы противника.
Третье. Приказать Донцову (К. К. Рокоссовскому. — Прим.
авт.) и Иванову (А. И. Еременко. — Прим. авт.) продолжать систе¬
матическое истребление окруженных войск противника с воздуха и
наземными силами, не давать противнику передышки ни днем, ни
ночью, все более сжимать кольцо окружения, в корне пресекать по¬
пытки окруженных вырваться из кольца.
Четвертое. Главная задача наших южных войск — разбить ко-
тельниковскую группу противника силами Труфанова (генерал-
майор Н. И. Труфанов — командующий 51-й армией. — Прим. авт.),
в течение ближайших дней занять Котельников и закрепиться там
прочно. Васильев».
Одним из тех, кто выполнял эту директиву Васильева и прошел
форсированным маршем на юг, чтобы остановить войска Манштей¬
на, был писатель Ю. В. Бондарев. Будучи участником тяжелых боев
под Сталинградом, он ярко описал их в своем романе «Горячий
315
14-3374
снег», а также в ряде очерков. Он вспоминал: «В те критические дни
декабря северо-западнее Сталинграда начала выгружаться на степ¬
ных полустанках подошедшая из резерва Ставки наша 2-я гвардей¬
ская армия генерала Малиновского... Форсированным маршем, без
остановок, без привалов, без отдыха армия двинулась с севера на юг,
на рубеж степной реки Мышкова — последний естественный ру¬
беж... Армия Малиновского и танковые дивизии Манштейна с оди¬
наковым упорством двигались к этому естественному рубежу, и от
того, кто первым успеет к реке Мышкова, зависело много, если не
все. Действия вражеской и нашей сторон напоминали как бы чаши
весов, на которые были положены все возможности в сложившихся
обстоятельствах... Тогда мы, проклиная дни отступления, конечно,
не могли со всей очевидностью предполагать, что наше успешное
наступление в ноябре — декабре, наши атаки, удары бронебойных
снарядов по танкам — все это начало конца этой страшной войны,
битвы в глубине России на уничтожение. Мы лишь чувствовали дол¬
го ожидаемое, наконец, с ощущением собственной силы начатое.
И будто в подкрепление наших ощущений, переплавя их в убежде¬
ния и веру в те дни нас с быстротой молнии достигли сталинские
слова. 17 декабря газета «Правда» напечатала телеграмму Сталина
участникам Сталинградской битвы: «Горжусь вашей упорной борь¬
бой. Ни шагу назад. Отличившихся бойцов и командиров предста¬
вить к правительственным наградам».
Тем временем армии Манштейна прошли две трети пути до
Сталинграда, и до окруженной группировки им оставалось не более
40—50 километров. Поэтому Сталин внес изменение в план опера¬
ции «Сатурн». В директиве Ставки он писал: «Видоизменение со¬
стоит в том, чтобы главный удар направить не на юг, а на юго-вос-
ток, в сторону Нижний Астахов и с выходом на Морозовск...» Это
изменение плана было вызвано задачей предотвратить наступление
тормосинской и котельниковской группировок противника к Ста¬
линграду с целью деблокировать окруженные там войска.
Во исполнение измененного плана «Сатурн» утром 16 декабря
войска Юго-Западного фронта и часть войск Воронежского фронта
нанесли удар по 8-й итальянской армии, оперативной группе «Хол-
лидт» и частям 3-й румынской армии. Наступавшие войска прорвали
фронт обороны противника и продвинулись на 15—25 километров.
За пять дней наступления 24-й танковый корпус генерал-майора
В. М. Баданова продвинулся на 240 километров. 24 декабря корпус
овладел станцией Тацинская, захватив там огромное количество са¬
молетов и другой военной техники и перерезав важнейшую желез¬
ную дорогу Сталинград — Лихая. Сталин постоянно звонил коман¬
дующему Юго-Западным фронтом, справляясь о положении корпу¬
са и требуя оказать ему поддержку. Зная о тяжелом положении
корпуса, который вел бои в окружении, Сталин указывал Н. Ф. Ва¬
тутину: «Первая Ваша задача — не допустить разгрома Баданова...
Вы правильно поступили, что разрешили Баданову в самом крайнем
случае покинуть Тацинскую». Сталин повторял: «Помните Бадано¬
ва, не забывайте Баданова, выручайте его во что бы то ни стало». Ме¬
ры, принятые командованием фронта, спасли танковый корпус, и
он вышел из окружения, а за проявленное мужество В. М. Баданов
стал первым кавалером нового ордена Суворова II степени.
Хотя тормосинская группировка войск противника была ней¬
трализована, войска Манштейна продолжали двигаться к Сталин¬
граду. В тяжелых боях на реке Мышкова с 19 по 23 декабря части 2-й
гвардейской армии нанесли значительные потери войскам Ман¬
штейна. 24 декабря 2-я гвардейская дивизия перешла в наступление
и на следующий день вышла к реке у Аксай-Есауловский. Здесь нем¬
цы пытались остановить продвижение советских войск. Однако их
оборона была смята. В результате Котельниковской операции рас¬
стояние, отделявшее окруженные войска под Сталинградом от ли¬
нии внешнего фронта, увеличилось до 100—150 километров.
А. М. Василевский вспоминал: «В ночь под новый год И. В. Ста¬
лин поручил мне передать войскам 7-го танкового корпуса благодар¬
ность Верховного Главнокомандующего за отличную работу и по¬
здравление с одержанной очень важной победой над врагом».
А. М. Василевский писал: «Победа под Сталинградом коренным
образом изменила обстановку на всем советско-германском фрон¬
те. Наше Верховное командование получило возможность развер¬
нуть стратегическое наступление на огромном участке фронта в це¬
лом и прежде всего на южном крыле и воронежском направлении.
Выдвижение войск Южного фронта на линию Зимников в Сальские
степи с одновременным развитием наступления Юго-Западного
фронта на ворошиловоградском направлении создавало серьезную
угрозу всей кавказской группировке противника».
Верно оценив возникшие возможности для разгрома всех войск
противника, оказавшихся на Северном Кавказе, Сталин продикто¬
вал 4 января директиву для командующего Закавказским фронтом
И. В. Тюленева. Василевский привел ее полностью, так как нашел
«ее полезной в смысле оценки Сталина как военного деятеля, как
Верховного Главнокомандующего, руководившего грандиозной по
масштабам борьбой советских Вооруженных сил. Подобных доку¬
ментов, исходивших непосредственно от Сталина и касавшихся ре¬
шения самых важных оперативно-стратегических вопросов, было за
317
14’
время войны немало. Эта телеграмма, как и другие документы, по¬
зволяет до некоторой степени оценить военную компетентность
Верховного Главнокомандующего. Вот ее текст:
«Первое. Противник отходит с Северного Кавказа, сжигая скла¬
ды и взрывая дороги. Северная группа Масленникова (генерал-лей¬
тенант И. М. Масленников — командующий группой войск на Се¬
верном Кавказе. — Прим. А. М. Василевского) превращается в резерв¬
ную группу, имеющую задачу легкого преследования противника.
Нам невыгодно выталкивать противника с Северного Кавказа. Нам
выгоднее задержать его с тем, чтобы ударом со стороны Черномор¬
ской группы осуществить его окружение. В силу этого центр тяже¬
сти операций Закавказского фронта перемещается в район Черно¬
морской группы, чего не понимают ни Масленников, ни Петров (ге¬
нерал-лейтенант И. Е. Петров — командующий Черноморской
группой Закавказского фронта. — Прим. А. М. Василевского)».
«Второе. Немедленно погрузите 3-й стрелковый корпус из рай¬
она Северной группы и ускоренным темпом двигайте в район Чер¬
номорской группы. Масленников может пустить в дело 58-ю армию,
которая болтается у него в резерве и которая в обстановке нашего ус¬
пешного наступления могла бы принести большую пользу. Первая
задача Черноморской группы — выйти на Тихорецкую и помешать
таким образом противнику вывезти свою технику на запад. В этом
деле Вам будет помогать 51-я армия и, возможно, 28-я армия. Вто¬
рая и главная задача Ваша состоит в том, чтобы выделить мощную
колонну войск из состава Черноморской группы, занять Батайск и
Азов, влезть в Ростов с востока и закупорить таким образом северо-
кавказскую группу противника с целью взять ее в плен или уничто¬
жить. В этом деле Вам будет помогать левый фланг Южного фрон¬
та — Еременко, который ™еет задачей выйти севернее Ростова».
«Третье. Прикажите Петрову, чтобы он начал свое наступление
в срок, не оттягивая этого дела ни на час, не дожидаясь подхода ре¬
зервов. Петров все время оборонялся, и у него нет большого опыта
по наступлению. Растолкуйте ему, что он должен дорожить каждым
днем, каждым часом».
«Четвертое. Немедленно выезжайте... в район Черноморской
группы и обеспечьте выполнение настоящей директивы».
Комментируя содержание сталинской директивы, А. М. Васи¬
левский писал: «Каждому понятно, что все это означало. Загородить
немцам выход с Кавказа и отсечь их соединения, еще вчера нагло
лезшие на юг, к Эльбрусу, в Грузию и Азербайджан. Вот вопрос,
вставший в повестку дня!»
Однако, как отмечалось в «ИВОВ», войска Южного фронта, Се¬
верной и Черноморской групп Закавказского фронта были развер¬
нуты на удаленных друг от друга направлениях, что затрудняло пере¬
броску войск с одного направления на другое. «Противник же, рас¬
полагая у себя в тылу довольно развитой сетью дорог, мог быстро
совершать подобные переброски, маневрировать силами». Ко всему
прочему, как указывалось в «ИВОВ», «в первые дни наступления ко¬
мандование Закавказского фронта и Северной группы не проявило
необходимой решительности и оперативности. Все еще опасаясь на¬
ступательных действий врага на грозненском направлении, оно дер¬
жало там основные силы группы. Поэтому войска правого фланга,
наносившие главный удар, не были достаточно усилены. Кроме то¬
го, штабы армий не сумели организовать устойчивую связь с насту¬
павшими войсками. Все это снизило темп наступления».
Сталин вмешался в руководство войсками Северной группы. По
его приказу 4-й Кубанский, 5-й Донской гвардейские кавалерий¬
ские корпуса и танковые соединения объединились в подвижную
конно-механизированную группу под командованием генерал-лей-
тенанта Н. Я. Кириченко. Сталин приказывал этой группе выйти в
район Армавира или Невинномысска и преградить пути отхода про¬
тивника.
Главную роль в операции по окружению немцев на Северном
Кавказе Сталин отводил войскам Южного фронта. Однако эти вой¬
ска были ослаблены после боев с котельниковской группировкой
войск противника. У них не хватало танков, а Ставка не могла им их
выделить. В результате на этом направлении у противника оказалось
больше танков, чем у наших войск. Против наступавшего Южного
фронта немцы перебросили и значительную часть своей авиации.
Несмотря на эти трудности, войска Южного фронта развернули на¬
ступление и 7 января взяли Зимовники. 21 января был взят Сальск.
Однако войска не смогли к намеченному сроку выполнить задачу,
поставленную Сталиным, — занять Тихорецк и пересечь пути отхо¬
да противнику на Ростов.
Более успешно развивались действия советских войск на Дону и
Северном Донце. 18 января советские войска завершили окружение
главных сил 2-й венгерской армии, 8-го итальянского альпийского
и 24-го немецкого танкового корпусов, корпусной группы «Кра¬
мер», насчитывавших 13 дивизий.
За 15 дней наступления войска Воронежского фронта уничто¬
жили 15 дивизий противника, а 6 дивизиям было нанесено тяжелое
поражение. В ходе Острогожско-Россошанской операции с 13 по
27 января было взято в плен свыше 86 тысяч солдат и офицеров про¬
тивника.
389
Успешные действия Красной Армии под Сталинградом открыли
возможности для развития наступления советских войск на всем
протяжении советско-германского фронта. 8 декабря 1942 года Ста¬
лин подписал директиву о прорыве блокады Ленинграда. В ней го¬
ворилось: «Совместными усилиями Волховского и Ленинградского
фронтов разгромить группировку противника в районе Липки —
Гайтолово — Московская Дубровка — Шлиссельбург и, таким обра¬
зом, разбить осаду Ленинграда». 18 января 1943 года после упорных
боев войска Ленинградского и Волховского фронтов соединились
на восточной окраине Рабочего поселка № 1. Блокада Ленинграда
была прорвана. В этот же день был взят город Шлиссельбург.
Еще в конце ноября 1942 года советские войска развернули на¬
ступление из района Торопец на Калининском фронте. В ходе на¬
ступления фронт немецкой обороны был прорван и город Великие
Луки, в котором засели немецкие войска, оказался окружен. Попыт¬
ки немцев деблокировать окруженную группировку провалились.
Город был взят.
В своем приказе от 25 января 1943 года Сталин поздравил «бой¬
цов, командиров и политработников Юго-Западного, Южного,
Донского, Северо-Кавказского, Воронежского, Калининского, Вол¬
ховского, Ленинградского фронтов с победой над немецко-фашист-
скими захватчиками и их союзниками — румынами, итальянцами
и венграми под Сталинградом, на Дону, на Северном Кавказе, под
Воронежем, в районе Великих Лук, южнее Ладожского озера». Он
объявил «благодарность командованию и доблестным войскам, раз¬
громившим гитлеровские армии на подступах к Сталинграду, про¬
рвавшим блокаду Ленинграда и освободившим от немецких окку¬
пантов города Кантемировка, Беловодск, Морозовский, Миллерово,
Старобельск, Котельникове, Зимовники, Элиста, Сальск, Моздок,
Нальчик, Минеральные Воды, Пятигорск, Ставрополь, Армавир,
Валуйки, Россошь, Острогожск, Великие Луки, Шлиссельбург, Во¬
ронеж и многие другие города и тысячи населенных пунктов».
Сталин констатировал: «В результате двухмесячных наступа¬
тельных боев Красная Армия прорвала на широком фронте оборону
немецко-фашистских войск, разбила сто две дивизии противника,
захватила более 200 тысяч пленных, 13 ООО орудий и много другой
техники и продвинулась вперед до 400 километров. Наши войска
одержали серьезную победу. Наступление наших войск продолжа¬
ется».
24 января, на другой день после того, как Сталин подписал при¬
каз, началось наступление Воронежского фронта в направлении на
Касторное с юга. К исходу дня 4-й танковый корпус углубился в обо¬
рону противника на 16 километров. Для немцев возникла угроза ок¬
ружения под Воронежем. Поэтому они вышли из города, а 25 января
Воронеж был полностью освобожден нашими войсками.
По мере того как немецко-фашистские войска стремительно от¬
ступали на запад, солдаты и офицеры, окруженные в Сталинграде,
лишились надежды на избавление. Тем временем «в конце декаб¬
ря, — как вспоминал Жуков, — в Государственном Комитете Оборо¬
ны состоялось обсуждение дальнейших действий. Верховный пред¬
ложил: «Руководство по разгрому окруженного противника нужно
передать в руки одного человека. Сейчас действия двух командую¬
щих фронтами мешают ходу дела». Присутствовавшие члены ГКО
поддержали это мнение. «Какому командующему поручим оконча¬
тельную ликвидацию противника?» Кто-то предложил передать все
войска в подчинение К. К. Рокоссовскому. «А вы что молчите?» —
обратился Верховный ко мне. «На мой взгляд, оба командующих
достойны, — ответил я, — Еременко будет, конечно, обижен, если
передать войска Сталинградского фронта под командование Рокос¬
совского». — «Сейчас не время обижаться, — отрезал И. В. Сталин и
приказал мне: — Позвоните Еременко и объявите ему решение Го¬
сударственного Комитета Обороны».
Как и предполагал Жуков, Еременко был очень обижен этим ре¬
шением, но вскоре он возглавил Южный фронт. Через некоторое
время Сталин принял Еременко и сказал ему: «Вы, по-видимому, до
сих пор обижаетесь на меня за то, что я не принял вашего предложе¬
ния на последнем этапе Сталинградской битвы добить Паулюса.
Обижаться не следует. Мы знаем, знает весь народ, что вы командо¬
вали двумя фронтами и сыграли главную роль в разгроме фашист¬
ской группировки под Сталинградом, а кто доколачивал привязан¬
ного зайца, это уже особой роли не играет». Еременко справедливо
расценил это замечание Сталина как «слова благодарности».
27 декабря Рокоссовский представил Сталину план операции по
уничтожению группировки численностью в 250 тысяч человек. Ста¬
лин оставил Рокоссовскому минимум войск. Рокоссовский вспоми¬
нал: «Ставка нас предупредила, чтобы мы не рассчитывали на усиле¬
ние стрелковыми и танковыми соединениями... К началу наступле¬
ния фронт получил из резервов Ставки 20 тысяч человек пополне¬
ния, что для семи армий было каплей в море». Из-за нехватки сил
Рокоссовский был вынужден отдать приказ о прекращении наступ¬
ления на немцев и переходе к обороне, «ведя силовую разведку,
с тем, чтобы держать противника в напряжении». Сталин утвердил
решение Рокоссовского.
План операции, разработанный Рокоссовским и утвержденный
301
Сталиным, предусматривал расчленение окруженной группировки
на две части. После 16 дней боев 26 января советские войска, насту¬
павшие на Сталинград с запада, соединились с войсками, сражав¬
шимися в городе с августа. Эта встреча произошла в районе поселка
Красный Октябрь и на скатах Мамаева Кургана. За эти 16 дней боев
немцы потеряли около 100 тысяч человек.
31 января Паулюс принял ультиматум советских войск и капиту¬
лировал. В тот же день он был доставлен в штаб Рокоссовского.
2 февраля капитулировала последняя группировка немцев, сражав¬
шаяся на севере Сталинграда. Сталинградская битва была заверше¬
на. В Германии был объявлен трехдневный траур по погибшим не¬
мецким солдатам в Сталинграде.
По оценке Г. К. Жукова, «общие потери вражеских войск в рай¬
оне Дона, Волги, Сталинграда составили около 1,5 миллиона чело¬
век, до 3500 танков и штурмовых орудий, 12 тысяч орудий и миноме¬
тов. Такие потери сил и средств катастрофически отразились на об¬
щей стратегической обстановке и до основания потрясли всю
военную машину гитлеровской Германии».
2 февраля 1943 года Сталин подписал приказ Верховного Глав¬
нокомандующего по войскам Донского фронта, в котором он по¬
здравлял представителя Ставки маршала артиллерии Воронова и ко¬
мандующего войсками Донского фронта Рокоссовского «с успеш¬
ным завершением ликвидации окруженных под Сталинградом вра¬
жеских войск». Сталин объявлял «благодарность всем бойцам, ко¬
мандирам и политработникам Донского фронта за отличные боевые
действия».
Вскоре Рокоссовский и Воронов были вызваны в Москву к Ста¬
лину. Маршал вспоминал, что в Кремле, «завидя нас, он быстрыми
шагами приблизился и, не дав нам по-уставному доложить о прибы¬
тии, стал пожимать нам руки, поздравляя с успешным окончанием
операции по ликвидации вражеской группировки».
Вспоминая эту встречу со Сталиным, Рокоссовский писал:
«Чувствовалось, что он доволен ходом событий. Беседовали долго.
Сталин высказал некоторые соображения о будущем развитии бое¬
вых действий. Напутствуемые пожеланиями новых успехов, мы ос¬
тавили его кабинет. Не могу умолчать о том, что Сталин ^ннужные
мом^штшш^бворожить coбeceшjJдк^lg■ДДQтoжlLЖ^имaниeм и за-
ставить надолго запомнить каждую.встречу с ним».
Победа под Сталинградом вызвала восхищение союзников
СССР. В своем послании от 5 февраля 1943 года Рузвельт писал Ста¬
лину: «В качестве Главнокомандующего вооруженными силами Со¬
единенных Штатов Америки я поздравляю Вас с блестящей победой
392
Ваших войск у Сталинграда, одержанной под Вашим верховным ко¬
мандованием. Сто шестьдесят два дня эпической борьбы за город,
борьбы, которая навсегда прославила Ваше имя, а также решающий
результат, который все американцы празднуют сегодня, будут одной
из самых прекрасных глав в этой войне народов, объединившихся
против нацизма и его подражателей. Командиры и бойцы Ваших
войск на фронте, мужчины и женщины, которые поддерживали их,
работая на заводах и на полях, объединились не только для того,
чтобы покрыть славой оружие своей страны, но и для того, чтобы
своим примером вызвать среди всех Объединенных Наций новую
решимость приложить всю энергию к тому, чтобы добиться оконча¬
тельного поражения и безоговорочной капитуляции общего врага».
Позднее, в мае 1944 года, Рузвельт направил Сталинграду грамо¬
ту, в которой говорилось: «От имени народа Соединенных Штатов
Америки я вручаю грамоту городу Сталинграду, чтобы отметить на¬
ше восхищение его доблестными защитниками, храбрость, сила ду¬
ха и самоотверженность которых во время осады с 13 сентября 1942
года по 31 января 1943 года будут вечно вдохновлять сердца всех сво¬
бодных людей. Их славная победа остановила волну нашествия и
стала поворотным пунктом войны Союзных Наций против сил аг¬
рессии». Свои поздравления Сталину в связи с победой под Сталин¬
градом направил и Уинстон Черчилль.
Оценивая значение Сталинградской битвы, Шервуд писал: «За¬
вершение грандиозной русской победы в Сталинграде изменило
всю картину войны и перспективы ближайшего будущего. В резуль¬
тате одной битвы — которая по времени и невероятному количеству
потерь была фактически равна отдельной крупной войне, — Россия
стала в ряды великих мировых держав, на что она давно имела право
по характеру и численности своего населения».
Чаешь IV
ТРУДНАЯ ДОРОГА К ПОБЕДЕ
Гяава 19
«ВРАГ ПОТЕРПЕЛ ПОРАЖЕНИЕ, НО ОН ЕЩЕ НЕ ПОБЕЖДЕН»
Поражение Германии под Сталинградом и наступление Красной
Армии на всем протяжении советско-германского фронта совпали с
поражениями немецких войск в Северной Африке. С конца июня
1942 года немецкие войска окружили гарнизон англичан в Тобруке
(Ливия) и достигли Эль-Аламейна, находящегося в 150 километрах
от Александрии. Возникала угроза прорыва немецких армий к Ни¬
лу, а оттуда в Палестину, Трансиорданию, Сирию, Ирак и Иран. Хо¬
тя масштаб военных действий на этом театре военных действий был
не сопоставим с советско-германским фронтом (против немецких
войск под командованием генерала Роммеля, насчитывавших 100 ты¬
сяч человек, 558 танков, 500 самолетов, действовали английские
войска под командованием фельдмаршала Монтгомери, насчиты¬
вавшие 150 тысяч человек, 900 танков и 1300 самолетов), нет сомне¬
ний в том, что успех немцев в этом регионе мог бы иметь далеко иду¬
щие последствия для хода Второй мировой войны.
3 ноября 1942 года английские войска прорвали фронт обороны
в районе Эль-Аламейна, а 18 ноября перешли в полномасштабное
наступление. 20 ноября англичане вошли в Бенгази — важный город
и порт Ливии, а 23 января 1943 года столица Ливии Триполи оказа¬
лась в руках англичан. Итальянцы потеряли свою последнюю коло¬
нию в Африке и вместе с немцами ушли в Тунис.
8 ноября 1942 года англо-американские войска высадились в
Марокко и в Алжире. Поскольку французские войска правительства
Петена практически не оказывали им сопротивления, то американ¬
цы и англичане в считаные дни овладели двумя французскими коло¬
ниями и двинулись к Тунису.
В конце января 1943 года в Касабланке (Марокко) состоялась
конференция президента США Ф. Д. Рузвельта и премьер-министра
304
Великобритании У. Черчилля. Выступая на пресс-конференции в
Касабланке 24 января 1943 года, президент Рузвельт заявил о наме¬
рении воевать с Германией и ее союзниками до их безоговорочной
капитуляции. Н. Н. Яковлев справедливо расценил, что «победы
Красной Армии в зимней кампании побудили его (Рузвельта) сде¬
лать эффектный жест. Президент поддержал наступление Красной
Армии декларацией о решимости США вести войну до победного
конца». Р. Шервуд писал: «Когда 31 января Рузвельт вернулся в Ва¬
шингтон, битва за Сталинград закончилась... Теперь для многих оп¬
тимистов путь к победе представлялся в виде широкого гладкого
шоссе, на котором все стрелки указывали в одном направлении, и
уже начались споры по поводу выражения «безоговорочная капиту¬
ляция».
26 января Рузвельт и Черчилль направили из Касабланки Стали¬
ну совместное послание, в котором говорилось: «Мы совещались с
нашими военными советниками и приняли решения об операциях,
которые должны быть предприняты американскими и британскими
вооруженными силами в течение первых девяти месяцев 1943 года.
Мы хотим немедленно сообщить Вам о наших намерениях. Мы по¬
лагаем, что эти операции, вместе с Вашим мощным наступлением,
могут, наверное, заставить Германию встать на колени в 1943 году».
Сталин благодарил за поздравления президента в связи с успеха¬
ми Красной Армии, но продолжал напоминать ему об обязательстве
США открыть второй фронт. 30 января 1943 года он писал амери¬
канскому президенту: «Понимая принятые Вами решения в отно-
шенйяГермании как задачу разгрома путем открытия второго фрон¬
та в Европе в 1943 году, я был бы Вам признателен за сообщение о
конкретно намеченных операциях в этой области и намечаемых
сроках их осуществления».
Однако ответа Рузвельта на запрос Сталина не последовало.
В это время американские войска в Северной Африке отказались от
продолжения наступления в Тунисе и перешли к обороне. 14 февра¬
ля немецкие войска глубоко вклинились в расположение американ¬
цев и разгромили их дивизию.
Неудачи союзников в Африке вызвали раздражение Сталина.
В своем послании 14 марта он писал Рузвельту: «Из послания г. Чер¬
чилля я узнал, что англо-американские операции в Северной Афри¬
ке не только не ускоряются, но откладываются на конец апреля,
причем даже и этот срок указывается не совсем определенно. Таким
образом, в самый напряженный период боев против гитлеровских
войск, в период февраль — март, англо-американское наступление в
Северной Африке не только не форсировалось, но и вообще не про-
305
Водилось, а намеченные для него сроки отложены. Тем временем
Германия уже успела перебросить с Запада против советских войск
36 дивизий, из них 6 дивизий танковых. Легко понять, какие затруд¬
нения это создало для Советской Армии и как это облегчило поло¬
жение немцев на советско-германском фронте... Я считаю своим
долгом заявить, что главным вопросом является ускорение откры¬
тия второго фронта во Франции... Нам особенно важно, чтобы удар
с Запада больше не откладывался, чтобы этот удар с Запада был на¬
несен весной или в начале лета».
Лишь в конце марта 1943 года англо-американские союзники
развернули наступление в Тунисе. Англичане потеснили немцев.
Однако, как отмечал Типпельскирх, «слабые немецкие силы в край¬
не ожесточенных четырехдневных боях сумели отбить атаки, пред¬
принятые сильно превосходящими американскими соединения¬
ми». Когда же в апреле началось наступление американского корпу¬
са с рубежа Гафса, «атака американцев, — писал Типпельскирх, —
была легко отбита». Затем «действия американцев при атаках прохо¬
да Фондук и Гафсы опять были такими неудачными, что генерал
Александер предложил отвести американцев в тыл и основательно
их подучить. Произошел весьма досадный разрыв среди союзников,
который был усилен еще тем, что отрицательные отзывы немецких
пленных о невысоких боевых качествах американцев, очевидно,
охотно распространялись англичанами».
Правда, заметное преобладание англо-американских войск над
германо-итальянскими в живой силе и технике (у союзников было
24 полностью укомплектованные дивизии; у Германии и Италии —
12 дивизий, сильно потрепанных в боях) не могло не способствовать
успехам союзников. Сыграло роль и подавляющее превосходство в
воздухе союзников. 7 мая американцы заняли Бизерту. 12 мая нем¬
цы и итальянцы, прижатые к морю, прекратили сопротивление, и
250 тысяч солдат коалиции стран Оси сдались в плен.
В своих посланиях Рузвельту и Черчиллю Сталин поздравил
американские и британские войска «с блестящей победой», хотя бы¬
ло очевидно, что такая высокая оценка была данью вежливости.
Сталин прекрасно знал, что за эти же полгода, пока союзники почти
без боя заняли Марокко и Алжир и вели бои на сравнительно не¬
большом фронте в Тунисе, Красная Армия осуществляла наступа¬
тельные операции на фронте от Кавказского хребта до Ладожского
озера. При этом потери немецко-фашистских войск только в районе
Дона и Волги, по словам Жукова, составили около 1,5 миллиона че¬
ловек.
Разгром немецких войск и их союзников под Сталинградом за-
ставил даже Гитлера признать достоинства своих главных врагов.
Риббентроп вспоминал: «В те тяжелые дни после окончания боев за|
весьма примечательный разговор с
^ Адольфом Гитлеро^Он говорил — в присущей ему манере — о Ста- /
c бплыш^^гйосхитттением. Он сказал: на этом примере снова |
видно, какое значение может иметь один человек для целой нации. \
Любой другой народ после сокрушительных ударов, полученных в
1941—1942 годах, вне всякого сомнения, оказался бы сломленным.
Если с Россией этого не случилось, то своей победой русский народ
обязан только железной твердости этого человека, несгибаемая воля
и героизм которого призвали и привели народ к продолжению со¬
противления. Сталин — это именно тот крупный противник, кото¬
рого он имеет как в мировоззренческом, так и в военном отноше-
нии. Если тот 1согда-1Ш^ его руки, он окажет ему все
свое уважение и предоставит самый прекрасный замок во всей Гер¬
мании. Но на свободу, добавил Гитлер, он такого противника уже
никогда не выпустит. Создание Красной Армии — грандиозное дело,
а сам Сталин, без сомнения, — историческая личность совершенно
огромного масштаба».
Судя по последним фразам Гитлера, даже после поражения в
Сталинграде руководство Германии не собиралось сдаваться. Со¬
противление немецко-фашистских войск на советско-германском
фронте не ослабевало. Развернутое 12 февраля 1943 года наступле¬
ние войск Брянского фронта натолкнулось на упорное сопротивле¬
ние немецких войск, усиленных за счет срочно переброшенных со¬
единений ржевско-вяземской группировки. При этом была пред¬
принята попытка ударить из Орла по войскам Воронежского фронта.
Центральный фронт, созданный по замыслу Сталина между
Брянским и Воронежским фронтами, должен был 15 февраля на¬
нести удар в направлении на Гомель, Смоленск, во фланг орловской
группировке противника. Однако, как вспоминал Рокоссовский, «с
первого же момента мы столкнулись с огромными трудностями».
Все же наступление началось в срок и развивалось успешно. Одна¬
ко, как вспоминал Рокоссовский, «у соседей дела сложились иначе.
Брянский фронт, перешедший в наступление еще 12 февраля, по¬
теснив противника местами до 30 километров, к концу февраля вы¬
нужден был остановиться на рубеже Новосиль, Малоархангельск,
Рождественское. Не добилась успеха и левофланговая 16-я армия
Западного фронта, наносившая удар во взаимодействии с нами...
Противник сам стал готовиться к контрнаступлению... Я доложил
Сталину, что в таких условиях войска фронта не смогут справиться с
задачей. После этого задача фронта была изменена».
397
Хотя войска Центрального фронта не смогли решить поставлен¬
ные задачи, их наступление вынудило противника перебросить
16 дивизий с ржевско-вяземского плацдарма на другие участки со-
ветско-германского фронта. Поэтому, оказавшись под угрозой ок¬
ружения, германское командование 27 февраля отдало приказ об ос¬
тавлении плацдарма. Преследуя отступавшего противника, наши
войска 3 марта освободили Ржев, а 12 марта — Вязьму.
В своем приказе от 23 февраля 1943 года по случаю 25-летия
Красной Армии Сталин указывал на то, что «в ходе войны Красная
Армия стала кадровой армией. Она научилась бить врага наверняка
с учетом его слабых и сильных сторон, как этого требует современ¬
ная военная наука... Не может быть сомнения, что только правиль-
Ьммжвэда», ,-g^f
ная стратегия командования Красной Армии и гибкая тактика на-
шЖком^диров-исполнителей могли привести к такому выдающе¬
муся факту, как окружение и ликвидация огромной отборной армии
немцев в составГзЗО тысячТеловек под Сталинградом».
В то же время в своем приказе Сталин призвал не обольщаться
успехами. Он подчеркивал, что нельзя считать, что «с гитлеровской
армией покончено и Красной Армии остается лишь преследовать ее
до западных границ нашей страны. Думать так — значит предаться
неумному и вредному самообольщению... Враг потерпел пораже¬
ние, но он еще не побежден... Красной Армии предстоит суровая
борьба против коварного, жестокого и пока еще сильного врага. Эта
борьба потребует времени, жертв, напряжения наших сил и мобили¬
зации всех наших возможностей». Сталин напоминал слова Ленина:
«Первое дело — не увлекаться победой и не кичиться, второе дело —
закрепить за собой победу, третье — добить противника».
Слова Сталина о «коварном, жестоком и еще сильном враге» в
его приказе были высказаны своевременно. Создав против насту¬
пающих на этом участке фронта частей Красной Армии трехкратное
превосходство в авиации и семикратное — в танках, 19 февраля 1943
года немцы нанесли контрудар по наступавшим советским войскам
в районе Краснограда. Как отмечал Василевский, «вражеский контр¬
удар и быстрый отход наших войск правого крыла Юго-Западного
фронта создали серьезную угрозу левому крылу Воронежского фрон¬
та... 4 марта противник начал второй этап контрнаступления, нане¬
ся мощный танковый удар сосредоточенными силами по Воронеж¬
скому фронту из района юго-западнее Харькова».
Нашим войскам пришлось вновь оставить часть освобожденной
Украины. В то же время, характеризуя отступление советских войск
в феврале — марте 1943 года, Василевский писал: «Даже при всей не¬
ожиданности вражеского контрнаступления наш отход не носил на
398
себе следов растерянности и сумятицы. Ни порядок, ни руководство
войсками не нарушались, хотя все тяжело расставались со столь до¬
рогими нашему сердцу городами и районами».
Обеспокоенный положением в этой части фронта Сталин отко¬
мандировал туда в начале марта Василевского. В ночь на 10 марта у
Василевского, по его словам, «состоялся обстоятельный разговор с
Верховным Главнокомандующим» по телефону, в ходе которого
«решили срочно перебросить... две общевойсковые и одну танковую
армию» в район тяжелых боев. В директиве Сталина, направленной
Василевскому, командующему Центральным фронтом К. К. Рокос¬
совскому и командующему Воронежским фронтом Ф. И. Голикову,
подчеркивалось, что «противник имеет намерения выйти в сторону
Белгорода, прорваться к Курску и соединиться с орловской группи¬
ровкой немецких войск для выхода в тыл Центральному фронту».
Директива указывала на ряд мер, которые следовало принять для
срыва этого плана немцев.
Однако отступление наших войск продолжалось. 15 марта был
сдан недавно освобожденный Харьков. Сталин вызвал находивше¬
гося на Северо-Западном фронте Жукова, который прибыл в Кремль,
когда там проходило совещание по хозяйственным вопросам. После
совещания, закончившегося после 3 часов ночи, по словам Жукова,
«И. В. Сталин подошел ко мне и спросил: «Вы обедали?» — «Нет», —
ответил Жуков. «Ну тогда пойдемте ко мне, — сказал Сталин, — да
заодно и поговорим о положении в районе Харькова». Во время этого
ночного обеда к Сталину был вызван из Генштаба с картами «на-
правленец, ведущий обстановку по Воронежскому фронту», кото¬
рый «доложил, что там к 16 марта ситуация крайне ухудшилась». Уз¬
нав, что командующий Воронежским фронтом не осуществил свое¬
временно отвод частей 3-й танковой армии и 69-й армии, Сталин
спросил: «Почему Генштаб не подсказал?» — «Мы советовали», —
ответил офицер. «Генштаб должен был вмешаться в руководство
фронтом, — настойчиво заметил И. В. Сталин. А затем, подумав не¬
много, обратился ко мне: — Придется вам утром вылететь на фронт».
Тут же Верховный позвонил члену Военного совета Воронежского
(фронта Н. С. Хрущеву и резко отчитал его за непщнятщ^оенным
Сбветом "мер против контрударных действий противника».
Прибыв на место в тот же день, Жуков обнаружил, что ситуация
была хуже, чем об этом докладывал Сталину направленец из Ген¬
штаба, и тут же доложил Сталину обстановку.
18 марта был оставлен Белгород. «В эти дни самого острого раз¬
вития событий на Воронежском фронте, — вспоминал Штеменко, —
оказалось невозможным составить объективную картину по докла¬
дам Голикова. Ставка командировала туда своих представителей
Г. К. Жукова и А. М. Василевского». Опасаясь дальнейшего продви¬
жения противника в направлении Тулы и Москвы, Жуков и Васи¬
левский предложили создать новый фронт на этом направлении (он
позже был назван Брянским), назначить Голикова командующим
этого фронта, а во главе Воронежского фронта поставить Ватутина.
27 марта наступление немцев было остановлено, и их попытки про¬
рвать оборону наших войск севернее Белгорода не увенчались успе¬
хом.
С конца марта 1943 года бои на советско-германском фронте
стали носить в основном характер позиционной войны. Стратегиче¬
ская пауза в течение апреля — июня 1943 года, по словам Василев¬
ского, была использована обеими воюющими сторонами для выра¬
ботки новых стратегических решений и подготовки к летним актив¬
ным действиям.
В своем приказе от 23 февраля 1943 года Сталин обратил особое
внимание на тот вклад, который внес в победы Красной Армии со¬
ветский тыл: «Гитлеровская Германия, заставившая работать на се¬
бя военную промышленность Европы, до последнего времени име¬
ла превосходство против Советского Союза в технике и прежде всего
в танках и самолетах. В этом было ее преимущество. Но за двадцать
месяцев войны положение изменилось. Благодаря самоотвержен¬
ному труду рабочих, работниц, инженеров и техников военной про¬
мышленности СССР за время войны выросло производство танков,
самолетов, орудий».
Победа Красной Армии выковывалась и далеко в тылу руками
миллионов тружеников промышленности и сельского хозяйства,
среди которых все большее место занимали женщины и подростки.
Вместе с высококвалифицированными рабочими, оставленными на
производстве в тылу, они беспрекословно приняли тяжелые, неред¬
ко с трудом переносимые условия труда, а также множество матери¬
альных лишений. Военные сводки, рассказы о героизме советских
воинов на фронте и зверствах оккупантов убеждали советских тру¬
жеников тыла в необходимости терпеть трудности во имя победы
над врагом. О поддержке трудящимися тыла политики партии сви¬
детельствовал и рост численности членов партии среди работников
промышленности, транспорта, сельского хозяйства (примерно в
1,5 раза за годы войны). Трудовая жизнь советских людей в тылу
подчинялась лозунгу «Все для фронта, все для победы!».
Перевес Советской страны над Третьим рейхом в моральном и
духовном отношении, о чем постоянно говорил Сталин, был очеви¬
ден. Десятилетие шумной шовинистической пропаганды в Герма¬
нии создавало лишь видимость мощного духовного подъема. Фюрер
и нацистская партия прекрасно осознавали, что своей популярно¬
сти в народе они были обязаны выводом страны из кризиса, прекра¬
щением безработицы и резким улучшением материального положе¬
ния населения. По этой причине германское правительство стара¬
лось сохранять материальное благополучие немцев даже в разгар
войны, разумеется, за счет ограбления других народов. Хотя немцы
в тылу и на фронте добросовестно выполняли свои профессиональ¬
ные обязанности, зачастую им не хватало той самоотверженной го¬
товности сделать все возможное и невозможное для победы над про¬
тивником, что отличало советских людей. На это обратил внимание
Сталин в своем приказе, заметив: «Немцы точны и аккуратны в сво¬
их действиях, когда обстановка позволяет осуществлять требования
устава. В этом их сила. Немцы становятся беспомощными, когда об¬
становка усложняется и начинает «не соответствовать» тому или
иному параграфу устава, требуя принятия самостоятельного реше¬
ния, не предусмотренного уставом. В этом их основная слабость».
Этими же факторами определялось и поведение немцев, трудив¬
шихся в тылу. Немцы не желали поступаться теми социальными и
материальными благами, которые они получили в первые годы пре¬
бывания у власти нацистов, и отнюдь не проявляли желания тру¬
диться, как трудились советские люди. Посмотрев документальный
фильм «Сражающийся Ленинград», Геббельс признал, что ничего
похожего на трудовой подъем, с которым работали советские люди,
в Германии не наблюдается. Держа впроголодь рабочих и работниц,
угнанных из СССР, моря голодом обитателей концентрационных
лагерей, Гитлер и не думал лишить немцев многих продуктов пита¬
ния, которых были лишены советские труженики тыла, и заставить
немецких женщин и миллионы подростков трудиться ненормиро¬
ванный рабочий день на заводах, фабриках, фермах, как это проис¬
ходило в СССР.
Несмотря на то что в Советском Союзе давно не было богачей,
многие советские люди жертвовали свои сбережения на строитель¬
ство танков или самолетов. Так, колхозники Тамбовской области
собрали 40 миллионов рублей на строительство танковой колонны
«Тамбовский колхозник». 9 декабря 1942 года в «Правде» была опуб¬
ликована телеграмма Сталина секретарю Тамбовского обкома
ВКП(б) Волкову: «Передайте колхозникам и колхозницам Тамбов¬
ской области, собравшим 40 миллионов рублей в фонд Красной Ар¬
мии на строительство танковой колонны «Тамбовский колхозник»,
мой братский привет и благодарность Красной Армии».
401
Р. Косолапое отмечал: «Патриотический почин тамбовских
колхозников получил широкую поддержку и был подхвачен трудя¬
щимися других республик, краев и областей СССР, о чем свидетель¬
ствуют многочисленные приветственные телеграммы И. В. Стали¬
на, публиковавшиеся в центральной печати. Жертвование личных
средств в фонд обороны Родины приняло в годы войны поистине
массовый характер». Такие публикации постоянно занимали поло¬
вину полосы номера газеты. У автора этой книги случайно сохрани¬
лась старая газета «Известия» за 17 марта 1943 года. В ней опубли¬
ковано 10 писем, в которых говорится о пожертвованиях в фонд
Красной Армии и 10 ответов Сталина. Деньги, а также драгоценные
металлы направляли работники учреждений, оборонных заводов,
воинских частей, колхозники, жители небольших городов. Такие
письма советских людей и ответы на них Сталина публиковались
чуть ли не каждый день.
Артисты Воронежского русского народного хора направили те¬
леграмму Сталину, в которой говорилось: «Воодушевленные побе¬
дами Красной Армии работники русского народного хора Воронеж¬
ской области вносят в фонд обороны 100 ООО рублей и на 21 170 об¬
лигаций государственных займов. Просим Вас, дорогой Иосиф Вис¬
сарионович, на наши сбережения построить танк «Русская песня» и
передать его славным гвардейцам генерала Руссиянова». В ответе
Сталина было сказано: «Прошу передать сотрудникам русского на¬
родного хора Воронежской области братский привет и благодар¬
ность Красной Армии. Желание сотрудников хора будет выполнено.
И. Сталин».
В декабре 1942 года колхозник Ферапонт Петрович Головатый
из колхоза «Стахановец» Ново-Покровского района Саратовской об¬
ласти писал Сталину: «Дорогой Иосиф Виссарионович! Провожая
своих двух сыновей на фронт, я дал им отцовский наказ — беспо¬
щадно бить немецких захватчиков, а со своей стороны я обещал сво¬
им детям помогать им самоотверженным трудом в тылу. Узнав о Ва¬
шей приветственной телеграмме саратовским колхозникам и кол¬
хозницам и желая помочь героической Красной Армии быстрее
уничтожить немецко-фашистские банды, я решил отдать на строи¬
тельство боевых самолетов все свои сбережения.
Советская власть сделала меня зажиточным колхозником, и сей¬
час, когда Родина в опасности, я решил помочь ей всем, чем могу.
Все, что я своим честным трудом заработал в колхозе, отдаю в фонд
Красной Армии. 15 декабря я внес в Государственный банк 100 ты¬
сяч рублей и заказал боевой самолет в подарок защитникам Родины.
Пусть моя боевая машина громит немецких захватчиков, пусть она
несет смерть тем, кто издевается над нашими братьями, невинными
советскими людьми. Сотни эскадрилий боевых самолетов, постро¬
енных на личные сбережения колхозников, помогут нашей Красной
Армии быстрее очистить нашу священную землю от немецких за¬
хватчиков».
В ответ Сталин писал: «Спасибо Вам, Ферапонт Петрович, за
Вашу заботу о Красной Армии и ее воздушных силах. Красная Армия
не забудет, что Вы отдали все свои сбережения на постройку нового
самолета. Примите мой привет. И. Сталин».
В ташкентской газете «Правда Востока» появилась статья о по¬
желании популярного гипнотизера Вольфа Мессинга подарить
Красной Армии самолет. Сталин писал Мессингу: «Товарищу Воль¬
фу Мессингу. Примите мой привет и благодарность Красной Армии,
товарищ Вольф Мессинг, за вашу заботу о воздушных силах Крас¬
ной Армии. Ваше желание будет исполнено. И. Сталин».
Священник Успенской церкви города Ижевск Владимир Стефа¬
нов обратился к Сталину с письмом, в котором говорилось: «Желая
помочь Красной Армии быстрее разгромить врага, очистить нашу
священную русскую землю от фашистской нечисти, я внес 28 декаб¬
ря 1942 года в кассу Государственного банка наличными деньгами
все свои личные сбережения в сумме 273 тыс. рублей. Прошу Вас,
Иосиф Виссарионович, на эти деньги построить 2 боевых самолета,
присвоив им имена наших героев-предков «Александр Невский» и
«Димитрий Донской», и да пусть эти грозные машины покарают ви¬
новников человеческих несчастий — гитлеровских иезуитов». В от¬
вет Сталин писал: «Благодарю Вас, Владимир Александрович, за Ва¬
шу заботу о воздушных силах Красной Армии. Ваше пожелание бу¬
дет исполнено. Примите мой привет. И. Сталин».
Некоторые пожертвования были связаны с драматическими ис¬
ториями. Р. Косолапов приводит одну из них: «В суровую годину
1943 года за разработку нормалей и их внедрение в военную про¬
мышленность профессор И. И. Куклевский стал лауреатом Сталин¬
ской премии. Однако, учитывая экономические трудности России,
воюющей с фашистской Германией, и то, что его сын Анатолий по¬
гиб на фронте под Москвой, потому что с ранением в живот он не
получил необходимой помощи, профессор отправил телеграмму
Сталину: «Благодарю за высокую оценку моей работы, а денежную
часть премии прошу направить в больницу Склифосовского для ор¬
ганизации палаты экстренной помощи тяжелораненым бойцам Со¬
ветской Армии». Сталин тотчас ответил: «Уважаемый Иван Ивано¬
вич, благодарю за заботу о воинах Советской Армии. Сталин».
403
В другой истории, приведенной Р. Косолаповым, говорится:
«В конце лета 1942 года на имя М. В. Октябрьской поступила теле¬
грамма: «Благодарю Вас, Мария Васильевна, за Вашу заботу о бро¬
нетанковых силах Красной Армии. Ваше желание будет исполнено.
Примите мой привет. И. Сталин».
Несколькими днями ранее в Москву на имя Верховного Главно¬
командующего ушла телеграмма: «Дорогой Иосиф Виссарионович!
В боях за Родину погиб мой муж, полковой комиссар Октябрьский
Илья Федотович. За его смерть, за смерть советских людей, замучен¬
ных варварами, хочу отомстить фашистским собакам, для чего вне¬
сла в Госбанк на построение танка все свои личные сбережения —
50 тысяч рублей. Танк прошу назвать «Боевая подруга» и направить
меня на фронт в качестве водителя этого танка. Имею специаль¬
ность шофера, отлично владею пулеметом, являюсь ворошиловским
стрелком».
Как и было обещано, Октябрьская была направлена на учебу в
танковое училище и, закончив его на «отлично», стала первой жен¬
щиной механиком-водителем в Красной Армии. Танк Марии Ва¬
сильевны «Т-34» был выпущен на Омском заводе. На броне —
«БОЕВАЯ ПОДРУГА». В октябре 1943 года она со своей боевой ма¬
шиной прибыла на Западный фронт. Бой 17 января 1944 года ока¬
зался для Марии Октябрьской последним».
Комментируя эти письма и поступки советских людей, Р. Косо¬
лапое писал: «Непрекращающийся поток обращений, стекавшихся
в Москву со всего Советского Союза, свидетельствовал о том, что
война была для советского народа поистине Отечественной. Значи¬
тельная часть жертвователей не так давно пережила оккупацию и
фактически отдавала действительно самое последнее! Едва ли когда
в иной ситуации Верховному Главнокомандующему воюющей ар¬
мии, помимо своих непосредственных обязанностей, приходилось
выполнять столь важную и почетную миссию, ежедневно отвечая на
десятки писем и телеграмм, за каждой из которых стояли самоотре¬
чение и подвиг. Всего же за годы войны
наличными свыше Т7миЖЩ>дов рублей. 13 кг платины, 31 кг золо-
та^51^кГСеребр^’наТ,7 миллиарда рублей драгоценностей, свыше
4~,5Тйштлиарда в облигациях государственных займов*, свыше полу-
миллйарда вкладов в сберегательные-кассы (в ценах 1941 года). На
эЖсрёдства было построено свыцхе ^ тысячи боевых самолетов,
несколько тысяч танков, 8 подводных лодок, 16 боевых катеров».
Патриб1"изм советских людей стал могучей силои, позволивший
Советскому Союзу, даже после потери значительной части про¬
мышленных центров, опередить Германию, ее союзников и оккупи¬
рованные ими страны в военном производстве и тем самым обеспе¬
чить сначала равновесие, а затем и перевес в вооружениях. К началу
летней кампании войска Германии и ее союзников имели на совет¬
ско-германском фронте 4,8 миллиона человек, более 54 тысяч ору¬
дий и минометов, свыше 5800 танков и штурмовых орудий, около 3
тысяч самолетов. В составе же советской действующей армии к это¬
му времени имелось 6,4 миллиона человек, почти 99 тысяч орудий и
минометов, около 2200 боевых установок реактивной артиллерии,
9580 танков и САУ, почти 8300 боевых самолетов. Таким образом,
впервые с начала войны у Красной Армии было бесспорное преиму¬
щество в живой силе и технике по сравнению с войсками Германии
и их союзников.
8 апреля Жуков представил доклад о плане действий на фронте,
изогнувшемся дугой вокруг Курска. Ознакомившись с ним, Сталин
распорядился запросить командующих фронтов. В этой связи
А.ТЕГГГблбванов писал: «Я здесь особенно хочу подчеркнуть следую¬
щее. Имелось совершенно определенно в виду, что оборона здесь
временная, и как только будут накоплены силы и средства, наступле¬
ние будет тотчас продолжено. Однако мысли и действия Рокоссов¬
ского не соответствовали указанным намерениям. В апреле, когда
для ознакомления с положением и нуждами Центрального фронта
прибыли член Государственного Комитета Обороны Г. М. Мален¬
ков и заместитель начальника Генерального штаба А. И. Антонов с
сопровождавшими их лицами, Рокоссовский прямо высказал им
свои соображения — сейчас нужно думать не о наступлении, а гото¬
виться как можно тщательнее к обороне, ибо противник обязатель¬
но использует выгодную для него конфигурацию фронта и попыта¬
ется ударами с севера и юга окружить войска обоих, Центрального и
Воронежского, фронтов для того, чтобы добиться решительных ре¬
зультатов в ведении войны. В подтверждение тому Константин Кон¬
стантинович приводил имеющиеся данные о переброске немцами
войск и техники в районы Орла и Белгорода. Маленков предложил
Рокоссовскому написать докладную записку по этому вопросу Ста¬
лину, что и было сделано. В записке также было написано о насущ¬
ной необходимости создания крупных резервов Ставки, которые
должны быть расположены за фронтами, обороняющими Курскую
дугу, и которые в любой момент могли быть брошены на угрожае¬
мый участок».
Вечером 12 апреля 1943 года в Кремле состоялось совещание у
И. В. Сталина с участием прибывшего с Воронежского фронта
Г. К. Жукова, А. М. Василевского и заместителя начальника Гене¬
рального штаба А. И. Антонова, на котором был обсужден план лет¬
ней кампании. Голованов утверждал: «Записка Рокоссовского возы¬
мела действие. Обоим фронтам были даны указания об усилении
обороны». По словам Жукова, «Верховный, пожалуй, как никогда,
внимательно выслушал наши соображения... Мы хотели встретить
ожидаемое наступление немецких войск мощными средствами обо¬
роны, обескровить противника и, перейдя в контрнаступление,
окончательно его разгромить. Поэтому одновременно с планом
преднамеренной обороны решено было разработать и план наших
наступательных действий, не ожидая наступления самого против¬
ника, если оно будет затягиваться на длительный срок».
Готовясь к летней кампании 1943 года, Сталин обращал особое
внимание на количество и качество вооружений, направляемых на
фронт. В феврале 1943 года, будучи заместителем наркома авиаци¬
онной промышленности, А. С. Яковлев был вызван в Кремль вместе
с наркомом авиационной промышленности А. И. Шахуриным по
вопросу об истребителях сопровождения для бомбардировщиков
«Ил-4» и штурмовиков «Ил-2». Замечания Сталина в ходе дискус¬
сии, как обычно, свидетельствовали о хорошем знании им обсуж¬
давшихся вопросов. Он говорил: «Сейчас уже не 1941 год, когда у нас
было недостаточно истребителей и «Ил-4», вылетая днем без охра¬
ны, несли при этом большие потери. Мы имеем теперь столько ис¬
требителей, что можно обеспечить сопровождение бомбардировщи¬
ков Ильюшина. Нас не удовлетворяет только ночная работа «Ил-4»,
нам не хватает дневных бомбардировщиков. Необходимо «Ил-4»
использовать для дневной бомбардировки». Затем он заговорил о
штурмовиках, о более энергичной и смелой работе штурмовиков
над полем боя. «Нужно дать более надежное прикрытие их истреби¬
телями для того, чтобы уменьшить потери штурмовиков от истреби¬
тельной авиации противника. Нужно, чтобы летчики-штурмовики
смелее работали, не боялись вражеских истребителей».
Однако у участников совещания не было единого мнения отно¬
сительно соотношения между истребителями и штурмовиками. «За¬
вязалась горячая полемика между Новиковым и Шахуриным. Дав
им еще немного пошуметь, Сталин прекратил спор и сказал: «По-
видимому, дело не ясно, — надо точно определить баланс истреби¬
телей, штурмовйков и бомбардировщиков на ближайшее время, и
после этого примем решение»... После этого нас отпустили, поручив
подготовить предложения по обсуждавшимся вопросам».
Яковлев вспоминал и последующие совещания у Сталина, в ходе
которых он детально рассматривал летные качества новых самоле¬
тов, новых авиамоторов, сурово критикуя руководителей наркомата
за отставание в выпуске новых машин и несвоевременную инфор-
мацию о возникших у них трудностях. Обращаясь к Шахурину и
Яковлеву, он спрашивал: «Почему вовремя не докладываете о своих
затруднениях? Если не можете сами их ликвидировать или решить,
нужно докладывать. Мы не отказываемся помочь, но своевременно
докладывайте о затруднениях, если не можете сами справиться».
По словам Яковлева, «Сталин сильно ругал нас за то, что еще не
налажен серийный выпуск машин. Он потребовал также выпуска
самолета «Як-9Д» с дальностью полета 1400 километров, который в
опытном образце также прошел испытания, о чем военные уже до¬
ложили правительству, но серийный выпуск задерживался. Нам
предложили срочно представить проект решения Государственного
Комитета Обороны о серийном выпуске в самые сжатые сроки ис¬
требителей «Як-9Т» с 37-миллиметровыми пушками и истребителей
«Як-9Д» увеличенной дальности».
Подобные обсуждения проходили и по другим видам вооруже¬
ний. Яковлев стал свидетелем обсуждения у Сталина вопроса о тан¬
ковом производстве, вызванного тем, что в разгар боев под Харько¬
вом танки «КВ» вышли из строя. Оказалось, что превосходные танки
—пГ-.||Г|.,,|., f ■-|Мд||И|1цмг
стали которые, кщщзнавал
Яковлев, нередко губили уже проверенные в бою конструкции.
Яковлев вспоминал, что «Сталин был очень рассержен и бросил тан¬
кистам серьезные обвинения в безответственности. Он сказал:
«Улучшать боевые машины нужно с умом. Нельзя односторонне, не
учитывая всего комплекса боевых качеств, увеличивать толщину
брони, добавлять горючего, забывая о том, что вес танка увеличился,
а двигатель оказался перегруженным, перенапряженным. Надеж- j
ность машины уменьшилась, танк потерял проходимость и манев¬
ренные качества... И конструктору передайте, что нельзя быть таким
мягкотелым. Конструктор не должен идти у всех на поводу, он в пер¬
вую очередь отвечает за машины, и если предъявляются неоснова¬
тельные, безответственные требования, он должен протестовать».
«Отпустив генералов-танкистов, Сталин обратился к нам: «Вы
думаете, это вас не касается? Я ведь знаю, что вы тоже любите «улуч¬
шать» самолеты и моторы, охотно выполняете всякие безответст¬
венные требования, прислушиваетесь к обывательским разговорам.
Советчиков много, а спросим с вас». Он погрозил пальцем: «Запом-,
ните: конструктор должен быть твердым, должен защищать машину
от безответственных советчиков. Сделать хорошую машину трудно,
испортить очень просто. А спрашивать будем с конструктора». Про¬
читав нам нотацию, Сталин вышел в соседнюю комнату, принес от¬
туда зеленую коробку с папиросами «Герцеговина Флор», раскро- \
407
шил табак, закурил трубку и перешел к обсуждению других авиаци¬
онных вопросов».
В своем приказе от 1 мая 1943 года Сталин напоминал о победах,
одержанных Красной Армии в ходе зимней кампании. Он писал:
«Даже для контрнаступления на узком участке фронта в районе
Харькова гитлеровское командование оказалось вынужденным пе¬
ребросить более трех десятков новых дивизий из Западной Европы.
Немцы рассчитывали окружить советские войска в районе Харькова
и устроить нашим войскам «немецкий Сталинград». Однако попыт¬
ка гитлеровского командования взять реванш за Сталинград прова¬
лилась».
Сталин высоко оценил боевые действия англо-американских
союзников в Африке: «Победоносные войска наших союзников раз¬
били итало-германские войска в районе Ливии и Триполитании,
очистили эти районы от врагов и теперь продолжают их громить в
районе Туниса, а доблестная англо-американская авиация наносить
сокрушительные удары военно-промышленным центрам Германии,
Италии, предвещая образование второго фронта в Европе против
итало-немецких фашистов. Таким образом, удар по врагу с восто¬
ка, со стороны Красной Армии впервые за время войны слился с
ударом с запада, со стороны войск наших союзников — в единый
удар. Все эти обстоятельства, взятые вместе, потрясли до основания
гитлеровскую военную машину, изменили ход мировой войны и
создали необходимые предпосылки для победы над гитлеровской
Германией».
В этом приказе Сталин объявил о своей поддержке требования
Рузвельта о «безоговорочной капитуляции Германии». Он писал:
«Кризис в лагере фашистов выражается... в том, что фашисты начи¬
нают все чаще говорить о мире... Но о каком мире может быть речь с
империалистическими разбойниками из немецко-фашистского ла¬
геря, залившими кровью Европу и покрывшими ее виселицами?
Разве не ясно, что только полный разгром гитлеровских армий и
безоговорочная капитуляция гитлеровской Германии могут привес¬
ти Европу к миру? Не потому ли болтают немецкие фашисты о мире,
что они чувствуют приближение грядущей катастрофы?»
В то же время Сталин предупреждал: «Это еще не значит, что ка¬
тастрофа гитлеровской Германии уже наступила... Было бы наивно
думать, что катастрофа придет сама, в порядке самотека. Нужны еще
два-три таких мощных удара с запада и востока, какой был нанесен
гитлеровской армии последние 5—6 месяцев, для того чтобы катаст¬
рофа гитлеровской Германии стала фактом. Поэтому народам Со¬
ветского Союза и Красной Армии, равно как нашим союзникам и их
армиям, предстоит еще суровая и тяжелая борьба за полную победу
над гитлеровскими извергами. Эта борьба потребует от них больших
жертв, огромной выдержки, железной стойкости».
Сталин призывал советских людей быть готовыми к новым уси¬
лиям для достижения победы: «Рабочие, колхозники, интеллиген¬
ция, не покладая рук, стойко и мужественно перенося лишения, вы¬
званные войной, трудятся на предприятиях и в учреждениях, на
транспорте, в колхозах и совхозах. Но война против немецко-фаши-
стских захватчиков требует, чтобы Красная Армия получала еще
больше орудий, танков, самолетов, пулеметов, автоматов, миноме¬
тов, боеприпасов, снаряжения, продовольствия. Значит, необходи¬
мо, чтобы рабочие, колхозники, вся советская интеллигенция рабо¬
тали для фронта с удвоенной энергией... Красная Армия за время
войны приобрела богатый военный опыт. Сотни тысяч бойцов в со¬
вершенстве овладели своим оружием. Многие командиры научи¬
лись умело управлять войсками на поле боя. Но успокаиваться на
этом было бы неразумно. Бойцы должны научиться хорошо владеть
своим оружием, командиры должны стать мастерами ведения боя.
Но и этого мало. В военном деле, а тем более в такой войне, как со¬
временная война, нельзя стоять на месте. Остановиться в военном
деле — значит отстать. А отсталых, как известно, бьют. Поэтому
главное сейчас состоит в том, чтобы вся Красная Армия изо дня в
день совершенствовала свою боевую выучку, чтобы все командиры
и бойцы Красной Армии изучали опыт войны, учились воевать так,
как этого требует дело победы».
Однако в гитлеровской Германии также рассчитывали на побе¬
ду. Через три дня после совещания в Кремле, на котором был впер¬
вые обсужден план летней кампании, 15 апреля 1943 года, Гитлер
подписал оперативный приказ № 6, в котором были изложены зада¬
чи войск в наступательной операции «Цитадель». План германского
командования предусматривал нанесение ударов на Курск с севера
из района Орла и с юга из района Белгорода. Посредством обходно¬
го движения групп армий «Центр» и «Юг» предполагалось в течение
4 дней достичь Курска и окружить советские войска, расположен¬
ные на выступе фронта, получившего название «Курская дуга». Гер¬
манский историк Герлиц пояснял, что затем «можно было думать,
что делать — повернуть ли на север, на Москву, или уготовить рус¬
ской армии на юге перед Донцом и линией по Миусу новые «Кан¬
ны». 18 апреля Манштейн направил Гитлеру письмо, в котором под¬
черкивал: «Теперь надо бросить все силы для достижения успеха
операции «Цитадель»... Победа под Курском возместит нам времен¬
ные неудачи на других участках фронта».
В приказе Гитлера от 15 апреля говорилось: «Я решил, как толь¬
ко позволят условия погоды, провести наступление «Цитадель» —
первое наступление в этом году. Этому наступлению придается ре¬
шающее значение в этом году. Оно должно завершиться быстрым
и полным успехом. Наступление должно дать в наши руки инициа¬
тиву на весну и лето текущего года. Поэтому все приготовления
должны быть осуществлены с большой осторожностью и большой
энергией. На направлении главного удара должны использоваться
лучшие соединения, лучшие командиры и большое количество бое¬
припасов. Каждый командир, каждый рядовой солдат обязан про¬
никнуться сознанием решающего значения этого наступления. По¬
беда под Курском должна явиться факелом для всего мира».
Германия тщательно готовилась к третьему летнему наступле¬
нию на советско-германском фронте. В 1943 году производство тан¬
ков выросло по сравнению с 1942 годом в 2 раза. К началу летнего
наступления на вооружение вермахта поступили новые тяжелые
танки «Пантера» и «Тигр», самоходные установки «Фердинанд», но¬
вые самолеты «Фокке-Вульф-190А» и «Хеншель-129». Для осущест¬
вления операции предполагалось сосредоточить севернее и южнее
Курска около 70% танковых, до 30% моторизованных дивизий, до
60% всех самолетов противника.
Об этом знали в советском руководстве. Позже в сентябре
1943 года Сталин объяснил генералу бронетанковых войск П. А. Рот¬
мистрову принятое весной решение. Хотя, по словам Сталина,
«Красная Армия имела достаточно сил, чтобы перейти в наступле¬
ние», решили «встретить удар немецко-фашистских сил обороной».
Сталин считал, что «наша пехота с артиллерией очень сильна в обо¬
роне и нанесет большое поражение наступательным силам против¬
ника. В маневренном же бою после прорыва обороны противника
пехота не так сильна. Наши танковые войска, отметил Сталин, дока¬
зали в битве под Сталинградом, что они вполне способны успешно
вести бой сильнейшими танковыми группировками противника в
маневренных условиях. Однако в той ситуации, когда фашисты
имели почти такое же количество танков, как и Красная Армия, но
обладали численным превосходством в тяжелых танках, риск был
необоснованным. Вот почему и было принято такое решение».
Зная о сосредоточении противником огромных танковых сил на
Курской дуге, Сталин активизировал усилия советских оружейни¬
ков. В. Н. Новиков писал: «В мае 1943 года на заседании Государст¬
венного Комитета Обороны обсуждались вопросы, связанные с соз¬
данием новых танковых и противотанковых артиллерийских ору¬
дий. Было решено создать 85-мм и 100-мм орудия соответствующего
410
назначения». В. Г. Грабин писал: «Мы заранее приступили к разра¬
ботке мощного 100-мм противотанкового орудия, и когда в бой всту¬
пили «Тигры» и «Фердинанды», пушка была готова». Оценивая бое¬
вые качества 100-миллиметрового оружия, созданного в предельно
короткие сроки, В. Н. Новиков вспоминал: «Видел я отстрел этой
пушки. Не зря на фронте впоследствии ей дали имя «зверобой».
Броня всех немецких танков и самоходных орудий разлеталась вдре¬
безги от столкновения со снарядами «соток». При весе снаряда в
15,6 килограмма он имел начальную скорость, близкую к 900 метрам
в секунду, и с дистанции 100 метров надежно пробивал 150—160-мм
броню. А ближе лопалась и более чем 200-мм лобовая броня «Фер¬
динандов».
К этому времени было развернуто производство 76-мм пушек.
Еще летом 1942 года Сталин позвонил Устинову и выразил ему свое
недовольство тем, что «пока для самоходки нет пушки». По словам
Новикова, Сталин «предупредил, что время не ждет, нам срочно и
безотлагательно нужна самоходная артиллерия. Это оружие наступ¬
ления. Если мы собираемся наступать, то надо иметь такое оружие
в достаточном количестве». Вскоре этот вопрос был рассмотрен на
заседании ГКО. «Сталин еще раз подтвердил, что войскам нужно
мощное наступательное оружие для сопровождения пехоты и тан¬
ков».
В. Н. Новиков пояснил: «Для первых САУ приспособили корпу¬
са легких и средних танков, поставив на них соответственно 76- и
122-мм орудия. Под руководством Ф. Ф. Петрова создали и «самоход»
СУ-122 на базе танка «Т-34». А потом, используя ходовую часть
танка «КВ», сделали еще более грозную машину — СУ-152, воору¬
женную 152-миллиметровой гаубицей-пушкой. В боях на Курской
дуге эти «самоходки» успешно расправлялись с тяжелыми танками и
штурмовыми орудиями врага, в том числе и с «Фердинандами», не
только поражая их, но и буквально срывая с них башни».
В эти дни Сталин занимался и другими видами вооружений.
В. Н. Новиков отмечал: «К созданию облегченного станкового пуле¬
мета с воздушным охлаждением и до войны и в войну проявлял боль¬
шое внимание Сталин. Интерес к этому пулемету, вызванный воен¬
ной необходимостью, особенно усилился в начале 1943 года, когда
стало ясно, что дальнейшие боевые действия советских войск будут
в основном наступательными. Но, проявляя этот интерес, он пытал¬
ся направить Наркомат вооружений в определенное русло. Будучи
очень расположен к Дегтяреву, Сталин полагал, что только этот
конструктор может создать достойную модель».
Отмечая противоречивость последствий пристального внима¬
411
ния Сталина к работам оружейников, историк Д. Н. Болтин писал:
«Работа советских оружейников по созданию новых образцов по¬
стоянно находилась в поле зрения И. В. Сталина. Он имел с ними
неоднократные встречи, следил за ходом испытаний, беседовал по
телефону, давал личные указания. Такая заинтересованность, имев¬
шая немалое положительное значение, подчас ограничивала возмож¬
ности конструкторов и могла затруднить выбор наилучшей системы.
Так, в частности, было со станковым пулеметом, к созданию кото¬
рого он проявлял повышенный интерес. Сталин хорошо знал Дегтя¬
рева, верил в его талант и не без оснований считал его непререкае¬
мым авторитетом в пулеметном деле. Он не допускал мысли, что кто-
либо из других конструкторов может превзойти Дегтярева в этой об¬
ласти. И новые, ничего не говорившие ему имена вызывали у него
настороженность».
Тем временем рабочий Ковровского завода П. М. Горюнов, ко¬
торый, по словам конструктора В. А. Дегтярева, «слыл изумитель¬
ным мастером, но никогда не проявлял себя ни как изобретатель, ни
как конструктор», предложил свою модель станкового пулемета.
Конструкция Горюнова оказалась удачной. В. Н. Новиков писал:
«Уже полным ходом шли испытания горюновского пулемета, кото¬
рые показывали его неоспоримые преимущества перед другими сис¬
темами, в том числе и станковым пулеметом Дегтярева, а Сталин по-
прежнему считал, что в любом случае надо брать за основу именно
дегтяревский образец. В начале апреля 1943 года на одном из сове¬
щаний он подтвердил свою точку зрения».
Позвонив В. Н. Новикову, Д. Ф. Устинов сообщил ему: «Только
что вернулся от товарища Сталина. Он по-прежнему склоняется к
принятию образца Дегтярева. Каково ваше мнение?» — «Я отве¬
тил, — вспоминал Новиков, — что конструкция Горюнова более
удачна и это все знают. Пулемет Горюнова превосходит дегтярев¬
ский по кучности боя, безотказности действия и живучести деталей.
В целом его живучесть, как показали испытания, в два с лишним
раза выше». «И еще очень важно, — закончил Новиков, — он проще
по конструкции». — «Ну, хорошо, — отозвался Устинов, — испыта¬
ем оба пулемета».
«Испытания, проведенные в первых числах мая 1943 года, под¬
твердили правоту тех, кто стоял за станковый пулемет П. М. Горю¬
нова. Выводы комиссии не соответствовали мнению Сталина. Оз¬
накомившись с актом об испытаниях, он созвал совещание руково¬
дителей наркоматов обороны и вооружения, куда пригласили и
В. А. Дегтярева. После того как огласили соответствующие доку¬
менты, Сталин спросил Василия Алексеевича: «А что думаете по это¬
му поводу вы, товарищ Дегтярев? Какой пулемет считаете нужным
412
принять на вооружение — ваш или конструктора Горюнова?» «Со
свойственной прямотой и сознанием долга Василий Алексеевич от¬
ветил: «Пулемет Горюнова лучше, товарищ Сталин. И промышлен¬
ность его освоит быстрее».
Новиков добавлял: «Первые пулеметы отправили на фронт в
октябре 1943 года. В одном из донесений с фронта говорилось: «Про¬
стота конструкции делает его безотказным, способным с наимень¬
шей затратой энергии быстро менять огневые позиции. Наличие ме¬
таллической ленты дает возможность быстро и при любых метеоро¬
логических условиях набивать ее патронами. Использование ленты
пулемета «максим» также является положительным качеством. Воз¬
душное охлаждение пулемета упрощает подготовку к стрельбе». Ре¬
шение по пулемету Горюнова, принятое Сталиным в мае 1943 года и
противоречившее его сложившимся представлениям, внесло значи¬
тельный вклад в успехи советских войск.
Тем временем 8 мая 1943 года были получены разведданные о
том, что противник может перейти в наступление на Курской дуге
10—12 мая. Сталин отдал распоряжение к утру 10 мая цметь все вой¬
ска на первой линии обороны, но наступление немцев не началось.
По словам С. М. Штеменко, «в переносе срока наступления Н. Ф. Ва¬
тутин усмотрел колебания противника». (Типпельскирх уверял, что
Гитлер не раз переносил срок этого наступления, так как хотел
«применить в этой операции большое количество танков «Пантера»,
которые незадолго перед тем были пущены в серийное производст¬
во и на которые он возлагал особенно большие надежды.) Вновь све¬
дения о начале наступления немцев были получены 19 мая. На сей
раз утверждалось, что немцы перейдут в наступление 19—26 мая.
Опять Сталин отдал распоряжение быть готовым к отражению на¬
ступления, но снова наступления немцев не последовало.
Голованов вспоминал: «Чем дальше шло время, тем больше и
больше нарастало напряжение, и, я бы сказал, появилась некоторая
нервозность и у нашего руководства. Дело в том, что с обеих сторон
было сосредоточено огромное количество войск и техники, которые
вполне могли бы быть применены в наступательной операции. Не все
у нас в военном руководстве были согласны с ожиданием наступле¬
ния со стороны противника. Некоторые предлагали нанести упреж¬
дающий удар, а проще говоря, нам первым начать наступление. Эти
предложения несколько колебали уверенность Верховного в приня¬
том им решении вести на Курской дуге оборонительные действия.
Бывая у него с докладами, я слышал высказываемые сомнения в
том, что правильно ли мы поступаем, дожидаясь начала действий со
стороны немцев... Однако такие разговоры кончались тем, что Ста¬
лин заключал: «Я верю Рокоссовскому».
«Но чем ближе подходило лето, тем острее чувствовалась напря¬
женность. Здесь уже стоял вопрос, чьи нервы крепче. С начала мая мы
получали агентурные данные, что то ли 2-го, то ли 12-го числа этого
месяца немцы начнут наступление. Но названные дни проходили,
а никаких наступательных действий противник не начинал. Фронты
же, естественно, принимали соответствующие меры к отражению
возможного наступления... Опять всплыли разговоры об упреждаю¬
щем ударе».
В этой обстановке существенную помощь Красной Армии при¬
несло бы сообщение об открытии союзниками второго фронта. Од¬
нако 4 июня Рузвельт направил Сталину послание, в котором сооб¬
щалось лишь о планах союзников усилить бомбардировку Франции,
Германии, Италии, особенно итальянских островов Сардиния и Си¬
цилия. Сообщалось также о плане наступления на Сицилию (опера¬
ция «Эскимос»). Одновременно Рузвельт писал: «Согласно тепе¬
решним планам на Британских островах весной 1944 года должно
быть сконцентрировано достаточно большое количество людей и
материалов, для того чтобы позволить предпринять всеобъемлющее
вторжение на континент в это время».
11 июня И. В. Сталин напоминал о прежних обещаниях союз¬
ников относительно второго фронта, в частности, тех, в которых
шла речь о десанте через Ла-Манш в августе — сентябре 1943 года.
«Теперь, — писал Сталин, — Вами вместе с г. Черчиллем принима¬
ется решение, откладывающее англо-американское вторжение в За¬
падную Европу на весну 1944 года. То есть открытие второго фронта
в Западной Европе, уже отложенное с 1942 года на 1943 год, вновь
откладывается, на этот раз на весну 1944 года. Это Ваше решение
создает исключительные трудности для Советского Союза, уже два
года ведущего войну с главными силами Германии и ее сателлитов с
крайним напряжением всех своих сил, и предоставляет Советскую
Армию, сражающуюся не только за свою страну, но и за своих союз¬
ников, своим собственным силам, почти в единоборстве с еще очень
сильным и опасным врагом. Нужно ли говорить о том, какое тяже¬
лое и отрицательное впечатление в Советском Союзе — в народе
и в армии — произведет это новое откладывание второго фронта
и оставление нашей армии, принесшей столько жертв, без ожидав¬
шейся серьезной поддержки со стороны англо-американских ар¬
мий. Что касается Советского правительства, то оно не находит воз¬
можным присоединиться к такому решению, принятому к тому же
без его участия и без попытки совместно обсудить этот важнейший
вопрос и могущему иметь тяжелые последствия для дальнейшего хо¬
да войны».
414
Но аргументы Сталина не оказали воздействия на союзников.
Они в течение двух месяцев готовили десант на Сицилию, хотя на
острове, по словам Типпельскирха, «находилось всего две немецкие
дивизии, а итальянцы лишь в отдельных случаях были способны
оказать упорное сопротивление»».
Тем временем напряженное ожидание начала немецкого насту¬
пления выматывало нервы у руководителей Красной Армии. Ште-
менко вспоминал, что в эти дни «И. В. Сталин проявлял некоторую
нервозность. И, пожалуй, именно в силу этого однажды в Ставке
разразилась буря. Туда поступило сообщение о засылке на Курскую
дугу самолетов-истребителей с негодной обшивкой. Сталин сделал
из этого вывод о небоеспособности всей нашей истребительной
авиации».
3 июня 1943 года А. С. Яковлева и другого заместителя наркома
авиационной промышленности П. В. Дементьева вызвали к Сталину.
Как вспоминал Яковлев, «в кабинете, кроме Сталина, находились
маршалы Василевский и Воронов. Мы сразу заметили на столе кус¬
ки потрескавшейся полотняной обшивки крыла самолета и поняли,
в чем дело. Предстоял неприятный разговор». По словам Яковлева,
обшивка крыльев истребителей Як-9 стала растрескиваться и отста¬
вать в полете из-за ухудшения качества нитрокраски. «Сталин, ука¬
зывая на куски негодной обшивки, лежавшие на столе, спросил:
«Вам об этом что-нибудь известно?» — и зачитал донесение из воз¬
душной армии, дислоцированной в районе Курска, присланное вме¬
сте с образцами негодной обшивки. Мы сказали, что случаи срыва
обшивки нам известны. Он перебил нас: «Какие случаи? Вся истре¬
бительная авиация небоеспособна. Было до десятка случаев срыва
обшивки в воздухе. Летчики боятся летать. Почему так получилось?!»
«Сталин взял кусок полотна, лакокрасочное покрытие которого
совершенно растрескалось и отваливалось кусками, показал нам
и спросил: «Что это такое?» Дементьев попытался объяснить причи¬
ну этого явления и пообещал исправить ошибки в кратчайший срок.
«Сталин с негодованием обратился к нам: «Знаете ли вы, что это
срывает важную операцию, которую нельзя проводить без участия
истребителей?» Да, мы знали, что готовятся серьезные бои в районе
Орел — Курск, и наше самочувствие в тот момент было ужасным.
«Почему же так получилось?! — продолжал все больше выходить из
себя Сталин. — Почему выпустили несколько сот самолетов с де¬
фектной обшивкой? Ведь вы же знаете, что истребители нам сейчас
нужны как воздух! Как вы могли допустить такое положение и поче¬
му не приняли мер раньше?»
ЯковлЬв и Дементьев пытались объяснить, что обнаружить де¬
415
фект на заводе не представлялось возможным, а он обнаруживался
лишь под воздействием атмосферной среды. Яковлев вспоминал,
что ему «никогда не приходилось видеть Сталина в таком негодова¬
нии». «Значит, на заводе это не было известно?» — «Да, это не было
известно». — «Значит, это выявилось на фронте только перед лицом
противника?» — «Да, это так». — «Да знаете ли вы, что так мог посту¬
пить только самый коварный враг?! Именно так и поступил бы, —
выпустил бы на заводе годные самолеты, чтобы они на фронте ока¬
зались негодными! Враг не нанес бы нам большего ущерба, не при¬
думал бы ничего худшего. Это работа на Гитлера!» Он несколько раз
повторил, что самый коварный враг не мог нанести большего вреда.
«Вы знаете, что вывели из строя истребительную авиацию? Вы знае¬
те, какую услугу оказали Гитлеру?! Вы гитлеровцы!» Трудно себе
представить наше состояние в тот момент. Я почувствовал, что холо¬
дею. А Дементьев стоял весь красный и нервно теребил в руках кусок
злополучной обшивки.
«Несколько минут прошло в гробовом молчании. Наконец, Ста¬
лин, походив некоторое время в раздумье, несколько успокоился
и по-деловому спросил: «Что будем делать?» Дементьев заявил, что
немедленно исправим все самолеты. «Что значит немедленно? Какой
срок?» Дементьев задумался на какое-то мгновение, переглянулся
со мной: «В течение двух недель». — «А не обманываете?» — «Нет,
товарищ Сталин, сделаем». Я ушам своим не верил. Мне казалось,
что на эту работу потребуется, по крайней мере, месяца два... Срок
был принят».
«Когда мы выходили из кабинета Сталина, я облегченно вздох¬
нул, но вместе с тем не мог не сказать Дементьеву: «Слушай, как за
две недели можно выполнить такую работу?» — «Там разберемся,
а сделать надо», — ответил Дементьев».
Одновременно Сталин активизировал подготовку авиации к на¬
чалу летней кампании. 10 июня в Кремле было проведено совеща¬
ние по вопросу о сосредоточении усилий истребительной авиации
на избранных направлениях и поиску новых организационных форм
для достижения этих целей. Выступая на этом совещании, Сталин
заявил: «Наша истребительная авиация разбросана по отдельным
фронтам и не может быть использована концентрированно как
ударная сила для решения самостоятельных задач, как, например,
завоевание господства в воздухе на том или ином участке фронта.
Пока что наши истребители в основном взаимодействуют с назем¬
ными войсками и самостоятельного значения не имеют». По словам
А. С. Яковлева, присутствовавшего на этом совещании, Сталин
предложил создать несколько специализированных истребитель-
41Е
мых корпусов, подчиненных Главному командованию, с тем чтобы
использовать эти части для массированных ударов в воздухе против
вражеской авиации, для завоевания господства в воздухе на решаю¬
щих участках фронта. Все присутствующие единодушно согласи¬
лись с этим предложением.
Сталин не ограничивался организационными нововведениями.
А. А. Новиков вспоминал, что в мае 1943 года Сталин на одном из
совещаний внес предложение расширить диапазон использования
тяжелых бомбардировщиков «Ил-4» из авиации дальнего действия,
которые имелись в 113-й бомбардировочной авиадивизии под коман¬
дованием генерал-майора М. В. Щербакова. Эти самолеты «Ил-4»
считались «ночниками», то есть предусмотренными для ночных по¬
летов, и их экипажи не были обучены действовать в дневное время.
По словам А. А. Новикова, Сталин «сказал, что тяжелые бомбарди¬
ровщики очень помогли бы при прорыве оборонительных рубежей
врага. Командующий АДД Голованов ответил отрицательно», ссы¬
лаясь на недостаточную скорость этих самолетов. «А как ваше мне¬
ние, товарищ Новиков?» — обратился ко мне Верховный. В то время
мы уже имели достаточно истребителей, могли надежно прикрывать
бомбардировщики, и я предложил в порядке эксперимента выде¬
лить нам одну дивизию «Ил-4» и проверить ее в дневных условиях.
Новиков добавлял, что «опыт на Курской дуге удался», и с тех пор
113-я бомбардировочная авиационная дивизия стала подчиняться
непосредственно ему.
К концу июня, как вспоминал А. С. Яковлев, «благодаря экс¬
тренным мерам, принятым наркоматом, действительно удалось в
течение двух-трех недель на многих самолетах укрепить обшивку
крыла, полностью устранить опаснейший дефект, который в крити¬
ческий момент войны мог обречь нашу истребительную авиацию на
бездействие и лишить воздушного прикрытия наши войска. Прове¬
денная работа оказалась ко времени. Буквально через два-три дня
началось знаменитое сражение на орловско-курском направлении».
Глава 20
КУРСКАЯ БИТВА
Голованов вспоминал: «Наконец, в конце июня поступили дан¬
ные, что противник начнет наступление 2 июля. Войска были при¬
ведены в надлежащую готовность, но немецкое наступление вновь
не состоялось». В ночь на 2 июля 1943 года в Генштаб поступили све¬
417
15-3374
дения от разведуправления о том, что в ближайшие дни и не позднее
6 июля может начаться наступление немцев на Курской дуге. Васи¬
левский тотчас доложил об этом Сталину. Ночью 2 июля Сталин ут¬
вердил директивы командующим Западным, Брянским, Централь¬
ным, Воронежским, Юго-Западным и Южными фронтами, в кото¬
рых говорилось:
«По имеющимся сведениям, немцы могут перейти в наступле¬
ние на нашем фронте в период 3 — 6 июля. Ставка Верховного Глав¬
нокомандования приказывает:
1. Усилить разведку и наблюдение за противником с целью свое¬
временного вскрытия его намерений.
2. Войскам и авиации быть в готовности к отражению возмож¬
ного удара противника...
Ставка Верховного Главнокомандования. И. Сталин. А. Васи¬
левский».
Однако, как вспоминал Голованов, немецкого наступления
«3 июля... не было. 4 июля — то же самое. Напряжение стало предель¬
ным».
Пленный, захваченный 4 июля на Воронежском фронте, и не¬
мецкие перебежчики, перешедшие к советским войскам 4 июля на
Центральном фронте, показали, что наступление немцев должно
начаться утром 5 июля. В ночь на 5 июля на участках двух армий —
13-й и 48-й — при проведении работ по разминированию проходов
для своих войск были захвачены немецкие саперы, которые показа¬
ли, что их войска заняли исходные позиции и что наступление нач¬
нется в три часа утра. Получив эти сведения, Жуков, Василевский,
Рокоссовский и Ватутин приняли решение провести артиллерий¬
ско-авиационную контрподготовку. Жуков вспоминал: «В 2 часа
30 минут я отдал приказ о начале контрподготовки. Все кругом за¬
крутилось, завертелось, раздался ужасный грохот — началось вели¬
чайшее сражение в районе Курской дуги. В этой адской «симфонии»
звуков словно слились воедино удары тяжелой артиллерии, разрывы
авиационных бомб, реактивных снарядов М-31».
Артиллерийско-авиационная подготовка, по словам Василев¬
ского, «дала исключительный эффект... Гитлеровцы с трудом смогли
начать наступление вместо 3 часов утра 5 июля тремя часами позже».
Г. К. Жуков оценивал итоги контрподготовки более сдержанно. Он
вспоминал: «В 2 часа 30 минут, когда уже вовсю шла контрподготов¬
ка, позвонил Верховный: «Ну как? Начали?» — «Начали». — «Как
ведет себя противник?» Я ответил, что противник пытался отвечать
на нашу контрподготовку отдельными батареями, но быстро замолк.
«Хорошо. Я еще позвоню», — сказал Сталин.
Голованов вспоминал: «В ночь на 5 июля я был на докладе у
Сталина на даче. Он был один. Выслушав мой доклад и подписав
представленные бумаги, Верховный сразу заговорил о Рокоссов¬
ском. Он довольно подробно вспомнил деятельность Константина
Константиновича и под Москвой, и под Сталинградом, особенно
подчеркнув его самостоятельность и твердость в принятии реше¬
ний, обоснованность вносимых им предложений, которые всегда
себя оправдывали...» В заключение Сталин сказал: «Неужели Рокос¬
совский ошибается?.. У него там сейчас Жуков».
«Было уже утро, когда я собирался попросить разрешения уйти,
но раздавшийся телефонный звонок остановил меня. Не торопясь
Сталин поднял трубку ВЧ. Звонил Рокоссовский. Радостным голо¬
сом он доложил: «Товарищ Сталин! Немцы начали наступление!» —
«А чему вы радуетесь?» — спросил несколько удивленно Верхов¬
ный. «Теперь победа будет за нами, товарищ Сталин!» — ответил
Константин Константинович. Разговор был окончен. «А все-таки
Рокоссовский опять оказался прав», — как бы для себя сказал Ста¬
лин. И, обращаясь ко мне, добавил: «Отправляйтесь, пожалуйста, на
Курскую дугу, свяжитесь с Жуковым и помогайте им там. О том, что
вы вылетаете, я Жукову сообщу».
Наступление противника, начавшееся в 5 часов 30 минут утра
5 июля, было особенно активным на Воронежском фронте. Генерал-
лейтенант Н. К. Попель вспоминал: «Пожалуй, ни я, ни кто другой
из наших командиров не видел сразу такого количества вражеских
танков. Генерал-полковник Гот, командовавший 4-й танковой ар¬
мией гитлеровцев, ставил на кон все. Против каждой нашей роты в
10 танков действовало 30—40 немецких».
По словам Типпельскирха, «наступление, предпринятое 5 июля
обеими немецкими армиями одновременно с севера и юга, несмот¬
ря на использование всех сил и мощную поддержку с воздуха, не
принесло желаемого результата».
5 июля конструктор А. Э. Нудельман был участником совещания
в Кремле по вопросам дальнейшего совершенствования авиацион¬
ного оружия. Он вспоминал: «Несмотря на то, что это было 5 июля
1943 года, обстановка на совещании была совершенно спокойной,
деловой. Причем за все время, а мы засёдаШГпрймерн^ всего
'один раз зазвонил телефон, по которому буквально несколько слов
говорил И. В. Сталин. Слова были следующие: «Что? 500? А Василев¬
ский знает? Ну, хорошо». Как мы позже узнали из сводки Информ¬
бюро, речь шла о подбитых за этот день на Курской дуге немецких
танках. И. В. Сталин за время совещания ни разу не садился, ходил
по кабинету, курил трубку и очень внимательно слушал выступаю¬
411
15*
щих. Мы выступали тогда по нескольку раз, выступали другие коН|
структоры, обсуждение было деловым, свободным и очень полез!
ным. Обсуждались технические характеристики будущих пушек». |
Как и во время других сражений Великой Отечественной войнь|
Сталин вел работу на самых разных направлениях своей деятельно!
сти и проявлял неустанное внимание к тому, что происходило н|
Курской дуге. «Под утро 9 июля, — писал Жуков, — в командны|
пункт Центрального фронта позвонил И. В. Сталин и, ознакомив!
шись с обстановкой, сказал: «Не пора ли вводить в дело Брянски!
фронт и левое крыло Западного фронта, как это было предусмотрев
но планом?» Жуков с этим согласился. Тоща Сталин приказал: «Вц|
езжайте к Попову и вводите в дело Брянский фронт... Когда можн|
будет начать наступление Брянского фронта?» — «Двенадцатого».
«Согласен». В тот же день Сталин направил Василевского в войск|
Ротмистрова и Жадова, действовавшие на прохоровском и южноь|
направлениях.
В 1 час 15 минут 12 июля Сталин направил дикрективу команд
дующему Степного фронта генерал-полковнику И. С. Коневу:
«На белгородском направлении противник силою до 200 танко||
и пехоты потеснил части 69-й армии и, наступая в направлении Ко*
роча, к исходу 11.7 вышел в район Киселева, Мазикино, Шейна.
Ставка Верховного приказывает:
1. Уничтожить группировку противника, двигающуюся в на¬
правлении Короча и далее к р. Оскол, совместным ударом Рыжова
(генерал-майор А. И. Рыжов — командующий 47-й армии) с Обухов
вым (генерал-майор танковых войск В. Т. Обухов — командир 1-го
механизированного корпуса) с юго-востока и Соломатина (генерал^
лейтенант танкоцых войск М. Д. Соломатин — командир 2-го меха¬
низированного корпуса)-с севера, для чего:
а) Рыжова с Обуховым к исходу 13.7 сосредоточить в районе Но¬
вый Оскол, Велико-Михайловка, Сидоровка, Булановка, Слоновка.
б) Соломатина из района Солнцева к утру 13.7 вывести в район
Вязовое, Скородное, Борово-Дворское».
А. М. Василевский писал: «В итоге беспримерного сопротивле¬
ния советских войск противник, понеся огромные потери и продви¬
нувшись на 12 км на северном фасе Курской дуги и до 35 км на юж¬
ном, был вынужден прекратить наступление, а затем начать отвод
войск. Окружить наши войска... фашистам не удалось... И тогда же
были созданы необходимые предпосылки для перехода в заплани¬
рованное контрнаступление».
К этому времени, как писал Жуков, «Ставка... подтянула из сво¬
его резерва в район Прохоровки 5-ю гвардейскую общевойсковую и
420
5-ю гвардейскую танковую армию и наутро 12 июля ввела их в сра¬
жение... В течение 12 июля на Воронежском фронте шла величай¬
шая битва танкистов, артиллеристов, стрелков и летчиков, особенно
ожесточенная на прохоровском направлении». В этом крупнейшем
танковом сражение Второй мировой войны под Прохоровкой участ¬
вовало до 1200 танков и САУ.
Участник сражения под Прохоровкой подполковника. А. Голо¬
ванов вспоминал: «Я не нахожу ни слов, ни красок для того, чтобы
описать танковое сражение, которое произошло под Прохоровкой.
Постарайтесь представить, как около 1000 танков, столкнувшихся
на небольшом пространстве (около двух километров по фронту),
осыпающих друг друга градом снарядов, горящие костры уже под¬
битых танков... Стоял сплошной рев моторов, лязганье металла,
грохот, взрыв снарядов, дикий скрежет железа, танки шли на танки.
Стоял такой грохот, что сдавливало перепонки. Ожесточенность
сражения можно представить и по потерям: более 400 немецких и не
менее наших танков остались догорать на этом поле боя или лежали
грудами искореженного металла после взрыва боекомплекта внутри
машины. И все это длилось целый день».
12 июля началось наступление войск Брянского и Западного
фронтов (командующие М. М. Попов и В. Д. Соколовский). 15 июля
к наступлению присоединились войска Центрального фронта. Так
началась операция «Кутузов», имевшая целью ликвидацию орлов¬
ского плацдарма противника. Однако наступлению Брянского фрон¬
та оказывала упорное сопротивление мценская группировка про¬
тивника. Штеменко вспоминал: «Чтобы преодолеть кризисное по¬
ложение, Брянскому фронту нужна была помощь. Доложили Стали¬
ну. Он согласился передать туда 3-ю гвардейскую танковую армию».
Затем Сталин позвонил командующему фронтом Попову. Сталин
порекомендовал «ввести танки Рыбалко... как можно скорее, чтобы
не дать врагу укрепиться. Но в то же время предостерег: «Их можно
погубить, если двинуть прямо на Орел. В уличные бои в таком круп¬
ном городе танковую армию втягивать не надо. После того как будет
обеспечено продвижение главных сил фронта, лучше направить ее
на Кромы в интересах левого соседа». Эти указания Сталина, отдан¬
ные Попову по телефону 17 июля, легли в основу директивы Ставки
от 20 июля. Штеменко отмечал, что выполнение указаний Сталина к
этому времени «уже началось и протекало вполне успешно». 20 ию¬
ля противник оставил Мценск.
К исходу 23 июля советские войска отбросили немцев на пози¬
ции, занятые ими до начала наступления 5 июля. Штеменко вспо¬
минал: «Все это было доложено И. В. Сталину в ночь на 24 июля,
«1
а утром Верховный Главнокомандующий позвонил по телефону
в Генштаб и распорядился, чтобы мы срочно подготовили поздрави¬
тельный приказ войскам, победившим в Курской битве. Это был
третий приказ подобного рода... Около 16 часов Антонова и меня
вызвали в Ставку. Сталин был в радостном возбуждении. Он не стал
слушать наш доклад об обстановке, которая и без того была уже из¬
вестна ему, а сразу потребовал зачитать вслух проект приказа».
Приказ открывался словами: «Вчера, 23 июля, успешными дей¬
ствиями наших войск окончательно ликвидировано июльское не¬
мецкое наступление из районов южнее Орла и севернее Белгорода в
сторону Курска». Рассказ о ходе немецкого наступления, начавше¬
гося 5 июля, сопровождался перечислением войск противника, ко¬
торые двигались против советских войск. Этот рассказ венчался
словами: «Проведенные бои по ликвидации немецкого наступления
показали высокую боевую выучку наших войск, непревзойденные
образцы упорства, стойкости и геройства бойцов и командиров всех
родов войск, в том числе артиллеристов и минометчиков, танкистов
и летчиков».
Штеменко вспоминал: «Когда дошло до вывода: «Таким обра¬
зом план летнего наступления нужно считать полностью провалив¬
шимся», — Верховный Главнокомандующий остановил чтение и
продиктовал следующую вставку: «Тем самым разоблачена легенда
о том, что немцы летом в наступлении всегда одерживают успехи,
а советские войска вынуждены будто бы находиться в отступлении».
«Надо об этом сказать, — пояснил он. — Фашисты во главе с Геб¬
бельсом после зимнего поражения под Москвой все время носятся с
этой легендой».
В приказе указывалось: «За время боев с 5 по 23 июля противник
понес следующие потери: убито солдат и офицеров более 70 ООО,
подбито и уничтожено танков 2900, самоходных орудий 195, орудий
полевых 844, уничтожено самолетов 1392, автомашин свыше 5000».
Приказ венчался фразой: «Вечная слава героям, павшим на поле
боя в борьбе за свободу и честь нашей Родины!» Как замечал Ште¬
менко, «нам предложили и впредь придерживаться этой формы, то
есть адресовать приказ командующим фронтами, показывать фами¬
лии командующих армиями и командиров отличившихся войск,
кратко излагать результаты сражения. Оставлялась и концовка в
честь павших героев. Она совершенствовалась раз от разу и наконец
получила такую редакцию: «Вечная слава героям, павшим в борьбе
за свободу и независимость нашей Родины. Смерть немецким за¬
хватчикам!» Эта же концовка, кроме последних трех слов, вошла и в
приказ, посвященный победоносному завершению войны».
422
Штеменко вспоминал: «Советские войска, вернувшись на свои
прежние позиции, лишь временно приостановили наступление,
чтобы подтянуть силы и средства, а затем осуществить новый сокру¬
шительный удар». 1 августа Жуков прибыл в Москву и, по словам
С. М. Штеменко, согласовал с И. В. Сталиным основные положения
плана «Полководец Румянцев», предусматривавшего разгром не¬
мецких войск силами Воронежского и Степного фронтов в районе
Белгорода и Харькова, а затем прорыв к Днепру и попытку отрезать
пути отхода немцев из Донбасса.
3 августа осуществление операции началось. 5 августа наши вой¬
ска в ходе выполнения операций «Кутузов» и «Полководец Румян¬
цев» взяли Орел и Белгород.
Однако несмотря на достигнутые успехи, Сталин настороженно
следил за постоянно менявшейся обстановкой. 7 августа Сталин вы¬
разил беспокойство по поводу того, что часть войск Катукова и Жа-
дова оказались отвлечены на другие направления. Тут же Сталин на¬
правил командованию Воронежского фронта указание: «Из положе¬
ния войск 5-й гв. армии Жадова видно, что ударная группировка
армии распылилась и дивизии армии действуют в расходящихся на¬
правлениях. Товарищ Иванов (псевдоним Сталина с 15 мая 1943 го¬
да. — Прим. авт.) приказал вести ударную группировку армии Жа¬
дова компактно, не распыляя усилий в нескольких направлениях.
В равной степени это относится и к 1-й танковой армии Катукова».
12 августа в 1 час. 30 минут Сталин направил директиву коман¬
дующим войсками Воронежского, Степного, Юго-Западного фрон¬
тов и представителям Ставки Г. К. Жукову и А. М. Василевскому:
«В связи с успешным развитием наступления на харьковском
направлении войск Воронежского и Степного фронтов Ставка Вер¬
ховного Главнокомандования приказывает:
1. Воронежскому фронту. Ударом 1-й танковой армии Катукова
в общем направлении Валки, Нов. Водолага совместно с 5-й гв. тан¬
ковой армией Ротмистрова отрезать пути отхода харьковской груп¬
пировке противника на юг и юго-запад. После разгрома харьковской
группировки противника и овладения г. Харьков продолжать насту¬
пление в общем направлении Полтава, Кременчуг и к 23—24.8 вый¬
ти главными силами на линию ст. Яреськи, Полтава, иск. Карловка.
В дальнейшем наступать к р. Днепр и выйти на фронт Кремен¬
чуг, Орлик, предусмотрев захват переправ через р. Днепр подвиж¬
ными частями.
2. Степному фронту. После овладения г. Харьков продолжать на¬
ступление в общем направлении на Красноград, Верхнеднепровск и
423
к 24—25.8 выйти главными силами на линию Карловка, Красноград,
ст. Кагачевка.
В дальнейшем развивать наступление к р. Днепр, предусмотрев
захват переправ через р. Днепр подвижными частями.
3. Юго-Западному фронту. Главными силами нанести удар с
фронта Изюм, Богородичное в общем направлении Барвенково*
Павлоград. Правым крылом фронта немедля приступить к форсиро¬
ванию р. Сев. Донец южнее Чугуев и ударом на Замостье, Тарановка
и далее на юг во взаимодействии с 57-й армией Степного фронта
свертывать оборону противника по западному берегу р. Сев. Донец.
К 24—25.8 выйти главными силами фронта на линию Лиговка, Ло¬
зовая, Барвенково.
В дальнейшем развивать наступление в общем направлении
Павлоград, Орехов с целью выйти на фронт Запорожье, Пологи и от¬
резать пути отхода на запад донбасской группировке противника».
Однако далеко не все из намеченного было осуществлено. Дело
в том, что быстрое продвижение советских войск происходило без
достаточно прочного закрепления флангов. Воспользовавшись этим,
немцы нанесли два мощных контрудара по войскам Воронежского
фронта (командующий Н. Ф. Ватутин) 11 августа и 18—20 августа,
поставивших под угрозу освобождение Харькова. После того, как во
время доклада в ночь на 22 августа А. И. Антонов поделился с
И. В. Сталиным своими опасениями, тот, по словам Штеменко,
приказал: «Садитесь и пишите директиву Ватутину. Копию пошлите
товарищу Жукову». Сам он тоже вооружился красным карандашом
и, прохаживаясь вдоль стола, продиктовал первую фразу: «События
последних дней показали, что вы не учли опыта прошлого и продол¬
жаете повторять старые ошибки, как при планировании, так и при
проведении операций».
«За этим последовала пауза — Сталин собирался с мыслями. По¬
том, как говорится, на одном дыхании, был продиктован целый аб¬
зац: «Стремление к наступлению всюду и к овладению возможно
большой территорией без закрепления успеха и прочного обеспече¬
ния флангов ударных группировок является наступлением огульного
характера. Такое наступление приводит к распылению сил и средств
и дает возможность противнику наносить удары во фланг и тыл на¬
шим далеко продвинувшимся вперед и не обеспеченным с флангов
группировкам».
«Верховный на минуту остановился, из-за моего плеча прочитал
написанное. В конце фразы добавил собственноручно: «и бить их по
частям». Затем диктовка продолжалась: «При таких обстоятельствах
противнику удалось выйти на тылы 1-й танковой армии, находив¬
424
шейся в районе Алексеевка, Ковяги; затем он ударил по открытому
флангу соединений 6-й гвардейской армии, вышедших на рубеж От¬
рада, Вязовая, Панасовка, и, наконец, используя вашу беспечность,
противник 20 августа нанес удар из района Ахтырки на юго-восток
по тылам 27-й армии, 4-го и 5-го гвардейских танковых корпусов.
В результате этих действий противника наши войска понесли зна-
чительные и ничем не оправданные потери, а также было утрачено
и ыгодное положение для разгрома харьковской группировки про¬
тивника».
«Верховный опять остановился, прочитал написанное, зачерк¬
нул слова «используя вашу беспечность» и продолжал: «Я еще раз
вынужден указать вам на недопустимые ошибки, неоднократно по¬
вторяемые вами при проведении операций, и требую, чтобы задача
ликвидации ахтырской группировки противника, как наиболее
важная задача, была выполнена в ближайшие дни. Это вы можете
сделать, так как у вас есть достаточно средств. Прошу не увлекаться
адачей охвата харьковского плацдарма со стороны Полтавы, а сосре¬
доточить все внимание на реальной и конкретной задаче — ликвида¬
ции ахтырской группировки противника, ибо без ликвидации этой
группировки противника серьезные успехи Воронежского фронта
стали неосуществимыми».
«По окончании последнего абзаца Сталин пробежал его глазами
опять-таки из-за моего плеча, усилил смысл написанного, вставив
после «прошу не» слово «разбрасываться» и приказал вслух повто¬
рить окончательный текст. «Прошу не разбрасываться, не увлекать¬
ся задачей охвата...» — прочел я. Верховный утвердительно кивнул
и подписал бумагу. Через несколько минут телеграмма пошла на
фронт».
23 августа наши войска вновь взяли Харьков, и этим операция
«Полководец Румянцев» была завершена. По словам Василевского,
«почти двухмесячная Курская битва завершилась убедительной по¬
бедой советских Вооруженных сил». По оценке Жукова, «общие по¬
тери вражеских войск за это время составили более 500 тысяч чело¬
век, около 1500 танков, в том числе большое количество «Тигров»,
«Пантер», 3 тысячи орудий и большое количество самолетов. Эти
потери фашистское руководство уже не могло восполнить никаки¬
ми тотальными мероприятиями». В своем докладе 6 ноября 1943 го¬
да Сталин так оценил значение Курской битвы: «Если битва под
Сталинградом предвещала закат немецко-фашистской армии, то
битва под Курском поставила ее перед катастрофой».
Германский историк В. Герлитц позже писал: «Крупное сраже¬
ние на Курской дуге явилось для немецкой армии началом смер¬
425
тельного кризиса». Этот кризис проявился и в начавшемся развале
гитлеровской коалиции. Победа в битве на Курской дуге имела серь¬
езные международные последствия. Воспользовавшись отвлечени¬
ем германских вооруженных сил на операцию «Цитадель», англо-
американские союзники осуществили 10 июля высадку в Сицилию.
Однако продвижение союзников по острову было неспешным.
Лишь 17 августа американские войска вошли в Мессину. Следстви¬
ем вторжения союзников на Сицилию стало свержение Бенито
Муссолини 25 июля 1943 года. Новое правительство Италии во главе
с маршалом Бадольо 8 сентября объявило о заключении перемирия
с союзниками. В тот же день началась высадка союзнических войск
на территории Апеннинского полуострова.
Но уже 13 сентября немецкие войска, вступившие в южную Ита¬
лию, предприняли контрудары против союзников. Были разгромле¬
ны две американские дивизии, захвачено большое число пленных.
Остатки этих дивизий откатились к берегу. Американцы предпри¬
няли максимум усилий, чтобы избежать полного разгрома, и им уда¬
лось удержаться в Италии. Однако быстрое продвижение союзников
в глубь Италии было сорвано.
Тем временем немецко-фашистские войска, разбитые на Кур¬
ской дуге, стремительно быстро отступали. А. М. Василевский пи¬
сал: «Москва, Сталинград и Курск стали тремя важными этапами
в борьбе с врагом, тремя историческими рубежами на пути к победе
над фашистской Германией. Двухлетняя наша борьба за захват и
удержание стратегической инициативы успешно завершилась. Ини¬
циатива действий на советско-германском фронте — главном и ре¬
шающем фронте всей Второй мировой войны — оказалась полно¬
стью в руках Красной Армии. Последующие операции велись уже в
условиях нашего безраздельного владения этой инициативой, что
явилось важным фактором в достижении новых крупных военных
побед над врагом».
Глава 21
ЗАВЕРШЕНИЕ ПЕРЕЛОМНОГО ГОДА ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ
В ходе операций осенней кампании 1943 года на советско-гер¬
манском фронте Красная Армия продолжала свое наступление, на¬
чавшееся во время битвы на Курской дуге. После поражения немцев
на Курской дуге фронт наступления был расширен. А. М. Василев¬
ский писал: «Ставка планировала провести общее наступление на
фронте от Великих Лук до Черного моря... Этот крупный по замыслу
426
и участвовавшим в его выполнении силам план осуществлялся в хо¬
де следующих операций: Смоленская — с 7 августа по 2 октября (со
взятием Смоленска и Рославля начало освобождения Белоруссии);
Донбасская — с 13 августа по 22 сентября (освобождение Донбасса);
операция по освобождению Левобережной Украины — с 25 августа
по 30 сентября (прорыв к Днепру); Черниговско-Припятская —
с 26 августа по 1 октября (освобождение Черниговской области);
Брянская — с 1 сентября по 3 октября (продвижение от Среднерус¬
ской возвышенности к бассейну Десны); Новороссийско-Таман-
ская — с 10 сентября по 9 октября (завершено освобождение Кавка¬
за); Мелитопольская — с 26 сентября по 5 ноября (выход к Крым¬
скому перешейку); Керченская десантная операция (захват плац¬
дарма в Восточном Крыму). Как видим, ни одна из этих операций не
начиналась и не заканчивалась в одно и то же время. Они как бы пе¬
рекрывали по времени друг друга, являясь последовательными лишь
в самом общем смысле. Это вынуждало врага дробить свои резервы,
перебрасывая их с участка на участок, пытаясь закрыть на фронте то
там, то тут гигантские бреши, проделываемые в его обороне совет¬
скими войсками».
13 августа операция по освобождению Донбасса началась с мощ¬
ной артиллерийской подготовки. По признанию командования 6-й
немецкой армии, после первого дня наступления 294-я пехотная ди¬
визия и 614-й гренадерский полк были уничтожены. Правда, про¬
тивник пытался контратаковать, но его контратаки были отражены.
30 августа советские войска штурмом взяли Таганрог. 8 сентября
был освобожден главный город Донбасса — Сталино. 10 сентября
был взят Мариуполь. К 22 сентября советские войска вышли на ли¬
нию Новомосковск — восточнее Запорожья — река Молочная.
В тот же день, 22 сентября, передовой мотострелковый батальон
3-й гвардейской дивизии вырвался к букринской излучине Днепра и
форсировал реку. Так был создан букринский плацдарм на правом
берегу Днепра. Вслед за ним был создан ржищевский плацдарм.
Еще 9 сентября Сталин подготовил для военных советов фронтов
и армий директиву о форсировании крупных рек. В ней говорилось:
«В ходе боевых операций войскам Красной Армии приходится и
придется преодолевать много водных преград. Быстрое и решитель¬
ное форсирование рек, особенно крупных, подобных реке Десна
и реке Днепр, будет иметь большое значение для дальнейших успе¬
хов наших войск». В директиве указывалось, что за форсирование
Десны в районе Богданово (Смоленская область) и ниже и других
рек, равных ей по трудности форсирования, командующие армиями
должны представляться к награждению орденом Суворова I степе¬
427
ни, командиры корпусов, дивизий, бригад — орденом Суворова II
степени, а командиры полков, командиры инженерных, саперных и
понтонных батальонов — орденом Суворова III степени. За форси¬
рование Днепра в районе Смоленска и ниже и равных Днепру рек по
трудности форсирования советские воины должны представляться
к присвоению звания Героя Советского Союза.
28 сентября Сталин в своей директиве Жукову, Василевскому и
командующим Центральным, Воронежским, Степным, Юго-Запад-
ным фронтами приказывал ликвидировать плацдармы немцев, на¬
ходящиеся на левом берегу реки Днепр, «немедленно подтягивать к
переправам зенитные средства и надежно обеспечивать как боевые
порядки переправившихся войск, так и сами переправы от ударов
авиации противника, вне зависимости от количества переправив¬
шихся войск». В тот же день Жуков и Василевский обсудили по теле¬
фону со Сталиным план дальнейшего развертывания операций Крас¬
ной Армии на Украине, который, в частности, предусматривал осво¬
бождение Киева с последующим выходом к Западной Украине и
Молдавии.
К 30 сентября войска Степного фронта очистили левый берег
Днепра от немцев и форсировали Днепр с ходу на подручных средст¬
вах, не ожидая накапливания сил и прибытия тяжелых переправоч¬
ных средств. Несмотря на оказанное сопротивление, немцы не су¬
мели удержать этот мощный естественный рубеж, который в кампа¬
нию 1941 года они обошли с севера.
Однако наступление на Киев с букринского плацдарма столкну¬
лось с трудностями, о которых Жуков доложил Сталину 25 сентября.
Жуков высказал мнение о необходимости создания нового плацдар¬
ма и нашел в этом поддержку Генштаба. По словам С. М. Штеменко,
И. В. Сталин «не стал опровергать наших доводов, но и не согласился
с ними. Сталин сказал: «Еще не пробовали наступать как следует,
а уже отказываетесь. Нужно осуществлять прорыв с имеющегося
плацдарма. Неизвестно пока, сможет ли фронт создать новый». И все
же попытки развернуть наступление с букринского плацдарма на¬
талкивались на упорное сопротивление противника. Тем временем,
вопреки скептицизму Сталина, были созданы два плацдарма к севе¬
ру от Киева, превращенных затем в единый — лютежский. 25 октяб¬
ря Сталин решил наступать на Киев с лютежского плацдарма, Под¬
готовив соответствующую директиву. В качестве ближайшей задачи
он ставил «разгром киевской группировки противника и овладение
Киевом».
3 ноября началось наступление с лютежского плацдарма. Не¬
мецкие войска оказывали упорное сопротивление частям Красной
Армии, наступавшим на Киев. Однако к 4 часам утра 6 ноября совет¬
ские войска полностью ликвидировали сопротивление противника
н Киеве. Через час военный совет 1-го Украинского фронта отправил
Сталину телеграмму: «С величайшей радостью докладываем Вам,
что задача, поставленная Вами по овладению нашим прекрасным
городом Киевом — столицей Украины — войсками 1-го Украинско¬
го фронта выполнена. Город Киев полностью очищен от фашист¬
ских оккупантов».
Вечером 6 ноября Москва салютовала войскам 1-го Украин¬
ского фронта, освободившим Киев, а через несколько минут в Боль¬
шом театре открылось торжественное заседание, посвященное 26-й
годовщине Великой Октябрьской социалистической революции.
С докладом на собрании выступил И. В. Сталин. Первый раздел его
доклада под названием «Год коренного перелома в ходе войны»
И. В. Сталин открыл словами: «Истекший год — от 25-й до 26-й го¬
довщины Октября — является переломным годом Отечественной
войны».
Сталин напоминал, что «немцы рассчитывали осуществить ле¬
том этого года успешное наступление на советско-германском фрон¬
те, чтобы вернуть себе потерянное и поднять пошатнувшийся авто¬
ритет в Европе. Но Красная Армия опрокинула расчеты немцев, от¬
била их наступление, сама перешла в наступление и погнала немцев
на запад, растоптав тем самым авторитет немецкого оружия. Немцы
рассчитывали взять курс на затяжную войну, стали строить оборо¬
нительные рубежи и «валы», объявив во всеуслышание о неприступ¬
ности их новых позиций. Но Красная Армия и здесь опрокинула
расчеты немцев, прорвала их рубежи и «валы», продолжает успешно
наступать и не дает им сроков для затяжки войны». Сталин уверенно
заявлял, что «день нашей победы приближается. Война вступила в ту
стадию, когда дело идет о полном изгнании оккупантов с Советской
земли и ликвидации фашистского «нового порядка» в Европе. Он
призывал: «Нельзя давать врагу передышки... Мы должны напрячь
все наши силы, чтобы добить врага».
В своем докладе Сталин подчеркнул: «Результаты и последствия
побед Красной Армии далеко вышли за пределы советско-герман-
ского фронта, изменили все дальнейшее течение мировой войны
и приобрели крупное международное значение. Победа союзных
стран над общим врагом приблизилась, а отношения между союзни¬
ками, боевое содружество их армий вопреки ожиданиям врагов не
только не ослабели, а, наоборот, окрепли и упрочились. Об этом
красноречиво говорят также исторические решения Московской.
конференции представителей Советского Союза, Великобритании^
йТоеданеьшы^^
429
Валентин Бережков вспоминал, как на заседании Московской
конференции 30 октября 1943 года, в которой американскую делега¬
цию возглавлял государственный секретарь США К. Хэлл, «вдруг
я заметил, что Сталин наклонился в мою сторону за спиной Хэлла
и манит меня пальцем. Я перегнулся к нему поближе, и он чуть
слышно произнес: «Слушайте меня внимательно. Переведите Хэллу
дословно следующее: советское правительство рассмотрело вопрос
о положении на Дальнем Востоке и приняло решение сразу же после
окончания войны в Европе, когда союзники нанесут поражение гит¬
леровской Германии, выступить против Японии. Пусть Хэлл пере¬
даст это президенту Рузвельту как нашу официальную позицию. Но
пока мы хотим держать это в секрете. И вы сами говорите потише,
чтобы никто не слышал. Поняли?» — «Понял, товарищ Сталин», —
ответил я шепотом».
По словам Бережкова, «Хэлла чрезвычайно взволновало это со¬
общение. Американцы давно ждали решения Москвы. Теперь пра¬
вительство США получило авторитетное заявление по столь важно¬
му для Вашингтона вопросу. В Белом доме связывали с советским
участием в войне против Японии надежды на возможность сохра¬
нить более миллиона жизней американских солдат. Эта же мысль
занимала и президента Трумэна в Потсдаме в 1945 году. Получив под¬
тверждение Сталина о вступлении СССР в войну против Японии,
он отметил в письме своей жене, что тем самым достигнута главная
цель, которую он перед собой ставил на конференции, и что он дума¬
ет об американских парнях, жизнь которых будет теперь сохранена».
Комментируя это решение Сталина, Бережков писал: «Почему
Сталин впервые сказал американцам об этом решении в октябре
1943 года? Думаю, тут были, по крайней мере, две причины. Во-пер-
вых, дело происходило после победы под Сталинградом и поражения
немцев на Курской дуге. Красная Армия стремительно продвига¬
лась на Запад. Поэтому, даже если бы японцы прослышали о совет¬
ском решении, опасность того, что они предпримут упреждающую
акцию в Приморье, стала минимальной. Во-вторых, связав срок вы¬
ступления против Японии с поражением Германии, Сталин давал
понять Вашингтону, что чем скорее произойдет высадка во Франции,
приблизив победу над Третьим рейхом, тем раньше Советский Союз
присоединится к войне против Японии. Можно полагать, что это ус¬
корило принятие западными союзниками решения о высадке во
Франции».
Вопросы укрепления боевого сотрудничества трех великих дер¬
жав были рассмотрены на Тегеранской конференции, открывшейся
28 ноября 1943 года. Это была первая из трех исторических встреч
Большой Тройки, решения которых заложили основы послевоен¬
ного мира и определили границы в Европе почти на полвека вплоть
до крушения СССР и социализма на востоке Европы в 1990—
1991 годах. В своих первых выступлениях на конференции каж¬
дый из руководителей высоко оценил сам факт ее созыва и тех воз¬
можностей, которые открываются перед ее участниками. По оценке
Черчилля, конференция Большой Тройки представляла собой «вели¬
чайшую концентрацию мировых сил, которая когда-либо была в ис¬
тории человечества... Я молюсь за то, чтобы мы были достойны за¬
мечательной возможности, данной нам богом, — возможности слу¬
жить человечеству». Схожую мысль выразил и Сталин, который
сказал: «Я думаю, что история нас балует. Она дала нам в руки очень
большие силы и очень большие возможности. Я надеюсь, что мы
примем все меры к тому, чтобы на этом совещании в должной мере,
в рамках сотрудничества, использовать ту силу и власть, которые
нам вручили наши народы».
Обменявшись информацией о текущем положении дел на фрон¬
тах войны (при этом Сталин рассказал о контрударах, нанесенных
немцами на Украине во второй половине ноября в районе Жито¬
мира и Коростеня), участники конференции перешли к обсуждению
главного вопроса — об открытии второго фронта. Задав несколько
вопросов относительно операций, запланированных союзниками
в 1944 году (взятие Рима, десант на побережье Адриатического моря,
десанты на греческие острова при возможном участии Турции, де¬
сант в Южной Франции и операция «Оверлорд», как теперь стал на¬
зываться десант в Северной Франции), Сталин выступил против
распыления усилий союзных армий. Он заявил: «По-моему, было
бы лучше, чтобы за базу операций в 1944 году была взята операция
«Оверлорд». Если бы одновременно с этой операцией был предпри¬
нят десант в Южной Франции, то обе группы войск могли бы соеди¬
ниться во Франции... Я лично бы пошел на такую крайность. Я пере¬
шел бы к обороне в Италии, отказавшись от захвата Рима, и начал
бы операцию в Южной Франции, оттянув силы немцев из Северной
Франции».
Когда Черчилль стал говорить о необходимости осуществить
операции на Балканах, Сталин вновь подчеркнул, что «основным
и решающим вопросом мы считаем операцию «Оверлорд». Его под¬
держал Рузвельт, заметивший, что осуществление операций в Сре¬
диземном море задержит операцию «Оверлорд», а потому «эти планы
должны быть разработаны так, чтобы операции... не нанесли ущерба
«Оверлорду». Сталин настаивал на том, чтобы операцию «Оверлорд»
осуществить «в пределах мая, скажем, 10—15 — 20 мая». Поскольку
431
Черчилль отказался дать такие обязательства, Сталин сказал: «Если
осуществить «Оверлорд» в августе, как об этом говорил Черчилль
вчера, то из-за неблагоприятной погоды в этот период из этой опе¬
рации ничего не выйдет. Апрель и май являются наиболее подходя¬
щими месяцами для «Оверлорда».
Настойчивость Сталина возымела свое действие. 30 ноября Руз¬
вельт начал заседание конференции с того, что сообщил: «Сегодня
объединенные штабы с участием Черчилля и Рузвельта приняли
следующее предложение: операция «Оверлорд» намечается на май
1944 года и будет проведена при поддержке десанта в Южной Фран¬
ции». Подчинившись настоятельным требованиям Сталина, Чер¬
чилль пообещал, что через две недели будет назначен командующий
операцией «Оверлорд».
При всей важности «Оверлорда» и других операций, осуществ¬
лявшихся или запланированных западными союзниками, Черчилль
и Рузвельт сознавали, что уже третий год войны ее главным фронтом
является советско-германский. Ярким свидетельством признания
вклада СССР в общую борьбу явилась церемония передачи Черчил¬
лем меча от имени английского короля Георга VI жителям Сталин¬
града. Приняв меч из рук Черчилля, Сталин вынул его из ножен и
поцеловал его. От имени сталинградцев, от имени всего советского
народа Сталин так благодарил союзников за признание героической
борьбы советских людей. Тяжелая борьба, принесшая неисчисли¬
мый урон Советской стране, одновременно способствовала сущест¬
венному укреплению ее международных позиций.
Заслуга Сталина состояла в том, что он реалистически оценивал
положение СССР в мире и вел себя так, как подобает руководителю
СССР в тот исторический момент. С одной стороны, он отдавал себе
отчет в реальных экономических возможностях СССР, и это про¬
явилось, в частности, в его тосте в честь президента США, в котором
он указал: «Самое главное в этой войне^— это мящины. Соединен^
ные Штаты доказали, что они могст о^дюи^водить от^
самолетов в месяц. Россия может протзвеста^По^м^ьшей Mege,
ЗТЯкГсамолё^^^ от 3000
образом бомбардировщиков Поэтому Соединенные ШшхьГ^это
страна машин. Без использования этих машин. стюмш&^
за, мы бьшшшащ,вошу^. ^
С другой стороны, Сталин ясно осознавал, что, одержав сокру¬
шительные победы над прежде непобедимыми германскими армия¬
ми, Советский Союз продемонстрировал всему миру свою огром¬
ную мощь и в результате первых лет Великой Отечественной войны
в соотношении сил на мировой арене произошли важные сдвиги в
432
гг
^ * «V
мД
и\
пользу СССР. Если летом 1941 года правительства США и Велико¬
британии видели в СССР и его лидере лишь временное препятствие
на пути Германии и Гитлера к мировому господству, которое могло
задержать глобальную катастрофу в лучшем случае на несколько ме¬
сяцев, то теперь стало очевидным, что СССР в одиночку добился пе¬
релома в войне с Германией. Черчилль и Рузвельт отдавали себе от¬
чет в том, что без СССР ни победа над Германией, ни победа над
Японией были невозможны, а потому не могли не идти на уступки
Сталину. Они соглашались с перекройкой границ в пользу СССР.
Отказываясь поддержать советскую позицию, они все же мирились
С тем, ЧТО Сталин разрывал отмптттрнмд г т^пгшшдпш гротзышдщи. Д
из-за которых Англия и Франция вступили во Вторую мировую вой-
ну ВсеготрЙТсШТЖ
был исключен из Лиги Наций голосами западных стран, а теперь ли¬
деры «западных демократий» искали у СССР поддержки в создании
новой мировой организации, наделенной правом посылать между¬
народные части в любую часть планеты. Черчилль и Рузвельт заяв¬
ляли о необходимости расширить выходы СССР к теплым морям,
пересмотрев конвенцию Монтре о проливах в Мраморном море
интернационализировав Кильский канал.
Помимо объективных обстоятельств, способствовавших тому,
что СССР рассматривался США и Великобританией как равноправ¬
ный и важный участник всемирной коалиции, немалую роль сыграл
и субъективный фактор — роль Сталина на международных перего¬
ворах. Уроженец маленького грузинского городка и сын бедного са¬
пожника оказался достойным и незаменимым партнером по перего¬
ворам с выходцами из аристократических верхов Великобритании
и США и воспитанниками привилегированных учебных заведений
этих стран. Тщательно продуманное мнение Сталина, опиравшееся
на точное владение разнообразной и глубокой информацией, высо¬
ко ценилось и нередко становилось решающим для Черчилля и Руз¬
вельта. Осознав это, Сталин постарался занять место неформально¬
го лидера в этом небольшом коллективе, часто диктуя свои условия.
Как лидер главной воюющей державы Сталин приехал на конфе¬
ренцию в то время и место, где и когда ему было удобнее находиться
как Верховному Главнокомандующему советских Вооруженных сил.
Черчилль и Рузвельт принимали требования Сталина относительно
приоритетов в их военной кампании 1944 года, подчинялись его тре¬
бованиям назначить время операции «Оверлорд» и командующего
экспедиционных сил союзников.
Ни в одном вопросе Сталин не проявлял такой настойчивости,
как в вопросе о реальном вовлечении войск союзников в активные
433
боевые операции против Германии. Он подчеркнуто демонстриро¬
вал свою незаинтересованность в «западной сфере влияния», а пото¬
му в своей переписке выражал готовность поддержать позицию Руз-
вельТГи Черчилля в отношении де Голля, назадшжшекал западных
лидеров за промедление в осуществлен ии_аи&ряццц- r Турмг.р. кяь-
будто они были подчи^нныешу.,^^
резких слов и сарказмя^осуждая онередк¥1а,отсрочку„.нторого фрон¬
та. Нес^мотря на упорное стремление западных лидеров оттянуть от-
да, . ч . , ‘ ' 14 Л “ _т . j, ,к%гл .,v.l $
крытие второго фронта они в конечном счете были вынуждены усту¬
пить давлению Сталину.
Признание Черчиллем и Рузвельтом высокой ценности сужде¬
ний Сталина обеспечивалось его глубокими познаниями в обсуж¬
давшихся предметах, в том числе и тех, которые, казалось бы, были
далеки от проблем СССР. Все аргументы Черчилля о пользе вступ¬
ления Турции в мировуюводшуС^ -
равдавшимся прогнозом о том9 что Турция не станет воевать против
I. гГГГ-“~ГТ1П— -ГГ» г'»»
Германии/ В ответ на предложение западных стран запретить воен-
ную^гфомышленность в Германии в качестве действенной меры для
предотвращения новой агрессии с ее стороны Сталин, опираясь на
превосходное знание им специфики оборонного производства, за¬
мечал: «Если мы запретим строительство самолетов, то мы не можем
закрыть^ебельные Фабрики, а известно, что мебельные фабрики
ть на производство самолетов. Если мыд§-
щГетШГёрШттитгршэт^
Шбдбв, а каадыи часовой завод можетЖтШы-
стро перестроен на производство самых важных частей снарядов и
торпед».
Все аргументы за отсрочку операции «Оверлорд» Сталин пари¬
ровал ссылками на имевшуюся у него информацию о количестве не¬
мецких сил в Северной Франции и состоянии погоды в Ла-Манше.
Сталин мог уверенно сказать, что «20 эскадрилий в Каире сейчас ни¬
чего не делают», и никто ему не мог возразить, так как его знание о
состоянии вооруженных сил Англии и США было точным. Как от¬
мечал участник конференции С. М. Штеменко, «цифры, характери¬
зовавшие соотношение сил, били Черчилля не в бровь, а в глаз, изо¬
бличая все его попытки подменить второй фронт второстепенными
операциями... Сталину пришлось провести краткий, но исчерпы¬
вающий критический разбор возможностей наступления союзни¬
ков против Германии с других направлений. Наиболее подробно
был рассмотрен вариант операций в Средиземном море и на Апен¬
нинском полуострове, где союзные войска подходили к Риму». Ста¬
лин постоянно демонстрировал не только свое соответствие уровню
434
дискуссии, но и свое превосходство над своими партнерами в зна¬
нии предмета. Не случайно Сталин так тщательно готовился к лю¬
бым международным мероприятиям в рамках сотрудничества трех
великих держав, даже не брезгуя использовать записи подслушан¬
ных разговоров. ]Дерч^
Очевидно, что Сталин осознавал уникальность сложившейся си¬
туации, выгодной для нашей страны, и стремился закрепить ее по¬
следствия, сделав как можно прочнее основы такого послевоенного
мира, который бы обеспечил для Советского Союза безопасность и
достойное положение великой державы. Он добился того, что на Те¬
геранской конференции были сделаны первые шаги на пути к созда¬
нию основ послевоенного мира. Хотя в момент принятия Тегеран¬
ской декларации надежды на устранение опасности мировых войн
из жизни человечества казались призрачными, нет сомнения в том,
что Тегеранская конференция способствовала тому, что в XX веке
мировая война более не повторилась.
Стремление избавить мир от угрозы войн объединяло участни¬
ков антигитлеровской коалиции, требовало от них новых усилий в
войне против Германии и ее союзников. Лидеры трех великих держав
объявили о том, что они «пришли к полному согласию относительно
масштаба и сроков операций, которые будут предприняты с востока,
запада и юга... Никакая сила в мире не сможет помешать нам уничто¬
жать германские армии на суше, их подводные лодки на море и раз¬
рушать их военные заводы с воздуха. Наше наступление будет бес¬
пощадным и нарастающим».
Однако до сих пор основной вклад в дело победы вносил Совет¬
ский Союз. В своем докладе 6 ноября 1943 года Сталин утверждал,
что «Советское государство никогда не было столь прочным и не¬
зыблемым, как теперь, на третьем году Отечественной войны. Уро¬
ки войны говорят о том, что советский строй оказался не только луч¬
шей формой организации экономического и культурного подъема
страны в годы мирного строительства, но и лучшей формой мобили¬
зации всех сил народа на отпор врагу в военное время. Созданная
26 лет назад Советская власть в короткий исторический срок пре¬
вратила нашу страну в несокрушимую крепость». Сталин заявил,
что «истекший год был переломным не только в ходе военных дейст¬
вий, но и в работе нашего тыла». Он выражал уверенность в том, что
«Советское государство выйдет из войны сильным и еще более ок¬
репшим».
Эта уверенность Сталина проявилась в целом ряде решений «пе¬
реломного» 1943 года. У cnexHjJtem^^ войне для
Сталина стали поводом для восстановления многих традиций, от-
435
революции, и установления новых
государственных символов на основе признания
v'
топического развития страны.
Сразу же после Сталинградской битвы в начале 1943 года в Крас-
ной Армии были введены погоны, отмененные после19ТТгода* Ко-
гда Рокоссовский вместе с Вороновым прибыл из Сталинграда на
московский Центральный аэродром, по его словам, «меня удивил и
несколько даже насторожил вид встречавших нас генералов и офи¬
церов: на их плечах золотом сияли погоны. «Смотрите, куда мы по¬
пали?» — сказал я Николаю Николаевичу. Он тоже ничего не мог
понять. Но вот мы разглядываем знакомые лица. Все разъяснилось:
у нас в Красной Армии были введены погоны, о чем мы до этого не
знали». Вскоре после присвоения 6 марта 1943 года Сталину звания
Маршала Советского Союза он сам стал носить военный мундир с
погонами.
Свщетммттмвосстанщдшия^
иням сталоуЖ^
ТУ?01»* и 1943 голу был учрежденовааа^о-
гдана Хмельницкого, а на следующий год были учреждены ордена
года бьГлЪ принято решение о
соддаШ1ПбУёо*ровских военных училищ. Имена полководцев России
Сталин вспоминал в 1943 году также, присваивая кодовые названия
боевых операций этого года «Кутузов» и «Полководец Румянцев».
В том же 1943 году была введена традиция с ал ютод^ознамен о -
вание побед Красной Армии75 августа, когда Сталин вернулся с Ка-
он вызвал к себе Антонова и Штеменко в Став¬
ку и спросил их: «Читаете ли вы военную историю? Если бы вы ее
читали, то знали бы, что еще в древние времена, когда войска одер¬
живали победы, то в честь полководцев и их войск гудели все коло¬
кола. И нам неплохо бы как-то отмечать победы более ощутимо, а не
только поздравительными приказами. Мы думаем, — кивнул он на
сидевших за столом членов Ставки, — давать в честь отличившихся
1 войск и командиров, их возглавляющих, салюты. И учинять какую-
^ то иллюминацию...» Так было решено отмечать победы наших
войск торжественными залпами в Москве и каждый залп сопровож¬
дать пуском разноцветных ракет, а перед тем передавать по всем ра¬
диостанциям Советского Союза приказ Верховного Главнокоман¬
дующего... В тот же день, 5 августа, был издан поздравитещщ^й
\/ приказ и дан первый салют в честь освобождения Орла и Белгорода.
Одновременно трем стрелковым дивизиям... было присвоено на-
431
именование Орловских и двум... — Белгородских... В первом салюте
участвовали 124 орудия и дали 12 залпов».
( „ ,v «г ч < * Й* - < ~ *,-Ч i№ “V f V1M- W V -f** *г*Л* ■‘'J****» * #*#****■*,
Приказ о первом салюте зачитывал Левитан. Затем салюты стали
привычными. Чуть ли не каждый второй вечер радиопередача вне¬
запно прерывалась. После томительной тишины звучали позывные
мелодии «Широка страна моя родная». Затем Юрий Левитан объ¬
являл: «Внимание! Говорит Москва! Передаем важное сообщение!
Приказ Верховного Главнокомандующего...» и зачитывал приказ,
открывавшийся названием фронта и именами его командующего и
начальника штаба. Потом следовало сообщение о взятии «после
ожесточенных боев» того или иного города и перечень командую¬
щих армий и командиров дивизий или иных соединений, отличив¬
шихся при взятии этого населенного пункта. Особыми салютами бы¬
ли отмечены и такие события войны, как выход на государственную
границу СССР, соединение с англо-американскими войсками, Дни
Победы над Германией и Японией. Вплоть до конца Великой Отече¬
ственной войны таких приказов прозвучало 358. С тех пор была
введена сохранившаяся и до сих пор традиция отмечать салютами
государственные праздники, а также дни армии и отдельных родов
войск.
Действия Сталина, направленные на возрождение старых тради¬
ций, не ограничивались Красной Армией. В «переломном» году вой¬
ны было принято и «переломное» решение относительно положе¬
ния церкви в Советской стране. От постепенного прекращения ре¬
прессий в отношении церквей и священнослужителей и молчаливо¬
го перемирия между церковью и государством, начавшегося в конце
30-х годов, был сделан решительный шаг к признанию полноправ¬
ного положения Русской православной церкви.
Еще в начале 1943 года состоялся первый обмен посланиями ме¬
жду Сталиным и патриаршим местоблюстителем митрополитом
Сергием. 25 февраля 1943 года митрополит писал Сталину о том, что
«верующие в желании помочь Красной Армии охотно откликнулись
на мой призыв: собрать средства на постройку танковой колонны
имени Димитрия Донского... Примите эти средства как дар от духо¬
венства и верующих Русской православной церкви в день юбилея
Красной Армии». Сталин ответил митрополиту в тот же день: «Про¬
шу передать православному русскому духовенству и верующим, со¬
бравшим 6 ООО ООО рублей, золотые и серебряные вещи на строитель¬
ство танковой колонны имени Димитрия Донского, мой искренний
привет и благодарность Красной Армии».
В самый разгар наступления Красной Армии в Донбассе Сталин
во время совещания на ближней даче 4 сентября обратил внимание
на положение Русской православной церкви. В тот же день И. В. Ста¬
лин вместе с В. М. Молотовым и Г. Г. Карповым, который вскоре
возглавил Совет по делам Русской православной церкви, принял в
Кремле митрополита Московского и Коломенского Сергия, митро¬
полита Ленинградского и Новгородского Алексия и патриаршего
экзарха Украины митрополита Киевского и Галицкого Николая,
митрополитов Сергия и Николая. Высоко оценив патриотическую
деятельность церкви во время войны, Сталин стал расспрашивать
высших церковных иерархов о проблемах Русской православной
церкви. Митрополит Сергий сказал, что главная проблема —ЖШест-
вие у церкви Патриарха и Священного Синода, которые могут быть
избраны лишь Поместным Собором. СгаЯин не только поддержал
это предложение, но выразил готовность помочь с транспортом для
созыва Собора с тем, чтобы начать его уже 8 сентября.
Сталин не только поддержал предложение Сергия об открытии
епархиальных библейских курсов для подготовки священников, но
предложил открыть духовные академии и училища. Когда Сергий
заметил, что на открытие академий и училищ «у церкви еще нет сил»,
Сталин заметил: «Как хотите, но правительство не будет возражать
и против открытия семинарий и академий». Сталин поддержал и
предложение Сергия об издании ежемесячного церковного журна¬
ла, а также об открытии новых приходов в епархиях.
Сергий поставил вопрос и о пребывании в местах заключения
и ссылках священнослужителей. Сталин поручил Карпову подгото¬
вить список священников, находившихся в заключении. Положи¬
тельно отреагировал Сталин и на ряд других просьб митрополитов.
Одновременно он предложил церковным иерархам помощь в реше¬
нии их материальных условий жизни. Обратившись к Молотову, Ста¬
лин заметил: «Надо довести до сведения населения о нашей встрече,
а также потом сообщить в печати об избрании патриарха». Соответ¬
ствующее коммюнике было опубликовано на следующий день на
страницах центральной печати.
Во время этой беседы, затянувшейся до трех часов ночи, в кото¬
рой участвовали Молотов и эксперты по вопросам церкви, Сталин
вспоминал свои семинарские годы. Очевидец этой встречи вспоми¬
нал: «В конце беседы престарелый, больной митрополит был страш¬
но утомлен... Сталин, взяв митрополита под руку, осторожно, как на¬
стоящий иподиакон, свел его по лестнице вниз и сказал ему на про¬
щание следующую фразу: «Владыко! Это все, что я могу в настоящее
время для вас сделать». И с^ими®!51ам‘и rfpftOTDfcff’t йёрархйми».
В «переломном» году войны Сталин решительно отказывался от
многих посдедй!ВИЙ,ДШШХД6В0Д|оцш.ннш дет, когда приЗШМли
сровнять с землей «церкви и тюрьмы», национальные традиции под-
вергались поношениям, а родиной пролетариата объявлялось ин¬
тернациональное братство трудящихся. Одним из последствий тех
лет стало использование боевой песни международного социали¬
стического и коммунистического движения «Интернационала» в
качестве гимна СССР. Роспуск Коммунистического Интернапио-
нала в мае 1943 года, направленный, по словам Сталина, на облегче-
ffifte единства действий во всемирной антифашистской борьбе, за¬
ставлял пересмотреть и место боевой песни коммунистов мира в
официальной символике страны. В то же время патриотизм совет¬
ских людей, проявившийся в годы Великой Отечественной войны,
требовал создания такого Гимна Отечества, в котором был бы отра¬
жен исторический путь народов страны, а не борьба международно-
го пролетариата.
*>• и» « шжштшт
Был организован конкурс на новый гимн, создана правительст¬
венная комиссия во главе с К. Е. Ворошиловым. В Бетховенском зале
Большого театра, ш_йд,овш.РмбДШи4СДМШ,.МОДО.ТОВ, Ворошков
йМаленков четыре ночи напролет слушали произведения Англии,
марши.
Штссгнеп;тешЯнйлй наши, старинные и современные».
» с v« * - < ***** * * *■Л'и ' v ‘ ’* 5 •£ ',ч' ,,л *+"<**•«»
Сталин лично принял участие в отборе,музыки гимна. Он заме-
«и
тил: «Только у Шостаковича и Хачатуряна — свое... Александров же
сводит к маршам, прибавить басов, медленнее и торжественнее».
И все же Сталин остановился на музыке А. Александрова к «Гимну
партии большевиков». По словам Рыбина, «Сталин сказал: «Эта му-
зыка звучит величественно, в ней чувствуется устремленность и
призыв к подвигу!» И тут же торжественно исполнил мелодию, за-
ТЛ г n If
вершив ее энергичным взмахом руки». Выбрав текст С. Михалкова и
Г. Эль-Регистана из многочисленных вариантов слов к гимну, Ста¬
лин внес в него немало поправок. Сталин принимал и окончатель¬
ную оркестровку Гимна в Большом театре.
Хотя история распорядилась так, что слова гимна не раз меня¬
лись, но его мелодия пережила все правительства СССР и даже сам
советский строй. Очевидно, что во второй половине XX века так и не
нашлось достойной замены тщательно выбранному Сталиным му¬
зыкальному варианту Гимна нашей страны. 1 января 1944 года новый
Гимн Советского Союза впервые прозвучмЛ1^тжо^ЖШШУя за-
йш*
вершение переломного года Великой Отечественной войны и нача-
Ж1ГовогоТода,
439
Глава 22
ДЕСЯТЬ СТАЛИНСКИХ УДАРОВ
Как подчеркивал А. М. Василевский, «несмотря на понесенные
жестокие поражения, немецко-фашистская армия к началу 1944 года
была еще довольно сильной и могла вести серьезную оборонитель¬
ную войну. Отсутствие же второго фронта в Европе во многом со¬
действовало этому, ибо военные события, происходившие в Цен¬
тральной Италии, по своему значению и размаху именоваться на¬
стоящим вторым фронтом, конечно, не могли».
«Поданным Генерального штаба, — писал А. М. Василевский, —■
на советско-германском фронте действовали тогда 198 немецких
дивизий и шесть бригад, три немецких воздушных флота, а также 38
дивизий и 18 бригад союзников Германии. Эти войска насчитывали
4,9 миллиона человек, имели на вооружении более 54 тысяч орудий
и минометов, 5,4 тысячи танков и штурмовых орудий, 3 тысячи са¬
молетов. В наших действующих войсках насчитывалось 6,1 миллио¬
на человек, около 89 тысяч орудий и минометов, свыше 2 тысяч ус¬
тановок реактивной артиллерии, 4,8 танков и САУ, 8,5 тысячи боевых
самолетов. Несомненно, обращает на себя внимание то обстоятель¬
ство, что у нас, хотя и временно, было меньше, чем у противника,
танков. Это объясняется прежде всего немалыми потерями нашей
армии в гигантских наступательных операциях 1943 года. ...Кроме
того, не нужно недооценивать экономический потенциал гитлеров¬
ской Германии. Эксплуатируя труд сотен тысяч угнанных в фашист¬
скую неволю иноземных рабочих, подчинив все свои оборонные
предприятия служению нуждам фронта, фашистская Германия су¬
мела наладить военное производство. Вот почему на рубеже 1943 —
1944 годов борьба с немецкими танковыми соединениями остава¬
лась далеко не простым делом. И когда наши войска становились в
оборону, она строилась обязательно глубокой, противовоздушной,
противотанковой и с серьезным инженерным оборудованием мест¬
ности».
Василевский вспоминал, что в середине декабря 1943 года Ста¬
лин вместе с другими членами Государственного Комитета Обороны
и Политбюро принял участие в разработке решений относительно
зимней кампании. «Общее мнение было следующим: в течение зи¬
мы необходимо развернуть наступательные операции от Ленинграда
до Черного моря, причем основное внимание уделить флангам со¬
ветско-германского фронта. Освободить Правобережную Украину
и Крым и выйти здесь весною к нашей государственной границе. На
440
севере разгромить группу немецких армий «Север», полностью снять
блокаду с Ленинграда и выйти к границам Прибалтики».
Разрабатывая план боевых действий, Сталин и другие члены
ГКО, как и все время в ходе войны, постоянно заботились о совер¬
шенствовании оружия. В. Н. Новиков вспоминал, как в конце 1943
года была завершена работа над созданием новой 122-мм пушки для
вооружения разрабатываемого танка «ИС-2». Новиков писал, что в
ноябре 1943 года, «мне по ВЧ позвонил нарком танкопрома В. А. Ма¬
лышев, который... сообщил, что они с Котиным только что верну¬
лись от Сталина, который, полностью поддерживая указанную ини¬
циативу, сказал, что это далеко опередит события, и тут же подписал
постановление ГКО о разработке к поставке к 27 ноября 1943 года
танковому заводу первого опытного образца 122-мм пушки, назван¬
ной Д-25Т, одновременно обязывающее нас срочно разработать для
нее полуавтоматический затвор для выпуска с ним этих пушек с на¬
чала 1944 года».
«Государственные испытания тяжелого танка «ИС-2» с пушкой
Д-25Т прошли очень быстро и успешно. Танк привезли на подмос¬
ковный полигон, чтобы показать его К. Е. Ворошилову. Тут же стояла
трофейная немецкая «Пантера». Выстрелили по ней с полутораки¬
лометровой дистанции. Пробив лобовую броню «Пантеры», снаряд
снес ее башню и отбросил на несколько метров в сторону. «Какое
чудо! — сказал Климент Ефремович. Вскоре то, что было названо
«чудом», появилось на фронте и заявило о себе указанием немецко¬
го командования не вступать в бой с новыми советскими танками
«ИС-2».
Но порой оружейники проявляли поспешность в сообщениях
Сталину о своих успехах. Так, накануне нового, 1944 года руководи¬
тели Наркоматов вооружения (Устинов, Ванников, Малышев, Кир¬
пичников и другие) послали Сталину акт о государственной провер¬
ке 85-мм танковой пушки. Хотя начальник ГАУ Н. Д. Яковлев знал,
что из пушки еще надо было отстрелять несколько десятков выстре¬
лов, он, после некоторых колебаний, подписал акт. Как писал Яков¬
лев, «в час ночи 1 января 1944 года было уже получено постановле¬
ние ГКО, утвержденное Сталиным».
Новиков писал: «А в девять часов утра Н. Д. Яковлеву позвонили
с полигона и сообщили, что после окончания испытаний по одному
из узлов противооткатных устройств орудия получен неудовлетво¬
рительный результат. Это означало: пушка считается не выдержав¬
шей испытаний и подлежит отправке на доработку. Н. Д. Яковлев
выехал в Наркомат вооружения, где и состоялось обсуждение соз¬
давшейся ситуации. При участии В. Г. Грабина и компетентных спе¬
441
циалистов выявили причины дефекта и нашли путь к его устране¬
нию. Пришлось докладывать обо всем Сталину. Он молча выслушал
начальника ГАУ и, ничего не сказав, положил трубку. Вечером
Н. Д. Яковлева вызвали в Кремль. Сталин сурово посмотрел на него
и погрозил пальцем: «Это вам урок на будущее, товарищ Яковлев».
Новиков продолжал: «На завод, которому поручили освоить но¬
вую пушку и 1 февраля 1944 года начать ее серийный выпуск, выехали
нарком вооружения Д. Ф. Устинов, нарком боеприпасов Б. JI. Ван¬
ников, нарком танковой промышленности В. А. Малышев, маршал
артиллерии Н. Д. Яковлев и маршал бронетанковых войск Я. Н. Фе¬
доренко. Вместе с ними был и главный конструктор В. Г. Грабин...
Неизвестно, когда спали Д. Ф. Устинов, другие члены комиссии и
работники завода. Почти ежечасно их видели в цехе, где производи¬
ли сборку орудий... Свершилось невероятное: одна из самых слож¬
ных частей пушки, стальная люлька, была готова на четвертый день.
После отправки новой пушки на полигон Дмитрий Федорович ска¬
зал директору завода: «А теперь всех исполнителей отправьте спать...»
Благодаря самоотверженному труду большого коллектива принятые
на вооружение пушки уже в начале марта 1944 года начали отправ¬
лять на фронт. Танки «Т-34», вооруженные 85-мм орудиями, с ними
и закодщш^дойну».
Строжайший контроль^ад рапортами о достиженищл выпол-
нением намечеШш^вдЖюв Т/галин осриГОТВлял и в руководежве
щего плана зимней кампании, составленной под его руководством,
Сталин постоянно собирал командующих фронтами для разработки
отдельных операций. По мере осуществления этих операций он не
раз направлял свои письменные указания, связывался с командую¬
щими фронтами по телефону, а иногда и вызывал в Москву для
уточнения дальнейшего развития боевых действий. Зачастую указа-
ния Сталина объяснялиськ,м^€>ёходи мостью менять намеченные
планы, которые уже не отвечали быстро изменявшейся о€штаЩ£*
Штеменко писал: «Раньше всех по плану кампании (12 января)
переходил в наступление 2-й Прибалтийский фронт. Потом (14 ян¬
варя) к нему присоединились Ленинградский и Волховский. Совме¬
стная операция этих трех фронтов именовалась «первым ударом».
20 января был освобожден Новгород. А 27 января в Ленинграде и
в Москве был устроен торжественный артиллерийский салют по
случаю окончательной ликвидации блокады Северной столицы. Про¬
должая наступление, войска Ленинградского фронта к 30 января ос¬
вободили Пушкин, Слуцк, Красногвардейск (Гатчина) и вышли на
442
рубеж реки Луги в ее нижнем течении, форсировав ее в отдельных
местах.
4 февраля наши войска вошли в освобожденный к этому време¬
ни партизанами город Гдов и достигли Чудского озера. 12 февраля
наши войска освободили город Лугу, а 15 февраля преодолели обо¬
ронительный рубеж, оборудованный по реке Луга. Позже Сталин
констатировал: «Красная Армия взломала долговременную оборону
немцев и отбросила их в Прибалтику. Результатом этого удара ока¬
залось освобождение Ленинградской области».
Учитывая успешное продвижение наших войск и явное ослабле¬
ние сопротивления противника, Сталин поставил новые задачи: Ле¬
нинградский фронт должен был к 17 февраля овладеть Нарвой. Пра¬
вое крыло Ленинградского фронта должно было прорвать оборону
противника севернее Чудского озера, а далее наступать на Пярну,
чтобы отрезать пути отхода таллинской группировке противника на
юг. Войска левого крыла фронта должны были наступать в направ¬
лении Вильянди — Валга и Тарту — Выру, а далее на Ригу. 2-й При¬
балтийский фронт должен был занять город Резекне и наступать на
К^)асаву, %гобы вместе с войсками Ленинградского фронта разбить \
вражеские войска в районе Острова. (13 февраля Волховский фронт
был расформирован. Большая часть его войск была передана Ле¬
нинградскому фронту, а остальная часть — 2-му Прибалтийскому.)
Однако взять Нарву нашим войскам не удалось, так как город
был превращен в мощный узел сопротивления. В «ИВОВ» отмеча¬
лось: «Несмотря на значительное продвижение вперед, директивы
Ставки Верховного Главнокомандования о наступлении войск Ле¬
нинградского фронта в направлениях Валги, Выру и Риги и войск
2-го Прибалтийского фронта на Карасаву все же не были выполне¬
ны. Главной причиной этого явилось то, что нашим войскам прихо¬
дилось преодолевать сильное сопротивление врага, действуя в леси¬
сто-болотистой местности и в крайне неблагоприятных метеороло¬
гических условиях: мешали оттепели, метели, туманы. Дорог было
мало, да к тому же они раскисли. Все это дало противнику возмож¬
ность отвести главные силы 16-й армии и остатки разгромленных
войск 18-й армии, занять подготовленный ранее рубеж и оказать
упорное сопротивление. Наши войска полтора с лишним месяца ве¬
ли непрерывные напряженные наступательные бои. Они испытыва¬
ли острый недостаток в боеприпасах, несли потери в живой силе и
технике. Необходимо было приостановить наступление. По указа¬
нию Ставки Ленинградский и 2-й Прибалтийский фронты 1 марта
перешли к обороне и приступили к подготовке новых операций».
По словам Штеменко, «главный удар» зимне-весенней кампании
1944 года «намечался на Правобережной Украине... Действия нашш
войск здесь носили название «2-го удара». А. М. Василевский указы¬
вал: «На южном крыле советско-германского фронта гитлеровцы
имели в начале 1944 года одну из своих наиболее крупных стратеги¬
ческих группировок. Против четырех советских Украинских фрон¬
тов на участке от реки Припять до берегов Черного моря действова¬
ли: группа армий «Юг» генерал-фельдмаршала Манштейна (4-я и 1-я
танковые, 8-я и 6-я полевые армии) и группа генерал-фельдмаршала
Клейста (3-я румынская и 17-я немецкая армии, 44-й немецкий от¬
дельный армейский корпус). Эти войска поддерживались авиацией
4-го воздушного флота. Всего в обеих группах было 1,76 миллиона
солдат и офицеров, 16 800 орудий и минометов, 2200 танков и штур¬
мовых орудий, 1460 самолетов. По строжайшему приказу Гитлера
они любой ценой должны были удержать за собой богатейшие хлеб¬
ные районы Правобережной и западных областей Украины, Нико¬
поль с его предприятиями по добыче и переработке марганца, Кри¬
ворожский бассейн, богатый железной рудой, и Крым, прочно при¬
крывая коммуникации южного крыла германо-советского фронта.
Гитлеровское командование еще надеялось на восстановление сво¬
ей обороны и по Днепру. Вот почему оно с таким упорством стреми¬
лось удержать за собой корсунь-шевченковский плацдарм, выгод¬
ный для нанесения флангового удара как по левому крылу 1-го Укра¬
инского, так и по правому крылу 2-го Украинского фронтов, а также
плацдарм южнее Никополя, который прикрывал Криворожский
бассейн и позволял нанести удар на Мелитополь по тылу 4-го Укра¬
инского фронта и пробиться к крымской немецко-румынской груп¬
пировке».
Еще до развертывания основных операций «второго удара»
24 декабря 1943 года войска 1-го Украинского фронта перешли в на¬
ступление и через три дня овладели Радомышлем. В ходе первых же
дней наступления войска 1-го Украинского фронта ликвидировали
последствия контрнаступления, развернутого немцами в конце но¬
ября 1943 года. Типпельскирх писал: «1 января 1944 года русские
войска вновь вступили в оставленный ими 20 ноября Житомир.
...3 января наступавшие русские войска достигли города Новоград-
Волынский, а западнее Коростеня вышли в район Олевска и при¬
близились к старой польской границе, которую и перешли на сле¬
дующий день».
Учитывая быстрое наступление 1-го Украинского фронта, Ста¬
лин изменил задачу, поставленную им ранее перед 2-м и 3-м Укра¬
инскими фронтами. Прежде они должны были разгромить криво¬
444
рожскую группировку противника. Теперь Сталин приказывал: «2-му
Украинскому фронту, прочно удерживая занимаемый рубеж на сво¬
ем левом фланге, не позднее 5 января 1944 года возобновить наступ¬
ление, нанося главный удар на Кировоград силами не менее четырех
армий, из которых одна танковая армия. Ближайшая задача — раз¬
бить кировоградскую группировку противника и занять Кирово¬
град, охватывая его с севера и юга. В дальнейшем овладеть районом
Ново-Украинка, Помошная и наступать на Первомайск с целью вы¬
хода на реку Южный Буг, где и закрепиться. Одновременно нанести
вспомогательный удар силами двух армий в общем направлении
Шпола, ст. Христиновка».
После упорных боев 8 января 1944 года был освобожден Кирово¬
град. Однако войскам правого крыла 2-го Украинского фронта и ле¬
вого крыла 1-го Украинского фронта не удалось, как это предписы¬
валось директивой Сталина, ликвидировать группировку противни¬
ка в каневском (корсунь-шевченковском) выступе.
Исходя из того, что задача, поставленная директивой от 29 де¬
кабря, не была выполнена, Сталин направил 12 января новую ди¬
рективу, которая требовала в ближайшие дни окружить и уничто¬
жить группировку противника на корсунь-шевченковском выступе,
сомкнуть левофланговые части 1-го Украинского фронта и право¬
фланговые части 2-го Украинского фронта. Для проведения опера¬
ции было создано превосходство над противником по пехоте в 1,7
раза, по орудиям и минометам в 2,4 раза, по танкам и самоходно-ар¬
тиллерийским установкам в 2,6 раза.
Хотя начавшееся 14—15 января наступление 2-го Украинского
фронта (командующий И. С. Конев) достигло некоторого успеха,
оно было остановлено контратаками немецких танковых и пехот¬
ных частей. 16 января Сталин указал Коневу на исключительную
важность решительного наступления. В то же время он обратил вни¬
мание на недостаточную организованность в войсках фронта и от¬
сутствие у Конева должной настойчивости и требовательности.
20 января был утвержден новый план наступательной операции.
24 января войска 2-го Украинского фронта начали осуществле¬
ние наступательной Корсунь-Шевченковской операции, ставшей
центральной в боевых действиях «второго удара». 26 января начал
наступление 1-й Украинский фронт. 28 января части 1-го и 2-го
Украинских фронтов соединились в районе Звенигородки. Немец¬
кая группа армий в составе 10 дивизий, одной бригады и нескольких
танковых и инженерных частей была отсечена от противника. 3 фев¬
раля были созданы внешний и внутренний фронты окружения кор-
сунь-шевченковской группировки противника.
445
9 февраля Жуков направил телеграмму Сталину, в которой гово¬
рилось: «По показанию пленных, за период боев в окружении вой¬
ска противника понесли большие потери. В настоящее время среди
солдат и офицеров чувствуется растерянность, доходящая в некото¬
рых случаях до паники... 8 февраля в 15.00 наши парламентеры...
вручили ультиматум окруженному противнику. Парламентеры воз¬
вратились и сообщили, что ответ будет дан немецким командовани¬
ем 9 февраля в 11.00». 9 февраля в 12 часов штаб Штеммермана от¬
клонил советский ультиматум. Атаки немцев на внутреннем и внеш¬
нем фронте окружения возобновились с новой силой. По словам
Жукова, «особенно жаркие бои разгорелись 11 февраля. Наши вой¬
ска дрались с особым упорством».
В разгар этих боев Жуков, по его словам, «заболел гриппом, с
высокой температурой меня уложили в постель. Согревшись, я креп¬
ко заснул. Не знаю, сколько проспал, чувствую, изо всех сил мой ге-
нерал-адъютант Леонид Федорович Минюк старается меня растол¬
кать. Спрашиваю: «В чем дело?» — «Звонит товарищ Сталин», — от¬
ветил Л. Ф. Минюк. Вскочив с постели, я взял трубку. Верховный
сказал: «Мне сейчас доложили, что у Ватутина ночью прорвался
противник из района Шандеровки в Хилки и Новую Буду. Вы знаете
об этом?» — «Нет, не знаю». — «Проверьте и доложите». Я тут же по¬
звонил Н. Ф. Ватутину и выяснил: противник действительно пытал¬
ся, пользуясь пургой, вырваться из окружения и уже успел продви¬
нуться километра на два-три, занял Хилки, но был остановлен».
Жуков сообщил об этом Сталину. Тогда Сталин, ссылаясь на
предложение Конева, приказал передать последнему руководство
разгромом корсунь-шевченсковской группировки противника.
«Пусть Ватутин лично займется операцией 13-й и 60-й армий в рай¬
оне Ровно — Луцк — Дубно, а вы возьмите на себя ответственность
не допустить прорыва ударной группы противника на внешнем
фронте района Лисянки», — сказал Сталин.
Сталин проявлял беспокойство по поводу хода Корсунь-Шев¬
ченковской операции. Он вызвал в Кремль Главного маршала авиа¬
ции А. А. Новикова и спросил его: «Скажите, товарищ Новиков,
можно остановить танки авиацией?» Новиков, по его словам, «без
колебания и твердо ответил, что остановить танки авиацией можно.
«А как вы это сделаете?» — последовал новый вопрос. «Мы отдадим
штурмовикам небольшие кумулятивные бомбы по 250 штук, и будет
желаемый результат». — «Ну что ж, идея неплохая, согласен, — сказал
Сталин. — Тогда завтра же утром летите на 1-й Украинский фронт к
Ватутину и примите меры, чтобы остановить танки, — живо, не
скрывая своего удовлетворения таким ответом, произнес Сталин. —
441
А то на весь мир растрезвонили, что окружили корсунь-шевченков-
скую группировку, а до сих пор разделаться с ней не можем».
«Кстати, — выбивая трубку и стоя вполоборота ко мне, сказал в
«включение Сталин, — Худяков мне там не нужен. Уберите его». На¬
чальник штаба ВВС Худяков был послан Новиковым, чтобы «коор¬
динировать боевые действия 2-й и 5-й воздушных армий». Однако,
по словам А. А. Новикова, он «что-то недоучел, чем и вызвал недо¬
вольство Верховного. Но генерал Худяков был способным началь¬
ником, и я сказал: «Худяков хорошо работает, товарищ Сталин, и я
считаю своим долгом...» — «Там он мне не нужен, — резко перебил
меня Верховный. — Летите к Ватутину сами и останавливайте танки».
14 февраля войска 2-го Украинского фронта взяли Корсунь-
Шевченковский. А. М. Василевский писал: «Ожесточенные бои по
ликвидации корсунь-шевченковской группировки продолжались
до 18 февраля. В ходе этих боев 55 тысяч вражеских солдат и офице¬
ров было убито и ранено, более 18 тысяч взято в плен. Противник
потерял здесь все свое вооружение и боевую технику. После завер¬
шения этой блестящей операции обстановка на стыке 1-го и 2-го
Украинских фронтов коренным образом изменилась. Создались
благоприятные условия для наступления наших войск к Южному
Бугу и Днестру».
В эти же зимние дни войска 3-го и 4-го Украинских фронтов ве¬
ли упорные бои против никопольско-криворожской вражеской
группировки. Гитлер приказывал удерживать любой ценой желез¬
ные и марганцевые рудники в районе Никополя.
А. М. Василевский вспоминал: «Было ясно, что собственными
силами мы не могли захватить Никопольский плацдарм. Если мы
будем продолжать боевые действия таким же образом, понесем не¬
оправданные потери, а задачу все же не решим. Нужно было под¬
ключить 2-й Украинский фронт, провести перегруппировку войск,
пополнить войска Ф. И. Толбухина резервами. Посоветовался с Фе¬
дором Ивановичем, он поддержал меня, и я решил позвонить в
Ставку с его КП. И. В. Сталин не соглашался со мной, упрекая нас
в неумении организовать действия войск и управление боевыми
действиями. Мне не оставалось ничего, как резко настаивать на сво¬
ем мнении. Повышенный тон И. В. Сталина непроизвольно толкал
на такой же ответный. Сталин бросил трубку. Стоявший рядом со
мной и все слышавший Федор Иванович сказал, улыбаясь: «Ну, зна¬
ешь, Александр Михайлович, я от страху чуть под лавку не залез!»
Все же после этих переговоров 3-й Украинский фронт, игравший
при проведении Никопольско-Криворожской операции основную
роль, получил от 2-го Украинского фронта 37-ю армию генерал-
447
лейтенанта М. Н. Шарохина и из резерва Ставки — 31-й гвардей¬
ский стрелковый корпус, а от 4-го Украинского фронта — 4-й гвар¬
дейский корпус».
30—31 января началось наступление войск 3-го Украинского
фронта. В «ИВОВ» говорится: «В короткий срок советские войска
сокрушили оборону противника. Попавшие под удар наших войск
46, 123, 306-я пехотные и 16-я моторизованная дивизии врага были
разгромлены». Командир 16-й немецкой моторизованной дивизии в
письме командующему 6-й армии сообщал: «Много машин было
потеряно в грязи во время отхода из Михайловки на запад. Отсту¬
пающая пехота потеряла свое последнее тяжелое оружие и боепри¬
пасы... Сотнями брели эти уставшие люди шаг за шагом по грязи,
доходившей до колен... Над нами витал дух катастрофы».
Василевский констатировал: «Завершением Украинскими фрон¬
тами Корсунь-Шевченковской, Кировоградской, Ровненско-Луц-
кой и Никопольско-Криворожской операций закончился первый
этап освобождения Правобережной Украины. Советские войска за¬
няли выгодное положение для нанесения новых сокрушительных
ударов по врагу, изгнания его из Крыма и выхода к западной госу¬
дарственной границе СССР».
Говоря об итогах «второго удара» 6 ноября 1944 года, Сталин
подчеркивал: «Красная Армия разгромила немецкие войска и от¬
бросила их за Днестр. В результате этого удара Правобережная Ук¬
раина была освобождена от немецко-фашистских захватчиков». Оце¬
нивая значение «второго удара», Василевский писал: «В результате
этих знаменательных побед, дополнявшихся нашими успехами в
центре и на северо-западе советско-германского фронта, стратеги¬
ческая обстановка продолжала изменяться в нашу пользу. В частно¬
сти, выход советских войск на государственную границу и перенос
боевых действий на территорию Румынии создавали благоприятные
условия для ликвидации фашистских соединений 17-й армии, изо¬
лированных в Крыму. Эта задача в качестве основной была постав¬
лена Верховным Главнокомандованием на весну 1944 года перед 4-м
Украинским фронтом, Отдельной Приморской армией и Черно¬
морским флотом».
Штеменко вспоминал: «В марте — апреле предполагалось на¬
нести «3-й удар»: освободить Одессу силами 3-го Украинского фрон¬
та, а затем разгромить противника в Крыму вторжением туда войск
4-го Украинского фронта».
11 марта Сталин отдал приказ 3-му Украинскому фронту пресле¬
довать противника, захватить переправы на Южном Буге, овладеть
Тирасполем и Одессой и выйти на государственную границу СССР
448
СОСТАВ ГОСУДАРСТВЕННОГО КОМИТЕТА ОБОРОНЫ СССР,
СФОРМИРОВАННЫЙ 30 ИЮНЯ 1941 г.
И. В. Сталин
В. М. Молотов
К. Е. Ворошилов
Москва, станция метрополитена «Маяковская»,
6 ноября 1941 г. И. В. Сталин выступает с докладом
на торжественном собрании, посвященном 24-й годовщине Великой
Октябрьской социалистической революции
«Выступление И. В. Сталина на торжественном заседании, посвященном
24-й годовщине Великой Октябрьской революции» (художник И. М. Тоидзе)
И. В. Сталин выступает с трибуны Мавзолея Ленина
во время парада на Красной площади 7 ноября 1941 г.
Войска проходят маршем перед Мавзолеем Ленина
на параде 7 ноября 1941 г.
Портрет
И. В. Сталина
впервые годы войны
Переходящее знамя
Государственного Комитета
Обороны СССР, вручавшееся
передовым предприятиям
страны
ПОД ЗНАМЕНЕМ ЛЕНИНА-СТАЛИНА ВПЕРЕД,
НА РАЗГРОМ НЕМЕЦКИХ ЗАХВАТЧИКОВ !
Генерал К. К. Рокоссовский обсуждает план боевых действий
Заседание Военного совета Западного фронта.
Слева направо: генерал армии Г. К. Жуков,
член Военного совета Н. А. Булганин,
начальник штаба Западного фронта В. Д. Соколовский
Переговоры И. В. Сталина
премьер-министром Великобритании Уинстоном Черчиллем и
послом США в СССР Авереллом Гарриманом в августе 1942 г.
И. В. Сталин в сопровождении охраны. 1943 г.
Тегеранская конференция, 1943 г. Сидят слева направо:
И. В. Сталин, президент США Ф. Д. Рузвельт,
премьер-министр Великобритании Уинстон Черчилль
Портрет И. В. Сталина 1944 г. (художник Б. Карпов)
Ялтинская конференция, февраль 1945 г. Сидят слева направо:
У. Черчилль, Ф. Д. Рузвельт, И. В. Сталин.
За ними стоят слева направо: министр иностранных дел Великобритании
А. Иден, государственный секретарь США Э. Стеттиниус, заместитель
министра иностранных дел Великобритании А. Кадоган, В. М. Молотов
В. М. Молотов, А. Гарриман и И. В. Сталин
на Ялтинской конференции
Командующий 1-м Белорусским фронтом Маршал Советского Союза
Г. К. Жуков на командном пункте фронта
в ходе Берлинской операции
Знамя Победы
Знамя Победы водружено над Рейхстагом
Берлин 8 мая 1945 г. Маршал Советского Союза Г. К. Жуков подписывает
Акт о безоговорочной капитуляции гитлеровской Германии
Салют в Москве в честь Победы над гитлеровской Германией
Председатель Президиума
Верховного Совета СССР
М. И. Калинин вручает
И. В. Сталину орден
Победы
24 июня 1945 г. Парад Победы в Москве.
Маршалы Советского Союза Г. К. Жуков и К. К. Рокоссовский
объезжают войска, построенные на Красной площади
Парад Победы. На трибуне Мавзолея Ленина стоят
справа налево: заместитель Председателя Государственного Комитета
Обороны, нарком иностранных дел СССР В. М. Молотов, Председатель
Государственного Комитета Обороны СССР, Верховный Главнокомандующий
Маршал Советского Союза И. В. Сталин, Маршал Советского Союза
С. М. Буденный, Маршал Советского Союза К. Е. Ворошилов
Глава советской делегации И. В. Сталин
на Потсдамской конференции (17 июля — 2 августа 1945 г.
Генералиссимус
Советского Союза
И. В. Сталин в Кремле
Выступление И. В. Сталина перед
избирателями Сталинского
избирательного округа города Москвы
9 февраля 1946 г.
Генералиссимус Советского Союза И. В. Сталин в группе маршалов,
генералов, адмиралов — депутатов
Верховного Совета СССР. Март 1946 г.
Председатель Совета Министров СССР,
Генеральный секретарь ЦК ВКП(б),
Генералиссимус Советского Союза И. В. Сталин
в своем рабочем кабинете. 1946 г.
но Пруту и Дунаю. В своем докладе Сталину 19 марта Малиновский
и Василевский просили оказать помощь фронту артиллерийскими
тягачами, танками и истребительной авиацией, а также ускорить
прибытие личного состава на пополнение частей. По словам Васи¬
левского, в ночь на 20 марта Сталин сообщил ему, что тягачи и танки
«будут понемногу поступать. Но выделить пополнение личного со¬
става, сказал он, нет возможности».
Между тем, замечал Василевский, «дожди вновь окончательно
вывели из строя и без того неважные грунтовые дороги. Опять под¬
воз всего необходимого войскам стал возможным лишь при помощи
тракторов и вездеходов. В связи с этим фронт вынужден был начать
наступление только 26 марта».
В ночь на 27 марта войска 57, 37, 46 и 8-й гвардейской армии 3-го
Украинского фронта начали форсирование Южного Буга. А в ночь
на 28 марта войска правого крыла 3-го Украинского фронта начали
наступление с плацдармов на западном берегу Южного Буга. 28 мар¬
та Николаев был освобожден. А 9 апреля была освобождена Одесса.
К началу операции по освобождению Крыма советские войска
держали в своих руках небольшой плацдарм у Керчи и плацдарм на
южном берегу Сивашского залива, захваченные еще в ноябре 1943
года. Но продвижение наших войск в глубь Крыма было остановле¬
но немцами.
Еще 22 февраля Сталин утвердил решение о нанесении основно¬
го удара со стороны Сивашского плацдарма силами 51-й армии под
командованием Я. Г. Крейзера. Для этого через Сиваш были органи¬
зованы переправы, по которым на плацдарм перебрасывали войска
и технику. Василевский замечал: «Вся эта работа проходила в очень
трудных условиях. Штормы, налеты вражеской авиации и артилле¬
рийский обстрел разрушали мосты».
Первоначально операцию планировали начать в первых числах
марта. Однако после рекогносцировки, проведенной на Сиваше,
Василевский докладывал Сталину 4 марта: «Сегодня вместе с тов.
Обуховым (псевдоним Ф, И. Толбухина) был на Сиваше у Крейзера,
туда же вызвал с Перекопа Захарова и на месте ознакомился с усло¬
виями подготовки Крымской операции. Прошедший вчера и сего¬
дня дождь окончательно вывел из рабочего состояния дороги. Весь
автотранспорт стоит на дорогах в грязи. С трудом кое-как работают
лишь тракторами. От попытки пробраться к Крейзеру на машинах
пришлось отказаться, летели на «У-2». При таком состоянии дорог
начинать операцию нельзя, не сумеем за продвигающимися войска¬
ми подать не только пушки и снаряды, но даже продовольствие и
кухни. К тому же переправы на Сиваше, разрушенные штормом в
449
17-3374
последних числах февраля, восстановлением из-за подвоза лесома¬
териалов задерживаются. На основе всего виденного лично и на ос¬
нове докладов непосредственных участников в подготовке опера¬
ции считаю, что Крымскую операцию можно будет начать лишь в
период между 15—20 марта. Только к этому времени сумеем иметь
на Сиваше две серьезные переправы и сумеем подвезти как на Пере¬
коп, так и на Сиваш все необходимое».
Однако и в указанные Василевским числа операция не нача¬
лась. Лишь 31 марта Василевский направил Сталину окончательные
предложения по Крымской операции. Он вспоминал: «Войска 4-го
Украинского фронта начали Крымскую операцию 8 апреля... Войска
Приморской армии перешли в наступление 11 апреля». 13 апреля
наши войска освободили Симферополь, Евпаторию и Феодосию.
14 и 15 апреля были взяты Бахчисарай, Судак и Алушта. В тот же
день наши войска подошли к внешнему оборонительному обводу
Севастополя.
После тщательной подготовки 19 апреля наши войска перешли в
наступление. Однако они, как признавал Василевский, «встретив
упорное сопротивление врага, переходившего в яростные контрата¬
ки, существенного успеха не добились. Требовалась более серьезная
помощь войскам со стороны артиллерии и авиации, а также обеспе¬
чение войск хотя бы 1,5 комплекта боеприпасов. Чтобы избежать
напрасных потерь, мы приняли решение,.правда, не совсем охотно
утвержденное Верховным Главнокомандующим, перенести гене¬
ральную атаку севастопольской обороны на 23 апреля... И. В. Сталин
неоднократно напоминал нам о необходимости поспешить с ликви¬
дацией крымской группировки врага, да и сами мы отлично пони¬
мали всю важность.этого как с военной, так и с политической точек
зрения».
7 мая в 10 часов 30 минут после полуторачасовой артиллерийской
подготовки начался генеральный штурм Севастополя. 8 мая войска
4-го Украинского фронта вышли к внутреннему обводу Севастопо¬
ля, а 9 мая полностью освободили Севастополь. Остатки немецких и
румынских войск отступили на мыс Херсонес, где они вскоре были
уничтожены.
12 мая Крымская операция была завершена. Было уничтожено
и взято в плен около 100 тысяч солдат и офицеров противника. За¬
хвачена была вся вражеская боевая техника. Было потоплено много
вражеских судов с войсками и военными грузами, которые немцы
пытались эвакуировать из Крыма. В результате «третьего удара», кон¬
статировал позже Сталин, «немецкие войска были сброшены в Чер¬
ное море» и «были освобождены от немецкого гнета Крым и Одесса».
4S0
К концу зимне-весенней кампании соотношение сил между
Красной Армией и вооруженными силами Германии и ее союзни¬
ков еще более изменилось в пользу Красной Армии. В составе дейст¬
вующих фронтов, флотов и авиации страны находилось 6425 тысяч
человек. У них имелось 92 557 орудий и минометов, 7753 танка и са¬
моходного орудия, 13 428 самолетов. Кроме того, к 1 июня 1944 года
на территории СССР находились польские, чехословацкие, румын¬
ские, югославские и французские части, в которых имелось
104 тысячи человек, 1220 орудий, 163 танка, 122 самолета.
К этому же времени общая численность войск противника со¬
ставляла около 4 миллионов человек. При этом немецкие войска на¬
считывали 3,2 миллиона, румынские, венгерские, финские — 800
тысяч. На вооружении Германии и их союзников на советско-гер¬
манском фронте имелось 48 635 орудий и минометов, 5250 танков и
штурмовых орудий, 2796 самолетов.
К началу летней кампании советские Вооруженные силы пре¬
восходили войска гитлеровского блока по людям в 1,7 раза, по ору¬
диям и минометам (без зенитной артиллерии) в 1,8 раза, по танкам
и самоходным орудиям в 1,6 раза, по боевым самолетам в 4,9 раза.
В своем приказе от 23 февраля 1944 года Сталин ставил успехи Крас¬
ной Армии в прямую зависимость от трудовых достижений трудя¬
щихся тыла. Он писал: «Победоносное наступление Красной Армии
стало возможным благодаря новым трудовым подвигам советских
людей во всех отраслях нашего народного хозяйства».
По свидетельству Типпельскирха, военные руководители Гер¬
мании не сумели разгадать планы Красной Армии на лето. Он писал,
что к началу лета «не было никаких данных, которые позволили бы
предугадать направление или направления, несомненно, готовив¬
шегося летнего наступления русских. ...Немецкое командование
справедливо предполагало, что русские не начнут наступления до
тех пор, пока на Западе не появится сильный второй фронт, кото¬
рый наверняка лишит немцев возможности перебрасывать силы с
запада на восток».
Неверному представлению немцев о направлении главного уда¬
ра советских войск не в малой степени способствовала кампания по
дезинформации противника. Еще 3 мая Сталин подписал распоря¬
жение командующему 3-го Украинского фронта: «В целях дезин¬
формации противника на вас возлагается проведение мероприятий
по оперативной маскировке. Необходимо показать за правым флан¬
гом фронта сосредоточение восьми-девяти стрелковых дивизий,
усиленных танками и артиллерией... Ложный район сосредоточения
следует оживить, показав движение и расположение отдельных групп
4S1
17*
людей, машин, танков, орудий и оборудование района; в местах раз¬
мещения макетов танков и артиллерии выставить орудия ЗА, обо¬
значив одновременно ПВО всего района установкой средств ЗА и
патрулированием истребителей. Наблюдением и фотографирова¬
нием с воздуха проверить видимость и правдоподобность ложных
объектов». Аналогичная директива пошла и на 3-й Прибалтийский
фронт».
Штеменко замечал: «Противник сразу клюнул на эти две при¬
манки. Немецкое командование проявило большое беспокойство,
особенно на южном направлении. С помощью усиленной воздуш¬
ной разведки оно настойчиво пыталось установить, что мы затеваем
севернее Кишинева, каковы наши намерения. Своего рода дезин¬
формацией являлось также оставление на юго-западном направле¬
нии танковых армий. Разведка противника следила за нами в оба и,
поскольку эти армии не трогались с места, делала вывод, что, вероят¬
нее всего, мы предпримем наступление именно здесь. На самом же
деле мы исподволь готовили танковый удар совсем в ином месте».
Подводя итоги зимне-весенней кампании 1944 года в своем пер¬
вомайском приказе, Сталин указал: «В результате успешного насту¬
пления Красная Армия вышла на наши государственные границы
на протяжении более 400 километров, освободив от немецко-фаши¬
стского ига более 3/4 оккупированной Советской земли». Одновре¬
менно Сталин так определил ряд задач летней кампании 1944, зая¬
вив: «Дело состоит теперь в том, чтобы очистить от фашистских за¬
хватчиков всю нашу землю и восстановить государственные границы
Советского Союза по всей линии от Черного моря до Баренцова
моря».
Поздравляя Ч$рчилля и Рузвельта с открытием второго фронта
6 июня 1944 года после успешной высадки десанта союзников в
Нормандии, Сталин вкратце проинформировал их о дальнейших
действиях Красной Армии на советско-германском фронте: «Летнее
наступление советских войск, организованное согласно уговору на
Тегеранской конференции, начнется к середине июня на одном из
важных участков фронта. Общее наступление советских войск будет
развертываться этапами путем последовательного ввода армий в на¬
ступательные операции. В конце июня и в течение июля наступатель¬
ные операции превратятся в общее наступление советских войск».
9 июня Сталин дополнительно сообщил Черчиллю: «Подготовка
летнего наступления советских войск заканчивается. Завтра, 10 ию¬
ня, открывается первый тур нашего летнего наступления на Ленин¬
градском фронте».
Незадолго до начала наступления на Ленинградском фронте по-
452
сол США Аврел Гарриман пообещал помочь налетами американ¬
ских самолетов «Б-29» по укреплениям «линии Маннергейма».
А. А. Новиков вспоминал: «Мы хорошо знали возможности «Б-29»
по челночным операциям (в ходе которых эти самолеты, отбомбив¬
шись в Германии, прилетали на советскую территорию, а оттуда ле¬
тели бомбить Германию и возвращались на базы в Великобрита¬
нии. — Прим. авт.) и были заранее признательны послу США. Од- |
нако обещания своего Гарриман не выполнил... Я позвонил Сталину t
и доложил об ответе посла. отнесся к этому известию
весьма спокойно. «И в этот раз обойдемся без союзников», — корот¬
ко ответил он».
Летне-осенняя кампания открылась «четвертым ударом», нане¬
сенным войсками Ленинградского и Карельского фронтов на Ка¬
рельском перешейке и в Южной Карелии. За три года войны воору¬
женные силы Финляндии создали здесь мощные оборонительные
укрепления, усилившие «линию Маннергейма». На Карельском пе¬
решейке были сооружены три оборонительных полосы. Глубина
обороны на направлении Белоостров — Выборг достигала 100 кило¬
метров. Севернее Онежского озера были созданы две оборонитель¬
ных полосы. Между Онежским и Ладожским озерами оборона про¬
ходила по реке Свирь.
1 мая Сталин направил директиву о боевой подготовке войск Ле¬
нинградского и Карельского фронтов к наступлению. Особо обра¬
щалось внимание на необходимость вести наступательные действия
в специфических условиях местности, в которой советские войска
вели трудную и кровопролитную кампанию 1939—1940 годов.
Готовясь к наступлению, командующий Карельским фронтом
генерал армии К. А. Мерецков прибыл в Кремль 30 мая, чтобы отчи¬
таться перед Сталиным о подготовке к наступлению. Мерецков вспо¬
минал: «Направляясь в Кремль, я захватил рельефную карту Ладож-
ско-Онежского перешейка и в Ставке, оперируя данными разведки
о силах противника, начал показывать, как трудно будет там дейст¬
вовать войскам. И. В. Сталин не любил, когда ему говорили, что враг
будет поступать так-то и так-то. Нередко он при этом иронично
спрашивал: «А вы откуда знаете? Вас противник персонально ин¬
формирует?» Ответственные работники Генштаба, давние мои со¬
служивцы, напомнили мне об этом и тщетно отговаривали от за¬
мысла, в который я их посвятил. Получилось именно так, как они
предсказывали. Верховный Главнокомандующий усмотрел в моих
словах попытку вытянуть лишние резервы и не дал таковых. Правда,
по вторичному докладу сотрудников Ставки он пересмотрел свое
решение, и резервы прибыли».
453
Не получив от союзников обещанной помощи, командование
ВВС решило усилить бомбардировочную авиацию в ходе боевых дей¬
ствий на Карельском перешейке за счет новых самолетов. А. А. Но¬
виков предложил использовать новые бомбардировщики «Ту-2»
334-й бомбардировочной авиадивизии во главе с полковником
И. П. Скоком. Однако, по его словам, «Сталин вначале воспроти¬
вился этому. Он не хотел, чтобы гитлеровцы до Белорусской опера¬
ции узнали о том, что у нас есть целое соединение «Ту-2». Но, выслу¬
шав наши соображения относительно самого бомбардировщика и
плана усиления 13-й воздушной армии, Верховный отменил свой
запрет на дивизию Скока. Он предупредил только, чтобы мы берег¬
ли 334-ю дивизию как зеницу ока».
9 июня 240 орудий крупных калибров и бомбардировщики про¬
вели предварительное разрушение укреплений противника на Ка¬
рельском перешейке. Позже финские историки признавали, что в
результате этого многие оборонительные сооружения и загражде¬
ния были уничтожены, а минные поля подорваны.
10 июня после артиллерийской и авиационной подготовки, про¬
должавшейся 2 часа 20 минут, 21-я армия Ленинградского фронта
перешла в наступление. В первый же день операции наши войска
прорвали оборону противника и продвинулись вглубь на 14 кило¬
метров. 11 июня Сталин отдал приказ, в котором высоко оценил
действия войск Ленинградского фронта. В Москве был произведен
салют в честь прорыва вражеской обороны.
Финское командование перебросило на фронт две пехотные ди¬
визии и две бригады из Северной Финляндии и Южной Карелии.
Финны оказывали упорное сопротивление, но наши войска продол¬
жали продвигаться вперед. В своей директиве от 12 июня Сталин
констатировал: «Наступление войск Ленинградского фронта на
Карельском перешейке развивается успешно. Противник расстро¬
ен, ему нанесены тяжелые потери, и сопротивление его ослаблено...
Войска фронта имеют превосходство над противником... Все это соз¬
дает благоприятные условия для дальнейшего развития наступле¬
ния». Сталин отдал приказ овладеть Выборгом 18—20 июня.
А. А. Новиков вспоминал, что «все две недели, что я пробыл на
Ленинградском фронте», Сталин «каждый раз вызывал меня к теле¬
фону». В своих мемуарах Главный маршал привел один из таких раз¬
говоров: «Здравствуйте, товарищ Новиков, — как всегда не спеша
и чуть растягивая слова, произнес Верховный. — Что у вас там дела¬
ется?» Я коротко доложил об итогах работы авиации. «Значит, ника¬
ких претензий к летчикам нет? — резюмировал услышанное Ста¬
лин. — Говорите, и Говоров доволен? А как дивизия Скока?» Я отве¬
454
тил, что дивизия потерь не имеет, летает днем и работает отлично.
«А что Щербаков?» — «Ил-4» тоже пускаем днем, прикрываем толь¬
ко зону, но вполне надежно». — «Ага! — Сталин помолчал, должно
быть, затягиваясь из трубки, и добавил: — Выходит, опыт Курской
дуги пригодился, и Голованов зря беспокоился. Желаю дальнейших
успехов».
Василевский вспоминал, что, узнав о переброске немецких войск
на Карельский перешеек, Сталин немедленно связался с командую¬
щим Ленинградским фронтом Говоровым. По словам Василевско¬
го, «И. В. Сталин заслушал его детальный доклад о ходе событий и
подготовке к штурму и дал ему ряд советов и указаний. Удовлетво¬
ренный заверениями Говорова в том, что задача ускорить наступле¬
ние будет решена его войсками в течение ближайшей недели, он по¬
желал Леониду Александровичу успеха. Тогда же было решено, что
после взятия Выборга необходимо будет продолжать наступление
и с выходом войск на рубеж Элисенваара — Иматра — Виройки и с
освобождением при помощи Балтийского флота Большого Березов¬
ского и других островов Выборгского залива прочно закрепиться на
Карельском перешейке и, перейдя там к обороне, сосредоточить ос¬
новное внимание Ленинградского фронта на участии в боях по ос¬
вобождению Эстонии».
Усиленные одним корпусом из резерва Ленинградского фронта,
советские войска атаковали третью линию обороны. В 19 часов
20 июня наши войска овладели Выборгом. За 10 дней наступления
Красная Армия добилась того же результата, который был достигнут
ею за 3,5 месяца кровопролитной «зимней войны» 1939—1940 годов,
и восстановила позиции, утраченные летом и осенью 1941 года. Это
само по себе свидетельствовало о возросшей силе Красной Армии и
более высоком уровне военного искусства ее солдат, офицеров и
военачальников.
Тем временем шла подготовка к наступлению войск Карель¬
ского фронта. 9 июня командующий фронтом Мерецков был вызван
в Кремль. Сталин сказал Мерецкову, что «ленинградцы должны
прорвать линию финской обороны, но им необходимо помочь». Ка¬
рельский фронт должен был срочно разбить свирско-сортавальскую
вражескую группировку войск. На подготовку операции отводилось
не более десяти дней. По словам Мерецкова, «разработка была осу¬
ществлена в Ставке при участии А. М. Василевского, Г. К. Жукова
и А. И. Антонова».
Мерецков попросил выделить ему дополнительно 4 стрелковых
корпуса, артиллерийскую дивизию и авиабомбардировочную ди¬
визию. Мерецков вспоминал: «Когда я обо всем этом доложил,
459
И. В. Сталин сказал: «У вас один стрелковый корпус уже имеется; два
мы дадим вам дополнительно, дадим и артиллерийскую дивизию.
Что касается авиационной дивизии, то маршал авиации Новиков
получит указание сделать авиацией Ленинградского фронта один-
два налета на расположенные перед вами финские позиции. Он бу¬
дет прислан к вам для согласования». Тут я стал настойчиво просить
еще стрелковый корпус для развития прорыва. Однако А. М. Васи¬
левский и Г. К. Жуков категорически возражали. Обсуждение пре¬
кратилось. Вскоре А. М. Василевский и Г. К. Жуков ушли, а меня и
Т. Ф. Штыкова И. В. Сталин пригласил посмотреть салют в честь
Ленинградского фронта. Когда после салюта мы прощались, Вер¬
ховный Главнокомандующий сказал мне на ухо: «Я дополнительно
выделю вам тот стрелковый корпус, который вы просили».
21 июня началось наступление войск Карельского фронта.
28 июня они овладели Кондопогой, и в тот же день Онежская воен¬
ная флотилия высадила десант в районе Петрозаводска. 28 июня со¬
ветские войска освободили Петрозаводск.
Разгром финской армии на Карельском перешейке и в Южной
Карелии не позволял ее командованию надеяться выдержать новые
удары Красной Армии. Позже Сталин констатировал, что в резуль¬
тате четвертого удара «Красная Армия разбила финские войска, ос¬
вободила Выборг и Петрозаводск и отбросила финнов в глубь Фин¬
ляндии. Результатом этого удара было освобождение большей части
Карело-Финской Советской Республики».
Другим следствием «четвертого удара» стал выход Финляндии из
войны. 1 августа президент Финляндии Р. Рюти подал в отставку,
и его место занял фельдмаршал К. Г. Маннергейм. 25 августа министр
иностранных дел Финляндии К. Энкель заявил, что президент Ман¬
нергейм не связан обязательствами соглашения с Германией, под¬
писанного Р. Рюти, и предложил Советскому правительству начать
переговоры о перемирии. В своем ответе правительство СССР со¬
гласилось приступить к переговорам в случае, если Финляндия ра¬
зорвет отношения с Германией. 4 сентября Финляндия объявила
о разрыве с Германией. Ставка Верховного Главнокомандования
объявила о прекращении военных действий против Финляндии с
8 часов утра 5 сентября. Через две недели, 19 сентября, в Москве бы¬
ло подписано соглашение о перемирии с Финляндией. Одновре¬
менно финские войска развернули военные действия против немец¬
ких войск, находившихся на севере Финляндии.
Несмотря на то что немецкая разведка располагала сведениями
о наращивании сил Красной Армии в районе Белоруссии, высшее
германское командование ожидало, что свой главный удар летом
456
Красная Армия нанесет на западе Украины. На самом деле главная
операция летней кампании должна была развернуться в Белоруссии.
Эту операцию Сталин впоследствии назвал «пятым ударом» Крас¬
ной Армии 1944 года. Рокоссовский вспоминал: «В марте Верховный
Главнокомандующий пригласил меня к аппарату ВЧ, в общих чер¬
тах ориентировал относительно планируемой крупной операции и
той роли, которую предстояло играть в ней 1-му Белорусскому фрон¬
ту. Затем Сталин поинтересовался моим мнением. При разработке
операций он и раньше прибегал к таким вот беседам с командую¬
щими фронтами. Для нас — сужу по себе — это имело большое зна¬
чение».
Наступательная операция получила название «Багратион» (на¬
звание операции, как всегда, предложил Сталин). «По замыслу
Ставки, — писал Рокоссовский, — главные действия в летней кам¬
пании 1944 года должны были развернуться в Белоруссии. Для про¬
ведения этой операции привлекались войска четырех фронтов (1-й
Прибалтийский — командующий И. X. Баграмян; 3-й Белорус¬
ский — командующий И. Д. Черняховский; наш правый сосед 2-й
Белорусский фронт — командующий И. Е. Петров; и, наконец, 1-й
Белорусский)». 1-м Белорусским фронтом командовал К. К. Рокос¬
совский. К проведению операции привлекались также Днепровская
военная флотилия, авиация дальнего действия, отряды белорусских
партизан.
По словам Рокоссовского, в Белоруссии была сосредоточена
группа армий «Центр» под командованием генерал-фельдмаршала
Буша (одна танковая и три полевые армии). В ее состав входили
63 дивизии и 3 бригады общей численностью 1 миллион 200 тысяч
человек, 9635 орудий и минометов, 932 танка, 1342 самолета. В Бело¬
руссии немцы создали линию обороны под названием «Фатерланд»,
состоявшей из двух полос. Общая глубина подготовленной в инже¬
нерном отношении обороны достигала 250—270 километров.
Войска четырех фронтов Красной Армии, противостоящих
группе «Центр», состояли из 166 дивизий (из них 6 кавалерийских),
9 стрелковых бригад и полевых укрепленных районов. В этих вой¬
сках насчитывалось 1211 тысяч человек, 24,4 тысячи орудий и мино¬
метов, более 4 тысяч танков и самоходно-артиллерийских установок,
свыше 5,3 тысячи самолетов. Таким образом, при равном соотноше¬
нии в людях у советской группы войск было явное превосходство в
вооружениях. Недавнее отставание нашей страны в технике от Гер¬
мании и других стран Западной Европы было полностью преодоле¬
но, в том числе и благодаря постоянным усилиям Сталина по совер¬
шенствованию вооружений.
457
Тем не менее, чтобы одержать победу над немецкими войсками
в Белоруссии, требовались немалые усилия всех военных от солдата
до генералов и маршалов. Рокоссовский вспоминал: «Мы готови¬
лись к боям тщательно. Составлению плана предшествовала боль¬
шая работа на местности, в особенности на переднем крае. Прихо¬
дилось в буквальном смысле слова ползать на животе. Изучение ме¬
стности и состояние вражеской обороны убедили в том, что на
правом крыле фронта целесообразно нанести два удара с разных
участков: один — силами 3-й и 48-й армии из района Рогачева на
Бобруйск, Осиповичи, другой — силами 65-й и 28-й армий из рай¬
она нижнее течение Березины, Озаричи в общем направлении на
Слуцк. Причем оба удара должны быть главными. Это шло вразрез с
установившимся взглядом, согласно которому при наступлении на¬
носится один главный удар, для чего и сосредотачиваются основные
силы и средства. Принимая несколько необычное решение, мы шли
на известное распыление сил, но в болотах Полесья другого выхода,
а вернее сказать — другого пути к успеху операции у нас не было».
Рокоссовский вспоминал: «В марте Верховный Главнокоман¬
дующий пригласил меня к аппарату ВЧ, в общих чертах ориентиро¬
вал относительно планируемой крупной операции и той роли, кото¬
рую предстояло играть в ней 1-му Белорусскому фронту. Затем Ста¬
лин поинтересовался моим мнением. При разработке операций он и
раньше прибегал к таким вот беседам с командующими фронтами.
Для нас — сужу по себе — это имело большое значение».
Как вспоминал К. К. Рокоссовский, «окончательно план насту¬
пления отрабатывался в Ставке 22 и 23 мая. Наши соображения о на¬
ступлении войск левого крыла фронта на люблинском направлении
были одобрены, а решение о двух ударах на правом фланге подверг¬
лось критике. Верховный-Главнокомандующий и его заместители
настаивали на том, чтобы нанести один главный удар — с плацдарма
на Днепре (район Рогачева), находившегося в руках 3-й армии. Два¬
жды мне предлагали выйти в соседнюю комнату, чтобы продумать
предложение Ставки. После каждого такого «продумывания» при-
V* ходил ось с новой силой отстаивать свое решение. Убедившись, что
я твердо настаиваю на нашей точке зрения, Сталин утвердил план
операции в том виде, как мы его предлагали. «Настойчивость коман-
дующего фронтом, — сказал он, — доказывает, что органюация на-
ступления тщательно продумана. А это надежная гарантия успеха».
План операции 1-го Белорусского фронта, который был утвер¬
жден Сталиным, был частью широкомасштабной кампании четырех
фронтов. 31 мая 1944 года Сталин утвердил директивы их командую¬
щим.
451
В директиве командующему войсками 1-го Прибалтийского
фронта генералу армии И. X. Баграмяну говорилось:
«Ставка Верховного Главнокомандования приказывает:
1. Подготовить и провести операцию с целью во взаимодейст¬
вии с 3-м Белорусским фронтом разгромить витебско-лепельскую
группировку противника и выйти на южный берег р. Западная Дви¬
на в районе Чашники, Лепель, для чего силами 6-й гв. и 63-й армий
прорвать оборону противника в районе юго-западнее Городок, на¬
нося юго-западнее один общий удар в направлении Бешенковичи,
Шашники.
Ближайшая задача — форсирование р. Зап. Двина и овладеть
районом Бешенковичи. Частью сил во взаимодействии с правым
крылом 3-го Белорусского фронта разгромить витебскую группи¬
ровку противника и овладеть городом Витебск.
В дальнейшем развивать наступление в общем направлении на
Лепель, прочно обеспечивая главную группировку фронта с полоц¬
кого направления.
Ставка Верховного Главнокомандования. И. Сталин. Жуков».
Директива командующему войсками 3-го Белорусского фронта
генералу армии И. Д. Черняховскому гласила:
«Ставка Верховного Главнокомандования приказывает:
1. Подготовить и провести операцию с целью во взаимодействии
с левым крылом 1-го Прибалтийского фронта и 2-м Белорусским
фронтом разгромить витебско-оршанскую группировку противни¬
ка и выйти на р. Березина, для чего прорвать оборону противника,
нанося два удара:
а) один удар силами 39-й и 5-й армий из района западнее Лиозно
в общем направлении м. Богушевское, Сенно; частью сил этой груп¬
пировки наступать в северо-западном направлении, обходя Витебск
с юго-запада, с целью во взаимодействии с левым крылом 1-го При¬
балтийского фронта разгромить витебскую группировку противни¬
ка и овладеть городом Витебск;
б) другой удар силами 11-го гв. и 31-й армий вдоль Минской ав¬
тострады в общем направлении на Борисов; частью сил этой груп¬
пировки ударом с севера овладеть городом Орша.
Ближайшая задача войск фронта — овладеть рубежом Сенно,
Орша. В дальнейшем развивать наступление на Борисов с задачей во
взаимодействии со 2-м Белорусским фронтом разгромить борисов¬
скую группировку противника и выйти на западный берег р. Берези¬
на в районе Борисова.
Ставка Верховного Главнокомандования. И. Сталин. Жуков».
4S1
В директиве, направленной командующему 2-м Белорусским
фронтом генерал-полковнику Г. Ф. Захарову, было сказано:
«Ставка Верховного Главнокомандования приказывает:
1. Подготовить и провести операцию с целью разгромить вс
взаимодействии с левым крылом 3-го Белорусского фронта и с пра¬
вым крылом 1-го Белорусского фронта Могилевскую группировку
противника и выйти на р. Березина, для чего силами не менее 11—12
стрелковых дивизий со средствами усиления прорвать оборону про¬
тивника, нанося один общий удар из района Дрибан, Дедня, Рясна в
общем направлении на Могилев, Бельничи.
Ближайшая задача — выйти на р. Днепр и захватить плацдарм на
его западном берегу. В дальнейшем форсировать р. Днепр главными
силами, овладеть Могилевом и развивать наступление в общем на¬
правлении Березинь, Смиловичи.
Ставка Верховного Главнокомандования. И. Сталин. Жуков».
Четвертая директива была направлена командующему 1-го Бе¬
лорусского фронта генералу армии К. К. Рокоссовскому:
«Ставка Верховного Главнокомандования приказывает:
1. Подготовить и провести операцию с целью разгромить бобруй¬
скую группировку противника и выйти главными силами в район
Осиповичи, Пуховичи, Слуцк, для чего прорвать оборону против¬
ника, нанося два удара: один силами — 3-й и 48-й армий из района
Рогачева в общем направлении на Бобруйск, Осиповичи и другой —
силами 65-й и 28-й армий из района нижнего течения р. Березина,
Озаричи в общем направлении на Стар. Дороги, Слуцк.
Ближайшая задача — разбить бобруйскую группировку против¬
ника и овладеть районом Бобруйск, Глуша, Глуск, причем частью
сил на своем главном фланге содействовать войскам 2-го Белорус¬
ского фронта в разгроме могилевской группировки противника.
В дальнейшем развивать наступление с целью выхода в район Пухо¬
вичи, Слуцк, Осиповичи.
Ставка Верховного Главнокомандования. И. Сталин. Жуков».
После принятия директив началась напряженная работа по под¬
готовке наступления. Несколько сдерживали приготовления желез¬
ные дороги. В ночь на 9 июня Василевский в своем донесении Ста¬
лину писал, что «прибытие войск на 3-й Белорусский фронт из-за
неудовлетворительной работы железных дорог задерживается и что
утвержденный план перевозок срывается. Василевский повторил
сообщение о плохой работе железнодорожного транспорта в док¬
ладной Сталину в ночь на 14 июня. Поэтому, как писал Василев¬
ский, «утром 14 июня И. В. Сталин сообщил мне, что из-за задержки
в железнодорожных перевозках начало операции переносится на
23 июня».
К середине 1944 года в оккупированной Белоруссии действова¬
ло 150 партизанских бригад и 49 отдельных отрядов общей числен¬
ностью свыше 143 тысяч человек. Хотя крупные города и железно¬
дорожные узлы находились в руках немцев, около 60 процентов
территории республики было под контролем партизан. Здесь суще¬
ствовала Советская власть, работали обкомы и райкомы ВКП(б) и
ВЛКСМ. Накануне начала наступления партизанские отряды пред¬
приняли действия по разрушению железнодорожных коммуника¬
ций противника. Только в ночь на 20 июня партизаны подорвали
свыше 40 тысяч рельсов. Вследствие этого были полностью выведе¬
ны из строя и частично прерваны железнодорожные перевозки на
маршрутах Полоцк — Молодечно, Глубокое — Вильнюс, Минск —
Орша, Минск — Брест, Пинск — Брест.
23 июня после артиллерийской и авиационной подготовки на¬
ступление 1-го Прибалтийского фронта началось. За день глубина
прорыва обороны достигла 16 километров в глубину и 50 километ¬
ров по фронту. Противник был вынужден отойти на левый берег За¬
падной Двины. На следующий день войска фронта углубили прорыв
до 30 километров и расширили его до 90 километров по фронту. Бы¬
ли захвачены плацдармы на левом берегу Западной Двины.
24 июня войска 1-го Прибалтийского фронта соединились с
войсками 3-го Белорусского фронта и полностью окружили витеб¬
скую группировку противника. Прорваться из витебского окруже¬
ния удалось лишь 8 тысячам немецких солдат и офицеров. После
двухдневных боев противник потерял 20 тысяч человек.
23 июня начали наступление и войска 2-го Белорусского фронта.
В тот же день 49-я армия прорвала оборону противника в глубину на
5—8 километров. 26 июня ее передовые отряды форсировали Днепр
и захватили плацдармы севернее Могилева.
27 июня наступающие войска создали в районе Бобруйска два
кольца окружения, в которых оказались немецкие войска. В ходе
шестидневных боев, по словам Рокоссовского, «были захвачены и
уничтожены 366 танков и самоходных орудий, 2664 орудия разного
калибра. Противник оставил на поле боя до 50 тысяч трупов, более
20 тысяч немецких солдат и офицеров было взято в плен».
После переговоров с Жуковым, Василевским и командующими
фронтами Сталин 28 июня определил дальнейшие задачи войск.
Жуков вспоминал: «1-му Прибалтийскому фронту было приказано
освободить Полоцк и наступать на Глубокое. 3-му и 2-му Белорус¬
ским фронтам освободить столицу Белоруссии Минск, 1-му Бело¬
русскому фронту наступать основными силами на слуцко-барано-
вичском направлении, частью сил развивать удар на Минск, охва¬
тывая его с юга и юго-запада». Жуков вспоминал: «К исходу дня
3 июля Минск был полностью очищен от врага».
Анализируя результаты успешно проведенной операции по взя¬
тию Минска, Сталин в то же время обратил внимание на недостатки
в боевых действиях наступавших войск. 6 июля он направил коман¬
дующим 1-го Прибалтийского и Белорусского фронтов, а также Жу¬
кову письмо. В нем, по словам Василевского, «отмечалось, что вслед¬
ствие нарушения порядка передислокации штабов и командных
пунктов, заключающегося в том, что они не организуют предвари¬
тельно связи с подчиненными и высшими штабами на новом месте,
теряется управление войсками, штабы в течение длительного време¬
ни не знают обстановки. Отсутствие организованного руководства
и комендантской службы при прохождении войсками дефиле и пе¬
реправ, говорилось далее, приводит к перемешиванию частей, скоп¬
лению войск и к потере времени. Как крупный недостаток отмеча¬
лось отвлечение главных сил для решения второстепенных задач,
что приводит к замедлению темпов наступления. В ряде случаев на¬
блюдается беспечность со стороны командиров соединений и шта¬
бов, которые, двигаясь вперед, не заботятся о разведке и охране¬
нии».
И все же, несмотря на отмеченные Сталиным недостатки в орга¬
низации действий фронтов, успех, достигнутый ими в ходе осущест¬
вления Минской операции, был огромен. Жуков писал: «К 11 июля,
несмотря на оказанное сопротивление, окруженные немецкие вой¬
ска были разбиты, взяты в плен или уничтожены. В числе 57 тысяч
пленных оказалось 12 генералов... Еще несколько дней продолжа¬
лось вылавливание отдельных групп солдат и офицеров противника,
пытавшихся выйти к своим войскам. Но так как немцы быстро от¬
ступали, они никак не могли добраться до своих. Большую помощь в
очищении территории от противника оказали нам местные жители
и партизаны — истинные хозяева белорусских лесов».
По распоряжению Сталина 17 июля 1944 года 57 тысяч немецких
солдат и офицеров во главе с генералами, взятыми в плен в Белорус¬
сии, были проведены по улицам Москвы. Это стало яркой демонст¬
рацией новых побед Красной Армии.
Одновременно Сталин решил воспользоваться пленением круп¬
ных воинских соединений и для проведения сложнейшей и крупно¬
масштабной разведывательной операции. По словам Судоплатова,
на основе предложения Сталина был выпущен приказ, в соответст¬
вии с которым сотрудники разведки «должны были ввести немецкое
462
командование в заблуждение, создав впечатление активных дейст¬
вий в тылу Красной Армии остатков немецких войск, попавших в
окружение в ходе нашего наступления. Замысел Сталина заключался
в том, чтобы обманным путем заставить немцев использовать свои
ресурсы на поддержку этих частей и «помочь» им сделать серьезную
попытку прорвать окружение. Размах и смелость предполагавшейся
операции произвели на нас большое впечатление. Я испытывал
подъем и одновременно тревогу: новое задание выходило за рамки
прежних радиоигр с целью дезинформации противника». Перевер¬
бованные советской разведкой взятые в плен немецкие офицеры
разгромленной группировки Шернхорна направляли германскому
командованию ложные сведения о действиях в тылу Красной Ар¬
мии. По оценке П. Судоплатова, «с 19 августа 1944 года по 5 мая 1945
года мы провели самую, пожалуй, успешную радиоигру с немецким
верховным командованием».
Сразу же после освобождения Минска Сталин 4 июля подписал
директиву фронтам, участвовавшим в осуществлении операции
«Багратион», в которой приказывалось продолжать наступление:
1-му Прибалтийскому — в общем направлении на Шяуляй, правым
крылом продвигаясь на Даугавпилс, левым — на Каунас; 3-му Бело¬
русскому — на Вильнюс; частью сил — на Лиду; 2-му Белорусско¬
му — на Новогрудок, Гродно, Белосток; 1-му Белорусскому — на Ба¬
рановичи, Брест и захватить плацдарм на Западном Буге.
8 июля Сталин провел совещание с Жуковым и Антоновым. По
словам Жукова, «И. В. Сталин был в хорошем расположении духа,
шутил. Во время нашего разговора по ВЧ позвонил А. М. Василев¬
ский и доложил Верховному о последних событиях на участках 1-го
Прибалтийского и 3-го Белорусского фронтов. Доклад А. М. Васи¬
левского, видимо, был благоприятным, и Верховный еще больше
повеселел».
На совещании, по словам Жукова, «речь шла о возможностях
Германии вести войну на два фронта — против Советского Союза
и экспедиционных сил союзников, высадившихся в Нормандии, а
также о роли и задачах советских войск на завершающем этапе вой¬
ны. По тому, как сжато и четко высказывал И. В. Сталин свои мыс¬
ли, было видно, что он глубоко продумал все эти вопросы. Хотя Вер¬
ховный справедливо считал, что у нас хватит сил самим добить фа¬
шистскую Германию, он искренне приветствовал открытие второго
фронта в Европе. Ведь это ускоряло окончание войны, что было так
необходимо для советского народа».
«В том, что Германия окончательно проиграла войну, ни у кого
не было сомнения. Вопрос этот был решен на полях сражений со-
ветско-германского фронта еще в 1943 — начале 1944 года. Сейчас
речь шла о том, как скоро и с какими военно-политическими ре¬
зультатами она будет завершена. Приехали В. М. Молотов и другие
члены Государственного Комитета Обороны. Обсуждая возможно¬
сти Германии продолжать вооруженную борьбу, все мы сошлись на
том, что она уже истощена и в людских, и в материальных ресурсах,
тогда как Советский Союз в связи с освобождением Украины, Бело¬
руссии, Литвы и других районов получит значительное пополнение
за счет партизанских частей, за счет людей, оставшихся на оккупи¬
рованной территории. А открытие второго фронта заставит, нако¬
нец, Германию несколько усилить свои силы на западе».
«Возникал вопрос: на что могло надеяться гитлеровское руковод¬
ство в данной ситуации? На этот вопрос Верховный ответил так: «На
то же, на что надеется азартный игрок, ставя на карту последнюю мо¬
нету». «Гитлер, вероятно, сделает попытку пойти любой ценой на
сепаратное соглашение с американскими и английскими прави¬
тельственными кругами», — добавил В. М. Молотов. «Это верно, —
сказал И. В. Сталин, — но Рузвельт и Черчилль не пойдут на сделку с
Гитлером. Свои политические интересы в Германии они будут стре¬
миться обеспечить, не вступая на путь сговора с гитлеровцами, ко¬
торые потеряли в народе всякое доверие, изыскивая возможности
образования в Германии послушного им правительства».
К этому времени среди части германских военных усилились
настроения в пользу государственного переворота и замены Гитлера
другим руководителем, способным заключить сепаратный мир с
США и Великобританией. Видные германские генералы готовили
заговор против Гитлера еще до начала мировой войны, но пока Гер¬
мания одерживала победы, они воздерживались от выступления.
Лишь после поражений на советско-германском фронте они стали
готовить переворот, постоянно поддерживая связи с английскими
и американскими разведчиками. 20 июля 1944 года на Гитлера было
совершено покушение, а в Берлине была предпринята попытка во¬
енного переворота. Однако Гитлер уцелел, а заговорщики были аре¬
стованы. Вслед за этим начались репрессии в руководстве воору¬
женных сил Германии. Около 5 тысяч человек было казнено по обви¬
нениям в причастности к заговору, а десятки тысяч были брошены в
концентрационные лагеря. Некоторые видные военачальники, та¬
кие, как Роммель и Клюге, боясь ареста, покончили жизнь само¬
убийством.
Тем временем осуществление операции «Багратион» продолжа¬
лось. Войска 1-го Прибалтийского фронта вступили на территорию
Литвы. Одновременно войска 3-го Белорусского фронта развернули
414
наступление на Вильнюс и 9 июля окружили столицу Литвы. Немцы
предприняли попытку деблокировать окруженную группировку, но
она оказалось безуспешной. 13 июля Вильнюс был взят. К 15 июля
части 3-го Белорусского фронта захватили плацдармы на левом бе¬
регу Немана, а 1 августа взяли Каунас.
27 июля войска 2-го Белорусского фронта возобновили наступ¬
ление и взяли Белосток. Вскоре они вышли на ближние подступы к
Восточной Пруссии.
Еще в ходе встречи со Сталиным 8 июля Жуков высказался за то,
чтобы усилить войска 2-го Белорусского фронта, чтобы захватить
Восточную Пруссию и отрезать немецкую группу «Север». Сталин
возражал. Жуков вспоминал: «Вы что, сговорились с Василевским? —
спросил Верховный. — Он тоже просит усилить его». — «Нет, не сго¬
ворились. Но если он так думает, то думает правильно», — заметил
Жуков. Сталин ответил: «Немцы будут до последнего драться за Вос¬
точную Пруссию. Мы можем там застрять. Надо в первую очередь
освободить Львовскую область и восточную часть Польши». (Ход
наступательной операции наших войск в октябре 1944 года в Вос¬
точной Пруссии показал, что Сталин был прав. Типпельскирх писал:
«Между Неманом и Августовом русские бросили в наступление пять
армий, имевших в общей сложности около 40 стрелковых дивизий и
большое число танковых соединений. Они оставили на поле боя
около 1000 уничтоженных танков и свыше 300 орудий. Русскому ко¬
мандованию на примере этого в конечном счете неудавшегося насту¬
пления пришлось убедиться в том, что ему будет нелегко овладеть
восточным бастионом рейха. Поэтому оно пока отложило осуществ¬
ление своих планов с расчетом развернуть впоследствии более ши¬
рокие операции».)
На другой день, 9 июля, Сталин рассмотрел план Ковельской
наступательной операции 1-го Белорусского фронта. План преду¬
сматривал разгром ковельско-люблинской группировки; овладение
Брестом во взаимодействии с войсками левого крыла фронта: выход
широким фронтом на Вислу с захватом плацдарма на ее западном
берегу.
28 июля Сталин подписал новые директивы командующим
фронтам, выполнявшим операцию «Багратион». Они предусматри¬
вали продолжение наступления. В результате группа армий «Север»
должна была быть отрезана от группы армий «Центр», а наши вой¬
ска должны были выйти к границам Восточной Пруссии и широким
фронтом на Вислу. 1-й Белорусский фронт должен был не позднее
5—8 августа занять предместье Варшавы — Прагу.
К этому времени на освобожденной советскими войсками поль¬
ской территории было провозглашено создание Крайовой Рады
Народовой и Польского комитета национального освобождения
(ПКНО), которое возглавили коммунист Б. Берут и левый социа¬
лист Э. Осубко-Моравский. Стремясь не допустить установления в
Польше власти просоветского правительства, руководители поль¬
ской эмиграции организовали восстание в Варшаве. Таким образом,
они пытались установить в столице Польши власть эмигрантского
правительства. Типпельскирх писал: «Когда армии Рокоссовского,
казалось, неудержимо продвигались к польской столице, польское
подпольное движение сочло, что час восстания пробил. Не обош¬
лось, конечно, и без подстрекательства со стороны англичан... Вос¬
стание вспыхнуло 1 августа, когда сила русского удара уже иссякла и
русские отказались от намерения овладеть польской столицей с ходу.
Вследствие этого польские повстанцы оказались предоставленными
самим себе».
В письме Черчиллю 16 августа Сталин писал, что после беседы с
премьером эмигрантского правительства Миколайчиком он «распо¬
рядился, чтобы командование Красной Армии интенсивно сбрасы¬
вало вооружение в район Варшавы». Сталин сообщал также о направ¬
лении в Варшаву «парашютиста-связного». В то же время Сталин
подчеркивал, что «варшавская акция представляет безрассудную
ужасную авантюру, стоящую населению больших жертв. Этого бы
не было, если бы советское командование было информировано до
начала варшавской акции и если бы поляки поддерживали с послед¬
ним контакт. При создавшемся положении советское командование
пришло к выводу, что оно должно отмежеваться от варшавской
авантюры, так как оно не может нести ни прямой, ни косвенной от¬
ветственности за варшавскую акцию».
Примерно к таким же аргументам прибег Сталин и в своем от¬
вете 22 августа на совместное послание Рузвельта и Черчилля от
20 августа, в котором они вновь призывали Сталина оказать помощь
повстанцам. В то же время он замечал: «Не может быть сомнения,
что Красная Армия не пожалеет усилий, чтобы разбить немцев под
Варшавой и освободить Варшаву для поляков. Это будет лучшая и
действительная помощь полякам-антинацистам».
Однако взять Варшаву советским войскам оказалось нелегко.
Характеризуя ход боевых действий на фронте в районе Варшавы в
период восстания, генерал-майор фон Бутлар указывал, что немец¬
ким войскам удалось остановить Красную Армию: «Все попытки
русских форсировать Вислу оказались безуспешными, а немцы тем
временем сумели укрепиться на левом берегу Вислы».
И все же цели, поставленные в операции «Багратион»* были в
основном достигнуты. Немецкие войска понесли тяжелое пораже¬
ние на главном стратегическом направлении. Генерал Бутлар писал:
«Разгром группы армий «Центр» положил конец организованному
сопротивлению немцев на востоке».
Рокоссовский подчеркивал: «Успех наших войск в Белорусской
операции, на мой взгляд, в значительной мере объясняется тем, что
Ставка Верховного Главнокомандования выбрала удачный момент.
Советское командование, в руках которого находилась полностью
стратегическая инициатива, сумело всесторонне подготовить опе¬
рацию, обеспечить тесное взаимодействие четырех фронтов... Нель¬
зя обойти молчанием и то обстоятельство, что на протяжении всей
Белорусской операции Ставка очень внимательно относилась к на¬
шим предложениям и просьбам, поддерживала любое полезное на¬
чинание. Все это способствовало успеху операции». Говоря о роли
Ставки в успехе «пятого удара», Рокоссовский, разумеется, имел в
виду и ее руководителя — Сталина.
Еще до завершения операции «Багратион» войскам 1-го Укра¬
инского фронта было приказано завершить освобождение Западной
Украины и развернуть боевые действия в Юго-Восточной Польше.
Здесь немцы создали глубоко эшелонированную оборону. Потом
эта операция была названа Сталиным «шестым ударом».
10 июля Сталин направил письмо командующему 1-м Украин¬
ским фронтом И. С. Коневу, в котором уточнялись отдельные сто¬
роны намеченной операции. В нем говорилось: «1. Танковые армии
и конно-механизированные группы использовать не для прорыва,
а для развития успеха после прорыва. Танковые армии, в случае ус¬
пешного прорыва, ввести через день после начала операции, а кон¬
но-механизированные группы через два дня после начала операции
вслед за танковыми армиями. 2. На первый день операции поста¬
вить пехоте посильные задачи, так как поставленные Вами задачи
безусловно завышенные».
В результате развернутого наступления с 13 по 18 июля войска
1-го Украинского фронта прорвали вражескую оборону на фронте в
200 километров и углубились на 50—80 километров. Одновременно
в районе Броды было окружено 8 дивизий противника. В течение
4 дней осуществлялось уничтожение этой группировки. Попытка
деблокировать окруженных танковыми частями была сорвана.
Несмотря на разгром 8 дивизий в районе Броды, противник про¬
должал оказывать яростное сопротивление и удерживал Львов. Ко¬
мандующий фронтом приказал 3-й гвардейской и 4-й танковым ар¬
миям обойти Львов с северо-запада и юга и к исходу 20 июля овла¬
деть городом. Однако, как отмечается в «ИВОВ», «танковым армиям
467
к указанному сроку занять Львов не удалось: их тылы из-за сильных
дождей, размывших дороги, отстали и не могли пополнить запасы
боеприпасов и горючего. Отстала и артиллерия». Тем временем нем¬
цы подтянули в район Львова три дивизии.
Стало ясно, что танковые армии не смогут взять Львов. 24 июля
Сталин направил письмо командующему фронтом Коневу, в кото¬
ром говорилось: «Ставка Верховного Главнокомандования считает
Ваш план использования танковых армий и кав. корпусов прежде¬
временным и опасным в данный момент, поскольку такая операция
не может быть сейчас материально обеспечена и приведет только
к ослаблению и распылению наших ударных группировок. Исходя
из этого, Ставка Верховного Главнокомандования приказывает в
первую очередь разгромить львовскую группировку противника и
не допустить ее отхода за реку Сан или на Самбор». Далее следовали
конкретные рекомендации по использованию 1-й и 3-й гвардейских
и 4-й танковой армий, 3-й гвардейской и 60-й общевойсковых армий,
1-го и 6-го гвардейских кавалерийских корпусов.
Было принято решение: 3-й гвардейской танковой армии обойти
Львов с севера и тем самым отрезать противнику пути отхода на за¬
пад, 4-й танковой армии продолжать обход Львова с юга, а 60-й ар¬
мии продолжать наступление на Львов с востока.
К 24 июля 3-я гвардейская танковая армия совершила 120-кило-
метровый марш-бросок в обход Львова и, выйдя в заданный район,
развернула наступление одновременно на Львов с запада и на Пере-
мышль с востока. 27 июля Львов был освобожден. В этот же день был
взят город Станислав.
27 июля Сталин приказал 1 -му Украинскому фронту продолжать
быстрое наступление с тем, чтобы не дать противнику создать обо¬
рону на Висле, форсировать эту реку и захватить плацдарм в районе
города Сандомир. В этой же директиве была поставлена задача раз¬
вернуть с сандомирского плацдарма наступление на ченстоховском
и краковском направлениях и выйти частью войск левого крыла
фронта через карпатские перевалы в Средне-Дунайскую низмен¬
ность. В директиве Ставки, подписанной Сталиным, сообщалось,
что «бойцы и командиры, отличившиеся при форсировании Вислы,
получат специальные награды вплоть до присвоения звания Героя
Советского Союза».
29 июля отдельные части 3-й гвардейской и 13-й армий вышли к
Висле, а 30 июля войска 3-й гвардейской армии захватили плацдар¬
мы в районе Аннополя. Войска 1-го Украинского фронта вели на¬
пряженные бои за удержание и расширение сандомирского плац¬
дарма. 4 августа они развернули наступление в сторону Сандомира.
17 августа наши войска окружили две немецкие дивизии в районе
Сандомира, а 18 августа освободили Сандомир.
Пока основная часть войск 1-го Украинского фронта закрепля¬
лась на сандомирском плацдарме, Сталин распорядился образовать
из части войск левого крыла этого фронта 4-й Украинский фронт.
Перед ним была поставлена задача очистить от немцев Дрогобыч-
ский промышленный район и тем самым завершить освобождение
Украины, захватить перевалы через Карпаты, чтобы затем выйти на
Средне-Дунайскую низменность.
Теперь вся территория Украины оказалась освобожденной от
немецких захватчиков. В связи с возросшим сопротивлением про¬
тивника командование фронта запросило у Ставки разрешения пе¬
рейти к обороне. 15 августа Сталин приказал 4-му Украинскому
фронту временно перейти к обороне и одновременно готовиться к
наступательной операции в Карпатах. 29 августа по приказу Стали¬
на войска 1-го Украинского фронта также перешли к обороне.
Наступательная Львовско-сандомирская операция была завер¬
шена. В ходе ее были разбиты 32 немецкие дивизии и 8 дивизий пол¬
ностью уничтожены. 6 ноября 1944 года Сталин говорил: «Шестой
удар был нанесен в июле — августе этого года в районе Западной Ук¬
раины, когда Красная Армия разбила немецкие войска под Львовом
и отбросила их за Сан и Вислу. В результате этого удара: а) была ос¬
вобождена Западная Украина; б) наши войска форсировали Вислу и
образовали мощный плацдарм западнее Сандомира».
Завершение Львовско-сандомирской операции совпало с нача¬
лом нового наступления Красной Армии на Юго-Западном театре
военных действий, получившего затем название «седьмого удара».
К августу 1944 года немцы создали на территории Молдавии и Ру¬
мынии глубокую оборону с широко развитыми фортификацион¬
ными сооружениями. Тактическая зона обороны состояла из двух
полос, а ее глубина достигала 8—19 километров. За ней на удалении
15—20 километров от переднего края по хребту Маре проходила тре¬
тья полоса обороны, названная «Траян». На западных берегах Прута
и Серета были созданы два основных оборонительных рубежа. Мно¬
гие города, включая Яссы, Кишинев, были превращены в мощные
оборонительные узлы.
Оборону держала группа армий «Южная Украина» (командую¬
щий генерал Фиснер), состоявшая из двух групп «Веллер» и «Думит-
реску». Всего в группе «Южная Украина» насчитывалось 47 немец¬
ких и румынских дивизий, из них 3 танковые и 1 моторизованная,
а также 5 пехотных бригад. В них имелось 643 тысячи солдат и офи¬
церов, 7618 орудий и минометов, 404 танка и штурмовых орудий, 810
самолетов.
Им противостояли войска 2-го и 3-го Украинского фронтов (ко¬
мандующие генерал армии Р. Я. Малиновский и генерал армии
Ф. И. Толбухин), насчитывавшие 929 тысяч солдат и офицеров, 16 709
орудий и минометов, 1404 танка и самоходно-артиллерийские уста¬
новки, 1759 самолетов (без учета авиации флота). В состав 2-го Ук¬
раинского фронта входила 1-я румынская добровольческая дивизия
имени Тудора Владимиреску, сформированная из бывших румын¬
ских военнопленных.
31 июля в Ставке Верховного Главнокомандования под руковод¬
ством Сталина было проведено совещание о подготовке наступле¬
ния 2-го и 3-го Украинских фронтов с участием командующих
фронтов и представителя Ставки на Юго-Западном театре военных
действий С. К. Тимошенко. С. М. Штеменко подчеркивал, что «со¬
ветским Вооруженным силам предстояло одним мощным ударом
ликвидировать главные силы войск противника и тем самым реши¬
тельно подорвать вооруженный оплот фашистской диктатуры в Ру¬
мынии».
«В этой связи, — замечал Штеменко, — нужно выделить «изю¬
минку» плана Ясско-Кишиневской операции. Дело в том, что немец -
ко-фашистское командование основное внимание уделяло киши¬
невскому направлению и считало, что там следует ожидать главного
удара наших войск. Поэтому там и были сосредоточены основные
силы наиболее боеспособных немецких дивизий. Войска располага¬
лись компактно в тактической зоне. Это свидетельствовало о том,
что противник рассчитывает погасить наш самый сильный первый
удар прежде всего на малой глубине. Вероятно, противник рассчи¬
тывал и на то, чтобы отвести свои войска в случае необходимости на
позиции, которые подготавливались в глубине обороны. Кроме то¬
го, для парирования ударов Красной Армии на этом же направлении
находились и основные вражеские резервы, которые, правда, были
невелики и состояли из двух пехотных и одной танковой дивизий.
На флангах кишиневской группировки противника оборонялись
румынские войска, вооруженные значительно слабее немецких, ху¬
же обученные и снабженные. По данным разведки, их боевой дух
был невысок, многие солдаты и даже подразделения были настрое¬
ны против немцев. Таким образом, создалось положение, когда
наиболее уязвимыми участками обороны были фланги сильной ки¬
шиневской группировки противника».
Как вспоминал Штеменко, «на заседании Ставки пришли к вы¬
воду, что наилучшим вариантом действий в данном случае будет ок¬
470
ружение и ликвидация в короткий срок главных сил группы армий
«Южная Украина» в районе Кишинева. Охватывающее положение
наших войск позволяло прорвать оборону противника на ее слабых
флангах, а затем кратчайшим путем выйти... на тылы основной груп¬
пировки немецких войск, окружить и уничтожить ее... Первым ус¬
ловием нашего успеха являлось достижение внезапности и высокие
темпы наступления советских войск. Мы должны были захватить с
ходу и в предельно короткий срок выгодные рубежи местности, та¬
кие, как хребет Маре, где располагалась вторая полоса оборонитель¬
ных укреплений противника, не дать ему закрепиться там и разгро¬
мить его резервы, подходящие из глубины. Кроме того, требовалось
захватить переправы через реку Прут раньше, чем ими воспользует¬
ся для отхода противник. Расчеты показали, что наступать нужно
с темпом не менее 25 км в сутки!»
Для того чтобы обеспечить быстрый прорыв обороны противни¬
ка войсками 3-го Украинского фронта, было решено, как писал
Штеменко, «оголить все второстепенные участки фронта» и за счет
этого создать решительный перевес на участках прорыва. «Соотно¬
шение сил на главном направлении, — по словам Штеменко, — вы¬
глядело в людях — 6:1, полевых орудиях разного калибра — 5,5:1,
танках — 5,4:1, пулеметах — 4,3:1, минометах — 6,7:1, самолетах —
3:1 в нашу пользу». В боевых действиях должны были принять уча¬
стие также суда Черноморского флота (командующий адмирал
Ф. С. Октябрьский) и Дунайской военной флотилии (командующий
вице-адмирал С. Г. Горшков).
Штеменко вспоминал: «На этом заседании Ставки Верховный
Главнокомандующий еще раз вернулся к военному и политическо¬
му значению операции. Впервые... еще на начальной стадии разра¬
ботки плана операции он указал командующему 2-м Украинским
фронтом на политическую сторону дела. Теперь он заговорил об этом
в связи с плотностью артиллерии в войсках Р. Я. Малиновского. Ко¬
гда командующий доложил, что может сосредоточить на каждом из
22 км фронта прорыва по 220 орудий не менее 76-мм калибра, то есть
создать весьма высокую артиллерийскую плотность, И. В. Сталин
заметил, что этого мало, нужно больше. Поскольку выяснилось, что
ресурсов для создания более высокой плотности на таком участке у
фронта не хватает, было предложено сократить участок прорыва до
16 км и таким образом добиться плотности 240 и даже несколько
больше орудий на километр. Столь высокие плотности артиллерии
были одной из гарантий надежного поражения противника, быстро¬
го взлома его обороны и развития успеха в глубину к переправам на
реке Прут в направлении Фокшан. Мощные удары по обороне со¬
471
юзника гитлеровцев должны были, как полагал И. В. Сталин, по¬
влиять на политику королевской Румынии и содействовать ее выхо¬
ду из войны».
19 августа оба Украинских фронта провели разведку боем, а ут¬
ром 20 августа началась артиллерийская и авиационная подготовка
перед наступлением. В первый же день войска двух фронтов доби¬
лись больших успехов. Пленные, захваченные в полосе наступления
2-го Украинского фронта, показывали, что некоторые дивизии по¬
теряли до половины своего личного состава.
Войска 2-го Украинского фронта в первый день продвинулись
на 30-километровом участке на 16 километров в глубину. Штеменко
писал, что, когда «наши войска... вышли к... третьей оборонительной
полосе, расположенной на глубине 25—40 км по лесистому хребту
Маре... они были приостановлены: прорвать вражескую оборону с
ходу 6-й танковой армии не удалось... Поскольку наступление затор¬
мозилось, мы опасались, что противник, используя выгодные усло¬
вия местности, сумеет стянуть на важнейшие участки какие только
возможно силы и задержать здесь наши войска на длительный срок.
А это означало, что они могли опоздать с выходом к переправам на
Пруте и на пути отступления противника в южном направлении: ок¬
ружение его в этом случае могло не состояться».
Штеменко доложил о положении дел Сталину в ночь на 21 авгу¬
ста. По словам Штеменко, «Верховный Главнокомандующий тогда
не счел нужным дать какие-либо указания командующим фронтам,
полагая, вероятно, что утро вечера мудренее. Но и утром следующе¬
го дня 6-я танковая армия не смогла прорвать оборону противника,
как не прорвал ее и 18-й танковый корпус, наступавший в полосе
52-й армии в обход Ясс».
Штеменко вспоминал: «В 15 часов мы с А. И. Антоновым были в
кабинете Верховного Главнокомандующего. Когда дошла очередь
до обстановки на юго-западе, И. В. Сталин, внимательно изучив
карту, потребовал напомнить командующим 2-м и 3-м Украински¬
ми фронтами, а также представителю Ставки о главной задаче руко¬
водимых ими войск: как можно скорее окружить противника. Он
продиктовал: «Сейчас главная задача войск 2-го и 3-го Украинских
фронтов состоит в том, чтобы объединенными усилиями двух фрон¬
тов быстрее замкнуть кольцо окружения противника..., после чего
сужать это кольцо с целью уничтожения или пленения кишинев¬
ский группировки противника».
Штеменко пояснял: «Поскольку прорыв вражеской обороны по
хребту Маре мог вызвать соблазн бросить главные силы 2-го Укра¬
инского фронта для преследования румынских войск в направлении
472
на Роман и Фокшаны, а 3-го Украинского фронта — на Тарутино и
Галац, Верховный Главнокомандующий подчеркнул: «Ставка тре¬
бует основные силы и средства обоих фронтов привлечь для выпол¬
нения этой главнейшей задачи, не отвлекая сил для решения других
задач. Успешное решение задачи разгрома кишиневской группи¬
ровки противника откроет нам дорогу к основным экономическим
и политическим центрам Румынии».
Заканчивая диктовку, И. В. Сталин сказал: «Перед вашими обо¬
ими фронтами действует около 44 дивизий противника, из которых
6 дивизий уже разбито. Вы же имеете 87 дивизий, и, кроме того, у вас
значительное превосходство над противником в артиллерии, танках
и авиации. Таким образом, вы имеете все возможности для успеш¬
ного решения указанной задачи и должны эту задачу решить».
Штеменко замечал: «Директива Ставки была очень своевремен¬
ной для организации действий фронтов. К исходу 21 августа против¬
ник был уже не в состоянии удержать занимаемые им выгодные по¬
зиции по хребту Маре и под напором армий 2-го Украинского фрон¬
та начал отход. Войска Р. Я. Малиновского с 6-й танковой армией и
18-м танковым корпусом в авангарде ринулись за ним, не останав¬
ливая преследования и в ночь на 22 августа и весь следующий день...
К исходу дня войска 2-го Украинского фронта углубились в оборону
противника на 60 км и расширили прорыв до 120 км. Армии 3-го Ук¬
раинского фронта стремительно продвигались с востока к перепра¬
вам на Пруте. Опрокидывая сопротивление румынских и немецких
войск, их подвижные части к исходу 22 августа на 80 км вклинились
в глубину расположения противника и преодолели три четверти рас¬
стояния до своей цели. На левом фланге войска фронта во взаимо¬
действии с Дунайской военной флотилией успешно форсировали
Днестровский лиман. Таким образом, в течение 22 августа отчетли¬
во обозначились контуры огромного окружения, которое составля¬
ло суть разработанной Ставкой Верховного Главнокомандования
операции по разгрому группы немецко-фашистских армий «Южная
Украина» под Яссами и Кишиневом».
21 августа наши войска взяли Яссы. Расчет Сталина на то, что
главным следствием успешных действий войск 2-го и 3-го Укра¬
инских фронтов будет политический кризис в Румынии, оправдал¬
ся. Известия о разгроме румынских и немецких войск под Яссами и
Кишиневом заставили правящие круги Румынии срочно искать вы¬
хода из сложившейся ситуации. В ночь на 22 августа во дворце ру¬
мынского короля Михая было созвано тайное совещание, в котором
приняли участие представители подпольного национально-демо-
кратического блока, включая коммунистов. На совещании было
473
принято решение об аресте премьер-министра Иона Антонеску.
23 августа, вернувшись с фронта после совещания с Фриснером, Ан¬
тонеску прибыл в королевский дворец, где он был арестован. Одно¬
временно были арестованы многие члены правительства Антонеску.
Король Михай выступил по радио с речью, в которой объявил, что
Румыния разрывает отношения с Германией, присоединяется к ан¬
тигитлеровской коалиции и принимает условия перемирия.
31 августа части Красной Армии вместе с дивизией имени Тудо-
ра Владимиреску вошли в Бухарест. Их радостно встречало населе¬
ние румынской столицы.
В соответствии с приказом Сталина от 29 августа два Украин¬
ских фронта должны были теперь двигаться по расходящимся на¬
правлениям. 2-й Украинский фронт должен был выйти через цен¬
тральные и западные районы Румынии на границу с Венгрией, Юго¬
славией и Болгарией западнее Джуржду. 3-й Украинскому фронту
было приказано продвигаться по приморским районам Румынии
и выйти на болгаро-румынскую границу восточнее Джуржди.
6 сентября войска 3-го Украинского фронта вышли на болгаро¬
румынскую границу. Болгария была союзницей Германии по анти-
коминтерновскому пакту и ее соучастницей по агрессии. Хотя Бол¬
гария, учитывая настроения народа, не решилась объявлять войну
СССР, в ноте Советского правительства от 5 сентября 1944 года го¬
ворилось: «Болгария находится в состоянии войны с СССР, по¬
скольку на деле она и ранее находилась в состоянии войны с СССР».
Нота провозглашала, что «Советский Союз будет находиться в со¬
стоянии войны с Болгарией».
Тем временем войска 3-го Украинского фронта приготовились
к вступлению на территорию Болгарии. Жуков вспоминал: «Утром
8 сентября все было готово, чтобы открыть огонь, но мы со своих на¬
блюдательных пунктов не видели целей, по которым надо было вес¬
ти огонь... Присутствия воинских частей не было обнаружено. Мар¬
шал Ф. И. Толбухин приказал войскам двинуть вперед боевые отря¬
ды. Не прошло и получаса, как командующий 57-й армии доложил,
что одна из пехотных дивизий болгарской армии, построившись у
дороги, встретила наши части с развернутыми красными знаменами
и торжественной музыкой. Через некоторое время такие же события
произошли и на других направлениях. Командармы доложили, что
идет стихийное братание советских воинов с болгарским народом».
После того как Жуков сообщил Сталину о том, как дружески
встретил болгарский народ и болгарские войска Красную Армию,
Верховный Главнокомандующий отдал распоряжение: «Все оружие
болгарских войск оставьте при них, пусть они занимаются своими
474
обычными делами и ждут приказа своего правительства». Коммен¬
тируя это распоряжение, Жуков писал: «Этим простым актом со сто¬
роны Верховного Главнокомандования было выражено полное до¬
верие болгарскому народу и болгарской армии, которые по-братски
встретили Красную Армию, видя в ней свою освободительницу от
немецких оккупантов и царского профашистского режима». 9 сен¬
тября в результате государственного переворота правительство Бол¬
гарии во главе с Муравиевым было свергнуто и к власти пришло
правительство Отечественного фронта во главе с Кимоном Георгие¬
вым.
И. В. Сталин так оценил значение этих боевых действий: «Седь¬
мой удар был нанесен в августе этого года в районе Кишинева —
Яссы, когда наши войска разбили наголову немецко-румынские
войска и завершили свой удар окружением 22 немецких дивизий под
Кишиневом, не считая румынских войск. В результате этого удара:
а) была освобождена Молдавская Советская Республика; б) была
выведена из строя союзница Германии — Румыния, которая объяви¬
ла войну Германии и Венгрии; в) была выведена из строя союзница
Германии — Болгария, которая также объявила войну Германии; г)
был открыт путь для наших войск в Венгрию — последнюю союзни¬
цу Германии в Европе; д) открылась возможность протянуть руку
помощи союзной нам Югославии против немецких захватчиков».
Еще до начала Яссо-Кишиневской операции началось наступ¬
ление в Прибалтике, которое было завершено осенью. Наступатель¬
ные операции в Прибалтике Сталин назвал «восьмым ударом». Это
наступление стало готовиться еще в разгар осуществления операции
«Багратион».
Штеменко вспоминал: «6 июля Верховный Главнокомандующий
отдал 3-му Прибалтийскому фронту директивы на предстоящую
операцию. А примерно через два дня после этого, при очередном на¬
шем докладе в Ставке, мы услышали от Сталина следующее: «Никто
ни разу не был у Масленникова. Командующий он молодой, штаб
там тоже молод, и, значит, опыта у них пока недостаточно. Надо бы
посмотреть на месте, как у них идут дела, помочь им спланировать и
подготовить операцию по овладению Псковом и Островом. Я ду¬
маю, пусть туда поедет Штеменко. Справитесь?» — повернулся Вер¬
ховный ко мне. «Постараюсь, товарищ Сталин». — «Возьмите с со¬
бой опытных артиллериста и авиатора. Танков у этого фронта мало,
танкист не потребуется». С минуту подумав, Сталин добавил: «Хо¬
рошо, если бы с вами поехали Яковлев и Ворожейкин». Так получил
я благословение на первую самостоятельную поездку в качестве
представителя Ставки. Хотя спешки не было, вылетели мы к месту
475
назначения уже на другой день. Верховный любил, чтобы его указа-
10 июля Сталин направил письмо командующему 2-м Прибал¬
тийским фронтом генералу армии А. И. Еременко, в котором обра¬
щал внимание на необходимость устранения ряда ошибок в его бое¬
вом приказе от 6 июля: «1) 22-я армия вместо свертывания обороны
к своему левому флангу и взаимодействия с 4-й ударной армией на¬
носит изолированный удар на Освея; б) артиллерийские дивизии не
используются на одном участке прорыва, как это Вам было указано
Ставкой; в) задачи, поставленные войскам в первый день операции,
не реальны, пехота должна в первый же день пройти от 50 до 80 км,
что невыполнимо». Затем следовали новые задачи для 22-й армии:
нанести удар в общем направлении на Клястицы, Кохановичи, раз¬
рушить оборону противника в районе озера Нещердо и содейство¬
вать продвижению 4-й ударной армии. Обе артиллерийские диви¬
зии должны были использоваться на участке прорыва 10-й гвардей¬
ской и 3-й ударной армий».
Ошибки, указанные в приказе, исправлялись на ходу, так как
10 июля войска 2-го Прибалтийского фронта уже перешли в наступ¬
ление. 27 июля войска этого фронта взяли город Резекне и во взаи¬
модействии с войсками 1-го Прибалтийского фронта освободили
Даугавпилс.
18 июля все основные войска 3-го Прибалтийского фронта пе¬
решли в наступление. 19 июля они прорвали оборону противника и
за два дня наступательных боев продвинулись на 40 километров.
21 июля 67-я и 1-я ударная армии фронта взяли Остров, являвшийся
наиболее сильным опорным пунктом немцев на пути к центральным
районам Прибалтики. 23 июля войска 3-го Прибалтийского фронта
взяли древний русский город Псков.
Далее командование фронта собиралось нанести главный удар
на Выру. Однако Сталин, рассмотрев предложения фронта, опреде¬
лил, что главный удар следует развивать в направлении Алуксне,
Валга. Как отмечал Штеменко, это было «значительно западнее на¬
меченного нами. Таким образом, наша ударная группировка выво¬
дилась прямо на крупнейший в Прибалтике узел коммуникаций —
Валгу и должна была отрезать от Риги все силы противника в Эсто¬
нии и северной части Латвии... Наш удар на Валгу быстро сказался
на положении правого соседа. Войска Ленинградского фронта ус¬
пешно прорвали сильно укрепленную оборону немцев на нарвском
направлении и, применив обходной маневр в сочетании с фронталь¬
ной атакой, овладели городом и крепостью Нарва».
476
Сталин активно участвовал в разработке плана наступательной
операции и следил за подготовкой к наступлению. Накануне насту¬
пления 10 сентября он направил командующему Ленинградского
фронта Говорову указание: «Ставка считает неосновательным Ваш
доклад как о резком ухудшении обстановки в районе Тарту, так и о
нарушении в связи с этим плана предстоящей операции. Противник
имеет на всем фронте от Чудского озера до озера Выртс-ярве всего
2 пехотные дивизии, 8—9 отдельных потрепанных полков и боевых
групп и 50—60 танков... Силы Ленинградского фронта в районе
Тарту, не считая 3 слабых дивизий, указанных Вами, составляют
11 стрелковых дивизий, и, кроме того, Вы можете воспользоваться
на этом направлении еще 3 дивизиями, перебрасываемыми с Карель¬
ского перешейка... Ставка приказывает: 1) Прекратить ненужную
переписку и заняться подготовкой войск к предстоящей операции».
Далее, по словам Василевского, «давались советы о порядке дейст¬
вий». Для координации действий трех Прибалтийских фронтов и
3-го Белорусского фронта Сталин направил туда Василевского.
14 сентября началось наступление войск трех Прибалтийских
фронтов. 17 сентября началось наступление войск Ленинградского
фронта, которые 22 сентября освободили Таллин. 24 сентября был
взят город и порт Хаапсалу. 26 сентября все западное побережье Эс¬
тонии оказалась в руках советских войск.
В то же время попытки войск Прибалтийских фронтов взять бы¬
стро Ригу не увенчались успехом. Штеменко писал: «Оценивая по¬
ложение дел в целом, Ставка признала, что операция под Ригой раз¬
вивается неудовлетворительно, и решила с целью коренного изме¬
нения обстановки переместить главные усилия на левый фланг 1-го
Прибалтийского фронта в район Шяуляя. Там намечалось создать
сильную ударную группировку и повести наступление на Мемель
(ныне Клайпеда. — Прим. авт.)».
Штеменко подчеркивал: «К Мемельской операции И. В. Сталин
проявил повышенное внимание. Он лично вел переговоры с
А. М. Василевским по всем вопросам, связанным с нею: определял
состав потребных сил, порядок перегруппировок, заботился о скрыт¬
ности маневра. Существовали сомнения в отношении ее внезапно¬
сти. Однако, взвесив все данные, какими располагал Генеральный
штаб, Ставка сочла момент вполне благоприятным... Мемельская
операция имела своей целью прорвать оборону противника к западу
и юго-западу от Шяуляя, разгромить 3-ю танковую армию и, выйдя
к Балтийскому морю на участке Паланга, Мемель, устье реки Не¬
ман, тем самым отрезать немецко-фашистским войскам пути отсту¬
пления из Прибалтики в Восточную Пруссию».
477
5 октября Мемельская операция началась наступлением войск
1-го Прибалтийского фронта, которые вскоре прорвались к морю
южнее и севернее Мемеля. Василевский констатировал: «Группа ар¬
мий «Север» вторично, и на этот раз окончательно, была отрезана от
Германии». Тем временем войска Ленинградского фронта во взаи¬
модействии с Балтийским флотом освободили острова Муху и Хий-
ума (Даго) и высадили десант на острове Сааремаа (Эзель).
После тяжелых боев 13 октября войска 2-го и 3-го Прибал¬
тийских фронтов взяли правобережную часть Риги. Освобождение
левобережной части столицы Латвии продолжилось до 15 октября.
Василевский писал: «Избежавшие разгрома 38 вражеских диви¬
зий оказались в «курземской изоляции», прижатые к морю в районе
от реки Барта до Тукумса, и еще 3 дивизии — в Мемеле». Однако бы¬
стро уничтожить эту группу не удалось. В ходе предпринятого 16 ок¬
тября наступления войск Прибалтийских фронтов ими был взят го¬
род Кемери, но на оборонительном рубеже противника они были
остановлены. В «ИВОВ» отмечалось: «Хотя советское Верховное
Главнокомандование и было заинтересовано в скорейшей ликвида¬
ции курляндской группировки, однако оно не могло выделить для
этой цели дополнительные силы, особенно средства усиления, по¬
скольку советским войскам предстояло решать более важные стра¬
тегические задачи по разгрому немецко-фашистских войск в Вос¬
точной Пруссии и Западной Польше. В связи с этим затянулась и
борьб^за Мемель, который был освобожден лишь в январе 1945 го¬
да. Курляндская группировка противника осталась блокированной
на полуострове до конца войны и капитулировала в мае 1945 года».
Характеризуя значение «восьмого удара», Сталин подчеркивал
6 ноября 1944 года, что в результате него «Красная Армия разбила
немецкие войска под Таллином и Ригой и изгнала их из Прибалти¬
ки... Более 30 немецких дивизий оказались отрезанными от Пруссии
и зажатыми в клещи между Тукумсом и Либавой, где они теперь до¬
колачиваются нашими войсками».
Поражения Германии вызвали быстрый развал гитлеровской
коалиции. На стороне Германии оставалась лишь одна Венгрия, а
также марионеточные режимы Словакии, Сербии и Хорватии. Осе¬
нью наши войска подошли вплотную к границам Венгрии и Слова¬
кии. К этому времени в Москву пришли сведения о подготовке вос¬
стания в Словакии. Руководители подпольного Словацкого нацио¬
нального совета во главе с министром обороны Словакии генералом
Чатлошем утверждали, что после начала восстания «существует воз¬
можность внезапного проникновения войск Красной Армии в Вос¬
точную Словакию без малейшего сопротивления и при этом так да¬
471
леко, насколько это будет возможно в течение одной ночи, прежде
чем узнает немецкое и мадьярское командование». Такую же точку
зрения разделяло и эмигрантское правительство Чехословакии Бе¬
неша, с которым еще 12 декабря 1943 года в Кремле в присутствии
Сталина был подписан советско-чехословацкий договор о дружбе,
взаимной помощи и послевоенном сотрудничестве.
Анализ плана Чатлоша, проведенный работниками Генштаба,
убедил их в его рискованности. Штеменко писал: «До карпатских
перевалов было 50—60 км, и других способов по-настоящему помочь
словакам, кроме как разгромить противника, прорвав его прочные
оборонительные позиции, пока не имелось». Тем временем Гитлер,
узнав о подготовке восстания в Словакии, решил оккупировать ее.
В это время правительство Бенеша 30 августа призвало народ Слова¬
кии к восстанию. Чехословацкая военная миссия объявила, что вос¬
ставшие словацкие дивизии удерживают в своих руках карпатские
перевалы.
Штеменко вспоминал: «Узнав об этом, Верховный Главноко¬
мандующий приказал Генштабу оказать помощь повстанцам и от¬
дать войскам распоряжение о проведении наступательной опера¬
ции. «Подготовьте директиву товарищу Коневу, — сказал он. — Его
фронт достиг больших успехов под Сандомиром и закрепил свое по¬
ложение. И опыт наступления он имеет немалый. А Петрову (ко¬
мандующему 4-м Украинским фронтом. — Прим. авт.) нужно пока
подождать и осмотреться».
Однако на следующий день пришли сообщения, что немцы ов¬
ладели штабом словацких войск и перевалы находятся в их руках.
Восставшие же оказались отрезаны в Средней Словакии, до которой
советским войскам было невозможно добраться быстро.
По словам Штеменко, 2 сентября на заседании ГКО и Политбю¬
ро «состоялся короткий обмен мнениями о помощи Словацкому на¬
циональному восстанию... Верховный Главнокомандующий... при¬
казал Генштабу организовать снабжение повстанцев вооружением и
боеприпасами и подготовить директиву 1 - му Украинскому фронту о
проведении наступательной операции в Карпатах с учетом сообра¬
жений И. С. Конева». В своих мемуарах И. С. Конев писал: «Про¬
диктованная политическими соображениями, предпринятая во имя
поддержки национального антифашистского восстания словацкого
народа, эта операция обошлась нам очень дорого, хотя и многому
научила».
Наступление, в котором принял участие сформированный на
советской территории чехословацкий корпус генерала Свободы, на¬
чалось на рассвете 8 сентября. Штеменко писал: «Хотя дождь, раз¬
470
мытые дороги и плохая видимость сделали свое дело, все-таки со¬
ветские войска успешно двинулись вперед и нанесли сильный удар
противнику на подступах к главному хребту Восточных Карпат. Но
и противник действовал умело и решительно».
Штеменко писал: «Весь октябрь 1944 года бои в Карпатах не«ути-
хали ни днем ни ночью. Пока советские войска и корпус Свободы
ломали германскую оборону, советское командование уделяло не
меньшее внимание снабжению восставшей Словакии оружием, бое¬
припасами, снаряжением, медикаментами... Восстание словацкого
народа продолжалось до глубокой осени 1944 года... Однако дни вос¬
стания уже были сочтены». Советские войска так и не смогли про¬
биться к словацким повстанцам.
В дни, когда войска 1-го и 4-го Украинских фронтов шли на¬
встречу восставшим словакам, войска 2-го Украинского фронта и
румынские войска завершали освобождение Румынии. Немецкие
и венгерские войска продолжали оказывать им упорное сопротивле¬
ние.
В течение с 6 по 15 сентября войска 2-го Украинского фронта,
преодолев упорное сопротивление противника, продвинулись на
различных участках вперед от 30 до 250 километров. «Однако, — как
отмечалось в «ИВОВ», — противнику за это время удалось после по¬
стигшей его катастрофы под Кишиневом и Яссами вновь создать
сплошной фронт обороны против войск 2-го Украинского фронта...
Войскам 2-го Украинского фронта противостояло 27 немецких и
венгерских дивизий и бригад, в том числе 6 танковых и моторизо¬
ванных дивизий. 15 сентября... враг усилил сопротивление на пра¬
вом крыле и в центре 2-го Украинского фронта, а на левом крыле пе¬
решел в наступление с целью не допустить выхода наших войск на
Средне-Дунайскую низменность».
В это время Сталин направил Малиновскому директиву, в кото¬
рой перед фронтом ставились новые задачи: нанести главный удар в
общем направлении на Клуж — Дебрецен — Мишкольц, завершить
освобождение Румынии, выйти на довоенную румыно-венгерскую
границу, пересечь ее, подойти к Тиссе на участке Чоп — Сольнок
и помочь 4-му Украинскому фронту преодолеть Карпаты и овладеть
районом Ужгорода.
Хотя 53-я армия взяла 21 сентября город Арад и 24 сентября вы¬
шла на румыно-венгерскую границу, в «ИВОВ» признавалось, что
«задачи, поставленные фронту, не были полностью выполнены...
Создавшаяся к исходу 24 сентября обстановка характеризовалась
очень упорным сопротивлением противника войскам правого кры¬
ла и центра 2-го Украинского фронта. Чтобы приостановить наступ¬
ление фронта, вражеское командование перебросило в сентябре в
полосу его действия 20 дивизий, в том числе 4 танковые и 1 мотори¬
зованную, и 2 танковые бригады» Украинского фронта.
В этих условиях командование фронта с разрешения Сталина
изменило направление главного удара, перегруппировав силы фрон¬
та с правого крыла в район города Арад. 12 октября 27-я армия взяла
Клуж. 25 октября 40-я и 4-я румынские армии освободили пригра¬
ничные города Сату-Маре и Карей и вступили в северо-восточную
часть Венгрии. Освобождение территории Румынии завершилось.
В это время успешно развертывались боевые действия 3-го Ук¬
раинского фронта в Югославии. Вступление наших войск в Болга¬
рию и Румынию позволило Красной Армии оказать помощь народам
Югославии в их борьбе за освобождение от германской оккупации.
Традиционные дружеские отношения России с южными славянами
подкреплялись идейно-политическими узами, объединявшими
правительство СССР и коммунистов. Компартия Югославии (КПЮ)
во главе с Иосипом Броз Тито подняла антифашистское восстание в
Сербии 7 июля 1941 года, которое вскоре распространилось на всю
Югославию. Еще в своем первомайском приказе 1942 года Сталин
отмечал: «Вся Югославия и занятые немцами советские районы ох¬
вачены огнем партизанской войны».
Как только советские войска в достаточной степени продвину¬
лись на запад, моральная и политическая помощь югославским пар¬
тизанам была дополнена материальной поддержкой. Постановле¬
нием Государственного Комитета Обороны от 8 мая 1944 года была
создана специальная авиационная база в районе Винницы для снаб¬
жения югославских партизан с воздуха вооружениями, боеприпа¬
сами, средствами связи, обмундированием и медикаментами. 25 мая
советские летчики сумели в трудных условиях вывезти Тито и других
югославских руководителей из района, на который наступали не¬
мецкие войска. После соответствующей договоренности с союзни¬
ками постановлением ГКО от 17 июня 1944 года была создана совет¬
ская авиабаза в Бари (Италия), с которой также совершались само¬
лето-вылеты для снабжения партизанских районов, переправки
солдат и офицеров и эвакуации раненых бойцов.
Осенью 1944 года сложились условия для значительно более ак¬
тивной помощи Красной Армии Народно-освободительной армии
Югославии. 20 сентября 1944 года Сталин отдал приказ командую¬
щему 3-го Украинского фронта маршалу Толбухину выдвинуться из
района Видина для ведения боевых действий на территории Юго¬
славии. 28 сентября соединения 57-й армии Н. А. Гагена вступили
на югославскую землю.
411
18-3374
С 28 сентября по 10 октября войска 3-го Украинского фронта
прорвали оборону противника и разгромили основные силы врага
в полосе наступления. 14 октября советские и югославские войска
вышли на окраину Белграда, а к исходу 15 октября большая часть
столицы Югославии была освобождена.
С 16 по 20 октября бои в Белграде и юго-восточнее столицы про¬
должались. В ходе них была окружена и разгромлена группировка
вражеских войск, насчитывавшая более 20 полков и отдельных ба¬
тальонов. Разгром немецких войск в восточной части Сербии позво¬
лил нашим войскам вместе с югославскими и болгарскими союзни¬
ками приблизиться к границам Венгрии.
6 октября началась Дебреценская наступательная операция, в
осуществлении которой принимали участие войска 2-го и 4-го Ук¬
раинских фронтов. В оперативном подчинении командованию 2-го
Украинского фронта находились 22 румынские дивизии, входившие
в состав 1-й и 4-й румынских армий. План операции предусматри¬
вал разгром главных сил группы армий «Юг» и занятие восточных
районов Венгрии. В первый же день наступления соединения 53-й
армии и конно-механизированной группы генерал-лейтентанта
Плиева прорвали оборону противника и на третий день продвину¬
лись на глубину 80—100 километров.
По мере того как боевые действия переместились на венгерскую
землю, правящие круги Венгрии стали искать путей для выхода из
войны. 1 октября для ведения переговоров о перемирии в Москву
прибыли венгерский генерал Габор Фараго и другие официальные
лица. Фараго имел полномочия подписать перемирие лишь в том
случае, если в оккупации Венгрии примут участие Англия и США
наряду с СССР.
В конечном счете Фараго и сопровождавшие его лица приняли
советские условия перемирия, но попросили, чтобы советские вой¬
ска остановили наступление на Будапешт. Штеменко писал: «Наше
правительство согласилось выполнить просьбу венгров... Однако
венгерские войска по-прежнему продолжали сопротивление, отхо¬
да их с позиций в тыл не наблюдалось».
Тогда 14 октября Сталин продиктовал текст представления гене¬
ралу Фараго, в котором говорилось, что «венгерское правительство,
по-видимому, стало на путь невыполнения принятых на себя пред¬
варительных условий перемирия. В связи с этим, — указывалось в
представлении, — Верховное Главнокомандование советских войск
требует от венгерского правительства в течение 48 часов с момента
получения настоящего представления выполнить взятые на себя обя¬
зательства по предварительным условиям перемирия». Сталин тре¬
бовал отвода венгерских войск с территории Румынии, Югославии и
Чехословакии, разрыва с Германией и начала активных действий
против германских войск.
На следующий день регент Венгрии Миклош Хорти обратился к
венгерскому народу по радио. В своем выступлении он заявил, что
Венгрия может превратиться в арену арьергардных боев Германии, и
сообщил, что предварительное соглашение о перемирии заключено.
Однако на следующий день в стране произошел государственный
переворот. Хорти был арестован, а регентом Венгрии стал руководи¬
тель фашистской партии «Скрещенные стрелы» Салаши.
В разгар этого политического кризиса с 13 по 20 октября в рай¬
оне между городами Орадя и Дебрецен развернулись ожесточенные
бои. Противник пытался остановить продвижение советских войск,
чтобы обеспечить отход 8-й немецкой, 1-й и 2-й венгерских армий.
Преодолев сопротивление противника, советские войска 20 октября
овладели городом Дебрецен, третьим по величине городом Венгрии.
29 октября началось осуществление Будапештской операции.
В это время основные части противника находились в районе Ньи-
редьхазы и Мишкольца и путь к венгерской столице был, казалось,
открыт. Однако вскоре немцы и венгры стали перебрасывать свои
войска к Будапешту. Кроме того, в районе Будапешта оборонитель¬
ные рубежи были подготовлены особенно тщательно. Немцы пере¬
бросили на защиту города танковый корпус и сорвали попытку на¬
ших войск взять Будапешт с ходу. Тогда Сталин указал, что атака на
Будапешт силами двух механизированных корпусов с незначитель¬
ным количеством пехоты лишь приведет к неоправданным потерям.
Сталин дал указание вывести 7-ю гвардейскую, 53-ю, 27-ю и 40-ю
армии на западный берег Тиссы и разгромить будапештскую груп¬
пировку противника ударами с севера и северо-востока.
Однако противник наносил мощные контрудары по наступав¬
шим войскам 2-го Украинского фронта. В результате будапештская
группа войск этого фронта, включавшая и 7-й румынский армей¬
ский корпус, не выполнила задачу, поставленную Сталиным, — за¬
нять восточную часть Будапешта. 26 декабря эти войска продвину¬
лись к Будапешту на 4—12 километров. В тот же день войска 3-го
Украинского фронта овладели городом Эстергом и тем самым за¬
вершили окружение будапештской группировки противника. В тот
же день войска 2-го Украинского фронта развернули бои на улицах
Буды. Однако разгром войск противника в Будапеште и освобожде¬
ние Венгрии были завершены лишь в 1945 году.
В своем докладе 6 ноября Сталин так оценивал значение про¬
должавшегося «девятого удара»: «В октябре этого года начался девя¬
413
18*
тый удар наших войск между Тиссой и Дунаем в районе Венгрии,
имеющий целью вывести Венгрию из войны и повернуть ее против
Германии. В результате этого удара, который еще не завершен: а)
наши войска оказали прямую помощь союзной нам Югославии в де¬
ле изгнания немцев и освобождения Белграда; б) наши войска полу¬
чили возможность перейти через Карпатский хребет и протянуть ру¬
ку помощи союзной нам Чехословацкой республике, часть которой
уже освобождена от немецких захватчиков».
Пока в Венгрии шли тяжелые бои, развернулось наступление
наших войск на самом северном участке советско-германского фрон¬
та в Заполярье. Выход Финляндии из войны сопровождался отходом
немецких войск на север этой страны. Однако с финской террито¬
рии по 66-й параллели немцы не стали уходить. Командующий Ка¬
рельским фронтом генерал армии К. А. Мерецков обратился в Ставку
к Сталину с предложением окружить и разбить отступавший на се¬
вер 36-й немецкий армейский корпус. Однако, по его словам, он по¬
лучил ответ: «сохранить силы для решения первоочередной задачи в
Заполярье: освободить Печенгскую область. Крайний Север имеет
для Германии огромное значение. Там находятся разработки никеля
и расположены важные военно-морские и авиационные базы, где
сосредоточены подводные лодки и самолеты для действий на наших
морских сообщениях. Немцы оттуда не собираются уходить. Их при¬
дется выдворять силой. Погоня же за 36-м корпусом потребует рас¬
хода резервов, без которых начать операцию на мурманском направ¬
лении будет невозможно».
Кроме этого, был, как указывал Мерецков, и «политический ас¬
пект проблемы, о котором Ставка не могла либо не считала нужным
сообщать в войска... В сложившихся условиях пребывание немец¬
ких войск на территории Финляндии было для последней весьма
опасным. Боясь, что Советское правительство укажет Финляндии
на несоблюдение ею пунктов соглашения и возможных от этого по¬
следствий, Хельсинки были вынуждены силой выдворять немцев...
В конце сентября финны попытались выдворить немцев из примор¬
ских городов Кеми и Торнио, и в течение первой недели октября им
удалось это сделать, после чего они предприняли наступление на го¬
род Рованиеми... Спалив дотла Рованиеми, оккупанты начали от¬
ступать на Петсамо (Печенга), все разрушая за собой. Это возбудило
в местном населении ненависть. Обманутые ранее официальной
пропагандой, многие финны поняли теперь смысл происходивше¬
го. У них открылись глаза, и они стали помогать своим войскам из¬
гонять немцев. К концу октября войскам Финляндии удалось рас¬
членить немецкие полки надвое. Одна их часть отошла на северо-за¬
пад, где удерживала район Кильписярви возде норвежской границы.
Другая заняла позиции у озера Инари, прикрывая дорогу на Петсамо».
Тем временем советские войска вышли на довоенную границу с
Финляндией. Мерецков подчеркивал: «Опираясь на оборонитель¬
ный вал, немцы надеялись не допустить советские войска к Норве¬
гии^ сохранить базу на Баренцевом море. Всего петсамо-киркинес-
ская группировка противника насчитывала 53 тысячи солдат, 770
орудий и минометов, 160 самолетов и 200 кораблей».
Командование Карельского фронта разработало план операции,
предусматривавший нанесение главного удара на узком участке
фронта к югу от озера Чапр на Петсамо. План был представлен Ста¬
лину в Ставку. Сталин в основном согласился с предложенным пла¬
ном, но внес ряд поправок. По словам Штеменко, «предусмотренный
К. А. Мерецковым маневр на Титовку был сложен». Поправки же
Сталина касались «прежде всего взаимодействия 14-й армии с Север¬
ным флотом». Сталин приказал организовать наступление морской
пехоты с полуострова Средний в тыл обороны немцев по реке Ти¬
товка. Как указывал Штеменко, «при наступлении моряков Север¬
ного флота с полуострова Средний» в маневре сухопутных войск на
реке Титовка «вообще отпадала всякая необходимость». Сталин ука¬
зал: «Не распылять сил для действий на северо-восток вдоль р. Ти¬
товка». Он одновременно потребовал направить главные усилия на
овладение Петсамо.
7 октября началось наступление. 12 октября войска Карельского
фронта вышли на подступы к Петсамо, а 15 октября они вместе с
частями Северного флота овладели городом Петсамо.
Разбитые немецкие войска отступали в сторону Норвегии. Ме¬
рецков писал: «Узнав о выходе наших войск на норвежскую грани¬
цу, я тотчас доложил об этом И. В. Сталину и попросил разрешения
на переход ее. Одновременно изложил соображения командования
фронта по овладению Киркенесом — главной морской и воздушной
базой фашистов в данном районе... Ответ Верховного Главнокоман¬
дующего на заданный вопрос оказался весьма кратким: «Это было бы
хорошо!» Так началась операция в Норвегии. Это была к тому вре¬
мени седьмая страна, которой Красная Армия несла освобождение
от гитлеровского ига».
25 октября советские войска вошли в Киркенес. В честь взятия
Киркенеса войсками Карельского фронта в Москве был салют. Ме¬
рецков подчеркивает, что этот город был одним из полутора десятков
городов Норвегии, освобожденных Красной Армией.
На заседании Военного совета Карельского фронта было приня¬
то решение прекратить дальнейшее продвижение в связи с заверше¬
485
нием операции. В ночь на 29 октября Мерецков позвонил в Ставку,
доложив о решении Военного совета фронта. «Хорошо, — ответил
мне подошедший к телефону И. В. Сталин, — мы обсудим ваше
предложение. Вы же разберитесь во всем основательно, подумайте о
возможных деталях еще раз и вечером доложите окончательно».
Мерецков прилетел в Мурманск, а вскоре ему позвонил Сталин.
«Мы согласны с решением Карельского фронта, — сказал он. —
Дальше в глубь норвежской территории не продвигаться! До получе¬
ния указаний об использовании войск фронта надежно прикройте
основные направления на достигнутых рубежах и создайте сильные
резервы, а сами выезжайте в Ставку».
Через неделю в своем докладе 6 ноября 1944 года Сталин завер¬
шил перечень «десяти ударов Красной Армии» словами: «В конце
октября этого года был осуществлен удар по немецким войскам в се¬
верной Финляндии, когда немецкие войска были вышиблены из
района Печенга и наши войска, преследуя немцев, вступили в пре¬
делы союзной нам Норвегии».
В своем докладе от 6 ноября и приказе от 7 ноября 1944 года
Сталин подвел итоги боевых действий за истекший год со времени
26-й годовщины Октябрьской революции. Сталин подчеркивал, что
в то время, как первые два года войны «были годами наступления
немецких войск и продвижения их в глубь нашей страны, когда
Красная Армия была вынуждена вести оборонительные бои, а третий
год войны был годом коренного перелома на нашем фронте, когда
Красная Армия развернула мощные наступательные бои, разбила
немцев в ряде решающих боев, очистила от немецких войск две тре¬
ти Советской земли и заставила их перейти к обороне, причем Крас¬
ная Армия все еще продолжала вести войну с немецкими войсками
один на один, без серьезной поддержки со стороны союзников, то
четвертый год войны оказался годом решающих побед советских ар¬
мий и армий наших союзников над немецкими войсками, когда
немцы, вынужденные на этот раз вести войну на два фронта, оказа¬
лись отброшенными к границе Германии».
Сталин не сомневался, что Советский Союз сыграет решающую
роль в победе над врагами человечества. В своем докладе 6 ноября
1944 года он говорил: «Теперь, когда Отечественная война идет к по¬
бедоносному концу, во всем величии встает историческая роль со¬
ветского народа. Ныне все признают, что советский народ своей са¬
моотверженной борьбой спас цивилизацию Европы от фашистских
погромщиков. В этом великая заслуга советского народа перед исто¬
рией человечества». Он провозглашал: «Теперь за Красной Армией
остается ее последняя заключительная миссия: довершить вместе с
армиями наши^союзников дело разгрома немецко-фашистской ар¬
мии, добить фашистского зверя в его собственном логове и водру¬
зить над Берлином знамя победы. Есть основания рассчитывать, что
эта задача будет выполнена Красной Армией в недалеком будущем».
Глава 23
«ДОБИТЬ ФАШИСТСКОГО ЗВЕРЯ
В ЕГО СОБСТВЕННОМ ПОГОВЕ!»
Попытки гитлеровского руководства остановить наступление
Красной Армии были обречены. К началу 1945 года преимущество
Красной Армии над немецко-фашистскими войсками еще более
усилилось. В «ИВОВ» указывалось: «Учитывая лишь войска, нахо¬
дящиеся непосредственно на фронте, советские Вооруженные силы
к началу января 1945 года превосходили противостоящего против¬
ника по количеству личного состава в 2,1 раза, по орудиям и мино¬
метам — в 3,7 раза, по танкам и самоходно-артиллерийским установ¬
кам втрое и по боевым самолетам — в 7,3 раза. Однако это соотно¬
шение стало быстро изменяться, как только началось наступление
Красной Армии. Немецкое командование понимало, что в зимней
кампании 1945 года окончательно решается судьба фашистской
Германии, и бросило на Восточный фронт не только свои резервы,
но и часть дивизий с Западного фронта. Так, уже в январе было пе¬
реброшено И дивизий, из них 4 танковые 6-й танковой армии СС,
2 бригады и вновь сформированные 10 дивизий и 3 бригады».
Несмотря на то что германское командование ослабило Запад¬
ный фронт, на этом театре военных действий ему удалось добиться
немалых успехов. А ведь в начале сентября перед союзниками лежа¬
ла короткая дорога к Берлину, и, казалось, ничто уже не могло их ос¬
тановить на их победоносном пути. Как вспоминал американский
генерал Омар Брэдли, «к 1 сентября на Западном фронте осталась
жалкая горстка деморализованных солдат противника... Мы побед¬
но шествовали по дорогам Европы, исполненные оптимизма и ра¬
дужных надежд... Это чувство оптимизма охватило даже и штабы,
офицеры которых без устали учитывали транспортные средства и
вели разговоры относительно возможности попасть домой к Рожде¬
ству». О. Брэдли писал, что в 1944 году генерал Джордж Паттон, под¬
держав предложение о создании англо-американских клубов, сказал:
«Идея, положенная в основу организации таких клубов, как нельзя
487
своевременна, ибо, несомненно, нам предначертано судьбой пра¬
вить всем миром».
«Но известие о переходе германской границы, — писал О. Брэд-
ли, — не могло скрыть того факта, что наше наступление выдохлось.
Не успели наши войска перейти границу, как мы вынуждены были
остановиться... Наши танки застряли в стальных зубах линии Зиг¬
фрида... В течение последующих двух месяцев мы были вынуждены
топтаться на месте перед линией Зигфрида... Наш рывок к Рейну
оказался неудачным, и вместе с ним развеялась наша заветная мечта
на скорую капитуляцию Германии». Развеялась и мечта американ-
I**11» МП—uni.ll №1 in It*1»111111 1-- Г Г — -1» Н-Г-Itr I» , ,1 _ t J 1
ских генералов: в ближайшие недели объявить себя главными по5е-
дителями Германии, а заодно хозяевами планеты. ^ ~'™
К тому времени немецкие войска остановили продвижение со¬
юзников и в северной части Италии. За год с лишним боевых дейст¬
вий союзные войска так и не сумели занять Италию.
После долгих и упорных боев союзники взяли Ахен 23 октября.
С середины ноября союзники предприняли наступление, которое
ставило задачей лишь ослабить немецкую оборону. Типпельскирх
констатировал: «Даже при таких ограниченных целях ожидания со¬
юзных командующих не оправдались. Не подлежало сомнению, что
полностью разгромленная в августе немецкая оборона была вновь
восстановлена... На отдельных участках бои принимали позицион¬
ный характер. Американская пехота непрерывно несла значитель¬
ные потери, к тому же многие выбывали из строя по болезни... Что¬
бы обеспечить спокойные участки фронта и тем самым облегчить
положение ведущих тяжелые бои дивизий, из Соединенных Штатов
были переброшены многочисленные пехотные полки из состава
вновь сформированных дивизий... Разумеется, кризис, в котором
очутились армии союзников, был не столь уж серьезным, однако их
силы применительно к поставленной перед ними задаче оказались
напряженными до предела».
После принятых мер силы союзников на Западном фронте су¬
щественно превышали немецкие: по личному составу соотношение
I равнялось 2:1, по бронесилам — 4:1, по авиации — 6:1. И все же в
| этих условиях германская армия начала 16 декабря 1944 года наступ¬
ление на бельгийском плато Арденны. Объясняя мотивы немецких
действий, английский историк Честер Уилмонт утверждал: «Гер¬
манское наступление в Арденнах было военным по своей природе и
^ являлось ответом Гитлера на провал попыток союзников использо¬
вать свои возможности осенью. Но оно имело и политическую цель,
|ак как Гитлер стремился расколоть Великий Союз, заставить союз-
ников подписать компромиссный мир и не пустить русских в Герма¬
нию».
16 декабря 1944 года немецкие войска развернули наступление
в Арденнах. 1 января 1945 года немцы перешли в наступление в Эль¬
засе. Это наступление немцев Ч. Уилмонт назвал «Перл-Харбором
войны в Европе». Оборона союзников была прорвана, а американ¬
ские части в Бастони были окружены. Большое число американских
самолетов было уничтожено на земле. Было захвачено немало плен¬
ных.
Свидетельством неспособности союзников без помощи СССР
одолеть Германию стало обращение Черчилля к Сталину 6 января
1945 года. В связи с отступлением союзников в Арденнах под натис¬
ком немцев Черчилль попросил Сталина сообщить, «можем ли мы
рассчитывать на крупное русское наступление на фронте Вислы или
где-1йибудГв другом месте в течение января и в л!оВШ другие момен-
тьГГО которых Вы, возможно, пожелаете упомянуть». На следующий
день Сталин ответил: <Жы готовимся к наступлению, но погода сей¬
час не благоприятствует нашему наступлению. Однако, учитывая
положение наших союзников на Западном фронте, Ставка Верхов¬
ного Главнокомандования решила усиленным темпом закончить
подготовку и, не считаясь с погодой, открыть широкие наступатель-
0 • < щ
ные действия против немцев по всему центральному фронту не поз¬
же второй половины января. Можете не сомневаться, что мы сдела¬
ем все, что только возможно сделать для того, чтобы оказать содей-.
ствие нашим славным союзным войскам».
Еще в начале ноября 1944 года Сталин провел в Ставке совеща¬
ние, на котором был утвержден план военной кампании 1945 года.
Рассказывая о разработке этого плана, Штеменко писал: «В ходе
творческих исканий сначала зародилась, а затем окончательно от¬
кристаллизовалась общая идея наших действий. Было признано,
что Центральный участа&хамхш^^ является
решающим, ибо удар отсюд&ШМШД-*ШШ^
направлению к жизненным центрам Германии».
находилась и наиболее плотная группировка
войск противника. Чтобы создать более выгодные условия дяя на¬
шего наступления, признавалось необходимым растянуть централь-
н^Штсггтот^^^ этоШ^Ю^Шлж-
йШ^ШТГМЖСйТйаЛь^О й^тШизироватьс^ на фланга^^^тегического
фронта... Энергичное наступление под ьуЩШШтом и на Вену тре¬
бовалось соштгшыСраступл^ием на Кенигсберг. Мы отлично зна¬
ли, чтр в Восточной Пруссии #| ВенгрииЪротивник проявляет повы-
шенн^вд^^Чу!^^ нажиме он непременно
489
станет перемещать сюда свои резервы и войска с неатакованных
участков фронта. В итоге западное направление, где намечались ре¬
шающие события, серьезно ослабнет».
Штеменко вспоминал: «Ожидания оправдались. В результате
наступательных действий советских войск в ноябре — декабре 1944
года враг сосредоточил, по нашим подсчетам, в Восточной Пруссии
26 дивизий (из них 7 танковых) и в непосредственной близости к
столице Венгрии 55 дивизий (среди которых 9 танковых). Как потом
стало известно, Гитлер тогда считал, что в 1945 году Советская Ар¬
мия нанесет главный удар на берлинском направлении с востока,
а именно через Венгрию и Чехию. Туда и направлялись поэтому ос¬
новные силы вермахта. Немецкое главное командование и на сей
раз вынуждено было подчиниться нашей воле и на главном для нас
участке фронта оставило всего 49 дивизий, в том числе танковых
только 5».
Между тем именно на этом участке фронта Верховное Главноко¬
мандование готовило главный наступательный удар. Штеменко пи¬
сал: «Больше всего уделялось внимание 1-му Белорусскому фронту
(командующий маршал Г. К. Жуков. — Прим. авт.). Его войскам
предстояло наступать с магнушевского и пулавского плацдармов.
Прорыв должен был отличаться стремительностью. А между тем уже
само наличие плацдармов в какой-то мере раскрывало перед про¬
тивником направление наших ударов, и он, конечно, принимал со¬
ответствующие контрмеры... 27 ноября в Москву по вызову Ставки
прибыл Г. К. Жуков. На основании данных фронтовой разведки он
считал, что удар 1-го Белорусского фронта прямо на запад очень за¬
труднителен из-за наличия там многочисленных оборонительных
рубежей противника, занятых войсками. По мнению Жукова, ско¬
рее всего успех мог быть достигнут при действиях главных сил фрон¬
та на Лодзь с последующим выходом на Познань. Верховный Глав¬
нокомандующий с таким уточнением согласился».
Не менее трудными были и условия, в которых предстояло дейст¬
вовать 1-му Украинскому фронту (командующий маршал И. С. Ко¬
нев). Штеменко подчеркивал: «Ведь в Польше на этом пути лежал
Верхне-Силезский промышленный район с его массивными камен¬
ными постройками, приспособленными к обороне. А дальше про¬
стиралась немецкая Силезия, где условия для обороны были никак
не хуже. В перспективе рисовались затяжные бои, потеря темпа опе¬
рации и многочисленные неоправданные жертвы. Поэтому после
неоднократных обсуждений этого вопроса с маршалом И. С. Коне¬
вым Генштаб, а затем и Ставка остановились на варианте наступле¬
ния в обход Силезии с северо-запада и севера. Таким образом созда-
/.f SM* fv-*- 4*г«с ee^Mtf AnH^^yP'Wv**
nf>Cb+~v**(A&< i^^M-^rt ? <^ib4fi++ ***€-/>***• »>*..#«*..* ,i,*H -
;, tv<c^ €«*Ъ
валась неотвратимая угроза тылу противника, располагавшегося пе¬
ред 1-м Белорусским фронтом, чем существенно облегчалось про¬
движение наших войск на Познань. Кроме того, в этом случае могли
остаться невредимыми все промышленные объекты Силезии. На I
сохранность Силезского промышленного района Сталин обращал *
. Т г-п:;пд.-
особое внимание и специально говорил по этому вопросу q кощн-
ду1ЩйГ№Т*^
Вспоминая обсуждение в Ставке плана операции, И. С. Конев |
писал: «Я хорошо помню, как обстоятельно И. В. Сталин изучал этот !
план... Даже на карте масштабы Силезского района и его мощь вы- I
глядели внушительно. Сталин, как я прекрасно понял, подчеркивая
это обстоятельство, показал пальцем на карту, обвел этот район и
сказал: «Золото»... Не скрою, когда Сталин так веско, значительно
сказал: «Золото», я подумал, что следует еще более внимательно 1
и глубоко изучить все возможности не только освобождения, но и J
спасения Домбровско-Силезского района».
Войска правого фланга 4-го Украинского фронта (командую¬
щий генерал армии И. Е. Петров) должны были развернуть наступ¬
ление на Краков. Войска этого фронта в центре и на левом фланге
должны были продолжать наступление на территории Чехословакии.
Одновременно должно было начаться наступление 2-го и 3-го Бело¬
русских фронтов.
В 1-м Белорусском и 1-м Украинском фронтах имелось 163 ди¬
визии, 32 143 орудия и миномета, 6400 танков и самоходно-артилле¬
рийских установок, 4772 самолета, 2200 тысяч солдат и офицеров.
Как сказано в «ИВОВ», накануне наступления удалось создать зна¬
чительное превосходство над противником на варшавско-берлин-
ском направлении: в живой силе — в 5,5 раза, в орудиях и миноме¬
тах — в 7,8 раза, в танках — в 5,7 раза, в самолетах — в 17,6 раза.
Средняя оперативная плотность войск во всей полосе наступления
фронтов составляла одну стрелковую дивизию на 3,7 километра,
плотность артиллерии и танков достигала 64 орудий и минометов,
12 танков и самоходно-артиллерийских установок на километр
фронта. На участках же прорыва обороны превосходство противни¬
ка в живой силе было в 9 раз, в артиллерии — в 10 раз, в танках и са¬
моходно-артиллерийских установках — в 10 раз.
Штеменко подчеркивал, что «верные своим союзническим обя¬
зательствам, советские войска перешли в решительное наступление
12 января — на 8 дней раньше запланированного срока». Первым
начал январское наступление 1-й Украинский фронт. 13 января
справа от 1-го Белорусского фронта начали наступление войска 2-го
и 3-го Белорусских фронтов. А 14 января после 25-минутной артил-
491
лерийской подготовки начали наступление войска 1 -го Белорусско¬
го фронта.
Жуков писал: «17 января танковая армия П. С. Рыбалко и 5-я
гвардейская армия А. С. Жадова захватили город Ченстохов, а 59-я
и 60-я армии завязали бои на северных подступах к Кракову... 17 ян¬
варя 1 -й Белорусский фронт оказался на одной линии с 1 -м Украин¬
ским фронтом. В тот же день в Варшаву вступили части 1-й армии
Войска Польского. Вслед за ними вошли части 47-й и 61 -й армий со¬
ветских войск».
17 января Сталин поставил новые задачи двум фронтам: 1 -му Бе¬
лорусскому фронту — овладеть рубежом Быдгощ — Познань; 1-му
Украинскому фронту главными силами продолжать наступление на
Бреслау (Вроцлав) и не позднее 30 января выйти на Одер южнее
Лешно. Войска левого фланга этого фронта должны были 20—22 ян¬
варя освободить Краков.
Наступление войск двух фронтов продолжалось. Войсками 1-го
Белорусского фронта 19 января был взят Лодзь, а 23 января — Быд¬
гощ. 25 января начались бои за Познань. Цели, поставленные Стали¬
ным 17 января, были в основном выполнены.
22 января войска 1-го Украинского фронта вышли к Одеру
и форсировали его северо-западнее Оппельна. Чтобы выполнить
указание Сталина о сохранении в целостности предприятий Силез¬
ского промышленного района и избежать кровопролитных боев за
Силезию, Конев принял решение: «не окружать врага, оставить ему
свободный выход из Силезского бассейна и добить его потом, когда
он выйдет в поле... К 29 января весь Силезский промышленный бас¬
сейн был очищен от противника и захвачен неразрушенным. Мно¬
гие предприятия, когда мы ворвались туда, продолжали работать
и выпускать продукцию».
Жуков вспоминал: «Днем 25 января мне позвонил Верховный.
Выслушав мой доклад, он спросил, что мы намерены делать дальше.
«Противник деморализован и не способен сейчас оказать серьезное
сопротивление. Мы решили продолжать наступление с целью выхо¬
да войск фронта на Одер. Основное направление наступления — на
Кюстрин (Костшин), где попытаемся создать плацдарм. Правое кры¬
ло фронта развертывается в северном и северо-западном направле¬
ниях против восточнопомеранской группировки, которая не пред¬
ставляет пока серьезной опасности», — ответил я».
«С выходом на Одер вы оторветесь от фланга 2-го Белорусского
фронта больше чем на 150 километров, — сказал И. В. Сталин. —
Этого сейчас делать нельзя. Надо подождать, пока 2-й Белорусский
фронт закончит операцию в Восточной Пруссии и перегруппирует
свои силы за Вислу». «Сколько времени это займет?» — спросил Жу¬
ков. «Примерно дней десять. Учтите, — добавил И. В. Сталин, — 1-й
Украинский фронт сейчас не сможет продвигаться дальше и обес¬
печивать вас слева, так как занят некоторое время ликвидацией про¬
тивника в районе Оппельн (Ополе) — Катовице». — «Я прошу не ос¬
танавливать наступления войск фронта, так как потом нам будет
труднее преодолеть мезерицкий укрепленный рубеж. Для обеспече¬
ния нашего правого фланга достаточно усилить фронт еще одной
армией».
Жуков вспоминал: «Верховный обещал подумать, но ответа в тот
день мы не получили... После дополнительных переговоров Верхов¬
ный согласился с предложением командования фронта. Он обязал
нас хорошо подумать о своем правом фланге, но в выделении допол¬
нительных сил отказал. Беспокойство Ставки о прикрытии нашего
правого фланга было вполне обоснованным. Как показал последую¬
щий ход событий, угроза ударов со стороны Восточной Померании
непрерывно возрастала».
Видимо, после этих переговоров Жукова со Сталиным командо¬
вание 1-го Белорусского фронта разработало решение, о котором
писал Штеменко. В нем речь шла о «безостановочном, по существу,
наступлении вплоть до овладения немецкой столицей... Днем позже
поступило решение командующего 1-м Украинским фронтом. Он
тоже намеревался действовать без заметной паузы. Наступление на¬
мечалось продолжить 5—6 февраля, а правым крылом во взаимодей¬
ствии с 1-м Белорусским фронтом овладеть Берлином».
В ходе развернутого наступления войска 1-го Белорусского
фронта окружили немецкую группировку в Познани численностью
около 60 тысяч человек. Ее ликвидация продолжалась до 23 февраля.
1—4 февраля войска фронта вышли на Одер и захватили плацдарм в
районе Кюстрина. Жуков писал: «Появление советских войск в
70 километрах от Берлина было ошеломляющей неожиданностью
для немцев. В момент, когда отряд ворвался в город Кинитц, на его
улицах спокойно разгуливали немецкие солдаты, в ресторанах было
полно офицеров. Поезда по линии Кинитц — Берлин курсировали
по графику, нормально действовала связь».
Отсюда Жуков намеревался наступать на Берлин. К югу от его
фронта заняли по Одеру войска фронта Конева. Однако, как отме¬
чал Штеменко, «на этом рубеже советские войска были остановле¬
ны... Вперед выдвинулся 1-й Белорусский фронт, рвавшийся на Бер¬
лин, но неспособный в данный момент овладеть им. На берлинском
направлении он имел фактически только четыре общевойсковые
и две танковые армии в ослабленном состоянии. Помимо больших
493
боевых потерь, две из них... вынуждены были оставить часть сил для
борьбы с окруженным гарнизоном Познани и одна... наряду с насту¬
плением на Берлин продолжала осаду Кюстрина. Остальное обще¬
войсковые армии маршалу Жукову пришлось повертывать на север
в направлении Восточной Померании, где противник накапливал
значительные силы и оказывал ожесточенное сопротивление на¬
шим войскам по мере их продвижения через Польшу. Постепенно у
1-го Белорусского фронта образовался растянутый на сотни кило¬
метров фланг... Растянутость фланга не давала возможности создать
дос!аточно мощную ударную группировку на главном направлении,
а нарастающее сопротивление противника таило угрозу прорыва его
к нам в тыл. Угроза эта становилась еще более реальной потому, что
между 1-ми 2-м Белорусскими фронтами существовал громадный и
почти ничем не обеспеченный разрыв».
Кроме того, после напряженных трехнедельных боев войска по¬
несли немалые потери в живой силе и технике. Штеменко отмечал
также: «Чрезвычайно трудно было с материальным обеспечением.
Снаряды и патроны подвозились со складов, располагавшихся еще
восточнее Вислы». Командующий 8-й гвардейской армии В. И. Чуй¬
ков докладывал Г. К. Жукову: «Обеспеченность боеприпасами в ар¬
мии в среднем 0,3—0,5 боекомплекта... 43-я пушечная бригада даль¬
ше двигаться не может. Трактора рассыпались. Ремонт производить
невозможно, запасных частей нет». Штеменко констатировал: «Раз¬
витие событий не позволило нам провести наступление на Берлин
в задуманные сроки».
Подводя итог Висло-Одерской операции, Конев писал: «За двад¬
цать три дня наступления войска 1-го Белорусского и 1-го Украин¬
ского фронтов при активном содействии войск 2-го Белорусского и
4-го Украинского фронтов продвинулись на глубину до шестисот
километров, расширили прорыв до тысячи километров и с ходу фор¬
сировали Одер, захватив на нем ряд плацдармов». По оценке Конева,
только войсками 1-го Украинского фронта «за время операции было
взято сорок три тысячи пленных и уничтожено... больше ста пятиде¬
сяти тысяч солдат и офицеров. Среди захваченных трофеев насчи¬
тывалось более пяти тысяч орудий и минометов, более трехсот тан¬
ков, более двухсот самолетов и очень большое количество всякого
иного вооружения и боевой техники».
Конев также отмечал: «Если взять операцию в целом и сравнить
понесенные нами потери с достигнутыми успехами, то надо смело
сказать, что победа досталась нам меньшей кровью, чем в некоторых
других более ранних операциях. Это определялось и нашей возрос¬
шей технической мощью, и нашим более зрелым военным мастерст¬
вом».
404
Помимо разгрома противника в ходе Висло-Одерской операции,
успешно действовали наши войска и в Восточной Пруссии. В осу¬
ществлении восточнопрусской операции приняли участие войска 2-
го Белорусского фронта (командующий маршал К. К. Рокоссов¬
ский) и 3-го Белорусского фронта (командующий генерал армии
И. Д. Черняховский).
Рокоссовский вспоминал: «Задачу ставил лично Верховный
Главнокомандующий. Нам предстояло наступать на северо-запад.
Сталин предупредил, чтобы мы не обращали внимания на восточно¬
прусскую группировку противника: ее разгром возлагается всецело
на 3-й Белорусский фронт. Даже не упоминалось о взаимодействии
между нами и нашим правым соседом. (Впоследствии, как известно,
жизнь внесла поправку, и нам пришлось большую часть войск по¬
вернуть на север.) Особо предупреждалось о самом тесном взаимо¬
действии с 1-м Белорусским фронтом. Мне запомнилась даже такая
деталь: когда Сталин рассматривал нашу карту, он собственноручно
красным карандашом вывел стрелу, направленную во фланг про¬
тивника. И тут же пояснил: «Так вы поможете Жукову, если замед¬
лится наступление войск 1-го Белорусского фронта». В последую¬
щей беседе со мной Сталин еще раз подчеркнул , что наздащю^ьд не
на второстепенное, аS шшеК направленйе, и высказал пред-
пблбжёни^’что именно трем фронтам — l-му и 2-уи
Предстоит закончить воину на западе»:
наступления войска 2-го Белорусского
фронта отсекали восточнопрусскую группировку от основных сил в
Германии. Наиболее успешно развивалось наступление в обход Лет-
ценского укрепленного района и Мазурских озер с юга. 4-я армия
генерала Хосбаха быстро отступала. 21 января Сталин приказал 2-му
Белорусскому фронту продолжать наступление и не позднее 2—4
февраля овладеть рубежом Эльбинг — Мариенбург — нижнее тече¬
ние Вислы до Торуни. К 23 января войска 2-го Белорусского фронта
полностью прорвали оборонительные полосы Алленштейнского ук¬
репленного района и устремились к Эльбингу.
Продолжалось и наступление 3-го Белорусского фронта. 19 янва¬
ря приказом Сталина 43-я армия 1-го Прибалтийского фронта была
передана в распоряжение 3-го Белорусского фронта для овладения
Тильзитом. В ночь на 20 января часть этой армии форсировала Не¬
ман по льду и овладела городом. К исходу 21 января 28-я армия овла¬
дела Гумбинненом. 22 января 11-я гвардейская армия заняла Ин-
стербрук. 29 января войска 3-го Белорусского фронта перерезали
автостраду Кенигсберг — Эльбинг, расчленив восточнопрусскую
группировку на три изолированные группы. Одна группа находилась
на Земландском полуострове, вторая — в районе Кенигсберга, тре¬
тья — южнее этого города.
После того как восточнопрусская группировка была надежно
изолирована от основных вооруженных сил Германии, задачи по ее
ликвидации были поставлены перед войсками 3-го Белорусского и
1-го Прибалтийского фронтов. К этому времени создался разрыв
между войсками 1-го и 2-го Белорусских фронтов и возникла угроза
флангового удара немецких войск из Восточной Померании, а по¬
этому усилия 2-го Белорусского фронта теперь направлялись в этом
направлении.
В ходе первого этапа восточнопрусской операции было нане¬
сено серьезное поражение группе армий «Север» (бывшая группа
«Центр»), было взято более 50 тысяч пленных. Еще большее число
было убитых. Советскими войсками были захвачены большие тро¬
феи. Значительная часть Восточной Пруссии, откуда в течение веков
осуществлялась немецкая экспансия на восток, оказалась в руках
4 февраля открылась очередная конферен¬
ция трех великих держав, в которой приняли участие И. В. Сталин,
Ф. Д. Рузвельт и У. Черчилль. К открытию конференции для всех
было очевидно, что Красная Армия является решающей силой, спо¬
собной разгромить гитлеровскую Германию. С доклада начальника
советского Генерального штаба А. И. Антонова началась деловая
часть первого заседания встречи Большой Тройки. Из доклада на¬
чальника генерального штаба американской армии Д. К. Маршалла
следовало, что, хотя последствия немецкого наступления в Арден¬
нах ликвидированы, войска союзников лишь начинают концентра¬
цию своих сил для будущего наступления. К этому дню войска союз¬
ников еще стояли у Линии Зигфрида и лишь кое-где перешли грани¬
цу Германии.
И все же, по-прежнему стремясь опередить Красную Армию в ее
движении в глубь Европы, Черчилль предложил перебросить войска
союзников на Любляну навстречу советским войскам. Таким обра¬
зом, англо-американские войска получили бы возможность первы¬
ми войти в Австрию и Чехию. Однако это предложение осталось без
ответа. В то же время Сталин поставил вопрос о необходимости луч¬
ше координировать действия вооруженных сил трех держав и счел
целесообразным, чтобы военные СССР, США и Англии обсудили
планы летних операций. Главы трех держав исходили из того, что в
ходе этих операций Германия будет разбита, и они приступили к об¬
суждению общей политики в отношении побежденной страны.
На Ялтинской конференции Сталин закрепил свое положение
неформального лидера Большой Тройки. По словам Громыко, «ко¬
гда в ходе заседания говорил Сталин — выступал он, как правило, с
непродолжительными заявлениями, — все присутствующие в зале
ловили каждое его слово. Он нередко говорил так, что его слова ре¬
зали слух обоих лидеров западных держав, хотя сами высказывания
по своей форме вовсе не были резкими, тем более грубыми — такт
соблюдался. То, что заявлял Сталин, плотно укладывалось в созна¬
нии тех, к кому он обращался».
Сталин активно использовал свой авторитет среди участников
Ялтинской конференции для того, чтобы добиться послевоенного
устройства мира в интересах СССР. Одним из главных вопросов на
конференции стал вопрос о послевоенном будущем Германии. Вы¬
слушав ответы западных союзников по поводу их предложений
о расчленении Германии и по вопросу о подписании германским
правительством капитуляции, Сталин со своей стороны подчеркнул
заинтересованность решения вопроса о репарациях Германии Со¬
ветскому Союзу. Вместо плана разделения Германии на несколько
•■L tv* о * **л* л* *>.*мя*затмты
мелких государств, Kof Ьрыйбыл впервые выдвинут западными дер-
жавами^н^Тет^ащщииквмфвренвди^ было принято предложение,
отвечавшее интересам СССР*ла*яа?ф«»*ешш^ под
управлением Центральной Контрольной Комиссии из главноко-
мШД^ющйх окулирующих держав, но с установлением чет ыре^бк-
к^ЩишЙшх зон. Тдщш образом, СССР получал прав<* управлять
побежденной страной наравне с западными союзниками. По на- \
стоянию Сталина на Ялтинской конференции было принято реше- 1
ние о взыскании с Германии репараций за ущерб, причиненной этой
страной союзным странам. Для решения этого вопроса была создана
Комиссия по возмещению убытков с местом пребывания цМо£ХЯ&-
Несмотря на то что в ходе Ялтинской конференции западные со-С
юзники^оербета-Л^р^йМь, ставили под сбмнёнйё правр&шмнасть
западной границы СССР 1939 хода и упорно пытались не допустить а
расширения сферы влияния нашей страны на запад, эти попытки ни 1
к чему не привели. В решении по Польше было недвусмысленно за- |
писано, что «восточная граница Польши должна идти вдоль линии |
Керзона с отступлениями от нее в некоторых районах от пяти до |
восьми километров в пользу Польши». Было одобрено и предложе-1
ние СССР о расширении пределов Польшй1^тевсре'й^т^ШЩ^^ I
бчетТермании. Хотя в решениях Большой Тройки по ПЬлыие и €
■ш.vv^г<штт
Югославии было признано необходимым расширить составы пра¬
вительств Берута — Осубко-Моравского и Тито за счет включения в
их состав представителей прозападных сил, фактически было при¬
знано, что эти просоветские правительства станут основой для по¬
497
слевоенного государственного и политического устройства этих
стран.
Однако Ялтинские решения не ограничились разделом Европы
на зоны влияния, но коснулись и Дальнего Востока. Прекрасно по¬
нимая, что без помощи СССР западным союзникам не одержать по¬
беды над Японией, США и Великобритания постоянно настаивали
на скорейшем вступлении СССР в войну на Дальнем Востоке. Ста¬
лин знал, что он вправе требовать признания законных интересов
CgOLB этом регионе в качестве платы за вступление в вой^^^ГСек- ^
ретное^Соглашение трех великих держав по вопросам Дальнего
«через два-три месяца после капитуляции
Германии и окончания войны в Европе Советский Союз вступит в
войну против Японии». Далее следовали условия, на кщдавдиЗСДО
соглащр^’«ш^я-1ш^<й1Ш4^шзническ>ии долг. Западные державы
признавали независимость Монгольской Народной Рес¬
публики. Советскому Союзу возвращались южная часть Сахалина
и прилегающие к нему островаТТтаокГТурильские острова. Вос¬
станавливалась утраченная Россией в 1905 году по Портсмутскому
миру аренда на Порт-Артур и преимущественные права на порт
? Дальний (Дайрен), а также права на Южно-Маньчжурскую желез¬
ную дорогу. Восстанавливались права СССР на Китайско-Восточ-
ную железную дорогу, утраченные после соглашения между СССР и
Маньчжоу-го 1935 года.
Гарантией незыблемости зоны влияния СССР служило сотруд¬
ничество трех великих держав, закрепленное в Уставе Организации
Объединенных Наций. Вопрос о новой международной организа¬
ции был также обсужден на конференции. Выступая в ходе дискус¬
сии, Сталин вновь поставил вопрос о включении в состав членов
ООН советских республик.(сначала речь шла об Украине, Белорус¬
сии и Литве) наряду с СССР, хотя это предложение вызывало глухое
сопротивление западных союзников. Однако для Сталина главным
в ООН было не получение дополнительных голосов на Генеральной
ассамблее, а превращение ее в инструмент единства трех великих
держав.
Ялтинская система позволила нашей стране впервые за ее тыся¬
челетнюю историю обрести безопасную западную границу в Европе
почти на всем ее протяжении. За исключением небольшой совет-
ско-норвежской границы СССР в течение 45 лет имел в качестве за¬
падных соседей либо союзников, либо дружественно нейтральную
Финляндию. Даже быстро летящие самолеты и ракеты были отдале¬
ны от западных рубежей нашей страны поясом из дружественных
государств. Войскам потенциального агрессора на западе противо¬
498
стояли мощные военные группировки советских войск в Централь¬
ной Европе. Советский Военно-морской флот получил возможность
базироваться в портах стран Юго-Восточной Европы. В Ялте Ста¬
лин добился также признания за СССР права на создание безопас¬
ных границ нашей страны на Дальнем Востоке, которые с начала XX
века постоянно подвергались нападениям со стороны соседей. Так
интересы безопасности СССР оказались надежно и надолго обеспе¬
чены.
Вскоре после завершения Ялтинской конференции в СССР
была отмечена 27-я годовщина Красной Армии. В своем приказе от
23 февраля 1945 года Сталин, перечислив успехи Красной Армии за
первые недели кампании 1945 года, указал: «Гитлеровцы кичились,
чтоболее сотни.летни одного неприятельского солдата не было
в пределах Германии и что немецкая армия воевала и будет воевать
тб:ш этому немецкому15ах1альству поло¬
жен конец» ГИз событий на советско-германском фронте последних
недель Сталин делал вывод: «Наше зимнее наступление показало,
что Красная Армия находит новые и новые силы для решения все
более сложных и трудных задач. Ее славные воины научились теперь
громить и уничтожать врага по всем правилам современной военной
науки. Наши бойцы, воодушевленные сознанием своей великой ос¬
вободительной миссии, проявляют чудеса героизма и самоотвер¬
женности, умело сочетают отвагу и дерзость в бою с полным исполь¬
зованием силы и мощи своего оружия. Генералы и офицеры Крас¬
ной Армии мастерски сочетают массированные удары могучей тех¬
ники с искусным и стремительным маневрированием. На четвертом
году войны Красная Армия стала крепче и сильнее, чем когда бы то
ни было, ее боевая техника стала еще более совершенной, а боевое
мастерство — во много раз выше... Полная победа над немцами те¬
перь уже близка».
В то же время Сталин предупреждал: «Но победа никогда не
приходит сама — она добывается в тяжелых боях и в упорном труде.
Обреченный враг бросает в бой последние силы, отчаянно сопро¬
тивляется, чтобы избежать сурового возмездия. Он хватается и будет
хвататься за самые крайние и подлые средства борьбы. Поэтому на¬
до помнить, что чем ближе наша победа, тем выше должна быть на¬
ша бдительность, тем сильнее должны быть наши удары по врагу».
Еще во время Ялтинской конференции 8 февраля Сталин при¬
казал войскам 2-го Белорусского фронта перейти в наступление к
западу от Вислы, разгромить восточнопомеранскую группировку,
овладеть районами Данцига и Гдыни и очистить от противника по¬
бережье Балтийского моря до Померанской бухты.
10 февраля войска центра и левого крыла 2-го Белорусского
фронта перешли в наступление. Они овладели рядом населенных
пунктов, окружили крепость Грудзенс (Грауденц). В «ИВОВ» сказа¬
но: «К 20 февраля советские войска продвинулись на 40—60 кило¬
метров и вышли на рубеж Гнев — Черск — Хойнице — Рацебур, где
наступление было остановлено. В этих боях были созданы выгодные
предпосылки для последующего разгрома 2-й немецкой армии. Од¬
нако полностью выполнить поставленную задачу и выйти на рубеж,
указанный Верховным Главнокомандованием, фронту не удалось».
Тогда Рокоссовский и Жуков обратились к Сталину с предложением
подключить часть войск 1-го Белорусского фронта к операции по
разгрому восточнопомеранской группировки противника. Сталин
согласился с этими предложениями.
24 февраля войска 2-го Белорусского фронта возобновили на¬
ступление. 26 февраля они вклинились в оборону противника на
50 километров в глубину и 60 километров в ширину. Однако, вспо¬
минал Рокоссовский, «положение у нас на левом крыле создавалось
тревожное. По мере продвижения войск к северу все больше оголял¬
ся наш левый фланг: ведь сосед справа — 1 -й Белорусский фронт ос¬
тавался на месте. Противник стал все чаще наносить удары во фланги
и тылы нашим наступающим частям. С опаской мы поглядывали на
Ной-Штеттин. Этот город, оставшийся западнее разграничитель¬
ной линии нашего фронта, кишел гитлеровскими войсками, кото¬
рые в любой момент могли ринуться на наш открытый фланг».
Рокоссовский решил сообщить о создавшемся положении Ста¬
лину по телефону. По словам Рокоссовского, «Сталин спросил: «Что,
Жуков хитрит?» Я ответил, что не думаю, чтобы он хитрил, но что
его войска не наступают и этим создается угроза на обнаженном на¬
шем фланге, я могу подтвердить. Для обеспечения фланга у нас сей¬
час сил нет, резерв весь исчерпан. Поэтому я прошу усилить фронт
войсками или обязать 1-й Белорусский фронт быстрее перейти в на¬
ступление. Рассказал я и о положении в районе Ной-Штеттина».
В ответ Сталин сказал: «А войска вашего фронта не смогут взять
Ной-Штеттин? Если вы это сделаете, в вашу честь будет дан салют».
Рокоссовский ответил: «Попытаемся взять этот город, но в дальней¬
шем это не изменит положения». Сталин обещал поторопить 1-й Бе¬
лорусский с началом наступления. По всему чувствовалось, что Вер¬
ховный Главнокомандующий доволен ходом событий».
Вскоре кавалерийские %сти под командованием Осликовского
взяли Ной-Штеттин. Одновременно Осликовский сообщил, что его
разведка встретила разведотряд 1-го Белорусского фронта. Рокос¬
совский был доволен: «По-видимому, мой разговор с Верховным
Главнокомандующим возымел некоторое действие».
Тем временем Рокоссовский вновь обратился к Сталину с прось¬
бой дать ему подкрепления. Он вспоминал: «Довод я привел убеди¬
тельный: чем быстрее мы покончим с гитлеровцами в Восточной
Померании, тем скорее освободятся войска для предстоящей Бер¬
линской операции. Сталин тут же согласился со мной и сказал, что
будет немедленно отдано распоряжение о передаче нам временно 1-й
гвардейской танковой армии, которая находится ближе к нашему
фронту».
5 марта Сталин приказал временно передать из 1-го Белорусско¬
го фронта во 2-й Белорусский фронт 1-ю гвардейскую танковую ар¬
мию, включив в ее состав танковую бригаду 1 -й армии Войска Поль¬
ского. При этом 2-му Белорусскому фронту была поставлена задача
разгромить группировку противника в районе Данциг — Штольц,
овладеть городами Данциг, Гдыня и не позднее 20 марта выйти на
побережье Балтийского моря в районе Данцигской бухты.
К 22 марта войска 2-го Белорусского фронта прорвали оборони¬
тельные рубежи Данцигско-Гдыньского укрепленного района, ов¬
ладели городом Сопот и вышли к побережью Данцигской бухты.
28 марта была взята Гдыня. 30 марта был завершен разгром данциг¬
ской группировки, а Данциг был взят.
В ходе восточнопомеранской операции войска 1-го Белорусского
фронта уничтожили более 75 тысяч немецких солдат и офицеров, за¬
хватили большое количество боевой техники врага, взяли в плен
свыше 27 тысяч солдат и офицеров, захватили 188 танков и штурмо¬
вых орудий, а также других вооружений.
Пока совершалась восточнопомеранская операция, в Восточной
Пруссии начался второй этап операции по уничтожению немецкой
группировки в этой области. В своей директиве от 9 февраля Сталин
возложил выполнение этой задачи на 3-й Белорусский и 1-й При¬
балтийский фронты. Директива приказывала закончить ликвида¬
цию хейльсбергской группировки противника к югу от Кенигсберга
к 20—25 февраля.
Получив сообщение Василевского о ходе боев в Восточной
Пруссии в ночь на 18 февраля, Сталин порекомендовал ему выехать
туда на помощь командованию фронтами. При этом, по словам Ва¬
силевского, Сталин подчеркнул, что «быстрейшая ликвидация врага
в Восточной Пруссии позволила бы нам за счет войск 1-го Прибал¬
тийского и 3-го Белорусского фронтов, во-первых, усилить основ¬
ное, берлинское, направление и, во-вторых, освободить необходи¬
мую часть войск для подготовки их к переброске на Дальний Восток.
Он посоветовал мне заранее наметить для этой цели две-три лучшие
армии и предупредил, что через 2—3 месяца после капитуляции Гер¬
мании я могу быть послан для руководства боевыми действиями на
Дальний Восток».
Учитывая, что он большую часть времени находится и будет на¬
ходиться на фронтах действующей армии, Василевский попросил
освободить его от обязанностей начальника Генерального штаба и
назначить вместо него его заместителя А. И. Антонова. Василевский
вспоминал: «Сталин с удивлением спросил: «А разве вас не обидит
такое решение?» Василевский ответил отрицательно, и Сталин обе¬
щал обдумать его предложение. В то же время он подписал директи¬
ву, в которой обязал Василевского с 22 февраля взять под свой кон¬
троль боевые действия 3-го Белорусского и 1-го Прибалтийского
фронтов. Потом, по словам Василевского, «Сталин спросил, когда я
смогу отправиться на фронт. Я назвал следующий день. Верховный
разрешил мне дня два побыть с семьей, сходить в театр, а 19-го вече¬
ром накануне отъезда просил вновь зайти к нему».
18 февраля Василевский был с семьей в театре, когда к нему по¬
дошел его адъютант и сообщил, что Сталин вызывает его к телефо¬
ну. Сталин сообщил Василевскому, что командующий 3-м Белорус¬
ским фронтом И. Д. Черняховский был тяжело ранен в боях под го¬
родом Мельзак и скончался от тяжелого ранения. Одновременно
Сталин сообщил, что он назначил Василевского командующим 3-м
Белорусским фронтом.
Василевский вспоминал: «Вечером 19 февраля перед отъездом
на фронт я был у Верховного Главнокомандующего. Он дал мне ряд
советов и указаний, касающихся предстоявшей работы. Прощаясь,
пожелал мне и войскам победы и успехов». Одновременно Василев¬
скому были вручены два пакета. В одном из них был приказ о назна¬
чении его командующим фронтом. В другом — постановление ГКО,
в соответствии с которым Василевский становился членом Ставки.
Исходя из необходимости единого руководства войсками, дей¬
ствовавшими в Восточной Пруссии, Сталин 21 февраля приказал
упразднить 1-й Прибалтийский фронт, а его войска передать 3-му
Белорусскому фронту. И. X. Баграмян назначался заместителем ко¬
мандующего 3-го Белорусского фронта и руководителем Земланд-
ской группы этого фронта.
После разгрома хейльсбергской группировки Сталин приказал
упразднить управление Земландской группы советских войск, под¬
чинив их непосредственно руководству 3-го Белорусского фронта.
Одновременно Сталин приказал фронту разгромить кенигсберг¬
002
скую группировку, взять Кенигсберг, очистить от врага Земланд-
ский полуостров с крепостью Пиллау.
По распоряжению Сталина для штурма Кенигсберга 3-му Бело¬
русскому фронту были выделены дополнительные, наиболее мощ¬
ные орудия из Резерва Верховного Главнокомандования. Василев¬
ский вспоминал: «К началу штурма фронт имел 5000 орудий и мино-
метов, 47% из них составляли орудия тяжелые, затем большой и
особой мощности — калибром от 203 до 305 мм. Для обстрела наибо¬
лее важных целей, а также для того, чтобы не дать противнику эва¬
куировать войска и технику по Кенигсбергскому морскому каналу,
предназначались 5 морских железнодорожных батарей (110—130-мм
и 4—180-мм орудия, последние с дальностью стрельбы до 34 км).
Наступавшим на город наземным войскам помогали выделенные
в подчинение командирам стрелковых дивизий орудия крупных ка¬
либров (152- и 203-мм) и 160-мм минометы. Для разрушения особо
прочных зданий, построек и инженерных сооружений создавались
корпусные и дивизионные группы, которым была придана артилле¬
рия особой мощности и реактивная артиллерия. Штурмовые вой¬
сковые группы также до предела насыщались артиллерией: у них
имелось до 70% дивизионной артиллерии, а в ряде случаев и тяже¬
лые орудия... В штурме Кенигсберга участвовало 2500 самолетов. Ни
днем, ни ночью не прекращали они своих боевых действий. И тогда
трудно было представить, что на свете бывает тишина».
16 марта Василевский сообщил Сталину план операции. На сле¬
дующий день Сталин утвердил его. Он приказал завершить разгром
хейльсбергской группировки не позднее 22 марта и начать штурм
Кенигсберга не позднее 28 марта. Василевский писал: «В ночь на
18 марта во время телефонного разговора с Верховным Главноко¬
мандующим я доложил ему, что эти сроки нереальны. Ликвидация
хейльсбергской группировки будет закончена 25—28 марта. На пе¬
регруппировку войск потребуется 3—4 дня. Поэтому я просил разре¬
шения начать артиллерийское и авиационное наступление в первых
числах апреля. Верховный согласился, порекомендовал мне при¬
влечь к участию в операции авиацию 2-го Белорусского фронта,
Балтийского флота и 18-й воздушной армии (Авиация дальнего дей¬
ствия) и обещал прислать мне на помощь Главных маршалов авиа¬
ции А. А. Новикова и А. Е. Голованова».
6 апреля после артиллерийской и авиационной подготовки на¬
чался штурм Кенигсберга. Василевский вспоминал: «Сражение не
утихало ни на час. Под прикрытием темноты наши части атаковали
заранее разведанные объекты. Дорогу открывали саперы. Одновре¬
менно осуществляла бомбардировку наша авиация, совершившая в
503
ночь на 8 апреля до 1800 самолето-вылетов. С грохотом рушились
железобетонные укрепления, вспыхивали пожары. Обреченный враг
бешено сопротивлялся, переходил в контратаки. Но в пламени, ды¬
му и пыли советские солдаты шли напролом».
Типпельскирх писал: «В ночь с 9 на 10 апреля комендант крепо¬
сти генерал Ляш решился положить конец этому аду и начать пере¬
говоры с русскими. 12 апреля была принята капитуляция, которую
комендант крепости подписал в штабе Василевского».
25 апреля войска 3-го Белорусского фронта при активном уча¬
стии Балтийского флота овладели крепостью и портом Пиллау (Бал¬
тийск) — последним опорным пунктом врага на Земландском полу¬
острове». Восточнопрусская операция была в основном завершена.
Пока осуществлялись операции в Восточной Померании и Вос¬
точной Пруссии, войска 1-го Украинского фронта развернули на¬
ступление в Нижней Силезии. И. С. Конев вспоминал: «Нижне-Си¬
лезская операция была спланирована нами в самом конце января
1945 года на гребне успеха Висло-Одерской операции как ее непо¬
средственное продолжение. Первоначальный план мы направили
в Ставку еще 28 января, и его одобрили там без всяких изменений...
Главный удар намечалось нанести с двух крупных плацдармов на
Одере — севернее и южнее Бреслау. В результате должно было после¬
довать окружение этого сильно укрепленного города, а затем, взяв
или оставив его в тылу, мы предполагали развивать наступление ос¬
новной группировкой прямо на Берлин».
Конев вспоминал: «Наступление началось в шесть часов утра
8 февраля 1945 года после пятидесятиминутного артиллерийского
удара». Однако ход первых дней операции убедил Конева в том, что
«в ближайшее время мы не сможем достигнуть целей, намеченных
первоначальным планом, и что наступление на Берлин пока невоз¬
можно». Был подготовлен новый план боевых действий, который
предусматривал выход на реку Нейсе, создание плацдармов на ее за¬
падном берегу и закрепление на этих плацдармах, а также разгром
окруженной группировки в Бреслау. 16 февраля план был направлен
в Ставку, и Сталин одобрил его.
16 февраля наступление фронта возобновилось. Войска достиг¬
ли реки Нейсе и попытались с ходу закрепиться на ее западном бере¬
гу. Однако, как признавал Конев, «тут потребовалось такое напря¬
жение сил, что пришлось в конце концов отказаться от этого во из¬
бежание слишком больших и неоправданных потерь. Несколько
захваченных нами маленьких плацдармов сами по себе ничего не ре¬
шали, и я приказал оставить их и прочно закрепиться на восточном
берегу Нейсе».
504
Тем временем попытка командующего 3-й танковой армии
П. С. Рыбалко окружить группировку противника в районе Герлица
едва не привела к окружению немецкими войсками его танковой ар¬
мии. Узнав о тяжелых боях танковой армии, Сталин позвонил Коне¬
ву и спросил его: «Что у вас там происходит в третьей танковой ар¬
мии? Где она у вас там находится?» Конев ответил, что «армия ведет
очень напряженные бои в районе Лаубана», и заверил, что «ничего
особенного с ней не произошло. Армия воюет в сложной обстанов¬
ке, но это для танковых войск дело привычное».
Конев вспоминал: «Звонок Сталина застал меня на командном
пункте 52-й армии, недалеко от Лаубана. Я заверил Верховного Глав¬
нокомандующего, что, если обстановка усложнится, мы примем все
необходимые меры на месте. Кризис миновал только к 22-му числу,
когда пытавшаяся окружить наших танкистов вражеская группи¬
ровка была разбита и отброшена на юг».
Выход войск 1 -го Украинского фронта на реку Нейсе на уровень
позиций 1-го Белорусского фронта был, по мнению Конева, «глав¬
ным итогом февральского наступления». С 24 февраля и до 16 апре¬
ля, по словам маршала, «наступила так называемая пауза». Однако и
в течение этой «паузы» войсками фронта была проведена наступа¬
тельная операция в Верхней Силезии. Конев замечал: «Нас беспо¬
коило, что после потери Силезского промышленного района немцы
держали против южного крыла нашего фронта довольно внуши¬
тельную группировку своих войск и в последнее время заметно уси¬
ливали ее. Это явилось верным признаком того, что они еще не оста¬
вили мысли отбить у нас «второй Рур». Такие же опасения возникли
и у Сталина. Находясь на Крымской конференции и, очевидно, по¬
лучая какие-то дополнительные сведения от союзников, он неодно¬
кратно звонил мне и настойчиво обращал мое внимание на то, что
гитлеровцы собираются нанести нам удар на юге, на ратиборском
направлении, намереваясь вернуть себе Силезский промышленный
район».
Конев вспоминал: «Сталин интересовался, кто стоит у меня на
левом фланге, какие армии, под чьим командованием (в разговорах
с нами он обычно оперировал не номерами армий, а фамилиями ко¬
мандармов). «Смотрите, — говорил мне Сталин в одном из таких те¬
лефонных разговоров, — немцы не примирились с потерей Силезии
и могут ее у вас отобрать». Я выразил твердую уверенность, что врагу
не удастся отбить у нас Силезию, и доложил, как мы усиливаем свое
южное крыло, готовясь провести здесь частную операцию и отбро¬
сить противника из района Ратибора. Сталин предложил предста¬
505
вить подробный план действий. Так возникла Верхне-Силезская на¬
ступательная операция».
15 марта операция началась. Разгромив группировку противни¬
ка в районе Ратибора, войска 1-го Украинского фронта при под¬
держке войск 4-го Украинского фронта 31 марта завершили Верхне-
Силезскую операцию.
Тем временем в Венгрии не прекращались упорные бои. Лишь в
середине февраля советские войска овладели столицей страны —
Будапештом.
Через три дня после окончания разгрома войск противника в Бу¬
дапеште, 17 февраля, Сталин отдал приказ 2-му и 3-му Украинским
фронтам провести наступательную операцию с целью разгромить
группу армий «Юг» и овладеть районом Братислава — Брно — Ве¬
на — Надьканижа. Наступление было назначено на 15 марта.
Однако, как писал Типпельскирх, «прежде чем русские успели
завершить приготовления к новому наступлению, по приказу Гит¬
лера... в условиях уже давшей себя знать весенней распутицы после¬
довало немецкое контрнаступление с направлением главного удара
по обе стороны озера Балатон». Еще 25 января Гитлер заявил, что
сейчас первостепенное значение имеют венгерские нефтеносные
районы и венгерские нефтяные источники, так как без этой нефти,
которая дает Германии 80% нефтедобычи, немцы не смогут продол¬
жать войну. Главный удар в ходе контрнаступления должна была на¬
нести крупная группировка, включавшая 8-й армейский корпус 3-й
венгерской армии, 6-я немецкая армия и 6-я танковая армия СС.
Наступление началось 6 марта. За два дня наступления противнику
удалось вклиниться в советскую оборону на четыре километра юж¬
нее озера Веленце и на семь километров западнее канала Шарвиз.
В течение 8 и 9 марта немецкие войска сумели прорвать главную и
вторую полосы обороны и углубились на 10—24 километра.
Позже в своем письме Рузвельту от 7 апреля Сталин расценил
контрнаступление немцев в районе Балатона как «главный удар»,
для осуществления которого «немцы собрали до 35 дивизий, в том
числе 11 танковых дивизий. Это был один из самых серьезных уда¬
ров за время войны с такой большой концентрацией танковых сил.
Маршалу Толбухину удалось избегнуть катастрофы и потом разбить
немцев наголову, между прочим потому, что мои информаторы рас¬
крыли, правда, с некоторым опозданием, этот план главного удара
немцев и предупредили о нем маршала Толбухина».
Сразу же после отражения контрнаступления немецких и вен¬
герских войск 16 марта началось осуществление Венской наступа¬
тельной операции. Однако, начав наступление без достаточного ко-
личества танков и артиллерии, войска фронта не смогли продви¬
гаться достаточно быстро. За первый день советские войска продви¬
нулись лишь на 3—7 километров. Штеменко вспоминал: «После пер¬
вого дня наступления, вечером 16 марта, А. И. Антонов подробно
доложил обстановку на 3-м Украинском фронте Верховному Глав¬
нокомандующему в моем присутствии. Выслушав доклад, Верхов¬
ный на этот раз согласился с тем, что надо срочно вводить 6-ю гвар¬
дейскую танковую армию и приказание об этом отдать немедленно.
Он сам позвонил Р. Я. Малиновскому, который был тогда на пере¬
довом командном пункте, объяснил ему, зачем нужно передать танки
Ф. И. Толбухину, и приказал лично поставить задачи танкистам и на
ходу передать армию соседу. Р. Я. Малиновский был расстроен та¬
ким решением Ставки, но понимал необходимость данной меры и
точно исполнил приказ».
23 марта Сталин определил дальнейшие задачи войскам 3-го
Украинского фронта. По его указанию 9-я и 6-я танковая гвардей¬
ские армии должны были наступать на Кесег, 26-я армия на Сомбат-
хей и 27-я армия овладеть районом Залаэгерсег. 29-я армия, войска
фронта овладели городами Сомбатхей и Кесег и вышли на австро¬
венгерскую границу.
Вскоре после выхода советских войск на территорию Австрии
Сталин, по словам Штеменко, «при докладе обстановки сказал, как,,,
он часто делал, ни к кому непосредственно не обращаясь: «А где сей-
час находится тот самый социал-демократ Карл Реннер, который
был учеником Каутского? Он много лет подвизался в руководстве
австрийской социал-демократии и, кажется, был главой последнего
парламента Австрии?» Никто не ответил: такого вопроса никак не
ожидали. «Нельзя пренебрегать влиятельными силами, стоящими
на антифашистских позициях, — продолжал Сталин. — Наверное,
гитлеровская диктатура научила кое-чему и социал-демократов...»
По словам Штеменко, «4 апреля пришел доклад Военного совета
3-го Украинского фронта, где сообщалось, что Карл Реннер сам
явился в штаб 103-й стрелковой дивизии... «Теперь и у коммунистов,
и у социал-демократов задача одна — уничтожение фашизма», —
сказал Реннер... Сообщение о встрече с К. Реннером было получено
в Москве вечером 4 апреля».
Это сообщение было передано Сталину. Тот тотчас же продик¬
товал телеграмму Ставки Военному совету 3-го Украинского фронта.
В телеграмме было сказано: «1) Карлу Реннеру оказать доверие;
2) сообщить ему, что ради восстановления демократического режи¬
ма в Австрии командование советских войск окажет ему поддержку;
3) объяснить Реннеру, что советские войска вступили в пределы
507
Австрии не для захвата ее территории, а для изгнания фашистских
оккупантов». 27 апреля Реннер возглавил временное правительство
Австрии и затем стал первым послевоенным президентом этой
страны.
Одновременно Сталин приказал, чтобы Толбухин обратился к
населению Вены с призывом сопротивляться гитлеровцам и не дать
им разрушить город. Вскоре в войска 3-го Украинского фронта при¬
были представители подпольного антифашистского австрийского
движения, которые сообщили о подготовке ими восстания по мере
приближения советских войск. Однако в назначенный час восстание
не состоялось. Впоследствии выяснилось, что руководители восста¬
ния были арестованы за несколько часов до начала восстания, а за¬
тем казнены.
6 апреля войска 3-го Украинского фронта начали штурм Вены.
Типпельскирх писал: «Вена, как и другие города, тоже стала ареной
тяжелых уличных боев, но поведение населения, а также отдельных
немецких частей, участвовавших в боях за город, было скорее направ¬
лено на быстрое окончание боев, чем на сопротивление». 9 апреля
Геббельс с возмущением писал в дневнике о том, что в предместьях
Вены жители «подняли оружие большей частью в пользу Красной
Армии, в результате чего в городе, естественно, создалось неутеши¬
тельное положение. Таковы последствия так называемого веселого
нрава венцев, который вопреки моей воле всегда приукрашивали и
прославляли наша пресса и радио».
В ходе Венской наступательной операции войска 3-го и 2-го
Украинских фронтов взяли в плен более 130 тысяч солдат и офице¬
ров, захватили и уничтожили 1345 танков и самоходных орудий,
2250 полевых орудий. Жуков писал: «В результате операций 2-го и
3-го Украинских фронтов... южный фланг советских войск был под¬
тянут на уровень фронтов, действовавших на берлинском направле¬
нии. Выйдя на восточный берег Одера и Нейсе от Балтийского моря
до Герлица и обеспечив фланги, советские войска заняли выгодные
исходные рубежи для окончательного разгрома берлинской группи¬
ровки противника и штурма Берлина».
Еще в начале марта в разгар осуществления Восточнопомеран¬
ской операции Жуков был вызван в Москву. Он вспоминал: «Прямо
с аэродрома я отправился на дачу И. В. Сталина, где он находился
будучи не совсем здоровым. Задав мне несколько вопросов об обста¬
новке в Померании и на Одере и выслушав мое сообщение, Верхов¬
ный сказал: «Идемте разомнемся немного, а то я что-то закис». Во
всем его облике, в движениях и в разговоре чувствовалась большая
физическая усталость. За четырехлетний период войны И. В. Сталин
основательно переутомился. Работал он всю войну очень напряжен- |
но, систематически недосыпал, болезненно переживал неудачи, осо- \
бенно 1941—1942 годов. Все это не могло отразиться на его нервной |
системе и здоровье. Во время прогулки И. В. Сталин неожиданно на- |
чал рассказывать мне о своем детстве. Так за разговором прошло не \
менее часа. Потом он сказал: «Идемте пить чай, нам нужно кое о чем j
поговорить».
«На обратном пути я спросил: «Товарищ Сталин, давно хотел |
узнать о вашем сыне Якове. Нет ли сведений о его судьбе?» На этот |
вопрос он ответил не сразу. Пройдя добрую сотню шагов, сказал ка- i
ким-то приглушенным голосом: «Не выбраться Якову из плена. Рас¬
стреляют его душегубы. По наведенным справкам, держат его изо¬
лированно от других военнопленных и агитируют за измену Роди¬
не». Помолчав минуту, твердо добавил: «Нет, Яков предпочтет любую
смерть измене Родине». Чувствовалось, что он глубоко переживает
за сына. Сидя за столом, И. В. Сталин долго молчал, не притрагива- ;
ясь к еде. Потом, как бы продолжая свои размышления, с горечью I
произнес: «Какая тяжелая война. Сколько она унесла жизней наших |
людей. Видимо, у нас мало останется семей, у которых не погибли I
близкие». (Сталин в то время не знал, что его сын еще 14 апреля I
1943 года был убит в концентрационном лагере якобы при попытке |
к бегству.) *
Сознание того, что за победу стране пришлось заплатить тяже¬
лую цену, соединялось у Сталина с начала 1945 года с постоянной
тревогой, вызванной попытками украсть победу у Советской страны.
После того как в Москве стало известно о переговорах в Берне гене¬
рала СС Вольфа с представителями армии США и Великобритании
относительно возможной капитуляции в Северной Италии, Совет¬
ское правительство настаивало на участии в этих переговорах, но его |
представителям было в этом отказано.
Эти вопросы стали предметом острой дискуссии между Стали- #,
ным и Рузвельтом в ходе их переписки в конце марта — начале апреля
1945 года. Сталин заявлял, что он «согласен на переговоры с врагом
Г»'**** —n-. -i-rT"-imrntT-irr--,tit--mwtт>г-гт—
по такому делу только в том случае, если эти переговоры не поведут
к облегчению положения врага, если будет исключена для немцев
возможность маневрировать и использовать эти переговоры дляЪе-
реброски своих войск на другие участки фронту л* др£ад$вдего,на
советский фронт».
В своем ответе Сталину 1 апреля Рузвельт старался рассеять его I
подозрения и уверял, что переговоры в Берне по сути и не начина¬
лись. Сталин опровергал это утверждение в своем послании 3 апреля. J
5 апреля Рузвельт вновь отвергал обвинения Сталина и заверял |
его в том, что «имеющиеся у Вас... сведения, должно быть, исходят из |
509
германских источников, которые упорно старались вызвать разлад
между нами». Одновременно Рузвельт высказывал свое «крайнее
негодование» в отношении информаторов Сталина «в связи с таким
гнусным, неправильным описанием моих действий или действий
моих доверенных подчиненных».
В своем ответе Рузвельту от 7 апреля Сталин защищал своих ин¬
форматоров от обвинений американского президента и призывал
действовать так, чтобы исключалась «всякая возможность взаи^щых
Подозрений» ГВместе (Гто^нЧгЖги^ с тем, что
отсутствиГсопротивления немцев на Западном фронте объясняется
только лишь тем, что они оказались разбитыми. У немцев имеется
на Восточном фронте 147 дивизий. Они могли бы без ущерба для
своего дела снять с Восточного фронта 15—20 дивизий и перебро¬
сить их на помощь своим войскам на Западном фронте. Однако нем¬
цы этого не сделали и не делают. Они продолжают с остервенением
драться с русскими за какую-то малоизвестную станцию Земляницу
в Чехословакии, которая им столько же нужна, как мертвому при¬
парки, но безо всякого сопротивления сдают такие важные города
в центре Германии, как Оснабрюк, Мангейм, Кассель. Согласитесь,
что такое поведение немцев является более чем странным и непо¬
нятным».
Сомнения Сталина по поводу намерений союзников были обос¬
нованны. 1 апреля Черчилль писал Рузвельту: «Русские армии, несо-
мненно, захватят всю Австрию и войдут в Вену. Если они захватят
также Берлин, то не создастся ли у них слишком преувеличенное
представление о том, будто они внесли подавляющий вклад в нашу
общую победу, и не может ли это привести их к такому умонастрое¬
нию, которое вызовет серьезные и весьма значительные трудности
в будущем? Поэтому я считаю, что с политической точки зрения нам
следует продвигаться в Германии как можно дальше на восток и в
том случае, если Берлин окажется в пределах досягаемости, мы, не¬
сомненно, должны его взять».
В этот же день 1 апреля к Сталину были вызваны командующие
фронтами Жуков и Конев. Конев вспоминал: «Сталин принял нас,
как обычно, в Кремле, в своем большом кабинете с длинным столом
и портретами Суворова и Кутузова на стене. Кроме И. В. Сталина,
присутствовали члены Государственного Комитета Обороны, на¬
чальник Генерального штаба А. И. Антонов и начальник Главного
оперативного управления С. М. Штеменко. Едва мы успели поздо¬
роваться, Сталин задал вопрос: «Известно ли вам, как складывается
обстановка?» Мы с Жуковым ответили, что по тем данным, которы¬
510
ми располагаем у себя на фронтах, обстановка нам известна. Сталин
повернулся к Штеменко и сказал ему: «Прочтите им телеграмму».
«Штеменко прочел вслух телеграмму, существо которой вкратце
сводилось к следующему: англо-американское командование гото¬
вит операцию по захвату Берлина, ставя задачу захватить его раньше
Советской Армии... Телеграмма заканчивалась тем, что, по всем
данным, план взятия Берлина раньше Советской Армии рассматри¬
вается в штабе союзников как вполне реальный, и подготовка к его
выполнению идет вовсю. После того как Штеменко дочитал до кон¬
ца телеграмму, Сталин обратился к Жукову и ко мне: «Так кто же бу¬
дет брать Берлин, мы или союзники?»
«Так вышло: первому на этот вопрос пришлось отвечать мне,
и я ответил: «Берлин будем брать мы и возьмем его раньше союзни¬
ков». — «Вон какой вы, — слегка усмехнувшись, сказал Сталин и
сразу в упор задал мне вопрос по существу: — А как вы сумеете соз¬
дать для этого группировку? У вас главные силы находятся на вашем
южном фланге, и вам, по-видимому, придется производить боль¬
шую перегруппировку».
«Я ответил на это: «Товарищ Сталин, можете быть спокойны:
фронт проведет все необходимые мероприятия и группировка для
наступления на берлинском направлении будет создана нами свое¬
временно». Вторым отвечал Жуков. Он доложил, что войска готовы
взять Берлин. 1-й Белорусский фронт, густо насыщенный войсками
и техникой, был к тому времени прямо нацелен на Берлин, и притом
с кратчайшего расстояния».
«Выслушав нас, Сталин сказал: «Хорошо. Необходимо вам обо¬
им здесь, прямо в Москве, в Генштабе, подготовить свои планы и по
мере готовности, через сутки-двое, доложить о них Ставке, чтобы
вернуться к себе на фронты с уже утвержденными планами на руках».
Присутствовавший на этом совещании Штеменко утверждал,
что после выступлений Жукова и Конева «Сталин сделал... вывод, что
Берлин мы должны взять в кратчайший срок; начинать операцию
нужно не позже 16 апреля и все закончить в течение 12—15 дней».
В течение суток Жуков и Конев готовили планы операции. Утром
3 апреля они явились в Ставку, где их планы были подробно рас¬
смотрены. Конев попросил подкреплений. По его словам, «Сталин
ответил утвердительно: «В связи с тем, что в Прибалтике и Восточ¬
ной Пруссии фронты начинают сокращаться, могу вам выделить две
армии за счет прибалтийских фронтов: двадцать восьмую и тридцать
первую». Однако расчет показал, что армии не успели бы прибыть в
расположение 1-го Украинского к началу наступления. Тогда Конев
предложил начать операцию до подхода этих армий.
511
Сталин, который ранее считал, что Берлин должны взять войска
1-го Белорусского фронта, по словам Штеменко, теперь «пошел на
компромисс: он не отказался полностью от своей идеи, но и не отверг
начисто соображений И. С. Конева», предлагавшего дополнить уси¬
лия фронта Жукова действиями войск своего фронта. Конев писал:
«Это впечатление усилилось, когда, утверждая состав группировок и
направление ударов, Сталин стал отмечать карандашом по карте
разграничительную линию между 1-м Белорусским и 1-м Украин¬
ским фронтами. В проекте директив эта линия шла через Люббен и
далее несколько южнее Берлина. Ведя эту линию карандашом,
Сталин вдруг оборвал ее на городе Люббен, находившемся пример¬
но в восьмидесяти километрах к юго-востоку от Берлина. Оборвал и
дальше не повел. Он ничего не сказал при этом, но, я думаю, и мар¬
шал Жуков тоже увидел в этом определенный смысл. Разграничи¬
тельная линия была оборвана примерно там, куда мы должны были
выйти к третьему дню операции. Далее... молчаливо предполагалась
возможность проявления инициативы со стороны командования
фронтов».
Конев писал: «Был ли в этом обрыве разграничительной линии
на Люббене негласный призыв к соревнованию фронтов? Допускаю
такую возможность. Во всяком случае, не исключаю ее. Это тем бо¬
лее можно допустить, если мысленно вернуться назад, к тому време¬
ни, и представить себе, чем тогда был для нас Берлин и какое страст¬
ное желание испытывали все, от солдата до генерала, увидеть этот
город своими глазами, овладеть им силой своего оружия. Разумеет¬
ся, это было и моим страстным желанием».
По словам Штеменко, Сталин позже заявил: «Кто первым во¬
рвется, тот пусть и берет Берлин». 3 апреля он подписал директиву
Жукову об операции по овладению Берлином и выходе на Эльбу до
конца месяца, а на другой день — директиву Коневу, которая допус¬
кала поворот его фронта к Берлину после овладения городом Люб¬
бен.
К этому времени, по словам Жукова, от Одера до Берлина была
создана «сплошная система оборонительных сооружений, состояв¬
шая из ряда непрерывных рубежей, по нескольку линий окопов...
На непосредственных подступах к городу создавались три рубежа
обороны: внешняя заградительная зона, внешний оборонительный
обвод и внутренний оборонительный обвод. На улицах самого горо¬
да строились тяжелые баррикады, противотанковые заграждения,
завалы, бетонированные сооружения... Каждая улица, площадь, ка¬
ждый переулок, дом, канал, мост становились составными элемен¬
тами общей обороны города». В «ИВОВ» отмечалось: «Большое зна¬
512
чение в системе Берлинского укрепленного района имели железобе¬
тонные долговременные сооружения. Их насчитывалось в городе
более 400... Они имели шесть этажей (высота — 36,9 метра, толщина
покрытий — 3,5 метра, стен — 2,5 метра) и вмещали от 300 до 1000
человек».
К Берлину были стянуты значительные силы. В январе — марте
1945 года на военную службу были взяты юноши 16—17 лет. Одновре¬
менно происходило формирование новых отрядов фольксштурма.
Всего противник имел на берлинском направлении около 1 миллио¬
на человек, 10 400 орудий и минометов, 1500 танков и самоходных
орудий, более 3 миллионов фаустпатронов, 3300 боевых самолетов.
В ожидании битвы за Берлин Гитлер 14 апреля в своем воззвании к
немецкому народу заявил: «Мы предвидели этот удар и противопос¬
тавили ему сильный фронт. Противника встречает колоссальная си¬
ла артиллерии. Наши потери в пехоте пополняются бесчисленным
количеством новых соединений, сводных формирований и частями
фольксштурма, которые укрепляют фронт. Берлин останется не¬
мецким...»
В то же время в верхах гитлеровской Германии признавали, что
немецкий народ уже не был готов безропотно верить своим вождям.
10 марта Геббельс записал в своем дневнике: «По полученным мною
письмам можно констатировать самый низкий за все время уровень
боевого духа. Корреспонденты сетуют не только по поводу колос¬
сального упадка настроения гражданского населения. Даже опти¬
мисты начинают теперь колебаться — признак того, что мы нахо¬
димся на вершине кризиса. Почти во всех письмах виновником гер¬
манских поражений на всех фронтах называют рейхсмаршала
(Геринга. — Прим. авт.). То, что его еще держат на занимаемом им
посту, многие корреспонденты считают признаком переживаемого
нашим государством скрытого кризиса».
Вину возлагали и на немецких военачальников. 5 марта Геббельс
пишф: «Фюрер снова резко критикует генштаб. Я же задаю ему во¬
прос, насколько серьезно может повлиять такая критика. Ему надо
послать генштаб к черту, если он создает для него такие трудности...
Фюрер прав, говоря, что военная реформа во Франции была прове¬
дена не в ходе Французской революции, а лишь во время наполео¬
новских войн. Сталин же своевременно провел эту реформу и по¬
этому пользуется сейчас ее выгодами».
Тем временем советские военачальники, вызвавшие в отличие
от собственных восхищение Геббельса, тщательно готовили послед¬
нюю решающую операцию Великой Отечественной войны — Бер¬
линскую. Жуков вспоминал: «Мы решили навалиться на обороняв¬
513
19-3374
шиеся войска противника с такой силой, чтобы сразу ошеломить его
и потрясти до основания, использовав массу авиации, танков, ар¬
тиллерии и материальных запасов... 29 марта, когда отгремели по¬
следние выстрелы в Померании, артиллерия и танки, соблюдая
строжайшую маскировку, потянулись на юг. Все леса и рощи по вос¬
точному берегу Одера были забиты войсками. ...На сравнительно уз¬
ком участке фронта за короткое время было сосредоточено 68 стрел¬
ковых дивизий, 3155 танков и самоходных орудий, около 42 тысяч
орудий и минометов... На участке главного удара войск фронта ар¬
тиллерийская плотность создавалась до 270 стволов калибром от
76 миллиметров и выше на один километр фронта прорыва».
2 апреля И. В. Сталин направил директиву командующему вой¬
сками 1-го Белорусского фронта Г. К. Жукову, где говорилось:
«Ставка Верховного Главнокомандования приказывает:
1. Подготовить и провести наступательную операцию с целью
овладеть столицей Германии городом Берлин и не позднее двена-
дцатого-пятнадцатого дня операции выйти на р. Эльба.
2. Главный удар нанести с плацдарма на р. Одер западнее Кюст-
рин силами четырех общевойсковых армий и двух танковых армий.
На участок прорыва привлечь пять-шесть артиллерийских дивизий
прорыва, создать плотность не менее 250 стволов от 76 мм и выше на
один километр фронта прорыва.
3. Для обеспечения главной группировки фронта с севера и с юга
нанести два вспомогательных удара силами двух армий каждый.
Первый удар — из района северо-западнее Бервальде в общем на¬
правлении на Эберсвальде, Фербеллин; второй уд&р — с плацдармов
на р. Одер в общем направлении на Фюрстенвальде, Потсдам, Бран¬
денбург, в обход Берлина с юга.
4. Танковые армии ввести на направлении главного удара после
прорыва обороны для развития успеха в обход Берлина с севера и се-
веро-востока.
5. Армию второго эшелона использовать для развития успеха на
главном направлении...
Ставка Верховного Главнокомандования. И. Сталин. Антонов».
В другой директиве, направленной 2 апреля Сталиным Жукову,
говорилось:
«Ставка Верховного Главнокомандования приказывает:
1. С получением настоящей директивы войскам фронта во всей
полосе перейти к жесткой обороне. В полосе фронта построить не
менее двух оборонительных рубежей. На основных направлениях
создать сильные резервы и эшелонировать их в глубину.
514
2. Танкоопасные направления прочно прикрыть артиллерией и
широко использовать минирование местности.
3. Не в ущерб прочной обороне в войсках фронта организовать
плановую боевую подготовку.
4. Не позднее 10 апреля отселить местное население на 10—15
км в глубину от передней линии войск.
5. Запретить работу радиостанций, кроме ВВС и ПВО.
Ставка Верховного Главнокомандования. И. Сталин. Антонов».
На другой день, 3 апреля, была направлена директива коман¬
дующему войсками 1-го Украинского фронта И. С. Коневу. Она гла¬
сила:
«Ставка Верховного Главнокомандования приказывает:
1. Подготовиться и провести наступательную операцию с целью
разгромить группировку противника в районе Котбус и южнее Бер¬
лина. Не позднее десятого-двенадцатого дня операции овладеть ру¬
бежом Беслитц, Виттенберг и далее по р. Эльба до Дрездена. В даль¬
нейшем после овладения Берлином иметь в виду наступать на Лейп¬
циг.
2. Главный удар силами пяти общевойсковых армий и двух тан¬
ковых армий нанести из района Трибель в общем направлении на
Шпрепоберг, Бенциг. На участок прорыва привлечь пять-шесть ар¬
тиллерийских дивизий прорыва, создать плотность не менее 250
стволов от 76 мм и выше на один километр фронта прорыва.
3. Для обеспечения главной группировки фронта с юга силами
фронта 2-й Польской армии и частью сил 52-й армии нанести вспо¬
могательный удар из района Кольфурт в общем направлении Баут-
цен, Дрезден.
4. Танковые армии и общевойсковые армии второго эшелона
ввести после прорыва для развития успеха на направлении главного
удара.
5. На левом крыле фронта перейти к жесткой обороне, обратив
особое внимание на Бреславльское направление. 5-ю гв. армию сме¬
нить и использовать для наступления на главном направлении.
Ставка Верховного Главнокомандования. И. Сталин. Антонов».
6 апреля была направлена директива командующему войсками
2-го Белорусского фронта К. К. Рокоссовскому. В ней было сказано:
«Ставка Верховного Главнокомандования приказывает:
1. Подготовить и провести наступательную операцию с целью
форсировать р. Одер, разгромить штеттинскую группировку про¬
тивника и не позднее двенадцатого-пятнадцатого дня операции ов¬
ладеть рубежом: Анклам, Деммин, Мальхин, Варен, Прицвальк, Вит¬
тенберге.
515
19*
2. Главный удар силами трех общевойсковых армий с двумя тан¬
ковыми и одним мехкорпусом нанести из района севернее Шведт
в общем направлении на Стрелиц. На участок прорыва привлечь
пять-шесть артиллерийских дивизий прорыва, создать плотность не
менее 250 стволов от 76-мм и выше на один километр фронта про¬
рыва.
3. При благоприятных условиях использовать успех войск Бело¬
русского фронта для свертывания по р. Одер, действуя частью сил
из-за правого крыла 1-го Белорусского фронта.
4. Общевойсковую армию второго эшелона, танковые и механи¬
зированные корпуса ввести после прорыва обороны противника для
развития успеха на главном направлении.
5. Побережье Балтийского моря от устья р. Висла до Берг — Ди-
венов и участок Берг — Дивенов, Альтдамм прочно прикрыть ча¬
стью сил фронта.
Ставка Верховного Главнокомандования. И. Сталин. Антонов».
15 апреля в войсках 1-го Белорусского фронта было распростра¬
нено обращение командующего. В нем, в частности, говорилось:
«Боевые друзья! Верховный Главнокомандующий Маршал Со¬
ветского Союза товарищ Сталин от имени Родины и всего советско¬
го народа приказал войскам нашего ^
ДлиЗшштх подступах к Берлину, захватить столицу фашистской
/ Германии — Берлин и водрузить над нею Знамя Победы. Пришло
' время нанести врагу последний удар и навсегда избавить нашу Роди¬
ну от угрозы войны со стороны фашистских разбойников. Пришло
время вызволить из ярма фашистской неволи еще томящихся у нем¬
цев наших отцов и матерей, братьев и сестер, жен и детей наших.
Пришло время добить врага и победно закончить войну...
Советские богатыри!
Я призываю вас устремить все свои силы, волю, умение и реши¬
мость, мужество и отвагу на самоотверженное выполнение приказа
нашего вождя товарища Сталина, приказ нашей Матери-Родины.
Все необходимое для этого у нас есть в достаточном количестве. От
вас, товарищи, зависит стремительным ударом преодолеть послед¬
ние оборонительные рубежи и ворваться в Берлин.
За нашу Советскую Родину — вперед на Берлин!
Смерть немецким захватчикам!
Командующий войсками 1-го Белорусского фронта Жуков.
Член Военного совета 1-го Белорусского фронта Телегин».
Ночь с 15 на 16 апреля была на редкость спокойной для берлин¬
цев, не было налетов авиации, и тем неожиданнее был толчок, кото¬
рый ощутили жители германской столицы в 5 часов утра. Толчки по¬
вторились. Потом проснувшиеся берлинцы услышали далекий гул.
С линии фронта сообщали, что русские открыли огонь невероятной
мощи.
Маршал Советского Союза В. И. Чуйков вспоминал начало это¬
го исторического наступления: «Вмиг стало светло. В ярких всполо¬
хах артиллерийской канонады мы увидели над траншеями движу¬
щиеся вперед развернутые знамещ... Накатился сплошной.гул вул-
канической^оши. Шутка ли: ударили залпом и продолжали бить
иШть^рштасдаЭрудий!.. Казалось, качнулась вся приодерская
равнина?Клубы пыли и дыма стеной вздыбились до самого неба».
16 апреля в 15 часов дня Жуков позвонил Сталину и сообщил,
что первая и вторая позиции немецкой обороны прорваны, но войска
встретили серьезное сопротивление у рубежа Зееловских высот, где
оборона противника уцелела. По словам Жукова, «Сталин внима¬
тельно выслушал и спокойно сказал: «У Конева оборона противни¬
ка оказалась слабей. Он без труда форсировал реку Нейсе и продви¬
гается вперед без особого сопротивления. Поддержите удар своих
танковых армий бомбардировочной авиацией. Вечером позвоните,
как у вас сложатся дела».
В своих воспоминаниях Жуков писал: «На этот раз И. В. Сталин
говорил со мной не так спокойно, как днем. «Вы напрасно ввели
там, где требовала. Ставка^».. Потом добавил: «Есть ли у вас уверен-
Hf6(cVb, что завтра возьмете зееловский рубеж?» Стараясь быть спо¬
койным, я ответил: «Завтра, 17 апреля, к исходу дня оборона на зее-
ловском рубеже будет прорвана. Считаю, что чем больше противник
будет бросать своих сил навстречу нашим войскам здесь, тем быст¬
рее мы возьмем затем Берлин, так как войска противника легче раз¬
бить в открытом поле, чем в городе». На это Сталин заметил: «Мы
думаем приказать Коневу двинуть танковые армии Рыбалко и Лелю-
шенко на Берлин с юга, а Рокоссовскому ускорить форсирование
и тоже ударить в обход Берлина с севера». Жуков отвечал: «Танковые
армии Конева имеют полную возможность быстро продвигаться, и
их следует направлять на Берлин, а Рокоссовский не сможет начать
наступление ранее 23 апреля, так как задержится с форсированием
Одера». — «До свидания, — довольно сухо сказал И. В. Сталин вме¬
сто ответа и положил трубку».
Видимо, еще до этого разговора Сталин позвонил Коневу, кото¬
рый позже вспоминал: «Когда я уже заканчивал доклад, Сталин
вдруг прервал меня и сказал: «А дела у Жукова идут пока трудно. До
сих пор прорывает оборону». Сказав это, Сталин замолчал. Я тоже
молчал и ждал, что будет дальше. Вдруг Сталин спросил: «Нельзя ли,
517
перебросив подвижные войска Жукова, пустить их через образовав¬
шийся прорыв на участке вашего фронта на Берлин?» Выслушав во¬
прос Сталина, я доложил свое мнение: «Товарищ Сталин, это займет
много времени и внесет большое замешательство. Перебрасывать
в осуществленный нами прорыв танковые войска с 1-го Белорусско¬
го фронта нет необходимости. События у нас развиваются благо¬
приятно, сил достаточно, и мы в состоянии повернуть обе наши тан¬
ковые армии на Берлин». Сказав это, я уточнил направление, куда
будут повернуты танковые армии, и назвал как ориентир Цоссен —
городок в двадцати пяти километрах южнее Берлина, известный нам
как место пребывания ставки немецко-фашистского генерального
штаба... «Очень хорошо, — сказал Сталин. — Я согласен. Поверните
танковые армии на Берлин»... Как только Сталин положил трубку, я
сразу же позвонил по ВЧ командирам обеих танковых армий и дал
им указания, связанные с поворотом армий на Берлин».
17 апреля Сталин направил телеграмму Жукову в связи с его со¬
общением в Генштаб от 16 апреля о показаниях военнопленного.
Жуков сообщал, что немецкие войска получили задачу решительно
не уступать русским и биться до последнего человека, если даже в их
тыл выйдут англо-американские войска. Узнав об этом сообщении,
Сталин, обратившись к Антонову и Штеменко, сказал: «Нужно от¬
ветить товарищу Жукову, что ему, возможно, не все известно о пере¬
говорах Гитлера с союзниками». В телеграмме говорилось: «Не об¬
ращайте внимания на показания пленного немца. Гитлер плетет пау¬
тину в районе Берлина, чтобы вызвать разногласия между русскими
и союзниками. Эту паутину нужно разрубить путем взятия Берлина
советскими войсками. Мы это можем сделать, и мы это сделаем».
В ночь на 18 апреля был осуществлен поворот войск 1-го Укра¬
инского фронта на Берлин, а к утру 18 апреля Зееловские высоты
были взяты войсками 1-го Белорусского фронта.
К этому времени в тылу наступавших войск 1-го Белорусского и
1-го Украинского фронтов оставалась крупная франкфуртско-гу-
бенская группировка войск противника. Конев писал: «Окружив в
лесах юго-восточнее Берлина остатки 4-й и 9-ю немецкую армию, 1 -й
Белорусский и 1-й Украинский фронты, по существу, отрезали от
Берлина главные силы противника, предназначенные для его обо¬
роны, и теперь могли бить по частям группировку, которая еще не¬
давно представляла собой единый кулак». В то же время эти окру¬
женные войска могли попытаться прорваться к Берлину и тем са¬
мым значительно усилить оборону германской столицы. Поэтому
22 апреля Сталин приказал войскам этих двух фронтов не позже
24 апреля ликвидировать эту группировку.
910
Одновременно Сталин определил новую разграничительную
линию между двумя наступавшими фронтами. Конев писал: «Став¬
ка, учитывая сложившееся положение, установила соответствую¬
щую ему разграничительную линию: Люббен — Тойниц — Миттель-
вальтде — Мариендорф — Антгальтский вокзал в Берлине. От Люб-
бена наша разграничительная линия была теперь повернута резко на
северо-запад, почти на север, и делила Берлин приблизительно по¬
полам».
23 апреля Военный совет 1-го Белорусского фронта обратился к
своим воинам с обращением, в котором говорилось:
«Дорогие товарищи!
По приказу Верховного Главнокомандующего товарища Стали¬
на начавшееся семь дней назад наше решительное наступление на
Берлин увенчалось новой славой. Сегодня боевые знамена наших
героических частей уже победно реют над окраинами и пригорода¬
ми Берлина. Настал решающий час боев. Перед вами Берлин, столи¬
ца германского разбойничьего государства, а за Берлином — встреча
с войсками наших союзников и полная победа над врагами... Обру¬
шим же на врага всю мощь нашей боевой техники, мобилизуем всю
нашу волю к победе, весь разум. Не посрамим своей солдатской чес¬
ти и чести своего боевого знамени! К полной и окончательной по¬
беде, боевые товарищи! За честь нашей Родины — вперед, на штурм
Берлина!
Командующий войсками 1-го Белорусского фронта Маршал
Советского Союза Жуков.
Член Военного совета 1-го Белорускою фронта генерал-лейте-
нант Телегин».
Жуков писал: «23—24 апреля войска Белорусского фронта гро¬
мили гитлеровцев на подступах к центру Берлина. В южной части
города завязали бой части 3-й гвардейской танковой армии 1-го Ук¬
раинского фронта».
24 апреля войска 1-го Белорусского фронта соединились в юго-
восточной части Берлина с войсками 1-го Украинского фронта. Та¬
ким образом, было завершено окружение франкфуртско-губенской
группировку противника. В тот же день войскам 1-го Украинского
фронта удалось остановить наступление противника в направлении
Шпремберга.
Еще 20 апреля Сталин направил директиву командующим вой¬
сками 1, 2-го Белорусских и 1-го Украинского фронтов, в которой
было сказано:
«Ввиду возможной в ближайшее время встречи советских войск
с англо-американскими войсками, по соглашению с командовани-
519
ем союзных войск, установлены следующие знаки и сигналы для
опознавания советских и англо-американских войск:
1. Советские войска (пехота, танки, авиация) обозначают себя
серией красных ракет. Помимо ракет, советские танки обозначают-
i ся одной белой полосой вокруг ошгт^ттсг^е середине и белым кре-
У стом на крышеДщщ^Полоса й крест должны быть йе шире 25 см.
27ДНГй0-амерИКаНСКИе войска (пехота, танки, авиация) обозна¬
чают себя серией зеленых ракет. Помимо ракет, ангдо-змерикац^
ские танки и бронемашины обозначаются желтыми или вишщевр-
ЙЗрасными флюоресцирующими (ночью) щитамци белодпятцко-
нёчной звездой, окруженной белым кругом, на горизонтальной по-
3. Советские и англо-американские самолеты, помимо установ¬
ленных для них сигнальными ракетами, обозначаются своими на¬
циональными опознавательными знаками.
Ставка Верховного Главнокомандования приказывает:
а) Установленные сигналы и опознавательные знаки довести до
сведения войск и, прежде всего, танковых и обеспечить их практи¬
ческое применение, когда этого потребует обстановка, т.е. за день до
веущшЯи^^ iS
Кроме того, для облегчения опознавания Нй®|йть"шйска силуэта¬
ми английских и американских танков и самолетов. Для авиации ус¬
тановленные сигналы ввести немедленно.
б) При встрече с английскими или американскими войсками ко¬
мандующим танковыми или общевойсковыми армиями по догово¬
ренности со старшими начальниками союзных войск устащщивать
временную тактическую разграничительную линию между совет:
скими и английскими или амерйкай бкими вошжами с тем, чтобы
Шбежат^дад^ешиванйя войск При установлении такой линии ис¬
ходить из фактй^естсстГб пюложения наших войск и войск англий¬
ских или американских ко времени их встречи.
Ставка Верховного Главнокомандования. И. Сталин. Антонов».
25 апреля войска 1-го Украинского фронта встретились с амери-
V канскими войсками на реке Эльба в районе Стрела и в районе Тор-
гау. Конев писал: «Именно здесь, в центре Германии, гитлеровская
армия оказалась окончательно рассеченной пополам».
26 апреля Конев докладывал Сталину: «26 апреля с.г. с 17.00 до
19.00 на восточном берегу реки Эльба в районе Торгау состоялась
/ официальная встреча командира 58-й гв. сд гвардии генерал-майора
V/ Русакова В. В. с командиром 69-й пд 1-й американской армии гене¬
рал-майором Райхардтом... Командование 69-й пд американской
армии преподнесло командиру 58-й гв. сд американский нацио¬
520
нальный флаг. При встрем^ прж^тхжщалахвыше 50 иностранных
фоторепортеров, корреснандентов и кида^шратаров)^
ЭтсмЛ?§^^ отмечено приказом Верховного Главноко¬
мандующего и салютом в Москве. И. В. Сталин, У. Черчилль и Г. Тру¬
мэн, занявший пост президента США за две недели до этого после
внезапной смерти Ф. Д. Рузвельта, заранее приурочили к этому ожи¬
давшемуся событию свои выступления по радио. В своем выступле¬
нии по радио 27 апреля 1945 года Сталин обратился к бойцам и
командирам Красной Армии и армий союзников. В этом обращении
он заявил: «Наша задача и наш долг — добить врага, принудить его
сложить оружие и безоговорочно капитулировать. Эту задачу перед
нашим народом и перед всеми свободолюбивыми народами Крас¬
ная Армия выполнит до конца».
Немцы продолжали оказывать упорное сопротивление. Лишь
вечером 29 апреля командующий обороной Берлина генерал Вейд-
линг в докладе Гитлеру сообщил ему о невозможности продолжать
сопротивление. Хотя Гитлер не принял окончательного решения,
он дал приндипиальное согласие оставить Берлин, если не удастся
наладить доставку боеприпасов.
^Жапреля в 14.25 войсками З-й ударной армии 1-го БелопусдшхР
фронта была взята основная часть здания рейхстага. В 14.30 Гитлер
предоставил Вейдлингу свободу действий и разрешил осуществить
попытку прорыва из Берлина. А через час Жукову сообщили, что над
рейхстагом разведчики сержант М. А. Егоров и сержант М. В. Канта-
рия водрузили Красное знамя,
Жуков писал: «ЦЗ часа 50 минутЧ мая на командный пункт 8-й
гвардейской армии был доставлен началШик генерального штаба
германских сухопутных войск генерал пехоты Кребс. Он заявил, что
уполномочен установить непосредственный контакт с Верховным
Командованием Красной Армии для проведения переговоров о пе¬
ремирии. В 4 часа утра В. И. Чуйков доложил мне по телефону, что
Кребс вручил Чуйкову письмо Геббельса, в котором говорилось:
«Мы сообщаем вождю советского народа, что сегодня в 15 часов
50 минут^добровольно ушел из жизни фюрер. На основании его за¬
конного права фюрер всю власть в оставленном им завещании пере¬
дал Деницу, мне и Борману. Я уполномочил Бормана установить
связь с вождем советского народа. Эта связь необходима для мирных
белье». К письму прилагалось завещание Гитлера со списком нового
правительства Германии.
Жуков вспоминал: «Ввиду важности сообщения я немедленно
521
направил своего заместителя генерала армии В. Д. Соколовского на
командный пункт В. И. Чуйкова для переговоров с немецким гене¬
ралом. В. Д. Соколовский должен был потребовать от Кребса безо¬
говорочной капитуляции фашистской Германии».
Жуков тут же позвонил Сталину, который был на даче. По сло¬
вам Жукова, «подошел дежурный генерал, который сказал: «Сталин
только что лег спать». — «Прошу разбудить его. Дело срочное и до
утра ждать не может». Очень скоро И. В. Сталин подошел к телефо¬
ну. Я доложил полученное сообщение о самоубийстве Гитлера и по¬
явлении Кребса и решение поручить переговоры с ним генералу
В. Д. Соколовскому. Спросил его указаний. И. В. Сталин ответил:
/«Доигрался, подлец. Жаль, что не удалось взять его живым. Где труп
Гитлера?» «По сообщению генерала Кребса, труп Гитлера сожжен
на костре», — ответил Жуков. «Передайте Соколовскому, — сказал
Верховный, — никаких переговоров, кроме безоговорочной капиту¬
ляции, ни с Кребсом, ни с другими гитлеровцами не вести. Если ни¬
чего не будет чрезвычайного, не звоните до утра, хочу немного от¬
дохнуть. Сегодня у нас первомайский парад».
Между тем Кребс в ходе переговоров с Чуйковым, а затем и с Со¬
коловским тщетно добивался согласия Советской страны на при¬
знание нового правительства Германии во главе с Деницем — Геб¬
бельсом и капитуляции этого правительства перед СССР. Однако
Сталин справедливо увидел в этих маневрах гитлеровцев попытку
вбить клин в антифашистскую коалицию и требовал от них лишь не¬
медленной безоговорочной капитуляции Германии перед всеми со-
; юзниками. Провал этих маневров привел к тому, что 1 мая Кребс,
j а также Геббельс вместе со всей семьей покончили жизнь самоубий¬
ством.
1 мая 1945 года, когда в Берлине и во всей Германии еще продол¬
жались тяжелые бои, в Москве на Красной площади впервые после
J541 года состоялся^щщй первомайский парад. В своем перво¬
майском прйка^ё Сталин писал: «Дни гйтл^ротККЙй Германии со¬
чтены. Более половины ее территории занято Красной Армией и
войсками наших союзников... Германия полностью изолирована
и оказалась в одиночестве, если не считать ее союзницы — Японии...
Идет последний штурм гитлеровского логова... Смертельно ранен¬
ный фашистский зверь находится при последнем издыхании. Задача
сводится к одному — добить фашистского зверя».
Падение Берлина не привело к немедленному прекращению
войны. В своем выступлении по радио из Фленсбурга 1 мая новый
президент Германии Дениц заявил: «Фюрер назначил меня своим
преемником. В тяжелый для судьбы Германии час с сознанием ле-
жащей на мне ответственности я принимаю на себя обязанности
главы правительства. Моей первейшей задрдей является спасение
немцев от уничтожения наступающими^большевикамиЛГолько во
имя этой цели продолжаются военные дейс^м. Шиейдрт выполне¬
нии этой задачи встречаются препятствия со стороны англичан и
американцев, мы вынуждены защищаться также и от них». На засе¬
дании нового правительства Германии было принято решение: «Не¬
обходимо всеми силами продолжать борьбу на Восточном фронте». ;
Конев подчеркивал: «В распоряжении нового германского пра¬
вительства... для продолжения войны имелись еще весьма значи¬
тельные по численности силы... В Советской Прибалтике находилась
группа армий «Курляндия». На побережье Балтийского моря еще
продолжала сражаться группа войск «Восточная Пруссия». Западнее
Берлина сопротивлялась, хотя и основательно потрепанная, 12-я гит¬
леровская армия. В Чехословакии была сосредоточена под командо¬
ванием генерал-фельдмаршала Шернера группа армий «Центр» (до
пятидесяти полнокровных дивизий и шесть боевых групп, сформи¬
рованных из бывших дивизий). Эта внушительная группировка ока¬
зывала сопротивление войскам 1, 2 и 4-го Украинских фронтов.
В Западной Чехословакии союзникам противостояла 7-я немецкая
армия (пять дивизий), как раз в эти дни тоже переданная в подчине¬
ние Шернеру. Наконец, в Австрии и Югославии против войск 2-го
и 3-го Украинских фронтов и Югославской Народной армии дра¬
лись еще две группы немецко-фашистских армий — «Австрия»
и «Юг», вместе насчитывавшие до сорока дивизий».
К этому времени разногласия между союзниками, на которых
постоянно возлагали надежды руководители Германии, усилились,
необходимости против Красной Армии. Одновременно англо-аме-
риканские союзники, воспользовавшись отсутствием сопротивле¬
ния со стороны немцев, стремились продвинуться как можно даль¬
ше на восток. Хотя уже была согласована демаркационная линия
между наступавшими войсками, командующий экспедиционным
корпусом союзников Д. Эйзенхауэр в своем письме начальнику Гене¬
рального штаба Антонову 4 мая писал: «Будем готовы продвинуться
в Чехословакию, если это потребует обстановка, до линии рек Влта¬
ва и Эльба, чтобы очистить западные берега этих рек». Как замечал
Конев, «это дополнение фактически включало в зону действия аме¬
риканских войск и саму Прагу».
Однако еще 28 апреля, когда в Берлине продолжались бои, Ста¬
лин позвонил Коневу и спросил его: «Как вы думаете, кто будет
523
брать Прагу?» Конев ответил, что «Прагу придется брать войскам 1 -го
Украинского фронта». Когда план Пражской операции был уже раз¬
работан, 5 мая к Коневу прибыл американский генерал О. Брэдли,
который спросил, как советские войска намерены брать Прагу и не
нужна ли в этом деле помощь американцев. По его словам, Конев
ответил, что «необходимости в такой помощи нет и что любое про¬
движение американских войск дальше к востоку от ранее обуслов¬
ленной демаркационной линии может внести только путаницу, вы¬
звать перемешивание войск, а это нежелательно, и просил этого не
делать». По словам Конева, «Брэдли согласился со мной и сказал,
что подчиненные ему войска будут и впредь соблюдать установлен¬
ную линию соприкосновения».
К этому времени Конев уже узнал о восстании в Праге. Он заме¬
чал: «У восстания были свои особенности и противоречия: в нем уча¬
ствовали различные социальные силы... Ведя с восставшими крова¬
вую борьбу, фашистские власти и немецкое командование в то же
время маневрировали, искали выгодных для себя обходных путей.
Чтобы выиграть время, шли на переговоры, а на последнем этапе со¬
глашались даже на разоружение своих войск с условием, чтобы их
пропустили через Прагу вооруженными и разоружили только за ее
пределами. Среди руководителей пражского восстания были люди,
по-разному относившиеся к этим предложениям. Трудно сказать,
чем бы все это кончилось, может быть, еще одним жестоким крово¬
пролитием... Сейчас гадать об этом не приходится, потому что весь
этот сложный узел был разрублен нашими танкистами, прорвавши¬
мися в три часа утра 9 мая на улицы Праги».
Конев долго не мог сообщить в Москву, как закончились бои в
Праге, так как его офицеры связи не посылали ему никаких сообще¬
ний из столицы Чехословакии. Конев вспоминал: «Время шло, а са¬
молеты не возвращались и новых донесений по-прежнему не было.
Я послал еще одного офицера из оперативного управления штаба
фронта на самолетах связи и одновременно приказал Красовскому
поднять группу боевых самолетов и поручить летчикам с малых вы¬
сот выяснить обстановку в Праге. После их возвращения мы узнали,
что в городе никаких боевых действий уже не наблюдается, а на ули¬
цах толпы народу... Как выяснилось потом, причиной тому было ли¬
кование пражан. На улицах шли сплошные демонстрации. При по¬
явлении советского офицера его немедленно брали в дружеский по¬
лон, начинали обнимать, целовать, качать. Один за другим попали
все мои офицеры связи в окружение — поцелуи, угощения, цветы.
Потом в этих же дружеских объятиях один за другим оказались и
старшие начальники — и Лелюшенко, и Рыбалко, и подъехавший
вслед за ними Гордов. Никому из них не удавалось выбраться из
Праги на свои командные пункты, к своим узлам связи и подробно
доложить обстановку». Лишь через какое-то время Конев составил
сообщение о том, что «в девять часов утра Прага была полностью ос¬
вобождена и очищена от противника».
За три дня до этого, 6 мая, возглавивший правительство Герма- I
нии после самоубийства Гитлера адмирал Дениц направил генерала j
Йодля в штаб Эйзенхауэра для ведения переговоров о перемирии на
Западе. Вечером того же дня в штаб Эйзенхауэра был вызван глава
советской военной миссии генерал И. А. Суслопаров. Эйзенхауэр
заявил советскому генералу, что он потребовал от Йодля безогово- /
рочной капитуляции перед всеми союзниками и подписание капи- !
туляции уже назначено в Реймсе на 2 часа 30 минут 7 мая. Пока Сус¬
лопаров направил в Москву телеграмму с просьбой дать инструк¬
ции, наступила полночь. К моменту подписания капитуляции в
2 часа 41 минуту ответ из Москвы еще не пришел, и тогда Суслопа-
v„. ,^0,,«<4«>«нх<• ’•мфлщ' ■*»««***. «’«'иидоф*«м&тшц&лшшш :
ров решил подписать акт о безоговорочной капитуляции. Только
« •**« *' <■ *>*:»* * «'* ^щч.^т»>шттттФттттттШтШттштшшттт^ят*^ттт^т»^^е‘'
после этого прибыл ответ из Москвы: никаких документов не под-
пжед^[Тб1йврёШнем п^вйтельство СВЖ сообщило в Москву о
своем намерении объявить о капитуляции Германии 8 мая в 16.00 по
московскому времени, «если маршал Сталин не выразит свое согла¬
сие на более ранний час». *
Совершенно очевидно, что западные союзники не стали себя};
вести так, как повело Советское ночь сЗО апреля,да j *
ЧПШГГ^ когда Кребс и fe’SSe^bc предлагали ему одностороннюю капи-!/
туйяцию, а фактически постарались поставить СССР перед совер-|;-
шившимся фактом.
" 7 мая состоялось совещание Политбюро с участием представи¬
телей Генштаба. Как вспоминал Штеменко, «Верховный Главноко¬
мандующий, как обычно, медленно прохаживался вдоль ковровой
дорожки. Весь вид его выражал крайнее неудовольствие. То же мы
заметили и на лицах присутствовавших. Обсуждалась капитуляция
в Реймсе. Верховный Главнокомандующий поводил итоги, размыш¬
ляя вслух. Он заметил, что союзники организовали одностороннее
соглашение с правительством Деница. Такое соглашение больше
похоже на нехороший сговор. Кроме генерала И. А. Суслопарова. ни- 1 j
кто из государственных лиц ССТРТГР^^^жЗзрисутствовал. Вы- I *
ходит, что перед нашей страной капитуляции не происходит, и это I
тогда, когда именно мы больше всего потерпели от гитлеровского *
нашествия и вложили наибольший вклад в дело победы, сломав хре-
бе^фашистскому зверю. От такой «капитуляции» можно ожидать
плохих последствий».
525
«Договор, подписанный союзниками в Реймсе.— продолжал
И. В. Сталин, - нельзя отменитьдтетлш^^ Ей™?"
ляция Должна 6ытъ^шнещ^щ^ажнейший.лс1арш1Шда|1,,фёйЗ
Ъ^,у(укЬ*Шг™>?*К'Я ^ I. -f
принята не на территории победителен, а там, откуда пришла фаши-
стекая агрессия — в Берлине, и не в однострровд^м дорадке, арбя-
з'атеЖнб верховным командованием всех стран антигитлеровской
'КОЭДШШИ?Нуте йз^лайарёй^бывшего фашйст-
ШЖГМеуйарства или целая группа нацистов, ответственных за все
их злодеяния перед человечеством»... После этого Верховный Глав¬
нокомандующий потребовал соединить его по телефону с Берли¬
ном».
Как вспоминал Жуков, Сталин сообщил ему по телефону о ка¬
питуляции в Реймсе и, дав оценку этому событию, сказал: «Мьт ло-
считать подписание акта в Реймсе пред-
IjgTMTpM
представители немецкого главного командования и представители
Верховного командования союзных войск. Представителем Верхов¬
ного Главнокомандования советских войск назначаетесь вы... Глав¬
ноначальствующим в советской зоне оккупации Германии назна¬
чаетесь вы; одновременно будете и Главнокомандующим советски¬
ми оккупационными войсками в Германии».
В ночь с.8 ня,Амая в Карлсхорсте, в восточной части Берлина Акт
о безоговорочной капитуляции Германии был подписан началь¬
ником штаба Верховного главнокомандования Германии генерал-
фельдмаршалом В. Кейтелем. Капитуляцию принял от СССР мар¬
шал Жуков, а также командующий стратегическими воздушными
силами США генерал Спаатс, маршал авиации британских воору¬
женных сил Артур В. Тедцер, главнокомандующий французской ар¬
мии генерал Делатр де Тассиньи. На процедуре пдшждтщ^присут¬
ствовал и И. А. Суслопаров. Тут емухоб^или. что Сталин, позво-
р не имеет претензий к его
нив по телефону
действиям в Реймс|
НочьюуШя был объявлен приказ Верховного Главнокоман-
дующего, в котором говорилось: «Великая Отечественная война, ко¬
торую вел советский народ против немецко-фашистских захватчи¬
ков, победоносно завершена, Германия полностью разгромлена».
9 мая был объявлен Днем Победы.
В тот же день Сталин выступил по радио. Поздравив «соотечест¬
венников и соотечественниц» с «великим Днем Победы над Герма¬
нией», Сталин сказал: «Великие жертвы, принесенные нами во имя
свободы и независимости нашей Родины, неисчислимые лишения
и страдания, пережитые нашим народом в ходе войны, напряжен-
52В
и свою независимость
ный труд в тылу и на фронте, отданный на алтарь Отечества, не про-
шлидаром и увенчались полной победой над врагом. Веков
славяШЖшс народов
оАэеш немецкими захватчиками и немецкой тира-
Сталин напоминал: «Три года назад Гитлер всенародно
что в его задачи вход — • - ■
нЭТ^^авказ^^З^раины, Белоруссии. Прибалтики ,ж>других облас-
теиТОн прямо заявил; «Мы уничтожим Россию, htqOm рщ
■ЙЛ84Й.«Л*-* ■****&£ '*■ $ - 1 .. *v *4 XT
никогда ш смогла дходаятьШ^Зто оьшо три года назад. Но сума¬
сбродным идеям Гитлера не суждено было сбыться, — ход войны
развеял их в прах. На деле получилось прямо противоположное то¬
му, о чем бредили гитлеровцы. Германия разбита наголову. Герман¬
ские войска капитулируют. Советский народ торжествует победу,
хотя он и не собирается ни расчленять, ни уничтожатьJTe|зм^ ..
ВеликаяОте^^венная война заверштаасьнашей полной победой.
Период войны в Европе кончился. Начался период мирного разви¬
тия. С победой вас, мои дорогие соотечественники и соотечествен¬
ницы!»
Глава 24
ЧЕСТВОВАНИЕ ПОБЕДИТЕЛЕЙ
И ПОТСДАМСКАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ
Вскоре после Дня Победы Сталин приказал работникам Гене¬
рального штаба разработать предложения о чествовании фронтови¬
ков в Москве. По словам Штеменко, Сталин сказал: «Нужно подго¬
товить и провести особый парад. Пусть в нем будут участвовать
представители всех фронтов и всех родов войск. Хорошо бы также,
по русскому обычаю, отметить победу за столом, устроить в Кремле
торжественный обед. Пригласим на него командующих воисками
фронтов и других военных по предложению Генштаба. Обед не бу¬
дем откладывать и сделаем его до парада».
а вечером в Кремле состоялся прием в честь ко¬
мандующих войсками Красной Армии. Вместе с военными собра¬
лись члены правительства, видные деятели оборонной промышлен¬
ности, народного хозяйства, науки, культуры, литературы и искус¬
ства; Авиаконструктор А. С. Яковлев вспоминал: «Мне часто прихо¬
дилось бывать в Кремле, но на этот раз я ехал туда как будто впер¬
вые... Последний прием был здесь перед самой войной — 2 мая
527
1941 года. И вот мы вновь, после четырехлетнего перерыва, собра¬
лись в этом дворце — нарядные, в парадной форме, счастливые, гор¬
дые нашей победой... В Георгиевском зад§^ ,
КвноГввосемь вечера в зале появились руководители партии и
правительства. Как взрыв, потрясли своды древнего Кремлевского
дворца оглушительные овации и крики «ура!». Они, кажется, дли¬
лись бесконечно».
бойцов-кр^сноармейцев, моряков, офицеров, генералов и адмира¬
лов. Затем последовали тосты за партию и ее Центральный Комитет,
за председателя Президиума Верховного Совета СССР М. И. Кали¬
нина, за каждого из командующих фронтами, за Ворошилова, Буден¬
ного, Тимошенко. По воспоминаниям Штеменко, «не были забыты
и руководители славного Военно-морского флота, маршалы родов
войск, Государственный Комитет Обороны и его председатель, Ге¬
неральный штаб». Сталиным был предложен тост и за Молотова. Он
/ заметил. «Не забывайте, что хорошая внешняя политика иногда ве-
сит больше, чем две-три армии на фронте. За нашего Вячеслава!» На
I этом приеме Сталин предложил зна^нитый тост «3aj3JiopQBbe nvc-
® ского народа». ***"*
"*1ввТ[о1йЯЖйприема Сталину было доложено о подготовке парада
Победы. Он распорядился так: «Парад провести ровно через ме-
сяц — двадцать четвертого июня... И вот что еще — на парад надо
вынести гитлеровские знамена и с позором повергнуть их к ногам
победителей. Подумайте, как это сделать... А кто будет командовать
парадом и принимать его?» Штеменко писал: «Мы промолчали,
зная наверняка, чтохш уже решил этот вопрос и спрашивает нас так,
для проформы... После паузы Верховный объявил: «Принимать па¬
рад будет Жуков, а командовать — Рокоссовский...»
. / 24 июня 1945 года в МоСИЙГсостоялся парад Победы. Автору
этой книги повезло: в этот день я был на Красной площади вместе с
отцом. Чтобы детям было лучше видно, им позволили встать впере¬
ди взрослых зрителей. Мимо нас на свои места на трибунах проходи¬
ли гости парада, иностранные военные в необычной форме, зару¬
бежные дипломаты в треуголках со страусовыми перьями. Прошест¬
вовали, опираясь на посохи, православные священнослужители. Да
, / Лобном месте был воздвигнут йшшьж в|щишщшсад|енчатой
V бЖйни, увенчанной фигурами ра^Ряего^ходаазншм^ Вдоль ГУМа
выстройлисьвойска. Здесь были собраны самые прославленные вои¬
ны всех фронтов. Штандарт 1-го Украинского фронта держал пер¬
вый трижды Герой Советского Союза полковник авиации А. И. По-
528
крышкин. Знамя буззшш^генерал армии В. И. Варен¬
ников. Неббйчной формой выделялся полк Войска Польскою.
Обращала на себя группа военных, державшая вниз к земле какие-то
черные и красные знамена.
По трибунам прокатилась волна аплодисментов. Все увидели
Сталина и других советских руководителей, поднимавшихся на три¬
буну Мавзолея. Площадь замерла. В тишине гулко раздавались сло¬
ва команды, и снова стало тихо. Зазвучали часы на Спасской башне,
и вот навстречу друг другу устремились всадники. На вороном коне
мчался К. К. Рокоссовский. Навстречу ему на белом коне выехал
Йосле^^ъезда сводных полков маршал поднялся на трибуну
Мавзолея. На всю площадь зазвучал голос Жукова. Он говорил о че-
тырех ходах тяжелой войны и о решающей роли Красной Армии
в победе над Германией. Он завершил свою речь здравицами в честь
народа-победителя, победоносных воинов, Коммунистической пар¬
тии, «мудрого вождя и полководца Сталина». Ответом на здравицы
было громкое «ура!» собравшихся воинов.
Начался парад. Вслед за группой барабанщиков от Историче¬
ского музея пошли сводные полки, представлявшие все фронты
с севера до юга. Впереди каждого полка шли знаменосцы, держав¬
шие отяжелевшие от дождя штандарты, и командующие фронтами.
МимсГНаГ^ воины и их полководцы. Затем
проследовал сводный полк Военно-морского флота. И, наконец, к
Мавзолею стал приближаться полк со знаменами, в центре которых
были изображения крестов и свастик. В тишине раздалась барабан¬
ная дробь. Оказавшись рядом с Мавзолеем, солдаты развернулись
напрс|до*м под гром аплодисментов присутствовавших стали швы-
pafwOO Немецких знамен на асфальт.
Гарад продолжался. По площади прошли солдаты Московского
гарнизона, слушатели военных академий. Промчались кавалеристы.
Проехали машины с артиллерией, «катюшами», танки «Т-34», само¬
ходные установки. Парад длился два часа. Однако беспрерывный
дождь помешал празДШЧШ . Лишь вечером дождь
прекратился й бът прбйзведен праздничный салют. Высоко в небе
над Кремлем спускался с невидимого в вечернем небе аэростата
портрет Сталина, освещенный прожекторами.
26 июня Председатель Президиума Верховного Совета СССР
М. И. Калинин подписал два указа о награждении Сталина вторым
орденом «Победа» и присвоении ему звания Героя Советского Сою¬
за. Судя по всему Сталин не возражал против награждения его двумя
орденами «Победа» наряду с Жуковым и Василевским. В то же время
529
А. Рыбин утверждает, что, узнав о присвоении ему звания Героя Со¬
ветского Союза, Сталин возмутился и заявил: «Подхалимы при¬
дворные! Такая высокая награда должна вручаться только воинам,
проявившим героизм на поле боя! Я же в атаку с винтовкой напере¬
вес не ходил и героизма не проявлял». Как писал Рыбин, «узнав о та-
I ком сюрпризе, правительство призадумалось, как вручить награду.
| Маленков было взялся за это, но... Попросил Поскребышева. Тот
11 лишь представил себе, как Сталин может вспылить! И тоже передал
1 награду коменданту дачи Орлову. Сталин опять лишь выругался».
| I yj При жизни Сталин ни разу не надел Золотой Звезды Героя Совет-
4 узнав об этой реакции Сталина на присвоение ему
звания Героя Советского Союза, члены Политбюро решили найти
иной способ наградить Сталина. 27 июня указом Президиума Вер¬
ховного Совета СССР И. В. Сталину было присвоено вновь учреж¬
денное звание Генералиссимуса Советского Союза. Однако на сей
раз обсуждение вопроса об этом звании происходило в присутствии
Сталина, а также ряда военачальников (Жуков, Василевский, Ро¬
коссовский, Конев). Как вспоминал Конев, Сталин заявил: «Хотите
присвоить товарищу Сталину генералиссимуса. Зачем это нужно то¬
варищу Сталину? Товарищу Сталину это не нужно. Товарищ Сталин
и без этого имеет авторитет. Это вам нужны звания для авторитета.
Товарищу Сталину не нужны никакие звания для авторитета. Поду¬
маешь, нашли звание для товарища Сталина — генералиссимус. Чан
ч Кайши — генералиссимус, Франко — генералиссимус. Нечего ска-
I зать, хорошая компания для товарища Сталина. Вы маршалы, и я
I маршал, вы что, меня хотите выставить из маршалов? В какие-то ге-
I нералиссимусы? Что это за звание? Переведите мне!»
По словам Конева, «пришлось тащить разные исторические
книги и статуты и объяснять, что это в четвертый раз в истории рус¬
ской армии после Меншикова и еще кого-то, и Суворова. В конце
концов он согласился».
Генералиссимус Советского Союза Сталин возглавил советскую
делегацию на третью и последнюю встречу Большой Тройки в Пот¬
сдаме, которая стала самой длинной по продолжительности (17 ию¬
ля — 2 августа 1945 года). Состав Большой Тройки изменился еще до
созыва конференции, когда вместо Ф. Д. Рузвельта США возглавил
его преемник Гарри С. Трумэн, а затем и в ходе конференции, когда
после выборов в британский парламент главой делегации Велико¬
британии стал лидер победившей лейбористской партии Климент
Эттли вместо потерпевшего поражение лидера консервативной пар¬
тии Уинстона Черчилля. Слова Сталина, произнесенные им в Ялте о
530
возможном скором уходе со сцены участников Ялтинской соглаше¬
ний, сбывались с неожиданной быстротой.
Задача Сталина состояла в том, чтобы использовать свой огром¬
ный авторитет и возросшую роль СССР в мире для признания дого¬
воренностей, достигнутых в Тегеране и Ялте, новыми руководите¬
лями США и Великобритании, и превращения этих общих догово¬
ренностей в конкретные соглашения. Это было необходимо, по¬
скольку после окончания войны западные партнеры Сталина стали
настойчиво ставить под сомнение те изменения в Центральной и
Юго-Восточной Европе, которые произошли вследствие побед Крас¬
ной Армии. Хотя США и Великобритания согласились уже на втором
заседании Потсдамской конференции признать Временное прави¬
тельство национального единства Польши, которое возглавили Бе¬
рут и Осубка-Моравский, они стали чинить препятствия расшире¬
нию просоветской Польши на запад. Против признания границы по
Одеру — Нейсе выдвигались самые разные аргументы, включая не¬
обходимость обеспечения Германии углем и продовольствием из
Силезии и других областей, в которых уже была установлена поль¬
ская администрация.
Этим заявлениям Сталин противопоставлял веские аргументы,
основанные на хорошем владении информацией. В ответ на заявле¬
ния Черчилля об угрозе хозяйственного паралича Берлина, лишен¬
ного силезского угля, Сталин уверенно отвечал, что «Берлин полу¬
чает уголь не из Силезии, а из Торгау (Саксония)». На вопрос Чер¬
чилля, не бурый ли это уголь, Сталин так же уверенно отвечал, что
«это — хороший каменный уголь». Кроме того, он замечал, что «бу¬
рый уголь хорошо используется в брикетах, а у немцев есть хорошие
брикетные фабрики». Попытка Черчилля вернуться к своему аргу¬
менту, заявив, что «часть угля для Берлина получали из Силезии»,
Сталин опровергал: «До того как британские войска заняли район
Цвиккау, немцы брали уголь для Берлина оттуда. После отхода со¬
юзных войск из Саксонии на запад Берлин брал уголь из Торгау».
Выдерживая деловой тон дискуссии, Сталин неожиданно вво¬
дил такие аргументы, которые свидетельствовали о владении им
точной разведывательной информацией и разоблачали неискрен¬
ность союзников. Так, в ходе обсуждения темы о нехватке угля и не¬
хватке рабочей силы для его добычи в Западной Европе Сталин ска¬
зал, что в СССР сейчас испольдехед^^^^
ты в шахтЖ, а затем заметил: «400 ть1сян цемецкихсолдат сидят у вас
еГНорвегии, они даже не разорщедь!, и ^известно, чего ощувдут,
iJo? вам рабочая сила». Осознав истинный смысл заявления Стали-
на^ЧТерчим оправдываться: «Я не знал, что они не разо¬
531
ружены. Во всяком случае, наше намерение заключается в том, что¬
бы разоружить их. Я не знаю точно, каково там положение, но этот
вопрос был урегулирован верховной ставкой союзных экспедици¬
онных сил. Во всяком случае, я наведу справки».
Однако Сталин не ограничился своим острым замечанием, а
в конце заседания передал Черчиллю меморандум относительно
имеющихся в Норвегии неразоруженных германских войск. Чер¬
чилль вновь стал оправдываться: «Но я могу дать заверение, что на¬
шим намерением является разоружить эти войска». Ответ Сталина:
«Не сомневаюсь», был, очевидно, произнесен с ироничной интона¬
цией, а потому вызвал смех. Продолжая оправдываться, Черчилль
/заявил: «Мы не держим их в резерве, чтобы потом выпустить их из
/ рукава. Я тотчас же потребую доклада по этому поводу». Лишь че¬
рез 10 лет, когда Черчилль вновь стал премьер-министром, он при¬
знал, что он лично отдал распоряжение не разоружать часть немецких
войск, а держать их готовыми на случай возможного вооруженного
столкновения с СССР в Европе летом 1945 года. На конференции
Сталин нашел наиболее тактичный способ объявить союзнику о
том, что он знает о его вероломных действиях, и вынудил его факти¬
чески признать факт нарушения Англией союзнических обяза¬
тельств.
Такую же гибкость и упорство Сталин проявлял в защите пози¬
ций СССР и его политических союзников в Болгарии, Румынии,
Венгрии. Было очевидно, что Сталин старадсяда
ции единства союзников, сложившегося в годы войны, и избеш»
острой конфронтации. В ответ на заявления Трумэна и Черчилля о
томГ^^ ограничивается свобода информации, что
правительства этих стран не^отражают настроений всех слоев насе¬
ления, а поэтому Запад не может установить с ними дипломатиче¬
ских отношений и подписать мирные договоры, Сталин призывал
союзников: «Если мы начнем им мстить на основе того, что они
причинили нам большой ущерб, то это будет одна политика. Я не
сторонник этой политики... Пора перейти к другой политике —
к политике облегчения их положения». Для этого он предлагал «на¬
чать с восстановления дипломатических отношений с ними. Могут
возразить, что там нет свободно избранных правительств. Но нет та¬
кого правительства и в Италии. Однако дипломатические отноше¬
ния с Италией восстановлены. Нет таких правительств во Франции
и Бельгии. Однако никто не сомневается в вопросе о дипломатиче¬
ских отношениях с этими странами».
В конечном счете Сталин добился своего. В решении конферен¬
ции было сказано: «Три правительства, каждое в отдельности, со¬
532
гласны изучить в ближайшее время в свете условий, которые будут
существовать, вопрос об установлении в возможной степени дипло¬
матических отношений с Финляндией, Румынией, Болгарией и
Венгрией до заключения мирных договоров с этими странами».
На конференции было одобрено Соглашение о политических и
экономических принципах координированной политики союзни¬
ков в отношении побежденной Германии в период союзного кон¬
троля. В решении конференции «О Германии» подчеркивалось, что
«союзники, в согласии друг с другом, сейчас и в будущем, примут и
другие меры, необходимые для того, чтобы Германия никогда боль¬
ше не угрожала своим соседям или сохранению мира во всем мире».
В то же время в решении утверждалось, что «союзники не намерены
уничтожить или ввергнуть в рабство немецкий народ. Союзники на¬
мереваются дать немецкому народу возможность подготовиться к
тому, чтобы в дальнейшем осуществить реконструкцию своей жиз¬
ни на демократической и мирной основе».
Преодолев возражения союзников, Сталин добился принятия
решений о репарациях с Германии, а также разделе германского во¬
енного и торгового флотов с учетом интересов СССР. Сталин пони¬
мал, что в этих вопросах союзники не будут возражать, так как всему
миру был известен чудовищный урон, нанесенный нашей стране
войной и оккупацией. Сталин замечал: «Я не привык жаловаться, но
должен сказать, что... мы потеряли несколько миллионов убитыми,
нам людей не хватает. Если бы я стал жаловаться, я боюсь, что вы тут
прослезились бы, до того тяжелое положение в России».
Союзники не могли игнорировать ни жертвы, принесенные со¬
ветским народом во имя Победы, ни решающей роли СССР в ее дос¬
тижении. Решения Потсдамской конференции окончательно опре¬
делили черты послевоенного устройства мира, оформлявшегося в
ходе переговоров между СССР, Англией и США в Тегеране, Ялте и
на протяжении всей войны. Эти решения отвечали интересам на¬
шей страны в установлении надежного мира на ее границах. Они ис¬
ходили из признания решающего вклада СССР и ее руководителя в
дело разгрома гитлеровской Германии и ее союзников.
Поражение Германии и ее союзников означало также, что теперь
Советский Союз брал на себя заботу по поддержанию жизнеспособ¬
ности этих стран, а также населения стран, недавно порабощенных
гитлеровцами. 16 мая государственный канцлер Австрии Карл Рен¬
нер направил в Кремль письмо. В нем говорилось: «Его превосходи¬
тельству господину Маршалу Советскому Союза И. В. Сталину.
Высокоуважаемый товарищ,
приношу Вам свою искреннейшую благодарность за Ваше лич¬
533
ное письмо, врученное мне маршалом Толбухиным лично и довери¬
тельно. Благодарю Вас за оказанное мне личное доверие и прежде
всего за благосклонный интерес ко вновь возродившейся Австрии, о
котором говорит это письмо.
...Менее спокоен я относительно нашего хозяйственного поло¬
жения... После шестилетней войны Германия оставила Австрию ли¬
шенной продуктов питания. Скудные запасы благодаря прусской
основательности были распределены так, что посаженное на голод¬
ный паек население в случае нужды могло дотянуть до сбора нового
урожая...»
24 мая Сталин ответил Реннеру: «Государственному канцлеру
Австрии.
Уважаемый товарищ!
Ваше последнее послание получил. Как я понял, продовольст¬
венное положение в Вене неблагоприятно. В связи с этим Советское
правительство решило оказать Вам помощь продовольствием. Име¬
ется в виду оказать такую помощь, чтобы увеличить продовольст¬
венный паек в Вене от 50 до 100 процентов с начала июня до нового
урожая в расчете, что с новым урожаем правительство Австрии само
ч справится с продовольственными затруднениями.
С уважением. И. Сталин».
За день до этого 23 мая было принято постановление ГКО «Об
обеспечении продовольствием населения г. Вены». На основе дру-
I гого поставновления ГКО «О безвозмездной передаче хлеба населе-
I нию Югославии» было разработано соответствующее распоряжение
j А. Хрулева. 26 мая было принято постановление ГКО «Об обеспече¬
нии продовольствием населения г. Праги». На основе этого поста¬
новления было разработана соответствующее распоряжение А. Хру¬
лева.
В соответствии с постановлением Военного совета 1-го Белорус¬
ского фронта была оказана помощь населению Берлина. Постанов¬
ление предусматривало «выдачу хлеба населению г. Берлина произ¬
водить ежедневно, предоставив право потребителям получить хлеб
сразу на два дня за текущий день и за следующий день. Мясо, жиры,
сахар, крупы и картофель в мае с.г. выдать 2 раза по установленным
дневным нормам. Натуральный кофе и натуральный чай выдать с 25
по 31 мая, а суррогатный кофе — с 21 по 31 мая в размере установ¬
ленной месячной нормы».
Специальное постановление Военного совета 1-го Белорусского
фронта было посвящено снабжению молоком детей г. Берлина (до
8-летнего возраста).
Узнав об отчаянном продовольственном положении в г. Хем¬
ниц, ГКО СССР принял 8 июня специальное постановление, кото¬
рое было направлено командующему 1-го Белорусского фронта и
Военному совету 1-го Украинского фронта:
«ГКО постановляет:
1. Обязать Главнокомандующего советскими оккупационными
войсками в Германии тов. Жукова ввести начиная с 15.6.45 следую¬
щие нормы снабжения населения продовольствием города Хемниц
на одного человека в день: по хлебу — от 200 до 400 граммов, а в сред¬
нем 280 граммов, по крупе — от 15 до 30 граммов, а в среднем 20
граммов, по мясу — от 15 до 30 граммов, а в среднем 20 граммов, по
жирам — от 7 до 25 граммов, а в среднем 12 граммов, по сахару — от
10 до 25 граммов, а в среднем 16 граммов, по кофе суррогатному —
по 100 граммов на человека в месяц, по соли — 400 граммов на чело¬
века в месяц.
Поручить Главнокомандующему советскими оккупационными
силами т. Жукову установить дифференцированные нормы снабже¬
ния продовольствием населения гор. Хемниц в пределах указанных
средних норм.
2. Для создания запасов продовольствия в гор. Хемниц в разме¬
рах двухмесячной потребности, исходя из указанных в пункте 1 на¬
стоящего постановления норм и из наличия населения ориентиро¬
вочно 200 000 человек, обязать Военный совет 1-го Украинского
фронта (товарищей Конева и Крайнюкова) завезти до 15.6.45 г. и пе¬
редать в распоряжение самоуправления гор. Хемниц из ресурсов
фронта следующее количество продовольствия: зерна для выработ¬
ки муки и крупы (в тоннах) — 3000, мясопродуктов — 240, жиров —
153, сахара — 192, кофе — 40, соли — 160.
3. Обязать товарища Жукова выделить временно городскому
управлению гор. Хемниц минимально необходимое количество ав¬
тотранспорта и горючее для подвоза продовольствия к магазинам и
складам.
Председатель ГКО И. Сталин».
В то время как Гитлер и его приближенные обрекали население
СССР и других оккупированных стран на голодную смерть, Совет¬
ское правительство во главе со Сталиным принимало экстренные
меры для обеспечения продовольственных нужд населения в стра¬
нах, где находилась Красная Армия. В этом проявилось принципи¬
альное отличие советской оккупации от германской. К сожалению,
через 60 лет после окончания войны во многих странах забыли эти
факты и стали ставить на одну доску СССР и гитлеровскую Герма¬
нию, Красную Армию и вермахт, Гитлера и Сталина.
535
Глава 25
ЗАВЕРШЕНИЕ ВТОРОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ
Победа над Германией еще не означала окончания мировой
войны. Сталин готовился выполнять обещание, данное союзникам,
и принять участие в военных действиях против Японии. Правитель¬
ство Японии отвергло Потсдамскую декларацию США, Англии и
I Китая от 26 июля и решило продолжать войну. К лету 1945 года
| Япония располагала армией в 7 миллионов человек, имевшей более
г 10 тысяч самолетов и около 500 боевых кораблей. Союзники исходи-
J ли из того, что без вступления в войну СССР она может продлиться
; не менее полутора лет. Американцы планировали высадку на ост¬
ров Кюсю лишь в ноябре 1945 года, а на остров Хонсю — в марте
1946 года. Во время Потсдамской конференции Сталин подтвердил,
что СССР объявит войну Японии через три месяца после капитуля¬
ции Германии.
Василевский вспоминал, что «еще перед Ялтинской конферен¬
цией Верховный Главнокомандующий предложил мне и Антонову
подумать над сокращением срока военной кампании против Япо¬
нии». 5 апреля 1945 года СССР, ссылаясь на неоднократные наруше-
|Д ||Х
ния ЯлВНИЯПВ^^ 1 года^денонсировал этот
части в войсках
Дальнего Востока, а начиная с апреля войска Красной Армии стали
перебрасываться на восток.
Маршал Мерецков вспоминал: «Первым днем, когда я непо¬
средственно стал работать для востока, можно считать практически
28 марта. В этот день я прилетел на «Дугласе» из Москвы в Ярославль,
где дислоцировалось Полевое управление бывшего Карельского
фронта... 31 марта из Москвы прибыл специальный поезд. Погрузи¬
лись, тронулись. Тут, как это всегда бывает, среди офицеров стали
ходить различные версии относительно того, куда мы едем... До¬
мыслы исчезли сами собой только после того, как наш поезд, выйдя
1 апреля из Москвы по Горьковской железнодорожной линии, про¬
ехал через Киров и затем повернул в сторону Сибири».
Уже в начале июня 1945 года общий замысел операции против
японской Квантунской армии был доложен Сталину. Для выполне¬
ния задач было создано несколько фронтов: Забайкальский (коман¬
дующий маршал Р. Я. Малиновский; начальник штаба генерал ар¬
мии М. В. Захаров), 1-й Дальневосточный (командующий маршал
К. А. Мерецков), 2-й Дальневосточный, который первоначально
именовался Приморской группой (командующий генерал армии
)те началось обновление материальной
53В
М. А. Пуркаев). К участию в кампании привлекались силы Тихооке¬
анского флота под командованием адмирала И. С. Юмашева. Для
координации действий этих вооруженных сил был направлен мар¬
шал А. М. Василевский.
Как вспоминал Мерецков, в июне его несколько раз принимал
Сталин, обсуждая вопросы будущей кампании. Очевидно, Сталин
также внимательно обсуждал эти вопросы и с командующими дру¬
гих дальневосточных фронтов, а также с Главнокомандующим Ва¬
силевским. 28 июня Сталин утвердил предложенный проект дирек-
тив командующим новым фронтом.
войсками Дальневосточно¬
го фронта (затем 1-го Дальневосточного фронта) К. А. Мерецкову
гласила:
«Ставка Верховного Главнокомандования приказывает:
1. К 1 августа провести и закончить в войсках фронта все подго¬
товительные мероприятия по группировке войск, боевому и матери¬
ально-техническому их обеспечению и управлению войсками с це¬
лью проведения, по особому приказу Ставки Верховного Главноко¬
мандования, наступательной операции.
2. При разработке операции руководствоваться следующим:
а) Целью операции поставить: активное содействие войскам За¬
байкальского фронта и Приморской группы в разгроме Квантун-
ской группы армий японцев и овладении районом Харбин.
б) Наступательную операцию провести на сунгарийском на¬
правлении силами 15-й армии во взаимодействии с Амурской воен¬
ной флотилией. Для проведения операции привлечь не менее трех
стрелковых дивизий, основную массу артиллерии РГК, танков,
авиации и переправочных средств, имея ближайшей задачей форси¬
ровать р. Амур, овладеть Тунцзянским УР и к 23-му дню операции
выйти в район Цзямусы.
В дальнейшем иметь в виду действия вдоль р. Сунгари на Хар¬
бин...
6. Все подготовительные мероприятия провести с соблюдением
строжайшей скрытности. К разработке плана операции допустить:
командующего, члена Военного совета, начальника штаба фронта и
начальника оперативного управления штаба фронта — в полном
объеме.
Начальников родов войска и служб допустить к разработке спе¬
циальных разделов плана без ознакомления с общими задачами
фронта. Командующим армиями задачи поставить лично, устно, без
вручения письменных директив фронта. Порядок допуска к разра¬
ботке плана операции армии установить такой же, как для фронта.
537
V
Всю документацию по планам действий войск хранить в личных
сейфах командующего войсками фронта и командующих армиями.
7. Переписку и переговоры по вопросам, связанным с планом
операции, вести только лично через начальника Генерального шта¬
ба Красной Армии.
Ставка Верховного Главнокомандования. И. Сталин. Антонов».
Из содержания директивы ясно, что здесь придавалось особое
значение соблюдению секретности. В значительной степени это
объяснялось тем, что подготовка операции происходила еще до то¬
го, как СССР объявил войну Японии, и утечка информации могла
иметь особо неблагоприятные последствия.
16 июля в штаб войск Дальнего Востока, находившийся в 25 км
юго-западнее Читы, позвонил Сталин. Он спросил у Василевского,
«как идет подготовка операции, и поинтересовался, нельзя ли ее дней
на десять ускорить». Василевский ответил, что «сосредоточение
войск и подвоз всего самого необходимого не позволят сделать это¬
го, и попросил оставить прежний срок. Сталин дал на это согласие».
Не исключено, что, узнав через нащ^цшщедку в США об успешном
испытании атомного оружшГ1& июля„Ж о планах правительства
США немедленно применит^'эте^ужие в Японии после первого
же успешного испытания, Сталин решил ускорить развитие собы¬
тий на Дальнем Востоке и завладеть здесь инициативой до атомных
бомбардировок японских городов.
В свою очередь в США отдавали себе отчет в том, что вторжение
на Японские острова потребует долгих месяцев борьбы и таких люд¬
ских потерь на поле боя, которые Штаты не знали за всю историю
своих войн, включая гражданскую. Поэтому рассуждение о том, что
применение атомной бомбы может спасти жизни американцев, мог¬
ло служить весомым аргументом в пользу нового оружия. В то же
время игнорировались некоторые обстоятельства, которые позволя¬
ли избежать использования атомного оружия.
Так, немецкий адмирал Маршалль обратил внимание на то, что
продолжавшаяся подводная война против торгового флота Японии
приводила ее промышленность к параличу: «За последние 7 месяцев
войны... японский торговый флот был почти уничтожен: в портах
Японии оставались суда, общий тоннаж которых не превышал 670
тысяч тонн... С апреля 1945 года подвоз нефти в Японию полностью
стали и угля начали ос¬
танавливаться 11,пйаммщл.енные предприятия. Подвоз продоволь¬
ствия
Одновременно американцы осуществляли интенсивные бом¬
бардировки Японии, в ходе которых было убито 260 тысяч человек,
531
ранено 412 тысяч, лишилось крова более 9 миллионов человек. Эти
бомбардировки наносили и огромный ущерб военному потенциалу
империи. В течение авианалетов, совершенных за месяц с начала
июля, американцы и англичане потеряли 362 самолета, уничтожив в
9 раз больше японских самолетов. Были выведены из строя 4 япон¬
ских линкора, 4 авианосца, 6 крейсеров, 24 эсминца, находившихся \
ввиду отсутствия топлива в портах Японии. Продолжение таких
бомбардировок могло оставить Японию без флота и авиации.
В соответствии с планами американского военного командова¬
ния вторжение Ш'ЯшнсТШе'острова намёчалбсь нерштьше 1 тоабря
1945 года. Лауреат Нобелевской премии П. М. Блэккетт позже пи- »
сШ: «Если это так, то почему мы не дсщрждади с применением бом- '
бЩф~1 йбября? Тем временем мы могли бы проводить интенсивные v
воздушные бомбардировки и осуществить военно-морскую блока¬
ду, если бы и это не привело к капитуляции, то тогда мы могли бы
применить бомбы до начала вторжения».
Отвергая официальную версию, писатель Гор Видал писал: 1
«Широко распространено мнение, будто эти бомбы были сброшены
ради спасения жизней американцев. Это неверно. Бомбы были сбро¬
шены, чтобы запугать нашего нового врага, Сталина. Наши ведущие
военачальники времен Второй мировой войны, в том числе Дуайт
Эйзенхауэр, Честер Нимиц и даже Кертис Лимэй... все до единого не
одобрили применения атомных бомбпрртавразгрошедтотж&га, j
йдущёго к капитуляции».
* 'Оправдывая реШёнйе правительства США, многие американцы
ссылались на то, что японское правительство 28 июля отвергло Пот¬
сдамскую декларацию США, Великобритании и Китая от 26 июля, в
которой Японии предлагалось безоговорочно капитулировать. Ука¬
зывая на решение США применить атомное оружие в начале авгу¬
ста, Аврел Гарриман ссылался и на то, что в это время американские
военные настаивали на непременном участии СССР в войне с Япо¬
нией и их желании синхронизировать атомную бомбардировку с на¬
чалом боевых действий Красной Армии.
По словам ученого-физика Артура Комптона, с которым беседо¬
вал Трумэн, последний «всякий раз, встречаясь со Сталиным в Пот¬
сдаме, спрашивал, скоро ли начнется наступление русских армий в
Маньчжурии. Если, считал Трумэн, наступление русских начнется
одновременно с сокрушительной демонстрацией мощных новых
бомб, это приведет в чувство даже преисполненных решимости япон¬
ских милитаристов. «8 августа, — объявил Сталин, — самый ранний
срок, когда советские войска на Маньчжурском фронте смогут быть
приведены в полную боевую готовность». Как объяснял мне Тру-
539
мэн, на этом основывалась тщательно продуманная американская
стратегия». По словам Комптона, Трумэн не был уверен, что «даже в
случае атомной бомбардировки и объявления Россией войны было
почти невозможно добиться капитуляции японского правительства».
И все-таки вызывает сомнения, что Трумэн правильно изложил
Комптону свои соображения в пользу атомной бомбардировки в на¬
чале августа. С одной стороны, Трумэн на самом деле стремился,
чтобы бомбардировки совпали с началом советского наступления и
заставили Японию капитулировать. С другой стороны, он старался
сделать так, чтобы советские войска не успели далеко продвинуться
от границ СССР и занять значительную часть территории Китая,
Японии, Кореи. Трумэн боялся весьма вероятного грандиозного ус¬
пеха Красной Армии в войне против японских войск. Для подобных
мыслей имелись веские основания. Весь предшествовавший ход
войны свидетельствовал о том, что Красная Армия воевала гораздо
успешнее, чем англо-американдкж ссиоздикр.
" 'Об этом свидетельствовали и действия войск США на Тихом
океане. С начала военных действий в декабре 1941 года американцы
долгое время ограничивались лишь небольшими десантными опе¬
рациями на отдельных тихоокеанских островах, захваченных япон-
^ цами в начале войны. Обладая несомненным перевесом в вооруже-
%$ нии и численности войск, американцы тратили многие месяцы,
чтобы добиться успеха.
Так, 1 ноября 1943 года они осуществили десант на остров Буген¬
виль. Однако бои за этот небольшой остров приняли затяжной ха¬
рактер и не были завершены до окончания войны.
30 июня 1943 года был высажен американо-австралийский де¬
сант на Новой Гвинее в количестве 8 тысяч человек. К 22 октября им
удалось овладеть лйшь полуостровом Хуон. Бои на Новой Гвинее
также продолжались до конца войны.
15 декабря 1943 года два американских полка высадились на юж¬
ном побережье острова Новая Британия. Однако бои на острове не
были завершены до конца войны, а разоружение японского гарни¬
зона, как и на острове Бугенвиль, производилось уже после ее окон¬
чания.
/
/ Лишь в начале 1945 года войска США вступили на японские
/земли. 19 февраля 1945 года американцы произвели десант на не-
/ большом островке Иводзима (размеры его не превышают 5 на
/ 8,5 кидш^^й^Эгнотщемся к островам Рюкю^Цротив апонского
! гарнизонов 23 тысячи человек было брошен^20 тысяч шдерикан-
; ских солдат. Для поддержки операции было приЙТШ^ноЪвыше 1500
самолетов, которые начали бомбить остров еще до начала десанта.
540
Они продолжали бомбардировку в течение 70 дней| Лишь 17 марта
1945 г. японский гарнизон был уничтожен!"
1 апреля американцы начали десант на Окинаву — главный|
остров архипелага Рюкю. Десант осуществлялся под прикрытием!
10 линкоров, 13 крейсеров, 23 эсминцев и 500 самолетов. Маршалль
писал: «Понадобилось почти два месяца непрерывных боев с введе¬
нием колоссального количества техники, прежде чем американцы,
преодолев несколько километров предполья, вышли к основной по¬
лосе обороны японцев... Для того чтобы подавить огневые сооруже¬
ния японцев, артиллерии главного калибра американских кораблей
пришлось выпустить по ним до 1300 сверхтяжелых бронебойных и
фугасных снарядов. В этих боях был убит командующий американ¬
ской десантной армией. Японцы, расчлененные на три отдельные
группы, продолжали сопротивление до 21 июня».
Все это свидетельствовало в пользу того, что без советской по¬
мощи американцам Японию не победить.
В то же время к началу наступления советских войск существо¬
вал ряд неблагоприятных факторов, осложнявших их боевые дейст¬
вия на Дальнем Востоке и делавших их значительно труднее, чем
операции американцев в Тихом океане. Во-первых, отсутствовал
фактор внезапности. Понятно, что американцы не оповещали япон¬
цев заранее о начале своих десантов, а старались обеспечить внезап¬
ность наносимых ими ударов. Советское же правительство объявило
о гг '‘ЧШШг.г.Г rivwrtrinnifn-'TY--^---^
воину Японии за сутки до начЗЖТОёШх деишюи.
^То-вторых, в отличие от американцев, штурмовавших отдель¬
ные небольшие острова, Красной Армии предстояло развернуть на¬
ступление на огромном протяжении фронта в Маньчжурии и одно¬
временно осуществлять многочисленные десанты на островах Ку¬
рильской гряды.
В-третьих, в то время, как японская оборона на многих остро¬
вах, которые атаковали американцы, была плохо подготовлена, по¬
тому что японцы овладели этими островами за 1—2 года до амери¬
канских десантов, оборонительные сооружения на всем протяжении
границы в Маньчжурии создавались японцами 14 лет, а на Сахалине
и Курилах в течение нескольких десятков лет. Эти сооружения каза¬
лись неприступными. Против Красной Армии стояла Квантунская
армия, которая давно готовилась к войне против СССР и была пре¬
восходно вооружена и укомплектована.
Поэтому подготовка к боевым действиям на Дальнем Востоке
шла особенно тщательно. 30 июля был подписан приказ Сталина, ко¬
торый гласил: «Маршала Советского Союза Василевского А. М. на¬
значить Главнокомандующим советских войск на Дальнем Востоке
541
с подчинением ему с 1 августа 1945 года: Забайкальского, Дальнево¬
сточного фронтов, Приморской группы войск и Тихоокеанского
флота».
7 августа Сталин подписал директиву Василевскому и коман¬
дующим фронтами на Дальнем Востоке. В ней говорилось:
«1... Боевые действия авиации всех фронтов начать с утра 9 авгу¬
ста, имея в виду бомбить, прежде всего, Харбин и Чанчунь. Назем¬
ным войскам границу Маньчжурии перейти:
Забайкальскому и 1-му Дальневосточному фронту — утром 9 ав¬
густа.
2-му Дальневосточному фронту — по указанию маршала Васи¬
левского.
2. Тихоокеанскому флоту с получением сего:
а) перейти в оперативную готовность номер один;
б) приступить к постановке минных заграждений согласно ут¬
вержденному плану за исключением устья р. Амур...
в) одиночное судоходство прекратить, транспорта направить в
пункты сосредоточения. В дальнейшем судоходство организовать
конвоями под охраной военных кораблей;
г) подводные лодки развернуть.
Боевые действия флота начать с утра 9 августа.
Ставка Верховного Главнокомандования. И. Сталин. Антонов».
8 августа Советское правительство объявило о том, что считает
себя в состоянии войны с Японией со следующего дня, и 9 августа
военные действия начались.
В последние часы перед началом боевых действий возник еще
один отрицательный фактор для Красной Армии. Рассказывая о на¬
чале наступления 1-го Дальневосточного фронта, Мерецков писал:
«1-я Краснознаменная и 5-я-армии составляли ударную группиров¬
ку фронта. Они должны были атаковать противника после мощной
артподготовки. Но произошло неожиданное: разразилась гроза,
хлынул тропический ливень. Перед нашими войсками находились
мощные железобетонные укрепления, насыщенные большим коли¬
чеством средств, а тут разверзлись хляби небесные. Наша артилле¬
рия молчит. Замысел был такой: используя боевой опыт Берлинской
операции, мы наметили атаковать противника глухой ночью при
свете слепящих его прожекторов. Однако потоки воды испортили
дело. Как быть? А время идет. Вот наступил час ночи. Больше ждать
нельзя. Я находился в это время на командном пункте генерала Бе¬
лобородова. Вокруг стояли войска. Люди и боевая техника были в
полной готовности. Одно слово — все придет в движение. Откры¬
вать огонь? Или нет?..»
942
«Несколько секунд на размышления — и последовал сигнал. Со¬
ветские воины бросились вперед без артподготовки. Передовые от¬
ряды оседлали узлы дорог, ворвались в населенные пункты, навели
панику в обороне врага. Внезапность сыграла свою роль. Ливень по¬
зволил советским бойцам в кромешной тьме ворваться в укреплен¬
ные районы и застать противника врасплох. Так, отряд 26-го стрел¬
кового корпуса, пройдя по глухой тайге 40 километров, уже 10 авгу¬
ста овладел городом Мулин (Бамяньтун). Японцы стали отходить,
но наши передовые отряды, вклиниваясь между японскими частя¬
ми, разобщали их действия, рвали связь и дезорганизовали оборону.
Тем временем погранвойска генерал-майора П. И. Зырянова ликви¬
дировали полицейские кордоны и мелкие японские гарнизоны».
Василевский писал: «10 августа в войну вступила Монгольская
Народная Республика. Наше совместное наступление развивалось
успешно с первых же часов. Внезапность и сила первоначальных
ударов позволили советским войскам сразу же захватить инициати¬
ву». Мерецков подчеркивал: «Стремительность наступления позво¬
лила нашим войскам перерезать все коммуникации противника,
прежде чем командование Квантунской армии смогло ими восполь¬
зоваться для отхода и организации обороны на заранее подготовлен¬
ных рубежах в глубине. Столь быстрых действий советских войск
японское командование не ожидало. Однако неправильно было бы
думать, что японцы заботились только об отходе и не оказывали
серьезного сопротивления. Напротив, я ежедневно получал докла¬
ды о том, что они яростно сражались и не сдавали без боя ни одного
укрепленного пункта, ни одной высоты».
Приводя примеры упорного сопротивления японских солдат,
Мерецков писал: «В Дунинском укрепленном районе, где наступала
25-я армия, японские офицеры, видя бесполезность дальнейшего
сопротивления, приказывали своим солдатам сдаваться. Однако по¬
следние не выполняли этих приказаний и расстреливали офицеров.
А в ряде гарнизонов японское командование посылало священно¬
служителей и местных учителей, которых обязало разъяснить солда¬
там бесцельность дальнейших боевых действий. Но солдаты, годами
воспитывавшиеся в самурайском духе, не повиновались и священ¬
нослужителям, продолжая сражаться».
Обратил внимание Мерецков и на японские «команды смертни¬
ков — солдат, заранее обреченных на гибель... В боях под станцией
Мадаоши мы насчитали до двухсот смертников, которые, обвязав¬
шись сумками с толом и с ручными гранатами, ползали по полю в за¬
рослях густого гаоляна и бросались под наши танки. Эти «живые
мины» были, конечно, достаточно опасны. Впрочем, наши войска
543
заранее подготовились к такой тактике противника и быстро пара¬
лизовали действия этих групп. В других случаях смертники пропус¬
кали вперед наши части, а затем стреляли им в спину». Совершенно
очевидно, что советские воины встретили такого же стойкого про¬
тивника, как и американские солдаты.
Василевский писал: «Наступление советских войск проходило в
условиях упорного сопротивления врага. Тем не менее на всех ос¬
новных направлениях советские войска отлично справились с вы¬
полнением поставленных задач. Передовые части Забайкальского
фронта уже 11 августа подошли к западным склонам Большого Хин-
гана, а подвижные войска главной группировки преодолели его и
вышли на Центрально-Маньчжурскую равнину. Форсирование Хин-
ганского хребта явилось подвигом, не имевшим себе равных в со¬
временной войне. К исходу 14 августа войска Забайкальского фрон¬
та, пройдя расстояние от 250 до 400 км, вышли в центральные рай¬
оны Маньчжурии и продолжали продвигаться к ее столице Чанчуню
4i крупному промышленному центру Мукдену. За это же время вой¬
ска 1 -го Дальневосточного фронта в условиях труднопроходимой
горно-таежной местности, прорвав сильную полосу обороны, напо¬
минавшую «линию Маннергейма», только в больших масштабах, и
овладев семью мощными укрепленными районами, продвинулись
в глубь Маньчжурии на 120—150 км и завязали бой за город Мудань-
цзян. Войска 2-го Дальневосточного фронта вели бои на подступах к
Цицикару и Цзямусы. Таким образом, уже к исходу шестых суток
нашего наступления Квантунская армия оказалась расчлененной на
части».
Потом многие на Западе старались принизить значение побед
Красной Армией над Квантунской. Между тем до августа 1945 года
многочисленная сухопутная японская армия, считавшаяся лучшей в
вооруженных силах империи, не терпела столь стремительного и со¬
крушительного поражения. Было очевидно, что вооруженная пре¬
восходной военной техникой и бесценным опытом войны против
Германии Красная Армия научилась побеждать японских агрессо¬
ров гораздо лучше, чем во времена боев на Хасане и Халхин-Голе.
Но еще до начала победного советского наступления американ¬
цы прибегли к применению атомного оружия. Американцы явно
спешили. Несмотря на то что первый атомный взрыв в Аламогордо
был стационарным (бомба была закреплена на башне) и у американ¬
ских военных не было уверенности в том, что упавшая с самолета
бомба взорвется (в этом очень сомневался влиятельный адмирал
Леги), было решено немедленно доставить оставшиеся две бомбы на
тихоокеанские базы ВВС США, чтобы сбросить их на Японию до
544
начала советского наступления. Как это часто случалось и прежде,
американские правители действовали как азартные картежники.
Они поставили все на атомные козыри.
О рискованности задуманной авантюры свидетельствовало то
обстоятельство, что крейсер «Индианополис», на котором в конце
июня на военную базу на острове Тиниан была доставлена взрыв¬
чатка для атомной бомбы, был торпедирован японцами через неде¬
лю после этого рейса по пути на Филиппины. Вместе с крейсером
погибла и вся его команда. Если бы это случилось на неделю рань¬
ше, то, по крайней мере, одной бомбы американцы бы лишились.
Риск усугубился тем, что за день до намеченной первой бомбар-*
дировки в конце взлетной дорожки подряд разбились и сгорели че¬
тыре бомбардировщика «Б-29». Историк проекта Манхэттен У. Лоу¬
ренс писал: «Если бы это случилось с «Б-29», на борту которого была
атомная бомба... весь Тиниан, наша крупнейшая военно-воздушная
база на Тихом океане с двумя тысячами «Б-29» и 150 тысячами воен¬
нослужащих, мог превратиться в облако радиоактивной пыли». По¬
этому было принято еще одно рискованное решение: произвести
окончательную сборку бомбы, когда самолет будет находиться в воз¬
духе в нескольких тысячах километров от Тиниана. По словам У. Лоу¬
ренса, ответственный за операцию генерал Фаррел спросил техни¬
ка, отвечавшего за сборку бомбы: «Вы когда-либо собирали раньше
механизм подобной бомбы раньше?» Ответ техника гласил: «Нет, но
у меня целый день впереди». Он успел собрать бомбу за час сорок j j
пять минут до того, как самолет приблизился к Хиросиме. | I
Проявляя крайний авантюризм в своем стремлении перехватить \
инициативу у СССР, американцы в то же время предпринимали I
максимум усилий для того, чтобы сделать бомбардировку японских/
городов внезапной, а потому максимально разрушительной. !
За несколько месяцев до рокового налета на Хиросиму авиа-j
группа из трех «Б-29» под командованием полковника Тиббетса не\
раз выполняла учебные полеты с моделью атомной бомбы на борту.
Эти три бомбардировщика ничего не бомбили. Поэтому, когда про- i
звучала сирена, никто в Хиросиме не обратил внимания на появив- I
шиеся самолеты, так как жители знали, что в это время обычно лета- ;
ла разведывательная авиация. Сначала к Хиросиме приблизились j
самолеты метеонаблюдения. Управляемый полковником Тиббет¬
сом самолет «Энола Гей» с атомной бомбой получил сообщение, что
над Хиросимой облаков нет. Тем временем в городе прозвучал сигнал
отбоя. В 9 часов 11 минут утра, когда самолет достиг города, майо£ 1
Фереби нацелил бомбу на Хиросиму и сбросил ее.
945
20-3374
Художники Ири и Тосико Маруки, ставшие очевидцами взры¬
ва в Хиросиме, свидетельствовали: «Ослепительная зеленоватая
вспышка, взрыв, сознание подавлено, волна горячего ветра, и в сле¬
дующий момент все вокруг загорается. Тишина, наступившая вслед
за грохотом ни с чем не сравнимой, дотоле неслыханной силы, нару¬
шается треском разгорающегося огня. Под обломками рухнувшего
дома гибнут люди, гибнут в огненном кольце очнувшиеся и пытаю¬
щиеся спастись... Миг — и с людей падает вспыхнувшая одежда,
вздуваются руки, лицо, грудь, лопаются багровые волдыри, лохмо¬
тья кожи сползают на землю... Это привидения. С поднятыми рука¬
ми они движутся толпой, оглашая воздух криками боли. На земле
грудной ребенок, мать мертва. Но ни у кого нет сил прийти на по¬
мощь. Оглушенные и обожженные люди, обезумев, сбились реву¬
щей толпой и слепо тычутся, ища выхода... Ни с чем не сравнимая,
трагическая картина: люди утратили последние признаки человече¬
ского разума... На искалеченных людей хлынули черные потоки
дождя. Потом ветер принес удушающий смрад».
Японская поэтесса Юкио Ота писала: «Хиросима походила не на
город, разрушенный войной, а на фрагмент картины светопрестав¬
ления. Человечество подвергло себя самоуничтожению, и люди, пе¬
режившие ядерный взрыв, чувствовали себя как после неудавшего-
ся самоубийства. Жертвы атомной бомбы потеряли желание жить».
В Хиросиме сразу же погибло 240 тысяч человек. Пострадало же
от взрыва 163 тысячи. В книге «Хиросима» (авторы А. И. Иойрыш и
И. Д. Морохов) говорится: «Лучевой болезнью в тяжелой форме за¬
болели все находившиеся в радиусе 500 метров от эпицентра взрыва.
Больные метались в горячке, пытались бежать, потом лежали апа¬
тичные, слабые, безразличные ко всему. У многих была рвота, у всех
поднялась температура нульс участился до 120—150 ударов в ми¬
нуту, снизилось кровяное давление, появилась одышка. Начались
кровотечения... На бледной и отечной коже появились кровоизлия¬
ния, а затем язвы. Выпали волосы. Резко изменился состав крови.
Большинство из них погибли через день-два после взрыва». Но и у
тех, кто был дальше от эпицентра взрыва, были зарегистрированы
самые различные заболевания, вызванные повышенной радиацией:
лейкемия, катаракта, пластическая анемия и так далее. Число рако¬
вых заболеваний в Хиросиме оказалось в 10 раз больше среднего
уровня в Японии. В течение многих дней, недель и даже лет жертвы
бомбардировки продолжали мучиться и умирать.
Тем временем утром 6 августа в Токио дежурный офицер связи
разведки доложил начальству, что радиостанция Хиросимы в эфире
не прослушивается. Через 20 минут было установлено, что утрачена
и телеграфная связь с Хиросимой. Затем из соседних городов стали
поступать сбивчивые сообщения о чудовищном взрыве в Хиросиме.
В это время в США передавали выя^^в^ие^Гарри Трумэна,
текст которого написал У. Лоуренс eye 15 мая, Вшем говорилось,
чтб^ШТГГ1ШгадашТ ьное оружие в
истории, бомбу настолько мощную, что взрыв ее эквивалентен
взрыву 20 тысяч тонн тротила... Это атомная бомба. Ее взрывная си¬
ла имеет своим источником огромную энергию, заключенную внут¬
ри атома, энергию, в миллионы раз ббльшую, чем любой вид энер¬
гии, известной на Земле... Она на несколько месяцев, а может быть,
и лет сократит продолжительность войны. Она спасет драгоценную
жизнь многим американцам».
Американские самолеты в эти часы разбрасывали над Японией
листовки, в которых говорилось: «К японскому народу. Америка
просит вас немедленно обратить внимание на то, что написано в этой
листовке. Мы обладаем самым разрушительным взрывчатым веще¬
ством, которое когда-либо создавалось человеком. Одна из только
что созданных атомных бомб имеет взрывную силу, равную такому
количеству фугасок, которое могут сбросить 2000 наших гигантских
«Б-29» во время одного налета. Задумайтесь над этим ужасным фак¬
тором; мы заверяем вас, что все это абсолютная истина. Мы только
что начали применять это оружие против вашей родины. Если вы
еще сомневаетесь, поинтересуйтесь, что случилось в Хиросиме, где
была сброшена всего одна атомная бомба... Вы должны немедленно
прекратить вооруженное сопротивление. В противном случае мы
полны решимости применить эту бомбу и другие мощные виды ору¬
жия, для того чтобы быстро завершить войну с помощью силы». Ни
слова о последствиях радиоактивных осадков не было сказано.
Американцы не дали правител^^'Ягюнии времени на обду¬
мывание последствий бомбардировки Хиросимы. Хотя следующая
бомбардировка была намечена на 11 августа, было решено ускорить
ее. 9 августа в день начала советского наступления в Маньчжурии на
Японию была сброшена вторая бомба. Она была предназначена для
города Кокура, но облака заслонили город и летчики сбросили бом¬
бу на запасную цель — Нагасаки.
Находившийся на борту самолета У. Лоуренс подробно описал
форму и расцветку грибообразного облака, поднявшегося от земли.
Он писал: «Это была гигантская гора из разноцветных радуг. Много
живой материи ушло на ее расцветку». Позже было подсчитано, что
общее число убитых и раненых в Нагасаки составило около 75 тысяч
человек.
Расчет Трумэна оправдался. Премьер-министр Японии Судзуки
547
20*
заявил 9 августа: «Вступление сегодня утром в войну Советского
Союза ставит нас окончательно в безвыходное положение и делает
невозможным продолжение войны». И все же Трумэн не исключал
вероятности применения против Японии еще одной, только что
приготовленной атомной бомбы. 12—13 августа ее собирались дос¬
тавить на Тиниан и сбросить на Японию 17 или 18 августа. Однако
15 августа в своем обращении к японскому народу по радио импера¬
тор сообщил: «Мы отдали приказ нашему правительству связаться с
правительствами Соединенных Штатов, Великобритании, Китая и
Советского Союза, чтобы сообщить им о том, что империя прини¬
мает условия совместной Декларации».
Маршал Мерецков отмечал: «К этому времени японские войска
почти прекратили военные действия против американо-британских
войск. Но там, где наступали советские армии, они продолжали ока¬
зывать ожесточенное сопротивление с целью втянуть СССР в затяж¬
ные переговоры об условиях капитуляции и выиграть время для ук¬
репления позиций Квантунской армии».
Ввиду того, что вооруженные силы Японии продолжали оказы¬
вать сопротивление, 16 августа было опубликовано разъяснение Ге¬
нерального штаба Красной Армии, в котором говорилось, что «Воо¬
руженные силы Советского Союза на Дальнем Востоке будут про¬
должать свои наступательные операции против Японии».
17 августа главнокомандующий Квантунской армии генерал
Ямада отдал приказ начать переговоры с советским Гланокомандо-
ванием на Дальнем Востоке. «Однако, — как отмечал Василевский, —
на большинстве участков японские войска продолжали не только
оказывать сопротивление, но местами переходили в контратаки».
В связи с этим Василевский передал генералу Ямаде радиограмму, в
которой предлагалось прекратить боевые действия с 12 часов 20 ав¬
густа, сложить оружие и сдаться в плен. В радиограмме подчеркива¬
лось: «Указанный выше срок дается для того, чтобы штаб Квантун¬
ской армии мог довести приказ о прекращении сопротивления и
сдаче в плен до всех своих войск. Как только японские войска нач¬
нут сдавать оружие, советские войска прекратят боевые действия».
Одновременно Василевский приказал сформировать быстро
подвижные и хорошо оснащенные отряды «для немедленного за¬
хвата городов Чанчунь, Мукден, Гирин и Харбин». Были высажены
военно-воздушные десанты в этих городах, а также в Порт-Артуре
и Дальнем. Военно-морские десанты были высажены в портах Се¬
верной Кореи, а также на Южном Сахалине и Курильских островах.
Командующий американскими войсками на Дальнем Востоке
генерал Дуглас Макартур 20 августа заявил: «Я искренне надеюсь,
541
что в ожидании формального подписания капитуляции на всех
фронтах будет царить перемирие и что сможет быть осуществлена
капитуляция без пролития крови». Комментируя это заявление, ав¬
торы «ИВОВ» писали: «Это был кивок в сторону СССР, но совет¬
ские Вооруженные силы не собирались приостанавливать военные
действия до тех пор, пока все японские войска в Северо-Восточном
Китае, Северной Корее, на Южном Сахалине и Курильских остро¬
вах не прекратят сопротивление и не сложат оружие».
Василевский отмечал: «С 19 августа японские войска почти по¬
всеместно начали капитулировать. У нас в плену оказалось 148 япон¬
ских генералов, 594 тысячи офицеров и солдат. К концу августа бы¬
ло полностью закончено разоружение Квантунской армии и других
сил противника, располагавшихся в Маньчжурии и Северной Ко¬
рее. Успешно завершались операции по освобождению Южного Са¬
халина и Курильских островов». Число взятых в плен намного пре¬
вышало то количество пленных японских солдат, офицеров и гене¬
ралов, которое удавалось захватить американцам за любой неполный
месяц боевых действий.
В своем письме Сталину от 15 августа Трумэн представил проект
своего приказа Макартуру, в котором были определены границы
размежевания между советскими и американскими оккупационны¬
ми войсками. Именно тогда была впервые обозначена 38-я парал- * |
лель в качествёЧЩЗе™^ м^^^ШЖрНИВ^ишГисо- 1»
ветскими воисками в^Корее. (Как обычно, американцы для админи- '
стративной границы решили использовать географическую парал-1
лель.) Отвечая Трумэну 16 августа, Сталин в основном соглашался с I
его предложениями, но внес следующие поправки: «включить в рай-1
он сдачи японских вооруженных сил советским вооруженным си-1
лам все Курильские острова, которые согласно решению трех дер¬
жав в Крыму должны перейти во владение Советского Союза. Вклю¬
чить в район сдачи японских вооруженных сил советским войскам
северную половину острова Хоккайдо, примыкающего на севере к
проливу Лаперуза, находящемуся между Карафуто и Хоккайдо. Де¬
маркационную линию между северной и южной половиной Хок¬
кайдо провести по линии, идущей от гор Кусиро на восточном бере¬
гу острова до города Румоэ на западном берегу острова, с включени¬
ем данных городов в северную половину острова».
18 августа Трумэн ответил согласием на предложение Сталина о
включении «Курильских островов в район, который должен капиту¬
лировать перед советскими вооруженными силами». Однако он ого¬
варивал это согласие просьбой предоставить США право на авиаци¬
онные базы «для наземных и морских самолетов на одншГиТК^
548
рильских островов, предпочтительно в центральной группе, для
йЕПГгоммерч^^ М)5сюи-
тельно^ Хоккайдо И «генерал
МЙкархур "будет использовать символические союзные вооружен¬
ные силы, которые, конечно, будут включать и советские вооружен¬
ные силы для временной оккупации такой части собственно Япо¬
нии, какую он сочтет необходимым оккупировать в целях осуществ¬
ления наших союзных условий капитуляции».
Отвечая американскому президенту 22 августа, Сталин писал:
«Я понимаю содержание Вашего послания в том смысле, что Вы от¬
казываетесь удовлетворить просьбу Советского Союза о включении
северной половины Хоккайдо в район сдачи японских вооруженных
сил советским войскам. Должен сказать, что я и мои коллеги не
ожидали от Вас такого ответа».
В свою очередь Сталин отказьщад Хрумэцу в его продуве на во-
енные базы на курильских островах. Сталин напомнил, что «такое
WponptflffiHe не было предусмотрено решением трех держав ни в
Крыму, ни в Берлине и ни в 1^ой меветвыхшет из щщавдщм
решений... Требованиятакого рода обычно предъявляются либо по-
“Беаденному государству, либо такому союзному государству, кото¬
рое само не в состоянии защитить ту или иную часть своей террито¬
рии и выражает готовность ввиду этого предоставить своему союз¬
нику соответствующую базу. Я не думаю, чтобы Советский Союз
| можно было причислить к разряду таких государств».
[ Правда, в ходе дальнейшей переписки ее тон был смягчен, и
: 30 августа Сталин согласился с тем, чтобы американцы использова-
| ли советский аэродром на Курилах для посадки, но лишь коммерче-
I ских самолетов. В свою очередь Сталин предложил, чтобы амери¬
канцы разрешили использовать один из аэродромов на острове Але¬
утской гряды для посадки советских самолетов. Ответа от Трумэна
на это предложение не последовало.
^^е^реШ^ё^ГкТокийскому зШтйву двинулось 383 судна амери¬
канского флота. Их сопровождали 1300 самолетов. 30 августа близ
Токио высадился передовой отряд американских войск. 2 сентября
1945 года на борту американского линкора «Миссури» министр ино¬
странных дел Японии Мамору Сигемицу и начальник генерального
штаба Японии Есидзиро Умэдзу подписали акт о безоговорочной
капитуляции их страны. От имени всех союзных держав акт подпи¬
сал Дуглас Макартур. Кроме того, от США акт подписал адмирал
Нимиц, от Китая — генерал Су Юнчан, от Великобритании — адми¬
рал Фрэзер, от СССР — генерал -лейтенант К. Н. Деревянко.
550
В тот же день 2 сентября 1945 года Сталин обратился к народу.
Сообщив о подписании представителями Японии безоговорочной
капитуляции, Сталин заявил: «Два очага мирового фашизма и миро¬
вой агрессии образовались накануне нынешней мировой войны:
Германия — на западе и Япония — на востоке. Это они развязали
Вторую мировую войну. Это они поставили человечество на край
гибели».
Перечислив все случаи нападения Японии на Россию и СССР
в XX веке, Сталин особо остановился на Русско-японской войне
1904—1905 гг.: «Поражение русских войск в 1904 году в период Рус¬
ско-японской войны оставило в сознании народа тяжелые воспоми¬
нания. Оно легло на нашу страну черным пятном. Наш народ верил
и ждал, что наступит день, когда Япония будет разбита и пятно будет
ликвидировано. Сорок лет ждали мы, люди старого поколения, это¬
го дня. И вот этот день наступил».
Подчеркивая неразрывность связи между советской и досовет-
ско<Гисторией. Сталин одновременно объявлял о новых ру1эежа)Г
лГоветскои державььТГодписание капитуляции Японией, подчерки-
®TCfSimBf«S3Ha4aeT, что Южный Сахалин и Курильские острова
отойдут к Советскому Союзу и отныне будут служить не средством:
отрыва Советского Союза от океана и базой японского нападения на
наш Дальний Восток, а средством прямой связи Советского Союза с I
океаном и базой обороны нашей страны от японской агрессии».
Капитуляция Японии, подчеркнул Сталин, «означает, что на¬
ступил конец Второй мировой войны. Теперь мы можем сказать, что
условия, необходимые для мира во всем мире, уже завоеваны... На¬
ступил долгожданный мир для народов всего мира. Поздравляю вас,
мои дорогие соотечественники и соотечественницы, с великой по¬
бедой, с успешным окончанием войны, с наступлением мира во всем
мире!». День 3 сентября был объявлен праздничным Днем победы
над Японией. В этот день по приказу Сталина был отдан салют в Мо¬
скве 24 артиллерийскими залпами из 324 орудий.
рильских островов, предпочтительно в центральной группе, для
„
шейных и коммерчесКитпГЬлеи». Тшвдя^шше^еЧ^талина относи-
тельно Хоккайдо Трумэн-отвел и вмест^§ТОГ8*стаЖГчто «генерал
'"^тЩ1>ттт *
шакартур будет использовать символические союзные вооружен¬
ные силы, которые, конечно, будут включать и советские вооружен¬
ные силы для временной оккупации такой части собственно Япо¬
нии, какую он сочтет необходимым оккупировать в целях осуществ¬
ления наших союзных условий капитуляции».
Отвечая американскому президенту 22 августа, Сталин писал:
«Я понимаю содержание Вашего послания в том смысле, что Вы от¬
казываетесь удовлетворить просьбу Советского Союза о включении
северной половины Хоккайдо в район сдачи японских вооруженных
сил советским войскам. Должен сказать, что я и мои коллеги не
ожидали от Вас такого ответа».
В свою очередь Сталин отказцщд Трумэцу в его предке на во-
енные базы на курильских островах. Сталин напомнил, что «такое
kepenpvnfine не было предусмотрено решением трех держав ни в
Крыму, ни в Берлине и ни в какой мер^жмаежет из прднятштам
решений... Требованиятакого рода обычно предъявляются либо по-
‘Вёжденному государству, либо такому союзному государству, кото¬
рое само не в состоянии защитить ту или иную часть своей террито¬
рии и выражает готовность ввиду этого предоставить своему союз¬
нику соответствующую базу. Я не думаю, чтобы Советский Союз
1 можно было причислить к разряду таких государств»,
г Правда, в ходе дальнейшей переписки ее тон был смягчен, и
30 августа Сталин согласился с тем, чтобы американцы использова-
| ли советский аэродром на Курилах для посадки, но лишь коммерче¬
ских самолетов. В свою очередь Сталин предложил, чтобы амери¬
канцы разрешили использовать один из аэродромов на острове Але¬
утской гряды для посадки советских самолетов. Ответа от Трумэна
на это предложение не последовало.
Тем временем кТокийскому заливу двинулось 383 судна амери¬
канского флота. Их сопровождали 1300 самолетов. 30 августа близ
Токио высадился передовой отряд американских войск. 2 сентября
1945 года на борту американского линкора «Миссури» министр ино¬
странных дел Японии Мамору Сигемицу и начальник генерального
штаба Японии Есидзиро Умэдзу подписали акт о безоговорочной
капитуляции их страны. От имени всех союзных держав акт подпи¬
сал Дуглас Макартур. Кроме того, от США акт подписал адмирал
Нимиц, от Китая — генерал Су Юнчан, от Великобритании — адми¬
рал Фрэзер, от СССР — генерал-лейтенант К. Н. Деревянко.
В тот же день 2 сентября 1945 года Сталин обратился к народу.
Сообщив о подписании представителями Японии безоговорочной
капитуляции, Сталин заявил: «Два очага мирового фашизма и миро¬
вой агрессии образовались накануне нынешней мировой войны:
Германия — на западе и Япония — на востоке. Это они развязали
Вторую мировую войну. Это они поставили человечество на край
гибели».
Перечислив все случаи нападения Японии на Россию и СССР
в XX веке, Сталин особо остановился на Русско-японской войне
1904—1905 гг.: «Поражение русских войск в 1904 году в период Рус¬
ско-японской войны оставило в сознании народа тяжелые воспоми¬
нания. Оно легло на нашу страну черным пятном. Наш народ верил
и ждал, что наступит день, когда Япония будет разбита и пятно будет
ликвидировано. Сорок лет ждали мы, люди старого поколения, это¬
го дня. И вот этот день наступил».
Подчеркивая неразрывность связи между советской и досовет-
скойисторией. Сталин одновременно объявлял о новых рубежах
Советской державьГТТодписание капитуляции Японией, подчерки-1
ШГСТШт^ШШчаёт, что Южный Сахалин и Курильские острова |
отойдут к Советскому Союзу и отныне будут служить не средством J
отрыва Советского Союза от океана и базой японского нападения на I
наш Дальний Восток, а средством прямой связи Советского Союза с J
океаном и базой обороны нашей страны от японской агрессии».
Капитуляция Японии, подчеркнул Сталин, «означает, что на¬
ступил конец Второй мировой войны. Теперь мы можем сказать, что
условия, необходимые для мира во всем мире, уже завоеваны... На¬
ступил долгожданный мир для народов всего мира. Поздравляю вас,
мои дорогие соотечественники и соотечественницы, с великой по¬
бедой, с успешным окончанием войны, с наступлением мира во всем
мире!». День 3 сентября был объявлен праздничным Днем победы
над Японией. В этот день по приказу Сталина был отдан салют в Мо¬
скве 24 артиллерийскими залпами из 324 орудий.
Чаешь V
ПОСЛЕДНИЕ ГОДЫ ГЕНЕРАЛИССИМУСА
Глава 26
ПОДВЕДЕНИЕ ИТОГОВ ВОЙНЫ
И СТАЛИНСКИЙ ПЛАН ВОЗРОЖДЕНИИ РАЗОРЕННОЙ СТРАНЫ
Победа Советского Союза над гитлеровской Германией и мили¬
таристской Японией служила для Сталина убедительным свидетель¬
ством торжества советского строя, созданию и укреплению которого
он отдал столько сил. Еще во время войны он не раз говорил о том,
что война стала свидетельством прочности советского строя, а стало
быть, и его усилий по укреплению советской страны. В своем высту¬
плении перед избирателями Сталинского избирательного округа
столицы 9 февраля 1946 года Сталин, развивая те же мысли, выделил
три фактора, которые,™ егомдашю,^ сыгетдщщрщ^оль^то,-
B32FCCCP в Великой Отечественной войне: «советский обществен¬
ный cfpoft», «советский государственный строй», «Красная Армия».
В своем выступлении Сталин подчеркивал: «Война показала,
что советский общественный строй является подлинно народным
строем, выросшим из недр народа и пользующимся его могучей под¬
держкой, что советский общественный строй является вполне жиз¬
неспособной и устойчивой формой организации общества. Более то¬
го, теперь речь идет уже не о том, жизнеспособен или нет советский
общественный строй, ибо после наглядных уроков войны никто из
скептиков не решается больше выступать с сомнениями насчет жиз¬
неспособности советского общественного строя. Теперь речь идет о
том, что советский общественный строй оказался более жизнеспо¬
собным и устойчивым, чем несоветский общественный строй, что
советский общественный строй является лучшей формой организа¬
ции общества, чем любой несоветский общественный строй».
Сталин утверждал: «Война показала, что советский многонацио¬
нальный государственный строй с успехом выдержал испытание,
552
еще больше окреп во время войны и оказался вполне жизнеспособ¬
ным государственным строем... Теперь речь идет о том, что совет¬
ский государственный строй оказался образцом многонациональ- С
ного государства, что советский государственный строй представля- у
ет такую систему государственной организации, где национальный >
вопрос и проблема сотрудничества наций разрешены лучше, чем в
любом другом многонациональном государстве».
Сталин заявлял: «После блестящих побед Красной Армии под
Москвой и Сталинградом, под Курском и Белгородом, под Киевом
и Кировоградом, под Минском и Бобруйском, под Ленинградом и
Таллином, под Яссами и Львовом, на Висле и Немане, на Дунае и
Одере, под Веной и Берлином — после всего этого нельзя не при¬
знать, что Красная Армия является первоклассной армией, у кото¬
рой можно было бы поучиться многому».
Победа была обеспечена также перевесом, достигнутым СССР в
области вооружений. В своем выступлении 9 февраля 1946 года Ста¬
лин обратил внимание и на создание страной накануне войны обо¬
ронного потенциала, позволившего СССР разбить гитлеровские
войска. Сталин характеризовал период развития с 1928 года по 1941
год как «деятельность Коммунистической партии в области подго¬
товки нашей страны к активной обороне». Он подчеркивал, что «не- '
бывалый рост Пройзводства» за эти годы «нельзя считать простым и
обычным развитием страны от отсталости к прогрессу. Это бадщц^-
чок, при помощи которого наша Родина превратилась из отсталой
страны в передовую, из аграрной — в индустриальную». Сталин под¬
черкивал, что это превращение было достигнуто «при помощи со¬
ветской политики индустриализации страны... при помощи полити¬
ки коллективизации сельского хозяйства». Победа служила доказа¬
тельством правоты сталинского курса на осуществление глубоких
и быстрых общественных преобразований.
В этом же выступлении Сталин подчеркивал: «Партия сумела
добиться таких успехов, которые дали ей возможность не только
снабжать фронт в достаточном количестве артиллерией, пулеметами,
винтовками, самолетами, танками, боеприпасами, но и накапливать
резервы. При этом известно, что наше вооружение по качеству не
только не уступало немецкому, но в общем даже превосходило его.
Известно, что наша танковая промышленность в течение последних
трех лет войны производила ежегодно в среднем более 30 тысяч тан¬
ков, самоходов и бронемашин. Известно далее, что наша авиацион¬
ная промышленность производила за тот же период ежегодно до 40
тысяч самолетов. Известно также, что наша артиллерийская про¬
мышленность производила за тот же период ежегодно до 120 тысяч
553
орудий всех калибров, до 450 тысяч ручных и станковых пулеметов,
свыше 3 миллионов винтовок и около 2 миллионов автоматов. Из¬
вестно, наконец, что наша минометная промышленность за период
1942—1944 годов производила ежегодно в среднем до 100 тысяч ми¬
нометов... Известно... что в одном только 1944 году было произведе¬
но свыше 240 миллионов снарядов, бомб и мин и 7 миллиардов 400
миллионов патронов... Картина снабжения Красной Армии воору¬
жением и боеприпасами... не похожа на ту картину, которую пред¬
ставляло снабжение нашей армии в период Первой мировой войны,
когда фронт испытывал хронический недостаток в артиллерии и
снарядах, когда армия воевала без танков и авиации, когда на каж¬
дую тройку солдат выдавалась одна винтовка».
Уверенность Сталина в том, что война доказала преимущества
советского строя, Советского многонационального Союза, совет¬
ской экономики, советской оборонной промышленности и Крас¬
ной Армии, основывалась на том обстоятельстве, что СССР выдер¬
жал основную тяжесть Второй мировой войны. Без Советского
Союза мир оказался бы покоренным гитлеровской Германией и ее
союзниками и на планете воцарился бы режим геноцида и рабства.
При всем значении англо-советско-американской коалиции на¬
дежды Сталина на союзников СССР, которые он высказывал не раз
с начала войны, оправдались лишь отчасти. Разумеется, помощь
Красной Армии по ленд-лизу сыграла немалую роль в ее боевых ус¬
пехах. Оценивая эту помощь, А. И. Микоян говорил Г. А. Куманеву:
«Военно-экономические поставки нам со стороны наших западных
союзников, главным образом американские поставки по ленд-лизу,
я оцениваю очень высоко. Хотя и не в такой степени, как некоторые
западные авторы... Представьте, например, армию, оснащенную
всем необходимым, хорошо обученную, но воины которой недоста¬
точно накормлены или того хуже. Какие это будут вояки? И вот, ко¬
гда к нам стали поступать американская тушенка, комбижир, яич¬
ный порошок, мука, другие продукты, какие сразу весомые допол¬
нительные калории получили наши солдаты! И не только солдаты:
кое-что перепало и тылу. Или возьмем поставки автомобилей. Ведь
мы получили около 400 тысяч первоклассных по тому времени ма¬
шин типа «Студебеккер», «Форд», легковые «виллисы» и амфибии.
Вся наша армия фактически оказалась на колесах! В результате по¬
высилась ее маневренность и заметно возросли темпы наступле¬
ния... Без ленд-лиза, — утверждал Микоян, — мы бы наверняка еще
год-полтора лишних провоевали».
В то же время помощь союзников в области вооружений не шла
ни в какое сравнение с советской военной продукцией. Ссылаясь на
554
точные данные, Куманев указывал, что в общем объеме советских
вооружений «американские поставки боевой техники... составили:
по орудиям — 1,4%, по авиации — 9,8%, по танкам и САУ — 6,2%, по
автоматам — 1,7%, по пистолетам — 0,8%, по снарядам — 0,6%, по
минам — 0,1%».
Однако Второй фронт, который руководители США и Велико¬
британии обещали открыть в 1942 году, а затем в 1943 году, возник
лишь в 1944 году. Разумеется, угроза появления второго фронта от¬
влекала силы Германии. Нет сомнения в том, что военные действия
в Ливии и Тунисе, а затем в Италии отвлекали часть немецко-фаши-
стских войск от борьбы с Красной Армией. Однако подавляющая
часть вооруженных сил Германии и ее союзников была задейство¬
вана на советско-германском фронте.
Академик РАН Г. А. Куманев в своей книге «Подвиг и подлог»
писал: «В течение войны против Красной Армии действовало в
среднем до 70% дивизий^фашистских армий, из четырех солдат вер¬
махта троГпостоянно воевалиИ
лйшь один — на Западном На советско-германском фронте в наи-
время находилось и большинство войск со¬
юзников Германии: 37 дивизий в июне 1941 года, 72,5 дивизии —
в ноябре 1942 года. В этот же период на других театрах мировой вой¬
ны (в Северной Африке, а затем в Сицилии) имелось не более 8—9
дивизий союзников Третьего рейха... Протяженность (советское
германского фронта!шохщлял а от 3000 дур^^ШГтбгда^
женность Североафриканского и Итальянского Фронтов не превы -
шаЖТбТГ—350 км, Западного — 800 км. Из 1418 дней и ночей суще-
бТ&ования советско-германского фронта активные действия про¬
должались здесь 1320 суток, тогда как на З'а^дноещопейском —
293; на Сёвёроафриканс'ком — 309 и на Итальянском — 492. Из об-
Л** < И*» п " « 1 > хл л ЧА * * ' f 4 f * ’ jU > «««WWW*
щего числа людских потерь, которые понедла дамеико-фащистская
йрм^я^^торЖ’ШфЬво^ войне, более 73% приходится на Восточ-
ныи фронт».т Куманев указывал также на то, что на советско-герман¬
ском фронте Германия и его союзники потеря^и;бвыше 75% своей
авиации, 74% своей артидлерии, 75% своих танков и штурмовых
орудий. ^ * *’ ' '
^" ^"ЧГерез несколько лет после окончания войны Сталин продолжал
размышлять о причинах победы Советского Союза. Однажды летом
1949 года С. М. Штеменко, ставший к этому времени начальником
Генерального штаба, был вызван с докладом о состоянии ПВО на
дачу Сталина, где, помимо него, находились члены Политбюро. Не¬
ожиданно Сталин спросил: «А как думает молодой начальник Гене¬
рального штаба, почему мы разбили фашистскую Германию и при¬
555
нудили ее капитулировать?» По словам Штеменко, «оправившись
от неожиданности, я подумал, что лучше всего изложить Сталину
его собственную речь перед избирателями, произнесенную накану¬
не выборов в Верховный Совет СССР 9 февраля 1946 года... Терпе¬
ливо выслушав меня до конца, И. В. Сталин заметил: «Все, что вы
сказали, верно и важно, но не исчерпывает всего объема вопроса».
Шагая по балкону дачи, Сталин изложил дополнения к своей
оценке 1946 года, в которых он обратил внимание на конкретных
людей—творцов Великой Победы. Он говорил: «Война — суровое
испытание. Она выдвигает сильных, смелых, талантливых людей.
Одаренный человек покажет себя в войне за несколько месяцев, на
что в мирное время нужны годы. У нас в первые же месяцы войны
проявили себя замечательные военачальники, которые в горниле
войны приобрели опыт и стали настоящими полководцами». И он
начал на память перечислять фамилии командующих фронтами, ар¬
миями, флотами, а также партизанских вожаков».
Сталин прекрасно знал, что в ходе войны произошел отбор луч¬
ших военачальников. Прославленные маршалы предвоенной поры,
такие, как Ворошилов, Буденный, Тимошенко, к концу войны ото¬
шли на второй план. (Правда, фотографии всех трех были помеще¬
ны в «Правде» от 10 мая 1945 года вместе с другими советскими вое¬
начальниками и все трое находились на трибуне Мавзолея Ленина в
день Парада Победы.) Был разжаловаза^4^щал Советского Союз§
Кулик. Зато выдвинулисГЯ^ТГбрвы^тшан такие Ш|ШШ®":Совет-
ского Союза, маршалы родов войск и генералы армии, как Г. К. Жу¬
ков, А. М. Василевский, К. К. Рокоссовский, Н. Ф. Ватутин,
И. С. Конев, А. И. Еременко, И. X. Баграмян, Л. А. Говоров,
К. А. Мерецков, Р. Я. Малиновский, Ф. И. Толбухин, И. Д. Черня¬
ховский, И. В. Тюленев, В. И. Чуйков, Н. Н. Воронов, Н. Д. Яков¬
лев, Я. Н. Федоренко, А. А. Новиков, А. Е. Голованов, И. Т. Пере-
сыпкин, Н. Г. Кузнецов, И. С. Исаков, И. С. Юмашев и другие, каж¬
дый из которых внес огромный вклад в победы Красной Армии.
Прославились своими подвигами прежде никому не известные ру¬
ководители партизанского движения — С. А. Ковпак, А. Н. Сабуров,
М. И. Дука, М. П. Ромашин и другие.
В то же время Сталин прекрасно понимал, что исход современ¬
ной войны зависит не только от мастерства военачальников, а также
от количества и качества вооружений, от экономики, обеспечиваю¬
щей боеспособность вооруженных сил. Победа ковалась не только
на полях сражений и в штабах командующих фронтами, но и в цехах
заводов, на полях страны, за чертежными столами в конструктор¬
ских бюро, в кабинетах заводоуправлений и наркоматах. Поэтому,
556
продолжая беседу со Штеменко, Сталин заметил: «Второе, о чем вы
упомянули немного однобоко, — это о наших замечательных кадрах
руководителей. Нужно сказать, что они были не только на фронте, но
и в тылу... Разве смогли бы сделать другие руководители то, что сде¬
лали большевики? Вырвать из-под носа неприятеля целые фабрики,
заводы, перевезти их на голые места в Поволжье, за Урал, в Сибирь и
в невероятно тяжелых условиях в короткое время наладить произ¬
водство и давать все необходимое фронту! У нас выдвинулись свои
генералы и маршалы от нефти, металлургии и транспорта, машино¬
строения и сельского хозяйства. Наконец, есть полководцы науки.
О них тоже нельзя не сказать...» Не торопясь, без запинки он стал
называть фамилии ученых, деятелей промышленности, сельского
хозяйства».
В годы войны выдвинулась целая когорта прославленных созда¬
телей оружия Победы: организаторы производства — Д. Ф. Устинов,
Б. Л. Ванников, В. А. Малышев, А. И. Шахурин и другие, авиаконст¬
рукторы А. С. Яковлев, С. В. Ильюшин, В. Я. Климов, А. А. Мику-
лин, А. Н. Туполев, С. А. Лавочкин, А. И. Микоян и другие, создате¬
ли танков — М. И. Кошкин, А. А. Морозов, Ж. Я. Котин, Н. Л. Ду¬
хов, создатели артиллерийских систем и оружейники — В. Г. Грабин,
Ф. Ф. Токарев, Ф. Г. Дегтярев, П. М. Горюнов, Г. С. Шпагин,
Б. Г. Шпитальный, Ф. Ф. Петров, Л. А. Локтев, Б. И. Шавырин,
С. Г. Симонов и другие.
Сталин много сделал для воспитания нового поколения совет¬
ских руководителей фронта и тыла. Он учил их проявлять беспре¬
дельную требовательность к себе и другим, быть находчивыми и
вдумчивыми, быть порядочными и кристально честными. Порой
его высокие требования в ту суровую пору заставляли их работать на
пределе человеческих возможностей. Но эти люди, как и миллионы
советских людей, знали, что они трудились во имя великой Победы.
Рассказывая о работе со Сталиным, Н. К. Байбаков признавал:
«Конечно, работать с ним было непросто и нелегко
ходилось в зоне повышенной ответственноат^талин от каждого ]
требовал глубокого знания своего дел а,(конкретности. Jljh всегда!
проникал в самую суть исследуемой пробле1Ш7Т5шгада?гпри этом ка- j
кой-то мистической (не побоюсь этого слова) стособностью чувст- \
вШ&ть и йаходитъ наиболее "Слабые и уязвимые места в позиции со-
бес^цдмщ. Было очень трудйо понимать, что ты почти безоружен |
перед его сжатыми до самой сути доводами. Мы знали, какую огром- j
ную власть он держит в руках, но сколько власти, столько и тяжелой/
ноши. И мы все — от Сталина до простого шахтера — несли эту но-|
шу, непомерную и гордую, каждый по своим силам». |
I
557
i Вера в Сталина, его мудрость, его справедливость, его умение
| найти верное решение заставляла многих советских людей не заме-
! чать его ошибки, в том числе и те, что калечили человеческие судьбы.
I Эта вера была рождена историческим опытом превращения СССР в
' могучую державу за 12 предвоенных лет и укрепилась в годы Вели-
| кой Отечественной войны. Наблюдавший Сталина много лет управ-
\ ляющий делами Совнаркома Я. Е. Чадаев размышлял: «Почему так
\ беспрекословно покоряются его воле и желаниям миллионы людей?
Почему эти неторопливые слова так бурно и сильно впечатляют слу-
j шателей, вызывая у них прилив огромной энергии и подъема?» Он
приходил к выводу о том, что «его сила была в положительном влия¬
нии на окружающих, в безусловном доверии, которое он вселял, в
^твердости его характера. Он проявлял непререкаемую волю в делах,
заставлял людей верить в его талант, мудрость, силу, вселяя в них
энтузиазм и пафос борьбы... Видимо, сила этого воздействия состоя¬
ла в том, что Сталин был уверен в правдивости, верности своих слов,
в ясности своих мыслей, безошибочности выдвигаемых им предло¬
жений, и его уверенность охватывала и завоевывала массы... Хоте¬
лось делать именно так, как говорил Сталин, не сомневаясь, с полной
ответственностью выполнять все его указания и распоряжения».
Доверие к главному полководцу Великой Отечественной войны
сплачивало советский народ. Сталин отдавал должное этому дове¬
рию советского народа. В своем знаменитом тосте 24 мая 1945 года
он говорил: «Я хотел бы поднять тост за здоровье нашего советского
народа, и прежде всего русского народа. Я пью за здоровье русского
народа потому, что он является наиболее выдающейся нацией из всех
/ наций, входящих в состав Советского Союза. Я поднимаю тост за
\ I здоровье русского народа потому, что он заслужил в этой войне об-
- j щее признание как руководящей силы Советского Союза среди всех
I народов нашей страны. Я поднимаю тост за здоровье русского наро-
I да не только потому, что он руководящий народ, но и потому, что у
него имеется ясный ум, стойкий характер и терпение».
Тогда Сталин впервые признал, что «у нашего правительства бы¬
ло немало ошибок, были у нас и моменты отчаянного положения в
1941—1942 годах... Иной народ мог бы сказать правительству: вы не
/ оправдали наших ожиданий, уходите прочь, мы поставим другое
j правительство, которое заключит мир с Германией и обеспечит нам
; покой. Но русский народ не пошел на это, ибо он верил в правиль-
j ность политики своего правительства, и пошел на жертвы, чтобы
I обеспечить разгром Германии. И это доверие русского народа Совет-
| скому правительству оказалось той решающей силой, которая обес¬
печила историческую победу над врагом человечества — над фашиз¬
558
мом. Спасибо ему, русскому народу, за это доверие! За здоровье рус¬
ского народа!»
На протяжении всей войны Сталин неизменно отдавал должное
подвигам советских людей на полях сражений. Он лично выступал
с предложениями о присвоении звания Героя Советского Союза
многим воинам или предлагал представлять к этому званию при осу¬
ществлении особо трудных боевых операций. Из 12 384 человек,
удостоенных звания Героя Советского Союза на начало 1963 года,
II 521 получил это звание в годы Великой Отечественной войны. Из
III дважды Героев Советского Союза 101 стали таковыми в 1941—
1945 годах. К концу Второй мировой войны в стране появилиойлвд
трижды Героя Советского Союза — прославленные летчики А. ЙТТю-
крышкин, И. Н. Кожедуб и Маршал Советского Союза Г. К. Жуков.
В. В. Суходеев отмечал: «По инициативе И. В. Сталина в Крас¬
ной Армии была возрождена славная русская традиция зачисления
защитников Отечества навечно в списки частей, в составе которых
они совершили подвиг. Так, в приказе народного комиссара обороны
СССР И. В. Сталина № 269 от 8 сентября 1943 года в списки 1-й ро¬
ты 254-го гвардейского стрелкового полка навечно зачислен Герой
Советского Союза гвардии рядовой Александр Матросов, закрыв¬
ший своей грудью амбразуру вражеского дзота и тем самым обеспе¬
чивший наступление батальона.
Приказ Сталина гласил: «Великий подвиг товарища Матросова
должен служить примером воинской доблести и героизма для всех
воинов Красной Армии. Для увековечения памяти Героя Советского
Союза гвардии рядового Александра Матросова приказываю:
1. 254-му гвардейскому стрелковому полку присвоить наимено¬
вание 254-й гвардейский стрелковый полк имени Александра Мат¬
росова.
2. Героя Советского Союза гвардии рядового Александра Мат¬
веевича Матросова зачислить навечно в списки 1-й роты 254-го
гвардейского стрелкового полка имени Александра Матросова».
За годы Великой Отечественной войны более 300 советских вои-
нов (^шмитаюгеяюпоаат^
заботился о том, чтобы о героизме советских воинов знала вся страна.
На примерах мужественных воинов, таких, как Гастелло, Талалихин,
юных партизан, таких, как Олег Кошевой и другие герои «Молодой
гвардии», Зоя Космодемьянская, Лиза Чайкина, с первых же лет вой¬
ны советские люди учились мужеству и стойкости. Впоследствии на
этих примерах воспитывались целые поколения советских людей.
В 1941—1945 годах по инициативе Сталина или при его поддерж¬
ке было учреждено немало новых боевых наград. Если до войны в
СССР, помимо ордена Ленина, за боевые заслуги награждали двумя
> орденами — орденом боевого Красного Знамени и орденом Крас-
: ной Звезды, а также медалями «За отвагу» и «За боевые заслуги», то в
ходе войны были учреждены военные ордена Отечественной войны
двух степеней, Суворова трех степеней, Кутузова двух степеней,
Александра Невского, Богдана Хмельницкого трех степеней, Уша¬
кова двух степеней, Нахимова двух степеней, Славы трех степеней,
а также медали Ушакова, Нахимова, «За оборону Ленинграда», «За
оборону Севастополя», «За оборону Сталинграда», «За оборону
Москвы», «За оборону Кавказа», «За оборону Северного Заполя¬
рья», «Партизану Отечественной войны», «За взятие Будапешта»,
«За взятие Кенигсберга», «За взятие Вены», «За взятие Берлина», «За
освобождение Белграда», «За освобождение Варшавы», «За освобож¬
дение Праги», «За победу над Германией в Великой Отечественной
войне», «За победу над Японией». Миллионы советских воинов
были награждены этими наградами. Кроме того, многие были на-
- граждены благодарностями от Верховного Главнокомандующего
| И. В. Сталина.
Великий подвиг совершали также миллионы советских людей, в
том числе женщин и подростков, работавших ненормированный ра¬
бочий день у станков и в поле под лозунгом «Все для фронта, все для
победы». Миллионы советских тружеников были награждены в го¬
ды войны орденами Трудового Красного Знамени, «Знак почета», а
также медалями «За доблестный труд в Великой Отечественной вой¬
не», благодарственными грамотами. Так был отмечен трудовой
j подвиг советского народа. Воздавая должное советским женщинам -
| матерям, воспитавшим славных защитников Отечества, Сталин в
разгар войны предложил учредить ордена «Мать-героиня» и «Мате-
; ринская слава» трех степеней, а также «Медаль материнства».
^ Все эти награды до сих пор напоминают о героизме советских
людей и почете, которым были окружены герои фронта и тыла после
окончания Великой Отечественной войны. Отдавая должное геро¬
изму советского народа, Сталин в беседе со Штеменко в тот летний
день 1949 года говорил: «На Гитлера работали сотни тысяч людей,
вывезенных в Германию и превращенных, по существу, в рабов.
И все-таки он не смог в достатке обеспечить свою армию. А наш на¬
род сделал невозможное, совершил великий подвиг. Такой был итог
работы коммунистов по строительству Советского государства и
воспитанию нового человека... Вот вам и еще одна причина нашей
победы!»
Сыграв главную роль в спасении человечества от угрозы истреб¬
ления и порабощения, Советский Союз понес и наибольшие потери
в годы войны. Неудивительно, что людские потери Красной Армии
намного превосходили потери армий союзных войск. Позже был
создан миф о том, что руководящая деятельность Сталина и выдви¬
нутых им военачальников в годы войны лишь привела к неоправ¬
данно огромным людским потерям, ценой которых была достигнута
Победа. При этом ссылаются на то, что в результате войны погибло
около 27 миллионов советских людей, и это число жертв сопостав¬
ляется с 8 миллионами 649 тысячами 500 людей, которые потеряли
Германия и их союзники в боях против нашей страны.
Как обращал внимание Г. А. Куманев в своей книге «Подвиг
и подлог», общее число «безвозвратных потерь» Вооруженных сил
СССР (то есть убитых, умщ>^
не вернувшихся из него, пропавщихбез
Немного большим — 8 688 400 человек. Не исклю-
«многих человеческих жертв... можно было избежать»,
Г. А. Куманев указал, что превышение числа советских потерь над
потерями немецко-фашистских войск во многом объясняется ог-
ромным числом жертв в немецких лагерях для советских военно-
нов 126 тысяч взятых в плен во-
ёШЬс^Жащих немецкочдашистских войск умерли 580 тысяч 548
человек, а остальные вернулись домой, из
ловек.
советских военнослужащих, взятых в плен, щащщщсь наРшшщ
£ШП.MИMД9JЦJ36JЬICЯч чeлoвel^;. От 2,5 до 3,5 миллиона погибли в
немецко-фашистских лагерях. Потери же среди мирного населении
страны, главным образом вследствие^под
лившейся оккупантами, состддвди свыше 1^ мшушоно
Ьгромноё число жертв, понесенных тшгщ дтЩН^гТТГгппттп с тем,
что наша стпяня была..гдалным полем битвы Второй мировой войны,
а наш народ явился самой многочисленной частыо,чедовечества, й§
которой бьша HqnbiTraaJ^ji^Qes^^
Следствием воины стали не только гибель, ранения и тяжелые
заболевания, порожденные голодом и лишениями, миллионов со¬
ветских людей. Многие из тех, кто нес тяжелую ношу во время войны,
подорвали свои силы. Некоторые из руководителей Красной Армии
умирали в расцвете сил. На другой день после Дня Победы в возрас¬
те 44 лет скончался заместитель наркома обороны, начальник Глав¬
ного политического управления Красной Армии, начальник Совин-
формбюро, секретарь ЦК и кандидат в члены Политбюро ЦК ВКП(б)
А. С. Щербаков. В первые послевоенные годы скончались Маршалы
Советского Союза Ф. И. Толбухин в возрасте 55 лет, Л. А. Говорове
возрасте 48 лет. Мало кто из прославленных маршалов времен Вели¬
кой Отечественной войны дожил до преклонного возраста.
Среди тех, кто подорвал свои силы в годы войны, был и Сталин.
Он исполнял напряженную работу по подготовке отпору врагу еще
5В1
перед войной, когда ему было уже за 60 лет, и он не был здоровым
человеком. В течение 4 лет войны он взял на себя тяжелейшее бремя
государственной ответственности и вынес его, не давая себе ни ми¬
нуты отдыха. Это не могло не вызвать ухудшения состояния его здо¬
ровья. Сталин все реже проводил совещания и реже появлялся на
публике. Его выступление на собрании избирателей Сталинского
округа 9 февраля 1946 года стало первым послевоенным выступле¬
нием на большом собрании людей. Следующий раз он выступил на
подобном большом собрании лишь в октябре 1952 года на XIX съез¬
да КПСС.
Война истощила силы всего советского народа. Победа была
достигнута дорогой ценой. В своем выступлении на 11-й сессии
Верховного Совета СССР 22,дгтреля 1945 г.) Председатель Со¬
вета народныхкомЕСсашз^
ровские разКойникй^найсет^^ ущерб народному хо¬
зяйству и населению районов РСФСР, подвергшихся ра^жации.
Жилищный фонд в городах и районных центрах почти 60% разру-
ше1ГиЖприведей^ предприятия1гю
основным отраслям хозяйства и транспорт почти полностью выве¬
дены из строя. Многие крупнейшие города нашей республики под¬
верглись таким разрушениям, что на восстановление их потребуется
немало лет. Немецко-фашистские варвары превратили почти пол¬
ностью в груды развалин крупнейшие города нашей республики —
Воронеж, Смоленск, Орел, Новгород, Калугу, Калинин, Псков,
Ростов-на-Дону и др. Были превращены в руины волжский краса¬
вец — Сталинград, черноморский город русской славы — Севасто¬
поль, Новороссийск, Керчь. Нанесены тяжелые повреждения Ле¬
нинграду. Разрушены ценнейшие памятники истории и мирового
искусства в Ленинградской-области, Крыму и других районах нашей
республики».
•] «В районах, подвергшихся немецкой оккупации, большим раз-
\ рушениям подверглись социально-культурные учреждения. Унич-
! тожено и повреждено свыше 23 тысяч школ. Разрушены свыше 1600
больниц, 3700 поликлиник и целый ряд других медицинских учреж¬
дений. Велик ущерб, нанесенный немецкими оккупантами и наше¬
му сельскому хозяйству. Было уничтожено и сожжено свыше 1 мил-
; лиона жилых домов колхозников. Полностью разрушено около
300 тысяч различных колхозных хозяйственных построек, свыше
4 тысяч мельниц. У колхозников и колхозов разграблено и уничто¬
жено 2 миллиона лошадей, свыше 4 миллионов голов крупного ро¬
гатого скота, свыше 10 миллионов овец и коз».
| За годы войны и оккупации на Украине было разрушено и со-
{ жжено 714 городов и населенных пунктов, свыше 28 тысяч сел и де-
562
ревень. Жилья лишилось около 10 миллионов человек. Было разру¬
шено и разграблено более 16 тысяч промышленных предприятий,
свыше 200 тысяч зданий производственного назначения, 27 910 кол¬
хозов, 872 совхоза, 1300 МТС, 32 930 школ, техникумов и вузов. Пря- I
мые материальные потери составили 285 миллиардов рублей (в до¬
военных ценах). 40% национального богатства республики было
уничтожено, 5,3 жителей Украины были убиты
(один из шести)( 2,3 миллиона человек были вывезены на работу в 1
Герма^^
За годы оккупации немецко-фашистские захватчики убили в j
Белоруссии 2200 тысяч мирных жителей и военнопленных, свыше ;
380 тысяч угнали на каторжные работы в Германию. В республике j
были разрушены почти все промышленные предприятия. Уничто- |
жили 74% жилого фонда городов. В сельской местности оккупанты |
сожгли 1200 тысяч построек; вывезли в Германию тысячи тракторов |
и сельскохозяйственных машин, уничтожили и угнали 70% поголо- |
вья крупного рогатого скота. Только учтенный общий ущерб, при- I
чиненный оккупантами Белоруссии, составил 75 миллиардов руб- §
лей (по исчислению до 1961 г.).
В Молдавии захватчики истребили около 64 тысяч жителей рес¬
публики, а 47 тысяч угнали в фашистское рабство. Они разрушили
1037 промышленных предприятий, 45% жилого фонда, 600 школ,
сотни культурно-просветительских и других учреждений. Было унич¬
тожено около 30 тысяч га садов и виноградников. Ущерб народному
хозяйству Молдавии оценивался в 15 миллиардов рублей (в ценах
1944 г.).
Тяжелый урон нанесли оккупанты республикам Прибалтики.
За время оккупации поголовье скота и домашней птицы в трех рес¬
публиках уменьшилось по всем видам на сотни тысяч голов. Прак¬
тически вся сельскохозяйственная техника была вывезена в Герма¬
нию. В результате грабежа, хозяйничанья немцев и безудержной экс¬
плуатации ими эстонского крестьянства произошло сокращение
посевных площадей, падение урожайности, была уничтожена боль¬
шая часть скота, было разрушено 45% промышленных предприятий.
Только в Эстонии за годы немецкой оккупации было уничтожено
35 тысяч га леса. Ущерб, нанесенный Эстонии, составил свыше
16 миллиардов рублей (в ценах 1941 г.).
Хищнически уничтожали оккупанты и леса Литвы. Ежегодно
они вырубали до 3,5 кубометра самого лучшего и наиболее доступ¬
ного для вывоза леса, что значительно превышало его естественный
прирост. За годы оккупации было вывезено из Литвы около 10 мил¬
лионов кубометров леса. Из Литвы было вывезено или уничтожено
1899,8 головы разного скота, 480 тракторов, 98,4 тысячи сельскохо-
563
зяйственных машин, сотни тысяч тонн зерна, молока и других сель¬
скохозяйственных продуктов. В результате хозяйничанья оккупан¬
тов посевная площадь в Литве уменьшилась на 20%. Урожайность
растениеводческих культур упала на 22%, валовая продукция расте¬
ниеводства — на 40%, поголовье лошадей — на 43%, поголовье круп¬
ного рогатого скота — на 54%, поголовье свиней — на 64%, поголовье
овец — на 47%. Было разрушено около 80% промышленных пред¬
приятий, почти все электростанции, многие города. Общий матери¬
альный ущерб, нанесенный республике, составил 17 миллиардов
рублей (в ценах 1941 года).
За годы оккупации в Латвии наполовину уменьшились посев¬
ные площади. Урожайность полей снизилась в 2 раза. Крупного ро¬
гатого скота и лошадей осталось лишь половина, овец и свиней —
треть. Площадь вырубленных и выжженных лесов в Латвии составила
200 тысяч га. Промышленность Латвии была почти полностью раз¬
рушена: из 1107 промышленных предприятий Латвии, работавших в
1941 году, в 1944 году смогли включиться в работу лишь 100 пред¬
приятий. Продукция ее промышленности в 1944 году составляла
16 процентов довоенной. Общий ущерб народному хозяйству соста¬
вил 20 миллиардов рублей (в ценах до 1961 г.). Значительная часть
хозяйственной продукции Прибалтики была разграблена и вывезе¬
на в Германию.
Угон населения в Германию, спровоцированная эмиграция на¬
кануне прихода советских войск и массовое уничтожение населения
опустошили земли Прибалтики. По оценкам американских авторов
Р. Мисиунаса и Р. Таагепера, только в результате казней, совершен¬
ных властями «Остланда» в трех республиках, было истреблено 210
тысяч человек местного населения (140 тысяч в Литве, 65 тысяч —
в Латвии, 5 тысяч — в Эстонии). Прибалтика была превращена в
место казней многих людей из разных республик СССР и других
стран Европы. Республики, общее население которых составляло в
1940 году 5,7 миллиона человек, стали местом уничтожения 1425 ты¬
сяч человек.
Помимо человеческих жертв, СССР потерял 30% своего нацио¬
нального богатства. На советской земле, ставшей основным театром
военных действий Второй мировой войны, было полностью или
частично разрушено 1710 городов и поселков, более 70 тысяч сел и
деревень, свыше 6 миллионов зданий. Были уничтожены многие за¬
воды и другие промышленные предприятия, сооруженные в годы
сталинских пятилеток.
Сталин стал свидетелем разрушений войны, еще находясь в Мо¬
скве и ближнем Подмосковье в 1941 году, а также во время поездки
на фронт в августе 1943 года. Он увидел и полностью уничтоженный
564
Сталинград, в котором остановился, возвращаясь из Тегерана в де¬
кабре 1943 года. Как вспоминал А. Рыбин, кортеж с машинами ехал
«по коридору среди развалин зданий и штабелей немецкой техни¬
ки». Развалины городских домов и сожженные деревни Смоленской
области и Белоруссии Сталин увидел по пути на Потсдамскую кон¬
ференцию. Поэтому первый же вопрос, который задал Сталин пер¬
вому секретарю ЦК КП(б) Белоруссии П. К. Пономаренко, сопро¬
вождавшему его во время следования поезда по республике, был:
«Как идет восстановление жилищ в сельской местности и есть ли
помехи, требующие вмешательства союзного правительства?» Вы¬
слушав Пономаренко, Сталин заметил, что «жильем нужно обеспе¬
чить всех, но на первых порах, когда его более всего не хватает, сле¬
дует обратить особое внимание на обеспечение жильем в первую
очередь семей защитников Родины, особенно многодетных мате¬
рей, мужья которых в армии».
Впервые Сталин публично поставил задачу восстановления раз¬
рушенного еще в разгар Великой Отечественной войны. В докладе
о 26-й годовщине Октябрьской революции 6 ноября 1943 года Ста¬
лин заявил: «В районах, где временно хозяйничали фашистские по¬
громщики, нам предстоит возродить разрушенные города и села,
промышленность, транспорт, сельское хозяйство, культурные учре¬
ждения, создать для советских людей, избавленных от фашистского
рабства, нормальные условия жизни... Нам необходимо полностью
ликвидировать последствия хозяйничанья немцев в районах, осво¬
божденных от немецкой оккупации. Это большая общенародная за¬
дача. Мы можем и должны решить эту трудную задачу в короткий
срок». Так Сталин изложил задачи, выдвинутые в постановлении ЦК
и Совнаркома «О неотложных мерах по восстановлению хозяйства в
районах, освобожденных от немецкой оккупации» от 21 августа
1943 года.
Через два года, 29 августа 1945 года, было принято решение о
подготовке пятилетнего плана восстановления и развития народно¬
го хозяйства. Характеризуя цели новой пятилетки, Сталин 9 февра¬
ля 1946 года подчеркивал, что они сводятся к тому, чтобы «восстано¬
вить пострадавшие районы страны, восстановить довоенный уро¬
вень промышленности и сельского хозяйства и затем превзойти этот
уровень в более или менее значительных размерах».
Принятый на сессии Верховного Совета СССР в марте 1946 года
на основе доклада председателя Госплана Н. А. Вознесенского чет¬
вертый пятилетний план предусматривал проведение широкомас¬
штабных восстановительных работ на территориях, подвергшихся
оккупации. На этих землях проживало 88 миллионов людей, произ¬
водилось 33% промышленной продукции и засевалось 47%Г посев¬
565
ных площадей. Требовалось восстановить первенцы сталинских пя-
1ГйлётокГтакие, какДтепротй,.ддакжел^
ятия Украины, 182 шахты Донбасса, промышленные предприятия
(ГССИИ и т. д.
9 февраля Сталин указывал также, что «в ближайшее время будет
отменена карточная система, особое внимание будет обращено на
расширение производства предметов широкого потребления, на
Ттбднятиё жизненного уровня трудящихся путем снижения цен на
55ГтоЩ>^ всякого рода научнб-йссле-
2(бвательб1сйх йнститугов/могущих дать возможность науке развер¬
нуть свой силы. Я не сомневаюсь, что, если окажем должную по-
I мощь нашим учёным, они сумеют не только догнать, но и превзойти
I в ближайшее время достижения науки за пределами нашей страны».
В этом же выступлении Сталин заявил: «Что касается планов на
более длительный период, то партия намерена оргау[щоват.ь.жрщй
мощный подъем народного хозяйства, который дал бы нам возмож¬
ность поднять уровень нашей промышленности, например, втрое
по сравнению с довоенным уровне^. Нам нужно добиться того, что¬
бы наша промышленность могла производить ежегодно до 50 мил¬
лионов тонн чугуна, до 60 миллионов тонн стали, до 500 миллионов
тонн угля, до 60 миллионов тонн нефти. Только при этом условии
можно считать, что наша Родина будет гарантирована от всяких слу¬
чайностей. На это уйдет, пожалуй, три новые пятилетки, если не
больше. Но это дело можно сделать, и мы должны его сделать».
Гпава 27
НАЧАЛО «ХОЛОДНОЙ ВОЙНЫ»
Осуществление огромных и долгосрочных задач предполагало
сохранение мира в течение продолжительного времени. Однако ме¬
ждународная обстановка существенно ограничила такие возмож¬
ности. Уже в самом начале Потсдамской конференции президент
США Гарри С. Трумэн в присутствии премьер-министра Велико¬
британии Уинстона Черчилля сообщил И. В. Сталину об успешном
испытании в США атомного оружия. Так Советскому Союзу давали
понять, что в вооружениях произошла революция и США в ней ли¬
дируют.
Несмотря на то что из всех великих держав мира США вступили
в войну последними, а правительство США постаралось свести к
минимуму участие своих вооруженных сил в боевых действиях, оно
воспользовалось сложившейся к концу войны ситуацией для того,
чтобы попытаться занять ведущее положение в мире. Полный раз¬
гром Германии, Японии и Италии, значительное разрушение эко¬
номического потенциала и немалые людские потери Франции и Ве¬
ликобритании, подъем национально-освободительного движения
во французских и британских колониях, опустошение значительной
части Советского Союза и уничтожение миллионов советских лю¬
дей привели к ослаблению всех великих держав мира, кроме США.
Несмотря на известные материальные и людские потери. США вы-
1ЙЛИ из ьиД'кЬх
' *■ на
47%.^результате удельный вес США в производстве всего мира (без
СССР) вырос с 41,4% в 1937 году до 62% в 1947 году. За годы войны
различные страны мира задолжали Соединенным Штатам 19 мил¬
лиардов долларов. Получая по этим долгам, США уже в первые по-
слевоенные годы стали обладателями тур всех золотых запасов ка-
питалистических стран. США расширяли свои позиции во всех час-
тях шара/- --
Если после Первой мировой войны американские войска были
выведены из Европы за несколько месяцев, то после лета 1945 года
американские вооруженные силы продолжали оставаться в оккупи¬
рованных ими Японии, Филиппинах и Италии, оккупационных зо¬
нах Германии, Австрии, Кореи, а также на военных базах в различ¬
ных частях мира. Казалось, что созданы условия для реализации
давних устремлений американских правящих кругов — установле¬
ния мирового господства.
Известный военный американский обозреватель Хэнсон Болду¬
ин писал в своей книге «Цена власти»: «Сегодня мы — нация-бан-
кир, нация-кредитор, нация-экспортер, великая морская и возддц-
МОержава! центр'сЬсрёдоточёнйя мировых коммуникаций. Если
Рим в свое время был центром существовавшего тбгда мира, то в еще
большей степени Вашингтон является центром западного мира в
XX веке». «Мы должныдзя^а
акционера вГ^рпорации, известнри пр^наименованием земной
шар»’ — заявил на первом послевоенном съезде Национального со-
йШГЁнешней торговли один из руководителей американского биз¬
неса Уэлч. Крупнейший банкир и делец, советник всех президентов
США, начиная от Вудро Вильсона до Дуайта Эйзенхауэра (исклю¬
чая лишь Кальвина Кулиджа), Бернард Барух заявлял: «Благодаря
‘'"IN,?-, ” V т> v ' чм«»'’ 'v
могуществу своих вооруженнщ^щд,, дщему мттошшлщ д додас-
ти экономики, своим ресурсам и моральной силе, вытекающей из
америкайС^бгЬ1 образа жизни, Америка в состоянии утвердить свое
руководство нйд миром». Владелец и редактор крупнейших амери-
йжких журналов Генри Люс объявлял: «XX век — это век Амери¬
567
ки... первый век, когда Америка является доминирующей мировой
силой».
Эти высказывания перекликались и с официальными прави¬
тельственными декларациями. 27 октября 1945 года Трумэн заявил
в своей речи по поводу Дня флота: «Мы являемся величайшей на¬
циональной силой на Земле». В апреле 1946 года по случаю Дня ар¬
мии он говорил: «Соединенные Штаты сегодня сильная держава;
нет никого сильнее ее... Это означает, что, обладая такой силой, мы
должны принять ответственность. Мы преисполнены решимости
оставаться сильными».
Однако на пути реализации гегемонистских целей США стоял
СССР. Несмотря на тяжелые потери во Второй мировой войне, Со¬
ветский Союз вышел из нее победителем, обладая сильнейшей ар¬
мией в мире и промышленностью, сумевшей обеспечить боеспособ¬
ность этой армии. Народы Советского Союза проявили пример без¬
заветного патриотизма и исключительной сплоченности в защите
своей Родины. Престиж СССР в мире невероятно вырос. Советский
пример общественной организации оказывал воздействие на мил¬
лионы людей в мире за пределами СССР, вдохновлял борцов за на¬
циональное и социальное освобождение в различных регионах зем¬
ного шара. Поэтому задачей США стало добиться устранения СССР
как главного препятствия на пути к мировому господству.
Правда, сразу после окончания мировой войны «холодная вой¬
на» еще не началась. После успешно завершенной Потсдамской
конференции главы трех великих держав активно продолжали дело¬
вую переписку, all октября 1945 года президент США просил Ста¬
лина принять американского художника Шандора, чтобы написать
его портрет в память о^сотрудничестве между СССР и США в годы
Второй мировой войны. Однако одновременно в правящих кругах
США вынашивались планы развязывания новой войны против
СССР. За два дня до упомянутого выше письма Трумэна 9 октября
1945 года комитет начальников штабов США подготовил секретную
директиву 1518 «Стратегическая концепция и план использования
вооруженных сил США», которая исходила из подготовки нанесе¬
ния Америкой превентивного атомного удара по СССР. По мере бы¬
строго накопления атомного оружия в США 14 декабря 1945 года
была подготовлена новая директива № 432/d комитета начальников
штабов, в приложении к которой были указаны 20 основных про¬
мышленных центров СССР и трасса Транссибирской магистрали в
качестве объектов атомной бомбардировки. Недавние союзники
СССР хладнокровно планировали бросить на советских людей бом¬
бы, подобные тем, что были использованы в Хиросиме и Нагасаки.
И это уже после того, как стало хорошо известно про чудовищные
последствия таких бомбардировок. Очевидно, что обвинения Ста¬
линым союзников в вероломстве, которые он не раз высказывал на
протяжении войны, были не напрасными.
Опросы, проведенные среди американских солдат через месяц
после окончания войны в Европе, показали, что около 25% из них
считали, что новая война неизбежна и противником в ней Америки
будет Советский Союз. Хотя эскалация «холодной войны» заняла
пару лет, фактически эта война была объявлена Уинстоном Черчил¬
лем 5 марта 1946 года в его выступлении в Вестминстерском коллед- j
же города Фултон (штат Миссури). Хотя эту речь произнес отстав- |
ной премьер-министр, ее содержание было согласовано с руковод- I
ством Великобритании и США. В своем выступлении У. Черчилль |
объявил о том, что над Европой опустился «железный занавес» и |
разделил ее по линии от Штеттина на Балтике до Триеста на Адриа- *
тике. Черчилль предлагал пересмотреть последствия Второй миро- j
вой войны и решения по странам Центральной и Юго-Восточной
Европы, принятые в Тегеране, Ялте и Потсдаме.
Черчилль не скрывал, что политате^ ^
слевоенной системы должна бьш^та^<<*б|>атская ассоциация наро¬
дов, говорящих на ангддйском языке^ бн подчёркивал1, что такая
аШГцкация предполагала бы совместное использование авиацион¬
ных, военно-морских баз и вооруженных сил США, Англии и дру¬
гих англоговорящих стран.
14 марта 1946 года в «Правде» был опубликован ответ Председа¬
теля Совета Министров (так с марта стал именоваться глава Совет¬
ского правительства) И. В. Сталина «одному из корреспондентов»
этой газеты, посвященный выступлению Черчилля. Сталин расце¬
нил речь в Фултоне как «опасный акт, рассчитанный на то, чтобы
посеять семена раздора между союзными государствами и затруд¬
нить их сотрудничество... По сути, господин Черчилль иего друзья в
Англии и США предъявляют нацйям, не говорящим на английском
языке, нечто вроде ультиматума: признайте наше господство добро¬
вольно и тогда все будет в порядке, — в противном случае неизбежна
война». Сталин решительно отметал требования Черчилля о реви- i «
з™1Тлтйнской системы. Он подчеркивал: «Немцы произвели втор- ?
жение в СССР через Финляндию, Польшу, Румынию, Венгрию...| I
Спрашивается, что же может быть удивительного в том, что Совет-! |
ский Союз, желая обезопасить себя на будущее время, старается до-*
биться того, чтобы в этих странах существовали правительства, ло¬
яльно относящиеся к Советскому Союзу?»
В дальнейшем Сталин неоднократно предпринимал попытки
остановитеухуЩ1ТЙТие отношений между СССРи Мдущ1ШЙ Страна-
ми Запада. Отвечая на вопросы иностранных корреспондентов в
969
■л,.*-
)
V
I
[1946 году (22 марта — Э. Гильмору, 17 сентября — А. Верту, 23 октяб-
|ря — X. Бейли), Сталин утверждал, что нагнетание напряженности в
(международных отношениях провоцируется «действиями некото¬
рых политических групп», лично Черчиллем и его единомышленни¬
ками. Он призывал давать отпор подобным провокационным вы¬
ступлениям. Сталин подчеркивал, что он «уверен в возможности
дружественных отношений между Советским Союзом» и странами
Запада, и призывал к усилению «политических, торговых и культур¬
ных связей» между ними.
Сталин использовал каждую возможность для того, чтобы напом¬
нить о сотрудничестве стран антигитлеровской коалиции в годы вой¬
ны и активизировать сложившиеся связи для развития послевоен¬
ного сотрудничества. Так, в ходе встречи с начальником имперского
генерального штаба Великобритании фельдмаршалом Б. Л. Монт-
' * '7 года Сталин выражал сожаление, что совет-
ворч 1942,года, который предусматривал про-
дШЖшйе сотрудничества в послевоенные годы, оказался «повис-
МШ^Г§8здухе и фактически перестал работать».
ЖенньгТсйльГСШХ нглйи приступишПГосуществлению про¬
граммы стандартизации вооружений, Сталин сказал, что он не воз-
-wuRSP1*11
SJ
ражает против укрепления англо-американского союза, если только
* д * “.Г ■Лшм.~ »■*“ * * ,*м*
он не направлен против СССР. В ответ на вопрос Монтгомери, не
желал бы Сталин создать «военны
и Росси-
, тот ответил положительно. Правда, Сталин сказал, что он не хо-
понятым таким образом, что он просит Монтгомери пере¬
дать правительству Великобритании такое предложение, а Монтго¬
мери тут же заметил, что он не имеет таких полномочий для передачи
таких предложений. И все же, судя по мемуарам Монтгомери, Ста¬
лин сказал, что он не будет возражать, если фельдмаршал передаст
кому он захочет, что «он (Сталин) приветствовал бы военный союз с
Британией и считал бы его необходимым. Он повторил это заявле¬
ние дважды, и мне показалось, что он очень хотел, чтобы я его пра¬
вильно понял».
В ходе обеда, устроенного в честь Монтгомери, Сталин постоян¬
но подчеркивал фельдмаршалу, что «мы — военные люди», которые
могут решать проблемы сотрудничества лучше политиков, и эти за-
явле™1НЖ Сталин положитель¬
но расценил назначение ряда военных за рубежом на ответственные
гражданские должности, сославшись на пример генерала Маршал¬
ла, занявшего пост государственного секретаря США. В заключение
встречи Монтгомери, который, как и Дуайт Эйзенхауэр, был награ¬
жден орденом «Победа», нарядился в подаренную им Василевским
парадную форму Маршала Советского Союза и сфотографировался
570
со Сталиным, отдавая ему честь как Генералиссимусу Советского
Союза.
Суммируя свои впечатления о пребывании в СССР и встрече со
Сталиным, Монтгомери писал: «В целом я пришел к выводу, что
Россия не в состоянии принять участие в мировой войне против лю¬
бой сильной комбинации союзных стран, и она это понимает. Рос¬
сия нуждалась в долгом периоде мира, в течение которого ей надо
будет восстанавливаться. Я пришел к выводу, что Россия будет вни¬
мательно следить за обстановкой и будет воздерживаться от неосто¬
рожных дипломатических шагов, стараясь не «переходить черту» где
бы то ни было, чтобы не спровоцировать новую войну, с которой она
не сможет справиться... Я сообщил об этом в докладе британскому
правительству и начальникам штабов». Следствием визита Монтго¬
мери стал обмен письмами между И. В. Сталиным и Э. Бевином в
январе 1947 года, в ходе которого Сталин предложил продлить анг¬
ло-советский договор 1942 года, предварительно «освободив его от
оговорок, которые ослабляют этот договор».
Советское правительство, возглавлявшееся Сталиным, пред¬
принимало шаги для снятия возможных очагов напряженности. По¬
этому СССР вывед в назначенные сроки свои врйдса, стран,
где они оказались во время войны (Норвегия, Дания, Болгария, Чё-
хвслбвакия, Северный Китаи* Северный ^рар. Советское прави-
тёл'ьГШГстрем'илось предотвратить и конфликты на границах своих
новых союзников. По этой причине Сталин решительно выступил
против планов Тито и Димитрова о создании «Балканской федера¬
ции», которые могли бы спровоцировать агрессивные действия За¬
пада.
Даже в тех случаях, когда внешнеполитические действия Совет¬
ского Союза не были безупречными, было очевидно, что Советское
правительство старалось найти выход из создавшихся международ¬
ных кризисов и конфликтов. В начале 1949 года были предприняты
меры для ликвидации острого и затяжного международного кризиса
вокруг Западного Берлина, спровоцированного введением э з^дад-
ных секторах Берлина особой валюты.
- 'tS ^ 4 т-*' I * I - 1 <М' и»,л
Вскоре после окончания Второй мировой войны и создания
ООН советская дипломатия выступила с целым рядом предложе-
нии, йапрагаетых на разоружение и запрещение ядерного оружия,
все эти инициативы тщательно вырабатывались на совещаниях под
руководством Сталина. На основе советсюрущ^дложений Гене¬
ральная ассамблея ООН приняла 14 дека£$)я 1946 пвда резолюцию о
принципах, определяющих общее регулйрб5ание и сокращение
вооружений. Резолюция призвала все органы ООН, занимающиеся
571
проблемой разоружения, решительно ускорить практическое осу-
тестштение чяпрошения ахамиаго_,оружм#. ИЗЪЯТИЯ его йз Шцио-
нальных вооружений и сокращение вооруж^ЩГТезолюШя также
^Жом^щов^авсем го^Шрстеам ускорить вывод войск с бывших
вражеских т§вр«орий. На заседаниях Комиссии по обычным воо-
ружениял/в 1947^рду представитель СССР А. А. Громыко внес план
практичеотойНодготовки соглашения о всеобщем сокращении воо¬
ружений и запрещении атомного оружия.
Советский Союз предложил на III сессии Генеральной ассамб¬
леи ООН 25 сентября 1948 года странам, являвшимся постоянными
членами Совета Безопасности (США, Великобритания, Франция,
Китай, СССР), сократить все наличные сухопутные, военно-мор-
ские и военно-воздушные силы на одну треть в течение одного года.
Одновременно предлагалось запретить атомное оружие и учредить
международный контрольный орган, который бы наблюдал за со¬
блюдением этого запрета. Это предложение было внесено на рас¬
смотрение Совета Безопасности 8 февраля 1949 года. На IV сессии
Генеральной ассамблеи ООН осенью 1949 года советская делегация
предложила осудить подготовку к новой войне, запретить атомное
оружие и подписать Пакт по укреплению мира между пятью велики¬
ми державами.
Свидетельством стремления СССР и международного коммуни¬
стического движения предотвратить новую мировую войну стало
поощряемое Советским правительством и коммунистами всего ми¬
ра широкое движение общественности в защиту мира. В первые же
месяцы берлинского кризиса при активной поддержке СССР стало
развертываться всемирное движение сторонников мира, в котором
приняли участие видные деятели культуры, ученые, политические
деятели различных стран мира. В августе 1948 года в городе Вроцлав
состоялся Всемирный конгресс деятелей культуры, который обра¬
тился с призывом: «Народы мира не хотят войны и имеют достаточ¬
но сил для того, чтобы отстоять мир и культуру от посягательств но¬
вого фашизма». В апреле 1949 года был созван I Всемирный кон¬
гресс сторонников мира, а на состоявшемся в Стокгольме в марте
1950 года заседании Постоянного комитета этого конгресса бы«ш^
принято воззвание с призывом запретить атомное оружие? Сбор 500
миллионов подрр^дздазличныхстржаж.земного шараЧЩгГэти^
]в5^анйем превратился в яркую кампанию осуждения п^шов ис¬
пользования атомного оружия в войне. На всех мероприятиях дви¬
жения сторонников мира неизменно подчеркивалась ведущая роль
Сталина в защите мира, а по случаю 70-летия Сталина в СССР были
учреждены Международные Сталинские премии мира, которые еже-
годно присуждались наиболее вщным общественным деятелям раз¬
личных стран. 4 ■> — ' - ■ *
же время Сталин прекрасно понимал, что главным средством
сохранения мира может стать лишь крепкая оборона СССР. Вскоре
после окончания войны важнейшим элементом обороны стало
атомное оружие. О планах создания атомного оружия в США Ста¬
лин узнал еще задолго до испытания в Аламогордо.
По словам Судоплатова, группа советских разведчиков, направ- ;
ленная Сталиным в октябре 1941 года в США для срыва планов при¬
знания американцами эмигрантского правительства России, изме¬
нила свою направленность, как только были получены сведения о
начале работ в США по созданию атомного оружия. В марте 1942 го¬
да такие же сведения были получены от советских разведчиков, ра¬
ботавших в Англии. Эту информацию Берия направил Сталину.
Кроме того, Сталин, как обычно для него, самым внимательным
образом прореагировал на письмо, котощ^^ мае 194ДхЬда направил
Сталину неизвестный ему физик Г. Н. Флеров. Ё своем письме Фле-
ров предупреждал об опасности создания немцами атомного ору¬
жия.
Отношение Сталина к этому письму можно сопоставить с реак¬
цией президента США Ф. Д. Рузвельта на письмо всемирно извест¬
ного Альберта Эйнштейна. Еще осенью 1939 ЩЩ эмигрировавшие
из Европы в США ученые Э. Фермии^ убедили А. Эйн¬
штейна написать письмо Ф. Д. Рузвельту, в котором известныйуче*-
ЮТ^ссказал о перспективах создания атомного оружия, преду¬
предил о возможности его создания в Германии и предложил. лхобы
правительство США активно помогло ученым, находящимся в этой
оружие.
^ТТднако, вопреки распространенному представлению, Ф. Д. Руз¬
вельт не принял никаких шагов для реализации предложения Эйн¬
штейна. Лишь в июне 1940 года, когда в Америку пришли вести о
блицкриге Гитлера, захвате им Франции и других европейских госу¬
дарств, в США был образован Национальный комитет по оборон¬
ным исследованиям, занявшимся исследованиями по урану. Коми¬
тет не спешил разворачивать исследовательские работы, и к ноябрю
1941 года им было заключено 16 договоров о таких работах на общую
сумму около 300 тысяч долларов.
Лишь за несколько часов до начала войны с Японией 6 декабря
1941 года правительство США приняло обширную программу соз¬
дания атомного оружия, получившую название «Проект «Манхэт¬
тен».
Письмо Флерова, а также информация разведки произвели на
573
Сталина сильное впечатление, и он действовал значительно энер¬
гичнее, чем Рузвельт, когда тот реагировал на письмо Эйнштейна.
Как отмечал Судоплатов, на основе полученной информации Ста-
лин поддержал предложение Берии о создании группы ученых для
энергии и «предложил , чтобы
ученых дали заключение поэто-
зевраляТЖгЗДй Сталин подписал постанов-
)авительстваоб^гШШВДЙртботпо использованию атом¬
ной энергии в военных целях. Возглавил это, дело Молотов... В апреле
1943 года в Академии наук ССХР была создана специальная лабора¬
тория № 2 по атомной проблеме, руководителем которой назначили
Курчатова... Уже в декабре 1943 года по прямому указанию Сталина
Курчатов был избран действительнь^^ШШ**АКШ^1^и*Шук»!*w
К этому времени Сталин пришел к выводу о решающей роли
боеприпасов в войне. Он отдавал себе отчет в том, что использова¬
ние атомной энергии открывает путь для создания таких «боеприпа¬
сов», которые кардинальным способом могут изменить характер
войны. Поэтому он следил за исследованиями в области ядерной
физики и немедленно откликался на все предложения, направлен¬
ные на ускорение этих исследований.
Сталин поддержал Курчатова, который в сентябре 1944 года на¬
писал письмо Ёерии о недостаточной рбеспеченностги лаборатории
№ 2 и плохой организации работы по ядерным исследованиям Мо¬
лотовым. Последний вскоре был отстранен от руководства этими
работа^. ВПначале ТОУ год утвердил ряд важных ft6t№
йовлений, направленных на развитие ядерных исследований в
СССР. Постановлением ГКО № 7357 на А. Иоффе и А. Алиханова
возлагалась задача по завершению строительства циклотронной ла¬
боратории при Ленинградском-физико-техническом институте к
1 января 1946 года. 27 января 1945 года Сталин подписал постанов¬
ление ГКО № 7408 об организации поиска, разработки и добычи
урановых руд в Болгарии. Эта руда была использована на первом со¬
ветском ядерном реакторе. 21 февраля 1945 года Сталин подписал
постановление ГКО № 7572 «О подготовке специалистов по физике
атомного ядра» для лаборатории № 2 и смежных учреждений.
25 января 1946 года состоялась встреча Сталина с Курчатовым,
которая была описана ученым в своих черновых заметках. Судя по
записям Курчатова, «беседа продолжалась приблизительно один час
с 7.30 до 8.30 вечера. Присутствовали т. Сталин, т. Молотов, т. Бе¬
рия». Курчатов записал: «Большая любовь т. Сталина к России и
В. И. Ленину, о котором он говорил в связи с его большой надеждой
на развитие науки в нашей стране». По словам Курчатова, «во взгля-
574
дах на будущее развитие работ т. Сталин сказал, что не стоит занй-
маться мелкими работами, а необходимо вести их широко, с рус-
ским размахом, что в этом отношении будет рказате сдм^я широкая
поМЙШЬ-.Тов. Сталин сказал, что Hej^HOj^jb^gg
дешевых, путей , что н^жто.весхц,д^от^ишРЛ,в грубых основ-
ныхформах^Тнадо идти решительно с вложением решительно всех
средств, но по основном нщращшниям>>. Курчатов подчеркивал,
что «из беседы с т. Сталиным было ясно, что ему отчетливо представ-1
ляются трудности, связанные с получением... первых агрегатов, хотя!
бы с малой производительностью». Сталин считал, что «увеличения!
производительности можно достигнуть увеличением числа агрега-|
тов. Труден лишь первый шаг, и он является основным достижени-|
ем». Сталин предложил Курчатову «написать о мероприятиях, кото-1
рые были бы необходимы, чтобы ускорить работу, все, что нужно. I
Кого бы из ученых следовало еще привлечь к работе». 1
Тем временем США накапливали свои ядерные боеприпасы и
готовили применить их против СССР. В середине 1948 года комите¬
том начальников штабов США был подготовлен план «Чариотир»,
предусматривавший применение 133 атомных бомб против 70 со¬
ветских городов в первые 30 дней войны. 8 бомб предполагалось
сбросить на Москву, а 7 — на Ленинград. В последующие два года
войны на СССР следовало сбросить еще 200 атомных бомб и 250 ты¬
сяч тонн обычных бомб.
В книге Н. Н. Яковлева «ЦРУ против СССР» отмечалось, что
21 декабря 1948 года главнокомандующий ВВС США составил опе¬
ративный план САК ЕВП 1-49, в котором говорилось: «Война нач¬
нется до 1 апреля 1949 г.». К 1 февраля 1949 года части ВВС должны
были получить карты для бомбардировки 70 городов СССР. «Первая
фаза атомного наступления, — говорилось в оперативном плане, — ;
приведет к гибели 2 700 000 человек и в зависимости от эффективно- i
сти советской системы пассивной обороны повлечет еще 4 000 000 j
жертв. Будет уничтожено большое количество жилищ, и жизнь для \
уцелевших из 28 000 000 человек будет весьма осложнена (то есть об- ;
щее население городов, намеченных для атомных бомбардировок. —
Н. Н. Яковлев)».
Зная об американских планах, Сталин принимал меры для соз¬
дания реактивной авиации, позволявшей отразить нападение врага
и доставить на его территорию атомные бомбы. Как вспоминал
А. С. Яковлев, «2 апреля 1946 года нас вместе с министром авиаци¬
онной промышленности Михаилом Васильевичем Хруничевым вы¬
звали к Сталину на совещание, посвященное перспективам разви¬
тия нашей авиации». На этом совещании «была рассмотрена и ут-
979
верждена динамика развития реактивного двигателестроения в
нашей стране... В общих чертах намечена была и перспектива разви¬
тия реактивных самолетов отечественной конструкции, которая
реализовалась впоследствии на протяжении пяти-шести лет».
Вызвав Артема Микояна и Александра Яковлева, одновременно
работавших над созданием первых советских реактивных самолетов
«МиГ-9» и «Як-15», Сталин сказал: «Если не подведете, сделаете ма¬
шины в срок — пустим их на тушинский парад». В августе 1946 года в
День Военно-воздушных сил опытные образцы этих самолетов про¬
летели, к восторгу зрителей, над тушинским аэродромом. Вскоре
было налажено серийное производство реактивных самолетов, и
1 мая 1947 года, как писал А. С. Яковлев, «москвичи увидели впер¬
вые над Красной площадью реактивных первенцев своей Родины».
Американский исследователь Р. Стокуэлл в своей книге «Совет¬
ская воздушная мощь» писал: «Русские начали демонстрировать
свои реактивные самолеты сразу же после того, как они поступили
на вооружение ВВС в 1947 году. Военные представители западных
стран видели их в День авиации в Москве, а также в Восточной Гер¬
мании, Польше и других местах... Быстрота, с которой русские за-
пустили <<МпГ-15>>^^тиойтшшлШ^ЗШШЛ9Ш™ЩД^^о-
ЙМ&ЙГ... К концу 1949 года истребители «МиГ-15» можно было
^^стретить в больших количествах в Восточной Германии». Програм¬
ма создания отечественной реактивной авиации, принятая на сове¬
щании у Сталина в апреле 1946 года, успешно выполнялась.
И все же в США недооценивали возможности оборонной про¬
мышленности СССР. Исходя из имевшихся у них сведений о совет¬
ском научном, техническом и промышленном потенциале, амери¬
канские исследователи Джон Ф. Хогерон и Эллсуорт Рэймонд опуб¬
ликовали в 1948 году в журнале «Лук» статью «Когда Россия будет
иметь атомную бомбу». Статья венчалась выводом: «1954 год, види-
I мо, является самым ранним сроком, к которому Россия сможет...
I произвести достаточно плутония для того, чтобы она могла создать
\] атомное оружие». Однако усилия советских ученых, инженеров,
техников и рабочих опровергли этот прогноз: первое успешное ис-
1 пытание советское ^томного оружия состоялось в августе 1949 года.
ч тт/т1***** > ,* > “• f
% Еще до испытания группа ученых во главе с Ю. Б. Харитоном при¬
везла в Кремль урановый заряд, который был продемонстрирован
Сталину. По своей привычке Сталин лично осмотрел самое совер¬
шенное оружие страны, потрогал его руками.
К моменту создания первой советской атомной бомбы у США
\ уже был накоплен огромный арсенал ядерного оружия. План
«Тройан», разработанный в конце 1949 года, предусматривал начать
войну против СССР 1 января 1950 года. В течение первых трех меся¬
цев американцы собирались сбросить примерно 300 атомных и 20
тысяч тонн обычных бомб на 100 советских городов.
Еще 4 апреля 1949 года был подписан договор о создании Севе¬
ро-Атлантического союза (НАТО), в который вошли США, Канада,
все страны — участницы Западного союза, а также Норвегия, Дания,
Исландия, Португалия. В 1952 году в НАТО вступили Турция и Гре¬
ция, которые с 1947 года стали получать военную помощь США.
Усилия СССР в создании системы ПВО, бомбардировочной
авиащшдальнего радиуса действия и советского ядерного оружия
1даШ1Гнереальньши планы безнаказанного нападения на СССР.
К^итет т^йльййкгбй штабов США проверил на ШабЙйХ Йграх
шансы выведения из строя девяти стратегических районов (Моск¬
вы, Ленинграда, Урала и т. д.). Оказалось, что при этом американцы
потеряют 35 самолетов от действий советских истребителей, 2 — от
огня зенитной артиллерии, 5 — по другим причинам. Получалось,
что вероятность достижения целей составит 70 процентов, а потери
наличного состава бомбардировщиков составят 55 процентов. По
словам Н. Н. Яковлева, перед американскими военными встал во¬
прос: «Сумеют ли экипажи продолжать выполнение заданий при та¬
ких потерях? Во время Второй мировой войны самые тяжкие потери
понесла группа из 97 бомбардировщиков, бомбившая в ночь с 30 по
31 марта 1944 года Нюрнберг. Не вернулось 20, или 20,6 процента,
самолетов, участвовавших в налете. После этого среди летного со¬
става на базах в Англии возникло брожение, граничившее с мятежом.
А здесь потери в 55 процентов!»
Н. Н. Яковлев обращал внимание и на ряд других соображений,
которые приходили в голову американским военным: «По ряду
технических обстоятельств воздушное нападение на СССР не могло
быть проведено молниеносно, атомные бомбардировки Москвы и
Ленинграда планировались только на девятый день открытия бое¬
вых действий. А самые оптимистические подсчеты указывали: базы
на Британских островах, например, будут полностью выведены из
строя действиями ВВС СССР теперь уже с применением атомного
оружия максимум через два месяца. Это наверняка, а быть может,
скорее, но когда? Вскрылось, что стратегическая авиация США,
нанеся ужасающий урон городам СССР, выбывала из игры — она
оказывалась без достаточного количества самолетов, баз, система
обеспечения и обслуживания приходила в крайнее расстройство.
А советские армии к этому времени уже вышли на берега Атлантиче¬
ского и Индийского океанов. Аксиомой американского планирова¬
577
21-3374
ния войны против СССР была утрата в первые месяцы Европы,
Ближнего и Дальнего Востока».
Ярким свидетельством неспособности американцев нанести
безнаказанно ядерный удар по нашей стране явился инцидент на за¬
падной границе СССР 8 апреля 1950 года. Тогда знаменитый амери¬
канский бомбардировщик «Б-29», называвшийся «Летающей кре¬
постью», вторгся в воздушное пространство СССР над Латвией. Он
был немедленно атакован, и, как туманно сообщалось в советской
ноте протеста, затем «самолет удалился в сторону моря».
Через три дня после уничтожения в небе советскими летчиками
хваленой «Летающей крепости» 11 апреля 1950 года начальник опе¬
ративного управления штаба ВВС С. Андерсон доложил министру
авиации США С. Саймингтону, что ВВС США не смогут выполнить
все воздушное наступление по плану «Тройан» и обеспечить проти¬
вовоздушную оборону территории США и Аляски. В новом плане
«Дропшот», принятом в начале 1950 года, срок начала войны пере¬
носился на 1 января 1957 года. Гибкая внешняя политика СССР, де¬
монстрация выдержки населения страны, уверенности и спокойст¬
вия ее руководителей, ускоренное создание самых совершенных ви¬
дов современного дорогостоящего оружия привели к тому, что планы
нападения на нашу страну были отложены.
Сразу после окончания войны в стране были развернуты работы
по созданию ракет большого радиуса действия. Уже осенью 1945 года
была сформирована научно-техническая комиссия по главе с гене-
рал-майором Л. М. Гайдуковым, которая занялась исследованиями
германского завода «Миттельверк», выпускавшего ракеты Фау-2.
Такими ракетами немцы бомбили Англию в последние месяцы вой¬
ны. В группу входил и впоследствии прославленный С. П. Королев.
В марте 1946 года Г. М. Маленков доложил И. В. Сталину о результа¬
тах изучения немецкого ракетостроения. Тут же было принято ре¬
шение о создании центра ракетостроения.
Вмае 1946 года был создан НИИ-88, который стал годрщвдм уч¬
реждением по управляемым ракетам на жидком топливе. Короле#
был назначен Глдвдам конструктором баллистических ракет,
з В апреле 1947 года в Кремле состоялось совещание по вопросам
I развития ракетного оружия. В нем участвовали В. М. Молотов,
) Г. М. Маленков, Л. П. Берия, В. А. Малышев, Д. Ф. Устинов,
\ С. П. Королев. В своем очерке «Холодная война»... Сталина»
А. Александров писал: «Через внутреннюю дверь вошел И. В. Ста-
* лин... С докладом выступил «главный ракетчик» страны». Сталин
«ходил взад-вперед по кабинету, внимательно слушая докладчика.
В ходе дальнейшего обсуждения доклада С. П. Королева намечались
97В
новые направления работы по автономным системам управления и
полигонному хозяйству, назывались конкретные сроки их выполне¬
ния. Главный конструктор ракет уверенно заявил, что для решения
названных вопросов потребуется около полугода. Это предельно
сжатый срок, и глава правительства тут же предостерег С. П. Коро¬
лева: «Вы, Сергей Павлович, подумайте над возможными сроками
работ. Не то просчитаетесь, и товарищ Берия не простит вам этой I
ошибки». *
«Надо отдать должное щ>едседашк) СовщийХС.СЕ,^9Х9ДЬ1|
до 1ГОСЛШЙХ лет жизни не изменял своему важнейшему руководя-
тщ щшшот-твд
даретШЯМых решении. Вечером 19 августа 1949 года, за десять дней
ЙЯ ИСГШТЗЖ атомной бомбы на Семипалатин¬
ском полигоне, он созвал новое совещание по ракетно-ядерным
проблемам. С учетом высказанных его участниками предложений
в апреле 1950 года выходит постановление Совета министров СССР
о реорганизации НИИ-88. На его базе создаются три самостоятель¬
ных конструкторских бюро по отдельным направлениям. С. П. Ко¬
ролев назначается Главным конструктором ОКБ № 1 в подмосков¬
ных Подлипках».
«С начала февраля 1953 года «главный ракетчик» страны продол-t
жал испытанйя*1товьБГВогшИх"ракет типа Р-5 на полигоне Мини-|
стерства обороны в Капустином Яру. Вечером 15 февраля на поли¬
гон позвонил министр вооружений Д. Ф. ^тановТГсоЬбщил
С. П. Королеву, что председатель Совмина страны подписал долго-1
жданное постановление о строительстве межконтинентальных бал-1
листических ракет. Для создания знаменитой «королевской семер-1
ки» Р-7 открывался зеленый свет».
Хотя Сталину не довелось стать свидетелем триумфа СССР в
космосе, совершенно очевиден его личный вклад в обеспечение та- |
ких темпов развития ракетной техники, которые позволили СССР /
создать в 1957 году первый в мире искусственный спутник Земли и
запустить первого человека в космос.
Одновременно Сталин принимал меры для укрепления военно¬
политического союза социалистических государств. Важнейшим
элементом этого союза стал советско-китайский договор о дружбе,
союзе и взаимной помощи, подписанный 14 февраля 1950 года по¬
сле продолжительных переговоров Сталина и Мао Цзэдуна в Москве.
Одновременно были подписаны соглашения о передаче Китайской
Народной Республике Китайской Чаньчуньской железной дороги,
Порт-Артура и Дальнего, а также о предоставлении Китаю долго¬
срочного кредита для оплаты поставок промышленного и железно-
570
21*
дорожного оборудования из СССР. В Китай были направлены де¬
сятки тысяч советских специалистов в разных отраслях производст¬
ва с целью помочь великой стране быстрее начать подъем своего
хозяйства. В советской печати теперь писали о том, что отныне в ла¬
гере мира и социализма находится 800 миллионов человек, что со¬
ставляло тогда треть всего населения планеты.
О том, что лагерь мира и социализма может превратиться в воен¬
ный, а «холодная война» — перерасти в горячую, ярко продемонстри¬
ровала война в Корее. Еще состоявшиеся в марте 1949 года перего¬
воры с руководителем Корейской Народно-Демократической Рес¬
публики Ким Ир Сеном могли показать И. В. Сталину чрезвычай¬
ную взрывоопасность положения на Корейском полуострове. Об
этом свидетельствует запись его переговоров с Ким Ир Сеном при
участии посла СССР в КНДР генерала Штыкова, которую привели
в книге «Сталин» историки С. Семанов и В. Кардашов:
«Сталин: «Сколько американских войск в Южной Корее?» Ким
Ир Сен: «Около 20 тысяч человек». «Штыков уточняет; «Примерно
15—20 тысяч человек». Сталин: «Имеется ли на юге национальная
корейская армия?» Ким Ир Сен: «Имеется, численностью около
60 тысяч человек». Сталин (шутя): «И вы боитесь их?» Ким Ир Сен:
«Нет, не боимся, но хотели бы иметь морские боевые единицы».
Сталин: «Во всех военных вопросах окажем помощь. Корее нужно
иметь военные самолеты». Затем Сталин спросил, проникают ли
агенты КНДР в южнокорейскую армию. Ким Ир Сен ответил: «На¬
ши люди проникают туда, но пока себя там не проявляют». Сталин:
«Правильно, что не проявляют. Сейчас проявлять себя не нужно. Но
южане тоже, видимо, засылают на север своих людей, и нужны осто¬
рожность и бдительность».
В соответствии с достигнутыми на московских переговорах до¬
говоренностями в КНДР было направлено значительное число со¬
ветских вооружений, хотя советские войска были оттуда уже выве¬
дены.
Следует также учесть, что Ким Ир Сен недооценивал усилия,
предпринимаемые правительством США и их ставленниками в Се¬
уле по наращиванию вооруженных сил Южной Кореи. Уже в марте
1949 года вооруженные силы Республики Корея вместе с полицией
насчитывали 200 тысяч человек. 15 июля в Национальном собрании
Республики Корея был принят закон о всеобщей воинской повин¬
ности. Была поставлена задача создать 400-тысячную армию. 26 ян¬
варя 1950 года между США и Южной Кореей было подписано воен¬
ное соглашение, по которому американцы предоставляли южноко¬
рейской армии снаряжение, материалы, услуги и другую военную
помощь. Уже к этому времени Южной Корее было передано 79 во¬
енных кораблей и направлено свыше 500 американских военных со¬
ветников.
В то же время было ясно, что Советское правительство делало
все возможное, чтобы остановить развитие конфликта на Корей¬
ском полуострове. Об этом свидетельствует директива, утвержден¬
ная В. М. Молотовым, Г. М. Маленковым и А. А. Громыко послу
СССР в КНДР Т. Ф. Штыкову 24 сентября 1949 года (она приведена
в книге Юрия Жукова «Сталин: тайны власти»). В ней Штыкову по¬
ручалось встретиться с Ким Ир Сеном и председателем президиума
Верховного собрания КНДР Пак Хен Еном и передать «мнение Мо¬
сквы» относительно предложения Пхеньяна «начать наступление
корейской Народной армии на юг».
Москва считала, что «с военной стороны нельзя считать, что ко¬
рейская Народная армия подготовлена к такому наступлению. Не
подготовленное должным образом наступление может превратиться
в затяжные военные операции, которые не только не приведут к по¬
ражению противника, но и создадут значительные политические и
экономические затруднения для Северной Кореи, чего, конечно,
нельзя допустить. Поскольку в настоящее время Северная Корея не
имеет необходимого превосходства вооруженных сил по сравнению
с Южной Кореей, нельзя не признать, что военное наступление на
юг является сейчас совершенно неподготовленным, и поэтому с во¬
енной точки зрения оно недопустимо».
Обращалось внимание и на то, что, «поскольку в настоящее вре¬
мя сделано еще очень мало для развертывания партизанского дви¬
жения и подготовки общенародного восстания в Южной Корее,
нельзя не признать, что и с политической стороны предложенное
вами наступление также не подготовлено».
Было также высказано предположение, что «если военные дей¬
ствия начнутся по инициативе Севера и примут затяжной характер,
то это может дать американцам повод ко всякого рода вмешательст¬
вам в корейские дела».
Поэтому Советское правительство считало необходимым «со¬
средоточение максимума силы, во-первых, на развертывании пар¬
тизанского движения, создания освобожденных районов и подго¬
товки вооруженного восстания в Южной Корее с целью свержения
реакционного режима и успешного решения объединения всей Ко¬
реи и, во-вторых, дальнейшего и всемерного укрепления корейской
Народной армии».
Было ясно, что в 1949 году Сталин стремился предотвратить раз¬
витие конфликта на Корейском полуострове. После того как на 38-й
511
параллели произошли вооруженные стычки, Сталин направил 27 ок¬
тября 1949 года послу СССР Штыкову шифрованную телеграмму:
«Вам было запрещено без разрешения центра рекомендовать прави¬
тельству Северной Кореи проводить активные действия против юж¬
ных корейцев... Обязываем дать объяснения».
Очевидно, в ходе московских переговоров с конца декабря 1949
года до середины февраля 1950 года между Сталиным и Мао Цзэду-
ном обсуждался вопрос об очаге напряженности на Корейском по¬
луострове, расположенном вблизи от дальневосточных границ Ки¬
тая и СССР. Не исключено, что Сталин и Мао Цзэдун пришли к вы¬
воду, что с южнокорейской территории можно было без труда
совершать налеты авиации не только на территорию Северной Ко¬
реи, но и на крупные промышленные центры Маньчжурии, а также
на столицу Китая — Пекин. Оттуда легко можно было бомбить со¬
ветские военные базы в Порт-Артуре и Дальнем, а также Владиво¬
сток и Находку. В то же время ликвидация проамериканского режи¬
ма на юге Корейского полуострова позволила бы социалистическим
странам не только устранить эту угрозу, но и держать под прицелом
Японию, тогда оккупированную американскими войсками. Однако
нет свидетельств в пользу того, что руководителями двух стран было
принято какое-то решение по этому поводу.
Эти вопросы стали также предметом обсуждения на встрече Ким
Ир Сена с И. В. Сталиным, В. М. Молотовым, Г. М. Маленковым
и А. Я. Вышинским, состоявшейся 10 апреля 1950 года в Москве.
Юрий Жуков подчеркивает, что «не обнаружено никакого секрет¬
ного пакта СССР — КНДР», в котором бы Советское правительство
соглашалось поддержать военные действия КНДР против Южной
Кореи. Скорее всего, советские руководители придерживались
прежних позиций, отговаривая руководителя КНДР от рискован¬
ных действий.
Однако отношение советских руководителей к позиции КНДР
изменилось после апреля 1950 г., когда под воздействием советских
успехов в создании систем обороны и нарастания страхов американ¬
цев по поводу возможного ответного советского ядерного удара Со¬
единенные Штаты отказались от планов немедленного нападения
на СССР.
Не исключено также, что советским руководителям стало из¬
вестно, что в плане «Дропшот» КНДР не была упомянута в числе со¬
юзников СССР. Было также широко известно, что в своем выступ¬
лении 12 января 1950 года Дин Ачесон объявил Японию с островами
Рюкю и Филиппины «оборонительной линией» США. О Южной
Корее не было сказано ни слова.
012
Об изменении советской позиции свидетельствует шифротеле-
грамма И. В. Сталина, направленная им в Пекин 15 мая 1950 года.
В ней Сталин использовал псевдоним Филиппов: «В беседе с корей¬
скими товарищами Филиппов и его друзья высказали мнение, что
в силу изменившейся международной обстановки они согласны с
предложением корейских товарищей приступить к объединению.
При этом было оговорено, что вопрос должен быть решен оконча¬
тельно китайскими и корейскими товарищами совместно, а в случае
несогласия решение вопроса должно быть отложено до будущего
обсуждения». Хотя согласие на действия КНДР было дано, Сталин
не исключал возможности пересмотра этого решения. Юрий Жуков
считает, что к этому времени Пхеньян получил «добро» Пекина на
свои действия. В этих условиях, считает Ю. Жуков, советское руко¬
водство «было поставлено в известность о том, что вскоре должно
произойти, а потому вынуждено было ограничиться лишь одним —
принятием данного факта к сведению и расчетом на то, что США и
его союзники не станут вмешиваться в локальный конфликт либо
просто не успеют этого сделать».
Однако американская разведка получила своевременно сведе¬
ния о подготовке Народной армии КНДР к выступлению. В середи¬
не июня состоялось совещание с участием министра обороны США
Джонсона, председателя комитета начальников штабов генерала
Брэдли, командующего вооруженными силами США Макартура и
Джона Фостера Даллеса. Последний 17 июня вылетел в Южную Ко¬
рею и посетил демаркационную линию на 38-й параллели. 19 июня
Даллес заявил, что Южная Корея является «передовым постом борь¬
бы против коммунизма», и выразил уверенность в том, что южноко¬
рейские силы полностью готовы на случай нападения с севера. Хотя
международный кризис устраивал правительство США для наращи¬
вания гонки вооружений, оно, вероятно, собиралось держаться в
стороне от этого возможного конфликта, полагаясь на армию Юж¬
ной Кореи и оказывая ей помощь.
Через пять дней после публикации в «Правде» работы Сталина
«Относительно марксизма в языкознании» 25 июня 1950 года было
объявлено о начале военных действий на Корейском полуострове.
Радио Пхеньяна обвиняло в этом войска Южной Кореи, но сообща¬
ло, что нарушителям был дан отпор и Народная Армия Кореи пере¬
секла 38-ю параллель. Вскоре войска КНДР взяли Сеул и устреми¬
лись к югу страны. США вновь ввели свои войска в Южную Корею,
которые были выведены оттуда в 1949 г., президент Трумэн отдал
приказ 7-му флоту США защищать Тайвань, занятый гоминьданов-
скими войсками Чан Кайши, от возможного вторжения Народно¬
583
освободительной армии Китая. При этом США добились резолю¬
ций ООН, в которых КНДР была объявлена агрессором. Эти резо¬
люции санкционировали создание войск ООН в Корее, которые
возглавил американский генерал Дуглас Макартур. Помимо США,
в войсках ООН приняли участие еще 13 стран.
К середине августа 1950 года наступление Народной армии за¬
тормозилось на крайнем юге полуострова. У города Тэгу разверну¬
лись упорные бои.
Правительство КНДР обратилось к СССР за военной помощью.
В ответ на просьбу Ким Ир Сена посол Штыков пообещал прислать
советских офицеров в Народную армию. На это последовало посла¬
ние из Кремля, которое было подписано необычно — Фын Си. Как
утверждает китаист В. И. Семанов, эти слова по-китайски означают
«западный ветер». Возможно, что Сталин решил воспользоваться
словами «Фын Си», поскольку его послания на Дальний Восток
прибывали с запада. В шифрограмме говорилось: «Пхеньян, Совпо-
] сол. Как видно, вы ведете себя неправильно, так как пообещали ко-
1; рейцам дать советников, а нас не спросили. Вам нужно помнить, что
5 Вы являетесь представителем СССР, а не Кореи. Пусть наши совет-
; ники пойдут в штаб фронта и в армейские группы в гражданской
/форме в качестве корреспондентов «Правды» в требуемом количе¬
стве. Вы будете лично отвечать за то, чтобы они не попали в плен.
I Фын Си».
Явной неожиданностью для Сталина, как и для его корейских
союзников, явился мощный десант войск ООН в середине сентября
1950 года в районе Инчхона (Чемульпо). В считаные дни североко¬
рейские войска были выбиты из Южной Кореи, а Сеул был сдан.
1 октября генерал Макартур направил маршалу Ким Ир Сену посла¬
ние, в котором предлагал Народной армии безоговорочную капиту¬
ляцию. В тот же день войска ООН пересекли 38-ю параллель. Бои
развернулись на подступах к Пхеньяну. Тогда Сталин обратился к
Мао Цзэдуну с просьбой вмешаться в корейский конфликт. Однако
руководитель Китая не спешил дать свое согласие. Лишь 13 октября
1950 года Сталин смог направить шифрограмму: «Пхеньян. Шлыко¬
ву для товарища Ким Ир Сена. Только что получил телеграмму от
Мао Цзэдуна, где он сообщает, что ЦК КПК вновь обсудил положе¬
ние и решил все же оказать военную помощь корейским товарищам.
Фын Си».
Через день Сталин в очередной шифрограмме просил «передать
Ким Ир Сену следующее. После колебаний и ряда временных реше¬
ний китайские товарищи наконец приняли окончательное решение
об оказании Корее помощи войсками. Я рад, что принято наконец
окончательное и благоприятное для Кореи решение... Желаю Вам
успехов. Фын Си».
23 октября был сдан Пхеньян и части Народной армии отступа¬
ли к северной границе страны, но уже 25 октября границу перешли
китайские войска, которые именовались частями «китайских на¬
родных добровольцев». Китайские войска смогли остановить про¬
движение войск ООН к границе, а 25 ноября китайские и североко¬
рейские части перешли в наступление.
Поражения войск ООН, прежде всего американских, вызвало
шок во всем мире. 30 ноября Г. Трумэн заявил о своей готовности
применить атомную бомбу против наступавших войск КНДР и Ки¬
тая. Но их наступление продолжалось. Вскоре Северная Корея была
ими освобождена. В то же время заявление Трумэна вызвало боль¬
шое беспокойство премьер-министра Англии Эттли, который 4 де¬
кабря 1950 года срочно прибыл в Вашингтон. В своих беседах с Тру¬
мэном Эттли заявил, что расширение войны в Корее было бы само¬
убийственным. Позицию английского премьера поддерживали мно¬
гие страны Европы и Азии.
Тем временем наступление сил КНДР и Китая продолжилось за
пределами 38-й параллели. Ими был взят Сеул, но 25 января 1951 года
войска ООН перешли в контрнаступление. Сеул вскоре был вновь
ими взят. 7 февраля генерал Макартур призвал оказать помощь ар¬
мии Чан Кайши в возвращении на китайский континент, объявив,
что в Азии началась война против коммунизма. Казалось, что мир
скатывался в пропасть третьей мировой войны.
Через неделю после заявления Макартура 14 февраля 1951 года
была опубликована беседа И. В. Сталина с корреспондентом «Прав¬
ды». Заявив о бесперспективности надежд США и Англии добиться
победы в корейской войне, Сталин предложил этим странам при¬
нять «мирные предложения Народного правительства Китая» на ос¬
нове прекращении боевых действий на существующей линии фронта.
Хотя Сталин осудил решение ООН, объявившее Китай агрессором,
и увидел в этом решении тенденцию к тому, что ООН «становится...
на бесславный путь Лиги Наций», он исходил из возможности оста¬
новить дальнейшую эскалацию международной напряженности. Он
отверг предположение о том, что новую мировую войну можно счи¬
тать неизбежной, правда, сделав оговорку: «По крайней мере, в на¬
стоящее время ее нельзя считать неизбежной». Он заявил: «Мир 6j^
дет сохранен и упрочен, если народы мира^зьщт^да^щщ{щр
руЙМбудут отстЖвЖ его до"конца>>. (Эта фраза посто-
янно цитировалась и воспроизводилась на плакатах того времени.)
Однако Сталин не исключал и другой альтернативы: «Война может
стать неизбежной, если поджигателям войны удастся опутать ложью
Г'®*!***' W * ** ' * * *" '* * ' ” ' к * * 4 к * ‘ * *-А ’ ч- * *-« *А*и •е5Ь*йМ^МьЩлг!»т,
народные Массы, обмануть их и вовлечь йх в новую мировую воину».
СЯСШ'ТИСКРВПВ^меадународного положенйя ‘Сталин^ венчал выШ®м:
«Что касается Советского Союза, то он и впредь будет непоколебимо
проводить политику предотвращения войны и сохранения мира».
В ответ на эти инициативы американские военные отвечали
призывами к эскалации конфликта. 24 марта 1951 года Макартур по¬
требовал применить атомное оружие против Северной Кореи и Ки¬
тая. Однако это заявление генерала вызвало раздражение в Вашинг¬
тоне, и он был снят с должности главнокомандующего войсками
ООН. Тем временем 22 апреля китайские и северокорейские войска
перешли в контрнаступление и потеснили противника. Ответное
«неограниченное наступление» войск ООН, предпринятое в мае
1951 года под руководством нового главнокомандующего генерала
Ван Флита, не принесло существенных изменений в положении
сторон. К середине 1951 года фронт стабилизировался в основном
в районе 38-й параллели.
В этой обстановке 21 июня 1951 года командование США потре¬
бовало от Генерального секретаря ООН призвать членов ООН,
одобривших резолюцию о вмешательстве в Корейскую войну, но не
пославших свои войска в Корею, немедленно рассмотреть вопрос о
посылке «значительных контингентов сухопутных войск». Корей¬
ская война вновь грозила перерасти в глобальный конфликт. В ответ
на это 23 июня 1951 года постоянный представитель СССР в ООН
Я. А. Малик в своем выступлении по американскому телевидению
призвал воюющие в Корее стороны приступить к переговорам о пе¬
ремирии.
10 июля 1951 года между воюющими сторонами начались пере¬
говоры, которые приняли затяжной характер. Перестрелка и отдель¬
ные вылазки на линии фронта не прекращались, но носили характер
позиционной войны. Одновременно американская авиация не пре¬
кращала бомбардировки Северной Кореи. Тогда по решению Со¬
ветского правительствд^хржццам Кореи были подведены нисколь¬
ко советских авищщвдаайил CQ^exciOje, самолеты стали ат^овать
американскую авиацию. Е возтшмы^йщх шкЖ небом Седерш^!^-
рёиШвШжие летчики сбили, нисколько сота^мериканских само-
лётеКЖак’отмечал авиаконстр^¥вр^и^г#кбвлев, после того, как
наши самолеты «МиГ-15» были использованы «против новейших
реактивных истребителей «Норт Америкен» и «Сейбр», до американ¬
цев дошло, на что способны советская наука и советские конструк¬
торы». Успешная защита Северной Кореи от американской авиации
показалГ хймеричность надежд в руководстве США на разгром
СССР в результате налета американских бомбардировщиков с атом-
ЙШШ —г^щ
Хотя Корейская война не привела к сокрушительному разгрому
проамериканского южнокорейского режима и американских войск,
а корейский народ понес огромные потери, этот конфликт показал
несостоятельность ажлшаншм. Д9лшмш жшмттжжхаж? ■
т Т Т Т А
Несмотря на угрозы, США так и не рискнули применить атомное
оружие в Корее, прекрасно зная, что военный эффект от такой бом¬
бардировки будет мал, а негативные моральные последствия для
США от использования этого оружия массового уничтожения будут
огромными.
2 апреля 1952 года были опубликованы ответы Сталина на во¬
просы группы редакторов американских провинциальных газет.
Как и прежде, Сталин уверенно отвергал нарастание угрозы третьей
мировой войны, поддерживал идею о встрече глав великих держав,
выступал за объединение Германии. В этих ответах Сталин указал те
принципы, которые должны были лечь в основу отношений между
СССР и странами Запада. «Мирное сосуществование капитализма и
коммунизма, — заявил Сталин, — вполне возможно при наличии
обоюдного желания сотрудничать, при готовности исполнять взя¬
тые на себя обязательства, при соблюдении принципа равенства и
невмешательства во внутренние дела других государств».
Однако несмотря на пожелания Сталина добиться поворота в
международных отношениях в сторону мирного сосуществования,
Корейская война продолжалась. Ее влияние на положение на Даль¬
нем Востоке стало темой новых советско-китайских переговоров в
Москве. 17 августа 1952 года в СССР прибыла делегация КНР во
главе с премьером Государственного Совета Китая Чжоу Эньлаем,
которая была принята Сталиным. Обсуждая ход Корейской войны,
Сталин говорил: «Америка не способна вести брдадую ведшу..JJpi
й^сюш — в налетах, атомной бомбе... Американцы — купцы. Немцы
в Ю днам^^ справить¬
ся с маленькой Кореей. Какая же это сила? Атомной бомбой войну
№ выиграть..,.» Вместе с тем было очевидно, что в ходе переговоров
Сталин признал опасной ситуацию на Корейском полуострове, а
потому счел необходимым сохранить военное присутствие СССР в
этом регионе. В ходе переговоров, завершившихся в конце сентября
1952 года, его^утастнйки договорились отсрочить передачу Порт-
АртураКитаю до подписания Японией мирньтх договоров с СССР
и Китаем. .... - .
Одновременно в СССР продолжались работы по совершенство¬
ванию атомного оружия. Это подтвердили атомные испытания, про¬
587
веденные в СССР осенью 1951 года. В своем ответе корреспонденту
«Правды» 6 октября 1951 года Сталин подтвердил намерение СССР
проводить «испытание атомных бомб различных калибров... и впредь
по плану обороны нашей страны от нападения англо-американского
агрессивного блока». Сталин объяснял, что «в случае нападения на
нашу страну правящие круги США будут применять атомную бомбу.
Это именно обстоятельство и вынудило Советский Союз иметь атом¬
ное оружие, чтобы во всеоружии встретить агрессоров». В то же вре¬
мя Сталин вновь напоминал, что «Советский Союз стоит за воспре¬
щение атомного оружия и за прекращение производства атомного
оружия» под строгим международным контролем.
Хотя при создании первой атомной бомбы были использованы
сведения, полученные нашими разведчиками и идейными друзьями
СССР из американских научных центров, в последующих конструк¬
циях этого оружия использовались оригинальные решения совет¬
ских ученых. Именно это обстоятельство позволило СССР опередить
США в создании водородной бомбы. Хотя первое испытание термо¬
ядерного взрывного устройства состоялось в США в 1952 году, аме¬
риканским ученым долго не удавалось создать оружие, которое мож¬
но было бы погрузить на самолет. Советским ученым удалось опере¬
дить в этом отношении американских и создать транспортабельную
«водородную бомбу» в августе 1953 года.
«Холодная война» сопровождалась действиями Запада^щщ>ав-
ленными на ослабление СССР и его союзников. 23 июЯщ 1951 roja
правительство США денонсировало американо-советское торговое
соглашение 193? г«Ш7 Щёйуш^рШйвшеёГ црименение к торговле
СССРттриШйпа наибольшего благоприятствования. Вслед за этим
США разорвали торговые соглашения и с другими социалистиче¬
скими странами. 26 октября 1951 года в США был принят закон
«О контроле над помощью для целей взаимной обороны», согласно
которому США под угрозой прекращения помощи странам Запад¬
ной Европы запретили им торговать с социалистическими страна¬
ми. Список товаров, запрещенных к вывозу в СССР и другие социа¬
листические страны, насчитывал несколько тысяч наименований.
В результате этих дискриминационных мер оборот СССР и дру¬
гих социалистических стран сократился по сравнению с 1937 годом
в США в 10 раз, в Великобритании — в 6, во Франции — более чем в
4 раза. Товарооборот Западной Германии с социалистическими
странами сократился по сравнению с 1938 годом более чем в 10 раз,
Японии — более чем в 37 раз. Фактически против СССР и других со¬
циалистических стран была развернута экономическая война.
17 августа 1951 года палата представителей США приняла по¬
правку к закону о взаимном обеспечении безопасности, внесенную
конгрессменом Керстеном.jOHa предусматривала выделение средств
для лиц из «ШШШЙ№08юза, Польши, Чехословакии, Венгрии,
Румынии, Болгарии, Албании, Латвии, Эстонии или областей Гер¬
мании и Австрии, находящихся под коммунистическим контролем,
или других стран, поглощенных Советским Союзом». Эти средства
предназначались для того, чтобы «создать из таких лиц националь¬
ные элементы вооруженных сил НАТО или для других целей, когда
соответствующим образом будет решено президентом, что такая по¬
мощь будет необходима для обороны Северо-Атлантического регио-
на и безопасности США».
беспрецедентное нарушение международного права, когда без объ-
явления войны страна выделяла средства для формирования воин¬
ских подразделений из граждан чужих стран для возможных воен¬
ных действий против этих стран.
Вбенные действия в Корее и переговоры об их прекращении
продолжались всю вторую половину 1951 года и весь 1952 год. Было
очевидно, что и война, и переговоры о мире зашли в тупик. Требова¬
лись новые инициативы для выхода из патовой ситуации. Отвечая
на вопрос корреспондента «Нью-Йорк тайме» Джеймса Рестона
21 декабря 1952 года, Сталин заявил о готовности «сотрудничать» в
любом «новом дипломатическом мероприятии, имеющем целью
положить конец войне в Корее». Он подчеркнул, что «СССР заинте¬
ресован в ликвидации войны в Корее».
Вместе с тем из ответов Сталина следовало, что он рассматривал
Корейскую войну как одно из проявлений «политики «холодной
войны», организованной против Советского Союза». Поэтому, при¬
давая большое значение прекращению войны в Корее, Сталин счи-
тал, что для восстановления подлинного мир^
1ШЙВЙЯ для ликвидации «холодной войны».^Исходя из этого, Ста-
Жй Шдчёркнул возможность нормализации отношений с США и
выразил готовность начать переговоры с представителями победив¬
шей на выборах 1952 года республиканской администрации и встре¬
титься лично с вновь избранным президентом США Дуайтом Эйзен¬
хауэром для обсуждения вопроса «об ослаблении международного
напряжения». Очевидно, что Сталин собирался ставить вопрос о
прекращении Корейской войны в широком контексте достижения
далеко идущих договоренностей с правительством Эйзенхауэра на
основе признания им несостоятельности попыток сокрушить СССР
с помощью «холодной войны».
Несмотря на то что здоровье Сталина было подорвано напря¬
женной работой в годы Великой Отечественной войны, он продол-
5119
s жал упорно трудиться. Он сумел разработать стратегию Советской
страны в «холодной войне» и успешно ее проводить в течение 7 с
лишним послевоенных лет. Как и в годы Великой Отечественной
войны, Сталин проявлял свои полководческие таланты, но на сей
раз в планетарных масштабах. Благодаря умелому руководству Ста¬
лина СССР не оказался вовлеченным ни в один вооруженный кон¬
фликт, которые возникли в послевоенные годы (война в Корее, ко¬
лониальная война Франции в Индокитае и т. д.). Сталин не уступил
атомному шантажу в условиях, когда США обладали монополией на
ядерное оружие. Как и в годы Великой Отечественной войны, Ста¬
лин придавал огромное значение созданию самого совершенного
оружия и самых мощных носителей, которые могут доставить до
противника это оружие. Под руководством Сталина Советский Со¬
юз, ослабленный и. разорфдЩз ходе Великой Отечественной вой-
; йьг, выдержал суровые испытания разорительной «холодной войны»
и^уме^гсДблать решающие шаги в создании мощного ракетно-ядер-
\ ййто-щита.^Шйы превращёнйя^территорий его
к * Ь.‘ '■* «А-'ЛьЛч *
‘ союзников в пустыню и развязывания глобального конфликта с
^применением ядерного оружия были сорваны в значительной степе-
!ни благодаря усилиям Сталина.
Глава 28
СМЕРТЬ СТАЛИНА
На состоявшемся в октябре 1952 года XIX съезде КПСС были
подведены итоги выполнения первого послевоенного пятилетнего
плана восстановления и развития народного хозяйства СССР. Од¬
новременно были приняты директивы к очередному пятилетнему
плану. Хотя впервые за 27 лет Сталин не стал выступать с отчетным
докладом ЦК на этом съезде, его имя постоянно звучало в речах док¬
ладчиков и делегатов съезда. Многие из них ссылались на послед¬
нюю теоретическую работу И. В. Сталина «Экономические пробле¬
мы социализма в СССР». Готовя эту работу, Сталин говорил видно¬
му экономисту Д. Т. Шепилову: «Мы думаем сейчас проводить очень
J крупные экономические мероприятия. Перестраивать экономику
на действительно научной основе... Для того чтобы это сделать,
! нужно, чтобы люди, наши кадры, молодежь знали настоящую поли¬
тическую экономию... Положение сейчас таково... либо мы подго¬
товим кадрынаших хозяйственников. руко>водителе^ко11оШки на
] основе науки, либо мы погибнем! Так поставлен вопрос историей».
Одновременно Сталин стал выдвигать к руководству страны тех,
set
кто имел высшее образование, опыт хозяйственной работы на со¬
временных предприятиях или занимался теоретическим осмысле¬
нием опытов советской истории. Судя по воспоминаниям А. И. Ми¬
кояна, расширение состава Президиума ЦК после XIX съезда до
25 членов и 11 кандидатов, главным образом за счет более образо¬
ванных и опытных в хозяйственном отношении лиц, выдвижение
Сталиным Первухина и Сабурова в члены Бюро Президиума ЦК на¬
сторожило «ветеранов Политбюро», занявших посты управления
разного уровня еще во времена Гражданской войны или вскоре по¬
сле ее окончания. Они опасались, что вскоре они будут отправлены
в отставку, а их место займут «новички», которые обладали высшим
современном производстве.
В декабре 1952 года было принято решение назначить нового" таена
Президиума ЦК П. К. Пономаренко заместителем Председателя
Совета министров СССР. Пономаренко принадлежал к тем новым
выдвиженцам, которые имели высшее образование.
В своем выступлении на октябрьском (1952 г.) пленуме ЦК
КПСС И. В. Сталин напомнил о том, что в последние годы он пере¬
местил наиболее близких к нему людей на посты заместителей Пред¬
седателя Совета министров, назначив на посты министров людей
более молодых и энергичных. Кроме того, он высказал недовольство
лично Молотовым и Микояном, которые, по его предложению, не
вошли в состав Бюро Президиума ЦК. Наконец, Сталин заявил о
том, что ему трудно выполнять обязанности Председателя Совета
министров СССР и Генерального секретаря ЦК КПСС. Возможно,
Сталин собирался поступить так, как потом поступали руководите¬
ли Китайской Народной Республики, начиная с Дэн Сяопина: оста¬
вить посты, связанные с текущими вопросами управления, сохра¬
нив за собой идейно-политическое руководство страной. Правда,
это заявление Сталина вызвало протесты участников пленума, и во¬
прос об отставке Сталина с этих постов не был решен. И все же Ста¬
лин не отказался от своих намерений.
Незадолго до своей смерти, вспоминал бывший министр сель¬
ского хозяйства СССР И. А. Бенедиктов, Сталин направил членам
Президиума ЦК проект решения о назначении П. К. Пономаренко
Председателем Совета министров СССР. Несколько членов Прези¬
диума ЦК уже завизировали это предложение. Вероятно, такое на¬
значение вызвало особую тревогу у Хрущева и Берии, которые со
времен конфликта вокруг руководства партизанским движением во
время Великой Отечественной войны были противниками Понома¬
ренко.
Возможно, это решение должно было быть официально принято
на сессии Верховного Совета СССР, которая должна была состояться
в марте 1953 года. Скорее всего, сессии должен был предшествовать
пленум ЦК. Не исключено, что во время обеда на сталинской даче,
который должен был состояться в воскресенье, 1 марта, Сталин соби¬
рался объявить о грядущих переменах в руководстве партии и стра¬
ны. В пользу того, что Сталин собирался сказать нечто такое, что не
только касалось руководителей страны, но было важным для членов
своей семьи, говорило, что на воскресный обед были приглашены,
помимо членов Бюро Президиума ЦК, также дети Сталина, Василий
и Светлана, которые последний раз были у него лишь на Новый год.
j Но обед 1 марта на сталинской даче так и не состоялся. Дети Ста¬
лина и члены партийного руководства не раз звонили на дачу, но по-
, лучали ответ, что Сталин еще не встал. Так продолжалось весь день.
Вечером с наступлением темноты в кабинете у Сталина загорелся
свет, и охранники успокоились. Лишь поздно вечером охранники
решились войти в кабинет Сталина и обнаружили его лежащим в
' бессознательном состоянии на полу. С этого времени до самой смер¬
ти, происшедшей 5 марта 1953 года в 21 часов 50 минут, Сталин поч¬
ти не приходил в себя.
После телефонных звонков встревоженных охранников на ста¬
линскую дачу прибыли Г. М. Маленков, Н. С. Хрущев, Л. П. Берия.
Увидев Сталина, которого к этому времени положили на диван, Бе¬
рия отругал охранников за напрасное паникерство, уверяя, что Ста¬
лин спит. Из рассказов Хрущева и охранников об их визите на дачу
следует, что ни Берия, ни Маленков, ни Хрущев не нашли ничего
тревожного в том, что 74-летний человек, уже не раз страдавший от
серьезных заболеваний, упал в обморок и был найден на полу в не¬
подвижном и бессознательном состоянии. Удивительным образом,
они не предложили вызвать врача и осмотреть Сталина хотя бы для
того, чтобы убедиться, не ушибся ли он при падении, чтобы изме¬
рить внутриартериальное давление и т. д. Неужели элементарный
житейский опыт не подсказывал трем бывалым людям, поднаторев¬
шим в решении самых различных кризисных ситуаций, в том числе
и житейских, что состояние Сталина настоятельно требует немед¬
ленного медицинского внимания? Можно предположить, что каж¬
дый из троицы старательно делал вид, что ничего необычного не
происходит, именно потому, что твердо знал, что Сталин уже нахо¬
дится между жизнью и смертью. А если это так, то что давало им ос¬
нования для такой уверенности и почему они не старались исполь¬
зовать хотя бы малейший шанс для спасения его?
В XX веке были дни, в которые совершились переломные собы¬
тия в жизни нашей страны. Среди них — дни революции 1917 года,
592
22 июня 1941 года, два с половиной дня существования ГКЧП. И хо¬
тя ученые мужи не устают указывать на то, что история не знает со¬
слагательного наклонения, многие авторы продолжают предлагать
свои версии по поводу того, как развивалась бы Россия, если бы те
дни прошли по-иному. При этом в ходе споров по поводу событий
тех дней выясняется, что до сих пор многое в них окружено тайнами
и загадками.
К числу таких переломных дней относятся первые числа марта
1953 года. 3 марта страна была потрясена сообщением по радио о
внезапной «болезни Председателя Совета министров СССР и Сек¬
ретаря Центрального Комитета КПСС товарища Иосифа Виссарио¬
новича Сталина». Сообщалось, что «в ночь на 2 марта у товарища
Сталина, когда он находился в Москве в своей квартире, произошло
кровоизлияние в мозг, захватившее важные для жизни области моз¬
га. Товарищ Сталин потерял сознание. Развился паралич правой ру¬
ки и ноги. Наступила потеря речи. Появились тяжелые нарушения
деятельности сердца и дыхания».
Даже в нескольких строках этого сообщения было немало не¬
правды. Во-первых, Сталин в указанное время находился не «в Мо¬
скве в своей квартире», а на даче в Кунцеве. До 1960 года Кунцево не
входило в пределы Москвы. Во-вторых, Сталин потерял сознание
первого марта, а не «в ночь на второе марта». Странно было и то, что
об этом сообщили лишь 3 марта.
«Медицинское заключение о болезни и смерти И. В. Сталина»,
переданное по радио и напечатанное в газетах 6 марта 1953 года, гла¬
сило: «В ночь на второе марта у И. В. Сталина произошло кровоиз¬
лияние в мозг (его левое полушарие) на почве гипертонической бо¬
лезни и атеросклероза». Ни слова об отравлении в медицинском за¬
ключении не говорилось. Подлинник этого медицинского заключе¬
ния был выставлен на всеобщее обозрение в марте 2003 года в поме¬
щении Государственного архива РФ, когда там проходила выставка
«Между прошлым и будущим» к 50-летию со дня смерти И. В. Ста¬
лина.
С решительным опровержением этого медицинского заключения
выступил Николай Добрюха в опубликованной в начале 2008 года
книге (под псевдонимом Николай Над) «Как убивали Сталина».
Дотошно разобрав журнал наблюдений за состоянием здоровья
И. В. Сталина с 3 по 5 марта, а также тогдашние черновые записи ме¬
дицинского персонала, Н. Добрюха пришел к категоричному выво-
'ш
593
ду: «Слухи, что Сталин убит, имеют теперь документальное подтвер¬
ждение . отрав;
WtWfcdro, белкового происхождения.
ждение. скбрее«м#ег^ождь выл отравлен ядом природного, орга-
оценкам современных
специалистов, отравляющие вещества такого характера содержатся
в ядах змей, пауков и скорпионов, а также в некоторых видах расте¬
ний и бактерий. Действуют они путем нарушения дыхания и крово¬
обращения, поражая лимфатические узлы, глаза, головной мозг и
[т. д., ив зависимости от обстоятельств поражения в той или иной
|мере ведут к гибели человека».
«Найденные мною документы, — утверждает Н. Добрюха, —
свидетельствуют о бесспорном наличии яда в организме Сталина.
Вместе с тем точный его состав и происхождение эти документы не
отражают. Видимо, в те жуткие дни и ночи, когда делались анализы
крови страшно умиравшего Хозяина Кремля, разрешения, а тем бо¬
лее указания на это медики не получали. Да и вряд ли бы получили,
если бы даже очень захотели. Однако факт; ртравлещя о>ни
вили однозначно!»
^ обоснованности своей версии Николай Доб¬
рюха приводит оценку, которую дал незадолго до смерти бывший
руководитель КГБ СССР Владимир Крючков: «Исследование «Как
[окументы о
| болезни и смерти Сталина настолько значительны, что теперь от них
никто не сможет отвернуться. Впервыр мы.им£Ш дедо не с наборам
воспоминаний/слухо^й пред^ о смерти Сталина/ а с ис¬
следованием подлинных докумещод».
Кто же мог совершить убийство Сталина? Известно, что, нахо¬
дясь на трибуне мавзолея Ленина 1 мая 1953 года, JL П.
щил своим коллегам о том, что
ЙГХ!*ясли^у№-^Тго '‘Из'^отдельных замечаний относительно Сталина,
K&fSjpbie делал Берия в тот майский день на Красной площади, у Мо-
лотова сложилось определенное впечатление: «Не исключено^дто
е]рти>>.ТВ своёй бесёДё 6'писателем Фелик-
сом Чусвы\1 Мол от ов УгверЖЯйЬ, что Бериясмзм^ШХ^.поайду
Сталина^Я его убрал». Но также очевидно, что неоказание Сталину
своевршеннои помощи членами советского руководства было рав-
носильно содействию его
■ЦЧ*1 »W<* ' u
В те мартовские дни вряд ли кто из простых советских людей мог
догадываться о происходившем на даче Сталина. Хотя с 3 марта ра¬
дио и газеты регулярно передавали сообщения о состоянии здоровья
Сталина, и поэтому смерть Сталина 5 марта не была неожиданной.
Однако эта весть потрясла страну.
На первых страницах своего романа «Битва в пути» Галина Ни¬
колаева запечатлела картины московских улиц в ночь с 6 на 7 марта:
«Пожилые женщина и мужчина шли, тесно прижавшись друг к дру¬
гу. Подняв залитое слезами лицо, женщина говорила: «Мы привык-
994
ия сооб-
ли: победа - это онЯвдростанци&^319.ЖШ£пом9М,-ЖЯ
7ЩГТС разных сторон, из разных домов, переулков, улиц шли и бе¬
жали люди и группы людей, обгоняя друг друга... К ночи скопище
людей на улицах не уменьшилось, а разрослось. Беспорядочная
людская лавина, захлестнув и мостовые, и тротуары, безостановоч¬
но катилась в одном направлении... Безжизненные жестянки ослеп¬
ших светофоров висели не мигая, и не они, а иная сила направляла
движение в одну сторону — к центру. Народная лавина была слиш¬
ком молчалива и трагична для демонстрации, слишком стремитель¬
на и беспорядочна для траурного шествия».
Уже вечером 6 марта стало ясно, что число людей, стремившихся
попрощаться со Сталиным, так велико, что все центральные улицы
оказались заполнены. Власти старались отгородить центр города от
наплыва людей. Многие улицы были перегорожены гщздщками
с песком. В город были введены дополнительные войсками людей
оттесняли в узкие переулки центральной части столицы. Г. Нико¬
лаева писала: «Броневики с юпитерами сплошной шеренгой прегра-
дили улицу». Герои ее романа, инженер Бахирев поразился «пустоте,
внезапнсГокружившей его», когда он, преодолев кольцо оцепления,
подошел к Дому союзов. В этой пустоте «была настораживающая
нарочитость». Бахирев думал: «Искусственно созданный вакуум...
Вакуум в данном случае работает как амортизатор.
Но что «амортизируется»? Амортизируется напор чувств челове¬
ческих? Зачем?!» Он понимал, что надо ввести в русло стихию этих
чувств, и все же не покидало его ощущение противоертертвенност^
«вакуума», кем-то созданного здесь и охраняемого».
Покинув Дом союзов, герой романа становится свидетелем того,
как волны народа разбивались о стену оцепления. «Снова цепи гру¬
зовиков, гул моторов, лязг железа, напряженные лица бойцов и то¬
ропливое движение людских потоков... Сила людского напора была
так велика, что железные, массивные, запертые болтами ворота
ближнего двора вздрагивали и скрипели, грозя сорваться с петель»
На глазах героя романа лошадь милиционера ударила копытом мо¬
лодого человека по голове, а затем толпа опрокинула лошадь и смяла
ее. В эти часы много десятков людей были раздавлены в толпе.
Разумеется, ситуация, возникшая в те дни, не была ординарной,
и с ней было нелегко справиться. В то же время создается впечатле¬
ние, что в это время руководители страны были больше озабочены
распределением высоких государственных постов. Вечером 6 марта
радио передавало постановление пленума ЦК КПСС о переменах в
руководстве страны.
Вопросы соблюдения порядка в ходе похорон явно отошли на
задний план. Будучи председателем комиссии по организации похо¬
рон, Н. С. Хрущев отвечал не только за организацию погребальной
церемонии, но и нес прямую ответственность за порядок на улицах
Москвы в дни похорон. Однако, видимо, это его не слишком забо¬
тило. Показательно, что, рассказывая об этих днях, он ни словом не
обмолвшся,0^ щбели людёиЪо время ЛИШь скуйоШШ**
faST «Приняли порядок похоро порядок извещения народа о
смерти Сталина. Так мы, его наследники, приступили к самостоя¬
тельной деятельности по управлению СССР».
В дни похорон Сталина 9 марта 1953 года все выступавшие под¬
черкивали его великий вклад в победы Советской страны. В своем
выступлении JI. П. Берия заявил: «Мудрое руководство великого Ста¬
лина обеспечило нашему народу построение социализма в СССР и
всемирно-историческую победу в Великой Отечественной войне».
О выдающейся роли Сталина как полководца сказал в своей ре¬
чи и Г. М. Маленков: «Под непосредственным руководством това¬
рища Сталина создавалась, росла и крепла Советская Армия. Укреп¬
ление обороноспособности страны и упрочение советских Воору¬
женных сил являлись предметом неустанных забот товарища
Сталина. Во главе со своим великим полководцем — Генералисси¬
мусом Сталиным Советская Армия одержала историческую победу
во Второй мировой войне и избавила народы Европы и Азии от уг¬
розы фашистского рабства».
В. М. Молотов в своем выступлении говорил: «Сталин непо¬
средственно руководил созданием и организацией сил Красной
Армии и ее славными боевыми делами на самых решающих фронтах
в годы Гражданской войны. Сталин, как Верховный Главнокоман¬
дующий в годы Великой Отечественной войны, привел нашу страну
к победе над фашизмом, изменившей коренным образом положе¬
ние в Европе и Азии. Быть верными и достойными наследниками
Сталина — значит всегда помнить и неуклонно заботиться об укреп¬
лении Советской Армии и Военно-морского флота, обеспечивая
должную готовность советских Вооруженных сил на случай любой
вылазки агрессора против нашей страны».
Сталина хоронили в военном кителе. Послесмертдк его кителю
впервые прикрепили Звезду Героя Советского Союза рядом со Звез¬
дой«Серп й Молот» Героя (Социалистического Труда. На крышке
гроба лежала фуражка feнepaлиccимyca Советского Союза. Салют
из тридцати залпов артиллерийских орудий, созданию которых уде¬
лял так много внимания Сталин, завершил похороны великого пол¬
ководца.
Заключение
В день, когда «Правда» от 21 декабря 1959 года ограничилась
статьей к 80-летию со дня рождения И. В. Сталина, в которой были
сухо перечислены занимавшиеся им посты в партийной и государст¬
венной иерархии и высказаны критические замечания в духе докла¬
да Н. С. Хрущева на XX съезде, отставной премьер-министр прави¬
тельства Ее королевского величества Уинстон Черчилль произнес в
палате общин одну из своих самых ярких речей, посвященных по¬
койному генералиссимусу.
Уинстон Чертащ^щущ; «Большим счастьем для России было
то, что в годы тяжелых испытании Россию возглавлял гении и непо-
колебимый полководец И. В. Сталин. Он был выдающейся лично¬
стью, импонирующей жестокому времени того периода, в котором
протекала вся его жизнь. Сталин был человеком необычайной энер¬
гии, эрудиции и несгибаемой воли, резким, жестким, беспощадным
как в деле, так и в беседе, которому даже я, воспитанный в англий¬
ском парламенте, не мог ничего противопоставить».
«Сталин прежде всего обладал большим чувством сарказма и
юмора, а также способностью точно выражать свои мысли. Статьи и
речи писал только сам, и в его произведениях звучала исполинская
сила. Эта сила была настолько велика в Сталине, что он казался не¬
повторимым среди руководителей всех времен и народов. Сталин
производил на нас величайшее впечатление. Его влияние на людей
было неотразимо. Когда он входил в зал Ялтинской конференции,
все мы, словно по команде, встали и, странное дело, почему-то дер¬
жали руки по швам».
«Он обладал глубокой, лишенной всякой паники, логической и
осмысленной мудростью. Сталин был непревзойденным мастером
находить в трудные минуты пути выхода из самого безвыходного по¬
ложения. В самые трудные моменты, а также в моменты торжества
он был одинаково сдержан, никогда не поддавался иллюзиям. Он
был необычайно сложной личностью. Он создал и подчинил себе
597
огромную империю. Это был человек, который своего врага уничто¬
жал руками своих врагов и заставил нас, которых открыто называл
империалистами, воевать против империалистов».
«Сталин был величайшим, не имевшим себе равных диктатором.
Он принял Россию с сохой, а оставил оснащенной атомным оружи¬
ем. Нет! Что бы ни говорили о нем, таких история и народы не забы¬
вают!»
Признание Черчиллем исторического величия Сталина было
парадоксальным по своей природе. Их высказал соратник Сталина
по Большой Тройке и его противник по Гражданской и «холодной
войне», убежденный враг коммунизма, торжеству которого Сталин
посвятил всю свою жизнь. Но парадоксальным было и превращение
Сталина в одного из величайших полководцев XX века.
Сталин поднялся к вершинам руководства страной в период ре¬
волюционных потрясений, когда рушились основы великой Рос¬
сийской империи и разваливалась ее великая русская армия. Войдя
в состав первого Советского правительства, которое в первом же
своем декрете объявило о мире и выходе из мировой войны, Сталин
вскоре стал одним из руководителей Вооруженных сил Советской
республики. Он, человек, никогда прежде не служивший в армии и
не имевший военного образования, фактически прошел курс Воен¬
ной академии на фронтах Гражданской войны.
Подготовка к войне и война не были самоцелью для Сталина,
а навязанные историей вынужденные условия. Главной же целью
Сталина, как и возглавлявшейся им Коммунистической партии,
было построение социализма, а затем коммунизма. В то же время
Сталин, как, наверное, никто из советских руководителей, остро
осознал неразрывную связь между политическим и военным искус¬
ством в XX веке — веке небывалых мировых войн и постоянных ло¬
кальных конфликтов. Во время подготовки к этим войнам стиралась
грань между будущим фронтом и тылом. В ходе войны боевые успехи
на фронте зависели от трудовых успехов в тылу. Превращение всей
страны от передовой на фронте до глубокого тыла в хорошо органи¬
зованный военный лагерь становилось главным условием ее выжи¬
вания в схватке, которая велась не на жизнь, а на смерть. Это пони¬
мание особенностей исторической эпохи предопределило принци¬
пиальные решения Сталина по вопросам развития Советской стра¬
ны, ее экономики, ее политического устройства.
Строительство социализма в одной стране, ставшее программ¬
ной ipBffio Сталина, проходило в условиях нараставшей военной уг-
розы изЁйе, а потому потребовало превращения страны в военный
лагерь, что предполагало приоритет рборонителмы^мшйприя гий,
991
высокую степень централизации, неукоснительное выполнение при-
*444^ * $ ' 9 4 Я * **4 r ^ мЛШ **Ш " '" ' Г '" 1 мМЫ "*""" '"1 '
казов свыше, жесткую дисциплину. СтМинскиЙ £ТйЛь1ШюТы озна-
л* w.J.« Hxittt'*** пт •(•к*Г''4<18>^в|мелй-»'Ь4мгб**
чал требовательность к себе и всем советским людям, нетерпимость
к нарушителям своего служебного или морального долга. Правда J
требования жесткой дисциплины привели к чрезмерно суровым на-|
казаниям многих людей, обстановка военного лагеря порой при!
крывала беззакония, совершенные различными органами власти, а|
необходимость быть готовым к нападению врагов порождала неред-1
ко подозрительность и шпиономанию среди широких слоев населе-|
ния. В то же время очевидно, что Сталин заботился о том, чтобы!
максимально облегчать бремя подготовки к войне широкими соци- ^
альными мероприятиями, которые облегчали остроту материальных j
проблем. Даже в суровых условиях войны Сталин стремился поддер-1
живать атмосферу бодрости и энтузиазма всеми средствами пропа- j
ганды и массовой культуры.
Сталин одним из первых советских руководителей осознал зна¬
чение военного производства для победы в современной войне. Эти
соображения предопределили его курс на превращение Советской
страны в передовую индустриальную державу, обладающую мощным
оборонным потенциалом. На протяжении всей своей государствен¬
ной деятельности Сталин создавал приоритетные условия для раз¬
вития тяжелой промышленности, особенно оборонного производ¬
ства.
Придавая большое значение революции в вооружениях, проис¬
ходившей в XX веке, Сталин уделял так много внимания всем но¬
винкам в вооружениях. Не являясь специалистом в различных видах
вооружений, он старался тщательно изучить их в деталях, чтобы го¬
ворить с лучшими специалистами страны в области вооружений на
равных. Он подхватывал все новые начинания, давал им «зеленую
улицу», даже если это первоначально противоречило его сложив¬
шимся представлениям.
Сталин осознал, что применение новой техники вооружений
кардинальным образом изменило способ ведения военных дейст¬
вий. Поэтому он отметал отжившие методы ведения войны, даже ес¬
ли они отвечали его сложившемуся опыту. Он искал такие новые
вооружения и способы их применения, чтобы нанести врагу макси¬
мальный урон и добиться минимальных потерь среди советских
воинов.
Сталин постоянно учился и повышал уровень своего военного
искусства. Вместе с тем он заставлял учиться всех военнослужащих
воинскому мастерству, начиная от маршалов, кончая рядовыми сол¬
датами и матросами. Тщательно разрабатывая планы военных дейст-
599
1 вий, Сталин придавал большое значение нахождению решающего
I звена в любой военной операции. Подготовка любой операции пре-
| вращалась им в решение научной задачи, с которой он, как правило,
успешно справлялся.
^ Величайшим достижением полководческого искусства Сталина
стала его деятельность в годы Великой Отечественной войны. Не ог¬
раничиваясь разработкой общих планов военной кампании, Сталин
отдавал каждый день руководству боевыми операциями. Он глубоко
анализировал ошибки, допущенные в ходе войны, в том числе и
свои собственные. На протяжении войны он не раз предлагал ори¬
гинальные решения в ходе разработки крупных операций и их осу¬
ществления. Он не раз выступал с инициативами о новых способах
применения тех или иных родов войск в ходе боевых действий. Про¬
являя дотошное внимание к отдельным сражениям и боям, Сталин
увязывал их осуществление с главными целями войны, глобальной
политикой страны.
Возглавив Вооруженные силы в первые дни войны, Сталин су¬
мел переломить настроения в военном руководстве страны и всем
* \ обществе. Своим спокойствием и уверенностью, умением дать чет-
! \ кие объяснения происходящему и не менее четкие указания буду-
[ щих действий, Сталин внушал безграничное доверие всем совет-
; ‘ ским людям.
1 * Разгром армий гитлеровской Германии и ее союзников, до сих
пор никем не побежденных, привел к повороту в мировой истории.
Судя по тому, что усилия Красной Армии по разгрому гитлеровской
Германии стали решающими, можно предположить, что разгром
Красной Армии и крах СССР привели бы к победе Германии и ее со¬
юзников над всем миром. Уничтожение 18 миллионов мирных со-
ветских людей, миллионов поляков, сербов, поТшрвное уничтоже-
атое Гитлером^ могло стать лишь прелюдией
Швёстно, что, если бы наша страна
человеческих жертв неизмеримо воз¬
росло. Планы Гитлера предполагали уничтожение 40—50 миллио¬
нов русских, миллионов украинцев, белорусов, а также неславян¬
ских народов СССР, которых фюрер называл «киргизами». Остав¬
шиеся должны были быть онемечены. Такая же судьба ожидала и
другие народы мира.
Варварское уничтожение памятников русской культуры могло
стать лишь началом осуществления программы по «очищению» ми¬
ра от негерманской культуры. Нет сомнения и в том, что дальней¬
шая экспансия Германии по планете, если бы ее не остановила наша
страна, могла привести к поголовному уничтожению многих наро-
дов, истреблению их культуры, тотальному онемечиванию челове¬
чества.
Лишь благодаря усилиям советских людей, советских Вооружен¬
ных сил, во главе которых стоял Генеральный секретарь ЦК ВКП(б),
Председатель Совета Народных Комиссаров СССР, Председатель
Государственного Комитета Обороны, Верховный Главнокомандую¬
щий Генералиссимус Советского Союза И. В. Сталин, наша страна, а
вместе с тем и все человечество были спасены от угрозы порабоще¬
ния и уничтожения.
Другим подвигом И. В. Сталина стало его руководство восста¬
новлением разоренной страны и одновременно противостоянием
в затяжной «холодной войне». Теперь, хорошо зная американские
планы нападения на нашу страну тех лет, зная, с какой готовностью
американские войска применяли бомбардировки против мирных
городов, в том числе против Хиросимы и Нагасаки в Японии, а за¬
тем против городов Кореи, Вьетнама, Югославии и Ирака, можно
понять, что угроза превращения СССР и ее союзников в радиоак¬
тивную пустыню в ходе тщательно распланированных ядерных бом¬
бардировок была реальной. Лишь политические действия Сталина,
приведшие к созданию мощного лагеря социализма, лишь мобили¬
зационные усилия, предпринятые Сталиным по созданию щита из
самолетов, ракет и ядерного оружия, спасли нашу страну, а также
все человечество от ужасов третьей, на сей раз термоядерной войны.
Что бы ни говорили о Сталине сейчас некоторые безответствен¬
ные и невежественные люди, какие бы средства ни вкладывались в
очернение его имени, нет сомнений в том, что правда о выдающемся
руководителе и полководце навечно сохранится в памяти нашего
народа и всего человечества.
Перечень основных
использованных мапорналов
Баграмян И. X. Так начиналась война. М., 1977.
Байбаков Н. К. От Сталина до Ельцина. М., 1998.
Баландин Р. и Миронов С. Заговоры и борьба за власть. От Ленина до Хруще¬
ва. М., 2003.
Безыменский Лев. Гитлер и Сталин перед схваткой. М., Вече, 2000.
Бережков Валентин. Рядом со Сталиным. Москва, 1998.
Василевский А. М. Дело всей жизни. М., 1973.
Верт Александр. Россия в войне 1941—1945 гг. М.,1967.
Внешняя политика Советского Союза в период Отечественной войны.
(В двух томах). М., 1944—1946.
Воронов Н. Н. На службе военной. М., 1963.
Восемнадцатый (XVIII) съезд ВКП(б). 10—21 марта 1939 года. Стенографи¬
ческий отчет. М., 1939.
Геббельс Й. Последние записи. М., 1977.
Генерал армии Тюленев. Сборник документов и материалов. (Составители
Н. И. Тюленева, В. К. Саблин, А. В. Тимофеев). М., 2005.
Главный маршал авиации Голованов. Сборник документов и материалов.
(Составители О. А. Голойанова и А. В. Тимофеев). М., 2001.
Голованов А. Е. Дальняя бомбардировочная... М., 2004.
Грабин В. Г. Оружие Победы. М., 2000.
Еременко А. И. На западном направлении. М., 1959.
Жуков Г. К. Воспоминания и размышления. М., 1969.
Жуков Юрий. Иной Сталин. Политические реформы в СССР в 1933—
1937 гг. М., 2003.
Жуков Юрий. Сталин: тайны власти. М., 2005.
Иосиф Виссарионович Сталин. Сборник. (Составитель Маркова Л. В.). М.,
1994.
Иорыш А. И. и Морохов И. Д. Хиросима. М., 1979.
История Великой Отечественной войны Советского Союза. 1941—1945.
(В шести томах). М., 1960—1965.
Капченко Н. И. Политическая биография Сталина. Том 1 и том 2. М., 2004,
2006.
В02
Карпов Владимир. Генералиссимус. (В двух томах). Калининград, 2002.
Коваленко Александр. Правда о Матросове и матросовцах. М., 1994.
Конев И. С. Сорок пятый. М., 1966.
Кринов Ю. С. Лужский рубеж. Год 1941-й. Ленинград, 1983.
Куманев Г. А. Подвиг и подлог. Страницы Великой Отечественной войны
1941-1945 гг. М., 2000.
Куманев Г. А. Рядом со Сталиным: откровенные свидетельства. Встречи, бе¬
седы, интервью, документы. М., 1999.
Логинов Владимир. Тени Сталина. М., 2000.
Лоуренс У. Л. Атомы и люди. М., 1967.
Маленков Г. М. Отчетный доклад XIX съезду партии о работе Центрального
Комитета ВКП(б). М., 1952.
Международные отношения после Второй мировой войны (в трех томах).
М., 1963-1966.
Мерецков К. А. На службе народу. М., 1970.
Микоян А. И. Так было. М., 1999.
Мировая война. 1939—1945 годы. Сборник статей. М., 1957.
Мэнвелл Роджер, Френкель Генрих. Знаменосец «черного ордена» Гиммлер.
М., 2000.
Невежин Владимир. Сталин о войне. Застольные речи 1933—1945 гг. М.,
2007.
Новиков А. А. В небе Ленинграда. Записки командующего авиацией. М.,
1970.
Новиков В. Н. Накануне и в дни испытаний. М., 1988.
Орлов Александр. Сталин: в преддверии войны. М., 2003.
Островский А. Кто стоял за спиной Сталина. М., 2004.
Переписка Председателя Совета министров СССР И. В. Сталина с прези¬
дентами США и премьер-министрами Великобритании во время Вели¬
кой Отечественной войны 1941 — 1945 гг. (в двух томах). М., 1957.
Пятнадцатый съезд ВКП(б). Декабрь 1927 года. Стенографический отчет.
В двух томах. М., 1961.
Риббентроп, Иоахим фон. Между Лондоном и Москвой. Воспоминания и
последние записи. М., 1996.
Рокоссовский К. К. Солдатский долг. М., 1972.
Ротмистров П. Л. Время и танки. М., 1972.
Семанов Сергей. Сталин. Уроки жизни и деятельности. М., 2002.
Семанов Сергей и Кардашов Владислав. Иосиф Сталин: жизнь и наследие. М.,
1997.
Семнадцатый (XVII) съезд ВКП(б). Стенографический отчет. М., 1934.
Симонов К. Глазами человека моего поколения. М., 1988.
Скрытая правда войны: 1941 год. М., 1992.
Соловьев Борис, Суходеев Владимир. Полководец Сталин. М., 1999.
ВОЗ
Сталин: в воспоминаниях современников и документах эпохи. Сост. Лоба¬
нов М. М., 1995.
Сталин И. В. О Великой Отечественной войне. М., 1946.
Сталин И. В. Сочинения (в 13 томах). ОГИЗ. М., 1946—1951.
Сталин И. В. Сочинения (14, 15, 16-й тома). М., Писатель, 1997.
Сталин И. В. Сочинения. 17-й том. Тверь, 2004.
Сталин И. В. Сочинения. 18-й том. Тверь, 2006.
Сталин. Энциклопедия. (Составитель В. В. Суходеев). М., 2006.
Судоплатов Павел. Спецоперации. Лубянка и Кремль. 1930—1950 годы. М.,
1999.
Суходеев Владимир. Сталин в жизни и легендах. М., 2003.
Суходеев Владимир. Сталин. Военный гений. М., 2005.
Тегеран. Ялта. Потсдам. Сборник документов. М., 1971.
Типпельскирх К. История Второй мировой войны (в 2 томах). Санкт-Петер¬
бург, 1994.
Тюленев И. В. Через три войны. М., 1960.
Устинов Д. Ф. Во имя Победы. Записки наркома вооружения. М., 1988.
Хрущев Н. С. Доклад на закрытом заседании XX съезда КПСС. М., 1959.
Хогертон Джон Ф. и Рэймонд Эллсуорт. Когда Россия будет иметь атомную
бомбу? М., 1948.
Чуев Феликс. Каганович. Шепилов. М., 2004.
Чу ев Феликс. Солдаты империи. М., 1998.
Чуев Феликс. Сто сорок бесед с Молотовым. М., 1991.
Чуйков В. И. Конец Третьего рейха. М., 1973.
Шервуд Роберт. Рузвельт и Гопкинс. Глазами очевидца (в 2 томах). М., 1958.
Шестой съезд РСДРП(б). Август 1917 года. Протоколы. М., 1958.
Штеменко С. М. Генеральный штаб в годы войны (в 2 книгах). М., 1985.
Яковлев А. С. Цель жизни. М., 1967.
Яковлев Н. Д. Об артиллерии и немного о себе. М., 1984.
Яковлев Н. Н. Франклин Рузвельт — человек и политик. М., 1963.
Яковлев Н. Н. ЦРУ против СССР. М., 1983.
Bullock Alan. Hitler. A Study in Tyranny. New Work, 1961.
Carrel Paul. Hitler Moves East. 1941—1943. New York, 1967.
Churchill Winston S. Memoirs of the Second World War. (Abridgement). Boston,
1987.
The Fatal Decisions. New York, 1958.
Goebbels Joseph. Diaries. London, 1948.
Gross J.T. Revolution from abroad. The Soviet Conquest of Poland’s Western
Ukraine and Western Byelorussia. Princeton, 1988.
Harriman Averell W. and Abel Elie. Special Envoy to Chuchill and Stalin. 1941—
1946. New York, 1975.
DJilas Milovan. Conversations with Stalin. New York, 1962.
Jonge de, Alex. Stalin and the Shaping of the Soviet Union. New York, 1986.
Kilzer Louis C. Churchill's Deception. The Dark Secret That Destroyed Nazi
Germany. New York, 1994.
Misiunas Romuald, Taagepera Rein. The Baltic States: Years of Dependence.
1940—1980. Princeton, 1980.
Montgomery K.G. The Memoirs. New York, 1959.
Taylor A.J.P. The Origins of the Second World War. New York, 1969.
Tucker Robert. Stalin as revolutionary, 1879—1929. A Study in History and
Personality. 1973.
Ulam Adam S. Stalin. The Man and the Era. Boston, 1987.
Периодические издания:
Знамя,
Известия,
Известия ЦК КПСС,
Коммунист,
Комсомольская правда,
Наш современник,
Правда,
Слово.
Предисловие
ОДЕРЖАНИЕ
5
Часть I. До Октября 1917 года
Глава 1. Детство Генералиссимуса в Гори ... ...... 7
Глава 2. На жизненном перепутье . 18
Глава 3. Начало учебы в университете революции 37
Глава 4. Подмастерье от революции ... 55
Глава 5. Мастер от революции 69
Часть II. От 7 ноября 1917 года до 22 июня 1941 года
Глава 6. Академия Гражданской войны 87
Глава 7. Тень грядущей войны над СССР 114
Глава 8. Развернутое наступление по всему фронту 131
Глава 9. Создавая оборону страны 141
Глава 10. Укрепление идейно-политического единства страны
и политический кризис 1937—1938 гг 166
Глава 11. Накануне войны 183
Часть III. Трагедия 1941—1942 годов
Глава 12. Первые дни войны 228
Глава 13. Защищая Смоленск, Ленинград и Киев 250
Глава 14. Создание антигитлеровской коалиции 283
Глава 15. Операция «Тайфун» и ее провал 291
Глава 16. Верховный Главнокомандующий 319
Глава 17. Боевые действия в первой половине 1942 года 338
Глава 18. Сталинградское сражение 353
Часть IV. Трудная дорога к Победе
Глава 19. «Враг потерпел поражение, но он еще не побежден» 394
Глава 20. Курская битва 417
Глава 21. Завершение переломного года Отечественной войны 426
Глава 22. Десять сталинских ударов 440
Глава 23. «Добить фашистского зверя в его собственном логове!» 487
Глава 24. Чествование победителей и Потсдамская конференция 527
Глава 25. Завершение Второй мировой войны 536
Часть V. Последние годы Генералиссимуса
Глава 26. Подведение итогов войны и сталинский план возрождения
разоренной страны 552
Глава 27. Начало «холодной войны» 566
Глава 28. Смерть Сталина 590
Заключение 597
Перечень основных использованных материалов 602
Юрий Емельянов
СТАЛИН
Генералиссимус Великой Победы
Издано в авторской редакции
Художественный редактор П. Волков
Технический редактор В. Кулагина
Компьютерная верстка В. Фирстов
Корректор С. Горшкова
ООО «Издательство «Яуза»
109507, Москва, Самаркандский б-р, д. 15
Для корреспонденции: 127299, Москва, ул. Клары Цеткин, д. 18/5.
Тел.: (495) 745-58-23
ООО «Издательство «Эксмо»
127299, Москва, ул. Клары Цеткин, д. 18/5. Тел. 411-68-86, 956-39-21.
Home раде: www.ektmo.ru E-mail: InfoQeksmo.ru
Оптовая торговля книгам* * Эксмо»:
ООО «ТД «Эксмо». 142700, Московская обл. .Ленинский р-н, г. Видное,
Белокаменное ш., д. 1, многоканальный тел. 411 >50-74.
E-mail: reoeptlon9ekamo-aale.ru
По вопросам приобретения книг «Эксмо» зарубежными оптовыми
покупателям* обращаться в ООО «Дип покат»
E-mail: forelgnsellerOekamo-sale.ru
International Sales: International wholesale customers should contact «Deep Pocket• Pvt. Ltd.
for their orders. forelgneellerOekemo-eale.ru
По вопросам заказа книг корпоративным клиентам, а том числе в специальном оформ¬
лении, обращаться в ООО •Форум»: тел. 411-73-58доб. 2598. E-mail: vipzakazOekamo.ru
Оптовая торговля бумажно-беловыми
и канцелярским* товарам* для школы и офиса «Канц-Эксмо»:
Компания «Канц-Эксмо»: 142702, Московская обл., Ленинский р-н, г. Видное-2,
Белокаменное ш., д. 1, а/я 5. Тел. /факс +7 (495) 745-28-87 (многоканальный),
e-mail: kancOeksmo-sale.ru, сайт: www.kano-ekamo.ru
Полный ассортимент книг издательства «Эксмо» для оптовых покупателей:
В Санкт-Петербурге: ООО СЗКО, пр-т Обуховской Обороны, д. 84Е. Тел. (812) 365-46-03/04.
В Нижнем Новгороде: ООО ТД «Эксмо НН», ул. Маршала Воронова, д. 3. Тел. (8312) 72-36-70.
В Казани: ООО «НКП Казань», ул. Фрезерная, д. 5. Тел. (843) 570-40-45/46.
В Ростове-на-Дону: ООО «РДЦ-Ростов», пр. Стачки, 243А. Тел. (863) 268-83-59/60.
В Самаре: ООО «РДЦ-Самаре», пр-т Кирова, д. 75/1, литера «Е». Тел. (846) 269-66-70.
В Екатеринбурге: ООО «РДЦ-Екатеринбург», ул. Прибалтийская, д. 24а. Тел. (343) 378-49-45.
В Киеве: ООО ДЦ «Эксмо-Украина», ул. Луговая, д. 9. Тел./факс: (044) 501-91-19.
Во Львове: ТП ООО ДЦ «Эксмо-Украина», ул. Бузкова, д. 2. Тел./факс (082) 245-00-19.
В Симферополе: ООО «Эксмо-Крым» ул. Киевская, д. 153. Тел./факс (0652) 22-90-03,54-32-99.
Мелкооптовая торговля книгами *Эксмо» и канцтоварами *Канц-Эксмо»:
117192, Москва, Мичуринский пр-т, д. 12/1. Тел./факс: (495)411-50-76.
127254, Москва, ул. Добролюбова, д. 2. Тел.: (495) 780-58-34.
Полный ассортимент продукции издательства «Эксмо»:
В Москве в сети магазинов «Новый книжный»:
Центральный магазин — Москва, Сухаревская пл., 12. Тел. 937-85-81.
Волгоградский пр-т, д. 78, тел. 177-22-11; ул. Братиславская, д. 12, тел. 346-99-95.
Информация о магазинах «Новый книжный» по тел. 780-58-81.
В Санкт-Петербурге в сети магазинов «Буквоед»:
«Магазин на Невском», д. 13. Тел. (812) 310-22-44.
Подписано в печать с готовых диапозитивов 20.03.2008.
Формат 60x90 1/i6- Гарнитура «Ньютон». Печать офсетная.
Бумага тип. Уел. печ. л. 38,0.
Тираж 5100 экз. Заказ № 3374.
Отпечатано в ОАО «Можайский полиграфический комбинат».
143200, г. Можайск, ул. Мира, 93.
£ <b***-jp\K*c*eM*p+ a, 4r<v*J»e| U«**, b&nu**
■^ са~г> ©* <г*Ъ ******
t'L*> едч*-Г йче-о ъ+^П* , щ /*с ‘-'?л-г*.^*~'1 &IS)
£*>--<*< ^ »<АЛ. *~чл^(_ч,*гГ*%"С ,
С его именем шли в бой и умирали за Родину.
В его честь назвали «десять сталинских ударов»,
сломавших хребет Вермахту.
Его величали «архитектором Великой Победы».
Сама эта Победа считалась главной его заслугой.
Все изменилось после смерти Вождя. С нелегкой
руки Хрущева, славословия в адрес И.В. Сталина
разом сменились обличениями и проклятиями: мол,
это он «обезглавил армию», он один виноват в траге¬
дии 22 июня, и все огромные потери и жертвы Вели¬
кой Отечественной - целиком на его совести...
vvy'
'' ;
Но недаром говорят, что великое видится на рас¬
стоянии. Теперь, более полувека спустя, настало
время объективно оценить роль Вождя в разгроме
гитлеровской Германии и его личный вклад в нашу
Победу; пришла пора дать окончательный ответ на
вопросы:
Повинен ли Сталин в поражениях Красной
Армии 1941-1942 гг. ?
Сделал ли он все необходимое для обороны
страны?
Заслуживает ли звания «организатора
наших побед»?
Была ли Победа в Великой Отечественной
войне достигнута «вопреки Сталину» или бла¬
годаря ему?