Министерство образования и науки Российской Федерации
Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение
высшего образования
«Томский государственный архитектурно-строительный университет»

Г.И. Саксельцев

ПРЕДЫСТОРИЯ ТОМСКОГО
НЕФТЕХИМИЧЕСКОГО КОМБИНАТА

Томск
Издательство ТГАСУ
2016

УДК 94(470)«16/20»:314.6
ББК 63.3(0)5:15.5

С15

Саксельцев, Г.И. Предыстория Томского нефтехимического комбината [Текст] : монография / Г.И. Саксельцев. –
Томск : Изд-во Том. гос. архит.-строит. ун-та, 2016. – 72 с.
ISBN 978-5-93057-715-0
В монографии впервые прослежена предыстория строительства Томского нефтехимического комбината, инициатором которого был Томский обком КПСС в лице Егора Кузьмича Лигачёва. Изложен опыт работы со специалистами Италии при формировании производства полипропилена, приёмке
оборудования за рубежом.
Работа предназначена для интересующихся развитием химической
промышленности в г. Томске.

УДК 94(470)«16/20»:314.6
ББК 63.3(0)5:15.5

Рецензенты:
доктор философских наук, профессор, заведующий отделом
науки, секретарь Томского обкома КПСС (1975–1990 гг.)
Н.П. Кириллов;
президент Союза строителей Томской области, профессор
Б.А. Мальцев.

ISBN 978-5-93057-715-0

© Томский государственный
архитектурно-строительный
университет, 2016
© Саксельцев Г.И., 2016

Посвящается Егору Кузьмичу Лигачёву

ВВЕДЕНИЕ
Организация строительства Томского нефтехимического
комбината (ТНХК), первое название – Томский химический завод (ТХЗ)1, воссоздана в трудах бывшего первого директора,
кандидата технических наук В.С. Гетманцева; начальника
управления «Химстрой», Героя Социалистического Труда
П.Г. Пронягина; директора научно-исследовательского центра
комбината, кандидата химических наук Э.Г. Полле и в ряде других публикаций, что в целом выстраивает объективную картину
прошлого2. Полагаем, однако, что изложенное будет не полным
повествованием о ТНХК без рассказа об его предыстории, в том
числе и о работе в Италии инженеров-приемщиков технологического оборудования производства полипропилена. Автор представленной работы, будучи в своё время заместителем главного
механика ТХЗ, как руководитель группы инженеровприёмщиков в Италии, излагает в ней свое видение всех проблем и ошибок, допущенных как Министерством химической
промышленности СССР, Торговым представительством в Италии Министерства внешней торговли СССР, так и директором
предприятия В.С. Гетманцевым в совокупности по организации
работ, комплектации и поставке технологического оборудования
для комбината, отношению к кадрам, что явилось дополнитель1

Некоторая путаница длительное время существовала с названием комбината: томское руководство и пресса использовали название из постановления ЦК КПСС и СМ
СССР, но в Минхимпроме существовала следующая схема управления промышленностью: завод, производственное объединение, Всесоюзное объединение, и соответственно наш назвали Томский химический завод (Полле Э.Г. Томский нефтехимический комбинат. Хроника. Томск, 2004. С. 7).
2
Пронягин П.Г. Как начинался Томский нефтехим. Томск, 1999; Гетманцев В.С. Томский нефтехим. Начало пути. Томск, 2004; Полле Э.Г. Томский нефтехимический
комбинат. Хроника. Томск, 2004.; Ламонова Т. Возвращение долга. Томск, 2005.

3

Предыстория Томского нефтехимического комбината

ными причинами отставания пуска завода полипропилена в соответствии с итальянским контрактом, несмотря на титанический труд В.С. Гетманцева по становлению предприятия.
Автор монографии приступил к работе на ТХЗ с 11.10.1976 г.
переводом с должности инструктора отдела строительства Томского обкома КПСС решением бюро обкома КПСС. В обкоме
работал со 2 сентября 1973 г., а до этого был начальником Томской районной горно-технической инспекции Западно-Сибирского округа Госгортехнадзора СССР. Как ответственный работник ОК КПСС, автор присутствовал на аппаратных совещаниях,
которые вёл Юрий Кузьмич Лигачёв, он почти всегда рассказывал, что ему удалось реализовать в Москве, в том числе по делам будущего ТНХК.
Идею о строительстве нефтехимического комплекса предложил первый секретарь Томского обкома КПСС Ю.К. Лигачёв
(рис. 1).
Рис. 1. Егор Кузьмич Лигачёв. С 1965 г.
был первым секретарём Томского обкома КПСС. В 1983 г. переведен на
работу в ЦК КПСС. Был членом Политбюро, вторым человеком в Коммунистической партии. В 1999 г. избран депутатом Государственной думы России. Первый почётный гражданин Томской области. «Лигачёв
не просто наш бывший руководитель,
это наша легенда. Такого развития,
как в лигачёвские времена, регион
не знал за всю историю» (С. Жвачкин, губернатор Томской области)

Григорий Николаевич Судобин, секретарь обкома КПСС
по делам строительства, вспоминал, как вынашивалась идея
4

Введение

о строительстве ТНХК: «Томск и его жильё стареют, и нужно
найти способ получить большие деньги на строительство жилья,
сноса бараков, требуется обновить город. Стали искать пути решения проблемы и нашли: строить крупный промышленный
объект. Поскольку Лигачёв с 1961 по 1965 гг. работал в ЦК
КПСС, то имел чёткое представление о возможностях союзных
министерств. Самым богатым было новое Министерство химической промышленности СССР под руководством Л.А. Костандова. Идею поддержали».
Так как автор имеет непосредственное отношение к предыстории строительства ТНХК, изложение материала ведется от первого лица.

5

ПРЕДЫСТОРИЯ ЗАВОДА
Предыстория возведения ТНХК началась с поручения
Ю.К. Лигачёва второму секретарю ОК КПСС А.И. Кузнецову
сделать обоснование необходимости в создании крупного
нефтекомплекса и за своей подписью направить заявку в Москву. Обоснование составило 4 машинописных страницы и было
направлено одновременно в два адреса: председателю Госстроя
СССР Байбакову Н.К. и министру нефтеперерабатывающей
и нефтехимической промышленности СССР Фёдорову Виктору
Степановичу. Цель заявки состояла в следующем: «…наиболее
подходящим вариантом размещения крупного нефтехимического комплекса является междуречье Томь-Обь или в районе станции Межениновка в 40 км от Томска. Томский обком КПСС
просит Госплан СССР рассмотреть материалы о размещении
в этих районах, определить проектный институт для проведения
проектных и изыскательных работ на площадке начиная
с IV квартала текущего года»1.
Ответ пришел на имя А.И. Кузнецова от Министерства
нефтеперерабатывающей и нефтехимической промышленности
СССР, всего две строчки: «Сообщаю, что Министерством нефтеперерабатывающей и нефтехимической промышленности СССР
был рассмотрен вопрос строительства нефтеперерабатывающего
завода в Томске. По этому вопросу направлено письмо в Госплан
СССР, копия которого прилагается»2. Ответ подписал заместитель министра Г. Ивановский. Фрагменты копии письма в Госплан СССР: «…Масштабы потребления нефтепродуктов по Томской области сравнительно невелики… Возможность использо1

ОГКУ «Центр документации новейшей истории Томской области» (ЦД НИТО).
Ф. 607. Д. 3649. С. 121–124. Письмо председателю Госплана СССР Н.К. Байбакову,
министру нефтеперерабатывающей и нефтехимической промышленности СССР Фёдорову Виктору Степановичу. 19.07.1967.
2
ЦД НИТО. Ф. 607. Д. С. 126. Ответ № И-5030/9. 01.09.1967.

6

Предыстория завода

вания углеводородного сырья, направление его переработки и состав нефтехимических производств будут определены институтом Министерства нефтеперерабатывающей и нефтехимической
промышленности СССР в 1967–1968 гг. при составлении генеральной схемы развития и размещения нефтеперерабатывающей
и нефтехимической промышленности на 1971–1975 гг. и прогнозов до 1980 г.»1. Ответ в Госплан СССР подписал заместитель
министра О. Ктаторов.
Как видим, в решении поставленной проблемы на уровне
второго лица ОК КПСС практически был получен отказ. Нельзя
не обратить внимание на уровень профессионализма автора
письма: к фамилии министра добавлены имя и отчество полностью, к фамилии председателя Госплана – инициалы.
Ознакомившись с полученным ответом, Ю.К. Лигачёв решил лично обратиться к председателю Госплана СССР Н.К. Байбакову, прилагая обоснование заявки, в основном копию предыдущей. В заключение Лигачёв пишет: «Томский обком КПСС
просит Госплан СССР рассмотреть материалы о размещении
нефтехимического комплекса в этих районах и определить проектный институт для проведения проектных и изыскательских
работ на площади начиная с IV квартала текущего года»2. Через
полгода, в феврале 1968 г. Лигачёв повторяет заявку на имя
Председателя СМ СССР А.Н. Косыгина «О создании в Томской
области комплекса нефтехимических производств на базе ресурсов попутного и нефтяного газового сырья»3, в которой давалось
обоснование строительства и предлагалась программа действий
с задачами: «построить нефтехимический комплекс (а не нефтеперерабатывающий завод. – прим. автора); в текущей пятилетке
1

ЦД НИТО. Ф. 607. Д. 3648. С. 126–127. Ответ № ПР-937. 29.05.1967. О строительстве нефтеперерабатывающего завода в Томской области. Поручение ЦК КПСС от
15.04.1967. № 12353.
2
Там же. С. 200–204. Письмо № 360-с. 24 августа 1967 г.
3
Там же. Д. 3761. С. 149–152. Письмо № 83-с. 23.02.1968.

7

Предыстория Томского нефтехимического комбината

приступить к проектированию объектов и оборудования комплекса; Госплану СССР: включить в план Министерства среднего машиностроения СССР на 1971–1975 гг. строительство крупного нефтехимического комплекса в Томской области; включить
в план Минтрансстроя СССР на 1971–1975 гг. строительство
железной дороги от будущего комплекса, 80 км до транссибирской магистрали. Ответ на это письмо А.Н. Косыгин поручил
подготовить министру В. Фёдорову, который направил в Томский ОК КПСС ответ следующего содержания: «Министерство
нефтеперерабатывающей и нефтехимической промышленности
СССР считает необходимым включить в тематические планы
1968–1969 гг. разработку технико-экономических обоснований
генеральной схемы комплексного развития нефтедобывающей,
газовой и нефтехимической отраслей промышленности Западной
Сибири и направило в Госплан СССР свои предложения по организации разработки и финансирования работ по составлению
технико-экономических обоснований строительства Томского
и Тюменского нефтехимических комплексов»1. Стали ждать решения Правительства по реализации планов Министерства
нефтеперерабатывающей и нефтехимической промышленности
СССР. В эти годы вышло Постановление ЦК КПСС и СМ СССР
от 30 сентября 1965 г. № 728 «Об улучшении управления промышленностью», на основании которого было создано Министерство химической промышленности СССР, а 2 октября 1965 г.
министром был утвержден Леонид Аркадьевич Костандов переводом с должности председателя Государственного комитета химической промышленности СССР при Госплане СССР.
Таким образом Е.К. Лигачёв добился первого положительного решения о строительстве ТНХК. Проводимые ОК КПСС
мероприятия по этой проблеме стали распространяться среди
руководителей области, и не только.
1

ЦД НИТО. Ф. 607. Д. 3768. С. 68–70. Ответ № Ф.3236/9. 29.05.1968 г. По поручению
СМ СССР от № ПП 2551. 26.02.1968.

8

Предыстория завода

Так, на этой волне Г.Н. Судобин (рис. 2) сагитировал возглавить будущую гигантскую стройку и управление «Химстрой» Петра Георгиевича Пронягина, и как результат приказом
министра Среднего машиностроения СССР Е.П. Славского уже
в сентябре 1967 г. П.Г. Пронягин был утвержден начальником
управления «Химстрой» вместо генерала А.К. Грешнова, переведенного в Министерство.

Рис. 2. Антонина Соловьева, М.Ф. Курапов, Галина Федорова (1-й ряд);
П.Г. Пронягин, Г.Н. Судобин, И.А. Пронин, В.А. Сперанский
(2-й ряд)

9

Л.И. БРЕЖНЕВ И ТОМСКИЙ ХИМИЧЕСКИЙ ЗАВОД
Чтобы читатель не принял развитие дальнейших событий
по созданию ТНХК за миф, автор приводит почти дословное свидетельство главного инженера проекта предприятия Евгения Задорожного (рис. 3), который передал необычный диалог руководителей страны, изложенный ниже, известный ему из уст
Л.А. Костандова во время встречи с З.Н. Поляковым, директором
Охтинского научно-производственного объединения «Пластполимер» (ОНПО).

Рис. 3. Е.С. Задорожный в Заварзино у Г.И. Саксельцева. Июль 1979 г.

В Москве, с 5 по 17 июня 1969 г. состоялось Международное совещание коммунистических и рабочих партий. Среди
70 делегаций была и компартия Италии во главе с заместителем
10

Л.И. Брежнев и Томский химический завод

Генерального секретаря партии Энрико Берлингауэром. На приеме у Л.И. Брежнева итальянской делегации Э. Берлингауэр завел разговор о том, что в Италии высокий уровень безработицы
и не могли бы вы помочь снизить его. «А каким образом?» –
спросил Л.И. Брежнев? Э. Берлингауэр объяснил, что Италия
могла бы вам спроектировать и поставить оборудование химических заводов. Л.И. Брежнев сразу согласился. У итальянцев,
которые хорошо знали характер Л.И. Брежнева, был готов протокол согласования предложений строительства заводов, и они
тут же положили его на подпись. Л.И. Брежнев, не посоветовавшись ни с Н.А. Косыгиным, ни с председателем Госплана
СССР, ни с министром финансов СССР, расписался на протоколе. Только на следующий день Л.И. Брежнев позвонил Н.А. Косыгину и рассказал, какой документ он подписал. Последний
был в ужасе и напомнил Л.И. Брежневу1: «У нас же нет денег!»
Но документ подписан, нужно что-то делать. И тут Н.А. Косыгин вспомнил: «Е.К. Лигачёв приходил, завод просил!»2 И позвонил Л.А. Костандову: «Какой завод нам нужен?» Тот в свою
очередь встретился с З.Н. Поляковым, рассказал ситуацию и дал
задание просчитать и прикинуть затраты. Расчёты показали, что
нужен завод полипропилена на 100 тыс. т в год и примерная
сумма – 150 млн долл. Правительство искало и нашло решение
выхода из этого финансового тупика: предложить итальянцам
1

Л.И. Брежнев принял замечание Н.А. Косыгина к сведению: с тех пор, чтобы получить подпись Генерального секретаря на документе во все годы его правления, требовалось собрать не менее десятка согласований чиновниками разных рангов. Об этом
упоминали в ОК КПСС.
2
«Все его почему-то звали не Егором, а Юрием Кузьмичём. Лигачёву нравилось такое
обращение, и он не поправлял. Наверное, имя Юрий казалось секретарю обкома более
интеллигентным, чем простонародное, даже где-то деревенское Егор» (Ламонова Т.
Возвращение долга. Томск, 2005. С. 24). Записано со слов П.Г. Пронягина. Однажды
начальник областного департамента ЖКХ Геннадий Викторович Коновалов в одной
из телепередач назвал губернатора Кресса Виктор Михеевич вместо Мельхиорович.
Это Крессу явно не понравилось, так как Г.В. Коновалова я больше в департаменте
не встречал.

11

Предыстория Томского нефтехимического комбината

рассчитаться с ними продукцией, которая будет им поставлена
после пуска построенного завода с участием итальянских банков, привлекая их прибылью. Н.А. Косыгин назвал эти договоры
между СССР, фирмой и итальянскими банками «компенсационной основой»1. В.С. Гетманцев о расчётах с итальянцами пишет
по другому: «Для расчёта за поставленное оборудование для
производства полипропилена (а он сооружался на компенсационной основе) потребовался метанол»2. П.Г. Пронягин уточняет:
«Хочу заметить, что Постановлением ЦК КПСС и СМ СССР №
290 от 19.04.74 завод “Метанол” не значился. Решение о его создании Минхимпром СССР внёс в Правительство позже, чтобы
быстрее окупить затраты первой очереди ТНХК, а не для расчётов за поставки итальянского оборудования. Далее. Технологическое оборудование завода “Метанол” Минхимпром СССР закупил в Англии по контракту на основе взаиморасчётов химической продукцией»3.
О дальнейшем прохождении документов, о выходе 19 апреля 1974 г. Постановления № 290 ЦК КПСС и Совета Министров СССР «О строительстве Тобольского и Томского нефтехимических комбинатов», о ходе строительства ТНХК и его
пуске рассказано в источниках ранее названных авторов:
В.С. Гетманцева, П.Г. Пронягина, Э.Г. Полле, непосредственных
участников и организаторов создания ТНХК. Достоверность
рассказанного Е. Задорожным подтверждает спор В.С. Гетманцева с Л.А. Костандовым перед заключением контракта о выборе завода: почему выбран завод не США («Амоко»), где оборудование лучше и дешевле, а Италии? Костандов заметил: «На
Италию (“Монт-Эдисон”) СССР имеет сильные рычаги эконо1

Устная история Е. Задорожного, рассказанная автору в Ленинграде в марте 1977 г.
П.Г. Пронягин факт подтвердил 2 июля 2014 г. через В.В. Кириенкова, что узнал об
этом от В.С. Гетманцева.
2
Гетманцев В.С. Томский нефтехим. Начало пути. Томск, 2004. С. 24.
3
Пронягин П.Г. Как начинался Томский нефтехим. Томск, 1999. С. 109, 111.

12

Л.И. Брежнев и Томский химический завод

мического влияния». 1 декабря 1975 г. Техмашимпорт (подразделение Министерства внешней торговли СССР. – прим. автора) и концерн «Монт-Эдисон» подписали контракт стоимостью
144 млн ам. долл. на поставку оборудования»1. Срок поставки
монтажа и пуска составлял 22 месяца: с 21 января 1976 г. по декабрь 1979 г. В других документах (контракт) проходит общая
цифра 116,8 млн ам. долл. (копия контракта на 144 млн ам. долл.
была у нас в Италии). Разница в 27,2 млн долл. составляла сумму расчёта с банками Италии и прочими расходами: командировки, затраты на приёмку и перевозку оборудования в Томск,
на учёбу томичей в Италии.
В 1978 г. прошло более 8 лет с даты подписания Л.И. Брежневым протокола согласования с Италией. Надо полагать, что
А.Н. Косыгин вовремя доложил Л.И. Брежневу о выходе из ситуации (компенсационная основа) и назвал как варианты строительство химических заводов в Сибири: в Томске и Тобольске.
В эти годы в г. Томске строился водозабор из подземных
источников, и, как рассказывал Е.К. Лигачёв на аппаратном совещании ОК КПСС, Л.И. Брежнев постоянно интересовался
ходом строительства, о чём Лигачев еженедельно сообщал ему
в Москву.
Исходя из дальнейшего развития событий, полагаю, что
в начале 1978 г. Политбюро ЦК КПСС поручило Правительству
(Н.А. Косыгину) выехать в Томск и посмотреть на месте, как реализовывается на практике будущее химического гиганта. Только
так можно объяснить, что посещение Томска высокой правительственной делегацией не было случайным: 24 марта 1978 г. прибыл
А.Н. Косыгин в Томск, вместе с ним председатель Госплана СССР
Н.К. Байбаков, председатель Госснаба СССР В.Э. Дымшиц, министр геологии Е.А. Козловский, министр энергетики и электрификации П.С. Непорожний и др.

1

Контракт № 46-01/76302–126 от 1 декабря 1975 г.

13

Предыстория Томского нефтехимического комбината

В споре о выборе площадки завода В.С. Гетманцев вспоминает: «А.Н. Косыгин поддержал меня – цена ошибки директора оценивается в миллион или десятки миллионов рублей, цена ошибки министра или секретаря обкома – сотни миллионов
рублей, ошибка Н.К. Байбакова исчисляется миллиардами, а моя
ошибка (вероятно, он имел в виду Брежнева. – прим. автора)
может разорить страну»1.
Этой последней фразой я подчёркиваю достоверность рассказа Е.С. Задорожного о визировании Брежневым, не владевшим в целом финансовой ситуацией в СССР, итальянского документа. По неизвестной нам причине А.Н. Косыгин не посетил
строительство ТНХК, однако можно сделать вывод, что это
произошло не по его инициативе.

1

Речь шла об экономической целесообразности мощности и номенклатуры производства (Гетманцев В.С. Томский нефтехим. Начало пути. Томск, 2004. С. 8).

14

РАЗВИТИЕ СОБЫТИЙ
Активно и много стали говорить о заводе после приезда из
Москвы в Томск в июне 1974 г. кандидата на должность директора Виктора Стефановича Гетманцева, который был предложен
Минхимпромом СССР. Он до этого работал начальником производства полиэтилена Полоцкого химического комбината в Белорусской ССР. В день приезда в аэропорту его встречали
М.С. Липницкий – исполняющий обязанности директора химкомбината, В. Паршуто, инструктор отдела строительства обкома
КПСС, затем они совершили объезд площадки будущего строительства1. После окончании объезда В.С. Гетманцев был принят
Е.К. Лигачёвым для обсуждения проблемы строительства. В ходе
встречи в областном комитете партии получил от Первого секретаря ОК КПСС предложение на должность директора. После беседы с руководителем области будущий директор зашел в отдел
строительства, и здесь мы впервые встретились и познакомились.
Позднее, приступив к работе, В.С. Гетманцев писал:
«Я мучительно думал, почему для строительства выбран Томск.
Было ясно, что крупнотоннажная нефтехимия, «посаженная»
в непосредственной близости к сырьевым источникам – нефти
и газу, означает замыкание цикла территориального комплекса.
И стране, и той области, которая примет на своей территории
такой гигант нефтехимии, это сулит огромные выгоды – миллиардные капитальные вложения, их быстрая окупаемость дадут
могучее социальное развитие. Но почему Томск?»2
1

Гетманцев В.С. Томский нефтехим. Начало пути. Томск, 2004. С. 6 (Паршуто В.К.
был заместителем заведующего отделом строительства. – прим. автора).
2
Ответ на этот вопрос был связан с инициативой Е.К. Лигачёва, который планировал
улучшить жилищно-бытовые условия томичей, ликвидировать ветхое жильё и бараки,
построенные в период войны 1941–1945 гг., коммунальные квартиры и в целом обновить старинный город Томск (Гетманцев В.С. Томский нефтехим. Начало пути.
Томск, 2004. С. 7).

15

Предыстория Томского нефтехимического комбината

Для подтверждение тому, как осуществлялся план улучшения жилищно-бытовых условий томичей и в целом обновление старинного города Томска, как сопротивлялся этому плану
директор будущего завода, изложено в воспоминаниях самого
В.С. Гетманцева, с критической точки зрения администратора:
«К великому моему сожалению, за время пребывания в должности директора мне не удалось убедить в этой истине городских
и областных руководителей. Они часто бывали на стройке как
экскурсанты, а не помощники; для них комбинат был инородным телом, у которого можно было что-то урвать! И урывали!»1
«За период строительства – конец 1983 года (я уехал
в Москву в апреле 1983 года) по нашему титулу была введена
2071 квартира и общежитие на 537 мест, численность промышленного персонала составляла 2068 человек – казалось бы, каждый химик должен был получить квартиру. Ан нет – 248 квартир
забрали строители, 299 квартир ушло под снос (при обещании
при выборе площадки отдать под жильё Каштак!), 584 квартиры (!) забрал город под свои ненасытные нужды, и только лишь
898 квартир (43 %) получили работники химкомбината – вот такой злой мачехой оказался для нас старый Томск»2.
Вспоминает П.Г. Пронягин, со своей стороны подтверждая
проблемы социальной важности: «В начале 1971 года снова заговорили о строительстве нефтехимического комплекса. Достаточно сказать, что больше половины работающих в Химстрое
проживало во временных бараках и коммунальных квартирах.
Жилищная проблема была наиболее острой. А нам, особенно
химстроевцам, живущим в Томске, нужны были детские сады
и ясли, производственные столовые, административно-бытовые
корпуса, загородные базы отдыха и многое другое». И приводит
слова Е.К. Лигачёва: «Прекратить в Томске строить пятиэтажки
1
2

Гетманцев В.С. Томский нефтехим. Начало пути. Томск, 2004. С. 30.
Там же.

16

Развитие событие

и надо переходить только на дома повышенной этажности…
Сказанное следовало понимать так: старый Томск надо перестроить в современный город за счёт ТНХК»1.
Для исполнении Постановления № 290 от 19.04.1974
в Томск 10 февраля 1975 г. прилетел начальник отдела стройиндустрии Госстроя СССР А. Тангиев с целью подготовить проект
распоряжения Совмина СССР о создании собственной базы
стройиндустрии (БСИ) будущего ТХЗ. Для этой работы в обкоме КПСС был отведён кабинет, А.Г. Мельников поручил инструктору отдела строительства Г.И. Саксельцеву быть помощником у А. Тангиева. Кроме всех объектов, уже построенных
в настоящее время, конец XX в., по планам возведения БСИ были записаны пункты: строительство второго трамвайного парка
в районе кинотеатра «Ударник», для чего через путепровод
в районе ГПЗ-5 были предусмотрены трамвайные пути, связь
с центром города; для перевозки сотрудников завода планировалось построить скоростной трамвай от второго трамвайного
парка (построить его в р-не кинотеатра «Ударник», на месте березовой рощи) до ТХЗ (Н. Николайчук, бывший мэр Томска,
в последний год работы, 2012 г., выдал эту идею как свою);
в связи с многократным увеличением грузопотока требовалось
построить вторую колею железной дороги от ст. Томск I до ст.
Тайга. Работали мы с А. Тангиевым в здании ОК КПСС над проектом плана строительства объектов БСИ несколько дней,
включая субботу. После обсуждения состава БСИ на уровне ОК
КПСС и управления «Химстрой» Госплан СССР вышел с предложением на уровень Правительства, через два месяца вышло
распоряжение Правительства СССР2.

1

Пронягин П.Г. Как начинался Томский нефтехим. Томск, 1999. С. 5–6, 35.
Распоряжение СМ СССР от 31 марта 1975 г. № 707/Р «О создании базы стройиндустрии».

2

17

ДИРЕКТОРСКИЙ ХАРАКТЕР
В начале октября 1976 г. обком КПСС направил меня для
дальнейшей работы на ТХЗ, о чём А.Г. Мельников поставил директора в известность. В.С. Гетманцев принял это к сведению
и при очередном посещении обкома КПСС сказал мне мимоходом, что нужно встретиться, так как уезжает в Москву, поэтому
8 октября 1976 г. я был у директора, кабинет которого находился по ул. Шевченко, 15, в здании управления «Томлесстрой»,
для ТХЗ был выделен первый этаж. В.С. Гетманцев был сердит
и раздражен, разговаривал с начальником ОКСа В. Андреевым
и Н. Ковалёвым по поводу не переселившейся семьи из дома,
где должна строиться гостиница для иностранных специалистов
на ул. Ипподромной. Не отвечая на моё приветствие, бросил
с тоном пренебрежения: будешь заместителем главного механика, оклад 185 руб. Я был поражен и должностью, и окладом
и сказал, что приду вечером. Весь день был под впечатлением
такого приёма: взгляд с ненавистью, в лицо не смотрел, в разговоре тон снисхождения на грани грубости и высокомерия, все
это было неожиданным. Пришел в 17:30 и ждал почти час, когда
меня примет, хотя я ещё был ответственным работником ОК
КПСС! 1 Принял в 18:20, у В.С. Гетманцева был только гл. инженер В.М. Набоких (рис. 4), и без вступления: «Будешь заниматься контрактом, ремонтно-механическим цехом, поставкой
оборудования. Поработай в отделе кадров 2–3 дня. Будешь сидеть пока в общежитии строителей, так как нет больше места,
и тщательно учи контракт. Возможно, после праздников 7 ноября поедешь в г. Гурьев, где итальянцы запустили аналогичный
1

ОК КПСС был школой подготовки руководящих кадров для предприятий области
и районов, это был принцип, который соблюдался. До должности заместителя главного
механика строящегося предприятия автор работал на более ответственных должностях
до ОК КПСС. Заработная плата ответственных работников составляла 219 руб. в месяц.
По этой причине я воспринял разговор директора за унижение и оскорбление.

18

Директорский характер

завод. И ещё придётся ездить, это только начало. Всё». Просто
поразительно, впервые встретились совершенно незнакомые
люди, а разговор вёлся как с провинившимся сотрудником:
не объяснил, почему заместитель главного механика и такой небольшой оклад. В.С. Гетманцев заметил моё состояние и спросил, что со мной. А я не мог говорить, выслушал, передал письменное решение секретариата ОК КПСС о направлении меня
для дальнейшей работы на химический завод и в 19:00 покинул
кабинет. Всё вместе взятое наводило на мысль, что здесь мне
не работать, налицо неприязненное отношение, антипатия,
наложившие отпечаток на все три года работы.

Рис. 4. На стройплощадке ТЭЦ-3: В.М. Набоких, А.Е. Высоцкий,
В.И. Воротников, П.Г. Пронягин

11 октября я был на прежней работе, т. е. в ОК КПСС. В 8:55
пригласил к себе А.Г. Мельников, к этому времени секретарь обкома КПСС по строительству вместо Г.Н. Судобина, который был
19

Предыстория Томского нефтехимического комбината

назначен заместителем министра строительства нефтяной и газовой промышленности СССР. А.Г. Мельников расспросил о встрече
с директором, возмутился малым окладом и сказал, что это возьмет на себя1. Беседа длилась 35 мин, в заключение А.Г. Мельников
поблагодарил меня за работу, я его – за партийную школу обкома
и обратил внимание, что новый заведующий отделом А.И. Малик,
всё время сидит в кабинете, к нему никто не ходит, и он никуда;
это как-то необычно. После этого А.Г. Мельников добавил, что он
лично писал проект постановления Правительства № 290 о строительстве химического завода. На следующий день, когда я подписывал обходной лист у А.И. Малика, он предупредил, что с Гетманцевым у меня «будут трения».
Я начал работу на ТХЗ с изучения проекта завода, знакомства с чертежами на оборудование итальянской фирмы «Технимонт», с коллегами по работе. К нам, в рабочую комнату, зашёл
В.В. Цегельнюк, инженер по снабжению, познакомился и озабоченно сказал, что, по его мнению, наблюдаются сложные отношения между томичами и приезжими специалистами. Высокомерие вызывников (приглашенные специалисты-химики из других городов и химических производств, из-за отсутствия
собственных кадров в г. Томске) было заметно невооруженным
глазом. Признавалась власть только директора.
О проблемах с формированием кадров подробно изложил
Э.Г. Полле2, вспоминая строки из известного стихотворения:
«…на ловлю счастья и чинов заброшен к нам по воле рока»3. Из
Полоцка, откуда был Гетманцев, приехали Н. Елисеев, А. Суркин (механики), из г. Кемерово В. Кондинский (КИП).
Они вошли в группу инженеров-приёмщиков завода полипропилена в Италии; позднее туда же включили томича Г. Кутепова (электрик).
1

Оклад в сумме 240 руб. был повышен с марта 1977 г.
Полле Э.Г. Томский нефтехимический комбинат. Хроника. Томск, 2004. С. 15, 34–36.
3
Лермонтов М.Ю. Смерть поэта / Собрание соч. Т. 1. М.,1988. С. 157.

2

20

Директорский характер

Перед октябрьским праздником в 1976 г., уже мало кто
знает, что это за праздник, меня вызвал В.С. Гетманцев и дал
первое поручение. Привожу почти дословно его слова: «Иди
к М.И. Оголю (главному бухгалтеру), он даст денег, затем к Балаганской (заведующая продовольственным складом ОК КПСС,
её сын был принят начальником отдела капитального строительства), она отпустит продуктов (не называя каких и для чего),
и назад. Всё». Как я понял, он уже обо всём распорядился и согласовал. Вышел от него, в душе возмущению нет предела: «Получу деньги на подотчёт, а как я их потом спишу?» В глазах
Гетманцева и окружающих сотрудников я становился снабженцем для особых поручений директора. Это было не для меня.
Никуда не пошёл и не поехал. Что потом думал В.С. Гетманцев,
мне неизвестно, но он больше меня не вызывал и не упрекал.
В 1977 г. на партийном собрании нового коллектива неосвобожденным секретарем парторганизации был избран Г.И. Сосунов
(из Приморья, приехал работать начальником цеха), меня избрали
заместителем секретаря по идеологической работе.
По приказу директора ТХЗ с 10 по 20 декабря 1976 г. я выехал на Гурьевский химический завод (Казахстан) познакомиться с производством полипропилена мощностью 30 000 т в год,
запущенным итальянцами на 50 % производительности завода.
К тому же производство часто не работало, не хватало грамотного обслуживающего персонала, технология производства полипропилена была не отработана. Частым явлением был брак –
атактический полипропилен, который учёные Томска предлагали добавлять в асфальт. В наш приезд завод не работал, но с какими проблемами мы столкнёмся при пуске производства, главный механик рассказал подробно.
Следующая служебная командировка была в марте 1977 г.
в г. Ленинград, в ОНПО «Пластполимер». Здесь познакомился
с главным инженером проекта завода по производству полипропилена Е.С. Задорожным, с президентом итальянской фирмы
21

Предыстория Томского нефтехимического комбината

«Технимонт» (дочернее предприятие концерна «Монте-Эдисон»)
господином Карминьято и главным специалистом проекта производства господином Миралья. Меня интересовала не технология
производства, а комплектация оборудования, итальянские стандарты по контролю качества и их соответствие советским государственным стандартам и требованиям Госгортехнадзора СССР
в химической промышленности, по которым предстоит приемка
оборудования в Италии. Итальянские специалисты через переводчика убеждали, что проблем с приемкой оборудования не будет, всё будет в соответствии с контрактом, с которым меня познакомили. Разъяснили, что часть оборудования комплектуется
из Германии, Франции, Щвейцарии, но не предупредили, что для
их посещения нужно визу сразу оформить в СССР, перед отъездом, дирекция завода этот вопрос также упустила из виду.
В июле поступило устное распоряжение В.С. Гетманцева
начать оформление группы приемщиков в Италию. Кто будет
руководителем группы, распоряжения не было. Все ранее перечисленные инженеры Г.И. Саксельцев, А.Н. Суркин, В.Н. Елисеев, В.А. Кондинский, позднее Г. Кутепов отправлялись в Италию с семьями, это были обязательные условия (дети только
дошкольного возраста). Была предусмотрена ситуация, если выезжающая за границу семья оставляет квартиру без присмотра.
По этому вопросу в сентябре 1977 г. в Томский горисполком поступило письмо за подписью заместителя министра химической
промышленности СССР К.К. Чередниченко. В нём предписывалось выдать охранное свидетельство на жилплощадь поименно
всем отъезжающим, в том числе и т. Геннадию Ивановичу Саксельцеву, выезжающему в Италию сроком на 12 месяцев в служебную командировку с семьёй.
В начале июля в ОКС ТХЗ поступила информация из Италии: отгружены трубы на корабле с назначением в г. Томск, через
порт Жданов на Черном море, но трубы до сих пор на завод
не поступили. С 10 по 17 июля я выехал в командировку в г. Жда22

Директорский характер

нов (нынешний Мариуполь). Здесь выяснил, что из-за отсутствия
места в порту Жданова корабль разгрузили в порту Керчь1.
В Керчи действительно были разгружены наши трубы, около
300 т, а документы остались в дирекции порта Жданов. Достаточно было встретиться с главным диспетчером морского порта
Керчи, чтобы назвать, куда отгружать трубы, и на другой день
нашлись вагоны для отгрузки, через двое суток их отправили
в Томск. Концы труб были с заглушками с обеих сторон, с прикреплённым сертификатом на каждой трубе в полиэтиленовом
пакете. Рабочие порта, включая крановщиков, срывали с заглушек труб пакеты и использовали их как тару для пива, которое
покупали недалеко от порта в киоске. Собрал одну смену, на следующий день другую и рассказал о важности документа и что такое сертификат, который они выбрасывают. Бригадиры морского
порта заверили, что такое больше не повторится.

1

Это было началом поставки оборудования по контракту от фирмы «Технимонт», Италия.

23

ПОВЫШЕНИЕ КВАЛИФИКАЦИИ
По существующим правилам в Минхимпроме СССР для
выезжающих за рубеж специалистов, зачисленных в резерв по
осуществлению международных связей, проводилась учёба
в Москве в Институте повышения квалификации. Для этого приглашались преподаватели из Академии внешней торговли. Они
читали лекции приемщикам оборудования как для слушателей
Академии – работников дипломатической службы: экономическое и научно-техническое содружество СССР с зарубежными
странами; проблемы внешней торговли СССР; международные
валютные и кредитные отношения СССР; правовое регулирование международных хозяйственных связей СССР. Ни слова о работе на фирмах, о приёмке оборудования, как вести себя на иностранных фирмах и как решать спорные вопросы, как организовывается питание, проезд в транспорте, передвижение по городу,
экскурсии, работа с переводчиками и т. д. С этими и другими вопросами приёмщики встретились за рубежом. Вывод напрашивается один: такие лекции должны были читать специалисты, уже
прошедшие школу приемщиков, и не обязательно им быть кандидатами или докторами наук, как в названном случае. Приемщики должны ехать уже подготовленными, а фактически это была не подготовка к работе за рубежом как приёмщиков оборудования, а рекомендации для отчёта мероприятий (рис. 5).
После специализации (с 4 мая по 2 июня) В.С. Гетманцев
поручил мне сделать логотип будущего завода или комбината,
художника по штату в то время не было. Я предложил его в виде
трёх колонн, как символ химии. Логотип временно утвердили,
автотранспорт нанёс его на борта своих машин, а с 01.02.1981
был введён в действие новый товарный знак ТНХК, который
существует до сих пор.
Строительство завода, в соответствии с приказом министра
среднего машиностроения СССР «О создании Томского нефте24

Повышение квалификации

химического комплекса», было поручено Томскому управлению
«Химстрой» под руководством П.Г. Пронягина. Поразительной
новостью для строителей Томска было решение П.Г. Пронягина
начать со строительства дорог, как подъездных путей к будущим объектам строительства. Важность такого решения трудно
переоценить1.

Рис. 5

Достаточно вспомнить, как строились жилые дома на Каштаке, бывшем аэропорту города: уже жильцы привезли мебель,
чтобы заселяться в квартиры, а машины с мебелью застряли
1

«…с огромным трудом удалось заставить Химстрой приступить к выполнению этих
работ… по прокладке автодорог» (Гетманцев В.С. Томский нефтехим. Начало пути.
Томск, 2004. С. 18).

25

Предыстория Томского нефтехимического комбината

у подъездов к домам. Кто-то из новосёлов позвонил в обком
КПСС, и немедленно доложили Е.К. Лигачёву. Тот, не долго думая, надел сапоги, они всегда были у него в кабинете, и тут же
выехал на площадку, по щиколотку в грязи подошел к дому. Вызвали управляющего трестом «Томжилстрой» Борисова, подрядчика. Он приехал в ботинках, подойти не может к дому, а Лигачёв
зовёт его к себе: «Давай, смелее!» Это был урок для строителей.
В начальный период строительства отдел комплексного
проектирования ТХЗ отставал в сроках с выдачей документации
различного назначения. В.С. Гетманцев собрал партийное бюро
и решил наказать за срыв выдачи документации, обвинив во
всем начальника отдела, объявить ему выговор по партийной
линии. Когда стали голосовать, я выступил против наказания,
так как знал о проблемах, которые считал не зависящими лично
от отдела: опаздывали данные для проектирования. В.С. Гетманцев подошел ко мне сзади, положил руку на плечо и тоном
приказа: «Советую подумать!» Я проигнорировал и проголосовал против его совета, остальные шесть человек, все вызывники – за. Они не могли голосовать против, всем были нужны
квартиры, машины, а это решал только директор. Я выступил
против воли директора, который (наряду с другими случаями)
этого не простил: в итоге как в Италии, так и после возвращения
В.С. Гетманцев со мной ни разу не разговаривал и никакими вопросами не интересовался, проходил мимо, как бы не замечая.
О злопамятстве Гетманцева писал и Э.Г. Полле1.
Из-за отсутствия мостовых кранов грузоподъёмностью 25 т
и выше задерживался монтаж на БСИ, и в августе 1977 г. я выехал
в командировку в г. Комсомольск-на-Амуре, где для Томска по
1

Итальянцы же настойчиво требовали обучения нескольких человек лаборатории, но
удалось поехать поучиться в Италию в двух группах (40 человек) только Лабзовскому
(По своей злопамятности Гетманцев меня в Италию не пустил, хотя при назначении
на должность обещал шестимесячную командировку в Италию (Полле Э.Г. Томский
нефтехимический комбинат. Хроника. Томск, 2004. С. 7, 31).

26

Повышение квалификации

разнарядке Госплана СССР местный механический завод изготавливал краны. На месте выяснил, что они не отгружались по
причине нехватки порожняка (вагонов и платформ), весь транспорт забирали военные. Нам удалось организовать отгрузку,
и с поступлением кранов на БСИ их по проекту установили на
открытой площадке, приступили к изготовлению свай и колонн.
Впечатление оставил одноколейный железнодорожный
путь: между городами Хабаровском и Комсомольском-на-Амуре
лежал на боку состав из 10 вагонов, груженый лесом; вокруг –
никого, это была низина, пойменный берег Амура. Как будто
это было обычное дело – валяется поезд под откосом!
Между тем приближалось время отъезда в Италию. С 13 по
26 сентября 1977 г. нас отправили для изучения новейшей технологии машиностроения в химической промышленности на
самый передовой завод Минхимпрома СССР в г. Сумы, Украина. В цехах завода мы увидели, что из передовой технологии того времени здесь была внедрена лазерная разметка при монтажесборке крупнотоннажного оборудования – резервуаров (свыше
60 м3). Всё остальное: электросварка, резка металла, дефектоскопия, методы испытания – уже применялось на большинстве
заводов СССР. Но познакомиться стоило, завод выпускал изделия из нержавеющих сталей, это была его специфика. На заводе
до командированных не было дела, кто чем интересовался, то
и узнавал. Сопровождающего специалиста не назначили, все
были заняты каждый своим делом.
Перед самым отъездом в Италию проходили собеседование
с директором завода Гетманцевым, он пожелал успехов, а для
поднятия настроения бросил реплику: «На “Волгу” не заработаете, а “Жигули” купите»; для меня это была последняя встреча.
Далее – в Ленинский РК КПСС, горком КПСС приезжал сотрудник КГБ, и все с одним напутствием: «Если будут итальянские
специалисты интересоваться Томском, то не рассказывать о п/я 5
(Северск сегодня)». На практике оказалось, что ни у кого из ко27

Предыстория Томского нефтехимического комбината

мандированных иностранцы предприятиями Томска не интересовались. Но за нами Миланской префектурой был организован
контроль передвижения и в рабочее время, и в выходные дни.
Так, в июле 1978 г. из Милана я должен был ехать поездом на
приемку оборудования в г. Скио, на фирму Zanon. По итальянским правилам, купленный железнодорожный билет действителен в один конец на любом поезде, и по нему можно ездить много
раз в один конец, сколько раз успеешь вернуться назад.
Было свободное время, и я решил уехать в Скио раньше,
чтобы познакомиться с городом. Ехал в последнем вагоне, по
прибытии на станцию вышел в числе последних пассажиров.
Впереди меня остановились двое мужчин и стали рассматривать
фотографию. Проходя мимо, я увидел, что это моё фото, больше
их не встречал. После этого на вокзале, в назначенное время, меня встретили итальянские инженеры, и мы отправились на завод.
Второй случай слежки произошел на миланском кладбище.
По выходным дням мы всей группой, с женами, ходили по музеям, а иногда и по миланскому кладбищу, которое было как музей изобразительного искусства под открытым небом. Однажды
мы заметили, что двое мужчин примерно на расстоянии 10–15 м
постоянно за нами ходят, останавливаются, когда и мы останавливаемся что-либо рассмотреть. Так было весь тот день, осуществлялся контроль за нашими интересами, слежка.
Факт надзора за нами был выявлен в июле 1978 г., был выходной день: мы с семьями отправились смотреть достопримечательности города, на что обычно уходило примерно три часа
и более. В этот день я с супругой решил вернуться значительно
раньше. Зашли в номер, а там на нашем столе стоит мусорное
ведро вверх дном, а на столе всё, что было в ведре. Что-то искали и не успели убрать улики поиска, дежурный администратор,
вероятно, не смог быстро предупредить тех, кто занимался разбором мусора. Мы доложили об этом нашему миланскому руководителю, и на этом дело закончилось.
28

Повышение квалификации

20 октября из Томска выехали поездом, 23 были в Москве.
На следующий день, 24 октября, в Минхимпроме СССР получили билеты на поезд Москва – Рим, в этот же день приказом
Минхимпрома СССР я был назначен руководителем томской
группы инженеров-приемщиков по должности, который должен
работать с фирмой, участвовать в переговорах, контролировать
отгрузку принятых грузов на корабли из Италии в СССР, организовывать досуг группы и т. д.1 Перед получением проездных
документов кадровик Министерства проинструктировал, чтобы
мы сдали партийные билеты в ЦК КПСС на Старой площади
и по возвращении уплатили партийные взносы за весь период
работы за рубежом2.

1

Гетманцев В.С. имел намерение назначить руководителем группы инженеров-приёмщиков Н. Елисеева, однако управление кадров Минхимпрома СССР не поставил в известность. В свою очередь, Н. Елисеев в Москву приехал позднее.
2
После возвращения из Италии при получении своего партбилета в ЦК КПСС
я уплатил названную сумму без подписи в ведомости, в партийном билете стоял
штамп «Уплачено ЦК КПСС» без указания суммы.

29

В ИТАЛИИ
Прибыли в Рим 25 октября 1977 г., нас поселили в резиденции посла СССР в Италии под названием «Вилла Абамелика», где в комплексе из 5 зданий хозяйственного назначения была гостиница, а уже 26 октября мы были в Милане. В дальнейшем ежемесячно руководители групп приезжали в Рим, жили
в «Абамелике» (рис. 6).

Рис. 6. Италия. Рим. На территории виллы Абамелика. Слева – Н. Елисеев, 25.10.1977

Со временем познакомились с персоналом, и нам рассказали невероятную историю этой территории: «В середине XIX в.
один из русских эмигрантов эту территорию выиграл в карты.
Земля переходила несколько раз по наследству различным владельцам, среди которых называли княгиню Евгению Петровну
Волконскую, жену военного дипломата царской России в Италии
в 1908 г., князя Александра Михайловича Волконского (скончался в Риме в 1934 г.). Перед самой революцией, в 1916 г., последний из владельцев этой виллы, не имея наследников, написал завещание: “Дарю России”. С тех пор, с 1917 г., здесь была постро30

В Италии

ена и стала располагаться резиденция российских, позднее советских послов в Италии. Огромная территория виллы примыкала
непосредственно к границе государства Ватикан. Площадь виллы
была примерно 20 га, с водоёмом и волейбольной площадкой, лесополосой. После войны, в 1945 г., Ватикан решил присоединить
территорию виллы к себе законным путём и подал Прошение
в Международный суд в Гааге. Через год суд вынес решение:
“Что подарено, не может быть отобрано”»1.
Первое впечатление о Милане: крытый вокзал (рис. 7), как
в Ленинграде, рассчитан на 15 одновременно стоящих поездов,
поезд подходил медленно, в окна разглядывали окрестности,
между железнодорожными путями ходил рабочий в форменной
оранжевого цвета специальной одежде и большими щипцами
длиной с метр собирал бумагу и крупный мусор в ведро.

Рис. 7. Панорама железнодорожного вокзала
1

Устная история, рассказанная в Риме комендантом виллы в июле 1978 г. Авторами
Г.А. Ипатьевой и В. Гаспирович в 2005 г. опубликована книга «Владельцы “Виллы
Абамелик”», где вилла названа именем последнего ее владельца Семена Семеновича
Абамелика. Декретом временного главы Итальянской республики 27 февраля 1947 г.
вилла передана в собственность, а 15 июля 1947 г. посольству СССР выданы документы, подтверждающие права собственности.

31

Предыстория Томского нефтехимического комбината

Вышли на перрон, потом зашли в вокзал: он оказался
огромным, с многочисленными магазинчиками сувениров и всякой мелочи. Нас встретил работник консульства, представитель
фирмы, они рассадили нас по легковым машинам и привезли
в 10-этажную гостиницу по ул. Мильхиорра Джоя, отель «Резиденция Порта Нова» (рис. 8).

Рис. 8. Италия. г. Милан. Гранд-отель в 1977–1978 гг. У автомобиля стоит Нина Алексеевна Саксельцева
32

В Италии

Всё незнакомо, необычно, переводчика не было. У нас забрали вещи, прислуга разнесла их по номерам, каждому назвали
свой номер. В 9:30 все прибывшие были приглашены на легкий
завтрак, тут же, в кафе гостиницы, затем мы устраивались в номерах. В 13:00 представитель фирмы пригласил нас с семьями
на обед в ресторан, за счёт фирмы. И здесь было не до смеха.
В ресторане в одном зале стоял длинный стол, на нем масса холодных закусок, включая красную рыбу, балыки, овощи и фрукты, икра и многое другое. В другом зале нас пригласили за
длинный стол. Все расселись, официантки стоят, к нам не подходят и, не скрывая, посмеиваются над нашим поведением. Нам
всё это было в диковинку, впервые попали в капиталистическую
страну, порядки приёма были неизвестны. Об этом следовало
рассказывать на курсах. Наконец мы сообразили, что надо делать. А дальше все устроилось, появился сопровождающий, чтото стал рассказывать, и дело пошло.
После обеда уехали в гостиницу. Все на разных этажах,
в одноместных номерах с ванной, электрической плитой, холодильником, были телевизор, телефон. В 15:00 за нами приехал
представитель фирмы Бономи и повёл нас недалеко от гостиницы
в офис фирмы «Технимонт». Состоялась встреча с руководителями и с президентом фирмы «Технимонт» г. А. Карминьято, с которым я встречался в г. Ленинграде. Определили рабочие места:
это была довольно большая комната, здесь занимались все советские приемщики-химики в Милане: из Горловки, Донецка, Волгограда, Кемерово, Явана. Фирма обеспечивала нас всеми канцелярскими принадлежностями; особенно нас удивило то, что на
каждом этаже стояла множительная техника: принтеры, ксероксы, в изобилии лежала бумага, и ни у кого не надо спрашивать
разрешения на печать. Такое в СССР запрещалось.
На следующий день вышли на работу, продолжительность
рабочего дня с 9:00 до 18:00, и начались заграничные будни:
недельные графики поездок на фирмы, изучение итальянского
языка, документов и чертежей. 28 октября в 17:00 к нам в ком33

Предыстория Томского нефтехимического комбината

нату, в это время здесь были только томичи, зашел наш министр Л.А. Костандов, спросил кто старший и пригласил меня
во внутренний двор фирмы. Вышли на улицу, он поинтересовался: «Как дела? Как устроились?» Пожал руку, пожелал
успеха и уехал (рис. 9).

Рис. 9. Министр Минхимпрома СССР Л.А. Костандов на строительстве завода

34

ПРИЁМКА ОБОРУДОВАНИЯ
Приёмщики были зачислены сотрудниками Торгпредства,
в обязанности которого входил контроль утвержденного конечного (1979 г.) графика отгрузки. Задача приемщиков оборудования
состояла в следующем: проверять качество изготовления по требованиям государственных стандартов СССР; не допускать отступлений от графика в поставках оборудования; проверять упаковку
непосредственно на территории фирмы, наличие необходимой документации; не допускать отгрузки оборудования с недоделками
или некачественного исполнения, включая технические характеристики основных материалов; не допускать отступления от проектных данных, что выражалось в контроле качества и выдаче замечаний. Их требовалось устранять путем переделок или исправлений, на что уходило значительное время (повторные приёмки).
Непосредственная работа по приемке оборудования началась 2 ноября в г. Альбено, на фирме Koch, в сопровождении
переводчицы А. Маркиной, бывшей москвички, вышедшей замуж за итальянца, и инженера фирмы «Технимонт» A. Бусто.
Всего в ноябре было 11 поездок в города Италии (Альбено, Ла
Специя, Брешия, Скио, Пьяченца, Бусто) и на три фирмы в Милане (Ingersol, филиал фирмы США, Iti, Socosme). И с первых же
приёмок оборудования начались нервные и психологические
нагрузки, полные неожиданностей и тревог всего коллектива,
к преодолению которых нас должны были подготовить в Институте повышения квалификации Минхимпрома СССР.
Вторая приёмка оборудования была 10–11 ноября 1977 г.,
работали на фирме Termomeccanica в г. Ла Специя с переводчиком Эмануилом Сантоэмма (итальянец, окончил МГУ), принимали компрессор для перекачки жидкого пропилена. По существующим правилам передвижения иностранцев в Италии территорию, где стоят американские военные базы, иностранцы
пересекают только на поездах. США платили Италии за аренду
35

Предыстория Томского нефтехимического комбината
2

1 м территории, в том числе в горах и на море, столько, сколько
стоит самый дорогой продукт в самый урожайный год; расчёт
шел продовольственными товарами, поэтому у них в стране было изобилие продуктов1: это был ответ на мой продовольственный вопрос, с которым в СССР была проблема.
11 ноября 1977 г. в 13:45 выехал на поезде из Ла Специи
в Милан, в связи с предстоящей забастовкой железнодорожников в 21:00, об этом предупреждали в газетах за месяц. Переводчик уехал на машине. Дорога была дальняя, нужно было проехать почти половину страны. Неожиданно поезд остановился
посередине перегона, и пассажиры побежали на близлежащую
дорогу, останавливали машины, автобусы, и быстро все разъехались. Шопперо! Началась забастовка! Я остался в вагоне один.
Через несколько минут поезд пошел в прежнем направлении.
Замелькали знакомые здания, приближались к Милану, но на
станции поезд не остановился и продолжал идти в сторону
Франции. Как мы должны поступать в таких случаях? Своё состояние в это время не описать; решил ждать по принципу «чему быть суждено, то и сбудется». Наконец появился контролёр
и удивленно спрашивает: «В чём дело?» На руках у меня было
только Lascifpassare – разрешение на проезд по конкретному
маршруту, выданное префектурой Милана, других документов
не было, деньги с собой не возили (рис. 10). Я молча показал документ, контролёр всё понял и повёл к машинисту поезда, прошли несколько пустых вагонов.
Наконец поезд остановился, мы вышли и направились
к встречному поезду, который шел в обратном направлении,
в Милан. Контролёр объяснил машинисту ситуацию, меня посадили в кабину машиниста поезда. Вернулся в Милан позднее
обычного на два часа. Все приемщики в тревоге ждали моего
возвращения: это был период убийств и разгула итальянской
террористической организации «Красные бригады».
1

По рассказам сопровождавших нас итальянских специалистов.

36

Приемка оборудования

Рис. 10. Документ полиции на право проезда иностранцев в заданном
направлении

Ещё случай. 1 декабря 1977 г., суббота, в этот день была
объявлена забастовка химиков Италии. Ведущий инженер фирмы Бономи попросил меня поработать в выходной день, чтобы
не срывать график приёмки оборудования, с выездом на фирму
Socosme, её филиал находился за перевалом через Альпы, недалеко от Швейцарии. Согласовав с С.В. Машковым, представителем Торгпредства СССР в Милане, выехали в 8 утра без переводчика. Через час езды при перестроении на один из четырёх
37

Предыстория Томского нефтехимического комбината

турникетов, для расчёта за переезд через перевал, нас догнал
огромный лимузин белого цвета марки «Альфа Ромео» и сильным ударом зажал нашу машину перед впереди идущей. Все
остановились. Первым ко мне подбежал Бономи и дрожащим
голосом спросил: в порядке? Я показал разбитое левое колено
с потеком крови. Он попросил не говорить об этом полиции, которая сейчас приедет. Примерно минут через 10 появились полицейские, которых вызвали операторы на платном переезде,
и спросили у меня, как дела. Сказал, что без проблем. Они уехали, чему я был очень удивлен. Оказалось, в расследовании аварий без человеческих жертв и травм полиция не участвует.
Стоит рассказать о правилах оформления дорожных происшествий, которые в СССР не применялись, мы отстали на 40 лет:
все трое водителей стали заполнять схему происшествия в трёх
экземплярах, каждый на своём бланке своей страховой компании.
Все молча расписались на всех бланках, вручили друг другу по
экземпляру и разъехались, кроме нас: у машины от удара заклинило заднее колесо смятым багажником. Приехал эвакуатор,
и нас отвезли в ближайшую мастерскую, колесо освободили, поехали дальше. Как ни странно по нашим понятиям, больше всех
радовался Бономи, что попали в аварию: «Через месяц я куплю
новую машину!» – сказал он. Что и произошло позднее.
Были и другие происшествия, не характерные для СССР,
или нерешенные проблемы со стороны «Техмашимпорта» СССР.
К их числу относится бытовая процедура, на первый взгляд незначительная, – получение и доставка заработной платы из Рима
в Милан. Для этой цели руководитель группы был обязан получать деньги на всю группу в Риме, что-то вроде инкассатора,
и ездить только пассажирским поездом, без сопровождения. После получения денег нас привозили на центральный вокзал Рима
в 22:00 автобусом, который в эти часы возил смену охраны Торгпредства, до 24:00 сидели на вокзале (в кинозале) до отхода поезда, который прибывал в Милан в шесть утра. Деньги хранили
38

Приемка оборудования

в полиэтиленовом пакете, помещали под рубашку, под ремень.
Боялись ограбления, и всю ночь не спалось. После второй такой
процедуры я спросил в Торгпредстве: «А что, если деньги отберут?» Ответ: «Будут высчитывать из твоей зарплаты». Было непонятно, почему нельзя пользоваться банком, который находился
в здании Технимонта, где мы работали. Этот вопрос остался без
объяснения, «секрет фирмы» (нашей).
Мы работали по контракту № 46–01/76302–126 от 1 декабря 1975 г., который был на 144 млн ам. долл. В свою очередь у Технимонта были контракты с более чем 70 различными малыми и большими фирмами – поставщиками оборудования из стран Европы. Борьба с безработицей, о которой
рассказывал Э. Берлингауэр Л.И. Брежневу1, заключалась
в том, что при распределении заказов в Италии не забывали
и самые маленькие фирмы, где численность иногда составляла
до 4–5 человек (в основном это проектировщики нестандартного оборудования). Как правило, наши поездки по фирмам
еженедельно планировались и контролировались, сопровождались представителями фирмы «Технимонт», их у меня сменилось боле 25 человек! Постоянных специалистов было 5 человек, все они в вопросы приёмки не вникали, замечаниями
не интересовались (рис. 11).
Фирма «Технимонт» приглашала на работу специалистов
только со своим транспортом. Утром диспетчер записывал показание спидометра, а с учетом недельного графика поездок было
известно расстояние от здания Технимонта до фирмы. После
возвращения диспетчер проверял спидометр и сведения о наезженных километрах сдавал ежедневно в бухгалтерию. Оплата
происходила как за такси: деньги можно получать сразу, за неделю или раз в месяц в банке, в этом же здании.
1

Брежнев Л.И. постоянно держал под личным контролем строительство ТНХЗ.
В своём докладе на XXVI съезде КПСС он заявил: «ТНХК входит в ядро современной
химической индустрии» (Ламонова В. Возвращение долга. Томск, 2005. С. 205, 218).

39

Предыстория Томского нефтехимического комбината

Рис. 11. Приемка оборудования на одной из фирм

В сумму контракта с фирмой «Монте-Эдисон» входило питание инженеров-приемщиков в обед, на что сопровождающие
нас специалисты получали в кассе деньги, затем рассчитывались,
брали копии написанных от руки счетов и этим отчитывались1.
Обед у итальянских инженеров длится 2 часа, обязательный ассортимент – столовое вино, а некоторые предпочитали польскую
водку, как самую дешевую по сравнению с русской.
За обедом, как правило, итальянцы интересовались нашей
жизнью в СССР, из разных источников им было известно, что
они получают заработную плату в 5 раз больше, чем мы. Я строил свои ответы на ценах г. Томска и сравнивал с итальянскими,
защищая интересы своей страны (рис. 12, 13).
В Италии за финансовую единицу учёта принята лира, это
равнозначно нашей копейке, или миля, которая равна тысяче
лир. Такой монеты в обращении у них нет, её можно купить на
1

Было замечено, что некоторые сопровождающие нас итальянские специалисты обед
заказывали скудный, брали у официантов чистые бланки и сами выписывали расходный счёт, значительно превышая затраченную сумму (рис. 12).

40

Приемка оборудования

рынке, который работал один раз в неделю в строго определенном месте, где торговали монетами и орденами разных стран
мира, включая старинные.

Рис. 12. Обеденный перерыв. Июнь1978 г.

Рис. 13. Визитная карточка ресторана г. Ла Специя с автографами итальянских инженеров

Рынок, в нашем понятии, не имел никакого оборудования:
продавцы приносили свой товар в таре, раскладывали на ас41

Предыстория Томского нефтехимического комбината

фальте; после окончания торговли всё собирали и никаких следов торговли не оставалось. Из этих понятий я и вёл рассказ:
у нас 1 коп. стоит коробок спичек; за 2 коп. можно позвонить по
телефону-автомату; 3 коп. – проезд в трамвае; 5 коп. – цена проезда в автобусе и метро, булка хлеба – 16 коп., а бензин дешевле
вашего в 10 раз. Проявляли интерес к юбилейной монете достоинством 1 руб. «100 лет со дня рождения В.И. Ленина»; предложили обмен на юбилейную монету «200 лет США», что было
чрезвычайно интересно. У них банк крупного города может выпускать бумажные деньги достоинством до 150 лир, действительны только в этом городе; банк г. Рима выпускал достоинством 500 лир, такие деньги действительны по всей стране,
наравне с государственным банком. Крупные супермаркеты выпускали свои разменные монеты из пластмассы достоинством до
100 лир, они действительны только в этом магазине. Спрашивали про забастовки: у нас их нет, а в Италии бывают, протекают
не так, как показано в кинофильмах СССР: колонна демонстрантов с флагами и плакатами требований. В Италии забастовку
объявляет отраслевой профсоюз, о чём в газетах пишут за месяц
до события. Как правило, это касается повышения заработной
платы; рабочие отрасли не работают, сидят в соседнем кафе
и пьют кофе или играют в карты или шахматы в ожидании, когда поступит команда приступить к работе.
Я был свидетелем забастовки проституток, они шли по
улице с плакатами претензий, что им мало платят; об этом была
статья с фотографией в городской газете. А платят им «за работу» 10 миль1 за 5 минут (на трассе). И конечно, разговор касался
магазинов, некоторые из моих собеседников работали по контракту в Волгограде. Их удивляло, что товар, который хочет
взять покупатель, даёт продавец, а не выбирает сам покупатель,
как сейчас; видеокамер в магазинах у нас не было, кассир считал
1

Миля – 1000 итальянских лир.

42

Приемка оборудования

каждую копейку, мы отстали в обслуживании покупателей в то
время почти на 40 лет. А калькуляторы в СССР были вообще
в диковинку. Хвалили нашу водку, но считали её дорогой, по
сравнению с польской. Выпивали, садились за руль автомобиля,
это не запрещалось. Но если такой водитель попадал в аварию,
то ему приписывали, что находится в нетрезвом состоянии. За
нарушение правил дорожного движения минимальный штраф
был 5 миль, примерно 5 наших рублей. Превышение скорости
было обычным явлением; моё вмешательство с просьбой о снижении скорости сопровождалось репликой: «Трусишь!» Со
мной такие водители дважды платили штраф.
В период работы в Италии проехал более чем по 70 фирмам
от французско-швейцарской границы до Сицилии и ни в одном из
городов (Рим, Венеция, Неаполь, Милан, Пиза, Генуя, Помпей,
Бари) и населенных пунктов не встретил ни одной вывески или
плаката на русском языке в названиях магазинов, баров, кинотеатров и т. д. И это понятно, но совершенно непонятно у нас
в Томске: на центральных улицах мелькают вывески на немецком,
английском языках, для кого это написано? Что это значит?
В 1978 г. автор неоднократно принимал оборудование
непосредственно в портах погрузки: 26 мая – в порту Равенна;
27 апреля – в порту Империя, корабль «Нежин»; 1 августа –
порт Равенна; 20 октября – корабль «Григорий Петровский»,
25 октября – теплоход «Астара» и т. д.
Однажды стал свидетелем поразительной халатности одной из фирм в работе при испытании резервуаров. Так, 8 января
1978 г. мы приехали с представителем фирмы инженером Риссарто в порт Империя, куда 9 января прибывал порожняком корабль «Фирюза» из Африки для принятия груза в СССР. В порту
находились и реакторы для Томского химического завода, всего
от Технимонта было 350 т. Каково было моё удивление, когда
обнаружил, что в двух реакторах не слита вода после гидравлического испытания в фирме! Объясняю сопровождающему Рис43

Предыстория Томского нефтехимического комбината

сарто, что воду требуется немедленно слить, в Сибири зима, морозы, замёрзшая вода может разрушить реакторы! С предупреждением, что мы не разрешим погрузку на корабль, удалось добиться приезда рабочих, и к вечеру воду слили.
В числе других замечаний, требующих повторной упаковки в портах, обнаруживал: адреса и необходимая информация на
таре смыты дождём (вес груза, номера ящиков и адрес); оторваны нижние доски ящиков; отсутствовали упаковочные листы; на
ящиках не был указан вес, а проставленные номера без указания
в знаменателе их общего числа; брутто и нетто имеют одинаковый вес; ошибки в наименовании груза; из ящиков выступает
масло (повреждение оборудования во время транспортировки);
отсутствуют нижние брусья для перемещения груза автопогрузчиком; уголки ящиков обшиты жестью толщиной 0,5 мм вместо
1 мм; ящики рассохлись и имеют щели, соединения шип-паз
вышли из зацепления; сломанные ящики, уголки в два раза
меньше по размерам, чем требуется; на ящиках не указан грузополучатель; крышки ящиков из фанеры вместо натурального дерева, как весь ящик; ящики сделаны не в шип-паз, из досок толщиной 15 мм вместо 30 мм и многое другое. Все эти проблемы
связаны с экономией фирм и отступлений от требований контракта, и как результат – прибытие оборудования в Томск или
поврежденным, или вовсе непригодным к использованию.
Наши письменные ежемесячные отчёты со всеми нюансами
не доходили до заказчика (дирекция ТХЗ), оставались в Торгпредстве, которое ни разу не организовало обсуждения единого
подхода к требованиям по приёмке, каждый приёмщик работал
исходя из собственного опыта и знаний, подписывая релиз (разрешение) на отгрузку оборудования. Я использовал опыт работы
в системе Госгортехнадзора СССР. Ежемесячный отчёт по приемке оборудования составлял каждый приёмщик с перечнем многочисленных замечаний, в том числе и по проблемам, которые
поднимали руководители Технимонта во время переговоров.
44

Приемка оборудования

Переговоры организовывала итальянская сторона, они были важными и требовали принятия неотложных мер, среди которых в 1978 г. были: ожидание претензий от Гетманцева по отправке и отгрузке оборудования; недостаточное число приемщиков (по контракту 6 человек, у нас было 5, требовали 6-го
приемщика-механика, так как по сравнению с другими контрактами от Томска нужно 10 приемщиков), были подготовлены материалы и оборудование для отгрузки в июне-июле; исходя из
опыта работы, г. Миралья предупреждал, что дальше дела пойдут ещё хуже, потому что у вас принимать некому, поэтому материалы не могут быть отгружены в срок; нужно выслать
в Томск шеф-монтажа, т. к. можно вскрывать ящики. Решались
и другие неотложные вопросы и проблемы.
Чтобы определить необходимость работы приемки оборудования, приведём несколько примеров по приёмке насосов
(различного назначения и конструкции), стоящих на технологических линиях. Как правило, со мной постоянно работал высококвалифицированный инженер по фамилии Юзо. Фирмыпоставщики насосов имели все необходимое оборудование для
испытания насосов, чего нет у нас, а именно фирма Pompe
Gabbioneta имела для этой цели двухкамерный бассейн 630 м3
и глубиной 10 м. Испытания проводились под вакуумом с регулировкой всаса, подъёмом температуры жидкости, проверкой
КПД (производительность). После каждого испытания производилась разборка насоса, проверка рабочих поверхностей
и геометрических размеров. Так как насосы имели уплотнения
из графита, на рабочей поверхности не допускаются риски, царапины, попадание пыли и грязи во время ремонта, уплотнения
не дают никаких потерь в любой среде. Детали насосов, где
применена нержавеющая сталь, были проверены на наличие
молибдена специальным раствором Л-12: капля жидкости желтого цвета реагирует с молибденом и становится черной через
5–6 мин, что подтверждает нержавеющую сталь.
45

Предыстория Томского нефтехимического комбината

Приведу ряд результатов испытаний, особенно по коэффициенту полезного действия (КПД). Так, 22.12.1977 у фирмы
Anonima Lambarda construzione pompe из 18 насосов было принято только 6: паспортное КПД 56 %, факт. 51,33 % и далее соответственно: 18 – 12,6; 27 – 21,67; 33 – 28,5 при напоре 1,7 – 1,48;
63 – 55; 34 – 23,6; 34,7 – 29,48 при допуске на КПД +/– 2 %. Следует уточнить, что насосы изготовлены в Германии, итальянская
фирма делала раму, ставила электрические двигатели, соединяла
муфтой, и считалось, что изготовлено в Италии. По этой причине
фирма-поставщик всегда готова заменить свой брак.
Как уже упоминалось, оборудование комплектовалось итальянскими фирмами по заказу Технимонта из различных стран
Европы. Особенно мы просили вмешаться (и указывали в отчётах Торгпредству) в проблему с дорогостоящим оборудованием,
изготовленным не для нашего завода, а, как нам представлялось,
из неликвидов. Это заметил и Э.Г. Полле в марте 1981 г.1
Так, фирма Pomini закупила во Франции пресс Bamburi
с экструдором, изготовленным в 1973–1974 гг., стоимостью
1 238 800 ам. долл., который нам предъявили 28 ноября 1977 г.
Нужен более современный пресс. Но ответ от Торгпредства
не получали. Другой пример: фирма Termochimic изготовила
6 редукторов трёх типов: громоздкие, качество электросварки
низкое, редукторы при испытании на холостом ходу работали
с повышенным шумом. Другими словами, это было сделано по
устаревшей технологии. Как записано в ежемесячном отчете за
декабрь 1977г., редукторы не принял, фирма сдала их другому
приёмщику.
1

При внешней доброжелательности инофирма как поставщик технологии и оборудования использовала малейшие промахи представителей заказчика в качестве инструмента давления, доказательства неудовлетворительной работы эксплуатации.
А ведь и основная технология и значительная часть оборудования не соответствовали современному уровню (Полле Э.Г.Томский нефтехимический комбинат. Хроника. Томск, 2004).

46

Приемка оборудования

В июле 1978 г. Технимонт всей нашей группе организовал
ознакомительную поездку в г. Бриндизи на самый передовой
химический завод производства полипропилена. Однако новую
установку и оборудование нам не показали, водили как обычных
экскурсантов. Продемонстрировали макет производства полипропилена стоимостью 1 000 000 ам. долл. (рис. 14).

Рис. 14. Макет производства полипропилена

Отсутствие ежемесячной связи с дирекцией завода создавало вакуум в нашей работе. В.С. Гетманцев в течение года ни разу
не поинтересовался нашей работой от руководителя группы (за
исключение единичного случая – телефонного звонка В.А. Андреева, заместителя по строительству). За границей особенно
чувствовалось пренебрежительное отношение вызывников к томичам, особенно Н. Елисеева, с которым Гетманцев держал связь.
47

Предыстория Томского нефтехимического комбината

Так, 4 сентября 1978 г. Елисеев сообщил, что два месяца назад
ему было известно о том, что в Томск пришёл трансформатор
с пробитым корпусом, и никому раньше не сообщил, а это было
явным несоответствием правилам упаковки, требовались изучение и разборка этого случая с фирмой-упаковщиком.
Всего только за один год мною выдано 720 замечаний
фирмам-изготовителям по качеству изготовления, упаковке
и оформлению технической документации. Должен подчеркнуть, что всё же в подавляющем большинстве оборудование было изготовлено качественно, включая фирмы иностранных государств: ФРГ, Швейцарии, Швеции, Франции, США. Что же касается фирм-упаковщиков, то они старались сэкономить на
материалах, удешевить, занизить требования, не отдавая себе
отчёта, что это различные климатические условия, длительный
путь следования оборудования с неоднократными перегрузками
с кораблей, железной дороги, автотранспорта и т. д. А наше
Торгпредство, в свою очередь, соглашалось с тем, что часть
оборудования к отгрузке подрядчик «Технимонт» предъявлял
уже в портах погрузки (Равенна, Империя), а не на территории
исполнителя, стараясь уходить от переделок упаковки или её
ремонта, т. е. ставил нас перед фактом необратимости.
В заключение добавлю: будучи в командировке в Москве,
летом 1986 г., встретил С.В. Мошкова, руководителя советских
инженеров-приемщиков в Милане. Он был в отпуске, работал
в Торговом представительстве СССР в США и рассказал, что недалеко от Нью-Йорка построен точно такой же завод по производству полипропилена, как в Томске, который был пущен
в эксплуатацию точно в срок, в соответствии с контрактом. Оборудование изготавливалось и отгружалось в США одновременно
с приемкой для Томска. График приемки был составлен так, что
наши пути с американскими инженерами на фирмах не пересекались, а постоянная смена сопровождавших нас представителей
Технимонта достигла тайны параллельной приёмки. Самое высо48

Приемка оборудования

кокачественное оборудование шло в США, а какое для Томска,
я уже писал; Томский завод был типовым итальянским проектом
по производству полипропилена, где «уровень технологии, создающейся на ТХЗ, соответствует мировому уровню конца
60-х гг. На площадке ТХЗ смонтировано (а часть до сих пор валяется на складах) огромное количество оборудования, так и не использованного в производственных цехах. Понятно стремление
продавцов продать побольше устаревших технологий и оборудования, но куда смотрели наши проектировщики?»1 Как нам представляется, проектировщики здесь ни при чём. Работала социалистическая система хозяйствования, о чём я писал раньше. Это
объяснялось и тем, что американцы рассчитывались долларами
непосредственно за отгруженное оборудование, а СССР – по
компенсационной системе, как-бы на будущее. Остаётся найти
ответ на вопрос, почему США построили завод по производству
полипропилена итальянского проекта, о котором писал В.С. Гетманцев2, а не своей фирмы «Амоко».
Авторы ранее упомянутых работ конкретно не пишут, как
рассчитывался СССР за поставленное оборудование с Италией?
Завод полипропилена в установленный срок не был запущен. По
этому вопросу С.В. Мошков пояснил, что СССР вынужден был
компенсировать затраты с итальянскими партнёрами донецким
азотом с химического комбината «Азот». По этой причине
в 1980–1981 гг. в стране были перебои со стиральным порошком3. Так что расчёт был вовсе не метанолом.
В самый разгар завершения освоения полного проектного
пуска завода (метанол), когда В.С. Гетманцеву заслуженно
можно было давать звание Героя, наравне с П.Г. Пронягиным
(рис. 15), его вдруг отзывают в Москву, хотя и на повышение.
В советское время не было такого масштаба воровства денег
1

Полле Э.Г. Томский нефтехимический комбинат. Хроника. Томск, 2004. С. 34.
Гетманцев В.С. Томский нефтехим. Начало пути. Томск, 2004. С. 22.
3
Устная история, рассказанная автору С.В. Машковым в Томске в сентябре 1980 г.

2

49

Предыстория Томского нефтехимического комбината

и взяток, как сегодня, потому что это наказывалось, вплоть до
расстрела. В.С. Гетманцев, хотя и косвенно, вероятно, попал
в их число. Шло следствие по поводу получения им подарка от
итальянской фирмы в виде шубы для жены. Я, будучи в Италии,
ничего подобного не слышал даже намёком, поэтому при моём
допросе подтвердить такое не мог. По логике происшедшего,
если бы такой факт подтвердился свидетелями, то Гетманцев
был бы понижен до рядового инженера, минимум.

Рис. 15

В Томск из Министерства торговли СССР в сентябре 1980 г.
был вызван С.В. Мошков. Для какой цели он приехал, от вопроса
уклонился. Зная русскую поговорку, что дыма без огня не бывает,
видимо, и было решено обкомом КПСС освободить от должности
директора ТНХК. Убежден, что Гетманцев знал об этом, он пи50

Приемка оборудования

шет: «Однако 15 марта мне позвонили из отдела химии ЦК и сказали, что обком дал своё согласие на освобождение меня от
должности директора в связи с переводом на работу в Москву.
Я поехал к Лигачеву, в состоявшемся очень обстоятельном разговоре Егор Кузьмич поблагодарил меня за совместную работу»1.
В.С. Гетманцев написал, как тщательно его готовили на
должность директора, сколько пришлось пройти инстанций,
включая министра, который планировал взять его к себе заместителем (рис. 16), а освободили по звонку, хотя и из ЦК партии. Это уровень заведующего отделом любого ОК КПСС;
28 марта 1983 г. он сдал дела В.М. Набоких.

Рис. 16
1

Гетманцев В.С. Томский нефтехим. Начало пути. Томск, 2004. С. 58.

51

РАБОТА НА ЗАВОДЕ
В ноябре 1978 г. закончилась командировка в Италию
(фактически Гетманцев меня отозвал). После отпуска в январе
1979 г., по распоряжению главного механика Р.Б. Ахметова,
спокойного, уравновешенного руководителя, подключился
к строительству завода, а именно готовил краны для приёмки
тысяч тонн импортного и отечественного оборудования. Первая
проблема была такой – трест «Проммеханомонтаж» (ТПММ) не
принимал в сборку козловой кран грузоподъёмностью 50,0 т по
причине деформированных ферм моста. После многодневного
разбирательства сложившейся ситуации оказалось, что фермы
крана испортили, помяли бульдозерами в снегу, свои непосредственные исполнители – МСУ-46 ТПММ. Авторитет Управления «Химстрой» и Министерства среднего машиностроения
СССР во главе с Е.П. Славским был настолько велик (рис. 17),
что было достаточно, как нам представлялось, устного обещания
руководства инженерной службы треста 12 января 1979 г. в лице
главного инженера Сомова, что они сделают ремонт ферм крана
у себя на площадке, в ТПММ, для чего нужно их туда доставить.
К сожалению, вывезли только две фермы без оформления их передачи в ремонт. На этом работа остановилась. Спустя два месяца я обратился за помощью к В.М. Набоких со служебной запиской, где изложил аварийную ситауцию 1. Только тогда, в апреле – мае, кран был смонтирован, поставлен на рельсы.
1

Довожу до Вашего сведения, что козловой кран грузоподъёмностью 50 т до сих пор
не передан в монтаж тресту «Проммеханомонтаж». После того как 12 января 1979 г. нами
был найден виновник деформации фермы крана (МСУ-46), прошло два месяца. За это
время было принято решение собрать кран для контрольной сборки и ремонта в цехе треста; 6 февраля увезли 1-ю ферму, 13 февраля – 2-ю, остальные 4 шт. лежат на площадке.
Нами неоднократно предупреждался начальник цеха М.П. Кравцов и зав. складом
т. Румянцев о том, что нужно оформить документ о передачи этих 2 ферм, но до сих
пор это не сделано. С ремонтом погнутой фермы крана дело не продвигается. 5 марта
1979 г. состоялся разговор по этому поводу с гл. инженером треста «Проммеханомон-

52

Работа на заводе

Рис. 17. Министр Среднего машиностроения СССР, трижды Герой
Социалистического труда, генерал-полковник Е.П. Славский
с П.Г. Пронягиным и руководителями области

Все краны принимались в эксплуатацию органами Госгортехнадзора СССР, включая грузовое испытание, контроль за обучением персонала (крановщики, стропальщики, ответственные за
перемещение грузов), оформление паспортов. Работа с технической документацией занимала много времени, включая различные согласования и поездки, до города от завода (около 25 км),
в основном добирались попутным транспортом.

таж» тов. Сомовым, который сообщил, что технология ремонта разрабатывается. Работа с ремонтом, а затем и монтажом затягивается. Поэтому прошу принять необходимые меры для окончания решения вопроса. Заместитель главного механика Саксельцев (Служебная записка. 12 марта 1979 г.).

53

ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Из проведенного комплексного исследования следует сделать вывод, что к названию предприятия «Томскнефтехим»
предлагается добавить имя его непосредственного основателя –
Егора Кузьмича Лигачёва.
В отдел строительства ОК КПСС я попал случайно: не выполнил распоряжение нового начальника управления ЗападноСибирского округа Госгортехнадзора СССР С.М. Новикова об
остановке кранов домостроительного комбината, на которых работали заключённые. Их следовало заменить на вольнонаёмный
состав. За это он распорядился снять меня с должности, когда
я был в Новосибирске, отправил телеграмму в Томск, и.о. начальнику инспекции (РГТИ). Телеграмма попала первоначально председателю облисполкома Н.В. Лукьянёнку, тот передал секретарю
ОК КПСС Г.Н. Судобину, который, в свою очередь, поручил
разобраться зав. отделом строительства А.Г. Мельникову. Последний признал моё решение правильным и обоснованным. После сбора отзывов по моей кандидатуре произошла встреча
с Ю.К. Лигачёвым, а через месяц бюро ОК КПСС утвердило
в должности инструктора отдела строительства.
Для меня проблемы завода закончились с очередным решением Секретариата ОК КПСС о переводе в июле 1979 г. на
должность главного инженера – первого заместителя начальника областного управления жилищно-коммунального хозяйства
с коллективом до 50 тыс. человек, где работал до апреля 1985 г.
Здесь приходилось решать проблемы, которым не видно конца
до сих пор. Но это была уже другая история.
За три года работы в аппарате обкома партии я так
и не привык к партийной работе, обратился к А.Г. Мельникову
о переводе на производство. Но это оказалось не просто, потребовалось напомнить 13 раз!, пока получил направление на ТХЗ.
Но так как я не был строителем и никогда не работал на пред54

Заключение

приятиях химической промышленности, меня назначили только
заместителем главного механика (рис. 18), и В.С. Гетманцев
подчинился решению ОК КПСС. Вместе с тем работа в органах
инспекции Госгортехнодзора СССР дала свой результат, и особенно как приемщик оборудования я был на своём месте.

Рис. 18. Геннадий Иванович Саксельцев, декабрь 1978 г., заместитель
главного механика ТХЗ

Было упомянуто, как Гетманцев относился к автору и после
возвращения из Италии, о чём стало известно Ю.К. Лигачёву. По
этой причине, когда моя кандидатура была предложена начальником областного управления жилищно-коммунального хозяйства В.И. Черкашиным на должность главного инженера и первого заместителя, то Ю.К. Лигачёв сразу согласился и утвердил без
согласования с директором ТХЗ. В.С. Гетманцев узнал о моём
уходе и специально встречался по этому вопросу с Лигачёвым,
который сказал, что вопрос решен и возврата нет. «А кто будет
55

Предыстория Томского нефтехимического комбината

отвечать за оборудование?» – спросил Гетманцев. «Ты!» – ответил Лигачёв (мне рассказал помощник Лигачёва Р.М. Романов,
свидетель этого диалога, который произошёл в самолёте во время
перелёта Томск – Москва). 5 марта 2015 г. В.С. Гетманцев скончался (рис. 19).

Рис. 19
56

Заключение

Работа на ТХЗ обогатила знаниями и опытом, увидел быт
итальянских инженеров, изобилие продуктов, отсутствие очередей в магазинах, свободную продажу автомобилей, в том числе
из СССР («Волга», «Запорожец», УАЗ-469), жилищные условия,
что не соответствовало загнивающему капитализму по идеологии КПСС. В итальянском магазине книг держал в руках книгу
А.И. Солженицына «КГБ и МВД» на русском языке, которую
не встречал ни ранее, ни до сих пор в России.
Всё вместе взятое было обычной работой, но отношение
директора и его характер оказались неприемлемыми для меня.
О нашей работе в Италии фирма «Технимонт» помнила еще
долго и посылала поздравления (рис. 20).

Рис. 20. Поздравительное письмо фирмы-поставщика проекта и оборудования Технимонта к Новому, 1979 г., полученное автором после
возвращения в Томск, подписали Карминьято и Миралья, который
в это время находился в Москве, и итальянские инженеры Бономи, Скеавелло, Фортунати и Корцетти
57

Предыстория Томского нефтехимического комбината

Настоящую работу я привожу как частицу своей истории
протяженностью всего в три года, которые были насыщены ранее неопубликованными фактами и случаями, необычными
в общем понимании (от Л.И. Брежнева до местных руководителей). Особое место принадлежит первому секретарю Томского
обкома КПСС – Егору Кузьмичу Лигачёву, его 95-летию и посвящаю названную работу.
С 1995 г. он приступил к работе в Томской области.
В 1983 г. его перевели работать в ЦК КПСС. При Горбачёве он
стал членом Политбюро, вторым человеком в Коммунистической партии. В 1999 г. томичи избрали его депутатом Государственной думы России. Затем Лигачёв стал первым почётным
гражданином Томской области.
В годы перестройки Лигачёв резко разошелся с Горбачёвым. Сейчас стали известны письма Лигачёва в ЦК, которые
Горбачёв так и не довёл до партии, до общественности… Стране
и миру известны слова Егора Кузьмича, обращенные к Ельцину:
«Борис, ты не прав».
95 лет – возраст почтенный! Мы помним, когда в юбилейных поздравлениях в честь его 90-летия кто-то вспомнил об ответах Черчилля о причинах долголетия. Егор Кузьмич ответил просто. Образ жизни. Здоровый. Правильный. Всегда находил удовольствие в работе, в труде, в общении с людьми. К тому же не
пил, не курил, занимался спортом. Любимым был – лыжный. Он
не пользовался лифтом, на свой четвёртый этаж всегда взбегал.
За последние два десятка лет мы несколько раз обращались
к теме Лигачёва. Издано несколько книг. Созданы презентации.
Были телепередачи. Публикации в газетах. Всё это касалось его
политической, общественной, трудовой деятельности.
Рассказывая о Егоре Кузьмиче, без политики не обойтись.
Это его жизнь, его суть и смысл прожитых лет. На вопросы его
близких по работе людей А.С. Зарембо (секретарь обкома КПСС
в бытность Е.К. Лигачёва) и Н.П. Кириллова (заведующий отде58

Заключение

лом науки, секретарь обкома КПСС): «как он живёт?» «как его
здоровье?» «чем занят в свободное время?» «какая, наконец,
у него пенсия?» и т. д. – постепенно накопились ответы. Довольно
любопытно он рассуждает о жизни на пенсии. «Положение пенсионера, – говорит он, – это особое состояние. Особенно если
уходил с активной должности». «Да я и не хотел останавливаться,
и не хочу, – смеётся Егор Кузьмич. – Я такой пенсионер, что, поверьте, минуты свободной в течение дня нет. Общественная, партийная работа. Продолжаю писать, публикую статьи. Получаю
письма. Отвечаю на многочисленные звонки. Некоторые обижаются, что не могут дозвониться: то занят телефон, то трубку
не беру. Не обижайтесь! Стараюсь отвечать на все письма, да и на
звонки. У меня прекрасные отношения с руководителями Томской, Новосибирской областей. Томский губернатор Сергей Анатольевич Жвачкин бывает у меня, находясь в Москве. Рассказывает о делах, о планах. Что-то я, опираясь на свой опыт, могу посоветовать. Словом, такое деловое общение, которое очень ценю».
Среди пенсионеров немало истинных умельцев, талантов.
Многие считают, что их опыт не востребован, а если используется, то от случая к случаю. «Все больше прихожу к мысли, – говорит он, – что необходимо формировать мнение о пенсионерах как
о социальном институте советников, консультантов, помощников
руководителей. Пенсионеры и сами бывают активными, находят
своё место в общественной работе, в полезных делах».
Людей интересует вопрос, как у Лигачёва отношения
с Горбачёвым. В голове у Н.П. Кириллова сохранился такой
факт. Дело было, кажется, в 2000 г. Он был тогда помощником
Лигачёва как депутата. День рождения Егора Кузьмича. В квартире раздался звонок. За дверью стоял Горбачёв. Они тогда жили в одном доме. (У Егора Кузьмича на третьем этаже была
трёхкомнатная квартира. Горбачёв занимал весь четвёртый
этаж). В руках у него были цветы и адрес. Горбачёв говорил поздравления, а Лигачёв держал руки за спиной. Видимо, чтобы
59

Предыстория Томского нефтехимического комбината

дать понять, что руки ему не подаст. Горбачёв положил цветы
на столик, стоящий в коридоре, и ушел.
С Горбачёвым он перестал общаться с 1990 г., когда уже
не был в составе Политбюро. «На его совести лежат два моих
письма, – сказал Лигачёв. – Два обращения к нему, к партии
и государству. В письмах требовал созвать внеочередной пленум ЦК. Горбачёв боялся пленума, членов ЦК. А на XXIX съезде он полностью обновил Политбюро. Теперь ясно, что Горбачёв обманывал партию, народ, страну. Никакого общения с ним
нет и быть не может».
О Ельцине: «Я знал, что он обладает большой энергией.
Но, присмотревшись к его работе в Москве, понял, что эта энергия не созидания, а разрушения, стал его открытым, непримиримым противником. Последствия работы этого человека для
нашего народа, Союза оказались трагическими». Однажды по
поручению Ельцина позвонил П.П. Бородин, управляющий делами, и предложил написать заявление о предоставлении персональной пенсии от президента. Лигачёв отказался это делать.
О пенсии. Пенсия ему была назначена как депутату Госдумы в 2003 г., тогда она составляла 23 тыс. 200 руб. В настоящее
время после индексаций – 38 тыс. 500 руб.
О свободном времени. Лыжи в воскресенье были обязательным атрибутом его жизни. Вспоминает он об этих минутах
жизни, как романтик: «Под Томском чудесные места. Сосновые,
кедровые леса, сухой воздух, даже в мороз на солнце дышится
легко, снег скрипит, деревья не шелохнутся. И абсолютная тишина. На душе и сейчас тепло. Вся область стояла тогда на лыжах. Массовость обеспечивала и спортивные результаты». В одном из своих интервью уже в 2015 г. он рассказал о Л. Егоровой.
Родилась и выросла в Томской области. С детства увлекалась
лыжами. Затем поступила на спортфак Томского пединститута.
На двух Олимпийских играх выиграла шесть золотых медалей.
Из стихии массового спорта, по его мнению, вышла и олимпийская чемпионка из с. Кривошеино Н. Баранова.
60

Заключение

Еще в 80-е гг. в архиве Н.П. Кириллова появился перевод
американской газеты. Кстати, передала ему этот перевод Татьяна Кондрацкая, редактор газеты «Красное знамя». В газете было
напечатано: «В ЦК КПСС появился Егор Лигачёв – аскет,
в Москву из Сибири приехал с одним чемоданом». Так и было.
Таким он остаётся и сейчас!
Добавим документы, письма Лигачёва в адрес Горбачёва,
которые были впервые опубликованы в томской областной газете «Красное знамя».
Письмо первое
«После мучительных раздумий я решил обратиться к вам,
Михаил Сергеевич, по вопросам положения в КПСС. В первые
три года перестройки обстановка в обществе менялась к лучшему, поднимался авторитет партии. Затем началось попятное движение. Теперь, как многие говорят, страна подошла к пределу.
Нависла угроза целостности Советской федерации, единству
КПСС. Общество, которому свойственны исторический оптимизм, мир и спокойствие, охватывают неуверенность, терзания,
межнациональная рознь. В стране тысячи беженцев, допущены
крупные ошибки при проведении экономической реформы, упали
дисциплина и ответственность, ухудшается жизнь многих людей,
в обществе действуют силы, противостоящие социализму.
В Центральный комитет КПСС идут постановления, резолюции, письма, телеграммы от партийных организаций, трудовых коллективов, групп и отдельных граждан, в которых, поддерживая политику перестройки, советские люди выражают
глубокую тревогу и острую боль за нашу Родину, за Коммунистическую партию. Такое впечатление у меня сложилось от
встреч в трудовых коллективах. Люди постепенно задают вопросы на эти темы каждому из нас. А что мы им отвечаем?
Всегда считал и считаю, да и не только я, что главной силой, способной вывести страну из такой ситуации, провести ре61

Предыстория Томского нефтехимического комбината

формы в обществе, являются КПСС и Советы. Но в том случае,
если партия сплочена и организована, а её политика отвечает
интересам рабочего класса, трудящихся масс. Лишь в этом случае она может сохранить политическое лидерство.
На мой взгляд, самое опасное состоит в том, что мы допустили ослабление, разрыхление партии. В этом, полагаю, и заключается ошибка политического руководства, Политбюро ЦК.
Конечно, на авторитете партии сказывается груз прошлого: тяжелые последствия сталинизма и застойные явления, факты
нравственного разложения иных руководителей.
Сейчас в партии действуют фракции, группировки, оппозиционные течения. На основе демократической платформы ревизионисты (они называют себя радикалами) пытаются изнутри
преобразовать КПСС в парламентскую партию, отстранить от
организаторской работы в массах, в трудовых коллективах. Целые группы коммунистов не только участвуют, но и возглавляют националистические сепаратистские организации.
На партию извергаются потоки лжи. Сколько за последнее
время оклеветано достойных коммунистов, руководителей, видных представителей науки, культуры, литературы. Постоянно
нападкам и клевете подвергаются Советская Армия, органы госбезопасности.
Под флагом демократии, гласности идёт размывание идейных и моральных устоев общества. Разрушительная работа оппозиционных сил смыкается с враждебными силами извне.
Вслед за Восточной Европой они поставили цель – «раскачать
социализм» в СССР, сорвать общественные преобразования на
путях научного социализма, перевести нашу страну в рамки капиталистического развития.
Что касается средств массовой информации, то наряду
с большой созидательной работой, которую они ведут, некоторые издания, студии телевидения и радио откровенно топчут все
наше прошлое и настоящее, нагнетают напряженность в обще62

Заключение

стве, замалчивают позитивные процессы перестройки, оставляют без внимания повседневный труд миллионов советских людей. Здесь нет плюрализма мнений, здесь господствует махровый диктат.
Причем обо всем этом много говорится, в том числе на
пленумах ЦК и заседаниях Политбюро, в Верховном Совете
СССР, но положение не улучшается. Далее обмена мнениями
дело не идет.
В связи с решением Верховного Совета Литвы о выходе из
состава СССР резко обострилась обстановка в Советской федерации, усилилась тенденция сепаратизма в других союзных республиках. Общегосударственные, интернациональные интересы
отодвигаются на задний план.
Все вышеназванные вопросы многими членами ЦК ставились неоднократно на пленумах ЦК. Нельзя сказать, что о проблемах единства партии я пишу впервые, как бы вдруг, неожиданно. О них говорил открыто, честно на пленумах ЦК, совещании первых секретарей ЦК компартий союзных республик,
крайкомов, обкомов, на заседаниях Политбюро. В Центральный
комитет поступают письма, постановления, в которых коммунисты, партийные комитеты критикуют Политбюро ЦК за непоследовательность, выражая мнение партийных, трудящихся,
требуют усиления борьбы с деструктивными силами.
В партии во весь рост наряду с демократизацией и укреплением связей с массами встала задача размежевания, очищения её рядов от тех, кто занимает позиции ревизионизма, социал-демократизма, национализма. В противном случае возможен
раскол партии. Тогда КПСС ждала бы участь Компартии Литвы. Почему мы медлим с размежеванием? Разумеется, эта работа должна проходить строго в рамках Устава КПСС и Конституции СССР.
Считаю, что сейчас тот случай, когда политическую ситуацию в партии надо рассмотреть на пленуме ЦК. Если обратиться
63

Предыстория Томского нефтехимического комбината

к истории, то при Ленине на пленуме коллективно рассматривался текущий момент. Необходимо созвать внеочередной пленум
ЦК КПСС. На нём можно было бы обсудить задачи партии по
укреплению её единства, целостности Советского государства. На
Политбюро договорились направить по этому вопросу письмо
в партийные организации. Убежден, что этого недостаточно.
В числе других заслуживает внимание, на мой взгляд, вопрос особой политической важности об участии рабочего класса
и крестьянства в государственных органах, партийных комитетах. Как известно, дело дошло до того, что в Москве и Ленинграде народными депутатами РСФСР избраны лишь по одному
рабочему. Судя по всему, неотложным является открытый, прямой разговор и принятие решения об усилении влияния партии
на коммунистов, работающих в органах массовой информации.
Партия ждёт от Центрального комитета анализа событий
в Восточной Европе. Социалистическое содружество распадается, НАТО укрепляется. На первый план вышел германский
вопрос. Думаю, что в историческом плане это временное отступление социализма, уверен, что коммунистическая идея
одержит верх.
Вы знаете, Михаил Сергеевич, меня, мой характер, видимо, понимаете, что я не мог не написать это письмо. Обстановка
требует неотложных действий. Партия, Отечество в опасности, я
бы сказал, в чрезвычайной опасности. И возможный распад
нашей федерации стал бы потрясением мирового масштаба, непоправимым ударом по социализму, международному коммунистическому и рабочему движению.
Убеждён, что рассмотрение этих вопросов на пленуме ЦК
принесло бы большую пользу.
Просил бы ознакомиться с этим письмом товарищей, входящих в состав Политбюро ЦК и Центрального комитета партии.
С уважением, Е. Лигачёв. 27.03.90.
64

Заключение

Письмо второе
В марте текущего года я обратился к вам, Михаил Сергеевич, по вопросу единства партии, политической ситуации в стране, о созыве пленума ЦК.
Как известно, чтобы не ошибиться в оценке политической
обстановки, важно правильно определить тенденцию развития
событий, определить, от чего – к чему.
С тех пор, как я направил письмо в ЦК, минуло два месяца.
Но за это короткое время положение в обществе стало еще
сложнее. Страна находится в расстроенном состоянии. Вопрос
стоит так: или все, что достигнуто усилиями многих поколений,
будет сохранено и развито, перестроено и обновлено на подлинно социалистической основе, или Советский Союз прекратит
своё существование, и на его базе образуется десятки государств
с иным общественным строем. В Литве взяли верх буржуазные
националисты, республика дрейфует на Запад. В таком же
направлении движутся Эстония и Латвия. В некоторых западных областях Украины к руководству Советами пришли ярые
националисты. В Закавказье идёт братоубийственная война,
в ряде районов – двоевластие. Социалистическое содружество
в Европе распалось. Страна теряет союзников. Позиции империализма укреплены.
Становится ясным, что в нынешних условиях обстановки
политической нестабильности в стране невозможно осуществлять глубокое реформирование общества, вести его перестройку. Невозможно.
Межнациональные конфликты и центробежные силы в федерации, забастовки, невыполнение указов президента, законов
Верховного Совета СССР, падение дисциплины в народном хозяйстве фактически срывают реализацию программы правительства по оздоровлению экономики, делают невозможным проведение экономической реформы. Если судить по реальному положению, то политика обновления в ряде республик по многим
65

Предыстория Томского нефтехимического комбината

позициям под натиском националистических, сепаратистских
сил терпит крушение.
Поездка по стране, беседы в трудовых коллективах, встречи с коммунистами показали, что образовался разрыв между
общественным мнением, создаваемым в средствах массовой информации, и действительным настроением трудящихся. Это
видно и по почте ЦК. Однако мы это зачастую не замечаем
и адекватно не реагируем.
Многие коммунисты, трудящиеся требуют от ЦК КПСС
реальной оценки политической обстановки, принятия эффективных мер, так как наше социалистическое Отечество в опасности. Это же факт, что в СССР действуют силы против социализма. Они скоординированы, имеют внешние связи. Сейчас
главное – спасение СССР как целостного государства. Вокруг
этого КПСС и должна объединить рабочий класс, крестьянство,
интеллигенцию – всех, кому дорог наш социалистический Союз.
Считаю необходимым созвать расширенный пленум ЦК
с участием партийного актива страны и обсудить текущий момент, рассмотреть ход предсъездовской дискуссии, подготовки
к XXVIII партсъезду, реализацию рекомендаций, письма ЦК
коммунистам страны. Созыв пленума также необходим для того,
чтобы рассмотреть меры правительства по переходу к рыночной
экономике.
На Политбюро ЦК эти вопросы не обсуждались. Таким образом политическое руководство страны оказалось в стороне от
этих программ, которые волнуют всё Отечество, затрагивают
интересы каждого человека. Самое важное – выработать на пленуме ЦК и осуществить конкретные меры по отпору антисоциалистическим, национал-сепаратистским силам, сплочению партийных рядов, укреплению целостности Советского Союза.
Многие областные, районные партийные комитеты требуют созыва пленума ЦК. С этим нельзя не считаться. За созыв пленума
высказались отдельные члены Политбюро ЦК.
66

Заключение

Вчера, в воскресенье, 27 мая, я говорил с вами по поводу
этой записки. Сегодня направляю вам её. Прошу ознакомить
с настоящим письмом в ЦК, а также с письмом от 27 марта. До сих
пор оно не разослано товарищам, входящим в состав ЦК КПСС,
Центральную ревизионную комиссию, первым секретарям ЦК
компартий союзных республик, крайкомов и обкомов партии.
С уважением, Е. Лигачёв. 28.05.90.

67

ЭПИЛОГ
К 70-летнему образованию Томской области 9 сентября
2014 г. Егор Кузьмич Лигачёв написал приветствие всем томичам
следующего содержания: «В составе руководства области я работал 17 лет и со всей определенностью говорю: для меня эти годы
стали самыми плодотворными и счастливыми. То было время активного социалистического созидания. Именно трудом и умом рядовых работников, специалистов, руководителей преображалась
наша область, как и вся Сибирь, как и вся Советская страна. Томская область превратилась в центр науки, образования, здравоохранения, нефтяной, атомной промышленности, а также сельского хозяйства. В осуществлении наших масштабных планов мы
опирались на поддержку и неизменную помощь могучего Советского государства, Центрального комитета КПСС, союзного правительства, министерств. В СССР Сибирь всегда была приоритетным краем. В эти юбилейные дни шлю руководству области, ветеранам, всем томичам пожелание дальнейших успехов в жизни,
в экономическом и социальном развитии городов, районов, сёл,
крепкого сибирского здоровья, благополучия каждой томской семье. Я всегда был и остаюсь с вами, дорогие томичи-сибиряки.
Сибирь – мой дом родной. Без Сибири нет России».
В одной из поездок в Томск Егор Кузьмич приехал посмотреть Кузовлевский тепличный комбинат, вернее то, что от него
осталось. Вот как рассказывает свидетель этой встречи Виталий
Иванович Липкин, заведующий лабораторией сопротивления материалов кафедры строительной механики ТГАСУ: «Подъехали три
машины. Вышел Е.К. Лигачёв (я стоял от него метрах в пяти), посмотрел заросшее бурьяном бесхозное хозяйство, то, что осталось
от теплиц: металлические основания без стёкол и дверей, закрыл
обеими ладонями глаза. Постоял так какое-то время, а когда опустил руки, на его глазах я увидел слёзы. Это было потрясающее душевное волнение, рядом стоял человек, который создавал это производство. Я увидел его как хозяина, потерявшего своё детище».
Так проявилась вся его человеческая ценность, душевная чистота без прикрас. Пожелаем Егору Кузьмичу в год 95-летия
здоровья и благополучия.
68

ОБ АВТОРЕ
Геннадий Иванович Саксельцев родился в 1937 г. в семье
железнодорожника. В 1952 г. окончил в г. Юрге Кемеровской
области семилетнюю железнодорожную школу № 25; в 1956 г. –
Омское речное училище. Работал лаборантом, инженеромконструктором, заместителем начальника цеха.
В 1963 г. окончил Томский политехнический институт.
После окончания института трудовая деятельность многогранна: механик, начальник цеха, затем инженер-инспектор,
начальник Томской инспекции (РГТИ) Госгортехнадзора СССР
(1966–1973 гг.). Был членом КПСС с 1970 по 1990 гг. С 1973 г. –
ответственный работник (инструктор) Томского обкома КПСС.
В 1976 г. направлен заместителем главного механика Томского
химического завода (ТХЗ); назначен главным инженером областного управления ЖКХ (1979–1985 гг.), проректором ТГУ по
АХЧ. Работал инженером, главным инженером НИИ ПММ при
ТГУ (1985–1990 гг.); избран директором малого предприятия
«Томвер». Принят главным инспектором Томской таможни
(1993–1999 гг. до ухода на пенсию); главным инспектором Топливной инспекции управления Госэнергонадзора по Томской
области (1999–2005 гг.). По конкурсу (1985 г.) был избран доцентом ТИСИ. В настоящее время учебный мастер лаборатории
сопротивления материалов кафедры строительной механики.
Награждён 10 правительственными и ведомственными
наградами. Был на партийной и комсомольской работе, избирался депутатом и делегатом, ветеран труда, ветеран Таможенной службы.
Соискателем защитил диссертацию кандидата исторических
наук в диссертационном совете ТГУ (2013 г.). Автор 12 научных
статей и в соавторстве научных отчётов, четырёх монографий.

69

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК
1. Гетманцев, В.С. Томский нефтехим. Начало пути /
В.С. Гетманцев. – Томск, 2004. – 44 с.
2. Ламонова, Т.А. Возвращение долга / Т.А. Ламонова. –
Томск, 2005. – 200 с.
3. Центр документации новейшей истории Томской области. Ф. 607. Д. 3649.
4. Полле, Э.Г. Томский нефтехимический комбинат. Хроника / Э.Г. Полле. – Томск, 2004. – 377 с.
5. Пронягин, П.Г. Как начинался Томский нефтехим /
П.Г. Пронягин. – Томск, 1999. – 222 с.
6. Распоряжение СМ СССР. 31.03.1975 г. № 307/р. «О создании базы строительной индустрии».
7. Кириллов, Н. Такой, каким был всегда / Н. Кириллов //
Красное знамя. – 2015. – 26 ноября. – № 170 (27255).

70

ОГЛАВЛЕНИЕ
Введение ........................................................................................ 3
Предыстория завода ...................................................................... 6
Л.И. Брежнев и Томский химический завод................................10
Развитие событий .........................................................................15
Директорский характер ................................................................18
Повышение квалификации ...........................................................24
В Италии .......................................................................................30
Приёмка оборудования.................................................................35
Работа на заводе ...........................................................................52
Заключение ...................................................................................54
Эпилог ...........................................................................................68
Библиографический список .........................................................70

71

Научное издание

Саксельцев Геннадий Иванович

ПРЕДЫСТОРИЯ ТОМСКОГО
НЕФТЕХИМИЧЕСКОГО КОМБИНАТА

Редактор Т.С. Володина
Технический редактор Н.В. Удлер

Подписано в печать 06.04.2016.
Формат 60×84/16. Бумага офсет. Гарнитура Таймс.
Усл. печ. л. 4,19. Уч.-изд. л. 3,79. Тираж 100 экз. Зак. № 90.
Изд-во ТГАСУ, 634003, г. Томск, пл. Соляная, 2.
Отпечатано с оригинал-макета в ООП ТГАСУ.
634003, г. Томск, ул. Партизанская, 15.