БИНИН.Ю.Г. ШЕВЧЕНКО

кШиЭРЫЕ ВОПРОСЫ
БИОСОЦИАЛЬНОЙ
ПРИРОДЫ
ЧЕЛОВЕКА

АКАДЕМИЯ НАУК СССР
ИНСТИТУТ ОБЩЕЙ ГЕНЕТИКИ

Н. П. ДУБИНИН, ГО. Г. ШЕВЧЕНКО

НЕКОТОРЫЕ ВОПРОСЫ
БИОСОЦИАЛЬНОЙ
ПРИРОДЫ
ЧЕЛОВЕКА

О
ИЗДАТЕЛЬСТВО «НАУКА»
МОСКВА 197(5

В монографии освещены коренные естественнонаучные
проблемы, касающиеся человека как биосоциального суще­
ства. Авторы рассматривают учение о социальном наследо­
вании, прослеживают соотношение социального и биосо­
циального при индивидуальном и историческом развитии
человека.

Гииэдетвея!»»!
ішійітеіа
на. В. В. Пзяма і

1976 г.

|

Ж»

10502—216
042 (02) -76 БЗ—29—59—76

©

Издательство «Наука», 1976 г,

Введение

Перед современным обществом в наши дни встает проблема че­
ловека во всем многообразии ее аспектов и является составной
частью современного научного мировоззрения.
Поэтому вопрос о соотношении социальных и биологических
факторов при формировании личности и вызвал ожесточенную
философскую борьбу.
Основные полюсы этой борьбы — это, с одной стороны, понимание человека как продукта истории и как части природы,
что свойственно марксистско-ленинскому учению о человеке, и,
с другой,— представление о человеке как существе, детермини­
рованном лишь его индивидуальными биологическими особен­
ностями. В последнем толковании отвергается ведущая роль
социальных условий при формировании человека. Утверждает­
ся, что новый, «высший», человек может/быть создан только
путем изменения генов.
... ... ?
В нашу эпоху вопрос о характере научного мировоззрения
имеет громадное практическое значение. Современное естество­
знание— важнейший элемент мировоззрения в целом. Наука
наших дней, достигшая колоссальных результатов в познании
законов микромира, космоса, сущности жизни, в понимании че­
ловека, дает неоспоримые доказательства материальной приро­
ды всех вещей и явлений природы.
Вся совокупность фактов и идей современного естествозна­
ния добывается на путях, прокладываемых философией диалек­
тического материализма. Проникая в область учения о человеке
и обществе, естественнонаучные теории вносят свой вклад в
разработку философских, общественно-политических, этических,
эстетических и других воззрений.
Те ученые капиталистических стран, которые освобождают­
ся от буржуазного классового подхода, все чаще становятся
последователями марксистско-ленинского мировоззрения. По­
этому особенно очевидно значение союза естествоиспытателей и
философов, который является залогом успеха научно-техниче­
ской революции и вносит решающий вклад в дело строительства
социализма.
а

В. И. Ленин в работе «О значении воинствующего материа­
лизма» сформулировал задачи союза философов и естествоис­
пытателей, указал важнейшие направления развития марксист­
ской философии и подчеркнул необходимость постоянной, ост­
рой борьбы с антинаучными реакционными течениями: «...без
солидного философского обоснования никакие естественные нау­
ки, никакой материализм не может выдержать борьбы против
натиска буржуазных идей и восстановления буржуазного ми­
росозерцания. Чтобы выдержать эту борьбу и провести ее до
конца с полным успехом, естественник должен быть современ­
ным материалистом, сознательным сторонником того материа­
лизма, который представлен Марксом, то есть должен быть
диалектическим материалистом» *.
В наше время — время острейшей идеологической борьбы
натиск буржуазных идей не ослабевает и достигает особого на­
кала в решении проблемы человека, его общественной и биоло­
гической сущности. Неправильно толкуя проблему биологиче­
ской природы человека и роль ее в функционировании сознания,
буржуазные ученые атакуют основной принцип марксизма-ле­
нинизма о человеке, согласно которому сознание есть продукт
общественного развития и вне общества не существует. Совре­
менные биологизаторы человека полагают, что сознание с его
категориями есть вечная форма биологического существования
человека, сохраняющая свои неизменные особенности при лю­
бых общественных порядках. С этой точки зрения содержание
сознания каждого человека глубоко мотивировано его индиви­
дуальными биологическими особенностями, т. е. его генетиче­
ской программой. Для человечества в целом оно якобы биоло­
гически закреплено, что и не позволяет при изменении социаль­
ных условий качественно изменять его содержание. Такой
подход накладывает на сознание человека ограничения, будто
бы диктуемые его биологией, отрицает возможность бесконеч­
ного развития сознания как отражения развития общественно­
го бытия. Сторонники биологизации сознания отвергают мысль,
что в своей творческой практической деятельности люди преоб­
ражают природу, общество и тем самым самих себя, т. е. гово­
ря ленинскими словами, отрицают то, что «сознание человека
не только отражает объективный мир, но и творит его» 2.
Эти биологизаторские теории имеют много общего с религи­
озными воззрениями. Влияние генов на человека изображается
в них чем-то грозным и неумолимым, а духовная жизнь — лич­
ности — зависящей лишь от стихийных генных сочетаний.
В полном соответствии с телеологической точкой зрения в этом
случае признается, что основные элементы как человечности,
так и агрессивности якобы записаны в генах, они-то и создают
1 Ленин В. И. Полное собрание сочинений, т. 45, с. 29—30.
2 Ленин В. И. Полное собрание сочинений, т. 29, с. 194.

4

извечную внутреннюю основу противоречивого духовного нача­
ла человека.
Выполняя философские заветы В. И. Ленина, сформулиро­
ванные в работе «О значении воинствующего материализма»,
мы должны серьезно, с ленинских философских позиций обра­
титься к острой современной проблеме сущности человека как
биосоциального существа. Сложность этой проблемы состоит в
том, что сознание человека есть продукт общественного разви­
тия, а основы его биологической жизни базируются на генети­
ческой программе, возникшей в итоге естественной эволюции
жизни на Земле. В решении этого вопроса заложены основы
современного естественнонаучного мировоззрения со всем его
атеистическим содержанием.
В решении роли социальной среды в формировании лично­
сти человека лежит отчетливый водораздел между марксистсколенинским подходом, гласящим, что личность человека — это
продукт общественного развития, и всякого рода представле­
ниями о том, что духовные черты каждого человека являются
врожденными и изначально присущими его природе на базе
имеющейся у него генетической программы.
На основе концепции примата врожденных свойств в исто­
рии генетики существовала длительная эпоха биологизации
социальных качеств человека, когда считалось, что социальное
поведение и социальное положение якобы являются прямым
следствием биологических особенностей каждого человека. При­
нималось, что социальные условия не могут формировать ново­
го человека, что эта задача должна решаться путем генетиче­
ской «переделки» людей. Появилось течение под названием
«евгеника», которое утверждало, что как животновод путем се­
лекции улучшает породы, а растениевод — сорта, так и евгени­
ки призваны с помощью селекции облагородить род человека.
Эти же взгляды послужили обоснованием для расизма, считаю­
щего генетически неполноценными все другие расы людей, кро­
ме собственной, которая объявляется «высшей» расой.
В наши дни проблема человека приобретает исключительно
важное значение, без глубокого ее понимания невозможно ус­
пешное движение нашего общества вперед. Изучение этой про­
блемы требует многостороннего подхода с позиций философии,
социологии, психологии, биологии и других наук. Немалую роль
призвана здесь играть биология, и в первую очередь генетика.
Человек — это естественное звено эволюции жизни на Земле,
он подчинен биологическим законам рождения, жизни и смер­
ти. Это обстоятельство и послужило поводом для биологизации
духовной деятельности человека и его социального поведения.
Начиная с конца XIX в. и до сих пор, буржуазные авторы на­
саждают социал-дарвинизм — учение, которое исходит из того,
что основные черты личности человека наследственно закреп­
лены и передаются потомкам. Опираясь на эту якобы генети­
5

ческую, жесткую детерминацию социального поведения, игнори­
руя качественно особый характер общественных отношений,
социал-дарвинисты считают всемогущими борьбу за существо­
вание и отбор биологически приспособленных людей. По своим
идейным установкам социал-дарвинизм, евгеника и расизм
очень близки.
Как антитеза социал-дарвинизму возникло учение о том, что
ведущим фактором прогресса человека явился отбор таких био­
логических типов людей, которым свойственно стремление не к
борьбе, а, напротив, к взаимопомощи внутри группы. Предста­
вителем подобных взглядов был П. А. Кропоткин.
С марксистской точки зрения оба эти подхода односторон­
ни, так как в них не учитывается диалектика движущих сил
развития человека и производительных сил. Вместо анализа
реальных процессов исторического развития человечества как
первые, так и вторые сводили социальную эволюцию человека
к действию биологических факторов. Не принимался во внима­
ние тот факт, что человек — это особое звено в естественной
эволюции жизни на Земле. История жизни знает два перелом­
ных момента. Первый — это возникновение самой жизни из
недр неорганической природы. Этот переход был связан с появ­
лением качественно особого взаимодействия белков и нуклеино­
вых кислот в системе клетки при глубоком взаимодействии этой
системы с внешней средой. Вея последующая история жизни
проходила на основе роста, совершенствования элементов само­
развития, однако постоянно на базе формирующего влияния
факторов внешней среды. Организмам надо было приспосабли­
ваться к солнечному свету как источнику энергии, к действию
гравитации, кислородному дыханию, к жизни в воде, на суше,
к освоению воздушной стихии, к существованию в разных эко­
лого-географических условиях и т. д. Явления жизни вписыва­
лись в условия жизни нашей планеты на протяжении всей ее
истории. Благодаря нарастанию, с одной стороны, автономизации
явлений жизни, а с другой — ее качественной зависимости от
условий среды возникло поистине диалектическое единство ор­
ганизма и среды.
Появление человека в корне изменило обстановку. Возник­
новение сознания, качественно отделившее человека от мира
животных,— это длительный и сложный процесс. Своим появ­
лением оно было обязано тому, что предок человека — особое
животное, способное к мышлению, было вовлечено в новую
форму движения материи — общественную, базирующуюся на
процессах материального производства.
Способность человека к зачаточному мышлению явилась ито­
гом биологической эволюции его предков. Мышление представ­
ляет собою высший продукт особым образом организованной
материи — мозга. Это активный процесс отражения объективно­
го мира. Его начало могло лежать в развитии способности у
6

предков человека ставить задачи и находить пути к их решению.
Однако пока элементы мышления находились вне сферы об­
щественных отношений, они не обеспечили появления человека.
«Людей можно отличать от животных по сознанию, по религии...
Сами же они начинают отличать себя от животных, как только
начинают производить необходимые им средства к жизни...»3
В результате развития общественных отношений изменилось
направление биологической эволюции человека, осуществился
прогресс особой организованной материи — его мозга. Все это
вовлекло человека в бесконечный процесс познания мира и само­
познания. Антропогенез слился с социогенезом. Появление чело­
века как духовной личности было связано с развитием способ­
ности производить орудия труда. Это отличает его от всех жи­
вотных.
Способность человека воздействовать на природу и преоб­
разовывать ее в своей производственной деятельности показы­
вает, что групповой отбор в биологическом плане на ранних
этапах становления человечества мог идти путем отбора групп
с повышенной способностью производить орудия труда, т. е. с
повышенным развитием мозга. Успех этих групп был связан с
развитием речи и зарождением преемственности форм социаль­
ного поведения в определенных общественных условиях. Это
явилось знаменательным этапом в истории человека. Членораз­
дельная речь возникла из трудовых потребностей людей, разви­
тие форм социального поведения, осуществляемое посредством
воспитания, не требовало биологической эволюции. Оно опира­
лось на биологическую структуру такого совершенного инстру­
мента, как мозг.
Человек в период после завершения антропогенеза стал
формироваться как духовная личность под влиянием социаль­
ной программы, социального наследования. После вступления
человека в сферу общественных отношений естественный отбор
перестал играть для него решающую роль. Биологических основ
сформировавшегося человека оказалось вполне достаточно, что­
бы обеспечить общественные потребности в развитии его созна­
ния. Биологическое наследование уступило место социальному,
что характеризует прогресс человека как социального сущест­
ва. В недрах этой социальной программы через развитие произ­
водительных сил, в их взаимодействии с общественными отно­
шениями, после появления сознания и членораздельной речи
стали формироваться нравственные принципы поведения чело­
века, отвечающие потребностям общественных интересов.
Сознание представляет собою высшую, свойственную лишь
человеку форму отражения объективной действительности. В со­
знании объединены все психические процессы, обеспечивающие
активное познание человеком объективного мира и собственной
3 Маркс К. и Энгельс Ф. Сочинения, т. 3, с. 19.
7

личности. Оно объединяет разные категории мышления — от
философии, теории до практической деятельности. Сознание
активно отражает внешний мир путем интеграции на уровне
второсигнальной системы в творческом процессе, перерабатывая
результаты анализа и синтеза при его разумной деятельности.
Сознание является ведущим началом, которое на базе разви­
тия производительных сил определяет создание качественно
новых материальных и духовных ценностей.
При наличии сознания любой труд, удовлетворяющий соци­
альным потребностям, принимает творческий характер. В дея­
тельности мозга в первую очередь заключены глубины биосо­
циальной природы человека. Обладая сознанием, человек целой
пропастью отделен от царства животных.
В свете сказанного очевидны ошибки ученых, которые срав­
нивают основные черты поведения человека и животного. У жи­
вотных имеются такие инстинкты и реакции на влияние среды,
которые, как правило, строго детерминированы генами. Значе­
ние условных рефлексов у животных, обеспечивающих гибкость
их приспособительных реакций на среду и возможность обуче­
ния потомков, не выходит за пределы досознательного поведе­
ния. Что же касается поведения человека, то оно базируется
на сознании, наличие которого лишь в общей форме связано с
его свойствами как биологического вида. Поведение человека
определяется творческим мышлением, волей, чувствами, уров­
нем познания законов природы, общества и степенью его само­
познания.
В старых философских учениях и религиях говорилось о
«человеческой природе», современные социал-дарвинисты и ев­
геники говорят, что духовная природа человека записана в его
генах. Марксизм вопреки этим утверждениям показал, что при­
рода человека формируется, конкретной исторической обстанов­
кой его жизни. Самоочевидна роль особого биологического по­
ложения человека, обеспечивающего возможность его социаль­
ного развития.
В период развернутого строительства коммунизма — общест­
во, которое в полной мере обеспечит свободное, всестороннее
развитие личности, последовательное научное решение пробле­
мы человека во всем многообразии ее аспектов имеет особое
значение. Марксистско-ленинская философия рассматривает че­
ловека не с абстрактно-антропологической точки зрения, а как
продукт конкретного общественно-исторического процесса.
В этом смысле человек имеет общественную природу. Выводы
современной генетики дают все более глубокое естественнона­
учное подтверждение марксистско-ленинского понимания сущ­
ности человека, действительного соотношения социальных и
биологических факторов его развития.
Отличительные черты современного человека — социальный
характер его жизнедеятельности, а также комплекс материаль­
8

ной и духовной культуры. Вместе с тем структура взаимоотно­
шений между социальным и биологическим при формировании
личности непроста; ее анализ имеет большое значение для по­
нимания всей проблемы человека. Марксизм-ленинизм отверга­
ет как ненаучный биологизаторский взгляд на социальное пове­
дение человека, утверждающий, что биологические особенности
личности фатально определяют ее сознание, не учитывающий
качественную особенность человека как социального существа,
сознание которого формируется общественными отношениями и
трудовой деятельностью.
Возникновение общества с его специфическими закономер­
ностями, определяемый ими характер развития человека («со­
циальная эволюция») обусловили уникальное положение чело­
века как вида; он выделился из потока естественной биологи­
ческой эволюции, суть которой сводится к видообразовательным
процессам генетически закрепляемого приспособления к окру­
жающей среде. Человек во многом воздействует в желательном
для себя направлении на природу, «создает» особую среду,
в условиях которой естественный отбор, направляющий разви­
тие всех остальных живых существ, утрачивает значение руко­
водящей силы биологического приспособительного прогресса.
В результате направленные изменения биологических свойств,
которые у всех видов животных происходят под влиянием есте­
ственного отбора, у человека уже не имеет места. История
показывает факты, что существующие наследственно закреплен­
ные биологические свойства вида Homo sapiens вполне обеспе­
чивают преобразование личности человека в соответствии с кон­
кретными социальными условиями.
Никто не сомневается, что биологически люди различны. ѵ
Они по-разному реагируют на влияние среды, обладают неоди­
наковыми природными задатками и т. д-. Однако все это свиде­
тельствует лишь о разных биологических возможностях людей,
но не о том, что в генах записано отражение тех форм их жиз­
ни, которые складываются под влиянием существующих обще­
ственных отношений. Известно, что каждая историческая фор­
мация характеризуется своей этикой, своим пониманием смысла
жизни, отношением к личности, объемом научно-технических,
социальных, политических и философских знаний и т. д. Оче­
видно, что эти различия не могли сопровождаться изменения­
ми в наследственности людей.
Установление новых общественных отношений не влечет за
собой адекватно направленных изменений прирожденных био- ,
логических свойств человека. Общественный прогресс связан с
передачей из поколения в поколение не биологического, а co-s
циального опыта, который аккумулируется в растущей духов- /
ной и материальной культуре. В генетике это явление получило
название «социального наследования». А само содержание это­
го опыта, определяемое в конечном счете характером общест­
9

венно-экономйчёских формаций, местом, занимаемым людьми в
системе социально-экономических отношений, может быть на­
звано «социальной программой».
Психическая жизнь человека обусловлена развитием мозга
под определяющим влиянием социальных условий. Ее содержа­
ние поэтому не может быть «записано» в генах. Мы хорошо
знаем, что сколько бы поколений людей ни училось математи­
ке, школьникам всех поколений приходится заново восприни­
мать эту абстрактную систему видения мира. Налицо постоян­
ная необходимость снова и снова воспроизводить и развивать
сознание каждого индивида. Только таким путем новое поколе­
ние может охватить все достигнутое человечеством на протя­
жении его истории и, опираясь на него, продолжать свое раз­
витие.
Учение о «социальном наследовании», не отрицая природных
различий людей, вместе с тем показывает громадные возмож­
ности формирования нового человека под влиянием изменений
в социальных условиях его жизни. Как показала ленинская
теория отражения, человеческий ум способен бесконечно позна­
вать все явления как во внешнем мире, так и в себе самом.
Закрепляя в сознании итоги общественного развития, человече­
ское общество на основе усложняющейся «социальной програм­
мы» преобразует духовный мир личности в каждом последую­
щем поколении. История подтверждает этот вывод. Фантасти­
ческий взлет культуры со времен неолита, т. е. в течение
8—9 тыс. лет; существование великих цивилизаций в Ассирии,
Вавилоне, Индии, Китае, Египте, Мексике, Греции и Риме;
средневековая реакция в Европе; новый подъем культуры в
период Возрождения; современная социальная и научно-техни­
ческая революции, вызывающие потрясающие изменения в ду­
ховном мире человека,— все эти перемены не сопровождались
направленными генетическими изменениями. Очевидно, что ге­
нетическая природа человека не накладывает ограничений на
его общественное развитие; возможности человеческого разума,
беспредельны.
Вопрос о вмешательстве в генетическую природу человека
в наше время вообще неправомерно ставить в широком плане.
Его можно рассматривать только в неразрывной связи с неко­
торыми конкретными задачами медицинской генетики, такими,
как избавление от наследственных болезней, от заболеваний
сердечно-сосудистой системы, рака и других патологических из­
менений, которые в той или иной степени обусловлены дефек­
тами в генетической организации отдельных людей. Разумеет­
ся, и в этом случае ученые должны ясно осознавать, сколь ве­
лика их ответственность перед людьми.
Что же касается вмешательства в наследственность с ины­
ми целями, предлагаемой евгениками селекции человеческих
рас, выведения так называемых чистых линий и т. п., то надо
10

особо подчеркнуть вредность и этическую недопустимость этого.
Здесь непреодолимый барьер создают прежде всего существую­
щая и быстрорастущая численность человечества, а также все
еще очень ограниченные возможности современной генетики в
этой сложнейшей из ее областей. Мы должны твердо помнить
об уникальности человека как биологического вида и сохранять
его полноценность. Не случайно сейчас так остро стоит вопрос
о загрязнении биосферы, о появлении в ней факторов, отрица­
тельно влияющих на наследственность человека и даже пора­
жающих ее.
Говоря об ответственности генетиков перед людьми, можно
привести следующий поучительный пример. Сейчас известны
случаи, когда нарушение хромосомной структуры ведет к на­
следственным болезням. Однако при обнаружении каждого но­
вого хромосомного нарушения его необходимо тщательно иссле­
довать и не спешить делать выводы по аналогии. Особенно не­
состоятельны попытки делать на этом основании выводы о
склонности людей к определенным формам социального поведе­
ния. Несколько лет назад в Шотландии среди заключенных
были обнаружены мужчины, имевшие лишнюю половую У-хромосому (хромосомная структура имела вид ХУУ вместо обыч­
ной ХУ). Ученые, открывшие этот феномен, писали, что мужчи­
ны — носители лишней У-хромосомы — «опасные, агрессивные,
умственно отсталые психопаты». Эти идеи послужили возрож­
дению старых, ошибочных взглядов о генетической детермини­
рованности преступности у людей. Однако новые исследования
показали, что наличие конституции ХУУ у мужчин является до­
вольно обычным явлением, составляя у новорожденных маль­
чиков один случай на семьсот. Новый, специальный анализ за­
ключенных в Шотландии показал, что среди них число мужчин
с хромосомной структурой ХУУ не превышает их числа среди
нормальной популяции людей и, следовательно, ни о какой
связи между лишней У-хромосомой и преступностью говорить не
приходится. Этот случай еще раз убеждает: серьезная ошибка
была совершена именно потому, что пытались доказать обуслов­
ленность социального поведения биологическими факторами.
Учение о «социальной программе» и о том, что генетическая
программа создает лишь биологическую основу сложного про­
цесса развития человека, ясно показывает, что современная об­
щая генетика и генетика человека целиком отвечают ленинско­
му учению о сознании как продукте общественного развития.
Возможности общественного прогресса человека неограниченны.
Человек будущего создается и будет создаваться в горниле ком­
мунистического строительства.
При всех достижениях генетики, в особенности ее молеку­
лярного раздела, перед ней стоит еще много серьезных научных
проблем. Она должна развиваться как на молекулярной, так и
на субклеточном, клеточном, тканевом, организменном и попу11

ляционном уровнях. Это делает ее одной из ключевых наук
современной биологии. В своих практических выходах генетика
широко и глубоко связана с сельским хозяйством, медициной,
космической биологией, учением о биосфере, включаясь в раз­
работку вопроса о взаимоотношении человека и природы, тео­
рией эволюции, антропологией и общим учением о человеке.
Это предполагает взаимопроникновение подходов и методов при
выдвижении на передний план главных, фундаментальных на­
правлений в теории и практике. Важнейшее значение приобре.тает методологический анализ на основе философии диалекти­
ческого материализма быстро накапливаемых в генетике зна­
ний. Только он может привести к построению общей теории
генетики, отвечающей требованиям современного уровня разви­
тия науки.
Генетики несут большую ответственность перед человечест­
вом, ибо генетика наших дней — это могущественная наука,
не только приносящая благо, но и способная причинить неис­
числимые беды, если ее достижения будут использоваться не в
интересах всего общества. В этом отношении положение ана­
логично и, может быть, даже более серьезно, чем с ядерной
энергией. Новейшие методы генетики должны применяться в
мирных и благородных целях. Мы боремся за то, чтобы дости­
жения генетики не использовались в антигуманных целях, пре­
следуемых империалистической реакцией, особенно для созда­
ния биологического оружия.
Советские ученые направляют свои усилия на то, чтобы ге­
нетика в полной мере была поставлена на службу ускоренного
развития производительных сил нового общества, строящего
коммунизм. Современная генетика вносит весомый вклад в на­
учно-техническую революцию. Достижения советской генетиче­
ской науки находят все более . широкое практическое примене­
ние. Наши селекционеры, вооруженные методами генетической
селекции, активно участвуют в подъеме сельского хозяйства.
Важнейшие задачи реально встали перед общей генетикой че­
ловека и медицинской генетикой. Генетика вступает в эпоху
реализации возможностей генетической инженерии, генетиче­
ской регуляции и управления процессом мутаций. Новые подхо­
ды к проблеме управления наследственностью, открывающиеся
с разработкой принципов генетической инженерии, ведут к ка­
чественному перелому в создании сортов растений, пород живот­
ных и рас микроорганизмов, разработка структурно-системно­
го подхода — к пониманию сущности наследственности.
Значительные сдвиги произошли в последнее время и в раз­
витии теории — в общей и в молекулярной генетике ведется ра­
бота по новым фундаментальным направлениям, развитие ко­
торых в конечном итоге приведет к кардинальным сдвигам в
познании жизни и управлении ею.
В наши дни усилия советских ученых — представителей есте12

ственных и общественных наук все больше направляются на
комплексное изучение человека. Поэтому проблема человека и
генетика, проблема вечного взаимоотношения человека и при­
роды, особенно в связи с последствиями воздействия на среду
обитания научно-технического прогресса, также очень актуаль­
ны. Некоторые наиболее важные аспекты этих проблем и рас­
сматриваются в настоящей книге.
В своих исследованиях советские генетики руководствуются
диалектико-материалистической методологией, внося свой вклад
в развитие марксистско-ленинской философии, в естественнона­
учное обоснование и углубление содержания ее положений и
категорий, таким образом, практически осуществляют завещан­
ный В. И. Лениным союз философии и естествознания.

ГЛАВА ПЕРВАЯ

О СКАЧКЕ В ИСТОРИИ ОРГАНИЧЕСКОЙ ЖИЗНИ
ПРИ ПОЯВЛЕНИИ ЧЕЛОВЕКА

Исторический материализм показал, что основу надбиологиче­
ской, духовной сущности человека, развивавшейся на основе
роста производительных сил, составляет общественно-трудовая
деятельность. Марксистская теория, признавая естественное
происхождение человека от животных предков, утверждает, что
для человека характерны качественные отличия, поскольку он
обладает такими преимуществами, которые отсутствуют у жи­
вотных. Представители социал-дарвинизма и расизма, напротив,
считают, что определяющими в человеке на протяжении всей
его истории являются якобы генетические различия особей,
групп, классов и рас. По мнению представителей этих взгля­
дов, именно такие различия играют ведущую роль в борьбе за
существование. Этот подход всячески подчеркивает «низкое
происхождение» человека и наличие у него черт поведения,
свойственных животным. Он сводит социальное к биологиче­
скому.
Человек, происходя из группы предков, общих с некоторыми
обезьянами, несет, конечно, на себе печать своего происхожде­
ния и, естественно, связан со всей историей формирования жиз­
ни на Земле. На нем в полной мере сказываются биологические
законы: наследственность человека записана в молекулах ДНК,
его физическое развитие запрограммировано — от оплодотворен­
ного яйца до биологически индивидуализированной особи,
которая растет, мужает, стареет и умирает. Генетические струк­
туры популяций человека находятся под влиянием мутаций,
скрещивания, изоляции, отдельных процессов естественного от­
бора, однако при всем этом важнейшее значение имеет тот
факт, что в целом естественный отбор потерял для человека
значение расо- и видообразующего фактора. Наличие генетиче­
ского груза вызывает появление определенного числа детей,
страдающих наследственными заболеваниями (в среднем 4%),
что составляет одну из больших забот семьи, медицины и го­
сударства. В соматических тканях человека идут процессы
мутаций и селекции, приводящие иногда к злокачественному
росту. Очевидно, что существуют генетические различия, опре­
деляющие психологические черты поведения, умственную отста14

лость и умственные способности, предрасположенность к ряду
заболеваний и разную реакцию на воздействие факторов внеш­
ней среды. В наше время в силу негативных последствий про­
изводственной деятельности человека остро стоит вопрос о вред­
ной роли мутагенов, попадающих в биосферу, поскольку их
появление ведет к поражению наследственности. Новые подхо­
ды в области генетической инженерии указывают на возмож­
ности генетико-молекулярного лечения наследственных болез­
ней, управления процессом мутаций у человека и т. д.
Все это говорит о том, что значение биологического фактора
не подлежит сомнению. В процессе становления личности оче­
видно влияние поведенческих и психологических черт, детерми­
нированных генотипом. Значение биологических факторов
особенно велико на первых порах жизни ребенка. По мере же
его развития, в процессе формирования сознания, оно постепенно
заменяется влиянием среды. В истории становления человека
замена биологических факторов социальными играла громад­
ную роль.
Настоящее и будущее человечества зависит от социального
переустройства мира, но, кроме того, человек подчиняется био­
логическим законам. Все биологические особенности, которые
послужили основой для появления человека, обладающего спо­
собностью приобретать сознание, закодированы в наследствен­
ных структурах, и их передача от поколения к поколению яв­
ляется обязательным условием для существования на Земле
человека как разумного существа. Человек как биологический
вид — это самое высокое звено эволюции на Земле.
Эволюция жизни на Земле происходит то медленно, то пре­
терпевает скачки в виде переломных моментов, каждый из
которых возносит данную ветвь организмов на новый уровень.
Среди многих скачков-революций два из них в истории жизни
следует, по-видимому, признать основными. Это касается, вопервых, перехода от неорганического мира к органическому,
т. е. появления жизни на Земле, и, во-вторых, возникновения
человека. Конечно, оба эти явления связаны с переходом коли­
чественных изменений в качественные. Элементы, обеспечиваю­
щие сознание, имелись и у предшественников человека. Но
лишь их достаточное накопление и преобразование в новую си­
стему с помощью отбора привели к появлению предка человека.
Энгельс показал роль труда, изобретения орудий и их исполь­
зования для преобразования мира, речи и всего комплекса со­
циальных взаимоотношений, однако социогенез мог возникнуть
только на базе биологически уникального предка человека, об­
ладающего особо организованным мозгом как результатом био­
логической эволюции. Слияние социогенеза с дальнейшей эволю­
цией мозга привело к появлению на Земле уникального биосо­
циального вида «Homo sapiens». Человечество — это единствен­
ный вид Sapiens в роде Ното, который представлен совремец15

ным человеком. Его история была связана со всем семейством
Ногпіпібае, которое вместе с семейством Роп§ібае, куда входят
приматы, образует родственные группы вымерших и современ­
ных видов в сверхсемействе Нотіроібае.
Новые вопросы встают перед биологией человека в наши
дни по мере развертывания научно-технической революции.
В будущем человеку, возможно, предстоит жить на других пла­
нетах, в глубинах океанов и в других экстремальных условиях.
Все это привлекает серьезное внимание к роли биологического
в жизни человека. Можно сказать, что разработка проблем об­
щей, молекулярной, клеточной, организменной, популяционной
генетики человека и генетики поведения — в наше время одна
из главных направлений во всем современном естествознании.
Идея об управлении биологическими законами, лежащими в ос­
нове развития человека, является одной из важнейших идей,
возникших за все время истории цивилизации.
Однако, если мы ограничимся изучением только биологиче­
ских законов, мы не сможем понять главного в человеке, воз­
никновение которого было связано с качественным скачком в
. развитии материи — возникновением общественной формы дви­
жения материи и сознания. При исследовании проблемы соци­
ального и биологического в развитии человека основным долж­
но быть понимание не только общности человека с животными
предками, но и обязательный учет качественных отличий чело­
века от животных, возникших вначале в результате особой
биологической эволюции, а затем — в связи с появлением соз­
нательной общественно-трудовой деятельности.
Труд человека — это новая сила, создавшая самого челове­
ка, деятельность которого приняла планетарный, а теперь и кос­
мический характер. На заре становления человека развитие
общественно-трудовой деятельности сформировало в нем созна­
ние и он встал на путь преобразования природы. Для понима­
ния соотношения социального и биологического в человеке важ­
нейшим является до сих пор плохо осознанный принцип, соглас­
но которому итоги общественно-трудовой деятельности, как это
показывают законы генетики, не могли записываться в генах, они
не стали субъектом биологической эволюции. Это осуществля­
лось путем развития особой формы передачи от поколения к
поколению социального опыта, что выразилось в создании все
усложняющейся социальной программы, передающейся путем
воспитания.
Настало время идею о социальном наследовании вести в
систему основных факторов социального прогресса человечест­
ва. Ф. Энгельс1 показал, что труд превратил стадо предков
человека в общественную организацию. Труд породил общест­
венно-трудовые отношения, способность производить орудия,
1 См.: Маркс К. и Энгельс Ф. Сочинения, т. 20, с. 489—499.
16

Членораздельную речь, создал руку человека й такие сложные
общественные надстройки, как искусство, политика, наука, ре­
лигия, правовые отношения и т. д. Вполне понятно, что вслед
за развитием производственных отношений росла и усложнялась
духовная жизнь людей. Каково взаимодействие между духов­
ным развитием человека и его биологией? Только в наши дни,
после окончательной победы в генетике принципа ненаследуемости благоприобретенных признаков, стало очевидным, что духовное развитие не записывается в генах. Оно фиксируется 1
в социальной программе, которая передается путем воспитания,
усложняется и развивается с каждым новым поколением. Мате-) •
риальными носителями биологической наследственности явля-\\
ются гены, лежащие в молекулах нуклеиновых кислот. Носите- \'
лем социальной наследственности является человек с его У
сознанием.
Сам факт передачи идей через общение людей был отмечен '
Ф. Энгельсом: «...Философия каждой эпохи располагает в каче­
стве предпосылки определенным мыслительным материалом, .
который передан ей ее предшественниками и из которого она
исходит... Экономика здесь ничего не создает заново, по она
определяет вид изменения и дальнейшего развития имеющегося
налицо мыслительного материала, но даже и это она произво­
дит по большей части косвенным образом, между тем как важ­
нейшее прямое действие на философию оказывают политиче­
ские, юридические, моральные отражения» 2.
Учение о социальной программе является исходным момен­
том при характеристике качественных отличий человека от
животных как существа, способного к сознательной обществен­
но-трудовой деятельности. Признание качественного отличия
человека от животных свидетельствует о сложности проблемы
человека.
После многочисленных попыток социал-дарвинистов тракто­
вать общественные отношения как внутривидовую борьбу
между генетически разными особями, признание социального
наследования открывает перед учением о человеке громадные
перспективы. В этом случае принципы ленинского философско­
го учения подтверждаются новейшими успехами генетики и
биологии.
Обращаясь к истории и к будущему человека, по-видимому,
можно наметить четыре главных этапа его развития: 1) пре­
дыстория формирования человека, которая осуществлялась под
направляющим действием естественного отбора, мутаций, изо­
ляции и скрещиваний, на основе нового направления биологи­
ческой эволюции, в первую очередь эволюции мозга; 2) станов­
ление человека, связанное с появлением общественной формы
движения материи, с единством биологической эволюции и
2 Маркс К. и Энгельс Ф. Сочинения, т. 37, с. 419—420.

17

содйогейеза, угасанием направляющей роли естественного от­
бора, развитием производительных сил, духовных отношений и
социального наследования; 3) современный человек; ведущее
значение в прогрессе человека приобретают социальные факто­
ры, естественный отбор утрачивает роль факторов расо- и видо­
образования, становятся актуальными задачи сознательной ох­
раны наследственности человека; 4) будущее человека, опираю­
щееся на громадный рост производительных сил и на новые
социальные условия, которые при необходимости могут дать
возможность сознательного преобразования генетической про­
граммы человека.
Предыстория современного человека — Homo sapiens — про­
текала длительное время, в течение которого естественный отбор
на основе мутаций, скрещивания, изоляции и группового отбо­
ра направленно формировал развитие биологических основ
такого животного, появление которого создало возможности
социальной эволюции человека.
Надо отметить, что решающим в этом процессе было то,
что естественный отбор «нащупал» перспективы качественно
особой формы приспособления к среде, состоящей в преобразо­
вании целого комплекса признаков, что в конечном итоге выра­
зилось в преимущественном развитии мозга как аппарата отра­
жения. Все группы обезьян задержались в своем развитии и
не претерпели аналогичной эволюции, она коснулась только
предка человека, который входил в состав семейства древних
обезьян. Современный человек наиболее близок к гориллам и
шимпанзе. Ранние представители дочеловеческой линии из
Индии и Африки, отличающиеся от линии горилл и шимпанзе,
имеют возраст около 20 млн. лет. Следующая большая группа
ископаемых — это австролопитеки. Группа Australopithecus
africanus наиболее близка к роду Ното. Она появилась около
5 млн. лет назад. В это время наши предки уже стояли на двух
ногах, жили на земле и пользовались руками. Около 500 тыс.
лет назад эволюция привела австролопитеков в состав рода
Ното, появился вид Homo erectus. Анатомия тела и даже лица
изменилась настолько, что они приобрели почти человеческий
вид, однако выделялись грубые, тяжелые надбровные дуги и
небольшой, низкий череп. Размер мозга был промежуточным
между размером мозга австролопитека и современного челове­
ка. Наконец, 40^50 тыс, лет назад появился собственно че.-.
ловек. Таким образом, в течение 20 млн. лет длился процесс
''преобразования обезьяноподобного предка человека в существо,
способное производить необходимые средства к жизни, что не­
разрывно связано с наличием сознания. Целый комплекс при­
знаков, давший предку человека серьезные преимущества в
борьбе за существование, оказался вовлеченным в процесс
антропогенеза. Вертикальное положение тела повлекло за со­
бою изменение анатомии и привычек. Использование огня за18

щитило людей и изменило характер пищи. На ранней стадии
развития человека в результате изменения продуктов питания
и потери защитной функции зубов эволюционировала зубная
система. Появление этих особенностей у предков человека со­
здало новые возможности для приложения умственных способ­
ностей, которых не было ни у одного из животных видов до
этого. В результате объектом отбора стало развитие мозга.
Причем этот процесс затрагивал как внутреннее строение мозга,
так и его объем. На заре своего существования люди поселя­
лись малыми группами, разбросанными по обширной террито­
рии. В этих условиях широкое значение имел групповой отбор.
Группы людей с более развитым мозгом получали решитель­
ное преимущество, и их потомки быстро вытесняли представи­
телей отсталых групп. Скрещивание преобладающих групп вело
к обогащению наследственного потенциала, в результате чего
отбор шел в направлении не только широкого использования
мутаций, но и широкой рекомбинационной изменчивости. Все
это создавало предпосылки к тому, чтобы в течение 10—15 млн.
лет был осуществлен гигантский скачок от животного к чело­
веку. Этот процесс сопровождался внутренними взрывами им­
пульсивной эволюции, среди которых наибольшее значение имел
скачок, приведший к появлению предпосылок сознания, совер­
шенный 15—20 млн. лет назад, и скачок, совершенный 30—
40 тыс. лет назад, создавший современного человека.
Важнейшей особенностью становления человека было посте­
пенное развитие сложных ассоциативных связей большей части
мозга, что создавало возможности для появления слов как ос­
новы членораздельной человеческой речи.
Процесс антропогенеза был непрерывно нарастающим био­
логическим процессом, ароморфозом (Северцов, 1939), преры­
ваемым вспышками импульсивной эволюции (Дубинин, 1966).
Именно скачки привели к появлению австралопитека, затем
питекантропа, синантропа и неандертальца. Грандиозный ска­
чок от неандертальца к Homo sapiens был связан с тем, что
биологическая эволюция вышла за собственные рамки, на ее
основе возникла общественная форма движения. На планете
появилась новая сила — человек разумный, переделывающий
неорганическую природу, контролирующий эволюцию всех форм
жизни, включая собственные биологические особенности.
Основным для понимания сущности скачка, приведшего к
появлению человека, служит признание следующего факта:
если предки человека подчинялись лишь биологическим зако­
нам эволюции, то современный человек стал существом био­
социальным.
Непонимание роли общественной формы движения легло в
основу биологизации личности человека, попыток представить
появление человека лишь как количественное развитие особен­
ностей, существовавших у его животных предков.
19

Общеизвестны заслуги Ч. Дарвина, который впервые выдви­
нул идею антропогенеза, т. е. происхождения человека из жи­
вотного мира. Однако конкретной теории антропогенеза он не
создал. Более того, всячески подчеркивая постепенность и пре­
емственность процессов антропогенеза, доказывая, что человек
представляет собою естественное звено эволюции жизни, Дар­
вин не показал качественной специфики человека. Он искал
доказательства связи человека с животным миром и часто при­
нимал аналогии за истинную связь между человеком и обезьяной.
Ярким примером этого являются тщетные попытки Ч. Дар­
вина и многих его учеников проследить, как звуки, издаваемые
животными предками человека, в процессе эволюции преврати­
лись в речь человека. Сейчас уже ясно, что изучение средств
общения, существующих у обязьян и мартышек, не поможет нам
понять происхождение человеческой членораздельной речи.
Идея прямой связи человека с остальными формами жизни
получила в наши дни великолепное обоснование и развитие в
успехах общей и молекулярной генетики. Теперь мы смело мо­
жем по качественным признакам отделить человека от его жи­
вотных предков, учитывая роль общественной формы движения
материи. Неудача постигла сторонников генетической теории,
которые пытались установить генезис языка путем сравнения
живых языков. На самом деле, как теперь установлено, ныне
нет примитивных языков. Все народы без исключения облада­
ют языками со сложной грамматикой и большим словарным
запасом.
Несостоятельной оказалась и попытка проследить генезис
исторических языков. Их существование можно проследить в
течение нескольких тысячелетий в Европе, Азии и в Северной
Африке. Можно восстановить язык, предшествовавший санс­
криту. Однако и он отстоит от истоков языка человека на десят­
ки тысяч лет, и эволюция его является также очень сложной.
Хотя люди обладают анатомически специфической формой
нижней челюсти и нёба, причинной связи речи с появлением
этих анатомических особенностей нет. Сигналы, позволяющие
выразить язык, не требуют никакого специфического фонетиче­
ского аппарата, а зависят от особенностей центральной нервной
системы, от структуры и функции мозга. Языковый центр лока­
лизован в височной доле мозга. Суть языковой системы состо­
ит в замене объекта или события символом. Способность людей
к общению символами-словами является высшим достижением
умственной деятельности человека. Язык — это чисто человече­
ское качество, связанное с мышлением, с развитием обществен­
но-трудовых отношений людей. Способность к языку вошла
основным компонентом в тот огромный эволюционный скачок,
который привел к появлению вида Homo sapiens.
Два элемента имеют важнейшее значение для характеристи­
ки природы языка человека. Первый — это многообразная кон20

кретизация языковых форм. Люди разных языковых групп
называют один и тот же объект разными символами и при
этом записывают эти символы совершенно разными способами.
Это создает гигантское разнообразие современных живых раз­
вивающихся языков, которых насчитывается более 2500.
Второй элемент языка — это ненаследуемый характер кон­
кретных языковых форм. Все люди обладают общей генетиче­
ской приспособленностью мозга к общению символами-речыо,
однако какова будет конкретная речь, целиком определяется
воспитанием. Сколько бы тысячелетий предки данного человека!
ни говорили на определенном языке, это никак не записывает^
ся в генах. Рождающиеся дети не обладают никакими генети­
чески закрепленными способностями к конкретным словам.
Язык так же древен, как и сознание, он помогает самому
развитию мысли, он возникает из настоятельной потребности
общения с другими людьми. Дети каждого поколения любой
языковой группы заново учат конкретный современный язык,
усваивая всю его сложность. Любой язык в наши дни находит­
ся на высоком уровне развития, он неузнаваемо отличен от язы­
ка давних, примитивных предков.
На первых этапах эволюции человека способность к мышле­
нию и речи биологически усовершенствовалась, а затем, достиг­
нув известного уровня, легла в основу развития всего языкового
многообразия человечества. Это многообразие языков и эволю­
ция каждого из них были вызваны особенностями обществен­
ных отношений и уже не получили никакой генетической закреп­
ленности. Носителем данного, конкретного, языка являются не
гены, а человек, воспитанный в определенной речевой среде,
способный путем воспитания передать культуру языка своим
детям. Любой человек, воспитывающийся вне сферы влияния
своего родного языка, не будет его знать, он целиком воспри­
мет язык воспитателей. Вся конкретная система языков во всей
их грамматической и словарной сложности — это явление, по­
рожденное особой формой передачи опыта через воспитание.
Внимание к этой культурной наследственности у человека неод­
нократно привлекалось целым рядом как отечественных, так и
зарубежных авторов (Т. X. Морган, Н. К. Кольцов, С. Н. Давиденков и др.). В последнее время роль культурной наследст­
венности была обсуждена Уайтом (1949), Чилде (1951), Стюар­
том (1960), Салине и Сервис (1960) и др.
Однако одного признания факта культурной наследственно­
сти недостаточно. Настало время для того, чтобы со всей пол­
нотой раскрыть его содержание и обосновать принцип, согласно
которому именно его наличие составляет важнейший элемент
качественной специфики существования и прогресса человека.
Имея в виду именно это фундаментальное значение такой куль­
турной традиции человечества, я предложил обозначить ее как
категорию социального наследования (Н. П. Дубинин, 1971).

ГЛАВА ВТОРАЯ

О СОЦИАЛЬНОМ НАСЛЕДОВАНИИ
И СОЦИАЛЬНОЙ ПРОГРАММЕ

Вид Homo sapiens совершенно уникален. Его уникальность
обусловлена тем, что в отличие от всех животных он наряду с
генетической программой создал (благодаря наличию у него
сознания) вторую программу, определяющую его развитие в
каждом последующем поколении. Эту вторую программу можно
назвать программой социального наследования.
Генетическая эволюция — это относительно медленный про­
цесс. Нет сомнений, что развитие культуры, исторические изме­
нения в духовном мире человека не опираются на изменения
в его генах. Гигантское эволюционное преимущество человека
состоит в том, что такое качество, как сознание, позволило ему
в совершенно новых формах приспосабливаться к среде. Прин­
ципы ленинской теории отражения выразили бесконечную спо­
собность человеческого разума творчески познавать все проти­
воречивые явления как во внешнем мире, так и в самом себе.
Здесь мы встречаемся с явлением обратной связи, сыграв­
шей в развитии человечества столь важную роль. Эволюция,
прошедшая на базе естественного отбора генетических программ,
привела к возникновению сознания, исходя из его элементов,
присущих животным. Сознание, фиксируя в себе итоги социаль­
ных преобразований, стало фактором фантастически быстрой
духовной эволюции самого человека. Медленное течение гене­
тической эволюции у человека как бы заменилось быстрыми <
процессами изменения духовного мира человека и окружающей
его среды. Напрашивается вывод, что после своего появления
человечество, развиваясь исторически, уже не нуждалось в ге­
нетической эволюции.
История человечества целиком подтвердила эту концепцию.
Фантастический взлет культуры и науки со времен средневе­
ковья не сопровождался никакими генетическими изменениями.
Идущие в наши дни социальная и научно-техническая револю­
ции повлекут за собой грандиозные изменения в духовном со­
держании человека. Однако никакой генетической эволюции это
не вызовет.
Что же ведет человечество по пути прогресса? Ясно, что
основным фактором, обусловливающим прогресс, служит накоп22

Ление продуктов сознательной деятельности чёлобёка, вызван­
ной социальными факторами и ростом производительных сил.
Важно отметить то обстоятельство, что личный опыт, получен­
ный от сознательной деятельности каждого поколения, переда­
ется следующему через воспитание людей, т. е. путем социаль­
ной программы. Именно видоизменения социальной программы
обеспечивают восхождение человека к возрастающим вершинам
его социальной жизни, культуры и науки.
Исследования по индивидуальному развитию человека пока­
зали, что личные качества любого индивида зависят как от ге­
нотипа, полученного им от родителей, так и от влияния той
социальной и физической среды, в которой происходит его раз­
витие. Даже однояйцевые близнецы, имеющие тождественный
генотип, в случае, если они развиваются в разных социальных
условиях, при сохранении поразительного физического сходства,
могут формироваться в различные духовные личности. Целые
поколения могут оказаться под влиянием сходного отрицатель­
ного типа воспитания. В свое время приводились обширные
родословные, в которых по поколениям переходили такие со­
циальные признаки, как преступность, проституция, алкого­
лизм и др.
В свете современных данных по генетике человека очевидно, ■
что не существует специальных генов для наследования таких (
социальных признаков, как преступность, проституция и т. п. ,
В этом случае повторяющиеся условия среды в ряде поколений
воспитывают людей определенного социального поведения. Пе­
ред нами картина не генетического, а социального наследования.
Следует признать, что! все общественные надстройки в виде
науки, религии, культуры, все формы социально-типизированно ­
го поведения в человеческом обществе есть результат грандиоз­
ного процесса социального наследования.
Конечно, это не означает, что все люди генетически одина­
ковы при рождении и что они в равной мере воспринимают
воспитательную роль среды. Каждый из нас не может освобо­
диться от генетической информации, полученной им от роди­
телей. Уникальность человека по его генетической конституции
и создает подчас сложные проблемы воспитания. Нельзя забы­
вать, что каждый человек, имея уникальную генетическую ор­
ганизацию, обладает своей нормой реакции, т. е. единственным
в своем роде личным способом реагировать на социальные и
физические влияния среды.
Эта программа записана в молекулах ДНК и через зароды­
шевые клетки передается по поколениям. Громадное, опреде­
ляющее значение этой программы для развития физических
свойств человека доказывается изучением однояйцевых близне­
цов, которые в основном несут тождественный генотип и обла­
дают поразительным физическим сходством. В этом случае мы
имеем дело с генетическим наследованием.
23

Социальная, программа для человека задается при его вос­
питании: она формирует его поведение в семье и обществе.
Объем программы социального наследования неудержимо ра­
стет, особенно в наш век — век социальной и научно-техниче­
ской революции. В будущем человеку предстоит восхождение
на новые уровни общественных отношений, науки и культуры.
Конечно, социальное наследование в своем программировании
поведения личности опирается на ее генетические особенности.
В этом отношении генетические особенности каждого человека
имеют важнейшее значение не только для обеспечения его био­
логических свойств, по и для восприятия социальной програм­
мы. На протяжении всей истории человечества сознание людей
оказалось способным воспринимать все нарастающую социаль­
ную программу. Пластичность сознания у человека так велика,
что будущая, обозримая нами история будет вполне обеспечена
его существующими биологическими свойствами. С этой точки
зрения роль медицинской, общей и молекулярной генетики со­
стоит в охране здоровой наследственности человека, в борьбе
против дефектных мутаций без изменения основ его существую­
щей генетической информации. Новый человек будет создан
путем социальных преобразований.
Появление у человека социальной программы, контролирую­
щей развитие его личности, требует пересмотра понятия среды.
Проблема наследственности и среды имеет определяющее зна­
чение для вопросов развития особи у всех животных видов.
Однако на человека влияет среда двойственно и распадается
на два совершенно разных русла. С одной стороны, она оказы­
вает на человека свое абиотическое и биотическое влияние,
в принципе такое же, как и на развитие особей у других видов
животных. Но у человека воспитание целенаправленно вклады­
вает в процесс развития социальную программу, по которой
идет формирование личности. В этом случае мы с полным пра­
вом можем говорить о социальном наследовании, оно уникаль­
но, ибо в таком объеме и качестве оно свойственно только
человеку. Эта социальная программа не записана в его генах
и тем не менее выступает как внутренний фактор развития лич­
ности.
Генетические особенности человека также в высшей степе­
ни специфичны. Естественный отбор потерял роль ведущего
фактора, что привело к появлению гигантского генетического
V полиморфизма внутри человека. Можно твердо сказать, что за
всю прошлую и будущую историю человечества не было и не
будет двух генетически идентичных людей. Каждый человек ге­
нетически уникален. Очевидно, что восприятие социальной
программы происходит не независимо, а на основе ее воздейст­
вия на процессы развития индивида с его уникальной генети­
ческой программой. Кроме того, мы не знаем психофизиологи­
ческих основ восприятия самой социальной программы, здесь
24

возможно применение принципов органического—детерминизма,
т. е. случайных, нами пока неуловимых сдвигов, которые могут
изменить развитие личности не всегда адекватно общей про­
грамме воспитания. Все это обусловливает то, что каждый че­
ловек становится также уникальной личностью.
Сейчас много говорят и пишут о продлении жизни и даже
о возможности личного бессмертия путем целенаправленного
изменения работы генетической программы человека. Что ка­
сается продления жизни, то оно, конечно, возможно в разумных
пределах, и здесь роль генетики очень велика. Однако смерть
каждого из людей — это необходимость. В истории жизни
смерть появилась как эволюционное приспособление. Генетиче­
ская эволюция невозможна без смены поколений. У вирусов
эта смена происходит за 20 мин., у человека репродуктивное
поколение равно 25 годам, у секвойи — 3000 лет.
Появление самого человека обязано тому, что все его предки
на всех уровнях были смертны. Это обеспечило возможность
эволюции, основанной на видоизменениях генетических про­
грамм по поколениям. Сейчас ясно, что генетическая эволюция
не определяет социального прогресса. Может быть, люди могут
освободиться от смерти? По-видимому, нет. Надо подчеркнуть,
что и сам социальный прогресс основан на смене социальных
программ. Для формирования новых программ огромное значе­
ние имеют новые поколения людей.
Новые поколения творчески воспринимают факел прошлого,
они не просто несут его вперед, но и развивают содержание
социально-духовной программы человечества. Как физическая
смерть необходима для генетической эволюции, так и детство
должно прерывать ход социальной эволюции человека, ибо оно
необходимо для восприятия все новых и новых форм социальной
программы. Наконец, мы не можем забывать, что всякое раз­
витие включает в себя отрицание. Смерть — это отрицание
жизни, жизнь — это утверждение смерти. Ф. Энгельс1 дал
блестящий диалектический анализ проблемы жизни. Он гово­
рил, что жизнь — это вечно созидающееся и разрешающееся
противоречие, что жить — значит умирать. Думается, что чело­
век навсегда связан с проблемой смерти. Мысль о ней, о лич­
ном растворении отдельного человека как уникального сущест­
ва в великом общем существовании материи, его бессмертие в
духовной жизни человечества всегда своей глубокой, трагиче­
ской оптимистичностью будет ставить перед людьми сложные
нравственные проблемы.
На примере развития языка мы видели, что решающим для
становления и прогресса человека было взаимодействие между
генетической и социальной программами. Человечество на
протяжении всей своей истории, опережая биологические фор♦ См.: Маркс К- и Энгельс,Ф. Сочинения, т. 20, с. 616,
25

мы развития, шло путем прогресса своей материальной деятель­
ности, языка и мышления, используя генетическую программу,
дававшую возможность подобного прогресса. Это связано с
организацией структуры многих тысяч нейронов человеческого
мозга. Каждый нейрон потенциально имеет огромное количест­
во степеней свободы для взаимодействия с другими нейронами.
Мозг содержит около 14 млрд, нейронов. Он пространственно
организован в функциональную систему, структура которой
является врожденной. Однако принципы работы этой системы
и формы ее интеграции приобретаются человеком при функцио­
нировании в определенных условиях среды. Социальная про­
грамма определяет систему сознания в течение длительных
периодов всей жизни человека (Анохин, 1968, 1970; Лива­
нов, 1972). Следует, конечно, признать, что биологические свой­
ства человека в ходе его развития претерпели некоторые изме­
нения, однако это не биологическая эволюция, которая харак­
терна для животных. Причина этих изменений коренится в том,
что естественный отбор потерял для человека роль ведущего
фактора прогресса. Его роль «взяла на себя» общественная
форма движения, которая определяет социальную личность че­
ловека и при этом ни течение процесса, ни его итоги не запи­
сываются в генах. Все это показывает, что собственно два
главных события лежали в основе появления человека. Пер­
вое —■ это генетическия эволюция, в течение которой естествен­
ный отбор создавал качественно новое существо. Второе —
появление общественно-трудовых процессов, благодаря которым
это существо стало человеком. При этом содержание духовной
культуры с течением времени приняло форму социальной про­
граммы. Последняя, аккумулируя сущность опыта поколений,
стала важнейшим элементом социальной эволюции человека,
которая протекала столь фантастически быстрыми темпами, что
человечество через 6 тыс. лет своего исторического пути без
биологической трансформации поднялось так высоко, что стало
способно совершать космические полеты, создало радиоастро­
номию, электронные машины и вплотную подошло к разгадке
тайны гена и атома.
Непонимание роли социального наследования как элемента,
являющегося одним из центральных в процессе становления че­
ловека, ведет к непрекращающимся попыткам биологизировать
социальную сущность человека. На протяжении последних
100 лет эти попытки привели к появлению различных концеп­
ций социал-дарвинизма и евгеники, требующих биологической
«переделки» человека. Во всех этих ошибочных концепциях по­
лагается, что социальные формы поведения не есть следствие
социальной программы, а что они якобы обусловлены специаль­
ными генами, отобранными в процессе эволюции человека.
В частности, пропагандируется мысль, что мораль — это не со­
циальная форма понимания значения человека, смысла его жиз26

ни и его Отношения с обществом, разная для каждой историче­
ской эпохи, а якобы вечно присущее человеку качество, запи­
санное в его генах. Мутации «генов этики» будто бы ведут к
бессердечию и т. д.
Эта точка зрения не признает основополагающего значения
социального наследования. Однако сейчас мы можем сказать,
что она опровергнута не только множеством косвенных данных,
но и прямыми наблюдениями над людьми, которые при рожде­
нии были лишены общества человека. А. Гезелл (1941) в книге
«Дети волков и человеческие дети» проанализировал случаи,
когда дети сразу после рождения попадали к диким животным
и воспитывались среди них. У всех этих детей, выросших вне
социальной среды, не развились человеческие психические функ­
ции, они не имели даже навыков прямохождения.
Очевидно, что основные социальные черты человека, его «че­
ловечность», коллективизм, понимание добра и зла, правды и
лжи, чувство красоты, способность предвидеть будущее и свя­
занное с ним чувство ответственности, чувство любви, ощуще­
ния романтической юности и т. д.— все это социально развива­
лось, было разным для разных исторических эпох, передаваясь
при помощи социального наследования.
Человек после своего становления путем антропогенеза стал
формироваться как социальная личность через общественно­
трудовую деятельность, итоги которой закреплялись в матери­
альной культуре и в социальной программе. После вступления
человека в эру общественных отношений, которые позволили
человеку творить мир для себя, естественный отбор перестал
играть для него формирующую роль. Биологических основ сфор­
мированного человека, его новых свойств, записанных в генети­
ческой программе, оказалось вполне достаточно, чтобы обеспе­
чить общественные потребности в развитии его сознания. Исто­
рия биологических видов растягивается подчас на миллионы
лет. Современный человек существует не более 40 тыс. лет.
За это время биологические изменения человека оказались
ничтожными. Для человека как особого вида преобразование
биологического наследования, формирование которого вел ант­
ропогенез, уступило ведущее место изменениям в социальной
программе, что и стало главным в процессе человека как со­
циального существа. Развитие общественно-трудовых отноше­
ний, появление сознания и членораздельной речи повели к фор­
мированию нравственных принципов поведения человека. Между
поведением животных и человека лежит пропасть. Поведение
животных определяется видовым стереотипом, который в основ­
ном детерминирован генами. Поведение человека определяется
сознанием, волей, чувствами, уровнем познания законов приро­
ды, общества и степенью развития самопознания.
Старые философские и религиозные системы учили о суще­
ствовании вечной, неизменной «человеческой природы». Современ27

,
,
;
і
|
I
.

йыё социал-дарвйнисты, евгеники и расисты утверждают то же
самое, полагая, что эта неизменная природа коренится в ДНК,
будучи якобы записанной в генах. Современная наука и марк­
систская философия вопреки этим утверждениям показали пути
истинного развития духовной природы человека, которая фор­
мируется прошлой и современной исторической обстановкой его
жизни.
В глубинном, сложнейшем и беспрецедентном событии появления человека разумного еще много тайн. Однако обоснование учения о социальном наследовании показывает, что человек,
найдя форму передачи опыта поколений, через воспитание на
базе социальной программы, которая в адекватной форме передает весь опыт истории каждому из поколений, реально обрел
титанический рычаг эволюции в сфере новой формы движения
материи. Изучение сущности передачи социальной программы,
опирающейся па генетические особенности каждого человека,—
это громадная задача, стоящая перед современным естествознапнем и обществознанием.
Каждый человек развивается под действием слитых воедино
двух программ. Одна из них — это программа генетической ин­
формации в виде комплекса генов, получаемых от родителей,
вторая — социальная программа, воспринимаемая через воспи­
тание. Благодаря социальной программе личность человека
испытывает формирующее влияние всей истории человечества,
выкристаллизованной в той современной ему социальной среде,
в которой он живет. Это показывает, что именно воздействие
на среду, повышение жизненного уровня и культуры людей яв­
ляются прямым путем для облагораживания человеческого рода.
Наличие такого качества, как сознание, определяет гигант­
ское преимущество человека перед остальным животным миром.
Оно является высшей, свойственной только человеку формой
творческого отражения объективной действительности. Наличие
сознания обеспечивает возможность бесконечного саморазвития
человека через взаимодействие людей внутри общества и с
внешней средой. При социальном развитии человечества хотя
биологическая жизнь человека и опирается на генетическую
программу, тем не менее внутренним мотивом этого движения
выступают не его генетические особенности, а социальный про­
гресс, основанный на развитии производительных сил общества.
Этот прогресс исторически создает и развивает содержание
сознания.
Будущее человека как существа разумного целиком связано
с его социальным прогрессом, с ростом качественного и количе­
ственного содержания социальной программы при условии, что
его генетическая программа сохранит всю свою мощь на протя­
жении долгих тысячелетий.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

ПУТИ И ФАКТОРЫ ЭВОЛЮЦИИ
МОЗГА ЧЕЛОВЕКА*

Основные этапы эволюции нервной системы приматов
Головной мозг человека, так глубоко и успешно познающий ок­
ружающий мир и ответственный за разумное и сознательное
поведение, до сих пор не раскрыл тайн своего формирования и
причин, определяющих исключительно высокую и многообраз­
ную форму человеческого поведения и его прогресса. Однако за
последние десятилетия получено много новых фактов, касаю­
щихся эволюции мозга и общего антропогенеза.
Если рассмотреть эволюцию общей структуры тела и нерв­
ной системы в ряду животных, можно увидеть несколько диа­
лектических противоречий.
Первое неожиданное противоречие наблюдается между мно­
гообразием физических типов организмов низших животных
(беспозвоночных) и относительной однотипностью их нервной
системы. Нервная система, как известно, у беспозвоночных со­
стоит из отдельных нейропилей, нервных тяжей, нейронов и
ганглиев, располагающихся в местах наибольшей активности,
например у ротового отверстия или в органах передвижения.
Второе диалектическое противоречие наблюдается у позво­
ночных. Оно заключается в однотипности строения их скелета
и большом разнообразии организации их нервной системы,
особенно головного мозга.
В эволюционном процессе развития головного мозга позво­
ночных имеют место следующие процессы усложнения и пре­
образования: гетерохрония развития мозговых пузырей; значи­
тельное разрастание различных отделов мозга у разных групп
животных; большая дивергенция в строении мозга у животных,
обитающих в различных средах — в воде, на суше, в воздухе;
возрастание видовой изменчивости и сложные изменения строе­
ния мозга и поведения; перемещение центров высшей интегра­
ции в филогенетически новые отделы мозга.
Наибольшее усложнение наблюдается в развитии коры боль­
ших полушарий мозга. Зарождаясь у земноводных, кора как
* Глава написана доктором медицинских наук, руководителем лаборатории
эволюций мозга Института антропологии МГУ Ю. Г. Шевченко.
29

высший структурный орган ийФеграііий поведения Ёыяйляё!
большое многообразие у млекопитающих.
Нами изучалась эволюция коры головного мозга в ряду
приматов, начиная от тупайи и кончая человеком, и выделены
пять (I—V) этапов ее усложнения. Как же особенности пове­
дения отражаются на особенностях строения коры мозга при­
матов? Каждый этап развития коры мозга имеет свою особую,
ведущую характеристику специализированных системогенезов,
соответствующую его экологической форме поведения. В то же
время каждый этап является звеном в цепи основного последо­
вательного эволюционного процесса, направляемого стабилизи­
рующим отбором (Шевченко, 1971).
Основной тип строения мозга приматов выделился среди
низших отрядов млекопитающих (насекомоядных). У тупайи,
ежа и у ряда других низших млекопитающих, относящихся к
первому (I) этапу развития, полушария мозга бедны бороздами
и наибольшего развития достигает древняя кора, или «обоня­
тельный» мозг. Новая кора у них слабо дифференцирована.
На втором (II) этапе развития коры головного мозга — у
полуобезьян (лемуроидов, долгопятов) и у низших форм обезь­
ян Нового Света (игрунковых) — наибольшего темпа роста и
дифференциации достигает височная доля с ее бороздами —
Сильвиевой и верхней височной и неокортикальными полями.
В условиях лесного обитания и ночного образа жизни веду­
щими органами чувств у этих приматов становятся слуховой,
вестибулярный и в меньшей степени обонятельный анализаторы.
Древесный образ жизни приматов особенно изменил сенсомоторику этих животных и на третьем (III) этапе эволюции
коры мозга привел к развитию хватательных способностей всех
четырех конечностей, а при наличии цепкого хвоста, с помощью
которого некоторые обезьяны подвешиваются на ветках,— к
возникновению «пятирукости».
_ У большинства четвероногих конечности, служащие главным
образом для передвижения, не отличаются большим разнообра­
зием и тонкостью интегративного восприятия свойств предме­
тов окружающего мира. У приматов же свойственная им «четверорукость» и даже «пятирукость», включая хвост, поднимает
восприятие свойств предметов окружающего мира на большую
высоту. Уже у низших приматов, полуобезьян, появляется боль­
шое разнообразие в строении дистальных отделов всех четырех
конечностей, с многообразными папиллярными узорами на ого­
ленной коже кистей и стоп и даже на цепком хвосте. Их мото­
рика и жесты настолько разнохарактерны, что они свободно
действуют всеми четырьмя конечностями и хвостом в любом
положении туловища в трехмерном пространстве при передви­
жении, подвешивании и хватании.
Возможность манипулировать предметами, ощупывать их
позволяет обезьянам воспринимать новые свойства — форму
30

Рис. 1. Сравнительная величина мозга и топографические сдвиги зон интен­
сивного развития коры мозга у обезьян в зависимости от факторов, их оппределяющих
А — руконожка мадагаскарская (ЭаиЬепіопіа тасіаё’азсагіепзіз). Впервые среди полу­
обезьян у нее образуется центральная борозда (Се) приматного типа в связи с тонким
перкуторным манипулированием при извлечении насекомых из-под коры деревьев:
Б — зеленая мартышка (сегсорИЬесив саІІііНгіх); у «четвероруких» обезьян разрастаются
сенсомоторные зоны коры мозга вокруг центральной борозды и зрительные зоны в заты­
лочной области;
В — паукообразная обезьяна (Аіеіез).
Кора мозга у «пятируких» обезьян еще больше дифференцируется и разрастается в ука­
занных зонах.
Густота точек выражает интенсивность развития зон коры мозга.
Цитоархитонические поля обозначены по Бродману: 1, 3,5,7 — сенсорные, 4, 6 — мо­
торные; 17, 18, 19 — зрительные. Борозды: ір — интерпариетальная; р. Бу — псевдосильвиева;
Бу — Сильвиева; гй. а.— обонятельная передняя; гй. р.— обонятельная
задняя; рг — принципальная;
аге.— дугообразная; /.
височная верхняя; Іип —
лунная

предметов, вес, величину, силу сопротивления, крепость и другие свойства материи, что недоступно другим животным. Мани­
пулируя предметами, обезьяны могут доставать плод на даль­
нем расстоянии, разбивать камнем орехи и т. д.
Эти особенности жизни и поведения приматов обусловили
высокую организацию сенсомоторной и зрительной областей
коры полушарий мозга (рис. 1). В силу этого у приматов в от­
личие от других животных зарождаются новые качества инте­
грации — стереогноз и стереоскопия, т. е. объемно-пространст­
венно-оптическое восприятие и синтез в восприятии свойств
предметов в их взаимном положении, соотношений в прострац31

Рис. 2. Формы хватательных и манипуляционных движений кистями у обезь­
ян (Данилова, 1965)
Варианты манипуляционных форм движений: 1 — 4 — у капуцина; 6—8 — у шимпанзе;
9—11 — у павиана; 5 — у брахиатора гиббона — единственный и самый примитивный
(крючковидно-хватательный)

стве, а также представление о результатах их взаимодействия,
приобретаемое при манипулировании.
Обезьяны производят манипуляцию (рис. 2) преимуществен­
но аналитико-деструктивного характера. Манипулирующая обе­
зьяна обкусывает, расщепляет, разгрызает, раздавливает какойлибо находящийся в ее руках предмет, а также рассматривает
его, поворачивает перед глазами, трет ладонью или между ла­
донями, вычленяет из него отдельные детали и т. д. Это про­
изводится в одиночку или на виду у других особей.
Архитектоника коры мозга обезьян столь высоко дифферен­
цирована, что почти с трудом и с далеким приближением может
сравниваться с корой других животных как по характеру полей
и областей, так и по рельефу борозд и извилин, несмотря на
то, что приматы имеют те же органы чувств (зрение, слух, обо­
няние и др.).
Остановимся лишь на некоторых примерах. Полуобезьяна
руконожка имеет узкоспециализированное строение и соответ­
ствующую функцию тонкого третьего пальца руки, который не
принимает участия в общей локомоции. Выстукивая микродви­
жениями этого пальца стволы деревьев, руконожка улавливает
местонахождение насекомых под корой и извлекает их так же,
как ядра из орехов,
33

Такое поведение требует комплексной интеграции — тонкого
слуха, вибрационного и мышечно-суставного чувства и особых
согласованных микродвижений отдельных пальцев соответствен­
но движению невидимых насекомых. В связи с этим у этих
полуобезьян значительно усложняется сенсомоторная зона
коры мозга. На границе между двигательными и кожно-чувст­
вительными зонами начинает формироваться специфическая для
приматов центральная борозда (се), которой нет у других отря­
дов млекопитающих (см. рис. 1).
Наиболее высоко и сложно дифференцированы прецентраль­
ная, постцентральная и затылочная области коры у цепкохво­
стых, так называемых пятируких обезьян. Эти области на треть­
ем (III) этапе развития мозга приматов становятся ведущими
в высшем синтезе и анализе их поведения, что связано со
способностью этих обезьян к многообразному манипулированию
предметами всеми четырьмя конечностями и хвостом в различ­
ных положениях тела, с одновременным зрительным контро­
лем.
До 40-х годов в науке господствовало мнение, что у живот­
ных нет гомологов так называемых специфически человеческих
полей, связанных у человека с функцией речи и трудовой дея­
тельностью. В 1936 г. впервые Ю. Г. Шевченко (1936, 1938,
1940) у высших и у низших обезьян были найдены гомологи
специфически человеческих полей 40 и 39 в нижнетеменной
дольке, функционально связанных с манипулированием и стереогнозией. Е. П. Кононовой (1962) обнаружены у обезьян
гомологи нижнелобных полей 44 и 45, а С. М. Блинковым
(1955) верхневисочного поля 37.
В этом плане особенно интересной обезьяной оказался ка­
пуцин, который в большей степени, чем другие низшие прима­
ты, способен к целеустремленному конструктивному манипули­
рованию с предметами, к выучке и подражанию действиям
человека вплоть до копирования начертаний букв. Капуцин
упорен в тренировке, в освоении стереотипов действий, наход­
чив в достижении намеченной цели в сложной ситуации.
В коре мозга у капуцина вся нижнетеменная долька пол­
ностью занята гомологами филогенетически новых полей 40 и
39, связанных с гностическими функциями, целенаправленной
деятельностью и стереогнозией при манипулировании предме­
тами. Такой величины эти поля не достигают ни у одной низ­
шей обезьяны Старого и Нового Света. Даже у гиббона, выс­
шей обезьяны, эти поля занимают меньшую площадь (рис. 3).
Следует сказать, что относительно низкая дифференцировка
коры мозга гиббона вполне объясняется его поведенческими
особенностями. Гиббон выделяется чрезвычайно специализиро­
ванной локомоцией. Передвижения его подобны полету по де­
ревьям. Способность же к манипулированию при двуногом хож­
дении выражена у него слабо (рис. 2).
2ÎH. П. Дубинин, ІО. Г. Шевченко

33

Рис. 3. Сравнительная величина и дифференциация сенсомоторных зон
(/, 4 и 6) и нижнетеменных полей 40 и 39 коры мозга у капуцина и гиб­
бона, связанных с манипулированием
А — капуцин (по данным Беловой сенсомоторные подполя поля 4 и 6, Ожиговой,—
поля 17, 18, 19, Шевченко — поля 40 и 89);
Б — гиббон (по данным Блинкова — поля 20, 22, 37, 38, Кононовой — поля 8, 9, 109
44, 45, Шевченко — поля 40, 39 и др.). Зона распространения полей 39—40 и их Диффе­
ренциация у капуцина больше, чем у гиббона; поля: 37, 3 и 22 — височные слуховые;
17, 18, 19 — зрительные поля, 44 и 45 — речедвигательные

На четвертом (IV), переходном, этапе (у крупных высших
обезьян — оранга, шимпанзе и гориллы) основные черты струк­
туры мозга приближаются к человеческому типу. Величина
мозга у них достигает 500 г, т. е. в пять раз больше мозга
самых крупных низших обезьян (см. табл. 2). Мозг оранга,
шимпанзе и гориллы близок к мозгу австралопитека и ново­
рожденного ребенка, но в три раза меньше мозга взрослого че­
ловека. Нижнетеменная область (поля 39 и 40) у низших обезь­
ян составляет 0,4% общей площади полушарий коры мозга,
у понгид (высших обезьян) 4, а у человека — 8%. Развитие
филогенетически новых полей 44, 45, 46 в нижнелобной под­
области у понгид остается еще на зачаточном уровне, как и у
низших обезьян (Е. П. Кононова, 1962).
Изучением образа жизни и поведения обезьян занимались
многие ученые, среди которых большое значение имеют работы
И. К- Ладыгиной-Котс (1953, 1958), И. А. Тих (1956, 1970),
Л. А. Фирсова (1960, 1963), Н. Ю. Войтониса (1949), У. ИооОаі (1968, 1971) и др.
Демонстрационное манипулирование вызывает прежде всего
сбор членов сообщества. Они группируются вокруг манипули­
рующей обезьяны, их внимание направляется как на эту особь,
так и на объект манипулирования.
К. Э. Фабри (1958, 1966) отмечает, что большое значение
имеет иерархическое положение манипулирующей особи в
стаде: чем более влиятельное положение она занимает в стаде,
тем больше «зрителей» собирается вокруг нее. Особенно быстро
34

и в большом количестве обезьяны скопляются вокруг манипу­
лирующего вожака. И наоборот, манипуляция детенышей со­
вершенно не привлекает внимания взрослых обезьян.
Стимулирующая роль демонстративного манипулирования
может выразиться и в действиях подражательного характера.
Так, подчас «зрители», посидев некоторое время около манипу­
лирующей особи, отправляются на поиски предметов, сходных
с объектом манипулирования, или тут же манипулируют подоб­
ными предметами. В результате возникает группа обезьян, ма­
нипулирующая одновременно. Манипулирование предметами,
коммуникативные движения жестами и мимикой играют исклю­
чительную роль в стадных отношениях обезьян. Дистантное оз­
накомление с действиями оперирующего дает обезьянам воз­
можность исследовать предметы, не манипулируя с ними непо­
средственно. Иными словами, здесь проявляется способ непо­
средственной передачи опыта от одного животного к другим
путем наблюдения и копирования действий, а не по жестким
каналам врожденной формы генетического кода.
Демонстрационное манипулирование может привести к конф­
ликтным ситуациям между членами стада, например, когда
объект манипулирования оказался в руках подчиненной особи,
а доминирующая пытается отобрать его или когда, наоборот,
манипулирующая особь отгораживается от «зрителя».
К. Э. Фабри описывает характерную локомоторную ритуаль­
ную форму коммуникации, заключающуюся в специфической
манере подхода к манипулирующей особи: обезьяна приближа­
ется с опущенной головой, сворачивает в сторону и далее пе­
редвигается боком. Манипулирующая особь, взглянув на при­
ближающуюся. обезьяну, спокойно продолжает в таком случае
свои действия. Если же к ней подходит или подбегает обезья­
на с прямо устремленным взглядом, это воспринимается как
сигнал нападения и влечет за собой или встречную атаку, или
бегство.
Таким образом, предметная деятельность выступает у обезь­
ян как фактор коммуникации и сплочения сообщества, что име­
ет большое значение для выяснения биологических предпосылок
развития форм общения у первобытных людей и у детей.
Информативная сигнализация обезьян очень богата и разно­
образна. Она зависит от сложности стадных отношений и
ареала обитания, а в лесных условиях — и от высоты и густо­
ты ветвей, имеющих разную степень освещенности.
Многие обезьяны отмечают свой ареал обитания маркиров­
кой и при помощи обоняния определяют его границы.
Сигнализацию обезьяны осуществляют при помощи звуков,
мимики, жестов и различных форм движений.
Звуковая сигнализация у обезьян имеет специфические зву­
ковые формы высоких и низких тонов. Наиболее богатая звуко­
вая сигнализация у шимпанзе — от 30 до 35 отдельных звуков
35

2*

Рис. 4. Мимика обезьян (Harrison and Montagnas, 1969)
А — у долгопята; Б — у короткохвостой саки; В — у гориллы

различной тональности. Сигнализация гиббонов отличается
особой певучестью. Прослушивание обезьянами сигнализации,
записанной ранее на магнитную пленку, вызывает реакции, со­
ответствующие ситуации, при которой осуществлялась запись.
Например, записанный сигнал дождя заставляет обезьян искать
укрытия при ясной погоде.
Эмоциональная жестикуляция и мимика у обезьян очень
выразительны (рис. 4, А, Б, В). Смех у обезьян наблюдается
при положительном эмоциональном состоянии.
Хорошо известна способность обезьян к копированию дви­
жений и действий. Мимика, жесты и походка гориллы пред­
ставлены на рис. 4 В и 5. На фотографии, сделанной доктором
Дуэйном Румбахом (Duane Rumbaugh, 1971), помощником ди­
ректора Районного центра по изучению приматов в Атланте
(США), представлен самец равнинной гориллы, целеустремлен­
но шагающий при вертикальном положении тела с ношей в ле­
вой руке и с супинацией кистей обеих рук.
Стадные отношения у обезьян складывались в процессе ви­
дового естественного отбора по жестко закрепленным формам
иерархических отношений, направленных на сохранение биоло­
гического вида в борьбе за существование как по безусловным,
так и по условно-рефлекторным связям первосигнальной систе­
мы в пределах норм реакций своих анализаторных систем.
Наблюдения в естественных условиях показывают, что груп­
па обезьян не является беспорядочным стадом. Она хорошо
организована и имеет строгий порядок, который определяется
комплексом взаимоотношений. К ним относятся отношения мате­
ри и детеныша, взрослых особей и детенышей, отношения меж­
ду взрослыми особями. Роль обезьяны в стаде зависит от пола,
возраста и так называемого общественного ранга животного.
В стаде обезьян все же часто наблюдаются конфликтные
ситуации, особенно среди самцов, оспаривающих место вожака.
Адаптационный тип стадного поведения у обезьян формируется
медленно на уровне общего биогеоценоза. Поэтому называть
стадные отношения обезьян социальными и сравнивать их с
общественными отношениями человека, как это часто делают
зарубежные исследователи, неправильно, так как они подчине­
ны разным принципам. Стадные отношения обезьян и других
животных строятся на уровне наследственно закрепленных
безусловных рефлексов и первосигнальных условных связей,
вырабатываемых в процессе индивидуального опыта особи. У че­
ловека же общественные. отношения создаются на основании
трудовой деятельности.
Специфические формы общения животных посредством зву­
ков или движений являются в основном врожденными по своей
норме реакциями. Они мало меняются в процессе жизни и не
могут быть переделаны на другой тип реакций для общения с
другими видами животных, даже если обезьяны вырастают и
37

Рис. 5. Шагающий самец гориллы (Duane Rumbaugh, 1971)

живут вместе с последними. Первосигнальная условно-рефлек­
торная деятельность животных не передается по генетическому
коду последующим поколениям, а вырабатывается в процессе
индивидуального опыта.
В последнее время опубликовано много новых наблюдений
биологов о жизни обезьян и об использовании некоторыми из
них различных предметов для защиты или нападения, а также
для различных способов добывания пищи в случае трудной ее
досягаемости вплоть до применения различных конструктивных
приспособлений и сооружений.
Так, У. Оообаі (1968, 1971) и другие ученые отмечают ис­
пользование саванными шимпанзе тонкой, специально обломан38

ной палочки для добывания меда из глубокого дупла. Каждая
из этих шимпанзе имела свою палочку, которую она опускала
в дупло, а затем облизывала. Другие шимпанзе стояли при
этом в очереди, терпеливо дожидась, когда она подойдет. Ча­
сто при помощи тонкого прутика шимпанзе выуживают насе­
комых-термитов и съедают их.
У обезьян слабо развита целеустремленная деятельность
при достижении многоактовой цели в определенной последова­
тельности. Они часто отвлекаются от поставленной задачи.
Известно, что у них недостаточно отрабатывается последова­
тельность звеньев высшей нервной деятельности как при ана­
лизе, так и при синтезе. Деструктивный характер анализа у
обезьян не переходит в конструктивный синтез, при котором
они бы сами постоянно использовали предметы с заданными
свойствами.
Конструктивная деятельность обезьян носит неустойчивый
характер и вырабатывается лишь в нарочито поставленном че­
ловеком эксперименте; например, сборка пирамид до опреде­
ленного уровня, требуемого для доставания приманки, подгонка
толщины палки к величине отверстия в месте хранения при­
манки и т. п.
Манипуляция палками и предметами у обезьян не является
постоянно необходимой в их жизнедеятельности и при добыва­
нии пищи в естественных условиях.
Вся эта предысторическая фаза развития конструктивно­
орудийной деятельности обезьян вырабатывалась у современ­
ных выживших видов антропоидов за 20 млн. лет их видового
существования. Человек же, будучи их ближайшим сородичем
и живя в тех же биологических условиях, за исторический пе­
риод своего существования (более 2 млн. лет) почти не изме­
няя своего физического типа, радикально изменил свое пове­
дение и условия обитания. Он достиг этого благодаря разви­
тию сапиентации и переходу к трудовой деятельности, созданию
им социальной среды, изменению принципов наследования и
освоению достижений предыдущих поколений переданных им не
по жестко закрепленным генетическим путям, а путем индиви­
дуального обучения, использования и дальнейшего развития
культуры, науки и техники в условиях социальной среды.

Объемные и весовые показатели развития мозга

Для правильного понимания имеющихся конкретных данных по
сравнительному объему черепных полостей и весу мозга в ряду
животных, и особенно высших приматов и ископаемых гоминид,
для выяснения возможного таксономического значения данных
показателей необходимо проанализировать имеющиеся в лите­
ратуре данные по измерениям веса и объема мозга у ныне жи­
вущих представителей приматов и других животных.
39

При изучении мозга ископаемых форм основным объектом
являются емкость и эндокран черепной коробки. Необходимо
уточнить, идет ли непрерывно нарастание веса и объема мозга
в линейно-последовательном, ортоградном, направлении (как
думали Ф. Вайденрейх и А. Валлуа) или имеют место разрывы
и захождения весовых и объемных показателей на гранях меж­
ду таксономическими группами?
Характеризуется ли переход от гоминид к человеку такими
же закономерностями в отношении рассматриваемых признаков,
как и другие систематические грани эволюционного развития
мозга видов, родов и семейств в отряде приматов, или измене­
ния весовых показателей определяются разными экологически­
ми, этологическими и другими факторами эволюции?
Существует огромная литература по вопросу о соотношении
веса мозга и величины тела и об изменении этого признака в
различных систематических группах.
Установлены некоторые общие положения. Известно, что
относительный вес мозга (к весу тела) в пределах одной так­
сономической группы больше у мелких животных по сравнению
с крупными; он больше на ранних стадиях онтогенетического
развития по сравнению со взрослыми; больше у особей женско­
го пола по сравнению с мужскими. В Институте им. Лесгафта
работами сотрудников школы И. Д. Стрельникова (1970) —
Л. П. Астаниным (1960), Т. А. Скворцовой (1956), Р. С. По­
ляковой (1956) показано, что колебания веса всего мозга и
отдельных его частей в значительной степени зависит от эколо­
гических особенностей генетически близких групп животных.
Внутри отряда приматов человек занимает самое высокое
положение по абсолютному весу мозга. Однако по- относитель­
ному весу он стоит рядом с макаками. Относительный вес
мозга человека в 2—3 раза ниже, чем у коатовых.
По квадратному весовому указателю мозга (Е2/5), предло­
женному Я- Я- Рогинским (1933) и представляющему собой
произведение абсолютной величины мозга (Е) на его относи­
тельный вес (Е/8), человек превосходит всех животных. Онобладает самым высоким показателем, равным 32,0. У челове­
кообразных обезьян он равен 2,03—7,35 (7,35 — у шимпанзе;
у капуцина — 3,75, у паукообразной обезьяны — 8,4).
В табл. 1 приводятся близкие по абсолютной величине зна­
чения веса мозга различных животных, приматов и человека,
абсолютный вес их тела и относительные величины веса мозга
и тела у сравниваемых экземпляров. Сравниваемые ряды в этой
таблице построены по уменьшающимся весу и сложности конст­
рукции мозга, начиная с мозга человека и дельфина.
Абсолютной величины мозга человека, большей 1000 г, до­
стигают немногие животные: водные млекопитающие — киты,
а слоны даже превосходят эту величину. С человеком конкури­
рует по весу тела с одинаковым весом мозга только один
40

Таблица 1 *

Абсолютные и относительные величины веса мозга и тела
некоторых животных, приматов и человека

Сравниваемые млекопитающие

1. Дельфин —Tursiops tursio
(Bonin, 1937)
Современный человек — Но­
то sapiens
2. Беломордый дельфин —
Lagenorhynchus albirostris
(Bonin, 1937)
Современный человек Ното
sapiens
3. Бурый дельфин — Phocaena
(communis?) (Bonin, 1937)
Горилла — Gorilla gorilla
4. Антилопа Hyppotragus
(spec?) (Bonin, 1937)
Горилла — Gorilla gorilla
5. Антилопа Hyppotragus
(spec?)
Горилла—Gorilla gorilla
6. Лошадь Equus caballus
(Bonin, 1937)
Горилла — Gorilla gorilla
7. Оленебык — taurotragus
Горилла — Gorilla gorilla
8. Бурый медведь Ursus arctos
Горилла—Gorilla gorilla
9. Осел — Asinus asinus
Шимпанзе — Anthropopithecus troglodytes
10. Осел — Asinus asinus
Оранг — Simia satyrus
11. Леопард — Leopardus pardus
Гиббон сростнопалый —
Hylobates syndactylus
12. Ягуар — Leopardus onca
Гиббон сростнопалый —
Hylobates syndactylus
13. Пума — Uncia concolor (Bo­
nin, 1937)
Гиббон сростнопалый —
Hylobates syndactylus
14. Муравьед головач — Myrmecophaga jubata
Белолобый капуцин — Сеbus albifrons
15. Гиена — Hyaena hyaena
Капуцин — Cebus capucinus

Вес мозга
(в г)

Вес тела
(в кг)

Относи­
тельный
вес мозга
(в %)

1886,00

278,00

0,6

2012 (max)

130,00 (max)

1,5

1126,00

67,56

1,6

1400,00 (M)**

64,00 (М)

2,2

460,00 (M)
463,00 (М)

53,80 (М)
90,00 (М)

0,8
0,5

Отношение
весов тела
сравнивав мых жи­
вотных

2,1

1,0

0,6

674,00

166,50

0,4

463,00 (М)
612,00

90,00 (М)
250,00

0,5
0,2

463,00 (М)
587,00

90,00 (М)
260,00

0,5
0,2

463,00 (М)
446,00
426,30
407,00
431,00 (М)
419,00 (М)
406,00

90,00 (М)
175,00
90,72
196,90
65,00 (М)
187,90 (М)
80,00

0,5
0,2
0,5
0,2
0,7
0,2
0,6

419,00 (М)
400,00 (М)
135,00
132,90

187,90 (М)
63,40 (М)
50,10
11,30 (М)

0,2
0,6
0,3
1,2

4,4

6,5

149,00
132,90

75,00
11,30

0,2
1,2

127,70

100,00

0,1

132,90

11,30

1,2

85,20(М)

2,55 (М)

3,3

85,00 (М)

2,74 (М)

3,1

85,00
73,20 (М) ■

41

32,00
0,3
ч по іМІ
. 2,4
I___ __ 12____
г*еѵл.5!)5твоті

1,9
2,8

2,9
1,9
3,0

2,3

2,9

8,9

0,9

10,7

Таблица 1 (окончание)

Сравниваемые млекопитающие

16. Волк — Canis lupus
Коата чернолицая — Ateles
at er
17. Пума—Uncia concolor
Коата чернолицая — Ateles
ater
18. Гиена—Hyaena hyaena
Шерстистая обезьяна Гум­
больдта — Lagothrix Hymb.
19. Муравьед головач — Myrmecophaga jubata
Шерстистая обезьяна Гум­
больдта — Lagothrix Hymboldti
20. Лиса — Vulpes vulpes
Ревун — Mycetes (spec?)
21. Чепрачный Тапир — Tapirus indicus
Павиан сфинкс— Cynocephalus sphinx
22. Пятнистая гиена—Crocuta
crocuta Павиан сфинкс —
Cynocephalus sphinx
23. Ягуар — Leopardus onca
Павиан гамадрилл — Papio
hamadryas
24. Волк—Canis lupus
Свинохвостый макак — Macacus nemestrinus
25. Гиена — Hyaena hyaena
Макак резус — Macacus
rhesus

Вес мозга
(в г)

Вес тела
(в кг)

Относи­ Отношение
тела
тельный весов
­
вес мозга сравнивае
мых жи­
(В %)
вотных

119,50
120,00

36,33
2,55

0,3
4,7

14,0

127,70
126,00

130,00
1,84

0,1
6,8

55,0

32,00
2,20 (M)

0,3
3,9

14,5

85,20

2,55 (M)

3,3

85,00

1,96

4,1

85,00
87,30 (M)

48,90 (M)
45,6 (M)
169,00

6,10 (M)
3.30 (M)
160,00

0,8
1,3
0,1

1,3

1,8

21,3

160,00

7,50

2,1

168,00
160,00

43,50
7,50

0,4
2,1

5,8

149,00
142,00

75,00
12,00

0,2
1,1

6,3

119,50
117,00 (M)

36,33
7.30 (M)

0,3
1,6

5,0

85,00
83,50 (M)

32,00
5.30 (M)

0,3
1,5

6,0

* Табл. 1—6 составлены Алмазовой H. Я.
** где (М) — среднее значение.

представитель дельфинов — Беломордый дельфин (Ьа§епогЬупсЬиз аІЬігоэІгіэ). Абсолютного веса мозга высших приматов
(понгид) достигают другие дельфины. Они интересны тем, что
сходны с понгидами не только по абсолютному весу мозга,
но и по весу тела. Дельфины иногда стоят по весовым показа­
телям даже выше крупных приматов, например горилл, имея
при одинаковом весе мозга значительно меньший вес тела.
Однако не следует относить этот факт за счет их большего
интеллекта, а, скорее, за счет того, что у них отсутствуют круп­
ные конечности, имеющие большой вес у других животных.
42

Сходство с высшими приматами по абсолютному весу мозга
имеется у крупных животных (антилопы, осла, лошади, олене­
быка, а среди хищных — только у одного бурого медведя).
Но вес их тела превосходит вес тела соответствующих понгид в
2—3 раза.
Вес мозга у хищных — гиены, леопарда, волка, ягуара, пумы,
а из копытных — только у тапира достигает веса низших
обезьян Старого и Нового Света и мозга крупных и мелких
гиббонов. При одинаковом с приматами весе мозга они имеют
во много раз больший вес тела (от 4,4 до 5,5 раз). Это круп­
ные, сильные, ловкие животные. Только лиса дает скачок в сто­
рону большего относительного веса мозга, чем у других хищ­
ных. Она превосходит по весу ревуна в 1,8 раза.
Следует подчеркнуть, что представители этой многообразной
группы хищников вступали в борьбу с обезьянами. Последние,
видимо, могли побеждать в этой борьбе лишь благодаря более
высокому развитию мозга, что обеспечило им более многооб­
разное и адекватное обстоятельствам поведение.
Из анализа представленных данных следует, что относитель­
ный вес мозга у других приматов в большинстве случаев выше
(от двух до десяти), чем у животных, за исключением- рядов
(4), (3), (20) и (14), где относительный вес мозга составляет
0,4 и 0,5 у антилопы и гориллы; 0,8 у бурого дельфина при
почти вдвое меньшем весе его тела по сравнению с весом го­
риллы. У лисы и ревуна относительный вес мозга составляют
соответственно 0,8 и 1,3, причем вес тела лисы почти в два раза
превосходит вес тела ревуна. Вес тела муравьеда при относи­
тельном весе мозга 3,3 близок к весу тела белолобого капуцина
с относительным весом мозга 3,1.
Интересно отметить, что у пятирукой коаты (Ateles ater)
(см. ряды 17 и 16) относительный вес мозга намного больше
(4,7 и 6,8), чем у волка (0,3) и даже у пумы (0,1).
Чтобы представить, насколько близко или далеко отстоят
друг от друга представители различных семейств приматов по
весу мозга, в табл. 2 даны их минимальные, средние и макси­
мальные абсолютные значения веса мозга, отношение макси­
мальных к минимальным значениям и отношения среднего зна­
чения веса мозга последующего вышестоящего семейства М (в)
к среднему значению веса рассматриваемого семейства М (н),
которое является нижестоящим по отношению к последующему.
Кроме того, в этой таблице представлены разность между
средним весом мозга вышестоящего семейства и рассматривае­
мого (нижестоящего) семейства (захождение и разрыв), отно­
шение этой разности к среднему весу рассматриваемого семей­
ства, разность между минимальным весом мозга последующего
вышестоящего семейства min (в) и максимальным весом у рас­
сматриваемого семейства шах (н) и отношение этой разности
к среднему весу мозга рассматриваемого семейства.
43

Таблица 2

Вес мозга на гранях между представителями разных семейств приматов
и человека (в граммах или объем в см3)
Вес
Семейство

тіп

I. Игрунковые Нараііdae
II. Капуцинооб­
разные — Сеbidae
III. Низшие уз­
коносые —
Cercopithecidae
IV. Гиббоны —
Hylobatidae
V. Крупные че­
ловекообраз­
ные — An­
ti hropomorphae
VI. Австралопитековые —
Australopithecidae
VII. Ископаемые
гоминиды —
Hominidae
VIII. Современный
человек —
Homo sapiens

max

м

max
min

М (н) /о

Захождение (—),
разрыв (+) между
весом (М(в) — М(н)

6,2

24 11,82 3,9 43,15
11,82“ 3,67—367

43,15-11,82=
=4-31,33

7,7

137 43,15 22,4 104,4
43,15 —2,41—241

104,4—43,15=
=4-61,25

46

213 104,4

4,6

60

138 94,7

2,3 421,7

245

752 421,7

3,1 507,9
421,7-В20-120

507,9-421,7=
=4-86,2

435

600 507,9

1,4

1390
507,9 —2,74—274

1390-507,9=
=4-882,1

775 1890 1390

2,4

1400
„„ „„
1390 -1,03-103

1400-1390=4-10

820 2012 1400

2,4

94,7 „
104,4 —0,91—91

=4,45=445

94,7-104,4=
=-9,7

421,7-94,7=4-327

Примечание: М(в) — средний и min (в) —минимальный вес мозга последующего вышестоящего семейства.

Как видно из табл. 2, колебание веса в пределах любого
семейства приматов очень велико. Наибольший диапазон коле­
бания весовых показателей мозга наблюдается в семействе
капуцинообразных. В этом семействе минимальный вес в
22,4 раза меньше максимального, так как в него входят пры­
гуны (СаІІіИггіх) с весом мозга 7,7 г и ателесы (Аіеіеэ) с весом
мозга в 137 г.
У остальных представителей семейств приматов отношение
минимального веса к максимальному колеблется от 1 : 2,3 у
гиббонов до 1 : 4 у церкопитецид. У гоминид (как ископаемых,
44

М (в) - (М (н)
М (и)
/о

4-31,33

=+2,6=269

4-61,25 =1)4=+140
^_

Захождение (—), разрыв (+)
между весом гпіп — тах

46—137=—91

69—213=—153
245-213=4-32

4-327
94,7
4-86,2
421,7

245-138=4-107

4-10
1^
5-=4-0,007=+9,7

М (н)

7,7—24=—16,3

—9,7
■77+104,4— =—0,99=-9

4-882,1
507,9 —+1,73=4-173

тіп (в) — тах (н)

435—752=—317
775-752=4-23

/о

—1,4=—140

-91
43,12 ■=-2,1=—210
—153
104,4
+32
104,4
+107
94,7
317
421,7
4-23
421,7

=—1,4=—140
=4-9,31 = 4-31
=4-1,1=4-110

=—0,75=—75
-1 О ГК

к

775— 600=4-175

+175
597,9 ■ =0,37=+34

820—1890=—1070

—1070
• =—0,77=—77
1390

М (и) — средний и тах (н) — максимальный вес мозга
нижнестоящего по отношению к последующему.

рассматриваемого

семейства

так и современных) отношение минимума к максимуму состав­
ляют 1 : 2,4.
Сравнение средней величины мозга (М) у представителей
семейств, стоящих на низшей ступени эволюции, и средней
величины мозга вышестоящих семейств показывает, что это
отношение будет чаще всего в пределах 1 : 2 : 3. Но у гиббонов
средний вес мозга (М) не достигает (М) мартышкообраз­
ных, а (М) австралопитеков выше (М) крупных понгид в 1,2
раза.
Учитывая положение веса мозга гиббонов по отношению к
45

весу мозга капуцинообразных, церкопитековых и вышестоящих
понгид, можно сказать, что если бы вес мозга австралопитеков
был даже ниже веса мозга понгид, это не служило бы бесспор­
ным доказательством его низшей структурной организации
(см. табл. 2) и низшего положения по эволюционной лестнице
в систематической классификации приматов.
Если австралопитеков выделить в отдельное семейство, то
размах колебания объема черепной коробки мозга известных
сейчас его представителей является минимальным и составляет
величину 1,4 : 1.
Таким образом, если бы даже у австралопитеков минималь­
ный объем черепа был найден ниже известных нам теперь,
то и тогда эти отношения только приближались бы к общим
отношениям веса мозга остальных семейств приматов, в том
числе и гоминид.
При рассмотрении минимальных и максимальных значений
веса мозга у различных семейств приматов происходит захож­
дение весовых показателей одних групп в другие настолько,
что можно принять максимальные весовые показатели мозга
низшей группы за минимальные варианты высшей. Только
между семейством гиббонов и семейством антропоморфных в
двух группах наблюдается большой разрыв в 107 г. Но, прини­
мая во внимание, что средний вес мозга гиббонов 94,7 г, разрыв
между весом их мозга и весом мозга антропоморфных несрав­
ненно больше, чем между объемом мозга австралопитеков и
ископаемых древнейших гоминид. Оба крайних варианта объема
мозга австралопитеков (435—600 см3) лежат в понгидном ряду,
но значительно меньше, чем гиббоны, заходят в семейство
церкопитековых. Если принять во внимание редкие случаи мак­
симальных показателей веса мозга у понгид, как у гориллы
А. Шульца (Schulz, 1962), максимальный объем мозговой поло­
сти которой равен 752 см3 и минимальный у современного чело­
века в 650 г при росте в 5 футов 1 дюйм и веса тела в
148 футов, по данным Вильдера и Векслера (цитируется по
Lessek, 1957), можно сказать, что показатели крайних вари­
антов веса мозга могут смыкаться даже между современными
понгидами и современными людьми, минуя группу переходных
форм ископаемых гоминид. В свою очередь ископаемые гоми­
ниды не только в своих минимальных показателях объема че­
репной коробки могут стоять на уровне максимальных вариан­
тов современных понгид (у питенкантропа 775 см3, при утроен­
ной сигме—-614 см3), но и по максимальным показателям
объема черепной коробки (1890 см3 у Боскоп, при утроенной
сигме— 1958 см3) превосходят вес макроцефалических мозгов
современных людей, т. е. их крайние варианты лежат целиком
между вариантами современных людей.
У современных людей М равно средней величине мозга ис­
копаемых гоминид, начиная с неандертальцев,
46

В табл. 3 представлены абсолютные значения веса мозга
человека и приматов, размеры поверхности коры полушария и ее
отношение к весу мозга.
Следует отметить, что относительный вес мозга не может
служить показателем уровня разумного поведения различных
видов животных, так как в зависимости от экологических осо­
бенностей того или другого вида животных в одном случае в
Таблица 3

Отношение поверхности коры к весу мозга человека и приматов

Вид

Человек — Homo sapiens (М)
Шимпанзе —Pan troglodytes
(09)
Орангутан — Simia satyrus
(02,04)
Гиббон — rlylobates (spec?)
(013)
Павиан гамадрил — Papio
hamadryas (010)
Тонкотел — Semnopithecus
(spec?) (015)
Мартышка — Cercopithecus
(spec?) (OCi)
Мангобей — Cercoceb us ful iginosus (01)
Макака резус — Macacus rhe­
sus (016)
Игрунка обыкновенная —
Hapale jacchus (032)

Размер по­
Вес
верхности
мозга
полуша­
(г)
рия (мм2)

Отношение
нов. корь
к весу
мозга (%)

Автор

82749,0 1483,0
24256,0 415,0

0,6
0,6

Ю. Г. Шевченко, 194
»

25061,0

350,0

0,7

»

7790,0

102,0

0,8

»

12844,7

188,0

0,7

»

5091,0

57,0

0,9

»

7949,0

76,2

1,0

»

8373,0

90,0

0,9

»

6673,0

73,0

0,9

»

968,0

7,2

1,3

»

борьбе за существование имеют наибольшее значение клыки,
в другом рога и мускулатура, а в третьем мозг. Сравнение
относительных весов мозга и тела дают возможность опреде­
лить какой из этих механизмов в экологии сравниваемых мле­
копитающих является решающим.
В результате этого краткого анализа видно, что отношения
весов мозга и тела в процессе эволюционного развития не мо­
гут быть выражены простыми ортоградно увеличивающимися
количественными показателями.

47

ЭРА ФОРМИРОВАНИЯ ЧЕЛОВЕКА

Энгельс в своем гениальном предвидении путей антропогенеза
считал ведущими факторами перехода от обезьяны к человеку
манипуляцию предметами и прямохождение. Особое значение
Энгельс придавал смышленности и приспособляемости предков
человека, что привело к возникновению трудовой деятельности
и речи.
Задолго до раскопок, обнаруживших останки австралопите­
ков, Энгельс, разрабатывая теоретические принципы происхож­
дения человека, предсказал и обрисовал переходный тип от
обезьяны к человеку как существа, берущего палку.
Философские материалистические теории Маркса и Энгельса
о путях и факторах формирования человека нашли в дальнейших
исследованиях подтверждение правильности понимания ими
ведущих факторов в эволюции человека.
При рассмотрении общих вопросов антропогенеза в работах,
связанных с многочисленными новыми находками ископаемых
гоминид, много внимания уделялось путям, темпам и факторам
эволюции предков современного человека. До сих пор остается
много неясных вопросов в изучении причин, обусловивших вы­
деление гоминид из отряда приматов.
В изучении вопроса о том крутым или постепенным был
переход от антропоморфных обезьян к человеку, а также фак­
торов и диагностических признаков грани между ними много
сделано советскими учеными — зоопсихологами и антрополо­
гами.
В. П. Якимов (1951, 1964) фундаментально исследовал предчеловеческий (антропоидный) этап антропогенеза, который
меньше всего освещен в отечественной антропологической ли­
тературе.
В. П. Якимов (1964), суммируя все морфологические дан­
ные, относящиеся к австралопитекам, считает, что их можно
характеризовать как двуногих приматов, обладающих свобод­
ными от локомоторных функций верхними конечностями и от­
носительно большим и довольно сложным мозгом, іа также
некоторыми особенностями строения черепа, зубной системы и
посткраниального скелета, отражавшими большее сходство
этих ископаемых форм с человеком, чем это обнаруживают
современные или древние виды человекообразных обезьян.
А. А. Зубов предлагает в основу систематики гоминид поло­
жить морфологические показатели результатов воздействия
труда на организм и считает, что какими бы многочисленными
ни были у того или иного примата признаки сходства с чело­
веком, они все же не могут служить основанием для причис­
ления данного примата к гоминидам, если в этих признаках
не обнаруживается комплекса морфологических сдвигов, обу­
словленных трудовой деятельностью.
48

Место человека в систематике животных и выделение его из
отряда приматов рассматривается или как исключительно ка­
чественно новый таксон или как мало изменившийся система­
тический тип семейства внутри отряда приматов.
Многие антропологи, особенно зарубежные, изучают не
причинные факторы сапиентации в период формирования чело­
века, а ограничиваются изучением только биологических диаг­
ностических признаков физического типа.
Действительно, любой соматический признак этого перехода
имеет большое диагностическое значение. Но нужно не забы­
вать, что не каждый из них имеет одинаковое значение как
фактор формирования основного видового свойства — сапиентного типа поведения человека.
Дифференциация Ното по соматическим признакам, опреде­
ляемым только одним внешним описанием скелета, весьма не­
показательна.
Много примеров аналогий и гомологий можно найти в эво­
люционных рядах. Известны случаи, когда качественные изме­
нения в структуре физического типа животных не приводят к
большим изменениям поведения в их жизнедеятельности. На­
пример, возникновение гигантских форм пресмыкающихся и
млекопитающих не привело к радикальному изменению их об­
раза жизни, принципов поведения и изменению их места в си­
стематике животных. То же самое наблюдается и в отряде при­
матов как у антропоидных, так и у антропоморфных обезьян.
В других случаях при малейших изменениях физического типа
радикально менялся характер поведения.
Подходя к анализу формирования гоминид, следует подчерк­
нуть принципиальное различие между понятиями биологическо­
го филогенеза человека и антропогенеза. Биологический фило­
генез, как подчеркивал И. И. Шмальгаузен (1939, 1968), фор­
мируется в онтогенезе закреплением мутагенов естественным
отбором. В период становления человека как разумного суще­
ства к этому биологическому фактору присоединяется новый, ис­
торический фактор — трудовая деятельность как основной дви­
жущий фактор антропогенеза.
Все близкие предки современного человека в период форми­
рования ветви гоминид принадлежат к вымершим формам.
Поэтому изучение их мозга ограничивается главным образом
исследованием величины, формы и рельефа черепов и эндокра­
нов (внутренней поверхности черепов) ископаемых гоминид.
Исследование эндокранов при изучении антропогенеза дает
значительно больше признаков прогрессивного развития мозга,
как ведущего фактора процесса сапиентации, чем соматические
показатели физического типа скелета.
Величина мозга, объем черепной полости и рельеф мозга и
эндокрана взаимообусловлены. Они находятся в определенных
топографических взаимоотношениях.
49

Формирование гоминид
Место австралопитеков в эволюционном ряду гоминид

Палеоантропологические исследования последних двух десяти­
летий, связанные с ископаемыми находками в Восточной Афри­
ке, позволили по-новому рассмотреть проблему антропогенеза
и произвести переоценку многих вопросов, связанных с самыми
ранними стадиями становления человека. Здесь были обнару­
жены остатки ископаемых гоминид и следы их деятельности в
отложениях глубокой древности.
Все древнейшие находки гоминид в Восточной Приэквато­
риальной Африке связаны с Восточной рифтовой зоной, распо­
ложенной к югу от озера Виктория, характерной чертой которой
является громадное количество вулканов, действовавших в те­
чение всего третичного и четвертичного периодов и оставивших
в толще осадочных образований многочисленные прослои вул­
канических туфов. Они помогли сохраниться ископаемым остат­
кам и позволяют определить возраст этих находок при помощи
калий-аргонового метода.
Африка — единственный континент Восточного полушария,
пересекаемый экватором. Благодаря этому здесь сохранилось
постоянное тепло и колебания климата не были резкими. В пе­
риод всего -неогена на территории Африки была суша, и эволю- ционный процесс мог происходить в течение миллионов лет.
Эти климатические условия оставались благоприятными для
зародившегося здесь и успешно развивавшегося процесса гоминидизации, как подчеркивают Ю. Г. Решетов (1962) и
И. К- Иванова (1974).
Благодаря целому комплексу палеографических особенно­
стей в Восточной Африке существовал в тот период времени
сложный пересеченный рельеф с высокими горными вершинами
вулканического происхождения; имелось много полноводных
рек и крупных пресноводных озер. Здесь не было сплошных
тропических лесов или обширных пустынь, а существовала
обильная растительность. Животный мир, населявший эту об­
ласть, был. исключительно богат и разнообразен (Иванова,
1974).
По имеющимся в настоящее время данным можно считать,
что местом становления человека на ранней стадии антропоге­
неза является приэкваториальная часть Африки, причем ее
Восточная рифтовая зона играла при этом роль экологиче­
ской ниши.
В 1924 г. впервые в Южной Африке был найден череп ис­
копаемого детеныша со значительно сохранившимся окамене­
лым полушарием мозга. Он был назван Р. Дартом (Dart, 1925,
1948) австралопитеком африканским (Australopithecus Africa50

nus). Абсолютная древность находок черепов и других частей
скелета австралопитеков колеблется от 1,5 до 5 млн. лет
(Иванова, 1974; Якимов, 1974).
К наиболее древним находкам относится находка нижней
челюсти кениапитека у Форта Тернан на восточном берегу
озера Виктория. Кристалл биотита из вулканического прослоя,
расположенного на 10 см выше находки, но принадлежащий к
той же свите, имеет возраст 14 млн. лет (Иванова, 1974). Ко­
ронка зуба гоминоида, обнаруженная близ озера Баринго,
и имеющая сходство с зубами кениапитека, напоминающими,
по мнению Л. Лики, зубы австралопитеков, находилась в оса­
дочной толще формации Нгороро между двумя прослоями вул­
канических туфов, верхний из которых имеет возраст 9 млн. лет,
а нижний — 12 млн. лет, определенный с помощью калий-арго­
нового метода. С помощью этого же метода был определен
геологический возраст презинджантропа, который составляет
1 млн. 750 тыс. лет. Возраст зицджантропа равен нескольким
тысячам лет (Решетов, 1962).
Остатки, которые многие исследователи относят к австралопитековым, были обнаружены на западном побережье озера
Рудольфа, у Лотегемского холма. Они имеют по калий-аргоно­
вому методу возраст — 5—5,5 млн. лет.
Все древнейшие находки фрагментарны. Более поздние на­
ходки очень разнообразны и широко представлены. Они сосре­
доточены на северном берегу озера Рудольфа, в нижнем течении
реки Омо, где обнаружен ряд местонахождений с остатками
австралопитековых, представленных отдельными частями чере­
пов, челюстей и посткраниальных костей, которые датируют­
ся от 3,5 до 1,3 млн. лет, и на восточном берегу озера Рудоль­
фа (Северо-Восточный Кооби Фора). Здесь при раскопках,
проведенных до 1972 г. Л. и Р. Лики, были открыты остатки
90 особей гоминид. Так, находка, описанная под названием
«череп 1470», имеет возраст около 2,8 млн. лет. Здесь же были
найдены древнейшие из известных следов деятельности иско­
паемых гоминид (в 1973 г. были обнаружены новые местона­
хождения каменных изделий).
В 1972 г. в Африке на восточном берегу озера Рудольфа
(Кения) R. Е. Leaky (1973) при раскопках обнаружил фрагмен­
тированный череп австралопитека древностью 2,8 млн. лет,
объем мозговой полости которого составляет 800 см3.
Благодаря большому количеству находок остатков австра­
лопитеков был изучен не только окаменелый мозг, но и все
детали скелета, конечностей, зубов и т. д.
Австралопитеки жили также и в Южной Африке в конце
плиоцена или в начале плейстоцена на открытых ландшафтах,
покрытых низкорослым кустарником, в лесостепных и горно­
степных районах Бечуана и Трансвааля, где за последние годы
были произведены массовые раскопки. Раскрыто много сторон
51

жизни этих пограничных форм и их морфологические харак­
теристики.
Положение головы у австралопитеков почти вертикальное.
Большой палец руки австралопитека лучше, чем у обезьян,
противопоставляется остальным, благодаря чему можно удобно
держать в руках палки и другие предметы. Тазовые и бедренные
кости австралопитека сходны с человеческими.
Рост австралопитеков не превышал 150 см (Монгайт, 1973).
Двуногое прямохождение в условиях саванн и открытой
местности увеличивает обзор пространства, а также освобожда­
ет передние конечности от локомоции, позволяя использовать
их для более сложных функций манипулирования (собирание и
бросание камней и палок на большие расстояния при увеличе­
нии точности попадания в цель). Это позволило австралопите­
кам успешно заниматься охотой, а также бороться с окружав­
шими их хищниками, крупными обезьянами, стадами копыт­
ных, свинообразных и хоботных.
Австралопитеки собирали естественные предметы с необхо­
димыми для них качествами и использовали их как орудия.
Среди них обнаружены предметы, предназначавшиеся для
резки, прокалывания, увеличения силы удара и т. п. В своей
конструктивно-орудийной деятельности австралопитеки исполь­
зовали палки, камни и кости животных. Собранные ими пред­
меты хранились в местах их обитания или на стоянках. Австра­
лопитеки создали галечную культуру, основанную на примитив­
ной ударной технике. Верхушка гальки сбивалась по диагонали
и возникшие острые края использовались для резания.
Основной чертой австралопитеков, благодаря которой они
резко отличались от обезьян по своему образу жизни и пове­
дению, было целеустремленное использование в своей повседнев­
ной жизни и на охоте отобранных и отчасти подработанных
орудий.
Вычленение из окружающих предметов необходимых для
своих целей качеств и свойств с целью заранее намеченного
использования предмета и поделки — это начало разумной и
целеустремленной переделки предмета в орудие, а не простое
манипулирование с предметом для добывания пищи и не без­
относительная деструктивная любознательность других живот­
ных, особенно обезьян, неспособных применять их в качестве
необходимого орудия в своей жизнедеятельности.
Занятие охотой позволило австралопитекам перейти от траво­
ядного питания преимущественно к плотоядному, что привело
к резкому изменению их черепной коробки по сравнению с че­
репной коробкой высших обезьян.
Благодаря успешной борьбе австралопитеков с животными,
окружавшими их, стала возрастать роль каждой особи, овла­
девшей навыками выбора и использования различных свойств
предметов так же, как и особи, обладавшей ловкостью при ме52

гании камней в живую цель и смелостью на охоте. Изменяться
стали и принципы стадных отношений, расширился круг соуча­
стников, помогавших друг другу в охоте и собиравших камни
и другие необходимые им предметы. Это способствовало спло­
чению всего сообщества. Без общения друг с другом и получе­
ния информаций овладеть этой формой поведения нельзя. Та­
ким образом, постнатальный онтогенез становится решающим
у австралопитеков в процессе накопления индивидуального опы­
та. Австралопитеки благодаря качественно новому образу жиз­
ни и поведению сделали первый шаг на пути перехода к био­
социальной форме поведения. В брекчиях австралопитеков
встречаются проломленные черепа павианов, живущих много­
численными стадами, которые при своей строго биологически, ге­
нетически закрепленной иерархии стадных отношений в эколо­
гии поведения не могли дать австралопитекам должного отпора.
Сплоченность австралопитеков уже была не только биологиче­
ски закрепленной, но она содержала и элементы новых отно­
шений, явившихся результатом их личного опыта, приобретен­
ного в среде остальных членов первобытного сообщества.
До наших дней продолжается спор многих ученых о том,
в какую систематическую группу поместить австралопитека.
Переход к новому образу жизни австралопитеков с приме­
нением палок и камней для добывания пищи кажется некото­
рым исследователям незначительным признаком чисто биологи­
ческой дивергенции. Этот скепсис можно было бы оправдать,
если бы не были найдены ископаемые гоминиды, проделавшие
весь этот путь и продвинувшиеся в этом направлении дальше —
до искусственной обработки камня, дерева и других материа­
лов. Этот период закрепился изменением системогенеза физиче­
ского типа австралопитеков — увеличением мозгового отдела по
сравнению с лицевым, дальнейшим развитием филогенетически
новых областей коры его мозга, изменением строения кисти,
руки и прямохождением. Более длинный, чем у шимпанзе боль­
шой палец руки, способный к противопоставлению, свидетель­
ствует о значительном совершенстве и многообразии хвататель­
ной функции кисти австралопитека по сравнению с понгидами.
Мозг австралопитека был подробно изучен и описан Р. Бру­
мом (Broom, 1950) и другими.
В табл. 4 представлены объемы мозга австралопитеков.
Многие авторы подчеркивают, что австралопитеки, не будучи
крупными по сравнению с понгидами, имели большой мозг как
по абсолютной, так и по относительной величине (от 450 до
720 см3). Коэффициент церебрализации (
те^а 1000 ед.),
у современных антропоидов равен 2—9 единицам, а у австрало­
питеков он колеблется от 10 до 16. У древнейших людей —
питекантропа и синантропа — этот коэффициент равен 14 —
17 единицам. Следовательно, по этим показателям австралопи53

Таблица 4

Объем мозга австралопитека *
Находка

Австралопитек прометеев VI
Австралопитек африканский
(пересчитанный на взрослого)
Плезиантроп I
Плезиантроп II

Объем
мозга, см*

Находка

Плезиантроп V
Плезиантроп VII
Плезиантроп VIII
Зинджантроп Бойса
Телеантроп Капский
Палеоантроп массивный

480
500
450
530

Объем
мозга, см’

480
500
560
530
720
450

* Среднее значение объема мозга для всех австралопитековых 507,9 см’.

тековые находятся в пределах вариации головного мозга ран­
них гоминид.
Анализ рельефа отдельных долей и областей коры поверх­
ности больших полушарий на эндокранных слепках австралопи­
тека Broom’a и Schepers’a (1946, 1950) указывает на гоминидные соотношения в размерах долей и в развитии специфиче­
ски человеческих зон— речедвигательной и речеслуховой.
По нашим данным, мозг австралопитека по ряду показате­
лей стоит выше мозга самых крупных современных понгид и
имеет более гоминидный тип конструкции мозга (см. рис. 6 и
21В).
Конструктивные преобразования мозга, начавшиеся у авст­
ралопитеков и выразившиеся выпячиванием нижней сенсомо­
торной зоны коры, связанной с иннервацией ручной моторики,
началом оперкуляризации верхней покрышки над Сильвиевой
ямкой, выпячиванием ангулярной извилины и углублением
верхней височной борозды теменно-затылочной зоны, продолжа­
лись в дальнейшем развиваться более интенсивно у архантропов и палеоантропов (см. рис. 7).
Хотя средний объем мозга австралопитека (507 см3) не
превышает максимального объема черепа (752 см3) крупной
гориллы (Schulz, 1962), почти все исследователи приходят к
выводу, что в структуре его мозга уже имеются определенные
сдвиги в конструкции полушарий, связанные с неравномерно­
стью темпов развития, ускорением роста филогенетически но­
вых и сенсомоторных зон коры.
На рис. 6 (Дарт, 1948) представлены контуры черепов авст­
ралопитека, шимпанзе и ребенка. На нем хорошо видны сдвиги,
соответствующие экологическим свойствам системогенезов раз­
ных функциональных системокомплексов, выражающиеся в
различных соотношениях краниального и лицевого черепов у
сравниваемых детенышей обезьян (понгид), австралопитека и
54

Рис. 6. Контуры черепов (Dart, 1948)
---------- австралопитека африканского, ... ребенка;------близкого возраста (по Dart, 1948).
А — человек; Б — горилла; В — шимпанзе; Г — орангутан

детенышей антропоидов

ребенка приблизительно одного возраста. При этом бросается
в глаза резкое увеличение черепной коробки у ребенка по срав­
нению с черепом австралопитека и понгид и с несравнимо боль­
шим укорочением его лицевого отдела. Мозговая (краниальная)
часть черепной коробки австралопитеков значительно увеличи­
лась по сравнению с высшими обезьянами (гориллой, шимпан­
зе и орангом), а лицевой отдел черепа уменьшился.
Поскольку структурный тип организма австралопитеков за­
крепился в генотипе, следует полагать, что стадия австралопи­
теков — это не скачок экологического поведения среди семейст­
ва понгид, а выделившийся новый гоминоидный тип, наследст­
венно закрепленный, более далекий от понгид, чем от всех в
дальнейшем формировавшихся предков человека, ставший на
путь более сложной орудийной деятельности. Австралопитек —
55

это охотник с естественными и немного подправленными ору­
диями, с соответствующим строением рук и ног, приспособлен­
ных к орудийной деятельности.
На основе структурного анализа физического типа и качест­
венной характеристики мозга австралопитеков можно сказать,
что они перешли рубикон, отделявший понгид от человека,
и вступили на путь формирования нового таксона, не имеющего
подобного типа поведения ни среди приматов, ни среди всего
остального животного мира.
Древнейшие люди — архантропы
(питекантропы и синантропы)

Последующие стадии древнейших и древних людей описаны
М. А. Гремяцким (1952), М. Ф. Нестурхом (1958, 1960),
Я. Я. Рогинским (1949), П. П. Ефименко (1953), В. В. Бунаком
(1959) и многими другими советскими и зарубежными учеными.
При археологических раскопках в Южной и Восточной Азии
(Моѵіиэ, 1944) и в Западной Европе (Монгайт, 1973) были
обнаружены архантропы, их орудия и жилища.
В Олдувайском ущелье, в Танзании (Африка), было найдено
большое количество костных остатков гоминид. Древнейшие из
этих находок имеют возраст 1,75—1,8 млн. лет. Наиболее моло­
дые (не считая верхнеплейстоценовых), принадлежащие уже
питекантропам (Иванова, 1974), датируются временем около
0,5 млн. лет. Здесь также обнаружены каменные изделия раз­
ного возраста и характера: от грубых отщепов и галек так
называемого олдовайского типа до различных ступеней ангель­
ской культуры.
Архантропы жили в период нижнего плейстоцена, во время
гюнц-миндельского межледникового периода, в начале которо­
го в Европе был еще теплый климат, а среди животных встре­
чались древние слоны, носороги, бегемоты, первобытный бык,
зубр, саблезубый тигр, благородный олень и др. Климат на­
чал изменяться и вначале стал умеренным, а затем и холод­
ным. Леса стали сменяться степью.
Архантропы жили в пещерах, гротах, под навесом скал и
в хижинах, построенных под открытым небом, занимались охо­
той на животных и собиранием дикорастущих растений.
Жилища архантропов (Монгайт, 1973), построенные из боль­
ших костей животных, дерева и шкур, были частично углубле­
ны в землю. Обнаружены также временные жилища овальной
формы длиной от 8 до 15 м и шириной от 4 до 6 м, построен­
ные из ветвей, опиравшихся на центральный столб диаметром
30 см. В центре хижины был расположен очаг, выстланный
тонкими плитками из камня, защищенный маленькой стенкой
от постоянно дующих ветров.
56

Орудия труда архантропов были более совершенной формы,
чем орудия галечной культуры австралопитеков. Среди этих
орудий встречаются ручные рубила, служившие ударно-рубящими орудиями, орудия миндалевидной, овальной и копьевид­
ной формы, с острым концом и тупой пяткой, предназначенной
для упора ладони во время работы, остроконечники, ножи,
скребла и чопперсы. При помощи этих орудий производилась
обработка камня, дерева и кости, а также разделка туш.
Нами исследованы топографии рельефа полушарий мозга на
эндокранах ряда ископаемых гоминид, начиная с эндокрана
окаменелого мозга австралопитека африканского, питекантропа
II, синантропа III, неандертальцев из Эрингсдорфа, Неандерталя, Галилеи I, Шапелль-о-Сена, Ла Кина, Гибралтера I,
Тешик-Таша, Брокен-Хилла и современного человека, и прове­
дена систематика усложнения эндокранов.
На рельефе эндокрана можно определить общую топогра­
фию отпечатков отдельных частей мозга и общую сравнитель­
ную конфигурацию рельефа (рис. 7, А, Б, В, Г), Отпечатки бо­
розд выявляются больше у представителей архантропов, а у па­
леоантропов они выявляются значительно слабее. Глубокие бо­
розды центральной части полушарий на эндокранах, как пра­
вило, не видны, кроме следов Сильвиевой ямки и задней части
Сильвиевой борозды. Сравнительная проекция поверхности полу­
шарий мозга довольно точно определяется изменениями соот­
ношений проекций форм рельефа. На рис. 8, А, Б и В изобра­
жены бюсты синантропа и неандертальцев (по реконструкции
М. М. Герасимова).
Начиная от австралопитека и до неандертальца из Шапелль-о-Сена наряду с увеличением объема мозга наблюдается
увеличение выпячиваний зон интенсивного роста нижетеменной
области (Ра и Р$), верхней височной (Г) и нижнелобной
(Гі1 и Гі2) подобластей. Выпячивание этих зон хорошо видно
на сравнительных проекциях обводов (рис. 9 и 10). После Шапелль-о-Сена начинается процесс грацилизации эндокрана и
наблюдается овоидность черепа.
Для некоторой ориентации функциональных значений зон
выпячиваний можно привести данные о локализации опреде­
ленных функций в этих зонах у современного человека (рис. 11).
Однако это не означает, что раньше функции у древних гоми­
нид были совершенно такими же, как и у современных людей.
Возвышение Ра (рис. 10) в ангулярной извилине (ап§) ниж­
нетеменной области поля 39 связано с интеграцией восприятия
зрительных образов, с речью, чтением и контролем за действия­
ми окружающих.
Возвышение Рз в супрамаргинальной извилине (згп§) ниж­
нетеменной области поля 40 связано с манипулированием пред­
метами, с целенаправленной деятельностью, с анализом и син­
тезом, с контролем за последовательностью этой деятельности.
57

Рис. 7. Эндокраны
А — питекантропа; Б — синантропа; В — неандертальца (Шапелль-о-Сен); Г — ре­
бенка неандертальца Тешик-Таш с зонами элевации мозга. Зоны усиленного развития
в нижнетеменновисочных областях мозга (Рб, Ра и Т) и в нижнелобной (Г/1, Бі2, Бі3)
Б. 8у — Сильвиева яма. Отпечатки борозд на эндокранах: Бб1, Бб2, Бі, Бт& и се — в
лобной доле; іб, іт в височной доле; со и Ь — отпечатки коронарного и лямбдовидного
швов; Бр — лобный полюс; Ор — затылочный полюс; рбс. і — нижняя постцентральная
борозда; ір — интерпариетальная борозда; М — верхняя передняя зона элевации; Бу —
Сильвиева борозда; двойная пунктирная линия — отпечатки сосудов; косая штриховка —
дефект эндокрана

Рис. 7 (окончание)

Возвышение Т в верхневисочной зоне 37, связанное с вос­
приятием смысловой звуковой речи, меньше выражено у пите­
кантропа, чем у синантропа. У всех гоминид возвышение Т
ниже, чем возвышения Ра и Ps.
Возвышения Fi1 и Fi2 в нижнелобной покрышке полей 44 и 45
связаны с речедвигательными функциями.
Возвышение Fi3 в среднелобной извилине зоны поля 46,
по предположениям некоторых исследователей, связано с ана­
лизом и синтезом ритмов движений. У архантропов это возвы­
шение еще не выражено, оно начинает возвышаться на более
поздней стадии развития гоминид у неандертальцев из Неандерталя и Ла Кина, Брокен-Хила и современного человека.
Питекантроп (Pithecanthropus erectus)

Питекантроп — древнейший, прямоходящий человек — предста­
витель первобытного человеческого стада, появился в конце
третичного — начале четвертичного периода. Впервые он был
обнаружен в 1891 —1892 гг. Е. Дюбуа в центральной части ост­
рова Ява в стратиграфическом горизонте, где находились также
останки гиппопотама, оленя и антилопы.
Питекантропы жили среди богатой фауны и флоры. Рост
их составлял 170 см. Среднее значение объема мозга — 950 см3.
Черепная коробка питекантропа массивна, верхняя поверх­
ность уплощена, надбровные дуги большие. Боковые поверхности
60

Рис. 8. Бюсты (реконструкция
М. М. Герасимова)
А — синантропа;
Б — неандертальца;
В — ребенка
неандертальца
Тешик-Таша

эндокрана имеют выпячивания в нижнетеменной области (Ра и
Рз) и в верхневисочной подобласти (7), а также в покрышке
нижнелобной подобласти Рі1 и Бі2 над зияющей Сильвиевой ям­
кой (3//). Сильвиева борозда 5у удлинена. На представленном
нами рисунке эндокрана у питекантропа (см. рис. 7, А) видна
только верхняя часть слабо выпяченных (из-за дефекта нижней
части черепной коробки) этих возвышений. В лобной доле ясно
видны следы борозд человеческого типа. В табл. 5 приведены
объемы головного мозга питекантропов.
Таблица 5
Объем мозга архантропов

Наименование находки

Объем

Питекантроп из Моджокерто
Ребенок 5 лет (пересчитанный на взрослого)
Питекантроп I
Питекантроп II
Питекантроп III
Среднее значение М =

700 см3
900 см3

935 см3
775 см3
900 см3
950 см3

Наименование находки

Объем

1200 см3
Синантроп I
1030 см3
Синантроп II
915 см3
Синантроп III
1000 см3
Синантроп V
850 см3
Синантроп VI
1015 см3
Синантроп XI
Синантроп XII
1030 см3
Среднее значение М = 1040 см3

61

В 1971 г. в юго-западной части Франции А. Люмлеем были
обнаружены в 30 км от Перпиньяна две челюсти и череп 20-лет­
него мужчины, принадлежащего архантропу, находящемуся на
переходной ступени от питекантропа к неандертальцу (Монгайт, 1973). Череп имеет низкие большие четырехугольные
глазные орбиты, очень большой подглазный валик, резко
выступающие челюсти, образующие острый лицевой угол и
крупные зубы, менее примитивные, чем у архантропа. Череп
сильно покат и имеет уплощенный лоб. Научных публикаций,
описывающих исследования этого черепа, в печати не появ­
лялось. Журналисты дали ему название «питекантроп Люмлея».
Вместе с черепом были найдены орудия, изготовленные из
кварцита.
Синантроп (Sinanthropus pekinensis)

Следующая стадия развития гоминид архантропов — синантро­
пы, которые в своем развитии ушли далеко вперед по сравне­
нию с питекантропами. Синантропы были обнаружены в 1929—
1931 гг. шведским геологом Андерсоном вблизи Пекина, на
окраине горной цепи, ограничивающей приморскую равнину с
запада. Это — пещерные обитатели, овладевшие огнем. Их ко­
стрища находились на одних и тех же местах в течение тыся­
челетий. Они пользовались изделиями из камня и кости. При
раскопках были найдены многочисленные расколотые куски
кварца, который не встречался вблизи пещер, обтесанные кре­
мневыми камнями дисковые орудия, остроконечники из горно­
го хрусталя и из изверженных пород диабаза типа двухсторон­
них рубил мустьерской и прёдмустьерской техники. Для утвари
использовалась кость, сходная с европейскими находками.
Эндокран синантропа (см. рис. 7, Б) обстоятельно изучен
Шельшером и Смитом (1934), а также многими другими уче­
ными. На рельефе этого эндокрана было обнаружено много
возвышений и углублений, которые представляют большой ин­
терес для церебрологов, знающих топографию рельефа мозга
понгид и гоминид. Эти возвышения значительно ярче выража­
ют особенности развития мозга формирующихся людей. Места
возвышений топографически совпадают с такими же возвыше­
ниями у питекантропа (см. рис. 7, А) в нижнетеменной и ниж­
нелобной областях. Но у синантропа по сравнению с питекант­
ропом они еще ярче выражены. Увеличились выпячивания Ps,
Ра, Fil и FP и еще больше углубилась Сильвиева ямка Sy вслед­
ствие увеличения лобной покрышки над ней. Овоидность эндокра­
на усилилась. Рельеф этого эндокрана приближается к эндо­
кранам других ископаемых гоминид более позднего периода
формирования — палеоантропам. Объем мозга синантропа зна­
чительно больше мозга питекантропа (см. табл. 5). Среднее
62

Рис. 9. Топография филогенетически новых зон коры мозга у современного
человека (полей 10, 45, 44, 46 в лобной области, 40, 39 в нижнетеменной
области, 37, 38 в височной области).
Ор — оперкулярное подполе; р — заднее подполе; s — верхнее подполе; і — нижнее
подполе.
Точки на рисунке обозначают: I — уменьшающиеся относительно площади всей коры;
II — сравнительно мало увеличивающиеся относительно площади всей коры; III —
значительно увеличивающиеся поля относительно площади всей коры полушария мозга
Незаполненные точками поля являются относительно стабильными. Остальные обоз­
начения те же, что и на рис. 1 и 3

Рис. 10. Фрониальные обводы на эндокранах, проходящие через зоны элева­
ции в теменной области гоминид (по Кочетковой, 1973).
А — в ангулярной извилине (ап£), Б — в супрамаргинальной извилине (зт£)
1 — шимпанзе; 2 — питекантроп; 3 — синантроп; 4 — Брокен-Хилл; 5 — Тешик-Таш;
6 — Шапелль-о-Сен; 7 — современный человек. Остальные обозначения те же, что и
на рис, 1 и 7

Рис. 11. Идеационные речевые зоны (по данным стимуляции) в доминант­
ном полушарии современного человека (по Пенфилду и Робертсу, 1964).
Зоны: 1 — верхняя (дополнительная моторная); 2 — задняя (Вернике); 3 — передняя
(Брока)

значение его объема составляет 1040 см3. Мозг синантропа бо­
лее развит, чем у питекантропа.
Синантропы объединяются антропологами в один вид с пи­
текантропами ввиду близкого сходства их физического типа
(см. рис. 8). Однако сравнение строения их эндокранов с точки
зрения развития мозга, с учетом решающего поворота в их
поведении и образе жизни в связи с овладением огнем и со­
зданием постоянного микроклимата, а также с овладением
сложными и разнообразными типами орудий, сделанными из
разных материалов и предназначенными для разнообразных
трудовых процессов, не позволяют поставить их рядом с пи­
текантропами. Синантропы по степени развития мозга и образа
жизни стоят гораздо выше питекантропов.
Овладение огнем и его значение для дальнейшего развития
человека трудно переоценить.
Данные, приведенные у Ефименко, 1938, 1953; Семенова,
1968 и Монгайта, 1973; Моѵіпэ’а, 1944 и др., свидетельствуют
о том, что синантропы, а, возможно, еще и питекантропы овла­
дели огнем, что имело огромное значение для перехода к со­
циальному образу жизни человека и для дальнейшего его про64

гресса. Огонь использовали для обогревания, приготовления
пищи, изготовления утвари и различных орудий. Он стал пер­
вой опытной «физико-химической лабораторией», в которой
человек наблюдал за преобразованием и переходом различных
видов материи из одного состояния в другое. Огонь позволил
заменить механическую обработку орудий, которая раньше тре­
бовала больших физических усилий и мышечного напряжения.
Необходимость обеспечения труда различными видами энергии
являлась главной движущей силой во все эпохи технического
прогресса человечества вплоть до наших дней.
Этот фактор оценил по заслугам Ф. Энгельс, когда он писал:
«Практическое открытие превращения механического движения
в теплоту так старо, что от него можно было бы считать- на­
чало человеческой истории» *.
Овладение огнем определило в дальнейшем переход от ка­
менного века к железному. Огонь как источник тепловой энер­
гии помог человеку бороться с климатическими колебаниями
внешней температуры и перейти к созданию искусственного ми­
кроклимата в своих жилищах, что имело большое значение для
беспомощных новорожденных и больных.
Женщина была главным хранителем огня и основательни­
цей домашнего очага. Она обеспечивала уход за детьми и боль­
ными и стала основной объединяющей и цементирующей силой
в создании общественных отношений. Поэтому она и стала
главным объектом древнего изобразительного искусства (см.
рис. 15).
Огонь дал возможность человеку расселиться на различных
широтах Земли, преодолевая суровые климатические условия.
Появление синантропа стало поворотным этапом в формиро­
вании социального фактора в антропогенезе человека.

Древние люди — палеоантропы
На территории Западной Европы были найдены черепа, при­
надлежащие к одной группе, получившей название неандер­
тальцев. Первый неандерталец был открыт в 1856 г. в Фельдхоферском гроте в Неандертале близ г. Дюссельдорфа (Германия).
Из этой группы нами исследованы эндокраны Шапелль-о-Сена
(Франция, 1908), Ла-Кина (Франция, 1910—1927) и др. Боль­
шинство находок обнаружено в пещерах вместе с орудиями, от­
носящимися к культуре среднего и даже позднего периода
мустье. Там же были найдены кости крупных животных (ма­
монта, шерстистого носорога, пещерного медведя). Эти находки
указывают на верхнеплейстоценовый геологический возраст,
соответствующий первой фазе вюрмского оледенения.
1 Маркс К- и Энгельс Ф. Сочинения, т. 20, с. 429—430.
3

Н. П. Дубинин, Ю. Г. Шевченко

65

Неандертальцы жили в вюрмский период развития ледников
(рисс-вюрмское межледниковье и часть вюрмского оледенения).
В начале этого периода в Европе был теплый и сухой климат
и существовала субтропическая фауна (древнейший слон, носо­
рог, бегемот и другие животные). Затем климатические условия
стали меняться, наступило резкое похолодание, и климат тунд­
ры приблизился к центральной Европе. Неандертальцы с шельской культурой попадают в самые суровые условия ледниково­
го периода.
Неандертальцы жили первобытным человеческим сообщест­
вом, занимались охотой на мамонтов, пещерных медведей, зуб­
ров и других крупных и хищных животных, собирали раститель­
ную пищу.
Основными орудиями неандертальцев были двусторонние
орудия, остроконечник, использовавшийся в качестве режуще­
го и ударного инструмента, скребло, употреблявшееся для вы­
скребания шкур, костей и обработки дерева, скребки, ножи,
резцы и сверла, изделия с зазубренными и пиловидными кон­
цами, острия, мелкие заостренные орудия и ретушеры из кости.
Жили неандертальцы в гротах, у скальных навесов и в
мустьерских жилищах.
Как пишет А. Л. Монгайт (1973), известно около 50 захоро­
нений неандертальцев, расположенных в неглубоких ямах или
выдолблениях в полу пещер. Захороненные неандертальцы лежа­
ли на боку в позе спящих и расположены были по линии с за­
пада на восток. Имеют место захоронения черепов без других
частей тела. Череп, обнаруженный в Монте-Чирчео, окружен
выкладкой из камней и костей животных.
При ухудшении климатических условий неандертальцы не
отступили на юг, так как научились добывать огонь, создали
достаточный обогрев в своих жилищах при походной и оседлой
жизни, а также стали, по-видимому, использовать шкуры уби­
тых зверей для одежды.
Неандертальцы были низкого и среднего роста, очень силь­
ного телосложения, обладали большой силой, ловкостью и под­
вижностью. Кисть руки у них более массивная и грубая, чем у
современного человека. При раскопках местонахождений неан­
дертальцев были обнаружены куски красной охры, заострен­
ные, как карандаши, или истертые в порошок.
Черепа палеоантропов описывали и сравнивали между со­
бой многие антропологи. Они пришли к выводу, что все палео­
антропы имеют ясно очерченную, свойственную им стадийную
типологию и встречаются не только в Западной Европе, но и в
Восточной. К этому типу принадлежит и неандертальский тип,
который обстоятельно изучался рядом ученых, в том числе
A. Хрдличкой (Hrdlicka, 1927), М. А. Гремяцким (1948),
B. П. Якимовым (1949), В. В. Бунаком (1951), В. И. Кочет­
ковой (1973) и др.
66

Эндокраны представителей неандертальцев можно разде­
лить на несколько типов. Одни из них ближе стоят к эндокра­
нам синантропов, другие — к эндокранам неоантропов.
Среди всех известных ископаемых предков человека наибо­
лее грубые черты, наибольшую величину черепа с резко выра­
женными на нем выступами и западениями имеет эндокран че­
ловека из Шапелль-о-Сена (см. рис. 7, В). Емкость его черепа
1626 см3, т. е. превышает средний уровень емкости черепной ко­
робки современного человека. Наряду с этим у него наблюдает­
ся дальнейшее развитие и расширение зон элевации в нижне­
теменно-височной и лобной областях, что говорит о дальнейшем
прогрессе в формировании сапиентного типа этой стадии. Осо­
бенно это выражено в лобной доле, где зоны выпячивания рас­
пространились выше — на средне-переднюю лобную извилину
Fi3 в зоне полей 45, 9, 10 — самых новых, связанных с самыми
высокими функциями высшей нервной деятельности человека —
разными формами абстрактного мышления. Объем мозга па­
леоантропов представлен в табл. 6.
В силу огрубелых черт черепа Шапелль-о-Сена ему
(см. рис. 7, В) приписывают низкое положение в ряде разви­
вающихся гоминид и причисляют к тупиковым формам ископае­
мых предков неоантропа. Но это совершенно необосновано.
При грубом мускульном типе телосложения Шапелль-о-Сена
и грубых наружных выступах черепа внутренняя поверхность
его эндокрана показывает большой объем, сложное и прогрес­
сивное строение его мозга (см. рис. 7, В), идущее в сапиентном
направлении. Зоны выпячивания у него поднимаются значитель­
но выше, чем у других неандертальцев, например неандерталь­
ца из Эрингсдорфа. Сочетание грубых и крупных черт телосло­
жения, грубого черепа и высоты прогрессивного развития мозга
Шапелль-о-Сена, видимо, связано с суровыми климатическими
условиями, в которых он находился.
У палеоантропа в течение среднего плейстоцена объем эндо­
кранов и мозга значительно увеличился. Растущие зоны полу­
шарий захватывают все большие и большие области не только
теменной, височной и затылочной коры, но и нижней лобной.
Наблюдается элевация и в средней лобной извилине. Таким
образом, эпицентрами роста продолжают оставаться зоны, свя­
занные с развитием трудовой и речевой деятельности человека.
Только верхняя часть полушария мозга — свод (convex) у па­
леоантропов остается еще уплощенной.
Изученные нами эндокраны неандертальцев составляют
следующий прогрессивный ряд усложнения мозга: Эрингсдорф,
Неандерталь, Шапелль-о-Сен, Ла Кина, Тешик-Таш, БрокенХилл (см. рис. 7, 10). Оптимальная выраженность неандерталь­
ского типа представлена на эндокране Шапелль-о-Сена
(1626 см3) (см. рис. 7, В). К этому периоду мозг увеличивается
в три раза по сравнению с мозгом понгид.
67

3*

Таблица б
Объем мозга палеоантропов
Место находки

Нгандонг X
Нгандонг XI
Штейнгейм
Сванскомб

Саккопсторе I
Саккопсторе II
Гановцы
Крапина
Эрингсдорф
Фонтешевад
Неандерталь
Спи I
Спи II
ГІетролона
Гибралтар I
Монте-Чирчео I
Ле-Мустье V
Ла Шапелль

Объем

Место находки

1055 см3
1065 см3
1070 см3
1170 см3
1325 см3
1275
1200
1280-1300
1320
900 см3
1450 см3
1450 см3
1408 см3
1562 см3
1600 см3
1220 см3
1260 см3
1550 см3
1564 см3
1626 см3

Ла Ферраси
Ла Кина
Нгандонг III (6)
Табун I
Мана
Галилея
Тешик-Таш
Схул II
Схул IV
Схул V
Схул IX
Кафзех V
Шанидар I
Салданья

Объем

1641 см3
1350 см3
1367 см3
Средн. 1100 см3
1271 см3
1225 см3
1440 см3
1490 см3
1300 см3
1554 см3
1518 см3
1587 см3
1560 см3
1700 см3
1225 см3
(1200—1250) см3

Архаитроп ньярасСК ИЙ

Джебель Ирхуд
Брокен-Хилл

1100 см3
1429 см3
1325

Среднее значение М = 1350 см3

Неандертальцы с шельской культурой попадают в самые
суровые климатические условия ледникового периода.
Люди на этой стадии имели высокую степень развития ниж­
нетеменной области, в связи с их усиленной трудовой физиче­
ской деятельностью.
Эндокраны Тешик-Таш и Брокен-Хилл выявляют дальней­
ший прогресс мозга в направлении черт сапиентации. Они име­
ют более овоидную форму с несколько стушеванными граница­
ми зон элевации и тем самым более приближаются к типу
эндокранов неоантропов (позднего палеолита) и современно­
го человека.

Неоантропы
В позднем палеолите продолжается изменение типа структуры
тела, формируются расовые и групповые особенности популяций
и их локальные варианты, вырисовываются этнические особен­
ности культуры. Нарастает размах индивидуальной изменчиво68

сти типов, идет дальнейшее формирование социальной среды,
начинают обостряться противоречия в развитии общественных
отношений. Влияние социального фактора на стабилизацию
естественного отбора физического типа выражается на стадии
неолита установлением оптимального преобразования конструк­
ции мозга как в максимальных величинах объема черепной
коробки, так и в качественной реконструкции развития мозга
с максимальным разрастанием филогенетически новых областей
у человека разумного (см. рис. 9, 10, 11). Массивный череп
палеоантропов уступает место грацильной и овоидной форме
черепа неоантропа вследствие усиленного разрастания ассоционных путей связей и развития филогенетически новых областей
коры мозга.
Постоянство топографии возвышений на эндокранах у всех
ископаемых гоминид — от питекантропа до неандертальца —
постепенное и последовательное расширение зон элеваций в
филогенетически новых областях коры полей 40, 39, 37 в ниж­
нетеменно-височной подобласти и полей 44, 45 и 46 в нижнелоб­
ной подобласти в период формирования функциональных системогенезов, связанных с трудовой деятельностью и речью, не­
посредственно указывают на их морфофункциональное единство
и интенсивное развитие в период перехода к сапиентному типу
неоантропа. Верхние дорзо-медиальные конвекситальные разде­
лы коры мозга (межуточные зоны «лимбического мозга») меж­
ду старой и новой корой зоны несут более простую функцию —
нутретивновегетативную. Они не являются ведущими в форми­
ровании сапиентности поведения человека.
В дальнейшем у ископаемых гоминид белое вещество коры
мозга разрастается за счет увеличения межкортикальных ассо­
циационных связей между старыми и новыми разделами коры
мозга (рис. 12), в силу чего верхняя поверхность полушарий
поднимается, а на боковой поверхности полушарий филогене­
тически новые зоны коры не только возвышаются над соседними
разделами более старых областей коры, но и, расширяясь, вы­
тесняют их на внутреннюю поверхность полушарий или надви­
гаются на них в виде покрышек над инсулярным островком. Так­
же интенсивно в этот период разрастаются и усложняются новые
комиссуральные связи мозолистого тела, связывающие деятель­
ность новой коры правого и левого полушарий.
Дальнейшее развитие мозга выражается в сглаживании
выступов на эндокранах; верхняя часть свода мозга поднима­
ется, видимо, в связи с увеличением межкорковых волоконных
связей; устанавливается основной тип перестройки всей конст­
рукции полушарий мозга с его старыми и ведущими новыми
системами (см. рис. 11, 12).
В период формирования неоантропа стали углубляться бороз­
ды, новые части мозга стали надвигаться на старые; в глубине
борозд появились вторичные и третичные борозды и извилины
69

Рис. 12. Ассоциационные
(по Дзугаевой, 1965).

пути

связи

полей

коры

мозга

человека

Обозначения те же, что на рис. 1 и 3

на дне и в пристеночных пространствах. Гетерохрония развития
идет в сторону расширения новых областей за счет относитель­
ного уменьшения старых.
За период становления человека мозг увеличился в среднем
в 3 раза по сравнению с мозгом самых крупных понгид. Фило­
генетически новые поля, найденные нами у обезьян, состав­
ляют 7% от площади всей поверхности коры мозга у низших
обезьян и 12,7% У высших обезьян. У современного же челове­
ка при общей стабилизации весовых отношений прогрессивно
развивающиеся области занимают 31% (см. рис. 9).

Начало формирования интеллекта человека
Развитие интеллекта человека связано с эволюцией его мозга,
который, в свою очередь, обязан возникновению и прогрессу
трудовой и речевой деятельности.
Фундаментом для развития разумной деятельности прегоми­
нид и в дальнейшем гоминид явилось преодоление трудностей
в процессе борьбы за существование.
«Развитие человеческого мозга не происходит в отрыве от
истории животных видов,— говорит Б. Мюлдуорф (1964),—
оно сохраняет преемственность, которую необходимо опреде­
лить как диалектическую, поскольку человекообразование яв­
ляется не делом биологических случайностей, а генетическим и
историческим результатом взаимодействия индивида с его сре70

дой». Он подчеркивает, что развитие диалектического и мате­
риалистического способа мышления выражает прогресс мысли,
все больше становясь вместе с тем объективно необходимым
уровнем этого прогресса.
«В этом смысле человеческий мозг есть орган рациональ­
ного мышления, а в силу этого он является одним из элементов
общественного прогресса».
П. Шошар (1964) говорит, что, когда мы изображаем перво­
бытного человека, мы должны избегать излишнего преувеличе­
ния его первобытности, приближая его к животному миру и за­
бывая, что своим мозгом он был уже подобен нам и весьма
отличался от животных, был способен на размышление, суж­
дение.
Для правильной оценки степени развития интеллекта пер­
вобытных людей необходимо рассмотрение условий их жизни,
способов добывания пищи, изготовления орудий, используемых
в повседневной жизни. Следует также принять во внимание
возникновение и уровень их абстрактного мышления, развитие
искусства, способы передачи информации и накопленного опы­
та предыдущих поколений последующим. При этом необходимо
обращать внимание на новые качества поведения, отличавшие
их от поведения приматов, а не только сравнивать его с со­
временным человеком.
Еще задолго до систематического применения естественных
предметов в своей жизнедеятельности далекому предку совре­
менного человека необходимо было выявить, проверить и опре­
делить их основные свойства, которые позволили бы использо­
вать их для получения тех или иных желаемых эффектов и
оценить полученные результаты. Для этого необходимо было
наблюдение и осознание получаемых результатов по сравнению
с намеченными.
Появление опосредованного отношения к окружающему миру
и выработка абстрактных представлений о необходимости со­
вершения конкретных действий и осознание причинно-следст­
венных связей можно назвать зачатками абстрактного мыш­
ления, необходимого для развития интеллекта.
Предыстория этого периода остается скрытой от внимания
исследователей. Но как бы мы ни фантазировали на этот счет
или, наоборот, игнорировали этим периодом во имя объектив­
ности, период овладения естественными орудиями в процессе
борьбы за существование, подбор естественных предметов с
определенными заранее намеченными качествами и собирание
их по заданной форме и для определенных целей использова­
ния являлись самым важным показателем разумности и новым,
переломным и переходным периодом в формировании всей ис­
тории развития интеллекта человека разумного.
Проверка правильности накопленных знаний и опыта осуще­
ствлялась еще на заре возникновения разумной деятельности.
71

Вследствие наблюдений, тренировки, выучки и передачи
индивидуального опыта у австралопитеков происходит перест­
ройка поведения, интеграция мышления и увеличение подвиж­
ности нервных процессов, благодаря чему они выдвинулись да­
леко вперед по сравнению с понгидами.
У древних предков человека появились понятия о времени,
пространстве и факторах причинности. В связи с расширением
ареала обитания возникает ориентировка в пространстве и вре­
мени по движениям небесных светил.
Благодаря длительным наблюдениям сезонности создаются
представления о временах года и проверенные опытом бытовые
календари.
Переход первобытных людей к систематической охоте с ис­
кусственными орудиями как главному источнику существования
обязан усложнению их умственной деятельности. Так, во время
охоты в различные времена года они должны были следить за
повадками зверей и использовать наблюдения в целях усовер­
шенствования различных способов охоты. Охотники устраивали
засады в местах водопоев, вырывали и замаскировывали ямы
для поимки крупных зверей, использовали различные тупики в
горных ущельях с тем, чтобы загонять туда зверей и облегчить
победу над ними.
Первобытные люди изобретают новые более эффективные
орудия, повышающие быстроту их действия и увеличивающие
силу удара и точность попадания в движущуюся цель (напри­
мер, стрелу, способную поразить зверя на большем расстоянии,
чем камень или палка), а также орудия, позволяющие при мень­
шей затрате физических сил получить желаемый эффект.
Объективным критерием степени развития интеллекта у ис­
токов формирования человечества служат главным образом
находки искусственных орудий и произведений изобразительно­
го искусства.
«С того времени, как сознание человека дошло до употреб­
ления орудий, как новых средств, присоединивши их к органам
своего тела, человек переходит на совершенно новый путь свое­
го развития. Прежде эволюция, как у всех остальных животных
сводилась к видоизменениям его естественных органов (путем
естественного отбора), теперь она становится прежде всего ис­
торией усовершенствования его искусственных органов»,— пи­
шет Г. В. Плеханов (1956).
Орудие труда это не только предмет, обладающий опреде­
ленными заданными свойствами. Оно вместе с тем представля­
ет собой вещественную форму разумной творческой деятельно­
сти многих поколений.
Древнейшие каменные орудия, найденные в Африке в доли­
не реки Омо, датируются 2.100.000 лет, а у озера Рудольфа —
2.600.000 лет. Это грубые каменные желваки, рубящего типа,
подправленные очень примитивными сколами. Эти орудия были
72

пригодны для любых трудовьіх операций, которые выполнялись
первобытными людьми (Алексеев, 1974).
Ручное рубило шелльского периода можно рассматривать
как результат длительного развития более примитивных форм
орудий в результате трудовой деятельности. В ангельскую эпо­
ху помимо каменных бифасов разной формы существовали ру­
била, деревянные палицы и рогатины. В мустьерскую эпоху
древний человек пользовался ножами, скреблами, шильями, ка­
менными и костяными ретушерами.
В палеолите к обработке дерева прибавляется обработка
камня, кости, рога, бивня мамонта, шкур, кожи, сухожилий.
Появляется производство красок, керамики, выделки тканей,
веревок, сетей, плетеной утвари, изготовление одежды; начина­
ется обработка земли.
В позднем палеолите орудия имеют 35 видов функциональ­
ных назначений, а в неолите эти назначения утраиваются. Су­
ществует прямая зависимость орудийной деятельности от коли­
чества и качества орудий, которыми располагает общество.
В поздний период у ископаемых гоминид (неоантропов)
наблюдается многообразие и разнохарактерность материальной
культуры, тонкость и четкость обработки с ясно намеченным
назначением и специализацией как орудий, так и предметов
труда. Имеется набор различных резцов и пластин для обработ­
ки костей и бивней. Материалом, подвергавшимся обработке,
являлись шкуры животных и сухожилия. Для украшения ору­
дий и одежды использовались раковины моллюсков, зубы и дру­
гие кости: В быту широко использовались красящие вещества —
охра, мел, уголь.
Усовершенствование древних орудий происходит крайне за­
медленными темпами, как пишет С. А. Семенов (1968), путем
незначительных подправок и изменений существующих форм,
полученных от предшествующих эпох. Так, миндалевидная фор­
ма рубил шельской эпохи приобретает в ашельскую эпоху бо­
лее тщательную обработку, более острые края и меньший вес.
Интеллект первобытных людей никак нельзя расценивать
как свойство, инстинктивно закрепленное естественным отбором,
как полагает Б. Ф. Поршнев (1974) на основании того, что
живущие в разных местах первобытные люди изготавливали
однотипные орудия.
Возникновение одинаковых орудий в различных весьма от­
даленных друг от друга ареалах обитания не является призна­
ком недостаточных умственных способностей первобытных лю­
дей, как утверждает Б. Ф. Поршнев, а признаком того, что ло­
гическое мышление приводило к установлению объективных
знаний законов природы и созданию орудий, соответствующих
одинаковым общественно производственным назначениям.
Древние люди были первооткрывателями и изобретателями
новых орудий, часто не имеющих прототипов. Стереотип формы
73

и тем более функциональное назначение орудий часто сохраня­
ется на протяжении всей истории человечества. Так, нож, кир­
ка, лопата, кувалда, резец и молоток сохранили свою форму и
функциональное назначение вплоть до наших дней. Изготовле­
нию орудия обязательно предшествует замысел-определение
его основных качеств для использования в определенных целях,
т. е. ему предшествует процесс абстрактного мышления. Изо­
бретение орудий, не имевших аналогичных, требует значительно
более высокого интеллектуального уровня, чем в случае суще­
ствующих прототипов. Наряду с однотипностью большого числа
орудий увеличивается их функциональное назначение. Так, с по­
мощью кисти можно сметать пыль или использовать ее для
более высоких целей — например, для создания произведений
искусства.
Развитие уровня интеллекта в историческом аспекте недо­
статочно определять только по высоте технической инженерии.
Следует принимать во внимание, какое значение она будет
иметь для прогрессивного развития человечества в целом, как
она влияет на общественные отношения, познавательные способ­
ности, абстрактное мышление и на рост интеллектуальных и
творческих способностей отдельного человека.
Не всегда высокий уровень абстрактного мышления бази­
руется на высоком уровне техники. В качестве таких примеров
можно привести открытие математического счета, создание гео­
метрии, возникновение гуманитарных наук (таких как филосо­
фия), открытие Ньютоном всемирного тяготения, открытие Ко­
перником вращения Земли и возникновения ряда других чисто
теоретических наук.
Однако человек никогда не становится рабом техники,
а остается ее созидателем благодаря социальной природе раз­
вития интеллектуального прогресса.
В период становления человека как разумного существа к
биологическому фактору его эволюции прибавился новый исто­
рический фактор накопления знаний и культурного наследова­
ния в результате трудовой деятельности многих поколений в
возникающем обществе, который стал основным движущим
фактором антропогенеза.
В эволюционном процессе труд следует рассматривать как
процесс, благодаря которому человек выделился из животного
мира.
Трудовая деятельность и формирование общественных отно­
шений идут взаимосвязанно и взаимообусловленно.
Еще на стадии формирования людей создаются определен­
ные общественные отношения, взаимная заинтересованность и
неизбежность сотрудничества. При этом создается широкий
круг действий, охватывающих технологию многообразного тру­
дового процесса. Производительность коллективного труда ста­
новится выше, а качество продукции лучше, чем при одиночном
74

исполнителе. Это и становится главным стимулом к объедине­
нию и возникновению новых отношений между личностью и об­
ществом.
Труд является источником и результатом умственного раз­
вития человечества. При любой форме труда выявляется мно­
гообразие вариантов творческих поисков в решении поставлен­
ных задач, возникновение новых идей и путей, направленных к
совершенствованию орудий труда. Установление же стереоти­
пов в труде ведет к автоматизации действий и приводит их в
подсознательную, автоматическую сферу деятельности. Созна­
тельная же творческая деятельность ведет к новаторству и про­
грессу, познанию и творчеству. Общественная форма труда яв­
ляется направляющим фактором прогресса. Она вносит поправ­
ки в деятельность отдельного человека, а в социалистическом
обществе ведет к совершенствованию построения будущего че­
ловечества.
Трудовая деятельность человека запечатлевается в матери­
альных и культурных ценностях человечества.
Благодаря трудовой деятельности человек, создавая новые
орудия труда и машины, преодолевает природные недостатки
своей биологической конструкции, ограниченной возможностями
своих естественных органов.
Так, например, с помощью электронных микроскопов совре­
менный человек проникает в микроструктуру мозга. Благодаря
электронно-вычислительным машинам ускоряются математиче­
ские расчеты и освобождается время для дальнейшей творче­
ской трудовой деятельности человека. С помощью телескопов
и ракет, человек проникает в тайны Вселенной.
Вследствие трудовой деятельности человек увеличивает свои
информативные способности, раздвигает горизонты познания
окружающего его мира и осуществляет преобразование биогео­
ценоза Земли.
Развитие интеллекта и умственной деятельности человека,
а также быстрая смена культуры в ходе общественно-истори­
ческого процесса идут иными путями и темпами, совершенно не
сопоставимыми с темпами его биологической эволюции благо­
даря трудовой деятельности, как подчеркивают В. П. Зинченко, і
А. Н. Леонтьев, Д. Ю. Панов (1964) и Б. Ф. Поршнев (1974). '
Дальнейший прогресс человека как биосоциального сущест­
ва возможен только при существовании трудовой деятельности,
накоплении опыта и использования этих результатов будущими
поколениями.
Орудийная деятельность и изобразительное искусство, прак­
тическая и художественная деятельность, ремесло и искусство
исторически были тесно связаны между собой, вытекали одно
из другого начиная с эпохи палеолита. Развитие искусственных
орудий не только удовлетворяло практические потребности об­
щества,- оно стимулировало развитие различных видов изобра75

зительного искусства, удовлетворяющих эстетические запросы
общества.
Искусство возникло в результате развития трудовой дея­
тельности и мышления первобытного человека. Оно появилось
одновременно с рубилами и резцами, позволявшими обрабаты­
вать камни, кости, рога и дерево.
Изобразительное искусство не имеет предыстории в живот­
ном мире, хотя вся природа полна объектами, вызывающими
эстетические чувства и образные представления у человека и в
ранний период его истории.
Эмоциональная готовность к «рисованию» и индивидуаль­
ный почерк набросанных каракуль в какой-то мере свидетель­
ствует о наличии у обезьян определенных предпосылок к на­
чертательной деятельности.
В. С. Мухина (1965, стр. 161, рис. 1 и 2) отметила, что шим­
панзе девяти лет и ребенок в возрасте одного года и 10 месяцев
стремятся к подражательным движениям руки взрослого чело­
века, обучающего их рисованию или письму. На этих рисунках
представлены результаты их графической деятельности. Части
эллипсоидов показывают на общность проекций естественных
размахов передней конечности обезьяны и свободных движений
руки ребенка. Галочки же на рисунках у обезьяны и у ребенка
указывают на то, что у обоих при копировании устанавливает­
ся более четкая связь между действием и его результатом.
При этом появляется способность повторить удержанный в па­
мяти образ случайно поставленной каракули. Таким образом
происходит зрительный контроль над движением передней ко­
нечности или руки, в результате чего при повторном движении
получается другая галочка, близкая к первой.
Стремление к «рисованию» капуцина и высших обезьян сви­
детельствует о попытке копировать реальные свои и чужие
движения. В то же время видно, что эти попытки не достигли
достаточной выразительности и ясности конкретного образа,
а тем более не имеют символической формы отображения.
Появление искусства — одна из высших форм сознательной
деятельности человека в период его становления. Переход от
конкретных форм восприятия к абстрактным формам анализа
и синтеза, выраженного в образной форме, отражающей мыш­
ление художника в виде произведения изобразительного искус­
ства,— специфически человеческая форма интеграции психиче­
ской деятельности.
Умение перевоплотить реальную действительность в образы
имеет большое значение в жизни общества. Идеи и замыслы,
передающиеся зрителю, становятся рычагом общественного воз­
действия на психику человека, воспитателями этических и эсте­
тических вкусов, положительных или отрицательных настроений,
стимулирующих активное поведение.
Искусство явилось показателем познавательной деятельно76

сти человека, результатом его абстрактного мышления и жела­
нием зафиксировать и передать свои творческие достижения
грядущим поколениям. Оно служило первобытному человеку
также способом передачи информации, пока еще не была изо­
бретена письменность.
Изобразительное искусство формировало сознание людей,
связанных общностью интересов, обычаев и запретов.
В искусстве палеолита преобладали реальные формы изо­
бражения трудовых процессов, успехов и побед человека в борь­
бе с многочисленными сильными животными.
Изображение картин охоты, зверей, прирученных животных,
женщин и самой человеческой руки — вот основные мотивы
изобразительного искусства первобытного человека. Это свиде-

Рис. 13. Наскальная живопись Южной Африки у реки Тсоелайк (в системе
реки Оранжевой). Сцены битья рыбы с лодок копьями (по Семенову, 1963)
77

тельствует о том, какое исключительное значение имело созна­
ние человека, вдохновлявшее творчество художника.
Художник выступает в палеолитическом искусстве как чело­
век с весьма многогранно одаренной наблюдательностью, вла­
деющий знанием разнообразных свойств окружающей его при­
роды: света, теней, красок, пространственно-стереоскопических
и стереогностических свойств, воспроизведения динамики жиз­
ненных ситуаций, процессов труда, выражений эмоциональных
настроений, этических и эстетических вкусов окружающего об­
щества.
'
На рис. 13 изображена сцена лова рыбы копьями под руко­
водством опытного охотника. Этот рисунок имеет сложную ком­
позицию и большую четкость изображения всего процесса,
а также жестов и поз отдельных рыболовов. По замыслу худож­
ника рисунок должен изображать всю динамику, сложность и
быстроту коллективной рыбной ловли, распределение лодок,
окруживших косяк рыбы, а также показать умение и ловкость
владения гарпуном. Особенно стилизована поза самой высокой
фигуры человека, который как бы парит над всей композицией
и дирижирует всем происходящим. Видимо художник хотел от­
тенить ведущую роль личности человека, обнаружившего столь
большое скопление рыб и руководившего всем ходом рыбной
ловли. Для этого рисунка характерно абстрактно стилизованное
представление значения и роли человека, осуществляющего ру­
ководство всей операцией рыбной ловли. Он указывает на пе­
реход от конкретно натуралистического изображения в искусст­
ве к символическим абстрактным обобщениям.
На рис. 14 представлены настенные изображения животных,
пораженных стрелами (Л и Б), и палеолитических охотников
(В, Г, Д, Е) в моменты преследования животных и метания
стрел. Эти изображения были обнаружены во Франции и в Ис­
пании.
В 1936 г. в раскопках палеолитического поселения на пра­
вом берегу Ангары у села Буреть, среди костей быков, мохна­
тых лошадей и дикого осла была найдена статуэтка, изображав­
шая женщину в меховом комбинезоне, которая была вырезана
из бивня мамонта. Она получила название «Венера в меховом
комбинезоне», улыбку которой А. П. Окладников (1967) срав­
нивает с улыбкой Джоконды. Эта фигурка изображена на
рис. 15. Выполнена она с большим мастерством. Сам бивень
мамонта, послуживший материалом для статуэтки, был исклю­
чительно подходящим материалом, благодаря которому кажет­
ся, что изображенная фигурка излучает тепло.
Человек еще в ранний исторический период твердо стал на
путь, направленный не только на удовлетворение своих матери­
альных потребностей. Забота о будущих поколениях переросла
из зоологической категории, связанной с заботой сохранения
вида, идентичной заботе животных о конкретном генетически
близком потомстве и перешла в качественно иной тип — в за78

Рис. 14. Наскальные изображения животных, пораженных стрелами палео­
литических охотников (Франция) и изображения палеолитических охотников
(Испания) в момент преследования животных и стрелометания
А — олень Ла Коломбьер; Б — носорог Ла Коломбьер;
дора; Д — Альпера; Е — Жозеф (по Семенову, 1968)

В — Кабаллос; Г — Салта-

боту о передаче последующим поколениям знаний, полученных
в результате наблюдений и личного опыта. Создавались сказа­
ния, мифы и былины.
Следует подчеркнуть, что искусство, в какой бы оно форме
и в какое бы время не возникало и не изменялось, является
показателем степени развития сознания, общественных отноше­
ний, идеологической надстройки, этических и эстетических вку­
сов общества.
Искусство первобытных людей так же, как и в настоящее
время, являлось не только свободным личным творчеством ху­
дожника. Оно служило и служит обществу как средство воспи­
тания общественного сознания личности, создания определенно­
го настроения, передачи информации будущим поколениям.
В памятниках искусства отображены знаменательные события
истории общества.
Следовательно, искусство рано стало высшей формой твор­
ческой деятельности человека и играло большую роль в форми­
ровании сознания.
Изобразительное искусство было первым символическим
языком человека, доступным всем поколениям и эпохам истори­
ческого периода человечества. Оно остается бессмертным язы­
ком, понятным для человека всех времен и уровней развития.
При этом каждый человек видит в нем то, что он сам может
воспринять по уровню своего культурного развития, как биосо­
циальное существо.
Высокое развитие интеллекта не является привилегирован­
ной особенностью какой-либо расы. «Если бы у нас был сегодня
79

маленький кроманьенский ре­
бенок, которого мы взяли бы
с рождения, он был бы в со­
стоянии поступить в Политех­
нический институт или же
быть видным социологом»,—
заявил Ц. Шошар (1964).
Некоторые исследователи
XIX и XX вв. при рассмотре­
нии расового вопроса причис­
ляли представителей народов,
находящихся на более низком
культурном уровне, к проме­
жуточному звену, находяще­
муся между обезьяноподобны­
ми предками и современным
человеком. Так, известный зо­
олог Т. Гексли причислял па­
пуасов острова Новой Гвинеи
к пучкоголовой расе, которую
он считал неполноценной.
Выдающийся
прогрессив­
ный общественный деятель
Н. Н. Миклухо-Маклай, быв­
ший ассистентом Гексли, посе­
тивший Новую Гвинею и ост­
рова Микронезии и Маланезии
в 1870—1872 гг., считал, что
расовые и культурные при­
знаки народов формируются
под влиянием природной и со­
циальной среды. Он изучал
папуасскую расу в течение
15 месяцев на северо-восточ­
ном берегу Новой Гвинеи.
В 1871 и 1872 гг. Н.Н. Ми­
клухо-Маклай собрал богатый
материал, на основании кото­
рого он доказал, что утвержде­
ния о неполноценности папуа­
сов не соответствуют действи­
тельности. Он показал, что хо­
тя папуасы и отстали в куль­
турном отношении в силу ряда
исторических причин, но по
своим умственным способно­
стям они не уступают предста­
вителям других рас.

Рис. 15. «Венера в меховом комби­
незоне» (по Окладникову, 1967)

80

Рис. 16. Фотопортреты
Павловского)

современных

папуасов

Бонгу

(из

коллекции

В 1972 г. советская экспедиция посетила берег МиклухоМаклая на Новой Гвинее.
Результаты проведенных исследований описаны О. М. Пав­
ловским (1975).
Сравнение
антропологических
данных,
проведенных
Н. Н. Миклухо-Маклаем и советскими антропологами показало
отсутствие различий в соматическом строении папуасов и зна­
чительный прогресс их интеллектуального и культурного разви­
тия. Женщины у папуасов активно участвуют в общественной
жизни.
Папуасы быстро научились у наших антропологов методам
антропологических измерений и охотно познакомили их со своей
жизнью, бытом, обрядами и праздником в честь Н. Н. Миклу­
хо-Маклая, которые отмечаются ежегодно. Народное искусство
папуасов, как и у других народов, передает выдающиеся собы­
тия при помощи легенд, песен и обрядовых танцев.
На рис. 16 представлены фотографии папуасов, сделанные
О. М. Павловским в 1971 г.
Среди творцов науки и людей, достигших вершин интеллек­
туального развития, находятся представители самых разных рас
и народностей.
Морфологические исследования коры головного мозга пока­
зали, что структурные типы вариантов специфически человече81

ских іюлей у представителей разных рас могут находиться й
одной группе. Например, мозг бурята и француза (см. Шев­
ченко, 1972 и др.).
Интегративная роль некоторых разделов коры и подкорки
и их связи

В каждом акте поведения человека принимают участие все раз­
делы нервной системы — от периферии до коры больших полу­
шарий. Однако это участие различно, и прямое наложение функ­
ций на конкретные детали конструкции коры мозга весьма за­
труднительно. Сами функции настолько сложны, многообразны
и подвижны в зависимости от условий и сложности самой фор­
мы поведения, что до сих пор мы подходим весьма опосредо­
ванно к понятию динамической локализации функции в этой
сложнейшей конструкции мозга. Особенно это относится к ин­
тегративной функции больших полушарий и их связей.
Эволюционный принцип усложнения познавательных процес­
сов отражения и активного воздействия на внешний мир свя­
зан с усложнением конструкции мозга и механизмов динамиче­
ской локализации интегративной функции поведения в целом.
Конкретное и прямое наложение специфической интегратив­
ной функции человека на структурную конструкцию мозга
весьма затруднено вследствие того, что она весьма сложно
опосредована социальной средой как по генезу, так и по муль­
тифункциональности и полизональности своего системного мор­
фофункционального выражения. Чтобы в какой-то степени про­
следить структурно-функциональное единство, мы должны опи­
раться на изучение исторического развития механизмов второ­
сигнальной системы и трудовой деятельности человека, а так­
же на мало изученные в аспекте возрастных изменений морфо­
функциональные корреляции функциональной конструкции
системогенезов мозга, особенно на живом объекте.
Принципы их динамической локализации раскрываются при
изучении фило- и онтогенеза коры мозга человека. Они не
штампуются генетически как готовые механизмы с определен­
ной формой и границами реакции в постоянно закрепленном
механизме функциональных стереотипов, появившихся в задан­
ное время, как это имеет место в анализаторных первосигналь­
ных системах у животных. Эти функции возникают, воспиты­
ваются и осваиваются путем познания встречных потоков ин­
формации и реинформации. Они развиваются стадийно в тече­
ние всей жизни и становятся неотъемлемым свойством функции
коры мозга индивидуума, получившего характеристику лично­
сти как неповторимой индивидуальности. Структурные механиз­
мы этих второсигнальных системокомплексов отличаются топо­
графической полизональностью и мультифункциональностью
определенных зон, развивающихся постадийно, системно, гете82

рохронно, способных к компенсаторной замещаемости одних
систем другими вплоть до замены анализаторных систем и ор­
ганов, например, слуховых восприятий зрительными или двига­
тельными, и до полного замещения функции одного полушария
другим или одного периферического органа другим, как это на­
блюдается при дефектах в разных системах организма (см.
рис. 28).
Патологические изменения человеческого поведения включа­
ют в себя не чистый синдром выпавшей функции, а и компен­
сацию, какую смог организовать саморегулирующийся и самореставрирующий дефекты мозг человека в социальном окруже­
нии.
Динамическая локализация функций нервной системы позво­
ляет компенсировать разнохарактерные потоки информации всех
функциональных систем для достижения цели. Высшая конвергентность специфически человеческих системокомплексов вто­
росигнальных функций трудовой и речевой деятельности синте­
зируется и анализируется в определенных, филогенетически
новых областях коры мозга в полях 40, 39, 37, 44, 45, 46. Кине­
тическая часть речи локализуется в нижней лобной области.
Восприятие звуков, слов, грамматика построенных фраз, пись­
мо, чтение, счет, стереотип целенаправленной деятельности,
различие схемы правой и левой половин своего тела интегри­
руются преимущественно в нижнетеменной области, в верхневи­
сочной и лобной.
При выключении какой-либо функции в лобной области она
компенсируется функцией других частей полушарий, а функция
нижнетеменной области не компенсируется.
В коре мозга при зональном разнообразии архитектоники
клеточных слоев и волоконных связей меняется и усиливается
та или иная функция, если она замыкается в глубине борозды
или на вершине извилины.
Здесь мы коснемся лишь некоторых связей и интегративных
функций зрительного бугра, нижнетеменной и лобной областей.
Самым мощным коллектором интеграции на подкорковом
уровне является зрительный бугор. В нем осуществляется пер­
вая общая интеграция афферентных потоков информации раз­
ных модальностей: кожной и мышечно-суставной чувствительно­
сти, зрительных и слуховых восприятий.
Зрительный бугор является первым собирателем информа­
ций, идущих от периферических рецепторов разных модально­
стей, переключателем и ассоциативным центром подкорковых
связей, а также первым трансформатором импульсов, идущих
в разные отделы коры мозга через внутреннюю сумку в лучи­
стых волокнах. Он соединен двойными связами со всеми разде­
лами коры, но наибольшее число афферентов идет в теменную
долю. Первая группа волокон берет начало от переключительных ядер, несущих тактильную и кинестетическую инфор83

мацию из вентрально-постлатерального ядра и из постеромеди­
ального. Вторая группа связей идет от неспецифических ядер
зрительного бугра. Третья группа — от ассоциативных ядер.
Наибольшее количество волокон идет от заднего латерального
ядра и от медиодорсального ядра в лобную область и частично
в поля 39 и 40 нижнетеменной области.
Нижнетеменная область связана с ассоциативными ядрами
и подушкой (Риіѵіпаг). Эти волокна имеются лишь у человека
и обезьян и отсутствуют у других млекопитающих.
Ни одна из областей коры мозга не участвует в таком мно­
гообразии специфически человеческих форм поведения, как ниж­
нетеменная область. Поведение человека как биосоциального
существа формируется вместе с развитием структурных меха­
низмов и интегративных функций нижетеменной области в про­
цессе воспитания, получения знаний, трудовых навыков, специ­
альности и овладения научными и культурными достижениями.
Известно, что обучение, начатое в раннем возрасте, лучше
усваивается в период, когда происходит развитие коротких и
длинных связей, разрастание и ветвление дендритов, нарастает
миэлинизация аксонов и происходит увеличение количества и
усложнение
синаптических дендритно-аксонно-соматических
связей.
В нижнетеменной и верхневисочной областях анализируют­
ся и синтезируются различные виды устной и письменной речи,
грамматическая форма языка, изобразительное искусство, ма­
тематика, складываются различные формы стереотипов, симво­
лических выражений и действий, а также информации и реин­
формации разных модальностей. Изобразительное искусство,
письмо, музыка и математический счет усваиваются с детства и
исторически связаны с манипуляцией предметами и пальцевым
счетом. Как показывает клиника нервных болезней, при агнозии
пальцев у больного наступает также расстройство математиче­
ских способностей.
В нижнетеменной области происходит активная переработ­
ка накопленных опытом знаний, приспособление их к личному
целеустремленному поведению и творческой деятельности сооб­
разно с индивидуальной мотивацией, контактами с окружающи­
ми людьми и с решением поставленных задач.
В поле 40 нижнетеменной области анализируются контроль
за своими действиями, план выработки стереотипов действия,
а в поле 39 — контроль за действиями других (возможно, через
механизмы стереоскопического зрения). В нижнетеменной обла­
сти интегрируются конкретные результаты своей и чужой дея­
тельности.
Теменная доля коры мозга связана с разными подкорковы­
ми образованиями. Главная масса афферентных волокон к те­
менной области идет от зрительного бугра. Эфферентные связи
из теменной области идут к мозжечку, зрительному бугру, хво84

статому ядру, скорлупе, черной субстанции, красному ядру,
люисову телу, ретикулярной формации, межуточному мозгу и к
другим подкорковым образованиям.
Известно, что в теменной и постцентральной областях берут
начало 20% всех волокон, часть пирамидного пути, экстрапира­
мидные системы, кортико-мосто-мозжечковые и кортико-ретику­
лярные волокна. Нижнетеменная область имеет большое коли­
чество связей с постцентральной, прецентральной, лимбической
и затылочной областями. При очагах размягчения в нижнете­
менной и инсулярной областях, а также в полях 37 и 22 височ­
ной области Л. А. Кукуев (1973) выявил дегенерацию волокон,
ведущих к прецентральной, лимбической и затылочной областям.
Он обнаружил также связи нижнетеменной области с хвостатым
ядром, скорлупой и бледным ядром.
Таким образом, нижнетеменная область связана двойными
путями со всеми подкорковыми образованиями и корковыми
полями обоих полушарий и является основным центром всех
афферентно-эфферентных ассоциативных и комиссуральных свя­
зей мозга.
Такого обилия разнохарактерных связей, как в нижнетемен­
ной области, не наблюдается ни в одной области коры мозга.
Эти связи, по-видимому, организовались в начале историческо­
го формирования человека как нового антропологического так­
сона. Внутрикорковые нейропильные ассоциативные пути фор­
мируются как фенотипические варианты механизмов связи
вместе с развитием интеллекта и разнохарактерной, принци­
пиально новой, сапиентной второсигнальной системой в течение
всей жизни. Как показывают наши исследования, строение цитои миэлоархитектоники нижнетеменной области и ее связей сугу­
бо вариабельны. Сходные варианты цито- и миэлоархитектонических признаков могут встречаться у представителей разных
рас, с разными культурными уровнями и разными профессиями.
В то же время эти же признаки могут быть разными у людей
одной расы, одной профессии, одного возраста (и даже при
одновременной смерти в результате травмы). При исследовании
был применен одинаковый метод обработки их мозга (Шевчен­
ко, 1959).
У взрослого человека наблюдается многообразие вариантов
путей связи. Видимо, правы были М. Б. Кроль и Н. Гешвинд
(1932), считая, что многообразие синдромов поражения этой
области объясняется больше нарушением разнородных связей,
проходящих в белом веществе, чем деструкцией коры мозга в
этой области. В нижнетеменной области миэлоархитектоника
богата тонкими волоконцами и многообразием архитектониче­
ского узора волокон. В этой области Фогт выделил пять миэлоархитектонических полей: 88, 89, 90, 73 и 74, а по Хопфу — их
еще больше. По нашим данным, проверенным на параллель­
ных цито- и миэлоархитектонических препаратах, они соответ85

ствуют цитоархитектоническим подполям. Волоконные системы
связей, видимо, и являются причиной разнообразия цито- и миэлоархитектонического рисунка подполей, которые организуются
в онтогенезе в постнатальный период вместе с началом миэлинизации филогенетически новых полей 40 и 39. Эти зоны харак­
теризуются развитием нейронов, пирамидными и звездчатыми
клетками, наиболее позднодифференцирующимися в онтогенезе
и в филогенезе в подслоях III1 и III2 с очень тонкой нейронной
организацией в нижнетеменной области, которой свойственно
также позднее развитие дендритов в онтогенезе (см. рис. 26).
Клинические наблюдения больных с поражением филогене­
тически новых областей нижнетеменной и лобной областей коры
мозга дают неисчерпаемый материал для понимания механиз­
мов интегративной функции мозга человека.
При поражении этих областей выпадают только те функции,
которые вырабатываются в постанатальном периоде онтогенеза,
когда происходит миэлинизация и дифференциация путей свя­
зей, в процессе воспитания, выработки стереотипов действий,
навыков, накопления знаний, культурного и интеллектуального
развития личности. Все второсигнальные функции речевой и
трудовой деятельности могут нарушаться одновременно или
изолированно как отдельные системокомплексы второсигналь­
ного системогенеза. Например, может наступить расстройство в
изложении своих мыслей на родном языке, а на иностранном,
которым человек овладел значительно позже,— сохраниться.
При заболевании нижнетеменной области могут выпадать от­
дельные стереотипы выработанных автоматизмов профессио­
нальных действий. Этот вопрос был поднят и разработан на вы­
соком теоретическом уровне М. Б. Кролем (1932, 1934, 1936).
Он выявил роль этого отдела мозга в жизни человека как био­
социального существа.
При очагах патологии в теменной области может нарушать­
ся представление человека о схеме собственного тела в соотно­
шении с реально окружающим его миром, связанное с уровнем
приобретенных знаний и представлений человека, полученных в
процессе интеллектуального развития. Так, например, больного
при полной сохранности сознания мучило ощущение, что весь
земной шар, как глобус, вращается внутри его тела. Этот при­
мер дает возможность представить, как может искажаться связь
между осознанием реальных и абстрактных представлений об
окружающем мире, воспринимаемом опосредованно. Этот боль­
ной оперирует понятиями абстрактного мышления как конкрет­
но воспринимаемыми ощущениями своего организма. Другой
больной при заболевании, связанном с поражением теменной
области, не мог ориентироваться во времени по циферблату ча­
сов и не мог определить юг, север, восток и запад на геогра­
фической карте. После ранения в нижнетеменную область лево­
го полушария мозга, больной, много лет находившийся под
86

наблюдением психолога А. Л. Лурия (1971), ярко й очень
четко охарактеризовал свои субъективные ощущения беспомощ­
ности при попытке пространственной ориентировки в родном
городе, на своей улице и в доме, где он жил с самого детства,
а также неспособность к изложению своих мыслей на бумаге.
Он потерял способность к письму, чтению и счету при наличии
полного сознания и способности к анализу своего состояния.
Внимание и интерес ученых к функции лобной доли не ос­
лабевают со времени Галля и до наших дней.
Лобная область коры мозга составляет большую часть лобной
доли. По функциональному значению она неоднородна. Некото­
рые ее поля на нижней, верхней и задней частях лобной доли
представляют собой филогенетически старые поля. Филогенети­
чески же новая часть коры занимает нижнелобную извилину и
часть среднелобной (зону Брока) и связана с функцией ки­
нестезии речевых механизмов. Полюсная часть занята но­
вым полем 10, функциональное значение которого еще не вы­
яснено.
По последним данным (Батуев, 1973) в свете теории системогенезов П. К-Анохина, передние отделы лобной доли рассмат­
риваются как предпусковые механизмы акцептора действия и
обеспечивают также обратную афферентацию, которая создает
основу прогнозирования будущего и осмысление сложных форм
целенаправленной деятельности человека. При поражении лоб­
ной доли могут выявляться недостатки побуждения к действию
(психомоторная апраксия, а при поражении комиссуральных
связей — двусторонняя апраксия). При поражении лобной об­
ласти нарушенный стереотип действия может быть восстанов­
лен компенсаторными функциями других отделов.
При поражении же нижнетеменной области утраченный сте­
реотип никак не может быть восстановлен, так как утрачивает­
ся способность устанавливать нужные отношения между предме­
том и своими периферическими органами вследствие нарушения
понятий о схеме собственного тела и соотношения с окру­
жающими предметами и окружающим миром; нарушается по­
следовательность целенаправленных действий в выработке
новых стереотипов и координированных автоматизмов.
Известно, что при поражении зоны Брока (полей 44, 45) у
больных наблюдается расстройство речи (синдром моторной
афазии), теряется способность перехода с одной артикуляции
на другую, с одного слога на другой, появляется персевера­
ция — перестановка, повторение и выпадение слов, что нарушает
плавность речи. При глубоких поражениях лобной доли насту­
пает расстройство движений и их координации (абазия), появ­
ляются непроизвольные хватательные и сосательные рефлексы,
нарушение абстрактного мышления, снижение инициативы, от­
сутствие критики к своим поступкам, грубые эмоциональные
расстройства.
87

При поражений верхней части лобной доли (свода) появ­
ляется безынициативность, исчезает потребность двигаться и
говорить, доходящая до полной акинезии и мутизма.
Самым ранним симптомом поражения премоторной зоны
коры (полей 8, 9) является нарушение сложных сочетанных
движений и навыков; теряется оценка серийно ориентировоч­
ных двигательных актов, нарушается кинестетическая схема
движения: появляется инертность в письме и рисовании и нару­
шаются ритмические движения (динамическая апраксия).
При поражении лобной доли нарушается в целом запланиро­
ванная целенаправленная деятельность, а при поражении ниж­
нетеменной доли — последовательность актов действия.
Сравнивая синдромы заболеваний при поражениях нижне­
теменной и лобной областей, мы наблюдаем некоторое сходство
симптомов заболеваний, проявляющихся в расстройствах рече­
вых и трудовых функций. Эти симптомы в теменной области воз­
никают более четко и конкретно, а в лобной — более тонко и
выражаются больше в общей адинамии и инертности. Многие
исследователи, работающие с математическими тестами реше­
ния задач (например, Д. С. Цветкова и др.), обнаружили при
поражении лобной области много симптомов нарушений логи­
ческого мышления.
При поражении теменно-затылочного отдела мозга в правом
полушарии наблюдается дефект анализа грамматической струк­
туры и затрудняется проведение сложных арифметических вы­
числений. При поражении того же раздела в левом полушарии
происходит распад логико-грамматической конструкции.
При очагах заболевания в лобной доле больные не пытают­
ся проанализировать состав задачи и выделить существенные
звенья. Плановую последовательность они заменяют инертны­
ми стереотипами. На фоне решения отдельных конкретных ча­
стей задачи нарушаются создание общего плана решения и са­
моконтроль действия. То же происходит при анализе литера­
турного текста. При выключении передних лобных отделов
отмечается обеднение в активности мышления, снижение инициа­
тивы, сужение круга представлений, пассивность умственных
процессов, наличие псевдологических рассуждений.
Лобные доли, интимно связанные с корковыми аппаратами
внутренней речи, принимают активное участие в выделении су­
щественных связей и в торможении побочных раздражений,
отвлекающих от основной цели. Они играют ведущую роль в
обеспечении высокоизбирательного характера психических про­
цессов, направленных на организацию будущего. При пораже­
нии лобной доли фаза предварительной ориентировки резко су­
живается или совсем выпадает, а побочные ассоциационные
связи уравнивают существенные и несущественные намеченные
задачи.
В 1950—1960 гг. развернулась острая дискуссия по поводу
88

целесообразности применения префронтальной лейкотомии для
устранения реактивных состояний, депрессий и римитирующих
приступов шизофрении.
Эта операция лобной доли делала больных адинамичными и
спокойными, что было удобно для окружающих. Однако она
приводила их к полной инвалидности.
Нами была исследована патоархитектоника коры мозга
больных, подвергшихся префронтальной лейкотомии, и выявле­
ны разрушения белого вещества мозга с большими кистозными
полостями, грубыми рубцовыми образованиями и перерождения­
ми путей связи со всеми областями коры и подкорки (Шевчен­
ко, 1954).
Афферентные связи лобной области и всей лобной доли, так
же как и нижнетеменной области, идут по таламокортикаль­
ным путям и по двусторонним лобно-мозжечковым связям.
Через афферентные связи пирамидного тракта, направляю­
щиеся к разным частям спинного мозга, проходят нервные им­
пульсы произвольных движений. Экстрапирамидные пути связи
направляются к хвостатому ядру.
Наряду с развитием цито-нейроно-миэлоархитектоники коры
идет усиленное развитие межкортикальных связей.
Межкортикальные ассоциационные связи лобной доли пред­
ставлены тремя общими мощными путями: верхнепродольным,
нижнепродольным и крючковидным, а также комиссуральны­
ми межполушарными связями (см. рис. 12).
Работы, ведущиеся по выявлению межкортикальных связей
нижнетеменной области, крайне необходимы в решении вопро­
сов, связанных с ее функциональной значимостью.
Архитектоника неокортекса очень сложна. Между клетками
проходят и переплетаются волокна в самых различных направ­
лениях. Каждая клетка нейрона имеет много разнообразных
разветвлений с системой шипиков для синаптических контактов
с другими клетками и волокнами, в том числе и в корзинчатых
переплетениях волокон, имеющих общую миэлиновую обклад­
ку. Расшифровка функциональной значимости этих связей оста­
ется трудной.
Одни из этих волокон (аксоны) покрываются миэлиновой
оболочкой, а другие (дендриты) остаются безмякотными.
В полях 40 и 39 (см. рис. 17 и 18) при встрече радиаль­
ных волокон с косыми и горизонтальными волокнами над пи­
рамидными клетками слоя V образуются сплетения корзинча­
того типа, выполняющие, по-видимому, роль переключательных,
избирательных и трансформирующих механизмов функций.
Чем более старую анализаторную функцию имеет зона коры,
тем раньше и больше устремлено к ней волокон как из межу­
точной зоны, так и из слоя I.
Несмотря на сложность выполняемых функций, филогенети­
чески новые поля менее забиты густой сетью единично идущих
89

Рис. 17. Миэлоархитектоника вариантов подполей поля 40 (I—IV) взрослого
человека

и переплетающихся волокон, чем более старые — сенсомоторные
и зрительно-слуховые (поля 3, 4, 17, 41—42).
Все потоки информации фильтруются и замыкаются на раз­
ных уровнях в зависимости от их специфической значимости.
По-видимому, к новым полям поступает и выходит от них мень­
ше информации, которая отсеивается по пути следования в
старых системах и в механизмах сплетений корзинчатого типа.
Только информация, связанная с высшим анализом и синтезом,
достигает филогенетически новых полей теменно-височной и пе­
редней нижнелобной областей. При повреждении этих областей
90

у человека происходит нарушение функций второсигнальных
систем. При трансформации импульсов, несущих информацию,
из них отбирается только сигнализация определенного функцио­
нального системокомплекса, что приводит к тому, что архитек­
тоника филогенетически новых областей становится граниль­
ной и многообразной по миэлоархитектонической картине полей
и подполей, которые развиваются только в постнатальный пе­
риод, во время накопления индивидуального опыта. Индиви­
дуальные варианты этих областей чрезвычайно многообразны.
Исследование архитектоники филогенетически новых полей за91

Рис. 18. Миэлоархитектоника вариантов подполей поля 39 ангулярной
извилины у взрослого человека. Обозначения те же, что на рис. 7

ставляют нас прийти к заключению, что они служат для отбора
самых решающих и заключительных фаз анализа и синтеза
второсигнальных систем коры мозга, связанных с функцией
торможения и избирательного возбуждения. Этим объясняются
их ранняя закладка и позднее созревание, а также огромное
количество связей нижнетеменной области и грацильный тип
ее цито-фибро- и миэлоархитектонических структур и их инди­
видуальных вариантов (см. рис. 17, 18).
92

РАЗВИТИЕ МОЗГА В ОНТОГЕНЕЗЕ ЧЕЛОВЕКА

В пренатальный период развитие организма происходит по же­
стко закрепленным генетическим каналам при сравнительно
слабом влиянии окружающей социальной среды через организм
матери.
В постнатальный период формирования фенотипа идет при
двустороннем взаимодействии факторов биологической и соци­
альной среды.
Морфофункциональные системокомплексы закладываются и
развиваются стадийно, гетерохронно с разными темпами в раз­
личные периоды онтогенеза.
Особенность ранней закладки и специфики последующего
развития мозга как органа, определяющего сложное адаптаци­
онное поведение человека, можно понять, учитывая концепцию
системогенезов, выдвинутую Анохиным в 1943 г. и разрабаты­
ваемую им и его школой. Эта концепция нашла широкий от­
клик во многих отраслях науки у нас в стране и за рубежом.
Разработка ее велась главным образом на разных стадиях пре­
натального онтогенеза, т. е. периода генетической преадаптации
(преморфизма, по терминологии старых авторов).
Основные положения концепции системогенезов П. К. Ано­
хина заключаются в том, что видовая направленность процес­
са созревания мозга, приспосабливающая новорожденного к
особенностям экологии, достигается избирательным гетерохронным развитием тех структур мозга и исполнительных органов,
которые участвуют в реализации раннего поведения после рож­
дения (сосание, хватание, дыхание и др.).
Такой системный подход можно применить в методологиче­
ском плане для анализа специфики и динамики развития чело­
веческого мозга, уникального по своей конструкции и функции.
С этой точки зрения проводящие пути и клеточно-нейронные
связи, которые формируются в первую очередь, могут указывать
на разную биологическую значимость этих структур в реализа­
ции какой-либо функциональной системы для человека опреде­
ленного возраста.
По данным нейрофизиологических экспериментов (Ата-Мура­
дова, 1971) в ранний период закладка мозга у животных состав­
ляет основную часть эмбриона. К моменту рождения избира­
тельно созревает такая система отношений между центром и
периферией, которая обеспечивает жизнь новорожденного в
новой для него среде. Это частично относится и к мозгу че­
ловека.
Другими важнейшими положениями системогенеза являют­
ся принципы фрагментации ткане- и органогенеза — разновре­
менного созревания и вовлечения в разные системы частей дру­
гого органа, принципы консолидации систем и минимального
93

обеспечения функции. Эти важнейшие Моменты дают возмож­
ность понять процесс развития как гармонически целостный
системогенез, а не как ряд отдельных органо- или тканегенезов.
Индивидуальные особенности организма, закодированные
биологической наследственностью, начинают формироваться на
стадии зиготы.
Филогенетически старые механизмы, отобранные и жестко
закрепленные стабилизирующим отбором, формируются в долж­
ное время до начала их специфического, дефинитивного функ­
ционирования, вписываясь по заранее заготовленному естест­
венным отбором функциональному плану как готовые системо­
комплексы в конструкцию целого организма. Более новые и
сложные системы закладываются рано, но формируются много­
ступенчато, с периодами замедленного и ускоренного развития,
выявляя при этом гетероморфизм и вариабельность их преобра­
зования в разные периоды функционирования. Пренатальный
период онтогенеза является фазой преморфизма системогенезов
фенотипа человека.
Мы коснемся лишь отдельных примеров развития морфо­
функциональных системокомплексов в пренатальный и постна­
тальный периоды формирования периферической и центральной
нервной системы человека.
Пренатальный период развития нервной системы плода

В пренатальный период нервная система закладывается весь­
ма рано. Она развивается ускоренными темпами по сравнению
с другими внутренними органами. Происходит быстрая заклад­
ка общей конструкции нервной системы с дальнейшей сменой
топографических соотношений и относительных величин ее ча­
стей, а также изменение структуры (см. Ю. Г. Шевченко, 1972).
Периферические анализаторные органы, такие, как слуховой,
зрительный и вестибулярный аппараты, имеющие наибольшее
значение в ориентации и информации, закладываются рано, од­
новременно и развиваются почти синхронно. Так, у плода чело­
века в возрасте четырех недель внутриутробной жизни вычле­
няются глазные яблоки из диэнцефальной части мозгового пу­
зыря и мигрируют к периферии сначала в боковых направлениях,
каку четвероногих животных, а позже начинают сближать свои
оси для бинокулярного стереоскопического зрения. Глаза в пять
недель внутриутробной жизни еще закрыты.
В шесть с половиной недель (см. Шевченко, 1972, рис. 9а)
медулярная трубка выявляет наибольшие темпы развития по
сравнению с внутренними органами. Она охватывает почти зам­
кнутым широким кольцом дорзальную и верхневентральную
поверхности тела. Головной мозг составляет почти 2/3 этого
кольца и охватывает дугой внутренние органы, каждый из
которых не превышает ни одного из мозговых пузырей, напол94

ценных спинномозговой жидкостью. Спинной мозг прослежива­
ется до уровня пятого нижнего сомита. Закладывается почка
ноги, (F). Вентральная стенка заднего и среднего мозга состоит
из трех слоев: внутреннего — матрикса, межуточного и краевого.
Дорзальная стенка всех трех пузырей слабо дифференцируется.
Средний мозг (М.) также слабо дифференцирован в дорзаль­
ной части и начинает дифференциацию слоев вентральной стен­
ки — tegmentum pontis — t. р.
В диэнцефальной части начинается формирование ядер talamus (t. о.), corpus striatum — (c. s.), a также regio hipotalamus
(m. d.) и Hypophysis (H). Передний мозг начинает деление на
два полушария с появлением lamina terminalis (l. t.).
Эмбрион человека в шесть-семь недель внутриутробной жиз­
ни имеет большие лобные пазухи (2) и надбровные дуги, что
напоминает их форму у ископаемых гоминид. Через хорошо раз­
витую вентральную стенку мозга проходят черепномозговые
нервы V, VII, VIII. Зрительная ось открытых глаз направлена
в сторону поднятой кверху кисти руки (mn). Наблюдается дис­
пропорциональность развития отдельных частей руки: ключица
и кисть с хорошо дифференцированными пропорциональными со­
отношениями длины пальцев развиваются быстрее, чем плече­
вая кость и предплечье. Принимая во внимание, что ключица
человека способствует свободному и сильному размаху руки,
можно думать, что такое раннее и быстрое одновременное фор­
мирование ключицы в комплексе с дифференциацией кисти и
пальцев также связано с подготовкой качественно нового гоминидного системокомплекса механизмов ручной моторики.
В десять-одиннадцать недель внутриутробной жизни форми­
руются многие пути и связи спинного мозга, продолговатого
и среднего. Высшие же центральные механизмы переднего и
среднего мозга, управляющие этими позами, еще не сформиро­
вались. Видны лишь части стволовых механизмов мозга, череп­
но-мозговых нервов, ганглиев, проекционных афферентных и эф­
ферентных систем (рис. 19). Закладка языка (7), гортани и над­
гортанника также показывает высокий темп комплексного гетерохронного развития механизма речи, тогда как другие части
ротовой полости (стомадеума) еще не дифференцированы.
Формирование мозговых пузырей в пренатальном периоде
идет большими темпами и с большими преобразованиями струк­
турных механизмов мозга. Ясно выражены дифференциация и
изгибы нижней стенки ромбического мозга (Rm) с ее формирую­
щимися ядерными образованиями и волоконными системами,
идущими к среднему мозгу; формируется закладка мозжечка
в его верхне-передней части.
В десять-одиннадцать недель внутриутробной жизни хорошо
прослеживаются основные продольные и поперечные волокон­
ные связи от уровня спинномозговых узлов, продольных и по­
перечных проводниковых путей спинного мозга, продолговатогс
95

Рис. 19. Развитие волоконных систем мозга плода человека в возрасте И
недель (из коллекции препаратов Т. И. Беловой)
/ — надгортанник; 2 — гортань; 3 — дыхательное горло; 4 — пищевод; 5 — язык g. s.—
ganglion spinale; ht — hypothalamus. DC — Diencephalon; Myel-Myelencephalon; Tl —
Telencephalon; Ms — Mesencephalon; / — istmus cerebri; P — Pons Varolii; t. p.— teg­
mentum pontis; v. I.— боковой желудочек; v. Ill, IV — желудочки III, IV мозга; i. h.—
infundibulum hypophysis; ch — chiasma optci; f. I. p. — продольный задний пучок;
f. ar. s.— дугообразные волокна покрышки; f. tr.— поперечные пути к ядрам моста;
f. I.— продольные пути продолговатого мозга; f. аг. і— дугообразные волокна к нижней
ножке мозжечка; t. ch. I,— tela chorioidea inferiores; f. s. a. — передний продольный
спинальный пучок; f. s. p— задний продольный спинальный пучок; п. с.— nucleus caudatus; гг XII — nervus XII; f — фаланги

мозга, моста и покрышки вплоть до вентральной части среднего
мозга.
Видны значительная дифференциация мышц языка (7) и
нервных пучков, идущих к нему, а также носоглотка, гортань
и пищевод (2, 3, 4).
Хорошо видны плечевая кость, ее сустав и ключица.
Поперечный срез фаланг пальцев кисти рук (см. рис. 19)
показывает большую гистологическую дифференциацию ткани.
У шестимесячного плода намечается подготовка организма
к ортоградному положению: передний мозг поднимается выше,
лобный и затылочный полюса располагаются горизонтально,
цод прямым углом к стволовой части мозга. Позвоночник при­
9$

нимает 5-образную форму для амортизации головы при двуно­
гом хождении.
Полушария мозга начинают обособляться при появлении
продольной борозды. Закладка Сильвиевой ямки на боковой
поверхности полушария намечается на втором лунном месяце
внутриутробной жизни плода.
Новая кора обособляется раньше, чем древняя, но в даль­
нейшем дифференцируется длительно и медленно в течение преи в значительной части постнатального периода. Древняя же и
старая кора быстро заканчивают свое развитие во внутриутроб­
ном периоде; их относительная величина постепенно умень­
шается.
Закладка системокомплексов филогенетически новой коры
(второсигнальных систем) начинается на ранних стадиях пре­
натального онтогенеза. Одно из первых морфологических прояв­
лений формирования специфически человеческих -зон в раннем
периоде онтогенеза — образование валика над зияющей Силь­
виевой ямкой, из которого в дальнейшем образуются сначала
височная, затем центральная и нижнетеменная покрышки и,
наконец, позже — нижнелобная.
С шести лунных месяцев филогенетически новые поля лоб­
ной области 46, 44, 45 закладываются в зоне нижней лобной
борозды и, разрастаясь, вытесняют соседние задние, нижние и
верхние поля (см. рис. 20).
В шесть месяцев над верхней частью Сильвиевой ямки фор­
мируется в виде подковы нерезко ограниченный теменновисоч­
ный системокомплекс покрышки, который нижней своей частью
погружается в глубину закрывающейся Сильвиевой щели. Со
стороны лобной доли Сильвиева ямка закрывается позже всех
наплывом валика лобной покрышки в виде трангулярной изви­
лины, по краям которой появляются две борозды — передние
ветви Сильвиевой щели (горизонтальная и вертикальная). Они
являются пограничными бороздами речедвигательной зоны по­
лей 44, 45 человека и не имеют гомологов даже среди своих
ближайших сородичей — понгид.
На рис. 20 представлена закладка и показана неравномер­
ность темпов дальнейшего развития лобной области у плода
человека. Ускоренные темпы развития выявляет поле 46, свя­
занное с ритмом.
В пренательном периоде онтогенеза нижнетеменная область
закладывается рано (около 6 месяцев). Архитектоника строения
ее волоконных систем имеет двойные афферентные связи, одни
из которых (наиболее многочисленные) идут горизонтально
главным образом по первому слою, который имеет в этот эм­
бриональный период пятислойное цито- и фиброархитектониче­
ское строение. Некоторые из этих волокон поворачивают и
опускаются в глубь коры из слоя I до клеток слоя III. В то же
время в нижних слоях коры теменной области появляются
4

И. П. Дубинин, ІО. Г. Шевченко

97

Рис. 20. Развитие полей лобной области в пренатальном периоде онтогенеза
(по Кононовой, 1962)
Д — в 6 лунных месяцев; Б — в 9 лунных месяцев; В — у новорожденного ребенка;
цифры — поля по Бродману. 5 — левое, й — правое полушарие

очень тонкие, редкие, но все же неместного происхождения во­
локна, идущие из межуточного подкоркового пространства, ви­
димо, от других отделов старой коры или подкорки. Они захо­
дят в межклеточное пространство нижних слоев и, не доходя
до средней части коры (слоя IV), оканчиваются в слое V.
Таким образом, между верхними и нижними радиально иду­
щими волоконными системами на уровне слоя IV образуется
свободное от волокон пространство, по которому во взрослом
состоянии проходит наибольшая часть афферентных миэлинизированных волокон.
Такое же строение имеют и закладывающиеся в этот период
поля 22 и 37 верхневисочной подобласти. Лобные поля 44, 45
и 46 имеют в этот период едва намеченную клеточную страти­
фикацию. Особенно слабо представлены волокна, идущие снизу,
которые в этот период ясно определились в нижнетеменной
области.
98

Таким образом, системогенез зон будущих речевых механиз­
мов закладывается и развивается в коре гетерохронію, причем
задние поля 52, 41—42, 22, 37, 39, 40 в височнотеменной зоне
закладываются и развиваются быстрее, чем поля 44, 45 и 46 в
нижнелобной. Гетерохрония формирования волокон соответст­
вует принципу гетерохронности развития речевоспринимающих
и речедвигательных функциональных систем.
Границы между всеми закладывающимися полями довольно
резкие и ясные как на клеточных, так и на волоконных пре­
паратах, но развитие разветвлений нейронов начинается лишь
после рождения (см. рис. 24—27).
Рельеф полушарий с зияющей Сильвиевой ямкой от шести
месяцев плода и до рождения напоминает Сильвиеву ямку на
эндокринах питекантропа и синантропа (см. рис. 7 и 21, Г).
Таким образом, даже на этих отдельных стадиях формиро­
вания нервной системы человека видно, что в пренатальном
периоде онтогенеза закладываются основные, специфически
человеческие особенности мозга как филогенетически старых,
так и новых зон, связанных со специфически человеческими
функциями, которые могут продолжать свое качественное пре­
образование структуры и функции всю постнатальную жизнь,
но только в определенных социальных условиях среды.
Мозг высших приматов готовится генетически в пренаталь­
ном периоде для обеспечения выполнения определенных функ­
ций их видового поведения и образа жизни. Он развивается
даже более быстрыми темпами, чем человеческий, подготавли­
вая детеныша обезьян к ранней активной жизни — к передви­
жению в поисках сосков матери, к длительному подвешиванию
руками к ее телу при передвижении и к ранней самостоятель­
ной ориентировке. Но какими бы методами не пытался бы че­
ловек обучать детеныша обезьяны в сапиентном человеческом
направлении, как это делала в своих опытах Ладыгина-Котс,
воспитывая его вместе со своим внуком, ему не удалось под­
няться выше уровня первосигнальных условных рефлексов, не­
смотря на большие способности обезьян к подражанию.
Гены человека и гены приматов, видимо, имеют резкие от­
личия в потенциально заложенных возможностях воспитания
и обучения.
Постнатальный период развития мозга ребенка
Следует подчеркнуть, что все постнатальное развитие мозга
человека требует системного анализа, чтобы понять весь про­
цесс становления человека как биосоциального существа. К со­
жалению, эти вопросы мало изучены.
Постнатальный период онтогенеза играет решающую роль в
становлении личности как биосоциального существа. Крен наи­
большего развития мозга падает на постнатальный период он99

4*

тогенеза человека. Постнатальный период онтогенеза является
периодом формирования интеллекта индивидуума в социальной
среде. В социальной среде формирование личности идет двой­
ными каналами — путем биологической адаптации фенотипа и
путем формирования человека как члена социального общества:
при этом те и другие факторы взаимодействуют друг с другом
при формировании типа личности, ее поведения.
Биологическая адаптация к социальной среде при формиро­
вании личности выражается в удлинении детского периода, при
котором усваиваются знания, происходит восприятие культур­
ного наследия и выбор профессии для включения в трудовую
жизнь.
Мозг новорожденного ребенка весит 345—540 г при весе
тела 3—3,5 кг, т. е. приближается к весу мозга взрослых чело­
векообразных обезьян, вес тела которых колеблется от 50 кг у
шимпанзе и до 90 кг у оранга и гориллы и к весу мозга авст­
ралопитека, объем которого составляет 600 см3.
Несмотря на то. что мозг новорожденного по структурной
организации рельефа полушарий близок к мозгу взрослых понгид и к мозгу первого гоминоида — австралопитека (см. рис. 21),
мозг его созрел меньше, чем мозг новорожденного детеныша
обезьян за тот же период внутриутробной жизни (250—280 дней).
Ребенок слабо подготовлен биологически к самостоятельному
образу жизни: плохая терморегуляция при оголенной коже,
недостаточная дифференциация звуков и зрительных восприя­
тий, слабая проводимость импульсов несозревшими волокнами
мозга (см. рис. 22, Б) и ограниченная подвижность.
На рис. 22 представлена степень миэлинизации коры мозга
ребенка и взрослого человека.
Ширина и длина графиков демонстрируют прогресс ин­
тенсивности окрашивания и плотности миэлинизированных во­
локон; вертикальные штрихи в конце графиков показывают
приблизительные возрастные границы окончания миэлинизации,
полученные в результате изучения миэлинизации систем воло­
кон в пре- и постнатальном периоде развития мозга человека.
Статоакустический тракт и нижние ножки мозжечка заканчи­
вают миэлинизацию до рождения.
В первые месяцы (до четырех месяцев) после рождения за­
канчивают миэлинизацию оптические пути связи, а к концу
первого года ■— почти все волоконные системы связей. При этом
сенсорные пути миэлинизируются дольше двигательных.
Более старые и древние системы мозга миэлинизируются
раньше, чем новые, как в стволе, так и в межкортикальных свя­
зях больших полушарий (см. рис. 22Б). Поэтому миэлогенез
служит показателем качественной высоты и зрелости функцио­
нальных системогенезов.
Развитие нейронов и миэлинизация волокон филогенетиче­
ски новых полей идет медленно и заканчивается поздно, как
100

показали работы Флексига (Flecksig, 1927), Фогтов (С. Vogt,
О. Vogt, 1919, 1920) и новые данные современных исследовате­
лей (например, Yakovlev and Lecours, 1967).
Исследования С. Б. Дзугаевой и ее многочисленных учени­
ков проводящих путей мозга позволяют проследить динамику
развития этих путей и гетерохронию миэлинизации по многим
системокомплексам.
На шестом месяце внутриутробной жизни проводящие пути
обособляются на отдельные пучки волокон и наиболее выраже­
ны в покрышке (Tegmentum pedunculi cerebri) и дальше распро­
страняются на более новые отделы мозгового ствола и больших
полушарий. К рождению выявляются более ясные топографиче­
ские отношения между базальным и тегментальным отделами
мозгового ствола и мозжечка.
Зрительные нервы и тракты находятся в начальной стадии
миэлинизации и миэлинизируются по направлению к соответст­
вующим корковым полям. К концу первого месяца жизни
начинают миэлинизироваться волокна кортикоспинального
тракта.
Исследование проекционных путей зрительного, слухового,
обонятельного, вкусового, кожного, двигательного и других
анализаторов показало, что процесс формирования проводящих
путей мозга различных анализаторов наиболее интенсивно
происходит во второй половине внутриутробной жизни и после
рождения — до одного года, а далее темпы снижаются — до
семи лет и более.
У новорожденных детей основная масса волокон спинного
мозга, обонятельные тракты, черепно-мозговые нервы, волокна
медиальной петли, медиальный продольный пучок, вестибуляторно-спинальный тракт, дорзально-спиноцеребеллярный тракт,
мамилло-сегментальный тракт миэлинизированы, тогда как кор­
тико-спинальные и рубро-спинальные волокна больших полуша­
рий мозга не миэлинизированы за исключением афферентных
проекционных путей.
После рождения белое вещество в пределах ствола мозга
начинает преобладать над серым (в ядерных формациях).
Процесс развития и совершенствования каждого анализа­
тора идет от периферии к центру в восходящем направлении,
поэтому и формирование коры, по мнению С. Б. Дзугаевой,
стимулируется развитием анализаторных систем.
У годовалого ребенка значительно возрастает число миэлинизированных волокон в оливо-мозжечковом тракте и в волок­
нах варолиевого моста. Все основные проекционные волокна
в больших полушариях покрыты миэлином, а ассоциационные
пути находятся еще в ранних стадиях миэлинизации.
Двухлетний ребенок имеет миэлинизированные волокна спин­
ного мозга, мозгового ствола и мозжечка. Все длинные проек­
ционные и ассоциационные пути хорошо миэлинизированы, за
101

Рис. 21. Эндокран (4) и мозг (Б) шимпанзе с нанесенными на них бороз­
дами и топографическими картами цитоархитектонических полей мозга той
же особи; эндокран австралопитека (В) и мозг новорожденного ребенка че­
ловека (Г).
Цифры — поля по Бродману; остальные обозначения те же, что на
рис. 1 и 7

Рис. 21 (окончание)

/
2
5
Ч
5
б
•г

в
3
70

//
72
13
14
15
76
77
78
73
20
21
22
23
24
25

Рис. 22. Миэлинизация волоконных систем в разных зонах мозга человека
А — стадия миэлинизации волоконных систем мозга человека (Yakovlev and Lecours,
1967).
Толщина и длина линий на диаграммах показывает интенсивность миэлинизации воло­
конных систем. Вертикальные черточки в конце диаграмм показывают приблизительно
возрастную стабилизацию миэлинизации.
1 — двигательные нервные корешки; 2 — чувствительные нервные корешки, 3 — стато­
акустический тракт покрышки; 4 — внутренняя петля; 5 — внутренняя мозговая нож­
ка; 6 — наружное коленчатое тело, нижние ножки мозга. 7 — верхние мозжечковые
ножки; 8 — средние мозжечковые ножки; 9
ретикулярная формация; 10 — ручки

исключением небольшого числа коротких ассоциационных воло­
кон и частично белого вещества островка.
Асимметрия в процессе развития проводящих путей головно­
го мозга человека особенно ясно выражена в филогенетически
новых областях мозга. Особенно большая вариабельность хода
волокон пирамидного пути наблюдается в его вентральных,
филогенетически более новых отделах, которые в онтогенезе раз­
виваются наиболее интенсивно.
104

нижнего коленчатого тела; 11 — ручки верхнего коленчатого тела и зрительного тракта’»
12 — *НГ— Hippocampus и пучок Вик д’Азира (Vicq d’Azyr); 13 — петля лентикуляр­
ная; 14 — Н2 — стенки внутреннего желудочка; Р. Е.— корешок шишковидной железы
(Epiphysis); 15 — оптическая радиация пучка Грациола; 16 — соместический корешок;
17 — слуховой корешок; 18 — неспецифический таламический корешок; 19 — полоса­
тое тело; 20 — пирамидный тракт; 21 — лобно-мостовой тракт; 22 — свод; 23 — син­
гулярный (лимбический) пучок; 24 — комиссуральные связи; 25 — внутрикорковые,
нейропильные связи ассоционных полей.
Б — степень миэлинизации разных зон коры мозга у 19-дневного ребенка по С. Vogt
und О. Vogt, 1919 —1920. Обозначения те же, что и на рис. 1

Существуют прямые связи черепно-мозговых нервов с корой
мозжечка и больших полушарий мозга как в пренатальном, так
и в постнатальном периоде онтогенеза.
Экстрапирамидные системы на ранних стадиях развития бо­
лее выражены, чем пирамидные.
Направление онтогенеза проводящих путей анализаторов
идет по пути установления более широких связей с филогене­
тически новыми формациями мозга.
105

В онтогенезе человека отмечается гетерохрония в развитии
ассоциационных путей мозга, которые у человека по сравнению
с обезьянами достигают максимального развития. Верхний про­
дольный пучок у человека связан с речедвигательной областью
коры (Дзугаева, 1965) (см. рис. 12) и формируется вместе с
ней.
Как видно из изложенного, филогенетически более старые
пучки волокон миэлинизируются раньше, чем филогенетически
более новые.
Формирование интегративных функций мозга
в постнатальном периоде онтогенеза человека.
Формы общения у ребенка в раннем возрасте

Решение вопроса о том быть или не быть новорожденному че­
ловеческому ребенку разумным решается в постнатальном пе­
риоде онтогенеза в зависимости от того, в какую среду он по­
падает. От нее будут зависеть его формы общения, жизнедея­
тельность и развитие интеллекта.
Ребенок рождается с целым системокомплексом механизмов
преадаптаций, подготавливающих его организм к жизни в оп­
ределенных экологических условиях социальной среды.
Первые ориентировочные рефлексы новорожденного направ­
лены на удовлетворение чисто биологических висцеральных по­
требностей.
В первых коммуникациях главную роль играют нервные ме­
ханизмы, обеспечивающие питание новорожденного молоком
матери и контакт с нею. Для поиска ее сосков ребенок мини­
мально обеспечен тактильной чувствительностью вокруг ротово­
го отверстия, кончиков пальцев и вокруг глаз. Хватательные
■способности кисти руки носят характер тонических рефлексов.
Средствами общения новорожденного с окружающим миром
являются крик и мимика. Мимика, включая смех, по данным
П. К. Анохина (1968), появляется еще у плода. Раннее появ­
ление мимики объясняется расположением на лице наиболее
важных для жизни ребенка органов чувств и потребностью
общения.
Поскольку мимика плача и смеха появляется у новорожден­
ного раньше восприятия зрительных образов, следует полагать,
что она формируется не на основе подражания, а зависит от
эмоционального состояния. Именно в ранних периодах она не­
посредственно выражает отрицательные, а затем и положитель­
ные эмоции и еще долгое время в жизни ребенка является
важной формой общения, пока он не овладеет речью окружаю­
щих его людей.
Биологическая, чисто висцеральная мотивация поведения
сменяется социально обусловленной психологической формой.
106

Нельзя, однако, считать, что восприятие мозга является экран­
ной пластинкой, отражающей все то, что преподносит ему
внешний мир. Организм и среда в постнатальном периоде на­
чинают взаимодействовать по качественно новому, гоминидному, типу.
Влияние социальной среды начинается с общения матери
с ребенком и продолжается при выработке норм отношений
между ребенком и окружающими его людьми.
Звуковые восприятия и особенно интонации и мелодии вос­
принимаются очень рано, и реакция на них регистрируется
даже во внутриутробном периоде по ответным движениям пло­
да. Интонация звуков является первым ориентиром во взаимо­
отношении ребенка с окружающим миром.
Первая ответная положительная реакция ребенка (двигатель­
ная, мимическая или звуковая) появляется на знакомый голос
матери или близких людей, а отрицательная — на голос незна­
комых.
Зрительные восприятия образов в постнатальный период вос­
принимаются позже звуковых, но они ярко запечатляются в
первые недели и месяцы жизни ребенка и вызывают ответную
двигательную мимическую реакцию на них. Двигательные же­
сты и живые объекты воспринимаются раньше и быстрее не­
подвижных, стабильных картин. Быстрота и активность обще­
ния ребенка — не односторонний процесс. Он в значительной
степени зависит от встречной активности окружающих людей и
связан с определенными звуками, обращенными к ребенку,
и с первыми тренировками в повторяемости слышимых звуков
сначала без понимания их конкретного смысла, образа и сим­
вола. Значение интонации звука воспринимается позже.
Ребенок для привлечения внимания окружающих к своим
потребностям пользуется своей эмоциональной мимикой, кри­
ками, интонациями и движениями в коммуникации с окружаю­
щими. Эгоцентризм ребенка сменяется желанием общения с
людьми, интересом к окружающему миру и попыткой контакта
с ним.
Знакомство с окружающей средой выражается у ребенка в
активной форме хватания, приближения ко рту всевозможных
предметов, даже собственных рук и ног.
Ребенок тянется к овладению предметом и манипулирова­
нию с ним с первых активных движений, что ведет к стерео­
гностическому ознакомлению с предметами (рис. 23).
Стереогноз синтезирует все элементы дискриминационной
чувствительности. Однако он не составляет их простую сумму,
а является новым, высшим сапиентным качеством гнозиса, объ­
единенного в многогранное понятие предмета.
Путем установления стереогностического и стереоскопиче­
ского восприятия условных связей ребенок начинает отличать
себя от других людей и выделять близких ему от незнакомых,
107

Рис. 23. Выразительность мимики у детей в раннем возрасте
А —увлеченный игрушкой ребенок (10—11 месяцев); Б —стремление к овладению
Предметом (Таран, 1973); В — сосредоточенность (3 года, 3 месяца)

живые существа от неживых предметов и учится общению с
ними путем непосредственных контактов, подражанием и путем
активного воздействия на них в играх.
Развитие самосознания ребенка формируется по мере выде­
ления себя из окружающего мира.
В первые месяцы жизни различие между самоощущением и
восприятием предметов и живых существ как самого себя зави­
сит от активного или пассивного контакта с ними. Сначала дети
переносят свои ощущения на ближайшее окружение, и в первую
очередь на кормящую мать, а также на игрушки, на домашних
животных, птиц и т. д. Поэтому так близки и неотделимы от
него в первые месяцы его жизни все предметы, с которыми он
начинает общаться и играть еще в колыбели.
В первый год жизни ребенка при общении его с окружаю­
щими главную роль играют интонации, приобретающие опре­
деленную окраску при обращении к конкретному лицу, в кото­
рых появляются собственно информационные качества, что
дает возможность определить участки корковой деятельности в
процессе формирования речи ребенка.
На протяжении первых двух лет появляются новые интона­
ции, выражающие спокойствие, радость, просьбу, вопрос и т. п.
Ребенок рано проявляет большую активность и упорство в сво109

их действиях и стремлениях, связанных с желанием ознакомле­
ния со свойствами новых предметов и игрушек. Он пытается
разломать игрушку для того, чтобы определить и понять ее
внутреннюю сущность.
Стремление не только смотреть на игрушку, а именно само­
му управлять ею становится главным содержанием его неутоми­
мых манипуляций.
Формирование речи происходит многоступенчато и длитель­
но по мере развития и созревания речевоспринимающих и рече­
двигательных механизмов и их связей в мозге, начиная с пре­
натального периода.
В разработку вопросов развития речи у ребенка много су­
щественно нового внесли в последнее время физиологи и пси­
хологи М. М. Кольцова (1966, 1967), Р. В. Танкова-Ямпольская (1966), В. Манова-Томова (1966), Л. Барта (1966),
В. К. Котырло (1966), С. В. Яковлева (1966) и др.
Современная психология ставит своей задачей исследование
раннего развития речи ребенка, анализ факторов, лежащих в
его основе, а также изучение той роли, которую речь играет в
формировании сложных форм психической деятельности при
превращении индивида в биосоциальное существо.
Процесс образования речи состоит в последовательном уста­
новлении ассоциационной связи зон, воспринимающих звуки,
слова, имитационное их воспроизведение и их мнестическое
закрепление при повторении и, наконец, при осмысливании их
символического значения в многообразии динамических выра­
жений и преобразований.
Сигнальное значение слова очень широкое и удалено от
конкретных образов предметов. Формирование сигнальности
слова идет ступенчато.
Первая ступень интеграции заключается в том, что слово
замещает чувственный образ конкретного предмета. Затем оно
выявляет одно из свойств предмета и становится эквивалентом
этого существенного свойства.
Вторая ступень интеграции состоит в том, что слово обобща­
ет несколько чувственных образов однородных предметов.
В начале второго года жизни слово постепенно приобретает
значение самостоятельного условного раздражителя. С разви­
тием речи ребенок начинает удерживать образ предмета и вы­
бирать его среди других, причем этот процесс укрепляется
одновременно с самостоятельным называнием этого предмета.
Динамика речевой активности от года до двух лет увеличи­
вается скачкообразно, а от двух до трех лет — равномерно.
Средний объем речевой активности в возрасте от одного
года до двух лет составляет около 25 слов, а в возрасте от двух
до трех лет — 220 слов.
В возрасте от года до двух лет речь содержит существитель­
ные, глаголы и местоимения.
ПО

Рис. 24. Усиленное развитие поля 46 (связанного
у ребенка (по Conel, Le Roy, 1955, 1959). Возраст

с

ритмом

движений)

А — 1 год 2 месяца; 5—2 года; I—VI — слои коры мозга

Ритмика в стихотворной и музыкальной форме у ребенка
усваивается в раннем возрасте и вызывает положительную эмо­
цию и реакцию общих ритмических движений. Эти формы речи
усваиваются раньше восприятия их смыслового значения эхолалическим повторением звуков.
Изобразительное искусство динамических форм воспринима­
ется раньше письменных знаков и отвлеченных графических
изображений. Ритмические звуки и мелодии воспринимаются
раньше сложных сочетаний и композиций.
111

Функциональная гетерохронии восприятия информаций раз­
ной модальности показывает путь усложнения интегративной
деятельности мозга по мере гетерохронного преобразования и
созревания отдельных систем речевых зон коры, входящих в этот
все расширяющийся системокомплекс восприятия и выражения
многогранной семантической и символической формы речи.
В связи с этим интересно отметить, что зона поля 46, свя­
занная в коре с многообразной ритмикой человеческих движе­
ний, труда и речи, особенно в ее музыкальном выражении, раз­
вивается по соседству и на грани с зоной речедвигательного
центра, располагаясь рядом с зоной моторной координации и
интеграции в лобной доле. Поле 46 у человека в семь раз боль­
ше, чем у обезьян (см. рис. 9 и 20). Его нейроноархитектоника
бурно развивается в один —два года (рис. 24).
Такого скачка не наблюдается ни в одном поле, связанном
со второсигнальными системами лобной области, и даже в по­
лях 44 и 45, которые увеличились у человека по сравнению с
обезьянами в два-три раза (см. рис. 27).
Таким образом, звук, слово и речь формируются в онтогене­
зе синхронно и последовательно на разных стадиях развития и
интегрируются в различных зонах.
Раньше воспринимается звуковая, фонетическая сторона
слова (поля 22, 21 височной области) (рис. 25). Символиче­
ское, семантическое и смысловое значение слово обретает на
значительно более поздних этапах онтогенеза, с созреванием
полей 37, 39 и 40 теменно-височной зоны (рис. 26).
Еще позже ребенок обучается воспроизведению звуковой фор­
мы речи одновременно с созреванием полей 44 и 45 лобной об­
ласти, которые характеризуются особенно длительным созрева­
нием (рис. 27).
Особенно поздно происходит миэлинизация волокон филоге­
нетически новых полей коры лобной, нижнетеменной и височной
областей (см. рис. 22, А, Б).
Развитие архитектоники коры мозга второсигнальных рече­
воспринимающих и речедвигательных системокомплексов проис­
ходит многоступенчато и выявляет гетерохронию их закладок,
темпов и форм развития как цито-, так и фибро- и миэлонейроно-архитектонических структур, входящих в ведущий речевой
системокомплекс. В состав этого системокомплекса, как уже
указывалось, входят звуковоспринимающие поля 51, 41—42
верхневисочной подобласти; поле 22 и верхняя часть поля 37
(зона Вернике) — зоны семантической речи; поля 39 и 40
нижнетеменной области — зоны афферентного синтеза и ана­
лиза звуковых символических выражений словами и грамматически-семантической формы звуковых и зрительных восприятий
образов, выраженных графическими начертаниями и письмен­
ными знаками.
Большого успеха в раскрытии корковых механизмов речи
112

Рис. 25. Развитие нейроноархитектоники поля 22 височной области (звуко­
воспринимающей зоны коры) ( по Conel, Le Roy, 1939, 1957)
А — новорожденного; Б — шестимесячного ребенка; остальные обозначения те же, что
на рис 24

достигли Пенфилд и его ученики (У. Пенфилд, Л. Робертс,
1964). Они изучали локализацию разных видов восприятия рече­
вых сигналов, их воспроизведение, а также выявляли соотно­
шение мышления, сознания и речи. У. Пенфильд и Л. Робертс
выясняли субъективные самоощущения больного и пришли к
выводу, что в зону восприятия речи кроме зоны Вернике нуж­
но включить заднюю часть второй (II) височной извилины, ан113

Рис. 26. Нейроноархитектоника полей 39 и 40 нижнетеменной области у но­
ворожденного ребенка (по Conel, Le Roy, 1939)
А — поле 39; Б — поле 40; остальные обозначения те же, что на рис. 24

гулярную и супрамаргинальную извилины вместе с волоконны­
ми системами под серым веществом коры.
Гиппокамп и височная доля являются обязательными участ­
никами формирования представлений о прошлых событиях, за­
печатленных в памяти. Идеационные речевые зоны, получен­
ные, поданным стимуляции У. Пенфилда и С. Робертса, на жи­
вом человеке, совпадают с выделенными нами зонами элевации
у формировавшихся людей (см. рис. 7 и 11).
114

Рис, 27. Нейроноархитектоника поля 45 нижнелобной области (из речедви­
гательной зоны коры ребенка в возрасте) (по Conel, Le Roy, 1959)
А — 1 год 3 месяца,

Б — 2-х лет. Обозначения те же, что на рис. 24

Компенсаторная функция при нарушении речи весьма вели­
ка. Она выполняется не только симметричными зонами другого
полушария. Задние области могут замещать передние и наобо­
рот. Однако для нормальной речи всегда необходимо функцио­
нирование задней области.
В интерпретационные зоны Пенфилд включает очень боль­
шие зоны коры и даже зрительный бугор с его двойными меха­
низмами связей; весь мозг участвует в компенсации нарушен115

них функций как взаимосвязанное и взаимозамещающее це­
лостное динамическое единство. При тонких и сложных диагно­
стических экспериментальных тестах изучения локализации
функции и очагов патологии должно быть учтено общее разви­
тие личности, ее культурный уровень и специальное образова­
ние и проведен анализ ее умственной деятельности, в период
заболевания и до болезни.

Развитие второсигнальных систем и формирование личности
в детском и подростковом периоде
«При небольших индивидуальных колебаниях у всех людей
«один и тот же мозг»,— подчеркивает П. Шошар (1964), но те,
кто прожил свои первые годы в недостаточно развитой культур­
ной среде, не развивают полностью своих умственных способ­
ностей».
Дети со всем арсеналом человеческой организации коры
мозга и периферических органов, выросшие вне человеческого
общества, не обладают ни речью, ни человеческими формами
восприятия и воздействия на внешний мир.
Созревание специфически человеческих речевых системокомплексов, таким образом, происходит после рождения, в про­
цессе коммуникационного речевого общения в человеческой
среде определенной лингвистической группы.
А. И. Леонтьев (1965) подчеркивает, что если бы нашу пла­
нету постигла катастрофа, в результате которой остались бы в
живых только маленькие дети, а все взрослое население погиб­
ло, то, хотя человеческий род и не прекратился бы, однако ис­
тория человечества неизбежно была бы прервана.
Рефлекторная теория высшей нервной системы как объек­
тивный принцип структурной детерминированности поведения
была разработана и доказана И. П. Павловым на животных
путем изучения условнорефлекторной деятельности. В противо
вес идеалистическим концепциям субъективизма и непознавае­
мости человеческого поведения объективным путем и персона­
лизму, инстинктивному врожденному эгоизму и эгоцентризму,
Павлов выдвинул новый принцип человеческого поведения —
принцип второсигнальных систем, включающих абстрактное
мышление и все виды интеллектуальной деятельности, связан­
ные с трудом и речью. Павлову, к сожалению, не удалось само­
му развернуть работу в этом плане на человеке.
Развитие мышления, являющегося функцией мозга, появ­
ляется у ребенка в результате анализа ощущений и восприя­
тий, а также отражения и познания явлений и процессов ок­
ружающего объективного мира в условиях социальной среды.
Умственная деятельность у ребенка развивается в период вос­
питания среди членов семьи и общества и обучения в яслях,
116

детских садах, школе. Вследствие этого мышление тесным
образом связано с формированием второсигнальных систем
речи.
Речь — один из основных механизмов качественного отличия
человека от животных. Она является связующим звеном между
биологической и социальной сущностью природы человека и
отличается от первосигнальных звуков и жестов животных тем,
что не сводится к врожденным, наследственно-закрепленным
формам выражения.
Потенциальная способность развития морфофункциональных
системогенезов речи генетически заложена в филогенезе как
одно из основных видовых качеств таксона человека. Символи­
ческая форма языка, выраженная звуковой, изобразительной и
математической речью, приобретается в течение жизни в зави­
симости от условий среды и полученных знаний. Речь приобре­
тается в течение жизни в социальных условиях исторически
сложившегося общества и наполняется содержанием в процес­
се воспитания, выучки и общения с людьми.
Условная связь слова с предметом, пока она не достигла
второсигнального уровня осознания символа, не является и сти­
мулом к действию в ранний период развития ребенка.
Исследование К. Дерре, изучавшего вербальную сигнализа­
цию у 5—6 летних детей, показывает, что только в 6-летнем
возрасте (не раньше) ребенок в состоянии самостоятельно уп­
равлять своим поведением на основе вербально-обобщенной
предварительной инструкции.
Установлено сильное расхождение между языковыми дан­
ными, реализованными в ответах исследуемых, и актуальным
содержанием их сознания.
Любознательность у ребенка появляется тоже в раннем
возрасте, когда он с интересом и вниманием наблюдает за
окружающими его людьми, целеустремленно старается овладеть
предметом или сосредоточенно задумывается (см. рис. 23. А,
Б, В).
При первых проблесках любознательности и сознания у ре­
бенка возникает вопрос «почему».
При отсутствии любознательности у ребенка не появится
стремление к творческой деятельности в более позднем воз­
расте.
У любознательных людей стремление к знанию не ослабева­
ет в течение всей жизни. Изменяется только форма и содержа­
ние их интересов.
Школьный период является очень важным периодом в фор­
мировании второсигнальных систем и воспитании личности.
Способность широко копировать движения и звуки являет­
ся важным этапом развития ребенка. Эта способность сыграла
большую роль в выработке стереотипов действий, в развитии ре­
чи и преемственности трудовых навыков и в приобретении знаний
117

в историческом и индивидуальном развитии человека. Копиро­
вание формы предметов привело к изобразительному искусству.
Письмо и чтение развивались в филогенезе, как и в онтогенезе,
из функций манипулирования наряду с формированием члено­
раздельной звуковой речи при дальнейшем усовершенствовании
способности понимать и воспринимать символы предметов и
слов, их обозначающих.
У детей обучение письму начинается со списывания элемен­
тов начертания, с усвоения траектории движущейся в простран­
стве точки. В этом участвует рука с ее проприоцептивной чув­
ствительностью, которая совершает движение в пространстве по
определенным координатам. Это происходит вначале под конт­
ролем зрения, сопоставляющего образец и воспроизведение при
копировании. Путем многочисленных повторений отбираются и
фиксируются траектории, наиболее близкие к следовому мнестическому зрительному образу начертания букв (по памяти и по
заученному стереотипу) последовательных действий.
У детей происходит последовательное формирование таких
действий, как обнаружение, выделение адекватного задаче ин­
формативного содержания в объекте и ознакомление с выделен­
ным содержанием. В результате осуществления этих действий
строится образ объекта.
Очень важно учитывать характерные особенности каждого
детского возраста. Крайним упрощением было бы думать, что
переход от младших возрастов к более старшим означает
только подъем на более высокий умственный уровень и совер­
шенствование типологических свойств. Установленные факты
коррелляции слабости нервной системы с высокой чувствитель­
ностью, реактивностью, а также связи инертности нервных про­
цессов с прочностью условных связей позволяют в новом свете
рассматривать и некоторые особенности свойств нервной си­
стемы в детском возрасте. Возрастная слабость нервной систе­
мы детей определенным образом обусловливает яркость, остро­
ту восприятия и детскую впечатлительность.
Речь человека многоязычна, динамична и постоянно образу­
ет новые формы выражения в процессе познания. Степень ее
восприятия и развития зависит от возраста, среды, воспитания,
культурного уровня, богатства лексикона и знания разных язы­
ков, от способов технического выражения, а также от насыщен­
ности ее профессиональными, научными, эстетическими и др.
терминами.
Второсигнальная система человека не ограничивается произ­
носимыми и слышимыми членораздельными звуками. Она может
быть выражена начертанием знаков, письма, счета, изобрази­
тельным искусством и музыкой.
Разновидностью символического абстрагированного мышле­
ния и человеческих форм выражения информации является
математика, генез которой идет от пальцевого счета.
118

Математическая речь не является узкоспециализированной
отраслью знаний. Она стала высшей формой выражения абст­
рактных обобщений различных данных, относящихся к кон­
кретным фактам, явлениям и логическим построениям. Мате­
матическая речь лаконична, кратка, экономична в мышлении
и дает возможность точно выразить функциональные связи яв­
лений, что имеет большое значение в процессе познания.
У подростков умственные способности развиваются в пери­
од общеобразовательного и профессионального обучения.
В результате наблюдения учащихся пятых — шестых клас­
сов установлено, что при чтении художественной литературы
конкретные литературные факты часто выступают сами по себе,
без достаточного осознания их более общего значения.
У подростков более старшего возраста доминирует потреб­
ность проникать в смысл явлений действительности и во внут­
ренний мир других людей. Герои литературных произведений
вызывают у них переживания, а уже позже производится их
оценка, связанная с художественной и объективной ценностью
произведения в целом.
В своем поведении подросток ориентируется на принятые
им авторитеты и образцы.
У учащихся среднего и старшего возрастов устанавливает­
ся тесная и действенная связь между обогащением знаний в
процессе чтения и развитием стремлений к самоусовершенство ­
ванию. «Примеривание» себя к выбранному положительному
литературному герою становится более активным, системати­
ческим, самокритичным и связано с самоанализом. Оно носит
характер внутреннего следования герою и стимулирует уча­
щихся искать в читаемом произведении ответа на вопросы о
путях и способах самовоспитания (Т. В. Рубцова, 1966).
И. Кукура, А. Баюжникова и Т. Миклевич (1967) обнаружи­
ли связь между некоторыми типами высшей нервной деятель­
ности и рабочим темпом, а также длительностью латентного
периода двигательной реакции. Они изучали влияние индиви­
дуальных различий на скорость актуализации систем времен­
ных связей, выносливость к непрерывному сосредоточению
внимания и на содержательную деятельность восприятия и
мышления. Индивидуальные нейродинамические различия оп­
ределялись в процессе выполнения одинаковых умственных
заданий, не требующих специальных знаний, которые изучались
в процессе восприятия сложных геометрических фигур и решения
задач на сообразительность. При этом обнаружились резкие
индивидуальные различия.
А. Г. Гибко (1966) исследовал зависимость успешности обу­
чения школьников от общего типа их нервной деятельности
(темперамента) и специального человеческого типа (художест­
венного, мыслительного и среднего). Результаты исследований
показали, что на успешность усвоения знаний меньше всего
119

ВЛийеФ общий тип нервной системы. Здесь больше сказываем­
ся специально человеческий тип. Было выявлено также отчетли­
вое влияние темперамента на успешность практических занятий
(на производственное обучение, черчение, занятия физкульту­
рой и т. и.). При этом наилучших успехов достигают сангви­
ники. За ними следуют флегматики. Их замедленность компен­
сируется высокой точностью и координированностью движений.
У холериков затянут начальный период обучения, а затем они
могут демонстрировать хорошую работу, хотя в критических
ситуациях их деятельность расстраивается скорее, чем у санг­
виников и флегматиков. Меланхолики показывают наихудшие
результаты. Двигательные навыки образуются у них плохо и
легко затормаживаются. Это необходимо учитывать при про­
фессиональном обучении. Вместе с тем на формирование лично­
сти влияют генетически закрепленные формы характера, темпе­
рамента, а также особенности воспитания и специфические зна­
ния. Тип нервной системы также вносит свои коррективы в
каждый из факторов, формирующих целенаправленную дея­
тельность личности. Тем не менее, человек с любым типом
нервной системы может овладеть вершинами культуры и стать
полноценным членом общества.
Мыслительные способности учащегося развиваются в про­
цессе активной внутренней переработки полученных знаний и
использовании их в своей деятельности, а не путем пассивного
восприятия.
Обучение приемам умственной работы, проведенное в усло­
виях школьной обстановки, показало, что под влиянием упраж­
нений происходит вначале расширенное и осознанное исполь­
зование этих приемов, а затем постепенно оно принимает харак­
тер интеллектуальных навыков (Богоявленский, 1966).
Важнейшей чертой человеческого мышления является выяв­
ление и выделение наиболее существенных свойств наблюдае­
мых явлений. В результате этого создаются представления и
понятия.
Хорошо развитые учащиеся, обладая большим уровнем зна­
ний и обобщенных способов оперирования ими, широко исполь­
зуют эвристические рассуждения в процессе поисков решения
задач, что обеспечивает довольно быстрое их решение. Это
заключается в лаконичности, краткости и выражении вовне
лишь ключевых моментов решения, т. е. в экономичности мыш­
ления.
Обучение развивает соображение при условиях, когда школь­
ники включаются в выполнение заданий, требующих не только
воссоздания конкретных объектов по их сложному и графиче­
скому описанию, но и творческого преобразования, создания
новых образцов и схем, т. е. заданий, требующих предвидения,
предвосхищения, изобретательности, умения видеть в одном
предмете другой и т. п.
120

Решение задач на воображение требует формирования имажинативных действий, навыков и умения. С их помощью осу­
ществляется перевод вербальных схем в наглядные и наоборот.
Между воображением, восприятием, памятью и мышлением соз­
даются различные отношения и от того, какое они получают
разрешение, зависит развитие воображения и других психиче­
ских процессов. Воображение — сугубо личностный процесс.
Освоенные знания являются внутренне переработанными
свойствами личности, отражающимися в их деятельности.
Знания, приобретенные путем автоматического зазубривания
и без внутренней их переработки путем осмысления и примене­
ния их к конкретной деятельности, не служат активным руко­
водством, ведущим к осмыслению изучавшихся предметов и
возникновению творческой личности. В лучшем случае человек
станет педантичным исполнителем стереотипных действий, ибо
повторяющийся цикл заученных актов становится автоматизи­
рованным стереотипом. В то же время стереотипы заученных
знаний необходимы для освобождения творческого мышления
от однотипных уже освоенных действий, а также для усвоения
отработанных, отшлифованных и твердо установленных движе­
ний, необходимых для выполнения повторяющихся операций
при определенных профессиях.
Освоение знаний в пределах определенной программы при­
водит учащихся к определенному уровню познания социально­
го наследования, данного ему обществом. Но каждая личность
воспринимает и осознает его по-разному, и ход развития лич­
ности носит индивидуальный характер. Развитие интеллекта не
простая суммация знаний, приобретенных в процессе обучения
и воспитания, а целостное прогрессивное изменение личности,
которое у каждого ребенка и подростка происходит своеобраз­
но. Одним из важных показателей развития подростка является
изменение значимости получаемых им знаний. По мере обуче­
ния конкретное знакомство с предметом постепенно начинает
выступать для учащихся в новом качестве как носитель и вы­
разитель абстрактного представления и понятия.
Наиболее четкое и всестороннее определение познания дано
В. И. Лениным 2. Он подчеркивает, что познание есть вечное,
бесконечное приближение мышления к объекту и что отраже­
ние природы в мысли человека надо понимать не «мертво»,
не «абстрактно», не без движения и не без противоречий,
а в вечном процессе движения, возникновения противоречий и
разрешения их. Умственная одаренность не всегда выявляется
в период освоения знаний.
Развитие таких качественных особенностей мышления, как
самостоятельность, инициативность, смелость, активность, кри2 Ленин В. И. Полное собрание сочинений, т. 29, с. 177.
1?1

тичность, появляются в жизни подростка очень рано и приво­
дят его на каждом шагу к эвристическим открытиям для себя
новых сторон жизни. Эти черты характеризуют познавательные
способности, и прежде всего зачатки творческого мышления.
Из структуры содержания самих по себе знаний нельзя вы­
вести, когда и как они будут использованы, так как, включаясь
в реальный процесс мышления, они видоизменяются в прямой
зависимости от хода мыслительного процесса и выступают в
новом качестве.
При изучении творческого мышления необходимо рассмат­
ривать его как целостный и конкретный процесс. Правильность
творческого мышления определяется результатами, получающи­
мися при использовании его в конкретной деятельности челове­
ка. По данным, полученным в лаборатории Б. Г. Ананьева
(1968), более высокий интеллектуальный уровень характеризу­
ется не только более высоким уровнем внимания, качества и
продуманности при умственной работе, но и меньшей затра­
той сил.
Человеческий опыт не ограничивается простым копированием
опыта других. По мере увеличения контактов с окружающими
возникает стремление к самостоятельной активной целеустрем­
ленной деятельности, проявлению и показу своей инициативы,
оригинального творчества, изобретательства, жажда соревно­
вания за качество; появляются эстетическое чувство, элементы
альтруизма, стремление к товариществу и дружбе. Подросток
овладевает формами и содержанием человеческих отношений
и морали, существующих в окружающей его социальной
среде.
Формирование нравственного сознания подростка происходит
в процессе усвоения им понятий и норм морали под непосред­
ственным воздействием окружающих условий и активности са­
мого подростка. Понятия морали затрагивают внутренний мир
человека и становятся для него необходимым руководством к
действию, когда они находят себе почву в его нравственных
переживаниях, называемых совестью.
Нравственное сознание не только ориентирует подростка в
отношении его поведения в определенных обстоятельствах и
подготавливает его поведение в будущем, но и определяет собой
его действия и поступки независимо от складывающейся обста­
новки (С. Антонов,1966).
У подростков возникает чувство ответственности перед окру­
жающими за свое поведение и появляется поиск путей своего
будущего и стремление к активному созданию его.
Решающее значение личность приобретает тогда, когда она
становится активным членом общества и занимает в нем опре­
деленное положение, когда выявляется ее продуктивная дея­
тельность и определяется ее историческая значимость.
Многие авторы, и в том числе П. К- Анохин (1973), считаІ?2

ют, что люди сосредоточивают внимание не на тонкости, четко­
сти и быстроте выполнения автоматизированных в опыте от­
дельных операций, а на логике следующих решающих механиз­
мов действий, составляющих интеллект,— принятие решений;
предсказание будущего, формирование цели и плана выполне­
ния решений. Оценивать и измерять степень интеллекта че­
ловека можно по адекватности принимаемых им решений. Эти
действия должны быть логически связаны в последовательно­
сти системного детерминизма. «Цель» здесь выступает как
устремление в будущее, как нечто наперед заданное. Цель по­
является вследствие предшествующей фазы, которая названа
Анохиным «предцелыо». Предцель формируется из потребности
анализа ситуации и условиями среды. При зарождении цели
намечается и адекватное для данной ситуации решение.
Весь этот сложный механизм специфического поведения от­
дельной личности настраивается на определенную модальность
целеустремленной деятельности в обществе сообразно ее само­
сознанию личности. Отсюда начинаются цепи конструктивных
планов и действий, выработка стереотипов и их перестройка в
процессе перехода от одних результатов деятельности к другим
с контрольным учетом своих ошибок в целенаправленной дея­
тельности. Мотивация поведения не всегда формируется соот­
ветственно стремлениям и интересам самого человека. Она по­
стоянно сталкивается с требованиями вести себя соответствую­
щим образом в окружении других.
Выработка системы взглядов, мотивация общей целеустрем­
ленности в трудовой деятельности, способ рассмотрения явле­
ний, понимание и сознание идеи замысла интегрируются в коре
мозга на уровне второй сигнальной системы. Для этого, види­
мо, требуется и качественно новая перестройка поведения и
анализаторных и функциональных системогенезов коры мозга
человека. В этой сложной функции, как мы уже говорили, ос­
новную роль играют филогенетически новые области коры (лоб­
ная и нижнетеменная).
Дефектология дает нам примеры выработки компенсаторных
механизмов при развитии символических форм коммуникаций
слепых и глухих при включении дополнительного ряда компен­
саторных анализаторных систем.
Развитие психики слепоглухонемого ребенка происходит
лишь при специальном его обучении. Первая задача обучения
ребенка, лишенного зрения, слуха и речи — формирование у
него навыков самообслуживания, в процессе которого происхо­
дит накопление образов окружающих предметов и усвоение
способов действия. В этот период мышление ребенка имеет об­
разно-действенный характер, непосредственно отражая деятель­
ность по удовлетворению простейших потребностей организма,
но в то же время оно является человеческим по своему содер­
жанию, ибо отражает общественно-выработанный опыт.
123

Существенные сдвиги в умственном развитии слепоглухоне­
мого ребенка происходят в связи с формированием у него об­
щения с людьми путем выработки второсигнального поведения,
когда действие начинает совершаться по знаку и сигналу дру­
гого человека. Возникновение специальных средств общения
(жестов) перестраивает структуру образно-действенного мышле­
ния, подчиняя ее потребности общения.
Правильные представления, которые формируются у слепо­
глухонемого ребенка в процессе ознакомления с предметами,
очень ярко и объективно выражаются в лепке. Проведенные
Г. В. Васиной (1966) исследования показывают, что в лепке ре­
бенок отображает имеющиеся в его сознании образы предметов.
На примере обучения слепоглухонемых новым формам об­
щения с людьми мы хотели подчеркнуть единство и неразрыв­
ность взаимодействия биологического и социального компонен­
тов в формировании человеческой речи и поведения личности в
целом. Без социального воспитания слепоглухонемые не могли
бы включиться в общение с людьми и стать членами общест­
ва с новой формой общения. Они освоили речь потому, что
второсигнальные гностические зоны мозга человека могут соз­
дать специфически человеческие формы общения через различ­
ные условные системы связей и компенсаторные механизмы дви­
гательных, и рецепторных аппаратов. Чувственные образы
представляют собой основную информацию, поступающую в мозг
ребенка. Они необходимы для формирования интегративной дея­
тельности специфически человеческих областей коры мозга.
Дефектология также показывает, что выработка компенса­
торных механизмов и переделка динамических стереотипов в
трудовой деятельности человека разнообразны. Известны слу­
чаи, когда люди, лишившись рук или ног, продолжали зани­
маться своей прежней профессией, хотя они могли бы освоить
и более легкие.
Процесс выработки компенсаторных механизмов и замены
одних периферических органов другими или искусственными
включает в себя не только технические возможности компенса­
ции, но и главным образом волю, упорство, целеустремленность,
сознательную тренировку и стремление продолжать заниматься
своим любимым делом. Так, художник при потере рук берет ка­
рандаш или кисть в зубы и продолжает рисовать, женщина,
лишенная рук, научилась вышивать ногами (рис. 28). Летчики,
потерявшие ноги, обучились снова управлять самолетом. Высшая
форма самосознания как функция человеческого мозга обуслов­
ливает возможность вышивания ногой женщине, лишенной рук,
рисование ртом и управление самолетом, когда человек вместо
ног имеет протезы.
Следует подчеркнуть и обратное. Находясь в социальном ок­
ружении, но с поврежденными специфически человеческими зо­
нами коры, прежде всего лобной и нижнетеменной, даже зрячие
124

Рис. 28. Выработка компенсаторных
женщиной, лишенной рук

механизмов;

вышивание

ногами

и сохранившие слух люди не могли бы овладеть речью и изобра­
зительным искусством, сколько бы их не обучали.
Установлено, что при решении одной и той же задачи ком­
муникативное поведение людей носит различный характер.
И. В. Голубева и М. И. Иванюк (1966) выделили четыре типа
поведения людей при работе в небольших группах. Одни из них
могут решать задачу, только подчинив себе остальных членов
группы. Другие стремятся к индивидуальному решению задачи.
У третьих преобладает стремление приспособляться к группе.
У четвертых отмечена способность к коллективному решению
задачи.
При смене ролей и положения отдельного человека даже в
группе сотрудников появляется изменение его личных качеств и
поведения.
Восприятие явлений внешнего мира весьма различно у лю­
дей в зависимости от многих факторов объективного и субъек­
тивного характера личности.
125

В способности человека в од­
ном предмете воспринимать диа­
лектическое единство многообра­
зия свойств и вычленять их ив
целого —залог широких возмож­
ностей познания окружающего
мира и раскрытия беспредель­
ного прогресса знаний и развития
интеллекта.
Образ предмета меняется в
нашем сознании в зависимости
от того, какое свойство мы в нем
ищем или предполагаем.
Известный
психофизиолог
Ю. Конорски (1970) доказывает,
что зрительное восприятие за­
висит не от точности картины
объекта при опознавании, а от
предыдущего опыта зрительного
восприятия. Это обусловлено тем,
какой признак берется за исход­
ный в опознавании образа. Это
Рис. 29. Психологический тест
«Моя жена и моя теща» (по Ко­
можно легко проверить на себе и
норски, 1970)
других, рассматривая представ­
ленный рис. 29 в разных вариан­
тах: 1) не читая подписи; 2) прочитав первые два слова; 3) про­
читав только конец фразы. Одни люди быстро находят один
образ и трудно переключаются на другой, не находя ведущего
признака. Двойной тест рисунка 29 воспринимается каждой
индивидуальностью по-разному в зависимости от того, какая
знакомая по предыдущему опыту* деталь бросается ему в глаза
и чего ждет испытуемый увидеть. Мужчины, как правило, вос­
принимают вначале образ молодой женщины, а женщины, осо­
бенно старые, легче выделяют образ старухи.
Особую тонкость, сложность и функциональную значимость
в символической и изобразительной формах общения приобрета­
ют у человека пальцы рук. С их помощью человек не только
производит реальные действия и копирует их. Они участвуют в
начертании знаков, в письме, счете, изобразительном и музы­
кальном искусстве. С помощью пальцев рук человек осуществ­
ляет управление целым рядом трудовых процессов.
Вследствие развития технологии труда изменяются соотно­
шения основных компонентов трудовой деятельности — силово­
го, пространственного и временного. Силовой компонент все
больше подчиняется пространственному и временному. Резуль­
татом является дробление крупных движений на более мелкие,
дозированные. Сравнительный анализ макродвижений показыва­
ет, что переход от ручной операции к механическому и автома126

Рис. 30. Функциональные позы рук человека (по Даниловой, 1965)

тезированному производству приводит к сокращению макродви­
жений. Микродвижения совершаются кистью руки, ее пальцами
и развиваются и совершенствуются вместе с техническим про­
грессом. При дистанционном управлении пальцами рук произво­
дится более 100 микродвижений в секунду. Увеличивается роль
сенсорной регуляции в моторных компонентах.
Функциональные позы рук человека в трудовой деятельности
(рис. 30) весьма разнообразны — от самых сложных макродви­
жений гимнастов до микродвижений, контролируемых зрением
под микроскопом и слухом при игре на инструменте.
Пальцы рук являются главным периферическим органом стереогноза.
127

Главным качественным отличием стереогноза от других на­
туральных видов перцепции является то, что это не врожденное
чувство, а приобретенное в процессе индивидуального опыта.
Стереогноз может быть расстроен при сохранности всех видов
чувствительности или при незначительном их нарушении.
Высокой степени стереогноз достигает у людей, профессии
которых связаны с пальпаторной деятельностью, например у
скульпторов и музыкантов. Особенно сильно он развивается у
людей, лишенных зрения и пользующихся при чтении пункто­
графическими символическими знаками, а также и у глухих,
общающихся жестами.
Кричли (Critchley, 1958) пришел к выводу, что у нормаль­
ных людей с самой высокой степенью развития стереогнозии
процедура манипулирования одной рукой приводит к доминант­
ности одного полушария. Односторонний стереогноз может, по
Кричли, обусловить односторонность функции абстрагирования
или порядка в последовательности мышления. Столь высокое
значение стереогнозии в формировании познания возникает в
связи с решающей ролью манипулирования предметами (гнози­
са и праксиса) в зарождении конкретного и абстрактного мыш­
ления.
•Исследования локализации второсигнальных функций чело­
века в коре его мозга показали, что их формирование проис­
ходит в одном из доминантных полушарий (у праворуких — в
левом, а у левшей — в правом).
При заболевании левого полушария представительства этих
функций могут перемещаться в правое полушарие. Это свиде­
тельствует о том, что генетически эти пути связи не закреплены
жестко ни по месту локализации, ни по наследственной лингви­
стической форме выражения.

Память
Память играет основную роль в усвоении знаний, при форми­
ровании первосигнальных и второсигнальных систем, в развитии
личности, в интеллектуальной и трудовой деятельности.
Вопросами памяти занимались многие ученые, среди которых
И. М. Сеченов (1863), X. Хиден (Hyden, 1963, 1967; Хиден и
Ланге, 1969), И. С. Бериташвили (1970), К. А. Кафиани (1970),
Е. Э. Клейн (1972), М. Ичас (1971), Д. Экклс (1968) и целый
ряд других.
В нейрологической (нервной) памяти различают, в основ­
ном кратковременную и долговременную память. Существует
также и более сложное деление памяти.
В настоящее время существует две гипотезы нейрологиче­
ской памяти — гипотезы молекулярного (Хиден, 1963) и межней­
ронного кодирования (гипотеза Экклса, Хебба и др.).
128

По гипотезе Хидена определенная временная последователь­
ность импульсов, приходящих в клетку извне, отражается в из­
менении структуры РНК, а следовательно, и в аминокислотной
последовательности полипептидных цепей цитоплазмы и синап­
сов, которые будут отражать, таким образом, ритмы внешних
раздражений, вследствие чего нейроны и их молекулярные
структуры будут избирательно реагировать на модуляции им­
пульсов, которые были исходными детерминантами изменений
РНК и белка.
Экклс считает, что кратковременная память может быть
обусловлена повторным возбуждением определенных синапсов,
которое на время изменяет пространственные отношения спе­
циализированных окончаний, идущих к постсинаптической мем­
бране. Эти пластические изменения в синапсах должны вести к
повышенной функциональной эффективности и к увеличению
проводимости импульса при условных рефлексах. При этом
энграммой служит специфическая система межнейрональных
связей, активность которой зависит от ее использования и под­
держивается длительное время.
И. П. Ашмарин (1975) разделяет нейрологическую кратко­
временную память на электрическую (оперативную память у
других авторов) и промежуточную (лабильную или стадию кон­
солидации у других авторов). Он подчеркивает, что основой
электрической стадии кратковременной памяти является времен­
ное повышение проводимости в синапсах, связывающих опреде­
ленные нейроны, или (и) реверберация импульсов, основанная
на ряде химических и электрических реакций, не связанных с
синтезом макромолекул, которые вызывают замыкание лабиль­
ных межнейронных связей.
Назначение промежуточной памяти состоит в формировании
долговременной памяти.
Промежуточная стадия кратковременной памяти слагается
из сложной цепи процессов, в которую входит процесс синтеза
макромолекул. В этой стадии при запоминании происходит син­
тез некоторых РНК и белков.
Долговременная память наступает после завершения проме­
жуточной стадии (консолидации). Она обеспечивает наличие
устойчивых связей, обусловливающих долговременное хранение
нейрологической информации. До сих пор нет точных данных,
позволяющих судить, за счет каких процессов осуществляется
образование и хранение долговременной памяти. Существует ряд
гипотез, по которым долговременная память заключена в ДНК
или в РНК и др. Ашмарин (1975) отдает предпочтение гипоте­
зе, по которой образование долговременной памяти происходит
в синапсах, участвовавших в формировании кратковременной
памяти, путем продления их повышенной проводимости.
Изучение механизмов памяти в последнее время значитель­
но продвинулось вперед при раскрытии биохимических, локали5

Н. П. Дубинин, ІО. Г. Шевченко

129

зационных и рефлекторных процессов, проходящих в мозге. Со­
временные успехи микробиологии позволяют исследовать нейро­
логическую память.
Механизмы памяти в центральной нервной системе изучают­
ся с помощью электрофизиологических методов при гистохими­
ческих воздействиях и при наблюдениях на ультрамикроскопическом уровне межсинаптических связей.
Производятся поиски зон хранилищ памяти в разных систе­
мах мозга как с помощью экспериментальных исследований на
животных, так и при клинических наблюдениях на человеке в
случаях потери памяти при тех или иных заболеваниях или
очагах повреждения мозга.
Клинические наблюдения на человеке описаны Джексоном,
Корсаковым и др. «Синдром Корсакова» состоит в том, что у
больного происходит нарушение памяти о недавних событиях,
а память о давно происшедших событиях сохраняется.
При хирургических вмешательствах и раздражениях височ­
ной доли Пенфилд наблюдал синдром «уже видел», когда у
больных возникают воспоминания чего-то уже виденного.
Во всех этих поисках и утверждениях имеет место дина­
мическое представление о контактах и о местах хранилищ па­
мяти.
При изучении памяти выяснилось, что она не локализуется
в какой-нибудь одной строго определенной области мозга. Из­
вестный противник узкого локализационизма Лешли придержи­
вается теории, по которой память осуществляется с помощью
постоянно ревербирирующего возбуждения. Он считает, что от­
дельные следы памяти хранятся не в единичном локусе, а име­
ют множественную локализацию.
Эксперименты на животных показывают отдельные хранили­
ща памяти. К ним относятся в первую очередь древние меха­
низмы старой коры: гиппокамп, энторинальная зона, такие об­
разования вентрикулярной области мозга, как хвостатое ядро,
миндалина, компактная часть черного вещества и др. Нейроглия
обращает на себя внимание исследователей, как возможный ме­
ханизм памяти. Она составляет 90% клеточного состава массы
мозга. Особенное внимание обращают на себя астроциты. Их
тесная связь с нервными стволами и с сосудами, огромный и
быстро меняющийся полиморфизм отростков при разных состоя­
ниях здорового организма приводит к тому, что нейроглию счи­
тают спутником и активным участником всех реакций нервной
системы, и в том числе памяти.
В хранении долговременной памяти участвует большая часть
коры мозга. Устойчивость длительной памяти к повреждениям
отдельных участков мозга, за исключением участков, связанных
с второсигнальными системами, свидетельствует о многократном
повторении элементов памяти, благодаря которому обеспечива­
ется надежность механизма ее хранения.
130

Новые данные о гистохимических изменениях в нейронах
мозга, происходящих в разные периоды жизни человека, полу­
ченные X. Хиденом, проливают свет на проблемы динамики
развития гистохимических свойств нервной клетки и некоторых
разделов конструкции мозга, в том числе и на память.
Опытами Хидена установлено, что среднее количество РНК
на одну нервную клетку у человека в период от 3 до 40 лет
возрастает, затем оно остается более или менее постоянным —
до 55—60 лет и, наконец, в последующий период значительно
снижается. Количество желтого пигмента в клетках коры мозга,
по данным микрорентгенографии, возрастает у человека до
40—50 лет. У разных людей этот процесс идет по-разному. Пос­
ле 50 лет количество желтого пигмента в нервных клетках в
течение жизни не изменяется. Хиден подчеркивает, что обратно­
го отношения между количеством РНК и желтого пигмента на
одну нервную клетку, по-видимому, не существует.
X. Хиден (1963) изучая проблему памяти, обстоятельно из­
лагает процессы изменения биохимических частей нервной клет­
ки и других частей всего нейрона.
В нервной клетке видны структуры, типичные для желези­
стых клеток, вырабатывающих белок, что доказывает непре­
рывный синтез нуклеопротеидов, возрастающий при усиленной
активности нейрона.
Объем нейрона может значительно изменяться — иногда бы­
стро, как при поглощении воды, иногда медленно на протяже­
нии ряда дней благодаря синтезу белков и липоидов. В нейроне
идет непрерывный синтез нуклеопротеидов, возрастающий при
усилении активности нейрона, что в свою очередь указывает на
высокий уровень функционального нуклеопротеидного обмена
при функционировании нейронов.
Поскольку нервные клетки не подвергаются обновлению пу­
тем митоза, возможно, что отложение липофусцина связано с
последовательно происходящим химическим обновлением нейро­
на. Возможно, что этот пигмент активно участвует в клеточном
метаболизме.
X. Хиден и Ланге (1969) обнаружили повышение содержа­
ния и интенсивности обновления некоторых кислых белков при
запоминании.
Богоч (Во§осЬ, 1968), исследовавший мукопротеины мозга,
нашел ряд белков, содержание которых изменяется при обуче­
нии и запоминании.
Эти гистохимические данные о развитии нейронов в течение
всей жизни человека созвучны и нашим наблюдениям относи­
тельно качественного изменения рельефа борозд и извилин в те­
чение всей жизни и вариабельности нейроноархитектоники.
Мозг же у приматов к моменту рождения детенышей почти за­
канчивает основное созревание как рельефа борозд и извилин,
так и цито-миэлоархитектоники коры мозга.
131

5*

Функциональный системогенез памяти у животных и челове­
ка трудно сформулировать в однозначных понятиях вследствие
разнохарактерного типа их нервных механизмов, связанных с
различным уровнем развития и экологической формой поведе­
ния. У животных нервная память ограничивается биологически­
ми рамками хранения индивидуального опыта, в проторенных
условными связями стереотипами действий одной особи или в
более жестко генетически закрепленных естественным отбором
хранилищах инстинктивных форм поведения функциональных
системогенезов, экологически приспособленных к определенному
времени проявления их функций. Они могут быть выявлены и
в искусственных экспериментах на животных при раздражении
определенных механизмов в местах их хранилищ.
При выделении качественно нового таксона — человека
как биосоциального существа в связи с появлением труда и
второсигнальной системы в корне изменились пути образования
и хранения человеческой памяти. Индивидуальная память од­
ного человека, накапливающая его знания, опыт и события,
происходящие во время его жизни, хранится в многочисленных
зонах коры головного мозга. Основная же память исторической,
культурной и творческой деятельности всего человечества хра­
нится во внешней среде в виде древних сказаний, легенд, в па­
пирусах, летописях, исторических и культурных памятниках,
в многочисленных книгах, записях на магнитные ленты, в про­
изведениях искусства и т. п. Этот вид памяти носит яркий отпе­
чаток культурно-технического прогресса определенной эпохи.
Историческая память является основным фундаментом со­
хранения культурного наследования и представляет собой един­
ственный и уникально человеческий путь к биосоциальному
единству не только личности, но и всего человечества как ново­
го исключительного таксона Земли — человека разумного.
Историческая память имеет главное и решающее значение в
прогрессе человечества. Самым долговечным хранилищем исто­
рической памяти прошлого человечества является наша Земля,
в которой при раскопках обнаруживаются следы деятельности
людей, живших много тысяч лет тому назад. Это объясняет
необходимость антрополога пользоваться этим единственным
источником памяти не только о физической стороне развития
организма, но главным образом и для исследований развития
его разума, творчества, познаний и формы его прогресса как в
биологическом, так и в социальном аспекте при рассмотрении
ведущих факторов антропогенеза.
Еще нет достаточной ясности, как связать механизмы памяти
с формой получения знаний, опыта с выработкой стереотипов
и автоматизмов действий. Стереотипы действий формируются
по памяти, но как они связаны нейронно и гистохимически еще
не ясно.
132

*

*

*

За период, начавшийся со времени появления гоминид и до
выделения качественно нового таксона — человека разумного,
произошел самый большой и радикальный скачок в эволюции
головного мозга человека.
Наряду с увеличением объема черепной коробки человека в
2—3 раза по сравнению с понгидами изменилась конструк­
ция самого мозга, особенно его филогенетически новых частей.
Этот процесс был настолько быстрым и стремительным, что
окружающая мозг черепная коробка запаздывала в своей адап­
тивной перестройке и на эндокринах ископаемых гоминид мож­
но видеть следы интенсивного роста мозга в зонах филогенети­
чески новых функций, обеспечивающих трудовую и речевую
деятельность.
Площадь поверхности коры полушария мозга у человека
увеличилась сравнительно с площадью коры полушарий мозга
крупных антропоморфных обезьян от 28518,8 (М) мм2 до
82557,6 (М) мм2. Из них филогенетически новые поля лобной
области (44, 45, 46, 10) у крупных антропоморфных обезьян
составляют 811,0 мм2 (3,1%) от всей коры мозга, а у человека
9357,0 мм2 (10,9%); нижнетеменная область (поля 40 и 39) у
крупных антропоморфных обезьян составляет 808,9 мм2 (3,3%),
а у человека 7060,4 мм2 (8,7%).
У современного человека филогенетически новые зоны
(поля 44, 45, 46, 10) лобной области, поля 40 и 39 нижнетемен­
ной области и поле 37 височной доли (связанные у человека с
семантической формой речи) составляют 31,2% от общей поверх­
ности коры полушария, а у крупных антропоморфных обезь­
ян— 12,7% (см. Ю. Г. Шевченко, 1971).
Вес и объем мозга человека стабилизировались, начиная от
неоантропа и до наших дней. У некоторых антропологов, изу­
чающих только объем черепной коробки, укоренилось непра­
вильное представление о том, что дальнейший прогресс интел­
лекта должен сопровождаться обязательным увеличением объ­
ема мозга и черепной коробки, в связи с чем они представляют
человека будущего в виде «головастика на слабых ногах».
Это действительно имело бы место, если бы наряду с уве­
личением поверхности коры мозга человека не происходил про­
цесс образования и углубления борозд и извилин (процесс интериоризации, перестройка конструкции механизмов мозга).
Увеличение поверхности филогенетически новых зон проис­
ходит путем образования большого количества борозд и изви­
лин. Глубинный рельеф борозд весьма сильно усложняется у
человека путем образования складок, покрышек, добавочных
борозд и извилин. Этот процесс углубления борозд не является
следствием механического сжатия мозга черепной коробкой, так
как окостенение ее швов наступает поздно у взрослых людей.
133

я объясняется усложнением функционально-морфологической
дифференциации коры мозга в процессе развития как в фило-,
так и в онтогенезе.
В процессе становления человека вследствие увеличения ин­
тенсивности деятельности коры мозга число борозд и извилин
увеличивается за счет развития афферентных и эфферентных
волокон и коротких и длинных ассоционных связей. Афферент­
ные волокна, несущие информацию к коре, заканчиваются в
верхних слоях на вершине извилин, а эфферентные берут начало
преимущественно в нижних слоях коры. В связи с этим у чело­
века в глубине борозд находится 70% всей площади коры по­
лушария, в то время как у понгид — только 40%. Усложнение
рельефа борозд и извилин указывает на усиление информативно-реинформативных способностей коры мозга человека как в
фило-, так и в онтогенетическом развитии.
Некоторые философы и биологи в недалеком прошлом про­
тивопоставляли биологическую и социальную среду как взаимо­
исключающие или как независимые факторы в развитии чело­
века. В процессе антропогенеза в индивидуальном развитии
человека биологический и социальный факторы неразрывно
связаны друг с другом. Без их взаимодействия человек не
только не поднялся бы на недосягаемую высоту, а вымер бы
при многочисленных испытаниях, встречавшихся на пути его
исторического развития.
Эволюция человеческого мозга выражается не столько в ко­
личественном нарастании веса мозга, сколько в качественных
преобразованиях его конструкции и прогрессивном развитии ин­
тегративных функций.
Неравномерный рост и гетерохронный тип развития вариан­
тов разных зон коры мозга человека с явным нарастанием от­
носительной величины гностического системокомплекса фило­
генетически новых зон, связанных с синтезом и анализом вто­
рой сигнальной системы в трудовой и речевой деятельности,
являются надбавкой в исторический период развития человека.
При переходе к трудовой и речевой деятельности в коре
мозга человека происходит интенсивное развитие среднебоковой
части полушарий (см. рис. 6—12). Это относится к сенсомотор­
ным, манипуляционным и звуковым механизмам и к путям меж­
корковых связей. Вследствие такой реконструкции коры вокруг
центральной инсулярной области и главных ворот подкорко­
вых механизмов связи образуется шатер из трех покрышек
филогенетических новых механизмов межкортикальных ассо­
циативных связей речевых зон в верхнем, нижнем продольном
и в лобно-височном крючковидном пучках.
Процесс естественного отбора перестроил весь ход пре- и
постнатального периода онтогенеза человека; он обеспечил раз­
витие новых и преобразование старых системогенезов, необхо
димых для трудовой деятельности и разумного поведения.
134

Так, например, на основе старых систем пищевого и дыха­
тельного механизмов развился речевой аппарат человека.
Освободившись от участия в локомоторной функции, руки
стали основным органом, участвующим в трудовой деятельно­
сти человека.
Период формирования структурных основ сапиентации был
резким, быстрым по продолжительности и трудным для выжи­
вания предков человека. В результате этого из всех гоминид
выжил лишь один таксон — Homo sapiens.
Величина мозга ребенка 8—10 лет приближается к макси­
мальному весу взрослого человека (1600 гр.), но это не означа­
ет, что его мозг, достиг полной зрелости. Клеточное, волоконное
и нейронное строение коры мозга продолжает формироваться в
течение жизни человека. Специфически человеческие области
отличаются особенно длительным созреванием. Так, например,
площадь нижнетеменной области мозга от рождения до подро­
сткового периода увеличивается на 80%. Системы связей мозга
продолжают усложнение миэлинизации до 31-го года и старше
(см. рис. 22).
Сложнейшая конструкция мозга современного человека по­
ражает разнообразными индивидуальными вариантами рельефа
борозд и извилин, проекционными связями коры и подкорки,
межзональными связями коры, разнообразием цито-, фибро- и
миэлоархитектоники отдельных полей и областей и сложнейши­
ми механизмами нейронных структур и межнейрональных связей.
Большинство борозд (67,7%) у детей (рис. 31 А) к 10 годам
стабилизируется по ряду признаков (по форме, размерам, вет­
влениям и анастамозам). В 23,3% случаев наблюдаются даль­
нейшие прогрессивные изменения. В 3,7% случаев происходит
уменьшение сложности строения борозд, а в 4,8% случаев
уменьшение борозд.
Примерно такие же соотношения характерны и для взросло­
го человека (рис. 31 Б). Стабилизация рельефа борозд имеет
место в 70,5%. Дальнейшее прогрессивное увеличение борозд
в 19,2%. Уменьшение сложности строения в 5,8, а уменьшение
борозд в 4,5%.
Следовательно, качественные преобразования коры мозга по
определенным показателям в онтогенезе продолжаются в оп­
ределенных направлениях от рождения в детском возрасте и у
взрослых до смерти (см. рис. 31).
В процессе индивидуального развития фенотипа мозг совре­
менных людей качественно изменчив как по величине, так и по
целому ряду признаков, которые варьируют и прогрессируют в
онтогенетическом развитии сугубо индивидуально.
В связи с современным представлением о путях и факторах
развития функции многообразие рельефа полушария можно
трактовать как выражение различных способностей восприятия
информаций и активной деятельности индивидуума. Получен135

Рис. 31. Возрастная динамика развития борозд головного мозга у детей
и взрослых. По оси ординат — средний балл развития борозд:
I — стабильный; II — последовательно увеличивающийся; III — последовательно
уменьшающийся во всех стадиях; IV — уменьшающийся в последней стадии;

По оси абсцисс — возрастные группы:
А — дети: 1 — новорожденные (до 10 мес.); 2 — 1 год — 1 год 5 мес.; 3 — 3 года 2 мес.—
10 лет; Б — взрослые: 1 — 25 — 34 года; 2 — 40 — 58 лет; 3 — 64 — 80 лет

ные данные объясняют чрезвычайную вариабельность как
рельефа полушарий мозга человека, так и клеточного и воло­
конного строения полей. Идентичности в строении мозга нет не
только в одной генетической линии, но даже у близнецов.
Таким образом, развитие коры мозга не кончается в подро­
стковом периоде, а продолжается по тем или иным признакам
всю жизнь.
Приведенные данные позволяют с достаточной уверенностью
заключить, что специфические для человека усложнения позна­
вательных процессов — способность в течение всего периода
индивидуальной жизни приобретать новые знания и на основе
их изменять, совершенствовать и перестраивать свою деятель­
ность — обусловлены особой пластичностью конструкции мозга
человека и его свойством развиваться в течение всего онтогенеза.
Морфонейрологические исследования эволюции мозга позво­
ляют нам более конкретно подойти к исследованию сложнейше­
го вопроса биосоциального единства структуры и функции моз­
га человека.
Изложенный выше материал подтверждает идею существова­
ния социального наследования. Нет сомнений, что личность
человека формируется благодаря взаимодействию двух потоков
информации: 1) через генетически закрепленную наследствен­
ность и 2) через социальное наследование. Эти две категории
нельзя путать, а тем более подменять, так как социальная фор­
ма движения не переходит в биологическую и не передается по
генетическим каналам. Сапиентные функции мозга не закоди­
рованы в готовом виде как другие безусловные нормы реакпий
136

в генах, а вырабатываются в процессе Индивидуальной жизни
в соответствующих условиях социальной среды.
Создавая второсигнальную конструкцию коры мозга челове­
ка с новыми принципами развития личности в постнатальном
периоде онтогенеза в социальной среде, природа сняла с чело­
века оковы медленного генетического отбора инстинктивных
форм поведения, благодаря которым человек может освоить
культурное наследие предыдущих поколений, получить специ­
альное образование, развить эвристическое мышление и приме­
нить свои творческие способности в различных областях трудо­
вой деятельности.
Индивидуальный опыт животных, полученный путем выра­
ботки условных рефлексов, генетически не закрепляется и не
остается в виде инстинктов накопленного опыта в генах для
последующих поколений; он погибает вместе со смертью данной
особи. Смена поведения у животных происходит в процессе
естественного отбора у выживших популяций. Иерархия стад­
ных отношений регулируется отбором и биогеоценозом.
Индивидуальный опыт человека остается в результате
вклада и сохранения его в сокровищнице культуры всего чело­
вечества. Трудовая деятельность, речь, абстрактное мышление
и творчество не кодируются в генах в готовом виде. Они приоб­
ретаются в течение индивидуального опыта в течение жизни
человека. Благодаря социальному наследованию они не исче­
зают со смертью личности, а остаются в обществе для после­
дующих поколений, что и обеспечивает быстрый и всеобщий
прогресс творчества и знаний всего человечества.
Развитие интеллекта и сознания человека, таким образом,
идет совершенно иными путями, в другой форме и другими
темпами по сравнению с особенностями поведения животных,
включая и приматов.
Если бы человек имел только генетически жестко закреплен­
ные каналы непосредственной передачи информации в адрес
прямого потомства, он не смог бы обеспечить быструю смену
культурных эпох и выработку новых форм поведения в изме­
няющейся социальной среде.
Стремление к познанию нового в человеке непреодолимо.
Одно открытие влечет за собой сотни других. Мозг человека
имеет беспредельные возможности к познанию при использова­
нии культурного наследия и при поиске новых путей для до­
стижения целей и решения поставленных задач.
Восприятие высокого уровня знаний доступно всякому нор­
мально развивающемуся индивидууму человеческого рода.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

ГЕНЕТИКА
И СОЦИАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ

Научно-техническая революция не только влияет на развитие
техники, науки, общего познания мира, но и рождает новые
социальные проблемы. А изменение социальной обстановки от­
ражается на ходе и направленности научно-технической рево­
люции. В свое время В. И. Ленин говорил о токах, которые
идут от естествознания к гуманитарным наукам. В наши дни
эти токи взаимны. Происходит сближение естествознания и об­
ществоведения. Биология в целом, и в первую очередь генети­
ка, поворачиваются лицом к проблеме человека. В этой вели­
чайшей проблеме необходимо сплавить в синтезе биологические
и социальные аспекты. Это должно изменить содержание и
стиль нашего мышления. В этом выразится современное осу­
ществление завета В. И. Ленина о союзе философов и естест­
венников. Реализуется прогноз К- Маркса: «Впоследствии есте­
ствознание включит в себя науку о человеке в такой же мере,
в какой наука о человеке включит в себя естествознание: это
будет одна наука» *.
Наряду с физикой, химией, математикой биология также
вступает в эпоху активного воздействия на социальные стороны
жизни общества. В свете практических возможностей современ­
ной биологии и ее ближайшего будущего необходим глубокий
научный, философский и социальный анализ ее проблем, ибо
именно здесь особенно велик напор сенсационных, незрелых,
реакционных идей. Здесь зреет угроза биологической войны.
Такое положение наносит урон развитию проблемы человека,
которая все больше и больше становится в центре естествозна­
ния. Вместе с тем нельзя допустить недоиспользования возмож­
ностей новой биологии для борьбы за пищевые и сырьевые ре­
сурсы планеты, за освобождение человека от наследственных
болезней — рака, предрасположений к сердечно-сосудистым
заболеваниям и от других биологических дефектов. Надо вни­
мательно изучить возможные влияния биологического вмеша­
тельства на течение социальных процессов, рассмотреть вопрос,
каким образом решение социальных проблем влияет на биоло1 Маркс К- и Энгельс Ф. Из ранних произведений, с. 596.

138

гию человека. Все это требует учета биосоциальной природы
человека, выяснения специфики генетической наследственности,
свойств человека и явлений социального наследования.
Научно-техническая революция в условиях социального не­
благоустройства усугубляет эксплуатацию трудовых масс, обо­
рачивается растратой природных ресурсов, стихийным наруше­
нием окружающей среды, ее достижения грозят человеку небы­
валыми ранее средствами уничтожения в случае развязывания
войны.
При современном положении, по-видимому, четыре вопроса
в первую очередь требуют единого генетико-социального иссле­
дования: якобы биологическая неотвратимость войн; последст­
вия демографического взрыва; человек и биосфера; нужно ли
для повышения духовной жизни изменить генетическую природу
человека.

Войны и биологические особенности человека
Борьба за мир — это веление современности. В. И. Ленин на
заре нашего государства провозгласил, что будущее человече­
ства — это мир и социализм. Решения XXIV съезда КПСС и их
реализация в политике нашего государства открыли новую стра­
ницу в истории мирового движения за мир на Земле. Нет сомне­
ний, что для будущего человечества неразделимо единство
коммунизма, мира и науки. Использование результатов научнотехнической революции на благо людей, на решение вечной
проблемы взаимоотношения природы и человека возможно
только в условиях мира. Все больше ученых проникаются со­
циальной ответственностью за фантастически растущие успехи
науки, осознают необходимость мира как единственно возмож­
ного условия развития человечества.
Эти истины во многом кажутся очевидными. Нет сомнений,
что возможность империалистической войны коренится в клас­
совой природе капиталистического общества. Чтобы скрыть это,
сторонники капиталистического образа жизни ищут в пользу
войны псевдонаучные биологические аргументы.
В свое время представители «классического» психоанализа
пытались дать чисто психологическое и биологическое истолко­
вание общественным явлениям. С этих позиций давалось биоло­
гическое оправдание агрессии и войнам. В 1932 г. 3. Фрейд в
письме к А. Энштейну, полагая, что свойство агрессии являет­
ся врожденным инстинктом, писал о войне: «Кажется, что это
вещь вполне естественная; несомненно, она имеет под собой
здоровую биологическую основу...»
В наши дни эти же мысли положены в основу так называе­
мой социальной этологии. В 1973 г, Конраду Лоренцу, профессо­
ру Мюнхенского университета, одному из основателей этологии —
науки о поведении животных, была присуждена Нобелевская
139

премия. Авторитет К- Лоренца достаточно высок благодаря его
фундаментальным достижениям в области этологии. Однако при
этом он поддержал биологизаторский подход при оценке пове­
дения человека. Говоря о причинах войн, Лоренц (Lorenz, 1967,
р. 188), заявляет, что они вызываются «имманентными виду
могущественными врожденными формами спонтанных действий
и реакций». По его мнению (там же, стр. 200), причины войн
и революций коренятся в том, что «функциональное нарушение
врожденных видовых форм поведения приводит к катастрофи­
чески социальным потрясениям». Лоренц заявляет, что еще в
палеолите у человека «инстинкт агрессивности достиг гибель­
ных масштабов» и что этот инстинкт «и по сей день засел в
костях человека как злое наследие» (Lorenz, 1965).
Не считаясь с марксистско-ленинским анализом классовой
сущности войн, их общественного и исторического происхожде­
ния, Лоренц заявляет, что «человек в настоящее время стоит с
водородной бомбой в руках, лелея в своем сердце инстинкт
агрессии, который он унаследовал от обезьяноподобных пред­
ков и которых разум не может сдержать» (Lorenz, 1950).
Вслед за этими рассуждениями трое видных физиков в
статье, опубликованной в Бюллетене Атомной комиссии США
в 1970 г., писали, что, по их мнению, «источником... возникно­
вения войн у людей... являются... примитивные животные реак­
ции» (Iltis et al., 1970).
В США и в других странах популярны книги Роберта Ордри.
Суть его вульгарной философии состоит в том, будто бы ин­
стинкт собственности, который наиболее ярко проявляется во
владении землей и назван им «территориальным императивом»,
заложен в человеческих генах. В них же заложено — быть или
не быть человеку убийцей по его биологической природе
(Ardrey, 1966). На этих взглядах построена его философия
происхождения войн. Она заключена в его следующей фразе:
«Человек — это хищное животное, природный инстинкт которо­
го влечет его к убийству с применением оружия» (Ardrey,
1969). Ордри полагает, что влечение человека к убийству неот­
вратимо, оно не подчинено никаким облагораживающим влия­
ниям среды. Он пишет: «Никакое влияние среды не в состоянии
сгладить врожденную склонность к оружию. Как только мы
получаем доступ к нему, мы немедленно начинаем подготовку
к большому взрыву» (Ardrey, 1969). Ордри заявляет: «Мы не
можем ждать многого от приобретенных под влиянием коллек­
тивного опыта способностей, поскольку они находятся в проти­
воречии с инстинктами» (Ardrey, 1969).
Биологизаторы человека настойчиво утверждают, что буду­
щее человека — это навечно утвержденное положение войны.
Мирное развитие человечества якобы невозможно, ибо оно буд­
то бы коренным образом противоречит генетической природе
человека,
I4Q

По мнению Лоренца, неотвратимость войн для человека —
это следствие того, что духовная жизнь в основе своей форми­
руется животными тенденциями, заложенными в человеке в
силѵ его происхождения от предков, общих с'обезьянами.
В 1965 г. Лоренц выпустил книгу под названием «Инстинк­
тивные основы человеческой культуры». А Ордри заявляет, что
надо добиться такого положения, чтобы «поведение человека
рассматривалось в рамках поведения животного».
К. Лоренц, Р. Ордри и другие, опираясь на научно-обоснован­
ные взгляды о животном происхождении генетической природы
человека, делают из этого лженаучную попытку представить
войны как постоянное явление для всего будущего человечест­
ва. Однако на самом деле эти биологизаторские взгляды не
выдерживают критики, как только мы начинаем исследовать
человека не только как биологический объект, но и как соци­
альное существо, духовный мир которого несводим к законам'
биологии (Федосеев, 1972). Учение о социальном наследовании
(Дубинин, 1971 а, б, в) показало, что духовное содержание
человека, способность каждого поколения использовать духов­
ную и материальную культуру прошлого передаются по поколе­
ниям не по законам биологической наследственности. Социаль­
ное в человеке передается путем перехода опыта поколений,
благодаря формирующему воздействию социальной среды. Сре-’
ди форм опыта классового общества находится и возможность
войн, которые возникают вновь на основе классовых противо­
речий. Правильно пишет Г. Герасимов (1970), что секрет
«агрессивности» человека надо искать не в его генах, а совсем
в другом. Империализм в своих целях бросает всю свою про­
пагандистскую машину, в том числе и лжеэтологию, для воспи­
тания в человеке способности к насилию. Человек же по своей „
натуре, будучи существом общественным, является дружелюбным и самоотверженным.
Развитие генетики показало, что нет биологических препят­
ствий перед мирным развитием человечества. Напротив, исходя
из учения о социальном наследовании, генетика целиком под­
держивает вывод марксизма о возможности неограниченно дол­
гого мирного развития человечества. Опираясь на строго науч­
ные данные о несводимости духовного развития человека к его
биологии, советские генетики и прогрессивные ученые всех
стран самоотверженно борются за идею мира, видя в мирном
развитии будущее человечества, при котором наука сможет
отдать все силы его чаяниям и прогрессу.

Проблемы демографического взрыва

Мы живем в эпоху демографического взрыва. Рост числа людей
на Земле на заре истории человека проходил медленно (Пескеу,
1960). 25 тыс. лет назад население Земли составляло 3,34 млн,
141

человек. За следующие 15 тыс. лет оно увеличилось всего лишь
в 1,6 раза, равняясь 5,34 млн. Однако начиная с этого времени,
когда наступает уже историческая фаза существования челове­
ка, скорость роста размера его популяции заметно возрастает.
За 4 тыс. лет в период между 10 и 6 тыс. лет нашего времени
число людей увеличилось почти в 18 раз, будучи равным
86,5 млн. В последующие тысячелетия и сотни лет, а в XIX и
XX вв. уже за десятилетия темп роста числа людей резко
увеличивается. За 2 тыс. лет до наших дней численность людей
составляла 133 млн. человек; 320 лет назад — 545; 220 лет —
2400 млн.; 170 лет — 906; 70 лет—1610; 30 лет — 2400 млн.;
в наши дни она равна примерно 3500 млн. Сейчас, во время
демографического взрыва, считается, что за 30 лет население
Земли удвоится и составит к 2000 г. около 7 млрд, человек.
Что же дальше? Подсчет показывает, что если численность
людей будет возрастать в среднем на 2% в год, что характе­
ризует текущее столетие, то через 700 лет каждому человеку до­
станется всего лишь один квадратный метр на поверхности Зем­
ного шара. Очевидна абсурдность такого темпа размножения.
К 2020 г. следует ожидать 10—12 млрд, людей. Следует при­
знать, что дальнейший рост населения на Земле уже будет нера­
зумным. Однако можно ли регулировать численность людей? Не
правы ли принимающие как неизбежность вывод о том,
что человечеству грозит перенаселение? Эта опасность беспоко­
ит многих футурологов. Имеются заявления, что человечеству
угрожают все ужасы перенаселения и потому необходимо при­
менение генетической селекции для формирования на основе
отбора будущего человека. Это диктуется якобы тем, что иначе
наступит генетическое вырождение человека за счет преимуще­
ственного размножения «низших» классов общества и «низших»
рас. Вновь поднимается мутная волна неомальтузианства и
расизма. В связи с таким приростом, грозя нехваткой ресурсов
Земли и вырождением человека при воображаемом перенаселе­
нии, вновь делается попытка свести к вопросам биологии глав­
ные социальные проблемы человечества.
Вместе с тем внимательный анализ тенденций воспроизведе­
ния человека показывает, что они имеют сложный и противо­
речивый характер. Размножаемость является функцией не толь­
ко биологических свойств, но и социального положения людей,
которое менялось в ходе истории.
Что касается биологической способности людей к размноже­
нию, то нет свидетельств об ее уменьшении за время историче­
ского существования человека. Однако, как мы видели выше,
темп размножения популяции человека заметно меняется. Это
показывает, что изменялись какие-то контролирующие факторы.
Нетрудно доказать, что эти факторы представляют собою мате­
риальные возможности, изменяющиеся по мере социального
развития общества. На первом этапе развития человечества
142

рост численности его популяций сдерживался борьбой между 2
группами людей, а также с другими видами организмов тем,
что человек обладал еще малыми возможностями преобразовы­
вать природу для нужд своего бытия. По мере освобождения
от давления природной среды, создания своей особой искусст­
венной экологической ниши, что отражало собою рост человека
как социального существа, делающего орудия, появились более
благоприятные условия для реализации ее биологической спо­
собности к воспроизведению. В этом выразилось нарастающее
освобождение человека от действия естественного отбора. Численность населения, как это было показано выше, начинает
заметно расти. Этот процесс ускоряется в результате развития
цивилизации. По мере снижения роли естественного отбора
устанавливается среднее проявление генетического груза в по­
пуляциях. В результате свободных браков в больших популя­
циях частота встреч гетерозигот по дефектным генам приводит
к появлению 4% детей (в среднем к рождению), отягощенных
наследственными болезнями. В этих же условиях реализуется
громадная изменчивость людей, при которой биологические
особенности каждого человека оказываются уникальными. На­
конец наступает эпоха все нарастающего смешения ранее от­
граниченных друг от друга популяций, что ведет к улучшению
общего генетического состояния человечества. Появление со­
ответствующих материальных условий и развитие медицины спо­
собствовало резкому снижению детской смертности и улучше­
нию здоровья взрослых, ликвидации основных причин, препят­
ствующих размножению человека. В наши дни эти изменения в
социальном положении людей приводят к демографическому
взрыву. Сохранится ли такое положение доминирования биоло­
гических способностей к размножению и в будущем? Приведет
ли это к реализации угрозы перенаселения? В современном об­
ществе имеются противоречивые тенденции при создании семей
с разным числом детей и это надо учитывать при анализе воп­
роса.
Возможность реализации способности к размножению все
время развивалась в истории общества. Ныне она достигла
своего максимума. Однако существенно то, что в наше время
при наличии всех возможностей к созданию больших семей
появились контролирующие факторы, которые ведут к ограни­
ченности размножения в ряде социальных групп. В этих случа­
ях в семьях имеются один-двое детей, что ведет к стационарно­
му сохранению или даже к уменьшению численности групп в
потомстве. Это касается больших групп интеллигенции, квали­
фицированных рабочих и колхозников, служащих и др.
В свое время Ф. Гальтон, Ф. Ленц, Ю. А. Филипченко и дру­
гие высказывали тревогу по поводу низкой деторождаемости в
семьях интеллигенции. Они полагали, что это явление навлека­
ет беду на нацию. Дело изображалось таким образом, что ин143

теллигенция, господствующие классы — аристократы и буржуа —
руководители государственных механизмов,— это якобы особо
ценные биологические типы людей — генетическая элита. Они
якобы вобрали в себя ценнейшие гены, и то что они оставля­
ют мало потомства,— удар по нации в виде гибели ее наибо­
лее ценного генофонда.
Г. Спенсер считал, что социальная помощь, забота о боль­
ных, охрана материнства и младенчества, медицина для наро­
да — все это представляет собою зло для нации. По его мнению,
все факторы, ослабляющие селекцию, ведут к выживанию гене­
тически неполноценных групп населения. Ф. Гальтон полагал,
что главная угроза для существования капиталистического об­
щества таится в сокращении размножаемости правящей вер­
хушки. По словам Ф. Ленца, капитализм с его конкуренцией, ,
борьбой классов и индивидуумов является наилучшей формой
для осуществления деятельности естественного отбора, ведуще­
го к выживанию наиболее приспособленных. Это якобы обеспе­
чивает прогресс общества, и потому, по мнению Ф. Ленца,
надо помочь естественным процессам селекции мало приспо­
собленных и ограничить размножаемость рабочих и крестьян.
Ленц полагал, что победа социализма грозит человечеству био­
логическим вырождением, ибо в этом случае невозможно ограни­
чить размножаемость рабочих и крестьян. Он требовал устра­
нения контрселективных условий, которые ослабляют действие
естественного отбора. Он настаивал на селективной гигиене,
факторами которой, по его мнению, являются высокая детская смертность, эпидемии, туберкулез и, наконец, войны. Задача
социальной гигиены, по мнению Ленца,— это не борьба за здо­
ровье людей, а осуществление селекции путем усиленного раз­
множения классов, занимающих господствующее положение в
обществе.
Развитие общей генетики популяций и генетики популяций
человека показало, что все эти концепции лишены научной
основы.
В свете данных о практически неисчерпаемом богатстве гене­
тического многообразия в популяциях людей и роли социального
наследования соображения о губительности относительного со­
кращения размножаемости у отдельных групп не имеют под
собой почвы. Однако сам факт того, что социальное положение
людей резко ограничивает размножаемость, должен привлечь
к себе пристальное внимание. Мы имеем все увеличивающиеся
по размеру группы населения, в которых семьи имеют одногодвух-трех детей. Трудно оценить причины этого: они имеют
сложный социальный, психологический и этический характер.
Мне кажется, что факторы, ограничивающие размер семьи,
коренятся в развитии ценностного отношения к личности как
ребенка, так и матери, перед которой встали задачи сочетать
и участие в жизни общества, и деторождение. Надо сказать,
144

что рост групп населения с малым числом детей развивается так
отчетливо, что следует ожидать сравнительно быстрого возник­
новения проблемы не перенаселения Земли, а, напротив, удер­
жания численности людей на достигнутом уровне. В свете'
нарастания социальных изменений и хода научно-технической
революции возможно, что не будет ошибкой ждать наступления
этих событий через 3—5 десятилетий. Это будет время, когда
население Земли достигнет 10—12 млрд, человек. После этого
потребуется развитие чувства социальной ответственности ро­
дителей, чтобы удерживать численность людей на этом уровне.
Его можно признать оптимальным для реализации многообраз­
ных сторон человеческого таланта и гения.
Вопросы перенаселения являются серьезными в политике
государства. Для СССР при громадных ресурсах его террито­
рии необходимо дальнейшее увеличение численности населения..
В этих целях осуществляется активная миграционная политика,,
направляющая население на осваиваемые территории или на тер­
ритории, активизирующиеся благодаря развитию индустрии и
сельского хозяйства. Рост населения связан с задачей гармо­
ничного сочетания производственной и общественной актив-'
ности женщин с их материнскими обязанностями, с решением
задач продления жизни людей, с борьбой за здоровье всего
населения.
В США, напротив, раздаются призывы остановить рост насеения. В 1969 г. Р. Никсон выступил с призывом об ограни­
чении семей американцев двумя детьми.
Это показывает, что для проблем размножения на первый,
план выступает роль социального фактора. Вопросы размножения все больше будут переходить под контроль социального
планирования.
Все это позволяет еще раз сказать об ошибках ученых, по­
падающих в плен одностороннего биологизаторского подхода к
человеку, когда речь идет о росте численности людей и зада­
чах генетического формирования человека в условиях перенасе­
ленности: они исходят из простого переноса на будущее данных
об идущем демографическом взрыве. Исходя из того, что в наши
дни число людей на Земном шаре ежегодно увеличивается на
80 млн. человек, рисуется апокалиптическая картина перенасе­
ленности Земли в будущем и на этой основе — исступленная
борьба людей за место под солнцем. На самом же деле этот про­
цесс роста числа людей на Земле диалектичен, в нем отчетливо
видны противоречивые, взаимопроникающие тенденции. В на­
стоящее время доминирует взрывное увеличение численности,
однако понимание будущего требует исследований, вскрывающих
суть развития этого явления. Наступает эпоха, когда социаль­
ные законы жизни человека, вопреки наличию благоприятных
материальных условий, начинают контролировать реализацию
биологических возможностей размножения. В этом выражаются
145

рост, будущее значение категории свободы и ценностного отно­
шения к личности человека на фоне решения социальных коллек­
тивных задач. Процессы, идущие в народонаселении, становятся
регулируемыми духовными, политическими и социальными фак­
торами. Это показывает, что наступает время, когда размеры
популяций человека будут контролироваться действием социаль­
ной программы. В этом отношении биологические возможности
для размножения человека будут соответствовать его социаль­
ным идеалам. Не представляет сомнений, что проблема населе­
ния является исторической категорией. К. Маркс в «Капитале»
писал: «...всякому исторически особенному способу производ­
ства в действительности свойственны свои особенные, имеющие
исторический характер законы народонаселения»2.
Появление демографического взрыва — это последний период
прямой зависимости законов населения от материальных усло­
вий жизни общества. Наступает время сложного взаимодействия
между способом производства, социальным положением и ду­
ховным ростом человечества. В этих новых условиях законы
населения будут зависеть от социальных потребностей человека.
Численность людей на Земле будет стабильной и на этом оп­
тимальном уровне размера популяций будет сохраняться неог­
раниченно долгое время, пока освоение Космоса не раздвинет
рамки его существования далеко за пределами Земли.
Генетика человека и биосфера
Каждый крупный успех науки несет неоспоримые блага, но он
же может быть использован во зло человеку. Это было извест­
но давно. Однако наибольшую остроту этот вопрос получил пос­
ле открытия энергии атома. Взрывы атомных бомб в Хиросиме
и Нагасаки доказали человечеству, что ядерная энергия — это
сила, способная нанести человеку и его обители — Земле огром­
ные разрушения.
Это было началом идущего сейчас процесса введения в
жизнь общества могучих сил, рожденных развивающейся науч­
но-технической революцией. Появление космических исследова­
ний, кибернетики, электроники, синтетических материалов, новой
биологии и других областей науки и техники показало, что ес­
тествознание стало мощной социальной и политической силой,
влияющей на развитие современного общества и закладываю­
щей основы для будущего человечества.
В XIX — в первую половину XX в. влияние человека на при­
роду уже было ощутимо. В XIX в. человек истребил 70 видов
животных, а за последние 50 лет — еще 40 видов. Уничтожено
7з лесов планеты. В наши дни производственная мощь чело2 Маркс К. и Энгельс Ф. Сочинения, т. 23, с. 646.
146

вечества необычайно возросла. В некоторых областях она уже
сравнима с силами природы. Воздействие производственной дея­
тельности человека, нарушающее биосферу, приобретает плане­
тарный характер. Перед человечеством встает задача сохранения
биосферы, задача гармонизирования процессов, вызванных в
биосфере деятельностью человека, реконструирования самой
биосферы в свете новых потребностей. Это обеспечит разумное
использование естественных богатств нашей планеты. В этой
работе, имеющей определяющее значение для жизни людей,
объединены социальные, естественнонаучные, технические, эко­
логические, политические и философские проблемы.
Наша Земля, условия которой обеспечили появление жизни
и такой огромный скачок в развитии материи, как возникно­
вение человека, является жемчужиной в Солнечной системе.
Пока мы не в состоянии оценить роль этих явлений в развитии
Вселенной. Однако ресурсы Земли не беспредельны. Встает во­
прос, возможно ли на Земле безграничное развитие человечества
и его цивилизации?
Много крупнейших задач встанет перед человечеством в ас­
пекте проблемы «Человек и природа». Уже сейчас некоторые
капиталистические страны испытывают энергетический кризис.
Удельный вес источников энергии в наши дни резко изменился.
На первый план вышли нефть и газ. Начинается развитие атом­
ной энергетики. Истощение сырьевых ресурсов части важных
веществ грозит нашему и ближайшим поколениям (Капица,
1973). Запасы серебра будут исчерпаны за ближайшие 13—
40 лет, свинца — за 20—60 лет, угля — за 100—150 лет и т. д.
Всего комплекса современных энергетических ресурсов хватит
на 300 лет. Неизбежно возникает проблема овладения термо­
ядерными процессами на базе дейтерия — тяжелого изотопа во­
дорода. Его запасы в мировом океане практически неисчер­
паемы.
Нарушение естественных процессов в биосфере также начи­
нает оказывать влияние на жизнь нынешнего и ближайших по­
колений. Поэтому необходима активная борьба за экологиче­
ское благополучие нашей планеты. Отрицательные влияния на­
учно-технической революции на биосферу очевидны. Как будут
развиваться дальше эти события? Правы ли ученые, которые
говорят об угрозе экологической катастрофы, которая может
уничтожить самого человека?
Развитие цивилизации неустранимо. Задача состоит в том,
чтобы ход научно-технической революций был подчинен не толь­
ко задачам массового производства, но и жизни биосферы. Это
потребует оценки биологических последствий действия сил,
открытых научно-технической революцией. Процесс производ­
ства, гуманистическая направленность в развитии науки
и техники в широком плане должны стать частью науки о
человеке.
147

В этом случае доминирующим оказывается социальный под­
ход к проблеме «Человек и биосфера». Неограниченное, неконт­
ролируемое, неподчиненное благу человека развитие науки и тех­
ники опасно для человечества. В вопросе взаимоотношений че­
ловека и природы решающими являются социальные подходы,
обеспечивающие нужную организацию общества. Только орга­
низация общества, свойственная социализму и коммунизму, сво­
бодная от эгоистического, потребительского, нерегулируемого и
негуманного отношения к природе, сможет обеспечить вечное
процветание человека в условиях нашей планеты.
В США, Японии, Англии, ФРГ и в других капиталистиче­
ских странах уже проявились серьезные последствия загрязне­
ния атмосферы, воды рек и озер, почвы, морей и океанов. Все
это — следствие хищнического отношения к природе в условиях
свободной конкуренции, неизбежно разрушающей природу Земли.
Постоянное восстановление природных ресурсов на базе комп­
лексных подходов, целенаправленная реконструкция и гармони­
зация биосферы на базе научно обоснованного преобразования
природы, направление сил науки и техники только на благо
человечеству — все это возможно в условиях нравственного
мира, где самоцелью является человек. Это показывает, что
само существование человечества находится в зависимости от
обязательного для него объединения людей в условиях комму­
нистического общества.
Нельзя не отметить, что борьба за чистую биосферу уже в
наши дни приобретает глобальный характер. Загрязнения атмо­
сферы и океана, где бы они не производились, касаются всех
стран. Ежегодно сотни миллионов тонн сернистого ангидрида и
около 50 млн. т. окислов азота выбрасываются в атмосферу.
Возрастает количество углекислоты, которая пропускает солнеч­
ную радиацию и выпускает за пределы атмосферы тепло. Это
может послужить глобальному изменению климата. Запылен­
ность атмосферы уже увеличена в десятки раз.
Факты о глобальном загрязнении биосферы указывают, что
на данном этапе важное значение имеет мирное сосуществование
стран, играющее ведущую роль в борьбе всех стран мира про­
тив загрязнения биосферы. Именно это послужило основой со­
ветско-американского Соглашения 1972 г. о совместной работе
по сохранению окружающей среды.
Следует высказать еще одну заботу о последствиях от за­
грязнения среды обитания человека. Речь идет о поражении
генетической программы вследствие мутагенности факторов, за­
грязняющих среду, окружающую человека. Повышается фон ра­
диации. В биосферу внесено около миллиона ранее несвойствен­
ных ей химических веществ (Виноградов, 1973), многие из
которых оказались физиологически активными.
Перед современной наукой стоит задача оценить мутаген­
ность этих загрязнений, их влияние на развитие раковых забо148

леваний, на здоровье людей после поражения генов в соматиче­
ских тканях.
Социальные последствия от неконтролируемых поражений ге­
нетических систем человека могут оказаться очень серьезными.
Число людей с тяжелым наследственными болезнями может рез­
ко возрасти. Основы нормальной, здоровой наследственности че­
ловека, биологические основы его процветания могут быть подо­
рваны. Человечеству в случае таких уровней загрязнения среды
мутагенными факторами грозит генетическая катастрофа. В наши
дни эта проблема в вопросе о взаимоотношении человека и
природы важнейшая. По всем районам мира уже созданы науч­
ные общества и организации, занятые вопросом о мутагенности
факторов среды.
В Советском Союзе Президиум Академии наук СССР пору­
чил Институту общей генетики АН СССР возглавить исследо­
вания в этой области. Возникает задача слежения (мониторин­
га) за теми последствиями в генетике популяций человека, ко­
торые наступают вследствие нарушений в биосфере. Мониторинг
за загрязнениями среды сернистым ангидридом, окислами азота,
ртутными соединениями и другими широко развит на основе
физических и химических методов. Для генетического монито­
ринга в настоящее время разрабатываются адекватные методы,
призванные регистрировать события, идущие на уровне молекул
ДНК в клетках людей.
В районах, испытавших заметное изменение среды, уже в
наши дни целый ряд видов вовлечен в генетический кризис.
Путем естественного отбора мутаций устойчивости в этих райо­
нах идут эволюционные процессы в виде генетической адаптации
популяций к новым условиям. Двенадцатилетние исследования
Института общей генетики АН СССР на участках, искусственно
зараженных радиоактивными веществами, показали, что водо­
росли, травянистые растения и ткани деревьев путем отбора
устойчивых форм и устойчивых тканевых клонов способны бы­
стро изменять свою генетическую природу в ответ на высокий
фон радиации. Это показывает важность проблем эволюции при
появлении новых условий в среде, создаваемых деятельностью
человека. Однако биологическая эволюция самого человека в
этих новых условиях неосуществима. В этом случае последст­
вия генетического кризиса неотвратимо вызовут тяжелейшие по­
ражения генетической системы человека. Это показывает, что
нельзя допустить роста мутагенности среды, а в отдельных слу­
чаях необходимо создать методы защиты генетических структур
человечества от поражающих факторов внешней среды.
В связи с проблемой «Человек и биосфера» обнаруживается
новое положение естествознания. Оказывая громадное влияние
на социальное развитие человечества, естествознание только на
основе решения социальных проблем полноценно может сыграть
свою положительную роль. Само развитие естественных наук
149

приобретает в наши дни целенаправленный характер, форми­
руясь под влиянием социальных целей, которые ставит перед
собою общество.
Следует сказать, что в современном мире лишь отдельные
районы сильно поражены загрязнителями среды. Поэтому нет
оснований для панического представления о наступлении эры
экологической катастрофы. Однако необходимо ясно оценить
тенденции загрязнения среды и их возможные последствия, ко­
торые в случае невнимания к этому вопросу могут оказаться
очень серьезными.
Наш мир в сравнительно короткие сроки претерпит серьез­
ные изменения. Развитие цивилизации будет неуклонно изме­
нять биосферу. Мы должны ясно понимать, как это будет про­
исходить и каковы будуі последствия от этих изменений в их
биологических и генетических эффектах на человека и на другие
организмы. Причем последствия от загрязнений среды мутагена­
ми наступят не через десятки и сотни лет, они уже есть, и мы
должны знать качество, масштабы и тенденции их роста в бу­
дущем.
О мутагенных загрязнителях в среде,
окружающей человека

В настоящее время все понимают необходимость борьбы против
тех загрязнений среды, которые непосредственно изменяют мета­
болизм человека и в случае нарастания наносят вред его здо­
ровью. Подобные влияния могут привести к такому изменению
обстановки на Земле, которое поставит под угрозу жизнь чело­
вечества. Возможность столь серьезных изменений в биосфере
получила название экологической катастрофы. Мутагенные фак­
торы поражают внутриклеточные наследственные структуры ор­
ганизмов. Когда это касается зародышевых клеток, то, вызывая
мутации генов и хромосом на молекулярном уровне, мутагены
не оказывают влияния на здоровье людей. В этом случае пора­
жения в виде наследственных болезней частично проявятся у их
детей, а в основном — в ряду следующих поколений. В случае
появления мутаций в соматических клетках мутагены способ­
ны вызывать рак, укорачивать жизнь, провоцировать склонность
к различным заболеваниям и т. д.
Основными категориями мутагенов в среде служат следую­
щие: 1) пестициды, широко используемые в сельском хозяйст­
ве,— ДДТ, гексахлорбензол и др.; 2) отходы промышленности —*
хлордибензофураны, триметилфосфат, гексахлор бута дил и др.;
3) тяжелые металлы — ртуть, свинец, кадмий и олово; 4) поли­
циклические углеводороды — бензопирены; 5) нитрозамины. Эти
и другие соединения попадают в организм человека через воз­
дух, воду, пищу, лекарства, пищевые добавки, игрушки и пр.
Положение требует осуществления серьезного проекта иссле150

довательских работ по оценке мутагенных факторов среды.
Надо помнить, что многие из них не наносят видимого вреда
организму человека. Однако они нарушают генетические струк­
туры как в зародышевых, так и в соматических клетках.
Для оценки генетических эффектов от загрязнителей биосфе­
ры требуется срочная разработка научных основ для органи­
зации генетической службы. Эта служба должна использовать
набор тест-систем на ряде тест-объектов, которые способны бы­
стро и надежно регистрировать изменения мутагенных свойств
среды. Если эта работа не будет осуществлена, то биосфера
незаметно может насыщаться мутагенными источниками, кото­
рые нанесут вред живущему поколению людей и их детям.
В будущем при условии неконтролируемого загрязнения среды
аналогично экологической катастрофе можно говорить об угро­
зе генетической катастрофы для человечества. Нет сомнений,
что критическое положение по мутагенности среды не будет до­
пущено, но для этого требуются большие знания и большая
работа.
Известно, что Советский Союз и другие страны подписали
10 апреля 1972 г. Конвенцию о запрещении разработки, произ­
водства и накопления запасов бактериологического (биологиче­
ского) и токсинного оружия и об их уничтожении.
В СССР проблема генетических эффектов радиации исследу­
ется в рамках Научного совета по биосфере при Президиуме
Академии наук СССР, в секции при Отделе внешней среды Госу­
дарственного комитета по науке и технике при Совете Минист­
ров СССР, в рамках советско-американского Соглашения по
среде, в проекте по биологическим и генетическим эффектам за­
грязнения среды. В Москве 18—21 февраля 1974 г., в США
в 1975 г., в Душанбе в 1976 г. работали советско-американские
симпозиумы по генетическим эффектам загрязнителей среды на
человека. В системе Академии наук СССР ведущим учреждением
по изучению генетических эффектов мутагенов среды является
Институт общей генетики АН СССР.

Новые вопросы теории мутаций
в связи с задачами изучения мутагенности факторов среды
Теория мутаций за время своей 75-летней истории претерпела
большие изменения. В начале текущего столетия появление на­
следственных уклонений рассматривалось как процесс, пол­
ностью случайный и независимый от факторов внешней среды.
Однако развитие генетики показало ошибочность теории автоге­
неза. Установлено, что появление мутаций детерминируется из­
менениями в молекулах ДНК, возникающими на основе нару­
шений в метаболизме организма и под прямым влиянием фак­
торов среды.
151

Несмотря на огромное число работ по проблеме мутаций,
еще многое остается неясным. Поэтому нельзя создать научную
теорию для качественной и количественной оценок мутагенно­
сти факторов среды. В экспериментах, как правило, изучается
влияние отдельных мутагенных факторов. Для условий биосфе­
ры, напротив, характерна целостность, комплексность действия
всех входящих в ее состав мутагенных факторов. Здесь возмож­
ны защитные, аддитивные, сенсибилизирующие, качественно спе­
цифические эффекты. В этих условиях большое значение при­
обретает проблема действия малых доз радиации и тех особен­
ностей мутагенеза, которые характеризуют хронические воздей­
ствия химических мутагенов.
Необходимо учитывать, что мутагены среды могут изменять
не только процессы мутирования, но и другие стороны проте­
кания генетических явлений. Под действием мутагенов изменя­
ются величины рекомбинаций, которые к тому же сами служат
источниками мутаций. Возможны влияния на функционирование
генов, что может быть причиной тератологий и других укло­
нений. Возможно поражение ферментных систем, что изм-еняет
функции генов. В целом перед учеными стоит задача оценки
многостороннего влияния мутагенов на функционирование клет­
ки и организма, включая деятельность нервной системы.
Малоизученная сторона мутагенеза — это мутагенные по­
следствия, когда после обработки исходного клеточного поколе­
ния мутации продолжают возникать спустя длительное время в
пределах одного клеточного цикла или даже после ряда син­
тезов ДНК.
Само это явление показано на экспериментальных моделях
при действии алкилирующих соединений или радиации. Как бу­
дет осуществляться мутагенное последствие при комплексном
эффекте мутагенов среды? Какова роль длительного пребыва­
ния клеток без делений в камбиальных тканях после обработки
их мутагенами? Факты волновой кинетики при хранении клеток
показали зависимость выхода мутаций от времени, проходящего
после обработки. Это свойственно клеткам, испытавшим комби­
нированный эффект радиации и этиленимина. Еще много неясно­
го в проблеме модификации мутагенеза внешними и внутренни­
ми факторами, в вопросе о связи у ряда мутагенов способности
индуцировать мутации и вызывать злокачественный рост. Возни­
кает вопрос, в какой мере эта связь будет характеризовать взаи­
модействующие мутагены среды. Возможно, что при изучении
комбинированного эффекта мутагенов — индукторов злокачест­
венного роста — с другими мутагенами можно будет нащупать
важную сторону в природе этого явления. Может быть, здесь
вмешиваются процессы продленного мутагенеза.
В проблеме мутагенов среды возникает вопрос, связанный с
влиянием вирусов на гены и хромосомы при заражении ими
клеток. Мутагенная роль вирусов и в ряде случаев их канце152

рогенная роль очевидны. Показано, что вирусы могут изменять
темп мутаций у хозяина за счет поражения систем темновой
репарации. В случае пандемий мутагенез, индуцированный ви­
русами, может приобретать широкий характер.
Необходимо обратить внимание на мутагенные свойства жи­
вых вакцин. Показано, что в ряде случаев живые вакцины с
подавленной вирулентностью способны индуцировать мутации.
Вакцинациям против кори, гриппа и других инфекций повторно
подвергаются массы людей. Имеется большая группа непатоген­
ных вирусов, способных вызывать мутации. Можно сказать, что
присутствие тех или других вирусов характеризует почти все
клетки. Чужеродная ДНК обладает мутагенными свойствами.
Вирусы создают постоянный поток чужеродной ДНК в клетки
человека и животных. Под влиянием мутагенов окружающей
среды возникают новые расы вирусов, мутагенность которых при
этом также может меняться.
Различные токсикологические поражения биологической при­
роды могут обладать мутагенными свойствами. В этом отноше­
нии различные паразитарные организмы протозоологического ха­
рактера, черви и другие могут вводить токсические продукты
в человека, существенно изменять его метаболизм и этим моди­
фицировать мутагенез. Население некоторых районов земного
шара в 100% случаев заражено паразитарными организмами.
Множество генетически детерминированных нарушений в об­
мене веществ человека, по-видимому, благоприятно для усиле­
ния мутабильности.
При заболевании человека ксеродермой, ведущей к появле­
нию рака кожи, клетки теряют способность к темновой репара­
ции. В них уровень мутаций повышается. Мутации, ведущие к
поражению ферментных систем, ответственны за правильный
синтез молекул ДНК, резко повышают уровень мутабильности.
В этом плане внешне невинные мутации в ДНК-полимеразе,
вызванные под влиянием мутагенов среды, могут вести к пора­
жениям наследственности популяций, по объему гораздо боль­
шим, чем все получаемые от размножения людей с рецессив­
ными или доминантными генетическими дефектами, которым
сохраняется жизнь с помощью современной медицины. Важней­
шей проблемой является понимание молекулярной природы му­
таций, возникающих под влиянием мутагенов среды.
Это лишь малая часть вопросов, требующих новых подхо­
дов в проблеме мутагенного влияния факторов среды. Они по­
казывают, как далеко ушла современная теория мутаций от пер­
вых шагов, которые утвердили факт зависимости мутаций генов
и хромосом от факторов внешней среды.
Поражает объем работы, которую предстоит выполнить по
анализу последствий от мутагенных факторов среды. Он дик­
туется гигантским разнообразием мутагенных источников, вве­
денных в среду деятельностью человека. Укажем на два послед153

них примера из области пищевого и фармакологического про­
изводства. В Японии среди ряда распространенных пищевых
консервантов против роста бактерий в соевом молоке и в рыб­
ных сосисках использовалось вещество АР-2(транс-2/фурин/3-/5-нитро-2-фурил/-акриламид). Было показано, что консервант
AF-2 обладает широкими мутагенными свойствами, вызывая му­
тации на ряде тест-систем — от бактерий до клеток человека
в культуре ткани. Обнаружена также канцерогенность этого
соединения. Администрация по контролю за качеством пищи и
лекарственных препаратов в США высказала большую озабо­
ченность о возможной мутагенности многих лекарств, консер­
вантов и пищевых добавок, в изобилии используемых в пищевой
и медицинской промышленности США (de Serres, 1974).
Среди лекарственных препаратов в последнее время при­
стальное внимание привлекает гикантон. Препарат гикантон метансульфонат (НМ) оказался активным соединением против тя­
желого заболевания шистомназиса, вызываемого паразитически­
ми червями. Этим препаратом уже обработано более 300 тыс. де­
тей и подростков в разных частях света. Оказалось, однако, что
гикантон является высокомутабильным соединением. Он вызы­
вает мутации сдвига рамки у фага Т4 и у Salmonella; у дрож­
жей — мутации сдвига рамки, замену оснований и внутриген­
ные рекомбинации, а также хромосомные мутации у крыс in vivo,
в лейкоцитах человека и в лимфоидных клетках мышей in vitro,
рецессивные летали — у Drosophila.
Таким образом, было допущено широкое использование силь­
ного мутагенного препарата в качестве лекарства. Возникает
задача получения аналога гикантона, который бы утратил мута­
генность, но сохранил лечебные свойства (de Serres, 1973).
Большое внимание привлекает к себе проблема пестицидов,
так как они широко введены в среду, окружающую человека.
Показано их наличие во многих продуктах, идущих в пищу
человека. В ряде случаев обнаружено мутагенное действие пес­
тицидов (Grant, 1973).
Это лишь несколько примеров, показывающих всю реальность
загрязнения среды мутагенными факторами, которые способны
поражать молекулы ДНК как в соматических, так и в генера­
тивных клетках человека.

Проблема мутаций на популяционном уровне

В свое время оценка явления мутаций для процессов эволю­
ции и селекции получила новые основы, когда были изучены не
только мутабильность отдельных генов, но и суммарные общие
последствия от процессов изменчивости генов и хромосом в по­
пуляциях. Был сформулирован принцип давления мутаций,- со­
гласно которому в популяциях всякого вида с определенной ча­
стотой регулярно в кажцом поколении возникают мутации,
(54

Важнейшей особенностью явления мутаций служит его про­
тиворечивость по отношению к приспособительным свойствам
особей. Множество мутаций имеет отрицательный характер,
сравнительно редкие изменения подхватываются отбором. Если
бы не было постоянной творческой работы отбора, опирающего­
ся на системы генов, мутационный процесс превратился бы в
силу, разрушающую наследственность видов. Отбор не только
устраняет вредные мутации, но, используя особенности генети­
ческого контроля, формирует особенности и темп самого мути­
рования внутри популяций. Опираясь на эволюционную значи­
мость того или иного определенного соотношения вредных и
положительных сторон процесса мутаций, отбор создает гено­
типические основы для оптимального уровня мутирования. Это
показывает, что характер и уровень мутабильности представляют
собою адаптивное свойство вида.
Изменение мутагенности факторов среды для всех органи­
ческих форм ведет к нарушению важнейшего эволюционного
свойства видовых популяций, к подъему мутабильности, выво­
дящему процесс мутаций за пределы эволюционно созданного
механизма оптимального мутирования.
Результаты этого нарушения будут иметь разные последст­
вия для разных видов, их влияние на человека должно иметь
наиболее пагубные последствия.
Поскольку мутации в массе имеют отрицательный характер
для приспособительных особенностей вида, очевидно, что повы­
шение мутабильности во всех случаях ведет к увеличению в
популяциях числа генетических жертв. Число особей с генети­
чески врожденными дефектами должно возрастать, роль отрица­
тельного естественного отбора заметно повышаться. Это должно
вызвать кризисные явления в генетике популяций. Выход из это­
го состояния осуществляется путем эволюционных изменений, на­
правленных на адаптацию к мутагенам, введенным в среду оби­
тания. Кризисные явления будут преодолены новыми эволюцион­
ными достижениями популяций, что, однако, потребует от них
огромного числа генетических жертв. Это число будет постепен­
но уменьшаться по мере создания генетической устойчивости
против мутагенного влияния факторов среды. Возрастание за­
щиты молекул ДНК ферментными системами клетки через от­
бор мутаций обеспечит возвращение уровня мутабильности к ее
оптимальному значению. Произойдет генетическая адаптация
популяций в ответ на высокий мутагенный фон окружающей
среды. Примеры такой эволюции уже изучены в экспериментах
с искусственно созданным высоким фоном ионизирующих из­
лучений (Дубинин и др., 1972). В том случае, когда мутаге­
ны влияют не только на темп мутаций, но и становятся фи­
зиологическими селективными факторами среды, осуществляется
эволюция фенотипических свойств на основе отбора мутантов,
устойчивых к новым факторам среды, и генетическая адапта155

ция часто приобретает характер импульсивных эволюционных
процессов. Примеры такой эволюции широко известны в виде
появления рас насекомых, устойчивых к пестицидам и ядохи­
микатам, вирусов и патогенных бактерий — к антибиотикам.
Эволюционные процессы в ответ на загрязнение среды мутаге­
нами, изменяющими особенности мутирования или ведущими
к появлению новых фенотипических свойств, имеют разную воз­
можность для адаптации популяций в зависимости от различий
в биологической и генетической системах. Наибольший успех
в этом случае свойствен видам, имеющим большое число особей
при быстрой смене поколений. Напротив, при малых популяциях
и большой продолжительности жизни выход таких видов из ге­
нетического кризиса, вызванного действием мутагенов среды,
представляет трудности. При этом ценность индивидуальных
генетических жертв заметно возрастает, а темп эволюции резко
замедляется.
Дифференциальная реакция популяций, нарушения их гене­
тической устойчивости при загрязнениях среды мутагенными
факторами экологического значения приводят к появлению раз­
ных типов генетических адаптаций. Осуществляясь в отдельных
видах, которые входят в данную экосистему, эти изменения
должны повлечь за собою создание новых внутрибиоценозных
взаимоотношений. В этом случае встают проблемы экологиче­
ской генетики, призванные решать важнейшие вопросы эволю­
ции биогеноценозов. В научном плане они смыкаются с задача­
ми хозяйственного использования природных популяций и це­
ленаправленной реконструкции экосистем.
Обращаясь к изменениям генетических основ популяций че­
ловека под влиянием возрастающего загрязнения среды мута­
генными факторами, мы встречаемся с принципиально иными
закономерностями. Генетическая адаптация всех органических
форм осуществляется через отметание отбором генетических
жертв и создание на базе положительных мутаций прогрессив­
ных форм. Для человека отбор потерял значение фактора, на­
правляющего его биологическую эволюцию. На фоне законов
социальной жизни естественный отбор стал фактором, сдержи­
вающим распространение в популяциях только тех мутаций, ко­
торые определяют рождение людей с тяжелыми наследствен­
ными недугами. Весь остальной мутационный полиморфизм реа­
лизуется в популяциях человека, обеспечивая появление в ос­
новном безотборной гигантской генетической изменчивости
людей.
Такое положение создает условия, при которых биологиче­
ская генетическая адаптация популяций человека под влиянием
возрастающей загрязненности среды мутагенами оказывается
невозможной. До сих пор за всю историю своего существо­
вания человек не изменял свою биологическую природу в от­
вет на изменения условий его жизни. Напротив, происходило
156

целенаправленное изменение среды для обеспечения существо­
вания человека. Это показывает, что при воображаемом кризис­
ном состоянии в генетике человека, который мог бы быть вы­
зван действием резко возросших мутагенных факторов, на пер­
вый план вместо генетически полноценных людей современной
эпохи могли бы выйти люди, пораженные разнообразными па­
тологическими дефектами, детерминированными поврежденными
генетическими структурами.
В свете сказанного очевидно, что любое повышение мута­
генеза у человека при увеличении загрязнения среды мутаген­
ными факторами следует признать вредным. Однако нельзя
ставить альтернативу — или сохранение наследственности чело­
века, или рост научно-технической революции. В условиях новой
техники надо следить за загрязнением среды. Вместе с тем
надо не только не допускать дальнейшего загрязнения биосфе­
ры, но и искать активных методов защиты против мутагенеза.
Обещающими в этом направлении служат исследования по хи­
мической защите, по антимутагенным веществам, по активизации
ферментных систем репараций и др.
Существенной стороной оценки риска от повышения мутабильности при воздействии мутагенов среды является соотноше­
ние между частотой появления мутаций и исторически накоп­
ленным в популяциях грузом рецессивных изменений. Наличие
этого груза характеризуется большой устойчивостью в системе
популяций, его сдвиг может быть вызван лишь заметным дав-,
лением отбора или заметным изменением в давлении мутаций.
В обоих случаях потребуется большое число поколений.
Представим себе, что в популяции рождаются дети с опреде­
ленным дефектом, вызванным гомозиготностью по рецессивному
аллелю а (особи аа). Их частота 2 на 1000. В некоторых шта­
тах США стерилизовали людей с дефектами. Проведение такого
отбора на протяжении 10 поколений может привести лишь к
тому, что на 1000 рождений 1 будет с дефектом. Чтобы затем
уменьшить частоту появления таких дефективных детей в 10 раз
(1 на 10 000), потребуется 70 поколений. Репродуктивный цикл
человека составляет 25 лет. В целом описанные изменения в
популяции потребуют 2250 лет.
Вторым важным буферным механизмом против непосредст­
венного эффекта от давления мутаций служит интенсивно иду­
щий процесс смешения популяций человека. При этом вероят­
ность встреч гетерозигот уменьшается, увеличивая тем самым
объем скрытого груза в популяциях. Как в условиях смешения
популяций, так и при росте численности людей результаты от
давления мутаций, увеличиваемого при действии мутагенов сре­
ды, будут иметь непосредственное проявление для доминантных
изменений и для целого ряда хромосомных мутаций. Трудность
задачи в отношении рецессивных мутаций состоит в количест­
венной оценке противоречивых тенденций, свойственных генети157

Чёскому грузу в популяциях человека в текущее время. Вместе
с тем, только осуществив этот анализ, можно будет прогнози­
ровать роль мутаций в настоящем и в последующих поколениях
человечества.
Из сказанного очевидно, что одной из центральных задач в
оценке последствий от загрязнения среды мутагенами является
разработка методов определения степени риска от увеличения
давления мутаций. Как уже говорилось, необходимо организо­
вать мониторинг за появлением мутаций в популяциях человека.
Служба мониторинга предполагает широкую регистрацию мута­
ций и сравнение темпа мутирования в каждом последующем
поколении с исходным. Это показывает необходимость получения
точных количественных данных о ныне существующем спонтан­
ном мутировании. Частично такие данные для человека имеют­
ся. Однако они собирались без учета задач мониторинга. Не­
обходимо в новых условиях организовать изучение естественных
мутаций у человека по избранным группам доминантных, кодо­
минантных, рецессивных мутаций и по разным категориям хро­
мосомных изменений. Все эти типы мутаций, кроме рецессивных,
допускают прямое обнаружение сразу же после их возник­
новения. Для рецессивных мутаций необходим учет их вероят­
ностных комбинаций в системах менделевских популяций. Новые
перспективы для анализа процесса мутаций открывает изучение
белкового полиморфизма.
В целом проблема мониторинга за ростом мутаций в попу­
ляциях человека — это проблема оценки, изучения и выяснения
тенденций, имеющих место в генетическом грузе человека. Ге­
нетический груз человека слагается из компонентов, которые
можно назвать эффемеридами. Это касается доминантных де­
фектов и ряда типов хромосомных аномалий, которые после
появления сразу, в том же поколении, выбрасываются из попу­
ляции. Благодаря постоянному давлению мутаций они в каждом
поколении человека заново входят в состав популяции. Устой­
чивым, исторически накапливающимся компонентом генетиче­
ского груза служат вредные рецессивные мутации. Они накапли­
ваются в популяциях в гетерозиготах. В случае положительного
влияния на гетерозиготы вредные рецессивы могут получить ши­
рокое распространение и заметные уровни концентраций. Выбор
групп разных типов мутаций для общего мониторинга имеет
целью дать оценку влияния мутагенов среды на общую струк­
туру генетического груза. Учитывая полигенность многих призна­
ков и наличие модификаторов, следует иметь в виду большие
методические трудности, стоящие перед разработкой способов
мониторинга для популяций человека.
Хромосомные изменения человека содержат две категории:
нарушения числа хромосом (анеуплоидия и полиплоидия) и
структурные мутации хромосом. Мониторинг в этих случаях
требует прямых цитологических наблюдений.
158

Доминантные мутации у человека представлены широко.
По первому списку МакКузика имеются 798 доминантных му­
таций, 629 аутосомных рецессивов и 123 сцепленных с полом
(МсКцэіск, 1963). Однако среди доминантов нет собственно ни
одного, который удовлетворял бы всем требованиям мониторин­
га, т. е. имел бы однозначное проявление и исключал бы ошиб­
ки при установлении новых мутаций.
Среди гамет, несущих новые мутации в Х-хромосоме, только
’/з их проявится в первом поколении.
Рецессивные аутосомные мутации оказывают наибольшее
влияние на популяцию, однако их проявление у гомозигот да­
леко отодвинуто от времени самого появления мутаций.
Известно, что мутанты малой эффективности, уменьшающие
жизнеспособность людей на 2—3%, значительно более часты по
сравнению с обычными вредными мутациями. Однако их роль
в системе мониторинга мала.
Большие перспективы открывает контроль за появлением
мутационных протеинов. Дж. Нил и Блум полагают, что можно
регистрировать одновременно 11 протеинов: трансферин, аль­
бумин, гаптоглобин, гемоглобин, карбоангидразу, кислую фос­
фатазу, глюкоз-6-фосфат дегидрогеназу, фосфоглюкомутазу,
аденилатокиназу, лактатодегидрогеназу и малатодегидрогеназу.
Препятствием служит рождение незаконнорожденных детей.
Однако увеличение контролируемых генов и автоматизация ана­
лизов могли бы дать интересные результаты. Принципиально но­
вые перспективы открывает измерение мутаций по так называе­
мым мономорфным белкам (Алтухов, Рычков, 1972).
Особой задачей является мониторинг за влиянием мутаге­
нов среды на увеличение числа раковых заболеваний, на со­
кращение продолжительности жизни людей, на функционирова­
ние нервной системы и на другие соматические эффекты. Во­
прос о корреляции между мутагенными и канцерогенными свой­
ствами мутагенных факторов среды также приобретает большую
сложность в свете комплексности их действия на организм и
его генетические структуры.
Из сказанного следует, что перед практическим использова­
нием мониторинга за мутациями в популяции человека стоят
большие трудности. Следует к тому же указать на наличие не
только глобальных мутагенных влияний, но и весьма диффе­
ренцированных, когда определенные мутагены влияют на от­
дельные группы людей по географическим причинам, в силу
концентрации факторов, связанных с различиями по професси­
ям, при употреблении разных химических веществ в виде ле­
карств, наркотиков, пестицидов и др., под воздействием эпиде­
мий и т. д.
Все это свидетельствует о том, что мониторинг за появле­
нием мутаций в популяциях человека лишь начинает получать
свои научные основы и не может обеспечить быстрого обнару159

жения новых, входящих в среду мутагенных факторов. Для того
чтобы решать насущные вопросы сегодняшнего дня, нужна осо­
бая генетическая служба, которая бы, опираясь на чувстви­
тельные тест-системы по мутагенности, была бы в состоянии
постоянно и точно контролировать среду и прогнозировать по­
следствия от ее влияния на наследственность человека.
Тест-системы на мутагенность факторов среды,
окружающей человека
В истории теории мутаций большое значение имело открытие
искусственного мутагенеза, позволившее в экспериментальных,
контролируемых условиях вызывать мутации и изучать их при­
роду.
Первые же мутагенные факторы оказались источниками, вве­
денными человеком в среду его обитания. Это были ионизирую­
щие излучения в виде рентгеновых лучей и алкилирующие со­
единения, такие, как иприт, этиленимин и др. С тех пор развитие
экспериментального мутагенеза было связано с искусственно
созданными индукторами мутаций, такими, как различные
виды радиации, разные классы химических соединений и пр. Ис­
следования по экспериментальному мутагенезу стали как бы
вводной главой в развитии проблемы последствий от загрязне­
ний среды мутагенами. В настоящее время положение коренным
образом изменилось. Из орудия эксперимента, из категории
редких явлений в лабораториях и на небольших производствах
эти же и аналогичные им мутагенные источники по отдельным
районам или глобально входят в состав биосферы Земли и те­
перь комплексно осуществляют воздействие на наследственность
органических форм, и в том числе человека. Это положение
вызывает необходимость постановки новых задач научного и
практического плана. Выше уже говорилось о разработке новых
фундаментальных проблем и в теории мутаций, и при разра­
ботке приемов мониторинга за генетическими изменениями
в популяциях человека. Однако прежде чем мониторинг за
генетическим грузом человека будет твердо обоснован, необ­
ходимо изучать степень загрязнения биосферы мутагенами
с помощью тест-систем. Решение этой задачи требует выясне­
ния обстановки для всех основных разделов органической жиз­
ни. Необходимо изучение влияния мутагенов среды для виру­
сов, бактерий, микроорганизмов, растений, животных. Для
каждого из разделов органической жизни использование тестсистем будет иметь самостоятельное значение. Отдельным во­
просом стоит создание экосистем микроорганизмов для биоло­
гической очистки отходов химических, металлургических и дру­
гих предприятий, а также проведение генетической селекции для
организмов, живущих в регионах, зараженных химическими и
радиоактивными отходами. Практическое употребление тест-си160

стем потребует изучения научных основ для правильной коли­
чественной оценки влияния мутагенов среды. Здесь важнейшие
вопросы — это понимание влияния малых химических и радиа­
ционных доз и проблема дозовых зависимостей при комбини­
рованных эффектах.
В этих же условиях будут возникать явления сенсибилиза­
ции, защиты и аддитивных эффектов мутагенов, влияние этих
факторов на спектры мутаций как по соотношению генных му­
таций и изменений в структуре хромосом, так и по специфике
спектра внутри генных изменений и т. д.
Использование набора тест-систем позволит улавливать изме­
нения мутагенности среды, имеющие глобальный характер, а так­
же и по отдельным районам, по профессиональным и другим
признакам. Создавая охрану генетики человека, надо иметь в
виду, что сигналы, получаемые от тест-систем, могут быть не­
адекватными для генетических структур человека. Причиной это­
го служит специфика метаболизма организма человека, его за­
родышевых и соматических клеток. Показано, что специфика
метаболических процессов заметно изменяет мутагенное действие
факторов среды. Таким образом, данные, получаемые от любой
модельной тест-системы, имеют условный характер для оценки
мутабильности у человека. В ряде случаев соединения, мутабильные у микробов, нейтральны в организме человека и наоборот.
Все это показывает трудности прямой экстраполяции данных от
тест-систем на генетику человека. Необходимо иметь экспрессметоды, чтобы при использовании нескольких тест-систем быст­
ро и надежно оценивать мутагенность среды и при этом раз­
рабатывать способы экстраполяции для общей оценки риска в
отношении наследственных структур человека.
Разработка группы таких тест-систем, обладающих огромной
пропускной способностью, является актуальной задачей текуще­
го времени. Этому вопросу посвящаются широкие исследования
ученых СССР, США, Англии и других стран. Некоторые вопро­
сы имеют особую актуальность.
Большой интерес представляет метод, предложенный в 1969 г.
Габриджем и Лагетором (Gabridge, Legator, 1969), позволяю­
щий изучить мутагенез у микроорганизмов под влиянием мута­
гена, модифицированного влиянием метаболизма млекопитающе­
го. Этот прием, получивший название хостмедиэтед-тест, состоит
в изучении мутабильности у микроорганизмов, введенных в жи­
вотное, обработанное испытуемым соединением. Таким путем
было открыто, что немутагенное соединение диметилнитрозамин,
включаясь в обмен веществ в теле млекопитающего, становится
мутагеном. Модификацией метода служит введение микроорга­
низмов в кровь или в экстракт органов.
Большое внимание следует уделить тест-системам на клетках
человека в культуре тканей. На культуре лейкоцитов очень
точно и дифференцированно можно изучать мутабельность по
6

Н. П. Дубинин, Ю. Г. Шевченко

161

структуре хромосом. На культуре фибробластов можно исследо­
вать мутабильность по генным изменениям.
Сопоставление закономерностей индуцированного мутагене­
за, установленных на тест-системах в культуре клеток челове­
ка, с мутабильностью в организме при случайных поражениях
отдельных людей теми же мутагенами, будет иметь большое
значение.
Появление и разработка проблемы генетических эффектов от
загрязнений среды, окружающей человека, приобретают боль­
шое жизненное значение. Современная теория мутаций вошла
важным компонентом в общую проблему человека. Охрана гене­
тической информации и борьба за создание полноценных усло­
вий для ее проявления при развитии каждого человека — это
обязательное условие дальнейшего социального прогресса чело­
вечества.
Научно-техническая революция преобразует среду обитания
человека. Вмешательство человека в биосферу по своему плане­
тарному значению в ряде случаев сравнимо с деятельностью са­
мой природы. Как уже указывалось выше, рост энергетики ведет
к усилению загрязнения окружающей среды, увеличивается про­
цент вредных газов в атмосфере, что грозит создать на поверх­
ности Земли парниковые условия. После овладения термоядер­
ной реакцией будет открыта гигантская возможность для роста
энергетики без загрязнения биосферы. Однако и в этих условиях
существует возможность перегрева атмосферы и поверхности
Земли. Если средняя температура на Земле увеличится на 3—4°,
начнется таяние ледников Антарктики и Арктики, что приведет
к серьезным последствиям. Все это показывает, что человечест­
во вступило в эпоху могущественных вмешательств в биосферу.
Генетические последствия для человека и проблема жизни эко­
систем в условиях загрязнения и изменений биосферы становят­
ся важнейшими проблемами естествознания и социальной жиз­
ни людей.
В настоящее время закладывается фундамент в изучении
проблемы огромной важности — генетики человека и мутаген­
ных эффектов загрязнений биосферы. В последующие годы, сто­
летия и тысячелетия вопрос о сознательном, научно обоснован­
ном отношении к генетической программе человека будет ста­
виться все действеннее. Проблема генетики человека и биосфе­
ры—это важный элемент вечной проблемы взаимоотноше­
ний человека и природы. В будущем исследователям коренных
проблем генетики и работникам генетической службы по охране
генетической информации человека придется затратить много
сил для решения вопросов, которые мы в настоящее время толь­
ко начинаем изучать.

ГЛАВА ПЯТАЯ

УЧЕНИЕ О РАСАХ
И ГЕНЕТИКА ЧЕЛОВЕКА

Появление на Земле человека — самое высокое и уникальное
звено в эволюции жизни. Прогресс органического мира то течет
медленно, то претерпевает скачки j виде переломных моментов,
когда вследствие возникновения качественно новых свойств все
потомки таких организмов поднимаются на новую ступень эво­
люции. Однако два из них следует признать наиболее важными.
Первый скачок "состоял в возникновении самой жизни, т. е. появ­
ления той самоорганизующейся и самовоспроизводящейся от­
крытой системы, благодаря которой в недрах неорганического
мира возникла жизнь. Второй гигантский скачок — это появле­
ние такого качества, как сознание, что было связано с возник­
новением разумного человека. По терминологии А. Н. Северце­
ва (1949), это было крупнейшим ароморфозом в истории жизни.
Скачок, приведший к появлению Homo sapiens, произошел
совсем недавно. Для наглядности приравняем два миллиарда
лет с момента образования земной коры и первичной атмосферы
ко времени одних суток. В этом случае 12 часов (1 млрд, лет)
ушло на превращение первичной земной атмосферы и образова­
ние «первичного бульона», в котором зарождалась жизнь. По
этому счету человек возник за 40 сек. до окончания суток. Исто­
рическое время существования человека, если вести счет от шу­
меров (6 тыс. лет до н. э.), не занимает и полсекунды.
Человечество глубоко уходит своими корнями в породившее
его царство животных. Оно представлено единственным видом
sapiens в монотипическом роде Ното семейства Hominidae, ко­
торое вместе с семейством Pongidae, куда входят приматы, об­
разует сверхсемейство Hominoidae. Все люди на Земле принад­
лежат к одному виду, обладают громадной биологической общ­
ностью. Все они имеют генетическую информацию, записанную
в молекулах ДНК, обеспечивающую биологическую основу их
существования как людей. Количество ДНК у всех людей одина­
ково, каждый из них обладает одинаковым числом генов. Нор­
мальное число хромосом у всех людей равно 23 парам, т. е. 46.
В отличие от многих подвидов животных у человека по отдель­
ным популяциям нет таксономических различий в структуре
хромосом.
163

6»

Генетический аппарат человека в принципе входит в универ­
сальную систему записи генетической информации, характеризу­
ющую все организмы на Земле. Однако человечество качествен­
но отличается от всех видов животных тем, что люди живут в
разумном социальном сообществе. Принципиально, что прогресс
человечества связан с социогенезом, а не с биологической эво­
люцией его отдельных рас или всего человечества в целом.
Можно с уверенностью сказать, что после своего появления
в качестве вида Homo sapiens, т. е. за 40 тыс. лет, человек не
испытал генетически значимых эволюционных изменений. Пока­
зано, что за последние десятки тысяч лет скелеты представите­
лей разных групп вида Homo sapiens практически не отличают­
ся от скелетов современных людей, что указывает на резкое за­
медление биологической эволюции.
Отличия человека от животного в первую очередь состоят в
том, что человек производит орудия труда с целью воздейство­
вать на природу и в активном производственном процессе пре­
образовывать ее. Животные, напротив, сами приспосабливаются
к условиям существования. Наличие новых качественных свойств
выделяет людей из всех других форм жизни и при этом делает
всех людей по основному их свойству в принципе равными друг
другу, вне зависимости от их принадлежности к разным расам
и популяциям.

Теории неравенства рас человека
и их научная беспочвенность
Термин «раса» является одним из основных понятий в зоологии
и ботанике, он означает существование естественных подгрупп
организмов внутри вида. Особи в каждой из них обладают ря­
дом характерных признаков. Расы отделены друг от друга гео­
графически или экологически.
Однако между ними нет физиологического барьера, поэтому
особи разных рас одного вида скрещиваются друг с другом и
оставляют полноценное потомство. Генные пулы рас не ограни­
чены барьером нескрещиваемости. Это показывает, что раса мо­
жет быть поглощена видом и временно потерять свое значение.
Но в случае нарастания дивергентной эволюции раса превраща­
ется в новый вид.
Существование разных популяций человека, отличающихся
одна от другой морфологически, по пигментации и по другим
признакам,— давно известный факт. Однако только в результа­
те успехов современной популяционной генетики человека стало
ясно, что факторы, вызвавшие различия между популяциями че­
ловека, носят иной характер по сравнению с факторами, ве­
дущими эволюцию популяций животных. Для популяции живот­
ных главное — появление мутаций и действие естественного отбо164

ра, который обеспечивает протекание строго приспособительной
эволюции. У человека на первый план выступает влияние исто­
рических особенностей в жизни общества. В этих условиях дав­
ление мутаций и естественный отбор занимают подчиненное по­
ложение.
Непонимание качественной специфики процессов эволюции
популяций человека способствовало появлению многих ошибоч­
ных взглядов о природе рас, имеющихся внутри вида Homo sa­
piens.
Вопрос о расах человека начал обсуждаться еще на заре ци­
вилизации. До начала нашей эры о существовании разных рас
людей знали в Индии и Китае. Согласно, например, библии три
сына Ноя — любимый богом Яфет, Сим и проклятый богом
Хам — были родоначальниками соответственно белой, желтой и
черной рас. По греческой мифологии черные люди возникли изза неосторожности Фаэтона, сына бога Гелиоса. Управляя своей
солнечной колесницей, Фаэтон неосторожно приблизился к од­
ной стороне Земли и опалил людей, которые здесь стали черны­
ми. Большинство греческих философов связывали различия рас
человека с влиянием климата. В 1684 г. французским врачом
Ф. Бернье была предложена классификация рас. Он разделил че­
ловечество на четыре группы: европейцы, дальневосточные груп­
пы, черные и лопари. В 1737 г. великий немецкий философ и ма­
тематик Лейбниц согласился с греками о роли климата в проис­
хождении человеческих рас. Линней признал человечество за
единый вид, однако разделил его на четыре подвида: Homo sa­
piens europaeus, asiaticus, afer, americanus. Его современник
Блюменбах (Blumenbach, 1775) разделил человечество на пять
рас: кавказскую (белую), монгольскую (желтую), эфиопскую
(черную), американскую (красную) ,■ малайскую (коричневую).
Осознание расовой принадлежности в зависимости от кон­
кретных социальных условий породило в ряде случаев субъек­
тивное ощущение превосходства своей расы над другими.
В XVI—XVII вв. в Америку, Австралию, на многие остро­
ва Тихого и Индийского океанов хлынули завоеватели. В XVIII
и XIX вв. наступила эпоха колониализма, для идеологического
обоснования которой широко привлекалась идея неравенства
рас. Тяжкие преступления против человечества в Азии, Африке,
Америке, на островах Океании совершались белыми колониза­
торами. Положение негров в Северной Америке, куда они были
насильственно привезены в качестве рабов, питало иллюзию бе­
лых о превосходстве их расы. Именно на этой почве по мере роста
самосознания негров США в течение последних 150 лет усилива­
лись расовые противоречия между белыми и неграми. В этой
стране классовая расправа с помощью суда Линча вначале
была больше направлена против оелых, а затем — против нег­
ров. Это видно из приведенной ниже статистики этих судов за
1882—1927 гг. (Lerner, 1968).
165

Линчевано в США

Год

1882—1888
1889
1892
1906—1915
1918—1927

белых

негров

595
76
69
61
39

440
94
162
620
416

В наши дни борьба черных и белых в США еще более
осложнилась, принимая характер расово-гражданской войны.
В Европе возник культ арийской расы, который берет нача­
ло от санскритской легенды о светлых покорителях темнокожих
индусов и персов. Слово «арья» по-древнегречески означает
«благородный». Европейские представители народов иранской и
индийской групп индоевропейских языков, или так называемая
северная раса, были объявлены «высшей» расой. Французский
социолог Гобино (Gobineau, 1854) в четырех томах своего труда
«Трактат о неравенстве человеческих рас» объявил арийцев
«высшей» расой, среди них на самую высокую ступень он поста­
вил длинноголовых, светлопигментированных представителей
«германской расы». Гобино полагал, что причиной гибели вели­
ких древних культур служит смешение «высшей» расы с «низ­
шими». Другой французский ученый, де Лапуж (de Lapouge,
1899), видел причины социальных явлений в биологических ра­
совых различиях (антропосоциология). В 1921 г., выступая на
Всемирном евгеническом конгрессе, Лапуж рекомендовал ис­
пользовать методы евгеники для того, чтобы заменить людей,
живущих в Африке и в Азии, а также «неполноценные», с его
точки зрения, слои белой расы на людей белой «высшей» расы.
Англичанин Чемберлен (Chamberlain, 1912) и основатель евге­
ники Гальтон также полагали, что люди северной, нордической,
расы составляют «высшую» расу человечества.
Гитлер превратил миф о преимуществах «арийской» расы в
чудовищную действительность геноцида. Идеолог фашистского
режима Розенберг писал, что в развитии победоносного нацио­
нал-социалистического движения выявилась глубокая Мистерия
Крови. Наш опыт сопровождался возникновением новой науки,
новым научным открытием, которое мы называем расоведением.
Ленц (Lenz, 1931), один из главнейших теоретиков евгеники
и германской «расовой гигиены» того времени, писал: «Идея го­
сударственного фашизма по существу родственна идее «расовой
гигиены»».
Все это показывает, что при толковании природы рас чело­
века были допущены извращения. Наряду с реальными факта166

ми о существовании разных рас людей идеологическое наследие
рабовладения, средневековья, колониализма, фашизма и ныне
активная идеология империализма создали ложные, классово
обусловленные расистские теории.
Новейшие исследования по генетике открывают научные под­
ходы к изучению этого вопроса. В сочетании с пониманием че­
ловека как социального существа эти подходы создают синтети­
ческое, объективное понимание природы различий, свойственных
разным популяциям человека. Все очевиднее становится тот
факт, что люди разных рас характеризуются лишь внешними не­
значительными различиями, полностью сохраняя при этом оди­
наковые биологические основы и возможности осваивать, разви­
вать свой духовный потенциал.

Современный генетический подход
к проблеме рас человека

В настоящее время на Земле обитают около 4 млрд, человек.
В главных и второстепенных чертах как внешнего вида, так и
внутреннего строения все люди очень сходны. Вместе с тем че­
ловечество делится на группы, которые уже давно получили на­
звание рас. Каждая раса характеризуется единством происхож­
дения и единством территории, на которой она возникла и фор­
мировалась. Люди разных рас характеризуются определенной
совокупностью признаков. Главные из этих особенностей — цвет
кожи, волос и радужины глаз; форма волос на голове; характер
и степень развития волосяного покрова на лице (борода, усы)
и на теле; форма верхнего века, носа и губ; длина тела, или
рост; форма головы и лица. Генетика этих различий недоста­
точно изучена и часто носит количественный характер.
Анализ наследственности в поколениях метисов показал
факт независимого наследования расовых признаков (Gates,
1946; Neel, Schull, 1954; Stern, 1960). Анализ генетики количе­
ственных признаков дан в работе Тревора (Trevor, 1953). Ряд
фактов приводится Мацокиным (1904), Ярхо (1947) и Дебецом
(1952). Обнаружены громадная вариабельность в признаках
людей внутри каждой популяции и все переходы между раз­
ными популяциями. Возможно, что причина этих явлений во
многом коренится в широком смешении популяций человека.
Знаменитый философ Кант еще в XVIII в. выдвинул эту идею.
Однако это не доказывает, что когда-то на Земле жили какието «чистые» расы. В наши дни процесс смешения рас идет осо­
бенно интенсивно и мы являемся свидетелями недавнего появ­
ления новых, смешанных, популяций. Это касается населения
тропической Америки (смешение индейцев, белых и негров), Га­
вайских островов (полинезийцы, белые и монголы), США (нег­
ры и белые) и других мест нашей планеты. Все это привело к
167

большой путанице и субъективизму в оценке происхождения и
классификации рас человека.
Перед исследователями встала задача найти строго объек­
тивные подходы, для того чтобы изучить генетические процессы,
идущие в популяциях человека, разработать методы установле­
ния событий, имевших место в прошлом, и прогнозировать буду­
щее. В этом вопросе принципиальное значение имели открытия
по иммуногенетике. Было показано, что генетика групп крови от­
личается рядом замечательных черт, а именно: 1) антигены
групп крови строго детерминируются определенными генами и
сохраняются в течение всей жизни при любых изменениях в ус­
ловиях среды обитания организмов; 2) аллели антигенов обла­
дают кодоминантностью, так как каждый из пары аллелей в ор­
ганизме обеспечивает появление своего антигена, что позволяет
определить полный генотип в такой паре как у гомозигот, так
и у гетерозигот; 3) частоты аллелей групп крови заметно варь­
ируют по разным популяциям человека.
В настоящее время у человека известно более 80 антигенов
эритроцитов, которые группируются в несколько систем. Начало
этой отрасли знания, имеющей важнейшее значение как для
практики, так и для теории медицины, было положено в 1900 г.,
когда Лайдштейнер (Landsteiner, 1900, 1901) открыл существо­
вание групп крови системы аллелей АВО.
Практическая сторона этих исследований связана с медицин­
ской значимостью переливания крови и с проблемой несовмести­
мости тканей при пересадках органов. В случае несоответствия
по группам при переливании крови может происходить агглюти­
нация эритроцитов. Медавар (Medawar, 1945) показал возмож­
ности развития иммунологической толерантности к чуждым бел­
кам.
Обычно влияние антигенов проявляется в том, что иммуно­
логическая реакция реципиента (больного, которому пересажи­
вают орган), направленная против чужеродных антигенов транс­
плантанта, во всех случаях сводит на нет усилия хирургов, и
пересаженный орган или ткань трансплантации отторгается в
силу генетической несовместимости.
Исследования по иммуногенетике очень существенны для по­
нимания принципов действия генов в клетке и для анализа ге­
нетики популяций.
В 1900—1901 гг. были открыты три группы крови — А, В, О,
азатем и более редкая группа — АВ. Потребовалось 24 года
для установления характера наследования трех аллелей. В по­
следующие десятилетия была раскрыта картина геногеографии
аллелей по населению людей на всех материках.
Сводки этих исследований были даны Бойдом (Boyd, 1950,
1953), Мурентом (Mourant, 1954), Мурентом и др. (Mourant еі
al., 1958), Добжанским (Dobzhansky, 1962) и другими исследо­
вателями.
168

Показано, что в большинстве популяций человека имеются
все четыре группы крови. Однако соотношение этих групп мо­
жет отличаться в разных популяциях. Так, американские индей­
цы обладают группами крови О и Л, но не имеют группы крови
В и соответственно группы АВ. Популяции индейцев в Цент­
ральной и Южной Америке характеризуются различным количе­
ством генов А и В, которое в ряде мест падает до нуля.
Серологические тесты показали, что антиген А может быть
разбит на антигены At и А». Это повысило возможности анали­
за популяций. У индейцев из Блэкфута оказалась подгруппа Л(.
На Кавказе число людей с At равно 84%, среди негров — 55%.
Аллель группы А2 отсутствует в Восточной Азии, в Океании и
среди некоторых групп американских индейцев. Этот аллель
найден среди населения Европы, Африки и Среднего Востока.
Соотношение частот аллелей Л и ф в Африке выше, чем в Ев­
ропе, на Среднем Востоке оно промежуточное.
Что касается гена В, то его концентрация велика в Цент­
ральной Индии (27,8%) и в Сибири (27,7%). От этих центров
частота гена В закономерно падает вплоть до нуля на западе
Европы, в Центральной и в Южной Америке. Опираясь на эти
факты, Кандела (Candela, 1942) полагает, что ген В был внесен
в Европу во время монгольского нашествия (в период между V
и XV столетиями).
В 1927 г. Ландштейнер и Левин (Landsteiner, Levine, 1927)
нашли у людей два новых антигена, которые они обозначили бук­
вами М и N. Последующее изучение геногеографии этих аллелей
показало, что их концентрации подвержены меньшим вариациям
по сравнению с изменчивостью концентраций аллелей группы
крови системы АВО.
Заметные различия по группам MN свойственны американ­
ским индейцам и австралийским аборигенам. У первых часто
встречаются группы М и NM, которые в малом числе (.особен­
но М) представлены и у второй группы. Наивысшая частота ге­
на N (91,1%) и наименьшая частота гена М (0,9%) имеются у
папуасов Новой Гвинеи. Иная картина наблюдается у амери­
канских индейцев. Ценность исследований по системе антигенов
MN серьезно возросла, после того как в 1947 г. была найдена
пара антигенов S и s, которые локализованы в этой же хромосо­
ме очень близко от гена MN. Имеются популяции с резким раз­
личием по концентрации аллелей S и s. Так, антиген S обнару­
живается у населения Новой Гвинеи и отсутствует у аборигенов
Австралии. К этой же системе принадлежат аллели Ни, Не, Міа,
Vw. Кроме того, открыты аллели Л4Ъ М2, N2Mg, Антиген Ни и
Не наиболее обычны среди населения Африки.
В 1940 г. Ландштейнер и Винер (Landsteiner, Wiener, 1940)
открыли систему резус-антигенов (Rh), которая насчитывает
около дюжины аллелей, обозначаемых через сочетание трех
букв — С, D и Е. Мурент (Mourant, 1954) дал сводку встречае169

мости восьми из этих аллелей в различных популяциях чело­
века.
Аллель cDe имеет высокую концентрацию в популяциях на
юге Африки. Наивысшая концентрация гена cde свойственна
баскам (53,1%). У соседних с ними народов в Европе концент­
рация этого гена все еще достаточно высока; он встречается ре­
же, а то и совсем отсутствует в других частях земного шара.
Таким образом, центр происхождения гена cde оказывается в
популяции севера Испании.
В настоящее время известно более десяти систем группы
крови, которые используются в популяционных исследованиях.
Таковыми служат группы крови Лютеран (Lu“; LuN), Келл (К;
/г), Даффи (Fya\ Fyb} и Клод (//?“; Jkb; Jke).
Исследования по генетике популяций на примере аллелей
групп крови позволили сделать ряд важнейших выводов. Эти
данные показали, что популяции человека представляют собою
типичные менделевские, т. е. свободно перекрещивающиеся
(панмиксные), популяции. Например, у негров в США, которые
имеют 30% генов от белых, распределение генотипов в процен­
тах по аллелям М и N таково: 28,42 Л47И+49,64 MN+21,94 NN.
Оно полностью совпадает с ожидаемым теоретическим распре­
делением трех генотипов: 29,16 + 49,89 + 21,86.
Анализ генетики популяций человека по антигенам показал,
что наследственность человечества обнаруживает явные следы
прошлой разобщенности популяций и вместе с тем свидетельст­
вует об их смешении. В наши дни интенсивно идущее смешение
выливается в отчетливую тенденцию к объединению всей на­
следственности человечества в гигантскую, внутренне многооб­
разную единую популяцию.
Установлено, что различия между популяциями носят коли­
чественный характер, выражаясь в изменениях концентраций от­
дельных аллелей. Распределение антигенов по популяциям чело­
века показывает, что факторы эволюции этих популяций в кор­
не отличаются по своей природе от факторов, ведущих эволюцию
рас и подвидов животных. Появление различий между популя­
циями человека в первую очередь связано с изоляцией и смеше­
нием популяций. Эти процессы ведут к определенным генетиче­
ским следствиям, однако сами они в популяции человека детер­
минируются социальными и историческими причинами. В этих
условиях естественный отбор теряет свое значение (Дубинин,
1931; Дубинин, Ромашов, 1932; Игнатьев, 1937, 1940, 1941; Ро­
гинский, 1947; Wright, 1948; Дубинин, Глембоцкий, 1967; Дуби­
нин, 1970).
Эти соотношения касаются не только аллелей антигенов, но
и подавляющего количества всей наследственной изменчивости
человека. Первоисточником наследственной изменчивости во
всякой популяции служит процесс появления мутаций. У расте­
ний и животных основная масса мутаций элиминируется естест170

венным отбором. Подхваченные отбором положительные мута­
ции обеспечивают выживание определенного приспособительно­
го нормального фенотипа. У человека в его популяциях по мно­
гим второстепенным признакам нет однообразного так называе­
мого нормального фенотипа. У него, напротив, возникает ги­
гантская ни с чем не сравнимая изменчивость. Это вызвано тем,
что человек, создав для себя среду социального обитания, вывел
множество мутаций из-под действия естественного отбора. Из­
менчивость касается различий по группам крови, цвету глаз,
строению наружного уха, форме носа, особенностям в структуре
волос, способности ощущать горький вкус фенилкарбамида и
т. д., т. е. всего бесконечного разнообразия биохимических, мор­
фологических, физиологических и других особенностей, которые
в существующих условиях не нарушают жизни человека. Все
эти мутации касаются признаков, гены которых свободно входят
в комбинаторику внутри популяции человека, обеспечивая появ­
ление гигантского полиморфизма. Оценивая степень указанных
изменений, можно считать, что эти различия как внутри попу­
ляций, так и между популяциями и расами касаются второсте­
пенных признаков. Они ничтожны по сравнению с тем общим ге­
нетическим фундаментом, который для всех людей на Земле со­
ставляет биологическую основу вида человека — Homo sapiens.
Расовые различия человека представляют собою как бы не­
значительные вариации выявления свойств единой целостной на­
следственности человека.
Классификация популяций человека

Исследования по генетике популяций показали, что человечест­
во — это единый вид, состоящий из крупных менделевских попу­
ляций. Эти популяции развивались на разных территориях, ис­
пытывая при этом давление миграций.
Единство происхождения и обмен между популяциями обус­
ловливают динамические процессы генетического взаимодейст­
вия между всеми слагающими его расами. Однако расы и
популяции человека существуют, и необходимы объективные кри­
терии для их характеристики. В этом отношении новые резуль­
таты дала генетика антигенов крови в сочетании с другими ант­
ропологическими и генетическими данными. Теперь мы имеем
несколько классификаций рас человека: Бойда (Boyd, 1950,
1953), который выделил 5 рас; Гарна (Garn, 1961), выделивше­
го 9 основных географических рас; Куна, Гарна и Бёрдселла
(Coon, Garn, Birdsell, 1950)—30 рас, и, наконец, Добжанского (Dobzhansky, 1962) —34 расы.
Согласно Добжанскому, имеются следующие расы.
1) северо-западная европейская — Скандинавия, Северная
Германия, Северная Франция, Великобритания и Ирландия;
171

2) северо-восточная европейская — Польша, Европейская
часть СССР, большинство существующих популяций Сибири;
3) альпийская — от Центральной Франции, Южной Герма­
нии, Швейцарии, Северной Италии до побережья Черного моря;
4) средиземноморская — популяция по всему Средиземно­
морью; от Танжера до Дарданелл, Аравии, Турции, Ирака;
5) хинду — Индия, Пакистан;
6) турецкая — Западный Китай;
7) тибетская — Тибет;
8) северокитайская — Северный и Центральный Китай,
Манчжурия;
9) классическая монголоидная — Сибирь, Монголия, Корея,
Япония;
10) эскимосская — арктическая Америка;
11) юго-восточная азиатская — Южный Китай до Тайланда,
Бирма, Малайя и Индонезия;
12) айну — популяция аборигенов в Северной Японии;
13) лопари (саами) — арктическая Скандинавия и Финлян­
дия;
14) североамериканская индейская — туземные популяции
Канады и США;
15) центрально-американская
индейская — юго-западные
районы Северной Америки, Центральная Америка, Боливия;
16) южноамериканская индейская — Перу, Боливия и Чили,
занимающиеся главным образом сельским хозяйством;
17) фужиан — аборигены юга Южной Америки, не занимаю­
щиеся сельским хозяйством;
18) восточноафриканская — Восточная Африка, Эфиопия,
часть Судана;
19) суданская — большая часть Судана;
20) негроидная — популяция, обитающая в лесах Западной
Африки и вдоль большей части р. Конго;
21) банту — Южная Африка и часть Восточной Африки;
22) бушмены и готтентоты — аборигены, населяющие Юж­
ную Африку;
23) африканские пигмеи — малорослая популяция, обитаю­
щая в лесах Экваториальной Африки;
24) дравидианы — аборигены Южной Индии и Шри Ланка;
25) негрито — малорослые с вьющимися волосами на терри­
тории от Филиппин до Андаманса, Малайи и Новой Гвинеи;
26) меланезийская папуасская — Новая Гвинея, Фиджи;
27) мураджиан — аборигены юго-восточной Австралии;
28) карпетариан — аборигены Северной и Центральной Авст­
ралии;
29) микронезийская — острова западной
части Тихого
океана;
30) полинезийская — острова центральной и восточной
частей Тихого океана;
»72

31) неогавайская — недавно возникшая популяция на Га­
вайях;
32) ладино — недавно возникшая популяция Центральной и
Южной Америки;
33) североамериканская цветная-—так называемая негри­
тянская популяция Северной Америки;
34) южноафриканская цветная — популяция Южной Африки.
Классификация же Бойда построена на широком использо­
вании данных по генетике антигенов крови, однако она не рас­
крыла сущности генетического подхода к самому понятию о
расах человека. Это в значительной мере удалось сделать при
разработке классификации рас Куну, Гарну, Бёрдселлу и Добжанскому. Их классификации имеют дело не с абстрактными
типологическими расами, а с теми, которые реально не сущест­
вуют. Они пытаются представить состояние человечества в расо­
вом отношении как процесс, который динамически формировал
расы в прошлом и который в будущем, безусловно, изменит си­
стему рас на нашей планете.
Наряду со смешивающимися популяциями еще имеются
крупные резервы изолятов. Индийцы до сих пор представляют
сложный конгломерат кастовых популяций, между которыми
браки затруднены. Баски — это, по-видимому, реликт давней
популяции, которая ассимилируется соседями. Северные китай­
цы (раса 8), классические монголоиды (раса 9) и юго-восточ­
ные азиатские народы (раса 11) представлены миллиардным на­
селением, состоящим из ряда близких менделевских популяций.
По-видимому, предсапиенты были широко распространены по
материкам Старого Света, приспособлены к жизни в разнообраз­
ных географических условиях и к тем тяжелым обстоятельст­
вам, которые возникли в эпоху оледенения. К началу верхнего
палеолита возникает физический тип кроманьонцев (Howells,
1964).
Возникает вопрос о возможном полицентрическом появлении
больших рас человека из отдельных рас предсапиентов. Вейденрейх (Weidenreich, 1947) считает, что имелись четыре оча­
га формирования современного человека в виде центров воз­
никновения европейцев, монголов, негров и австралийцев.
Рогинский (1949, 1956, 1959) обосновал принцип моноцентрического появления вида Homo sapiens. Он показал, что совре­
менные расы человека гораздо ближе друг к другу в строении
тела, чем это предполагал Вейденрейх. Взгляды Рогинского
встретили возражения (Дебец, 1950; Семенов, 1966). Конечно,
для объективного решения этого вопроса нужна кропотливая
работа антропологов и археологов. Однако если учесть совре­
менные генетические воззрения на механизм эволюции, то пред­
ставляется невероятным генетическое конвергентное преобразо­
вание предсапиентов в современного человека. Нельзя забывать,
что для появления готового человека должны были прой173

ти мощные процессы генетической эволюции под влиянием отбо­
ра. Скачки такого типа возможны в отдельных популяциях, они
не могут охватывать всю массу особей исходного вида. По Ро­
гинскому, основой возникновения человека было моноцентриче­
ское преобразование мустьерской орды в род, который уже ха­
рактеризовался высокой степенью социального объединения лю­
дей. Место индивидуальной борьбы за существование на этом
этапе занимают групповые отношения, преимущества которых
связаны с более прогрессивной общественной организацией, ос­
нованной на использовании труда (Рогинский, 1936—1938; Се­
менов, 1960, 1962—1966; Нестурх, 1970). В этих условиях угаса­
ет значение той формы естественного отбора, которая обеспечи­
вает приспособительный процесс животных. Идет эпоха слитого
антропогенеза и социогенеза. Затем наступает пора социально­
го прогресса человека, который биологически достиг уровня су­
щества, обладающего сознанием.
В этих условиях биологическая эволюция человека оказа­
лась заторможенной. По данным Майра (Mayr, 1963), причины
этого заключены в исключительной пластичности человека, спо­
собного жить в самых разнообразных условиях, и в отсутствии
у него мотивов для развития изолирующих механизмов, что обе­
спечивает за счет смешения популяций рост внутренней интегри­
рованности генетической системы в целом для вида. Однако сле­
дует сказать, что главное состоит в том, что человек на основе
социально-общественных отношений приобрел сознание. В этих
условиях развитие производительных сил, культуры и науки со­
здали совершенно новые, неизвестные всем остальным видам
животных социальные факторы, вызывающие фантастический по
скорости прогресс человека.
Следует иметь в виду, что в случае моноцентрического про­
исхождения человека, по-видимому, уже десятки тысяч лет назад
в недрах древнего человечества наметились две большие группы
(Рогинский, 1948, 1956; Алексеев, 1969). По Рогинскому, первич­
ная азиатская, или монголоидная, раса формировалась в Азии к
северу и востоку от Гималаев. 25—30 тыс. лет назад она проник­
ла через Берингов перешеек и Алеутские острова в Америку.
Другой исходной ветвью современных популяций человека по­
служила юго-западная группа, которая дала европеоидную и не­
гро-австралоидную группы. В дальнейшем длительное развитие
популяций на определенных территориях (изоляция) и смеше­
ние рас (миграции) привели к появлению более 30 современных
расовых популяционных групп.

Факторы образования рас и популяций человека

Колоссальный нейтральный полиморфизм, свойственный попу­
ляциям человека, приводит к тому, что каждому из людей свой­
ственна генетическая уникальность. Однако наследственная из174

менчивость человека, кроме того, содержит мутации, которые
вызывают появление наследственных болезней, нарушающих
физические или психические свойства особей. Вредные мутации
входят в состав так называемого генетического груза. Само яв­
ление генетического груза было открыто в 1934 г. в опытах с
дикими популяциями дрозофилы (Дубинин и др., 1934). Было
обнаружено, что внешне нормальные, жизнеспособные, вполне
приспособленные особи несут в гетерозиготном состоянии 3—
4 летальных гена и несколько генов, ослабляющих жизнеспособ­
ность. При наличии вредных мутаций часть потомков каждого
поколения погибает, а часть рождается с разнообразными де­
фектами. Это те особи, в которых рецессивные летальные и по­
лулегальные гены перешли в гомозиготное состояние. Число
вредных доминантных мутаций относительно невелико.
Существование генетического груза оказалось свойственным
множеству популяций животных и растений самых различных
видов. Обязательность генетического груза для менделевских
популяций является следствием протекания в природе естествен­
ного мутационного процесса. В популяциях человека в среднем
около 4% детей рождаются с наследственными уродствами и за­
болеваниями. Это показывает, что появление в среде таких
сильных мутагенных факторов, как повышенный фон радиации,
может заметно увеличить уровень генетического груза.
Однако при существующих условиях естественный процесс
мутаций сам по себе в пределах обозримого будущего не может
нарушить генетическое строение популяций человека. Покажем
это на таком примере. Ген альбинизма в наше время в ряде по­
пуляций человека встречается с частотой 0,01. Когда этот ген
переходит в гомозиготное состояние, рождаются люди, лишен­
ные пигмента, с красными глазами. При такой концентрации ал­
леля альбиносы рождаются с частотой 1 на 10 тыс. нормальных
людей. Частота естественных мутаций для такого гена равна
3,3—7Х10-5. Можно ее округлить до величины 1 на 100 тыс. га­
мет. Очевидно, при этих условиях удвоение концентрации алле­
ля за счет давления мутаций произойдет через тысячу поколе­
ний, т. е. через 25 тыс. лет, поскольку длительность одного ре­
продуктивного поколения человека принимается за 25 лет. Это
показывает, что, если в исходном поколении количество альби­
носов, вызываемых аллелем при его переходе в гомозиготное со­
стояние, составляло 1 на 10 тыс. человек, через 25 тыс. лет это
число равно 4. Такова картина для аллеля, не подвергающегося
отбору. Вполне понятно, что, когда дело касается вредных ге­
нов, носители которых оставляют меньше потомства по сравне­
нию с обычными людьми, весь этот процесс распространения
мутантов будет протекать еще медленнее.
Если же ставить вопрос не об удвоении концентрации дан­
ного аллеля, а о более кардинальном изменении генотипа че­
ловека, например, о завоевании мутантным аллелем всей попу175

ляции людей, то здесь времени потребуется несравненно больше.
Представим себе, что под давлением мутаций все люди могли
бы стать альбиносами. В этом случае давление мутаций, начи­
ная от исходной концентрации, равной 0,01%, должна насытить
этим аллелем всю популяцию, т. е. поднять ее до уровня
100%. Казалось бы, для осуществления этого как минимум по­
надобится времени в 100 раз больше по сравнению со време­
нем, которое надо потратить на удвоение концентрации аллеля,
т. е. 2,5 млн. лет. Однако на самом деле этот процесс значи­
тельно длительнее, поскольку мутации идут не только от нормы '
к альбинизму, но и обратно, объем нормы со временем будеті
уменьшаться, что затормозит относительную скорость роста кон- ,
центр ации мутантного аллеля.
Таким образом, приходится признать, что, хотя процесс му­
таций и послужил исходным фактором для появления биологи-;
ческой изменчивости человека, его нельзя считать фактором,
ведущим к направленным изменениям генетической структуры
популяций человека за время его исторического существования.
Следует также иметь в виду, что процесс мутаций в среднем
одинаков для всех рас и популяций человека, он является свой­
ством вида в целом. Факторы, создавшие различия отдельных
популяций по нейтральному полиморфизму, были связаны с
дрейфом генов и изоляцией популяций. В 1931 г. (Wright, 1931;
Дубинин, 1931) было установлено, что изоляция популяций ве­
дет к определенным изменениям в их генетической структуре.
Действующий в этих условиях механизм генетических измене­
ний получил название дрейфа генов, или генетико-автоматиче­
ских процессов. Этот механизм базируется на том, что во всякой
ограниченной популяции при передаче аллелей следующему по­
колению должны осуществляться стохастические процессы на
основе случайных отклонений в концентрациях аллелей. Будучи
ненаправленными, они тем не менее могут глубоко изменить ге­
нетическое строение популяций. Интенсивность генетико-авто­
матических процессов растет по мере уменьшения величины по­
пуляции. Эти принципы определяют эволюцию популяций по ге­
нам, которые вызывают нейтральные признаки. Полиморфизм
человека качественно отличается от полиморфизма диких форм
тем, что в своей массе он не имеет приспособительного зна­
чения.
Дубинин и йэмашов (1932) показали, что подчас опреде­
ляющую роль для генетической характеристики данной популя­
ции играют генные особенности той небольшой группы особей,
которая заселяет новую территорию и затем дает начало боль­
шой популяции.
Бёрдселл (Birdsell, 1957) попытался количественно рассмот­
реть историю первичного заселения Австралии, которое начина­
лось около 32 тыс. лет назад. Этот материк, по-видимому, был
заселен небольшими группами людей, пришедших с севера.
176

В среднем каждая из этих первых естественных триб насчиты­
вала около 25 человек. Потребовалось 2200 лет, чтобы они рас­
селились по континенту. В этом процессе одни трибы разрос­
лись, другие угасли, что наложило отпечаток на складывающий­
ся генотип общей популяции.
Человечество в эпоху палеолита было разбито на малые по­
пуляции, в виде небольших эндогенных триб, в которых проис­
ходила случайная дифференцировка их генетического состава.
Даже в наши дни еще можно обнаружить картины, характер­
ные для генетических реакций популяций человека на изоляцию.
3 них протекают стохастические процессы случайной дифферен­
цировки по отдельным мутациям. Такие данные получены
Ю. Г. Рычковым (1968) при изучении народностей Памира,
Крыма и Сибири. В резервациях северо-востока штата Аризона
(США) среди индейцев очень высока частота гена альбинизма
(1 : 200). Среди коренных жителей Маршалловых островов ча­
стота наследственного заболевания нервной системы —• бокового
амиотрофического склероза — в 80 раз выше по сравнению с
этой болезнью в Европе и в США. В Швейцарии имеются
12 районов с высокой частотой рецессивной глухонемоты. При
одном обследовании среди 2200 человек отмечены более 50 глу­
хонемых. На одном из островов Дании с населением 1600 чело­
век обнаружено 26 больных наследственной слепотой.
Одним из отрицательных явлений, которые усиливают эффект
изоляции, служат родственные браки. По данным Всемирной ор­
ганизации здравоохранения, опубликованным в 1964 г., смерт­
ность детей от родственных родителей выше обычной в четыре
раза. Вместе с тем в одной из провинций на востоке Индии
около 25% браков заключаются между дядей и племянницей.
В семьях японских землевладельцев 20% браков — близкородст­
венные. В ряде городов ФРГ в европейских общинах частота
близкородственных браков достигает 12%.
Влияние географической изоляции привело к формированию
заметно выраженных расовых типов в окраинных областях рас­
селения человечества. Это касается людей на крайнем севере
Европы—-лопарей (саамы), на крайнем севере Азии и Амери­
ки— эскимосов (инкунты), на крайнем юге Америки — индей­
цев огнеземельцев, в Австралии — австралийцев, на острове Но­
вая Гвинея — папуасов, в африканских пустынях Калахари и
Намиб — бушменов, в глухих лесах тропической Африки — пиг­
меев негрилл. Однако изоляция популяции человека — это толь­
ко одна сторона его прошлого. Расселение исходных популяций
и их миграции связаны с увеличением численности и со сме­
шением с другими популяциями. Все эти движения популяций
человека имели в своей основе исторические, социальные причи­
ны. Эти факторы качественно отличаются от причин эволюции
животных. Поэтому и расы человека — это далеко не подвиды
животных (Рогинский, Левин, 1955; Рогинский, 1970). Поэтому
177

у людей расовые различия отчетливо проявляются только при
сравнении больших групп. Расовые различия трансгрессивны,
индивидуальная изменчивость внутри рас очень велика. Поэтому
расовый диагноз в приложении к индивидууму часто не дает
результатов.
Действие естественного отбора оказывало заметное влияние
на формирование популяций первобытных людей. Однако посте­
пенно труд и общественные отношения уничтожили непосредст­
венную зависимость человека от тех природных условий, в ко­
торых ему приходилось жить (Нестурх, 1970). В позднем палео­
лите у кроманьонцев и у других ископаемых людей современ­
ного типа уже возникла могущественная социальная среда. На
последнем этапе антропогенеза расовые особенности приобрели
характер таких комплексов признаков, которые в основном
имеют неадаптивный характер.
Вопрос о неадаптивности расовых различий вызвал большую
дискуссию и был подвергнут многочисленным исследованиям.
Один из подходов к анализу этого вопроса был связан с мне­
нием, что адаптивность расовых признаков человека может
быть обнаружена путем сравнения его расовых особенностей с
заведомо приспособительной подвидовой и расовой дифференци­
ровкой животных. Майр (Mayr, 1942), Ренш (Rensch, 1959) и
Рай (Ray, 1960) полагали, что здесь имеется параллелизм. На
возможную зависимость свойств человека от характера геогра­
фической среды указывал Аллен (Allen, 1906).
Основные географические корреляты при исследовании рас
животных были установлены Бергманом и Алленом. По данным
Бергмана, расы животных, населяющие более теплые части ареа­
ла, имеют меньшие размеры. Аллен считает, что выступающие
части тела относительно короче у рас, обитающих в холодных
зонах ареала вида. В обоих случаях причиной служит способ­
ность животного организма сохранять тепло, так как при уве­
личении тела его поверхность возрастает в квадрате, а объем —•
в кубе. Ньюман (Newman, 1953), Робертс (Roberts, 1953) и
Бейкер (Baker, 1958а) показали, что отношения роста к весу
ниже у обитателей холодных стран. Однако применение правил
Бергмана и Аллена к человеку вызвало возражения Шоландера и др. (Scholander et al., 1950а, b, с; Scholander, 1955),
которые указали, что одежда, жилище и другие условия цивили­
зации создают свой «климат». Их влияние на температуру вряд
ли может иметь селекционное значение. Здесь легко смешать
появление ненаследственных уклонений с результатами отбора.
Ньюман и Монро (Newman, Munro, 1955), изучая солдат бе­
лой расы в США, нашли, что уроженцы северных штатов в сред­
нем более тяжелые по весу. Вместе с тем очевидно, что за
короткое время, прошедшее после колонизации Америки, не мо­
жет быть и речи об отборе «северной» популяции. В этом слу­
чае имеет место прямое влияние условий среды. Данные о при178

менимости к человеку правила Аллена еще менее убедительны.
Много работ было посвящено физиологическим адаптациям.
Бейкер (Baker, 1958b), исследуя солдат, белых и негров, нашел
заметные различия в их физиологической терпимости к влажным
теплым условиям. Бриджес (Bridges, 1950), Шоландер и др.,
(Scholander et al., 1958а) не могли спать на земле между
горящими кострами при температуре около 0° С, где прекрасно
себя чувствовали австралийские аборигены. Хорошо известна
удивительная приспособленность эскимосов к холодному климату.
Казалось бы, все это является следствием расовых генетических
различий. Однако Шоландер и др. (Scholander et al., 1958) в
опытах с добровольцами — норвежскими студентами — обнару­
жили удивительную пластичность организма в отношении холо­
да. Студенты провели в горах шесть недель без теплой одеж­
ды и одеял. Сначала они не могли спать. Однако затем у них
повысилась температура конечностей, и они спали на холоде.
Барникот (Barnicot, 1959) указал, что длительность адаптации с
самого раннего возраста может быть причиной повышения мета­
болизма и эффективности кровообращения в конечностях взрос­
лых эскимосов.
Широко обсуждалась в литературе применимость к челове­
ку правила Блогера (Gloger, 1833) о связи между пигмента­
цией кожи и температурой среды обитания. Цвет кожи внеш­
не— самое заметное расовое различие. По Швиденскому
(Schwidetzky, 1952), Реху и Леману (Reche, Lehmann, 1959) тем­
ная кожа адаптивна к климату с сильным солнечным освеще­
нием, а светлый цвет кожи адаптивен к прохладному климату.
Исключения составляют американские индейцы и эскимосы.
Однако, несмотря на эти материалы и на наличие парал­
лелизма в мировых картах по цвету кожи человека и по кли­
мату (Fleure, 1945; Biasutti, 1959), который обнаруживает ста­
тистически достоверные корреляции (Walter, 1958), все же во­
прос об адаптивности цвета кожи остается неясным. Механизм
загара белых и природная темная пигментация имеют разные
причины. Меньшее число заболеваний раком кожи признается
важным преимуществом темной пигментации. Но оно вряд ли
имеет значение для естественного отбора, поскольку этот рак не
особенно злокачествен и проявляется у людей в поздние годы
их жизни (Blum, 1959, 1961). Коулее (Cowles, 1959) полагает,
что достоинство темной кожи — это не защита от солнечных
лучей, а возможность мимикрии в лесах. Однако обитатели сте­
пей оказываются более темнокожими.
Имеющиеся данные не позволяют ни для одного из расо­
вых свойств человека строго установить его адаптивность. Само
происхождение рас человека вызвано качественно иными причи­
нами по сравнению с адаптационным расообразованием живот­
ных. Вместе с тем сам факт влияния естественного отбора на
отдельные мутации в популяциях человека не подлежит сомне179

нию. Хорошо изучены факты отрицательного отбора на людях,
больных наследственными болезнями. Имеются примеры и поло­
жительного отбора. Это было ярко показано на примере гене­
тики серповидноклеточности. Нормальный гемоглобин определя­
ется гомозиготностью по гену ScA. Серповидноклеточность, вызы­
вающая тяжелую летальную анемию, обязана гомозиготности по
гену Scs. У гетерозигот ScA Scs красные кровяные тельца
по внешнему виду нормальны, но содержат несколько изменен­
ный гемоглобин. Ген Scs широко распространен в Африке. Око­
ло 40% людей в ряде племен имеют в гетерозиготе этот ген.
Негры в США содержат от 7 до 13% таких гетерозигот. Ал­
лисон (Allison, 1956, 1961, 1963, 1964) показал, что распростра­
нение гена Scs обязано тому, что гетерозиготные люди устойчи­
вы к заболеваниям тропической малярией.
Другой болезнью крови, аналогичной серповидноклеточно­
сти, является талассемия. В этом случае гомозиготы (сс) также
умирают от анемии. Этот ген особенно часто встречается в
районе Средиземноморья, главным образом в Италии, Греции
и Сирии. В Италии имеется около 5% гетерозигот, в отдель­
ных местах —до 10%. Ген устойчиво сохраняется в этих по­
пуляциях.

Рост численности популяций
и наследственность человечества
Существующие в наши дни расы человека — это один из мо­
ментов в исторически сложных процессах динамической диффе­
ренцировки и миграций популяций человека. Современный этап
в жизни этих популяций характеризуется протеканием двух
главных процессов. Первый — это рост численности, второй —
смешение популяций.
К середине 1969 г. население мира равнялось 3552 млн. че­
ловек, в Китайской Народной Республике — 740 млн., в Индии —
537 млн., в СССР — 240,6 млн., в США — 203,2 млн. человек.
По расчетам ООН за год число людей растет на 50 млн. че­
ловек. С июня 1968 по июнь 1969 г. оно увеличилось на
69 млн. человек. За всю историю человечества для удвоения
численности людей в среднем потребовалось 70 тыс. лет. Одна­
ко темп роста численности людей постепенно увеличивался. По­
сле длительного периода малой численности к 1830 г. население
Земли достигло 1 млрд, человек. За следующие сто лет, к 1930 г.,
оно удвоилось и составило 2 млрд., за 30 лет, с 1930 по 1960 г.,—
3 млрд. По подсчетам ООН 4-й миллиард появится за следую­
щие 15 лет. К 2000 г. число людей будет составлять 7 млрд, че­
ловек. Очевидно, рост популяций людей на Земле захватывает
весь генетический потенциал человечества. При этом уровень
физических и духовных особенностей людей повысится, опира­
ясь на рост материального благосостояния, а также за счет
180

увеличения генетического разнообразия индивидуумов. Но рост
численности людей не может продолжаться долго. По-видимому,
наличие в будущем 10 млрд, людей на нашей планете станет
пределом, за который не следует переходить. Это показывает,
что в недалеком будущем придется регулировать рождаемость,
которая связана с большим числом генетических проблем.
Второй генетический процесс, идущий в популяциях челове­
ка,— это смешение рас. Процесс смешения рас происходил в те­
чение последних 10—15 тыс. лет. С 1592 г., после того как
X. Колумб открыл Америку, начался современный этап генети­
ческого процесса, объединяющий наследственность человека в
пределах единой гигантской популяции.
В приведенной выше классификации в число рас включены
четыре расы, которые возникли совсем недавно, на протяжении
нескольких последних столетий. Так, негритянская популяция
США (раса 33) возникла от смешения лесной негроидной расы
(раса 20), расы банту (раса 21), северо-западной европейской
(раса 1), альпийской (раса 3), средиземноморской (раса 4) и,
возможно, ряда других рас. Южноафриканская цветная раса
(раса 34) возникла из смешения рас 21, 22, 1 и 3. Новая по­
пуляция людей в Центральной и Южной Америке возникла из
рас 15, 16, 4, 20 и 21. Недавно появившаяся популяция на Га­
вайях (раса 31) возникла из смешения рас 30, 1, 9, 4, 8 и 11.
Таким образом, возникли многочисленные смешанные наро­
ды в Америке, Африке, Азии и Австралии. В Мексике из 36 млн.
населения около 60% являются потомками от браков индейцев
с европейцами. В Колумбии из 15 млн. около 40% представ­
лены метисами. Известны тройные и более сложные метисы
между неграми, европейцами и индейцами. В пограничных зонах
между расами образовались промежуточные гибридные популя­
ции. Так, образование уральской группы произошло через сме­
шение европеоидов и монголоидов.
Расы Европы (расы 1—4) в настоящее время обнаруживают
активную тенденцию к образованию единой популяции. Гласс и
Ли (Glass, 1966, Lea D.) исследовали скорость смешения негров
и белых в Северной Америке. Эта этническая группа была на­
сильственно привезена в Новый Свет три с половиной века на­
зад. Сейчас негры в своем генотипе несут 30% генов белых лю­
дей. Скорость процесса говорит в пользу того, что через 75 по­
колений, т. е. через 2 тыс. лет, установится полное генетическое
равновесие, т. е. произойдет объединение генного пула негров и
белых внутри единой популяции, даже при условии сохранения
предрассудков против смешанных браков. Однако появление ши­
рокой смешанной популяции может уничтожить предрассудки и
резко ускорить этот процесс.
В целом можно считать, что сейчас около половины челове­
чества — продукт расового смешения. Метисы оказываются впол­
не здоровыми людьми и дают полноценное потомство. Средний
181

уровень интеллектуальности не понижается, известно немало
выдающихся людей, появившихся в смешанных популяциях (сре­
ди них Пушкин, Гоген, Дюма и др.).
Мы присутствуем при начале гигантского процесса смеше­
ния популяций, который в ближайшие 2—5 тыс. лет окажет за­
метное оздоравливающее действие на наследственность человече­
ства. В прошлом особенно, а сейчас в заметной степени чело­
вечество оказалось расчлененным на расы, нации, группы и дру­
гие изоляты. При смешении всех этих групп заметно должно
проявиться явление гетерозиса. Так, рост призывников за послед­
ние 100 лет в результате улучшения условий жизни и распада
изолятов увеличился на 10 см. Процесс увеличения численно­
сти людей на Западе идет на фоне этого оздоравливающего
эффекта смешения популяций.
Однако идущий процесс смешения популяций человека ста­
вит перед его будущим ряд серьезных проблем. Численность
разных популяций людей очень неравномерна. По подсчетам
Хаузера (Hauser, 1960), общая популяция людей на Земле к
2000 г. достигнет 6267 млн. человек. Из них по разным облас­
тям планеты будут жить: в Африке — 517, в Северной Амери­
ке— 312, в Центральной и Южной Америке — 592, в Азии —
3870, в Европе (включая всю территорию Советского Союза) —
947, в Океании — 29 млн. человек.
Очевидно, что простое смешение этих столь разных по чис­
ленности популяций может изменить то биологически хорошее
разнообразие в виде дифференциации на расы, которое харак­
теризует современное человечество. Надо представить себе так­
же, какой человек в физическом отношении может возникнуть
в будущем, если стихийно перемешать генные пулы существую­
щих рас. Все это показывает, что перед людьми будущего при
обдумывании последствий от смешения всех популяций, которое
может принять заметные размеры через 2—3 тыс. лет, встанут
серьезные проблемы.
*

*

*

Объективное исследование рас человека показывает, что все они
стоят на одном уровне биологической организации: обладают
крупным и высокоразвитым головным мозгом с большим коли­
чеством извилин и борозд на поверхности его полушарий. За­
метных различий по этому признаку у разных рас не обнаруже­
но (Шевченко, 1956). Все люди имеют руку — продукт и орган
труда. У всех людей строение ноги, и в особенности стопы с
продольным сводом, приспособлено для стояния и передвижения
в вертикальном положении. Вся совокупность других отличитель­
ных биологических особенностей человека свойственна всем ра­
сам без исключения. Нет никаких данных, указывающих на то,
что имеется какая-либо иерархия рас человека (Нестурх, 1965).
582

Многообразие людей внутри расы отражает гигантские воз­
можности духовного и биологического разнообразия людей.
Расы создают многообразие в виде групп людей внутри еди­
ного вида — человека. Опыт показывает, что люди любой расы
оказываются пластичными в ответ на изменения их жизни. Во
всяком случае опыт истории нашего столетия показал, что ин­
дивиды, популяции и расы поднимаются до вершин цивилизации,
как только они получают для этого необходимые социальные
возможности.
В свете новых генетических данных установлено, что деле-,
ние человечества на расы связано с их принадлежностью к еди­
ному уникальному виду — Homo sapiens. Расовые отличия не
оказывают никакого влияния на социальную природу человека.
Расизм, который утверждает обратное, грубо извращает данные
генетики. Расистские теории лженаучны, они никогда не опира­
лись на реальные биологические данные. Расистские, предрас­
судки могут быть ликвидированы только с исчезновением коло­
ниализма и империализма. Большинство бывших колониальных
народов завоевали независимость и приняты в ООН. Опыт Со­
ветского Союза и других социалистических стран показывает,
что все народы независимо от национальных и расовых разли­
чий способны развивать высокую экономику и культуру.
Большую роль для борьбы с расизмом сыграли четыре от­
чета экспертов ЮНЕСКО за 1950, 1951, 1964 и 1967 гг. В них
широко аргументирован тезис о том, что «все люди рождаются
свободными и равными в своем достоинстве и правах». Эти от­
четы опровергают теории расистов, они показывают лживость
любого биологического оправдания дискриминации рас.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

ГЕНЕТИКА
И БУДУЩЕЕ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА

Необходима ли генетическая переделка
биологических основ человека?

В истории человечества всегда существовал потребительский
подход к человеку, который преследовал цель получить от него
максимальную пользу для хозяйства, войны, комфорта и т. д.
Господствующие классы были неудовлетворены теми биологиче­
скими качествами, которыми был наделен человек. Это привело
к идее об изменении человеческого рода. Ставили задачу со­
здать расу рабов, воинов, в наше время — расу ученых, кос­
монавтов и т. д. Еще на заре цивилизации ассирийская царица
Семирамида (825 лет до н. э.) приказала кастрировать всех
слабых и больных мужчин. В Спарте все дети, родившиеся
слабыми, уничтожались. Платон (348 лет до н. э.) мечтал а
контроле государства над деторождением. В одном из древне­
египетских папирусов было записано: «Ведь существуют различ­
ные породы деревьев, как же не отличать нам господ от рабов».
В 1854 г. Ж. Гобино в книге «Очерки по неравенству чело­
веческой расы» предложил шкалу интеллектуальных способно­
стей, поместив в ней наверху белую расу и внизу черную расу,
обосновав господствующее положение белых.
Г. Спенсер перенес биологический принцип выживания наибо­
лее приспособленных индивидов на человеческое общество и со­
здал социальный дарвинизм. Одновременно Ф. Гальтон начал
применять к человеку теорию наследственности Вейсмана. Он
создал концепцию генетического детерминизма в отношении ду­
ховных качеств человека. Ему казалось, что человеческие спо­
собности наследуются так же, как фамильные богатства. Высшие
классы, по Гальтону, обладают наивысшими генетическими цен­
ностями. Это, по его мнению, должно обеспечить им вечное ру­
ководство низшими классами общества. Человечество, по мнению
Гальтона, может быть облагорожено только путем селекции. Та­
ким образом, идея об улучшении биологических свойств людей
наверно столь же древняя, как и вся социальная история чело­
вечества. Факты исторического прогресса, различие рас, госу­
дарств, культуры разных классов — все это указывало на разно­
образие физических черт и духовного содержания человека.
Классовая структура общества обусловливала то, что предста­
вители господствующего класса рассматривались как высшие,
184

а люди, эксплуатируемые ими. как низшие. Преследуя те же
классовые цели, эту точку зрения переносили на оценку рас и
наций.
Книга Ч. Дарвина «Происхождение видов», вышедшая в
1859 г., показала, что расы и виды животных и растений в при­
роде формируются под действием естественного отбора. Идеи
Ч. Дарвина, касавшиеся естественного отбора в природе и ис­
кусственного отбора при селекции, были ложно истолкованы
Ф. Гальтоном. Биологизируя социальные свойства человека,
Ф. Гальтон полагал, что селекция — это путь к улучшению че­
ловеческого рода.
Ф. Гальтон сформулировал свой известный тезис о соотноше­
нии природных свойств и воспитания (Nature and Nurture) и
признал доминирующую роль врожденного при формировании
личности человека. В книге «Наследственность таланта» (1869)
Гальтон заявил, что интеллектуальные способности человека,
его моральные факторы, формы поведения в обществе в основ­
ном являются врожденными свойствами и передаются потомству.
Так, Гальтон, например, объяснял низкий уровень культуры
средних веков не скованностью производительных сил, а безбра­
чием католического духовенства и монашества. Он полагал, что
именно эти люди были биологически высшей ветвью человече­
ства того времени, а они не размножались, в то время как
низшие классы размножались, что якобы и повело к падению
общей одаренности людей в средние века.
Ф. Гальтон отрицал формирующую роль социальной среды в
процессе духовного развития человека. Полагая, что в целом
современный человек недалеко ушел от животного, он писал:
«Природные способности его породы еще не успели развиться
соразмерно с его недавним прогрессом. Мы, люди настоящего
века, похожи на животных, которые внезапно перенесены в сре­
ду новых условий... наши инстинкты недостаточны при новой
обстановке».
Селекционный подход к человеку был оформлен Ф. Гальто­
ном в виде особого направления, получившего название евге­
ники. Исходя из задач евгеники, т. е. попыток изменить в «луч­
шую» сторону биологические свойства человека, Гальтон провоз­
гласил необходимость искусственного сокращения размножения
трудящихся и усиленного размножения представителей высшей
расы. Такой высшей расой признавались представители буржу­
азной аристократии. К. Пирсон, соратник Ф. Гальтона, выдви­
нул лозунг о создании при помощи евгеники «владычествую­
щей нации».
Ф. Гальтон в статье 1871 г. «Стадное чувство у домашнего
скота и у людей» сравнивает вожаков людей с вожаками в
стаде животных. Он рассуждает о «рабских наклонностях» тол­
пы и пишет, что вождь — это особая, самобытная, дерзающая
личность, сверхчеловек. По мнению Гальтона, генетические осо185

бенности, создающие из человека вождя, собраны в аристокра­
тическом меньшинстве. Что касается наследственных факторов,
ведущих к развитию у человека рабских наклонностей, то они,
по мнению Гальтона, свойственны массам народа. Это как бы
две расы — высшая и низшая в пределах нации, их появление
якобы обусловлено деятельностью естественного отбора. Гальтон считал, что с помощью искусственного отбора можно унич­
тожить многочисленную расу рабов и размножить представите­
лей аристократии. В статье 1868 г., вышедшей анонимно (Ир­
вин, 1973), Ф. Гальтон писал, что серьезная ошибка государства
состоит в том, что оно позволяет размножаться неудачникам.
В результате, по мнению Гальтона, наследственно наиболее ма­
лоценные родители — бедняки — оставляют много потомков, что
якобы ведет нацию к гибели.
Биологизация социальных качеств человека привела Гальто­
на к утверждению, что управлять природой человека можно пу­
тем скрещивания и отбора, подобно тому как заводчики пре­
образуют породы домашних животных. Во вступительной главе
к своей книге Гальтон писал: «С помощью тщательного отбора
нетрудно получить... породу лошадей или собак... точно так же,
видимо, осуществимо произвести высокодаровитую расу людей».
Он восклицал: «Если бы одна двадцатая доля стоимости и
труда, которые тратятся на улучшение пород лошадей и со­
бак, была бы затрачена на улучшение человеческой расы, какую
бы галактику генов мы могли бы создать».
Исходя из этого, Гальтон предлагал меры, способствующие
размножению высокоодаренных людей. При этом Гальтон заяв­
лял, что «возможность улучшения расы или какой-нибудь на­
ции зависит от возможности увеличить продуктивность ее луч­
шей ветви». Этот тезис отчетливо показывает связь евгеники
с расовой теорией. Он полагал, что использование лучшей ча­
сти расы дает улучшенную породу людей, которая должна ру­
ководить остальной массой народа. Эту улучшенную ветвь расы
он называл расой А, остальных людей — расой В. Гальтон пола­
гал, что организованный контроль за рождаемостью может со­
хранять соотношение между численностями расы А и расы В.
Вполне очевиден классовый смысл этих евгенических соображе­
ний, ибо улучшенная раса А — это класс буржуазии, закреп­
ленный, по идее Гальтона, не только имущественным, но и био­
логическими отличиями.
Перенося эти подходы на нации, Гальтон писал: «Слабые
нации мира неизбежно должны уступить дорогу более благо­
родным вариететам человечества». Сравнивая разные расы,
Гальтон утверждал, что негры биологически на три ступени
ниже белых. В соответствии с канонами империализма он пола­
гал, что перед Англией, бывшей в то время владычицей морей,
стоят важнейшие евгенические задачи. Он писал, что «ни для
одной нации создание высокой человеческой породы не является
186

более необходимым, чем для нашей собственной, ибо мы насаж­
даем наше племя по всему миру и закладываем основы пред­
расположения и способностей будущих миллионов человече­
ства».
Основную трудность в проведении евгенических мероприятий
Гальтон видел в том, что в отличие от животных людей нельзя
насильно скрещивать. Преодолеть это препятствие, создать такое
положение, при котором люди согласно евгеническим реко­
мендациям вступали бы в предуказуемые им браки или отка­
зывались бы от размножения, по мнению Гальтона, можно лишь
в том случае, если евгеника станет религией. Он полагал, что
произойдет это постепенно. Вначале разовьется научная и прак­
тическая евгеника, после чего евгеника будет доведена до ума
и сердца нации как новая религия человечества.
Все эти соображения были развиты Гальтоном в конце
XIX в., до появления научной генетики. Тем не менее Гальтон
выразил основную идею евгеников XX в. Их преимущество со­
стояло лишь в том, что они постарались связать принцип Галь­
тона с законами Менделя, а затем с хромосомной и молеку­
лярной генетикой.
В конце жизни Ф. Гальтона (он умер в 1911 г.) евгени­
ческое движение имело своих представителей во многих странах
мира. Так, в 1912 г. в Лондоне, в 1921 и в 1932 гг. в НьюЙорке проходили международные конгрессы евгеников.
Борьба за идею создания высшей расы людей толкала но­
вых последователей Гальтона так же, как и его самого, на
реакционные позиции. Указывалось, что развитие социально-ги­
гиенических мероприятий и медицины якобы наносит вред на­
следственности человеческого рода. Высокая детская смертность
признавалась положительным фактором, ибо она якобы выража­
ла собою усиление действия естественного отбора. Гражданская
война рассматривалась как биологически отрицательное явле­
ние, ибо в этом случае пули попадали якобы чаще в биологи­
чески лучших людей.
Гальтоновская идея о несоответствии генов человека живот­
ного происхождения с культурной средой жизни современного
человека была дополнена необоснованной концепцией об иду­
щем биологическом вырождении человека за счет появления му­
таций и т. д.
Вслед за Гальтоном евгеники нашего века категорически
требовали разрушения семьи как гармонической ячейки общест­
ва, полагая, что селекция требует массового использования
спермы выдающихся мужчин.
Евгеника получила популярность у консерваторов Англии,
США и других стран. Евгенические общества быстро размно­
жились в Европе и в США. Они появились в Германии под
предводительством А. Розенберга, А. Плотца и Л. Шемана,
в США — Ч. Давенпорта, в СССР — Н. К. Кольцова.
187

В США при поддержке Гарримана и Рокфеллера Ч. Давен­
порт организовал евгенический центр в Колд Спринг Харбор.
Он вместе с Г. Лафлином, ставшим затем консультантом по ге­
нетике при Американском Конгрессе, разработал евгеническую
программу для США. Главным в этой программе было: устра­
нение низших рас (ирландцы, итальянцы, поляки, русские, япон­
цы и китайцы); запрещение межрасовых браков; стерилизация
низших, преступников, слабоумных и т. д.; законодательное ог­
раничение размеров семьи у низших классов. Задачей было со­
здание расы чистокровных англо-саксонских американцев. Боль­
шая часть этой программы была принята конгрессами штатов.
Итоги этой работы были бесславны, все это не дало никаких
результатов в смысле создания высшей американской белой
расы.
Тот же извращенный принцип генетического детерминизма
служил политическим целям фашизма. По словам Розенберга,
политическая сущность фашизма — это «мистерия крови». Эта
мистерия вылилась в расизм и геноцид.
Все эти биологизаторские извращения исторического процес­
са базировались на непонимании человека как продукта исто­
рии, они рассматривали человека как биологический материал
для достижения тех или иных политических целей. Марксизм
противопоставил этому потребительскому отношению к человеку
учение о человеке как о самоцели. В этом отношении и мас­
совое изменение людей во время революции, и создание нового
человека как гармонически развитой личности, активного строи­
теля коммунизма, имеет в виду в первую очередь его личное
облагораживание как человека общественного. К. Маркс еще в
1844 г., говоря о коммунизме, писал, что он представляет со­
бою «полное, происходящее сознательным образом и с сохране­
нием всего богатства достигнутого развития, возвращение чело­
века к самому себе как человеку общественному, т. е. человеч­
ному. Такой коммунизм... есть подлинное разрешение противоре­
чия между человеком и природой, человеком и человеком,
подлинное разрешение спора между существованием и сущно­
стью, между опредмечиванием и самоутверждением, между сво­
бодой и необходимостью, между индивидом и родом. Он — ре­
шение загадки истории и он знает, что он есть это решение»
Евгенисты XX в. в общем плане не выдвинули новых идей.
Поскольку система взглядов евгеники была создана до появле­
ния научной генетики, евгеники нашего века попытались обос­
новать эти взгляды на основе менделизма, хромосомной теории
и молекулярной генетики. Однако в свете колоссальной сложно­
сти генетических основ человека это обоснование было наивным,
совершенно неудовлетворительным. Такая теория никаким обра­
зом не могла быть руководством для практического изменения
1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Из ранних произведений, с. 588.
188

генетики человека. В случае ее применения человечеству был бы
нанесен невосполнимый урон.
Долгое время многим казалось, что генетика, исследуя насле­
дование свойств человека, входит в противоречие с учением о
человеке как о продукте истории. Предполагалось, уго наряду
с физическими и общебиологическими чертами организации че­
ловека генетическая программа детерминирует также и духов­
ный мир человека. Это было большой ошибкой, и только в наши
дни, особенно после формирования учения о социальном насле­
довании и о социальной программе (Дубинин, 1971а, 1972а, б)
стало очевидным, что генетика не только не противоречит, но и
целиком поддерживает марксистско-ленинское учение о челове­
ке как совокупности общественных отношений.
Новой формулировкой по отношению к задачам создания
нового облагороженного человека в современно евгеническом
движении служит заявление о необходимости создать гуманно­
го человека. Что кроется под этим понятием? Термин «гуманизм»
происходит от латинского слова «humanus», что значит человеч­
ный, присущий человеку. Слово «гуманный» означает человеч­
ный, человеколюбивый, проявляющий любовь к ближнему.
Так, например, Лоренц и другие говорят, что в наше время
якобы еще нет человека гуманного. Причины этого заключены
будто бы в биологическом несовершенстве человека. Происходя
от животных предков, человек якобы еще не обладает гене­
тической программой, которая обеспечила бы свойство гуман­
ности.
К- Лоренц (Lorenz, 1965), оценивая духовное содержание
современного человека, писал, что в настоящее время мы имеем
дело далеко не с подлинным человеком, а всего лишь «с про­
межуточным звеном между животным и действительно гуман­
ным человеком». Эту же мысль повторил в 1971 г. Б. Л. Астауров, который также считал, что в наше время еще нет человека
гуманного.
Ошибки биологизаторского подхода к явлениям духовной
жизни человека коренятся в непонимании особого положения
человека в системе развития материи. Дело в том, что человек
приобрел социальный, духовный мир и стал гуманным потому,
что он в своей деятельности вышел за пределы биологических
законов. Будучи участником общественной формы движения
материи, он подчиняется уже более высоким социальным за­
конам.
Преемственность форм духовной и социальной жизни обще­
ства отражается в категории социального наследования. По­
скольку социальная и духовная сферы деятельности человека
развиваются по своим законам, несводимым к законам биоло­
гии, то очевидно, что их содержание не входит в биологиче­
ские основы человечества, не записывается в генах. Это очень
важный принцип. Идея о социальном наследовании, опирающая189

ся на учение о человеке как о продукте истории, показывает,
что все человеческие качества, и в том числе гуманность, за­
ключены в общественном характере человека.
Учение о качественной специфике общественной формы дви­
жения материи для развития духовного мира человека показы­
вает, что его человеческие свойства, и в том числе гуманность,
будут развиваться на основе социальных изменений. Генетическая
программа человека в основном не изменялась на протяжении
его исторического существования.
Этот анализ четко показывает, что для создания нового че­
ловека, активного строителя коммунизма нет никакой необходи­
мости изменять генетические предпосылки человека. Генетиче­
ская программа человека является необходимой природной ос­
новой, без которой не может существовать общественный чело­
век. Это свидетельствует о величайшей ценности этой програм­
мы. Она обеспечивает здоровье, гармоническое развитие, служит
основой для неограниченного общественного развития человека
в будущем. Все это налагает на современную генетику огром­
ные задачи по защите наследственности человека, по борьбе с
наследственными болезнями, с раком и другими эндогенными
дефектами, присущими людям.
Современные данные по генетике популяций показывают
практическую невозможность селекционного изменения челове­
чества в заданном направлении. В этом отношении возникшая
в XX в. генетика человека в корне подорвала основы евгени­
ческого учения. Кроме того, евгеническое учение, биологизируя
человека, исключило из круга своих идей основное, что харак­
теризует человека, то, что он является биосоциальным сущест­
вом. Появление человека разумного обязано не только пред­
шествующим этапам биологической эволюции, но и в первую
очередь тому, что, опираясь на итоги естественной эволюции,
человек создал сферу общественного движения материи. Это
явилось качественным отличием прогресса человека от чисто
биологической эволюции животных.
В настоящее время старые подходы к созданию выших рас
человека с помощью селекции находят мало сторонников.
Возможности генетической инженерии привели вновь некото­
рых авторов к евгенике. «Новая» евгеника считает возможным
целенаправленно улучшать генетическую информацию человека
путем хирургии молекул ДНК или с помощью ряда цитогене­
тических эффектов.
Генетическая инженерия действительно много обещает в от­
ношении селекции растений, животных и микроорганизмов и,
возможно, при генотерапии наследственных дефектов человека.
Исследователи имеют дело с индивидуальными генами, которые
можно химически синтезировать, выделить из клетки, получить
путем ферментативного синтеза или ввести в так называемые
рекомбинативные молекулы. Введение таких генов в состав
190

генотипа избранной клетки может преобразить ее генетическую
информацию.
Цитогенетические подходы в состоянии регулировать созда­
ние и сохранение определенных типов избранных наследствен­
ных систем. Наибольшую популярность получили опыты с ля­
гушками. В этом случае имеет место развитие яйцеклетки, ли­
шенной собственного ядра, в которую, однако, внесено ядро из
клетки кишечного эпителия. Такой способ размножения дает воз­
можность получать клоны животных, состоящих из особей оди­
накового генотипа. Этот генотип может принадлежать «выдаю­
щемуся» животному и он станет достоянием целой группы осо­
бей в клоне. Евгеники полагают, что таким образом, в буду­
щем, можно будет получать клоны гениев или других типов
людей со специальными способностями.
В генетической инженерии наиболее крупные успехи послед­
них лет связаны с осуществлением ферментативного синтеза
генов и рекомбинативных молекул. Для целей генетической ин­
женерии необходим определенный генетический материал в виде
отрезков молекул ДНК, представляющий собою отдельные
гены, а в ряде случаев и части генов для целенаправленной
переделки генотипа в тех клетках, куда вводится этот материал.
Широкую известность получили успехи X. Корана, который хи­
мически синтезировал короткий ген, свойственный дрожжевой
клетке (Khorana, 1967). Этот ген содержит 77 нуклеотидов.
Гены высших форм в среднем состоят из 1000—1500 нуклеоти­
дов. Пока эти размеры гена создают непреодолимые препятст­
вия для химического синтеза гена. Вместе с тем установлено,
что первичный эффект от действия гена в клетке выражается
в передаче геном своей информации на молекулу информацион­
ной рибонуклеиновой кислоты (РНК). Уровни работы разных
генов неодинаковы в разных тканях, они зависят от физиоло­
гических свойств органов и тканей. По этой причине клетки
данной ткани преимущественно содержат те РНК-овые индиви­
дуальные копии генов, которые работают в данной ткани. Най­
дены методы выделения таких индивидуальных копий генов.
Новым в вопросе о судьбах РНК-овых копий гена явилось
открытие X. Теминым в 1970 г. особого фермента, получившего
название обратной транскриптазы (Temin, Mizutani, 1970). Этот
фермент оказался способным считать ДНК-овые структуры гена
с его РНК-овых информационных копий. Таким путем идет фер­
ментативный синтез гена. Этот синтез осуществлен американски­
ми и советскими исследователями. В 1973 г. в Москве в Инсти­
туте общей генетики АН СССР и параллельно в Институте
молекулярной биологии АН СССР таким путем был осуществ­
лен ферментативный синтез гена глобина кролика и голубя.
Хотя эти и другие успехи генетической инженерии лишь в
будущем окажут свое влияние на практику, уже есть люди,
полагающие, что на этом пути заложены возможности передел191

ки генетической программы человека. Однако эти надежды не
обоснованы. Взаимоотношения генетической программы с соци­
альным наследованием в процессе становления личности челове­
ка совершенно не известны. В этих условиях любое вмешатель­
ство в генетику человека, имея в виду создать новые более
ценные генотипы, явилось бы невежественным и потому опас­
ным. Здесь уместно вспомнить слова Маркса: «Невежество —
это демоническая сила, и мы опасаемся, что оно послужит
причиной еще многих трагедий» 2.
Евгеники и при обсуждении будущего использования возмож­
ностей генетической инженерии по-старому далеки от решения
задач получения новых людей путем биологической трансформа­
ции. Дело в том, что развитие личности человека — это слож­
ный процесс, в котором мы не знаем роли отдельных биоло­
гических факторов. Биологическая стандартизация человека по
его биологическим качествам недопустима. То же касается про­
тивопоставления биологически «высших» и «низших» рас. Вме­
сте с тем опыт истории показал, что в руках человека нахо­
дится мощный фактор преобразования духовных качеств путем
изменения социальных условий жизни. Будущее генетической
инженерии для человека очень велико. Однако оно связано не
с созданием биологически новых людей, а с борьбой за биоло­
гические основы здоровья человека. Проблема личности и созда­
ние нового человека будущего — это сложная комплексная про­
блема общественных наук, философии, психологии и биологии.
В ее основе лежат целенаправленные изменения общественных
форм жизни человека, которые будут идти, опираясь и на ус­
пехи научно-технической революции.
Любое евгеническое вмешательство в основы генетической
информации человека не приведет ни к чему хорошему. Оно
разрушит уникальную генетическую систему человека, сложность
которой превосходит любую другую систему материального
мира. Вместе с тем на пути социальных преобразований про­
гресс человечества ничем не ограничен. Вмешательство в генети­
ку человека даже после того грядущего этапа, когда будут
достигнуты серьезные успехи генетической инженерии, долгое
время будет ограничиваться лечением больных людей. Всякое
вмешательство в генетику популяций человека должно быть тща­
тельно обосновано. Приведем пример, казалось бы, элементар­
ного вмешательства, последствия которого, однако, могут быть
очень серьезны. В настоящее время в качестве важной про­
блемы ставится вопрос о получении желательного пола потомст­
ва у животных и у человека. По-видимому, в ближайшие 10—
20 лет этот вопрос будет решен путем управления хода насле­
дования половых хромосом. Можем ли мы рекомендовать этот
метод для человека, поскольку генетика обеспечит возможность
2 Маркс К. и Энгельс Ф. Сочинения, т. 1, с. 112.

192

в любой семье получать ребенка желательного пола. Стоит лишьсоздать в этом плане нерегулируемый процесс, как большинст­
во родителей захотят иметь, например, сыновей. В следующем,
же поколении может рождаться 90% мальчиков и только 10%
девочек. Это приведет к тяжелым нравственным, психологиче­
ским и социальным последствиям. Социальная структура чело­
вечества будет разрушена. Таковы могут оказаться последствия
от применения, казалось бы, несложных приемов генетической
инженерии.
Когда же мы обратимся к попыткам с помощью генетики
изменить личность человека, дело будет еще более сложным и
последствия могут оказаться еще более опасными. Проблема це­
ленаправленного вмешательства в генетическую природу чело­
века — это дело будущего, когда будет создана наука, которая
выяснит биологическую сущность человека и роль ее изменений
для духовного развития человека. Вместе с тем, это будет
нравственная наука, которая, изменяя биологические свойства
человека, в качестве пели будет всегда иметь его обществен­
ные качества, определяющие его способность быть человечным.
Коммунизм будет построен такими же людьми, какие живут
сейчас, новое сознание этих людей будет формироваться изме­
нением социальных условий. Это будут новые люди, гуманностькоторых будет отражать духовный мир активных строителей но­
вого коммунистического образа жизни человечества.

Угрожает ли будущему человечества
биологическое вырождение на основе мутационных поражений
его генетической информации?

В начале текущего столетия многие генетики полагали, что
происходит биологическое вырождение человечества. Причи­
ной этого служит, по их мнению, давление мутаций, которое,,
если оно не контролируется отбором, ведет к дезинтеграции
приспособительных признаков вида. Эта точка зрения без учета
специфики человека как вида и без учета временных парамет­
ров такой дезинтеграции была положена в основу идеи, соглас­
но которой человек, снявший с себя железные обручи естест­
венного отбора, быстро придет к своей биологической гибели.
Такая точка зрения привела ее авторов к признанию, что все
факторы, подрывающие остаточные проявления отбора у чело­
века, приближают сроки его гибели. К таким факторам были
отнесены: общее улучшение условий жизни, проведение санитар­
но-гигиенических мероприятий и развитие медицины. Логика
здесь такова. Все эти мероприятия, и в особенности медицина,,
позволяют выжить людям больным, отягощенным наследствен­
ными дефектами. Такие люди начинают размножаться и в ре­
зультате «вредные» гены распространяются в генофонде челове­
чества и ведут его к вырождению.
1Д7 И. II. Дубинин, Ю. Г. Шевченко

193

Этот вопрос очень важен и требует серьезного анализа. Во­
прос о наличии мутаций в природных популяциях диких видов
■был начат работой С. С. Четверикова (1928), который устано­
вил, что дикие особи в популяциях дрозофилы гетерозиготны по
многим мутациям. Однако понадобилось дальнейшее усилие, что­
бы обнаружить существование в популяциях категории особо
вредных дефектных генов. Это второе фундаментальное явление
в генетике популяций, получившее название генетического груза,
было открыто в 1934 г. в опытах с дикими особями из попу­
ляций дрозофилы (Дубинин, 1934). Было обнаружено, что внеш­
не нормальные, жизнеспособные, вполне приспособленные особи
несут в гетерозиготном состоянии 3—4 летальных гена и не­
сколько генов, ослабляющих жизнеспособность. Стало ясно, что
часть потомков каждого поколения погибает, а часть рождается
с разнообразными дефектами. Это те особи, в которых леталь­
ные и полулегальные гены перешли в гомозиготное состояние.
При наличии определенного темпа мутаций и коэффициен­
тов естественного отбора устанавливается определенный уро­
вень генетического груза. Он велик, если отбор отметает вся­
кую изменчивость. Это касается популяций всех диких видов,
где подавляющее большинство мутаций вредны. Однако у чело­
века мы встречаемся с другой ситуацией. В определенной мере
он также приносит генетические жертвы в виде рождения детей
с наследственными уродствами и заболеваниями. Таких детей в
среднем рождается около 4%. При сохранении имеющегося тем­
па мутаций уровень генетического груза не увеличится в любом
ряду будущих поколений человечества. Надо только предо­
хранить генетические структуры от мутагенных воздействий. Вся
•остальная мутабильность у человека не входит в состав гене­
тического груза, она создает огромную, ни с чем не сравнимую,
ускользающую от действия отбора наследственную изменчи­
вость, персонифицированную в каждой отдельной особи попу­
ляции.
Эта изменчивость касается различий по группам крови, цве­
та глаз, строения наружного уха, формы носа, особенностей в
структуре волос, способности ощущать горький вкус фенилкарбамида и т. д., т. е. всего бесконечного разнообразия биохими­
ческих, морфологических, физиологических и других особенно­
стей, которые в существующих условиях не нарушают жизне­
деятельности человека.
Медицинская генетика имеет дело с распознаванием и лече­
нием наследственных болезней, т. е. с теми мутациями у чело­
века, которые входят в состав генетического груза его популя­
ций. Вполне понятно, что в том случае, если медицина находит
способы вылечивать данную наследственно обусловленную бо­
лезнь, она ликвидирует вредное проявление гена. Такой ген те­
ряет способность нарушать развитие человека и переходит из
состава мутаций генетического груза в категорию нейтральных
194

наследственных изменений. Так случилось, например, с призна­
ком близорукости. Этот признак был губителен для предков че­
ловека в условиях действия естественного отбора. Однако сейчас
близорукие люди, надев очки, ни в чем не уступают осталь­
ным людям.
В отношении многих тяжелых наследственных заболеваний
медицина оказывается пока бессильной. Она не в состоянии
излечивать таких наследственно-отягощенных людей. Однако при
улучшении их здоровья создаются возможности для таких лю­
дей вступать в брак и оставлять потомство. Возникает вопрос —
не наносит ли этим медицина урона наследственному здоровью
человечества, коль скоро она помогает сохранять в популяции
вредные гены. Действительно, имеется такая точка зрения, что
медицина, выхаживая больные ростки жизни, подтачивает этим
общую наследственность человечества, т. е. забота о здоровье
отдельной личности вступает в конфликт с заботой о здоровье
рода.
Однако подобные утверждения упускают из виду основы со­
временного учения о генетике популяций человека. Привержен­
цы идеи о пагубном влиянии медицины на генетику не учиты­
вают того факта, что больные люди в среднем будут оставлять
меньше детей, чем здоровые. В этих условиях рост числа вред­
ных аллелей может идти только под влиянием давления мута­
ций. Для таких случаев, как показывает элементарная теория,
концентрация данного аллеля будет изменяться настолько мед­
ленно, что может оказать сколь-нибудь заметное влияние лишь
через тысячи поколений.
Причина-тгГкой медлительности в эволюции популяций под.
давлением мутаций кроется в двух явлениях. С одной стороны,
сама частота возникновения мутаций каждого данного гена в
популяции очень невелика, составляя в среднем 1—2Х10-5.
С другой стороны, каждый аллель в силу' исторического суще­
ствования популяции уже накоплен в известной концентрации в
популяциях. Поэтому для того чтобы накопить за счет новых
мутаций ту концентрацию, которая уже имеется в популяции,
требуется длительное время. Что касается ныне существующего
полиморфизма в популяциях человека, то надо иметь в виду,
что здесь, кроме непосредственного давления мутаций, большое
значение имела гибридизация между ранее изолированными по­
селениями человека.
Все сказанное отчетливо показывает, что медицина, борясь
с проявлениями вредных генов, находя способы излечения врож­
денных болезней, этими своими действиями ощутимого вреда на­
следственности человечества в целом не наносит. Вряд ли мож­
но сомневаться, что в будущем люди не справятся с тем мини­
мальным эффектом, который через ИН-20 тысяч лет. может
появиться подавлением мутаций. Такое влияние мутаций будет
исключено, хотя бы с помощью использования антимутагенов
1/27* Н. П. Ді 6.1НИН, Ю. Г. Шеьчѵнки

195

или через регуляцию репаративных систем клетки, которые по­
давляют течение процесса естественного мутирования.
Основным в генетической структуре современного человека
является, хотя и относительная, но практически очень длитель­
ная ее сохранность. Причем эта особенность в генетике попу­
ляций человека сочетается с тем фундаментальным фактом, что
человек как биологический вид отличается фантастической пла­
стичностью каждого индивида, входящего в ее состав. Это ка­
сается как восприятия социальной программы, так и адаптации
к влияниям среды. Еще недавно на летчика, летающего со ско­
ростью 100 км/час, смотрели как на совершенно выдающегося
человека. Сейчас мы все спокойно покупаем билет на лайнер,
•скорость которого 900 км/час. Космонавты уже летают со ско­
ростью 11 тыс. м/сек.
Медицинская генетика и ее задачи
Критика идей о необходимости создания новой или новых по­
род людей с помощью генетических приемов нисколько не ума­
ляет, а, наоборот, высоко поднимает значение решения биологи­
ческих проблем современного человека, и в том числе значение
медицинской и общей генетики человека. Надо изучить нормы
реакции человека в самых разных условиях его жизнедеятель­
ности. Человечеству предстоит освоить холодные зоны Земли,
жить в океанах, на околоземных лабораториях и, наконец, на
других планетах. Необходимо разработать проблемы генетики
поведения, ибо непонимание или недостаточно полное понима­
ние их чревато важнейшими социальными последствиями для ре­
шения проблем воспитания личности. Формула коммунизма гла­
сит: «От каждого по способностям, каждому по потребностям».
Гармоническое развитие способностей с помощью воспитания
требует учета генетической структуры личности.
Большое значение генетических факторов в определении фи­
зической, морфофизиологической, биохимической и поведенче­
ской индивидуальности человека несомненно. Многообразие ге­
нетических конституций людей поистине необозримо. В массе это
многообразие не нарушает принципов действия генетической
программы человека, составляющей основу развития нормаль­
ных биологических свойств Homo sapiens. Особым классом
являются люди, отягощенные наследственными болезнями.
В наши дни наличие наследственных болезней — это личные
трагедии, трагедии родителей, урон для общества. Эти болезни
есть результат поражений генов или хромосом человека мута­
циями. Дефективные наследственные структуры выключают или
видоизменяют те или иные процессы нормального развития, и в
результате возникают генетически детерминированные болезни.
Причинами появления наследственных заболеваний могут быть
рецессивные, кодоминантные или доминантные мутации, локали196

зованные в аутосомах или в половых хромосомах, а также слу­
чаи изменения числа или структуры хромосом.
В случае рецессивных болезней больные дети рождаются от
внешне здоровых родителей. Хорошо известным примером рецес­
сивной мутации является фенилкетонурия. Эта мутация поража­
ет ген, который при нормальном развитии обеспечивает биосин­
тез фенилаланингидроксилазы. Заболевание в одинаковой мере
свойственно мальчикам и девочкам. Оно встречается с частотой
на 10 000 в популяции.
В случае фенилкетонурии мы имеем дело с мутацией ре­
цессивно-аутосомного гена. Известны случаи рецессивного на­
следования, сцепленного с полом, когда мутация локализована'
не в аутосоме, а в половой хромосоме. Это касается такого
хорошо известного примера, как заболевание гемофилией, кото­
рой в основном болеют мальчики.
При доминантных мутациях болезнь, как правило, проявля­
ется у гетерозиготного родителя. В той же форме заболевание
передается детям. К таким доминантным мутациям относится
невральная амиотрофия, туберозный склероз и др.
В последние 15 лет большие успехи достигнуты в цитоге­
нетике человека. Обнаружено, что наличие лишних хромосом, их
потери и структурные мутации, касающиеся того или другого
компонента 46 хромосом человека, могут быть причиной врож­
денных болезней. Примером служит синдром Дауна (47 хромо­
сом), появляющийся у людей, имеющих одну лишнюю хромо­
сому, синдром Тернера (45 хромосом) при потере одной
половой хромосомы и т. д.
Известно, что около 15% беременностей у женщин оканчива­
ются выкидышами. Оказалось, что около 1/4 из них вызыва­
ются патологиями за счет нарушений хромосом. Среди новорож­
денных примерно 1 на 100—200 проявляет врожденное заболева­
ние, вызванное тем или иным нарушением хромосом.
Медико-генетические исследования популяций человека по­
казали, что в целом роль наследственных уклонений, ведущих
к появлению генетически детерминированных патологий очень
заметна. По данным Всемирной организации здравоохранения,
около 4% новорожденных страдает теми или иными генетически­
ми дефектами, ведущими к появлению у детей или у взрослых
тяжелых наследственных заболеваний. Среди этих 4% наслед­
ственно больных детей около одной четверти связано с наличи­
ем хромосомных мутаций в виде анеуплоидии или структурных
изменений. Остальные 3/4 наследственных заболеваний вызы­
ваются мутациями генов, которые блокируют биосинтезы, изме­
няют морфологию или физиологию развития, поражают нервную
систему и т. д. Число таких генных мутаций, описанных кли­
нически, достигает 1600.
В некоторых случаях характер мутации исследуется на моле­
кулярном уровне, когда удается узнать, какой кодон или их
197

7**

группа внутри гена оказывается измененной вследствие мута­
ции. В этом случае говорят о молекулярных болезнях. Это
касается, например, мутации серповидноклеточности. Эта мута­
ция привела к появлению рецессивного гена, действие которого
вызывает в молекуле гемоглобина замену одной аминокислоты
(глутаминовая кислота) из 300 составляющих эту молекулу на
другую аминокислоту (валин). Очевидно, что мутационное из­
менение внутри гена коснулось в этом случае всего лишь одно­
го кодона.
С позиций медицины, главным в наследовании заболевания
является сущность развития самой патологии, которая возника­
ет как результат поражения генетической программы и во мно­
гом зависит от ряда экзогенных факторов. В этом отношении
существенно знание большой группы патологий, вызываемых
блокировкой биосинтезов или инактивацией биологически необ­
ходимых веществ. При таких мутациях на базе дефектов в
ферментных и других системах развиваются наследственные па­
тологии, основанные на нарушении обмена веществ. Выяснение
природы биохимических нарушений служит основой для пра­
вильного диагноза и лечения болезни.
Среди ряда категорий наследственных патологий большое^,
внимание привлекает появление генетически детерминированно­
го слабоумия, причиной которого служат ранние поражения го­
ловного мозга. Статистика, имеющаяся в развитых странах, по­
казывает, что примерно 1—2% их населения составляют умст­
венно отсталые люди. Это явилось одной из причин того, что
вопросы генетики и патологии широко развиваются в невроло­
гических и психоневрологических клиниках.
В целом мутации генов поражают любой из элементов нор­
мального развития. Показано, что появление генетически де­
терминированных патологий характеризует болезни кожи, забо­
левания глаз, наследственные аномалии слуха и речи, болезни
.внутренних органов и т. д. Огромная категория наследствен­
ных болезней касается нарушений обмена веществ, для которых
установлено более 400 нозологических форм.
Наследственные дефекты в целом оказывают серьезное влия­
ние на человека, их появление имеет крупные социальные и
экономические последствия. Показано, что около 15% всех бе­
ременностей прерывается вследствие спонтанных абортов и
преждевременных родов. Половина из них обусловлена генети­
ческими нарушениями. Гипертоническая болезнь и артериоскле­
роз в 3—5 раз возникают чаще у людей с генетическими пред­
расположениями. Экономические потери общества во многом
вызываются тяжестью протекания многих наследственных болез­
ней. Например, при заболевании болезнью Дауна, больной нуж­
дается в специальном человеке для обслуживания в течение
всей жизни. Уже ребенок, пораженный этой болезнью, резко
отстает в психологическом и физическом развитии. Заболевание
198

встречается один раз на 600 рождений. Однако общая сумма
затрат на больных с синдромом Дауна сравнима с огромными
затратами на борьбу с гриппом, которым каждый из людей
болеет один раз в два года. Что касается нервно-психических
больных, то из каждой тысячи человек населения 2—3 человека
занято уходом за ними. Почти две трети случаев слепоты и
глухонемоты обусловлены мутациями. При учете таких болез­
ней, как гемофилия, диабет, врожденные пороки развития, бо­
лезни обмена веществ и другие, объем расходов возрастает в
большей мере. Наконец, раковые заболевания также несут в
своей основе поражения генетической информации в клетках
человека.
Социальный, экономический и научный прогресс общества
заметно изменил структуру заболеваемости людей. Распростра­
нение инфекционных болезней резко упало. Холера, чума, оспа,
менингит и другие ушли в прошлое. На первый план вышли
болезни так называемой эндогенной природы. Среди последних
доминируют наследственные заболевания. Это показывает, что
прогресс медицины в борьбе с эндогенными болезнями в пер­
вую очередь зависит от достижений генетики человека.
Поскольку многие наследственные болезни возникают, каза­
лось бы, без видимой причины и поскольку для большинства из
них неизвестно первичное биохимическое нарушение и первичный
патогенез, диагноз в этих случаях оказывается исключительно
сложным. В этом аспекте важнейшее значение приобретает
ранняя диагностика, когда у детей еще не развились вторичные
нарушения. Существен генетический подход к наследственным
патологиям, появляющимся в поздних возрастах. Это касается,
например, стриарных синдромов и атрофических процессов в
коре больших полушарий.
Задачи диагностики наследственных болезней привели к раз­
работке целого ряда новых классических и специальных методов
обследования больных. В целом можно сказать, что развитий
учения о нормальной генетике человека и о генетике его пато­
логий, поставило перед медициной новые задачи. Необходимо
широко развивать специфические методы клинической генетики,
особые методы ранней диагностики и новые подходы к лечению
врожденных заболеваний. Зная звенья патогенеза, в ряде случа­
ев уже можно добиться практического выздоровления больного.
Это можно показать на примерах генетически детерминирован­
ных нарушений в обмене веществ. Так, например, имеются эк­
спресс-методы для раннего обнаружения будущей галактоземии
и фенилкетонурии. При галактоземии больные не переносят га­
лактозы в силу того, что у них блокирован фермент галактозо-1-фосфат-уридилтрансфераза. В этих условиях материнское
молоко губит ребенка. Задача состоит в том, чтобы освободить
пищу ребенка от галактозы. Это достигается использованием
гидролизата белков, яиц, растительного маргарина, муки, саха199

ра с добавкой соли кальция и витаминов. Диета дается с пер­
вых дней жизни ребенка.
В случае фенилкетонурии из диеты исключается фенилала­
нин. Это достигается использованием белкового гидролизата,
из которого удаляется фенилаланин. Необходимое количество
составляет около 25 г на 1 кг веса. Своевременное лечение спа­
сает детей от тяжелой формы слабоумия. При гемофилии мож­
но добиться восстановления нарушения, вводя антигемофиль­
ный глобулин, при сахарном диабете — инсулин, при гипотереозе — тиреоидин и т. д. Ряд генетически детерминированных
психических заболеваний лечатся психотропными препаратами.
При мукополисахаридозах применяется преднизолон или тиреои­
дин. Врожденный вывих бедра, синдактилия, полидактилия, незаращение верхней губы и неба, врожденная катаракта и дру­
гие аналогичные дефекты лечатся с Фомощыо хирургического
вмешательства.
Во многих случаях важнейшую роль играет профилактиче­
ская терапия. Сейчас, например, разработан комплекс меро­
приятий, предупреждающий возникновение гемолитической бо­
лезни человека, которая является следствием резус-конфликта.
В профилактике’болезней имеют значение данные фармакоге­
нетики, например, при дефекте в метаболизме глюкозо-6-фосфат-дегидрогеназы, нельзя рекомендовать сульфаниламидные
препараты, при порфирии — барбитураты и т. д.
Все это показывает, что современная медицина,^опираясь на
знание генетики определенного дефекта, способна излечивать
наследственные болезни человека. Однако пока это касается
сравнительно ограниченного круга генетических патологий. Это
показывает, как велико значение максимального усиления работ
в той области медицинской генетики, которая связана с клини­
ческой генетикой. Актуальность этих работ в наши дни не вы­
бывает сомнений.
Следует сказать, что биологические особенности — это та ос­
нова, на которой зиждется как здоровье человека, так и пред­
расположения и специфика развития патологий, привносимых в
организм извне. Это показывает огромную роль генетических
факторов для понимания патологий человека, не имеющих на­
следственного характера.
Генетическая программа, получаемая человеком, обеспечива­
ет его развитие при наличии определенных условий среды. Эта
программа в той или иной мере различна для разных людей,
что создает особенности в реакции людей на внешние факторы
и в том числе его реакции на экзогенные заболевания. В ре­
зультате предрасположение к развитию патологий ненаследст­
венного характера вплоть до инфекционных болезней и специ­
фика протекания болезней оказывается также под контролем
генетических факторов.
Это обстоятельство исключительно важно для медицинского
200

мышления. В будущем знание генетических особенностей людей
будет обязательным в диагнозе и лечении болезней.
Значение генетики для проблем патологии очевидно. Ведь
если наследственные болезни касаются 4% людей, то проблема
влияния генетических особенностей человека на развитие нена­
следственных патологий и на сохранение здоровья касается
всех остальных людей, т. е. 96% человечества. В генетических
особенностях коренятся причины индивидуальности протекания
заболевания у каждого человека, ибо каждый человек, несом­
ненно, обладает генетической уникальностью.
Хорошо показано, что генетические особенности людей опре­
деляют характер склонности и форм протекания различных ин­
фекционных болезней, сосудисто-сердечных заболеваний, таких
инфекционно-аллергических заболеваний, как ревматизм, груп­
па коллагенозов и др.
Вопрос о роли генетических особенностей людей для опреде­
ления степени предрасположения к заболеваниям и о том, ка­
ким образом они накладывают свой отпечаток на особенности
протекания болезни,— все это представляет собою мало разра­
ботанную область современного знания.
Для разработки этих вопросов большое значение имеет
близнецовый метод. Имеются разные пары близнецов — монози­
готные, т. е. развивающиеся на основе одного оплодотворенного
яйца, и дизиготные, т. е. возникающие из разных оплодотво­
ренных яйцеклеток. Очевидно, что монозиготные близнецы име­
ют одинаковую генетическую программу. Они представляют со­
бою ценный материал для изучения соотношения наследственно­
сти и среды. Частота рождения близнецов составляет в среднем
1 на 85, среди них около '/3 случаев рождения монозиготных
близнецов.
Близнецовый метод позволяет выявить не только наследст­
венные заболевания, но и предрасположение к экзогенным фак­
торам. Установлено, что различие по инфекциям между монози­
готными и дизиготными близнецами соответственно составляет:
по туберкулезу 66.7% и 23%; полиомиелиту 35.7% и 6.1%; пнев­
монии 32.3% и 18.2%; инфекционному гепатиту 45.5% и 18.2%;
для себорейной экземы 63.3% и 26.9% и т. д. Для ряда ин­
фекционных заболеваний не обнаруживается роли генотипиче­
ских различий. Так, для монозиготных и дизиготных близнецов
соответственно имеем: для кори 97.4% и 95.7%, для скарлатины
'54.6% и 47.1 %, для ветряной оспы 92.8% и 89.2% и т. д.
Изучение случаев появления злокачественного роста ни по
частоте случаев появления опухоли, ни по их локализации не
показало различий между монозиготными и дизиготными близ­
нецами.
Общая характеристика по физиологическим признакам, та­
ким, как артериальное давление, частота пульса, сахарные кри­
вые, продолжительность жизни и другие, совпадает для монози201

готных близнецов. Так называемый коэффициент интеллектуаль­
ности (1(2) для монозиготных близнецов, выросших раздельно,
совпадает с тем, что установлен для дизиготных близнецов (0.67
и 0.64 соответственно). Это показывает роль среды. То же пока­
зано в отношении формирования других психических особенно­
стей. Почерк совпадает у 5% близнецов. В 75% случаев наблю­
дается психологическое доминирование одного близнеца над
другим. При анализе близнецов следует строго доказывать их
монозиготность, для чего существуют точные методы, такие, как
иммуногенетический и другие.
Близнецовый метод наряду с генеалогическим, биохимиче­
ским, цитологическим и другими дает лишь первые свидетель­
ства о роли генетических факторов в тех биологических особен­
ностях человека, которые создают специфику предрасположений
к экзогенным болезням.
Все это показывает, что в целом синтез генетики и учения
о патологии человека — это в основном еще дело будущих иссле­
дований. Надо отметить, что этот главный вопрос в проблеме ге­
нетики и патологии еще не стал предметом активной исследова­
тельской работы. Работы в области медицинской генетики в пер­
вую очередь разрабатывают проблемы клинической генетики на
основе цитогенетики человека. Последние, конечно, очень важны,
но они не отвечают на проблему о генетически обсуловленной
реакции людей на появление ненаследственных патологий. Это
показывает, что раскрыть содержание проблемы генетики и
патологии в ее наиболее существенной части в наши дни еще
не представляется возможным.
В настоящее время внимание биологов и медиков привлекает
замечательное развитие молекулярной биологии и молекулярной
генетики.
Разработка генетических, молекулярных, биохимических и
других современных методов во многом обогатила медицину.
Укажем на цитогенетику, давшую методы анализа хромосом че­
ловека, электроэнцефалографию, лиографию, на различные био­
химические методы. Начато изучение молекулярных основ на­
следственных болезней, используются счетно-решающие устрой­
ства, хроматография и т. д.
Поскольку в основе первичных нарушений в организме при
развитии патологий является блокировка в синтезе нормальных
молекул белков, то естественно, что обнаружение основ
ДНК-овой зависимости появления молекул информационной
РНК и трансляция кода гена через эти молекулы на синтез бел­
ков,— все это имеет крупнейшее принципиальное значение. Не
следует, конечно, переоценивать при современном положении
дела значение этих открытий для конкретных медицинских за­
дач. Их значение в будущем, когда на этой основе будут откры­
ты конкретные формы нарушений биосинтезов и путь развития
нарушений в эмбриогенезе человека. Только в этом случае зна202

ние молекулярной природы болезней-станет орудием диагности­
ки и лечения болезней.
Среди последних успехов молекулярной генетики надо отме­
тить факт обнаружения роли интеграции РНК-овых вирусов в
ДНК-овые хромосомы человека при злокачественном росте.
Анализ этих явлений привел к открытию ранее не подозревав­
шегося фермента, получившего название обратной транскрипта­
зы: Показана роль этого фермента в списывании ДНК-овой ко­
пии с молекул информационной РНК, что составило основу для
осуществления ферментативного синтеза генов.
В молекулярной биологии и генетике в последние годы ис­
следователи добились больших успехов: осуществлен химиче­
ский и ферментативный синтез гена, выделен отдельный ген и,
наконец, получены гибридные молекулы.
В свете задач молекулярной генетики высших форм и чело­
века большие перспективы открыты при использовании методов
ферментативного синтеза генов. Гены высших форм—это слож­
но устроенные системы, содержащие 1000—1500 нуклеотидов.
При химическом синтезе таких генов и при выделении заданных
генов из цепочки ДНК в настоящее время стоят исключительные
трудности. Ферментативный синтез состоит в снятии ДНК-овой
копии с индивидуальных молекул информационной РНК. Это
позволяет с помощью обратной транскриптазы снять копию с
любого гена в случае выделения его информационных молекул
РНК. В некоторых случаях такой синтез осуществлен. В прин­
ципиальном отношении стоит задача введения синтезированных
генов в живые клетки и обеспечения условий, при которых они
будут интегрироваться с генетическими структурами клеток ре­
ципиентов.
Ближайшее будущее генетической инженерии во многом бу­
дет основано на использовании методов ферментативного синте­
за генов. В приложении к человеку введение в клетки, дефектные
по генотипу, нормальных искусственно синтезированных генов
обещает лечение наследственных болезней на уровне генов. Воз­
можно, что такое вмешательство для предупреждения некоторых
патологий наступит в сравнительно скором времени.. Однако
сейчас молекулярная генетика находится еще на дальних под­
ступах к решению этой проблемы. Это же касается понимания
молекулярно-генетических основ злокачественного роста.
Серьезную озабоченность в медико-генетическом плане в от­
ношении человека вызывают факты загрязнения среды на нашей
планете деятельностью человека. Это в первую очередь касается
США, Японии и других капиталистических государств с их анта­
гонистическими общественными отношениями, где идет некон­
тролируемый рост массового производства К 1971 г. промышлен­
ность в США ввела в среду обитания человека более двух
миллионов новых химических соединений. Многие из этих соеди­
нений обладают физиологической активностью. Среди них'име203

ется немало химических мутагенов. Кроме того, в народном хо­
зяйстве и в медицине используются мутагенные источники в виде
ионизирующих излучений.
Тот факт, что в настоящее время около 4% детей рождается с
генетически детерминированными заболеваниями, является про­
явлением в фенотипе людей так называемого генетического гру­
за, который в скрытом виде несут популяции человека. Причиной
возникновения этого груза служит протекание процесса мутаций,
который поражает часть генов или хромосом человека. Идущее
загрязнение среды мутагенами увеличивает число пораженных
генов, объем генетического груза возрастает и, соответственно,
в будущих поколениях вырастет доля людей с наследственными
болезнями и с новым предрасположением к болезням экзогенного
происхождения. Если загрязнение среды будет идти бесконтроль­
но в условиях научно-технической революции, мы можем встать
не только перед экологической, но и перед генетической ката­
строфой. В этом случае патология станет основной формой су­
ществования человечества.
Ясное понимание этой угрозы, изучение процессов роста гене­
тически детерминированных патологий в популяциях человека —
это насущная задача современной общей, молекулярной и меди­
цинской генетики. Решение проблем биосферы, которое в полной
мере возможно только в условиях социализма и коммунизма,
оказывается прямо связанным с проблемой «Генетика и патоло­
гия». Необходимо исследовать факты, вызывающие процессы
мутаций у человека, чтобы добиться контроля над ними. Это по­
зволит не только защитить наследственность человека от мута­
генных факторов среды, но и создать условия для того, чтобы
уменьшить ныне существующий у него генетический груз.
В целом проблема генетики и патологии человека — это во­
прос необычайной емкости и глубины. Мы лишь приступаем к
накоплению фактов и к созданию научных принципов, которые
ответят на этот вопрос. Надо признать, что во многих отноше­
ниях генетике суждено сыграть роль путеводной звезды для ме­
дицины. Однако вопрос о сущности той роли, которую играют
генетические факторы в конкретном развитии разных сторон
нормального человека и при его заболеваниях, разработан совер­
шенно недостаточно. Все это указывает на крайнюю необходи­
мость синтеза генетики с медициной и общим учением о челове­
ке. Духовный мир человека значительно влияет на его здоровье.
Это приводит к необходимости синтеза генетики также и с пси­
хологией, социологией и философией. В этом нет ничего удиви­
тельного, так как проблема генетики и патологии касается чело­
века, который представляет собою не только биологическое су­
щество, но и взаимосвязанный с биологическими особенностями
продукт истории, созданный в прошлом и создаваемый ныне хо­
дом развития общественных отношений. Медико-генетические
исследования открывают пути лечения наследственных болезней,
204

идет наступление на главных врагов человека — на сердечно-со­
судистые заболевания и на злокачественные опухоли, на все
наследственные болезни, разрушающие психику и тело человека.
Во весь рост встает перед человечеством задача защиты своей
наследственности от вредных эффектов радиации и химических
соединений, уровень влияния которых неуклонно растет с ростом
цивилизации. Вмешательство в генетические свойства отдельного
человека вскоре встанет на уровень использования самых изо­
щренных достижений молекулярной и общей генетики. Сам
факт постановки вопроса о природе генетических структур чело­
века и о возможности их исправления — это совершенно новый
подход к проблеме человека. Можно без преувеличения сказать,
что это одна из наиболее важных и многообещающих идей, воз­
никавших на протяжении всей истории цивилизации.

О генетическом потенциале человечества
Содержание и характер передачи социальной программы зави­
сят от культуры и жизненного уровня людей. Это показывает,
что именно воздействуя на среду, повышая жизненный уровень
и культуру людей, можно добиться коренного облагораживания
человеческого рода. До сих пор расовые теории, опираясь на
факты различия рас, необоснованно пытаются отыскать между
расами несуществующие биологические различия. На самом деле
человек любой расы обладает социальной программой наследо­
вания и сознанием, что открывает перед ним путь к восхожде­
нию на любые высоты духовной культуры и материальной дея­
тельности.
Если социальная эволюция в наши. дни идет скачками и
все ускоряется, то этого нельзя сказать о генетической эволю­
ции человека. Так, за одно поколение люди в СССР перешли
от капитализма к социализму и строят коммунизм. Какие гро­
мадные изменения претерпевает духовный мир человека и какие
гигантские объемы информации он воспринимает и перерабаты­
вает! Для генетической-нсе-эволюции нужны десятки, а иногда
сотни тысяч и миллионы лет. Социальная эволюция неизмеримо
обгоняет генетические изменения. Поэтому по крайней мере в
ближайшие десятилетия, а может быть, столетия и даже тыся^Д£іиа_£рциальный прогресс будет идти без наличия сущест^
венньи_-ИЗ.менении в генотипе человёчёстваГТёнетический потен­
циал современного человечества поистине неисчерпаем. Следует,
кроме того, отметить, что исторические изменения в сообщест­
вах людей в течение тысячелетий после его появления шли в
направлении все углубляющихся возможностей для реализации
его наследственных предпосылок.
На заре своего появления человек был представлен малыми
группами. Рост популяций и их смешение (достигшее громадной
§ Н. П. Дубинин, Ю. Г. Шевченко

§0?

интенсивности в наши дни) создают все улучшающиеся условия
для реализации генетического потенциала в массах людей.
Признание того, что социальная эволюция человека еще дол­
го будет строиться на основе динамичной, но в целом для все­
го человечества устойчивой генетической системы наследствен­
ности, отнюдь не превращает генотип человечества в нечто не­
изменное, навечно данное после появления готового человека.
Однако может наступить время, когда для человечества перед
лицом новых, неведомых условий и требований встанут задачи
серьезного изменения своей генетической информации. Наши да­
лекие потомки, если это потребуется, будут решать эти задачи
неведомыми нам способами, достойными человека.
Выше обосновывалась мысль о том, что задача генетики че­
ловека и медицинской генетики-—это охрана драгоценной гене­
тической информации. Говоря о здоровой полноценной наследст­
венности человечества, мы имеем в виду популяционный уро­
вень, т. е. наследственность человечества в целом. Однако, ког­
да мы переходим на уровень отдельных людей, среди масс
нормальных особей мы встречаемся с той категорией индиви­
дов, которые, обладая вредными мутантными свойствами, как
бы страдают за здоровье всего человеческого рода. Борьба за
здоровье наследственно отягощенных людей — это благородная
задача медицины и генетики.
В борьбе за здоровую наследственность человека медицин­
ской генетике придется иметь дело не только с событиями на
индивидуальном уровне, но и вмешиваться в определенной мере
в генетические процессы, идущие в популяциях. Может встать
вопрос об общей регуляции процесса мутаций в популяции чело­
века в целом с целью уменьшения объема появления мутаций,
входящих в состав генетического груза. Существенна также раз­
работка мер, нормализующих мейоз, чтобы максимально умень­
шить процесс нерасхождения хромосом при созревании половых
клеток у человека. Исследование больных, причиной заболева­
ния которых служит наличие лишней или нехватка хромосомы,
показывает, что общий процент нерасхождения равен 6—7% сре­
ди развивающихся зигот. Многие из них гибнут на самых ран­
них стадиях развития (доминантные летали), заметное число
ведет к спонтанным абортам. Среди последних в 25% случаев
обнаружено наличие нарушений хромосомного комплекса. В от­
дельных случаях придется вмешиваться в популяции человека,
добиваясь изменения концентраций отдельных генов.
Однако необходимо ясно понимать, что при всех даже част­
ных попытках направить генетические процессы в отдельных по­
пуляциях, в борьбе за здоровую наследственность мы должны
помнить, что в проблеме вмешательства в свою наследствен­
ность человечество стоит перед совершенно неизведанными до­
рогами и перед колоссальной ответственностью. Здесь дорога
еще более терниста и трудна, чем в освоении космоса.
206

Ясное понимание недопустимости невежественного вмеша­
тельства в наследственность человека ■— это не попытка укло­
ниться от проблем, встающих перед наследственностью челове­
ка, это проявление социальной ответственности ученого. Такая
постановка вопроса не отвергает абстрактную возможность уп­
равляемого изменения наследственности человека в будущем.
Здесь уместно вспомнить анализ представлений о возможно­
сти перенаселения людей в будущем, который был дан Ф. Энгель­
сом. Известно, какую резкую отповедь получила у него теория
перенаселения Мальтуса. По надысторическому «закону» Маль­
туса, рост населения происходит в геометрической, а рост
средств к существованию в арифметической прогрессии. Отсюда
следует, что социальные противоречия якобы можно устранить
демографическим путем, для чего стоит лишь разработать спо­
собы регуляции воспроизводства людей через регламентацию
браков, регулирование рождаемости, с учетом влияния войн, эпи­
демий, голода. Решительно критикуя эту реакционную сторону
мальтузианства, Энгельс, однако, считает, что абстрактная
возможность перенаселения в будущем безусловно существует.
Он проявил в этом вопросе строгий научный подход. Энгельс
не строит утопий, а указывает на необходимость объективного
анализа. Имея в виду абстрактную возможность регуляции чи­
сленности населения в будущем, он писал: «Во всяком случае,
люди в коммунистическом обществе сами решат, следует ли
применять для этого какие-либо меры, когда и как, и какие
именно. Я не считаю себя призванным к тому, чтобы предла­
гать им что-либо или давать им соответствующие советы. Эти
люди, во всяком случае, будут не глупее нас с Вами»3. Теперь
мы видим, как прав был Энгельс. Вопросы перенаселенности
из абстрактной возможности теперь, в наши дни, вернее, в срав­
нительно недалеком будущем встанут как задачи, которые реаль­
но придется решать. Энгельс указывал, что Мальтус не учиты­
вал, что рост числа людей, идущий в геометрической прогрес­
сии, связан с параллельным ростом науки, призванной изыскать
источники пищи. Будущее человечества в этом вопросе рисуется
нам не по Мальтусу, а по Энгельсу.
Человек как биологический вид является исключительно мо­
лодым. Типичные представители Homo sapiens появились всего
лишь около 40 000 лет назад. Около миллиона лет назад появи­
лись люди примитивного типа'—Homo erectus. У неандерталь­
цев 100 000 лет назад объем мозга равнялся 1450 см3, у совре­
менного человека 1350 см3. Это уменьшение объема мозга было
связано с большим развитием центров ассоциации у лба и у ви­
сков. С начала своего выхода на сцену истории физически,
т. е. в генетическом смысле, человек разумный — Homo sapiens
не изменялся. В ближайшие тысячи лет его генетическая инфор3 Маркс К. и Энгельс Ф. Сочинения, т. 35, с. 124.

207

8*

мация сохранит всю свою мощь, если она не будет разрушена
искусственно. В наши дни потоки воспринимаемой нами инфор­
мации и уровень решения задач по ее переработке несравнимы
с недавним прошлым. Однако, по мнению крупнейших физиоло­
гов, лишь 1/10 возможностей мозга как аппарата мышления ис­
пользуется человеком при современных методах его воспитания.
Законы генетики популяций показывают, что человечество в це­
лом, а не группы, не отдельные гении формируют генетический
потенциал человечества.
Биологическая жизнь человека опирается на генетическую
программу, которая долго еще сохранит все свое значение. Пе­
ред человеком как существом социальным через видоизменения
социальной программы открыты громадные, необозримые пер­
спективы роста его гения и его физических качеств в гряду­
щих новых условиях коммунистического общества.
Проблемы генетики и будущего человечества не могут быть
решены только в биологии. В этом вопросе сходятся пути био­
логии, социологии, психологии, этики, эстетики, истории матери­
альной и духовной культуры. Этот комплексный подход сту­
чится в двери научной футурологии человека. Все эти подхо­
ды, сцементированные марксистско-ленинским учением о созна­
нии, о личности человека и о развитии общества, должны
серьезно продвинуть наше понимание тех путей, по которым
пойдет развитие человека в будущем.
Категории свободы и необходимости
в связи с проблемой социальной наследственности

Свобода и необходимость являются философскими категориями,
которые выражают собою взаимоотношение между деятельностью
людей и объективными законами природы и общества. Филосо­
фия диалектического материализма признает в гносеологиче­
ском смысле первичность необходимости и втор.ичность воли и
сознания человека. В начале своей истории человек, не зная
объективных законов природы и общества, оставался рабом сле­
пой необходимости. Развитие науки и общественных отношений
позволило человеку осознать природу необходимости и созна­
тельно пользоваться этим знанием. Однако в классовом обще­
стве общественные отношения враждебны трудящимся и господ­
ствуют над ними. Социальный гнет сбрасывается в процессе
социалистической революции. Законы природы и общественные
законы начинают служить человеку. Как писал Ф. Энгельс,
происходит скачок из царства необходимости в царство свобо­
ды. Практическое строительство социализма показало пути гар­
монического развития личности в тех духовных и материальных
условиях, которые создаются в период развитого социалистиче­
ского общества.
208

В. И. Ленин резко критиковал теоретические и практиче­
ские подходы, согласно которым природа человека неизменно
и изначально наделена частнособственническими и другими ин­
стинктами. Сторонники этих взглядов, предрекая неудачу в
строительстве социализма, заявляли, что вначале надо создать
каких-то особых людей, которые бы послужили «новым материа­
лом» для строительства социализма. Разоблачая эти взгляды,
В. И. Ленин писал: «Мы хотим построить социализм из тех
людей, которые воспитаны капитализмом, им испорчены, раз­
вращены, но зато им и закалены к борьбе... Мы хотим стро­
ить социализм немедленно из того материала, который нам оста­
вил капитализм со вчера на сегодня, теперь же, а не из тех
людей, которые в парниках будут приготовлены, если забавлять­
ся этой побасенкой» 4.
В наши дни ленинский подход к формированию духовного
облика строителя социализма приобретает особую актуальность:
строя коммунизм, формировать нового человека и, формируя но­
вого человека, строить коммунизм. Ведь, по К. Марксу, «сущ­
ность человека не есть абстракт, присущий отдельному индиви­
ду. В своей действительности она есть совокупность всех обще­
ственных отношений» 5.
Несмотря на очевидное значение формирующего влияния
воспитания и Социальной среды для становления личности чело­
века, все же есть немало генетиков, полагающих, что личность
каждого человека, его социальное поведение детерминированы
генетической программой. Эти генетики заявляют, что наследст­
венность человека — это особая биологическая сфера со своими
непреложными законами. Воспитанием и упражнением здесь
якобы ничего не достигнешь. Эти представления заставляют та­
ких авторов считать, что прогресс духовных свойств человека
требует генетических изменений.
Учение о необходимости биологической переделки людей
практически ставит человека в рабскую зависимость от его ге­
нов. С одной стороны, социальных изменений якобы недостаточ­
но, чтобы изменить его природу, а с другой — мы практически
бессильны изменить гены человека. Этот подход беспомощен,
он фатально оставляет человека в старом положении, ибо никто
не знает ни путей, ни средств, ни целей этой биологической
переделки. К тому же в силу научной необоснованности этих
предположений они слепы в оценке существующего генетическо­
го потенциала человечества.
Все это показывает, что лозунг создания на Земле нового
человека в отрыве от социальных условий его жизни не имеет
под собою почвы. В наши дни на базе ленинского учения ста­
вится реальная задача формирования нового человека, причем
4 Ленин В. И. Полное собрание сочинений, т. 38, с. 54.
5 Маркс К- и Энгельс Ф. Сочинения, т. 3, с. 3.
209

не как какого-либо абстрактного, генетически детерминирован­
ного добренького существа, а активного строителя нового мира.
Во главу угла поставлено гармоническое развитие человека.
Программа КПСС в качестве одной из главных задач комму­
нистического строительства поставила необходимость формиро­
вания нового человека, гармонически развитой личности, пре­
данной идеалам коммунистической морали. Это не какие-то да­
лекие цели, а задачи текущей политики партии, которые
решаются в наши дни путем изменения материальных и духов­
ных условий жизни советских людей. Смысл жизни и борьбы
нового человека состоит в создании истинно человеческих усло­
вий для существования всех людей на Земле.
Научные факты, полученные современной генетикой, от­
четливо показывают, что никаких прямых зависимостей форми­
рования личности человека от биологии не существует. Каждый
человек, опираясь на свои природные особенности, па основе
конкретных социальных условий творчески создает свою лич­
ность в процессе воспитания. В этом смысле каждый создает
себя. Отражая общественные отношения своего времени, он со­
четает в себе социально типизированные формы поведения с
уникальностью своего духовного облика. Опираясь на биологи­
ческие свойства вида Homo sapiens, человек обладает неограни­
ченными возможностями для развития сознания. Это показыва­
ет всю правоту и всю глубину предвидения того, что переход
к социализму и коммунизму, в процессе которого преобразуют­
ся материальные и духовные возможности человека, выражает
собою переход из царства необходимости в царство свободы.
Биология не накладывает фатальных ограничений на обще­
ственное развитие человека. При коммунизме человек созна­
тельно строит свои общественные отношения, наука безгра­
нично раздвигает границы познания законов природы и их ис­
пользования человеком. Все это возносит человека в истинное
царство свободы с бесконечными перспективами прогресса его
гения, его истинной свободы.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

О ВЗАИМОДЕЙСТВИИ ОБЩЕСТВЕННЫХ НАУК
И БИОЛОГИИ

Введение

Развитие современной научно-технической революции в корне
изменяет материальную жизнь общества. На взаимодействии
науки и техники с процессами массового производства в
настоящее время строятся наиболее крупные связи между есте­
ственными и общественными науками. Социальный аспект науч­
но-технической революции содержится в ее социальных стиму­
лах, условиях протекания, в ее последствиях, научно-техниче­
ских перспективах и в социальном прогнозировании. Все эти
стороны диаметрально противоположны для социализма и капи­
тализма. Они специфичны для стран «третьего» мира, в зависи­
мости от избираемого ими пути развития.
Б. М. Кедров (1973) подчеркнул, что в научно-технической
революции раскрываются противоречия всеобщего, особенного и
единичного. Всеобщее выступает в виде достижений науки и
техники, особенное как противоположности протекания научнотехнической революции при социализме и капитализме, единич­
ное как сам процесс научного открытия.
Прогрессивная роль научно-технической революции для жиз­
ни современного общества коренным образом зависит от того,
останется ли она стихийным процессом или будет подчинена
социальным потребностям общества. Решение этой задачи не
под силу капитализму с его стихийностью производства. Возни­
кающие здесь противоречия не могут быть решены при капи­
талистическом способе производства.
При социализме все звенья научно-технической революции:
наука, техника, массовое производство, потребление разумно
взаимообусловлены и имеют неограниченные перспективы для
своего развития. Вместе с тем приходится признать, что в на­
стоящее время в этом явлении как в целом имеются опреде­
ленные противоречия. Первое из них — это затрудненность реа­
лизации достижений науки и техники в массовом производстве.
Современная наука и техническая мысль накопили столь боль­
шие резервы, что на целые десятилетия способны питать успеш­
ное развитие массового производства. Следует ли из этого, что
развитие фундаментальных исследований в какой-то мере поте­
ряло свое значение для жизни общества. Этого нет, так как
211

новые научные открытия способны качественно изменять основы
массового производства. Через эти открытия происходят самые
большие продвижения всей научно-технической революции. Это
произошло благодаря развитию космонавтики, ядерной энергии,
лазерным исследованиям и др. Это показывает, что фундамен­
тальные исследования имеют важнейшее общественное значение.
Их успехи снимают старые противоречия между развитием нау­
ки, техники и массового производства, так как они поднимают
производительность труда на качественно новый уровень.
Второе крупное противоречие, вызываемое научно-техниче­
ским прогрессом, связано с тем, что массовое производство от­
рицательно воздействует на среду жизни человека.
Временно на каком-то отрезке жизни общества противоре­
чия научно-технической революции, связанные с нарушениями
среды обитания, в условиях социализма могут проявиться с до­
статочной силой. В этом отношении встают серьезные вопросы
взаимоотношения человека и природы, которые связаны с глубо­
ким взаимодействием естественных и общественных наук. Зада­
ча состоит в предотвращении возможных тенденций нарушения
среды. Усиление дисгармонии между деятельностью человека и
природой может иметь самые серьезные последствия.
На примере отрицательных последствий научно-технической
революции мы видим, насколько необходима разработка ценно­
стного подхода к успехам науки, а также использование новых
системных подходов в самой науке. В значительной мере от­
рицательное влияние технического развития на природу обус­
ловлено ведомственным подходом к эксплуатации природных
ресурсов. Во главу угла иногда ставятся не интересы страны
в целом и работа основывается не на идее нерасторжимой це­
лостности самой природы. В этих условиях эксплуатация при­
родных богатств должна быть связана с глубоким научным
осознанием единства природы и серьезной работы по ее вос­
производству.
Общественные науки могут серьезно влиять на ускорение
научно-технического прогресса, активно участвуя в разработке
ценностного подхода к разным направлениям естествознания.
Внутренняя логика развития науки имеет огромное значение,
однако ценностный, общественный подход к концентрации уси­
лий на новых направлениях имеет очень большое значение.
В новых условиях, когда наука превратилась в производитель­
ную силу, она сама стала объектом планирования и управле­
ния, подчиненного задачам удовлетворения потребностей людей.
Эти потребности выражаются не только в прямых экономиче­
ских показателях, они имеют комплексный характер, включая
в себя проблемы среды, этические, эстетические, философские и
другие стороны. В этом случае во весь рост встают ценност­
ные подходы к выбору направлений научно-технического про­
гресса. Вместе с тем это показывает, насколько глубока ком212

ПЛеКСносТь всех крупных народно-хозяйственных проблем, что
в каждой из них связаны воедино методы естественных и об­
щественных наук.
Обращаясь 'к генетике, надо сказать, что она способствует
созданию крупных материальных и духовных ценностей. Крите­
риями здесь служат, с одной стороны, практика генетики в
сельском хозяйстве, медицине, в космической биологии, в уче­
нии о биосфере и, с другой — диалектизация генетики, ее вхож­
дение в диалектический материализм в качестве одной из его
естественнонаучных основ. Это является одним из свидетельств
процесса стирания граней между общественными и естественны­
ми науками в процессах формирования мировоззрения. В наши
дни после признания большого значения учения о материа­
листической диалектике для философии природы идут обратные
токи от общественных наук к естествознанию. Теперь очевидна
роль марксистско-ленинской диалектики, как для гносеологиче­
ских проблем естествознания, так и для выработки ценностного
подхода при разработке методов управления ходом научно-тех­
нической революции.
Значение развития биологии и ее интеграции с развитием
общественных наук и со всем естествознанием особенно очевид­
но в свете того, что в центр всей науки становится проблема
человека.
В современной биологии имеется ряд особо горячих точек,
в которых на базе ценностного подхода должна быть глубоко
развита ее интеграция с общественными науками. Среди них в
первую очередь следует отметить проблемы генетической инже­
нерии; обоснование уникальности генетической программы чело­
века; человек и биосфера; о соотношении биологического и со­
циального в человеке; освобождение человека от наследственных
болезней и проблемы управления его биологической эволюцией.

Генетическая инженерия
Генетика участвует в современной научно-технической револю­
ции, влияя на сельскохозяйственное производство и медицину.
Генетические методы селекции растений, микроорганизмов и жи­
вотных резко повышают их продуктивность. Это самый дешевый
путь подъема сельского хозяйства. Введение триплоидов сахар­
ной свеклы повысило выход сахара с гектара на 10—12%. Меж­
линейная гибридизация подсолнечника ведет к повышению уро­
жайности семян на 10—15% при возможной их масличности в
60%. Бройлерное птицеводство обеспечивает большее получение
яиц и тушек птиц и т. д. По ряду культур по нашей стране и
по всему миру прошли и идут так называемые зеленые рево­
люции, выражающиеся во внедрении высокопродуктивных
сортов.
21-3

В медицине генетика открыла причины многих наследствен­
ных заболеваний. Ранняя диагностика позволяет спасти людей
от страданий. Генетика антигенов лежит в основе практики
переливания крови, разрабатываются основы проблемы генети­
ческой несовместимости тканей, без чего не может быть науч­
но-обоснованных методов пересадки органов и т. д.
Вместе с тем высоко оценивая значение современных теоре­
тических и методических разработок в генетике, следует при­
знать, что они недостаточны для решения новых крупнейших
задач, которые ставятся развитием человечества.. Среди них глав­
ными являются, во-первых, необходимость резко поднять пище­
вые ресурсы планеты и, в частности, решить проблемы нехватки
белка в пище людей; во-вторых, избавить человечество от на­
следственных болезней, в том числе от предрасположений к сер­
дечно-сосудистым заболеваниям и раку; в-третьих, управлять
эволюцией видов в природе с целью гармонизации биосферы.
Решение этих задач потребует не только максимального
внедрения достижений генетики, селекции и медицинской гене­
тики в практику, но и качественного изменения на базе новых
фундаментальных открытий. Такое новое направление форми­
руется под названием генетической инженерии.
Эта новая область науки возникает в наши дни на стыке
генетики, физики, химии и математики. Она прогнозируется,
исходя из задач удовлетворения новых потребностей общества.
Здесь допустимо сравнение с положением в области энергетики,
когда в свете угрозы исчерпания обычных ресурсов энергии на
очередь встала атомная энергетика, проблема термоядерного
синтеза и др. Генетическая инженерия призвана к качественно
новому изменению генетической программы, достигаемое вмеша­
тельством на молекулярном, генном, хромосомном или клеточ­
ном уровнях.
Вначале были показаны возможности инженерии на хромо­
сомном уровне. В 1934 г. (Дубинин, 1934а) по заранее на­
меченному плану, используя радиацию, ядро клеток дрозофилы
из образования, в котором ДНК была распределена в четырех
парах хромосом, было превращено в образование из трех пар
хромосом. Это было преобразование хромосомных особенностей
на уровне видового значения.
В 1944 г. Сирс (Sears) целенаправленно с помощью радиа­
ции участок хромосомы эгилопса, обеспечивающий устойчивость
к заболеванию, пересадил в хромосому пшеницы.
Генетическая инженерия на клеточном уровне была пред­
ставлена работой Б. Л. Астаурова (1938 г.). В этом случае
удалось, убивая ядро яйцеклетки тутового шелкопряда и опло­
дотворяя ее двумя спермиями, получить регуляцию пола, когда
из таких яиц, согласно законам передачи половых хромосом,
развивались только самцы. Гордон (Gurdon, 1970) показал воз­
можности соматического клонирования у позвоночных через ис214

пользование яйцеклеток, в которых с помощью радиации убива­
лись их ядра. В такие безъядерные яйцеклетки лягушек вно­
сились ядра из клеток кишечника. Развивались особи, в которых
повторялся генотип данной одной особи, чьи ядра были исполь­
зованы при пересадках.
Эдвардс (Edwards, 1971) показал, что оплодотворение яйце­
клетки человека и первые стадии ее развития возможно осу­
ществить в пробирке.
Для генетической инженерии перспективно использование
гибридов соматических клеток. Впервые были гибридизированы
клетки мышей (Barski et al., 1960). Затем получены гибриды
соматических клеток разных видов млекопитающих. Особый ин­
терес имеют гибриды клеток мыши и человека, с помощью ко­
торых оказалось возможным связать гены ферментов с опреде­
ленными хромосомами, что удалось сделать (Ruddle et al.,
1970) для генов лактатдегидрогеназы и пептидазы.
Система таких гибридных клеток позволяет изучать явления
генной регуляции в животных клетках. Такая регуляция прояв­
ляется при слиянии фибробластов с гепатомными клетками
мыши (Schneiders, Weis, 1971). Первые не индуцируют тиро­
зинаминотрансферазу, вторые индуцируют. Гибриды этих клеток
также не способны индуцировать этот фермент, что свидетель­
ствует о наличии репрессора в фибробластах.
Наибольшие перспективы открывают генетическая инженерия
на молекулярно-генном уровне. В этом случае в клетку вво­
дятся чужеродные отрезки молекул ДНК, они интегрируются с
генами клетки, осуществляя этим гибридизацию на молекуляр­
ном уровне. Главными здесь служат две проблемы: получение
материала, который предполагается ввести в клетку, и его ин­
теграция с ДНК клетки. Материал может быть получен путем
выделения избранного гена из данной клетки или путем синтеза
генов заново. Основным путем выделения генов из клетки в
настоящее время признано разрушение ДНК клетки до фрагмен­
тов с помощью ультразвука. Фрагменты гибридизируются с
молекулами информационной РНК. Гибриды ДНК-РНК обраба­
тываются нуклеазами и затем выделяются. После денатурации
гибрида, матрица ДНК позволяет получить данный ген.
Синтез гена осуществляется двумя путями. Это может быть
химический синтез, когда последовательность нуклеотидов про­
читывается по молекуле информационной РНК, а затем нуклео­
тиды связываются в узнанной последовательности химическим
способом.
Такой путь труден и подчас неосуществим для генов высших
форм, составленных из 1000—1500 нуклеотидов.
Второй путь — это ферментативный синтез генов. В этом
случае фермент в виде обратной транскриптазы списывает мо­
лекулу гена с матрицы в виде молекул его информационной
РНК. Таким путем, в принципе может быть получен любой ген.
215

Методические трудности пока связаны с выделением индивидуа­
лизированных молекул и-РНКРазработка методов создания и внедрения чужеродной ин­
формации в клетку будет иметь последствия, которые по свое­
му значению в настоящее время даже трудно оценить. Его пер­
спективы велики в первую очередь благодаря универсальности
генетического кода.
Единство кода обеспечивает такое положение, при котором
молекулярная гибридизация в принципе осуществима на любом
уровне.
Показано, что генетическая информация вирусов может быть
использована для улучшения «биохимической машины» в клет­
ках человека. Роджерс (Rogers) в 1966 г. обнаружил, что у со­
трудников, работавших с папиломой Шопа, произошло повыше­
ние аргиназной активности.
Меррил и др. (Merril et al.) в 1971 г. показали, что вне­
сение галактозного оперона от бактерии кишечной палочки в
клетки человека, дефектные по ферменту, ведет к увеличению
этого фермента.
Теперь как о реальных задачах можно говорить о разработ­
ке путей для реконструкции клеток человека, дефектных по тому
или иному ферменту, нормальными генами человека, а также
генами бактерий, вирусов и фагов. В еще большей мере это
касается генетической инженерии в применении к животным,
растениям и микроорганизмам.
Успехи генетической селекции животных и растений имеют
большое экономическое значение.
Специалист по экономике Н. П. Федоренко пишет, что круп­
ные народно-хозяйственные проблемы оказываются комплексны­
ми и требуют синтеза наук, при котором формируются новые
закономерности развития науки, происходит синтез естествен­
ных и общественных наук.
Он перечислил главные проблемы:
«— создание энергетики будущего, уменьшающей зависи­
мость общества от ограниченных и неравномерно распределен­
ных по территории природных энергетических ресурсов (термо­
ядерный синтез, бридеры, эффект сверхпроводимости, тепловые
элементы и т. д.);
— техническая революция в управлении, планировании, сфе­
ре производства и использование информации;
— развитие генетики и селекции, позволяющее радикально
решить проблему сельского хозяйства, увеличить производствен­
ный потенциал страны.
Безусловно человек всегда был и остается центральной
проблемой всей науки, пунктом притяжения естественных и об­
щественных наук» (Федоренко, 1973).
Реализация перспектив генетической инженерии будет иметь
крупные социальные последствия как для сельского хозяйства,
216

так и для медицины. В отношении человека встают ценност­
ные подходы и вопросы этики, которые должны определить
размеры допустимого вмешательства в его биологические ос­
новы.
Об уникальности человека
Для проблемы ценностного подхода к человеку на базе взаи­
модействия общественных и естественных наук большое значе­
ние имеет понимание уникальности человека в процессе разви­
тия мировой материи. В зоологическом отношении человек воз­
ник из одного из видов приматов, предков человека. Вместе с
тем появление человека знаменовало собою переломный момент
в истории движения мировой материи. Явление жизни вобрало
в себя законы физического и химического движения материи,
но оно несводимо к ним. Когда возник человек, он вобрал в
себя наиболее высоко организованные формы биологического
движения, его физическая жизнь является выражением законов
биологии и, вместе с тем став социальным существом, он со­
здал материальную и духовную жизнь человеческого общества.
Это послужило причиной появления у человека надбиологиче­
ской сферы, которая хотя и немыслима без биологических за­
конов его существования, но тем не менее встала над ними.
Наличие у человека надбиологической сферы показывает, что он
как качественно новое явление предстает единственным живым
организмом, которое вышло за пределы биологической эво­
люции.
Законы социальной жизни сняли действие естественного от­
бора как фактора, прогрессивно направляющего биологическую
эволюцию человека. Это показывает, что дальнейшего прогрес­
са генотипа человека по законам биологической эволюции в
будущем ожидать нельзя.
Можно сказать, что генетическая информация человека со­
единяет в себе величайшую ценность и редкость. Лишь один из
животных видов во всей истории жизни превратился в человека.
Имеется ли во Вселенной разумная жизнь, кроме человека на
Земле, это остается не ясным.

Человек и биосфера

Понимание величайшей ценности генетической программы чело­
века, записанной в его молекулах ДНК, ставит перед наукой и
обществом задачу охраны этой информации. Нарушение наслед­
ственности человека происходит при мутациях генов. Этим об­
условлено многообразие наследственных болезней, составляющих
сейчас главную заботу медицины. Уровень мутаций в популя­
циях человека стоит в связи с особенностями среды его оби­
тания.
217

Очевидно, что нарушения этой среды могут повести к замет­
ному увеличению числа отрицательных мутаций. Поэтому во­
прос о мутагенном влиянии среды важен в общей проблеме
«человек и окружающая среда».
В настоящее время человек, вооруженный достижениями на­
учно-технической революции, оказывает значительное воздейст­
вие на биосферу. Эта среда жизни человека складывалась в
течение 3,5 млрд, лет эволюции жизни на Земле. Она превра­
тилась в устойчивую, внутренне глубоко связанную систему ви­
дов и круговорота веществ. Влияние человека имеет не только
созидательный, но и разрушительный характер: промышленное
производство выбрасывает в среду химические и радиоактивные
отходы: используется большое количество химических агентов
для борьбы с вредителями, сорняками и т. д. Влияние челове­
ка на биосферу так велико, что в случае продолжения его не­
контролируемого роста, при наличии необратимого ущерба при­
роде, встает угроза экологической катастрофы. Постановление
IV сессии Верховного Совета СССР от 1972 г. и постановление
ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 29 декабря 1972 г. «Об
усилении охраны природы и улучшении использования природ­
ных ресурсов» ставят эти вопросы на уровень важнейших го­
сударственных задач. Эпоха, когда можно было только брать от
природы, ничего ей не возвращая, безвозвратно прошла. Перед
нами встала задача сочетания влияния научно-технической ре­
волюции с воспроизведением природных ресурсов с гармони­
зацией элементов в том целом, что представляет собою био­
сфера.
В условиях идущего загрязнения среды проблема мутагене­
за у человека приобрела глобальный характер и выявила за­
метную концентрацию усилий ученых многих стран. В 1969 г.
создано американское общество по изучению мутагенов;
в 1970 г.— Европейское общество с участием СССР; в 1971 г.—
общество по изучению химических и радиационных загрязните­
лей окружающей среды в ФРГ; в 1972 г.— японское общество
по изучению мутагенов биосферы. В СССР Институт общей ге­
нетики АН СССР координирует исследования по проблеме био­
логических и генетических последствий от загрязнения среды.
Эти общества объединили усилия генетиков, цитологов, ток­
сикологов, фармакологов, радиобиологов, онкологов, тератологов и других специалистов.
Среди отрицательных факторов, введенных в среду челове­
ком, главными служат искусственно созданные радиационные и
химические мутагены. В 1971 г. 16 стран имели 128 действую­
щих атомных реакторов. К 1977 г. 32 страны будут иметь
325 реакторов. К 1980 г. США предполагают получать за счет
атомной энергии 25, а к 2000 г. 50% электроэнергии.
При современных мерах защиты и утилизации радиоактивных
отходов ученые США считают, что существующее повышение
218

фона радиации дает дополнительно 0,05% рождений детей с
тяжелыми наследственными недугами. При этом они исходят из
идеи, что удваивающая доза равна 100 р. Однако до сих пор
не исключено, что доза, удваивающая уровень естественного
мутагенеза, составляет 10 р, что было обосновано в 1960 г.
Н. П. Дубининым и принято в качестве возможной удвоенной
дозы Генеральной Ассамблеей ООН по докладу Научного коми­
тета ООН по радиации.
Радиация вызывает появление злокачественных опухолей.
Считается, что от загрязнителей среды количество смертей от
рака увеличилось на 2%.
Химические факторы мутаций вводятся в среду в виде пе­
стицидов и других веществ для нужд сельского хозяйства.
В годы войны во Вьетнаме (1962—1972) самолеты в военных
целях разбрасывали гербициды, дефолианты, арборициды и десиклиты. Только за время 1970—1971 гг. их объем составил
5 млн. л.
За годы интенсивного использования ДДТ в США за двад­
цать лет (1946—1966) было выброшено в биосферу более
2,5 млрд, фунтов этого инсектицида. Показано, что углеводоро­
ды типа ДДТ обладают мутагенными и канцерогенными свой­
ствами.
То же касается гербицидов и других соединений. Соли тяже­
лых металлов и многие другие вещества, вводимые человеком в
биосферу, также обладают мутагенными свойствами.
Проблемы биосферы тесно связаны с разработкой категории
целостности и со структурно-системным подходом, которые раз­
рабатываются общественными науками и в частности были
обоснованы К. Марксом в «Капитале». В настоящее время на­
учная их разработка методами естествознания и ценностный
подход, основанный на общественном значении разных сторон
проблемы вечного взаимоотношения природы и человека, слива­
ются в нерасторжимое единство.
Взаимодействие общественных и естественных наук не всег­
да имеет только прогрессивный характер. Известны случаи, ког­
да односторонний диктат с той или с другой стороны извра­
щает ценностный подход. В том, что развитие техники до сих
пор часто бездумно вторгается в природу, во многом виновата
созданная биологией идея о неисчерпаемости живых существ и о
всемогуществе процессов эволюции. Казалось, что органическая
природа обладает сверхвысокой устойчивой прочностью. На са­
мом деле планетарная деятельность человека, масштаб которой
сравним с деятельностью самой природы, начинает грозить эко­
логической катастрофой.
С другой стороны, иногда выдвигаются ошибочные ценност­
ные подходы к явлениям, вне зависимости от степени их науч­
ной изученности. Такой подход может повести к неверному по­
ниманию значимости новых направлений в науке. Так произо219

шло, когда около 25 лет Тому назад кибернетика и генетика не­
которыми философами, биологами и математиками изобража­
лись в качестве лженаук.

О соотношении биологического и социального
в человеке

Биологические особенности человека, передаваемые по поколе­
ниям, записаны в его генетической программе, представленной
молекулами ДНК- В этом отношении человек — это часть ес­
тественной природы. Вместе с тем его материальная культура
и духовный мир создаются деятельностью людей. Общественно­
трудовые отношения — это та новая сила, которая создала че­
ловека разумного. Содержание и законы развития социальной
сферы человека не подчиняются законам биологической эволю­
ции. Они являются предметом общественной преемственности в
ходе исторического развития человека. Очевидно, что каждое
следующее поколение формирует свой духовный облик под влия­
нием исторического опыта человечества и существующего объ­
ема материальной и духовной жизни общества. Эта преемст­
венность в общественном развитии была обозначена как соци­
альное наследование. Содержание этого наследования, будучи
специфичным для каждой эпохи, можно назвать социальной
программой (Дубинин, 1971а). Очевидно различие биологиче­
ского явления наследственности и категории социального на­
следования. Носителем биологической наследственности служат
молекулы ДНК, содержащие генетические программы. Носите­
лем социального наследования является общество, человечество
в целом. В этом случае социальная информация записана в ис­
торически созданной социальной программе.
Явление наследственности свойственно биологической форме
движения материи. Категория социального наследования отра­
жает собою законы общественного развития.
Хорошо известно, что научные знания, трудовые навыки, из­
менения в социальном поведении и т. д.,— все это каждому
поколению приходится воспринимать заново, так как они пере­
даются путем социального наследования. Никакие итоги соци­
альной жизни, науки или морали не записываются в его генах.
Каждое поколение всегда начинает сначала, свободно и твор­
чески входя в общество и познавая природу. В этом заключе­
но величайшее преимущество человеческого бытия и самого
типа прогресса, свойственного общественной форме движения
материи. Темп социального прогресса колоссален, его возможно­
сти в будущем безграничны.
Уникальность человека как биосоциального существа пред­
полагает при его изучении глубокое взаимодействие естествен­
ных и общественных наук.
220

Социальная программа подытоживает результаты обществен­
но-исторической практики. Социальное наследование, обеспечи­
вая передачу и накопление знания, представляет собою адек­
ватное отражение действительности, проведенное общественной
практикой.
Возможности исторического процесса в биологическом плане
обеспечиваются жизнедеятельностью людей, покоящейся на на­
личии генетической программы. На учете всего этого комплекса
явлений строится стратегия формирования нового человека в
условиях социализма и коммунизма. Разработка проблем со­
циального наследования И социальных программ предполагает
глубокое взаимодействие методов общественных наук и биоло­
гии. Крупнейшее социальное значение имеет генетика тех био­
логических свойств, которые обеспечивают при данных социаль­
ных условиях развитие гения, таланта, способности к художе­
ственно-образному мышлению и других черт духовного облика
человека.
Исследование взаимодействия • социальной и генетической
программ должно быть основано на комплексном подходе, пред­
полагающем связь и взаимодействие множества различных сто­
рон и факторов. Это взаимодействие имеет внутренне противо­
положный характер, в котором заложено не только единство,
но и взаимопереходы противоположностей. Эта противоречи­
вость ярко проявляется, когда социальная программа, отставая
от развития производительных сил, приобретает реакционный
характер и вместо влияния, ускоряющего прогресс общества,
становится тормозом для дальнейшего движения. Более чем гделибо в проблеме взаимоотношения социального и биологическо­
го в человеке необходим исторический подход. Это связано с
тем, что становление духовного мира человека — это продукт
истории. Очевидна историческая обусловленность содержания
любой из социальных программ. Развитие биологических осо­
бенностей человека находится в зависимости от характера со­
циальной программы. В результате люди современной эпохи по
целому ряду свойств отличаются от своих исторических пред­
ков. Это касается тех биологических свойств людей, которые
возникают в качестве модификаций во время индивидуального
развития в условиях все улучшающегося и усложняющегося
влияния со стороны растущей социальной программы.

Биологическая эволюция и человек
В вопросе о целенаправленном изменении генетической природы
человека, которое в будущем может оказаться возможным, цен­
ностный и научный подход должны быть едины. Для человека
сложилось такое положение, что его биологическая эволюция
потеряла направленность, создаваемую естественным отбором.
221

Его существующая генетическая информация представляет со­
бою величайшую ценность. Научное познание еще не достигло
уровня понимания, как генетические особенности связаны с раз­
витием личности человека. Это показывает, что генеральной
линией современности является охрана генетического потенциа­
ла человечества.
Этот тезис отнюдь не означает пассивного отношения к во­
просам генетики человека и к борьбе против наследственных
заболеваний. Напротив, раскрытие генетических сторон в разви­
тии дарований, в физиологии и поведении человека и исполь­
зовании всех средств, включая генетическую инженерию, в борь­
бе с наследственными заболеваниями — это величайшие задачи
крупнейшего социального значения. Эти подходы могут потре­
бовать решения новых этических задач, связанных с понимани­
ем того, что допустимо в отношении человека. Отношение к
этому вопросу заметно изменилось за историческое время.
Вместе с тем при современном положении дела мы должны
решительно протестовать против попыток бездумно в целях со­
здания мифического, надуманного генетически «лучшего» чело­
века, без понимания грозящих социальных последствий неве­
жественно обрушить на человечество те способы, которые ис­
пользуются животноводами при создании пород, или способы,
которые в скором будущем обещает генетическая инженерия.
Существующий нормальный человек туманен, он физически
и духовно еще долго может продвигаться к высотам культуры,
каждый из людей представляет собою уникальность личности.
Многообразная структура общества, на базе единства духовной
уникальности и социально-типизированного поведения всегда
будет основой существования человечества.
В далеком будущем задачи биологической переделки челове­
ка могут быть вызваны качественно новыми требованиями его
бытия или появлением неожиданных изменений в среде его оби­
тания, вызванных космическими или земными факторами. Когда
эти задачи встанут, к тому времени научное познание биологи­
ческой природы и социальной сущности человека сольются во­
едино и человек сумеет разумно и достойно изменить свою био­
логическую природу. В настоящее же время мы должны проявить
понимание собственной исключительности, сохранять эту выс­
шую форму развития материи, понять ее сущность и лишь после
этого, если в этом будет нужда, в будущем, в свете общест­
венных интересов начать работу по формированию процесса
биологической эволюции человека.
Эти вопросы и объединяют проблемы общественных наук и
генетики. Нельзя забыть того, что само происхождение челове­
ка было связано с появлением и затем активным внедрением
социального в живую природу. Наука, став производительной
силой, оказывает глубокое влияние на жизнь общества. Ценност­
ный подход к явлениям мира свойствен только человеку, он
222

возник как идеальное в сфере общественно-трудовых отно­
шений.
Успехи селекции и генетики при создании пород животных
и сортов растений, наивная вера во всемогущество новых мето­
дов молекулярной генетики, питали и питают недооценку гене­
тической и духовной уникальности человека.
Непонимание качественных отличий человека и животных
лежит в основе биологизаторских подходов к человеку. Социалдарвинисты, расисты и евгеники пытались обосновывать, а за­
тем и практически невежественно вмешивались в наследствен­
ность человека. Всему этому противостоит марксистско-ленин­
ское учение о человеке, как о продукте общественных отношений
и как о части природы. Марксистско-ленинское обществоведение
преградило путь нигилистическому отношению к человеку, непо­
ниманию того, что духовный мир человека — это особая надбио­
логическая сфера, подчиненная законам общественного движе­
ния материи.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

В условиях научно-технической революции, когда мощь науки
неизмеримо выросла, социальная ответственность ученых стала
огромной. Она требует от ученых не только проникновения в сущ­
ность предмета, но и ценностного подхода к явлениям мира.
Социальная направленность делает результаты науки добром
или злом. Так, атомная энергия служит прогрессу человека и
грозит ему ядерной войной. Молекулярная генетика и общая ге­
нетика проникают в сущность жизни, дают методы создания
форм, нужных для сельского хозяйства и для микробиологиче­
ской промышленности, помогают в борьбе за здоровье человека
и одновременно грозят человечеству биологической войной.
Научно-техническая революция подводит человечество к
вступлению в век биологии. Проблема человека выдвигается на
авансцену, создаваемую взаимодействием естественных и обще­
ственных наук. Марксистско-ленинский подход к человеку глу­
бок и оптимистичен.
Генетика является исключительно динамической наукой,
влияющей на современное общество, но при этом в громадной
мере устремленной в будущее. Ее общественное значение в ско­
ром времени примет доминирующий характер в системе всего
естествознания. Это обеспечит переход человека в век биологии.
Для того чтобы генетика наряду со всем естествознанием пол­
ноценно стала служить человеку, нужен справедливый, нравст­
венный общественный строй. Этим общественным строем являет­
ся социализм, когда человечество совершает скачок из царства
необходимости в царство свободы.
Естественные науки, и в том числе биология, получают свое
социальное значение при глубоком их взаимодействии с общест­
венными науками, на основе развития ценностного подхода к
явлениям общественной жизни и природы. На этой основе будет
развито единство ценностного и научного познания мира. Обос­
нование этих принципов — это развитие на современном этапе
призыва В. И. Ленина к тому, чтобы осуществлялся союз фило­
софов и естествоиспытателей.
Вопросы идеологической и философской борьбы в области ес­
тествознания имеют сложный характер. Нередко сам материал
науки вовлекается в социально-политическую дискуссию.
224

Мы живем в эпоху союза.гуманитарных и естественных наук,
вызванного научно-технической революцией. Чем теснее этот
союз, тем больше возможностей для решения насущных про­
блем как самого развития науки и техники, так и для социаль­
ного развития (Волков, 1973).
В этих условиях объективное развитие науки требует к себе
величайшего внимания. Сейчас особенно велико значение борь­
бы за строгую научность, за объективное знание. Социальные
последствия от революции в генетике очень велики, в этих ус­
ловиях нужна величайшая ответственность ученых, опирающая­
ся на истинные знания законов жизни и законов общественно­
го развития общества.
Революция в биологии и генетике скоро предоставит в рас­
поряжение человека трудно представимые по своей мощи пути
воздействия на организмы.
В течение ближайших 20—30 лет достижения генетики и ге­
нетической инженерии создадут условия для решительной борь­
бы с голодом на всей Земле. Медицина и генетика уничтожат
инфекционные болезни, рак и сердечно-сосудистые заболевания
также будут побеждены. Главной проблемой будет борьба со
старостью, чтобы люди до 100—150 лет были полны физической
и творческой энергии. Пересадка органов будет обеспечена ус­
пехами иммуногенетики.
Целый ряд вопросов размножения человека в связи с искус­
ственным осеменением и длительным хранением спермы получат
новые возможности. Знание генетики наследственных болезней
позволит предупреждать родителей о возможности рождения
больного ребенка. Многие наследственные заболевания будут из­
лечиваться. Разовьются методы генотерапии с помощью генети­
ческой инженерии. Будут изучены процессы развития человече­
ского зародыша в лабораторных условиях. К этому же времени
заметно продвинутся процессы смешения популяций, которые
улучшат генетику человека.
В ближайшие 50 лет с помощью генетико-физиологических
исследований сначала будут решаться вопросы подъема фото­
энергетики растений, а затем и сама проблема фотосинтеза. По­
следнее позволит превратить поток солнечной энергии в неогра­
ниченный источник пищевых ресурсов. Решение проблемы фото­
синтеза по своей значимости не уступает проблеме термоядерной
реакции, которая открыла путь к неограниченным ресурсам для
энергетики.
Главной проблемой биологии и генетики является вопрос об
искусственном синтезе живой системы. Это потребует необычай­
ного углубления в проблему гена и в понимание сущности
клетки как системы. Ч. Прайс (Price, 1965), Президент Аме­
риканского химического общества, в 1965 г. заявил, что синтез
живой системы должен стать национальной программой США.
Очевидно, что решение этой задачи связано с овладением са225

мыми глубинными явлениями жизни, что окажет затем огромное
влияние на сельское хозяйство и медицину.
В современных условиях велика социальная ответственность
ученых в вопросах использования науки. Недопустимы такие
попытки, когда, не учитывая возможностей науки, политическое
доктринерство ставит рогатки на пути ее развития. В этом от­
ношении особо опасен леводоктринерский антисциентизм, когда
борьба направлений в науке отождествляется с идеологической,
партийно-политической борьбой. В этом случае безнравственно
используется политический аппарат для подавления научных
противников. Это ведет к монополизму в науке, за чем неиз­
бежно следует недопустимый лженаучный субъективизм и за­
стой.
Содержание естественных наук при их четкой отграниченности от социальных проблем посвящено вскрытию объективных
законов природы. Общественные науки, исследующие классовый
характер своего объекта, партийны по своему существу (Кедров,
1969). Однако, понимая все значение объективности естество­
знания, его внеклассовое™, нельзя забывать ту истину, что
естествознание оказывается партийным в той мере, в какой его
выводы оказываются связанными с социологией и философией.
Умение разграничить объективную сторону естествознания и
партийные устремления его представителей оказывается пред­
метом нравственности и социальной ответственности ученых. Это
один из тех случаев, когда чувство социальной ответственности
должно помочь определить общественные последствия того или
иного деяния (Румянцев, 1965). Другой стороной того же чувства
ответственности является мужество ученого, который, несмотря
на субъективные трудности, должен бесстрашно занять свою по­
зицию в реальной философской борьбе, включая и те случаи,
когда за внешней научностью кроются серьезные ошибки в идео­
логии. Только глубоко защищая и развивая теорию марксизмаленинизма, ученый может выполнить свой общественный долг.
Говоря о связи естествознания с социальными проблемами, нель­
зя забывать, что В. И. Ленин определял гносеологию как пар­
тийную науку ’. Он писал: «Новейшая философия так же пар­
тийна, как и две тысячи лет тому назад» 2.
В обсужденных выше социальных вопросах в свете генетики
мы имеем отчетливое проявление социальной и философской
борьбы. Эта борьба идет по многим вопросам при истолкова­
нии и социальном осмысливании современного естествознания
(Кедров, 1973, Фролов, 1972). Правильные подходы в этих во­
просах имеют не только гносеологический и нравственно-этиче­
ский аспекты. От того или иного их решения зависит реаль­
ная общественно-историческая практика. Марксистско-ленинский
1 Ленин В. И. Полное собрание сочинений, т. 18, с. 180.
2 Там же, с. 380.
226

подход к проблеме человека сливается с истинно научной трак­
товкой достижений современной генетики. Этот синтез должен
послужить одной из основ в борьбе за гармонически развитые
духовную и физическую личности человека, что является про­
граммной целью КПСС. Истинный гуманизм современности — это
формирование нового человека не как стандартизованной едини­
цы, служащей средством научно-технического прогресса или
средством достижения политических целей, а как самоцели иду­
щего общественно-политического процесса построения социализ­
ма и коммунизма.

ЛИТЕРАТУРА

Адрианов О. М., Бабенсаров В. П.,
Кукуев Л. А., Толкачева Г. А. Эво­
люция функций теменных долей
мозга. Под ред. А. С. Батуева. Л.,
«Наука», 1973, гл. 4, с. 35—40.
Алексеев В. П. В кн.: Тезисы докл.
научи.-теор. конф. «Атеизм и проб­
лемы происхождения человека».
Методологический семинар Ин-та
археологии АН СССР. М., 1974.
Алексеев В. П. «Советская этногра­
фия», 1969, № 1, с. 12—24.
Алексеев П. В., Ильин А. Я. Принцип
партийности и естествознание. М.,
Изд-во МГУ, 1972.
Алтухов Ю. П., Рычков Ю. Г. «Жур­
нал общей биологии», 1972, т.
XXXIII, № 3.
Ананьев Б. Г. В кн.: Материалы II
конференции Методической комис­
сии Гос. рефлектологйческого ин­
ститута по изучению мозга 24—30
сект. 1929 г. Л., 1930, с. 28—43.
Ананьев Б. Г. Там же, с. 71—84.
Ананьев Б. Г. Человек как предмет
познания. Л., Изд-во ЛГУ, 1968.
Ананьев Б. Г., Дворяшина М. Д., Ку­
дрявцева И. А. Индивидуальное
развитие человека и константность
восприятия. М., «Просвещение»,
1968.
Анохин П. К- «Журнал общей биоло­
гии», 1949, 10, № 5, с. 361—385.
Анохин П. К. «Вопросы психологии»,
1955, № 6, с. 16—38.
Анохин П. К- В кн.: Философские
вопросы кибернетики. М., Соцэкгиз, 11961, с. 262—298.
Анохин П. К. Биология и нейрофизио­
логия условного рефлекса. М., «Ме­
дицина», 1968.
Анохин П. К- «Успехи физиол. наук»,
1970, 1, № Г, с. 19—54.
Анохин П. К. «Вопросы философии»,
1973, № 6, с. 83—97.
Антонов Д. В. В кн.: XVIII Между­

228

народный психологический
кон-,
гресс. Тезисы сообщений, т. III. М.,
1966, с. 324.
Астанин Л. П. «Архив анатомии, ги­
стологии и эмбриологии», 1960, 39,
№ 8, с. 39—45.
Астауров Б. Л. «Биологический жур­
нал», 1937, 6, № 1, с. 3—50.
Астауров Б. Л. «ІТовый мир», 1971,
№ 10, с. 214—224.
Ата-Мурадова Ф. А. В кн.: Биология
и акклиматизация обезьян (матетериалы симпозиума 15—17 октяб­
ря 1973 г.). М., «Наука», 1973.
Ата-Мурадова Ф. А. «Успехи физиол.
наук», 1974, 5, № 3, с. 29—58.
Ашмари И. П. Загадки и откровения
биохимии памяти. Л., Изд-во ЛГУ,
1975.
Барта Л. В кн.: XVIII Международ­
ный психологический конгресс. Те­
зисы сообщений, т. III. М., 1966,
с. 92—93.
Батуев А. С. (ред.). Эволюция функ­
ций теменных долей мозга. Л.,
«Наука», 1973.
Белова Т. И. Архитектоника двига­
тельной области коры головного
мозга низших обезьян с проблема­
ми антропогенеза. Автореф. канд.
дисс. М., 1954.
Белова Т. И. Системное созревание
структур мозга на ранних стадиях
эмбрионального развития млекопи­
тающих. Автореф. докт. дисс. М.,
1972.
Бериташвили И. С. О нервной и био­
химической организации нервного
субстрата памяти в коре головного
мозга. V Всесоюзная конф, по ней­
рохимии. Тбилиси, 1970, с. 11—21.
Блинков С. М. Особенности строения
большого мозга человека. Височная
доля человека и обезьян. М., Медгиз, 1955.

Бунак В. В. В сб. Музея антрополо­
гии и этнографии АН СССР, т. XIII.
М,—Л., Изд-во АН СССР, 1951.
Бунак В. В. «Труды Ин-та этногра­
фии АН СССР», 1959, т. XIX.
Бунак В. В. «Труды Ин-та этногра­
фии АН СССР», 11959, т. ХІІХ.
Бунак В. В. В кн.: Ископаемые го­
миниды и происхождение человека.
М., «Наука», 1966.
Бунак В. В. В кн.: Происхождение
человека и древнее расселение чело­
вечества. «Труды Ии-та этнографии
АН СССР», нов. сер., 1966, 16,
с. 205—290.
Васина Г. В. В кн.: XVIII Междуна­
родный психологический конгресс.
Тезисы сообщений. М., 1966, с. 243.
Виноградов А. П. Живой покров пла­
неты. «Правда», 1973, 5 июня.
Вишневский А. Г. «Вопросы филосо­
фии», 1973, Ms 2, с. 53—64.
Волков Г. Научно-техническая рево­
люция: естествознание и общество­
ведение. «Правда», 1973, 11 декаб­
ря.
Войтонис И. Ю. Предыстория интел­
лекта (к проблеме антропогенеза).
М„ Изд-во АН СССР, 1949.
Герасимов Г. «Коммунист», 1970,
№ ІИ, с. ПО—116.
Голубева И. В., Иванюк М. И. В кн.:
XVIII Международный психологи­
ческий конгресс. Тезисы сообщений,
т. III. М„ 1966, 383.
Гремяцкий М. А. «Ученые записки
МГУ», 1948, вып. 115, «Труды Му­
зея антропологии», с. 247—257.
Данилова Е. И. Эволюция руки в
связи с вопросами антропогенеза.
Киев, «Наукова Думка», 1965.
Дебец Г. Ф. В кн.: Краткие сообщ.
Ин-та этнографии АН СССР, 1950,
вып. 9, с. 36—46.
Дзугаева С. Б. В кн.: Вопросы мор­
фологии нервной системы. М., «Ме­
дицина», 1973, с. 9—17.
Дубинин И. П. «Журнал экспери­
ментальной биологии», 1931, 7,
№ 5—6, с. 463—479.
Дубинин Н. П., Ромашов Д. Д. «Био­
логический журнал», 1932, № 5—6,
с. 52—95.
Дубинин Н. П. и др. «Биологический
журнал», 4934, 3, Ms 1, с. 166—206,
207—216.
Дубинин И. П. «Биологический жур­
нал», 1934, 3, № 4, с. 719—736.
Дубинин И. И. Эволюция популяций
И радиация. М-, Атомиздат, 1966.

Дубинин И. П., Глембоцкий Я. Л.
Генетика популяций и селекция.
М., «Наука», 1967.
Дубинин И. И. Горизонты генетики.
М., «Просвещение», 1970.
Дубинин Н. П. Генетика и будущее
человечества. М., «Знание», 1971.
Дубинин И. П. «Вопросы филосо­
фии», 1971, № II1, с. 36—45.
Дубинин И. П. «Вопросы филосо­
фии», 1971, М° 2, с. 55—64.
Дубинин И. П. «Вопросы филосо­
фии», 1972, № 10, с. 55—58.
Дубинин И. П. «Вопросы филосо­
фии», 1972, № 11, с. 21—29.
Дубинин И. П. и др. «Успехи совр.
генетики», 1972, № 4.
Дубинин Н. П. «Успехи совр. биоло­
гии», 1972, 73, № 2, с. 209—230.
Дубинин Н. П. «Вопросы филосо­
фии», 1972, № 3, с. 76—87.
Дубинин Н. П. «Изв. АН СССР, сер.
биол.», 1972, № 6, с. 804—821.
Дубинин И. П. «Вопросы филосо­
фии», 1973, № 4, с. 94—107.
Ефименко И. П. Первобытное обще­
ство. Очерки по истории палеоли­
тического времени. Киев, Изд-во
АН УССР, 1953.
Зубов А. А. «Вопросы антрополо­
гии», 1964, вып. 17, с. 99.
Иванова И. К. В кн.: Тезисы докл.
науч.-теорет. конф. «Атеизм и про­
блема происхождения человека».
Методологический семинар Инсти­
тута археологии АН СССР. М.,
1974. ■
Игнатьев М. В. «Антропологический
журнал», 1937, № 2, с. 27—42.
Игнатьев М. В. «Ученые записки
МГУ, антропология», 1940, вып. 34,
с. 247—257, 259—268.
Игнатьев М. В. В кн.: Краткие сообщ.
о научн. работах НИИ и Музея
антропологии МГУ за 1939 г м.,
1941, с. 15—17.
Инженерная психология. Под ред.
А. Н. Леонтьева, В. П. Зинченко и
Д. Ю. Попова. М., Изд-во МГУ,
1964.
Ирвин У. Обезьяны, ангелы и викто­
рианцы. М., «Молодая гвардия»,
1973, с. 234.
Ичас М. Биологический код. М., 1971.
Капица П. Л. Дом наш — планета
Земля. «Правда», 1973, 15 мая.
Кафиани К- А. V Всесоюзная конф,
нейрохимии. Тбилиси, 1970, с. 52—
72.
Кедров Б. М. В кн.: философия и

229

естествознание. М., «Наука», 1969,
с. 244.
Кедров Б. М. В кн.: Тезисы выступ­
ления в Академии общественных
наѵк при НК КПСС, 25 апреля
1973 г.
Клейн Е. Э. В кн.: Вопросы биохимии
нервной и мышечной систем, т. 2.
Тбилиси, 1972, с. 41—45.
Клосовский Б. Н. Основные данные
о развитии мозга ребенка. М., Медгиз, 1949.
Клосовский Б. Н. Структура и функ­
ция нервной системы. М., 1962.
Кольцова М. М. В кн.: XVIII Между­
народный
психологический кон­
гресс, т. .III. М„ 1966, с. 91.
Кольцова М. М. Обобщение как функ­
ция мозга. М., «Наука», 1967. ■
Кононова Е. П. Лобная область боль­
шого мозга. М., Медгиз, 1962.
Конорски Ю. Интегративная деятель­
ность мозга. М:, «Мир», 1970.
Котырло В. К В кн.: XVIII Между­
народный психологический конг­
ресс. Тезисы сообщений, т. III. М.,
1966, с. 109—110.
Кочеткова В. И. Палеоневрология.
М„ Изд-во МГУ, 1973.
Кроль М. Б. «Журнал невропатоло­
гия и психиатрия им. С. С. Корса­
кова», 1911', кн. 5—6.
Кроль М. Б. «За марксистско-ленин­
ское естествознание», 1932, № 3—4,
3—16.
Кроль М. Б. В кн.: Новое в учении
об апраксии, агнозии и афозии.
М.—Л., 1934, с. 5—27.
Кроль М. Б. Невропатологические
синдромы. М,—Л., Медгиз, 1936.
Ладыгина-Котс Н. Н. Дитя шимпан­
зе и дитя человека в их инстинк­
тах, эволюциях, играх, привь-.ках
и выразительных движениях. М.,
Изд-во Гос. Дарвинского музея,
1935.
Ладыгина-Котс Н. Н. Развитие пси­
хики в процессе эволюции организ­
мов. М., «Сов. паука», 1958.
Леонтьев А. Н. Проблемы развития
психики. Изд-во МГУ, 1972.
Ливанов М. И. Пространственная ор­
ганизация процессов головного моз­
га. М., «Наука», 1972.
Лурия А. Р.~ (ред.), Хомская Е. Д.
Лобные доли и регуляция психи­
ческих процессов. М., Изд-во МГУ,
1966.
Лурия А. Р. Потерянный и возвра­
щенный мир. М., Изд-во МГУ, 1971.

Майр Э. Зоологический вид и эволю­
ция. М., «Мир», 1968.
Майр Э. Принципы зоологической си­
стематики. М,. «Мир», 197і1'.
Манова-Томова В. В кн.: XVIII Ме­
ждународный психологический кон­
гресс. Тезисы сообщений, т. III. М.,
1966, с. 118.
Мацокин П. Г. Зап. Имп. Акад, наук
по физ-мат. отделению, 16. СПб.,
1904..
Монгайт А. Л. Археология Западной
Европы, т. 1. М., «Наука», 1973.
Мухина В. С. «Вопросы антрополо­
гии», 4965, вып. 21, с. 158—168.
Мюлдуорф В. В кн.: Какое будущее
ожидает человечество? Изд. «Мир
и социализм», Прага, 1964, с. 286—
291.
Нестурх М. Ф. Человеческие расы.
3-е изд. М., «Просвещение», 1965.
Нестурх М. Ф. Происхождение чело­
века. 2-е изд. М., «Наука», 1970.
Ожигова А. П. «Советская антропо­
логия», 1958, № 4, с. 37—50.
Ожигова А. П. Архитектоника коры
затылочной области больших полу­
шарий приматов. Автореф. канд.
дисс. М., 1960.
Павловский О. М. В кн.: На берегу
Маклая. М., «Наука», 1975.
Павлов И. П. Поли. собр. соч., т. III,
кн. I. М„ 1951, с. 207.
Пенфилд В., Джаспер Г. Эпилепсия
и функциональная анатомия голов­
ного мозга человека. М., ИЛ, 1958.
Пенфилд В., Робертс Л. Речь и моз­
говые механизмы. Л., «Медицина»,
1964.
Плеханов Г. В. Избранные философ­
ские произведения, т. I. Госполитиздат, 1956, с. 610.
Полякова Р. С. «Архив анатомии,
гистологии и эмбриологии», 39,
№ 8, с. 58—64.
Поршнев Б. Ф. О начале человече­
ской истории. М., «Мысль», 1974.
Решетов Ю. Г. «Вопросы антрополо­
гии», 1962, вып. 11.
Рогинский Я- Я. «Антропологический
журнал», 1933, № 3, с. 83—103.
Рогинский Я- Я- «Антропологический
журнал», 1936, № 3, с. 346—351.
Рогинский Я. Я- «Антропологический
журнал», 1937, № 2, с. 43—64.
Рогинский Я. Я. «Успехи совр. биоло­
гии», 1938. 9. № 1, с. 115—136.
Рогинский Я- Я- «Труды Ин-та этно­
графии АН СССР», нов. сер., 2,
1947, с. 5—23.

230

Рогинский Я. Я- Новые теории проис­ Стрельников И. Д. Анатомо-физио­
хождения человека. Изд-во «Прав­
логические основы видообразова­
ния позвоночных. Л., «Наука», 1970.
да», 1948, с. 27.
Тонкова-Ямпольская Р. В. В кн.:
Рогинский Я. Я. Теория моноцен­
XVIII Международный психологи­
тризма и полицентризма в пробле­
ме происхождения человека и его
ческий конгресс. Тезисы сообщений,
т. III. М, 1966, с. 95—96.
рас. М., Изд-во МГУ, 1949.
Рогинский Я- Я- В кн.: Происхожде­
Таран А. Украина, № 22, 1973, (фото
ние человека и древнее расселение
на обложке) «А я сам».
человечества. «Труды Ин-та этно­
Тих Н. А. Поведение обезьян в свете
графии АН СССР», 1951, 16.
проблемы антропогенеза. XII. Изу­
Рогинский Я- Я-, Левин М. Г. Осно­
чение поведения животных. Мате­
вы антропологии. М., Изд-во МГУ,
риалы совещания по психологии
1955, с. 456—492.
1—6 июля '1956 г. М., Изд-во АПН
Рогинский Я- Я- «Советская этногра­
РСФСР.
фия», 1956, № 4, с. 11'—17.
ф Тих И. А. Предыстория общества. Л.,
Изд-во ЛГУ, 1970.
Рогинский Я- Я- «Архив анатомии,
гистологии и эмбриологии», 1959,
Урысон М. И. В кн.: У истоков чело­
36, № 1, с. 83—89.
вечества (основные проблемы ан­
Рогинский Я- Я- «Вопросы антропо­
тропогенеза). М., Изд-во МГУ,
1964, с. 89—152.
логии», 1970, № 35, с. 22—30.
Румянцев А. М. О партийности твор­
Фабри К. Э. «Советская антрополо­
гия», 1958, 2, № 1, с. 23—31.
ческого труда советской интелли­
Фабри К. Э. В кн.: XVII Междуна­
генции. «Правда», 1965, 9 септ.
родный психологический конгресс.
Рычков Ю. Г. В кн.: Проблемы эво­
люции, 1. Новосибирск, «Наука»,
Тезисы сообщений, т. 1. М., 1966,
с. 15—16.
1968, с. 212—236.
Северцов А. Н. Морфологические за­ Федоренко Н. П. «Вопросы филосо­
кономерности эволюции. М.— Л.,
фии», И'973, № 10, с. 37.
^Федосеев П. Н. Социальные и биоло­
Изд-во АН СССР, 1939.
гические факторы развития челове­
Северцов А. И. Собрание сочинений,
5. М.—Л, Изд-во АН СССР, 1949,
ка. «Вопросы философии», 1972, 9,
с. 216.
с. 124—125.
Семенов С. А. В кн.: У истоков чело­
Фирсов Л. А. «Вопросы антрополо­
гии», 1963, вып. 13.
вечества (основные проблемы ан­
Фролов И. Т. Загадка жизни, науч­
тропогенеза). М., Изд-во МГУ, 1964.
ный поиск и философская борьба.
Семенов С. А. Развитие техники в
«Вопросы философии», 1972, № 3,
каменном веке. Л., «Наука», 1968.
с. 88.
Семенов Ю. И. «Вопросы антрополо­
Хиден X. Функциональная морфоло­
гии», 1960, № 3, с. 46—65.
гия клетки. М.— Л., 1963.
Семенов Ю. И. Возникновение чело­
Хиден X., Ланге П. Синтез кислых
веческого общества. Красноярск,
белков в нервных клетках при фор­
1962.
мировании
нового
поведения.
Семенов Ю. И. «Вопросы антрополо­
«Эвол. биохим. и физиол.», 1969,
гии», 1963, № 14, с. 117—121.
т. V, с. 145—153.
Семенов Ю. И. В кн.: У истоков че­
Четвериков С. С. В кн.: Тр. III Все­
ловечества. М., Изд-в э МГУ, 1964,
российского съезда зоологов, ана­
с. 281й—317.
томов и гистологов. Л., Изд. Главн.
Семенов Ю. И. «Народы Азии и Аф­
упр. научи, учрежд., 1928, с. 52—54.
рики», 1965, № 4, с. 69—89.
Семенов Ю. И. Как возникло челове­ ^Шарден де Тейяр. Феномен человека.
М., Изд-во «Прогресс», 1'965, с. 275.
чество. М., «Наука», 1966.
Шевченко Ю. Г. В кн.: Труды Ин-та
Скворцова Т. А. «Архив анатомии,
мозга. М„ 1936, 2, с. 155—275.
гистологии и эмбриологии», 1960,
Шевченко Ю. Г. «Вестник АМН
38, № 4, с. 34—44.
СССР», 1956, № 5, с. 35—46.
Станкевич И. А. Вопросы эволюции
Шевченко Ю. Г. Эволюция коры моз­
коры большого мозга и ошибочная
га приматов и человека. М., Издих трактовка некоторыми зарубеж­
во МГУ, 1971.
ными авторами. М., Изд-во «МедШевченко ІО. Г. Развитие коры мозгиз», 1960, с. 107—121.

231

га человека в свете онто-филогенетических соотношений. М., «Меди­
цина», 1972.
Шевченко Ю. Г. Эволюция мозга при­
матов и формирование биосоциаль­
ной сущности человека. Биология
и акклиматизация обезьян. (Мате­
риалы симпозиума 15—17 окт.
1973 г.). М., «Наука», 1973.
Шмальгаузен. И. И. Пути и законо­
мерности эволюционного процесса.
М,—Л„ Изд-во АН СССР, 1939.
Шмальгаузен И. И. Кибернетические
вопросы биологии. Новосибирск,
«Наука», 1968.
Шошар П. Человеческий мозг — ор­
ган прогресса. Материалы Междунар. обмена мнениями «Какое бу­
дущее
ожидает
человечество?».
Прага, Изд. «Мир и социализм»,
1964, с. 271—279. ‘
Экклс Дж. Физиология синансов. М.,
«Мир», 1968.
'• Эшби У. Росс. Конструкция мозга.
Происхождение адаптивного пове­
дения. М., Изд-во ИЛ, 1962.
Якимов В. П. «Природа», 1949, с. 10.
Якимов В. П. В кн.: Происхождение
человека и древнее расселение че­
ловечества. «Труды Ин-та этногра­
фии АН СССР, нов. сер.», 1951, 16,
с. 7—88.
Якимов В. П. В кн.: Современная
антропология. М., Изд-во МГУ,
1964.
Якимов В. П. В кн.: Ископаемые го­
миниды и происхождение человека.
М., «Наука», 1966.
Якимов В. П. Стадии и внутристадийная дифференциация в эволюции
человека. Автореф. докт. дисс. М.,
Изд-во МГУ, 4967.
Якимов В. П. «Вопросы антропогене­
за», 1974, вып. 48, 50.
Яковлева С. В. В кн.: XVIII Между­
народный психологический кон­
гресс. Тезисы сообщений, т. III. М.,
1966, с. 108.
Ярко А. И. Алтае-Саянские тюрки.
Абакан, Хакасское обл. нац. изд-во.
Allen J. А. Ann. al Report Smithsonian
Inst, for 1905. Washington, 1906,
374—402.
Allison A. C. «Ann. Human Genet.»,
1956, 21, N 1, 67—89.
Allison A. C. «Ann. N. Y. Acad. Sei.»,
1961, 91, N 3, 710—729.
Allison A. C. In: Immunity to Proto­
zoa. Oxford, 1963, p. 109—122.
Allison A. C. «Cold Spring Harbor

232

Symp. Quant. Biol.», 1964, 29, 137—
149.
Ardrey R. The Territorial Imperative.
N. Y„ Atheneum, 1966, 103, 251.
Ardrey R. Adam Kam aus Africa. Munchen 1969
Barker P. T. «Amer. Naturalist», 1958a,
92, N 867, 337—357.
Barker P. T. «Amer. J. Physiol. Anthropol.», 1958b, 16, N 3, 287—305.
Barnicot N. A. «Cold Spring Harbor
Symp. Quant. Biol.», 1959, 24, 115—
129.
Barski G., Sorieul S., Cornefert F. «С.
r. Acad. sci. Paris», 1960, 251, N 17,
1825—1827.
Biasutti R. Le razze e i populi della
terra, 1. 3 ed. Torino. 1959.
Bridsell J. B. «Cold Spring Harbor
Symp. Quant. Biol.», 1957, 22, 47—
69.
Blum H. F. Carcinogenesis by Ultra­
violet Light. Princeton, New Jersey,
1969.
Blum H. F. «Quart. Rev. Biol.». 1961,
36, N 1, 50—63.
Blumenbach J. F. De generis humani
varietate nativa liber. Goettingae,
1775.
Boyd W. C. Genetics and the Races
of Man. Boston, 1950, p. 210—251.
Boyd W. C. In: Anthropology Today.
Chicago, 1953, p. 488—506.
Bridges E. L. The Uttermost Part of
the Earth. N. Y„ 1950.
Broom R., Schepers G. W. The South
African Fossil Apeman: the Australopithecinae. Transvaal, Mas. Me­
moir. Pretors 1946, N 2.
Broom R., Robinson J., Shepers G. IF.
Srerofontein ape-man. Plesinanthropus. Transwoal. Mas. Memoir. Yoganesburg, 1950, N 4.
Candela P. B. «Human Biol.», 1942,
14, N 4, 418—443.
Chamberlain H. S. The Foundations
of the Nineteenth Century. N. Y.,
1912.
Childe V. G. Social Evolution. N. Y.,
1951.
Conel J., Le Roy. The Postnatal Deve­
lopments of the Human Cerebral
Cortex, v. I, 1939; v. II, 1951; v. Ill,
1955; v. IV, 1959. Cambridge.
Coon C. S., Garn S. M., Birdsell J. B.
Races. A Study of the Problems of
Race Formation in Man. Springfield,
1950.
Cowles R. B. «Amer. Naturalist», 1959,
93, N 872, 283—293.

Critchley M. The Parietal Lobes. Lon­
don, 1953.
Dart R. «Nature», 1925, 115.
Dart R. «Amer. J. Phys. Anthropol.»,
1948, 6, N 3, 1948.
Deckey E. S. The Human Population,
1960.
De Serres F. J. «Mutation Res.», 4973,
21, N 4, 201—202.
De Serres F. J. «Mutation Res.», 1974,
26, N 1, 1—2.
Dobzhansky Th. Mankind Evolving.
New Haven — London, 1962.
Edwards R. G. In: The Social Impact
of Modern Biology. London, 1971,
p. 108—121.
Flecksig P. Meine myelogenetische
Hirnlehre. Berlin, J. Springer, 1927.
Fleure H. J. «Georg. Rev.», 1945, 35,
N 4, 580—595.
Four Statements on the Race Question.
Paris, UNESCO, 1969, p. 30—35,
36—43, 44—49, 50—56.
Gabridge M. G., Legator M. S. «Proc.
Soc. Exptl. Biol, and Med.», 1969,
130, 3, 831—834.
Garn S. Human Races. Springfield,
1961.
Gates R. R. Human Genetics, v. 1, 2.
N. Y„ 1946.
Geschwind N. «Brain», 1965, 88, pt 2,
237—294.
Gesell A. Wolf Child and Human In­
fant. N. Y., 1941.
Glass B. In: Genetics and the Future
of Man. Amsterdam, 1966, p. 25—47.
Gloger C. L. Das Abändern der Vögel
durch Einfluss des Klimas. Breslau,
1833.
Gobineau A. de. Essai sur l’inégalité
des races humaines. Paris, Firmin —
Didot et Cie, 1854.
Gottesman I. I. In: Evolutionary Bio­
logy, v. 2. N. Y., Appleton — Centu­
ry—Crofts, 1968, p. 276—320.
Grant W. F. «Mutation Res.», 1973,
21, N 4, 221—222.
Gurdon J. B. «Proc. Roy. Soc. Lon­
don», 1970, 176 B, 303—314, 1044.
Harrison R. L, Montagna W. Man. N.
Y„ 1969.
Hauser P. M. «Science», 1960, 131,
N 3414, 1641 — 1647.
Hooton É. A. The American Criminal.
Cambridge, 1939, Hardlika, 1927.
Howells W. W. Mankind in the Ma-,
king. The Story of Human Evolu­
tion. London, 1964.
Iltis H. H., Loucks O. L., Andrems P.
«Bull. Atomic Scientists», 1970, 1, 4.

233

Khorana H. G. Proc. Plenary Session
Seventh Internat. Congr. Biochem.
Tokyo, 1967, 36, 17—39.
Lancaster I. B. In: The Origin of Man.
De. Bore (Ed.), N. Y„ 1965.
Landsteiner K. Zbl. Bakterioh, Abt. I,
Orig., 1900, 27, 357—362.
Landsteiner K. «Wien. klin. Wochenschr.», 1901, 14, 1132—1134.
Landsteiner K., Levine P. «Proc. Soc.
Exptl Biol, and Med.», 1927, 24, N 9,
941—942.
Landsteiner K-, Wiener A. S. «Proc.
Soc. Exptl Biol, and Med.», 1940,
43, N 1, 223.
Lapouge G. V. de. L’aryen, son role
social. Paris, 1899.
Leareaz R. E. 1970, «Nat. Geogr.»,
1973, 143, N 6.
Lessek A. M. The Human Brain; from
Primitive to Modern. Springfield,
1957.
Lenz F. Menschliche Auslese und Ras­
senhygiene (Eugenik). 3. Aufl. Mün­
chen, 1931, S. 415.
Lerner I. M. Heredity, Evolution, and
Society. San Francisco, 1968, p. 222.
Lorenz K. In: Physiological Mecha­
nisms in Animal Behaviour. Cam­
bridge, 1950, p. 221—268.
Lorenz K. Das sogenannte Böse; zur
Naturgeschichte der Aggression.
Wien, 1965.
Lorenz K. In: Gesammelte Abhandlun­
gen, 1967, 11.
Mayr E. Systematics and the Origin
of Species. N. Y., 1942.
Mayr E. Animal species and evolu­
tion. Cambridge, 1963, p. 622—662.
McKusick V. A. Mendelian inheritan­
ce in Man. Catalogs of Autosomal
Dominant. Baltimore, Autosomal
Recessive and X-linked Phenotypes,
1968.
Medawar P. B. «J. Anat.», 1945, 79,
N 4, 157—176.
Merril C. R., Geier M. R., Petricciani
J. C. «Nature», 1971, 233, N 5319,
398—400.
Mourant A. E. The Distribution of the
Human Blood Groups. Oxford, 1954.
Mourant A. E., Kopec A. C., Domaniewska-Sobczak K. The ABO Blood
Groups. Comprehensive Tables and
Maps of World Distribution. Oxford,
1958.
Neel J. V., Schull W. J. Human Here­
dity. Chicago, 1954.
Newman M. T. «Amer. Anthropolo­
gist», 1953, 55, 311—327.

Newman R. W., Munro Ë. H. «Amer.
J. Phys. Anthropol.», New Ser.,
1955, 13, N 1, 1—17.
Price Ch. «Chem, and Engng News»,
1965, 43, N 38, 90—91.
Ray C. «J. Morphol.», 1960, 106, N 1,
85—108.
,
Reche 0., Lehmann IF. In: Die Evo­
lution der Organismen. 2 Aufl. Stutt­
gart, 1959, S. 1143—1191'.
Rensch B. Homo sapiens. Vorn Tier
zum Halbgott. Göttingen, 1959.
Roberts D. F. «Amer. J. Phys. Anthro­
pol.», New Ser., 1953, 11, N 4, 533—
558.
Rogers E. «Nature», 1966, 212, N 5067
p. 1220—1222.
Ruddle et al. «Nature», 1970, 222 248—
257.
Rumbaugh D. «Yorkes Newsletter»,
1971, 8, N 2.
Sahlins M. D., Service E. R. Evolution
and Culture. Ann Arbor, 1960.
Schneiders J. A., Weiss M. C. «Proc
Nat. Acad. Sei. USA», 1971, 68 N 1
127—131.
Scholander P. F., Walters V., Hock R
Irving L. «Biol. Bull.», 1950a, 99
N 2, 225—236.
Scholander P. F„ Hock R„ Walters V.,
Johnson F„ Irving L. «Biol. Bull»'
1950b, 99, N 2, 237—258.
Scholander P. F„ Hock R„ Walters V,
Irving L. «Biol. Bull.», 1950c, 99
N 2, 259—271.
Scholander P. F. «Evolution», 1955, 9
N 1, p. 15—26.
Scholander P. F„ Hammel H. T., Hart
J. S., LeMessurier D. H„ Steen I.
«J. Appl. Physiol.», 1958a, 13, N 2,
211—218.

Scholander P. F., Hammel H. T., An^
dersen K. L., Loyning Y. «J. Appl.
Physiol.», 1958b, '12, N 1, 1—8.
Schulz A. H. «Anthropol. Anz.», 1962,
25, N 2—3.
Schwidetzky I. «Experientia», 1952, 8,
N 3, 85—98.
Sears E. R. Genetics, 1944, 29, N 3,
232—246.
Simpson G. G. Los Indios Kamarakotos. Karacas, 1940.
Simpson G. G. «Science», 1966, 152,
N 3721, 472—478.
Stern C. Principles of Human Genetics.
2-d ed. San Francisco — London,
1960.
Steward J. H. In: Evolution After Dar­
win, v. 2. (Ed.), S. Tax. Chicago,
1960, p. 169—186.
Temin H. M., Mizutani S. «Nature»,
1970, 226, N 5252, 1211 — 1213.
Tobias P. «Nature», 1963, 197.
Trevor J. «Eugen. Lab. Mem.», 36.
Cambridge, 1953.
Vogt C., Vogt O. «J. Psychol. Neurol.»,
1919—1920, 25, N 1.
Walter H. «Homo», 1958, 9, N 1, 1—13.
Weidenreich F. Apes, Giants and Man.
Chicago, 1947.
White L. The Science of Culture. N. Y.,
1949.
White L. «Amer. Anthropologist», 1959,
61, N 2, 227—251.
Wright S. «Genetics», 1931, 16, N 2,
97—159.
Wright S. «Evolution», 1948, 2, N 4,
279—294.
Yakovlev P. I., Lecours A.-R. In: Re­
gional Development of the Brain in
Early Life. Minkowski, (Ed.), 1967.

ОГЛАВЛЕНИЕ

Введение............................................ . -

........................................

3

О скачке в истории органической жизни при появлении че­
ловека ...................................................................................................

14

ГЛАВА ПЕРВАЯ

ГЛАВА ВТОРАЯ

О социальном наследовании и социальной программе ...

22

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Пути и факторы эволюции мозга человека............................

29

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Генетика и социальные проблемы............................................

138

ГЛАВА ПЯТАЯ

Учение о расах и генетика человека .......................................

163

ГЛАВА ШЕСТАЯ

Генетика и будущее человечества............................................

184

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

О взаимодействии общественных наук и биологии ....

211

Заключение...........................................................

224

Николай Петрович
ДУБИНИН,
Юлия Григорьевна
ШЕВЧЕНКО

НЕКОТОРЫЕ ВОПРОСЫ
БИОСОЦИАЛЬНОЙ ПРИРОДЫ
ЧЕЛОВЕКА
Утверждено к печати
Институтом общей генетики
АН СССР

Редактор В. А. Шуков
Художник А. Г. Кобрин

Художественный редактор А. Н. Жданов
Технические редакторы В. Д. Прилепская,
Ю. В. Рылина
Корректоры М. М. Баранова, И. С. Шабалина

Сдано в набор 31/ІП 1976 г.
Подписано к печати 2/ѴІІІ 1976 г.
Формат 60Х 907іб. Бумага типографская № 1.
Усл. печ. л. 14,75. Уч.-изд. л. 15,8.
Тираж 4300. Т-09092. Тип. зак. 465
Цена 1 р. 15 к.
Издательство «Наука.».
103717 ГСП, Москва, К-62, Подсосенский пер., 21

2-я типография издательства «Наука».
121099, Москва, ’Г-99, Шубинский пер., 10

uJ о