Вопросы истории №09 за 1987 год

И. В. Галкин, А. С. Маныкин, В. О. Печатнов - Двухпартийная система в политической истории США

$Комплексная программа \$

Д. А. Авдусин - Х. Ломяньский. Русь и норманны

В. А. Артамонов - В. Е. Возгрин. Россия и европейские страны в годы Северной войны. История дипломатических отношений в 1697-1710 гг

Н. И. Басовская, А. И. Комиссаренко - История крестьянства в Европе. Эпоха феодализма. В 3-х тт. Т. II. Крестьянство Европы в период развитого феодализма

О. В. Григорьева. М. Е. Скрябин, Л. Н. Гаврилов. Светить можно - только сгорая. Повесть о Моисее Урицком

П. Г. Яковенко. И. А. Хижняк. США: государство, бизнес и культура 60 - 80-х годов XX столетия

Статьи в советских периодических изданиях

Т. Г. Игумнова - Научные чтения в Государственном Историческом музее

К. Г. Левыкин - Государственный Исторический музей начинает перестройку

$И. И. Ильина - \$ Хроникальные заметки

В. И. Уколова - Э. Гарэн. Избранные работы

Tags: история журнал журнал вопросы истории

ISBN: 0042-8879

Year: 1987

Similar

Вопросы истории №09 за 1966 год

Вопросы истории №4 за 1987 год

Вопросы истории №07 за 1987 год

Вопросы истории №01 за 1965 год

Text

АКАДЕМИЯ НАУК СССР, ОТДЕЛЕНИЕ ИСТОРИИ, МИНИСТЕРСТВО ВЫСШЕГО
И СРЕДНЕГО СПЕЦИАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ СССР
ОПРОСЫ
ЕЖЕМЕСЯЧНЫЙ ЖУРНАЛ
Выходит с 1926 г-ода
МОСКВА. ИЗДАТЕЛЬСТВО «ПРАВДА»
№ 9
СЕНТЯБРЬ
1987
СОДЕРЖАНИЕ
СТАТЬИ
Б. С. Абалнхин (Волгоград), В, А. Дунаевский — К. Маркс и Ф. Энгельс — ис¬
торики войны 1812 года 3
А. И. Козлов (Ростов н/Дону) — «Вандейские силы» в российских револю¬
циях 20
Б. А. Рояжов — Общие принципы чартизма 36
И. В. Галкин, А. С. Маныкин, В. О. Печатное — Двухпартийная система в по¬
литической истории США 50
ДИСКУССИОННЫЕ ПРОБЛЕМЫ
Й. Херрманн (ГДР) — Общество у германских и славянских племен и народ¬
ностей между Рейном и Одером в VI—XI веках 63
ИСТОРИЧЕСКИЕ ОЧЕРКИ
Н, П. Ефремова — В. Н. Никитина (Жандр) — одна из первых русских социа¬
листок 86
Комплексная программа
«Этническая история и современные национальные процессы» 97
ИСТОРИЧЕСКАЯ НАУКА В СССР
В Отделении истории АН СССР
А. III.— В Бюро Отделения
В высшей школе
И. Я. Лернер — Обучение истории в школе и высшее историческое образова¬
ние , 120

Рецензии
Л. И. Драницына — История рабочего класса Белорусской ССР. Т. 3. Рабочий
класс БССР накануне и в годы Великой Отечественной войны, в период
упрочения и развития социалистического общества (1938—19Б0) . . . 127
A. Б. Головко (Киев) — А. II. Сахаров. «Мы от рода русского,,.» Рождение
русской дипломатии 129
Д. А. Авдусин — X. Ломяньский. Русь и норманны 132
К. С. Лилуашвили (Тбилиси) — Болгаро-российские обществешю-иоднтыческие
связи в 50—70-е годы XIX вока 134
B. А. Артамонов — В. Е. В о з г р и и. Россия и европейские страны в годы Се¬
верной войны. История дипломатических отношений в 1697—1710 гг. . . 136
Н. И. Басовская, А. И. Комиссарепко — История крестьянства в Европе. Эпоха
феодализма. В 3-х тт. Т. И. Крестьянство Европы в период развитого фео¬
дализма 140
Коротко о книгах: Е. Т. Мельникова. А. И. Исмаилов, Э. И. Исмаилова. Социа¬
листический быт советского народа. Достижения, ретроспектива, перспек¬
тивы; М. В. Михаилина (Черновцы), М. Т. Шепета (Черновцы). А. В. Ли-
холат. Национализм — враг трудящихся: анализ исторического опыта
борьбы против национализма; О. В. Григорьева, М. Е. Скрябин, Л. Н. Гав¬
рилов. Светить можно — только сгорая. Повесть о Моисее Урицком;
П. В. Акулышш. Б. В. Лазарев. Чаадаев; П. Г. Яковенко. И. А. Хижняк.
США; государство, бизнес и культура 60—80-х годов XX столетия . . . 144
Новые книги 148
Статьи в советских периодических изданиях 151
Т. Г. Игумнова—Научные чтения в Государственном Историческом музее 154
К. Г. Лешдкии — Государственный Исторический музей начинает перестройку 155
И. И. Ильина — «Круглый стел» о воспитании молодежи историей 157
Хроникальные заметки . . 158
ИСТОРИЧЕСКАЯ НАУКА ЗА РУБЕЖОМ
Рецензии
Ю. Я. Вин —- Ж. П. М а песка. Русские путешественники в Константинополь
в XIV и XV веках 161
Е. И. Унолова--Э. Г а р :■) н. Избранные работы . . . 164
А. В. Гоетенков (Ленинград) — Политическая корреспонденция Ф. Эйлеибур-
га. Т. 1. От объединения Германии до «нового курса». 1866—1891 гг.; Т. 2.
В центре правительственного кризиса 1892—1895 гг.; Т. 3. Кризисы, война
и катастрофы. 1895—1921 гг 166
По страницам зарубежных журналов
Содержание журналов, выходящих в социалистических странах 171
Хроникальные заметки 173
НАУЧНЫЕ ЗАМЕТКИ
Ф. Э. Феизуллаес (Баку) — Участие Советского Азербайджана в международ¬
ном культурном и научном обмене в 211—30-е годы . 177
ФАКТЫ, СОБЫТИЯ, ЛЮДИ
C. М. Журкнпа (Хабаровск) — Иноиздат в Великую Отечественную 181
И. 11. Якубова (Нальчик) — Кабарда в русско-турецких отношениях середины
XVIII века 184
Сведения об авторах 189
Резюме статей на английском языке 190
(q) Издательство «Правда». «Бопросы истории», 19S7.

ч ■■■«■ 1 •—-
СТАТЬИ
К. МАРКС И Ф. ЭНГЕЛЬС -ИСТОРИКИ ВОЙНЫ
1812 ГОДА
Б. С. Абалихии, В. А, Дунаевский
Основоположники марксизма уделили немало внимания истории
войны 1812 года. Между тем исследования советских историков1
не дают об этом четкого и суммарного представления. Имеющиеся дан¬
ные лапидарны и отрывочны и обычно повторяют друг друга. Как пра¬
вило, не учитываются и особенности источников, использованных Марк¬
сом и Энгельсом. Лишь фронтальное изучение их сочинений позволит
судить о системе взглядов основоположников марксизма на войну
1812 г.—высказывания, оценки и характеристики ее событий, фактов и
отдельных деятелей содержатся более чем в 50 их работах. Это статьи,
написанные ими для «Новой американской энциклопедии» (The New
American Cyclopaedia): «Бернадот», «Вертье», «Бесьер», принадлежащие
деру Маркса, «Барклай-де-Толли», «Беннигсен», написанные Марксом
совместно с Энгельсом, «Армия», «Бородино», «Кампания», «Сражение»,
«Беннигсен и Барклай», подготовленные Энгельсом.
Вопросы истории войны 1812 г. нашли отражение и в таких рано-
тах, как «Гражданская война во Франции», «Классовая борьба во
Франции с 1848 по 1850 г.», «Реорганизация английского военного ве¬
домства», «Парламентские дебаты», «Революционная Испания», «Второе
воззвание о фраико-нрусской войне», «Об освобождении крестьян в
России» Маркса, «Внешняя политика русского царизма», «Возможности
и перспективы войны Священного союза против Франции в 1852 г.»,
«Военные силы России», «Продвижение России в Средней Азии», «По и
Рейн», «Армии Европы» Энгельса, «Британская политика», «Развитие
военных действий», написанные совместно Марксом и Энгельсом,
и в ряде их других произведений.
Тщательно собирали они литературу по различным отраслях! знаний,
в том числе по военной истории. «В Кёльне я по дешевке раздобыл
библиотеку одного отставного прусского артиллерийского офицера н в
течение некоторого времени опять стал чувствовать себя настоящим
бомбардиром» 2,~ сообщал 12 апреля 1853 г. Энгельс И. Вейдемейеру.
1 См., па.ирм Бескровный Л. Г. Отечественная война 1812 г. М. 1902, с. 40 43;
Жилин’П. А. Вопросы истории в трудах Карла Маркса. Б кн.: Карл Маркс я
военная история. М. 1900; Селезнев К. Л. Энгельс как критик буржуазной воен¬
ной историографии. Б кн.: Из истории марксизма. Сб. статей к 140-летию си дня
рождения Фридриха Энгельса. М. 1961; Росту нов И. И. Вопросы военной истории
с произведениях Ф. Энгельса. В сб.: Фридрих Энгельс и военная история. М. 1972;
Баб и н А. 11. Формирование и развитие военно-теоретических взглядов Ф. Энгельса.
М. 1975.
■ Маркс К, и Э и г е л ь с Ф. Соч, Т. 28, с. 486 -487.
3

В библиотеке Маркса в Лондоне имелся специальный раздел «Русское
в моей библиотеке». Всего же, как установили советские публикаторы,
в библиотеках основоположников марксизма насчитывалось 364 наиме¬
нования русских книг, статей и т. д. по различным вопросам истории
России, в том числе военной 3. Маркс и Энгельс следили за периодиче¬
ской печатью, в которой публиковались документы. «В «Moniteur» на¬
печатаны выдержки из переписки Наполеона» отмечал И марта
1858 г. Маркс в статье «Знамения времени».
Как правило, основоположники марксизма называли работы, на осно¬
ве которых создавали свои произведения. Эти ссылки позволяют выявить
круг источников и литературы, использованных ими при освещении раз¬
личных вопросов войны 1812 года. Внешнеполитический аспект темы
они отразили, опираясь в первую очередь на собрание трактатов и кон¬
венций Ф. Мартенса5, вопросы стратегии французского полководца —
на основе «Мемуаров», освещающих историю Франции во время прав¬
ления Наполеона (составлены па острове Св. Елены соратниками
Наполеона, разделившими его участь пленника). Эти мемуары были
опубликованы но рукописям, выправленным рукою самого Наполеона 6.
Эта же сторона деятельности французского императора была рассмотре¬
на по 4-му тому сочинения А. Жомили7, различные аспекты Бородин¬
ской битвы — по книге Т. Беригарди 8.
Маркс и Энгельс широко привлекали воспоминания участников и
современников нашествия Наполеона на Россию — мемуары начальника
генерального штаба его армии маршала Л. А. Бертьеэ, французского
посланника в Варшаве аббата Д. де Прадта 10, французского диплома¬
та и политического деятеля, личного секретаря Наполеона в 1797—
1802 гг. Л. А. Ф. де Бурьенна ", книги бывшего прусского военного
министра Ф. Вальдерзее1г, английского дипломата, находившегося
в 1812 г. при штабе русской армии, Д. Каткарта 13. Брошюра прусско¬
го маршала К. Ф. Кнезебека14 и сочинение прусского реакционного
историка Г. Д. Бюлова 15, на полях которого были сделаны замечания
Наполеоном во время его пребывания на острове Св. Елены, также
были известны Марксу и Энгельсу, которые цитировали их при харак¬
теристике войн конца XVIII — начала XIX века. Так, в статье «Вой¬
3 См. Русские книги в библиотеках К. Маркса и Ф. Энгельса. М. 1979. В част¬
ности, Энгельсу были известны книги о войне 1812 г. Д. П. Бутурлина и А. И. Ми¬
хайловского-Данилевского. которые он оценивал весьма невысоко (см. Марк с К.
и Энгельс Ф. Соч. Т. 44, с. 192).
4 Маркс К. и Энгельс Ф. Соч. Т. 12, с. 420.
5 М а р т е н с Ф. Собрание трактатов и конвенций, заключенных Россиею с
иностранными державами. Тт. 1-14, СПб. 1874—1909, При жизни Маркса и Энгельса
вышли из печати 10 томов, в которых были опубликованы союзные договоры 1812 г.
России с Англией, Испапией, Швецией и мирный договор с Турцией.
6 Mémoires pour servir à l'histoire de France sous Napoléon écrits à Sainte-
Hélène, par les généraux qui ont partagé sa captivité et publiés sur les manuscrits
entièrement corrigés de la main de Napoléon. P. 1823.
7 Jomini A. La vie politique et militaire de Napoléon. T. 4. P. 1827.
8 Bern hardi Th. Denkwürdigkeiten aus dem Leben des kaiserl. russ. Generals
von der Infanterie Carl Friedcrich Grafen von Toll. Bd. 1-4. Leipzig. 1856.
9 Mémoires du maréchal Berthier. Pt. 1-2. P. 1827.
10 Pradt D. Mémoires historiques sur la révolution d’Espagne. P. 1816; е j u s d.
Du Congre de Vienne. T. 1. P. 1815.
11 Mémoires de M. de Bourrienne. ministre d’état, sur Napoléon, le Directoire,
le Consulat, l’Empire et la Restauration. T. 1-12. P. 1829.
12 Waldersee F. Die französische Armee auf dem Exerzirplatze und im Felde.
Brl. 1861.
13 Cathcart G. Commentaries on tlie War in Russia and Germany in 1812 and
1813. Lnd. 1850.
14 Knesebeck K. F. Denkschrift betreffend die Gleichgewichtslage Europas
beim Zusammentritte des Wiener Congresses. Brl. 1854,
15 Вülow H. D. Histoire de la campagne de 1800 en Allemagne et en Italie.
P. S. a.
4

на» Энгельс привел сценку Наполеоном военной школы Бюлова: «Ве¬
ликий Наполеон сказал, что его (Бюлова,— Авт.) наука — наука пора¬
жения, а не победы» 16.
По своему научному уровню работы тогдашних дворянских и бур¬
жуазных военных историков были далеко не равноценны. Например,
Маркс и Энгельс широко использовали сочинения Жомыни. Автор
привлек документы главного штаба французской армии, оперативную
переписку Наполеона, материалы русского воеппого архива. В ЦГВИА
СССР хранятся дела, из которых видно, что Жомини в 1815—1816 гг.
(в бытность свою на русской службе) имел доступ к документам дан¬
ного архива, а когда выехал на родину, получил их копии11. Это по¬
зволило ему достаточно объективно осветить различные вопросы войны
1812 г., прежде всего стратегию и тактику Наполеона.
Энгельс называл Жомини «лучшим историком» наполеоновских по¬
ходов 18. Маркс и Энгельс были высокого мнения и о военно-теоретиче¬
ском сочинении К. Клаузевица «О войне» 19, увидевшем свет в 1832 г.,
уже после смерти автора. Первым с ним ознакомился Энгельс и поде¬
лился своими впечатлениями с Марксом. «Манера философствовать
странная,—писал он 7 января 1858 г.,— но по существу очень хорошо» 20.
Маркс ответил, что бегло просмотрел труд Клаузевица при подготовке
статьи «Блюхер» и обнаружил у него «известный здравый смысл, гра¬
ничащий с остроумием» 21. В статье «Армии Европы» Энгельс подчер¬
кивал: «Клаузевиц является таким же признанным во всем мире авто¬
ритетом в своей области, как и Жомини» 23. При характеристике дея¬
телей и событий эпохи наполеоновских войн основоположники научного
коммунизма неоднократно обращались к этому труду.
В статье «Кампания»23 Энгельс, опираясь на работу Клаузевица,
сделал важный вывод о том, что русские войска преследовали остатки
наполеоновской армии непрерывно, не только в конце 1812 г., но и в
начале 1813 г., а следовательно, между Отечественной войной и загра¬
ничными походами не было оперативной паузы вопреки мнению дво¬
рянских историков24. «Клаузевиц справедливо замечает,— писал Эн¬
гельс,— что кампания 1812 г., очевидно, закончилась пе 31 декабря
этого года, когда французы были еще на Немане и когда их отступле¬
ние было в самом разгаре, а лишь с переправой их через Эльбу в фев¬
рале 1813 г.» 25.
Особое значение придавалось основоположниками марксизма работе
Ж. Б. А. Шарраса26. В предисловии ко второму изданию «Восемнад¬
цатого брюмера Луи Бонапарта» (1869 г.) Маркс писал: «Полковник
Шаррас открыл атаку на культ Наполеона в своем сочинении о похо¬
де 1815 года. С тех пор, и особенно в последние годы, французская ли¬
тература с помощью оружия исторического исследования, критики, са¬
тиры и юмора навсегда покончила с наполеоновской легендой» 27.
16 Маркс К. и Э н г е л ь с Ф. Соч. Т. 13, с. 343.
17 ЦГВИА СССР, ф. 37, оп. 131, д. 12. Копии документов высылались ему в
Париж в 1817—1818 годах.
М а р к с К. и Э н г е л ь с Ф. Соч. Т. 28. с. 487.
|!( Клаузевиц К. О войне. Тт. 1—2. М. 1937.
2U М а р к с К. и Энгельс Ф. Соч. Т. 29, с. 207.
21 Там же, с. 210. Маркс и Энгельс использовали также работу Клаузевица
о войне 1812 г. (см. Clause witz K. Der Feldzug von 1812 in Russland, der Feldzug
von 1813 bis zum Waffenstillstand und der Feldzug von 1814 in Frankreich. Brl. 1835).
22 Маркс K. и Энгельс Ф. Соч. Т. 11, с. 469.
23 См. там же. Т. 14, с. 241—242.
24 См., напр., Михайловен и й - Д а н и л е в с к и й А. И. Описапие войны
1813 г. по высочайшему повелению. Ч. 4. СПб. 1840.
25 Маркс К. и Э и г е л ь с Ф. Соч. Т. 14, с. 241.
26 Charras J. В. A. Histoire de За Campagne de 1815. Waterloo. Bruxelles. 1857.
27 Маркс K. и Энгельс Ф. Соч. Т. 16, с, 375.

Что же касается ведущей концепции современной Марксу и Энгель¬
су русской историографии Отечественной войны 1812 г., то наиболее
законченное выражение она, охранительная по направленности, по¬
лучила в трудах военных историков А. И. Михайловского-Данилев¬
ского и М. И. Богдановича 28. Михайловский-Данилевский — официальный
историограф войны, проделавший большую работу по сбору архивного
материала и учету литературы о войне, наложил преимущественно ее
фактическую сторону. Абстрагируясь от вопросов стратегии и тактики,
он видел основную задачу в прославлении Александра I, который, по
словам историка, был единственным «верховным двигателем». Редакти¬
рование рукописи хМихайловского-Дазшлевского Николаем I и военным
министром А. И. Чернышевым придало ей еще больший верноподдан¬
нический характер. В результате — принижены роль М. И. Кутузова,
значение массового (особенно партизанского) движения, народный ха¬
рактер войны, Решающей силой в войне у Михайловского-Данилевского
выступает российское дворянство.
Многие выводы Михайловского-Данилевского повторил М. И. Богда¬
нович. Основанное в значительной степени на иностранных исследова¬
ниях, сочинение Богдановича также исходило из утверждения о решаю¬
щей роли в войне Александра I, в то время как Кутузов выступает
в ней лишь в качестве усердного исполнителя монаршей воли, челове¬
ка, не способного па решительные поступки. Особенно рьяно Богдано¬
вич поддерживает пресловутую «теорию» стихийных факторов (голод,
холода, усталость), которые якобы явились главными причинами пора¬
жения армии захватчиков. Наличие у Богдановича отдельных попыток
критического подхода к использованным им материалам не привело его,
однако, к пониманию роли русской армии как решающего фактора
в исходе войны и не устранило немалые искажения в оценке ее собы¬
тий, привлекшие внимание ряда его современников (И. П. Дипрапди,
Л. Н. Толстой и др.).
Первое известное нам упоминание основоположников марксизма
о войне 1812 г. содержится в письме Маркса немецкому публицисту
А. Руге (1843 г.). В нем Маркс вскользь коснулся катастрофы фран¬
цузской армии на Березине и подразделил правление Наполеона на два
этапа, считая рубежом между ними 1804 г., когда тот принял титул
императора французов. На первом этапе Бонапарт был способен, по
словам Маркса, «на большие дела», а после «династического безумия»
он стал «деспотом» 2а. На этот, второй, этап и приходятся его завоева¬
тельные войны, в том числе и поход в Россию.
В письме 1862 г. Марксу Энгельс затронул две важнейшие пробле¬
мы «грозы 12-го года» — стратегию русского командования в первый пе¬
риод войны и роль народных масс. Энгельс явно одобряет русское
командование, которое уклонялось от генерального сражения, которого
так жаждал французский полководец. Только под давлением обстоя¬
тельств, подчеркивал Энгельс, «русские должны были драться под
Смоленском и у Бородино» 30. Последний раз он обратился к истории
Отечественной войны 1812 г. в статье «Внешняя политика русского ца¬
ризма», написанной в 1890 году. В ней Энгельс осветил ряд принци¬
пиально важных проблем: дал материалистическое объяснение причин
войны, показал, почему московское стратегическое направление стало
для Наполеона главным, раскрыл международное значение разгрома его
армии на полях России. По мнению Энгельса, там был положен конец
захватнической политике Наполеона, гибель его армии послужила «сиг¬
28 М н х а и лове к и й - Д а н и л е в с к и и А. И. Описание Отечественной войны
в 1812 году. Чч. 1-4. СПб, 1839; Богданович М. И. История Отечественной вод¬
ны 1812 года. Тт. 1-3. СПб. 1859-1869.
29 М а р к с К. и Э н г е л ь с Ф. Соч, Т. 1, с. 374
80 Там. же. Т. 30, с. 196.
а

налом к всеобщему восстанию» народов Европы против французского
владычества, Россия возглавила аитияадолеоновекую коалицию и доби¬
лась полной победы“1.
Маркс и Энгельс считали Наполеона великим, по далеко не во всем
прогрессивным деятелем и неизменно подчеркивали, что он задушил ре¬
волюцию, был деспотом своей страны, завоевателем по отношению
к соседним народам, указывали на связь между его войнами и внут¬
ренней политикой. Основоположники марксизма отмечали жестокость
французского императора. По словам Маркса, «Наполеон гнусно вел
себя по отношению ко всем, у кого подозревал «собственные цели»зг.
Маркс и Энгельс создали портреты военных деятелей наполеоновской
Франции. Большинство статей о ее маршалах написано Марксом. Ха¬
рактерной фигурой в окружении Наполеона был Ж. Б. Ж. Бернадот —
честолюбец, жаждущий чинов, титулов и «вакантных» тронов. Сделав
его правителем Швеции, Наполеон отводил ему важную роль в войне
с Россией: с 40-тысячной армией он должен был наступать па Петер¬
бург. Но Бернадот, по словам Маркса, «предпочел роль Лепида в триум¬
вирате, который образовали вместе с ним Англия и Россия» 33. Невы¬
соко оценивал Маркс и маршала Л. Бертье, характеризуя его как
упорного, энергичного и чрезвычайно работоспособного человека (он мог
работать без сна по восемь суток), но бездарного полководца, слепого
исполнителя воли и замыслов Наполеона. «Во время русской кампа¬
нии,— констатировал Маркс,— он потерпел провал и в должности на¬
чальника генерального штаба. После сожжения Москвы он даже ока¬
зался неспособным правильно истолковывать приказы своего начальни¬
ка». До отречения Наполеона, отмечал Маркс, «Бертье под ложными
предлогами улизнул от своего покровителя» 34.
Другим наполеоновским маршалам основоположники марксизма
также дали краткие, но точные характеристики. И.-Н. Мюрата Маркс
назвал одним «из импровизированных Наполеоном королей»35. Полна
едкого сарказма характеристика, данная Энгельсом Ж. Б. Бесьеру:
«О Бесьере я не могу сказать ничего другого, кроме того, что он боль¬
шей частью командовал гвардией, особенно кавалерией,— пост, при ко¬
тором ум совершенно излишен. Храбрым он был, вот и все» 36. С ката¬
строфы 1812 г. начался, по мнению основоположников марксизма, закат
полководческого искусства и самого Наполеона: «Только в дни своего
заката, когда после 1812 г. он потерял веру в себя, сила воли превра¬
тилась у него в слепое упрямство» 37.
Большое внимание Маркс и Энгельс уделяли военному искусству
Наполеона. По их мнепию, рождение нового, буржуазного способа про¬
изводства породило новые формы борьбы, которые наиболее полно
были сформулированы и применены на практике Наполеоном. «Когда
революционные войны,— отмечал Энгельс,— выдвинули, в лице Напо¬
леона человека, который превратил этот новый способ ведения войны
в регулярную систему, сочетая ее с тем, что оставалось еще полезным
в старой системе,.. — тогда французы стали почти непобедимыми» 38.
Маркса и Энгельса чрезвычайно интересовала стратегия Наполеона во
время Отечественной войны. В 1853 г. Энгельс писал И. Вейдемейеру:
«Для ближайшего будущего, то есть для нас, русская кампания 1812 г.
является самой ваяшой, опа единственная, где остаются еще не решен¬
31 Там же. Т. 22, с. 30.
32 Там же. Т. 29, с. 139.
33 Там же. Т. 14, с. 168. Лепид Марк - один из сподвижников Цезаря, член
второго триумвирата (в 43 г. до и. э.) вместе с Антонием и Октавианом.
31 Там же. с. 97—98.
33 Там же. Т. 12, с. 650,
Там же. Т. 29, с. 144.
:г Там же. Т. 11. с. 137.
Там же. Т. 14, с. 38.
7

ными крупные стратегические вопросы». Первоочередным Энгельс счи¬
тал «вопрос о том, состоял ли оперативный план Наполеона в 1812 г.
с самого начала в том, чтобы сразу идти на Москву, или в первую
кампанию продвинуться только до Днепра и Двины» зэ.
Ответ на этот вопрос основоположники марксизма дали в статье
«Развитие военных действий» (декабрь 1854 г.). «Стратегический план
нападения на Россию с запада был вполне ясно определен Наполео¬
ном,— писали они,— и если бы он не был вынужден обстоятельствами
нестратегического характера отклониться от этого плана, господству
России и ее целостности угрожала бы серьезная опасность в 1812 году.
План этот состоял в том, чтобы идти на Двину и Днепр, оборудовать
здесь оборонительный рубеж, предусмотрев сооружение укреплений,
складов и коммуникаций, захватить русские крепости иа Двине, а поход
ыа Москву отложить до весиы 1813 года. Уже в конце сезона он был
вынужден оставить этот план из политических соображений, вследствие
недовольства офицеров, протестовавших против зимних квартир в Литве,
и из-за слепой веры в свою непобедимость» А0.
Позже Маркс и Энгельс неоднократно возвращались к анализу стра¬
тегического плана Наполеона и внесли в его освещение важные уточ¬
нения и дополнения. В статье «Бернадот» Маркс, кроме московского
стратегического направления, выделил еще два — петербургское и
южное. Сообщив, что Наполеон поручил Бернадоту идти на северную
столицу России, Маркс заключал: «Бернадот мог бы решить исход кам¬
пании и запять С.-Петербург раньше, чем Наполеон достиг бы Москвы».
О южном направлении говорится вскользь: «Побудив султана ратифи¬
цировать Бухарестский мир, он (Бернадот.— Лет.) этим дал возмож¬
ность русскому адмиралу Чичагову увести свои войска с берегов
Дуная и действовать на фланге французской армии» А!.
Следовательно, к нестратегическим обстоятельствам, заставившим
Наполеона отказаться от своего первоначального плана, основоположники
марксизма относили и успехи русской дипломатии, которая лишила
Наполеона таких важных союзников, как Швеция и Турция. Мало того,
Маркс подчеркивал, что «втайне и за спиной у сейма» Бернадот «за¬
ключил с Александром договор о наступательном союзе против Фран¬
ции». Из союзника Швеция превратилась во врага Наполеона. «Рос¬
сия,— писал Маркс,— без малейших жертв, обеспечила себе неоценимый
в тот момент союз с Швецией» Аг. Маркс указывал также, что к русско-
шведскому союзу вскоре присоединилась и Англия. К внешнеполитиче¬
ским акциям правительства России в 1812 г. Маркс обратился и в статье
«Революционная Испания». Осветив ход испанской революции и обста¬
новку, в которой была провозглашена конституция 1812 г., он отметил
позитивную роль России: «Что касается русской интриги, то Россия,
этого нельзя отрицать, приложила руку к делам испанской революции:
из всех европейских держав Россия первая признала конституцию
1812 г. договором, заключенным 20 июля 1812 г. в Великих Луках»43.
Как отмечалось выше, основоположники марксизма указывали, что
в период «династического безумия» Наполеон вел захватнические войны,
перекраивал карту Европы. В статье «Продвижение России в Средней
Азии» (1858 г.) Энгельс впервые обратил внимание на то, что, развя¬
зывая войну с Россией, французский полководец мечтал о завоевании
«жемчужины британской короны» — Индии: «В 1812 г. Наполеон отме-
39 Там же. Т. 28. с. 487.
40 Там же. Т. 10, с. 575-570; см. также: Бескровный Л. Г. Отечественная
война 1812 года, с. 159; Ж и л и н П. А. Гибель наполеоновской армии в Росспп. М.
1974 с. 122.
41 МарксК. и Энгельс Ф. Соч. Т. 14, с. 168.
42 Там же, с. 167, 168.
43 Там же. Т. 10, с. 478.
О

Тил на своей карте Москву как операционную базу для похода на
Индию» 4\
Маркс и Энгельс впервые обратили внимание и на то, что экономи¬
ческие затруднения «заставили Наполеона отложить русский поход
почти на два месяца и таким образом перенести его на слишком позд¬
нее время года» 45.
Основоположники марксизма подчеркивали, что Наполеон удачно
выбрал район сосредоточения своих войск для нападения на Россию,
для этого он собирался использовать огромную армию (первый эшелон
450 тыс. человек). Но, по словам Энгельса, хорошо зная «военное зна¬
чение территории, охваченной Вислой и ее притоками», французский
полководец допустил грубый просчет: «не уделял внимания ее укрепле¬
нию и дорого поплатился за это при отступлении 1812 года»40. Следо¬
вательно, Наполеон рассматривал польскую территорию только как
плацдарм для вторжения в Россию.
Маркс и Энгельс также отметили, что армия Наполеона проявляла
неустойчивость в случае поражения. «Несколько сильных ударов,—
подчеркивал Энгельс в статье «Вальдерзее о французской армии»,—
и с дисциплиной совершенно покончено; вот почему, по сравнению со
всеми другими армиями, отступления, совершавшиеся французской ар¬
мией, были наиболее гибельными»47. Военно-морской флот Франции,
по определению Энгельса, стоял при HanojieoEie «на своем самом низ¬
ком уровне... и, вероятно, не без его вины» 48. Это обстоятельство
привело к тому, что «Наполеон отказался от мысли напасть на Россию
с моря» 49.
Борьбу народов России против наполеоновской армии основополож¬
ники марксизма называли «священной войной» ьо. Эпитет «священная»
применен ими и к Москве. Сожжение старой русской столицы они счи¬
тали актом высочайшего патриотизма русского народа, одной из форм
его сопротивления французским захватчикам. Маркс и Энгельс сравни¬
вали Москву с Сарагосой51, которая прославилась героической оборо¬
ной в период национально-освободительной борьбы испанского народа
против наполеоновских войск, дважды (в 1808 и 1809 гг.) осаждавших
этот город. В труде «Гражданская война во Франции» (1871 г.) Маркс
провел даже параллель между Москвой 1812 г. и Парижем коммунаров
1871 года. «Коммуна,—писал он,—пользовалась огнем как средством
обороны в самом строгом смысле слова; она воспользовалась им, чтобы
не допустить версальские войска в те длинные, прямые улицы, которые
Осман специально приспособил для артиллерийского огня; она восполь¬
зовалась им, чтобы прикрыть свое отступление». Оправдывая действия
коммунаров, Маркс подчеркнул: «К тому же Коммуна открыто объяви¬
ла заранее, что если ее доведут до крайности, то она похоронит себя
под развалинами Парижа и сделает из Парижа вторую Москву»52.
Эти и другие факты дают основание заключить, что основоположники
марксизма считали Отечественную войну 1812 г. справедливой, освобо¬
дительной войной.
С большой симпатией они писали о сопротивлении армии и населе¬
ния России французским захватчикам. Маркс и Энгельс неоднократно
отмечали, что отступающая русская армия уничтожала все ресурсы 5%
44 Там же. Т. 12, с. 615.
45 Там же. Т. 2, е. 138.
4S Там же. Т. 10, с. 535.
47 Там же. Т. 15, с. 300-301.
48 Там же. Т. 29, с. 06.
49 Там же. Т. 10, с. 262.
59 Там же. Т. 14, с. 93.
51 Там же. Т. 15, с. 511.
52 Там же. Т. 17, с. 362-363.
53 Там же. Г. 10, с. 577.

что «в 1812 г. в России население совершенно исчезло с пути француз¬
ских войск» 5\ что, рассчитывая на быстротечную кампанию, Наполеон
не позаботился о снабжении своих войск продовольствием и теплыми
вещами, что было следствием «плохой организации французского интен¬
дантства», «а его команды фуражиров... боялись далеко проникать
в глубь громадных хвойных лесов, отделяющих одно селение от друго¬
го» 55.
В работе «Внешняя политика русского царизма» Энгельс отметил,
что в 1812 г. Наполеон спешил разгромить Россию, и поэтому пошел
на Москву: «Находясь уже на такой головокружительной высоте и при
том непрочном фундаменте, на который он опирался, Наполеон уже
не мог решиться на затяжные кампании. Ему необходимы были быст¬
рые успехи, блистательные победы, завоеванные штурмом мирные дого¬
вора» 56.
Под «непрочным фундаментом» Энгельс имел в виду шаткое поло¬
жение французского императора в Европе: народ Испании вел героиче¬
скую партизанскую борьбу, неспокойно было и во Франции, где подни¬
мала голову оппозиция57. В этих условиях только поражение России
могло упрочить позиции Наполеона, и он упорно преследовал русскую
армию, чтобы в генеральном сражении разгромить ее и принудить Рос¬
сию к заключению выгодного ему мира.
О русских стратегических планах первого этапа Отечественной вой¬
ны 1812 г. Маркс и Энгельс писали в статье «Барклай-де-Толли».
10 сентября 1857 г. Энгельс сообщил Марксу: «При сем — «Беннигсен»
и «Барклай». На наполеоновских генералах я останавливаюсь несколь¬
ко подробнее,— они последуют завтра или послезавтра. «Армия» будет
скоро готова»5В. Несколько дней над статьей «Барклай-де-Толли» тру¬
дился Маркс, а 15 сентября, согласно его «Записной книжке» за 1857 г.,
он отправил в Нью-Йорк эту статью и свою статыо «Бертье» зв. Сле¬
довательно, основоположники марксизма работали тогда одновременно
над серией статей о русских и французских военачальниках.
В небольшую по объему работу о Барклае Маркс и Энгельс вложи¬
ли глубокое содержание. Здесь и описание полной драматизма военной
биографии М. Б. Барклая-де-Толли, и изложение стратегического пла¬
на русского командования, и определение характера войны 1812 года.
Эта статья, хотя и используется в советской историографии, специаль¬
ному анализу еще не подвергаласьео. В примечаниях к ней, помещен¬
ных в 14-м томе 2-го издания Сочинений Маркса и Энгельса, из собы¬
тий 1812 г. прокомментированы лишь план Фуля, Смоленское сражение
и позиция у Царева-Займища. К сожалению, составители обратили вни¬
мание далеко не на все важные положения статьи и неверно проком¬
ментировали план Фуля. Ими не отмечено, что наряду с планом Фуля
существовал и план Барклая-де-Толли. В примечаниях утверждается,
что «согласно плану Фуля, в случае вторжения Наполеона русские во¬
оруженные силы должны были разделиться на три армии» 61. В дейст¬
вительности план Фуля, утвержденный Александром I в июне 1811 г.,
предусматривал действия только двух армий — 1-й Западной, которая
54 Там же. Т. 30, с. 196.
55 Там же. Т. 10, с. 576, 577.
56 Там же. Т. 22, с. 30.
57 До до л ев М. Л. Россия и война испанского народа за независимость
(1808-1814 гг.)Вопросы истории, 1972, № 11; Т у г а н - Б а р а и о в с к и й Д. М.
Наполеон и республиканцы. Саратов. 1980, с. 130-149.
58 Маркс К. и Энгельс Ф. Соч. Т. 29, с. 136. Первый вариант совместных
статей Маркса и Энгельса «Барклай-де-Толли» и «Бецнигсен» был нагшеац Энгель¬
сом (см, Маркс К. п Энгельс Ф. Соч. Т. 44).
59 Там же. Т. 29, с. 570, прим. 1Р7.
60 См., напр.. Бескровный Л. Г. Ук. соч., с. 42-43.
61 Маркс К. и Энгельс Ф. Соч. Т. 14, с. 728, прим. 73.
4 Л

должна была отойти в Дрисскпй лагерь и оборонять его, и 2-й Запад¬
ной армии, задачей которой было нанесение удара во фланг и тыл на¬
ступавшей армии Наполеона й2. Что же касается 3-й русской армии, то
она была создана в мае 1812 г., после того, как правительству России
стало известно о франко-австрийском союзном договоре, заключенном
2 (14) марта 1812 года.
В этом жо примечании говорится, что решения об отказе от плапа
Фуля были приняты «после фактического устранения Александра I,
поддерживавшего план Фуля, от руководства военными действиями».
Во-первых, это произошло в присутствии императора: военный совет,
на котором обсуждался дальнейшим стратегический план кампапии, со¬
стоялся в Дриссе вечером 29 июня (И июля), а Александр I оставил
армию б (18) июля, когда она находилась в Полоцке63. Во-вторых,ни¬
кто не мог отстранить царя от фактического управления войсками:
Россия являлась абсолютной монархией. Даже после назначения Куту¬
зова главнокомандующим «над всеми действующими армиями» царь
вмешивался в руководство войсками, отдавал приказы командующим ар¬
миями и корпусами через голову главнокомандующего и без его согла¬
сия, а адмиралу П. В. Чичагову в именном рескрипте предоставил пра¬
во быть независимым «от всякой иной власти, кроме монаршей»
Этим и объясняется неподчинение Чичагова Кутузову. И в конечном сче¬
те именно по вине Александра I был сорван план Кутузова окружить
и разгромить основную группировку Наполеона восточнее Днепра си¬
лами Главной и Дунайской армий 05.
При цитировании статьи «Барклай-де-Толли» историки неоправдан¬
но опускают части текста, имеющие принципиально важное значение,
и тем самым обедняют мысли Маркса и Энгельса. Все это и делает не¬
обходимым историографический и источниковедческий анализ статьи.
Начнем с разбора той ее части, в которой основоположники марксизма
оценивают русский план начала кампании. Сообщив, что в 1812 г.
Барклай-де-Толли принял командование 1-й Западной армией, они под¬
черкивают, что общее число русских войск, расположенных между
берегами Балтики и р. Прут, не превышало 200 тыс. человек. «По¬
этому,— пишут они,— отступление русской армии,— первоначальный
план которого Наполеон в своих мемуарах, написанных им на острове
Св. Елены, ошибочно приписывал Барклаю-де-Толли, тогда как он был
разработан задолго до разрыва между Россией и Францией прусским
генералом Фулем, а после объявления войны на его осуществлении
снова настаивал перед Александром Бернадот,— стало теперь делом ко
свободного выбора, а суровой необходимости» С6.
Очевидно, Маркс и Энгельс не доверяли мемуарам Наполеона (хотя
в данном случае он был прав) п считали Фуля (как и многие мемуа¬
ристы XIX в.) автором русского плана отступления. В действительности
же план отступления, как и в целом план подготовки к войне, был раз¬
работан Барклаем-де-Толлий7. Следовательно, прав был Наполеон,
который мог получить сведения об этом до или в ходе войны только
в2 Подробнее см.: Омельянович. План Пфуля. Этюд из истории Отечест¬
венной войны.- Военный сборник, 1898, № 2; Пугачев В. В. К вопросу о перво¬
начальном плане войны 1812 года. В кн.: 1812 год. К 150-летию Отечественной
войны. Сб. ст. М. 1962.
s3 Caí. Кочетков Л. Н. М. Б. Барклай-де-Толли. М, 1970, с. 22-24
34 Ленинградское отделение архива АН СССР, ф. 439, он. 1, д. 33. л. 13.
eí См. М. И. Кутузов. Сб. док. Т. 4, ч. I. М. 1954, с. 194, 224, 232 -234, 244- 245,
205-269 и др.
||й М а р к с К, и 0 н г о л ь с Ф. Соч. Т. 14, с. 92-93. Из этой фразы чаще всего
цитируются историками слова: «Отступление русской армии... стало теперь делом
не свободного выбора, а суровой необходимости».
37 См. П у га ч е в В. В. Ук. соч.; ср. Ж и л и и П. А. Некоторые вопросы изуче¬
ния истории Отечественной войны 1812 г,- Вопросы истории, 1962, Де 6.
11

агентурным путем: в изданных при его жизни сочинениях безраздельно
господствовало мнение, что первоначальный план Отечественной войны
1812 г. разработал Фуль. В частности, об этом подробно писал Клаузе¬
виц68, труды которого, как выше показано, были хорошо известны
Марксу и Энгельсу. Видимо, то единодушие, с каким все авторы при¬
писывали создание плана Фулю, и ввело их в заблуждение.
Важно, что основоположники марксизма считали план отхода рус¬
ских войск единственно правильным. «Великой заслугой Барклая-де-
Толли,— подчеркивали они,— является то, что он не уступил невежест¬
венным требованиям дать сражение, исходившим как от рядового соста¬
ва русской армии, так и из главной квартиры; он осуществил отступление
с замечательным искусством, непрерывно вводя в дело некоторую часть
своих войск, с целыо дать князю Багратиону возможность соединиться
с ним и облегчить адмиралу Чичагову нападение на тылы против¬
ника» 69.
Здесь обращает на себя внимание не только высокая оценка полко¬
водческого искусства Барклая, которое способствовало срыву стратеги¬
ческого плана Наполеона, по и осведомленность Маркса и Энгельса
о некоторых стратегических замыслах, которые держались в России
в глубокой тайне. Что означает фраза «облегчить адмиралу Чичагову
нападение на тылы противника»? Вряд ли речь идет о действиях войск
Чичагова против правого фланга наполеоновской армии, о чем писал
Маркс в статье «Бернадот». Можно предположить, что в данном случае
имелась в виду планируемая, но не осуществленная царским прави¬
тельством адриатическая экспедиция 70. В этом случае Дунайская армия
действительно напала бы на глубокие тылы Наполеона.
Маркс и Энгельс считали Барклая-де-Толли одним из лучших гене¬
ралов русской армии, незаслуженно отодвинутым в тень историками
войны 1812 г. и заграничных походов русской армии в 1813—1815 го¬
дах. «Последние годы его (Барклая-де-Толли,— А вт.) жизни были
омрачены клеветой. Он был бесспорно лучший генерал Александра, не¬
притязательный, настойчивый, решительный и полный здравого смыс¬
ла» 71. До Маркса и Энгельса о Барклае-де-Толли так писал только
А. С. Пушкин72. С похвалой отзывались основоположники марксизма
и о некоторых других русских генералах. Энгельс считал, например,
А. Ф. Ланжерона «выдающимся генералом» 73.
Маркс и Энгельс были осведомлены об обстановке в ставке Александ¬
ра I. Энгельс с сарказмом писал, что царь «при вторжении Наполеона
в Россию... окружил себя пестрой кликой старых, ограниченных все-
знаек-усачей»74. Основоположники марксизма отмечали трусость
и растерянность Александра I, его неспособность командовать войсками,
упорное нежелание назначить на пост главнокомандующего русского
генерала. В статье «Бернадот» Маркс прргводит характерный эпизод:
«Александр, напуганный первыми успехами Наполеона, пригласил
68 См. Клаузевиц К. 1812 год. М. 1937, с. 33-50.
69 М а р к с К. и У н г о л ь с Ф. Соч. Т. 14, с. 93.
70 В соответствии с проектом адриатическон экспедиции русская Дунайская
армия должна была быть направлена через горы Сербии и Герцеговины в илли¬
рийские области для осуществления диверсии в тыл Франции из района Адриатики
в сторону Тироля, а затем Швейцарии. «По всей вероятности,- пишет Н. И. Каза¬
ков,— идея адриатпческон экспедиции зародилась в феврале 1812 г. в ходе обсуж¬
дения Александром I я П. В. Чичаговым различных вариантов стратегического
плана борьбы с ожидаемым наполеоновским нашествием» (см. Казаков Н. И.
Проект привлечения народов Балканского полуострова к борьбе против наполеонов¬
ской агрессии в 1812 г. В кн.: 1812 год. К 150-лстшо Отечественной войны, с. 49).
71 Маркс К. и Энгельс Ф. Соч. Т. 14. с. 94.
72 См. Кока Г. Пушкин о полководцах двенадцатого года.-Прометей, 1969, № 7.
73 Марк с К. и Энгельс Ф. Соч. Т. 29, с. 148.
74 Там же. Т. 13, с. 443.
12

Карла-Йоанна73 ira свидание и в то же время предложил ему пост
главнокомандующего русскими армиями» 76.
Перу Маркса и Энгельса принадлежит статья «Беннигсеп», которая
больше похожа на памфлет. Одни из фаворитов Александра I предста¬
ет перед читателями бездарпым военачальником, беспринципным карье¬
ристом, интриганом и жестоким человеком. Об участии JI. Л. Беннигсе-
на в Отечественной войне основоположники марксизма писали предель¬
но кратко: «В течение кампании 1812 г. его деятельность протекала по
преимуществу в главной квартире императора Александра, где он
интриговал против Барклая-де-Толли с целью занять его место»77.
В работах Маркса п Энгельса нашло широкое отражение крупней¬
шее военное событие начала XIX в.— Бородинская битва. Оценки и ха¬
рактеристики отдельных сторон сражения содержатся в восьми их ра¬
ботах, а также в двух письмах Энгельса Марксу (от 28 января 1858 г.
и 23 мая 1862 г.). Сама битва описана Энгельсом в статье «Бородино».
Из семи остальных работ его перу принадлежат шесть, одна — «Барк-
лай-де-Толли» — написана Марксом и Энгельсом совместно. Следова¬
тельно, основным автором работ, в которых освещается Бородинская
битва, является Энгельс.
Иптереспо проследить, как Энгельс освещал сражение в разное вре¬
мя. Впервые он упомянул о нем в статье «Кампания в Крыму»
(1854 г.) 78. Сославшись на английского генерала Каткарта, который в
1812 г. находился при Главном штабе русской армии, Энгельс под¬
черкнул, что «русская пехота» показала себя «пе способной к панике».
В статье «Армии Европы» (1855 г.) Энгельс упоминает Бородинскую
битву в связи с характеристикой наполеоновской гвардии: «Оберегая
эти лучшие свои войска, Наполеон тем самым иногда делал ошибки;
так, при Бородине он в решающий момент не двинул вперед гвардию
и тем самым упустил случай помешать русским войскам отступить
7 4
в полном порядке» .
Мнение Энгельса в данном случае спорно. Во-первых, против ввода
гвардии в сражение был не только Наполеон, но и его маршалы, в том
числе командовавшей ею Бесьер. Участник битвы французский генерал
Пеле вспоминает: «Вес полагали, что армия была измучена усталостью
и оставалась одна гвардия... Бесьер прибавил, что должно сохранить
гвардию, последний резерв армии, отвечающий за императора перед
Францией»ЙС'. Во-вторых, у Кутузова оставалось достаточное число ре¬
зервных войск, чтобы отбить атаку французской гвардии. Следователь¬
но, решение Наполеона не вводить ее в бой было правильным. Важна,
однако, заключительная часть фразы Энгельса — об отходе русских
войск в полном порядке. Эта оценка полностью соответствует действи¬
тельности.
В статье «Барклай-де-Толли» затронуты два вопроса Бородинской
битвы — выбор позиции и поведение Барклая в сражении. В оценке
этих и некоторых других аспектов Бородина уже чувствуется влияние
«Записок из жизпи... графа К. Ф. Толя», генерал-квартирмейстера рус¬
ского штаба и одного из ближайших помощников М. И. Кутузова. Эти
«Записки», в значительной степени сфальсифицированные, были изданы
в 4-х томах (война 1812 г.—в первых двух) немецким историком
Т. Бернгарди, который в 30-х годах XIX в. жил в России и пользо¬
вался коллекцией документов А. А. Щербинина, адъютанта Толя
75 Бернадот был избран в 1810 г. шведским наследным принцем под именем
Карла Юхапа (Карла Иоанна).
76 Маркс К. и Э н г е л ь с Ф. Соч. Т. 14, с. 168.
77 Там же, с. 115—116.
78 Там же. Т. 10, с. 544.
79 Там же. Т. И. с. 439.
80 ЧОИДР, 1872, кн. 1, с. 87.
13

в кампаниях 1812—1814 годов81. Советские историки доказали, что
«Записки» Толя — умелая фальсификация Бернгардир~.
В 1824 г. Толь, знавший о попытках иностранных и русских исто¬
риков, в частности Д, П. Бутурлина, принизить роль Кутузова, напра¬
вил письмо Бутурлину, в котором подчеркнул: «Сограждане и сослу¬
живцы по всей справедливости называли Кутузова спасителем Отечест¬
ва, и вот завистники его славы думают прикрыться моим именем, дабы
ослабить сие сияние. Могу ли, должен ли я это стерпеть?» 83. Харак¬
терно, что родственники п потомки Толя, издавая его архив, не вклю¬
чили подделку Бернгарди в это издание84. Поэтому не приходится
удивляться, что в писаниях Бернгарди Кутузов все время противопостав¬
ляется Барклаю, причем выбранная Кутузовым позиция для сражения
называется «невыгодной».
Как нам представляется, тот факт, что Маркс и Энгельс уделили
полководческой деятельности Кутузова минимальное внимание, объясня¬
ется ограниченностью доступных им в то время источников, не позво¬
лявшей в полной мере критически оценить работу Бернгарди. По мне¬
нию Маркса и Энгельса, «Барклай, командовавший правым крылом, был
единственным из генералов, который удержал свою позицию и не от¬
ступал до 27-го, прикрыв таким образом отступление русской армии,
которая, если бы не он, была бы полностью уничтожена» 85. Конечно,
Барклай сыграл выдающуюся роль в Бородинском сражении, но в дан¬
ной фразе его заслуги явно преувеличены. Кроме того, она расходится
с предыдущей оценкой Энгельсом отступления русских войск: в его
статье «Армии Европы» говорилось, что они отошли в полном порядке,
н только гвардия Наполеона могла помешать этому.
На последующих работах Энгельса влияние записок Бернгарди ска¬
залось еще сильнее. В статье «Сражение» (1857 г.) он верно назвал
битву при Бородине самым кровопролитным сражением из «всех кам¬
паний Наполеона», по завысил потери русской армии. По словам Эн¬
гельса, «русские потеряли не многим меньше половины своих войск
убитыми и ранепыми» 86. В статье «Осада и штурм Лакттау» (1858 г.)
Энгельс, справедливо отнеся Бородинскую битву к «решительным сра¬
жениям», снова завысил потери русских войск. По его мнению, рус¬
ская армия «потеряла половину», а французская — «одну треть своих
бойцов» 87.
В работе «Артиллерия» (1857 г.) Энгельс дважды касался Бородин¬
ской битвы. В первом случае, когда писал о формировании громадных
батарей для обстрела главных объектов атаки, он привел следующий
пример: «При Бородино батарея в 80 орудий подготовила атаку Неяна
Семеновскую» во втором — срагиил наполеоновскую артиллерию с
русской, и это сравнение было не в пользу русской8Г.
81 Т а р т а ко в ckit й А. Г. 1812 год я русская мемуаристика. М. 1 ПВО, с. 79,
91-92.
82 См., напр.: Иванов К. И. К вопросу об искажении помпы 1812 г. в западно¬
европейской литературе (о мемуарах К. Ф. Толя).- Труды Высшего воешчмюдаге-
гичоского института им. М. И. Калинина, М., 1948, т. 8; Бескровный Л. Г.
Очерки по источниковедению военной истории России. М. 1957, с. 332-383; Т арте¬
ковский А. Г, Труд К. Толя об Отечественной воине 1812 г. В ки.: Исторические
записки. Т. 85.
83 Русский архив, 1873, .№ 1, с. 414—415.
8‘ Геиерал-квартирмепстер К. Ф. Толь. СПб. 1912; см. также: Толь К. Ф. Опи¬
сание битвы при селе Бородине, 24 и 26 августа 1812 г. (1839 г.). В кн.: М, И. Ку¬
тузов. Сб. док. Т. 4, ч. К с. 445-458.
88 М а р к с К. н 3 и г с л ь с Ф. Соч. Т. 14, с. 93.
88 Там же, с. 123.
87 Там же. Т. 12, с. 372.
88 Там же, с. 208, 220.
89 Там Hie, с. 220.
14

Таким образом, до статьи «Бородино» Энгельс шесть раз обращался
к истории этого сражения, но затрагивал лишь отдельные его аспекты.
В ходе работы над статьей «Бородино» (1858 г.) Энгельс, помимо раз¬
нообразных справочников, записок Бернгарди и мемуаров Каткарта,
изучил специальную литературу. Энгельс был недоволен освещением в
ней хода сражения. 28 января 1858 г. он сообщил Марксу: «Бородино»,
к сожалению, не удалось сделать короче, так как до сих пор битва опи¬
сывалась совершенно неверно» эо. Из письма видно, что Энгельс крити¬
чески относился к использованным им работам, но освещение Бородин¬
ской битвы в специальной литературе того времени было таково, что и
ему не удалось избежать отдельных неточностей.
«jБородино ~ село в России, на левом берегу речки Кол очи, в двух
милях выше ее слияния с рекой Москвой. По имени этого села рус¬
ские называют большое сражение, происшедшее в 1812 г. и решившее
вопрос об овладении Москвой; французы называют его Московским или
Можайским сражением»9!,— так начинается статья Энгельса. Обраща¬
ет па себя здесь внимание определение значения битвы — она решила
судьбу Москвы. В статье подробно описана позиция русской армии, рас¬
сказано о создании Курганной батареи Раевского п грех флешей, но¬
сивших имя Багратиона, обращено внимание на то, что русская пози¬
ция прикрывала обе дороги, ведущие на Москву.
«Эта линия, около 9000 ярдов протяженностью,— пишет Энгельс,—
удерживалась приблизительно 130. ООО русских, причем Бородино, заня¬
тое русскими, находилось перед их центром. Русским главнокомандую¬
щим был генерал Кутузов; его войска разделялись на две армии,
из которых большая, под командованием Барклая-де-Толли, занимала
правый фланг и центр, а меньшая, под командованием Багратиона,—
левый фланг. Позиция была выбрана очень неудачно; атака против ле¬
вого фланга, в случае успеха, приводила к полному обходу правого
фланга и центра, и если при этом французам удалось бы достигнуть
Можайска раньше отступления русского правого фланга, что было
вполне осуществимо, то положение русских стало бы совершенно без¬
надежным. Однако после того как Кутузов уже отказался от превос¬
ходной позиции у Царев а-Займ ища, избранной Барклаем, у него
не оставалось иного выбора»02. Численность французской армии Энгельс
определял в 125 тыс. человек.
В действительности русская армия на 17 (29) августа насчитывала
89 562 солдата, и 20 891 унтер- п обер-офицера03. Генерал М. А. Мило-
радович привел на пополнение 15 591 человека. Кроме того, прибыло
около 7 тыс. ратников Смоленского и 20 тыс. ратников Московского
ополчений. Из ратников только 10 тыс. человек вошли в строй,
а остальные использовались на тыловых работах04. Таким образом,
в день Бородинской битвы под командованием Кутузова находилось
126 тыс. солдат и офицеров. Во время пребывания французской армии
в Гжатске 21—22 августа (2—3 сентября) по приказанию Наполеона
была сделана перекличка «всем находящимся под ружьем, но лита
готовым к бою»05. Подсчет дал цифру около 135 тыс. солдат и офг ло¬
ров. Нестроевые (около 15 тыс.) в расчет не принимались.
Позиция у Царева-Эаймища не являлась, как писал Энгельс, «лго-
восходной». На ее серьезные недостатки, кроме Кутузова, указывали
многие русские генералы, в частности К. Ф. Толь. Эта позиция была
оставлена еще и потому, что Кутузов рассчитывал дать генеральное
00 Там же. Т. 29. с. 217.
91 Там же. Т. 11, с. 259.
92 Там же, е. 256—257,
93 М. И. Кутузов. Сб. док. Т. 4. ч. I, с. 98.
94 ТВИО. Т. 2. М. 1912, с. 459—160.
95 Беляев В. К истории 1812 г. Письма маршала Бертье, М. 1912, с. 91.
15

сражение при более благоприятном соотношении сил, для чего требовался
выигрыш во времени и присоединение к главным силам русской армии
подкреплений. Кутузов забраковал по той же причине позиции у Иваш-
кова и у Колоцкого монастыря, выбранные уже при нем. Таким обра¬
зом, отступление от Царева-Займища к Бородину было проведено по
объективным причинам, а отнюдь не «в пику Барклаю-де-Толли», как
считал Энгельс. Что же касается Бородинской позиции, то она, по сло¬
вам Кутузова, «одна из наилучших, которую только на плоских местах
найти можно. Слабое место сей позиции, которое находится с левого
фланга, постараюсь я исправить искусством» Э6. И действительно, левый
фланг русской армии был усилен укреплениями, о которых писал
и Энгельс. Кроме того, определив 25 августа (6 сентября) направление
главного удара французской армии, Кутузов в ночь иа 26-е перебросил
часть войск с правого фланга на левый.
Излагая перипетии сражения, Энгельс правильно определил главную
цель Наполеона — прорвать левый фланг русских войск и «проложить
затем себе прямой путь на Можайск», а также отметил ложную атаку
французов на Бородино. Основные силы Наполеон бросил на левый
фланг русской позиции. Впервые в литературе Энгельс обратил внима¬
ние на то, что «действительный фронт атаки пе превышал 500 ярдов,
что давало 26 человек на один ярд» 97, то есть небывалую глубину бое¬
вого порядка». Энгельс подчеркивал ожесточенность борьбы: «На рассве¬
те ГХонятовский двинулся на Утицу и взял ее, но его противник Туч¬
ков снова выбил ■ его оттуда; однако затем, когда Тучкову пришлось
отправить одну дивизию на поддержку Багратиона, поляки снова взяли
деревню. В 6 часов Даву атаковал непосредственно левый фланг
укреплений Багратиона... Спустя полчаса Ней атаковал непосредствен¬
но правый фланг этих люнетов. Они были взяты и затем снова отня¬
ты, после чего последовала ожесточенная борьба, но без решающего
результата», войска Нея и Даву «находились в страшном расстройстве,
не решились наступать без подкреплений», «потери обеих сторон были
огромны; почти все высшие офицеры были перебиты или ранены, а сам
Багратион получил смертельную рану» 98.
Осветив действия Багратиона, Барклая, Багговута, Тучкова, Энгельс
лишь вскользь писал о руководстве Кутузова сражением: «Теперь
(после ранения Багратиопа.— Авт.), наконец, Кутузов принял некото¬
рое участие в сражении, отправив Дохтурова принять командование ле¬
вым флангом и послав своего начальника штаба Толя для наблюдения
на месте за мерами, принятыми для обороны». Дважды упомянув
о рейде русской кавалерии под командованием М. И. Платова и
Ф. П. Уварова на левом фланге французских войск и справедливо под¬
черкнув, что этот рейд на два часа (с 12 до 14 часов) задержал атаку
французов па Курганную батарею, которую защищал в основном кор¬
пус Н. Н. Раевского, Энгельс не связал, однако, рейд с именем Куту¬
зова, по приказанию которого он проводился. «Было около двух ча¬
сов,— писал Энгельс,— когда Евгений Богарне, удостоверившись в том,
что его левому флаигу не угрожает уже вражеская кавалерия, снова
атаковал редут Раевского» ".
Энгельс и в статье «Бородино» по-прежнему утверждал, что Напо¬
леон совершил ошибку, не введя в бой гвардию, но теперь он ссылал¬
ся на мнение, которого якобы придерживался Толь: «Если бы Наполе¬
он ввел в сражение свою гвардию, то, по словам генерала Толя,
русская армия была бы наверняка уничтожена. Однако он не рискнул
своим последним резервом, ядром и опорой своей армии, и может быть,
96 М. И. Кутузов. Сб. док. Т. 4, ч. I, с, 129.
97 Ярд - английская мера длины - 0,91 м.
98 Маркс К. и Энгельс Ф. Соч. Т. 14, с. 257, 258.
99 Там же, с. 260.
16

поэтому упустил возможность заключения мира в Москве». Как и
прежде, Энгельс завышал в этой статье потери русской армии, опреде¬
ляя их в 52 тыс. человек, и писал, что французы «потеряли
30000 человек» и «разбили явно превосходящие силы»100. В конце
статьи подчеркнуто, что «описание сражения, в тех его подробностях,
которые расходятся с общераспространенными, основывается главным
образом на «Мемуарах генерала Толя»101.
Позже Энгельс еще дважды обращался к Бородинской битве: в статье
«Кавалерия» (1858 г.) 102 и в письме Марксу от 23 мая 1862 года. Вием
Энгельс подчеркнул, что «русские должны были драться под Смоленском
и у Бородино, вопреки воле генералов, правильно оценивавших положе¬
ние» 103. Тем самым Энгельс еще раз отмечает роль Барклая-де-Толли
в срыве стратегического плана Наполеона.
Маркс и Эпгельс считали, что, заняв Москву, Наполеон не решил и
не мог решить исход войны в свою пользу, ибо страны, подобные Рос¬
сии, «не могут быть завоеваны без занятия каждой деревин и каждого
местечка,— одним словом, без занятия всей периферии» 10\ Основопо¬
ложники марксизма подчеркивали, что решающую роль в разгроме напо¬
леоновской армии сыграли народные массы России, оказавшие захватчи¬
кам ожесточенное сопротивление. Маркс и Энгельс отметили, что формы
борьбы были многообразны — от пассивных, когда население уходило с
пути французских войск, до активных, когда оно бралось за оружие,
поднимало восстания, создавало партизанские отряды, которые наводили
страх на врага.
Одной из массовых и важных форм борьбы классики марксизма счи¬
тали народное ополчение. В статье «Об освобождении крестьян в Рос¬
сии» Маркс специально остановился иа причинах массового участия
крестьян России в ополчении: «В 1812 г., когда крестьян призывали за¬
писываться в ополчение (милицию), им, хотя и неофициально, по с мол¬
чаливого согласия императора, было обещано освобождение от крепост¬
ной зависимости в награду за их патриотизм; с людьми, защитившими
святую Русь, нельзя-де дольше обращаться как с рабами» ,0\ Здесь
прежде всего следует выделить мысль Маркса о решающей роли кресть¬
янства России в разгроме наполеоновского пашествия. Крестьянство
поднялось на борьбу с иноземными захватчиками, стремясь разорвать и
цепи крепостного рабства, которыми оно было сковано. В годину грозной
опасности царизм был вынужден апеллировать к народным массам, обе¬
щать им свободу от крепостного права, но эти обещания делались полу¬
намеками, неофициально, как писал Маркс.
Из каких источников узнал об этом Маркс? Многочисленные манифе¬
сты и указы Александра I периода Отечественной войны 1812 г. не со¬
держат таких обещаний. Нет их и в распоряжениях местных властей о
сборе ополчения. Нам известен лишь один документ такого рода —
предписание генерал-губернатора Малороссии Я. И. Лобанова-Ростов¬
ского о создании Украинского казачьего войска в Киевской и Подольской
губерниях. Чтобы привлечь крестьян, он объявил, что «тем снаряжением
избавляются они не токмо первого рекрутского набора, но, по минованию
в тех полках надобности, все они распустятся в домы свои, но навсегда
останутся принадлежащими Украинскому войску»106. Таким образом,
всем вступившим в Украинское казачье войско Лобанов-Ростовский обе¬
]0° Там же. Специальные изыскания дают оспоиатте назвать цифру потерь
французской армип - 50-60 тыс. и русской - 39-44 тыс. человек.
101 Там же. с. 261.
102 Там же, с. 324.
403 Там же. Т. 30. с. 196.
404 Там же. Т. 15, с. 506.
103 Там же. Т. 12, с. 699.
1&е Украшсъкий народ у Штчизняшй вшш 1812 р. Зб1риик докуменпв. Кшв.
1948, с. 8.
17

щал освобождение от рекрутской повинности и возвращение казацких
нрав, ликвидированных Екатериной II еще в 1783 году. Видимо, Алек¬
сандр I был осведомлен об этом обещании генерал-губернатора Мало¬
россии, и молчаливо согласился с ним.
Маркс и Энгельс неоднократно сравнивали национально-освободитель¬
ную борьбу народов Испании и России в 1812 г. и находили в них много
общего. Как в Испании, так и в России «вмешательство гражданского
населения или людей, должным образом не признанных солдатами»,
сначала расценивалось захватчиками «равносильно разбою». Но очень
скоро французы «были вынуждены считать народное сопротивление со¬
вершенно правомерным» 107. И в Испании и в России наполеоновские
солдаты грабили и разоряли население, жгли города и села. Грабеж был
узаконен. «Принцип Наполеона заключался в том, что война сама долж¬
на покрывать свои расходы» 108,— писал Маркс. Вот почему и в Испа¬
нии, и в России «всеобщая война народов против Наполеона была ответ¬
ной реакцией национального чувства, которое Наполеон попирал ногами
1 ÖQ
у всех народов» 1 .
Основоположниками марксизма отмечались и различия между собы¬
тиями в Испании и России. Испанская армия в силу бездарности и
контрреволюционности Центральной хунты потерпела поражение. Рус¬
ская армия, благодаря умелым действиям полководцев, мужеству и стой¬
кости солдат, опираясь на всеобщую поддержку народа, одержала победу.
«Русский солдат является одним из самых храбрых в Европе,— подчер¬
кивал Энгельс,— ... и всегда считалось, что легче русских перестрелять,
чем заставить их отступить» но. Отличие в борьбе народов России и
Испании, но мнению Маркса и Энгельса, заключалось и в том, что ис¬
панский народ, защищая свою Родину, сражался и за гражданские права
и свободы, которые он получил по конституции 1812 года. Русский же
парод, отстаивая свое Отечество, надеялся получить освобождение из
рук царского правительства. Маркс подчеркивал: «Более счастливые, чем
русские, испанцы даже не должны были умирать, чтоб воскреснуть из
мертвых» 1И.
Основоположники марксизма высоко оценивали историческое значение
войны 1812 года. По их мнению, главная заслуга России заключалась в
том, что она разгромила цвет иаполеновской армии. Впервые такую
мысль Энгельс высказал в 1845 г. в работе «Поражение в Германии»:
«Армия Наполеона была уничтожена в России»т. В 1849 г. Энгельс
вернулся к этой оценке и наполнил ее новым содержанием: «Ведь рус¬
ские и поныне еще похваляются тем, что они своими бесчисленными
войсками решили падение Наполеона, и это, конечно, в значительной
степени правильно» из.
Историческую заслугу России Маркс и Энгельс видели также в том,
что она показала, как надо бороться с французскими захватчиками, вдох¬
новила народы других стран на героическую борьбу против наполеонов¬
ской тирании. «Партизанская война в Испании, восстания русских кре¬
стьян на пути отступления французов из Москвы,— писал Энгельс,—
дали ему (Гнейзенау114.— Авт.) новые примеры, и в 1813 г. он смог
приступить к применению своей теории на практике»Развернутую
107 Маркс К. и Энгельс Ф. Соч. Т. 17, с. 171.
108 Там же. Т. 11, с. 286.
109 Там же. Т. 21, с. 421.
110 Там же. Т. 11, с. 480.
111 Там же. Т. 10, с. 454.
113 Там же. Т. 2, с. 564.
113 Там же. Т. 6, с. 300.
114 Л. 13. А. Гнейзенау (1760-1831 гг.) - прусский генерал и военно-политическии
деятель, участник наполеоновских войн, реорганизатор прусской армии и инициатор
создания народного ополчения (ландвера) для борьбы с французскими захват¬
чиками.
115 Маркс К. и Энгельс Ф. Соч. Т. 17, с. 208.
18

характеристику этого русского примера Энгельс дал а статье «Внешняя
политика русского царизма»: «Уничтожение огромной наполеоновской
армии при отступлении из Москвы послужило сигналом к всеобщему вос¬
станию против французского владычества на Западе»; «в Пруссии поднял¬
ся весь народ, принудивший трусливого короля Фридриха-Вильгельма Ш
к войне против Наполеона» т.
Русская армия сыграла решающую роль в аптпнаполсоиовской коали¬
ции, в крушении наполеоновской империи. «Русская кампания 1812 г.
поставила Россию в центре войны... Русские войска составляли основное
ядро, вокруг которого лишь позднее сгруппировались пруссаки, австрий¬
цы и остальные. Они оставались основной массой вплоть до вступлении
в Париж» ,1Г. Поражение в России подорвало престиж Наполеона внут¬
ри своей страны. Во Франции наступило горькое разочарование в своем
кумире.
Подведем итоги. Анализ работ основоположников марксизма показы¬
вает, что они заложили подлинно научные основы изучения истории вой¬
ны 1812 года. Опираясь на широкий круг источников и литературы,
они показали решающую роль народных масс России в разгроме нашест¬
вия Наполеона, осветили основные этапы войны н некоторые вопросы
стратегии и тактики французских и русских войск, создали яркие образы
главных деятелей той эпохи, оцепили влияние гибели наполеоновской
армии в России на судьбы народов Европы.
116 Там же. Т. 22. с. 30.
Там же. Т. 7, с. 502.

К 70-летию Великого Октября
«ВАНДЕЙСКИЕ СИЛЫ»
В РОССИЙСКИХ РЕВОЛЮЦИЯХ
/1. И. Козлов
Советские исследователи не раз обращались к истории противоборст¬
ва сил революции и контрреволюции в России, к изучению стратегии и
тактики контрреволюции \ Тем не менее остается малоисследованным
ряд сложных и важных проблем. Среди иих борьба российского проле¬
тариата и крестьянства не только с капитализмом, но одновременно —
и даже в первую очередь — с силами, которые были продуктом разлагав¬
шихся, но все еще сохранявшихся остатков феодализма. На политиче¬
ской арене России эпохи революций, па их базе формировался лагерь
самой махровой, промонархической контрреволюции. Это были как раз
те силы, которые известны в науке как «вандейские».
В предлагаемой статье предпринимается попытка рассмотреть пробле¬
му казачества как одной из главных, наиболее организованных и стойких
«вандейских» сил.
Один из показателей недостаточной разработанности проблемы, осо¬
бенно бросающейся в глаза,— разнобой в терминологическом толковании
как родового понятия «Вандея», так и производных от него — «русская
Вандея», «вандейские войны», «вандейские силы». При этом затушевы¬
вается суть ие только терминов, но и социально-классовая природа обо¬
значающихся ими явлений. Контрреволюция вся предстает в литературе
фактически па одно лицо. Достаточно наглядное представление на этот
счет дают энциклопедические издания, к которым в первую очередь об¬
ращается читатель.
В пачале 50-х годов слово «Вандея» в них рассматривалось как на¬
рицательное «для обозначения очагов кулацкой контрреволюции». В 60-х
годах «вандейские войны» были представлены как войны революционной
Франции конца XVIII в. против контрреволюционных роялистских мя¬
тежей (СИЭ) 2. В 70-х годах в БСЭ были помещены по этой проблеме
две статьи, противоречащие друг другу. В первой — «вандейские вой¬
ны» — при разъяснении их сущности повторяются положения СИЭ, во
второй — «Вандея» — это понятие объясняется с иных позиций. Фран¬
цузский департамент Вандея, говорится в ней, в конце XVIII — начале
XIX в. стал центром инспирировавшихся Англией реакционных мятежей,
1 Минц И. И. История Великого Октября. Тт. 1-3. М. 1967-1973; Грунт А. Я.
Москва 1917-й. Революция и контрреволюция. М. 1976; Поликарпов В. Д. Про¬
лог гражданской войны в России. М. 1976; его ж е. Начальный этап гражданской
войны. М. 1980; его же. Калединщииа в свете ленинской концепции истории
гражданской войны в России. В кн.: Актуальные вопросы историографии Октября
на Дону и Северном Кавказе. Ростов-н/Д. 1986; К о з л ов А. И. Ленинская политика
по казачьему вопросу в 1917—1918 гг. В кн.: Исторический опыт Великого Октября
М. 1986; и др.
2 Энциклопедический словарь. Т. 1, М. 1953, с. 257; Советская историческая эн¬
циклопедия. Т. 2, с. 952.
20

возглавлявшихся контрреволюционным дворянством и католическим ду¬
ховенством, выступавшим за реставрацию свергнутой во Франции в
1792 г. династии Бурбонов. В дальнейшем, заключается в статье, это
название стало нарицательным для обозначения всех очегов контррево¬
люции 3.
Истолкование термина «русская Вандея» в советской литературе не¬
редко связывается почти целиком с казачеством. Еще в начале 1920 г.
И. В. Сталин в статье «К военному положению на Юге» характеризовал
его как «исконное орудие русского империализма», подчеркивая, что меж¬
ду ним и «всем остальным населением окраин» не могло быть классово¬
го единства4. В последующем по мере усиления культа личности эта
односторонняя оценка уже стала рассматриваться, по словам И. П. Бо¬
рисенко, как основание «для о крещения Дона и Кубани» «русской
Вандеей» 5. Такая интерпретация этого термина дошла и до наших дней,
хотя и не без некоторых новых нюансов, не меняющих, однако, сути
дела. С одной стороны, «русская Вандея» рассматривается как синоним
острой гражданской войны в казачьих районах, а с другой — всей контр¬
революции без какой-либо ее дифференциации6.
Подобное толкование вопроса не могло не вызвать возражений.
В 1958 г. И. И. Минц связал «русскую Вандею» с мятежом Корнилова
и Каледина, подчеркнув, что в августе 1917 г. его поддержало далеко
не все казачество 7. Но некоторые историки, справедливо критикуя изоб¬
ражение казачества как сплошной контрреволюционной массы, однознач¬
но сводящего ее к «русской Вандее», сами не сумели избежать другой
крайности. Своим утверждением, будто в борьбе за социализм основная
масса казачества всегда выступала в качестве одной из движущих сил,
они фактически сияли вопрос о «русской Вандее» 8. Л. И, Футорянский
отмечая, что В. И. Ленин рассматривал силы сознательных «вандейцев»
как ничтожные, рассматривает ленинскую политику в отношении каза¬
чества как всегда и, безусловно, направленную на его привлечение к ре¬
волюции «уже со времени «Искры», революции 1905 г., а также в пред¬
октябрьский период, в ходе Октябрьской революции п начавшейся
гражданской войны» Он полагает также, что тезис об отрицательном
отношении основной массы казачества к национализации земли являет¬
ся неверным, а точка зрения о политике большевистской партии до ней¬
трализации казаков накануне Октября — спорной 10.
Суждения о «русской Вандее», сводящие ее фактически только к ка¬
зачеству, получили отрицательную оценку. М. А. Алпатов писал, что
впадающие в крайность при оценке поведения казаков в революциях пе¬
реворачивают «всю историю». «Одни,— говорится в его брошюре,— оце¬
нивая донцов в гражданскую войну, убеждены, что это «русская Ван¬
дея». Если и были красные казаки, то Вандея — правило, красные ка-
3 Большая Советская Энциклопедия. Изд. 3-е. Т. 4, с. 286, 288.
‘ 4 Сталин И. В. Соч. Т. 4, с. 286, 287.
5 Бори с е н к о И. П. Советские республики па Северном Кавказе в 1918 г.
Т. I. Ростов-н/Д. 1930, с. 8, 9.
в Алексашенко А. П. Крах деникинщины. М. 1966, с. 28; Ленинский путь
донской станицы. Ростоп-н/Д. 1970, с. 34; Катаев В. П. Алмазный мой венец. -
Новый мир. 1978, № 6, с. 71; Сема нов С. Н. «Тихий Дон» - литература и история.
М. 4977, с. 93 (изд. 2-е, испр. и доп. М. 1982, с. 84).
7 Мин ц И. И. История Великого Октября. Т. 2. М. 1968, с, 748.
8 Бабичев Д. С. Донское трудовое казачество в борьбе за власть Советов.
Ростов-н/Д. 1969, с. 24.
» футорянский Л. И, Борьба за массы трудового казачества в период
перерастания буржуазно-демократической революции в социалистическую. Орен¬
бург. 1972, с. 6, 7; его же. Рецензия на кн. А. П. Ермолина «Революция и ка¬
зачество».- Вопросы истории КПСС, 1985, № 9, с. 135.
,0 Футорянский Л. И. Современная советская историография о казачестве
периода гражданской войны. В кн.: Историография гражданской войны и импе¬
риалистической интервенции (1918-1920 гг.). М. 1983, с. 150, 154.
21

заки — исключение. Другие в пику им полагают, что большинство донцов
состояло из бедноты, а посему казаки дружно взялись за шашки и всю
гражданскую войну защищали революцию» Обеляющие казачество
авторы, верно заметил Л. М. Спирин, тенденциозно истолковывают вы¬
сказывания и положения Ленина 12, в том числе раскрывающие содержа¬
ние понятия «русская Вандея» и связанного с этим социально-политиче¬
ского портрета казачества.
Ныне первоочередная задача науки как раз и состоит в дальнейшем
осмыслении ленинских концептуальных положений. Тем более что бур¬
жуазные историки — от белогвардейских до современных — термин «рус¬
ская Вапдея» отрывают от объективной реальности, сводят к географи¬
ческому понятию, связывая его почти исключительно с казачьими
районами. Ссылаясь нередко на ленинские работы и извращая их смысл,
они, изображая казачество как традиционного хранителя «демократиче¬
ских идеалов» 13, рисуют его только как монолитную силу, якобы всегда
выступавшую за сохранение порядка в государстве. Они предают забве¬
нию героическую борьбу под руководством С. Т. Разина, К. А. Булави¬
на, Е. И. Пугачева. Таким способом фальсификаторы истории прикрыва¬
ют позорную страницу в истории международного империализма, который,
организуя интервенцию в Советскую Россию при отсутствии опоры на
сколько-нибудь широкие массы, пытался создать ее только за счет каза¬
ков. Сначала, как указывал Ленин, их подкупали немцы, а потом англи¬
чане и французы 14.
Путаница в истолковании сложных и противоречивых социальных
явлений и обозначающих их терминов, с одной стороны, есть следствие
нечетких представлений об их содержании, а с другой, что касается
апологетов буржуазии,— сознательного извращения. «Вандея», как и ее
проявления, в том числе «русская Вандея»,—это не просто географи¬
ческое понятие, хотя своим происхождением и связанное с определенным
пунктом, но прежде всего это — явление социально-политическое по сво¬
ей сути. Оно было порождено острой классовой борьбой в период перехо¬
да от изжившего себя феодализма к нарождавшемуся капитализму.
«Вандея» как таковая возникла в конце XVIII в., когда против Фран¬
цузской буржуазной революции поднялись реакционные дворяне, духовен¬
ство, вся монархическая Европа. Но под ее знаменем выступали не толь¬
ко одни богатые. В борьбу были втянуты также многочисленные предста¬
вители средних слоев города и деревни, а нередко даже темные, забитые
бедные крестьяне, охваченные религиозным фанатизмом, средневековыми
предрассудками и притерпевшиеся к патриархальному укладу. Вольно
или невольно, сознательно или бессознательно, но все они сражались
против прогрессивной по тому времени буржуазной республики, за ре¬
ставрацию свергнутых революцией клерикально-монархических порядков.
Особенно широкий размах обрело это движение в департаменте Вандея,
название которого впоследствии перешло на подобного рода выступления,
где бы они ни происходили.
Ленин, неоднократно обращаясь к этой странице французского прош¬
лого, сравнивал с нею яростное сопротивление промонархических сил на¬
пору буржуазно-демократических революций в России. Эти силы, опи¬
равшиеся на остатки средневековья, Ленин характеризовал в ходе под¬
нявшейся против них первой российской революции. В статье «Между
двух битв» (конец 1905 г.), предупреждая русских революционеров, он
11 А л патов М. А. Откуда течет «Тихий Дон». М. 1976, с. 3.
12 Спирин Л. М. Российская Коммунистическая партия (большевиков)
в годы гражданской воины и интервенции. В кн.: Из истории гражданской войны
и интервенции. М. 1974, с. 49.
13 Pus h k a rev S. The Emergence of Modern Russia. 1801-1917. N. Y. 1963,
p. 425.
14 См. Ленин В. И. ПСС. T. 38, с. 69.
22

писал, что шайки царских сторонников готовы ее растоптать, растерзать
и разорвать. Они состояли из армии озверелых полицейских, забитых до
полоумия военных, одичалых попов, диких лавочников, подпоенных от¬
бросов капиталистического общества и правительственных учреждений,
из элементов темноты и невежества, мелких собственников 15, недемократи¬
ческих (способных на Вандею) слоев мелкой буржуазии10, благополучие
которых — пусть даже призрачное — основывалось на средневековых по¬
рядках, обречепиых историей и отвергавшихся большинством народа —
пролетариатом и подавляющей массой крестьянства. Все эти силы, вместе
взятые, по Ленину, и составляли русскую Вандею.
Среди вандейских сил наиболее организованным отрядом было каза¬
чество. Этот слой населения, указывал Ленин, состоял из богатых, мел¬
ких или средних землевладельцев, сохранял особенно много средневеко¬
вых черт жизни, хозяйства, быта. Но самое главное, особо подчеркивал
Ленин осенью 1917 г., среднее землевладение у них достигало почти
50 десятин1 г, тогда как крестьянские дворы, имевшие свыше 30 дес.,
считались уже богатыми. По данным за 1905 г., Ленин считал, что в груп¬
пе дворов крестьянского типа Европейской России, богатой землевладе¬
нием, «на первом месте... стоят казаки». Всего в этой части России на¬
считывалось тогда казачьих дворов 278 650, из них 266 929, или 95,7%
относились к богатым18. Разумеется, среди них встречались и с мень¬
шим землевладением, но не они определяли социальную картину казачь¬
ей станицы,.
За 12 последующих лет, из которых 3 приходилось на тяжкое время
первой мировой войны, произошли немалые изменения. Материалы сель¬
скохозяйственной переписи 1917 г. показывают, что посевы подавляюще¬
го большинства казачьих дворов составляли 10—20 десятин. Многие из
них относились к числу крепких, зажиточных19. На Дону, Кубани и
Тереке, где проживало 70% всех казаков России, такие хозяйства счита¬
лись середняцкими, хотя в имущественном отношении, если исходить из
общероссийских мерок, они, как указывал Ленин, говоря о всех серед¬
няках Юга России, были «похожи на кулаков» 20. Утверждения, будто
накануне Октября среди казаков Дона бедняки составляли 57%, а в об¬
щероссийской казачьей массе — 39,8% 21, не имеют под собой статисти¬
ческого обоснования. Данные переписи 1917 г. как раз и позволяют
подсчитать, что удельный вес казачьих бедняков, как и кулаков, коле¬
бался в зависимости от местных условий примерно от 10 до 30%, серед¬
няков—от 40 до 60%. В целом же по России бедняков было 65%, се¬
редняков — 20, кулаков — 15% 22.
На почве казачьего землевладения — фактической муниципализа¬
ции,— по определению Ленина, продолжали еще развиваться «чисто фео¬
дальные отношения» 23. Средневековая система наделения землей за
службу в условиях товарного хозяйства, хотя и при нарастающих пере¬
боях, продолжала обеспечивать основной массе казаков не только про¬
житочный минимум. Середняки в определенной степени были заинтересо¬
ваны в сохранении существовавших порядков, в сравнении с крестьянами
они находились в привилегированном положении. В силу этого они ориен¬
тировались на верхи сословно-классовой пирамиды. Все органы полити¬
15 См. там ;кс. Т. 12, с. 56.
16 См. там же. Т. 34, с. 326.
11 Там же, с. 219.
18 Там же. Г. 16, с. 199.
19 Раждаев П. Н. Основные черты организации крестьянского хозяйства на
Северном Кавказе. Ростов-н/Д. 1925, с. 97-207.
2« Л е и и н В. И. ИСС. Т. 39, с. 88.
21 Бабичев Д. С. Ук. соч., с. 17; Ф у т о р я п с к ¡г й Л. И. Борьба за массы
трудового казачества, с. 6.
22 Коз л ое А. И. На историческом повороте. Ростов-н/Д. 1977, с. 114.
гз Л е н и и В. И. ПСС. Т. 16, с. 315.
23

ческой надстройки внедряли в их сознание преданность «царю, присяге
и отечеству», воспитывали рядовую массу в духе презрения к рабочим
и трудящимся крестьянам, пропагандировали идею о казачестве как осо¬
бой нации.
Таков был итог длительной политики самодержавия. С помощью ры¬
чагов экономического, политического, идеологического воздействия оно
на протяжении многих десятилетий стремилось превратить некогда воль¬
нолюбивое казачество в жандармско-полицейскую силу. Курс на это
был взят сразу же после восстания декабристов. Он отражал стремление
царизма придать своей социальной опоре на профеодальной основе мас¬
совый характер, чтобы создать вокруг себя частокол штыков и сохранить
свой трон. Определяющими классовую направленность такой политики
явились правительственные положения о казачестве 1835, 1842, 1845,
1869 гг. (не получившие до сих пор научной разработки). Следствием
реализации этих законоположений, многократно потом уточнявшихся,
явилась та деформация в хозяйственно-экономическом и военном поло¬
жении казачества, которая породила существенные перемены в его со¬
циально-политическом облике и поставила его на особое место в общест¬
венной структуре России. И неверно полагать, что принимавшиеся меры
не достигали своей цели. В ходе первой российской революции на ее
сторону перешла лишь незначительная часть рядового казачества, основ¬
ная же его масса сохранила верность самодержавию.
С учетом совокупности всех этих обстоятельств Ленин писал, что ка¬
зачья земельная муниципализация, означавшая «сословную и областную
замкнутость крестьян, раздробленных различиями в размерах землевла¬
дения, в платежах, в условиях средневекового пользования землей за
службу» в конечном итоге помогала «не общедемократическому движе¬
нию, а раздроблению его, областному обессиливанию того, что может
победить лишь как централизованная сила, отчуждению одной области
от другой» 24. Этого не понимали Г. В. Плеханов и меньшевики. Отвер¬
гая ленинскую идею о национализации всей земли, они выдвигали в ка¬
честве одного из своих аргументов пример казачьей муниципализации
земли, изображая ее как оплот против реакции, а казаков, следователь¬
но, как борцов с нею 25. Они не видели того, что аграрная программа
большевиков была пролетарской программой «в крестьянской революции,
направленной против остатков крепостного права, против всего средневе¬
кового в нашем аграрном строе» 2Й. Показывая вред и несостоятельность
муниципализации земли, Ленин и сформулировал важнейшее для пони¬
мания рассматриваемой проблемы положение: «Это было бы созданием
нового реакционного казачества, реакционного потому, что привилеги¬
рованные мелкие земледельцы, обеспеченные землей вдесятеро больше
всей остальной массы земледельцев, не могли бы не противиться кресть¬
янской революции, ие могли бы не защищать привилегии частной собст¬
венности на землю» г7.
В условиях капитализма национализация земли в России предназна¬
чалась для решительной ломки старого средневекового землевладения
в том числе, естественно, и казачьей муниципальной собственности на
землю. Меньшевистская же точка зрения на казачество снимала вопрос
о его социально-классовом природе как об анахронизме, остаточном со¬
словном институте средневековья в общественной структуре России, со¬
ставной и неотъемлемой части существовавшей в стране системы военно-
феодального империализма. Она затемняла понимание экономических п
политических интересов казаков как мелких землевладельцев, хозяйство
которых строилось на основе средневекового надела, затушевывала ту
24 Там же, с. 315-316.
25 См. там же, с. 328-346.
26 Там же, с. 330.
27 Там же, с. 335-336.
24

истину, что при соответствующих условиях казачество может превра¬
титься в вандейцев, выступить на стороне промонархических сил. На
казачьей окраине России крестьяне, обеспеченные землею намного хуже
казаков, треб звали ликвидации казачьего землевладения. Основная же
масса казаког в требовании национализации земли усматривала угрозу
своим привилегиям и к самой идее крестьянской народной собственности
на землю относилась отрицательно.
Вопреки реальности Плеханов и меньшевики считали, что национа¬
лизация земли облегчит впоследствии реставрацию монархии. Они дока¬
зывали, что единственную гарантию против этого создаст муниципализа¬
ция земли по типу казачьей28. Суть такой муниципализации, пред¬
усматривавшей ликвидацию помещичьей земли, состояла, однако, в том,
что она была нацелена на сохранение в нетронутом виде надельного,
служилого ср<!дневекового землевладения 29. Поэтому большевики с пол¬
ным основанием говорили, что она в случае осуществления неизбежно
сыграет конт]»революционную роль. Не случайно депутат II Государст¬
венной думы, монархист М. А. Караулов, в 1917 г. ставший атаманом
Терского казачьего войска, при обсуждении в Думе аграрного вопроса
яростно разнеся национализацию земли, требовал муниципализации по
областям и защищал столыпинскую реформу. Он, писал Ленин, в тыся¬
чу раз вернее, чем Маслов и Плеханов, схватил суть дела, усматривая в
муниципализации но областям способ их раздробления, наверняка соз¬
дающего гарат тию от революции30.
Действительность заключалась в том, что в России остатки феодализ¬
ма успели переплестись с новейшими отношениями, порожденными моно¬
полистической стадией капитализма. Это придавало своеобразную окрас¬
ку всему экономическому базису казачьих областей, со своей стороны
он воздейство! ал на надстроечные институты, окрашивая их в далеко не
обычные политические цвета. Особенные черты базиса и надстройки на
протяжении многих поколений питали и формировали у казаков полу¬
военный уклад жизни, быт, обычаи, традиции, психологию, мировоззре¬
ние, соответствующую политическую направленность.
Таковы те глубинные социально-экономические, политические корни
и истоки, питавшие «русскую Вандею». Составные части ее сил, будучи
весьма разношерстными, представляли собой далеко не только богатых.
Они состояли также из мелких собственников, в том числе из опреде¬
ленной части казачества. Pix объединяло стремление сохранить или ре¬
ставрировать средневековые порядки в случае, если они уже свергнуты
буржуазно-демократической революцией. Однако интересы разных слоев
этой массы не были одинаковыми. Поэтому и решимость каждого из них
бороться за сохранение или реставрацию монархии была разной. В част¬
ности, трудовые казаки как мелкие собственники отнюдь не автомати¬
чески превращались в носителей враждебных революции взглядов. При¬
сущие им пережитки средневековья в экономике, сословная замкнутость,
оторванность эт центров капиталистической цивилизации определяли
лишь предпосылки, на базе которых могли быть, а могли и не быть
«вандейские» движения, ибо в каждом конкретном случае возникновение,
сила социального взрыва зависят от множества обстоятельств, в первую
очередь от политики противоборствующих классов и их партий.
В борьбе российскими буржуазно-демократическими революциями
самодержавие и контрреволюция выдвигали казачество на первый план
как наиболее мобильную, динамичную и монархически настроенную силу,
стремились огерсться на его консервативные стороны. Начиная с лета
1917 г., после июльских событий в Петрограде, в ходе которых казаки по
приказу Времх иного правительства участвовали в расстреле мирных де-
28 Там же, с. 305—306.
29 Там же, с. 309.
30 См. там жз, с. 316.
25

монстраитов, Ленин неустанно подчеркивал, что казачество представляет
собой самый консервативный, самый отсталый и для революции самый
опасный слой мелкой буржуазии, больше всего склонный к союзу с реак¬
ционными силами и легче всех поддающийся их агитации. Даже в 1919 г.
Ленин указывал на «гнездо несомненно контрреволюционного казачест¬
ва», которое и после 1905 г. оставалось «таким же монархическим, как и
прежде» 3i, боролось «за свои привилегии», поэтому неприятель опирался
на пего больше всего 32.
«Русская Вандея», совпадая по сути своей с французской, тем не ме¬
нее значительно от нее отличалась, так как действовала в иной истори¬
ческой среде. Во Франции конца XVIII в., где капитализм развивался по
восходящей ветви, буржуазия выступала в качестве и революционной
силы, и организатора борьбы против вандейцев как врагов буржуазной
революции. В России начала XX в. капитализм уже вступил в монополи¬
стическую стадию и в одном клубке переплелся с остатками средневе¬
ковья. На этой почве почти одновременно вызревали, с одной стороны,
буржуазная, а с другой — социалистическая революция. Ленин писал:
«Вот она — российская Вандея, столь же похожая на французскую Ван¬
дею, как «законный» монарх Николай Романов похож на проходимца
Наполеона» 33. Сам ход истории породил коренную перегруппировку в
расстановке классовых сил. Теперь в качестве руководителя освободи¬
тельного движения выступала не буржуазия, а пролетариат, который
больше всех был заинтересован в решительной ликвидации остатков
феодализма, чтобы на базе капитализма развернуть борьбу за социализм.
Теперь главная угроза буржуазии исходила не от вандейцев, как в
XVIII в., а вандейцам — не от буржуазии.
В новых исторических условиях смертельную угрозу тем и другим
создавали пролетариат и его союзники. Страх перед пролетариатом тол¬
кал его врагов на путь взаимных уступок. Блокирование буржуазии с
вандейцами, находившимися на службе у самодержавия, стало одной из
решающих причин поражения первой русской революции. Перманентный
страх перед пролетариатом в Февральской революции предопределил
трусливость русской буржуазии и ее стремление ограничить революцию
свержением царизма. В России XX в. Вандею мог сломать только орга¬
низованный и просвещенный пролетариат. Только он, эксплуатируемый
сам, был в состоянии, говоря словами Ленина, поднять всех стоящих
ниже его, пробудить в них людей и граждан, показать им дорогу к из¬
бавлению от всякой эксплуатации. Только он мог создать ядро могучей
революционной армии, могучей и своими идеалами, и своей дисциплиной,
и своей организацией, и своим героизмом в борьбе, перед которыми не
способна была устоять никакая Вандея34. Только пролетариат, руково¬
димый своей партией, был способен организовать силы из противников
черносотенцев и добиться распада враждебных войск, по выражению
Ленина, «на красную и черную армию» 35.
Царизм и господствующие классы, напуганные революцией 1905—
1907 гг., не жалели сил и средств для укрепления и расширения своей
социальной базы, в первую очередь за счет казачества как военизирован¬
ной и наиболее организованной силы. «Союз русского народа» призвал
сторонников самодержавия учесть «исторические заслуги славного каза¬
чества» и улучшить его положение «в земельном и денежном отношени¬
ях» 36. В ходе первой мировой войны, до 1 января 1917 г., чтобы задоб¬
31 Там же. Т. 38, с. 277.
32 Там же. Т. 39, с. 244
33 Там же. Т. 12, с. 57.
34 См. там же.
35 Там же.
36 Цит. по: Спирин Л. М. Крушение помещичьих п буржуазных партий з
России, М. 1977, с. 16L.
26

рить казакоз:, призванных на службу, правительство предоставило мате¬
риальное псдкреплеиие их хозяйствам в размере свыше 94 млн. руб¬
лей37. Покровительственную политику, сохранявшую привилегированное
положение казаков, продолжало и Временное правительство. Когда весной
1917 г. корелные и иногородние крестьяне казачьих областей потребова¬
ли включить казачьи земли в фонд для уравнительного их передела, оно
осудило такие притязания как антигосударственные. По предложению ата¬
мана войска Донского, где особенно обострились аграрные противоречия,
Временное правительство в обращении к населению области заверило
казаков в полной поддержке со своей стороны и строго предупредило
крестьян: как и в прошлом, они и «при теперешнем свободном государ¬
ственном ст^ое» не имеют «права посягать на... чужую собственность»38.
В момент совершения Февральской революции казаки столичных пол¬
ков, когда убедились в ее необратимом характере, заняли позицию ней¬
тралитета В станицах и хуторах, оторванных от центров, свержение
царизма вызывало в одних случаях недовольство, в других же наблюда¬
лась инертность. Фронтовики, растерявшись сначала, потом успокоились:
«Казакам хуже не будет» 40. И казачьим верхам не стоило особого труда
их вновь прибрать к своим рукам. Этому способствовали посулы Времен¬
ного правительства сохранить статус казачьих войск с признанием за
ними особых прав. На казачьей окраине развернулось создание резерв¬
ного плацдарма —на случай, если революция опередит контрреволюцию.
Учрежденный в столице черносотенно-полицейский Союз казачьих войск
бросил казакам клич: «Тупым концом бей!».
Донское ] казачье войско, самое старое, большое и авторитетное среди
других, возглавил ярый монархист генерал А. М. Каледин. На политиче¬
ском горизонте замаячила зловещая фигура генерала Л. Г. Корнилова,
тоже выходца из казаков. Внутренняя реакция и антантовские империа¬
листические круги начали его готовить к роли кровавого душителя ре¬
волюции. Рас писывая достоинства, какими он никогда не обладал, они с
головокружительной быстротой продвигали его вверх по служебной лест¬
нице (2 марта 1917 г. назначен командующим войсками Петроградско¬
го военного округа, в начале мая — командующим 8-й армией41). Казачьи
части в тылу и на фронте использовались на подавление выступлений
рабочих, крестьян и солдат42.
В начале июля 1917 г., когда вал революционной волны поднялся с
новой силой, меньшевистско-эсеровские вожди согласились с требовани¬
ем буржуазной контрреволюции ввести в столицу калединские войска43.
Реакционные части казаков и юнкеров расстреляли мирную демонстра¬
цию. Тем временем немцы прорвали Юго-Западный фронт. В ночь с 7 на
8 июля его вэзглавил Корнилов, который тотчас приказал расстреливать
отступающих, а трупы выставлять на дорогах с соответствующими над¬
писями. 8 июля он направил телеграмму верховному главнокомандующе¬
му — копии ¡шнистру-председателю и военному министру — с требова¬
нием введения на театре военных действий смертной казни. 11 июля
аналогичная телеграмма, поддержанная комиссаром Юго-Западного
фронта Б. В. Савинковым, была направлена непосредственно главе пра¬
вительства. Если, угрожал Корнилов, это требование не будет принято,
зт ЦГВИА СССР, ф. 400, он. 25, д. 13698, л. 8.
ав Там же, д. 13028, л. 15.
39 Правда, 37.11.1917.
40 ЦГАОР СССР, ф. 398, он. 2, д. 95, л. 16; Ростовская речь, 9.Ш.1917;
Янов Г. II. Революция и донские казаки,—Донская летопись, 1923, № 2, с. 67.
41 Мартынов Е. II. Корнилов (попытка военного переворота). Л. 1927,
с. 18, 19.
42 Подробите об этом см.: Яку нов Н. М. Борьба за армию в 1917 году. М.
1975; его ж е. Революция и мир. М. 1980; и др.
43 См. Л е н и н В. И. ПСС. Т. 34, с. 127.
27

он сложит с себя исполняемые им обязанности 4\ 16 июля генерал по¬
требовал проведения драконовских мер и в тылу.
Керенскому, оставшемуся во главе покинутого кадетами в начале
июля Временного правительства, его ультиматум показался «некоторым
просветом». 19 июля Корнилов был назначен верховным главнокоманду¬
ющим 45. Но казачьи верхи и этим не были удовлетворены. Они требова¬
ли от Временного правительства еще больших уступок. Оказывая на
него давление с крайне правых позиций, они обвиняли его в неспособно¬
сти навести «порядок», настаивали на восстановлении всех царских зако¬
нов, на развязывании гражданской войны против пролетариата и его
союзников. При их подстрекательстве мелкие казачьи хозяйчики бойко¬
тировали правительственную хлебную монополию. Только с Кубани —
одного из основных поставщиков хлеба — в июле 1917 г. поступило его
по наряду всего 34,4%, а в августе — 24% 46.
В политическом положении страны произошли коренные перемены.
Самая главная из них, по характеристике Ленина, состояла в фактиче¬
ском переходе государственной власти в руки организовавшейся и ук¬
репившейся контрреволюции (в лице трех сил: кадетской партии, ар¬
мейской верхушки и реакционной прессы) 47, которая выступала в двух
видах: царистско-монархическом и буржуазном. От последней исходила
главная опасность для революции. Однако буржуазия, чтобы отвлечь
внимание от этой опасности и выставить себя представительницей
«революции вообще», запугивала народ царистской контрреволюцией. Об
этом вместе с буржуазией кричали лидеры мелкобуржуазной демократии,
даже Мартов, самый «левый» из них. Мирное развитие революции стало
невозможным.
На почве буржуазной контрреволюционности, но «в обстановке де¬
мократических преобразований и демократической революции», писал
тогда Ленин, в России выросла бонапартистская контрреволюция («при
очень схожих условиях» Франции конца XVIII в. и середины XIX в.),
которая прокладывала дорогу к реставрации легитимной монархии.
Вдохновителем такой политики была кадетская партия, а ее проводни¬
ком — Временное правительство во главе с «социалистом» Керенским,
которого поддерживал соглашательский ЦИК Советов. На первый план
выдвинулась с 5 июля захватившая власть в решающих местах на фрон¬
те и в армии военная клика Каледина и Корнилова, возлагавшая глав¬
ную надежду па «вандейские» силы. Кадеты пачали подготовку казачьего
съезда, а эсеры и меньшевики при этом известии, писал с сарказмом
Ленин, «петушком побежали» за ними48.
Однако Калединым и стоящим за ними помещикам, капиталистам,
антантовским империалистам, словом, всей буржуазной контрреволюции
правительственная политика лавирования между борющимися классами
представлялась неэффективной, крайне слабой и опасной. Взяв поэтому
курс на военный переворот, на установление кровавой диктатуры, роль
палача революции они отвели Корнилову. Но, не располагая поддержкой
широких общественных сил, организаторы государственного переворота
опирались, кроме богачей, только на «дикую дивизию» и казачество49.
Считалось, как писал ближайший корниловский советчик В. С. Завойко,
что в их сознании «поколеблены не принципы, не идея царизма, а исклю-
*-■ 50
чительно авторитет его случайных носителей» .
44 ЦГАОР СССР, ф. 1780, он. 1с, д. 5, л. 2.
45 Гражданская война и военная интервенция. Энциклопедия. М. 1983, с. 288.
46 Листок войны, 26.IX.1917; Ботина Е. Г. Продовольственный вопрос в Ку¬
банской области в период подготовки и проведения Великой Октябрьской социали¬
стической революции. Автореф. канд. дпсс. Краснодар. 1981.
47 См. Л е н и и В. И. 11СС. Т, 34, с. 1, 2.
48 Там же, с. 82. 83, 84.
49 Там же, с. 128, 219.
30 ЦГАОР СССР, ф. 1780, од. 1с, д. 13, л. 50.
28

Заговорщики преследовали цель реставрации монархии, собираясь
прикрыть это насилие над революцией игрой в показную демократию.
Ради этого, по свидетельству того же Завойко, ими предусматривался
созыв чрезвычайной Государственной думы. Ее участниками должны
были стать вое бывшие члены I и частично IV Государственных дум
(кроме 130 членов четырех правых фракций, обвиняемых корниловцами
в неспособности «к творческой работе в условиях эволюционного разви¬
тия страны», что, как считали они, и породило Февральскую револю¬
цию). Предполагалось также приглашение (якобы «независимо от поли¬
тических убеждений») 30 наиболее известных ученых, промышленников
и партийных работников, 20 делегатов казачьих войск, министров перво¬
го состава Временного правительства и 30 уполномоченных церковного
собора. Заговорщики намеревались в демагогических целях деклариро¬
вать представительство в чрезвычайной Думе 100 кандидатов от эсеров,
меньшевиков а будто бы даже большевиков, Советов рабочих и солдат¬
ских депутатов по первым номерам списков в Учредительное собра¬
ние 51.
Как явствует из материалов Чрезвычайной следственной комиссии по
делу Корнилова, он и его окружение собирались упрочить социальную
базу своего военного режима как переходного к монархии путем увели¬
чения численности мелких собственников по типу казаков за счет госу¬
дарственного земельного фонда. Предполагалось дополнительно создать
4 млн. участков — каждый в зависимости от местных условий размером
от 6 до 15 десятин—и безвозмездно раздать их «беспорочно и доблест¬
но» прошедшим службу фронтовикам52. На Государственном совещании
в Москве все правые выступили в поддержку Корниловых и Калединых,
а соглашател! ские лидеры затрезвонили о «победе», усматривая ее, по
словам Ленина, в том, «что Каледины, Корниловы и Керенские не глота¬
ют их сразу!!». Корень зла заключался в настроениях мелкобуржуазных
масс, поверивших в силу своего экономического положения, в распущен¬
ные побасенки о том, что добровольно уступленная реакционным генера¬
лам власть добровольно вернется от них назад. Называя подобные иллю¬
зии мещанскими, тупоумными, холопскими, бессознательной доверчи¬
востью, Лениг. пришел к выводу, что «решительный поворот теперь...
абсолютно невозможен без новой революциил>, ибо власть уже не у «ре¬
волюционной демократии», а в руках Калединых53.
В такой обстановке первостепенная задача пролетарской партии со¬
стояла в разоблачении не только явной буржуазной контрреволюции, но
и ее пособник )в — эсеров и меньшевиков, сеявших среди масс опасные
заблуждения. 'Решая ее, Ленин призвал большевиков обнажать прямую
связь между кадетами, соглашателями, с одной стороны, и вандейскими
силами, с другой, поскольку реакционность и контрреволюционность по¬
следних была хорошо известна широким трудящимся массам по их соб¬
ственному прошлому опыту. Естественно, о политике на установление
союза с казаками тогда не могло быть и речи. Разоблачая эсеров и
меньшевиков как прислужников буржуазной контрреволюции, Ленин
особо подчеркивал, что они в своем политическом падении докатились до
прямых отношений с казаками.
Напомнив (лова Ф. Энгельса «государство есть прежде всего отряды
вооруженных людей с материальными привесками вроде тюрем», Ленин
писал, что после июльского расстрела «это—юнкера, реакционные каза¬
ки, специально свезенные в Питер»; теперь задача пролетариата — не
поддаваться провокациям «черных сотен и казаков», собирать силы для
решительной ( ними схватки 44. Из этой же идеи исходил VI съезд
51 Там же, л. 53, 54.
52 Там же, л. 70.
53 Ленин: В И. ПСС. Т. 34, с. 128, 129.
34 Там же, с. 14, 16.
29

РСДРП (б). «Меньшевики и эсеры, исполняя волю буржуазии,—говори¬
лось в его «Манифесте»,— ...отдали сердце революции.... на растерзание
юнкерам и казакам», а руководимые ими Советы, разоружив «рабочих,
расформировав полки революции, нагнав в центр казаков... превратились
в привесок буржуазного правительства» 55. Это был удар по эсерам и
меньшевикам, которые самым тщательным образом маскировали свои
связи с Каледиными и Корниловыми и распускали слухи о связях боль¬
шевиков с соглашательскими партиями. Так было, в частности, накану¬
не генеральского мятежа. Тогда их газета сообщила, будто некоторые
казачьи части, снявшись с фронта, идут свергать Временное правитель¬
ство, а эсеры и меньшевики якобы развериули подготовку отпора им,
привлекая также к этому делу большевиков 5В.
Посредством таких «слухов» оборонцы хотели, писал Ленин, замять,
затушевать, заставить забыть уакт вызова ими казаков в начале июля
в Петроград, разоблачающий и «доказывающий их предательство револю¬
ции, их союз с контрреволюционерами, их союз с Каледиными». Их
политический расчет состоял в том, чтобы «надуть рабочих, выдать себя
за революционеров» и починить свою репутацию, подкрепить «доверие к
Временному правительству, уверив наивных людей, будто это правитель¬
ство хотят свергать казаки, будто оно лев блоке с казаками, будто оно
«защищает революцию». «Расчетец ясный,—указывал Ленин.—Слухи-то
вздорные и сфабрикованные. А доверие~то к Временному правительству
мы-де получим чистой монетой, да кстати и большевиков втянем в
«блок» с наш?!» ”.
Документы, в частности показания Керенского, данные им Чрезвы¬
чайной следственной комиссии по делу о корниловском мятеже, свиде¬
тельствуют, что представители Союза казачьих войск были в числе пер¬
вых, кто предложил министру-председателю изменить в стране «систему
управления в сторону сильной власти». После того, следует из его пока¬
заний, когда такая «общественность» разочаровалась в нем, «начались
розыски других лиц». «Все расчеты,— сообщал он,— были на «дикую
дивизию». При ее вступлении в Петроград там должны были развернуть
действия «стачечный отдел», заранее присланные туда офицеры и груп¬
пы из военных училищ 58. Показательно, что Савинков, один из органи¬
заторов генеральского мятежа, настоятельно рекомендовал Корнилову:
опираясь па казаков, скрывать от общественности свою связь с ними.
В этих целях он советовал ему при подавлении «беспорядков» использо¬
вать «по психологическим мотивам» не только казаков, но и регулярную
конницу59.
В ходе корниловского мятежа, однако, ни один из 75 эшелонов 3-го ка¬
валерийского корпуса к столице не прорвался60. Не сумел поднять
донцов и Каледин. В первой половине сентября 1917 г. Ленин констати¬
ровал: «Исторически доказанной является... крайняя слабость массового
казаческого движения в пользу буржуазной контрреволюции» Эти
обстоятельства и слова Ленина, по мнению некоторых историков, служат
доказательством будто бы состоявшегося уже тогда перехода казаков на
сторону рабочего класса и революции 62.
55 Шестой съезд РСДРП (большевиков). Протоколы. М. 1958, с. 274-275.
58 Новая жизнь, 17.VIII.1917.
57 Л е и и н В. И. ПСС. Т. 34, с. 74, 75.
58 Керенский Л. Ф. Дело Корнилова. М. 1918, с. 188-192; ЦГАОР СССР,
ф. 1780, оп. 1с, д. 2, лл. 71, 72, 74.
ЦГАОР СССР, ф. 1780, оп. 1с, д. 14, л. 83.
60 Там же, оп, 3, д. 51, лл. 61—63 об.
61 Ленин В. И. ПСС. Т. 34, с. 220.
62 Б а б и ч е в Д. С. Ук. соч., с. 24; Футоряпскип Л. И. Борьба за .массы
трудовою казачества, с. 7.
30

Действительно, казаки отказались поддерживать Корнилова и Каледи¬
на, и это облегчило разгром генеральского мятежа, после которого откры¬
лась прямая дорога к социалистической революции. Такой поворот в на¬
строениях казаков сыграл, несомненно, немаловажную роль. И, разумеет¬
ся. историки правы, обращая на него внимание. Другое дело, что
реалистическая оценка характера этих настроений по совокупности фак¬
тов не дает оснований для вывода о переходе большинства казаков уже в
ту пору на сторону пролетарского лагеря. Но они вполне позволяют го¬
ворить о сдвиге казачьего большинства «влево», степень которого, впро¬
чем, тоже не следует переоценивать, ибо суть его определялась тем, что
симпатии этого большинства были тогда на стороне Временного прави¬
тельства во гкаве с Керенским, хотя многие казаки, как показывают до¬
кументы, продолжали еще поддерживать и мятежников. Были среди
них, конечно, и перешедшие на сторону пролетариата, но ни они, ни
корниловцы не определяли собой настроений основной массы казаков63.
Это объяснялась тем, что внутренние противоречия среди них к тому
времени не де стигли еще той остроты, как у крестьян, чтобы расколоть
казачество на противоборствующие классовые группировки. Этот назре¬
вавший взрыв пока еще протекал под прикрытием сословной оболочки.
Наглядное представление о расстановке классовых сил, в частности
на Дону, где ¡хаходилось самое старое и самое большое казачье войско,
дает доклад ростовских большевиков от 6 сентября 1917 г. ЦК
РСДРП (б): «Крестьяне, рабочие, пехота; телеграф, ж. д., с одной стороны,
казачество, офицерство,— с другой», хотя часть молодых казаков недо¬
вольна офице| ами-каледиыцами, но больше она склоняется к «нейтрали¬
тету» 64. В о£ становке, когда партия большевиков держала курс на
вооруженное восстание, объективно точная оценка настроений одной из
главных сил буржуазной контрреволюции была необходима для обоснова¬
ния тактики рэволюции; от этого в решающей степени зависели ее успех
или поражени э. Ленин с предельной точностью характеризовал настрое¬
ния казаков, ги на йоту не переоценивая уровень их сознательности:
«Объективных данных о том, как разные слои и разные хозяйственные
группы казачэства относятся к демократии и к корниловщине, не
имеется. Есть только указания на то, что большинство бедноты и сред¬
него казачеспа больше склонно к демократии и лишь офицерство с
верхами зажи?очного казачества вполне корниловское»65.
Большинство казаков (не все) перешло тогда на сторону соглашате¬
лей, лидеры которых «борьбу» с корниловщиной прикрывали демократи¬
ческим флагом. Но непосредственное воздействие на казаков, предопреде¬
лившее их позицию, но Ленину, оказали стихийные взрывы «со стороны
пролетариата», «в центре влияния и силы противобольшевистской все¬
российской демократии» — «в оторванном от общерусской демократии
казачьем крае *66. В советской литературе это ленинское замечание не
получило необ водимого осмысления. Хотя именно оно, с одной стороны,
показывает несостоятельность преувеличения революционности трудя¬
щегося большинства казачества, а с другой — недооценку решающей роли
донского пролэтариата как боевого отряда общероссийского рабочего
класса, являвшегося неизменным двигателем революции в сторону со¬
циализма.
Тот факт, что Корнилов и Каледин не подняли массового казаческо-
го движения в поддержку буржуазной контрреволюции, позволил Ленину
сделать ряд важнейших теоретических и практических выводов. Первый
из них — об упорстве пролетарски-революционпого и кадетско-корнилов¬
03 См., напр., ЦГАОР СССР, ф. 1780, он. 1, д. 51.
64 Переписка Секретариата ЦК РСДРП (б) с местными иартипдылш организа¬
циями. Сб. док. Т. 1. М. 1957, с. 194-199.
« Л е н и н В И. ПСС. Т. 34, с. 220.
иб Там же.
о г

ского движений. Полгода ~ с конца февраля по конец августа—показа¬
ли, что последнее проиграло борьбу с большевизмом: и по линии идео¬
логической (при гигантском преобладании его органов печати и агита¬
торских сил), и по линии применения открытых репрессий. Больше
того, в ходе этой борьбы повсюду и везде развернулся процесс громад¬
ного усиления большевизма, приближения к нему интернационалистских
и «левых» течений в эсеровской и меньшевистской партиях. Реакционное
?ке движение, потеряв одну из важнейших своих массовых, опор в лице
трудового казачества, утратило и свое прежнее упорство. Пролетариат,
писал Ленин, обнаружил силу, сознательность, почвенность, рост и упор¬
ство, а буржуазия, наоборот, потеряла все шансы на победу 07.
Этот итог послужил Ленину основанием для другого вывода — о воз¬
можности предотвращения гражданской войны в буржуазпо-ресиубли-
капской России. Опыт борьбы с корниловщиной позволил ему прийти к
заключению о допустимости союза «большевиков с эсерами и меньшеви¬
ками против кадетов, против буржуазии». Возможность его возникнове¬
ния в политической обстановке всеобщего революционного подъема, по¬
рожденного победоносным исходом схватки с корниловщиной, делала
почти немыслимой вероятность гражданской войны, ибо если буржуазия
и начала бы ее, то «этакая война» не дошла бы даже ни до одного
сражения». Буржуазия после корниловщины не нашла бы «даже и
«дикой дивизии», даже прежнего числа эшелонов казачества для движе¬
ния против Советского правительства!» 68.
Наметившаяся перспектива возникновения такого союза вызвала
переполох в стане буржуазии и эсеро-мепьшевистских лидеров. В один
голос они закричали, что он «грозит» ужасами гражданской войны. Раз¬
облачая эту ложь, перечеркивавшую уроки революции, Ленин сделал
третий вывод: союз большевиков с рядовыми эсерами и меньшевиками
создает «исключительно немедленный переход всей власти к Советам»
Против такого союза и против революционно-демократических Советов
буржуазия не сможет организовать сопротивление, доходящее до граж¬
данской войны, так как она не сумеет найти необходимые для этого
массы, способные воевать и победить Советы. «Чем скорее и решительнее
возьмут всю власть Советы,— подчеркивал Ленин,— тем скорее расколют¬
ся и «дикие дивизии» и казаки, расколются на ничтожнейшее меньшин¬
ство сознательных корниловцев и на огромное большинство сторонников
демократического и социалистического (ибо речь тогда пойдет именно о
социализме) союза рабочих и крестьян» 70.
Опираясь на эти слова Ленина в сочетании с тем местом в его статье
«Задачи революции», написанной тоже в первой половине сентября
1917 г., где говорится о казаках71, Л. И. Футоряиский делает вывод:
«Накануне Октября В. И. Ленин подчеркнул заинтересованность основ¬
ной массы казачества в программе большевистской партии, предвидел
будущий раскол казачества на ничтожное меньшинство сознательных
ярых вандейцев и огромное большинство сторонников демократического,
а затем и социалистического союза рабочих и крестьян, считал, что пу¬
тем упорной борьбы большевистская партия сумеет привлечь иа свою
сторону и трудовое казачество» 72. Но такое заключение упрощает суть
дела, основывается на подмене понятий и, следовательно, неправомерно.
Действительность была куда более сложной. Когда Ленин прогнози¬
ровал поведение казаков, от которого во многом зависел общий ход рево¬
67 Там же, с. 220, 221.
68 Там же, с. 221, 222.
68 Там же, с. 222.
70 Там же, с. 223.
71 Там же, с. 235.
7г Футоряиский Л. И. Казачество в период гражданской войны. В кн.:
Казачество в Октябрьской революции и гражданской войие, Черкесск. 1984, с. 5 К
32

люции, он исходил из того, что буржуазной контрреволюции не удалось
превратить их в ударный отряд «вандейских сил» и это стало одной из
причин только что происшедшего разгрома корниловщины, в результате
чего в России сложился исключительный исторический момент. Снова
появились возможность перехода власти к Советам и вероятность мирно¬
го развития революции. Рассматривая эту перспективу как реальную,
Ленин считал важнейшей задачей «помочь сделать все возможное для
обеспечения «последнего» шанса на мирное развитие революции, помочь
этому изложением нашей программы, выяснением ее общенародного ха¬
рактера, ее безусловного соответствия интересам и требованиям гигант¬
ского большинства населения» 13.
Стремясь превратить возможность в действительность, Ленин указы¬
вал, что для этого необходимо лишить власти генералов-корпиловцев и
тех, кто доказал свое бессилие перед буржуазией, свою способность дей¬
ствовать по-бонапартистски, как Керенский, и образовать новое прави¬
тельство. Последнее, будучи советским, и должно было обеспечить пере¬
ход всей власти исключительно к представителям Советов, организовать
их переизбрание, немедленно предложить мир всем воюющим народам на
условиях отказа от аннексий, отменить частную собственность на поме¬
щичьи земли без выкупа и передать их крестьянским комитетам, повести
борьбу с голодом и разрухой, вводя рабочий контроль над производством
и потреблением, национализировать банки, страховое дело, важнейшие
отрасли промышленности, отменить коммерческие тайны, установить не¬
уклонный надзор за капиталистами, арестовать главарей буржуазной
контрреволюции и расформировать части, на которые они опирались, за¬
крыть контрреволюционные газеты. Именно в этой связи Ленин и под¬
черкивал: «Такие меры, не отнимая ни копейки собственности ни у сред¬
них крестьян, ни у казаков, ни у мелких ремесленников, являются
безусловно справедливыми для равномерного несения тягостей войны и
неотложными для борьбы с голодом» 74.
Поэтому, писал Ленин, если Советы как органы революционно-демо¬
кратической диктатуры возьмут всю власть, без колебаний осуществят эту
программу мероприятий — по характеру демократических, а не социали¬
стических,— перед демократией откроется редчайшая в истории «воз¬
можность обеспечить мирное развитие революции». В таком случае Со¬
веты могли бы обеспечить мирные выборы народом своих депутатов, мир¬
ную борьбу партий внутри Советов, испытание практикой программ
разных партий, мирный переход власти из рук одной партии в руки
другой 7\ Пролетариат поддержал бы Советы, «если бы они осущест¬
вили последний их шанс на мирное развитие революции» 76. Но соглаша¬
тели. предавая демократию и революцию, предпочли союзу с большеви¬
ками сделку с буржуазией. Последний шанс остался нереализованным.
Реалистически оценивая уровень политического развития казачест¬
ва — этой специфической мелкобуржуазной массы, цеплявшейся за остат¬
ки феодализма, Ленин и партия, направляя революцию на путь воору¬
женной борьбы за власть, ставшей единственным средством свержения
эксплуататоров, усматривали на этом пути серьезную угрозу именно в
казаках. Готовясь к решающей схватке, Ленин непрестанно напоминал
революционерам о необходимости учитывать эту опасность. 29 сентября,
призывая руководителей партии, Петроградского и Московского ее коми¬
тетов, Советов к взятию власти еще до созыва съезда Советов, он преду¬
преждал: позднее может этого не получиться «и политически и техниче¬
ски», ибо Временное правительство сумеет собрать казаков77. 8 октября
73 Л е и и н В. И. ПСС. Т. 34, с. 222, 230.
74 Там же, с. 235.
75 Там же, с. 237.
7В Там же, с. 238.
77 Там же, с. 281.
2 Вопросы истории, Л! 9,
33

Ленин указывал, как на одно из решающих условий победы вооруженно¬
го восстания, на необходимость скопления «гигантского перевеса сил над
15—20 тысячами» юнкеров «буржуазной гвардии» и части казаков —
«вандейских войск». Нельзя ждать, убеждал Ленин, пока не удастся
«казачьим частям корниловца Керенского» «подавить по частям это
крестьянское восстание» в стране В резолюции, написанной Лениным
и принятой заседанием ЦК РСДРП (б) 10 октября, указывалось как на
один из факторов, выдвигающих вооруженное восстание на очередь дня,
на «явное подготовление второй корниловщины (вывод войск из Питера,
подвоз к Питеру казаков, окружение Минска казаками и пр.)»19.
17 октября Ленин еще раз предупреждал: «Если юнкера и казаки гово¬
рят, что будут драться до последней капли крови против большевиков,
то это заслуживает полного доверия» 80.
Исходя из установок Ленина и партии, из опыта всей революции,
Петроградский военно-революционный комитет рассматривал казаков
столичного гарнизона (т. е. ту часть, которая находилась в горниле
классовой борьбы) с политической точки зрения как наиболее отсталую
и опасную часть солдатской массы81. Имея на счету буквально каждую
роту преданных революции солдат, он предусмотрел поэтому отправку
ряда пехотных частей и отрядов броневиков в места дислокации казачь¬
их полков для их нейтрализации. Я. М. Свердлов тогда призвал агита¬
торов усилить работу среди казачьих частей, чтобы они «во время ре¬
шающей схватки» «оставались хотя бы нейтральными»8г. 22 октября
казачьи полки столицы отказались участвовать в «крестном ходе», зате¬
вавшемся Временным правительством для устрашения рабочих и солдат.
Ленин расценил это событие как знак, предвещавший победу рево¬
люции 83.
Развернувшееся в стране после победы вооруженного восстания в
Петрограде триумфальное шествие Советской власти, когда большинство
рабочих и крестьян России стояло уже на стороне большевиков, выдви¬
нуло перед партией на первый план (с конца октября 1917 г, прибли¬
зительно до февраля 1918 г., как указывал Ленин) «боевую или военную
задачу». «Вместо того, чтобы убеждать, на первое место стала задача
завоевывать Россию» 8\ В большинстве мест эта задача была решена
«сравнительно чрезвычайно легко». Но в провинции, в отдаленных от
центра местах и особенно в тех районах России, где сосредоточено было
больше всего населения, сравнительно отсталого и прочнее всего держа¬
щегося за традиции монархии и средневековья, например, в казачьих об¬
ластях, Советской власти пришлось выдержать сопротивление, принимав¬
шее военные формы, и только теперь, писал Ленин в конце марта
1918 г., по истечении более чем четырех месяцев со времени Октябрь¬
ской революции, приходящее к полному концу 85. Классовая борьба в тех
районах уже на том этапе, по характеристике Ленина, переросла в граж-
и в Л
данскую воину .
Однако и там Советская власть, осуществив комплекс военных, эконо¬
мических, политических и идеологических мер, давших казакам возмож¬
ность возвратиться с фронта домой, освободиться от тяготившей их воен¬
но-полицейской службы, добилась перелома в настроениях большинства
казачества, что обеспечило ее победу. Огромную роль в этом сыграл пя¬
78 Там же, с. 383, 387, 388.
79 Там же, с. 393.
80 Там же, с. 401.
81 В дни Октября. Л. 1982. с. 58,
82 Там же, с. 109-110; Антонов-Овсеенко В. А, В революцию. М. 1983,
с. 148, 167.
83 Л е н и н В. И. ПСС. Т. 34, с. 434.
84 Там же. Т. 36, с. 127, 128.
85 Там же, с. 128.
88 Там же. Т. 35, с. 126, 135, 136, 138, 141, 151, 164, 187 и др.
34

тый пункт Декрета о земле: «Земли рядовых крестьян и рядовых каза¬
ков не конфискуются» 87. Трудовое казачество, еще в середине ноября
1917 г. на выборах в Учредительное собрание отдавшее голоса за кале-
динско-кадетский список, примерно через месяц после этого начало пере¬
ходить на позиции нейтралитета. В обстановке острой гражданской вой¬
ны такой поворот был в пользу пролетарской революции. Уже в конце
декабря 1917 г. Ленин отметил: «Против Каледина стоит явно большин¬
ство крестьян и трудового казачества даже на Дону»88.
Силы, державшиеся крепче всех за остатки феодализма и составляв¬
шие основу «русской Вандеи», как и предвидел Ленин еще в ходе пер¬
вой русской революции, не выдержали сокрушительного напора пролетар¬
ской революции, развалились и рухнули. Русские рабочие и крестьяне,
писал он, одержали одновременную победу над капитализмом и остатка¬
ми феодализма. Этот опыт является важнейшим вкладом в арсенал
средств борьбы революционных сил. Подчеркивая его международное
значение, Ленин указывал, что он особенно ценен для стран со
сходными условиями, где трудовую массу составляют в большинстве не
рабочие, прошедшие школу капиталистических фабрик и заводов, а ти¬
пичные представители трудящейся, эксплуатируемой массы крестьян,
страдающей от средневекового гнета89.
Русская революция, указывал Ленин в конце 1919 г., показала, как
победившие капитализм пролетарии, сплотившись с многомиллионной
распыленной крестьянской массой трудящихся, победоносно восстали
против средневекового гнета. Раскрывая смысл этого общероссийского
опыта, Ленин призывал коммунистов регионов со значительными остат¬
ками феодализма, где главной массой является крестьянство, учиться в
таких своеобразных условиях (каких нет в других европейских странах)
делу соединения общекоммунистической теории с практикой, когда нуж¬
но решать задачу борьбы не против капитализма, а против средневековых
остатков. Это, подчеркивал Ленин, трудная и своеобразная задача, но она
особенно благодарна, потому что в борьбу втягивается та масса, которая
в ней еще не участвовала.
Победа социалистической революции в России, таким образом, стала
возможной и потому, что партия большевиков, как ее организатор,
авангард пролетариата, не смешивала контрреволюцию царистскую, мо¬
нархическую, вандейскую с контрреволюцией буржуазной90. Это
позволяло ей на каждом этапе революции определять главного своего
противника, разрабатывать научно обоснованную стратегию и тактику
борьбы, рационально распределять свои силы и средства и сокрушать
своих противников по отдельности. Опыт борьбы российских рабочих и
крестьян одновременно с капитализмом и остатками феодализма, с «рус¬
ской Вандеей» представляет собой ценнейшее достояние международного
движения за социальное освобождение.
87 Декреты Советской власти. Т. I. М. 1957, с, 20.
88 Ленин В. И. ПСС, Т. 35, с. 211.
»9 См. там же. Т. 39. с. 326-328.
90 Тл.м же. 'Г. 34, с. 82.
2*

ОБЩИЕ ПРИНЦИПЫ ЧАРТИЗМА
Б. А. Рожков
Первая попытка свести воедино общие принципы чартизма была
предпринята в программе 1851 г., определившей как «высший долг» ра¬
бочего класса борьбу за сохранение «независимости чартистской орга¬
низации от всех других политических движений» \ Только при сохра¬
нении самостоятельности, говорится в программе, чартисты смогут
исполнить свою руководящую роль в рабочем движении, добиться един¬
ства его рядов, объединить под своим руководством все демократические
силы и, соединив рабочее движение с «общественной наукой», достичь
успеха. Еще больший интерес для понимания общих принципов чар¬
тизма имеет разъяснение их на страницах «Записок для народа»
(1851—1852 гг.), издававшихся Э. Джонсом с помощью и при участии
К. Маркса и Ф. Энгельса. К сожалению, как преамбула чартистской
программы, где были сформулированы общие принципы чартизма,
так и сос чштствующие материалы «Записок для народа», долгое время
оставались неизвестными нашему читателю 2.
В данной статье мы не сможем коснуться всех сторон чартизма.
Вне поля нашего зрения останутся его происхождение, этапы развития,
становление в эпоху чартизма рабочего класса как гегемона в борьбе
за разрешение назревших общедемократических задач. Известно, что при
чартистах и под их давлением были осуществлены требования народа:
введено фабричное законодательство, отменены хлебные законы, завое¬
вано право на организацию, свободу слова и проведены другие демокра¬
тические преобразования, создававшие необходимые условия для нор¬
мального развития буржуазного общества периода крупного машинного
производства. Эта роль чартизма важна для понимания места рабочего
класса в общедемократической борьбе, однако главный урок этого дви¬
жения в том, что оно указало способ реализации силы рабочего клас¬
са через объединение в независимую от буржуазии и противостоящую
ей партию. И чтобы понять этот урок, надо прежде всего представить
себе принципы чартизма, позволившие английским рабочим стать само¬
стоятельной силой и привлечь на свою сторону большинство народа.
Специальных работ, рассматривающих принципы чартизма, в совет¬
ской историографии нет. Современная буржуазная литература игнори¬
рует пролетарский характер чартизма и отрицает самостоятельность
чартистского движения3. В десятках книг но его истории, статьях,
1 Джонс Э. Статьи о чартистской программе. Письма. М. 1970, с. 105.
2 В переводе на русский язык полный текст чартистской программы и часть
материалов «Записок для народа» впервые появились в упомянутом выше издании
статен и писем Э. Джойса.
3 См. Р о ж к ов Б. А. Сценка классового характера чартизма в новых работах
английских буржуазных историков. В сб.: Проблемы британской истории. М. 1981

отдельных главах в общих трудах западные авторы в один голос твер¬
дят: идеи чартизма — это идеи буржуазного либерализма, руководство
чартистским движением осуществляла буржуазия, чартисты сами по себе
не были передовыми людьми, а их попытки противопоставить себя бур¬
жуазии оказались пагубными для народа. Д. Джонс пишет, что идеи
чартизма не содержали ничего нового по сравнению с буржуазным ра¬
дикализмом. Ему вторит Н. Гэш, утверждая, что чартизм «ничего но¬
вого не дал политической мысли», Дж, Дерри связывает успех чартиз¬
ма исключительно с «руководством среднего класса» 4 и т. д.
С момента возникновения чартизма прошло 150 лет, у него было, да
и поныне остается, немало противников, но неизмеримо больше тех,
в чьей памяти он продолжает быть образцом героического и славного
выступления рабочих против буржуазии. В чартизме пролетариат впер¬
вые открыто выразил свою классовую самостоятельность. В основе ее
лежали три идеи: 1) противоположность интересов буржуазии и рабо¬
чего класса; 2) общность интересов рабочих всех стран; 3) идея мира
и дружбы всех народов. Впервые они были сформулированы Лондон¬
ской ассоциацией рабочих (ЛАР) во главе с У. Ловеттом. Свой взгляд
на противоположность интересов буржуазии и рабочего класса ЛАР
высказала в памфлете «Гнилой парламент», опубликованном в 1836 году.
Все имущие классы, говорится в нем, живут за счет труда рабочих,
а поэтому заинтересованы в «дальнейшем закабалении трудящихся и
снижении заработной платы до самого низкого уровня». Пролетариат
«должен перестать быть игрушкой других классов и объединиться для
завоевания политических и социальных прав» 5. Опираясь на это поло¬
жение, ЛАР в 1837 г. обратилась к рабочим с призывом: «Объединяй¬
тесь в собственные организации и — вперед, к победе! С организацией
вы всего достигнете, без организации — ничего» в.
В те же годы в обращениях к бельгийским, французским и амери¬
канским рабочим ЛАР призывала рабочих всех стран осознать общность
своих интересов и сплотиться в совместной борьбе за политические
и социальные права. «Мы обращаемся к вам,..— писала ЛАР француз¬
ским рабочим,— так как верим, что интересы наших классов во всем
мире одни и те же. Нашими интересами, безусловно, являются мирное
развитие наших стран, мирные пастбища, улучшение и расширение всех
видов производства, способных служить целям человеческого счастья,
взаимный обмен нашими товарами, полное наслаждение плодами наше¬
го труда и развитие свободы разума, морали и братских связей между
всеми народами земли; во всем этом, мы верим, между рабочими всех
стран имеется общность интересов». С особой силой призыв к братско¬
му союзу рабочих всех стран прозвучал в «Обращении к рабочим Ев¬
ропы и особенно к польскому народу», принятом в 1838 г.: «Создатели
всех благ на земле! Вы видите, что наши угнетатели объединились про¬
тив народов, почему же ие объединиться и нам узами братства и свя¬
щенного союза?» 7.
Провозгласив мир идеалом рабочего класса, ЛАР осудила колониаль¬
ные войны своего правительства против Китая и Афганистана, Фран¬
ции — против Алжира, пазвав их «несправедливыми» 8 и одновременно
выразив полную солидарность с борьбой ирландского, канадского
4 Jones D. Chartism and the Chartists. Lnd. 1975, pp. 57, 75, 189; Gash N.
Aristocracy and People Britain. 1815—1865. Cambridge. 1979, p. 200; Derry J. W.
Reaction and Reform, 1783—1866. Lnd. 1970, p. 129.
5 Cm. Class and Conflict in Nineteenth - Century England. 1815-1850. Lnd. 1973,
pp. 141-142.
6 Address to Reformers on the Forthcoming Election.- Life and Struggles of
William Lovett in Ilis Pursuit Bread, Knowledge and Freedom. Vol. I. Lnd. 1920,
p. 124.
7 Ibid., p. 160.
£ Ibid., p. 310.
37

и польского народов за свободу и независимость своих стран. Войны,
заявляла ЛАР, ведут к растрачиванию материального богатства воюющих
стран. «Представьте себе, братья рабочие,— говорится в одном из адре¬
сов ЛАР,— что богатство и человеческая энергия, затраченные в нашей
последней войне (имелась в виду война против наполеоновской Фран¬
ции.— Б, Р.), были бы направлены на обучение, благосостояние и
счастье ныне пренебрегаемых, эксплуатируемых и несчастных трудя¬
щихся,— какие прочные и славные результаты мы уже имели бы!
Какие школы, какие колледжи, какие благоустроенные цветущие дерев¬
ни возникли бы теперь на земле, под которой покоится прах людей,
безумно натравленных против таких же, как они, тружеников» э.
Однако ЛАР так и не смогла перейти от пропаганды своих идей к
агитации и подготовке революционных действий пролетариата. Инициа¬
тива полностью перешла к чартистам из фабрично-заводских округов и
возникшей в 1840 г. Национальной чартистской ассоциации (НЧА)
Великобритании. Развивая идейные принципы чартизма, выдвинутые
ЛАР, деятели НЧА связали борьбу за Хартию с борьбой за социаль¬
ный переворот, существо которого видели в проведении следующих ре¬
форм: национализация земли; замена подневольного наемного труда
объединенным и свободным трудом в кооперативных предприятиях;
отделение церкви от государства; всеобщее и бесплатное обучение де¬
тей; демократизация армии и временное ее сохранение для защиты ра¬
бочего государства; вооружение народа; отмена налогов на просвещение
(печать и т. д.) и ряд других преобразований в интересах освобожде¬
ния труда 10.
НЧА значительно расширила международные связи английских ра¬
бочих. Ежегодно с участием демократов других стран отмечались годов¬
щины польского восстания 1830 г. и Французской революции конца
XVIII в., проводились митинги солидарности с народными выступления¬
ми в Испании, Франции, Норвегии, Швеции, Мексике. В 1841 г. чар¬
тисты провозгласили лозунг «Ирландия для ирландцев», а требование
отмены неравноправной унии с Ирландией внесли в петицию 1842 года.
Связи чартистов с представителями освободительных движений в дру¬
гих странах настолько расширились, что появилась возможность созда¬
ния международной организации рабочих. Приезд Маркса и Энгельса в
Англию летом 1845 г. ускорил решение этой задачи. В сентябре того
же года на совместном собрании чартистов и проживавших в Лондоне
демократов из Германии, Франции, скандинавских стран, Венгрии, Швей¬
царии и Польши было учреждено общество «Братские демократы». В сле¬
дующем году чартисты вместе с польскими изгнанниками основали Демо¬
кратический комитет возрождения Польши.
Цементирующей основой связей английских рабочих с рабочими дру¬
гих стран стал союз революционных чартистов с Марксом, Энгельсом и
их соратниками. В 1846 г. одни из наиболее известных вождей чарти¬
стов, Дж. Д. Гарни, в качестве английского корреспондента принял ак¬
тивное участие в работе основанного Марксом и Энгельсом Брюссель¬
ского коммунистического корреспондентского комитета, а затем вместе с
Э. Джонсом участвовал в конгрессе Союза коммунистов, на котором
были одобрены предложенные Марксом и Энгельсом принципы научно¬
го коммунизма. В конце 1847 г. Гарни и Джонс от имени «Братских
демократов» вели переговоры с Марксом, приехавшим в Лондон, о сов¬
местных действиях. Эти переговоры были продолжены в марте 1848 г.
в Париже. Когда осенью 1849 г. Маркс и Энгельс вынуждены были
эмигрировать в Англию, они встретились с чартистами как боевые то¬
варищи. Маркс и Энгельс помогли восстановить центральный орган
9 Ibid., р. 308.
10 См. Джонс Э. Ук. соч., с. 105-115.
38

и ядро чартистской партии, наладить среди рабочих пропаганду идей
«Манифеста Коммунистической партии», отстоять фабричное законода¬
тельство и другие завоевания рабочих. Вместе с Марксом и Энгельсом
чартисты участвовали в попытке объединить революционные силы евро¬
пейских стран в новой международной организации — «Всемирном обще¬
стве коммунистов-революционеров» (1850 г.), провозгласившем своей
главной целью «низложение всех привилегированных классов, подчине¬
ние этих классов диктатуре пролетариата путем поддержания непрерыв¬
ной революции вплоть до осуществления коммунизма»11. В 1848 г.
чартисты вступили в прямые контакты с ирландскими революционера¬
ми, привлекли их лидера Д. Митчела и других представителей ирланд¬
ского освободительного движения к участию в чартистском конвенте.
НЧА активно участвовала в борьбе за мир между всеми народами.
Во время Крымской войны чартисты учредили «Международный коми¬
тет» с участием демократов Франции, Германии, Польши, Италии,
Венгрии и Испании. Он провел ряд успешных кампаний против реак¬
ционной политики воюющих стран и развернул агитацию за «надежный
и почетный мир», который включал бы восстановление независимости
Польши, Финляндии, Венгрии, Италии и низложение Наполеона III12.
Идейные принципы чартизма послужили для рабочих ориентиром в
их освободительной борьбе. Маркс писал, что рабочий класс Англии в
годы чартизма «выработал ясное сознание своего положения как
класса» 13.
Политические принципы чартизма были выражены в Народной хар¬
тии, особенность которой состояла в том, что записанное в ней требо¬
вание о всеобщем избирательном праве получило значение лозунга
борьбы за установление политического господства рабочего класса в це¬
лях осуществления социальных перемен и освобождения труда. Появи¬
лись и соответствующие лозунги: «Хартия и кое-что больше» и «Поли¬
тическая власть — наше средство, социальное благоденствие — наша
цель». Центральный орган чартистского движения «The Northern Star»
подчеркивал: «Вновь и вновь мы заявляем, что не дали бы за Хартию
и ломаного гроша, если бы она не была средством для достижения
цели, а этой целью является поддержка труда» 14. Хартия нужна на¬
роду, говорилось в петиции 1842 г., для того, чтобы с ее помощью унич¬
тожить «все монополии и формы притеснения», в том числе и монопо¬
лию на владение «машинами и землей» 15. Смысл второй чартистской
петиции (1842 г.) буржуазный идеолог Т. Б. Маколей разъяснял сле¬
дующим образом: «Петиция должна быть рассматриваема как деклара¬
ция принципов тех лиц, которые с введением Хартии в закон страны
станут правящим большинством в государстве... Согласно этим прин¬
ципам земля, машины и средства сообщения не должны больше состав¬
лять монополии, т. е. быть частной собственностью». Обращаясь
к сторонникам Хартии в парламенте, оратор восклицал: «Если, соглас¬
но вашему предложению, дать чартистам верховную власть, то повсю¬
ду капитал и накопленная собственность целиком окажутся у ног ра¬
бочего класса» 16.
Чартисты не выдвигали требования слома буржуазной государствен¬
ной машины как условия завоевания рабочим классом политической
власти. Курс чартистов — не на разрушение ненавистного и враждебно¬
го им парламента, а на овладение им был обусловлен исторически.
В случае утверждения Хартии в качестве закона вся полнота власти в
11 См. Маркс К. и Энгельс Ф. Соч. Т. 7, с. 551-552.
12 См. Peoples’s Paper, 19, 26.1.1856.
13 М а р к с К. и Э н г е л ь с Ф. Соч. Т. 8, с. 362.
54 The Northern Star, 5,IIЛ842.
14 Hansards Parliamentary Debates. Vol. LXII. Lnd. 1842, p. 1376.
lü ibid., pp, 47, 50.
39

Англии сосредоточилась бы в палате общин, а т. к. большинство насе¬
ления страны составляли рабочие, то именно они, являясь большинст¬
вом избирателей, послали бы в парламент чартистов. Реальных сил,
способных помешать такому развитию событий, в Англии не было,
английское общество управлялось тогда без военщины и бюрократии.
Короче говоря, в Англии тогда перед рабочим классом был открыт путь
к тому, чтобы свободно проявить свою политическую мощь и мирными
средствами реализовать требования Хартии, завоевать центральную
власть в стране 17. Маркс и Энгельс также считали, что в результате
осуществления требований Хартии «рабочий класс станет правящим
классом Англии» 18.
Организационные принципы чартизма нашли воплощение в построе¬
нии чартистской ассоциации. Вступающий в нее обязан был подать
письменное заявление о согласии с ее Уставом19 и целями и войти в
одну из первичных организаций. Принятые в ассоциацию получали
членские карточки и каждую неделю уплачивали один пенс членского
Езноса. Еженедельно проводились собрания в низовых организациях и
один раз в год — общепартийные конференции. Ядро ассоциации соста¬
вили революционеры, посвятившие себя целиком чартистской деятель¬
ности. Своей самоотверженной работой по воспитанию и организации
масс многие из них приобрели доверие народа. Среди них — непре¬
взойденный оратор и агитатор Ф. О’Коннор, неутомимый пропагандист
принципов чартизма и вместе с тем талантливый поэт Э. Джонс, чар¬
тистский лектор и в то же время известный художник-гравер У. Лин¬
тон, страстный интернационалист и один из редакторов «The Northern
Star» Дж. Гарни, лидер чартистов в Манчестере Дж. Лич, руководитель
тред-юниона углекопов адвокат У. Робертс.
Одной из главных своих обязанностей чартистская ассоциация счи¬
тала объединение под своим руководством всех рабочих. Свое влияние
в системе рабочих организаций она осуществляла двумя путями: созда¬
нием непосредственно под своим руководством женских, молодежных и
просветительских организаций и вовлечением в политическую борьбу
под знаменем Хартии ранее возникших массовых рабочих организаций,
прежде всего тред-юнионов. Перед собственными просветительными
организациями чартисты ставили задачу «воспитывать среди представи¬
телей рабочего класса людей здравомыслящих и думающих, помочь им
избавиться от всего, что делает их рабами» 20. В чартистских школах,
писал Энгельс, «дети получают чисто пролетарское воспитание, свобод¬
ное от всяких влияний буржуазии» 21.
В работе по укреплению тред-юнионов и по их включению в поли¬
тическую борьбу принимали участие видные деятели чартизма. В Ман¬
честере на профсоюзных собраниях постоянно выступал Лич, в Шеф¬
филде — Гарни, в Лондоне — Макдоуэлл. О характере этих выступле¬
ний можно судить по обращению чартистов Блэкберна к тред-юнионам,
опубликованному в «The Northern Star» 21 мая 1842 г.: «Друзья! Хар¬
тия составлена, и ее золотые страницы открыты народу; но массы ко¬
леблются в движении вперед. Поднимайтесь же и организуйтесь!
Сплотитесь вокруг знамени свободы, нанесите удар классовому законо¬
дательству, основной причине наших бедствий, сделайте Хартию зако¬
17 На эту особенность не раз указывали Маркс и Энгельс. Обобщая их точку
зрения но данному вопросу, Ленин писал, что в отличие от континентальных стран
Англия в XIX в. была «образцом страны чисто капиталистической, но без военщи¬
ны и в значительной степени без бюрократии... где революция, и даже народная
революция, представлялась и была тогда возможной без предварительного условия
разрушения «готовой государственной машины» (Лени и В. И. ПСС. Т. 33, с. 38).
18 М арке К. и Э н г е л ь с Ф. Соч. Т. 1, с. 497; т. 4. с. 25.
1Я Полностью он был опубликован в «The Northern Star», 1.VIII.1840.
20 The Northern Star, 7.И1.1840.
21 M a p к с К. н Э н г e л ь с Ф. Соч. Т. 2, с. 461.
40

ном страны, дайте труду справедливое вознаграждение, и Англия будет
предметом восхищения всего мира, примером для соседних народов.
Так пусть тред-юнионы объединятся с Национальной чартистской ассо¬
циацией. Обрушимся вместе на «цитадель коррупции», и угнетатель
рабочего найдет могилу под ее развалинами» гг.
Чартисты стали во главе нескольких тред-юнионов: секретарем
тред-юниона каменщиков был избран Т. Шорт, секретарем Лондонского
тред-юниона портных — Дж. Паркер, Р. Ричардсон и У. Грокот возглав¬
ляли тред-юнионы Манчестера и т. д. Только в июне 1842 г. в Ман¬
честере к чартистской ассоциации присоединились тред-юнионы камен¬
щиков, бумазейщиков, прядильщиков, кузнецов, маляров и котельщиков.
В 1845 г. с помощью чартистов был создан общенациональный центр
тред-юнионов — Национальная ассоциация объединенных тред-юнионов
для защиты труда. В связи с этим НЧА опубликовала «Обращение к
рабочим», в котором заверила, что «тред-юнионы найдут в чартизме ак¬
тивного союзника, верного друга и стойкого защитника» 23. Ассоциация
объединенных тред-юнионов высказалась за сочетание руководства ста¬
чечной борьбы с участием тред-юнионов в политическом движении24.
С 30 ноября 1844 г. чартистская «The Northern Star» стала органом и
тред-юнионов. Тем самым идейное объединение под знаменем Хартии
было закреплено организационным единством, что позволило чартистам
сплотить английских рабочих.
Социальные взгляды чартистов имеют два источника. Первый из них
составляет предшествующая им социалистическая мысль, развитая
Р, Оуэном, У. Томсоном, Дж. Греем и другими английскими социали¬
стами 20-х годов XIX века. Отсюда к чартистам пришла убежденность
в том, что труд — единственный источник богатства страны и пользо¬
ваться его плодами вправе лишь те, кто трудится, а поэтому частная
собственность, основанная на присвоении чужого труда, подлежит
упразднению вместе со всей системой наемного труда. «Билль о рефор¬
ме,— писал Г. Гетерингтон, один из основателей первой чартистской
ассоциации,— должен быть направлен против частной собственности» 25.
Его соратник, У. Ловетт, выступая на первом конвенте чартистов,
разъяснял социальную цель освободительной борьбы рабочих также
в духе своих социалистических предшественников: «Действительное
зло — единственное, заслуживающее нашего внимания, это — наемное
рабство, купля-продажа рабочей силы человека. Вот что представляет¬
ся мне самым пагубным принципом общества... Пока длится эксплуата¬
ция человека человеком, до тех пор реформы будут лишь в слабой сте¬
пени способствовать смягчению бедности и нужды рабочих» 26.
Однако чартисты не могли ограничиться общими представлениями о
социализме, им надо было ответить на конкретный вопрос, поставлен¬
ный самой жизнью,— с чего чартистскому правительству придется на¬
чинать свою практическую деятельность в случае завоевания власти.
Чартисты рассматривали свое движение как «переходную ступеньку»
к коммунизму, они называли и предварительную форму освобождения
труда: производственную кооперацию рабочих. К сожалению, вклад
чартистов в разработку этой идеи мало изучен. Буржуазные историки
не способны объективно оценить социальные принципы чартизма.
Дж. Дерри: и Э. Ливенталь называли их «сплошной глупостью», «дема¬
22 Цит. по: Резников А. Б. Первая классовая битва пролетариата. Англия,
1842. М. 1970, с. 133.
23 The Northern Star, 1.11.1845.
24 Class and Conflict in Nineteenth-Century England, 1815-1850, p. 301.
25 Цит. по: Никол ioкии A. H. Массовая поэзия в Англии конца XVIII —
начала XIX века. М. 1961, с. 212.
23 Charter, 17.11.1839 (цит. по: Бер М. История социализма в Англии. Ч. II.
Л. 1920, с. 440),
41

гоги8й» и «безделицей»27. Они поливают потоками брани О’Коннора,
сделавшего больше других для развития идеи производственной коопе¬
рации работах.
Буржуазия потому с такой яростью выступала против этой идеи, что
освобождение труда прямо связывалось с предварительным завоеванием
рабочим классом политической власти. Только в том случае, если «пра¬
вительство станет рабочим» и, возможно освобождение труда, писал
О’Коннор. По тому же поводу Джонс говорил: «Я считаю, что осво¬
бождение может быть полностью осуществлено только при условии
овладения политической властью» 2Э. Пугали буржуазию и принципы
построения производственной кооперации рабочих, открывавшие простор
для утверждения свободного труда. Среди них можно выделить два:
коллективное владение средствами производства и равное участие каж¬
дого работающего в распределении прибыли, для чего вводилась глас¬
ность всех экономических показателей и провозглашалось право рабочих
самим избирать администрацию предприятий с последующим согласова¬
нием с правлением кооперативного общества, В принципе равного учас¬
тия каждого работающего в распределении прибыли сторонники идеи
производственной кооперации усматривали средство для достижения
высшей производительности труда и главный источник для повышения
благосостояния трудящихся. Основанные по призыву чартистов коопе¬
ративные фабрики на практике доказали свое превосходство над капи¬
талистическими. «Значение этих великих социальных опытов,— писал
Маркс,— не может быть переоценено»30. Энгельс указывал, что в гор¬
ниле чартизма рождался «подлинно пролетарский социализм» 31.
Общие принципы чартизма предопределяли самостоятельность чар¬
тистского движения, формирование независимой от буржуазии и проти¬
востоящей ей рабочей партии. Характеризуя рабочий класс Англии того
времени, Энгельс отметил, что все ее промышленные рабочие сходятся
на том, что «они составляют самостоятельный класс с собственными
интересами и принципами, с собственным мировоззрением, класс, про¬
тивоположный всем имущим классам, и в то же время класс, на кото¬
ром зиждется вся сила нации и ее способность к дальнейшему разви¬
тию» зг. Вместе с тем нельзя не отметить и ограниченность принципов
чартизма. Они выражали самостоятельность рабочего класса и его дви¬
жения применительно, главным образом, к условиям демократического
переворота. Научное объяснение исторической миссии пролетариата как
созидателя нового, коммунистического общества тогда еще не было
дано. Рабочему движению предстояло выработать научную теорию осво¬
бодительной борьбы пролетариата и создать более высокую форму
самостоятельной пролетарской партии, основанной на принципах науч¬
ного коммунизма.
Определенные шаги в преодолении ограниченности своих принципов
чартисты сделали, выдвинув в программе 1851 г. задачу «соединения»
своего движения с «общественной наукой»33. Под нею авторы про¬
граммы понимали принципы научного коммунизма, которые были про¬
возглашены в «Манифесте Коммунистической партии», переведенном
чартистами на английский язык в 1850 году. Опубликовав «Манифест»
с примечанием, что это «самый революционный документ, который
когда-либо появлялся», чартисты организовали публикацию на англий¬
27 Derry J, W. Op. cit., p. 122; Levental Е, M. Respectable Radical George
Hawell and Victorian Working Class Politics. Cambridge. 1971, p. 44.
28 The Labour, 1847, vol. 2, p. 166.
23 Notes to the People. Vol. 1. Lnd. 1851, pp. 84-85.
30 M a p к с К. и Энгельс Ф. Соч. Т. 16, с. 9.
31 Там же. Т. 2, с. 460.
32 Там же, с. 463.
33 Джонс Э. Ук. соч., с. 108.
42

ском языке и других трудов основоположников научного коммунизма34.
Об идейной позиции чартистского вождя тех лет Джонса Энгельс пи¬
сал: «Джонс... целиком на нашей стороне и в настоящее время пропа¬
гандирует среди англичан «Манифест» 35. И хотя, по оценке чартистов,
английские рабочие сделали тогда лишь «первые робкие шаги»36 на
пути создания рабочей организации,, они были сделаны в правильном
направлении.
Как известно, результатом движения под знаменем Хартии явилось
практическое осуществление не принципов чартизма, а некоторых ло¬
зунгов демократического переворота, что соответственно влекло за собой
не освобождение труда, к чему так стремились чартисты, а привело к
укреплению ненавистных им капиталистических порядков и распаду
самой чартистской формы рабочего движения. Именно этот факт со¬
временная английская буржуазия и ее идеологи широко используют
для затемнения не только истории чартизма, но и против марксизма.
Поскольку, рассуждают буржуазные историки, в результате чартистско¬
го движения укрепилось господство буржуазии, постольку все, что
связано с чартизмом как таковым — Хартия, чартистская ассоциация,
социалистические устремления рабочих и т. д.,— надо считать ошибкой
и заблуждением отсталых слоев населения, подпавших под влияние
отдельных «демагогов» и «экстремистов», а достижения общественного
прогресса того времени полностью отнести на счет «среднего класса»
(т. е. промышленной буржуазии). Буржуазные историки игнорируют
при этом реальное развитие борьбы между пролетариатом и буржуази¬
ей и отрывают от рабочего движения и марксистскую теорию. Д. Фостер,
например, утверждает, что результаты чартистского движения позволя¬
ют дополнить «концепцию марксизма» признанием возможности преодо¬
ления антагонизма между рабочим классом и буржуазией на почве
капиталистических порядков (по словам Д. Кинастона, «строго» в пре¬
делах существующей социально-политической структуры) 37. Изображе¬
ние чартизма современными буржуазными историками есть ее что иное,
как обращенный в прошлое антикоммунизм современной английской
буржуазии, более всего боящейся возвращения рабочих на почву чар¬
тистов, видевших источник силы пролетариата в его объединении в
независимую от буржуазии и противостоящую ей партию.
Без четкого ответа на вопрос, какова суть перехода английского ра¬
бочего движения от чартизма к новой стадии развития, нельзя понять
историческое место чартизма. Главное состоит в том, что принципы
чартизма относятся к сущности рабочего движения, а не к его меняю¬
щейся форме. Полным выражением первой является марксизм, и имен¬
но с этой точки зрения и следует определять место чартизма в истории.
По определению Ленина, английское рабочее движение при своем воз¬
никновении (оуэнизм) гениально предвосхищает многое из марксизма,
а чартизм «во многих отношениях был подготовкой марксизма, «пред¬
последним словом» к марксизму». Ленин отметил также, что в лице
компартий народились «новые чартисты» 38.
Иной характер носит развитие форм рабочего движения. Узловой
момент изменений, происходивших в формах английского рабочего
движения,— раскол ее рабочего класса в середине прошлого столетия,
приведший к распаду чартистской формы рабочего движения и образо-
34 См. Рожков Б. А. Революционное направление в английском рабочем дви¬
жении 50-х годов XIX в. М. 1964, с. 84, 85 и др.
35 Маркс К. и Энгельс Ф. Соч. Т. 27, с, 490.
36 Джонс Э. Ук. соч., с. 75.
37 Foster J. Class Struggle and Industrial Revolution. Lnd. 1977, pp. 3, 4, 5;
Kv nasi on D, King Labour. The British Working Class. 1850-1914. Lnd. 1976,
pp. 11, 26, 27.
38 Л e н и н В. И. ПСС. T. 40, c. 290; т. 45, с. 176.
43

ванию в английском рабочем движении двух противоположных направ¬
лений, оппортунистического и революционного, борьба между которыми
и стала внутренним импульсом дальнейшего развития. Зерно этого
раскола наличествовало уже в чартистском движении в силу различия
интересов объединившихся под знаменем Хартии общественных сил.
Промышленная буржуазия, добившаяся политических прав по реформе
1832 г., готова была удовлетвориться отменой хлебных законов,
не учитывавших интересов крупного машинного производства; квалифи¬
цированные рабочие, заработная плата которых намного превышала
заработную плату остальной массы рабочих,— введением фабричного
законодательства; мелкобуржуазные элементы — отменой оплаты труда
рабочих талонами на приобретение продуктов в хозяйских лавках, что
позволило бы лавочникам расширить торговлю дешевыми колониальны¬
ми товарами. Лишь наиболее сознательные революционеры стремились
решить назревшую историческую задачу по-пролетарски, в интересах
освобождения труда. Из этого различия интересов классов и прослоек,
представленных в чартистском движении, и складывалась возможность
позднейшего раскола.
В 1843—1844 гг. парламент ввел фабричное законодательство и в том
числе запретил оплату труда рабочих талонами на приобретение про¬
дуктов в лавках хозяев. Эти фабричные акты еще не вводили 10-часо¬
вого рабочего дня, на чем настаивали рабочие, и рабочие в своей мас¬
се остались едины, но мелкобуржуазные элементы были удовлетворены
и стали отходить от борьбы за Хартию. В 1846 г. парламент отменил
хлебные законы, и промышленная буржуазия не только отошла от
чартистского движения, но и противопоставила себя ему. В 1847 г.
парламент принял акт о 10-часовом рабочем дне. Это сразу изменило
отношение высокооплачиваемых квалифицированных рабочих к бур¬
жуазным порядкам. Фабрично-заводские рабочие добровольно согласи¬
лись отчислять от заработной платы 10% для оплаты расходов
по перестройке производства на 10-часовой рабочий день, т. е. от борь¬
бы против капиталистических порядков перешли к участию в их укреп¬
лении.
В 1848—1850 гг. раскол рабочего класса Англии стал фактом.
На одной стороне оказались рабочая аристократия и мелкобуржуазные
элементы, на другой — основная масса рабочихзэ. Соответственно и
чартистское движение распалось на два направления: оппортунистиче¬
ское и революционное. Ленин, анализируя соответствующие высказыва¬
ния Маркса и Энгельса по данному вопросу, записал на полях своего
конспекта: «две фракции чартизма: (I) мелкая буржуазия + ар исто-
к рати я рабочих (мелкобуржуазные реформисты), (II) «масса» дейст¬
вительных пролетариев революционеров»40.
Демократический переворот создал лишь условия для раскола рабо¬
чего класса, а его экономической основой послужила монопольная
сверхприбыль, образовавшаяся с появлением громадных колониальных
владений и монопольного положения Англии на всемирном рынке.
Участие рабочей аристократии в ее распределении привнесло с собой
засилье оппортунизма в рабочем движении, политику подкупа импе¬
риалистической буржуазией рабочих лидеров, образование в тред-юнио¬
нах бюрократии из парламентариев, журналистов, чиновников и приви¬
легированных служащих, приспособленной и прирученной буржуазией
для роли проводников ее влияния в рабочем движении. Энгельс подчер¬
кивал, что промышленное процветание и монополия Англии на всемир¬
ном рынке вызвали попытки «купить пролетариат», отвлечь рабочих от
39 По мнению Джойса, в момент раскола рабочего класса и его движения рабо¬
чая аристократия и мелкая буржуазия составляли более 30% по отношению ко
всей массе трудящихся (Notes to the People. Vol. 2. Lnd. 1851, p. 662).
40 Ленин В. И. ПСС. Т. 28, с. 614.
44

классовой борьбы, обуржуазить английский пролетариат, развратить
его, превратить в охвостье либеральной политики41. Ленин писал по
этому поводу: «В Англии тенденция империализма раскалывать рабо¬
чих и усиливать оппортунизм среди них, порождать временное загнива¬
ние рабочего движения, сказалась гораздо раньше, чем конец XIX и
начало XX века. Ибо две крупные отличительные черты империализма
имели место в Англии с половины XIX века: громадные колониальные
владения и монопольное положение на всемирном рынке:»; «эти мил¬
лиарды сверхприбыли — есть экономическая основа, на которой дер¬
жится оппортунизм в рабочем движении» 4г.
Дух пресмыкательства перед буржуазией, забвение интересов своего
класса, презрение к широким массам характеризуют рабочую аристо¬
кратию с самого начала ее возникновения. В 1849—1851 гг., в разгар
бунта капиталистов против фабричного законодательства43, рабочая
аристократия закрыла двери тред-юнионов перед массой рабочих
и оставила их на произвол взбунтовавшихся хозяев. С циничной бесце¬
ремонностью лидер тред-юнионов механиков У. Ньютон публично зая¬
вил, что им «нет никакого дела» до остальных рабочих44. Еще более
открыто дух раболепия перед буржуазией высказали представители ра¬
бочей аристократии и мелкой буржуазии в кооперативном движении.
Они основали ассоциацию христианских социалистов с собственным пе¬
чатным органом «The Christian Socialist» и стали проповедовать «по¬
корность существующим законам», «незыблемость капитала», звали
рабочих всецело положиться на буржуазию и т. п.45.
Мелкобуржуазные элементы и рабочая аристократия образовали
примиренческую фракцию в чартистской ассоциации и повели линию на
ликвидацию ее самостоятельности. Примиренцы стали призывать к от¬
казу от борьбы против буржуазии, восхвалять ее «либерализм», пропо¬
ведовать союз с либералами. В одном из своих официальных докумен¬
тов фракционеры писали: «Без либералов и прямой помощи большей
их части совершенно бесполезно добиваться какого-либо расширения по¬
литических прав»46. В 1850 г. группа примиренцев, руководимая
Т. Кларком, вышла из чартистской ассоциации и попыталась основать
«Национальную чартистскую лигу» в целях установления «дружествен¬
ных и сердечных связей» с буржуазными реформаторами47. В 1852 г.
такого же рода попытка была предпринята группой Д. Холиока. Полу¬
чив отпор, примиренцы присоединились к Национальной ассоциации
парламентской и финансовой реформы — партии промышленной бур¬
жуазии, т, е. того класса, который разворачивал борьбу против проле¬
тариата.
Джонс, выступивший в 1851 г. с решительной критикой оппортуниз¬
ма рабочей аристократии, имел все основания сказать, что привилеги¬
41 См. Маркс К. и Энгельс Ф. Соч. Т. 27, с. 169; т. 29, с. 190, 293 и др.
42 Ленин В. И. ПСС. Т. 27, с. 404-405; т. 41, с. 231.
43 Цель бунта капиталистов состояла в восстановлении старых порядков. Почти
повсеместно хозяева в нарушение парламентских актов восстановили 15-часовой
рабочий день для всех работающих, в том числе детей, подростков и женщин.
Во многих местах заработная плата снизилась на 25-30%, вновь стали применяться
незаконные штрафы, оплата труда товарами, спаивание рабочих при выдаче по¬
лучки и т. п. Ile было недостатка в антидемократических акциях буржуазии и па
политической арене. В Ирландии был введен закон о чрезвычайном положении,
в Англии запрещены собрания и митинги под открытым небом, сбор подписей
под петициями и другие свободы. После поражения чартистов в 1848 г., писал
Маркс, фабриканты «подняли открытый бунт» и «с террористической энергией»
повсюду подвергли рабочих гонениям (Маркс К. и Энгельс Ф. Соч. Т. 23,
с. 295)/
44 См. The Leader, 3.Ï.1852.
45 См, The Christian Socialist. 2.XI.1850.
46 The Northern Star, 8.1 II. 1851.
^ Ibid., 6.1 V.1850.
45

рованные слои рабочих стали «оплотом классового правительства, так
как их симпатии на стороне буржуазии и аристократии: они «лизоблю¬
ды» и прихлебатели богатых, возле которых они трудятся и гордятся
такой «близостью» к ним; они являются огромным препятствием на
пути прогресса, ибо представляют консервативный элемент в верхних
слоях рабочего класса и сдерживают под собой демократию, как лед
сдерживает под собой воды Северного Ледовитого океана. Из всех
форм аристократии рабочая аристократия является самой роковой для
народа» 4S.
Положение рабочей аристократии определялось не только ее соучас¬
тием в распределении монопольной сверхприбыли, но и теми же усло¬
виями, которые влияли на жизнь остальной массы рабочих. Как бы ра¬
бочая аристократия ни стремилась вырваться из пролетарских условий
существования, дорога для перехода в высшие классы для нее была за¬
крыта: буржуазия как класс уже сама переживала кризис и под воз¬
действием концентрации капиталистического производства и конкурен¬
ции выбрасывала в ряды трудящихся один слой разорившихся собствен¬
ников за другим. Рабочая аристократия продолжала оставаться частью
своего класса и разделяла с ним его общую участь. Капитал не замед¬
лил напомнить рабочей аристократии об ее действительном положении.
В 4851 г. в ответ на просьбу механиков сохранить им 10-часовой ра¬
бочий день, установленный парламентским актом 1847 г., хозяева отве¬
тили локаутом, через два года та же участь постигла фабричных
рабочих Ланкашира. Отбить атаки капитала собственными силами ра¬
бочая аристократия оказалась не в состоянии. Хотела она того или нет,
но без взаимодействия с низами рабочего класса ее существование ста¬
ло невозможным.
Механикам и другим квалифицированным рабочим пришлось в
1853 г. включиться в чартистское движение и в общей борьбе отстаи¬
вать свои права. Со своей стороны и пролетарские массы не могли
изолировать себя от рабочей аристократии. В момент раскола рабочая
аристократия экономически оказалась намного сильнее остальной мас¬
сы трудящихся. В ее распоряжении была значительная доля в распре¬
делении монопольной сверхприбыли, высокие заработки и т. д., что
позволяло основывать свою печать, содержать оплачиваемых профессио¬
нальных организаторов, учреждать клубы, снимать помещения для
собраний и т. п. Уделом же остальной массы пролетариев продолжала
оставаться нищенская заработная плата, изнурительный рабочий день,
отсутствие материальных средств для организованной борьбы.
Конечно, революционное направление в рабочем движении с самого
начала имело такое преимущество перед оппортунистическим, как мас¬
совость, но предстояло еще создать условия для реализации этого
преимущества. Что касается соединения сильных сторон этих направ¬
лений, то в рассматриваемый период еще только складывались формы
такого единства в виде комитетов массового движения 1853 г., «Рабо¬
чего парламента» 1854 г. и Лиги политической реформы 1858 года.
Они были весьма недолговечными прежде всего из-за того, что отсут¬
ствовало понимание общности интересов рабочих в их борьбе против
буржуазии. Но и эти первые кратковременные образования, формировав¬
шиеся для совместных действий рабочих как класса, продемонстрирова¬
ли, что их нельзя создать без борьбы с оппортунизмом в рабочем дви¬
жении, которую в данный период возглавили революционные чартисты,
оставшиеся верными своим принципам. В 1850 г. их ряды пополнились
несколькими сотнями революционеров, освобожденных из тюрем в
связи с окопчанием срока заключения49. Вышел на свободу и Джонс,
48 Notes to the People. Vol. 1, p. 511.
49 В связи с обострением классовой борьбы в стране весной 1848 г. и ростом
авторитета чартистов в массах английское правительство приняло решение аресто-
46

один из самых преданных и стойких лидеров чартизма, который и воз¬
главил борьбу за очищение рабочего движения от оппортунизма.
Революционная работа началась с восстановления самостоятельной
чартистской организации. Главная трудность состояла в отсутствии
своего печатного органа (прежний «The Northern Star» попал в руки
примиренцев и мелкобуржуазных дельцов), с помощью которого можно
было бы идейно и организационно сплотить чартистов. За немедленное
создание нового их органа выступил Джонс. По его инициативе весной
1851 г. был учрежден небольшой журнал «Notes to the People», кото¬
рому предстояло подготовить издание массовой чартистской газеты.
Вокруг журнала сплотились наиболее сознательные представители рабо¬
чего класса Англии. Активную помощь ему оказали Маркс и Энгельс,
помещавшие в нем свои статьи, редактировавшие многие материалы,
особенно на экономические темы. Наряду с теоретическими статьями по
вопросам освободительной борьбы пролетариата журнал наладил инфор¬
мацию о положении рабочих в различных частях страны.
Журнал быстро обрастал активом. В 72 городах настали действовать
его агенты-распространители. Чартистские организации Ланкашира,
Йоркшира, Лондона и других районов одна за другой принимали реше¬
ния о поддержке журнала и опубликованного в нем плана создания но¬
вой массовой чартистской газеты. В мае 1852 г. была созвана конфе¬
ренция чартистской организации, которая осудила раскольническую
деятельность примиренческой фракции и избрала Исполнительный ко¬
митет, а 8 мая 1852 г. вышел первый номер нового чартистского орга¬
на — «People’s Paper».
Восстановив ядро своей организации, чартисты повели работу в мас¬
сах, стремясь вырвать их из-под влияния лробуржуазных элементов и
поднять на борьбу против реакции. Особое внимание было обращено на
тред-юнионы и кооперативные общества. Почти в каждом номере чар¬
тистского органа м .жно найти критику линии рабочей аристократии на
изоляцию тред-юнионов от масс и от участия в политической борьбе.
Но чартисты не ограничились этим. Восстановив Национальную ассоциа¬
цию объединенных тред-юнионов и учредив в промышленных округах
Ассоциации защиты тред-юнионов, они расчистили путь для вовлечения
широких масс в союзы. В 1853 г. возникли десятки и сотни тред-юнионов
во всех частях страны, в том числе таких союзов, которые положили
начало нынешним тред-юнионам английских рабочих — союза хлопко¬
прядильщиков Ланкашира, союза строительных рабочих и т. д. На их
базе по всей стране были организованы объединенные комитеты и де¬
легатские собрания всех рабочих в масштабах отдельных городов.
Особо успешную деятельность развернули объединенные комитеты и
делегатские собрания Манчестера, Лондона и ряда других мест. Маркс,
наблюдавший этот процесс, отметил, что в 1853 г. была завоевана
товая организация ~~ тред-юнионы» 50.
Не менее последовательно чартисты вели борьбу за влияние на мас¬
совое кооперативное движение, понимая, что «кооперация трудящихся
не может быть успешно осуществлена без предварительного завоевания
политической власти народом»51. Упор делался на объединении всех
участников кооперативного движения в единую национальную организа¬
цию. Чартисты поддерживали и широко пропагандировали примеры
самостоятельного творчества рабочих в сфере кооперативных начинаний.
Влиятельными были и такие массовые организации, созданные и руко-
вагь 0, Джонса, возглавившего чартистское движение, членов Исполнительного ко¬
митета чартистской партии и около 500 других активных рабочих. Э. Джонс был аре¬
стован в начале июня 1848 г. и пробыл в тюрьме до июля 1850 года.
59 М а р к с К. и Э н г е л ь с Ф. Соч. Т. 9* с. 348.
51 Notes to the People. Vol. 2, p. 793.
щ

водимые чартистами, как Ьратская объединенная страховая компания,
Патриотическое общество взаимопомощи, Ассоциация против потребле¬
ния спиртных напитков и др. Достаточно сказать, что в страховую
компанию чартистов, первую в истории рабочую организацию такого
рода, вступили около 50 тыс. человек. Интересны методы работы Ас¬
социации против потребления спиртных напитков: она организовывала
массовые выезды сотен и тысяч рабочих на лоно природы, воскресные
гулянья и т. п., на которых читались лекции, выступали коллективы
художественной самодеятельности, проводились танцы и массовые
игры. В сообщениях об этих массовках и гуляньях с гордостью подчерки¬
вался тот факт, что в ходе их полностью исключалось потребление
алкогольных напитков. Поворот участников кооперативного движения к
чартистам вынудил христианских социалистов распустить свое общест¬
во и закрыть его печатный орган.
Укреплепие чартистской ассоциации и рост ее влияния в массовых
организациях позволили рабочему классу перейти в 1853 г. в наступле¬
ние против капиталистов. Волна стачек прокатилась по всей стране.
Некоторые из них закончились крупным успехом. Угольщики Уигана
добились повышения заработной платы на 45%, корабельщики Ливер¬
пуля — с 5 шилл. в день до 15, ткачи — на 10% и т. д. Однако по¬
пытки добиться законодательных гарантий прав рабочих провалились.
Парламент отверг билль о восстановлении 10-часового рабочего дня,
объявил всеобщую стачку лондонских извозчиков уголовным преступле¬
нием и принял ряд других репрессивных мер против рабочих. Под за¬
щитой парламента капиталисты Ланкашира и Йоркшира договорились
о совместном выступлении против рабочих, начав его с локаута 70 тыс.
рабочих. Однако поставить рабочих на колени не удалось, и прежде
всего благодаря активности чартистов. Они еще во время парламентских
выборов 1852 г. предупреждали, что дело идет к решительному столк¬
новению с хозяевами, и выиграть в этой схватке рабочие смогут толь¬
ко на пути политической борьбы.
Снова был выдвинут лозунг принятия парламентом Хартии как за¬
кона. Призыв чартистов подняться на борьбу за Хартию и созвать
с этой целью Рабочий парламент нашел широкий отклик. Только в Га¬
лифаксе в манифестации с требованием Хартии, состоявшейся 26 июня,
приняло участие до 250 тыс. человек. К ноябрю 1853 г. политическое
движение рабочих получило четкую организацию: в круппых городах
действовали объединенные комитеты рабочих, в Манчестере был учреж¬
ден общенациональный центр по руководству массовым политическим
движением — Комитет по созыву Рабочего парламента. И что самое
главное, участники массового движения признали чартистскую ассоциа¬
цию руководителем движения, ее представители избирались в объеди¬
ненные комитеты, председателем и секретарем Комитета по созыву
Рабочего парламента также были избраны видные чартисты, а органом
массового движения признана чартистская «People’s Paper».
На выборах делегатов Рабочего парламента, открытие которого наз¬
началось па В марта 1854 г., предпочтение было отдано также чартис¬
там. Появилась надежда объединения обоих направлений рабочего дви¬
жения в рамках Рабочего парламента, а развернувшаяся по всей стра¬
не стачечная борьба и широкое движение солидарности с бастующими52
превращали эту надежду в уверенность. На эту тенденцию объединения
обоих направлений указывал и резкий поворот в позиции самого силь¬
ного из привилегированных союзов — тред-юниона механиков. Их лидер
Ньютон в начале бунта капиталистов против фабричного законодатель¬
52 В фонд рабочих Престона, где между 25 тыс. стачечников и хозяевами
развернулась наиболее ожесточенная борьба, поступало еженедельно более 2 тыс.
ф. ст„ что позволяло выдавать каждому бастующему в среднем 4 шилл. в неделю
(Peoples’s Paper, 3.XII.1853).
48

ства клялся отречься от всех и вся, только бы капиталисты сохранили
механикам 10-часовой рабочий день. Не лучшим образом вели себя
тогда и другие руководители этого тред-юниона, стремясь расположить
к себе хозяев, они даже запретили пускать чартистов на собрания его
членов. Спустя год, спасшись от локаута и роспуска своего союза толь¬
ко благодаря помощи чартистов, организовавших движение солидарности
с механиками, Ньютон дал согласие баллотироваться на выборах пар¬
ламента в качестве кандидата от чартистов, а квалифицированные ра¬
бочие в своей массе включились в движение за созыв Рабочего парла¬
мента.
Такой поворот событий в сторону создания общенациональной орга¬
низации рабочего класса под знаменами чартизма не на шутку встре¬
вожил буржуазию. Ее ведущий орган «The Times» вынужден был
констатировать: «Партия рабочих и ее друзья дали начало в Манчесте¬
ре движению, призванному создать общенациональную организацию
рабочего класса под единым руководством с тем, чтобы управлять
и объединять силы рабочих. Этой новой силе в государстве присваива¬
ется имя рабочего парламента» 53. Орган промышленников «Econo¬
mist» с тревогой писал: «Характер спора изменился: из вопроса в до¬
говоре спор превратился в борьбу за власть»54. Министр внутренних
дел обратился к рабочим с открытым письмом, в котором советовал хо¬
зяевам и рабочим прекратить локауты и стачки и договориться на
основе «обоюдной п взаимной доброжелательности». Капиталисты стали
сознавать, чго перевес сил на стороне рабочих. Они прекратили локау¬
ты и примирились с завоеваниями рабочих, в том числе и с повыше¬
нием на 10% заработной платы фабрично-заводских рабочих 55.
С прекращением бунта капиталистов против фабричного законода¬
тельства в стране скова, как и в 1847 г., сложилась обстановка, при¬
ведшая к расколу рабочего класса и его движения. Рабочий парламент,
хотя и был созван в назначенный срок, своей задачи создания общена¬
циональной организации рабочего класса не выполнил. Его делегаты,
дружно проголосовав за чартистские резолюции, разошлись. Единствен¬
ное, что осталось от решений Рабочего парламента,— его призыв при¬
ступить к практическому учреждению кооперативных фабрик и мастер¬
ских с целью освобождения труда. Потерпели пеудачу и другие попыт¬
ки сохранить чартистскую форму рабочего движения. Наблюдая процесс
распада чартистской организации, Энгельс писал Марксу: «Приходится
почти верить, что английское пролетарское движение в его старой
традиционно-чартистской форме должно окончательно погибнуть, прежде
чем сможет развиться в новую, более жизнеспособную форму» 36.
Английское рабочее движение в послечартистский период подтверди¬
ло прямую зависимость успехов борьбы рабочего класса от степени
очищения его организации от оппортунизма. Это очищение приобрело,
следовательно, значение внутреннего движущего импульса развития ра¬
бочего движения, который уже тогда привел к союзу чартистов с Марксом
и Энгельсом и их совместной попытке возродить чартизм на принци¬
пиально иной основе соединения рабочего движения с научным комму¬
низмом.
The Times, 22.XI.1853.
54 Цит. по: М а р к с К. и Э н г е л ь с Ф. Соч. Т. 9, с. 487.
53 См. Мендельсон JI. А. Теория и история экономических кризисов и цик¬
лов. Т. 2. М. 1959. с. 526.
Маркс К. и Энгельс Ф. Соч. Т. 29, с. 293.

ДВУХПАРТИЙНАЯ СИСТЕМА
В ПОЛИТИЧЕСКОЙ ИСТОРИИ США
И. В. Галкин, А. С. Маныкин, В. О. Печатное
Почти 200 лет назад, после принятия конституции США 1787 г., в Со¬
единенных Штатах начался процесс становления федеральной государст¬
венности. Молодая буржуазная республика стала быстро расширять
арсенал средств, с помощью которых осуществлялось политическое
господство основных эксплуататорских групп тогдашней Америки —
торгово-финансовой буржуазии Северо-Востока и плантаторов Юга, Имен¬
но тогда сложились предпосылки для возникновения института, сущест¬
вование которого не предусматривалось ни в построениях «отцов-осно-
вателей», ни в тексте федеральной конституции. Речь идет о
политических партиях.
«Господствующий класс буржуазного государства имеет в своем рас¬
поряжении богатый арсенал средств идеологического воздействия, но ос¬
новную роль в этом играют буржуазные политические партии» 1,—
отмечают советские исследователи. Американская двухпартийная систе¬
ма — это комбинация буржуазных партий, функционирующих в тесном
взаимодействии и взаимозависимости, имеющих как принципиально об¬
щие, так и частные задачи, решаемые, однако, различными методами
в зависимости от их понимания теми социальными группами, интересы
которых представляет и выражает каждая из партий.
За последние годы советские обществоведы ответили на многие воп¬
росы, возникающие при анализе истории и современного состояния
двухпартийной системы США. В американской историографии и поли¬
тологии интерес к этой проблематике в связи с 200-летием США
также заметно возрос. На книжном рынке США появилось множество
работ апологетического характера, в которых двухпартийная система
изображается как уникальный политический институт, способный эво¬
люционным путем решать практически любые социально-экономические
проблемы, как некая «надклассовая сила», действующая в интересах
«общественного благосостояния и прогресса», как своеобразный общест¬
венно-политический эталон демократии для всех стран а.
Хотя советская американистика накопила определенный опыт в сфе¬
ре исследования этой многоплановой проблематики, назрела необходи-
1 Ильинский И. П., Мишин А. А., Э и т и н Л. М. Политическая система
современного капитализма. М. 4983, с. 108.
2 См.: Gelb J., Palley М. Tradition and Change in American Party Politics.
N. Y. 1975; Ladd E. C., Hadley C. D. Transformations of the American Party
System: Political Coalitions from the New Deal to the 1970’s. N. Y. 1975; F e i-
g e r t F. B., Conway M. Parties and Politics in America. Boston. 1976; Party Orga¬
nization in American Politics. N. Y. 1984; Kayden H., Mahe E. The Party Goes
On: The Persistence of the Two-Party System in the United States. N. Y. 1985;
Pierce D. Bringing Back the Parties. Washington. 1985.
50

мость обобщить и в ряде случаев дополнить наши представления о той
роли, которую играл партийный тандем на протяжении всей политиче¬
ской истории США вплоть до наших дней. Не претендуя на исчерпы¬
вающий анализ всего комплекса вопросов, авторы данной статьи сосре¬
доточили основное внимание на таких важных и пока сравнительно
мало исследованных аспектах проблемы, как причины возникновения и
факторы устойчивости двухпартийной системы США, ее классовые
функции на различных этапах развития американского капитализма.
Глубинные причины образования и становления буржуазных полити¬
ческих партий в США связаны с характером взаимоотношений между
господствующими социальными слоями и народными массами в капита¬
листическом обществе. Так, если при предшествовавших капитализму
общественно-экономических формациях политическая основа угнетения
одного класса другим зиждилась на методах внеэкономического принуж¬
дения и закреплялась в сословных привилегиях имущих слоев посредст¬
вом религиозных и правовых норм, то при буржуазном строе склады¬
вается иная ситуация. Провозглашение формально-юридического равен¬
ства, предоставление избирательного права сравнительно обширной
части общества, передача части функций по управлению страной пред¬
ставительным органам власти вносят принципиально новые черты
в организацию классового господства, в первую очередь в плане вовле¬
чения эксплуатируемой части общества в рутинный политический про¬
цесс, Как подчеркивал В. И. Ленин, если демократизирован политиче¬
ский строй государства, «капиталистам приходится искать опоры
в массах» 3. К тому же и сам господствующий класс обычно отнюдь не
един в своих субъективных устремлениях. Необходимость урегулирова¬
ния конфликтных ситуаций внутри правящей элиты и выработки поли¬
тического курса, отвечающего совокупным интересам собственников,
также стимулировала появление партий.
От различных узкоэлитарных социально-политических фракций
внутри господствующих классов, характерных для добуршуазных фор¬
маций, буржуазные политические партии нового и новейшего времени,
как правило, отличаются рядом сущностных черт. Прежде всего они об¬
ладают более или менее долговременной программой, разработку кото¬
рой берут на себя партийные лидеры.
Следующей чертой, отличающей партии от различных допартийных
политических образований, является наличие у них массового избира¬
тельного корпуса (электората). Даже ранние буржуазные партии США,
федералисты и джефферсоновские республиканцы, доминировавшие па
политической арене страны в 1790—1810-е годы, имели хотя и ограни¬
ченную, ею все же относительно массовую (особенно в сравнении с
единственными оформившимися к тому времени политическими партия¬
ми Европы--английскими тори и вигами) базу, включавшую мелких
земельных собственников — фермеров — Северо-Востока и Среднего Запа¬
да США, часть ремесленников городов атлантического побережья, мел¬
ких розничных торговцев и т. п.
Третьей характерной чертой партий следует назвать наличие у них
разветвлегшой организационной структуры, обеспечивающей связь между
национальным руководством и электоратом. Специфика организационной
структуры буржуазных партий, особенно американских, состоит в том,
что она ориентирована на максимальную мобилизацию избирателей во
время предвыборной борьбы и непосредственно в ходе выборов. Органи¬
зационной структуре буржуазных партий США в ее историческом раз¬
витии свойственна тенденция к известной централизации с возрастанием
роли высшего, национального эшелона внутрипартийной иерархии при
3 Ленин В. И. ПСС. Т. 23, с. 188.
51

сохранении автономии местных партийных организаций (особенно
в штатах).
Важнейшей особенностью развития основных буржуазных партий
США и их современного состояния является наличие устойчивого эле¬
мента системности в их взаимоотношениях. Двухпартийный характер
всей структуры взаимоотношений между различными слоями американ¬
ской буржуазии, его закрепление в политической культуре США, со¬
циальной психологии рядовых американцев накладывают весьма сущест¬
венный отпечаток на ту роль, которую эти массовые политические
организации сыграли и продолжают играть в жизни страны.
Главные причины возпикновеиия в США именно двухпартийной си¬
стемы следует искать в особенностях социально-политической ситуации,
сложившейся в этой стране к началу 90-х годов XVIII века. Решитель¬
ное поражение американских лоялистов в ходе войны за независимость
уничтожило всякую возможность для появления аристократической орга¬
низации конституционно-монархического толка. В свою очередь, разгром
восстания Д. Шейса и выступления пенсильванских фермеров значитель¬
но подорвали шансы на создание леворадикальной партии, которая
строила бы свою деятельность на чисто эгалитаристских принципах.
Таким образом, к началу появления первых общенациональных партий
в США практически не осталось сколько-нибудь серьезной социальной
почвы для легальной деятельности массовых организаций, отстаивавших
какой-либо иной, чем буржуазный, путь развития. «Соединенные Шта¬
ты,— писал Ф. Энгельс,— современны, буржуазны уже с самого их за¬
рождения» 4.
Необходимо учитывать, что политико-правовые воззрения «отцов-
основателей» США формировались под сильным влиянием английского
опыта, британской политической традиции, в которой принцип двухпар-
тийности укоренился уже достаточно прочно. Копирование английских
форм ведения политической борьбы, конечно, не могло долго продол¬
жаться. Очень быстро те политико-правовые формы, которые были
перенесены на американский континент из Англии, были наполнены но¬
вым, конкретно-национальным содержанием, в результате чего США
вскоре значительно опередили бывшую метрополию в деле строительст¬
ва общенациональных партий. Однако внешние формы, и прежде всего
принцип двухпартийности, прижились в США. Этот принцип оказался
очень удобным для их правящей элиты и постепенно закрепился в по¬
литической философии и практике.
Объяснение причин успеха этих усилий и устойчивости двухпартий¬
ной системы в целом следует искать в комплексе факторов, порожден¬
ных спецификой социально-экономической и государственно-правовой
среды, в которой протекало становление и развитие двухпартийной си¬
стемы США. Как известно, к власти в новом государстве пришел блок,
состоявший из двух компонентов — торгово-финансовой буржуазии
Севера и плантаторов-рабовладельцев южных штатов. Считая буржуаз¬
ный путь единственно возможным для США, идеологи этих социальных
групп по-разному представляли себе набор средств, с помощью которых
они рассчитывали создать оптимальные условия для реализации своих
замыслов. Это и обусловило появление двух основных концепций раз¬
вития американского общества5, на долгие годы определивших стер-
4 Маркс К. и Энгельс Ф. Соч. Т. 39, с. 128.
5 Суть первой концепции, автором которой являлся А. Гамильтон, заключается
в том, что основополагающие принципы, зафиксированные в конституции США,
могут быть воплощены в жизнь только на путях ускоренного развития торгово-
промышленного капитала. Именно в этом он видел залог успеха и процветания
молодой республики. Его оппоненты во главе с Т. Джефферсоном считали, что
политико-правовые идеалы, закрепленные в конституции, могут быть в полной
мере реализованы лишь в случае утверждения в США демократической республи¬
ки мелких и средних независимых фермеров (подробнее см.: С о г р и п В, В. Идей-
52

жеиь партийно-политической борьбы. Тот факт, что были сформулиро¬
ваны две конкурирующие программы достижения общих целей, оказал
большое воздействие на последующую эволюцию партийного механизма.
Изначальное ограничение всей полемики достаточно жесткими рамками
этих двух копцепцпй неизбежно стимулировало становление и закреп¬
ление традиций двухпартийное™ в политической культуре США.
После победы Севера над Югом в Гражданской войне и проведения
Реконструкции последние социально-экономические (и, соответственно,
политические) диспропорции, негативно влиявшие на развитие амери¬
канского капитализма, исчезли. Капиталистическая экономика определя¬
ла соответствующую социально-классовую структуру американского
общества, постепенно сводя к минимуму роль и влияние тех социальных
сил (крупных землевладельцев, ремесленников, мелких розничных тор¬
говцев и т. и.), которые еще сохранялись со времени разложения фео¬
дализма. В силу этого и при капитализме они тяготели к некоторой
партийно-политической обособленности, выливавшейся в партийный плю¬
рализм — характерную черту политической жизни большинства разви¬
тых стран Западной Европы последней трети XIX — начала XX в.
(за исключением Англии). В то же время отмеченная еще К. Марксом
подвижность классовых границ в США, сохранявшаяся на протяжении
всего XIX в.6, относительная слабость революционного рабочего движе¬
ния помогали лидерам обеих буржуазных партий удерживать контроль
над «многоцветными» по своему социально-классовому составу коалициями
избирателей, способствуя формированию даже среди пролетариата, по
словам Ленина, «традиций в голосовании за буржуазных политиканов» 7.
К важным особенностям развития американской политической систе¬
мы должна быть отнесена и непрерывность ее эволюции: США сегодня,
как и 200 лет назад,— буржуазно-демократическая республика с силь¬
ной президентской властью, без ответственного перед законодательным
органом правительства и с федеральной структурой распределения
власти. Разумеется, непрерывный характер развития американской госу¬
дарственности нельзя абсолютизировать и считать уникальным, как
это нередко делали и делают консервативные историки8. Напротив, она
испытала и постоянное накопление новых черт и явлений (рост числа
штатов в союзе — с 13 до 50, создание новых министерств я ведомств
в центральном правительстве и в штатах, появление новых исполнитель¬
ных органов в местных органах управления и т. д.), и резкие качест¬
венные скачки, отчасти менявшие ее сущность (важнейший из них —
Гражданская война и Реконструкция, а кроме того, т. и. прогрессивная
эра, «новый курс», буржуазные реформы 1960-х годов, консервативное
контрреформаторство нынешней администрации),
Вместе с тем формальная структура американской государственности
оставалась неизменной, что в немалой степени обусловливает преемст¬
венность в истории основных институтов политической системы США9.
Именно эта преемственность и служит одним из источников для суще¬
ствования такого важнейшего фактора политической жизни США, как
глубоко укоренившиеся в ней традиции партийно-политических процес¬
сов, устойчивые, передающиеся из поколения в поколение стереотипы
политической культуры и социальной психологии больших групп изби¬
рателей.
ные течения в американской революции XVIII в. М. 1980; Ушаков В. А. Америка
при Вашингтоне. М. 1983).
е См. М а р к с К. и Энгельс Ф. Соч. Т. 8, с. 127.
7 Ленин В. И. ПСС. Т. 15. с. 235.
8 См., напр.: Boors tin D. The Americans. The National Experience. N. Y.
1965; e j u s cl. The Americans. The Democratic Experience. N. Y. 1974.
9 Борисюк В. И. Политическая система США: особенности формирования и
тенденции эволюции. В сб.: Эволюция политической системы США. М. 1984.
53

Комплекс иных черт и особенностей политической системы США
дополняет и усиливает влияние тех, которые названы выше. Известно,
что такие особенности конституционно-правового устройства США, как
мажоритарная избирательная система, единоличное представительство
от избирательного округа и т. д., в целом благоприятствуют складыва¬
нию двух-, а не многопартийной системы. Заслушивает специального
упоминания детерминированная конституцией федеральная структура
всей политической системы США, ибо благодаря ей американские бур¬
жуазные партии, оставаясь относительно едиными на национальных
выборах, при избрании должностных лиц в органы власти в штатах и
на местах — в зависимости от конкретных региональных и субрегио¬
нальных условий — могут вести себя по-разному. Этим, в частности,
объясняется известная гибкость американских буржуазных партий, их
сравнительная жизнестойкость.
Наконец, принцип двухпартийности закрепляется и известной осо¬
бенностью социальной психологии американцев. Узкий прагматизм —
одна из важнейших черт их повседневного поведения независимо от со¬
циального статуса, образовательного уровня и т. п. В политическом
процессе прагматизм определяет существенные свойства мышления и
действий партийных активистов. Твердая приверженность определенным
принципам часто рассматривается как проявление непрактичности, тог¬
да как успех в решении текущих вопросов выступает как чуть ли не
единственный критерий эффективности политической деятельности.
Не случайно патриарх американской либеральной историографии Г. Ком-
мэйджер утверждал: «Достоинством американской партийной системы
является то, что она не ставит народ перед необходимостью бороться
за принципы»
В силу того, что стратегические установки явно остаются на втором
плане, когда речь идет о решении практических задач, связанных
с борьбой за власть на том или ином уровне, а выборы различных
должностных лиц в США происходят постоянно, задача достижения
на них победы любой ценой доминирует над всеми остальными помыс¬
лами, определяя линию поведения партийных теоретиков и функционе¬
ров. Естественно, что решать эту задачу проще в рамках сложившего¬
ся и отлаженного двухпартийного механизма, который, как говорится
в одной из американских работ, «обеспечивает удобную для политиче¬
ской элиты предсказуемость» 11 всего политического процесса. Создание
же новой партии требует длительных усилий, связано с большим рис¬
ком, как правило, не может принести сиюминутных дивидендов. Не слу¬
чайно в периодически возникающей в США полемике вокруг вопроса о
целесообразности создания третьей партии данный аргумент неизменно
превращается в мощное оружие в руках противников такого шага13.
Таким образом, относительно сформировавшийся характер общества
как чисто буржуазного, ряд особенностей государственного устройства
США, политической культуры и социальной психологии американцев
создали благоприятную почву для появления на политической арене мо¬
лодой республики в конце XVIII —начале XIX в. такого института,
как двухпартийная система. А эффективность ее в деле охраны и за¬
щиты интересов правящего класса превратила этот институт в неотъем¬
лемый атрибут политического механизма американского общества, по¬
стоянно побуждала правящую элиту страны к закреплению принципа
двухпартийности.
В ходе исторического развития за этим институтом классового гос¬
подства американской буржуазии утвердились вполне определенные
16 Annals of America. Vol. 17. Chicago. 1968, p. 11.
11 The American Party Systems. Stages of Political Development. N. Y. 1967. p. 6.
** Маныкив А. С., Язьков E. Ф. Роль третьих партий в партийно поли¬
тической системе США,- Вопросы истории, 1981, № 2.
54

функции. Среди важнейших можно выделить управленческую, т. е.
связанную с конкретно-политической реализацией совокупной воли
правящего класса (разработка и воплощение идейно-политических про¬
грамм, которые консолидируют буржуазный правопорядок и устраняют
политические факторы, подрывающие его), электоральную (т. е. спло¬
чение и мобилизация избирателей в поддержку программ и кандидатов
буржуазных партий) и, наконец, адаптивную (т. е. приведение элемен¬
тов надстройки в соответствие с меняющейся социально-экономической
средой). Сочетание этих функций, а главное, способы их практическо¬
го воплощения никогда не носили статичного характера, а обусловли¬
вались конкретными потребностями правящей элиты и особенностями
того или иного исторического периода.
На разных этапах истории США наряду с названными выше базо¬
выми функциями на первый план выдвигались некоторые специфиче¬
ские, характерные для каждого данного периода задачи, стоявшие
перед двухпартийной системой. Так, на стадии ее становления было
чрезвычайно важно выработать и внедрить нормы легитимного полити¬
ческого процесса и преодолеть унаследованные от прошлого глубокие
секционные различия. Позднее перед новой партийной комбинацией
«демократы — виги» встала задача демократизации политической систе¬
мы, приведение ее в соответствие с заметно трансформировавшейся со¬
циальной структурой общества. Но, пожалуй, нигде так часто не меня¬
лись задачи, стоящие перед двухпартийной системой, как в сфере
разработки идейно-политических концепций, используемых для управле¬
ния государством.
История США дает немало ярких примеров глубокого влияния пар¬
тийных идейно-политических установок на правительственный курс.
Уже с момента своего возникновения политические группировки, зало¬
жившие в дальнейшем основу двухпартийной системы, заняли активную
позицию по вопросу о консолидации мрлодого государства, разрабаты¬
вая рекомендации по снижению социальной напряженности, легализации
политической активности оппозиционных сил и учету разнообразных
интересов различных категорий имущих слоев. Все это обеспечило ве¬
сомую роль двухпартийной системы в решении дел государственного
управления страной. Конечно, масштабы, формы, эффективность воздей¬
ствия партий на деятельность государственной машины на различных
этапах истории были неодинаковыми, но их влияние на выработку и
проведение правительственного курса — постоянный фактор политиче¬
ской истории США.
В рамках статьи не представляется возможным подробно разобрать
все социально-экономические и политические доктрины, выработанные
в рамках двухпартийной системы за время ее существования, тем бо¬
лее что многие сюжеты, связанные с этой проблематикой, достаточно
полно изучены в советской историографии13. Некоторые из этих докт¬
рин очень сильно повлияли на политическую мысль США и эволюцию
американского общества. Так, меры, осуществлявшиеся администрацией
США в 1790-е годы, несли на себе отпечаток концепции форсированно¬
го торгово-промышленного развития страны, авторами которой были
лидеры федералистов во главе с А. Гамильтоном, министром финансов
в правительстве Дж. Вашингтона. В основе взглядов Гамильтона лежал
тезис о необходимости расширения социально-экономических функций
буржуазного государства 14.
Эти идеи уже с конца XVIII в. стали частью политического арсе¬
нала некоторых слоев крупной американской буржуазии. Политика
13 См. Дементьев И. П., Согрип В. В. О роли идеологии в истории двух¬
партийной системы США.-Новая и новейшая история (далее-НИИ), 1080, № 6.
14 С о г р и н В. В. Ук. соч., с. 293.
55

Соединенных Штатов первых двух десятилетий XIX в. испытала опре¬
деляющее влияние теорий лидера республиканцев Т. Джефферсона.
Его концепции вытекали из идеала буржуазно-демократической фермер¬
ской республики, что выражалось в лозунгах максимального упрощения
и ограничения прерогатив федерального правительства при расширении
прав местного самоуправления вплоть до «прямой демократии» мелких
(преимущественно земельных) собственников, что в контексте социаль¬
но-экономического развития США давало политические импульсы для
укрепления фермерского пути как главной тенденции эволюции амери¬
канского сельского хозяйства 15.
Джефферсоновская доктрина «простого аграрного общества» в 20-е
годы XIX в. была модернизирована применительно к новым условиям
следующим поколением американских политиков. Бурное, взаимосвязан¬
ное развитие трех процессов — освоение Запада, хлопковый бум на
Юге, начало промышленного переворота на Севере — выдвинуло на
авансцену политической жизни иные проблемы, требовавшие пересмот¬
ра традиционных взглядов, привычных штампов решения социально-эко¬
номических вопросов. Новые социальные силы, пришедшие в большую
политику в тот период, усиленно искали такие политические рецепты,
которые бы давали им максимальные преимущества в борьбе со свои¬
ми конкурентами. Поскольку добиться этого в одиночку было невозмож¬
но, то их лидеры интенсивно искали союзников, что вело к многочис¬
ленным идейно-политическим компромиссам, резко усложняло процесс
становления новых партийных установок, делало их гораздо более рас¬
плывчатыми, менее идеологизированными, чем те доктрины, которыми
руководствовались первые общенациональные партии. В 30-е годы
XIX в. эти дискуссии вернулись в привычное русло споров о двух пу¬
тях развития капитализма (хотя содержание этих дебатов заметно из¬
менилось) 16.
В 20-е годы прошлого века ситуация была гораздо более запутанной.
В правящем истэблишменте выделилось пееколько группировок. Одна
из них, возглавляемая Э. Джексоном и М. Ван Бюреном, отражавшая
интересы сложного конгломерата социальных сил, связывала необходи¬
мость новаций с увеличением политического веса фермерства и новых
слоев буржуазии Среднего Запада. Партнеры демократов по двухпартий¬
ной системе — виги во главе с Г. Клеем и Д. Уэбстером пытались ак¬
кумулировать запросы максимально широких групп буржуазии и части
плантаторов. Дополнив концепции джефферсоновских республиканцев
построениями Гамильтона, они выработали доктрину «американской
системы», включавшую в себя лозунги протекционизма, стимулирования
развития промышленности и внутренней торговли, «внутренних улучше¬
ний» (развития транспортной инфраструктуры). Наконец, преемники
джефферсоновских республиканцев из рабовладельческих штатов Юга,
предводительствуемые Дж. Кэлхуном, развивая тезис о «южной исклю¬
чительности», довели джефферсоновскую идею защиты прав штатов до
экстремистских лозунгов выхода из Союза в случае угрозы системе
плантационного рабства.
1840-е годы отмечены постепенным распространением антирабовла-
дельческой идеологии в США. Призывы к отмене или ограничению рабст¬
ва, первоначально высказывавшиеся представителями ряда третьих пар¬
15 См.: Севостьянов Г. Н., Уткин А. И. Томас Джефферсон. М. 4976;
С о грин В. В. Ук. соч., с. 206-296; Печатнов В. О. Гамильтон и Джефферсон.
М. 1984.
16 Маныпии А. С. История двухпартийной системы США. М. 1981; Тере¬
хов В. И. Борьба течений в республиканской партии в эру «доброго согласия».
В кн.: Политические партии США в новое время. М. 1981; Дубовицкий Г. А.
Двухпартийная система «демократы - виги»: особенность и роль в политическом
развитии США в 30-50-е годы XIX в. В кн.: Из истории внутриполитической борь¬
бы и общественной мысли США. Куйбышев. 1981.
56

тий (партией свободы, фрисойлерами), к концу десятилетия нашли себе
отдельных сторонников уже в самой двухпартийной системе — в партии
вигов, некоторые лидеры которых, в том числе и А. Линкольн, искали
выгодные темы для полемики с прорабовладельчески настроенными де¬
мократами. Середина 1850-х годов характеризовалась появлением на
авансцене страны новой активной политической силы — республикан¬
ской партии, которая, объединив под своими знаменами большинство
противников южного рабовладения, смогла на выборах 1860 г. обеспе¬
чить победу своего кандидата на пост президента и поставила тем са¬
мым вопрос об ограничении распространения рабства на колонизируе¬
мые западные земли в конкретную повестку дня 17.
Для республиканской и демократической партий, скрепленных в си¬
стемный механизм во второй половине 1870-х годов, было характерно
обоюдное признание безусловной и пепреходящей ценности всех без
исключения социально-экономических институтов США, их политической
структуры в том виде, в котором она сложилась в эпоху «свободной
конкуренции». Главным и для ведущих политиков обеих партий стали
призывы к обеспечению максимально благоприятной обстановки для
частнопредпринимательской деятельности в стране при полном отказе
правительства от какого-либо ее ограничительного регулирования 18.
«Позолоченный век» американского капитала был временем подъема
организованного рабочего и фермерского движений, которые к 1890-м го¬
дам заметно приблизились к тому, чтобы играть самостоятельную роль
в политической жизни страны1Э. В ходе борьбы за свои жизненные
права американские рабочие и фермеры сформулировали ряд социально-
экономических требований: частичная или полная национализация же¬
лезных дорог и средств сбязи, регулирование деятельности оптовых
скупщиков сельскохозяйственной продукции, ограничение рабочего дня
восемью часами, охрана труда, компенсация за производственные трав¬
мы, облегчение доступа к кредитам и смягчение долговых обязательств
фермерства.
В 1892 г. на платформе, вобравшей большую часть из перечислен¬
ных требований, образовалась массовая партия популистов, распростра¬
нившая в том году свой контроль над 8,5% электората и получившая
представительство как в федеральном конгрессе, так и в органах власти
штатов. Авторитет партии среди трудящихся рос, и к 1896 г. двухпар¬
тийная система встала перед выбором: либо искать способы приручения
этой новой политической силы, либо предпринять шаги по ее подавле¬
нию. Позаимствовав у популистской партии ряд умеренных требований,
в первую очередь предложения о свободной чеканке серебряной монеты
наряду с золотой в соотношении курсов 1: 16 (т. е., в сущности, идею
«дешевых денег», представлявшую в своей основе неосознанное требова¬
ние инфляционного бюджетного планирования в интересах должника),
демократы сумели в 1896 г. добиться фактического слияния обеих пар¬
тий и их совместного выступления против республиканцев. Это имело
два важных последствия. С одной стороны, с политической арены была
устранена мощная радикальная мелкобуржуазная партия, а с другой —
в общественной жизни США получили права гражданства концепции
весьма умеренных, ограниченных буржуазными идейпыми канонами
реформ. Процесс усвоения реформистских лозунгов в 1900-е годы затро¬
нул и республиканскую партию.
17 Кормилец А. Л., Поршаков С. А. Кризис двухпартийной системы США
наханупе и в годы Гражданской войны (конец 1840-х- 1865 г.). М. 1987.
18 Валюженич А. 13. Американский либерализм: иллюзии и реальность. М.
1976, с. 104-113.
13 Куропятник Г. П, Фермерское движение в США. От грейнджоров к На¬
родной партии, 1867-1896. М. 1971, с. 47-85, 86—118, 173-240, 310-351; Сива-
ч е в Н. В. США.: государство и рабочий класс. М. 1982, с. 9-33.
57

В общем, мелкобуржуазный радикализм стараниями обеих партий,
входивших в двухпартийную систему, превратился в теорию весьма
умеренного буржуазного реформаторства, предполагавшую консолидацию
финансовой системы страны, ограниченное регулирование трестов,
железнодорожных тарифов и иных условий транспортировки грузов, при¬
знание за профсоюзами прав юридического лица без соответствующих
гарантий их осуществления, отдельные меры по пресечению наиболее
вопиющих случаев произвола производителей пищевых продуктов, созда¬
ние национальных парков, лесозащитных полос и некоторые другие20.
Иными словами, республиканцами, равно как и их коллегами-демокра-
тами, в ход была нущена политика, смысл которой вскрыт в ленинской
формулировке: «Не либерализм против социализма, а реформизм против
социалистической революции — вот формула современной «передовой»,
образованной буржуазии» 21.
После Великой Октябрьской социалистической революции наиболее
дальновидные американские буржуазные политики, признавая новую
реальность — появление государства, которое ставило перед собой зада¬
чу установить социальную справедливость на основе создания общества,
исключающего эксплуатацию человека человеком,— призывали лидеров
обеих ведущих партий США считаться с этим историческим событием
и соответствующим образом скорректировать идейные каноны двухпар¬
тийного тандема. К примеру, видный политический обозреватель
Дж. Рекорд писал президенту В. Вильсону в марте 1919 г.: «Вы не мо¬
жете бороться с этими (коммунистическими,—Авт.) идеями путем за¬
малчивания, поношения или заключения в тюрьмы их сторонников.
Единственная возможность противопоставить им что-либо заключается в
выработке более привлекательной программы избавления нашего обще¬
ства от вопиющего неравенства... в социальных отношениях» гг.
Однако после первой мировой войны в обеих партиях возобладала
иная точка зрения, получившая концентрированное выражение в лозун¬
ге возврата к «нормальным» — с точки зрения традиционного буржуаз¬
ного правопорядка — идейно-политическим догмам «твердого индивидуа¬
лизма» 23. 20-е годы, как отмечал Н. В. Сивачев, знаменательны «яв¬
ным преобладанием не государственно-, а частномонополистических
принципов во всех сферах общественной жизни». Добродетели «твердо¬
го индивидуализма» на этом этапе вновь стали в США «реальным ме¬
тодом деятельности и мышления буржуазии и преобладающей части
общества» 24.
Среди важнейших экономических и социальных предпосылок такого
переворота выделяются заметное укрепление позиций американских
монополий, нажившихся на военных заказах, и разочарование широких
слоев американских трудящихся в половинчатых реформах, проведенных
администрацией Вильсона в 1913—1916 годах. Начавшаяся в 1923 г. по¬
лоса временной и частичкой стабилизации капитализма (сразу же
окрещенная идеологами обеих партий как период бесконечного «процве¬
тания») еще в большей степени закрепила эти тенденции. «Проспери¬
ти» создавало и в правящих кругах, и в электорате иллюзии, что аме¬
риканский капитализм, и особенно его движущая сила — большой биз¬
нес,—в силу своей «исключительности» не нуждается в государственном
регулировании. Обе партии, но особенно правящая, республиканская,
2<* См.: Белявская И. А. Буржуазный реформизм в США. М. 196S; С о-
грин В. В. Истоки современной буржуазной идеологии в США. М. 1975.
21 Ленин В. И. ПСС. Т. 20, с. 305.
22 Цит. по: Graham О. The Great Campaigns. Reform and War in America
(1900—1928). Englewood Cliffs. 1971, p. 346.
23 Кертман Г. Л. Борьба течений в республиканской партии США. В кн.:
Политические партии США в новейшее время. М. 1982.
24 Сивачев Н. В. Государственно-монополистический капитализм США,- Во¬
просы истсфии, 1977, № 7, с. 83.
58

усиленно культивировали эти идей. Президент К. Кулидж в одном из
своих посланий конгрессу заявлял: «Эпоха совершенства еще не насту¬
пила, но опасность задержать ее приход заключается не столько в не¬
достатке законодательных мер, сколько в ошибках правительственной
деятельности» 2S.
Впрочем, реакционный консерватизм господствовал в политических
курсах как республиканцев, так и демократов сравнительно недолго.
Глубочайший экономический кризис 1929—1933 гг., породивший исклю¬
чительно острые классовые конфликты и поставивший под угрозу сами
частнокапиталистические устои, заставил обе партии в чрезвычайном
порядке начать поиски новых подходов к решению кардинальных со¬
циально-экономических проблем, встававших перед американским обще¬
ством. В наэлектризованной кризисом политической атмосфере страны
начала «бурных 1930-х годов» реалистично прозвучали слова Ф. Руз¬
вельта: «Страна нуждается, и, насколько я правильно понимаю ее на¬
строение, страна требует смелого, настойчивого экспериментирования...
Миллионы нуждающихся не будут до бесконечности оставаться безмолв¬
ными свидетелями нашего бездействия» 26. В первой ноловине 30-х го¬
дов демократы во главе с Рузвельтом смогли выработать этатистские
идейно-политические установки, предполагавшие активное вмешательст¬
во государства в социально-экономическую жизнь страны при известных
уступках рабочему, фермерскому и другим массовым демократическим
движениям:2Т.
Эта концепция, условно обозначаемая в советской американистике
как доктрина неолиберализма, с определенными модификациями была
положена в основу социально-политического курса демократической пар¬
тии и в 40—70-е годы. В противовес ей республиканцами была посте¬
пенно разработана т. н. неоконсервативная доктрина, предполагавшая
значительно более умеренное государственное вмешательство в социаль¬
но-экономические процессы, возлагавшая большую долю ответственности
за решение внутриполитических проблем на власти штатов и нацели¬
вавшая всю мощь государственного аппарата на жесткое регулирование
деятельности профсоюзов и других демократических организацийа8.
Таким образом, идейные установки обеих ведущих буржуазных партий
в 40—70-х годах, признавая возросшую роль государства в жизни
США, содержали и некоторые различия в ее конкретной трактовке.
Подводя итоги анализу роли двухпартийной системы в определении
конкретно-политического курса правящих кругов США, возможно сде¬
лать следующие выводы. На разных этапах эволюции американского
капитализма значение двухпартийной системы в политической жизни
США заметно менялось. На ранних стадиях развития буржуазного об¬
щества — приблизительно до 70-х годов XIX в,— двухпартийная систе¬
ма в целом играла конструктивную роль, внося весомый вклад в реше¬
ние ряда кардинальных задач, стоявших перед молодой республикой.
В частности, она способствовала изживанию политического партикуля¬
ризма бывших английских колоний, консолидации общественно-полити¬
25 The State of the Union Messages of the Presidents of the United States. Vol. 3.
N. Y. 1966, p. 2664.
26 The Public Papers and Addresses of F. D. Roosevelt. 1928-1936. Vol. 1-5.
N. Y. 1938. Vol. 1, p. 646.
27 Содержание идейно-политических изменений 1930-х годов проанализировано
в ряде работ И. В. Сивачева, В. Л. Малькова и других (см. напр.: Сивачев Н. В.
Политическая борьба в США в середине 30-х rr. XX в. М. 1966; Мальков В. Л.
«Новый курс» в США. Социальные движения и социальная политика. М. 1973).
23 С и в а ч е в Н. В. Идейно-политические предпосылки послевоенной реакции
в США.-ННИ. 1972, № 2; Маныкин А. С. У. Уилки и генезис «нового республи¬
канизма».-Американский ежегодник, 1980. М. 1981; Борисюк В. И. США: у исто¬
ков современной антирабочей политики. М. 1982; Терехов В. И. Республиканцы
у власти: социально-экономическая политика правительства Д. Эйзенхауэра (1953-
1900). М. 1984.
59

ческой жизни страны в рамках единого государства путем выдвижения,
обсуждения и решения национально значимых проблем, внесла главную
лепту в разработку и осуществление программ социально-экономическо¬
го развития страны, особенно в плане победы фермерского пути в сель¬
ском хозяйстве, добилась значительной — вероятно, максимальной по
тем временам — демократизации политического процесса. Однако по
мере складывания монополий, укрепления позиций финансовой олигар¬
хии и особенно с победой социалистической революции в России, поло¬
жившей начало общему кризису капитализма, роль двухпартийной си¬
стемы стала существенным образом меняться. Постепенно она превра¬
тилась в силу, консервирующую капиталистические общественные
отношения и ищущую альтернативу реальному социализму на путях
расширения масштабов государственно-монополистического регулирова¬
ния социально-экономических процессов. Показательно, что даже
маститые буржуазные политологи США, вроде У. Чемберса, окидывая
взглядом историю воздействия двухпартийной системы на ход полити¬
ческого развития США, не могут, хотя бы косвенно, не признать этого
сдвига в роли партий от «новаторства» к «латанию и приспособле¬
нию» 29.
Участием в выработке идейно-политических концепций, используемых
для управления страной, не исчерпывается роль двухпартийной системы
в обеспечении жизнедеятельности государственного механизма. «Функ¬
ционирование современной системы «сдержек и противовесов» немысли¬
мо без главных буржуазных партий США, составляющих двухпартий¬
ную систему... Все составляющие элементы «сдержек и противове¬
сов» — конгресс, президент и Верховный суд — формируются при пря¬
мом или косвенном участии республиканской и демократической пар¬
тии» 30. Действительно, если не считать самых общих постулатов, фор¬
мальные нормы государственного права в США никогда не регулирова¬
ли порядка отбора высших руководящих кадров для государственного
аппарата. В известной степени буржуазные политические партии запол¬
няют данную брешь. Именно в недрах двухпартийной системы полити¬
ки, домогающиеся места у кормила государственной власти, заявляют о
себе, проявляют свои способности в деле защиты классовых интересов
американской буржуазии сначала на второстепенных должностях и
лишь затем попадают в правящую элиту. Именно такой путь в XX в.
прошли президенты США В. Вильсон, Ф. Рузвельт, Г. Трумэн, Дж. Кен¬
неди, Л. Джонсон и Дж. Форд, государственные секретари Р. Лансинг,
Ч. Хыоз, Г. Стимсои, К. Хэлл, Дж. Бирнс, Дж. Ф. Даллес. Д. Раск,
У. Роджерс, С. Вэнс, Э. Маски и Дж. Шульц, подавляющее большинст¬
во высших должностных лиц американской администрации.
Разрабатывая идейно-политические установки, обеспечивая их реали¬
зацию в форме конкретпого правительственного курса и осуществляя
при этом определенный отбор кадров для комплектации всех звеньев
государственного механизма, буржуазные партии США стремятся смяг¬
чить остроту социальных конфликтов и иными средствами. К настояще¬
му времени они накопили в своем организационно-пропагандистском
арсенале обширный набор методов закрепления идейно-политического
влияния буржуазии среди трудящихся. К их числу относится проведе¬
ние массовых избирательных кампаний, в ходе которых реализуется
электоральная функция партийного тандема. Именно в ходе этих акций
простые американцы усилиями двухпартийной системы оказываются,
29 ТЬе American Party Systems, pp. 22-23.
36 Мишин А. А. Принцип разделения властей в конституционном механизме
США. М. 1984. с. 162. Под системой «сдержек» и «противовесов» понимается консти¬
туционная практика перекрестного контроля различных органов законодательной,
исполнительной и судебной властей, который суммируется в их совместном влия¬
нии на ход политического процесса в стране,
ПО

в сущности, втянутыми в оуржуазнын политический процесс. Осущест¬
вляется это различными путями.
Во-первых, у народных масс заимствуются популярные идеи и ло¬
зунги, не угрожающие основам капиталистического правопорядка.
В первой половине и в середине XIX в. такое заимствование посило
прогрессивный характер, ибо объективно способствовало качественным
сдвигам в социально-экономическом развитии страны (лозунги облегче¬
ния, а затем и свободного доступа к земле, идеи ограничения, в даль¬
нейшем — отмены рабства) и углублению демократизма политической
системы США того времени (идеи расширения избирательных прав,
демократизации процедуры избрания президента и т. п.). Процесс ин¬
теграции популярных лозунгов с конца прошлого столетия стал посте¬
пенно приобретать все более и более противоречивое содержание, сдер¬
живая темны общественного развития страны. Активное социальное
маневрирование партийного руководства вело к внедрению в массовое
сознание электората буржуазно-реформистских иллюзий. Особо заметную
роль в этом плане сыграл период «нового курса». Апелляции к социаль¬
но-политическому опыту двухпартийной системы, которая якобы в
1930-е годы путем «ответственного, респектабельного и позитивного» ма¬
неврирования не допустила «чрезмерной разрушительной радикализации»
народных масс, сегодня являются общим местом в трудах американских
буржуазных историков, работающих в русле всех основных направле¬
ний исторической науки США31.
Во-вторых, избирательные кампалии создают условия как идейно-по-
литического, так и социально-психологического порядка для демонстра¬
ции межпартийной борьбы как таковой, подчеркивают элемент состяза¬
тельности партий. Важным инструментом подобного идеологического
воздействия на избирателей являются предвыборные платформы партий.
Их сквозной контент-анализ, охватывающий период 1840—1968 гг.,
статистически подтверждает как самое связь содержания платформ с
актуальными проблемами различных исторических этапов, так и нали¬
чие определенной идейно-политической «дистанции» между позициями
обеих партий, заметно увеличивающейся в периоды перестройки пар¬
тийной системы32. Характерна и явно выраженная в последние годы
тенденция в резкому расширению объема и детализации платформ,
отражающая стремление партийной верхушки усилить свое воздействие
на избирателей в условиях повышения уровня их образования и инфор¬
мированности, а также растущей политизации общественной жизни.
Вместе с тем, при всех обстоятельствах, за исключением 1860 г.,
когда в стране была налицо революционная ситуация, пути смягчения
кризисной обстановки мыслились идеологами и политиками двухпартий¬
ной системы как пути чисто эволюционные. При таком исходном согласии
(консенсусе) по вопросу об общей направленности развития общества
допускались лишь некоторые специфические оттенки (альтернативы),
отражавшие различия в методах достижения политических целей основ¬
ными буржуазными партиями страны. По описанной схеме, в более
мелких, разумеется, масштабах, происходит и повседневная межпартий¬
ная дуэль в периоды, отделяющие одну избирательную кампанию от
другой. Итак, консенсусно-альтернативный принцип взаимоотношения
партий, скрепленных в системный механизм, и составляет одну из важ¬
нейших основ партийного тандема США 33.
31 См. подробнее: Га л кип И. В. Партийно-политическая история США 1920—
1930-х гг. в освещении американской буржуазной историографии.-ННИ, 1983, № 5.
32 См. Ginsberg В. Elections and Public Policy.— American Political Science
Review, March 1976, vol. LXX, № 1, pp. 43-44.
33 Дементьев И. А. и др. О некоторых принципах функционирования двух¬
партийной системы США-Вестник МГУ, серия 8, история, 1981, № 6; Маны-
кин А. С.. Сивачев Н. В. Двухпартийная система в США: история и современ¬
ность (некоторые методологические проблемы исследования).-ННИ, 1978, Дг 3.
61

Анализируя место двухпартийной системы в политической истории
США, нельзя не остановиться на таком исключительно важном аспек¬
те, как способы адаптации этого института к меняющейся социально-
экономической среде. Нередко в тех случаях, когда в американском об¬
ществе накапливался обширный спектр противоречий, чреватых глубо¬
кими социальными потрясениями, в недрах двухпартийной системы
начиналась обширная партийная перегруппировка. Среди важнейших эле¬
ментов этого явления выделяются комплекс изменений, затрагивающих
социальный облик и структуру массовой базы партий, глубокие сдвиги
в их политическом курсе, пересмотр большинства идейных канонов,
неадекватных данному уровню развития общества, и выработка новых
идейно-политических концепций, объективно более соответствующих
задаче сохранения классового господства в руках американской буржуа¬
зии.
Термин «партийная перегруппировка» широко употребляется как
буржуазными, гак и марксистскими исследователями. Содержание этого
явления трактуется ими далеко не одинаково. Первые, как правило,
сводят суть такой перегруппировки к радикальному и долгосрочному
перераспределению голосов избирателей между партиями 34.
Авторы указанной концепции в большинстве своем не поднимаются
до признания того неоспоримого факта, что партийные перегруппиров¬
ки являются отнюдь не следствием «критических выборов», а конкрет¬
ным результатом кризисных или переломных моментов в развитии аме¬
риканского капитализма. Разумеется, в реальной жизни такая связь
может выражаться и нечетко, будет проявляться, скорее, опосредованно.
Однако, по мысли Ленина, именно такие переломные моменты «опреде¬
ляют на много лет и даже десятилетий партийную группировку обще¬
ственных сил данной страны» 35. Этого-то и не хотят признавать бур¬
жуазные политологи. Узость подобного формально-статистического подхо¬
да ныне признается и некоторыми крупными американскими авторами 30.
Не случайно в последние годы в буржуазной политологии США наме¬
тился сдвиг к более широкому и углубленному пониманию партийных
перегруппировок — делаются попытки связать происходящие в эти перио¬
ды процессы электоральных изменений со сдвигами в правящих кругах
и в различных «ветвях» государственного механизмаат.
Другой порок основного потока американской литературы по этому
вопросу — явно апологетический взгляд на возможности двухпартийной
системы как своего рода безотказного автоматического регулятора,
обеспечивающего эффективное приспособление политической системы к
меняющимся условиям,— своеобразного «американского суррогата рево¬
люции». При этом игнорируются как крайне неравномерный, сопряжен¬
ный с кризисами и срывами, характер партийных перегруппировок, так
и их сугубо надстроечная природа, не устраняющая коренных противо¬
речий капиталистического строя 33.
34 Key V. О., jr. A Theory of Critical Elections.-Journal of Politics, 1955.
February, p. 4; Burnham W. D. Critical Elections and the Mainsprings of Ameri¬
can Politics. N. Y. 1970, p. 40.
35 Л e н и п В. И. ПСС. Т. 21, с. 276.
38 Так, Дж. Клабб, У. Флашшген и Н. Зингейл прямо указывают, что одним
из основных недостатков теории перегруппировок было чрезмерное сосредоточение
внимания ее сторонников лишь на одном компоненте этого процесса — на поведении
избирателей (см. Clubb J., Flannigan W., Zingale N. Partisan Realignment:
Voters, Parties and Government in American History. Beverly Hills — Lnd. 1980,
pp. 39-41).
37 Cm.: Realignment in American Politics: Toward a Theory. Austin. 1980;
Clubb J., Flannigan W., Zingale N. Op. cit; Sinclair B. Congressional
Realignment, 1925-1978. Austin. 1982.
38 The American Party Systems, p. 289. Подробнее критику этих концепций см.:
Станкевич С. Б. Современные тенденции в развитии «новой политической исто¬
рии» в США.- Американских! ежегодник, 1983, М. 1983, с. 225 -226.
62

Партийные перегруппировки охватывают все уровни политической
жизни страны. Их содержание заключается в появлении принципиаль¬
но новых элементов в массовой базе партии и нередко в размывании
традиционных оплотов электоральной стабильности, в долговременной
смене одной партии другой у кормила власти, в приходе на ключевые
посты в обеих партиях нового поколения политиков, в заметных изме¬
нениях государственной политики и социально-психологических стерео¬
типов, бытовавших достаточно длительное время в политической куль¬
туре различных слоев американского общества.
Советские американисты выделяют в истории двухпартийной системы
США три завершенные и одну незаконченную перегруппировкизэ. Пер¬
вая завершенная партийная перегруппировка охватывает период е сере¬
дины 1810-х по середину 1880-х годов. В ее результате на место архаич¬
ных, во многом элитарных как в социальном, так и в идейно-политиче¬
ском плане политических образований пришли новые партии совре¬
менного типа — демократы и виги. Как вигская, так и демократиче¬
ская партии, оставаясь под контролем буржуазно-плантаторского блока,
представили в своем лоне место практически всем социальным группам
тогдашних США (за исключением рабов и женщин) — различным кате¬
гориям фермерства, складывавшемуся пролетариату, торгово-финансовой
и нарождавшейся промышленной буржуазии, городским мелким собствен¬
никам, плантаторам-рабовладельцам. Данная перегруппировка была обус¬
ловлена глубокими социальными изменениями в структуре американского
общества, вызванными начавшимся переходом от мануфактурной стадии
развития буржуазных отношений к промышленной40.
Вторая перегруппировка принципиально отличалась от цервой, т. к.
была одним из следствий революционного способа разрешения антагони¬
стических противоречий между капиталистическим Севером и рабовла¬
дельческим Югом. Хронологически охватывая 50—70-е годы XIX в., она
началась с полного краха всей прежней модели партийной системы де¬
мократы—виги. Зримыми проявлениями этого краха стали: исчезновение
вигов, замещение их в системном механизме республиканской партией,
трансформация демократов и, наконец, раскол этой партии и сецессия
южных штатов. Следует подчеркнуть, что на сей раз содержание пере¬
группировки с самого начала было гораздо шире, чем просто замена одной
устаревшей модели двухпартийной системы другой, более соответство¬
вавшей новому уровню развития частнособственнических отношений.
Если в 1850-е годы она разворачивалась по ранее встречавшейся в поли¬
тической истерии страны схеме, то в 1860-е годы она приобрела качест¬
венно иную направленность и содержание, обусловленные тем, что без
решительного разрыва с принципом преемственности оказалось немысли¬
мым снять базисные противоречия, порожденные конфликтом между ра¬
бовладельческим производством и потребностями ничем не ограниченной
экспансии буржуазных отношений41.
Подобный разрыв в рамках существовавших партийно-политических
структур оказался невозможен. На сей раз все важнейшие вопросы ре¬
шались вооруженным путем, ибо речь шла не об адаптации партийной
структуры к новым условиям, а о полном устранении всех препятствий,
в том числе и в политической сфере, на пути развития капитализма в
США. После того как в ходе Гражданской войны рабство было отменено,
процесс перестройки политической структуры общества постепенно вер¬
нулся в русло собственно партийной перегруппировки, которая и завер¬
шилась к концу 70-х годов XIX в. скреплением двух ранее антагонисти¬
ческих партий — республиканцев и демократов — в системный механизм,
39 Дементьев И. П. и др. Ук. соч.
40 См. Т е р е хо в В. И. Борьба течений внутри республиканской партии в эру
«доброго согласия».
41 Кормилец А. А., Порша ко в С. А. Ук. соч.
63

находящийся под прочным контролем крупного капитала и нацеленный
на создание оптимальных условий для его всевластия в стране.
Своя специфика была и у третьей партийной перегруппировки, охва¬
тившей США в годы «нового курса» 42. Основным ее содержанием стал
переход двухпартийного тандема на государственно-монополистическую
платформу. К числу важнейших особенностей этой перегруппировки
следует отнести ее быстрый, «взрывной» характер. В самом деле, начав¬
шись в 1932 г., она к 1938—1940 гг. в общих чертах уже завершилась.
За какие-нибудь 6—8 лет существенным образом изменились партийная
идеология, баланс сил внутри партий и между ними, сферы их регио¬
нального влияния, электоральная база. Вторая особенность данной пере¬
группировки заключалась в неравномерности процессов адаптации состав¬
ных компонентов двухпартийной системы к условиям форсированного
развития государственно-монополистических институтов. Если демократы
быстро и достаточно прочно освоили этатистскую методику решения со¬
циально-экономических вопросов (что позволило им уверенно взять на
себя всю полноту ответственности за судьбу капитализма в США)43, то
с их оппонентами по двухпартийной системе дело обстояло значительно
сложнее. Вплоть до выборов 1936 г. они вели себя так, будто страна не
пережила ни грандиозного кризиса, ни гигантского по своим масштабам
и интенсивности подъема рабочего и демократического движения, ни
энергичного социально-экономического реформаторства первых лет «но¬
вого курса». Результатом такого положения дел стало то, что респуб¬
ликанцы к середине 1930-х годов очутились в плачевном состоянии, что
существенно ослабило общие позиции двухпартийной системы на полити¬
ческой арене страны.
Третья особенность этой перегруппировки состояла в том, что нерав¬
номерный характер перестройки партии привел в середине 30-х годов к
их резкой поляризации и, как следствие, к нарушению баланса сил меж¬
ду составными компонентами системы. Еще одна особенность данной пе¬
регруппировки заключалась в том, что главные события разворачивались
в идейно-политической сфере. Именно перестройка идеологии и политики
партий определяла все остальные параметры перегруппировки. Если
идейно-политические характеристики партий претерпели кардинальную
трансформацию, то организационная структура партий оказалась прак¬
тически не затронутой. Наконец, отмеченные выше особенности пере¬
группировки сказались на длительности цикла и на характере следующей
фазы эволюции системы — этапе ее консолидации, который растянулся
почти на полтора десятилетия. Хотя к выборам 1940 г. контуры современ¬
ной модели двухпартийной системы в основном определились, в ее ор¬
ганизме еще оставались довольно устойчивые аномальные тенденции,
возникшие в разгар перегруппировки, что заметно тормозило процесс
консолидации механизма двухпартийной системы и неоднократно нару¬
шало рутинный ход его функционирования.
Политическая жизнь США последних лет дает некоторые свидетель¬
ства наличия в двухпартийной системе ряда тенденций, могущих при¬
вести к очередной партийной перегруппировке. По данным выборов
1980 и 1984 гг., республиканцы заметно увеличили свое влияние на от¬
дельные важные отряды избирателей, прежде всего из средних слоев и
отчасти верхушки квалифицированных рабочих, в результате чего им
удалось обеспечить себе большинство в избирательном корпусе па уровне
президентских выборов. Соответственно сужается социальная опора де¬
мократов, утрачивающих свою былую репутацию «партии экономическо¬
42 См.: С и в а ч е в Н. В. Перегруппировка в двухпартийной системе в годы «но¬
вого курса». В кн.; Политические партии США в новейшее время; Маныкин А. С.
Двухпартийная система в годы участия США во второй .мировой войне.— Там же.
43 См. Печатпов В. О. Демократическая партия США: избиратели и политика
М. 1980.
64

го роста и благосостояния». Происходят заметные перемены в социаль¬
но-политическом курсе обоих составных компонентов двухпартийной си¬
стемы, отражающие процесс переосмысления традиционных этатистских
постулатов, что выражается, в частности, в отказе ряда ведущих груп¬
пировок американских буржуазных политиков от неолиберальных кон¬
цепции.
Вопрос о том, произошла или еще нет следующая партийная пере¬
группировка, более десятка лет оживленно дебатируется политиками и
учеными США44, но концентрируются эти дебаты опять-таки лишь на
внешней, электоральной стороне процесса (в плане изменения соотно¬
шения сил между партиями), а более важные политико-идеологические
аспекты этих сдвигов упускаются из виду. Особую позицию при этом
занимают те историки и политологи, которые считают, что при нынеш¬
нем уровне общего ослабления электоральной базы двухпартийной систе¬
мы и снижения роли партий как регуляторов поведения избирателей
исключается сама возможность возрождения устойчивых связей между
избирателями и партиями, необходимых для новой партийной перегруп¬
пировки45. Так или иначе было бы преждевременным утверждать, что
на сегодняшний дет, в США произошла очередпая перегруппировка в
том смысле, в каком выше определялось это понятие: закрепления ста¬
туса республиканцев как партии стабильного большинства на всех уров¬
нях пока не произошло (что подтвердили, в частности, и результаты
промежуточных выборов 1986 г.), и, что самое главное, не выработаны
адекватные рецепты смягчения остроты сложнейших социально-экономи¬
ческих проблем, стоящих ныне перед США, на базе которых можно было
бы сплотить вокруг партийного руководства новые устойчивые избира¬
тельные коалиции.
В общем, при всем различии конкретного хода и объективных резуль¬
татов партийных перегруппировок в их содержании просматривается ряд
общих черт, позволяющих говорить о наличии некоторых устойчивых,
закономерных сторон данного явления, присущего американской полити¬
ческой истории. Во-первых, как уже отмечалось выше, перегруппировки
по своей сути нацелены на адаптацию устаревшей партийно-политиче¬
ской структуры к изменившейся социально-экономической обстановке.
Во-вторых, перегруппировка, как правило, сопровождается глубокой
трансформацией существовавших до нее партийно-политических струк¬
тур, охватывающей в той или иной мере все стороны функционирования
партийного механизма. В-третьих, будучи одной из форм изменчивости
надстроечных институтов буржуазного общества, перегруппировки с раз¬
личной степенью полноты отражают процессы, происходящие в области
базисных отношений американского капитализма. И, наконец, в-четвер¬
тых, выступая в качестве инструмента частичного разрешения существу¬
ющих при капитализме противоречий, перегруппировки объективно име¬
ют жесткие пределы ломки отживших партийно-политических структур,
замены их новыми, нарождающимися. Такие пределы определяются
частнособственническим характером американского общества и, допуская
известные надстроечные новации, исключают коренные социально-эконо¬
мические сдвиги, имеющие целью выход за рамки буржуазных обществен¬
ных отношений. Коронная ломка всей системы взаимоотношений между
44 Phillips К. The Emerging Republican Majority. N. Y. 1969; e j u s d. The
Post-Conservative America. N. Y. 1983; Sundquisl .1. Dynamics of Party System. Wa¬
shington. 1973; e j u s d. The 1984 Election: How Much Realignment? — The Brookings
Review, 1985, Winter; Ladd E., jr. On Mandates, Realignments and the 1984 Presiden¬
tial Election.— Political Science Quarterly 1985, Spring.
45 Burnham W. D. The End of American Party Politics.— Political America.
The Cutting Edge of Change. N. Y. 1973, pp. 129—130; History of U. S. Political Parties.
Vol. 1—4. N. Y.— End. 1973. Vol. 1 (1789—1860. From Factions to Parties), p. LIII;
The American Constitutional System under Strong and Weak Parties. N. Y. J98Í
pp. 120-121.
3 Вопросы истории, Л: У.
65

антагонистическими классами не может принять форму партийной
перегруппировки, т. к. в условиях последней сохраняются неизмен¬
ными базовые компоненты политического господства американской бур¬
жуазии.
В последние годы для развития двухпартийной системы США ха¬
рактерно сложное переплетение дестабилизирующих и противоборству¬
ющих тенденций. Так, к концу 70-х годов выявилось явное несоответст¬
вие традиционного размежевания партий, сложившегося в годы «нового
курса» вокруг вопросов о социальной роли государства, новым проблемам
и противоречиям американского общества — «стагфляции», падению эф¬
фективности и конкурентоспособности промышленности США, кризису
частнокапиталистического накопления, ослаблению международных пози¬
ций американского империализма, новому комплексу острых социальных
проблем. Демократы и республиканцы не только не выдвинули реалисти¬
ческих путей решения этих проблем, но и не смогли занять по ним чет¬
ких альтернативных позиций. Это породило «кризис доверия» к двухпар¬
тийной системе, резко ослабило электоральную базу обеих партий.
Иными словами, наметилось явное устаревание, или «истощение»40
партийной группировки, сложившейся в годы «нового курса», что в усло¬
виях длительной задержки с приспособлением двухпартийной системы к
новым проблемам можно было характеризовать как нарушение обычного
цикла образования, эволюции и чередования двухпартийных группировок*
Этот процесс усугублялся параллельной тенденцией структурного поряд¬
ка — общим ослаблением роли партийного аппарата в таких важных сфе¬
рах деятельности партий, как контроль над поведением электората, про¬
ведение избирательных кампаний и выдвижение кандидатов47.
Подобное сочетание циклического и структурного кризиса
двухпартийной системы вызвало серьезную озабоченность буржуазных
идеологов и политиков48, стимулировало теоретический и практический
поиск путей укрепления партий, усиления их роли в политическом про¬
цессе. Не случайно в 70—80-е годы резко усилились процессы норматив¬
но-правового закрепления доминирующей роли двухпартийной системы
на политической арене США4Я, их организационно-финансового укреп¬
ления, централизации деятельности партийных органов. Эти меры не¬
сколько сгладили остроту структурного ослабления двухпартийной систе¬
мы, хотя и не устранили его глубинных корней.
Главной попыткой преодолеть циклический кризис сложившейся
партийной группировки в 80-е годы стала сама политика правящих
республиканцев, нацеленная на решительную перегруппировку сил
между партиями за счет создания «нового республиканского большинст¬
ва» на основе ультраконсервативной платформы. Отражая сдвиг вправо
в настроениях монополистических кругов и буржуазно-обывательской
среды, спекулируя на кризисе либерально-этатистских подходов, пользуясь
временным улучшением экономической конъюнктуры и ослаблением де¬
мократических сил, республиканцы смогли укрепить свою электоральную
базу и одержать победы на президентских выборах 1980 и 1984 годов.
Годы правления консервативного крыла республиканцев ознаменова¬
лись серьезными изменениями в пользу монополий, военно-промышлен¬
ного комплекса и зажиточных слоев, затронувшими систему националь¬
48 Petrocik J. Party, Coalitions. Realignments and the Decline of the New Deal
Party System. Chicago — Lnd. 1981, p. 162.
47 Печати OB В, О. Некоторые новые тенденции функционирования двухпар¬
тийной системы в 70-х — начале 80-х годов. В кн.: Проблемы американистики. М. 1983.
48 См., напр.: Bell D, The End of American Exeptionalism.— Public Interest, 1975,
Fall, p. 226; Scott R., Hrebenar P. Parties in Crisis. Party Politics in America.
N. Y.— Toronto. 1979, pp. 10—19; Party Renewal in America: Theory and Practice. N. Y.
1980; Pols by N. Consequences of Party Reform, N. Y.—Toronto. 1983, pp. 182—183.
49 Марченко M, H. Очерки теории политической системы современного бур¬
жуазного общества. М. 1985, с. 05—85, 129—164.
66

ных приоритетов, социально-экономическую к военную политику США.
Многие из этих изменений обладают значительной инерцией и будут
иметь долгосрочные последствия для американского общества50.
Вместе с тем республиканцы не смогли решить основных проблем
страны. Падение жизненного уровня миллионов трудящихся продолжает¬
ся, социально-классовая поляризация общества усиливается. «Рей¬
ганомика», как признает сейчас и большинство специалистов в самих
США 5\ не дала ответа на коренные долгосрочные вопросы американ¬
ской экономики: как совместить устойчивый экономический рост и высо¬
кую занятость со стабильными ценами и как повысить конкурентоспо¬
собность США на мировых рынках? Вместо этого она еще более обостри¬
ла проблемы дефицита федерального бюджета и внешней торговли,
а также внешней задолженности страны. Не оправдались надежды кон¬
серваторов и на «новый федерализм», с помощью которого они рассчи¬
тывали снять с правительства ответственность за решение острых соци¬
альных проблем, отдав их на откуп местным властям и частной благо¬
творительности. Внешняя и военная политика республиканцев хотя и
временно ослабили в стране ощущение «отступления Америки», не при¬
вели к усилению военной угрозы и растущей изоляции США в мире.
Недовольство избирателей провалами и крайностями «рейганизма» отра¬
зилось на результатах промежуточных выборов 1986 г., в которых рес¬
публиканцы утратили контроль над конгрессом. Милитаристская, реак¬
ционно-индивидуалистская направленность модернизированного аме¬
риканского консерватизма вступает во все большее несоответствие с
объективными долгосрочными тенденциями внутреннего и международ¬
ного развития, с реальными потребностями и возможностями самих
США.
Какой бы вариант развития двухпартийной системы ни был в даль¬
нейшем реализован, по своей сути она по-прежнему останется тисками,
«в которые государственно-монополистический капитализм стремится за¬
жать классовую борьбу и социальные проблемы, обеспечивая тем самым
незыблемость своей власти» !’2. Исходя из этого, американские коммуни¬
сты, выражая коренные интересы трудящихся США, выдвигают на по¬
вестку дня задачу создания широкой антимонополистической коалиции,
которая смогла бы лишить двухпартийный тандем его господствующих
позиций в политической жизни, что подготовило бы почву для проведе¬
ния глубоких структурных реформ, подрывающих всевластие крупного
капитала.
50 См.: The Reagan Presidency and the Governing of America. Washington. 1984,
pp. 16—25; The New Direction in American Politics. Washington. 1985, pp. 25—30.
51 Perspectives on the Reagan Years. Washington. 1986, pp. 111—112.
52 Новая программа Коммунистической партии США.— США; экономика, поли¬
тика, идеология, 1983, № 3, с. 125.
3*

ДИСКУССИОННЫЕ ПРОБЛЕМЫ
ОБЩЕСТВО У ГЕРМАНСКИХ И СЛАВЯНСКИХ ПЛЕМЕН И
НАРОДНОСТЕЙ МЕЖДУ РЕЙНОМ И ОДЕРОМ
В У1-Х1 ВЕКАХ
Й. Херрманн
Дискуссия относительно проблем генезиса феодализма на Руси, нача¬
тая журналом «Вопросы истории», представляет интерес не только для
специалистов по истории России. Дело в том, что германцы и славяне
являются соседями и, кроме того, их история развертывалась в те века
в сходном направлении и шла через идентичные (в широком, общеисто¬
рическом смысле) этапы. Как же выглядит она у западных соседей
Руси?
В XI в. в Центральной Европе уже господствовал феодальный обще¬
ственный строй. На этой основе еще в первой половине X в. сложилось
немецкое феодальное государство, которое начиная с 962 г. стало цент¬
ром империи Оттонов. Эго государство претендовало на то, что оно воз¬
рождает Римскую империю. В 60-е годы X в. в империю Оттонов входи¬
ли крупные феодальные владения и частично самостоятельные феодаль¬
ные государства, расположенные между Нижним Рейном и Одером,
Лотарингия, Бургундия и Богемия, часть Моравии, Баварская Восточная
марка, на основе которой возникла Австрия, значительные области Се¬
верной и Центральной Италии1. На восточной границе, к востоку от
Одера, возникло Польское государство, князь которого Мешко I перешел
в христианство2 (вероятно, в 962 г.). В области Дуная сформировалось
Венгерское государство. Между ним и Баварской Восточной маркой об¬
разовалась стабильная граница. После введения христианства на рубеже
1 и II тыс. это государство также приняло идеологию, соответствовавшую
его развивавшемуся феодальному строю. Следовательно, к концу I тыс. на
большей части Центральной Европы образование феодальных госу¬
дарств, а тем самым и формирование феодального строя, было в основ¬
ном завершено. В рамках феодальных государств народности раннего
средневековья превратились в народы феодального общества3.
Аппарат феодальных государств играл значительную роль в станов¬
лении и развитии феодального общественного строя. Он был важным ору¬
дием, с помощью которого императоры, короли, герцоги и знать подчи¬
няли своей власти все сферы феодального общества, а прежде всего
1 Müller-Mertens E. Die Reichsstruktur im Spiegel der Herrschaftspraxis
Ottos des Grossen. Brl. 1980.
2 Pocz^tki pañstwa polskiego. Tt. 1—2. Poznan. 1962.
3 См. основополагающую характеристику связи между образованием государства
и этногенетическими процессами у Ф. Энгельса («О разложении феодализма и возник¬
новении национальных государств»). 15 связи с распадом единого Франкского госу¬
дарства в IX в. он писал: «Как только произошло разграничение на языковые груп¬
пы... стало естественным, что эти группы послужили определенной основой образо¬
вания государств, что национальности начали развиваться в нации» (Маркс К. и
Энгельс Ф. Соч. Т. 21, с, 410).
63

принуждали к зависимости или даже к крепостному состоянию крестьян,
основных производителей феодального общества. Феодальное государст¬
во способствовало упрочению феодального землевладения и его развитию*
Оно регулировало хозяйственную жизнь, разделение труда в области ре¬
месла и предпринимательства, торговлю, рыночные отношения и чекан¬
ку монеты. С организацией феодального государства была тесно связана
церковная иерархия. Классовая борьба, обусловленная эксплуататорским
характером феодального государства, приводила к крупным крестьянским
восстаниям, среди которых особенно большое значение имело выступле¬
ние лютичей (северо-западного славянского племени на Средней и
Нижней Эльбе и Одере) в 983 г.4, а также польских крестьян и 1030-е
годы5, поскольку эти восстания на время сломили власть господствую¬
щего феодального класса. В ходе классовой борьбы X и XI вв. в более
крупных регионах складывался городской строй и возникали городские
общины, основа средневековых городов — этого самого яркого явления
средневековья6.
К середине XI в. феодальный способ производства достиг — по обще¬
му мнению марксистских историков — своего всестороннего развития, и в
Центральной Европе окончательно победил феодальный общественный
строй. Основные его черты характеризуются различными исследователя¬
ми — при наличии отклонений в понимании деталей — одинаково. В дис¬
куссии о феодальном обществе7 существенно, что на этой основе могли
сложиться в качестве социально действенных факторов городской строй и
бюргерские коммуны, товарно-денежные отношения, городская собствен¬
ность и классовая борьба горожан. Именно они придали новый импульс
развитию производительных сил и способствовали возникновению ранне¬
капиталистических элементов в производственных отношениях феодаль¬
ного общества и тех социальных сил, которые впоследствии, начиная е
XVI в., вели революционную борьбу за его преобразование. Это развитие
коренилось в феодальных производственных отношениях и в обществен¬
ных структурах, сложившихся к X—XI векам. Во всех тех случаях, когда
речь идет об анализе процессов раннего средневековья, следует ясно
представлять себе развитые, исторически действенные феодальные про¬
изводственные отношения, сложившиеся к тому времени.
Основой этих отношений была феодальная собственность на землю, или
феодальный аллод. Доля этой собственности, принадлежавшая различным
слоям феодальной знати — королю, церкви, герцогам, князьям, графам и
местной знати, была различной. Отношения внутри господствующего
класса феодалов устанавливались на основе ленных отношений, или фео¬
да. Феод был тем элементом, с помощью которого регулировались раз¬
личные права феодалов на владение землей, взаимные личные связи,
общественные отношения и доля феодальной ренты. Феодальный аллод
и феодальный лен (или феод) были, таким образом, теми формами, в ко¬
торых реализовывались частная собственность и владение ек> господству¬
ющим классом8. Основанные на этом отношения вели к образованию
сложных структур общества, а также к относительной динамике разви-
4 Herrmann J. Der Lutizenaufstand 983.—Zeitschrift, für Archäologie, BrL, i984,
№ 18.
5 Strzelczyk J. Der Volksaufstand in Polen in den 30er Jahren des 11. Jahrhun¬
derts und seine Rolle während der Krise des frühpiastischen Staates.— Ibid.; Kopo-
л io к В. Д. Древнепольское государство. М, 1957, с. 173—180.
fi Deutsche Geschichte. Bd. 1. Brl. 1985, S. 441—449.
7 См.: Allgemeine Geschichte des Mittelalters. Brl. 1985, S. 198; Möller-Mer¬
tens E. Feudalismusdiskussionen in der DDR. in: Feudalismus. Entstehung und Wesen
(Studienbibliothek DDR-Geschichtswissenschal't, Brl., 1985, № 4).
8 Herrmann J. Allod und Feudum als Grundlagen des west- und mitteleuropäi¬
schen Feudalismus und der feudalen Staatsbildung, ln: Beiträge zur Entstehung des Sta¬
ates. Brl. 1973; e j usd. Wege zur Geschichte. Brl. 1986, S. 134—162.
с J

тия. С этим было связано создание социальной и политической иерар¬
хии «столь сложного тина, какого до тех пор еще не существовало»9.
На основе феодальных аллода и феода феодальная знать организовы¬
вала эксплуатацию крестьян и свое господство в обществе. Эти отноше¬
ния создали условия для быстрого развития производительных сил, преж¬
де всего в X и XI веках. Основой организации феодального хозяйства
являлась феодальная собственность на землю. Существовали две основ¬
ные формы организации феодального хозяйства: барское поместье и
вотчина (Fronhofswirtschaft und Hebegrundherrschaft). Первое преобла¬
дало прежде всего в тех регионах, где рано сложились элементы феодаль¬
ной структуры, например, на Рейне и Дунае. В большей части Централь¬
ной Европы, особенно в Саксонии, значительную роль играла вотчина.
Тип хозяйства, названный здесь первым, характеризуется крупными
барскими хозяйствами, обрабатываемыми рабами, крепостными кресть¬
янами (servi, coloni, lazzi, mancipii и др.), крестьянами, несущими бар¬
щинные повинности (mansionarii), и лично свободными крестьянами
(liberi homines, barscalci), получившими от феодалов земельные наде¬
лы 10. Хозяйство вотчины было основано прежде всего на натуральной,
а с X—XI вв. также во все большей степени на денежной ренте, скла¬
дывавшейся из повинностей крепостных или зависимых крестьян.
Если говорить о крестьянском производстве, то в сфере вотчины су¬
ществовали преимущественно самостоятельные крестьянские хозяйства,
в которых трудились крепостные или зависимые крестьяне, вынужден¬
ные вследствие собственности феодалов на землю отдавать часть произ¬
водимого ими прибавочного продуктаи. В поместьях большую роль иг¬
рала отработочная рента зависимых и прежде всего крепостных кресть¬
ян. Тем самым участие в барском хозяйстве в значительной степени
ограничивало самостоятельное хозяйствование крестьян. Что касается
рабов в хозяйстве феодалов, то они не располагали почти никакой соб¬
ственностью ни на землю, ни на скот. Следовательно, структура класса
эксплуатируемых феодалами крестьян отнюдь не была однозначной.
Различными были и формы организаций крестьян. На барском дворе
существовали крестьянские сообщества под непосредственным надзором
феодала или его управителя, именуемого villicns или major. В областях,
где преобладало собственное крестьянское хозяйство, формировалась
деревенская община, или марка. Она регулировала взаимопересекающие-
ся интересы индивидуальных крестьянских хозяйств в альменде, в сево¬
обороте на деревенских землях, в самоуправлении и отчасти в судопро¬
изводстве. На деревенские общины—марки отчасти ориентировались, ве¬
роятно, возникающие городские слои в их борьбе за права коммун на са¬
мостоятельность и свободу 12. Так марка в качестве организационной формы
крестьянской самостоятельности в условиях феодализма «стала в течение
всех средних веков единственным очагом свободы и народной жизни» 13.
Разделение труда в области ремесла и общественной жизни основы¬
валось в первую очередь на прибавочном продукте, создаваемом в бар-
9 Маркс К. и Энгельс Ф. Соч. Т. 20, с. 105. По поводу аналогичных отно¬
шений Ленин писал: «Крепостное общество всегда было более сложным, чем общест¬
во рабовладельческое» (Ленин В. И. Г1СС. Т. 39, с. 76).
1,J О множестве дифференцированных форм организации см.: Quellen zur Geschi¬
chte des deutschen Bauernstandes im Mitteíalter. West-Brl. 1967, S. 17—164; Njeus-
sycliin A. I. Die Entstehung der abhängigen Bauernschaft als Klasse der frühfeuda¬
len Gesellschaft in Westeuropa vom 6. bis 8. Jh. Brl. 1961; Müller-Mertens E.
Karl der Grosse, Ludwig der Fromme und die Freien. Brl. 1963, S. 93 ff. Многообразие
сложных форм социальной зависимости показано и в локальных исследованиях
(С е р о в а й с к и й Я. Д. Сообщество крестьян — держателей надела в Сен-Жермеы-
ском аббатстве (к вопросу о структуре крестьянской семьи во франкской деревне
IX в. В кн.: Средние века. Вып. 48).
11 Herrmann J. Allod und Feudum, S, 159.
12 E n n e n E. Frühgeschichte der europäischen Stadt. Bonn, 1953, S. 191 fl; Ba¬
de r K. S. Dorfgenossenschaft und Dorfgemeinde. Weimar. 1962.
13 Маркс K. и Энгельс Ф, Соч. T. 19, с. 403.
70

ских дворах и вотчинах феодалов или поступавшем туда из крестьян¬
ских хозяйств. В окрестностях бургов, принадлежавших высшей знати и
епископам, а также вблизи крупных монастырей возникали поселения
ремесленников. Наряду с ними, начиная с VIII в., появляются распола¬
гающие королевскими привилегиями поселения и колонии купцов. В Маг¬
дебурге на Эльбе, например, благодаря достаточному количеству пись¬
менных источников и материалов археологических раскопок развитие
такого рода оказалось возможным моделировать и подвергнуть анали¬
зу и. Начиная с IX в. купцам удавалось все больше развивать в своих
поселениях ремесла и предпринимательство и тем самым создавать неза¬
висимую от феодалов основу производства. В конце X и в XI в. эти
возглавляемые купцами поселения настолько окрепли, что могли начать
борьбу за самостоятельность и права коммун 1Ъ.
Социальные и политические отношения развитого феодального обще¬
ства, которые с XI в. легли в основу дальнейшей истории Центральной
Европы, являются результатом развития, шедшего в течение 500 лет.
Хотя суждения историков о завершающем этапе и итогах развития в зна¬
чительной мере совпадают, этого никак нельзя сказать об анализе и
оценке тех событий и общественного развития, которые привели к таким
результатам, т. е., следовательно, о формировании феодального общест¬
ва Центральной Европы с конца V и в VI веке. Множество событий и
связей, определивших это формирование, привело в историографии к
различному толкованию существа отдельных связей и явлений и их не¬
совпадающей оценке lö.
Социально-экономические, исторически и этниче¬
ски традиционные основы возникновения фео¬
дальных производственных отношений у гер¬
манцев. Возникновение феодального общества в Центральной Европе
произошло на основе той стадии развития, которая была достигнута
рабовладельческим обществом, и революционного его преодоления17.
Однако столкновения V и VI вв. с античным обществом протекали в са¬
мых различных условиях, в них участвовали различные племенные сою¬
зы и племенные группы, и происходили они в различных регионах. Се¬
веро-западные племена славян на Эльбе и Одере участвовали в этих
столкновениях иным образом, чем германские племена Центральной Ев¬
ропы, до тех пор пока в конце VI и в VII в. на Эльбе и Заале не было
достигнуто более тесного единения этих традиционных этнических
групп1а. Несомненным историческим фактом является то, что с конца
I в. германские племена Центральной Европы, в том числе региона
Эльбы — Заале, регионов к востоку от Одера и в Скандинавии, во все
большей степени располагали возможностью или находили возможность
заимствовать в соответствии со своим собственным развитием результа¬
ты развития производительных сил в провинциях Римской империи. Сюда
относятся методы работы, технология и орудия сельскохозяйственного
производства, добывание железа и переработка его в орудия производст¬
ва и оружие, а цветных и благородных металлов — в предметы повсе¬
дневного пользования и украшения, организация хозяйства и даже фор¬
мы поселения 19.
14 Herrmann J. Research into the Early History of the Town in the Territory
of German Democratic Republic. In: European Towns. Their Archaeology and Early
History. Lnd. 1977, p. 250 ss.
15 Deutsche Geschichte. Bd. 2. Brl. 1983, S. 10—31.
16 Попытку анализа см.: Deutsche Geschichte. Bd. 1. Brl. 1985; Müller-Mer¬
tens E. Feudalismusdiskussionen in der DDR. S. 9—40.
17 H e r r m a n n J. Wege zur Geschichte, S. 224—277.
18 Die Slawen in Deutschland. Brl. 1985.
19 Henning 3. Zum Problem der Entwicklung materieller Produktivkräfte bei
den germanischen Staatsbildungen.— Klio, 1986, № 68; Herrmann J. Wege zur Ge¬
schichte, S. 310—336; Die Germanen. Geschichte und Kultur der germanischen Stämme
in Mitteleuropa. Bd. 1—2. Brl. 1983; etc.

Это заимствование результатов, достигнутых рабовладельческим об¬
ществом благодаря развитию производительных сил, происходило в обще¬
стве, находившемся на стадии разложения родового строя, в период
военной демократии. Существенным для дальнейшего социально-эконо¬
мического развития в данных этнокультурных регионах стало то, что
благодаря соприкосновению с античной культурой могли сложиться ин¬
дивидуальные хозяйства больших и малых семей, способных производить
прибавочный продукт. Следовательно, воздействие достигнутого в мире
античности развития производительных сил вело к образованию индиви¬
дуальных хозяйств, именуемых нами дворовыми союзами20. Основываясь
на изучении источников разных стран, М. М. Ковалевский выявил такие
союзы и указал на наличие патриархальных домовых общин21.
К. Маркс, изучив соответствующие источники, еще до появления ра¬
боты Ковалевского пришел к выводу: «Индивидуальная земельная собст¬
венность не выступает здесь ни как форма, противоположная земельной
собственности общины, ни как ею опосредствованная, а наоборот, общи¬
на существует только во взаимных отношениях друг к другу этих
индивидуальных земельных собственников как таковых. Общинная соб¬
ственность как таковая выступает только как общее для всех добавле¬
ние к индивидуальным поселениям соплеменников и к индивидуальным
земельным участкам»22. Позже Маркс высказывал сомнения по поводу
этого вывода, сформулированного в понятиях истории права23. Тем не
менее проведенное после Маркса исследование подтвердило, что отноше¬
ния, описанные Марксом и М. М. Ковалевским, уже сложились в своих
существенных чертах до возникновения феодальных производственных
отношений, в известной степени в качестве основы этих отношений.
С начала I тыс. возникла индивидуальная собственность на пахотную
землю наряду с существовавшей уже долгое время индивидуальной соб¬
ственностью на дворовые участки, что нашло свое выражение в огоражи¬
вании на длительное время пахотной земли, принадлежащей определен¬
ному участку24. Это развитие вело к возникновению частной собствен¬
ности у германских племен Центральной Европы. С начала VI в. для
обозначения этой формы собственности пользуются понятием «аллод».
Он охватывал всю собственность — дом, двор, пахотную землю, скот и
рабов25. Дворовый союз у германских племен основывался на этой со-
циально-экономической основе. Археологически он может быть выявлен
с конца I тыс. до н. э., а своего развития достигает в первые века н. э.
В письменных источниках описание подобных хозяйственных единиц и
организации их эксплуатации есть у Тацита26.
Несколько дворовых союзов составляли общину, или сообщество, ко¬
торое Тацит называет деревней (ушив) 27. Внутренняя правовая струк¬
тура этих ранних сообществ почти неизвестна. В Салической Правде от¬
ражена уже структура общины территориального, а не родового характе¬
ра. Когда произошел этот переход от родовой к соседской (или
территориальной) общине, в настоящее время с уверенностью определить
невозможно. В целом можно считать временем этих изменений первую
половину I тысячелетия. Подобные дворовые союзы были распростране¬
20 Herrmann J. Frühe klassengesellschaftliche Differenzierungen in Deutsch¬
land.— Zeitschrift für Geschichtswissenschaft, Brl., 1966, № 14.
21 Ковалевский M. M. Очерк происхождения и развития семьи и собствен¬
ности. М. 1939, с. 65; М а р к с К. и ЭпгельсФ. Соч. Т. 21, с. 134.
22 М а р к с К. Экономические рукописи. 1857—1861 гг. Ч. 1. М. 1980, с. 477,
23 См. Маркс К. и Энгельс Ф. Соч. Т. 45, с. 153 сл.
24 Н V a s s S. Hodde. Et vestjysk landbysamfund fra aeldre iernalder. Kobenhavn.
1985.
25 Толкование средневековых латинских источников см.: Schneider J. Allod.
In* Mittellateinisehes Wörterbuch. Bd. 1. Brl. 1967, S. 494. ff.
26 Тацит. XXV, 1.
22 Тацит. XXVI, 2; XIX, 1; и др.
72

ны не только у фризов, саксов, племен Датского полуострова, алеманнов
и тюрингов; они встречаются и у германских племен 111—VI вв. между
Эльбой и Одером. Деревни, состоявшие из такого рода дворовых союзов
(по-видимому, у свевов и бургундов), были обнаружены в ходе археоло¬
гических раскопок в Каблове28 и Вальтерсдорфе29 к югу от Берлина,
а также в Нижней Лужицезй. Во множестве других мест тоже есть ука¬
зания на наличие подобной структуры31.
Таким: образом, на основании имеющихся исследований можно прий¬
ти к выводу, что тенденция социально-экономического развития у гер¬
манских племен на территории между Рейном и Одером в первой поло¬
вине I тыс вела к образованию индивидуальных хозяйственных пред¬
приятий, дворовых союзов. В этой связи возникли индивидуальная
собственность и определенные условия эксплуатации. Эта основная со¬
циально-экономическая структура привела к уничтожению производст¬
венных отношений первобытного общества. Вместе с тем она создавала
возможность для относительно несложного и эффективного внедрения
(в социальную структуру племенных союзов германцев) производителей
из других племен, в том числе в значительной степени производителей
античного мира. О спектре таких возможностей свидетельствуют следую¬
щие примеры.
Войну Марка Аврелия с маркоманнами завершил, помимо других сог¬
лашений, мирный договор с квадами 175—176 годов. Соответственно до¬
говору, квады обязались немедленно отпустить 13 тыс. пленных и пере¬
бежчиков; за ними должны были последовать остальные 32. В дальней¬
шем речь вдет о 50 тыс. пленных, возвращения которых требовали
римляне33. Здесь, по-видимому, имеются в виду преимущественно
люди, которые — по определению Тацита —жили в дворовых союзах как
колоны. Столь же большим было, вероятно, число плеппьтх, которых за¬
хватывали и поселяли внутри своих дворовых союзов другие племена —•
алеманны, франки или тюринги. В Хархаузене (Тюрингия) в настоящее
время археологами исследуется центр гончарного производства, где с
III в. изготовлялась керамика по римским образцам и римской техноло¬
гии34. Известны центры обработки железа на территории вандалов и в
области Горы Свентокжыжстше, где, по мнению ряда исследователей, ра¬
ботали римские горнорабочиеза.
Под влиянием рабовладельческого общества античного Рима во мно¬
гих частях Центральной Европы возникли аллодиальная собственность,
организация дворовых союзов и формы эксплуатации, которые определили
специфический характер разлагавшегося родового общества. В то же вре¬
мя в крупных земельных владениях Римской империи, особенно с III в.,
наряду с массовым рабством существовали право рабов на пекулий (дич-
23 Behm-Bîancke G. Zur sozialökonomischen Deutung germanischer Siedlun¬
gen der römischen Kaiserzeit auf deutschem Boden. In: Aus Ur- und Frühgeschichte.
(Deutsche Historikergesellschaft). Brl. 1962.
2i> k
rü g er B. Waltersdorf. Eine germanische Siedhing im Dahme-Spree-Gebiet
Brl. 1987.
30 Herrmann J. Die germanischen und slawischen Siedlungen und das mittelal¬
terliche Dorf von Tornow, Kr. Calau. Brl. 1973.
31 Donat P. Siedlungsforschung und die Herausbildung des Bodeneigentums bei
den germanischen Stämmen.— Zeitschrift für Archäologie, 1985, № 19.
32 Cassii Dionis Cocceiani historiarum Romanarum quae supersunt. Brl. 1955, 71,
11, 1—2.
33 Grün ert H. Zu den Anfängen und zur Bolle der Sklaverei und des Sklaven¬
handels im ur- und frühgescliichtlichen Europa, speziell bei den germanischen Stäm¬
men.— Ethnographisch-Archäologische Zeitschrift, Brl., 1962, № 10.
34 Du sek S. Die Produktion römischer Drehscheibenkeramik in Thüringen. Tech¬
nologie, ökonomische und gesellschaftliche Konsequenzen. In: Römerzeitliche Dreh¬
scheibenware im Barbaricum. Weimar. 1984.
35 B i e 1 e n i n K. Starozytne hutnietwo Swiçtokrzyskie. Warszawa. 1963.
73

но0 владение) п колонат35. Сложились социальные отношения, опреде¬
ляемые эксплуатацией крестьянских хозяйств в рамках крупных земель¬
ных владений. В то время для обозначения элементов социально-эконо¬
мической структуры появились те существенные понятия, которые
перешли затем в период феодализма: такие, как иммунитет, ирекарий,
колонат 37. Рабы, обладающие пекулием, и колоны были, как и крестья¬
не, имеющие аллоды, заинтересованы в том, чтобы получить в полное
свое распоряжение основу своего производства — двор, хозяйственное
предприятие и пахотную землю и не зависеть ни от вотчинника, ни от
общины. С другой стороны, как римские латифундисты, так и герман¬
ская племенная знать привыкли реализовывать прибавочный продукт со
своих земельных владений посредством эксплуатации самостоятельных
мелких крестьянских хозяйств.
Из этих различных корней и при различных условиях развития со¬
циально-экономических структурных элементов позднеантичного общества
(начиная с IIÏ в.) и общества германцев сложилась историческая воз¬
можность синтеза. Он подготавливался также множеством других кон¬
кретно-исторических отношений и соглашений, в том числе поселением
с конца III в. германцев в качестве колонов в римских земельных вла¬
дениях Северной Италии, а пленных крестьян-германцев и их семей —
в качестве лэтов в Галлии; предоставлением целых областей германским
федератам с 378 г.; включением германских дружин в римское войско
и пр.
Начиная с V в. возможность синтеза германского и римского развития
все больше становится исторической реальностью. Маркс писал по вопро¬
су о соприкосновении различных по своим историческим корням тради¬
ционных видов развития: «Происходит взаимодействие, из которого воз¬
никает новое.,, (отчасти при германских завоеваниях)... Германские вар¬
вары, для которых земледелие при помощи крепостных было обычным
способом производства, так же как и изолированная жизнь в деревне,
тем легче могли подчинить этим условиям римские провинции, что про¬
исшедшая там концентрация земельной собственности уже совершенно
опрокинула прежние отношения земледелия» 38.
Е. В. Гутпова и 3. В. Удальцова положили эту общую точку зрения
в основу своего доклада на XIII Международном конгрессе исторических
наук в Москве (1970 г.) и разработали концепцию зон синтеза39. Их
концепция оказалась действенной. Она вызвала дискуссию и выявила
новые возможности в исследовании проблемы дисконтинуитета и конти¬
нуитета в ходе социально-экономического развития от античности к сред¬
невековью, через социальное и политическое преобразование рабовладель¬
ческого общества в феодальное 40.
На нынешней ступени нашего знания можно различить три зоны син¬
теза: внутреннюю — в области Западного и Северного Средиземноморья,
в которой социально-экономический континуитет рабовладельческого об¬
щества сначала преобладал и в значительной степени ассимилировал раз¬
витие родового строя; более северную, связанную с аллодиальной собст¬
венностью; промежуточную между ними среднеевропейскую зону, где
тенденция к родовому, аллодиальному развитию сочеталась с заимство¬
ванием (вследствие длительных контактов, относительной слабости и диф-
ференпированностн структур позднего античного рабовладельческого об-
36 Held W. Die Vertiefung der allgemeinen Krise im Westen des römischen Rei¬
ches. Bll. 1974.
37 Dieter H., Günther R. Römische Geschichte bis 476. Brl. 1979, S. 318 f.,
338 ff.
M a p к с K. и Э н г е л ъ с Ф. Соч. Т. 12, с. 723—724.
30 Г у т н о в а Е. В., Удальцова 3. В. К вопросу о типологии развитого феода¬
лизма в Западной Европе. В кн.; Проблемы социально-экономических формаций.
Историко-тгшодошческие исследования. М. 1975.
40 Herrmann J. Wege zur Geschichte, S. 224—227, Kart,
74

гцества) культуры послспиего, в результате чего возникло нечто новое —
структура феодального общества. В этом процессе в первую очередь уча¬
ствовали франки, алеманнм и бавары, а также тюринги, чье государство
к началу VI в. простиралось до средних регионов между Эльбой и Оде¬
ром (однако в 531 г. оно было завоевано франками), а на востоке с конца
VI в. там поселились славянские племена. Саксы лишь незначительно
участвовали в этом синтезе. Они развивали прежде всего собственные,
основанные на аллодиальной собственности и структуре дворовых союзов,
общественные! отношения (иных отношений, которые в середине V в.
сложились в Англии в результате переселения туда больших групп
саксов, англов, ютов и т. д., мы здесь касаться не будем) 41.
Существенным для развития Центральной Европы было то, что на
основе этого синтеза сложились отношения, характеризующиеся следую¬
щими признаками:
1) возникновение центров экономического господства племенной зна¬
ти в форме крупных вотчин, в которых эксплуатировались бывшие рабы
и колоны, т. е. феодально зависимые крестьяне. Подобные вотчины слу¬
жили существенной основой для франкской королевской власти. Такие
вотчины, находившиеся около 805 г. в вилликации Карла Великого, по¬
дробно описаны в «Brévium exempla ad describendas res ecclesiasticas et
fiscales» и тем самым стали доступны анализу42.
2) Продолжавшееся существование свободных крестьян и даже вре¬
менное их усиление, основой которому экономически служила аллодиаль¬
ная собственность дворовых союзов. В т. н. варварских Правдах, а среди
них в первую очередь в Салической Правде начала VI в. и в Бургунд¬
ской Правде конца V в., положение свободных крестьян и роль аллодов
(proprietas в Бургундской Правде) выступают совершенно отчетливо.
Свободные крестьяне еще и в VI в. были отнюдь не фикцией, а социаль¬
но-экономической реальностью и общественной силой. Они составляли
широкий слой свободных собственников, самостоятельно хозяйствовавших
и производивших в рамках дворового союза. Одновременно аллод созда¬
вал возможность эксплуатировать несвободных. В каком масштабе эти
возможности социально-экономически осуществлялись, с уверенностью
сказать нельзя, и прежде всего для племен тюриягов или баваров43.
Если исходить из данных Салической Правды, то оказывается, что в хо¬
зяйствах, принадлежавших владельцам дворов, в значительной степени
занятых самостоятельным производительным трудом, эксплуатация рабов
была очень распространена.
3) Образование Франкского государства как результат этого синтеза,
как его государственная надстройка. Завоевав, как уже было указано,
в 531 г. племенное государство тюрингов, франки посредством конфиска¬
ций тюрингских королевских земель, поселения там франкских крестьян,
назначения графов и т. д. ввели здесь социальную структуру, возникшую
в северофранкско-нижнерейиекой области синтеза. Тенденция ввергнуть
свободных крестьян в зависимость от короля или от поставленпой королем
знати, тенденция, которая может быть обнаружена и в племенной области
франков, длительное время действовала в завоеванных областях Тюрин¬
гии. Следствием этого были разразившиеся в 555 и 594 гг. крупные
крестьянские восстания, направленные против франкского господства.
Несмотря на это, территория Тюрингии до Эльбы была в VIII в. втянута
в орбиту социально-экономического развития Франкского государства.
Возникли крупные вотчины с крепостными (servi, coloni) и зависимыми
(mansuarii) лицами; церковь также распространила с начала VIII в. на
41 Ср.: Weltgeschichte bis zur Herausbildung des Feudalismus. Brl. 1977, S. 543 ff.
42 H с rr jti а n и J. Wege zur Geschichte, S. 255.
43 Rode R., Weber S. Studien zur Feudalherrschaft In: Schriften zur Geschichte
und Kultur der Antike. Bd. 23 (im Druck); Колесницкай K. Ф. Этнические общ¬
ности в политические образования у германцев I—V вв. В кн.; Средние века. Вып. 48.
75

Тюрингию сеть своей организации44. Так к началу VIII в. различные
части Центральной Европы непосредственно или через посредство Франк¬
ского государства были втянуты в русло развития, которое вело к фео¬
дальному обществу.
Внутри этой основанной на феодальном землевладении общественной
организации Тюрингии (а также Баварии) с конца VI — начала VII в.
появляются группы славянских поселенцев, которые становятся объектом
всесторонней феодальной эксплуатации. Иногда они в качестве неких
коопераций входили в вотчину; в других случаях разрозненно поселялись
в самостоятельных хозяйствах тюрингских и франкских деревень; иногда
несли повинности, живя в относительно самостоятельных деревнях под
властью своих жупанов или деревенских старейшин. Различные зоны и
регионы, в которых господствовали вышеназванные, отличающиеся друг
от друга формы зависимости, выявлены во всех деталях и стали доступ¬
ны картографическому изображению на основе письменных источников,
данных ономастики, исследования поселений и археологических раско¬
пок 45.
В областях, характеризующихся наличием феодальной вотчины франк¬
ского образца, в которых в силу социально-экономических причин было
много германо-славянских смешанных поселений, провести четкую гео¬
графическую границу между германскими и славянскими поселениями
(на основании распространенных названий местностей и археологических
раскопок) невозможно, хотя военно-политическая граница по Заале и
Средней Эльбе с VII в. в общем существовала48. Иная картина предста¬
ет на Нижней Эльбе, в области саксов. Здесь на основе структуры дво¬
ровых союзов сложилось Саксонское племенное государство, безусловно,
сохранившее значительные черты родового строя. Между саксами и с-ла-
вянами-ободритами на Нижней Эльбе в течение ряда веков существова¬
ла военно-политическая граница (limes Saxoniae), которая одновремен¬
но была границей этнической, социально-экономической, культурно-ис¬
торической и территориальной. По обеим сторонам границу охраняли
бурги 47.
Дворовые союзы саксов составляли социально-экономическую основу
для эделингов (или nobiles), т. е. для нлеменной знати, для фрилингов
(или ingenió), т. о. свободных крестьян, и для литов, т. е. полусвободных
крестьян. Нее три социальных слоя по-разному владели главным средст¬
вом производства — землей. Их дворовые союзы и дворы обладали поэто¬
му неодинаковым могуществом: они распоряжались различным, иногда
значительным числом зависимых «рабов» и «рабынь». Эксплуатация про¬
исходила в дворовых союзах, в собственных хозяйствах знати и свобод¬
ных крестьян. Литы хозяйствовали наряду с рабами и также несли по¬
винности нобилям и свободным крестьянам.
Важным фактором общественной структуры было существование ши¬
рокого слоя свободных крестьян-аллодистов, подчинить которых саксон¬
ская знать до конца IX в. не смогла, не будучи для этого достаточно
сильной. Политическая организация осуществлялась посредством народ¬
ного собрания (племенное вече) в Маркло, где встречались представители
44 Hauck A. Kirchengeschichte Deutschlands. Bd. I. Brl. 1951, S. 429 ff.; Geschich¬
te Thüringens. Bd. 1. Köln — Graz. 1968.
45 Die Slawen in Deutschland, S. 36—47.
46 Herrin ann J. Der Beitrag der Archäologie zur Geschichte der Beziehungen
zwischen fränkischem Reich und nordwestslawischen Stämmen.— Prace i mat.eriafy Mu¬
seum Archeologicznego i Elnograficznego w Lodzi, seria archeologiczna, 1978, № 25;
Walther H. Namenkundiiche Beiträge zur Siedlungsgeschichte des Saale- und Mittel¬
elbgebietes bis zum Ende des 9. Jh. Brl. 1971.
47 ßtruve K. W. Archäologische Ergebnisse der Burgenorganisation bei den Sa¬
chsen und Slawen in Holstein.— Blätter für deutsche Landesgeschichte, 1970, JV» 106;
e j u s d. Die Burgen in Schleswig-Holstein. Bd. 1. Neumünster. 1981.
76

различных областей и трех основных слоев общества. Здесь проходило
обсуждение и выносились решения по вопросам войны, мира, внешних
V Л в
сношении и культа .
На развитии саксонского общества можно, как на модели, наблюдать,
какие тенденции общественного развития заключены в структуре дворо¬
вых союзов и аллодиальной собственности находящегося в состоянии
упадка племенного общества и как они действуют, если синтез с антич¬
ным развитием непосредственно не происходит, а античная культура
оказывает преимущественное или исключительное влияние на дальней¬
шее развитие производительных сил. Такие же тенденции обиаружпва-
Скандинавии .
Граница средней зоны синтеза проходила между Франконией — Тю¬
рингией и Саксонией. Саксония принадлежала уже к внешней зоне син¬
теза, где на развитие производительных сил оказывали, однако, постоян¬
ное и длительное влияние античная культура и Франкская держава;
но социальная структура тем не менее развивалась здесь преимуществен¬
но на собственной основе. Сакхония была втянута в феодальное развитие
франкского образца насильственным захватом, осуществленным Карлом
Великим между 772 и 804 годами. Завоевательные войны сломили старую
социальную структуру саксов. Эделинги после 775 г. постепенно перехо¬
дили на сторону франков, способствуя развитию в Саксонии зксплуата-
ции по франкскому образцу. При этом речь шла в первую очередь о под¬
чинении свободных крестьян и литов и превращении их в зависимых
людей.
Саксонские крестьяне боролись против этого с переменным успехом в
течение 30 лет и наконец добились распространения в Саксонии более
развитого типа охарактеризованной выше вотчины. Крупное восстание
саксонских крестьян 841—842 гг. (восстание Стеллинга) значительно
усилило эту тенденцию ’0. Таким образом, в Саксонии был проложен
путь к модификации феодальных производственных отношений в отличие
от возникших в условиях Франкского государства хозяйственных пред¬
приятий с их отношениями зависимости, уплаты ренты и типом органи¬
зации. Эта модификация, которая в известной степени была обусловлена
борьбой крестьян, способствовала развитию производительных сил. сель¬
ского хозяйства, введению разделения труда и рыночных отношений.
Сдвиг в соотношении политических сил в пользу Саксонии со второй по¬
ловины IX в. и в первые десятилетия X в., несомненно, коренится в этих
модифицированных социально-экономических предпосылках.
Оценка саксонского развития под углом зрения становления опреде¬
ленной формации неодинакова. А. И. Неусыхин видел в этом развитии,
как и в развитии Скандинавии, складывавшуюся наряду с феодальной
особую «деформацию» и называл эту стадию «протофеодальньтм», или
«варварским», обществомм. Восстание Стеллинга, по его мнению, за¬
тормозило развитие феодальных отношений в Саксонии52. Э. Мюллер-
Мертенс определяет путь саксонского развития как развитие «своего
рода», идущее и наряду с феодальным развитием Запада, и вне него. По
его мнению, в Саксонии процесс феодализации наступил только в
48 О проблемах саксонских социальных слоев см: Njeussychin Л. I. Gp. cit.,
g 260—265; Lintzel М. Der sächsische Stammesstaat und seine Eroberung durch die
Franken. Brl. 1933.
49 WikiDger und Slawen. Zur Frühgeschichie der Ostseevolker. Brl. 1982.
50 Подробнее о восстании Стеллинга см.: Е р р е г 1 е i n S. Herrschaft und Volk
im karolingischen Imperium. Brl. 1969, S. 50—08; Bart.muß H.-J. Einige Bemerkun¬
gen zum Stellmgaaaistand und zum Stand der sozialökonomischen Entwicklung in Sa¬
chsen im 9. Jh.— Zeitschrift für Geschichtswissenschaft, 1976, № 24.
м Неусыхин Л. И. Дофеодальный период как переходная стадия развития от
родоплеменного строя к феодальному. В кн.: Средние века. Вып. 31.
52 Неусыхин А. И. Крестьянские движения в Саксонии в IX—XI вв. В кн.:
Ежегодник германской истории. М. 1974.
77

X веко ñ\ Следует принять во вшшание, что в донормандской Англии
существовали отношения, близкие к саксонским. Различие состояло в том,
что там католическая церковь, начиная с VII в., в возрастающей степе¬
ни влияла на развитие и формирование структуры господства. Однако
отраженная в многочисленных англосаксонских Правдах социальная
структура в целом, без сомнения, до нормандского завоевания была во
многом близка саксонской (и скандинавской).
В то же время в этой структуре, как в Саксонии, так и в Англии,
уже содержались существенные элементы, которые служили основой фео¬
дального способа производства: аллод, аренда и земельные пожалования
самостоятельно хозяйствующим крестьянам за несение повинностей;
организация феодальных земельных владений, распространявшихся на
большие области и регионы; в Англии, в частности, это рано было свя¬
зано с развитием вотчины, рыночными отношениями, торговыми поселе¬
ниями (среди них прежде всего следует назвать Лондон) и чеканкой мо¬
неты. Там, очевидно, отсутствовали многообразные, связанные с институ¬
том феода взаимоотношения внутри господствующего класса54. Они
действительно были привнесены в формирование производственных, отно¬
шений как следствие франкского или франко-нормандского влияния.
Что касается главной структуры, основанной на эксплуатации само¬
стоятельно хозяйствующих крестьян и наличии крупных вотчин с зави¬
симыми крестьянами, слугами и рабами, то отнесение подобного разви¬
тия к феодальной форме общества представляется оправданным. В своем
конкретном выражении, связанном с характером условий синтеза, отли¬
чающегося от того, на котором сложился франкский феодализм, саксон¬
ский вариант был действительно слабее франкского 5S.
Второй спорной в историографии проблемой является классовая борь¬
ба крестьян в Саксонии. Ко времени франкского завоевания основные
слои саксонского общества конституировались в своем отношении к ал¬
лоду; с 780-х годов борьба саксонских крестьян против чужого господства
и эксплуатации со стороны объединенной саксонской и франкской знати
не вызывает сомнения. Борьба саксов, которая в 782 г. началась как обо¬
ронительная война этнического союза (народности) против франкского
завоевания, превратилась в социальную борьбу за аллод, за свободу и
самостоятельность крестьян, направленную и против собственной, сак¬
сонской знати. Еще более яркое выражение получили цели крестьян в
восстании Стеллинга, когда саксонские крестьяне изгнали из страны
«свою» знать и «своих» князей церкви, чтобы восстановить «старые по¬
рядки», существовавшие до франкского завоевания, т. е. право свободно
распоряжаться своим аллодом, собственным хозяйством и прибавочным
продуктом.
Если одни исследователи исходят из того, что при Стеллинге в 841 г.
саксонские крестьяне уже были втянуты в феодальную систему и боро¬
лись с ее действием (следовательно, речь идет о классовой борьбе внутри
феодального строя) 56, то другие полагают, что в Саксонии еще шла
борьба против феодализации, которая по своему воздействию скорее пре¬
пятствовала там поступательному движению, чем способствовала ему57.
ьг Müller-Mcrtens E. Das Zeitalter der Ottonen. Brl. 1955; e j u s d. Die Gene¬
sis der Feudalgesellschaft im Lichte schriftlicher Quellen.— Zeitschrift für Geschichts¬
wissenschaft, 1964, № 12; e j u s d. Einleitung. In: Feudalismus. Entstehung und Wesen,
S. 15—25.
54 Weltgeschichte bis zur Herausbildung des Feudalismus, S. 543—558.
55 Herr ma na J. Frühe klassengesellschaftliche Differenzierungen, S. Í28. Иное
понимание см,: Mülle r -Mer tens Е. Einleitung, S. 22, 35—40.
50 Bar tin uö H.-J. Op. cit., Anm. 51; Herrmaan J. Wege zur Geschichte,
S. 171-177.
r>7 Korsunskij A. R. Über einige charakteristische Züge des sozialen Kampfes
der Volksmassen in der Periode des Überganges von der Urgesellschaft zur Feudalgeseii-
schaft in Europa. Zur Entstehung des Klassenkampfes der Bauernschaft. In: Die Rolle
der Volksmassen in den vorkapitalistischen Gesellschaftsformationen. BrL 1975,
78

Западпьте славяне между Эльбой и Одером. Иные
традиции и условия действовали с конца VI в. в областях северо-запад¬
ных славян между Эльбой и: Одером (как и далее к востоку). Эти обла¬
сти были с указанного времени заселены различными славянскими пле¬
менными группами. Хотя по своему этническому происхождению все они
принадлежали к славянам, их социальная организация и культурно-исто¬
рические предпосылки не были одинаковыми. Различия обусловливались
прежде всего двумя главными причинами. Во-первых, переселившиеся
племена пришли из разных областей восточно-среднеевропейского или
восточноевропейского этническо-культурного массива славянского много¬
племенного общества. Во-вторых, различные его группы в разной
степени соприкасались с античным обществом. При этом развитие произ¬
водительных сил и распад родового строя тоже достигли у них различ¬
ных стадий58. Исходя из этих критериев, можно разделить переселенцев
на следующие группы:
1) Группа, которая, выйдя из восточной части Центральной Европы
(и области Вислы), в конце второй половины VI в. достигла через рав¬
нину границы североальбингской Саксонии, следовательно, Восточной
Голштинии, Западного Мекленбурга и области Хафеля. Хозяйство этих
поселенцев было основано на земледелии и скотоводстве типа лесных
зон, т. е. с преобладанием свиноводства. Хозяйственной основе соответ¬
ствовал и их образ жизни. Сколько-нибудь значительное влияние хозяй¬
ственного и культурного развития античного общества здесь отсутство¬
вало.
2) Группа пражско-корчакского типа. Родиной этой группы была
восточноевропейская зона лесостепи. Ее путь шел через Словакию (или
Моравию и Богемию) в область Эльбы и Заале. Этой группе также были
известны земледелие и скотоводство с преобладанием крупного рогатого
скота. Строительство домов и вообще вся их материальная культура и
обычаи близки культуре племенных групп, обнаруживаемых с VI в. на
Нижнем Дунае и известных иод наименованием склавинов.
3) Группа торновского типа в Верхней и Нижней Лужице, а также
в Нижней Силезии. В материальной культуре этой группы обнаружива¬
ются многочисленные черты, восходящие к заимствованию античных
культурных и хозяйственных традиций в преддверье Карпат и Судет,
т. е. областей на Верхней Висле и Одере. Сюда относятся методы изго¬
товления керамической продукции и обработки железа, широкое исполь¬
зование ржи в качестве основы для введения хотя бы минимального се¬
вооборота (пшеница или овес; рожь или просо; поле под паром). Эти
экономические предпосылки создали возможность большей плотности на¬
селения. С этим было связано также возведение укреплений-бургов в
большинстве поселений. В области этих племен (их можно идентифици¬
ровать с упомянутыми анонимным Баварским географом IX в. лужича¬
нами, мильчанами и дзядошанами) было наибольшее число бургов на
единицу площади. Так, у лужичан в Нижней Лужице и у мильчан в
Верхней Лужице было соответственно по 30 бургов (т. е. в Верхней Лу¬
жице на каждые 30 кв. км, а в Нижней Лужице на каждые 20 кв. км
приходился один бург). Подобная концентрация в остальных регио¬
нах неизвестна. Бурги служили в ряде случаев прежде всего убежища¬
ми для деревенского населения. Возможно, что деревни основывались
большими патриархальными семьями. Однако вскоре произошло разде¬
ление больших семей и возникновение деревень, состоящих из малых се¬
мей и организованных, вероятно, уже как соседские, сельские общины.
С этим было связано и формирование господства бург,ов (о чем см. ниже).
4) Группа фельдбергского типа в Среднем и Восточном Мекленбурге
и в ряде областей Померании. Для этой группы, как и для торновской,
58 Подробнее см,: Welt der Slawen, Geschichte, Gesellschaft, Kultur. Leipzig, 1986.
79

характерно соприкосновение с античной культурой. Область, откуда при¬
шла эта группа, также находилась на северной границе Карпат и Судет.
Однако в отличие от торновской группы эти племена проникли в область,
ранее уже достаточно плотно заселенную. Поэтому для них характерна
концентрация частей ллемен (или целых племен) в поселениях и укреп¬
лениях. В нескольких местах (например, в Фельдберге, округ Нойштре-
лиц) были обнаружены укрепленные поселения этой группы, в которых
в хорошо расположенных домах линейной улицы жили от 600 до 1200 че¬
ловек, имелись храмы и место собраний. Уровень развития производи¬
тельных сил, хотя он и не был низким, не позволял еще в VII в. созда¬
вать крупные поселения такого тина на длительное время. Поэтому вскоре
после подчинения этими племенами данной территории началось с VIII в.
распадение крупных поселений и возникновение более мелких деревень.
Группа фельдбергского типа была связана с часто упоминаемым во
франкских и саксонских анналах, начиная с IX в., а также в более позд¬
них источниках племенным союзом вильцев.
5) В конце VI или начале VII в. в область Эльбы и Заале пересели¬
лась еще одна племенная группа, находившаяся в тесной связи с Приду-
найской областью. Эта группа принесла элементы материальной культу¬
ры, распространенные также у хорватов и сербов. Названия поселений в
Центральной Германии восходят к наименованиям поселений белых хор¬
ватов. Археологические данные, письменные источники, а также иссле¬
дования в области ономастики и лингвистики свидетельствуют о том, что
эта группа под натиском аваров откололась от группы сербо-хорватов и
спасалась, продвигаясь на север, от господства аваров или от власти Ви¬
зантии.
6) К этому времени, очевидно, появились в Западном Мекленбурге и
Восточной Голштинии ободриты. Они также, по-видимому, спасались от
наступления аваров на Дунайскую область. Часть ободритов осела в
окрестностях Белграда и сыграла известную роль в столкновениях IX в.
между болгарами и франками. Другая часть племени двинулась на север.
Здесь ободриты натолкнулись прежде всего на двух противников: на сак¬
сов в области Нижней Эльбы и вильцев в Центральном и Восточном Мек¬
ленбурге. С последними они состояли в многовековой вражде. Непосред¬
ственно в период своего переселения или вскоре после него ободриты
воздвигли большие племенные бурги, среди которых выделялся Меклен¬
бург в качестве местопребывания племенного князя 59.
Эти отношения, созданные переселением славянских племен, склады¬
вались в рамках разложения родового строя и образования классового
общества. В результате в последующие века выявились новые обществен¬
ные структуры. У лужичан, мильчан и др. появились бурги. Маленькие
бурги знати (такие, какие воздвигались обычно, например, в области вос¬
точных славян только в X— XII вв.60) строились здесь уже в VIII веке.
В бурге Торнов в Нижней Лужице, который удалось полностью исследо¬
вать вместе с прилегавшим к нему поселением, жил феодал в окружении
небольшой дружины. В бурге находились большие амбары, а за его пре¬
делами — хозяйственные дворы, поставлявшие земледельческую и ремес¬
ленную продукцию. Подобные владетели бургов организовывали сельско¬
хозяйственное производство в деревенских общинах зависимых крестьян.
Насколько позволяют утверждать наши теперешние знания, при этом
наступил значительный рост земледельческого производства, ското¬
59 Подробнее см.: Herrmann J. Germanen und Slawen in Mitteleuropa.— Sit¬
zungsberichte der Akademie der Wissenshaften der DDR, Brl., 1984, №3; e j usd. Wege
zur Geschichte, S. 310—336.
eo Седов В. В. Сельские поселения центральных районов Смоленской земли
(VIII—XV вв.). М. 1960, с. 60 сл. Б. А. Рыбаков датирует образование господских
бургов X—XIII вв. (Археология СССР с древнейших времен до средневековья. М
1985, с. 95).
80

водства и ремесленной или иной предпринимательской деятельности.
Прибавочный продукт, поступавший и бург, создавал основу для дальней¬
шей торговли, в которую входило и приобретение средств производства
(например, таких, как усовершенствованные мельничные жернова) в на¬
ходившихся на отдаленном расстоянии местах. Какая-либо надрегпональ-
ная организация этих бурговых владений неизвестна, О наличии князей
и центральной власти данных тоже нет. Возможно, владельцы бургов вы¬
ступали в качество олигархии в соответствующих племенных советах или
народных собраниях (ii.
У вильцев развитие шло под водительством гглемеипой зпати, во главе
которой стоял племенной король. Во второй четверти IX в. эго племен¬
ное королевство распалось. Со второй четверти X в. мы узнаем об обо¬
ронительных войнах вильцев, ожесточенно боровшихся, в частности, про¬
тив завоевателей в Саксонии и экспансионистской политики Оттонов.
В этих войнах стала более значительной роль свободных крестьян, кото¬
рые в 983 г. добились успеха в одном из величайших восстаний X в. в
Центральной Европе против феодального угнетения и эксплуатации.
Племенное собрание и собрание представителей племен у центрального
храма Гетра выносили решения о действиях союза, именуемого союзом
лютичей. В качестве вождей собрания и организаторов войска выступала
языческие жрецы. На господство племенной знатп в союзе лютичей нет
почти никаких указаний. Лишь в период распада племенного союза в
связи с завоевательными пойпами Немецкого феодального государства,
возобновившимися с начала XII в., и с войнами Польского государства,
усилившегося около 1120 г. при Болеславе Кривоустом, в отдельных ре¬
гионах появились подобные формы господства62.
У ободритов власть с древних пор принадлежала племенному князю
и племенной знати. С VII в. племенной князь опирался в своем господ¬
стве на бурги. В X в. достигли полного выражения вотчины, являвшиеся
экономической основой власти племенного королевства. В 965 г. Ибрагим
ибн Якуб называл тогдашнего властителя ободритов Накона, главный
бург которого находился в Мекленбурге (к северу от Шверина), наряду
с Метко в Польше и Болеславом в Богемии 63, самым могущественным
властителем славянских земель. В то время властитель ободритов считал¬
ся вассалом императора Оттона I.
Большая часть местных крестьян жила в деревнях, и их можно
сравнить со свободными крестьянами Саксонии до каролингского завое¬
вания. Ободритские крестьяне сопротивлялись угнетению со стороны пле¬
менного князя и племенной аристократии, которые осуществляли двойную
эксплуатацию, пытаясь использовать повинности и требовать услуг как для
себя, так и одновременно для немецкого короля, короля Дании и церкви.
В 1018. 1066 и 1092 гг. в результате крупных крестьянских восстаний
правители ободритов были изгнаны из страны, а некоторые убиты. Воз¬
вращались они часто только через несколько десятилетий с помощью сак¬
сов или датчан. Следовательно, при всех достигнутых успехах развитие
■государства ободритов не было стабильным. Правда, последнему сильно¬
му королю ободритов Генриху из Альтлюбека (1093—1127 гг.) удалось
создать большое государство, простиравшееся от Нижнего Одера до
Нижней Эльбы, а на юге включавшее частично области на Хафеле. Од¬
нако восстания и борьба между преемниками короля — на фоне завое¬
вательной политики Саксонского. Немецкого и Польского феодальных го¬
сударств — привели в течение нескольких лет к упадку этого королевства
* fvt
и разделу его между названными государствами .
Herrmann J. Tornow und Vorberg. Brl. 1966; ejusd. Die germanischen und
slawischen Siedlungen; ejusd. Wege zur Geschichte, S. 386—415.
Die Slawen in Deutschland, S. 257—277, 356—367.
63 .T а с о b G. Arabische Berichte von Gesandten an germanische Fürstenhofe ans
dem 9: und 10. Jahrhundert. Brl. 1927, S. 11—13.
64 Подробнее см.; Die Slawen in Deutschland, Amn.f9.
81

До сих пор еще невозможно выявить во всех чертах социально-эко¬
номическую структуру, лежавшую в основе развития славянских племен
между Одером и Эльбой и превращения их общества в классовое. В не¬
которой степени однозначно можно определить лишь характер господства
властителей бургов в Верхней и Нижней Лужице, начиная с IX века.
В области сорбов на Эльбе и Заале также, вероятно, существовали ана¬
логичные институты. Эта власть обладателей бургов имеет характер об¬
щественной структуры, которая уже пыходит за рамки позднеродовой
военной демократии и основывается на раннеклассовых отношениях
эксплуатации и господства. Эксплуатация осуществлялась, очевидно, над
самостоятельно хозяйствовавшими и зависимыми крестьянскими община¬
ми, причем некоторые из них могли входить в более узкую организацию
бургового владения, внутри которого господин или его уполномоченный
непосредственно влияли на характер производства и повинностей отдель¬
ных хозяйств. Более отдаленные поселения облагались коллективными
повинностями. Во второй половине X в. п там происходила дифферен¬
циация, по-видимому, посредством установления сошной повинности.
Были хозяйства, имевшие одно рало, и хозяйства с несколькими рала¬
ми 65. В области ободритов рало служило обычно мерой пахотной земли
и единицей повинностей наряду с повинностями по дому или очагу. Внут¬
ри вотчин крестьяне, очевидно, вели хозяйство самостоятельно, причем
использовали лошадь, что позволяло вдвое быстрее, чем с помощью вола,
обрабатывать землю 88. Главным средством господства и в области обод¬
ритов был бург племенного князя (короля) ободритов, а с XI в,— и бур¬
ги местной знати. Приобретение знатью собственности на землю и пере¬
дача земельных участков зависимым крестьянам, без сомнения, играли
известную роль и в структуре общества ободритов, хотя определить это
в количественном отношении до сих нор еще невозможно.
В области лютичей крестьяне, начиная с IX в., укрепили свои пози¬
ции, утвердили свои права и установили в оборонительной борьбе против
соседних феодальных государств уже отживавшие отношения военной
демократии, а также особые племенные культы в форме храмового куль¬
та. Эта социальная структура сложилась на основе мобилизации широких
народных масс в оборонительной борьбе и вместе с тем благоприятство¬
вала такой мобилизации. Однако в конечном итоге эта структура, не со¬
здававшая достаточной концентрации прибавочного продукта и боеспособ¬
ности княжеских бургов, привела к значительному отставанию по срав¬
нению с соседними областями, в которых уже сложились феодальные
производственные отношения и образовались феодальные государства.
Поэтому во второй половине XI — первой половине XII в. союз лютичей
полностью распался. Феодальные же отношения были навязаны племени
извне, в первую очередь немецкой и польской феодальной знатью ß7.
Развитие социальной структуры у северо-западных славян происходи¬
ло во внешней зоне синтеза так же, как у саксов, и, по мнению ряда
исследователей, в течение некоторого времени внешне было в известной
степени сходно с саксонским развитием68. Однако в отличие от саксов
65 Brankack J. Studien zur Wirtschaft und Sozialstruktur der Westslawen zwi¬
schen Elbe-Saale und Oder aus der Zeit vom 9, bis zum 12. Jahrhundert. Bautzen. 1964,
S. 228—230; Herrmann J. Siedlung, Wirtschaft und gesellschaftliche Verhältnisse der
slawischen Stämme zwischen Oder/Neiße und Elbe. Brl. 1968, S. 180—183.
60 Helmold. Chronica Slavorum, I, 12; об ободритах см.: Fritze W. H. Prob¬
leme der obodritisehen Stammes- und Reichsverfassung und ihrer Entwicklung von
Stammesstaat zum Herrschaftsstaat. In; Siedlung und Verfassung der Slawen zwischen
Elbe, Saale und Oder. Gießen. 1960, S. 193—201, 212 ff.; Benthien B. Die historischen
Flurformen des südwestlichen Mecklenburgs. Schwerin. 1960.
07 Соответствующие статьи об этом см,: Zeitschrift für Archäologie, 1984, № 18,
Hi 1 2
08 Epperlein S. Volksbewegungen im frühmittelalterlichen Europa in einer
Skizze. In; Die Rolle der Volksmassen in der Geschichte der vorkapitalistischen Gesell¬
schaftsformationen, S. 214—216,
82

в традициях северо-западных славян импульсы к развитию производи¬
тельных сил под влиянием соприкосновения с античной культурой были
значительно менее действенны. Предшествующее население — свевы, вос¬
принявшие это влияние,— было уже очень незначительным и не могло
оказывать серьезного воздействия на формирование экономической мощи
славянских племен 69.
Настало время поставить в науке общую проблему дифференциации
собственности на землю. Основоположники исторического материализма
рассматривали феодальное общество как такой строй, в котором частная
собственность и частное право в качестве основы производственных от¬
ношений достигли по сравнению с рабовладельческим обществом более
высокой ступени, а на этой ступени могла позднее зарождаться и кади-
таяистипеская частная собственность 7Ü. В аллоде были предпосылки, ис¬
ходя из которых народные массы могли формировать новые обществен¬
ные отношения со сравнительно более высокой динамикой развития.
Спорным является вопрос, в какой мере в период разложения племенного
общества у славян возникали индивидуальные формы собственности,
т. е. индивидуальная частная собственность, которая могла привести к
индивидуализации крестьянского производства, близкой, например, к той,
которая существовала в области саксов.
Некоторые исследователи, ссылаясь на историю восточных славян, ре¬
шительно отвергают возможность того, что славянская община VII—
XI вв. состояла из самостоятельно хозяйствующих крестьян, обладавших
правами собственности или владения на землю Ti. Известные в настоящее
время источники не позволяют ни решительно утверждать, ни категори¬
чески отвергать такие представления. Наши наблюдения над источника¬
ми свидетельствуют о том, что в течение ряда поколений в славянских
деревнях в одной и той же местности существовали дворовые союзы, хо¬
зяйственные единицы, с которыми были связаны определенные права.
С другой стороны, не вызывает сомнений, что владетели бургов (таких,
как Торпов) обладали в сфере своего господства правом собственности на
землю. Такое же положение занимали, как следует предположить, и кня¬
зья ободритов 72.
Внутри владений и округов должно было существовать членение соб¬
ственности или владения, которое отчасти сводилось к ралу как единице
меры обрабатываемой земли, что явствует из Ниенбургского фрагмента,
отражающего отношения на рубеже Í—II тыс., а также из померанских
грамот XII века. Нет сомнений также в том, что диалектика «собствен¬
ность — владение», которая в результате римско-германского синтеза
привела к диалектике аллод — феод (крупная феодальная земельная
собственность — крестьянское владение, барское поместье или вотчина —
крестьянское хозяйство), не получила однозначного выражения. Это от¬
носится, впрочем, и к Саксонии до франкского завоевания. Аллод, в том
числе саксонский, был сначала недифференцированной единицей собст¬
венности и владения. Под влиянием надстроечных структур — государст¬
ва и идеологии — в средней зоне синтеза на этой основе в сравнительно
короткое время происходила адаптация, которая в разных регионах
северо-западных славянских областей достигала различной степени.
Князья ободритов и других племен сравнительно быстро восприняли эти
условия, заключили союз с немецкой феодальной знатью и участвовали
в формировании феодальных отношений по фраико-саксонскому образцу.
69 Неггшапв J. Herausbildung und Dynamik der germanisch-slawischen Sied¬
lungsgrenze in Mitteleuropa. In: Die Bayern und ihre Nachbarn. Vol. 1. Wien. 1985.
70 Map к с K. и Э и гель с Ф. Соч. Т. 3, с. 63. О связи соответствующих пред¬
ставлении с проблемой формаций см.: Herrmann J. Allod und Feudum, S. 135 ff.
71 Donat P. Zur Frage des Bodeneigentums bei den Westslawen, ln: Jahrbuch für
Geschichte des Feudalismus. Bd. 4. Br]. 1980.
12 Fritze W. H, Op. cit., Anm. 67,
83

В Верхней и Нижней Лужице хозяйственная мощь и плотность насе¬
ления были столь значительными, что для успешного переселения из
западных областей почти не оставалось возможности. В конце XII и в
XIII в. лужичане и мильчане решили проблему этнически смешанного
общества и утвердились там в качестве национального меньшинства73.
С конца XI — начала XII в. у северо-западных славян образовывались
зачатки торговых поселений на основе привилегий, предоставлявших от¬
носительную самостоятельность от властителей бургов и племенных кня¬
зей. Причины такого замедленного развития надлежит еще подвергнуть
дальнейшему анализу. Однако два общих корня этих явлений несомнен¬
ны: во-первых, структура собственности и социальная структура славян
па территории между Одером и Эльбой затрудняли, очевидно образование
особого социального слоя, опирающегося на собственную экономическую
основу. Тем самым стало невозможным и развитие ремесла или иного
предпринимательства вне округов бургов. Возникавшие торговые коло¬
нии были чужими (Альтлгабек, Бранденбург). (Мы не касаемся здесь
особого случая — образования приморских торговых мест, таких, как
Щецин и Волин). Во-вторых, значительная часть прибавочного продук¬
та, которая могла бы служить основой данному развитию, концентриро¬
валась в центрах светской и духовной знати Немецкого и Польского фео¬
дальных государств. Магдебург, Мепссен. Ценц, Мерзебург. Гамбург,
Бремен и др. основывали свою мощь на эксплуатации северо-западных
славянских племен. Следовательно, существовал ряд влияний и условий,
которые, взаимопересекаясь, от столетия к столетию попеременно созда¬
вали все новые сферы напряжения и обусловливали социальную структу¬
ру северо-западных славян.
Основная же тенденция шла, как и в других областях внешней зоны
синтеза, в сторону развития феодального классового общества. Однако
из-за ярко выраженных традиций родового общества эта основная тенден¬
ция проявлялась в ряде случаев либо очень медленно, либо вообще не
проявлялась (вильцы, лютичи). В других случаях ход развития натал¬
кивался на трудности вследствие двойной эксплуатации (местной знатью
и феодальной знатью других государств, особенно Немецкого). Специфи¬
ческой формой землевладения, внутри которого происходило возникнове¬
ние отношений феодальной эксплуатации, было, очевидно, господство
властителей бургов.
* *
*
Образование феодальных общественных отношений в Центральной
Европе, в частности на территории между Эльбой и Одером, было, сле¬
довательно, в значительной степени связано с франкским феодальным
развитием и германо-римским синтезом. Связь со славяно-античным син¬
тезом в области Дуная была менее ярко выражена. У племен, которые
традиционно были связапы с этим регионом, существенные предпосыл¬
ки полного развития феодального общества были менее благоприятными,
чем при франко-романском развитии. Периодизация образования феодаль¬
ного общества в средней зоне синтеза, в Западной и частично в Централь¬
ной Европе, разрабатывалась в многочисленных дискуссиях и легла в
основу работы над первым томом «Германской истории» 74; в соответст-
73 В г а в Tí а с к ,7., М ё 1 s к F. Geschichte der Sorben. Bd. 1. Bantzen. 1977; Die Sla-
•wee in Deutschland, S. 443 if.
n Deutsche Geschichte. Bd. 1. Brl. 1985. Иного мнения придерживается Э. Мюл-
лср-Мертенс. Он, равно как E. М. Штасрман и ряд других советских историков, вы¬
сказывает мнение, что римское рабовладельческое общество уже в TTI в. превраща¬
лось в феодальное. М. Я. Ciösiomor назвал ошибочным представление о германо-ро¬
манском или славяпо-впзантийском синтезе (Средние века. Выи. 31, с. 20 сл.). Напро¬
тив, А. Р. Корсунский полагал невозможным считать позднеантичное общество фео¬
дальным (Кор су некий А. Р. Проблемы революционного перехода от рабовла¬

впн с данной там периодизацией переход к феодализму проходил в три
или четыре этапа:
нерву.:й этап, 375—486 гг., характеризуется уничтожением мощи ан¬
тичною рабовладельческого государства, возникновением племенных го¬
сударств, усилением тенденций развития феодального общества при одно¬
временном развитии промежуточных структур, основанных на аллодиаль¬
ной собственности свободных крестьян;
второй этап, 486—614 гг., характеризуется становлением Франкского
государства и началом формирования основных классов феодального об¬
щества на основе аллода и феода. Парижский эдикт 614 г. представляет
собой известное завершение этого развития с точки зрения организации
господствующего класса;
третий эган, 614 г.— начало VIII в., характеризуется расширением
феодального землевладения, ростом подчинения свободных крестьян-алло-
дистов, созданием церковной иерархии и — к началу VIII в.— феодаль¬
ной ленной системы;
четвертый этап, с начала VIII по начало IX в., характеризуется уста¬
новлением феодальных производственных отношений, иногда в ходе во¬
оруженной борьбы со свободными крестьянами в империи Каролингов 1Ь.
На четвертом этапе началась одновременно феодализация «внешней»
зоны синтеза, в которой жили северо-западные славянские племена,
на чьи (по своей тенденции однородные, но в деталях отличающиеся)
формы развития было указано выше.
Из сказанного вытекает, что если соглашаться с принципиальным
единством развития славян и германцев в I — начале II тыс. (хотя бы
в самых общих чертах), то невозможно представить себе тот архаизм об¬
щества у восточных славян, о котором пишет в своих книгах И. Я. Фро-
янов 76.
дельческого строя к феодальному а Западной Европе.— Вопросы истории, 1964, № 5).
Так же полагают Дитер и Гюнтер (Dieter H., Günther R. Römische Geschichte,
Anm. 38).
75 Deutsche Geschichte. Bd. 1, S. 199; M ii 11 e г - M e r t e n s E. Einleitung, S. 36 ff.,
Anm. 54.
Tfi Ф p о и н о в М. Я. Киевская Русь. Очерки согнгально-акономической история.
Л. 1974; е г о ж е. Киевская Русь. Очерки социально-политической истории. Л. 1980.

ИСТОРИЧЕСКИЕ ОЧЕРКИ
В. Н. НИКИТИНА (ЖАНДР) - ОДНА ИЗ ПЕРВЫХ
РУССКИХ СОЦИАЛИСТОК
Н. П. Ефремова
В «Историческом вестнике» за 1885 г. была опубликована информация о том,
что в Париже скончалась одна из русских женщин, «пользовавшаяся известностью
выдающейся французской писательницы» Ч Заметка удивляет противоречивым
сочетанием двух утверждений: быть «нашей соотечественницей» и «французской
писательницей» — возможно ли это? Однако те, кто знал В. Н. Никитину (урож¬
денную Жандр), о которой шла речь, не отрицали ее известности в литературных
кругах Парижа, но единогласно высказывались в том смысле, что, хотя Жандр и
писала по-французски, пелъзя называть ее только «французской писательницей».
Французский антрополог и социолог III. Летуряо, биограф Никитиной, точнее опре¬
делил ее место в истории: Жапдр вообще «за несколько лет завоевала почетное
место среди писателей и мыслителей» 2.
В советское время биография В. Н. Никитиной (1842—1884 гг.) хотя и привле¬
кала к себе внимание, но только в связи с изучением жизни и деятельности
известного публициста и ученого, идеолога народничества П. Л. Лаврова3, хотя
личность Никитипой и ее литературное наследие могли быть объектом самостоя¬
тельного изучения. Попытаться углубить представление о ее демократических
убеждениях и действиях в пользу революционной России можно, обратившись к
французской прессе того времени.
Как же Никитина шла к своей известности? Уроженка дворянской семьи из
рода, давно обосновавшегося в Киевской губ., воспитанная в небогатой семье мор¬
ского офицера, Варвара Николаевна рано лишилась матери. Она настойчиво про¬
сила отца отдать ее учиться, что в ту пору было для девушки непросто, и доби¬
лась своего. Благодаря хлопотам влиятельного друга семьи ей удалось попасть в
Киевский институт благородных девиц на казенное содержание. Жизнь там подчи¬
нялась строгому распорядку: подъем в б утра, занятия с небольшими перерывами
до 9 вечера. Навещать воспитанниц разрешалось только по праздничным дням4.
Неизбалованная и усидчивая. Варя быстро свыклась с этим режимом. Она «сразу
стала обнаруживать блестящие успехи и рано приобрела вкус к серьезным науч¬
ным занятиям»5. В списках выпускников института за 1858 г. она значится среди
окончивших его с золотой медалью. Интересно, что десятью годами ранее, и также
с золотой медалью, окончила институт ее родственница Ольга Жандр.
Успехам Варвары Николаевны во мпогом способствовали преподаватели из
числа профессоров Киевского университета. Одним из них был историк В. Я. Шуль¬
гин. Он «обладал редким талантом лектора», и на его беседах аудитория часто
1 Исторический вестник, СПб., 1885, т. VI. с. 464—465.
2 Letourneau Ch. В. Gendre (M-me Nikitine). In: Gendre B. Études sociales,
P. 1886, p. VII.
3 Литературное наследство. T. 87. Ai. 1977; Txo ржевский С. Испытание воли,
М. 1985.
4 История Киевского института благородных девиц, 1838—1888 гг. Киев. 1889
с. 15. ’
5 Русский биографический словарь. T. II. СПб. 1914, с. 305.
86

оглашалась «запретными рукоплесканиями очаровапных слушателей» ®. Его почи¬
тательницы знали, как нелегко давался ему каждый урок. С детства болезненный,
он, случалось, вынужден был сутками отлеживаться в постели; иногда его находи¬
ли без сознания. Для Вари, не отличавшейся крепким здоровьем, такой учитель
стал примером терпения и трудолюбия. По отзывам современников, именно благо¬
даря Шульгину, бывшему тогда инспектором института, в нем царила атмосфера
уважения к педагогам, сравнительного демократизма в управлении, честности и
высокой нравственности в отношениях.
Но главное — воспитывала вся атмосфера политической жизни страны, наэлек¬
тризованная нараставшим недовольством крестьянских масс, революционным ело¬
вом А. И. Герцена, Н. А. Добролюбова и Н. Г. Чернышевского. Варвара Николаевна
писала о впечатлении, производимом на нее Герценом: «Все, кто в юности прово¬
дил ночи, зачитываясь страницами его статей, никогда не забудут пережитого...
Он обладал в сильнейшей степени способностью возбуждать интерес к обществен¬
ным явлениям» 7. В итоге за три года учебы, по свидетельству биографа, «ее рели¬
гиозные воззрения уступили место научным истинам и философским взглядам, лю¬
бовь к свободе и справедливости заменила любовь к царю»8. После выхода из
института ее внимание привлекли статьи Чернышевского и Добролюбова, которым
она была благодарна за то, что они «познакомили русскую молодежь с основами
европейского социализма» 9. Когда Жандр оказалась в Европе, ее знакомство с по¬
литической обстановкой во многом облегчалось познанием и истолкованием событий
через призму революционно-демократических воззрений передовых русских публи¬
цистов и критиков.
Два пути открывались перед Варварой Николаевной по окончании института:
замужество с «обычной» семейной жизнью либо поиски общественного идеала с
борьбой за него. Сначала она испытала первый путь, но после нескольких лет за¬
мужества отвергла «пустую светскую жизпь» и, используя возможность лечиться
за. границей, выехала в Италию. 11 лет, проведенные там, были заполнены не
столько лечением, сколько занятиями, ставшими основой «умственного созревания»,
ибо ей довелось познакомиться с семьей того, кто еще в юности заочно был как
бы ее наставником,— с семьей Герцена. «Ее любимыми героями стали люди, сра¬
жающиеся за свободу»,— свидетельствовал позднее Лавров 10.
В конце 70-х годов XIX в. она обосновалась во Франции. В среде русской эми¬
грации обстановка была тогда противоречивой. «Одни хандрят,— писала Жандр,—
другие закружились в вихре удовольствий и знакомств» “. Теперь духовной опо¬
рой для нее стал Лавров, никогда не позволявший себе расслабиться, впасть в
уныние или безделье. «Пойдешь к Вам, послушаешь Ваше слово или несколько
страниц, и опять как-то светлей делается и голова работает»12. Некоторые авто¬
ры склонны сводить отношения Варвары Николаевны и Лаврова к чисто личным
взаимным симпатиям. «Мы точно не знаем, когда Петр Лаврович познакомился
с Никитиной. Во всяком случае, уже осенью 1879 года они посещают музыкаль¬
ные концерты. Постепенно сдружились. Лавров начал бывать у Варвары Николаев¬
ны, обедать у нее. Иногда возникали импровизированные литературные вечера,
на которых Петр Лаврович вдохновенно читал Шекспира. Сближение с интересной,
интеллектуально развитой женщиной скрашивало аскетическую жизнь. Душевная
теплота Варвары Николаевны согревала быт парижского изгнанника» 13. Это верно.
Но дело не только в этом.
6 В. Я. Шульгин. Некролог и речи, произнесенные над его гробом. Киев. 1879,
с. 16.
7 Ж а н д р В. Революционная Россия. СПб. 1907, с. 23.
8 Летурно 111. Краткие биографические данные о Варваре Жандр,— Там же,
с* б.
9 Там же, с. 25.
40 Речь Петра Лаврова, произнесенная на могиле В. Жандр. В кн.: Жандр В.
Ук. соч., с. 10.
11 Литературное наследство. Т. 87, с. 560.
12 Там же. с. 561.
13 Володин А,, И т е н б е р г Б. Лавров. М. 1981, с. 260—261.
87

Даже описание хлопот Жандр о возвращении Лаврова в Париж в 1882 г. после
его изгнания французскими властями мало что может дать для более точного
понимания ее роли и в судьбе Лаврова, и в среде русской эмиграции. Факты
убеждают, что при большой разнице в возрасте сближение Жандр и Лаврова было
возможно только при наличии духовной общности. Они были не просто изгнанни¬
ки. а союзники по общей борьбе. Лавров помог Варваре Николаевне определить
свое место в публицистике и вместе с тем в русском освободительном движении.
Переписка Жандр и Лаврова свидетельствует, что он оказывал ей огромную
нравственную поддержку и способствовал становлению ее демократических убеж¬
дений. Сама Жандр рассуждала так, определяя влияние Лаврова: «Мне кажется,
что я умственно развилась в последнее время и обязана этим дорогой встрече с
13ами»; и далее: «Никто и никогда не сделал мне столько добра, как Вы, добра в
самом высшем значении слова, в смысле просвещения разума» и.
Лавров являлся в то время связующим центром между революционной эми¬
грацией разных страп, а также между русскими эмигрантами и французской об¬
щественностью. Бывая в его обществе, Жапдр оказывалась в курсе событий поли¬
тической жизни едва ли не всех государств Европы. От многочисленных друзей к
нему стекалась новейшая общественно-политическая литература, исследования по
истории философии, другим наукам. Жандр была активной читательницей его биб¬
лиотеки, и ей не раз приходилось удивляться тому, как охотно Лавров выдавал
из своего собрания другим лицам ценнейшие работы. Оба они смотрели на чтение
как на непременное для каждого борца за свободу условие интеллектуальной под¬
готовки.
В значительной степепи именно чтение приобщило Варвару Николаевпу к со¬
циалистическому учению. Лавров утверждал: «Борьбу за правду п справедливость
ей открыли и объяснили те страницы истории, на которых рассказывалось о бур¬
ном времени Французской революции» ,5. Жандр сверяла именно по Лаврову свои
суждения, училась у пего умению анализировать общественные явления, в сравне¬
нии с ним делала нравственные оценки людей и потому повторяла и его достиже¬
ния, и многие его ошибки. Лаврову также небезразлично было мнение Жандр о
своей работе: «Пишу и думаю сам: как Вам бы поправился этот способ изложе¬
ния?» 16.
В роду Жандр, давних выходцев из Франции, Варвара Николаевна как писа¬
тельница имела предшественников. В конце 1850-х годов се дядя капитан-лейтенант
А. П. Жандр (позднее вице-адмирал) издал работу об обороне Севастополя в
Крымскую войну. Ее двоюродный дядя А. А. Жандр был драматург и переводчик,
одно время дружил с декабристами, вместе с А. С. Грибоедовым переводил на рус¬
ский сочинения французских авторов. Имепно он сохранил для потомков знамени¬
тый авторизованный список «Горя от ума» {«жандровская рукопись») ,7. Варвара
Николаевна знала все это и вдохновлялась этими примерами.
Чтение художественной литературы, которым Варя увлекалась с детства под
влиянием матери, помогло ей в дальнейшем. Менее чем за три года после начала
литературной деятельности Жандр добилась признания французских публицистов.
Ее статьи находили образными и темпераментными, а позпатшя — глубокими. Пер¬
вое время, обратив внимание на ее выступления, читающая публика припимала
подпись «Жандр» за псевдоним и отказывалась «верить, чтобы такая глубина пре¬
мудрости могла принадлежать женскому перу» 18, а некоторые полагали, что под
этим псевдонимом пишет Лавров.
Тематика ее работ была разнообразной. От вопросов литературы она перехо¬
дила к политической жизни, оцепивала поэзию прошлого и политические дебаты в
стране, обращалась к естественным и социальным наукам. Ее увлекали также
«раскопки» в библиотеках и горячие споры в кругу друзей. Чтение ее работ пока¬
14 Литературное наследство. Т. 87, с. 581, 601.
15 Речь Петра Лаврова, с. 10.
16 Литературное наследство. Т. 87, с. 571.
17 Бочкарев В. А. О некоторых драматических переводах и переделках
А. А. Жандра.— Ученые записки Куйбышевского пединститута, 4960, вып. 30.
13 Литературное наследство. Т. 87, с. 571.
88

зывает, что она заботилась о точности фактов и весомости своих аргументов.
«Чтобы собрать справки и документы, готова была на любой труд. Малейшая не¬
точность заставляла ее страдать»,— писал Летурио 1Э. В литературной работе ее
не очень интересовала оплата, хотя чаще всего ее одолевало именно безденежье.
Тот же Летурно знал, что в Париж она приехала, не имея ни средств, ни связей.
Лаврову она признавалась: «Безденежье у меня полное и даже будущее шатко» 20.
Теплилась надежда на помощь отца, но с ним ее разделяли глубокие расхождения
во взглядах, тем более что свои революционные воззрения она не только не скры¬
вала, но даже подчеркивала в письмах к отцу.
Лавров упрекал ее за эти опрометчивые (по ряду причин, включая конспира¬
цию) откровения. Она возражала: «Именно потому, что я завишу от отца в мате¬
риальном отношении, я не могла позволить ему бросать грязью во все, что мне
дорого и свято» 21. Летурно отмечал: «Постыдная страсть к деньгам, без которой
немыслимо современное общество и которая унижает нас и постепенно убивает
душу, глубоко возмущала эту благородную натуру,., всегда готовую работать ради
идеи»22. К ней можно отнести известные слова Лаврова: «Среди личной борьбы
за существование и среди тягостей жизни в ссылке в чужой стране революцион¬
ная молодежь, жившая в Париже, сохраняла преданность убеждениям»23.
Жизнь Жандр в Париже осложнялась также тем, что здоровье ее не только
не улучшилось за время пребывания за границей, но даже ухудшилось. С 1881 г.,
в период самой интенсивной работы, ночами ее мучил кашель. Пришлось уехать
в горы. «Климат Парижа плох для меня,— пишет она,— и я все более чувствую
это год от года. Но что же делать? Главное ведь не в том, чтобы кое-как
протянуть дольше, а в том, чтобы жить широкими интересами и так интенсивно,
как только возможно»24. Жандр следовала этому принципу, отдавая свои силы
публицистике, которая давала ей единственную возможность служить передовой
России. Она «не имела времени заботиться о своем здоровье»,— писал Лавровгь.
Жандр отшучивалась: «Болезнь ведь — тоже роскошь»; предаваться ей можно толь¬
ко богатым людям. Постоянная занятость общественными хлопотами придавала
смысл ее жизни, и она «чувствовала себя счастливой вследствие этой постоянной
борьбы»26. Диспуты, заботы о друзьях, переводы, сбор денежных средств для
«Народной воли» поглощали ее время. Ее единственной досадой было обнаружить
в момент крайней усталости, что «бедный мозг уже истощился», и страх, что отдых
не даст вовых сил.
Стремление расширить свой кругозор и приобрести знания никогда не покида¬
ло Варвару Николаевну. Приехав в Париж, она хотела продолжить образование.
Многие русские женщины занимались там в Медицинской школе. Жандр намере¬
валась слушать лекции в Школе изящных искусств. Но, как она вскоре убедилась,
республиканская Франция недалеко ушла от царской России в признании прав
женщин. Жандр просто не получила согласия лектора на посещение его чтений.
Этот эпизод и послужил темой ее первой статьи. В ней она отстаивала права
женщин на равные с мужчинами условия умственного развития и профессиональ¬
ной подготовки27. История борьбы женщин-шестидесятниц в России за свои права
вооружала ее опытом, необходимым в полемике с французскими ретроградами2S.
«Нигде движение в пользу равноправия женщин не имело такого строгого логиче¬
ского и последовательного характера, как в России»,— писала Жандр 2Я. Эта статья
принесла ей известность и открыла дорогу на страницы парижской прессы.
19 Letourneau Ch. Op. cit.. p. IX.
20 Литературное наследство. T. 87, с. 565.
21 Там же, с. 567.
22 Летурио Ш. Ук. соч., с. 7.
23 Литературное наследство. Т. 87, с. 587.
24 Letourneau Ch. Op. cit., p. IX.
25 Речь Петра Лаврова, с. 12.
26 Там же.
27 G е n d г е В. М. Taine et l’éducation de la femme.— La Science politique,
1.IV.1879.
-s Полробгтео см.: Ефремова H. П. Первые шаги русских женщин к высшему
образованию.— Вопросы истории. 1983, № 5, с. 74—83.
29 Жандр В. ^к. соч., с. 31.
89

Дискуссия о роли женщины в обществе не была для французских газет новой.
Еще в 1840-е годы Ж. Прудон ратовал за ограничение места женщины домашним
очагом ради «сохранения здоровья нации». Но тогда же прогрессивные французские
писательницы начали борьбу за эмансипацию, причем проявили большой интерес
к судьбе передовых русских женщин и завязали с ними переписку30. Успехи
С. В. Ковалевской, Ю. В. Лермонтовой, В. А. Кашеваровой-Рудневой, А. М. Евреи-
повой, Н. П. Сусловой и других женщин, получивших высшее образование и утвер¬
дивших свое имя в науке, стали вкладом в дело борьбы за равноправие. Жаидр
знала, что и во Франции в период Коммуны 1871 г. многие парижанки прекрасно
зарекомендовали себя в жизни революционной столицы. Но затем наступление
реакции отбросило назад первые скромные социальные завоевания французских
женщин. Высокомерное отношение к ним со стороны буржуазного государства воз¬
мущало Жандр: «Она не могла хладнокровно смотреть на какую бы то ни было
общественную несправедливость» Э1.
Пребывание в Париже стимулировало и ее интерес к истории Коммуны. Рас¬
сказы ее участников и современников — А. Лео, Ш. Лонге, Б. Малона, П. Лафарга
и самого Лаврова она дополняла чтением мемуаров. В те годы состоялась амнистия
коммунаров, после чего стали возможны публичные диспуты по истории Коммуны.
Жандр присутствовала на выступлении известного политического деятеля К. Пел та¬
на, который дал сравнительную характеристику революции 1789—1794 гг. и рево¬
люции 18 марта 1871 года. Жандр узнала, что Лавров выступил в Лондоне с речью
о Коммуне, и попросила прислать текст, чтобы опубликовать в «La Justice». Речь
была получена, и вскоре Жандр сообщила Лаврову, что его работу32 читали в
гостях у французской публицистки А. Лео.
Для Жандр были полезны беседы с Лео, прояснившей ей многие социально-
экономические меры Коммуны. В дни ее существования в своей газете «Sociale»
Лео дала «наиболее определенную постановку социального вопроса» 33. Если в дни
Коммуны публицистка еще допускала неточности в оценке роли различных клас¬
совых сил, то после выхода в свет работы К. Маркса «Гражданская война во
Франции» и спустя годы после Коммуны прежние ее (и не только ее) заблужде¬
ния развеялись; стали яснее уроки Коммуны. В то же время возникли вопросы,
связанные с участием амнистированных коммунаров в политической борьбе
1880-х годов. Их позиция в рабочем движении не была однозначной: часть «левых»
проявила склонность к сектантству, а Б. Малон, возглавив мелкобуржуазное рефор¬
мистское направление, отверг теорию социальной революции и теперь мечтал об
«осуществлении идеалов по кускам»34. Эти разногласия беспокоили Жандр.
Русские социалисты обращались тогда к идейной сокровищнице Коммуны за¬
метно чаще, чем французские. К этому их подталкивала нараставшая борьба с
царизмом, неудачи народников и необходимость искать более верный путь к осво¬
бождению трудящихся. К концу 1870-х годов явственнее обозначилось стремление
ткачевцев использовать против самодержавия террор. Мирное «хождение в народ»
изживало себя, но истинной роли пролетариата народники не уяснили, и вчераш¬
ние ученики Лаврова, пропагандисты социалистических идей в деревне стали те¬
перь заговорщиками. На чьей же стороне быть? По этому вопросу в среде русских
эмигрантов единого мнения не существовало. Жандр, споря со своей приятельницей
О. Н. Глебовой, сторонницей прежней линии, возмущалась: «Такое непонимание
того, что происходит теперь в России!» 35; «время пропаганды... быстро прошло,
правительство показывало, что пропагандировать какие бы то ни было идеи в стра¬
не, где не известны ни свобода слова, ни свобода печати, нет возможности»; «мол¬
чание тяготеет над прессой» 36. Но «наши не унывают»; «движение более и более
30 Буланова-Трубникова О. К. Три поколения. М. t928, с. 99.
31 Letourneau Ch. Op. cit., p. VIII.
32 Лавров П. Л. Парижская Коммуна 18 марта 1871 года. Л. 1925.
33 Там же, с. 170.
34 Подробнее см.: Маркс К. и Энгельс Ф. Соч. Т. 35, с. 336—338, 345—
347 и др.
35 Литературное наследство. Т. 87, с. 569.
38 Ж андр В. Ук. соч., с. 39, 79.
90

захватывает в свой крут людей всех званий» а7. Это радовало Жандр, и она, ко¬
нечно, не подозревала, насколько ошибалась «Народная воля».
Заблуждалась не только она. Сказалось то обстоятельство, что в ту пору марк¬
систов в России фактически еще не было. Что касается Лаврова, то ранее он не
одобрял террора: «Я считаю эту систему... опасной для дела социализма и успех
на этом пути... мало вероятным» ®8. Он настаивал на организации новой револю¬
ционной партии, продолжении работы в массах и издании революционной литера¬
туры, хотя и поддерживал «Народную волю». В декабре 1881 г. вместе с
В. И. Засулич Лавров создает заграничный отдел общества «Красного Креста
«Народной волн» и соглашается быть редактором печатного издания «Народная
воля». В связи с этим Жандр намеревалась развернуть публикацию своих статей
в «La Justice». «Половина моего гонорария,— пишет она Лаврову,— могла идти на
дело Красного Креста» аэ. И позднее сообщает: «Я очень обрадовалась, увидев се¬
годня в «La Justice» успех Красного Креста нашего в Англии,— конечно, если нуж¬
но это перевесть, присылайте немедленно,— я всегда к услугам вашего дела»4t>.
Чаще всего Жандр помещала свои статьи в газетах «La Justice» и «La Réforme»,
в ряде других прогрессивных изданий. Она писала о том, как уважительпо ее
встречали в редакции «La Justice», где ей приходилось бывать не только в связи
с публикацией своих материалов, но и по гонорарным делам Лаврова. Его автори¬
тету она и приписывала доброжелательное отношение к ней «добродушного Лонге»
и других членов редакции. Что касается русской печати, то Жандр даже не пы¬
талась посылать в Россию свои корреспонденции, хотя ее соотечественники, на¬
чиная с Лаврова, не раз выступали на страницах журналов «Дело», «Отечествен¬
ные записки» и других. Бывший коммунар В. Жаклар с помощью своей жены
А. В. Корван-Круковской начал печататься в петербургских изданиях, посылая
туда корреспонденции из Парижа 4Ч Мы нока не знаем, почему Варвара Нико¬
лаевна не последовала этому примеру.
Библиографы насчитали во французской печати топ поры 15 специальных ста¬
тей о русском революционном движении. Среди них — материалы о Лаврове, на¬
писанные Жандр в дни его изгнания из Парижа (якобы за подписку «в пользу
русских нигилистов»). Дело Лаврова должно было слушаться в Палате депутатов.
Чтобы настроить общественное мнение в пользу изгнанника, Жандр собирала био¬
графический материал о Лаврове. Он выехал из Парижа 13 февраля 1882 г., а уже
через 10 дней статья Жандр появилась в газете, причем Варвара Николаевна успела
согласовать текст с друзьями, чтобы избежать каких-либо разногласий в оценке
деятельности «горячего поборника свободы и справедливости». Учитывая, что фран¬
цузское правительство не станет покровительствовать Лаврову-революционеру,
Жандр сознательно принижала значение его деятельности в революционных рядах
и потому мучилась, зная, что нарисованный ею портрет Лаврова — кабинетного
ученого никак не одобрят люди подпольной России.
Жандр рассказывала о Лаврове как об авторе литературных и социологических
работ, произведения которого являются «красноречивым призывом к солидарности
людей» 4а. В России во время обысков «полиция не нашла у него ни прокламаций
с призывом к поджогам, пи программы революционной партии, ни динамита или
бомб»; было обнаружено «лишь несколько стихотворений, проникнутых любовью
к свободе и симпатией к страдающему народу»43. Однако Лаврова арестовали,
заключили в тюрьму и затем сослали. Жандр ни словом не упомянула и об уча¬
стии Лаврова в Парижской Коммуне; хотя коммунары и были помилованы, их
идеи буржуазия не амнистировала. Жандр вообще рисовала Лаврова человеком
мысли, а не действия, чтобы подвести к выводу: властям Франции нечего его
опасаться.
37 Литературное наследство. Т. 87, с. 580.
38 Володин А., Итенберг Б. Ук. соч., с. 258.
39 Литературное наследство. Т. 87, с. 550.
40 Там же, с. 582.
41 Книжник-Ветров И. Виктор Жаклар — деятель Парижской Коммуны
1871 г. и русский журналист.— Проблемы марксизма, 1930, Лз 5—6.
42 Gendre В. Etudes sociales, p. 378.
43 Ibid., p. 380.
91

Обращаясь в своих статьях к теме революционной борьбы в России
Жандр бралась за труднейшую задачу пропагандировать деятельность русских ре¬
волюционеров, не навлекая на эмигрантов, находивших приют в Париже, гнев
французского правительства. Она убеждала: «наивно полагать, будто беды исходят
от «недисциплинированной молодежи»; на самом деле «подходящую почву для
развития революционного движения» создает сама российская действительность.
Куцая реформа 1861 г., освобождение крестьян от крепостничества без земли было
задумано как попытка «сохранить и капусту, и козла». Для Жандр очевидно, что
нерешенность аграрного вопроса еще не раз проявится в дальнейшем обострении
революционной борьбы45. Жандр стремилась, чтобы «Россия, так мало знакомая
французской публике, чужая для нее и противоречивая», стала понятнее тем, кто
формирует общественное мнение, поскольку от этого (хотя бы в некоторой степе¬
ни) зависят и облегчение условий деятельности революционеров, и существование
изгнанников. В этом случае Жандр выполняла как бы миссию «полпреда» русских
революционеров за рубежом.
Идентично действовали С. М. Степняк-Кравчинский, автор книги «Подпольная
Россия», и М. К. Цебрикова, сумевшая распространить за границей брошюру
«Тюрьма и ссылка» — бескомпромиссное обличение царизма. Жандр приветствовала
выход книги Кравчшгского, познакомив с пей французского читателя. «Отлично
задуманная и написанная статья. Благодарю Никитину за симпатичные и заду¬
шевные строки о моей книжице»,— писал Стеиннк-Кравчи некий, получив номер
французской газеты с рецензией Жандр 4В.
Варвара Николаевна не раз обращалась в своих статьях к русской литерату¬
ре, раскрывая в ней прежде всего общественный смысл и характеризуя ее как
трибуну передовых идей. Ее любимый поэт — Н. А. Некрасов, борец против со¬
циальной несправедливости, привел, по ее словам, иоэзию в мир, где «страдания
не имеют ничего поэтического»; в сочувствии народному страданию она видела
величайшую заслугу Некрасова47. Творчество И. С. Тургенева в ее оценке тоже
выглядело оружием борьбы. Русский реализм, начиная с Гоголя, подчеркивала
Жандр, «стал непримиримым бичом, поражающим все отжившее в старой Рос¬
сии» 48. Варвара Николаевна подчеркивала значепие создания писателем образов
«новых людей», не знакомых западной литературе. Тургенев, умея замечать «ма¬
лейшие проблески будущего» в ночи самодержавной России, не отказывал в своей
симпатии «горячей молодежи, смело бросающейся в бой за свободу и справедли¬
вость». Вместе с тем Жандр не делала никаких натяжек и не приписывала Тур¬
геневу социалистических идей, «которых он не исповедовал»; она высоко ценила
его как «одпого из провозвестников новой эпохи, чьи произведения.™ мощно сти¬
мулировали интеллектуальное развитие страны».
Жандр перевела на французский стихотворение в прозе Тургенева «Порог»
(первый перевод, отличавшийся высокой точностью) 49, причем ей представлялось
важным подчеркнуть, что это стихотворение первым услышал от Тургенева Лав¬
ров 50. Она считает, что «лицо Софьи Перовской должно было стоять перед глазами
писателя в тот момент, когда его перо создавало этот трогательный образ русской
революционерки»51. Образы женщии-революционерок, в свою очередь, не раз
появлялись и в публикациях самой Варвары Николаевны. В очерке «Революционная
Россия» она рассказала о суде над Перовской, отдав должное ее несгибаемой воле
и вместе с тем женственности52. Жандр были особенно дороги последние слова
44 Имеются в виду статьи Жандр «Россия», «Письмо из Госсни», «Нигилистиче¬
ское движение», «Административная ссылка в России», «Правда о Судойкинс» и др.
45 Жандр В. Ук. соч., с. 17.
46 Письмо Степияка-Кравчинского см.: Каторга и ссылка. 1928, № II ('¡8),
с. 71-77.
47 Ge ndre В. La poésie de combat.— La Justice, 28.VI 1.1883.
Gendre B. Ivan Tourguéneff et le réalisme russe.— Ibid., 7,8.1.1884.
49 О публикации «Порога» см.: Тургенев И. G Полн. собр. соч. и писем
в 30-ти тт. Т. 10. М. 1982, с. 493—498.
50 См. подробнее: И. С. Тургенев в воспоминаниях революционефов-сч-ми.а.« :п ли¬
ков. М.— JI. 1930, с. 68.
51 Gendre В. Études sociales, p. 354.
52 Ж a н д р В. Ук. соч., с. 70.
92

Софьи в письме к матери: «Я жила согласно моим убеждениям и не могла бы
жить иначе». Так в принципе могла бы сказать о себе и Варвара Николаевна.
Под впечатлением известий из России об А. И. Желябове и С. Л. Перовской
Жапдр создала новеллу о любви двух соратников по революционному делу. Пуб¬
лицистка включила ее в статью «Изотермические линии морали». Эта новелла срод¬
ни тургеневскому «Порогу» как по глубине чувств, так и по стилю, который, ко¬
нечно, нелегко передать в переводе: «По мостовой одной из улиц Киева медленно
движется зловещая колесница. Она останавливается у подножья виселицы. Приго¬
воренный к смерти юноша — во цвете лет, красивый, гордый, взгляд его полон
отваги... Это Осинский, мученик русской свободы. Рядом — женщина, немолодая и
некрасивая: опасности и псвзгоды наложили на нее неизгладимый отпечаток. Она
увяла раньше времени, отцвела в тюрьме и ссылке. Ей было уже за тридцать,
когда юноша увидел ее и полюбил на всю жизнь. Рука об руку они шли, как
герои, по дороге, которая вела их на виселицу. Вместе боролись за дорогую им
свободу и готовились вместе умереть за нее. Но деспотизм пе знает милосердия...
Неожиданно ей объявляют о помиловании. Не дрогнувшая перед виселицей, она
падает без чувств при этом ошеломляющем известии: ей не дано разделить участь
мужа, ей уготована медленная агония в сибирских рудниках» 53.
Под конец жизни перед Варварой Николаевной начал открываться смысл на¬
учного социализма. «Социалистка по чувству, Жапдр стала овладевать научным
социализмом... В этой области она старалась ничего не пропустить. С увлечением
читала трактаты но политэкономии, заметки по демографии и т. п.»,— писал ее
биограф54. Лавров, четко отмечавший перемены в ее взглядах, сказал над ее гро¬
бом, что она «отдала все силы своего ума и всю свою литературную деятельность
вопросам научного социализма Маркса» 5й. Нельзя, однако, представлять дело так,
будто Жандр усвоила марксизм. Эклектизм был ей свойствен в еще большей сте¬
пени, чем Лаврову. Достаточно напомнить, как, увлеченная естествознанием, она
задумала иаписать очерк психической, жизни животных с идеей «инстинктивного
социализма» в жизни муравьев и пчел56. Когда Лавров отговорил ее от этой за¬
теи, она призналась, что такая мысль, конечно, примитивна, но настаивала, что
в мире животных «находятся в зародыше все элементы нашей духовной жизни».
Жандр нашла заинтересованного слушателя своих рассуждений в лице Летур-
нс». «У пятидесятилетнего Летурно была репутация сердцееда: русские парижане
звали, что из-за неразделенной любви к нему покончила с собой младшая дочь
Герцена Лиза, это было семь лет назад. Варвара Николаевна в кругу русских дру¬
зей отзывалась о нем небрежно, однако он был ее неизменным спутником в Пи¬
ренеях, а в Париже явно предпочитал общество Варвары Николаевны обществу
своей жены» 57. Неизвестно, на основании чего сделан такой вывод. Врач по об¬
разованию, Летурно лечил Жандр. Он приобрел тогда известность, занимаясь антро¬
пологией и этнографией. Ряд его работ издан на русском языке 58. Взгляды Летур¬
но тоже повлияли на мировоззрение Жандр. Некоторые ее статьи содержат крити¬
ческий разбор работ Летурно5Э.
В годы их знакомства появилась одна из книг Летурно. Особенно заинтересо¬
вало Жандр то, что в ней говорилось об искусстве разных народов. Она считала,
что «в картине социальной жизни общества искусству должно принадлежать важ¬
ное место», и непонятно, почему автор «так мало значения придает музыке, гово¬
рит о ней почти с препебрежением» 60. Действительно, у Летурно читаем: «Время
музыки близится к концу... У цивилизованных народов другие потребности. Му-
53 Gendre В. Lignes isothermes en morale.— La Justice, 24.VII.1883.
54 Letourneau Ch. Op. cit., p. VIII.
55 Речь Петра Лаврова, с. И.
56 Литературное наследство. Т. 87, с. 569.
57 Т х о р ж е в с lî и й С. Ук. соч., с. 236.
58 Летурно Ш. Инструкция для изучения сравнительной психологии. М. 1S77;
его же. Прогресс нравственности. СПб. 1892; его же. Литературное развитие раз¬
личных племен и народов. СПб. 1895; и др.
59 Наиболее значительная из них; Gendre В. La sociologie d’après l’ethnograp¬
hie.— Revue Internationale des Sciences, 15.1.1881.
«° Lbid.
93

зыкальное искусство иссякает, оно возвращается к тому, с чего началось,—
к шуму»**. А вот что пишет Жандр: «Напротив, музыкальное искусство еще ни¬
когда не знало такого расцвета, как в наше время»; но если пока «английский
рабочий и русский крестьянин находят забвение в водке, то в условиях настои-
щей цивилизованности человек испытывает наслаждение красотой», а в новом
обществе «интеллектуальные занятия и наслаждение искусством, доступные пока
немногим, будут доступны всем»62 Жандр поддерживает материалистические
взгляды Летурно па развитие общества: «Прежде, чем мыслить, человек должен
есть; он думает тогда, когда удовлетворены его первичные потребности. Как истин¬
ный физиолог, автор «Социологии» никогда об этом не забывает»63. Жандр импо¬
нирует, что Летурно видит современное общество во всей его противоречивости,
ибо существует «глубокое неравенство в распределении благосостояния и знаний»;
есть «парии, у которых нет времени и сил учиться и мыслить» ei.
Сохранится ли такое положение? Жандр солидаризируется с Летурно в пред¬
видении наступления новой эпохи, когда личный интерес будет полностью соот¬
ветствовать общественному и когда восторжествует социальная справедливость. Но,
согласно Летурно, представителю буржуазного позитивизма65, прогресс идет «как
постепенная эмансипация физической и духовной стороны личности»; общество
стремится воплотить древний идеал — всякому по заслугам; «никто не имеет права
на избыток, когда у других нет необходимого» 6е. Летурно выделял общественно-
преобразующую роль ученых, но пытался «уберечь» общество от революции: пусть
изменение к лучшему идет «постепенно, путем эволюции», а одно из средств по¬
степенного приближения к новому он видел в обязательном и бесплатном образо¬
вании для всех. Жандр возражала: «Это средство только тогда станет эффективным,
когда изменится форма собственности, т. е. когда собственность перестанет воздви¬
гать перед большинством непреодолимые барьеры» 67. Как видим, Жандр рассуж¬
дала более правильно. Летурно соотносил открытие законов общественного разви¬
тия только с будущим развитием социологии. Жандр была прозорливее: «Можно
вести споры о социальных доктринах, принимать их или отвергать, но нельзя иг¬
норировать одно из наиболее значительных проявлений социальной мысли... игно¬
рировать социализм Маркса» 68.
В избранных ею темах Жандр, как правило, шла по следам Лаврова. Но для
французского читателя именно она говорила о многом впервые. В 1884 г. она обра¬
тилась к истории борьбы ирландских фениев против британского господства °9. Как
известно, раньше других женщин-социалисток стала писать о национально-освобо¬
дительной борьбе в Ирландии Женни Маркс. В 1870-е годы она выступила с серией
таких статей во французской газете «La Marseillaise»70. В конце 1870-х годов
борьба в Ирландии вновь обострилась, аграрный кризис еще более ухудшил поло¬
жение крестьян в этой стране, которая оставалась самой нищей в Европе. После
смерти Ж. Маркс ее выступления за права фениев продолжила на страницах тех
же французских изданий Жандр. Для уточнения некоторых деталей истории этой
борьбы в Ирландии она обращалась к архиву семьи Маркса. В одну из таких
поездок к Лафаргам (в предместье Парижа) она попала под дождь, и черев не¬
сколько дней простуда свела ее в могилу. В результате очередная статья в под¬
держку борьбы в Ирландии осталась незавершенной.
Варвара Николаевна постоянно свидетельствовала, как Лавров «с живым инте¬
ресом следил за развитием социалистических идей, где бы они ни появлялись» 71„
61 Л е т у р н о Ш. Социология, основанная на этнографии. СПб. 1895, с. 277.
62 Gendre В. Études sociales, p. 293.
63 Ibid., p. 274.
04 Ibid., p. 287.
85 О Летурно см.: Токарев С. А. История зарубежной этнографии. М. 1978,
с. 30, 46.
86 Л е т у р н о Ш. Социология, основанная на этнографии, с. 411.
67 Gendre В. Études sociales, p. 289.
68 Gendre В. Le catholicisme socialiste en Allemagne.—La Justice, 2.ХП.1881.
69 G е n dre B. Les luttes de l'Irlande.— La Nouvelle Revue, 17.XI.1884.
70 Воробьеве О. Б., Синельникова IL М. Дочери Маркса. М. 1985
с. 56—64.
71 Gendre В. Études sociales, p. 382.
94

В буржуазной Франции 1870-х годов она наблюдала приход к власти республикан¬
цев, но они осуществили лишь малую толику демократических требований, и про¬
летариату приходилось буквально вырывать у правительства уступки72. В разгаре
была колониальная экспансия, французские войска оккупировали Тунис, вели
истребительную войну в Алжире, продолжалось завоевание Судана и Конго, шла
захватническая война в Индокитае. Войяы и экономический кризис ухудшили по¬
ложение трудящихся; росло количество забастовок во Франции; в 1884 г. одна из
крупнейших стачек произошла на угольных копях в Анзене. Впервые после подав¬
ления Коммуны правительство двинуло против бастующих войска. Жандр присут¬
ствовала на дебатах в Палате депутатов, где о разгроме войсками стачки шахтеров
говорили и лидеры левых радикалов. Она увидела, что действия правительства
сводятся к тому, чтобы «сохранить монархическую политику и монархические
учреждения в республиканском государстве», и писала: «Вообще было видно, чте
в Палате нет и тени социалистической партии. Нападают на социализм с
яростью» 73.
Рабочая партия, возглавленная Ж. ГёДом и П. Лафаргом, не смогла сохранить
единство своих рядов. В ней шла борьба, которая в 1882 г. привела к расколу.
В Париже существовала сектантская группировка бланкистов, действовали группы
анархистов. Более успешно развивалось тогда рабочее движение в Германии, и не
случайно Жандр обратила внимание на деятельность немецких социал-демократов.
В мае 1883 г. она составляет по материалам газеты «Der Sozialdemokrat» отчет
о конгрессе немецких социалистов. Она пишет, что партия немецкого рабочего
класса отличается организованностью, имеет четкую программу, располагает опыт¬
ными пропагандистами, успешно соединяет идеи научного социализма с рабочим
движением, несмотря на попытки «железного канцлера» Бисмарка организовать
крестовый поход против социалистов 74.
Жандр обращала внимание на то, что в Германии социалисты больше забо¬
тятся об укреплении связи с массами: «Социалисты не должны ограничиваться
только изучением существуюхцих условий...— писала она.— Необходимо всегда за¬
щищать интересы трудящихся, поддерживать все, что способно улучшить их поло¬
жение». И далее: «Никакое реальное изменение социального механизма невозмож¬
но при существующем режиме... Ни в Германии, ни в других странах нечего ждать
от господствующих классов; только полное уничтожение современного общества
способно привести к новому социальному порядку, который является цслыо науч¬
ного социализма» 75. Через год Жандр воссоздала в своей статье несколько страниц
истории развития марксистских идей в Германии и их воплощения «в деятельно¬
сти крепко сплоченной партии»
Однако Жандр не всегда отличала научный социализм от оппортунизма. Она
не понимала классовых корней лассальянства. Маркса тревожило влияние Лассаля
на рабочих, и анализ его мелкобуржуазных заблуждений он дал в «Критике Гот¬
ской программы» в 1875 году. Как известно, опубликована эта работа была только
через 16 лет, а ранее77, как отмечал Ф. Энгельс, «рабочие, буржуа и мелкие бур¬
жуа вычитали из нее (Готской программы.— H. Е.) то, что в ней должно было
быть, но чего в пей нет»78. Эти слова могут быть отнесены и к заблуждениям
Жандр. С другой стороны, она была уверена, что партия рабочих будет крепнуть
и развиваться; что научный социализм имеет объективную основу для все более
глубокого проникновения в рабочую среду, поскольку «длительному терпению рабо¬
чих приходит конец» 7Э. Вообще обличение буржуазного общества было наиболее
сильной стороной публицистики Жандр. Она отвергала мир наемного рабства,
в котором развитие крупной индустрии не только не улучшает положения рабо¬
72 История Франции. Т. 3. М. 1973, с. 479—490.
73 Литературное наследство. Т. 87, с. 549.
74 G е n d г е В. Le congrès de Copenhague.— La Justice, 17.V.1883.
75 Ibid.; Gendre B. Etudes sociales, p. 242.
76 Gendre B. L'Allemagne ouvrière et socialiste.— La Nouvelle Révue, 15.IX.1884.
77 Подробнее о публикации этой работы см.: Карл Маркс. Биография. М. 1973,
с 599—610.
78 М а р к с К. и Э н г е л ь с Ф. Соч. Т. 34, с. 125.
79 Gendre В. Études sociales, p. 86.
95

чих, но и увеличивает социальные Оеды: безработицу, «физическую и моральную
деградацию», эксплуатацию детей, вынужденных работать по 16 часов в сутки,
проституцию. В этой статье Жандр встречаются цитаты из «Капитала» Маркса
(откуда она приводила факты жестокой эксплуатации детей в Англии).
Вглядываясь в контуры будущего общества, Варвара Николаевна была увере¬
на. что «чистота брака будет там несомненной, поскольку он будет основываться
исключительно на взаимном согласии», а «связь между родителями и детьми осво¬
бодится от голого расчета и принуждения»; 'женщина «сможет развиваться свобод¬
но... основательное и разностороннее образование приблизит ее к супругу, она
почувствует себя действительно равной ему» 80. Приметы загнивания буржуазного
общества оиа видела, в частности, отраженными в творчестве Э. Золя81. Пусть
оплакивает это общество тот, кто верил в его идеалы! «Что касается нас, респуб¬
ликанцев и социалистов,— писала она незадолго до своей кончипы,— у нас свои
идеал... Мы верим, что на развалинах разлагающегося общества грядущие поколе¬
ния выстроят новый мир. Справедливость, истина, свобода станут путеводной
звездой, указывающей путь к всеобщему счастью... Да здравствует будущее!»8С
Эта уверенность в светлом будущем человечества — одна из самых ярких черт твор¬
чества Никитиной-Жандр.
80 Ibid., pp. 292, 293.
81 Gendre В. Pot-Bouille et la bourgeoisie française.-— La Justice, 3.X.1881.
82 Gendre B. Etudes sociales, p. 144.

Комплексная программа
ЭТНИЧЕСКАЯ ИСТОРИЯ И СОВРЕМЕННЫЕ
НАЦИОНАЛЬНЫЕ ПРОЦЕССЫ *
I. Постановка проблемы
В условиях научно-технической революции небывало возрос динамизм социаль¬
ных явлений. Одно из проявлений данной тенденции — интенсификация нацио¬
нальных (этносоциальных) процессов. Пестрота национальной структуры челове¬
чества прр1дает особую сложность этим процессам. Притом они далеко не одинаково
протекают в различных социальных средах: в условиях капиталистической системы
и в социалистических странах.
Для капитализма характерны проявления национального антагонизма, порож¬
денного классовыми противоречиями. Этот феномен, зафиксированный еще осново¬
положниками марксизма \ наглядно проявляется в современном капиталистическом
мире, для которого столь характерны межнациональные, межэтнические конфликты.
Одно это делает существенно необходимым изучение национальных и шире — этни¬
ческих явлений. Имеет значение и то, что без учета национальных асиектов, со¬
циально-экономических и политических процессов, происходящих в развитых капи¬
талистических странах, невозможно уяспить специфику этих процессов.
Принципиально иначе, чем в капиталистическом мире, протекают националь¬
ные процессы при социализме. Как показывает опыт, социализм, ликвидируя со¬
циально-классовые предпосылки эксплуатации одной пации другой, устраняет осно¬
ву межнациональных антагонизмов, стимулирует сближение наций. Это, разумеется,
не означает, что с утверждением социализма автоматически исчезают противоре¬
чия в межнациональных отношениях. Последние, как свидетельствует практика,
не свободны от трудностей, в значительной мере обусловленных тем, что народы
социалистических стран вступили на путь строительства нового общества, находясь
на разных уровнях экономического и культурного развития. В этих условиях «зако¬
номерно возникают новые задачи по совершенствованию национальных отноше¬
ний»2. И они требуют к себе пристального внимания.
Актуально и изучение бурно протекающих в наше время национальных, этни¬
ческих процессов в развивающихся странах. Будучи теснейшим образом связанны¬
ми с социально-экономическими и политическими факторами, эти процессы имеют
в каждой из таких стран специфику, во многом детерминированную общим на¬
правлением их развития (капиталистической или социалистической ориентацией).
В свою очередь происходящие здесь этнические процессы оказывают воздействие
на остальные сферы социальной жизни.
Недоучет этнического, национального фактора таит в себе ряд опасностей.
На январском (1987 г.) Пленуме ЦК КПСС было обращено внимание на то, что
«нет ни одного принципиального вопроса, который мы могли бы... решить без учета
того, что живем в многонациональной стране». Между тем, как отмечалось на Пле¬
нуме, наша теоретическая мысль находится в большом долгу перед практикой на¬
циональных отношений. «Я имею в виду,— говорил М. С. Горбачев,— явно иедо-
* Головным научным учреждением по разработке данной программы является
Институт этнографии АН СССР. Руководитель программы — акад. Ю. В. Бромлей,
ученый секретарь — В. А. Шнирельман.
1 См. Маркс К. и Энгельс Ф. Соч. Т. 4, с. 445.
2 Программа Коммунистической партии Советского Союза. Новая редакция.
М. 1986, с. 44.
4 Вопросы истории, Jsíá 9.
97

статочную проработку вопросов национальной политики, соответствующей современ¬
ному этапу развития страны» 3.
В силу сказанного изучение современной национальной, этнической проблема¬
тики приобретает не только теоретическое, но н практическое значение. При этом
очевидна необходимость как страноведческо-регионального, так и глобального ее рас¬
смотрения. В современных условиях «национальный вопрос — явление мировое»4.
Современная национальная проблематика должна рассматриваться не в статике,
а в динамике. При исследовании социальных явлений марксизм-ленинизм придает
особое значение изучению всего ряда их известных состояний ц связей между раз¬
личными ступенями развития, постановке этих явлений «в определенные истори¬
ческие рамки» я.
Установлено, что в ходе всемирно-исторического процесса происходила последо¬
вательная смена основных типов исторических общностей: племени, народности,
нации. Иначе говоря, как историческая общность нация стоит в одном ряду с таки¬
ми объединениями людей, как народность и племя. Правда, нация в стадиальном
отношении существенно отличается от предшествующих ей разновидностей истори¬
ческих общностей. Это отличие выражается в значительно большей, чем у народно¬
сти, развитости внутренних экономических связей и в иной социально-классовой
структуре. Но вместе с тем у нации есть и общие с народностью и племенем черты.
Для этой триады характерно сопоставление одной конкретной общности с дру¬
гими, ей подобными. Каждое племя отличается от другого, каждая народность —
от всех других, каждая нация — от остальных. При этом носителями такого рода
отличительных черт выступают прежде всего язык, культура, особенности психики.
Эти черты, именуемые «этническими», наличествуют и у племени, и у народности,
и у нации. Благодаря именно этническим свойствам и при феодализме, и при капи¬
тализме, и при социализме русские остаются русскими, грузины — грузинами, поля¬
ки — поляками, ирландцы — ирландцами п т. д. Поскольку и для племени, и для
народности, и для нации характерной особенностью является наличие этнических
свойств, постольку эту категорию исторических общностей и предложено имено¬
вать этнической. Таким образом, этнические общности выступают как «родовое»
понятие для обозначения определенной разновидности исторически сложившихся
объединений людей.
Изучение этнической истории человечества представляет несомненный позна¬
вательный интерес. Хотя суть всемирно-исторического процесса составляет смена
социально-экономических формаций, многообразие его проявлений в значительной
мере обусловлено этнической спецификой народов мира и само воплощено в ней,
Игнорируя это обстоятельство, нельзя получить адекватное представление о мно¬
гих сторонах исторических явлений. Интерес к этническому прошлому человече¬
ства в значительной мере связан с т. н. этническим парадоксом современности.
Он проявляется в том, что все большая интернационализация как материальной,
так и духовной жизни народов мира сочетается с повсеместным ростом этниче¬
ского самосознания. Между тем, одним из важнейших компонентов последнего вы¬
ступает представление об общности исторических судеб членов этноса и их пред¬
ков, в том числе их общем происхождении. Отсюда особый интерес и даже особая
острота проблем этногенеза, ранней этнической истории народов мира.
За последнее время разработка этнической проблематики продвинулась как в
конкретно-историческом, так и в теоретическом плане6. И хотя дискуссии, связан-
3 Материалы Пленума Центрального Комитета КПСС, 27—28 января 1987 года.
М. 1987, с. 38, 40.
4 Л е н и п В. И. ПСС. Т. 24, с. 385.
5 См. там же. Т. 1, с. 167; т. 25, с. 263.
6 См., напр.: Токарев С. А. Проблема типов этнических общностей (к мето¬
дологическим проблемам этнографии).— Вопросы философии, 1964, № И; Джуну-
с о в М. С. Нация как социально-этническая общность.— Вопросы истории, 1966,
№ 4; Козлов В. И. Динамика численности народов. Методология и основные
факторы. М. 1969; Кул.иченко М. И. Национальные отношения в СССР и тен¬
денции их развития. М. 1972; Бромлей Ю. В. Этнос и этнография. М. 1973;
его же. Очерки теории этноса. М. 1983; Дашдамиров А. Ф. Нация и лич¬
ность. Баку. 1976; Формирование наций в Центральной и Юго-Восточной Европе.
98

в:ые с определением понятия «этническая общность», еще не завершены, основные
их итоги достаточно определенны. Этническая общность (этнос) — это особый исто¬
рически возникший тип социальной группы, особая форма коллективного существо¬
вания людей. Такая общность складывается и развивается естественноисторическнм
путем; она не зависит непосредственно от воли отдельных входящих в нее людей
и способна к устойчивому многовековому существованию за счет самовоспроизвод-
ства. Формирование каждой этнической общности обусловлено непосредственными
контактами входящих в нее людей; это, как правило, возможно в том случае, если
люди живут по соседству, т. е. на одной территории. Общность последней высту¬
пает прежде всего как условие формирования этноса. Эта общность содействует
также самовоснроизводству этноса: она обеспечивает развитие хозяйственных видов
связей между его частями; природные условия такой территории влияют на жизнь
людей, отражаясь в некоторых общих особенностях их хозяйственной деятельности,
культуры, быта и ценностно-нормативных систем. Однако и территориально разоб¬
щенные группы одной этнической общности могут длительное время сохранять свои
специфические черты в области культуры ц прежнее самосознание общности.
Таким образом, выступив как условие формирования этнической общности, целост¬
ность территории не является строго обязательным фактором ее последующего вос¬
производства.
Тесны связи этноса с языком, который является фактически не только усло¬
вием ого формирования, по и одним из итогов этногенеза; последнее особенно замет¬
но в случае формирования этнических общностей из разноязычных групп населе¬
ния. В результате такой тесной связи язык обычно выступает как одно из важ¬
нейших объективных свойств этнической общности, а также как признак этнической
принадлежности.
Наряду с языком важнейшее значение для устойчивого функционирования этно¬
са имеют специфические элементы их материальной и духовной культуры. Это
прежде всего те ее компоненты, для которых характерны традиционность и устой¬
чивость: обычаи, обряды, народное искусство, религия, нормы поведения и т. п.
Культурное единство членов этноса, в свою очередь, неразрывно связано с особен¬
ностями их психики, проявляющимися, в частности, в оттенках характера, специ¬
фике ценностных ориентаций, вкусов и т. п.
Этническая общность представляет собой не простую сумму признаков, а опре¬
деленное целостное образование, в котором основную системообразующую роль
могут выполнять различные его объективные компоненты. В одних случаях
главная роль принадлежит языку, в других — хозяйственно-бытовым особенностям,
в третьих — характерным чертам поведения н т. п.
Вместе с тем этнос — далеко не всякая группа людей, обладающих общностью
определенных объективных свойств. Этнос представляет только та совокупность
людей, которая осознает себя как таковую, отличая себя от других аналогичных
общностей. Это осознание членами этноса своего группового единства принято име¬
новать этническим самосознанием, внешним выражением которого является само¬
название (этноним). Нет племени, народности, национальности, нации, которые не
обладали бы самоназванием, а стало быть, самосознанием.
Таким образом, этнос (в узком значении слова — т. и. этиикос) может быть
определен как исторически сложившаяся на определенной территории устойчивая
совокупность людей, обладающих общими относительно стабильными особенностя¬
ми языка и культуры, а также сознанием своего единства и отличия от других
нодобных образований (самосознание), фиксированным в самоназвании (этнониме).
При этом общая территория выступает лишь в качестве непременного условия
формирования этноса (в узком значении слова) и не является обязательной для
его последующего существования.
Существует теснейшая связь собственно этнических явлений с социально-эко¬
номическими, которыми они в конечном счете и обусловлены. Особенно эта связь
М. 1981; Калтахчян С. Т. Марксистско-ленинская теория наций и совремел-
иость. М. 4983; Демографически]') словарь. М. 1985; Горовский Ф. Я., Рима-
репко Ю. И. Марксистско-ленинская теория наций и социалистическая практи¬
ка. Киев. 1985; и др.
99

важна, когда этиикос (целиком пли большей частью) входит в состав одного «со¬
циального организма» (племени — в доклассовом, государства — в классовом обще¬
стве). Возникающие при этом этносоциальные образования (этносоциальные орга¬
низмы) обычно обладают не только территориально-политической, но и социально-
экономической общностью. Именно поэтому для типологизации подобных этносо¬
циальных общностей (ЭСО) решающее значение имеет принадлежность их к той
или иной социально-экономической формации.
Этот фактор и положен в основу принятой в нашей обществоведческой лите¬
ратуре историко-стадиальной типологии таких общностей; племя, характерное для
первобытной эпохи, народность — для рабовладельческой и феодальной эпох, на¬
ция— для капитализма и социализма. Таким образом, если для выделения племе¬
ни, народности, нации среди других исторических общностей их относят в целом
к категории этнических объединений людей, то при историко-стадиальной типологи-
зации они рассматриваются уже как этносоциальные образования.
II. Современное состояние разработки проблемы
В 80-е годы в ходе теоретической разработки этнической, этносоциальной про¬
блематики в центре внимания находились такие ее аспекты, как основные типы
этнических общностей, типология этнических процессов, соотношение этнического
и национального, сущность нации и ее важнейшие черты, несостоятельность пред¬
ставления об этносе как биологической категории7. Вместе с тем подчас недооце¬
нивается роль самосознания в функционировании этнических общностей, в то?.'
числе наций. Нередко не различаются отдельные типы этнических процессов, на¬
пример, консолидация и ассимиляция, консолидация п интеграция и т. п., не учиты¬
ваются иерархичность этнической структуры человечества, различие между собствен¬
но этническими и этносоциальными явлениями; все еще встречаются архаизация со¬
временных этнических явлений, недооценка их роли для функционирования наций.
Общие итоги многолетних исследований по этнической проблематике подведены
в многотомной научно-популярной географо-этнографической серии «Страны и на¬
роды». В ней даны как общая картина этиогенетических и современных этносо¬
циальных процессов, так и их оценка па материалах отдельных стран и народов
в различных районах земного шара й.
Наметился определенный сдвиг и в исследовании ранней этнической истории
человечества. Появился первый обобщающий коллективный труд—«Этнос в доклас¬
совом и раннеклассовом обществе» (М. 1982), в котором рассматриваются особен¬
ности первобытного и раннеклассового этноса и специфика этнических процессов,
происходивших в те эпохи. И все же остается ряд дискуссионных вопросов, в том
числе о времени возникновения древнейших этнических общностей, о характере
ранней этнической структуры человечества, ее основных типах.
Углубились в целом и представления об этногенезе. Особое место в исследова¬
ниях занимали вопросы происхождения народов СССР, а также изучение древних
народов, паселявших когда-то пашу страну. Большой познавательный интерес
имеют работы о па селении пашей страны в скифское время 9, а также о некото¬
рых народах раннего средневековья, упоминания о которых содержатся в источ¬
никах ,0. При этом значительное внимание уделено характеристике отдельных ком¬
7 См.: Кедров Б. М., Гр и гулевич И. Р., К рыв еле в И. А. По пово¬
ду статьи Ю. М. Бородая «Этнические контакты и окружающая среда».— Природа,
1982, № 3; Бромлей Ю. В. Очерки теории этноса; К уличен к о М. И.
Нация и социальный прогресс. М. 1983; Калтахчяп С. Т. Ук, соч.; Горов-
ский Ф. Я., Рим арен ко 10. И. Ук. соч.; Машбиц Я. Г., Чистов К. В.
Еще раз к вопросу о двух концепциях «этноса» (по поводу статьи К. П. Ивано¬
ва).— Известия Всесоюзного Географического общества, 1986, т. 118.
3 Страны и пароды. В 20-ти тт. М. 1978—1985.
9 П о г р е б о в а М. Н. Закавказье и его связи с Передней Азией в скифское
время. М. 1984; К у к л и и а И. В. Этнография Скифии по античным источникам.
Л. 1985.
10 Ковалевская В. Б. Кавказ и аланы. М. 1984; Кочкуркина С. И., Л п-
невски й А. М. Курганы летописной веси X — нач. XIII в. Петрозаводск. 1985; Плет¬
нева С. А. Хазары. М. 1986; К о ч к у р к и н а С. И. Корела и Русь. Л. 1986.
100

понентов древних этнических общностей. В этом отношении показательна работа
«Древняя одежда народов Восточной Европы (материалы к историко-этнографиче¬
скому атласу)» (М. 1986), в которой одежда характеризуется как важная часть
этнической культуры многих древних пародов — от скифов и фракийцев до предков
русских, молдаван и других народов, населявших европейсхсую часть СССР.
Усилилось изучение этногенеза и этнической истории славянских народов.
Этому была посвящена специальная конференцияп. Вопросы ранней истории
восточных славян освещались в исследованиях археологовп. Большой интерес
привлекала и история балтских народов. Ранним ее этапам посвящен специальный
труд 13.
Продолжались исследования проблем происхождения ряда народов Поволжья
и Приуралья, в истории которых остается еще немало остродискуссионных вопро¬
сов 14. Этногенез тюркских, тунгусо-маньчжурских и монгольских народов, населяю¬
щих нашу страну, рассматривался в работах археологов и этнографов15. Была
сделана попытка подойти к решению некоторых этпогеиетических проблем народов
Средней Азии на материале фольклористики 1Н.
В решении этпогеиетических вопросов особое значение имеет широкое привле¬
чение антропологических материалов. Это позволяет прежде всего критически по¬
дойти к миграционпстским концепциям, показав, что во многих случаях в генезисе
народов наряду с переселенцами участвовало и автохтонное население. За послед¬
нее пятилетие советским антропологам удалось провести ряд фундаментальных ис¬
следований по этногенезу народов СССР17, а также по-новому осветить некоторые
аспекты этнических взаимоотношений народов Северной Азии и Америки18. Пред¬
приняты попытки реконструировать некоторые характерные черты процесса фор¬
мирования народов мира, основываясь преимущественно на антропологических
данных 10. Важный вклад в решение вопросов этногенеза вносит сравнительное язы¬
кознание. Достигнуты, в частности, успехи в области индоевропеистики. Это позволи¬
ло более детально реконструировать многие аспекты древней культуры и истории
индоевропейцев. Вместе с тем среди лингвистов выявились серьезные разногласия
по важнейшим вопросам индоевропеистики20. Для выработки единого подхода к
11 Этногенез, ранняя этническая история и культура славян. М. 1985; см. также:
К1сь Я. П. Етногенез слов’ян. Льв1в. 1985.
12 Третьяков П. Н. Но следам древних славянских племен. Л. 1982;
Седов В. В. Восточные славяне в VI—XIII вв. М. 1982; Горюнов Е. А.
Ранние этапы истории славян днепровского Левобережья. М. 1981.
13 Из древнейшей истории балтских народов (по данным археологии и антро¬
пологии). Рига. 1980.
14 Болгары и чуваши. Чебоксары. 1984; Новые материалы по археологии и эт¬
нографии чувашского народа. Чебоксары. 1985; Проблемы этногенеза калмыков.
Элиста. 1984; Савельева Э. А. Этногенез коми-зырян. Сыктывкар. 1985; Пробле¬
мы этногонетических исследований европейского Северо-Востока. Сыктывкар. 1982;
Материалы по этногенезу удмуртов. Ижевск. 1982; Проблемы этногенеза народа коми.
Сыктывкар. 1985; Древние этнические процессы Волго-Камья. Йошкар-Ола. 1985;
Проблемы этногенеза удмуртов. Ижевск. 1987.
15 Этнические процессы на Урале и в Сибири в первобытную эпоху. Ижевск.
1983; Этногенез и этническая история тюркских пародов Сибири и сопредельных
территорий. Омск. 1983; К проблеме этногенеза азербайджанского народа. Баку.
1984; Д ж а ф а р о в Ю. Р. Гуппы и Азербайджан. Баку. 1985; Егунов Н. П.
Прибайкалье в древности и проблема происхождения бурятского народа. Ч. 1. Улан-
Удэ. 1984; С а в и н о в Д. Г. Народы Южной Сибири в древнетюркскую эпоху.
Л. 1984; Деревянко Е. И. Племена Приамурья 1 тысячелетия и. э. Очерки
этнической истории и культуры. Новосибирск. 1981; Гоголев А. И. Историче¬
ская этнография якутов: вопросы происхождения якутов. Якутск. 1986.
16 Толстов а Л. С. Исторические предания Южного Приаралья (К истории
ранних этнокультурных связей народов Арало-Каспийского региона). М. 1984.
17 X и т ь Г. Л. Дерматоглифика народов СССР (в связи с проблемой этно¬
генеза). М. 1983; Алексеев В. П., Гохман И. И. Антропология Азиатской
части СССР. М. 1984; Антропология современного и древнего населения Европейской
части СССР. М. 1986; Проблемы антропологии древнего и современного населения
Советской Азии. Новосибирск. 1986.
18 Этнические связи народов Севера Азии и Америки но данным антрополо¬
гии. М. 1986.
18 А л е к с е е в В. Г1. Этногенез. М. 1986.
20 Г а м к р е л и д з е Т. В., Иванов В. В. Индоевропейский язык и индо¬
европейцы; реконструкция и историко-типологический анализ праязыка и прото¬
101

вопросам этногенеза дреаных индоевропейцев в 1986 г. была проведена междисцип¬
линарная лингво-археологаческая конференция, в работе которой приняли участие
также этнографы и антропологи.
Поскольку этнические (национальные) явления в той или иной степени сопря¬
жены почти со всеми сторонами жизни человечества, к их изучению в боль¬
шей или меньшей мере причастны многие научные дисциплины. При нали¬
чии у их представителей различных подходов к решению проблем этногенеза
особое значение в настоящее время приобрели комплексные междисциплинарные
исследования. Сделаны определенные шаги в этом направлении: соответствующие
вопросы широко обсуждались на конференциях, по материалам которых было под¬
готовлено несколько сборников, посвященных этногенезу народов Юго-Восточной
Европы, урало-алтайских народов, народов Востока и народов Нового Света21.
Однако все еще дает о себе знать тенденция рассмотрения этногенеза отдельных
народов изолированно от соседних этнических общностей, а возможности междис¬
циплинарного подхода используются явно недостаточно.
Этническая история изучалась на материалах разных народов или же регионов
в весьма широком плане — от постановки всеохватывающих проблем до обращения
к отдельным частным, но не менее важным аспектам. И здесь особое внимание
уделялось народам СССР. Было проведено изучение культурно-бытовых нродессов
у русского крестьянства, русских поселенцев в Сибири и на Дальнем Востоке в
XVIII — начале XX в., а также в Прибалтике и Поморье22. Появилось первое об¬
общающее исследование по этнической истории белорусов23. Специальная работа
посвящена этническому составу населения Петербурга 24. Прошла очередная конфе¬
ренция по этнической истории балтов25, увидела свет серия изданий но этниче¬
ской истории и межэтническим взаимоотношениям народов Поволжско-Уральского
региона 2в. Усиленное изучение межэтнических взаимоотношений в прошлом велось
на материалах народов Кавказа27. Вопросы этнической истории и межэтнических
культуры. Кп. 1—2. Тбилиси. 1984; Андреев Н. Д. Раннепндоевропейскип пра¬
язык. Л. 1985.
21 Этногенез народов Балкан и Северного Причерноморья. Лингвистика, исто¬
рия, археология. М. 1983; Урало-алтаистнка: археология, этнография, язык. Ново¬
сибирск. 1985; Лингвистическая реконструкция и древнейшая история Востока.
Чч. I—V. М. 1984; Исторические судьбы американских индейцев: проблемы индеани-
стики. М. 1985; История народов Восточной и Центральной Азии с древнейших
времеи до наших дней. М. 1986.
22 Этнография русского крестьянства XVII — середины XIX в. М. 1982; Куль¬
турно-бытовые процессы у русских Сибири, XVIII—начало XX в. Новосибирск.
1985; Русские люди на Сахалине и Курильских островах в XVIII — нач. XX в.
Южно-Сахалинск. 1985; Бернштам Т. А. Русская народная культура Поморья
в XIX — начале XX в. Л, 1983; За вари на А. А. Русское население в Латвии во
второй половине XIX — начале XX в. (историко-этнографический очерк). Рига. 1986.
23 Этнография белорусов. Историография, этногенез и этническая истории. Минск.
1985 (на бел. яз.).
24 Ю х ы е в а Н. В. Этнический состав и этносоциальная структура Петер¬
бурга (вторая половина XIX — начало XX в.). Л. 1984.
25 Проблемы этнической истории балтов. Тезисы докладов межреспубликанской
научной конференции. Рига. 1985.
26 Народы Поволжья и Нриуралья: историко-этнографические очерки. М. 1985;
К вопросу этнической истории татарского иарода. Казань. 1985; Материалы к этни¬
ческой истории европейского Северо-Востока. Сыктывкар, 1985; Жеребцов Л, Н.
Историко-культурные взаимоотношения коми с соседними пародами (X — начало
XX в.). М. 1982; Эрдниев У. Э. Калмыки: историко-этнографические очерки.
Элиста. 1985; Бытовая культура чувашей (материалы к историко-этнографическому
атласу). Чебоксары. ,1985; Очерки истории культуры дореволюционной Чувашии.
Чебоксары. 1985; Архипов Г. А. Марийцы XII—XIII вв. (к этнокультурной
истории Поветлужья). Йошкар-Ола. 1986.
27 Алиев Ф. М. Азербайджано-русские отношения (XV—XIX вв.). Ч. 1. Баку.
1985; Керимов Э. А, Очерки истории этнографии Азербайджана и русско-азер-
баыджаиских этнографических связей (XVIII—XX вв.), Баку. 1985; Гасанов М. Р.
У истоков братства: некоторые вопросы развития дагестано-грузинских взаимоотно¬
шений. Махачкала. 1986; Развитие традиций интернационализма у народов Кара¬
чаево-Черкесии. Черкесск. 1985,
102

связей затрагивались в работах по истории народов Средней Азии я Казахстана -8.
Ряд обобщающих специальных исследований касался этнической истории народов
Сибири и Дальнего Востока
Определенное место занимало изучение этнической истории народов зарубеж¬
ных страп, в особенности процессов формирования народностей и наций. Это серия
работ о различных сторонах этнической истории и этнического самосознапия наро¬
дов Юго-Восточной и Центральной Европы30, а также многотомное исследование
но этногенезу и этнической истории китайцев31. Привлек внимание малоизученный
вопрос о характере национально-освободительного движения в Китае в XIX веке32.
В ряде работ затрагивались вопросы этнической истории пародов Восточтюй и Юго-
Восточной Азин, Африки, Европы и Америки 33. Вместе с тем конкретные процессы
происхождения многих народов (в том числе и населяющих нашу страну), а также
вопросы их этнической истории остаются слабо разработанными и освещаются
норой весьма односторонне.
Продвинулось изучение современных этнических, национальных процессов. Это
нашло отражение прежде всего в создании коллективного труда «Современные этни¬
ческие процессы в СССР» (М. 1975, 1977), удостоенного Государственной пре¬
мии СССР. Вышел в свет обобщающий труд «Коммунизм и нации» {М. 1985). Раз¬
работке национальной проблематики способствовала серия исследований, подготов¬
ленных Научным советом по национальным проблемам АН СССР34. Важное
значение имела проведенная этим Научным советом Всесоюзная научпо-практиче-
28 Султанов Т. И. Кочевые племена Приаралья в XV—XVII вв. (Вопросы
этнической и социальной истории). М. 1982; Взаимосвязи киргизского народа с на¬
родами России, Средней Азии и Казахстана (конец XVIII—XIX в.). Фрунзе. 1985;
Коновалов А. В. Казахи Южного Алтая (проблемы формирования этнической
груипы). Алма-Ата. 1980; Бекиахапова Н. Е. Многонациональное население
Казахстана и Киргизии в эпоху капитализма. М. 1986; Материалы к этнической
истории населения Средней Азии. Ташкент. 1986; X о д ж а й о в Т. К. Этнические
процессы в Средней Азии в эпоху средневековья (антропологические исследования).
Ташкент. 1987.
29 Этническая история народов Севера. М. 1982; Народы Дальнего Востока в
XVII—XX вв.: историко-этнографические очерки. М. 1985; Туг о луков В. А.
Тунгусы (эвенки и эвены) Средней и Западной Сибири. М. 1985; Л у к ы и а Н. В.
Формирование материальной культуры хантов (восточная группа). Томск. 1985;
Этнические и историко-культурные связи монгольских пародов. Улан-Удэ. 1983;
Этническая история и культурно-бытовые традиции в Бурятии. Улан-Удэ. 1984;
Исследования но исторической этнографии монгольских народов. Улан-Удэ. 1986;
Этнические культуры Сибири. Проблемы эволюции и контактов. Новосибирск. 1986.
30 Формирование раннефеодальных славянских народностей. М. 1981; Развитие
этнического самосознания славянских народов в эпоху раннего средневековья.
М. 1982; Формирование наций н Центральной и Юго-Восточной Европе. М. 1981;
У истоков формирования наций в Центральной и Юго-Восточной Европе. М. 1984;
Формирование национальных независимых государств на Балканах; конец XVIII —
70-е гг. XIX в. М. 1986; Раннефеодальные государства на Балканах (VI—XII вв.).
М. 1985.
31 Крюков М. В„ Соф рои ов М. В., Чебоксаров Н. Н. Древние
китайцы: проблемы этногенеза. М. 1978; Крюков М. В., Переломов Л. С.,
С о ф р о н о в М. В., Ч е б о к с а р ов II. Н. Древние китайцы в эпоху централи¬
зованных империй. М. 1983; К р ю к о в М. В., Маля в и п В. В., С о ф р о-
н о в М. В. Китайский этнос на пороге средних веков. М. 1979; их же. Китай¬
ский этнос в средпие века (VIII—XIII вв.). М. 1984.
32 Ларин В. Л. Повстанческая борьба народов Юго-Западного Китая в
50—70-х гг. XIX в. М. 1986.
33 Этническая история народов Восточной и Юго-Восточной Азии в древности
н в средине века. М. 1981; Киселев Г. С. Хауса: очерки этнической, социаль¬
ной и политической истории. М. 1981; Немировский А. И. Этруски: от мифа
к истории. М. 1983; К р а с н о в о к а я Н. А. Происхождение и этническая история
сардинцев. М. 1986; Богина Ш. А. Этнокультурные процессы в США (конец
XVIII —нач. XX в.). М. 1986; Ш е й и б а у м Л. С. Аргентинский этнос. Этаны
формирования и развития. М. 1984; Грише лева Л. Д. Формирование японской
национальной культуры (конец XVI —начало XX в.). М. 1986.
34 Основные направления изучения национальных отношений в СССР. М. 1979;
Актуальные проблемы национальных отношений в свете Конституции СССР.
М. 1981; Национальное и интернациональное в современном мире. Кишинев. 1981;
Развитие национальных отношений в СССР в свете решений XXVI съезда КПСС.
М. 1982,
103

ская конференция (Ташкент, апрель 1987 г.), на которой был дан критический
анализ современных национальных процессов в нашей стране в свете решений
XXVII съезда КПССа5. Вышел ряд обобщающих работ, где на материалах наро¬
дов СССР рассматривались вопросы соотношения нации и культуры, нации и языка,
а также анализировались культурно-языковые процессы в условиях социализма
и т. д. Существенное внимание было уделено диалектике национального и интер¬
национального в советском обществе 36.
Углубленному изучению современных национальных процессов способствовало
проведение широких этносоциологических обследований в различных регионах стра¬
ны 37. Некоторые из полученных материалов уже удалось ввести в оборот. Появи¬
лись работы об этиосоциологическом изучении советского образа жизни народов
нашей страны 33, городов Белоруссии39, а также публикации результатов обследо¬
ваний, проведенных в районах северо-запада СССР и Поволжья 40, Средней Азин и
Казахстана 41 и у народов Севера и Сибири42. Положено начало изучению этно-
демографических аспектов национальных процессов в СССР43. Некоторые итоги
изучения истории этносоциальных процессов в нашей стране подведены в обзоре
«Национальные отношения в СССР в трудах ученых союзных республик» (М. 1986).
Вместе с тем в разработке современных этнонациопальных процессов в нашей
стране имеются существенные пробелы. В частности, в последнее время ослабло
участие в разработке данной проблематики экономистов и правоведов; пастоятельно
требуется развитие этнопсихологических исследований. Слабо освещаются пробле¬
мы, связанные с различными проявлениями национализма в условиях социализма
(причины появления, социальные носители, методы борьбы с национализмом).
На изучении национальных отношений сказалось и то, что допускавшиеся в этой
области ошибки, «их проявления оставались в тени и говорить о них было не
принято»44. В результате реальные причины негативных явлений в сфере нацио¬
нальных отношений в нашем стране, а нередко н сами явления такого характера
практически оказывались нераскрытыми.
35 См. Бромлей 10. В. Совершенствование национальных отношений в
СССР.— Коммунист, 1986, № 8.
36 Д р о б и ж е в a JI. М. Духовная общность пародов СССР. Историко-социо¬
логический очерк межнациональных отношений. М. 1981; Национально-культурная
специфика речевого общения народов СССР. М. 1982; Губогло М. II. Современ¬
ные этноязыковые процессы в СССР (основные факторы и тенденции развития).
М. 1984; Нация и культура. Таллин. 1985; Актуальные проблемы национального и
интернационального в духовиом мире советского человека. Выи. 1—4. Баку. 1985;
Интернациональное и национальное в социалистическом образе жизни советского
парода. Фрунзе. 1982; Межэтнические контакты и развитие национальных куль¬
тур. М. 1985; Этнопсихологические проблемы развития личности. Баку. 1985.
37 Арутюнян ГО. В., Д р о б и ж е в а Л. М., Кондратьев В. С.,
Су соколов А. А. Этносоциология: цели, методы и некоторые результаты иссле¬
дования. М. 1984.
33 Опыт этносоциологического исследования образа жизни (по материалам
МССР). М. 1980; Этносоциальные проблемы города. М. 1980; Современные этносо¬
циальные процессы на селе. М. 1986; Соцналыю-культурный облик советских наций
(По материалам этносоциологического исследования). М. 1986.
39 Этнические процессы и образ жизни (на материалах исследования населе¬
ния городов БССР). Минск. 1980; К а с и е р о в и ч Г. И. Миграция населения в
города и этнические процессы (па материалах исследования городского населения
БССР). Минск. 1985.
40 Статистико-этнографические исследования в Чувашской АССР. Чебоксары.
1984; Проблемы современных этнических процессов в Калмыкии. Элиста. 1985;
Современные этнические и культурно-бытовые процессы у народов Урало-Поволжья
и Европейского севера СССР. Ижевск. 1985; Вопросы этносоциологического изучения
сельского населения. Ижевск. 1983; Статистико-этнографические исследования в
Удмуртии. Ижевск. 1985; Этнокультурные процессы в Карелии. Петрозаводск. 19S6.
41 Этнические процессы у национальных групп Средней Азии и Казахстана
М. 1980.
42 Современный быт и этнокультурные процессы в Бурятии. Новосибирск. 1984;
Этнокультурные процессы у народов Сибири и Севера. М. 1985; Брагина Д. Г.
Современные этнические процессы в Центральной Якутии. Якутск. 1985.
43 Козлов В. И. Национальности СССР. Этнодемографкческий обзор. М. 1982;
Сто наций и народностей: этнодемографическое развитие СССР. М. 1985.
44 Материалы Пленума Центрального Комитета КПСС, 27—28 января 1987 г., с. 40.
104

Немало сделано в изучении современных этнических процессов в развитых ка¬
питалистических странах. В частности, этническая ситуация и национальные про¬
цессы анализировались на материалах Западной Европы45, а социально-политиче¬
ские аспекты этой тематики рассматривались как по отдельным развитым капита¬
листическим странам, так и в целом 46.
Определенное место в исследованиях последних лет занимал анализ современ¬
ных этносоциальных процессов в развивающихся странах. Этому были посвящены
коллективные и индивидуальные монографии о таких регионах, как Южная47 и
Юго-Восточная Азия48, Океания49 и Латинская Америка50. В ряде работ о стра¬
нах Востока этническая ситуация рассматривалась в плане либо национальной
политики отдельных государств, либо влияния этнических процессов на политиче¬
скую ситуацию51. Определенное внимание было уделено и современным особен¬
ностям национально-освободительной борьбы 52. На материалах Юго-Западной Азии
и Африки рассматривалась проблема национализма53. В ряде работ анализирова¬
лась этнолингвистическая ситуация па Востоке г*4.
В некоторых обзорах анализировалось состояние этнонациоиалытой проблема¬
тики в работах зарубежных исследователей, в частности проводился критический
разбор буржуазных концепций этнонационального развития. Опубликован также
обзор, характеризующий изучение этпонациоыальных процессов в зарубежпых стра¬
нах 55. И все же в исследовании современных этнических процессов за пределами
нашей страны остаются существенные пробелы. В особенности слабо изучены со¬
временные этнические процессы в других социалистических странах.
45 Современные этионациопалытые процессы в странах Западной Европы.
М 1981.
46 Национальные меньшинства и иммигранты в современном капиталистическом
мире. Киев. 1984; Житомире к и й В. А. Апартеид по-британски. М. 1985;
Геевский И. А., Ч е р в о н пая С. А. Национальный вопрос в общественно-
политической жизни США. М. 1985; Рабочий класс и национальный вопрос в стра¬
нах Западиой Европы н Северной Америки, 60—80-е гг. Киев. 1985.
47 Бразаускас А. А. Северо-Восточная Индия. Этническая ситуация и по¬
литика. М. 1981; Григорьева Г. М. Индийский штат Нагаленд. Политика и
этносоциальные проблемы. М. 1982.
48 Малые народы Индонезии, Малайзии и Филиппин. М. 1982; Малые пароды
Индокитая. М. 1983; Китайские этнические группы в странах Юго-Восточной Азии.
М. 1986.
49 Пучков П. И. Этническая ситуация в Океании. М. 1983; М е л и к с е-
т о в а И. М. Трибализм и государственность (этноиациопальные и социально-по¬
литические процессы в Папуа-Новой Гвинее в 60—80-е гг. XX в.). М. 1985.
50 Этнические процессы в странах Карибского моря. М. 1982; Этнические про¬
цессы в странах Южной Америки. М. 1981; Котовская М. Г. Этнические про¬
цессы в Бразилии. М. 1985.
51 Воронков А. Я. Национальная политика правящих кругов Малайзии.
М. 1983; Бирюков В. И. Китайцы в США и американо-китайские отношения
на современном этапе. М. 1983; Богословский В. А., Москалев А. А.
Национальный вопрос в Китае (1911—1949 гг.). М. 1984; Словесная Н. Г.
Национальный вопрос в Таиланде. М. 1985; Махмутходжаев М. X. Нацио¬
нальная политика Гоминьдана 1927—1937 гг. М. 1985; Национальный вопрос в стра¬
нах Востока. М. 1982; Национальные и социальные движения на Востоке. М. 1986;
Национальный вопрос в освободившихся странах Востока. М. 1986.
52 Ким Г. Ф. От национального освобождения к социальному. Социально-по¬
литические аспекты современных национально-освободительных революций. М. 1986;
Вахрушев В. В. Национально-освободительное движение против неоколониа¬
лизма. М. 1986.
53 Национализм в современной Африке. М. 1983; Ислам и проблемы национа¬
лизма в странах Ближнего и Среднего Востока. М. 1986.
54 Зарубежный Восток. Языковая ситуация и языковая политика. М. 1986;
Кондрат кии а Е. А. Индонезия. Языковая ситуация н языковая политика.
М. 1986.
55 Багра моп Э. Л. Национальный вопрос в борьбе идей. М. 1982; Критика
фальсификаций национальных отношений в СССР. М. 1984: Та б олина Т. В.
Этническая проблематика в современной американской науке: критический обзор
основных этиосоциологических концепций. М. 1985; Чертила 3. С. Националь¬
ные отношения при социализме в буржуазной историографии США. М. 1982;
Евтух В. Б. Историография национальных отношений в США и Канаде
(60—70-е гг.). Киев. 1982; Джуну сов М. С. Буржуазный национализм: принципы
критики. М. 1986. Изучение национальных отношений в зарубежных странах. М. 1985.
105

III. Исследования, планируемые на i 2-ю пятилетку
1. Теоретические и методологические проблемы этниче¬
ской истории человечества.
Близки к завершению общетеоретические исследования по этносоциальной
проблематике, процессам этнокультурного развития человечества, этническим функ¬
циям культуры. В этих работах теоретические аспекты изучения этнических явле¬
ний рассматриваются в контексте всемирно-исторического процесса; значительное
внимание уделяется современной этпонациональной проблематике57.
Вскоре выйдут работы, в которых анализируются перспективы привлечения
антропологических и палеоантропологичеекпх данных для решения вопросов этно¬
генеза пародов мира 58. Будет опубликовано и первое в советской науке исследо¬
вание по этнопсихолингвистике 5Э. Многие теоретические вопросы формирования и
развития этноса будут рассмотрены на материалах по этнической истории китай¬
ского народае0. Подготовлен к изданию энциклопедический справочник «Народы
мира», в котором наряду с характеристикой этнических общностей дается обще¬
теоретический анализ этнической проблематики.
Общетеоретические аспекты современных национальных процессов в мире в
целом и в СССР в частности рассматриваются в подготавливаемых к изданию об¬
общающих трудах «Этнические процессы в современном мире» (ИЭ), «Совершен¬
ствование национальных отношений в свете решений XXVII съезда КПСС» (ИЭ),
«Научно-техническая революция и современные национальные процессы» (ИЭ). Ряд
теоретических и методологических вопросов исследования современных националь¬
ных процессов получит освещение и дальнейшее развитие в серии обобщающих
работ, подготавливаемых как в центральных, так и в республиканских научных
учреждениях и высших учебных заведениях61. В работе «Общие закоиомериостп
и национальные особенности развития социалистических стран Азии: теория
и опыт» (Институт востоковедения АН СССР (ИВ), 1D87—Í992 гг.) впервые с учетом
национальных особенностей будет обобщен опыт развития социалистических стран
Азии.
2. Проблема возникновения этнических общностей и эт¬
нические процессы в первобытном обществе
а) Будет опубликовано несколько исследований, в которых важное место займут
вопросы этногенеза многих народов СССР. Прежде всего это работы археологов и
историков, посвященные этногенезу славянских народов 63, баллов 6”, пародов Сред¬
51 Б р о м л е и 10. В. Этносоциальные проблемы: история и современность
(Институт этнографии АН СССР (ИЭ), План выпуска (11. в.) 1987 г.); Арутю¬
нов С. А. Теоретические проблемы процессов этнокультурного развития (ИЭ, П.в.
1988 г.); Этнические функции культуры (ИЭ, П. в. 1988 г.).
38 Алексеев В. II. Историческая антропология и этногенез (ИЭ, П. в.
1987 г.); Историческая динамика расовой и этнической дифференциации населения
Азии (ИЭ, П. в. 1988 г.).
39 Этшшсихолннпшстика (Институт языкознания (ИЯ), П. в. 1987 г.).
60 Китайский этнос: закономерности возникновении и развития (ИЭ, заверше¬
ние 1988 г.).
61 Человек в системе национальных отношений (проблемы и пути формирова¬
ния советского человека — патриота и интернационалиста) (Институт философии
(ИФ) AU СССР, завершение 1989 г.); Советский парод как новая историческая
обшность в условиях совершенствования социализма (Институт истории СССР
(ИИ) АН СССР. 1988—1995 гг.); Советский парод — новая историческая общность
людей. Вопросы методологии и истории (МГУ, завершение 1990 г.); Актуальные
проблемы марксистско-ленинской теории нации, национальных отношений и социа¬
листического интернационализма (ЙФ АН УССР; Киевский ун-т, завершение 1990 г.);
Советский народ — новая интернациональная общность людей (ИИ АН МССР, за¬
вершение 1987 г.).
83 Русанова И. П. Население Висло-Одерского междуречья I—IV вв. (Ин¬
ститут археологии АН СССР (ИА), II. в. 1988 г.); Славяне и их соседи в первой
половине I тыс. н. э. (ИА, П. в. 1989 г.).
63 Этногенез литовцев (ИИ АН ЛитССР),
106

него Поволжья64 и Северного Кавказаes. Некоторые аспекты этнической истории
населения степной зоны европейской части СССР будут затронуты в томе «Архео¬
логии СССР», посвященном скифо-сарматской эпохе66. Вопросы этногенеза наро¬
дов СССР затрагиваются также в ряде антропологических исследованийв7. Особен¬
ности этнической ситуации в лредклассовый период рассмотрены в исследовании
по этнической истории и культуре алеутов е8.
б) В рамках Отделения истории планируется проведение ряда повых исследо¬
ваний, в которых будут рассмотрены вопросы этногенеза народов СССР. Это прежде
всего проблема происхождения славянских и балтскпх народов, которая интенсивно
исследуется археологами и лингвистами69, Определенные аспекты этногенеза наро¬
дов лесной полосы европейской части СССР, Кавказа и Средней Азии будут затро¬
нуты в очередных томах серии «Археология СССР» 70. Будут проведены исследова¬
ния по вопросам этногенеза и этнической истории некоторых народов Приуралья71,
Средней Азии72, Сибири73 и Дальнего Востока74. Намечено провести в 1988 г.
междисциплинарное обсуждение этногенеза пародов Средней Азии.
Особый интерес представляют исследования Комплексной селькупской экспеди¬
ции, организованной специалистами Института этнографии АН СССР н Томского
университета, для междисциплинарного изучения этногенеза и этнической истории
селькупов («Обские селькупы» в 3-х пьш., завершение 1992 г.). В работе «Древ¬
нейшие этнокультурные связи Центральной и Юго-Восточной Европы с Армянским
нагорьем и Кавказом» (Ереванский ун-т, 1987—1990 гг.) намечено рассмотреть не¬
которые вопросы происхождения индоевропейцев и их взаимоотношений с сосед¬
ними народами.
Большое место проблемы этногенеза народов СССР займут в антропологических
исследованиях 7Г', и прежде всего в многотомной «Антропологии СССР» (ИЭ, завер¬
64 X а л п к о в А. X. У истоков пародов Среднего Поволжья (Институт языка,
литературы и истории (И.ЯЛИ) Казанского филиала АН СССР, П. в. 1987 г.).
ЁЬ История народов Северною Кавказа с древнейших времен до конца XVIII в.
Т. 1 (ИИ, П. в. 1987 г.).
66 Степи Европейской части СССР в скифо-сарматское время (ИА, П. в. 1989 г.).
07 Антропологический состав и происхождение населепия Тувы в скифское
время (ИЭ, II. в. 1987 г.); Исм агулов О., Сихимбаева К. Этническая одон¬
тология Казахстана (Институт истории, археологии и этнографии (ИИАЭ) АН
КазССР, II. в. 1988 г.); см. также сноску 75.
68 Ляпунова Р. Г. Алеуты: очерки этнической истории (ИЭ, П. в. 1987 г.).
09 Черняховская культура. К проблеме происхождения славян (ИА); Общие
проблемы балто-славинских этнолингвистических контактов в ареальном и диахро¬
ническом плане (Институт славяноведения и балканистики АН СССР (ИСБ), за¬
вершение 1989 г.); Погребальный обряд в балто-славянской и балканской этнолинг¬
вистической традиции (ИСБ, завершение 1987 г.); Этногенез и этническая история
балтов (ИИ АН ЛитССР, Институт литовского языка и литературы (ИЯЛ) АН
ЛитССР, Вильнюсский ун-т, завершение 1989 г.).
70 Эпоха бронзы Средней Азии и Кавказа (ИА); Средняя Азия п Иран в эпоху
поздней бронзы и раннего железа (ИА); Ранний железный век лесной полосы
СССР (ИА).
71 Древняя история Камско-Вятского междуречья (Этногенез народов При¬
уралья) (Удмуртский уи-т, завершение 1990 г.).
72 История Туркменской ССР с древнейших времеп до наших дией (ИИ АН
TGCP, Институт языка и литературы (ИЯЛ) АН ТССР, Отдел философии и права
(ОФП) АН ТССР, завершение 1990 г.); Этнические процессы на территории Ка¬
захстана по данным археология (ИИАЭ AII КазССР, завершение 1990 г.); Этногенез
ц этнические процессы у пародов низовьев Амударьи (Институт истории языка п
литературы (И И ЯЛ) Каракалпакского филиала AII УзССР, завершение 1990 г.).
73 Этногенетические процессы в Сибири (Кемеровский ун-т, завершение
1988 г.); Фольклор и вопросы этнической истории кетон (Кемеровский уп-т, завер¬
шение 1990 г.); Этногенез народов Сибири (Кемеровский ун т, завершение 1990 г.);
Исторические корни и преемственность в традиционной культуре хантов (Томский
ун-т, завершение 1990 г.).
74 Древние культуры Амуро-Приморского региона и нх роль в этногенезе ко¬
ренных народностей Дальнего Востока (орочи, удэгейцы, нивхи) (Дальневосточный
ун-т, завершение 1990 г.); Первобытное общество на Дальнем Востоке СССР (Ин¬
ститут истории, археологии и этнографии (ИИАЭ) Дальневосточного отделения
(ДВО) АН СССР, завершение 1990 г.).
75 Этногенез азербайджанского народа по данным антропологии (ИИ АН АзССР,
завершение 1990 г.); Расогенез и антропологическая история населения Кавказа
107

шение 1995 г.), в создании которой будут участвовать все ведущие антропологи
страны.
Некоторые лингвистические аспекты этногенетической проблематики найдут от¬
ражение в работе «Историческая лексикология, стилистика, грамматика» (Ереван¬
ский ун-т, завершение 1990 г.).
в) Будет продолжено изучение этногенеза народов зарубежной Европы. Гото¬
вится работа «Этногенез и этническая история народов Европы» (ИЭ, П. в. 1988 г.).
Увидят свет первые книги многотомника «История Европы с древнейших времен
до наших дней» (Институт всеобщей истории АН СССР (ИВИ), П. в. 1987—1988 гг.),
в которых будут рассмотрены вопросы происхождения пародов Европы, особен¬
ности процессов формирования народностей и наций этого континента. Будет про¬
ведено исследование истории Дании76 и начнется работа по подготовке обобщаю¬
щего труда по истории Великобритании77.
Намечается публикация коллективного исследования «Проблемы лиигвогспеза:
сравнительно-историческое языкозналие и глоттохронология» (ИВ АН СССР,
П. в. 1988 г.), в котором обосновывается более точный методический подход к со¬
зданию хронологии развития древних этнолингвистических общностей. В Институте
востоковедения АН СССР будет продолжено углубленное комплексное этнолингви¬
стическое изучение древнейших этапов этногенеза народов Азии и Африки 7S,
а в Институтах этнографии и востоковедения АН СССР подходят к завершению
исследования по этногенезу народов Индостана79. С антропологической стороны эта
проблема будет рассмотрена в работе, которая ведется в Институте истории, архео¬
логии и этнографии АН ГССР 80.
3. Этнические процессы в д о к а и и т а л и с т н ч е с к и х классо¬
вых обществах
а) Выйдут в свет исследования по этнической истории и этносоциальной
структуре ряда народов эпохи средневековья. Это работы археологов, этнографов и
историков но этнической истории народов нашей страны — славян8|, балтов и
фишю-угров82, молдаван8Э, народов Среднего Поволжья 8\ башкпр 8\ народов
Северного Кавказа86, казаховЯ1, кыпчаков88 и бурят8Э. Определенное место во-
(ИИАЭ АН ГССР, завершение 1995 т.); Одонтология древнего и современного насе¬
ления Кавказа (ИИАЭ All ГССР, завершение 1995 г.); Этническая краниология
древнего и современного Казахстана (ИИАЭ АН КазССР, завершение 1990 г.),
76 История Дании (ИВИ, завершение 1988 г.).
77 История Великобритании с древнейших времен до наших дней (ИВИ,
1988—1995 гг.).
78 Лингвистическая реконструкция и древнейшая история Востока (заверше¬
ние 1987 г.).
7!) Этногенез и этническая история народов Индостана (завершение 1987 г.);
Б он г а р д- Л е в и и Г. М. Индия. Этногенез. Ранняя культура (П. в. 1989 г.).
89 Расогенез н антропологическая история населения Индийского субконтн-
нента.
81 Древности славян и Руси (ИА, If. в. 1988 г.).
82 Финно-угры и балты и эпоху средневековья (ИА, П. в. 1987 г.); Проблемы
этнической истории прибалтийско-финских пародов (ИИ АН ЛатССР, П. в. 1988 г.).
83 Быр и я II. П., Е рем и я А. И., Зеленчук В. С. Очерки происхождения
молдавского парода (Отдел этнографии и искусствоведения (ОЭИ) АН МССР
П. в. 1988 г.).
84 Ха ликов А. X. У истоков народов Среднего Поволжья (ИЯЛИ Казанского
филиала АН СССР, II. в. 1987 г.).
85 К у з е с в Р. Г., М о и с е е в а Н. Н. Историческая география и историческая
демография башкирского народа в XVI — начало XX в. (Институт истории, языка
и литературы (ИИЯЛ) Башкирского филиала АН СССР, П. в. 1988 г.); Шито¬
ва С. И. Этнические и культурные связи башкир но данным одежды (ИИЯЛ
Башкирского филиала АН СССР, II. в. 1989 г.).
86 История народов Северного Кавказа с древнейших времен до конца XVÍII в
Т. 1 (ИИ, П. в. 1987 г.).
87 Казахи. Историко-этнографическое исследование (АН КазССР).
88 Кумеков Б. Е. Кыпчаки XIII—XIV вв. по арабским и персидским источ¬
никам (АН КазССР).
89 Н имаев Д. Д. Проблемы этногенеза бурят (Бурятский филиал СО АН
СССР).
108

гтросы этнической истории народов СССР в рассматриваемый период займут в ра¬
ботах антропологов ".
б) В изучении ранней этнической истории народов СССР особое место будет
уделено процессам формирования народностей. В Институте археологии АН СССР
предполагается специальное исследование по истории сложения древнерусской на¬
родности — «Финно-угорские племена в составе древней Руси (к истории формиро¬
вания древнерусской народности)» (завершение 1990 г.). Вопросы сложения и раз¬
вития белорусского этноса и его самосознания получат отражение в ряде работ
Института искусствоведения, этнографии и фольклора АН БССР91, а в All МССР
будут подготавливаться работы о процессах формирования молдавского парода9г.
В АН ЛитССР продолжится изучение этногенеза и этнической истории байтов
(завершение 1989 г.), а в ОССР развертываются работы по исследованию форми¬
рования культуры эстонского народа и его исторических связей с другими народами
Прибалтики93, Большое внимание будет уделеио этническим процессам у народов
Поволжья и Приуралья, в частности вопросам формирования и развития таких па¬
родов, как коми, татары, удмурты, башкиры 91.
Впервые будут рассмотрены вопросы исторической демографии ряда тюркских
пародов Поволжья и Приуралья93. В работах кавказоведов будут прослежены
этнокультурные связи народов Кавказа в период средневековья и их роль в форми¬
ровании и развитии культуры грузин 96 и абхазов97, получат освещение некоторые
спорные проблемы этнической истории азербайджанцев 98 и осетин ", будут подведе¬
ны итоги изучения вопроса о расселении армянских общий по Восточной Европе 10°,
а также поднята слабоизученпая проблема роли албанских племен в создании го¬
сударственности на Кавказе в период раннего средневековья 1(И. Вопросы этниче¬
ской истории народов Дагестана получат освещение в труде «История Дагестана
с древнейших времен» (Дагестанский филиал АН СССР, завершение 1990 г.).
90 Герасимова М. М., Р у д ь Н. М., Яблонский Л. Т. Антропологические
материалы к этнической истории античных и феодальных государств Восточной Ев¬
ропы (ИЭ, II. в. 1987 г.).
91 Этническая история Белоруссии с эпохи раннего средневековья и проблема
формирования и развития этнического (национального) самосознания белорусов
(1987—1990 гг.); Этносоциальные процессы в Белоруссии с древнейших времен до
современности (1991—1995 гг.).
92 Население Нижпего Подупавья в VIII—XII вв. (ОЭИ АН МССР); Этногенез
молдавского народа и славяно-молдавские связи (ОЭИ АН МССР, завершение
1987 г.); Очерки формирования молдавской народности (ОЭИ АН МССР, заверше¬
ние 1988 г.).
93 Исторические связи между народами стран Балтики (Тартуский уи-т, завер¬
шение 1990 г.); История материальной и духовной культуры эстонского народа
(Тартуский ун-т, завершение 1990 г.).
94 Татарский народ: происхождение и развитие (ИЯЛИ Казанского филиала АН
СССР, Казанский ун-т, Казанский пединститут, завершение 1988 г.); История насе¬
ления Южной Удмуртии в V—XIV вв. (Удмуртский ун-т, завершение 1990 г.);
История, культура и быт народов Южного Урала (ИИЯЛ Башкирского филиала АН
СССР, завершение 1990 г.); Башкиры. Этническая история и хозяйственное разви¬
тие (ИИЯЛ Башкирского филиала АН СССР, 1987—1992 гг.); История формирования
этнического состава и расселения народов Южного Урала (Башкирский филиал
АН СССР, завершение 1990 г.); Этногенез и этническая история народа коми (Инсти¬
тут языка, литературы и истории Коми филиала АН СССР, завершение 1996 г.).
93 Историческая демография татарского парода (ИЯЛИ Казанского филиала АН
СССР, 1987—1989 гг.); Историческая демография тюркского населения Южного Ура¬
ла (ИИЯЛ Башкирского филиала АН СССР, завершение 1990 г.).
96 Этническая история грузинских племен и их древнейшая материальная куль¬
тура (ИИАЭ АН ГССР); Этнографические аспекты грузино-кавказских культурно-
исторических взаимоотношений (ИИАЭ АН ГССР); и др.
97 Абхазо-грузинские этнокультурные связи (Абхазский институт языка, лите¬
ратуры и истории (ИЯЛИ) АН ГССР, завершение 1990 г.).
98 Этнические процессы в Азербайджане в VII—XII вв. (ИИ АН АзССР, за¬
вершение 1990 г.).
99 Вопросы этнической истории осетинского народа (Юго-Осетинский НИИ АН
ГССР, завершение 1990 г.).
100 Советская историография истории армянских колоний на Украине, в Мол¬
давии и в Польше (Ереванский ун-т, завершение 1990 г.).
191 Албанские племена в государственных образованиях Tía территории собст¬
венно Албании в IV—IX вв. (ИВ АН АрмССР, завершение 1990 г.).
109

В серии «Археология СССР» планируется выпуск тома «Крым и Кавказ в эпоху
средневековья», где будут подняты некоторые вопросы этнической истории.
Этническая история народов Средней Азии найдет отражение в томе той же
серил «Средняя Азия в эпоху средневековья». Этнические процессы, происходив¬
шие в древности на территории Сред не й Азии л Казахстана, намечено рассмотреть
более детально в обобщающих работах Института этнографии АН СССР п
АН ТССР!02, а также в исследованиях, посвященных отдельным народам: узбе¬
кам *03, каракалпакам 10\ казахам10а. Намечается уделить особое внимание этни¬
ческой истории народов Забайкалья и Дальнего Востока 106. Некоторые общие во-
{фосы этнической истории народов СССР найдут отражение в сборнике «Проблемы
этнической истории Евразии» (Якутский ун-т, завершение 1990 г.), а также в много¬
томной «Антропологии СССР» (ИЭ, завершение 1995 г.). Будет также продолжен
выпуск критических обзоров буржуазных концепций по этнической истории паро¬
дов СССР107.
в) Продолжается изучение этнической истории зарубежных народов. Будет рас¬
смотрен характер этнокультурных связей в раннеклассовых обществах Древнею
Востока108. Появятся исследования Института славяноведения и балканистики
АН СССР об этнических процессах у зарубежных славянских народов в период
феодализма 10э.
Вопросы формирования и развития народностей средневековой Европы будут
представлены в многотомной «Истории Европы с древнейших времен до наших
дней» (ИВИ, П. в. 1987—1988 гг.), а также в сборнике «Проблемы демографической
истории докапиталистических обществ Западной Европы» (ИВИ). Сходные пробле¬
мы на материалах отдельных стран и народов Европы планируется рассмотреть
в работах: «Этногенез и этническая история народов Европы» (ИЭ); «История
Великобритании с древнейших времен до наших дней» (ИВИ); «История Датпш»
(ИВИ). Вопрос о формировании и характере этнического самосознания у народов
Европы в период сложения народностей анализируется в работе по истории англо¬
саксов 11°.
Выйдет очередная книга многотомпика по этнической истории китайцев1”,
102 Ранняя этническая история пародов Средней Азии (ИЭ АИ СССР, 1987—
1992 гг.); История Туркменской ССР с древнейших времен до наших дней (ИИ,
ИЯЛ, ОФП АН ТССР, завершение 1990 г.).
103 Этнография узбекского народа (ИИ АН УзССР, завершение 1990 г.); Мате¬
риалы по этногенезу и этнической истории узбекского народа по восточным источ¬
никам (ИВ АН УзССР, завершение 1990 г.).
104 Этногенез и этнические процессы у народов низовьев Амударьи (ИИЯЛ
Каракалпакского филиала АН УзССР, завершение 1990 г.).
!0’ Развитие этнических процессов в Казахстане в эпоху средневековья (VI—
XVII вв.) (ИИАЭ АН КазССР, завершение 1990 г.); Этнический состав и расселе¬
ние казахов (XVIII—XX вв.) (ИИАЭ АН КазССР, завершение 1990 г.); Этногенез и
этническая история казахского народа (ИИАЭ, ИЯ, ИЛИ АН КазССР, завершение
1995 г.).
те Очерки истории средневековых государств Дальнего Востока СССР н смеж¬
ных зон Азии (VII—XIII вв.) (ИИАЭ ДВО АН СССР, завершение 1990 г.); Население
Дальнего Востока СССР XVII—XX ви. (ИИАЭ ДВО АН СССР, 1988-1990 гг.); Про¬
цессы культурно-этнической адаптации на юге Дальнего Востока СССР в древности
й в средние века (Дальневосточный ун-т); Историческая этнография бурят (Бурят¬
ский институт общественных наук (БИОН) Бурятского филиала СО АН СССР, завер¬
шение 1990 г.); Западное Забайкалье в средние пека (БИОН Бурятского филиала СО
АН СССР, завершение 1990 г.); История Бурятской АССР в 3-х тт. (БИОН Бурятско¬
го филиала СО АН СССР, завершение 1990 г.).
107 Напр., научная критика буржуазных концепций по истории литовского на¬
рода (ИИ АН ЛитССР).
108 Древний Восток: этнокультурные связи (ИВ, П. в. 1987 г.).
109 Этносоцпальпая структура рашгефеодальных славянских государств и на¬
родностей (И. в. 1987 г,); Этнические процессы в Центральной и Юго-Восточной
Европе (П. в. 1987 г.); Очерки развития этнического самосознания славянских наро¬
дов в эпоху зрелого феодализма (П. в. 1988 г.).
110 Шервуд Е. А. Развитие этнического самосознания англосаксов (ИЭ, П. в.
1988 г.).
111 Крюков М. В.. Малявин В. В., С о ф р о н о в М. В., Ч е б о к с а-
р о в Н. Н. Этническая история китайцев на рубеже средневековья и нового време¬
ни (ИЭ, П. в. 1987 г.).
110

а также исследование о некоторых вопросах этногенеза и этнической истории
еокотрпйцев т.
В Институте славяноведения и балканистики АН СССР будет подготовлено ис¬
следование «Проблемы развития1 этнического самосознания славянских и балканских
народов в позднем средневековье» (1988—1993 гг.). Особенности этнического разви¬
тия в Юго-Восточной и Центральной Европе в докапиталистический период будут
изучаться также в научных учреждениях МССР 113. Определенное внимание будет
уделено вопросам этнической истории некоторых народов Среднего Востока114 и
Центральной Азии 135. В Институте этнографии АН СССР заканчивается, как уже
отмечалось, исследование этнической истории народов Индостана «Этногенез и эт¬
ническая история пародов Индостана» (завершение 1987 г.) и начинается работа над
коллективным трудом «Этническая история монголов» (завершение 1990 г.),
4. Формирование буржуазных наций и этнические про¬
цессы в странах капитализма в новое время
а) Будет опубликована коллективная монография «Этнография восточных сла¬
вян: очерки традиционной культуры» (ИЭ, П. в. 1987 г.), в которой значительное
место займет этнографическая характеристика материальной и духовной культуры
русских, украинцев и белорусов, а также будут затронуты вопросы этногенеза и
этнической истории этих народов. Выйдет в свет работа об особенностях развития
культуры в зоне активных контактов русских и украинцев 1,в.
б) Продолжится исследование этнокультурных процессов у народов СССР в не¬
давнем прошлом 117, В центре внимания белорусских ученых будут вопросы фор¬
мирования белорусской буржуазной нации118. Эстонские исследователи займутся
процессами сложения и развития буржуазной нации, а также взаимоотношениями
эстопцев с соседними народами в период капитализма 11Э. Ряд исследований касает¬
ся этнической ситуации у народов Кавказа в недавнем прошлом 32°. Будут рас¬
смотрены и этнокультурные процессы у народов Южной Сибири в эпоху капита¬
лизма 421. Определенное внимание будет уделено борьбе народов России против
национального гнега 122. -
^ 112 Наумкии В. В. Сокотрийцы (историко-этнографический очерк) (ИВ,
113 Особенности развития общества Юго-Восточной и Центральной Европы в
докапиталистических формациях (Кишиневский ун-т, АН МССР, завершение 1990 г.).
114 Таджики Афганистана в новое время (историко-этнографический очерк)
(ИВ АН ТадшССР, завершение 1990 г.).
115 Центральная Азия в древности. Этнические и культурные отношения (ИВ,
завершение 1990 г.).
116 Чижикова Л. Н. Проблемы формирования и судьбы традиционно-бытовой
культуры в русско-украинском ногр&ничье (ИЭ, П. в. 1988 г.),
317 Народы СССР (Этнографические очерки) (ИЭ, завершение 1989 г.); Жилище
народов СССР (культурно-бытовые традиции народов СССР) (ИЭ, завершение
1990 г.).
118 Этносоциальные процессы в Белоруссии в эпоху капитализма и складыва¬
ние белорусской буржуазной нации (Институт искусствоведения, этнографии и
фольклора (ИИЭФ) АН БССР, 1991—-1995 гг.). Этническая история Белоруссии
(дореволюционный период) (Белорусский ун-т, завершение 1990 г.).
110 Этническая история эстонцев и других прибалтийско-фипских народов (ИИ
АН ЭССР, завершение 4988 г.); Формирование эстонской буржуазной нации и на¬
циональное движение в Эстонии во второй половине XIX в. (ИИ АН ЭССР, завер¬
шение 1990 г.); Комплексное хозяйство Эстонии в XIX—XX вв. (Проблемы взаимо¬
отношений эстонцев и шведов) (Тартуский ун-т); Национальный вопрос в буржуаз¬
ной Эстонии в 1920—1940 гг. (Тартуский ун-т),
120 Этнография народов Кавказа (ИЭ, завершение 1991 г.); Этнические и этно-
демографические процессы в Дагестане в XIX—XX вв. (Институт истории, языка и
литературы (ЙЙЯЛ) Дагестанского филиала АН СССР; завершение 1990 г.); Садзы
(историко-этнографические очерки) (Абхазский ИЯЛИ АН ГССР, завершение
1990 г.); Удины: историко-культурные вопросы (ИВ АН АрмССР, завершение 1990 г.).
121 Социально-экономическое развитие населения горных и горно-таежных
районов Южной Сибири в период капитализма (Кемеровский уи-т, заверше¬
ние 1990 г.).
122 Солидарность народов в национально-освободительном и революционном
движении (на материалах Казахстана XVIII — начала XX в.) (ИИ, завершение
1988 г.).
111

Общая характеристика пародов СССР и их традиционной бытовой культуры в
конце XIX — начале XX в. будет дана в упомянутых исследованиях в Институте
этнографии АН СССР «Народы СССР (агиографические очерки)» и «Жилище наро¬
дов СССР (культурно-бытовые традиции народов СССР)».
в) Продолжится изучение проблем формирования наций в зарубежной Европе
и Америке. Выйдут исследования по этнической истории хорватов в XVIII—
XIX вв.123 и о формировании нации на Американском континенте124. В ряде работ
будут рассмотрены судьбы индейского населения и его роль в сложении американ¬
ских наций 125. Начата подготовка очередного тома по этнической истории китай¬
цев, в котором рассматриваются вопросы сложения китайской буржуазной нации 12в.
Проблемы формирования и развития буржуазных наций найдут отражение в мно¬
готомной «Истории Европы с древнейших времен до наших дней» (ИВИ). Теоре¬
тические проблемы затрагиваются в фундаментальных исследованиях «Этнокуль¬
турные процессы у славянских пародов (паучиая мысль XVII—XVIII вв.)» (ИЭ,
1987—1992 гг.), «Чешская нация на завершающем этапе формирования» (ИСБ, за¬
вершение 1988 г.), «Нации Центральной Европы. Проблемы формирования» (ИСБ,
завершение 1988 г.). Будут проведены исследования особенностей национально-осво¬
бодительной борьбы на территории Османской империи в XIX веке 127.
Вместе с тем внимание ученых к процессам формирования буржуазных наций
и национальным процессам нового времени пока явно недостаточно, этн проблемы
все еще мало изучены.
5. Этнические процессы в развитых капиталистических
странах в новейшее время
Выйдут в свет исследования по этнорасовой ситуации в Великобритании128
ы Австралии129, а также критический обзор буржуазных концепций националь¬
ных отношений при капитализме 13°. В Институте этнографии АН СССР проводится
исследование ряда аспектов этнической проблематики в США — «Этнические про¬
цессы в американских городах», а также в Канаде — «Этнос и государство в Кана¬
де» (завершение 1989 г.). Роль национального фактора в политике крупных импе¬
риалистических государств рассматривается на примере ближневосточной полити¬
ки США 131.
6. Эти н чес к не процессы в развивающихся странах в но¬
вейшее время
а) Выйдет несколько обобщающих работ Института востоковедения АН СССР
по национальным проблемам развивающихся стран. В ряде исследований подни¬
маются актуальные вопросы национально-демократической революции и националь¬
но-освободительной борьбы132, рассматриваются проблемы межэтнических коифлик-
123 Мартынова М. Ю. Проблемы этнической истории хорватов XVIII —
XIX вв. (ИЭ, П. в. 1988 г.).
124 Африканцы в Новом Свете (ИЭ, П. в. 1988 г.).
12Г> Коренное население Америки в современном мире (ИЭ AII СССР, 11. в.
1989 г.); Индеец и американский экспансионизм (МГУ, завершение 1990 г.).
128 Этническая история китайцев n XIX—XX вв. (ИЭ, завершение 1988 г.).
127 Национально-освободительная борьба критского народа против турецкого
ига в 90-х гг. XIX в. и Россия (Ереванский ун-т, завершение 1990 г.); Армянски©
общественно-политические движения 70—80-х гг. XIX в. и Россия (Ереванский ун-т,
завершение 1990 г.).
128 Козлов В. И. Иммигранты и этиорасовые проблемы в Британии (ИЭ,
П. в. 1987 г.).
129 Пучков П. И. Этническое развитие Австралии (ИЭ, П. в. 1987 г.).
130 Ш л е п а к о в Д. Н.; Е в т у х В. Б., III а м ш у р О. В. Буржуазные концеп¬
ции национальных отношений в развитых капиталистических странах (Институт
соцпалышх и экономических проблем зарубежных страп (ИСЭПЗС) АН УССР,
П. в. 1988 г.).
131 Религиозный и националистический факторы в ближневосточной политике
США (Институт США и Канады АН СССР, завершение 1990 г.).
132 Гафуров 3. Ш. Национально-демократическая революция: сущность, за¬
кономерности, защита завоеваний (ИВ, II. в. 1987 г.); Го л д об и н А. М. Нацио¬
нально-освободительная борьба народа Египта в 1918—1936 гг. (ИВ, П. в. 1987 г.);
Рытов Л. Н. Борьба народов Ботсваны и Лесото за независимость (1945—1966 гг.)
112

то» 13Э, анализируется роль религиозно-националистической идеологии в современ¬
ном мире134, в частности влияние националистических факторов на внутреннюю
политику в некоторых государствах Востока 135.
Выйдут исследования по современным этносоциальным процессам на Среднем
Востоке 1зе, в странах Юго-Восточной Азии137 и в Латинской Америке138. Линг¬
вистическим аспектам этой проблематики посвящена монография об этнолингвисти¬
ческих процессах в арабском мире 139.
б) Продолжится изучение этнонациональпых процессов в развивающихся стра¬
нах. В Институте этнографии АН СССР исследуется влияние опыта первого в мире
социалистического государства и идей социализма на этнокультурные процессы в
странах Востока |40. Много внимания уделяется проблемам национально-освободи¬
тельной борьбы и национальных движений141. В Институте востоковедения
АрмССР упор будет сделан на изучение национализма и его связей с религиозны¬
ми движениями в странах Ближнего и Среднего Востока 142. Другим аспектом ис¬
следования этионациональпой проблематики в этом регионе станет анализ этно-
демографических процессов143. Продолжится исследование таких острых проблем,
как межэтнические конфликты в странах Азии и Африки 144 и этнические аспекты
нотестарно-иолптических систем (этнические аспекты власти в современном мире)
(ИЗ. завершение 1991 г.).
Ряд работ посвящен регионально-страноведческой проблематике— современной
этносоциальной ситуации в Иране143, Турции140, Индии147, а также этнической
истории китайцев в XIX — XX веках148. Начнется изучение особенностей этниче¬
(Институт Африки (ИЛфр.) ATT СССР, П. в. 1987 г.); Курдское движение в новое
и новейшее время: очерки (ИВ, П. в. 1987 г.); Б е л е н ь к и й А. Б. Интернацио¬
нальный фактор в идеологии национально-освободительного движения (ИВ, П. в.
1988 г.); Жигалина О. И. Национальное движение курдов в Иране (1918—
1947 гг.) (ИВ, П. в. 1988 г.).
133 Романов Л. И. Междоусобная воина в Нигерии (ИАфр., П. в. 1987 г.),
134 Левин 3. И, Ислам и нацпотталнзм в странах зарубежного Востока (ИВ,
П. в. 1988 г.); Рыбаков Р. Б, Индуизм и национализм (ИВ, П. в. 1987 г.);
Сионизм в системе империализма (ИВ, II. в. 1987 г.).
133 Суме к п й В. В. Национализм и авторитаризм: политико-идеологические
процессы в Индонезии, Пакистане и Бангладеш (ИВ, П. в. 1987 г.).
130 Темирхапов Л. Восточные пуштуны. Проблемы новой истории (ИВ,
II. в. 1987 г.).
137 Котиков И. Г. Этнические процессы в Кампучии (ИЭ, П. в. 1987 г.).
138 Культура Латинской Америки: проблема национального и общерегионально¬
го (Институт Латинской Америки (ИЛА) АН СССР, Г1. в. 1987 г.).
139 Шага ль В. Э. Языковые аспекты национальных процессов в арабских
странах. М. 1987.
140 Великий Октябрь и этнокультурные процессы в странах зарубежного Вос¬
тока (ИЭ, завершение 1990 г.).
ui История колониализма и национально-освободительной борьбы в новое и
новейшее время (ИВИ, 1987—1991 гг.); Национально-демократические революции:
проблемы их развития и перерастания в революции народно-демократические (ИВ);
Интернациональный фактор в идеологии национально-освободительного движения
(ИВ, завершение 1987 г.); проблемы курдского национально-освободительного движе¬
ния (ИВ АН АрмССР, завершение 2000 г.); Этнические аспекты национальных дви¬
жений (ИЭ, завершение 1991 г.).
142 Проблемы и формы национализма в странах Ближнего Востока (1987—
2000 гг.); Соотношение ислама и национализма в арабских странах (завершение
1990 г.): Арабизм как специфическая форма общественно-политического сознания
современного арабского общества (1987—2000 гг.); Конфессии христианства и их
влияние на межэтнические и межгосударственные отношения стран Ближнего и
Среднего Востока (1987—2000 гг.).
143 Этнодемографические процессы в странах Ближнего и Средпего Востока (ИВ
АН ГССР, завершение 1990 г.).
144 Межэтнические конфликты в странах Востока (ИВ, 1985—1988 гг.); Между¬
народные конфликты в Азии и Северной Африке (ИВ, завершение 1988 г.).
143 Этпонацнональпые процессы в современном Иране (ИВ АН АзССР, завер¬
шение 1990 г.).
146 Национальный вопрос в Турции (ИВ АН АрмССР, завершение 1990 г.).
147 П р а з а у с к а с А. А. Этнос, политика и государство в современной Индии
(ИВ, завершепие 1987 г.).
143 Этническая история китайцев в XIX—XX вв. (ИЭ, завершение 1988 г.).
113

ской ситуации в армянских общинах, расселенных в странах Ближнего и Среднего
Востока ,49. Будет проведено исследование «Современные этнокультурные процессы
в МНР» (ИЭ, завершение 1990 г.). Определенное место этническая проблематика зай¬
мет в обобщающих трудах Института Африки АН СССР по современной тематике 150,
а также в работе Института Латинской Америки АН СССР, касающейся культуроло¬
гических аспектов этнонациональной проблематики 151.
7. Этнические процессы в социалистическом обществе.
Заканчивается коллективная работа по этносоцнологической характеристике рус¬
ского народа — «Р5гсские: этносоциологическое исследование» (ИЭ, завершение
4988 г.). Выйдет исследование условий бытования этнических групп в городе 152. В од¬
ной работ анализируются особенности традиционного бытового уклада современ¬
ного русского населения Алтайского края 153. Готовятся работы по национальным
процессам в Белоруссии )54, на Украине 153, в Молдавии и Эстонии 158, в республиках
Закавказья157, Средней Азии й Казахстане158, в Башкирии159, Бурятии160, у народ¬
ностей Севера ш.
В завершаемой в Институте этнографий АН СССР коллективной монографии
«НТР и современные национальные процессы» (завершение 1988 г.) будет показано
значение научно-технического прогресса для диалектики национального и интерна¬
ционального в образе жизни советских людей..
Будут проведены или начнутся обобщающие исследования о развитии нацио¬
нальных отношений в условиях социализма. В них будет рассмотрена история рё-
149 Армянские общины в странах Арабского Востока (ИВ АН АрмССР, завер¬
шение 2000 г.).
150 Африка 80-х гг.; итоги и перспективы развития (завершение 1987 г.); Африка:
взаимодействие культур (завершение 1987 г.).
151 Латинская Америка; взаимодействие национальных и этнических культур.
152 Старовойтова Г. Б. Этническая группа в современном городе (ИЭ,
П.в. 1987 г.).
153 Липинская В. А. Народные традиции и материальный быт русского на¬
селения Алтайского края (ИЭ, 11. в. 1987 г.).
154 Особенности развития национальной государственности в условиях реально¬
го социализма (Институт философии и права (ИФП) АН БССР, П. в. 1988 г.);
Этнография белорусов. Духовная культура белорусов (ЙИЭФ АН БССР, П. в. 1988 г.).
155 Пономарев А. П. Проблемы развития брака и семьи на Украине (Зт-
носоциологическоз исследование) (Институт искусствоведения, фольклора и этногра¬
фии (Ш1ФЭ) АН УССР, П. в. 1988 г.); Класс — интернацшшалнет (ИИ АН УССР,
П. в. 1988 г.); Интернациональная солидарность трудящихся Украины и прогрес¬
сивной западноукраинской эмиграции с республиканской Испанией (Институт об¬
щественных наук (ИОН) АН УССР, 11. в. 1988 г.).
156 Даииленко Р. Д. Культурное взаимодействие советских наций и народ¬
ностей на современном этапе (на материалах Молдавской ССР) (ОЭИ АН МССР,
П. в. 1988 г.); Интернациональные аспекты художественной культуры Советской
Эстонии (ИИ АН ЭССР, П. в. 4988 г.).
137 Современные этносоциальные процессы в Грузии (ИИАЭ АН ГССР,
П. в. 1988 г.); Натадзе H. Р. Структура национальной культуры (ИФ АН ГССР,
П.в. 4988 г.); Тавакалян Н. А. Нация и национальные отношения в условиях
совершенствования социализма (ИИ АН АрмССР, П. в. 1988 г.); Ш а к и р-з а де А. С.
Советский образ жизни: интернациональное и национальное в культуре (Институт
философии и права (ИФП) АН АзССР, П. в. 4988 г.); Современные этнические процес¬
сы (АН АзССР).
158 Трапезников Г. Е. Развитие и сближение культур в республи¬
ках Средней Азии и Казахстане (1961—1980 гг.) (ИИ* П. в. 1988 г.); Ачьгло-
в а Р, А. Нация и семья (АН КиргССР); Становление и развитие новой историче¬
ской общности людей — советского народа (на материалах Средней Азии) (ИИ АН
УзССР, П. в. 1988 г.); Развитие народонаселения республик Средней Азии и демо¬
графическая политика (АН УзССР); Диалектика интернационального и национально¬
го в развитии советского народа (АН КазССР, П. в. 1988 г.).
159 Рахматуллин У. X. Небашкирское население Башкирии (ИИЯЛ
Башкирский филиал АН СССР, П. в. 1987 г.); Кузеев Р. Г. Волго-Уральская исто¬
рико-этнографическая область; история формирования и современное функциониро¬
вание (ИИЯЛ Башкирского филиала АН СССР); Этнические процессы в Башкирии
в повое и новейшее время (ИИЯЛ Башкирского филиала АН СССР).
160 Бурятская социалистическая нация — составная часть советского парода
(БИОН Бурятского филиала СО АН СССР).
161 Этническое развитие народностей Севера в советский период (ИЭ, П. в,1987г.)
114

шепия национального вопроса в странах социализма 1в2, дапа характеристика совет¬
ского народа как общности нового типа, а также проанализированы особенности
современных национальных процессов у различных народов СССР в сравнительном
плане 16Э. Будет продолжен выпуск серия историографических обзоров по истории
изучения национальных отношений в СССР 184.
Большое место займет тематика, связанная с изучением современных этнона-
циоиадьных процессов у русских и с возможностью использования русских народ¬
ных традиций в современных условиях 165.
Будут проведепы всесоюзное 160 и несколько региональных этносоциологических
обследований для изучения современных этнических процессов у многих наро¬
дов СССР: Прибалтики107, Карелии168, Поволжья и Приуралья 16Э, Дагестана170,
Азербайджана 171. В этих работах будет дан анализ современных тенденций нацио¬
нального развития ряда народов СССР, основанный на массовых этносоциологиче¬
ских материалах.
Получают развитие исследования, основанные как на традиционных историко¬
этнографических, так и на этносоциологических методиках. В Молдавии такие рабо¬
ты коснутся вопросов формирования и развития молдавской социалистической
162 Развитие национальных отношений в условиях социализма (ИИ, АН Социа¬
листической Республики Вьетнам, Силезский институт ЧСАН); История решения
национального вопроса в СССР (ИИ АН УССР, завершение 1990 г.); Национальная
политика Советской власти (1917—1920). Вопросы историографии (ИИ).
163 Советский народ как новая историческая общность в условиях совершен¬
ствования социализма (ИИ, 1988—1995); Интернациональные связи народов СССР
в период строительства социализма (1921—1937 гг.) (ИИ); Укрепление националь¬
ного единства советского народа в процессе развития социалистического соревнова¬
ния (60—70-е гг.) (ИИ); Интернациональные связи рабочего класса СССР (80-е гг.)
(ИИ); Социальные и этнодемографические аспекты национальных отношений (ЙЙ);
Национальные традиции и совершенствование социалистического образа жизни
(ИЭ, завершение 1991 г.); Особенности тенденций развития современных этнокуль¬
турных сред народов СССР (МГУ, завершение 1990 г.); Межнациональные браки
в СССР (проблемы и методы этяосоциологического изучения) (ИЭ, завершение
1987 г.); Этносоциальные аспекты воспроизводства кадров в союзных республиках
(ИЭ, завершение 1987 г.); Преобразования культуры и быта народов СССР (НИФЭ
АН УССР, завершение 1990 г.); Типология двуязычия и многоязычия в СССР (ИЯТ
завершение 1990 г.); Борьба КПСС за совершенствование национальных отноше¬
ний я условиях развития социализма (Ереванский ИНХ, завершение 1990 г.).
164 Национальные отношения в СССР (новейшая историография автономных
республик, областей и округов) (ИЙ, завершение 1989 г.); Новейшая советская ис¬
ториография национальных отношений в СССР (ИИ, завершение 1991 г.).
íes РуССКие пародиые традиции и современность (возможности и задачи прак¬
тического использования) (ИЭ, завершение 1990 г.); Русские на Южном Урале: истори¬
ко-этнографическое исследование материальной и духовной культуры (ИИЯЛ Баш¬
кирского филиала АН СССР, 1990—2000 гг.).
166 Советские нации. Этносоциологическое исследование (ИЭ, 1989—1998 гг.).
167 Развитие национальных отношений в Латвийской ССР (в период совершен¬
ствования социализма) (цикл исследований) (ИЙ АН ЛатССР, завершение 1995 г.);
Этносоциальные проблемы при социализме (ИИ АН ЛитССР, завершение 1990 г.).
168 Современные этнокультурные и этнодемографические процессы в Ка¬
релии (сельское население) (ИЯЛИ Карельского филиала АН СССР, завершение
1990 г.).
169 Современные этнические и культурно-бытовые процессы у народов По¬
волжья (ИЭ, МГУ, ИЯЛИ Казанского филиала АН СССР, Мордовский НИИ языка,
литературы, истории и этнографии (ЯЛИЭ), Чувашский институт языкознания,
литературы, истории и экономики (ИЯЛИЭ), Мордовский университет, завершение
1988 г.); Марийцы. Современная этнографическая характеристика (ИЭ, Марийский
НИИ ЯЛИС, МГУ, завершение 1989 г.); Современные этнические процессы в Коми
АССР (ИЯЛИ Коми филиала АН СССР, завершение 1990 г.); Современные этниче¬
ские процессы в Башкирской АССР (ИИЯЛ Башкирского филиала АН СССР, завер¬
шение 1991 г.); Интернационализация общественной жизни Башкирской АССР в
условиях совершенствования социализма (ИИЯЛ Башкирского филиала АН СССР,
1988—1991 гг.); Этноареальные группы коми: формирование и современное этнокуль¬
турное состояние (ИЯЛИ Коми филиала АН СССР, П.в, 1989 г.).
170 Этносоциологические исследования современной культурной жизни пародов
Дагестана (ИИЯЛ Дагестанского филиала АН СССР, завершение 1990 г.).
171 Этносоциальные и этнокультурные процессы в Азербайджане (ИИ АН
АзССР, завершение 1990 г.).
115

нации, а также положения русских этнических групп в республике пг, Исследова¬
ние этнических черт эстонской социалистической нации будет проведено в ЭССР173.
Там же начнутся работы по изучению взаимоотношений детей разных националь¬
ностей в городской обстановке 174.
В Башкирии начнется разработка темы «Взаимодействие и взаимообогащение
культур народов Южного Урала в многоэтнической среде» т. К 1987 г. завершится
работа «Украинцы: поведение малой этнической группы в многоэтпнчной среде»
(ИИЯЛ Башкирского филиала АН СССР).
Этнический состав современного населения Северного Кавказа и проходящие там
этнокультурные процессы будут изучать в ряде кавказоведческих центров 17в. Будет
специально рассмотрен вопрос, о национально-русском двуязычии ,77.
Ученые Грузии приступают к выполнению многоаспектной программы исследо¬
вания современных этносоциальных и этнокультурных процессов в среде как гру¬
зинского, так и негрузинского населения республики 578.
В АН Казахской ССР будет продолжена разработка проблематики, связанной
с анализом современных тенденций культурно-бытовых процессов в Казахстане п\
а ученые Киргизии начнут подготовку многотомного труда об исторических связях
и сотрудничестве народов СССР 18°,
В Институте этнографии АН СССР готовится исследование, завершающее серию
работ об этнокультурных изменениях у народов Севера и Сибири в исторической
перспективе. Оно будет касаться современных процессов, имеющих место в жизни
народов Севера18!. Программы по изучению современных этносоциальных и этно¬
культурных процессов у народов Севера и Сибири намечены в Якутском филиале
СО АН СССР 182 и в Бурятском пединституте 183. Определенное место в исследованиях
172 Молдавская социалистическая нация. Формирование и развитие (ИЭ, НИ,
ИЯЛ, ОЭИ АН МССР, завершение 1990 г.); Из истории русско-молдавских межэтни¬
ческих связей (рассоление и численность русского населения Молдавской ССР)
(ОЭИ АН МССР, завершение 1989 г.).
173 Об этнической общности эстонской социалистической нации (Тартуский ун-т).
174 Контактные поля и коллективы детей эстонских городов (ИИ АН ЭССР).
175 Иерархия историко-культурных общностей в многоэтнической среде и ди¬
намика их исторического развития (ИИЯЛ Башкирского филиала АН СССР, 1991 —
2000 гг.); Исторические контакты, взаимодействие и взаимообогащение городской и
сельской культуры на Южном Урале (ИИЯЛ Башкирского филиала АН СССР,
1991—2000 гг.).
176 Традиционная этническая культура в процессе интернационализации
(ИИЯЛ Дагестанского филиала АН СССР, завершение 1990 г.); Развитие малых на¬
родов Северного Кавказа в условиях совершенствования социализма (Адыгейский
пед. ин-т, завершение 1990 г.); Компоненты этнического состава Северо-Восточного
Кавказа (ИВ АН АрмССР, 1987—2000 гг.).
177 Национально-русское двуязычие в Дагестане. Факторы и тенденции разви¬
тия (ИИЯЛ Дагестанского филиала АН СССР, завершение 1990 г.).
178 Этнические процессы в городах Грузии (ИИАЭ АН ГССР); Культура и быт
негрузинского населения Грузии (ИИАЭ АН ГССР); Грузинская нация в период со¬
вершенствования социалистического общества и сближение национальных культур
в СССР (ИИАЭ АН ГССР, завершение 1990 г.); Этносоциальные проблемы социаль¬
но-демографических процессов регионов Грузии (ИИАЭ АН ГССР, завершение
1990 г.); Процессы изменения в быту и культуре населения Грузии на этапе со¬
вершенствования социалистического общества (ИИАЭ ГССР, завершение 1990 г.);
Тенденции изменения социально-классовой структуры наций и народностей в ГССР
(Музей дружбы народов ГССР, завершение 1990 г.); Особенности прогнозирования
народонаселения на национальном и региональном уровне в ГССР (Музей дружбы
народов АН ГССР, завершение 1990 г.); История и совершенствование межнацио¬
нальных отношений в условиях социализма на примере Грузинской ССР (Музей
дружбы пародов АН ГССР, завершение 1990 г.); Этнокультурная общность абхазов
и абазин (Абхазский ИЯЛИ АН ГССР, завершение 1990 г.).
179 Современная сельская семья у народов Казахстана (ИИАЭ АН КазССР.
завершение 1987 г.); Этнокультурные процессы в Казахской ССР (ИИАЭ АН
КазССР, 1988—1991 гг.).
180 Исторические связи и сотрудничество народов СССР (по материалам РСФСР,
республик Средней Азии и Казахстана) (ИИ АН КиргССР, завершение 2000 г.).
181 Народы Севера в советскую эпоху (ИЭ, завершение 1988 г.).
182 Традиционное и новое в духовной культуре народностей Севера Якутской
АССР; Формирование профессиональных ориентаций молодежи народностей Севе¬
ра; Социологические проблемы брака и семьи народов Севера; Культурное развитие
якутского народа; Изменение традиционных ценностей в воспитании молодежи на¬
116

займет критика буржуазных концепции развития национальных отношений у ряда
народов СССР 184.
Должна быть продолжена работа по созданию этнопарка народов СССР
(г. Москва), призванного сыграть важную роль в интернациональном воспитании
трудящихся.
IV. Основные направления изучения этнической проблематики
1. Теоретические и методологические проблемы
1. Этнос как система: соотношение объективного и субъективного. Собственно
этнические и этносоциальные общности.
2. Типология этносов и этнических процессов. Племя, пародность, нация как
этносоциальные общности. Соотношение классового и этнического, этнического и на¬
ционального.
3. Факторы этнических процессов,
4. Проблема преемственности в этнической культуре.
Г>. Общее и особенное в этническом развитии человечества.
Б. Проблема корреляции антропологических, археологических, этнографических
и лингвистических данных для решения вопросов этногенеза и этнической истории.
7. Проблемы этнопсихологии.
8. Основные тенденции современных национальных процессов; их особенности
в условиях капитализма и социализма.
9. Критика буржуазных концепций по этнопациопальной проблематике.
II. Проблема воз пик новей и я этнических общностей и эт¬
нические процессы в первобытном обществе
1. Предпосылки и условия возникновения этносов в древнейшую эпоху.
2. Особенности древней птей этнической ситуации.
3. Разновидности этносов в первобытности.
4. Специфика этнических процессов в первобытности.
5. Этническая ситуация в предклассовую эпоху.
6. Этнодемографические и этноязыковые процессы в первобытности. Возникно¬
вение и распад древнейших языковых семей.
Ш. Этнические процессы в докапиталистических классо¬
вых обществах
1. Типы этноса в докапиталистических классовых обществах. К вопросу о на¬
родности,
2. Этнос и раннее государство.
3. Неравномерность исторического развития и этнические процессы в ранне¬
классовую эпоху.
4. Особенности этнической ситуации в раннеклассовых, рабовладельческих и
феодальных государствах.
5. Этногенез и этническая история народов в античности и средневековье.
IV. Формирование буржуазных наций и национальные
процессы в странах капитализма в новое время
1. Буржуазная нация как тип этносоциальной общности.
2. Предпосылки и условия формирования буржуазных нации.
родностей Севера; Комплексная экономике)-географическая характеристика районов
проживания народностей Севера в Якутской АССР.
183 Общее и регионально-особенное в развитии социалистических наций и на¬
родностей в советской интернациональной общности (на материалах Сибири); Во¬
просы национально-этнической консолидации народов Сибири в условиях социализ¬
ма; Интернациональное л национальное в духовной культуре пародов Сибири;
Роль трудовых коллективов в управлении национальными отношениями; Нацио¬
нально-русское двуязычие народов Сибири.
184 Критика буржуазных фальсификаций национальных отпошепий в СССР
(на примере Молдавской ССР) (ИИ АН МССР, завершение 1988 г.); Критика бур¬
жуазных концепций национальных и межнациональных отношений в Грузии (Му¬
зей дружбы народов АН ГССР, завершение 1990 г.).
117

3. Этнополитические аспекты формирования буржуазных наций. II ацион а льно¬
освободительные движения.
4. Этнолингвистические и этнопсихологические проблемы эпохи раннего капи¬
тализма.
5. Этнодемографические и этносоциальные проблемы эпохи раннего капитализма.
6. Буржуазный национализм как социально-политическое п социально-психоло¬
гическое явление.
7. Общее и особенное в сложении и развитии ранних буржуазных наций.
V. Национальные процессы в развитых капиталистических
странах в новейшее время
1. Социально-экономические предпосылки и условия этнического развития в ка¬
питалистических странах в новейшее время.
2. Проблема межнациональных взаимоотношений в многонациональных капи¬
талистических государствах.
3. Буржуазный национализм и его влияние на международную политику.
4. Общее и особенное в этносоциальном развитии капиталистических стран в
новейшее время.
к
VI. Этнические процессы в развивающихся странах в но¬
вейшее время
1. Типы этнических общностей п этнических процессов в развивающихся
странах.
2. Исторические корни современной этнической ситуации в развивающихся
странах. Этнические процессы в условиях колониализма.
3. Особенности социальпо-экономических и политических условий этнических
процессов в развивающихся странах.
4. Традиции и инновации в этнокультурной эволюции развивающихся стран,
5. Политические аспекты этнических процессов в развивающихся странах. Типы
этносоциальных движений и национально-освободительная борьба.
6. Развитие этнического самосознания в развивающихся странах в современ¬
ных условиях. Религия, секулярйзм и национализм в массовом созпаний населе¬
ния этих стран.
7. Проблемы этнической консолидации и межэтнической интеграции в разви¬
вающихся странах.
VII. Национальные процессы в социалистических странах
1. Социально-экономические и демографические факторы развития националь¬
ных процессов в социалистических странах.
2. Становление этносоциальных общностей социалистического типа (социали¬
стических наций и народностей). Процессы этнической консолидации.
3. Этносоциальные и этнодемографические процессы в условиях совершенство¬
вания социализма.
4. Развитие и взаимодействие национальных культур при социализме.
5. Социально-психологические аспекты этносоциальных процессов при социа¬
лизме.
6. Новая историческая общность — советский народ. Проблемы межэтнической
интеграции при социализме.
7. Общее и особенное в этническом развитии стран социализма.
# *
*
Основные итоги разработки этой проблематики предполагается подвести в об¬
общающем труде «Этническая история человечества», подготовку которого институ¬
там Отделения истории АН СССР рекомендуется начать с 1991 года.

ИСТОРИЧЕСКАЯ НАУКА В СССР
В Отделении истории АН СССР
В БЮРО ОТДЕЛЕНИЯ
На заседаний Бюро Отделения истории АН СССР 25 июня 1987 г. зам. предсе¬
дателя Национального комитета историков Советского Союза (НКИСС) А. О. Ч у-
б а р ь я о сообщил об итогах Международной научпой конференции «Идеи мира
н истории н современность» (Москва, 22—23 июня с.г.). Большинство ее участников
высказались за то, чтобы использовать антимилитаристское наследие прошлого для
борьбы за всеобщее п полное разоружение и мир па Земле. Конференция образо¬
вала ипициативиый комитет для организации следующей аналогичной конферен¬
ции (ориептяропочтю она состоится в 1988 г. в ФРГ) по теме «Проблемы между¬
народных отношении в свете исторических стереотипов представлений народов друг
о друге». Намечено также провести «круглые столы» историков разных стран и
континентов (в Испании и США, 1988—1989 гг.) для творческих дискуссий по этой
проблематике. Бюро приняло по данному вопросу постановление, в котором одоб¬
ряются итоги конференции и организационная работа НКИСС, намечены меры по
развитию исследований по соответствующей проблематике и расширению контак¬
тов с зарубежными учеными.
А. О. Чуб а рьян проинформировал собравшихся о состоявшейся 16—18 июня
с. г. в Москве встрече ученых СССР и США для дискуссии по теме «Советско-
американские отношения 1915—1950 гг.». Главным сюжетом обсуждения был вопрос:
что не сумели сохранить обе стороны после 1945 г- для продолжения сотрудниче¬
ства, характеризовавшего военные годы? Встреча выявила более научную постанов¬
ку проблем советскими специалистами, но более полную обеспеченность американ¬
ской концепции архивными документами. В работе конференции приняли участие
члены Отделения истории во главе с акад. С. Л. Тихвинским и группа американ¬
ских специалистов во главе с бывшим послом США в СССР Дж. Ф. Кениапом.
Чл.-корр. АН СССР 3. В. У д а л ь ц о в а сообщила об итогах X советско-фран¬
цузского коллоквиума историков, прошедшего в Москве 23—24 июня с. г. Бюро
одобрило его результаты.
Выступавшие по этим вопросам академики Ю. В. Б р о м л е й, И. И. Минц
й С. Л. Тихвинский, члены-корреспопденты АН СССР Е. И. Дружинина п
Ю. А. Поляков, а также В. А. Куманев высказались о путях и возможностях
расширения научных контактов между историками СССР и других стран.
Акад. ГО. В. Бромлей проинформировал Бюро о решении экспертной комис¬
сии присудить академическую премию имени Н. И. Миклухо-Маклая за 1987 г.
Н. А. Бутинову (Ленинградская часть Института этнографии АН СССР) за моно¬
графии «Папуасы Новой Гвинеи» (1968), «Полинезийцы островов Тувалу» (1982)
и «Социальная организация полинезийцев» (1985). Тайным голосованием Бюро еди¬
ногласно утвердило это решение.
Бюро утвердило новые составы редакционных коллегий журналов «Новая и
новейшая история» (гл. редактор — Г. Н. Ссвостьянов) и «Советское славяноведе¬
ние» (гл. редактор — А. К. Кавко); составы советских частей двусторонних Комис¬
сии историков СССР и ГДР (председатель — акад. В. А. Виноградов), СССР и Ру-
119

мыншг (председатель — акад. И. И. Минц), СССР и Чехословакии (председатель —
акад. АН УССР П. Т. Тронько); поддержало назначение на должность директора
Института археологии АН УзССР — чл.-корр. АН УзССР А. А. Аскарова, директора
Института истории АН УзССР — Р. Я. Раджаповой, директора Музея истории на¬
родов Узбекистана АН УзССР — Г. Рашидова, директора Института истории, языка
и литературы Каракалпакского филиала АН УзССР — К. Р. Рзаева; вынесло благо¬
дарность за многолетнюю успешную работу в должности председателя редакцион¬
ной коллегии ежегодника «Религии мира: история и современность» чл.-корр.
АН СССР И. Р. Григулевичу, постановило в связи с разработкой институтами От¬
деления долговременного прогпоза-дрограммы «Роль религий в прошлом и в совре¬
менном мире» считать целесообразным издавать этот ежегодник под грифом Отде¬
ления и утвердило измененный состав его редколлегии (председатель — чл.-корр.
АН СССР Г. М. Бонгард-Левин); рекомендовало в качестве членов Пленума Ре¬
дакционно-издательского совета при Президиу.чс АН СССР от Отделения истории —
академиков И. И. Мипца, А. Л. Нарочиицкого, Б. Б. Пиотровского, Б. А. Рыбакова
и члепов-корреспондентов АН СССР Г. Ф. Кима, И. Д. Ковальчеико, 3. В. Удальцо-
ву, а в качестве членов Бюро РИСО — академиков Ю. В. Бромлея, В. А. Виногра¬
дова, А М. Самсопова, С. Л. Тихвинского, чл.-корр. АН СССР В. П. Алексеева,
С. С. Хромова; пополнило состав редакционной коллегии академической серии «Па¬
мятники письменности Востока»; поддержало присвоение звапия почетного доктора
Оломоуцкого университета им. Ф. Палацкого (ЧССР) проф. С. В. Никольскому и
избрание действительным членом Словенской академии паук и искусств (СФРЮ)
чл.-корр. АН СССР Н. И. Толстого; одобрило создание Комиссии по научному на¬
следству акад. С. Ф. Ольденбурга и Рабочей группы для подготовки издания из¬
бранных его трудов; утвердило к публикации в академической серии «Предшест¬
венники научного социализма» книгу американского социалиста-утописта Т. Скид¬
мора «Право человека па собственность» (1829 г.).
Акад. Д. Ф. Марков сообщил о том, что возобновляется прерванная в папале
1980-х годов совместная работа советских и польских ученых над серией «Поль¬
ское общественное движение и литературная жизнь 30—50-х годов XIX в. Иссле¬
дования и материалы», которая по обоюдному соглашению будет называться
«Польское освободительное движение и российско-польские общественные и куль¬
турные связи в XIX веке». Бюро одобрило возобновление деятельности по изданию
серии и утвердило состав советской части ее редколлегии.
Было рассмотрено постановление Бюро Отделения экономики АН СССР от
10 июня с. г. «О развитии историко-экономических исследований». Бюро Отделения
истории решило провести специальное заседание, посвященное расширению исто¬
рико-экономических исследований в учреждениях Отделения и образовало комис¬
сию для подготовки предлоя<епий по данному вопросу.
Бюро приняло также ряд других решений.
А. Ш.
В высшей школе
ОБУЧЕНИЕ ИСТОРИИ В ШКОЛЕ И ВЫСШЕЕ ИСТОРИЧЕСКОЕ
ОБРАЗОВАНИЕ
В связи с осуществляемой ныне в СССР реформой среднего и высшего образо¬
вания остро актуальным является рассмотрение условий реализации тесной взаимо¬
связи высшего исторического образования н обучения истории в средней школе.
Такая связь очевидна, ибо от подготовки спецналистов-историков и учителей исто¬
рии зависит обучение в школе, через которое проходит все молодое поколение
страны.
120

Цель исторического образования в школе — это формирование исторического
мышления новых поколений, воспитание достойных советских граждан безотноси¬
тельно к их будущей профессиональной деятельности, а в вузе — подготовка науч¬
ных и преподавательских кадров. Школьный учитель и школьный учебник, учи¬
тывая всеобщность среднего образования в нашей стране, играют в достижении
этой цели важнейшую роль. Отсюда — актуальность во многом не решенной про¬
блемы подготовки как будущих или уже работающих учителей, так и тех, кто
обучает учителей истории и кто пишет учебники.
Знания самого предмета истории еще недостаточно для хорошего ее препода¬
вания, хотя это — первое условие успешности обучения. Жаль, что не все студен¬
ты. оканчпвая вуз, знают свой предмет прочно и глубоко. Вместе с тем даже лица,
благополучно окончившие исторические факультеты, желающие преподавать исто¬
рию и успешно сдавшие экзамены по педагогике и методике, бывают практически
не подготовлены к преподавапию на современном уровпе, и мпогие из них пе до¬
стигают такого уровня в дальнейшем. Это вызвано, с одной стороны, тем, что ре¬
зультаты многих дидактических и методических исследований пе усвоены препода¬
вателями истории в вузах либо вообще им неизвестны, с другой — тем, что вузов¬
ские учебники сплошь и рядом недостаточно педагогичны. Между тем преподава¬
ние истории в вузе обязывает в равной мере к овладению как историческими, так
и педагогическими знаниями и технологией обучения. Это обстоятельство сказыва¬
ется не только на вузовском преподавании, но также на качестве школьных учеб-
11 и ков.
Обучение истории в школе во многом в настоящее время неэффективно. Преж¬
де вссч'О ученики не усваивают программных знаний. Опросы учащихся после про¬
хождения ими истории древнего мира, средних веков, отечественной истории до
XIX в. обнаруживают массовое незнание ими элементарных фактов. В большой
мере эти вызвано тем, что история в школе — почти единственный предмет, не изу¬
чающий заново, па более серьезном уровне, пройденного в младших классах. Факты
древней и средневековой истории, изученные в V—VI классах, больше никогда
школьнику не встречаются. Поэтому восстание Спартака, Пунические войны, сю¬
жеты греческих мифов. Жакерия и многое другое очень скоро забываются. Хотя
курс истории вызывает большой интерес у многих учащихся, он питается лишь
живым повествованием учителя или отчасти некоторыми более удачными учеб¬
никами (по истории древнего мира, средних веков, новой истории до 1871 г.,
прежний учебник по истории СССР до XIX в.). Однако этот интерес бывает свя¬
зан лишь с отдельными фактами и редко сопровождается попыткой ученика вос¬
пользоваться дополнительной литературой, а еще реже — стремлением как следует
подумать над историческим материалом.
В результате столь часты жалобы па то, что па выпуекпых экзаменах по
истории в школе и приемных экзаменах в вузы в ответах даже хорошо успевав¬
ших молодых людей звучат затвержепные формулы, без малейшей готовности к
их применению. Повинны в этом не только и не столько школьники, сколько пре¬
имущественно учителя, вузовские преподаватели и авторы учебников.
При обучении истории в вузе исходят из того, что способности восприятия и
первичного понимания этих знапий студентом уже привиты ему школой; что он
умеет элементарно анализировать, умозаключать и т. п. Следовательно, в школе
учепик, обучаясь, должен быть обязательно обучен и мыслительным операциям,
обеспечивающим понимание текста, его падо учить знанию предмета во взаимо¬
связи с умением мыслить. Учители должны уметь формировать умственные дейст¬
вия своих питомцев. Игнорирование этого требования в ходе обучения снижает или
даже исключает должное усвоение предмета. Однако па данный аспект дела ни в
программах, пи в учебниках не обращают внимания.
Содержание исторического образования в вузе и в гпколе объективпо состоит
из четырех элементов. Первый — собственно исторические знания. Наряду с терми¬
нологией и фактами в состав этих зпаний входят законы, теории, методологические
н оценочные установки. В школьном обучении явно недостает системности излагае¬
мых теорий, и они часто предстают даже в сознании старшеклассников как сово¬
купность изолированных идеи. Связать их воедино школьники не могут (впрочем,
121

как и многие студенты). Связное изложение проблем возникновения классов, смены
одних общественно-экономических формаций другими оказывается учащимся неред¬
ко недоступным. Другой существенный недочет школьного образования — незнаком¬
ство с методологией исторического познания, элементами процесса незнания и его
методикой. Учат просто знаниям, но не разумному и толковому умению пользо¬
ваться ими. Стихийно какая-то часть учащихся, конечно, усваивает некоторые спо¬
собы мышления в сфере истории, основная же лтсса остается не подготовленной к
активному осмыслению общественных явлений.
Преодолению этого недостатка могло бы способствовать ознакомление школьни¬
ков с основными обобщенными методами исторического познания, имеющими зна¬
чение для общего образования и для развития социального мышления (сравнитель¬
но-исторический метод; метод аналогий; статистический метод; установление при¬
чинности по следствиям; определение цели действующих лиц и групп по их
действиям и следствиям этих действий; определение зародыша явления по его
зрелым формам; метод обратных заключений (определение прошлого по существую¬
щим пережиткам); обобщение формул (свидетельств памятников обычного и пи¬
саного права или анкет, характеризующих массовость и типичность каких-то явле¬
ний); реконструкция целого по части; определение уровня духовной жизни по па¬
мятникам материальной культуры; лингвистический метод). Оканчивающие истфаки
и работающие затем учителями должны на конкретных примерах знакомить школь¬
ников с этими методами и постепенно подключать их к систематическому исполь¬
зованию названных методов.
Второй элемент исторического образования предполагает усвоение конкретных
и обобщенных способов деятельности, характерных для данпого учебного предмета.
Это отчасти предусмотрено школьной программой. Среди способов такой деятельно¬
сти: сопоставление и систематизация сведений исторических карт и применение
их при обсуждении исторических явлений; счет лет до и после начала н. э.;
применение справочников; извлечение сведений из источников и сопоставление их;
составление конспектов, тезисов и рефератов. Наряду с этими практическими на¬
выками в программе упомянуты умения описать событие в его существенных про¬
явлениях; излагать исторический материал по сквозным вопросам тем и разделов;
формулировать понятия и связно излагать систему теоретических идей; сопостав¬
лять процессы развития в разные эпохи н в разных странах; объяснять законо¬
мерности исторического процесса.
Есть и другие умения, не учитываемые, к сожалению, в практике обучения
истории, которые тоже должны стать предметом овладения как студентами, так
и школьниками: проигрывание различных вариантов решения и способов его по¬
иска; определение предмета познания; выделение элементов познаваемого объекта;
осознание способа деятельности; выделение основания классификации; формулиро¬
вание определений и построение по ним способа действий; образное представление
объекта; преобразующее воспроизведение в зависимости от цели и условий;
переформулирование идей; построение способов контроля своих действий в соот¬
ветствии с целью1. Эти умения лежат в основе всякой интеллектуальной деятель¬
ности и обусловливают глубину и разносторонность усвоения теоретических идей
и осмысления истории.
Но, усвоив знания и умения только на репродуктивном, воспроизводящем
уровне, нельзя научиться применять их творчески. Третий элемент содержания
исторического образования как раз и состоит в опыте творческой деятельности.
Речь идет о специфическом содержании, требующем от школьника и студента спе¬
циальных усилий для его усвоения. Это, в частности, самостоятельный перенос
ранее усвоенных знаний и умений; видение новых проблем и их постановка;
видение новых функций знакомого объекта; видение альтернативы решения и др.
Этому нельзя научиться в результате простого восприятия информации или ее
воспроизведения. Приобрести опыт творчества учащиеся могут лишь в ходе реше¬
ния проблемных познавательных задач по истории. Формы таких задач могут быть
1 Подробнее см.: Об учебных умениях. О кн.: Проблемы школьного учебника.
Вып. XII. М. 1983,
122

различными: текстовая задача; проблемный вопрос; нарочитая недоговоренность
при изложении информации, оставляющая учащемуся необходимость самому за*
полнить пробел; диспуты. Но сущность их одна — необходимость для учащегося
применить одну или несколько названных выше интеллектуальных операций.
Отсюда — важность создания системы проблемных познавательных задач по
истории. Но прежде всего необходимо осознать смысл проблем и пути их решения
авторам школьных учебников и вузовским преподавателям, которым в ходе семи¬
нарских занятий и при анализе источников следует учитывать типы проблемных
ситуаций и строить их для студентов, готовя их к творческой деятельности и
руководству такой же работой школьников. Еще 15 лет назад было зафиксирова¬
но, что в школьных учебниках по истории V—X классов из более чем 1500 зада¬
ний к репродуктивным относятся 92,5%; к творческим, проблемным — только 7,5%
{5% в учебниках У-УШ классов и только 2,5% — IX—X классов) 2. Иными
словами, чем старше класс и чем ближе преподаваемый в нем раздел истории к
современности, тем меньше в учебниках требуется от учащихся самостоятельности
мышления и элементов творчества! Усвоение предмета фактически сводится к
механическому запоминанию груды всевозможных сведений. Ситуация сейчас
частично изменилась, но опять-таки в учебниках для V—VIII классов, где уси¬
лилась творческая струя. В 1968 и 1970 гг. впервые в практике школьного обучения
истории появились сборники проблемных познавательных задач для V—VII клас¬
сов 3. Теперь началось регулярное издание таких сборников но всем курсам ис¬
тории 4.
На истфаках студентов пока не учат ни составлению проблемных познаватель¬
ных задач, ни дальнейшему использованию их. На большинстве истфаков вообще
слаб исследовательский элемент, вносимый в учебную деятельность студентов. Если
он и присутствует в ряде университетов, то ао многих даже крупнейших пединсти¬
тутах самостоятельным учебным исследованиям студентов не уделяется внимания.
Хорошо известно, что к государственным экзаменам многие из них готовятся по
школьным учебникам. Задача повышения исследовательского элемента в обучении
студентов, в частности будущих учителей, стоит сейчас очень остро. Но даже
после ее решения останется необходимость обучать будущих учителей конструи¬
рованию и использованию познавательных задач.
Конечно, исследовательский метод обучения на истфаках (чтение оригиналь¬
ных и переводных источников) стихийно формирует творческие потенции студен¬
тов. Иное дело — в школе. Здесь требуется особая, целенаправленная система ра¬
боты, предусматривающая усвоение названных выше общеобразовательных методов
исторического познания, включение в познавательные задачи основных процедур
творческой деятельности, постепенное усложнение этих задач. |При организации
самостоятельной, творческой работы с историческим материалом и в вузе, и в
школе необходимо обращать внимание прежде всего на доказательность при ре¬
шении каждой задачи, аргументированность выводов в докладах и сообщениях.
Это одна из важных линий, где между школой и вузом должна сохраняться та
преемственность, которой сейчас нет.
Но содержание предмета «история» не исчерпывается ни в школе, ни в вузе
знаниями, способами их применения и опытом творческой деятельности. Непре¬
менным компонентом исторического образования является развитие эмоционального
отношения к изучаемому, обусловливающего духовный облик человека. Поэтому
преподавание истории — уроки, лекции, семинары, экскурсии — вообще не должно
быть неинтересным или вызывать только сиюминутный интерес. Вот четвертый эле¬
мент исторического образования. Но можно ли сказать, что вузовские учебники це¬
ленаправленно формируют у студентов необходимые эмоции и желаемую систему
социальных ценностей или что их формируют учебника для школьников? Ведь не¬
2 Познавательные задачи в обучении гуманитарным наукам. М. 1972 (гл. II).
* Лернер И. Я. Познавательные задачи в обучении истории. М. 1968; Познава¬
тельные задачи и задания по истории СССР (VII класс). М. 197U.
4 Донской Г. М. Задания для самостоятельной работы по новой истории
(VIII класс). М. 1983.
123

которые авторы вузовских, да и школьных, учебников вообще чураются яркого из¬
ложения материала.
Обучение истории неполноценно, если оно не вырабатывает у человека такого
отношения к фактам, которое соответствует мировоззрению и идеалам социалисти¬
ческого общества, не обеспечивает ни ею патриотического, ни в целом гражданского
воснитапия. Здесь между школой и вузом налицо сильный разрыв. Вузовские пре¬
подаватели порою забывают на своих лекциях, что историческое сознание —
не совокупность знаний, а система убеждений, основанных на знаниях о прошлом,
определяющая личпостиые ценности, принципы осмысления истории и собственные
устремления личности, проявляемые ею в реальной жизни. Возьмем общеизвестные
факты гибели исторических памятников и чиновничьего равнодушия к их охране.
Разве ответственные за то работники не зпали соответствующих законов или не
были осведомлены о наличии памятников па подведомственной им территории?
Знали, но у них не было убежденного ценностного отношения к родной истории.
Школа в этом тоже повинна. Виновата вся система школьного обучения истории,
ибо формирование знаний без воспитания чувств не действенно.
Какие же следствия практического характера вытекают отсюда как для высше¬
го исторического образования, так и для школы? Это прежде всего необходимость
расширить объем методологических знаний, обеспечить овладение ими в вузе буду¬
щими учителями, чтобы они смогли использовать их в школе, чтобы эти знания
стали орудием мышления и оценки у юных граждан. Ученые обязаны (это будет
их вклад в проводимую сейчас школьную реформу) помочь школе в отборе мето¬
дологических зпаиий и раскрытии их познавательной функции.
При этом важно учитывать способы применения таких знаний, значимых и для
студентов как будущих учителей, и для школьников. Есть три уровня применения
знаний: а) их применение по жесткому алгоритму — применение счета лет до и
после начала н. э., чтение исторической карты, осуществление сравнения; б) вы¬
полнение действий по т. н. обобщенному алгоритму, где заранее ясна последова¬
тельность этапов, но осуществляет их сам учащийся (например, характеристика
какого-то общества или исторического деятеля по определенным признакам;
в школе используются схемы таких характеристик, и студентам следовало бы
овладевать ими); в) теоретическое знание, указывающее только направление
деятельности, самое же деятельность, ее этапы и ее конкретные шаги определяет
и выполняет познающий (например, применение идей о роли производительных
сил, частной собственности как источнике неравенства, разделении труда как
предпосылке роста его продуктивности, необходимости классового подхода к оценке
исторических событий). В школе строятся специальные задания на все три вида
применения знаний, и учитель должен быть к ним готов. Но пользование этими
видами применения знаний облегчает и студентам усвоение учебного материала.
Для авторов же школьных учебников и для системы заданий в них это вообще
необходимое условие профессионального уровня работы. Однако ни в вузе, ни при
подготовке учебников к авторам последних и к профессуре требовании такого рода,
как правило, пе предъявляются.
Обучение должно обеспечить не просто эмпирическое, по теоретическое усвое¬
ние предмета через раскрытие главной исходной клеточки данной области знаний,
позволяющей улавливать сущность частных случаев. В истории такой клеточкой
может быть признан исторический факт, рассмотренный под углом зрения вопро¬
сов: кто (что); где; когда; как; почему; значение этого. Опыт обучения в школе
показывает, что уже в V классе за короткий срок школьники постигают плодо¬
творность таких ориентиров. Они небесполезны и для студентов истфаков.
Как известно, историческое познание в отношении любого факта решает опре¬
деленные проблемы: установление причинио-следственных связей между явления¬
ми и событиями; установление общих и частных закономерностей; определение
преемственности фактов, событий, явлений и эпох; выявление социальных тенден¬
ций развития; определение степени прогрессивности какого-то явления; определение
классовой сущности события; выяснение структуры социального организма и взаи¬
моотношений между его элементами; соотнесение факта с эпохой, частного веле¬
ния — с общей закономерностью; периодизация; определение типичности единич-
124

пого и массовых явлений; выяснение исторической специфики, установление
различного социального смысла сходных явлений в разные эпохи; установление
новых фактов на основе уже известных; оценка характера и значения историче¬
ских явлений; извлечение уроков из прошлого. Есть ли хотя бы одни вузовский
учебник, где эти требования соблюдены в совокупности и где бы явно фиксирова¬
лось впимание на важности этих аспектов анализа социальных явлений?
Поскольку одна из решающих задач обучения — развитие исторического мыш¬
ления на творческом уровне, необходимо усилить в вузах удельный вес ироблелшо-
го обучения. Прежде всего это касается лекций п семинаров. К сожалению, про¬
блемное изложение материала на лекциях пока еще редко бытует в вузе. Оно
должно иметь место и в школе, хотя, конечно, реже, чем в вузе. Лектор должен
ставить перед студентами проблемы, раскрывать противоречивость путей поиска
их решении. Па семинарских занятиях — это совместное с преподавателем коммен¬
тированное чтение источников или диспут. Наконец, привлечение студентов к само¬
стоятельному изучению проблем и организация диспутов по ним. Этот метод при¬
меняется, по в университетах шире, чем в педвузах.
Дабы преподавание истории в вузе было эффективным, нужно добиваться от
студентов но только осмысленного воспроизведения знаний, но и проверять готов¬
ность к творческому их применению, особенно для воспитания нужных социаль¬
ных цспностей. Для правильной ориентации будущих учителей следует повысить
и вузовских курсах удельный вес историко-культурной тематики. В школе она за¬
нимает незаслуженно малое место. За последние годы внимание к ней повысилось
только в V—VII классах. Важен и нравственный аспект истории. Вуз должен
готовить студентов к будущему обсуждению с учащимися волнующих их жизнен¬
ных проблем. Где и в каком вузе обучают этому?
А что могут дать школе ученые-историки? Не только учебники. И учителя,
н учащиеся крайне нуждаются в научно-популярной литературе, где изложение
будет вестись проблемно {допустим, в стиле литературных поисковых публикаций
11. Л. Андроникова), в статьях по темам, предусмотренным программой и требую¬
щим дополнительных разъяснений или еще не решенным в науке. В начале
1960-х годов учителя просили ученых растолковать им, почему Дрсвпяя Русь ми¬
новала стадию рабовладельческого строя. Ответ был дан профессором МГУ
А. М. Сахаровым в журнале «Прснодавапие истории в школе» 5. Это пример пра¬
вильного отношения к делу. Полезно было бы специалистам выделять в изучае¬
мых имп темах вопросы, которые были бы доступпы школьникам в качестве учеб¬
ных задач, и указывать при этом источники поисков их решения. Возможны также
публикации небольших текстов, отрывков из источников также с постановкой к
ним учебных задач. Их могли бы печатать и «Преподавание истории в школе»,
и специальные исторические я;урпалы. В 20—30-е годы они считали своим долгом
помогать юным поколениям. Важно участие ученых-историков в обсуждения актуаль¬
ных проблем школы. Помимо повышения качества подготовки учителей, полезно
было бы обсудить структуру учебного предмета, организацию обучения.
Необходимо добиваться возможности создания и проверки экспериментальных
программ по истории. Например, требуется проверить программу, в которой содер¬
жание п время изучения отдельных тем школьного курса могли бы быть расширепы
за счет других тем. В курсе истории СССР такой темой могла бы стать Великая
Октябрьская социалистическая революция. В курсе отечественной истории до
XIX в. этими темами могут быть история Киевской Руси и петровских преобразо¬
ваний. В курсе VI класса подошли бы темы «Возрождение» и «Образование цен¬
трализованного государства», в курсе истории древнего мира — «Первобытнообщин¬
ный строй», очень удобная для начального формирования основ осмысления хода
истории. Другой такой темой может послужить древнегреческая культура. В созда¬
нии таких программ нужна помощь ученых. Желательна также большая свобода
учителей в наполнении курса. Учебная программа должна служить лишь общим
руководством для организации усвоения истории, а не инструкцией, приобретаю¬
щей значение строгого поводыря.
5 Сахаров А. М. Некоторые вопросы истории СССР феодального периода.—
Преподавание истории в школе, 1963, № 3.

Сейчас школьные курсы чрезмерно социологизнрованы. Они обделены привле¬
кательным материалом. Поэтому не случайно массовое увлечение историческими
романами: школьным учебникам не хватает популярности, насыщенности интерес¬
ными фактами.
Важно усилить связь школьных курсов истории и обществоведения. Пока что
они плывут параллельно, но практически бесконтактно. Давно стоит вопрос о не¬
обходимости частичного изучения тех разделов истории, которые проходились в
младших классах, в более старших классах с тем, чтобы содержание этих разде¬
лов работало в последующем. До сих пор не выделен минимум гуманитарных зна¬
ний и умений, потребных в историческом образовании. Это делает историю в шко¬
ле недостаточно целеустремленной и не дающей в совокупности той культуры, ко¬
торая обеспечивает необходимый уровень гражданской активности выпускника
школы.
Полем деятельности ученых может стать и популярный журнал, который давно
пора издавать. Этот журнал (подобно «Кванту» для юных физиков) может назы¬
ваться «Юный историк», «Клио» и т. и. Его примерная программа и структура:
элементарные очерки истории исторической науки; проблемные статьи популярного
характера; рассказы о видных исторических личностях; доступные статьи о ме¬
тодологии исторического познания; очерки о занятных страницах истории; рассказы
ученых о себе и своей работе; творческие задания различного типа для учащихся;
практические задания по охране- исторических памятников; популярные обзоры и
рецензии; вести с мест; обмен опытом. Ученым должна также принадлежать боль¬
шая роль в создании школьных факультативов и написании пособий к ним.
Помощь науки и вузов школе могла бы заключаться и в большей их связи
непосредственно со школой. Желательны выступления ученых перед школьниками,
и не только в тех городах, где имеются вузы, но и выездные. Сейчас это почему-то
не практикуется. Молодых преподавателей вузов и старшекурсников можно систе¬
матически привлекать к ведению факультативных занятий в школе и руководству
историческими кружками.
В настоящее время вузовские учебники по характеру изложения преимущест¬
венно информативны и как бы повествовательны. Нужно ввести в практику их на¬
писания проблемное изложение. В них должен возрасти, в частности, объем мате¬
риала о методологических проблемах исторической науки. Распространенный в
этом отношении среди преподавателей вузов нигилизм противопоказан интересам
дела. Необходимо повышать педагогическую культуру вузовских преподавателей.
Этому мог бы содействовать журнал «Преподавание истории в школе», если бы
уделил внимание вузовским курсам и методическим проблемам преподавания исто¬
рии на истфаках университетов и пединститутов, которые готовят учителей.
Журнал «Вопросы истории» мог бы расширить публикацию научно-популярных
очерков, дополнив их теми, которые касаются слабо разработанных в науке про¬
блем, включенных в школьную программу; привлечь общественность к обсуждению
ряда вопросов обучения истории в школе; помещать хотя бы иногда исследователь¬
ские задания для хорошо подготовленных студентов и школьников; обсуждать со¬
стояние вузовского преподавания истории и научный уровень школьных учебников.
Тогда журнал по-настоящему заинтересует учителей.
Взаимосвязь высшего и школьного исторического образования особенно важна,
если осознать, что она связана не только с подготовкой культуры людей, развити¬
ем их кругозора, но и, в первую очередь, с формированием исторического сознания
как условия патриотического и интернационального воспитания всего молодого по¬
коления.
И. Я. Лернер

Рецензии
История рабочего класса Белорусской ССР. Т. 3.
Рабочий класс БССР накануне и в годы Великой Отечественной войны,
в период упрочения и развития социалистического общества (1938—1960).
Минск. Наука и техника. 1985. 435 с.
Советская историография обогатилась
Крупным трудом по истории рабочего
класса БССР. До выхода его в свет спе¬
циальных работ о развитии рабочего
класса республики за указанный период,
дающих представление о его производ¬
ственной деятельности, имелось немно¬
го1, да и охватывали они не весь рас¬
сматриваемый период, а более короткие
промежутки времени.
Авторы2 не только детально изучили
опубликованные, в том числе статистиче¬
ские, материалы, партийную н профсо¬
юзную периодику, литературу, но выяви¬
ли и проанализировали огромное коли¬
чество архивных документов и неопубли¬
кованных статистических данных, впер¬
вые ввели их в научный оборот.
Большое внимание уделяется в томе
изучению рабочего класса БССР как объ¬
екта исторического процесса, выявлению
на фойе общих закономерностей специ¬
фики развития рабочего класса респуб¬
лики. В связи с этим но отдельным пе¬
риодам анализируется динамика его чис¬
ленности, состав, изменение доли в
структуре населения БССР.
Характеризуя работу партийных, со¬
ветских, хозяйственных органов респуб¬
лики, направленную на рациональное ис¬
пользование основных источников попол¬
нения рабочего класса, на решение зада¬
чи повышения его общеобразовательного
и профессионального уровня, авторы,
1 Марченко И. Е. Рабочий класс
БССР в послевоенные годы (1945—
195Ü гг.). Минск. 1962; его же. Трудо¬
вой подвиг рабочего класса Белорусской
ССР (1943—1950 гг.). Минск. 1977; Соци¬
альные изменения рабочего класса Бело¬
руссии в процессе строительства комму¬
низма. Минск. 1965; и др.
2 Авторский коллектив: А. Е. Козлов¬
ская. Р. Р. Крючок, А. П. Купреева,
И. Е. Марченко, А. Н, Мацко, Г. И. Олех-
нович, П. Т. Петриков, В. Ф. Романов¬
ский, А. А, Факторович, И, О. Царюк,
Э. Ф. Языкович. Редакционная коллегия
тома: П. Т. Петриков (отв. ред.), Б. Н.
Казанцев, И. Е. Марченко, Э. Ф. Языксъ
ВИЧ.
к сожалению, ограничились освещением
только позитивных моментов, негативные
же явления остались нераскрытыми. Из¬
вестно, например, что в БССР процесс
ликвидации неграмотности, возникшей
среди ее взрослого населения в послево¬
енные годы, был завершен только в
1955 году. Авторы могли бы выявить
процент неграмотных и малограмотных
рабочих в республике за 1945—1955 гг.
и проследить, как это тормозило повыше¬
ние их культурно-технического уровня,
а также обстоятельно осветить деятель¬
ность партийных, советских и хозяйст¬
венных органов республики по ликвида¬
ции неграмотности и малограмотности
среди взрослого населения, в том числе
среди рабочих. Говоря об их жизненном
уровне, следовало бы заострить внима¬
ние на том, как серьезные недостатки в
организации производства и нормирова¬
нии труда, имевшие место на ряде пред¬
приятий, сдерживали рост заработной
платы.
С раскрытием роли рабочего класса
как субъекта исторического процесса,
основной производительной и ведущей
политической силы советского общества
связано освещение в томе двух важных
проблем: развития трудовой и производ¬
ственной активности рабочего класса,
направленной на превращение Белорус¬
сии в индустриальную республику, и
возрастания его общественно-политиче¬
ской активности за изучаемые периоды.
Книга дает достаточно полное представ¬
ление о вкладе рабочего класса БССР в
реализацию 3-го пятилетнего плана. Ав¬
торами раскрыты основные направления
и тенденции развития социалистического
соревнования и стахановского движения
в промышленности, на транспорте, в сов¬
хозах; выявлен размах движения много¬
станочников и совместителей профессий;
названы имена и даны характеристики
многих новаторов и передовиков труда
во всех отраслях народного хозяйства
республики накануне Великой Отечест¬
венной войны. Однако недостает здесь
обобщающих статистических дапных о
127

развитии ряда трудовых почпиов рабо-
чих-стахановцев, о непосредственном уча¬
стии коммунистов и комсомольцев в со¬
циалистическом соревновании.
В годы войны из Белоруссии в восточ¬
ные районы были отправлены оборудо¬
вание и кадры многих десятков крупных
промышленных предприятий. На боль¬
шом конкретно-историческом материале
показали авторы, как эвакуированные
рабочие Белоруссии совместно с труже¬
никами Поволжья, Урала, Сибири, Сред¬
ней Азии и других районов страны ак¬
тивно включились в работу для фронта,
в упорную борьбу за наращивание обо¬
ронной продукции^ за создание прочного
материального фундамента Победы.
В работе четко охарактеризовано, как
среди предприятий, созданных на базе
оборудования и людских резервов, эва¬
куированных из БССР, росло и ширилось
соцсоревнование за усиление всемерной
помощи фронту. Ярко обрисован трудо¬
вой героизм железнодорожников Бело¬
руссии, работавших на тыловых магист¬
ралях страны.
Подробно показано в томе, как после
изгнания из Белоруссии захватчиков
(июнь — июль 1944 г.) рабочий класс рес¬
публики при помощи всей страны воз¬
вращал к жизни разрушенные предпри¬
ятия, налаживал на них работу для
нужд фронта, восстанавливал транспорт,
оказывал шефскую помощь жителям де¬
ревень в возрождении сельскохозяйствен¬
ного производства. Авторы отметили, что
в восстановительный период (1946—
1950 гг.) и в 50-е годы во всех отраслях
экономики республики наблюдался подъ¬
ем трудовой и производственной актив¬
ности рабочего класса, развивались мно¬
гообразные формы социалистического со¬
ревнования. Широкого размаха достигли
движение новаторов и движение рацио¬
нализаторов и изобретателей, В томе вы¬
явлена роль научно-технических обществ
и различных творческих объединений в
развитии производственной активности
рабочего класса, определено значение
его технического творчества для переос¬
нащения материально-технической базы
народного хозяйства БССР на основе
внедрения достижений научно-техниче¬
ского прогресса.
По мпению авторов, развитие техниче¬
ского творчества рабочих на предприя¬
тиях республики проходило гладко, не
встречая на своем пути препятствий.
Между тем известно, что в 50-е годы на
ряде предприятий республики неблаго¬
получно обстояло дело с внедрением рац¬
предложений: БРИЗы годами не рассмат¬
ривали рацпредложения или задержива¬
ли их внедрение, что снижало интерес
рабочих к техническому творчеству, на¬
носило ущерб материально-техническому
развитию производства. Эти моменты в
книге ие следовало бы обходить. При
анализе участия рабочего класса в управ¬
лении производством в 50-е годы также
освещен только иоло/кительпый опыт, не¬
достатки в деятельности общественных
организаций по привлечению рабочих к
управлению производством выпали из
поля зрения авторов.
Серьезное внимание уделяется в томе
показу авангардной роли Коммунистиче¬
ской партии в развитии общественно-по¬
литической активности рабочего класса:
сплочению его рядов вокруг партии,
росту абсолютной численности рабочих и
изменению их удельного веса в ее соста¬
ве (к сожалению, данные за 1960 г. в
книге отсутствуют), выявлению предста¬
вительства рабочего класса и активиза¬
ции его участия в руководящих органах
партии, в их деятельности. Конкретный
исторический материал, представленный
в томе, характеризует проведенную пар¬
тией работу по политическому, патрио¬
тическому и интернациональному воспи¬
танию, идеологической закалке рабочих,
развитию их классового самосознания.
Особое значение это имело в западных
областях БССР в восстановительный пе¬
риод, когда необходимо было преодолеть
негативные явления в мировоззрении от¬
сталых слоев рабочего класса.
Исследуется в книге и многогранная
деятельность Советов по развитию обще¬
ственно-политической активности рабо¬
чих, по привлечению их к управлению
обществом и государством. Авторами от¬
мечено, что в Верховные Советы СССР и
БССР, местные Советы избирались луч¬
шие представители трудящихся респуб¬
лики, названы их имена. К сожалению,
в томе не выявлено, какова была степень
обновляемое™ рабочих-депутатов в сос¬
таве Верховного Совета БССР и местных
Советов разных созывов. Авторы рассмат¬
ривают также участие рабочего класса
республики в управлении государством
через различные общественные органи¬
зации, прежде всего через профессио¬
нальные союзы и комсомол.
128

В томе освещен ратный подвиг рабо¬
чих Белоруссии на фронтах Великой
Отечественной войны, уделено должное
внимание их роли в пополнении рядов
Красной Армии и Военно-Морского Фло¬
та, в формировании народного ополчения,
истребительных батальонов, в сооруже¬
нии оборонительных рубежей. Авторы
обстоятельно показали совместное уча¬
стие белорусов и воинов других нацио¬
нальностей в битвах под Москвой, Ста¬
линградом, на Курской дуге и в других
сражениях.
Глубоко и разносторонне раскрыта в
книге борьба рабочего класса Белоруссии
с фашистскими оккупантами. Ярко оха¬
рактеризована авторами деятельность
подполья в Минске, Орше, Витебске, Мо¬
гилеве, Гомеле, Бресте, Пинске, Полесье
и других пунктах, имевших важное стра¬
тегическое значение. В томе приведен ин¬
тересный фактический материал о бес¬
страшных действиях партизан-рабочих.
Участие рабочего класса БССР в борьбе
с оккупантами рассматривается как не¬
отъемлемая часть общей борьбы совет¬
ского народа иод руководством Комму¬
нистической партии за достижение Побе¬
ды над фашизмом. Об этом свидетельст¬
вуют помещенные в книге статистиче¬
ские данные о численности и составе
подпольного и партизанского движения,
развернувшегося на временно оккупиро¬
ванной территории Белоруссии (с. 177,
194—195). Для более полного освещения
этих вопросов следовало бы привести
итоговые статистические данные о на¬
граждении рабочих Белоруссии за уча¬
стие в военных операциях, в подпольном
и партизанском движении.
Авторы закапчивают исследование
1960 годом. Никаких соображений в
обоснование этой даты как вехи в перио¬
дизации истории БССР они не приводят.
Л, И. Драницына
А. Н. САХАРОВ, «Мы от рода русского...». Рождение русской
дипломатии. Л. Лениздат. 1986. 344 с. с илл.
Выдающемуся советскому ученому
Б. Д. Грекову принадлежит характери¬
стика значения истории Древней Руси
в становлении восточнославянских наро¬
дов; «История Древнерусского государст¬
ва — это не история Украины, ие исто¬
рия Белоруссии, не история Великорос¬
сии. Это история государства, которое
дало возможность созреть и Украине,
и Белоруссии, и Великороссии. В этом
положении огромный смысл данного пе¬
риода в жизни нашей страны» Г
Помимо исключительного значения
Руси в истории восточных славян, ей
принадлежит большая роль в междуна¬
родном развитии Европы и Азин. Широ¬
кая панорама отношений Руси со многи¬
ми странами евразийского континента
была представлена в обобщающем труде
В. Т. Пашуто «Внешняя политика Древ¬
ней Руси» (М. 1968). Однако исследова¬
ние этой проблематики полностью себя
ие исчерпало, более того, в нем появи¬
лись новые направления, среди которых
1 Греков Б. Д. Киевская Русь. М.
1953. с. И.
одно из первых мест занимает изучение
дипломатии Киевской Руси.
Именно этому аспекту ее истории были
посвящены монографии доктора истори¬
ческих наук А. Н. Сахарова 2. Он поста¬
вил, казалось бы, узкую тему — показать,
как на Руси происходило зарождение и
становление дипломатической службы.
Но исследование этой проблемы, во-пер¬
вых, привело автора к важным выводам
по многим другим вопросам внешней по¬
литики Руси, а во-вторых, выявило не¬
обходимость дальнейшей разработки ее
дипломатической стороны (вселенские
идейно-политические доктрины, система
договоров и т. д.), которая отнюдь не но¬
сила, как порой ранее представлялось,
«вспомогательного» характера в между¬
народной практике Древнерусского госу¬
дарства.
Дальнейшие поиски А. Н. Сахарова
представлены в рецензируемой научно-
популярной книге. Доступность и увлека¬
тельный характер изложения не уводят
2 Сахаров А. Н. Дипломатия Древ¬
ней Руси. М. 1980; его же. Дипломатия
Святослава. М. 1982.
5 Вопросы истории, ,\1 9. w
129

автора от рассмотрения сложных проб¬
лем. Положительным моментом работы
является ее масштабность, глубокая вза¬
имосвязь между отдельными частями.
Привлекают внимание многочисленные
ретроспективные к сравнительно-истори¬
ческие параллели из других периодов
истории нашей и других стран.
Истоки возникновения древнерусской
дипломатии А. И. Сахаров возводит к
эпохе, когда славяне впервые появляют¬
ся в ноле видения древних авторов, ког¬
да их дружины в ходе Великого пере¬
селения народов совершают многочислен¬
ные рейды в Причерноморье п на Бал¬
каны, а их племена расселяются на тер¬
риториях, входивших в пределы Восточ¬
ной Римской империи. С этого времени
и до последних десятилетии X в. пред¬
ставлена в книге сложная и порой про¬
тиворечивая система взаимодействия
Руси и Византии. Комплексное рассмот¬
рение процесса межгосударственного об¬
щения во взаимосвязи с внутриполити¬
ческим развитием обеих страи и анализом
общей обстановки в мире позволило ав¬
тору наметить и перспективу формирова¬
ния посольской службы раннефеодально¬
го государства. В книге обращено внима¬
ние на быстрое творческое усвоение сла¬
вянами опыта мировой дипломатии, что
способствовало становлению внешнеполи¬
тической программы их феодализирую-
щейся верхушки.
Уже в последние десятилетия VIII —
начале IX в. у восточных славян стали
появляться крупные раннегосударствен¬
ные образования. Лидирующее положе¬
ние среди них занимала «Русская земля»,
располагавшаяся в среднем течении
Днепра и контролировавшая трансконти¬
нентальный торговый путь. Важным сви¬
детельством развития этого государствен¬
ного комплекса и других славянских
«племенных княжений» являются актив¬
ные действия их дружин против визан¬
тийских владений в Причерноморье и
Хазарского каганата (с. 35—62). При ос¬
вещении международной политики Руси
А. Н. Сахаров подвергает аргументиро¬
ванной критике взгляды западных уче¬
ных, которые не признают свидетельств
житийных сказаний о походах руссов в
Причерноморье в начале IX в., сведений
Вертинских анналов о посольстве из
Киева в Ингильгейм, а также доказывает
достоверность договора 907 г. между
Русью и Византией.
В книге прослеживается тесная взаимо¬
связь между успехами внешней полити¬
ки Древней Руси и достижениями ее
дипломатии. Заслуживает внимания пред¬
ложенный автором анализ договоров
руссов с греками 860, 911, 944 гг. (с. 63—
83, 105—159). При освещении русско-ви¬
зантийских отношений А. Н. Сахаров
уделяет значительное внимание христи¬
анству как фактору, воздействовавшему
на ход этих взаимоотношений: в частно¬
сти, полагает, что христианизация восточ¬
ных славян 00-х годов IX в. носила го¬
сударственный характер.
Однако автору следовало более обсто¬
ятельно рассмотреть вопрос о том, откуда
пришло в Сурож войско князя Бравлина,
а не принимать на веру весьма спорное
положение позднего источника о прихо¬
де в Крым новгородской рати (с. 38).
В распоряжении современной науки нет
убедительных доказательств существова¬
ния Новгорода в IX в., да и вряд ли вой¬
ско из Северной Руси смогло бы совер¬
шить экспедицию на юг, минуя «Русскую
землю», которая контролировала весь
днепровский бассейн. Неполной представ¬
ляется и предложенная автором версия
о причинах приезда в Ингильгейм древ¬
нерусского посольства (с. 58—60). Веро¬
ятно, «печенежская угроза» была лишь
дипломатической уловкой посланников
Руси, которые в ходе поездки в Восточно¬
франкское государство стремились осу¬
ществить зондаж обстановки в Западной
Европе и не преминули на церемонии
встречи с императором Людовиком под¬
черкнуть претензии правителя своей
страны на особое положение в между¬
народном сообществе.
Историки давно обратили внимание на
синхронность осуществления военных по¬
ходов Руси на Восток с предшествующим
заключением соглашений Киева с Кон¬
стантинополем. А. Н. Сахаров показывает
естественность периодического складыва¬
ния русско-византийского антихазарско-
го союза, направленного на ослабление
позиций каганата в Причерноморье и на
Кавказе. В ходе военных действий с Ха-
зарией Русь добивалась ликвидации гроз¬
ного соперника в Восточной Европе, ук¬
репления своих позиций на восточных
торговых путях.
В книге доказаны и определенные
трудности, с которыми цришлось столк¬
нуться древнерусским политикам в про¬
цессе контактов Руси с окружающим ми-
130

рем. Именно этим объясняется длитель¬
ная уплата дани-откупа северорусскими
землями варягам, что давало возмож¬
ность киевскому двору добиться стабиль¬
ности па балтийских рубежах Древнерус¬
ской державы. Значительные сложности
у Руси возникли и в отношениях с венг¬
рами в период их передвижения через
Среднее Подиепровье в конце IX века.
Автор показал, что и в этом случае древ¬
нерусские дипломаты были вынуждены
пойти па уступки, однако в дальнейшем
они открыли для Руси значительные вы¬
годы — восточнославянское государство
приобрело на многие годы в лице венг¬
ров союзника против Византии.
В современной литературе активно ди¬
скутируются многие стороны дипломати¬
ческой деятельности княгини Ольги. Ряд
важных положений но этому вопросу
высказывает и А, Н. Сахаров. Им показа¬
но, что для укрепления суверенитета
Киевской Руси ее дипломаты стремились
к установлению для своих династов наи¬
более благоприятной с позиции визан¬
тийской доктрины власти титулатуры,
а также к использованию для укрепле¬
ния суверенитета Русы иринятия христи¬
анства в государственном масштабе.
В работе подробно представлена и чисто
процедурная сторона поездки княгини
Ольги в Константинополь, показана важ¬
ность соблюдения придворного этикета
дли развития посольских отношений
(с. 236—241), Весьма привлекательной
представляется гипотеза автора о том,
что во время переговоров в Константи¬
нополе в составе киевского посольства
инкогнито мог присутствовать князь
Святослав, который после неудачи дипло¬
матической миссии возненавидел Визан¬
тию, что отразилось на его последующей
дипломатии (с. 242—243).
Вместе с том представляется недоста¬
точно убедительной трактовка в книге
некоторых вопросов истории внешней
политики Руси середины X века. Преж¬
де всего это касается неприятия автором
версии о возможности двух поездок кня¬
гини Ольги в Константинополь, которая
без особых доказательств объявляется
«вряд ли состоятельной» (с. 234), а так¬
же недостаточное объяснение причин не¬
довольства княгини Ольги ее приемом в
Константинополе (с. 248). Вызывает сом¬
нения и интерпретация русско-герман¬
ских отношений рубежа 950—960-х го¬
дов, которые представляются как исхо¬
дящая от императора Оттона инициа¬
тива обращения Руси в католичество
(с. 251—260). Княгиня Ольга, начавшая
в первой половине 950-х годов активную
христианизацию своих подданных, нужда¬
лась в кадрах духовенства, которые она
могла получить в Византии лишь в слу¬
чае успеха поездки в Константинополь.
Неудача последней, связанная во многом
с желанием императора подчинить Русь
в идеодого-дипломатическом и религиоз¬
ном плане, заставили киевскую княгиню
обратиться за помощью к стране, кото¬
рая не подчинялась константинопольской
патриархии и имела развитые клир и
церковную службу. Такой страной и
была Германия, правитель которой по¬
слал в Киев специальную миссию во гла¬
ве с епископом Адальбертом.
Работа завершается подробным осве¬
щением внешней политики и дипломатии
Руси в правление Святослава, В истории
раннефеодальной Руси, пожалуй, нет пе¬
риода, вызвавшего столько споров в
историографии, как правление этого кня¬
зя. В настоящее время советская наука
доказала полную необоснованность
представлений о том, что главными при¬
чинами походов Руси 960-х — начала
970-х годов было стремление Святослава
и его окружения к грабежам и захвату
военной добычи. Дополнительные весо¬
мые аргументы против подобных взгля¬
дов приведены и А. II. Сахаровым.
Однако, по всей видимости, для более
глубокого понимания времени Святосла¬
ва важным представляется более обстоя¬
тельное изучение внутриполитических
мотивов деятельности древнерусской вер¬
хушки, сравнение ее политической линин
в 60-х годах X в. с действиями админи¬
страций Ольги и Владимира. Что каса¬
ется освещения собственно внешнеполи¬
тических сюжетов, то их изложение не
вызывает каких-либо замечаний. А. Н.
Сахаров, опираясь на сведения многочис¬
ленных источников, представил новую
версию похода Святослава на Восток, об¬
стоятельно изложил ход русеко-визан-
тийской войны, в особенности содержа¬
ние договора Святослава с византийцами
в 971 г., который показан в контексте
взаимоотношений Руси и Византии на
протяжении всего X века. Интересными
представляются предложенный автором
анализ миссии византийского вельможи
Калокира в Киев накануне похода древ¬
нерусской дружины на Балканы, версия
5* 131

о т. н. Записке греческого топарха, при¬
знаваемой некоторыми историками под¬
делкой XIX века.
Книга дает довольно полное представ¬
ление об истории внешней политики и
дипломатии Киевской Руси IX—X вв.,
что свидетельствует о важности прове¬
денного Л. Н. Сахаровым исследования,
А. Б. Головко
X* ЛОВМЯНЬСКИЙ. Русь и норманны. М. Прогресс. 1985. 304 с.
Пожелания об издапии на русском язы¬
ке труда польского историка X. Лов-
мяньского «О роли норманнов в образо¬
вании славянских государств» высказы¬
вались в печати уже вскоре после выхо¬
да его в свет. Не устарела ли книга,
увидевшая свет1 почти 30 лет назад,
нужно ли было ее переводить и изда¬
вать? Ответ может быть только один:
да, нужно. И прежде всего потому, что
ото первое, до сих пор единственное
обобщающее исследование комплекса
вопросов, традиционно определяемых как
норманнская проблема.
По широте подхода, охвату источников
и своему значению итогового труда, оп¬
ределившего дальнейшие направления
исследованийг, оно сопоставимо с «На¬
чалом русского государства» В. Томсена
(перевод на рус. яз. 1891 г.). Но в отли¬
чие от последнего — азбуки нормаииз-
ма — работа Ловмяпьского — энциклопе¬
дия антинорманизма. Издание ее свое¬
временно и потому, что за последние два
десятилетия интерес к взаимоотношениям
Руси и скандинавских стран в IX—
XI вв. вновь возрос, что, может быть,
объясняется не столько остротой норманн¬
ской проблемы, сколько новыми воз¬
можностями исследования — значительно
выросшим источниковым фондом, глав¬
ным образом археологическим.
Изданием книги, подготовленным под
общей редакцией членов-корреспонден-
тов АН СССР В. Т. Пашуто и В. Л. Яни¬
на, а также Е. А. Мельниковой, решает¬
ся комплексная задача: не только доне¬
сти до советского читателя труд выдаю¬
щегося польского ученого, но и показать
1 LowmiaÄski Н. Zagadnienie roll
normanöw w genezie panstw slowianskich.
Warszawa. 1957.
2 Книга И. П. Шаскольского «Норманн¬
ская теория в современной буржуазной
науке» (Л. 1965) имеет историографиче¬
ский характер.
его современное звучание в свете новей¬
ших достижений исторической науки.
Это обусловило сложную структуру изда¬
ния: наряду с текстом самого исследова¬
ния (перевод М. Е. Бычковой) здесь по¬
мещены очерк научыой деятельности и
развития взглядов X. Ловмяпьского, на¬
писанный инициатором издания В. Т. Па¬
шуто; послесловие Е. А. Мельниковой и
В. Я. Петрухина, освещающее современ¬
ное состояние норманнской проблемы, и
комментарии (подготовлены В. Я. Петру-
хиным при участии Е. А. Мельниковой),
уточняющие и развивающие основные
положения труда в свете новейших дан¬
ных истории, археологии, лингвистики.
Очерчивая круг научной деятельности
и направленность исследований X. Лов-
мяньского, В. Т. Пашуто обращает вни¬
мание на то, что главной их темой была
история ранних славянских государств.
Поэтому проникновение норманнов в
Польшу и на Русь он рассматривал не
как самостоятельное явление, а как один
из факторов в истории стран, где следы
норманнов заметны более всего. X. Лов-
мяньекый считал образование раннесред¬
невековых славянских государств итогом
социально-экономического развития об¬
щества, следствием зарождения и станов¬
ления феодализма. При такой позиции в
истории образования государств не оста¬
ется места для определяющего влияния
пришельцев. Таким образом, и в посыл¬
ках и в выводах Ловмяньский был после¬
довательным антинормагшетом.
Полнота Источниковой базы характерна
для любой из многочисленных тем, кото¬
рые он исследовал. Комплексное — впер¬
вые в истории антинорманизма — иссле¬
дование письменных, археологических,
лингвистических и других источников
обеспечило обоснованность его выводов
по основным поставленным вопросам.
Как отмечал сам X. Ловмяньскпй, та¬
ких вопросов четыре: проникновение
132

норманнов в восточнославянские земли
в связи с общей экспансией скандинав¬
ских народов в период раннего средне¬
вековья; завоевание Руси норманнами;
возникновение династии и правящего на
Руси класса в связи с участием в нем
норманнского элемента; происхождение
названия Русь.
Первые три вопроса получили в книге
исчерпывающее разрешение. Рассмотрев
основные положения иормалистов о роли
скандинавов в генезисе Польского госу¬
дарства. X. Ловмяньский пришел к обос¬
нованному заключению о незначительно¬
сти участия скандинавов в этом процес¬
се. Собственно польским проблемам в
книге отведено лишь 26 страниц, по¬
скольку малое значение норманнов в
истории Полыни очевидно. Вся оставша¬
яся часть текста посвящена истории
Руси, где дело обстоит «много сложнее
из-за значительно большей инфильтра¬
ции норманнского элемента и требует
особенно тщательного объяснения поли¬
тических факторов, недостаточно объяс¬
ненных аитинорманистами досоветского
периода» (с. 84). Абсолютным преоблада¬
нием в книге материала по Древней
Руси объясняется замена названия.
Ныне признано, что скандинавы в сла-
вянеких странах не создавали массовых
военных, тем более крестьянских поселе¬
нии; что топонимика не говорит о широ¬
кой норманнской «колонизации» на Руси
и в соседних странах; что проникавшие на
Русь скандинавы быстро ассимилирова¬
лись в местной среде. Эти и ряд других
положений впервые были подробно обос¬
нованы именно в книге Ловмяиьского.
Норианистскому тезису о завоевании
Руси варягами и создании ими Русского
государства автор противопоставил кон¬
цепцию образования государственности,
разработанную на материалах Древней
Руси Б. Д. Грековым и его школой.
X. Ловмяньский показал, что к середи¬
не IX в. на Руси слоншлись условия для
возникновения государственности. Нор¬
манское происхождение киевской дина¬
стии и наличие в правящем классе пред¬
ставителей варяжской знати вовсе не
свидетельствует, по мнению автора, что
Русь была завоевана варягами или они
составляли в нем большинство. Большое
внимание X. Ловмяиьского и в коммен¬
тариях уделяется вопросу о происхожде¬
нии названия «Русь». Но мнению автора,
«серьезная ошибка старых антннормаии-
стов заключалась в том, что они искали
славянские корни в скандинавских на¬
званиях, известных по источникам, каса¬
ющимся Руси, и таким образом компро¬
метировали свои другие, иногда справед¬
ливые положении, перемежая их с не¬
научными. дилетантскими» (с. 204).
Этой совершенно правильной посылке
автор изменил при исследовании проис¬
хождения названия «Русь». «Языкове¬
ды,— пишет он,— убедительно показали
родство слов русь и Ншйзь.. они доказа¬
ли, что переход НиоЫ-* русь возможен»
(с. 182). В этом X. Ловмяньский нрав.
Но он ошибался, считая, что эти слова
могли произойти от одного корня: фин¬
ский и славянский языки принадлежат к
разным языковым семьям и исконно об¬
щих корней иметь не могут (с. 281, ком¬
ментарий). Для того чтобы перенести эт¬
ноним «русь» в Среднее ГХоднепровье,
X. Ловмяньский вынужден прибегнуть к
посредству готов, которые, как ясно было
и 30 лет пазад, к созданию Древнерус¬
ского государства отношения не имели.
Слово «русь» X. Ловмяньский вслед за
М. Н. Тихомировым, Б. А. Рыбаковым и
А. Н. Насоновым считает местным, но
получившим с образованием государства
общее значение. Поскольку этимология —
область лингвистики, то мнение языко¬
ведов в этом вопросе весьма важно.
Сводка таких мнений дается в коммента¬
риях, где указано, что слова «русь» и
«рос», как доказано лингвистами, имеют
разное происхождение и никак не соот¬
носятся друг с другом. Один из крупней¬
ших советских топонимистов, А. И. По¬
пов, по этому поводу писал, что невоз¬
можно утверждать исконно славянское
происхождение этнонима «русь», т. к.
это не подтверждает ни один источник 3.
Сходное мнение высказывают и другие
языковеды. Более того, как уже не раз
отмечалось, на что указывает и X. Лов¬
мяньский, «решение сугубо лингвистиче¬
ской (этимологической) проблемы проис¬
хождения названия «русь» ни в коей
мере не влияет на оцепку исторических
процессов образования Древнерусского
государства» (с. 274, 163, 164). Сама же
проблема происхождения названия «русь»
не может рассматриваться вне контекста
славяно-финно-скандипавских отноше¬
ний. И это убедительно показано в ком¬
3 П о п о в А. И. Названия народов
СССР. Л. 1973, с. 58.

ментариях. К сожалению, стремление
X, Ловмяньского во что бы то ни стало
обойтись без скандинаво-финских корней
названия «русы», заблуждение, свойствен¬
ное старым антинормалистам, повторяют
и некоторые совотские историки 4.
За время выхода польского издания
книги изменились не только точки зре¬
ния, но и самый подход к норманнской
проблеме. Об этом подробно говорится и
послесловии. Перемены произошли не
только в науке социалистических стран,
но и в буржуазной. Роль викингов в ис¬
тории Европы в целом и в истории от¬
дельных стран, в частности Франции и
Англии, ныне пересматривается. Появи¬
лись новые работы, авторы которых ви¬
дят результаты норманнской «колониза¬
ции» этих стран гораздо меньшими, чем
было принято раньше. Некоторые исто¬
рики считают, что роль норманнов на
Западе сильно преувеличена авторами
монастырских хроник, боявшимися нор¬
маннов как огня, потому что те грабили
в первую очередь монастыри.
Любопытно, что если в то время, когда
вышло польское издание книги X. Лов¬
мяньского, работали такие столпы нор-
манизма, как Т. Арне, X. Арбман,
А. Стендер-Петерсен, то теперь норманизм
представлен, например, О. Прицаком, со¬
ответствующий том труда которого под¬
вергся критике со стороны не только со¬
ветских исследователей 5, но и его собст¬
венных единомышленников в. Норманизм
в его прежних формах стал по преимуще¬
ству уделом дилетантов, а среди запад¬
4 КузьминА. Г. Об этнической при¬
роде варягов {К постановке проблемы).—
Вопросы истории, 1974, № 11.
5 Мельникова Е. А. Историзация
мифа или мифологизация истории? —
История СССР, 1984, № 4.
6 W i i s о n D. M. Rec. ad. op.: P г i t-
sak 0. The Origin of Rus’. Vol. 1.— The
Slavonic and East European Review, 1978,
vol. 56, № 1, pp. 155—156.
ных ученых теперь немало антннорманн-
стов7. Более того, в последнее время
появилось новое и весьма перспективное
направление изучения русско-скандинав¬
ских связей — исследование влияния
Руси на Скандинавию. Оно ведется пу¬
тем комплексного изучения письменных,
археологических, лингвистических и дру¬
гих источников8.
В столь сложном и многоаспектном
издании, как рецензируемое, видимо, не¬
избежны некоторые упущения и недоче¬
ты. Далеко не в полной мере учтена в
комментариях современная литература
о летописях. Вне внимания комментато¬
ра остались также работы Б. А. Тимощу¬
ка относительно общинного строя восточ¬
ных славян (по археологическим дан¬
ным). В них новаторски освещен про¬
цесс их социально-экономического разви¬
тия, протекавший самостоятельно, без
помощи пришельцев 9.
В целом книга X. Ловмянського со все¬
ми комментариями, предисловием и после¬
словием отражает современный уровень
знаний по важной и интересной, поли¬
тически актуальной научной проблеме;
она дает ответ на многие сложные во¬
просы древней истории нашего Отече¬
ства.
Д. А. А еду сил
7 Среди них: П. Сойер (Англия),
Ш. Блиндхейм, А. Стальсберг (Норве¬
гия), К. Рабек Шмидт (Дания), М. Дрей-
ер (Финляндия) и др.
8 Мельникова Е. А., Петрухин
В. Я., Пушкина Т. А. Древнерусские
влияния в культуре Скандинавии ранне¬
го средневековый— История СССР, 1984.
№ 3.
8 Русанова И. П., Тимощук Б. А.
Кодын — славянские поселения V—
VIII вв. на р. Прут. М. 1984; их же.
Древнерусское Поднестровье. Ужгород.
1981; Тимощу к Б. О. Слов’янсьш
градн ШвтчноТ Буковини. Ужгород.
1975; его же. Слов’яни ШвшчноТ Буко¬
вина V—IX ст. КиУв. 1976; его же.
Давньоруськц Буковина. Кшв. 1982.
Болгаро-российские общественно-политические связи
в 50—70-е годы XIX века. Кишинев. Штиинда, 1986. 266 с.
Со второй половины XIX столетия на¬
чался новый этап болгаро-российских об¬
щественно-политических и культурных
связей, способствовавших духовному и
политическому возрождению Болгарии.
Изучение болгаро-российских взаимоот¬
ношений 50—70-х годов XIX в. ведется
давно и весьма результативно. Советеки-
134

мп и болгарскими учеными изданы мно¬
гочисленные монографические исследо¬
вания, сборники, публикации документов
но кардинальным, вопросам политиче¬
ских, общественных и революционных
взаимосвязей. Особеипо пристальное вни¬
мание ученые уделяют развитию болгар¬
ского народно-освободительного движе¬
ния в последние десятилетия перед осво¬
бождением и отношению России к воз¬
рождению Болгарии. Многие работы
посвящены борьбе южных славян за
свержение османского господства в 1875—
1876 гг., Апрельскому восстанию 1876 г.,
русско-турецкой войне 1877—1878 гг.
и т. д.
Опираясь на достижения советской и
болгарской историографии, авторы ре¬
цензируемого труда 1 раскрывают важ¬
ные аспекты болгаро-российских взаимо¬
отношений того времени. Приведенный в
книге материал показывает, что господ¬
ство османских феодалов и греческого
духовенства надолго задержало экономи¬
ческое, политическое и культурное раз¬
витие Болгарии. Чужеземное иго вызва¬
ло упорное сопротивление болгарского
народа, связывавшего надежды на осво¬
бождение с Россией. Участие болгар в
русско-турецких войнах XVIII — первой
половины XIX в. способствовало усиле¬
нию национально-освободительного дви¬
жения. Хотя поражение России в Крым¬
ской войне привело к временному ослаб¬
лению ее влияния на Балканах, Россия
дипломатическими путями продолжала
добиваться улучшения участи балканских
народов (с. 42).
Во второй половине XIX в. освободи¬
тельная борьба болгарского народа при¬
нимает более организованный и массо¬
вый характер. В монографии раскрыва¬
ются причины и ход развития болгарско¬
го национально-освободительного движе¬
ния на фоне кризиса османской феодаль¬
ной системы. Основное внимание авторов
сосредоточено на характеристике дея¬
тельности Г. С. Раковского, который был
убежден, что только в тесном сотрудни¬
честве с Россией Болгария может до¬
биться освобождения.
Приведенные в книге материалы сви¬
детельствуют о важном значении церков¬
1 Авторский коллектив: Б. Н. Билунов,
П. Д. Забунов, Н. В. Зуева, И. В. Козмен-
ко, К. А. Поглубко, Л. И. Степанова, А. А.
Улуняи, Н. В. Червенков. Е. М. Шатохи-
н а.
но-национального движения болгарского
народа. Легальная борьба за самостоя¬
тельную церковь способствовала росту
политического сознания болгар и вовле¬
чению широких масс в национально-
освободительное движение. Борьба бол¬
гар против греческого духовенства вы¬
звала широкий отклик среди христиан¬
ского населения Балкан. В середине
60-х годов XIX в. в связи с ростом на¬
ционально-освободительного движения
сложились благоприятные условия для
расширения взаимоотношений между
балканскими народами. Болгарский цер¬
ковный вопрос имел важное значение
для восточной политики России, и рос¬
сийская дипломатия прилагала большие
усилия для его урегулирования. В ходе
церковной борьбы политика России ме¬
нялась, но на заключительном этапе она
решительно поддерживала требования
болгарского народа.
В монографии обоснованно говорится
о значении болгаро-российских культур¬
но-просветительных связей для нацио¬
нального возрождения болгарского наро¬
да, показано, что с конца 50-х годов
XIX в. эти связи укреплялись и способ¬
ствовали развитию болгарского просве¬
щения, литературы и формированию на¬
циональной интеллигенции.
Авторы характеризуют предпосылки
болгаро-российских революционных свя¬
зей, прослеживают процесс установления
контактов передовых борцов Болгарии с
европейским национально-освободитель¬
ным движением. Горячее сочувствие
борьбе балканских славян против осман¬
ских поработителей выражали идеологи
русской революционной демократии.
В книге справедливо подчеркивается, что
социальные цели буржуазно-националь¬
ной революции в Болгарии совпадали с
задачами освободительного движения в
России. Взгляды болгарских революцио¬
неров формировались под воздействием
русской революционно-демократической
мысли. Произведения А. И. Герцена,
В. Г. Белинского и Н. Г. Чернышевского
оказали большое влияние на мировоззре¬
ние передовой болгарской интеллигенции
(с. 113).
В книге анализируется практическая
деятельность болгарских революционе¬
ров, основателей Болгарского револю¬
ционного центрального комитета (БРЦК)
Л. Каравелова, В, Левского и других.
Данные, приведенные в книге, подтвер¬
135

ждают, что а развитии болгаро-россий¬
ских связей 70-х годов XIX в. большую
роль сыграли болгары, получившие обра¬
зование в России, а также болгарские и
русские эмигранты в Румынии, сотрудни¬
чество которых способствовало распро¬
странению среди болгар революциоыно-
д е м окра ти че ской ид е олог ни.
Значительное внимание уделяют авто¬
ры началу восточного кризиса 70-х годов
XIX в. и отношению России к националь¬
но-освободительному движению па Бал¬
канах. В книге рассматривается подго¬
товка болгарскими революционерами во
главе с X. Ботевым вооруженного восста¬
ния, приведены обобщенные данные об
Апрельском восстании в Болгарии и от¬
ношении к нему русской общественно¬
сти, привлечен фактический материал
о единодушной поддержке и разнообраз¬
ных формах помощи России болгарскому
народу. Болгарские революционеры стре¬
мились поднять народ на вооруженную
борьбу, рассчитывая на помощь прави¬
тельства России и ее общественности.
Более того, они были уверены, что бал¬
канский кризис неминуемо приведет к
военному вмешательству России, кото¬
рая поможет болгарскому народу обрести
национальную независимость (с. 152).
Апрельское восстание 1876 г. вызвало
обострение восточного кризиса. Угнетен¬
ные народы Балкан, продолжая борьбу
за национальное освобождение, готови¬
лись к решительной войне с Турцией.
Большое место в книге отводится анали¬
зу политики российской дипломатии в
тот период. Ход событий убедил руково¬
дителей внешней политики России в не¬
возможности разрешения балканского
вопроса дипломатическим путем. Нужен
был поворот к решительным действиям.
В работе охарактеризованы связи болгар¬
ского освободительного движения с Рос¬
сией накануне русско-турецкой войны
1877-1878 гг., создание болгарского опол¬
чения, в котором активное участие при¬
нимали болгары, проживавшие на юге
России и в Румынии.
В книге приводятся интересные мате¬
риалы о боевых действиях русской ар¬
мии за Дунаем и участии болгар в рус¬
ско-турецкой войне. В те годы в России
развернулось широкое народное движе¬
ние в поддержку войны, целью которой
являлось освобождение болгарского
и других балканских народов от осман¬
ского рабства. Началась массовая кампа¬
ния сбора пожертвований на военные
нужды. Авторами показано, как движе¬
ние в защиту славян содействовало
подъему демократического и либерально¬
го движения в России (с. 239).
Прослеживая историю становления
буржуазной государственности в
Болгарии, авторы характеризуют стрем¬
ление России стабилизировать положе¬
ние в этой стране, разделенной по реше¬
нию Берлинского конгресса на две части,
и подчеркивают, что в результате уси¬
лий российской дипломатии создавались
предпосылки для объединения северной
и южной частей Болгарии.
Книга расширяет паши представления
о болгаро-российских общественно-поли¬
тических и культурных связях на одном
из переломных этапов их развития.
Можно только пожалеть, что при анализе
общественно-политических и культур¬
ных связей не привлечены более широко
материалы советских и болгарских ар¬
хивов. Желательно было бы также более
подробно охарактеризовать дипломатиче¬
скую борьбу великих держав в связи
с болгарской проблемой. Целесообразно
было бы дать в книге критику буржуаз¬
ных работ, в которых искажается исто¬
рия болгаро-российских взаимосвязей
в изучаемый период.
К. С. Лилуашвили
В. Е. ВОЗГРИН. Россия и европейские страны в годы Северной войны.
История дипломатических отношений в 1697—1710 гг.
Л. Наука. 1986. 296 с.
Внешняя политика петровской России сотрудника Ленинградского отделения
(как правило, двусторонние отношения) Института истории СССР АН СССР В. Е.
уже была предметом рассмотрения совет- Возгрина отличается широким общеевро-
ских историков. Монография научного пейским подходом. Достоинством ее явля-
136

ется большая информационная насыщен¬
ность и четкое обозначение основных уз¬
лов и линий многосторонней междуна¬
родной политики рассматриваемой авто¬
ром эпохи.
В начале работы изложена предысто¬
рия Северной войны, начиная с XV в.,
охарактеризована роль шведской тамо¬
женной и береговой империи, накопив¬
шей столь мощный военный потенциал,
что она была в состоянии воевать одно¬
временно с несколькими противниками.
Шведская экспансия и ставка на войну
встречали активное противодействие за¬
падных держав, т. к. эго мешало торгов¬
ле тогдашними стратегическими товара¬
ми (пенькой, смолой, лесом, рудой).
В. Е. Возгрии развеял легенду, будто
Травентальский мир 1700 г, был весьма
благоприятен для Швеции и, безусловно,
вреден Дании (с. 86). Традиционно ос¬
новная тяжесть шведской экспансии об¬
рушивалась на запад и юг: скорее дат¬
ско-норвежская уния, а не Русское госу¬
дарство была для Стокгольма «наследст¬
венным врагом», с которым велась борь¬
ба за «полное уничтожение». Из новых
аспектов, неизвестных ранее историкам,
автор отмечает разработку датским пра¬
вительством в преддверии Северной вой¬
ны в 1697 г. возможного плана вместе со
Швецией «прийти с мечом» в Россию
и отсечь ее от единственного морского
выхода в Белое море.
Подводя итоги анализу Великого по¬
сольства Петра I в 1697 -1698 гг., В. Е.
Возгрии приходит к выводу, что «наряду
с официальной целыо — заключение ан-
титурецкого союза — оно имело иную,
реальную и более важную для Петра за¬
дачу, а именно дипломатическую подго¬
товку войны со Швецией за выход к Бал¬
тике» (с. 70). Нам представляется, что
основная политическая направленность
посольства оставалась все же антитурец-
кой. В то время Петр I еще не обладал
таким влиянием, чтобы распоряжаться,
как утверждается в книге, польским тро¬
ном (с. 177), Сомнительно и высказанное
автором положение, что усиление России
к концу XVII в. означало «упрочение
равновесия на Балтике» (с. 53), ведь
именно это усиление и ускорило прибли¬
жение Северной войны.
Умение и настойчивость петровской
дипломатии в образовании военных
союзов были несравнимо выше, чем у
старомосковской дипломатии. Ведь пра¬
вительство Софьи Алексеевны, вступая
в «Великую турецкую войну» 1683—
1699 гг., располагало союзническими от¬
ношениями лишь с Речью Посполитой,
а с Габсбургами и Венецией ограничива¬
лось лишь «любительными пересылка¬
ми» *. Вступление России в 1689 г. (?!)
в «Священную лигу»,— укоренившаяся
в литературе петочность, под влияние
которой попал, к сожалению, и автор
(с. 45). Не борьба с Крымом вызвала
к жизпи Московский договор 1686 г.
(с. 44) с Речью Посполитой, а выгодные
условия «Вечного мира» заставили бояр
нарушить Бахчисарайское перемирие
1681 г. с южным соседом. Крымские по¬
ходы В. В. Голицына 1687/89 гг. были
своего рода платой за «навечное» при¬
соединение Смоленщины и Киевщины, и
провалились они не из-за того, что «мос¬
ковские дипломаты не обеспечили себе
поддержку Польши и Австрии» (с. 44)
(австрийские войска в 1686 г. смогли, как
известно, дойти до Охрида и Видина),
а потому, что были в тот период прежде¬
временными.
Монография вводит в научный оборот
неизвестные подробности о конфликте
датчан в 1705 г. со шведским союзпиком
Голыптейн-Готторпом (после 1700 г. Да¬
ния, по образному выражению одного из
тогдашних русских дипломатов, «труси¬
ла, что кошка у горячего киселя»). Ранее
считалось, что Пруссия, Дания, Саксония
вели осторожную политику, опасаясь
Швеции. Это верпо, но в книге показано,
насколько прочно увязли эти государства
в войне за испанское наследство — в пей
было занято от половипы до трети их
армий (с. 87, 91, 101, 106, 128, 195 и др.).
Когда Карл XIЕ, казалось, «держал в ру¬
ках судьбу континента», Австрия и Прус¬
сия не торопились идти на союз с Росси¬
ей, считая ее силы слишком слабыми.
Автор сумел провести интересные ис¬
торические параллели. Ситуация в Евро¬
пе после капитуляции Саксонии в 1706 г.
была подобна той, что возникла после
капитуляции Дании в 1700 году. Наступ¬
ление Карла XII в направлении Москвы
временно свернуло активность русской
дипломатии — Россия ушла в «глухую
оборону». Параллельно с расширением
шведских завоеваний росли антишвед-
1 См. Памятники дипломатических от¬
ношений России с державами иностран¬
ными. Т. 6. СПб. 1862, с. 1262; т. 10. СПб.
1871, с. 1227, 1234, 1239.

ские настроения в Западной Европе, ко¬
торые достигли апогея в 1707-1708 годах.
В. Е. Возгрин убедительно обосновал
положение о том, что в 1709 г. три вели¬
кие державы — Великобритания, монар¬
хия Габсбургов и Нидерланды имели
«единую точку зрения — им была выгод¬
на победа... Петра I» в Северной войне
(с. 212, см. также с. 220).
Полтавская победа повлияла на на¬
строения в Лондоне и зависимых от него
столицах: там опасались роста влияния
России на Балтике. Однако эти опасения
оказались беспочвенными. Хотя с 1721 г.
Россия утвердилась на широкой полосе
балтийского побережья, но русский флот
не создавал угрозы западноевропейскому
мореплаванию ни в XVIII, пи в XIX, ни
в начале XX века. В Западной Европе
явно переоценивали тогда возможность
прорыва петровской России на Мировой
океан через Гольштейн и Мекленбург
(с. 276), а также вероятность утвержде¬
ния Петра I в северогерманских землях.
В западных столицах ошибочно считали,
что Россия не только займет место Шве¬
ции на Балтийском море, но и развернет
«мировую экспапсию».
Многие советские историки с 40-х годов
руководствовались положением о всег¬
дашней прозорливости и беспорочности
дипломатии России, в отличие от «ковар¬
ной», «мелочной» и «непостоянной» по¬
литики ее западных партнеров. Царская
дипломатия, как и любая другая, исходи¬
ла из естественного стремления к выгоде
своей страны и не отказывалась, как не¬
однократно замечает В. Е. Возгрин, на¬
пример, от возможности заключения се¬
паратного мира со Швецией (с. 176, 232).
Однако «проблема мира» России со Шве¬
цией до сих пор остается еще не изучен¬
ной нашими историками. Были у россий¬
ского внешнеполитического ведомства и
серьезные промахи, связанные с уступ¬
чивостью саксонцам, добившимся преж¬
девременной посылки русских войск под
Нарву в 1700 г., с неверной оценкой по¬
литики литовских и украинских верхов
(«неожиданная» измена великого литов¬
ского гетмана М. Вишневецкого и укра¬
инского гетмана И. Мазепы в 1708 г.),
неправильным определением политиче¬
ской ситуации на Балканах (Прутская
катастрофа 1711 г.) и др.
Автор верно подобрал «ключ» к поли¬
тическим проблемам рассматриваемой
эпохи: сложные узоры дипломатии вы¬
шивались по канве военных действий —
соотношение и направленность полити¬
ческих сил менялись в зависимости от
хода Северной войны. Но в ряде случаев
«игра ума» заставляет историка «подво¬
дить» политическую мотивацию под во¬
енные решения или «пристегивать» по¬
литику западноевропейских государств
к московской. И отечественные, и швед¬
ские историки обосновывают поворот ар¬
мии Карла XII с московского направле¬
ния на украинское надеждой укрепиться
за счет Крыма и Мазепы (с. 224), что
само по себе правильно. «Удар в сердце»
противника был всегдашией стратегией
Карла XII, и не по своей воле он отсту¬
пил от нее и свернул на юг. К этому его
принудили действия русского командо¬
вания, применявшего тактику мелких
ударов и уклонения от решительного сра¬
жения, а также разорение земли перед
наступающим противником. Полевая же
канцелярия короля для подъема духа
его уставшей армии прокламировала «ре¬
альную и скорую помощь войска Крым¬
ского хаиства и Турции». Эта официаль¬
ная пропаганда оказалась зафиксирован¬
ной в дневниках и мемуарах, а позже и
в работах историков. Создался историо¬
графический миф, будто Карл XII по
своей инициативе выбрал движение на
Москву через Украину!
Чисто умозрительный характер имеет
основывающаяся на классовой солидар¬
ности польского и русского дворянства
схема о приглашении Петром I «на
Украину поляков... для подавления анти¬
феодального движения запорожцев и
украинских крестьян Правобережья»
(с. 223). Восстание С. Палпя было подав¬
лено коронным войском А. Сенявского
при дипломатическом содействии прави¬
тельства Петра I. Но русские гарнизоны,
введенные с 1704 г. в некоторые городки
Правобережья, стали использовать анти-
шляхетскне настроения казаков и кре¬
стьян, чтобы как можно дольше остаться
на земле союзника (в том числе и как
заслон против Турции), по возможности
не портя с ним отношений. Необходимо
учитывать, что почти трехвековая
(XVII-XIX вв.) история отношений
польского и русского дворянства шла под
знаком соперничества за Украину и Бе¬
лоруссию, но никак не «солидарности»
в атом вопросе.
Автор проявляет излишнюю доверчи¬
вость к концепциям историков. В выше¬
138

приведенном случае он ссылается на
«Историю Украинской ССР» (Т. 3. Киев.
1983). Ошибочно его утверждение, что
в 1700 г. Август II хотел перехватить
Ригу у Петра I (с. 82—83, ссылка на за¬
падногерманского историка К. Цернака).
Ведь раздел «шкуры неубитого медведя»,
как и будущих театров военных дейст¬
вий, произошел до 1700 года. Неточно
утверждение, что Петр I ударом по Нарве
хотел овладеть ключевой позицией для
захвата Лифляндии (с. 98—99, ссылка на
Р. Вятрама), которая по договору пред¬
назначалась Польше. В. Д. Королюком
доказано, что к Нарве русское войско по¬
шло по просьбе Августа II 2, чтобы осла¬
бить давление шведов на саксонского со¬
юзника.
Причины, по которым в 1701—1702 гг.
Карл XII после Нарвы не пошел на Мос¬
кву, а вторгся в Речь Посполитую, анали¬
зируются в книге (с. 101 — 105) на основе
работ немецких и шведских историков,
но при этом автором пропущено самое
существенное: после разгрома Дании
и русского войска единственным силь¬
ным противником в глазах шведского ко¬
мандования оставалось саксонско-поль¬
ское династическое объединение. И не
в 1702, а уже 8 июля 1701 г. Карл XII
вступил на территорию Речи Посполитой,
разбив саксонскую армию на левом бере¬
гу Западпой Двипы.
Вряд ли без критики следовало изла¬
гать план Карла XII охватить всю Евро¬
пейскую Россию гигантской дугой «от
Финляндии до Кубани» (с. 201). Немец¬
кий буржуазный историк О. Хайнц, па
которого ссылается автор, мобилизовал
весь свой арсенал, чтобы «доказать» на¬
личие в то время реальной возможности
уничтожить в зародыше будущую вели¬
кую державу — Россию. Но авантюризм
этого плана очевиден — силы генерал-
майора Г. Лгабекера в Финляндии были
незначительны. Ни польский король
Станислав Лсщипьскпй, пи поддерживав¬
ший его шведский генерал-майор Е. Д.
Крассау не могли покинуть Польшу. Рас¬
четы на помощь запорожцев и татар
были проблематичны. Зажечь «огненную
дугу» па всем протяжении западных гра¬
ниц России оказалось не по силам не
только Карлу XII, но и Наполеону I
2 К о р о л ю к В. Д. Речь Поснолитая
и начало Северной войны.— Ученые за¬
писки Института славяноведения, 1952,
т. 5, с. 268-269.
и Наполеону III. Кроме того, Карл XII
был убежден, что превосходство его ар¬
мии в военном мастерстве принесет по¬
беду, и поэтому пренебрегал «высокой
политикой», вел войны без союзников и
пе занимался кропотливым подсчетом
плюсов и минусов в стратегии.
Взятие русскими в 1704 г. Нарвы
и Дерпта не создавало еще угрозы мор¬
ским коммуникациям Швеции, как счи¬
тает автор (с. 138), До 1714—1718 гг.
шведский флот контролировал Балтику.
Нельзя принимать всерьез и антирусский
памфлет о возведении царевича Алексея
или А. Д. Меншикова на польский трон
(с, 179, ссылка на современного польско¬
го историка Ю. Геровского). Военный пе¬
ревес находившейся в зените славы Шве¬
ции в 1707 г. поставил Россию в полити¬
ческом отношении в один ряд с антн-
шведской группировкой в Польше - Сап-
домирской конфедерацией, и конечное
решение о польском короле зависело в то
время от поляков. Во всяком случае, до
сих пор историкам не известен нн одни
источник русского происхождения об
этом плане. Август II любил «играть
мускулами», за что расплачивался (по¬
преки мнению автора — с. 149, 158) со¬
крушительными поражениями под Кли-
шовым в 1702 г., Пуятуском — в 1703 г.,
Пуницом — в 1704 году.
В конце работы В. Е. Возгрин раскры¬
вает концепции русской внешней поли¬
тики после Полтавы. Эта победа вывела
Россию на первое место среди государств
в Восточной и Северной Европе, но, ко¬
нечно Hie, не имела «всемирно-историче¬
ского значения» (с. 235). Она заложила
фундамент российского великодержавия
второй половины XVIII в., когда по сво¬
ей военной и экономической мощи Рос¬
сия не уступала, а по некоторым пара¬
метрам превышала западноевропейские
державы. Однако в 1710—1725 гг. она не
могла еще соперничать ни по численно¬
сти армии, ни по флоту, ни по выплавке
железа, чугуна, производству текстиля
и т. п. с Великобританией, Францией,
монархией Габсбургов, а именно эконо¬
мический или военный потенциал может
быть принят как единственный критерии
подлинного великодержавия.
Изучив историческую литературу на
скандинавских, западноевропейских и
польском языках, документы ЦГАДА
и Архива ЛОМИ, а также несколько фон¬
дов датского а шведского государствен¬

ных архивов, В. Е. Возгртпт познакомил
читателей с «государственным резоном»
Стокгольма и Копенгагена, концепциями
скандинавских историков и осветил те¬
мы, материалы по которым практически
полностью отсутствуют в наших архи¬
вах — отношения германских государств
со Швецией. Он ведет убедительную по¬
лемику с некоторыми устаревшими поло¬
жениями отечественной историографии.
Его книга — серьезное исследование меж¬
дународных отношений за первую поло¬
вину Северной войны, всесторонне осве¬
щающее дипломатию России в период
петровских преобразований.
В. А. Артамонов
История крестьянства в Европе. Эпоха феодализма.
В 3-х тт. Т. II. Крестьянство Европы в период развитого феодализма.
М. Наука. 1986. 694 с.
Рецензируемая работа является ре¬
зультатом комплексного исследования
истории европейского крестьянства, осу¬
ществленного большой группой советских
историков i.
Второй том посвящен периоду расцве¬
та феодализма — эпохе, на протяжении
которой феодальный способ производства
полностью раскрыл свои прогрессивные
возможности и подошел к порогу кризи¬
са и разложения. Вполне обосновано вы¬
деление в этом периоде двух этапов. На
основе анализа положения основного про¬
изводящего класса — крестьянства — по¬
казаны их главные отличительные черты,
охарактеризовано положение крестьян в
условиях перехода всех сфер их жизне¬
деятельности под контроль феодалов на
первом этапе, на втором — развитие кре¬
стьянства как класса в условиях роста
товарно-денежных отношений.
Авторы учитывают асинхроштость
в развитии различных европейских ре¬
гионов. Регионально-страноведческие
очерки, посвященные упомянутым выше
этапам в развитии феодализма, дополне-
1 Авторский коллектив: К. Д. Авдеева,
М. А. Барг. К). Л. Бессмертный. О. И.
Варьяш, Е. В. Гутнова, Л. А. Котельни¬
кова, С. Д. Ковалевский, В. Е. Майер,
В. Д. Назаров, Л. В. Разумовская, М. М.
Смнрпн. А. А. Сванидзе, М. М. Фрейден-
берг. К. В. Хвостова, Л. В. Нерепшш,
В. П. Шушарни, В. А. Якубскпй. Ред¬
коллегия тома: М. А. Барг (отв. ред.),
К. Д. Авдеева, 10. Л. Бессмертный, Е. В.
Гутнова, Л. А. Котельникова, В. Д. Наза¬
ров. Главная редакция: чл.-корр. АН
СССР 3. В. Уцальцова (гл. ред.), JO. Л.
Бессмертный (зам. гл. ред.), акад. 10. В.
Бромлей, М. А. Барг, В. И. Буганов, акад.
АН ЭССР Ю. Ю. Кахк. Рецензию на т. 1
см.: Вопросы истории, 1986, № 9.
пы двумя разделами проблемного харак¬
тера: «Естественно-географические и со¬
циальные условия жизни крестьянства
в период зрелого феодализма» и «Кре-
стьянство в системе зрелого феодального
общества». В целом структура тома пред¬
ставляется удачной и в полной мере со¬
ответствующей содержанию исследуемых
процессов.
Анализируя общие проблемы развития
производительных сил в сельском хозяй¬
стве данной эпохи, авторы разбирают та¬
кие вопросы, как природно-климатиче¬
ская обстановка, в которой трудился
крестьянин, орудия труда и система ве¬
дения хозяйства, уровень и темпы раз¬
вития агрикультуры, развитие внутрен¬
ней и внешней колонизации, взаимодей¬
ствие крестьянского хозяйства и города
как основного носителя растущего товар¬
ного производства. В обобщающих гла¬
вах авторы отводят достаточно большое
место конкретному историческому мате¬
риалу, живым фактам и деталям истории
крестьянского труда. Развитие кресть¬
янского хозяйства вписано в контекст
экономической жизни тогдашней Евро¬
пы. При анализе развития агрикультуры
или процесса колонизации рассматривает¬
ся комплекс определявших их экономи¬
ческих, демографических, социальных
и политических факторов.
Особенностью тома является стремле¬
ние авторов к типологизации рассматри¬
ваемых явлений и процессов в пределах
Европы. Этот подход наиболее отчетливо
выражен в первой части труда при рас¬
смотрении такой проблемы, как взаимо¬
действие крестьянства и города (гл. 3).
Выделенные авторами типологические
группы городов определяются прежде
140

всего характером их экономического раз¬
лития, и в маетности спецификой взаи¬
моотношений с деревней. Сквозь призму
взаимодействия города и сельскохозяйст¬
венной округи убедительно показана, на¬
пример, типологическая близость городов
Средиземноморья и Нидерландов, сходст¬
во характера взаимоотношений деревни
и города на Руси и в североевропейских
странах.
Работа вносит много нового в исследо¬
вание истории феодализма в целом. Про¬
следив изменения в статусе и экономиче¬
ском положении крестьян, их классовой
борьбе и самосознании, авторы, по суще¬
ству, впервые предложили обоснованные
критерии разделения развитого феода¬
лизма в Европе па дне стадии.
В региональных главах одно из цент¬
ральных мест отводится правовому ста¬
тусу крестьянина. При анализе реальных
ц юридических изменений в положении
крестьянства учитываются такие факто¬
ры, как развитие производительных сил,
становление социальной структуры фео¬
дального общества, укрепление положе¬
ния господствующего класса и феодаль¬
ного государства, демографические сдви¬
ги, развитие товарного обмена. Читатель
получает предметное представление о ре¬
альном, исторически обусловленном по¬
ложении крестьянина в обществе, о его
взаимоотношениях с феодальными сеньо¬
рами.
Изменения в правовом положении кре¬
стьянства в течение первой стадии раз¬
витого феодализма, рассмотренные иа
материалах всех европейских стран, наи¬
более емко раскрывают глубокое своеоб¬
разие феодального общества со свойст¬
венной ему градуированиостыо понятия
свободы, множественностью юридических
категорий трудящегося населения п т. и.
Большое внимание уделено в книге
эволюции и вариантам общинной орга¬
низации. Читателя привлечет материал
о сельских коммунах Италии, генетиче¬
ски связанных с общинной организаци¬
ей, о роли общинных отношений в разви¬
тии классовой борьбы в немецкой дерев-
пе XII — XIII вв., о специфических чертах
византийской пли балканской общин
XII—XV веков. Важен анализ эволюции
древнерусской общины, в условиях ста¬
новления Российского централизованно¬
го государства постепенно превращав¬
шейся в низшую ступеньку государст¬
венно-политического управления.
Фактический материал, обобщивший
достижения советских историков, не ос¬
тавляет сомнений в типологической общ¬
ности черт развивавшихся крестьянских
общинных организаций России и других
европейских стран. То же самое относит¬
ся к оценке роли общины как организа¬
тора классового сопротивления крестьян
растущему нажиму со стороны феодалов
(например, борьба против обояривапия
«черных земель», за фиксацию ренты
и т. д.).
Богатый конкрстпо-историчеекпй ма¬
териал по истории крестьянства позво¬
ляет более емко и содержательно рас¬
смотреть проблемы колонизации в раз¬
ных странах, Авторы справедливо видят
в крестьянстве и его производственно-
социальной деятельности главную пру¬
жину, приводившую в движение весь
механизм политической централизации.
В книге раскрыты общие тенденции
и особенности развития феодальной соб¬
ственности и ренты. Авторскому коллек¬
тиву удалось сказать свое слово в дискус¬
сии по ряду конкретно-исторических во¬
просов эволюции собственности в рамках
феодальной формации, в частности опре¬
делить соотношение и взаимосвязь госу¬
дарственных и сеньориальных ее вариан¬
тов. Доказана, в частности, феодальная
природа т. н. черных земель и прослеже¬
ны пути оформления государственного,
вотчинного и поместного землевладения
на Руси (с. 259—262), что, п свою оче¬
редь, отчетливо вычленило преобладание
к концу XV в. государственно-корпора¬
тивного начала в изъятии у крестьян
феодальной ренты.
Страноведческим разделам по истории
крестьянства на второй стадии развитого
феодализма предпослана глава об эконо¬
мических и демографических процессах
в Европе. Здесь, по существу, подводится
итог давней дискуссии между советскими
и зарубежными медиевистами о «кризи¬
се феодализма». Авторами высказаны
убедительные возражения против этой
концепции. Отчетливо показана несостоя¬
тельность чисто количественного подхода
к анализу сложных экономических и де¬
мографических процессов, характеризую¬
щих природу феодальной формации, не¬
допустимость игнорирования такого важ¬
ного фактора, как феодальная эксплуата¬
ция крестьянина.
При анализе фактического материала
но истории крестьянства па второй ста¬
141

дии разлитого феодализма авторы дела¬
ют угюр па оспошшх проблемах: изме¬
нениях л экономическом и праловом ста¬
тусе крестьянства: принципиально новом
уровне его классовой борьбы; крупных
социально-психологических сдвигах л
крестьянском сознании. Все эти пробле¬
мы раскрываются на основе рассмотре¬
ния «последнего боя» феодалыю-сеньори-
альмой системы за сохранение своего
господства в условиях становления то-
варно-денежпых отношений, пролагал-
ших пути для развития капитализма. Ал-
торам удалось раскрыть влияние товар¬
ности феодальной экономики па сущест¬
венные изменения в положении кресть¬
янства.
В томе показаны эволюция форм зе¬
мельной ренты в сторону господства де¬
нежно:'! п денежно-продуктовой, распро¬
странение арендных форм землепользо¬
вания в одних европейских странах и ук¬
репление сеньориального хозяйства
п личной зависимости крестьян в других.
Но при этом авторы не сводят причины
существенных перемен в положении кре¬
стьянства исключительно к развитию то¬
варно-денежных отношений. Большое
значение придается демографическим
процессам, росту классового самосозна¬
ния крестьянства, классовой борьбе в
феодальной деревне. На материале из ис¬
тории Франции XIV—XV вв. л книге дан
комплексный анализ подъема борьбы
крестьянства. Интересны соображения
о пока еще недостаточно учитываемом
л нашей историографии влиянии мигра¬
ционных процессов, изменений в поло¬
возрастной структуре, социально-психо¬
логических сдвигов на классовое сопро¬
тивление крестьянства.
Один из наиболее сложных вопросов,
встающих перед исследователем истории
европейского крестьянства, это пробле¬
ма «феодальной реакции», различных ее
форм и влияния на положение крестьян¬
ства на западе и востоке Европы. Право¬
вой статус крестьян и характер их повин¬
ностей менялись в этих регионах на дан¬
ном этапе по-разному. Широко привле¬
кая массовые источники (писцовые и пе¬
реписные книги, законодательные акты,
материалы вотчинных архивов), авторам
удалось показать, что процесс оформле¬
ния крепостного права в России в конце
XVI - середине XVII в. был неразрывно
связан с эволюцией феодальной собст¬
венности (ростом служилого характера
светского землевладения, развитием его
сословного статуса) и ренты (переходом
к государственно-централизованным фор¬
мам взиманий, расширением барщины).
В томе показаны принципиальные раз¬
личия в решении проблемы личной зави¬
симости крестьян на западе и востоке
Европы и в скандинавских странах. Од¬
нако причины, определившие эти разли¬
чия, раскрыты все же недостаточно
и даже бегло (см., например, заключи¬
тельные фразы главы о Скандинавии).
В разделах, посвященных восточноевро¬
пейскому региону, о них практически
вообще не говорится.
Обобщая свои наблюдения, авторы фор¬
мулируют один из главных выводов —
о диалектическом сочетании в развитии
крестьянства двух впейте противопо¬
ложных тенденций: неуклонного роста
масштабов феодальной эксплуатации и
возрастания экономического значения
и самостоятельности крестьянского хо¬
зяйства (с. 632). Это противоречие выве¬
дено в книге из базиса развитого фео¬
дального общества, предполагающего не¬
пременное присутствие момента личной
заинтересованности основного производи¬
теля, выявлен относительный характер
«свободы» крестьянина при феодализме.
Существенно уточнив представления о
реальном положении юридически различ¬
ных категорий крестьян, авторы убеди¬
тельно показали, что в конечном счете
сходство преобладало над региональными
особенностями.
В заключительных главах приводятся
обобщенные выводы о месте крестьянст¬
ва в экономической и социально-полити¬
ческой жизни феодального общества.
Предпринятую редколлегией и авторами
попытку «вписать» крестьянство в функ¬
циональную систему феодальной эконо¬
мики и политической надстройки (главы
о крестьянских ремеслах и промыслах,
крестьянстве в системе феодального госу¬
дарства, классовой борьбе крестьян) сле¬
дует оценить как плодотворную. В рабо¬
те последовательно проведена мысль о со¬
циальной роли креетьянс/гвп, неосозна¬
ваемом, но ощутимом влиянии этого
класса на развитие феодального государ¬
ства и многие стороны его политики,
а также на социальное поведение господ¬
ствующего класса. В главах о классовой
борьбе и духовной жизни крестьянства
решена сложнейшая задача вычленения
индивидуальных личностных черт ирак-
142

тически обезличенного враждебными или
равнодушными современниками образа
труженика-крестьянина. Сходство приро¬
ды европейского феодального крестьянст¬
ва при всех региональных различиях,
сходство в осповном, а не в частном, про¬
ступает в этом материале особенно от¬
четливо.
Сделанное авторами заслуживает са¬
мой высокой оценки и в то же время оп¬
ределяет пути дальнейшего исследования
истории крестьянства. В работе недостает
внимания к вопросам его быта и духов¬
ной культуры. Сосредоточенность авторов
на производственных, юридических мо¬
ментах и социальных проблемах не¬
сколько обедняет облик европейского
крестьянина, этой, по существу, цент¬
ральной фигуры в жизпи феодального
общества. В книге не хватает разделов
о жилище, одежде, питании и досуге
крестьян, об их повсоднезпой жизни л
мире чувств и представлений, праздни¬
ках и представлениях о мире (религиоз¬
ных и светских, например, в форме
фольклора). Трудно, разумеется, извле¬
кать из имеющихся источпиков соответ¬
ствующий материал. Однако глава о ду¬
ховной жизни и общественном сознании
крестьянства показывает, какую богатую
информацию по данному вопросу содер¬
жат источники, привлекавшиеся (в част¬
ности, иконографический материал), но
позволяющие реконструировать мировоз¬
зрение и классовое самосознание средне¬
векового крестьянина.
Страдают неполнотой и характеристи¬
ки некоторых социальных разрядов кре¬
стьянства, например, холопов и их роли
в домепиальном хозяйстве русских фео¬
далов XVI—XVII вв. (исследования Б. М.
Ианеяха2, Е. И. Колычевой3 дают воз-
2 П а н е я х В. М. Кабальное холопство
на Руси в XVI в. Л. 1967; его же. Хо¬
лопство в первой половине XVII в. Л.
1984.
3 Колычева Е. И. Холопство и кре¬
постничество (конец XV —XVI в.). М.
1971.
можность осуществить более разверну¬
тый анализ). Было бы желательно уде¬
лить большее внимание анализу истори¬
ческих особенностей развития крестьян¬
ского хозяйства и социальных категорий
сельского населения в таком своеобраз¬
ном регионе, каким был Европейский
север России. Новейшие исследования
(Н. Е. Носова4, II. А. Колесникова5) сви¬
детельствуют о том, что этот район дает
интересный материал для типологиче¬
ских сопоставлений со странами Запад¬
ной Европы.
Теоретический анализ и скрупулезное
исследование юридических форм подчас
тсспят фактический материал. Образу
крестьянина, который складывается в
результате прочтения тома, недостает
внутренней, субъективной динамики.
Убедительно и полно показав обтюктив-
ные изменения в положении крестьянина
в процессе развития феодальной систе¬
мы, авторам следовало более выпукло от¬
разить перемены в сознательном соцп-
альном поведении крестьянства па про¬
тяжении рассматриваемой эпохи. Факти¬
чески этот момепт присутствует только
в проблемной главе о классовой борьбе.
Между тем в ряде региональных тлав
можно было бы показать, как вырос уро¬
вень сознательного участия крестьян в
событиях эпохи, например, в освободи¬
тельных движениях в таких странах, как
Россия, Чехия, Фрапция, Швеция.
Выход в свет второго тома «История
крестьянства в Европе» имеет большое
значение: сделан еще один важный шаг
в развитии наших представлений об эпо¬
хе феодализма.
II. И. Басовская,
А. И. Комиссаренко
4 Носов Н. Е. Становление сословно¬
представительных учреждений в России.
Изыскания о земской реформе Ивана
Грозного. Л. 1969.
5 Колес н и ков П. А. Северная де¬
ревня в XV — первой половине XIX века.
К вопросу об эволюции аграрных отноше¬
ний в Русском государстве. Вологда. 1976.

КОРОТКО О КНИГАХ
А. И. ИСМАИЛОВ, Э. И. ИСМАИЛОВА.
Социалистический быт советского паро¬
да, Достижения, ретроспектива, перспек¬
тивы. М. Наука. 1986, 159 с.
Книга доктора философских наук, за¬
ведующего кафедрой научного комму¬
низма Московского авиационного техно¬
логического института Л. И. Исмаило¬
ва и кандидата философских наук до¬
цента кафедры философии Московского
стоматологического медицинского инсти¬
тута 0. И. Исмаиловой рассказывает о
создании и совершенствовании нового
быта к пашей многонациональной стра¬
не. Авторы анализируют его сущность,
опираясь на партийные решения, доку¬
ментальные, статистические материалы,
демографические дапные, результаты об¬
следования, проведенного ими б районах
Сибири, Средней Азии и Казахстана.
Рассматривая общеисторический ста¬
тус быта как социального явления, ав¬
торы выявляют «связующую нить» в его
развитии. Ею выступает человеческая
деятельность, которая исторически обу¬
словила тины, виды и формы быта. Типы
его связаны с общсстпенио-экояоми-
ч е с кнми формациями.
Процесс преобразования старого быта
рассматривается в книге кок составная
часть социалистического строительства.
Переустройство быта в прошлом отста¬
вавших в своем развитии пародов охва¬
тило целую историческую полосу и
представляло собой многогранный про¬
цесс, включавший не только предметпо-
вещпую сторону быта, по и такие явле¬
ния, как традиции, празднества, быто¬
вые потребности, семейно-родственные
отношения, демографические изменения.
Авторы приходят к выводу, что потреб¬
ности — самый глубокий стимулятор ре¬
волюционных преобразований во всех
сферах жизни, в том числе и в быту.
В книге разработаны вопросы диалек¬
тики национального и интернациональ¬
ного в сфере быта. Представляют инте¬
рес мысли авторов об этническом и на¬
циональном в быту. Национальное вклю¬
чает и то, что проникло в него а итоге
общения и взаимовлияния народов. Со¬
держание национального меняется в за¬
висимости от исторических условий и
потребностей общественного развития;
при социализме оно обогащается интер¬
национальными алиментами, доля кото¬
рых в быту растет. Это — одна из зако¬
номерностей развития быта при социа¬
лизме (с. 92 ел,).
13 литературе проблема управления
бытом почти не рассматривается. Книга
в какой-то мере восполняет зтот пробел.
В пей раскрывается деятельность КПСС
по бытовому устройству и улучшению
жизни советских людей. Бытовые пробле¬
мы города, социальные перемены и не¬
решенные вопросы в области быта сель¬
ского населения, тенденции развития
семьи, семейного быта, досуга — вот да¬
леко не полный перечень вопросов, рас¬
сматриваемых авторами. Появление са¬
мой возможности управления сферой
быта, подчеркивают они, — это одно из
свидетельств преимуществ социализма.
В книге даи анализ традиций, их роли
в сфере быта. Сочетание прошлых и но¬
ваторских традиций предполагает прео¬
доление классово ограниченных и раз¬
витие прогрессивных черт в быту. В кни¬
ге показано, что по вопросу о быте ве¬
дется острая идейная борьба. Буржуаз¬
ная паука пытается любыми путями
приукрасить капитализм, навязать свои
стандарты жизни, очернить социализм.
Книга ориентирует на осознание рево¬
люционной по своему характеру пере¬
стройки быта нашего народа, яри атом
показаны как достижения в социалисти¬
ческом быту, так и его нерешенные
проблемы, вскрываются причины нега¬
тивных явлений, в том числе и нацио¬
налистического характера.
Е. Т. Мельникова
А. В. ЛИХОЛАТ. Национализм — враг
трудящихся: анализ исторического опы¬
та борьбы против национализма. М.
Мысль. 1986. 350 с.
В монографии доктора исторических
наук, профессора А. В. Лихолата (Ин¬
ститут истории АН УССР) на основе об¬
ширного круга источников, в том числе
материалов центральных и местных пар¬
тийных и государственных архивов, пе¬
риодической печати, сборников докумен¬
тов и литературы, исследуются социаль¬
ные корпи национализма и шовинизма,
разнообразные формы их проявления,
вскрываются родство оппортунизма и
национализма, причины живучести на¬
ционалистических пережитков, показы¬
вается важность борьбы против них в
условиях идеологического противоборст¬
ва двух общественных систем.
Автор прослеживает борьбу Комму¬
нистической партии на всех этапах ее
истории - от зарождения до наших
дней — против национализма и его про¬
явлений. Проповедуя враждебную рабо¬
чему классу концепцию «защиты обще¬
национальных интересов», бундовцы,
украинские, армянские, польские, ли¬
товские и иные национал-сепаратисты
сеяли рознь между трудящимися раз¬
ных национальностей, подрывали еди-
пый революционный фронт. Разоблачая
национализм, подчеркивает автор, пар¬
тия обеспечивала успехи трудящихся в
борьбе за социальное и национальное
освобождение.
А. В. Лихолаг анализирует роль
В. И, Ленина в борьбе против национа¬
лизма и оппортунизма. Отстаивая про¬
граммные положения в национальном
вопросе и интернационалистский прин-
144

щтп построения партии, ее основатель и
вождь решительно разоблачал оппорту¬
нистические и националистические ша¬
тания в среде русских социал-демокра¬
тов и лидеров И Интернационала, отме¬
чал теснейшую связь национализма с
оппортунизмом.
В книге показана борьба трудящихся
против буржуазно-националистической
контрреволюции, за победу и укрепление
Советской власти па Украине, в Бело¬
руссии, Молдавии, Прибалтике, Закав¬
казье1, Средней Л;ши и других нацио¬
нальных районах страны в годы граж¬
данской воины и империалистической
интервенции. Борьбу партии с национал-
уклонизмом автор рассматривает как
проявление классовой борьбы, развер¬
нувшейся в стране в переходный период
от капитализма к социализму. В моно¬
графии разоблачаются кровавые злодея¬
ния буржуазных националистов в годы
Великой Отечественной войны, показаны
всенародный характер борьбы против
оккупантов и националистов, ход ликви¬
дации националистического бандитизма
в западных областях Украины, Белорус¬
сии, в Прибалтике и Молдавии.
Анализируя деятельность партийных
организаций по искоренению пережит¬
ков национализма и местничества, автор,
в частности, показывает тесное перепле¬
тен не националистических и религиоз¬
ных воззрении, подчеркивает необходи¬
мость последовательной борьбы против
реакционных пережитков в быту. В то
же время в книге следовало глубже
проанализировать, подкрепив конкретно-
историческим материалом, мероприятия
партии по борьбе с местничеством и пе¬
режитками национализма в первые по¬
слевоенные годы; особенно на террито¬
риях, воссоединенных с Союзом ССР в
4ИЗО—НПО гг.; рассмотреть международ¬
ное значение борьбы КПСС против бур¬
жуазного национализма, оппортунизма и
ревизионизма; более детальпо остано¬
виться на опыте борьбы КПСС против
сионизма; шире показать работу первич¬
ных партийных организаций по классо¬
вому, патриотическому и интернацио¬
нальному воспитанию трудящихся.
П. В. Михайлина, М. Т. Шепета
М. Е. СКРЯБИН, Л. Н. ГАВРИЛОВ.
Светить можно — только сгорая. Повесть
о Моисее Урицком. М. Политиздат. 1987.
852 с.
Слова, ставшие названием книги, были
написаны на лепте венка, который ком¬
мунисты Чрезвычайной комиссии по
борьбе с контрреволюцией возложили на
гроб председателя Петроградской ЧК
М. С. Урицкого, павшего 30 августа
1918 г. от руки белогвардейского убийцы.
Книга эта не только построенное на
основе архивных документов, воспоми¬
наний друзей и единомышленников жиз¬
неописание Урицкого, по и рассказ о
революции, защите завоеваний которой
отт отдал свою жизнь.
Уже в 6-м классе гимназии Урицкий
стал членом марксистского кружка,
сдружился с молодыми рабочими, участ¬
вовавшими в освободительном движении.
Кружок привил Урицкому вкус к поди-
- тической деятельности, вывел на путь
революционной борьбы. Последовательно
отражены в книге первые шаги на этом
пути; участие в Русской социал-демокра¬
тической группе в Киеве, объединявшей
пропагандистов марксизма, занятия с ра¬
бочими железнодорожных мастерских,
организация нелегальной библиотеки
и т. д. В годы учебы Урицкого на юри¬
дическом факультете Киевского универ¬
ситета появилось первое упоминание о
нем в полицейских бумагах. В донесе¬
нии начальнику городского жандармско¬
го управления говорилось: «Студент Мои¬
сей Урицкий,., оппонируя профессору,
высказывает социалистические идеи»
(с. 37).
В 1899 г. Урицкий был арестован за
организацию подпольной типографии и
заключен в тюрьму. Здесь выявились те
качества, которые, по словам А. В. Лу¬
на чарСКОГО, стали определяющими но
всей дальнейшей деятельности Урицко¬
го: «Спокойная уверенность и удивитель¬
ный организационный талант» (с. 182),
Будучи старостой политзаключенных,
Урицкий добился смягчения тюремного
режима: двери камер не запирались, про¬
гулки были общими и заключенные мог¬
ли говорить друг с другом. Казен¬
ные пайки и все, что присылалось с воли,
поступало в распоряжение коммуны.
Были прекращены не только физические
наказания, но даже ругательства охран¬
ников. «В наказание за строптивость и
руководство тюремными беспорядками»
(с. 81) Урицкий был переведен в Печерск
па гауптвахту Киевской военной крепо¬
сти. Одиночная камера, Урицкому за¬
прещено читать книги и газеты. Однако
его «строптивый» характер не изменил¬
ся: объявив голодовку, он заставил тю¬
ремщиков отменить запреты.
Из Печерска Урицкий, обозначенный
в материалах дознания как «выдающий¬
ся деятель Киевского комитета Россий¬
ской социал-демократической рабочей
партии» (с. 89), был выслан под глас¬
ный надзор полиции в Восточную Си¬
бирь. Три года ссылки ознаменовались
знакомством и дружбой с большевиками
М. С. Ольминским, В. Л. Шанцером, кор¬
респонденциями в «Искру». В июле
1905 г. Урицкий совершил дерзкий побег,
добрался до Красноярска и включился
в активную революционную работу.
И снова задержания, аресты, допросы,
ссылка, эмиграция в Германию, затем,
в связи с обострением нажитого в тюрь¬
мах туберкулеза, переезд на лечение в
Швейцарию. Здесь Урицкий встретился
с Г. В. Плехановым, помогал ему в ра¬
боте.
145

Не закончив лечения, Урицкий возвра¬
щается в Россию. С весны 1910 г. он
занят восстановлением связей между
социал-демократическими организация¬
ми Украины, прерванных после пораже¬
ния первой российской революции, рабо¬
той в Одесском областном бюро по вы¬
борам в IV Государственную думу, под¬
готовкой партийных сил Центрально-
Промышленного района и Поволжья к
конгрессу II Интернационала в Базеле
(1912 г.). М. Е. Скрябин и Л. Н. Гаври¬
лов приводят полицейские документы,
показывающие, с каким искусством
Урицкий уходил от слежкщ избегал, ка¬
залось бы, неминуемых арестов. Недаром
товарищи прозвали его «профессором
конспирации» (с. 59).
Авторы не идеализируют Урицкого,
не обходят молчанием его ошибок; обу¬
словленных принадлежностью к мень¬
шевистской фракции РСДРП, его расхож¬
дений с политической линией больше¬
виков. В 1913 г. Урицкий вошел в объ¬
единение «межрайонцев» и был среди
тех, кто в годы первой мировой войны,
встав на интернационалистские позиции,
порвал с меньшевиками-оборонцами, по¬
шел на сближение с большевистской пар¬
тией. После Февральской революции,
исполняя обязанности заместителя глав¬
ного редактора газеты «Известия Петро¬
градского Совета рабочих и солдатских
депутатов» (возглавлял редакцию мень¬
шевик Ю. М. Стеклов), он поддерживал
ленинскую линию, остро критиковал
соглашательскую и оборонческую поли¬
тику меньшевиков. На VI съезде
РСДРП (б) Урицкий был избран членом
ее Центрального Комитета.
В книге ярко описан «звездный час»
в жизни Урицкого — участие в подготов¬
ке и осуществлении вооруженного вос¬
стания в Петрограде. Он входил тогда в
Военно-революционный центр. Луначар¬
ский назвал его деятельность в октябрь¬
ские дни настоящим чудом работоспо¬
собности, самообладания и сообразитель¬
ности (с. 234). Авторы показывают, с
какой самоотдачей Урицкий выполнял
задания партии. Член ВРК, нередко за¬
мещавший председателя, временный ко¬
миссар ВРК в Министерстве иностран¬
ных дел, комиссар над Всероссийской
по делам о выборах в Учредительное
собрание комиссией...
Для врагов Советской власти, злобст¬
вовавших по поводу разгона Учредилки
6 января 1918 г., Урицкий олицетворял
собой силу, покончившую с революци¬
онной фразой. Не случайно в те дНи в
него стреляли. К счастью, ранение ока¬
залось легким. Еще большую ненависть
контрреволюции стал вызывать Уриц¬
кий, когда возглавил Петроградскую
ЧК. «Сколько проклятий, сколько обви¬
нений сыпалось на его голову в это вре¬
мя. .. Но мы-то, стоявшие рядом с ним
вплотную, — вспоминал Луначарский, —
мы знаем, сколько в нем было велико¬
душия и как умел он необходимую
жестокость и силу сочетать с подлин¬
ной добротой» (с. 303). Рыцарь револю¬
ционного долга — таким предстает
Урицкий со страниц книги.
О. В. Григорьева
В. В. ЛАЗАРЕВ. Чаадаев. М. Юридиче¬
ская литература. 1986. 112 с.
Несмотря на обилие новых материа¬
лов о жизни и деятельности П. Я. Чаа¬
даева 1, нет единой точки зрения на его
место в развитии русского освободитель¬
ного движения. Автор книги о нем, вы¬
шедшей в серии «Из истории политиче¬
ской и правовой мысли», доктор юриди¬
ческих наук профессор В. В. Лазарев
подчеркивает, что споры вокруг идей¬
ного наследия Чаадаева всегда имели
острый политический характер (с. 6,76).
В. В. Лазарев полемизирует с теми
исследователями, которые выдвигают на
передний план консервативную сторону
взглядов Чаадаева 2. Он приходит к вы¬
воду, что Чаадаев является просветите¬
лем, которому «свойственно субъектив¬
ное стремление к всеобщей справедли¬
вости, последовательная неприязнь и
неприятие феодально-абсолютистских уч¬
реждений и крепостного права, энцикло¬
педизм, рационализм, исторический идеа¬
лизм» (с. 97).
Исторические взгляды Чаадаева осно¬
вывались на признании существования
«основных идей справедливости, права,
порядка, долга», осознание которых п
является, по его мнению, основой раз¬
вития истории человечества (с. 36, 50).
Эта идеалистическая концепция тогда
имела прогрессивное значение, т. к. была
направлена против «исторической шко¬
лы права», обосновывавшей незыбле¬
мость феодальных отношений, и послу¬
жила теоретической основой для резкой
критики российской действительности
того времени, главную причину которой
Чаадаев видел в идейной обособленно¬
сти России от Европы.
Автор прослеживает во взглядах Чаа¬
даева тенденцию к преодолению слабо¬
стей классического Просвещения. Она
проявилась прежде всего в отказе от
признания приоритета политико-право¬
вой сферы над другими областями чело¬
веческой жизни. В поисках обществен-
1 См.: Каталог библиотеки П. Я. Чаа¬
даева. — Частные собрания в фондах ГБ
им. В. И. Ленина. Вып. 1. М. 1980; Чаа¬
даев П. Я. Афоризмы и разные за¬
метки.— Вопросы философии, 1986, № 1;
его же. Отрывки и разные мысли,—
Там же; Письмо П. Я. Чаадаева об ин¬
дийской философии.— Народы Азии и
Африки, 1986, № 5.
2 Непосредственно В. В. Лазарев воз¬
ражает против характеристики взглядов
Чаадаева в кн.: Алпатов М. А. Рус¬
ская историческая мысль и Западная
Европа (XVIII-! пол, XIX в,). М. 1985,
с. 204-230.
146

пого идеала Чаадаев обращался к мо¬
рально-этическим принципам христиан¬
ства, в которых видел основу для еди¬
нения всех народов и создания «царства
божьего» на земле. Этим и объясняется
интерес, который проявлял Чаадаев к
утопическому социализму.
Проявление этой тенденции автор ус¬
матривает также в отрицании Чаадае¬
вым «мелкобуржуазных крайностей ре¬
волюционного движения, в решительной
критике бонапартизма» (с. 97). Но воп¬
рос о степени демократизации взглядов
Чаадаева не получил в книге решения.
Высказывается мнение, что «вряд ли
правильно говорить о резкой демокра¬
тизации его идей в 40—50-е годы»
(с. 69). Хотя выше говорилось о том, что
«в 40-е годы Чаадаев оказался левее тех
европейских социалистов, которые в ре¬
шении социальных противоречий рас¬
считывали на благородство и иные до¬
бродетели правящих классов» (с. 34).
Противоречивость высказываний Чаа¬
даева по многим проблемам В. В. Лаза¬
рев объясняет своеобразием его такти¬
ки: «В общении с власть имущими и в
открытой для цензуры переписке оп про¬
должает разыгрывать лояльного но от¬
ношению к правительству человека, а в
гтеподцензурных произведениях звучит
его страстный голос просветителя и
борца» (с, 30).
Неясно мнение автора и о степени
близости Чаадаева к движению декабри¬
стов. В книге идет речь о декабрист¬
ской ориентации Чаадаева (с. 18—19),
но в то же время оговаривается, что он
не был сторонником насильственных мер
(с. 17, 21). Смолой, но недостаточно ар¬
гументированной является гипотеза о
том, что заграничная поездка Чаадаева
в 1823-1826 гг. была «своего рода мис¬
сией министра иностранных дел тайного
оппозиционного правительства» (с. 20).
Неуместно упоминание в книге среди ре¬
акционных мер царского правительст¬
ва в 20-е годы XIX в. ссылки М. М. Спе¬
ранского (с. 16), т. к. он был отправ¬
лен из Петербурга в провинцию еще
накануне Отечественной войны 1812 г.,
а с 1816 г. был вновь возвращен на го¬
сударственную службу.
Главная идея исследования о просве¬
тительском характере взглядов Чаадаева
может послужить плодотворной осно¬
вой для дальнейшего изучения общест¬
венного движения России первой поло¬
вины XIX века.
П. В. Акулыиип
И. А. ХИЖНЯК. США: государство, биз¬
нес и культура 60—80-х годов XX столе¬
тия. Киев. Вища школа. 1986. 208 с.
Книга кандидата исторических наук,
доцента Киевского пединститута И. А.
Хижняка посвящена проблеме воздей¬
ствия государственно-монополистическо¬
го механизма на сферу культуры США.
В поле зрения автора — вопросы зарож¬
дения, становления и функционирова¬
ния современной системы регулирова¬
ния культурных процессов в США.
В истории взаимоотношений между госу¬
дарственным аппаратом и сферой куль¬
туры выделяются два этапа, различаю¬
щиеся но интенсивности контролирую¬
щих функций государственной власти
л социальных институтов в отношении
духовной сферы: 1933—1960 гг. и с
1960 г. по настоящее время. В книге
предпринята попытка комплексно рас¬
смотреть и вычлепить пласты буржуаз¬
ной культуры, оценить взаимоотноше¬
ния между популярной и «массовой»
культурой.
Говоря о принципах государственной
культурной политики США, автор под¬
черкивает, что уже на нервом этапе про¬
изошел резкий поворот в отношении
правительства к культурной жизни (осо¬
бенно в период «пового курса» Ф. Д. Руз¬
вельта). Еслп до 1933 г. правительство
в основном патронировало изобразитель¬
ное искусство, то при Рузвельте диапа¬
зон деятельности федеральных служб .
значительно расширился. Была разрабо¬
тана система государственной помощи
безработным представителям творческой
интеллигенции, предложены федераль¬
ные проекты в сфере изобразительного
искусства, театра, литературного твор¬
чества и музыки. В книге также рас¬
смотрены изменения во взглядах по
этим вопросам американской правящей
верхушки после прихода к власти
Г. Трумэна и в условиях маккартизма,
когда правительство прекратило финан¬
сировать культурные программы и была
разверпута кампания преследования и
травли творческой интеллигенции.
В книге проанализированы формы и
принципы культурной политики в «эру
кеннедизма», показана связь политики
в области культуры с обострившейся
внутриполитической ситуацией и ро¬
стом международной напряженности.
Кеннеди первым из президентов после¬
военного времени осознал важность по¬
стоянного государственного, идеологиче¬
ски направленного воздействия на ду¬
ховную жизнь страны. Немаловажная
роль в этом отводилась специальным ад¬
министративным институтам.
Рассмотрена в книге и проблема соз¬
дания специальной официальной орга¬
низации, призванной регулировать ду¬
ховные процессы, происходящие в стра¬
не. Речь идет о Национальном фонде
искусств и гумапитарных паук (НФИГН),
появившемся в 1965 году. В процессе
формирования Фонда выявились основ¬
ные направления культурной политики
США, а также острейшие идейные раз¬
ногласия «между неолибералами, кото¬
рые настаивали на активном государст¬
венном вмешательстве в сферу культу¬
ры, и консерваторами, которые проти¬
вились этому» (с. 63). НФИГН стал ос¬
новным правительственным органом,
получившим право распределять госу¬
147

дарственные субсидии, а также вести
исследования в области культуры.
В монографии разбирается деятель¬
ность корпораций в сфере культуры: с
одной стороны, «патронирование» круп¬
ным бизпесом (предоставление денеж¬
ных средств, «даров» как отдельным
деятелям литературы тг искусства, так
и творческим коллективам), а с дру¬
гой — получение прибылен от этих ка¬
питаловложений. Роль бизнеса в регу¬
лировании культуры проявляется и в
«поощрении», оказываемом «филантро¬
пическими» фондами деятелям культу¬
ры (с. 161). Определяя истинную сущ¬
ность такого «меценатства», И. А. Хиж-
няк опирается на оригинальные докумен¬
тальные источники и статистические
материалы. Речь идет о деятельности
таких крупных семейных фондов, как'
«Рокфеллер фауидейпш», «Рокфеллер
бразерс фапд», «Форд фаундейшп», «Олд
доминион фаупдейшн» и др.
Автор вводит в научный оборот боль¬
шое число новых интересных фактов,
относящихся к исследуемой им теме.
В кпиге проанализированы различные
пласты буржуазной культуры, показа¬
ны их взаимосвязь и различие, что и
придает исследованию И. А. Хижняка
определенную новизну.
Я. Г. Яковенко
НОВЫЕ КНИГИ
История СССР
А б а л и х и и Б. С. и др. Бородино,
18.12. М. Мысль. 1987. 383 с. с илл., карт.
100 ООО экз. 20 руб. 30 коп.
Агафонов С. Горький; Балахна',
Макарьев. 2-е изд., доп. и испр. М. Ис¬
кусство. 1987. 327 с. с илл. 50 000 экз.
2 руб. 10 коп.
Академия Генерального штаба. Исто¬
рия Военной орденов Ленина и Суворо¬
ва 1 степени академии Генерального
штаба Вооруженных Сил СССР им.
К. Е. Ворошилова. 2-е изд., дои. и испр.
М. Во еииз да т. 1987. 246 с. с илл.
25 000 экз. 1 руб.
Ар утюиов С. А., Жуковская
Н. Л. «Саягые» реликвии: миф и дейст¬
вительность. М. Политиздат. 1987. 109 с.
(Беседы о мире и человеке). 20 000 экз.
15 коп.
Атеизм и религия: вопросы и ответы.
Сост. В. М. Кувенева. М. Политиздат.
1987. 255 с. 200 000 экз. 40 кон.
Балашов В. А., С а в и ir о в Л. И.
Облик современной семьи. Социально-
демографические и этнические аспекты.
Саранск. Мордовское книжное изд-во.
1987. 143 с. 5000 экз. 20 коп.
Б а с о ti А. В. Крым в Великой Отече¬
ственной войне, .1941—1945. М. Наука.
1987. 336 с. (Борьба пародов против фа¬
шизма и агрессин). 6500 экз. 1 руб. 70 коп.
Березовой А. И., Горьков В. Л.,
К и з тт м Л. Д. С думой о Земле. Трид¬
цатилетию запуска первого искусствен¬
ного спутника Земли посвящается. М.
Молодая гвардия. 1987. 207 с. 75 000 экз.
40 коп.
Беседы о XXVII съезде КПСС. Киев.
Вищя школа, 1987. 207 с. 9000 экз.
55 коп.
Бударин М. Чекисты. 3-е изд., дои.
и перораб. Омск. Книжное изд-во. 1987.
185 с. 10 000 экз. 60 коп.
Важнов М. Восхождение к памяти.
Красноярск. Книжное изд-во. 1987.
126 с. 5000 экз. 35 коп.
Вал их а нов Ч. Избранные произ¬
ведения. Сост. Б. Е. Кумеков и др. М.
Наука. 1987. 414 с. 5000 экз. 2 руб. 40 коп.
Великая Отечественная война в /фото¬
графиях и кинодокументах. В 5-ти тт.
Т. 3: 1943. 2-е изд., доп. Сост. И. И. Де¬
нисов. Текст Б. В. Панова. Вступ. ст.
И. X. Баграмяна. М. Планета. 1987.
399 с. с илл. 25 000 экз. 11 руб. 90 коп.
Воспроизводство населения и демо¬
графическая политика СССР. М. Наука.
1987. 207 с. 4700 экз. 1 руб. 20 коп.
В Сибири рожденное. Страницы исто¬
рии Омского высшего общевойскового
командного дважды Краснознаменного
училища им. М. В. Фрунзе. Омск. Книж¬
ное изд-во. 1987. 190 с. 10 000 экз.
85 коп.
Г е р а с и м о в В. Молодость комисса¬
ра. М. Политиздат. 1987. 158 с. 150 000
экз. 25 коп.
Говорят чапаевцы. Документы, вос¬
поминания. Сост., иодгот. текста М. Л./Ко¬
кова, Г. А. Осташевекой. 4-е изд., дон.
Уфа. Башкирское книжное изд-во. 1987.
237 с. с илл. 20 000 экз. 60 кон.
Городская и сельская семья. М. Мысль.
1987. 287 с. (Народонаселение). 50 000
экз. 75 коп.
Государственные награды Союза СССР.
Сост. В. В. Матвеев. Киев. Вища школа.
1987. 271 с. с илл. 37 000 экз. 1 руб.
10 кон.
Декреты Советской власти о Петро¬
граде, 31 января 1919 г. - 21 декабря
1920 г. Сост. А. В. Гоголевский и др. Л.
Л е низ да т. 1987. 302 с. 5000 экз. 1 руб.
10 коп.
Достопримечательности Псковской об¬
ласти. Сост. Л. И. Маляков. 4-е изд., доп.
Л. Лениздат. 1987. 382 с, с илл. 50 000
экз. 1 руб. 20 кон.
Ежегодник книги СССР, 1984. Госу¬
дарственный библиографический указа-
148

толь. Б 2-х тт. Т. 1, ч. 2. Сост. М. Ю. Ку¬
са ко ва и др. М. Кинга. 1987. ЗШ с.
3000 экз. 2 руб. 20 коп.
Елфимов 10. Н. Орджоникидзе на
Урале. Челябинск. Южпо-Уральское
книжное изд-во. 1987. 104 с. 8000 экз.
20 коп.
Ефремова Н. Дочь революционной
России. М. Московский рабочий. 1987.
256 с. с илл. (Борцы за великое дело).
39 000 экз. 40 коп.
Заборский Л. Е. Интернациона¬
лизм — источник силы социализма. Киев.
Радянська школа. 1987. 144 с. 13 000 экз.
30 коп.
Знаменосцы рабочего края. Очерки о
Героях Социалистического Труда Ива¬
новской области. Ярославль. Верхне-
Волжское книжное изд-во. 1987. 304 с.
10 000 экз. 1 руб. 10 коп.
История советского крестьянства.
В 5-ти тт. Т. 3: Крестьянство накануне
и в годы Великой Отечественной войны,
1938—1945. (История крестьянства СССР).
М. Наука. 1987. 447 с. с илл. 8500 экз.
3 руб. 30 коп.
Их воспитал комсомол. Очерки о вла¬
димирской молодежи разных поколений.
Сост. В. И. Баранов. Ярославль. Верхне-
Волжское книжное изд-во. 1987. 237 с.
4000 экз. 35 коп.
Канал имени Москвы: 50 лет эксплуа¬
тации. М. Стройиздат. 1987. 240 с. 3000
экз. 1 руб.
Козлов Г. Я. Основа организации
и деятельности партии. Осуществление
Компартией Казахстана принципа демо¬
кратического централизма в современ¬
ных условиях: практика, проблемы.
Алма-Ата. Казахстан. 1987. 223 с. 3800
экз. 1 руб. 10 коп.
К о л ь ц о в Н. И. СССР — Индия: пло¬
дотворное сотрудничество. К 40-летию
установления дипломатических отноше¬
нии. М. Международные отношения.
1987. 127 с. 20 000 экз. 20 коп.
К о м е ч А. И. Древнерусское зодчест¬
во конца X — начала XII в. Византий¬
ское наследие и становление самостоя¬
тельной традиции. М. Наука. 1987. 320 с.
20 000 экз. 2 руб. 30 коп.
Корытин Г. Я. Что такое секты: их
идеология и политика. Баку. Азернешр.
1987. 134 с. 3000 экз. 45 коп.
КПСС и развитие советской политиче¬
ской системы. М. Мысль. 1987. 292 с.
15 000 экз. 1 руб. 40 коп.
Ларичев В. Колыбель предков.
Новосибирск. Книжное изд-во. 1987.
384 с. 30 000 экз. 70 коп.
М е ш а л кин П. Н. Сибирская ссыл¬
ка В. И. Ленина. 2-е изд., доп. и пере-
раб. Красноярск. Книжпое изд-во, 1987.
255 с. с илл. (Красноярская Леииниана:
1897-1900). 5000 экз. 75 коп.
Митрофанов И. Дни Великого
штурма. Повесть-хроника о событиях
первых дней Октябрьской революции.
2-е изд., доп. М. Советская Россия. 1987.
223 с. с илл. 50 000 экз. 1 руб. 40 кон.
Мифологические рассказы русского на¬
селения Восточной Сибири. Сост. В. П.
Зиновьев. Новосибирск. Наука. 1987.
400 с. 75 000 экз. 1 руб. 80 коп.
Молдавская ССР в цифрах. К 70-ле-
тию Великого Октября. Краткий стати¬
стический сборник. Кишинев. Картя мол-
довеняскэ. 1987. 179 с. 3500 экз. 55 коп.
Народное хозяйство Новосибирской об¬
ласти за 1981—1985 годы. Статистиче¬
ский сборник. Новосибирск. Книжное
изд-во. 1987. 109 с. 3000 экз. 50 коп.
Наш город — наш дом. Биробиджану —
50 лет. Сост. А. Рабинович. Хабаровск.
Книжное изд-во. 1987. 176 с. с илл.
10 000 экз. 65 коп.
Непокоренный плацдарм. Воспомина¬
ния участников обороны Ораниенбаум¬
ского плацдарма, 1941 — 1944. Сост. М. А.
Басовский, И. М. Шляпин. Л. Лениздат.
1987. 302 с. с илл. 100 000 экз. 1 руб. 50 коп.
Ни за мов И. М. Маяки, зажженные
Ильичем. Казань. Татарское кппжноо
изд-во. 1987. 272 с. с илл. (Лениниапа
Советской Татарии). 3800 экз. 70 коп.
Октябрю навстречу. Воспоминания уча¬
стников революционного движения в Пет¬
рограде в марте — сентябре 1917 г. Сост.
А. В. Гоголевский, 3. В. Степанов. Л.
Лениздат. 1987. 399 с. с илл. (Б-ка рево¬
люционных мемуаров «Из искры возго¬
рится пламя»). 50 000 экз. 1 руб. 20 коп.
Памятники истории и культуры Укра¬
инской ССР. Каталог-справочник. Киев.
Наукова думка. 1987. 736 с. с илл. 13 500
экз. 10 руб. 10 ков.
Памятники Отечества. Иллюстрирован¬
ный альманах Всероссийского общества
охраны памятников истории и культу¬
ры. 1987. № 1(15). М. Советская Россия.
1987. 167 с. с илл. 50 000 экз. 2 руб.
Петрова Н. К. Интернациональные
связи рабочего класса СССР. М. Мысль.
1987. 253 с. 12 000 экз. 1 руб. 30 коп.
П л а К с и II Р. Ю. Тихоновщина и ее
крах. Позиция православной церкви в
период Великой Октябрьской социали¬
стической революции и гражданской
войны. Л. Лениздат. 1987. 208 с. 50000
экз. 35 коп.
Плотников В. И. Фольклор и рус¬
ское изобразительное искусство второй
половины XIX века. Л. Художник
РСФСР. 1987. 284 с. с илл. 5000 экз.
3 руб.
Поленов Л. Л. Крейсер «Аврораж
Л. Судостроение. 1987. 264 с. с илл. (За¬
мечательные корабли). 61600 экз. 1 руб.
50 коп.
Поту лов Б. М. Великий Октябрь,
Ленин, здравоохранение. К 70-летию
Великой Октябрьской социалистической
революции. М. Медицина. 1987. 360 с.
11 000 экз. 2 руб. 40 кон.
Проблемы научного коммунизма. Вып.
19. М. Мысль. 1987. 272 с. 22 000 экз.
1 руб. 20 коп.
Проблемы партийного и государствен¬
ного строительства. Вып. 7. Сост.
С. Э. Жилинекий. М. Мысль. 1987.
213 с. И 000 экз. 1 руб. 40 коп.
149

Синицкий А. Г. Разведчикам оши¬
баться нельзя. М. Воениздат. 1087. 190 с.
с илд. (Военные мемуары). 65000 экз.
90 коп.
Советы: история и современность. Ма¬
териалы Всесоюзной научно-практиче¬
ской конференции, посвященйои 80-ле-
тию первых Советов; Иваново, май
1985 г. М. Мысль. 1987. 269 с. 20 000 экз.
1 руб. 20 коп.
Слободян М. Путь к Берлину,
Львов. Каменяр. 1987. 120 с. 15 000 экз.
25 коп.
Социалистическая Черниговщина,
1946—1980. Сборник документов и ма¬
териалов. Сост. С. М. Мелышк и др.
Киев. Няукова думка. 1987. 290 с. 3000
экз. 1 руб. 10 коп.
С. П. Трубецкой. Материалы о жизни
и революционной деятельности. Т. 2:
Письма, дневник, 1857—1858 гг. Подгот.
В. П. Павловой. Иркутск. Восточно-Си¬
бирское книжное изд-во. 1987. 004 с. (По--
лярная звезда). 50 000 экз. 4 руб.
СССР и Индия. М. Наука. 1987. 388 с.
3900 экз. 3 руб. 20 коп.
Становление революционных традиций
питерского пролетариата. Пореформен¬
ный период, 1861—1883 гг. Сост. ь. Д.
Гальперин и др. Л. Лениздат. 1987. 366 с.
3000 экз.
Суворов М. Михаил Коковихин,
1883—1965. Киров. Волго-Вятское книж¬
ное изд-во, 1987. 112 с. (Революционеры
Вятки). 5000 экз. 10 коп.
Танкисты в сражении за Ленинград.
Воспоминания, очерки, документы. Сост.
Б. А. Гинзбург. Л. Лениздат. 1987. 335 с.
50 000 экз. 1 руб. 60 коп.
Телепнев В. П. Стройки дружбы.
Киев. Будив ельник. 1987. 230 с. 4000 экз.
1 руб.
Товарищ комиссар. Сост. Ю. А. Андриа¬
нов, В. А. Казакова (Брянская). Горький.
Волго-Вятское книжное лзд-во. 1987.
208 с. 10 000 экз. 30 коп.
Уваров П. В. На ходовом мостике.
2-е изд. Киев. Политиздат Украйнь!. 1987.
266 с. с илл. 115 000 экз. 1 руб. 30 коп.
Холодков А. А. Петропавловские
большевики в трех революциях. Алма-
Ата. Казахстан. 1987. 151 с. 6000 экз.
40 коп.
Ч у н и х и н В. Лицом к лицу с СД.
Одесса. Маяк. 1987. 208 с. с илл.
25 000 экз. 45 коп.
Ш п л ь н и к о в с к а я Б. П. Великий
Устюг. 2-е изд. М. Стройпздат. 1987.
255 с. с илл. 40 000 экз. 2 руб. 10 коп.
Шитиков Н. Ф. Сквозь огонь. Бое¬
вой путь 81-й стрелковой Калинковичской
Краснознаменной, ордена Суворова ди¬
визии. М. Воениздат. 1987. 160 с.
30 000 экз. 50 коп.
Шли в бой коммунистами. Сост. Н. И.
Чернышев. Л. Лениздат. 1987. 222 с.
15 000 экз. 55 коп.
Шутов Г. К. Два века в рабочем
строго. Тейковский хлопчатобумажный
комбинат. Яроглавлв. Верхне-Волжское
книжное изд-во. 1987. 190 с. Í0 000 экз.
30 коп.
Энгельгардт А. Н. Из деревни.
12 писем, 1872—1887. М. Мысль. 1987.
637 с. 30 000 экз. 2 руб. 60 кои.
Всеобщая история
Акты Падуи конца XIII—XIV в. в соб¬
рании Академии наук СССР. Подготовка
текстов Е. Ч. Скржипской, А. М. Коно-
ненко, В. И. Мажугн. Л. Наука. 1987.
263 с. 2100 экз. 1 руб. 50 коп.
Бушуев В. Г. Латинская Америка —
США: революция и контрреволюция. М.
Международные отношения. 1987. 278 с.
15 000 экз. 50 коп.
Геевский И. А. и др. США: консти¬
туция и права граждан. М. Мысль. 1987.
317 с. 42 500 экз. 1 руб. 40 коп.
Коваленко В. И. Критика новейших
буржуазных концепций государственно-
монополистического капитализма. М.
Изд-во МГУ. 1987. 168 с. 4480 экз. 65 коп.
Корнев В. И. Буддизм и общество в
странах Южной и Юго-Восточной Азии,
М. Наука. 1987. 220 с. 5000 экз.
1 руб. 60 коп.
Кочетов А. В. Золотой топор Вриг-
ры. М. Мысль. 1987. 160 с. с илл.
100 000 экз. 1 руб. 10 коп.
Крюков М. В., Малявин В. В.,
Софронов М. В. Этническая истерия
китайцев на рубеже средневековья и но¬
вого времени. М. Наука. 1987. 312 с.
5000 экз. 2 руб, 50 коп.
Макаров И. В., Пузпн И. Н. Эко¬
номическое сотрудничество в Европе:
итоги и перспективы. М. Международные
отношения. 1987. 254 с. 3000 экз.
2 руб. 30 коп.
Марченко М. Н., Ф а р у к ш и н
М. X. Буржуазные политические партии
(социально-философский анализ). М.
Высшая школа. 1987. 135 с. 11000 экз.
35 коп.
Международные факторы социального
прогресса. М. Международные отноше¬
ния. 1987. 320 с. 5000 экз. 3 руб. 10 коп.
Место Китая в глобальной политике
США. М. Наука, 1987. 357 с. 3000 экз.
3 руб.
Мифы народов лира. Эпциклопедия.
В 2-х тт. Т. 1: А—К. 2-е изд. М. Совет¬
ская энциклопедия. 1987. 671 с. с илл.
150000 экз. 19 руб.
Овчинников К. ТТ. Международное
разделение труда: тенденций и пробле¬
мы. М. Международные отношения. 1987.
303 с. 3200 экз. 2 руб. 60 коп.
Пути к безопасности. Сборник. Вып. 2.
М. Наука. 1987. 150 с. (Международный
мир и разоружение). 5500 экз. 75 кон.
Распространение марксизма-ленинизма
в Африке. Вопросы истории, теорий и
практики. М. Наука. 1987. 333 с.
1650 экз. 3 руб. 60 коп.
РудНицкий А. 10. Двести лет ав¬
стралийской истории. Концепции нацио¬
нального развития. М. Наука. 1987. 222 с.
2200 эКз. 1 руб. 30 кои.
Сергеев Ф. Гестапо Пиночета. М. Со-
150

потока я Россия. 1987. 128 с. (По ту сто¬
рону). 75 000 экз. 35 коп.
Сирота Н. М. Критика консерватиз¬
ма США по проблемам войны, мира и
революции. JI. Изд-во ЛГУ. 1987. 160 с.
2070 экз. 1 руб. 70 коп.
Социализм и прогресс человечества.
Глобальные проблемы цивилизации. М.
Политиздат. 1987. 447 с. 40 000 экз.
1 руб. 90 коп.
Страны и пароды Востока. Вып. 25. Ге¬
ография, этнография, история. М. Наука.
1987. 279 с. 2500 экз. 2 руб. 30 коп.
Черкасов П. П. Генерал Лафайет.
Исторический портрет. М. Наука. 49S7.
176 с. с илл. (История и современность).
58 300 экз. 65 коп.
Книги, п е р о в е д е и н ы е
с иностранн ых языков
Бойс М. Зороастрайцы. Верования и
обычаи. Нер. с англ. М. Наука. 1987.
302 с. 15 000 экз. 1 руб. 20 коп,
Косидовский 3. Сказания еванге¬
листов. Пер. с польск. 4-е изд. М. Полит¬
издат. 1987. 256 с. 200 000 экз. 1 руб.
Открытие Индии. Пер. с англ., бенг.,
урду. Предисл. Р. Ганди. М. Художест¬
венная литература. 1987. 611 с. 50000 экз.
4 руб. 70 коп.
П е с с е н Э. Миф о бревенчатой хижи¬
не. Социальное происхождение американ¬
ских президентов. Пер. с англ. М. Про¬
гресс. 1987. 278 с. 30 000 экз. 85 коп.
СТАТЬИ В СОВЕТСКИХ ПЕРИОДИЧЕСКИХ ИЗДАНИЯХ
Рабочий класс и современный мир,
1987. № 3. П а н т и н И. К. Октябрь и
освободительная миссия рабочего класса;
Д и л и г с н с к и й Г. Г. Феномен массы
и массовые движения: социально-психо¬
логические аспекты; Арсеньев Э. А.
Молодежные выступления во Франции;
Г е л ь б р а с В. Г. Социальные сдвиги в
китайском обществе; Машезерская
Л. Я. Кризис «социальных амортизато¬
ров»; Люблинский В. В. Стратегия
патроната и условия жизни французских
трудящихся; Березина Ю. И. Дина¬
мика общественно-политической ориента¬
ции японских трудящихся; Вульф
В. Я. «Массовая культура» — 80-е годы
(Новые тенденции и особенности); Ка¬
раваев А. П. Бразилия: поиски выхода
из кризиса; АккорнероА. «Терциари-
зация» индустриального конфликта; Та р-
п и и ь я и Гр. Рабочий класс и новая
технология; Гибсон Р. Профсоюзы
должны отстаивать интересы трудящих¬
ся; Андреев А. П., Иванов А. А.
Марксизм в Африке и современная идео¬
логическая борьба; Медведев Б. И.
Страны СЭВ: стратегия ускорения;
Ш и я б и н В. А. Коммунисты и профсою¬
зы Италии.
Советское славяноведение, 1987, № 2.
Л г а п к и н а М. П. Современная литера¬
тура европейских социалистических стран
в советских исследованиях; Буханов
В. А. К вопросу о деятельности «Общест¬
ва Юго-Восточной Европы» в начальный
период второй мировой войны; Хлебни¬
кова В. Б. Павел Аполлонович Ровин-
екпй в Черногории; Грачев В. П. Не¬
которые вопросы политики русского пра¬
вительства в отношении сербского восста¬
ния 1804—1813 годов; Михайлов Э.
Восточные и южные славяне до IX века;
Б а з и л е в с к и й Л. Б. Творчество Юли¬
ана Тувима ¡939—1945 гг. в польском по¬
этическом контексте; Титова JI. Люд¬
виг Кол и чешское Просвещение; Рит-
чик Ю. И. 10 лет Международной ассо¬
циации по изучению и распространению
славянских культур.
Вестник древней истории, 1987, № 2.
Большаков А. О. Представление о
Двойпике в Египте Старого царства;
Строгецкий В. М. Особенности внеш¬
ней политики Афин и Спарты в началь¬
ный период первой Пелопоннесской вой¬
ны (460—455 годы); Г л у ш а н и н Е. II.
Военные реформы Диоклетиана и Кон¬
стантина; Нестеренко Н. Д. Заметки
по денежпому обращению меди Боспора
последней четверти II в. до н. э.; К а-
с т а н а я н Е. Г. Надгробная надпись из
Порфмия; Кигурадзе Н. Ш., Л о р д-
к и п а и и д з е Г. А., Т о д у а Т. Т. Клей¬
ма XV легиона из Пицундского городи¬
ща; Россиус А. А. Полемика Исокра¬
та с Академией Платона; Шарнина
A. Б. Союзы технитов Диониса в элли¬
нистических полисах; Зубарь В. М.
Из истории Херсонеса Таврического на
рубеже нашей эры; Лапина Т. А. Не¬
которые источниковедческие проблемы
географических книг Плиния Старшего;
Попова Е. А. Роспись склепа № 1 не¬
крополя позднескифской столицы; Дрях¬
лое В. Н. Войны германских племен с
Римом в III в. и их влияние на развитие
древнегерманского общества на Рейне;
Ф и х м а и И. Ф. Проблемы изучения оно¬
мастики эллинистического, римского и
позднеримского Египта; М. Т у л л и й
Цицерон. Речь в защиту Л. Корнелия
Бальба. Перевод с латинского и примеча¬
ния Горепштейна В. О.
Известия Сибирского Отделения Ака¬
демии наук СССР, 1987, № 3. Серия исто¬
рия, филология и философия. Вып. 1.
Алексеев В. В. Ленинская концепция
исторического опыта; Познаней и й
B. С. Забастовка омских железнодорож¬
ников в 1907 г.; Шишкин В. И
У истоков совхозного строительства к
Сибири (конец 1919 — начало 1921 г.);
151

Борисов Б. JT. Первое всенародное об¬
суждение; Исаев В. И. Задачи исследо¬
вания быта рабочих Сибири периода
строительства социализма; Соловьева
В. А. Участие студептов ТГУ в изучении
и охране памятников истории; Куле м-
зин А. М. Готовить кадры для охраны
памятников истории и культуры.
Советские архивы, 1987, М 2. Совер¬
шенствование работы архивных учреж¬
дений страны; Об условиях Всесоюзного
социалистического соревнования коллек¬
тивов учреждений государственной ар¬
хивной службы СССР за успешное вы¬
полнение заданий двенадцатой пятилет¬
ки; Об итогах Всесоюзного социалистиче¬
ского соревнования коллективов учреж¬
дений государственной архивной службы
СССР в 1086 году; Социалистические
обязательства трудящихся коллективов
учреждений государственной архивной
службы на 10S7 год; Шаповалова
Л. Д. Великий Октябрь в документах
фонда ВЦСПС; Кузнецов С. JI. Пер¬
вые шаги совершенствования советского
государственного аппарата: Из докумен¬
тов Государственного архивного фонда
СССР; С т е г а гг ц с в М. В. Встречая
юбилей; В е с е л и н а М. С. Документы
В. И. Ленина из личных архивов; За
дальнейшее совершенствование ведомст¬
венного хранения документов ГАФ СССР;
С и р о т и н с к а я И. II. О взаимосвязи
категорирования архивных фондов и
выявление особо ценных документов;
Ш о х и н Л. JL Описание документов в
Московском архиве Министерства юсти¬
ции во второй половине XIX — начале
XX в.; Б у г а п о в В. И. Новые источни¬
ки по социально-экономической истории
Коми края в XVII в.; Письма Е. Д. Ста¬
совой. Публикацию подготовила 3 е м-
л яков а О. К,: Воспоминания Веры
Фигнер, записанные академиком Н. М.
Дружининым. Публикацию подготовил
Трои ц к и й VI. А.; Хохлова Е. О.
Из истории борьбы за эффективность
производства на металлургических пред¬
приятиях в 1930-е годы; Леонидов
В. В. Новые источники по истории Мо¬
сковского восстания 1771 года.
Советские архивы, 1987, № 3. Архивные
учреждения страны на пути ускорения
и перестройки; Якушев С. В. Комплек¬
тование ЦПА ИМЛ при ЦК КПСС доку¬
ментами по истории Великого Октября;
Из документов Государственного архив¬
ного фонда СССР; «Работа захватывает...
Грандиозные горизонты...» (Из докумен¬
тов первых месяцев Советской власти).
Публикацию подготовил К р у т о л ь-
н и ц к н ii Д. В.; М тп в е л и д з е И. С.,
И а у м о в а Л. А. Советы Москвы и Мос¬
ковской губернии в борьбе за победу
Октября (по материалам ЦГАМО); Та¬
ранов И. Т. Дальнейшему развитию
архивного дела — заботу Советов народ¬
ных депутатов; Автократов В. II.
«Документальные памятники» (опыт
анализа понятия); М и тюко в А. I'.
Роль издания «Архивы Украины» в раз¬
витии архивпого дела; П а ш а е в А. Л.
Использование документов государствен¬
ных архивов Азербайджанской ССР и
перспективы его развития; Кожевни¬
ков Е. М. Архивное дело в Великобри¬
тании; Советские архивисты в США; Ре¬
феративные сообщения по зарубежным
источникам.
Преподавание истории в школе, 1987,
«А? 2. Педагогические условия повышения
эффективности изучения материалов
XXVII съезда КПСС; Мясников В, А.
Развитие советской школы в свете реше¬
ний XXVII съезда КПСС; Примерное
планирование учебного материала по
курсам истории в IX классе; О конкурсе
к 70-летию Великой Октябрьской социа¬
листической революции; Г оловатен-
к о А. Ю. Повторительно-обобщагощие
уроки в курсе «Основы Советского госу¬
дарства и права»; Старобинская
Г. И. Итоги Московской городской Олим¬
пиады; Самсонов А. И. О выпуске ли¬
тературы по истории издательства «Про¬
свещение» в 1987 г. Литература к при¬
мерной программе курсов повышения
квалификации учителей.
Преподавание истории в школе, 1987,
М 3. О подготовке к 70-летию Великого
Октября в общеобразовательных школах;
Из учебника по истории СССР для
X класса; Булдаков В. П. Ленинская
теория социалистической революции и
Великий Октябрь; Поиски, находки, от¬
крытия; Никитина Т. А. Ленинские
музеи в средних профессионально-тех¬
нических училищах; Разбегаева
Л. П. Познавательные задачи и форми¬
рование нравственности; Апларович
И. И. Уроки истории и политехническое
образование; Яковлева С. П. Изуче¬
ние роли народных масс в ранних бур¬
жуазных революциях; С т р е л о в а О. Ю.
Учебник и формирование интереса к
предмету; Василевская И. Д. Школь¬
ные кружки и клубы при Государствен¬
ном историческом музее; К у р о в а Н. С.
Материал к вечеру па тему «70-летие Ве¬
ликого Октября»; Ка шин В. П. Фальси¬
фикация истории СССР в учебнике бри¬
танской школы.
Преподавание истории в школе, 1987,
№ 4. Шарапов 10. П. Октябрьская ре¬
волюция и культура; Майков А. Н.
Из опыта изучения истории СССР в
VII классе.
Проблемы историографии общественно-
политического движения в России в
XIX —■ начале XX в. Межвузовский сбор¬
ник научных трудов. Ивановский госу¬
дарственный университет. Иваново. 1986.
Ремизова Н. Г. Декабрист С. П. Тру¬
бецкой в русской советской историогра¬
фии; Б е р е л е в и ч Ф. И. Первое «Фило¬
софическое письмо» П. Я. Чаадаева и
его оценка в прогрессивной русской ли¬
тературе XIX — начала XX века
(К 150-летию со дня опубликования);
Ионова В. В. Спорные вопросы отече¬
ственной историографии московской бур¬
жуазии первой половины XIX века;
Иванов Ю. А. Демократическая кон¬
цепция «Смутного времени» в русской
152

историографии 50—60-х гг. XIX века;
Секиринский С. С. Революционно-
демократическая интеллигенция и кресть¬
янство в России 60—70-х годов XIX века
(Освещение проблем в современной фран¬
цузской буржуазной историографии);
М о х и а ч е в а М. II. Критика дворяиско-
буржуазной историографии публициста-
;\ш-демократами 60—70-х годов XIX в.;
Антонова Т. В. Обзор советской исто¬
риографии русской демократической
журналистики (1861 — 1880-е гг.); Зве¬
рев В. В. Обзор советской историогра¬
фии Н. Ф. Даниельсона; Якобсон
Ю. А. Иваново-Вознесенский Совет рабо¬
чих депутатов 1905 года в буржуазной
исторической литературе; Ф а й н Л. Е.
Советская историография кооперативного
движения в России; К а р п а ч е в С. 11.
Историография рабочих мелкой промыш¬
ленности России периода империализма.
Северо-Запад в аграрной истории Рос¬
сии. Межвузовский тематический сбор¬
ник научных трудов. Калининградский
государственный университет. Калинин¬
град. 1986. С ы м о н о в и ч Ч. Э. О фор¬
мировании и изучении региональных со¬
циально-экономических систем «город —
село» на Северо-Западе РСФСР; Ж и д-
к о в Г. П. Историк-аграрник и современ¬
ная деревенская публицистика; Гор¬
деев И, А. Военные совхозы и их роль
в становлении социалистического сель¬
ского хозяйства Калининградской обла¬
сти (1945—1947 гг.); Балагурчик
Н. А. Крестьяне-колхозники Калинин¬
градской области на выборах в местные
Советы, 1947 г.; Седов А. В. Советская
историография крестьянских комитетов
1917 г. в Северо-Западной России; Н и к у-
л и и В. Н. Реформы 60-х годов XIX в.
в северо-западных губерниях России;
Кащенко С. Г. Помещичья деревня
Череповецкого уезда в середине
XIX века; Селезнев В. А. К вопросу
о бюджете крестьянского хозяйства Пе¬
тербургской губернии по данным зем¬
ской статистики 1882—1885 годов; Боб¬
ров и ч И. М. Пути агротехнического
прогресса на Северо-Западе России в по¬
реформенный период; Лебедев С. К.
Из истории аграрного кредита; Рома¬
шова В. И. Корреспонденты ВЭО о
крестьянском движении 1905—1907 годов
в северо-западных губерниях России;
Шуль г и н В. II. Из истории «кресть¬
янской работы» эсеров на Северо-За¬
паде в 1906 году; 3 а б о о п к о в а А. С.
Крестьянское движение в северо-запад¬
ных губерниях в 1907—1914 годах; К 11-
тан и и а Т. М. Хлебозакупочные опера¬
ции муниципальных органов Петрограда
и их влияние па уровень рыночных цен
в годы первой мировой войны; Ш а-
скольский И. П. Положение крестьян¬
ства в Ижорекой земле в конце XVI —
начале XVII веков; Д м и т р и с в а 3. В.
Житничные целовальники в вотчине
Кирилло-Белозерского монастыря в
XVII веке; К о м и с с а р е н к о А. И.
Вотчинное хозяйство Новгородского Юрь¬
ева монастыря в 20—60-е годы
XVIII века; Тимошенкова 3. А.
Крестьянский двор Северо-Западной Рос-
сии во второй половине XVII века; Ки¬
селев А. Я. Из истории заселения бас¬
сейна Суры в XVII—XVIII веках; Тур-
гаев А. С. Наделы пахотных солдат
Новгородской губернии в предреформен-
ный период; Шендерюк М. Г. Новый
шаг советских «клнометристов» в изуче¬
нии поместья и вотчины XVII века; Ни-
к у л н и а Н. 10. Ликвидация удельной
земельной собственности в России.
Некоторые проблемы внешней полити¬
ки Англии XIX—XX вв. Межвузовский
сборник научных трудов. Курский госу¬
дарственный педагогический институт.
Курск. 1986. Овсянников В. И. Коло¬
ниальная агрессия Англии в первой по¬
ловине XIX в. и ее социально-экономиче¬
ские последствия для стран Азии в оцен¬
ке К. Маркса и Ф. Энгельса; П а и т го-
хин а Т. В. Позиция британских правя¬
щих кругов во время дипломатической
подготовки австро-итальянской войны
1859 года; Сырцов а Е. А. Социалист
У. Моррис — критик экспансионистской
политики Великобритании; Гелла Т. Н.
Либерал-империалисты и англо-бурская
война 1899—1902 гг.; Д р о н о в а Н. В.
Экспансионизм в имперской концепции
Бенджамина Дизраэли (Историография
вопроса); О с т р и к о в П. И. Апгло-ар-
гептипские торговые связи во второй по¬
ловине XIX — начале XX в.; Ван де ль
П. П. Британские инвестиции в Аргенти¬
не во второй половине XIX — начало
XX в.; 3 и м у л и п а Л. А. Англо-канад¬
ские противоречия в годы временной
частичной стабилизации капитализма;
Ткаченко Т. В. Позиция английских
деловых кругов по вопросу о восстанов¬
лении дипломатических отношений с
СССР в 1929 году; К о в а л е в а Т. Г. Эво¬
люция английской политики в Океании
в послевоенный период; Белявский
В. С. Возрастание роли британских тред-
юнионов в формировании внешнеполити¬
ческого курса правительства в 70-х гг.
XX века; Самарина А. Я. Программа
и основные направления внешней поли¬
тики консервативного правительства Ве¬
ликобритании в 1979—1982 гг.
Аграрная политика КПСС на Дальнем
Востоке (1960—1986 гг.). Межвузовский
сборник. Владивосток. 1987. Шестопа-
лов А. П. Аграрная политика КПСС и
ее осуществление на Дальнем Востоке в
условиях совершенствования социализма
(1965—1986 гг.); П р о с я и ников II. Н.
Основные направления интенсификации
сельскохозяйственного производства па
Дальнем Востоке (1965—1975 гг.); III о-
стопалов А. П., Печерица В. Ф.
Партийное руководство подбором, рас¬
становкой и воспитанием кадров дальне¬
восточного села (1965—1975 гг.); Ш е-
стопалов А. II. Партийные организа¬
ции Дальнего Востока во главе социали¬
стического соревнования сельских труже¬
ников (1965—1975 гг.); Ващук А. С.
Развитие шефства города над селом на
Дальнем Востоке (1965—1980 гг.); Ва¬
153

щук А. С., Бабий Н. В. Рост жизнен¬
ного уровня сельского населения Даль¬
него Востока (4965—4980 г.); Б о р ч а и и~
нова В. Е. Сельская интеллигенция и
ее роль в развитии дальневосточной де¬
ревни (1965—1980 гг.); Недельская
М. В. Роль творческой деятельности как
фактора стабилизации сельскохозяйст¬
венного производственного коллектива;
Колосова Т. Н. Формирование аграр-
но-иромышлепного комплекса в аспекте
рыночных отношений социализма; II л н-
к о Е. Г. Проблемы повышения эффектив¬
ности труда в агропромышленном комп¬
лексе Приморского края; Чечета Г. Ф.
Роль производственной инфраструктуры
в развитии агропромышленного комплек¬
са Амурской области.
НАУЧНЫЕ ЧТЕНИЯ В ГОСУДАРСТВЕННОМ
ИСТОРИЧЕСКОМ МУЗЕЕ
70-летию Великой Октябрьской социа¬
листической революции были посвящены
очередные научные чтения, состоявшие¬
ся 24—27 февраля 1987 г. в Государствен¬
ном Историческом музее (ГИМ). Пред¬
ставленные на них доклады и сообщения
касались главным образом проблем му¬
зееведения, истории и методики музей¬
ного деда и источниковедения истории
СССР, Во вступительном слове директор
ГИМ К, Г. JI е в ы к и н 1 поделился мыс¬
лями о перспективах развития музея на
рубеже веков. Он отметил, что анализ
пройденного пути, участие в научных
прогнозах будущего, воспитание новых
поколений историей, формирование граж¬
данской позиции, приумножение и актив¬
ное использование культурного наследия
не только являются задачами коллекти¬
ва музея иа ближайшее будущее, но и
определяют перспективы его развития.
А. М. Разгон, выступление которого
касалось влияния Великого Октября и
социалистического строительства на раз¬
витие советского музейного дела, охарак¬
теризовал задачи, возникшие в период
становления советского музейного дела
и определявшиеся ленинской концепцией
развития культуры: охрана и государст¬
венный учет культурно-исторических
ценностей; создание аппарата по управ¬
лению музейным делом и музейного за¬
конодательства; коренная реконструкция
и развитие музейной сети; организация
принципиально нового музейного дела
на основе марксистской методологии.
А. Б. 3 а к с посвятила доклад формиро¬
ванию социальных функций музеев, их
трансформации под воздействием Вели¬
кого Октября; показала, как музеи осу¬
ществляли в первые годы Советской вла¬
сти функцию научного документирова¬
ния процессов развития природы и об¬
щества и образовательно-воспитательную
функцию. Решения XXVII съезда пар¬
тии обязывают советские музеи занять¬
ся совершенствованием всех форм дея¬
тельности, в первую очередь пропаганды
памятников истории на основе экспози¬
ций, соответствующих современному
1 Изложение выступления К. Г. Левы-
кина см. на с. 155.
уровшо развития науки и техники. Часть
докладов касалась важнейшей задачи
ГИМ — научной подготовки новой систе¬
матической экспозиции. В выступлениях
Е. И. Розенталь и Л. П. Минарик
была проанализирована экспозиция по
истории периода капитализма почти за
20 лет, выявлены недостатки и обоснова¬
ны новые подходы в раскрытии темы ре¬
волюционно-освободительного движения,
социально-экономических основ союза
пролетариата и крестьянства России.
В докладе Н. А. Мальцевой содер¬
жался анализ возможностей пропаганды
музейными средствами героических и ре¬
волюционных традиций советского наро¬
да и были высказаны предложения по
совершенствованию этого направления
деятельности музея. Проблемам разра¬
ботки новых методов отражения музей¬
ными средствами периода современности
в экспозициях музеев исторического про¬
филя были посвящены доклады С. Ф. К а-
з а новой и О. А. Соколовой. Они
отметили, что, накапливая, изучая и
пропагандируя памятники истории, ис¬
кусства, науки и техники, воплощающие
свершения предшествующих и современ¬
ных поколений, музей формирует у по¬
сетителей марксистско-ленинское миро¬
воззрение, активную жизненную пози¬
цию, содействует мобилизации трудя¬
щихся на успешное решение народнохо¬
зяйственных задач. Поэтому работа
музеев по изучению, отражению и про¬
паганде социальной политики КПСС, на¬
учно-технических достижений и их внед¬
рения в народное хозяйство должна быть
всемерно активизирована.
II. И. Гончарова затронула проб¬
лему возможностей и границ использова¬
ния в экспозициях исторических музеев
изобразительных источников. Она под¬
робно охарактеризовала коллекцию дет¬
ских рисунков, исполненных в 1916—
1919 гг. учениками одной из московских
школ — очевидцами революционных со¬
бытий. Рисунки, снабженные авторскими
аннотациями и текстовыми включениями
в виде надписей, названий, лозунгов на
знаменах, плакатах и отличающиеся
точностью деталей, являются важным
историко-художественным документом
154

эпохи и полноценным экспозиционным
материалом.
Были заслушаны также доклады, ха¬
рактеризующие основные направления
музейной деятельности. Рассматривалась
методика комплектования экспонатов и
опыт ГИМ по конкретным темам: исто¬
рия освободительного движения (Ф. А.
П е т р о в), а также по формированию от¬
дельных коллекций: картографических
источников отдела картографии (А. К.
Зайцев, Е. Д. Маркина, Ц. П. Фи¬
нн г и н а), отдела дерева (Н. Н. Гонча¬
рова), Среди проблем, затронутых в
выступлениях, была и музеефикация фи¬
лиалов ГИМ — «Новодевичий монастырь»
(Н. Ф. Трутнева) и «Палаты XVI—
XVII вв. в Зарядье» (Г. К. Шуцкая).
Некоторые доклады и сообщения были
связаны с источниковедческим анализом
материалов, хранящихся в ГИМ, с введе¬
нием в оборот новых документов, с но¬
выми атрибуциями источников. В их чис¬
ле доклады: Е. И. Серебряковой — о
лицевом летописном своде как источнике
но истории строительства Покровского
собора; Е. В. Н е б е р е к у т и н о й — о
новых документах но вотчинам бояр Мо¬
розовых; Ю. А. Грибова — о новых ат¬
рибуциях лицевых рукописей XVII в.;
А. В. Лаврентьева — об одном не-
сохранившемся указе Петра I; А. К.
Афанасьева — о дневнике М. Н. Вол¬
конского как новом источнике относи¬
тельно восстания крепостных рабочих на
мануфактурах И. Н. Демидова и А. А.
Гончарова в 1752 г.; Н. Б. П а н у х и-
н о й — оо автографах В. И. Баженова в
собрании ОНИ ГИМ; И. Л. К ы з л а с о-
в о й — о рукописи В. Н. Щепкина «Душа
русского народа в его искусстве».
Часть выступлений касалась проблем,
которые можно поставить на основе
хранимых в ГИМ намнтников (сообще¬
ние Ж. Н. Ивановой о роли типогра¬
фии Василия Бурцева в развитии рус¬
ского печатного дела XVII в.; Л. М. Ко-
стюхиной — о русском книжном пись¬
ме накануне петровской реформы азбуки;
Е. М. Юхименко — о рукописной тра¬
диции поэтических произведений М. В.
Ломоносова в XVIII — первой половине
XIX в.). В ряде выступлений освещались
результаты исследования малоизвестных
тематических коллекций или отдельных
памятников: М. М. Шведовой — о под¬
писных и датированных иконах XVII в.
в собрании Новодевичьего монастыря;
И. И. Сергеенко — об изобразитель¬
ных источниках живописи на русских
изразцах первой половины XVIII в.:
Н. Н. Скорняковой — о московской
художественной летописи в работах ма¬
лоизвестных художников конца XVIII —
начала XIX в.; Т. Г. С а б у р о в о й — о
фотографической летописи старой Моск¬
вы; И. Е. С а л т ы к о в о й — о материа¬
лах по истории русского немого кинема¬
тографа; Н. А. Перевезенцевой —
о портрете П. Я. Чаадаева в собрании
отдела изобразительного искусства.
В заключительном слове зам, директо¬
ра ГИМ по научной работе Н. А. А ш а-
р и н а отметила, что научные чтения яв¬
ляются свидетельством растущего иссле¬
довательского потенциала коллектива
музея.
Тш Г. Игумнова
ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ИСТОРИЧЕСКИЙ МУЗЕЙ
НАЧИНАЕТ ПЕРЕСТРОЙКУ
Государственный Исторический музей
(ГИМ) возник в 1872 году. Созданный
как одно из учреждений, предназначен¬
ных для утверждения в сознании людей
идей незыблемости Российской империи,
православия и «единения царя с наро¬
дом», он быстро начал перерастать уста¬
новленные рамки, а приданная ему фун¬
кция исторической сокровищницы Рос¬
сии объективно способствовала его де¬
мократизации как общественно-просвети¬
тельского института. Наконец, уже после
Великого Октября он внес свой вклад в
социалистическое преобразование созна¬
ния народных масс. Как хранитель мате¬
риальных свидетельств прошлого и как
«соавтор» настоящего ГИМ со своей
^миллионной коллекцией вещей и доку¬
ментов, с экспозицией, отражающей
историю Отчизны с древнейших времен
до наших дией, был и остается «народ¬
ным домом».
Исторической заслугой перед отечест¬
венной культурой можно считать работу
тружеников ГИМ, проделанную после
Октябрьской революции, по сохранению
уникальных исторических памятников,
убранных в то время в музейные храни¬
лища и поставленных на учет в инвен¬
тарных книгах до востребования новыми
поколениями посетителей. Однако ГЙМ
никогда не являлся лишь бесстрастным
хранителем. Его сотрудники разыскива¬
ли и собирали будущие реликвии (на¬
пример, листки с революционными при¬
зывами первых лет Советской власти,
плакаты, снятые с наружных стен са¬
мого музея и призывавшие народ к уча¬
стию в коммунистических субботниках,
и др.), С возникновением нового уклада
жизни ГИМ и сам учился воплощать но¬
вые идеи в формы пропаганды советско¬
го образа жизни, социалистических куль¬
турных ценностей.
Ленинская концепция исторического
процесса и демократическая направлен¬
но

ность деятельности ГИМ проявились в
формировании музейных коллекций по
истории советского рабочего класса и
колхозного крестьянства; социалистиче¬
ский патриотизм нашел отражение в
выставках о разгроме белогвардейцев и
интервентов в годы гражданской войны,
гитлеровских полчищ в Великой Отече¬
ственной воине. Вообще все крупные
вехи истории страны от Октябри 1947 г.
до наших дней нашли свое осмысление и
отражение в экспозиционной практике
ГИМ. Сегодня, в условиях перестройки
и в связи с возрастанием значения чело¬
веческого фактора в совершенствовании
советского общества, повышается роль
музея как «дома народного просвеще¬
ния»: его функции становятся более
многообразными, задачи — более сложны¬
ми, воздействие ira формирование мате¬
риалистического мировоззрения посети¬
телей — более активным. Оставаясь му¬
зеем российской истории, ГИМ давно
уже вышел за рамки ее проблематики п
стал музеем истории народов СССР. Речь
идет не только о включении в музейные
экспозиции соответствующих материа¬
лов, но и об их теоретическом осмысле¬
нии дли более полной и верной реконст¬
рукции исторического процесса.
Накопление и охрана памятников
историко-культурного наследия не сво¬
дятся при этом только к обеспечению
условий сохранности, по в значительной
степени должпы быть использованы в це¬
лях просвещения повых поколений, их
воспитания в духе уважения к прошло¬
му, сохранения идеи культурной преем¬
ственности поколений. ГИМ располагает
серьезными возможностями для решения
этой задачи. Однако предстоит преодо¬
леть стереотипы в понимании непреходя¬
щего значения национального и интерна¬
ционального историко-культурного на¬
следия.
Программа перестройки деятельности
ГИМ, рассчитанная до 2000 г., состоит
из ряда мероприятий организационного
и материально-технического порядка.
ГИМ предстоит создать новую экспози¬
цию, реорганизовать систему массово-
просветительской работы, создать обес¬
печенную необходимыми научными и
техническими средствами консервации и
реставрации музейных памятников хра-
иитсльскую базу, перестроить взаимо¬
действие со своими филиалами. Послед¬
ние видятся как объединение разнопро¬
фильных исторических, историко-куль¬
турных и историко-революционных му¬
зеев. Наличие в пих богатейшей
коллекции предметов, связанных с раз¬
личными эпохами истории Отчизны, обес¬
печит музеефикацию филиалов, а заодно
потребует освоения новых историко-ар¬
хитектурных памятников и заповедных
территорий. В результате могут возник¬
нуть новые типы музеев, сочетающих в
себе традиционные формы историко-куль¬
турного просвещения с самостоятельной
творческой деятельностью посетителей в
«институтах знаний», созданных с уче¬
том их интереса и образовательного уров¬
ня. Специалисты музейного дела должны
сейчас определить свои задачи относи¬
тельно тех поколений музейных сотруд¬
ников и посетителей, которые придут в
ГИМ в XXI веке. Ответственность за то,
что они увидят здесь о нашем времени,
лежит на нынешних работниках ГИМ,
которые должпы передать будущим по¬
колениям «музейное хозяйство» — отобра¬
женное музейными средствами в экспо¬
зициях и хранимых коллекциях реальное
прошлое Отечества, в том числе как са¬
мую дорогую реликвию — овеществлен¬
ную документальную историю Неликого
Октября, его экономических, социальных
и культурных завоеваний. Будущие по¬
коления должны увидеть эту историю не
только как триумф идей марксизма-лени¬
низма, но и как последовательную и
трудную борьбу, как настойчивый и
упорный труд народных масс иод руко¬
водством Коммунистической партии.
Что же должен взять музей с собой в
будущее и каким должен стать сам? Му¬
зейная экспозиция будет отражать тот
факт, что человек — не просто «потреби¬
тель» культуры, а ее творец, создатель
повых культурных ценностей и храни¬
тель прошлого, понимающий его непре¬
ходящую ценность. Поэтому она должна
показать осознанный вклад в историю
живых людей, историю их семьи, народа
и государства. Бот почему предстоит ре¬
шить сложные проблемы музейного дела,
наметив пути выхода из тех тупиков,
в которые упирается сегодня музейная
практика.
Важнейшей проблемой является адек¬
ватность экспонатов реальным фактам
истории. Даже при беглом анализе фон¬
дов ГИМ и сопоставлении содержащейся
в них информации о прошедших собы¬
тиях с другими источниками вскрывает¬
ся ощущение неполноты фондов, обнару¬
живаются большие лакуны в составе кол¬
лекций, а отсюда — и в экспозициях. Се¬
годня ГИМ не может воссоздать все
фрагменты современной жизни через му¬
зейные экспонаты. В экспозиционном
ряду разделов современности господст¬
вует плоский, бумажный экспонат и фо¬
тографии, т. к. натуральные предметы
производственно-технического, научно¬
го, общественно-политического и духов¬
но-культурного обихода люден не уме¬
щаются в музейных витринах н залах.
Развитие производительных сил в усло¬
виях научно-технической революции,
глобальные изменения социально-эконо¬
мической и политической жизни уже те¬
перь не укладываются в ограниченные
объемы современных музейных экспози¬
ций.
Б преддверии XXI в. ясно, что общест¬
ву нужен иной музей, который ие только
хранит накопленные богатства л создает
новые коллекции, но и отражает новые
тенденции развития общества. Опыт под¬
сказывает, что эта задача не может быть
решена простым наращиванием объемов
комплектования. Формальное фнкспрова-
156

ние явлений истории не принесет долж¬
ных результатов, а технократический
подход к таким явлениям создаст извра¬
щенное представление о прошлом. Вмес¬
те с тем просветительская концепция му¬
зея следующего столетия будет, очевид¬
но, исходить из того, что в системе идео¬
логических и научных учреждений му¬
зею по-прежнему останется функция
хранителя историко-культурного насле¬
дия.
Сейчас трудно предвосхитить все кон¬
кретные формы организации музея ново¬
го типа. Ясно, однако, что перестройка
ГИМ и возрастание роли музеев в си¬
стеме идеологических и культурно-про¬
светительных учреждений должны опи¬
раться на непрерывный рост исследова¬
тельского потенциала музеев как науч¬
ных центров изучения не только истории
материальной культуры, но и общества
в целом. Особое значение исследователь¬
ская деятельность музеев приобретает
для оценки динамичной современности.
Возрастет тесное сотрудничество музеев
с центрами академической науки; пол¬
нее и быстрее будут осваиваться резуль¬
таты научных изысканий в экспозициях.
Перестройка общественной жизни, про¬
исходящая ныне в советском обществе,
поставит в дальнейшем также ряд новых
задач перед музейными работниками.
К. Г. Левыкин
«КРУГЛЫЙ СТОЛ» О ВОСПИТАНИИ МОЛОДЕЖИ ИСТОРИЕЙ
12 марта 1987 г. в Московском город¬
ском институте усовершенствования учи¬
телей состоялся «круглый стол» на тему
«Воспитательная функция истории», ор¬
ганизованный Правлением Всероссийско¬
го общества «Знание» (ВОЗ) и его сек¬
цией пропаганды исторических знаний.
Во встрече приняли участие преподавате¬
ли истории ряда московских школ и спе¬
циалисты Института истории СССР АН
СССР, члены ВОЗ, представители обще¬
ственности.
Зам. председателя Научно-методическо¬
го совета по пропаганде исторических
знаний при ВОЗ В. П. Дмитренко во
вступительном слове отметил, что необ¬
ходимость в таких встречах диктуется
остротой проблем воспитания историче¬
ского сознания молодежи. Важен в этой
связи вопрос о популяризации историче¬
ских знаний. А деятельность ВОЗ не от¬
вечает полностью задачам, которые вста¬
ют сейчас перед историками: читается
мало лекций по отечественной истории,
удовлетворение жажды исторических
знаний происходит чаще всего через пе¬
чать, радио и телевидение. Оживление
пропаганды отечественной истории на¬
талкивается в последнее время на новые
трудности. Так, встреча с членами Все¬
российского общества охраны памятни¬
ков истории и культуры (ВООПИК) по¬
казала, что лекторы ВОЗ плохо владеют
«историческим памятником» как инстру¬
ментом пропаганды истории.
Что касается ряда новейших произве¬
дений беллетристики и кинофильмов,
в которых пересматриваются традицион¬
ные точки зрения, подчеркнул В. П.
Дмитренко, то неизвестно, как укладыва¬
ется это в уже сложившуюся у учащих¬
ся систему взглядов и готовы ли они к
восприятию новых острых материалов.
Дать необходимые разъяснения должна
прежде всего историческая наука. Резко
возрастает при этом роль школы, учителя.
Необходимо теснейшее сопряжение шко¬
лы и науки, причем первая обязана по¬
мочь ученым точно определить молодого
адресата, найти формы правильной реа¬
лизации достижений науки в учебной
программе. В. П. Дмитренко рассказал
также о некоторых новых исследованиях,
о целевых комплексных программах и
приоритетных направлениях в изучении
отечественной истории в АП СССР.
В ряде выступлений был определен
круг вопросов, связанных, во-первых, с со¬
временным юношеством (оно как объект
пропаганды, его общий интеллектуаль¬
ный уровень, спрос на исторические
знания, отношение к истории); во-вто¬
рых, со школой в целом (се роль в про¬
паганде истории и конкретный пропа¬
гандистский инструмент, деятельность
учителей в ВОЗ); в-третьих, с наукой
(ее значение в формировании историче¬
ского сознания, отношение преподавате¬
лей к специальной литературе, потенциал
науки по популяризации актуальных
проблем истории).
Много внимания было уделено роли
учители и учебника в правильном воспи¬
тании подрастающего поколения. По мне¬
нию учителей М. А. Литвинова
(ср. шк. № 100), Н. С. Бессоновой
(ср. шк. № 676) и И. Е. Харитонова
(ср. шк. № 757), зав. лабораторией НИИ
содержания и методов обучения АПН
СССР Г. В. Клоковой, необходимо про¬
водить конкурсы на учебники и вообще
дать учителю не один, а несколько учеб¬
ников для выбора по его усмотрепию.
Воспитательных целей скорее достигнет
учебник эмоциональный, насыщенный
яркими образами, действующими лицами
и конкретными фактами. Поскольку
учебник не может вместить большой
фактический материал, желательно соз¬
дать именной и хронологический спра¬
вочники как пособие для учителей, пуб¬
ликовать, помимо обычных хрестоматий.

сборники документов с необходимыми
комментариями по каждому курсу.
Учителя М. А. Литвинов и Н, В.
Александров (спец. шк. № 62) гово¬
рили о необходимости издания энцикло¬
педии юного историка ни школьного
исторического словаря, которыми уча¬
щиеся могли бы пользоваться в дополне¬
ние к учебнику, а также о расширении
юношеской исторической библиотеки.
Отмечалась нехватка справочной литера¬
туры и для преподавателей: нужна под¬
готовленная специалистами серия посо¬
бий но исторпп. содержащая богатый
фактический материал по каждому кур¬
су. Был поставлен вопрос о том. чтобы
учителя могли реально приобрести необ¬
ходимую литературу (например, книги
серии «Мир истории» издательства «Мо¬
лодая гвардия») и подписаться на изда¬
ния по исторической тематике.
Об укреплении связи ученых со шко¬
лой говорили учителя М. А. Литвинов,
Г. И. Подо л як (ср. шк. № 468), а так¬
же Г. В. Клокова. Они предложили спе¬
циалистам организовывать систематиче¬
ские встречи с учителями, проводить от¬
дельные уроки, вести кружки для увле¬
ченных этим предметом школьников.
Было отмечено, что ученые редко публи¬
куют результаты своих исследований че¬
рез издательство «Просвещение». Были
высказаны также мысли о необходимо¬
сти использования историками различ¬
ных каналов связи с широкой аудито¬
рией, в первую очередь с молодежью;
о реализации давно назревшей идеи со¬
здания регулярной телепередачи по исто¬
рии и выпуска популярного журнала по
истории. Учителя О. И. Волошина
(ср. шк. № 129), В. Г. М отрий (ср. шк.
Ае 586) и др. считают недопустимой
слишком медленную реакцию (или даже
полное ее отсутствие) со стороны ученых
на фильмы и произведения художествен¬
ной литературы, имеющие отношение к
истории. Наконец, подчеркивалось, что
для освещения наиболее актуальных
проблем прошлого следует шире предо¬
ставлять историкам страницы печати.
В ряде выступлений прозвучала кри¬
тика в адрес ВОЗ: говорилось о необхо¬
димости обеспечить более высокий уро¬
вень лекций по истории, были поставле¬
ны вопросы об организации в Политехни¬
ческом музее публичных лекция истори¬
ков н о поиске нетрадиционных форм
пропаганды исторических знаний.
«Круглый стол» показал, что и специ¬
алисты, н преподаватели недостаточно
представляют себе уровень образованно¬
сти молодежи, ее спрос на исторические
знания и динамику этого спроса. Г. В.
Клокова предложила в этой связи прове¬
сти выборочное социологическое обсле¬
дование для изучения представлений
школьников о происходящих в мире со¬
циальных процессах, о роли истории в
современной жизни, а также для выяв¬
ления уровня и направленности их исто¬
рического сознания. Отмечалось, что в
школах не всюду утвердились такие
формы внеклассной работы, как изучение
истории родного края (города, района,
улицы), охрана и реставрация памятни¬
ков, хотя все это призвано закрепить ак¬
тивную позицию молодежи в сохранении
и обогащении исторической среды.
Б. Г. Л и т в а к поддержал предложе¬
ния учителей о воссоздании юношеской
исторической библиотеки (некогда су¬
ществовал юношеский филиал ГПИБ),
предложил возродить семинар учителей
на базе Института истории СССР АН
СССР, поставил вопрос о занятиях ученых
с талантливыми школьниками непосред¬
ственно в институтах Отделения истории
АН СССР. Подводя итоги встречи, В. П.
Дмитренко наметил очередные зада¬
чи пропаганды исторических знаний и
воспитания молодежи историей.
И. II. Ильина
Хроникальные заметки
♦ Научно-теоретическая конференция
«Великий Октябрь — коренной поворот в
исторических судьбах народов мира»
проходила 12—14 мая 1987 г. в Киеве.
Бе организаторы: Академия обществен¬
ных наук при ЦК КПСС и Высшая пар¬
тийная школа при ЦК Компартии Укра¬
ины. Вступительным словом конферен¬
цию открыл секретарь ЦК Компартии
Украины ТО. Н. Е л ь ч е н к о. С доклада¬
ми выступили: II. Н. М а с л о в — Велнкий
Октябрь и проблемы совершенствования
социалистического общества в свете ре¬
шений XXVII съезда КПСС; И. П. Г р у-
ще нк о —Курс XXVII съезда КПСС на
ускорение социально-экономического раз¬
вития советского общества — продолже¬
ние дела Октября; К. П и н к а с (Болга¬
рия) — Общезначимое в опыте большеви¬
ков в борьбе за победу Великого Октяб¬
ря; И. Ф. К у р а с (Киев) — Актуальные
проблемы исследования истории больше¬
вистских организаций Украины периода
Великой Октябрьской социалистической
революции; чл.-корр. АН УССР В. И.
10 р ч у к (Киев) — Ленинская партия —
вдохновитель и организатор построения
социалистического общества; акад. АН
УССР А. Н. Ш лепакон (Киев) — Ве¬
ликий Октябрь и социальное обновление
мира; А. М. 3 л с н к о — Великян Ок¬
тябрь и ленинская внешняя политика.

В рамках конференции был проведен
«круглый стол», участники которого об¬
судили актуальные проблемы изучения
опыта КПСС.
♦ Во Фрунзе в мае состоялась меж¬
республиканская научная конференция
молодых ученых, организованная Сове¬
том молодых ученых Института истории
АН КиргССР. Конференция была посвя¬
щена 70-летию Великого Октября. С док¬
ладом «Великий Октябрь в судьбе чело¬
вечества» выстудил чд.-корр. АН СССР
К. К. К а р а к е е в.
♦ В апреле с. г. в Тбилиси по иници¬
ативе ЦК Компартии Грузии было прове¬
дено совещание, посвященное актуаль¬
ным проблемам современной грузинской
археологии. В нем приняли участие исто¬
рики и археологи, представители литера¬
туры и искусства, руководители минис¬
терств и ведомств, партийные, советские
и комсомольские работники. Совещание
определило дальнейшие мероприятия до
изучению археологических памятников
и; созданию более современной матери¬
ально-технической базы этой отрасли
исторической науки.
ф Правление Всесоюзного общества
«Знание» и Институт востоковедения АН
СССР провели в Москве в мае 1987 г. за¬
седание «Академик И. А. Орбели — уче¬
ный и личность». С докладом о жизни и
деятельности выдающегося советского
востоковеда и организатора науки вы¬
ступил К. Н. Юзбашя н.
♦ Общественно-политические чтения
к 150-летию со дня рождения видного
деятеля болгарскою национально-освобо¬
дительного движения Басила Ленского
имели место 2 июня в Киеве. О его жиз¬
ненном пути и служении делу освобожу
денпя болгарского народа говорили чл,-
корр. АН УССР П. С. С о х а н ь, Ц. Г е-
н о в (Болгария), В. А. Захаржев-
с к а я (Киев).
ф 6-7 мая в Вильнюсе прошла III рес¬
публиканская конференция молодых му¬
зееведов, организованная Советом моло¬
дых специалистов при Художественном
музее ЛитССР, на тему «Музеи и их кол¬
лекции». Были сделаны доклады об экс¬
позиции Музея революции ЛитССР, кол¬
лекции изразцов XV—XVII вв. в виль¬
нюсских музеях, наборе бытовой керами¬
ки из Калтаненай. нумизматических кол¬
лекциях Каунасского исторического му¬
зея, коллекции пряслиц в Телыцяйском
краеведческом музее, и др.
♦ Издательство политической литера¬
туры совместно с Институтом марксизма-
ленинизма при ЦК КПСС начали выпуск
серии «История КПСС в воспоминаниях
современников». Опубликовала кр. 1 се¬
рии— «Дайте нам организацию револю¬
ционеров... (1895—1903 гг.)» (М. 1987).
В ней собраны воспоминания участников
и современников событий периода созда¬
ния РСДРП — от возникновения ленин¬
ского «Союза борьбы» в Петербурге до
II съезда партии.
ф Продолжает ту же серию двухтом¬
ник «Это есть наш последний н реши¬
тельный бой!». В него включены воспо¬
минанья участников и очевидцев Вели¬
кого Октября, рассказывающих о дея¬
тельности партии большевиков под руко¬
водством В. И. Ленина в период подго¬
товки и осуществления социалистической
революции. Кн. 1 охватывает месяцы
мирного развития революции (с марта
по июль 1917 Г.), кн. 2 повествует о под¬
готовке вооруженного восстания и побе¬
де революции,
ф Авторами сборника «О Феликсе
Дзержинском. Воспоминания, очерки,
статьи современников» являются сорат¬
ники Феликса Эдмундовича, сотрудники,
работавшие под его руководством, и чле¬
ны его семьи. Первое издание вышло в
1977 г.; второе (М. Политиздат. 1987) до¬
полнено новыми материалами, часть ко¬
торых публикуется впервые.
ф «Сказание о Гражданской» (М. Со¬
временник. 1987) — сборник мемуаров,
в которых основные этапы и события
гражданской водны отражены в воспо¬
минаниях видных советских полковод¬
цев и государственных деятелей
М. В. Фрунзе, П. Е. Дыбенко, С. М. Бу¬
денного, А. И. Микояна, М. Д. Бонч-
Бруевича, II. П. Постышева и др., а так¬
же рядовых ее участников. Книга снаб¬
жена краткими биографиями авторов и
упоминаемых в них иных лиц.
ф А. К. Соколов в работе «Рабочий
класс и революционные изменения в со¬
циальной структуре общества» (М.
Изд-во Московского ун-та. 1987) исполь¬
зует подход к изучению истории рабоче¬
го класса, основанный на системном ана¬
лизе с привлечением массовых источни¬
ков и применением современных методов
их обработки. Автор рассматривает вза¬
имные связи экономических, политиче¬
ских и других факторов, совокупность
которых определяла изменения в облике
и структуре рабочего класса, В книге
сделана также попытка проследить связь
между социальными сдвигами и измене¬
ниями в составе органов Советской вла¬
сти и управления.
ф М. А. Молодцыгин («Рабоче-кресть¬
янский союз, 1918—1920 гг.» М. Наука.
1987} на основе разнообразных источни¬
ков рассматривает политические, эконо¬
мические и военные аспекты становле¬
ния союза трудящихся в условиях граж¬
данской войны и «военного коммунизма»
в Советской России, вводя в оборот но¬
вый фактический материал.
ф В сбор![|-гк «Революционное движе¬
ние в Белоруссии. Июнь 1907 — февраль
1917» (Минск. Наука и техника. 1987)
включены документы и материалы, охва¬
тывающие годы столыпинской реакции,
нового революционного подъема и пер¬
вой мировой войны (до Февральской ре¬
волюции).
ф «Укрепление и возрастание ведущей
роли рабочего класса в СССР и ГДР»
(JJ. Изд-во Ленинградского ун-та. 1987) —
коллективная монография историков
СССР и ГДР. В ней характеризуются из¬
менения в политическом, социальном,
159

профессиональном и культурном облике
рабочих двух стран, их численности и
составе, освещается их производственная
и общественно-политическая деятель¬
ность, рассматриваются методологиче¬
ские и историографические проблемы
изучения рабочего класса социалистиче¬
ского общества.
♦ Л. М. Дамешек («Внутренняя поли¬
тика царизма и народы Сибири (XIX —
начало XX века)». Иркутск, Изд-во Ир¬
кутского ун-та. 1986) на базе архивных
документов исследует политику самодер¬
жавия в отношении народов Сибири,
распространение на нее буржуазных ре¬
форм 1860—1870-х и контрреформ
1880-х годов. В книге анализируются так¬
же неосуществленные проекты, оценива¬
ется деятельность православной церкви.
♦ Е. И. Муравская в работе «Мигра¬
ция прибалтийского крестьянства во вто¬
рой половине XIX — начале XX в.» (Рига.
Изд-во Рижского ун-та. 1986) освещает
переселения крестьянства в Восточной
Прибалтике и особеппости его развития,
обострение классовой борьбы п расслое¬
ние деревни, направление переселенче¬
ских потоков, организацию крестьянских
хозяйств в новых местах расселения.
♦ В работе И. Я. Гущина и В. А. Жда¬
нова «Критика буржуазных концепций
истории советской сибирской деревни»
(Новосибирск. Наука, Сибирское отделе¬
ние. 1987) характеризуется англо-амери¬
канская, западногерманская и француз¬
ская литература. Критическому анализу
подвергнуты в книге буржуазные интер¬
претации современной аграрной политики
КПСС.
♦ И. А. Гобозов в монографии «Смысл
и направленность исторического процес¬
са» (М. Изд-во Московского ун-та. 1987)
рассматривает проблемы познания исто¬
рического процесса, формирования исто¬
рического сознания, исторического вре¬
мени и структуры исторических фактов,
а также отечественную и зарубежную
историографию этой проблематики.
♦ В посмертно изданный сборник тру¬
дов В. А. Вельгуса (1922—1980 гг.) «Сред¬
невековый Китай» (М. Наука. 1987)
включены впервые публикуемые иссле¬
дования и материалы по культуре Китая
X—XV вв., прежде всего периода Суп
(960—1279 гг.). В приложении помещена
библиография трудов автора.
ф Клад из 226 серебряных монет с
изображением Георгия Победоносца па
аверсе обнаружен в совхозе Каснянский
Вяземского р-на Смоленской области.
Такие монеты имели хождение в конце
XVI — начале XVII века.
♦ В Минске на месте сооружения мет¬
ро археологами вскрыты пласты XVI—
XVII веков. Остатки двух построек по¬
зволили воссоздать облик средневекового
дома: он имел водоотводящие желоба,
сток направлен в сторону специальных
деревянных колодцев. Рядом обнаруже¬
ны восемь тиглей для отливок, воинский
нож, дощечки, обитые кожей, на которых
вытиснен орнамент. Интересен костяной
кружок, на котором тонкими линиями
нанесено изображение мужчины.
♦ Археологической экспедицией Ере¬
ванского университета, изучавшей Та-
лпнекий могильник (здесь производились
тысячи захоронений от глубокой древно¬
сти до раннего средневековья), непода¬
леку от него вскрыто поселение эпохи
раннего средневековья, известное по
источникам как Закари-берд. Обнаруже¬
ны жилой комплекс, часть крепостной
стены, точильные камни, па одном из ко¬
торых вырезан бегущий конь, а над
ним — солнце; множество наконечников
стрел и ножей, фрагменты керамики,
бронзовая булавка, украшенпая мини¬
атюрной фигуркой птицы.
♦ В дер. Куршяй Телыпяйского р-па
Литвы выявлены захоронения XI —
XIII веков. Среди находок — бронзовые
застежки, шейные украшения, кольца,
монеты, небольшие по размерам предме¬
ты вооружения воина (вероятно, жившие
здесь люди клали в могилы не само ору¬
жие, а его символы — миниатюрные
ножи, топоры и копья).
♦ На городище Шахрухия в Ташкент¬
ской обл. найден клад — более 800 фель-
сов (модных монет) X — начала XI века.
По пим можно проследить по годам борь¬
бу династий Саманидов и Карахаиидов.
Монеты уточняют свидетельства источни¬
ков, а иногда дают новые сведения.
Фельсы свергнутых правителей порою не
изымались из обращения, а надчекани-
вались именами новых правителей.
♦ На окраине г. Фрунзе вскрыты кур¬
ганы с предметами еако-усуньской куль¬
туры. Многие из них разграблены. Одна¬
ко сохранились 43 изделия из золота, се¬
ребра, бронзы и железа. На одной сереб¬
ряной пластине видно изображение
схватки двух оленей; уникально золотое
павершис в виде кроны дерева.
♦ При раскопках городища Чаганиан
(близ г. Денау Сурхаыдарьинской обл.)
найдена коллекция серебряных монет.
На них видны бактрийские надписи с
именами и гербами правителей. Выясни¬
лось, что Чаганиан возник в начало на¬
шей эры. Тем самым подтверждено сви¬
детельство арабских авторов, рассказы¬
вавших о нем уже в V веке.
♦ Сотрудники Института истории АН
КиргССР завершили изучение обнару¬
женного в прибрежной зоне оз. Иссык-
Куль поселения саков и пришли к за¬
ключению, что они уже в VI в. до п. э.
занимались земледелием. Найдены руч¬
ные каменные мельницы и катки для об¬
молота зерна.
♦ При строительных работах в Анапе
(на месте античного города Горгиппии)
вскрыты 36 античных могил. Среди на¬
ходок — ажурные золотые серьги и золо¬
тые перстни, четыре из них с геммами,
на которых изображены животные и боги.
Так, на сердолике вырезан лик древне¬
греческой богини Тихо, в ее руках — рог
изобилия и хлебный колос.

ИСТОРИЧЕСКАЯ НАУКА ЗА РУБЕЖОМ
Рецензии
G. P. MAJESKA. Russian Travellers to Constantinople in Fourteenth
and Fifteenth Centuries. Washington. Dumbarton Oaks
Research Library and Collection. 1984. XVIII, 466 p.
Ж. П. МАЙЕСКА. Русские путешественники в Константинополь
в XIV и XV веках.
История изучения и публикации за¬
писок русских путешественников на Во¬
сток — т. н. хождепий (хожеиий) — тесно
связана с развитием отечественной ис¬
торической науки. Еще в первой четвер¬
ти XIX в. хождения привлекли к себе
внимание членов «Румянцевского круж¬
ка». В последние десятилетия XIX в. по¬
явились первые научные публикации
хождений, что сделало возможным их
всестороннее изучение. В результате
дальнейших исследований были подго¬
товлены новые публикации, в том числе
«Книга хожеиий», объединившая свыше
десятка сочинений о путешествиях в
Царьград, Афон, на Ближний Восток,
в Египет, Индию
Среди западных ученых также возрос¬
ло виимапие к древнерусским хожде¬
ниям 2. Новое критическое издание этих
памятников осуществил профессор Мэ-
рилендского университета (США) Ж. П.
Майеска. В книгу вошли записки о пу¬
тешествиях за время с 1261 г., когда
Констаптиноноль был отвоеван греками
у крестоносцев, до взятия его турками в
1453 году. Майеска реконструировал ори¬
гинальные тексты, перевел и прокоммен¬
тировал хождения Стефана Новгородца,
1 Книга хожений. Записки русских пу¬
тешественников XI—XV вв. М. 1984; там
же см. основную библиографию.
г Библиографию см. в кн.: Seemann
K.-D. Die allrussische Wallfahrtsliteratur.
Theorie und Geschichte eines literarischen
Genres. München. 1976.
Игнатия Смолянина, дьяка Александра,
Зосимы-дьякона и «Анонимное описание
Константинополя».
Каждому из публикуемых памятников
в рецензируемом издании предпослано
введение, в котором рассматриваются
проблемы датировки, авторства и особен¬
ностей текста произведения, прослежива¬
ется его рукописная традиция. Воссозда¬
вая историю текста, Майеска описывает
и состав рукописных сборников, содер¬
жащих тексты хождений. Удовлетвори¬
тельное освещение ранее было дано
лишь для некоторых памятников (на¬
пример, хождения дьяка Александра, см.
с. 158-159).
В основу текста хождения Стефана
Новгородца, подобно Л. А. Дмитриеву3,
Майеска положил древнейший и наибо¬
лее полный список сочинения (с. 27).
Более сложна реконструкция текстов
остальных памятников. Хождение Зоси-
мы, по заключению Н. И. Прокофьева,
существовало в краткой и пространной
редакциях4. Составив генеалогическую
таблицу списков хождения, Майеска по¬
ложил в основу публикации рукопись с
наиболее архаичными лингвистическими
особенностями (с. 173-175).
3 См. «Хождение» Стефана Новгородца.
В кн.; Памятники литературы Древней
Руси. XIV — середина XV в. М. 1981,
с. 529.
4 См. Хождение Зосимы в Царьград,
Афон и Палестину.— Ученые записки
Московского пединститута им. В. И, Ле¬
нина, 1971, т. 455, с. 12—18.
6 Вопросы истории, Лй 9.
161

«Хождение Игнатия Смолянина в
Царьград», описывающее поездку митро¬
полита Пимена (1389 г.), в настоящее
время известно в 24 списках. Судя по
различиям их текстов, в краткой редак¬
ции памятника имеются лакуны, тогда
как полная летописная редакция вклю¬
чает дополнения, авторство которых
сомнительно5. Майеска выделяет еще и
третью, «независимую» редакцию: от¬
носящиеся к ней 10 списков XV —
XVII вв. содержат лишь один фрах-
мепт — описание венчания византийско¬
го императора. В отличие от Н. II. Про¬
кофьева, предпринявшего публикацию
обеих редакций6, Майеска идет по пути,
принятому в западной археографии,
н восстанавливает текст, используя чте¬
ния различных списков независимо от
их редакции (с. 67-73).
Подготовка текста «Анонимного опи¬
сания Константинополя» также вызывала
трудности. До нашего времени дошли
внешне не связанные друг с другом
«Сказание о святых местах Царьграда»
и «Беседа о святынях Царьграда», вос¬
ходящие к общему источнику, условно
называемому «Анонимное хожешге в
Царьград конца XIII - начала XIV века».
Считая, что «Сказание» лучше, чем «Бе¬
седа», отражает текст «Анонимного хож¬
дения», Прокофьев и Майеска берут за
основу «Анонимного описания» текст
«Сказания». При этом Н. И. Прокофьев
реконструирует текст хождения, бази¬
руясь на предшествующих изданиях «Бе¬
седы» и «Сказания», а Майеска - непо¬
средственно на материалах рукописей
(с. 123-125).
Существенные уточнения делает пу¬
бликатор при анализе «Анонимного опи¬
сания Константинополя». В отечествен¬
ной литературе обычно считают, что
этот памятник относится к концу XIII -
началу XIV в., а составленное на его
основе «Сказание» - к первой четверти
XIV в., «Беседа» же — ко второй полови¬
не XIV - началу XV века. Автором ано¬
нимного сочинения иногда признается
будущий новгородский архиепископ Ва-
5 См. Прокофьев Н. И. Русские
хождения XII—XV вв.— Там же, 1970,
т. 363, с. 145-147.
6 См.: Хождение Игнатия Смолянина.
В кн.: Литература Древней Руси.
Сб. трудов Московского пединститута
им. В. И. Ленина, 1978, вып. 2, с. 124,
135; Пименово хождение в Царьград.
В кн.: Книга хожеиии, с. 403.
силий КалекаМайеска в датировке
«Анонимного описания» разделяет мне¬
ние К. Манго: упоминание е «Калуяно-
вом городке», построенном но расноряг
жению императора Иоанна V Палеолога
(1341-1391 гг.), служит весомым дово¬
дом для датировки «Анонимного опи¬
сания» концом XIV столетия8 (с, 118,
145-147, 411). По вопросу об авторстве
«Анонимного описания» предпочтение
отдано гипотезе К.-Д. Зееманна. Точ¬
ность описания, интерес анонима к ис¬
тории Константинополя служат основа¬
нием для предположения о том, что рус¬
ский памятник восходит к некоему
греческому «путеводителю»в. Майеска
поддерживает эту точку зрения без до¬
полнительной аргументации (с. 119).
Вторая часть книги представляет со¬
бой исследование в виде комментариев
к свидетельствам хождений о более чем
60 константинопольских реликвиях (со¬
бор св. Софии, Студийский монастырь,
Золотые ворота, Ипподром, колонны
Константина и Юстиниана, гавань Кон-
доскалиона и др.). Майеска стремится
в комментариях восстановить облик ви¬
зантийской столицы, утратившей былое
великолепие после нашествия кресто¬
носцев: локализовать исчезнувшие па¬
мятники, воссоздать внешний вид соору¬
жений, находящихся в поврежденном
состоянии, в частности, т. н. Змеиной
колонны (с. 254-256).
Прокомментировано Майеской и «Хож¬
дение Игнатия Смолянина в Царьград»,
которое содержит обстоятельное описа¬
ние пути следования русских пилигри¬
мов, включая до сих пор мало изучен¬
ные сведения о районах, простиравших¬
ся к югу от русских рубежей (с. 402-
403). Анализируя материалы хождения
Игнатия Смолянина, Майеска касается
различных внутриполитических событий
в Византии, получивших отражение в
источнике (дворцовый переворот 1390 г.,
венчание Маиуила II Палеолога в
1392 г.). В дворцовом перевороте, при¬
ведшем на короткий срок к власти
Иоанна VII Палерлога, проявилась за¬
7 См. Рыбаков Б, А. Просвещение.
В кн.: Очерки русской культуры ХШ—
XV веков. Ч, 2. М, 1970, с. 198
8 См. Mango С. The Date of Anony¬
mous Russian Description of Constantinop¬
le.— Byzantinische Zeitschrift, 1952 45
Hf. 2, S. 380-385.
9 Cm. Seemann K.-D. Op. cit, S. 231-==
236.
162

висимость Византии от ее итальянских
и турецких союзников. Комментируя эти
события, Майеска показывает, что Игна¬
тий Смолянин в сравнении с другими
известиями дает наиболее достоверное
их описание (с. 408—409).
В комментариях Майеска неоднократ¬
но обращается к теме византийско-рус¬
ских политических и культурных связей.
Он анализирует сведения хождений о
выходцах из России, проживавших в
Царьграде, о переписке книг в Студий¬
ском монастыре для отправки их на
Русь, о денежном вспомоществовапии
московского князя на восстановление
царьградской Софии, пострадавшей в се¬
редине XIV в. от землетрясения. Следу¬
ет признать существенными результаты
изучения Майеской обстановки, вызвав¬
шей в 1389 г. поездку в Константинополь
Пимена {с. 388-398). Правда, Майеска
выпускает из виду подробности столкно¬
вения русского митрополита с предста¬
вителями константинопольского патри¬
архата, о котором умалчивает Игнатий
Смолянин, но которое засвидетельство¬
вано актовыми материалами 10.
Хождения являются ценным метроло¬
гическим источником. Эта сторона запи¬
сок паломников не ускользнула от вни¬
мания Майески, по некоторые его изыс¬
кания в этой области уязвимы. Напри¬
мер, рассказ Игнатия Смолянина о про¬
деланных им измерениях Софийского со¬
бора послужил акад. Б. А. Рыбакову
подтверждением расчетов размера древ¬
нерусской сажени 11. Майеска располага¬
ет точными данными о размерах архи¬
тектурных деталей храма (с. 233). Они
достаточны для доказательства адекват¬
ности расчетов Б. А. Рыбакова. Однако
автор исходит из устарелых представ¬
лений о соотношении древнерусских мер
длины и потому несложные, па первый
взгляд, вычисления приводят его к оши¬
бочному результату.
Произвольно интерпретируются в пу¬
бликации метрологические данные хож¬
дения Зосимы-дьякоиа, что повлекло за
собою ошибку в установлении пути сле¬
дования русских купцов, к которым тот
10 См. Прохоров Г. М. Повесть о
Митяе. Русь и Византия в эпоху Кули¬
ковской битвы. Л. 1978, с. 184—186.
11 См.: Рыбаков Б. А. Русские си¬
стемы мер длины XI—XV вв.— Советская
этнография, 1949, № 1, с. 77; Камен¬
це в а Е. И., У с т ю г о в И. В. Ру сская
метрология. М. 1975, с. 24.
присоединился, из Киева в Белгррод-
Днестровский (Аккерман). Считая све¬
дения Зосимы о преодолеваемы х путе¬
шественниками расстояниях недостовер¬
ными, Майеска пренебрегает ими. По
его мнению, провожатые «странника»,
достигнув Бряслава (совр. Брацлав) на
Южном Буге, продолжили свой путь к
Днестру в юго-западном направлении.
Согласно Зосиме, путники переправились
через реку в Митеревых Кишинах (ме¬
стонахождение не установлено). Ученый
полагает, что они переправлялись в
районе нынешнего города Сороки, откуда
караван двинулся к Белгороду (с. 178-
180, см. также карту на с. II).
Ключом к определению маршрута, ко¬
торый выбрали спутники Зосимы, слу¬
жит упоминание о «татарской дороге на
Великий дол». Некогда на территории
между Южцым Бугом н Прутом господ¬
ствовали золотоордынцы. К первой чет¬
верти XV в.- времени путешествия Зо¬
симы — они были отсюда вытеснены. Од¬
нако проложенные ими пути сообще¬
ния позабылись не сразу. На рубеже
XIV—XV вв. «татарские» торговые пути
отмечены как на правобережье Дне¬
стра 12, так и на левом его берегу, в сте¬
пях, Проводники Зосимы направили свои
караван из Бряслава через степи («та¬
тарским полем») по леводвестровской
«татарской дороге». Их целью было со¬
кратить путь, переправившись через
реку в наименьшем удалении от Белго¬
рода.
Л. Л. Полевой считает, что Зосима
и его спутники переправились через
Днестр в районе современных Бендер.
Подтвердить правильность этого пред¬
положения помогают метрологические
расчеты: Зосима, описывая путешествие,
прибег к трем видам измерений, назы¬
вая пройденное расстояние в милях, вер¬
стах и днях пути. При этом он прирав¬
нивает милю пяти русским верстам13.
Но благодаря его указанию на расстоя¬
12 См. Полевой Л. Л. Очерки исто¬
рической географии Молдавии XIII-
XV вв. Кишинев. 1979, с. 155, 158.
13 Упоминание в рассказе русского пи¬
лигрима о миле, равной 5 русским верс¬
там, не должно удивлять. Судя по всему,
подразумевается старонемецкая миля
(примерно 5,5 км). Этой мерой пользова¬
лись прибывавшие в Россию западные
путешественники и картографы вплоть
до XVII в. (ср: Рыбаков Б. А. Русские
карты Московии. М. 1974, с. 64, 80).
л 6* 163

ние, отделяющее Белгород от моря (при¬
мерно 1*9 км — 9 верст), становится ясно,
что купцам была известна также и «ве¬
ликая верста» (2,16 км), которая полу¬
чила распространение на Смоленщине 14.
Очевидно, купцы-провожатые Зосимы
были выходцами из западнорусских зе¬
мель, может быть, из Смоленска. По пра¬
вому берегу Днестра путники двигались
в течение трех дней, т. к. вряд ли гру-
н Рыбакюв Б. А. Просвещение,
а 182—183, 18а
¿ценный цоклажей купеческий караван
проходил более полуста километров за
дневной переход. Следует предположить,
что Митеревы Кишины отстояли от Бел¬
города примерно на 100—120 кило¬
метров.
Отдельные промахи не снижают уров¬
ня нового издания древнерусских хож¬
дений. В целом оно основывается на
текстологическом изучении памятников
и отвечает современным требованиям.
Ю. Я. Вин
Э. ГАРЭН. Избранные работы. М. Прогресс. 1986. ХХХУ1+368 с.
Сборник работ видного итальянского
историка, ученого и педагога Эудженио
Гарэна открывает серию «Историческая
библиотека», рассчитанную не только на
историков, но и на широкий круг спе¬
циалистов гуманитарного профиля и всех
тех, кто интересуется историей. Боль¬
шая подготовительная работа но созда¬
нию этой «библиотеки» осуществлялась
издательством «Прогресс» совместно с От¬
делением истории АН СССР. В этой се¬
рии предполагается публиковать работы
наиболее известных зарубежных ученых,
получившие высокую оценку советской
и зарубежной иаучпой общественности,
ставшие своеобразными «событиями» в
интеллектуальной жизни. Выход в свет
такого рода работ, снабженных анали¬
тическими, критическими предисловия¬
ми, научными комментариями, именны¬
ми и предметными указателями, расши¬
рит знакомство советских читателей с
лучшими образцами зарубежной науч¬
ной литературы, позволит составить бо¬
лее нолиую и объективную картину со¬
временного состояния исторической нау¬
ки'в мире.
Выбор трудов Э. Гарэна для начала
издания «Исторической библиотеки»
представляется обоснованным и удач¬
ным. Это не только крупнейший историк
культуры. Он является основателем од¬
ного из наиболее влиятельных за рубе¬
жом прогрессивных направлений в этой
области, составившим обширную и пред¬
ставительную школу, к которой принад¬
лежит ряд ученых, имеющих широкую
международную известность. Среди его
учеников есть и историки-марксисты.
Его имя и труды хорошо известны и у
нас в стране. В 1965 г. издательство
«Прогресс» выпустило его «Хронику италь¬
янской философии XX века (1900-1943)».
Научные интересы Э. Гарэна прости¬
раются от поздней античности до
XX века. Он блестящий знаток архив¬
ных материалов, средневековых и осо¬
бенно ренессансных рукописей. Ему при¬
надлежат ценнейшие публикации сочи¬
нений гуманистов, в частности, откры¬
тых им некоторых произведений выдаю¬
щегося деятеля итальянского Возрожде¬
ния Л. Б. Альберти. В то же время
Э. Гарэн - автор фундаментальных тру¬
дов о философии, интеллектуальной,
культурной жизни Италии XX века. Од¬
нако какое бы явление им ни исследо¬
валось, он никогда не замыкается в рам¬
ках истории идей, раскрывая связь ду¬
ховных процессов с состоянием и из¬
менениями социального бытия, глубоко
вскрывая взаимодействие культуры и об¬
щества.
На протяжении долгой творческой
жизни Э. Гарэна излюбленным предме¬
том его научных изысканий было италь¬
янское Возрождение. Ему он посвятил
около полутора десятков книг и множе¬
ство статей. Он создал получившую ши¬
рокое распространение концепцию ре¬
нессансной культуры, тесно связанную с
прогрессивными тенденциями ее изуче¬
ния, дал оригинальное обоснование роли
итальянского гуманизма в духовном раз¬
витии Италии и Европы Х1У-ХУ1 ве¬
ков. Предлагаемая советскому читателю
164

книга представляет собой сборник работ
Э. Гарэна об итальянском Возрождении.
Составление издания осуществлено
доктором исторических наук проф. JL М.
Брагиной (МГУ), в свое время стажиро¬
вавшейся у Э. Гарена. Она же редактор
книги и автор вступительной статьи,
в которой анализируется творческий
путь и научные воззрения итальянского
историка. В результате кропотливой ра¬
боты (но согласованию с Э. Гарэном)
удалось подготовить не просто сборник
статей и глав из монографий, но книгу,
дающую разностороннее представление о
культуре Возрождения, пронизанную
единой теоретической концепцией и об¬
наруживающую богатство исследователь¬
ских методов.
В разделе «Осознание начала новой
эпохи», являющемся фрагментом книги
Э. Гарэна «Культура Возрождения. Ис¬
торический аспект», раскрывается прин¬
ципиальная историко-культурная новиз¬
на Ренессанса по сравнению со средни¬
ми веками. Перед нами решительный
противник «медиевизации» Возрождения,
интерпретации его как прямого продол¬
жения средневековой культуры (которая
в бургкуазной историография наиболее
последовательно представлена у амери¬
канского историка Ч. Тринкауса) '.
Э. Гарэн подчеркивает, что гуманисты
относились к средневековью как к миру
варварскому, утратившему духовный по¬
тенциал, накопленный античностью. Од¬
нако средневековье не представлялось
им сплошным мраком или непреодоли¬
мой пропастью между древностью и ре¬
нессансной современностью. Оно как бы
служило своеобразным «проводником»,
хотя и порождающим значительные ис¬
кажения в восприятии античности, но
все же делавшим ее досягаемой для вос¬
становления и подражания.
Э. Гарэн убежден в новаторском ха¬
рактере Ренессанса. К этому выводу он
пришел, исследуя творчество крупней¬
ших его представителей от Франческо
Петрарки до Леонардо да Винчи и Ми¬
кельанджело (очерки о них, а также о
1 Т г i n k a u s Ch. Adversity’s Nobîe-
men. The Italian Humaniste on Happiness.
2. ed. N. Y. 1960; е j u s d. In our Image
and Likeness. Humanily and Divinity in
Italian Humanist Thought. Vol. 1—2. Chi¬
cago — Lnd. 1970; е j u s d. Humanism, Re¬
ligion, Society; Concepts and Motivations
oî some Recent Studies.— Renaissance
Quarterly, 1976, № 29.
других гуманистах включены в книгу).
Деятели Возрождения обращаются к по¬
знанию человека, его внутреннего мира,
однако не так, как это было у мыслите¬
лей средневековья. Для гуманизма че¬
ловек ценен сам но себе как индивиду¬
альность, несущая в себе огромные по¬
тенции творчества и социальной актив¬
ности. Э. Гарэн объективно показывает
«гражданский» характер гуманизма как
широкого социально-культурного дви¬
жения, настаивая на том, что высокое
общественное звучание, практическая на¬
целенность, гражданственность этики
прослеживаются иа всем протяжении
его существования, начиная с XIV и до
XVI века.
Глубоко вскрывая светский характер
культуры Возрождения, Э. Гарэн, одна¬
ко, придает особое значение ее отноше¬
нию к христианству, не только средне¬
вековому, но и раннему. Он, как пред¬
ставляется, норой абсолютизирует субъ¬
ективный подход к этой проблеме самих
гуманистов, которые, как полагает Э. Га¬
рзы, преимущественно стремились при¬
мирить христианство с языческим на¬
следием древности. Тем самым он «при¬
глушает» характерные для гуманистиче¬
ского мировоззрения тенденции «духов¬
ной секуляризации».
Формирование нового идеала человека
и его практическая реализация раскры¬
ты в исследованиях Э. Гарэна об Аль¬
берти и Леонардо да Винчи. Если Аль¬
берти показан как один из создателей
гуманистической этики, то Леонардо —
как гениальное воплощение нового че¬
ловеческого идеала, в нем все проявле¬
ния созидательной мощи гуманистиче¬
ской культуры находят гиперболизиро¬
ванное развитие.
Э. Гарэн выступает как защитник ори¬
гинальности, самоценности художествен¬
ного мышления и художественного твор¬
чества Ренессанса. Он доказывает, что
их никак нельзя сводить к комплексу тех
или иных философских, идейных и эсте¬
тических влияний на человека-творца.
Созидательное, творческое начало - важ¬
нейшая характеристика Возрождения как
типа культуры. Идейное богатство и раз¬
нообразие ренессансной культуры про¬
явилось и в отношении к истории, есте¬
ственным наукам, магии и астрологии.
Поиски «идеального общества» ужива¬
лись в ней с прорывавшимся порой от¬
рицательным отношением к естественно¬
165

научным методам познания, интерес к
человеку преобладал над интересом к
природе. Нередко делалась попытка воз¬
действовать на природу с помощью ма¬
гии, широкое распространение получили
оккультизм и астрология. Это до поры
до времени служило тормозом развития
науки.
Культура Возрождения в книге не сво¬
дится лишь к борьбе идей и концепций.
Э. Гарзну удалось создать яркую, мно¬
гокрасочную картину живой, полной
противоречий ренессансной реальности,
познакомить читателя с духовной атмо¬
сферой эпохи, сделать выдающихся лю¬
дей того времени «собеседниками» на¬
ших современников. Глубокое исследо¬
вание становится по-настоящему попу¬
лярным, доступным широкому кругу лю¬
дей, открывает возможность не только
понять, но и «прочувствовать» культуру
Ренессанса.
Издательство «Прогресс» в сотрудни¬
честве с Отделением истории АН СССР
собирается издавать «Историческую биб¬
лиотеку» и для зарубежного читателя.
В нее войдут как уже опубликованные
работы советских историков, получив¬
шие признание научной общественности,
так и написанные специально для этой
серии по темам, вызывающим наиболее
широкий интерес на международном
книжном рынке. «Историческая библио¬
тека» на иностранных языках создается
для информирования о достижениях со¬
ветской исторической науки за рубежом.
Она будет охватывать все отрасли ис¬
торического знания, начиная от архео¬
логии, истории древнего мира и средних
веков, и до истории нового и новейшего
времени. Большое внимание будет уде¬
лено при этом отечественной истории, по¬
строению социализма в нашей стране,
актуальным проблемам современности в
их связи с всемирно-историческим про¬
цессом.
В. И. Уколова
Philipp Eulenburgs politische Korrespondenz, Bd. 1. Von der
Reichsgründung bis zum Neuen Kurs 1866—1891.
VII—VIII+740 S. Bd. 2. Im Brennpunkt der Regierungskrise 1892—1895.
S. V—XX+721. Bd. 3. Krisen, Krieg und Katastrophen 1895—1921.
S. V—XX+918. Boppard am Rhein. 1976—1983.
Политическая корреспонденция Ф. Эйленбурга. Т. 1. От объединения
Германии до «нового курса». 1866—1891 гг.; Т. 2. В центре правительст¬
венного кризиса 1892—1895 гг.; Т. 3. Кризисы, война и катастрофы. 1895—
1921 гг.
В последние годы в ФРГ издан ряд до¬
кументальных публикаций по герман¬
ской истории, к числу которых принад¬
лежит и рецензируемое издание. Его со¬
ставитель Дж. Рёль - профессор универ¬
ситета в Суссексе (Англия) - известен
как крупный специалист в этой обла¬
сти h При подготовке публикации им
были проведены разыскания в архивах
Бонна, Фреибурга, Кобленца, Потсдама,
Мюнхена, Вены, Праги, Лондона, исполь¬
зованы частные архивы.
Публикация архива Эйленбурга важна
потому, что он был ближайшим совет-
1 К ö h 1 J. C. G. Deutschland ohne Bis¬
marck. Tübingen. 1969; ejusd. From Bis¬
mark to Hitler. The Problem of Continuity
in German History. Lad. 1970.
ником Вильгельма II, оказывал влияние
на политические решения кайзера. Охва¬
тывающая чуть больше полувека кор¬
респонденция Эйленбурга не равнознач¬
на. Наибольший интерес представляют
его письма и заметки 1886-1902 гг.,
когда он находился в центре политиче¬
ских событий Германии.
Весьма сложна история архива Эйлен¬
бурга. В 4908 г. он был арестован по об¬
винению в нарушении нравственности
и лжеприсяге2. В период между посдед-
2 В ходе последовавшего в мае 1908 г.
ареста и суда над Эйленбургом выяви¬
лась степень разложения правящей вер¬
хушки Германии. Современные исследо¬
ватели отмечают, что с момента отставки
Бисмарка процесс Эйленбурга был выс¬
166

ним процессом в 4909 г. и смертью в
1921 г. он занимался редактированием
своего огромного архива, при этом, как
полагают специалисты, вероятно, многие
документы уничтожил, некоторые «скор¬
ректировал». В результате в издании
есть тексты, аутентичность которых не
бесспорна.
Весной 1886 г. 27-летний Вильгельм, то¬
гда прусский принц, познакомился с
Ф. Эйленбургом, композитором, поэтом,
дипломатом (Эиленбург был секретарем
прусской миссии в Мюнхене). «Принц
Вильгельм восхищен моими балладами...
Мы па самой короткой ноге» (док. 67,
прим. 4), сообщал «Фили» (так называ¬
ли Эйленбурга друзья) своей жене.
Дружба с Вильгельмом и тесное сотруд¬
ничество (примерно до середины 90-х
годов) с тайным советником внешнепо¬
литического ведомства Ф. Гольштейном3
определили причины последующего
влияния Эйленбурга.
В первом томе, включающем 569 до¬
кументов, наибольший интерес представ¬
ляют те, которые связаны с отставкой
Бисмарка и последующим формировани¬
ем правительства и его курса. Содержа¬
ние этих материалов показывает актив¬
ную роль Эйленбурга и Гольштейна4 в
созданий антибисмарковской фронды.
Еще в январе 1890 г, в политических
планах «заговорщиков» прослеживались
сомнения в целесообразности удаления
канцлера. Кайзер должен подождать,
пока он не станет таким же популяр¬
ным, как Бисмарк, «обстоятельства к
разрыву еще отыщутся, сегодня рано»
(док. 306)поучал Гольштейн. Внесени¬
ем большого военного законопроекта
канцлер планировал вызвать конфликт
и разогнать рейхстаг. Но эти действия
Бисмарка встретили сопротивление Голь¬
шим пунктом «политики мести» Виль¬
гельму II и его окружению, кульминаци¬
онным пунктом борьбы за лишение кай¬
зера власти.
3 О влиянии его на определение внеш¬
неполитического курса Германии см.:
Виноградов К. Б., Гостей ков
А. В. Дни и дела Ф. Гольштейна,— Новая
и новейшая история, 1984, № 2.
4 За два года до описываемых событий
Гольштейн отмечал в диевникс: «Я по
многим причинам желаю, чтобы Бисмарк
еще пару лет оставался у руля, но, с
другой стороны, я говорю: всяк сверчок
знай свой шесток» (Die geheimen Papiere
Friedrich von Holsteins, Bd. 2. Gottingen.
1997. S. 412).
штейна, баденского посланника в Берли¬
не, будущего статс-секретаря внешнепо¬
литического ведомства А. Маршалля и
герцога Баденского, которые через Эй¬
ленбурга указали Вильгельму II на
опасность подобного шага (док. 345, 346,
349, 351).
Корреспонденция того периода убеди¬
тельно показывает недостойные методы
придворной камарильи в борьбе за
властьs. Из документов не ясна истин¬
ная роль Эйленбурга в назначении
Л. Каприви канцлером (хотя он, вероят¬
но по поручению Гольштейна, ездил в
Ганновер на «смотрины» генерала). Сам
он позже утверждал, что, если бы кай¬
зер спросил его совета, он никогда бы
не рекомендовал JI. Каприви. Это утвер¬
ждение, как и другое, - будто он пытал¬
ся предотвратить непродление германо¬
русского перестраховочного договора
1887 г., сомнительны.
С отставкой Бисмарка политика Гер¬
мании изменилась. Каждый закон был
импровизацией, всякий международный
договор - игрой ва-банк, замечает Н. Зом-
барт6. К сожалению, в публикации есть
лишь несколько документов, относящих¬
ся к вопросу о непродлеиии русско-гер¬
манского перестраховочного договора. Их
содержание показывает тактические раз¬
ногласия в правящих кругах кайзеров¬
ской империи в отношении внешнеполи¬
тической ориентации. Гольштейн, про¬
тивник «политического двоеженства»
Бисмарка, после отставки канцлера вы¬
ступил против продления этого догово¬
ра, доказывая, что союз с Россией может
«взорвать все другие союзы» (док. 372).
Второй том, включающий 517 докумен¬
тов, хронологически охватывает время,
заполненное большими и малыми поли¬
тическими кризисами, борьбой эпигонов
Бисмарка по вопросам внутренней и
внешней политики. Интересны докумен¬
ты, показывающие механизм подбора и
назначения послов. Их выбор осуществ¬
ляло не правительство, а группа людей
5 Отмечая негативную роль Эйленбур¬
га в отставке Бисмарка, Рёль оставляет
в тени Гольштейна, подыгрывая тем бур¬
жуазным историкам, которые хвалят по¬
следнего за его якобы прозападную ори¬
ентацию (см. Röhl J. G. G. Deutschland,
S. 30). Мы разделяем критическое заме¬
чание исследователя из ГДР К. Каниса в
адрес Д. Рёля (см. С a ni s G. Bismarck
und Waldersee. Brl. 1980, S. 289, Note).
6 Merkur, № 385, Juni 1980, S. 543.
167

из окружения кайзера. Так, Каприви
вместо «русофила» Г. Швейница хотел
назначить в Петербург Альвенслебена.
Гольштейн ü А. Кидерлен-Вехтер (дея¬
тель внешнеполитического ведомства)
считали лучшей кандидатуру генерала
Б. Вердера, который, по их мнению, был
более пригоден для утверждения авто¬
ритета Германии на берегах Невы. Голь¬
штейн просил Эйленбурга через россий¬
ского посланника в Мюнхене Н. Д. Ос-
тен-Сакена добиться, чтобы царь выска¬
зался за Вердера7. Эйленбург при этом
дал попять Остен-Сакепу, что кайзер —
за Вердера и был бы рад, если бы царь
поддержал этот вариант, чтобы преодо¬
леть сопротивление Каприви (док. 727-
732).
Путем таких же интриг были назна¬
чены в Рим и Вену соответственно
Б. Бюлов и Ф. Эйленбург. В 1895 г.
кайзер на выбор предложил последнему
пост германского посла в Лондоне, Па¬
риже или Вене. Выбор Вены объяснял¬
ся боязнью ответственности, которую ис¬
пытывал Эйленбург. В письмах кайзеру
он давал понять, что гораздо удобнее
для него был бы пост министра двора.
Эта мысль потому «не глупа», писал он
Бюлову, что при таком положении он
не имел бы ответственности и сохранил
право давать советы кайзеру. «Что я
вследствие этого в некоторой степени
стал бы spiritus rector8 всей государст¬
венной машины, это очевидно,— так глу¬
боко питает ко мне доверие дорогой кай¬
зер» (док. 1043).
Наиболее выпукло в томе представле¬
на непоследовательность внутриполити¬
ческих и внешнеполитических установок
германских политиков. Часто одна кон¬
цепция исключала другую. Так, в обла¬
сти внутренней политики Пруссия, по их
мнению, должна оставаться консерватив¬
ной, но империей надлежит править ли¬
берально, не посягать на прерогативы
протестантов и одновременно быть в хо¬
7 18 ноября 1892 г. Маршалль отметил
в дневнике: «Утром телеграмма его ве¬
личеству, что граф Шувалов вчера вече¬
ром передал телеграмму царя, в которой
тот просил, чтобы генерал Вердер, кото¬
рый пользуется его полным доверием,
был назначен послом. Капцлер тотчас
согласился принять Вердера, и его вели¬
чество немедленно телеграфировал царю,
который очень обрадовался» (S. 973,
Note).
8 Здесь — негласным руководителем.
роших отношениях с католиками, соблю¬
дать федералистскую структуру, но од¬
новременно энергично противодейство¬
вать партикуляристским тенденциям
(док. 583, 600, 793). Взаимоисключающи¬
ми выглядели и концепции развития от¬
ношений с другими державами. Герма¬
ния должна быть союзником одновремен¬
но Австро-Венгрии и России, искать со¬
глашения с Англией, не отчуждаясь от
России, строить сильный флот и не ухуд¬
шать отношения с Англией. Франция
должна быть изолирована в Европе, ее
интересы следует ориентировать на дру¬
гие континенты, но одновременно нужно
стараться ограничить рост французского
колониального могущества (док. 583,
758, 1054).
Пожалуй, ни в одном другом издании
не содержится столько материала о борь¬
бе отстраненного от власти, но не по¬
терявшего влияния Бисмарка, как в по¬
литической корреспонденции Эйленбурга.
Опасность реставрации «династии Бис¬
марков» учитывалась главными дейст¬
вующими лицами германской политики,
как видно из публикации, вплоть до
смерти бывшего канцлера в 1898 году.
Рёль не опубликовал (издание содержит
лишь небольшую часть архива Эйленбур¬
га) письмо Гольштейна от 23 января
1894 г., между тем оно - свидетельство
постоянного страха, в котором пребыва¬
ли эпигоны Бисмарка. «Если Бисмарк
сам или через свою креатуру придет к
власти,- писал Гольштейн,- тогда никто
из нас не избежит кровавой бойни»9.
Документы показывают, что с середи¬
ны 90-х годов Эйленбург не только ула¬
живал перманентные политические кри¬
зисы в Германии, он замахнулся произ¬
вести существенную перестановку в выс¬
ших эшелонах власти и прежде всего
выдвинуть на авансцену Бюлова. Послед¬
ний через фаворита кайзера развивал
перед Вильгельмом II концепции гер¬
манской политики, созвучные устремле¬
ниям самого монарха. Исподволь Бюлов
готовил почву для своего стремительного
взлета. Тактические разногласия кайзера
с канцлером и внешнеполитические не¬
удачи правительства «нового курса» по¬
буждали его действовать энергично.
В представленном для обсуждения с Эй-
ленбургом проекте (Фили читал письма
9 W i п ъ е n Р. Die Englandpolitik Fried¬
rich von Holsteins 1895—1901. Köln. 1975,
S. 8, Note.
168

Бюлова кайзеру) Бюлов рекомендовал
произвести «рокировку»: Каприви —уда¬
лить, Маршалля - перевести в министер¬
ство внутренних дел, канцлером назна¬
чить Б. Эйленбурга (прусского минист-
ра-президента, двоюродного брата Ф. Эй¬
ленбурга), а министром иностранных дел
Ф. Эйленбурга (док. 758).
Кайзер должен сам определять основ¬
ные линии в политике, считал Бюлов,
а такие люди, как Бото и Ф. Эйленбург
(и, конечно, он сам, Бюлов!), должны
ему помогать советами. Вряд ли можно
переоценить значение этого письма. Оно
содержало план, которому Бюлов и Эй-
денбург следовали упорно. Беззастенчи¬
во выпячивая свои достоинства и играя
на честолюбии Вильгельма, Бюлов домо¬
гался заветной цели: «Я был бы другим
рейхсканцлером. Я рассматриваю себя
как исполнительный инструмент его ве¬
личества, в известной степени как его
политический начальник штаба. Личный
режим, но в хорошем смысле, начнется
только со мной» (док, 1245).
20 марта 1894 г., т. е. ровно через че¬
тыре года после отставки Бисмарка, Эй¬
ленбург составил для кайзера весьма
важную памятную записку. По его сло¬
вам, «люди 1890 г.» слишком долго на¬
ходятся в правительстве; способности
Каприви руководить внешней и внутрен¬
ней политикой равны пулю; необходимо
восстановить доверие кайзера к Виль-
гельмштрассс. «Внешнеполитическое ве¬
домство,— писал он,- естественно, должно
быть рупором, машиной, с которой ра¬
ботает кайзер. Успех Маршалля с торго¬
вым договором (германо-русским.- А, Г.)
гарантирует ему еще некоторое время
пребывапия на посту. Но после опреде¬
ленного срока я посоветую произвести
замену. Выбор ограничен, я вижу толь¬
ко Бюлова» (док. 933).
Опираясь на публикацию, можно с
уверенностью сказать, что смещение «ли¬
берала» Каприви и назначение преста¬
релого X. Гогенлоэ «переходным» канц¬
лером произошло по рекомендации Эй¬
ленбурга. Характерно, что после этого
состоялась беседа Гогенлоэ с Эйлепбур-
гом, который рекомендовал новому канц¬
леру упрочить консерватизм в Пруссии
(док. 1042). Документы показывают, что
малейшее проявление либерализма вну¬
шало этим людям ужас, альтернативой
же демократии была лишь готовность
перейти к террору. «При первом призна¬
ке того, что к нам приближается анар¬
хистская болезнь, немедленно провозгла¬
шать осадное положение»,— писал Го¬
генлоэ Эйленбургу 20 сентября 1894 года.
Третий том, к сожалению, содержит
лишь незначительное количество доку¬
ментов о позиции германского руковод¬
ства в период первого марокканского
кризиса. Именно тогда начальник гене¬
рального штаба А. Шлиффен, инспири¬
руемый Гольштейном, намеревался на¬
нести превентивный удар по Франции.
В марте 1905 г., т. е. когда царизм на
Дальнем Востоке терпел поражение,
а внутри страны оказался под ударами
революции, Эйленбург в письме Виль¬
гельму II выразил тревогу по поводу
ослабления позиций царского правитель¬
ства и выступил за восстановление сою¬
за трех императоров (док. 1505).
Летом 1905 г. опасность германского
вторжения во Францию не уменьшилась.
Рёль обращает внимание на то, что кор¬
респонденция этого периода Эйленбур-
гом уничтожена. Вместе с тем, отмечает
он, можно утверждать, что он пытался
использовать свое влияние в целях до¬
стижения германо-французской догово¬
ренности и сплочения Европы против
США. В определенной степени «полити¬
ческая корреспонденция» подтверждает
мнение Гольштейна, что Эйленбург спо¬
собствовал мирному исходу первого ма¬
рокканского кризиса 10. Сам он утверж¬
дал, будто он лишь с Г. Мольтке и Бю-
ловом говорил об опасности войны с
Францией и.
Заключительный том существенно до¬
полняет наши представления о тактиче¬
ских разногласиях германских полити-
ков-милитаристов, в частности, по вопро¬
су создания мощного флота. В конце
90-х годов вопрос о его строительстве
10 Die geheimen Papiere, Bd. 4, № 966.
11 Muschler R. C. Philipp zu Eulen¬
burg. Leipzig. 1930, S. 609. 12 лет спустя,
когда обозначились перспективы пораже¬
ния Германии в первой мировой войне,
Эйленбург не без горечи отметил «пово¬
ротный пункт» германской судьбы и
уникальную неиспользованную возмож¬
ность, «поскольку мы строили флот»
(док. 1563). Утверждение же известного
публициста С. Хаффнера, будто таким
образом Эйленбург погубил игру военной
партии и достоин реабилитации, продик¬
тованы политическими соображениями
сегодняшнего дня и не могут затушевать
реакционной роли Эйленбурга (см. Мег-
cur, November 1977, S. 1105—1106).
169

занял одно из центральных мест в гер¬
манской внутренней и внешней полити¬
ке i2. Препятствием на пути реализации
программы оказалась оппозиция в Юж¬
ной Германии. В рейхстаге ее предста¬
вители грозили заблокировать проект,
что могло привести к правительственно¬
му кризису. Гольштейн, противник рас¬
пыления средств, предостерегал Эйлен-
бурга об опасности чрезмерных финансо¬
вых требований для строительства фло¬
та, опасаясь, как бы они не сыграли
«роль динамита». В таком случае, ука¬
зывал он, «кайзера в рейхстаге может
ожидать политическая Йена» (док. 1189,
1191). С возможностью кризиса прихо¬
дилось считаться.
Задачу протащить законопроект через
рейхстаг решено было доверить «специа¬
листам». Лучше, чем адмирал А. Тир-
пиц и прусский министр финансов
И. Микель, убеждал Эйленбург кайзера,
этого никто не сделает (док. 1339). Уже
вскоре Вильгельм II с гордостью заявил,
что методы Тирпица приносят свои пло¬
ды. Эйленбургу кайзер рассказал, что
Тирпиц организовал бюро, которое обес¬
печивает выпуск газет, журналов с мор¬
ской тематикой. Сотни университетских
профессоров, среди них А, Брентано,
Г. Дельбрюк, Г. Шмоллер, М. Вебер езди¬
ли по стране и читали доклады о флоте.
«Колониальное общество» собрало для
пропаганды флота большую сумму денег.
Оно организовало лекции, дало возмож¬
ность изготовить десятки тысяч экзем¬
пляров брошюр и распродать их в огра¬
ниченный срок перед принятием первого
закона о флоте 13.
Как показывают документы, в силь¬
ном флоте германские правители виде¬
ли инструмент мировой политики. С его
помощью они рассчитывали создать кон¬
тинентальную лигу против США и Ан¬
глии (док. 1340, 1343, 1509, 1554). Убеж¬
денный милитарист14, сторонник созда¬
12 5 февраля 1895 г. Маршалль записал
в дневнике, что кайзер не может думать
о чем-либо другом, кроме флота (S. 1459,
Note).
13 Böhl J. C. G. Deutschland, S. 230.
14 Документы показывают также закос¬
нелый консерватизм человека, на протя¬
жении двух десятилетий игравшего круп¬
ную роль на политической сцене Герма¬
нии. Быть может, наиболее четко это
видно пз его «политического завещания»
от 16 июня 1913 г., в котором он размыш¬
лял о реформе основного закона. Для ог¬
раничения монархического произвола
ния огромного флота Эйленбург хотел
позднее внушить потомкам мысль, будто
он был противником флотской полити¬
ки и милитаризма. Подобные утвержде¬
ния опровергаются его же собственны¬
ми записками. В записке, датированной
апрелем 1912 г., анализируя военно-мор¬
скую программу Германии, он отметил:
создание германского флота означает не
что иное, как вызов другим державам,
и последствием такой политики будет
война. Ее не следует бояться, германская
история уже показала, что немцы от
войпы лишь выигрывали. Немцам следу¬
ет идти по стопам короля Фридриха И,
войска которого были уже на марше в
Силезии, а он сообщал Марии-Терезии,
что ценит мир как высшее благо и не
думает о том, чтобы начинать войну.
«Так строим мы сегодня дредноуты,
а кайзер и его правительство поют нам
постоянно и неустанно песню мира».
Автор записки превозносил германскую
мощь и призывал к укреплению конти¬
нентальной гегемонии Германии, чтобы
«завоевывать, покорять... беспощадно,
ни с чем не считаясь» (док. 1554).
Война не стала триумфом ни для гер¬
манских правящих кругов, ни для ее
пропагандистов. Как и в предвоенные
годы, они не могли реально оценить мир
и происходившие в нем изменения. Да¬
леким от действительности оказался
анализ положения в Европе в декабре
1917 г. одного из корреспондентов Эй-
ленбурга, историка И, Халлера. Послед¬
ний утверждал, будто Германия уже ре¬
ально имеет двойной успех — уничтоже¬
ние русского превосходства и низведе¬
ние Франции до положения державы
второго ранга (док. 1567). Даже десять
месяцев спустя, перед лицом неминуемо¬
го поражения Германии, он не жалел о
развязанной войне.
Оправдание германской предвоенной
политики стало одной из главных задач
немецких дипломатов, историков, публи¬
цистов. Публикация показывает: они со¬
жалели о том, что недостаточно энергич¬
но осуществляли свои замыслы, и ошиб-
Эйлеибург считал целесообразным назна¬
чение двух канцлеров — одного по внеш¬
ней политике, другого — по внутренней
(док. 1558). Либеральная оппозиция тре¬
бовала в это время отмены реакционного
трехклассного избирательного закона в
Пруссии, введения ответственного перед
парламентом министерства, расширения
прав рейхстага.
170

ку германских политиков Халлер видел
лишь в том, что те якобы постоянно
спрашивали, как избежать войны, вме¬
сто того, чтобы спросить, как ее вести
с наибольшими шансами на успех
(док. 1602). Империалистический образ
мыслей здесь вполне очевиден. Что же
касается утверждения о стремлении гер¬
манского руководства избежать войны,
то это не более чем риторический при¬
ем, к которому прибегает Халлер.
Содержание архива Эйлеибурга, так
же как архивов Гольштейна, крупного
германского дипломата 11. Гатцфельда и
других, показывает, что политика в кай¬
зеровской Германии определялась кон¬
кретными людьми. Как и «Баденский ар¬
хив» 15, изданные Рёлем материалы ста¬
15 Fuchs W.—Р. (Hrg.). Grossherzog
Friedrich I von Baden und die Reichspoli¬
tik 1871—1907. Bd. 1—4. Stuttgart. 1968—
1980. Анализируя это издание, Рёль спра¬
ведливо указал, что в ФРГ продолжается
«табуизирование» экс-кайзера, а всякая
попытка исследовать ого роль в приня¬
тии политических решений отвергается
как персонализм, Он считает необходи¬
мым изучать деятельность не только по-
вят под сомнение тезис известного за¬
падногерманского историка Г.-У. Веле¬
ра !в, будто после отставки Бисмарка
прусско-германская пирамида власти по¬
теряла свою верхушку и Вильгельм II
был лишь «теневым» кайзером.
Публикуемые документы важны для
изучения не только внешней политики
кайзеровской Германии, по и борьбы
внутри ее господствующих классов за
укрепление военно-политического господ¬
ства кайзера и придворной камарильи,
против демократических сил немецкого
народа.
А. В. Гостенков
следнего из Гогенцоллернов, но и бли¬
жайшее окружение Вильгельма 11 (см.
Historische Zeitschrift, Juni 1983). Такие
попытки уже предприняты (см. Н u 11
I. V. The Entourage of Kaiser Wilhelm II,
1888—1918. Cambridge, 1982, Burmci-
ster H. W. Prince Philipp Eulenburg-
Hertefeld (1847—1921). His Inflnence on
Kaiser Wilhelm II and his Role in the
German Government. 1888—1902. Wiesba¬
den. 1981.
10 W e h 1 e г H. U. Das Deutsche Kaiser¬
reich, 1871 — 1918. Göttingen. 1973,
S. 60-69.
По страницам зарубежных журналов
СОДЕРЖАНИЕ ЖУРНАЛОВ, ВЫХОДЯЩИХ
В СОЦИАЛИСТИЧЕСКИХ СТРАНАХ
Исторически преелеВ. София. 1987, N° 3.
И. К а р к е л е в. Социологический ана¬
лиз ятаков и помощников партизан в
народно-освободительной борьбе; С. Д п-
митров. Криптохристианство и процес¬
сы исламизации в Османской империи;
Сообщения. Хр, Стефанов. Взаи¬
моотношения БКГ1 (т. с.) и радикально-
демократической партии (1918—1919 гг.);
К. Димитров. Фракийская царская
династия в Кабиле в эпоху раннего эл¬
линизма; Историография. Т. Стои¬
ло в а. Русская революционно-демокра¬
тическая мысль о некоторых вопросах
внешней политики Российской империи
в XVIII в.; В. Стоянов. Еще о пись¬
менных знаках па кольце из села Хот-
ницы.
Исторически преглед. 1987, № 4.
К 70-летию акад. Д. Ангелова;
Статьи.— Ат. Д. Атанасов. Социально-
политическая активность рабочего клас¬
са Болгарии (9 сентября 1944 г.— 1958 г.);
К. П а н а й о т о в а. Консорциум и ко¬
операция в экономической политике пра¬
вительства Болгарского земледельческо¬
го народного союза (1919—1923 гг.); Со¬
общения. Г. Борисов. Болгарская
народная армия в Белградской операции
1944 года; Б. Николова. Сведения об
отношениях Болгарии с Римом, Западом
и Латинской империей в староболгарской
литературе (IX—XIV вв.); Источники
и источниковедение. Ив. 'Г ю-
т ю н д ж и е в. Болгарская хроника
XV века и Хроника валашского монаха
Михаила Моксы (1620 г.).
P&rttorteneti Kozlemenyek, Budapest. 1987,
№ 1.
И. П и н т е р. Проблемы провозглашен¬
ной КПВ политики единого фронта на¬
кануне VII конгресса Коминтерна;
Л. Варга. Йожеф Погань в Социал-
демократической партии Венгрии;
И. М а т е. О теоретических взаимосвя¬
зях в дискуссиях до национальному во¬
171

просу перед 1914 годом; Сообщения.
Ш. К ё в а г о. О деятельности объедине¬
ния туристов «Друзья природы» в 1910—
1944 гг.; И. Кнаус. Партийный пере¬
смотр общего образования весной
1950 года; Документы. Международ¬
ная конференция руководителей проф¬
союзных центров в 1911 г. в Будапеште
(JI. Сюч).
Zeitschrift für Geschichtswissenschaft.
Berlin. 4987, № 4.
Г. JT о ц ек. Понятие эпохи у Ранке;
Р. J1 у м е р. Президент Кеннеди и амери¬
канская стратегия во Вьетнаме; Г. Мюл¬
лер. Буржуазные стремления к социаль¬
ным реформам после выборов в рейх¬
стаг 1907 года. К концепции и влиянию
«Общества социальной реформы»; Сооб¬
щения. Х.-П. Е к к. «Определенная» и
«неопределенная республика». К отзвуку
революции 1789 г. в работах К. Маркса
но современной истории; Дискуссия.
X. Б о к к. Лионское восстание 1831 г.
К изданию текстов о Лионских восста¬
ниях рабочих 1831 и 1834 гг.
Zeitschrift für Geschichtswissenschaft.
1987, № 5.
X. Хайнц. Вопросы периодизации в
«Пособии для заочного обучения исто¬
рии»; И. X е р р м а н. Предпосылки и ос¬
новы для возникновения Берлина и Кёль¬
на; Л. Винтер. К развитию народона¬
селения при капитализме со времени
промышленной революции. Пример Гер¬
мании и ФРГ; Сообщения. Д. Лан-
г е р. Германское имперское правительст¬
во и литовская Тариба. К избранию не¬
мецкого принца В. Ураха королем Литвы
в 1918 г.; Обзор. X. В ерник к е. Ис¬
следования об Иоханнесе Бугенхагене.
Dzieje Najnowsze. Wroclaw—Warszawa—
Krakow—Gdansk—Lodz. 1986. № 3—4.
M. Чаплиньски. Отношение немцев
к их колониальным подданным; В. В ж е-
синьски. Неизменность и изменчи¬
вость. Из представлений поляков о ти¬
пичном немце в период после разделов
Польши; Б. Ц ыбульс к и. Влияние де¬
маркации западной границы межвоенной
Польши па структуру системы правосу¬
дия в Польше и Германии; 0. Чапев-
с к и. Консервативные группировки о
польско-германских отношениях в 1918 —
1921 гг.; М. Мацеевски. Отношение
консервативных немецких представителей
культуры и науки к гитлеровскому ре¬
жиму; К. К а в а л е ц. Отпошение партии
эндеков к немецкому национализму
{1918—1939 гг.); К. Ёнца. Этапы ра-
слстской политики в третьем рейхе
{с особым учетом Силезии); Б. П а с е р б.
Отношение польских политиков-теорети-
ков периода второй мировой войны к во¬
просу перевоспитания немецкого народа;
Зд. А. Д е р в и н ь с к и. Отношение поль¬
ского эмигрантского правительства к об-
разовашно Национального комитета «Сво¬
бодная Германия»; Ф. Пол омски.
Трагедия евреев во Вроцлаве и в Ниж¬
ней Силезии (1941—1943 гг.) в свете до¬
кументов финансовой администрации;
Э. Куре к- Леси к. Участие женских
монастырей в спасении еврейских детей
в Польше в 1939—1945 гг.
Kwartalnik Historii Ruchu Zawodowego.
Warszawa. 1986, № 3.
К. M ж ы к. Возникновение и развитие
общепольских профсоюзных организаций
в 1983—1986 гг.; 80-летие классо¬
вых профсоюзов работников
транспорта и дорожного дела.
Т. М о и а с т е р с к а. Профсоюзное дви¬
жение работников транспорта в 1906—
1939 гг.; В. Ратыпски. Профсоюзы ра¬
ботников транспорта и дорожного дела
в 1944—1986 гг.; Материалы и до¬
кументы. X. Тадеусевич. Из исто¬
рии профсоюзной организации печатни¬
ков на территории Польши в районах
прусской власти в XIX в.; Л. Кещин-
с к и. Документы VI конгресса профсою¬
зов (классовых); М. О ж у г. Деятель¬
ность В. Гомулки в классовых профсою¬
зах в двадцатилетие между первой и
второй мировыми войнами; Г. С о л т ы-
с я к. Хроника 40-летия профсоюзного
движения (июнь 1954 — апрель 1958 гг.).
Kwartalnik Historii Ruchu Zawodowego.
1986, № 4.
Л. К е щ и н с к и. 25-летие «Кварталь-
ника истории профсоюзного движения»;
Ю. К у л я с. Двадцатипятилетние итоги
«Квартальника истории профсоюзного
движения»; К. М ж ы к. Создание Обще¬
польского соглашения профессиональ¬
ных союзов; И. Кустра-Марчак.
50-летие Общественно-хозяйственной дек¬
ларации движения служащих; Мате¬
риалы и документы. А. Коха н ь-
с к и. Красный Интернационал профсою¬
зов; Т. Монастерска. Петр Гаевски;
Е. М у с я л, Г. С о л т ы с я к. Хроника
40-летия профсоюзного движения (ап¬
рель 1958 — декабрь 1962 гг.).
Kwartalnik Historii Rucku Zawodowego.
1987, № 1.
А. Андрусевич. Корпорационизм.
Попытки рецепции католического корпо-
рационизма в Польше; Р. Артымяк.
Профсоюзы — база соглашения между ра¬
бочими партиями Польши (1944—
1948 гг.); Материалы. 50 лет
Центральной согласительной
комиссии. М. Рациновска. Всту¬
пительное слово; В. Р а т ы н с к и. Роль
и значение профсоюзов работников и
служащих в польском профсоюзном дви¬
жении; В. Висневски. Профсоюзы го¬
сударственных служащих и работников
общественных организаций в 1983—
1986 гг. (обсуждение); Д. Маерович,
Г. Солтысяк. Дискуссионные выступ-.
172

ления; Г. Солтысяк. Хроника 40-ле¬
тия профсоюзного движения (декабрь
1962 — июнь 1967 гг.); JI. X а с с, Б. К о р-
ч а к, В. М и х а л ь с к а. Библиография
журналов профсоюзного движения в
Польше, 1848-1939 гг.
Przeglqd Historyczny. Warszawa. 1986,
№ 4.
А. Б oi у цки. Strenuus как звание
польских рыцарей XIII—XV веков;
IT. Добровольски, Vargants all. Ор¬
ганизованная преступность в окрестно¬
стях Лондона в конце XIV века; Я. Т а з-
б и р. Рукописная книга в Польше и в
России; С. С т га и ж о в с к а. Эмануил
Шафарчик и стилетники 1863 года;
К. Керстен. Миграция в Польше пос¬
ле второй мировой войны как элемент
общественных преобразований и форми¬
рования отношений личности; Матери¬
алы. A. X о й н о в с к и. Юзеф Пилсуд-
ский до и после майекого переворота
1926 г.; Обозрения. В. Собоцин-
с к и. Преступность во время Варшавско¬
го княжества: текущие исследования и
их перспективы; А. Новак. Две новые
советские биографии H. М. Карамзина;
Дискуссии. Б. II о в а к. «Не надо
продавать золота как проса» (на полях
книги Ж. Б. Кетеги); С. К е н е в и ч. Да-
ниель Бовуа о Юго-западном крае.
Studia HistoTyczne. Krakow. 1987, № 1.
П. Счанецки. Семья Грифита (Грп-
фичи) из Бржежницы и бенедиктинцы;
А. Н о в а к о в с к и. Отношения между
Северским княжеством и Польшей в
1443—1790 гг.; К. Дах. Политические и
экономические отношения между Поль¬
шей и Румынией в 1864—1866 гг.;
Э. В е ж б и ц к и. О парламентской дея¬
тельности Станислава Сцепановского в
1880—1900 гг.; С. Стемпка. Крестьян¬
ская партия (Строництво Людове) и
крестьянские волнения в Центральной
Малополыпе в 1933 г.; А. М а р чи н ск и.
Организационная структура и актив¬
ность партизанской группы «Топор» в
Лимановском районе Армии Крайовой
летом 1944 г.; Ф. Земски. Структура
воеводских национальных советов в
Польше в 1944—1950 гг.; Материалы
и заметки. М. Виллауме. Некото¬
рые неизвестные бумаги Теофила Заблоц-
кого (1798—1880 гг.); К. Си ко реки.
Попытка легализации Строництва Наро-
довего после второй мировой войны; П о-
лемика и дискуссии. А. Пол. До¬
полнение к биографии Винцента Пола;
С. Г р о д з и н с к и. Австро-Венгрия с
точки зрения столетней перспективы,
ZapisM Historyezne. Warszawa—Poznan—
Torun. 1987, № 1.
Й. Споре. Начало локального города
в Белграде (Померания); Е. Сухоцки.
Генезис литовской этногенной легенды.
Политический и национальный аспект;
М. Норт. Город, домен и регион в гер¬
цогстве Прусском в XVI—XVII вв. (на
примере города и домена Острода);
М. Б о г у ц к а. Балтийская миграция в
начале нового времени (XVI—XVII вв.);
Б. Доманска. Организация и деятель¬
ность померанских радиостапций в Тору-
ни (1935—1939 гг.) и их роль в распро¬
странении культуры и сведений о Поме¬
рании; Источники и материалы.
М. П е л е X, К вопросу о выкупе военно¬
пленных Немецкого ордена во время Ве¬
ликой войны (1409—1411 гг.); М. Би¬
скуп. Материалы о дипломатической
деятельности Польши в войне против Не¬
мецкого Ордепа (1520—1521 ГГ.); Ди¬
скуссии и полемика. Я. Вепта.
Карьера Яна из Добжина; В. Ре змер.
Новый труд Конрада Цихановского об ар¬
мии «Поморье».
Anale de istorie, Bucureçti. 1987, № 2.
110-й юбилей завоевания
полной независимости Румы¬
нии. И. Попеску-Пуцурь. 1877
год — момент исключительного значения
в борьбе румынского народа за свободу
и национальную независимость; В. Пет¬
ри ш о р, В. И и к у л а е. Национальный
и народный характер войны за незави¬
симость; 65-я годовщина созда¬
ния Союза коммунистической
молодежи. К. П е т к у л е с к у.
Март 1922 г.— решающий момент в исто¬
рии революционного движения румын¬
ской молодежи; Г. П р и с з к а р у. Моло¬
дежь и проблемы разоружения, безопас¬
ности и мира в Европе; Д о к у м с н-
тальные исследования. В. В о-
боческу, Т. Бара. Сопротивление
венгерского населения северо-западной
части Румынии фашистско-хортистскому
режиму (30 августа 1940 г. — 25 октября
1944 г.); Заметки. Книги по истории,
изданные в 1986 г. (II) (И. Мамина).
Хроникальны« заметки
♦ Представители более 60 братских
партий и международных демократиче¬
ских организаций, а также ученые про¬
вели (май 1987 г., Прага) международный
симпозиум «Великий Октябрь и узловые
проблемы современной эпохи». В докла¬
дах и сообщениях рассматривались во¬
просы, связанные с воздействием первой
в мире победоносной социалистической
революции на практику социалистическо¬
го строительства в разных странах, на
судьбы цивилизации в целом.
173

+ Увидела свет книга Герхарда Кай-
дерлинга (ГДР) по истории столицы рес¬
публики за последние 40 лет, написан¬
ная на широком круге документов. Ав¬
тор рассказывает о демократических
преобразованиях в Восточном Берлине,
послевоенном восстановлении города,
строительстве мирной экономики, разви¬
тии города как центра социалистическо¬
го государства. В книге показаны переме¬
ны, которые произошли в жизни берлин¬
цев за годы рабоче-крестьянской власти
(G. К е i d е г ! i п д. Berlin 1945 bis 1986.
Geschichte der Hauptstadt der DDR. Ber¬
lin. Dietz-Verlag. 1987. 908 S., 354 Abb.).
ф В справочнике (ГДР) по странам
Азии приведены сведения об истории,
политике, экономике и тенденциях раз¬
вития отдельных регионов, извлепения
из важнейших документов, статистиче¬
ские данные, библиография (Asien. Klei¬
nes Nachschlagewerk. Berlin. Dietz-Verlag.
1987. 542 S.).
♦ В сборнике документов (ГДР) о
ближневосточном конфликте вводная
глава содержит изложение истории его
возникновения и развития вплоть до на¬
ших дней. Печатаемые документы при¬
надлежат различным политическим лаге¬
рям (Nahostkonflikt. Gefahr für den
Frieden. Dokumente. Berlin. Staatsverlag
der DDR. 1987. 312 S. ).
♦ Ганс-Георг Эберт, Хеннер Фгортих и
Ганс-Георг Мюллер (ГДР) в работе об
Исламской республике Иран повествуют
об истории этой страны, делая упор на
национально-освободительное движение
первой половины XX в. н революцию
1979 г. (H.-G. Ebert, H. Für tig, H.-G.
Müller. Die Islamische Republik Iran.
Berlin. Akademie-Verlag. 1987. 502 S.).
♦ О тех, кто в межвоеиный период бо¬
ролся за сохранение польского характе¬
ра западных земель нынешней Польши,
рассказывает Анджей Пищёла (A. Pi-
s z с г о t a. Zapisane w pamiçci. Warsza¬
wa. LSW. 1986. 228 s.).
♦ В Польше вторично изданы мемуа¬
ры деятельницы крестьянского движения
Зофьи Соляжовой (Z. Solarzowa. Mói
pamiçtnik. Warszawa. LSW. 1986. 443 s.).
♦ Ольгерд Терлецкий написал книгу
о жизни и деятельности министра ино¬
странных дел межвоениой Польши Юзе¬
фа Бека (О. Т е г i е с k i. Pulkownik Beck.
Warszawa. KAW. 1986. 375 s.).
+ Вторым изданием (добавлена ввод¬
ная часть) вышла работа польского меж¬
дународника Альфонса Кляфковского о
правовых основах ликвидации последст¬
вий польско-германской войпм, как это
предусматривалось решениями Потсдам¬
ской конференции (A. Klafkowski.
Umowa poezdarnska z dnia 2.VIÍI.1945 r.
Warszawa. Pax. 1985. 474 s.).
♦ Сборник материалов, характеризую¬
щих процесс нормализации отношений
между Польшей и ФРГ после заключе¬
ния договора 1970 г., касается политико-
правовых аспектов этого процесса (Ukfad
PRL — BFN z grudnia 1970 roku a procès
normalizacji. Warszawa. Interpress. 1985.
175 s.).
ф- 35-летию подписания в Згожельце
договора о границе между Польшей и
ГДР посвящена коллективная работа
специалистов двух стран (Granica poko-
ju. Warszawa. Interpress. 1985. 110 s.).
♦ Польский германист Губерт Орлов¬
ский составил антологию об отношении
буржуазных иптеллектуалов, главным
образом немецких, к фашизму и их по¬
пытках выяснить причины его распрост¬
ранения и утверждения в Италии и Гер¬
маний (Wobec faszyzmu. Warszawa. PIW,
1987. 391 в.).
♦ В Польше вторично издан справоч¬
ник о культурной жизни немецкоязыч¬
ных стран. В нем перечислены научные
центры, вузы, научные библиотеки, изда¬
тельства, музеи и театры, названы лауреа¬
ты Нобелевской премии и другие деяте¬
ли культуры (М. Cie si a, L. Kol ago,
E. L о m n i с k a - Z а k о w s k a. Zur Kul¬
turkunde der Länder des deutschen Spra-
chraumes. Warszawa. PWN. 1985. 219 S.).
♦ Польский ученый Теотин Ротт-Жеб-
ровский изучил написанную кириллицей
часть Реймсского евангелия, употребляв¬
шегося при коронации французских ко¬
ролей, и пришел к выводу, что этот
текст относится к XI в. и является па¬
мятником сербско-хорватского церковно-
славянского языка (Т. Ротт-Жебров-
с к и й. Кирилловская часть Реймсского
евангелйя: лингвистическое исследова¬
ние. Lublin. UMCS. 1986. 234 с.).
♦ Каталог изображений Королевского
замка в Варшаве, как известных только
по репродукциям или упоминаниям в
литературе, так и существующих, содер¬
жит сведения об их авторах, времени со¬
здания, комментарии и библиографию
(K. Sopoczynska, J. Jaworska. Wi-
döki Zamku Krôlewskiego w Warszawie.
Materiaîy ikonograficzne w malarstwie,
rysunku i grafice (1581—1939). Warszawa.
KAW. 1985. 272 s.).
♦ Монографию о политических отно¬
шениях Польши и Нидерландов в 1790—
1795 гг. написал польский ученый Сте¬
фан Меллер. Он опирался на дипломати¬
ческую переписку й архивные материа¬
лы (S. Meller. Les relations politiques
entre la Pologne et les Pays-Bas à l’époque
de la Diète de Quatre Ans. Warszawa.
WUN. 1985. 132 p.).
♦ Каталог римских монет 275—31 гг.
до н. э., находящихся я пумизматической
коллекции Оссолинеума (ПНР), с указа¬
нием материала, веса, диаметра, легенды,
сведений о символике и номинале соста¬
вила Габриеля Сукениик (G. S u k i е п-
nik. Catalogue of Ancient Coins in the
Ossolinski National Instylute Library.
Wroclaw, Ossolmeum. 1985. 107 p.).
♦ Пал Папди (Венгерская АН) еще в
1972 г. написал исследование об идеоло¬
гических «призраках» (так в свое время
называли идеи утопического социализма)
Венгрии до революции 1848—1849 годов.
Сейчас вышло новое издание этой рабо¬
ты, расширенное и дополненное. Оно ох-
474

пятывает прелрсволтонпоштое 20-летпо и
касается творчества М. Танчича, Ш. Б.
Фаркаша, Ф. Пульски, Й. Етвэша, Ж. Ке-
мени, И. Сеченьи, Л. Кошута, П. Вашва-
ри я их соратников (Р. Р á n d i. «Gespen¬
ster» gehen in Ungarn Kin. Budapest Aka-
démiai Kiadó. 1987. 657 S.).
♦ G I960 г. в Италии выходит в свет
ежегодник «Исследования по XVI веку».
Том за 1986 г. содержит материалы в
рамках традиционного отношения запад¬
ных специалистов к Ренессансу. Их
статьи касаются некоторых характерных
черт представителей Возрождения (инди¬
видуализм, интерес к эмпирическому
естествознанию, языковый национализм,
гуманизм) (Studi seceñtesehi. Vol. XXVIÎ.
Firenze. Gasa editrici Leo S. Olsöhki. 1986.
ïV, 348 p.).
♦ Творческое наследие Ф. Петрарки;
анализ событий XIV в. п характеристики
людей, с которыми он встречался; раз¬
личные сюжеты, затрагивающие ту эпоху
в Италии и Франция, составляют темы
томов (новая серия), издаваемых с
1920 г. Академией наук, словесности и
искусств им. Петрарки в г. Ареццо.
В томе за 1983—1984 гг., опубликованном
к 610-летию со дня кончины великого гу¬
маниста, затронуты все эти темы (Atti
е Memorie dell’ Accademia Petrarca di
Scienze, Lettere ed Arti. Vol. XLVI. Firen¬
ze. Leo S. Olschki. 1986. XXXVI, 304 p.,
49 ill).
ф Публикуемая в Италии с 1962 г.
библиография трудов по истории социа¬
листической мысли и итальянского рабо¬
чего движения, завершенная в 1980 г.,
продолжена дополнительными томами.
Последнее дополнение охватывает рабо¬
ты за 1968—Í977 годы (Bibliografie del
socialismo е del rnovimento operaio italia¬
no: líbri, opuscoli, articöli, almahacchi, nu-
meri unici. Suppl, t. I (A—K). Firenze.
Leo S. Olschki. 1986. XX, 656 p.; t. II (L—
Z). 1986. XVI, 656 p.).
♦ В книге очерков о Коммунистиче¬
ской партии Австрии (ее истории и по¬
литике) материал расположен в хроноло¬
гическом порядке: 1920 г., основание пар¬
тий, участие ее в революционном подъ¬
еме, организация отпора австрофашйзму,
борьба против гитлеровской оккупации
и за возрождение Австрии, деятельность
КПА в 1960—1980-е годы (Die Kommuni¬
stische Partei Österreichs. Beiträge zu
ihrer Geschichte und Politik. Wien. Globus-
Verlag. 1987. 576 S.).
ф Архяя австрийского движения Соп¬
ротивления издал под редакцией Зиг-
вальда Генгельмайра ежегодник за 1987 г.,
в который вошли наряду с другими
статьи Франца Б у р д а — о совместном
участии коммунистов и католиков в Соп¬
ротивлении, Ганса Ландауэра — об
австрийских добровольцах, сражавшихся
в 1930-е годы за Испанскую республику,
Винфреда Г а р ш а — о влиянии восста¬
ния шуцбундовцев в феврале 1934 г. на
международное рабочее движение (Jahr¬
buch 1987. Hrsg. Dokumentationsarchîv
des österreichischen Widerstands. Wien.
österreichischer Bundesverlag. 1987.
139 S.).
♦ Очередной том серии, публикуемой
тем же архивом, посвящен деятельности
австрийских коммунистов в бельгийской
эмиграции (в легальных условиях и в
подполье). В томе, в частности, опублико¬
ваны материалы об издании газеты «Rots
Fahne», которую затем нелегально до¬
ставляли в Австрию; об участии комму¬
нистов и возвратившихся из республи¬
канской Испании добровольцев в анти-
фашйстском Сопротивлении в Бельгии
(Österreicher im Exil; Belgien, 1938—1945.
Eine Dokumentation. Hrsg. Dokumentati¬
onsarchiv des österreichischen Wider¬
stands. Wien, österreichischer Bundesver¬
lag. 1987. 165 S., Phot.).
♦ Как соотносятся между собой дан¬
ные археологии и вопросы истории рели¬
гии? Об этом пишут норвежские Специа¬
листы из Института сравнительных ис¬
следований культуры в сборнике статей
под редакцией Гро Стейнсланда (Words
and Objects. Oxford. OUP. 1986. 283 р.).
♦ Увидел свет 56-й том (за 1985 г.)
археологического ежегодника, публикуе¬
мого Копенгагенским университетом
(Дания) под общей редакцией Клауса
Рандсборга. В нем помещены материалы
экспедиций датских археологов, изучав¬
ших Римский форум, менгиры Новой
Зеландии, остатки франкских одеяний
из района Кёльна, гробницы Селевкидов
на Евфрате, Майендорфскуго палеолити¬
ческую стоянку, мезолитическую культу¬
ру Норвегии, парфянские рельефы и
линдосских скарабеев (Acta Archaeologi-
са. Vol. 56. Kohenhavn. Munksgaard. 1987.
200 р.).
ф «Мир ислама» — международное
пзданпе, касающееся истории мусульман¬
ского мира. В т. XXVI новой его серии,
напечатанном в ФРГ На нескольких язы¬
ках, помещены статьи специалистов ряда
стран о влиянии ислама на культуру
Руси, народной религии Египта, отноше¬
ниях государства и религиозных органи¬
заций в Турции, реформах в Османской
империи XIX в., положении мусульман в
Югославии (Die Welt des Islams. N, S.,
Bd. XXVI. Bonn — Leiden. E. J. Brill.
1986. 249 S.).
Ф Рудольф Бенль (ФРГ) в моногра¬
фии о поземельных отношениях в Поме¬
рании XII—XIV вв. повествует о том,
как былые фёодальпые права на землю
перешли от славянских вождей племен¬
ного союза поморян и их первых князей
к немецким феодалам и церкви в ходе
германизации этой территории и как это
сказалось на судьбе местного сельского
и городского населения. Это — т. 93 се¬
рии «Исследования по Средней Герма¬
нии» (R, В е n 1. Die Gestaltung der Bo¬
denrechtsverhältnisse in Pommern von 12.
bis zum 14. Jahrhundert. Köln. Böhlau
Verlag. 1987. XVI, 484 S.).
ф Робер Брите из Школы политиче¬
ских знаний (Франция) исследует исто¬
рию французских трудовых ассоциаций
и профсоюзов с начала XX в., нх устрой¬
175

ство и функционирование, их отношения
с предпринимателями и политическими
партиями, их организационные перест¬
ройки и финансирование, наконец — их
место в современной Франции (R. В г i-
с h е t. Associations et Syndicats. Paris.
Litec. 1986. 697 p.).
ф Двухтомная «История семьи» — ре¬
зультат работы коллектива французских
историков, социологов, этнографов и ар¬
хеологов. В т. 1 представлены материалы
о первобытном и древнем обществах,
а т. 2 — 0 средневековом, новом и совре¬
менном, включая страны социализма
(Histoire de la famille. T. 1. Paris. Ar¬
mand Colin. 1986. 640 p. T. 2. 1986. 560 p.).
+ Волнения в итальянской Апулии
1900—1922 гг., вызванные различными
причинами (эксплуатация трудящихся,
войны, религиозные беспорядки, полити¬
ческая демагогия, борьба за власть
и пр.), рассматривает Фрэнк Сноуден из
Лондонского университета (Англия)
(F. М. Snowden. Violence and Great
Estates in the South of Italy. Cambridge.
CUP. 1986. 245 p.).
ф Очерки истории государственной из¬
мены в тюдоровской Англии написал
Лэйси Болдуин Смит, профессор Северо-
Западного университета в Иллинойсе
(США). Он сгруппировал соответствую¬
щие факты по двум линиям: действи¬
тельные заговоры против правящей ди¬
настии и мнимые, объясняемые подозри¬
тельностью королей (L. В. Smith. Trea¬
son in Tudor England. Princeton (N. J.).
PUP. 1986. 342 p.).
♦ История системы управления Анг¬
лией, преимущественно в новейшее вре¬
мя, охарактеризована Энтони Бёрчем из
Викторианского университета (Канада).
Автор рассматривает социально-классо¬
вую базу государства, применение зако¬
нодательства, правительственно-парла¬
ментскую систему, местные органы вла¬
сти и отношение населения к государству
(А. Н. В i г с h. The British System of Go¬
vernment. London. Allen and Unwin. 1986.
279 p.).
♦ Преподаватель Калифорнийского
университета (США) Рэндэл Коллинз,
автор статей о социологии Макса Вебера,
собрал их в одну книгу. В ней творчест¬
во Вебера рассмотрено тематически: тео¬
рии экономического развития раниего
средневековья, капитализма и века но¬
вейшей технологии; империалистическая
политика, геополитика, политика России
начала XX в.; еретические религии, от¬
чуждение культуры в разные эпохи;
история семьи и брачных отношений
(R. С о 11 i n s. Weberian Sociological Theo¬
ry. Cambridge. CUP, 1986. 356 p.).
ф Общий очерк деятельности амери¬
канских президентов от Т. Рузвельта до
Дж. Картера написал Пири Арнольд,
профессор университета Нотр-Дам
(США), основное внимание сосредото¬
чивший на мероприятиях Г. Гувера
(Р. Е. Arnold. Making the Managerial
Presidency. Princeton (N. J.). PUP. 1986.
374 p.).
♦ Этнический портрет многонацио¬
нального Чикаго первой половины XX в.
рисует профессор Айовского университе¬
та (США) Стэв Персоне. Большое внима¬
ние уделено им историографии проблемы
(S. Persons. Ethnic Studies at Chicago
1906—45. Urbana. UIP. 1987. 159 p.).
♦ К чему привело массовое переселе¬
ние негров из южных штатов США в
г. Питтсбург после первой мировой вой¬
ны и как это сказалось на кризисных яв¬
лениях 1929—1930 годов? На эти вопро¬
сы отвечает преподаватель Пенсильван¬
ского университета Питер Готтлиб. База
его монографии — документы ряда ар¬
хивов, печать той поры и малоизвестные
диссертации 1920—1930-х годов (P. Gott¬
lieb. Making Their Own Way. Urbana,
UIP. 1987. 250 p.).
♦ Профессор Луисвиллского универ¬
ситета (США) Леонард Карри рассматри¬
вает особенности социального положения
и образа жизни свободных негров в го¬
родах США первой половины XIX века.
Автором использованы специальная ли¬
тература и периодика (L. P. Curry, The
Free Black in Urban America 1800—1850.
Chicago. UChP. 1986. 346 p.).
♦ Археологи Тамильского университе¬
та (Индия) подняли со дна пролива, от¬
деляющего материк от о-ва Шри-Ланка,
трехметровый древнеегипетский камен¬
ный якорь весом в тонну, датируемый
II—I тыс. до н. э. Неясно, идет ли речь
о заимствовании или же о последствиях
катастрофы во время древнего плавания.
♦ В Китае при расчистке фундамента
рухнувшей пагоды обнаружен храм
III в. н. э., пострадавший от землетрясе¬
ния и восстановленный в XVI веке.
В подземном склепе найдены кости паль¬
цев, якобы принадлежавшие Шакья-
Мупи, каждый — в отделанном золотом,
серебром, хрусталем, нефритом и санда¬
ловым деревом футляре; позолоченный
сосуд в виде спящей черепахи с орнамен¬
том из цветов лотоса, лакированная кера¬
мика, остатки шелковых тканей, другие
золотые, серебряные, лаковые и фарфоро¬
вые изделия.
♦ В уезде Донгоу (провинция Ляонин,
Китай) найдено более 40 тотемных
скульптур из камня и глины, изобра¬
жающих людей, голову тигра, кузнечика,
плоды и растения. Этим изделиям — око¬
ло шести тысяч лет.
♦ В ходе раскопок в г. Арика (Чилий¬
ские Анды) выявлено 100 мумий. Радио¬
углеродная датировка установила, что их
давность —10 тыс. лет. Методика муми¬
фицирования отличается от египетской:
умершему удаляли внутренние органы,
высушивали тело над раскаленными уг¬
лями, наполняли минеральными и расти¬
тельными веществами. Готовую мумию
украшали перьями, на покрытую глиня¬
ной маской голову надевали парик из на¬
туральных волос, в тело вставляли палки.

НАУЧНЫЕ ЗАМЕТКИ
УЧАСТИЕ СОВЕТСКОГО АЗЕРБАЙДЖАНА
В МЕЖДУНАРОДНОМ КУЛЬТУРНОМ И НАУЧНОМ ОБМЕНЕ
В 20—30-е ГОДЫ
Создана значительная литература но различным аспектам развития междуна¬
родных культурных связей Советского Союза Ч Однако некоторые важные вопросы
этой темы все еще не исследовапы. Среди них — участие союзных республик в раз¬
витии международных научных и культурных связей, на что справедливо обраща¬
лось внимание в литературеЧ Так, имеются две статьи об участии республик
Закавказья в культурном обмене с зарубежной прогрессивной общественностью в
довоенные годы Ч
Архивные материалы, впервые вводимые в научный оборот, дают возможность
показать деятельность азербайджанского филиала Закавказского общества культур¬
ных связей с заграницей (ЗОКС) в 20-е — 30-е годы.
Закавказский филиал Всесоюзного общества культурных связей с заграницей
(ВОКС) с отделениями в каждой из трех республик был создан в феврале
1928 г. постановлением ЗакЦИК. В первые годы его председателем был видный
азербайджанский революционный деятель М. Д. Гусейнов Ч 23 мая 1931 г. поста¬
новлением комиссии ЗакЦИК филиал был переименован в ЗОКС 5. В области меж¬
дународного культурпого сотрудничества ВОКС ориентировал закавказские респуб¬
лики на соседние страны зарубежного Востока, в частности на Иран, Турцию и
Афганистан. Азербайджанский филиал ЗОКС находился в системе Наркомпроса
АзССР 6.
В задачу общества и его филиалов входили: прием иностранных делегаций;
участие в международных конгрессах, форумах, фестивалях, издание литературы
на иностранных языках об успехах социалистического строительства. Важную роль
играли визиты зарубежных гостей, которые могли видеть собственными глазами
достижения Страны Советов. После этого они способствовали разоблачению
аптисоветской клеветы, распространяемой буржуазной прессой. Характерным при¬
мером в этом отношении явилась английская профсоюзная делегация, побывавшая
в Азербайджане в декабре 1925 года. В ряде европейских стран она опубликовала
отчет о своей поездке. Члены делегации выступали в индустриальных центрах
1 Иоффе А. Е. Международные связи советской науки, техники и культуры
(1917—1932). М. 1975; Кузьмин М. С. Деятельность партии и Советского государст¬
ва по развитию международных научных и культурных связей СССР (1917—1932).
Л. 1971; подробнее об имеющейся литературе см.: Кузьмин М. С. Новейшая лите¬
ратура о международных научных и культурных связях СССР в 1917—1932 годах.—
Вопросы истории, 1977, № 3.
" Кузьмы п М. С., Сергеев В. А. Участие национальных республик СССР в
международном культурном обмене в 20—30-е годы.— История СССР, 1984, № 1, с. 43.
3 Соф пев М. М. Из истории закавказско-турецких культурных связей в период
федерации.— Ученые записки Азербайджанского университета, № 8, 1975, серия
история и философия; его же. ЗСФСР в советско-турецких научных и культурных
связях (20—30-е годы), В кн.: Великий Октябрь и Турция. Тбилиси. 1982.
4 ЦГАОР ГССР, ф. 813, оп. 1, д. 41, л. 2; ф. 607, оп. 1, д. 1901, л. 11.
5 Там же, ф. 613, оп. 1, д. 31, л. 25.
е Там же, д. 82, л. 4; ф. 607, оп. 1, д. 2252, л. 1.,
177

Англии, а руководитель делегации Л. Персоль во время поездки в США сделал ряд
докладов о Стране Советов перёд американской рабочей аудиторией 7,
Одной из форм международного культурного сотрудничества было участие со¬
ветских ученых в международных конгрессах и фестивалях. Интернациональный
кинофестиваль проходил в Баку в феврале 1935 года. Прибывшая на него делегация
Ирана ознакомилась с достижениями республики. В честь гостей состоялся вечер
дружбы ученых Ирана и Азербайджана8.
Свидетельством пристального внимания зарубежной интеллигенции к развитию
общественных наук в нашей стране стал международный конгресс археологов, со¬
стоявшийся в сентябре 1936 г. в Баку. На нем присутствовали ученые ряда зару¬
бежных стран, были заслушаны доклады видных советских ученых, состоялось
обсуждение открытий в области археологии. Гости познакомились с опытом нашей
страны по защите и выявлению новых памятников *.
В сложной международной обстановке 1928—1932 гг. одной из задач Азербайд¬
жанского филиала ЗОКС стала борьба с измышлениями буржуазной пропаганды.
Необходимо было наладить выпуск брошюр, журналов, справочников на иностран¬
ных языках для ознакомления зарубежных читателей с культурными достижения¬
ми Советского Азербайджана. В ознаменование Ю-летия ЗСФСР по инициативе
филиала были изданы журналы на английском, немецком и французском языках 10,
отражающие экономическую и культурную жизнь республики, а в связи с 15-ле¬
тием установления Советской власти в Закавказье ВОКС совместно с Азербайджан¬
ским филиалом ЗОКС подготовил сборник «Советское Закавказье» на иностранных
языках и.
Действенной формой культурного сотрудничества с зарубежными странами был
книгообмен между культурно-просветительными учреждениями, научно-исследова¬
тельскими институтами и крупными предприятиями. В конце 20-х годов по ини¬
циативе Азербайджанского филиала ЗОКС культурно-просветительные учреждения
республики установили книгообмен со многими зарубежными странами. Из Азер¬
байджана за границу шли книги различного характера — художественные произве¬
дения, научные работы, справочники, статистические издания и др.
Наибольшее развитие получил обмен научно-информационными материалами
между культурно-просветительными учреждениями Азербайджана и музеями Гер¬
мании и США. В 1929 г. республиканский комитет охраны памятников искусства
и старпны начал обмен информацией с Гамбургским, Нюрнбергским и Лейпцигским
музеями народоведения,2. В том же году ассоциация музеев в Вашингтоне
обратилась в ВОКС с предложением установить контакты с музеями СССР. По пред¬
ложению ВОКС музеи США обменивались информационными материалами с Азер¬
байджанскими государственным и Сельскохозяйственным музеями и местным Му¬
зеем революции 13.
С целью изучения научно-технического опыта капиталистических стран в меж¬
дународный обмен информацией включились закавказские научно-исследователь¬
ские институты. С 30-х годов Закавказский исследовательский институт водного
хозяйства и Закгосплан регулярно посылали научно-исследовательским институтам
США, Бельгии* Чехословакии, Греции и других стран свои научные бюллетени,
а Закавказский научно-исследовательский институт направлял свои труды во
Францию, Швейцарию, США и Германию 1\ Закавказский институт водного хо¬
зяйства и ЗакЦСУ активно обменивались материалами с библиотеками Германии
и Англии и Международным институтом в Риме 15. Этот обмен вел к тому, что в
7 Движение международной солидарности трудящихся 1924—1932. Киев. 1980,
с. 78.
8 Новый путь, Баку, 17.11.4935 (на аз. яз.).
* Там же, 26ЛХ.1936.
ЦГАОР ГССР, ф. 607, он. 1, Д. £081, л. 41.
** ЦГАОР АзССР, ф. 411, оп. 3, д. 375, л. 41.
ЦГАОР СССР, ф. 5283, оп. 10, д. 195*, лл. 76а, 77, 80, 88.
13 ЦГАОР ГССР, ф. 613, оп. 1, д. 9, Л. 2.
‘4 ЦГАОР СССР, ф. 5283, оп, 10, д. 365, л. 74; ЦГАОР ГССР, ф, 613, оп, 1, д. 70,
Л‘ 4'15 ЦГАОР СССР, ф. 5283, оп. 10, д. 431, лл. 87, 97.
178

западной прессе появлялись материалы, отражающие не только социально-эконо¬
мическое, но и культурное развитие советских республик. В то же время получе¬
ние литературы из-за границы способствовало решению ряда проблем советскими
научными институтами.
Определенное значение для укрепления культурных контактов имел книгооб¬
мен. По инициативе Азербайджанского филиала ЗОКС, библиотеки Нефтяного ин¬
ститута Баку и Закгосплана обменивались книгами с библиотеками Германии,
Англии, Франции, Америки, Японии, Турции, Ирана и других стран 1в. Туда шли
такие периодические издания, как «Известия издательств Азербайджана», «Бюлле¬
тень ЦСУ Азербайджана», «Известия общества по изучению и обследованию Азер¬
байджана», «Труды Азгосуниверснтета» и др. С 1924 по 1930 г. ЗОКС получил из-за
рубежа и отправил туда из Азербайджана соответственно 10 275 и 10 796 книг17.
Только во втором полугодии 1933 г. ЗОКС послал в зарубежные страны 399 книг,
в том числе в страны Ближнего и Среднего Востока 173. В то же время было полу¬
чено из-за границы 383 книги, в том числе 95 — из Турции. За 1935 г. и первый
квартал 1936 г. Азербайджанский филиал ЗОКС отправил за границу 382, а полу¬
чил 644 книги ,8.
В международный книгообмен включились и ученые Азербайджанского филиала
АН СССР, созданного в 1935 году. С первых же шагов своей деятельности они нала¬
дили связи с исследовательскими институтами Венгрии, США, Германии, Аргенти¬
ны, Бельгии, ряда стран зарубежного Востока, в частности Турции, Ирана, Индии,
Афганистана и др.19. В 1935 г. труды ученых Советского Азербайджана издавались
в США, Гермапии, Англии, Австрии, Бельгии, Египте, Индии и других странах 20.
И в последующие годы ученые Азербайджана установили связи также с музеями
и университетами зарубежных стран. В 1935—4936 гг. Азербайджанский филиал
АН СССР наладил книгообмен с музеями Австрии, Англии и университетами Каира
и Рима 21. Туда посылали археологические труды, альбомы и фотоснимки памятни¬
ков древности. В свою очередь, в Азербайджан поступали новейшие материалы об
археологических открытиях в этих странах.
Большое значение для развития международного культурного обмена имели вы¬
ставки, знакомившие с экономическими и культурными достижениями Советского
Азербайджана. Тематика этих выставок была самой разнообразной: печать, кино,
театр, литература, архитектура, просвещение и т. д. В 1928 г. Азербайджанский
филиал ЗОКС представлял республику на выставках печати в Кёльне и социального
воспитания, устроенной сначала в Лейпциге, а затем в Праге. В том же году
Азербайджан участвовал в выставке фоторабот в Швеции22. В свою очередь,
в 1929 г. в Баку была устроена самая крупная в СССР международная выставка
печати многих стран мира. На ней была представлена пресса на 147 языках23*
В 4930 г. в Баку состоялась международная выставка детской литературы24.
С начала 30-х годов обмен выставками расширяется. В те годы Азербайджан¬
ский филиал ЗОКС участвовал в художественных выставках в Японии, Венеции,
где были представлены работы художников и кинематографистов, в выставке архи¬
тектуры в Праге, а также в выставках, организованных ВОКС в Швейцарии, Нор¬
вегии, Германии, Франции, Голландии и других странах25. Большой успех имел
Бакинский рабочий театр, представленный в июле 1933 г. в Нью-Йорке на выставке
«Советский театр»26. Достижения театра характеризовали макеты и плакаты, от¬
рывки из спектаклей. Они произвели большое впечатление на многих американцев.
16 ЦГАОР СССР, ф. 5283, он. 10, д. 433, л. 7; д. 431, лл. 4, 58, 61, 78.
17 Там же, д. 228, л, Ш).
18 Там же, д. 651, л. 35; ЦГАОР ГССР, ф. 613, оп. 1, д. 262, л. 27.
19 ЦГАОР СССР, ф. 5283, оп. 10, д. 651, лл. 14, 24, 30.
20 ЦГАОР [’ССР, ф. 613, он. 1, д. 251, лл. 5-6; д. 262, лл. 26-27; ЦГАОР СССР,
ф. 5283, оп. 10, д. 747, л. 3.
21 ЦГАОР СССР, ф- 5283, оп. 6; д. 1067, л. 11; д. 835, лл. 53—54.
22 ЦГАОР ГССР, ф. 607, оп. 1, д. 2252, л. 1.
23 Там яге, ф. 613, он. 1, д. 41, л. 4.
24 ЦГАОР СССР, ф. 5283, он. 11, д. 101. л. 89.
23 ЦГАОР ГССР, ф. 613, оп. 1, д. 82, лл. 5—6; д. 41, Л. 4.
20 ЦГАОР СССР, ф. 5283, од. 11, Д. 348, д, 15,
179

В том же году Азербайджанский филиал ЗОКС участвовал в выставке «Жизнь
детей», устроенной в Японии, а в мае 1934 г.— в выставке фоторабот в Польше 27.
Азербайджанский филиал ЗОКС уделял большое внимание выставкам, отражаю¬
щим экономическое, политическое и культурпое развитие республики. В апреле
1934 г. ее достижения были представлены на выставке «Национальное строительст¬
во в СССР», устроенной БОКС для зарубежных стран, а в июле 1936 г.— на вы¬
ставке «15 лет республикам Закавказья» 28, За 20—30-е годы Советской Азербайд¬
жан принимал участие в выставках, организованных ВОКС в 15 зарубежных стра¬
нах 29 и сыгравших большую роль в развитии культурных связей с заграницей.
Посредством выставок зарубежная прогрессивная общественность знакомилась с
успехами социалистического строительства в Азербайджане, а его трудящиеся —
с жизнью капиталистических стран.
По мере возрастания интереса к СССР расширялись и международные связи
в области театрального и музыкального искусства. Бакинский театр рабочей моло¬
дежи установил в 1931 г. творческие контакты с художественной бригадой комсо¬
мола Франции30. В 1932 г. Азербайджанский филиал ЗОКС наладил регулярный
обмен нотными материалами и записями народпых песен с Турцией. Ее консерва¬
тории были предоставлены записи азербайджанских народных песеи и произведе¬
ний композиторов республики У. Гаджибекова и М. Магомаева31. В марте 1933 г.
состоялись гастроли Бакинского государственного театра и Стамбульского теат¬
ра 32. В середине 30-х годов по инициативе Азербайджанского филиала ЗОКС был
установлен обмен музыкальными народными ансамблями и театрами с Ираном.
Артисты Азербайджана и Армении содействовали созданию современного театра в
этой стране. За плодотворную работу некоторые из них были награждены ордена¬
ми Ирана33. В октябре 1935 г. Союз композиторов Азербайджана участвовал в
конкурсе камерной музыки в Вашингтоне34.
В конце 30-х годов произошло резкое сокращение культурных связей СССР с
зарубежными странами. Основная причина его крылась в усилении антисоветской
политики империалистических государств, готовивших тогда военное нападение на
нашу страну. Однако накопленный за предшествующий период опыт развития
культурных и научных связей с капиталистическими государствами Запада и стра¬
нами зарубежного Востока был использован в послевоенное время для укреплепия
интернациональных связей советского парода с мировой прогрессивной обществен¬
ностью.
Ф. Э. Фейзуллаев
27 ЦГАОР ГССР, ф. 613, он. 1, д. 82, л. 30; д. 201, л. 47.
28 Бакинский филиал ЦГАОР АзССР, ф. 16, оп. 1, д. И, л. 58; ЦГАОР СССР,
ф. 5283, оп. И, д. 398, л. 7.
20 Подсчитано автором по материалам ЦГАОР СССР (ф. 5283) и ЦГАОР ГССР
(фф. 607, 613).
30 Мамедов И. И. Участие комсомола Азербайджана в общественно-политиче¬
ской жизни республики в годы социалистического строительства.—Известия АН
АзССР, серия история и философия, 1977, № 7, с. 17.
31 ЦГАОР ГССР, ф. 613, оп. 1, д. 64, л. 22; д. 262, л. 24.
32 ЦГАОР СССР, ф. 5283, оп. 2, д. 319, лл. 1—2.
33 Там же, он. 4, д. 153, л. 25; Кузьмин М. С. Деятельность партии и Советско¬
го государства по развитию международных научных л культурных связей СССР,
с. 137.
34 ЦГАОР СССР, ф. 5283, оп. 2, д. 319, лл. 1-2.

ФАКТЫ, СОБЫТИЯ, ЛЮДИ
ИНОИЗДАТ В ВЕЛИКУЮ ОТЕЧЕСТВЕННУЮ...
Одной из форм борьбы с гитлеризмом являлась антифашистская пропаганда.
Значительную роль в ее организации сыграло Издательство литературы на ино¬
странных языках (Иноиздат), основанное в 1931 г. как Издательское товарищество
иностранных рабочих в СССР До 1943 г. оно находилось в ведении Исполкома
Коминтерна, а затем — Отдела агитации и пропаганды ЦК ВКП(б). В годы Вели¬
кой Отечественной войны большой вклад в работу Иноиздата внесли многие вид¬
ные деятели Коминтерна — Е. М. Ярославский, Д. 3. Мануильский, Г. Димитров,
А. Курелла и др. Директором Иноиздата в годы войны являлся научный работник
с большим опытом издательской деятельности К. М. Касрадзе.
В издательстве сотрудничали немецкие коммунисты-антифашисты: редактор
многих изданий сочинений В. И. Ленина Э. Вендт; известный поэт, в 1937 г. полит¬
работник 11-й интернациональной бригады в Испании Э. Вайнерт — ответственный
редактор и научный консультант по спецзаказам; писатель, узник гитлеровского
концлагеря, бежавший в СССР, а затем участвовавший в национально-революцион¬
ной войне в Испании В. Бредель (был принят в Иноиздат по рекомендации В. Пи¬
ка); писатель И. Бехер и его приемная дочь М. Бехер; австрийский писатель,
переводчик и критик Г. Гупперт (Хупперт), окончивший в Москве Институт крас¬
ной профессуры и работавший в Институте Маркса — Энгельса — Ленина.
Из числа венгерских коммунистов-антифаотистов в Иноиздате трудились писа¬
тели А. Габор, А. Гидаш. Одним из наиболее опытных редакторов и переводчиков
английской редакции был Д. Файнберг, член Британской социалистической партии,
несколько раз встречавшийся с В. И. Лениным. Опытные сотрудники работали в
восточных редакциях, например, переводчик японской редакции Т. Симидзу. Эми¬
грировав в 1920-е годы из Японии в США, он стал там одним из организаторов
Японской рабочей ассоциации, был членом Национального бюро японских комму¬
нистов, членом горкома коммунистической организации Лос-Анджелеса, за поли¬
тическую деятельность подвергался тюремному заключению, после освобождения
из тюрьмы в 1932 г. эмигрировал в СССР, здесь окончил Коммунистический уни¬
верситет трудящихся Востока и был оставлен в нем преподавателем.
В 1941 г. основная часть Иноиздата была эвакуирована в г. Энгельс Саратов¬
ской обл., а для оперативной работы были созданы две группы: в Москве и в
Куйбышеве. Сразу же после разгрома фашистов в битве под Москвой Иноиздат
вернулся в столицу. К выпуску плановой литературы оп приступил со второй по¬
ловины 1942 г., хотя уже с осени 1941 г. вьтполпял внеплановые задания: печатал
на иностранных языках приказы Верховного Главнокомандующего, речи и доклады
руководителей Советского правительства, сводки Совииформбюро, правительствен¬
ные документы, листовки и др.2.
На набор, верстку и печатание спецзаказов затрачивалось минимальное коли¬
чество времени; в типографии «Искра Революции» в одном из арбатских переулков
круглосуточно дежурили переводчики, редакторы и корректоры. Так же оперативно,
по укороченному производственному графику, выпускались «молнии». К 25-летию
Великого Октября вышла биография Ленина па английском, немецком, француз¬
1 Книга и культура. М. 1979, с. 210—219.
2 На русском языке эти листовки частично опубликованы в сб.: Герои и подви¬
ги. Советские листовки Великой Отечественной войны 1941—1945 гг. М. 1958.
181

ском и польском языкахэ. «Молнией» выпускались и необходимые для фронта
учебные пособия, например, «Учебник немецкого языка для Красной Армии»
A. Москальской и Е. Гофман.
Учитывая интерес зарубежного читателя к вопросам военной стратегии и так¬
тики, его стремление понять, почему, допустим, в 1940 г. столь легко пала Фран¬
ция, почему одерживает победы СССР, что такое хороший и плохой солдат или
матрос и т. п., Иноиздат значительное внимание уделял изданию общественно-по¬
литической и художественной литературы, написанной по свежим впечатлениям
от военных событий и жизни тружеников тыла. Были, в частности, подготовлены
и на ряде языков опубликованы тематические сборники о героической обороне
Ленинграда, Севастополя и Сталинграда, о разгроме немецко-фашистских войск под
Москвой, работа начальника Центрального штаба партизанского движения при
Ставке Верховного Главнокомандования П. К. Пономаренко о партизанском движе¬
нии в Великой Отечественной войпе.
Особой популярностью пользовались публицистические очерки К. М. Симонова,
И. Г. Эренбурга, Б. Н. Полевого, А. А. Фадеева, П. А. Лидова, В. С. Гроссмана и
других военных корреспондентов, писателей и журналистов. Очерк Лидова «Таня»
(о подвиге Зои Космодемьянской) был немедленно переведен и опубликован на
семи языках тиражом 50,6 тыс. экземпляров. О каждой такой военной корреспон¬
денции можно было бы сказать словами из американской газеты «New York Ge¬
rald Tribune»: «Эти рассказы рисуют величие русского народа и целесообразность
поддержания хороших отпошений с этим народом более рельефно, чем это могли
бы сделать тома статистических данных о военных и экономических ресурсах
страны» 4.
Неизменно привлекали внимание зарубежного читателя произведения
М. А. Шолохова, прежде всего главы из романа «Они сражались за Родину». Его
работы издавались на английском, французском, испанском, чешском, польском,
болгарском, эстонском и персидском языках. За военные годы Иноиздат выпустил
восемь произведений Эренбурга на английском, французском, испанском, венгерском,
чешском, румынском и латышском языках, а для французского читателя они не¬
однократно переиздавались. Среди переизданий — роман «Падение Парижа», отме¬
ченный Государственной премией СССР 1942 г., публицистика, рассказы.
В те годы возрос интерес зарубежного читателя и к произведениям, которые
стали классикой советской литературы. Для читателей-итальянцев Иноиздат опуб¬
ликовал «Мать» М. Горького и «Железный поток» А. С. Серафимовича, поэму
B. В. Маяковского «Владимир Ильич Ленин» (в переводе Гупперта).
Среди печатавшихся Иноиздатом книг зарубежных авторов основное место за¬
нимали произведения немецких писателей-антифашистов. Многие из них испытали
на себе ужасы гитлеризма еще в середине 1930-х годов. В 1935 г. вышла книга
Бределя «Испытание» с подзаголовком «Роман из жизни концлагеря», затем была
начата публикация его исторической трилогии «Родные и знакомые», публиковались
и другие его сочинения. В Иноиздате вышли в свет также сборники стихотворений
«Германия зовет» и «Благодарность Сталинграду» Бехера, «Против истинного вра¬
га» Вайнерта. Война породила и такой жанр, как стихи-листовки. На этом поприще
выступали Вайнерт, Бехер, венгерские писатели (Ш. Гергей, Габор и Б. Балаш, чьи
работы издавались не только по-венгерски, но и по-немецки).
Польская литература довольно полно была представлена поэзией Ю. Тувима и
прозой В. JL Василевской, чья «Радуга» была опубликована Иноиздатом на англий¬
ском, голландском, венгерском, польском, латышском, эстонском и персидском язы¬
ках. Кроме того, за рубеж были отправлены переводы этой книги на немецкий,
французский, румынский и чешский языки. Были выпущены также сборники поль¬
ской поэзии военных лет и песен польских солдат. На итальянском вышла авто¬
биографическая повесть «Записки цирюльника» Дж. Джерманетто — писателя и
3 Здесь и ниже названия и авторы изданий, с некоторыми уточнениями, приво¬
дятся на основании списков книг, выпущенных издательством в 1941—1945 гг., ка
русском языке с указанием всех языков изданий (Архив издательства «Прогресс»,
дд. 46, 53, 61, 70, 79).
4 Цит. по: Эренбург И. Закал России велик.—Литературная газета, 1.1.1985.
182

общественного деятеля, коммуниста, находившегося в эмиграции в СССР и прини¬
мавшего деятельное участие в работе итальянской редакции Иноиздата. По прось¬
бе ЦК Компартии Югославии па сербскохорватском языке была напечатана работа
хорватского писателя и государственного деятеля, активного участника Народно-
освободительной войны в Югославии В. Назора «С партизанами», основанная на
документальном материале.
Большое место в деятельности Иноиздата занимал выпуск серийных изданий
для вооруженных сил противника, вражеского тыла и военнопленных. Эти серии
выпускались на немецком, румынском и венгерском языках. Это были книги и
брошюры карманного формата, в мягкой обложке, как правило, без титульного ли¬
ста. Печатались они на газетной бумаге. Среди них: материалы конференции не¬
мецких военнопленных, протоколы учредительного собрания Национального комите¬
та «Свободная Германия», материалы «Союза немецких офицеров» и пр. В этих же
сериях выходили в свет труды основоположников марксизма-ленинизма: «Мани¬
фест Коммунистической партии», «Наемный труд и капитал», «Восемнадцатое
брюмера Луи Бонапарта», «Развитие социализма от утопии к науке», «О праве
наций на самоопределение», «Военная программа пролетарской революции» и др.
Для воинов Войска Польского издательство выпускало «Библиотечку Союза поль¬
ских патриотов в СССР».
Авторами многих книг и брошюр, выпускаемых Иноиздатом и раскрывавших за¬
рубежному читателю истинное лицо гитлеризма, являлись руководители междуна¬
родного коммунистического и рабочего движения. Актуально звучали переведенные
еще в 1930-е годы на многие языки работы Г. Димитрова, В. Пика, В. Флорина,
В. Ульбрихта, Д. Ибаррури, П. Тольятти. Выполняя рекомендации ЦК ВКП(б) 5,
Иноиздат на ряде языков печатал официальные документы комиссий по расследо¬
ванию зверств фашистов на временно оккупированной советской территории, ноты
Наркоминдела СССР о злодеяниях оккупантов, сообщения о судебных процессах
над пособниками фашистов, материалы антифашистских митингов, которые прово¬
дились в Советском Союзее, и свидетельства очевидцев. Опубликованные на мно¬
гих языках, они показывали человечеству истинное лицо гитлеровских захват¬
чиков,
В предисловии к изданию стенограммы судебного процесса в Люблине над па¬
лачами концлагеря в Майданеке говорилось о цели таких изданий: «Не ради тех
нескольких подонков, которых специальный суд в Люблине приговорил к смертной
казни, публикуется эта книга. Судебный процесс в Люблино был судом не над
теми или иными преступниками, а над самим преступлением в Майданеке. Эта
книга обвиняет не людей, а систему, которая привела к этому преступлению,
идеологию, которая породила ее на свет, государство, которое организовало это
преступление, правительство, которое разожгло войну... Необходимо помнить о том,
что произошло в двадцатом веке в центре Европы, помнить о Майданеке, Треб-
линке, Освенциме, Бухенвальде прочно и навеки для предостережения человече¬
ства» т.
Всего за годы Великой Отечественной войпы Иноиздатом было выпущено
1863 названия на 34 языках общим тиражом 19,017 млн. экземпляров, отпечатана
по макетам и отправлена за рубеж 621 рукопись объемом 5315 авт. листов8.
Хотя это не так уж много в общем объеме советской книжной продукции военных
лет, публикации Иноиздата сыграли важную роль и внесли свой вклад в борьбу
народов с фашизмом 9.
С. М. Журкина
5 Комков Г. Д. Идейно-политическая работа КПСС в 1941 —1945 гг. М. 1965,
с. ИЗ.
6 Во главе защиты Советской Родины. Очерк деятельности КПСС в годы Великой
Отечественной войны. М. 1975, с. 246—247.
7 Majdanek. Rozprawa przed specialnym s^dom karnym w Lublinie. M. 1945,
s. 3—4.
8 Архив издательства «Прогресс», дд. 47, 48, 54, 56, 60, 62, 64, 68, 71, 73, 80, 82.
9 Подробнее об общем вкладе такого рода в дело Победы см.: Попов Н. П., Го¬
рохов Н. А. Советская военная печать в годы Великой Отечественной войны 1941—
1945. М. 1981.
183

КАБАРДА В РУССКО-ТУРЕЦКИХ ОТНОШЕНИЯХ
СЕРЕДИНЫ XVIII ВЕКА
Укрепление и XVIII в. международных позиций России встретило противодей¬
ствие со стороны ряда государств, в том числе Османской империи. В этой ситуа¬
ции немаловажное значение как для России, так и для народов Кавказа (в силу
определенного стратегического положения этого региона) приобрело дальнейшее раз¬
витие русско-кавказских, в частности северокавказских, экономических, политиче¬
ских и культурных связей, имевших к тому времени уже стабильный характер.
Заметное место в русско-турецких взаимоотношениях в середине века занимал
т. н. кабардинский вопрос. Белградским договором 1739 г. Кабарде был предостав¬
лен статус нейтральной, независимой областипричем впервые в практике рус¬
ско-турецких отношений обе державы выступали гарантами ее независимости,
т. е. сохраняли право контроля над впутрениим положением Кабарды, ее внешни¬
ми связями. Придерживаясь статей Белградского мира, а также учитывая между¬
народную обстановку того времени, Россия старалась не уступать своих позиций
Турции, а строительство русских поселений значительно усилило русское влияние
в крае.
Владельцы Большой Кабарды2 (так по терминологии русских документов
именовались местные князья) разделялись тогда на две враждебные группировки —
кашкатавскую и баксанскую; каждая из них стремилась подчинить себе другую,
навязать свою власть малым и более слабым соседям. Баксанская группировка
придерживалась русской ориентации, кашкатавская — крымско-турецкой.
В июле 1750 г. Порта сделала русскому резиденту в Константинополе А. И. Не-
плюеву запрос, в котором уведомляла о полученных ею сведениях, будто бы в
Кабарде пребывает русский генерал «с казною», который желает «несколько вой¬
ска набрать» для России, чтобы в случае «диспозиции с Швецией и Пруссией»
использовать его в военных действиях против этих стран. Порта также заявляла,
что в Кабарду «с российской стороны с полною властию приезжали, привлекая к
себе через обнадеживание награждений в подданство»3. Подобные шаги Порта
расценивала как нарушение положений Белградского договора.
Русский резидент в ответе реис-эфенди (государственному секретарю Порты по
вопросам внешних сношений) указал на необоснованность этих обвинений: по его
сведениям, все сообщения, «касающиеся Кабарды, есть одно пустословие злых
людей (т. е. крымского хана.— И. Я.), вымышленное для вселения холодности
между обоюдными дворами», и что именно крымский хан постоянно изыскивает
предлоги «для обеспокоивания онаго народа, имеющего быть независимым по трак¬
тату от обоих сторон» 4. В своем донесении Коллегии иностранных дел Неплюев
писал, что, по его мнению, «пункт о Кабарде сплетен от кабардинских владельцев,
преданных туркам, и от хана крымского при учинении о том сюда рапорта уве¬
личен» 5. Очевидно, Неплюев был осведомлен о меморандуме, поданном Порте его
предшественником А. А. Вешняковым еще в августе 1742 г., где обращалось вни¬
мание османского правительства на активные действия в Кабарде кубанского се-
раскера — командующего крымскими войсками на Кубани ®.
Теперь же, в июле 1750 г., Россия представила Порте ответную ноту, в которой
указывалось па несообразность ее претензий относительно пребывания в Кабарде
русского генерала. «Россия,— говорилось в этом документе,— не имеет ни малейшей
нужды искать посторонних сил противу тех держав (Швеции и Пруссии.—
1 ПСЗ. Т. X. СПб. 1830, № 7900.
2 Разграничение Кабарды на Большую и Малую сложилось к XVII веку. Боль¬
шая Кабарда в XVIII в. была разделена между пятью княжескими фамилиями: Ата-
жукиных, Мисостовых, Джамбулатовых, Бекмурзиных и Кайтукиных, Малую Кабар¬
ду представляли две княжеские фамилии: Таусултановы и Джеляхстановы (Тха-
м о к о в Н. X. Социально-экономический и политический строй кабардинцев
в XVIII в. Нальчик. 1961, с. 179).
3 АВПР, ф. Сношения России с Турцией, от. 89/Í, д. 3, л. 31.
4 Там же, л. 13.
5 Там же, л. 12.
в Там же, оп. 120/1, д. Í, лл. 1—2.
184

И. Я.), ибо не только с оными, но и с всеми державами ныне в вожделенном
мире пребывает» 7. Правительство России было убеждено в том, что именно крым¬
ский хан и кубанский сераскер «в кабардинские дела мешаются», применяя «иног¬
да ласкания, а иногда угрозу и силу», чтобы кабардинский народ, «оставя свое
отечество», перешел под покровительство Крыма.
В той же ноте сообщалось, что крымский хан вновь требовал от кабардинцев
«платы за кровь брата своего Бахты-Гирея», убитого ими во время крымского набе¬
га на Кабарду еще в 1729 году8. Здесь же правительство России уведомляло
Порту о том, что в 1750 г. в Кабарде владельцы враждебной России кашкатавской
«партии» приняли гостей — детей крымского хана Арслан-Гирея Казы-Гирея и
Шабаз-Гирея. Коллегия иностранпых дел располагала сведениями о намерении
крымского хана «кабардинский народ действительно себе подчинить»э. Поэтому
пребывание в Кабарде Гиреев расценивалось как нарушение статей Белградского
договора о нейтралитете Кабарды. Дальнейшее рассмотрение этого вопроса ослож¬
нилось смертью Неплюева (ноябрь 1750 года).
Порта в своих отношениях с Россией также придавала особое значение кабар¬
динской проблеме. Стратегическая и экономическая важность Северного Кавказа,
в частности Кабарды, Осетии, Ингушетии, где проходили дороги в Закавказье и
открывались кратчайшие караванные пути к главным рынкам ближневосточных
стран, определяла интерес Порты к этим областям. Сотрудники российской миссии
в Константинополе поручик И. Шокуров и переводчик А. Пиний сообщали в нояб¬
ре 1750 г. в Петербург о нетерпеливом ожидании правительством Османской импе¬
рии последующих объяснений России по кабардинскому вопросу *°.
Порта была встревожена «конфузными» слухами, имевшими место в диплома¬
тических кругах османской столицы, о том, «будто некоторые народы, около Кав¬
казских гор живущие под именем черкесов (имеется в виду Кабарда.— И. Я.), одер¬
жали по прошению своему протекцию Российской империи»и. Вероятно, этим
объясняется тот факт, что в специальной записке, поданной советниками султану
в декабре 1750 г. и ставшей известною российской миссии, указывалось на необ¬
ходимость для Порты «стараться хранить и наблюдать мирные артикулы с погра¬
ничными державами и о кабардинском деле рачение иметь» 12. В начале 1751 г.
реис-эфенди в беседе с австрийским послом Г. Пепклером13 по-прежнему настаи¬
вал на скорейшем разрешении кабардинского вопроса, вновь упомянув «об одном
генерале с 60 солдатами, пребывающими в Кабарде»14. В марте 1751 г. миссия
России в Константинополе получила сведения о реакции Порты на ноту Петербур¬
га, представленную еще Неплюевым. «Уразумев содержание опой,— сообщалось в
донесении одного из служащих канцелярии реис-эфенди,— министры были весьма
смутны» 15. Особенно обеспокоил их «артикул о ханских детях». Требование цар¬
ского двора о выезде Гиреев из Кабарды было расценено в Константинополе как
«прикрытие», отказ принять факт пребывания там «русской воинской команды».
После длительного обсуждения кабардинской проблемы советники султана при¬
шли к заключению: «Порте надлежит притворяться о пребывающем в Кабарде
генерале, понеже российский двор о несостоятельности сего уверяет». Таким обра¬
зом, османское правительство, стараясь избежать осложнений в отношениях с
Россией, предполагало сохранить право воспользоваться своими претензиями как
возможным предлогом для оказания в нужный момент дипломатического давления
па нее. Австрийскому послу, по мнению участников этой «конференции» султан-
7 Кабардино-русские отношения в XVI—XVIII вв. Т. 2. М. 1957, с. 171.
8 Там же.
9 Центральный государственный архив Дагестанской АССР (ЦГА ДАССР),
ф. 379, on. 1, д. 500, л. 17.
10 АВПР, ф. Сношения России с Турцией, оп. 89/1, д. 3, л. 422.
11 Там же, л. 17.
12 Там же, л. 476.
13 После смерти Неплюева до прибытия нового резидепта А. М. Обрескова
Г. Пенклер по завещапию русского резидента и просьбе российской миссии представ¬
лял в Константинополе интересы России.
14 АВПР, ф. Сношения России с Турцией, оп. 89/1, д. 3, л. 90.
15 Там же, л. 114.
185

еких советников, также было необходимо «подробнее о сем деле сообщить я осяза¬
тельно показать искреннее и доброе намерение и резоны Блистательной Порты».
Крымскому хану и кубанскому сераскеру Порта тогда же дала строгие указы,
«дабы накрепко смотрели и татар воздерживали, не допуская ничего#, что могло
бы «нанесть жалобу от стороны Российской империи» 1в,
Довольно долгое отсутствие при дворе султана российского посла (Обресков
приступил к своим обязанностям в августе 1751 г.) также производило на Порту
негативное впечатление. Сотрудники миссии доносили в Коллегию иностранных дел
в июне 1751 г., что кыэляр-ага 17 «весьма удивляется замедлению прибытия россий¬
ского министра». Причем в правительственных кругах Османской империи даже
считали, что «оный высочайший двор под видом пребывания ханских детей в Ка-
барде и происходящих от того там непорядков мир с нею Портою нарушить на¬
мерен». Тогда же к крымскому хану и кубанскому сераскеру были отправлены
«наистрожайшие» указы с требованием отозвать из Кабарды «излишнее людство,
подающее повод к различному на ханских детей нареканию» 18.
Эта линия Порты, должно быть, объяснялась ее тяжелым внутренним положе¬
нием. «Опасность о генеральном бунте,— докладывал из Константинополя один из
российских агентов,— неимение народного послушания, грабление, генеральная
скудность в деньгах и крайние непорядки с необузданными забавами и роскошью
в серале час от часу здесь непрестанно к удивлению умножаются». Видимо, в по¬
добной; ситуации открытая конфронтация с Россией вовсе не входила в планы
Порты. В то же время османский двор отнюдь не отказывал себе в удовольствия
посылать «амуницию к российской и германской сторонам» и укреплять погранич¬
ные крепости55.
Прибывший в Константинополь Обресков начал свою дипломатическую деятель¬
ность е представления Порте ноты своего правительства опять-таки по кабардин¬
скому вопросу.
В результате очередного совещания по этому поводу, в котором приняли уча¬
стие «знатные и искусные люди», министры Порты сначала пришли к выводу, что
ханских детей в Кабарде следует оставить, а «со временем под приличным пре-
текстом низвергнуть» их отца — крымского хана. Такое решение, по их мнению,
должно было «удовольствовать» петербургский двор -(>. Одпако Обресков доказывал
в беседе с реис-эфенди, что русское правительство может быть удовлетворено лишь
указом Порты о выезде ханских детей из Кабарды. Был созван новый «совет»,
и 1 сентября 1751 г. «состоялось имеппое солтанское повеление, чтоб солтанов из
Кабарды нонче вызвать». Тогда же хатти-шерифом (именным указом султана)
в Крым для этой цели был отправлен «немалой знати человек» Саид-Салями-
эфенди.
Сообщая в сентябре того же года Коллегии иностранных дел «о счастливом
окончании онаго дела», Обресков писал, что Порта старалась представить в между¬
народных кругах («сим снисходительным поступком громко звонит») этот указ не
как акт, свидетельствующий о соблюдении статей Белградского договора, а как
жест «уважения и дружбы к российскому двору?) 21.
Крымский хан Арслан-Гирей был вынужден дать Порте свою версию обстоя¬
тельств очередного конфликта с кабардинцами. В письме султану в декабре
1751 г. он сообщал о происшедшей в 1747 г. ссоре между владельцами баксанской
и кашкатавской «партий», когда бежавший в Кизляр князь Касай Атажукин до¬
ложил русским властям о сыновьях крымского хана — воспитанниках владельцев
кашкатавской «партии», находившихся в то время в Кабарде. Недовольство России
сложившимся положением крымский хал объяснял интригами владельцев баксан-
16 Там же, л. 115.
17 Кызляр-ага — начальник черных евнухов, охранявших султанские покои;
влиятельный османский придворный (см. Михнева Р. Россия и Османская импе¬
рия в международных отношениях в середине XVill в. М. 1985).
18 АВПР, ф. Сношения России с Турцией, on, 89/i, д. 3, лл, 202—203,
49 Там же, дл. 163, 204.
20 Там же. д. 4, л. 209.
21 Там же, лл. 240, 214.
186

ской «партии» (в том числе и Атажукина), которым он якобы отказал в своем
покровительстве22.
Действительно, такое столкновение между дворянскими фамилиями имело
место в Кабарде в 1747 году23. Правительство России было тогда озабочено этим
инцидентом. В указе Коллегии иностранных дел астраханскому генерал-губернатору
И. О. Брылкину говорилось но этому поводу, что от междоусобиц князей «сверх
собственного их кабардинского народа уменьшения и разорения и российские ближ¬
ние к ним границы обеспокоены бывают» и. Астраханский генерал-губернатор на¬
правил письмо владельцам кашкатавской «партии» с предупреждением, что пребы¬
вание в Кабарде сыновей крымского хана противоречит статьям Белградского мира,
и потребовал их высылки из Кабарды, «чтобы из того кабардинскому народу какого
беспокойства последовать не могло»23.
Посланные кизлярским комендантом Фрауендорфом в Кабарду майор П. Тата-
ров и асессор В. Бакунин доносили коллегии, что встретились там с одним из хан¬
ских детей, Шабаз-Гиреем, и передали ему письмо российской администрации с тре¬
бованием о немедленном выезде из Кабарды. В ответ на это Шабаз-Гирей заявил,
что «в Крым к отцу своему по его несклонности к нему он ехать не может,
а жилище себе изберет за Кубанью». Далее Татаров сообщал коллегии: «Все-таки
Шабаз-Гирей из Кабарды не выезжает и в кабардинские дела весьма вступа¬
ется» 26. Действия хаиских детей и послужили тогда причиной требований России
к Османской империи о немедленном выезде их из Кабарды.
Получив приказ из Константинополя, крымский хан был вынужден послать в
Кабарду племянника Касая Атажукина Мамбета «для взятия крымского хана де¬
тей» 2?. Однако, вызвав своих сыновей из Кабарды, крымский хан тут же счел
нужным «обнадежить» своих сторонников на будущее «протекцией ханской»28.
В Коллегию иностранных дел тогда доносили о распространяющихся в Кабарде
упорных слухах, «якобы от времени до времени турецкие войска в Крым и другие
пограничные места, особливо из Анатолии, пересылаются, амуниция военная мно¬
жеством туда же переводится, и во всех тамошних сторонах, как совершенно до¬
стоверное известие разглашается, что с Россией, конечно, имеет быть война».
На случай конфликта России с Портой кабардинский владелец Салат-Гирей
заявлял: «Сколько бы кто (Россия или Порта.— И. Я.) не старался кабардинцев к
своей стороне иметь, однако же совершенно будучи они не иные чьи, как того,
кто в тамошней стороне вящую силу и поверхность над всеми другими тогда
иметь будет»2а. Другой кабардинский владелец, Касаи Атажукин, объявил, что
«ото многих слышно, якобы турки неотменно с Россией войну начать намерение
имеют», и просил русские власти на Кавказе, если начнется война, «прислать к
ним в Кабарду команду для утверждения их в подданстве российском», иначе
враждебные России князья крымской ориентации, считал князь, не останутся на
прежнем месте жительства и «всю Кабарду силою выведут за Кубань» 30.
Инструкция Коллегии иностранных дел астраханскому генерал-губернатору пред¬
писывала принять соответствующие меры предосторожности на случай войны с
Турцией: немедленно отправить из Кизляра в Кабарду «пристойную команду ре¬
гулярных и нерегулярных войск с надежным командиром и велеть той команде в
Кабарде стать в крепком и безопасном месте и доброжелательным к здешной сто¬
роне владельцам в переводе ими кабарданцов в крепкие тамошние (т. е. рус¬
ские.— И. Я.) места чинить им пристойную помощь». Этой команде следовало ос¬
таваться в Кабарде и «для охранения оной, и для прикрытия обще с кабардин-
22 Там же, лл. 613—614.
23 Подробнее об этом см.: Налоева Е. Дж. К вопросу о государственно-поли¬
тическом строе Кабарды первой половины XVIII в.— Вестник Кабардино-Балкарско¬
го научно-исследовательского института, Нальчик, 1972, вып. 6, с. 77—78.
24 АВПР, ф. Кабардинские дела, он. 115/2, д. 3, д, 15,
25 Там же, д. 1, л. 133.
26 Там же, д. 3, л. 13.
27 Кабардино-русские отношения в XVI—XVIII вв. Т. 2, с. 166.
28 АВПР, ф. Сношения России с Турцией, он. 89/1, д. 3, л. 215.
29 Там же, ф. Кабардинские дела, од, 115/2, д. 3, л, 136.
30 Там же, л, 117,
187

дами российских и подданных кумыцких и ногайских жилищ». Но все эти указа¬
ния нужно было исполнить только тогда, когда в Астрахани получат «подлинные
известия о разрыве турками с Российскою империею мира», а прежде того войск
в Кабарду посылать не следует ни под каким видом, чтобы «тем к разрыву со
здешней стороны ни малейшей причины не подавать» 31.
Вскоре Арслан-Гирей вновь пожаловался Порте па незаконные, по его мнению,
действия кабардинских владельцев, захвативших во время одного из очередных на¬
бегов «из принадлежавшего крымскому хану бесленейского народа (адыгская народ¬
ность, проживавшая на Северо-Западном Кавказе.— И. Я.) немалого числа лю¬
дей» 32. Кроме того, князья кагакатавской «партии» приняли под свое покровитель¬
ство бывших кубанских сераскеров, противников крымского хана, Сеадет-Гирея и
Казы-Гирея. Эти обстоятельства послужили причиной нового представления Порты
петербургскому двору в апреле 1752 г., в котором предлагалось со стороны обеих
империй «им (кабардинцам.— И. Я.) правдивые и истинные увещевания чинить,
дабы оии никаково вреда пи той, ни другой стороне не делали»33. Обресков до¬
носил в Коллегию иностранных дел об опасепиях Порты, «чтобы в тех краях
(в Кабарде.— И. Я.) до какого дальняго раздору и замешательству дело не до¬
шло» 34. По сообщению секретаря одной из канцелярий Порты ею был отправлен
указ крымскому хану, чтобы «он все возможное употребил, чрез кабардинских
доброжелательных владельцев склонить мятежников Порты (Сеадет-Гирея и Казы-
Гирея.— И. Я.) в жилища их возвратиться, а беев противной партии увещевать,
что такой поступок был бы причиною какого-либо разорения» 35; «хан без раздраже¬
ния России тронуть их не может» 30.
В декабре 1752 г. Обресков представил Порте поту своего правительства по по¬
воду событий в Кабарде. В ноте указывалось на незаконное пребывание там бег¬
лых кубанских сераскеров Сеадет-Гирея и Казы-Гирея, в связи с чем туда были
командированы два штаб-офицера (П. Тата ров и И. Барковский), которые «при¬
лежным старанием» добились от владельцев баксанской «партии» высылки Сеадет-
Гирея из Кабарды, в то время как Казы-Гирею удалось задержаться у владельцев
из кашкатавской «партии» 37.
В марте 1753 г. канцлер А. П. Бестужев-Рюмин направил письмо владельцам
кашкатавской «партии» с требованием немедленно отпустить Казы-Гирея и бесле-
нейцев на прежнее их местожительство. Тогда же был послан в Кабарду отряд
донских казаков и калмыков, и кабардинцы вынуждены были «из находящихся у
них бесленейцев несколько в турецкую сторону отпустить» 38. В мае того же года
Обресков опять доносил о враждебных действиях крымского хана, который «незна¬
чительные действия России в Кабарде при Порте сумнительными делать стара¬
ется» зэ. Он ставил в известность Коллегию иностранных дел о том, что письмо
канцлера Бестужева-Рюмина кашкатавским владельцам он счел нужным показать
реис-эфенди, чтобы упредить доклад крымского хана Порте о событиях в Кабарде
и в связи с этим — новые претензии османского двора к России.
Порта благосклонно отпеслась к сообщению российского посла и письму Бесту¬
жева-Рюмина, однако «усомнилась в том, дабы бытность тамо офицера»» (майора
Барковского.— И. Я.) не послужила поводом «каким лишним разглашениям и
пустой молве» 40. Поэтому Порта указала крымскому хану, чтобы он послал нароч¬
ного в Кабарду и написал кабардинцам о прекращении междоусобиц и выводе ку¬
банских сераскеров за пределы Кабарды. В ответной ноте Порты правительству
России от 4 мая 1753 г. подтверждается мнение османского двора, «равное» с мне¬
нием российского, о мерах по поддержанию порядка в Кабарде.
31 Там же, лл. 118—119.
32 ЦГА ДАССР, ф. 379, оп. 1, д. 500, л. 25.
33 АВПР, ф. Сношения России с Турцией, оп. 89/1, д. 3, л. 367.
34 Там же, л. 379.
35 Там же, л. 399.
30 Там же, д. 4, л. 30.
37 ЦГА ДАССР, ф. 379, оп. 1, д. 288, л. 1.
38 Кабардино-русские отношения в XVI—XVIII вв. Т. 2, с. 184, 486.
39 ЦГА ДАССР, ф. 379, оп. 1, д. 288, л. 86.
40 Там же, л. 88.
188

Таким образом, по Белградскому договору Россия в качестве его гаранта впер¬
вые получила право нейтрализовать Крымское ханство и стоявшую за ним Осман¬
скую империю в их притязаниях на Кабарду. Однако отсутствие централизован¬
ной власти и междоусобицы местных князей постоянно давали повод крымскому
хану для вмешательства во внутренние дела Кабарды. Это усиливало напряжен¬
ность в русско-турецких отношениях. Дипломатическая же позиция России по ка¬
бардинскому вопросу в середине XVIII в. свидетельствовала о разумном понимании
ее правительством перспектив развития международных отношений в северокав¬
казском регионе.
И. И. Якубова
СВЕДЕНИЯ ОБ АВТОРАХ
Абалихин Борис Сергеевич — доктор исторических наук, профессор Волго¬
градского пединститута. Специализируется по истории Отечественной войны 1812 г.
и Великой Отечественной войны 1941—1945 годов. Автор книг, брошюр, глав в кол¬
лективных монографиях и многих статей но этой проблематике. Один из авторов
«Бородино. 1812 год».
Дунаевский Владимир Аропович — доктор исторических наук, ведущий
паучный сотрудник Института истории СССР АН СССР, профессор Московского
заочного пединститута. Автор монографий: «Советская историография новой исто¬
рии стран Запада. 1917—1941 гг.», «Западноевропейский утопический социализм в
работах советских историков» (в соавторстве), «Николай Михайлович Лукин»
(в соавторстве), и др.
Козлов Александр Иванович — доктор исторических наук, профессор,
зав. кафедрой истории СССР советского периода Ростовского университета. Автор
монографий «Борьба трудящихся Черпоморья за власть Советов», «На историче¬
ском повороте», «Во имя революции (Потопление Черноморского флота по приказу
В. И. Ленина в 1918 г.)».
Рожков Борис Архипович — доктор исторических наук, консультант —
старший паучный сотрудник Института всеобщей истории АН СССР. Автор книг
«Чартистское движение», «Революционное направление в английском рабочем
движении 50-х годов XIX в.», «Апглийское рабочее движение. 1859—1865 гг.».
Г а л к и п Илья Владимирович — кандидат исторических наук, младший науч¬
ный сотрудник кафедры новой и новейшей истории Исторического факультета
МГУ. Автор статей по проблемам политической истории США и американской бур¬
жуазной историографии.
Мапыкин Александр Серафимович — кандидат исторических наук, старший
научный сотрудник кафедры новой и новейшей истории Исторического факультета
МГУ. Автор книг «Изоляционизм и формирование внешнеполитического курса США
(1923—1929)», «История двухпартийной системы США (1789—1980)».
Печатное Владимир Олегович — кандидат исторических паук, зав. сектором
Института США и Канады АН СССР. Автор монографий «Демократическая партия
США: избиратели и политика», «Гамильтон и Джефферсон»,
Херрманн Иоахим — академик АН ГДР, директор Центрального института
древней истории и археологии (Берлин). Автор монографий: «Пути истории», «Не¬
мецкие и славянские поселения и средневековое село Торпов в округе Калау»,
«Торнов и предместье», «Расселение, хозяйство и общественные отношения славян¬
ских племен между Одером/Нейссе и Эльбой». Руководитель авторского коллектива
и соавтор книг «Славяне в Германии», «Мир славян: история, общество, культура».
Ефремова Ната Павловна — кандидат исторических паук, доцент кафедры
научного коммунизма Московского института тонкой химической технологии. Автор
книг «Русская соратница Маркса», «Дочь революционной России».
189

SUMMARIES OF ARTICLES
B. S. ABALIKHIN, V. A. DUNAEVSKY. Marx and Engels as Historians of the War of
1812
The authors see their task in a comprehensive analysis of all works of Marx and
Engels dealing with the war Russia waged against Napoleon in 1812. They investigate
the sources used by the classics oî Marxism and demonstrate that some conclusions
were prompted exactly by the nature of sources. In their works Marx and Engels dis¬
cussed various aspects of the war: the role of the people in routing the invader; the
main stages of the armed struggle; some problems of the strategy and tactics of both
sides; portraits of some military leaders involved in the war, and tne impact the destruc¬
tion of Napoleon’s army in Russia had on the future of the European nations.
A. I. KOZLOV. “The Vendean Forces” in the Russian Revolutions
In the Russian revolutions of 1905-1907 and 1917 the working class and the pea¬
santry were confronted not only by capitalism, but also by the monarchist “Vendean”
forces supported by the remnants of feudalism. The Cossaks were their most organised
and staunch detachment. Both the autocracy and bourgeoisie relied on the Cossaks as
the most mobile and organised force during the 1905-1907 and 1917 revolutions. Lacking
social homogeneity the Russian Vendée began to disintegrate under the influence of the
working-class actions: the majority of the Cossaks withdrew their support from Korni¬
lov. The triumph of Soviet power in the Cossak regions was facilitated by the neutrali¬
ty of the Cossaks and their support of the Soviets.
B. A. ROZHKOV. The General Principles of Chartism
The author enters into polemics with those contemporary bourgeois historians who
depict Chartism as a movement dependent on the bourgeoisie. He shows that it was an
independent working-class movement and that precisely this factor made it an influen¬
tial force. It drove the ruling class of Britain to the long overdue reforms in the inte¬
rests of the people. The Chartist movement illustrates the fact that the working class
can become a force capable of resolving its own tasks only through unification into
a party independent of the bourgeoisie and confronting it.
I. V. GALKIN, A. S. MANYKIN, V. 0. PECHATNOV. The Two-Party System in the US
Political History
The article summarises the experience accumulated by the Soviet historians stu¬
dying the history and the present state of the two-party system in the United States.
The authors concentrate on such little-studied aspects as the causes which engendered
this system and the factors ensuring its stability. They follow the evolution of its class
functions throughout the process of capitalist development in the USA. Much space is
given to the role the shifts in the parties play in the socio-economic and political life
of the country.
L HERRMANN. Social Structure of the German and Slavonic Tribes and Ethnic Groups
Between the Rhine and the Oder in the 6th-11th Centuries
The discussion initiated by M. Sverdlov (“Voprosy istorii”, 1985, No. 11) about the
genesis of feudalism in Russia proved to be of interest to historians in other European
countries as well since the Germans and the Slavs lived side by side and their deve¬
lopment followed similar directions. The materials on the Germans and Western Slavs
who lived between the Rhine and the Oder in the 6th-llth centuries studied by the au¬
thor show that among them feuladism emerged in the 8tli-9th centuries. With this in
mind, Herrmann casts doubt on Froyanov’s hypothesis that the Eastern Slavs lingered
at the pre-feudal stage of development up till the 12th century. The author objects the
archaisation of the East Slavonic society.
190

CONTENTS
“Problems of History”, No. 9, 1987
Articles: B. S. Abalikhjn, V. A* Dunaevsky. Marx and Engels as Historians of the
War of 1812; A. I. Kozlow. “The Vendean Forces” in the Russian Revolutions; B. A. Rozh¬
kov. The General Principles of Chartism; I. V. Galkin, A. S. Manykin, V. O. Pecbatnov.
The Two-Party System in the US Political History. Controversial Problems:
J. Herrmann. Social Structure of the German and Slavonic Tribes and Ethnic Groups
Between the Rhine and Oder in the 6th-llfh Centuries. Historical Essays:
N. P. Efremova. V. N. Nikitina (Zhandr), One of the First Russian Women-Socialists.
Historical Science in the USSR and Abroad. Reviews: History of the
Working Class of the Byelorussian SSR. Vol. 3. The Working Class on the Eve and Dur¬
ing tire Great Patriotic War, and During the Period of Consolidation and Development
of Socialist Society (1938—1960); A. N. Sakharov. “We are Russians...” Emergence of
the Russian Diplomatics; Kh. Lovmyansky. Rus and the Varangians; Bulgarian-Russian
Socio-Political Ties in the 1850s-1870s; V. E. Vozgrin. Russia and the European Coun¬
tries During the Northern War. History of Diplomatic Relations in 1697-1710; History of
the Peasantry in Europe. Feudalism. In 3 Vols. Vol. II. European Peasants During De¬
velopment of Feudalism; History of the USA. Vol. 2. 1877-1918; G. P. Majeska. Russian
Travellers to Constantinople in Fourteenth and Fifteenth Centuries (Washington);
E. Garen. Selected Works; Political Correspondence of F. Eulenburg. Vol. 1. From the
Unification of Germany to the “New Course”. 1866-1891. Vol. 2. In the Centre of tire
Government Crisis. 1892-1895. Vol. 3. Crises, the War and Catastrophes. 1895-1921 (Bop-
pard am Rhein). Scientific Notes. Facts. Events. People. Articles in So¬
viet and Foreign Historical Journals; New Books in the USSR and Abroad.
SOMMAIRE
de la revue «Questions d’histoire», n° 9, 1987
Articles: B. S. Abalikhine, V. A. Dounaïevski. K. Marx et F. Engels, historiens de la
guerre de 1812; A. I. Kozlov. Les «forces vendéennes» dans les révolutions russes;
B. A. Rojkov. Les principes généraux du chartisme; I. V. Galkine, A. S. Manykine,
V. O. Pétchatnov. Le système bipartite dans l’histoire politiqye des Etats-Unis. Pro-
blèms à discuter: J. Herrmann. La société chez les tribus et ethnies germaniques
et slaves entre le Rhin et l’Oder aux VIe-XIe siècles. Aperçus historiques:
N. P. Efremova. V. N. Nikitina (Gendre), une des premières socialistes russes. La sci¬
ence historique en U. R. S. .S. et à l’étranger. Comptes rendus: Histoire
de la classe ouvrière de la R.S.S. de Biélorussie. T. 3. La classe ouvrière de la R.S.S.B.
à la veille et pendant la Grande Guerre nationale, dans la période de la consolidation et
du développement de la société socialiste (1938-1960); A. N. Sakharov. «Nous sommes
d’origine russe...» La genèse de la diplomatie russe; H. Lowmianski. La Russie et les
Normands; Les relations socio-politiques bulgaro-russes dans les années 50—70 du XIXe
siècle; V. E. Vozgrine. La Russie et les pays européens pendant la guerre de Nord.
L’histoire des relations diplomatiques en 1697-1710; L’histoire de la paysannerie en
Europe. L’époque du féodalisme en 3 volumes. T. II. La paysannerie de l’Europe dans
la période du développement du féodalisme; L’histoire des Etats-Unis. T. 2. 1877-1918;
G. P. Majeska. Les voyageurs russes à destination de Constantinople aux XtVe-XVe
siècles (Washington); E. Garin. Travaux choisis; La correspondance politique de
F. Eulenburg. T. 1. De la réunification de l'Allemagne jusqu’à la «ligne nouvelle».
1866-1891. T. 2. Au centre de la crise gouvernementale de 1892-1895. T. 3. Les crises,
la guerre et les catastrophes. 1895-1921 (Boppard am Rhein). Notes scientifi¬
ques. Faits, événements, hommes. Articles dans les revues historiques so¬
viétiques et étrangères. Nouveaux livres en U.R.S.S, et à l’étranger.
191

SUMARIO
revista «Cuestiones de historia» № 9, 1987
Artículos: B. S. Abalijin, V. A. Dunaevski. C. Marx y F. Engels, historiadores de la
guerra de 1812; A. I. Kozlov. «Fuerzas de Vandea» en las revoluciones de Rusia;
B. A. Rozhkov, Principios generales del chartismo; I. V. Galkin, A. S. Manikln, V. O. Pe-
ehátnov. Sistema de dos partidos en la historia política de EE.UU. Problemas de
discusión: J, Herrmann. Sociedad en las tribus y etnias germánicas y eslavas entre
el Rin y el Oder en los siglos VI a XI. Ensayos históricos: N. P. Efrémova.
V. N. Nikítina (Zhandr), una de las primeras socialistas rusas. Ciencia histórica
en la URSS y en el exterior. Reseñas: Historia de la clase obrera de la RSS
de Bielorrusia. T. 3. La clase obrera de la RSS de Bielorrusia en vísperas y en los anos
de la Gran Guerra Patria, en el período de consolidación y desarrollo de la sociedad
socialista (1939—1960); A. N. Sájarov. «Somos del género ruso...». Nacimiento de la
diplomática rusa; H. Lowmianskx. Rus y normandos; Relaciones sociopolíticas búlgaro-
rusas en los años 50—70 del siglo XIX V. E. Vozgrin. Rusia y los países europeos en
los años de la Guerra del Norte. Historia de las relaciones diplomáticas en 1697-1710;
Historia del campesinado en Europa. Epoca del feudalismo. En 3 tomos. T. TI. El cam¬
pesinado de Europa en el período de desarrollo deí feudalismo; Historia de EE.UU. T. 2.
1877—1918; G. P. Majeska. Russian Travellers to Constantinople in Fourteenth and
fifteenth Centurics (Washington); E. Garen. Obras selectas; Correspondencia política de
F. Eulenburgs T. 1. De la unificación de Alemania al «nuevo rumbo». 1866—1891. T. 2.
En el centro de la crisis gubernamental de 1892 a 1895. T. 3. Crisis, guerra y catástro¬
fes. 1895—1921 (Boppard am Rhein). Notas científicas. Hechos, sucesos,
hombres. Artículos en las revistas históricas soviéticas y extranjeras; Nuevos libros
en la URSS y en el exterior.
Редакционная коллегия: И. В. СОЗИН (и.о. главного редактора), В. И. БО-
ВЫКИН, Л. С. ГАПОНЕНКО, П. А. ГОЛУБ, В. А. ДЬЯКОВ, И. И. ЖИГАЛОВ, М. П. КИМ,
В. И. КУЗИЩИН, Д. В. КУЗНЕЦОВ, Ю. С. КУКУШКИН, В. А. КУМАНЕв’.
А. Л. НАРОЧНИЦКИЙ, Б. Б. ПИОТРОВСКИЙ, Ю. А. ПОЛЯКОВ, Б. А. РЫБАКОВ^
А. Н. САХАРОВ, С. Л. ТИХВИНСКИЙ, В. Г. ТРУХАНОВСКИЙ, И. А. ФЕДОСОВ*
С. С. ХРОМОВ, Л. К. ШКАРЕНКОВ
Технический редактор 3. П. Кузнецова.
Адрес редакции: 103781, ГСП, Москва, К-6. М. Путинковский пер., '/а. Телефон 209-96-21.
Сдано в набор 04.08.87. Подписано к печати 11.09.87. А-00429. Формат 70хЮ81/
Высокая печать. Уел. печ. л. 16,80. Учетно-изд. л. 19,08. Уел. кр.-отт. 17,33.
Тираж 16 000 экз. Изд. № 2660. Зак. 710.
2-я типография издательства «Наука», 121099, Москва, Г-99, Шубишжий nep£J 6,

НОВЫЕ КНИГИ
ГЕЧБВА К. Българската култура орса
Възраждането. Библяогр. Бълг. и чужда
книжнина 1878—1983. София. Иэд-во иа
БАН. 1986. XVI, 598 с.
ИВАНОВ Н. Георга Измнрлиев. Со¬
фия. Воен. изд-во. 1986. 96 с., 8 л. ил.
Историята и ние. Сб. материали по
възродителния процес. Сост. Правда Узу-
нова. София. Изд-во на Отечествения
фронт. 1986. 159 с.
КАРАДЖОВ С. По ааконите на конспи-
рацията. Спомени. Запис и лит. обраб.
Николай Рельовски. София. Партиздат.
1986. 566 с., 16 л. ил.
МИТЕВ Й. История на Априлското
въстание 1876. В 3 т. T. I. Предпоставки
и подготовка. София. Изд-во на БАН.
1986. 428 с., 9 л. ил.
ПЕНЕВ П. Соцналистическата общ-
ноет: единство и многообразие. Критика
на някои антикомун. концепции. София.
Партиздат. 1986. 190 с.
Ролята на Отечествения фронт за ус-
тановяването и утвърждаването на на-
роднодемократичната власт във Видин-
ски окръг 1944—1948 година. Док. Съст.
Вера Банова, Димитър Попов. София.
Изд-во на Отчествения фронт. 1986.
198 с.
Сборник в чест на проф. д-р Христо
Гандев. Изследвания по случай 75 г. от
рождението му. Ред. колегия: Димитр
Косев (председател) и др. София. Изд-во
на БАН. 1986. 432 с.
ARO КА Y L. Коп Béla. Budapest. Zrinyi.
Corvina. 1986. 176. old.
BARLAY О., SZABOLCS. Romon virág.
Fejezetek a Mohács uta ni reneszánszról.
Budapest. Gondolât. 1986. 384. old.
BEL M. Buda visszavívásárél. Megjelent
Buda ostromânak 300. évfordulójára.
Ford., a bev. irta Déri Ralézs. Rndanest.
Zrinv
ВиГ
1688.
Euroi
lui
va.,
gy.
1986.
Ga
ter be
lektn
rad I
Dietz
Ge
sense
gang
398 i
HA
Span
Ause
für i
Berli
Kl
Biogr. Berlin. Akademie. 1985. 183 S. (14)
Bl. Jll.
WIMMER R., WIMMER W. Kampf dem
Faschismus! Thfilmann, 1929—1933. Leip¬
zig etc. Urania. 1986. 355 S.
BAH ЦИНЧЭН. Тайпин тяньгодэ лиши
ха сысян. Пекин. Чжунхуа шуцаюй. 1985.
3, 2, 644 с.
GÓMEZ GARCIA C. Carlos Balino, pri¬
mer pensador marxiste cubano. Un estu¬
dio de su pensamiento filosófico-social.
La Habana. Ed. de Ciencias Sociales, 1985.
220 p.
Historia del movimiento obrero cubano,
1865—1958. Inst. de Historia del Movimi¬
ento Común, y de la Revolución Socialista
de Cuba an. al CC del Partido Comunista
de Cuba. Т. 1. 1865—1935. XII, 368 р. T. 2.
1935—1958. 383 p. La Habana. Ed. Polit.
1985—1986.
Дайчнн алдар. Хувъсгалт тэмцлийн ах¬
мад эутгэлтэн дайчдын дуртгал. Улаан-
баатар. Улсын хэвлэлнйн газар. 1985.
253 с.
BABINSKl G. Wifz etniezna a procesy
asymilacji. Przemiany organizaeji etnicz-
nych. Zagadnienia teoretyczne i metodolo-
giczne. Krakow. Wyd-wo Uniw. Jagielloñ-
skiego. 1986. 174 s.
GOR A W. Polska Ludowa, 1944—1984.
Zarys dziejów politycznych. Lublin. Wyd-
wo lubelskie. 1986. 718 s.
MARCZAK T. Propaganda polityczna
stronnictw przed referendum z 30.6.1946.
Wroclaw. Acta Univ. Wratislaviensis.
1986. 250 s.
SZYMANKIEWICZ Z. Poznan we wrzes-
niu 1939. Poznan. Wyd-wo poznañskie.
1985. 315 s.
Aktuólne problémy dejin slavistiky. Ma-
teriály zasadnutia Medzinár. komis. pre
deiinv slavistikv Smnbnirp 11.— 14. febr.
—IvantySynova.
Hoven, akad.
Возвратить книгу
установленного
не позже
срока
фоф
К М. Nikdy
1945. Praha.
k¿ dedina na
1985. 385 s.
eliki punt na
’ibor. Obzorja.
urna, druzbe
vencev. Izbra-
snska matica.
ij prekretnici.
mske dríave,
Prosveta. Inst.
jana. In§t. za
i. 1985. 448 s.
L Australians
lien and Un-

НОВЫЕ КНИГИ
SOTTO’MAIOR R. A historia de urna
traifao. Luanda. Alvorada. 1985. 231 p.
0 PCB na luta pela democracia (1983—
1985). Apresenta$áo: José Paulo Nette.
Säo Paulo. Novos Rumos. 1985. X, 85 p.
ASHTON R. Little Germany. Exile and
Asylum in Victorian England. Oxford,
New York. Oxford Univ. Press. 1986. XIV,
304 p.
TRIGGS T. D. People in British History.
Oxford. Blackwell. 1985. 143 p.
FINK T. Estruptidens politiske historie,
1875—1894. I. Kämpen mellem de to ting.
1875—1885. 315 s. 2. Provisorio — tiden,
1885—1894. 306 s. Odense. Odense Univ.
Studies in History and Social Sciences.
1986.
KAUL B. N. India in Vortex. New Delhi.
Puls. 1985. XII, 200 p.
Historia de la segunda República,
1931—1939. T. 1. José Luis Fernández —
Rúa, Eduardo de Guzmán. 300 (8) p. T. 2.
Rafael Pérez Delgado. 300 (8) p. T. 3.
Rafael Pérez Delgado. 300 (7) p. T. 4. Ra¬
fael Pérez Delgado. 300 (9) p. T. 5. Ra¬
fael Pérez Delgado. 316 p. Madrid. Giner.
1985.
DE FELICE R. Intellettuali di fronte al
fascismo. Saggi e note documentarle.
Roma. Bonacci. 1985. 333 p.
1 sindacati europei fra il 1983 e il 1984.
Centro di studi sociali e sindacali. A cura
di Guido Baglioni e Ettore Santi. Bologna.
II Mulino. 1985. 404 p.
LOS REY ES A. de. Con Villa en Méxi¬
co. Testimonios sobre camarógrafos norte¬
americanos en la Revolusión, 1911—1916.
México. Univ. Nac. Autónoma de México.
1985. 411 p.
Socialism« in Indonesié. De Indische
Sociaal-Dem. Vereeniging, 1897—1917.
I). I. IWonncnpublikatie. Bew. en ingel.
door F. Tichelman. Dodrecht. Cinnamin-
son. Foris publ. 1985. XXIII, 706 blz.
TRY H. Assosiasjonsând og forening-
svekst i Norge. Forskingsoversyn og per¬
spektiv. Eit skrift frâ dem samnordiske
prosjektet «Frâ assosiasjon til masseorga-
nisasjon». 0vre Ervik. Alvheim & Eide.
1985. 96 s.
NASH G. B. Race, Class, and Politics.
Essays on Amer. Colonial and Revolutio¬
nary Soc. With a Forew. by Richard
S. Dunn. Urbana. Chicago. Univ. of Illi¬
nois Press. 1986. XXII, 370 p.
KÂÂRIAINEN S. Suomen orna tie. Hel¬
sinki. Kirjayhtymâ. 1985. 153 s.
Deutsche Inschriften. Fachtagung für
mittelalterliche u. neuzeitliche Epigrap¬
hik. Lüneburg 1984. Vort. u. Ber. Hrsg.
von Karl Stackmann. Göttingen. Vanden-
hoeck und Ruprecht. 1986. 109 S. (14) Bl.
JH.
Entwicklungen im karibischen Raum,
1960—1985. Wolfgang Binder (Hrsg.) Er¬
langen. 1985. 272 S.
EST AG ER J. Ami, entends-tu... La Re¬
sistance populaire dans le Nord-Pas-dc-
Calais. Paris. Messidor. Ed. sociales. 1986.
285 p.
FURET F. La gauche et la révolution
française au millieu du XlX-e s. Edgar
Quinet et la question du Jacobinisme
(1865—1870). Textes prés. par. Marina
Valensise. Paris. Hachette. 1986. 317 p.
PR ION P. Pierre Prion, scribe mémoires
d’un écrivain de campagne au XVIII-e s.
Prés, par Emmanuel Le Roy Ladurie et
Orest Ranum. Paris. Archives/Gallimard,
Juilliard. 1985. 173 p.
Chile, 1973—1984. Rigoberto Garcia, ed.
Stockholm. 1985. 223 p.
ВНИМАНИЮ АВТОРОВ
Редакция журнала «Вопросы истории» принимает статьи, исторические очерки
и публикации объемом в 24—36 стр.; обзоры — до 16 стр.; рецензии, письма и замет¬
ки — 6—8 стр.; коротко о книгах — 2—3 стр.; заметки о статьях, опубликованных в
зарубежных журналах,— 3,5 стр. машинописи. Материалы представляются в двух
(первом и втором) экземплярах, отпечатанные на стандартной машинке (текст с
полями через два интервала, сноски через полтора интервала). Вставки (после до¬
работки материала), тексты и сноски на иностранных языках и языках народов
СССР также должпы быть отпечатаны на машинке. В случае отклонения рукописи
автору возвращается один экземпляр, другой остается *в архиве редакции. Рукописи,
превышающие установленный объем или шрисланные в редакцию в единственном
экземпляре, могут быть возвращены автору оеэ рассмотрения.