/
Author: Ковалева И.
Tags: бронзовый век учебное пособие идеология погребальный обряд скотоводы стратификация катакомбного общества
Year: 1983
Text
МИНИСТЕРСТВО ВЫСШЕГО И СРЕДНЕГО СПЕЦИАЛЬНОГО
ОБРАЗОВАНИЯ СССР
ДНЕПРОПЕТРОВСКИЙ ОРДЕНА ТРУДОВОГО КРАСНОГО ЗНАМЕНИ
ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ имени 300-летия ВОССОЕДИНЕНИЯ УКРАИНЫ
С РОССИЕЙ
И.Ф. КОВАЛЕВА
ПОГРЕБАЛЬНЫЙ ОБРЯД И ИДЕОЛОГИЯ РАННИХ СКОТОВОДОВ
. по материалам культур бронзового века Левобережной Украины )
УтверященоГредакционно-издательским советом
университета в качестве учебного пособия
ДНЕПРОПЦРОВСК 1983
Ковалева И.Ф. Погребальный обряд и идеология ранних
скотоводов ( по материалам культур бронзового века Левобережной
Украины ): Учебное пособие. .- Днепропетровск: ДГУ, £983. - 108 с.
Учебное пособий посвящено погребальному обряду и идеологии
ранних скотоводов катакомбной культуры Орельско-Самарского меж-
дуречья. Средствами археологического источниковедения в нем рас-
сматриваются отраженные в погребальном обряде социальные отноше-
ния, свидетельствующие о стратификации катакомбного общества.
Идеологические представления раскрываются на примере культа
предков, аграрных и зоолотрических культов.
Пособие рассчитано на студентов исторических факультетов,
специалистов-археологов, учителей истории и краеведов.
Ил. II, табл. 3, список лит. 126назв.
Рецензенты: кандидат исторических наук, доцент А.А.Моружен*
ко, кандидат исторических наук, доцент З.П. Марина
(?) Днепропетровский ордена Трудового Красного Знамени
государственный университет, 1983
3
ВВЕДЕНИЕ
Настоящее пособие посвящено катакомбной культуре Орелн •
ко-Самарского междуречья, являющегося одним из районов катакомб-
ной культурно-исторической области. В последние года работами
археологов Днепропетровского университета здесь открыто свыше
400 погребений,
служивших основными источниками для предприня-
той реконструкции хозяйства, социальных отношений и идеологии
катакомбных племен, чем снят тезис об их отсутствии на рассмат-
риваемой территории.
На рубеже III - II тысячелетия до н.э. в Орельско-Самарс-
ком междуречье, как во всей степной, а частью и лесостепной
зоне Восточной Европы, наблюдаются изменения в погребальном об-
ряде, выразившиеся в замене грунтовых могил т.н. катакомбами,
представляющими тип подземной гробницы, состоящей из входной
шахты и погребальной камеры, и сопутствующем им вытянутом*тру-
поположении, сменившем восходящую к знеолитической древности
традицию скорченжх погребений. <
/ Фиксируемая в археологических материалах малочисленность
памятников переходного типа ( объединяющих черты ямной и ката-
комбной обрядности ) является свидетельством быстроты, с которой
совершался процесс замещения одной культурной традиции другой,
что скорее предполагает сильный приток нового , населения, нежели
появление культуршх инноваций в результате внутреннего разви-
тая и внешних связей^. Однако проблема происхождения катакомбной
культуры все же далека от своего разрешения, что обязывает нас,
с учетом целевого назначения публикации, кратко остановиться
на характеристике ее современного состояния.
Вопрос о средиземноморском происхождении катакомбной куль-
туры, подкрепляемый ссылками на погребения в катакомбных могилах
Кипра, Сицилии, Менорки, Португалии впервые был поставлен В.А.Го-
родцовьаА В дальнейшем многие авторы пытались локализовать рай-
он, откуда могла мигрировать культура, основываясь на присутст-
вии в нем катакомб; последовательно назывались Анатолия и Юго-За-
Ч 4
падная Азия , Кипр, катакомбы Вучедола и культуры Злота , Север-
5 6
ный Кавказ, где М.И. Артамоновым , а позже В.Я. Кияшко отмечены
черты преемственности между новосвободненскими дольменами и фор-
мой катакомбной могилы, также состоящей из двух отделений - шах-
ты и собственно погребальной камеры. В.А. Сафронов считает, что
катакомба как форма погребального сооружения "зародилась, вероят-
но, в круге мегалитических культур приатлантической и средизем-
номорской зон Западной Европы , ипод этим углом зрения наз-
ванный автор рассматривает катакомбы Северной Франции ( СУМ ) и
культуры Злота ( Малопольша ) как первичные по. отношению к вос-
точноевропейским катакомбам. /
Таким образом, основным аргументом сторонников миграцион-
ного происхождения катакомбной культуры является форма погребаль-
ного сооружения, не имеющая местных корней в предшествующих ей
культурах степной бронзы. Нельзя в связи с этим не привести мне-
ние Н.Я. Мерперта, отмечающего полицентризм и независимое воз-
никновение сооружений катакомбного типа, в силу которого ката-
комбы в бронзовом веке известы в Иордании, Палестине, Сирии,
Месопотамии, Иране, на Южном Кавказе, на Балканах и островах
Средиземноморья, в Южной, Центральной и Восточной Европе®.
Древнейшие из них появляются в халафской культуре не
позднее середины У тысячелетия до н.э.
Вот почему для сторонников автохтонного происхождения
катакомбной культуры, рассматриваемой в генетической связи с
предшествующей ей ямной культурой, вопрос о характере погребаль-
ного сооружения ( катакомбы ) обычно отделяется от содержания
материального комплекса и^ребального^об^у ^сле^
^ёдвдд
щий с древнеямным, характ^ет
ходные памятники ). yg^oM екЬоооп ееркотэ^н екоммо моте 8
Основываясь на да
такомбных погребениях, к^неямиа. ш
ти, О.А. Кривцова-Г^кова^^
продолжение в развитии^* ..^шщолу^р^видав
работе Т.Б.Поповой11. ,
выступает Г.Л.Евдокимо^ п^лага^^е^^^^е^^д \
комбного раннего горизонту „побели ВОТв^?§аЖ8а§ЙВДй 0«ж
тельствующего " об 3Boant%o№^xag«<eoTOSg^g?ggiBaao&fi3oe
ямной культуры к катакомбной". При этом для названного автора
"...проблема появлв1Ж^де1^6Жает(^|ако^оЖоди7з^рам-
ки вопроса ’происхождения катакомбной культуры"^. .
6 Йирвср^м Н «О \8 а о т к Т л
Крупным достижением научной мысли надо\считать признание
91 , „М „втэйО опоаоН к onoqmO кнпохоехдА :.ня Н
Существования отдельных катакомбных культур, объединяемых в
турно-исторической общности, что предполагает дифференцированное
изучение каждой кул^^Ч? с1с^ейн&е°в8ех вместе.
Только при таком подходе возможно объяснение объективно существ*0
вующей преемственно^?10^?^а^йВД^ар^еб§огйч§ских куЯьтур бронзово -
го века - ямной, кЖ&Д? S
является одной из актуальнейший ’^аД^^рЛёологйи?1^ % нимва ^хопе
Являясь co'c^Hbi?W(^W'Wfi^^oBariHH’no истории древнего
населения ЛевоберЛ^М
пособие ставит сво>ЭДЖШё^^
г* jk к 0 .:9’M?d.o -IdQI $Д - .вашсмвтаАЛЛ
ных курсов ( общегсги специального ), посвященнцх этому важному
ай н кенео Йояое^тктене^ о\ неетопнч о
* ... „ Лд-дд.э Д % Дт ДЭ - .«махи
Первая книга Север степного Поднепровья в среднем бронзовом
веке", посвящейтдапре'бШййЬ»^ о($ряДУ %^й^Ш&йа1гЙсовой
керамики и
диняющей памятники раннего энеолита и ямной культуры, предпо-
лагается в 1984 году.
6
разделу археологической периодизации, сделать их более конкрет»
яши, что достигается введением местного материала.
В этом смысле настоящее пособие может быть рекомендова-
но для организации краеведческой и научной кружковой работы как
в ВУЗе, так и в средней школе, что учитывает требования профес-
сиональной подготовки будущих педагогов-историков.
Изучение сферы идеологических, и преяще всего религиознее
представлений создателей катакомбной культуры представляет убе-
дительше свидетельства их обусловленности ложяши представления-*
ми*о природе и существе самого человека" , что может быть исполь-
зовано в атеистическом воспитании учащихся.
СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
I. Т и т о в В. С. К изучению миграций бронзового века.-
В кн.: Археология Старого и Нового Света. М., 1982, с.91,92,94,
96-98.
2. Г о р о д ц о в В. А. Битовая археология. - И., 1910,
с.263.
/ 3. И а р к о в и н В. И. Степи и Северней Кавказ: об изу-
чении взаимосвязей древних племен. - В кн. :Восточная Европа в
эпоху камня и бронзы. 1G, 1976, с.199.
4. К л е й н Л. С. 0 хронологических и генетических
взашвоотномениях локальных вариантов катакомбной культуры. - В
кн. :Исследовашя по археологии СССР: Сборник статей в честь проф.
М.И.Артамонова. - Л.; ЛГУ, 1961, с.69-79; Он хе. К проверке
оснований гипотезы о генетической связи ямной и катакомбной
культур/ - СА, 1970, » I, с.56-57.
5. Артамонов И. И. Раскопки курганов на рекехМа- ;
ныче в 1937 году^- СА, 1939, П, с.326-327,335.
1
6. К и я ш к о В. И. Параллели развития погребальных обрядов
эпохи ранней бронзы в Приазовье и на Западном Кавказе. - ТДНК:
Проблемы эпохи бронзы юга Восточной Европы. Донецк, 1979, с.49,
50.
7. Николаева Н. А., Сафронов В. А. Древ-
нейшая катакомбная культура Северного Кавказа и проблема прояв-
ления катакомбного обряда в Восточной Европе. - В кн. :Катакомбные
культуры Северного Кавказа. Орджоникидзе, 1981, с« 12-14.
8. Мерперт Н. Я.,Мунчаев Р. М. Погребаль-
ный обряд племен халавской культуры. - В кн.: Археология Старого
и Нового Света. М., 1962, с.48.
9. К ривцова-Гракова 0. А. Генетическая
связь ямной и катакомбной культур. - Труды П01. М., 1938,
вып.УШ, с.34; Мерперт Н. Я.«Мунчаев Р. М.
Указ.соч., с.47.
10. Кривцова-Гракова 0. А. Генетическая
связь ямной и катакомбной культур..., с.34.
II. П о п о в а Т. Б. Племена катакомбной культуры. -
Труда IUM. М., 1955, вып.24, с.50-67.
12. Е в д о к и м о в Г. Л. 0 раннем этапе катакомбной
культуры в Северном Причерноморье. - ТДНК: Проблеш эпохи брон-
зы юга Восточной Европы. Донецк, 1979, с.45-46.
13. Э н г е л ь с Ф. Конраду Шмидту, 27 октября 1890 г.-
Маркс К., Энгельс Ф. Соч.,т.37, с.419.
8
Г Л Ц А I
обрвдово^онол^ КАТАКОМБНЫХ
ПОГРЕБЕНИЙ ОРЕЛЬОЮ^САМАРСКОГО МЕЖДУРЕЧЬЯ
Катакомбные^памятники рассматриваемой территории представь,
ны исключительно подкурганными захоронениями. Только в двух случо
ях были встречены погребения^е^сатакомбным инвентарем в составе
грунтовых могильников Приорелья ( Госпитальный холм у с. Зал и цен-
ного и могильник в ур.Лиман у с.Лычково )*.
Всего в Орельско-Самарском междуречье на сегодняшний день *
исследовано свыше 500 катакомбных погребений, основная часть ко-
торых - 404 - открыта раскопками автора в 1972 - 1983 гг.
Топография. Курганы, содержавшие катакомбные пог-
ребения тяготеют к долинам рек..-Они обычно входят в состав могиль-
ников, занимающих уступы высоких речных террас или мысообразные
участки плато над пойменными озерами и староречьями; максимальная
удаленность от реки не превышает 20 - 15.км и в этом отношении о нм
отличны от продвинувшихся далеко вглубь степных плато курганов
последующих культур - многоваликовой керамики и срубной.
Установлено возникновение в катакомбное время 28 курганов$
в то время как основная масса погребений являлась впускными в ям-
ные и энеолитические курганы. Высота основных катакомбных насыпей,
как правило, не превышает 1,5 м, высота курганов, содержавших
впускные погребения, сама по себе не может являться показателем и
в каждом отдельном случае требует определения объема произведен-
ных для них досыпок. В ряде случаев с катакомбными погребениями
связано несколько досыпок, что может быть использовано при опре-
делении их стратиграфического положения.
9
Положение в кургане. В своем большинстве
впускные катакомбные погребения располагаются на склонах насыйи по
дуге или О1фужности, радиусы которых зависят от размеров первично-
го кургана и в свою очередь определяют его. Там, где имели место
разновременные катакомбные погребения, радиусы дуг определяются i
размерами досыпок, и иногда встречаются курганы с двумя и даже тре-
мя окружностями из разновременных катакомбных могил. В таких слу-
чаях данные планиметрии позволяют установить последовательность
погребений.
Расстояние между могилами, расположёнными на окружности,
обычно определяется их количеством, т.е. коэффициентом плотности
размещения катакомб в подкурганном пространстве. Случаи нарушения,
прорезания одной катакомбы другой, редки, что может быть связано с
первоначальным устройством надмогильных памятников, отмечавших мес-
2
то захоронения .
Основные катакомбные могилы расположены либо в геометричес-
ком центре подкурганной площадки, либо вырыты на склоне естествен-
ной возвыпенности, в данном случае выступающей в качестве кургана.
Типология погребальных соору-
жений. Основным типом погребального сооружения является ката-
комба, состоящая из входной шахты и камеры, вырытой под одной из
стенок. В зависимости от формы входной шахты и камеры выделяется
6 основных типов катакомбных могил: с прямоугольной входной шахтой \
и такой же камерой; с овальной входной шахтой и прямоугольной ка-
мерой; с круглой входной шахтой и прямоугольной камерой; с прямо-
угольной входной шахтой и овальной камерой;с овальной входной шах-
той и такой же камерой; с круглой входной шахтой и овальной каме-
рой. "Количественное распределение указанных типов катакомб отражает
таблица > I, построенная для выборки из 197 полностью информатив-
шх погребений.
ю.
Вед/цей формой катакомбного сооружения Орельско-Самарского
междуречья является круглая или овальная в плане входная шахта с
примыкающей к ней овальной камерой. Внутри группы, насчитывающей
117 катакомб, ваделяется подтип, представленный небольшим числом
погребальных сооружений, преимущественно детских могил и кенотафов.
Для него продольная ось камеры меньше или равна параллельному ей
сечению шахты. Остановимся на оформлении стен, дна и входа в камеру
Стенки шахты вертикальны по всей глубине или слегка раскошены у
дна ( разница в верхнем и нижнем диаметрах не превышает 0,3 м )•
Дно ровное, вход арочный, реже - щелевидный. В этой группе ката-
комб в 5 случаях встречены канавки перед входом, предназначенные
для установки поперечных досок заклада. Характеристика погребаль-
ных камер определяется отношением длины к ширине 2 : I. На своде
и стенках камер отмечены следа землеройных орудий, а в катакомбе
погребения № 3 кургана 4 у с.Заплавки - паркетный узор из взаимо-
пересекающихся полей, что сближает его с характерными полосчатыми
о х
расчесами катакомбной керамики . В камере катакомбного погребения
№ 6 кургана I группы XII у с. Верхняя Маевка над погребенным был
устроен настил из.жердей, закрепленных в гнездах, вырытых в стенках
камеры на высоте 0,25 м от ее дна^.
В большинстве катакомб рассматриваемой группы дно посыпа-
лось мелом, охрой или имело подстилку из луба, тростника и, в
отдельных случаях, кожи.
В группе, объединяющей катакомбы с прямоугольной входной
шахтой и такой же или овальной камерой, возможно выделение двух
подтипов: I) с вытянуто-прямоугольным колодцем, перпендикулярно
сопряженным с камерой; 2) с квадратной в плане шахтой и параллель-
ной системой сопряжения. Вдоль продольных стен шахт первого подти-
па обычно оставлены ступеньки на одном или разных уровнях, в том ,
числе у дна, центральная часть которого приобретает вид узкого же-
II
лоба, полого понижающегося ко входу в камеру. Входные шахты'ка-
такомб второго подтипа иногда имеют значительную раскаленность
стен ко дну. Углы погребальных камер ввделены и иногда подчеркну-
ты вертикальными желобками, как это имело место в ямных могилах.
Подстилка на дне представлена ограничено, посыпка охрой локализо-
вана пятнами перед входом в камеру, у черепа и стоп погребенного,
но поскольку последний признак относится к ритуальным предписани-
ям, он будет рассмотрен ниже.
Вторым типом погребальных сооружений, представленных незна-
чительной группой, являются простые грунтовые ямы прямоугольной
формы, иногда со ступенькой вдоль одной из продольных стен и мел-
ким подбоем под другой. Поверх растительной подстилки на дне про-
изводилась посыпка охрой и мелом. Вое погребения впущены в древне-
ямные курганы.
^Обрядовые группы. При ввделении обрядовых
групп катакомбных погребений Орельско-Самарского междуречья за ос-
нову принималась поза, придаваемая умершему при помещении останков
в могилу. Данные об ориентации относительно сторон света имеют
второстепенное значение, что обусловлено отмечавшимися выше усло-
виями размещения катакомб в насыпях. Всего выделяются три обрядовых
группы.
Первая объединяет погребена, произведенные на спине с сог-
нутыми в коленях ногами. Из выборки в 290 катакомбных захоронения
с устанавливаемыми положением и ориентацией погребенных на их долю
приходится 93. В данной группе положение рук либо протянутое вдоль
туловища, либо одна рука согнута и положена кистью на таз. Направ-
ление ориентировки погребенных определяется преимущественно южным
полукругом с преобладанием юго-восточного направления’ ( рис. I ).
Катакомбы, содержащие погребения первой обрядовой группы, вне за-
висимости от типа входной шахты и камеры сосредоточены преимущест-
12
венно в СВ ( 27 ), В ( 13 ) и ЮВ (24 ) секторах насыпи. Для них
характерно окрашивание отдельных частей скелета и значительной час-
ти дна погребальных камер охрой; меловая посыпка обязательна и
порой отличается значительной мощностью. В отдельных случаях отме-
чено присутствие в заполнении входных шахт углей и пятен золы на
дне камер.
Рис. I. Диаграмма ориентировок погребенных первой обрядовой
группы
Вторая обрядовая группа включает погребения, произведенные
на спине с выпрямленными в коленях ногами и протянутыми вдоль ту-
ловища руками или одной, обычно правой, положенной на таз. В ред-
ких случаях кисти обейх рук скрещены на костях таза. Всего данная
группа объединяет 150 погребений. Ориентация погребенных разнообраз-
IS
на, но преобладают три направления:!) (32), ЮЗ ( 34 ), СЗ (19), что
отражает диаграмма ориентировки погребенных ( рис. 2а) •
Рис. 2а. Диаграмма ориентировок погребенных второй обрядовой
группы
К ритуальным особенностям погребений рассматриваемой груп-
пы относится обычай закрывать глазницы умерших фрагментами стенок
сосудов, обточенных в круг или овал, а также ритуальные маски.
Из неординарных обрядовых черт для них характерны погребения одной
из частей скелета - черепа, кисти руки, стопы. При этом обычно со-
блюдены все остальные ритуальные предписания, включая посыпку дна
14
камеры охрой и мелом» Охровая посыпка особенно обильна и включает
отдельные предметы в форме палочек-карандашей, возможно приме-
нявшихся в ритуальных целях. Катакомбы, содержащие погребения
второй обрядовой группы, представлены во всех секторах насыпи с
явнъм преобладанием СВ ( 33 ) и ЮВ ( 29 ) направлений. Для рассма-
триваемой группы высок процент основных погребений.
К третьей обрядовой группе отнесены погребения, скорченные
на правом ( 24 ) и левом ( 23 ) боку; поскольку другие обрядовые
различия не наблюдаются, они рассматриваются вместе. Руки протя-
нуты к коленям согнутых ног иди же кисть одной положена к локте-
вому сгибу другой вытянутой руки. В группе левобочных погребений
отмечено положение кистей рук перед лицом, что сближает их с ранне-
срубными. Ориентация погребенных включает все направления (рис. 26).
Рис. 26. Диаграмма ориентировок погребенных третьей
обрядовой группы
15
Размещение катакомб, содержащих погребения третьей обрядовой груп-
пы, определяется центральной частью насыпи и ее восточным полукру-
гом ( 35 ). Особо следует отметить распространенность в могилах
продуктов горения, входивших в заполнение шахт. Иногда это костры
на уровне древнего горизонта ( при основном положении катакомб ).
Вместе с тем обычай помещать в могилу Уровни не типичен для рас-
сматриваемого района, где встречен всего лишь 4 раза. При этом
речь идет не о функциональных сосудах-курильницах, а о фрагмен-
тах стенок кухонных горшков, использовавшихся в этом качестве.
I
Для соотнесения выделяемых обрядовых групп с типами ката-
комб, ставящем своей целью культурно-хронологическое членение -
хпамятников исследуемого района, был проведен формализованно-ста-
тистический анализ погребального обряда по методу, апробированному
на катакомбных материалах Нижнего Поднецровья С.Ж. Пустоваловым^.
Из 404 погребений была составлена выборка в 197 катакомб с
полностью сохранившимся погребальным сооружением и надежно фиксируе-
мым положением погребенного. Эта выборка была затем сгруппирована
по 8 признакам: форма шахты ( I - шахты с выраженными углами,
2 - шахты овальные, 3 - шахты округлые ); форма камеры ( 4 - ка-
меры с выраженными углами, 5 - камеры овальные ); положение ске-
лета ( 6 - скелет скорчен на спине, 7 - скелет скорчен на боку,
8 - скелет вытянут ). Для взятых признаков был вычислен коэффици- -
ент взаимосвязи по формуле
J ~i&~ ’
где К - общее количество признаков, отмеченных единицей на объек-
те Ак ; - общее количество признаков, отмеченных единицей на
объекте А^ ; $ - количество признаков, одинаковых для А^ и
( табл. I ). Затем был построен граф взаимосвязи признаков при
уровне значимости 0,1, что позволило выделить шесть групп погребе-
ний ( рис. 4 ).
18
Таблица I
ВЗАИЫОВСТРЕЧАЕМОСТЬ ПРИЗНАКОВ КАТАКОМБНЫХ
ПОГРЕБЕНИЙ
Призма] Шахты с . выраж® ‘ ными углами Шахты оваль- ные Шахты округ лые Камеры - с выра женнш углами Камеры - оваль- v ные : Скелет скорчет на спине Скелет I скорчет на боку Скелет 1 вытя- нут
Шахты с выра- женные углами 34 — — 0,132 0,102 0,156 0,064 0,014
Шахты оваль- ные — 46 — . 0,043 0,194 0,140 0,126^ 0,013
Шахты округ- лые — — 117 0,004 0,62 0,098 0,018 0,56
Камеры с выра- женные! углами 9 6 3 18 — 0,138 0,007 0,005
Камеры оваль- нее 25 40 114 — 179 0,248 0,140 0,525
Скелет скорчен на спине 19 21 28 13 55 68 - —
Скелет скорчен на 1 боку 8 13 8 2 27 — 29 —
Скелет вытя- ну» 7 12 81 3 97 — — ТОО
Первая группа погребений характеризуется признаками 1.4.6 с
кмф$мциштом связи 0,132 - 0,156. Вторая группа определяется призна-
ками 2.5.6, коэффициент взаимосвязи колеблется в пределах от 0,14 до
0,248. Третья группа связана с признаками 3.5.8 с очень высоким коэф-
17
фициентом взаимосвязи, определяемым от 0,525 до 0,62. Эти три
группы в целом совпадают с въщеляемыми для Нижнего Поднепровья^.
Кроме того, достаточно определенно ввделяются группы с признаками
1.5.6 о коэффициентом связи 0,102 - 0,248 и, что особенно важно,
группа с признаками 2,5,7 с коэффициентом взаимосвязи 0,14-0,134,
Отдельно следует рассмотреть связь "признаков 3 и 6, кото-
рая незначительно ниже избранного уровня значимости - 0,098, но
все же достаточно высока по сравнению с прочими коэффициентами
взаимосвязи. Этим обосновывается ввделение для Орельско-Самарс-
кого междуречья достаточно представительной -28 погребений или
14,7% от выборки группы с признаками 3,5,6 ( круглая шахта -
овальная камера - скорченное на спине положение скелета )•
Рис, 4, Граф взаимосвязи признаков, описывающих
катакомбные погребения Орельско-Самарского
междуречья
18
Таблица 2
ПОГРЕБЕНИЯ, ВЫДЕЛЯЕМЫЕ ПО ВЗАИМОСВЯЗИ
ПРИЗНАКОВ
Номер группы Рисунок Номера признаков Коэффициент взаимосвязи Количество
I 1.4.6. 0,132 - 0,166 9 ’
II 1.5.6. 0,102 - 0,248 10
Й1 С® 2.5.6. . 0,140 - 0,248 17
1У о© 3.5.6. 0,098 - 0,62 . 28
У С® 3.5.8. 0,525 - 0,62 78
У1 с© 2.5.7. 0,140 - 0,194 II
- -Как отмечалось выше, за основу выделения обрядовых групп*
нами принимается положение погребенных, обусловленное ритуалом,
являющимся наиболее устойчивой к инновациям составляющей погре-
бального обряда всякой археологической культуры. Это позволяет
провести объединение в одной, первой обрядовой группе погребе-
ний , характеризуемых присутствием "признака 6 ( скелет скорчен
на спине ), т.е. I - 1У групп таблицы 2. Тем самым уста-
* Обрядовая группа представляет собой совокупность однотипных
погребений, отличных по ряду признаков от других.
19
навливается присутствие скорченных на спине погребений в ката-
комбах, характеризуемых прямоугольными шахтами и камерами, в ка-
такомбах, утрачивающих геометриям камеры и, наконец, в катакомбах,
имеющих круглую шахту и овальную камеру.
Что скрывается за наблюдаемыми конструктивными различиями:
эволюция, ведущая к упрощению исходной формы, если принять версию
о развитии катакомбы с прямоугольной шахтой из двух, соединенных
проходом грунтовых ям, в которых была реализована идея вытянуто-
прямоугольных портальных, с отверстием,дольменов? или же новации,
принадлежащие иному культурному кругу, ответить трудно, вопрос
этот нуждается в разработке. -
Не вызывает сомнений одно - по данным инвентаря отмечено
абсолютное преобладание позднеямных сосудов при погребенных в
катакомбах I - II групп; в III и 1У они встречаются редко и наря-
ду с сосудами, характерными в основной массе уже для погребений
второй обрядовой группы. Аналогичная картина наблюдается и для
других районов западного ареала катакомбной культурно-исторической
области, что отмечается С.Ж.Пустоваловым8. Другими словами, проис-
ходит постепенное затухание ямного импульса, совпадающее с изме-
нениями в форме катакомбной могилы.
Погребения первой обрядовой группы отражают сложение ка-
такомбной культуры в изучаемом районе; Они продолжают восприня-
тую от ямного населения традицию скорченного трупоположения на
спине ( скорченность на боку встречается редко в ямных погребе-
ниях Орельско-Самарского междуречья )$, ограниченное применение краски^
обычай помещать в могилы округлодонные сосуды. В них еще отсут-
ствуют илй крайне редки собственно катакомбные формы керамики, что
составляет характерную черту погребений раннего горизонта . Про-
цент этих погребений невелик, что находит объяснение в кратковре-
менности начального периода. Но поскольку прямоугольные шахты и
20
и камеры за пределами Орельско-Самарского междуречьями в част-
ности в территориально близком районе бассейна Северского Донца,
сохраняются и в дальнейшем, приобретая характер этнографического
признака, можно предположить для изучаемого района смену насе-
ления, фиксируемую по распространению катакомб с круглой шахтой.
Появляясь достаточно рано, чтобы в обряде и инвентаре могли сох-
раниться еще ямнне черты, катакомбы с овальной и круглой шахтой
существуют здесь очень долго, становясь ведущей формой погребаль-
ного сооружения второй обрядовой группы^.
Выделение последней, объединяющей погребения с признаками
3.5.8, не вызывает затруднений, настолько специфичен и единообра-
зен обряд и ритуал. Появление погребений, произведенных вытянуто,
в отличие от многовековой традиции скорченного трупоположения,
означало или эволюцию мировоззренческих представлений,или кар-
динальное изменение состава населения. Вопрос этот еще далек от
своего разрешения.
В третью обрядовую группу объединены погребения, положе-
ние которых определяется признаком 7 - скорченные на боку. Они
обнаружены в катакомбах, характеризуемых как прямоугольной,так и
овальной ( большинство ) шахтой и камерой.
Сопровождающие погребенных реповидные и чугунковидные со-
суды, наборы альчиков, украшения из фаянса северокавказских типов
указывают на пришлый характер и позднее положение этой группы.
Вместе с тем какая-то незначительная часть погребений,скор-
ченных на боку, существует параллельно основному обряду первой об-
рядовой грушш, как об этом свидетельствуют рассматриваемые ниже
данные курганной стратиграфии. Поскольку скорченность на боку
является характерным признаком ранних катакомбных погребений До-
неччины, Приазовья и Присивашья, приходится учитывать возможность
существования аналогов и в Орельско-Самарском меодуречье.
21
Хронологическое соотношение выделяемых первой - третьей
обрядовых групп определяется их положением в курганной стратиг-
рафии. Характер и объем публикации не позволяют рассмотреть все
12 случаев наблюдаемой прямой и относительной стратиграфии, ос-
новывающейся на данных об уровне впуска катакомб или их положе-
нии в планиметрии. Сошлемся на некоторые из наиболее достовер-
ных.
Курган I группы III у с.Шандровки содержал 8 катакомбных
погребений, для которых устанавливается следующее стратиграфи-
ческое соотношение. Первым из катакомбных являлось погребение ЯО,
№ 10, впущенное с уровня ямной досыпки к первичному энеолитичес-
кому кургацу. По обрядовым признакам 1.4.6 оно входит в первую
обрядовую группу. За ним следует погребение > 4, относящееся к
той хе обрядовой группе, но впущенное с уровня локальной подсып-
ки, произведенной для погребения > 10. Выброс из погребения * 4
прорезает катакомбное погребение Ж II, характеризуемое признака-
ми 3.5.6, что позволяет отнести его также к первой обрядовой груп-
пе. Его камерой срезана входная шахта погребения * 10 ( прямая
стратиграфия )• Следующую стратиграфическую группу образуют пог-
ребения > 6 и > 8, входящие во вторую обрядовую групцу. Для пог-
ребения № 6 была произведена досыпка, с уровня которой вырыта
входная шахта погребения * 8. Погребение > 6 разрушено катакомб-
ной могилой № I, относящейся к третьей обрядовой группе ( прямая
стратиграфия ). Таким образом, для рассматриваемого кургана ус-
танавливается следующая последовательность выделяемых групп :
I - II - III. • '
Курган 5 группы III у с.Соколово содержал 5 катакомб, для
двух из которых устанавливается случай прямой стратиграфии. Пог-
ребение № 14, относящееся ко второй обрядовой группе, прорезалось
погребением № 4 третьей обрядовой группы.
КУргаи I группы П у с.Спасского воэмдан для основного
катакомбного погребения > 14 с круглой входной шахтой, прямо-
угольной камерой и скорченным на правом боку скелетом. Из-за
низкого уровня коэффициента взаимосвязи признаков 3.4.7 погребе-
ния этого типа не выделялись в отдельную обрядовую групцу, но>
как отмечалось выше, сосуществовали параллельно со скорченными
на спине погребениями первой обрядовой группы. С уровня первич-
ной насыпи впущено погребение > 12, характеризуемое признаками
3.5.6, относящими его к первой обрядовой группе, сопровождавшееся
локальной подсыпкой. С уровня последней впущено погребение > 4,
входящее во вторую обрядовую группу.
В остальных 12 случаях, когда удается проследить страти-
графическое соотношение катакомбных погребений, наблюдается та
же картина: в нижнем стратиграфическом горизонте представлены
погребения первой обрядовой группы в той последовательности, ко-
торая определяется признаками входной шахты и камеры ( I - 1У
таблицы 2 ), а также небольшая часть ( 8 ) погребений с приз-
j нахами третьей обрядовой группы - скорченным на боку положением
скелета и положением протянутых рук у колен.
Средний стратиграфический горизонт принадлежит погребе-
ниям второй обрядовой группы, частью сосуществующим с погребения-
ми третьей обрядовой группы, характеризуемыми скорченностью на
боку к протянутостью рук к коленям ( поза всадника ).
Верхний стратиграфический горизонт безраздельно принадле-
жит погребениям третьей обрядовой группы, для которых характерна
на этом этапе как поза всадника, так и положение кистей согнутых
рук перед лицом.
Выделение обрядово-хронологических групп* получает под-
тверждение в инвентаре ( см. главу II ). Присутствие в последнем
* Группы погребений, объединяемые единством обрядовых признаков
и стратиграфического, а следовательно,и хронологического поло-
жения.
23
отдельных категорий предметов, имеющих аналогии в синхронных
культурах с разработанными хронологическими системами - донецкой,
предкавказской, северокавкаэской, позволяет определить времен-
ное положение каадой из групп катакомбных погребений Орельско-Са-
марскбго мелщуречья.
Так, для первой обрядово-хронологической группы опреде-
ляющим ее нижнюю границу является непосредственное следование за
ямными погребениями четвертого, по З.П. Мариной, этапа, датируе-
мого, по кавказской линии синхронизации, рубежом III—II тыс. до >
н.э.12 Д.Я. Телегин, основываясь на серии радиокарбонных дат,
полученных для ямных погребений Приорелья, определяет верхнюю
то
хграницу последних XIX в. до н.э. , что позволяет датировать
наиболее ранние погребения первой обрядово-хронологической груп-
пы этим и следующим ХУIII в. до н.э.
Подтверждением предлагаемой датировки погребений являет-
ся присутствие в инвентаре серебряных круглых серег ( тип I ),
характерных для новосвободненского этапа майкопской культуры,
многовитковых - в 4 и 3 оборота - бронзовых подвесок, имеющих
аналогии в I этапе северокавказской культуры, откуда они прони-
кают в ямные погребения района ( с. Миновка, курган 2,погр.>5 ),
бронзовых подвесок в полтора и два оборота и молоточковидной бу-
лавки, переходящих в катакомбную культуру из ямной.
С.Н.Братченко для комплексов донецкой катакомбной куль-
туры, содержавших аналогии названным украшениям, предлагает да-
тировку 2000 - 1700 гг. до н.э.I4
Датировка части погребений второй обрядовой группы дос-
таточно ранним - не позднее ХУШ в. до н.э. - временем основы-
вается на присутствии в инвентаре украшений тех же типов — уже упо-
минавшихся многовитковых бронзовых подвесок, цилиндро-усеченных
пронизей,а также кубков донецкого типа,шаровидных булав, которые
24
в типологическом ряду предшествуют булавам яйцевидной формы с
выступами*5. J
fyui Ъ&тв&в&ъ катакомбных погребений ингульской культуры,
по обряду * инвентарю тождественных, в нашем определении, второй об
рядово-хронологической группе, привлекаются следующие данные: дис-
ковидная подвеска и ажурный медальон из погребения > 16 кургана I
группы у с. Привольного, позволяющие синхронизировать его с
I - началом II этапа северокавказской культуры по В.И. Маркови-
цу и датировать 2000 - 1600 гг. до н.э.*5 Вместе с тем отсут-
ствие разработок по хронологии ингульской культуры и памятников
степного юга Украины ограничивает возможность датировки погребе-
ний второй обрядовой группы.
Временное положение погребений третьей обрядовой группы
определяется присутствием в ней реповидных сосудов, относимых
С.Н. Братченко к манычекому тицу/датируемому 1700 - 1600 гг. до
н.э.*7
Этим же временем датируется булава с выступами бородинс-
Tfi
кого типа и наборы украшений, включающих т.н. сегментовидные
подвески, ромбовидные со спиральным орнаментом ( в одном случае-
изображение собаки ), костяные и многочисленные настовые рельеф-
ные бусы, датируемые по присутствию в северокавказских и ката-
комбных комплексах, временем до середины II тыс. до н.э.
Верхняя граница погребений третьей обрядовой группы опре-
деляется ХУ1 в. до н.э. по присутствию в сменяющих их погребе-
ниях культуры многоваликовой керамики наборов бус, относимых
В. А. Сафроновым к III этапу бронзового века Северного Кавказа и
TQ
датируемых ХУ1 - ХУ вв. до н.э.
25
СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
I. Ковалева И. Ф. К вопросу о развитии ремесла в
эпоху бронзы. - В сб.: Курганные древности Степного Поднепровья
III—I тыс. до н.э. Днепропетровск, 1983.
2. Братченко С. Е. Нижнее Подонье в эпоху сред-
ней бронзы. - Киев, Ж, с. 18.
3. К о в а л е в а И. Ф. Катакомбные погребения Орельс-
ко-Самарского меящуречья. - В сб.: Древности Степного Поднепро-
вья (III—I тыс. до н.э.). Днепропетровск: ДГУ, 1982, с.36.
4. Ковалева И. В о л к о б о й С. С. Да-
рина 3. П. и др. Исследование курганных могильников у с.В.Ма-
евка в степном междуречье рек Орели и Самары. - В сб. :Курганные
древности Степного Поднепровья III—I тыс. до н.э. Днепропет-
ровск: ДГУ, 1977, с.2, табл.II, рис.4.
5. Пустовалов С. Ж. К методике периодизации
катакомбной культуры по данным погребального обряда. - В кн.:
Новые методы археологических исследований. Киев, 1982, с.90-93.
Более подробно см.:К а м е н е ц к и й И.С., Маршак Б. И.,
41 ер Я. А. Анализ археологических источников. М., 1975.
6. Пу.стовалов С. Ж. К методике периодизации...,
с.92, рис.1.
7. К и я ш к о В. Я. Параллели развития погребальных об-
рядов эпохи ранней бронзы в Приазовье и на Западном Кавказе. -
ТДНК: Проблемы эпохи бронзы юга Восточной Европы. Донецк, 1979,
с.49-50.
8. П ус т о в а л о в С. Ж. К методике периодизации...,
с.106.
9. М а р и н а 3. II. Периодизация и хронология погребе-
ний ямной культуры Орельско-Самарского меящуречья. - В сб. :ftyp-
ганные древности Степного Поднепровья Ш-I тыс. до н.э. Днепро-
26
петровск:ДГУ, 1978, с.59-60; Марина 3. П. Обрядово-хронологи-
ческие группы древнеямных погребений Левобережья .Днепра. - ТДНК:
Археологические исследования на Украине в 1978 - 1979 гг. Дне-
пропетровск, 1980, с.46-47.
10. Евдокимов Г. Л. 0 раннем этапе катакомбной
культуры в Северном Причерноморье. - ТДНК: Проблемы эпохи бронзы
юга Восточной Ейропы..., с.45; Он ж е. 0 культурно-хронологи-
ческих различиях катакомбных памятников Нижнего Поднепровья и
Крыма. - ТДНК: Археологические исследования на Украине ...,
с. 49-50.
II. К о в а л е в а И. Ф. Катакомбные погребения Орельс-
w Самарского междуречья..., с.36.
12. М а р и н а 3. П. Энеолит - ранний бронзовый век
Степного Левобережья Днепра: Автореферат. Дис.... кацц.ист.наук.
М., 1982, с. 18; 0 н а ж е. Кавказские импорта Левобережного
Поднепровья в памятниках эпохи бронзы. - В сб.: Проблемы хро-
нологии археологических памятников степной зоны Северного Кавка-
за. Ростов, 1983, с. 25.
13. Т е л'е г и н Д. Я. Об абсолютном возрасте ямной
культуры и некоторые вопросы хронологии энеолита Юга Украины.-
СА, 1977, >2, с.13.
14. Б р а т ч е н к о С. Н. Нижнее Подонье..., с.142.
15. Т а м же, с.147.
16. Шапошникова 0. Г., Шарафутдино-
ва И. Н., Фоменко. В. Н., Довженко Н. Д. Некото-
рые итоги изучения погребальных памятников эпохи меди - бронзы
на р.Ингул. - В кн.: Археологические памятники Поингулья. Киев,
I960, с.13.
17. Братченко С. Н. Нижнее Подонье..., с. 148,
150-152.
27
18. Ковалева И. Ф. Катакомбные погребения волго-
манычского типа в Степном Поднепровье. - В сб.:Некоторые проблемы
историографии и источниковедения. Днепропетровск:ДГУ, 1976, с.40.
19. Сафронов В. А. Классификация и датировка па-
мятников бронзового века Северного Кавказа. - В кн.: Вопросы ох-
раны, классификации и использования археологических памятников.
М., 1974.
»
Г Л А В A IT
ТИПОЛОГИЯ ПОГРЕБАЛЬНОГО ИНВЕНТАРЯ
При сопоставлении катакомбной культуры Орельско-Самарского
междуречья с другими районами культурно-исторической области при-
влекаются не только данные погребального обряда, но и основные
категории сопутствующего умершим инвентаря.
Керамика. Классификация катакомбной керамики доста-
точно полно обоснована в работах С.Н. Братченко, основные положе-
ния которой принимаются нами. В технологическом отношении ката-
комбная керамика Орельско-Самарского междуречья достаточно одно-
родна. Сосуды, вне связи с их функциональным назначением, изготов*-
лены из глиняной массы, содержащей минеральные включения, ленточ-
ным способом и подвергнуты костровому обжигу. Внешняя поверхность
части сосудов имеет следы характерного полосчатого сглаживания,
иногда приобретающего декоративный характер, в других случаях за-
глажена и несет следы легкого лощения. Встречаются сосуды с анго-
бированной поверхностью желтого, розового и красного цвета и
следами краски.
функционально вся посуда может быть разделена на' кухонную
и г,'толовую. Ритуальные керамические сосуды, такие как курильницы,
в материалах Орельско-Самарского меадуречья отсутствуют.
Кухонная посуда представлена единичными находками целых
больших толстостеюых горшков и их крупных фрагментов, использо-
вавшихся в качестве жаровен ( с.Ново-Подкряж, гр.II, к.1, п.М12 ;
гр.1У, к.1, п.Ж5 ; с.Хащевое, к.5, п.#8 и др. ).
Столовая посуда отмечается меньшими размерами, тщательнос-
тью формовки и отделки поверхностей, большей площадью и сложнос-
тью орнаментации.
29
За основу при выделении типов катакомбной керамики ( сосу-
ды позднеямной культурной принадлежности, найденные в катакомбных
погребениях Орельско-Самарского междуречья не рассматриваются )
принята форма, определяемая основными морфологическими признаками,
в том числе чипптой шейки и корпуса, наличием ручек и их расположе
нием ( рис.З, табл.З ).
Внутри типов по более дробным признакам, определяемым соот-
ношением отдельных величин, техникой нанесения и композицией ор-
намента, выделяются подтипы. Последние учитывают: отношение высоты
шейки к высоте сосуда ( HQ : Н ); диаметра венчика к наибольшему
диаметру ( Дв : Д ); диаметра венчика к диаметру в основании шей-
хки ( ^ : Дщ ); высоты сосуда к наибольшему диаметру ( Н : Д ).
Техника нанесения орнамента учитывает разнообразие штампов ( прос-
той, двойной, перевитый шцур, тесьма, гребенчатый, "отступающая
лопаточка" и пр. ), углубленный ( прочерчивание, вдавление ),
рельефно-выпуклый ( валики, налепы, защипы ). Для катакомбной по-
суды Орельско-Самарского междуречья характерно преобладание наколь-
чатой и углубленной техники орнаментации над шцуровой, что отмеча-
лось и для ямной культуры района^. Придерживаясь, с целью удобст-
ва сопоставления, схемы классификации катакомбной керамики С.Н.Брат-
2 ’
ченко ,к первому типу нами отнесены бесшейные сосуды:
баночные горшки, чаши и миски. Объединение основано на форме верх-
ней части и отношении высоты к диаметру, равному 0,6 - 0,8. Функ-
ционально все перечисленные формы являлись столовой посудой инди-
видуального употребления, что следует из их объемов.
Подтип I ( 3 экз. ) образуют закрытые низкие банки с округ-
лым поднятым плечом и полосчатыми расчесами поверхностей (рис.3.1.1).
, Подтип 2 ( I экз. )- глубокая полусферическая чаша с высту-
пом-ручкой. Поверхности обработаны гребенчатым штампом во взаимо-
пересекающихся полях ( рис. 3.1.2).
Рис. 3. Основные типы катакомбной керамики первой - третьей обрядово-тоонолопгееских групп
31
Подтип 3(1 экз. ) - глубокая миска с округленными стен-
ками, выступом-ручкой и широким плоским дном. Отличается от подти-
па 2 формой дна и размерами. Поверхность ангобирована и заглажена
( рис. 3.1.3 ).
Подтип 4 ( 8 экз. ) - глубокие чаши с плавно выгнутыми стен-
ками и плоским дном. Имеют парные выступы - ручки, фигурные налепы,
вписывающиеся в орнаментальную схему, состоящую из горизонталь-
ных полей и обрамленными насечками овалов. Техника нанесения - про-
черчивание в сочетании с наколами, отмечено заполнение борозд крас-
ной охрой ( рис. 3.1.4 ).
Подтип 5 ( I экз. ) - глубокая миска более стройных пропор-
ций с намеченным перегибом на линии плеча. Орнамент сдвоенным шну-
ром и наколами по всей поверхности ( рис. 3.1.5 ).
Второй тип объединяет короткошейные сосуды, от
горшков с едва намеченной шейкой до относительно высокой профили-
рованной. Внутри типа значительно варьируют пропорции корпуса и
оформление венчика, что служит основанием для выделения подтипов.
Подтип I ( 3 экз. ) - с выделенной короткой прямой шейкой
и максимальным диаметром на 1/3 высоты плавно окруженного корпуса.
У одного сосуда намечен поддон. В орнаментации преобладают сдвоен-
ный и перевитый шнур, дополняемые наколами и прочерченными угло-
выми фигурами. Орнаментальные композиции состоят из поясков, гори-
зонтальных шнуровых елок, треугольников, фестонов ( рис. 3.2.1 ).
Близки т.н. кубкам донецкой катакомбной культуры, от кото-
рых отличаются по высоте шейки и расположению плеча .
Подтип 2 ( 5 экз. ) - с короткой отогнутой шейкой и одно-
сторонне утолщенным ( с наружной стороны ) венчиком, плавно округ-
ленным плечом и приземистым яйцевидным корпусом. Орнамент ограни-
чен поясками наколов и спиральных оттисков в основании шейки и на
линии плеча ( рис. 3.2.2 ).
Подтип 3 ( 8 экз. ) - относительно стройные горшки с ко-
роткой отогнутой шейкой и плавно округленным корпусом. Поверх-
ности со следами сглаживания гребенчатым штампом, неорнаментиро-
ваны или имеют рельефный ( валиковый ) орнамент ( рис. 3.2.3 ).
Подтип 4 ( 2 экз. ) - с короткой прямой шейкой, резко от-
деленной от выступающего высокого плеча и выбранной придонной
частью. В одном случае орнамент состоит из горизонтальных пояс-
ков полукруглого ( створка раковины ) штампа ( рис. 3.2.4 ).
Подтип 5 ( 2 экз. ) - горшки с едва намеченной прямой шей-
кой, раздутыми боками и суженной придонной частью, что придает им
сходство с т.н. чугунками. Поверхности подлощены, орнамент рельеф-
ный ( валик, имитирующий перевитый шнур ) в основании шейки или
насечки по краю венчика ( рис. 3.2.5 ).
. Третий тип объединяет высокошейные сосуды ( от-
ношение высоты шейки к общей высоте не менее 0,2-0,35 ). Внутри
типа разделение про водится по разнице в пропорциях корпуса, степе-
ни выраженности ребристости, оформлению венчика и пр.
Подтип I ( II экз. ) включает сосуды с цилиндрической вы-
сокой шейкой, выходящей из выпуклых плечиков, опущенных на 1/2 вы-
соты. Сложный орнамент, включающий спирали, фестоны, горизонталь-
ные полосы, выполнен оттисками шнура или тесьмы в сочетании с про-
черчиванием.
Близок т.н. кубкам донецкой катакомбной культуры ( рис.33.1).
Подтип 2(2 экз. ) - с циливдрической сужающейся к узтью
шейкой и выраженной биконичностью приземистого тулова. Орнамент
прочерченный, из концентрических поясков и треугольников ( рисД32).
Подтип 3(8 экз. ) - стройные горшки с отогнутой наружу
( воронковидной ) шейкой, резким перегибом отделенной от высоко
поднятого округлого плеча. Орнамент ограничен поясками оттисков
простого и перевитого шцура, горизонтальными елочными композиция-
34
ми, не опускающимися ниже линии плеча ( рис. 3.3.3).
Подтип 4 ( 2 экз. ) - с воротничковым завершением плавно
профилированной наружу высокой шейки. Прочерченный орнамент соче-
тается с наколами и покрывает всю поверхность, заходя на дно
( рис. 3.3.4 ).
Подтип 5 ( 4 экз. ) включает относительно высокие горш-
ки с цилиндрической шейкой, плавно переходящей в плечо и удлинен-
но-вытянутой придонной частью корпуса. Орнаментированы по всей
поверхности или в двух зонах шнуром, тесьмой, спиральными оттис-
ками, гребенчатым штампом ( рис. 3.3.5).
Подтип 6 ( 3 экз. ) - более приземистые, со слабо профили-
рованной наружу шейкой и выступающим краем плоского венчика, ор-
наментированы "подковками" и круговыми оттисками зубчатого штам-
па или шнура ( рис. 3.3.6).
Подтип 7 ( 2 экз. ) характеризуется средневысокой профи-
лированной шейкой с псевдоворотничковым венчиком, округленным пле-
чом и налепами кнопковидной формы, не развившимися в ручки. Орна-
мент прочерченный :из поясков и треугольных фигур, пучков верти-
кальных линий. По форме и рельефному орнаменту близки т.н. амфо-
—рам ( рис. 3.3.7 ).
В четвертый тип ввделены сосуды со сред-
невысокой и высокой шейкой и биконическим корпусом.
Подтип I ( 3 экз. ) - со средневысокой воронковидной шей-
кой и намеченным перегибом по линии ребристого плеча, подчеркну-
того пояском гребенчатого штампа или простого шнура ( рис.3.4.1 >.
Подтип 2 ( 6 экз. )-со средневысокой прямой шейкой, воот-
ничковым венчиком, остро выбранным плечом и маленьким дном. На-
кольчатый орнамент покрывает чсю поверхность ( рис. 3.4.2).
Подтип 3(2 экз. ) - аналогичные вышеописанному, но без
воротничка на венчике и с высоко поднятым округло-ребристым пленэм.
35
Накольчатый орнамент имитирует тесьму ( рис. 3.4.3 ).
Подтип 4 ( 3 экз. ) - по форме близок острореберным высо-
ким мискам срубной лесостепной культуры. В орнаментации шнур со-
седствует с вертикальными декоративными расчесами ( рис. 3.4.4).
Пятый тип образуют сосуды, определяемые G.H.Брат-
ченко как фляги по присутствию ручек с вертикальными проколами,
о
выделяемые в 1У тип . Аналогичные сосуды, представленные в ингуль-
ской культуре, О.Г. Шапошникова называет амфорами4. Мы также пред-
лагаем называть рассматриваемые сосуды амфорами.
Подтип I ( I экз. ) - с короткой циливдоической шейкой и
сосцевидными парными налепами - ушками ( рис. 3.5.1).
Подтип 2 ( I экз. ) - со средневысокой отогнутой шейкой и
4 прямоугольными в плане ручками с вертикальным каналом, неор-
наментирован (. рис. 3.5.2).
Подтип 3 ( 5 экз. ) характеризует высокая шейка с профили-<
рованным венчиком, четкий переход к шаровидноцу корпусу, плоское
дно и парные нелепы - псевдоручки с вертикальным каналом. Орнамент
исключительно прочерченный, составляющий пояски, треугольные и
овальные фигуры, окаймленные лентами, заполненными, точечными на-
колами ( рис. 3.5.3).
Шестой тип объединяет реповидные сосуды с ко-
роткой шейкой. По форме венчика выделяются три подтипа.
Подтип 1(5 экз. ) - с ободковым гладким или гофрирован-
ным венчиком, выпуклым плечом, почти перпендикулярным шейке и
орнаментальным валиком с пальцевыми защипами ( рис. 3.6.1). Отдель-
ные экземпляры имеют сложный рельефный и гребенчатый орнамент
( рис. 5.1.2)* к
Подтип 2 ( 2 экз. ) - такие же по форме тулова, но с пря-
мой короткой шейкой и не выделяющимся по толщине венчиком. Орна-
мент состоит из зигзаговых композиций на линии плеча ( рис.3.6.2).
36
Рис. 5. Катакомбные сосуды из погребений первой « второй
о брядо во-хронологических групп
37
Подтип 3 ( I экз» ) - с более зауженной средневысокой шей-
кой и широким плоским дном; стройных пропорций» Орнамент "личин-
кой” образует елочный узор на плечиках ( рис. 3.6.3).
Таким образом, предложенная классификация насчитывает шесть
основных типов, для части которых устанавливается определенная
близость, предполагающая генетическую связь ( например, высокошей-
ные сосуда прочерченной и рельефной орнаментации и амфоры, чаши с
выступом-ручкой и миски )• Наблюдается определенное сходство по
форсе и орнаментации короткошейных яйцеводных горшков с позднеям-
ной керамикой» С другой стороны,сосуда отдельных типов, например
реповодные, не имеют местных исходных форм и их распространение
связано с влиянием катакомбной культуры Предкавказья. \
Обращает внимание слабая выраженность в керамических ^мате-
риалах Орельско-Самарского меодуречья влияний среднедонской ка-
такомбной культуры, в частности отсутствие в погребениях района
высоких раструбных сосудов шнуровой и валиковой орнаментации, из-
вестных по находкам на соседней территории Харьковщины. Выяснение
причин наблюдаемого размежевания требует специального исследования.
В Присамарье заметно больше присутствует сосудов донецкого
типа, чем на Орели, что объясняется территориальной близостью За-
падного Донбасса.
В керамике Приорелья наблюдается влияние среднеднепровской
катакомбной культуры, проявляющееся в воротничковых венчиках и
системе орнаментации. С.Н. Братченко связывает со среднеднепровс-
кой культурой встречающийся на сосудах, в том числе из Присамарья,
§
орнамент в воде обращенных расширенной стороной вверх ов •
Нельзя пройти мимо того несомненного факта, что в исследо-
ванных катакомбных погребениях Присамарья отсутствует посуда пред-
кавказского ( манычского ) варианта, в то время как на Орели сей-
час известно уже 9 реповидных сосудов. Это положение лишний раз
38
Рис. 6. Сосуда из катакомбных погребений третьей обрядово-
хронологической группы *
39
свидетельствует о тяготении Приорелья к району Днепро-Донской Ле-
состепи, через которую распространялось на запад катакомбное насе-
ление низовий Волги и Предкавказья.
В Западном Донбассе им противостояло население с чертами
т.н. ингульской культуры, по-видимому,входившее в племенное объе-
динение, занимавшее соседние районы западного Приазовья, где сей-
час вццеляется значительная группа позднекатакомбных памятников •
Они остановили продвижение предкавказских племен, заставив их от-
клониться в Лесостепь. Эти наблюдения лииний раз подтверждают
важность изучения керамики как одного из источников исторических
реконструкций.
Орудия из кремня. Присутствие последних* отмече<
но для катакомбных погребений первой и второй обрядово-хронологичес-
ких групп,но, за исключением производственных комплексов,они немно-
гочисленны и не отличаются разнообразием типов. Редкость кремневых
изделий в катакомбах нижнего Подонья отмечает С.Н. Братченко, что
подтверждается и для районов Северского Донца, Приазовья и Поин-
гулья. На их фоне Орельско-Самарское мевдуречье выглядит более на-
сыщенным орудиями из кремня и их заготовками.
Скребки ( 38 экз. ) образуют ведущую группу. Изготовлены на
отщепах в технике двусторонней обработки и подправки лезвия крутой
краевой ретушью; по форме овальные я круглые, средне высокие. Четы-
ре массивных скребка найдены в составе кремневого сырья, положен-
ного во входном колодце погребения В 9 кургана 4 у с.Заплавки. Все
экземпляры изготовлены на грубых высоких отщепах с частично сох-
ранившейся меловой коркой. Одним экземпляром представлен комбини-
рованный скребок-сверло с выделенным крутой ретушью утлом при вер-
шине ( рис. 7.4.6).
Ножи ( 8 экз. ) представлены двумя типами. Первый по форме
повторяет подромбические узкие, в сечении линзовидные, ножи позд-
40
Рис. 7. Орудия и украшения из кремня и кости
41
ьеямного времени. Обе поверхности обработаны тонкой плоской ре-
тушью, края приострены, средняя длина 7-8 см при максимальной ши-
рине 2,5 см. Ко второму отнесены ножи листоввдной формы без или
с намечающимся черешком ( рис. 7.1-3 ).
Наконечники дротиков ( 3 экз. ) листовидной формы, в сече-
нии вытянуто-ромбические. Края оформлены мелкой плоской ретушью.
Длина 5,5 - 8,5 см, средняя ширина 3,5 - 4 см ( рис. 7.9 ).
Наконечники стрел ( 9 комплексов ). Выделяются три типа:
1) удлиненно-треугольные с выемкой в основании, модификацией ко-
торых являются наконечники с укороченной треугольной головкой и
длинными разведенными жальцами, в том числе асимметричными;
2) треугольные с закругленным основанием, что придает им листо-
видную форму ( рис. 7.10-14; 3) треугольной формы с прямым осно-
ванием и перпендикулярным ему заостренным на конце насадом ,
Техника обработки двусторонней струйчатой ретушью достигает со-
вершенства г боевых стрелах. По присутствию в 9 погребениях
Орельско-Самарский район отличается от Подонья, где С.Н. Брат-
ченко приводятся данные всего о двух комплексах. В этом отношении
изучаемый район стоит ближе к Приазовью, где в катакомбах с вытя-
нутым положением скелетов бассейна р. Мол очной открыты удивитель-
ные по совершенству наборы наконечников и погребения мастеров,
7
изготовлявших их .
Сверла-развертки ( 3 комплекса ) с оформленным противо-
лежащей ретушью рабочим концом треугольного сечения, а также про-
колки на отщепах, острие которых выделено крутой ретушью (рт'". 7,
7.8 ). Деревообрабатывающие орудия представлены в 4 производствен-
ных комплексах и включают топоры-клинья, долота, струги, скобели
с пряшм или выемчатым краем . ~___
Изделия из камня. В Орельско-Самарском
меодуречье представлены орудиями труда, оружием и украшениями.
42
Топоры ( 9 экз. ) относятся к типу короткообушковых с уко-
роченным клиновидным лезвием и двусторонним коническим сверлением
проушины. У экземпляра из с.Заплавки на щечках помещен вертикаль-
ный желобок, что сближает его с топорами катакомбной культуры ин-
тульской группы ( рис. 8.3 ). топор из погребения у с.Колпаков-
ки с выделенным обухом ( рис. 8.1.2 ) мог бы быть отнесен к клино-
видным, если бы не некоторая закругленность лезвия, подработанно-
го с брюшка в свисающую лопасть. Подобные топоры представлены как
в катакомбных погребениях, так и в памятниках среднеднепровской
1 культуры. Топор из насыпи кургана 10 у с.Котовки с неввделен»,ым
обухом и сверлиной в верхней части имеет аналогии в памятниках
средней бронзы юга Восточной Европы; известны они и в позд еям-
о
' ное время ( рис. 8.4 ).
Булавы ( 5 экз. ) представлены двумя типами: I) удлинен-
но-яйцевидной форш с 4 сферическими выступами, отделёнными от
основания узким желобком ( I экз. ). Изготовлена из офита г^в-
каэского происхождения ( рис. 10.1 ); 2) грушевидной форш с ров-
ным пришлифованным основанием, из белого и серого мрамора. Була-
ва из погребения#! у с.Колпаковки найдена вместе с рукоятью, ко-
торой служила ветвь грушевого дерева с сохранившейся корой; длина
рукояти 56 см ( рис. 10.2 ).
Выпрямители ( 18 экз. из 5 комплексов ) прямоугольнс t и
овальной в плане формы, в сечении полукруглые и подтреутольные,
с желобком по центру ( рис.8.6-8 ).
Абразивные плитки ( 9 экз. ) изготовлены из песчаника Ов-
ручского яруса. Форма прямоугольная или круглая с вогнутыми ши-
рокими сторонами. Часть абразивов представляет тонкие дис: *вид-
ные плиты, слоящиеся на изломе. Края оббиты, что предполагает
использование их в качестве точил ( рис.8.12 ).
Рис. 8. Изделия из камня
44
Пращевые камни ( 2 экз. ) правильной круглой формы с приш-
лифованной поверхностью ( рис. 8.13 ).
Зернотерки ( 8 экз. ) представлены целыми экземплярами и их
обломками. Изготовлены из гранито-гнейсов и известняка и состоят
из рабочей нижней плиты подпрямоугольной, овальной или круглой
формы и овального или ладьевидного куранта ( рис. 8.5 ) •
Терочники ( 2 экз. ) изготовлены на гальках кристаллических
пород с пришлифованными гранями и следами сработанности рис.8.10-П)я
"Наковаленки" ( 7 экз. ). Особую групцу образует серия из
усеченно-конических изделий со слабо вогнутым верхним основанием,
функциональное назначение которых, судя по материалу ( мягким
осадочным породам ) и совершенству обработки определяется ис-
пользованием их в ювелирном производстве.
Украшения ( 2 экз. ). Камень осадочных пород использовал-
ся для изготовления овальных подвесок, по форме имитирующих зубы
оленя; в одном экземпляре отверстие просверлено в верхней сужен-.
ной части, во втором - два отверстия, расположенные на одной оси.
Изделия из металла. Серия невелика, что
отличает район от Донецкого и Нижнедонского с Предкавказьем; по
химическому составу все изготовлены из мышьяковистой бронзы кав-
казского происхоящения*. В серии ограниченно представлены орудия
труда и украшения, найденные в 14 погребениях.
Плоский топор - тесло ( I экз. ). Боковые грани слабо рас-
кошены'Г'лезвие после отливки односторонне проковано, образуя фас-
ку. На торцовой части выемка, предназначенная для крепления в ру-
кояти. Длина 64 мм, ширина лезвия 50 мм ( рис. 9.1 ).
* По данным лаборатории спектрального анализа Института архео-
логии Академии наук СССР.
45
Резцы ( 2 экз . ) - четырехгранные изогнутые стержни с за-
точенным в резец рабочим концом. Найдены в одном комплексе вместе
с костяной оправой. Длина 70 мм; площадь сечения 5 х 4 мм
( рис. 9.2,3 ).
Шилья ( 4 экз. ) представляют собой квадратные в сечении
стержни с заостренными концами, один из которых использовался как
насад для крепления деревянной ручки. Шилья с выраженным упором
в катакомбных погребениях Орельско-Самарского междуречья отсут-
ствуют ( рис. II.8 ).
Украшения включают височные подвески двух типов: I) в пол-
тора оборота, с приостренными или раскованными концами, круглые
( рис. II.9 ); 2) спиральные в три и два оборота ( рис. II.6 ).
Серьги также двух типов: I) серповидной формы, с несомкнутыми
приостренными концами ( I экз., рис. II.5 ); 2) кольцевидные с
сомкнутыми или заходящими концами ( 2 экз., рис. 11«4 )• Наклад-
ки от ременных поясов найдены в 3 комплексах. Они представляют
собой тонкие бронзовые пластины прямоугольной формы с загнутыми
на ременную основу краями. На внутренней стороне одной из накла-
док сохранился штифт ( рис. II.3,7 ).
Бусы ( 26 экз. ) из 5 погребений. Входили в состав ожерелий
и наручных браслетов. Все экземпляры биконической и усеченно-ци-
линдрической формы и лишь одна бусина овально-плоская с рельефной
змейкой на щитке ( Колпаковка, гр.III, к.4, п.>1 ). Вместе с ней
найдены круглые слабо выпуклые подвески с двумя отверстиями, рас-
положенными на одной оси ( рис. II.I ).
Изделия из кости. Являются довольно частой
категорией находок и отличаются разнообразием. К орудиям труда
относятся обработанные бычьи лопатки, использовавшиеся как земле-
ройный инструмент. У ряда экземпляров на расширенной части имеет-
ся аркообразный вырез, облегчавший работу ( рис .7.24,25) •
46
Проколки ( 12 экз. ) изготовлены из трубчатых костей мел-
кого рогатого скота. Обычно одна сторона кости срезана до середи-
ны, где имеется тонкий профильный распил, конец тщательно запо-
лирован. Одним экземпляром представлено острие, обработанное в
три грани ( рис.7.17-18). Из погребения $28 кургана 3 группы II
у с.Соколово происходит игла круглого сечения с овальным ушком в
тупо срезанной головке ( рис. 7.22 ). Такой же редкой находкой
является втульчатый однозубый гарпун, происходящий из погре5ения $8,
кургана 8 группы III у с. Колпаковки ( рис. 7.16 ). Аналогии
ему в катакомбных погребениях Украины отсутствуют, также редки
они и в ямных погребениях, причем в последних представлены исклю-
чительно в нижнем стратиграфическом горизонте, куда переходят из
мариупольской и среднестоговской культур.
Украшения в основном повторяют позднеямные типы. Булавки
с выделенной немоделированной головкой и игловидным стержнем най-
дены в двух комплексах ( рис. 7.21 )• Молоточковидная булавка с
полусферическими выступами и отверстием в центре головки представ- •
лена одним экземпляром ( рис.7.23 ). Для катакомбной культуры
района молоточковидные булавки являются редкой категорией нахо-
док, в отличие от Приазовья и Степного Поднепровья.
Ожерелья из костяных пронизей и клыков хищников обнаруже-
ны в 16 комплексах. Аналогичные украшения широко известны в ямное
и менее - в катакомбное время, где их обычно рассматривают как сви-
детельство раннего ^фонологического положения памятника. Пронизи
гладкие, овального или круглого сечения, или же в сечении треуголь-
ные, с гладкой и винтовой нарезкой, а также округло-плоские бусы
изготовлялись из косней животных и птиц ( рис.7.26-28).
Изделия из раковин включают два штампа
для нанесения орнамента, а также плоскую пуговицу. Кроме них, в
катакомбах обычны находки створок пресноводных моллюсков Ип1о,
по-видимому, связанные с культовыми представлениями. В составе
ожерелий найдены два экземпляра ископаемых раковин с отверстием
для нанизывания ( рис. 7.29 ).
Изделия из дерева и кожи крайне
малочисленны, что объясняется плохой сохранностью материала. Тем
не менее удалось зафиксировать присутствие в 4 комплексах дере-
вянных простых луков с довольно широкой ( 4-6 см ) слабопрофи-
лированюй фронтальной частью и сужающимися изогнутыми концами.
.Длина составляет около 1,3 - 1,5 м. В погребении № 6 кургана 2
группы XII у с.В.Маевка найден посох с булавообразной загнутой
вниз рукоятью, общей длиной 1,2 м. Бумеранг или близкое ему
функционально орудие средней между Г-образной и серповидной фор-
мы длиной Ю и шириной в центре 5 см сопровождал погребенного в
кургане 2 той же группы.
К изделиям из дерева относится упоминавшееся выше криво-
грядильное рало из погребения > 4 кургана I группы XII у с.В.Ма-
евка и колеса ( 2 экз. ) составного типа с выступающей ступицей
диаметром Ю см, вырезанной на средней доске.
Чаши ( 3 экз. ) полусферической формы, выточенные и: де-
рева, имеют стандартные размеры: диаметр 12-14 и высота 6 7 см.
Отдельные экземпляры имеют следы ремонта бронзовой проволокой.
В погребении 4 кургана 3 группы III у с.Шаццровки на дне колод-
ца обнаружена корзина, сплетенная из прутьев, между которыми
пропущен соединительный шнур. В этом же погребении найдена ко- у
жаная сумка треугольно-сердцевидной формы, застегивавшаяся на
деревянные стерженьки.
Завершая обзор инвентаря, возможно сделать некоторые выво-
ды относительно его характера и распределения иеаду обрядово-хро-
нологическими группами. Так,орудия из кремня и камня характерны для
погребений первой и второй обрядово-хронологических групп,
48
также сосредоточена все костяные украшения. Металл мало характе-
рен для всех групп , но все-таки большинство находок связано с
погребениями третьей обрядово-хронологической группы, где замет-
нее всего ощутимо влияние предкавказской культуры. Распределение
выделяемых типов керамики по обрядово-хронологическим группам
отражают приводимые в тексте рис. 3-6. Но поскольку в ней отсут-
ствует группа круглодонных позднеямных сосудов, необходимо под-
черкнуть их связь исключительно с погребениями первой обрядово-
хронологической группы, характеризуемыми скорченным на спине по-
ложением погребенных в катакомбах I и 2 типов. Причем, если в ка-
такомбах, отмеченных прямизной углов шахты и камеры, сосуды выс-
тупают в типично позднеямных комплексах, в катакомбах с круглой
или овальной шахтой они соседствуют с сосудами II и III отделов.
Постепенное растворение ямных признаков в инвентаре катакомбных
погребений отражает реальный исторический процесс замещения од-
ной культуры другой.
СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
I. Марина 3. П. Энеолит - ранний бронзовый век Степ-
ного Левобережья Днепра. - Дис. .. .канд.ист.наук. М., 1982, с.257.
2. Братченко С. Н. Нижнее Подонье в эпоху сред-
ней бронзы. - Киев, 1976, с.23-30.
3. Т а м ж е, с. 28.
4. Шапошникова 0. Г., Бочкарев В. С.,
Шарафутдинова 0. С. 0 памятниках эпохи меди-ран-
ней бронзы в бассейне р.Ингула. - В кн.: Древности Пбингулья.
Киев, 1977, с. 31; Ш а п о ш н и к о в а 0. Г. Ингульская куль-
тура. - ТДНК: Археологические исследования на Украине в I976-I977гг.
Ужгород, 1978, с.7-8.
49
5. Братченко С. Н. К вопросу о сложении бабинской
культуры ( многоваликовой керамики ). - В кн.: Вильнянские курга-
ны в Днепровском Надпорожье. Киев, 1977, с.40.
6. Отчеты о работе Северо-Рогачикской и Запорожской экспе-
диций в научном фоцце Института археологии АН УССР, > I969/23a ; i
1969/37 ; 1969/376 ; I97I/24a ; 1973/7 ; 1974/10 ; 1975/2 ; 1976/6;
1978/8 и др.
7. Евдокимов Г. Л. Исследования Краснознаменской
экспедиции. - Археологические открытия 1979 года. М., I960, с.271;
Кубышев А. И. Раскопки курганов в Присивашье. - АО I960 года.
М., 1981, с.270 ; Отрощенко В. В. Раскопки курганов в За-
порожской области. - АО 1981 года. М., 1982, с.300.
8. Лагодовська 0. Ф», Шапошникова 0. Г»,
Макаревич М.Л. МихайлТвське поселения. - Ки1в, 1953,
с.131, табл.XXII.2.
50
ГЛАВА III
НЕКОТОРЫЕ ВОПРОСЫ ХОЗЯЙСТВА КАТАКОМБНЫХ ПЛЕМЕН
ОРЕЛЬСКО - САМАРСКОГО МЕЖДУРЕЧЬЯ
Для характеристики хозяйства катакомбного населения Орель-
ско-Самарского междуречья мы располагаем ограниченными возможнос-
тями, что обусловлено характером источников - исключительно погре-
бальных памятников. Немногочисленные орудия труда, найденные при
погребенных и в отдельных случаях указывающие на их прижизненную
специализацию, и кости животных, служивших напутственной пищей или
жертвоприношениями духу умершего, составляют весь имеющийся в на-
шем распоряжении материал. Палеоботанические остатки в катакомбных
могилах района крайне редки и не подвергались специальному изуче -
НИЮ.
В определенной степени эта ограниченность Источниковой ба-
зы компенсируется привлечением поселенческих материалов, получен-
ных для сопредельных или близких к изучаемому району территорий
Лесостепи и Днепровского Надпорожья, но последние в каждом конкрет-
ном случае требуют поправок с учетом экологических условий Орель-
ско-Самарского междуречья.
Историография, посвященная хозяйству катакомбных племен, так
же невелика и традиционно рассматривает его с позиций культурного
единства, что неизбежно вызывает противоречия в оценках роли од-
ного из двух ведущих факторов производящей экономики - земледелия и
скотоводства. Так, В..А.Городцов, основываясь на материалах южной
Донеччины, считал носителей катакомбной культуры скотоводами, едва
знакомыми с началом земледелия^. Т.Б.Попова, включавшая в круг
изучаемых катакомбные памятники Лесостепи ( Харьковеко-воронежско-
го варианта ),основой хозяйства всей катакомбной культуры считала
р
земледелие и оседлое скотоводство . Значительно перспективней, с
позиции выяснения реально существовавшей связи хозяйства отдельных
51
катакомбных племен со средой их обитания^ точка зрения 0.^Ша-
пошниковой. вьщеляющей д/.ч степного Приднепровья придомное пасту-
шеское скотоводство, дополняемое земледелием, а для бассейна Се-
верского донца ( основываясь на преобладании в материалах раскопок
В.А.Городцова костей овцы ) - полукочевое скотоводство^. Примером
успешной реализации конкретно-исторического подхода к вопросам изу-
чения катакомбного хозяйства могут служить работы ^.П.Шилова, напи-
санные по материалам Нижнего Поволжья^ и исследования А.Т.Синюком^
и А.Д.Пряхиным0 среднедонской катакомбной и воронежской культур.
Значительно больше написано по вопросам развития ремеслен -
ного производства вообще и катакомбного в частности . Характерное
для изучаемой эпохи выделение погребений мастеров-профессионалов
рассматривается В. А .Бочкаревым с позиций отражения в погребальном
Q
обряде отдельных культур профессиональной специализации умерших .
В.П.Шилов, специально рассматривающий погребения ремесленников ка-
такомбной культуры, связывает их с клановой системой организации
ремесла на переходе от домашнего производства к общинному, уже от-
деленному от сельского хозяйства . Специфическую особенность этого
этапа, по мнению В.М.Массона, составляло выделение мастеров-про-
фессионалов, владевших по праву собственности инструментами, что
нашло отражение в появлении погребений ремесленников с принадле -
жащими им орудиями производства^.
По материалам ОрельскоиЗамарского мевдуречья, появление пог-
ребений "мастеров” совпадает с переходом от позднеямного к ката-
комбному времени и наиболее ярко проявляется в катакомбной куль-
туре.
Ското вод ст в о. Материалы, полученные в ходе поле-
вых исследований, свидетельствуют о примате скотоводства на всем
протяжении энеолита - бронзового века южной Лесостепи при более или
менее выраженных проявлениях земледелия. Последнее находит объяс-
52
некие в экологических особенностях района и, прежде всего, почвах
и климате, при которых трудности развития земледелия предоп-
ределили его ограниченные масштабы и "особо высокую роль неиз-
«II
менно прогрессировавшего скотоводства" .
Данные пальнеологических анализов отложений болот Самарского
т?
бора , равно как состав дикой фауны, включающей как степные, так
то
и лесные виды ,позволяет говорить о существовании в Орельско-Са-
марском мевдуречь® на рубеже и в первой половине П тыс. до н.э.
несколько более теплого и сухого, нежели теперь, климата, благо-
приятного для разведения скота с круглогодичным содержанием живот-
ных на естественных выпасах. Характерное для южного пограничья
Лесостепи и северных степных районов преобладание разнотравья над
злаками, высокая видовая насыщенность и почти полное задернование
почв выгодно отличали рассматриваемую область от сухих типчаково-
полынных степей Северного Причерноморья^. Развитая гидросистема
и обилие степных западин-блюдец^ обеспечивали стада древних ското-
водов водопоями, а характерная для рек южной Лесостепи - Псла,Ворск-
лы, Орели - ширина долин превращала их в превосходные пойменные
пастбища,что, по-видимому, отразилось в топографической привязке
к ним курганных групп, содержащих катакомбные погребения.
Исключительный интерес для воссоздания естественно-природных
условий Орельско-Самарского междуречья представляет работа В.В.Доку-
чаева, рассматривавшего вопрос об историческом соотношении леса и
степи на материалах Полтавской и Харьковской областей^. Именно для
них (включая бассейны Орели и Самары) Докучаевым предлагается уточ-
няющий физико-географическое положение термин "Предстепие"18, несу-
щий в себе как нельзя более точную характеристику изучаемого райо-
на. Древние леса занимали не только речные долины, но и значитель-
ные участки водоразделов, где их сменяли черноземные степи. Наблю-
даемое соотношение являлось исторически сложившимся и обеспечивало
53
разнообразие и обилие кормовой базы, поскольку "... хлеб и травы
в степи лучше родятся близ и среди лесов, под защитой живых изго-
родей..., так как почвы здесь относительно влажнее”19. Заготовка
кормов, не фиксируемая в археологических источниках, могла состоять
в сборе т.н. веточного корма, что при обилии древесной и кустарни-
ковой растительности было несложными подтверждается археологичес-
кими и этнографическими примерами • На распространенность в При-
орелье т.н. "темных лесов" указывают гидронимы ее правобережных
притоков - Берестовая, Берестовенька, Березовка, Вербовка, а так-
же названия урочищ: Ольховый Рог, Темненькое, Дубровы, Редкодуб и
от
др. О богатстве бассейна р.Самары строевым лесом писал в ХУЛ в.
22
Г.Л.Боплан, а Д.И.Дворницкий в 90-х гг. прошлого столетия наб-
людал в Присамарье ” сосны в обхвате 6 аршин ( 4,2 м ) и дубы в
9 аршин ( 6,4 м )"^.
О характере степной флоры района можно судить по описанию,
целинных земель с. Абазовки ( правый берег р.Орели ). "Здесь...
среди безлесной степи растут ковыли по пояс человека;.здесь есть
24
еще и теперь дереза...,бобовник... и вишенник* . О распространен-
ности и высоких вкусовых качествах дикорастущих карликовых вишне-
вых деревьев, приносящих плоды "величиной со сливу", пишет и Г.Л.Бо-
25
план . Исследуя островок нераспаханной степи на правом берегу Оре-
ли, между балками Вшивой и Санжарагсй ( Харьковская область ),
В. В. Докучав в отмечал, что " растительный покров с трудом прорезался
‘ острой лопатой и нога ступала как по персидскому ковру. Урожай
сена на этих землях даже в самые засушливые годы, когда "не ко-
сят залежей и искусственных лугов никогда не бывал менее 80 пудов
( 31 ц ) с десятины"^.
О распространенности и характере скотоводства у катакомбно-
го населения Орельско-Самарского междуречья можно судить по при -
сутствию в 12,^ могил костей животных, служивших ритуальными жерт-
воприношениями.
54
Вне зависимости от того, какими идеологическими представле-
ниями был вызван к жизни этот обычай, он,несомненно,был связан с
практической деятельностью и отражал развитие скотоводческого хо-
зяйственного уклада . При этом ритуальными становились в первую
очередь те животные, которым принадлежала основная роль в хоэяйст-
28
ве , что позволяет, с определенной степенью осторожности, восста-
новить видовой состав стада по находкам костей животных в ката -
комбных погребениях Орельско-Самарского междуречья.
Суммарный анализ остеологических материалов свидетельствует
о равном представительстве супного рогатого скота ( 38$ ) и
лошадей (38,7 %), за которыми следует мелкий рогатый скот - 18,3 %.
На долю дикой фауны приходится 3 % и 2 % - на собаку. Отмечен-
ное в ряде случаев присутствие сохранивших анатомическую целост-
ность скелетов собак ( Спасское: курганная группа XI, курган 3,
пргрЛ 6; Хащевое, курган 5, погрЛ 15 ), а также захоронения их
черепов и лап позволяют видеть в них охранителей стад, постоян-
29
них спутников пастухов и охотников .
При раздельном ( по выделяемым обрядовым и хронологическим
группам погребений ) изучении наблюдаются различия в составе жерт-
венных животных, отражающие, по-видимому, неоднородность видового
состава стад у разных катакомбных племен. Так, в погребениях пер-
вой обрядово-хронологической группы, развитие которой предполагало
наследование традиций, а частью и прямое включение групп поздне-
ямного населения Орельско-Самарского меадуречья, наблюдается сох-
ранение примерно того же видового состава домашних животных, кото-
рый установлен для ямных памятников района с несколько более высо-
ким процентом костей домашней лошади - 24,6% против 18,2%,по
данным В.И.Цалкина^ ( крупный рогатый скот - 39,1%, мелкий - 31,3%).
В погребениях второй хронологической группы вырастает процент,
55
приходящийся на долю лошади^ и уменьшается удельный вес в стаде
мелкого рогатого скота, что может быть связано с отличными от ям-
ных традициями развития скотоводства. И наконец, в погребениях
третьей вбрядово-зфонологической группы, регистрирующей возрос -
шую подвижность степных предкавказских племен и их глубокую ин-
вазию в Лесостепь, устанавливается абсолютное преобладание мелкого
рогатого скота, представленного находками целых скелетов, их час-
тей и наборов альчиков ( Хащевое, курган 6, погр. >11 ; Колпакоз -
ка, группа Ш, курган 5, погр.л4 и 2 и др. ).
Таким образом, ь Орельско-Самарском междуречье на позднем
этапе катакомбной культуры наблюдается возрастающая роль подвиж-
ного скотоводства и вторичное ( послеямное ) освоение степных пла-
то. Свое дальнейшее развитие подвижные формы скотоврдства нахо-
дят в культуре много валило вой керамики, что получает отражение в
изменении топографии курганных групп . Сказанное позволяет при-
соединиться к точке зрения А. Д. Пряхина, оспаривающего тезис
С. ri. Братченко о "большей оседлости племен ( культуры многовали-
32
ковой керамики. - И.К. ) по сравнению с катакомбным периодом" .
/
По материалам Подонья, как и Орельско-Самарского междуречья, ус-
танавливается обратное соотношение подвижных и оседлых форм ско-
товодства, что подтверждается видовым составом стада, топографией
«33
и характером поселении .
Скотоводство обеспечивало катакомбное население продукта-
ми питания ( мясом, молочными продуктами ) и сырьем для ремеслен-
ного производства ( шкуры, сухожилия, кость ). Особая роль при -
надлежала крупному рогатому скпту, и прежде всего - быкам, мус-
кульная сила которых использовалась в упряжке транспортной по-
ьозки и примитивного плута. Скотоводческий уклад, требовавший
освоения новых пастбищ, вызывал к жизни развитие транспортных
средств, присутствие деталей ( колес )которых отмечено и для
56
Орельско-Самарского мевдуречья в погребениях третьей обрядово-
хронологической группы ( Алексаццровка, группа ХУЛ, курган I,
погр. $16)34. По-видймому,несколько иной была роль лошади, кости
которой,обычно черепа и конечности, сопровождают погребенных с
явно выраженными чертами неординарности обряда и инвентаря , сви-
детельствующими о социальной значимости умерших. В таких же ус-
ловиях обнаружен череп лошади в катакомбе кургана I у хут.Хря-
щевского на Северском Донце. Погребенного мужчину сопровождали
булава, топор - молот, 7 кремневых наконечников стрел, бронзо-
вый нож и сосудЗ^. в катакомбном мужском погребении № 5 кургана I
могильника Цаца В.П. Шиловым обнаружено 40 лошадиных черепов,
указывающих на высокий ранг и богатство погребенного3^. В.А.Го-
родцов упоминает о'находке костей лошади в погребении $ 4 кур-
гана 3 у с.Райского3?.
Е.Е.Кузьмина,детально разобравшая вопрос о распростране-
но
ним коневодства и культа коня » отмечает, что к середине П тыс.
до н.э., а скорее к энеолитической эпохе, восходят представления
/О священных царских конях.. • Проявление этих представлений о
связи царя с конем фиксируется распространением в южнорусских
степях и в Казахстане скипетров с головой коня и ритуальных за-
хоронений коней в погребениях знати"39. Таким образом, жертвоприно
шения лошадей оказываются в прямой связи с общественным рангом
погребенного и будут рассмотрены ниже.
Земледелие. До недавнего времени вопрос ©су-
ществовании земледелия у катакомбного населения Левобережья Днеп-
ра не рассматривался специально, хотя следы последнего в виде на-
ходок зернотерок и пестов были известны в коллекциях.
Т.Б.Попова, давая характеристику земледелия катакомбной
культуры, специально отмечала отсутствие орудий для обработки
57
40 m
земли . Тем большую важность имеет обнаружение в катакомбном пог-
ребении № 4 кургана I группы. ХП у с.Верхняя Маевка на р.Кильчень
( приток реки Самары ) деревянного пахотного орудия - кривогря-
дильного рала.
Катакомба, в которой оно находилось, на основании взаимо-
встречаемости признаков и положения в курганной стратиграфии,
включена в первую обрядово-хронологическую группу. Рало, представ-
лявшее собой отрезок ствола с отходящим под углом 50° массивным
суком, служившим рабочей частью, и вторым, более тонким и изогнутым,
использовавшимся в качестве рукояти, было положено во входной
шахте. При погребенном найден кремневый обушковый нож с заметными
следами характерной заполированности лезвия, что позволяет пред-
положить его использование в качестве серпа^. Отнесение найденно-
го в погребении № 4 орудия к кривогрядильным ралам основано на от-
сутствии отвального приспособления и низком прикреплении тягло-
вой силы, что в классификации Д.В.Найдич - Москаленко определяет
42
данный тип . Второе рало было найдено в 1971 г. также на Лево-
бережье Днепра, но несколько южнее, у с.Балки Запорожской области.
В первичной публикации погребение № 17 кургана "Высокая могила?
откуда оно происходит, определено как ямное , но позднее уточне-
на его катакомбная принадлежность^.
Реконструкция рала, предлагаемая авторами раскопок, вос-
44 .
станавливает его как прямогрядильше . Аналогии ему известны в
изображениях Симферопольской стелы^ и памятниках бронзового и
раннего железного веков Восточной Европы^.
Как и рало из В.Маевки, оно вряд ли могло применяться для
обработки .нови ( целины ), что локализует катакомбное земледе -
лие в границах распространения легких пойменных почв, старопахот-
ных земель или"предварительно подготовленных участков, как это
_ 47
имело место в земледельческой практике позднего Триполья .
5b
Участки, расчищенные от пойменных лесов и удобренные их
золой, обеспечивали в течение первых трех лет достаточно устой-
тгивые урожаи, после чего должна была происходит!» смена пахоты.
В ряде случаев в катакомбных могилах Орельско-Самарского
междуречья представлены орудия размола: зернотерки ( Соколово,
группа У1, курган I, погр.№8; Хащевое, курган 5, погр.№16; Вузовка,
группа XX, курган I, погр.№ 15 и др. ) и песты-терочники (Алексан-
дровка, группа ХУП, курган 2, погр. №15; Подгородное, группа У,
курган I, погр.№ 10; Миновка, группа ХУП, курган 5, погр.№ 2; Кол-
паковка, группа III, курган 2, погр.№3 и др.). По сравнению с пред-
шествующей ямной культурой их количество заметно возрастает, со-
вершенствуются формы и отделка, что связано с потребностью в уве-
личении производительности в связи с растущим удельным весом
земледелия в хозяйстве катакомбных племен.
Сложнее обстоит дело с вьщелением в кремневом»инвентаре
жатвенных орудий, поскольку металлические серпы не получили рас-
пространения в катакомбное время. Т.Б.Попова предполагала сущест-
48
вование составных серпов с вкладышами - ножевидными пластинами •
По материалам Орельско-Самарского междуречья, ноже видные пластины
являются редкой категорией находок в катакомбных погребениях. Тем
большего внимания заслуживает погребение № 10 кургана I группы У
у г.Подгородное, относящееся ко второй обрядово-хронологической
группе, в котором найдены 2 ритуальных сосуда из кальцито-
вой массы, пест и 3 ноже видных пластины со следами заполирован-
ности лезвийной части. Содержимым одного из сосудов являлось
просо . Остатки проса были засвидетельствованы также З.А.Город-
цовым в 7 погребениях бассейна Северского Донца, причем в одном
случае ( курган у сл.Стратилатовки ) зерна "успели прорасти, дав-
50
ши тонкие нитевидные стебельки, и вновь засохли . В одном из
катакомбных погребений степного Крыма недавно была обнаружена
59
пшеница, помещенная в могилу в рогожном мешке. Можно предполо-
жить, что с нею были знакомы носители катакомбной культуры Орель-
ско-Самарского междуречья. Растительные символы, в том числе
изображения колосьев Цприсутствуют в орнаменте катакомбных
сосудов второй и третьей обрядово-хронологических групп и находят
аналогии в изображениях на ритуальной керамике и топорах ингульс-
кой катакомбной культуры^.
Наконец, сложный астрономический календарь, который запе-
53
чатлен в знаках-символах на катакомбной керамике и о котором
речь будет идти ниже, был призван в первую очередь обслуживать
земледельческий хозяйственный цикл, как это наблюдается в ряде
культур Старого и Нового Света.
Охота, рыболовство, собиратель-
ство. Явное преобладание в мясном балансе, по данным погре-
бального обряда, домашних животных не сшшает вопроса о роли охо-
ты в хозяйстве катакомбных пле тен Орельско-Самарского мевдуречья.
Пультовые и социально-престижные функции первых привели к тому,
что "роль их диких сородичей... начала падать”, поэтому о реаль-
ном соотношении домашних и диких видов можно судить только по
массовым остеологическим материалам поселений, отсутствующим дня
изучаемой территории.
По находкам в катакомбных могилах и тризне засвидетель-
ствована охота на благородного оленя ( I особь ), вепря ( 3 ),
зайца ( 2 ). Двумя случаями представлены кости дрофы ( г.Подго-
родное, группа УП , курган 9 , погр. > 6 ), большого подорли-
ка ( Вузовка, группа XXX, курган I, погр.Ф 19 ). В остеологических
остатках и на основании письменных источник:в ХУТ - ХУП веков
в Орельско-Самарском мевдуречье засвидетельствованы такие виды,
как лось, благородный олень, коза, кабан, рысь, волк, лисица,
бобр, многочисленные мелкие хищники. Г.Л. Бойлан писал в ХУП в.
60
54
о необыкновенном количестве антилоп-сайгаков , а,по данным
А. А. Браунера, последний тарпан ( дикая лошадь ) был убит под <
55
Днепропетровском в 1876 или в 1878 годах . Из пернатых отмече-
на распространенность дрофы и водоплавающих.
Дикие виды животных давали, кроме мяса,мех и шкуры,необходимые
для изготовления одевды, головных уборов и обуви. Традиционные
для катакомбной культуры украшения - ожерелья и браслеты - изго-
товлялись из клыков хищников - волка и лисицы, а разнообразные
пронизи - на сечениях ребер мелких животных. Молоточковидные
булавки, известные в Орельско-^амарском междуречье по небольшому
числу находок, изготовлены из рога благородного оленя. Изредка
встречаемые в погребениях трубчатые гладкие пронизи и обработан-
ные на краях т.н. "флейты Пана" изготовлялись из костей крупных
птиц.
Находка в ряде погребений простых луков ( с. Соколово,
группа III, курган 2, погребение >6 ; Колпаковка, группа III,
нурган 4, погребение #1 и наконечников стрел косвенно под-
тверждает существование охотничьего промысла.
На развитие собирательства указывает обнаружение косто-
чек дикой вишни с отверстиями для нанизывания и скорлупы оре-
хов в катакомбных погребениях Присамарья.
Роль собирательства в комплексном хозяйстве катакомбной
культуры района обусловлена условиями природной средь, о чем
говорилось выше. /
Несмотря на развитость речной системы и обилие рыбы,
отмечаемое всеми авторами ХУII - ХУШ ввЛ7, рыболовство за-
свидетельствовано крайне скудно: в погребении > 4 кургана I груп-
пы ХХШ у с.Вузовки найдена челюсть щуки, в катакомбных погребениях
61
могильника Госпитальный холм обнаружены жаберные крышки, чешуя
и позвонки рыб карповых пород . На существование боя рыбы остро-
гой указывает находка однозубого гарпуна-остроги в катакомбном
58
погребении № 8 кургана 8 группы III у с.Колпаковки .
Ремесло» По материалам Орельско-Самарского между-
речья можно судить как об уровне технологии таких производств,
как камнеобрабатывающее, керамическое, костерезное, так и о со-
циальном характере его организации, соответствующей этапу, опреде-
ляемому как "общинное ремесло", когда мастер-профессионал об-
служивал общины в силу своей принадлежности к ней, а не через
59
посредство операции купли - продажи .
Техникой изготовления каменных изделий катакомбное насе-
ление владело в совершенстве, о чем свидетельствует отделка то-
поров и булав из мрамора, диорита и благородного змеевика, раз-
нообразие форм зернотерок и т.н. наковаленок ( в нашем представ-
лении - предметов культового назначения ).
Кремневые орудия изготовлялись в основном из привозного
сырья, добыча которого была сосредоточена в бассейне Северского
Донца, где работами Д.С. Цвейбель открыто 25 древних кремнедо-
60
бывающих мастерских эпохи неолита - бронзы .
Через бассейны Орели и Самары осуществлялась транспорти-
ровка как готовых изделий, тек и их заготовок, окончательная об-
работка которых завершалась на месте, что подтверждается наход-
ками отщепов в составе катакомбных комплексов.
Обработка кости восстанавливается по присутствию в ряде
погребений разнообразных украшений, в производстве которых дос-
тигался высокий уровень стандартизации. В ряде случаев найдены
орудия из кости, такие как: проколки, иглы и лощила. Отдельную
группу образуют землеройные орудия, которыми служили лопатки
62 *
крупного рогатого скота с аркообразным вырезом, облегчавшим про-
цесс рытья.
О существовании деревообработки можно судить по присут-
ствию в могилах орудий - бронзового тесла, кремневых скобелей,
резчиков и пр., а также изделий из дерева, в числе которых чаши
полусферической формы с выделенным каннелированным венчиком,
луки, бумеранг (?) и пастушеская палка-жезл ( В.Маевка, группа
XII, курган 2, погр. >6 ). Аналогия последней, усложненная
бронзовыми накладками, была найдена в катакомбном погребении у
г. Кривого Рога.
Свидетельства местной металлургии бронзы в Орельско-Са-
марском междуречье для катакомбного времени отсутствуют, хотя
АТ
они засвидетельствованы здесь в более раннее время • Весь металл
представленный только украшениями и из орудий - шильями, кавказс-
кого происхождения и не подвергался переплавке. Обращает внима-
ние бедность катакомбных погребений района металлом, хотя на со-
седней территории Донеччины он представлен достаточно обильно и
здесь же известно два катакомбных погребения с атрибутами ли-
тейного производства.
В Орельско-Самарском мелщуречье присутствует ряд комплек-
сов, свидетельствующих о прижизненной профессиональной специали-
зации погребениях. Поскольку вопросам развития ремесла эпохи
бронзы уделяется значительное внимание, введение в научный обо-
рот новых свидетельств существования во II тыс. до н.э. масте-
ров достаточно узкой производственной специализации представляет
несомненный интерес. Речь идет о выделяющихся по специфическому
набору инструментов двух категориях последних: мастерах по из-
готовлению стрел, сочетавших это занятие с обработкой древесины,
что л зволяет предположить в них также лучников, и о мастерах по
изге оьлению кремневых орудий или, что несколько шире, по обра-
ботка камня.
63
С первой категорией связан комплекс, происходящий из пог-
ребения № 12 кургана 2 группы XIII у с.Верхняя Маевка ( ’^следо-
вания 1974 г. Сопровождавший погребенного инвентарь сос-
тоял из двух песчаниковых "выпрямителей”, в продольном желобке
одного из них находилось иронзовое шило с остатками деревянной
рукояти. Под выпрямителями и рядом с ними найден набор кремневых
орудий. Анализ последних позволяет выделить в составе набора ору-
дия, предназначавшиеся для обработки дерева: сверло, изготовлен-
ное на острие пластины крутой противолежащей ретушью; тонкий ско-
бель, оформленный на относительно широкой тонкой пластине путем
обработки плоской ретушью треугольной выемки в ее основании, что
позволяло использовать его для зачистки ( ошкуривания. ) загото-
вок древок и их сглаживания. Третье орудие - резец на массивном
нуклевидном сколе - могло служить для затески. Два отщепа, входив-
ших в состав набора, не имели следов вторичной обработки и исполь-
зования.
С окончательной доводкой древок, их выпрямлением и шлифов-
кой связана находка парных абразивов - выпрямителей полукруглой
в сечении формы с неглубоким продольным желобком по центру. Аб-
разивы этого типа являются относительно частой находкой в ката-
комбных погребениях.
Один из наиболее ярких производственных комплексов рас-
сматриваемого типа обнаружен в 1962 году в погребении №116
грунтового могильника у с.Залинейного Харьковской области*. По
функциональной широте входящих в него орудий он заметно вьщеля-
ется среди памятников конца III - начала II тыс. до н.э., подтвер-
ждая предположение о совмещении одним мастером нескольких родствен
* Основная часть погребений могильника относится ко времени нео-
лита и раннего энеолита; эпоха бронзы представлена вышерассма-
триваемым и рядом поздних - срубных и боццарихинеких захороне-
ний.
64
них или близких профессий, в конкретном случае - стрелочника,
мастера по деревообработке ( возможно, лучника ) и кожевенника
узкого профиля. Взрослого сопровождали: бронзовые тесло и резец
( он же ретушер ) в костяной оправе, II наконечников стрел, 3
абразива-выпрямителя, тонкоструктурная шлифовальная плитка и 26
кремневых орудий. С погребением ребенка связана находка такого
же, как у взрослого, но меньших размеров резца, бронзового шила
В 4 кремневых орудий ( рис. 9 ).
• 0 специализации погребенного ( или погребенных ) свиде-
тельсущует присутствие великолепного набора кремневых стрел в
сочетании с орудиями их производства. Наконечники объединяют
треугольная форма и исключительно высокая техника изготовления:
двусторонняя струйчатая ретушь, полностью оформляющая поверхность
и образующая пильчатый край, что придает им изысканно-завершенный
вид. По форме соединения с древком выделяются черешковые, у кото-
рых строго выдержана прямизна основания, а уплощенный и заострен-
ный на конце насад перпендикулярен ему ( 8 экз. ), и бесчерешко-
/вые, с ровным или слабо вогнутым основанием ( 3 экз. ). Материа-
лом служил как высококачественный темный полупрозрачный кремень,
так и халцедонизированный молочно-серый.
В прямой связи с обработкой древков стрел находятся пред-
ставленные тремя экземплярами т.н. выпрямители. От хорошо извест-
ных по находкам в катакомбных погребениях рассматриваемые экзем-
пляры отличаются определенным архаизмом, выражающимся в форме,
близкой т.н. "човникам" нео-энеолитических культур, и орнаменти-
рованноетью одного изделия со стороны слабовыпуклой спинки.
Значительно труднее определяется сфера применения двух
оригинальных составных орудий, впервые, насколько известно автору,
встреченных в производственных комплексах бронзового века. Рабо-
чая часть обоих представлена четырехгранным бронзовым стержнем
65
* Рис. 9. Производственный комплекс из погребения мастера-
стрелочника >116 могильника Госпитальный холм
66
( заготовкой шила ), рабочий конец которого круто зато-
jesuj, а противоположный ему - закруглен и слегка уплощен
проковкой. Орудие закреплялось в неглубокой канавке - пазу серпо-
образно изогнутой костяной рукояти,и воспроизводило ее изгиб.
Скорее всего, оба орудия имели широкий спектр применения и, в
частности, могли использоваться как гравировальные резцы при нане-
сении орнамента по камню ( например, выпрямители ) и кости. Нельзя
также исключить их применение в роли ретушеров, что прямо связы-
вает рассматриваемые инструменты со специализированным производ-
ством кремневых наконечников стрел.
На обработку древесины прямо указывает находка в составе
f комплекса бронзового тесла, лезвие которого после отливки проко-
f вано с одной стороны, образуя фаску. Судя по оформлению торцовой
' части, имеющей выемку с острыми краями, тесло закреплялось в де-
ревянной или роговой муфте. Присутствие тесел в позднеймных, пол-
&авкинских и катакомбных комплексах обычно рассматривается как .
свидетельство прижизненного занятия погребенных деревообработкой
(т.н. погребения плотников )^, что согласуется с предлагаемым
нами объяснением;
Как отмечено выше, обоих погребенных сопро >ождал уникаль-
ный по количеству и разнообразию набор кремневых орудий, среди
которое возможно ввделить деревообрабатывающие, кожевенные и
другие инструменты.
Деревообрабатывающая группа включает орудия, использовав-
шиеся в качестве топоров-клиньев, долот и стаместок, предназна-
ченных для расщепления и рубящих операций. В связи с деревообра-
боткой, очевидно, следует такле рассматривать строгальные ножи
на отщепах, скобели с прямым или выемчатым краем и крутой ретушью,
струг1 . Полифункциональность является главной причиной того, что
67
отнесение орудий к той или иной категории зачастую имеет услов-
ный характер.
Вторую значительную группу внутри рассматриваемого комп-
лекса образуют орудия, предназначенные для обработки кожи,- раз-
нообразные скребки и орудия, у которых ретушированные участки
краев могли использоваться как ножи-резчики. Отсутствие в ней
орудий свежевания и первой стадии обработки шкур ( скребков из
лопаток животных, т.н. тупиков, крупных скребел ) позволяет пред-
положить в погребенном мастера, специализировавшегося на изготов-
лении деталей одевды - поясов, перевязей, а в связи с изготовле-
нием луков и стрел,возможно,и колчанов для них. Тогда находит свое
объяснение обнаружение при погребенном ребенке бронзового двусто-
роннего шильца ромбической формы, являющегося обычной, находкой в
погребениях кожевенников.
Итак, мы вправе рассматривать погребенных в могиле > 116
на Госпитальном холме как ремесленников-профессионалов, специа-
лизировавшихся на производстве предметов вооружения - луков и
стрел и необходимых аксессуаров к ним ( колчанов и пр. ). Подобное
соединение в лице одного мастера нескольких дополняющих друг дру-
га профессий характерно для всех стадий развития ремесла, но с
особенной очевидностью наблюдается на переходе от домашнего произ-
водства к общинному ремеслу, уже отделенному от сельского хозяй-
ства. Специфическую особенность этого этапа, по мнению В.М. Мас-
сона, составляло наделение мастеров-профессионалов , владевших
по праву собственности инструментами, что нашло отражение в по-,
явлении погребений ремесленников с принадлежащими им орудиями
производства^.
Третий производственный комплекс, свидетельствующий о ре-
месленной специализации погребенного, происходит из катакомбного
погребения > 9 кургана 4 группы II у с.Заплавки в Среднем Приорелье.
68
Инвентарь в камере отсутствовал, но во входной яме найде-
ны лежавшие плотной компактной массой, что предполагает их пер-
воначальное нахождение в какой-то емкости ( мешке или корзине ),
желваки мелового кремня, заготовки и завершенные обработкой ору-
дия.
Скребки и скребла преимущественно овальной формы, изготов-
ленные на массивных отщепах в технике двусторонней крутой круго-
вой ретуши, предназначались для операций, связанных с обработкой
шкур, а весь набор свидетельствует о прижизненной специализации
погребенного на изготовлении орудий из кремня.
Помещение в могилу в качестве напутственного дара столь
значительного дорогостоящего в силу редкости на данной террито-
рии сырья, очевидно, связано не только с культовыми предписаниями,
выделявшими погребения ремесленников из общей массы захоронений
общинников, но и является свидетельством накопления богатств от-
дельными из них.
Интерпретируя погребения с производственным инвентарем
как захоронения мастеров-ремесленников, В.С. Бочкарев отмечал,
что их появление возможно в тех культурах ( обществах ), в кото-
рых мастера не были детрибализированы и погребальный обряд фик-
сировал профессиональную специализацию умерших^. По материалам
Орельско-Самарского мевдуречья, пбявление погребений ’’мастеров"
совпадает с переходом от позднеямного к катакомбному времени и наи-
более ярко проявляется в катакомбной культуре, что в абсолютных
датах, учитывающих данные, полученные радиокарбоновым методом
А1?
для позднеямных погребений района , соответствует XX - ХУП вв.
до н.э.
69
СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
I. Г о р о д ц о в В. А. Результата археологических ис-
следований в Изюмском уезде Харьковской губернии в 1901 году. -
Труды Ш АС. М., 1905, с.208.
2. П о п о в а Т. Б. Племена катакомбной культуры. -
Труды ГИИ. М., 1955, вып.24, с.154.
3. Шапошникова 0. Г. Катакомбна культурна об-
ласть. - В кн.: АрхеологТя УкраТнсько! РСР. Ки1в, 1971, т.1,
с.331.
4. Щ и л о в В. П. Очерки по историй древних, племен Ниж-
него Поволжья в эпоху бронзы. - АСГЭ. Л., 1964, выл.6, с.86-102;
0 н ж е. Походження кочового скотарства у сх1дн1й Европ!. - У1Ж,
1970, > 7.
5. С и н ю к А. Т. Курганы эпохи бронзы среднего Дона.
Воронеж, 1963.
6. П р я х и н А. Д. Поселения катакомбного времени лесо-
степного Подонья. Воронеж, 1982.
7. К о л ч и н Б. А., С а й к о Э. В. Особенности раз-
вития и организации производства. - В кн.: Становление производст-
ва в эпоху энеолита и бронзы. 1981, с.9-34; Бибиков С.Н
0 ранних формах ремесленного производства. - ТДНК: Дрмамние про-
мыслы и ремесла. Л., 1970, с.9; Березанская С. С. О
начальных этапах металлургического ремесла на Украине. - ТДНК: Ар-
хеологические исследования на Украине в 1976-1977 гг. Ужгород,
1978, с.35-36.
8. Б о ч к а р е в В. А. Погребения литейщиков эпохи брон-
зы. - В сб.: Проблемы археологии. Л., 1978, вып.2, с.52-53.
70
9. in и л о в В. П. О древней металлургии и металлообра-
ботке в Нижнем Поволжье. -МИЛ. М., 1959, > 60, с.11-38; 0 н ж е.
Первые ремесленники эпохи бронзы в предкавказских степях. - ТДНК:
Культурный прогресс в эпоху бронзы и раннего железа. Ереван,
1982, с.101-102.
10 .Массон, В. М. Экономика и социальный строй древних
обществ. - Л., 1976, с.63,65.
II .Даниленко В. Н. Древнейшие земледельцы и ско-
товоды Юто-Восточной Европы. - ТДНК: Формы перехода от присваива-
ющего хозяйства к производящему и особенности развития обществен-
ного строя. М., 1974, с.28.
12. Ш а н ц е р Е. В. Аллювий равнинных рек умеренного поя-
са и его значение для познания закономерностей строения и формиро-
вания аллювиальных свит. - Труды / Ин-т геолог.наук АН СССР.
Сер.геолог. (55). М., 1961, выл.135.
13. Б и б и к о в В. И. Из истории голоценовой фауны поз-
воночных в Восточной Европе. Природная обстановка и фауны прошло-
го. - Киев, 1963, с.128-130.
14. М,и л ь к о в Ф. Н. Природные зоны СССР.- М.,1964,
с.131,133.
15. Там ж е, с. 144.
16. Там ж е, с. 150.
ГЛ Д о к у ч а е в В. В. Наши степи преаде и теперь. -
М., 1953.
18. Там же, с.48.
19. Т а м же, с.117.
?0. Березанская С. С. Северная Украина в эпоху
бронзы. - Киев, 1982, с.128,129; Краснов Ю. А. Раннее зем-
леделие и животноводство в лесной полосе Восточной Европы. - МИА,
1971, > 174, с.122,123.
71
21. Т а х т а й А.. К. АрхеологХчна Берестовяяцина в межах
Полтавсько! округи. РекогносцТровка 1927 р. - Научный архив ИА АН
УССР, фовд ВУАК, д.111/14.
22. Б о п л а н Г. Л. Опмс УкраХни. - Жовтень, 1981, > 4,
с. 61-63.
23. Д о к у ч а е з 3. £. Каши степи..., с. 105.
24. Т а м же, с.9Ь.
25. Б о п л а н Г. Л. Опис УкраХни..., с.60.
26. Д о к у ч а е в В. В. Наши степи..., с. 100-101.
27. Ш н и р е л ь м а и В. А. Доместикация животных к
религия. - В кн.: Исследования по общей этнографии. И., 1979,
с.203.
28. В и т т В. 0. Лошадь древнего Востока. - В кн. Янс-
кие породы Средней Азии. М., 1937, с.14-15.
29. Ленинский А. А. Культ животных в погребениях
эпохи бронзы в Крыму. - КСИА АН УССР, I960, вып.9, с.67; Край-
нов Д. А. Древнейшая история Волго-Окского междуречья. М.,
1970, с.160.
30. Ц а л к и н В. И. Древнейшие домашние животные Вос-
точной Европы. И., 1970, с.247.
31. К о в а л е в а И. Ф. Север степного Поднепровья в
среднем бронзовом веке ( по данным погребального обряда ) . Дне-
пропетровск: ДГУ, 1981, с.37-38.
32. Б р а т ч е н к о С. Н. К вопросу о сложении бабинской
культуры ( многоваликовой керамики ). - В кн.: Вильнянские курга-
ны в Днепровском Надпорожье. Киев, 1977, с.35.
33. П р я х и н А. Д. Поседения катакомбного времени лесо-
степного Подонья..., C.I4B.
74
53. Ч м ы х о в Н. А. К семантике орнаментальных схем
катакомбной керамики. - В сб.: Некоторые вопросы археологии Ук-
раины. Киев, 1977, с.14-31.
54. Б о п л а н Г. Л. Опис Укра1ни..., с.86.
55. Б р а у н е р А. А. К вопросу о естественноисторичес-
ком и особенно остеологическом обследовании домашних животных
СССР и сопредельных областей. - В кн.: Проблемы'происхождения до-
машних животных. Л., 1933, вып.Х, с.114-115.
56. Ковалева И. Ф., Марина 3. П., Ромаш-
ко В. А. Археологические исследования в зоне строительства Маг-
далиновской оросительной системы в 1981 г. - НА ИА АН УССР,ф.экспь
с. 129.
57. Б о п л а н Г. Л. Опис УкраХни..., с.61.
58. Ковалева И. Ф., Марина 3. П., Ромаш-
ко В. А. Курганы эпохи бронзы у с. Кол паковка - Вузовка. - В сб.:
Курганные древности Степного Поднепровья ( Ш-1 тыс. до н.э.).
Днепропетровск: ДГУ, Х982;с.ХЗ, рис.2.30.
59. Массон В. М. Экономика и социальный строй древ-
них обществ..., -с.63,65.
бО. Цвейбель Д.С. Древние камнеобрабатывающие
мастерские на окраине г.Краматорска. - В кн. Материалы научной
конференции кафедр исторических наук. 25-27 декабря 1967 г.
Харьков; Донецк, 1968, с.177-185. .
61. К о в а л е в а и. ф. Погребения энеолитических ли-
тейщиков из Присамарья. - ТДНК: Археологические исследования на
Украине в 1976-1977 гг. Ужгород, 1978, с.40-41.
62. ШапошнХкова 0. Г. До питания про метало-
обработку у племен донецько! катакомбно! культури. - АрхеологХя,
1971, вип.Х, с.26.
75
63. Ковалева И. Ф. Отчет об исследовании архео-
логических памятников трассы строительства 11-й очереди Фрунзенс-
кой оросительной системы в 1974 г. - НА ИА АН УССР, ф.экспЛ974/40,
с.94-95.
64. Шилов В. П. Первые ремесленники эпохи бронзы в
предкавказских степях. - ТДНК: Культурный прогресс в эпоху бронзы
и раннего железа. Ереван, 1982, с.101-102; 0 н ж е. Очерки по
истории древних племен Нижнего Поволжья. - Л., 1975, с. 103.
65. Массон В. М. Экономика и социальный строй древ-
них обществ..., с.65.
66, Бочкарев В. А. Погребения литейщиков эпохи
бронзы..., с.53.
67. Т е л е г и н Д. Я. Об абсолютном возрасте ямной куль-
туры и некоторые вопросы хронологии энеолита юга Украины. - СА,
1977, >2, с.6-9,13.
76
Г Л А В А 1У
СОЦИАЛЬНЫЕ ОТНОШЕНИЯ И ИДЕОЛОГИЧЕСКИЕ
ПРЕДСТАВЛЕНИЯ
I
Погребальный обряд является основным источником изучения
социальных отношений и идеологических представлений катакомбного
населения Орельско-Самарского междуречья.
Вопросу определения интерпретационных возможностей этого
вида источников посвящена обширная литература^, что освобождает
от необходимости рассматривать его здесь во всем объеме. Оста-
новимся только на важнейших для исследуемой темы положениях, ка-
сающихся критериев выделения социально неоднородных погребений.
- На формирование идеологических представлений, согласно
В.М. Массону, воздействуют два основных фактора - этнические осо-
бенности и общественные отношения. "В свою очередь через идео-
логию происходит формирование традиций погребальных ритуалов, от
которых в археологической практике остаются такие вещественные
явления, как способ погребения, могильное устройство, погребаль-
ный инвентарь, а также остатки тризны и жертвоприношений".
Отсюда следует вывод, что для социологических реконструкций обя-
зательно максимально полное воссоздание погребального обряда,
поскольку в первобытном и раннеклассовом обществе " налицо явная
о
связь погребального обряда и социальной структуры . Критериями,
определяющими социальную стратификацию, по В.М. Массону, явля-
ются обрядовая дифференциация ( способ погребения, величина и слож
ность погребального сооружения ), наличие "сопутствующих" погре-
бений, характер тризны и пр., а также характер инвентаря ( сос-^
тав и ценность входящих в него вещей ). Причем именно состав ин-
вентаря, а не его богатство определяют общественное положение
погребенного, поскольку в раннем потестарном обществе "дифферен-
циация социальная и идеологическая еще не всегда сопровождалась
дифференциацией имущественной"^. При категориальном подходе к
изучению инвентаря присутствие в нем функционально-престижных
и функционально-утилитарных предметов позволяет установить соот-
ношение между ними, что в свою очередь служит основанием для
выделения погребений т.н. воадей и профессиональных ( ремеслен-
ников, воинов и пр. ) захоронений.
Что же касается критериев "богатства" погребально ин-
вентаря, то его определяет не столько присутствие изделий из
драгоценных или редких для своей эпохи металлов, сколько их еди-
ничность в традиционном инвентаре данной археологической культу-
ры . Так, для эпохи бронзы, к которой относится катакомбная,
оценки богатства инвентаря должны, по мнению В.А. Алекшина, учи-
тывать количество металлических изделий в комплексах, происхо-
дящих преимущественно из мужских погребений, а также их типологию
и сырье6.
Обрядовая дифференциация находит выражение прежде всего
в количестве труда, затрачиваемого обществом "для перевода в по-
тусторонний мир умерших членов общины"?. Овеществленным выраже-
нием этого труда является погребальное сооружение, сложность кон-
струкции и размеры которого свидетельствуют о высоком ранге пог-
ребенного. Обрядовая дифференциация проявляется в неукоснитель-
ном следовании ритуальным предписаниям, которые получают "гипер-
трофированное" выражение в погребениях родовой знати и могут быть
выражены неполно или вообще отсутствовать в рядовых захоронениях.
Как один из специфических признаков, выделяющих погребения
родовой знати, рядом автором рассматривается присутствие в моги-'
о
лах повозок . Интерпретация обрядового значения последних как
78
Q
средства перемещения умершего в потусторонний мир лишний раз
подчеркивает социальную значимость погребенного лица, для которо-
го допускаются особые привелигированные способы посмертного "пу-
тешествия в повозке".
В связи со способом перемещения умершего с "этого" на "тот"
/Асвет, гарантирующим посмертное возрождение, по-видимому,следует
рассматривать жертвоприношения лошадей, престижный характер кото-
рых отмечается большинством авторов. "В древнейшую «эпоху, - пишет
Е.Е.Кузьмина, - обряд жертвоприношения коня у иццоевропейцев по-
добал только лицам высших социальных рангов, в первую очередь
воадю"Наконец, важнейшим свидетельством далеко зашедшей со-
циальной стратификации общества служит обычай человеческих жерт-
воприношений, фиксируемый в ряде археологических культур эпохи
бронзы, включая катакомбную^. "Масштабы жертвоприношений, так
же как сам факт их осуществления, указывают. •. на общественное
Л2
положение лиц, в честь которых они совершались" •
К перечисленным должны быть добавлены такие специфические
для социально значимых погребений признаки катакомбной культуры,
как посмертные лицевые маски и присутствие в инвентаре наконеч-
ников стрел •
Из более чем 400 погребений Орельско-Самарского междуречья
всеми признаками не обладает ни одно, и только для 5 отмечено сов-
мещение в инвентаре не менее чем двух функционально-престижных
( булавы, наконечники стрел, колеса повозок ) и двух-трех функцио-
нально-утилитарных ( кинжалы, луки, орудия труда ) категорий пред-
метов при строгом соблюдении всех ритуальных предписаний, обычных
для погребении данной обрядово-хронологической группы. Рассмот-
рим их.
Погребение >6 кургана 9 группы УП у г.Подгороди
ное относится к третьей обрядово-хронологической группе. Явля-
79
ется основным, с ним связано сооружение нашли высотой I и перво-
начальным диаметром 18 м. Погребенного мужчину сопровождали: бу-
лава округло-яйцевидной формы с 4 выступами, изготовленная из
благородного змеевика; бронзовая височная подвеска в полтора обо-
рота; большой реповидный сосуд; кости овцы. На дне камеры находи-
лись остатки снятой с колес повозки^ ( рис. 10.5 ).
Погребение >2 кургана 3 группы II у с.Котовки от*
носится ко второй обрядово-хронологической группе.Являлось основам
в насыпи современной высотой 0,6 и диаметром 20 м. Умершего муж-
чину сопровождала лежавшая справа у плеча булава приплюснуто-ша-
ровидной формы, выточенная из белого мрамора. На уровне древнего
горизонта,в 2 м от входной шахты,произведено погребение подростка,
в положении которого при соблюдении катакомбной позы отмечена не-
которая небрежность. Череп в затылочной части пробит тупым орудием,
что свидетельствует об умерщвлении^. Такие ритуальные предписа-
ния, как посыпка охрой и мелом - в пределах нормы. По-видимому, в '
данном случае можно говорить о человеческом жертвоприношении ос-
новному покойнику. Аналогичная картина наблюдалась в кургане 5
группы III у с.Колпаковки, где основными были два синхронных погре-
бения третьей обрядово-хронологической группы, произведение в ка-
такомбных могилах, глубина которых превышала 4 м, а между ними
на древнем горизонте был погребен подросток со следами насильст-
венной смерти ( рис. 10.2 )..
Погребение >1 кургана 4 у с.Колпаковки отно-
сится к той же обрядово-хронологической группе. Впущено в ямную
насыпь и не сопровождалось досыпкой. При погребенном мужчине най-
дены булава, торцовая часть рукояти которой украшена бронзовыми
обоймами, лук, 7 наконечников стрел, 3 выпрямителя. Такие ритуаль-
ные признаки, как посыпка охрой и мелом не выходят за пределы
нормы16 ( рис. 10.1 ).
80
Рис. К . Инвентарь погребений с булавами Орельско-Самарского
междуречья: I - погр.№1, кург.4, гр.III у с.Колпаковки;
2 norp.fr2, кург.З, гр.II у с.Котрвки; 3 - погр.№6,
гр.1У у с.Благодатного; 4 - norp.frI6, кург.13,
т'й группы; 5 - norp.fr6, кург.9, гр.УП у г.Подгородное
81
Погребение >6 кургана 5 группы 1У у с.Благодатно-
го второй обрядово-хронологической группы. Впущено в ямцую насыпь
и сопровождалось локальной досыпкой. Погребенного мужчину сопро-
вождали булава, лежавшая справа у плеча, и кремневый кинжал. Отме-
чено обилие охры, которой был окрашен череп погребенного в виде
спиральной ленты. Глазницы, носовое и ушные отверстия заполняла
Т7
охрово-керамическая масса, имевшая форму конусов разных размеров .
Погребение №16 кургана 13 группы 1У у с.Благодат-
ного также относится ко второй обрядово-хронологической группе и
является основным среди катакомбных ’захо^юнений кургана, оставлен-
ных, по-видимому, родственной группой. Досыпка не зафиксирована.
При погребенном найдены грушевидной формы из черного мрамора булат-
ва, ритуальный сосуд из кальцитовой массы, второй сосуд - обычный
керамический. Лицо погребенного закрывала маска. На дне камеры
произведена сплошная охровая посыпка, из которой сформовано изго-
ловье^ ( рис. 10.3,4 ).
Таким образом, в двух случаях с рассматриваемыми погребе-
ниями связано возведение курганной насыпи, что при отмечавшейся
выше редкости основных катакомбных погребений ( 28 на выборку из
404 погребений ) может рассматриваться как неординарная черта об-
ряда. Правда,размеры насыпей и самих могил не выходят за пределы
обычных для изучаемого района, даже с учетом тех изменений, кото-
рым они подверглись с момента сооружения. Последнее отмечалось и
19
для ямных погребений социально-значимого характера и, по-види-
мому, отражало определенную структуру социальной организации, со-
ответствующей большесемейной общине, принимавшей участие в погре-
бальных обрядах и сооружении могилы и насыпи в силу принадлежности
умершего к ней. К сожалению, данные о размерах насыпей энеолита -
бронзового века не учитывают досыпок, произведенных для поздней-
ших впускных погребений, или основываются на частичном исследовании
82
больших курганов, что является основной причиной ошибок в оценке
затрат труда, а следовательно, и социальной организации, участву-
ющей в нем. Так, И.Б.Васильев определяет затраты труда на возве-
дение I Утёвского кургана в 40 тыс. человеко-дней, что предпола-
гает участие в работе 500 человек на протяжении 80 дней . Между
тем I Утёвский курган исследован, по свидетельству самого автора,
только в центральной части, что сразу же снижает доверие к приво-
димым цифрам, т.к. вне поля зрения могли и,по-видимому, остались
досыпки позднейших впускных пох’ребений, обычно производившиеся в
полах. При диаметре кургана в НО м траншея шириной 54 м, в кото-
рой также были встречены впускные погребения, что свидетельству-
ет о неоднократном использовании насыпи, вряд ли позволяет рас-
сматривать курган как единовременный ямный памятник, хотя основан-
ное на составе инвентаря и обряде определение социального статуса
основного погребенного как вождя не вызывает возражений.*
В 4 погребениях из 5 присутствуют булавы, единодушно отно- .
симые всеми исследователями к инсигниям власти . Присутствие Оулав
21
на стелах ( Натальевской, Керносовской, Тель-Халафской ) , изо-
бражающих легеццарных прародителей или на стадии антропоморфиза-
ции-божество " ... типа передне во сточного Тешуба, являющееся вер-
- ховным-патриархальным божеством, объединяющим в себе также функ-
22
ции божества войны и грома" , позволяет считать погребенных, со-
провождаемых булавами, представителями родо-племенной аристокра-
тии, объединивших в своем лице традиционную светскую и сакраль-
ную власть. Обнаружение в рассматриваемых комплексах стрел и дру-
гих предметов вооружения ( луков, кинжалов ), а также орудий ре-
месла является дополнительным свидетельством многофункциональ-
ности власти погребенных, что также отмечено для захоронений вож-
дей но во Свободненского этапа майкопской культуры^.
83
Для рассматриваемой темы представляют интерес погребения,
в инвентаре которых присутствуют боевые топоры ( в Орельско-Са-
марском междуречье - 3 ).
Погребение >1 кургана 3 группы III у с.Колла-
ковки произведено в овальной камере площадью 2,25 х 1,6 м ( форма
входной шахты не прослежена ). Основное парное захоронение пред-
ставлено мужским и женским скелетами, из которых первый протянут
на спине с прямыми конечностями, ноги второго согнуты. Ориентация
обоих южная. За головой женского скелета стояли два сосуда, у че-
репа мужчины справа лежал топор с сохранившейся на длину 0,45 см
рукоятью и кремневый дротик. Дно могилы было посыпано углями и
мелом. В камере произведено также парное приэахоронение, отделен-
ное от основного по вертикали дощатым настилом. Положение скеле-
тов - на спине с выпрямленными ногами, ориентация южная. Инвен-
тарь представлен терочником.
Налицо редкое для катакомбной культуры ярусное погребение,
характеризуемое положением основных и сопровождающих лиц в "раз-
личных стратиграфических плоскостях", что подчеркивает неординар-
ность первых.
Рассматривая ярусные погребения евразийской степи?М.Д.Хло-
быстина приводит близкий территориально и обрядов© пример погре-
бения # 7 кургана I (7) у с.Мартыновой в Присивашье, где первым
погребен мужчина, сопровождаемый полированным топором-молотом из
24 гг
черного диорита, а выше по уровню - двое детей • По мнению наз-
ванного автора, ярусные погребения эпохи бронзы могли иметь в
своей основе мифологические представления о ярусности мира мерт-
вых, предписывавшие "захоронение в таких престижных комплексах
лишь выдающихся членов общинно-родовых коллективов, по преиму-
ществу мужчин"^. В двух остальных случаях погребения с топорами
имели индивидуальный характер. На усложненный, по сравнению с
84
традиционным, обряд погребения № 4 кургана 3 группы III у с.Шан-
дровки указывает обнаружение во входной шахте обугленного остова
корзины, сплетенной из прутьев и дополнительно укрепленной шну-
ром, в которой, по-видимому, были принесены заупокойные дары. Кро-
ме топора при погребенном найдена кожаная сумка и 7 коротких де-
ревянных стерженьков, лежавших строго параллельно друг другу с
интервалом в 1,5 см, назначение которых осталось неустановленным.
Можно предположить в погребениях с парадными боевыми топо-
рами, также являвшимися функционально-престижными предметами, о
чем говорит их помещение на стелах, захоронения патриархальных
старейшин с менее выраженными функциями военного предводительст-
ва, чем это отмечено для погребений с булавами л набором оружия,
и в то же время более отчетливыми чертами половозрастных градаций
( ярусные погребения ) и родовых традиций , /
В связи с отмечаемой стратификацией катакомбного общества
возникает необходимость в определении места погребений ремеслен-
ников в социальной иерархии. Обрядовое единство, повторяющее ре-
гиональные и хронологические особенности, не позволяет считать
"профессиональные” погребения оставленными детрибализованными,
стоящими вне этнических и социальных групп ремесленниками, как
это утверждал Г.Чайлд^ . Вместе с тем углублявшаяся по мере рос-
та и усложнения производства специализация предполагала закреп- ’
ление профессиональных навыков и знаний на первых порах в рам-
ках иццивидуально-семейных или большесемейных ( клановых ) объе-
27
динений . В.П. Шилов пишет по поводу катакомбных мастеров, что
они "работали целыми семьями”^.
Этим объясняется присутствие детских погребений, сопровож-
даемых производственным инвентарем ( Госпитальный холм, погребе-
ние * 116 ), что отмечено также А.С. Синюком для ямных погребе-
ний Павловского могильника^.
85
На высокое общественное положение первых ремесленников,
подтверждаемое находками инструментов в погребениях племенных
30
воящей майкопской и ямной культур , указывают и материалы, про-
исходящие из Приорелья.
В катакомбном погребении > 3 кургана I группы I у с.Но-
воивановка при мужском захоронении были найдены четыре выпрями-
теля, симметрично расположенных вокруг черепа, каменный штамп
для прокатки узора на бляхах из золотой или серебряной фольги,
имеющий аналогию в комплексе металлообрабатывающих орудий из*кня-
31
жеского” погребения кургана 31 у станицы Новосвободной , кремне-
вый кинжал, определяемый как престижный предмет, и сосуд (рис. II. 10).
Вместе с тем у нас нет оснований говорить о стремлении к
локализации места захоронения ремесленников, о чем пишет А.Т.Си-
32
нюк , поскольку погребения с производственным инвентарем обычно
совершались в тех же насыпях, что и другие катакомбные захороне-
ния, не отличаясь от последних ни положением в планиграфии, ни
обрядом, о чем писалось выше.
Естественно, что рассмотренными аспектами не исчерпываются
возможности социальных реконструкций, основанных на изучении пог-
ребального обряда. Вопросы, связанные с определением половозраст-
ной структуры и характера семейно-брачных отношений у катакомб-
ного населения Орельско-Самарского междуречья, представляют не
меньший интерес, но современное состояние антропологических опре-
делений затрудняет их изучение.
В Орельско-Самарском междуречье коллективные погребения сос-
тавляют 19 % от выборки, что не намного отличается от устанавлива-
емого Н.А. Рычковым соотношения коллективных и индивидуальных за-
хоронений катакомбной культуры Северного Причерноморья, равного
19,4%33. При ограниченности определений пола погребенных неизбеж-
но возникает трудность их социальной интерпретации, поскольку в
86
литературе разнополые погребения принято^рассматривать в связи с
установлением патрилокального брака и ритуальными умерщвлениями
жены ( наложницы ), а однополые большинство исследователей рас-
сматривает как погребения подчиненного, зависимого лица ( раба )34,
т*е. свидетельство социальной стратификации общества» До получения
антропологических определений этот вопрос для катакомбного населе-
ния Орельско-Самарского мелщуречья остается открытым.
Число исследованных детских погребений составляет 71,
т.е. 20,4 %. Н.А. Рычков считает процент, равный 25,4>нормальным
показателем детской смертности, который ниже, чем в культурах же-
лезного века и нового времени ( ХУП в. ). Отсюда следует вывод о
существовании обособленных детских кладбищ или разрушении боль-
шинства детских погребений, производившихся в верхнем отделе курган-
35
ной насыпи . В большинстве это индивидуальные захоронения, при-
чем пять из них являлись основными и для них насыпан курган. В 9 слу-
чаях имели место совместные погребения взрослого и ребенка,
причем максимальным количеством - 15 скелетов - детские захороне-
ния представлены в погребении № 6 кургана 10 группы II у с.Котовки,
где кроме них находился одйн взрослый. В 3 случаях имели место сов-
местные детские захоронения.
Вопрос о причинах совместных погребений взрослого с ребен-
ком еще недостаточно изучен и обычно объясняется или ритуальным
умерщвлением ребенка со смертью матери , или как результат одно-
47
временной смерти . Во всяком случае, в погребениях детей ни разу
не были встречены оружие и престижные предметы - булавы, жезлы,
хотя обычный инвентарь представлен более полно ( сосуды ), чем во ,
взрослых погребениях».
Достаточно сложные хозяйство и общественные отношения ката-
комбных племен должны были получить отражение в идеологических
представлениях, поскольку "всякая идеология развивается в соответ-
н38
ствии с теми процессами, которые происходят в реальной жизни людей
87
Однако этому вопросу в специальной археологической литературе уде-
лено значительно меньше внимания, чем вышерассмотренным хозяйству
или типологии погребального обряда, что находит объяснение в ску-
дности дошедших до нас источников и сложности их интерпретации.
Религиозные верования изучаемой эпохи можно определить
предложенным С.А.Токаревым термином "племенной культ”, который
включает совокупность верований и обрядовых действий, характери-
зуемых повышенным вниманием к культу предков и отсутствием спе-
циальной жреческой касты, хотя выделение отдельных лиц, обязан-
ностью которых являлось обслуживание и организация культовых дей-
ствий, вполне допустимо.
х С наибольшей полнотой религиозно-мировоззренческие пред-
ставления дописьменного прошлого восстанавливаются по археологи-
ческим источникам, характеризующим погребальный обряд. В послед-
нем наблюдается длительное устойчивое сохранение религиозных пред-
ставлений и действий, о которых Ф.Энгельс писал: "Раз возникнув,
религия всегда сохраняет известный запас представлений, унаследо-
ванных от прежних времен, так как во всех вообще областях идеоло-
га
гии традиция является великой консервативной силой" ♦ Погребальные
ритуалы, как и все прочие, оформляющие важнейшие моменты в жизни
человека от его рождения и до смерти, являются своего рода регу-
ляторами общественной жизни, средствами информативной связи поко-
лений, требующими в силу этого устойчивости инновациям, проник-
новение которых в погребальный обряд означает либо эволюцию ми-
ровоззрения, либо частичную или полную смену археологической куль-
„40
туры .
Ритуальная сторона погребального обряда,по материалам ка-
такомбной культуры Орельско-Самарского междуречья, включает набор
раз установленных традиционных действий, сопровождавших смерть
соплеменника, подготовку тела к погребению, устройство могилы,
88
.лщение места будущего погребения и трупа; придание телу при по-
мещении в могилу определенной позы и ориентации по сторонам света,
определенный набор культбвых предметов, жертвоприношения» Рассмот-
рим их.
Подготовка тела к погребению включает одно из редких ритуаль-
ных действий, фиксируемых в археологических остатках, - наложение на
лицо умершего маски или ее частичных заменителей:наглазников,нагуб-
ников и пр. Этот признак отмечает позднейшие из погребений второй об-
рядово-хронологической группы, куда, надо думать, он проникает из
поэднекатакомбной культуры Приазовья, где был впервые зафиксирован
работами Запорожской экспедиции ИА АН УССР^. Подтверждением ска-
занному служит обнаружение масок в катакомбах Присамарья, в тер-
риториальном отношении пограничного со Степным Приазовьем, и их
отсутствие в материалах лесостепного района, куда нами отнесен
бассейн р.Орели.
Маски из катакомбных погребений6 - 7, 15-16 курга-
на 13 группы ГУ у с. Благодатного изготовлены из маслянистой на
' ощупь керамической массы, окрашенцой за счет гримеси охры в раз-
ные оттенки красного цвета. Визуально заметны довольно крупные
фракции раковин и каких-то волокон. На черепе маски закрывали ли-
цевой отдел от середины лба ( выше череп обычно окрашен ) до под-
бородка, захватывая ушные раковины. Наибольшая плотность керами-
ческого слоя наблюдалась в естественных углублениях рельефа чере-
па ( рис. II.17 ).
В погребении: 16 кургана 13 той же группы на черепах
обнаружены своеобразные наглазники, представлявшие собой конусы,
заполнявшие орбиты, такой же, закрывавший грушевидное отверстие и
моделировавший выступающий нос, и маленькие конусы, служившие втул-
ками слуховых отверстий ( рис. 10.3 ).
89
.45 6 9
15 16
Рис. II. Украшения и предметы культа
90
Аналогичные "конусы" были найдены в погребении № 2 кур-
гана 20 у с.Соколово. В расположенном поблизости кургане 2
глазницы ребенка ( погребение № 32 ) были закрыты обточенными в
круг черепками катакомбного горшка.
По мнению В.В.Отрощенко, разделяемому рядом исследова-
телей, маски модрлировались по череду, отделенному от туловища,
\ ио
после удаления мягких тканей . Характер "конусов" как-будто
подтверждает их наложение также после распада или удаления мяг-
ких тканей, однако однозначное решение вред ли возможно и пра-
вильно. Если исходить из того, что обряд имел своей целью вос-
препятствовать духу умершего покицуть тело, а именно с таким объяс-
нением обычая закрывать, замазывать глиной или даже зашивать ес-
тественные отверстия тела знакомит нас этнография^, наложение
маски спустя какое-то время после смерти вряд ли имело смысл.
Описывая позднеямное погребение кургана 43 группы Кермен-
Толга , У.Э.Эрдниев объясняет глиняную маску, наложенную на череп,
желанием изолировать покойника от живых, ссылаясь при этом на по-
гребальные обряды хаитов .
, В другом качестве, связанном с культом предков, выступают
портретные маски татарской и таштыкской культур железного века
Сибири.-По поводу первых А.И. Мартынов пишет, что "создание ма-
сок являлось... частью обрядов, которые совершались длительное
время, в течение которого надо было сохранить портретный образ
«45
умершего" .
В связи с заупокойным культом высшей аристократии обыч-
но рассматривают маски шахтовых гробниц Микен, которые С.Марина-
тос считал лишенными местных истоков и привнесенными из погре-
бальных обрядов Египта, что ограничило распространение масок
ХУ1 в. до н.э., соответствующим времени наиболее активных контак-
тов микенской и египетской культур .
9i
Этим же временем датируются псзднекатаксмбные памятники
Поингулья и Степного Приазовья, в которых засвидетельствованы по
находкам египетского фаянса - бус и скарабеев, а также уникальных
негативов весовых единиц, обнаруживающих наибольшую близость древ-
неегипетскому "кедету"^, активные связи с Восточным Средиземно-
морьем и Египтом, в результате которых могла возникнуть идея по-
смертных лицевых масок, не получившая, однако, распространения и
отсутствующая в позднейших культурах бронзового века.
Кроме рассмотренных выше масок, подготовка тела к погребе-
нию в отдельных случаях включала посмертную трепанацию, засви-
детельствованную на 6 черепах из Орельско-Самарского мезвдуречья.
Расчлененность отдельных скелетов, по-видимоцу, отражала ту же
идею посмертного уничтожения ( лишения души ее земной оболочки)для
ряда народов, единственно обеспечивающей надеящу на воскрешение и
48
благополучие в обители предков • Менее понятен обряд захороне-
ния одной части тела - кисти или стопы - наблюдаемый в 4 случаях. ,
Можно предположить замещение частью целого ( ракз PRO to to) по
каким-то причинам отсутствующего тела. Также несомненно существо-
вание обряда повторных захоронений, когда останки, ранее хранивши-
еся вне могилы, переносились в нее и помещались в.камере компакт-
ной кучкой или выкладывались, имитируя ненарушенность скелета. В
таких случаях на костях были видны следы растительных волокон, об-
вивавших их, и обмазки охрой, что наблюдается в катакомбных погре-
49
бениях и других районов .
Охра и мел в катакомбном обряде выступают в том же качест-
ве, что и в погребениях ямной культуры; они символизируют жизнен-
ную и животворную силу крови - огня ( солнца ), а также очищение
места погребения и трупа. Отмечена заливка дна жидкой охрой, ска-
лывающейся в виде тонкой пленки, а также помещение в могилу охро-
вых прямоугольных плиток "лепешек” и палочек<- Чаще, чем в ямных,
92
в катакомбных погребениях района встречаются следы огня, что в
целом характерно для всей культурно-исторической области. Однако
курильницы и жаровни для Орельско-Самарского мевдуречья не типич-
ны, угли и сожженный хворост встречаются в виде пятен костров или
посыпка дна и скелета, особенно обильных в погребениях третьей
обрядово-хронологической группы.
О существенном сдвиге в религиозных представлениях при пе-
реходе от ямнои к катакомбной культуре свидетельствует появление
новой формы погребального сооружения - камеры, сообщающейся с
дневной поверхностью посредством колодца или шахты. Ее связь с
"подземным миром" несомненна и помещение погребенных лицом к выхо-
ду из камеры, по-видимому, должно было подчеркнуть их будущий пе-
реход в "надземный мир" - обитель душ предков. Поэтому игнориро-
вание значения катакомб как новой форш, отражающей изменения в
идеологических представлениях, вряд ли можно считать оправданной.
Одновременно в катакомбном обряде совершается переход от
скорченного к вытянутому трупоположению. Рассматривая вопрос о
причинах аналогичных изменений, имевших место на ранней стадии
праславянской истории, Б.А.Ныбаков видит их в том, что вытянутое
положение, воспроизводящее естественную позу спящего человека,
получает распространение тогда, когда "умерших перестают готовить
для повторной земной хизни"^, что совпадает во времени с распрост-
ранением представлений об особом мире мертвых^. Не исключено, что
наблюдаемая смена обряда в катакомбной культуре вызвана теми хе
причинами, стицулируемыми контактами с передовыми цивилизациями
Восточного Средиземноморья и Ближнего Востока. Однако смена на-
селения, вызванная экспансией срубных племен, задержала развитие
обряда вытяцутой ингумации, который в Северном Причерноморье вос-
станавливается только на рубеже IX и УШ вв. до н.э.
93
К несомненно культовым предметам из катакомбжх погребе-
ний Орельско-Самарского междуречья должны быть отнесены нарядно
декоративные рельефным орнаментом шаровидные сосуды типа т.н.
амфор, изготовленные из кальцитовой массы^, не подвергавшейся
обжигу, что исключало их практическое применение. Преобладание в (
их составе измельченных раковин, сочетание в орнаменте волнооб-
разных и фестонных композиций, присутствие на двух сосудах нес-
колько стилизованного, по сравнению с воспроизведением в трипольс-
кой росписи и пластике, но несомненного изображения четырёх женс-
ких грудей ( воплощение представлений о двух небесных богинях )^,
позволяют считать их применявшимися в ритуалах, связанна с вод-
ной стихией, в частности с "волхованием водою", о котором пишет
Б.А.Рыбаков^, находя его следы в праславянской тшинецкой культу-
55 -
ре бронзового века ( рис; II.14 ).
Можно предположить связь между распространенным обычаем поме-
щать в могиле у черепа погребенного створки пресноводных моллюсков
Ип1о и почитанием водной стихии, отождествляемой ими. Присутствие
этих же раковин в массе предназначенных для вызывания влаги сосу-
дов указывает на сходство в ассоциируемых с ними представлений.
В ряде катакомб была найдена яичная скорлупа, что свиде-
тельствует об определенной роли, отводимой яйцу, как миниатюрной
модели Вселенной, в погребальном обряде» Детально рассмотревший
этот сюжет в работе, посвященной язычестцу древних славян, Б.А.Ры-
баков определяет яйцо, как "олицетворение начинающейся жизни",
отмечая, что "представления о яйце как о микрокосме, в котором
отразилась Вселенная, восходят к глубокой древности", чещу приво-
56 *
дит ряд примеров .
Безусловный интерес представляет семантика орнаментов ката-
комбной посуды и роль, отводимая ей , в погребальном обряде.
Н.А. Чмыховым было высказано мнение, что сосуды в катакомбных мо-
94
гилах выступают в роли жертвенников, они опрокинуты дном вверх,
что подчеркивает новую, отличную от бытовой, функцию этого утили-
тарного предмета. Если учесть, что оптимальным вариантом "прочте-
ния" катакомбного сюжета в силу формы сосудов и зональности орнамен-
та являются две проекции - строго сверху и снизу с центра дна, то
"опрокинутое" положение сосудов может находиться в прямой связи с
семантикой изображений. Ориентация крупных сюжетных или композици-
онных разделов сосудов по сторонам света облегчает прочтение орна-
57
мента .
Для ряда сосудов катакомбной культуры Орельско-Самарского
междуречья уверенно выделяются донные солярные знаки, которые для
культур шнуровой керамики рассматриваются Б.А.Рыбаковым как сви- 1 '
детельство усложнившегося, по сравнению с энеолитом, представле.-
ниям о четырехъярусном строении мира60.
На ряде сосудов присутствует изображение растения - елки,
символизирующей древо жизни, а сами сосуды, возможно, связаны с '
аграрной магией. Со скотоводческим хозяйством и молениями о ско-
те могут быть связаны изображения стилизованных бычьих голов в
обрайлении вертикального зигзага.
Смысловое содержание катакомбного орнамента явилось пред-
59
метом специального исследования Н. А. Чмыхова . Построение орнамен-
та в трех зонах соответствует, по мнению последнего, представле-
ниям о трехьярусном делении мира, которое имеет глубокие корни и
известно по’орнаментам предшествующих культур, в частности Три-
полья. Помещение в среднем поясе спирали,скорее всего, призвано
символизировать течение времени, а солярный знак в ее центре чи-
тается Н .‘А. Чмыховым как идея бесконечного движения солнца. Угло-
вые композиции представляют рожки быка, а само животное выступа-
ет как воплощение одного из двенадцати главных созвездий (Тельца),
несущих на себе, согласно тексту Ригведы, все "три неба"60.
95
При определенной спорности отдельных наблюдений, особен-
но в ч&сти, касающейся уровня астрономических знаний катакомбно-
го населения, работа по изучению семантики катакомбных орнаментов
представляет безусловный интерес.
Характе^стика идеологических представлений, получивших
отражение в погребальном обряде катакомбной культуры Орельско-
Самарского междуречья,осталась бы неполной без упоминания о ри-
туальных жертвоприношениях животных - целых туш или их частей,
обычно черепов и конечностей.
В ряде катакомб, не содержавших человеческих останков;
были захоронены черепа и конечности лошадей и крупного рогатого
скота ( с. Спасское, группа XI, курган 3, погребение №16 ).
В погребении Ж 14 кургана 13 группы 1У у с.Благодатного в
катакомбном кенотафе найден полный скелет быка, такое же захоро-
нение, но овцы, произведено в погребении №8 кургана 3 у с.Ново-
Подкряж, где также в центре камеры лежала яичная скорлупа.
Судя по костным останкам в могилах и изображениям на кера-
мике, особое место принадлежало быку. Образ быка, Чоявляющийся еще
в каменном веке, широко представлен в идеологии как раннеземле-
дельческих культур энеолита ( трипольской ), так и в раннеското-
водческих степных культурах, откуда переходит в эпоху-бронзы .
Являясь символом клужского верховного божества, олицетворением опло-
дотворяющей силы, изображения быков увязывают катакомбную куль-
туру в идеологическое единое целое с синхронными ей культурами
Балкан, Восточного Средиземноморья и Передней Азии. Об этом сви-
детельствует стилистическая близость плоскостных изображений бы-
чьих голов, подтверждаемая недавней находкой Н.А. Ляшко в ката-
комбном погребении района Порожистого Днепра .
В катакомбном культе довольно явственно проступают следы
обожествления еще. одного животного - барана, в магико-религиозных
представлениях переднеазиатских культур связанного с лунным бо-
96
жеством ( в щумерийском культе - Сином ) и покровительством метал-
лургам и кузнецам • Это позволило В.И.Маркевичу рассматривать
найденную на среднетрипольском поселении Болбоч ( Молдавия ) ке-
рамическую статуэтку барана с 2 кусочками меди, укрепленными меж-
ду рогами, как изображение божества - покровителя металлургов •
В катакомбе > II кургана б у с.Хащевогов Присамарье на пог-
ребенном обнаружены браслеты из кусочков самородной меди, а в ка-
мере - остовы трех баранов, что может служить указанием на заня-
тие погребенного металлообработкой и пребывание под защитой ее
божества-покровителя.
С культом этого же животного связаны многочисленные на-
ходки альчиков, служивших одновременно фигурами ритуальной игры.
СЛ.Пустовалов и Л.А.Черных установили, что альчики происходят
исключительно из мужских погребений ( взрослых и мальчиков )^,
что соответствует месту, принадлежащему мужчине в металлургичес-
ком ремесле и скотоводстве.
На сохранение охотничьих культов и магических действий ука-
зывает присутствие в катакомбных погребениях подвесок-украшений из
клыков хищников - волка, лисы, порой с сильно изношенным или пов-
торным отверстием в корневой части. Апотропеическое значение это-
го вида украшений общеизвестно, но относительная редкость погре-
бений с этим набором украшений выделяет их из общей массы, позво-
ляя считать покойных причастными охотничьему промыслу и культу.
В роли фетишей могли выступать необычной формы камни, иног-
да встречаете в катакомбах. Так, при погребенном ребеже в кур-
гане 2 у еЛащевого обнаружат три гипсовые конкреции, отдален-
но напоминающие уродливые человеческие фигуры.
В погребении > 8 кургана 7 группы III у с.Колпаковки в
коллективном (тройном) захоронении взрослого и ддух детей при
младшем из них найдена галька и необработанный кристалл аметиста,
97
*
также являвшиеся фетишами-оберегами. Необычной формы кремневый
желвак, отдаленно напоминающий уродливую личину, сопровождал пог-
ребенного в катакомбе № 10 кургана 3 у с.Шаццровки ( рис. II.18 ).
Из рассмотренного выше следует вывод, что идеологические
представления катакомбного населения Орельско-Самарского между-
речья, как и других районов культурно-исторической области, ха-
рактеризуются значительной сложностью. С одной стороны, в них
сохраняются восходящие к глубокой древности охотничье-магические
культы, с другой - получают распространение аграрно-скотоводческие
обряды, направленные на приумножение плодородия полей и плодови-
' тости стад, что обусловлено характером хозяйства. Социальная стра-
тификация находит свое отражение в усилении проявлений культа пред-
ков, получающем завершение в посмертных масках.
В отличие от предшествующей ей ямной катакомбная культура
обнаруживает более глубокие связи в области идеологии с Передним
Востоком и Средиземноморьем, что, по-видимому, отражает реальные
контакты с названными районами, имеющие в своей основе относитель-
но высокий уровень хозяйственного и социального развития катакомб-
ных племен.
СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
I. М а с с о н В. М. Экономика и социальный строй древних
обществ. - Л., 1976, с.149-176; Алекшин В. А. Погребаль-
ный обряд как археологический источник. - КСИА АН СССР. М., 1980,
вып.167, с.3-8; Он же. Традиции и инновации в погребальных
обрядах ( эпоха первобытнообщинного строя ). - В кн.: Преемствен-
ность и инновации в развитии древних культур. Л., 1981, с.18-22;
Леонова Н. Б., С м и р н о в Ю. А. Погребение как объект
формального анализа. - КСИА АН СССР. М., 1977, вып.148, с.3-18;
98
Hausler A. Zum Verh'dltnis von Manher, Framen und Kinder
in Griiberi der Steinzeit. - AFSB, 1966 14/15, S- 56-42 ;
Binford ,L. R. Mortuary Practices : Their stadu and
Their Potential» - MSaa, 1971, №25, P* 15-22.
2. M а с с о н В. И. Экономика и социальный строй ..,
с.149.
3. Т а м же, с.152.
4. К у з ь м и н а Е. Е. Сложение скотоводческого хозяй-
ства в степях Евразии и реконструкция социальной структуры общест-
ва древнеямных и пастушеских племен. - ТДНК: Фермы перехода от
присваивающего хозяйства к производящему и особенности развития
общественного строя. М., 1974, с.45.
5. Массон В. М. Экономика и социальный строй ..,
с.169. ' *
6. А л е к ш и н В. А. Погребальный обряд .., с.7.
7. М а с с о н В. М. Экономика и социальный строй
с. 169; Алекшин В. А. Погребальный обряд .., с.З.
8. Ч а й л д Г. Древнейший Восток в свете новых раскопок.-
М., 1956, с.224-225; Массон В.И. Экономика и социальный строй .
с. 165, рис. 19; Кузьмина Е. Е. Колесный транспорт и проб-
лема этнической и социальной истории древнего населения южнорус-
ских степей. - ВДП, 1974, № 4.
9. Трифонов В. А. Погребения с повозками эпохи па-
леометалла в степном Прикубанье. - В кн.:Новые экспедиционные ис-
следования археологов Ленинграда. Л., 1983, с.28.
10. Кузьмина Е. Е. Распространение скотоводства и
культ коня у ираноязычных племен Средней Азии и других народов Ста-
рого Света. - кн,: Средняя Азия в древности и средневековье.
М., 1977, с.42.
99
II, М-ас со н В. И. Экономика и социальный строй ..,
с. 68; Федорова-Давыдова Э. Л. Катакомбное погре-
бение с повозкой на Нижнем Дону. - В кн.: История и культура Ев-
разии по археологическим данным. М.» 1980, с.43.
12. Массон В. И. Экономика и социальный строй
с.169.
13. Klein L. S. JReiche Katakonfbengraber. - Etnographisch.
Arihaologische Zeitshrift. Berlin, 1967> W” 8.
14. К о в а л e в а И. $. Катакомбные погребения волго-
манычского типа в степном Поднепровье. - В сб.: Некоторые проблемы
отечественной историографии и источниковедения. Днепропетровск: ДГУ,
1976, с.37-38, рис.1.6-7.
15. Ковалева И. Ф., Марина 3. П., Ш а л о -
будо в В. Н. и др. Исследование археологических памятников в
зоне строительства Магдалиновской оросительной системы Днепропет-
ровской области в 1981 году. - НА ИА АН УССР, ф. эксп., с. 55-57,
59-60.
16. Т а м же, с.И9.
17. Марина 3. П., Ромашко В. А., Марко-
вин а И. В. Археологические исследования на площадях подработ-
ки шахт Западного Донбасса в 1983 г. - НА ИА АН УССР, ф.эксп.,
с. 68.
18. Т а м же, с. 89.
19. М а р и н а 3. П. Некоторые аспекты социальной струк-
туры и идеологии древнеямного общества. - В сб.:Степное Поднепро-
вье в бронзовом и раннем железном веках. Днепропетровск: ДГУ, 1981,
с.67.
20. Васильев И. Б. Могильник ямно-полтавкинского
времени в с.Утёвка в среднем Поволжье. - В кн.: Археология Восточно-
Европейской Лесостепи. Воронеж, I960, с.33, 54-55.
100
21. Формозов А. А. Памятники первобытного искус-
ства на территории СССР. - М., 1980, с.104, рис.З; с.105 ; 0 н
ж е. 0 древнейщих антропоморфных стелах Северного Причерноморья.-
СЭ, 1965, №6, с.177-181; Крылова Л. П. Керносовский идол
( стела ). - В сб.: Энеолит и бронзовый век Украины. Киев, 1976,
с.Зг<, рис.1.1; Даниленко В. Н. Энеолит Украины. - Киев,
1974. с.82.
22. Даниленко В. Н. Энеолит Украины, с. 82.
23. Бочкарев В. С., Шарафутдинова Э. С.,
Рёзенкин А. Д. и др. Работы Кубанской экспедиции
1978-1980 гг. - В кн.: Древние культуры Евразийских степей. Л.,
1983, с.84.
24. Хлобыстина М. Д. Ярусные погребения Евра-
зийской степи в бронзовом веке. - КСИА АН СССР. М., 1982,
вып. 169, с.16.
25. Т а м же, с.20.
&. Бочкарев В. С. Погребение литейщиков эпохи
бронзы ( методический пересмотр ). - В кн.: Проблемы археологии.
Л., 1978, вып.2, с.49.
27. Ш и л о в В. П. Первые ремесленники эпохи бронзы в
Предкавказских степях. - ТДНК: Культурный прогресс в эпоху бронзы
и раннего железа. Ереван, 1982, с.102-103.
28. С и н ю к А. Г. Курганы эпохи бронзы Среднего Дона.-
Воронеж, 1983, с.170-171.
29. Т а м ж е.
30. Резенкин А. Д. Погребения вождей майкопской
культуры. - В кн.: Новые экспедиционные исследования археологов
Ленинграда. Л., 1983, с.26-27; Васильев И. Б. Могильник
ямно-полтавкинского времени у с.Утёвка в среднем Поволжье .., с.37,
рис.4.2-6; с.55-57.
101
31. Коробкова Г. Ф,, Ш a p о в с к а я Т. А.
Функциональный анализ каменных и костяных изделий из курганов ран-
ней бронзы у станиц Новосвободной и Батуринской. - В кн.: Древние
культуры Евразийских степей .., с.91, рис.1.9; с.92.
32. С и н ю к А. Т. Цурганы эпохи бронзы с. 167.
33. Р ы ч к о в Н. А. Опыт статистической характеристики
коллективных погребений степных племен эпохи бронзы. - В кн.: Ме-
тодологические и методические вопросы археологии. Киев, 1982,
с.91.
34. А р т а м о н о в М. И. Совместные погребения в курга-
нах со скорченными костяками. - ПиДО, 1934, Ж 7-8, с.122-124; К и-
с и л е в С. В. Древняя история Южной Сибири. - МИА, 1949, № 9,
с.33; И т и н а М. А. К вопросу об отражении общественного строя
в погребальных обрядах первобытных народов. - СЭ, 1954, №3, с.64;
Попова Т. Б. Племена катакомбной культуры. - Тр.ГИМ, вып.24.
М., 1955, с. 160; Грязнов М. П. Этапы развития хозяйства
скотоводческих племен Казахстана и Юкной Сибири в эпоху бронзы. -
КСИЭ, 1957, Ж 26, с.24 и др.
35. Р ы ч к о в Н. А. Опыт статистической характеристики ..
с.93.
36. Г б р о д ц о в В. А. Результаты археологических ис-
следований в Изюмском уезде Харьковской губернии в 1901 '•оду. -
В кн.: Труды XII АС. М., 1905, т.1, с.179,192,225,314.
37. Хлобыстина М. Д. Палеосоциологические пробле-
мы южносибирского энеолита. - СА, 1972, Ж 2, с.34.
38. К р ы в е л е в И. А. История религий: В 2-х т.-М.,
1975, т.1, с.II.
39. М а р к с К. Людвиг Фейербах и конец классической не-
мецкой философии. - Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т.21, с.315.
40. Алекшин В. А. Традиции и инновации в погребаль-
ных обрядах с 18.
102
41. К у б ы ш е в А. И. Работы Херсонской экспедиции. -
Au 1977 г. М., 1980, с.293.
42. Отрощенко В. В. Раскопки курганов в Запорожс-
кой области. - АО 1981 г. М., 1982, с.300; Отрощенко В.В.
Пустовалов С. Ж. Портреты прошлого. - Знание - сила, 1982
>10, с.20-23.
43. Тейлор Э. Первобытная культура. - М., 1939,
с.267, 270-271.
44. Эрдниев У. Э. Археологические памятники Южных
Е^геней. - Элиста, 1982, с.80; Кисилев С. В. Древняя исто-
рия Южной Сибири. - М.*Л., 1951, с.251; Кызласов Л. Р.
Таштыкская эпоха. - М., I960, с.148.
45. Мартынов А. И. Лесостепная татарская культу-
ра. - Новосибирск, 1979, с.132.
46. Сидорова Н. А. Искусство эгейского мира. - М.,
1972, с.170-171.
47. К у б ы ш е в А. И., Черняков И. Т. К пробле-
ме существования весовых систем у племен катакомбной культуры
( по' материалам погребения литейщика у с.М.Терновка в Приазовье).-
ТДНК: Культурный прогресс в эпоху бронзы и раннего железа. Ере-
ван, 1982, с.108.
48. Т е й л о р Э. Первобытная культура, с. 277 , 308,
312-313; Крывелев И. А. История религий, т.1, с. 88,89;
Антее Р. Мифология в Древнем Египте. - В кн.: Мифология древ-
него мира. М., 1977, с.88-87.
49. Корпусова В. Н. .Бессонова С. С.,
Черных Л. А. и др. Раскопки курганов в Степном Крыму. -
АО 1978 г. М., 1979, с.348.
юз
^.Рыбаков’ Б. А. Язычество древних славян. - М.,
1982, с.270.
51. Т а м же, с. 276-278.
52. Лихачев В. А. Об одном типе сосудов катакомбной
культуры. - В сб.: Степное Поднепровье в бронзовом и раннем же-
лезном зеках. Днепропетровск: ДГУ, 1981, с.72-74, рис.1.
53. Р ы б а к о в Б. А. Язычество древних славян,
с.163-167;
54. Т а м ж е, с. 172, I8I-I89.
55. Т а м же, с. 250-251.
56. Там ж е, с. 51-52.
57. Ч м ы х о в Н. А. Орнамент эпохи бронзы Степной Ук-
раины как исторический источник в изучении первобытного мировоз-
зрения: Автореферат. Дис...канд.ист.наук. Киев, 1982, с. 8-9,
14-15.
58. Р ы б а к о в Б. А. Язычество древних славян, с.50.
59. Чмыхов Н. А. Орнамент эпохи бронзы .., с.18;
Он ж е. К семантике орнаментальных^ схем катакомбной керамики. -
В кн.: Некоторые вопросы археологии Украины. Киев, 1977, с.14-31.
60. Чмыхов Н. А. К семантике орнаментальных схем ..,
с.20, рис. 1,3.
61. Гр я э н о в М. П. Бык в обрядах и культах древних
скотоводов. - В кн.: Проблемы археологии Евразии и Северной Аме-
рики. М., 197г', с.80-81.
62. М а р к е в и ч В. М. Позднетрипольские племена Север-
ной Молдавии. - Кишинев, 1981, с.150.
63. Пустовалов С. Ж., Черных Л. А. Опыт
применения формализованно-статистического метода для поло-возраст-
ного анализа обряда. - В кн.: Методологические и методические во-
просы археологии. Киев, 1982, с.140.
104
ЗАКЛЮЧЕНИЕ'
Изложенный материал является подтверждением не раз приводи-
мого тезиса о том, что погребальный обряд всякой археологической
культуры является полноценным источником реконструкции социаль-
ных отношений и идеологических представлений и в меньшей степе-
ни - хозяйственной деятельности оставившего ее древнего населе-
ния.
Вопреки мнению ряда зарубежных исследователей, сужающих
объем информации, заложенной в погребальном обряде ( А.Хойслер ),
или отрицающих возможность ее извлечения ( А.Кребер, П.Акко,
Г. Ю. Эггерс ), большинство советских исследователей рассматривает
_ погребальный обряд как важнейший, а для ряда культур как основ-
ной археологический источник, интерпретационные возможности ко-
торого определяет уровень разработки методических приемов извле-
чения соответствующей информации^.
В связи со сказанным в ряде вышедших в последние годы
' работ рассматривается процедура исследования погребального обря-
2
да как одного из видов археологических источников , в том числе
методы формализованно-статистического анализа погребальных памят-
ников°.
Погребальный обряд катакомбной культуры отражает в себе
то усложнение общественного бытия, которое соответствует нашим
представлениям о развитом комплексном скотоводческо-земледель-
ческом хозяйстве с наметившимся выделением ремесла в отдельную
отрасль производства, с уже оформившейся в определенных весовых
единицах торговлей металлом и развитыми связями с Передним Вос-
током и Средиземноморьем, Кавказом и другими районами.
Усложнение социальной организации проявляется в появлении
погребений т.н. водцей, что отражает не только социальную стра-
105
0
тификацию, но, что не менее важно для изучения процессов классо-
образования, формализацию руководства, появление предводителей,
авторитет и статус которых определяется еще их личными качества-
ми, но сфера деятельности строго конкретизирования4, что позво-
ляет проводить «различия между ними.
В идеологических представлениях катакомбных племен отчет-
ливо проступают черты восходящего к глубокой древности почитания
домашних животных, которым принадлежит основное место в ритуале
погребальных жертвоприношений. Вместе с тем в археологических
материалах есть основания для выделения аграрных культов, что
увязывает катакомбную культуру в единое целое с рядом земледель-
ческих культур раннего бронзового века Средиземноморья и Юго-Вос-
точной Европы.
? Почитание предков, связанное с усложнившимися представле-
ниями о потустороннем мире, в котором якоби пребывает душа, выз-
вало к жизни стремление сохранить их образ в посмертных масках,
являющихся оригинальной чертой позднекатакомбного погребального
обряда.
Таким образом, в погребальном обряде катакомбной культуры
Орельско-Самарского междуречья мы находим те черты, которые яв-
ляются общими и определяющими для всей изучаемой культурно-исто-
рической общности и в то же время только ей присущие особенности,
ч составляющие специфику культуры данного района.
СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
I. М а с с о'н В. М. Экономика и социальный строй древ-
них обществ. - Л., 1976, с.149.
2. А л е к ш и н В. А. Погребальный обряд как археологи-
ческий источник. - КСИА АН СССР. М., I960, вып. 168, с.3-9 ;
106
Он ж е. К вопросу о методике реконструкции социальной струк-
тур! по данным погребального обряда. - В кн.: Предмет и объект
археологии и вопросы методики археологических исследований.
Л., 1975, с.49-53.
3. Леонова Н. Б., С м и р н о в Ю. Б. Погребение
как объект формального анализа. - КСИА АН СССР. М., 1977, вып.148,
с. 3-18; Рычков Н. А. Статистический анализ погребально-
го обряда племен ямной культуры. - В кн.: Теория и методы
археологических исследований. Киев, 1982, с.Ш-135; Он же.
Оценка представительности и характера распределения признаков
погребальных памятников. - В кн.: Методологические и методичес-
кие вопросы археологии. Киев, 1982, с.167-186; Пустова-
лов С. 1, Ч е р н ы х Л. А. Опыт применения формализованно-
статистических методов для поло-возрастного анализа погребений
катакомбной культуры. - В кн.:Методологические и методические
вопросы археологии .., ч.1, с.105-139; Пустовалов С. Ж.
К Методике периодизации катакомбной культуры по данным погребаль-
ного обряда. - В кн.: Новые методы археологических исследований.
Киев, 1982, с.87-108 и др.
4. Хазанов А. М. Классообразование: факторы и ме-
ханизмы. - В кн.: Исследования по общей этнографии. М., 1979,
с.152.
107
СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ
АО -Археологические открытия
АС - Археологический съезд
АСГЭ - Археологический сборник Государственного Эрмитажа
ВДИ ВУАК - Вестник древней истории - Всеукраинский археологический комитет
ГИМ - Государственный исторический музей
КСИА АН СССР - Краткие сообщения Института археологии Академии наук, СССР
МИА - Материалы и исследования по археологии
НА ИА АН УССР - Научный архив Института археологии Академии наук УССР
ПиДО - Проблемы истории доклассовых обществ
СА - Советская археология
СЭ - Советская этнография
ТДНК - Тезисы докладов научной конференции
У1Ж - УкраТнський Тсторичний журнал
108
ОГЛАВЛЕНИЕ
ВВЕДЕНИЕ......................................... 3
Глава I. Обрядово-хронологические группы
катакомбных погребений Орельско-Самарского '
Меящуречья......................................... 8
Глава II. Типология погребального инвентаря 28
Глава III. Некоторые вопросы хозяйства ката-
комбных племен Орельско-Самарского междуречья.... 50
Глава 1У. Социальше отношения и идеологи-
ческие представления.......................... 76
ЗАКЛЮЧЕНИЕ ...................................... 104
СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ.......................107
Темплан 1383, поз//-
ИРИНА ФЕДОРОВНА КОВАЛЕВА
Погребальный обряд и идеология ранних скотоводов
(по материалам культур бронзового века Левобережной
Украины)
Редактор Л. М. Сокол, техредактор Л. И.Верцута,
художник Г.А.Степанов, корректор И.А.Кравцова
Подписано в печать pg 12 г.з КГ ’71155 • Формат издания
€0x84 1/16. Бумага типографская *> Печать плоская. Усл.псч.
6.28. Уч.-изд, л. 4.91. Тираж 250 экз. Заказ JE2**. Чена 25 к.
Редакционно-издательский отдел ДГУ,г.Днепропетровск,
пр. Гагарина, 72.
Ротапринт ЛГУ,г. Днепропетровск, у л. Генерала Пушкина, 4