/
Text
Максимов
Пролетарии всех (2 /С5 9 &
yi 3 m ai p' г и з 3 a
Пролетарии "всех стран, соединяйтесь!
В. А. МАКСИМОВ
КУЛАЦКАЯ КОНТРРЕВОЛЮЦИЯ , И ИЖЕВСКОЕ ВОССТАНИЕ
(1918 г.)
УДПАРТИЗДАТ
10ЧТ
ОТ ИЗДАТЕЛЬСТВА.
Статья тов. В. А. Максимова „Кулацкая контрреволюция и ижевское восстание" выпускается отдельной брошюрой из журнала „Историк марксист", опубликованная в 4-5 номере за 1932 г.
Так как журнал „Историк марксист" распространяется по области в очень ограниченном количестве, то по этому основная масса читателей области не смогла ознакомиться со статьей. Для того, чтобы удовлетворить запросы читателей, а также учитывая почти полное отсутствие литературы по даИцому вопросу, кроме нескольких страниц в работе Ф. ГЕ Макарова „Октябрь и гражданская война в Удмуртии** (издание Удгиз 1932 г.). Удпартиздат решил выпустить данную брошюру, приспособив ее выпуск и XVI годовщине Октябрьской революции.
Вполне понятно работа не дает полного анализа проблемы и в ней ряд вопросов нуждаются в дальнейшей разработке, дополнении и т. д. Так-же автор несмотря на предоставленную возможность не дал развернутой критики своих ошибок в старых работах в особенное! и по „кенешу**. В дальнейшем автор предполагает названную проблему доработать и выпустить более развернутую работу. Но и независимо от доработки автором издание работы несомненно послужит толчком к развертыванию изучения истории гражданской войны и пролетарской революции в Удмуртии, в которой примут участие непосредственные участники революции и-гражданской войны, историки области и т. д.
Удпартиздат
2 о 09
Кулацкая контрреволюция и ижевское восстание (1918 г.)1.
Изучение ижевского восстания 1918 г. представляет для нас -величайший интерес. Оно важно и для социалистического строительства края, где Ижевск является центром Удмуртской автономной области, и для международного рабочего движения. Вполне возможно сочетание аналогичных условий на отдельных участках революционного движения за рубежом, и потому политически необходимо вскрыть лживость легенды о восстании рабочих против диктатуры пролетариата, показав одновременно социальные корни ижевского восстания и в частности контрреволюционную роль соглашательских партий, нахо^-дивших себе опору лишь в узких прослойках рабочего класса — рабочей аристократии. Неслучайно конечно Ленин лично давал руководящие указания в борьбе с ижевской белогвардейщиной. Этот факт еще раз подчеркивает важность вопроса.
Нужно сказать, что до сих пор исследованию ижевского восстания историками уделено недостаточно внимания. Существующие работы (2—3 названия) далеко не соответствуют тем требованиям, которые мы вправе пред'явить исследованию ижевского восстания. Все они недостаточно увязывают восстание с общероссийской и мировой контрреволюцией и совершенно не связывают его с кулацкой контрреволюцией в деревне в этом крае. Правильно можно понять ижевское восстание только как звено в общероссийской конттреволюции того времени и в связи с местной кулацкой контрреволюцией 1918 г.
При исследовании ижевского восстания должны быть увязаны три вопроса: рабочий, крестьянский и национальный. Без этого нельзя понять ни социальных корней контрреволюции, ни условий временной победы ее, ни уроков, которые должны быть выведены из анализа восстания.
L Источниками этой работы послужили документы ижевского областного архива и архива Красной армии. Помимо этого автором были получены сведения от Удмуртского облесотдела, от административных. органов области и от ряда лиц. являющихся очевидцами событий или участниками подавления контрреволюции 1918 г. в Удмуртии. Копии информационных сводок по Глазовскому уезду и несколько документов по ижевским заводам были прёдставлены автору тт. Захаровым и Корепановым. Дела эти перебрасывались из Ижевска в Горький, поэтому видеть подлинники не представилось возможным. Эти документы обозначены в тексте по их названиям без указания фонда. Ссылки на документы ижевского архива даются с указанием нумерации „связок" или названий .папок (если дела не пронумерованы). Два документа из ЦАОР, информационная сводка ОК и пять газетных заметок получены от т. Макяппиа с*-
«ставляет собою доклад, «шлт-.-.--4
I. Октябрь в Удмуртии.
Удмуртия до революции- была одной из колоний царской России. Населяют ее удмурты (55%), русскйе (30%), татары,, бесермяне и некоторые другие народности. Основная масса населения занимается земледелием. Край в сравнении с Центральной Россией был отсталым. Однако в этом лесном; уголке бывшей Российской империи среди разбросанных здесь и там мелких кустарных и полукустарных предприятий дымились трубы двух гигантов: ижевских и боткинских заводов. Чтобы судить-о величине этих промышленных предприятий, достаточно знать,, что на одних ижевских заводах работала до войны 12—15 тыс_ чел., а в период империалистической войны число рабочих дошло до 40 тыс. Промышленных центров в царской России с такой концентрацией рабочей силы было очень, немного. Эти заводы существовали с 60-х годов XVIII в. История, их развития органически переплелась с историей, экономического разг вития и социальных отношений в целом» крае. Все наиболее* крупные классовые столкновения в Удмуртии связаны с именем этих заводов, с их рабочими. Поэтому и период Октября и гражданской войны нельзя рассматривать- вне связи! между par бочими этих заводов и крестьянством1.
Сделаем беглый обзор социальных отношений в крае до революции. Сначала остановимся на деревне. Хотя Удмуртия и. была. относительно (в сравнении с передовыми районами быв. Российской империи) отсталой областью* однако она далеко не-представляла такой дикой страны, какой ее описывали великодержавные буржуазно-помещичьи историки, пытаясь изобразить, колониальный грабеж царизма как осуществление просветиг тельной миссии великорусского народа. Она не была и такой,, как описывали ее местные националистические буржуазные историки. Тот родовой строй, который так восторженно воспевали эти историки, очень давно рухнул. Историки-националисты, под внешней оболочкой отношений, напоминающих по своей форме прошлые полуродовые отношения* не видели и не хотели видеть, как в классово диференцированной удмуртской деревне происходит феодальная и капиталистическая экспло-г атация основных масс крестьянства, как наряду с господствующими классами великодержавной нации высасывает соки из; пауперизирующегося крестьянства кулацкая верхушка удмуртской деревни.
Характерность положения удмуртской деревни заключалась, в том, что здесь было очень мало помещичьего землевладения. Однако это нё значит, что население Удмуртии было свободно от феодального гнета. Ленин в характеристике пореформенной России отмечает как наиболее яркие черты остатков феодальных отношений „абсолютизм (неограниченная самодержавная.! власть), феодализм (землевладение и привилегия крепостников^ 4 I
помещиков) и подавление национальностей" 2. Всех этих остатков феодализма в Удмуртии было не меньше (если не больше), чем в других районах царской России, только по форме они приняли свои специфические черты, выгодные господствовавшему классу помещиков. Если в сельском хозяйстве Удмуртии помещик не выжимал соков из 'полукрепостных, закабаленных крестьян, то его с большим успехом заменил государственный аппарат самодержавия со своим неизменным придатком — церковью. Вместо пашни благородные ленд-лорды — помещики — (предпочитали иметь колоссальные участки лесных дач. Это было выгодно потому, что близость горных заводов позволяла получить больше прибыли с леса, чем с пашни. С другой стороны, отсутствие лесных владений у крестьян давало возможность выкачивать из них не меньше доходов, чем в других районах России при помощи отрезков. Помимо лесных владений помещики издавна были хозяевами горных заводов. Никакой разницы .между крестьянами, работавшими на барской пашне, и крестьянами, прикрепленными к горным заводам, в эпоху крепостничества, а частично и позже, в пореформенный период, небЧло. Помимо этого ряд натуральных повинностей (устройство дорог и пр.) ничем не отличался от натуральных повинностей, которые несли крестьяне в районах с помещичьим землевладением.
Остатки крепостничества мешали развитию капитализма, крестьянство благодаря им несло больше тягот и в ряде районов вымирало. Однако капитализм развивался, а вместе с этим все глубже шла диференциация крестьянства. Чтобы не быть голословными, приведем выдержки, относящиеся к концу XIX века.
Описывается удмуртская деревня Ляльшур в 35 км от Воткинского завода, в 100 км от уездного города Сарапула, . в 45 км от судоходной реки Камы. Это — один из более глухих уголков Удмуртии.- Автор дает такую характеристику типов хозяйства этой деревни.
„Первый тип — двор зажиточный. Двор этот за уплатой по-.датей и довольствованием семьи имеет в запасе сотню, другую, третью наличных денег, да муки и жита в закромах на сотню .другую рублей, да скирд — около десяти, рублей на 5 тыс. Такой двор ни частным лицам, ни в волостную вспомогательную кассу денег не должен; напротив, ему должны недостаточные и бедные дворы. Скота имеет всегда достаточное количество. Стол его из лучших, если он не скряга. Особенно присутствие -средств выражается большим количеством скирд хлеба, лучшими лошадьми, хорошей сбруей и чистотой одежды. Таких дворов 1В общине 13. ч
Второй тип — двор достаточный. Этот двор имеет в запасе ^несколько десятков рублей и несколько скирд хлеба в полях. У него 1недостатка ни в рабочих лошадях, ни в другом скоте 3
3 Ле,н,и п, т. XIX, изд. 1-е. стр. 16.
5
нет. Лошадей, сбрую и экипаж имеет наравне с зажиточными. Долгов у него нет. Может быть некоторый и занимает, но на свои прихоти, и то лишь, из нежелания продать хлеб... Достаточных дворов в общине 35.
К третьему типу причисляются дома недостаточные. У такого двора в запасе наличных денег имеется редко. Скирд на полях не имеет. Случается, что иногда занимает и хлеб, но богач его не закабаливает. Уплату податей затягивает. Таких дворов я насчитал 18.
Четвертый тип — бедный двор. Лошадей большая часть имеет по одной, редко по две. Такой двор, подати затягивает долго и уплачивает обыкновенно кое-как, часто с помощью других. Нередко хлеба не хватает и на обсеменение полей, и потому нужда заставляет сеять его „исполу". Отличительный признак бедности — плохие кони, часто неимение телег. Бедных: дворов—12. •
К последнему типу причисляется двор неимущий.
- Таких дворов 5, хотя в сущности и нельзя бы назвать их неимущими, ибо они живут в своих избушках, за исключением одногсь который по зимам помещается в доме родственника. Лошадей они не имеют. В хлебе у них вечный недостаток, и потому пробиваются изо дня в день то попрошайничеством, то работой на зажиточных; а в неурожайные годы собирают милостыню. Хлеба своего сеют мало. Один свой надел отдает члену другой общины с обязательством уплачивать подати.
Такие дворы, равно как и бедные, в нужде должны обращаться к состоятельным, т. е. к тем, которые в состоянии помочь им. Если состоятельный или богач помогает им, то чаще из корыстных видов. Например, обязывает бедняка в самый разгар страды жать прежде всего его.хлеб. Случается нередко, что бедняк, как наступит страдная пора, жнет богачу безвозмездно целой семьей^ лишь в виде процентов за взятую ссуду, а свой хлеб у него стоит в поле до того времени, пока богач не уволит его перед окончанием своих полевых работ. Тогда? лишь только и начинает жать бедняк свой перезревший хлеб. Но к беде его половина хлеба остается уже на полосе. Богач, убравши свой хлеб, пустит в поле скот и пожалуй не посты-.; дится скормить часть хлеба бедняка своему скоту, и тот на| это не осмеливается жаловаться суду, ибо может лишить себя! возможности получить ссуду на будущее время" 3. |
Это описание полностью подтверждает тот анализ, который! был сделан В. И. Лениным в „Развитии каплтализма": „Разло-| жение крестьянства, развивая за счет среднего „крестьянства^ его крайние группы, создает два новых типа сельского населения. Общий признак обоих типов — товарный, денежный харак-; тер хозяйства. Первый новый тип — сельская буржуазия или зажиточное крестьянство... Другой новый тип — сельский про- 3
3 Календарь Вятской губернии за 1896 г.
6
летариат, класс наемных рабоч и'х с наделом. Сюда вхот дит и неимущее крестьянство, в том числе и совершенно безземельное... Промежуточным звеном между этими пореформенными типами .крестьянства" является среднее крестьянство. Оно отличается наименьшим развитием товарного хозяйства... По своим общественным отношениям эта группа колеблется между высшей, к которой она тяготеет и в которую удается попасть лишь небрльшому меньшинству счастливцев, и между низшей, в которую ее сталкивает весь ход общественной эволюции... Таким образом происходит специфически! свойственное капиталистическому хозяйству вымирание средних членов и усиление крайностей „раскрестьянивания".
Если так ярко бросается в глаза классовая диференииация! удмуртской деревни в конце XIX в., то о предреволюционном! периоде и говорить не приходится. Крепостнические остатки давали основу для развертывания буржуазно-демократического» движения в крае, а классовая диференциация в деревне развертывала классовую борьбу внутри крестьянства. Это была предпосылка к перерастанию буржуазно-демократической революции в пролетарскую.
Теперь мы переходим к рассмотрению тех данных, которые характеризуют положение рабочих, занятых на заводах Ижевска. Постараемся выяснить вопрос о том, что являлось той питательной почвой, на которой вырастали мелкобуржуазные настроения в отдельных слоях рабочих. Ижевские заводы находились в несколько привилегированном положении по сравнению с остальными предприятиями; это давало возможность создать на них для известной части рабочих сравнительно лучшие условия материального существования. Относительная обеспеченность части рабочих особенно резко выделялась на общем фоне крайне тяжелого положения всей рабочей массы. Как и во всей России, рабочие на ижевских заводах были зажаты в тиски жесточайшего капиталистического и феодального гнета, (в том числе и в его национальной форме). Особенность заводского режима в Ижевске была,, практика ничем не сдерживаемого произвола администрации по отношению ко всей рабочей массе и одновременно некоторого заигрывания начальства с частью наиболее высоко оплачиваемых рабочих. Эта часть рабочих имела всякого рода движимое и недвижимое имущество: дома, скот и пр.
Значительный удельный вес „имущей" части рабочих Ижевска питал мелкобуржуазные наросты на идеологии рабочего класса. Помимо этого нужно подчеркнуть и своеобразные условия на этих заводах и в отношении оплаты труда рабочих.
Самодержавие, имея в виду важное значение военных заводов, вело по отношению к их рабочим особую политику. Основные кадры рабочих ижевских заводов по данным ведомостей на 1 мая 1910 г. получали: в замочной мастерской в среднем — 70 коп., в инструментальной—1 р. 28 к. в день. В
7
остальных мастерских средняя оплата труда колебалась пределах от 70 коп. до 1 р. 28 к. Г Во всяком случае средний размер месячного заработка основных кадров ижевских рабочих в 1910 г. составлял от 20 до 25 руб.
Если принять во внимание, что в 1913 г. средняя месячная заработная плата рабочих по Петербургу составляла 34,7 руб. и по Москве — 27,1 руб.’ 4 5, то не придется доказывать, что материальное положение квалифицированных рабочих ижевских заводов в’ сравнении с другими рабочими России, учитывая более дешевые цены на рынке и наличие домашнего хозяйства, было лучше. Притом это положение всегда улучшалось во время войны, так как ижевские заводы должны были тогда работать более интенсивно. Уже о периоде русско-турецкой войны 1877 —1878 гг. авторы старой истории ижевских заводов отзывались как о „золотом" периоде.
Несколько привилегированное положение рабочих ижевских заводов сказывалось и на продолжительности рабочего дня. Никифоров в 1888 г. писал об этом: „Оружейники работают с 7 час. утра до 12 час. пополудни, затем следует отдых в 2 часа, и работа, начинаясь в 2 часа, продолжается до 6 час. пополудни. Таким образом рабочий день определяется в 9 час., и рабочие имеют свободный вечер" 6. На других заводах тоговремени металлисты работали в среднем 11—12 час. в день. Это положение давало возможность, части ижевских рабочих дополнительно поднимать свою зарплату за счет исполнения домашних работ, заказов для завода и выделки металлических вещей на рынок.
Однако не может быть и речи об общем благополучии всех рабочих ижевских заводов. Царизм вел сознательную политику создания привилегированной рабочей верхушки.
По указу 1830 г. прослужившим беспорочно 25 лет назначается сверх обыкновенной заводской платы награда 3 классов 1-я — 150, 2-я — 100 и 3-я — 50 руб. „Через каждые 5 лет, ко торый кто беспорочно прослужил сверх 25 лет, прибавляется-ему пятая доля первоначальной награды" 7. При проведении реформы указом 1866 г. положение о „заслуженных" было закреплено. Указ подчеркивал, что „всем оружейникам, мастеровым и непременным работникам, получившим уже пенсию или какие-либо пособия, а также и семействам их, оставлены" 8. Эта политика велась самодержавием издавна и со временем все более углублялась принимая новые усовершенствованные формы. „За выслугу лет" рабочие получали повышение заработной платы и единовременные вознаграждения, за старательную долголет-
4 Ижевский архив № Т2320, д. № 31 о доставке сведений для инспекторского смотра, 1910 г.
ь Граве. Классовая борьба в годы империалистической войны.
° .Вятские губернские ведомости1' Ks 76 за 1888 г. статья Н. Никифорова.
7 Соловьев, Исторический очерк в память столетнего юбилея основания Ижевского оружейного завода, стр. 25.
“Там ж е, сгр. 35.
8
нюю службу — медали, кафтаны и т. д., зачислялись пенсионерами. Все это вело к созданию кадра „унтеров" и „фельдфебелей" из рабочих, безусловно верных самодержавию. Это была прослойка рабочей аристократии, имевшая не только домик и корову, но и выездных лошадей, напоминающая собой верхнюю прослойку американских рабочих с их автомобилями.
Таким образом перед империалистической войной в среде рабочих ижевских заводов были налицо основные источники мелкобуржуазных влияний на пролетариат — связь с мелким хозяйством и наличие рабочей аристократии. Это налагало свой отпечаток на весь характер развития классовой борьбы рабочих ижевских заводов, создавая оппортунистические настроения верхушки, эсеровские и анархистские увлечения отдельных прослоек рабочих.
Все эти явления политической неразвитости рабочих и слабости в их среде революционного движения еще более углублялись общей отсталостью рабочих. Ижевск не только вдали от центра, но до самой войны не был связан с ним железной дорогой. От железнодорожной магистрали Москва — Свердловск он отстоит на расстоянии 30км, от пристани Гольяны на Каме — на 40 км и от бывшего уездного города Сарапула — на 60 км.
Однако эта отсталость ижевских рабочих в сравнении с рабочими передовых центров еще не означает, что пролетариат Ижевска представлял собой в революционном отношении сплошь темное пятно. Наряду с обеспеченной частью рабочих на заводах были широкие, слои чистых пролетариев, плохо Оплачиваемых. По тем же ведомостям 1910 г. при мастерских значатся ученики с оплатой в 31 коп. в день, „задельные" с заработком в 37 коп. и бесплатные ученики °. В эти ведомости не включены приезжие рабочие, работавшие на вспомогательных работах, как-то на транспорте, по доставке топлива и пр. Эта категория рабочих по своему положению не имела ничего общего с верхушкой высококвалифицированных рабочих и в противовес последней была весьма восприимчива к революционной „заразе". По докладу делегата V съезда советов народному комиссару внутренних дел рабочих группы „пролетариат в полном смысле этого слова" было 6О°/о 10. Нельзя ручаться за точность этой цифры, но она безусловно близка к истине.
Таким образом социальная база для развития революционного движения среди ижевских рабочих была, и при некотором отставании от передовых районов России рабочее движение шло по пути последних. Впервые среди рабочих ижевских заводов социал демократический кружок появился только в 1904 г. Кружок был очень малочислен, занимался исключительно пропагандистской работой среди своих членов. В связи с * 5
° Ижевский областной архив № 12320. д. № 310 о доставке сведений для, инспекторского смотра, 1910 г. /
«о А О Р, ф. 393, отд. 16, д. 49, листы 61—62. V
5 9
событиями на Дальнем Востоке и общим подъемом рабочего движения в России и на. ижевских заводах создались благоприятные условия для работы социал-демократов.
К лету 1905 г. социал-демократический кружок пополнился новыми приезжими работниками. Кружок проводит за городом в лесу ряд собраний с рабочими и ведет вербовку новых членов. Поражение царизма на Дальнем Востоке, сокращение работы ижевских заводов, повлекшее за собой безработицу и ухудшение положения рабочих, наконец развернувшаяся политическая борьба пролетариата России дали сильнейший толчок ижевскому рабочему движению. В октябре 1905 г. в связи с манифестом 17 октября состоялась первая массовая манифестация рабочих, в которой участвовало до 10 тыс. человек. В том> же 1905 г. была проведена первая всеобщая забастовка, давшая частичную победу рабочим.
В 1906 г. мы видим н первое крестьянское восстание против самодержавия в Удмуртии — в Мултане.
Самодержавие жестоко угнетало удмуртов, татар и другие народности края. Под знаменем креста шел неприкрытый колониальный грабеж широких масс туземного населения. Для травли удмуртов, разжигания национальной розни и ослабления этим путем сопротивления трудящихся царизмом было спровоцировано „мултанское дело” по обвинению удмуртов в человеческом жертвоприношении (1892—1896 гг.). Мултанское восстание 1906 г. удмуртов и русских крестьян показало, что трудящиеся разных народностей закладывают прочный фундамент союза для общей борьбы с эксплоататорскими классами. В то же время деятельность революционных рабочих Ижевска в первой революции и даже в период реакции среди населения окружающих сельских местностей укрепляла союз рабочего класса с основными массами крестьянства при гегемонии в классовой борьбе пролетариата.
Революционные массы, разбитые в 1905—1906 гг., не могли оказать активного сопротивления даже при всеобщей мобилизации, открывшей империалистическую войну, но. революционная школа 1905—1906 гг. не прошла даром. Накапливались силы для нового революционного натиска. Тяготы, которые наложила война на плечи рабочих и крестьян, ускорили этот процесс.
Война внесла много нового в положение ижевских рабочих и крестьян Удмуртии. Прежде всего сильно изменился состав рабочих ижевских заводов. Количество рабочих выросло в два с лишним раза. Из воинских частей сюда было откомандировано 8 447 бывших квалифицированных рабочих других заводов. Почти такое же количество рабочих составили крестьяне окрестных районов, оставленные при мобилизациях для работы на ижевских заводах11. Таким образом в политическом отношении ижевский пролетариат на 25°/0 усилился за счет притока рабочих, прошедших большую революционную школу на заводах центральной полосы России, части южных губерний и ю
Урала. Наряду с этим в среду рабочих влилась большая струят крестьян из зажиточно-кулацкого слоя деревни, так как именно верхушка крестьянского населения находила в ижевских заводах убежище от необходимости итти на фронт. Материальные возможности этих крестьян и практика протекции и взяток открывали им наибольший доступ на заводы. Понятно,, что этот' слой ижевского „пролетариата" не только был далек от революции, но и служил прямой опорой „порядка".
В положении рабочих точно так же произошли большие сдвиги. Вместе с оставленными на учете коренными рабочими Ижевска на заводе оказалось военнообязанных до 24 тыс. 11 12. Другими словами, абсолютное большинство рабочих на ижевских заводах были военнообязанные. Это создавало почву для введения администрацией заводов настоящего военного режима. За малейшее нарушение „порядка" рабочим грозила отправка на фронт, полевой суд. и пр. Самые мелкие „ проступки“• наказывались штрафами,, выговорами, стоянкой „под ружьем" ус пр. Увеличился рабочий день с 9 до ^З’/з часов, включая сверхурочную 4’/2-часовую работу. При устарелости оборудования заводов и отсутствии техники безопасности участились случаи увечий рабочих. Заработная плата не повышалась, а вздорожание продуктов систематически снижало жизненный уровень рабочих. Не довольствуясь этим, администрация ввела в феврале 1917 г. снижение расценок.
Все это порождало глухой ропот среди рабочих. Накапливалось возмущение, и в середине февраля 1917 г. оно вылилось под руководством большевиков во всеобщую забастовку. Представители меньшевиков были против этой забастовки. Один из них, Сосулин, по словам Короткова, предлагал работы не бросать, так Kai7 забастовка лишит фронт винтовок и поможет немцам побить русскую армию. Сосулин предлагал создать примирительную камеру из представителей рабочих и администрации и все вопросы передать на ее разрешение 13. Однако масса рабочих в большинстве оказалась на стороне большевиков. К тому же администрация в первое время не желала итти ни на какие уступки. Забастовка была в основном экономическая. К рабочим цехов примкнули и вспомогательные рабочие— лесорубы, привлеченные в качестве „непременных" работнике» для работы в лесу. Однако фронт забастовки дал трещины уже: на 2—3-й день. Прежде всего обнаружилась неустойчивость крестьянской части рабочих и верхушки основных кадров местных, рабочих: они пошли по мастерам с об'яснениями. Меньшевики вели соглашательскую политику. Появилась допо'лнительная1 вооруженная сила у администрации. В результате всего этого* забастовка была проиграна, и начались репрессии против рево-. люционных рабочих. В самый разгар этой расправы наступила.
11 Коротков, Февральская забастовка рабочих ижевских заводов.
12 Там же.
11
Февральская революция и вновь подняла настроение масс для дальнейшей борьбы. /
Империалистическая война больно ударила и по крестьянству. Сильная убыль рабочих рук, сокращение посевных площадей, .дороговизна на предметы первой необходимости, систематическая развёрстка нарядов на доставку овса и других продуктов для армии чрезвычайно ухудшили материальное положение крестьянкой массы. Особенно чувствительно удар пришелся по бедноте в связи с заготовками продуктов для армии, так как раскладка производилась по надельным душам. Самодержавие пыталось указами ввести голодную норму для трудящихся. В отношении глазовсхой уездной земской управы волостным правлениям от 7 сентября 1916 г. мы читаем: „Законом о мерах к сокращению потребления мяса населением, опубликованным 20 июня сего года в № 157 „Правительственного вестника^ воспрещен убой и продажа мяса и мясных продуктов в, горсудах и селениях в течение текущей войны по вторникам, средам, четвергам и пятницам каждой недели, причем определение еженедельного скота, подлежащего’ убою в уезде, возложено на земское собрание* 14.
Чтобы дать более наглядное представление об остроте экономического положения в крае, при&едем выдержки из доклада на глазовском уездном земском собрании 28 марта 1916 г. В докладе говорится „Постепенное в течение нескольких уже месяцев, вследствие военных обстоятельств, увеличение цен на все без исксючения предметы потребления, . а не только на предметы первой необходимости, ставит ныне человека, живущего одним жалованьем, в крайне тяжелое, критическое положение, ставит их в пбложение острой невыносимой нужды, в особенности семейных людей, с детьми или родными, живущими их иждивением... Обуть и одеть (не говоря уже о себе) становится возможным только для лиц, получающих доход от 100 и выше рублей в месяц" 13 14 15.
Тяжесть материального положения крестьян усугублялась несением всевозможных повинностей За 200 — 300 км в окружности ижевских заводов крестьянство было мобилизовано для работы в лесу. Крепостная повинность „непременных работ" была восстановлена. Местами на лесные заводские работы мобилизовалось все население в возрасте от 12 до 60 лет. Бремя военных повинностей вызывало острое недовольство крестьян. Крестьяне пытаются уклониться от выполнения нарядов по доставке фуража и довольствия. Это в свою очередь вызывает все более грозные распоряжения власти. В циркуляре вятского губернатора от 28 апреля 1915 г. земским начальникам говорится!
13 Коротков, Февральская забастовка рабочих ижевских заводов.
14 Ижевский архив, связка 155, дело глазовского уездного земского управления.
15 Т а м ж е.
12
„Всякая вялость, всякое промедление, всякое уклонение должно считаться в нашей борьбе с нуждой армии вовсе и вовсе грехом перед богом, преступлением перед государством, позором перед родиной. Принять, все меры к тому, чтобы имеющи-. еся запасы необмолоченного овса были обмолочены для продажи" 1 °. Каждому ясно, что о „продаже" было прибавлено только для прикрытия существа — реквизиции припасов по установленным государством ценам.
Наряду с попытками уклонения от выполнения нарядов^ по* доставке продовольствия и фуража начинается массовый отказ» от несения заводской повинности. По Ухтымской волости, Гла-зовского уезда, при выборе доверенного от возчиков „крестьяне на сходе выбрать доверенного отказались и заявили, чта они доверенного избирать не будут и возить дрова не пойдут совсем". Такими фактами пестрят все донесения волостных правлений земским начальникам. Фронтовики, прибывающие на побывки, поговаривают о том, что, вернувшись с фронта, они расправятся с теми, кто чинит.насилия.
Таким образом к моменту Февральской революции и в деи ревнях Удмуртии шло сильное брожение. Возмущение подни-г малось не только против царских чиновников, но и против верхушки деревни, которая благодаря деньгам умела избежать отправки на фронт, извлекала выгоды из заказов „военно-промышленного комитета" и в тоже время усиливала эксплоатацию* своих односельчан. Это создавало почву для развертывания классовой борьбы крестьянской массы против кулачества. В таком состоянии Удмуртия встретила Февральскую революцию.
Известие о падении самодержавия было встречено с большим подъемом. Началась кипучая политическая деятельность большевиков среди рабочих, поднималась с каждым днем все выше революционная раскачка в деревне. Массы ждали от революции мира, свободы, земли и восстановления народного хозяйства. Однако буржуазия, захватившая власть в свои руки в первые дни революции, не могла и не хотела удовлетворить требования рабочих и крестьян. Буржуазия была тысячами нитей связана с крепостниками внутри России и международным; капиталом. Поэтому временное правительство не только не шла на сколько-нибудь полное удовлетворение требований рабочих, но даже чисто буржуазные мероприятия проводило с большой оглядкой. Ряд крепостнических остатков в стране сохранился и после революции, и Временное правительство боролось за их неприкосновенность.
Массы с первых дней революции были в плену иллюзии „добросовестного оборончества" и доверяли Временному правительству и соглашательским партиям эсеров и меньшевиков. Однако опыт господства буржуазии и ее „социалистических" лакеев постепенно прояснял политическое сознание масс рабо-
16 Дело земского начальника 1-го участка' Глаз.овского уезда за 1915 г.
13й
чих и крестьян. Все больше росло влияние на массы революционного ядра пролетариата во главе с большевистской партией. Процесс перехода масс под знамя большевистских требований вплоть до свержения власти буржуазии и установления диктатуры пролетариата являлся процессом перерастания буржуазнодемократической революции в пролетарскую. Во главе этого исторического движения шел революционный класс — пролетариат, а за ним и под его руководством шло к революции беднейшее трудовое крестьянство. В центре процесс перерастания .шел значительно быстрее, чем на окраинах. Удмуртия была одним из районов, не слишком далеко отстававший от центра. Постараемся проследить процесс перерастания в этом районе.
Наиболее яркими показателями процесса перерастания буржуазно-демократической революции в пролетарскую являются: рост партии, борьба её за влияние в советах, борьба против аппарата буржуазной государственной машины, подготовка восстания и захват власти рабочим классом. Прежде всего о росте партии. В момент февральского переворота большевистская организация в Ижевске была разгромлена. Под арестом и отправленными на фронт оказались после февральской забастовки прежде всего наиболее активные, революционные рабочие во главе с большевиками. Слабость партийной организации не дала возможности охватить и направить по революционному руслу энтузиазм маге в первые дни революции. Меньшевики не подверглись такому разгрому, как большевики. Они и заняли 'руководящее положение в революционных организациях. Второе место после меньшевиков заняли эсеры. Большевикам предстояло начинать работу почти заново. Этой слабостью большевистской части социал-демократии в Ижевске и об'ясняется организационное объединение ее с меньшевиками в марте 1917.г. Впрочем объединение это было проведено лишь в формально •организационном отношении и ни в какой мере не отразилось на основном направлении политической деятельности большевистской группы. Различие в политических требованиях и в тактике большевиков и меньшевиков ярко бросается в глаза этот момент. Большевистской части организации нужно было еще некоторое время для того, чтобы разоблачить перед массами предательство меньшевиков, показать рабочим разницу между большевиками и меньшевиками, завоевать их на свою сторону, организационно оформиться и укрепиться в качестве самостоятельной партии и затем двинуться в быстром наступательном движении революции во главе широких масс.
Первое собрание социал-демократов было 12 марта. Присутствовало 60 чел. Избранными в состав комитета оказались 7 большевиков. Однако это не значит,что большевистское влияние среди социал-демократов было абсолютно преобладающим. Дело в том, что на это собрание большинство меньшевиков во главе с руководителями не явилось. К тому же даже в революционной части организации не для всех была ясна необходи-
Л4
элость самостоятельной работу большевиков. При голосовании предложения И. Пастухова оо отделении большевиков от меньшевиков собрание большинством голосов решило иметь общий комитет. В таком положении дело долго оставаться не могло. Работа в массах по основным политическим вопросам столкнула большевиков и меньшевиков в упор. Большевистский по составу комитет организации был конечно неприемлем для меньшевиков, поэтому первым их требованием было переизбрать партийный комитет. В начале апреля комитет был переизбран, в в него вошли три меньшевика. Так продолжалось до мая. В майской листовке большевики четко изложили свой взгляд на основные вопросы текущего момента: о войне и мире, о земле, об отношении к буржуазной власти, о рабочем дне, капитале и т. д. в заключение поместили письмо Ленина к крестьянам. Тогда со стороны меньшевиков началась бешеная атака большевистской платформы.
Партийный комитет для обсуждения этой платформы созвал общегородское собрание членов социал-демократической организации. В это время в Ижевске было социал-демократов уже около 3 тыс.. 17 18. При голосовании резолюций за большевиков подали голос всего 12 чел., за меньшевиков — около 5О°/о собрания. Большевики видели, что воздержавшаяся часть собрания колеблется, однако для них было ясно, что эта часть в дальнейшем в основной своей массе пойдет за большевиками. Нужно было только еще некоторое время, чтобы колеблющимся стала ясна предательская политика меньшевиков. 12 чел. твердо заявили о выходе из объединенной организации социал-демократии. Большевики в своих расчетах не ошиблись. Начался быстрый рост партийной организации, а вместе с этим усиливалось и влияние большевиков на массы. Уже в июле большевики насчитывали в своих рядах около 600 чел., и ижевская организация послала одного делегата ни VI съезд партии 1а, а в первых числах октября, к моменту созыва вятской губернской партийной конференции, состав большевистской организации Ижевска вырос уже до 749 чел. 19. Между тем в рядах соглашателей в это время шло разложение: раскололись эсеры на правых и левых и от меньшевиков откололись интернационалисты.
Одновременно с ростом партии большевиков и усилением ее влияния в массах происходит борьба организации за советы. В первый период после Февральской революции абсолютное большинство в советах принадлежало соглашательским партиям и примыкавшим к ним беспартийным. В мае и в июне партия проводит широкую кампанию в массах за перевыборы советов. Предложение большевиков .встречает широкий отклик в мас
17 Сергеев, Ижевск в огне гражданской войны.
18 Д р о к и н, Воспоминания старых большевиков. Ижевский архив.
19 „Октябрь и гражданская война в Вятской губ.**, стр. 78—79.
15
сах рабочих. Рабочие молотовой-мастерской выносят 19 июня 20 1918 г. такую резолюцию: „Против резолюции совета рабочих и крестьянских депутатов от 20 июня с. г. мы протестуем, потому что не было принято предложение о вынесении недоверия Временному правительству. Долой диктатуру буржуазии! Долой смертную казнь! Эту поправку просить проголосовать по всем мастерским ижевских заводов, а также поддерживаем свои прежние постановления о перевыборах исполнительного комитета и совета рабочих и крестьянских депутатов" 21.
Несмотря на поддержку рабочих, предложение большевиков о перевыборах было отклонено советом, в котором большинство все еще принадлежало соглашателям. Тогда большевики повели кампанию за отзыв мастерскими своих депутатов из совета и посылку взамен их революционных рабочих. В этом вопросе большевиков поддержали максималисты. В результате кампании большевики, левые эсеры и сочуствовавшие левым беспартийные в сентябре уже составляли большинство в составе совета.
Партия, объединяя массы вокруг гсвоих лозунгов, ведет с самой Февральской революции непримиримую борьбу с политикой Временного правительства и его органов на месте, выбрасывает из правительственных органов наиболее ярых контрреволюционеров, мобилизует вокруг этой борьбы массы, организует и вооружает их, с тем чтобы сбросить диктатуру буржуазии. Прежде всего идет чистка первого состава совета. С благословения меньшевиков и эсеров в первый состав совета попали представители администрации ижевских заводов; царские офицеры и чиновники, руководившие только за несколько дней до того расправой над рабочими в связи с февральской забастовкой. Царского пристава в качестве организатора и начальника милиции в Ижевске сменил торговец Афанасьев. На местах остались представители старой администрации, военные чины. Начало чистки от всего этого „хлама1* царизма было положено чисткой администрации заводов. 13 марта по постановлениям .рабочих были арестованы: полковники Волынцевич, Тарновский и Халютин, ряд офицеров, и по мастерским отстранены 9 мастеров, 10 надзирателей и надсмотрщиков. Чистка продолжалась и позже. С прибытием обратно из тюрьмы и ссылки на фронт наиболее революционного ядра рабочих большевики'добиваются чистки совета от представителей заводской администрации и устранения от должности начальника милиции Афанасьева. Новым комиссаром милиции был назначен беспартийный юрист Смирнов, а помощником к нему два большевика. Это была первая самая крупная победа большевиков. Иметь двух большевиков во главе милиции, состоящей из рабочих, значило иметь уже готовую воруженную опору для
->0 Дата революции: „19 июня" — опечатка; должно быть несколько позже.
21 Сергеев, Ижевск в огне гражданской войны, стр. 1 8.
16
революционной деятельности советов. Это наконец облегчало в будущем захват власти советами. В сентябре большевиками была организована из рабочих боевая дружина, переименованная в октябре в Красную гвардию. В сентябре исполнительный комитет, где руководящую роль уже играли в то время большевики, вынес постановление об отпуске с завода „500 штук винтовок, 75 тыс. патронов, 50 револьверов" для вооружения боевой дружины. Начальник завода отказал и обратился за помощью в ГАУ. Однако, пока начальник завода ожидал ответа, рабочие при поддержке местного гарнизона вооружились. Энергичная работа большевиков среди солдат местного гарнизона дала прекрасные результаты. Полковник Борисов — начальник заводов был советом привлечен к судебной ответственности за отказ в требовании совета. Суд присудил Борисова к году заключения. Таким образом к концу сентября в Ижевске власть фактически оказалась в руках рабочих, и эта власть имела солидную вооруженную опору.
Рабочий класс Ижевска закрепляет победу, распространяя свое влияние на рабочих и крестьян окружающих районов. Крестьянство, ожидавшее от революции мира, земли и свободы, их не получило. Вместо быстрого разрешения этих жгучих, неотложных вопросов крестьянам преподносили обещание созыва в неопределенном будущем Учредительного собрания. Тогда крестьяне перешли к разрешению этих вопросов сами. Солдаты массами дезертируют из армий, начинаются самовольные порубки лесов и захваты земель. При этом характерным для края было то, что частновладельческая пашня принадлежала здесь не помещикам, а главным образом хуторянам и отрубникам. Поэтому первые же захваты земель оказались направленными против буржуазии. Громились здесь также не столько помещичьи имения, сколько склады и магазины местных владельцев предприятий и торговцев. Таким образом предпосылки для перерастания буржуазно-демократической революции в пролетарскую ярко сказались на первых же этапах революции после февраля. Свое отношение к буржуазной власти крестьянство выражало отказом от выполнения распоряжений Временного правительства. Начиная с весны, возникают крестьянские волнения и самовольные захваты и запашки земель отрубников, и властям приходится, употребляв немало усилий для „прекращения самоуправных действий".
Однако наибольший размах крестьянского движения в крае был связан с выкачкой .Временным правительством продовольствия. В донесении от 22 апреля читаем: „Население Юринской олости, Сарапулского уезда, препятствует описи хлеба и организации волостного земства. Отправка в волость роты солдат вызвала массовые выступления крестьян, а расквартированный Сарапуле полк в связи с этим устроил митинг, арестовал командира полка и уездного комиссара и, продержав их ночь, «отребовал отмены посылки солдат. В Юрино отправлены пол-2‘ Кулацкая контрреволюция и Ижевское восстание. 17
ком вооруженные делегаты с целью следить за действиями солдат, офицера роты и начальника милиции. В настоящее время удалось склонить полк к передаче всех вопросов на рассмотрение совета солдатских и рабочих депутатов совместно с делегатами митинга. Для прекращения же беспорядков - в Юринской волости штабом Казанского военного округа, согласно просьбе губеонского комиссара, срочно командирована донская сотня из Екатеринбурга6
Это был не единичный случай, а массовое явление. В протоколе совещания уездных комиссаров Временного правительства по Вятской губернии от 24 июля мы читаем: „Ф. Г. Куимов указывает, что хлебная монополия роет яму для всех. Вооруженная сила, по его мнению, не поможет, ибо крестьяне давно уже заявили ему, что будут защищать свое право на хлеб с топорами и вилами в руках“2У.
Наряду с сопротивлением властям перед октябрьским переворотом проходит ряд погромов в Глазове, Елабуге, Ижевске тг'дръгд\де приезжее крестьянство и солдаты местных частей (те же крестьяне в шинели) громят купеческие склады и магазины. Воинские части становятся окончательно ненадежными.
Деревня жила под влиянием событий в центре и связывалась с местной рабочей организацией. Она признавала в революционном движении первенство пролетариата и на него надеялась. В качестве иллюстрации этого приведем документ, относящийся к началу октября 1917 г. В селении Лудорвае небольшая воинская часть не смогла выкачать хлеб, и при отъезде в Сарапул солдаты заявили, что обратно из Сарапула вернутся с ружьями, чтобы заставить крестьян молотить хлеб. На это крестьяне ответили: „Не больно стращай, мы и сами достанем на 500 чел. ружья из Ижевского завода, а молотить хлеб станем и вам не дадим"22 23 24.
Это влияние ижевского пролетариата среди крестьян после Февральской революции непрерывно усилитается. Требование партией большевиков безотлагательного разрешения земельного вопроса, вопроса о войне и мире, установления действительной свободы для трудящихся и восстановления народного хозяйства заметно увеличивает среди трудовых слоев крестьян сочувствие и доверие к большевистской партии. Ижевский пролетариат напрягает все усилия к созданию во всем Прикамье такой благоприятной политической обстановки, какая была перед Октябрьской революцией в самом Ижевске. В середине октября ижевские большевики добиваются созыва 2-й прикамской конференции в Сарапуле, где присутствовало .22 делегата от ижевского совета, из них 18 чел. были большевиками, 4 остальных по основным политическим вопросам поддерживали большевиков.
22 „Крестьянское движение 1917 г.“, издание АОР. стр.. 250. Сведения в Главном управлении по делам милиции.
23 АОР. ф. 398/1, д. 21, 1917 г.
24 Газета „Кама“ № 11, октябрь 1917 г, (Сарапул).
18
От остальных районов было большинство представителей соглашательских партий. Все же большинство и руководящая роль были обеспечены большевикам из Ижевска. Конференция вынесла постановления: 1) о признании Временного правительства органом, помещиков и капиталистов, 2) о необходимости решительных мер к устранению надвигающегося голода, 3) об установлении контроля над производством и частичной экспроприации капиталистов, 4) о конфискации всех видов.земельной собственности и передаче земли в руки советов крестьянских депутатов или другого органа, действительно демократического, крестьянского, независимого от буржуазно-помещичьего управления, для распределения среди трудовых масс крестьянства, 5) о немедленном мире без аннексий и контрибуций на основе самоопределения народов, 6) о признании предпарламента, созываемого в Питере, маневром буржуазии против революции. В заключение этих требований выносится постановление: „Все более обостряющаяся разруха продовольственная в стране и безнаказанность саботажа предпринимателей настойчиво требуют создания правительства, которое обеспечит власть народа, раскроет путь к завоеванию мира, земли и свободы. Признать необходимым созыв Всероссийского съезда советов для решения вопроса о государственной власти..." 2\
Нельзя представлять события в Ижевске и в окружающих районах вне связи с общероссийскими политическими событиями. Они тесно переплетались. На всякое политическое событие з центре массы в Ижевске быстро реагировали: волны революционной бури поднимались здесь как раз в такт с событиями в центре. Наконец местная партийная организация работала под руководством Центрального комитета. Все это однако отнюдь не умаляет активной революционной роли пролетариата и большевистской организации на месте. Такие организационные действия, как созыв конференции советов Прикамья, не только давали возможность партии шире связаться с трудовыми массами окружающих районов, но и уясняли дальнейшие революционные перспективы рабочему классу и крестьянству. В результате сочетания общеполитической ситуации в стране и революционной активности передовой части рабочих и крестьян Удмуртии во главе с большевистской организацией мы цмеем такие явления, как фактический захват власти большевистскими советами еще до октябрьского переворота не только в пролетарском центре — Ижевске, но и в таком крестьянском районе, где почти полностью отсутствовал индустриальный пролетариат. Речь идет о Глазовском уезде. По словам делегата из Глазова на 1 губернском съезде в Вятке „все население требовав, ло народной власти на местах и в губернии4* 25 2б. Опираясь на это,.
25 Ижевский архив, Воспоминания старых большевиков^ статья Галанова о II юго-камской конференции советов.
26 „Октябрь и гражданская война в Вятской губ.“, статья Г ородилова, Октябрь в уездах.
19
Н уездный съезд советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов, собравшийся 19 сентября 1917 г., вынес постановление о необходимости передачи власти советам.
Таким образом в городах и в деревнях Удмуртии к моменту Октябрьской революции почва для установления диктатуры иролетариата была подготовлена. В Ижевске 27 октября, по* старому стилю, на заседании совета, созванном в связи с переворотом, за большевистскую резолюцию голосовало 92 депутата, за резолюцию меньшевиков и эсеров — 58 депутатов, за крестьянскую — 11 и воздержалась от голосования солдатская: секция — 8 чел. Крестьянская и солдатская секции на вечернем заседании совета объявили о присоединении своих голосов к большевикам. Вопреки предсказаниям меньшевиков о неизбежности гибели диктатуры пролетариата из за реакционности крестьянства крестьянская секция в своей резолюции пишет: „Организующиеся силы буржуазной и помещичьей контрреволюции, прикрываясь знаменем Временного правительства, противодействуют переходу всей земли в руки трудящегося крестьянства, охраняя прибыли помещиков, и капиталистов. Временное правительство неспособно принять ряд мер в области хозяйственной — контроль над производством, распределением и т. д. Исходя из этого, ижевский совет поддерживает борьбу петроградского-пролетариата за власть и в свою очередь объявляет войну капиталу. Мы, крестьяне, все, как один встанем на защиту власти пролетариата и постановляем немедленный разрыв с политик ой доверия Временному правительству и считаем его низложенным" 27.
28 октября проводится в Ижевске массовая демонстрация.. Рабочие настолько горячо откликнулись на переворот, что при всей солидарности своих сил соглашательские партии в эти дни совершенно незаметны. Совет организует аппарат управления, переходит к разрешению экономических вопросов и к экспроприации крупных капиталов, находящихся в банке, а потом и частных предприятий.
Значительно труднее прошла советизация в других районах, находившихся вблизи Ижевска. В Сарапул, Воткинск и целый ряд других пунктов ижевским рабочим пришлось послать вооруженные силы, чтобы помочь местному революционному пролетариату захватить власть в свои руки. Труднее всего было установить власть советов в сельских местностях. Ноябрь и декабрь проходят в волостях в борьбе за установление советской власти. Малочисленность передовой революционной части деревенской бедноты и ее недостаточная организованность оттягивали победу советов. Как типичный пример борьбы бедноты за советы приведем отрывок из протокола председателя ежевского волостного земства: „Декабря 21 дня председатель ежевского волостного земского собрания Васильев, явившись в.
07 Сергеев, Ижевск в огне гражданской войны, стр. 24.
20
волостную управу на очередное зёмское собрание, созванное для рассмотрения сметы расходов на 1918 г., нашел, что помимо гласных в зал собрания явилась толпа крестьян во главе с солдатами, объявившими себя большевиками, которые подняли шум, угрожали разгромом собранию и членам управы, потребовали участия в собрании с правом решающего голоса, затегл приступили к своим постановлениям. А потом постановили: .собрание в числе 38 гласных распустить, привлечь к ответственности скандалистов, о которых поручить управе составить список, о чем и сообщить подлежащей власти**28. j
Можно было протестовать, кричать о „насилиях" большевиков, взывать о помощи, но остановить революцию не могла никакая сила. За первыми революционными кадрами деревни шли ьмассы бедноты и часть середняцкого слоя. За земством оставалась поддержка небольшой кучки местных богатеев. Советы побеждали, создавали первые боевые дружины и переходили к реализации постановлений II съезда советов.
.11. Кулацкая контрреволюция.
Таким образом процесс перерастания буржуазно-демократической революции в пролетарскую происходил как в городах, тан и в деревнях Удмуртии, но в последних он отставал и принимал затяжной характер. В первые месяцы после установления диктатуры пролетариата- власть продолжала оставаться в руках земства, и только к началу 1918 г. она переходит к советам. Такое запоздание советизации деревни имело своим последствием то, что ряд самых неотложных мероприятий не только социалистических, но и по расчистке остатков крепостничества сильно задерживался. Поэтому классовая борьба бедноты с кулачеством наиболее остро развертывается только в начале 1918 г.
Первые шаги советской власти, направленные в пользу бедноты в деревне, вызвали яростные сопротивления со стороны кулачества. В качестве яркого примера развертывающейся борьбы за установление советской власти приведем случай в селе Дебессах, Сарапульского уезда. 7 декабря 1917 г. в село приехал из Казани партиец, местный уроженец Андронов, в то время бывший на советской работе. У себя на родине Андронов повел большую организационную работу среди бедноты. Это понятно беспокоило местное кулачество и эсерствующую интеллигенцию. Под руководством этой интеллигенции и был составлен заговор против Андронова. Андронова заманили в дом лесничего, где симулировали насилие Андронова над женой лесничего. Для расправы над „насильником" была созвана набатом вся деревня. Убийство Андронова кулачеством и эсерствующей интеллигенцией заслуживает особого внимания с точки зрения
191?Л Ижевский архив, связка 168, дело вазовского земского управления за
21
уяснения контрреволюционной роли одного из пережитков: родового строя удмуртской деревни, так называемого „кен^ш“ (совет старшин). Этот орган состоял из глав семейств „кузё-" и ведал административно-хозяйственными и судебными делами общины. В отдаленном прошлом, когда удмуртское крестьянство было классово однородным, не диференцированным, „кенеш" позволял удмуртской деревне избегать вмешательства русских властей во внутриобщинные отношения. Этот же орган помогал слабым хозяйствам в нужде, при стихийных бедствиях" -и т. п. Тогда „кенеш" играл прогрессивную роль. ‘В классово диференцированной удмуртской деревне „кенеш" стал прямым орудием верхушки деревни, при помощи которого кулачество’ расширяло и закрепляло кабальные отношения в деревне. Не-писанные постановления „кенеша", облеченные в мнимо демократическую форму, являлись законом. В период установления и укрепления диктатуры пролетариата кулачество использовало „кенеш" в своих контрреволюционных целях. Убийство Андронова в присутствии деревни нужно было контрреволюционерам для „народной" санкции этого поступка.
„Кенеш" наряду с прочими буржуазными организациями сыграл безусловно крупную контрреволюционную роль на первых же порах установления советской власти в Удмуртии. В ряде районов сильно тормозился переход к советской системе,, в других — в советы пробирались кулаки. В результате этого уже в докладах с мест на IV уездном съезде советов в Глазове,, открывшемся 20 января 1918 г., положение в деревне рисуется, в таких чертах.
Представитель Пудемской волости: „Твердая власть должна; опираться на все классы... нам нужна всенародная власть, признанная всеми классами, нет закона — нет твердой, власти".
Представитель Лудошурской волости: „У нас власть—волостное земство. Организуются особые комитеты, которые будут работать совместно с земством".'
Представитель Люмской волости: „Продуправы ничего не делают. Земельный комитет на бумаге, председатель комитета— скупщик льна... кулаки хлеба не дают".
Представитель Ключевской волости: „Хотели описать хлеб',, богачи не дают этого делать и припрятывают. Устроили деревенское, собрание, но его богачи разогнали".
Представитель Быковской волости: „Верховодят кулаки";
Представитель Веронинской волости; „Послан земством—советов нет".
Представитель Ухтымской волости: „Власть у земства. Наши выборные люди не признают общего совета, а больше ведут совет со священником и мелким, капиталистом".
Представитель Леденцовской волости: „Управа ничего не делала, выдавала незаконные удостоверения, допускавшие спекуля.-цию". 1
22
Представитель Афанасьевской волбсти: „Бедноту гонят! „Ты ничего не знаешь", а правят, у кого борода пошире и карманы потолще".
Представитель Сардыковской волости: „Я от управы волости, или, как ее у нас называют, „самоуправы". Хртели принять дела от управы, но тут от комиссара бумага—брать нельзя".
Представитель Георгиевской волости: „Земская управа держит власть. Хотели переизбрать, но не дают. Сведений о IV с'езде в волости не было. Узнал случайно, собрал собрание, и его прислали сюда".
Лодянкин жалуется на отсутствие газет, кроме большевистских. Раньше бывали всякие. Протестует против нынешнего правительства, наложившего узы на печать. Красная гвардия . получает деньги, ничего не делает, чтобы воля народа решалась снизу,, а не сверху, кучкою людей. Открытым голосованием нельзя избрать твердой власти, таковая может быть избрана только на чисто демократических началах путем тайного голосования.
Представитель земства Мельников: „Земство призвано служить народу. Справляли 50 лет нашего земства, так как оно является единственным светочем народа. Земское собрание постановило: в тех местах, где не платят, подати, закрыть школы. В 10 волостях закрыты все школы, именно в тех, которых хотят жить на чужой-счет. Так вот оно—народное право, если оно так пойдет, то все погибнет*2!).
В этом документе еще не отразилась та острая классовая борьба, которая развернулась в деревне 'несколько месяцев спустя, когда беднота под руководством парторганизации начала наступление на кулаков, стала выгонять их из советов, брать на учет запасы и пр. Пока кулачество, еще не чуствуя за собой ‘ достаточной силы для вооруженного выступления, пытается приспособиться к новой системе, пролезать в советы и под личиной советской демократии продолжать эксплоатацию масс.
Летом 1918 г. мы уже видим систематические выступления: кулаков против советов. По тому же Глазовскому уезду в>ифбр-мационных сводках мы читаем в июне:„К настоящему моменту положение^, сводится к следующему: на местах идет борьба с деревенским кулачеством., которое. уклоняется от уплаты наложенной контрибуции, отказывается сдавать излишки хлеба на ссыпные пункты для удовлетворения бедноты, вздувает цены на хлеб и старается продавать на сторону по произволь-' ной цене". „Конфликт обострился, когда местные исполнитель-аые комитеты настаивали на проведении в жизнь декретов центра и местных распоряжений. Зарвавшимся кулачеством были сделаны перевыборы состава волостного исполкома комитетов, куда вошли приспешники, прихвостники кулачества...
29 Дело глазовского УИК за- 1918 г. по описи № 425.
Энергичное и своевременное вмешательство исполнительного комитета положило конец контрреволюционным намерениям*3*.
„От Быковской волости 26 июня во время приемки лошадей в армию явилась большая толпа, состоящая из местного кулачества, их прихвостней и контрреволюционного элемента, оцепила здание исполнительного комитета, часть из толпы ворвалась • здание исполнительного комитета, проявила грубое насилие к составу исполнительного комитета и арестовала его. Председатель снабжения бедноты Кобликов озверевшей толпой был избит до полусмерти и почти мертвым брошен в реку, но в тот же момент был вытащен и уведен в здание исполнительного комитета „для ответа*. Избиты члены ревизионной комиссии Саломатов и Ченцов. Толпа требовала растерзать состав комитета и служащих, но это намерение отложила до следующего дня. Прибывший 27 июня коммунистический отряд под командой товарища Филялиста был встречен выстрелами. Ответными выстрела-ми несколько человек из толпы было убито и ранено. Толпа черносотенцев рассеялась и скрывается в лесах. Делается облава, производятся аресты и принимаются репрессивные меры воздействия. Порядок восстановлен, хотя волость объявлена на военном положении. Выступление это было сделано на почве контрреволюционных замыслов р как протест против реквизиции и монополии хлеба.
В Нижнеуканской волости кулачество препятствовало реквизиции излишков хлеба и в знак протеста устроило демонстра-цию"31-
7 июля население Балезинской волости, собравшись в селе Балезино в числе около 1 500 чел., единогласно постановило: Деревенские комитеты и делегатов волостного совета упразднить, обязанность их возложить на сельских комиссаров. Все вопросы должны обсуждаться волостным сходом —всеми домохозяевами волости, а не одними делегатами, так как одни делегаты, нужды населения не зная, действуют против^соседей и самоуправления. Наложенной на разных Лиц чрезвычайный налог по Балеэнн-ской волости сложить, взысканные деньги возвратить обратно по принадлежности, арестованных Хайкина и Мотошкова освободить, на которых возложить доставку хлеба для бедного населения. Причем никаких препятствий к свободной торговле какими бы то ни было товарами в Балезинской волости не иметь, друг друга не обижать... Учрежденные должности военных комиссариатов упразднить...“32.
В донесении милиционера’ относительно этого собрания говорится, что сход избил Косаткина за его выступление,в защи* ту советской власти, после чего .поставили десятских и никого
so Дело глазовского УИК за 1918 г., копия донесения в^комлссариат внутрен" них дел от 26 нюня 19*8 г.
si Т о ж е от 3 мюля.
32 Ижевский архив, дела глазовского УИК за 1918 г,, связка № 1.
24
ие отпускали уходить, а заставляли силою подписываться на кание-то постановления"33.
Достаточно этих документов. Они ярко вскрывают‘характер борьбы против советов и требования кулачества. В августе этих выступлений еще больше, при этом почти везде они идут под флагом широкой народной демократии. Всюду происходят убийства и избиения советских работников, организуется масео-вое сопротивление реквизициям и пр. Волостные собрания принимают декларации, несомненно инспирированные извне, о неподчинении распоряжениям советской власти.
Приведем для примера красноречивое постановление игрин-•ского волостного собрания от 20 августа:
„... Собрание постановило поддерживать советскую влаеь только в том случае, если будут осуществлены полное равноправие всех граждан без различия ‘классов, вероисповедения и состояния, начала свободы: свобода собраний ,союзов, слова, печати, вероисповедания и неприкосновенность личности и жилищ.
Обязательный Созыв Учредительного собрания на основании правил, выработанных бывшим Временным правительством. Мобилизация может быть только общая и то для защиты страны от внешних врагов, так как казачество не внешний враг, а такие же хлеборобы, как и мы. Обязательный референдум всех об‘явленных основных законов. В случае мобилизации вооружение и обмундирование должны быть доставлены на места, точно так же и организация отдельных боевых дружин.
Начальство боевых единиц должно быть выбрано из среды мобилизованных местных граждан.
1) Собрание постановило: агитационно-информационный отдел при волостном военном комиссариате до осуществления полной свободы печати не вводить...
3) Собрание постановило: вербовочный пункт по записи в добровольческую армию не устанавливать.
4) Организацию записей партийных ячеек отклонить.
5) Частичную мобилизацию офицеров, унтер-офицеров фельдшеров впредь до общей мобилизации не производить.
6) Волостному военному комиссариату не подчиняться-34.
В то же время в волостях появляются банды и делаются налеты на волостные исполкомы; в ряде волостей начинаются восстания и правильная борьба против красноармейских отрядов 35.
Кулацкую контрреволюцию с высоты амвонов благословляли допы, распуская всякие небылиц 4 о национализации женщин, о продаже России „жидам" и „немцам"; в Елабужском уезде икона* спасителя из соборной церкви „не пошла" в одну деревню потому, что там были большевики", и т. д.33.
м Т а м ж е.
34 Ижевский архив, дела глазовского УИК за 1918 г., связка № 1. ® Там же.
38 .Известия елабужского исполкома" от 5 сентября 1918' г.
25
j
Восстания в Ярославле, выступление чехо-словаков и ряд других контрреволюционных вспышек этого периода укрепляют надежды кулаков Удмуртии на близкое падение советской власти. Их контрреволюционные выступления поддерживаются и возглавляются эсерами, членами крестьянского союза и меньшевиками, имеющими связь с деревней. Они, используя экономические трудности того времении для травли советов, проникают в самые советы и там ведут разлагающую работу. Такие восстания, как юсовское и святогорское, были организованы волостными исполнительными комитетами. В Вавожской волости командиром вновь организуемых повстанческих частей „народной армии** оказался военный руководитель при вике. Устанавливается просочившимися в советы контрреволюционными элементами система провокационных действий.
В донесении (сводке) политотделу 3-й армии политического представителя особой бригады в Гординской волости, Глазов-ского уезда, уже занятей противником, читаем:,, Дело . доходит до того, что когда, крестьяне, у которых сыновья—коммунисты и на фронте, протестовали против подвигов чернохолуницкого исполкома, который во главе с председателем, бывшим волостными старшиной, притеснял бедноту, снабжая себя и партячейку „без всякой нормы мануфактурой, то их как ,.контрреволюционеров** и за ..противосоветскую** агитацию исполком передал Путиловскому полку для... расстрела. Конечно полковая комиссия, рассмотрела дело, освобидила их всех**37 38.
’ При перераспределении чрезвычайного налога в ряде волостей Слободского уезда под нажимом кулаков в плательщики попали все середняки. Лиц, неспособных внести налог, арестовы-валй, имущество конфисковывали, забирали даже такие необходимые предметы, как самовары, горшки и т. п. (нередко орудовали бывшие стражники, имевшие большую практику по выкачиванию налогов еще при самодержавии). В одной деревне неплательщиков выводили из деревни, приставляли револьвер „ко лбу“... „'завязывали глаза и стреляли над ухом, после1 чего получалось обещание внести налог (в Глазовском уезде секли розгами). До. сих пор, особенно в Глазовском уезде, не забыты истязания и другие преступления, совершенные представителем! уральского облсовета Троновым, посетившим эти места осенью и зимою 1918 г. и немало содействовавшим своим поведением, росту контрреволюционного движения в Глазовском и Слободском уездах, а также смежных е ними частях Пермской губерний. Чтобы бороться с этими безобразиями, нужны. силы“ ;!s.
Для дискредитации перед трудовыми, массами Красной гвардии контрреволюционные элементы организовали-шайку бандитов, грабйвших крестьянское население. Эти банды называли себя красногвардейцами и на рукавах носили красные повязки.
37 Архив Красной армии, д. № 215—019 доклад политотдела 3-й армии:
38 Та м же. ' .
26
„Шайки негодяев, самозванцев, называющих себя красногвардейцами,—писала газета сарапульского уика,—производят убийства и грабежи в уезде, а деревенские кулаки, все темные силы стараются использовать, чтобы бросить темное пятно на советскую власть. Ha-днях такая шайка объехала ряд вотских деревень... - и конечно порядочно поживилась, перепугав все население* ".
Для защиты от бандитов крестьяне вооружались. Сохранились постановления волисполкомов, требовавшие от уездных исполкомов оружия для раздачи крестьянам через сельские комитеты безопасности.
Таким образом и у кулачества оказался формальный повод, для вооружения: контрреволюционная провокация приносила ему одновременно две выгоды.
Наряду с этими провокациями на настроение отсталых слоев-крестьянства оказывали- немалое влияние ошибки, допущенные местными партийными организациями в проведении мероприятий советской власти. Больше всего серьезных ошибок было сделано в области национальной политики, ликвидации остатков крепостничества, обложении чрезвычайным налогом и методах выкачки продовольствия. В районе, где живы, были в памяти такие факты, как „мултанское дело" (1892—1896 гг.), правильная классово выдержанная национальная политика должна была бы сыграть колоссальную роль в использовании революционных возможностей широких слоев крестьянства угнетенной национальности. Однако местные партийные организации отмахивались ог этой проблемы, недооценивали ее значения. Даже по пролетарскому центру области до самого отступления из. Ижевска колчаковской армии документы не сохранили никаких следов работы в области национального вопроса. В уездных организациях оправдывали свое безразличие и бездеятельность тем, что конституция дает-де равноправие трудящимся всех национальностей и что организация с распростертыми объятиями примет в свои ряды революционеров из удмуртов... только их нет. Они забывали, что одной ссылки на декларацию советской власти недостаточно,-что нужна с их стороны конкретная помощь отсталому удмуртскому крестьянству. Этим самым парторганизации отказывались от руководства национально-освободительным движением и фактически передавали его в руки идеологов и политиков.туземной буржуазии. А потом, видя национальное движение под руководством буржуазии, местные работники вели борьбу с ним и создавали в отсталом крестьянстве представление, что советская власть идет против национального освобождения. Понятно, что этот недостаток местных парторганизаций широко использовался с контрево* люционной целью местным кулачеством, духовенством и эсерами.
39 Газета „Труженик" № 33, апрель 1918 г.
27 s
Насколько национальное движение было развито, видно из тгого, что, начиная с середины 1917 г., по отдельным уездам «области были проведены ряд съездов и конференций основной национальности и объединенные съезды и конференции ряда народностей, населявших Вятскую и Казанскую губернии. На этих съездах и конференциях представители волостей выступали от имени крестьянства с рядом национальных требований. С 1917 г. развертывается печатное дело на национальных языках (газет, журналов и брошюр), организуются первые культурно просветительные кружки, первые национальные школы и т. д. Появляются национальные воинские части. Вот на этих то важнейших участках командное положение и заняли контрреволюционные элементы от попов до правых эсеров включительно. Только в 1918 г. появляются в этих организациях отдельные работники-коммунисты и советски настроенные работники.
Чтобы проследить использование национального движения контрреволюционными элементами, приведем несколько документов.
Газета „Виль-Синь" в номере от 25 января 1918 г. пишет, что торжественно, с молебствием открылась удмуртская конференция в Елабуге. По докладу о текущем моменте, отмечает газета, были большие споры между эсерами и большевистски настроенными делегатами. Абсолютное большинство съезда стало на точку зрения эсеров. По вопросу о земельных переделах, продолжает газета в следующем номере, конференция предлагает при недостатке земельных угодий в первую очередь выселять на новые места новожильцев „починков" (читай — ^русских и татар), при этом удмуртское население не распылять 40. Это постановление кулачество попыталось проводить iB жизнь.
По воспоминаниям отдельных лиц, в Елабужском уезде происходили целые бои между крестьянами деревень старых 1И новых, населенных разными народностями. Но это было пока лишь первыми шагами контрреволюции, свившей гнездо в национальных органах. В № 8 газеты от 16 апреля мы находим уже прямую травлю советов: „Когда появилась свобода,— говорится в газете, — мы были рады и думали, что действительно заживем свободной жизнью. Нам дадут землю, наши 'налоги пойдут на наши же нужды, по-своему будем молиться, по-своему будем просвещаться. Прошел год, ни того ни другого нет... Нас обманывали, чтобы тянуть за собой. Поставили нас в худшие условия, чем это было даже при Николае IIе.
Газета в дальнейших номерах призывает массы итти за попами и интеллигенцией. „Они — вожди в пути к светлому бу-Лф^Хему*. Пасхальный номер (11) печатает воззвание:
„Читатели газеты „Виль-Синь“... В этот великий день, забыв на время наши горести, без злых пожеланий друг другу, забыв
*. „Виль—Синь" № 2.
128
вражду, об'единимся. Богатые и бедные в об'единенном коллективе поможем друг другу!" * 41
В момент обостренной классовой борьбы, когда беднота в-деревне наступала на кулачество, когда это кулачество теряло свои важнейшие позиции, газета призывала к гражданскому миру между беднотой и кулачеством, апеллируя к традиции взаимопомощи, давно превратившейся в оружие экеплоатации кулачеством беднейшей массы крестьян. Нель призыва к классовому миру ярко выступает в следующей статьи этой же газеты. Вот вкратце ее содержание: .Хлебных запасов осталось мало. Их будут выкачивать везде. В удмуртских деревнях эта выкачка уже началась. Во всех деревнях есть беднота, нуждающаяся в хлебе. Если излишки от имущих возьмет государство, то беднота будет обречена на голод, так как государство* их .все равно продовольствием не обеспечит. Поэтому богачи должны сейчас же свои запасы распределять среди бедноты взаимообразно (подчеркнуто мною. — В. М.). Этот заем не пропадет, и бедные будут обеспечены. Вы, беднота, должны> за помощью обратиться к имущим. Они вам помогут. Не пытайтесь отбирать бесплатно или по твердой цене. Живите между собой в мире, договоритесь на „кенеше". Если будет между вами вражда, то останетесь без хлеба". В следующих номерах идут уже призывы организоваться, создавать боевые дружины, чтобы быть готовым на „всякий случай". Национальная контрреволюция, используя удмуртскую газету, довела политическую обработку до логического конца. Нас не удивит, что большинство работников этой редакции при наступлении чехов оказалось добровольцами белой армии.
Таков же был тон и других изданий на удмуртском языке. Яковлев выпустил брошюру по истории удмуртов в которой! теоретически („исторически") обосновывал отсутствие классовой борьбы в удмуртской деревне. Он отмечал, что вражда чужда природе удмуртской народности, и если сейчас имеюг место враждебные отношения среди удмуртов, то это—зараза, занесенная к удмуртам русскими. Появляются письма-наставления к удмуртскому населению от имени „группы наставников удмуртов". Эти „настаЕления** дают оценку текущих политических событий в эсеровском духе, призывают учиться и организовываться, создать удмуртскую автономную область, самостоятельно управляться, поддерживать „своих" торговцев, промышленников и пр. В них подчеркивается нереальность большевистских идей и самообман масс 42.
Наряду с идеологическими участками контрреволюционные элементы удмуртов заняли и командные посты вооруженных «ид. Они призывали создавать боевые дружины. Они же оказались и брганизаторами дружин и заняли командные посты в
* И. Я к о в л е в. Удмурт'ёслэн ваш кала улэмзы сярись, изд. 1918 г.
41 „Удмурт’ёслы гожтэм гожтэт (кыкетйэз) (первое письмо мною не найдено).
2»
рациональных частях. На с’езде советов 20 января 1918 г. представитель удмуртской роты 154-го полка в Глазове заявил, что ацачи роты не политическая борьба, а культпросветработа.-Ро все же, когда исполнительный комитет или совет будет в частности, то рота их защитит. „Рота поддерживает совет-"Д<ую власть потому, что власти иной сейчас нет** 43. Мотивировка поддержки советской власти удмуртской частью была /ольше чем подозрительна. Она очевидно означала: если по-Ррятся претенденты на власть кроме большевиков, националь-
часть, выражаясь дипломатично, советскую власть не подержит.
, Крупное значение имели и ошибки, допущенные в области „счистки „авгиевых конюшен" крепостнических остатков. Уезд-организации, пытаясь планомерно проводить эти мероприятия, все >,<е до самых кулацких восстаний 1918 г, оставили Нетронутым Ряд участков, где крепостничество „уживалось** ядом с советской системой. По данным дореволюционного ^ериода, в пределах Удмуртской автономной области лесных Массивов было 1192509 десятин, из которых в крестьянском Рдьзовании находилось всего 190911 десятин. Остальные леса Принадлежали ведомствам, — государственных имуществ, артиллерийскому, горному, удельному, посессионому и др., были 1астновладельческими z или составляли наделы заводских масте-
Oj3bix44. Таким образом, в лесном районе, где лесопользование •Р^еет в крестьянском хозяйстве крупное значение, крестьянство До революции было лишено лесов. Покупка леса обходи-с cfc> чрезвычайно дорого. Казалось бы, революция должна была 71ейчас же исправить это положение. Однако местные работники этого не сделали Вместо положительного разрешения Се.сного вопроса еще в августе 1918 г. отдел по управлению вазовским уездом доносит о самовольных порубках крестьяна-1 и лесов бывших частных владельцев, удельных и государственных как о ненормальном явлении, с которым надлежит ееСти борьбу решительными средствами45. Решение лесного Опроса затянулось в Удмуртии надолго, и он давал о себе рнать даже после об'явления Удмуртской автономии.
3 Таково же было положение с земельным вопросом. Глазовой уездный земельный отдел в своем докладе за август Sqjg г. пишет: „Предложено всем волостным земельным отде-ям*-- Представить сведения о всех землях, принадлежащих нёе церквам и частным собственникам, ныне подлежащих Р ц^слению в запасной фонд*'40. Насколько „революционны4 ^ыли темпы разрешения земельного вопроса глазозским уиспол-^омом, предоставляем судить читателю. Пока уземотдел „соби*
"^рЬкевский архив, дело глазовского УИК за 1918 г.
Справки взяты в Удмуртском облесоотделе. .
Дело глазовского УИК за 1918 г., информационные сводки.
Ижевский облархив, связка № 1, д. № 10, отчет глазовского уездпого едьного отдела с 19 по 28 октября 1918. г.
45
46
3еМ<-
30
рал сведения", о,тдел по управлению уездом регистр р „поправки*, которые революционная деревня „самовольно в сила в неторопливую политику местной власти. „По частным сведениям, — доносил отдел, — гражданами нанесен материальный ущерб единственному в уезде культурному участку мес ного протоирея Крекнина, зарегистрировано несколько случ е самовольных захватов сенокосных угодий в Гординскои - ' сти, по сообщениям лесничего, производятся самоволь Р с хищения леса и самовольные запашки расчищенных п т. д. “47.
Не были учтены местной властью и отдельные, иногда весьма своеобразные формы проявления остатков крепостничества в взаимоотношениях межнациональных. В том же 1 лазов к уезде татарская деревня Кестым собирала оброк с окружающего населения в радиусе нескольких десятков верст под видом уплаты за „пастьбу лошадей". Взимание этого ооро основывалось не на каких-либо земельных правах деревни г,ес* тым, а исключительно на терроре, на угрозе захвата лошаде _ в случае неуплаты оброка. Э-то был остаток феодального вла-дычества каринских мурз эпохи крепостничества. Оброк со и-рался татарской общиной, но большая часть его доставалас конечно маленькой кучке деревенских заправил. В апреле и г. в дер. Трубашуре удмурты устроили расправу над одним из верховодов деревни Кестым, приехавшим в Трубашур на праздник угощаться, как прежде делали феодалы. В ответ на зт верхушка селения Кестыма организовала целый поход на тру-башурцев, с винтовками, конницей, обозом и т. п., заставив трудовые элементы селения следовать за собой при пом экономического давления и традиции общинной солидарности дисциплины. Лозунгом этого похода, была, по словам одно г из невольных участников похода Касимова (ныне партийца;, „защита ислама против православия". Результатом похода оыло много человеческих жертв и разорение ТрубашуРа- Даже такой исключительный факт не помог местной уласти уяснить себе социальную сущность явления, вызвавшего конфликт, и не заставил ее принять необходимых мер к немедленному выкорчевыванию данного вида феодальных пережитков.
Грубейшие ошибки были допущены местными работниками и в раскладке чрезвычайного налога и в выкачке продовольствия. Политические сводки III армии пестрят указаниями а неправильное обложение в волостях чрезвычайными налогами. В Поломской волости 7 мая 1919 г. на собрании 9 деревень заявили что „обложение чрезвычайным налогом делалось количеству голов скота, причем было упущено из гим
богачи, предвидя реквизицию скота, продали его по дор ценам, оставив себе по одной лошади и по одной коров ,
47 Информационные сводки отдела управления, глазовским уездом за июль август и сентябрь 1918 г.
31
©ни попадают под обложение наравне с бедняками, взыскание налога с которых достигало 500 руб., так что им приходилось продавать для уплаты налога последний скот“ 48. В Селтин-ской волости распределение чрезвычайного налога прошло неправильно. Наложено много на бедняков и середняков 49 * и т. д.. „Налог реализовался, — говорит автор одной статьи, — по принципу круговой поруки. Из 200 тыс. руб., наложенных на Ста-роюмьинскую волость с 22 деревнями, 100 тыс. руб. пришлось уплатить двум вятским деревням: Верхней Юмье и Старой Юмье. Многие хозяйства должны были, чтобы выплатить налог продать живой и мертый инвентарь, например в деревне Верхней Юмье было продано 15 рабочих лошадей, или 18% от общего количества, коров 7 голов, или 15%, и овец 15 голов,, или 7%. Все продаваемое сбывалось за бесценок, потому что трудно было находить покупателей.
Контрибуции, накладывавшиеся за контрреволюционные выступления, убийства советских работников и т. д., а иногда и за весьма маловажные проступки населения, взимались не с кулачества, а с целых деревень, тем самым наиболее чувствительный удар наносился по бедноте и середняцкому слою деревни. Красногвардейцы московского'продовольственного полка „хлеб отбирали не у тех, у кого такового были большие запасы, а у всех, раскладывая по душам земельного надела"60.
Все эти искривления классовой линии отталкивали; середняка от советской власти и служили прекрасной пищей для контрреволюционной пропаганды.
Так, различными путями и средствами вело кулачество Удмуртии борьбу с советской властью летом 1918 г. Одних сил .кулачества было для этого разумеется, недостаточно. На помощь ему пришли колебания середняк, а эти колебания имели основной своей причиной не ошибки местных органов и не провокационные действия кулацкой агентуры. Основная причина колебания середняка в Сибири и в Приуралье изложена Лениным, в речи на заседании ВЦИК Московского совета и заводских комитетов от 8 ноября 1919 г. Ленин тогда сказал:
„Мы не могли дать крестьянам в Сибири того, что дала им революция в России. В Сибири крестьянство не получило помещичьей земли потому, что там ее не было, и потому им легче было поверить белогвардейцам* 51)-
На с'езде советов Ленин еще раз вернулся к этому вопросу и показал не только причины отхода середняка от советской власти, но и путь, по которому тот вновь и уже окончательно пришел к советам после уроков колчаковщины:
4* Архив Красной армии, д. № 210 756 л. 57—58.
4» То же, д?№ 196—461, л. 10.
w Хлыбов, описание восстания в Вавожской волости, Ижевский архив, дело с воспоминаниями.
«) Ленин, т. XVI стр. 371.
32
„Он (сибирский и уральский крестьянин.—В. М.),—говорил Ленин,- был недоволен большевиками летом 1918 г., он увидел что большевики заставляют дать излишек хлеба не по спекулятивным ценам, и он повернул на сторону Колчака. Теперь он посмотрел, сравнил и пришел к иному выводу. Он это понял вопреки всей науке, которую преподавали, потому что на своей собственной шкуре он научился тому, чего из науки не хотят понять эсеры и меньшевики. Он понял, что может быть только две диктатуры, что из них нужно выбрать одну: либо диктатуру рабочих, а это значит помочь всем трудящимся сбросить иго эксплоататоров, либо диктатуру эксплоататоров" и).
Но даже колебания середняка еще не создавали кулачеству достаточно прочной опоры для вооруженного восстания. Хронологически даты кулацких восстаний совпадают с чехо-словацким выступлением—выступлением международного империализма против советов, вдохновившим все кулачество России на борьбу против диктатуры пролетариата,—и с ижевским восстанием как крупнейшей местной опорой для кулацкой контрреволюции. Кулацкие восстания в Удмуртии были неразрывно связаны с развертыванием классовой борьбы летом 1918 г. в остальной России и с ижевским восстанием в крае. Кулацкая контрреволюция в деревне и контрреволюционное восстание в Ижевске тесно смыкались, взаимно поддерживали и усиливали друг друга, дополняли одна другое.
Для связи ижевской контрреволюции с кулацкими выступлениями в деревне были чрезвычайно благоприятные условия. Часть рабочих Ижевска, попавшая туда из кулацких слоев деревни в период империалистической войны, держала постоянную связь с деревней. Вполне понятно, что эта группа .рабочих-могла не только взаимно информировать контрреволюционные организации деревни и Ижевска и Воткинска, но и вести организационную работу, доставлять оружие в деревню и пр. Помимо этого нужно подчеркнуть, что значительная часть кулацкой прослойки на заводах состояла в партии эсеров. По линия партийной организации точно так же безусловно проводилась контрреволюционная работа в деревне. Достаточно указать, что в ряде волостей форма контрреволюционных организаций и характер их действий в точности копировали Ижевск. В Ижевске основным ядром контрреволюционного восстания был союз фронтовиков, где руководило бывшее офицерство. Аналогичные союзы фронтовиков появляются в ряде волостей под руководством таких же бывших офицеров и играют точно такую же роль, как в Ижевске и в Воткинске. Ряд резолюций, принятых перед восстанием в волостях Зуринской, Гыинской, Святогорской (одна из них приведена нами выше), совершенно однотипен и очень напоминает резолюции Ижевска.
«2) Там же, стр. 414.
3. Кулацкая контрреволюция в ятевопо® вэдт<*а.
Имеются факты и прямо устанавливающие такую связь. Предоставим слово одному очевидцу восстания в Вавожской волости—Хлыбову. В своем описании этого восстания он говорит: „В тот самый момент, когда решили такой важный вопрос, как восстание и вооружение (на общеволостном сходе 28 августа 1918 г.—В. М.), на сход прибыл из с. Б. Учи в сопровождении 2 солдат-повстанцев Б. Учинского отряда агитатор по восстаниям в волостях, агроном из с. Агырзи Шишеин, и, сразу взяв себе слово поставил вопрос ребром, что давать советам лошадей (в это время шла мобилизация лошадей для армии,—В. М.\ не надо, а что надо сейчас же вооружаться, а то ваша волость будет считаться врагом Ижевска и вооружившихся волостей. Выслушав это, собрание пришло к заключению—срочно вооружаться; выбрали делегацию для посылки в г. Ижевск за оружием и снаряжениям" бз) В этой выдержке речь идет не только о прямой связи восстания в Вавожской волости с ижевским восстанием, но и о наличии такой же связи между рядом других волостей. В этом же описании дальше рассказывается, как об'единились отряды белоповстанцев Нылги-Жикинской, Б. Учинской, Уватуклинской, СюмсинскоЙ и Вавожской волостей, как они образовали фронт против красных, а потом прибыла к этим отрядам небольшая партия ижевцев и взяла на себя руководство военными действиями.
Это были наиболее близкие к Ижевску районы. Но аналогичное явление мы видим и в более отдаленных районах Удмуртии, где происходили кулацкие восстания. Для илгострации возьмем святогорское восстание. Здесь была организация союза фронтовиков. Она взяла на себя инициативу восстания; использован был и волостной исполком, куда прошли кулаки. Сам председатель вика перед восстанием ездил в Ижевск за оружием. Уездная организация знала о подготовке восстания, но так умело была построена конспиративная деятельность контрреволюционных организаций, что посланные на место красноармейские отряды с полномочиями предупредить восстание не могли ничего сделать. Восстание вспыхнуло и быстро перекинулось в Юсовскую и Васильевскую волости. Связаться территориально с районом ижевских повстанцев святогорские не смо гли, оружие на 40 подводах было захвачено красноармейским отрядом т. Барышникова по дороге из Ижевска в Съягогорье. Ижевская .Народная армия" к северу до Святогорской волости добраться не смогла, и восстание Святогорского района было подавлено отрядами красных частей в месячный срок. Таковы факты, указывающие на связь между кулацкой контрреволюцией в Удмуртии и ижевским восстанием. Организованной революционной силы, которую партия могла бы противопоставить кулацкой контрреволюции в деревне, в Удмуртии в 1918 г. ока
м) Описание вавожского восстания Хлыбова, Ижевский архив, дело с в«еа«-мннаииями и материалами по парторганизации.
34
залось еще слишком мало. Отдел управления Глазовским уездом еще в октябре отвечал: „Безнаказанность, с которой разгуливают по уезду в некоторых волостях шайки белогвардейцев и черносотенцев, обгоняется исключительно отсуствием реальной силы в волосных исполкомах- 54). Организация комбедов развернулась только к ноябрю, местные партячейки точно так же появились лишь в этот период, а летом 1918 г., когда начались кулацкие выступления, отпор им пытались дать лишь отдельные единицы. Они или гибли, или подвергались избиениям. Так было в Балезинской, Понинской, Святогорской, Сям-Можгинской Вавожской и других волостях. Слабость революционных сил завала возможность успешнее действовать силам контрреволюции.
Ш, Ижевское восстание.
По установлении советской власти в Ижевске партия большевиков берется за установление диктатуры пролетариата в городе и в окружающих районах, проводит в жизнь ряд социалистических мероприятий. Исполнительный комитет берет в свое ведение склады оружия бывшие до сих пор в распоряжении заводской администрации, а 20 ноября в основные звения заводоуправления и в мастерские назначаются для контроля комиссары. Таким образом, в первый же месяц был установлен рабочий контроль над управлением заводов.
Однако шаги предпринятые советом, встретили сейчас же противодействие со стороны заводской администрации. Нача-тись конфликты между администрацией и рабочими организациями. Бывшие чиновники повели организованный саботаж, про-изводитильность труда на заводе упала. В таком положении производство находилось до января 1918 г. В январе на заседании общезаводского комитета была вынесена резолюция: „Общезаводский комитет, принимая во внимание, необходимость определенного сосредоточения власти в одних руках и сознавая всю серьезность ответственности за последствия своих распоряжений, постановил: взять на себя полную роль распорядителя на ижевских заводах и всю ответственность за таковую, о чем поставить в известность начальника завода и администрацию" б5.
Постановление общезаводского комитета было санкциониро-лано советом и проведено в жизнь. Администрация заводов возбудила ходайство об отмене постановления общезаводского комитета перед главным артиллерийским управлением, мотивируя свой протест неизбежностью подрыва производства. Главнее артиллерийское управление вызвало для об'яснений нового пред-
м) Информационные сводки отдела управления Глазовским уездом за октябрь 18 г.
w) Выдержка взята из брошюры Сергеева.
35
седателя заводоуправления и предложило ему передать управление заводами прежнему составу администрации. Рабочим Ижев-ска была послана телеУрамма, в которой они предупреждались, что в случае невыполнения распоряжения ГАУ завод не будет получать средств.
19 апреля на об'единенном заседании общезаводского комите—; та обсуждался вопрос о положении заводов. В прениях отме- , чалось, что за короткое время рабочего упраяления производительность труда вопреки всяким'пессимитическим предсказаниям старой администрации заводов повысилась с 50% выполнения программы до 70%. Соединенное заседание вынесло кате го- г рическое постановление о том, что ломка новой системы управления заводами, которая вполне оправдала себя на практике.» тяжелых условиях разрухи, унаследованной от старой дирекция,У едопустима и грозит окончательно разрушить заводы вв.
Одновременно с захватом рабочими управления ижевским» ? «вводами тоже самое было проделано в отношении частных фабрик^ Началось точно так же с установления рабочего кон- •• троля, затем на почве контроля стали возникать постоянные кон фликты, производство сокращалось, и наконец под угрозой * полной постановки работ 31 января 1918 г. исполнительный ко- '4 митет санкционировал постановление общезаводского комитет»^ о конфискации частных предприятий: «фабрик, имуществ и ка-1 питалов И. Ф. Петрова, Н. И. Березина и А. Н. Евдокимова" -1
Это были крупные денежные тузы, владельцы многих --до-] мов, недвижимостей и больших свободных капиталов, помиг| мо вложенных в предприятия. Рабочие фабрики выразили свод! отношение к конфискации приветственной по адресу совета »| общезаводского комитета резолюцией. 1
Эти мероприятия и захват банково-кредитных учреждений, за тем борьба со спекуляцией должны были вызвать беше-| вую ненависть собственников крупных и мелких предприятий*^ Очевидно эти мероприятия задевали и тонкую прослойку ра-*| бочей верхушки — рабочую аристократию, ибо уход хозяев^! от которых эта часть рабочих получила подачки, предвещал^ прекращение и прежней привилегированности их положения. |
Наряду с этими буржуазными и буржуазно-настроенными элементами в Ижевске было немало бывших офицеров и военный чиновников николаевского времени, а также лиц, прошедших! курс и учащихся в веонно-технической оружейной школе в| Ижевске. Ко ,всем этим контрреволюционным элементам нужней прибавить крупное число учетников военнообязанных из зажи-| тонного, кулацкого слоя деревни и бывших служащих в ад-| Ыинистративных органах полиции. Это была благодарная почв» для контрреволюционной пропаганды и организации; в даль-Я нейшем все эти группы могли развить весьма опасную для ме*Я
ев) По брошюре Сергеева. и) Там же
36 -
стной власти активность. Пока же они довольствовались саботажем, попытками дезорганизовать работу советов и промышленности. Однако основные массы рабочих, энергично, по-революционному взявшиеся за реализацию октябрьских завоеваний, показали, что они достаточно сильны для того чтобы сломить сопротивление классовых врагов и наладить организацию советов и промышленности.
Лозунги большевиков подхватывались рабочими ' массами, ж эсеры и меньшевики — агентура буржуазии — при всех своих стараниях подкраситься под революционеров успеха среди рабочих не имели. Эго — период наиболее успешного наступательного движения революции, продлившийся до 1918 г.
Успехи ижевской организации большевистской партии в этот период сказались не только среди заводских рабочих, но ж в окружающих крестьянских районах. Десятки агитаторов-рабочих при выборах в Учредительное собрание были посланы по деревням и в ряде районов, как отмечает Сергеев, деревни целиком отдавили свои голоса за список большевиков. * Влияние большевиков оказалось настолько сильным, что эсеровские агитаторы вынуждены были в некоторых волостях выступать в том духе, что разницы-де в программных требованиях между большевиками и эсерами нет. Но при всех этих успехах большевиков нужно подчеркнуть, что Антисоветски.настроенная часть населения оказалась, судя по поданным голосам, довольно внушительной силой. Из 24—26 тыс. голосов, поданных в Ижевске при выборах в Учредительное собрание, большевикам было отдано 14 тыс. голосов, остальные голоса разделились между другими списками, прежде всего между эсерами и меньшевиками, которым отдавали свои голоса в это время самые махровые черносотенцы.
К февралю 1918 г. соотношение классовых сил уже меняется.*** В докладе делегата V Всероссийского с'езда советов народно-му комиссару внутренних дел читаем: .Чем больше увольня-лось рабочих с завода (в связи с некоторым .сокращением про изводства и от*ездом рабочих, присланных на завод во время войны из других районов. — В. М.) с одной стороны, и с другой, — чем больше возвращалось на завод отставшихсГя не* у дёл. шептунов — правый эсеров и меньшевиков, тем заметнее менялось настроение рабочих масс в пользу правых*6®.
В этом же докладе совершенно правильно указана та мел-, кособственническая прослойка рабочих, которая легко становилась проводником антисоветских настроений в рабочую среду. Автор доклада, повидимому, несколько сгущал краски, определяет численное соотношение между подлинными пролетариями ж мелкобуржуазными элементами на заводе к моменту октябрьского переворота в 60 и 40%.
«) АОР, ф. 393 отд. 10, д. 49, л. 61,-62.
Вг связи с от'ездом мобилизованных рабочих и с систематическим скоплением в Ижевске контрреволюционных сил из цен' траг и. ряда других местностей, на чем еще ниже остановимся, соотношение сил меняется в худшую сторону. Для февраляц 1918 г, цитированный доклад дает соотношение основных групп ’ рабочих: 50 — 50%, а для мая — 40 и 60%. За точность этих? цифр конечно ручаться нельзя, но направление социальных:* сдвигов отмечено безусловно правильно. Об этом говорят ряд? показателей. Наиболее ярким из них является борьба за советы ? между большевиками и соглашательскими партиями. Уже при| февральских выборах в совет из 220 чел прошла */з беспартийных рабочих, в основной своей массе настроенных оппортуни-^ стически, и „значительный", как выражается автор доклада?прю"-^ цент правых. Между тем до февральских перевыборов в совете не было ни одного эсера и только 4 — 5 меньшевиков. В мае Новые перевыборы дали уже перевес соглашательским партиям^ Голосование проходит вяло, учавствуют только 20% избирателей. Иза170 депутатов — коммунистов оказалось 22. Большинство остальных — „беспартийные". На первом же заседании совет принимает эсеровскую резолюцию. За советскую власть, было подано 64 голоса и за Учредительное собрание 70, голо— сов. При этом даже 64 голоса были далеко, не'твердыми. К ре-; золюцищ предложенной фракцией коммунистов, со стороны, беспартийнных, голосовавших за эту резолюцию, были внесены^ поправки: „Признать власть совета народных комиссаров в том? случае, когда сами эти комиссары выполняют народную волю^ т, е. постановление ЦИК, выделенного Всероссийским с'ездок^ советов, и проводят в жизнь лишь его постановления, а не во-«| лю какого-либо комиссара"69. К пункту о признании декретов. проведение их в жизнь было добавлено: .Постольку, посколь-| *ку они (декреты) не идут в разрез с интересами рабочих най местах" 60. - \ |
После первого заседания совета, бывшего 27 мая, члены со-| вета пошли” по мастерским с докладами р создавшемся положе^ нии. Тут розовые надежды меньшевиков и эсеров нескольксй потускнели. Их расчеты на полную победу контрреволюцией^ ных настроений среди ижевских рабочих оказались нереальны^ ми. Основная масса рабочих по мастерским высказалась за сом веты. Из 29-мастерских 15 вынесли резолюции о признании сб| йетов. Эсеры и меньшевики, чувствуя недостаточность своей^ опоры в рабочей среде, предложили совету такое решение! .Принимая во внимание раскол между самими рабочими и не< возможность при таких условиях продолжать работу в испол-Ж нительном комитете, предложить старому составу исполнитель^® ного комитета продолжать работу в полном своем составе. Co3j| вать пленарное заседание комитетов социалистических партий
м) Сергеев, Ижевск в огне гражданской войны, стр. 48.
- Т а м е. .'.'/Ли
Ж '4Я
большевиков, меньшевиков и эсеров, после чего назначить заседание совета"61.
Об'единенное заседание партийных комитетов не привело конечно ни к какому положительному результату. ?Ja следующем заседании совета был избран исполнительный Комитет, в состав которого вошли: председателем правый эсер, член Учредительного собрания Бузанов, товарищем председателя бывший член земской управы Михайлов, меньшевик. Совет принял резолюцию о восстановлении местного земского самоуправления и послал делегатом на V Всероссийский с'езд советов меньшевика, бывшего члена Государственной думы, Астраханцева.
Партия большевиков в это время еще чувствовала в себе достаточно силы, чтобы дать отпор социал-предателям. Не только большинство мастерских своими резолюциями продемонстрировало поддержку советской власти, но* и вооруженная сила на месте — воинские части и милиция — была на стороне большевиков. Опираясь на эту силу бсльшевики арестовали главарей меньшевиков и эсеров. Массы рабочих к этому аресту оказались „глухи": никаких протестов с их стороны не после-давало. Для характеристики господствовавших на заводе настроений приведем резолюцию одной из самых крупных мастерских — сверильно-токарной. Общее собрание рабочих этой мастерской 17 июля вынёсло постановление: „Постановили единогласно вопрос (об аресте меньшевиков и эсеров. —‘В. М.) оставить открытым, так как от нашей мастерской арестованных нет"62. Ряд мастерских активно выступил на защит\ большевистского совета. Рабочие электростанции 27 июля вынесли резолюцию: „‘Депутатами избрать (отзывая своих новых депутатов. — В. М). Сафронова, как раньше избранного в совет, а вместо Мерзлякова как правого течения избрать Зворыгина (большевика)" 63.
Таковы факты, свидетельствовавшие об усилении влияния соглашателей к середине лета 1918 г. Как ни велика была роль происходивших изменений в численном соотношении основных групп ижевских рабочих, все же невозможно об'яснить отмеченный успех соглашателей только этими количественными изменениями. Наряду с ними несомненно происходили колебания в отсталых слоях рабочих, бывших настоящими пролетариями. Эти колебания выражались не активным выступлением против советской власти, а аполитичным отношением к происходившим событиям. В самом деле, при майских перевыборах в совет, по данным докладной записки, участвовало в голосовании всего около 25% состава рабочих. Эта аполитичность сказывается и в сокращении числа членов большевистской парторганизации. При отправке коммунистического отряда в ---------- Э
61) Сергеев, Ижевск ~ в огне гражданской войны, стр. 94.
й2) Там же стр. 50
63) Там же. ..j.
39
Казань 30—31 июля в количестве одной трети организации, в Ижевске, как отмечает Сапожников, осталось всего около 500 большевиков м.
Другими словами, к концу июля партийная организация насчитывала- лишь около 750 чел. Между тем к осени 1917 г. партийцев было столько же. Большевистская организация в численном отношении в последние месяцы перед восстанием не только не выросла, но даже немного убыла. Больше того, имеются определенные документы, свидетельствующие о случаях перехода из партии большевиков в партию максималистов, хотя эти факты отмечены только в отношении личного состава „Красной гвардии" 65. Все это служит несомненно показателем понижения авторитета большевиков в рабочих массах.
Колебания в отсталых слоях рабочих имели место прежде всего в связи с материальными трудностями, переживавшимися в Ижевске летом 1918 г. Рабочие собирали деньги и посылали своих представителей непосредственно на фабрики для закупки промышленных товаров. Сергеев в своей брошюре отмечает, что заводскому профессиональному комитету очень много приходилось заниматься вопросами приобретения товаров для рабочих. Вопрос снабжения продовольствием стоял еще острее. Планового государственного снабжения в Ижевске не былс, и рабочие сами закупали продовольствие непосредственно на местном рынке. В связи с выкачкой летом хлеба из деревень подвез продовольствия совершенно прекратился. Нельзя сказать, чтобы в районе не было хлеба, он был, но кулацко-зажиточная часть крестьянства его припрятала, а середняк, если и имел излишки хлеба, то в период сдачи хлеба по твердым ценам от вывоза на рынок воздерживался.
Наряду с этими экономическими трудностями небольшая прослойка рабочих была очевидно и непосредственно задета конфискациями и реквизициями. Из беседы т. Захарова с беспартийным рабочим Дмитриевым (из мастерской охотничьих ружей) мы узнаем, что „перед восстанием советы проводили мобилизацию людей и лошадей. Тогда, говорит Дмитриев, я имел лошадь, но она была в деревне, и в мобилизацию моя лошадь не попала. Мобилизацию лошадей проводили неверно, и мобилизация проводилась бесплатная. Этими обстоятельствами рабочие были крайне возмущены". Возможно, тут со стороны местной партийной организации были допущены и ошибки, ибо брали видимо не только выездных, но и рабочих лошадей.
Нужно полагать, что и сокращение рабочей силы на заводе задевало известные слои рабочих. Во всяком случае меньшевистско-эсеровский совет в своей декларации, опубликованной 28 июня (до ареста лидеров), играет и на этой больной струнке.
Сапожников, ижевско-воткинское восстание, „Пролетарская революция" № 8—9 за 1924 г.
65 Мы ставим в кавычки „Красную гвардию* потому, что речь идет о периоде ее разложения.
40
„Власть (советская,— В. М.), которая на словах обещала мир, хлеб, укрепление свободы, созыв Учредительного собрания в срок и регулирование промышленности,—говорится в этой декларации, - и на деле давшая наихудшую форму войны, голод, попрание свободы, разгон Учредительного собрания и массовую безработицу... должна уйти' ва.
Крупную роль в изменении политических настроений известной части рабочих сыграла и провокационная деятельность максималистов. В октябре 1917 г. в Ижевске была создана Красная гвардия. В то время это была боевая организация пролетариата, на которую опирался совет во главе с большевистской партией. Однако уже к февралю в этой организации стало чувствоваться сильное влияние максималистов. „Левые эсеры поддерживали большевиков в важнейших вопросах борьбы за советскую власть и социалистическое строительство очень условно и только до определенного момента. Чтобы иметь на своей стороне реальную силу, они поставили себе задачей — завоевать Красную гвардию. Усиленный приток туда максималистов и им сочувствовавших сделал свое дело. Красная гвардия сходит с классовых позиций. Максималисты, бессильные проводить свою линию в совете толкают Красную гвардию на ряд провокационных действий: она отказывается от подчинения совету, устраивает систематические грабежи, публично днем на улице расстреливает арестованных. На протест по этому поводу председателя совета Пастухова максималисты ответили: „Убирайся, пока не постигла и тебя такая же участь’.
В связи с распоряжением центральной власти о реорганизации Красной гвардии в красную армию Ижевский совет предложил Красной гвардии сдать оружие. Максималисты повели агитацию о том, что-де большевики сошли с классовой позиции и примкнули к меньшевикам, раз они выступают против вооружённой силы рабочего класса. Максималисты среди красногвардейцев имели успех: на общем собрании красногвардейцев было постановлено оружие не сдавать.
Конфликт между советом и штабом Красной гвардии, руководимой максималистами, затягивался все туже. Всякие попытки большевиков уладить этот конфликт мирным путем были исчерпаны. 9 мая совет выпускает воззвание, в котором излагает ход событий, дает яркую характеристику разложившейся Красной гвардии и в заключение намечает путь ликвидации максималистской анархии.
„Товарищи рабочие, работницы и крестьяне,— говорится в воззвании, до небывалых размеров дошла в нашем городе Ижевске анархия, самовольные обыски, аресты, грабежи и расстрелы без всякого разрешения судебно-следственной комиссии при народном ревтрибунале. Представители местной власти не имели никакого авторитета в глазах преступников, и сами
в® „Ижевский рабочий ‘ № 1; разрядка моя.
41
жестоко' платились за неоднократные попытки водворить революционный порядок в городе. Красная гвардия, идейная боевая единица, долженствующая первой поддержать власть советов и уничтожить всякие контрреволюционные явления... явилась преступной армией мародеров, грабителей и убийц. Следствие по важнейшим преступлениям последнего времени показало, что главные участники их есть красногвардейцы". Сообщив далее о распоряжении совета, расформировать Красную гвардию и передать ее оружие частям Красной армии, воззвание отмечает, „что Красная армия вместе с коммунистической партией большевиков немедленно подчинилась постановлению Совета, а максималисты и Красная гвардия, считая себя не обязанными подчиниться совету, решили твердо не сдавать оружия. Последнее необходимо было союзу максималистов для разгона совета и захвата власти в свои вооруженные руки. Все попытки мирно заставить Красную гвардию и союз максималистов отдать в распоряжение совета 2 орудия, бомбы и 7 пулеметов были тщетны. В настоящий момент, несмотря на все наружное спокойствие в городе... в Ижевск стягиваются из Сарапула, Елабуги, Воткинска и других" центров отряды бандитов. В этот самый момент мобилизуются спешно все местные силы идейных большевиков и приезжает в Ижевск Казанский сводный отряд моряков для немедленного водворения сурового революционного порядка в городе и передачи суду революционного трибунала всех преступников перед народом" 67.
Таким поведением Красной гвардии рабочие заводов были чрезвычайно возмущены. Ряд мастерских выносят постановления с требованием немедленной сдачи „красногвардейцами" оружия. Однако максималисты решили держаться до последней крайности. На ультиматум совета, угрожавший в случае неисполнения приказа о сдаче оружия открыть против „Красной гвардии’* военные действия, максималисты ответили подготовкой к вооруженной борьбе. Вооруженное столкновение стало неизбежным. Революционный штаб с 200 членов партии занял телефон, электрическую станцию и заводы. В этот самый момент прибыл из Казани отряд матросов с броневиками, орудиями и пулеметами. Начальником отряда был дан максималистам и штабу „Красной гвардии" пятиминутный срок для сдачи. Максималисты ответили уклончиво. Отряд матросов дал первый орудийный выстрел, а затем с заводских стен, броневика и с двух сторон улицы был открыт пулеметный огонь по зданию максималистов и штабу „Красной гвардии". Максималисты и „Красная гвардия" сдались. Было арестовано 120 чел.. Так лево-эсеровская авантюра была ликвидирована. Но мероприятия максималистов, вызвавшие негодование со стороны рабочих, были ловко использованы правыми эсерами и * 9
в7) „Известия Ижевского совета рабочих и крестьянских депутатов**
9 мая 1918 г.
42
меньшевиками. Социал-предатели, зная истинных виновников грабежей и анархии, умышленно указывали на большевиков-как на соучастников этих безобразий. Этот обман удавался тем легче, что большевики по ряду практических вопросов входили в соглашение с максималистами и максималисты были вовлечены в советы.
Таким образом, экономическое положение, ошибки местной партийной организации, провокационные действия максималистов создавали известную почву для влияния соглашательских партий на осталые слои рабочих. По мере накопления этих условий усиливается активность контрреволюционных элементов. Не располагая на месте достаточными силами для выступления, они лихорадочно укрепляют свои связи с деревенской кулацкой контрреволюцией и в то же время стремятся использовать под'ем общероссийской контрреволюции и опереться на главные силы белогвардейщины. Эти внешние связи ижевской контрреволюции мы и попытаемся сейчас проследить.
По частным сведениям основной архив эсеров и меньшевиков при взятии красными Ижевска был целиком уничтожен. При отсутствии прямых свидетельств документов приходится пользоваться косвенными фактами, которые дают возможность судить о том, каковы были связи ижевской контрреволюции с общероссийской и даже мировой контрреволюцией. Мы уже указывали выше, что в этом смысле очень показателен самый выбор момента выступления? Он совпадает с контрреволюционными восстаниями в Ярославле, целом ряде других пунктов Поволжья, в Приуралье и наконец с восстанием чехо-словаков. Это наводит на мысль, что ижевское восстание было предусмотрено как одно из звеньев цепи антисоветских выступлений. К тому же выводу мы приходим, анализируя программу и тактику ижевской контрреволюции, целиком совпадающую с программой и тактикой всех контрреволюционных выступленй того времени в других районах Советской России. Это единство контрреволюционного движения нашло свое внешнее выражение в признании Ижевском верховной власти самарского Комуча и в создании филиала этого Комуча в Прикамье. Больше того, когда перед падением Воткинска главнокомандующий „народной армией*' решил арестовать членов Прикамского комитета Учредительного собрания, то последние бежали в Уфу к своим собратиям по политике, а главнокомандующий „народной армией" был награжден за „услуги" перед родиной Колчаком орденом и чином полковника. Ижевская и вогкинская части, сначала боровшиеся за Учредительное собрание, потом, правда в ином составе (ижевская и воткинская дивизии), оказались лучшими частями колчаковской армии. Эти факты служат несомненным показателем того, что вся ижевская контрреволюция, начиная от махрово-черносотенного своего крыла и кончая эсерами и меньшевиками, была в своей деятельности
43
связана с общероссийской и мировой контрреволюцией и интервенцией.
От этих косвенных показателей перейдем к конкретным фактам связи. Месяца за два перед восстанием в ижевскую эсеровскую организацию были командированы два члена ЦК эсеров Иванов и Тетеркин, которые оставались в Ижевске до ликвидации восстания.
Бузанов, вождь местных эсеров, в то время из-за некоторых разногласий вышел из местной партийной организации, но в партии оставался. Члены ЦК эсеров убедили Бузанова войти вновь в ижескую организацию и взять на себя руководство. Член Цк Иванов поставил на одном из заседаний вопрос об организации боевых дружин.
«.Организацию этих дружин поручили Бузанову. Началась лихорадочная военная подготовка эсеров. В качестве начальников было Бузиновым выделено до 30 чел. Эсеры доставляли оружие через бывших владельцев фабрик охотничьих ружей, затем по частям оружие выносилось из завода. Оружейная мастерская для сбора винтовок из частей была организована при клубе эсеров. Эсеровские дружины для учебной стрельбы ходили в лес за город. Таким образом, эсеры усиленно готовились к вооруженному выступлению по указке своего ЦК.
В контрреволюционной политике с эсерами блокировались меньшевики, взявшие на себя обязанность идеологической обработки масс. Однако нельзя себе представить дело так, что меньшеВИкИ находились в блаженном неведении о той боевой контрреволюционной подготовке, какую вели эсеры. Связь меньшевиков с всероссийской и международной контрреволюцией Устанавливается тоже достаточно точно. В середине ноября 1918 г. на екатеринбургском совещании членов Учредительного собрания было вынесено постановление командировать за границу для информации Западной Европы и Америки делегацию. В состав этой делегации был включен в качестве представителя от рабочих, понятно не без согласия меньшевиков, Бузаиов. В связи с колчаковским переворотом план не удался Большинство из намеченных в делегацию лиц выехать не смогло.
Плац информационной поездки за границу удалось осуществить только осенью 1919 г. Это была поездка делегации от „профсоюзов", состоящей из социал-предателей. В составе делегации оказались и представители Ижевска и Воткинска. За границей делегаты выступали перед „обществом", рассказывая на собраниях и митингах об „ужасах" большевистского режима. 0 мае 1920 г. делегация навестила одного из лидеров меньшевизма —»Аксельрода. По словам Уповалова, одного из членов делегации, считавшего колчаковщину в сравнении с большевизмом меньшим злом, /Аксельрод „не только не выразил нам (колчаковским меньшевикам. — В. М.) никакого порицания, а счел важной и нужной нашу информацию для западноевропей-♦4
ского пролетариата, и просил нас издать брошюру с более подробными описанием всех фактов несчастной действительности, переживаемой несчастным русским народом" 68.
Таким образом, факты вполне убедительно говорят за то, что ижевское восстание являлось одним из звеньев развернувшейся летом 1918 г. антисоветской борьбы контрреволюции всех мастей. Ижевск безусловно был намечен в плане выступлений контрреволюции как один из важных в военном отношении участков. Помимо военного Ижевск имел и крупное политическое значение для белогвардейхцины в России и за границей. На ижевском восстаний можно было спекулировать, доказывая зарубежному пролетариату, что и рабочий класс восстает против большевиков. Но раз ижевское восстание входило в план общероссийской контрреволюции, то вполне понятно, что из центра должна была вестись и подготовка этого восстания. На деятельности эсеров мы это уже видели. Но помимо эсеровской организации параллельно с ней и в полном контакте шла подготовка сил контрреволюции по другой ливни. В последние месяцы перед восстанием на завод в качестве рабочих проникло, как указывает Сергеев, до 200 бывших офицеров. Одновременно с наплывом этой махровой белогвар-дейшины организуется союз фронтовиков. Союз, организованный в начале 1918 г., прикрывал свои истинные цели задачей защиты материальных, правовых и культурных интересов своих членов, участников империалистической войны. Под этим флагом союз фронтовиков легально существовал до самого восстания. Устав союза допускал членство всех участников имгериа-листической войны независимо от их социального положения. Это и давало возможность накапливающемуся офицерству и легальных формах готовить исподволь контрреволюционный переворот. В 2—3 месяца союз целиком оказался в руках офицерства. Эсеры и меньшевики установили контакт с этой организацией и помогали офицерству овладеть остальной массой союза фронтовиков. Количество членов союза по данным Сапожникова достигало 4 тыс. чел , а в анкете одного из очевидцев значится вдвое больше. Каких-либо документов с точным указанием количества фронтовиков найти не удалось, но во всяком случае эта организация, состоявшая из людей, прошедших солидную военную школу, как боевая единица была для Ижевска очень внушительной. В социальном отношении верхушка состояла, как мы уже отмечали, из бывших офицеров, имевших самостоятельную конспиративную организацию, прикрытую ширмой союза фронтовиков. В этом союзе безусловно немало было и тех, которых мы назвали рабочей аристократией. Каких-либо прямых свидетельств об этом у нас нет, но мы знаем, что контрреволюционная пропаганда находила себе
68 Статья Сапожникова.
45
зесьма благодарную почву именно в этом массиве ижевского населения.
устав союза фронтовиков давал возможность проникать сю-7а всем недовольным существующим строем. Да и самое назначение этого союза, его цели и задачи должны были притягивать к нему именно ,,обиженных" диктатурой пролетариата. В самом деле, ком}' нужно было иметь особую организацию хля защиты материальных и правовых интересов? Рабочий класс имел достаточную гарантию в лице советской власти и профессиональных союзов. Организация союза фронтовиков была нужна для защиты интересов тех, кого материально и в правовом отношении задевата советская власть. Эго были представители буржуазии и обуржуазившиеся рабочие. Из пролетариев сюда могли быть вовлечены только наиболее отсталые элементы.
Союз фронтовиков имел связи и с деревней. Как мы видели зыше, в ряде волостей были организованы аналогичные союзы фронтовиков, и здесь в нем преобладал чуждый для основных масс трудящихся элемент --зажиточно-кулацкая верхушка деревни, возглавляемая бывшим офицерством. Такая связь с деревней существовала в то же время и по линии эсеровской организации. Словом. ижевская контрреволюция была тесно переплетена с мировой и общероссийской контрреволюцией и с кулац-ским антисоветским движением в окружающих сельских районах. Это давало надежду организаторам контрреволюционного движения в Ижевске продержаться до соединения с белогвардейскими фронтами.
Из всего изложенного можно теперь сделать вывод о социальных корнях и движущих силах ижевской контрреволюции. ( сновной социальной базой ижевской контрреволюции являлись: буржуазия, техническая интеллигенция, служащие и обуржуазившаяся прослойка рабочих, состоявшая из временных рабочих, выходцев из зажиточно-кулацкой верхушки деревни, и тонкой прослойки привилегированных рабочих (рабочей аристократии). Организаторами контрреволюционных сил были эсеры и меньшевики, опиравшиеся на указанные социальные слои ижевскогэ населения. С этими партийными организациями блокировалось бывшее офицерство, являвшееся командным составом контрреволюционной армии. Экономические трудности, ошибки местной партийной организации, провокационные действия левых эсеров а от'езд нз Ижевска части революционных рабочих были причиной возникших в 1918 г. колебаний в наиболее отсталых прослойках рабочих, выразившихся в аполитичности, в недостаточной поддержке ими власти советов. Все это создало летом 1918 г. в Ижевске некоторый перевес контрреволюционных сил над революционными рабочими. Вопрос сводился только к выбору наиболее удобного момента для восстания.
Собственно и выбор момента был предопределен заранее: это момент единовременного активнного выступления контрре-4в
золюции в ряде районов советской России. Подготовка к этому выступлению велась очень интенсивно: правые эсеры и меньшевики провели крупную политическую кампанию в связи с роспуском Учредительного собрания; летом 1918 г. все члены эсеровской организации оказались вооруженными огнестрельным оружием. Очевидно были вооружены и меньшевики. Готовились склады огнеприпасов. Соглашательские партии органически связались с союзом фронтовиков. Комитет эсеров и штаб фронтовиков переехал в заречную часть Ижевска. Там были заводы, и расположение в этом районе штаба и основных сил контрреволюции давали ей большие преимущества в военно-стра-гегическом отношении. Совет был изпользсшан соглашательскими партиями как трибуна для контрреволюционной пропаганды. Эсеры и меньшевики сумели добиться легального издания газеты „Ижевский рабочий", на страницах которой обливали грязью большевиков и советскую власть. Первый же номер этой газеты вышел с обширной антисоветской декларацией, принятой эсеровско-меньшевистским большинством совета. Налаживалась связь с контрреволюцией в деревне.
В это время началось выступление чехо славаков, был организован самарский Ксмуч. Ьелогвардейщина захватывала Приуралье и Поволжье. Положение на фронтах усиливало энергию ижевской контрреволюции. Партия большевиков не знала деталей коитррево тюпионного заговора, но она чувствовала, как сгущается атмосфера в Ижевске. В приводившейся нами не раз докладной записке ижевского делегата на V с’езде советов народному комиссару внутренних дел мы находим недвусмысленное предостережение о возможности восстания в Ижевске, если центр не поможет местной партийной организации. Какая конкретная помощь была оказана центральной властью ижевским революционным рабочим, установить не удалось, но на докладной записке имеется резолюция о необходимых мероприятиях. Зо всяком случае эффективных и срочных мер центральная зласть н это время принять не могла. Местной партийной организации пришлось поэтому в основном обходиться собственными силами и средствами.
В июне были организованы чрезвычайная комиссия по борьбе с контрреволюцией, саботажем и спекуляцией и революционный комитет. Члены коммунистической партии были мобилизованы и проходили в срочном порядке военное обучение. Чрезвычайная комиссия арестовала ряд лиц из бывших офицеров и местной буржуазии. Были установлены дежурства коммунистов при партийном комитете и исполкоме. Незадолго перед восстанием были арестованы лидеры соглашательских партий. Партия большевиков провела широкую кампанию перевыборов советов. Однако всех этих мероприятий оказалось недостаточно для предупреждения контрреволюционного восстания. Приближался чехо-словацкий фронт. Обстоятельства для вооруженного высту-лления контрреволюции складывались наиболее благоприятна.
47
4 августа тревожные заводские гудки подняли весь Ижевск в 3 часа утра. Член ревкома Холмогоров известил собравшихся на площади о падении Казани. Партия большевиков выбросила лозунг: „На фрот, в защиту советов". Под Казань было отправлено 2 отряда из коммунистов и максималистов, всего до 900 чел.; 4-го же августа была об'явлена мобилизация несколькх лет молодежи. С этого момента события развертывались с молниеносной быстротой. Партия большевиков допустила ошибку, обнажив Ижевск. Контрреволюция немедленно использовала эту ошибку.
6 августа с утра в здание совета явилась делегация от союза фронтовиков с требованием выдать оружие мобилизованным на месте до отправки их на фронт. В противном случае, заявил союз, он не даст ни одного мобилизованного. Понятно, союа фронтовиков и не думал посылать своих членов на чехо-славац-кий фронт, а намеревался немедленно использовать полученное оружие против совета. Большевики это учли. Переговоры с делегацией ни к чему не привели, и посланную делегацию фронтовиков совет арестовал.
Предлог был налицо, чтобы апелировать к массам. Меньшевики, эсеры и бывшие офицеры пошли по мастерским с агитацией против большевиков: ..Что делают большевики? Мы, старые, испытанные солдаты, хотим на фрот, но нас не вооружают. Нас не хотят брать. Мы спрашиваем, почему? Ответ один — большевики предают Россию, они агенты германского штаба" •».
7 августа утром фронтовики устроили демонстрацию. Участ-виков демонстрации было около 5 тыс. Они остановились у здания совета. Ревком решил устроить митинг, чтобы разрядить атмосферу Однако демонстранты кроме своих командиров никого не хотели слушать. От здания совета масса демонстрантов двинулась к угольным воротам. Руководитель фронтовиков—Солдатов—открыл митинг. Выступали эсеры и меньшевики и призывали фронтовиков вооружиться, свергнуть „ненавистную власть большевиков** и установить истинную демократическую власть. На митинг прибыло три конных милиционера. Толпа встретила милиционера угрозами, затем стала избивать: двое милиционеров сумели вырваться, а над третьим была учинена зверская расправа. На призыв вооружиться толпа бросилась к поверочному складу винтовок, обезоружила стражу и захватила ружья.
Внутри завода у чугунолитейной мастерской в это время тоже происходил митинг. Выступали здесь эсеры, меньшевики и бывшие офицеры с теми самыми лозунгами, как и на митинге фронтовиков. Затем появилась шайка вооруженных фронтовиков. Часть рабочих тоже оказалась вооруженной. На место происшествии из военного отдела был выслан вооруженный отряд коммунистов, у здания совета были выставлены пулеметы. Отряд коммунистов был встречен оружейным огнем фронтови-
®. По статье Сапожникова.
48
ков. Отряд повернул обратно. В ответ на ружейную стрельбу открыл огонь пулемет со стороны совета. Так начались военные действия. На этот раз перестрелка продлилась недолго. Первыми прекратили стрельбу фронтовщики. Рабочие завода в основной своей массе не хотели вооруженной борьбы против совета. Под их давлением был снова созван митинг, на котором рабочие предложили фронтовикам сложить оружие и для переговоров послали в совет делегацию. Ревком принял заводскую делегацию и предложил немедленно сдать оружие, захваченное фронтовиками. Делегация предложение совета приняла. Казалось, что этим инцидент будет йсчерпан. По. возвращении делегации часть вооруженных рабочих начала сдавать оружие.
Однако такой исход дела не входил в планы контрреволюции. К этому времени фронтовики были уже разбиты на роты и взводы и находились под командой офицеров. Белогвардейцы пошли на провокацию. Отряды фронтовиков делают перебежки для перехода в нагорную часть Ижевска у Долгого моста. Отряд коммунистов открывает по ним огонь. Это дает повод офицерам, эсерам и меньшевикам говорить рабочим: „Вас расстреливают, и вы же хотите, чтобы мы сложили оружие*' 10). Антисоветски настроенная часть рабочих присоединилась к фронтовикам. В отношении остальной части рабочих было применено насилие. Все ворота заводов были заперты. Части рабочих все же удалось оттуда вырваться, остальные остались ночевать под станками в мастерских.
Перестрелка длилась до поздней ночи. При наступлении темноты фронтовикам удалось перебросить йасть своих сил на лодках через пруд. Стало ясно, что при всем героизме революционных сил им не устоять в неравной борьбе (^00 чел. против 5 тыс.) Под руководством большевиков была вывезена часть винтовок, пулеметы и 13 млн. руб. из казначейства. Несмотря на гибель ряда ответственных работников, отступление прошло без паники.
Так с утра 8 августа наступило царство белых. В первые же дни ижевская контрреволюция стала насчитывать 8 тыс. бойцов. Начались мобилизации. Налет красных со стороны Камы, во время которого Ижевск едва не был взят, выдвинул необходимость формирования крупных сил для расширения территории восстания. Кулацкая контрреволюция и аналогичные с Ижевском события./ в Воткинске и Сарапуле шли навстречу намерениям контрреволюции. В течение месяца территория восстания (не говоря уже о таких районах, как Святогорский, который непосредственно не примыкал к территории ижевской белогвардей-щины) расширилась до 12—13 тыс. кв. верст с 700—800 тыс. населения 71.
7 °. Сер.геев, Ижевск в огне гражданской войны, стр. 59.
71 По статье Сапожникова.
4. Кулацкая контрреволюция и нжезечое восстание.
49
После отступления- из Ижевска советских сил сейчас же встал вопрос об организации новой власти. Несмотря на то, чго ядром восстания был союз фронтовиков во главе с офицерами под руководством черносотенца Солдатова, думать о создании власти без демократической вывески конечно не приходилось. Ижевск — рабочий центр, пока что изолированный от других белогвардейских районов; внутри самого Ижевска социальная база для открытой военной диктатуры слищком слаба. Отсюда необходимость-создания демократической власти с с участием „социалистов". Начались переговоры между союзом фронтовиков, эсерами и меньшевиками. Общий язык был найден без всяких затруднений: все три фракции хотели в противовес „узурпаторам народной власти" — большевикам — „широкой демократии". Советская власть настолько укоренилась, что форму управления пришлось на первых порах оставить старую. 9 августа, на второй день после переворота на заводе был устроен ,,широкий" митинг, на котором, по воспоминаниям т. Тенсина, присутвовало из 35 тыс. рабочих около I тыс.72. Организаторы митинга предложили избрать коменданта города, который временно должен был стать представителем власти. Был избран бывший офицер Шабалин. Участвовало в голосовании около 300 чел 7з.
10 августа собрался в составе оставшихся членов исполнительный комитет совета рабочих, солдатских и крестьянских депутатов и провозгласил себя исполкомом района Ижевска. На место бывшего большевистского президиума был избран новый. Оказались избранными: председателем меньшевик В. Куценко, товарищем председателя хлеботорговец Тюлькин, секретарями: Санников (личность, до того времени совершенно незнакомая ижевским рабочим) и Горев, сын торговца красными товарами, формально числившийся меньшевиком, но по убеждению кадет. В президиум был кооптирован как член Учредительного собрания правый эсер И. В. Бузанов. Командующим войсками был назначен офицер Цыганов, начальником штаба—полковник Власов, от исполкома в штаб выдвинут меньшевик Выгдарович, от эсеров — Бузанов, от союза фронтовиков — фельдфебель Солдатов. Так оформилась на „широких" „демократических" началах новая „советская" власть.
В первые дни своего господства новая власть не проявила особенной энергии в области „положительных" мероприятий даже по части выработки программы своей деятельности. Все условия были направлены на другое: на дискредитацию в глазах масс самой идеи советской формы власти.
Организация власти по типу советов была неприемлема для нового правительства не только с точки зрения сходства ее с большевистской властью, но и потому, что она в условиях ра
72 „Ижевск в огне гражданской войны", под ред. Чурсина, стр. 262.
73 Т а м ж е.
50
бочего центра была сугубо опасна. Ужечна второй день восстания в штабе было заявлено Бузанову, что восстание должно итти под флагом Учредительного собрания. Б уза но в- с этим согласился, но предложил согласовать вопрос с советом. Нужно было время для известной моральной подготовки переустройства системы управления, нужно было облить грязью большевистскую советскую систему управления как систему насилия над массами и „демократически1* санкционировать переход к новой системе. В этом направлении наиболее рьяно, работали меньшевики и эсеры, выпуская листовки, газеты, выступая на митингах и пр. Вместо положительной программу представители правящих партий пока что преподносили массам общие ,,демократические** обещания об установлении ,,народной вла-<сти“ о борьбе с голодом, с большевизмом и т. д. Правда, в качестве практического мероприятия совет вынес на заседании 13 августа постановление о отмене смертной казни: ,,Российская демократия, — говорится в постановлении, - всегда стоя-•ла за отмену смертной казни, а совет состоит из сынов этой демократии. Ижевский совет рабочих, крестьянских и солдатских депутатов единогласйо постановил, что... в Ижевске не должно быть и речи о смертной казни, которая применялась только царскими сатрапами и большевистскими насильниками народной воли 74 *. Но точно в пику этому постановлению в тот же день на митинге у Михайловского собора Солдатов во всеуслышание об‘явил, что главари большевистской власти казнены. Таков был практический результат первого конкретного „демократического0 действия совета без большевиков.
Не больше толку вышло и из торжественных обещаний белогвардейцев дать рабочим хлеб. 13 августа крестьянам раздавались на базаре листовки: „Рабочие выступили на борьбу с угнетателями. Граждане крестьяне, ъ трудный момент рабочих, дабы они могли окончательно расправиться с насильниками... везите хлеб... Цены на хлеб устанавливаются — пуд ржи 20 руб. и пуд муки 25 руб. Везите прямо на базар.. Поддержите своих братьев, не медлите подвозом**. Однако хлеба на базаре не появлялось, и вскоре пришлось от этих установленных цен •отказаться.
Наконец 28 августа в газете „Ижевский защитник" публикуется постановление исполкома и командующего армией об уп-празднении советской власти.
Декларировав признание Ижевском власти самарского Кому-ча, постановление об'являет ижевский совет рабочих, солдат* ских и крестьянских депутатов и его исполком „только классовой рабочей организаций, а не органом верховной власти*'.
„Для создания законной власти в Ижевске... член Учредительного собрания В. И. Буэанов, прошедший от Вятской губ.“,
74 По статье Сапожникова, „Пролетарская революция" № 8—Р за
1924 г.
51
приглашается „немедленно в интересах обеспечения всех гражданских прав, свобод и истинного народовластия, организовать комитет всероссийского Учредительного собрания".
1 сентября тот же исполком об'явил, что с этого дня в городе Ижевске высшей верховной властью является Временный прикамский комитет членов Учредительного собрания, состоящий из товарищей В. И. Бузанова, А. Д. Карякина и Н. Е. Евсеева75.
Теперь лицо белогвардейской власти приняло более резкие и ясные очертания, и тем самым классово более четко выступают в дальнейшим и мероприятия этой власти. Хозяином в управлении была военщина, и она диктовала ему свою волю, „Верховная власть" должна была служить демократическим привеском к установившейся диктатуре военщины и органом, помогающим ей проводить в дейстие свои решения. Первые же шаги „демократического" управления показали фиктивность этой демократии и предательскую роль в ней меньшевиков и эсеров. Бузанов, глава правящей партии эсеров, представитель совета в штабе, лишь с большим трудом добился от военных властей доступа к арестованным76, а после объявления верховной властью прикамского комитета Учредительного собрания пришлось формально санкционировать самостоятельность действий военной власти путем учреждения штаба прикамской армии. Хотя при этом прикамский Комуч лишний раз прокламировал „всю полноту своей власти в восставшем крае", однако на деле эта „полнота власти" была существенно ограничена полномочиями „главнокомандующего" армией Д. И. Федечкина, кстати сказать очень далёкого от демократии и в то время уже готовившего переворот для установления единоличной диктатуры.
Постановление Комуча от 9 сентября ярко вскрывает смысл взаимоотношений гражданских и военных властей. По вопросу об инструктировании уполномоченными Комуча органов земского и городского самоуправления постановление дает оговорку^ „Целесообразность (мероприятий — В. М.), устанавливается с согласия на это уполномоченного комитета членов Учредительного собрания, который принимая во вниминие военную обстановку, в случае надобности, предварительно запрашивает штаб, народной армии77". „В случае надобности*4 вставлено только иэ тактических сображений; по существу эта „надобность4* оказывалась всегда, ибо военная обстановка была налицо. Военная власть не только не считалась с демократическим Комучом, на сама диктовала ему свою волю, а Комуч как добросовестный исполнитель напрягал все усилия, чтобы провести в жизнь реакционные мероприятия военщины. Ни одно постановление Ко-
Карякин и Евсеев были членами Учредительного собрания из Воткинска. ™ Показание одного очевидца,
77 „Ижевский защитник* от 13 сентября 1918 г.
52
муча не входило в силу без подписи командования, и все ар-хиреакционные мероприятия обосновывались военными обстоятельствами, 'Федечкин на втором месяце своего командования решил произвести военный переворот, об'явив себя диктатором. Если ему это не удалось, так только потому, что социальная база, на которую он^рпирался, чувствовала, что без демократического одурачивания масс пока еще обойтись нельзя. „Вследствие слабого здоровья" Федечкин от обязанности командующе-*гр был освобожден, а на его место назначен Юрьев. Лица переменились, но существо дела осталось. Новый главнокомандующий принял даже еще более независимый и диктаторский тон, чем его предшевственник. Так, на митинге в связи с назначением его командующим войсками Юрьев заявил: „Я искореню измену и провокацию в рядах армии. Я введу в армии железную дисциплину. От имени моего будут трепетать все изменники и .провокаторы..." 7Ч.
В исполнение этой угрозы Юрьев вводит приказом смертную казнь, а ижевский совет под руководством меньшевиков торопится санкционировать „распоряжения штаба народной армии, направленные к поддержанию строгой диспиплины" 7э. В виде уступки демократическим иллюзиям массКомучу оставалось только добавить, что „применение этих чрезвычайных мер признается советом лишь в пределах исполняемой ныне народной .армией задачи восстановления и защиты истинного народовластия в лице Всероссийского учредительного собрания" 79 80. Эсеры и меньшевики свято выполняли роль прислужников буржуазно-помещичьей контрреволюции и по мере сил и уменья старались скрыть от „руководимых" ими рабочих истинную суть^ воцарившегося в Ижевске режима. Наконец новому главнокомандующему Юрьеву после ряда неудач в борьбе с красными надоело играть „демокртию" и при взятии красными Воткинска юн решил арестовать членов Комуча. Узнав о предстоящем аресте. Евсеев, Шулаков, Корякин и Шмелев скрылись и уехали в Уфу 81, где в это время пользовались покровительством чехов и другие члены Учредительного собрания, участвовавшие на екатеринбургском совещании. Так бесславно кончилось правление прикамского комитета членов Учредительного собрания. Затея, намеченная Федечкиным, была успешно выполнена его приемником Юрьевым. „Демократическая" политика меньшевиков и эсеров подготовила военную диктатуру. Целиком оправдались, как и .в других районах „демократической" контрреволюции России, слова Ленина:
„Либо диктатура (т. е. железная власть) помещиков и капиталистов, либо диктатура рабочего класса. Середины пет. О средине мечтают попусту барчата, интеллнгентики, господчики,
79 По статье С а п о ж н и к о в а.
7!’ Там ж е.
“° Та ж ж е.
По данным очевидца.
53
плохо учившиеся по плохим книжкам. Нигде в мире срединц! нет и быть не Может. Либо диктатура буржуазии, прикрытая^ пышными эсеровскими и меньшевистскими фразами о народе^ властии, учредилке, свободах и прочее, либо диктатура про^| летариата" 82. .. '
Если для полной смены политических декораций потребовав лось все же 2х/г месяца, то внутренняя эволюция „демократии-от революционных фраз к открыто реакционной политике совершилась гораздо скорее. Проследим этот процесс линяния меньшевистско-эсеровской власти сначала на вопросе о демократических свободах. Как известно, основными лозунгами эсеров и меньшевиков были: свобода слова, печати, ербраний и организа--ций, неприкосновенность личности и имущества и- выборность, всех правительственных органов на началах равного, прямогоии тай-* кого голосования. Мы в сроем месте уже показали, как мень.-. шевистско-эсеровский совет торжественной отменой смертной-казни стремился усыпить бдительность масс и отвлечь их вниг, мание от кровавых расправ военщины над революционными ра~. бочими и крестьянами и как потом тот же совет без колебаний санкционировал приказ командующего войсками о применений' смертной казни. Та же судьба постигла и другие «демократические0 лозунги. Начало организации контрреволюционной, власти было ознаменовано „демократическим 4 жестом выбора ко-, менданта города на митинге. .Однако стоило совету своими перовыми постановлениями сформировать новую власть, как политическая роль этого органа „демократии44 оказалась сыграной до конца, и-совет почти, перестал собираться. Если и устраива-j лись в дальнейшем какие-либо рабочие собрания, так исключительно для мероприятий в помощь белой армии: это митинги: для записи добровольцев и для усиления работы на заводе » целях укрепления" обороноспособности народной армии, митинги при поголовной мобилизации мужчин на фронт и т. д. Наконец 26 августа вводится военное положение, в силу которого запрещается под страхом военного суда „всякая агитация, направленная против власти Учредительного собрания и существ вующего в Ижевске распорядка44 и „все митинги и собрания' без разрешения .существующих - властей"83. Рабочие Ижевска, должны были на. своей шкуре испытать ту истину, что в обще-j стве, где у власти £лоит буржуазия, демократия неизбежно должна носить буржуазный характер и служить интересам господ-; ствующего класса. Работа судебного аппарата еще более нагляд^ но подтверждала это положение,. Благородный жест- эсеро мень-.^ щевистского совета — постановление: „Аресты и обыски произ-^ водить только по ордерам, выданным комендантом города и на | пальником милиции"84, — повис' в воздухе. Уже на 2—3-й день|
88 Л е н и н, т. XVI, изд. t-е, стр. 306
- яз fio статье Сапожникова.
84 По статье Сапожникова.
54
оелогвардеиского переворота в одном ижевске,было арестованных около 800 чел., над которыми систематически чинились жестокие расправы со стороны военных и тюремных властей. С этого времени ежедневно прибывали десятки и сотни новых арестованных, так что несмотря на расстрелы и гибель арестованных от истязаний, нехватало арестных помещений, ' и белогвардейцам приходилось строить специальные баржи на пруду для содержания заключенных. По данным Дворова, в одном Воткинске за 3 месяца господства белогвардейщины было расстреляно свыше 1 тыс. рабочих и работниц за сочувствие советской власти, 600 пленников не вернулось с баржи85.
Военщина систематически производила ночные облавы для вылавливания дезертиров. Днем на улице останавливали „подозрительных*1 лиц и достаточно было простого подозрения в желании уклониться от явки при мобилизации, как сейчас же. арестовывали и били нагайками86. -
Не говоря уже о таких организациях, как профсоюзы, роль которых при господства „демократии" свелась на-нет, даже'восстановленные Комучем „во всех своих правах" земские и городские самоуправления—эти вполне буржуазные организации — и те были сильно ограничены в своих действиях по сравнению с периодом „керенщины" и поставлены под контроль военных властей.
Восстанавливая волостные и городские управы, Комуч призывал население развернуть в органах самоуправления широкую самодеятельность. Легко понять, насколько благоприятные условия для проявления самодеятельности масс создавались военным положением и-белым террором офицерской диктатуры.
Свобода слова и печати существовала конечно только для травли большевиков, для провакационных-вымыслов и одурачивания масс. В этой области шло подлинное соревнование между эсерами, меньшевиками, буржуазией и военщиной. Для илю-страции приведем несколько документов, характеризующих эту грязную клеветническую деятельность „социалистов" и белогвардейцев.
Вот выдержки из меньшевистско-эсеровского воззвания к „братьям-крестьянам": „Большевики вам говорят, что это бунтуют офицеры, жандармы и буржуй. Нет, неправда... Кто был в восставших местностях, тот видел Своими глазами, что на защиту Учредительного собрания добровольно отправляются все. Женщины и те идут рыть окбпы, и идут не под страхом расстрела, потому что там расстрелов нет, а исключительно из чувства гражданского долга.
Так ли делают большевики?
Нет. Да вам нечего говорить о их приемах. Они вам известны...
86 „Ижевска я правда", 16 ноября 1919 г.
•« „Ижевск в огне гражданской войны" иод ред. Чурсина, стр. 70.’
55
Они стараются только для своего кармана: возьмите любого красноармейца или комиссара. Грабеж и казнокрадство не процветали так нигде, никогда, как процветают теперь. У взятых в плен красноармейцев всегда находится по нескольку тысяч рублей, а про комиссаров уже и говорить нечего. У тех нередко находят миллионы"87.
В другом возвании „граждане Ижевска" призываются к защите города и жизни их „детей и престарелых отцов и матерей". „Есть сведения,—говорится в этом документе,—что большевики хотят во что бы то ни стало стереть с лица земли Ижевский завод, чтобы мы не могли защищать нашу родину. Они собираются взорвать пороховые погреба и разрушить плотину. Город взорвать, а завод затопить. Граждане, неужели вы не защитите своих детей и себя от смерти и ужасов раззоре-ния?! Нет, не будет этого! Становитесь все под знамя освобождения России! Лучше смерть, чем гибель Ижевска-и дорогой для нас всех России"88.
Теми же лживыми измышлениями мотивирует и командование „народными" войсками свой приказ о всеобщей мобилизации граждан на рытье окопов.
Устная агитация не отставала от печатной. Декрет об отделении церкви от государства, изданный советской властью, был в первый же месяц господства белых отменен, в школах введен закон божий, с амвонов церквей произносились проповеди против большевиков. На площадях агитаторы, оплачиваемые контрразведкой,-^пытались внушить массам самые дикие представления о целях советской власти. „Сядет на престол,— говорили они,—вместо Николая II Ленин и будет царем..."89. Таковы факты, свидетельствующие о политических „свободах" в ижевской „демократии". Перейдем к рабочему вопросу.
Буржуазия стремилась как можно скорее восстановить свои прежние права в отношении рабочих. Но сделать это открыто в первые же дни переворота было слишком рисковано. Поэтому наступление на рабочих идет постепенно, шаг за шагом, и маскируется „демократической" фразеологией и мотивами „военной потребности".
Новая власть почти сейчас же после переворота стала на путь восстановления частной собственности. Газета „Прикамье" от 18 сентября 1918 г. печатает об'явление сарапулской городской управы о том, „что произведенная бывшей коллегией городского хозяйства муниципализация частновладельческих домов в городе сама собой пала после совершившегося 31 августа свержения советской власти, и дома с того же дня поступили в полное распоряжение домовладельцев".
S7. „Ижевский защитник", орган Ижевского совета рабочих, солдатских п крестьянских депутатов. 10 сентября 1918 г. Народный архив.
88 „Ижевск з огне гражданской войны", стр. 72-73.
89 По статье Сапожникова.
56
Унас нет сведении о возвращении прежним владельцам промышленных предприятий. Впрочем все крупнейшие заводы в Ижевске еще до революции принадлежали государству. Возможно, что в других завоеванных белогвардейщиной центрах имело место и возвращение хозяев. Этот вопрос требует дополнительного исследования.
Вопрос о рабочем дне и заработной плате наиболее ясен.
„Демократия" не решалась формально отменить восьмичасовой рабочий день. Но на деле рабочие вынуждены были работать не меньше десяти часов. Удлинение рабочего» дня об‘-яснялось рабочим как временная мера в связи с военной обстановкой: „по военным соображениям", как писалось в одном из приказов по ижевским заводам90.
„Во исполнение приказа главнокомандующего" заведывающим производством дается твердое задание по выпуску определенного числа единиц продукции, и при этом указывается, что „никакие ссылки на недостаток людей и инструмента не могут иметь места, работа должна быть организована в три смены, где .можно и нужно"91. 1
Пожелание организовать работу в три смены было пустым звуком. В другом приказе (от 18 октября) отмечалось, что в виду отправки людей на фронт рабочих нехватает, поэтому нужно удлинить рабочее время.
Что же получал рабочий за такой труд? Уже в августе приказом по заводу оповещалось: „По условиям момента оставление на сверхурочное время необходимо в виду денежного кризиса. Теперь часы только записывать, оплата же будет сделана, когда завод будет обеспечен деньгами" °2. 13 сентября последовало новое „уведомление". Оказывается, по подсчету средств государственного казначейства „представляется возможным произвести .выдачу жалования служащим всех учреждений и заработную плату рабочим за первую половину сентября лишь в размере % причитающегося количества"1’3. Остаток обещано было уплатить „в первую очередь", но ждать этой очереди пришлось долго.
Комуч никак не мог найдти нужных для этого срдств, ибо притока их вообще ниоткуда не было. • Пришлось перейдти квитанционной системе выдачи зарплаты.Рабочий получал квитанцию, по которой он должен был получить настоящие деньги с наступлением „лучших времен". Таким путем зарплата фактически была просто сведена на-нет. Ни один крестьянин, даже „архпсознательный" и преданный учредиловцам, не хотел отдавать своих продуктов за эти квитанции. Рабочий вынужден
м Приказ по Ижевскому сталелитейному заводу №63 от 18 октября 1918 г. Обласной архив, цело пе разобрано.
9!. Приказ по Ижевскому сталелитейному заводу № 69 от 28 октября.
92 Тоже № 7 от 17 августа.
!,у. Тоже № 36 от 13 сентября.
57
был за бесценок обменивать свои последние вещи на продукты питания. Между тем цены на рынке поднимались все выше и выше. Установленные в первые дни господства белых твердые цены на хлеб никаких положительнных результатов не дали. Пришлось об'явить свободу торговли. Газета „Воткинская жизнь“ от 1 октября за № 18 сообщает: „Восьмушка махорки котируется на воткинском рынке по 30 руб... цена 1 рубль; достойная занесения в летопись. Масло коровье 14 руб. фунт. Мясо 3 р. 20 к. фунт. Мука пшеничная 75 руб; ржаная 40-45 и т. д.“94. Такие цены существовали, как видно из одного приказа по заводу95, при зарплате у многих 40-60 руб. но удержании одной трети". Понятно, что жить при такой дороговизне на скудную зарплату рабочих было невозможно. Главнокомандующий отдал было „грозный* приказ против спекулянтов, пугавший их тюремным заключением и штрафом до 15 тыс. руб. Однако ниоткуда не видно, чтобы этот приказ хоть раз был приведен в исполнение. Спекуляция не только не прекращалась, а расцветала все больше. Кулачество, имевшее запасы хлеба, пользовалось удобным случаем для наживы.
Впрочем не лучше, чем положение рабочих, было положение и рядового крестьянства. Учредиловцы в первые же дни своего господства предписали волостным земельным комитетам сдать „дела свои... местным органам самоуправления, каковые и заведывают земельными делами, руководствуясь в своей деятельности инструкциями о земельных комитетах Временного правительсва" 96. Так как временное правительство, как известно, предлагало земельный вопрос оставить открытым до созыва Учредительного собрания, то установка, данная прикамским Комучем,. молчаливо диктовала возврат крестьянами прежним владельцам той земли, которую они получили от помещиков, монастырей и церквей в результате Октябрьской революции. Прямых сведений об осуществлении этой реставрационной политики Комуча добыть не удалось, но косвенные показатели таких мероприятий имеются. Политком штаба т. Соколов в разговоре по прямому проводу с политкомом 2-й сводной дивизии от 27 октября 1918 г. передает: „...Еще в Николо-БерезовСке белые 20 октября призвали взяться за оружие. Крестьяне отказались, заявив, что идут за советскую власть. Крестьяне Камбарки заявили б₽лым: большевики за землю, а вы ее отбираете офицерам и своим солдатам"97.
Наиболее ярко проявили себя учредиловцы в выкачке у крестьян продовольствия. В первые дни своего господства они во всеуслышании заявили: „большевики отбирают хлеб от крестьян, а народная власть за добровольную продажу хлеба крестьянам". Однако уже через 2—3 недели на лицо практика
94 „Воткинская жизнь" от 1 октября 1918 г. № 18.
96 Приказ по заводу № 64 от 31 октября 1918 г.
.Ижевский защитник" № 9 от ГЗ сентября 1918 г.
97 Архив Красной армии, д. № 96—570, л. № 5.
58
твердых заданий по хлебозаготовкам. В газете „Народовластие* от 27 октября опубликовано постановление от 22 октября Нылги-жиквинского волостного земского собрания: „В обеспечение хлебом г. Ижевска и народной армии в обязательном порядке произвести сбор по одному пуду с надельной души по числу душ с каждого общества по цене, установленной в 1-м. пункте сего протокола (мука ржаная была оценена в 20 руб. пуд—В. М.), в течении первых же трех дней". И в это"же самое время в приведенном выше разговоре по прямому проводу политкома штаба Соколова отмечается другой приказ (от 16 октября) уже по военной линии, которым „предписывается не. медленно принять самые.срочные меры к немедленной доставке (хлеба.—В. М.) в Ижевск. Ни каких твердых цен не устанавливается. Имеющие запасы и уклонившиеся будут привлечены к ответственности. Обнаруженные запасы будут реквизированы бесплатно. Сельские власти не принявшие мер к доставке хлеба в Ижевск по вольным ценам, будут привлечены к ответственности по законам военного времени**96. Так билось в-тисках противоречий „демократическое** правительство. С одной стороны, оно было за незыблемость основ священной собственности, с другой—безвыходность положения диктовала ряд мероприятий, несомненно ударявших и по кулачеству. Но разумеется главная тяжесть поборов и разверсток падала _ на деревенскую бедноту и середняков. Принцип разверстки .по „надельным душам** был для бедноты не выполним, труден для. середняка и мало чувствителен для кулачества. Деятельность кулацкой организации „Кенеш** еще более ухудшала положение бедноты и середняков. Ко всему этому нужно наконец, добавить практиковавшееся белыми мародерство. „Приезжают к нам в деревню 3 или 4 типа в солдатской форме, с Ижевскими обывательницами,— говорил делегат Старовеньинской волости на с'езде бедноты по восстановлении советской власти —забирают, угрожая револьверами, мельнипу, ссыпают в ковши украденную тут же сырую рожь. Что от сырой ржи жернова сразу же портятся, об этом грабителям нет дела. В результате ряд деревень остался без мельниц**".
Едва ли нужны еще доказательства того, как тяжело пришлось крестьянству от белогвардейщины. Газета „Борьба" не сгущала красок, когда, подводя итог выступлениям делегатов-с'езда бедноты, писала: „Все деревни говорят о страшном разорении в итоге белогвардейского восстания. Разорены целые деревни, разрушены пасеки, погиб хлеб, хозяйства" 1и0.
Таково было положение рабочих и крестьян в царстве „народовластия". Но это еще не все. Положение их безмерно отягощалось введенной белыми воинской повинностью. В пер- * 99
!W. Та м ж е.
99 Газета „Борьба" № 53 за 1918 г.
Газета „Борьба" № 53 за 1918 г.
вые дни захвата Ижевска белогвардейцы обладали пятитысячной вооруженной силой, прекрасно вымуштрованной, классово -спаянной. Однако очень скоро обнаружилось, что этих сил далеко не достаточно для борьбы с красными. - Меньше чем через неделю после восстания (14 августа) красный отряд уже прорвал стремительным ударом цепь белой армии со стороны пристани Гольян и подошел к самому Ижевску. Судьба бело-гвардейщины висела на волоске. Для отражения атаки красных были сняты с производства все рабочие и погнаны в бой, не говоря уже о мобилизации в этот момент всех наличных .активных сил контрреволюции. Слишком малочисленный отряд красных (в 1 тыс. чел.) был вынужден после трехчасового боя на подступах к Ижевску отступить, но этот случай дал понять учредиловцам, что с наличной; „народной" армией оставаться нельзя. Вначале еще рассчитывали на массовый приток добровольцев. Эсеры и меньшевики были готовы к услугам вновь испеченной „демократической" власти в качестве агитаторов и вербовщиков. Выступая на митингах на площадях и в мастерских, выпуская листовки с описаниями кошмарных ужасов, ожидающих массы, если красные возьмут Ижевск, они призывали к добровольному вступлению в ряды „народной армии". „Мы боремся,— заявляли они,— за спасение жизни и имущества ваших семей, а многие из вас спокойно остаются дома. Товарищи, неужели это возможно?! Неужели вы думаете, что сможете защищаться от насильников, оставаясь дома?! Никогда! Если красноармейцы ворвались бы в Ижевск, они перекололи бы всех фронтовиков, не разбирая, кто воевал с ними, кто спасал свою жизнь и защищал свою жену. Чего же вы медлите?! Чего не идете все поголовно в наши ряды боевых фронтовиков? Или вам не жалко будет сожженных ваших жилищ, погибших в огне малолетних детей, убитых и искалеченных жен и матерей? Стыд и позор сейчас оставаться дома!" 101.
Однако все эти красноречивые воззвания приносили мало пользы. Приток добровольцев в ряды „народной армии" был ничтожен. Так, Сарапул с 20-тысячным населением дал всего 300 -500 добровольцев102. „Демократии" пришлось прибегнуть^ к другому методу пополнения армии. 18 августа был’'опубликован приказ, утвержденный меньшейисгско - эсеровским советом, о мобилизаций всего мужского населения от 18 до 45 лет. ’Однако . обширная территория, захваченная белыми, - около 12—13 тыс. кв. км. с населением в 700 — 800 тыс. чел.,— образовала фронт такого протяжения, что и этих мобилизованных сил — более 50 тыс. штыков 103 — оказалось недостаточно. Пришлось все население превратить в военные резервы. Мало того, что оно обязано было обслуживать армию обозами, кормить ее, производить оружие и огнеприпасы — мужская
101 .Ижевск в огне гражданской войны", стр. 72.
103 Статья Са пожни ко в'а.
1,ц Сапожников говорит о 50 тыс., а Уповаяов (меньшевик) даже о 75 тыс. чел.
60
часть населения Ижевска, в том числе и все рабочие должна была по тревожным заводским гудкам являться на сборный пункт и, взяв винтовку, итти на фронт отражать наступление красных. Население городов и селений без различия пола и возраста гонялось на земляные работы по укреплению позиций белых.
Весь этот режим голода, насилий и крови не мог держаться на одном „демократическом" обмане масс, на эсеро - меньшевистской агитации и антисоветской клевете. Очень скоро обнаружились симптомы широкого недовольства в массах и активного противодействия с их стороны мероприятиям белогвардейской власти. На это белогвардейщина О1ветила усилением террора. Невозможно дать точное представление об ужасах, организованной расправы буржуазии с рабочими и крестьянами Ижевского района. Этой расправой белогвардейщина мстила за все революционные мероприятия советской власти. По одному Воткинску, как мы отмечали уже выше, погибло расстрелянными и растерзанными более 1 тыс. чел. Так было и в Ижевске, и в Сарапуле и на всей территории, где господствовали белые. Приведем несколько фактов, иллюстрирующих приемы белого террора.
Белогвардейцы в октябре • искали некоего Банникова, в чем-то провинившегося перед белой властью. А так как они не знали ни имени, ни отчества этого Банникова, то арестовали сразу 28 Банниковых — крестьян дер. Болгур, Июльской волости — и, приведя в Ижевск, на глазах остальных арестованных: запороли всех до смерти. Если такие расправы производились-с беспартийными крестьянами только за то, что они оказались однофамильцами разыскиваемого „преступника", то с арестованными большевиками белые церемонились еще меньше. Страшную картину издевательств над политическими заключенными рисует в № 16 „Коммунистического интернационала" т. Мороз. Главным героем этих кровавых подвигов был „сам* глава союза фронтовиков Солчатов. Впрочем истязанием и убийством арестованных руководил не только бывш. фельдфебель Солдатов, ио и „истинный демократ" эсер Бузанов. Одним из мероприятий учредиловцев было устройство пловучей тюрьмы на прудах Ижевска, где арестованных держали в неописуемых условиях. Из среды этих арестованных десятки ежедневно шли на истязания и смерть. Когда красные войска приблизились к Ижевску, главком Юрьев издал приказ: „Пусть арестованные молят бога, чтобы мы отогнали красных. Если красные приблизятся к городу ближе, чем на три версты, то все арестные помещения будут закиданы бомбами" 104. Этот план не был осуществлен только потому, что стремительный налет красных войск застал белогвардейцев врасплох. Не успели они взорвать и плотины, чтобы затопить завод и всю заречную рабочую
104 По статье Сапожникова.
66
часть Ижевска. Приготовленные к приходу красных динамит и кабеля торчали у плотины, напоминая ижевцам о том, чем хотела увенчать свое дело в отношении рабочего класса „народная демократия’*.
IV. Восстановление советской власти и уроки господства „демократии".
Если в период прихода учредиловцев к власти лозунг „демократии" имел в массах некоторый успех, то с первого же месяца существования новой власти массы вполне распознали се истинную сущность и решительно повернули в сторону советов. Одновременно с этим шел и процесс разложения главной опоры контрреволюции — народной армии. Колеблющийся «середняк и отсталый рабочий, вступая по мобилизации в народную армию, вносил в нее элемент недовольства. Нужен был только подходящий момент, чтобы эти народбармейцы побросали свое оружие или повернули его против угнетателей. Главная трудность борьбы с белыми заключалась в том, что весь почти революционный актив Ижевска был выловлен в первые же дни после переворота, а коммунисты перебиты или арестованы. Хотя рабочие в короткий срок сумели выдвинуть новые силы для революционной борьбы, все же не удалось организовать подпольную партийную работу.
В качестве показателей нараставшего в рабочей среде брожения приведем несколько фактов. На митинге рабочих завода Пешехонова в г. Сарапуле 1 сентября на призыв в ряды .народной армии” раздались голоса: „Не хотим убивать своих братьев"105 *. Рабочие этого завода не только не пошли добровольцами, но и решительно отказались санкционировать принудительную мобилизацию в армию, чего добивались заправилы митинга для „демократического" оформления призыва. Рабочие железнодорожники одни из первых поднялись на встречу красным частям, вступавшим в Ижевск105. Но они. вели борьбу с контрреволюцией и до прихода красных. Это константируется в приказе начальника военных сообщении „народной армии" от 18 октября; „До моего сведения дошло, — говорится в приказе, — что на железнодорожных станциях Прикамского района идут провокации большевиков... Большевики, вожди красноармейцев, неся 'везде неудачи и чувствуя близкое свое падение, совершая последние вздохи (///- В. М.). всеми силами стараются разослать всюду провокаторпв-шпионов, дабы хотя этим подорвать престиж-истинно русских людей и победоносной народной армии...’107.
108 По статье Сапожникова.
10в Протокол № 2 общего собрания рабочих заводской железной дороги от 16. ноября, Ижевский архив, дело Истпарта об Октябрьской революции и гражданской войне.
107 По статье Сапожникова.
62
Шло брожение и на заводах. Уже вскоре после падения «советской власти исполнительный комитет в своем постановлении отмечает, что „в городе Ижевске темными личностями распространяются ложные слухи с целью посеять раскол в населении"108.
Но особенно резко бросается в--глаза поворот в сторону советов даже самых отсталых слоев рабочих в последние дни перед взятием Ижевска и Воткинска красными. 2 ноября часть народной армии близ Воткинска сдалась красным. Ввиду угрозы Воткинску сейчас же были даны тревожные гудки для сбора резервной армии. „Воткинская жизнь" поэтому поводу писала: „Многие Воткинские, с позволения сказать, граждане проявили самую позорную трусость и малодушие**. В следующем номере газеты описываются подробности сбора. Автор рассказывает, как чины штаба возвращались с улицы и с болью и отчаянием говорили: „Нечего собирать, некого строить в ряды, ибо никого нет"... Если в первые дни своего господства бёлые могли обманом и нагайкой собирать по тревоге значительную часть населения, способного носить оружие, то, как мы видим, эти меры воздействия оказались через 2х/г месяца господства „демократии" уже непригодными. Воевать против красных массы не хотели. ' .
Такую же картину мы видим и в Ижевске. П. Крутов, давший материал к истории ижевской организации ВКП(б), пишет: „Войска Азина подходили все ближе, в городе началась паника... По улицам бежали в беспорядке солдаты, женщины и дети, все смешалось в одну кучу. На углу Куренной и Троицкой (улиц — В. М.) я увидел Солдатова с револьвером в руке, который хрипло кричал: „Трусы, негодяи, назад", но его никто не слушал"109.
Понятно, тут дело было не в трусости. Ижевск уже не раз бывал в фронтовых условиях. Однако такой картины тогда в нем не наблюдалось. Теперь даже отсталые слои рабочих не хотели больше быть орудием в руках „демократии".’ В этом была причина бегства „народной армии".
Тот же резкий поворот к советам, какой мы видели в отсталых слоях рабочих, мы можем наблюдать и в основных массах крестьянства. В районе Святогорья, бывшего. Глазовского уезда, крестьяне деревень Лумношурской и Борисовской на общем собрании 9 сентября, при участии 350 чел., выносят резолюцию: „Даем честное слово, что будем оказывать полное содействие отрядам Красной армии, клеймим позором имя тех главарей-зачишциков, которые при помощи угроз и обмайа мобилизовали нашу Святорскую волость итти за оружием, но впоследствии мы и наши солдаты деревень Лумношурской и Бо-
108 Т а м ж е . — _
10в Ижевский областной архив, дело Истпарта сЗвоспоми: алиями об Октябрьской революции и гражданской войне.
63
рисовской поняли этот обман и скрылись из этого контрреволюционного лагеря, но без всякого оружия.
В настоящее время находятся все солдаты налицо, и никаких действии против советской власти и отрядов Красной армии не принимаем. И если заметим среди нас сторонников белогвардейских банд и агитаторов против советской власти, мы их немедленно представим в распоряжение глазовского уездного исполкома"110 111.
Такие резолюции вынесены были крестьянами почти всех волостей, где господствовала „ижевская" демократия.
Поворот крестьянских масс на сторону советской власти выражался не только в сочуственных резолюциях и в обещаниях поддерживать советы, но и в решительных актах сопротивления белым. По описанию Хлыбова, мибилизованные белыми крестьяне Вавожской волости, быв. Малмыжского уезда,, когда узнали, после нескольких боев, что в их.районе командует красноармейским отрядом Курочкин, который работал в том районе до восстания, сейчас же бросили оружие и возвратились в свои селения; остались в отрядах одни офицеры111. В селе Николо-Березовке 20 октября на призыв белых взяться за оружие против красных крестьяне решительно заявили, что-идут за советскую власть112. Крестьяне Камбарки заявили белым что большевики за землю, а белые ее отбирают от крестьян113. Крестьяне были втянуты в белую армию обманом и насильственной Мобилизацией. Беднота деревни, наиболее близкая к советской власти, не была еще в то время достаточно организованна: комбеды развернулись в крае только осенью 1918 г. Почти не было в волостях партийных ячеек: они появились и развивались в селениях одновременно с развертыванием комбедов. В этих условиях кулачество выступило против советской власти. Эсеры помогли кулачеству втянуть в ряды контрреволюции середняцкий слой крестьянства. Но по мере того^ как на глазах крестьянства обнажалась истинная сущность белогвардейского режима, все больше активизировалась в защиту советской власти беднота деревни, все решительнее поворачивал в сторону советов середняк.
Параллельно с этим порцессом политического созревания от сталых Сдоев рабочих и крестьян шло разложение вооруженной опоры „демократии"—„народной армии". Главнокомандующий вооруженными силами прикамского Комуча Федечкин в приказе-обращении писал: „За последнее время стало ясно, что в наших рядах... находятся провокаторы и предатели, которые все усилия направляют к тому, чтобы погубить дело народной
ио Дела Глазовского УИК, сводка военного комиссариата к 11 сентября-1918 г.
111 Ижевский Обл. архив, дело с матер, к ист. парт. орг.
112 Арх. Красн. арм. дело № 96 - 570. Разговор политкома Соколова по прямому проведу.
1,J Т а п ж е .
64
оборбны -Ижевска и'“проДать ‘нашиi голбвы "ббльшеййкам. В рядах вЬйск ведемся злостная агитация - прбтивтоварищей- Офицерову которые вместе с нами вбсстали против насильников и предателей..." Заканчивается обращение призывом: „Всех агитаторов большевизма арестовывайте и представляйте в следственную комиссию" 1Н. Однако слащавые призывы белых уже потеряли свою убедительность для рабочих и крестьян в солдатских шинелях. В сведениях глазовскому укому РКП(б) от 14 октября военкомат собщает: „В лагере белых в' пределах Глазовского уезда полный развал; белогвардейцы, бросая оружие разбегаются, вожаки их скрываются кто куда может"114 115 * 117. Комлев в своих материалах к 4-й годовщине Октябрьской революции упоминает случай, когда 150 арестованных были заведены по распора-жению начальства во двор для расстрела, „но благадаря произошедшему расколу среди конвоя товарищи избавились от зверской расправы"110. Коли дело дошло до того, что начальство вынуждено отменить расстрел арестованных из-за протеста конвоиров, значит военная дисциплина расшаталась до отказа. Наконец еще любопытный документ, характирузующий настроения наиболее отсталых и одураченных белыми слоев „народной армии": в политической сводке 1-й бригады 2-й армии от 28 декабря сообщается, что 22 декабря при занятии деревни В. Кига красноармейцами найдено 13 записок, разбросанных по разным домам. Текст этих записок следующий: „Товарищи красноармейцы, нам говорят, что вы не берете в плен, а колете. Товарищи красноармейцы, берите в плен, не колите, мы все вам сдадимся. Долой войну! Будем жить в согласии! Теперь мы видим, что мы обмануты ...До-свидания, товарищи-красноармейцы, все-таки мы покаместь уходим" 11'?.
Таким образом та самая „народная армия", которая еще недавно одерживала большие успехи в борьбе с красными, в дальнейшем, несмотря на численный ее рост, становилась все более рыхлой и слабой. Огромный численный перевес—против 50 или 70 тыс. белых сражалось всего только пятитысячная Красная армия не спас „народную армию" от быстрого и полного поражения. Под нажимом красных она вынуждена была поспешно очистить всю территорию Прикамья и 7 ноября оставить свой последний оплот—г. Ижевск. Оправдались и здесь Ленинские слова, сказанные по поводу колчаковской армии и как предсказание о судьбах деникинской армии: „Пока его (Колчака. — В. М.) армия была классовой^ пока она состояла из добровольцев, ненавистников социализма, эта армия была крепка и прочна. Но когда он стал делать поголовный набор, он, конечно, мог набрать армию быстро, но эта армия, чем она боль-
114 По ст. Сапожник о ва.
115 Ижевский Обл. архив, связка № 1, дело № 7, стр. 15—16.
110 Ижевский Обл. архив, дело с материалами по истории партийной орга-нйзаци.
117 Архив Красной армии, дело № 326—577, стр. 2;
5. Нулацная контрреволюция и МжФвексе восстание. 66
ше, тем менее буде? классовой и гем б’уа^яг слабее. Крестьяне, набранные в армию, Деникина,, цзрризвелут в жей то же са\ мое, что произвели сибирские крестьяне в. Колчака—онй-
принесли ему полное разложение,
Однако было неверно объяснить, лцквидадию» прикамской; учредиликй и ее армии только разложением' внутри белых, Решающим условием победы, над белогвардейцами был реро-: люционный под‘ем рабочих масс и трудящегося крестьянства всей страны, нашедшей свое яркое выражение в боевом ройте. Красной армии. Под руководством партии была проведена, в этот период перестройки Красной армии. Оформились, как Сплоченные боевые еденицы 2—3 и 5-я армии, образовавшие прочный восточный фронт. Величайшим напряжением силц Красная армия задержала наступление чехов и .народной" армии Комуча. Восстание белогвардейцев Ижевско-Воткинското; района было таким образом почти изолировано. С другой стороны,, местная партийная организация своевремено раскрыла замысел белогвардейщины пробиться на северную доргу для наступления к Волге и Архангельску и достаточно решительна мобилизовала наличные силы рабочих, беднейших крестьян и. часть, средняцкого слоя деревни для того, чтобы разрушить, планы учредиловцев. Во главе небольших отрядов в 25 — 30) чел. и» Вятки, Глазова, Сарапула в других центров партия дослала лучшие свои силы наперерез врагу, и эти отряды находу, во нремя движения к фронту, росли, как катящийся ком снега.
Достаточно указать на такие, факты, как набор в течение нескольких дней 1 500 добровольцев из рабочих и беднейших крестьян отрядом вятского военного комиссара. Iоже самое происходило и на южном участке Ижевского фронта. Здесь партия выдвинула таких героев, как Азин и Чеверов, имена которых по сие время живут в памяти масс Удмуртии. В трудные минуты, как например при угрозе захвата белыми ст. Агрыз, энтузиазм охватывал всю массу рабочих и крестьян. Во время боев за Агрыз почтижвсе рабочие-железнодорожники добровольно ‘ участвовали в защите станции. Все это говорит о том, что успех борьбы с учредиловцами в Прикамском крае был результатом самоотвержденной борьбы рабочих и передовых крестьян.
Ленин прозорливо учитывал важность Ижевского фронта и руководил борьбой Красной армии на этом участке, требуя нанесения врагу решительного удара. В приказе по армии от 5 ноября к годовщине Октябрьской революции говорится: „Тов. Лепин просил вернувшегося из Москвы члена РКВ т. Гусева передать, что к торжественному дню годовщины рабоче-крестьянской власти И России он ожидает донесения о взятии Ижевска"Jlf>. Требование вождя пролетариата было выполнено точно. Ижевск был взят Красной армией к вечеру 7 ноября. 118 *
118 Ленин, т., XXI изд. 1-е стр. 263;
Чэ „Красная армия"'Вестник ВНО при Военной академии, 1922 г. №18—19 статья Л я м и н а; ётр. 4^. • 1
66
На рапорт командующего армией о выполнении боевого задания, в этот же день в 10 часов вечера была’получена от. Ленина телеграмма: „Привествую доблестные красноармейские войска со взятием Ижевска. Поздравляю с годовщиною революции. Да здравствует социалистическая Красная армия!"’30.
Так кончилось трехмесячное господство белых в Прикамье. Рабочие и крестьяне Удмуртии получили важные политические» уроки. На горьком опыте они убедились, что средины .между диктатурой пролетариата и диктатурой буржуазии нет. Подобно тому, как правление учредиловцев в Сибири привело к диктатуре Колчака, и в Удмуртии Крмуч эволюционировал к диктатуре Юрьева. Все трехмесячное господство белых было сплошной полосой реакции, систематического ухудшения правого и экономического положения рабочих и крестьян.
Крестьяне удмурты от господства белых получили вместо ожидаемого национального освобождения нагайку своего национального офицерства и восстановление помещичьего землевладения.
Важнейшей опорой белой контрреволюции, организаторами обмана крестьянства и отсталых слоев рабочих явились соглашательские партии эсеров и меньшевиков. Это они клеветали на большевистскую партию, они обещали массам широкую демократию и в то же самое время вошли в сделку с офицерскими организациями, снабдили оружием эту реакционную силу и передали ей командные посты в арми; они прикрывали и санкционировали именем Учредительного собрания все действия самой оголтелой реакции и этим проложили путь к установлению военной диктатуры. Эсеры и меньшевики создали первые боевые дружины против диктатуры пролетариата и спровоцировали первое столкновение в Ижевске. Они связались с всероссийской и международной контрреволюцией пытались и пытаются до сих пор обманывать массы мирового пролетариата, прикрываясь именем представителей пролетариата и доказывая, что советская власть угнетает рабочих и что ижевское восстание было восстанием рабочего класса против советской власти и большевиков.
Соглашательские партии опирались на кулачество деревни, на ту часть рабочих, которая была связана социальными корнями с кулачеством и на рабочую аристократию. Обманутые массы рабочих на опыте убедились, что рабочая аристократия органически связана с буржуазией и что никакая даже предварительная подготовка пролетариата к свержению буржуазии невозможна без немедленной, систематической, широкой, открытой борьбы с этим слоем, который ~ несомненно, как это вполне уже доказано опытом (в частности и Ижевским’, Доба- 120
120 „Гражданская война", под ред. Бубнова н др., т. I, Боевая жизнь Красной армии статья Шорина, стр. 149—150.
67
вим мы.-В. Л/.), пистайит немало, элементов. для буржуазной' бедой гвардии после ^победы пролетариата„?Э1 ’ .
Опыт борьбы с белогвардейцами показал рабочим и крестьянам Удмуртии, что „союз рабочих и крестьян трудно осущеСтвля-ется, но во всяком случае является единственным непобедимом союзом против капиталистов" 121 122. Несмотря на то, что вблизи бт прикамской белогвардейщины был.мощный фронт контрреволюции, несмотря на численный перевес (народной армии), под-, линный союз революционных рабочих и крестьян при гегемонии в этом союзе рабочих дал не только образцы великого геройства, энтузиазма и преданности делу социализма, но и образцы революционных побед, которые могут быть поставлены рядом с такими победами, как взятие Перекопа, наступление на Варшаву и. пр. Партия не только мобилизовала силы революционных рабочих и крестьян, но сумела выковать из них такие части, как Азинская железная девизия.
Победы над ижевской контрреволюцией были достигнуты одновременным мощным напряжением сил большевизированных масс самой Удмуртии и революционного центра страны. Движение в крае подготовило условия победы, разложило армию противника, создало новые боевые единицы красных войск. Центр дал сюда лучшие испытанные части, руководил борьбой против (народной армии), снабжал красный фронт оружием, вдохновлял ряды рабоче-крестьянских красных войск.
Наконец важнейший урок для отсталой части рабочих Удмуртии заключался в усвоении той истины, что в момент острой классовой борьбы нельзя оставаться пассивным наблюдателем событий. Недостаточная активность отсталых рядов рабочих в Ижевске уменьшила силы сопротивления рабочего класса наступлению контрреволюции, воодушевила белогвардейгцину и при численном перевесе рабочих г^асс дала временную победу контрреволюции.
Все эти уроки в период господства белых были прочно усвоены основными массами рабочих и крестьян Удмуртии, и массы сумели сделать соответствующие выводы. Только зажиточно-кулацкая часть крестьян, бывший привилегированный слой рабочих и, отдельные малочисленные элементы наиболее отсталых рабочих и крестьян отступили с белогвардейщиной. Впоследствии эти части, пополненные массой буржуазных выходцев, действовали в армии Колчака под именем ижевской и боткинской дивизий. Верховный правитель хотел показать этими названиями частей, что сами рабочие идут против советской власти. Но.подлинных пролетариев в колчаковских дивизиях уже не было, и никакими массами нельзя было скрыть от народных масс инстинное классовое лицо белой контрреволюции.
121 Ленин, т. XVIII изд. 1-е. стр. 237. Тезисы об осаазия.х задачах II конгресса Коминтерна.
,22 Лен и н, т. XVI стр. 371.
«3
ОГЛАВЛЕНИЕ
Стр.
I. Октябрь в Удмуртии,.............................. 3
И. Кулацкая контрреволюция.........................21.
Ш. Ижевское восстание............................. 35
IV. Восстановление советской власти и уроки господства „демократии'*.....................................62
Отв. редактор П. В. Кильдебеков; тех. редактор М. А. Лямин; выпускающий Т. Токарев. Сдано в производство 15 октября, подписано к печати 20 ноября 1933 г. Об'ем 41/* п. л., в п. л. 39168 тип. зн.
®блит № 2103. Заказ № 3030. Удпартиздат 5. Тираж 5100.
г. Ижевск, УАО. ул. Энгельса, 4 Типография УДГИЗа