/
Author: Ганковский Ю.В.
Tags: история ссср история афганистана преобразования афганистан афганское государство апрельская революция
Year: 1982
Text
ИСТОРИЯ АФГАНИСТАНА МОСКВА «МЫСЛЬ» 1982
ББК 63.3 (5Аф) И 90 редакции исторической ЛИТЕРАТУРЫ Ответственный редактор Ю. В. Ганковский Рецензент И. Н. Симоненко История Афганистана с древнейших времен до И 90 наших дней/ Отв. ред. Ю. В. Ганковский. — М.: Мысль, 1982. — 368 с. В пер.: 1 р. 40 к. В работе исследуется процесс становления афганского государства, Многовековая борьба народа Афганистана за свою свободу и незави* симость, против попыток колонизаторов, прежде всего английских, под* чинить страну. Особое внимание уделяется социально-экономическим и полити- ческим преобразованиям, осуществленным под руководством НДПА в результате победы апрельской революции 1978 г., а также советско* афганским отношениям, сыгравшим решающую роль в упрочении не* зависимости Афганистана. 0504000000-014 И 004(01 )-82---- 58'82 ББК 63.3 (5Аф) 9(М) © Издательство «Мысль». 1982
Предисловие Предлагаемая вниманию читателей книга посвящена истории Афганистана с древности до наших дней. Ее написание было бы невозможным, если бы авторы не опирались на труды предшественников, а также на ра- боты своих коллег в Советском Союзе и за рубежом, прежде всего в самом Афганистане. В ряде случаев ав- торы суммировали результаты собственных исследований по Афганистану. Первые публикации об Афганистане появились в Рос- сии еще в начале XVIII в. Они знакомили русских чита- телей со страной и ее населением, с событиями в Герат- ском и Кандагарском княжествах, с их борьбой против войск Надир-шаха Афшара. В середине — второй поло- вине XVIII в. в России было также подготовлено и из- дано несколько работ о державе Дуррани — первом су- веренном государстве, объединившем в своих границах все населенные афганцами земли, о деятельности осно- вателя этой державы Ахмад-шаха Дуррани и его преем- ников, о торговых связях России с Афганистаном. Подлинно научное изучение Афганистана было нача- то в нашей стране публикацией в 1829—1838 гг. трудов академика Б. А. Дорна. Он был основоположником изу- чения истории пуштунского народа. Его труды сохра- няют научное значение и в настоящее время. В середине — второй половине XIX в. большой вклад в изучение Афганистана внесли своими исследованиями видные отечественные востоковеды В. В. Григорьев, Н. В. Ханыков, Л. Н. Соболев, М. И. Венюков, Н. А. Ари- стов, С. Н. Южаков и др. Они исследовали проблемы древней и средневековой истории Афганистана, этноге- неза его народов, социальной структуры пуштунского общества, его нравы и обычаи, историю борьбы народов за свободу и независимость, проблемы англо-афганских отношений. В конце XIX — начале XX в. много и плодо- творно работали над изучением Афганистана А. Е. Сне- сарев, М. В. Грулев, А. А. Бобринский. Выдающийся вклад в изучение истории и культуры этой страны внес академик В. В. Бартольд. Качественно новый этап исследований истории, эко- 3
номики, языков, культуры Афганистана наступил после Великой Октябрьской социалистической революции. В первую очередь это было связано с общим подъемом науки и культуры в Советском Союзе в послереволюци- онную эпоху, особенно в бывших колониальных окраи- нах царской России. Важную роль в развитии советской афганистики сыграло установление между Советской страной и Афганистаном (сразу же после восстановле- ния независимости этого государства в 1919 г.) друже- ственных, добрососедских отношений, результатом кото- рых стал постоянный и неуклонный рост интереса совет- ских людей к славному историческому прошлому и сегодняшнему дню Афганистана, к богатой культуре его народов, их языкам, литературе, идеологии, экономике. Этот постоянный и неизменный интерес стимулировал исследовательскую работу советских востоковедов, со- действовал появлению не только фундаментальных науч- ных трудов, но и большого числа научно-популярных ра- бот, рассчитанных на широкий круг читателей. В итоге за последние 60 лет в нашей стране было издано свыше шести тысяч публикаций, посвященных Афганистану, — индивидуальных и коллективных монографий, сборников, справочных изданий, статей в научных и общественно- политических журналах, рецензий и обзоров (на рус- ском и на других языках народов СССР). Большой вклад в становление и развитие советской афганистики внесли М. С. Андреев, М. Г. Асланов, Е. Э. Бертельс, Б. Н. Заходер, Н. А. Кисляков, Н. Д. Мик- лухо-Маклай, И. М. Оранский, И. П. Петрушевский, Н. В. Пигулевская, И. М. Рейснер, А. А. Семенов, К. В. Тревер, А. Я. Якубовский и другие советские вос- токоведы, в трудах которых исследуются проблемы древ- ней, средневековой и новой истории Афганистана, осо- бенности эволюции афганского общества в новейшее время. Изучены важные аспекты истории языков, куль- туры и идеологии народов Афганистана, а также особен- ности их трансформации в последние десятилетия. Общеизвестно, что знание исторического прошлого страны и ее народа дает возможность лучше понять на- стоящее, помогает уяснить значение в его сегодняшней жизни традиционных представлений и институтов, силу их влияния на протекающие в этой стране социальные, экономические, политические и культурные процессы. Эта истина полностью применима и к сегодняшнему 4
Афганистану, народ которого в апреле 1978 г. совершил первую за всю свою тысячелетнюю историю подлинную социальную, национально-демократическую революцию. После апрельской революции добрососедские отно- шения между советским и афганским народами подня- лись на качественно новый, более высокий уровень. На- дежной основой их дальнейшего неуклонного расшире- ния и всестороннего развития стали тесная дружба и революционная солидарность. Резко возрос интерес со- ветской общественности к историческому прошлому и настоящему нашего южного соседа — Афганистана, к протекающим в этой стране политическим, социальным, экономическим и культурным процессам, к проводимым в Афганистане революционным преобразованиям, к его внутренней и внешней политике. Книгу «История Афганистана» написали: М. Р. Ару- нова (глава II — «Афганистан в средние века»), Ю. В. Ганковский (раздел «Государство Дуррани» в гла- ве III), В. Г. Коргун (глава IV—«Афганистан в новей- шее время», кроме заключительного раздела), В. М. Мас- сон (глава I — «Афганистан в древности»), Г. А. Мура- дов («Апрельская революция 1978 г. и образование Демократической Республики Афганистан» в главе IV совместно с Г. А. Поляковым), В. А. Ромодин (гла- ва III — «Афганистан в новое время», кроме первого раздела). В написании восточных терминов, имен собственных и географических названий авторы следовали разрабо- танным академиком И. А. Крачковским и профессорами Н. В. Юшмановым и А. А. Ромаскевичем правилам, ко- торые ныне широко приняты в советской исторической литературе. В ряде случаев сохранено написание, став- шее традиционным. Сектор Афганистана Отдел Ближнего и Среднего Востока Института востоковедения АН СССР
Глава I АФГАНИСТАН В ДРЕВНОСТИ Древнейший Афганистан Древнейшая история районов и областей, которые ныне входят в состав афганского государства, стала более или менее известна лишь в 60—70-х годах XX в., когда археологическими исследованиями была охвачена значительная часть этой территории. Большую роль при этом сыграли работы советско-афганской археологиче- ской экспедиции, открывшей десятки ранее неизвестных памятников каменного и бронзового века на левобережье Амударьи. Это была эпоха первобытнообщинного строя, когда жизнь людей в значительной мере находилась в зависи- мости от природных условий. Охота на диких зверей и собирательство пригодных в пищу растений и моллюс- ков были основным занятием людей древнекаменного века (палеолита) и поглощали почти все их время. До сих пор еще не установлено, входила ли терри- тория Афганистана в зону первоначального расселения человека. Отдельные находки грубых каменных орудий в местности Дашти Навур в провинции Газни позволяют утверждать, что по крайней мере 200—100 тыс. лет тому назад на территории Афганистана уже жили палеоли- тические охотники. Ко времени около 60—35 тыс. лет до н. э. относится древнее стойбище под навесом Дар- раи-кур в Северо-Восточном Афганистане, где в ниж- них слоях найдены каменные изделия мустьерского об- лика (средний палеолит). Обнаруженные здесь кости дикого быка и баранов указывают на основной источник питания. В этом же стойбище найден обломок челове- ческого черепа, по-видимому принадлежавший неандер- тальцу. Советскими археологами на левом берегу Аму- дарьи в пещере Тешик-Таш открыто погребение неандер- тальского мальчика. Находки отдельных мустьерских орудий в зоне приамударьинских песков в Северном 6
Афганистане показывают, что и сюда проникали палео- литические охотники L К следующему периоду развития каменного века, позднему палеолиту, восходят нижние слои пещеры Кара-Камар, расположенной около селения Хейбек, по дороге из Пули-Хумри в Таш-Курган *. В это время пред- горья Гиндукуша были сравнительно широко освоены охотниками каменного века, но следы их обитания редко встречаются на высоте свыше 1100 м над уровнем моря. Хотя антропологический тип современного человека сло- жился уже в период верхнего палеолита, его костные останки на территории Афганистана пока не обнару- жены. Потомками этих охотников предгорий и открытых равнин являются племена, населявшие Афганистан в эпоху мезолита (около 10 000—7000 лет до н. э.). В этот период в гроте Кара-Камар находила приют группа охотников, добывавших баранов, джейранов и различ- ных птиц. К этому же времени относятся две пещеры и одно открытое стойбище, расположенные на реке Бал- хаб, южнее Мазари-Шарифа, и получившие общее на- именование Ак-купрук. Здесь наряду со сравнительно массивными орудиями, сделанными из пластин и отще- пов, встречаются также и небольшие пластинки — микро- литы. Они вставлялись в пазы рукояток ножей и других орудий, делавшихся из кости или дерева и поэтому редко сохраняющихся. Это была новая, вкладышевая техника, благодаря которой создавались высокоэффективные для своего времени орудия труда. На позднем этапе разви- тия мезолита широко распространяются кремневые вкла- дыши, имеющие правильные геометрические очертания — в виде треугольников, прямоугольников и сегментов (стоянка Таш-купрук, 40). Такие позднемезолитические или ранненеолитические материалы обнаружены совет- ско-афганской экспедицией в районе Акча, где, видимо, располагались стойбища охотников и рыболовов, осво- ивших дельтовые участки подгорных речек и ручьев. По типам кремневых изделий мезолитические памятники Афганистана, известные, правда, пока лишь на севере * Ранее предполагалось, что нижние слои Кара-Камара можно датировать временем мустье. Это не нашло подтверждения после де- тального анализа найденных здесь каменных изделий. Они имеют сходство с поздним палеолитом Ирака (комплекс типа Барадост), 7
страны, близки памятникам Средней Азии этого времени, прежде всего Южной Туркмении (Джебел, Дам-дам- Чешме) и Юго-Западного Таджикистана (Туткаул, ниж- ний слой). Это явление скорее всего отражает основные направления древних культурных связей и контактов. В эпоху неолита хозяйственное единообразие в раз- витии древних общин на территории Афганистана посте- пенно нарушается. Если на севере страны по-прежнему основным способом добычи продуктов питания служили охота, рыболовство и собирательство (так называемая эпоха присвоения продуктов питания), то на юге появ- ляются свидетельства перехода к новым формам хозяй- ства— к земледелию и скотоводству (эпоха производ- ства продуктов питания, или производящей экономи- ки). Неолитическими охотниками и рыболовами была густо заселена Бактрийская равнина, где в пору увлаж- ненного климата речки и ручьи, стекавшие с Гиндукуша, вплотную подступали к песчаным грядам. Именно в зоне контакта песков и древнедельтовых отложений распо- ложены десятки развеянных стойбищ неолитического периода. Наряду с орудиями, изготовленными из пра- вильных тонких пластин, здесь встречаются орудия гео- метрических очертаний, в том числе трапеции и сегмен- ты. Найдены и обломки грубой глиняной посуды, правда немногочисленные. Неолитические наслоения обнаруже- ны и в ряде пещер Северного Афганистана, где наряду с кремневыми орудиями встречаются также грубые тер- ки и каменные мотыги. Богатые природные ресурсы определенное время обеспечивали относительно устойчивое существование неолитических общин. Но постепенно рост населения и истощение фауны привели к необходимости поисков но- вых источников питания. Недаром в североафганских пещерах найдены кремневые пластины серпов, с помо- щью которых срезались злаковые растения. Сообщается и о находках в этих пещерах костей домашних живот- ных, однако их стратиграфическое положение не всегда достаточно ясно. В южных областях подобные свиде- тельства наступления новой исторической эпохи, эпохи земледелия и скотоводства, более определенны. Усло- вия для такого перехода были в целом весьма благо- приятны. Исследованиями советского ботаника Н. И. Ва- вилова установлено исключительно высокое сортовое разнообразие злаковых культур на территории Афгани- 8
стана. Так, здесь представлено до 60 разновидностей мягкой пшеницы и до 50 — пшеницы карликовой. И. И. Вавилов специально отмечал, что такие районы, как Герат, Кандагар и Юго-Восточный Афганистан, должны обратить на себя внимание историков земле- делия. Не удивительно, что именно на юге страны открыты первые памятники древних земледельцев и скотоводов. Неподалеку от афганской границы, у Боланского гор- ного прохода, французской экспедицией в 70-х годах нынешнего столетия раскопано поселение Мергар, да- тируемое в нижних слоях VI—V тыс. до н. э. Здесь от- четливо проступают черты новой эпохи, приведшие к из- менениям в культуре, — имеются глинобитные дома из сырцового кирпича, многочисленные обломки каменных сосудов и серпы для уборки зерновых культур. Лишь кремневые орудия, в том числе микролиты геометриче- ских очертаний (трапеции и сегменты), напоминают о связях с культурами мезолитических и неолитических охотников и собирателей. Интересно, что почти одина- ковые виды трапеций (так называемые с вогнутой спин- кой) найдены в Мергаре и на развеянных стойбищах приамударьинских охотников. В поселении Мергар была обнаружена и глиняная посуда, украшенная расписными узорами, — это устойчивый признак раннеземледельче- ских культур, в которых значительное внимание уделя- лось прикладному искусству2. Судя по всему, памятники типа Мергара в этих районах отнюдь не были единич- ными. На территории современного Афганистана древней- шие памятники оседлых земледельцев и скотоводов пока известны лишь к югу от Гиндукуша и датируются IV—III тыс. до н. э. Они располагаются в плодородной и обильно орошаемой Кандагарской провинции (Мун- дигак, Саид-кала, Дех-Мораси-Гхундай). Следует отме- тить, что именно благоприятные природные условия способствовали развитию здесь раннеземледельческой культуры. Ее эволюция на юге Афганистана хорошо изу- чена благодаря раскопкам Мундигака, проводившимся французским археологом Ж.-М. Касалем3. Здесь уже в самых нижних слоях широко представлена глиняная посуда, сделанная с помощью гончарного круга и укра- шенная росписью. Применение такого сложного инстру- мента, как гончарный круг, указывает на значительный 9
технический прогресс и развитие специализированного производства. По типам орнаментов местная культура обнаружи- вает много общего с памятниками раннеземледельческих культур Белуджистана и Южного Ирана. В конце IV — первой половине III тыс. до н. э. отмечается усиление связей с земледельческо-скотоводческими общинами Южного Туркменистана, что, возможно, обусловлено переселением оттуда отдельных племенных групп в юго- восточном направлении. Так, на поселении Саид-кала найдены глиняные Женские статуэтки, выполненные в той же манере, что и фигурки, изготовлявшиеся в южно- туркменистанских поселениях. Большое сходство отме- чается и в орнаментации расписной керамики. Наблю- дается значительный прогресс металлургии у кандагар- ской группы раннеземледельческих племен, чему, вероят- но, способствовало наличие на территории Афганистана залежей медных руд. Из меди и бронзы изготовля- ются проушные топоры, кинжалы, различные украше- ния; широко осваивается техника литья в закрытых формах. Наивысшего расцвета культура этой группы племен достигает в III тыс. до н. э., когда поселение Мундигак, судя по всему, играло роль местной столицы. Здесь на холме, образованном культурными отложениями более раннего времени, воздвигается монументальное строе- ние с фасадом, украшенным сомкнутыми полуколоннами. Предполагается, что это резиденция местного князька- правителя. Другим памятником монументальной архи- тектуры является большой дом с обводной стеной, деко- рированной острыми выступами, предположительно оп- ределяемый как храмовая постройка. В это время распространяются металлические перегородчатые печа- ти, широко представленные также в памятниках Южной Туркмении того времени и Северного и Восточного Ирана. Ряд керамических форм и мотивов росписи находит близкие аналоги в материалах древнеиндской цивилиза- ции Хараппы. Вероятно, хараппские центры, располо- женные в долине Инда, получали из Афганистана мед- ную руду и лазурит, крупнейшее месторождение кото- рого находится в Бадахшане. Этот красивый синий камень высоко ценился на всем древнем Востоке, где ему приписывали магические свойства. Лазурит со вто- 10
рой половины IV тыс. до н. э. широко распространяется в Месопотамии и Египте, достигает Трои в Малой Азии. Далеко на запад афганистанский лазурит попадал по- средством многоступенчатого обмена, тогда как с Ха- раппской цивилизацией, судя по всему, существовали прямые торговые и культурные контакты. В 1975 г. фран- цузскими археологами на берегу Амударьи было обна- ружено поселение Шотургай, содержащее в нижних сло- ях типичную хараппскую керамику. Пока что здесь про- изведены лишь разведочные раскопки, но перед нами, бесспорно, свидетельство тесных связей древних куль- тур. Не исключено, что Шотургай — это остатки своего рода хараппской фактории на берегах Амударьи. Спе- циализированные производства, которые превращаются в ремесла, отделяясь от земледелия, и монументальная архитектура—достаточно яркие признаки формирую- щейся цивилизации. На одном из участков Мундигака открыта и обводная стена, фланкированная квадратны- ми башнями. Можно констатировать, что на последних этапах своего существования Мундигак начинает пре- вращаться из поселка земледельческой общины в посе- ление городского типа. Сходные изменения могут быть отмечены для III тыс. до н. э. и в культуре другой группы раннеземледельче- ских племен Южного Афганистана — сеистанской. Там дельта Гильменда, состоящая из бесчисленных протоков, впадающих в постоянно меняющиеся по своим разме- рам озера (хамуны), благоприятствовала развитию по- ливного земледелия. Известно несколько десятков ран- неземледельческих поселений этого времени, на которых найдена высококачественная расписная керамика, сде- ланная с помощью гончарного круга. Имеются и метал- лические перегородчатые печати. Руины столицы этой группы племен, носящие название Шахри-Сохте, сейчас z расположены на территории Ирана. На Шахри-Сохте при раскопках открыто монументальное здание, найде- ны металлические перегородчатые печати, бронзовая статуэтка женщины, видимо привезенная из Месопота- мии, и глиняная табличка со знаками протоэламской письменности. Есть основания полагать, что Шахри- Сохте, подобно Мундигаку, является руинами поселения протогородского или раннегородского типа. Труднее судить о характере культуры Северного Афганистана периода, когда на юге страны процветали 11
поселки ранних земледельцев. Не исключено, что на се- вере переход к земледелию и скотоводству значительно задержался и общины с архаической культурой неоли- тического облика были современниками оседлых земле- дельцев юга. В некоторых пещерах исследователи выде- ляют для III тыс. до н. э. так называемый «неолит с куль- том горных козлов», получивший такое наименование по ритуальным погребениям этих животных, обнаружен- ным в культурном слое. Найденные в этих же слоях ка- менные и кремневые орудия сделаны грубо, архаичны. Возможно, это стойбища горных охотников и скотово- дов, находившихся еще на сравнительно низкой ступени культурного развития. Значительные изменения происходят во II тыс. до н. э. В это время культура обеих групп южноафга- нистанских земледельцев по не вполне ясным причинам приходит в упадок. Большинство поселений попросту забрасывается; на Мундигаке обжитая территория со- кращается в несколько раз, преобладает лепная кера- мика, хотя сохраняется и ремесленная гончарная посуда. На севере, наоборот, именно в этот период распростра- няется высокоразвитая культура, детально изученная советским ученым В. И. Сарианиди в ходе работ совет- ско-афганской экспедиции4. Ряд ценных предметов, при- надлежащих этой культуре, в том числе золотые и сере- бряные изделия, найдены при случайных, грабительских раскопках5. В целом вырисовывается достаточно определенная картина этой древней культуры. На сравнительно не- большом пространстве между Давлетабадом и Мазари- Шарифом открыто несколько десятков поселений осед- лых земледельцев и скотоводов, группирующихся в пять или шесть оазисов. Оазисы располагались вдоль русел небольших речек, а сами поселения сконцентрированы в дельтовых участках, в зоне контакта с пустынными массивами, где разливы паводковых вод были особенно значительны и могли использоваться при орошении. Ви- димо, для полива полей проводились и небольшие ка- налы. Плодородие лёссовых почв Северного Афгани- стана хорошо известно. Исследования советских архео- логов показывают, что здесь уже в эпоху бронзового века сложился тип оазисного земледелия. Обработка полей производилась при помощи пахотного орудия типа сохи, запряженного быками. В каждом из оазисов имел- 12
ся свой центр, отличавшийся от рядовых поселений нали- чием небольшой прямоугольной крепости площадью около 1 га. Крепость была окружена сырцовой стеной с круглыми башнями по углам и полукруглыми по пери- метру стен (Дашлы-1, Гирдай). Это была устойчивая и для своего времени развитая фортификационная систе- ма. Характерен и высокий уровень культуры обитателей этих оазисов II тыс. до н. э. * Керамика стандартных форм изготовлялась с по- мощью гончарного круга и обжигалась в специальных двухъярусных горнах, располагавшихся рядом с посел- ками. Мастера-керамисты изготовляли сосуды строгих, отточенных форм. Никакой орнаментации на них нет. Расписная керамика исчезает с упадком раннеземле- дельческой традиции прикладного искусства. Разнооб- разна была продукция металлургов, кузнецов и ювели- ров. Здесь и различного рода топоры, и серпы, и зерка- ла, и булавки с фигурными навершиями, часто в виде различных животных — козлов, баранов и быков. При- мечательно значительное количество оружия — мечей, копий, боевых топоров. Последние, судя по глиняным фигуркам воинов, носили заткнутыми за пояс. Наличие крепостей, а также массового оружия указывает на то, что это была неспокойная пора военных столкновений и конфликтов. Вероятно, в особую отрасль производства выделилось изготовление крупных ажурных бронзовых печатей, часто воспроизводящих фигуры людей и живот- ных. Известны также каменные печати с разнообразны- ми изображениями, в том числе с фигурами крылатых львов, сюжетом явно месопотамского происхождения. Выдающимся памятником древнего искусства являются каменные статуэтки сидящих женщин, туловище кото- рых выточено из темного змеевика, а голова — из свет- лого мрамора. На этих фигурках также лежит явствен- ный отпечаток художественных канонов далекой Месо- потамии. * По традиционной системе хронологии бронзового века Сред- него Востока и данным радиокарбонного анализа, памятники типа Дашлы датируются в литературе серединой и второй половиной II тыс. до н. э. Однако если учесть для радиокарбонных дат MASKA- correction, то эта датировка должна быть понижена до конца III — начала II тыс. до н. э. В таком случае вполне объяснимы месопо- тамские аналогии ряду вещей, найденных в Северном Афганистане; они указывают как раз на конец III — начало II тыс. до н. э. (Amiet Р. Op. cit, р. 121). 13
В целом эта высокоразвитая культура не имеет в Северном Афганистане местных предшественников в ви- де памятников ранних земледельцев. Она появляется на Бактрийской равнине сразу в сложившемся виде и, воз- можно, прямо сменяет культуру охотников и скотоводов, имевшую архаический, во многом неолитический облик. Вместе с тем все основные элементы этой высокоразви- той культуры известны по памятникам Южного Туркме- нистана бронзового века. Более того, там они, как пока- зали раскопки Алтын-тепе, естественно формируются на основе местных культурных традиций раннеземледельче- ской эпохи. Как раз во II тыс. до н. э. основные центры этой культуры Южного Туркменистана — Алтын-тепе и Намазга-тепе приходят в упадок. Население частично перемещается на восток, в дельту Мургаба, где основы- вается ряд новых оазисов, центрами которых становятся прямоугольные крепости со стенами, фланкированными полукруглыми башнями. Видимо, в результате постепен- ного передвижения этих групп населения со сложившейся высокоразвитой культурой городского типа произошло и освоение плодородных участков на севере Афганистана. Одновременно поселения с идентичной культурой появ- ляются и в Южном Узбекистане, на правом берегу Аму- дарьи (Саппали, Джакутан). Однако это был в целом достаточно сложный про- цесс. Наличие в комплексах типа Дашлы бесспорных месопотамских черт, а также сероглиняной керамики, более характерной для Юго-Восточного Прикаспия, чем для Южной Туркмении, указывает и на иные цепочки связей. Во всяком случае, это было время усиления раз- нообразных контактов между различными странами и различными культурами, за которыми во многих случаях скрывалось прямое перемещение племенных групп. Не случайно неподалеку от североафганистанских крепо- стей бронзового века найдены развеянные стоянки с гру- бой лепной посудой, типичной для степных скотоводче- ских племен северных областей Средней Азии и Казах- стана. До сих пор в Северном Афганистане не обнаружено крупных памятников эпохи бронзы, которые можно было бы считать остатками поселений городского типа. Веро- ятно, на раннем этапе освоения земледельцами новых земель концентрация населения происходила медленны- ми темпами, Поэтому преобладало расселение неболь-
шими общинами, рассредоточенными по мелким посел- кам неподалеку друг от друга, но представлявшими собой в каждом случае обособленный общественный организм. Вместе с тем примечательно наличие значи- тельных сооружений монументальной архитектуры, так- же расположенных обособленно, но явно выполнявших специфические функции, вцдимо общие для целой груп- пы поселков (а может быть, и для всего Северного Афга- нистана в целом). Два таких здания раскопаны на памятнике Дашлы-3. Одно из них в плане образует ква- драт с размером стороны около 130—150 м. В центре квадрата находится круглая крепость с прямоугольны- ми башнями, слегка выступающими из стен. Наличие внутри крепости сооружения типа святилища с пристен- ным алтарем позволяет считать, что это культовый центр, скорее всего храм с многочисленными службами, хранилищами и закромами, жилищами жрецов и обслу- живающего персонала. Хорошо известно, что древней- шие храмы Месопотамии были не только символами идеологического единства общин, чьими коллективными усилиями они были возведены, но также своего рода административными и хозяйственными центрами. Второе сооружение — прямоугольное, в плане имеет размеры 84x88 м, с центральным двором, где распола- гались различные хранилища и небольшое здание с ал- тарными нишами. Внешние стены этого здания украше- ны многочисленными пилястрами. Предполагается, что это здание имело дворцово-культовый характер, но, судя по планировке, здесь совершенно не представлена жилая часть предполагаемого дворца. Возможно, это тоже был храм, но уже другого божества, подобно тому как в Ме- сопотамии нередко рядом находились храмы верховного бога и его божественной супруги. Как бы то ни было, перед нами культовый и административно-хозяйственный центр бронзового века. Правда, среди десятков раско- панных археологами могил пока не встречено таких, которые по необычности и богатству инвентаря могли бы быть отнесены к числу гробниц светской или жре- ческой знати. Однако среди случайных находок из Се- верного Афганистана немало ценнейших предметов брон- зового века, в том числе золотых сосудов с художествен- ными рельефами. Совершенно ясно, что они происходят либо из богатых погребений, либо из храмовых сокро- вищниц. Таким образом, можно заключить, что во II тыс. 15
до н. э. и на севере Афганистана происходит активный процесс формирования цивилизации древневосточного типа, хотя в иных условиях и в иной культурной среде, чем это имело место в III тыс. до н. э. на юге страны. Следует полагать, что одновременно шел процесс соци- альной и имущественной дифференциации, закладыва- лись основы общественного неравенства. Этническая и языковая принадлежность древних племен, создавших эти замечательные культуры брон- зового века, не вполне ясна. Уже в эпоху ранних земле- дельцев здесь обитало длинноголовое население европе- оидного типа, близкое по антропологическому типу современному населению Афганистана. Однако сходный антропологический тип представлен и в большинстве других раннеземледельческих культур Среднего Восто- ка, от Южного Туркменистана до северо-западных рай- онов Южной Азии, в том числе среди носителей циви- лизации Хараппы. Анализ надписей на хараппских печатях позволяет предполагать, что их язык принад- лежал к числу протодравидских, имевших в древности довольно широкое распространение. Печать с такой надписью была найдена и в Южной Туркмении при рас- копках Алтын-тепе. Не исключено, что различные группы раннеземледельческих племен Южного Туркменистана, Северного Ирана и значительной части Афганистана также говорили на языках и диалектах протодравидской группы. На юге Ирана, наоборот, широко представлены памятники эламского языка, в ряде отношений близкого протодравидскому. Во II тыс. до н. э. ситуация меняется. Есть основания полагать, что на территории Афганистана проживало население, говорившее на языках индо-иранской группы, к которой принадлежит большинство современного на- селения страны. Древнеиранские и древнеиндийские языки происходят от единого языка; от него они унасле- довали основы грамматического строя и ядро лексики. Индо-иранское единство (по самоназванию, употребляе- мому ими, арийское) не ограничивалось языковой общ- ностью: много сходного имелось в религии, мифологиче- ских представлениях, эпических преданиях. Анализ терминов, восходящих к этой индо-иранской общности, позволяет утверждать, что это были племена, знакомые с земледелием, но основное богатство их со- ставлял скот, бывший мерилом процветания. Уже выде- 16
лилась военная знать — воины-колесничие, именовавшие- ся ратайштарами (буквально «стоящий на колеснице»). Был известен и институт власти вождей, постепен- но превращавшихся в полновластных царьков. Пле- мена— носители древнеиндийских языков расселялись в Северной Индии постепенно, возможно двумя потока- ми, в общем направлении с северо-запада на юго-восток, смешиваясь с местным дравидоязычным населением, о чем свидетельствует сильное дравидское влияние на арийские языки Северной Индии. Древнейший памятник этих языков — Ригведа многими авторами датируется в пределах XII—X вв. до н. э., но предполагается, что их распространение имело место еще в первой половине II тыс. до н. э. Разумеется, эти события не могли не за- тронуть территорию Афганистана, и многие исследова- тели полагают, что предки индоариев определенное вре- мя обитали на территории Средней Азии и Афганистана вместе с предками иранских племен6. На Ближнем Востоке появление арийских собствен- ных имен и специальных терминов, связанных с иран- ской языковой группой, относится к середине II тыс. до н. э.7 Во всяком случае, в начале I тыс. до н. э. об- ласти современного Афганистана и большей части Сред- ней Азии уже были заселены ираноязычными племенами; названия, которые они дали отдельным областям, сохра- нились на многие столетия. Все эти данные позволяют заключить, что в течение второй половины II тыс. до н. э., а может быть и ранее, происходил процесс расселения в Афганистане и соседних областях ираноязычных пле- мен, ассимилирующихся с местным населением, возмож- но уже индианизированным по языку. Первоначальной областью обитания индоиранских скотоводческих пле- мен были скорее всего степи между Дунаем и Уралом. Пути продвижения этих племен, судя по всему, были разнообразны: часть из них попала на Ближний Восток через Кавказ, а часть двигалась восточнее Каспийского моря. В определенной мере эти данные можно сопоста- вить с развитием и распространением древних культур согласно данным археологии. Есть основания говорить о трех типах этих культур и археологических комплексов. Первый тип — культуры, развивающие местные, оседлоземледельческие традиции, причем на основе этих традиций происходит формирова- ние цивилизаций древневосточного типа. Таковы ком- 17
плексы типа Намазга-5 и -6 в подгорной полосе Южного Туркменистана и в дельте Мургаба, а также памятники по среднему течению Амударьи как на правом, так и на левом ее берегу типа Гирдай, Дашлы и Саппали. В этих культурах наряду с продолжением местных традиций от- четливо выступают именно во II тыс. до н. э. отдельные черты и явления, связанные с культурой Месопотамии и ряда областей Западного Ирана. Это проявляется в от- дельных художественных образах (крылатые львы, ге- рой, борющийся с дикими зверями), в некоторых кате- гориях бронзовых изделий, в частности в боевых топо- рах и кинжалах. Второй тип комплексов — памятники степной бронзы Средней Азии и Казахстана, в основном грубая лепная посуда, украшенная незатейливыми процарапанными узорами. Они известны и в Южной Туркмении, и на юге Средней Азии, а отдельные предметы встречаются даже на правом берегу Амударьи. И наконец, третий тип ар- хеологических комплексов этого времени отмечен свое- образным синкретизмом — смешением черт, традицион- ных для высокоразвитых местных культур, правда в не- сколько огрубленном варианте, и элементов, уходящих опять-таки в зону степных племен бронзового века. Та- кие памятники хорошо изучены в Юго-Западном Таджи- кистане (ранний тулхарский могильник, могильник «Ти- гровая балка») и предположительно имеются на левом берегу Амударьи (верхние слои поселения Шотургай). Эта сложная картина отражает процесс расселения племен нового этноса, генетически связанного с зоной степей Евразии, но впитавшего в ходе передвижений также элементы культуры Западной Азии. В то же вре- мя шла и лингвистическая ассимиляция местного доин- доиранского населения. В области же культуры преоб- ладание сохранялось за местными высокоразвитыми, оседлоземледельческими традициями. Вероятно, не слу- чайно в сложных сюжетах на печатях того времени есть отражение индоиранской мифологии. Как бы то ни бы- ло, это был важнейший период в истории древних пле- мен и народностей Афганистана, время формирования непосредственных предков современного населения. 18
Развитие раннеклассового общества Древняя история Афганистана с конца бронзового века изучается на основании не только данных археоло- гии, но и сведений письменных источников. Важнейшим источником по древней истории Афганистана и сопре- дельных стран является «Авеста», замечательный памят- ник древнеиранской письменной культуры, из которого нам стали известны названия целого ряда культурно- исторических областей на территории Афганистана, от- носящиеся к I тыс. до н. э. Область Кандагара, напри- мер, где в IV—III тыс. до н. э. существовала обособлен- ная группа раннеземледельческих племен, в «Авесте» именуется Харахвати, что в греческой передаче означает Арахосия. Область Сеистана, родина второй группы раннеземледельческих племен, в «Авестве» высту- пает как Хайтуманта (по имени реки Хайтумант, современный Гильменд). Поскольку древнеиранское «хайту» означает мост, можно предполагать, что на этой водной артерии была устроена переправа, надежно обес- печивавшая транспортную связь. Более известна эта об- ласть под именем Дрангианы (древнеперсидское Зранка). В Северном Афганистане также существовали две крупные историко-культурные области. Территория со- временного Гератского оазиса именуется в «Авесте» Ха- ройва (Арея в греческой передаче), что в конечном сче- те и дало современное название Герат, или, в средневе- ковой передаче, Херат. Районы по среднему течению Амударьи вместе с южными областями Узбекистана и Таджикистана образовали Бактрию (Бахди в авестий- ской передаче и Бахтриш в древнеперсидской транскрип- ции). С Бактрией граничила, а в отдельные периоды и входила в ее состав Маргиана (авестийское Моуру, древ- неперсидское Маргуш), расположенная в плодородных низовьях Мургаба на юго-востоке Туркмении. «Авеста» дошла до нас в далеко не полном виде. Из сохранившихся частей наибольший интерес пред- ставляет «Ясна», что буквально означает «почитание, жертвоприношение». Здесь объединены различные тек- сты, произносимые при определенных обрядах. Среди них сохранилось и 17 глав, приписываемых знаменито- му основателю одной из мировых религий Зороастру, или Заратуштре. Проповеди Заратуштры известны под 19
названием Гат и отличаются весьма архаическим язы- ком, большой эмоциональностью и страстностью. Дру- гая важная часть «Авесты» — «Видевдат» (закон против дэвов) содержит тексты, передающие весьма древнюю традицию. Наконец в «Авесту» оказались включенными и 22 гимна-молитвы (так называемые яшты), посвящен- ные различным божествам. По языку они еще более архаичны, чем проповеди Заратуштры. Древнейшие части «Авесты» позволяют в известной мере охарактеризовать общественный строй восточно- иранских племен, по крайней мере первой трети I тыс. до н. э. Низшей общественной единицей была имана-дом, означавшая большую патриархальную семью, включав- шую рабов, жилище и все хозяйство. Следующей едини- цей был вис — род, за которым следовало занту — племя или область, населенная племенем. Наконец, четвертой единицей в иерархии общественных органов была да- хью — страна, область, которую возглавлял правитель области — дахьюпати. Видимо, дахью — это основные хозяйственно-политические организмы того времени, представлявшие собой оазисы с центром в виде поселе- ния городского типа. Такие оазисы, группировавшиеся вокруг крупного поселения с высившейся на мощной платформе из сырцового кирпича цитаделью, известны для IX—VII вв. до н. э. в дельте Мургаба, в древней Маргиане. Вероятно, таким центром древней Дрангианы был Нади-Али в Систане. Центр этого достаточно круп- ного памятника представляет собой холм высотой 31 м, на вершине которого находились остатки здания по- стройки VII—VI вв. до н. э., возможно дворцового ха- рактера. Во всяком случае, здесь при раскопках помимо глиняной посуды найдены обломки украшений из меди и золота. Возможно, это была резиденция местного дахью- пати. В яштах упоминаются дома правителей, очевидно являющиеся древнейшими дворцовыми сооружениями. В правобережной Бактрии также известны монумен- тальные строения первой трети I тыс. до н. э. с исполь- зованием высоких платформ, сложенных из сырцового кирпича (Тилля-тепе). Археологические материалы свидетельствуют об оп- ределенных изменениях в культуре североафганистан* ских оазисов первой трети I тыс. до н. э. Здесь проис- ходит сокращение количества керамики ремесленной выделки. Теперь почти половину глиняной посуды состав- 20
ляют грубые, ручной лепки, сосуды, покрытые нередко несложными расписными узорами. (Вместе с тем ряд культурных традиций сохраняется, что особенно заметно в области строительства.) Многочисленные бронзовые наконечники стрел указывают на большую роль воору- жения в жизни древних племен. Начавшееся в этот пе- риод освоение железа позволило воинам и земледель- цам изготовлять орудия невиданной ранее прочности и надежности. Близкая к такой культура распространена была в то время и на левом берегу Амударьи (Кучук- тепе), и в низовьях Мургаба (комплексы типа Яз-депе 1). Причины происходящих изменений не вполне ясны. Ско- рее всего они отражают процесс культурной ассимиля- ции, связанной с переходом населения Афганистана и соседних стран на языки и диалекты восточноиранской языковой группы. Наряду с развитием оседлых оазисов в начале I тыс. до н. э. начинается сложение кочевых племен, также говоривших на восточноиранских языках и являвшихся потомками степных скотоводов эпохи брон- зы. Переход к верховой езде позволил кочевникам совер- шать далекие походы. Вооруженные конники стали мощ- ной военной силой древнего мира. Из этих племен наиболее известны саки, основным центром расселения ко- торых были Северная Киргизия и Южный Казахстан. Но отдельные группы кочевников часто жили в непосред- ственном соседстве с жителями оседлых оазисов. Есть основания говорить о весьма раннем проникновении ко- чевых племен даже на юг Афганистана. Дальнейшее развитие хозяйства, накопление бо- гатств, усиление военной опасности, продолжающееся расслоение общества на богатых и бедных стимулиро- вали стремление к созданию крупных политических объ- единений с устойчивым централизованным руководством. Эпико-героическая традиция восточноиранских племен, частично сохраненная «Авестой», позволяет осветить не- которые стороны этого процесса. Так, в одном из яштов, называемом «Михр-яшт» и посвященном древнеиран- скОму богу Михре, или Митре, упоминается лицо доволь- но высокого общественного положения, а именно дахью- пати всех дахью, т. е. правитель не одной, а нескольких стран-оазисов8. Уже само появление такого термина указывает на наличие тенденции к политической цен- трализации, к объединению нескольких оазисов под властью одного правителя. Эти объединения могли быть 21
и довольно значительными. В том же «Михр-яште» рас- сказывается, как сам Митра на быстром коне первым покоряет вершины и с высоких гор взирает на благо- датную «арийскую» землю, в состав которой входят Согд, Маргиана, Арея, Хорезм и области, находившиеся, видимо, в горном Афганистане. Исследователи не без оснований предполагают, что это одно из весьма древ- них политических объединений, не отличавшихся посто- янством границ и стабильностью власти9. В эпико-героической традиции рода Виштаспы, по- кровителя Заратуштры, повествуется о драматических событиях, сопутствовавших образованию подобных объ- единений. Кави Хусрау, дальний предок Виштаспы, вое- вал с Франграсьяном, предводителем кочевых племен, именуемых в «Авесте» турами. Первоначально Фран- грасьяна завоевал страну Кави Хусрау, который, судя по всему, правил в Дрангиане, на юго-западе Афгани- стана. Но затем в результате жестокой битвы предво- дитель кочевников был взят в плен и связанным приве- ден к Кави Хусрау, который убил его «у озера Чайча- ста, глубокого озера с солеными водами» (по всей видимости, у Аральского моря). Один из видных совет- ских исследователей, И. М. Дьяконов, даже предпола- гает, что «арийская земля», описанная в «Михр-яште», представляет собой конфедерацию, образованную дран- гианским владыкой. Во всяком случае, это было лишь одно из временных объединений, которые создавались под властью удачливых царьков и опирались на воен- ную силу. Правда, власть этих царьков была ограничена «советом первейших». Большую роль играли и служи- тели культа, выделявшиеся в особую касту жрецов. Как бы то ни было, борьба за объединение разроз- ненных оазисов в условиях постоянных столкновений с вторгавшимися в страну кочевниками становится глав- ной прогрессивной тенденцией того времени. В такой исторической ситуации и развернулась деятельность Заратуштры. Молитвы-проповеди Заратуштры (Гаты) принадлежат, как свидетельствует стилистический ана- лиз, одному лицу и отражают яркую личность автора, его порывистость, страсть и нетерпимость. Лейтмотив этих речений вполне ясен — перед нами идеологический реформатор, отвергающий ранее существующие верова- ния и стоящую за ними жреческую корпорацию. Заратуштра яростно выступает против лживых богов 22
и их последователей, в том числе против правителей, при которых находятся «дурные проповедники». На первое место в его религиозных воззрениях выдвигается Ахура- Мазда (мудрое божество). Вместе с тем в проповеди самого Заратуштры заключены и основы учения о дуа- лизме, о двойном делении мира на царство добра и правды (Арта) и царство зла и лжи (Друг). В одной из проповедей Заратуштра прямо говорит: «Я хочу ска- зать о двух духах в начале бытия, из которых светлый сказал злому: «Не согласуются у нас ни мысли, ни уче- ние, ни воля, ни убеждения, ни слова, ни дела, ни наша вера, ни наши души». Оба изначальных духа явились, как пара близнецов, добрый и дурной в мысли, в слове, в деле. И когда те два духа встретились, вначале они установили с одной стороны жизнь, с другой — разру- шение жизни» *. Человек, во всяком случае теоретически, свободен в выборе встать на сторону добра или зла. Сам Заратуштра ни минуты не сомневается в своем выборе и активно выступает как истинный артовец. Однако за абстрактными понятиями и туманными, хотя и поэтиче- скими видениями Заратуштры могут быть выявлены вполне реальные, земные устремления 10. Условия, в которых возникло и сформировалось это идеологическое явление, в частности бескомпромиссный дуализм с извечной борьбой добра и зла в космических масштабах, достаточно определены. Так, в проповедях Заратуштры десятки раз в разных сочетаниях упоми- нается скотоводство, различные домашние животные, чаще всего быки и коровы. Говоря о скоте и скотовод- стве, пророк выказывает активную заинтересованность в их благополучии и процветании, в ограждении от вся- ческих злых сил, от массовых забоев при жертвоприно- шениях и, главное, от хищничества и разбоя. Известно, что на определенной стадии развития общества, когда резко обособляются социальные группы, перерастающие в классы, именно скот и владение им были символом социальной и общественной значимости. Скот, как легко отчуждаемое имущество, становился в первую очередь объектом собственности. Обладание скотом означало богатство и процветание. В этом отношении показатель- но, что знатный род, представители которого одними из первых поддержали учение Заратуштры, назывался * Перевод В. И. Абаева. 23
хеагва, что этимологизируется как «имеющий хорошего бь’ка» или «хороший скот». Один из приверженцев про- рока носит имя Фрашауштра, что означает «обладаю- щий годными (хорошими) верблюдами», другой — Джа- маспа — «ведущий лошадь». Даже имя самого пророка означает «обладающий желтым верблюдом» или «вер- блюжий погонщик». Вместе с тем Заратуштра отнюдь не пассивен в своих призывах к ограждению довольства и богатства, симво- лизируемого процветающим скотоводством. Он видит и тот инструмент, который может оградить общество от бед и грабежей, утвердить на земле начала правды и света. Это «хшатра» — сильная власть земных владык. В 17 сохранившихся проповедях Заратуштры данное понятие упомянуто 63 раза. Добрый правитель, утвер- ждает он, несет смерть и истребление в лагери врагов и таким образом воздвигает мир для радостных селений. В этом отношении зороастризм был учением, наиболее полно отвечающим сложившейся исторической обстанов- ке, идеологически обосновывавшим создание крупных государственных объединений под властью «праведных царей». В свою очередь это было одной из причин, обу- словивших быстрое распространение нового учения, яв- лявшегося идеологической платформой знати, которая противопоставляла свою власть обществу. Сам родоначальник учения принял активное участие в политической борьбе за создание прочных государ- ственных образований. Устойчивая зороастрийская тра- диция утверждает, что Заратуштра появился за 258 лет до Александра Македонского, но не ясно, имелась ли в виду селевкидская эра, начавшаяся в 312 г. до н. э., или какое-либо другое событие. Ориентировочно жизнь и деятельность пророка можно отнести к VII в. до н. э. Это был вполне реальный человек. Его мать носила имя Дугдава (доящая коров), а отец — Пурушаспа (владею- щий серыми или пятнистыми конями). В возрасте около 30 лет Заратуштра начал проповедь нового учения, но не имел успеха на своей родине. Особенно резкую оппо- зицию ему составили представители традиционного жре- чества, и Заратуштра был вынужден бежать из родных мест. Признание он находит при дворе правителя Виш- таспы. Здесь адептами нового учения становятся многие представители знати, в том числе главный советник царя Джамаспа. Опираясь на эту мощную поддержку, 24
Заратуштра гневно обличает других правителей, вни- мающих «ложным пророкам». Считается, что этого успе- ха Заратуштра достиг в возрасте 42 лет. Но борьба Виш- таспы за создание под своей эгидой значительного вла- дения была трудной и в конечном счете неудачной. Его главный противник Арджатаспа, вождь племени хьяуна, подчинил царство Виштаспы. Что же касается Зарату- штры, то в возрасте 77 лет он был убит лицом из пле- мени тура, т. е. кочевником. Однако это был лишь один из эпизодов военно-поли- тической борьбы за создание крупных государственных образований. Судя по всему, наиболее значительных успехов в этом деле достигли правители Бактрии, где богатые и процветающие оазисы сложились еще во II тыс. до н. э. В «Авесте» Бактрия характеризуется как «прекрасная страна с высоко поднятыми знаменами», что явно указывает на воинские доблести. О древней Бактрии как могущественном политиче- ском объединении свидетельствует стойкая традиция ан- тичной историографии, восходящая к греческому автору Ктесию Книдскому. Согласно этой традиции, Бактрия представляла собой крупное царство, в котором имелся целый ряд городов. Затем она подверглась нападению ассирийских войск во главе с царем Нином и царицей Семирамидой (Саммурамат). Поскольку столица стра- ны Бактры (ныне городище Бала-Хисар около Мазари- Шарифа) была хорошо укреплена (помимо крепостных стен здесь имелась цитадель), овладеть ею удалось лишь хитростью. После падения столицы было захвачено большое количество золота и серебра. Многое в этом повествовании имеет явно легендарный характер. Сам- мурамат была фактической правительницей Ассирии с 810 г. до н. э. Хотя при ней совершались походы да- леко на восток, но, видимо, не далее центральных обла- стей Ирана. Следует полагать, что в сообщениях древ- них авторов объединены воспоминания об этих далеких для древневосточного мира восточных походах ассирий- ских войск и предания о существовании в доахеменид- ской Бактрии достаточно сильного политического объ- единения. Во всяком случае, нет сомнений в том, что в VIII—VII вв. до н. э. в Афганистане и на юге Средней Азии существовали поселения городского типа с мощны- ми цитаделями. Показательно, что ахеменидский царь Кир своим главным соперником (после разгрома Ми- 25
дни) на международной арене наряду с Вавилоном, Египтом и кочевниками-саками считал Бактрию. Сме- щение различных представлений сказалось и на том, что некоторые греко-римские авторы царем Бактрии в пору бактрийско-ассирийской войны называют Зороастра, о котором античный мир знал как о выдающемся дея- теле областей, лежащих далеко на востоке. Вероятно, Бактрия, так же как и соседние области, начинает посте- пенно все больше втягиваться в орбиту политической истории древнего Востока. В конце VII в. до н. э. главной силой в Передней Азии становится мидийская держава, нанесшая сокруши- тельное поражение Ассирии. Возможно, в какой-то пе- риод мидийское влияние распространялось и на южные области Афганистана. Владычество Мидии на древнем Востоке было сравнительно недолговечным, и вскоре ее место заняла персидская держава Ахеменидов. В 550 г. до н. э. основатель новой династии Кир, взяв в плен последнего мидийского царя, захватил столицу Мидии Экбатаны. Начался расцвет нового государства, достиг- шего огромных размеров. В его состав входили Арея, Бактрия, Дрангиана, Арахосия и Гандхара. Судя по все- му, эти области были покорены Киром во время его вос- точного похода, совершенного между 539 и 530 гг. до н. э. Некоторые детали этих событий сохранились в источни- ках. Так, сообщается, что персы заключили союз с пле- менем ариаспов, обитавшим в Дрангиане, которые за свое благородство получили прозвище эвергетов (благо- родных). По другому сообщению, Киру в его походах на Восток помогали саки царя Аморга (саки-аморгии), особенно в борьбе с племенем дербиков, поддерживае- мым индийскими отрядами с боевыми слонами. Видимо, в рассказах об эвергетах и дербиках отра- жены одни и те же события, когда Киру в его борьбе с племенами Восточного Ирана и Южного Афганистана удалось привлечь на свою сторону какую-то племенную группировку. В источниках не сохранились подробности подчинения Киром Бактрии. Имеются сведения о том, что первые сражения не дали решающего результата и лишь позднее бактрийцы добровольно подчинились основате- лю ахеменидского государства. Всякое сопротивление жестоко подавлялось. Так, Киром была разрушена Ка- писа, находившаяся в районе современного Баграма. В покоренных странах образовались сатрапии, во главе 26
которых были поставлены персидские наместники, имев- шие вооруженные силы и административный аппарат для сбора налогов. Однако не все восточные походы кон- чались для Кира удачно и результативно: в августе 530 г. до н. э. в столкновении с кочевниками персидская армия была разгромлена, а сам Кир убит. По одним сообщениям, противниками Кира в этом сражении были массагеты, по другим — дербики, по третьим — племена даев, или дахов. Судя по всему, это был поход против среднеазиатских кочевников. Персидская армия потер- пела поражение, вероятно, в междуречье Амударьи и Сырдарьи. После смерти Кира «царем царей» ахеменидской дер- жавы стал его сын Камбис (530—522 гг. до н. э.), сосре- доточивший внимание на походе в Египет, который его отец так и не сумел завоевать. В последний год прав- ления Камбиса в ахеменидской державе разразился со- циально-политический кризис, потрясший до основания недавно созданное государство. За происходившей в это время династической борьбой нетрудно видеть глубокие внутренние противоречия, раздиравшие созданную Ки- ром империю. В ее состав вошли многие страны и на- роды, бывшие ранее независимыми и отнюдь не смирив- шиеся со своим подчиненным положением. В среде самих персидских и мидийских племен, занимавших в ахе- менидской державе привилегированное положение, акти- визировался процесс имущественной и социальной диф- ференциации, шло обогащение знати и усиливающееся порабощение рядовых общинников. Сходные процессы углубления классовой дифференциации происходили и в восточных сатрапиях Ахеменидов, где местная знать в ряде случаев вставала на сторону завоевателей, высту- пая против собственного народа. Толчком к массовым движениям послужил династий- ный переворот. Сообщается, что Камбис, стремясь обес- печить себе единовластие, тайно убил своего брата Бар- дию. Во время египетского похода Камбиса один из жрецов (маг) по имени Гаумата, воспользовавшись тем, что убийство сохранялось в тайне, объявил себя сыном Кира и захватил власть в Персии. Камбис решил сроч- но вернуться, но в пути умер от раны, полученной при неясных обстоятельствах. Гаумата принял титул «царя царей», и обширная держава оказалась в его руках. Но волнения, начавшиеся еще в правление Камбиса, усили- 27
лись. Стремясь удержаться на троне, лже-Бардия отме- нил на три года налоги с покоренных стран и поставку ими воинских отрядов в персидскую армию. Вскоре про- тив Гауматы возник заговор в среде персидской ари- стократии, в результате которого он был убит. «Царем царей» стал представитель младшей линии Ахемени- дов — Дарий I (522—486 гг. до н. э.). Новый дворцовый переворот еще более накалил политическую обстановку. Дарий I сразу же вынужден был бросить свои силы на подавление восстаний, охвативших многие районы им- перии, в том числе и восточные сатрапии. Особенно массовым было движение в Маргиане, где восставшие избрали своим вождем маргианца по имени Фрада. Против них был направлен бактрийский сатрап Дадаршиш, и в сражении 10 декабря 522 г. до н. э. мар- гианцы потерпели жестокое поражение. Сообщается, что было убито 55 тыс. восставших, а 6,5 тыс. взято в плен. В. В. Струве убедительно показал, что есть все основа- ния видеть в маргианском восстании движение широких масс, таившее особенную опасность для социальной базы ахеменидской державы, что обусловило быстроту и же- стокость его подавления п. В это же время не менее опасное для Дария восста- ние охватило район Персиды и некоторые другие об- ласти. Его возглавил некий Вахьяздата, объявивший себя Бардией, сыном Кира, и добившийся того, что на его сторону перешла вся Персида, где он, видимо, был поддержан широкими кругами местного населения. По официальной версии, в первом же сражении, происшед- шем 29 декабря 522 г. до н. э. у крепости Капишканиш (предположительно ее отождествляют с Каписой), мя- тежники были разбиты. Однако движение не прекра- тилось. Восставшие «снова собрались», что свидетель- ствует о безусловной поддержке их со стороны местного населения. Лишь вторая битва, 21 февраля 521 г. до н. э. в местности Гандутава, принесла окончательную победу. Есть все основания видеть в этих восстаниях результат усиления классовой дифференциации, вызывавшей про- тест со стороны все более обездоливаемых рядовых об- щинников 12. Одержав победу в напряженной борьбе, Дарий I про- вел ряд реформ, усовершенствовал административную систему государства, организовав' с этой целью систему 28
негласного надзора за сатрапами. Была улучшена до- рожная сеть, а также денежное обращение. Однако тенденции к обособлению отдельных сатра- пий, особенно наиболее развитых в экономическом и политическом отношении, сохранялись. В этом плане показательна роль Бактрии, сатрапами которой обычно назначались члены правящей династии, стремившиеся, опираясь на это свое владение, предъявить и более зна- чительные политические претензии. Так, в начале прав- ления Ксеркса (486—465 гг. до н. э.) против него высту- пил его брат Ариамен, возглавлявший Бактрийскую са- трапию. Позднее, при том же Ксерксе, взбунтовался другой бактрийский сатрап, Масиста, пользовавшийся широкой поддержкой у бактрийцев и саков. При Артак- серксе I (465—423 гг. до н. э.) его брат, правитель Бак- трии Гистасп, выступил с притязаниями на трон, что послужило причиной длительной междоусобной войны, в которой бактрийцы активно сражались на стороне претендента. В этот период ахеменидское государство в целом уже явственно клонилось к закату. Неудачные греческие походы, беспрестанные дворцовые перевороты, ослабление персидского войска, в котором все большую роль стали играть наемники, способствовали общему упадку. В то же время росла самостоятельность и отдален- ных сатрапий, некоторые из них вообще становились независимыми государствами. Например, на востоке от- пал Хорезм, приобрела независимость часть индийских земель, присоединенных при Дарии I. Последний ахеме- нидский сатрап Бактрии по имени Бесс не ограничивал свои владения только Бактрией. Ему подчинялись (во всяком случае, поставляли воинские контингенты) сог- дийцы и индийцы (видимо, жители западной части Ганд- хары), а сакские племена были его «союзниками». Эти обширные владения, своего рода прообраз будущего Греко-Бактрийского царства, не могли не повлиять на политические амбиции Бесса, который в условиях раз- грома ахеменидской державы армией Александра Маке- донского даже попытался создать независимое государ- ство. В списках податных округов ахеменидского государ- ства и в описаниях событий, происходивших в VI—V вв. до н. э., содержатся названия различных племен и наро- дов, что делает их ценным палеоэтнографическим источ- 29
ником. Среди многоязычного населения ахеменидской империи упоминаются и пактии, жившие где-то в вос- точных сатрапиях. Некоторые исследователи считали, что пактии — это один из вариантов самоназвания аф- ганских племен, ныне звучащего как паштун или пах- тун13. Сообщения греческих авторов позволяют ориен- тировочно наметить территорию, на которой обитали племена пактиев. Именно на их территории находился город Каспатура, или Каспапура, откуда начала свое плавание вниз по Инду флотилия, организованная Да- рием I для изучения своих новых владений. Вместе с тем есть свидетельство, что земля пактиев граничила со «скифами», т. е. с какой-то группой кочевых племен, которых античные авторы нередко называли по имени наиболее хорошо им известных кочевников. Это скорее всего саки Памира, где обнаружены их погребе- ния, или саки, также обитавшие в горных долинах, на горных плоскогорьях, но несколько южнее. Вместе с тем в области обитания пактиев реки были уже достаточно судоходны. Возможно, земли пактиев располагались в горах, к северу от реки Кабул 14. Однако лингвистически сближение пактии — паштун не подтверждается. Как показывает топонимика Бактрии, Арахосии, Дрангианы и других областей, ныне полностью или ча- стично входящих в состав Афганистана, на этих терри- ториях в середине I тыс. до н. э. жило население, гово- рившее преимущественно на диалектах восточноиран- ской группы языков. На это указывает, в частности, широкое распространение элемента aspa (конь) в назва- ниях племен и народов (Зариаспа — прозвище Бактр, ариаспы, аспасии) и многое другое. Эти древние восточ- ноиранские племена и составляли ту основу, на которой происходило развитие ираноязычных народов, населяю- щих современный Афганистан. Имеются определенные связи между бактрийским и современным афганским языками. Значительную роль в афганском глоттогенезе сыграли и сакские языки, носители которых довольно рано продвинулись далеко на юг, а затем неоднократно пополнялись новыми волнами перемещавшихся кочевых племен. Следует считать, что взаимодействие оседлого населения Арахосии и Дрангианы, говорившего на вос- точноиранских диалектах, и кочевников сакской группы было важным этапом этногенеза предков афганского на- рода. Однако это был длительный и сложный процесс. 30
При всей насыщенности периода VI—IV вв. до н. э. восстаниями и волнениями в целом для Бактрии и со- седних областей это было время известной стабилиза- ции. Пришел относительный мир в «радостные селения», к чему призывал в своих проповедях Заратуштра. В это время наблюдается определенный подъем экономики, в первую очередь поливного земледелия и ремесел. Ахе- менидское правительство специально занималось стро- ительством ирригационных сооружений, хотя и стреми- лось при этом обложить пользующихся водой общин- ников дополнительными налогами. Была известна и кяризная система орошения с устройством водосборных галерей, постепенно выводящих подземные воды на по- верхность. Поощряя развитие поливного земледелия, Ахемениды освобождали от податей на определенный срок каждого человека, соорудившего кяриз. Вполне вероятно, что первые кяризы Афганистана, известные в целом ряде районов страны, в частности в районе Фа- раха-Гиришка, восходят еще к середине I тыс. до н. э. Население постепенно все более концентрируется в поселениях городского типа, которые становятся важ- ными центрами развития экономики и культуры. Обсле- дованные археологами руины столицы Бактрии зани- мают площадь 120 га, не считая пригородов. Многие города наряду с крепостными стенами имели и укреплен- ную цитадель. Так, важным центром этого оазиса было городище Алтын-Дильяр-тепе, имеющее в плане форму почти правильного круга с прямоугольной цитаделью в центре. В городах были сосредоточены различные ре- месленные производства, происходил обмен продуктами, осуществлялись торговые операции. Индийские источни- ки позволяют составить обширный список предметов торговли того времени. Это были шерстяные одеяла, раз- личные железные орудия, в том числе серпы, лопаты, лемехи плугов, глиняная посуда, золотые и серебряные украшения, лодки, повозки и колесницы, т. е. в основном изделия ремесленников. Что же касается земледелия, то, судя по всему, оно еще было слабо затронуто товарными отношениями: из продуктов земледелия в продажу шли различные сорта вин, в том числе один сорт вина из Каписы. Получила развитие и международная торговля, которой ахеменидское правительство старалось покро- вительствовать. Существовал торговый путь из Малой Азии в Бактрию и далее в Индию. 31
Развитие товарных отношений и выход за рамки на- турального хозяйства нашли свое отражение в развитии денежного обращения. В источниках сообщается о нало- гах, взимаемых с различных сатрапий, причем Бактрия платила 360 талантов в год (один талант = около 30 кг серебра). Вероятно, это был денежный эквивалент объ- ема различных натуральных поставок, но не исключено, что часть налогов поступала и в виде денег. На терри- тории Бактрии, Гандхары и Арахосии сравнительно ред- ко встречаются монеты собственно ахеменидского чека- на— золотые дарики (8,4 г) и серебряные сикли (5,5 г). Шире распространены монеты, выпускавшиеся различ- ными греческими городами, и прежде всего Афинами. В Гандхаре чеканились и местные монеты в виде про- долговатых или квадратных серебряных слитков с раз- личными изображениями. В Кабуле был найден боль- шой клад серебряных монет того времени, из которых лишь небольшая часть попала в музей 15. Помимо ахеме- нидских, греческих и гандхарских монет в нем находи- лись 29 весьма своеобразных монет, близких по формам греческому чекану, а по некоторым изображениям — гандхарским монетам. Имеются на них и оригинальные изображения — птица, спаренные протомы баранов, го- лова слона, гиена (?). Было высказано предположение, что это чекан Каписы или даже самой Бактрии16. В целом можно заключить, что в условиях полити- ческого господства Ахеменидов, в состав владений кото- рых вошли и земли нынешнего Афганистана, в местном обществе завершилось развитие классовых отношений. С одной стороны, местная аристократия, сделавшись представителем власти центрального правительства на местах, укрепила свое особое общественное положение, с другой — усилилось расслоение общины и порабоще- ние рядовых общинников. Ответом на это стали мас- совые народные движения в Маргиане и Арахосии. В личном владении представителей Ахеменидской дина- стии и ахеменидских вельмож находились обширные зе- мельные угодья и различные мастерские, в которых тру- дились рабы или беднейшие общинники, низведенные до рабского состояния 17. Рабовладельческая верхушка вос- точных сатрапий стремилась следовать образу жизни ахеменидских столиц. Недаром и в Дрангиане и в Бак- трии открыты относящиеся к этому времени постройки дворцового типа 18. 32
Середина I тыс. до н. э. была периодом дальнейшего подъема культуры и искусства, в котором все более ощущается знакомство с произведениями мастеров не только М.есопотамии, но и малоазийской Греции. Об этом можно судить по предметам из так называемого амударьинского клада, найденного в XIX в. при случай- ных обстоятельствах в Северной Бактрии19. Здесь не- мало привозных вещей, в том числе произведений при- дворного искусства ахеменидского Ирана и даже эллин- ских мастеров. Вместе с тем другие предметы, в частно- сти воспроизводящие животных в энергичном движении, роднятся с искусством кочевых племен, с так назы- ваемым скифо-сибирским звериным стилем. В составе клада есть и произведения местных бактрийских масте- ров. Так, предполагается, что именно в Бактрии был выработан и сложился местный вариант ахеменидской глиптики — золотые перстни с изображениями хотя и близкими малоазийским геммам, но отличающимися от них рядом деталей20. Значительные достижения в области экономики и культуры в немалой степени стимулировали сепаратист- ские устремления восточных сатрапий ахеменидской дер- жавы, стремившихся к установлению политической не- зависимости. Верхушка местного классового общества отнюдь не была расположена без конца делиться дохо- дами от эксплуатации своих соплеменников с Ахеменид- ской династией. Но свое практическое воплощение эти тенденции получили в более поздний период, в сложной исторической ситуации, после того как переживающая внутренний кризис ахеменидская держава пала под на- пором армий Александра Македонского. Расцвет древних цивилизаций Окончательный удар слабеющей ахеменидской дер- жаве был нанесен греко-македонской армией. Начав- шаяся еще при Дарии I борьба Греции и ахеменидского Ирана закончилась полным поражением персов. Заклю- чительная битва произошла 1 октября 331 г. до н. э. у селения Гавгамелы в Месопотамии. Приближенные по- следнего Ахеменида, Дария III, возглавленные сатрапом Бактрии Бессом, организовали заговор и убили своего вчерашнего повелителя. Бесс поспешил объявить себя «царем Азии». Его власть помимо Бактрии распростра- 2 Зак. № 819 33
нялась также на Арею и Дрангиану. Пытался он утвер« дить свое влияние и в Парфии. Однако Александр, счи- тая себя естественным наследником Ахеменидов, не же- лал получать державу в урезанном виде и в 330 г. до н. э. двинулся в Арею. Там он первоначально был с почетом встречен местным сатрапом Сатибарзаном, но едва основные силы Александра прошли дальше на юг, как тот же Сатибарзан поднял восстание и перебил оставленный в г. Артакаване, столице Ареи, греко-маке- донский гарнизон. Александр вернулся и жестоко рас- правился с восставшими, которые частью были умерщ- влены, а частью обращены в рабство. В Дрангиане греко-македонцы не встретили особого сопротивления. Ее сатрап Барзаент бежал в соседнюю область, но был выдан и убит. В столице Дрангианы Александр столкнулся с заговором в своем собственном окружении: как оказалось, не все разделяли его ори- ентальную восточную политику. Александр казнил ряд военачальников, в том числе одного из своих ближайших друзей — Филота. Затем армия двинулась далее на вос- ток, сравнительно легко подчинив Арахосию. После этого греко-македонцы повернули на север, к Бактрии. Бесс не сумел ни сдержать противника на дальних под- ступах, ни подготовить сильное, боеспособное войско. Придерживаясь пассивной тактики, он разорил районы, лежавшие на пути продвижения вражеской армии. Но это не остановило великого македонца. Его войска бы- стрым броском преодолели Гиндукуш и появились на бактрийской равнине. Бесс бежал за Амударью и сжег суда, служившие для переправы. Однако там незадач- ливого «царя Азии» постигла судьба преданного им Дария III — собственное окружение выдало его Алек- сандру. После длительного отсутствия (в среднеазиатском междуречье пришлось бороться со свободолюбивыми согдийцами) греко-македонцы вернулись на зимовку 329/328 г. до н. э. в Бактрию. Здесь они столкнулись с новым взрывом антимакедонского движения, в ходе подавления которого был разрушен ряд городов. При- держиваясь политики привлечения на свою сторону мест- ного населения, Александр приступил к формированию отрядов бактрийских и согдийских всадников. Впечат- ляющим эпизодом этой политики была и женитьба сле- дующей зимой греко-македонского царя на Роксане, 34
дочери знатного бактрийца Оксиарта. Хотя источники единогласно говорят о красоте прекрасной бактрийки, чье имя в переводе с бактрийского означает «светлая, лучезарная» (ср. Светлана), во многом это был поли- тический шаг. Из Бактрии весной 327 г. до н. э. усилен- ная местными контингентами армия двинулась на юг через Гиндукуш и достигла района Кабула, покоряя гор- ные племена — аспасиев, гуреев и ассакенов. В битве за один из городов Александр был ранен, что послужило поводом для полного разрушения города и истребления его жителей. Правителем горной области Паропамисад был назначен Оксиарт, отец Роксаны. После не очень успешного похода в долину Инда Александр вернулся в Вавилон, где умер в 323 г. до н. э. в возрасте 33 лет. Значение греко-македонского завоевания ахеменид- ской державы было огромно. В значительной мере это была победа более развитых форм рабовладельческой экономики над отсталыми. Политическая организация ахеменидской империи уже не отвечала интересам пра- вящего класса стран, входивших в ее состав и заинтере- сованных в дальнейшем развитии рабовладельческого хозяйства, особенно торговли и развернутого товарооб- ращения, и соответственно в политике широкого градо- строительства 21. На развалинах низвергнутой державы вырастало новое государство. Александр и его окружение видели внутреннюю раз- нородность создаваемой монархии и своей политикой привлечения восточной знати к управлению страной пы- тались любым способом, вплоть до поощрявшихся сме- шанных браков, ее сгладить. Началось активное стро- ительство новых городов и поселений. Такие города, име- нуемые Александриями, создавались почти в каждой сатрапии22. Так, на территории Афганистана были осно- ваны Александрии в Арее, Дрангиане, Арахосии (види- мо, в районе Газни); имелись также Александрия Кав- казская у подножия Гиндукуша (предположительно в районе Чарикара) и Александрополь в той же Арахо- сии (вероятно, в районе Кандагара). Одновременно но- вый толчок получило развитие торговли: за македон- скими фалангами шли греческие и финикийские купцы. Обращение в рабство населения сопротивлявшихся го- родов не могло не вести к укреплению рабовладельче- ского строя. Вместе с тем для жителей восточных сатра- пий Ахеменидов поход Александра Македонского при- * 35
вел лишь к смене иноземных завоевателей. Разрушение городов, убийство жителей только стимулировали борь- бу за достижение политической независимости, факти- чески начавшуюся уже в ахеменидский период. Со смертью Александра вырвались на поверхность силы, раздиравшие на части вновь создаваемую, ми- ровую державу: начались восстания в порабощенных странах, греко-македонские гарнизоны требовали воз- вращения на родину, сподвижники великого македонца схватились в ожесточенной междоусобной борьбе. Постепенно за пестрой картиной походов, битв, заго- воров и убийств стали вырисовываться контуры новых крупных государств. Одним из них стало государство полководца Александра Селевка, который в 312 г. до н. э. захватил с тысячью воинов Вавилон и постепенно создал державу, простиравшуюся от Средиземного моря до Индии. Бактрия была присоединена к новому государ- ству в 306 или 305 г. до н. э., а затем Селевк двинулся на юг, где вступил в борьбу с Чандрагуптой, основателем могущественной индийской империи Маурьев. Столк- новение это было, видимо, не очень удачным для Се- левка, и он, заключив «дружбу и брачный союз», удо- вольствовался 500 боевыми слонами, уступив за это ряд областей, ранее входивших в состав греко-македонских владений, в частности Арахосию. Это подтверждается тем, что в этой области недавно была найдена надпись одного из наследников Чандрагупты — Ашоки (273— 236 гг. до н. э.). В обширной державе Селевкидов отчетливо наблю- дается возрождение местных традиций в различных об- ластях политической и культурной жизни. Новое госу- дарство пыталось опереться на верхушку населения за- воеванных им территорий, способствуя развитию местной культуры. В Вавилонии наблюдается расцвет клинопис- ной литературы, восстановление местных храмов. Ту же политику Селевкиды проводили и на востоке, где с 293 г. до н. э. официальным соправителем Селевка стал его сын Антиох, резиденция которого находилась в Бактрах. Антиох предпринял ряд военных походов. Вместе с тем он построил новые города и укрепил старые, в част- ности столицу Ареи Артакавану. При нем выпускалась, серебряная монета по греческим номиналам с изобра- жением на оборотной стороне Афины на колеснице, за- пряженной двумя или четырьмя слонами. При выпуске 36
монет был использован и местный весовой стандарт, вероятно с целью привлечения на сторону правительства верхушки местного населения, связанной с торговлей. После смерти отца Антиох стал полновластным царем всей империи (280—262 гг. до н. э.). Основное внимание Селевкиды все более уделяли западу, втянувшись в про- должительную войну с птолемеевским Египтом за гос- подство в Восточном Средиземноморье. Одно время Ба- ктрия еще поставляла центральному правительству бое- вых слонов, но вскоре и эти непрочные связи были прерваны. Около 250 г. до н. э. бактрийский сатрап Диодот от- делился от Селевкидов и стал именовать себя царем. Новое государство получило у историков наименование Греко-Бактрийского царства. В состав Греко-Бактрии помимо самой Бактрии входили также Арея и, по-види- мому, Согд и Маргиана. Первоначально на выпускав- шихся в Бактрии селевкидских монетах вместо портрета главы династии появилось изображение бактрийского наместника, а затем его официальный портрет сопрово- ждала официальная надпись: «царь Диодот». Одновре- менно произошло отпадение от Селевкидов и Парфии, также ставшей независимым государством. Диодот пы- тался распространить свою власть и на Парфию, но по- терпел неудачу. Наследником Диодота был его сын, но- сивший то же имя. Однако новоявленной династии не удалось удержать престол. Около 230 г. до н. э. Диодо- та II сверг и истребил все его семейство Евтидем. Мо- неты Евтидема особенно многочисленны в находках на древних поселениях и в музейных собраниях, что ука- зывает на длительность его правления и относительную стабильность. При нем новому государству пришлось выдержать натиск со стороны Селевкидов. Последний выдающийся представитель этой дина- стии, Антиох III, сделал отчаянную попытку восстано- вить былое могущество своей державы. Одним из важ- ных мероприятий в этой программе был восточный поход. Одержав победу над парфянами, Антиох III заста- вил их признать селевкидский суверенитет и в 208 г. до н. э. появился на границах Бактрии. Произошло оже- сточенное пограничное сражение в районе Герата, за которым последовала двухлетняя осада Бактр. Начались длительные переговоры; от имени Антиоха III их вел не- кто Телей. Сохранилось яркое изложение доводов Евти* 37
дема, которые он выдвигал в ходе переговоров, видимо е ответ на упреки об измене Селевкидам. «Не он пер- вый,— продолжал Евтидем, — восстал на царя; напро- тив, он достиг владычества над Бактрианою тем, что истребил потомство нескольких других изменников. Долго так говорил Евтидем и наконец просил Телея ока- зать ему услугу в мирном посредничестве и убедить Антиоха оставить за ним царское имя и сан; если Ан- тиох не исполнит его просьбы, то положение их ста- новится небезопасным. На границе, говорил он, стоят огромные полчища кочевников, угрожающие им обоим, и если только варвары перейдут границу, то страна на- верное будет завоевана ими»23. Затянувшаяся осада Бактр не оставляла Антиоху III иного выхода, кроме подписания мирного договора. В результате царский титул Евтидема был признан, его сын Деметрий получил руку селевкидской принцессы, а Антиоху было передано продовольствие и боевые сло- ны, после чего он направился на юг, в Индию. В итоге реальные успехи Антиоха III были не столь уж велики: и Парфия, и Греко-Бактрия сохранили свою независи- мость, а вскоре началось их дальнейшее усиление. Главное внимание Греко-Бактрии было направлено на юг, где сразу же за Гиндукушем начинались владения постепенно слабеющей империи Маурьев. Поскольку око- ло 190 г. до н. э. Антиох III был разбит при Магнесин римскими легионами, договоры, заключенные им на вос- токе, стали еще более эфемерными. В это время и был начат индийский поход сына Евтидема Деметрия. Он завоевал Арахосию, где был основан город Деметрия, а также Гандхару. О наличии среди подданных Демет- рия индоязычного населения свидетельствует выпуск им монет на двух языках — с греческим текстом на лицевой стороне и с индийской надписью письмом кхароштхи на оборотной. Деметрий, гордясь своими военными успеха- ми, принял титул «непобедимого царя», а на монетах изображался в боевом шлеме в виде головы слона. Однако расширение границ отнюдь не означало еще политической стабилизации Греко-Бактрии. Во время индийского похода Деметрия в Бактрии захватил власть Евкратид, видимо военачальник, наделенный энергией и честолюбием. Монеты его весьма многочисленны, причем представлены как выпуски с одной греческой надписью, так и двуязычные монеты, что указывает 38
на распространение власти Евкратида достаточно да- леко в южном направлении. Евкратид вел энергичную борьбу с Деметрием, выдерживал натиск парфян, кото- рым все-таки вынужден был сделать территориальные уступки. Но его бурная деятельность не принесла спо- койствия стране. Более того, Евкратид, возвращаясь из очередного похода, был убит своим сыном, которого он сам же сделал соправителем. Этим сыном, судя по моне- там, был Гелиокл. Как сообщают древние авторы, он проехал на колеснице по отцовской крови, приказал бро- сить его труп непогребенным, а затем принял титул «справедливого царя». В таких условиях о политической стабильности не могло быть и речи. Действительно, известны монеты по крайней мере 20 правителей и правительниц, которые нумизматы именуют греко-бактрийскими, если на них имеются одни греческие надписи, или греко-индийскими, если легенды эти двуязычны. Многие из этих правите- лей, неизменно именующих себя царями, были скорее всего просто удачливыми военачальниками или полити- ческими авантюристами, власть которых была эфемер- на. Соответственно и монеты их единичны. К числу та- ких греко-бактрийских правителей относятся, вероятно, Антимах I и Платон. Более многочисленны монеты греко-индийских пра- вителей Антиалкида, Антимаха II, Аполлодота и Менан- дра. Они в изобилии найдены в Арахосии, которая, по- видимому, входила в состав их владений. Известно, что Менандр родился в селении неподалеку от Александрии Кавказской. Он проявил себя дальновидным политиком. Объединив под своей властью значительную территорию, вплоть до низовий Инда, Менандр стремился опираться не только на греко-бактрийские вооруженные силы, но и на определенные слои местного населения. Вероятно, с этой целью он принял буддизм. Однако противоречия между греко-македонской верхушкой и местным насе- лением оставались одним из источников внутренней сла- бости Греко-Бактрии. Не смогли греко-бактрийские пра- вители создать и устойчивую государственную систему, обеспечивающую внутриполитическую стабильность. Уси- ливающееся давление кочевников, не сдерживаемое еди- ными и могущественными вооруженными силами, при- вело к неизбежному результату: между 140 и 130 гг. до н. э. Гелиокл был свергнут и кочевники покорили 39
Греко-Бактрию. Основные массы их на первых порах расположились на левом берегу Амударьи, где раско- паны многочисленные могильники. Правда, имеются све- дения о наличии курганов и в Южной Бактрии. Просуществовав немногим более 100 лет, Греко-Бак- трийское царство тем не менее оставило яркий след в истории Бактрии и ряда соседних стран. Это был пе- риод дальнейшего подъема городской жизни, денежного обращения, явственно наметившегося еще при Селев- кидах. В источниках упоминается целый ряд городов, построенных при греко-бактрийских правителях и нося- щих их имена. Жителями городов зачастую являлись колонисты как из самой Эллады, так и из эллинизиро- ванного населения стран Восточного Средиземноморья. Шел активный процесс культурной ассимиляции и мест- ного населения, во всяком случае его верхушки, столь эффектно начатый женитьбой Александра на Роксане. Роль греческой культуры и греческого языка была весь- ма велика. Показательно, что Ашока, высекая надпись для жителей Арахосии, использовал для нее два вида письменности — арамейскую, распространенную в ахе- менидской канцелярии, и греческую, внедренную Алек- сандром и Селевкидами. Французские археологи на берегу Амударьи, в месте впадения в нее реки Кундуз24, раскопали руины города, когда-то населенного греко-македонскими колонистами. Развалины городища сейчас носят наименование Ай- ханум, а в древности город назывался, видимо, Алек- сандрия-Оксиана (по древнему названию Амударьи — Оке). Окруженный с трех сторон крутыми обрывами, город по существу представлял собой крепость-убежище. Его эллинский характер не вызывает сомнений. Так, здесь имелась гимнасия, центр по физической и духов- ной подготовке юношества. При раскопках найдены надписи, посвященные Гермесу и Гераклу. Основателем города считался некто Киней, погребенный в специаль- ной гробнице. Эта гробница (теменос Кинея) неодно- кратно перестраивалась, и к саркофагу основателя поз- днее были прихоронены какие-то, вероятно достаточно влиятельные, лица. Важнейшей частью города был административный центр. Здесь раскопан обширный перистильный двор размером 137X108 м, четыре портика, которые имели 116 каменных колонн с капителями, выполненными в сти- 40
ле, близком коринфскому ордеру. Рядом находился «юж- ный ансамбль», являвшийся скорее всего резиденцией правителя. В одном из его парадных помещений в нишах по стенам стояло не менее 15 статуй высотой от 1 до 1,5 м. В другом помещении находилась целая скульптур- ная группа, статуи которой в 2—3 раза превышали чело- веческий рост. Имелся в составе административного центра и 18-колонный зал, построенный в традициях ахе- мснидской дворцовой архитектуры. В конце главной город-» ской улицы располагался храм, в котором стояла огром- ная статуя мужского божества, скорее всего Зевса. Чисто греческие черты этой культуры бесспорны. Это и архи- тектурный декор, и греческие надписи, в том числе копии дельфийских афоризмов, и характерный стиль скульпту- ры, и бытовые предметы — от бронзовой фигуры Геракла до рельефа со сценами из «Илиады». С другой стороны, мощные крепостные стены из сырцового кирпича про- должают традиции местной монументальной архитек- туры. Огромный перистильный двор административного центра хотя и принадлежит к числу построек родосского стиля, но сами перистильные дворы, правда с иным ар- хитектурным декором, были известны еще в ахеменид- ской Бактрии (Алтын 10). Помимо мраморных скульптур в Ай-хануме были найдены также статуи, сделанные из гипса и глины, части фигур, нередко изготовленные из разных материа- лов. Некоторые исследователи не без основания считают, что глиняная скульптура — это уже не греческое, а чи- сто восточное явление. Взаимодействие традиций мест- ной бактрийской цивилизации и эллинской культуры было характерной чертой селевкидского и греко-бак- трийского периодов. Замечательными произведениями портретного медальонного искусства античности явля- ются монеты греко-бактрнйских царей. Упадок Греко-Бактрийского царства явился началом нового периода в истории Бактрии и соседних стран. То было время, когда на территории Бактрии, Арахосии, Дрангианы и Гандхары начинают проникать многочис- ленные кочевые племена. Их вожди не только становятся владетелями земледельческих оазисов, но и продолжают политические традиции греко-бактрийских и греко-ин- дийских правителей. Есть основания считать, что взаи- модействие кочевых племен, особенно сакского происхо- ждения, с населением оседлых оазисов имело большое 41
значение для этногенеза народов Афганистана. Эти сложные вопросы бесспорно еще нуждаются в дальней- шем исследовании. Античные источники ясно свидетельствуют, что па- дение Греко-Бактрии было тесно связано с вторжением на территорию Парфии кочевников, которых именуют собирательным термином скифы. Парфянский царь Фра- ат II пытался использовать кочевые племена в военных операциях, но, поскольку он не выполнил данных им обещаний, в 128 г. до н. э. они его убили. Его наследник Артабан I пытался захватить инициативу в борьбе с вторгшимися в страну племенами и нанести им ответ- ный удар, однако потерпел поражение, а в 124 г. до н. э. погиб в сражении. Лишь сыну Артабана Митридату II (124—97 гг. до н. э.), подлинному основателю парфян- ского могущества, удалось справиться с нависшей над страной опасностью. Античные авторы перечисляют племена асиев, пайса- нов, тохаров и сакаравалов как ниспровергателей гре- ческого господства в Бактрии. В настоящее время дела- ются попытки сопоставить племенные группы, перечис- ляемые в различных источниках. В целом же можно заключить, что широкое перемещение кочевников затро- нуло самые различные племенные образования, в основ- ном говорившие на языках восточноиранской группы. Главенствующую роль при этом играло объединение юечжей, занявшее территорию Бактрии. В более южные области, в Дрангиану, Арахосию и Гандхару, проникли сакские племена. При этом занятая кочевниками боль- шая часть Дрангианы стала называться Сакастаном, что сохранилось в современном наименовании как Систана. На первых порах вторжение кочевых племен сопро- вождалось пожарами и разрушениями. Особенно ярко это видно по раскопкам Ай-ханума, где значительная часть административного центра погибла в огне. В за- брошенных руинах окрестные жители стали добывать строительный материал — обтесанные каменные плиты, безжалостно разрушая при этом изящные колоннады. Кроме того, на руинах ранее почитавшейся гробницы основателя начали возводить рядовые жилые строения. Но, судя по всему, этот период был непродолжительным, и вскоре наступила определенная стабилизация. Аристо- кратическая верхушка вторгшихся кочевников убеди- лась, что выгоднее поддерживать богатые города и по- 42
лучать с них немалые доходы, чем предавать их огню и мечу. В результате в ряде завоеванных областей основы- ваются новые городские центры, разрастаются ранее существовавшие, проводятся каналы, создаются земле- дельческие оазисы25. Для поддержания денежного обра- щения производится выпуск монет, чекан которых — по- дражание чекану последних греко-бактрийских царей. В Северной Бактрии особенно популярны были крупные бронзовые монеты, чеканенные по образцу тетрадрахм Гелиокла. Постепенно искаженный портрет Гелиокла на них заменяется изображением местного, видимо юеч- жийского, правителя, а на оборотной стороне вместо Зевса помещается изображение верного спутника кочев- ников — коня. Общую ситуацию, сложившуюся в Бактрии да и в соседних странах, ярко характеризуют могилы юечжий- ской знати, открытые советско-афганской экспедицией на Тилля-тепе в Северном Афганистане26. Сама кон- струкция этих могил предельно проста: в прямоуголь- ную яму глубиной 1,5—2 м помещался деревянный гроб на ножках и поверх него набрасывались покрывала, рас- шитые золотыми и серебряными бляхами. Таким обра- зом, здесь нет ни огромных надмогильных насыпей, ни сложных архитектурных сооружений, подобных мавзо- лею Кинея. Однако сами усопшие были помещены в уз- кие гробы в богатейших одеждах, расшитых золотыми украшениями с поистине варварским великолепием. Тис- неные и литые золотые застежки, бляшки, ножны кин- жалов были разнообразно и щедро украшены вставками из жемчуга, бирюзы и лазурита. В некоторых случаях можно говорить о наличии трех слоев одежды, причем каждое одеяние было украшено на свой манер. Захоро- нения могут быть датированы I в. до н. э. — первой по- ловиной I в. н. э., т. е. как раз временем юечжийского владычества в Бактрии. Набор предметов свидетельствует о наличии несколь- ких художественных традиций культуры того времени. Так, сюжеты и манера исполнения сцен терзания зверей, сцепившихся в неразрывном клубке, животные, полные напряженной экспрессии, крылатые драконы — все это явно уводит в мир художественной культуры кочевых племен Азии, стоит близко к произведениям сарматского искусства. Об этом же говорит и подчеркнутое стремле- ние к многоцветным инкрустациям. Другая группа сю- 43
жетов представляет чисто античную линию. Таковы фи- гуры воина в парадных доспехах македонского типа, женщин, сидящих на льве, веселящийся силен с ритоном в руке. Многие изображения сложны и еще должным образом не интерпретированы; возможно, они отражают местные, бактрийские образы, выступающие в сочета- нии с эллинистическими и индийскими воздействиями. Таковы первоклассные подвески, изображающие госу- даря с двумя драконами по сторонам. Но в этом велико- лепии, соединившем многие начала, нет стилистического разнобоя, нет эклектики. Это был уже ранний этап куль- турной интеграции, которая затем дала замечательную культуру кушанской эпохи. Начинался новый, пожалуй наиболее впечатляющий, период расцвета древних циви- лизаций Афганистана и соседних стран. События, происходившие в это же время на юге Аф- ганистана и в сопредельных областях, менее изучены, но общая тенденция и здесь та же: кочевники постепенно усваивают местные государственные традиции; одновре- менно начинается активный процесс культурной инте- грации. При этом конкретно-историческая ситуация в разных областях была различной. В то время как на юго-востоке, в Дрангиане и Гандхаре, отчетливая линия преемственности восходит к греко-индийским традициям, на юго-западе, особенно в Сакастане, сильно ощущается парфянское воздействие, также достигающее в конечном итоге, хотя и в ослабленной форме, Дрангианы и Ганд- хары. Проникшие в эти области кочевые племена перво- начально не создавали, как это было и в Бактрии, сколько-нибудь прочных политических образований. Ви- димо, к этому периоду относится серия парфянских мо- нет с надчеканами, воспроизводящими голову правителя в шлеме. При этом надчекан сделан так, чтобы не за- тронуть голову парфянского царя, изображенную на лицевой стороне этих монет. Предполагается, что эти монеты могли выпускаться в Арее или Сакастане (хотя Сакастан формально входил в состав Парфянской импе- рии, он пользовался относительной самостоятельностью). В этом отношении особенно показательно, что один из городских центров этой области, Сигал, именуется «цар- ским городом саков». В первой половине I в. до н. э. в Кашмир и Гандхару (одновременно с юечжами, вторгшимися в Бактрию) проникли сакские племена. Вскоре один из предводите- 44
лей саков (шака в индийской традиции) основывает не- зависимое владение и выпускает монету от своего име- ни. На монетах он именуется Мауэсом (в индийских надписях Мога), что в равной мере передает сакское имя Мавак. Первоначально Мауэс скромно именует себя про- сто царем, но затем принимает более претенциозный ти- тул «великий царь царей». Чекан Мауэса в основном следует различным типам монет греко-индийских прави- телей. Однако постепенно появляется и собственная символика: сначала на оборотной стороне воспроизво- дится, как на северобактрийских подражаниях тетра- драхмам Гелиокла, изображение коня, а затем — конно- го государя с копьем наперевес. Это изображение, весь- ма характерное для правителей, происходящих из среды вчерашних кочевников, сохраняется впоследствии и у других индо-сакских царей. Судя по разнообразию мо- нет Мауэса, основатель индо-сакской державы правил достаточно длительное время. Если исходить из этого признака (а монеты пока являются нашим основным источником), то расцвет государства следует относить ко времени правления Аза, наследника Мауэса, царство- вавшего во второй половине I в. до н. э. Его монеты обнаружены в огромном количестве — около 1500 штук в столице Гандхары — Таксиле и около 4000 на дне священного озера в Мир-Захаке (Дрангиана). На лице- вой стороне этих монет изображен сам царь в тяжелых доспехах с копьем или боевым топором типа клевца в ру- ках на боевом коне. Владения индо-саков в это время были несколько расширены за счет Арахосии и, воз- можно, даже восточной части Сакастана. Видимо, уже при жизни Аза его соправителем был назначен Азилис, затем ставший самостоятельным царем. Хотя Азилис сохранил претенциозный титул «царя царей», число его монет невелико. Вероятно, индо-сакская держава начала клониться к упадку. Последним ее правителем был Аз II, греческая надпись на монетах которого груба и часто искажена. Западная экспансия индо-сакских правителей вызва- ла ответную реакцию со стороны парфянских дииастов Сакастаны. В результате индо-сакская династия Мауэса была вынуждена уступить Гандхару и Дрангиану пред- ставителям другой фамилии, возможно состоящей в род- стве с парфянскими Аршакидами. Первым представите- лем этой новой династии был Гондофар, который чеканил 45
монеты двух групп. Одни из них по весу и типу пол- ностью следуют парфянским традициям и, возможно, предназначались для Дрангианы. Другие, с индо-сакски- ми типами и индийской надписью на оборотной стороне, явно рассчитаны на население Гандхары и соседних об- ластей. Гондофар находился у власти довольно долго. Имеется сделанная от его имени надпись, которая дати- рована 26 г. его правления и 103 г. некой эры. Предпо- лагается, что эта эра началась не ранее 80 и не позднее 55 г. до н. э.27, что указывает на первую половину I в. н. э. как на время правления этого царя, основателя династии, именуемой индо-парфянской. Гондофар — лицо, хорошо известное и христианской традиции, согласно которой именно к этому царю в Ин- дию апостол Фома совершил поездку, датируемую 29 г. н. э. В 42 г. н. э. в Таксиле побывал греческий философ Аполлоний Тианский. Он посетил там парфянского царя, которого именует Фраатом, что, возможно, является искажением имени того же Гондофара. Сам Гондофар, подобно Мауэсу и Азу, называет себя «великим царем царей», а наличие этого же титула на монетах, выпу- щенных по парфянскому образцу, заставляет задумать- ся, не претендовал ли он в смутное для Парфии время и на аршакидский трон. Наследовавшие ему лица, ви- димо, не обладали уже таким могуществом, хотя по- прежнему поддерживали и даже рекламировали свои парфянские связи. В одном из древних источников сооб- щается, что над областями к северу от низовий Инда властвуют парфянские цари, постоянно изгоняющие друг друга. Нумизматам известны монеты ряда индо-парфян- ских владетелей, которые вполне могли принимать уча- стие в этой междоусобной войне. Таков прежде всего Абдагас. На его монетах появляется третий вид письмен- ности— знаки парфянского письма, так называемого пехлеви *. Другими правителями были Пакор и Ортагн (грече- ская передача иранского имени Веретрагна). Кто-то при- нял даже династийное имя Арсан (Аршак), но монеты * Поскольку в Парфии первые надписи пехлевийской письмен- ности появляются на монетах Вологеза I (51—77 гг. н. э.), предпо- лагается, что Абдагас был его современником. Предложенная дати- ровка правления Гондофара подтверждается наличием монет, для выпуска которых использовались драхмы, выпущенные в 27—28 гг. н э парфянским царем Артабаном III (Mukherjee В. N. A. Note on the Date of Gondophares. Indian Historical Quoterly, 1962). 46
этого правителя или правителей буквально единичны. Наблюдается и резкое ухудшение качества серебряных монет. Судя по всему, государство переживает полити- ческую смуту и экономические трудности. Это во многом способствовало его подчинению новой могущественной державе, возникшей на основе соединения кочевнических и оседлых традиций, на этот раз на землях древней Бак- трии. Этой державой было Кушанское государство. Хотя ему посвящена значительная литература, многое в исто- рии Кушанской империи остается неясным и запутан- ным, особенно в области хронологии *. Начальный период кушанской истории характери- зуется междоусобной борьбой небольших юечжийских владений Северной Бактрии, в ходе которой постепенно преобладание получило владение кушан. Возможно, что монеты чекана по типу тетрадрахм Гелиокла с изобра- жением лошади на оборотной стороне выпускались именно этим владением. Во всяком случае, в середине или второй половине I в. до н. э. это владение чеканило монеты, где на оборотной стороне, как и на позднем че- кане Мауэса, уже изображен конный государь. Хотя правитель Герай, от лица которого выпущены эти мо- неты, и именуется кушанцем, но он еще не имеет цар- ского титула. Один из преемников Герая подчинил остальные че- тыре юечжийских владения и направил свои войска на юг, где, видимо, без особого труда покорил Индо-Пар- фянскую державу. Имя этого основателя нового круп- ного государства в китайских источниках передается как Киоцзюкю, а на монетах в греческой передаче — как Куджула Кддфиз или Кадфиз I. Возвышение Кадфиза было постепенным. Так, известны монеты, на лицевой стороне которых помещен портрет греко-индийского царька Гермея, а имя кушанского правителя проставлено лишь на оборотной стороне с довольно скромной титу- * В 1968 г. в Душанбе проходил специальный конгресс, кото- рый был посвящен кушанской эпохе и материалы которого полно- стью опубликованы: Центральная Азия в кушанскую эпоху, т. I. М., 1974; т. II. М., 1975. См. также сводную книгу Б. Я. Ставинского «Кушанская Бактрия» (М., 1978). Индийские надписи свидетель- ствуют о наличии эры Канишки, по которой датировано правление нескольких кушанских государей, но не ясно, в каком году началась эта эра. Предполагалось, что это был 78 г. н. э. Большинство ученых склоняется к тому, что первый год эры Канишки лежит где-то в на- чале II в. н. э.; это или ПО или 128 г. 47
латурой: «Куджула Кадфиз, ябгу кушан, стойкий в вере» (ябгу — титул вождей-князьков юечжийского объедине- ния). Затем, расширив свои владения, Кадфиз принял традиционный для индо-саков и индо-парфян титул «царь царей». Правда, количество монет с этим титулом невелико. Но предполагается, что Кадфизу I принадле- жит многочисленный чекан так называемого «безымян- ного царя», представлявший собой типичную кушанскую эмиссию с всадником на оборотной стороне и с надписью, в которой указан лишь громкий титул «великий царь царей, освободитель». Видимо, эти монеты относятся к тому периоду, когда под эгидой Кадфиза I уже была создана могущественная империя, объединившая Бак- трию, Арахосию, Гандхару, Паропамисады, а возможно, и ряд других областей. Сообщается, что Кадфиз I про- жил более 80 лет. Наиболее вероятной датой его прав- ления следует считать 40—90 гг. н. э., учитывая, что по крайней мере в конце правления он сместил в Гандхаре наследников Гондофара, из которых Абдагас правил в 50—70-х годах. Новая империя неуклонно стремилась к расширению своих границ. Однако на западе ее соперником была Парфянская держава, несколько окрепшая с приходом к власти младших Аршакидов. Сообщается, что в 40-х годах Вардан, один из парфянских царей, перенес свой лагерь в Бактрию, что может быть глухим свидетель- ством кушано-парфянских столкновений. Во всяком слу- чае, основное внимание Кушаны направили на юго-вос- ток, где политическая разобщенность Северо-Западной Индии сулила особенно богатые перспективы. Эти завое- вания осуществил сын основателя империи Вима Кад- физ, или Кадфиз II, после чего Кушаны стали богатей- шей и сильнейшей державой. Не исключено, что именно при Кадфизе II границы кушанских владений на юге проходили в низовьях Инда и у Бенареса. В состав госу- дарства Кушан входила почти вся территория современ- ного Афганистана, по крайней мере юг Средней Азии и вся Северо-Западная Индия. Наряду с Парфией и Ри- мом это было крупнейшее государство древнего мира. Кадфиз II провел ряд мероприятий по укреплению своей державы. Одним из них была реформа денежного обращения, подорванного при индо-парфянских прави- телях, выпускавших на рынок неполноценную серебря- ную монету. При Кадфизе II основой денежного обраще- 48
ния стали золото и медь. Изображения на оборотной стороне монет свидетельствуют о его стремлении проч- нее связать с новой империей включенные в ее состав территории. Там, как правило, изображено индуистское божество Шива, иногда вместе с быком Нанди. В пыш- ную титулатуру Кадфиза II включено также одно из имен Шивы — Махишвара. Декларируя свою склонность к индуизму, Кадфиз II, вероятно, рассчитывал тем са- мым укрепить положение Кушанской державы в индий- ских областях. Видимо, при Кадфизе II произошло и столкновение с китайскими войсками в Восточном Тур- кестане28. Хотя китайские летописи описывают происхо- дившие события в благожелательном для Китая виде, однако в конечном счете Восточный Туркестан остался в кушанской сфере влияния, а ханьская агрессия в за- падном направлении была приостановлена. Наиболее известным из кушанских правителей яв- ляется Канишка. В целом ряде надписей вместе с его именем приведены даты со 2 по 23 г. установленной им эры. Если принимать за первый год этой эры 128-й и считать, что новое летосчисление началось сразу же с на- чала его правления, то царствование Канишки можно относить к 128—151 гг. В исторической традиции Ка- нишка известен как приверженец буддизма. С его име- нем связывают созыв большого буддийского собора. Ему приписываются строительство религиозных сооружений, покровительство монастырям и буддийским философам. На оборотной стороне монет, выпускавшихся Канишкой, действительно встречается изображение сидящего или стоящего Будды. Но там много и других божеств в со- провождении надписей, приводящих их имена. Здесь и боги античной мифологии — Гелиос, Селена и Гефест, и древние иранские божества — Митра, Веретрагна и, ве- роятно, Анахита, чей культ слился с культом передне- азиатской Нанайи, под именем которой она и выступает на кушанских монетах. Очевидно, поскольку соответ- ствующие культы имели достаточно широкое распростра- нение в различных областях обширной Кушанской дер- жавы, именно ко всем своим подданным обращался Канишка, декларируя подобным образом широкую веро- терпимость. Вместе с тем на монетах при Канишке про- изошла замена греческих надписей кушанскими, сделан- ными слегка модифицированным греческим алфавитом, 49
но на кушанском, а точнее бактрийском языке, офици- альном в новом государстве. Если судить по именам кушанских правителей, упо- минаемым в индийских надписях, то наследником Ка- нишки следует считать лицо по имени Васишка, пра- вившее в 24—28 гг. эры Канишки, или в 152—156 гг. по принятой в нашем изложении хронологии. Однако мо- неты с именем Васишки пока неизвестны. Возможно, это был представитель династии, управлявший южной ча- стью империи без права выпуска собственной монеты. Крупным кушанским правителем был Хувишка, имя ко- торого приведено в надписях, датированных 28—60 гг. эры Канишки (156—188 гг. н. э.). Монеты Хувишки встре- чаются почти в таком же изобилии, что и монеты Ка- нишки, и также имеют на оборотной стороне изобра- жения самых различных божеств. Следующим правителем, упоминаемым в датирован- ных надписях, является Васудэва (64—98 гг., или 192—• 226 гг., по принятой хронологии). Правда, надписи ка- ких-либо лет правления могли и не сохраниться. Судя по монетам, в период царствования Васудэвы происхо- дит как бы возрождение идеологической политики Кад- физа II: на оборотной стороне монет изображен Шива со священным быком. В 230 г. посольство от кушанского царя, обозначенного в китайской передаче как Бо Дюо, побывало в Китае. Большинство исследователей склонны отождествлять этого царя именно с Васудэвой. По сути дела на этом заканчивается наиболее блестящий период в истории Кушанского государства и начинается его постепенное угасание. Даже качество монет все более ухудшается, хотя они сохраняют общий тип, устано- вившийся при Васудэве. Предполагается, что по моне- там можно выделить чекан еще двух правителей, носив- ших то же имя, — Васудэвы II и Васудэвы III, но надпи- си этих правителей неизвестны. На протяжении второй половины III и, вероятно, первой половины IV в. н. э. в Бактрии выпускаются бронзовые подражания монете Васудэвы, образующие несколько последовательно ме- няющихся серий29. Постепенному упадку государства кушан безусловно способствовали и неудачи в столкновении с новым Kpvn- ным государственным образованием — с державой Са- санидов. Хотя средневековая традиция приписывает по- корение Бактрии уже основателю династии Арташиру I 50
(227—243 гг.), это не подтверждается другими источни- ками. В сферу сасанидского влияния в это время вошли скорее всего лишь Маргиана и Сакастан, да и то управ- ляемые на первых порах представителями местных ди- настий. Судя по всему, первый сильный удар по поздним Кушанам нанес Шапур I (243—273 гг.). В его большой надписи на Кааба- и Зардушт среди царств и провинций, чьи владетели или подчинялись ему, или приносили дань, помимо Сакастана и Герата (древней Ареи) названа также страна кушан — Кушаншахр. Наместником Са- санидов на востоке в это время становится сын Шапу- ра I — Нарсе с титулом «царя Сакастана, Туркестана и Индии до побережья моря». Трактовке надписи на Каа- ба- и Зардушт посвящена немалая литература30. Боль- шинство исследователей сомневается в реальности под- чинения Шапуру I большей части страны Кушан. Однако какое-то поражение кушаны все-таки потерпели, что могло сопровождаться как территориальными потерями, так и формальным признанием одной из форм полити- ческой зависимости. Вероятнее всего, к этому времени относятся первые выпуски так называемых кушано-сасанидских монет, че- канившихся сасанидскими наместниками на востоке, бывшими, как правило, членами правящей династии. Эти монеты весьма разнообразны и неоднократно были предметом пристального внимания исследователей. Их трактовка до сих пор вызывает большие разногласия в связи с разными позициями в решении вопроса о хро- нологии Кушан31. Сами монеты могут быть подразделены на две груп- пы. Монеты первой группы следуют типу, принятому при Васудэве, однако выпускавшие их правители с титулом кушан-шахов имеют сасанидские имена — Варахран и Хормизд. Другая группа монет чеканена по сасанидско- му образцу и с сасанидскими же надписями, но титулы правителей такие же — «царь Кушан» или «великий царь Кушан». Иногда и на монетах второй группы имеется кушанская надпись. Правителей, выпускавших монеты этой группы, значительно больше. Это помимо Варахрана и Хормизда Шапур, Арташир и Пероз, при- чем, судя по различным коронам и другим признакам, одинаковые имена нередко носили разные лица. Совершенно ясно историческое значение этих монет: сасанидские наместники восточных областей государства 51
стремились поддержать свой авторитет использованием культурных традиций тех территорий, которыми они пра- вили или на которые претендовали. Из числа этих лиц Хормизд на некоторых монетах имеет титул не просто царя, а «великого царя царей», т. е. по существу такой же, как и у главы сасанидского государства. Возможно, это был Хормизд, брат Варахрана II, поднявший в 80-х годах восстание на востоке с целью захвата сасанидско- го престола. С аналогичной ситуацией мы сталкивались уже в эпоху Ахеменидов, когда члены правящей дина- стии в Бактрии считали себя достаточно могуществен- ными для общеимперских устремлений. С течением времени давление Сасанидов на востоке все более усиливается. При Шапуре II (309—379 гг.) в конце 60-х — начале 70-х годов развернулась длитель- ная кушано-сасанидская война, о которой сообщают раз- личные источники. В конечном счете в этой войне Ку- шаны потерпели поражение, и сасанидские войска за- хватили Бактрию. Наступил закат былого кушанского могущества. В конце IV — начале V в. усиливается давление на саса- нидов— азиатских кочевников, повторяющих движение саков, и юечжей, и на какое-то время древние кушан- ские земли вновь обретают независимость. Но здесь уже нет прежнего единства и могущества. Политическая раз- дробленность, облегчавшая успехи иноземных завоева- телей, во многом объяснялась и социально-экономиче- ской ситуацией — возвышением земледельческой аристо- кратии, знахменующим становление новых, феодальных отношений. Кушанский период был временем наивысшего подъ- ема древней цивилизации, политической стабильности, сопровождавшейся подъемом хозяйства, в основе кото- рого повсеместно лежали ирригационное земледелие и высокоспециализированные ремесла. Наиболее ярким свидетельством достигнутого прогресса был расцвет посе- лений городского типа. Уже Греко-Бактрийское государ- ство по античной традиции именовалось страной тысячи городов. Этого не говорится о державе Кушан, которая вообще была плохо известна греко-римским авторам. Но целый ряд данных, и прежде всего археологические ма- териалы, показывает, что именно кушанский период был временем подлинного расцвета городской жизни в Бак- трии, Арахосии, Гандхаре и других областях. К сере- 52
дине II в. н. э. относится составленная Клавдием Птоле- меем сводка географических сведений, известных антич- ному миру. В одной Бактрии он называет 18 городов, хотя эта сводка неполна и в значительной мере условна. Счи- талось, что уже во II в. до н. э. Бактрию населяло около 1 млн. человек, а за 200—300 лет численность населения, безусловно, значительно возросла. Древние Бактры, ве- роятно, какое-то время играли роль столицы всей Ку- шанской державы и, уж во всяком случае, были адми- нистративным, экономическим и культурным центром одной из двух составных частей этого огромного госу- дарственного образования. В кушанское время вокруг Бактр была возведена новая стена, но и за ней имелся целый ряд строений, в частности развалины грандиоз- ной ступы, ныне известные под названием Топи-Рустам. Важнейшим центром Северной Бактрии был Термез, в окрестностях которого также открыт ряд буддийских центров с первоклассными памятниками искусства (Ка- ра-тепе, Фаяз-тепе). Однако, пожалуй, наиболее характерны для кушан- ского времени города правильной прямоугольной или подквадратной планировки. Вся структура их указывает на то, что создание этих городов явилось результатом на- правляющей деятельности центральных властей. Это были заранее спланированные и регулярно застраивае- мые городские центры, укрепленные крепостными сте- нами с башнями, поставленными друг от друга на точно повторяющемся расстоянии, согласно требованиям ку- шанского фортификационного канона. В Северной Бак- трии из числа таких городских центров хорошо изучены Кей-кобад-шах, Дальверзин-тепе и Зар-тепе. Немало таких городов и городков правильной пла- нировки имеется и на территории современного Афга- нистана. К их числу принадлежит, в частности, горо- дище Беграм, расположенное в 60 км к северу от Ка- була у подножия величественных отрогов Гиндукуша. Возможно, это остатки древнего города Каписы. Лучше других участков здесь изучено городище, существовав- шее в I в. до н. э. — IV в. н. э., построенное еще в началь- ный период становления Кушанской державы. Прямо- угольник городских стен охватывает площадь 25 га, а раскопки, выделившие три последовательных периода, позволяют проследить эволюцию городской культуры Паропамисад32. Центральная магистраль разделяла го- 53
род на две части. В примыкающие к уличным артериям жилые массивы входили небольшие «квартиры», состоя- щие из трех и более комнат, в числе которых имелось и домашнее святилище. В центре города находился дво- рец правителя, где была обнаружена превосходная кол- лекция художественных предметов, вероятно остатки дворцовой сокровищницы. Набор произведений древнего искусства ярко иллюстрирует широкие торговые и куль- турные связи Кушанской державы. Из ханьского Китая были доставлены миниатюрные чернолаковые чашечки. Из восточных провинций Римской империи ведут свое происхождение стеклянные сосуды с сюжетной роспи- сью, великолепные бронзовые статуэтки, изображающие Гиппократа, Геракла, всадника и выполненного в манере гротеска философа-стоика. Особенно богатой и разно- образной оказалась коллекция изделий из резной сло- новой кости, включающая главным образом плакетки и накладки на шкатулки и деревянную мебель. Часто эти накладки украшают изображения танцовщиц, выполнен- ные в изысканно манерном стиле, близком произведе- ниям матхурской школы Северной Индии. Советско-афганской экспедицией под руководством И. Т. Кругликовой на землях Бактрии тщательно изучен другой город кушанского времени — городище Дильбер- джин, расположенное в 40 км к северо-западу от Ма- зари-Шарифа. Первое поселение здесь возникло еще в середине I тыс. до н. э., но как крупный центр оно скла- дывается в основном после юечжийского завоевания Бактрии33. Центральная часть Дильберджина представ- ляет собой квадрат, окруженный крепостными стенами, и занимает площадь около 15 га. Обширные застроенные участки тянутся к югу и востоку от этого укрепленного ядра, что позволяет определить площадь городской за- стройки почти в 40 га. Посередине города, в цитадели, находится монументальный храм, где в первый период его существования имелись красочные фрески, изобра- жающие юношей, стоящих около коней. Видимо, это вос- произведение божественных близнецов, известных в ан- тичной мифологии под именем Диоскуров. Иконографи- чески фрески имеют несомненные эллинистические черты. Позднее, но, вероятно, не ранее правления Кадфиза II происходит «смена богов» — во втором периоде стену этого храма украшает многоцветное панно, изображаю- щее сидящих на быке индуистское божество Шиву и его 54
жену Парвати. При раскопках найдены и части камен- ных плит с надписью, сделанной кушанским алфавитом и сообщающей сведения о какой-то перестройке. Но пока не ясно, имелся в виду центральный храм или ка- кое-либо иное сооружение. В другом храме обнаружены три сидящие статуи. Предполагается, что он был посвя- щен правящей Кушанской династии. За пределами ну- клеарной части города располагался квартал ремеслен- ников, которые жили в небольших домах, теснившихся вдоль улиц. Совершенно иной характер имеет другое строение — «большой дом», где многочисленные жилые и хозяйствен- ные помещения группируются вокруг просторного вну- треннего двора. В целом дом имел вид правильного пря- моугольника и принадлежал скорее всего представите- лям городского патрициата. В пригородах находились буддийское святилище и водохранилище — сардоба. Пережив расцвет в пору правления крупных кушанских монархов, Дильберджин в V в. приходит в упадок и постепенно полностью забрасывается. Такова была в то время судьба подавляющего числа изученных кушан- ских городов, в том числе и Беграма. Для кушанского времени характерно широкое раз- витие торговли, которой, судя по всему, так же как и строительству новых городов, всячески покровительство- вали кушанские правители. На первом месте стояли тор- говые связи с Римской империей, главным образом с ее восточными провинциями. Традиционный путь сухопут- ной торговли шел через Парфию в район Герата, где разветвлялся. Одна дорога поворачивала прямо на юг, в Дрангиану — Сакастан, другая — через горные перева- лы и ущелья спускалась к Каписе — Беграму. Далее, из Беграма путь шел в Ортоспану, приблизительно соответ- ствующую современному Кабулу, и оттуда уже прямо в цветущие города Гандхары. Расстояния между отдель- ными пунктами на этих торговых трассах были тща- тельно промерены; существовали специальные дорож- ники, отмечавшие места остановок торговых караванов и местные достопримечательности. Наряду с этим традиционным сухопутным путем в I в. н. э. все большее значение приобретает южный морской путь из Египта, через Красное море, вдоль Ара- вийского полуострова и далее на восток, к пристаням Индии. Так, важным портом, расположенным в низовьях 55
Инда, был Барбарикон, а в низовьях Нарбады — Бари- газы. Из Баригаз сухопутный тракт вел на север, прямо в Бактры. Из Бактрии по этому тракту доставлялись в Индию китайские товары, поскольку именно через Бак- трию в Китай шел так называемый «великий шелковый путь», связывавший Запад и Восток тогдашнего циви- лизованного мира. Объем торговли с Римом был осо- бенно значителен: по свидетельству древних авторов, ежегодно в Индию из римских владений вывозилось раз- личных изделий на сумму не менее 55 млн. сестерций. Несомненно, значительная часть этих сумм приходилась на долю Кушанской державы, что подтверждается сравнительно широким распространением на кушанских памятниках римских изделий. Значительно меньше дан- ных имеется о внутренней торговле. Однако тут сами за себя говорят сотни и тысячи мелких медных монет, най- денных при раскопках как кушанских городов, так и поселений сельского типа. Это были денежные знаки мелких номиналов, свидетельствующие о проникновении денежных отношений и в сферу мелкого, вероятно даже розничного, оборота. Образование могущественной Кушанской державы тесным образом связано с развитием внутренних процес- сов в Бактрии, Арахосии, Гандхаре и других районах. Недостаток материалов не позволяет широко раскрыть эти процессы в области социально-экономических отно- шений. О них можно говорить лишь в самых общих чер- тах. Значительный прогресс, наблюдаемый в ремеслен- ных производствах, в городской жизни, в денежном обращении, свидетельствует о том, что система произ- водственных отношений рабовладельческого общества продолжала развиваться. Наличие сильной власти, укре- пившей внутреннее и внешнее положение государства, отвечало интересам рабовладельческой верхушки обще- ства и торгового капитала Бактрии и Гандхары. Инте- ресные данные об аграрных отношениях получены из материалов сельских поселений кушанского времени, исследованных советскими археологами в Северной Бак- трии. Здесь обнаружены поселения двух типов. Один из них — это небольшие поселки аморфной и хаотичной пла- нировки, состоявшие из многокомнатных домов, объеди- нявших жилые и хозяйственные строения и бывших, судя по размерам, жилищами многосемейных коллективов. Более значительный и лучше отделанный дом, вероятно, 56
принадлежал сельскому старосте. Крепостные стены от- сутствуют. Скорее всего перед нами места обитания сельских общин, в которых интересы центральной власти представлял местный старейшина. Преобладают же поселки иного типа. Они имеют форму правильного квадрата или прямоугольника, обне- сены стеной (иногда даже с башнями) и планировочно аналогичны городам, хотя и резко отличны от них раз- мерами, как правило не превышающими 0,5—1 га. На раскопанных поселениях этого типа обнаружены огром- ные хранилища для вина и зерновых продуктов, напо- минающие государственные склады древневосточных деспотий, например Урарту. Вероятно, эти поселения были храмовыми или царскими хозяйствами, в которых трудились подневольные работники (типа рабов), а так- же теми искусственно сконструированными хозяйствен- ными организмами, которые древневосточные государ- ства часто создавали из военнопленных и других непол- ноправных лиц. Раскопки городских центров Бактрии свидетельству- ют о значительной социальной дифференциации населе- ния, отразившейся на сословно-престижном членении городской территории. Наряду с огромными домами го- родской знати, открытыми на Дальверзине и в Диль- берджине, основную застройку города составляли блоки из 6—12 комнат с общим хозяйственным двориком, при- надлежавшие своего рода домовым общинам. Как пока- зывают документы из хорезмийского архива III в. н. э., найденного в топраккалинском дворце, почти половину, а иногда и больше половины населения таких общин составляли рабы. Вместе с тем в недрах общества уже происходили значительные перемены. По данным индий- ских источников, первые века нашей эры были началом развития института земельных пожалований отдельным лицам. О повышении политической роли земледельческой аристократии свидетельствует и археологический мате- риал. В V—VI вв. одновременно с упадком городских центров на первый план все более выдвигаются отдель- ные усадьбы и замки. Последние имеют мощную плат- форму многометровой высоты и все более превращаются в неприступные крепости, символизирующие независимое положение их владельцев. Скорее всего это симптомы наступления новой, феодальной эпохи. Параллельно с за- пустением городов происходит упадок ремесленных про- 57
изводств, грубее становится глиняная посуда, все чаще изготовлявшаяся примитивным способом ручной лепки. Едва ли эти явления можно объяснить одними вторже- ниями кочевых племен. Ведь инфильтрация кочевников во II в. до н. э. не остановила прогрессивного развития местных структур, не исчерпавших возможностей суще- ствующего способа производства. Теперь ситуация ко- ренным образом меняется, и есть основания связывать ее с кризисом определенной формы общественных отно- шений, а именно с кризисом рабовладельческого обще- ства 34. Едва ли не наиболее замечательным достижением Кушанской цивилизации является высокий уровень раз- вития культуры. В кушанской культуре при всех ее ло- кальных и временных различиях в творческом единстве были сплавлены достижения местной цивилизации древ- невосточного типа, животворные начала эллинизма, утон- ченность искусства Индии и порывистый стиль, прине- сенный кочевыми племенами из степных просторов Азии. Начальный этап этого синтетического, но стилистически единого кушанского искусства хорошо представлен ма- териалами Тилля-тепе. Носителями и фундаментом куль- туры нового типа были бесспорно кушанские города, дающие устойчивый набор культурных эталонов от об- разцов бытовой посуды до предметов культа. Эта своего рода урбанизированная культура проникает, так же как и денежные отношения, в сельские поселения. Единство массовой, традиционной культуры, ярко выступающее при раскопках кушанских памятников, просто порази- тельно. Как уже отмечалось, в кушанскую эпоху широкое распространение получил буддизм, памятники которого известны во всех уголках обширного государства. Они, как правило, богато декорированы скульптурой, релье- фами и живописью, что делает их подлинной сокровищ- ницей искусства. Особую известность получили буддий- ские древности района Хадды, расположенные непода- леку от Джелалабада. Здесь исследованы остатки буд- дийских ступ, монастырей и некоторых других сооруже- ний. При этом статуи Будды и бодисатв в соответствии с религиозными канонами воспроизводят идеально пре- красный образ, застывший во внутреннем самоуглубле- нии. Однако в изображениях других лиц, образ которых не был связан с консервативными рамками предвзятых 58
канонов, реализм скульпторов Хадды проявился с осо- бой силой. Таковы фигуры так называемых донаторов, лиц, сделавших материальный вклад в развитие и под- держание буддийского культа. Они изображают мужчин с волевыми лицами, густыми усами, в легких туниках. Большой внутренней силой отличается так называемая «голова аскета», пожилого изможденного человека с рез- кими складками у рта и упрямо сдвинутыми бровями. Скульптура Хадды с ее реализмом, вниманием к инди- видуальным чертам воспроизводимых персонажей, про- никновением в их психологию является одним из выдаю- щихся достижений кушанского искусства, которое твор- чески восприняло достижения психологического портрета эпохи эллинизма. Кушанские правители, покровительствуя буддизму, вместе с тем стремились утвердить авторитет светской власти. Об этом свидетельствуют их усилия по установ- лению династийного культа, одним из замечательных памятников которого являются святилища Сурх-Котала в Северном Афганистане, в 15 км к югу от Пули-Хумри. Раскопки показали, что здесь, на высоком холме, укреп- ленном стеной с башнями, находился целый ряд соору- жений, в том числе главный храм с алтарем огня в цен- тре. В ходе раскопок найдены и каменные статуи кушан- ских правителей. К храму вела многоступенчатая лестница, начинавшаяся у самого подножия холма. Инте- реснейшей находкой, сделанной при этих раскопках, яв- ляется многострочная надпись, выполненная, как и надпись Дильберджина, греческим алфавитом на кушан- ском, а точнее, бактрийском языке. В ней сообщается о ремонтных работах, упоминаются вельможи, руково- дившие этими перестройками, назван и сам комплекс — «Храм Канишки Победителя». Не исключено, что именно при этом царе и было возведено все грандиозное соору- жение. Наряду с официальными культами и религиями суще- ствовали верования народных масс, интереснейшими па- мятниками которых являются многочисленные терракото- вые статуэтки, найденные как в городах, так и на сель- ских поселениях. Среди них не так уж много буддийских образков. Предпочтение отдавалось фигуркам женских божеств в одеждах, ниспадающих тяжелыми складками, И с культовым сосудом или каким-либо фруктом в руке. Скорее всего это один из вариантов женского божества, 59
покровительницы плодородия и хранительницы домаш- него очага. Недаром подобные фигурки встречаются по- чти в каждом доме. Другой характерной чертой массо- вой, народной культуры является значительное число фигурок всадников, а то и просто оседланных коней — своеобразная память об основателях Кушанской дер- жавы и об одной из основ ее вооруженных сил. Кушан- ская культура, тесно связанная с социально-экономиче- ским базисом и политической ситуацией государства, убедительно подтверждает расцвет древних цивилиза- ций, существовавших на территории Афганистана, при- чем этот расцвет был во многом обусловлен тесным взаимодействием различных культурных традиций, широ- кими культурными связями и общением, всегда опреде- лявшими генеральную линию исторического прогресса.
Глава II АФГАНИСТАН В СРЕДНИЕ ВЕКА После распада Кушанской империи значительная часть территории Афганистана была включена в состав образовавшейся на ее обломках державы хионитов, или эфталитов. Как полагают некоторые ученые, очагом эф- талитского государства были центральные районы со- временного Бадахшана. Во второй половине V в. эфта- литы захватили Гандхару, а затем распространили свою власть на Панджаб, Синд и Раджастхан. Местные рад- жи, соглашавшиеся выплачивать дань правителям эфта- литов, как правило, оставались в своих владениях. К се- редине VI в. государство эфталитов начало клониться к упадку. В 533 г. их верховный правитель Михиракула потерпел поражение от коалиции раджей, правивших в Северо-Западной Индии. В 567 г. объединенные силы Ирана (где тогда правила династия Сасанидов) и за- паднотюркского каганата нанесли окончательный удар эфталитам, разделив их владения. Большая часть тер- ритории современного Афганистана оказалась под вла- стью Хосрова I Аноширвана (за исключением северо- восточных районов, где утвердились тюрки). В долине реки Кабул и на землях между Индом и Ченабом воз- никло государство, где правила династия Шахи, претен- довавшая на родство с Кушанами. Следует отметить, что образование эфталитской дер- жавы сопровождалось переселением части находивших- ся под ее властью племен из южных районов Централь- ной Азии в области, лежащие к югу от Гиндукуша, и далее, в бассейн Инда. Эти переселения изменили в оп- ределенной степени этнический облик территорий, вхо- дящих в современный Афганистан, и оказали существен- ное влияние на этногенез его народов. IV—VI вв. н. э. связаны в истории Афганистана не только с бурными политическими переворотами, но и с важными сдвигами в социально-экономической эволю- ции общества: происходит разложение рабовладельче- ского строя, появляются ростки феодализма. 61
Распад Кушанской державы и эфталитское завоева- ние привели к возникновению на территории Афгани- стана и прилегающих к ней районов долины Инда большого числа мелких, враждовавших между собой кня- жеств, правители и знать которых постепенно превраща- лись в крупных землевладельцев феодального типа. Вместе со становлением феодального общества про- исходило и формирование новых общественных клас- сов — феодальных земельных собственников и сословно приниженных, неполноправных крестьян. Лишь в отдель- ных глухих районах в форме устойчивых пережитков продолжали сохраняться общественные отношения, свойственные предшествующим формациям. Важные изменения происходят в эту эпоху в идеоло- гии и культуре: на смену буддизму в религиозной обо- лочке индуизма постепенно приходит идеология феодаль- ного общества. Эти важнейшие по своему значению социально-эконо- мические, идеологические и культурные изменения, зна- меновавшие становление новой, феодальной формации, совпали по времени с падением державы Сасанидов и появлением на границах Афганистана новых завоевате- лей — арабов. Арабское завоевание В первой половине VII в. в Аравии образовался Араб- ский халифат — государство, сыгравшее важнейшую роль в исторических судьбах сопредельных стран и на- родов. Его возникновение тесно связано со сложными социальными, идеологическими и политическими процес- сами феодализации арабского общества, проходившими в западной и северной части Аравии и нашедшими свое идеологическое оформление в религии ислама *. * Ислам — буквально «покорность богу» — монотеистическая ре- лигия, возникшая в Западной Аравии в первой четверти VII в. Мно- гие важные элементы ислама заимствованы из иудаизма и христиан- ства. Догматы ислама изложены в священной книге мусульман — Ко- ране, а также в сунне — сборнике преданий о деяниях и изречениях пророка Мухаммада. «Столпы веры» — основные обязанности в ре- лигиозной практике мусульман: признание единого бога и пророче- ской миссии Мухаммада; ежедневное пятикратное совершение мо- литвы у суннитов и трехкратное — у шиитов; соблюдение поста в ме- сяц рамазан; уплата заката — сороковой доли доходов в пользу бедных; паломничество в Мекку. 62
Основоположником этой новой религии был пророк Мухаммад, родившийся в 570 г. в Мекке, араб из пле- мени корейшитов. В последнее десятилетие своей жизни Мухаммад (он умер в 632 г.) подчинил своей власти и влиянию боль- шую часть Аравии. Его первых четырех преемников — халифов Абу Бакра (632—634 гг.), Омара (634—644 гг.), Османа (644—656 гг.) и Али (656—661 гг.)—мусуль- манская традиция называет праведными. В годы их прав- ления, в период раннего ислама, теократия, как и при самом Мухаммаде, признавалась идеалом в халифате: духовная и светская власть, право и религия составляли единое понятие; глава религиозной общины был одно- временно и главой государства Г Под лозунгом распространения ислама халифы соз- дали огромное государство. В результате победоносных походов под их властью оказалась значительная часть владений Византийской империи, была разгромлена и завоевана держава Сасанидов, а также ряд государств в Юго-Западной Азии, Северной Африке и на Пиреней- ском полуострове. К середине VIII в. в состав халифата вошли территории Ирана, Ирака, Сирии, Палестины, Египта, Ливии, стран Магриба (Алжир, Тунис, Марок- ко), Испании, часть Закавказья (до Главного Кавказ- ского хребта), области Средней Азии (включая Самар- канд, Хорезм, Фергану), значительная часть Афганиста- на и отдельные районы Северо-Западной Индии (Синд и долина реки Инд до Мультана). Под их властью на- ходились также Сицилия и Мальта. Походы в пределы Афганистана — в области Газни, Герата, Систан, Тохаристан — арабы начали предпри- нимать с середины VII в. В 652 г. ими был занят Герат. Во многих районах, в частности в Бамиане, Бусте, Балхе, Бадгисе, Газни, Кабуле, Парване, Горбанде, местные правители и население оказывали упорное сопротивле- ние завоевателям, вследствие чего халифы и их намест- ники нередко были вынуждены посылать повторные военные экспедиции для подчинения непокорных. Как свидетельствуют источники, некоторые горные мест- ности— Гур (в верховьях Герируда), район Сулеймано- вых гор — арабы так и не смогли полностью завоевать. Балх был подчинен только в 707 г., Парван, Горбанд и Панджшир — еще позже, в 90-х годах VIII в. Область Кабула, управлявшаяся местной династией, время от 63
времени посылала халифам дань. Окончательно подчи нить ее арабам удалось лишь в начале IX в. после мно- гократных походов. Тогда же был покорен и Кандагар. Период VII—VIII вв., наполненный бурными воен выми и политическими событиями, — весьма сложный в истории народов, населявших Афганистан. К сожале- нию, скудность источников не позволяет изучить многие важные стороны политических и социально-экономиче- ских процессов, связанных с развитием форм государ ственности в условиях арабского завоевания, взаимоот- ношениями между р-азличными народностями и племе- нами, складыванием новых социальных и экономически?, институтов, ростом городов, торговых связей, трансфор мацией старых и становлением новых культурных тра- диций. Однако даже имеющиеся материалы дают основание полагать, что на восточных окраинах Арабского хали- фата, какими были в ту эпоху и территории Афганистана, в VII—VIII вв. начинали складываться феодальные отношения. Необходимо отметить неравномерность этого процесса в различных природно-географических зонах и областях. В равнинных оазисах он происходил значи- тельно быстрее, чем в окраинных, трудно доступных гор- ных районах, где расселялись скотоводческие, кочевые и полукочевые племена и господствовали общинно-родо- вые отношения. Рабство хотя и сохранилось как уклад (известно, в частности, что в Балхе, Кабуле и некоторых других городах были даже рынки, где производилась работорговля), но не играло особо важной роли в соци- ально-экономической жизни. Рабы использовались глав- ным образом в домашнем хозяйстве, а также на рудни- ках, в ремесле, скотоводстве. Земельный фонд с приходом арабов подвергся существенному перераспределению, особенно в местах, где было развито земледелие. Боль- шая его часть была объявлена государственной соб- ственностью. Эти земли крестьяне обрабатывали на пра- вах наследственной аренды; здесь налог и феодальная рента совпадали. Налоги с этих земель шли на оплату войска и чиновников. Значительная часть земель была присвоена халифами и членами их семей, а также араб- ской знатью. С конца VIII — начала IX в. растет число частных земельных владений — мульков (наследственных зе- мельных пожалований арабским военачальникам, пра- 64
вптелям областей, а также местной аристократии) ц условных владений — икта. Сначала условные владения были лишь частью рен- ты-налога, дававшейся вместо платы за службу на время ее несения или пожизненно; позднее право на ренту стало сочетаться с правом распоряжения землей. В эту эпоху стало складываться и вакфное владение. Вакфы — зе- мельные пожалования — получали мечети, медресе и другие мусульманские учреждения. Они не подлежали ни продаже, ни отчуждению, налоги в казну с них не взи- мались. Существовали также и общинные земли, но раз- меры их после арабских завоеваний уменьшились в ре- зультате насильственного изъятия завоевателями. Кре- стьяне были вынуждены на условиях издольной аренды обрабатывать государственные и частные земли, а также земли иктадаров (владельцев икта), попадая таким обра- зом в феодальную зависимость. Земля предоставлялась крестьянам на условиях выплаты V4, 1/6 или 7s доли уро- жая в зависимости от того, кому (издольщику или зем- левладельцу) принадлежали рабочий скот, сельскохозяй- ственные орудия и семена. Результатом включения Афганистана в состав хали- фата явилась миграция арабов, осевших на завоеванных землях. Часть таких земель перешла в руки арабских военачальников и должностных лиц. Арабских поселе- ний на территории Афганистана было, впрочем, меньше, чем, скажем, в Ираке или Иране. Однако известно, что арабские воины, переселенные с семьями в Тохарпстан, Восточный Хорасан и другие местности, наделялись зем- лями и получали жилища. В ряде районов арабы не ассимилировались с местным населением и жили обо- собленно. Арабские деревни существовали во многих об- ластях Афганистана и в XX в. (в частности, на севере страны, под Кабулом и Джелалабадом). Важнейшими последствиями арабского завоевания были постепенное распространение ислама и арабского языка (в качестве государственного и литературного), а также введение арабской графики в письменность мест- ных языков. На территории нынешнего Афганистана ислам распространился прежде всего в Балхе (соборная Мечеть была выстроена в 742 г.), Герате, Систане. Что Же касается областей Кабула, Гура и ряда горных мест- ностей, то их население стало принимать ислам значи- тельно позже — в IX—XI вв., поскольку арабы долгое 3 Зак. № 819 65
время не могли подчинить эти районы. В области Нури- стан (Кафиристан) ислам утвердился лишь к концу XIX —началу XX в. Завоевывая огромные территории, арабские халифы нередко оставляли на этих землях местных правителей, вменяя им при этом в обязанность посылать в казну на- логи, дань или подарки. В такие крупные области, как Хорасан, Систан, Тохаристан, назначались арабские на- местники. В то же время хорасанскому наместнику, на- пример, подчинялись правители Кабула и Кандагара. Во всем халифате была установлена единая податная система, хотя в некоторых областях местные правители и вожди племен по-прежнему взимали в свою пользу подати и повинности, существовавшие еще до арабского завоевания. Мусульмане платили закат (буквально «очищение», милостыня в пользу бедных), взимавшийся в размере 2,5% дохода. Земледельцы платили и харадж — десяти- ну с урожая. Немусульмане выплачивали поземельную подать в большем размере. С них взыскивали также особую подушную подать — джизию. Кроме того, насе- ление облагалось различными натуральными повинно- стями (на содержание гонцов, чиновников и др.); их не- оплаченный подневольный труд использовался на стро- ительстве дорог, ирригационных систем, дворцов. При взимании податей, как правило, имели место различные злоупотребления и жестокое обращение со стороны государственных чиновников фиска и земле- владельцев. Размеры податей неуклонно росли. Опа- саясь мощных народных выступлений, власти иногда вынуждены были идти на уступки. Так, новообращенных мусульман дважды на некоторое время освобождали от уплаты хараджа. Недовольство налоговой политикой все чаще выра- жало не только податное население, но и другие соци- альные группы — местная неарабская знать, которая не- редко была вынуждена не только подчиняться наместни- кам халифа, но и отдавать им значительную часть своих доходов, торговцы, принявшие ислам в надежде, что бу- дут уравнены в правах с арабами, сторонники теокра- тии, выступавшие против превращения халифата в свет- ское государство, и др. Источники свидетельствуют, что оппозиция народных масс в рассматриваемый период принимала различные 66
формы — от пассивных (бегство с места жительства, от уплаты налогов) до открытых вооруженных выступле- ний, в большинстве случаев сливавшихся с мятежами отдельных лиц или групп, представлявших интересы раз- ных социальных слоев. Многие из этих выступлений про- ходили под знаменем различных сектантских учений — шиитов, хариджитов, хуррамитов * и др. Так, сторонники секты хариджитов, сложившейся в целом к концу VII в., возглавили в VIII в. (а затем в IX — X вв.) ряд высту- плений, в том числе в Хорасане и Систане; приверженцы близкой маздакитам секты хуррамитов в 30-х — начале 40-х годов VIII в. проповедовали в Хорасане идеи соци- ального равенства всех людей, утверждая их право на землю и имущество и призывая к активной вооруженной борьбе2. Несколько позже, во второй половине VIII в., они явились инициаторами восстания Муканны в Ма- вераннахре, которое оказало значительное влияние на районы Северного Афганистана. Большинство выступлений первой половины VIII в. проходило под знаменем борьбы с халифами из дина- стии Омейядов (661—750 гг.). Возглавляли эту борьбу потомки Аббаса (дяди пророка Мухаммада), именуе- мые Аббасидами; они помимо всего прочего обещали му- сульманам (в том числе и новообращенным) и немусуль- манам облегчение налогового гнета. Именно этим объ- ясняется, что к проаббасидскому восстанию, поднятому Абу Муслимом в районе Мерва (747 г.), примкнуло насе- ление округов Тохаристана, городов Герата, Таликана, Балха и других местностей, принадлежавшее к различ- ным социальным слоям, этническим группам, религиоз- ным течениям и сектам. Приход к власти аббасидских халифов (750 г.) зна- меновал собой прежде всего укрепление феодальных по- рядков в области землевладения. Классовой идеологией феодалов стал ислам суннитского, толка. Однако поло- жение масс не улучшилось. В халифате, в том числе и на территории нынешнего Афганистана, вспыхнули но- вые восстания. В 755 г. крупное восстание, известное в литературе как восстание Сумбада Мага, охватило на- селение ряда областей от Хорасана до Азербайджана; в 767 г. произошло выступление во главе с Устадом Ази- зом (Сисом) в округе Герата; в конце VIII в. поднялась О шиитах, хариджитах, хуррамитах см. ниже. — М. А. 67
новая волна хариджитских восстаний в Систане, продол- жавшихся и в IX в. Крупные восстания против Аббаси- дов происходили в других областях халифата — в Юж- ном Азербайджане, Ираке, Йемене, Сирии, Палестине. Касаясь событий VII—VIII вв. в халифате, которые отразились на судьбах народов, сыгравших важную роль в истории Афганистана, следует отметить, что уже в се- редине VII в. начался процесс разделения мусульман3. Среди них выделяются прежде всего сторонники «право- верного» ислама — сунниты *, приверженцы сунны и идеи выборности халифов, и сторонники халифа Али (ши’ат аль-Али)—шииты, признававшие наследственное право быть имамом — главой мусульманской общины халифата и политическим главой государства — только за Али (двоюродный брат и зять Мухаммада) и его потомками. Шииты имеют несколько направлений в рамках как уме- ренного, так и крайнего шиизма. Одно из них — исмаи- лизм4. Это направление сохранилось до наших дней. Его приверженцы живут в ряде азиатских стран, в том числе и на территории Афганистана, главным образом в его северных областях. Третье направление ислама представляли упоминав- шиеся выше хариджиты**. Приверженцы этой секты вы- ступали против крупных землевладельцев, за правовое и социальное равенство всех мусульман и их господству- ющее положение над зиммиями (немусульманами). Одновременно олицетворением суверенной власти для них являлась религиозная община, а халиф (обязатель- но выборный) должен был быть ответствен перед ней в своей деятельности. Важным положением их учения являлось утверждение, что всякий мусульманин, в том числе любой правитель, имам или халиф, «впавший в состояние великого греха», становится «неверным» (ка- * Сунниты делятся на четыре главных толка (мазхаба), назы- ваемых по имени их основателей, — ханифитский, шафиитский, хан- балитский и маликитский. Афганцы в подавляющем большинстве являются ханифитами, которые в отличие от приверженцев других толков ислама более терпимо относятся к другим религиям. Помимо религиозного права они допускают широкое использование основ обычного местного права (адата) и законов светской власти. Мно- гие кочевые племена (не только афганские, но и тюркские), где до- мусульманские патриархальные обычаи были очень сильны, прини- мали ислам именно ханифитского толка. ** Хариджит — в переводе «повстанец». 68
фиром), а выступление против него — дело богоугодное. Это положение нередко служило идеологическим обосно- ванием свержения правителя, «священной войны», а на деле политической борьбы, мятежей и восстаний. На тер- ритории Афганистана эта секта была особенно широко распространена в Систане. Шиизм, как и хариджитство, использовался полити- ческой и нередко социальной оппозицией в борьбе про- тив Омейядов, Аббасидов и других суннитских прави- телей. Афганистан в IX—XIII веках Приход к власти Аббасидов, как уже отмечалось, не улучшил положения народных масс в халифате. Указы о снижении налоговых ставок и отмене некоторых побо- ров сверх хараджа либо практически не выполнялись, либо действовали непродолжительное время. В народных движениях, начавшихся под лозунгом освобождения от арабского владычества, все чаще выдвигались требова- ния социального характера, продолжались антиаббасид- ские восстания, возглавлявшиеся чаще всего шиитами, хариджитами, а затем исмаилитами и карматами *. На территории Афганистана такие восстания происходили главным образом в Систане. Непосредственными причи- нами восстаний были: усиление налогового гнета; неза- конные конфискации земель крестьянских общин и мест- ных владетелей; взыскание дополнительных денежных сумм и штрафов с крестьян, ремесленников, торговцев; злоупотребления, чинившиеся арабскими наместниками, особенно наместником Хорасана и Систана Али ибн Исой и его чиновниками. Первыми восстали крестьяне и ремесленники Систа- на во главе с хариджитом Хамзой ибн Атраком (798 г.). Движение хариджитов продолжалось многие годы, в ре- зультате чего Систан практически более чем на 30 лет вышел из-под власти халифата. Хамза ибн Атрак отме- нил выплату хараджа. Казна его пополнялась за счет * Карматы— подсекта исмаилитов. Карматы провозглашали Идеи социального равенства, общность имущества, земли. Учение Карматов было распространено в Сирии, Ираке, Иране, Средней Азии. В конце IX в. они создали государство в Бахрейне, где унич- тожили крупное землевладение. 69
гоенной добычи, захватывавшейся систанцами во время набегов на территории, которые находились под властью арабов. К IX в. положение в халифате осложнилось. Местные феодалы, поддерживаемые населением, недовольным усилением налогового гнета, не прекращали выступле- ний против власти халифов. Процесс постепенного политического распада абба- сидского халифата происходил под влиянием целого ряда факторов, связанных прежде всего с развитием феодаль- ных отношений, разным уровнем социально-экономиче- ского развития завоеванных арабами стран, не имевших между собой сколько-нибудь прочных экономических и этнических связей, а в ряде случаев языковой и куль- турной общности. Важную роль в ослаблении халифата в целом и его позиций на местах сыграли непрекращав- шиеся народные восстания, которые нередко использова- лись местными феодалами для достижения политической независимости. Уменьшение доходов казны вследствие роста крупной феодальной земельной собственности, владельцы кото- рой освобождались от уплаты налогов, самовольный от- каз ряда местных правителей посылать халифу дань и подарки и выставлять свои военные ополчения, расходы на подавление народных восстаний и мятежей феодалов ослабляли экономическое и военное могущество халифов. По существу они не имели реальных возможностей дей- ственно противостоять сепаратизму потомственной ари- стократии, стремлениям наместников утвердить свою наследственную власть и самостоятельность в управляв- шихся ими областях. Более того, наряду с местной ари- стократией, правителями и наместниками отдельных об- ластей независимыми пытались стать и мелкие феодалы, которые, захватывая земли военной силой (с помощью своих ополчений или отрядов газиев*), устанавливали наследственную власть на завоеванных территориях. Стремясь предотвратить распад государства, халифы принимали меры по укреплению своей власти. С этой целью ими была создана гвардия гуламов из рабов- тюрок. * Отряды газиев (араб., «борцы за веру») состояли из деклас- сированных элементов города, обедневших крестьян и кочевников. Они добровольно шли в отряды, набиравшиеся халифами и отдель- ными феодалами, 70
Опасаясь возникновения нового крупного очага анти- арабских выступлений, сын халифа Харун-ар-Рашида (786—809 гг.) Мамун, являвшийся в 809—813 гг. наме- стником Хорасана, направил свои отряды против пра- вителя из династии Кабул-шахов, владевших наряду с Кабулом также землями в Тохаристане и области Кан- дагара и время от времени выступавших против власти халифов. После упорного сопротивления войска Кабул- шаха были разбиты, трон и корона отправлены в Мекку, а нормы земельной подати и дани с захваченных земель удвоены. Владения Кабул-шахов были включены в со- став Хорасана и отныне должны были подчиняться хора- санскому наместнику Аббасидов. В городах были по- строены мечети. Началось насаждение ислама суннит- ского толка, длившееся почти столетие. Касаясь вопросов внутриполитической жизни в хали- фате, связанных с попыткой правящей верхушки укре- пить свою власть в завоеванных областях (в том числе и на территории Афганистана), следует особо подчерк- нуть ее стремление внедрить ислам суннитского толка как господствующую религию, которая призвана обосно- вать перемены в общественной жизни, вызванные раз- витием феодальных отношений. Для этого перерабаты- вались и переосмысливались положения Корана и от- дельных хадисов сунны (предания). При халифском дворе появились специальные богословы-законоведы — факихи, улемы. Объявление ислама суннитского толка официальным вероисповеданием в 851 г. имело целью противопоставить его религиозным сектам, учения кото- рых являлись идеологической оболочкой выступлений против арабского владычества и усиления феодальной эксплуатации. С середины IX в. приверженцы других сект и веро- ваний стали преследоваться. Более широко с этого вре- мени распространяется суфизм — аскетическое мистиче- ское течение в рамках ислама, пассивно осуждавшее богатство и проповедовавшее смирение, терпимость и до- вольство выпавшим жребием; культ бедности считался идеальным состоянием для «спасения души»5. Пытаясь хотя бы номинально удержать в своих руках власть в государстве, халифы предоставляли крупным феодалам высокие посты наместников. Последние часто становились наследственными владетелями, основывал 71
фактически самостоятельные эмираты*. На территории Афганистана таким наместником стал Тахир ибн Хусейн, бывший прежде владетелем Бушенга в Гератской про- винции. В его подчинении были Мавераннахр, Хорасан с Гератом, области Балха, Кабула, Систана. Являясь полновластными хозяевами на управляв-, шихся ими огромных территориях, Тахир и его преем- ники, известные в исторической литературе под именем Тахиридов (821—873 гг.), отправляли халифу фиксиро- ванные от каждого округа суммы. Тахириды стремились к укреплению своей власти и с этой целью усиленно вне- дряли ислам в областях, где население исповедовало зороастризм. Одновременно они предпринимали меры к упорядочению налогов, развитию сельского хозяйства и ирригации, издали свод законоположений о системе водопользования. Хотя в период их правления хариджит- ские движения в Хорасане и Систане продолжались, однако накал их стал несколько слабее. Значительно большее беспокойство Тахиридам доста- вили отряды газиев под командованием братьев Якуба и Амра ибн Лейсов **, подавлявших ранее восстания ха- риджитов в Систане. Нанеся поражение хариджитам, они в 861 г. захватили власть в Систане, а затем двинулись на север, заняли области Герата, Балха, Газни, подчи- нили Кабул и в 873 г., свергнув династию Тахиридов, овладели всем Хорасаном. Не сумев завоевать столицу халифата Багдад, Амр ибн Лейс пошел на примирение с халифом, номинально признав себя его вассалом. При- знание заключалось лишь в упоминании имени халифа во время пятничной службы в мечетях и чеканке его имени первым на монетах; дань и налоги Саффариды в Багдад халифам не посылали. Укрепив свою власть в захваченных областях, они двинулись на север против Саманидов (местной дина- стии, выходцев из Термеза), утвердившихся в 821 г. в Средней Азии. В сражении с Саманидами у Балха Амр ибн Лейс потерпел поражение, был взят в плен и каз- нен. После победы над Амром ибн Лейсом Саманиды за- * Наследственные владения были созданы в странах Магриба, в Закавказье, Сирии, Ираке, ряде областей Ирана и Средней Азии. ** Якуб и Амр ибн Лейсы известны в исторической литературе под именем Саффаридов (от слова «саффар» — медник; по преда- нию, один из братьев, Якуб, был в юности учеником медника). 72
воевали огромные территории. Их владения, куда входил и весь нынешний Афганистан, простирались от Тянь- Шаня до Сулеймановых гор и от Бухары и Самарканда до побережья Персидского залива. В подчиненных обла- стях они, как правило, сохраняли управление в руках местных династий, в том числе в Систане, в областях Балха, Газни и других, представители которых, призна- вая их верховную власть, не всегда отсылали в саманид- скую столицу Бухару налоговые отчисления, дань или подарки. При Саманидах создается разветвленный аппарат управления в составе 10 ведомств (диванов), ведавших сбором налогов, землями домена, вакфами, гвардией, внешними сношениями, что свидетельствовало об их стремлении к укреплению центральной власти. В то же время Саманиды раздавали земли в форме икта с пра- вом налогового иммунитета, сохраняли (как уже отме- чалось) представителей местных династий в качестве правителей отдельных областей, содействуя тем самым развитию в их среде сепаратистских настроений. Эти настроения росли и в гвардии гуламов, которые нередко примыкали к народным выступлениям, проходившим, как и прежде, под лозунгами различных сект. Наибольшим влиянием пользовались карматы, кото* рые в течение первых четырех десятилетий X в. посто- янно поднимали восстания в Хорасане, в том числе в рай- онах Герата и Гура. В 962/963 г. один из начальников саманидской гвар* дии гуламов, Алп-тегин, захватил Газни, а затем Буст и обосновался там. После его смерти его зять Себук- тегин (977—997 гг.), выдержав борьбу с другими пре- тендентами на владение этими землями, основал дина- стию Газневидов (977—1186 гг.). Себук-тегин не только укрепился в Газни, но и предпринял ряд успешных завое- вательных походов, в том числе в Гур и на восток, по направлению к Индии. В частности, он вступил в борьбу с княжеством, где правила династия Шахи. Ее владения распространялись от Лагмана (долина реки Кабул) до реки Ченаб. В результате этой борьбы Себук-тегин под- чинил эти земли и дошел до Пешавара. Наибольшего могущества Газневиды достигли при Махмуде (997— 1030 гг.). В состав газневидской империи кроме Афганистана были включены территории Ирана, юг Средней Азии 73
с Хорезмом, Северо-Западная Индия, куда Махмуд со- вершил 17 походов под лозунгом войны с «неверными». Значительную роль в его войске играли отряды афган- ских воинов. Заботясь главным образом о пополнении своей казны, Махмуд вел длительную и упорную борьбу с феодалами, отбирал их земли, за счет чего резко уве- личил фонд государственных земель, доходами с кото- рых распоряжался сам. Махмуд тратил большие сред- ства на содержание войска, центрального аппарата, ка- рательные экспедиции, систему сыска. Все непокорные, подозреваемые в нелояльности или в ереси, подверга- лись жестоким гонениям и казням, а их имущество кон- фисковывалось. Источники того времени свидетельству- ют, что во многих местностях и городах в период правления Махмуда свирепствовали голод, эпидемии, разрушались города, приходили в запустение сельские местности, население разорялось. Вместе с тем, стремясь создать себе славу просве- щенного правителя и правоверного мусульманина, Мах- муд содержал пышный двор, при котором жили многие известные богословы, знаменитые ученые и поэты, чьи имена вошли в летопись мировой цивилизации, — Фир- доуси, Бируни, Унсури и др. При нем возводились величественные культовые сооружения, дворцовые по- стройки. Среди архитектурных памятников той эпохи наиболее известны мечети и медресе в Газни, комплекс Лашкаргах (или Лашкари-Базар) в районе Буста6. Однако могущество державы Газневидов оказалось недолговечным. Потерпев в 1040 г. при Денданакане со- крушительное поражение в битве с перекочевавшими из Средней Азии в Хорасан туркменами-сельджуками, они уже не смогли вернуть себе былую мощь. В результате длительной борьбы с сельджукскими отрядами, которых поддерживала хорасанская знать и владетели Гура, а также внутренних междоусобиц Газневиды теряли одну область за другой. Так, сельджуки отторгли от них Балх, затем Герат и всю область Хорасана, Систан. Ав 1151 г. столицу Газни захватили правители горной области Гур. Город был почти целиком разрушен и сожжен. Газ- невидам пришлось покинуть свою столицу, и до 1186 г. представители этой династии правили в Лахоре7. Сельджукские завоеватели не ограничились присо- единением к своему государству части владений Газне- видов. В XI в. они подчинили Иран, Малую Азию, Си- 74
рию, Ирак, Палестину, юг Средней Азии. Однако и эту державу, как и многие другие средневековые государ- ственные образования подобного типа, постигла та же участь. Вскоре начался ее распад. Лишь восточные области государства, в том числе часть территории Афганистана, на некоторое время остались под властью султана Синджара (1119— 1157 гг.) из династии Сельджукидов. После смерти Син- джара его государство распалось. Некоторое время в Афганистане правил Мухаммад Хорезм-шах (1200— 1220 гг.). Его владычество было еще менее долговечным. В 1220 г. началось нашествие Чингис-хана. Рассматривая основные вехи политической истории того периода, следует особо остановиться на событиях, происходивших в Гуре, расположенном в горной мест- ности, в верховьях реки Герируд, между Бамианом и Гератом. По сведениям источников, ни арабы, ни Сама- ниды, несмотря на их усилия, не смогли проникнуть в глубь этой области. Однако есть основания полагать, что ислам был распространен в некоторых районах Гура еще в IX в., поскольку в начале X в. там происходили восстания карматов. После нескольких военных экспедиций Махмуда Газ- неви и его сына Масуда (1030—1040 гг.) многие гурские владетели (малики) были вынуждены подчиниться грозным завоевателям. Но уже при преемниках Масуда они делали попытки добиться полной самостоятель- ности. Скудность источников не позволяет подробно рассмо- треть вопросы, связанные с развитием социальных отно- шений в Гуре. Однако известно, что в XI в. там проис- ходил процесс постепенной феодализации, маликами на- сильственно изымались общинные и личные земли кре- стьян. В начале XII в. Газневиды передали управление Гу- ром малику Изз-ад-дину, который стал первым «великим князем Гура»; с этого времени Гур практически превра- тился в независимое владение. Во второй половине XII в., умело использовав ослабление Сельджукидов и Газне- видов, Гуриды, как уже отмечалось, нанесли последним сокрушительный удар и захватили столицу Газни. В 1175 г. Гуриды подчинили Герат и Систан, а затем Шихаб-ад-дин Мухаммад Гури совершил несколько во- енных экспедиций в Северную Индию. В результате 75
власть гуридской военно-феодальной знати утвердилась на огромной территории от Лахора и Мультана до Бен- галии. В самом Гуре резиденцией его правителей был Оирузкух. Другой центр Гуридов — Бамиан управлялся Фахр-ад-дином Гури. В его подчинении находились так- же Шугнан, Вахан, часть Тохаристана и горных районов Гиндукуша и Памира. Крупными городами и торговыми центрами державы Гуридов на территории Афганистана были Герат, Газни, Кабул, Буст. В годы, предшествовавшие монгольскому нашествию, их обширные владения подверглись нападению хорезм- шахов, в результате которого держава Гуридов распа- лась8. Войска хорезм-шахов к 1217 г. заняли огромные территории, в том числе все земли Гуридов на терри- тории Афганистана. В завоеванных Мухаммадом Гури областях Северной Индии один из гуридских военачаль- ников, Кутб-ад-дин Айбек, основал в 1206 г. новое госу- дарство— Делийский султанат (1206—1526 гг.). Итак, IX — начало XIII в. в истории Афганистана характеризуются частыми нашествиями чужеземных за- воевателей, а также внутренними междоусобицами. За- воеватели, захватывая огромные территории, произво- дили перераспределение земельного фонда. Однако не- зависимо от того, кому принадлежала земля — арабской знати, местным владетелям или представителям военно- кочевой аристократии, феодальная собственность на землю росла, постепенно превращаясь в наследственную. Распадались родо-племенные связи, происходило неук- лонное, хотя и неравномерное развитие феодализма. По- степенно исчезает рабство. По мере развития феодальной собственности на зем- лю усиливалась феодальная зависимость значительной части' крестьян, которые, оставаясь лично свободными, обрабатывали на условиях издольной аренды земли фео- далов, не имевших, как правило, собственных хозяйств. Нередко рост налогового бремени делал для крестьяни- на невозможной обработку собственных земельных уча- стков при отсутствии воды, семян и скота. В таких случаях развивалась система патронимии (известна не только в других странах Востока, но й в Европе), т. е. добровольной передачи под покровительство феодала земельных наделов на условиях получения части (чаще всего не более V4) урожая. Необходимо отметить, что в период, предшествовав- 76
ший монгольскому завоеванию, имел место определен- ный подъем хозяйственной жизни. Местные владетели предпринимали небезуспешные меры, направленные на развитие сельского хозяйства, ремесленного производ- ства, торговли. Проводились ирригационные работы, за- страивались города. В некоторых районах все большее распространение получали технические культуры, хлопок, шелк, развивалось скотоводство, а на их базе и ремесло. Одновременно наряду с разведением пшеницы, ячменя, садовых и огородных культур увеличивались посевы риса. Строились каналы, кяризы, колодцы, защитные сооружения от движущихся песков и др. Происходило и постепенное отделение сельского хозяйства от ремесла; наряду с городскими полуаграрными поселениями росли города феодального типа с большим числом жителей. Так, в Балхе проживало около 200 тыс. человек. Даже небольшой город Панджшир населяло 20 тыс. человек. В городах существовали корпорации пекарей, гончаров, ткачей, медников, ювелиров, купцов. Наряду со свобод- ными ремесленниками, работавшими в своих мастер- ских, имелись предприятия, принадлежавшие государ- ству или феодалам, где ремесленники работали по найму. Высокого уровня достигли ковроткачество, производ- ство тканей из хлопка, шелка с золотым и серебряным шитьем, изготовление глазурованной керамической по- суды, изделий из металла — чеканки, оружия, поделок из бронзы. При этом следует отметить, что развитие ре- месла в городах не исключало существования ремеслен- ников среди сельского оседлого или кочевого и полу- кочевого скотоводческого населения. Выделкой кож и обработкой металла, например, часто занимались ремес- ленники из кочевых племен. Города являлись средоточием ремесла и торговли, причем не только внутренней, но и внешней. Данные нарративных источников и археологических раскопок свидетельствуют о торговых связях городов Афганистана с Индией, Китаем, странами Средиземноморья. Круп- ными центрами ремесленного производства, розничной и оптовой торговли были Герат, Кабул, Балх, Газни, Буст, находившиеся на торговых путях и служившие перева- лочными пунктами караванной торговли. Развивалось рудное дело, дававшее большие доходы правителям. На рудниках нередко использовался труд 77
рабов. Серебряные рудники, в которых работало по не- скольку тысяч рудокопов, имелись в районах Панджши- ра, Гузгана и Парвана; железная руда добывалась в Гу- ре и под Кабулом, свинец и сера — в Тохаристане, дра- гоценные и полудрагоценные камни — рубины, лазурит, бирюза — на севере страны, в Бадахшане. С ростом городов совершенствовалась архитектура — возводились дворцы, караван-сараи, мечети, медресе. Остатки сооружений тех времен и археологические рас- копки свидетельствуют о широком применении в стро- ительном деле алебастра, штуфа, цветной глазурованной керамики, люстровой * росписи. Высокое развитие науки, литературы, поэзии, прозы в период раннего средневековья нашло свое отражение в бессмертных произведениях Фирдоуси, трудах Бируни, сочинениях Бейхаки, Утби и др, * * * Эпоха раннего средневековья занимает важнейшее место в этногенезе афганского (пуштунского) народа**. В основе этногенеза пуштунов лежит древнее население районов Сулеймановых гор. Образование союза восточ- ноиранских в своей основе племен относится, вероятнее всего, к середине I тыс. н. э. и связано с рападом эфта- литского объединения, о котором уже рассказывалось выше. Вплоть до начала II тыс. н. э. область расселения пуштунов ограничивалась Сулеймановыми горами — ме- жду долинами реки Курам на севере и реки Гомал на юге. К этому времени закончилось формирование пуш- тунской этнолингвистической общности, определились границы занимаемой пуштунами территории, сложились на базе полукочевого и кочевого скотоводческого хозяйст- ва основы самобытной культуры пуштунов и их своеобраз- ного психического склада. По-видимому, тогда же в ходе * Люстр — надглазурная роспись, делавшаяся сложным красоч- ным составом из серебра, золота, меди, мышьякового песка, раство- ренных в виноградном уксусе. Применялась для росписи сосудов, ваз, блюд, изразцов для украшения зданий, в том числе мечетей. ** Самоназвание афганцев «паштун» применяется в юго-запад- ных диалектах и «пахтун» — в северо-восточных диалектах афган- ского языка. Ставшие традиционными термины «пуштун», «пушту», «Пуштунистан» восходят к английской транслитерации слова «паш- тун». 78
закономерного развития группы родственных восточко* иранских диалектов сложился язык пушту. Развитие производительных сил и рост народонасе- ления привели к постепенному расселению пуштунских племен. Оседая на территориях вокруг Сулеймановых гор, часть пуштунов переходила к оседлому земледелию. Миграция пуштунов облегчалась тем, что оседлое ирано- таджикское и индоарийское население этих районов ча- стично было истреблено во время вторжений Чингис- хана и его преемников, а также при Тимуре (об этом подробнее будет сказано ниже), частично переселилось в менее опасные для них места. Сначала пуштуны за- няли Газнийское плато, часть Пешаварской долины, Ко- хат и Банну, а также отдельные районы в области Ка- була. Позднее они продвинулись к Кандагару, в долину Свата, на территорию Зхоба. В процессе расселения разрушались родо-племенные связи, возникали и распадались союзы племен. Росло имущественное и социальное неравенство внутри пуш- тунского общества, происходили важные сдвиги, связан- ные с распространением ислама. Расселяясь на обшир- ной территории между Индом и Гиндукушем, пуштуны вступали в многообразные контакты с местным населе- нием. Зачастую эти контакты приводили к постепенной ассимиляции пуштунов с их соседями, которые включа- лись в родо-племенную структуру пуштунского общества. Так, в XI—XIII вв. пуштуны ассимилировались с рядом тюркских племен, кочевавших на Газнийском плато. Крупнейшим из них было племя — или союз племен — халадж, к которому генетически восходит одно из самых больших пуштунских племен — гильзаи. Генетические связи с тюрками имеет также племя тарклани, населяю- щее район Баджаура. В формировании некоторых пуш- тунских племен приняли участие индоарийские племена и народности, населявшие долины Кабула и его прито- ков и земли между Сулеймановыми горами и Индом. Важнейшую роль в этногенезе пуштунов сыграли тад- жики и родственные им иранские народности и племена, населявшие значительную часть территории между Гин- дукушем и Сулеймановыми горами, а также к югу от Сулеймановых гор. Таджики, а также индийские народы, у которых феодальный строй к тому времени уже сло- жился, оказали несомненное влияние на процессы ста- новления и развития феодальных отношений у пуштунов. 79
Об этом убедительно свидетельствует, в частности, ана- лиз пуштунской социально-политической, экономической и государственно-административной терминологии. Монгольское завоевание В начале XIII в. один из монгольских племенных вождей, Темучин, после долгой и упорной борьбы осу- ществил политическое объединение Монголии и, приняв титул Чингис-хана (1206—1227 гг.), был признан вели- ким ханом. В Монголии к этому времени уже складывалось ран- нефеодальное общество, хотя родовые связи сохраня- лись и отдельные улусы (племенные объединения) нахо- дились на разном уровне социального развития. В каж- дом улусе существовало определенное иерархическое де- ление на военно-административные единицы. Их наиме- нование определялось численностью предоставлявшихся ими отрядов ополчения (тумены *, тысячи, сотни, десят- ки). Во главе этих подразделений стояли наследственные вожди племен, родов, старейшины кланов, семей и т. д., где для рядового члена племени его господин (феодал) был одновременно и военачальником. Подчинение ему было беспрекословным. Ополчение было четко организованным, твердо дисциплинирован- ным. Будучи кочевниками, монголы создали весьма по- движную, маневренную конницу, действия которой в со- четании с военной техникой того времени (катапультами, стенобитными машинами, оружием) определяли их ус- пехи в борьбе с отрядами противника, набранными из оседлого населения феодально-раздробленных государ- ственных образований. С именем Чингис-хана связан один из самых тяже- лых периодов средневековой истории многих стран и на- родов, подвергшихся нашествию его войск. Совершив ряд крупных завоевательных походов, мон- голы распространили свою власть на территории Китая, Кореи, Тибета, Восточного Туркестана, Средней и Перед- ней Азии, Закавказья, Ирана, Афганистана, Восточной Европы, Северного Причерноморья, низовий Дона и Волги. В отличие от многих других завоевателей Вос- тока Чингис-хан и его военачальники организованно и * 10 тысяч. 80
планомерно опустошали и разоряли целые районы, раз- рушали оросительные системы, превращая в пустыню не- когда плодородные оазисы, сжигали и сметали с лица земли города и деревни. Имея 200-тысячное войско, они нередко поголовно истребляли способное к сопротивле- нию население; многие тысячи ремесленников превраща- лись в рабов и отправлялись в Монголию. Не избежал тяжелой участи и Афганистан9. Выступив в 1219 г. про- тив хорезм-шахов, монголы уже в 1220 г., завоевав Сред- нюю Азию, двинулись в Афганистан. Захватив в 1221 г. Герат, они перебили весь гарнизон, большую часть насе- ления, многих ремесленников, и среди них всех гератских ткачей, вывезли из города. Кроме Герата нападению и опустошению подверглись другие города и местности Афганистана, в том числе Балх и Таликан. Крепость Нусрат-Кух была стерта с лица земли, а все ее жители поголовно истреблены. Сопротивление монголам пытался оказать сын Му- хаммада Хорезм-шаха — Джелал-ад-дин. Собрав в Газ- ни (где он был наместником) около 70 тыс. войск из ополчений Хорасана, Гура, отрядов халаджей, афган- цев, туркмен, он выступил навстречу монголам и остано- вился лагерем вблизи Парвана (верховья р. Логар в Ка- бульской долине). В сражении у Парвана монгольское войско было разгромлено. Это поражение монголов при- дало силы населению Афганистана. Хотя Джелал-ад-дип из-за распрей между феодалами был вынужден бежать в Индию, а затем в Иран, жители многих местностей и городов поднимали антимонгольские восстания. Одним из наиболее крупных было восстание в Герате, где насе- ление убило монгольского наместника, уничтожило гар- низон и, укрепив городские стены, приготовилось к отра- жению нападения двинувшихся против них монгольских войск. Осада Герата длилась почти полгода; после его захвата в 1222 г. город и окрестности были разорены, а население поголовно вырезано *. Заселен и восстанов- лен Герат был лишь в 1236 г. по приказу сына Чингис- хана — Угэдея. * Источники сообщают о судьбе 40 горожан, чудом оставшихся в живых и проживших в городских развалинах более 10 лет. О том, что разрушен был не только Герат, но и весь его округ, свидетельст- вуют данные Сейфи Хереви. Эти почти совсем одичавшие люди, от- бив у проходившего каравана вьюки с шелками, чтобы обменять их на зерно, вынуждены были пройти около 300 км (см. Петрушов' ский И. П, Труд Сейфи.., с. 137—138). 81
Длительное и упорное сопротивление монголы встр^, тили в Гурзиване и Бамиане; во время осады последнего был убит внук Чингис-хана. Разъяренный Чингис-хац приказал штурмом взять город и затем сравнять его с землей. Такая же судьба постигла многие города Гура и Систана. После захвата Кабула и Кандагара монголы совер, шили несколько походов в Индию. Проходя через долину Курама, они разоряли по пути земли, заселенные афган- цами. Кабул был разрушен настолько, что сам город практически перестал существовать; на его месте было лишь селение, в округе которого проживало афганское племя. Местные феодалы Афганистана не организовали от- пора монголам. Более того, многие из них в отличие от жителей городов и селений выказывали не только лояль- ность, но и покорность захватчикам. В результате неко- торые получили ярлыки (указы) монгольских ханов о со- хранении за ними управления теми или иными местно- стями. Однако даже в тех случаях, когда такие ярлыки выдавались, к местному правителю присылались специ- альные чиновники, в обязанности которых входил кон- троль за деятельностью правителя, наблюдение за сбором налогов, выполнением указов монгольских ханов и т. п. Как правило, Чингис-хан и его преемники назначали в крупные области своих наместников. Нередко это были монгольские царевичи и военачальники. С целью укрепления своего положения на завоеван- ных территориях монголы переселяли туда тюрко-мон- гольских и монгольских кочевников. Эти переселения, неоднократно производившиеся в XIII — начале XIV в., сыграли определенную роль в этногенезе народов, насе- ляющих ныне главным образом центральные области Афганистана. Так, установилось мнение, что хазарейцы, проживающие в провинции Урузган и в некоторых дру- гих местностях и городах Афганистана (в том числе в Ка- буле, Герате и др.), ведут свое происхождение от этих племен, а само их название восходит к слову «хазара» — тысяча *. В середине XIII в. империя монголов распалась на несколько улусов, номинально подчинявшихся великому * Словом «хазара» обозначалось родо-племенное подразделе- ние, выставлявшее тысячу воинов. 82
хану Монголии. Территории Юго-Западной и Западной Азии стали улусом внука Чингис-хана — Хулагу (1256— 1265 гг.). В 1256 г. Хулагу, продолжая затем свои завоевания в Азии, разрушил государство исмаилитов и его центр — крепость Аламут. Затем, взяв Багдад, он казнил ха- лифа Аббасидов Мустасима (1258 г.). Установив се- верной границей своих владений Кавказский хребет, Хулагу-хан присоединил к основанному им государству огромные территории, в том числе Иран, Курдистан, Ирак с Багдадом, верхнюю Месопотамию, восток Малой Азии, Азербайджан, часть Армении, Мервский оазис, часть Афганистана (кроме области Балх) *. Грузия, Ки- ликийская Армения, Трапезундская империя, Румский султанат и Кипр стали вассалами Хулагуидов и платили им дань; признавали себя вассалами и Курты (местная династия, правившая сначала в Гуре, а затем распростра- нившая свою власть и на другие области Афганистана). В 1261 г. Хулагу получил титул ильхана ** и инвести- туру от великого хана Хубилая (1259—1294 гг.) на весь Иран и вновь завоеванные территории ***, в том числе и на часть Афганистана10. Гранича с враждебными ему Золотой Ордой (на севере), Чагатайским улусом на вос- токе (по течению Амударьи) и Мамлюкским султанатом в Египте на западе, Хулагу-хан и его преемники-ильханы вели почти непрерывные войны, требовавшие постоянных затрат. Крупные расходы были связаны с содержанием двора ильхана, военно-кочевой знати, фискального аппа- рата. Монгольское нашествие привело к перераспределе- нию земельного фонда, переходу в руки верхушки военно- кочевых племен земель, принадлежавших хорезм-шахам и местной феодальной аристократии, значительная часть которой была истреблена, изгнана или покинула страну. Изменение этнического состава господствующего класса определило перемены во всем укладе жизни, а также * Балх и Мавераннахр входили в улус потомков Чагатая (сына Чингис-хана). ** Ильханы— буквально «ханы племени» (от «иль» — племя); государство ильханов, или, как его иначе называют, Хулагуидов, просуществовало около 100 лет (1256—1353 гг.). *** Завоеванные территории — улусы — находились под властью потомков Чингис-хана; великим ханом считался внук Чингис-хана Хубилай, правивший в Монголии и Китае. 83
в целях и задачах, которые ставили перед собой новые правители. Говоря о структуре господствующего класса, состо. явшего из военно-кочевой знати (она не только играла важнейшую политическую роль в государстве, но и имела количественное превосходство), уцелевшей мест- ной оседлой аристократии (в том числе служилой) и высших мусульманских богословов, сохранивших свое влияние, необходимо подчеркнуть следующее. Кочевая знать (сюда относятся и монгольские ца- ревичи из дома Чингисидов), вожди племен, военачаль- ники, захватывая завоеванные земли или получая их за службу, а затем и в частное владение, превраща- лись в крупных феодалов. Значительная часть этой знати, опиравшаяся на племена и имевшая возмож- ность грабить огромные территории, данные ей ильха- ном в управление или на правах икта, в конечном сче- те была заинтересована в децентрализации государства, что нашло свое проявление уже при Аргун-хане (1284— 1291 гг.). Ведя по-прежнему кочевой образ жизни, знать резко враждебно относилась к местной аристо- кратии и оседлому населению, рассматривая его лишь как объект эксплуатации. Грабительская политика знати, рост феодальной эксплуатации, злоупотребления и насилия в отношении податного населения, которое и без того было разоре- но в результате монгольского нашествия, привели к бег- ству крестьян и ремесленников с мест жительства, под- рыву хозяйства страны в целом, и прежде всего его основы — земледелия. Так, к концу XIII в. обрабатыва- лась лишь Vio пригодных для посевов земель. Другая, меньшая по численности, но более дально- видная часть монгольской знати стремилась к установ- лению контактов с местной аристократией, в том числе и служилой, купцами, мусульманскими богословами, оказывавшими большое воздействие на население, пред- принимала меры к восстановлению разрушенного хо- зяйства, ирригационных систем, земледелия, ремесла, торговли. Такую линию, в частности, проводили Угэдей, Мунке и особенно Газан-хан (1295—1304 гг.), намест- ник Хорасана монгольский эмир Ноуруз и др. Сторонники этих двух противоположных тенденций в течение всего периода монгольского владычества вели между собой ожесточенную борьбу. 84
Уцелевшая местная аристократия чувствовала себя непрочно в своих владениях, находясь в зависимости от ильханов и их наместников, которые могли изъять их земли и имущество в свою пользу. Эта группа гос- подствующего класса, чем дальше, тем больше стреми- лась к укреплению своих экономических и политических позиций и также была заинтересована в децентрализа- ции хулагидского государства. Наиболее сильные пред- ставители этой знати сумели добиться определенной независимости, например правившая в Гуре местная династия Куртов (1245—1389 гг.), создавшая в середи- не XIII в. вассальное княжество со столицей в Герате. Служилая знать, напротив, была сторонницей со- здания сильной центральной власти, упрочения ильха- нов, стремилась оказывать на них влияние, содействуя упорядочению аппарата управления, в том числе фи- скальной системы. Мусульманские богословы в целом при относитель- ной терпимости монголов к религии сохранили свои зе- мельные владения. Более того, еще до принятия исла- ма монгольские ханы освободили их от всех податей и повинностей. Будучи связаны с торговлей, они, как и служилая аристократия, тоже являлись сторонниками централизации государства, восстановления сельского хозяйства и ремесла. Отмеченные в среде господствующего класса тен- денции сыграли значительную роль в дальнейшем исто- рическом развитии государства ильханов. Основными формами земельной собственности в этом государстве были: государственные земли — дивани; земли инджу или хасс инджу, т. е. принадлежавшие хану и его род- ственникам; частновладельческие земли — мульк мон- гольских, а также частично местных феодалов, вакф- ные земли, условные феодальные пожалования икта, идрар и мукассэ п. Доходы с земель дивани собирались через финан- совый аппарат государства либо отдавались на откуп и шли на покрытие государственных расходов. Значи- тельная часть этих земель раздавалась на правах условного владения главным образом военно-кочевой знати, в кормление воинам и частично служилым людям из бюрократического аппарата. За счет этих пожало- ваний площадь государственных земель, все доходы с которых шли в казну, сокращалась. Доходы с земель 85
инджу использовались на нужды монгольского двора царевичей и других родственников Чингис-хана и еГф потомков, их вассалов, причисленных к их ордам илц на основе личной коммендации и патроната; иногда земли инджу отдавались ильханами в пользование фео- далам или дарились им. Земли икта, условные земельные пожалования, юри- дически считаясь государственными, на деле преврати- лись в наследственные лены военной знати. Земли, пре- доставлявшиеся монголами мусульманским богословам различных рангов на правах вакфа, как и прежде, осво- бождались от уплаты налогов в казну. Их владельцы, а также держатели инджу и мульковых земель взимали налоги практически бесконтрольно. Терминами «идрар» и «мукассэ» обозначались услов- ные пожалования. Так, идрар представлял собой на- следственное пожалование в ленное владение ренты, а мукассэ — земли и недвижимого имущества. В XIV в. при ильханах уже существовал институт сойюргала, когда землевладелец получал право на иммунитетный режим. Как подчеркивал профессор И. П. Петрушевский в своем капитальном исследова- нии «Земледелие и аграрные отношения в Иране в XIII—XIV вв.», для понимания исторического значения иммунитета важно помнить положение К. Маркса о том, что в феодальном обществе высшая власть феодала в «военном деле и в суде была атрибутом земельной собственности» 12. Особой категорией земель в государстве ильханов являлись пастбищные земли кочевых племен. Эти зем- ли юридически принадлежали племени, но на деле распоряжалась ими племенная верхушка. Самый ни- чтожный процент земельного фонда составляли земли сельских общин и крестьян-собственников, выделявших- ся из общин. Эта категория земель в условиях разви- тия феодализма была обречена на отмирание. Помимо налогов и повинностей, существовавших в предшествующие годы, при монголах были введены но- вые налоги и повинности, чрезвычайные сборы продо- вольствия и фуража войску, поборы на содержание эмиров, чиновников, гонцов, сборщиков налогов, трудо- вые повинности, предоставление постоя. Существовала также практика раздачи так называемых бератов — ассигновок на получение в той или иной местности жа- 86
л0ванья или пенсии служилыми людьми и воинами. Нередко на одну ту же местность выдавалось несколь- ко бератов. Одной из новейших реформ, проведенных при монголах, а именно при Газан-хане, было прикреп- ление крестьян к земле. Вначале монголы распространили существовавшую у них практику прикрепления кочевников и крестьян к своему господину согласно военно-административному делению монгольского общества на тумены, тысячи, сотни, десятки. Затем закрепощение податного населе- ния, являвшееся закономерным следствием процесса развития феодальных отношений, получило свое оформ- ление в период правления ильхана Газана. В. И. Ленин указывал, что при феодализме «внеэко- номическое принуждение» может иметь различные формы, «начиная от крепостного состояния и кончая сословной неполноправностью крестьянина»13; при на- личии феодальной собственности на землю, составляв- шей основу феодализма, одной из этих форм является прикрепление крестьян не к феодалу, а к месту уплаты налогов и выполнения повинностей. В 1303 г. специальным ярлыком Газан-хана крестья- не были включены в податные списки местностей, где они проживали, и не имели права самовольно менять место жительства. В условиях разорения сельского хо- зяйства, разрушения ирригационных систем, массового увода в плен крестьян и ремесленников и усиления экс- плуатации сельские жители массами убегали в горы, пополняли шайки разбойников. Уход крестьян содей- ствовал дальнейшему упадку сельского хозяйства, со- кращал доходы феодалов и казны. Поэтому в специ- альном пункте указа о прикреплении крестьян к месту уплаты налогов оговаривалось право феодала и госу- дарства насильственно возвращать беглых крестьян в течение 30 лет с момента их бегства. Одной из важных мер, направленных на укрепление Центральной власти, было упорядочение при Газан-хане аппарата управления, прежде всего фискальной систе- мы. По его указам были установлены (и частично сни- жены) нормы налоговых ставок, отменены бераты и некоторые особенно обременительные повинности (на- пример, право постоя). С целью развития ремесла и Торговли налог с ремесленников и купцов (тамга) был Уменьшен, а в ряде местностей отменен, ремесленников- 87
рабов, работавших в крупных мастерских (карханэ), переводили на оброк, не освобождая от рабства. Рабы, число которых во время походов пополнялось за счет пленных, широко использовались в ремесленном произ- водстве, в сельском хозяйстве, на строительных рабо- тах и т. п. Это позволило исследователям считать пе- риод монгольского владычества временем определенно- го возрождения рабовладельческого уклада. Среди реформ Газан-хана, так или иначе связанных с упорядочением налогов, следует также назвать уста- новление единой системы мер и весов и денежной еди- ницы— дирхема (2,15 г серебра). Газан-хан принял ислам и, опираясь на местную знать и мусульманских богословов, оставил в неприкос- новенности принадлежавшие им вакфные земли. Одно- временно был увеличен и фонд мульков. Однако это происходило главным образом за счет предоставления местным владетелям заброшенных земель при условии их обработки, орошения и заселения. Не только мон- гольской знати, но и всем без исключения монгольским воинам были даны земли на правах икта, утверждены наследственный характер этого пожалования и право иктадара на налоговый иммунитет. Иктадар не мог продать пожалованную ему землю. Однако по приказу хана ее можно было у него изъять за нерадивость и уклонение от несения службы 14. Централизаторская политика Газан-хана вызвала сильное сопротивление военно-кочевой знати. Вспыхнул ряд феодальных мятежей, которые удалось подавить В то же время кое в чем пришлось пойти на уступки. Хотя проведенные Газан-ханом реформы дали некото- рые результаты, они не смогли предотвратить распада государства ильханов. Как отмечалось выше, этому государству подчинялся ряд вассальных владений. Среди них особое место за- нимало княжество Куртов, ядром которого был Гур. Во времена хорезм-шахов была подчинена значитель- ная часть Гура. Правитель небольшого владения в Гуре (горного округа Хайсар) Рукн-ад-дин, не признавший их власти, сохранил независимость. Крепость Хайсар уцелела и в период нашествия монголов. Рукн-ад-дин получил от Чингис-хана ярлык на управление Хайса- ром и Гуром. Его преемник Шамс-ад-дин Курт (1245— 1278 гг.) поддерживал отношения с монголами и даже 88
принимал участие в их походе в Индию в 1246 г. Во время борьбы за власть между Мунке и другими пре- тендентами Шамс-ад-дин поддержал Мунке, который отблагодарил его, утвердив на управление рядом горо- дов и местностей. Впоследствии, уже при Абака-хане (1265—1282 гг.), сыне ильхана Хулагу, Шамс-ад-дин добился указа, под- тверждавшего его право на управление. Среди других городов и областей, названных в данном указе, Афга- нистан упоминался как область, заселенная афгански- ми племенами в районе Сулеймановых .гор и между верховьями реки Гильменд на северо-западе и Индом на юго-востоке. Источники того времени не содержат сколько-нибудь подробных сведений об афганцах. Однако известно, что в этот период происходила феодализация афганских племен, существовала определенная иерархия среди афганских вождей, управлявших небольшими владения- ми и имевших в своем подчинении зависимое от них податное население, а также рабов. Одновременно про- должался процесс расселения афганцев на территории не только нынешнего Афганистана, но и Индии. Афган- цы сыграли весьма значительную роль в политической истории Индии XIII в., особенно в период правления делийского султана Гияс-ад-дина Балбана (1265— 1287 гг.) и династии Хильджи (1290—1321 гг.), а также и в более позднее время 15. Несмотря на многочисленные военные экспедиции монголов в районы расселения афганцев, многие пле- мена подчинить им не удалось. Об этом свидетельству- ет, в частности, письмо афганского вождя Алмара, укре- пившегося в Тери, Шамс-ад-дину Курту, где он заяв- ляет, что никогда до сей поры, ни при одном султане, его «отцы и деды монголам не служили и подати ка- фирам не вносили». Часть афганских маликов добровольно признали власть Куртов. Среди афганцев, оказывавших Куртам длительное сопротивление, были упоминавшийся Алмар из Тери, а также вожди племен из районов Мастунга и Газни. В одной из крепостей, расположенной на ска- листом острове на озере под Газни, осажденные афган- цы продержались несколько месяцев. Чтобы взять кре- пость, Куртам пришлось построить суда и лодки. Окру- жив афганцев, куртские воины только после 12 дней 89
непрерывных боев вынудили осажденных сдаться и по- лучили в виде контрибуции 10 тыс. динаров, 10 вьюков шелковой материи, 5 арабских скакунов, 50 рабов и ценности. Кроме того, афганцам вменялось в обязан- ность ежегодно платить им подати 16. Покорение афганских земель заняло у Куртов не- сколько лет. В конце XIII — начале XIV в. разорение и обнищание жителей княжества Куртов, как и всего государства Хулагуидов, были настолько велики, а бег- ство податного населения приняло такие угрожающие размеры, что не только Курты, но и монголы, заинте- ресованные в фискальных целях в возвращении бегле- цов на прежние места жительства, были вынуждены пойти на значительные уступки. Так, эмир Ноуруз, по- сланный Газан-ханом в Хорасан, приказал владетелям Фараха, Исфизара и Систана вернуть бежавшее к ним население Герата и его округи, а затем издал указ об освобождении гератцев от уплаты всех налогов сроком на два года. Касаясь положения податного населения в государ- стве Куртов, следует отметить развитие института кар- ханэ, доход с которых шел в пользу правителя. Боль- шое распространение в тот период получили карханэ по изготовлению кирпичей и черепицы, что, очевидно, было связано с необходимостью укрепления городских стен. Возрождение рабовладельческого уклада, имевшее место во многих странах в период владычества монго- лов, нашло свое отражение и в княжестве Куртов. Как указывают источники, в ремесленном производстве на положении рабов наряду с местными ремесленниками работали пленные или лица, наказанные за какие-либо провинности; многие из них работали в цепях. Показателем того, что Герат при Куртах не утра- тил своего значения как торговый центр, являются све- дения о постройке в городе торговых рядов, базаров и караван-сараев. Интересен и тот факт, что указ Угэдея о восстановлении Герата в 1236 г. был издан по совету купцов. Как и в другие вассальные владения, монголы по- сылали к куртским маликам своих представителей. В Герате постоянно жили различные чиновники для инспектирования. Под непосредственной властью самих куртских маликов находились область Герат и Гур. Остальная территория княжества управлялась отдель- 90
ними феодальными владетелями, находившимися в вас- сальной зависимости от Куртов. Среди них были гур- цы, афганцы, таджики, а также военно-кочевая мон- гольская знать. Наиболее крупные поселения монголов были в. Бадгисе. Между монгольской знатью и Кур- тами возникали конфликты, нередко доходившие до военных столкновений. В ряде случаев Курты открыто шли на обострение отношений с хулагуидскими прави- телями: не отправляли им податей и дани, казнили присылавшихся от них чиновников, поддерживали вра- ждебных ильханам феодалов и т. п. Подобная поли- тика Куртов знаменовала собой попытку местной осед- лой знати создать самостоятельное владение, используя ненависть масс к монгольским завоевателям. Именно благодаря этому Куртам не раз удавалось наносить серьезные удары по монгольским войскам, проводить относительно независимую линию. Заинтересованные в поддержке масс, куртские ма- лики стремились снискать популярность в народе и укрепить свои позиции среди суннитских богословов. Они строили мечети, медресе, раздавали беднякам ми- лостыню, жертвовали дервишам деньги и имущество. Выступая блюстителями норм ислама и нравственно- сти, Курты приказывали брить бороды пьяницам и рас- путным людям, заковывать их в цепи и наряду с раба- ми использовать на работах в карханэ. Стремление куртских маликов к самостоятельности вызывало недовольство и опасения монголов. Их вой- ска неоднократно совершали нападения на владения Куртов, в том числе на столицу княжества Герат. Так, в 1270 г. по приказу Абака-хана из Герата были высе- лены все жители. В 1298—1299 гг. город осадил мон- гольский царевич, в будущем Ольджейту-хан (1304— 1316 гг.), но, получив 30 тыс. золотых и опустошив окрестности, снял осаду. В 1306 г. город вновь осажден монгольским войском во главе с Данишменд Бахадуром, а затем его сыном Буджаем. В результате пятимесячной осады и ожесто- ченных боев город был взят. Монголы уничтожили все крепостные укрепления Герата, разрушили постройки. В 1319 г. монгольский царевич Ясавур подошел к го- роду, разорив его окрестности. В 1358 г. Герат вновь осадили монгольские отряды. Несмотря на предприня- тые усилия, взять город им не удалось. Осада была 91
снята. Однако предместья Герата были опустошены, а население ограблено. Говоря о многочисленных разорениях Герата, имев- ших место в XIII—XIV вв., необходимо упомянуть о на- бегах отрядов кочевников, не признававших власти Хулагуидов. Они неоднократно вторгались в Гератскую область, разоряли и грабили город и предместье, истреб- ляли население. Несомненно, отрицательное влияние на экономиче- скую жизнь Герата и его окрестностей оказывали меж- доусобицы, а также мятежи вассалов. Особенно широ- кий размах имели мятежи правителей Исфизара и Фа- раха. Выгодное географическое положение Герата (на пе- ресечении важнейших торговых путей) при отсутствии конкуренции с разоренными монголами Мервом и Бал- хом, а также стремление Куртов к самостоятельности, их заинтересованность в безопасности, заселении и благоустройстве своей столицы явились факторами, несомненно способствовавшими возрождению этой об- ласти. Используя некоторое затишье от внешних напа- дений, Курты продолжали успешно бороться с непо- корными вассалами, принуждая их платить налоги и контрибуцию, восстанавливали и вновь отстраивали го- родские крепостные укрепления. При Муыз-ад-дине Курте (1331 —1370 гг.) была построена вторая город- ская стена, протяженностью около фарсаха (7—8 км), окружившая город с востока и севера.. При Куртах в Герате были также построены цита- дель Ихтиар-ад-дин, дворцы Баргах и Кошк, медресе ханака, мавзолей малика Муыз-ад-дина, базары, кара- ван-сараи. Стены многих зданий были прекрасно орна- ментированы. Особенно красиво были украшены стены дворца Баргах, построенного при малике Гияс-ад-дине (1307—1329 гг.). По указанию этого малика была вос- становлена и реконструирована большая гератская ме- четь. построенная при Гуридах. Подчинение вассальных территорий и укрепление Герата, его рост и меры по благоустройству свидетель- ствовали об усилении Куртов, все более тяготившихся опекой монгольских правителей. С начала XIV в. все чаще имели место случаи отказа куртских маликов не только приезжать на поклон к великому хану, но и вы- полнять прямые обязанности вассалов по отношению 92
к своему сюзерену — платить налоги и дань, поставлять отряды воинов. Естественно, это вызывало острое недо- вольство и угрозы со стороны ильханов. Однако победа Гияс-ад-дина над одним из чагатайских царевичей, вы- ступившим против Хулагуидов, укрепила позиции курт- ских правителей при дворе ильханов. Сын Гияс-ад- дина— Муыз-ад-дин формально признал себя вассалом монголов, но после смерти ильхана Абу Саида (1335 г.) приказал упоминать себя в хутбе во время пятничных служб в мечетях как независимого правителя и чека- нить на монетах свое имя. Распад Хулагуидского государства, завершившийся к 1353 г., создал возможность для укрепления незави- симости государства Куртов. Куртские владетели уста- новили дружественные отношения с Тимуром, распро- странившим к этому времени свою власть на Среднюю Азию, и обменялись с ним посольствами. Однако эти отношения, которые, казалось, были налажены и даже скреплены родственными связями, как показали собы- тия, оказались недолговечными. Тимур и Тимуриды В последней трети XIV в. территории ряда госу- дарств подверглись нападениям войск Тимура (1336— 1405 гг.) —сына эмира Тарагая из рода барлас в окру- ге Кеш (нынешний Шахрисябз). Укрепившись в 60-х го- дах XIV в. в Мавераннахре и фактически являясь гла- вой государства (формально владетелями Мавераннахра считались чагатайские царевичи), Тимур совершил за- тем многочисленные завоевательные походы в Иран, Малую Азию, Закавказье, на Волгу, в районы Сибири, Тянь-Шаня, в Хорезм, Афганистан, Северную Индию, намеревался подчинить Китай 17. Сея на своем пути смерть и разрушения, уничтожая сотни тысяч людей, превращая в пустоши земледельче- ские оазисы и города, частично восстановленные после нашествия монголов, Тимур рассчитывал создать огром- ное государство с прочной центральной властью. Его целью было также обеспечить контроль над основными торговыми путями из Европы в Азию, шедшими через Иран и Афганистан, закрыв одновременно причерно- морские и прикаспийские караванные дороги. Завоевание Тимуром областей нынешнего Афгани- 93
стана началось в 1370 г. с захвата г. Балх. Установив, как отмечалось выше, дружественные отношения с Кур- тами, Тимур, однако, вскоре потребовал от них призна- ния его верховной власти. После того как Курты от- вергли это требование, Тимур двинул свои войска к их владениям. Заручившись поддержкой брата куртского малика, правителя Серахса Мухаммада, перешедшего на его сторону, он захватил Джам, Кохе-Сиях, Фу- шендж и затем, подойдя в 1381 г. к Герату, осадил его. После долгих и безуспешных попыток взять Герат Ти- мур обратился к осажденным с призывом сдаться, обе- щав при этом не разорять город и не наносить ущерба его населению. Однако после добровольной сдачи Ге- рата горожанам было приказано в короткий срок вы- платить тяжелую контрибуцию; 200 именитых людей и мулл были насильственно переселены на родину Тиму- ра в Кеш, туда же перевезли железные городские во- рота, а стены города, возведенные при Муыз-ад-дине Курте, разрушили. Опасаясь, что население Герата поднимет восстание, Тимур оставил там гарнизон и наместника, запретив восстанавливать городские стены и строить новые укреп- ления. Опасения оказались ненапрасными. В 1383 г., инспирировав пожар, горожане, часть которых состав- ляли гурцы, перебили гарнизон и подняли восстание. Их поддержали отряды воинов, прибывшие из Гура. Восстание в Герате было подавлено войсками сына Тимура — Миран-шаха с большой жестокостью. Тогда же была совершена сопровождавшаяся массовым уни- чтожением населения экспедиция в Гур; затем войска направились в Систан, многие города которого (осо- бенно Буст) были разорены; подверглись опустошению и другие местности, входившие в состав княжества Куртов, в том числе области Кандагар и Кабул. Из голов защитников городов сооружались башни. В 1389 г. последние представители Куртской династии были умерщвлены. В 1392 г. земли к юго-западу от Гиндукуша до Инда, значительную часть которых занимали афган- ские племена, Тимур пожаловал своему внуку Пир Му- хаммаду, хотя многие горные районы этих областей фактически захвачены Тимуром не были. Правителем Хорасана, Систана, Гургана и Мазендерана он назна- 94
чпл своего сына Шахруха; центром этого владения стал Герат. Во время индийского похода в 1398 г. Ти- мур занял некоторые территории, населенные афган- скими племенами (район Пешавара, часть Баджаура, Сват и др.); многие племена Тимур так и не смог подчи- нить. В борьбе с афганцами как Тимур, так и его преем- ники жестоко карали непокорных, широко использова- ли в своих интересах распри между отдельными пле- менами и группами племен. Тимур также привлекал к участию в военных операциях афганских вождей с от- рядами воинов — их соплеменников. Участие в этих по- ходах отвлекало афганцев от производительного труда, способствовало усилению власти старейшин племен и их обогащению, содействовало миграции афганских племен и их оседанию в Индии, что впоследствии при- вело к созданию афганских династий Лоди и Сур, пра- вивших в Индии в XV и XVI вв. Афганские вожди, возвращавшиеся из грабительских походов в Индию, получали часть военной добычи, а иногда и земельные пожалования, что усиливало про- цесс феодализации в афганском обществе. Кроме того, в результате разорения целых областей в период на- шествий войск монголов и Тимура афганские племена стали совершать сезонные перекочевки с гор в равнин- ные местности, на обширные пастбища в район Газни, долины Гильменда, Кабула и Кунара, практически за- хватывая их. В связи с конфликтами с правителями Кабула и Газни часть племен (например, юсуфзаи) во второй половине XV в. расселялась, пройдя через Хай- берский перевал, в Пешаварской долине. К этому же периоду (XIII—XIV вв.) относится и начальный этап постепенного перехода афганцев от ко- чевого скотоводства к оседлому земледелию, что было связано прежде всего с внутренними процессами, про- исходившими в афганском обществе. Увеличивалось число зависимых членов племен (хамсая) не только внутри родов и племен; нередко в зависимых превра- щались отдельные кланы, роды; ряды хамсая пополня- лись и за счет выходцев из различных социальных и этнических групп населения, в том числе и из числа коренных жителей земель, которые захватывали афган- цы, а также за счет переселенцев из Индии. Имуще- ственное расслоение внутри ряда племен вело к усиле- 95
нию борьбы за пастбища, которая подрывала родо-пле- менные связи, обогащала верхушку. Племена объеди- нялись в союзы, в которые входили уже не только родственные племена. Внутри племен создавались при- вилегированные наследственные роды — хан-хели, из среды которых выходили ханы — вожди всего племени. Феодализация афганских племен, как говорилось выше, происходила во взаимодействии и под влиянием феодального окружения, т. е. городов и земледельче- ских оазисов, где феодальный строй уже утвердился. Это взаимодействие имело ряд важных последствий. Оно сыграло значительную роль в том, что афганские племена, минуя рабовладельческую формацию, перехо- дили от патриархально-родовых отношений к феода- лизму. Среди других важных аспектов этого влияния следует назвать неравномерность развития феодальных отношений у различных племен (в том числе в зависи- мости от мест их расселения), отсутствие в течение длительного времени городов исключительно с афган- ским населением, относительно слабое развитие у аф- ганцев ремесел при широком посредническом участии афганцев в транзитной торговле на караванных путях, ведших из Ирана и Средней Азии в Индию, образова- ние племен — повинда, специализировавшихся на этой торговле 18, и т. д. На процесс дальнейшей феодализации афганского общества оказывали определенное влияние особенности социально-экономического и политического развития го- сударственных образований, в которые входила терри- тория Афганистана, — государства гератских Тимури- дов, империи Великих Моголов, державы Сефевидов. После смерти Тимура в 1405 г. в его государстве начались междоусобицы, и часть захваченных им тер- риторий отпала. Тимуридские правители сохранили власть в Средней Азии, части Ирана и в Афганистане. В 1409 г. сын Тимура — Шахрух утвердился в Герате и сделал его своей столицей, раздав значительную часть областей государства в уделы тимуридским ца- ревичам. Так, его сын Улуг-бек (1409—1449 гг.) полу- чил Мавераннахр и вскоре по существу стал самостоя- тельным владетелем этой области с центром в Самар- канде; области Газни, Кандагар и Кабул были отданы другому сыну Шахруха — Кайду; Тохаристан был по- жалован Мухаммаду Джехангиру. 96
В период правления Шахруха (1409—1447 гг.) часть племени абдали переселилась в Кандагарскую область. Шахрух не вел крупных завоевательных войн. Воен- ные действия в его правление были связаны главным образом с подавлением восстаний, мятежей и междо- усобиц. Одним из наиболее сильных противников ге- ратских Тимуридов были вожди туркменского племен- ного союза Кара-Коюнлу, захватившие Азербайджан, Армению, Курдистан и Арабский Ирак и стремившиеся выделиться в самостоятельное государство. Однако, по- терпев ряд поражений от войск Шахруха, они призна- ли себя его вассалами. При Шахрухе были определены размеры податей, установлены повинности, принимались меры к разви- тию земледелия, ирригации, ремесел, торговли. Боль- шое внимание уделялось столице государства — Герату. Монументальные сооружения — дворцы, ансамбль Му- салла с мавзолеями жены и сына Шахруха, медресе, гробница-мавзолей Ансари, библиотека, основанная ца- ревичем Байсункаром, сады и парки украшали город. После смерти Шахруха в государстве началась борьба за власть, усилились междоусобицы, мятежи, участились разрушительные набеги хазарейцев и нику- дерийцев на районы Гура, Кандагара, Фараха. Среди кратковременных владетелей Герата были сын и внуки Шахруха — Улуг-бек, Абдул Латиф и Абул-Касим Ба- бур. В 1458 г. Герат захватил правитель Мавераннахра Абу Саид. Однако и в период его правления усобицы не прекратились. В 1469 г. он погиб. После упорной борьбы гератский престол занял ти- муридский царевич Султан Хусейн Байкара (1469— 1506 гг.), подчинивший весь Хорасан; при нем укрепи- лось значение Герата как одного из крупнейших горо- дов и центра ремесел, торговли, культуры и искусства на Ближнем и Среднем Востоке. В годы его правления в Герате жили и творили знаменитый поэт, ученый, го- сударственный деятель Алишер Навои, поэт Абдур- рахман Джами, историки Мирхонд и Хондемир, вели- кий мастер миниатюры Бехзад и многие другие. Продолжалось в Герате и строительство. Возводи- лись дворцы, строились медресе, больницы, бани, мо- сты, разбивались новые сады и парки. Огромной по своему объему и значимости была работа по ремонту и реконструкции соборной мечети Герата, построенной 4 Зак. № 819 97
еще при Гуридах. Однако, концентрируя свое внимание на развитии искусства и культуры, строительной дея- тельности гератских Тимуридов, средневековые авторы почти не останавливались на описании той части горо- да, где жило трудовое население. Между тем наряду с величественными зданиями в центре города на окраи- нах Герата были старые перенаселенные кварталы с узкими грязными улочками, лишенными проточной воды и являвшимися рассадниками заболеваний. Лишь иногда при описании пышных построек, тенистых садов и парков или благотворительности правителей в источ- никах вдруг проскользнет упоминание о том, что про- точная вода при Султане Хусейне имелась только в районе соборной мечети, или о том, что во время эпи- демии чумы погибли тысячи жителей города и его пред- местий. Как бы мимоходом, источники отмечают, что причиной болезней являлась загрязненность воды и воз- духа 19. Герат при Тимуридах был крупным центром вну- тренней и внешней торговли. Основные базарные ма- гистрали, пересекавшие город и мелкие базары в квар- талах, являлись средоточием торговой и ремесленной жизни. Помимо местных изделий и продовольствия из пред- местий в Герат привозились товары и скот со всего государства, причем различные виды товаров, будь то предметы ремесленного производства, сырье, скот или продукты, продавались в специально отведенных местах. Лошадей, например, продавали у крепостных стен, неда- леко от базара Мелик. Для торговли некоторыми од- нотипными товарами ремесленного производства суще- ствовали особые здания, так называемые тимы, кото- рых в Герате было несколько. По всей вероятности, тимы были связаны с ремесленными корпорациями, из- вестными под терминами «фирка» или «аснаф», одна- ко прямых сведений об этом нет. Многие источники указывают на торговые связи тимуридского государства со странами Востока и Евро- пы. Хотя крупными торговыми городами были Балх, Кандагар, Газни, Кабул, куда приходили торговые ка- раваны, шедшие из Ирана, Средней Азии, Индии, Ки- тая, центром внешней торговли в тот период был Ге- рат. Сюда приезжали также послы из других стран, в том числе из Москвы (1464/1465 гг.)20, Известно, 98
что из Герата Тимуриды отправляли послов в Индию, Китай и даже Московское государство к царю Ива- ну III (1490 г.). Эти связи носили не столько диплома- тический, сколько торговый характер. Из предметов экспорта следует назвать драгоценные камни — бадах- шанские рубины, топазы, ляпис-лазурь, бирюзу, выво- зившиеся в страны Ближнего Востока и Европу, газний- ские яблоки и марену, отправлявшиеся в Индию. Им- портировало тимуридское государство главным образом различные предметы роскоши, фарфор, тонкие сукна. К городу тесно примыкали предместья, непрерывной нитью тянувшиеся на расстоянии около 10 фарсахов и представлявшие собой очень близко расположенные друг к другу городки и селения. Предместья Герата делились на девять булюков, или районов, составлявших Гератский округ и подчинявшихся в административном отношении столице. Деление на булюки основано на принципах землеводопользования, т. е. земли, орошав- шиеся водами одного канала, составляли булюк. Бу- люки и назывались так же, как орошавшие их ка- налы. Среди городков и селений, входивших в Гератскую провинцию, наиболее оживленными были Оба, Шафе- лян, Исфизар, Фушендж, Кусувийе, Бадгис. Строитель- ная деятельность тимуридских правителей распростра- нялась и на округ Герат, где строились бани, мосты, павильоны у минеральных источников. Некоторые из городков провинции были густо населены и имели боль- шие оживленные базары. Так, Исфизарский базар на- считывал около 1200 лавок. Наряду с торговлей и ремеслом развивалось и зем- леделие, увеличивалось число орошаемых, а следова- тельно, и освоенных земель, строились ирригационные каналы, кирязы. Хозяйственный подъем в государстве гератских Тимуридов был довольно значителен, хотя, как утверждают источники, не достиг уровня XII в. (до монгольского нашествия). Тем не менее в XV в. боль- шинство местностей имели свою экономическую спе- циализацию. Саявушан, например, был богат виногра- дом и давал в урожайные годы до 30 тыс. харваров *. Район Бадгиса славился фисташками. Он снабжал Ге- * Харвар (буквально «вьюк осла») —мера веса от 160 до 300 кг (в разных районах). 99
рат строевым лесом, топливом, а также скотом и зер- новыми культурами. Оба, расположенный у подножия холма, отличался большой плодородностью земель, ка- меноломнями прекрасного белого мрамора; здесь имел- ся горячий минеральный источник. Такой же источник был и у Шафеляна, известного в то же время своими свинцовыми рудниками, прекрасными фруктами — ябло- ками, абрикосами, сливами, персиками и дынями. В период правления Тимуридов происходило даль- нейшее развитие ленной системы, нашедшее свое про- явление в распространении института сойюргала. В сой- юргал раздавались различные по размерам территории, начиная от деревни и кончая административным окру- гом. Известно, например, что тимурид Абул-Касим Бабур (1452—1457 гг.) пожаловал в сойюргал эмиру Халилу весь Систан. Владельцы крупных сойюргалов, признавая верхов- ную власть главы тимуридского государства, могли сами раздавать сойюргалы более мелким феодалам — своим вассалам, имевшим штат чиновников, свой двор и военные ополчения большой численности. Так, в кон- це XV в. ополчение эмира Хосрова, владевшего на пра- вах сойюргала землями между Амударьей и Гиндуку- шем, насчитывало около 30 тыс. человек. Крупные феодалы самостоятельно предпринимали завоевательные походы, взимали дань с захваченных территорий. Тимуридский правитель Кабула Шейх Али- хан в первой трети XV в. совершал нападения на ин- дийские провинции и некоторое время взимал дань с нескольких районов Панджаба. Источники сообщают и о других формах пожало- ваний— тарханных грамотах. Их владельцы помимо иммунитета имели различные привилегии при разделе военной добычи, освобождались от судебной ответ- ственности до девяти проступков и др. Обычно к имени лиц, получивших такую грамоту, прибавлялось слово «тархан». Владения мусульманских религиозных учреждений и видных мусульманских богословов, составлявшие зна- чительную часть земельного фонда, также пользова- лись правом налогового иммунитета. Грамоты, освобождавшие от внесения в казну либо всех, либо части налогов, нередко получали владельцы мульковых (частновладельческих) земель. Такие земли, юо
называвшиеся свободными мульками, в ряде случаев имели внушительные размеры и давали большие дохо- ды. Поэт Джами, например, с земель в округе Герат по- лучал ежегодно доход свыше 100 тыс. динаров. Подобная политика Тимуридов приводила к сокра- щению налоговых поступлений в казну, ослаблению центральной власти и развитию сепаратистских на- строений в среде феодалов. Для пополнения казны власти увеличивали налого- вые ставки поземельной и подушной податей (хараджа и саршомара), налогов с садов, определяли нормы ха- ранджа до снятия урожая, вводили новые повинности, привлекали население к подневольному неоплачивае- мому труду, работам на строительстве каналов, двор- цов. Как сообщают историки, известны случаи, когда материалы для строительства зданий, парков и разве- дения садов собирались с населения в счет налоговых поступлений. Усиление феодальной эксплуатации усугублялось произволом властей и финансовых чиновников. Рост налогового бремени и притеснения чиновников вызыва- ли острое недовольство, а в ряде случаев и серьезный отпор масс, который выражался в широких народных выступлениях, носивших стихийный характер и неред- ко кончавшихся убийством сборщиков налогов. Иногда в результате народных выступлений власти смещали отдельных чиновников, снижали налоги, не из- меняя, конечно, самого существа феодальной эксплуа- тации. Так, при султане Абу Саиде издавались указы о со- кращении части хараджа, взимавшейся перед жатвой, об освобождении населения этой области от уплаты налога с фруктовых деревьев. Сын Абул-Касима Бабу- ра— Махмуд Мирза в 1457/1458 гг. в связи с народ- ным выступлением в Герате, которое было вызвано зло- употреблениями чиновников, присвоивших часть нало- гов и увеличивших размеры подушной подати в десять раз, приказал вернуть незаконно взысканные деньги населению. В последующие годы имели место новые восстания, вызванные злоупотреблениями чиновников фиска. Известно, что во время одного из таких восста- ний Алишер Навои, бывший тогда вазиром, от имени Султана Хусейна был вынужден объявить об освобож- дении населения Герата от уплаты налогов и наказа- 101
нии чиновников. Однако следует отметить, что подоб- ные приказы носили формальный характер. Антифеодальная направленность действий масс при Тимуридах, как и прежде, часто принимала форму ре- лигиозных сектантских движений. Наибольшую извест- ность в это время получила секта хуруфитов21, нахо- дившаяся под влиянием исмаилитов и суфиев. Она имела своих сторонников в Турции, Иране, Азербай- джане, Сирии, в Герате. Последователями этого сек- тантского учения были главным образом ремесленники и городская интеллигенция. Освобождение народа от тирании они видели в вооруженном восстании под пред- водительством махди, который «напоит землю правдой и справедливостью». В дервишской обители хуруфитов в Герате были введены общность имущества и общие трапезы. После того как член этой секты Ахмад Лур в 1427 г. в соборной мечети Герата ранил ножом сул- тана Шахруха* (Ахмад Лур был зарублен на месте), ее члены подверглись репрессиям, а некоторые из них были казнены. Против гератских Тимуридов, особенно в середине XV в., все чаще стали выступать отдельные феодаль- ные владетели и вожди племен. Источники не только сообщают об их отказах вносить в казну налоги, но и свидетельствуют о многочисленных мятежах тимурид- ских царевичей и правителей ряда областей. Несмотря на то что зависимость от центра многих из них была чисто номинальной, феодалы тем не менее стремились к полной самостоятельности. Среди непокорных васса- лов Тимуридов наибольшей властью и могуществом обладали сыновья Султана Хусейна (являвшиеся на- местниками Балха, Мерва, Абиверда) и династия Ар- гунов монгольского происхождения. Ее представители правили огромной территорией, включавшей Гур, Си- стан, Забулистан, округ Кабул. Столицей их владений был Кандагар. В последние годы XV в. сыновья Султана Хусейна Зуннун и Аргун восстали. В эти же годы хан кочевых узбеков Мухаммад Шейбани захватил владения сред- неазиатских Тимуридов и их столицу Самарканд. Сумев * Согласно источникам, хуруфиты питали особую ненависть к Тимуридам, в связи с тем что глава секты Фазлуллах Астербади был выслан Тимуром в Ширван, где его умертвил сын Тимура — Миран- шах. 102
объединить крупные силы (в том числе и ополчения своих сыновей), Султан Хусейн в начале 1506 г. высту- пил во главе войска против Мухаммада Шейбани, но в пути умер. Распри между тимуридскими царевичами разгорелись с новой силой. Это позволило Мухаммаду Шейбани захватить Балх, а затем, в 1507 г., Герат22. Вскоре завоевание Хорасана было практически завер- шено. Однако власть Мухаммада Шейбани оказалась весьма кратковременной. В 1510 г. его войска были разгромлены, а сам он убит под Мервом в сражении с шахом Исмаилом (1502—1524 гг.)—основателем Се- февидской династии, утвердившейся в Иране и сопре- дельных областях. После долгой и упорной борьбы Сефевиды завоева- ли Хорасан и земли по левому берегу Амударьи до Балха. Хорасан превратился в окраинную провинцию сефевидской державы, а его население, исповедовавшее суннизм, стало помимо всего прочего подвергаться ре- лигиозным преследованиям со стороны Сефевидов, про- возгласивших шиитский толк ислама официальной ре- лигией. Возникавшие в последующие годы выступле- ния масс и мятежи феодалов нередко облекались в форму религиозной борьбы. Эта борьба с переменным успехом велась с перерывами в течение нескольких де- сятилетий. В связи с этим узбекским ханам Маверан- нахра при определенной поддержке населения, настро- енного против сефевидских правителей, удавалось даже на некоторое время устанавливать свою власть в Ге- рате (1535, 1587, 1597 гг.). В конце XVI в. Герат и его область вновь были от- воеваны Сефевидами. Наследственными правителями этой области в течение многих лет являлись предста- вители крупного кызылбашского племени шамлу. Что касается областей Кабул и Газни, то с середи- ны XV в. ими владел сын Абу , Саида — Улуг-бек (1460—1502 гг.). В его владениях расселялись афган- ские племена. В результате конфликта с Улуг-беком часть племен перекочевала на восток. Некоторые из них осели в Лагмане, другие двинулись сначала в Нан- гархар, а затем в Пешаварскую долину и заняли райо- ны Баджаура и Свата. 103
Бабур. Рошаниты. Хушхаль-хан В 1504 г. сын правителя Ферганы, тимуридский ца- ревич Захир-ад-дин Бабур, основавший впоследствии династию Великих Моголов, захватил Кабул. Значи- тельная часть земель, заселенных афганскими племе- нами, подпала под власть этой династии. В своих мемуарах «Бабур-намэ», являющихся важнейшим источ- ником для изучения Афганистана и афганцев, он сооб- щает ценные сведения о расселении, особенностях быта, нравов и обычаев афганских племен, дает подробные описания ряда городов и местностей; особенно боль- шое внимание Бабур уделил Кабулу, который он очень любил. Наряду с этими мемуарами Бабур написал трактат в стихах об управлении государством — «Му- байин»23. Политика Бабура в отношении афганских племен определялась задачами подготовки к предстоящему по- ходу в Индию. Часть племен, которая не желала ему подчиняться и платить дань, он жестоко покарал. У других, например юсуфзаев, небезуспешно стремил- ся найти поддержку и привлечь их в свое войско, учи- тывая при этом, что трон в Дели занимает династия Лоди афганского происхождения. В 1526 г. после битвы под Панипатом, в которой погиб султан Ибрахим Лоди (1517—1526 гг.), Бабур с войском, часть которого составляли афганцы, захва- тил Дели, а затем распространил свою власть вплоть до Бенгалии. В 1530 г. он умер в Индии, но похоронен, согласно его желанию, в Кабуле. В состав созданной им державы входила часть территорий нынешнего Аф- ганистана, в том числе Нангархар, Систан, области Кабул, Герат, Газни, Кандагар. Область Кандагара и сам город находились на пу- тях караванной торговли, дававшей большие доходы. Являясь, кроме того, важным стратегическим пунктом в направлении Индии, Кандагар многие годы был объ- ектом борьбы между Великими Моголами и Сефеви- дами. В XVI — первой половине XVII в. он несколько раз переходил из рук в руки. В 1649 г. город был за- хвачен войсками сефевидского шаха Аббаса II. Пле- мена гильзаев и абдали, селившиеся в Кандагарской провинции, принимали участие в длительной борьбе за Кандагар. Их вожди примыкали то к Сефевидам, то 104
к Великим Моголам. Часть абдали переселилась в Ге- ратскую провинцию, другие, поддерживавшие Великих Моголов, направились в Индию и обосновались глав- ным образом в Мультане; гильзаи укрепились в райо- нах Заминдавара и Кандагара. Вожди гильзаев, абдали и других афганских пле- мен, селившихся на территории Сефевидов, подчиня- лись сефевидским наместникам, назначавшимся шахом. Стремясь сохранять лояльность племен и будучи за- интересованы в военной поддержке афганских вождей, Сефевиды нередко давали им на откуп сбор налогов, награждали титулами, земельными пожалованиями, деньгами, используя при этом в своих интересах распри и борьбу между отдельными племенами и их подраз- делениями. Так, при Аббасе I (1587—1629 гг.) в 1597 г. абдалийский малик Садо из клана попользай получил титул «вождя афганцев» за содействие в борьбе за Кандагар. Ополчению Садо была поручена охрана пути от Герата до Кандагара. Членам рода Садо были даны привилегии, впоследствии закрепленные за их потомка- ми— Садозаями, которые, став хан-хелем, обладали правом выдвигать вождя всех абдали. Участвуя в военных походах различных правителей и ведя почти не прекращающуюся борьбу с другими племенами и оседлым населением за освоенные земли и пастбища, занимаясь посреднической торговлей и охраняя караванные пути, афганцы длительное время сохраняли внутриплеменную военную организацию, основанную на традиционных родовых связях. Необхо- димо отметить, что при этом одновременно создавались союзы племен, главным образом для ведения совмест- ной борьбы с другими племенами и местными, неафган- скими правителями, земли которых афганцы захваты- вали или стремились захватить. Внутри таких союзов отношения между племенами в этот период все чаще строились на основе вассальной зависимости, что в зна- чительной степени способствовало расшатыванию пат- риархально-родовых отношений. Вопросы развития об- щественных отношений у афганских племен глубоко исследованы в работах прежде всего профессора И. М. Рейснера, а также его учеников профессоров Ю. В. Ганковского, Л. Р. Гордон-Полонской, В. А. Ро- модина24. В своих исследованиях они подчеркивали, что в процессе освоения завоеванных земель и пастбищ 105
и расселения на захваченных землях подразделения афганских племен постепенно смешивались, племенные же союзы приобретали тенденцию к превращению в за- чатки территориально-племенных объединений, созда- ваемых для совместной борьбы с другими союзами. В то же время в силу различных обстоятельств нередко группы одного и того же племени были вы- нуждены занимать пастбища и земельные оазисы не сплошной массой, а чересполосно. Вожди некоторых племен взамен племенного ополчения постепенно стали создавать дружины, не связанные кровным родством. Овладев землями, в частности в областях Кабул и Кандагар, в Пешаварской долине, афганцы делили их между членами племен, применяя при этом различные принципы раздела — по едокам, по наследственным до- лям, в зависимости от степени знатности глав семей или их усилий и участия в борьбе за завоевание земли; значительная часть земель доставалась знати. Все чаще обедневшие члены племени, клана или отдельные семьи были вынуждены обращаться к более сильным, про- сить у них покровительства на правах хамсая (зависи- мых), укрепляя положение знати племен, постепенно превращавшейся в феодальных землевладельцев. Рост имущественного неравенства, а также природ- ные условия новых мест заселения, где ведение коче- вого скотоводческого хозяйства нередко исключалось, имели своим результатом переход к оседлости отдель- ных групп и подразделений некоторых племен. Так, часть гильзаев, абдали, момандов, какаров, мухаммад- заев стала возделывать поля, выращивать зерновые культуры, рис и продавать их; другие, обосновавшиеся в городах, например в Кабуле, Герате, Газни, образо- вали там прослойку афганского населения и занима- лись ремеслом и торговлей. И те и другие, переходя к оседлости, вливались в уже сложившуюся систему феодальных связей и хозяйства. Знать племен, завое- вывая освоенные земледельческие оазисы, стремилась не раздавать земли соплеменникам, а присваивать их, превращая население в хамсая. Развитие в афганском обществе обмена и торговли, появление ростовщичества, закрепление права собствен- ности на землю сначала за мусульманскими богосло- вами, а потом и за знатью — все это способствовало расшатыванию патриархально-родовых отношений, пре- 106
вращению вождей и верхушки племен в наследствен- ную феодализирующуюся знать. В процессе феодализации афганских племен патри- архальные по форме общественные институты, в част- ности джирга (совет племен), начинали постепенно изменять свое социальное содержание, приспосабливать- ся знатью для утверждения ее прав не только на экс- плуатацию рабов и хамсая, но и на подчинение и за- кабаление формально свободных соплеменников. Процесс феодализации у различных племен проис- ходил неравномерно. Так, у скотоводческих племен, например у вазиров, разложение патриархально-родо- вых отношений в XVI—XVIII вв. находилось на на- чальной стадии, феодализация же хаттаков, халилей, мухаммадзаев, равнинных момандов, т. е. перешедших к оседлости, происходила более быстрыми темпами. Процесс концентрации земли верхушкой этих племен был более интенсивным. Важной особенностью феодализации афганского об- щества явилось то, что развитие производительных сил, общественное разделение труда, складывание антаго- нистических классов, подрывая традиционные формы коллективной собственности на землю, вели к обра- зованию не только феодального землевладения, но и частной крестьянской земельной собственности. Как подчеркивал К. Маркс, «чем дальше племя удаляется от своего первоначального поселения и за- хватывает чужие земли, следовательно, попадает в су- щественно новые условия труда, где энергия каждого отдельного человека получает большее развитие, чем в большей мере общий характер племени проявляется и должен проявляться как негативное единство по от- ношению к внешнему миру, — тем больше имеется усло- вий для того, чтобы отдельный человек стал частным собственником земли — особой парцеллы, — обособлен- ная обработка которой предоставляется ему и его семье»24а. Борьба между крестьянством и феодализирующейся верхушкой за сохранение этой собственности в период разложения патриархально-родовых отношений сыграла важную роль в развитии афганского общества. Видные мусульманские богословы первыми в аф- ганском обществе обеспечили себе право изымать из сферы действия обычных, практиковавшихся иногда 107
ежегодно переделов (веш) принадлежавшую им зе- мельную собственность. Многие обедневшие члены пле- мен искали покровительства у влиятельных мусульман- ских богословов, передавая им свои земли и превра- щаясь в хамсая. Становясь крупными землевладельцами, мусульман- ские богословы нередко эксплуатировали не только хамсая, но и других верующих. Поэтому не случайно антифеодальное движение, начавшееся в XVI в. в во- сточных районах, населенных афганцами, против фео- дализирующейся верхушки племен и власти Великих Моголов, было направлено также против ортодоксально- го ислама и его служителей. Как и многие другие антифеодальные движения в средние века, и это движение возникло и развивалось как сектантское. Его руководителем и идеологом был Баязид Ансари25. Он родился в Панджабе, а затем вместе с семьей переселился на родину своего отца в Канигурам (Вазиристан). Посещая с караванами, шедшими через афганские земли, Среднюю Азию и Ин- дию, он ознакомился с различными течениями ислама и индуизма. В середине XVI в. Баязид Ансари объявил себя пророком — «старцем света» (пир-и роушан) и стал проповедовать новое учение. Его основные поло- жения состояли в том, что между богом и человеком нет расстояния, божественное начало разлито во всем мире и все люди, независимо от национальности, рели- гии, имущественного положения и наследственных при- вилегий, равны перед богом. Веря в переселение душ, он проповедовал, что «путь спасения» одинаков для рабов, хамсая, афганцев и неафганцев, и видел его в борьбе за достижение равенства в земной жизни. Бая- зид Ансари выступал против уплаты калыма за невесту и др. Согласно его проповеди, люди делились на не при- нявших и принявших его учение («людей света» — ро- шанитов). Лица, не принявшие этого учения, его про- тивники, периодически объявлялись несуществующими, не имеющими права владеть землей и другим имуще- ством и нередко даже физически уничтожались. Иму- щество не принявших учение конфисковывалось и подлежало разделу между членами секты. Взамен су- ществовавшего родо-племенного деления афганского общества рошаниты предлагали новый принцип, осно- 108
ванный на объединении людей по территориальному признаку. Основы своего учения Баязид Ансари изла- гал в поэтических сочинениях и в прозе. Наиболее из- вестным его произведением является трактат «Хайр- уль баян» («Преблагая весть»), написанный в форме диалога Баязида с богом. В 60-х годах XVI в. Баязид Ансари, не только прекрасный оратор и поэт, но и та- лантливый политический и военный руководитель, пе- решел от проповедей к организации восстания. По сво- им лозунгам и составу участников движение рошани в своей массе являлось крестьянским и было направ- лено против феодализирующейся знати племен и му- сульманских богословов. Поскольку оно имело ярко выраженную антимогольскую направленность, к лаге- рю повстанцев примыкали отдельные представители знати, вожди некоторых племен, недовольные властью Великих Моголов. Охватывая главным образом области, расположен- ные на северо-западе нынешнего Пакистана (центром и основной базой движения был Тирах), рошаниты в своей многолетней и упорной борьбе достигли значи- тельных военных успехов и на землях Афганистана. Им удавалось временно захватывать области Нангархара, а также Газни, Кабул и прилегающие к ним районы, пе- рекрывать движение к Хайберскому перевалу, нарушая не только традиционные торговые пути, но и военные коммуникации могольских правителей. На землях, захваченных рошанитами, улучшалось положение хамсая и рядовых членов племен, освобо- ждались рабы. Земли и имущество знати, мусульман- ских богословов, могольских правителей подлежали разделу между членами секты, l/Q добычи поступала в фонд руководителей секты. Встречая сопротивление, рошаниты нередко казнили захваченных в плен. Наиболее активно участвовали в движении такие племена, как халилы, мухаммадзаи, равнинные моман- Ды, хугиани, в среде которых социальные противоре- чия достигали значительной остроты, а рядовые члены племен подвергались двойной эксплуатации — со сто- роны знати племен и могольских наместников. Роша- Питов поддерживали и другие племена, иногда вместе с вождями. Мотивы участия вождей в движении были различны. Одни стремились, воспользовавшись обста- новкой, захватить более плодородные земли и пастби- 109
ща, другие вступали в движение ради борьбы с мо- гольскими правителями, изымавшими у них часть до- ходов. Великие Моголы со своей стороны предпринимали энергичные усилия против движения рошанитов, сна- ряжали крупные военные экспедиции для борьбы с ни- ми. Классовая природа движения и его антимоголь- ская направленность не были единственными причина- ми активного противодействия рошанитам. Местности, захваченные ими на северо-западе владений Великих Моголов, были важны для последних с экономической и военно-стратегической точки зрения, так как через них проходили важнейшие пути, связывающие Индию с Ираном и Средней Азией. Однако более полувека Великим Моголам не уда- валось покончить с рошанитами. Движением сначала руководил сам Баязид Ансари, а затем его сыновья и внуки. Лишь к концу 80-х годов XVI в., сумев привлечь на свою сторону знать ряда племен и объединив уси- лия, они нанесли ряд серьезных поражений рошани- там, после чего их движение пошло на убыль. Послед- ний из руководителей движения — внук Баязида Анса- ри, Каримдад, погиб в 1638 г. В ходе движения некоторые племена то примыкали к движению, то отходили от него. Такая непоследова- тельность объяснялась не только и не столько тем, что знать, будучи заинтересована в получении земельных пожалований, титулов и привилегий, шла на сговор с Великими Моголами. В среде самих племен, напри- мер у юсуфзаев, проявлялось недовольство уравнени- ем в правах свободных членов племени с рабами и хамсая, устранявшим возможность эксплуатации по- следних. Кроме того, нельзя не учитывать ряд факто- ров, обусловленных различным уровнем общественного развития, экономической и политической разобщенно- стью, традиционными распрями племен. Несмотря на поражение рошанитского движения, его значение для дальнейшего исторического развития афганских племен очень велико. Наряду с тем, что дви- жение было одной из ярких страниц борьбы народных масс против феодальной эксплуатации и иноземного владычества, выступления рошанитов и их идеи объ- единения населения на территориальной основе в усло- виях разложения патриархально-родовых отношений НО
были прогрессивными и сыграли несомненную роль в дальнейшем развитии афганского общества. Идеи объединения нашли широкое отражение в но- вом восстании афганцев, которое возглавил в 60-х го- дах XVII в. правитель княжества хаттаков Хушхаль- хан (1613—1689 гг.) 26. Хаттакское княжество с центром в Акоре, располо- женное на путях к Пешавару, в районе слияния рек Кабул и Ландай, было создано как зависимое от Ве- ликих Моголов владение в XVI в. Знать хаттаков, не допустившая активного участия своих соплеменников в рошанитском движении, высту- пала на стороне Великих Моголов и в течение многих лет враждовала с юсуфзайскими вождями. Падишах Акбар (1556—1605 гг.) дал хаттакским вождям ряд привилегий (инвеституру на управление Акорой на правах джагира — условного земельного пожалования) и обязал охранять на дорогах к Пешавару от нападе- ний других племен торговые караваны, военные отряды Великих Моголов и их обозы. Несмотря на то что власть в Акоре практически передавалась по наслед- ству, могольские падишахи специальными указами утверждали правителей хаттаков, время от времени оказывая им поощрения в различной форме. Так, отец Хушхаль-хана, Шахбаз-хан, получил от Великих Мого- лов за успешную борьбу с мятежным наместником и юсуфзаями на откуп сбор налогов с юсуфзайских зе- мель в районе Пешаварской долины в размере 12 тыс. рупий ежегодно. После смерти Шахбаз-хана (1641 г.) могольский падишах Шах Джахан утвердил правите- лем хаттаков его сына Хушхаль-хана. За участие в по- ходах могольских войск, в том числе в Балх, Бадах- шан, а затем в Декан, Хушхаль-хан получил крупное земельное пожалование на правах джагира, дававшего 150 тыс. рупий ежегодного дохода; за это он должен был поставлять Моголам полторы тысячи воинов. Яв- ляясь вассалом могольских падишахов, Хушхаль-хан со своей стороны также имел в подчинении хаттакских маликов и ханов. Значительная часть хаттаков в период правления Хушхаль-хана уже перешла к оседлости. Имуществен- ное расслоение и феодализация достигли к этому вре- мени здесь более высокого уровня, чем у многих других племен. Хаттаки занимались земледелием, ремеслом, 111
.разрабатывали соляные копи, продавая соль за пре- делы княжества. По указу Хушхаль-хана в княжестве был проведен земельный кадастр, произведены обмеры пригодных для посевов земель, а также пустошей, пре- доставлявшихся (дополнительно к уже отведенным участкам) для освоения и обработки, фиксация земель- ных наделов, определявшихся по числу едоков в семье, все эти данные заносились в особые реестры. Таким образом, ставя своей целью упорядочение налоговой эксплуатации, Хушхаль-хан, проведя кадастр, прикре пил членов племени хаттаков к определенным участ- кам земли, которые уже не подлежали практиковав- шимся ранее периодическим переделам. Несмотря на подавление основных сил рошанитов. в 40—50-х годах XVII в. волнения среди афганских племен продолжались. Усиление этих волнений было связано с наступательной политикой Великих Моголов, их военными экспедициями в северо-западные провин- ции своей империи (район Пешавара и путей от Пеша- вара в направлении Кабула, где расселялись многие афганские племена — афридии, юсуфзаи, моманды, шин- вари, сафи). Центром этих волнений, вылившихся затем в открытое восстание, были земли афридиев. Войска Великих Моголов, совершая нападения на афганские поселения, бесчинствовали, грабили, жгли жилища. Хушхаль-хан вначале активно не участвовал в вы- ступлениях племен. Однако Великие Моголы, заподо- зрив, что Хушхаль-хан поддерживает повстанцев, за- хватили его и в течение нескольких лет (1664—1668 гг.) держали в крепости, а затем под домашним арестом. Вернувшись на родину, Хушхаль-хан возглавил вос- стание против могольского владычества. Будучи бес- страшным воином, Хушхаль-хан обладал в то же время большим ораторским и поэтическим талантом. В своих выступлениях и стихах он проявил себя поборником объединения афганцев, призывая их отбросить племен- ные распри и усобицы и начать совместную борьбу с Великими Моголами. В ходе восстания к нему при- соединились племена, населявшие земли от Пешавара до области Кандагар. По некоторым данным, к 1675 г. число его сторонников насчитывало около 300 тыс. че- ловек. Однако длительная, упорная и кровопролитная борьба афганцев была подавлена. Могольский падишах Ауренгзеб вынужден был в те- 112
чение почти двух лет во главе своих войск сражаться против афганских племен. Уничтожая посевы, поголов- но истребляя население и разжигая межплеменную вражду, Великие Моголы стремились подчинить афган- цев, склонить их вождей к измене. Источники приводят многочисленные сведения о подкупе вождей и интри- гах могольских правителей. Так, например, наместник Кабула от имени одного из афганских вождей напра- вил письма знати племен о том, что вожди афридиев не намерены делить захваченные земли, что они соби- раются присвоить их. Все это, естественно, вызвало обострение в отношениях между племенами, а затем и раскол. Сын Хушхаль-хана — Ашраф, возглавлявший движение, в 1683 г. был схвачен и отправлен в Биджа- пур. Наследовавший ему Афзаль признал себя васса- лом Великих Моголов. Однако и после подавления восстания власть могольских падишахов во многих районах расселения афганцев была номинальной. Вслед за антимогольскими восстаниями афганцев поднялись на борьбу племена, проживавшие на терри- тории державы Сефевидов. Кандагарское и Гератское княжества В конце XVII — начале XVIII в. государство Сефе- видов, в состав которого входили Герат и Кандагар, переживало глубокий экономический и политический кризис. Русский посол А. Волынский, находившийся в Иране в 1715—1718 гг., писал: «Александр Великий в бытность свою [в Иране] не мог так разорить и чаю, что сия корона к последнему разорению приходит»27. Одной из наиболее важных причин, вызвавших та- кой упадок, было разорение мелкого крестьянского хо- зяйства— экономической основы феодального сефевид- ского государства28. После переписи 1698—1701 гг. подати, а также часть ренты, взимавшаяся деньгами, были увеличены и введены новые налоги. В связи с ростом налоговых отчислений в пользу казны и пре- кращением захватнических войн, дававших богатую до- бычу, доходы феодалов резко сократились. Чтобы уве- личить их, они усилили налоговый нажим на податное население. Феодальная эксплуатация непомерно воз- росла. Разорение крестьян вело к упадку сельского хо- 113
зяиства, лишало ремесленников сырья, а купцов това- ров для торговли. Многие крестьяне покидали места жительства. Земли (в том числе и шахского домена) оставались невозделанными. Чиновникам столицы вме- нялось в обязанность обеспечивать заселение этих земель малоземельными и безземельными крестьяна- ми29. Произвол и казнокрадство чиновников, придвор- ные интриги и коррупция обострили и без того тяже- лую обстановку. Волна недовольства и возмущения прокатилась по всей стране. Против шахской власти выступили многие вожди кочевых племен. Это означало не только суже- ние социальной базы Сефевидов, но и потерю ими во- енной поддержки племен. Особенно активно против центрального правитель- ства боролись народы, чьи земли были насильственно включены в состав сефевидской державы. Освободи- тельное движение покоренных народов не было одно- родным. В нем различалось два основных течения: первое было представлено широкими массами — крестья- нами, сельским оседлым и кочевым податным населени- ем (райяты и иляты) и горожанами — ремесленниками, мелкими торговцами; второе — местными феодалами, недовольными ущемлением своих политических позиций и ухудшением экономического положения. В этих вы- ступлениях стремление к освобождению от иноземного ига тесно переплеталось с сепаратизмом феодалов, опи- равшихся на недовольство народных масс. Одним из первых восстало население Кандагара — оживленного торгового центра и важного военно-стра- тегического пункта. В тот период Кандагарскую провин- цию населяли афганские племена, в первую очередь гильзаи, абдали, а также какары, тарины, бабури, на- сыры. В самом Кандагаре также жили афганцы (глав- ным образом гильзаи клана хотеки). Процесс разложения родо-племенных и складыва- ния феодальных отношений имел свои особенности у каждого из этих племен. На более высоком уровне социально-экономического развития стояли абдали и гильзаи. В среде гильзайских племен феодализация племенной верхушки наиболее далеко зашла у хотеки, составлявших значительную часть афганского населе- ния Кандагарской провинции. В группу хотеки входил ханский род всего племени гильзаев (шах-алам-хель), 114
что, несомненно, способствовало усилению политическо- го влияния хотеки на другие гильзайские племена. Положение афганских племен в составе сефевидской державы в конце XVII — начале XVIII в. было очень тяжелым. Только за 1698—1704 гг. налоговые ставки в Кандагарской провинции увеличивались дважды. Се- февидские правители буквально грабили все население. Экономическое положение племен значительно ухудши- лось также в результате резкого сокращения транзит- ной торговли, которая раньше давала им большие доходы. Это было связано с переходом торговли с при- брежными странами Индийского океана в руки гол- ландских и английских купцов и освоением морских путей из Европы в Индию, с закрытием индо-персид- ской границы, постоянными восстаниями сикхов в Панд- жабе и др.30 Наряду с налоговым гнетом афганские племена подвергались национальной дискриминации и религи- озным преследованиям. Последнее было связано с уси- лением в сефевидском государстве роли шиитских бо- гословов (афганцы, как известно, исповедовали сун- низм). Гонения на суннитов приняли особенно широкие масштабы при шахе Султан Хусейне (1694—1722 гг.), который, находясь под влиянием шиитских муджтахи- дов *, преследовал суннитов, дервишей-суфиев, привер- женцев различных сект, особенно проживающих в окра- инных провинциях сефевидской державы (в том числе и в Афганистане) и являвшихся носителями сепаратист- ских тенденций. В ответ на усиление налогового бремени и произ- вол шахских чиновников уже в первые годы правления шаха Хусейна в Кандагарской провинции начались на- родные волнения. Они весьма обеспокоили шахский двор. В 1704 г. беглербегом (правителем) Кандагара был назначен известный своей жестокостью Гурген-хан. Однако проводившаяся им политика террора, исполь- зования распрей между отдельными афганскими пле- менами, в том числе гильзаями и абдали, еще более усилила недовольство народных масс. Во главе недо- вольных встал вождь хотеки калантар Кандагара Мир- Вайс. * Муджтахид (араб., буквально «достигший», подразумевает- ся — высокой степени религиозного знания) — представитель вер- хушки шиитских богословов, знатоков мусульманского права. 115
Мир-Вайс отправился в Исфахан с жалобой на Гур- ген-хана. Там он убедился в слабости шахской власти и понял, что, объединив всех недовольных, сможет бо- роться не только против Гурген-хана, но и вообще за освобождение Кандагара от Сефевидов. Затем Мир- Вайс совершил паломничество в Мекку, где получил благословение суннитских богословов на борьбу против «еретического государя» шиита шаха Хусейна. Вернувшись в 1708 г. в Кандагар, ^Мир-Вайс собрал джиргу — совет представителей племен, на котором при- сутствовали вожди и знать племен насир, бабури, та- рин, какар, алькозаев, белуджей. Было решено начать восстание31. В апреле 1709 г. Мир-Вайс возглавил восстание в Кандагаре, в результате которого сефевид- ский правитель был умерщвлен, а его войско перебито. Кандагар стал центром независимого владения, управ- лявшегося Мир-Вайсом. Образование этого владения знаменовало собой один из этапов сложного процесса складывания афганского государства. В восстании 1709 г. принимали участие все слои на- селения. Знать племен, илятов и горожан объединяла общая задача — освобождение от сефевидского владыче- ства. После безуспешных попыток Сефевидов вернуть Кандагар мирным путем против Мир-Вайса были сна- ряжены две военные экспедиции (в 1710—1711 и в 1713 гг.), которые окончились разгромом шахских войск. Большую поддержку афганцам в борьбе с сефевидски- ми отрядами оказали белуджские племена, кочевавшие на Кандагарской равнине. Экономическое и внутриполитическое положение Се- февидской державы ухудшалось. Крестьяне бежали с мест жительства, поля не обрабатывались. Шах Султан Хусейн в 1710 г. издал фирман (указ) о прикреплении крестьян (райятов) к месту уплаты податей. На основа- нии данных нарративных источников можно заключить, что в тот период кочевое население (иляты) также не имело права самовольно менять места жительства или кочевья32. Указы Сефевидов и их грабительская поли- тика (особенно в завоеванных областях) вызвали новые выступления против их власти. Вслед за восстанием в Кандагаре и образованием Кандагарского (или, как его иначе называют, Гильзай- ского) княжества начались восстания на Северном Кав- 116
казе во главе с Сурхай-ханом Казыкумухским, волне- ния в Грузии, Армении, Азербайджане, Курдистане. В 1716 г. восстали афганские племена (в основном абдали), населявшие Гератскую область33. Волнения среди этих племен начались вскоре после убийства Гур- ген-хана, по приказу которого тысячи афганских семей в начале XVIII в. были переселены в Герат из Канда- гара, а многие вожди, в том числе дед и дяди Ахмад- хана Абдали (будущего основателя независимого аф- ганского государства), убиты. Вожди племени вызвали в Герат Абдуллу-хана Са- дозая и его сына Асадуллу, находившихся в то время в Мультане. По дороге те были схвачены сефевидским военачальником Хосровом Мирзой, однако вскоре им удалось бежать в Герат, где они и начали подготовку к восстанию. Узнав об этом, сефевидский правитель Ге- рата Аббас Кули-хан Шамлу арестовал их. Но волне- ния в городе, в которых участвовало и неафганское на- селение, испугали Сефевидов. На шахском дурбаре было решено отозвать из Герата Аббаса Кули-хана Шамлу и вместо него назначить нового правителя — Джафар-хана Устаджлу. Тем временем Абдулла-хан Садозай снова бежал из заточения и скрылся в горах Душах. К нему стали прибывать тысячи сторонников. Восставшие заняли Ис- физар, а затем двинулись к Герату и осадили его. При активной поддержке горожан Герат был взят повстан- цами. Вскоре их власть распространилась на районы Бадгиса, Кусувийе, Гуриана, а затем и Фараха, ранее захваченного гильзаями. Потеря этих районов, а главным образом Герата, была тяжелым ударом для Сефевидов. А. Волынский от- мечал, что из Гератской области «как хлебом, так и ско- том резиденция их (Сефевидов. — М. А.) Испагань, так же и иные места большая часть, довольствовалась; од- нако ж оную персияне в бытность мою потеряли, кото- рую у них афганцы завоевали, сия причина персиян к войне возбуждает...»33а. Однако подавить восстание Сефевиды не смогли. Образовалось независимое Герат- ское княжество. Политическое положение сефевидской державы все более обострялось: в течение 1717—1719 гг. усилилось освободительное движение дагестанских племен, вос- 117
стали луры, белуджи. На побережье Персидского зали- ва действовали арабы Маската, захватившие Бахрейн. Однако больше всего Сефевидов беспокоило восста- ние афганцев, которые, укрепившись в Герате, стали угрожать Мешхеду. Вторая (и последняя) попытка усмирить повстанцев также окончилась неудачей. Несмотря на разногласия, имевшие место в среде афганских племен, в том числе между гильзаями и аб- дали, военная мощь гильзаев усилилась. Знать племе- ни во главе с сыном Мир-Вайса — Мир-Махмудом пред- приняла поход на Иран34. В Кандагаре, по-прежнему остававшемся центром гильзайского княжества, прави- телем был его брат Хусейн. В 1722 г. после восьмимесячной осады столица Сефевидов — Исфахан — была взята Мир-Махмудом. Вслед за Исфаханом были подчинены Керман, Фарс, Персидский Ирак. В это же время в Герате между различными кла- нами племени абдали шла борьба за власть, которая закончилась победой Аллаяр-хана, ставшего вождем абдали. Разногласия между гильзаями и абдали обостря- лись, нередко выливаясь в вооруженные столкновения, что сыграло важную роль в период их борьбы с Нади- ром Кули-беком (с 1736 г. — Надир-шах Афшар). Надир Кули-бек, глава одной из феодальных груп- пировок в Хорасане, в 1726 г. присоединился к отрядам сына шаха Султан Хусейна Тахмаспа и подчинил его своему влиянию. Сплотив хорасанские племена, Надир Кули-бек занял Хорасан, Мазендеран и Астрабад, а затем начал готовиться к борьбе с гильзаями, заняв- шими Исфахан, и турками, оккупировавшими неко- торые западные области сефевидского государства. Но прежде чем выступить против гильзаев, Надиру необ- ходимо было взять Герат и тем самым обезопасить себе тыл. Придавая большое значение походу в Герат, Надир говорил представителю России в Иране С. Аврамову: «Идем мы на пятьдесят тысяч афганцев абдалинцов, и... ежели мы побеждены будем, то ведай, что персид- скому государству кончина.. .»35 Узнав о намерении Надира подчинить Герат, афган- цы абдали начали серьезно готовиться к его защите: возводились укрепления, собирался провиант и фураж, 118
формировались отряды. Как сообщал очевидец, насе- ление многих городов и деревень области уходило к по- встанцам. В мае 1729 г. Надир с 20-тысячным войском и ар- тиллерией выступил из Мешхеда в Герат. Повстанцы во главе с Аллаяр-ханом вышли из Герата навстречу противнику, отправив вперед отряды всадников, кото- рые должны были обойти войска Надира с тыла. На- дир двигался очень осторожно. В нескольких фарсахах от крепости Кафир-Кала, у которой расположились восставшие, произошло первое сражение, длившееся до наступления темноты. Надир был ранен, а его войско понесло большие потери. Во второй битве успех также был на стороне афганцев, и лишь подошедшее к На- диру подкрепление вынудило их отступить к Гуриану. Узнав об этом, вожди абдали вызвали в Герат из Фа- раха Зулфикар-хана с войском. В последовавшем вскоре после этого кровопролит- ном сражении восставшие, несмотря на отчаянное со- противление, потерпели поражение. Отряды Надира разграбили Фарах, захватив семьи вождей абдали, в том числе Зульфикар-хана и Аллаяр- хана. Это событие заставило вождей поторопиться с за- ключением мира. Заинтересован в этом был и Надир, так как ему стало известно о походе гильзаев в Хора- сан. В связи с этим он должен был немедленно дви- нуться к Мешхеду. В июне 1729 г. был заключен мир, по условиям которого племя абдали должно было осво- бодить пленных и платить дань; эмиром оставался Аллаяр-хан, но уже как наместник Надира. По настоя- нию афганцев Надир с войсками не вошел в Герат и не оставил в области своего гарнизона. Такая уступчи- вость объяснялась тем, что, стремясь обезопасить себе тыл для борьбы с гильзаями и турками, Надир не хо- тел обострять отношений с абдали. К началу 1730 г. Надир разгромил войска гильзаев и занял Исфахан; брат Мир-Махмуда Ашраф Хотеки, стоявший во главе этих войск, был убит. Затем Надир нанес крупные поражения туркам. В 1731 г. вновь начались волнения в Гератской про- винции. Народные массы, разоренные при Сефевидах податями и изнуренные борьбой, длившейся почти 15 лет, отказались платить поборы, установленные по условиям мира с Надиром. Вожди племени абдали, ли- 119
шенные самостоятельности и обязанные не только под- чиняться приказам Надира, но и делиться с ним своими доходами, стали готовиться к восстанию. Им обещал поддержку правитель Кандагарского княжества Хусейн (1722—1738 гг.), напуганный успехами Надира и бо- явшийся, что тот двинется на Кандагар. Попытки Аллаяр-хана сохранить в области спо- койствие ни к чему не привели. Возмущенное населе- ние свергло его и изгнало из Герата. Власть перешла в руки Зулфикар-хана, объявившего Герат независи- мым. Затем повстанцы двинулись на Мешхед, намере- ваясь распространить свою власть на весь Хорасан. В сражении под Мешхедом войска гарнизона во главе с Ибрахим-ханом Афшаром потерпели пораже- ние и укрылись в крепости. Зулфикар осадил город, но, получив сведения о приближении Надира, был выну- жден вернуться в Герат. В начале мая 1731 г. войско Надира подошло к Герату и на правом берегу Гериру- да в Джуйи-Нукра разбило лагерь. В Герате деятельно готовились к отражению про- тивника. Горожане и население пригородов строили укрепления и создавали отряды. В Кандагар были по- сланы гонцы с просьбой прислать подкрепление. Повстанцы днем и ночью совершали вылазки, на- нося противнику большой урон и держа его в постоян- ном напряжении. Во время одной из таких вылазок Надир едва не попал в плен. В другой раз при обстре- ле гератцами вражеского лагеря ядро пробило его па- латку. Взбешенный упорством защитников города, На- дир решил окружить его плотным кольцом и тем самым лишить возможности получать подкрепление. С этой целью он приказал перерезать дорогу на Кандагар и разорить Фарах. В июне Герат был блокирован. В го- роде начал остро ощущаться недостаток продовольствия и соли. С каждым днем положение осажденных стано- вилось все тяжелее. Тогда на помощь повстанцам пришло население Бад- гиса и стало привозить продукты в Джебраил, откуда гератцы сами должны были доставлять их в осажден- ный город. Первый отряд в тысячу человек, тайно выйт дя из Герата, дошел до Джебраила. Взяв провиант и пробравшись по горным тропам и ущельям Паропами- за, повстанцы благополучно доставили весь груз в оса- жденный Герат. Узнав об этом, Надир немедленно 120
двинулся на Джебраил и после долгих и упорных боев захватил его. Необходимо было искать новые пути для доставки продовольствия в Герат. Поздней осенью 1731 г. двухтысячный отряд повстан- цев вышел из города и, пройдя через Паропамиз, во- шел в Оба. Население снабдило воинов провиантом, после чего они вернулись в Герат. Эти события нашли живейший отклик у окрестного населения. Дервиш Али-хан с примкнувшими к нему многочисленными сторонниками из местных жителей двинулся к Герату. Надир, предупрежденный о прибли- жении этих отрядов, выслал навстречу своих воинов под командованием Делавар-хана, которые разгромили дервиша Али-хана; сам он был взят в плен и казнен. Однако осада Герата затягивалась. Не надеясь взять крепость собственными силами, Надир приказал правителю Хорасана прислать подкрепление. Между тем запасы продовольствия, привезенные в Герат из Оба, пришли к концу, и повстанцы были вынуждены начать переговоры. Прибытие к Надиру 10-тысячного отряда хорасанцев, постройка у городских ворот новых укреплений окончательно лишили их надежды на по- лучение помощи извне. В городе начался голод. В марте 1732 г. по решению дурбара (совета знати) осажденные, заручившись обещанием Надира сохра- нить им жизнь и не разрушать город, открыли крепост- ные ворота. Надир вошел в Герат. Правителем города он назначил Мухаммад-хана Мерви, представителя близ- кой ему хорасанской знати, взамен дурбара учредил совет, в который входили только названные им лица. Несколько тысяч семей абдали были выселены из го- рода. Дробление и расселение племени, ликвидация дурбара, назначение другого правителя — все это были политические меры, направленные на устранение воз- можности новых восстаний в области Герата. Вместе с тем отряды абдалийской конницы были включены в войско Надира и затем активно участвовали в его по- ходах. В 1736 г. на собрании знати в Муганской степи На- дир был провозглашен шахом Ирана. С конца 1736 г. его войско неоднократно совершало нападения на Кан- дагар. Надир опасался, что афганцы Кандагара всегда будут угрожать ему. Кроме того, захват Кандагара должен был стать первым шагом в подготовке похода 121
на Индию. Несмотря на неоспоримое военное прево- сходство, Надир более года осаждал Кандагар. Про- должительная осада вынудила его на месте своего во- енного лагеря построить целый город. Источники со- держат многочисленные сведения о героической борьбе кандагарцев. Их вылазки наносили немалый урон от- рядам Надира. К декабрю 1737 г. из войска, пришед- шего к Кандагару, осталось лишь несколько тысяч че- ловек. Почти во всех областях иранского государства был объявлен новый рекрутский набор. Только 23 мая 1738 г. Надир смог захватить город*. Овладев Кандагаром, Надир разрушил его. Затем он провел ряд мероприятий, имевших целью ослабле- ние экономической силы и политического влияния гиль- заев, разжигание розни между ними и другими афган- скими племенами, а также устранение возможности новых восстаний. Хотеки и некоторые другие кланы гильзаев были переселены в различные районы Хора- сана и Муганской степи, их земли объявлены государ- ственной собственностью и розданы в джагиры ханам племени абдали. Тогда же по приказу Надира был проведен кадастр поливных земель Кандагарской про- винции и установлены размеры налогов. Правителями провинции и ряда ее округов были назначены абдалий- ские ханы. Следует учитывать, что среди военачальни- ков, занимавших привилегированное положение в войске Надира, видное место принадлежало верхушке пле- мени абдали. Им устанавливалось повышенное жало- ванье, раздавались земли; в отличие от знати большин- ства других племен они не подвергались казням и штра- фам, особенно участившимся в последние годы жизни Надир-шаха. Восстания в Герате и Кандагаре способствовали ро- сту освободительной борьбы афганского народа, вспых- нувшей почти во всех местностях, населенных афганца- ми. Борьба не прекратилась и после захвата этих го- родов Надиром. Так, еще во время пребывания Надира в Кандагаре началось восстание афганских племен в * В падении Кандагара важную роль сыграла измена правителя княжества — Хусейна, который вступил в тайные переговоры с На- дир-шахом и фактически помог его войскам овладеть городом (под- робнее см.: Ганковский Ю. В, Из истории осады Кандагара Надир- шахом Афшаром в 1737—1738 гг. — В кн. «Краткие сообщения ин- ститута востоковедения АН СССР, вып. 37. М., 1960, с. 27—33). 122
районе Газни. В Кабуле в борьбе против Надира объ- единились различные слои населения — знать, мусуль- манские богословы, рядовые иляты. Несмотря на тех- ническое превосходство войск Надира, оснащенных артиллерией, кабульцы оказали им ожесточенное сопро- тивление. Восстали против Надира и афганские племена, жив- шие в горах между Кабулом и Джелалабадом. 12-ты- сячный отряд отборных войск шаха под командова- нием Аслан-хана Кырклу был послан против этих племен, издавна славившихся своей воинственностью. Шахские войска были разбиты. Афганцы использовали любую возможность для оказания сопротивления На- диру. Часть их, бежав от преследований, вступила в 1738 г. в войско Великого Могола Мухаммад-шаха и затем сражалась под его знаменами у Дели (1739 г.). Несмотря на усиление Надира, его военные успехи, в том числе захват Дели, афганские племена продол- жали освободительную борьбу. Немногим более чем через год после падения Кандагара там начались но- вые волнения. Надир послал туда одного из своих лучших воена- чальников — Тахмасп-хана Джелаира, назначив его пра- вителем Афганистана и северо-западных округов Паид- жаба, включенных в состав империи Надира. В 40-х годах волнения вспыхнули с новой силой, охватив ряд областей, в том числе территории Кандагарской и Ка- бульской провинций. Правитель Кабула Таги-хан под- держал повстанцев и объявил о неподчинении шаху. Восставшие установили связи с другими племенами, также боровшимися против Надира; на их сторону часто переходили и шахские войска. Примеру кандагарцев и кабульцев последовали хазарейцы, которые, объ- единившись с населением Герата, также выступили против иранских властей; тогда же восстали и юсуф- заи. Освободительная борьба афганских и других покоренных народов сочеталась с восстаниями, направ- ленными против усиления налогового гнета. Не случай- но сильная волна восстаний прокатилась по стране после введения нового налогового обложения в 1743 г.* В восстании принимали участие различные социальные * О налогах и налоговой политике в государстве Надир-шаха Афшара см.: Арунова М. Р. Фирман Надир-шаха. — «Советское во- стоковедение», 1958, № 2, с. 114—120. 123
слои, однако наиболее активно выступало податное на- селение, трудящиеся массы. Создание независимых Кандагарского и Гератского княжеств и последующие выступления афганцев не были лишь кратковременными эпизодами. Афганцы пер- выми подняли знамя освободительной борьбы против сефевидского ига. Эта борьба, начавшаяся в конце XVII в. и длившаяся с небольшими перерывами на протяжении почти полустолетия, содействовала развер- тыванию ожесточенной борьбы против Сефевидов и Надир-шаха. Выступления афганцев и других населяв- ших территорию нынешнего Афганистана народов на- ряду с освободительными движениями в Дагестане, Грузии, Средней Азии явились одной из основных при- чин краха его державы. Являясь важными звеньями многолетних и упорных выступлений афганских племен против иноземного владычества, восстания первой поло- вины XVIII в. ускорили «процесс образования афганско- го государства, подготовленный всем ходом внутреннего развития афганского общества»36. 124
Глава III АФГАНИСТАН В НОВОЕ ВРЕМЯ Государство Дуррани Государство Дуррани не было первым государствен- ным образованием у афганцев (пуштунов). Еще в XVI в. на территории, занимаемой одним из восточноафганских племен — хаттаками, возникло два феодальных княже- ства— Акора и Тери. В XVII в. небольшое феодальное княжество было образовано другим восточно-афганским племенем — афридиями. Однако эти первые афганские (пуштунские) феодальные княжества занимали очень небольшую территорию и не стали ядром государства, которое объединяло бы в своих границах все населенные пуштунами земли. Не стали таким ядром и два других афганских феодальных княжества, которые возникли в начале XVIII в. и о которых говорилось выше, — Кан- дагарское и Гератское, хотя они и сыграли важную роль в истории афганского народа. Только держава Дуррани (1747—1819 гг.) впервые объединила все земли, населен- ные пуштунами, в единое независимое государство. Стремление к объединению всех афганцев в едином независимом государстве зародилось еще в XVI— XVII вв., в огне войн с иноземными угнетателями. Изве- стно, что уже сыновья Баязида Ансари, долгие годы боровшиеся с Великими Моголами, называли себя «па- дишахами афганцев». Однако только к середине XVIII в. возникли условия для образования независимого афган- ского государства. К этому времени вследствие развития феодальных отношений у основных афганских (пуштун- ских) племен создались внутренние предпосылки для их сосударственного объединения. Важным фактором, уско- рившим это объединение, была необходимость борьбы с внешними врагами — иранскими и могольскими феода- лами, несколько веков угнетавшими афганский народ. Вместе с тем в середине XVIII в. в результате развала единого иранского государства, распада империи Вели- 125
ких Моголов и феодальных смут в Средней Азии созда, лась благоприятная внешнеполитическая обстановка для собирания афганских земель в одно государство и для распространения власти афганских феодалов на обшир. ные территории соседних с Афганистаном стран. Создание независимого государства отвечало интере- сам феодальных верхов афганского общества — ханов племен и верхушки мусульманских богословов \ полу- чивших в результате этого аппарат насилия для подав- ления эксплуатируемых низов, избавило их от необходи- мости делиться значительной частью извлекаемого при- бавочного продукта с могольскими и иранскими феода- лами, под властью которых ранее находились афганские земли. Кроме того, для феодальной верхушки в резуль- тате этого стали возможными организация и проведение завоевательных походов против соседних стран и на- родов. Образование независимого афганского государства встретило также поддержку свободных пуштунских об- щинников — скотоводов и земледельцев, долгие годы бо- ровшихся с иноземными поработителями — иранскими и могольскими феодалами. Ханы афганских племен и вер- хушка мусульманских богословов, особенно на первых порах, были вынуждены считаться с неизжитыми в аф- ганском обществе пережитками родо-племенного строя и не могли сразу же перейти к открытой, прямой экс- плуатации своих соплеменников. Поэтому образование независимого государства благоприятно сказалось на по- ложении рядовых общинников, тем более что им пере- падала часть огромной военной добычи, захваченной основателем Дурранийской державы Ахмад-шахом (1747—1773 гг.) в его победоносных походах. В резуль- тате создания державы Дуррани на территориях, являв- шихся восточной частью империи Надир-шаха Афшара (и ставших ядром Дурранийского государства), был по- ложен предел феодальной анархии и межплеменным столкновениям, которые в последние годы правления На- дира самым пагубным образом сказывались на положе- нии народа. Установление относительного порядка и безопасности в вилайетах (провинциях) отвечало инте- ресам населения этих вилайетов — земледельцев и ско- товодов, ремесленников, мелких торговцев. Таким обра- зом, образование независимого афганского государства под властью Ахмад-шаха встретило поддержку не только 126
рядовых афганских общинников, но и части неафганского населения центральных провинций, жаждавшего прекра- щения феодальной анархии. Это было одной из причин сравнительной прочности государства Дуррани, не рас- павшегося сразу же после смерти его основателя. После гибели Надир-шаха Афшара, который пал от руки заговорщиков 20 июня 1747 г., созданная им огром- ная империя рухнула 2 и отдельные части ее обособились в самостоятельные государства. Афганские контингенты армии Надир-шаха, во главе которых стояло несколько ханов из племени абдали, захватив часть артиллерийско- го парка иранской армии и шахской казны, двинулись из Хорасана (где они размещались) к Кандагару. Здесь около мазара Шир-Сурх в октябре 1747 г. собралась джирга наиболее влиятельных и могущественных ханов всех основных кланов племени абдали. После нескольких заседаний они избрали шахом Ахмад-хана, молодого вое- начальника из клана садозаев. Ханский род садозаев занимал у абдали особое поло- жение и пользовался целым рядом привилегий: его пред- ставителей нельзя было, например, предать смертной казни за совершенные ими проступки или преступления; на них не распространялись законы кровной мести. Но помимо происхождения избранию Ахмад-хана шахом, т. е. главой афганского государства, способствовали и не- которые другие обстоятельства. Одним из них была мало- численность рода садозаев: ханы племени абдали счи- тали, что шах, избранный из этого рода, не располагает «мощной опорой для подавления самовластия крупных ханов племен»3. Немалую роль сыграла также поддерж- ка, оказанная Ахмад-хану видным мусульманским бого- словом Сабир-шахом, одним из руководителей крупного суфийского ордена чиштие (род садозаев имел с ним дав- ние связи). Сабир-шах предложил кандидатуру Ахмад- хана и собственноручно короновал его. Наконец, имел значение и личный авторитет Ахмад-хана, который, не- смотря на свою молодость (в 1747 г. ему было не больше 25 лет), выдвинулся на службе у Надир-шаха благодаря участию в ряде военных кампаний, где он командовал отрядами афганской кавалерии, включенными в армию иранского завоевателя. Поскольку у колыбели афганского государства стояли ханы племени абдали, это обеспечило им руководящее положение в афганской державе, а также нашло свое 127
выражение в том, что племя абдали было переименовано в дуррани (жемчужные). При этом за ханами крупней- ших кланов и родов дуррани были наследственно закреп- лены важнейшие посты в государственном аппарате, ар- мии и при дворе афганских шахов *. Ахмад-шах даже отказался от титула «дурр-и дауран» (жемчужина эпо- хи), который ему предложил дервиш Сабир-шах, и вы- брал титул «дурр-и дурран», т. е. «жемчужина жемчу- жин». Ахмад-шах, опираясь на испытанные и закаленные в походах афганские кавалерийские отряды, сначала упрочил свою власть в Кандагарском вилайете. Затем он подчинил Калат-и Гильзаи, Газни, Кабул и Пеша- вар4. После этого его признали шахом ханы восточно- афганских племен. Кандагар, Газни, Кабул, Пешавар и Герат (покоре- ние которого заняло почти весь 1750 г.) составили основ- ное территориальное ядро державы Дуррани. Отсюда Ахмад-шах распространил затем свою власть и влияние на соседние области Северо-Западной Индии, Восточного Ирана и Южного Туркестана. В силу особенностей социально-экономического раз- вития афганского общества в эпоху Дуррани держава, созданная Ахмад-шахом, была государством завоевате- лей. За первые полвека существования этого государ- ства дурранийские шахи провели большое число похо- дов, из которых не менее 18 приходится на вторжение в Северо-Западную Индию. Восточный Иран и Южный Туркестан также неоднократно становились объектом афганских нашествий. Как отмечалось выше, ханы афганских племен даже после образования державы Дуррани не обладали еще достаточной экономической и военно-политической мо- щью, чтобы перейти к прямой, открытой экспроприации * Так, например, должность вазира (главы правительства, вто- рого после шаха лица в государстве) была наследственно закрепле- на за ханами клана бамизай; должность ишик-агаси (обер-церемо- ниймейстера)— за ханами клана попользай; должность мирахур- баши (великого конюшего) — за ханами клана исхакзай; тупчи-баши (начальника артиллерии)—за ханами клана баракзай. Поэтому при назначении на важнейшие посты в государстве выбор шаха был ограничен в сущности очень узким кругом лиц. Нарушение шахом привилегий этих ханских родов и передача закрепленных за ними должностей липам, к ним не принадлежавшим, всегда вызывали большие осложнения. 128
и эксплуатации своих соплеменников. С целью ослабить и замаскировать растущие классовые противоречия, не допустить взрыва недовольства рядовых общинников они стремились вовлечь их в захватнические войны, сулящие богатейшую добычу. В победоносных военных кампа- ниях афганская феодальная знать находила средство как для собственного быстрого обогащения, так и для ослаб- ления растущих социальных противоречий в афганском обществе. Завоевательные походы давали также афган- ским ханам возможность использовать в своих интересах военную силу племен. Поскольку часть огромной воен- ной добычи доставалась и рядовым участникам похо- дов, то в военных кампаниях, особенно если они обещали быстрый и легкий успех, охотно участвовали тысячи свободных общинников. На северо-западе Ахмад-шахом в 1750—1754 гг. был завоеван Хорасан, где после убийства Надир-шаха Аф- шара возникло несколько мелких феодальных владений. В большинстве завоеванных городов Хорасана (напри- мер, в Мешхеде и Нишапуре) у власти были оставлены местные ханы. Некоторые восточные районы Хорасана были, однако, включены в Гератскую провинцию Афга- нистана. На западе летом 1754 г. Ахмад-шах подчинил также Систан, правители которого обязались платить дань и поставлять воинские контингенты в армию шаха. На юго-западе вассалом Ахмад-шаха в 1750 г. стал бег- лербег (правитель) Белуджистана Насир-хан. Панджаб был включен Ахмад-шахом в состав его державы в 1750—1752 гг. Но уже в 60-х годах в резуль- тате победоносных восстаний сикхов * почти вся эта про- винция (за исключением района Мультана) была поте- ряна афганским шахом. Кашмир — жемчужина афганских владений в Ин- дии— был завоеван в 1752 г. И хотя впоследствии на- местники этой провинции неоднократно поднимали вос- * Сикхи (санскрит «ученики») — последователи индуистской секты, возникшей в XVI в. в Панджабе. В XVII в. сикхизм стал зна- менем широкого народного движения, направленного против власти Великих Моголов, а с середины XVIII в. против власти шахов Дур- рани. Шах Заман (1793—1801 гг.), внук Ахмад-шаха, в 1799 г. дал инвеституру на управление Лахором Ранджиту Сингху, молодому, но влиятельному сикхскому сардару. Ранджит Сингх, подчинив боль- шую часть афганских владений в Северо-Западной Индии, создал сильное государство (ядром его был Панджаб), просуществовавшее До 1849 г. 5 Зак. № 819 129
стания против шахов Дуррани, вплоть до 1819 г. Кашмир находился под их властью. В низовьях Инда Дхмад-шахом был подчинен Синд. При этом в северной части Синда (в городе Шикарпур) был посажен афганский наместник, а правители нижнего Синда стали вассалами шахов Дуррани. Вассалом афган- ских шахов стал также наваб (правитель) Бахавалпура. На севере от Гиндукуша войска Ахмад-шаха в 1750— 1752 гг. покорили несколько небольших узбекских ханств: Балх, Шибирган, Андхой, Кундуз, Меймене. Балх стал резиденцией афганского наместника, а в остальных хан- ствах почти везде были оставлены местные правители. Однако власть завоевателей была очень непрочной. Балх, правда, остался под властью шахов Дуррани, но оттуда в их казну не поступало ни одной рупии. Тимур-шах (1773—1793 гг.), сын и преемник Ахмад-шаха, не мог найти человека, который согласился бы быть там пра- вителем, что стало предметом насмешек противников шаха: «Скоморохи, бродящие из одного города в другой с обезьянами и другими животными, выучили их бросать землю на свои головы, когда их спрашивали, хотят ли они быть правителями Балха»5. К началу XIX в. Кундуз, Меймене, Андхой и Шибирган были полностью незави- симы и даже в Балхе власть афганского наместника стала фикцией. Очертания границ державы Дуррани были, таким образом, неразрывно связаны с завоевательной полити- кой Ахмад-шаха и его преемников, с их успехами и не- удачами. Весной 1761 г., когда Ахмад-шах находился в зените могущества, юго-восточный рубеж его владений проходил менее чем в 100 км от Дели, а общая площадь их превышала 2 млн. кв. км. Держава Дуррани в эпоху Ахмад-шаха была круп- нейшим государством Среднего Востока. Через его тер- риторию проходили торговые пути, связывавшие Иран, Среднюю Азию и Восточный Туркестан с государствами Южной Азии. Ахмад-шах поддерживал дипломатические отношения со многими странами. В годы его правления правительством России впервые была сделана попытка установить равноправные дружественные отношения с Афганистаном 6. Необходимо отметить, что для афганских (пуштун- ских) и неафганских частей державы Дуррани завоева- тельные кампании Ахмад-шаха и его преемников имели 130
разные последствия. В афганских (пуштунских) землях они ускорили развитие феодальных отношений, способ- ствовали расширению и укреплению феодальной соб- ственности на землю ханов афганских племен и упроче- нию класса феодалов в целом. В западных вилайетах завоевания Ахмад-шаха привели к тому, что значитель- ная масса афганцев осела на землях, населенных таджи- ками, которые постепенно превращались в арендато- ров7. Захвату земель коренных жителей содействовало также наделение ханов афганских племен администра- тивными функциями, в особенности назначение их сбор- щиками налогов. Ликвидация родо-племенных отноше- ний и свойственных им пережитков, укрепление и раз- витие феодальных отношений при всей сложности и про- тиворечивости этого процесса были несомненным про- грессом. Поэтому эпоха шахов Дуррани, несмотря на все противоречия, оставила глубокий след в истории афган- ского народа. Иными были последствия завоеваний Ахмад-шаха и его преемников для соседних с Афганистаном государств, народы которых во второй половине XVIII в. стояли на более высоком уровне социально-экономического разви- тия. Для них эти завоевания означали усиление эксплуа- тации и разорение. Действия Ахмад-шаха помешали объ- единению Ирана под властью династии Зендов (1750— 1794 гг.), задержали консолидацию государства сикхов в Панджабе и державы Мангытов в Средней Азии. В то же время долголетняя кровопролитная война афганцев с сикхами и разгром Ахмад-шахом в 1761 г. армии ма- ратхов, сильнейшей в тогдашней Индии *, ослабили на- роды Индии перед лицом надвигавшейся британской угрозы и в конечном счете облегчили завоевание Англией Южноазиатского субконтинента 8. Экономической основой державы Дуррани была соб- ственность феодального государства на землю, прояв- лявшаяся в том, что государство взимало ренту-налог со всех территорий, находившихся под его суверените- том. (Это не исключало, однако, того, что существовало как частное, так и общинное владение и пользование землей.) Изымавшийся у непосредственных производи- телей прибавочный продукт распределялся среди пред- * Государство маратхов, возникшее во второй половине XVII в., на западе Южноазиатского субконтинента, к середине XVIII в. конт- ролировало значительную часть территории Индии. ♦ 131
ставителей феодального класса, в состав которого вхо- дили следующие основные группы: знать афганских пле- мен; верхушка мусульманских богословов (улама); верхушка центрального и провинциального гражданско- го правительственного аппарата; неафганская военно- служилая верхушка армии; местные феодальные фами- лии, сохранившиеся в ряде завоеванных Ахмад-шахом провинций; мелкие феодалы, выделявшиеся из общины в процессе ее разложения. Помимо поземельного налога * население было обя- зано вносить в государственную казну различные сборы и подати (налог со скота, мельниц, сборы натурой на содержание армии, чиновников, ведавших оросительной системой, старост, судей и др.). Следует сказать, что налоги в государственную казну собирались все же не со всех земель, находившихся под верховным сюзеренитетом шаха. Не платили налогов джагирдары (держатели привилегированных земельных пожалований, обладавшие полным налоговым иммуните- том). Не взимался налог со многих земель, пожалован- ных различным религиозным учреждениям шахом или частными лицами. От уплаты налогов были освобождены многие афганские (пуштунские) племена при условии несения ими военной службы. В особо привилегирован- ное положение было поставлено племя дуррани, к кото- рому принадлежал сам шах. Оно было освобождено от поземельного налога, налогов со скота, садов, виноград- ников и многих единовременных сборов. Основные доходы шахов Дуррани поступали из ви- лайетов Северо-Западной Индии. Налоги, собираемые с населенных неафганцами западных вилайетов (Кабули- стан, Кандагар и Герат), не говоря уже о налогах, вы- плачиваемых племенами, играли меньшую роль. Даже в конце XVIII в., после потери шахами Дуррани большей части Панджаба, из общих ежегодных поступлений в казну на долю западных вилайетов и районов племен приходилось не больше */4 всех поступлений. Недаром Ахмад-шах говорил, что запад его державы дает ему воинов, а восток — деньги; что же касается узбекских * Основным поземельным налогом был салесат, или налог «од- ной трети», собираемый с орошаемых земель. Ввиду важности на- лога за его сбор отвечал особый чиновник — мамур-и салесат. С су- ходольных земель собирался харадж, обычно равный одной десятой урожая. 132
ханств к югу от Амударьи, то их Ахмад-шах называл ульем, где много пчел и мало меда. После образования державы Дуррани ханы афган- ских племен использовали свое господствующее положе- ние в этом государстве для максимального укрепления власти и могущества. Передача им функций сборщиков налогов и наделение административной, военной и су- дебной властью на тех территориях, где проживало их племя, увеличили влияние знати племен и способство- вали постепенному превращению ее в сословие крупных феодальных землевладельцев. Рост феодального земле- владения ханов племен происходил как путем экспро- приации неафганского крестьянства (частично и своих соплеменников), так и за счет щедрых земельных пожа- лований, которые давались им шахами Дуррани в афган- ских и неафганских вилайетах государства *. Расшире- нию феодального землевладения способствовала вся зе- мельная и налоговая политика шахов Дуррани, подав- лявших сопротивление афганского и неафганского кре- стьянства. Поэтому между шахом — главой государства и знатью афганских племен в первые годы правления Ахмад-шаха на основе общности их интересов сложи- лись в целом отношения лояльного сотрудничества. Однако ханы племен ревниво оберегали свою неза- висимость от покушений со стороны шахской власти. Попытки шахов установить действенный контроль над ханами неизменно наталкивались на противодействие. Рост феодального землевладения знати афганских пле- мен, которая сохранила в своем распоряжении значи- тельные вооруженные силы, состоявшие из личных дру- жин ханов и ополчений племен, и располагала почти бес- контрольной властью на территориях, занимаемых этими племенами, таил в себе зародыш неизбежных сепаратист- ских тенденций и представлял значительную угрозу для целостности и единства державы Дуррани. Пока Ахмад-шах успешно вел захватнические войны, в ходе которых афганская знать обогащалась за счет * К концу XVIII в. в Кандагарском вилайете ханы различных Дурранийских кланов захватили почти половину всех облагаемых налогами земель, причем в казну шаха шло в два раза меньше средств, чем джагирдарам. Велики были также их владения в Ге- рате. В индийских вилайетах наибольшие владения афганские фео- далы имели в Мультане, т. е. районе интенсивной афганской коло- низации. 133
огромной военной добычи * и щедрых земельных пожа- лований, ханы охотно оказывали шаху поддержку в его начинаниях и даже до некоторой степени мирились с его вмешательством в свои внутренние дела, в частности с тем, что шах изымал у них часть ренты. Положение изменилось, когда Ахмад-шах и его преемники начали терпеть поражения, когда был потерян Панджаб и неко- торые другие провинции. Потери в Индии афганские феодалы стремились воз- местить путем захвата государственных земель в соб- ственно афганских областях; они старались также уве- личить свои доходы за счет сокращения доли ренты, передаваемой государству, тем более что абсолютное увеличение ренты наталкивалось на сопротивление как свободных афганских общинников, так и закабаленных крестьян, поднимавших восстания. Источники прямо ука- зывают, что афганские феодалы «домогались земель и снижения следуемых с них налогов», но им в этом часто отказывали9. Вместе с тем усиливались сепаратистские тенденции правителей отдельных вилайетов, которые по мере снижения доходов провинций (вследствие разоре- ния крестьян и ремесленников, упадка торговли в ре- зультате бесконечных войн и феодальных мятежей) обнаруживали все меньше желания делиться ими с цен- тральным правительством. В борьбе за укрепление власти и обуздание сепара- тизма крупных афганских феодалов шахи Дуррани мог- ли опереться на гвардию (гулам-шахи), набранную из иранцев, таджиков, хазарейцев и представителей других неафганских народов, на разноплеменную, преимуще- ственно ирано-таджикскую, служилую бюрократию и вер- хушку мусульманских богословов, которые зависели от их милостей, и, наконец, на богатых индийских купцов и ростовщиков восточных вилайетов своей державы, нажи- вавшихся на откупе налогов и финансировании завоева- * Так, например, в 1757 г., взяв Дели, Ахмад-шах наложил на город контрибуцию в 16 млн. рупий; когда афганская армия после этого похода возвращалась из Индии, только личную добычу шаха везли на 28 тыс. верблюдов и буйволов. Артиллерийские орудия, от- битые у противника, были брошены, так как все животные, нужные для их перевозки, были навьючены награбленным добром. Картины такого же грабежа, правда меньшего масштаба, наблюдались в хо- расанских походах. 134
тельных походов *. Однако этих сил было явно недо- статочно, чтобы противостоять ханам афганских племен. Поэтому шахи Дуррани искали обходные пути для упро- чения своего положения и власти. Так, Ахмад-шах, стремясь ослабить ханов могуще- ственного клана баракзаев, выделил из него род ачак- заев. Гильзаям, одному из крупнейших афганских пле- мен, он запретил иметь хана племени. Ахмад-шах сделал также попытку противопоставить могущественной дурра- нийской феодальной знати ханов восточноафганских пле- мен. С этой целью он создал искусственное образование (названное бар-дуррани, т. е. «верхние» или «горные» дуррани), в которое были включены юсуфзаи, тарклан- ри, моманды, хаттаки и некоторые другие восточноафган- ские племена. Однако все эти меры не вносили карди- нальных изменений в сложившуюся обстановку. Основной причиной слабости шахов Дуррани было то обстоятель- ство, что афганские племена и их ханы почти полностью сохранили свою самостоятельность. Даже против Ахмад- шаха ханы неоднократно поднимали восстания 10. И хотя шаху удалось подавить эти восстания, однако корни, из которых вырастали заговоры и мятежи феодалов, уни- чтожены не были. Поэтому афганские земли зачастую, доставляли Ахмад-шаху и его преемникам не меньше тревог и опасений, чем вилайеты Северо-Западной Ин- дии или Восточного Ирана. После смерти Ахмад-шаха в 1773 г.** его сын и пре- емник Тимур-шах перенес столицу из Кандагара, в окре- стностях которого находились поселения племени дур- рани и где ханы этого племени пользовались очень боль- шим влиянием, в Кабул. Чтобы упрочить свою власть, Тимур-шах попытался править, опираясь на личную гвар- дию, служилую бюрократию, верхушку мусульманских богословов и богатых купцов, по возможности не при- влекая ханов племен к решению государственных вопро- сов. Он казнил Шаха Вали-хана Бамизая, вазира своего отца, за попытку возвести на трон после смерти Ахмад- * Путешественники конца XVIII в. среди купцов-индусов Ка- була знали таких, которые владели капиталом до 10 млн. рупий (Хрисанф, митрополит Новопатрасский, о странах Средней Азии, по- сещенных им в 1790 годах. — Чтения в Имп. обществе истории и древ- ностей Российских, кн. I. СПб., 1861, с. II). * * Некоторые источники указывают, что Ахмад-шах умер в 1772 г. (см., например, Махмуд ал-Хусайни, Тарих-и Ахмад-шахи, т. II, л. 635а, 6426). 135
шаха сына покойного шаха — Сулеймана (женатого на дочери Шаха Вали-хана) и. Во время его правления эту должность никто официально не занимал. Связано это было с тем, что, поскольку должность вазира была на- следственно закреплена за кланом бамизай, Тимур-шаху пришлось бы назначить вазиром кого-нибудь из род- ственников казненного Шаха Вали-хана. Делать этого шах не хотел. Он также не хотел в нарушение установ- ленной традиции передавать ее хану другого племени или клана. Попытки Тимур-шаха ограничить влияние афганской аристократии и упрочить собственную власть встречали постоянное противодействие: происходили восстания ха- нов племен и наместников провинций. Пользуясь ослаблением власти шаха, некоторые ха- кимы (правители вилайетов) вели себя в провинциях, отданных под их управление, как в собственных вла- дениях. Например, Султан Махмуд-хан, хаким Музаф- фар-абада, разделил находившиеся в его управлении земли между членами своей семьи, оставив себе «на про- кормление» город Музаффарабад с округой. На жизнь Тимур-шаха неоднократно совершались покушения (по некоторым данным, он погиб от яда) 12. В последней четверти XVIII в. продолжался рост крупного феодального землевладения ханов афганских племен и расхищение ими государственных земель. В то же время усилилось сопротивление покоренных Ахмад- шахом народов. Восстания вспыхивали не только в Пан- джабе, но и на севере, в Южном Туркестане. Все это лишало центральную власть значительной части нало- говых поступлений и ставило шахов Дуррани в зависи- мое от ханов племен положение: у них не было теперь достаточно средств на содержание сильной, боеспособ- ной гвардии. Сын Тимур-шаха, Шах Заман, сделал попытку поло- жить конец растущей феодальной децентрализации и остановить распад державы Дуррани. «Он хотел уничто- жить влияние знати племен, которое способствовало фео- дальной раздробленности, и укрепить центральную власть»13. Были произведены многочисленные казни и конфискации. Многие наследственно закрепленные долж- ности были отобраны у знатных ханов и розданы людям неродовитым, но лично преданным шаху. Шах Заман даже задумал перенести столицу из Кабула в Лахор, 136
что было связано также с завоеваниями, которые он попытался возобновить в Северо-Западной Индии. Б 1799 г. ханы племен, в том числе дуррани, недоволь- ные шахом, организовали заговор, строя планы ограниче- ния его власти. Они намеревались добиться, в частности, выборности шаха и закрепления за ханами права изби- рать и смещать главу государства. Душой заговора был могущественный глава клана баракзаев Паинда-хан. Хо- тя заговор был раскрыт и заговорщики казнены, однако укрепить свое положение Шах Заман не сумел. Не по- могли даже щедрые земельные пожалования и широкая раздача денег, пышных званий и титулов. Сын Паинда- хана — Фатх-хан Баракзай и другие недовольные Шахом Заманом ханы поддержали скрывавшегося в Иране его брата и соперника шах-заде Махмуда. Заман был сверг- нут и ослеплен. Шах Махмуд (1801 —1803 гг.), посажен- ный на трон кликой знатных дурранийских ханов, был игрушкой в их руках. Через некоторое время и он был свергнут; шахом стал другой брат Шаха Замана — Шах Шуджа-уль-Мульк (1803—1809 гг.). Затем вторично во- царился Шах Махмуд (1809—1818 гг.). Каждый из этих дворцовых переворотов сопровождался раздачей ханам племен остатков громадных сокровищ, некогда захвачен- ных Ахмад-шахом во время его победоносных походов, и новыми земельными пожалованиями. Не имея ни реаль- ной власти, ни средств, ни сил, шахи попадали во все большую зависимость «от доброй воли вождей дур- рани» н. Ко времени правления последних шахов из династии Дуррани (т. е. к рубежу XVIII—XIX вв.) относятся пер- вые открытые попытки руководителей английской коло- ниальной политики вмешаться во внутренние дела Афга- нистана. Чтобы не допустить союза между Шахом Зама- ном и правителем Майсура (государства на юге Индии) Типу Султаном, английская Ост-Индская компания, использовав свое влияние в Иране, добилась того, что иранские власти оказали содействие шах-заде Махмуду в его борьбе за афганский трон. Тем самым английские колониальные деятели содействовали свержению Шаха Замана. В конце 1808 г. в Афганистан была направлена дипломатическая миссия, возглавляемая М. Эльфинсто- НОМ, которому 17 июня 1809 г. удалось заключить дого- вор с Шахом Шуджей. Этот договор налагал на Шаха Шуджу обязательства не пропускать через территорию 137
Афганистана французские войска в случае похода На> полеона I на Индию и не присоединяться к франкск русско-иранскому союзу*. Договор остался на бумаге, поскольку вскоре после его подписания Шах Шуджа был свергнут. В державе Дуррани воцарилась полная феодальная анархия. Правители провинций превратились по сути дела в самостоятельных князей. В 1810 г. Музаффар-хан, хаким лЧультана, не получая от центрального правитель- ства помощи против наседавших на него сикхов, вступил в переговоры с генерал-губернатором английской Ост- Индской компании, предлагая признать себя вассалом англичан. Джехандад-хан Нурзай, правитель Аттока, продал этот важнейший стратегический пункт, контро- лировавший переправу через реку Инд, махарадже Пан- джаба — Ранджиту Сингху. Усилились межплеменные войны и столкновения. Пришла в упадок транзитная международная торговля через Афганистан. В этой об- становке реальная власть окончательно перешла в руки ханов наиболее сильных афганских феодальных кланов, самым могущественным из которых был клан барак- заев, возглавляемый Фатх-ханом. В народе он получил прозвище «тадж-бахш» — «раздатчик короны», так как вручал венец шаха Афганистана то одному, то другому принцу — потомку Ахмад-шаха. Провинции, включенные Ахмад-шахом в границы державы Дуррани, одна за другой или становились само- стоятельными, или попадали под власть усилившихся соседей. Синд, Белуджистан, Бахавалпур, Систан, Хора- сан, ханства и бекства Южного Туркестана вышли из- под власти афганских шахов. Земли на правобережье Инда и Кашмир стали добычей махараджи Ранджита Сингха, подчинившего себе ранее весь Панджаб. В собственно афганских областях процесс феодальной децентрализации привел к образованию нескольких са- мостоятельных афганских феодальных княжеств. В боль- шинстве из них (Кабул, Кандагар, Пешавар) власть в 1819 г. захватили баракзайские ханы. И только в Ге- рате у власти удержался один из внуков Ахмад-шаха-^ Шах Махмуд (потеряв в 1818 г. шахский трон, он до 1829 г. управлял Гератом; ему наследовал его сын Кам- ран, правивший Гератом до 1842 г.). * Текст договора приведен в кн.: Сеид Касем Ршития. Афгани- стан в XIX веке, с. 57—58. 138
Объединение части этих княжеств в единое государ- ство произошло уже в новых исторических условиях в середине XIX в. Новое объединение Афганистана и начало английской агрессии После крушения Дурранийской державы Афганистан распался на ряд независимых феодальных владений, са- мыми крупными из которых были Гератское, Кабульское, Кандагарское и Пешаварское княжества. Значительная часть горных афганских племен сохраняла самостоятель- ность. Свержение Садозайской династии и возникнове- ние на обломках Дурранийской державы нескольких крупных и мелких самостоятельных феодальных владе- ний были следствием длительного кризиса, который пе- реживало это государство. Однако уже в первые десяти- летия XIX в. создаются некоторые предпосылки для пре- одоления кризиса и новой политической консолидации. Экономическую основу этой консолидации составляло развитие товарно-денежных отношений в рамках отдель- ных более или менее замкнутых областных рынков, скла- дывавшихся вокруг городов Кабула, Пешавара, Герата и Кандагара 15. Политической консолидации Афганистана в начале XIX в. способствовало и то, что расширившие свои вла- дения ханы нуждались в крепкой власти, которая могла бы оградить их земли от посягательств других феодалов. Наряду с этим сильная государственная власть нужна была феодальным землевладельцам и для подавления сопротивления эксплуатируемых крестьян. Годы политической раздробленности Афганистана совпали по времени с периодом наибольшего могуще- ства государства сикхов в Панджабе, во главе которого стоял махараджа Ранджит Сингх. Британские колони- альные завоеватели уже в начале XIX в. смотрели на Панджаб как на свою будущую добычу и были заин- тересованы в переходе пограничных афганских земель под власть Ранджита Сингха, находя это выгодным для себя в данный момент. В будущем они намеревались поработить и сикхов, и афганцев. Подчинив в 1818 г. Мультан, а в 1819 г. Кашмир, сикхи начали завоевание населенных афганцами обла- стей правобережья Инда. В 1819 г. они подчинили Дера 139
Гази-хан, в 1821 г. Дера Исмаил-хан и заняли господ- ствующее положение в афганских районах среднего те- чения Инда. В 1823 г. Ранджит Сингх, удовлетворявшийся до того времени номинальным признанием его сюзеренитета ха- нами Пешавара, направил свои войска в Пешаварскую область с целью пресечь на нее влияние правителей Ка- була. Решающее сражение сикхов с афганскими опол- чениями произошло под Наушерой в марте 1823 г. Одер- жав победу, Ранджит Сингх овладел Пешаваром, после чего этот крупный хозяйственный и культурный центр остался за пределами Афганского государства. К власти в Кабуле в 1826 г. пришел Дост Мухаммад- хан, энергичный правитель, которому вскоре удалось подчинить Газни и значительно расширить свои владе- ния. В дальнейшем он последовательно и настойчиво стремился к главенству над своими братьями, правив- шими в других областях, районах и городах Афганиста- на. Объективным результатом политики Дост Мухам- мад-хана явилось значительное (хотя и не окончатель- ное) преодоление феодальной раздробленности, что зна- меновало новый этап в истории Афганского государства. Одним из важнейших мероприятий, осуществленных Дост Мухаммад-ханом, было создание регулярного вой- ска. В кабульских оружейных мастерских изготовлялись длинноствольные мушкеты, отличавшиеся большей даль- нобойностью, чем даже ружья, которыми тогда была вооружена английская колониальная армия в Индии. Опираясь на новое войско, Дост Мухаммад-хан распро- странил свою власть на ряд районов Афганистана. В конце 1833 г. он подчинил Джелалабад. Усиление независимого Кабульского княжества и успехи Дост Мухаммад-хана в объединении государства препятствовали планам английской экспансии в Афга- нистан и далее в Среднюю Азию. Непримиримая пози- ция Ост-Индской компании в отношении Дост Мухам- мад-хана объяснялась стремлением ликвидировать это препятствие. Ост-Индская компания попыталась исполь- зовать для подрыва проводившейся Дост Мухаммад-ха- ном политики объединения Афганистана своего ставлен- ника — бывшего шаха Шуджа-уль-Мулька, проживавше- го в Индии на английском содержании. В 1833 г. англичане предприняли ряд шагов, готовя поход ШуджИ в Афганистан. Им удалось договориться с Ранджит 140
Сингхом о содействии Шудже. Кроме того, Ост-Индская компания попыталась восстановить афганских вождей против Дост Мухаммад-хана. В марте 1834 г. Шуджа с 22-тысячным войском, на< вербованным и вооруженным с помощью Ост-Индской компании, выступил через Боланский проход на Канда- гар. Кандагарские правители обратились за помощью к Дост Мухаммад-хану. В конце июня 1834 г. произошло решающее сражение у поселения Кала-йи Азим, непо- далеку от Кандагара. Шуджа был разбит и бежал с поля боя. Воспользовавшись создавшейся в результате по- хода Шуджи обстановкой, сикхи в 1834 г. окончательно включили Пешавар и Пешаварскую область в состав своих владений. Дост Мухаммад-хан не мог примириться с потерей Пешавара. Однако вернуть его путем переговоров с Ран- джит Сингхом не удалось, и в сентябре 1834 г. Дост Мухаммад объявил джихад («священную войну») про- тив сикхов. Поскольку прерогативой объявления «свя- щенной войны» мог обладать только суверенный мусуль- манский государь, он получил от мусульманских бого- словов Кабула титул эмира («амир ал-муминин» — «по- велитель правоверных»). Дост Мухаммад-хан отказался от шахского титула, вероятно опасаясь недовольства сво- их многочисленных честолюбивых и завистливых брать- ев. С большими затруднениями собрав около 500 тыс. рупий, Дост Мухаммад-хан снарядил довольно много- численное войско и при участии ополчения афганских племен выступил на Пешавар. Но поход его окончился неудачей, несмотря на то что дело не дошло даже до решительного сражения. Использовав раздоры между Дост Мухаммад-ханом и сардарами Пешавара (Султа- ном Мухаммад-ханом и его братьями), Ранджит Сингх сумел привлечь их на свою сторону. После того как зна- чительная часть войска покинула Дост Мухаммад-хана, он вернулся в Кабул. Однако эмир не примирился с потерей Пешавара. Все более убеждаясь в том, что англичане не желают содействовать его планам возвращения Пешавара и что политика Ост-Индской компании (стоявшей за спиной Ранджита Сингха и Шуджи) является главным препят- ствием в деле объединения Афганистана, Дост Мухам- мад предпринял важные внешнеполитические шаги. В сентябре 1835 г. он направил к шаху Ирана посла 141
с письмом, в котором предлагал объединить силы для борьбы против правителя Герата. В октябре 1835 г. эмир обратился с письмом к рус- скому царю Николаю I, которое в мае 1836 г. было доставлено афганскими посланцами в Оренбург. Оренбургский губернатор В. А. Перовский, придавая большое значение дипломатическому шагу Дост Мухам- мад-хана, направленному на установление дружествен- ных отношений между Афганистаном и Россией, отпра- вил афганских посланцев в Петербург в сопровождении своего адъютанта И. В. Виткевича. В мае 1836 г. Дост Мухаммад-хан обратился к гене- рал-губернатору Индии лорду Д. Окленду с просьбой о содействии в урегулировании афгано-сикхских отно- шений. Афганский эмир соглашался признать власть сикхов над Кашмиром при условии, что ему будет воз- вращен Пешавар. Однако воссоединение Пешавара с Аф- ганистаном противоречило интересам руководителей ан- глийской колониальной политики, и они не пошли на- встречу планам эмира. Сопровождавший из Оренбурга в Петербург афган- ских посланцев И. В. Виткевич затем был назначен цар- ским министерством иностранных дел представителем России в Кабуле. Его обязанностью, как указывалось в инструкции, было содействовать примирению «афган- ских владельцев», т. е. Дост Мухаммад-хана и кандагар- ского правителя Кохандиль-хана. И. В. Виткевич должен был также разъяснить баракзайским правителям, «что Россия по дальности расстояния не может оказывать им действительной помощи, но тем не менее принимает в них искреннее участие и всегда будет через посредство Персии оказывать дружеское за них заступление...». Кроме того, ему поручалось выявить возможности рас- ширения русско-афганской торговли 16. По пути в Кабул И. В. Виткевич побывал в Канда- гаре. Там русский представитель принимал участие в переговорах иранцев с Кохандиль-ханом, в результате которых было принято решение о союзе, направленном против садозайского правителя Герата. В декабре 1837 г. И. В. Виткевич прибыл в столицу Дост Мухаммад- хана, где в это время находилась английская миссия А. Бернса. В создавшейся обстановке правивший в Иране Му- хаммад-шах с одобрения царской дипломатии предпри- 142
нял большой поход на Герат и в октябре 1837 г. осадил город. Международное положение Афганистана станови- лось все более напряженным. Англичане в свою очередь оказали материальную помощь правившему Гератом Камрану. Кроме того, на- правленный ими в Герат офицер Э. Поттинджер факти- чески руководил обороной города. А в лагере войск иранского шаха находился в качестве военного со- гетника служивший в русском посольстве И. Бларам- берг. Деятельность находившейся в Кабуле английской миссии А. Бернса преследовала цель подготовить завое- вание Афганистана Ост-Индской компанией17. На А. Бернса была возложена задача помешать сближению Дост Мухаммад-хана и баракзайских правителей Кан- дагара с Ираном, не допустить их совместного выступле- ния против Гератского владения. Однако миссия А. Берн- са потерпела неудачу прежде всего в результате агрессивных намерений руководителей английской коло- ниальной политики по отношению к Афганистану. Во время переговоров А. Бернс получил от лорда Окленда письмо, в котором предписывалось категори- чески отвергнуть притязания Дост Мухаммад-хана на Пешавар и дать ему понять, что англичане открыто под- держат нападение Ранджит Сингха на Афганистан, если эмир не прекратит дружественных связей с Ираном и Россией. А. Бернсу также вменялось в обязанность по- требовать от Дост Мухаммад-хана прервать сношения с Россией и Ираном, немедленно выслать из Кабула И. В. Виткевича и никогда впредь не принимать русских и иранских представителей без санкции на то англий- ских властей. Поскольку Дост Мухаммад-хан не принял этих ультимативных требований, в апреле 1838 г. А. Бернс выехал из Кабула. В этой обстановке И. В. Виткевичу удалось оказать содействие в примирении Дост Мухаммад-хана с кан- дагарским правителем Кохандиль-ханом и склонить их к оборонительному союзу с Ираном против угрозы на- падения Англии. Проект договора должен был вступить в силу при условии гарантии со стороны царского пра- вительства. И. В. Виткевичу удалось также успешно до- говориться с Дост Мухаммад-ханом о расширении тор- говли между Россией и Афганистаном. Кроме того, он обещал эмиру содействие России в борьбе за возврате- 143
нпе Пешавара. Это весьма благоприятно сказалось на результатах переговоров. Однако в политике царского правительства в это вре- мя произошли значительные изменения, препятствовав- шие продолжению прежней линии противодействия анг- лийской экспансии на Среднем Востоке. Стремясь сбли- зиться с Англией при разрешении турецко-египетского конфликта и надеясь получить поддержку англичан в во- просе о проливах, царское правительство пошло на уступки в гератском вопросе. И. В. Виткевич покинул Афганистан. Иранскому шаху и кандагарскому прави- телю было сообщено о несогласии царя утвердить ирано- афганский договор. Таким образом дипломатические ре- зультаты миссии И. В. Виткевича были сведены на нет. Несмотря на это, англичане продолжали использо- вать миссию И. В. Виткевича как предлог для развязы- вания войны против Афганистана, утверждая, будто кон- такт Дост Мухаммад-хана с Ираном и Россией создает угрозу безопасности Британской Индии. Проводя внешнеполитическую подготовку к войне против Афганистана, руководители английской колони- альной политики предприняли попытки привлечь к ак- тивному участию в войне Ранджит Сингха, отношения которого с Дост Мухаммад-ханом оставались по-преж- нему очень неприязненными. Ранджит Сингх не шел ни на какие уступки Дост Мухаммад-хану в вопросе о воз- вращении Пешавара. Напротив, в ходе длительных пере- говоров, используя напряженность внешнеполитической обстановки, он пытался добиться новых приобретений в афганских землях или политических выгод. В мае 1838 г. для переговоров с Ранджит Сингхом в Лахор был послан Вильям Макнотен, секретарь по иностранным делам при генерал-губернаторе Индии. Ему удалось склонить Ранджит Сингха к заключению с Шуд- жой союзного договора, гарантированного Ост-Индской компанией. Этот договор был подписан в июле 1838 г. Ост-Индская компания и Ранджит Сингх принимали на себя обязательство восстановить Шуджу на шахском троне Афганистана. За обещанную военно-политическую поддержку Шуджа уступал англичанам не принадлежав- ший ему Синд и подтверждал отказ в пользу государ- ства сикхов «на вечные времена» от Пешавара, Муль- тана, Кашмира и других завоеванных Ранджит Сингхом областей, входивших прежде в состав владений садо- 144
зайских шахов Афганистана. Шуджа обещал также отка- заться от присоединения к своему будущему государству Герата. Внешняя политика Афганистана и государства сикхов должна была быть поставлена под контроль анг- личан. Условиями договора предусматривалось, что Шуджа после восстановления на троне пригласит англий- ских офицеров для организации войска. Не желая обострять отношений с Англией и уступая ее дипломатическому давлению, Ранджит Сингх пошел на подписание договора, в то же время категорически отказавшись пропустить войска Ост-Индской компании через территорию Панджаба. Ост-Индская компания должна была изменить не только первоначальные планы движения своих войск, но и их состав, включив в экс- педиционный корпус в дополнение к частям, укомплек- тованным индийскими сипаями, также и британские ре- гулярные части. Следующим шагом английской политики при подго- товке вторжения в Афганистан был нажим на иранского шаха с целью заставить его прекратить осаду Герата. Английское правительство пошло даже на разрыв дипло- матических отношений с Ираном. Под угрозой войны иранский шах был вынужден в конце августа — начале сентября 1838 г. снять осаду и отвести войска от города. Добившись отступления царской дипломатии, заклю- чив договор с Ранджит Сингхом и Шуджей и заставив иранского шаха отвести свои войска от Герата, англи- чане ускорили подготовку к вторжению в Афганистан. Пытаясь оправдать захватническую войну и скрыть ее истинные причины и цели, генерал-губернатор Индии Д. Окленд 1 октября 1838 г. опубликовал в Симле мани- фест (декларацию), своим лицемерием и лживостью вы- делявшийся даже среди самых позорных документов в истории колониальной политики. В манифесте декла- рировалась «необходимость» свергнуть Дост Мухаммад- хана и возвести на афганский трон Шуджу при под- держке армий Ост-Индской компании. Накануне английской агрессии подвластная Дост Му- хаммад-хану территория Юго-Восточного Афганистана простиралась от Кохистана (на север от Кабула) до Мукура на юго-западе и от Бамиана на северо-западе до Хайберского прохода на юго-востоке. Общая числен- ность населения подвластных Дост Мухаммад-хану зе- мель составляла около 1 300 тыс. человек. 145
Территория Кандагарского княжества была разделена между правившими в нем братьями Кохандилем, Рахм- дилем и Мехрдилем. Каждый из них имел свой двор и получал по степени старшинства свою долю из доходов княжества, собирая налоги с населения непосредственно управляемой территории. В княжестве проживало при- близительно 700—800 тыс. человек. Внутреннее положе- ние в этом княжестве не отличалось прочностью. Не только среди крестьян, но и среди городского населения было немало недовольных. Оппозиционное отношение к власти проявляла и значительная часть господствовав- шего класса — ханы дурранийских племен, чьи привиле- гии ущемлялись кандагарскими правителями, а также суннитские богословы, осуждавшие связи правителей Кандагара с шиитским Ираном. Кандагарское княже- ство ослаблялось и взаимной враждой братьев-правите- лей, часто ссорившихся друг с другом. Руководители Ост-Индской компании знали слабые стороны баракзаев и надеялись воспользоваться ими в предстоявшей войне. В конце 1838 г. войска Ост-Индской компании под командованием генерал-лейтенанта Кина были двинуты на Афганистан. В начале апреля 1839 г. все отряды, предназначенные для вторжения в Афганистан через Кандагар, соединились в Кветте. В состав этого войска, именовавшегося «армией Инда», входило около 20 тыс. строевых солдат и офицеров. Однако общая численность его была значительно большей, так как при войске нахо- дилось около 38 тыс. обозной и лагерной прислуги. Фак- тическим руководителем экспедиции был секретарь англо-индийского правительства Вильям Макнотен, на- ходившийся при Шудже в качестве «посла и министра». В середине апреля началось продвижение на Канда- гар. Завоеватели вначале не встретили почти никакого сопротивления со стороны афганцев. Более того, некото- рые влиятельные афганские сардары, подкупленные анг- личанами, при приближении «армии Инда» к Кандагару перешли на сторону Шуджи. Вскоре после вступления британских войск в Канда- гар состоялась церемония реставрации Шуджи на пре- столе. Накануне, 7 мая 1839 г., он подписал направ- ленный на уничтожение независимости Афганистана договор из восьми пунктов. Его текст включал подтвер- ждение договора, заключенного в июле 1838 г., согласие Шуджи на изоляцию Афганистана от внешнего мира, 146
а также на то, что английские оккупационные войска будут оставлены в Афганистане, и ряд других усло- вий 18. Положение Дост Мухаммад-хана, готовившегося к отпору завоевателям, осложнялось восстанием в кабуль- ском Кохистане. Тем не менее он сумел отправить к Хай- берскому проходу часть лучших сил под начальством своего сына Мухаммад Акбар-хана, а также собрать силы в Газни и в Кабуле. С самого начала войны стало выясняться отрицатель- ное отношение афганского народа к шаху Шудже, кото- рый прибыл в страну с войсками иноземцев. Сопротив- ление афганцев облекалось в форму религиозной войны за веру, против англичан. 21 июля 1839 г. передовые английские отряды подо- шли к крепости Газни, считавшейся неприступной и хо- рошо подготовленной к осаде. Однако в результате пре- дательства англичанам стало известно о численности войск в Газни, о наиболее уязвимом месте обороны го- рода — незабаррикадированных «Кабульских воротах». Взяв город штурмом, английские завоеватели учинили кровавую расправу над жителями Газни19. Через неделю, оставив в захваченной крепости гар- низон, они выступили на Кабул. Через Хайберский про- ход на Кабул также продвигался 11-тысячный англий- ский отряд; вскоре англичане взяли Джелалабад. Дост Мухаммад-хан с собранным им войском, в кото- ром насчитывалось до 6 тыс. человек, выступил из Ка- була навстречу англичанам и Шудже. Но измена части военачальников заставила Дост Мухаммад-хана поки- нуть войско, отступив с семьей и немногочисленными приближенными в Бамиан, а затем дальше на север, в Хульм. Покинутое им войско рассеялось. 7 августа 1839 г. англичане и Шуджа без боя вошли в столицу. Для размещения своих многочисленных домочадцев шах получил кабульский замок Бала-Хисар, за стенами которого от его имени распоряжались ненавистные на- роду иноземцы. Главный представитель Ост-Индской компании «посол и министр при дворе шаха» Вильям Макнотен, человек самоуверенный и тщеславный, поль- зовался диктаторской властью в стране. Избалованные легкими победами в колониальных войнах, британские чиновники и офицеры полагали, что их положение и в этой оккупированной стране прочно. 147
Пренебрегая элементарными мерами предосторожности, английское командование чрезвычайно неудачно разме- стило войска в окрестностях Кабула — в болотистой ни- зине, в крайне невыгодной с военной точки зрения мест- ности. К тому же вскоре часть оккупационных войск была выведена из Афганистана, причем значительно уменьшилась численность гарнизона, находившегося под Кабулом. Между тем в Афганистане началась партизан- ская война, возрастало недовольство различных слоев населения. От планов немедленного наступления на Юж- ный Туркестан, где укрывался Дост Мухаммад-хан, англичанам пришлось отказаться, так как местное насе- ление готовилось оказать им сопротивление. В целях отпора завоевателям Дост Мухаммад-хан пытался объединить силы правителей нескольких ханств левобережья Амударьи. Не добившись успеха, он всту- пил в переговоры с эмиром Бухары Насрулла-ханом и с персидским шахом. Бухарский эмир пригласил его при- ехать в свои владения, обещая убежище и подавая на- дежды на помощь. Однако приехавший в Бухару Дост Мухаммад-хан был принят холодно, поставлен под над- зор и оказался на положении пленника. Он не только не мог рассчитывать на получение помощи от бухарского эмира, но думал лишь о том, как бы ему выбраться от- сюда невредимым 20. Через некоторое время Дост Мухаммад-хан решил бежать. С большим трудом ему удалось добраться до Ш ахрисябза. Оттуда он направился к правителю Хуль- ма, оказавшему ему помощь в организации сил для про- должения борьбы с англичанами. Летом 1840 г. в Кабуле были получены тревожные известия о возвращении Дост Мухаммад-хана, который собирал воинов под свои зна- мена. В Афганистане тем временем нарастало недовольство народа. Гильзаи поднимали одно восстание за другим. Особенно крупным было их восстание в апреле 1840 г. Волнения вспыхивали и во многих других местностях страны — в Кандагарской области, в Хайберском районе. В августе Дост Мухаммад-хан двинулся к Бамиану. Положение англичан стало критическим, и только при- бытие сильного подкрепления из Кабула во главе с пол- ковником Денни предотвратило их разгром на этом уча- стке. В сентябре англичанам, имевшим большой пере- вес в артиллерии, удалось разбить плохо вооруженное 148
ополчение Дост Мухаммад-хана. Но он не сложил ору- жия и направился в Кохистан Кабула, где возглавил со- противление народа, создав серьезную угрозу Шудже и английскому гарнизону. Из Кабула против Дост Мухаммада были направле- ны крупные силы. 2 ноября 1840 г. в битве у Парвана англичане были разбиты, понеся большие потери уби- тыми и ранеными. Они отступили, опасаясь восстания в находившихся у них в тылу районах, а также окруже- ния. Но именно в этот момент при остающихся не вполне ясными обстоятельствах, во всяком случае совсем не- ожиданно для англичан, Дост Мухаммад-хан оставил свое войско, приехал в Кабул и сдался в плен. Желая поскорее удалить из страны популярного в ней эмира, англичане отправили его под сильной охраной в Индию. В первый момент после капитуляции эмира волна восстаний, охвативших Афганистан, спала; казалось, на- ступила полоса затишья. Однако эта тишина была об- манчивой. Вскоре на борьбу поднялся весь народ, высту- пление которого оказало решающее влияние на исход событий. Весной и летом 1841 г. в стране все шире стало разгораться пламя народной войны. Служители культа, считавшие установление власти «неверных» (англичан) осквернением мусульманского правоверия, перестали упоминать имя Шуджи в «хутбе» — при молитвах, чи- таемых в праздничный день пятницы. Трудовые слои населения выступали против усиления налогового гнета. Зима 1840/1841 г. во многих местностях Афганистана была голодной. Невелики были продовольственные ре- сурсы и в окрестностях столицы. Крупные закупки про- вианта и фуража для английского лагеря вскоре вызва- ли резкое повышение цен на продовольствие на базарах Кабула. Английские завоеватели восстановили против себя все слои населения Афганистана. Но ни возрастав- шее недовольство народа, ни усиливавшаяся волна вос- станий не поколебали уверенности английских руково- дителей, и в том числе Макнотена, в прочности их положения в оккупированной стране. Признаки готовившихся в Афганистане больших со- бытий начали с особой силой проявляться с сентября 1841 г. Непосредственно кабульскому восстанию пред- шествовало крупное вооруженное выступление гильзаев, которые прервали сообщение кабульского гарнизона с Индией. В ночь на 2 ноября 1841 г. началось восстание 149
в Кабуле. Повстанцы окружили дома британского рези- дента в Кабуле Александра Бернса и других английских офицеров. После безрезультатной попытки успокоить восставших, предлагая им выкуп, А. Бернс переоделся в женское платье и бежал, но был опознан и убит. В кабульском восстании приняли участие городская беднота, ремесленники и торговцы, а также крестьяне окрестных селений. Вскоре к ним присоединились подо- шедшие к столице отряды афганских племен. Англий- ские войска, находившиеся в Шерпурском лагере (близ Кабула), были деморализованы и активных действий против повстанцев не предпринимали. Столица оказа- лась полностью в руках восставших. К тому же 5 ноября 1841 г. английские склады продовольствия были захва- чены афганцами. Английский гарнизон оказался в весь- ма критическом положении. После упорного боя, в кото- ром англичане потеряли несколько сот убитыми и часть своих пушек, повстанцы овладели важными позициями на высотах Бемару. К этому времени среди вождей освободительной борьбы афганского народа на первое место выдвинулся Мухаммад Акбар-хан, сын эмира. Макнотену пришлось пойти на переговоры с вождями афганцев и 11 декабря 1841 г. подписать соглашение с ними, содержавшее обя- зательство вывести английские войска из Афганистана, вернуть пленных и возвратить на родину Дост Мухам- мад-хана. Но подписание соглашения было со стороны Макно- тена лишь маневром. Он по-прежнему старался вызвать разлад среди участников восстания, захватить, если представится удобный случай, вождей повстанцев и уни- чтожить их. Однако Мухаммад Акбар-хан разгадал ве- роломные планы Макнотена и, предупреждая его дей- ствия, попытался во время переговоров 23 декабря 1841 г. взять его в плен. Оказавшего сопротивление Макнотена Мухаммад Акбар-хан застрелил. Смерть Макнотена вызвала среди англичан паниче- ские настроения. 1 января 1842 г. между английскими руководителями и афганскими сардарами было заклю- чено новое соглашение, по условиям которого предусма- тривался немедленный вывод английских войск из Афга- нистана. Из Кабула вышло около 4,5 тыс. солдат и офи- церов с девятью орудиями и 12 тыс. человек лагерной и обозной прислуги. Суровая зима и действия афганских 150
партизан превратили отступление деморализованных ан- глийских и сипайских частей в катастрофу; вся оккупа- ционная армия была уничтожена. В начале 1842 г. еще продолжались нападения афганских отрядов на англий- ские гарнизоны, оставшиеся в некоторых городах и рай- онах страны. После ухода иноземных войск из Кабула Шуджа вы- нужден был под давлением народных масс объявить «священную войну» англичанам и выступить на Джелал- абад, где он рассчитывал перейти в английский лагерь. Однако в пути на него напал один из баракзайских сар- даров с небольшой группой приверженцев. Шуджа был застрелен как изменник21. В начале апреля 1842 г. на выручку осажденного Джелалабадского гарнизона двинулись из Пешавара части генерала Поллока. Почти не встретив сопротив- ления (вожди афганских племен в Хайберском районе были подкуплены англичанами), войска Поллока 17 ап- реля подошли к Джелалабаду. Мухаммад Акбар-хан вступил в переговоры с Пол- локом об условиях вывода английских войск из Афгани- стана и о возвращении Дост Мухаммад-хана из плена, но, получив известие о смерти Шуджи и вступлении на трон его сына Фатх Джанга, срочно выехал в Кабул. Здесь он занял пост вазира при Фатх Джанге, который, однако, вступив на путь предательства, бежал в Джелал- абад к англичанам. Между тем новый генерал-губернатор Индии Эллен-* боро послал в войска дополнительные инструкции, фак- тически предписание начать карательную экспедицию. В августе 1842 г. англичане двинулись на Кабул и вско- ре заняли его, водворив в Бала-Хисаре Фатх Джанга. Заняв столицу Афганистана, английские колонизаторы сожгли и разграбили город и его окрестности, убили ты- сячи мирных жителей. В ряде районов страны действо- вали английские карательные отряды. Однако удержать под своей властью Афганистан англичане не смогли. Непрекращавшаяся народная вой- на вынудила их покинуть территорию этой страны. По- скольку Фатх Джанг, понимавший, что без поддержки иноземцев он не удержится у власти, отрекся от пре- стола, вместо него перед уходом из Кабула англичане возвели на трон Шахпура (также сына Шуджи). Вскоре новый шах, узнав о готовящемся выступлении Мухам- 151
мад Акбар-хана, бежал из столицы. А в начале 1843 г. и Дост Мухаммад-хану было разрешено вернуться на родину. Тем самым англичане признали провал своей политики в отношении Афганистана. Так закончилась первая англо-афганская война 1838—1842 гг. Героическая борьба народов Афганистана привела к победе над сильным и опасным врагом. Отважные сол- даты и воины ополчений племен, будучи опытными в ве- дении партизанской войны, хорошо использовали усло- вия гористой местности. Особенно сильные удары завое- вателям наносили гильзаи, неоднократно перерезавшие пути из Кабула на Кандагар и Джалалабад. Героиче- ские подвиги в войне 1838—1842 гг. оставили немеркну- щую память в патриотических градациях народов Афга- нистана. Возвратившись к власти, Дост Мухаммад-хан настой- чиво продолжал проводить политику объединения стра- ны. Ему пришлось затратить немало времени и усилий для установления действенной власти над рядом рай- онов в своих владениях, поскольку Кабульское княже- ство в результате предшествовавших событий факти- чески распалось на отдельные части. В связи с этим эмир назначил правителями над городами и областями своих сыновей. В середине 40-х годов XIX в. власть Дост Мухаммад- хана распространялась не более чем на одну четвертую нынешней территории Афганистана. В Кандагаре вновь самостоятельно правил Кохандиль-хан, в Герате после смерти Камрана (1842 г.) власть сосредоточил в своих руках его вазир Яр Мухаммад. Проводя политику объ- единения страны, Дост Мухаммад опирался на восста- новленное им войско. Он старался реорганизовать его, улучшить вооружение, военную подготовку. В 1843 г. Ост-Индская компания захватила Синд, эмиры которого признавали в прошлом верховную власть афганских государей. В результате первой англо-сикх- ской войны 1845—1846 гг. Ост-Индская компания уста- новила свой контроль над Панджабом. Территория сикх- ского государства после этого была сильно урезана, и самостоятельность его становилась лишь формальной. Фактическим хозяином в Лахоре сделался английский резидент. В апреле 1848 г. части сикхской армии в Муль- пане подняли восстание против английского господства. В ноябре 1848 г. войска Ост-Индской компании без объ- 152
явления войны пересекли границы владения сикхов На- чалась вторая англо-сикхская война. Дост Мухаммад-хану и его приближенным стало ясно, сколь большую угрозу для будущего Афганистана создает новое наступление английских колониальных завоевателей на северо-западе Индии. В конце 1848 г. в ответ на просьбу Чаттар Сингха (сикхский наместник в области Хазара) оказать ему военную помощь против англичан Дост Мухаммад-хан заключил с ним соглаше- ние. Афганский эмир обещал послать войско, а за это сикхи обязывались возвратить афганскому эмиру Пеша- варскую область. Войска Дост Мухаммад-хана, в том числе отряд аф- ганской конницы, вступили в Пешаварскую область. Но эта сравнительно незначительная поддержка не могла изменить соотношения сил, неблагоприятно складывав- шегося для сикхов. В феврале 1849 г. войскам Ост-Инд- ской компании удалось нанести сикхам решающее пора- жение, а затем оккупировать весь Панджаб. В марте 1949 г. было объявлено о включении Панджаба в состав британских колониальных владений в Индии. Поскольку дальнейшая борьба за Пешаварскую область грозила привести к войне с англичанами, Дост Мухаммад-хан решил отступить и отвел свои войска. Афганское насе- ление захваченных прежде сикхами Пешаварской и дру- гих областей попало под власть английских колониза- торов. Возвратившись в Афганистан и потеряв надежду на возможность успешных действий на востоке и юго-вос- токе, Дост Мухаммад-хан перешел к активной политике на севере. Он направил туда крупную военную экспеди- цию. Так началось растянувшееся затем на долгие годы завоевание левобережья Амударьи войсками афганских эмиров. В 50-х годах XIX в. в состав владений Дост Мухаммад-хана уже была включена новая провинция — Афганский Туркестан. Правителем ее он назначил 1Чу- хаммад Афзал-хана, своего старшего сына. Однако международная обстановка и положение в Британской Индии побудили английскую дипломатию пойти на сближение с Дост Мухаммад-ханом. Британ- ские правящие круги на данном этапе готовы были до- вольствоваться установлением контроля над внешней политикой Дост Мухаммад-хана и использованием Афга- нистана и его эмира как союзника против Ирана, а так- 153
же в качестве своего орудия в явной и тайной борьбе против русского влияния на Среднем Востоке. Поэтому англичане в течение ряда лет поддерживали афганского эмира деньгами и оружием. Со своей стороны Дост Мухаммад-хан шел навстречу предложениям Ост-Индской компании об урегулирова- нии взаимоотношений, будучи заинтересованным для укрепления своей власти и объединения Афганистана прежде всего в мире. Первоначальная договоренность между английскими властями в Индии и Дост Мухаммад-ханом была, по- видимому, достигнута уже после окончания первой ан- гло-афганской войны, когда англичане разрешили эмиру выехать в Афганистан22. В середине 50-х годов XIX в. Дост Мухаммад вступил на путь сближения с Англией. Одной из непосредственных причин, побудивших его к этому, была угроза Герату со стороны Ирана. В результате переговоров между эмиром Афгани- стана и Англией 30 марта 1855 г. был заключен договор. Он состоял из трех статей. В статье 1 провозглашалось установление мира и дружбы между Ост-Индской ком- панией и эмиром Дост Мухаммад-ханом и его наследни- ками. В статьях 2 и 3 договаривавшиеся стороны обязы- вались уважать целостность территории друг друга. Дост Мухаммад-хан в дополнение к этому от своего име- ни и от имени своих преемников обязывался «быть другом друзей и врагом врагов» Ост-Индской компании. В то же время на английскую сторону подобного обяза- тельства не возлагалось. Это свидетельствует о том, что договор был неравноправным, ибо предоставлял Англии гораздо большие выгоды и односторонние преимущества. Она приобретала в лице афганского эмира союзника, не принимая, однако, на себя обычных между союзными державами обязательств. Обещание Дост Мухаммад-хана уважать целостность территории Ост-Индской компании было признанием ее прав на владение в числе прочего также Пешаваром и другими населенными афганцами областями, захвачен- ными английскими колонизаторами в 1849 г. Отторжение ряда населенных афганцами областей английскими ко- лонизаторами в результате аннексии ими Панджаба, за- крепленное затем неравноправным договором с Дост Л1ухаммад-ханом, явилось начальным этапом возникно- вения проблемы Пуштунистана. 154
Отказ от значительной части коренных афганских земель в результате договора 1855 г. и односторонние союзнические обязательства — такова была цена, запла- ченная Дост Мухаммад-ханом за английскую помощь деньгами и оружием, за обещание Ост-Индской компа- нии не вмешиваться во внутренние дела его государства и за согласие не препятствовать присоединению Канда- гара (а затем и Герата) к его владениям. Афганистан во второй половине XIX века В 50-х — начале 60-х годов XIX в. Дост Мухаммад- хану удалось объединить под своей властью основные области Афганистана, входившие прежде (с середины XVIII в.) в состав этого государства, за исключением Пешавара и других городов и областей на правобережье реки Инд, вошедших в 1849 г. в состав британских ко- лониальных владений в Индии. В феодальном государ- стве Дост Мухаммад-хана еще не сложились прочные экономические связи между вошедшими в него областя- ми. Эмир сумел добиться некоторых временных успехов в обуздании сепаратистских тенденций многочисленных местных феодалов. Однако объединенное им государство еще не было стабильным и устойчивым, о чем свидетель- ствуют междоусобицы, разгоревшиеся в Афганистане вскоре после смерти Дост Мухаммад-хана. В конце своего правления Дост Мухаммад-хан пред- принял поход на Герат. Он выступил в июне 1862 г. с сильным войском из Кандагара, подошел в начале июля к Герату и осадил его. В конце мая 1863 г. город был взят. Дост Мухаммад-хан ненадолго пережил эту послед- нюю победу. 9 июня 1863 г. в Герате он скончался. После смерти Доет Мухаммад-хана в Герате в присут- ствии почти всех его сыновей состоялось провозглашение наследника Шер Али-хана эмиром Афганистана. Вскоре Шер Али выехал в Кабул, оставив в Герате сильный гарнизон и своего третьего сына Якуба (тогда еще несо- вершеннолетнего) в качестве правителя23. Сначала все братья Шер Али-хана согласились при- знать его власть. Но вскоре между ними вспыхнула меж- доусобная борьба, и военные действия охватили всю страну. Мухаммад Афзал и Мухаммад Азам боролись 155
за эмирский престол. Мухаммад Амин и Мухаммад Ша- риф противились распространению власти Шер Али- хана на районы, которые они рассматривали как свои собственные наследственные владения. Другие братья поднимали мятежи в ответ на попытки эмира ликвиди- ровать такие привилегии феодального характера, как право иметь личные войска и не уплачивать в казну на- лога со своих земель. Одним из первых против нового эмира выступил Мухаммад Азам, обосновавшийся в Зур- мате. Однако он не смог противостоять эмирскому вой- ску, бежал в Кохат и остался затем жить в Равалпинди, пользуясь покровительством английских властей и полу- чая от них пособие. Руководители английской колониальной администра- ции содействовали продолжению междоусобиц в Афга- нистане. Для этого у них были свои причины. Проводя после подавления индийского восстания 1857—1859 гг. политику «закрытой границы» в отношении соседних аф- ганских племен, британские колониальные власти, одна- ко, часто направляли карательные экспедиции в их зем- ли, прежде всего в горные районы, расположенные между Сватом и Индом. Здесь вместе с афганцами ак- тивное участие в борьбе против англичан принимали эмигранты из Индии, сторонники мусульманского дви- жения «тарика-йи-мухаммадийа»24. Британские колони- заторы рассматривали земли пограничных с Индией аф- ганских племен как объект своей экспансии в будущем, а потому считали нежелательным укрепление в этих зем- лях влияния и власти эмиров Афганистана. Междоусо- бицы в Афганистане были для них выгодными. На втором году после смерти Дост Мухаммад-хана начался крупный вооруженный конфликт между эмиром Шер Али-ханом и его старшим братом Афзалом. Эмир- ские войска одержали победу в сражении, происшедшем в горной местности Баджгах, в одном из горных прохо- дов Гиндукуша. После этого Шер Али-хан назначил правителем Афганского Туркестана Фатх Мухаммад- хана, а взятого под стражу Афзала с его семьей увез в Кабул, затем отправил в Газни и держал там в заклю- чении. Между тем междоусобная борьба в Афганистане раз- горалась с еще большей силой. В числе активных про- тивников эмира оказались его братья Мухаммад Амин- хан и Мухаммад Шариф-хан. Решающее сражение 156
с ними произошло в июне 1865 г. при Каджбазе, в районе Калат-и Гильзаи. В ходе этой битвы, в которой победу одержали эмирские войска, состоялся поединок между Мухаммад Али-ханом (любимым сыном и наследником эмира) и Мухаммад Амин-ханом, закончившийся гибе- лью обоих25. Шер Али-хан впал в тяжелую душевную депрессию и долгое время, находясь в Кандагаре, не мог заниматься государственными делами. Распространив- шиеся об этом вести способствовали усилению беспоряд- ков, приведших к тому, что в мае 1866 г. Мухаммад Афзал-хан овладел Кабулом и стал эмиром. Шер Али-хан, отступивший из Кандагара в Герат, сумел там укрепиться и распространить свое влияние на Афганский Туркестан. Руководители британской коло- ниальной политики поспешили признать Мухаммад Аф- зал-хана эмиром Кабула и Кандагара, но одновременно признавали и Шер Али-хана, правившего в Герате. Мухаммад Афзал, недовольный такой политикой англи- чан, не доверял им и делал попытки установить сно- шения с Россией, предполагая найти в ней более надеж- ную опору. В октябре 1867 г. Мухаммад Афзал умер. Управле- ние Кабулом перешло в руки Мухаммад Азама, про- возглашенного эмиром. Однако власть его оказалась непрочной. В 1868 г. в ходе междоусобной борьбы на- ступил перелом в пользу Шер Али-хана. Он направил на Кандагар войско во главе со своим сыном Якубом, который в марте 1868 г. овладел этим городом. В ноябре 1868 г. Шер Али-хану удалось занять Кабул. Свергнутый Мухаммад Азам вместе со своим пле- мянником Абдуррахманом (сыном Мухаммад Афзала) еще пытались продолжать борьбу, но потерпели пора- жение и с немногими оставшимися верными им людьми, без денег и без надежд на продолжение борьбы пере- шли границу, став эмигрантами. Через некоторое время Мухаммад Азам-хан умер, а Абдуррахман-хан отправился через туркменские пу- стыни в Хивинское ханство. Совершив за 40 дней труд- ное путешествие, он прибыл в столичный город Ургенч, затем отправился в Бухару, а оттуда проехал в Самар- канд 26. В среднеазиатских владениях России Абдуррахман- Хан прожил свыше 10 лет, получая от царских властей довольно крупную субсидию. Хотя постоянным его ме- 157
стопребыванием оставался Самарканд, он неоднократно выезжал в Ташкент, где присутствовал на приемах, пра- здничных увеселениях и балах у генерал-губернатора Кауфмана, который нередко приглашал его также па парады, маневры и воинские учения. Однажды Абдур- рахман-хану удалось познакомиться с использованием в военном деле электрического тока, наблюдая взрыв мины на реке Салар. Для удовлетворения интереса, воз- никшего у Абдуррахман-хана в связи с этим эпизодом, был переведен на персидский язык посвященный элек- тричеству раздел из русского гимназического учебника физики, написанного академиком Э. X. Ленцем (1804— 1865 гг.). Контакты с русскими заметно расширили кругозор Абдуррахман-хана. В дальнейшем, после возвращения на родину, он сохранил интерес к технике (преимуще- ственно в военном деле), построил с помощью англичан в Кабуле военный завод, а также основал различные мастерские. Однако, будучи правителем, он не стал по- борником новых наук, на которых основана техника, а покровительствовал лишь преподаванию в Афганиста- не «старых» (богословских) наук. После того как Шер Али-хан закрепил за собой в 1869 г. эмирский престол и распространил свою власть на территории, входившие прежде в состав государства Дост Мухаммад-хана, он приступил к ликвидации тяже- лых последствий междоусобной войны. Чтобы усилить центральную власть, Шер Али-хану были необходимы прежде всего войско и деньги. Для этого он готов был опереться на поддержку извне и принять помощь, пред- ложенную англичанами. Но Шер Али-хан, вступая в пе- реговоры с Англией, не поступался суверенитетом Афга- нистана, а стремился сохранить самостоятельность и независимость во всех отношениях. Приняв приглашение вице-короля Индии Майо посе- тить страну, Шер Али-хан встретился с ним в марте 1869 г. в Амбале. В ходе переговоров Шер Али-хан до- бивался от английской стороны отказа от вмешательства во внутренние дела своего государства и обязательства «не признавать в Афганистане друзьями» никого, кроме эмира и его наследников. Однако англичане ограничи- лись декларативным осуждением междоусобиц в Афга- нистане, отказавшись признать права на власть Абдуллы 158
Джана, которого Шер Али-хан назначил своим наслед- ником. Возвратившись из Индии, Шер Али-хан принялся за осуществление внутренних преобразований. Он начал с налоговой и военной реформы. «Чтобы ослабить влия- ние своих крупных вассалов, эмир решился взять из их управления источники финансов страны и образовать одну постоянную армию»27, — говорится в донесении русского посла в Иране И. А. Зиновьева в министерство иностранных дел от 14 августа. 1869 г. Есть сведения о том, что Шер Али-хан решил перейти к взиманию по- земельного налога только в деньгах, отказавшись от при- менявшейся системы сбора натурой. Однако такое ре- шение в жизнь проведено не было, и налог взимался по- прежнему как в деньгах, так и натурой *. Многие свидетельства современников и некоторые объективные показатели (например, численность жите- лей города Кабула, составлявшая в 1876 г. 140 700 чело- век) говорят о сравнительно быстром развитии Афгани- стана и об известной степени его процветания в годы правления Шер Али-хана, а также о том, что проводив- шиеся им реформы способствовали экономическому и культурному подъему. Оценивая положение, сложившее- ся в Афганистане в 70-х годах XIX в., видный современ- ный афганский историк Мир Гулам Мухаммад Губар пришел даже к выводу, что именно тогда в этой стране впервые была подготовлена почва для появления «рост- ков капиталистических отношений»28. Эта точка зрения заслуживает внимания. Но поскольку сведения источни- ков о социально-экономических отношениях в Афгани- стане этого периода не подвергались анализу, а моно- графические исследования отсутствуют, вопрос еще тре- бует изучения. Стремясь укрепить центральную власть, Шер Али- хан предпринял попытки усовершенствовать админи- стративную систему, создал первый в истории Афгани- стана кабинет министров, учредил совещательный орган, который должен был давать эмиру советы по делам уп- равления страной. Определенных успехов Шер Али-хану удалось достиг- нуть в укреплении военных сил государства. Необходи- * В Чар-вилайете, по наблюдениям д-ра И. Л. Яворского, по- Дати уплачивались населением «главным образом натурою, т. е. хле- бом и скотом» (Яворский И. Л. Указ, соч., с. 233). 159
мость этого вызывалась переходом Англии к открыто агрессивной политике и возраставшей опасностью нового вторжения английских колонизаторов. Он довел числен- ность регулярного войска к осени 1878 г. до 50 тыс. чело- век29. В-артиллерии насчитывалось свыше 300 орудий, хотя в большинстве своем это были гладкоствольные пушки, устарелые и малопригодные для стрельбы. Зна- чительная часть войска была плохо вооружена и обмун- дирована. В казне недоставало средств на его содержа- ние, и солдаты нередко вынуждены были искать допол- нительный приработок. Несмотря на все это, созданное Шер Али-ханом войско было боеспособным. Многие сол- даты и кадровые офицеры отлично показали себя впо- следствии, во время борьбы с английскими завоевате- лями. При организации регулярной армии Шер Али-хан распорядился перевести на язык пушту и на персидский (дари) английский военный устав. Особого внимания заслуживают начатые Шер Али- ханом реформы в области просвещения и культуры, в частности печатного дела. При нем была учреждена в Кабуле литография, положено начало изданию книг, печатанию почтовых марок. Литографским способом пе- чатались почтовые марки с изображением льва достоин- ством в Vio, V4, V2 рупий и в 1 рупию30. В 1873 г. вышла первая в стране газета «Шаме ан-Нахар», выпускавшая- ся до начала второй англо-афганской войны 1878— 1880 гг. К числу наиболее важных и интересных с точки зрения истории культуры начинаний Шер Али-хана от- носятся его мероприятия в области образования. До его правления в Афганистане не было светских школ и для обучения детей существовали только две возможности: либо домашнее образование, доступное узкому кругу со- стоятельных людей, либо медресе с традиционньпм рели- гиозным обучением по средневековым образцам. Шер Али-хан основал первую в Афганистане светскую госу- дарственную школу в Бала-Хисаре. В этой школе было два отделения — военное и гражданское. Обучение ан- глийскому языку проводилось преподавателями-индий- цами31. Во многих работах современных афганских исто- риков реформам Шер Али-хана 70-х годов XIX в. при- дается большое историко-культурное значение, и они оцениваются как начало модернизации Афганистана. При Шер Али-хане были сделаны попытки улучшить средства сообщения: строились дороги, ремонтировались 160
мосты, была налажена почтовая связь, соединившая Ка- бул с главными городами Афганистана, а также с Пеша- варом. Этой связью стали пользоваться и частные лица (прежде она предназначалась только для эмирской ад- министрации). Было начато строительство оружейных заводов и но- вого города близ Кабула, названного Шерабад или Шер- пур. Для строительства этого города в 1870 г. была выделена площадь в 2000 джарибов *. В официальной истории Афганистана сообщается как о внешних город- ских стенах, так и о внутренних (вокруг цитадели), кото- рые предписал соорудить эмир, о числе солдат, занятых на строительстве в качестве рабочих, о прибавке к жало- ванью этим солдатам и т. п. Более пяти лет на стро- ительстве города было занято 6 тыс. рабочих и около 1 тыс. квалифицированных строителей (плотников и т. п.). Работавшим на строительстве солдатам пола- галась ежемесячная надбавка в 5 рупий к основному жалованью, а квалифицированные строители получали поденную зарплату (прежде подобного рода работы выполнялись путем использования принудительного труда подданных, принадлежащих к податным сосло- виям) . Шер Али-хан как правитель отчетливо понимал не- обходимость централизации государства, осуществления внутренних реформ для обеспечения независимости стра- ны и ее самостоятельного развития. Он был довольно хорошо информирован о событиях, происходивших в Ев- ропе, в некоторой степени знаком с историей европейских государств и России, с большим уважением относился к деятельности Петра 132. Международное положение Афганистана в 70-х го- дах XIX в. определялось соперничеством Англии и цар- ской России на Среднем Востоке. К границам Афгани- стана с юга вплотную приблизилась колониальная импе- рия Англии, захватившей часть населенных афганцами земель правобережья Инда. С севера подходила граница владений царской России в Средней Азии. В конце 60-х — начале 70-х годов английская поли- тика «закрытой границы» на северо-западе Индии сме- нилась «наступательной политикой». Это означало про- возглашение официальным курсом политики Англии, * 1 джариб равен 0,2 га. 6 Зак. № 819 161
вступившей в империалистическую стадию развития капитализма, открытой агрессии, ставило в порядок дня новую захватническую войну против Афганистана. С при- ходом к власти кабинета Дизраэли (1874 г.) приготов- ления Великобритании к предстоявшей войне с Афгани- станом усилились. Готовя агрессию, правящие круги Англии для ее маскировки и обмана общественного мне- ния использовали в своей шовинистической пропаганде выдуманную ими версию об «угрозе» вторжения русских войск в Индию33. Министр иностранных дел России Горчаков предло- жил считать Афганистан «нейтральной зоной» между владениями царской! России в Средней Азии и Британ- ской Индией. При этом предусматривалось, что незави- симость Афганистана будет гарантирована Россией и Англией. Однако правительство Великобритании, гото- вившее нападение на Афганистан, дать такую гарантию отказалось. В 1873 г. царское правительство отказалось от своего прежнего предложения о нейтрализации Афга- нистана и официально заверило англичан, что оно «рас- сматривает Афганистан вне сферы русского влияния». По заключенному между Россией и Англией соглаше- нию северной границей Афганистана была признана река Амударья. Весной 1878 г. царское правительство направило в Кабул дипломатическую миссию во главе с генералом Столетовым, встреченную там с большими почестями34. В свою очередь английское правительство потребовало принять в Кабуле британское посольство, на что Шер Али-хан ответил отказом. Англия использовала факт приема русской миссии в Кабуле и отказ принять бри- танскую миссию в качестве удобного предлога для на- чала войны. В ноябре 1878 г. английская армия вторг- лась в Афганистан. Планом британского командования предусматрива- лось быстрое продвижение на Кабул с расчетом окон- чить войну взятием столицы. К середине января 1879 г. войска генерала Броуна, двигавшиеся через Хайберский проход, овладели Джелалабадом. На юге английские войска вступили в г. Кандагар, заняв также ряд мест- ностей в Кандагарской области. Заняв Кандагар и Джелалабад, завоеватели высту- пили на Кабул. Они действовали и штыком и золотом, подкупая сановников и военачальников. Среди афган- 162
ской знати возник заговор, участники которого решили добиваться прихода к власти одного из сыновей Шер Али-хана — Якуба, претендента, угодного англичанам. Оставив в руках Якуба столицу, Шер Али-хан 13 дека- бря 1878 г. с членами русской миссии, остававшимися еще в Афганистане, выехал в Мазари-Шариф. Эмир не терял надежду апелляцией к международному обще- ственному мнению добиться прекращения неспровоциро- ванной агрессии Англии и намеревался отправиться в Петербург для созыва международного конгресса по афганскому вопросу. Но вскоре после прибытия в Маза- ри-Шариф Шер Али-хан тяжело заболел и 20 февраля 1879 г. скончался. Русская миссия выехала из Афгани- стана. Уже в начале 1879 г. выяснилось, что намеченный британским командованием план быстрого окончания войны оказался невыполненным; положение вторгшихся в Афганистан войск стало критическим. Однако эмир Якуб, пытавшийся закрепиться с помощью англичан на троне, распорядился прекратить сопротивление. 22 мая 1879 г. его с большой пышностью принимали в лагере генерала Броуна. Эмир оказался сговорчивым и 26 мая 1879 г. заключил с английским уполномоченным Луи Каваньяри очень тяжелый для Афганистана Гандамак- ский мирный договор. В силу условий этого договора Афганистан фактически терял независимость. В Кабуле для контроля над деятельностью эмира и над расходо- ванием назначенной ему ежегодной английской субсидии должен был постоянно находиться английский резидент со своей вооруженной охраной. Якуб признал за Англией «права на управление» районами Сиби, Пишин, Куррам, а также на контроль над Хайберским и Мичнийским гор- ными проходами. Глава консервативного правительства Великобритании Дизраэли заявил, что Гандамакский договор «обеспечил научную и отвечающую требованиям границу для ... Индийской империи». Английским резидентом в Афганистане был назна- чен Луи Каваньяри, прибывший 24 июля в Кабул. Он повел себя как в завоеванной стране, бесцеремонно вме- шиваясь в дела управления. Среди народов Афганистана, п армии с каждым днем усиливалось возмущение ино- странцами и шедшим у них на поводу эмиром. В сен- тябре 1879 г. в Кабуле вспыхнуло восстание, поднятое зфганскими солдатами. К ним присоединились горо- * 163
жане. Повстанцы атаковали здание английского рези- дентства и перебили всех находившихся в нем людей. Происшедшие в столице события всколыхнули всю стра- ну. Наряду с афганцами против завоевателей выступили таджики и другие народы. Во многих местностях созда- вались добровольческие отряды. Завоеватели, которые после Гандамакского договора отвели почти все свои военные силы в Индию, удержи- вались только в Кандагаре. Усиленные подкреплениями из метрополии и Южной Африки, они предприняли но- вый поход на Кабул. Возглавил поход генерал Робертс. Эмир Якуб, сдавшийся англичанам в плен, приказал гарнизону Кабула сложить оружие. Но солдаты отказа- лись выполнить этот приказ. После упорных боев англи-. чане в октябре 1879 г. овладели столицей и начали же- стокую расправу над ее защитниками и городским насе- лением. Многие жители Кабула были арестованы и казнены. Месть завоевателей обрушилась не только на жителей столицы, но и на сам город. Сильно пострадала цитадель Бала-Хисар с примыкавшими к ней жилыми кварталами35. Тяжелый удар был нанесен культурным начинаниям Шер Али-хана. Погибло, в частности, обо- рудование созданной при нем литографии, после чего развитие афганской прессы надолго затормозилось (она смогла возродиться только в начале XX в.). Эмир Якуб был обвинен англичанами в непринятии действенных мер помощи Каваньяри. В октябре 1879 г. генерал Робертс специальной прокламацией оповестил жителей Афганистана об отречении Якуба от престола. Низложив эмира, английские власти отправили его под конвоем в Индию. Этим английские завоеватели, при- крывавшиеся словами об обороне границ Индии и борьбе с «угрозой вторжения русских», показали свои истинные намерения. Население Афганистана давало отпор по- пыткам оккупантов взять в свои руки управление стра- ной. Правда, при помощи денег английским властям уда- лось привлечь на свою сторону некоторых феодалов. Однако назначенных из их числа должностных лиц для управления отдельными округами народ встречал с не- примиримой враждебностью. Некоторые из таких адми- нистраторов были убиты, другие поспешили убежать под защиту английских штыков. Активное участие в освободительной борьбе приняли ополчения афганских племен и таджики Кохистана. Они 164
нашли себе умелого руководителя в лице афганского генерала Мухаммад Джан-хана Вардака. Осенью 1879 г. он прибыл в район Газни, склонив предварительно к уча- стию в предстоявших военных действиях ополчения пле- мени вардак. В это время к «священной войне» против англичан призывал и мулла Дин Мухаммад, который вместе с Мухаммад Джан-ханом и муллой Абдул Гафу- ром Лангари собирал ополчения племен, стекавшихся в Газнийскую область. В конце ноября повстанческие отряды из Газни и других районов повели наступление на Кабул. Робертсу не удалось воспрепятствовать соединению этих отря- дов36. Решающие бои между отрядами повстанцев и войсками Робертса развернулись за высоту Кох-и Асмаи и завершились победой афганцев на подступах к Ка- булу. Генерал Робертс с войсками вынужден был укрыться в шерпурском укрепленном лагере. 15 декабря 1879 г. отряды повстанцев вошли в Кабул. Волна народ- ного гнева была направлена и против сардаров — при- спешников англичан. Кабульские дома этих сардаров были сожжены и разграблены37. Освобождение столицы было результатом не только доблести воинов, собрав- шихся из различных частей страны под знамена Мухам- мад Джан-хана Вардака, Гулам Хайдар-хана Чархи и других вождей народных ополчений, но и активного уча- стия местного населения — горожан Кабула и жителей окрестных районов. Дальнейшие действия афганцев против войск Ро- бертса были неудачными. Неблагоприятное соотношение сил в связи с подходом вражеских подкреплений побу- дило через некоторое время Мухаммад Джан-хана от- ступить. Он направился в долину Майдана (в районе Газни). В январе 1880 г. англичане вновь заняли Бала- Хисар, разрушенную цитадель Кабула. В конце 1879 — начале 1880 г., несмотря на захват Кабула, положение завоевателей в Афганистане было непрочным. Не прекращалась народная партизанская война. Британские правящие круги в конце концов убе- дились в провале своих планов превратить Афганистан в колонию силой оружия. Намечая вывод оккупацион- ных войск, они стали искать пути к возможно более вы- годному окончанию затянувшейся войны, стоившей мно- го денег и не сулившей благоприятных перспектив. Не- которые руководители английской политики стали скло- 165
няться к тому, чтобы, посадив на трон покорного эмира и оставив в отдельных пунктах Афганистана свои гар- низоны, превратить его в зависимое государство. Наряду с этими планами создавались проекты расчленения стра- ны на несколько зависимых от Англии владений. Низложив Якуба, английские завоеватели увидели, насколько трудно управлять оккупированной, но непо- коренной страной, и вспомнили об Абдуррахман-хане. Отправившись на родину в конце 1879 г., он своими дей- ствиями и сам напомнил англичанам о своем существо- вании. На первых этапах англо-афганской войны цар- ское правительство не разрешало Абдуррахман-хану выехать в Афганистан. Будучи заинтересованным в не- удачах в этой войне своего соперника — Англии, оно счи- тало, что появление в Афганистане опасного для Шер Али-хана, а затем для Якуба претендента на трон может внести разлад в силы сопротивления, ослабить афган- цев, боровшихся против завоевателей. Однако к осени 1879 г. в результате изменения обстановки в Афганиста- не соответственно изменилось и отношение царских вла- стей к вопросу об отъезде Абдуррахман-хана, и ему было разрешено выехать на родину38. Оккупировав страну, англичане распространили свой контроль лишь на часть ее территории. В соседний со среднеазиатскими владениями России Афганский Тур- кестан им проникнуть еще не удалось. Царское прави- тельство предпочитало иметь по соседству со своими владениями в Средней Азии не английскую колонию, а самостоятельное афганское государство. Способствуя выходу на политическую арену нового претендента, оно рассчитывало на то, что, если Абдуррахман-хану удастся утвердиться только в Афганском Туркестане, он создаст здесь независимое владение. В случае же если он ста- нет эмиром всего Афганистана, царские власти надея- лись приобрести в его лице дружественного соседа. Чтобы не давать английской дипломатии повода обви- нить Россию во вмешательстве в афганские дела, они позволили Абдуррахман-хану лишь беспрепятственно «бежать» из Ташкента. После вступления в пределы Бадахшана Абдуррах- ман-хан повел политику ласкового обхождения с еще не подчинившимися ему представителями местной знати, которых он старался получше принимать, хорошо уго- щать и всячески задабривать. Следствием обхаживания 166
влиятельных и нужных ему людей было повышение пре- стижа Абдуррахмана 39. Главным соперником Абдуррахман-хана в борьбе за власть в северной части страны выступал Гулам Хайдар- хан Вардак, афганский генерал, получивший от эмира Якуба в 1879 г. пост наместника в Чар-вилайете и утвер- дившийся в Мазари-Шарифе и других городах на лево- бережье Амударьи. Гулам Хайдар-хан замышлял стать правителем всей северной части Афганистана и вступил в контакт с бухарским эмиром Музаффаром с целью обеспечить себе его поддержку. Генерал Гулам Хайдар-хан Вардак направил круп- ные силы из подчиненных ему регулярных войск в Кат- таган, намереваясь распространить свою власть на эту провинцию и на соседний с ней Бадахшан. Однако по- сланные им афганские войска признали своим главой Абдуррахман-хана и присоединились к нему. Это сразу изменило в пользу Абдуррахман-хана обстановку в се- верных провинциях. Гулам Хайдар-хан бежал в Бухару, где впоследствии был убит. Утвердившись в Ханабаде, Талукане и Кундузе, Абдуррахман-хан, продолжая вести осторожную и вы- жидательную политику, стараясь избегать шагов, ко- торые могли бы привести его к столкновению с Англи- ей, начал путем переписки переговоры с приехавшим в Кабул из Индии английским политическим предста- вителем Л. Гриффином. Руководители британской политики разрабатывали в это время проекты расчленения Афганистана на «са- мостоятельные владения» под протекторатом Англии. Одним из главных звеньев плана руководителей анг- лийской политики было найти подходящего претен- дента из афганской знати на пустовавший эмирский престол в Кабуле. На состоявшемся в столице Афга- нистана 13 апреля дурбаре Л. Гриффин объявил, что английские войска очистят страну, как только вожди Афганистана придут между собой к соглашению о вы- боре эмира, дружественно расположенного к британ- скому правительству; при этом оговаривалось, что из Кандагарской области будет образовано «самостоятель- ное государство»40. Большое влияние на английскую политику в отно- шении Афганистана оказывало положение в Индии. Конец 70-х — начало 80-х годов XIX в. были перелом- 167
ным периодом во внутренней истории этой крупнейшей британской колонии41. В эти годы резко обострилось недовольство колониальным режимом среди различных слоев населения Индии. Английские власти стремились вести войну в Афганистане за счет народов Индии, воз- лагая на население этой колонии дополнительное нало- говое бремя. В Индии стали широко распространяться слухи о неудачах англичан, о неминуемости столкно- вения Англии с Россией, в случае которого народная молва предсказывала победу России42. А в поражении англичан многие индийцы видели средство избавления от колониального ига. Именно в это время, весной 1880 г., одновременное наступление на Кабул отрядов Абдуррахман-хана с се- вера и газнийских ополчений с юга могло поставить войска генерала Робертса в самое критическое поло- жение. В Кабул был направлен с семитысячным отря- дом генерал Дональд Стюарт из Кандагара. Несмотря на это, уже в начале лета 1880 г. общая обстановка в стране стала весьма угрожающей для оккупантов. Им не удавалось обеспечивать контроль над коммуникациями. Из Афганистана в Индию стали поступать сведения о сборе в Газнийской области аф- ганских ополчений численностью до 20 тыс. человек. В такой обстановке английское правительство сочло самым приемлемым для себя путем выхода из тупика возведение на престол Абдуррахман-хана. Руководите- ли британской политики рассчитывали, что Абдуррах- ман-хан пойдет на существенные уступки. Эти расчеты в конце концов оправдались, хотя переговоры и были длительными. 14 июня 1880 г. англичане послали Абдуррахмап- хану свои ультимативные условия, а 16 июня в Кабуле было получено известие, что Абдуррахман-хан идет к столице во главе двухтысячного отряда с 12 ору- диями. Страна в целом оказалась на стороне вчераш- него эмигранта; афганская традиция указывает общую численность поддерживавших его воинов в 3 лакха (300 тыс.) человек43. 26 июня в Кабуле был получен ответ Абдуррахман-хана, в котором заявлялось, что он должен владеть полностью территорией, находившейся в прошлом под властью его деда Дост Мухаммад-хана. Формально в этом ответе был обойден вопрос о Кан- дагаре, хотя требования Абдуррахман-хана на владе- 168
ние этой провинцией ранее были высказаны вполне определенно. Вице-король Рипон, несмотря на советы со стороны подчиненных прекратить переговоры, не принял поспешного решения. Обстановка побуждала английскую дипломатию пойти на признание Абдур- рахман-хана эмиром. При содействии Л. Гриффина на сторону Абдуррахман-хана перешел мулла Мушк-и Алам, пользовавшийся большим авторитетом в стране и влиянием на других руководителей «национальной партии», находившихся во главе собранных в районе Газни ополчений. Соглашаясь принять престол и столицу от англичан, Абдуррахман-хан постарался сгладить, насколько это было возможно, то невыгодное впечатление, которое произвел этот шаг на население Афганистана, и 20 июля провозгласил себя эмиром в Чарикаре. 22 июля состо- ялся дурбар в Кабуле, на котором собравшимся пред- ставителям афганской знати было объявлено, что ко- ролева Виктория признает Абдуррахман-хана эмиром Кабула и что английские войска вскоре будут выведе- ны из его владений. Англичане передали ему столицу, оказали помощь вооружением и снаряжением, а в даль- нейшем стали выплачивать крупную ежегодную субси- дию. В ходе переговоров Абдуррахман-хану удалось до- биться согласия Англии на отмену предусмотренного Гандамакским договором требования о пребывании в Афганистане постоянного английского резидента с во- оруженной охраной. Вместо этого в Кабуле должен был находиться агент из индийских мусульман для связи Абдуррахман-хана с английскими властями в Индии. Однако обязательство Абдуррахман-хана вести дипло- матические переговоры с другими государствами толь- ко через вице-короля Индии ставило внешнюю полити- ку Афганистана под английский контроль. В целом условия, на которых Абдуррахман-хан вступил в со- глашение с англичанами, были очень тяжелыми для Афганистана. Эмир обязался обеспечить безопасное отступление английских оккупационных войск. Это развязало бри- танскому командованию руки и дало ему возможность использовать наличные силы для операций в Канда- гарской области. Английское правительство, намерева- ясь отторгнуть от афганского государства Кандагар- 169
скую область, выделило ее в «независимое владение» во главе со своим ставленником сардаром Шер Али- ханом Кандахари. В то время как переговоры Абдуррахман-хана с анг- личанами о признании его эмиром уже вступали в за- вершающую фазу, правивший в Герате Аюб-хан пред- принял поход на Кандагар с целью изгнать оккупантов из Афганистана. Располагая находившимися в Герате регулярными полками афганской армии и несколькими артиллерийскими батареями, Аюб-хан мог бы с боль- шей вероятностью рассчитывать на успех, выступив против Абдуррахман-хана, когда тот только что по- явился в Афганском Туркестане и еще не успел собрать большое войско. Однако Аюб-хан не принес государ- ственные интересы в жертву своекорыстным целям борьбы за власть и, предоставив Абдуррахман-хану действовать беспрепятственно, стал готовить свои вой- ска к походу на Кандагар. В ответ на просьбу кандагарского «правителя» о срочной помощи его войскам, расположенным в районе Гиришка, англичане отправили туда бригаду под коман- дованием генерала Бэрроуза из состава оккупацион- ных войск, находившихся в Кандагаре. Руководители английской политики опасались, что Аюб-хан в случае пассивных действий английских войск в Кандагаре смо- жет предпринять наступление на Газни. Такая возмож- ность рассматривалась британскими властями в Ин- дии как угроза полного краха их планов в Афгани- стане44. При приближении Аюб-хана солдаты войск канда- гарского «правителя» стали переходить на его сторону. Кроме того, войско Аюб-хана пополнилось многочис- ленными добровольцами из местного населения. В ре- зультате военная и политическая обстановка в Канда- гарской области резко изменилась не в пользу англи- чан. 27 июля 1880 г. произошла битва около селения Майванд (в 55 км от Кандагара), в которой афганцы, сражавшиеся под командованием Аюб-хана, одержали решительную победу, разгромив бригаду регулярных войск противника. Однако затем английскому коман- дованию при содействии Абдуррахман-хана удалось быстро и беспрепятственно перебросить в Кандагар- скую область свежие силы из-под Кабула. Располагая теперь перевесом в численности и в вооружении, анг- 170
личане нанесли поражение Аюб-хану и вынудили его отступить в Герат. В то же время результаты Майвандского сражения стали определяющими для судеб Кандагара, похоро- нив вынашивавшиеся руководителями британской ко- лониальной политики планы отторжения этого города от Афганистана. Убедившись в непримиримом отноше- нии населения Кандагара к оккупантам, они сочли за благо уйти из города, а через некоторое время (в апре- ле 1881 г.) полностью вывели еще остававшиеся там войска в Индию. Английские завоеватели вынуждены были признать, что все их усилия, направленные на превращение Афганистана в колонию, были напрасны- ми. Лишь соглашение с Абдуррахман-ханом дало им возможность более или менее удовлетворительно за- кончить бесперспективную войну. К середине 1881 г. Абдуррахман-хан сумел распро- странить свою власть на основные области Афганиста- на (кроме Герата). Перед новым эмиром стояли труд- ные задачи как во внешней, так и во внутренней по- литике. Страна была истерзана войной и разорена. Казна пуста. Пользуясь безнаказанностью в связи с длительным бездействием центральных властей, во многих районах орудовали и разбойничали местные феодалы. Летом 1881 г. разгорелись военные действия за об- ладание Кандагаром между правившим в Кабуле Абдуррахман-ханом и Аюбом, сохранявшим власть над Гератом. В июле Аюб-хану удалось разбить занявшие Кандагар войска Абдуррахман-хана и овладеть этим городом. Тогда Абдуррахман-хан сам повел свои пол- ки против Аюб-хана и в решающем сражении в сен- тябре 1881 г. одержал победу. Аюб-хан отступил в Ге- рат, но в начале октября 1881 г. и этот город был взят Абдул Куддусом (военачальником Абдуррахман-хана), после чего Аюб-хан выехал в Иран. До конца своей жизни (умер в 1914 г.) он оставался в эмиграции и участия в происходивших в Афганистане событиях не принимал. Распространяя свою власть на всю страну, Абдур- рахман-хан разбил партизанские отряды, казнил мно- гих руководителей народной войны, сражавшихся пре- жде против англичан, а потом выступивших против него как эмира, примирившегося с врагами. По той же 171
причине были казнены и некоторые мусульманские бо- гословы. Стремясь обезопасить свою власть от попыток захвата ее потомками эмира Шер Али-хана, Абдуррах- ман-хан выслал за границу многих признанных их при- верженцами людей из знатных родов Афганистана. На- значив правителями областей преданных сторонников, находившихся под постоянным его контролем, и навод- нив страну тайными агентами, Абдуррахман-хан стал решительно проводить политику всемерного укрепления эмирской власти. Во внешней политике он стремился к сохранению самостоятельности своего государства, используя англо- русские противоречия и в ряде случаев лавируя между своими сильными соседями — Англией и царской Рос- сией. Опасаясь войны с Россией, Абдуррахман-хан с са- мого начала своего правления с большой осторожно- стью подходил к взаимоотношениям со своими северны- ми соседями — Бухарой, Хивой и туркменами. В 1881 — 1883 гг. он чрезвычайно опасливо реагировал на исхо- дившие со стороны этих соседей дипломатические шаги, связанные с риском вовлечения Афганистана в кон- фликт с Россией. Так, в конце 1881 г. он ответил по существу отказом, облеченным в вежливые слова бла- годарности, на присланное ему хивинским ханом письмо, в котором содержалось предложение союза против России. Вскоре после этого Абдуррахман кате- горически отказал в просьбе Махтум Кули, одному из мервских ханов, о присоединении Мерва (тогда еще независимого) к Афганистану45. Вмешательство в мерв- ские дела грозило Абдуррахман-хану конфликтом с Россией, и он хорошо понимал это. В 1884—1885 гг. возник острый англо-русский кон- фликт, связанный с «афганским разграничением». Пра- вительства Англии и царской России согласились при- знать границей между Афганистаном и русскими вла- дениями в Средней Азии реку Амударью. Однако при проведении фактического разграничения, основанного на этом принципе, значительные трудности появились в связи с районами верховий Амударьи. Дело в том, что по вопросу, какие горные местности следует счи- тать находящимися к северу от истоков Амударьи, име- лись расхождения. Еще более резкие конфликтные си- туации создались в северо-западной пограничной зоне 172
Афганистана, на территориях, расположенных между пунктом Керки (откуда Амударья поворачивает на се- вер) и районами, где сходились границы Афганистана, Ирана и вассальной от России Бухары, в землях, насе- ленных туркменскими племенами. Фактически они оста- вались до 1884 г. независимыми и не подчинялись вла- сти правителей соседних государств. По соглашению, достигнутому правительствами Анг- лии и России, разграничение между Афганистаном и русскими владениями в Средней Азии должно было быть проведено специально организованными для это- го русской и английской комиссиями. Английская ко- миссия, начавшая в первых числах сентября 1884 г. свой путь на Герат из Белуджистана, насчитывала 1400 человек (включая крупный военный эскорт) и больше напоминала военную экспедицию, направлен- ную в поход против неприятеля, нежели группу спе- циалистов, посланных для мирного решения погранич- ных вопросов. Двигавшаяся из Индии английская комиссия неспро- ста избрала трудный путь через пустыни Белуджиста- на. Англичане опасались враждебного отношения со стороны афганского населения, которое, как показывал исторический опыт, могло проявиться и при условии полного согласия англичан с афганским эмиром. Аб- ду ррахман-хан, учитывавший возможности осложнений в связи с прибытием в Афганистан английской комис- сии с большим военным эскортом, разослал своим чи- новникам и военачальникам в пограничные области соответствующую весьма подробную инструкцию. Абдуррахман-хан, используя англо-русские противо- речия и направленность в англо-русских отношениях, стремился при дипломатической поддержке Англии удержать за собой возможно больше спорных районов во время разграничения. Однако афганский эмир пы- тался достигнуть этого, не доводя дела до вооружен- ного столкновения с Россией. Английские же колони- альные деятели провоцировали афганцев на столкно- вение. 30 марта 1885 г. между русским отрядом под командованием генерала Комарова, находившимся в Мургабской долине, и афганским подразделением прои- зошла вооруженная стычка у моста Таш-Кепри, в ре- зультате которой афганцы отступили. Провокация, ор- ганизованная по сути дела английскими колонизатора- 173
ми, привела к значительно большим отрицательным последствиям для Англии, чем того можно было ожи- дать вначале46. В результате спровоцированного кон- фликта был нанесен серьезный удар престижу Англии не только в Афганистане, но и в обширном районе Среднего Востока. Столкновение 30 марта стало пово- дом к раздуванию воинственных настроений в Англии. В Европе долго было памятно впечатление, произ- веденное столкновением у Таш-Кепри и последующим воинственным ажиотажем в Англии, когда широко было распространено мнение о неминуемости войны между Россией и Англией47. Британский флот получил приказ о боевой готовности. Гладстон требовал воен- ных кредитов у парламента. Создалось напряженное положение, при котором, как отмечал В. И. Ленин, «.. .Россия была на волосок от войны с Англией из-за дележа добычи в Средней Азии...»48, Однако бряцав- шее оружием английское правительство по многим причинам опасалось войны против России на Среднем Востоке. Военные действия в Афганистане были сопря- жены тогда для Англии с риском остаться один на один в борьбе с Россией в отдаленных областях Азии. Угроза британскому владычеству в Индии со стороны угнетенных народов самой Индии была одной из важ- нейших причин, побуждавших английское правитель- ство опасаться войны с Россией у ворот этой крупней- шей колонии. Правительство царской России в силу ряда причин также не стремилось к войне с Англией и пошло на разрешение кризиса путем дипломатиче- ских переговоров. Значительную роль в мирной развязке кризиса 1885 г. сыграла решительная позиция Абдуррахман- хана, отказавшегося от действий, которые могли бы повести к войне с Россией. Его позиция в немалой сте- пени способствовала достижению англо-русской дого- воренности о северо-западной границе Афганистана, оформленной подписанием протокола от 29 августа (10 сентября) 1885 г. в Лондоне. 10 июля 1887 г. был подписан заключительный протокол, на основании ко- торого зафиксировано описание русско-афганской гра- ницы от реки Герируд на западе до Амударьи на вос- токе. С конца 80-х годов XIX в., после урегулирования пограничных вопросов с Россией, внимание Абдуррах- 174
ман-хана было привлечено к южной границе. Однако здесь его политические устремления сталкивались с агрессией британских колонизаторов, начавших актив- ное продвижение в области, населенные пуштунами и читральцами, с целью овладеть стратегически важны- ми землями Восточного Гиндукуша, расположенными на подступах к Памиру. Агрессивные действия на северо-западном участке границы Британской Индии с Афганистаном англича- не начали уже через несколько лет после второй англо- афганской войны. Они были направлены на захват Гин- дукуша и распространение английского влияния на Па- мир и Припамирье. В 1885 г. в результате миссии генерала Локкарта был установлен британский протек- торат над Читралом, а в 1887 г. было учреждено поли- тическое агентство в Гилгите. Английская агрессия в землях пограничных афганских племен осуществля- лась путем военных экспедиций с последующим заклю- чением договоров с джиргами (советами) племен. С конца 80-х годов, опираясь, с одной стороны, на Пе- шаварскую область, а с другой — на оказавшиеся в за- висимости от них Читрал и Гилгит, руководители бри- танской колониальной политики повели на северо- западном участке границы активное наступление, пытаясь установить свою власть в областях, располо- женных на подступах к Гиндукушу. Проведению Абдуррахман-ханом в 1886—1888 гг. активной политики в отношении Восточного Гиндуку- ша и соседних с ним горных областей препятствовали чрезвычайные внутренние осложнения в самом афган- ском государстве: опаснейшие для него гильзайские восстания и мятеж Исхак-хана. Карательные экспеди- ции и постоянные военные действия в различных райо- нах страны, связанные с борьбой эмира за преодоление феодальной раздробленности, а особенно с проводившей- ся им политикой жестокого подавления народного недо- вольства и народных движений, — наиболее характерные явления для истории Афганистана 80-х годов. Уже первые годы правления Абдуррахман-хана ознаменовались народными выступлениями в различ- ных районах страны49. Восстания, вызванные произво- лом властей и налоговым гнетом, происходили среди хазарейцев50. Крупные волнения имели место в Бадах- шане, неоднократные повстанческие выступления про- 175
исходили в Хосте, в частности среди племени мангал, и также дзадзи, хасан-хель и др.51 Длительную борь- бу вели эмирские войска против племени шинвари. Абдуррахман-хану пришлось столкнуться с больши- ми трудностями в тех областях и районах (напри- мер, в землях шинвари), где в прошлом отсутствовало сколько-нибудь регулярное налогообложение жителей. Но нередко и не меньшие осложнения возникали в тех округах, с которых прежде взимались небольшие на- логи и где земли оставались необмеренными. К таким округам относились прежде всего земли гильзаев. Гильзайское восстание 1886—1888 гг. было серией разновременных выступлений, потрясших власть Аб- дуррахман-хана. Из них наиболее крупными можно считать три. Одной из главных причин, побудивших гильзаев выступить открыто, с оружием в руках, было нарушавшее традиции обложение их налогами по об- щим правилам, наравне с большинством райатов аф- ганского государства. Гильзайские племена, вынесшие на своих плечах тяжесть освободительных войн афган- ского народа за самостоятельность и независимость, оставались важной военной силой и в 80-х годах XIX в. По численности они были примерно равны дурраниям, составляя вместе с ними две наиболее многочисленные и сильные группы племен. Прежде гильзаи облагались сравнительно необреме- нительными податями по твердой системе фиксирован- ных квот. Они вносили установленные платежи своим ханам, которым центральное правительство полностью доверяло сбор и представление в казну налогов. Гиль- зайские ханы обычно забирали себе половину поступ- лений, а остальное доставляли государю Афганистана. Эмир внес коренные изменения в уплату гильзаями налога с земли. Он ввел систему налогообложения «се-кот» с уплатой 7з урожая с земель «нахри», т. е. оро- шаемых водами рек. Гильзайские племена оказались обложенными также правительственными налогами и различными поборами. Они начали протестовать, что вызвало террор, многочисленные аресты, убийства и казни уже в 1881 г. Репрессии 1881 —1883 гг. были на- правлены в значительной мере протий ханов и мулл гильзаев. Ликвидация налоговых привилегий, централизатор- ская политика эмира, суровость его правления и тя- 176
жесть обрушившихся репрессий сделали активными врагами эмира основную часть знати гильзаев. Что ка- сается рядовых членов племен, то они были возмуще- ны тем, что правительство требует с них уплаты нало- гов в значительно больших размерах, чем прежде. Гильзайские вожди воздействовали на своих соплемен- ников, взывая к традициям племенной солидарности в борьбе за ликвидацию неравноправного положения и за уничтожение привилегий дурранийской знати. Популярным вождем восставших гильзаев стал мул- ла Абдул Карим. Отец его — мулла Дин Мухаммад (Мушк-и Алам) умер в 1886 г. в возрасте 96 лет. В по- следние годы его жизни принадлежавшие ему обшир- ные земельные владения были впервые обложены нало- гом, а выплата денежного содержания, которое прежде получали он и его сыновья, была отменена эмиром. Ликвидация земельно-налоговых привилегий, преследо- вание вождей антианглийской борьбы и гильзайских сановников побудили Дин Мухаммада и его сыновей выступить против Абдуррахман-хана. Поводом к вы- ступлению послужил арест Исматуллы Гильзая в ян- варе 1882 г. Арестованный был близок к мулле Дин Мухаммаду, который просил эмира освободить его, но безрезультатно. В октябре 1882 г. Исматулла был по- вешен. В октябре 1886 г. вспыхнуло первое большое гильзайское восстание, поднятое племенем андари в районе Мукур. Эмирские войска не смогли подавить его, оно разрасталось и охватило не только гильзай- ские племена, но было поддержано какарами, вазира- ми, а также некоторыми племенами Хоста и частью населения Хазараджата. Эмир пытался успокоить вождей восставших гиль- заев обещаниями уступок. Он посулил, удостоверив свое обещание поставленной на Коране печатью, что с гильзайских племен будет брать подать лишь в том размере, в каком они платили ее при Дост Мухаммад- хане. Абдуррахман-хан старался также повлиять на гильзайских вождей, взывая к их религиозным чув- ствам, указывая при этом, что при наличии враждеб- ных соседних иноверческих держав внутренний раскол в Афганистане может причинить большой ущерб исла- му. Но ни обещания, ни убеждения не помогали. По- скольку во время гильзайских восстаний обнаружилось значительное падение популярности эмира в стране, он 177
не решился на риск, связанный с широким сбором ополчений племен для подавления мятежных сил. Важным обстоятельством, способствовавшим в даль- нейшем успехам войск Абдуррахман-хана в подавле- нии восстаний гильзаев, было то, что ему удалось улуч- шить отношения с дурранийскими племенами. Это имело большое политическое значение, хотя военная цен- ность поставленного дурраниями феодального ополче- ния была, по-видимому, невелика. Эмиру удалось ис- пользовать опасения дурранийских феодалов за судь- бу своих привилегий в случае успехов их традиционных гильзайских соперников. Положение эмирских войск улучшилось также в результате доставки крупных пар- тий военных грузов из Кандагара. Эмирские войска весной 1887 г. нанесли поражение гильзаям хотеки, которые вынуждены были подчиниться, и двинулись в земли тараки, где соединились с прибывшими туда отрядами из Газни. Несмотря на одержанную в июне 1887 г. победу над тараки, понесшими тяжелые потери, гильзайское вос- стание в целом далеко еще не было подавлено. Широ- кий размах его, вовлечение других племен и народно- стей, наконец, угроза распространения восстания на эмирские войска — все это создавало в конце весны — начале лета 1887 г. критическую обстановку в стране. Наконец упорная борьба с гильзайскими и выступав- шими совместно с ними другими повстанцами закончи- лась победой эмира. Войска в целом сохранили вер- ность Абдуррахман-хану. Это обстоятельство, а также во многом обусловленное английскими деньгами и по- ставками оружия превосходство материальных и воен- но-технических средств и ресурсов регулярной армии над вооружением и в особенности над снаряжением и снабжением повстанческих отрядов решили дело в пользу эмира. Наряду с гильзайскими восстаниями еще более опасным для своей власти внутренним кризисом Абдур- рахман-хан считал мятеж на севере страны, поднятый летом 1888 г. его двоюродным братом Мухаммад Исхак- ханом (военные действия продолжались до конца сен- тября 1888 г.). В 1880 г. Мухаммад Исхак-хан помо- гал Абдуррахман-хану прийти к власти и получил от него в правление Афганский Туркестан. Его зависи- мость от эмира выражалась в периодической поставке 178
Б Кабул ценных подарков. С 1884 г. отношения между ними изменились к худшему, ибо Мухаммад Исхак- хан стал просить эмира пожаловать ему управление Афганским Туркестаном пожизненно. Это насторожило эмира. В Афганском Туркестане, большинство жителей ко- торого составляли узбеки, таджики и туркмены, поло- жение широких слоев населения было очень тяжелым. Обстановку, сложившуюся в этой провинции, и решил использовать в своих интересах Мухаммад Исхак-хан. В течение длительного времени он, готовясь стать са- мостоятельным правителем, старался «мягким обхо- ждением» и некоторыми уступками населению снискать популярность. Он стремился воздействовать на религиозные чув- ства населения, показать себя в исполнении обрядов ревностным мусульманином, афишировал свою принад- лежность к авторитетному среди местных жителей (в особенности туркмен) дервишскому ордену «накш- бандия» (в который он вступил, еще будучи в Самар- канде). Исхак-хан сумел завоевать расположение сол- дат и офицеров расквартированных в Афганском Тур- кестане войск, которым с необычной для Афганистана тех времен регулярностью и аккуратностью выплачива- лось жалованье. Восстание началось 30 июля 1888 г. В этот день Мухаммад Исхак-хан объявил собранным в Мазари- Шарифе войскам и жителям города об отложении от Афганистана. Горожане и солдаты присягнули ему на верность, и он возложил на себя «тадж» — золотой ве- нец. В этот же день к начальнику Керкинского гарни- зона явился посланец Исхак-хана и сообщил о про- возглашении самостоятельного владения «под покро- вительством России». Затем в Керки прибыл от Ис- хак-хана официальный посол Гулам Кадир-хан с бо- гатыми дарами. Царские власти придерживались по- литики невмешательства. Однако царское правительство постановило предложить туркестанскому генерал-губер- натору на всякий случай усилить войска на границе с Афганистаном 52. Поскольку до сентября 1888 г. не было столкнове- ний с главными силами эмира, Исхак-хан стал гото- виться к решающим событиям. Наряду с военными ме- роприятиями он проявил дипломатическую активность, 179
стремясь приобрести союзников среди правителей со- седних с Афганистаном стран и областей. Он рассылал письма, в которых призывал правителей Читрала, Дира, Баджаура, Свата и других к совместному выступлению против Абдуррахмана. На случай победы давались щедрые обещания. Воспользовавшись временной пере- дышкой, Мухаммад Исхак-хан занял населенные пунк- ты на Бамианской дороге, ведущей в Кабул, и в неко- торых других районах. Абдуррахман-хан оказался в сложном и опасном положении. Сам он был тяжело болен. На границе появился Аюб-хан. Однако вскоре события стали развиваться в ином направлении. Войска Абдуррахман-хана предприняли наступле- ние на Таш-Курган. Соединившись с отрядами намест- ника эмира в Бадахшане, в конце сентября у селения Газнигак, расположенного в 30 км к югу от Таш-Кур- гана, они дали решающий бой. Несмотря на исключи- тельное упорство и сопротивление, силы мятежников были полностью разбиты. Исхак-хан со своим сыном и несколькими тысячами воинов и приближенных бежал в Среднюю Азию, где ему было предоставлено убе- жище. Следует отметить, что для подавления народных восстаний и феодальных мятежей Абдуррахман-хан ши- роко использовал ополчения одних племен и народно- стей против других. Так, в борьбе против восставших гильзаев в 1886—1888 гг., как отмечалось выше, он ис- пользовал дурранийские отряды, а через несколько лет после этого, в 1892—1893 гг., привлек ополчения аф- ганских кочевых племен для подавления восстаний ха- зарейцев. Такая политика приводила к взаимному озлоблению натравливаемых друг на друга племен и народностей Афганистана, которое сохранилось затем на долгие годы. В начале 90-х годов XIX в. происходило острое со- перничество между афганским эмиром и английскими колонизаторами за влияние в пограничной между Ин- дией и Афганистаном «полосе независимых племен». Англичане захватывали земли в южной части этой по- лосы, а также в районах Куррама и Хайберского про- хода. Но большинство независимых афганских племен оказывало им упорное сопротивление. Их симпатии были на стороне Абдуррахман-хана, поскольку они на- деялись на помощь афганского государства в борьбе 180
против английских завоевателей. Немаловажную роль играл и религиозный фактор. В составленном по при- казанию Абдуррахман-хана группой улемов богослов- ско-политическом трактате «Таквим ад-дин» («Укреп- ление веры») и в многочисленных воззваниях, распро- странявшихся эмиссарами эмира среди пограничных племен, проповедовалось учение о джихаде, а также о религиозной обязанности всех мусульман подчинять- ся государю ислама, ревнителю веры падишаху Афга- нистана. Абдуррахман-хану таким образом удалось установить тесные связи со многими религиозными ли- дерами пограничных племен. Английские колониальные власти были обеспокоены известиями о договорах, заключенных эмиром с погра- ничными племенами, и старались добиться выгодной для себя демаркации границы. Но Абдуррахман-хан отказывался от приглашений приехать для перегово- ров в Индию и не соглашался принять в Кабуле анг- лийскую миссию во главе с генералом Робертсом, не- навистным населению Афганистана за кровавые дей- ствия во время второй англо-афганской войны. Однако вскоре в пограничной политике Абдуррах- ман-хана появились уязвимые места. Ему пришлось столкнуться со значительными затруднениями. Попыт- ки эмира облагать налогами склонявшиеся к призна- нию его власти племена вызывали недовольство, выли- вавшееся и в открытые восстания. Нередкими были случаи, когда афганский эмир посылал против повстан- цев свои отряды, жестоко с ними расправлявшиеся. Используя слабые стороны пограничной политики Аб- дуррахман-хана, англичане засылали к недовольным своих агентов, призывавших горцев к подчинению бри- танским властям и провоцировавших выступления про- тив эмира. Несомненно, что на возможностях Абдур- рахман-хана противостоять английскому нажиму суще- ственно сказывалась напряженность и неустойчивость внутреннего положения в государстве*. В начале 1892 г. Абдуррахман-хан предполагал до- * К 1892—1893 гг. относятся крупнейшие восстания хазарейцев. В 1893 г. Абдуррахман-хану перспективы на окончательную победу в Хазараджате представлялись столь неопределенными, что он скло- нялся даже к мысли отозвать оттуда свои войска и прекратить во- енные действия, т. е. фактически признать особый статус части ха- зарейских территорий в афганском государстве. 181
биться выгодных для себя политических изменений в Баджауре и Дире, а если удастся, то и присоединить их к своему государству. Но на пути к выполнению этих планов стоял Умра-хан (правитель Джандола и Баджаура, а затем и Дира), столкновение с которым все более назревало. Однако англичане предупредили эмира, что вооруженный конфликт с Умра-ханом будет рассматриваться ими как нарушение английских инте- ресов. Абдуррахман-хану пришлось отказаться от сво- их планов в отношении Баджаура, ограничив первооче- редные задачи овладением Асмаром. В это время Асмар- ское владение, находившееся в вассальной зависимости от эмира, легко могло ускользнуть из его рук, поскольку Умра-хан сделал правителем в нем своего ставлен- ника. В 1893 г. наступил критический момент в отношениях между Афганистаном и Англией. Руководители британ- ской политики потребовали от Абдуррахман-хана отка- заться от борьбы за «полосу независимых племен» и прекратить поддерживать сопротивление этих племен британской колониальной экспансии. Абдуррахман-хан стал готовить войска для отпора новому английскому вторжению. Создалась непосредственная угроза войны. Но британское правительство предпочло на сей раз более осторожные дипломатические шаги намечавшейся было политике ультиматумов. Оно опасалось в случае войньь с Афганистаном крупных осложнений с Россией. Оно также учитывало силу сопротивления афганских погра- ничных племен и печальный опыт предшествовавших вторжений в Афганистан, вызывавших народные войны против завоевателей. В Кабул было направлено посоль- ство во главе с Мортимером Дюрандом, секретарем по иностранным делам правительства колониальной Индии. Период, непосредственно предшествовавший миссии Дюранда в Кабул, характеризовался сильнейшим дип- ломатическим нажимом Англии на Афганистан, под- креплявшимся военными угрозами и наступлением на афганские племена «независимой полосы». Вот в такой обстановке нажима и угроз и проводились переговоры Абдуррахман-хана с Дюрандом. Абдуррахман-хан вынужден был 12 ноября 1893 г. подписать текст составленного Дюрандом соглашения, состоявшего из семи пунктов. Эмир отказывался в пользу британских колонизаторов от большей части полосы зе- 182
мель афганских пограничных племен и принимал на себя обязательство не вмешиваться в дела районов, отходив- ших к британским владениям в Индии согласно прило- женной к соглашению карте. Он отказывался от прав на Бунер, Сват, Дир, Баджаур, на земли афридиев, Вази- ристан, территорию Биланд-хель, Куррам, на спорную местность Чаман (англичане построили здесь железно- дорожную ветку на пути, ведущем к Кандагарской об- ласти Афганистана) и т. д. Но в ходе переговоров эмиру все же удалось добиться признания его права на владе- ние долиной Асмар (занятой к тому времени его вой- сками) и местностью Бирмал в Вазиристане. Предусма- тривалось увеличение ежегодной субсидии, выплачивав- шейся англичанами Абдуррахман-хану, с 1 200 тыс. до 1 800 тыс. рупий. В текст соглашения было включено так- же обещание, что британские власти не будут чинить препятствий эмиру Абдуррахман-хану в импорте в Афга- нистан военного снаряжения. Вместе с тем по соглашению с Дюрандом в состав владений афганского эмира был включен Кафиристан, область, тогда еще никому не подчиненная. Однако значение всех этих уступок по частным во- просам плюс увеличение субсидии и признание англича- нами документально права Абдуррахман-хана на приоб- ретение (в Индии и в Европе) оружия и военного сна- ряжения и на провоз его через Индию — все это было несоизмеримо с вынужденным признанием власти коло- низаторов над землями, населенными восточными афган- скими племенами, с тем фактом, что новая политическая граница (так называемая «линия Дюранда») нарушала этнические границы не только афганского народа в це- лом, но и ряда крупных племен (например, момандов), разрезанных «линией Дюранда». После заключения соглашения эмир пытался выпра- вить тяжелое положение, не прекращая (хотя уже в фор- мах преимущественно религиозной политики) борьбы за влияние в полосе пограничных афганских племен, не спе- шил с отправлением своих представителей в разграничи- тельные комиссии. Вероятно, Абдуррахман-хан рассма- тривал соглашение как вынужденную временную уступ- ку и, несомненно, рассчитывал на подъем антианглий- ского движения среди восточных афганских племен, земли которых по соглашению отходили к английским колониальным владениям. 183
Действительно, первые же попытки англичан про- двинуться к рубежам, установленным между их владе- ниями в Индии и Афганистаном по «линии Дюранда», вызвали вооруженный отпор со стороны многих афган- ских племен. Вспыхнули восстания, в которых в той или иной мере принимали участие крупнейшие афганские племена пограничной полосы. Англичане настаивали, чтобы для успокоения населения пограничных областей Абдуррахман-хан разослал описание условленной линии границы. Эмир согласился с этим и оповестил погранич- ные племена о соглашении с Дюрандом. В то же время в пограничных районах, которые должны были отойти к английским владениям, продолжали действовать тай- ные агенты эмира. Антианглийскую агитацию под му- сульманскими лозунгами вели местные муллы, которые за помощью и указаниями обращались, как и прежде, в Кабул. Но теперь эмир поддерживал связь со сторон- никами антианглийской борьбы лишь через своих погра- ничных чиновников и тайных агентов, которые должны были отвечать на запросы и передавать советы и ука- зания афганского эмира не от имени правительства, а только от своего имени. Вместе с тем Абдуррахман-хан пытался воздействовать на руководителей английской политики и на общественное мнение в Англии путем «частных» писем от себя лично к отдельным лицам. Осложнения, возникшие в 1894 г. при разграничении в землях момандов, переросли в начале 1895 г. в новый кризис между Афганистаном и Англией в связи с собы- тиями в Читрале. Руководители английской колониаль- ной политики ускорили намеченные ими ранее наступа- тельные действия в северной части полосы восточных афганских племен, стремясь установить там свой кон- троль, окончательно завладеть Читралом, а затем про- диктовать условия разграничения на севере проявляв- шему неуступчивость Абдуррахман-хану. Решение анг- лийских властей о переходе к активным наступательным действиям на севере ознаменовалось организацией ими в 1895 г. «Агентства Дира, Свата и Читрала». Значение этого административно-политического мероприятия, яв- лявшегося важным шагом в истории английских колони- альных захватов на северо-западной границе Британской Индии, оценивается последним генерал-губернатором Северо-западной пограничной провинции Индии как бо- viee значимое, чем, например, оккупация Кветты и созда- 184
ние провинции Британский Белуджистан53. Как и пре- жде, новую экспансию английские колониальные деятели оправдывали необходимостью оборонительных мер про- тив мифической русской угрозы. Заинтересованность руководителей британской коло- ниальной политики в овладении Читральским княже- ством объяснялась прежде всего стратегическим значе- нием его территории. Читральские мехтары (правители) уже с 1878 г. в результате соглашения, заключенного в угоду англичанам, стали вассалами махараджей Каш- мира. Мехтары получали ежегодную субсидию и находи- лись сперва под косвенным (через представителей Каш- мира), а затем и под прямым контролем английских чиновников. В начале 90-х годов в Читрале вспыхнула междоусобная борьба, в которой англичане и афганский эмир имели своих ставленников. К концу 1892 г. власть над Читралом захватил Низам ал-Мульк, ориентировав- шийся на англичан. Не имея опоры среди населения, он искал помощи у своих покровителей и просил учредить в Читрале постоянное английское политическое предста- вительство. 1 января 1895 г. Низам ал-Мульк был убит. Разгорелась борьба за власть. Новый мехтар — Амир ал-Мульк обратился за помощью также к англичанам. В Читрал из Пешавара были направлены значительные английские воинские силы под командованием генерала Лоу. Перед началом похода была выпущена проклама- ция, возвещавшая, что британское правительство не име- ет намерений нарушать независимость племен. Хотя англичанам удалось склонить на свою сторону маликов (старейшин) некоторых племен, отряды горцев все же заняли важнейшие перевалы, оказав сопротивление. С большим трудом Лоу удалось пробиться через земли племени юсуфзаев и оккупировать Читрал, который (так же как Дир и Сват) был превращен в одно из много- численных вассальных княжеств Британской колониаль- ной империи. Последним из больших спорных внешнеполитических вопросов в истории Афганистана конца XIX в., связан- ных с англо-русскими противоречиями, был «памирский вопрос». Столкновения интересов царской России и Анг- лии из-за Памира обострились на рубеже 80—90-х годов XIX в., и в течение нескольких лет именно определение судеб Памира стало основным узлом англо-русского со- перничества в Центральной Азии. Средствами диплома- 185
тии вопросы о границах на Памире между Англией и Россией были разрешены 27 февраля 1894 г., когда пра- вительства этих стран утвердили намеченное направле- ние пограничной линии и определили задачи предстояв- ших работ смешанной разграничительной комиссии. При этом был окончательно решен, в частности, и вопрос о передаче афганскому эмиру «Ваханского коридора». В июле 1895 г. члены пограничных комиссий прибыли на Памир, где встретились с представителями Афгани- стана. В результате переговоров был подписан документ о предстоявшей установке разграничительных знаков. В официальных источниках Афганистана отмечается, что афганские представители, относившиеся с насторожен- ностью к деятельности комиссий, отказались поставить свои подписи на упомянутом документе до получения указаний эмира. Но в конце августа 1895 г. работы по разграничению на Восточном Памире были завершены. Затем было произведено уточнение границы в Шугнане, «и все, что расположено к югу от границы, отошло к Аф- ганистану, а все, что к северу, — к России». 11 сентября 1895 г. смешанная комиссия подписала карту разграни- чения 54. Летом 1895 г., когда «памирский вопрос» в принципе уже был разрешен, Абдуррахман-хан принял решение о завоевании Кафиристана. В 1896 г. покорение этой об- ласти было в основном закончено55. Жителей обратили в ислам, обложили налогами. В этих землях были остав- лены солдаты на постое, сюда прислали мулл. В отда- ленных районах противодействие эмирским порядкам и новой вере проявлялось сильнее, старые традиции сохра- нялись дольше. Несколько тысяч жителей бежало в Чит- рал. Многих переселили в различные районы Афганиста- на, где они оставались потом долгое время56. После обращения «кафиров» в ислам эта область получила наименование Нуристан — «страна света» (имеется в ви- ду свет религии ислама). Что же касается эмира Абдур- рахман-хана, то в результате этого завоевания он сумел поднять свой престиж среди мусульманского населения Афганистана и за его пределами, получив теперь в каче- стве «воителя за веру» новые выигрышные возможности для поддержания репутации мусульманского государя — ревностного поборника истинной религии. В 1896 г. он стал обладателем нового почетного титула — «зийа ал- миллат ва-д-дин» («свет нации и религии»). 186
•?* sj* Следствием урегулирования «памирского вопроса» и завоевания области «кафиров» явилось окончательное установление современных границ Афганистана. К этому же времени значительный период внутренней истории страны, одним из главных признаков которого было укре- пление эмирской власти и централизация государства, завершился стабилизацией абсолютной монархии с дес- потической формой правления, характерной для Афга- нистана конца XIX — начала XX в. В войне с Англией в 1878—1880 гг. народы Афгани- стана понесли большие потери, сопровождавшиеся раз- рушением производительных сил. Пострадали города, ремесло и торговля, важнейшие земледельческие оазисы. Между тем дальнейшее развитие страны происходило в трудных условиях. Его сковывали гнет колониализма и насильственная изоляция от внешнего мира, препятство- вавшие избавлению Афганистана от тяжкого груза сред- невековья. Замкнутость страны в известной мере соответ- ствовала интересам внутренней политики Абдуррахман- хана, опасавшегося проникновения в феодальное госу- дарство свежих веяний, грозивших поколебать его дес- потический режим. Абдуррахман-хан сознательно стре- мился препятствовать прежде всего идейным и культур- ным связям населения с внешним миром, максимально ограничивая контакты своих подданных с иностранцами. За выезд из страны без пропускного свидетельства («рах- дари») грозила смертная казнь. Если же кто-то не воз- вращался в эмирские владения из заграничной поездки, сажали в тюрьму его родственников, а одного из них, признанного «заложником», казнили. Опасаясь проник- новения в страну английского империализма, эмир реши- тельно противился британским планам постройки желез-д ных дорог на территории Афганистана. Дипломатическим представителем Англии в Кабуле (для связи с вице-коро- лем Индии) мог быть только мусульманин; он находился под неусыпным наблюдением афганской полиции. Заме- ченных в знакомстве с ним подданных эмира немедленно сажали в тюрьму. Афганистан в конце XIX — начале XX в. стал в пол- ном смысле «запретной страной». Европейцам очень ред- ко удавалось посетить ее; иногда на короткий срок при- езжали (но каждый раз с особого согласия Абдуррахман- 187
хана) должностные лица. Более или менее продолжи- тельное время в Афганистане могли проживать лишь немногочисленные иностранные специалисты (преимуще- ственно англичане), приглашенные самим эмиром и на- ходившиеся у него на службе в связи со строительством и работой Кабульского оружейного завода. Вскоре после прихода к власти Абдуррахман-хан при- ступил к централизации государства, принимая меры к усовершенствованию государственного аппарата и ад- министративно-полицейской системы, уделяя большое внимание организации тайной полиции и широкой сети секретной агентуры. Донесения военачальников и чинов- ников проверялись по параллельным или синхронным материалам, доставлявшимся тайными осведомителями, которые сообщали о выполнении на местах приказов и инструкций эмира, информировали об отступлениях от его предписаний, а также о неполадках и непорядках, бесчинствах и коррупции, взяточничестве, хищениях и т. п. Самыми суровыми мерами эмир добился безопас- ности на караванных путях, жестоко карая пойманных разбойников. Репрессиям подвергались и родственники разбойников. Наказания преступивших эмирский закон и ослушников его воли отличались исключительной же- стокостью. В конце 80-х — начале 90-х годов Абдуррахман-ханом был создан разветвленный административно-полицей- ский аппарат, обеспечивавший более регулярное поступ- ление налогов в казну. Классовый характер внутренней политики эмира выражался в безжалостном подавлении народных восстаний, главную роль в которых в основном играли крестьянские массы. Различные по своему харак- теру выступления, направленные против эмирской власти, особенного размаха и силы достигли во второй половине 80-х и начале 90-х годов XIX в. С целью упрочить свое положение Абдуррахман-хан, в особенности в начале правления, старался представить себя защитником интересов простого народа, охраняю- щим права налогоплательщиков, борцом против произ- вольных поборов. Так, в 1882 г., сместив губернатора Кандагара, не вносившего в казну собранных налогов, эмир приказал возвратить райатам 83376 рупий как «незаконно» взысканные с них бывшим губернатором. Впоследствии он всячески афишировал этот случай, что- 188
бы показать себя справедливым государем, пекущимся о народе. Хотя одной из главных целей его внутренней политики являлось обеспечение неукоснительного поступ- ления податей в казну, эмир, как свидетельствуют источ- ники, в ряде случаев предоставлял льготы определенным слоям населения, делился налоговыми доходами с влия- тельными лицами и группами лиц, в том числе мусуль- манскими богословами. Абдуррахман-хану не удалось окончательно подо- рвать силу знати афганских племен, ханы которых оста- вались носителями феодального сепаратизма. Он должен был считаться с их интересами, что ограничивало значе- ние его централизаторских мероприятий. Впрочем, когда он считал необходимым применить крутые меры, он это делал даже в отношении наиболее привилегированных дурранийских племен и их ханов. В положении афганских племен при Абдуррахман- хане произошли существенные изменения, одной из при- чин которых было падение роли кочевников-торговцев «повинда» в транзите товаров в результате постройки англичанами железных дорог к Хайберскому и Болан- скому горным проходам. Главные перевозки грузов стали совершаться по этим путям. В торговлю втягивалась и часть афганских феодалов во главе с самим эмиром, монополизировавшим экспорт и импорт важнейших то- варов. Выступая как крупнейший купец в государстве, Абдуррахман-хан вместе с тем принимал меры для поощ- рения афганского купечества, стремясь увеличить его участие во внешней торговле и ограничить преобладание в ней иностранцев. Политика эмира способствовала не- которому повышению роли национального купечества в торговле страны. Он пытался унифицировать меры веса и длины, а также ввести единую денежную систему. В Ка- буле был построен монетный двор, на котором машин- ным способом чеканились серебряные и медные деньги. Эти мероприятия были выгодны в первую очередь купе- честву и связанным с торговлей феодалам. В целом внутренняя политика Абдуррахман-хана от- ражала интересы той части класса феодалов, которая в отличие от ханов племен, опиравшихся на силу воз- главляемых ими ополчений, постоянно нуждалась в креп- ком централизованном государстве с его аппаратом насилия и принуждения для обеспечения господства над эксплуатируемым крестьянством. К этой части феодалов 189
относились военачальники, придворные, чиновники, вла- девшие землями, пожалованными им или их предкам за службу. Во внешней политике эмир стремился обеспечить са- мостоятельное существование государства путем исполь- зования англо-русских противоречий. Отвлекая внимание эмира от борьбы за населенные афганцами пограничные области и рассчитывая использовать Афганистан в слу- чае войны с царской Россией, Англия побуждала ею к расширению владений на севере, поставляла вооруже- ние, помогла построить арсенал в Кабуле и увеличила денежную субсидию. Однако эмир, соблюдая собствен- ные интересы, отнюдь не собирался воевать с Россией ради выгод Англии, показав себя осторожным и преду- смотрительным дипломатом. Обращаясь к характеристике Абдуррахман-хана как исторического деятеля, правителя и человека, следует отметить противоречивость его деятельности. Он был, особенно в последние годы своей жизни, исключительно жестоким правителем, о котором вспоминают в Афгани- стане как о беспощадном тиране. Видный советский исследователь И. М. Рейснер, отмечая, что английская помощь «весьма пригодилась энергичному эмиру» при окончательном подчинении окраин «путем политики ре- шительной централизации», так оценивал деятельность Абдуррахман-хана: «Пользуясь своим положением — единственного по- средника между Афганистаном и внешним миром, опи- раясь на превосходство военной техники и постоянный приток финансовой помощи из-за индийской границы, кабульский эмир решил возвыситься до положения аф- ганского государя и стать из феодального главы незави- симых племен настоящим монархом. Отсутствие крупных городских поселений и слабое развитие торгового капи- тала лишили молодой афганский абсолютизм просве- щенного характера и сузили его историческую роль. Дру- гим препятствием был крайне пестрый... состав различ- ных групп населения, образующих Афганистан». Далее И. М. Рейснер, ссылаясь на автобиографию Абдуррах- ман-хана, утверждает, что в ней эмир «изо всех сил стре- мится представить свою деятельность в духе лучших образцов XVIII века в Европе». Но по существу он был «не столько глубоким реформатором, как искусным пол- ководцем» 57. 190
Проведенные эмиром мероприятия способствовали росту городов, торговли, приобщению к ней части фео- дального класса, формированию национального купече- ского капитала и внутреннего рынка. Искусным манев- рированием он сохранял завоеванную народом самостоя- тельность афганского государства. Многое в деятельности Абдуррахман-хана создавало предпосылки для появления в дальнейшем ростков но- вого. Так, в связи с установкой на кабульском предприя- тии «Машин-хане» современных станков и механизмов он должен был набирать и обучать первые кадры про- мышленных рабочих. Правда, этих рабочих еще нельзя безоговорочно считать представителями вольнонаемного труда, так как их заставляли работать насильно, а по положению они больше были сходны с работными людь- ми на крепостных мануфактурах дореформенной России, чем с рабочими на предприятиях капиталистического типа. Однако из признания объективных исторических по- следствий таких сторон деятельности Абдуррахман-хана, как централизация государства и укрепление эмирской власти, достигнутых драконовскими мерами, отнюдь не следует правомерность идеализации его личности или его деспотического режима. Изложенный выше материал показывает, что внешняя и внутренняя политика Абдур- рахман-хана носила крайне противоречивый характер. Афганистан в начале XX века В начале XX в. Афганистан относился к числу полу- зависимых (полуколониальных) государств, характери- зуя положение которых В. И. Ленин отмечал: «. . .борьба из-за этих полузависимых стран особенно должна была обостриться в эпоху финансового капитала, когда осталь- ной мир уже был поделен»58. Положение Афганистана несколько отличалось от положения большинства схожих с ним по статусу стран Востока того времени. Подвергаясь через внешнюю тор- говлю воздействию капиталистического рынка, Афгани- стан, однако, не был превращен в объект экспорта капи- тала. Афганское государство не было опутано внешними займами, на его территории не существовало иностран- ных концессий. В XX в. Афганистан вступал страной, сохранявшей самостоятельность во внутренних делах, но 191
с неполным суверенитетом, ограниченным внешнеполи- тическими запретами. Он оставался изолированной от внешнего мира, замкнутой и слабо развитой страной, в которой не было ни железных, ни автомобильных до- рог. Основой экономической жизни для большинства на- селения этой страны было, как и прежде, сельское хо- зяйство: земледелие и пастбищное скотоводство. По сообщениям приезжающих в Среднюю Азию из Афгани- стана купцов, наиболее плодородными районами, «снаб- жающими продуктами земледелия не только местное на- селение, но и имеющими возможность вывозить избыток продуктов», считались Бадахшан, Кундуз, Чарвилайет, Герат, Фарах, Кандагар с Газни и долина среднего тече- ния реки Кабул *. Однако в стране часто не хватало хлеба. Вывоз пшеницы, ячменя, джугары и муки в Сред- нюю Азию из пограничных областей Северного Афгани- стана в отдельные урожайные годы был очень невелик и, по-видимому, носил в основном характер обычной ба- зарной торговли между соседними районами. Главной продовольственной культурой Афганистана была пшеница. Второе место по площади посевов зани- мал ячмень, являвшийся преобладающей культурой и основой питания населения горных и высокогорных рай- онов. Третье место принадлежало культуре риса59. Под влиянием природных условий в основных земле- дельческих районах Афганистана издавна получило пре- обладание поливное земледелие, в ряде районов един- ственно возможное. Для орошения использовались воды рек, ручьев. В некоторых районах применялось кяризное орошение. Основным земледельческим районом страны в начале XX в. был Афганский Туркестан, в котором на плодородных лёссовых почвах возделывались главным образом зерновые культуры. В оазисах Афганского Тур- кестана наряду с орошаемым земледелием в крупных масштабах в предгорьях велось и неполивное земледе- лие, выращивались пшеница и ячмень. Гератский оазис с его разнообразными, довольно глу- бокими аллювиальными почвами, орошаемыми водами реки Герируд, был известен со времен средневековья. В результате многовековых усилий трудящихся-земле- дельцев здесь развивалось полеводство, садоводство, бахчеводство и огородничество. * Продукты, как правило, вывозились преимущественно в со- седние районы и области. 192
Центром другого крупного оазиса, орошаемого во- дами реки Аргандаб, был Кандагар. Природные условия для обработки земель, представлявших собой узкие при- брежные полосы с каменистыми неглубокими почвами, способствовали развитию плодоводства. В окрестностях Кандагара быстрое развитие получило садоводство и огородничество. Но в основном это были протянувшиеся по берегам Аргандаба гранатовые рощи. Наряду с такими крупными оазисами, как Гератский и Кандагарский, значительные массивы земель под по- ливными культурами находились в более или менее узких горных долинах, расположенных на высотах от 1400 до 2600 м. Земля обрабатывалась самыми неслож- ными сельскохозяйственными орудиями. В основном это деревянный плуг, уравнительная доска «мала» (заме- нявшая борону) и т. п. Молотьба производилась пере- гонкой животных по разбросанным стеблям с колосьями. Однако в устройство этих примитивных орудий труда все гремя вносились простые, но полезные усовершенствова- ния60. Кроме того, накопленный веками опыт местных земледельцев способствовал внесению некоторых усовер- шенствований в сельскохозяйственное производство. Это нашло свое выражение в применении приспособленных к природным условиям различных способов ирригации, в умелой подготовке полей к посеву, в улучшении почвы естественными удобрениями, в тщательности ухода за растениями. В целом в результате сложившихся к началу XX в. неблагоприятных исторических условий земледелие в Аф- ганистане оставалось малопродуктивным, основанным на ручном труде. Развитие его тормозилось прежде всего социально-экономическими условиями. Сохранялись фео- дальные отношения, преобладали натуральные и полу- натуральные формы хозяйства. На рубеже XX в. на севере страны (в меньшей сте- пени в Кандагарском оазисе) начало ускоряться разви- тие хлопководства в связи с ростом вывоза хлопка в Ин- дию и особенно в Россию. Из других технических куль- тур возделывались масличные, в основном лен и кунжут (преимущественно в северной части страны), в некото- рых местностях — опийный мак (в Бадахшане и в Аф- ганском Туркестане) и в незначительных количествах — сахарный тростник (в Джелалабадском оазисе). Одной из основных отраслей хозяйства Афганистана 7 Зак. № 819 193
наряду с земледелием оставалось пастбищное скотовод, ство. На богатые пастбища в Северном Афганистане еже- годно перегоняли стада кочевники из южной части стра^ ны. С давних пор славился выпасами Бадгис. Большие пастбищные угодья Хазараджата способствовали как развитию животноводства среди местных жителей-хаза- рейцев, так и притоку сюда кочевников во время сезон- ных передвижений. К началу XX в. кочевое скотоводство оставалось глав- ной отраслью хозяйства некоторых крупных афганских племен. Из дурранийских племен скотоводами-кочевни- ками были нурзаи, а из гильзайских — сулейман-хель. Имелись также афганские племена, занимавшиеся от- части земледелием, отчасти кочевым скотоводством. Из дурранийских племен к числу таких относились ачак- заи. Стада кочевников состояли преимущественно из овец. Весьма хорошими качествами отличалась шерсть белых курдючных овец, разводимых гильзаями. Афганские ско- товоды разводили также верблюдов (особенно в Кан- дагарской области), ослов, зебу, буйволов. Коневодство было развито сравнительно слабо. В Хазараджате, жи- тели которого вели в основном оседлый образ жизни, скотоводство было отгонным и имело подсобный харак- тер. Используя пастбища, расположенные на склонах гор, многие семьи передвигались для выпаса скота на летовки (отстоящие обычно неподалеку от селений), воз- вращаясь осенью для уборки урожая. В скотоводческих хозяйствах хазарейцев, как и у афганцев, первое место занимали овцеводство и разведение коз. В хозяйстве туркмен, остававшихся преимуществен- но скотоводами, с конца XIX в. (в связи с ростом экс- порта каракуля) стало довольно быстро увеличиваться поголовье каракулевых овец. Большое значение ското- водство имело для джемшидов, фирузкухов, таймени, а также части узбеков. У таджиков оно имело почти всегда лишь подсобный характер. Значительная часть сельских промыслов была свя- зана с обработкой продуктов скотоводства. При сравни- тельно небольших масштабах хлопкового хозяйства и первостепенном значении овцеводства домашнее произ- водство различных изделий из шерсти получило в Афга- нистане довольно широкое распространение. Из шерсти вырабатывались ткани, войлок, ковры и много других 194
предметов обихода. Афганские кочевники занимались выделкой грубых шерстяных тканей и одеял, ковротка- чеством, валянием войлока, а также вязанием чулок, пле- тением арканов и т. п. В Хазараджате ткали ковры, паласы, производили шерстяные ткани высокого каче- ства. В одежды из кустарных хазарейских сукон одева- лось большинство населения Афганистана. В горных тад- жикских районах выделывались шерстяные ткани, иду- щие на халаты и паласы. Узбеки вырабатывали грубую шерстяную ткань, паласы, мешки и т. п. Кандагар был известен изготовлением войлочной верхней одежды. Хотя обработка шкур, выделка кож и изделий из них произ- водились в рамках домашнего сельского производства, этим занимались в сравнительно широких масштабах и ремесленники во многих городах Афганистана. Выработка хлопчатобумажных тканей была в Афга-i нистане менее развита. Домотканая материя («карбас»), производство которой было налажено, в частности, в таджикских горных районах, употреблялась лишь бед- нейшими слоями населения. Узбекские ткачи выделы- вали простые, но прочные хлопчатобумажные материи (алача и мата). В некоторых частях страны существо- вало кустарное производство шелковых тканей. Из го- родов Афганистана наибольшее значение как центр ре- месленного производства имел Кабул; второе место при- надлежало Кандагару. Значительную роль в жизни ремесленников продол- жали играть традиции средневековой цеховой организа- ции. Городские ремесленники одинаковых профессий за- нимали отдельные кварталы или ряды на базарах. Так, в Кандагаре, к северу от Гератского базара, помещались сундучные мастера, а напротив них — портные и сапож- ники. В Кабуле существовал специальный базар, где не только продавались, но и вырабатывались предметы до- машнего обихода из меди. Среди ремесленников Кабула .выделялись как профессиональным умением, так и высо- ким качеством художественной отделки своей продукции мастера по производству медной посуды, а также рез- чики по дереву и ювелиры. В Кандагаре основными ви- дами ремесленного производства были выделка зимней одежды из войлока и войлочных изделий, а также обра- ботка шелка. Кандагарские мастера славились искус- ством вышивки шелками войлочных одежд, предназна- ченных для богатых людей. С давних пор заслуженной * 195
известностью пользовались туркменские и гератские спе- циалисты ковроткачества Положение подавляющего большинства рядовых ре- месленникоЕ было очень тяжелым. С раннего утра и до позднего вечера, буквально не разгибая спины, труди- лись они в мастерских богатых кабульских купцов, поме- щавшихся, как правило, в низких полуподвальных поме- щениях под лавками на базарах. В начале XX в. хозяйственное и культурное развитие Афганистана проходило в весьма сложных условиях. Внешнеполитическая ситуация стала более устойчивой лишь б результате стабилизации положения на границе с Россией. В то же время после соглашения 1893 г. с Анг- лией граница Афганистана с Британской Индией сдела- лась постоянным очагОхМ конфликтов. Почти не прекра- щавшиеся военные действия против английских завоева- телей в землях пограничных афганских (пуштунских) племен нарушали традиционные коммерческие связи ме- жду Афганистаном и Индией, торговля с которой оста- валась на первом месте во внешнеторговом обороте Афганистана. Политические и экономические обстоятельства побу- ждали эмира к усилению связей с Россией, хотя бы в единственно возможной без риска немедленного кон- фликта с Англией форме торговых связей. В 1898— 1900 гг. Абдуррахман-хан стал больше, чем прежде, скло- няться к расширению торговли с Россией и с Бухарой, в связи с чем он несколько снизил пошлины на ввоз рус- ского сахара и текстильных изделий61. Русские власти и торгово-промышленные фирмы в свою очередь оказывали в это время значительное содействие участию афганцев в торговле между Россией и Афганистаном. Будучи тяжело больным, эмир стал готовить своего старшего сына, Хабибуллу-хана, к занятию престола, же- лая предотвратить междоусобную борьбу за власть, столь часто в былые времена разгоравшуюся в Афгани- стане после смерти правителей. Абдуррахман-хан пору- чал ему руководство важнейшими ведомствами, предо- ставил право смещения и назначения гражданских и во- енных должностных лиц, т. е. делал все, чтобы Хабибул- ла-хан смог, вступив на трон, опереться на войско и незамедлительно взять власть в свои руки. Абдуррахман-хан умер 1 октября 1901 г. Смерть скры- вали от населения до 3 октября, когда Хабибулла-хан 196
был торжественно провозглашен эмиром и принял при- сягу от членов правившей семьи, а также от других нахо- дившихся в Кабуле влиятельных лиц и от «простых лю- дей». О восшествии на престол Хабибулла-хан известил вице-короля Индии письмом, в котором заявил о наме- рении следовать по стопам своего отца, обещал быть «другом его друзей» и не становиться на сторону его врагов. Вице-король Индии лорд Керзон попытался не- медленно вырвать у нового эмира дополнительные уступ- ки, еще более урезывающие суверенитет страны. Исполь- зуя начавшуюся переписку о пересмотре англо-афган- ских соглашений, Керзон счел выгодным истолковать их как договоры, заключенные лично с Абдуррахман-ха- нОхМ и нуждающиеся в возобновлении после его смерти.. Он сообщил Хабибулле-хану, что они могут быть возоб- новлены лишь после обсуждения и урегулирования «во- просов, затруднявших англо-афганские взаимоотноше- ния». На приглашение Керзона встретиться в Пешаваре весной 1902 г. Хабибулла-хан ответил отказом, мотиви- руя его тем, что из-за отсутствия спорных вопросов нст> надобности в дополнения* к соглашениям, заключенным Абдуррахман-ханом. Второе приглашение (июнь 1902 г.) Хабибулла-хан оставил вовсе без ответа. Внутреннее положение в Афганистане в первые годы правления Хабибуллы-хана было неустойчивым, а его власть непрочной. В 1902 г. страну поразила засуха, вы- звавшая голод. Вспыхнула эпидемия холеры. В 1903 г. дуррани и гильзаи выступили с протестом против обя- занности поставлять одного воина из каждых восьми способных носить оружие. Эмир пошел на некоторые }ступки афганским племенам. В английской и русской прессе начала XX в. неоднол кратно сообщалось о намерениях России установить от- ношения с Афганистаном путем обмена торговыми пред- ставителями 62. Однако британская дипломатия противо- действовала выходу Афганистана из состояния изоля- ции. Попытки установления прямых русско-афганских контактов между пограничными властями и обмена тор- 1 овыми представителями между Россией и Афганистаном остались безрезультатными. Английские власти проводили военную подготовку, увеличивая и реорганизуя колониальную армию, строили Железные дороги на севере Индии и готовились к про- 197
должению их по территории Афганистана на случай войны между Англией и Россией. Есть сведения о том, что в апреле 1904 г. англичане вели переговоры с Хаби- буллой-ханом об «уступке» Англии Кунара для соору- жения по долине реки Кунар дороги к русской гра- нице 63, Международная обстановка облегчала британской дипломатии проведение активных действий на Среднем Востоке в связи с неудачами царской России в войне с Японией. Стремясь использовать эту ситуацию для укрепления своих позиций в Афганистане, руководители британской политики направили в Кабул миссию Дэна с целью заключения нового договора. Дэну было пору- чено добиваться сохранения полного контроля со сто- роны британского правительства над внешней полити- кой Афганистана и получить согласие эмира на построй- ку на подвластных ему территориях железных дорог, соединяющих его владения с Индией. По сообщениям печати, миссия Дэна ставила также перед Хабибуллой- ханом вопрос о продолжении по территории Афганиста- на индийских телеграфных линий и о предоставлении английским подданным права въезда в страну. По-види- мому, Дэн требовал и замены находившегося при кабуль- ском дворе агента из индийских мусульман официаль- ным посольством. Есть основания полагать, что Дэн пытался добиться разрешения эмира на приезд в Афга- нистан английских военных инженеров для руководства фортификационными работами на афгано-русской гра- нице. Принятие таких требований значительно усилило бы проникновение британского империализма в Афганистан, подготовляя почву для окончательного превращения этой страны в английскую колонию. Дэн привез в Кабул проект договора, выработанный Керзоном. Хабибулла- хан отказался принять его, выразив резкое недовольство одной из статей, ограничивавшей право ввоза оружия в Афганистан. Переговоры, продолжавшиеся с конца 1904 по март 1905 г., неоднократно заходили в тупик. 1 января 1905 г. Хабибулла-хан предложил свой проект договора, сво- дившийся к продлению на срок его царствования преж- них соглашений, заключенных с Абдуррахман-ханом. Проект этот английскими колониальными властями Ин- дии был признан неприемлемым. Но в правящих кругах 198
метрополии верх взяли сторонники более осторожной политики, не считавшие выгодным идти на риск войны. Британское правительство решило принять проект дого- вора в редакции Хабибуллы-хана, который и был под- писан в Кабуле 2Гмарта 1905 г. Самолюбие Хабибуллы-хана в известной мере было удовлетворено признанием за ним англичанами королев- ского титула. В тексте договора он был назван «Его Величество сирадж ал-миллат ва-д-дин эмир Хабибулла- хан, независимый король афганского государства». Ко- нечно, наличие эпитета «независимый» не означало изме- нения позиции английского правительства в вопросе о подлинной независимости Афганистана, по-прежнему лишенного одного из основных прав суверенного госу- дарства— права самостоятельных дипломатических сно- шений с другими странами. Принятие Хабибуллой-ханом обязательств Абдуррахман-хана перед Англией закреп- ляло за ней сохранение контроля над внешней полити- кой Афганистана. За это англичане стали платить новому эмиру такую же субсидию, какую получал Абдуррахман- хан. В начале 1907 г. Хабибулла-хан, приняв приглашение вице-короля Минто, совершил поездку в Индию. Англо- индийские колониальные власти устроили афганскому эмиру пышный прием. Он получил высшие английские ордена, побывал на военных кораблях в Бомбее, охо- тился на тигров во владениях махараджи Гвалиора, по- сещал в Калькутте и в других местах фабрики, заводы, музеи и т. д. Особый интерес эмир проявлял к военным делам. Во время визитов в воинские лагеря он осма- тривал артиллерию, наблюдал за «процессом работы беспроволочного телеграфа» и даже взобрался в корзину военного воздушного шара. Вернувшись в Афганистан, он неоднократно в своих публичных выступлениях под- черкивал необходимость военно-технических заимствова- ний и усовершенствований, модернизации армии и воен- ного дела, связывая с этим признание неотложности разнообразных реформ в стране. Хотя в начале XX в. англо-русские отношения про- должали оставаться напряженными, постепенно стали намечаться признаки надвигающегося поворота в поли- тике Англии, связанного прежде всего с резким усиле- нием ее соперничества с Германией. Готовя большое наступление против Англии на Востоке, германский им- 199
периализм стал уделять внимание не только Ирану, но и Афганистану как воротам в Индию. Немецкие фирмы продавали афганскому эмиру образцы артиллерийского вооружения, по которым предполагалось обновить про- изводство орудий на заводе «Машин-хане» в Кабуле. Целям проникновения германского империализма в Месопотамию служила и Багдадская железная дорога. Британским политическим руководителям приходилось считаться как с перспективой появления в Персидском заливе германских военных кораблей, базирующихся в построенных немецкими инженерами доках, так и с угрозой использования Багдадской дороги гогенцол- лерновской армией. Это побуждало некоторых англий- ских государственных деятелей ставить вопрос о пере- смотре политики на Ближнем и Среднем Востоке. К 1906 г. проникновение германских империалистов на Ближний Восток и в Иран усилилось, в том же направ- лении шло и их экономическое наступление. Резкое обо- стрение противоречий между Англией и Германией, ре- волюция в Иране и рост освободительного движения е Индии определяли новую обстановку, что побуждало британские правящие круги искать пути сближения с Россией. Царское правительство в течение некоторого времени придерживалось выжидательной политики в отношении намерений британской дипломатии. Однако с весны 1906 г. оно стало склоняться к соглашению с Англией. Этот поворот объяснялся стремлением быстрее получить французские и английские займы, столь важные для укрепления царского режима, ослабленного поражением в войне с Японией и революцией в России. Царская дип- ломатия, вступая в переговоры с Англией, готова была отступить от прежних позиций, связанных с Афганиста- ном, взамен на содействие Англии в вопросе о проливах и в балканской политике. Но, идя на уступки Англии по главным политическим вопросам, касающимся Афгани- стана, царская дипломатия стремилась выговорить ка- кие-нибудь льготы для развития русско-афганской тор- говли. Суть соглашения Англии и России о размежевании сфер влияния, подписанного 18 (31) августа 1907 г., была охарактеризована В. И. Лениным следующим об- разом: «...делят Персию, Афганистан, Тибет (готовятся к войне с Германией)»64. Пять статей соглашения каса- 200
лись Афганистана, В статье 1 содержалась прежняя фор- мула признания Афганистана страной, «лежащей вне сферы русского влияния». Однако если прежде царская дипломатия официально никак не высказывалась отно- сительно лишения афганского эмира права непосред- ственных сношений с другими государствами, то теперь она обязывалась «пользоваться для всех своих полити- ческих сношений с Афганистаном посредничеством пра- вительства его британского величества». Царское прави- тельство соглашалось также «не посылать никаких аген- тов в Афганистан»65. В статье 2 правительство Англии заявляло, что оно обязуется не присоединять и не занимать какой-либо части Афганистана, не вмешиваться во внутреннее уп- равление этой страной. Это лицемерное заявление бри- танского правительства, отвергавшего в секретных пере- говорах с Россией в том же 1907 г. всякую мысль об шраничении своей «свободы действия» по отношению к Афганистану66, сопровождалось оговоркой насчет не- обходимости выполнения афганским эмиром его обяза- тельств перед британским правительством как условия действительности зафиксированного в этой статье анг- лийского обязательства. В статье 3 признавалось, что русским и афганским должностным лицам на границе и в пограничных обла- стях «не возбраняются непосредственные контакты» с це- лью решения «местных вопросов, не имеющих политиче- ского характера». В статье 4 декларировалось признание принципа торгового равноправия Англии и России в Аф- ганистане и предусматривалось, что, если развитие тор- говли приведет к необходимости иметь в Афганистане русских торговых агентов, британское и царское прави- тельства «согласуют между собой вопрос» о мерах, кото- рые надобно будет принять. В статье 5 вхождение в силу соглашения применительно к Афганистану обусловлива- лось одобрением относящихся к нему статей со стороны афганского эмира. Вице-король Индии информировал Хабибуллу-хана о содержании имеющих отношение к Афганистану ста- тей соглашения письмом от 10 сентября 1907 г. В своем ответе эмир сообщил, что Государственный совет при- знал соглашение невыгодным для Афганистана и нару- шающим его независимость. Затем он публично заявил о непризнании соглашения 1907 г, Эмир должен был 201
считаться с отрицательным отношением к этому согла- шению, во всяком случае с тем, что в правящих кругах Афганистана о нем было распространено мнение как об унижающем достоинство страны и пагубном для ее не- зависимости. Опротестование Хабибуллой-ханом этого соглашения и дальнейшая политика эмира сводили на нет торговое равноправие сторон, а также перспективы «непосред- ственных сношений» пограничных властей и допуска в Афганистан русских торговых агентов, выговоренных царской дипломатией в ходе дипломатического торга. Афганистан остался «запретной страной» прежде всего именно для России. Англо-русское соглашение 1907 г. ослабляло позиции Афганистана, ибо для него создалась гораздо более тя- желая, чем в предшествующие годы, внешнеполитиче- ская обстановка, осложнявшая перспективы восстанов- ления его государственного суверенитета. Возможности игры на англо-русских противоречиях, использовавшие- ся в свое время Абдуррахман-ханом, теперь свелись к минимуму. В этих условиях Хабибулла-хан продолжал придерживаться политики изоляции страны, проводив- шейся его отцом. Европейцам по-прежнему строго вос- прещался въезд в Афганистан без особого на то разре- шения эмира, выдававшегося лишь в единичных слу- чаях. В находившемся под деспотической властью эмира Афганистане около !/з населения составляли кочевники и полукочевники, сохранялись архаические для XX в. феодальные отношения. Вместе с тем, будучи во внеш- неполитической зависимости от Англии, эмир подпадал под все большую зависимость от нее и в экономической области. Вывозя сырье и импортируя промышленные товары, Афганистан постепенно превращался в аграрно- сырьевой придаток капиталистического мира. Насиль- ственная изоляция и тяжкий груз средневековья пре- пятствовали хозяйственному и культурному развитию страны. Крестьянство было податным сословием, обя- занным уплачивать поземельный и другие налоги в пользу эмирской казны, которые взимались в значи- тельной своей части или даже преимущественно нату- рой. Крестьяне страдали от жестокого произвола и вымогательств чиновников, связанных с широко практи- ковавшейся системой сдачи сбора податей на откуп. 202
Чиновники, ведавшие сбором податей, строго контроли- ровали крестьян, опечатывая собранный урожай. Земле- делец под страхом сурового наказания не мог им поль- зоваться, пока не сдаст полагавшийся с него налог. В годы правления Хабибуллы-хана с налогоплатель- щиков кроме зерна и скота, взимавшихся в счет основ- ных налогов— малиата и заката, взыскивалось много других податей и поборов, в частности «похоронных», «свадебных» и др. Применялись принудительные работы по очистке казенных арыков, ремонту и постройке дорог, мостов и т. п.67 Особенно тяжелым оставалось положе- ние крестьян в покоренных афганскими эмирами районах северной и центральной части страны, в Афган- ском Туркестане, Хазараджате и т. д. В Афганском Тур- кестане обширные территории принадлежали на правах домена лично Хабибулле-хану; часть этих земель раз- давалась афганской знати. Положение малоимущих скотоводов, обремененных многочисленными податями и поборами, было также очень тяжелым. Многие из них, как и оседлые крестьяне, страдали как от развития денежного хозяйства, сопро- вождавшегося проникновением в деревню торгово- ростовщического капитала, так и от подрыва натураль- ных форм хозяйства. Значительная часть крестьянства разорялась и обезземеливалась. Среди кочевников резко усилилось имущественное неравенство, и многие мало- имущие скотоводы превратились в пастухов стад, при- надлежащих богачам. Поскольку своей фабрично-заводской промышлен- ности в Афганистане (кроме нескольких казенных пред- приятий) еще не существовало, потреблявшиеся товары фабрично-заводского производства ввозились из-за гра- ницы. Экономика страны во многом зависела от внеш- ней торговли, в которой первое место занимала Индия. Английские империалисты использовали эту торговлю и участвовавший в ней индийский капитал для расши- рения своего влияния в Афганистане. Из Афганистана экспортировалась главным образом продукция овцеводства — каракулевые шкурки и овечья шерсть. В 1913—1914 гг. вывоз шерсти и каракуля со- ставил почти половину всего экспорта Афганистана в Англию (Индию) и Россию68. Хабибулла-хан сохранил эмирскую монополию на экспорт каракуля, введенную Абдуррахман-ханом. Ко времени первой мировой войны 203
численность каракульских овец в Афганистане превы- шала 1 млн. голов69. Хабибулла-хан вел оптовую тор- говлю и другими товарами, расходуя крупную часть английской субсидии на коммерческие закупки в Индии. В начале своего правления Хабибулла-хан провел не- которые мероприятия, способствовавшие укреплению по- зиций национального купечества. Но внутренняя тор- говля развивалась медленно. При сохранении натураль- ных и полунатуральных форм хозяйства удерживалась ставшая анахронизмом средневековая податная система сбора налогов натурой, препятствовавшая росту товарно- денежных отношений. Однако в Афганистане, хотя и медленно, все же происходили немаловажные измене- ния: росли города, развивались торговля и ремесла, в некоторых районах расширялась ирригационная сеть, укреплялись связи помещиков с рынком, в крупной тор- говле повышалась роль местного купечества, складыва- лась национальная торговая буржуазия. Предпосыл- ками этих изменений были политическая консолидация, возраставшая специализация сельского хозяйства, скла- дывание внутреннего рынка. В страну ввозилась, хотя и в незначительном коли- честве, современная техника. Проведением телефонной линии между Кабулом и Джелалабадом в 1909—1910 гг. был сделан первый шаг в развитии современных средств связи. Было построено несколько небольших электро- станций и принято решение соорудить ГЭС в Джабаль ус-Сирадже (в 60 км от Кабула) для снабжения энер- гией нескольких новых казенных предприятий фабрично- заводского типа. Оборудование и материалы, необходи- мые для строительства этой первой в Афганистане ГЭС, импортировались преимущественно из США, руковод- ство ее сооружением возглавлялось американским инже- нером. Строительство началось в 1907 г. и закончилось только в 1919 г. В 1903 г. в Кабуле начало работать казенное коже- венно-обувное предприятие. Его продукция предназна- чалась в основном для афганской армии. К 1917 г. за- кончилось строительство кабульской суконной фабрики. История ее постройки — наглядное свидетельство того, с какими трудностями приходилось сталкиваться Афга- нистану при сооружении промышленных предприятий. Наряду с дороговизной самого промышленного обору- дования непомерных расходов стоила его доставка при- 204
митивными транспортными средствами в условиях бездорожья горной страны. Только возведение стен фабричного здания из-за отсутствия необходимых строи- тельных материалов и затруднений при транспортировке (их привозили из отдаленных районов) затянулось на пять лет. Покупная цена машин для кабульской сукон- ной фабрики составила немногим более 80 тыс. долл., а доставка их обошлась эмирской казне в 240 тыс. долл.70 Экономические результаты первых шагов в создании фабрично-заводской промышленности Афганистана были очень невелики. Кроме того, для освоения новой тех- ники, даже поступавшей в крайне ограниченном коли- честве, требовались специалисты, получившие хотя ка- кое-нибудь современное образование. Необходимость научно-технических усовершенствований в военном деле также со всей очевидностью показывала эмиру и его окружению, что для армии нужны способные и грамот- ные офицеры. Иными словами, попытки модернизации афганского государства в начале XX в. вызывались тре- бованиями жизни. Первоначально эти попытки ограни- чивались техническими заимствованиями в вооружении. Увеличивалось начатое еще при Абдуррахман-хане освоение заморских новинок в дворцовом обиходе. Но затем были осуществлены и более важные нововведения в области просвещения. Внешняя европеизация двора эмира сводилась к за- имствованиям в этикете, к пополнению меню эмирской кухни новыми блюдами, приготовлявшимися по запад- ным поварским рецептам, к смене Хабибуллой-ханом во время приемов и некоторых церемоний национального костюма на европейский мундир или фрак, что вызы- вало соответствующие перемены и в одеяниях сановни- ков. К числу придворных развлечений прибавились такие спортивные игры, как гольф, теннис и крикет. Эмир и его приближенные обзавелись американскими авторуч- ками, инвентарь дворцовых канцеляристов пополнился пишущими машинками и т. п. Хабибулла-хан не изменял своему пристрастию к автомобильной езде, и к началу первой мировой войны у него было 58 автомашин раз- ных марок для личных выездов. Новшества в придворном обиходе и закупки замор- ских диковинок, которые Хабибулла-хан выбирал по иллюстрированным каталогам европейских и американ- ских фирм и заказывал через бомбейских комиссионер 205
ров, не выходили, как правило, за стены дворцов, оста- ваясь достоянием государя и узкого круга его прибли- женных. Эти новшества не оказывали сколько-нибудь существенного влияния не только на жизнь страны и народа, но даже на быт господствующего класса в це- лом. Проявляя большой интерес к технике (прежде всего военной), эмир вместе с тем неизменно ориентировался на ортодоксальный ислам, как на важнейшее орудие своего господства. Он признавал, однако, необходимость модернизации образования и изучения в известных пре- делах современных наук для сохранения своего госу- дарства и укрепления своей власти. Оставаясь типич- ным восточным деспотом, он шел на это, отдавая дань велению времени, но стремясь сохранить в неприкосно- венности феодальные устои жизни и никоим образом не становясь на путь проведения хотя бы самых огра- ниченных политических и социально-экономических ре- форм. И все же создание в 1903 г. государственного граж- данского учебного заведения «Хабибия», а также орга- низация к 1909 г. офицерского училища «Харбин» по- ложили начало появлению (весьма немногочисленной в первое время) новой афганской интеллигенции, полу- чившей в той или иной мере современное образование. Это сыграло значительную роль в развитии культуры и распространении новых идей в стране. «Хабибия» —• первое в XX в. светское учебное заведение в Афгани- стане было основано как лицей, т. е. полная средняя школа общеобразовательного характера с 12-летним сроком обучения, организованная по типу англо-индий- ских колледжей. Лицей этот предназначался для под- готовки чиновников. Лицеистами, за редким исключе- нием, были только отпрыски знатных афганских семей; возраст учащихся колебался в пределах от 12 до 40 лет. Фактический срок обучения, как правило, выходил за рамки установленных 12 лет71. Полный курс заканчи- вали лишь немногие. Во главе лицея стоял д-р Абдул Гани, индийский мусульманин, находившийся на эмирской службе с 1895 г.72 Педагогами в нем преимущественно были афганские преподаватели и приезжие учителя из индий- ских мусульман; некоторые предметы преподавали тур- ки. Программа лицея составлялась по образцам обще- образовательных средних школ Британской Индии для 206
мусульманского населения и включала как традицион- ные религиозные предметы, так и дисциплины, прохо- дившиеся в европейских школах. В начальных классах в учебную программу входили: преподавание основ мусульманского вероучения, язык фарси, арифметика, география, упражнения в каллигра- фии. Программа второй ступени содержала продол- жение занятий по мусульманской религии, географии, языкам фарси и пашто (пушту), а также истории, од- ному из иностранных языков (английскому, урду или турецкому), рисованию, счетоводству и уроки по озна- комлению с гигиеной и санитарией. В классах третьей ступени проходили богословие, язык фарси (и литера- туру на нем), историю, географию, алгебру, тригоно- метрию, аналитическую геометрию, механику, природо- ведение, химию и английский язык73. В военной школе «Харбин» было две ступени: на- чальная (общеобразовательная) и специальная (воен- ная). Программа военной школы включала такие пред- меты, как коран, каллиграфия, арифметика, геометрия, алгебра, грамматика, история ислама, всеобщая исто- рия, затем ряд специальных военных дисциплин, гим- настика и строевая подготовка. В военной школе глав- ные специальные дисциплины вели турецкие офицеры. Однако там работали и афганские педагоги, в том числе Махмуд-бек Тарзи. Началом деятельности лицея «Хабибия» был сделан важный шаг к созданию современной системы образо- вания в Афганистане, имевший большое историко-куль- турное значение. Общее число учащихся в лицее в сред- нем составляло около 250—270 человек. В военной шко- ле вначале было 150 учащихся, а к концу правления Хабибуллы-хана их численность достигла 900 человек74. Наряду с созданием лицея и офицерского училища была предпринята попытка частичной модернизации об- разования и в традиционных мусульманских школах. Правда, все школы, учрежденные с такой целью в Ка- буле (их насчитывалось там 60), находились при ме- четях, т. е. не были еще светскими учебными заведе- ниями. В новых начальных школах насчитывалось около 5 тыс. учащихся; срок начального образования был определен в 5 лет. Несмотря на сравнительно неболь- шие масштабы, ряд недостатков и пробелов в модерни- зации образования в Афганистане в начале XX в., по- 207
ложительные последствия первых шагов в этой области сказались весьма скоро. Несомненно также историко-культурное значение расширения издательского дела, введения печатания подвижными литерами наборным способом и усовершен- ствования типографской техники. В 1911 —1912 гг. была основана «особая», с современным оборудованием ти- пография, названная именем старшего сына эмира — Инаятуллы-хана. Таким образом, были созданы усло- вия для значительного технического улучшения изда- ний в Афганистане, где в прошлом качество печатной (литографской) продукции было очень невысоким. Нововведения в области образования и развития пе- чати создавали благоприятные условия для распростра- нения современных прогрессивных идей. В этом круп- ную роль сыграли приглашенные на педагогическую работу индийские мусульмане, связанные с националь- но-освободительным движением у себя на родине. Кроме преподавателей в Кабуле находилось несколько техни- ков, оружейных мастеров. Проживали здесь также и получившие убежище некоторые революционные эми- гранты из Индии. Несомненно, что влияние освободи- тельного движения в соседней Индии на развитие на- циональной, буржуазной по своей направленности идео- логии в Афганистане было велико. Но, признавая это, следует учитывать значение новых взглядов и идей, про- никавших из Турции и Ирана в годы пробуждения Азии. Наряду с индийской в Кабуле была небольшая, ио влиятельная турецкая колония, состоявшая в основном из преподавателей офицерской школы. Изоляция Афганистана от внешнего мира в начале XX в. не была абсолютной. Связи населения этой страны с соседним Ираном отнюдь не были прерваны, и, не- смотря на отсутствие постоянных дипломатических от- ношений на высшем уровне, между правительствами, традиционные соседственные афгано-иранские связи как торговые, так и культурные сохранялись и в годы иран- ской революции. Это обстоятельство служило предметом большого беспокойства для афганских властей, особенно в Гератской провинции, опасавшихся воздействия рево- люционных событий в Иране и принимавших меры по закрытию границы, по недопущению ввоза иранских га- зет и т. п.75 Но, невзирая на все ограничения и запреты, с западной границы в Афганистан продолжали поступать 208
известия о революционных событиях в Иране, что не могло не оказывать влияния на внутреннюю обстановку в стране. В начале XX в. в Афганистане возникло движение сторонников преобразований. В это же время отмечался рост недовольства широких масс населения. В ряде местностей происходили крестьянские волнения. Народ- ные движения, прежде всего в районах расселения аф- ганских племен, приобретали антианглийскую направ- ленность, усилившуюся в связи с заключением англо- афганского договора 1905 г. и особенно англо-русского соглашения 1907 г. Рост национального самосознания и освободительных устремлений создавал благоприят- ную почву для восприятия идей, вызванных к жизни эпохой пробуждения Азии и распространявшихся под влиянием русской революции 1905 г. Они проникали в Афганистан не только из Ирана и Британской Индии, но и из Средней Азии, непосредственно затронутой ре- волюционными событиями 1905—1907 гг., а также и Турции. Однако внутренние условия Афганистана не благо- приятствовали развитию массового революционного дви- жения в таких масштабах, как в соседнем Иране. В то же время и здесь идеи борьбы за обновление внутрен- них порядков находили приверженцев, призывавших к введению конституции, а также к борьбе за незави- симость, против английских империалистов. Лицей «Ха- бпбия», в состав преподавателей которого входили луч- шие представители афганской интеллигенции и индий- ские педагоги, стал центром первой тайной организации сторонников реформ и введения конституции в Афгани- стане. По-видимому, первая группа этой организации была создана в Кабуле в конце 1906 г. Первых про- возвестников освободительных идей XX в. в Афгани- стане называют «старыми конституционалистами». Одним из инициаторов создания организации был д-р Абдул Гани, вероятно на первом этапе игравший руководящую роль. В дальнейшем ее возглавляли аф- ганцы Мухаммад Сарвар Кандахари и др. Члены пер- вой организации конституционалистов призывали к за- воеванию Афганистаном полной независимости, к про- ведению внутренних реформ, добиваясь, в частности, Конституционного правления в стране. Были среди них и сторонники республиканской формы правления76. Ве- 209
роятно, наиболее решительные из них рассчитывали осу- ществить свои цели путем заговора и государственного переворота. Однако организация была предана проникшими в нее эмирскими агентами. В марте 1909 г. члены организации были арестованы. Глава шпионов и фискалов Наиб-хан и начальник полиции Мирза Мухаммад Хусайн, в под- чинении которого находились полиция и тюрьмы Кабу- ла, представили Хабибулле-хану деятельность участни- ков раскрытой организации как чрезвычайно опасный заговор, направленный прежде всего против эмира. По свидетельству Абдул Гани, Мирза Мухаммад Хусайн настаивал на смертном приговоре всем конституциона- листам, ссылаясь на то, что они были связаны с между- народным революционным движением в России, Турке- стане, Персии77. Всего из этой группы было казнено семь человек, а около 60 брошено в тюрьму. Абдул Гани был приговорен к тюремному заключению. Список имен активных участников движения конституционалистов, репрессированных в 1909 г., приводится в книге афган- ского историка Мир Гулам Мухаммад Губара «Афгани- стан дар масир-и тарих» и сопровождается некоторыми сведениями о них; он свидетельствует, что кроме про- свещенных людей из афганской знати (их было боль- шинство) в движении принимали участие два кабуль- ских часовых дел мастера, а также придворный экс- педитор, т. е. люди, не принадлежавшие к сановной знати. Карательные меры эмира не ограничились только арестом членов кабульской организации «старые кон- ституционалисты»; репрессии применялись против всех заподозренных в участии в реформаторском движении, причем не только в Кабуле и в Джелалабаде, но и в Ге- рате и Кандагаре. Эмир опасался распространения ре- форматорских и революционных идей в войсках, на что указывают рассылавшиеся по гарнизонам устрашающие приказы. Круг сторонников нового, младоафганского движения последующего периода в основном ограничивался обра- зованными людьми из афганской знати и также срав- нительно немногочисленными приверженцами из среды новой интеллигенции Афганистана, передового офицер- ства, купечества. А4ладоафганцы этого круга хотя и ста- вили перед собой цель завоевания независимости страны, 210
но были оторваны от масс. Они ратовали за более реши- тельную модернизацию государства, за превращение его в конституционную монархию, стояли за реформы, про- ведение которых тормозилось наличием остатков средне- вековья. Хотя такие реформы отвечали коренным интере- сам всего населения, проведение их «сверху» было вы- годно прежде всего купечеству и связанным с торговым земледелием помещикам. Объективно их интересы в первую очередь и выражали младоафганцы, возлагав- шие свои надежды на молодого принца Амануллу-хана, третьего сына эмира Хабибуллы-хана. Признанным идейным главой младоафганцев после разгрома «старых конституционалистов» был Махмуд- бек Тарзи (1868—1933 гг.), влияние которого сильно сказалось на формировании взглядов принца Амануллы- хана, женатого на его дочери Сурайе. Махмуд Тарзи происходил из Кандагарской ветви баракзайского рода Мухаммадзаев, к которому принад- лежала и правившая династия. Отец Махмуд-бека— Гулам Мухаммад-хан был не только известным поэтом, но и обладал склонностями и способностями к другим искусствам; стихи он писал под тахаллусом (литератур- ным псевдонимом) Тарзи (Стилист). Этим псевдонимом впоследствии стал подписываться Махмуд. В 1881 или 1882 г., вскоре после прихода к власти Абдуррахман- хана, Гулам Мухаммад-хан Тарзи, разделив участь мно- гих своих знатных соотечественников, подвергся репрес- сиям со стороны нового эмира и был со всей семьей изгнан из страны. Он выехал в Индию, затем отпра- вился в Турцию, посетил Багдад и Стамбул. Султан Абдул-Хамид II разрешил ему поселиться в Дамаске. Гулам Мухаммад-хан Тарзи оставался в Сирии до по- следних дней жизни (ум. в 1901 г.). Махмуд Тарзи прожил в Сирии около 18 лет. Там он провел свои юные годы, получил образование. Он изучал турецкий и арабский языки. Персидским языком и ли- тературой занимался под руководством своего отца и рано начал писать стихи, обнаружив незаурядный поэти- ческий дар. Юный поэт познакомился с новой турецкой литературой, с прогрессивными идеями и обратился к гражданским, общественным мотивам, отказываясь от сковывающих традиций, в соответствии с которыми глу- бина содержания столь часто приносилась в жертву сти- листической изощренности. Внимание Махмуда Тарзи 211
привлекала и литература Запада, причем произведения европейских авторов он читал в турецких переводах. Воспринимая новые идеи из книг и встреч с людьми и расширив свой кругозор (он много путешествовал), Махмуд Тарзи пришел к решению посвятить свою жизнь борьбе за независимость отчизны и за ее обновление. Литературную деятельность он начал, еще находясь за пределами Афганистана. Однако печатать свои произ- ведения за границей ему было практически невозможно, и зачастую они оставались в рукописях. Только после возвращения на родину создались условия для издания творений Махмуда Тарзи; широко развернулась и его публицистическая деятельность. Из эмиграции он вернулся в 1902 г. по приглашению Хабибуллы-хана. Махмуд Тарзи произвел на эмира большое впечатление своей ученостью, широтой круго- зора и патриотической убежденностью в необходимости реформ для укрепления и процветания родины. Вскоре Тарзи был назначен главой бюро переводов, основной задачей которого было информирование эмира о собы- тиях, происходивших в мусульманских странах и в Европе. В дальнейшем Тарзи выступал в качестве писателя, публициста, переводчика, педагога и воспитателя, гла- шатая современных знаний и наук, страстного побор- ника просвещения своей родины и проповедника борьбы за ее освобождение. Большое место в этой благородной просветительской деятельности Тарзи принадлежало ру- ководимой им газете «Сирадж ал-ахбар-и афгания», вы- ходившей с октября 1911 по декабрь 1918 г. Махмуд Тарзи был не только неизменным ее редактором, но и автором очень многих печатавшихся в ней оригинальные статей и заметок на самые разнообразные темы. Ему принадлежали также многочисленные помещавшиеся в газете переводы, в частности из французской художе- ственной литературы XIX в. Наряду с этим оригинальные произведения Махмуда Тарзи и выполненные им многочисленные переводы пе- чатались отдельными изданиями. Из опубликованных в 1917 г. переводов Тарзи следует упомянуть прежде всего ряд произведений Жюля Верна («Пять недель на воздушном шаре», «20 000 лье под водой» и Др.). Пере- воды этих произведений в занимательной форме не только знакомили афганского читателя с различными 212
вопросами развития науки и техники XIX в., что имело большое познавательное значение, но и давали ему не- которое представление о взглядах передовой француз- ской интеллигенции левой, социалистической направлен- ности. К числу оригинальных произведений Махмуда Тарзи принадлежат «Сад мудрости», «Разрозненные мысли», «Образованность в науке», «Повесть о путешествии по трем частям света в двадцать девять дней» и ряд дру- гих художественных, научных и публицистических про- изведений в прозе и стихах, а также множество отдель- ных стихотворений и статей, опубликованных в периоди- ческих изданиях, — всего более 500. Первой печатной газетой в Афганистане в XX в. была «Сирадж ал-ахбар-и Афганистан»; единственный ее но- мер вышел в 1905 г. Через шесть лет после этого, в ок- тябре 1911 г., Махмуд Тарзи начал выпускать «Сирадж ал-ахбар-и афгания». В передовой (вступительной) статье к первому номеру «Сирадж ал-ахбар», написан- ной Махмудом Тарзи, была изложена программа изда- ния и сформулированы взгляды редактора на высокое назначение газетного дела. Рассуждая о пользе газет, Тарзи называл их могучим средством информации, «зер- калом, показывающим мир», наставником в художест- венной литературе и сильнейшим орудием в борьбе про- тив недоброжелателей отечества (в связи с этим он ука- зывал на величайшее значение гласности). Очень большой заслугой Махмуда Тарзи и его со- ратников по перу было распространение научных знаний. Газета не только пропагандировала (абстрактно) поль- зу науки, восхваляла знание и осуждала невежество, но и вела большую работу по распространению конкретных сведений о современных науках и технических достиже- ниях и изобретениях, открывая читателям окно в боль- шой и новый мир, окружающий изолированный Афга- нистан. Принципиальные положения Махмуда Тарзи и его соратников о роли наук в жизни общества и государства и их преклонение перед силой человеческого разума са- ми по себе имели, конечно, немаловажное значение. Су- щественно уже то, что впервые в новой истории Афгани- стана группа образованных людей, не принадлежавших ни по профессии, ни по положению или сословию к слу- жителям культа, осмелилась публично по-своему толко- 213
вать Коран, вторгаясь в заповедную сферу привилегий мусульманских улемов. В соответствии со своими взгля- дами Махмуд Тарзи и его сторонники заверяли, что их планы обновления страны ничуть не противоречат ис- ламу, а, напротив, согласуются с этой религией и вполне совместимы с ней. Рассматривая многообразную тематику научных и научно-популярных статей, печатавшихся в «Сирадж ал-ахбар», следует отметить прежде всего статьи теоре- тического характера. Они в популярной форме давали читателю общее представление о таких современных науках, как философия, политэкономия, международное право, о таких институтах, как городское самоуправле- ние, об акционерных обществах и их значении и т. д., подводя афганских читателей к пониманию многих ра- нее им неизвестных явлений и побуждая задумываться над вопросами о характере прогресса человечества, о формах и сущности европейских политических и со- циальных институтов и т. д. В «Сирадж ал-ахбар» уде- лялось внимание таким гуманитарным предметам, как археология, история, филология. Помещались статьи об искусстве. В газете иногда публиковались информа- тивные сведения о новых результатах научных исследо- ваний и путешествий западных ученых. Газета знако- мила читателей с основными фактами из истории совре- менных наук, с их достижениями, приводя сведения о важнейших открытиях и изобретениях. Значительное место отводилось информации о технических достиже- ниях. Приводились данные, характеризующие современ- ное развитие средств связи — почты, телеграфа, телефо- на, радио, а также новейшие для того времени способы сообщения — пароходное мореплавание, железнодорож- ный транспорт; рассказывалось об автомобилях с разъ- яснением их устройства и т. п. Десятки и сотни самых разнообразных статей и за- меток раскрывали перед читателями картину научных и технических достижений начала XX в. В общих чертах содержание газеты определялось сле- дующими рубриками: 1) передовая статья, посвященная какому-либо политическому, философскому или рели- гиозному вопросу; 2) сообщения о событиях внутренней жизни страны; 3) сообщения о зарубежных событиях, главным образом в мусульманских странах, а также в других государствах Азии и Европы; 4) литературный 214
отдел, включавший стихотворные произведения современ- ных поэтов Афганистана; 5) отдел науки и техники, пе- чатавший в основном переводные статьи и заметки, за- имствованные из иностранных газет и журналов; 6) раз- дел «Фельетон». В этом разделе помещались переводные беллетристические произведения (до пятого года издания газеты, после чего за счет «фельетонов» был увеличен объем внутренней и внешней информации); 7) различный по тематике материал, короткие сообщения; 8) объяв- ления. Выступая с призывами к обновлению страны, Махмуд Тарзи и его единомышленники пытались выявить причи- ны отставания Афганистана и других мусульманских государств в новое время. История афганцев, полагал Тарзи, показывает, что одной из главных причин их от- сталости было пренебрежение к образованию и науке. С горечью он указывал, что многие поколения афганцев были лишены способных и образованных учителей. Вла- ствовали традиции и суеверия, и афганцы (подобно дру- гим мусульманам) упустили драгоценное время для раз- вития своих возможностей и ресурсов. На страницах «Сирадж ал-ахбар» уделялось место высказываниям и рассуждениям о необходимости разви- тия в Афганистане продуктивного сельского хозяйства, современной промышленности (в первую очередь связан- ной с разработкой горных богатств страны, а также со строительством предприятий по переработке местного сельскохозяйственного сырья), торговли, дорожного строительства и транспорта. Тарзи и его приверженцы обращались к эмиру и к правящей верхушке, возлагая надежды на «просвещенного монарха». Они рассчитыва- ли на быстрое проведение реформ «сверху», главным образом в области просвещения и распространения науч- ных и технических знаний, что должно было повлечь за собой, по их мнению, сдвиги в хозяйственной и общест- венной жизни страны. Махмуд Тарзи и его единомышлен- ники стремились приспособить афганскую монархию к современным требованиям, видя в ней орудие, обеспе- чивающее прогресс страны. Вместе с тем афганский национализм начала XX в., у истоков которого стояли Махмуд Тарзи и его сподвиж- ники, отражал стремление афганского народа освобо- диться от полуколониальной зависимости от английско- го империализма. Сам Махмуд Тарзи активно участвовал 215
в борьбе за независимость на разных ее этапах. Идеоло- гия Махмуда Тарзи базировалась на религиозной основе. Он выступал как реформатор ислама в своей стране, не- мало заимствуя у арабских и турецких реформаторов ислама второй половины XIX в. Констатируя наличие религиозной основы в идеологии Махмуда Тарзи, следует подчеркнуть его последовательную борьбу против кон- фессиональной ограниченности, что имело прогрессивное значение для Афганистана. Газета «Сирадж ал-ахбар» выступала за укрепление связей с другими мусульман- скими странами. Несмотря на пропагандировавшиеся в ней идеи мусульманского единства в рамках панисла- мистской концепции, сама по себе пропаганда связей с более передовыми восточными странами с целью усвое- ния основ нового просвещения и новой культуры была для сохранявшего средневековые устои жизни Афгани- стана явлением прогрессивным. Афганцы призывались последовать примеру таких мусульманских стран, как Оттоманская империя и Персия, а также немусульман- ской Японии на трудном пути прогресса, без которого в нынешнем мире невозможно успешно противостоять со- временным армиям и преодолеть техническое превосход- ство европейских стран. На формирование взглядов Махмуда Тарзи оказали воздействие национально-буржуазные идеи младотурок. Это сказалось и на содержании «Сирадж ал-ахбар», где не только подчеркивались в панисламистском духе осо- бые симпатии к мусульманским странам, но и постоянно проявлялись протурецкие настроения с отзвуками шови- нистических взглядов, не чуждых младотуркам. Однако в «Сирадж ал-ахбар» давался и материал о пробуждении Востока, не укладывавшийся в рамки конфессиональной ограниченности. В разделах, посвя- щенных зарубежной хронике, встречаются оценки собы- тий, характеризующие прогрессивную сторону идеологии младоафганцев. Так, например, в номере от 27 сентября 1912 г. была помещена следующая оценка китайской ре- волюции 1911 г. и установления республиканского строя в Китае: «Это событие заслуживает большого внимания. Становится ясным, что нация китайцев пробудилась ото сна и национальные чувства их закипели». Сочувственная оценка в целом этой революции, названной великой и охарактеризованной как событие чрезвычайно важное, на страницах периодического издания, выходившего в 216
феодально-монархическом Афганистане, — весьма приме- чательное явление. Гораздо осторожнее в «Сирадж ал-ахбар» подавались политические события, происходившие в самом Афгани- стане. В хронике внутренней жизни большое место зани- мали сообщения о придворной жизни, помещались фото-, графии эмирской охоты и т. п. В рубрике внутренних со- бытий отмечалось новое в области техники, появлявшееся и применявшееся как в эмирском дворце, так и в стране, вкратце сообщалось о строительстве промышленных предприятий, каналов, о сооружении и ремонте дорог, мостов и т. п. События, связанные с началом первой мировой войны, не могли не сказаться на характере внутренней и внеш- ней политики эмира. На дурбаре. состоявшемся в Кабуле 24 августа 1914 г., эмир провозгласил нейтралитет Афга- нистана. Вскоре он подтвердил свою решимость соблю- дать нейтралитет и опроверг слухи, приписывавшие ему враждебные намерения в отношении России. В дальней- шем, несмотря на сложность внутренней обстановки, Ха- бибулла-хан стремился соблюдать нейтралитет. В Афганистане, особенно среди афганских погранич- ных племен, были сильны антианглийские настроения. Значительное воздействие на ситуацию оказывало уча- стие в войне с октября 1914 г. Турции и манифест турец- кого султана, провозгласившего «джихад» против Англии и России. Протурецкие и антианглийские настроения были сильны у представителей придворной реакцион- ной группировки консерваторов и противников всяких новшеств — староафганцев, а еще более у младоафган- цев. Для привлечения на свою сторону Афганистана в ка- честве союзника германские империалисты пытались ис- пользовать религиозный авторитет турецкого султана. Германская и турецкая пропаганда представляли кайзе- ровскую Германию бескорыстным другом мусульман, распространяя всевозможные вымыслы вроде принятия Вильгельмом II ислама и т. п. В Турции была сформиро- вана германско-турецкая миссия с целью побудить аф- ганского эмира к вступлению в войну на стороне Гер- мании и ее союзников. Замысел организации экспедиции в Афганистан принадлежал Энвер-паше, начальнику ту- рецкого генерального штаба78. В этом штабе еще до на- чала войны вынашивались планы распространения ту- 217
редкого влияния на подходах к Индии. Как только Тур- ция включилась в войну, сразу же были предприняты шаги по организации экспедиции в Афганистан. В конце 1914 г. Энвер-паша обратился к своим немецким союз- никам с просьбой прислать несколько офицеров для уси- ления состава турецкой экспедиции. Германский генеральный штаб положительно отнесся к этой идее и направил в Турцию группу офицеров во главе со старшим лейтенантом Оскаром фон Нидермайе- ром. Он хорошо владел персидским языком, за несколь- ко лет до того участвовал в немецкой экспедиции в Иран и в Индию. Германское министерство иностранных дел прикомандировало к миссии дипломатического чиновни- ка — фон Хентига. О. Нидермайер должен был добиться согласия Афганистана на вступление в войну на стороне Германии и ее союзников. Он должен был уговорить эмира Хабибуллу-хана вторгнуться в Индию и в русский Туркестан. В конце марта 1915 г. экспедиция выступила из Баг- дада тремя группами. Они продвигались на восток, ис- пользуя для своих переходов ночное время. Русские и англичане знали о приближении экспедиции к афгано- персидской границе и организовали патрулирование при- граничных районов конными отрядами. С большим тру- дом миссии удалось перейти ирано-афганскую границу. Преследуемая русским казачьим отрядом, она вынужде- на была бросить золото и багаж. В 20-х числах августа 1915 г. миссия прибыла в Герат, где была встречена с почетом. Затем, сопровождаемая эскортом, она выеха- ла в Кабул79. Получив сведения о переходе миссией ирано-афган- ской границы, вице-король Индии Хардинг направил Хабибулле-хану письмо, в котором выражал уверенность в доказательстве эмиром на деле искренности своих обе- щаний соблюдать строгий нейтралитет80. Согласно ин- формации, полученной царскими дипломатами от бри- танских властей в Индии, в своем ответе вице-королю афганский эмир «торжественно обещал» приказать обез- оружить и задержать всех членов миссии, а затем в пись- ме, полученном вице-королем 17 сентября 1915 г., будто бы сообщал о «поимке в Герате германской шайки, ко- торая... под конвоем направлена в Кабул»81. Хабибулла-хан проявлял значительные колебания в своем отношении к миссии Нидермайера — Хентига. 218
В первые дни после приезда в Кабул члены миссии даже содержались под стражей. Лишь на восьмой день пребы- вания в Кабуле О. Нидермайер получил ответ на свои письма эмиру, в котором содержалось извещение о со- гласии принять миссию. Во время беседы афганскому эмиру было вручено письмо турецкого султана с предложением под знаменем «джихада» выступить на стороне Германии и ее союзни- ков против Англии и России, а также личное послание кайзера Вильгельма II. В этом послании подчеркивалась распространявшаяся немецкой пропагандой на Востоке версия об освободительной роли Германии и содержалось обещание единства с мусульманами и в будущем. Отношение эмира к миссии, обращение с ее участни- ками было очень неровным. При переговорах Хабибулла- хан держался настороженно. В январе 1916 г. Нидер- майеру и Хентигу все же удалось склонить его подписать проект договора с Германией. В связи с этим он разре- шил членам миссии принять участие в реорганизации афганской армии. Однако в ходе дальнейших перегово- ров руководители миссии, затрагивая вопрос о вступле- нии Афганистана в войну, получали только уклончивые и неопределенные ответы, сопровождавшиеся предъявле- нием предварительных условий. На одной из встреч Ха- бибулла-хан заявил, что Афганистан выступит против Англии только в том случае, если будет обеспечен ней- тралитет России; во время- другой встречи он обусловил свое участие в войне предварительной доставкой из Гер- мании 20 тыс. солдат, 100 тыс. винтовок и 200 орудий, а также боеприпасов и снаряжения82. Хабибулла-хан был сторонником нейтральной поли- тики. Но он нередко попадал в затруднительное положе- ние из-за прогерманских настроений части сановников и придворных. Особенно активно действовал, возглавляя группировку староафганцев, Насрулла-хан, брат эмира, считавшийся главным претендентом на престол в случае внутреннего переворота. Англичане в этой ситуации поспешили известить эми- ра о военных событиях с целью склонить его к продол- жению политики нейтралитета и сообщили о взятии русскими войсками Эрзерума. Они не упускали возмож- ностей дискредитировать в глазах эмира миссию Нидер- майера— Хентига, информируя его о перехваченных письмах, которые свидетельствовали о намерениях чле- 219
нов миссии произвести в Афганистане переворот, покон- чить с Хабибуллой-ханом в случае дальнейшей затяжки его выступления против России и Англии. Весной 1916 г. Нидермайер и Хентиг убедились в бесперспективности попыток втянуть Афганистан в войну. Большая часть миссии вскоре покинула Афганистан. Провал миссии Нидермайера — Хентига объясняется рядом причин. Афганский эмир был непосредственно ма- териально заинтересован в соблюдении нейтралитета, продолжая получать ежегодную субсидию от англичан, рассчитывая на обещанное ее увеличение с 1 900 тыс. до 2 400 тыс. рупий и единовременную выплату после конца войны еще 5 млн. рупий83. Однако, рассматривая поли- тику афганского правительства в 1914—1916 гг., нельзя не учитывать отчетливо выраженного в публичных вы- ступлениях отношения Хабибуллы-хана к нейтралитету вообще и применительно к Афганистану в частности. Вес- ной 1915 г. на дурбаре он охарактеризовал войну как «величайшее бедствие», отметив, что, несмотря на поне- сенные воюющими странами потери, они «не пришли еще ни к какому результату. Из этого, — заявил он, — явст- вует, что в настоящее время счастливы только нейтраль- ные государства, что строгий нейтралитет — величайшее благо для Афганистана»84. Рассматривая вопросы о ней- тралитете афганского правительства, о политике Англии в отношении Афганистана в годы первой мировой войны, необходимо подчеркнуть величайшее значение выводов и характеристик, сделанных В. И. Лениным относитель- но этого круга вопросов. В. И. Ленин уделял большое внимание странам Востока, в частности Ирану, а также Афганистану. На основе тщательнейшего исследования различных источников В. И. Ленин выявил характерные черты проводившейся Англией в годы первой мировой войны политики в афганском вопросе. Он констатировал, что англичане считают афганцев в военном отношении отнюдь не такими противниками, «которых можно было бы недооценивать», и подчеркивал, что «Англия с ними архиосторожна»85. При этом В. И. Ленин приводил сле- дующую выдержку из конспектировавшейся им книги Т. Егера (Веймар, 1916), относящуюся непосредственно к взаимоотношениям англичан с афганским эмиром Ха- бибуллой-ханом: ««Здесь проявляется мудрость политики «бархатных перчаток» со стороны Англии, потому что бережнее, осторожнее, чем они с ним» (афганским эми- 220
ром) «обращались, англичане, собственно, ни с кем не могут обращаться»»86. Английское правительство было очень обеспокоено деятельностью миссии Нидермайера — Хентига. Однако вице-король Индии Хардинг воздержался (вопреки со- ветам лондонского руководства) ог каких бы то ни было попыток побудить афганского эмира к выдаче англича- нам этой миссии87. Руководители английской политики, стремившиеся избежать столкновения с Афганистаном еще и потому, что не желали допустить к разрешению «афганского вопроса» царскую Россию (а это признава- лось неизбежным «при нарушении Афганистаном нейтра- литета»), вели себя по отношению к Хабибулле-хану крайне осторожно, что нередко проявлялось в послабле- ниях в различных вопросах, связанных с пограничными конфликтами. Между тем враждебная Англии деятельность членов миссии Нидермайера — Хентига на границе Индии не прекратилась и после отъезда из Афганистана ее основ- ного состава, а положение в районе пограничных афган- ских племен и без того складывалось для британских ко- лониальных властей очень тревожно: ожидалось большое антианглийское восстание племен 88. Вот почему английскому правительству приходилось мириться не только с существованием и антианглийским воздействием находившейся в Афганистане небольшой, но влиятельной турецкой колонии, но и с пребыванием и деятельностью членов индийского эмигрантского рево- люционного центра в Кабуле, создавших там в декабре 1915 г. так называемое Временное эмигрантское прави- тельство Индии. Этот индийский эмигрантский центр возглавляли раджа Махендра Пратап и маулана Мухам- мад Баракатулла *. В свою очередь Хабибулла-хан, вынужденный счи- таться с настроениями в стране и с необходимостью со- блюдать обычай предоставления убежища, вначале пас- сивно отнесся как к Временному правительству, так и к деятельности индийских эмигрантов (большинство их * Индийские революционеры Махендра Пратап и Мухаммад Ба- ракатулла, придерживавшиеся тактики союза с враждебными Ан- глии державами с целью использовать их финансовую и военную поддержку для освобождения Индии, были включены от индийско- го революционного комитета в Берлине в состав миссии Нидермай- ера Хентига и прибыли с нею в Кабул. 221
было мусульманами). Впоследствии в угоду англичанам он стал применять к ним репрессии, выслал некоторых из них за пределы страны, что сыграло определенную роль в дискредитации его режима в Афганистане. Одним из важнейших вопросов, вызвавших недоволь- ство правлением эмира Хабибуллы-хана, было его отно- шение к освободительной антианглийской борьбе зару- бежных афганских племен. Вооруженные антианглийские выступления ополчений этих племен в ряде случаев полу- чали поддержку со стороны племен Хоста и других под- данных эмира; эти выступления значительно активизиро- вались уже с 1915 г.89 В 1916—1917 гг. Хабибулла-хан оказал помощь английским колониальным властям, стремившимся локализовать очаги восстаний афганских племен и не допустить их распространения на северо- западных границах Индии. Действия эмира и его долж- ностных лиц вызвали негодование в Афганистане. Он на- чал получать анонимные письма с обвинениями в преда- тельстве и измене исламу. Представители афганской интеллигенции особенно болезненно относились к дей- ствиям Хабибуллы-хана и пограничных властей. К этому времени стал заметен рост национального самосознания, вызванный процессом складывания афганской нации *. Тревожная внутренняя и внешнеполитическая обста- новка вынудили эмира приступить к проведению меро- приятий, связанных с усовершенствованием вооруженных сил, всей военной системы. В 1916—1917 гг. в афганской армии было начато осуществление реформ, приняты меры к улучшению военной подготовки «на случай внут- ренних осложнений»90. Непокоренный Афганистан удерживался в изоляции британским империализмом. Однако вольнолюбивые традиции афганских племен по обе стороны индийско- афганской границы, еще далеко не везде окончательно * Рост национального самосознания афганцев проявлялся в эти годы в развитии национальной культуры, в деятельности Махмуда Тарзи и его сподвижников на поприще просветительства, в начи- навшемся возрождении письменной литературы на языке пашто (пушту). Повышение интереса к отечественной истории со стороны афганской интеллигенции и образованных людей из окружения эми- ра (разделявшегося и самим эмиром Хабибуллой-ханом) вырази- лось в составлении официального исторического труда «Сирадж ат- таварих». В 1918 г. в Кабуле был создан первый в Афганистане му- зей, впоследствии ставший важным центром развития национальной культуры и поныне пользующийся мировой известностью. 222
закрепощенных ханами и помещиками, сохранение ору- жия в руках населения, воспитанная поколениями нена- висть к чужеземным поработителям и стремление к не- зависимости— все это создавало условия для раз- вертывания национально-освободительной борьбы при благоприятных обстоятельствах. Такие обстоятельства создались в результате победы Великой Октябрьской со- циалистической революции в России, коренным образом изменившей международную обстановку в целом и внеш- неполитическое положение Афганистана в частности.
Глава IV АФГАНИСТАН В НОВЕЙШЕЕ ВРЕМЯ Восстановление независимости Афганистана Великий Октябрь оказал огромное влияние на раз- витие национально-освободительного движения стран Востока. Провозглашенные Декретом о мире ленинские принципы внешней политики молодого Советского госу- дарства стали определяющим фактором советской поли- тики и в отношении Афганистана. Большой резонанс здесь получило обращение Совнаркома РСФСР «Ко всем трудящимся мусульманам России и Востока», в котором подтверждалось право всех мусульманских народов стать хозяевами своей судьбы1. По существу это озна- чало признание Афганистана суверенным и независимым государством. Такая позиция Советского правительства была юридически закреплена Брест-литовским догово- ром, подписанным весной 1918 г., статья 7 которого гла- сила, что «Персия и Афганистан являются свободными и независимыми государствами»2. Советское правительство, учитывая тот факт, что установление дипломатических отношений с Афганиста- ном способствовало бы оказанию помощи освободитель- ной борьбе афганского народа, в июле 1918 г. предло- жило учредить в Афганистане свое представительство. Однако эмир Хабибулла-хан под нажимом англичан отверг это предложение. В конце 1918 г. с советской сто- роны была предпринята вторая попытка, вновь натолк- нувшаяся на противодействие эмира. Между тем в самом Афганистане росло широкое не- довольство политикой Хабибуллы-хана. В стране увели- чивались подати, налоги, участились рекрутские наборы, царило полное беззаконие властей в отношении населе- ния. Фактически власть оказалась в руках временщика, министра финансов Мухаммада Хусейна, представителя зарождавшихся компрадорских кругов, который по су- 224
ществу являлся агентом британского капитала и всячески способствовал усилению английского влияния в стране. Эмир вел праздную жизнь, игнорируя условия быстро меняющейся обстановки. Его упорное нежелание уста- новить прямые контакты с Советской Республикой, т. е. воспользоваться благоприятными возможностями для до- стижения Афганистаном независимости, способствовало приближению кризиса внутренней политики и соответ- ственно определяло исход его правления. Летом 1918 г. английские войска вторглись в Совет- ский Туркестан, захватив Кушку, расположенную на са- мой границе Афганистана. Англичане, таким образом, с трех сторон окружили Афганистан (к этому времени они пользовались безраздельным влиянием и в Персии). Внешнеполитическая изоляция, навязанная британскими колонизаторами и фактически законсервированная по- литикой режима Хабибуллы-хана, превращалась в тер- риториальную изоляцию, подкрепленную непосредствен- ным присутствием британских войск на северных и юж- ных границах Афганистана. Требовались энергичные и радикальные меры для выхода из создавшегося тяжелого положения. В сложных условиях внутренней и международной обстановки в стране резко активизировалась деятель- ность оппозиции. Летом 1918 г. было совершено поку- шение на эмира. Начались массовые репрессии, вызвав- шие наряду с тяжелым экономическим положением обострение всеобщего недовольства режимом. В ночь с 20 на 21 февраля 1919 г. эмир Хабибулла-хан был убит вблизи Джелалабада. В течение нескольких дней в стра- не царило двоевластие. Брат эмира Насрулла-хан, нахо- дившийся в то время в Джелалабаде, провозгласил себя эмиром. В то же время третий сын Хабибуллы-хана, принц Аманулла-хан (оставшийся в отсутствие отца на- местником монарха в Кабуле), опираясь на части ка- бульского гарнизона и горожан, также объявил себя эмиром. Он выдвинул в качестве своей ближайшей цели освобождение страны от британской зависимости. Поли- тические симпатии населения оказались на стороне мо- лодого принца. Вскоре Насрулла-хан и некоторые из его сторонников были арестованы3. Временщик Мухаммад Хусейн был повешен. Новым эмиром стал Аманулла-хан. Попытка консервативных кругов захватить верховную власть окончилась неудачей. 8 Зак. Vo 819 225
После отказа британских колониальных властей при- знать Афганистан независимым в мае 1919 г. начались военные действия между афганской армией и англий- скими войсками. Несмотря на численное превосходство англичан и лучшую техническую оснащенность их армии, афганцы оказали упорное сопротивление. Борьбе Афгани- стана за независимость способствовал разгром англий- ских интервентов в Закаспии, а также начавшееся воору- женное восстание пуштунских племен в Северо-Западной пограничной провинции. Великобритания была вынужде- на пойти на мир с Афганистаном. 8 августа 1919 г. в Ра- валпинди был подписан прелиминарный мирный договор, по которому англичане официально признали полную не- зависимость Афганистана. Так закончился длительный период полуколониальной зависимости этой страны от британского империализма. Советское государство оказало большую поддержку борьбе афганского народа, первым признав независи- мость Афганистана в марте 1919 г. В. И. Ленин в своем письме эмиру Аманулле-хану приветствовал независимый афганский народ, подтвердив стремление Страны Сове- тов установить дружеские отношения между двумя госу- дарствами4. 28 февраля 1921 г. был заключен советско- афганский Договор о дружбе, который заложил основы дружественных отношений на долгие годы и явился важ- ным фактором укрепления национального суверенитета Афганистана. Афганистан в 1919—1929 годах Добившись независимости, новое правительство Афганистана приступило к реализации целого комплекса реформ, направленных на ликвидацию экономической отсталости и достижение социального прогресса. Одним из важнейших преобразований этого периода явилось принятие в 1923 г. первой в истории Афганистана конституции, которая подтвердила независимость страны, объявила эмира носителем верховной власти, деклари- ровала некоторые гражданские свободы. Были созданы Государственный совет — консультативный орган при эмире, Лоя Джирга — всеафганское собрание вождей племен и мусульманских богословов, Дурбари Али — совет правительственных чиновников и правительство, которому была передана исполнительная власть. 226
Важную часть программы реформ правительства Амануллы-хана составили экономические преобразова- ния. В 1920 г. был принят Закон о налоге на землю, предусматривавший перевод натуральных налогов в де- нежные. Это ускоряло процесс развития товарно-денеж- ных отношений. В 1923 г. был издан Закон о налоге со скота, унифицировавший налогообложение всех ското- водов и отменивший дополнительные налоги. Однако наиболее важным нововведением этих лет, серьезно повлиявшим на последующую эволюцию форм собственности и соответственно структуру социальных отношений в деревне, было Положение о продаже госу- дарственных земель в Афганистане, принятое в 1924 г. Этим актом юридически закреплялась частная собствен- ность на землю, что немало способствовало росту поме- щичьего землевладения. Почти вся земля была продана помещикам, чиновникам и ростовщикам. Другие меро- приятия экономического характера касались переселения части кочевников в северные области страны, конфиска- ции и продажи земель, принадлежавших служителям культа. Была проведена таможенная реформа, а также принят закон о поощрении промышленности. Реформы младоафганского режима в целом были направлены на устранение наиболее архаичных форм феодального строя и ускорение развития элементов но- вой социально-экономической формации. Они в значи- тельной степени отвечали интересам зарождавшихся классов — «новых» помещиков и национальной торговой буржуазии, которые были немногочисленны и не имели еще достаточного экономического веса. В то же время большинство младоафганских преобразований ущемляли позиции консервативных слоев общества — ортодоксаль- ной верхушки мусульманских богословов, ханов племен, крупных феодальных землевладельцев. Реформы не улучшали положения и крупнейшего производительного класса — крестьянства, не избавляли его от феодальной эксплуатации. Они лишь ускорили процесс обезземели- вания крестьян, способствовали усилению их зависимости от ростовщиков и помещиков. Недовольство реформами вылилось в антиправитель- ственный мятеж племен в Хосте, вспыхнувший весной 1924 г. и возглавленный муллами. Мятежники потребо- вали отмены нового законодательства, восстановления свободной торговли с Британской Индией, отказа от про- 227
ведения реформ (в основном социально-бытовых), ко* торые муллы объявили противоречащими исламу. Мя- тежные племена получили поддержку от британских ко- лонизаторов, стремившихся к ослаблению младоафган- ского режима. Англичане даже пытались поставить во главе движения своего ставленника Абдул Карима, сына бывшего эмира Якуб-хана. Правительство, будучи не в силах подавить восста- ние южных племен, пошло на компромисс: на состояв- шейся летом 1924 г. Лоя Джирге ему пришлось отка- заться от некоторых реформ. Процесс реформации об- щественно-экономической структуры страны значительно замедлился. Формирование новой политико-экономической струк- туры Афганистана требовало расширения его внешних связей. После восстановления национальной независи- мости и ликвидации внешнеполитической изоляции пра- вительство Амануллы-хана предприняло энергичные шаги к установлению отношений со многими странами. К 1924 г. Афганистан уже поддерживал связи с РСФСР, Англией, Италией, Францией, Германией, Польшей, Бельгией, Турцией, Египтом, Ираном. В 1926 г. был под- писан советско-афганский Договор о нейтралитете п взаимном ненападении, который явился важной вехой в развитии отношений между двумя странами и юриди- чески закрепил ставшую традиционной политику нейтра- литета Афганистана. В целях дальнейшего расширения внешнеполитических связей Афганистана и укрепления его международного авторитета в конце 1927 г. эмир Ама- нулла-хан в сопровождении некоторых министров и со- ветников предпринял длительное зарубежное турне. Маршрут поездки короля Амануллы-хана * охваты- вал Индию, Египет, Италию, Францию, Германию, Анг- лию, Советский Союз, Турцию и Иран. Во время пребы- вания в Индии король призывал мусульман и индусов к единению в борьбе за свободу, немало встревожив своими антиколониалистскими выступлениями британ- ские колониальные власти. В Египте, фактически нахо- дившемся под властью англичан, он выступил с позиций защиты национальной независимости. Пребывание Ама- нуллы-хана в Италии было связано в основном с вопро- * Перед поездкой за границу Аманулла-хан принял титул ко- роля (падишаха), желая подчеркнуть за рубежом независимый и суверенный характер своего государства. 228
сами закупки оружия. Во Франции он осмотрел крупные промышленные предприятия и договорился также о по- ставке французского оружия. Визит афганского короля в Германию был вызван экономическими соображениями. Аманулла-хан подписал предварительные соглашения о предоставлении германским промышленникам концес- сии на строительство железных дорог в Афганистане и пригласил в свою страну немецкий инженерно-техниче- ский персонал. Британские власти, принимая у себя афганского ко- роля, пытались всячески оказать на него нажим, демон- стрируя ему свою промышленную и военную мощь, на- мереваясь склонить его к более тесным контактам с Великобританией в ущерб афгано-советским связям. Од- нако Аманулла-хан отклонил эти попытки. В мае 1928 г. король прибыл в Москву, тепло встре- ченный руководителями Советского государства. Во вре- мя двухнедельного пребывания в Советском Союзе он познакомился с достижениями советского народа в хо- зяйственном и культурном строительстве. Были подпи- саны также документы о расширении экономического и культурного сотрудничества между двумя странами. Визит Амануллы-хана в Турцию и Иран завершился подписанием договоров о дружбе с этими странами, что укрепляло их позиции перед лицом продолжавшейся по- литической и экономической экспансии западного импе- риализма. В целом поездка афганского короля оказалась весьма плодотворной, содействовала усилению внешних связей Афганистана, открывала перспективы проведения новых важных преобразований в экономической и внутриполи- тической жизни страны. Вернувшись на родину, Аманулла-хан приступил к разработке новой серии реформ, нацеленных на лик- видацию изживавших себя феодальных устоев. В конце августа 1928 г. он выступил с проектом новых реформ на заседании Лоя Джирги в Пагмане, в соответствии с ко- торыми крупные феодалы и верхушка племен лишались различных привилегий. Новые реформы ослабляли поли- тические позиции косных мусульманских богословов, подрывавших реформаторский дух правительственной по- литики. Учреждались светские суды. Все муллы и про- поведники должны были пройти переаттестацию. Король и его сторонники пытались модернизировать семейно- 229
брачные отношения, зафиксировав минимальный возраст для вступления в брак. Однако в этом они потерпели неудачу. В октябре на заседании дурбаров сторонники Амануллы-хана выдвинули новые проекты социальных и бытовых реформ, включавшие совместное обучение в школе, направление афганской молодежи на учебу за границу, запрещение полигамии, снятие чадры и др.5 Важное место в новой программе младоафганского правительства заняли вопросы экономического развития. Стремясь ограничить экономическое влияние иностран- ного, англо-индийского капитала, монополизировавшего внешнюю и частично внутреннюю торговлю Афганиста- на, правительство Амануллы-хана стало проводить про- текционистскую политику в отношении местного купе- чества. В 20-х годах в стране появились первые торговые акционерные общества (ширкеты), в которых участво- вали и представители правящих кругов, включая эмира. Попытка объединения национального капитала в ширкеты получила значительное развитие в конце 20-х годов, когда в стране уже насчитывалось около 20 торго- вых компаний с общим капиталом 5,5—6 млн. афгани6. Ширкетам были предоставлены монополии на заготовку и реализацию важнейших товаров. В результате позиции иностранного купечества в Афганистане были несколько ослаблены. К концу 20-х годов национальный капитал осуществлял около 40% всех внешнеторговых операций7. На заседании Лоя Джирги в августе 1928 г. Аманулла- хан информировал депутатов о своих переговорах с про- мышленными кругами стран Запада и о подписании кон- цессионных договоров. Он предложил создать государ- ственный банк, намереваясь использовать купеческие капиталы на государственные нужды. Но этот проект не был поддержан купечеством, опасавшимся доверить го- сударству свои капиталы и требовавшим создания част- ного банка. Программа реформ младоафганского правительства предусматривала важные меры в области военного строительства. Предлагая реорганизовать афганскую армию по типу европейских, Аманулла-хан настаивал на введении системы всеобщей воинской повинности вза- мен принципа добровольности, увеличении срока военной службы с 2 до 3 лет, запрещении замены рекрута и от- купа. Поскольку закупка вооружений за границей тре- бовала крупных ассигнований, Аманулла-хан осенью 230
1928 г. ввел дополнительный чрезвычайный налог в раз- мере 5 афгани с каждого подданного8. Большое внимание правительство уделяло борьбе с укоренившимися социальными пороками, в частности с бюрократизмом, взяточничеством, контрабандой. Одна- ко дальше призывов и нереальных планов в этой сфере государственной деятельности дело не пошло: требова- лось радикальное изменение самой социальной струк- туры государства, не входившее в планы младоафганцев. Было выдвинуто также предложение о реорганизации системы государственного управления. Аманулла-хан предложил создать Национальный совет — прообраз будущего парламента — взамен Государственного совета (исполнявшего, как указывалось выше, роль не более как консультативного органа при дворе). Но и это начи- нание в тех условиях оказалось нереальным ввиду на- раставшего противодействия различных слоев населения всей реформаторской деятельности режима Амануллы- хана. Некоторые признаки напряженной обстановки в стра- не проявлялись уже во время заседания Лоя Джирги. Острый характер дискуссий вокруг предлагаемых законо- проектов, откровенное давление Амануллы-хана и его окружения на депутатов, слабо маскируемое нежелание последних поддержать реформы — все это свидетельство- вало о росте политической напряженности. В самом окружении короля ширились разногласия по вопросу глубины и масштабов социально-экономических преоб- разований, отсутствовало политическое единство, усили- лось личное соперничество различных лидеров. Радика- лизм реформ Амануллы-хана увеличивал число его про- тивников. Попытка короля создать партию «Истикляль ва таджаддод» («Независимость и обновление») в каче- стве политической основы модернизации натолкнулась на противодействие группы влиятельных лидеров младо- афганского движения, придерживавшихся умеренных взглядов. Опасаясь возникновения оппозиции в высших сферах власти, Аманулла-хан провел чистку государ- ственного аппарата. При этом лишились своих постов не- которые крупные деятели, приверженцы младоафганских идей. Например, ушли в отставку министр иностранных дел, идеолог младоафганцев Махмуд-бек Тарзи и один из ближайших советников короля, министр обороны Му- хаммад Вали-хан, возглавлявший первую афганскую 231
дипломатическую миссию в Москву в 1919 г.9 Их место заняли люди без определенной политической ориентации, по сумевшие войти в доверие к королю. Некоторые из них не скрывали своей враждебности к реформам. В ок- ружении Амануллы-хана царила атмосфера интриг, недо- верия, вражды, фракционности. Сложившаяся к осени 1928 г. расстановка классовых сил в стране свидетельствовала о возникновении широких оппозиционных настроений. В лагере противников ре- форматорской политики оказалась реакционная верхуш- ка мусульманских богословов, недовольство которой носило широкий и многообразный характер. Она была недовольна многими нововведениями правительства, в первую очередь попытками снизить ее общественную и политическую роль, секуляризировать многие стороны общественной жизни, поставить деятельность служителей культа под контроль светских властей. Особое негодо- вание мусульманских фундаменталистов вызвали со- циально-бытовые реформы, ограничившие их традицион- ную монополию в сфере семейно-брачных устоев. Именно эти преобразования стали основным объектом их кри- тики. Аманулла-хан был объявлен «безбожником», «ере- тиком», попирающим священные принципы ислама, иду- щим на поводу у «неверных». Верхушка мусульманских богословов — наиболее ярый противник буржуазной ре- формации — стала идеологом антиправительственного движения. К ней примкнули крупные феодалы-землевла- дельцы, ханы племен, недовольные ограничением их административной власти на местах, лишением тради- ционных привилегий, сужением беспошлинной торговли (по существу контрабанды) с Британской Индией. Не осталась в стороне от этого движения и другая часть населения страны — крестьяне, беднейшие ското- воды, ремесленники, кустари. Некоторые социальные ме- роприятия правительства Амануллы-хана, в частности отмена всякого рода дополнительных налогов и поборов, ликвидация рабства, провозглашение религиозного рав- ноправия, способствовали облегчению феодального гнета. Однако в целом эти слои не получили прямых выгод от проводимых реформ. Наоборот, в условиях начального этапа перехода страны на путь буржуазного развития их экономическое положение значительно ухудшилось. Уве- личился размер земельного налога, составив к концу 20-х годов 45% стоимости урожая 10. В основном прави- 232
тельственные реформы проводились за счет крестьянства. Расходы на зарубежную поездку короля, на сделанные им за рубежом закупки оружия, машин, оборудования тоже легли тяжелым бременем на крестьянские массы. И наконец, перевод налогов в денежную форму и за- крепление частной собственности на землю непосред- ственно отразились на положении крестьян, вызвав важ- ные сдвиги в последующей эволюции крестьянского хо- зяйства и социальных отношений в деревне. Не имея на- личных средств для уплаты налога, крестьянин брал деньги в долг у ростовщика или помещика под залог будущего урожая или своего участка земли, попадая таким образом в долговую кабалу. (Экспроприация крестьянских земель, обезземеливание крестьян, прини- мая все большие масштабы, продолжались вплоть до апрельской революции 1978 г.) В итоге крестьянство, за- висимое от феодалов и ханов, выступило против реформ, ухудшивших его положение, и соответственно против младоафганского режима, составив основную движущую силу антиправительственного движения. Первые признаки надвигающегося социально-полити- ческого кризиса обнаружились осенью 1928 г., когда в не- которых районах к северу от Кабула появились разбой- ничьи шайки, грабившие местных богачей. Это была еще стихийная форма социального протеста крестьян, дове- денных до отчаяния многочисленными поборами и про- изволом местной администрации. Один из таких воору- женных отрядов грабителей возглавил дезертировавший, из армии унтер-офицер Хабибулла по прозвищу Бачаи Сакао (сын водоноса). Его отряд вскоре стал совершать нападения на представителей местной власти, причем часть награбленного он отдавал беднякам. Действия Бачаи Сакао в Северной провинции, поддержка, оказы- ваемая ему местными крестьянами, обеспокоили прави- тельство, которое вынуждено было принимать меры по пресечению его деятельности, впрочем без видимого успеха. В этот же период, в ноябре 1928 г., вспыхнуло восста- ние некоторых пуштунских племен в Восточной провин- ции, быстро распространившееся по многим уездам. Гу- бернатор провинции объявил о сборе воинских частей и ополчений племен, одновременно обратившись к восстав- шим с призывом прекратить мятеж. Центральные власти отправили дополнительные войска в мятежную провин- 233
цию. В конце ноября произошли крупные столкновения между армейскими частями и отрядами повстанцев. Руководители восстания — религиозные лидеры пле- мени шинвари Мухаммад Алам и Мухаммад Афзал вы- пустили манифест, в котором излагались цели и задачи восставших. Восстание, утверждалось в документе, под- нято в «попытке изменить образ правления страной, устранить правителей, которые подвержены взяточниче- ству и коррупции и издают законы, противоречащие ша- риату». Далее объявлялось, что территории, занятые повстанцами, управляются «согласно законам шариата и улемы являются их истинными правителями». По мне- нию авторов документа, в основе причин восстания ле- жали «языческие реформы» Амануллы-хана. Манифест содержал призыв к свержению короля11. 9 декабря 1928 г. было достигнуто соглашение о перемирии между мятежниками и правительственной делегацией сроком на 10 дней. Однако через несколько дней восстание возоб- новилось. Мятежники осадили центр провинции г. Дже- лалабад. Между тем антиправительственная деятельность Ба- чаи Сакао усиливалась. Его широкая популярность среди населения Северной провинции привлекла внимание оппозиционных кругов, в первую очередь реакционных богословов, которые решили использовать Бачаи Сакао в борьбе против режима Амануллы-хана. 12 декабря на совещании ханов в деревне Калакан (на родине Бачаи Сакао) его провозгласили эмиром Афганистана под име- нем Хабибулла Гази. В этот же день он совершил напа- дение на уездный город Сарай Ходжа и разоружил мест- ный гарнизон. Его соратник, мелкий помещик Сеид Ху- сейн, захватил город Джабаль ус-Серадж, гарнизон которого сдался без боя. Бачаи Сакао готовился к захва- ту Кабула. Король и его приближенные оказались в сложном по- ложении. Внутри самой правящей верхушки наблюда- лись страх и растерянность. Некоторые государственные деятели тайно установили связи с Бачаи Сакао. Активи- зировал свою антиамануллистскую деятельность нахо- дившийся в изгнании в Британской Индии видный му- сульманский богослов Хазрат-и Шур Базар Моджаддади, высланный Амануллой-ханом. Волнения распространи- лись на другие провинции Афганистана. Всеобщее недовольство сказалось и на настроениях 234
в армии, большая часть которой состояла из представи- телей национальных меньшинств, подвергавшихся на- циональному гнету. Нелояльными оказались и большин- ство офицеров, не одобрявших радикальных реформ. Участилось, став затем массовым, дезертирство из армии. 13 декабря отряд Бачаи Сакао численностью до 3 тыс. человек совершил нападение на Кабул, которое ценой больших усилий было отражено. 29 декабря реакционные богословы, используя Бачаи Сакао в качестве своего ставленника, выпустили фетву (религиозный эдикт), где пытались обосновать закон- ность притязаний Бачаи Сакао на трон. В фетве под- верглись критике политические и социально-бытовые ре- формы правительства, король обвинялся в «безбожии» и объявлялся низложенным. На пост эмира был выдви- нут Бачаи Сакао, который, по утверждению авторов фетвы, будет управлять страной в соответствии с ша- риатом 12. Аманулла-хан, лишившись поддержки основных со- циальных сил, обратился за помощью к своему племени дуррани. Однако лидеры племени отказались поддержать его в борьбе против мятежных восточных племен и при- звали соблюдать правила шариата. Отчаявшийся ко- роль послал в Джелалабад для переговоров с повстан- цами своего родственника, губернатора Кабула Али Ахмад-хана, втайне питавшего оппозиционные настрое- ния и мечтавшего о троне. В начале января 1929 г. ему удалось добиться перемирия. 5 января в Джелалабаде была созвана джирга местных племен, которая выра- ботала свои требования, включавшие полное восстанов- ление законов шариата, снижение налогов, представи- тельство мулл в государственном аппарате, ликвидацию иностранных миссий, отмену нового уголовно-процессу- ального кодекса и др.13 Нарастание внутреннего кризиса в Афганистане со- провождалось усилением активности британского импе- риализма в регионе. Задолго до восстания английские колониальные власти в Индии занялись строительством фортификационных сооружений и линий коммуникаций на границе с Афганистаном. Сюда были стянуты круп- ные военные силы. В ноябре 1928 г. здесь начались ма- невры англо-индийских войск. В это же время в пограничном районе появился из- вестный агент британской разведки полковник Лоуренс, 235
проводивший подрывную работу среди племен погранич- ной полосы. Афганское правительство отдало распоряже- ние о его аресте в случае появления на афганской терри- тории. Англичане пошли на открытое вмешательство в аф- ганские события. Британские самолеты неоднократно нарушали воздушное пространство Афганистана. Англий- ский посланник в Кабуле Хэмфрис имел встречу с Бачаи Сакао и заверил его в своих симпатиях. Напряженная обстановка в Кабуле вынудила англичан эвакуировать свою дипломатическую миссию. Но их происки против режима Амануллы-хана не прекратились. 22 декабря ими был инспирирован побег из индийского города Алла- хабада внука бывшего эмира Шер Али-хана — Мухам- мада Омара, жившего там на содержании британских властей. Мухаммад Омар пытался проникнуть в зону восстания племен и возглавить их выступление против неугодного англичанам Амануллы-хана. В обстановке усиливающейся изоляции младоафган- ский режим пошел на капитуляцию: 9 января 1929 г. был опубликован фирман с отказом от ряда важнейших реформ. Были отменены социально-бытовые реформы, всеобщая воинская повинность, муллы восстановлены в прежних правах, учреждался сенат с участием «извест- ных улемов, сардаров, ханов и некоторых чиновников». Однако этот шаг уже не мог дать Аманулле-хану даже выигрыша во времени. Режим был обречен. Кабул был фактически осажден восставшими отрядами Бачаи Сакао. 14 января 1929 г. Аманулла-хан отрекся от престола в пользу своего старшего брата Инаятуллы-хана и по- кинул столицу, направляясь в Кандагар. Бачаи Сакао, отказавшийся пойти на перемирие, предложенное новым эмиром, занял Кабул и 19 января был провозглашен эмиром Афганистана. Инаятулла-хан на британском са- молете вылетел в Пешавар, впоследствии присоединив- шись в Кандагаре к Аманулле-хану. Так закончился один из важных периодов независи- мого развития Афганистана. Кризис политики реформ и падение режима Амануллы-хана явились следствием сложного процесса классовой борьбы, отражавшей столк- новение старых и новых социальных сил — феодальной реакции и пробивающей себе дорогу молодой националь- ной буржуазии. Важнейшим компонентом классовых 236
выступлений конца 20-х годов явилось стихийное дви- жение трудовых слоев, протестовавших против ухудше- ния своего положения. Массовые выступления крестьян- ства и бедных скотоводов были использованы в борьбе против младоафганского режима феодальной реакцией, поддержанной британским империализмом. Новая власть в Кабуле во главе с эмиром Бачаи, Сакао опиралась на консервативные круги крупных фео- далов и реакционных богословов, противников реформ. Обвинив Амануллу-хана в нарушении шариата, новый режим декларировал отмену всех реформ, ущемлявших интересы реакционной оппозиции. Отмена всеобщей воинской повинности удовлетворяла интересы сепара- тистски настроенных ханов племен. Вместе с тем, пы- таясь удержать на своей стороне крестьянство, основную движущую силу восстания, новый эмир объявил об от- мене недоимок прошлых лет, дополнительных поборов и налогов. Сразу же после прихода к власти Бачаи Сакао пред- принял попытки консолидировать власть в борьбе с различными претендентами на трон. Его войскам уда- лось подчинить север, Гератскую провинцию (а в мае 1929 г. захватить даже Кандагар). Однако ряд районов фактически сохранял независимое положение, лишь но- минально признавая власть Кабула. С отменой важнейших реформ младоафганского пра- вительства Афганистан в своем социально-экономическом развитии был отброшен назад. Были закрыты школы, и просвещение попало под контроль мулл, упразднены министерства образования и юстиции, правосудие отдано во власть шариатских судов, женщины лишены даже тех зачатков прав, которые они получили при Аманулле- хане. В первые же дни был создан новый законодатель- ный орган — совет «Исламие», состоявший из мулл и крупных ханов. Экономике страны был также нанесен серьезный ущерб. Бачаи Сакао прибег к широким конфискациям и грабежу имущества не только сторонников Амануллы- хана, но и значительной части купечества. Внешняя и внутренняя торговля были парализованы. На дорогах участились грабежи и разбои. Национальная промышлен- ность пришла в упадок. Резко возросли цены на важней- шие товары. События 1928 г. повлекли за собой полное расстройство государственных финансов. Стремясь по- 237
полнить казну, Бачаи Сакао усилил налоговый гнет, тем самым отказываясь от своих деклараций. Обманутое крестьянство постепенно отходило от кабульского пра- вителя. Кроме того, оно не было ограждено от произ- вола и притеснений со стороны налоговой администра- ции, оставшейся на своих местах после падения прави- тельства Амануллы-хана. В области внешней политики новому режиму также не удалось добиться успехов. Он не был признан офи- циально ни одним государством. Большинство иностран- ных дипломатических миссий покинули Кабул в янва- ре— феврале 1929 г. В афганской столице остались лишь турецкое, германское и советское представитель- ства. Правительство Бачаи Сакао не проявило заинтере- сованности в развитии советско-афганских отношений, которые в этот период серьезно ухудшились ввиду акти- визации антисоветского басмаческого движения на территории Афганистана. Кабульский эмир всячески поощрял деятельность басмачей, банды которых неод- нократно вторгались на территорию СССР, совершали нападения на представителей Советской власти и мест- ное население. Несмотря на неоднократные протесты Советского правительства, кабульским режимом не были приняты меры для пресечения этой антисоветской дея- тельности. В течение всего периода правления Бачаи Сакао в Афганистане не прекращалась борьба за власть. На- ходившийся в Джелалабаде бывший губернатор Кабула Али Ахмад-хан, используя сложившуюся ситуацию и опи- раясь на войска и некоторые мятежные племена, 20 ян- варя объявил себя эмиром Восточной провинции 14. Он отменил все реформы Амануллы-хана и заявил об анну- лировании налоговых задолженностей. В то же время, нуждаясь в деньгах, он заставил индийских купцов Дже- лалабада выплатить долги, которые они должны были вернуть правительству Амануллы-хана, и стал собирать налоги с населения за три месяца вперед. Ориентируясь на англичан, Али Ахмад-хан обратился к ним с призы- вом об оказании ему финансовой и военной помощи. Попытка Али Ахмад-хана захватить Кабул окончилась неудачей ввиду дезертирства солдат, а также межпле- менных противоречий. Лишившись всякой поддержки, он бежал в Пешавар. Между тем Аманулла-хан, прибыв в Кандагар и 238
узнав о бегстве Инаятуллы-хана, взял назад свое отре- чение и начал готовиться к походу на Кабул. Население провинции неохотно откликнулось на призыв поддержать его в борьбе за престол. Однако в скором времени ему удалось собрать небольшую армию и 26 марта высту- пить из Кандагара в сторону Газни, к месту сосредоточе- ния крупных сил Бачаи Сакао. К середине апреля войска бывшего короля достигли Газни и вступили в бой с ар- мией Бачаи Сакао. Но неудачи и здесь преследовали Амануллу-хана. Его армия плохо снабжалась, мораль- ный дух солдат был чрезвычайно низким, к тому же на' стороне Бачаи Сакао выступили племена гильзаев (давних соперников дуррани). В конце апреля армия Амануллы-хана начала беспорядочное отступление. 23 мая бывший король объявил о прекращении борьбы и вместе с семьей покинул Афганистан*. Поражение Амануллы-хана предопределилось программой его борь- бы, которая не подверглась изменениям и потому не по- лучила широкой поддержки. В апреле 1929 г. бывший афганский посол в Москве Гулам Наби-хан собрал довольно многочисленный от- ряд из узбеков и хазарейцев и неожиданным ударом захватил Мазари-Шариф. Он выступил как сторонник Амануллы-хана, не выдвигая собственных притязаний на трон. Вскоре его власть распространилась на весь север Афганистана. Однако после поражения Амануллы- хана позиции Гулам Наби-хана ослабли, и он также прекратил борьбу, покинув Афганистан в начале июня. Весной 1929 г. в борьбу за трон вступил бывший во- енный министр Амануллы-хана генерал Мухаммад На- дир-хан. За оппозицию радикализму, с которым Аманул- ла-хан проводил свои реформы, в 1924 г. он был смещен с поста министра и направлен послом во Францию. В 1927 г. он ушел на пенсию и поселился в Ницце в ка- честве частного лица. После прихода к власти Бачаи Сакао он выехал вместе со своими братьями Шах Вали- ханом и Хашим-ханом на родину, объявив о намерении бороться против кабульского эмира, незаконно узурпи- ровавшего власть. В то же время Надир-хан отказал в поддержке Аманулле-хану, стремясь организовать само- стоятельное движение. Свои стремления к захвату вла- сти он прикрывал лозунгами борьбы за «прекращение гражданской войны и кровопролития» ,5. * Аманулла-хан умер в изгнании в Италии. 239
В марте 1929 г. Надир-хан прибыл в Хост и стал со- бирать ополчение племен. На первом этапе борьбы про- тив Бачаи Сакао его сопровождали неудачи. В зоне племен происходили межплеменные распри, преобла- дали сепаратистские настроения. Крестьянство все еще верило обещаниям Бачаи Сакао облегчить налоговый гнет. К тому же военно-политическая кампания Надир- хана началась в период весенних полевых работ, когда крестьяне были заняты на полях. Надир-хан испытывал и значительные финансовые затруднения. Однако к концу лета обстановка значительно изме нилась. Политика Бачаи Сакао привела страну к эко- номическому тупику и политической анархии. Крестьян- ство перестало поддерживать режим. Сокращение тор- говли, произвол и репрессии против купцов привели их в лагерь противников кабульского эмира. Усилилась де- централизация страны; возникла опасность гражданской войны и ослабления суверенитета, которые могли при- вести к потере государственной независимости. Не пре- кращались стихийные волнения трудовых слоев. В этих условиях различные прослойки господствующих классов, оказавших вначале помощь Бачаи Сакао, отошли от него, что создало благоприятные условия для реализа- ции замыслов Надир-хана. Немалую помощь ему ока- зала и Великобритания, с представителями которой он издавна поддерживал тесные контакты. Деятельность Надир-хана, направленная на подавление стихийного народного движения, объединение верхушки господ- ствующих классов и установление твердой власти, со- ответствовала их интересам. В начале сентября 1929 г. британские колониальные власти способствовали тому, что несколько тысяч человек из племен вазиров и мах- судов, проживавших на территории Британской Индии, влились в армию Надира 1б. Позже, уже придя к власти, Надир-хан получил безвозмездную финансовую помощь от британского правительства в размере 175 тыс. ф. ст.17 К концу сентября Надир-хан и его сторонники пере- шли к решительным действиям. 8 октября его армия, на- неся крупное поражение войскам эмира, овладела Ка- булом. Бачаи Сакао, будучи не в силах оказать серьез- ное сопротивление, бежал из столицы, но был схвачен в 2 ноября 1929 г. казнен вместе со своими ближайшими приспешниками 18. 15 октября Надир-хан въехал в столицу. На собра- 240
нии своих приближенных и сторонников он был провоз- глашен падишахом Афганистана. Афганистан в 1930—1945 годах В лагере Надир-шаха оказались как бывшие про- тивники Амануллы-хана — крупные феодалы, сардары и ханы племен, косные ортодоксальные муллы, так и представители новых слоев — либеральных помещиков, торгово-ростовщического капитала. Для одних он был достаточно консервативен, ибо выступал против ради- кализма младоафганцев, другие считали его деятелем, разделявшим идеи экономического прогресса и умерен- ной модернизации. Против него выступали многие влия- тельные сторонники Амануллы-хана. Надир-шах жестоко расправился с младоафганской оппозицией. Был аресто- ван и казнен один из ближайших соратников бывшего короля, Мухаммад Вали-хан. В 1932 г. вернулся из эмиграции Гулам Наби-хан, который был также вскоре арестован и казнен по обвинению в организации анти- надировского заговора среди племен Хоста. Несколько позже был казнен его брат Гулам Джелани-хан. Многие амануллисты были арестованы, некоторые вы- сланы из Афганистана. В стране продолжались выступления крестьян, на- циональных меньшинств, бедняков-скотоводов из пуш- тунских племен вне связи с интересами какой-либо поли- тической группировки или претендента на престол. Хотя Надир-шах и правящая верхушка, напуганные раз- махом стихийного недовольства масс, объявили «о неко- тором снисхождении при взыскании недоимок», сама налоговая система оставалась без изменений, поборы и притеснения со стороны чиновников не уменьшались. Крестьянское хозяйство серьезно пострадало в ходе событий 1928—1929 гг. Уже в ноябре 1929 г. вспыхнули крестьянские волне- ния в Кухдамане, к северу от Кабула. Восставшие, чис- ленность которых достигала 10 тыс. человек, 30 ноября захватили г. Чарикар и совершили нападение на г. Джа- баль ус-Серадж. Движение, во главе которого стояли наиболее сознательные крестьяне, было жестоко подав- лено. В июне 1930 г. в этом районе вновь вспыхнуло вос- стание. К восставшему таджикскому населению присо- 241
единились некоторые пуштунские крестьяне, недовольные налоговой политикой правительства. Регулярные армей- ские части не смогли разгромить отряды восставших. Тогда Надир-шах прибег к помощи ополчения племен. Е августе в Кабуле собралось 25 тыс. ополченцев из различных пуштунских племен, которьнм он обещал снизить налоги или вообще освободить от уплаты их. Восстание было потоплено в крови. В октябре 1932 г. вспыхнули волнения племен в рай- оне Хоста. Восставшие выступили против налоговой политики правительства и обвинили Надир-шаха в на- рушении обещаний снизить налоги. Во главе восстания стал выходец из низшего духовенства мулла Леванаи (верхушка племен осталась верной правительству). Восстание длилось более полугода. Надир-шах обратил- ся к британским властям в Индии с просьбой воспрепят- ствовать племенам вазиров-махсудов, проживавших в Индии, участвовать в этом движении. Английские коло- ниальные власти оказали поддержку Надир-шаху. Вос- ставшие потерпели поражение. Все эти выступления были составной частью обще- го процесса классовой борьбы, развернувшейся в преды- дущие годы. Не достигнув масштабов социальных столк- новений предшествующего периода, они были наполне- ны новым классовым содержанием, отражали возросший уровень социально-политической зрелости крестьянства. Поэтому эксплуататорские классы считали эти движе- ния более опасными, чем радикализм реформаторов- младоафганцев. Это побуждало их сплотиться вокруг режима Надир-шаха. Вместе с тем летом 1931 г. афганская армия ликви- дировала остатки басмаческих отрядов, не только на- рушавших советскую границу, но и занимавшихся раз- боем на афганской территории. Сформировав правительство из своих родственников и ближайших соратников, Надир-шах уже 16 ноября 1929 г. выступил с декларацией, в которой были изло- жены основные принципы его внутренней и внешней по- литики. Главный акцент был сделан на идею «классо- вого союза» как стержень социальной структуры государства. Целями экономической деятельности объ- являлись упорядочение налоговой системы и борьба с казнокрадством. Важное место в программе Надир-шаха отводилось 242
религии. Были оставлены без изменения восстановлен- ные и расширенные режимом Бачаи Сакао права и при- вилегии богословов, которые получили возможность влиять на решение важных государственных вопросов через Совет улемов, созданный в рамках структуры ми- нистерства юстиции. Все положения гражданского и уго- ловного кодекса были приведены в соответствие с нор- мами шариатского права. Женщинам вновь вменялось в обязанность носить чадру. Были закрыты женские школы, возрождена полигамия. Основные принципы режима Надир-шаха, изложен- ные в его декларации, получили юридическое оформле- ние в конституции, принятой на заседании Лоя Джир- ги в октябре 1931 г. Ее главная задача сводилась к закреплению власти господствующих классов и огражде- нию их интересов от социальных опасностей, порожден- ных народными выступлениями периода 1928—1929 гг. В то же время режим не мог не учитывать растущего влияния буржуазных классов, стремившихся занять свое место в системе государственного управления. Они в первую очередь были заинтересованы в укреплении на- ционального суверенитета и ликвидации остатков фео- дальной раздробленности. В Основном законе провоз- глашались равенство всех подданных перед законом, ряд гражданских свобод, отменялись феодальные сослов- ные ограничения. Была объявлена свобода торговой, промышленной и сельскохозяйственной деятельности, а также неприкосновенность частной собственности. Содержание значительной части положений консти- туции 1931 г. определялось преобладанием феодальных отношений в экономике страны. В них законодательно закреплялись права и привилегии мусульманских бого- словов. Права афганских подданных, заявлялось в кон- ституции, регламентируются не только законами, но и положениями шариата. Муллы получили большие воз- можности в области просвещения. Преподавание ислам- ских наук объявлялось свободным. Шариатским судам была предоставлена автономия. Изменившаяся социальная структура власти, вобрав- шая в себя представителей буржуазных классов, опре- деляла и форму государственного управления. Были расширены функции Лоя Джирги (широкое представи- тельство в ней имели богословы и феодальная верхушка племен) в вопросах финансовой, и в частности налого- 243
вой, политики. Одновременно в конституции было за- фиксировано участие торгово-помещичьих кругов в го- сударственных органах. В Афганистане учреждался парламент, состоявший из двух палат — верхней, Совета знати (сената), и нижней, Национального совета. Боль- шинство верхней палаты назначалось шахом из числа крупных землевладельцев, ханов племен и верхушки бо- гословов. Национальный совет был выборным органом, куда могли быть избраны грамотные подданные в возра- сте от 30 до 70 лет, имевшие репутацию «честных и справедливых», что давало возможность правящей вер- хушке отвергать по политическим мотивам неугодных ей кандидатов. Права участия в выборах лишались жен- щины, безземельные крестьяне, перемещавшиеся по стране в поисках работы, и мелкие кочевые племена. В функции Национального совета входило одобрение законодательных актов, утверждение государственного бюджета, предоставление акционерным обществам льгот и привилегий, обсуждение вопросов по внутренним и внешним займам. Министры несли формальную ответ- ственность перед парламентом. Национальный совет имел по существу весьма ограниченные возможности влиять на правительственную политику. Значительная часть положений конституции была посвящена прерогативам и привилегиям Надир-шаха и его династии. Шах по конституции имел право утвер- ждать состав кабинета министров, налагать вето на за- конопроекты, осуществлять внешнюю политику, объяв- лять войну, заключать мир. Закрепив в конституции позиции консервативных слоев и расширив политиче- ские права буржуазных классов, игравших растущую роль в экономике страны, режим Надир-шаха юридиче- ски оформил правящий помещичье-буржуазный блок, что во многом определило последующую эволюцию структуры государственной власти в Афганистане. Режиму Надир-шаха пришлось решать сложные за- дачи экономического развития. Кризис 1928—1929 гг. привел к истощению государственных ресурсов. Казна была пуста. К тому же разразившийся мировой экономи- ческий кризис отрицательно сказался на экономике Аф- 1анистана. На мировом рынке снизились цены на кара- куль— основной экспортный товар Афганистана. В связи с падением цен на серебро на внешних рынках понизился курс афганской национальной валюты. Стре- 244
мясь пополнить казну, режим Надир-шаха прибег к широкой конфискации имущества сторонников Бачаи Сакао. Однако все эти средства были использованы не на восстановление расстроенного сельского хозяйства, а на пожалования ханам племен, участвовавших в борьбе против Бачаи Сакао, на различные карательные опера- ции. Новому режиму оказало финансовую поддержку столичное купечество. Богатые купцы внесли значитель- ные пожертвования в государственную казну и выступи- ли с инициативой проведения экономических реформ. Их программа была сформулирована одним из крупней- ших купцов Афганистана, Абдул Маджидом, который предлагал приступить к развитию сельского хозяйства и промышленности. Поскольку правящие круги продол- жали линию режима Амануллы-хана на объединение разрозненного национального капитала в ширкеты, тор- говая буржуазия, пройдя через крупные потрясения в период кризиса 1928—1929 гг., обнаружила стремление к более тесному союзу с правящей верхушкой, высту- пившей в защиту ее интересов. В отличие от предшествующего периода купцы в це- лом поддержали идею ширкетизации национального ка- питала, тем более что это давало им весьма широкие возможности в конкурентной борьбе с иностранным ка- питалом. Вместе с тем организация акционерных об- ществ настоятельно требовала создания национального кредитного учреждения и с его помощью контроля над денежным и внешнеторговым рынком страны. В январе 1931 г. в Кабуле был открыт первый в стране банк «Ширкети асхами» с капиталом более 5 млн. афгани, причем 4,5 млн. афгани принадлежали государству, а 0,5 млн. — национальному купечеству. Перед банком бы- ла поставлена задача стабилизировать курс националь- ной валюты и кредитовать купцов19. Позднее, в 1932 г., была введена монополия на заготовку и экспорт караку- ля и передана Афганскому национальному банку, возник- шему на базе «Ширкети асхами». По существу он яв- лялся акционерным обществом, которое, регулируя денежное обращение в стране, в то же время занималось коммерческими операциями и имело монопольное право на экспорт и импорт ряда товаров. Создав банк, правительство приступило к организа- ции ширкетов при непосредственном участии Афганско- 245
го национального банка, который становился их пайщи- ком. В начале 30-х годов в стране образовалось более трех десятков крупных ширкетов, объединивших значи- тельную часть национальных капиталов. Осуществляя монополию на экспорт и импорт многих товаров, банк и ширкеты подорвали торговое могущество иностранных купцов. Афганскому купечеству, организованному в шир- кеты, были предоставлены многочисленные льготы. Объ- единение национального торгового капитала в акционер- ные общества способствовало росту внутренних накоп- лений. В 1936—1937 гг. общий капитал крупных ширкетов превысил 90 млн. афгани20. В области внешней политики был объявлен курс на нейтралитет и развитие равноправных отношений со всеми странами, что и было закреплено в конституции 1931 г. В то же время режим Надир-шаха придерживался довольно твердой ориентации на Великобританию. Англия, как отмечалось выше, стала оказывать поддерж- ку Надир-шаху с момента включения его в борьбу за трон. С приходом к власти его контакты с британскими колониальными властями в Индии стали еще более тес- ными. Это нашло практическое выражение в его нега- тивном отношении к национально-освободительному движению в Северо-Западной пограничной провинции Индии, которое вылилось в 1930 г. в антиколониальное восстание в Пешаваре. Режим Надир-шаха воспрепят- ствовал пуштунским племенам пограничной зоны Афга- нистана принять участие в этом восстании и тем помог его подавлению британскими колониальными войсками. Надир-шах опасался, что демократическое по своему ха- рактеру антиколониальное движение в Индии может оказать опасное для него влияние на социальную ситуа- цию в Афганистане. Англия со своей стороны оценила услуги Надир-шаха и предоставила ему военную и фи- нансовую помощь. Однако Афганистан, прошедший через сложный вну- триполитический кризис, нуждался в поддержке своей национальной независимости, сторонником сохранения и укрепления которой неизменно выступал Советский Со- юз. 24 июня 1931 г. по инициативе Советского прави- тельства в Кабуле был подписан советско-афганский Договор о нейтралитете и взаимном ненападении сро- ком на пять лет с автоматическим ежегодным продле- 246
нпем. Договор предусматривал невмешательство двух стран во внутренние дела друг друга, взаимный нейтра- литет в случае участия в войне одной из них, решение спорных вопросов мирными средствами. Договор занял почетное место в отношениях между двумя странами, явившись важным международным до- кументом, проникнутым идеями дружбы и добрососед- ства. Заключение договора способствовало расширению советско-афганских торгово-экономических связей. В ус- ловиях мирового экономического кризиса, когда торгов- ля Афганистана с капиталистическими странами резко сократилась, объем советско-афганской торговли серьез- но возрос. Уже в 1932 г. СССР вышел на первое место в экспорте Афганистана и на второе — в его импорте21. К тому же торговые отношения с Советским Союзом бла- гоприятно сказывались на развитии афганской экономи- ки, так как СССР покупал афганские товары по твер- дым ценам независимо от колебаний мировой рыночной конъюнктуры. Это помогло Афганистану избежать боль- ших потерь ввиду общего ухудшения условий внешней торговли. Развивались отношения Афганистана и с другими странами. Особенно тесные контакты режим Надир-шаха стремился завязать с Турцией и Ираном, подписав с ними в 1932 г. договоры о дружбе. Были установлены дипломатические отношения с Саудовской Аравией и Ираком. Предпринимались попытки укрепить связи с Германией и Францией, использовать их экономические возможности. Но они не получили должного развития, поскольку Афганистан отказался предоставить им кон- цессии. В 1930 г. был подписан договор о дружбе с Япо- нией, который, однако, не привел к сколько-нибудь ши- роким контактам между двумя странами. Была предпри- нята попытка привлечь капиталы США в Афганистан, туда была направлена афганская миссия. Но американ- ские промышленные круги, в то время озабоченные спа- дом в собственной экономике, не проявили интереса к Афганистану. Период активной экономической и полити- ческой экспансии США в Афганистан начался позднее, после второй мировой войны. Несколько оживилась общественно-политическая жизнь в стране. Подверглась реорганизации система ад- министративного управления. В 1932 г. открылась меди- цинская школа, которую вскоре преобразовали в меди- 247
цинский факультет; на его базе впоследствии возник Ка- бульский университет. Начали издаваться газеты и журналы. Однако внутриполитическая обстановка в стране оставалась нестабильной. Жестокие преследова- ния и расправы над бывшими соратниками Амануллы- хана вызвали ответные акции оппозиционных кругов В ноябре 1933 г. Надир-шах был убит одним из аманул- лнетов. Трон перешел к его сыну Мухаммаду Захир- шаху. При новом шахе остался без изменений состав каби- нета министров, возглавлявшийся братом Надир-шаха — Мухаммад Хашим-ханом; не изменились и основные направления политики режима. Ускорился процесс кон- центрации и централизации национального капитала Деятельность Афганского национального банка и шир- кетов, акционерами которых были только афганские под- данные, окончательно подорвала роль иностранного ку- печества во внешней торговле Афганистана. Инонацио- нальные коммерсанты лишились даже роли посредников в афганской внешней торговле. Во второй половине 30-х годов продолжалось созда- ние крупных ширкетов не только в Кабуле, но и в других городах, в частности в Герате, Кандагаре, Мазари- Шарифе. При участии Афганского национального банка был создан ряд ширкетов, ориентированных на торгов- лю с Советским Союзом. К 1936 г. все крупные купцы страны в основном были вовлечены в ширкеты, хотя и продолжали параллельно самостоятельную коммерче- скую деятельность. К концу 30-х годов неизмеримо воз- росла роль Афганского национального банка как регу- лятора внешнеторговых операций, а соответственно и политическое влияние верхушки национального торго- вого капитала, лидер которой — президент банка купец Абдул Маджид в 1938 г. был назначен министром эко- номики. Банк постепенно отошел от ведения непосред- ственных торговых операций, переключившись на вло- жение капиталов в ширкеты и их кредитование. Через Афганский национальный банк и его дочерние ширкеты, деятельность которых охватывала значительную часть торговых операций внутреннего рынка и практически всю внешнюю торговлю, происходил процесс накопления капитала. В то же время частный капитал неохотно шел в сф"- ру производства, предпочитая более прибыльную ком- 248
мерцию. Поэтому в условиях 30-х годов, когда государ- ственные финансы были невелики и поглощались в ос- новном непроизводительными расходами, промышленное строительство не получило заметного развития. Наи- большие ассигнования из госбюджета направлялись на финансирование дорожного строительства, ряда мелких ирригационных объектов. Из немногих промышленных предприятий, возникших в этот период, можно отметить хлопчатобумажную фабрику в Джабаль ус-Серадже и шерстопрядильную в Кандагаре, оснащенные оборудо- ванием, купленным еще Амануллой-ханом в 1928 г., а также текстильный комбинат в Пули-Хумри, создание которого финансировалось правительством и торгово- промышленным ширкетом «Насаджи», ряд небольших электростанций. Значительную помощь Афганистану в создании на- циональной промышленности оказал в те годы Совет- ский Союз. С его помощью были построены хлопкоочи- стительные предприятия на севере страны, в том числе в Кундузе, Мазари-Шарифе, Имам-Саибе и других го- родах22. Советско-афганские отношения, строившиеся на принципах добрососедства, взаимного уважения и невме- шательства во внутренние дела друг друга, приобретали все большее значение для Афганистана. Быстрый рост получила торговля между двумя странами. При этом Советский Союз проводил благоприятную для Афгани- стана торговую политику. Заметную помощь оказал СССР Афганистану и в развитии сельского хозяйства, особенно в борьбе с сельскохозяйственными вредите- лями. К концу 30-х годов серьезно осложнилась обстановка в мире. Учитывая территориальную близость Афгани- стана к Советскому Союзу, гитлеровская Германия и другие страны «оси» активизировали усилия для расши- рения здесь своего влияния. При этом широко исполь- зовались экономические контакты Германии с Афгани- станом. Так, в 1936 г. Афганистан получил кредит в размере 27 млн. марок на закупку германских товаров. Афганистан получал также из Германии военные ма- териалы. Гитлеровская агентура проникала в афганские государственные учреждения и промышленные пред- приятия, в том числе в Афганский национальный банк в качестве «советников», «консультантов», «экспер- тов» 23. 249
Идя на расширение связей с Германией и се союз- никами, режим Мухаммад Захир-шаха в то же время не принимал на себя каких-либо военно-политических обязательств, и в сентябре 1939 г., вскоре после начала второй мировой войны, Афганистан официально объявил о своем нейтралитете. Вопреки такой позиции Германия стремилась превратить Афганистан в плацдарм для во- енных действий против СССР и Британской Индии. Ее агенты проникали в зону пуштунских племен юга Аф- ганистана, а также северо-западной полосы Индии, снаб- жая их оружием и деньгами. В 1940 г. Германия пред- ложила афганскому правительству организовать вос- стание племен Северо-Западной Индии против британ- ских властей с целью отвлечь часть английских войск из Европы. Взамен Афганистану было обещано расши- рение его территории за счет ряда северо-западных райо- нов Индии, в частности Синда, Белуджистана, Запад- ного Панджаба и Кашмира24. Однако афганское прави- тельство отклонило это предложение. В то же время политика лавирования между импе- риалистическими державами, проводимая Кабулом, со- здавала благоприятные условия для действий фашист- ской агентуры. Гитлеровские агенты, работавшие в Афганистане под видом экспертов и коммерсантов, раз- вернули активную антисоветскую деятельность, сколачи- вая и перебрасывая на советскую территорию диверси- онные банды из проживавших здесь белоэмигрантов. После вероломного нападения 22 июня 1941 г. фа- шистской Германии на Советский Союз непрекращавша- яся деятельность фашистской агентуры на территории Афганистана создавала реальную грозу его нейтралите- ту и противоречила условиям советско-афганского До- говора 1931 г. о нейтралитете и взаимном ненападении. В октябре 1941 г. Советское правительство направило правительству Афганистана ноту с предложением пре- сечь антисоветскую деятельность фашистской агентуры. Одновременно с аналогичным обращением выступило правительство Великобритании. Афганское правитель- ство приняло решение удалить из страны германских и итальянских подданных, не являвшихся сотрудниками дипломатических представительств, и вскоре они поки- нули Афганистан. В ноябре 1941 г. в Кабуле состоялось заседание Лоя Джирги по выработке внешнеполитической линии в 250
сложных условиях второй мировой войны, на котором был подтвержден курс полного нейтралитета Афгани- стана. Вторая мировая война нанесла серьезный ущерб эко- номике Афганистана. Нарушение мировых хозяйствен- ных связей вызвало рост мировых цен и инфляцию национальных валют. Резко сократился объем внешней торговли Афганистана. Фактически монополистом аф- ганского импорта оказалась Британская Индия, откуда шли поставки основных афганских потребительских то- варов. География афганского экспорта также заметно сузилась. Реализация товаров традиционного экспорта была сопряжена с большими трудностями. Пользуясь этим, торговый капитал переложил тяготы от ухудше- ния условий внешнеторговых операций на производите- лей экспортных и потребителей импортных товаров. Происходило их прямое ограбление торговой буржуа- зией путем изменения соотношения между заготовитель- ными и реализационными ценами25. При этом Афган- ский национальный банк и связанные с ним ширкеты стали фактическими монополистами афганского экспор- та и значительно увеличили свои капиталы. Сокращение объема поступающих из-за рубежа товаров вызвало быстрый рост цен и инфляцию национальной валюты. Война и связанные с ней экономические трудности сорвали попытки Афганистана осуществить первый пя- тнлетний план экономического развития страны, кото- рый был принят в 1940 г. В годы войны серьезно замед- лилось промышленное строительство. Сократился объем работ на различных ирригационных объектах. В деревне продолжался процесс скупки крестьян- ских и государственных земель помещиками, ростовщи- ками, купцами и чиновниками, т. е. происходило даль- нейшее обезземеливание крестьян. Общее ухудшение экономической обстановки в стра- не, отразившееся в первую очередь на положении трудя- щихся масс, ремесленников, мелкой буржуазии, вызывало недовольство различных слоев населения, носившее в те годы стихийный характер. В 1944—1945 гг. в зоне пуш- тунских племен неоднократно вспыхивали восстания крестьян и мелких скотоводов, подавляемые войсками. Политическая обстановка в стране постепенно обо- стрялась. К концу войны стали вырисовываться первые контуры социальных конфликтов, в основе которых ле- 251
жало растущее противоречие между верхушкой торгово- ростовщического капитала и связанных с ней феодалов- помещиков, действовавших в суровые военные годы в своекорыстных интересах, и широкой массой трудящихся и демократических слоев, несших на себе все тяготы военного времени. Разгром гитлеровской Германии и об- разование в Европе стран народной демократии оказа- ли ощутимое воздействие на общественные настроения в Афганистане, вызвав рост политической активности. Социальное брожение постепенно охватывало не только традиционно политически активную интеллигенцию, но и значительную часть демократической массы населения. Афганистан после второй мировой войны Сложная экономическая обстановка, вызванная вой- ной, значительно ухудшила положение широких слоев населения. Политика правящих кругов — феодалов-поме- щиков и связанных с землей крупных купцов, ориенти- ровавшихся преимущественно на прибыльную коммер- цию, входила во все большее противоречие с экономи- ческими интересами многочисленных прослоек средней и мелкой буржуазии и близкой к ним части интеллиген- ции. Рост экономического потенциала крупных ширке- тов усиливал их политическое влияние наряду с тенден- цией к монополизации политической власти. Серьезное влияние на изменение политической об- становки в стране оказали международные события: об- разование мировой социалистической системы, новый подъем национально-освободительного движения в стра- нах Азии и Африки, продолжающийся распад системы колониализма. Обострение социальных противоречий вынуждало власти принимать некоторые меры. В частности, был ограничен ряд монопольных прав крупных ширкетов на внешнюю торговлю, созданы выборные городские упра- вы. Но эти верхушечные мероприятия, не затронувшие общественно-политической структуры, не могли ликвиди- ровать нараставшее недовольство. Ухудшение экономического положения сопровожда- лось активным проникновением в Афганистан американ- ских монополий. Начало ему было положено заключе- нием в 1946 г. правительственного соглашения с амери- 232
канской компанией «Моррисон-Надсен» о строительстве ирригационной системы на юге страны, разведке полез- ных ископаемых, дорожном строительстве, подготовке кадров и сооружении ряда мелких строительных объек- тов. Однако план строительных работ в намеченные сро- ки не был выполнен, расходы на него превысили расчет- ную смету. Афганистан был вынужден прибегнуть к займам. Нарастание внутриполитической напряженности в сочетании с экономическим, а впоследствии политиче- ским нажимом США осложняло обстановку в стране. В 1946 г. правительство Мухаммад Хашим-хана ушло в отставку. Во главе нового правительства встал другой дядя короля — Шах Махмуд-хан. Растущие противоре- чия между буржуазно-помещичьими кругами и массой средних и мелких товаропроизводителей города и дерев- ни приводили к появлению оппозиционных настроений. Их выразителями стали различные политические движе- ния и группировки, выступившие в защиту интересов ши- роких средних городских слоев и отчасти социальных низов. Основные требования этих движений включали от- мену экономических привилегий крупных монопольных торговых объединений, демократизацию общественно- политической жизни, принятие новой конституции, пре- доставление более благоприятных возможностей для деятельности мелкой и средней буржуазии. Распространение идей, отражавших интересы средних слоев, привело в 1947 г. к возникновению политической организации «Виш зальмиян» («Пробудившаяся моло- дежь»). Это было довольно пестрое по своему социаль- ному составу движение, численность участников которо- го не превышала 100 человек. В его рядах были пред- ставители мелкой буржуазии, чиновничества, интелли- генции, служителей культа. Во главе стоял мелкий помещик из Кандагара Мухаммад Расул-хан Пуштун. Активными участниками движения являлись Нур Мухам- мад Тараки, возглавивший его левое, радикальное кры- ло, Абдуррауф Бенава, Абдулхай Хабиби, Гуль Пача Ульфат. На первом этапе «виш зальмияновцы» в основ- ном занимались просветительской деятельностью.В конце 40-х годов они включились в активную политическую борьбу, приняв участие в парламентских выборах 1949 г. В результате в составе членов Народного совета седь- 253
мого созыва образовалась группа депутатов, строивших свою деятельность на идеях «Виш зальмиян». Используя свои выступления в парламенте как трибуну борьбы за реализацию требований «Пробудившейся молодежи», они в то же время стремились превратить Народный со- вет в действенный орган власти, который мог бы регу- лировать работу государственного аппарата. Одним из направлений борьбы радикальных кругов являлось требование свободы печати, осуществление ко- торого давало бы возможность для легальной пропаган- ды оппозиционных идей. В январе 1951 г. правительство приняло новый закон о печати, в соответствии с которым разрешалось издание частных газет и журналов. В этом году вслед за опубликованием закона стали выходить частные газеты, называвшие себя национальными. Издание частной прессы послужило толчком для на- чавшейся поляризации политических сил, объединявших- ся на базе оппозиционных настроений. Незадолго до появления частных газет наряду с «Виш зальмиян» нача- ли складываться другие политические группировки схо- жей политической ориентации, наиболее значительными из которых были «Нидаи хальк» («Голос народа») и «Ватан» («Родина»). В 1951 г. они стали издавать в Кабуле свои печатные органы под теми же названиями. Еще раньше к изданию своей газеты приступила «Виш зальмиян». 1 марта 1950 г. вышел первый номер газеты «Ангар», названный по имени ее издателя и от- ветственного редактора Файз Мухаммада Ангара, чинов- ника министерства экономики. «Ангар» именовалась «на- циональной, литературной, общественной и политической газетой». В редакционной статье первого номера заяв- лялось, что она призвана служить народу в целях пре- одоления вековой отсталости. Газета, говорилось в ста- тье, должна с помощью «просвещенных людей, сочув- ствующих народу, и пробудившейся молодежи... выяснить причины отсталости народа, просветить его и найти пути к устранению отсталости». Авторами основ- ных статей, содержание которых было отмечено полити- ческим критицизмом, выступали лидеры движения. На страницах первого номера была опубликована программ- ная статья Н. М. Тараки под заголовком «Желания на- рода. Чего мы хотим?». В ней содержались основные требования оппозиционных кругов: «хлеба, одежды (впоследствии с добавлением требования «жилища» это 254
стало основным лозунгом Народно-демократической партии Афганистана), работы, равных возможностей для всех людей с точки зрения социальных услуг». Своей задачей издатели газеты считали искреннее служение «отсталой нации», борьбу против «предателей и угнетателей», которые «наносят ущерб народу, прино- ся его интересы в жертву своей личной выгоде», против расовой дискриминации, достижение национального единства. Пути достижения этих целей «виш зальмия- новцы» видели в «пробуждении и союзе нации, установ- лении конституционного монархического режима, форми- ровании национального правительства, ответственного перед парламентом, участии всех классов в социаль- ной жизни»26. Социальный прогресс и повышение жиз- ненного уровня народа, считали издатели газеты, могут быть достигнуты лишь при условии его активного уча- стия в общественно-политической и экономической жиз- ни, а также в государственных делах через свои полити- ческие партии. Одной из важнейших задач на этом пути, по мнению автора статьи «Чего мы хотим? (Чаяния на- рода)» А. Махмуди, является формирование «подлинно демократического правительства», которое «передало бы в руки народа свою судьбу». «Первое условие подлинно демократического правления — это создание нацио- нально-демократических партий и на их основе прове- дение свободных выборов, избрание депутатов, облечен- ных доверием народа. А раз из этих депутатов форми- руется правительство, то возобладает правление боль- шинства, значит, жизненные проблемы будут решаться по воле народа, и, таким образом, будет обеспечено его счастье»27. Реализацию этих задач предполагалось осу- ществить в рамках конституционной монархии. Экономическая часть программы движения носила большей частью критический характер, в ней отсутство- вали четко сформулированные конкретные предложе- ния. Большое внимание уделялось положению социаль- ных низов, выдвигалось требование о запрещении при- нудительного труда (бегар). Выдвигались и различного рода идеи об оздоровлении национальной экономики. Автор одной из статей «Ангара» Бабрак Гостали, на- пример, призывал сократить импорт предметов роско- ши, увеличить средства на развитие местной промыш- ленности, больше заботиться о рабочих, бороться с безработицей, перейти на плановое развитие хозяйства с 255
учетом мнения «трудового люда»28. Ряд деятелей либе- рального крыла этого движения, говоря о бедственном положении народа, в то же время уповали на добрую волю монарха. Так, Абдуррауф Бенава в одной из ста- тей писал: «Те, кто сидят на ореховом стуле и видят мир через стекло своего автомобиля, не знают, что такое на- род. И если им скажут, что народ ходит босиком, они ответят, что так людям удобнее молиться. Но если бы они столкнулись ближе с народом, то узнали бы, что простые люди ходят босиком из-за их тяжелого матери- ального положения. Они даже не знают, что из ста чело- век нельзя найти ни одного, который был бы доволен своим положением. Единственное средоточие надежд и чаяний народа — любимый, демократичный король. По- этому все патриоты, пробудившаяся молодежь и другие просвещенные люди видят в шахе единственного, истин- ного слугу нации, ее руководителя»29. Большое место в газете отводилось роли и месту мо- лодежи в обществе. В статье, озаглавленной «Обраще- ние к афганской молодежи», содержался призыв к про- буждению молодого поколения, его сплочению в борьбе за счастье народа30. Немаловажное значение придава- лось Союзу студентов, образовавшемуся в 1950 г. и вно- сившему свой вклад в общее дело просветительской деятельностью. Таким образом, программа движения «Виш зальми- ян» состояла большей частью из требований политиче- ского характера, предусматривавших демократизацию государственно-политических институтов в сочетании с критикой экономического положения народа. На аналогичных позициях, но с более широким спектром социально-политических и экономических ло- зунгов стояла другая группировка, возникшая в 1950 г. и именовавшая себя «Ватан». В социальном отношении она была также неоднородна: ее члены представляли различные слои мелкой буржуазии, чиновников, интел- лигенции. Руководителями этого движения были его идеолог Мир Мухаммад Сиддик Фарханг, известные историки Мир Гулам Мухаммад Губар и Ахмад Али Кохзад, генерал Фатех. Группировка «Ватан» насчиты- вала в своих рядах немногим более 100 человек. В марте 1951 г. они начали издавать свою газету «Ватан». Ее издателем был М. Г. Губар, а ответствен- ным редактором Али Хоруш, которого вскоре заменил 256
Фарханг. В редакционной статье первого номера газе- ты были перечислены цели движения: пропаганда основ демократии во всех областях общественной жизни в ус- ловиях конституционной монархии, а также ряд буржу- азных свобод типа свободы создания политических организаций, выбора профессии, свободы передвижения, неприкосновенности личности, религиозного и нацио- нального равноправия. Ратуя за ускорение экономиче- ского развития, газета выступила против «концентрации капитала в частных руках». Последнее едва ли можно расценивать как отрицание частной собственности. Ско- рее это был призыв ограничить экономические привиле- гии крупных частных компаний. Об этом свидетельству- ет выступление М. Г. Губара в парламенте: «В стране существует частная монополия, и доходы от нее, полу- ченные путем эксплуатации масс, попали в карман не- которых ростовщиков и монополистов. Значит, надо изъять монополию из частных рук и передать государ- ству. В результате 20-летней хозяйственной деятельно- сти ряда ширкетов-монополистов капиталы сконцентри- ровались в руках нескольких лиц. Средние слои купцов разоряются»31. Призывая к ограничению экономической власти представителей крупного торгового капитала, сторонники движения «Ватан» выступали с требованием создания благоприятных условий для предприниматель- ской деятельности мелкой и средней буржуазии, разви- тия кустарного производства. Значительное внимание издатели газеты уделяли со- циальным вопросам. В ряде публикаций давался анализ социальной структуры общества, рассматривалось по- ложение различных слоев населения. В частности, боль- шое место отводилось положению крестьянства, состав- лявшего 90% населения страны. «Афганский крестьянин с точки зрения материальных и духовных условий нахо- дится на самом низком уровне. Неграмотный, больной, иногда голодный, всегда босой. Весь в долгах, лишен орудий труда»32, — говорилось о крестьянине в статье Фарханга «Укрепление крестьянства». В качестве причин тяжелых условий жизни крестьян в статье были названы крупная частная земельная соб- ственность, ростовщичество. Наряду с критикой суще- ствующего положения в деревне автор выдвигает кон- кретные предложения по улучшению жизни крестьян, Которые сводятся к созданию крестьянских кооперативов, 9 Зак. № 819 257
учреждению сельскохозяйственного банка для предо- ставления им кредитов. Более того, он предлагал пере- смотреть саму систему землевладения, ограничив раз- меры частной земельной собственности33. Изменение системы собственности признается самой важной рефор- мой государства. Однако реализовать эту идею автор стремится не на путях политической борьбы за права крестьян, а посредством издания соответствующего за- кона по доброй воле правительства34. Важной частью программы группировки «Ватан», так же как и аналогичных движений, являлись требования политического характера, главное из которых — измене- ние системы правления путем принятия «правильных» законов и их исполнения. «Мы сторонники конституци- онной монархии, — пишет М. Г. Губар в статье «Ржав- чина на теле государства».— Но для сохранения терри- ториальной целостности, независимости, безопасности и прогресса, для предотвращения всякого рода беспоряд- ков и анархии, которые ведут к разрухе и усилению ре- акции, нужно создать правительство, ответственное перед народом и пользующееся доверием народа»35. Газета подчеркивала, что идея создания такого правительства находит поддержку у народа, что подтверждалось мне- нием читателя газеты Яр Мухаммад-хана Пуштуна. «Наш народ — сторонник конституционной монархии,— говорил этот читатель. — Он от чистого сердца уважает шаха. Но народ хочет только народное правительство, т, е из народа и для народа»36. Издатели газеты активно выступали за демократи- зацию политических институтов путем пересмотра и об- новления конституции, утверждения нового закона о пе- чати, обеспечения свободных выборов в парламент, пре- доставления права на создание политических партий и профсоюзных организаций, изменения системы судопро- изводства, разделения трех форм власти — законодатель- ной, исполнительной и судебной. В отличие от «виш зальмияновцев» сторонники тече- ния «Ватан» немалое значение придавали вопросам внешней политики. В своей газете они регулярно делали обзор мировых событий, не только занимаясь их изло- жением, но и выступая в поддержку национально-осво- бодительных движений и борьбы против колониализма, ь частности по вопросам борьбы за национализацию Суэцкого канала и иранской нефти. Авторы статей 258
непосредственно связывали идеи укрепления незави- симости, мира и безопасности с важнейшими соци- альными проблемами — социальной справедливостью, обеспечением демократии, развитием просвещения, здра- воохранения, борьбой с неграмотностью, деспотизмом, расширением участия народа в управлении государством и т. д.37 В тот же период действовала еще одна группировка, печатным органом которой была газета «Нидаи хальк» («Голос народа»). По своему социальному составу она больше тяготела к демократическим слоям — интелли- генции, мелкому чиновничеству, ремесленникам, лавоч- никам— и насчитывала не более 200 человек. Ее осно- вателем, руководителем и идеологом был доктор Абдур- рахман Махмуди. Во главе группировки стояли также маулана Хан Мухаммад Хаета из Мазари-Шарифа, чи- новник министерства финансов Мухаммад Наим Шаян, инженер Вали Ахмад Атаи, братья Махмуди — лейтенант Мухаммад Аман, врач Мухаммад Рахим и чиновник Му- хаммад Азим. Издателем и автором большинства статей газеты «Нидаи хальк» был доктор Абдуррахман Махмуди, от- ветственным редактором — Вали Ахмад Атаи. Передо- вица первого номера газеты также была посвящена за- дачам движения, которое прямо объявило себя «слугой и руководителем народа на принципах демократии, бор- цом за права народа». Апеллируя к интересам народа, газета поставила своей целью показать ему «путь к созда- нию народного правительства, которое будет сформи- ровано самим народом и для народа». Подобно другим группировкам, возникшим на базе движения «Виш зальмиян», группа «Нидаи хальк» в основу своей поли- тической программы положила лозунги осуществления демократии и социальной справедливости, реальной формой выражения которых является «создание свобод- ного парламента, свободные парламентские выборы, обеспечение равновесия между исполнительной, законо- дательной и судебной властями», а также ряд буржуаз- ных свобод: печати, мысли, неприкосновенность жилища и личности. Отрицая вооруженную форму борьбы, сторонники «Нидаи хальк» пути реализации демократии видели в издании, демократических законов, осознании народом своих прав и их защите. Осуждая деспотизм и тиранию, 259
газета объявила своей обязанностью борьбу «против эксплуатации и врагов народных интересов»38. Участие народа в управлении страной предлагалось осуществлять через политические партии. Партия большинства в пар- ламенте формирует правительство, пользующееся дове- рием народа. В парламенте ему противостоит левое мень- шинство, которому отводится роль своего рода регуля- тора правительственной деятельности большинства, в случае если последнее будет «играть волей народа»39. Таким образом, речь шла о борьбе за создание буржу- азно-демократической формы правления, что на том эта- пе исторического развития страны явилось бы шагом вперед в процессе эволюции общественного строя Афга- нистана. Важное место в программе группировки «Нидаи хальк» занимали положения социального характера. Публикации газеты по социальным проблемам отлича- лись остротой. Газета выступила с резкой критикой су- ществующего положения, обнажая социальные пороки общества. Архаичная система управления, произвол чи- новников, нищенское положение простого народа, взя- точничество и казнокрадство чиновничье-бюрократичс- ского аппарата, принудительный труд, экономический застой, поголовная неграмотность населения — вот ос- новные объекты критики «Нидаи хальк». В условиях же- сткой цензуры печати газета подавала эти материалы под разным углом зрения. Это были и редакционные ста- тьи, и комментарии к различным фактам, и письма чи- тателей, и даже информация некоего агентства «Дель- хак» («Сердце правды»). Это давало возможность ее издателям, обходя цензурные рогатки, выступать в за- щиту прав народа. Так, в статье «Права народа!!!» док- тор Махмуди писал: «Если мы скажем народу, что он имеет право без всякого страха и вмешательства властей избрать своих представителей в парламент, создать пар- ламент и правительство, ответственные перед народом, т, е. сделать так, чтобы государственные дела и парламентские дебаты стали достоянием гласности, естественно, народ начнет борьбу за свои права. А по- скольку борьба народа за свои права рассматривается у нас как нарушение безопасности и угроза национальному единству... то я прошу прощения у читателя за то, что больше ничего не скажу по этому поводу»40. Так же как и другие группировки, «Нидаи хальк» вы- 260
ступила против монополии крупных предпринимателей на экономическую власть. Приводя в качестве примера страны, где были национализированы ключевые отрасли экономики, газета призывала покончить с привилегиями «нескольких миллионеров», которые «хозяйничают в об- ласти каракуля, сахара, бензина» и т. д. Одну из причин обнищания народа издатели газеты видели в том, что «деньги и земля концентрируются в руках ограниченно- го числа людей, т. е. становятся их частной монополи- ей» 41. Определенное внимание газета «Нидан хальк» уде- ляла вопросам внешней политики. В условиях обострения афгано-пакистанских отношений, использовавшегося ме- ждународной реакцией как средство нажима на Афга- нистан, газета выступила с призывом вести борьбу не только за укрепление политической, но и «за обеспече- ние экономической и социальной независимости». Была подвергнута критике политика правящих кругов Паки- стана, названных «слугами деспотизма и колониализма», которые, пользуясь «интригами и обманом, вносят раз- ногласия и раскол в лагерь борцов за прогресс и нацио- нальное единство»42. Таким образом, выдвигая требования, во многом схо- жие с программой других группировок, «Нидаи хальк» обнаружила в то же время известный радикализм, острее ставила наиболее насущные вопросы социально-экономи- ческого развития страны. Одной из форм оппозиционной борьбы буржуазных демократов на рубеже 40—50-х годов явилась их парла- ментская деятельность. Как уже упоминалось, в 1949 г. в парламенте образовалась группа оппозиционно настро- енных депутатов. Группировку «Ангар» представляли Гуль Пача Ульфат, А. Хабиби, Ф. М. Ангар, «Ватан» — М. Г. Губар и «Нидаи хальк» — А. Махмуди, формаль- но объединившиеся в «Национальный фронт». Несмотря на принадлежность к различным политическим течени- ям, они выступали с одинаковых или близких позиций по основным вопросам. Центральным пунктом их вы- ступлений в парламенте явились обвинения в адрес пра- вительства в нарушении конституционных положений. Наиболее острые дискуссии развернулись вокруг вопро- са о принудительной закупке зерна у населения, что тя- желым бременем ложилось на крестьянские массы. Не- смотря на решение большинства депутатов отвергнуть 261
соответствующий законопроект, правительство не оста- вило попыток взыскать с населения зерно по низким це- нам. Другое нарушение конституции состояло в широко практиковавшемся использовании принудительного тру- да— бегара, в основном на строительных и дорожных работах. Депутаты оппозиции выступили с резкой кри- тикой государственных органов, нарушавших закон о запрещении бегара. Значительная часть выступлений была посвящена деятельности американских монополий в Афганистане. Депутат А. Махмуди, выразив общую точку зрения оппозиции по этому вопросу, заявил: «За- ключение соглашения с компанией «Моррисон-Надсен» нанесло большой ущерб народу и экономике страны»43. Деятельность депутатов оппозиции не привела к су- щественным изменениям в системе государственного управления и экономической структуре. В то же время под влиянием борьбы оппозиционных группировок и их представителей в парламенте основные требования оп- позиции во многом определили главные направления по- следующей политической борьбы общественных сил. Од- ним из итогов парламентской деятельности оппозиции явилось более четкое определение основных задач депу- татов, защищающих интересы народа. Они были сфор- мулированы и опубликованы руководством группировки «Ватан» и включали следующие пункты: подлинная реа- лизация принципов демократии; исправление и дополне- ние конституции; разработка нового демократического избирательного закона; разделение трех форм власти; свобода создания политических партий и организаций; ликвидация препятствий на пути развития свободной прессы; отмена бегара; отмена частных и банковских монополий; создание сельскохозяйственного банка и кре- стьянских кооперативов; развитие промышленности, укрепление национального единства путем отмены не- законных привилегий, распространения принципов равен- ства и братства44. В 1951 г. начала выходить еще одна частная газета национально-буржуазного характера — «Вулус» («Лю- ди»), издателем которой был Гуль Пача Ульфат. Основ- ное содержание ее материалов сводилось к критике гра- бительской деятельности правящих кругов и анализу бедственного положения народа. В то же время газета не выдвигала конкретных предложений для изменения существующего положения, а лишь взывала кблагоразу- 262
мию сильных мира сего, побуждая их откликнуться на страдания народа45. В газете выражались верноподдан- нические чувства ее издателей по отношению к королю, который трактовался как защитник национальных ин- тересов. Летом 1951 г., несмотря на отсутствие соответствую- щего законодательства, руководители течения «Нидаи хальк» предприняли усилия по организационному офор- млению своих сторонников и созданию политической партии. В последнем номере своей газеты они опублико- вали программу создаваемой ими партии «Хальк» («На- род»). Положив в основу программы общие принципы демократии, партия объявила своей задачей борьбу за «создание народного правительства, избранного наро- дом и действующего в интересах народа». Важным средством для реализации демократии сторонники «Хальк» считали достижение социальной справедливо- сти на основе ликвидации гнета > эксплуатации. Боль- шое значение партия придавала приверженности прин- ципам ислама и их пропаганде. Свободные выборы в парламент, избрание подлинных представителей народа и сформирование из них правительства, ответственного перед парламентом, изменение конституции и принятие справедливых законов — таков, по мнению идеологов партии, путь к достижению основных целей ее про- граммы. Основателем и руководителем партии «Хальк» был доктор А. Махмуди, который возглавил руководящий орган в составе 10 человек. Партия была немногочис- ленной и не имела широких связей с массами. Ее руко- водители вели работу в основном среди студентов юри- дического и медицинского факультетов Кабульского университета. Эта партия просуществовала недолго — до весны 1952 г. В конце 40-х годов в сферу политической активности включилось столичное студенчество. В апреле 1950 г., как упоминалось выше, возник Союз студентов Кабуль- ского университета, который поставил своей целью по- литическое пробуждение интеллигенции и учащейся мо- лодежи. Члены Союза использовали театральные подмо- стки, а также различные конференции для пропаганды своих взглядов. Их основные требования включали проведение реформ в области социально-экономической и культурной жизни, в сфере государственного управле- 263
ния, осуществление свободы слова и печати. Студенче- ское движение испытывало ощутимое влияние оппози- ционных буржуазно-демократических группировок. Некоторые оппозиционные течения использовали в своей деятельности религиозные лозунги. К их числу относится нелегальная группа во главе с комендантом Кабула Хадже Наимом. В ее состав входили офицеры и мелкие чиновники, представители национальных и ре- лигиозных меньшинств, религиозные фанатики. Своей целью они ставили ликвидацию устаревшей абсолютной монархии и установление халифата. В марте 1950 г. эта группа была раскрыта властями и разгромлена, а более 20 ее активистов брошены в тюрьмы на длительный срок. Наряду с различными буржуазно-демократическими течениями оппозиционную деятельность вели и пред- ставители некоторых прослоек правящего класса, выну- жденные учитывать ширящиеся требования выходившей на политическую арену средней и мелкой буржуа- зии. Они объединились в рамках «Национального клу- ба», президентом и основателем которого был двоюрод- ный брат короля сардар Мухаммад Дауд. Деятельность «клуба» финансировалась крупнейшим купцом Афгани- стана, министром экономики Абдул Маджидом Забули. «Оппозиционный» характер группировки М. Дауда не выходил за рамки попыток ослабить позиции правитель- ства Шах Махмуд-хана и заменить его на посту премьер- министра самим М. Даудом. В то же время члены «клу- ба», потерпев неудачу в привлечении на свою сторону национально-патриотических деятелей, стремились вне- сти раскол в оппозиционное движение. Деятельность различных оппозиционных группировок достигла наибольшей остроты в 1952 г. На выборах в парламент восьмого созыва, состоявшихся в апреле то- го же года, ни один из кандидатов оппозиции не полу- чил депутатского мандата. Тогда лидеры буржуазно- демократических группировок организовали в Кабуле массовую демонстрацию протеста против фальсифика- ции парламентских выборов и вмешательства властей в избирательную кампанию. К участникам демонстрации присоединилось столичное студенчество во главе со сту- дентом юридического факультета Бабраком Кармалем. Демонстрация была разгромлена войсками. Вслед за этим власти начали широкое наступление 264
на оппозиционное движение. Были запрещены частные газеты «Ангар», «Ватан» и «Нидаи хальк», оппозицион- ные группировки разгромлены, а их руководители аре- стованы и посажены в тюрьмы. Н. М. Тараки был от- правлен в США на должность пресс-атташе афганского посольства. Абдулхай Хабиби незадолго до событий по- кинул страну и переехал в Пакистан, где издавал жур- нал «Афганская республика», выступая с критикой ко- ролевского режима. В Афганистане его объявили преда- телем и лишили афганского подданства. Абдуррауф Бенава был выслан в Индию. Мир Гулам Мухаммад Гу- бар был осужден на четыре года тюремного заключения. Доктор Махмуди был посажен на девять лет. В 1962 г., выйдя из тюрьмы, он умер от туберкулеза. В тюрьмы были брошены многие активисты и сторонники оппози- ционных группировок, в том числе Бабрак Кармаль. Несмотря на непродолжительность деятельности оп- позиционных группировок, они сумели оказать серьез- ное воздействие на общественное развитие страны. Ра- стущие требования различных прослоек средней и мел- кой буржуазии и средних городских слоев, нашедшие отражение в программах ряда оппозиционных течений, свидетельствовали о несостоятельности курса правяще- го режима, ориентирующегося лишь на интересы круп- ных землевладельцев и верхушки торгового капитала. Определенную эволюцию в годы после второй миро- вой войны претерпела внешняя политика страны. В пла- нах экономического проникновения США в страны Ближнего и Среднего Востока видное место отводилось Афганистану, занимающему важное стратегическое по- ложение. Сразу же после войны США сумели завоевать монопольные позиции в афганской внешней торговле, особенно в экспорте каракуля, навязав Афганистану свои условия торговли. Не остались без внимания и другие сферы афганской экономики. Как уже упоминалось, в 1946 г. американское правительство навязало Афгани- стану заключение договора с американской фирмой «Моррисон-Надсен». Однако фирма не выполнила своих обязательств и основные объекты не были сданы к на- меченному сроку, т. е. к 1949 г. К тому же была пере- расходована первоначальная смета в 17,5 млн. долл. Афганское правительство было вынуждено обратиться к США за финансовой помощью. В 1949 г. Афганистан получил американский заем в 21 млн. долл., пойдя на 265
продление договора с фирмой «Моррисон-Надсен», ко- торая в свою очередь настаивала на многократном уве- личении ассигнований на осуществляемые ею работы46. Затянувшееся на долгие годы строительство ирригаци- онных объектов отдаляло на неопределенное будущее практическую реализацию плана освоения новых земель и ставило под сомнение конечный положительный ре- зультат самой деятельности компании. Таким образом, деятельность американской компании в Афганистане, растянувшаяся на неопределенный период, стала по су- ществу важным каналом экономического внедрения США, которые опутывали страну разного рода обяза- тельствами и долгами. Стремясь к усилению своих по- зиций, США в 1951 г. заключили соглашение с Афгани- станом о техническом сотрудничестве в рамках «про- граммы Трумэна». Так Афганистан оказался опутанным сетью кабальных обязательств. Действия компании «Моррисон-Надсен» вызвали в Афганистане бурную реакцию. По этому вопросу в прес- се и парламенте развернулись дискуссии. В 1950 г. была создана государственная комиссия, которая вскрыла многочисленные факты злоупотреблений со стороны ком- пании, нанесших немалый ущерб афганской экономике. Параллельно с экономическим проникновением США развернули политическую деятельность, преследуя цель включить страну в зону своего влияния, поколебать ее традиционный курс нейтралитета. К началу 50-х годов относится усиленное стремление Соединенных Штатов вовлечь Афганистан в создаваемые в то время агрессив- ные военно-политические группировки. В качестве одного из средств нажима на Афганистан западный империализм использовал пуштунскую проб- лему. Накануне образования государств Индии и Паки- стана (август 1947 г.) Афганистан поставил вопрос о судьбе пуштунского населения, проживавшего на севе- ро-западе Британской Индии. Афганское правительство при активной поддержке общественности выступило за самоопределение зарубежных пуштунов. Однако Англия отказалась рассматривать этот вопрос. А после созда- ния Пакистана правящие круги этого государства, от- вергая право пуштунов на самоопределение, предпри- няли усилия по подавлению национального движения пуштунов, что вызвало обострение отношений с Афга- нистаном. 266
В послевоенные годы в условиях распада колониаль- ной системы империализма и бурного роста националь- но-освободительных движений Советский Союз твердо проводил курс на дальнейшее развитие отношений с Афганистаном. Уже в 1946 г. было подписано соглаше- ние по пограничным вопросам, которое продемонстриро- вало желание Советского правительства развивать дву- сторонние связи. В 1950 г. было заключено межправи- тельственное соглашение о товарообороте и платежах, послужившее основой для последующего торгового об- мена двух стран. Расширение добрососедских отношений с Советским Союзом содействовало укреплению суверенитета Афга- нистана и созданию благоприятных условий для акти- визации его внешнеполитических усилий. В ноябре 1946 г. Афганистан вступил в ООН и поддержал Декла- рацию прав человека. В 1950 г. Афганистан заключил договоры о дружбе с Индией и Ливаном, наладил поли- тические контакты с Сирией, признал КНР. В 1950— 1951 гг. были предприняты усилия по разрешению афга- но-иранских разногласий по проблемам использования вод реки Гильменд. Между тем экономическое положение страны продол- жало ухудшаться. Наиболее ярко это проявилось в сфе- ре сельскохозяйственного производства. Господство до- капиталистических форм эксплуатации в деревне тормо- зило развитие производительных сил. Процесс увеличи- вающейся товарности хозяйства в этих условиях вел к дальнейшей социальной дифференциации крестьянства. Все более широкий размах получали ростовщические операции, приводившие к экспроприации крестьянских земель. Миграция обезземеленного крестьянства в горо- да стала постоянным явлением. В то же время отсут- ствие развитой промышленности затрудняло решение вопроса о трудоустройстве мигрантов, которые попол- няли армию безработных. Попытки правительства снять остроту аграрной проблемы путем переселения земле- дельцев и полукочевников с юга в северные районы, обладающие большим фондом пригодной для обработки земли, не дали должного экономического и социального эффекта, а лишь привели к серьезным политическим и национальным трениям. Не оправдались также надеж- ды правительства на хозяйственное освоение крупных земельных массивов бассейна рек Гильменд и Аргандаб, 267
на которых должны были проводиться ирригационные работы фирмой «Моррисон-Надсен». Ухудшение условий экспорта афганских товаров, вы- званное попытками США монополизировать афганскую внешнюю торговлю, трудности с транзитом этих това- ров через территорию Пакистана (ввиду обострившихся афгано-пакистанских отношений) серьезно повлияли на финансовое положение страны в целом. Большие рас- ходы на импорт потребительских товаров неблагоприят- но сказывались на внутренней торговле. Меры прави- тельства по изысканию дополнительных средств путем увеличения налога на мелкое производство, скот и т. д. вызвали рост цен в стране, в первую очередь на продо- вольственные товары. Ставка на участие крупных тор- говых ширкетов в объявленном в 1946 г. семилетием плане экономического развития не оправдала себя. По- лучая различные финансовые и прочие льготы в рам- ках мер по стимулированию их промышленной деятель- ности, ширкеты отдавали предпочтение более прибыль- ной торговле и всячески уклонялись от вложения капи- талов в промышленное строительство. Острый продо- вольственный кризис вынудил правительство обратить- ся за внешней помощью к США, которые предоставили в 1953 г. Афганистану заем для закупки американского зерна. Таким образом, экономическая зависимость Аф- ганистана от США еще более усилилась. В условиях обострившихся экономических неурядиц и общей внутриполитической нестабильности правитель- ство Шах Махмуда подало в отставку. Новый кабинет министров был сформирован двоюродным братом коро- ля сардаром Мухаммадом Даудом. Характер политиче- ской власти не изменился, но в состав органов государ- ственного управления были включены деятели, учиты- вавшие настроения политически активных кругов обще- ства, изменившуюся международную ситуацию и гото- вые к осуществлению определенных преобразований в интересах укрепления позиций эксплуататорской верхуш- ки имущих классов, что было невозможно без развития экономики и производительных сил. В целом программа правительства М. Дауда была рассчитана на содействие развитию капиталистических отношений при расширяю- щемся участии государства в экономической деятельно- сти. Политика так называемой руководимой экономики, 268
объявленная М. Даудом, создавала возможности для расширения социальной базы режима. Одним из первых мероприятий правительства явилось изменение системы кредитования, осуществлявшееся с помощью вновь созданных в 1954 г. банков. Возможности для получения кредитов были предоставлены средним и мелким предпринимателям. Появление сельскохозяй- ственного банка, выдававшего ссуды по более низкому проценту, нежели ростовщики, способствовало оживле- нию сельскохозяйственного производства и несколько ограничило сферу деятельности ростовщичества, хотя и не могло составить серьезную конкуренцию последнему в силу незначительных финансовых средств банка. Были увеличены также закупочные цены на каракуль, шерсть и технические культуры, расширены ссуды производите- лям этих культур, созданы кредитные кооперативы для облегчения коммерческой деятельности в сельском хо- зяйстве. Хотя эти мероприятия затронули только верхуш- ку крестьянства, они тем не менее несколько стимулиро- вали развитие сельскохозяйственного производства. Со- здание банков со смешанным капиталом, участвующих в деятельности крупных торгово-промышленных ширкетов, усилило участие государства в развитии экономики. Начиная с 1954 г. правительство стало шире привле- кать иностранный капитал в целях содействия развитию местной экономики. Активизировались иностранные, в первую очередь американские, западногерманские, япон- ские и другие, компании, изыскивавшие возможности прямого вложения своих капиталов. В 1954 г. создается авиакомпания «Ариана» с участием американского ка- питала («Панамерикен»). В том же году на афганский внутренний рынок проникла западногерманская электро- техническая компания «Сименс», наводнившая страну своей продукцией и открывшая предприятие по ее ремон- ту. При участии капиталов японских и западногерман- ских компаний была построена типография «Франклин» министерства просвещения. В г. Кундуз была пущена в эксплуатацию фабрика по производству керамических изделий с участием японского капитала. Однако созда- ние смешанных компаний с участием иностранных капи- талов, согласно вышедшему в апреле 1954 г. закону об иностранных капиталовложениях, обусловливалось пре- доставлением контрольного пакета акций (не менее 51%) афганской стороне47. 269
Для увеличения поступлений из внутренних источни- ков были разработаны новые законы о подоходном нало- ге с частных предпринимателей и торгово-промышлен- ных компаний, приняты меры по улучшению системы бухгалтерского учета, в частности в 1953 г. открылась школа по подготовке бухгалтеров, стали функциониро- вать курсы счетных работников. В 1954 г. началась подготовка к составлению планов экономического развития страны. В рамках министер- ства финансов с этой целью был создан консультативный совет, в его состав вошли экономические, торговые, фи- нансовые и технические эксперты во главе с министром — советником правительства М. Дауда генералом Аб- дуррахим-заем. После длительного рассмотрения эконо- мического положения страны и соответствующих кон- сультаций в министерстве финансов были сформированы различные комитеты: по вопросам финансов, торговли, горнодобывающей промышленности, сельского хозяй- ства, транспорта и путей сообщения. На них возлагались обязанности подготовить конкретные предложения для включения в общий план экономического развития48. Кро- ме того, в этом же министерстве был создан департамент экономики, в обязанность которого входило составление бюджета и контроль за его расходованием. В целях сти- мулирования внешней торговли создается Пуштунский коммерческий банк с первоначальным капиталом 125 млн. афгани49, а так называемая строительная кас- са, которая ссужала денежные суммы чиновникам, ис- пытывавшим затруднения с жильем, была реорганизо- вана в строительный и ипотечный банк, осуществляв- ший финансирование гражданского строительства. В годы правления М. Дауда резко возросло число торговых и транспортных компаний: к началу 60-х годов в стране насчитывалось уже 185 частных и смешанных фирм; кроме того, в сфере внутренней и внешней тор- говли было занято 1900 крупных и средних торговцев50. Провозглашенный правительством М. Дауда курс экономической политики соответствовал стремлению пра- вящих кругов способствовать развитию капитализма в стране при безусловном контроле государства над этим процессом. В начале 50-х годов Афганистан продолжал испыты- вать серьезные экономические затруднения, что вынуди^ ло его обращаться за помощью к США. В 1954 г. аме- 270
риканское правительство предоставило Афганистану за- ем в 18,5 млн. долл, на финансирование затянувшегося осуществления Гильмендского проекта51, усилив таким образом свое влияние в стране. В Афганистане росло разочарование результатами деятельности западных мо- нополий, не приносивших ощутимой пользы афганское! экономике, а лишь извлекавших одностороннюю вы- году. В этих условиях все большее значение приобретали для Афганистана экономические и торговые связи с Советским Союзом. В 1954 г. были подписаны соглаше- ния между СССР и Афганистаном о строительстве в Ка- буле при советском техническом содействии хлебоком- бината и асфальтобетонного завода. Афганская общест- венность высоко оценила факт создания крупных по местным масштабам предприятий, отметив вклад Совет- ского Союза в развитие афганской экономики. Советско- афганское сотрудничество явилось важным фактором в укреплении национального суверенитета Афганистана и его внешнеполитических позиций в условиях непрекра- щающегося давления Запада с целью заставить Афгани- стан следовать в фарватере его политики. Расширение связей с СССР и другими социалистическими странами * имело тем большее значение для Афганистана, что скла- дывавшаяся к середине 50-х годов на Среднем Востоке обстановка наносила существенный ущерб внешнеполи- тическим интересам этой страны. В 1954 г. был подпи- сан американо-пакистанский военный договор об оказа- нии американской военной помощи Пакистану. Это об- стоятельство встревожило общественность и правящие круги Афганистана, расценившие его как угрозу миру и безопасности в регионе. После заключения в 1954 г. ту- рецко-пакистанского пакта под эгидой США усилился нажим на Афганистан, чтобы привлечь его к участию в этом пакте, заставить отказаться от нейтралистского курса. При этом широко использовался антисоветский пропагандистский тезис об «угрозе с севера». Однако Афганистан недвусмысленно заявил о своем отказе от вступления в какие-либо военно-политические группи- ровки. * В 1954 г. в Кабуле были подписаны чехословацко-афганские соглашения о товарообороте, платежах и кредите для строительства различных промышленных предприятий в Афганистане. 271
Активизация военно-стратегических усилий США вы- зывала негативную реакцию в Афганистане. Курс аме- риканского империализма на оказание военной помощи Пакистану расценивали здесь как попытку превратить Северо-Западную пограничную провинцию Пакистана, населенную большей частью пуштунами, в плацдарм для осуществления антиафганских стратегических планов. В Афганистане ширились призывы к поддержке нацио- нального движения пуштунов в провинции, мотивируе- мые этнической общностью населения по обе стороны афгано-пакистанской границы. Выдвигались идеи нацио- нального единства всех пуштунов. Подобные воззрения указывали на формирование в Афганистане в условиях складывания буржуазной нации национально-буржуаз- ной идеологии; выступления в поддержку права пушту- нов на самоопределение все чаще сопровождались анти- колониальными заявлениями и призывами, становив- шимися неотъемлемой частью общественной мысли. Движение зарубежных пуштунов рассматривалось как составная часть международного антиколониального и антиимпериалистического движения52. В 1954 г. правительство М. Дауда объявило о прекра- щении действия англо-афганского договора 1921 г. Летом 1954 г. состоялась джирга старейшин части пуштунских племен, которые проживали по обе стороны границы и которым афганские власти заявили о полной поддержке их борьбы за национальные права. Официаль- ная позиция Афганистана в пуштунском вопросе своди- лась к требованию предоставления пуштунам, прожи- вающим на территории Пакистана, права на самоопре- деление. При этом подчеркивалось, что афганские офи- циальные круги готовы решать этот вопрос с Пакиста- ном мирным, политическим путем. Позиция Афганистана в пуштунском вопросе соста- вила важную часть его политики нейтралитета и неуча- стия в военных блоках. Она нашла выражение в нега- тивном отношении Афганистана к созданному в 1955 г. Багдадскому пакту, а также в его активном участии в Бандунгской конференции стран Азии и Африки, где он присоединился к государствам, выступающим за мир и международное сотрудничество. Напряженность, связанная с пуштунским вопросом, усилилась после решения правительства Пакистана в 1955 г. создать единую провинцию Западный Пакистан, 272
в которую были включены все существовавшие в засад- ной части этого государства административные едини- цы, в том числе и населенные пуштунами. Националь- ные организации пуштунов Пакистана расценили эту акцию как дальнейшее ущемление их прав на нацио- нальную автономию. Создание единой провинции Западный Пакистан вызвало широкое возмущение в Афганистане. Прави- тельство М. Дауда выступило с официальным протестом. Во многих городах страны состоялись митинги и демон- страции, в ходе которых был подвергнут осуждению курс пакистанских правящих кругов на подавление на- ционального движения пуштунов. Империалистические круги Запада стремились ис- пользовать обострение афгано-пакистанских отношений как средство нажима на Афганистан в попытке подо- рвать его внешнеполитический курс и включить страну в сферу своего влияния. Пакистан в мае 1955 г. порвал политические и торговые отношения с Афганистаном, были закрыты все афганские консульства и торговые представительства, запрещен транзит товаров через па- кистанскую территорию. Резкое сокращение внешнетор- говых операций тяжело отразилось на состоянии афган- ской экономики. В условиях растущей напряженности в отношениях с Пакистаном афганское правительство в мае 1955 г. объявило в стране чрезвычайное положение и всеобщую мобилизацию53. Одновременно официальные круги Кабула поддержали посреднические усилия неко- торых стран Ближнего Востока по урегулированию аф- гано-пакистанского конфликта, что было встречено с неудовольствием в США, видевших в этом угрозу срыва своих империалистических планов. Пакистанское прави- тельство в свою очередь тормозило процесс урегулиро- вания, требуя от Афганистана прекращения поддержки пуштунского движения. Закрытие транзита, по суще- ству означавшее экономическую блокаду Афганистана, по мнению ее организаторов, должно было заставить его пойти на уступки. В это трудное время Афганистан обратился за по- мощью к Советскому Союзу, направив в мае 1955 г. де- легацию в Москву. В июне того же года был подписан советско-афганский договор о транзите товаров через территории обеих стран. Экономическая блокада Афгани- стана, таким образом, была прорвана. Этот договор 273
сыграл важную роль, укрепив внешнеполитические по зиции Афганистана и помогая ему справиться с экономи- ческими трудностями. Империалистическим кругам, разжигавшим афгано- пакистанские противоречия, после провала их попы- ток грубого нажима на Афганистан пришлось самим искать путь к урегулированию афгано-пакистанского конфликта. В сентябре 1955 г. была достигнута дого- воренность о нормализации отношений между двумя странами, в соответствии с которой в конце того же года вновь были открыты афганские консульства и торговые представительства в Пакистане и возобновлен транзит внешнеторговых грузов Афганистана через па- кистанскую территорию54. В ноябре 1955 г. вслед за специальным заседанием парламента была созвана Лоя Джирга. Ее участники высказывались за продолжение поддержки движения зарубежных пуштунов, за непризнание населенной ими территории — Пуштунистана частью Пакистана без со- гласия на то самих пуштунов и призвали крепить обороноспособность Афганистана 55. Внешнеполитические события в регионе все больше приводили даже определенную часть афганских господ- ствующих классов, выступавшую за буржуазную эво- люцию страны, к пониманию подлинной сущности неоколониалистской политики западных империалисти- ческих государств в отношении Афганистана, подрывав- шей основы его независимости. Происходит некоторая переоценка внешнеполитических ценностей и как резуль- тат определенный отход от преимущественной ориента- ции на капиталистический Запад. Что же касается на- ционально-патриотических сил афганского общества, то они все в большей степени обращают свои взоры на Со- ветский Союз и другие социалистические страны, видя в них искренних друзей и связывая с ними надежды на помощь в оздоровлении национальной экономики и ук- реплении внешнеполитических позиций Афганистана. В декабре 1955 г. в Кабул по приглашению афган- ской стороны прибыла с визитом советская правитель- ственная делегация. В результате переговоров было за- явлено о стремлении сторон расширять советско-афган- ские отношения и принято решение о продлении срока действия Договора о нейтралитете и взаимном ненападе- нии от 1931 г. В совместном коммюнике была выражена 274
готовность Советского Союза предоставить Афганистану на развитие экономики на льготных условиях кредит в размере 100 млн. долл. Соглашение по этому вопросу было подписано в январе 1956 г. С 1957 г. Советский Союз начал оказывать Афгани- стану помощь в геологоразведочных работах и подго- товке национальных кадров. В 1959 г. в Москве было подписано соглашение о расширении советско-афганско- го технико-экономического сотрудничества, в соответ- ствии с которым Советский Союз предоставил помощь Афганистану в строительстве автотрассы Кушка — Ге- рат — Кандагар протяженностью 680 км. В этот же период начали складываться дружественные отношения Афга- нистана и с другими социалистическими странами: Бол- гарией, Польшей, Чехословакией и ГДР. Опираясь на крупную финансовую помощь СССР56, афганское правительство разработало первый пятилет- ний план социального и экономического развития стра- ны (1956/1957—1960/1961 гг.). План предусматривал преимущественное развитие сельского хозяйства, в ос- новном ирригации, а также энергетики, транспорта и связи, что должно было финансироваться государством. Общая сумма государственных капиталовложений в первую пятилетку намечалась в объеме 10,6 млрд, аф- гани 57. Для более полного использования внутренних резер- вов была предусмотрена система поступления различ- ных доходов, увеличены налоги и таможенные пошлины. Основная часть — около 75% всех ассигнований — обес- печивалась за счет иностранной помощи и займов58. Советская технико-экономическая помощь явилась важным вкладом в осуществление главных задач пер- вой пятилетки. Ее объем в тот период составлял бо- лее 70% всей иностранной помощи Афганистану. При технико-экономическом содействии СССР в Афганиста- не началось строительство крупнейших экономических объектов, составивших основу развивающегося государ- ственного сектора: ГЭС Наглу мощностью 100 тыс. кВт, авторемонтный завод «Джангалак» в Кабуле, Джела- лабадский ирригационный комплекс, автомагистраль через Гиндукуш, речной порт Ширхан на Амударье. В последующем была достигнута договоренность об оказании помощи в геологоразведочных и проектно- изыскательских работах. 275
Основное внимание в пятилетием плане уделялось сельскому хозяйству, в котором было занято 85% насе- ления страны. На развитие этой отрасли экономики пред- лагалось ассигновать 2,3 млрд, афгани, из них примерно 1.06 млрд, афгани — на продолжение строительства Гиль- мендского комплекса 59. Была разработана и начала осуществляться так называемая «программа социаль- ного развития деревень», значительное внимание в кото- рой уделялось вопросам борьбы с сельскохозяйствен- ными вредителями, ирригации, сельскому дорожному строительству, развитию системы начального образова- ния. Проведение этих мероприятий отвечало стремле- нию правящих кругов адаптировать существовавшие аграрные отношения к нуждам капиталистического раз- вития. В то же время такая политика не изменяла самих форм земельной собственности. Повсеместная моно- полия помещиков на землю помогала сохранению фео- дальной эксплуатации крестьянской массы. Итоги выполнения первого пятилетнего плана по основным показателям оказались ниже плановых на- меток. Среднегодовой темп прироста валового обществен- ного продукта составил 1,5% 60. В то же время появление ряда крупных объектов в государственном секторе экономики, в том числе инфраструктурного характера, создавало предпосылки для более ускоренного разви- тия страны в последующий период. Во второй половине 50-х годов расширилась сеть начального, среднего и профессионального образования. Поскольку интересы развивающегося в буржуазном на- правлении государства требовали включения женщин в общественную деятельность, в 1959 г. было отменено обязательное ношение женщинами чадры, что под- держали широкие слои афганской молодежи и женщин. Эта акция создавала возможности для женщин за- няться общественно полезным трудом. По сообщению афганского исследователя Г. Д. Панджшири, уже в 1959 г. в нескольких поликлиниках Кабула появились первые группы медсестер и санитарок; в 1961 г. на ра- боту в государственную типографию было принято не- сколько женщин, а в 1962 г. в различных звеньях го- сударственного аппарата работало около 500 женщин. Определенные сдвиги происходили в социально-клас- совой структуре афганского общества. Широкий размах ростовщических операций в деревне способствовал уве- 276
личению числа помещичьих и кулацких хозяйств и дальнейшему усилению социальной дифференциации кре- стьянства. Экономическая политика правительства М. Дауда, приведшая к расширению участия государства и его контролю над важными сферами производства, не- сколько ограничила монополию крупных торговых шир- кетов на коммерческую, в том числе внешнеторговую, деятельность. Поэтому она получила поддержку срав- нительно широких слоев буржуазии. В то же время мелкобуржуазные круги в целом оставались оппозици- онно настроенными, хотя эти настроения в отличие от настроений предыдущего периода (конца 40-х — нача- ла 50-х годов) не выливались в какое-либо оппозицион- ное движение. В рамках госкапиталистической политики правительства М. Дауда мелкая буржуазия не получи- ла достаточных возможностей для расширения своей предпринимательской деятельности, к тому же сущест- вовавшая политическая система ограничивала ее уча- стие в общественной жизни. С увеличением числа промышленных предприятий вырос и рабочий класс, насчитывавший к началу 60-х годов 15,8 тыс. человек, занятых на предприятиях фабрично-заводского типа61. Но в силу своей малочисленности, неорганизован- ности и низкого уровня политического сознания в этот период он был еще далек от того, чтобы занять само- стоятельное место в социальной жизни общества. Политика усиления центральной власти, подкреплен- ная важными экономическими мероприятиями, объектив- но ограничивала власть ханов и старейшин племен, настроенных в известной мере сепаратистски по отноше- нию к правительству. Однако, несмотря на противо- действие ханов — крупных землевладельцев, принимав- шее нередко открытый характер, правящим кругам удалось распространить на зону племен ряд админи- стративных, хозяйственных и культурных мероприятий. Наиболее консервативной общественной силой, кото- рая в союзе с земельной аристократией противилась проведению социально-экономических преобразований, являлась верхушка сословия мусульманских богословов. В то же время происходившие в стране перемены не могли не повлиять на позиции всего этого сословия в Целом. Появляется прослойка, которая постепенно на- 277
чинает выступать за обновление многих обветшалых догм в попытках приспособить ислам к требованиям времени. Правительство, стремясь использовать рели- гию в своих целях, поддерживало лояльную часть бого- словов, назначая ее представителей на ответственные посты в государственном аппарате, в системе просвеще- ния и судопроизводства. Равноправные и взаимовыгодные отношения Афга- нистана с социалистическими странами содействовали укреплению его национального суверенитета, упрочению международных позиций, вынуждали империалистиче- ские державы маневрировать, изыскивать новые пути, методы и средства для осуществления своих планов в отношении этой страны. В 1956 г. США согласились оказать Афганистану помощь в развитии сельского хо- зяйства, горнодобывающей промышленности, просвеще- ния. В 1958 г. Пакистан предоставил Афганистану пра- во на транзитные перевозки его товаров через свою территорию. К концу 50-х годов активизировали свою деятельность западногерманские монополии, принимая участие в строительстве энергетических объектов и предприятий обрабатывающей промышленности. В 1962 г. Афганистан приступил к осуществлению второго пятилетнего плана социального и экономиче- ского развития (1962—1967 гг.). Основной упор делался на развитие базисных отраслей экономики: горно- добывающей промышленности, энергетики, транспорта, сельского хозяйства. Значительное место отводилось созданию предприятий легкой промышленности. Преду- сматривалось завершение строительства ряда объектов связи и коммуникаций, начатого в годы первой пяти- летки. Важной составной частью нового плана была подготовка кадров. Общий объем капиталовложений по второму пятилетнему плану должен был составить 25 млрд, афгани. По-прежнему имелось в виду широкое использование иностранной финансовой помощи, которая составила 18 млрд, афгани62. Из 7 млрд, афгани ас- сигнований из внутренних источников лишь 400 млн. афгани было вложено частным сектором, остальные — государством63. И хотя второй пятилетний план был назван «планом индустриализации», важное значение, как и прежде, придавалось развитию сельского хозяй- ства, капиталовложения в которое увеличились в 3,4 раза по сравнению с первой пятилеткой, составив 278
4,4 млрд, афгани64. При этом главное внимание обраща- лось на развитие отраслей, создающих сырьевую и эк- спортную базы. Как и в период первой пятилетки, Советский Союз изъявил готовность оказать существенную помощь Аф- ганистану в выполнении второго пятилетнего плана. Подписанное в 1961 г. в Москве советско-афганское со- глашение о техническом сотрудничестве предусматрива- ло оказание СССР содействия в проведении геологораз- ведочных работ, изыскании и добыче нефти и газа, создании предприятий химической промышленности, строительстве дорог, развитии сельского хозяйства и под- готовке кадров. В 1962 г. была достигнута договоренность о советской помощи в жилищном строительстве. Отношение стран Запада к вопросам помощи Аф- ганистану в осуществлении второго пятилетнего плана определялось общими целями империалистических стран в регионе. США вопреки своим прежним заявлениям отказались от предоставления серьезной помощи и от сотрудничества на основе долгосрочных программ, выра- зив согласие участвовать в осуществлении лишь от- дельных проектов. Ряд других западных стран занял аналогичную позицию. Фактическое сокращение объема западной помощи Афганистану затруднило проблему реализации важных запланированных объектов и по- ставило под сомнение реальность выполнения в целом намеченной пятилетней программы. Проведение Афганистаном политики позитивного нейтралитета шло вразрез с планами империалисти- ческих держав, ослабляло их влияние в этой части Азии. В начале 60-х годов империалистические круги Запада вновь усилили попытки подорвать не устраивав- ший их внешнеполитический курс страны. В западной печати извращалась сущность советско-афганских отно- шений, выдвигались нелепые утверждения о полити- ческом использовании СССР помощи Афганистану для реализации своих планов в регионе, вплоть до попыток «вторжения в Индию». Однако неэффектив- ность устаревших тезисов о «советской угрозе» побудила западных пропагандистов заняться дискредитацией ней- тралистского курса Афганистана. В результате прове- дения политики нейтралитета, заявляли они, страна может оказаться в региональной изоляции, чреватой опасностями для ее «традиционных классов». Эта про- 279
пагандистская кампания сопровождалась нажимом на Афганистан. Основная ставка по-прежнему делалась на разно- гласия между Афганистаном и Пакистаном по пуштун- скому вопросу. К началу 1961 г. напряженность на афгано-пакистанской границе вновь возросла. Афган- ский посол в Вашингтоне М. X. Майвандваль выразил протест американскому правительству по поводу поста- вок вооружения Пакистану. В сентябре 1961 г. пакистан- ское правительство вновь закрыло афганские консуль- ства и торговые представительства на своей территории, что повлекло за собой прекращение транзита внешне- торговых грузов Афганистана через Пакистан. Это по- служило поводом для разрыва дипломатических отно- шений между двумя странами. В условиях экономиче- ских трудностей, связанных с прекращением транзита, западные империалистические круги продолжали ока- зывать нажим на Афганистан, настойчиво пропаганди- руя мысль о том, что урегулирование его конфликта с Пакистаном возможно лишь на путях сотрудничества с Западом и странами — участницами военно-политиче- ских группировок. В 1962 г. было подписано ирано-афган- ское соглашение о транзите через Иран афганских товаров. Осуществляемые в Афганистане экономические и социальные мероприятия оказывали влияние на про- ходивший в стране процесс эволюции общественных отношений. Политика «руководимой экономики» была рассчитана на ограничение архаичных, устаревших форм этих отношений и на некоторое расширение возмож- ностей для предпринимательской деятельности средней и мелкой буржуазии. Вместе с тем правящие круги страны не проводили сколько-нибудь существенных мероприятий в интересах широких трудовых слоев населения. Классовый характер правительственной по- литики нашел наиболее четкое выражение в сфере аграрных отношений. Стремление приспособить суще- ствовавшие феодальные институты к требованиям раз- вития капиталистического сектора в сельском хозяйстве не противоречило экономическим и социальным инте- ресам крупных землевладельцев. Незначительные меро- приятия (расширение государственного кредита, созда- ние кредитных кооперативов, повышение закупочных цен на сельскохозяйственную продукцию) не привели К 280
изменению форм собственности на землю и соответ- ственно социальных отношений в деревне. Отсталость сельскохозяйственного производства ограничивала эко- номические возможности проведения намеченных меро- приятий и тормозила предпринимательскую деятельность мелкой и средней буржуазии. Мучительный, уродливый характер капиталистической эволюции отрицательно сказывался на экономическом положении непосредст- венного производителя, в первую очередь беднейших сло- ев крестьянства. Численный рост промышленного пролетариата, т. е. рабочих, занятых на современных предприятиях фаб- рично-заводского типа, тенденции к его формированию в качестве самостоятельного класса вели к возникно- вению противоречий между трудом и капиталом — ново- го явления в сфере социальных отношений. Медленные темпы промышленного развития в условиях растущего аграрного перенаселения содействовали росту армии безработных. Правящие круги оказались перед необходи- мостью решать проблемы, связанные с положением ра- бочего класса; среди них важное место занимали неуре- гулированность отношений между рабочими и предпри- нимателями, гражданские и профессиональные права рабочих, их место и роль в процессе общественного про- изводства, рациональное размещение трудовых ресурсов. Однако созданный в 1962 г. Национальный комитет по вопросам найма ограничил свою деятельность лишь изу- чением этих вопросов. Государственно-капиталистические мероприятия пра- вительства и выдвинутая им социальная программа «надклассового единства» способствовали усилению де- ятельности части средних слоев, за счет которых не- сколько расширилась социальная база режима. Однако значительное расширение этой базы было невозможно в силу классового характера правительственной политики, в целом рассчитанной на защиту интересов верхушки правящих классов. Экономическое и социальное развитие страны серьез- но тормозилось сохранением в неприкосновенности от- жившей системы политических институтов, что вызывало недовольство сторонников преобразований в Афганиста- не. Правительство М. Дауда за все время своего пребы- вания у власти не осуществило ни одного из тех требовав ний реформы государственного управления, которые вы- 281
двигались оппозиционными течениями в начале 50-х годов. Это накладывало негативный отпечаток на разви- тие внутриполитического положения в стране. Классовая ограниченность внутренней политики ре- жима М. Дауда в сочетании со слабостью его позиций во внешнеполитической сфере подрывали стабильность режима. Обострившиеся в начале 60-х годов афгано- пакистанские противоречия и ухудшение отношений с западными империалистическими кругами вызвали бес- покойство консервативных сил, сторонников традицион- ных путей политического и экономического развития страны. Они расценивали это как результат отсутствия гибкости в правительственной политике, приведшей к уменьшению возможности для Афганистана маневри- ровать в отношениях с различными государствами. Ориентируясь на поддержку Запада, эти силы высту- пали с критикой внешнеполитического курса правитель- ства М. Дауда. В этой ситуации в марте 1963 г. прави- тельство М. Дауда вынуждено было уйти в отставку. Новый кабинет министров был сформирован Мухам- мадом Юсуфом, бывшим в правительстве М. Дауда ми- нистром горных дел и промышленности. При этом клас- совая структура государственной власти принципиально не изменилась. Вместе с тем приход к власти нового пра- вительства положил начало многим изменениям полити- ческого характера, соответствующим растущим требо- ваниям экономической эволюции страны. В своей экономической программе правительство М. Юсуфа объявило о преемственности прежнего курса «руководимой экономики», однако с большим акцентом на поддержку «частной инициативы». В политической области правительство заявило о на- мерении внести определенные изменения в систему госу- дарственного управления, в частности приступить к разработке новой конституции с целью расширения гра- жданских прав подданных, подготовки нового избира- тельного закона, создания политических партий. Одновременно были предприняты усилия для норма- лизации афгано-пакистанских отношений. Весной 1963 г. при посредничестве Ирана были проведены переговоры между представителями обеих стран. В итоге возобнови- лись дипломатические отношения, открылись консуль- ства в обеих странах и Афганистан получил право тран- зита своих грузов через территорию Пакистана. 282
Программа и практическая деятельность нового пра- вительства нашли живой отклик среди широких кругов общественности, все активнее поддерживавшей государ- ственно-политические преобразования. Хотя значитель- ная часть их выступала с национально-буржуазных позиций, однако постепенно расширялись масштабы тре- бований буржуазно-демократического направления, ха- рактерных для узкого круга оппозиционных группировок конца 40-х — начала 50-х годов. Теперь они звучали на общенациональном уровне. Ввиду отсутствия частной прессы и политических организаций в этот период об- щественные настроения находили отражение в официоз- ной печати. Все большее место на ее страницах получали публикации, посвященные вопросам сельского хозяйства и положения крестьянства. В них подвергалось критике засилье ростовщичества в деревне, поднимался вопрос о продолжающемся разорении крестьянских масс, затра- гивалась проблема аграрного перенаселения. Долговая кабала крестьян называлась в качестве одной из основ- ных причин обострения социальных противоречий в де- ревне 65. Беспокойство общественности вызывала и нерешен- ность многих социальных проблем городского населения. В условиях роста промышленного пролетариата, а так- же транспортных, строительных и сельскохозяйственных рабочих национальная публицистика указывала на необ- ходимость решения общественных проблем этой катего- рии трудящихся, требующих к себе всеобщего внимания. Наиболее важными среди них были, как отмечалось выше, неурегулированность отношений между наемной рабочей силой и предпринимателями, а также проблема рынка рабочей силы. Настоятельные требования реше- ния этих проблем привели к разработке в 1965 г. проекта нового закона о труде, который рекомендовалось распро- странить и на частный сектор 66. В период, когда трудящиеся слои помогли выступать с самостоятельными идеологическими и политическими программами, их требования все активнее включались в установки буржуазно-демократических сил, представлен- ных мелкой и средней буржуазией и интеллигенцией. Борьба радикальной части этих сил за скорейшую де- мократизацию государственно-политических институтов, против сторонников медленной и постепенной адаптации существующей политической системы к нуждам буржу-* 283
азного развития страны во многом определяла общее направление политической активности Афганистана в эти годы. В соответствии с появлением более развитых форм общественного сознания и более высокого уровня поли- тической активности различных социальных слоев меня- ется и внутриполитическая практика правящих кругов. В официальной пропаганде все чаще слышатся призывы к демократизации общественной жизни на основе «един- ства и сотрудничества» всех классов, причем нередко акцент делается на «улучшение жизненных условий масс». Поддержка народом правительственных меро- приятий рассматривается как залог успешной реализа- ции программ преобразований. Поэтому многие декла- рации правительства были отмечены «социальным ас- пектом». Большое значение официальной пропагандой придавалось работе с интеллигенцией и студенчеством, призванными, по мнению правительственных кругов, сыграть важную роль связующего звена между прави- тельством и массами в деле осуществления политики преобразований. Учитывая значительное распростране- ние среди студентов радикальных взглядов, правящие круги в попытке привлечь их к сотрудничеству и в то же время сохранить контроль над всеми формами полити- ческой активности в стране призвали не допускать проявлений «фанатизма и вольнодумства» и действовать в русле «уважения к законопорядку»б7. В своей экономической политике правительство М. Юсуфа отводило значительное место расширению деятельности частного капитала. С одной стороны, уси- ливаются попытки администрации установить более же- сткий контроль над крупными предпринимательскими группами, действующими в своих узкокорыстных целях, и более эффективно использовать их капитал в планах экономического развития. С другой — правительство стремилось предоставить различные льготы представи- телям частного сектора и таким образом стимулировать ею участие в расширяющемся промышленном строи- тельстве. Большое внимание уделялось смешанным госу- дарственно-частным предприятиям в рамках «руководи- мой смешанной экономики». Взяв на себя ассигнование развития ключевых отраслей экономики (энергетики, транспорта, разработки полезных ископаемых), государ- ство создавало возможность для частного сектора актив- 284
нее вкладывать капиталы в некапиталоемкие, быстрооку- паемые предприятия в других отраслях. В то же время сферы приложения частных капиталов и их объем учи- тывались в общих планах экономического развития страны. Усиленное внимание к развитию частного пред- принимательства подкреплялось требованием передачи ряда государственных предприятий в руки частного сек- тора. Однако эти меры не привели к существенному рас- ширению участия в промышленном строительстве част- ного капитала, по-прежнему предпочитавшего более при- быльную коммерческую деятельность. В рамках программы социально-экономических меро- приятий к концу 1963 г. был подготовлен и рассмотрен советом министров проект новой конституции. В августе 1964 г. после доработки и утверждения правительством текст проекта был опубликован, в сентябре 1964 г. утвержден на заседаниях Лоя Джирги, а в октябре — королем. В положениях нового Основного закона подтверждал- ся конституционно-монархический строй Афганистана с предоставлением королю верховных полномочий в об- ласти исполнительной, законодательной и судебной вла- сти. Членам королевской семьи запрещалось занимать посты в парламенте, правительстве и Верховном суде. Предусматривалось раздельное функционирование трех форм власти. В конституции подтверждались принципы национального суверенитета, права и свободы поддан- ных: неприкосновенность жилища и собственности, сво- бода слова, печати, собраний, равенство подданных пе- ред законом, свобода местожительства и передвижения. Важным новшеством конституции явилось декларирован- ное право на создание обществ и политических партий с оговоркой, что их деятельность и задачи не будут проти- воречить положениям Основного закона. Государственными языками Афганистана объявля- лись пушту и дари, причем язык пушту был назван на- циональным, что соответствовало духу развивающейся национально-буржуазной идеологии (пуштунского на- ционализма). Государственной религией был объявлен ислам ханифитского толка. Вместе с тем Основной за- кон ограничил влияние мусульманских богословов, осо- бенно в области просвещения и судопроизводства, пере- данных под непосредственный контроль государства. Определенные изменения вносились в конституцион- 285
ные положения о парламенте. Депутаты его нижней па- латы— Народного совета должны были избираться пу- тем прямого голосования сроком на четыре года. Ее председатель избирался из числа депутатов. Что каса- ется верхней палаты — сената, то ее состав формировал- ся на 2/з из числа депутатов, назначаемых королем, и на J/3 путем выборов, причем председатель сената также на- значался королем. Правительство несло личную и кол- лективную ответственность перед Народным советом, депутаты которого могли требовать от министров отчета о их деятельности. Нижняя палата парламента могла выносить вотум недоверия правительству. Правда, ко- роль обладал правом распустить парламент, ограничи- вая тем самым контроль парламента над деятельностью правительства. Таким образом, некоторое расширение функций пар- ламента, предусмотренное конституцией, в сочетании с правом на создание политических организаций увеличи- вало возможности политически активных слоев населе- ния участвовать в государственной и общественной дея- тельности В целом конституция 1964 г., носившая в значитель- ной степени буржуазный характер, была ориентирована на защиту интересов господствующих классов и отража- ла общие потребности в модернизации государственной структуры. Вместе с тем правящие круги, проводившие конституционную реформу, не могли не учитывать тре- бования общественных сил, выступавших с лозунгами необходимости проведения демократических преобразо- ваний. Принятие конституции явилось важным событием в политической жизни страны. Декларированные права и свободы, формальное сужение прерогатив королевского двора, расширение рамок парламентских полномочий, конституционное разрешение деятельности политических организаций, ограничение сферы влияния ортодоксаль- ных богословов и другие изменения в законодательстве послужили толчком для активизации общественных дви- жений различных политических направлений, в том чис- ле общедемократического. На этапе послеконституцион- ного развития все большее влияние на политическую си- туацию в стране стала оказывать борьба сторонников демократических преобразований. Период после принятия конституции и до выборов 286
нового парламента был объявлен переходным, в тете* ние которого законодательная власть передавалась пра- вительству. Был разработан и в мае 1965 г. вступил в действие новый избирательный закон, впервые предоста- вивший женщинам право участия в выборах. Предвыборная кампания обнаружила растущий ин- терес различных общественных кругов и населения в це- лом к деятельности законодательных органов. Кандида- ты в депутаты парламента получили возможность высту- пать перед избирателями, хотя и под контролем властей. Выборы состоялись в августе — сентябре 1965 г. В ниж- нюю палату парламента было избрано 216 депутатов68. Большинство из них составляли сторонники правитель- ственной программы преобразований. Впервые депутата- ми оказалась небольшая группа представителей демо- кратических кругов, в том числе радикального направ- ления. На одном из своих первых заседаний, 24 октября 1965 г., парламент должен был выразить вотум доверия правительству, сформированному по поручению короля М. Юсуфом. Однако в этот день тысячи жителей столи- цы, в основном студенты Кабульского университета, со- брались у здания парламента (некоторые даже проникли внутрь), требуя допустить их присутствовать при его работе. Заседание было отложено. На другой день в Кабуле вновь произошли крупные демонстрации, сопро- вождавшиеся столкновениями с полицией. Участники вы- ступлений требовали изменения предложенного состава правительства, протестуя против коррупции и взяточни- чества ряда министров. В результате применения властя- ми силы против демонстрантов имелись жертвы из числа студентов. Столичный университет и средние школы были закрыты на неделю. Правительство М. Юсуфа получило поддержку боль- шинства депутатов и было утверждено королем. 26 ок- тября глава кабинета изложил свою программу, в кото- рой подчеркнул верность духу конституции, призвал к осуществлению социальных мероприятий, способствую- щих урегулированию отношений между помещиками и крестьянами, предпринимателями и рабочими. Прави- тельство подтвердило курс на развитие «руководимой смешанной экономики» на основе планирования. Во внешней политике остались неизменными принципы неприсоединения и позитивного нейтралитета. 287
В то же время правительство обошло молчанием бурные события 24—25 октября, что было расценено как игнорирование общественных настроений. Волнения сре- ди столичного студенчества продолжались. 29 октября правительство М. Юсуфа подало в отставку. Во главе нового кабинета министров стал Мухаммад Хашим Майвандваль, занимавший пост министра ин- формации и печати в предыдущем правительстве. Ос- новное содержание программы нового кабинета, по за- явлению его членов, сводилось к привлечению широких слоев населения к участию в политической деятельно- сти. Говоря о своем стремлении содействовать прогрес- су, новый премьер-министр подчеркнул намерение пра- вительства серьезно заняться вопросами положения рабочих и мелких земледельцев, создать условия для свободной деятельности партий и печати. Основной курс экономической и внешней политики существенно не из- менился. Значительное место в декларациях правительства М. X. Майвандваля заняли проблемы, связанные с по- ложением студенчества, хотя основная ставка делалась на его умиротворение. Однако волнения среди студен- тов не прекращались, выходя за рамки чисто академи- ческих требований. В декабре 1965 г. в Кабульском уни- верситете прошли демонстрации и собрания, распростра- нялись листовки. Были арестованы некоторые активные участники этих выступлений. Между тем вновь избранный парламент в соответ- ствии с положениями конституции после долгих дискус- сий утвердил законопроект о политических партиях. Это являлось несомненно важным завоеванием демократиче- ских сил, открывшим возможность для организованных политических действий. В то же время деятельность партий, согласно закону, подпадала под контроль пра- вительственных ведомств, ограничивавший открытую по- литическую и идеологическую борьбу *. В 60-х годах наблюдалось ускорение экономическо- го развития страны в рамках второго пятилетнего пла- на (1962—1967 гг.). Были построены или находились в процессе строительства при техническом содействии Со- * Появившиеся во второй половине 60-х годов политические группировки так и не получили легального статуса, поскольку зако- нопроект о партиях не был утвержден королем, опасавшимся лега- лизации центров оппозиции. 288
детского Союза крупнейшие промышленные предприя- тия и объекты экономической инфраструктуры: авто- трасса Кушка — Герат — Кандагар протяженностью 680 км (открыта в 1965 г.); автомагистраль Кабул — порт Ширхан длиной 470 км, проложенная в трудней- ших горных условиях через хребет Гиндукуш (1966 г.); крупнейшая в Афганистане ГЭС Наглу мощностью 100 тыс. кВт (1967 г.); Джелалабадский ирригационный комплекс с ГЭС Дарунта (1965 г.), на базе которого были созданы в последующие годы четыре сельскохозяйствен- ные фермы; газопромыслы на севере страны и газопро- вод Афганистан — Советская Средняя Азия длиной 365 км (1968 г.), с помощью которого начат экспорт аф- ганского газа в Советский Союз; Кабульский политехни- ческий институт (1968 г.) и др. Значительно увеличилось число мелких кустарных предприятий. Многие из них оснащались простейшей техникой и механизмами. Не- сколько усилилась роль частного капитала, пользовавше- гося поощрением со стороны правительства. Привлечение займов и кредитов из-за рубежа для финансирования афганских пятилеток сопровождалось увеличением объе- ма иностранных капиталовложений, чему способствовал принятый в 1967 г. закон о частных иностранных капи- таловложениях. В то время как экономическая помощь Советского Союза и других социалистических стран Афганистану расширялась, западные государства, в первую очередь США, сокращали свое финансовое участие в объектах государственного сектора Афганистана. Общие рассуж- дения правящих кругов империалистических стран о по- мощи Афганистану в выполнении его хозяйственных программ не были подкреплены практическим участием, чю говорило об их нежелании содействовать ускоренно- му экономическому развитию страны. Отражением под- линной сущности западной «помощи» Афганистану явля- лось затянувшееся строительство ирригационной систе- мы в долине реки Гильменд, перспективы завершения которого оставались неясными. В итоге двух первых пятилетних планов значительно расширился государственный сектор экономики. Госу- дарственные капиталовложения в экономическое разви- тие составили подавляющую часть общей суммы ассигнований по обеим пятилеткам (90,3 и 98,3% соот- ветственно). Изменилась и отраслевая структура госу- 10 Зак. № 819 289
дарственного сектора. Появились новые отрасли про- мышленности — авторемонтная, газодобывающая, хими- ческая, цементная, домостроительная. Объем продукции, производимой на государственных предприятиях, вырос за годы двух пятилеток в 4,4 раза69. Промышленное строительство сопровождалось подготовкой националь- ных кадров, большей частью рабочих и техников. Боль- шинство квалифицированных афганских кадров готови- лось на крупных стройках при технико-экономическом содействии Советского Союза. Общее число подготовлен- ных к 1967 г. рабочих и техников составило 30 тыс. че- ловек 70. Сдвиги в экономике, вызванные созданием промыш- ленных объектов государственного сектора, сопровож- дались ростом производительных сил, что не могло не оказывать влияния на социальную структуру и соответ- ственно на расстановку и позиции основных классовых сил. В процессе национально-буржуазной эволюции уве- личивались и крепли те слои и категории населения, де- ятельность которых была так или иначе связана с раз- вивающимися капиталистическими укладами. Это на- циональная буржуазия, промышленный пролетариат, техническая интеллигенция, чиновничество, некоторые прослойки мелкой буржуазии, студенчество. К середине 60-х годов появились первые оформленные идеологиче- ские течения, отражавшие интересы этих социальных сло- ев. В последующем такие течения сформировались в самостоятельные политические партии и группировки. В условиях почти поголовной неграмотности населения, особенно сельского, разобщенного и психологически кон- сервативного, наибольший размах политическая борь- ба получила в городе. В авангарде политического движения выступали ра- дикальные слои интеллигенции и студенчества, как наи- более сознательная и просвещенная часть общества. На первом этапе появления и формирования различных по своим идейно-политическим программам партий (середи- на 60-х годов) основной формой политической деятель- ности стали публикации в частной периодической печати. Частные газеты начали издаваться после утвержде- ния в парламенте нового закона о печати в 1965 г. Ос- новные материалы в этих газетах носили критический, а зачастую и дискуссионный характер, главным обра- зом вокруг вопроса о возможных путях социально-эко- 290
комического и политического развития страны. Частные газеты в большинстве случаев стали идеологическим и организационным ядром будущих политических партий. В условиях наметившейся тенденции к возникнове- нию различных политических группировок правящие кру- ги пытались представить свою программу как универ- сальное средство удовлетворения интересов широких слоев населения. При этом усиленно декларировалось, что такая политика будет базироваться на привлечении различных общественных групп, объединившихся в рам- ках «единого фронта прогрессивных сил», к достижению социального прогресса и демократии 71. Эти взгляды вы- кристаллизовались в идею создания политической пар- тии, которая, руководствуясь интересами господствую- щих классов и используя поддержку правительственных кругов, могла бы контролировать общественно-политиче- скую жизнь и быть монополистом в оказании воздей- ствия на процесс формирования общественного мнения. Идею формирования такой партии пытался реализовать на практике премьер-министр М. X. Майвандваль. Основные положения программы партии были изло- жены в его речи по случаю Дня независимости в авгу- сте 1966 г. и сводились к достижению «прогрессивно- демократических идеалов». Поэтому и партия получила название Партии прогрессивных демократов. Цели, за- дачи, тактика борьбы «прогрессивно-демократического» движения были подробно освещены в его печатном ор- гане— газете «Мосават» («Равенство»), которая нача- ла издаваться в январе 1967 г. Главной целью партии, писала газета, является «открытие пути к реформам в области экономической (на основе системы «руководи- мой экономики»), к позитивным преобразованиям в об- ласти социальной, культурной и духовной жизни обще- ства». Текущей задачей партии была объявлена «борьба во имя принципов ислама, конституционной монархии, национализма, демократии и социализма», «за осуще- ствление экономической, политической и социальной де- мократии, обеспечение прав обездоленных, угнетенных классов, против неблагоприятных условий жизни, соци- альной несправедливости и остатков феодализма»72. Выдвигая реформистскую программу, «прогрессивные демократы» предлагали для ее осуществления путь «мол- чаливой», или «законной», революции в рамках строго- го соблюдения законов и конституции. Развивая эту 291
мысль, газета писала: «Поддерживая идеи прогрессив- ной демократии, можно мирным путем, законно, в соот- ветствии с исторической действительностью разорвать цепи угнетения и построить дворец свободы и подлин- ного равенства»73. Что касается конкретных путей устра- нения социальной нехправедливости, то идеологи партии предлагали разработать новое законодательство о тру- де. которое предусматривало бы предоставление рабочим права участвовать в управлении предприятиями и в полу- чении части прибыли74. В отношении эксплуататорских классов издатели газеты советовали проводить меры по их увещеванию. С ними надо вести разъяснительную ра- боту, писала газета; поскольку «они совершают ошибки, мы им сочувствуем, разъясняем мирно, по-братски их ошибки, чтобы они могли исправиться» 75. Большое внимание газета «Мосават» уделяла бед- ственному положению крестьянства, выступая с позиций социального критицизма. Вот что писалось по этому по- воду в статье «Наши крестьяне»: «Наихудшее выраже- ние эпохи феодализма в наш век — это положение нашего крестьянства. Его вечный удел — горести и несча- стья. Оно работает, создает ценности, а плоды его тру- да присваиваются хозяевами. У него ничего нет!»76 Вы- ступая поборниками социальной справедливости, «про- грессивные демократы» предлагали провести аграрную реформу, не меняющую, однако, структуры социальных отношений в деревне и форм собственности на землю, а предусматривающую отдельные верхушечные мероприя- тия с целью некоторого улучшения экономического поло- жения крестьян. Речь шла о незначительном ограничении крупной земельной собственности, пересмотре условий земельной аренды, наделении крестьян землей из госу- дарственного земельного фонда и вновь орошенных це- линных земель, создании государственных ферм и кре- стьянских сбытовых и потребительских кооперативов, помощи крестьянам семенами, сельскохозяйственным ин- вентарем и удобрениями. Отказ от ликвидации феодаль- но-помещичьего землевладения — основы социального неравенства в деревне — безусловно значительно снижал эффективность предлагавшихся мер. Программа Партии прогрессивных демократов по су- ществу была лишена четкой идеологической основы. Эклектически соединив взаимоисключающие принципы (например, монархию и социализм), эта партия не смог- 292
ла стать политическим представителем какого-либо со- циального слоя или класса и осталась немногочислен- ной группой лиц, поддерживавших идеи М. X. Майванд- валя. К тому же программа М. X. Майвандваля * и его широковещательные декларации, не предусматривавшие, однако, мер радикального характера, в условиях нарас- тавшей борьбы за реализацию основных положений конституции не нашли широкой поддержки обществен- ности. В 1967 г. правительство М. X. Майвандваля вы- шло в отставку. Его партия в последующие годы так и не смогла приобрести сколько-нибудь серьезного влия- ния и больше занималась углубленным анализом идео- логических хитросплетений своей концепции, нежели практической деятельностью. Однако ее печатный орган газета «Мосават» оказалась весьма жизнеспособной, просуществовав до конца 1971 г. На обстановку в Афганистане в середине 60-х годов всевозрастающее влияние оказывали важные междуна- родные факторы. Укрепление мировой системы социализ- ма, мощный подъем национально-освободительных движе- ний, распад колониальной системы и образование новых независимых государств приводили к существен- ным изменениям на мировой арене. Значительно усили- лись леворадикальные элементы в национально-освобо- дительном движении, отражавшие не только националь- ные, но и социальные стремления народных масс. Благоприятную почву для распространения идей научно- го социализма создавали стихийные просоциалистические устремления трудящихся слоев населения, боровшихся за лучшую жизнь. Идеи социализма все больше прони- кали в развивающиеся страны. В Афганистане ввиду малочисленности и политиче- ской незрелости рабочего класса носителями идей науч* ного социализма стали представители леворадикальной, передовой части мелкой буржуазии, в частности мелко- буржуазной интеллигенции. В 1965 г. произошло объеди- нение созданных в предшествующие годы отдельных марксистских кружков и социалистических групп демо- кратической интеллигенции в Народно-демократическую партию Афганистана (НДПА). Организационно она оформилась на I (учредительном) съезде нелегально в * Программа встреч Майвандваля и членов его правительства с населением и поездки в провинции с целью разъяснения правитель- ственной политики. 293
Кабуле 1 января 1965 г. На съезде был избран Централь ный комитет партии из семи человек. Членами ЦК стали Нур Мухаммад Тараки (выбранный Генеральным секретарем), Бабрак Кармаль, С. А. Кештманд и др. Через год, в апреле 1966 г., НДПА основала печатный орган — газету «Хальк» («Народ»), опубликовав в пер- вых двух номерах свою программу. В ней содержался анализ международной и внутрен- ней обстановки в Афганистане и подчеркивалось, что основной причиной «замедления развития производствен- ных сил и бедственного положения народа является эко- номическое и политическое господство феодального клас- са, крупного местного и компрадорского купечества, бю- рократии и агентов международных монополий, классо- вые интересы которых противоречат интересам народных масс Афганистана» 11. НДПА, говорилось в программе, берет на себя задачу разрешения этих противоречий пу- тем создания национально-демократического правитель- ства, опирающегося на «объединенный национальный фронт всех прогрессивных, демократических и патриоти- ческих сил, т. е. рабочих, крестьян, прогрессивной интел- лигенции, ремесленников, мелкой и национальной буржу- азии, которые борются за национальную независимость, демократизацию общественной жизни и доведение до конца антифеодальной и антиимпериалистической борь- бы». Основным содержанием этапа национально-демо- кратического развития газета считала ликвидацию фео- дального строя и переход на путь некапиталистического развития. Формулируя политические задачи национально-демо- кратического правительства, программа НДПА преду- сматривала установление подлинного народовластия, 'обеспечение экономической независимости и националь- ного суверенитета, демократизацию судебной системы, действительное обеспечение прав народа — свободы сло- ва, печати, собраний, создания политических организа- ций, профсоюзов, свободы забастовок, демонстраций, демократическое решение национального вопроса. Экономическая политика национально-демократиче- ского правительства, подчеркивалось в газете, должна быть нацелена на развитие государственного сектора на основе планирования. «Государственный сектор, — писа- ла газета «Хальк», — имеющий антифеодальный, антико- лониальный и антиимпериалистический характер, станет 294
основой развития экономики и подлинной демокра- тии»78. Предусматривалась также ускоренная индустри- ализация страны. В основе аграрной политики, по мнению авторов про- граммы, должна лежать ликвидация феодализма путем проведения демократической земельной реформы в ин- тересах безземельных и малоземельных крестьян и при их непосредственном участии, уничтожение ростовщиче- ской задолженности, создание крестьянских кооперати- вов и всемерная помощь им. Партия в своей программе наметила также реализа- цию ряда важных социальных задач, включая установ- ление 42-часовой рабочей недели, введение оплачивае- мых отпусков, сокращенного рабочего дня на тяжелой и вредной работе, пенсий для престарелых, бесплатного медицинского обслуживания, запрещение детского труда, создание профсоюзов, заключение коллективных трудо- вых договоров, строительство дешевого жилья для всех обездоленных, расширение прав женщин, борьбу против произвола и беззакония; намечено было также проведе- ние широкой сети культурных мероприятий, в первую очередь по борьбе с неграмотностью. В области внешнеполитической НДПА выступила за проведение миролюбивой политики позитивного нейтра- литета, борьбы за мир и мирное сосуществование, про- тив колониализма и неоколониализма, в поддержку на- ционально-освободительных движений. В конце программы были кратко сформулированы тактика и стратегическая линия партии: «Выступая в поддержку конституции и открыто и мирным путем бо- рясь на данном этапе за создание национально-демокра- тического правительства и некапиталистический путь развития на основе передовой идеологии и мировоззре- ния, мы никогда не забываем о своей ответственности перед народом и трудящимися Афганистана и о нашей конечной цели — построении нового, социалистического общества» 79. Опубликованная демократическая программа явилась той идеологической платформой, на которой строилась НДПА. В последующих номерах газеты «Хальк» излага- лись классовая сущность партии и цели самой газеты, направленные на то, чтобы «сплотить все прогрессивные, патриотические, демократические силы в единую нацио- нально-демократическую организацию, выступающую в 295
защиту интересов народа, стать ядром идеологического единства этой организации»80. Раскрывая классовую при- роду партии, газета писала, что эта «политическая орга- низация нового типа в Афганистане будет состоять из авангарда рабочего класса и выступать в союзе с кре- стьянством и прогрессивной интеллигенцией, являясь на- правляющей силой демократического движения. Эта сила ставит цель объединить народ в борьбе против деспо- тизма и реакции, показать трудящимся путь к строитель- ству свободного, демократического общества, разбудить весь народ, расширить движение против феодализма и империализма, создать конституционно-демократический строй, ликвидировать абсолютистские силы и отжившие производственные отношения»81. Публикации газеты «Хальк» положили начало ак- тивной пропаганде идей научного социализма среди раз- личных слоев интеллигенции и трудящихся. В то же вре- мя они вызвали острые нападки правых кругов. В ряде органов печати, в том числе официозных, появились вы- пады против газеты «Хальк». Некоторые частные газе- ты пытались дискредитировать основные положения де- мократической программы газеты «Хальк», противопо- ставить ей идеи единства всех классов, утверждая, что «классовая борьба усложняет путь к прогрессу и воз- рождению» 82. Не ограничившись нападками в прессе, официаль- ные власти, преследуя «Хальк», выдвинули против этой 1азеты обвинения в нарушении конституционных поло- жений. В мае 1966 г. по решению правительства она бы- ла запрещена. Вышло шесть номеров «Хальк». Среди других газет, выступавших в это время за по- следовательное осуществление на практике конститу- ционных норм, следует назвать «Пеяме эмруз» («Сегод- няшняя весть»). Она начала издаваться в феврале 1966 г. Газета стремилась вскрыть важнейшие социальные поро- ки и недостатки, решительно отстаивала право широких слоев населения на участие в политической и общест- венной деятельности. В мае 1966 г. она, так же как и «Хальк», была закрыта властями, но через полгода ее издание возобновилось. Близкой по духу и тематике своих публикаций к га- зете «Хальк» была газета «Седаи авам» («Голос масс»), стоявшая на позициях мелкобуржуазного радикализма. Она стала выходить в марте 1968 г. Газета находилась 296
под значительным влиянием идей «Хальк», что сказыва- лось даже на ее политической терминологии. Формулируя свои цели, издатели в передовой статье первого номера газеты заявили, что «Седаи авам» стоит на службе интересов трудящихся и «борется за поиск путей их освобождения от нищеты, несправедливости, за обеспечение социального благополучия». Они делили все социальные слои и классы общества на два проти- воположных лагеря. К первому — нищеты и угнете- ния— относились «прогрессивная интеллигенция, работ- ники умственного труда, преподаватели, прогрессивная молодежь, средние государственные служащие, работни- ки физического труда, малоземельные и безземельные крестьяне, мелкие земельные собственники, кочевники, ремесленники, мелкие предприниматели», т. е. все тру- довые слои общества, составляющие 98% населения. Ко второму — гнета и эксплуатации — «помещики, капита- листы и горстка правителей-угнетателей»83. Говоря о по- ложении трудящихся, газета подчеркивала, что они лишены не только экономических благ, но и общественно- политических прав. Провозглашая борьбу «за обеспече- ние прав и освобождение всех трудящихся масс», идео- логи «Седаи авам» предлагали программу этой борьбы, которая предусматривала создание национально-демо- кратического правительства путем «передачи политиче- ской и экономической власти народу на основе волеизъ- явления трудящихся» и проведения комплекса социаль- но-экономических реформ в интересах трудовых слоев на пути некапиталистического развития. В частности, предусматривалось расширение и укрепление государ- ственного сектора, введение более эффективного плани- рования экономического развития, создание механизиро- ванного сельского хозяйства, расширение системы обще- ственного здравоохранения84. Формы борьбы за про- возглашенные цепи не конкретизировались, хотя предполагалось, что это будет законная, легальная дея- тельность, базирующаяся на единстве и солидарности трудовых слоев. При всей позитивности содержания лозунги, выдви- гаемые «Седаи авам», не выходили за рамки общих де- клараций85. Газета не касалась методов, средств и путей борьбы за предлагаемую реформацию социально-полити- ческой структуры государства86. Кстати, один из лозун- [ов газеты, «Пищу, одежду, жилище» (в числе прочих 297
благ они должны быть предоставлены трудящимся), был в последующем широко использован и стал основопола- гающим пунктом программы социально-экономических преобразований, проводившихся НДПА. В конце 60-х годов в Афганистане появляется тече- ние, идеологи которого стояли на позициях мелкобур- жуазного экстремизма. Идеи, проповедовавшиеся лиде- рами этой группировки, члены которой называли себя «новыми демократами», находили поддержку среди ча- сти мелкой буржуазии, отдельных представителей тру- довой интеллигенции и полупролетарских слоев, наибо- лее подверженных крайнему радикализму. В 1968 г. они начали издавать газету «Шоалеи джавид» («Вечное пла- мя»), на страницах которой нашли отражение основные теоретические концепции афганских левоэкстремистов. Идеологи группировки, игнорируя классовую борьбу в капиталистических странах и принижая значение проти- воречий между мировой социалистической системой и лагерем империализма, считали национально-освободи- тельное движение в развивающихся странах авангардом мирового революционного процесса87. Их теории были явно почерпнуты из арсенала маоистской идеологии. Издатели «Шоалеи джавид» принижали роль рабочего класса88, называли крестьянство классом-гегемоном, спо- собным объединить вокруг себя другие демократические и полудемократические слои89. Стремясь дискредитировать программу НДПА и вне- сти раскол в демократическое движение, афганские мао- исты выступили с критикой основных положений этой программы. Они отвергали выдвинутую НДПА идею пе- рехода на путь некапиталистического развития, обвиняя партию в соглашательстве с буржуазией и попытках со- влечь угнетенных с пути классовой борьбы. Идеологи «Шоалеи джавид» считали создание национального фронта прогрессивных, демократических сил нереаль- ным в условиях политического господства эксплуататор- ских классов. В той же мере они выступили и против, принципов мирного сосуществования90. На страницах газеты «Шоалеи джавид» был подверг- нут критике государственный сектор, как якобы служа- щий только усилению экономических позиций буржуа- зии и средством эксплуатации трудящихся91. В целом идеологические установки афганских маоистов были на- правлены на дискредитацию идей научного социализма 298
и ослабление демократического движения в стране. Наи- большим влиянием группировка «новых демократов», во главе которой стояли д-р Хади Махмуди и инженер Му- хаммад Осман, пользовалась среди столичного студен- чества и учащихся школ. Афганские маоисты вели активную работу и среди национальных меньшинств, осо- бенно в Герате и Хазараджате. Не имея своих предста- вителей в парламенте и руководствуясь маоистским ло- зунгом «Винтовка рождает власть», афганские левоэк- стремисты вносили в политическую борьбу элемент неорганизованности, анархии и неоправданных столкно- вений с властями. Так, в мае 1968 г. члены группировки «Шоалеи джавид» спровоцировали стычку участников митинга с полицией. В результате лидеры маоистов бы- ли арестованы и посажены в тюрьму, их газета закрыта. Заметным явлением в политической жизни страны во второй половине 60-х годов стало издание частной га- зеты «Афган миллат» («Афганская нация»), вокруг ко- торой объединились сторонники буржуазно-национали- стических идей, провозгласившие себя социал-демокра- тами. Их лидером и ведущим идеологом был издатель газеты, президент департамента энергетики, а в после- дующем мэр Кабула Гулам Мухаммад Фархад. Опреде- ленное воздействие на его политические воззрения ока- зали годы учебы в фашистской Германии, где он по- черпнул немало из идеологии национал-социализма. Основной лейтмотив публикаций газеты «Афган мил- лат»— создание «единого духа нации», который рассмат- ривался как панацея от всех социальных болезней. Тре- буя «совместить все народы, расы и племена Афганиста- на в одну нацию, а традиции и социально-правовые фак- торы, составляющие их материальную и духовную жизнь, — в одну культуру», издатели газеты видели в этом средство «достигнуть единой цели, определяемой общими пожеланиями нации, общим духом, общими идеями»92. В то же время понятие единой нации трак- товалось ими через призму национальных интересов эт- нического большинства — пуштунов, в ущерб интересам национальных меньшинств. Пуштунский национализм газеты «Афган миллат» питался идеями «афганского духа», якобы исторически присущего нации и определяю- щего пути ее социального и политического развития. Играя на демократизме, газета обращалась к рабочим и крестьянам, подсказывая им, как лучше всего избавить* 299
ся от «нищеты, безработицы, несправедливости». «Есть только один путь, — заявлялось в ней, — это единство: единство места, единство цвета, единство мысли под се- нью нации и в интересах нации. И пока среди различных классов не утвердится национализм, ваш удел, рабочие, останется неизменным»93. По существу, игнорируя клас- совую природу общества, так называемые социал-демо- краты не выдвинули никакой позитивной экономической программы, ограничиваясь лишь общими деклара- циями. С аналогичных идеологических позиций выступала и частная газета «Вахдат» («Единство»). Выражая свое беспокойство по поводу социально-экономической не- устроенности общества, она призывала к единству всех классов, к «классовой гармонии» в борьбе за установ- ление социальной справедливости, причем под последней понималось такое положение, при котором были бы удо- влетворены интересы как имущих классов, так и трудя- щихся. Путь к достижению такого рода справедливости, утверждала газета, — это улучшение и исправление су- ществующей общественно-политической системы в рам- ках закона. Издатели «Вахдат» всячески порицали лю- бые формы классовой борьбы. По их мнению, она может привести только к смуте и нарушению общественного спокойствия94. Процесс идейно-политической поляризации коснулся и мусульманских богословов. Ортодоксальные служите- ли культа, выступавшие в качестве защитников отжив- ших социально-экономических порядков во второй поло- вине 60-х годов, стали ощущать ослабление своего влия- ния в различных сферах государственно-политической жизни. К концу 60-х годов служители культа, насчиты- вавшие 220—230 тыс. человек95, были весьма неодно- родным сословием с точки зрения имущественного поло- жения и политических взглядов. Некоторые их прослой- ки — выходцы из средних городских слоев, получившие современное теологическое образование за рубежом или у себя на родине, — начали проповедовать идеи обнов- ления ислама, его модернизации и приспособления к требованиям современности. На формирование их поли- тических взглядов воздействовали не только различные буржуазные теории, но и социалистические идеи, полу- чившие сравнительно широкое распространение в Афга- нистане, особенно после возникновения НДПА. Ислам- 300
ские модернисты усвоили некоторые из этих воззрений. Находя в раннем исламе положения, созвучные с неко- торыми социалистическими категориями (такими, напри- мер, как идеи равенства- и справедливости), они дока- зывали совместимость учения Мухаммада с социализ- мом, назвав свою концепцию «исламским социализмом». Порицая жадность, скупость и использование богатства власть имущими в своекорыстных целях, сторонники этой концепции искали средство к достижению социаль- ной справедливости в самосовершенствовании и следо- вании по пути ислама. Впрочем, число их было незначи- тельным. Ортодоксальная часть афганских богословов, пред- ставленная видными теологами, главами сект и орденов, имамами больших мечетей, экономически связанными с феодальным землевладением и крупным торговым капи- талом, продолжала выступать против всякого рода пре- образований, подрывающих традиционные устои. Критикуя капитализм и его пороки иодновременно от- рицая социализм, правые богословы выдвигали путь осо- бого, исламского развития общества, присвоив себе роль защитников «религиозной, общественной, политической и национальной свободы». Рупором их идей была част- ная газета «Гахиз» («Утро»), первый номер которой вы- шел в январе 1969 г. Отводя значительное место крити- ке пороков западной «цивилизации», в основном внешних ее проявлений (ночные клубы, спиртные напитки, порно- графия и т. д.), издатели газеты основные усилия упо- требили на борьбу с идеями научного социализма 96. Наи- большее их раздражение вызывало отрицание социа- лизмом частной собственности на средства производства, что, по их мнению, делало социалистическую систему неприемлемой для мусульманских стран97. Отвергая со- циализм и социалистические идеи, издатели газеты «Га- хиз» выступали и против любых форм классовой борьбы, которая, как они утверждают, привнесена «неверны- ми» и ведет к «пессимизму, раздорам, гневу и ненави- сти». Таким образом, лозунги и идеи, провозглашенные на страницах газеты «Гахиз», свидетельствовали о том, что силы, группировавшиеся вокруг этого издания, стоя- ли на крайне правом фланге политической борьбы, пря- мо противопоставив себя всем левым, демократическим течениям. «Еженедельник «Гахиз», — писал по этому по- воду французский журналист Жан Вету, — старается 301
теперь проповедовать религиозную реакцию, не только обличая «позорные новшества», такие, как появление мини-юбок на улицах столицы, но также ведя лобовую атаку против марксистской пропаганды»98. Идеологиче- ские установки этой газеты* составили основную часть программы политических группировок крайне правого толка — «Братья-мусульмане» и «Мусульманская моло- дежь». Идейная борьба за выбор возможных путей разви- тия страны охватывала все более широкие слои населе- ния. В нее постепенно втягивались и отряды формиро- вавшегося рабочего класса, в авангарде которого высту- пала НДПА. Становление партии рабочего класса в Афганистане проходило в сложных условиях. В рамках многоукладной экономики еще не завершился процесс классообразования. Рабочий класс был немногочислен- ным, территориально разобщенным и политически не- зрелым. Он еще не достиг того уровня организации, при котором мог бы выступать как самостоятельная полити- ческая сила. Крестьянство было сплошь неграмотным и находилось под сильнейшим влиянием так называемых традиционных лидеров (мусульманских богословов, ха- нов и старейшин племен). А в этих условиях только что появившейся НДПА пришлось вести работу в основном среди демократической части интеллигенции и студенче- ства— политически активной, но в то же время социаль- но неоднородной группы населения, значительная часть которой находилась под воздействием мелкобуржуазно- го радикализма и националистических предрассудков. Кроме того, партия не имела легального статуса и не мо- гла использовать широкого арсенала форм и средств по- литической борьбы. Она не имела и широких междуна- родных связей. НДПА подвергалась ударам реакцион- ных кругов, правых и ультралевых экстремистов и репрессиям со стороны властей. На характере деятельно- сти партии сказалась неоднородность ее рядов. Преобла- дающее место занимали в ней представители интелли- генции, главным образом учителей, студенчества, мелких чиновников и младших офицеров. Все эти объективные и субъективные факторы привели к тому, что НДПА на первом этапе своего становления не избежала болез- ней роста. * Всего с 1965 по 1973 г. в стране издавалось 26 частных газет и журналов. 302
В 1966 г. в партии обнаружились внутренние разно- гласия, в основном тактического характера, приведшие к нарушению ее организационного единства. В 1967 г. в НДПА образовались две фракции. Одну возглавлял Бабрак Кармаль, сторонники которого выступали за бо- лее активное использование легальных средств борьбы (позже она стала называться по заглавию партийной газеты «Парчам» — «Знамя»; эта газета начала выходить в 1968 г.). Другую фракцию возглавил Н. М. Тараки; она стала называться «Хальк». Следует отметить, что обе фракции руководствовались одними и теми же про- граммой и уставом и преследовали одни и те же цели. В Уставе партии, нелегально опубликованном в 1967 г., НДПА объявила себя «авангардом рабочего класса и всех трудящихся Афганистана» и заявила, что ее деятельность строится на принципах марксизма-лени- низма. Газета «Парчам» явилась преемницей «Хальк» по тематике и идеологической направленности своих публи- каций. «Парчам» конкретизировала и развивала основ- ные положения программы НДПА, ставила текущие зада- чи и формулировала конечную цель борьбы. Революция в Афганистане, заявляли лидеры группировки «Пар- чам», должна пройти два этапа: национально-демокра- тический и этап социалистических преобразований. На первом этапе будет создано национально-демократиче- ское правительство, классовую основу которого составят прогрессивные и патриотические силы, объединенные в рамках национального фронта: рабочие, крестьяне, ин- теллигенция, мелкая и национальная буржуазия. Геге- моном этого движения должен стать самый революцион- ный класс — пролетариат в союзе с крестьянством. Глав- ной задачей на этапе национально-демократической революции станет борьба против феодализма на путях некапиталистического развития. В ходе этой борьбы бу- дут подготовлены предпосылки и необходимые условия для проведения социалистических преобразований". Значительная часть публикаций газеты была посвя- щена анализу классовой структуры населения страны, экономического положения трудовых слоев. Газета ши- роко информировала читателей о политических выступ- лениях трудящихся масс. «Парчам» выходила до апреля 1970 г. Она была закрыта властями по требованию реак- ционных богословов в связи с публикацией в ней обшир- 303
ных материалов, посвященных 100-летию со дня рожде- ния В. И. Ленина, Активизация политической жизни, принимавшая все более разнообразные формы, отражала растущую напря- женность в сфере социальных отношений. Несмотря на некоторый рост экономического потенциала страны в период двух пятилетних планов, положение основных категорий трудящихся не улучшилось. В 1967 г. был разработан третий пятилетний план социально-экономи- ческого развития Афганистана (1967—1972 гг.). В отли- чие от первых двух, где главное внимание уделялось созданию инфраструктуры, основной объем капиталовло- жений в третьей пятилетке направлялся на производите- льные отрасли промышленности и сельского хозяйства. Большая часть инвестиций (свыше 70%) покрыва- лась за счет иностранной помощи 10°. Всего на цели раз- вития по третьему пятилетнему плану предполагалось ассигновать 33 млрд, афгани, из них 32,4% на промыш- ленность, 29,4% на сельское хозяйство, 16,7% на просве- щение и здравоохранение, 12,4% на транспорт и связь101. Как и раньше, основной объем инвестиций (в сумме 31 млрд, афгани) обеспечивал государственный сек- тор 102. Разработка третьего пятилетнего плана затронула важнейшую сторону экономической политики правитель- ства — проблему финансирования промышленного и сель- скохозяйственного развития. Незначительное число круп- ных и средних промышленных предприятий в Афгани- стане и их низкая капиталоотдача привели к тому, что основным каналом поступления доходов являлись нало- ги. Система налогообложения в течение нескольких де- сятков лет не подвергалась серьезным изменениям. В результате к началу 60-х годов поступления от налога на землю составляли лишь около 2% бюджетных дохо- дов 103. Правительство предприняло попытку пересмотреть налоговую систему, ввести прогрессивное налого- обложение, увеличить налоговый сбор с наиболее круп- ных земельных собственников и скотовладельцев. Соот- ветствующие предложения правительства вызвали острые разногласия в парламенте 12-го созыва. Парла- ментское большинство, состоявшее из крупных земле- владельцев и богословов (на последних приходилось 20% депутатов нижней палаты парламента104), т. е. социальных групп, связанных с крупной земельной соб- 304
ственностью и докапиталистическим способом произвол* ства, отвергло налоговые законопроекты правительства и другие меры по увеличению государственных доходов, усмотрев в них прямое посягательство на свои классо- вые интересы. С требованием последовательных социально-экономи- ческих преобразований в интересах трудящихся в пар- ламенте выступили депутаты из фракции НДПА во гла- ве с Бабраком Кармалем и другие группы. Они настаи- вали на осуществлении радикальной аграрной реформы, которая привела бы к изменениям самих форм земель- ной собственности. Парламентский «центр», представлявший интересы национальной буржуазии, оказался неспособным четко сформулировать свои позиции и противостоять консер- вативному большинству, что говорило о слабости бур- жуазных элементов в политической структуре государ- ства. В результате все попытки правительства провести через парламент важнейшие законопроекты, которые могли бы содействовать более успешной реализации пя- тилетнего плана, были блокированы правыми депутата- ми парламента. Это в первую очередь относилось к об- суждению самого проекта третьей пятилетки. Уже в ходе ее выполнения выяснилось, что объем иностранной финансовой помощи оказался значительно ниже запланированного (около 80% в первые два года и 51% в третьем году) 105. Правительство было вынуж- дено пересмотреть весь проект и представить на рассмот- рение парламента новые плановые наметки. В итоге проект третьего пятилетнего плана так и не был целиком одобрен парламентом. Трения между парламентом и правительством охватили широкий круг вопросов. Кон- серватизм основной части депутатов тормозил осуще- ствление любых, даже весьма умеренных преобразова- ний в рамках «регулируемой» экономической и социаль- ной эволюции. Правительство М. X. Майвандваля, пы- тавшееся использовать сформированную им Партию прогрессивных демократов для поддержки парламентом его социальных мероприятий, столкнулось с резкой кри- тикой и осенью 1967 г. было вынуждено подать в от- ставку. Пришедшее к власти правительство, которое возгла- вил Нур Ахмад Эттемади, не смогло внести существен- ных изменений в характер отношений между законода- 305
тельной и исполнительной властью, принимавших формы скрытого конфликта. Эта напряженность остро ощуща- лась в течение нескольких последующих лет. К 1969 г. правительство Н. А. Эттемади, продолжая усилия своих предшественников в поисках новых источников доходов, разработало программу расширения поступлений в до- ходную часть бюджета за счет упорядочения и увеличе- ния налогов на скот и землю, повышения цен на бензин, увеличения сборов за проезд по дорогам и т. д. Озна- ченные мероприятия должны были увеличить поступле- ния на 362 млн. афгани 106. Однако и эта программа не была реализована ввиду противодействия парламента. Правительство было вынуждено прибегнуть к выпуску крупного внутреннего займа, усилившего инфляцию на- циональной валюты. В целом недостаток внутренних ре- сурсов и сокращение внешней финансовой помощи при- вели к тому, что фактическое выполнение третьего пя- ти летнего плана по капиталовложениям составило 20,8 млрд, афгани по сравнению с первоначально наме- чавшимися 33 млрд, афгани107. Темпы развития эконо- мики в третьей пятилетке по сравнению с предыдущи- ми замедлились, составив менее 3% 108. Быстро росла внешняя задолженность страны, достигнув к 1973 г. 60G млн. долл.109 В 1971 г. в условиях общего ухудшения экономическо- го положения (быстрого роста цен, спада промышлен- ного производства, разорения все большего числа мелких предпринимателей и ремесленников, интенсивного увели- чения армии безработных), сопровождавшегося обостре- нием политической борьбы, правительство Н. А. Эттемади ушло в отставку и был создан кабинет Абдул Захира.. Демократические силы, представленные в парламен- те всего несколькими депутатами, имели ограниченные возможности влиять на принятие ответственных реше- ний этого законодательного органа. Поэтому, используя парламентскую трибуну как одно из легальных средств борьбы против политики правящих кругов, в защиту интересов трудящихся, они в то же время усилили вне- парламентскую легальную и нелегальную деятельность. В авангарде демократических сил выступала НДПА, представленная (как говорилось выше) двумя группи- ровками— «Хальк» и «Парчам», наиболее последова- тельными защитниками интересов трудящихся. В 1968 г. возникла националистическая группировка 306
«Сетаме мелли» («Национально угнетенные»), которую сформировал отколовшийся от НДПА Тахер Бадахши. Это течение выступило под лозунгом «раскрепощения национальных меньшинств». В то же время, объективно содействуя росту межнациональной розни, члены этой группировки по существу действовали в интересах иму- щей верхушки в районах расселения национальных мень- шинств. Различные прослойки аморфной афганской буржуа- зии также имели свои политические группировки. Одной из них был «Караван» — единомышленники издателей одноименной газеты либерально-буржуазного толка, тес- но связанные с национальным предпринимательством и имевшие большие финансовые возможности, сторонники реформации в рамках национально-буржуазного разви- тия. Другая группировка называлась «Иттихаде мелли» («Национальный союз») и объединяла сторонников огра- ниченных реформ при сохранении традиционных ислам- ских норм в общественной жизни. Продолжала действо- вать и группировка «прогрессивных демократов», ориен- тировавшаяся на буржуазные преобразования в духе концепций «исламского социализма». Весьма активно проявляла себя группа «Афган миллат» — сторонники пуштунского национализма, пропагандировавшие идеи «национального возрождения великого Афганистана». На крайне правом фланге политической борьбы в конце 60-х годов появилась организация «Братья-мусуль- мане», отражавшая интересы самой реакционной части крупных землевладельцев и верхушки мусульманских богословов, кругов, экономически связанных с компра- дорской частью крупной буржуазии. Эта организация, а также ее молодежный филиал «Мусульманская моло- дежь», вобравший в свои ряды фанатично настроенную часть студенчества и учащихся, выступали с позиций непримиримой борьбы с левыми силами. 60-е годы завершались мощным подъемом классовой борьбы, очертившей первые контуры общенационально- го кризиса и ставшей его стержнем. В эту борьбу во- влекались практически все слои трудового населения. Наиболее крупные выступления охватили всю страну в 1968 г. Их основным участником стал впервые вышедший На арену борьбы молодой рабочий класс, который к это- Му времени превратился в заметный компонент социаль- ной структуры общества. Всего в стране, по данным де- 307
мократической печати, в 1968 г. насчитывалось 880 тыс. наемных рабочих. Промышленных пролетариев, занятых на современных предприятиях фабрично-заводского ти- па, было 32 тыс. человек110. Экономическое положение рабочего класса к концу 60-х годов значительно ухудшилось. В связи с оконча- нием строительства крупных объектов инфраструктуры, на которых были заняты основные массы строительных рабочих, большая часть их оказалась без работы. Уро- вень заработной платы рабочих серьезно отставал от суммы реальных расходов их семей. Так, по данным газеты «Парчам», с 1962 по 1967 г. зарплата рабочих увеличилась на 47%, в то время как цены на продукты питания возросли более чем в 2 раза ш. Пресса в эти го- ды писала о тяжелых условиях труда, жестокой эксплуа- тации, нарушении профессиональных прав рабочих, пло- хих бытовых условиях. Не лучше было положение дру- гих категорий трудящихся: ремесленников, лавочников, батраков, поденных рабочих. Это обусловило активное участие широких масс городской бедноты во главе с рабо- чим классом в классовых битвах, принимавших формы демонстраций, забастовок, митингов, маршей протеста. Первыми забастовали учащиеся кабульской механи- ческой школы в апреле 1968 г. Вслед за ними в заба- стовку включились рабочие кабульского авторемонтно- го завода «Джангалак». 1 мая 1968 г. в столице произо- шла крупная демонстрация по случаю Дня Международ- ной солидарности трудящихся, первая в истории страны. На митингах, состоявшихся в этот день, звучали требо- вания объявить 1 Мая нерабочим днем, бороться за со- здание рабочих профсоюзов. В мае прокатилась волна открытых выступлений трудящихся в различных райо- нах страны—митинги и демонстрации рабочих Гульба- хара с участием крестьян и учащихся лицея, марш рабо- чих-нефтяников г. Шибиргана и рабочих цементной и текстильной фабрик г. Пули-Хумри, забастовка рабочих завода «Джангалак», рабочих государственной типогра- фии в Кабуле и др. Большинство выступлений, не пре- кращавшихся в течение всего 1968 г., проходило сти- хийно, без должного политического руководства. НДПА и другие левые организации, еще не имевшие широкого влияния в рабочей среде, на первом этапе забастовоч- ного движения не смогли возглавить эти выступления. Однако многие члены НДПА приняли активное участие 308
в забастовках и демонстрациях, приобретая первый опыт ведения классовой борьбы. В выступлениях участ- вовали рабочие, мелкие служащие, студенты, учащиеся, крестьяне, мелкие торговцы, солдаты Трудовой армии. С апреля по август 1968 г. в стране прошло более 40 забастовок трудящихся, в которых приняло участие око- ло 30 тыс. человек112. Забастовки охватили как частные, так и государ- ственные предприятия. Наибольшей активностью отлича- лась борьба рабочих крупных промышленных предприя- тий— авторемонтного завода «Джангалак», текстильной компании «Спинзар» в г. Кундуз, текстильных фабрик компании «Насаджи», текстильного комбината г. Гуль- бахара, газопромыслов г. Шибиргана, Кабульского до- мостроительного комбината. Промышленных рабочих поддержали строители. 9 июня 1968 г. провели крупную демонстрацию рабочие на строительстве дороги Пули- Хумри — Шибирган. Летом состоялись демонстрации безработных в Герате, а в октябре забастовали сезон- ные рабочие в г. Кандагаре. Классовые выступления тру- дящихся приняли общенациональный характер. На этом этапе забастовочного движения преобладали экономические требования: увеличение зарплаты, предо- ставление оплаченного отпуска, улучшение условий труда, медицинского обслуживания, социального обеспечения, создание профсоюзов. Местные и центральные власти прибегли к расправе с участниками классовых вы- ступлений: многие из них были уволены или арестованы. Однако в ряде случаев забастовки рабочих заканчива- лись успешно, и администрация и местные власти ока- зывались вынужденными удовлетворить требования ба- стующих. В целом волна выступлений трудящихся в 1968 г. отразила их растущую политическую зрелость, способность рабочего класса стать авангардом демокра- тического движения, придав ему классовую направлен- ность. В то же время отсутствие политического руковод- ства обусловило разрозненность, неорганизованность и стихийность этого движения, что обрекало значительную часть выступлений на поражение. В 1969 г. в активную политическую борьбу вклю- чается столичное студенчество — учащиеся Кабульского университета и открытого в 1968 г. политехнического ин- ститута. Выступления учащейся молодежи начались еще в середине 1968 г. Ее недовольство было вызвано тем, 309
что правительство выделяло скудные средства на разви- тие народного образования, осуществляло дискримина- цию в отношении трудовой части населения при приеме в учебные заведения, многие выпускники школ и уни- верситета оставались безработными. Начальную школу посещало лишь 14,5% детей школьного возраста, сред- нюю— 4,6, лицеи — 2,8% 113. Повсеместно не хватало учителей. Сама система обучения была весьма архаич- ной. Учащиеся средних школ и лицеев вышли на улицы, требуя усилить внимание к нуждам просвещения. Осе- нью 1968 г. к ним присоединились столичные студенты. Они критиковали существующую систему организации высшего образования; в частности, острое недовольство студенчества вызвал принятый осенью 1968 г. закон о высшем образовании, запрещавший студентам участие в политической деятельности. Студенчество требовало также расширения гражданских прав и свобод, деклари- рованных конституцией 1964 г. К студентам часто при- соединялись преподаватели. Студенческие выступления носили во многом стихий- ный характер и зачастую заканчивались столкновениями с полицией, которая неоднократно врывалась на терри« торию университетского городка и производила аресты. Своим участием в политической борьбе в 1968—1969 гг. студенты заявили о себе как радикальная политическая сила, способная выступить с самостоятельных позиций. Второй этап студенческого движения приходится на 1971 —1972 гг. Борьба студентов на данном этапе отли- чалась большей целеустремленностью, организованно- стью и классовой направленностью. В августе 1971 г. был создан Союз студентов Кабульского университета и принят его устав. Союз провозгласил борьбу за «обес- печение и защиту профессиональных, демократических, личных и социальных прав студентов», а также в «под- держку освободительного движения, за справедливый мир, непримиримость к действиям реакции, борьбу про- тив эксплуатации, проявлений колониализма», «сопро- тивление всякому гнету, насилию, дискриминации»114. Таким образом, выступления студентов приобрели орга- низованные формы. Был избран Высший совет союза. Большинство в нем получили члены маоистской груп- пировки «Шоалеи джавид». Высшему совету отводилась роль руководящего, регулирующего и координирующего органа в студенческом движении. По его решению 13 но- 310
ября 1971 г. началась крупная забастовка студентов Кабульского университета, к которой присоединились студенты самых различных политических убеждений. Однако Высший совет не смог возглавить движение студенчества, поскольку ему не удалось выработать еди- ной программы действий. Разрозненные группы студен- тов выступали в поддержку идей различных политиче- ских группировок. Наибольшее влияние среди студентов Кабульского университета в начале 70-х годов при- обрели группировки «Хальк», «Парчам», «Шоалеи джа- вид» и «Мусульманская молодежь». В дни ноябрьской забастовки студентов политехнического института был создан Союз преподавателей, где большинство мест по- лучили члены «Хальк». Студенческое движение, имев- шее оппозиционный характер, становилось все более классово разнородным. Процесс политического размеже- вания в студенческой среде достиг такого уровня, при ко- тором началась острая идеологическая борьба между сторонниками различных политических группировок. Теперь студенты вместе с представителями других слоев населения все чаще выступали под общими лозунгами той или иной группировки.* Таким образом, политиче- ская деятельность студентов и учащихся сливалась с вы- ступлениями трудящихся в единую общенациональную борьбу широких масс населения против политики пра- вящих кругов. Эта борьба становилась неотъемлемой частью и характерной чертой внутриполитической об- становки конца 60-х — начала 70-х годов. Она явилась одним из признаков нарастания кризиса политической системы государства, все более не соответствовавшей уровню социально-экономического развития. Усилившееся к концу 60-х годов демократическое дви- жение, широкое участие в нем трудящихся масс, актив- ная политическая борьба НДПА, становящейся авангар- дом трудящихся, распространение идей научного социа- лизма— все это обостряло классовую борьбу. Заметную роль начинают играть правые экстремистские силы, по- литическим авангардом которых была группировка «Братья-мусульмане». В мае 1970 г. ею были организо- ваны митинги и уличные шествия в Кабуле. Выпускались листовки с требованиями не допускать распространения * В 1968—1972 гг. НДПА организовала и возглавила более ты- сячи выступлений трудящихся и интеллигенции. 311
коммунистических идей, запретить женщинам работать е государственных учреждениях. В некоторых листов^ ках содержался призыв объявить «джихад» против всех прогрессивных элементов. Особо острым нападкам подверглись левые, демокра- тические силы, в первую очередь НДПА. Выступления правых, грозившие вызвать крупные беспорядки в Кабу- ле, вынудили власти применить против них жесткие ме- ры. Несколько фанатиков было арестовано, других вы- везли за пределы города. Волна выступлений, организованных правыми религи- озными деятелями, распространилась и на другие города. Наиболее острый характер они приняли в Джелала* баде К его организаторам примкнули некоторые ста- рейшины племени шинвари, мелкие торговцы, ремеслен- ники, кустари. В этом выступлении, сопровождавшемся погромами, участвовало около 5 тыс. человек. Была раз- громлена крупнейшая в городе гостиница «Спинзар». Выступление было подавлено с помощью войск. Эти события использовались верхушкой мусульман- ских богословов, чтобы оказать давление на правитель- ство, заставить его отказаться от планов либерализации, подтолкнуть на решительные действия против демокра- тических сил. Важной целью правых было добиться ухудшения советско-афганских отношений. Антиправи- тельственные выступления правых богословов имели место и в следующем, 1971 г. Они были связаны с пер- выми за всю историю страны первомайскими демонстра- циями, организованными НДПА и другими демократи- ческими силами. В 1971 —1972 гг. Афганистан захлестнула новая вол- на забастовочного движения. Вновь бастовали рабочие крупнейших предприятий. Как и в 1968 г., классовые выступления начала 70-х годов характеризовались ши- роким составом их участников. В борьбу все чаще вклю- чались крестьяне и ремесленники, однако по-прежнему в авангарде движения шли промышленные рабочие и сто- личное студенчество. Выступления носили более орга- низованный характер и возглавлялись лидерами демо- кратических политических группировок. Политическое руководство забастовочным движением обусловило до- статочно высокий уровень сознательности его участни- ков и преобладание политических требований, направ- ленных на борьбу против произвола, эксплуатации, нео- 312
колониализма, за демократические права и свободы, за единство рядов трудящихся. Забастовочная борьба при- нимала все более острые формы. События часто выходи- ли из-под контроля властей. Возрастанию политической нестабильности в стране содействовало ухудшение экономической обстановки, вы- званное последовавшими одна за другой (в 1970/71 и 1971/72 гг.) сильнейшими засухами. Они повлекли за со- бой резкое снижение урожаев и падеж скота. Возникла острая проблема снабжения населения продовольстви- ем. Нехватка продуктов не могла быть компенсирована за счет внутренних резервов, так как уже в конце 60-х юдов дефицит товарного зерна в стране достиг 200 тыс. т и покрывался за счет поставок зерна из США, СССР и Пакистана115. Правительство было вынуждено обра- титься за помощью к другим государствам. Но объем поступавшего из-за границы продоволь- ствия был недостаточным для ликвидации острого де- фицита продуктов питания. В ряде отдаленных районов страны разразился голод. Начался быстрый рост цен на продовольственные товары, сопровождавшийся спекуля- тивными операциями крупных торговцев. На бедствиях народа сумели «погреть руки» и многие представители правящих кругов. Поступавшее из-за границы продо- вольствие стало объектом крупных хищений; происходи- ли массовые злоупотребления при его распределении. В марте 1972 г. во многих провинциях прошли демон- страции протеста против усиливавшейся дороговизны. Одновременно с продовольственным кризисом в начале 70-х годов обнажились многие социальные пороки: ши- рокие масштабы приобрели казнокрадство, взяточниче- ство, коррупция, контрабанда. Ежегодно в Иран неза- конно переправлялось около 1 млн. голов скота, а кон- трабандная торговля каракулем превышала объем офи- циальных внешнеторговых операций116. Рост классовых выступлений в сочетании с экономи- ческими неурядицами все более настоятельно требовал осуществления радикальных мер в социальной и эконо- мической областях. Однако парламент 13-го созыва, который начал свою работу в 1969 г. и большинство депу- татов которого вновь состояло из крупных землевладель- цев и консервативно настроенных богословов, по-преж- нему активно противодействовал любым попыткам со- циально-экономических реформ, которые стремились про- 313
вести наиболее дальновидные представители правящих кругов. Лишь немногочисленная фракция НДПА во гла- ве с Бабраком Кармалем и поддерживавшие ее депута- ты от других демократических группировок активно вы- ступали в защиту жизненных интересов народа, резко критикуя эгоизм и непоследовательность деятелей пра- вого и проправительственного лагеря. Поскольку выступ- ления депутатов транслировались по радио, они станови- лись достоянием широких кругов общественности. Конф- ликт между законодательной и исполнительной властью разрастался, что углубляло и без того кризисную ситуа- цию во внутренней политике. Неспособность и нежелание монархической верхуш- ки решить неотложные социально-экономические пробле- мы, углублявшийся экономический кризис, нарастание классовой борьбы трудящихся, обострившееся противо- борство представителей различных общественных сил в парламенте и вне его сопровождались серьезными раз- ногласиями в среде господствующих классов. Напу- ганные возможностью широких классовых потрясений, способных расшатать всю систему феодально-монархиче- ского государства, наиболее дальновидные представите- ли правящих классов оказались в оппозиции монархиче- скому режиму, неспособному ускорить процесс нацио- нально-буржуазной эволюции. Королевская власть, об- ладавшая важными прерогативами законодательного и исполнительного характера, неизменно тормозила прове- дение любых, даже весьма ограниченных программ соци- альных преобразований. Сменявшие друг друга прави- тельства * оказались неспособными получить одобре- ние парламента для большинства своих законопроектов. Серьезные разногласия в самом парламенте делали неэффективной его деятельность. В результате в стране возник кризис государственной власти. Острые социальные противоречия, обнажившиеся в конце 60-х — начале 70-х годов, затронули и армию, в первую очередь ее офицерский корпус. Афганские во- оруженные силы, насчитывавшие 90 тыс. человек, в 60-х годах подверглись значительной модернизации. Мероприятия по техническому переоснащению армии и подготовке ее кадров сказались на социальном составе офицеров. Среди армейских офицеров усилился процесс * В 1965—1973 гг. в стране сменилось пять правительств. 314
политической поляризации и размежевания, характер- ный для всех общественных сил этого периода. Стар- ший офицерский состав, представленный выходцами из феодальной аристократии, крупного купечества и выс- шей бюрократии, выступал в защиту существовавшей со- циальной системы. Большинство же младших офицеров комплектовалось из средних городских слоев, частично трудовых прослоек. Многие из них прошли военную под- готовку за границей, где знакомились с иными соци- ально-политическими системами и идеологиями, имели возможность сравнивать уровень социально-экономи- ческого развития своей страны и других государств. Возвращаясь на родину, они отчетливо видели отста- лость Афганистана, бедственное положение народа, по- степенно начинали осознавать подлинную сущность политики насквозь коррумпированной правящей вер- хушки. Несмотря на проводившуюся правящими кругами идеологическую обработку военнослужащих в духе пре- данности монархии, среди массы офицеров получили распространение оппозиционные политические взгляды. Поляризацию офицерского корпуса ускорила борьба идей, происходившая вне армии. К началу 70-х годов многие офицеры симпатизировали демократическим по- литическим группировкам или поддерживали их. В част- ности, еще в конце 60-х годов в армии возникла под- польная организация НДПА, сплотившая прогрессивно настроенных офицеров. В обстановке общей политической нестабильности кабинет Абдул Захира просуществовал всего полтора года, не внеся по существу ничего нового ни в полити- ческое управление, ни в экономическую систему. Сме- нявшие друг друга политические лидеры не обладали реальной властью. Ни один из них не мог стать премье- ром, не заручившись предварительно поддержкой ко-* роля. Поэтому глава кабинета, даже из числа рефор- мистски настроенных деятелей, не имел возможности выдвинуть программу, идущую вразрез с интересами монархии. Таким был и новый премьер-министр Муса Шафик, сформировавший правительство в декабре 1972 г. 315
Антимонархический переворот и провозглашение республики В этой кризисной ситуации нужны были радикаль- ные перемены, которые затронули бы всю структуру общественно-политических институтов и экономическую основу общества. В условиях отсутствия в стране поли- тической партии, которая имела бы массовую поддерж- ку и возглавляла сильную оппозицию, задачу ликвида- ции обреченного на смену режима взяла на себя армия. В ночь с 16-го на 17 июля 1973 г. группа офицеров во главе с бывшим премьер-министром М. Даудом со- вершила государственный переворот, практически без жертв. Монархия была ликвидирована, Афганистан объявлен республикой. Новый режим был сразу же под- держан гарнизонами и населением большинства круп- ных городов, что еще раз подтвердило крайнюю непопу- лярность свергнутой монархии. Король Мухаммад За- хир-шах, во время переворота находившийся в Италии, через месяц отрекся от престола. Высшим органом го- сударственной власти стал Центральный комитет респуб- лики. В его состав вошло большинство офицеров — участ- ников и руководителей переворота. В подготовке и осуществлении антимонархического переворота принимали участие члены нескольких поли- тических организаций. В их числе были и сторонники НДПА, образовавшие левое крыло республиканского режима. В частности, в правительстве, сформированном в августе 1973 г., четыре министерских поста заняли члены и сторонники НДПА. В то же время довольно сильные позиции в государственном аппарате и армии занимали оппозиционные монархическому режиму де- ятели, представлявшие интересы господствующих клас- сов, которые считали необходимым проведение реформ в целях ускорения национально-буржуазной эволюции, что должно было упрочить классовую основу их власти. Во главе этой группы стояли Мухаммад Дауд и его брат Мухаммад Наим. Таким образом, в состав руко- водящих органов республики вошла социально неодно- родная, но на первом этапе политически сплоченная группа деятелей. 17 июля М. Дауд выступил по радио с разъясне- нием целей и задач переворота. Провозгласив в ка- честве своей «единственной цели» создание для на- 316
рода, «особенно неимущих слоев населения и моло- дежи», условий для того, чтобы он мог внести вклад в развитие страны, М. Дауд призывал идти к этой цели пу- тем установления «истинной и разумной демократии», основой которой, по его мнению, должно явиться «предо- ставление народу всех прав и полное признание прин- ципа национального суверенитета». Он обвинил сверг- нутый монархический режим в нарушении конституци- онных принципов и объявил о возникновении «нового, республиканского строя, полностью соответствующего духу ислама». Основными принципами внешней полити- ки декларировались борьба за мир, неприсоединение и дружба со всеми народами 117. В первые дни республиканского правления были об- народованы указы Центрального комитета Республики об отмене конституции 1964 г. и роспуске парламента. Было приостановлено также издание частной прессы. 23 августа М. Дауд, ставший по решению ЦК Рес- публики премьер-министром и главой государства, вы- ступил с «Обращением к афганскому народу», где изложил основные положения правительственной про- граммы. Ее основу составляли декларации о проведении «коренных преобразований в экономической, социаль- ной и политической жизни страны». В области эконо- мики была подвергнута критике политика свергнутого режима, которая проводилась без учета национальных потребностей, в узких интересах правящей верхушки. В сельском хозяйстве, отмечалось в программе, господ- ствуют «отсталые производственные отношения и весьма примитивные способы ведения хозяйства, которые при- вели к обнищанию крестьян, сужению национального рынка и нехватке сельскохозяйственных продуктов». В политической сфере программой ставилась задача «централизации власти в руках народа и укрепления национального суверенитета», причем предполагалось «равноправие и законное участие народа в правитель- стве», декларировалось также обеспечение и расшире- ние демократических прав и свобод. Предусматривалась разработка и принятие новой, республиканской консти- туции. Национальный вопрос, указывалось в программе, должен быть решен на основе «равенства, братства и дружбы» всех народов Афганистана и ликвидации «всех форм и видов дискриминации». В промышленности основной упор делался на пре- 317
имущественное развитие отраслей тяжелой промышлен- ности, всемерное поощрение частной инициативы, борьбу против конкуренции иностранных капиталов и товаров. Наиболее важным мероприятием в сельском хозяйстве должна была стать земельная реформа «в интересах большинства народа и создание кооперативов». В про- грамме давались обещания улучшить условия труда го- сударственных служащих и рабочих, в связи с чем предполагалось разработать новый закон о труде. Пре- дусмотрен был также ряд важных мер по совершен- ствованию системы просвещения, развитию национальной культуры, демократизации общественной жизни. Ос- новы внешней политики не подверглись существенным изменениям. Было объявлено, что Республика Афгани- стан будет «принимать участие в борьбе за мир и безо- пасность, за устранение международных конфликтов и обеспечение успехов политики разрядки международ- ной напряженности». Программа завершалась формули- рованием главной задачи, заключавшейся в том, чтобы «положить конец социальному неравенству, покончить с нищетой и отсталостью, существовавшей в стране в те- чение веков и являвшейся препятствием к укреплению политической и достижению экономической независи- мости государства». При этом рекомендовалось не до- пускать «поспешности и излишеств» при проведении пре- образований, идти «не торопясь, уповая на бога, без заблуждений». Реализация этой задачи, говорилось в программе, невозможна без «объединения в единый ши- рокий фронт всех национальных прогрессивных, патрио- тических сил страны»118. Таким образом, программа республиканского пра- вительства М. Дауда при некоторой расплывчатости и декларативности ряда важных положений отражала многие требования, выдвигавшиеся до антимонархиче- ского переворота демократическими силами страны. По- этому она получила широкую поддержку населения, ко- торое видело в ней путь к осуществлению важных реформ в интересах трудящихся и демократизации об- щественной жизни. Участие демократических, в том чи- сле леворадикальных, сил в высших сферах государст- венной власти во многом определило содержание этого документа. В первые месяцы после ликвидации монархии по ини- циативе и при активной поддержке левых сил республи- 318
канское правительство осуществило ряд важных меро- приятий в социально-экономической сфере, касавшихся значительной части населения. Правительство предпри- няло усилия по стабилизации цен на товары первой не- обходимости. При непосредственном участии НДПА в Кабуле стали создаваться квартальные комитеты бед- ноты, которые вели борьбу со спекуляцией и осущест- вляли контроль над торговыми операциями мелких ла- вочников. Центральные власти установили твердые цены на важнейшие продукты; список цен был вывешен во всех торговых точках. Полиции вменялось в обязан- ность следить за правилами розничной торговли и пре- секать случаи спекуляции. Была объявлена борьба со взяточничеством, коррупцией, контрабандой. В начальный же период было объявлено и о планах разработки нового трудового законодательства. Еще до принятия нового закона о труде были осуществлены не- которые меры по улучшению положения рабочих и мел- ких служащих. На государственных предприятиях и в учреждениях вводился 7,5-часовой рабочий день и ра- бочая неделя, не превышающая 45 часов. Устанавлива- лась оплата за сверхурочный труд. Правительство уве- личило вдвое минимальную заработную плату ра- бочим— с 450 до 900 афгани; стали получать зарплату ученики на промышленных предприятиях. Было узако- нено право на оплачиваемый отпуск, на социальное страхование, увеличен пенсионный фонд119. К концу 1973 г. в Афганистане был создан Высший экономический совет, перед которым ставилась задача заниматься проблемами перспективного планирования, координировать работу ведущих отраслей промышлен- ности и сельского хозяйства. В этот же период были национализированы некоторые частные промышленные компании, погрязшие в казнокрадстве, взяточничестве, контрабанде, в их числе крупнейшая текстильная ком- пания «Спинзар». Осенью 1973 г. создается государствен- ный Банк промышленного развития. В 1974 г. был при- нят новый закон об иностранных и местных капитало- вложениях, который ограничил сферу действия местного частного и иностранного капитала легкой и пищевой промышленностью, причем доля иностранного капитала в этих отраслях не должна была превышать 49% 12°. По этому закону предоставлялись различные льготы мест- ным предпринимателям. В 1974 г. все частные банки 319
в стране были национализированы121. В 1973—1974 гг. начали осуществляться некоторые мероприятия в финан- совой сфере. Прямые налоги в 1974 г. возросли по сравнению с 1972 г. на 60% и составили 11% доходной части бюджета. После принятия в 1974 г. закона о та- можне и усиления контроля над внешней торговлей, объявленной монополией государства, сумма таможен- ных сборов за импорт товаров в 1974 г. возросла по сравнению с 1972 г. также на 60% 122. Вместо принятого ранее пятилетнего плана на 1973— 1977 гг. правительство разработало новый, семилетний план, рассчитанный на 1976—1982 гг. Он включал более 200 социально-экономических проектов и предусматри- вал в первую очередь строительство крупных плотин, ирригационных систем, гидроэлектростанций, автодорог, механизацию сельского хозяйства, разработку полезных ископаемых 123. В области сельского хозяйства республиканское пра- вительство приступило к разработке закона о проведе- нии земельной реформы. До его принятия были прове- дены мероприятия по наделению земельными участками из фонда государственных вновь орошенных земель без- земельных и малоземельных крестьян. Землю получили чуть больше пяти тысяч крестьянских семей, т. е. меньше 1% крестьян, которые, по официальным данным, или во- все не имели земли, или владели крошечными наделами и жили в нищете. 6 августа 1975 г. был опубликован текст Закона о земельной реформе, который деклариро- вал ограничение помещичьего землевладения 100 дже- рибами (20 га) поливных земель. Излишки предполага- лось конфисковать и передать крестьянам на условиях выкупа 124. Первый период правления республиканского режима был отмечен попытками реформировать систему просве- щения. Главный упор делался на расширение сети учеб- ных заведений, реорганизацию структуры средних школ и развитие профессионально-технического обучения. Правительство увеличило ассигнования на начальное образование. Создается Национальное управление по ликвидации неграмотности. Все частные школы, в том числе при мечетях, были поставлены под контроль госу- дарства. Однако постепенно начался отход республиканского режима от первоначальной программы. М. Дауд и его 320
правое окружение все более тяготились участием демо- кратических сил в высших эшелонах власти, поскольку их деятельность объективно вела к расширению демо- кратических преобразований в интересах широких слоев населения, к подрыву и ослаблению экономических и политических позиций традиционных господствующих классов, органически связанных с феодально-монархиче- ской структурой. По мере политической стабилизации режима усили- вались личные позиции самого М. Дауда и его ближай- ших сторонников. Заняв важнейшие посты в государ- ственном аппарате — главы государства, премьер-мини- стра, министра иностранных дел и министра обороны, эксплуатируя лозунги демократии, М. Дауд сумел полу- чить поддержку различных социальных слоев общества. Ему оказывали доверие многие прослойки предпринима- телей и новой бюрократии, которые спокойно отнеслись к его неглубоким преобразованиям, не выходившим за рамки буржуазного строя. Вместе с тем демократиче- ская направленность правительственной программы им- понировала либерально настроенной интеллигенции и мелкой буржуазии. Обещания провести земельную ре- форму «в интересах большинства» принесли Дауду под- держку значительной части крестьянства. Наконец, на его стороне стояла армия, особенно молодые офицеры, после переворота ощущавшие себя влиятельной полити- ческой силой. Обладая, таким образом, реальной политической властью и усилив свое влияние среди различных групп населения, М. Дауд при непосредственной поддержке правых начал постепенно вытеснять из государственного аппарата деятелей левых взглядов, не имевших к тому же широкой опоры в массах и не обладавших внутрен- ним единством. В марте 1974 г. был снят со своего поста и отправлен послом в Болгарию министр по делам гра- ниц Пача Голь Вафадар 125, а через месяц уволен в от- ставку и выведен из состава ЦК Республики министр связи Абдул Хамид Мохтад126. Оба — сторонники «Хальк». Один из руководителей антимонархического переворота, ставший министром внутренних дел, Файз Мухаммад (сторонник «Парчам»), был сначала переме- щен на должность министра по делам границ, а затем направлен послом в Индонезию 127. Несколько позже был выведен из состава правительства министр сельского хо- 11 Зак. № 819 321
зяйства Джелани Бахтари, сняты со своих постов шеф военной полиции Мауладад и начальник республикан- ской гвардии Ахмад Зия (все они были сторонниками «Парчам»). Все более видную роль в ЦК Республики, государственном аппарате и армии стали играть Мухам- мад Наим, брат Дауда, связанный с группировкой «Бра- тья-мусульмане», один из лидеров правых, консерватив- ных кругов, министр финансов Сеид Абдулилла, коман- дующий Центральным армейским корпусом генерал Г. X. Расули, известный своими антикоммунистическими взглядами, и др. В ноябре 1975 г. из тюрем были осво- бождены содержавшиеся под следствием ярые монар- хисты: бывший командующий Центральным корпусом зять короля генерал Абдул Вали, о котором было изве- стно, что он еще до событий 17 июля 1973 г. готовил переворот фашистского типа, и его ближайшие сторон- ники. Им была дана возможность эмигрировать в Ита- лию, где они присоединились к членам королевской семьи. На первом этапе республиканского правления, когда началось осуществление некоторых преобразований, предусмотренных правительственной программой, в сре- де господствующих классов появились определенные сомнения в отношении курса правительственной поли- тики. Некоторые крупные землевладельцы и ханы пле- мен, богатые купцы-компрадоры, часть консервативно настроенных мусульманских богословов, встревоженные радикальным характером декларированной режимом программы и его первыми практическими шагами, вы- ступили против республиканских преобразований. Недо- вольные влиянием левых в аппарате центральной власти, эти силы сразу же после низвержения монархии стали на путь организованной антиправительственной деятель- ности. Уже в сентябре 1973 г. был раскрыт заговор во главе с бывшим премьер-министром М. X. Майвандвалем, ста- вившим цель свергнуть республиканское правительство. В числе заговорщиков были высшие армейские офицеры и представители крупной торговой буржуазии. Руково- дители и активные участники заговора были арестованы. М. X. Майвандваль, по сообщениям официальной печати, в тюрьме покончил с собой128. В декабре 1973 г. пред- принимается еще одна попытка государственного пере- ворота. Руководителем заговора стал бывший начальник 322
госбезопасности Хабибулла Рахман. После раскрытия заговора его участники были арестованы, а пять руко- водителей казнены 129. В июле 1975 г. произошло наиболее крупное высту- пление антиправительственных сил, принявшее форму вооруженного мятежа и распространившееся на ряд вос- точных районов страны. Ядром заговора стали «Братья- мусульмане» и «Мусульманская молодежь», объявившие своей целью свержение республиканского правительства и создание исламского государства. К ним примкнули «Шоалеи джавид» и «Сетаме мелли». Для подавления мятежа власти были вынуждены использовать армей- ские части. В официальных кабульских кругах высказы- валось мнение о причастности к подготовке заговора не- которых сил блока СБЫТО, заинтересованных в ликви- дации демократических преобразований в Афганистане. У мятежников было изъято оружие американского и китайского производства 13°. После ликвидации правого оппозиционного движения режим М. Дауда усилил давление на левые силы. Нача- лась чистка центральных и местных органов власти, на- правленная против представителей левых и демократи- ческих сил. Режим М. Дауда постепенно проявлял свою подлинную классовую сущность. Он отошел от выполне- ния важнейших обещаний, содержавшихся в правитель- ственной программе. Так, трудовое законодательство 1974 г. не предоставило трудящимся права на создание профессиональных союзов. Опубликованный в 1975 г. Закон об аграрной реформе возлагал на крестьян мно- голетнее бремя выкупа за перераспределяемые поме- щичьи земли. Крупным земельным собственникам при этом давались различные льготы. Осуществление рефор- мы предполагалось растянуть на неопределенные сроки, что ставило под сомнение эффективность намеченных аграрных преобразований, тем более что очень многие помещики, стремясь оградить свои интересы, начали де- лить земли между родственниками и доверенными ли- цами. Принятый в 1976 г. семилетний план социального и экономического развития, предусматривавший рост сельскохозяйственной и промышленной продукции, в то Же время не создавал условий для радикального изме- нения существовавшей в стране структуры общественных отношений. -Отказываясь от мобилизации внутренних Источников для реализации намеченных планов, М. Да- 323
уд, подобно своим предшественникам, основной упор де- лал на иностранную финансовую помощь. С середины 70-х годов обострявшиеся в стране соци- альные противоречия начали оказывать серьезное влия- ние на внешнюю политику правящих кругов Афганиста- на. Обеспокоенные растущей активностью демократиче- ской общественности и ширящимся недовольством на- родных масс, они усилили связи с внешней реакцией. Не порывая экономического сотрудничества с Советским Союзом и другими социалистическими странами, режим М. Дауда активизировал контакты с правящими кру- гами ряда стран Ближнего и Среднего Востока, в первую очередь с шахским режимом в Иране. Некоторые важ- ные экономические программы были поставлены в зави- симость от финансовой помощи нефтедобывающих стран Персидского залива, активно сотрудничавших с силами неоколониализма. Иран согласился на предоставление крупного займа (около 2 млрд, долл.) Афганистану на строительство различных экономических объектов. В частности, планировалось построить трансафганскую железную дорогу от ирано-афганской границы через Ге- рат, Кандагар и Кабул на Пешавар. Разработкой про- екта этой дороги занимались французские специалисты. В официальных кабульских кругах высказывалась даже мысль, подсказанная иранскими деятелями, о возмож- ном строительстве ответвления от этой дороги в сторону Индийского океана. Цель маневров иранских кругов, связанных с Западом, была совершенно очевидной: подо- рвать традиционное афгано-советское сотрудничество, вовлечь Афганистан в орбиту политического влияния империализма и его союзников в регионе. Продолжая гонения против левых сил, М. Дауд и его ближайшее окружение все больше концентрировали политическую власть в своих руках. В целях юридиче- ского обоснования запрещения деятельности прогрессив- ных группировок правящие круги в конце 1976 г. объ- явили о создании Партии национальной революции (ПНР), которая получила монополию на политическую деятельность. В ноябре 1976 г. М. Дауд объявил о сфор- мировании Центрального совета партии из пяти мини- стров правительства, известных правыми взглядами. В январе 1977 г. в Кабуле состоялось заседание Лоя Джирги, явившееся переломным моментом в процессе эволюции структуры республиканской власти. Лоя 324
Джирга избрала М. Дауда президентом республики и одобрила новую, республиканскую конституцию, к раз- работке и обсуждению проекта которой народ и прогрес- сивные силы не были допущены. Новая конституция юридически закрепила власть господствующих классов и сложившуюся после республиканского переворота 1973 г. структуру власти. Важные законодательные и исполнительные функции были предоставлены президен- ту. Конституционное расширение полномочий главы го- сударства было до некоторой степени обусловлено поли- тическими амбициями самого М. Дауда, стремившегося сконцентрировать в своих руках всю полноту власти. Согласно ст. 40 конституции, в Афганистане провозгла- шалась однопартийная система с правящей Партией национальной революции, которой были предоставлены исключительно важные прерогативы: только из ее чле- нов могли выдвигаться кандидаты в президенты и в депу- таты парламента. ПНР было дано право определять и формулировать основные направления внутренней и внешней политики, контролировать деятельность всех звеньев государственного аппарата. Поскольку ПНР как массовой организации не существовало, фактически вся политическая власть сосредоточивалась в руках М. Да- уда и его ближайшего окружения. Иными словами, кон- ституция 1977 г. юридически оформила сложившуюся к этому времени форму политической власти — режим личной диктатуры М. Дауда. Конституция провозгласила создание однопалатного парламента, который предполагалось избрать в 1979 г. Отсрочив на два года выборы в парламент, М. Дауд получил дополнительную возможность принимать еди- ноличные решения законодательного характера, что юри- дически закрепляло авторитарную форму правления. К тому же при относительном демократизме механизма выборов в парламент и его состава (50% депутатов дол- жны были, по конституции, представлять рабочих и кре- стьян) прерогативы его были ограничены и сводились к принятию решений по бюджету, ратификации государ- ственных договоров и отправке вооруженных сил Афга- нистана за границу. Во главе правительства стоял пре- зидент, который также являлся верховным главнокоман- дующим. Судебная власть тоже была поставлена под контроль президента, получившего право назначать судей. 325
Таким образом, конституция, зафиксировав исклю- чительно широкие права и прерогативы президента, при отсутствии парламента, общественных организаций, по- литических партий и свободной печати узаконила дикта- торскую форму правления. Власть М. Дауда должно было укрепить и непосредственное подчинение армии президенту с привлечением ее к участию в государствен- ной политике через Высший совет армии, во главе кото- рого встал М. Дауд. Центральный комитет Республики, лишенный права законодательной инициативы, продол- жал существовать лишь формально. Введение однопартийной системы означало запре- щение деятельности всех остальных политических пар- тий и группировок. НДПА была вынуждена перейти на нелегальное положение. В условиях реальной угрозы не только ее деятельности, но и самому существованию обе ее группировки — «Хальк» и «Парчам» — активизирова- ли усилия для достижения партийного единства. В марте 1977 г. произошла встреча представителей обеих группи- ровок, на которой обсуждался вопрос об устранении разногласий и поиске путей объединения. В июле 1977 г. состоялась объединительная конференция ЦК НДПА, в которой участвовали руководители обеих фракций. На ней было принято решение о выработке единой програм- мы действий и организационном слиянии двух группи- ровок НДПА. Был избран новый состав ЦК, состоявший из 30 членов. Как и на Г съезде партии, ее Генеральным секретарем был избран Нур Мухаммад Тараки, секре- тарем ЦК — Бабрак Кармаль. На пленуме был впервые поставлен вопрос о ликвидации диктатуры М. Дауда. После конференции партия, преодолевая раскольни- ческие тенденции и сплачивая свои ряды, развернула решительную деятельность по мобилизации трудящихся и всех прогрессивных сил на борьбу против антинарод- ного псевдореспубликанского режима. Быстро росли численность и авторитет партии в массах. Расширялась и крепла сеть партийных ячеек в столице и провинциях. Особое внимание партия уделяла работе в армии, созда- вая и укрепляя армейскую партийную организацию. Наряду с патриотически настроенными офицерами к пар- тийной работе привлекались сержанты и солдаты. Фактический отказ режима М. Дауда от осуществле- ния декларированных в программе радикальных преоб- разований вел к ухудшению экономического положения 326
трудящихся города и деревни. Несмотря на рост произ- водства в промышленности и сельском хозяйстве, жиз- ненный уровень подавляющей части населения продол- жал падать, так как режим М. Дауда оставил без изме- нения формы собственности и систему распределения доходов. Сохранение архаичных форм феодального и полуфеодального землевладения, ничем не ограничивае- мое ростовщичество, жертвами которого становились миллионы крестьян, растущее аграрное перенаселение обусловливали дальнейшее обнищание крестьянства. В 1977 г. в стране насчитывалось свыше 0,6 млн. кре- стьянских хозяйств, которые либо обрабатывали на усло- виях издольной аренды помещичьи земли, либо владели мелкими земельными участками размером до 0,5 га. Крупным землевладельцам (примерно 40 тыс. человек) принадлежала большая часть всех обрабатываемых зе- мель, причем лучших по качеству. Нерешенность аграр- ной проблемы обостряла и без того напряженную обста- новку в деревне. Однако в силу преобладания консерва- тивной психологии, разобщенности, отсутствия классо- вого сознания, сохраняющегося влияния элементов тра- диционализма, религии, остатков родо-племенной струк- туры крестьяне не могли организованно выступить за улучшение своего положения. В развитии промышленного производства основная ставка по-прежнему делалась на иностранную помощь, большая часть которой направлялась на расширение экономической инфраструктуры, что в первую очередь облегчало предпринимательскую деятельность частного капитала. Часть внешних займов и кредитов из-за отсут- ствия строгого учета и путаницы в системе их распреде- ления оседала в руках представителей правящей вер- хушки, зараженной коррупцией еще с монархических времен. В то же время внешний долг Афганистана воз- растал из года в год и в 1977 г. достиг 1 млрд. долл. Соответственно росла сумма платежей в счет погашения внешней задолженности, составляя значительную часть расходов государственного бюджета. Существовавшая в Афганистане традиционная систе- ма государственного управления с характерными для нее бюрократизмом, взяточничеством, казнокрадством, коррупцией создавала для господствующих классов бла- гоприятные возможности заниматься открытым грабежом страны. Значительную часть своих доходов крупная бур- 327
жуазия и помещики стремились вывезти за границу, используя различные каналы семейных, личных и слу- жебных связей с власть имущими. Не отставала в этом от них и правящая верхушка. Находившаяся в эмигра- ции королевская семья, имея весьма значительные вкла- ды (сотни миллионов долларов) на счетах в западно- европейских и американских банках, получала ежемесяч- ную пенсию и доходы от принадлежавших ей имущества и собственности, в том числе земельной, не тронутой режимом М. Дауда. К концу 1977 — началу 1978 г. внутриполитическая обстановка серьезно обострилась в связи с тем, что ре- жим М. Дауда перешел к прямым репрессиям против левых сил. В декабре 1977 г. были проведены аресты членов и сторонников НДПА. Правящая верхушка во главе с М. Даудом сконцентрировала вокруг себя пра- вые силы в стремлении воспрепятствовать нарастающему недовольству диктаторской формой правления. Ряд влия- тельных лиц из непосредственного окружения М. Дауда поддерживал тесные контакты с организацией «Братья- мусульмане» и другими реакционными группировками. Из состава правительства были выведены последние остававшиеся там патриотические деятели. Был снят со своего поста и направлен послом в Японию первый заме- ститель президента Мухаммад Хасан Шарк, демократ и патриот, пользовавшийся уважением широких кругов прогрессивной общественности. Растущее недовольство режимом проявлялось в раз- личных формах. В стране происходили стихийные вы- ступления населения, мятежи пуштунских племен. Мно- гие из таких выступлений приводили к столкновениям с армией. Обстановку накаляли многочисленные поджоги общественных зданий и частных домов, грабежи на до- рогах, акты террора. 16 ноября 1977 г. в центре Кабула был убит один из наиболее деятельных членов кабинета, министр планирования Али Ахмад Хоррам. Нити убий- ства вели к «Братьям-мусульманам». Обстановка выхо- дила из-под контроля властей. Не в силах справиться с нарастающим народным не- довольством, неспособная устранить причины острейших социальных противоречий, правящая верхушка все чаше прибегала к насилию. Политика М. Дауда вела к ликви- дации завоеваний начального периода республики, уду- щению остатков демократии, уничтожению левых сил. 3?8
Кульминацией политического кризиса явилось убий- ство 17 апреля 1978 г. одного из руководителей НДПА, Мир Акбар Хайбара, пользовавшегося большой попу- лярностью среди рабочих, организатора первых касс взаимопомощи на столичных промышленных предприя- тиях— прообразов будущих профсоюзов. Это политиче- ское убийство вызвало взрыв негодования самых широ- ких слоев населения столицы. Похороны М. А. Хайбара, состоявшиеся 19 апреля 1978 г., вылились в политиче- скую манифестацию. За его гробом шли тысячи чело- век— рабочие, крестьяне окрестных деревень, студенты, ремесленники, чиновники, многочисленные представите- ли прогрессивной интеллигенции. Во главе манифестан- тов шли руководители НДПА. Участники манифестации несли красные знамена, плакаты с лозунгами «Долой произвол!», «Да здравствует демократия!». Похоронная процессия проследовала по центральным улицам города. У президентского дворца и посольства США был устроен митинг, на котором выступили представители прогрес- сивной общественности с острой критикой политики ре- жима и протестом против политического террора. Широ- кое участие народа в похоронах М. А. Хайбара наглядно свидетельствовало о росте авторитета и влияния НДПА среди народных масс. Осознав широкую популярность НДПА, по существу ставшей ядром организованной оппозиции режиму, М. Дауд и его окружение решили физически расправить- ся с руководством и активистами партии. 25 апреля были арестованы десятки активистов НДПА, в том числе не- сколько членов ее ЦК: Н. М. Тараки, Б. Кармаль, Н.А. Нур, Анахита Ратебзад, Г. Д. Панджшири и др. Это событие послужило сигналом к началу революционного выступления против диктатуры М. Дауда. Вооруженное революционное восстание 27 апреля 1978 г. свергло ре- жим М. Дауда (7 саура 1357 г. по афганскому кален- дарю). Национально-демократическая апрельская революция и образование Демократической Республики Афганистан Накануне апрельской революции 1978 г. Афганистан был одной из самых бедных и слаборазвитых стран мира: в 1977 г. национальный доход на душу населения состав- 329
лял всего 162 долл.; в стране не было ни железных до- рог, ни современной тяжелой промышленности. Почти 86% населения проживало в деревне. Большая часть валового национального продукта производилась в тра- диционных — натуральном и мелкотоварном — секторах народного хозяйства. Современные отрасли обрабаты- вающей промышленности давали всего 3,3% ВНП. В сельском хозяйстве было занято около 70% трудоспо- собного населения, однако вследствие крайне низкого уровня развития производительных сил, наличия пере- житков докапиталистических производственных отноше- ний свыше половины пригодных для посевов земель еже- годно оставались необработанными. Афганистан ввозил 85% необходимого ему сахара. За счет импорта покры- валась также значительная часть потребностей страны в продовольственном зерне и жирах. Значительная часть крестьян-собственников была обременена тяжелой рос- товщической задолженностью, выплачивая заимодавцам до 45% годовых. Около !/з крестьянских хозяйств не име- ло земли. Почти 2,5 млн. жителей Афганистана вело, по официальным данным, кочевой и полукочевой образ жизни 131. Хотя 88% населения Афганистана не умело ни читать, ни писать, только 28,8% детей школьного возраста обу- чалось в школе. Из 4200 имевшихся в стране школ почти 70% занимали непригодные для занятий помещения. На 16 млн. жителей имелась всего 71 больница с 3600 кой- ками, причем 84% (из 1027 проживавших в стране) вра- чей работало в Кабуле 132. Отсталость дореволюционного Афганистана проявля- лась также в неравномерности развития различных ре- гионов страны. Такие районы, например, как Бадахшан, Хазараджат, Кунар, полоса пуштунских племен на юго- востоке и юге Афганистана, резко отставали в своем экономическом, социальном и культурном развитии от Кабульской, Гератской и некоторых других провинций 133. Свидетельством отсталости являлись наличие многочис- ленных групп сельского и городского населения, тесно связанных с докапиталистическими укладами хозяйства и сохранивших многие черты традиционной социальной организации; малочисленность и слабость современного промышленного пролетариата, насчитывавшего едва 50 тыс. человек; устойчивость пережитков и традиций общинной и патриархальной (родо-племенной) органи- 330
зации, особенно среди пуштунов, а также белуджей и брагуев, населяющих южные районы Афганистана, и обусловленное этой устойчивостью сохранение так назы- ваемыми традиционными лидерами (ханами, маликами и сардарами племен, мусульманскими богословами) зна- чительного влияния среди местного населения. Неравномерность социально-экономического и куль- турного развития различных регионов страны осложня- лась национальной (этнической) неоднородностью насе- ления и исторически сложившейся напряженностью в отношениях между верхушкой пуштунов (афганцев) и национально-этническими меньшинствами, особенно на севере и в центральной части страны. При этом в ряде районов (например, в Хазараджате и Бадахшане) на- циональную напряженность обостряли сектантские раз- личия между суннитами (пуштунами) и шиитами, а так- же исмаилитами, составлявшими значительную часть населения Хазараджата и Бадахшана. Уделом подавляющей части населения Афганистана были тяжелый труд, болезни, голод, нищета и неграмот- ность. За десятилетие, предшествовавшее апрельской революции, снизился жизненный уровень народа, вырос- ла безработица, особенно среди получившей образование молодежи. Лишенные элементарных человеческих прав, крестьяне, рабочие, интеллигенция, ремесленники, мел- кие и мельчайшие торговцы были вместе с тем лишены возможности вести какую бы то ни было легальную организованную политическую борьбу за свои права, поскольку в стране была законодательно запрещена дея- тельность политических партий, отсутствовали профес- сиональные и другие организации трудящихся. Революция, совершенная 27 апреля 1978 г. под руко- водством Народно-демократической партии Афганиста- на, была закономерным и неизбежным следствием неук- лонного нарастания антагонистических противоречий ме- жду подавляющим большинством населения страны и кучкой эксплуататоров, которые сотни лет присваивали плоды их труда. Апрельская революция 1978 г., будучи по своему характеру, задачам и широте вовлечения на- родных масс в осуществление социально-экономических и политических преобразований национально-демокра- тической, ставила своей целью проведение в стране по- следовательных социальных, экономических и культур- ных преобразований для создания нового, справедливого 331
демократического общества. Достижение этой цели, провозглашенной еще в апреле 1966 г. в программных документах НДПА, отвечало насущным жизненным ин- тересам абсолютного большинства населения Афгани- стана, включая национальную буржуазию, большую часть чиновничества, мусульманских богословов, солдат, унтер-офицеров и офицеров вооруженных сил. Даже командный состав дивизий Центрального корпуса, рас- квартированных близ Кабула, не поддержал правитель- ства М. Дауда, а призыв военного министра генерала Г. X. Расули прийти на помощь остался без ответа. Ни в полиции, ни в армии, ни среди гражданского населе- ния страны не нашлось никого, кто выступил бы в за- щиту или за сохранение полностью скомпрометирован- ного, изжившего себя авторитарного режима М. Дауда. Именно поэтому революционное выступление всего не- скольких батальонов увенчалось столь быстрым успехом и было поддержано широкими массами населения. Сразу же после свержения режима М. Дауда было провозглашено создание Демократической Республики Афганистан, сформирован Революционный совет и пра- вительство ДРА, которое возглавили Генеральный секре- тарь ЦК НДПА Н. М. Тараки, занявший посты пред- седателя Революционного совета и премьер-министра ДРА, и Бабрак Кармаль, член Политбюро, секретарь ЦК НДПА, занявший посты заместителя председателя Революционного совета и заместителя премьер-министра. Были назначены новые губернаторы и командующие вой- сками провинций. Осуществлявший непосредственное оперативное руководство революционным выступлением Революционный совет вооруженных сил Афганистана, во главе которого стоял командующий и начальник штаба ВВС и ПВО полковник Абдул Кадыр, решением, при- нятым в 9 часов вечера 29 апреля 1978 г., передал все полномочия Революционному совету ДРА. Полковник Абдул Кадыр занял пост министра национальной обо- роны. Демократическая Республика Афганистан и ее рево- люционное правительство быстро получили широкое ме- ждународное признание. Первыми о его признании за- явили Советский Союз, Болгария, Индия, Монголия, Чехословакия, Куба и Польша. 5 мая 1978 г. ДРА при- знали Пакистан, Турция, Народная Демократическая Республика Йемен, Вьетнам, Югославия и Иран. 6 мая 332
1978 г. о признании ДРА заявили ГДР, США, Велико- британия, ФРГ, Италия, а также Южная Корея. В после- дующие дни о признании ДРА заявили: КНР, Румыния, Саудовская Аравия, Сирия, Бангладеш, Япония, Кана- да, Австралия, Непал, Ирак, Египет, КНДР, Эфиопия, Греция, Ливан, Ливия, Швеция, Дания, Бельгия, Норве- гия, Нидерланды, Швейцария, Кувейт, Иордания и дру- гие государства. 9 мая 1978 г. были оглашены «Основные направле- ния революционных задач правительства ДРА», в со- ответствии с которыми оно приступило к проведению важных прогрессивных преобразований. Декретом Рево- люционного совета было облегчено бремя тяжелой рос- товщической задолженности, лежащее на миллионах не- имущих крестьян. Разработан проект демократической земельной реформы. Снижены цены на некоторые то- вары первой необходимости, и приняты меры по улучше- нию снабжения ими населения. Началось строительство новых школ, жилых домов, мечетей. Было конфисковано все движимое и недвижимое имущество, принадлежав- шее членам семьи бывших королей Надир-шаха, Захир- шаха и президента М. Дауда. Несколько тысяч без- работных выпускников школ и колледжей получили работу. Важно отметить, что проведение всех этих пре- образований происходило не только при активной под- держке, но и при непосредственном участии трудящихся, всех патриотов Афганистана, при соблюдении нацио- нальных и религиозных обычаев и традиций народов и племен. Однако уже вскоре после революции начались, как отмечал ЦК НДПА в «Тезисах ко второй годовщине апрельской революции», «ошибки и отклонения от основ- ных принципов партии» 134. Они были вызваны различ- ными причинами. О некоторых из них уже говорилось выше. Это чрезвычайная бедность и отсталость Афгани- стана; отсутствие опытного, закаленного в классовых битвах, достаточно многочисленного рабочего класса; острая нехватка необходимого числа квалифициро- ванных специалистов и руководителей на всех уров- нях. В НДПА не были достаточно развиты, как указывал в апреле 1980 г. ЦК НДПА, насущно необходимые пар- тии в новых, послереволюционных условиях «традиции демократического централизма и коллективного руко- 333
Водства; в результате важные решения нередко прини- мались без необходимой тщательной предварительной подготовки» 135. Вынужденная до революции долгие годы действовать в условиях подполья, подвергаясь суро- вым репрессиям и гонениям со стороны реакции, пар- тия не обладала необходимым опытом руководства го- сударственными делами, развитием экономики и куль- туры. Огромный вред нанесли революции отсутствие един- ства, борьба за власть в руководстве НДПА и прави- тельстве Афганистана, которые были до крайности усу- гублены преступными действиями Хафизуллы Амина, сумевшего интригами и обманом пробраться к власти. Разжигая фракционную борьбу, X. Амин сумел летом и осенью 1978 г. отстранить от руководства значительную группу преданных революции партийных деятелей (в том числе Б. Кармаля, А. Кадыра, С. А. Кештманда, М. Рафи, Н. А. Нура, А. Ратебзад). В марте 1979 г. он добился передачи ему поста премьер-министра. В сентябре того же года X. Амин, насильственно устранив, а затем и убив Н. М. Тараки, захватил посты Генерального секретаря ЦК НДПА и председателя Революционного совета. Ре- зультатом стал срыв достигнутого в 1977 г. соглашения о единстве НДПА и неоправданные репрессии против ли- деров и рядовых членов партии, не принадлежавших к группе «Хальк». X. Амином практиковались недопусти- мые насильственные методы при проведении важнейших преобразований (таких, например, как аграрная реформа или ликвидация неграмотности взрослого населения), которые искажали их прогрессивное содержание, игнори- ровались традиции и религиозные убеждения народа, до- пускались грубейшие нарушения революционной закон- ности, аресты и казни без суда и следствия невинных лю- дей, включая преданных делу революции честных чле- нов и руководителей НДПА. Негативное влияние на обстановку в Афганистане оказывал отказ от провозглашенного еще в 1966 г. и широко пропагандируемого до апреля 1978 г. положения программы НДПА, гласившего, что национально-демо- кратическая власть в стране будет опираться на объ- единенный национальный фронт, «на все прогрессивные демократические и национальные силы общества, а имен- но: рабочих, крестьян, прогрессивную интеллигенцию, 334
ремесленников, мелких и средних собственников города и деревни в союзе с национальной буржуазией». Не было сделано даже попытки создать такой фронт. На ситуации в районах, населенных национальными (этническими) меньшинствами, а также на морально- политическом единстве вооруженных сил отрицательно сказывался фактический отказ от положений программы НДПА, предусматривавших решение национального во- проса. Поспешность, отсутствие гибкости, перескакивание через этапы проявлялись при проведении важнейших реформ. Если в социалистических странах Восточной Европы при проведении аграрных преобразований во многих случаях владельцы отчуждаемых земель получа- ли выкуп, а в советской Средней Азии в 1918 г. были конфискованы лишь земли царской фамилии, чиновников колониальной администрации и отдельных помещиков, то в ДРА при проведении аграрной реформы не было предусмотрено компенсаций за изъятые земли даже для военнослужащих, что сделало многих из них восприим- чивыми к антиправительственной пропаганде или даже толкнуло в лагерь контрреволюции. Была проявлена недооценка исключительно важной роли, которую в морально-политической ориентации значительной части населения, включая военнослужа- щих, играет сословие улемов — мусульманских богосло- вов. Вместе с тем в полосе племен многие улемы, тесно связанные с пуштунским крестьянством, ремесленника- ми и торговцами, которые разделяли их социальные и политические идеалы, в прошлом часто становились организаторами и вдохновителями антианглийских, анти- монархических, а также антидаудовских выступлений, благодаря чему приобрели большой авторитет. Переживаемые страной трудности, многократно усу- губленные преступными действиями X. Амина и поддер- живавшей его группы беспринципных искателей высоких постов, были умело использованы реакционными эле- ментами, как находившимися внутри страны, так и эми- грировавшими за ее пределы. Следует отметить, что значительная часть реакционных и правых деятелей, активно выступивших против апрельской революции (среди других — Бурхануддин Раббани, Гульбеддин Хек- матьяр, Себгатулла Моджаддади), эмигрировала из Аф- ганистана еще в годы правления короля Мухаммад 335
Захир-шаха или президента М. Дауда, с которыми они вели острую борьбу, обвиняя сначала короля, а потом и президента в подрыве устоев и нарушении принципов ислама. Опираясь на поддержку консервативных и пра- вых кругов некоторых мусульманских государств, пре- жде всего Пакистана, а также Ирана, Саудовской Ара- вии и Египта, опасавшихся, что революционные события в Афганистане окажут опасное воздействие на обста- новку в их собственных странах, реакционные элементы развернули активную борьбу против апрельской рево- люции и провозглашенных ею целей. Велась широкая кампания дезинформации населения, жертвами которой стали многие политически не искушенные, неграмотные, забитые люди, особенно в удаленных от культурных и экономических центров страны районах. Реализации замыслов реакционеров объективно спо- собствовали осуществлявшиеся администрацией X. Ами- на неоправданные репрессии против мирных жителей, особенно в пограничных районах. Через границы Афга- нистана устремились многие тысячи беженцев. Началось формирование вооруженных контрреволюционных отря- дов, в создании и подготовке которых активную матери- альную, финансовую и иную помощь лидерам афганской контрреволюции оказывали различные правительствен- ные и неправительственные организации ряда западных стран, консервативных мусульманских государств, а так- же Китая. Деятельность этих отрядов против ДРА не только не пресекалась, но зачастую поощрялась вла- стями тех стран, на территории которых они создавались и откуда производили вооруженные вторжения в Афга- нистан. Так, например, г. Кветта (административный Центр пакистанской провинции Белуджистан) уже в 1979 г. превратился в базу снабжения продовольствием, оружием и боеприпасами контрреволюционных форми- рований, действовавших в Хазараджате (центральная часть Афганистана). Другой центр по руководству воен- ными операциями против ДРА размещался в местечке Мирам-Шах в Пакистане. К концу 1979 г. вооруженные контрреволюционные Отряды действовали в 18 из 26 провинций Афганистана. Их диверсионно-террористические акции наносили зна- чительный ущерб экономике страны, срывали проведе- ние начатых вскоре после революции прогрессивных пре- образований, обрекали на страдания и смерть массы 336
жаждавших мирной жизни людей. За 1979 г. посевные площади Афганистана (по данным министерства сель- ского хозяйства и аграрной реформы) сократились по- чти на 9%, производство зерновых упало на 10%, а тех- нических культур — на 25—30% 136. Национальный доход в расчете на душу населения снизился за год почти на 14% и составил всего 139 долл. Анализируя ситуацию, складывавшуюся в Афгани- стане и на его южных границах в результате деятель- ности вооруженных контрреволюционных отрядов, про- никавших в страну из-за рубежа, многие наблюдатели и исследователи приходили к выводу, что она представ- ляет растущую опасность не только для судеб апрель- ской революции, но и для единства Афганистана. Так, например, доктор Хафиз Малик, профессор универси- тета Виллановы, писал в конце 1979 г.: «Деятельность повстанцев может привести к фактическому разделу Афганистана» 137. Об опасности, нависшей над апрельской революцией и Демократической Республикой Афганистан, отчетливое представление имели не только иностранные полито- логи, но и афганское правительство. Поэтому оно, исхо- дя из положений заключенного 5 декабря 1978 г. До- говора о дружбе, добрососедстве и сотрудничестве между СССР и ДРА, а также ст. 51 Устава ООН, на протяже- нии 1979 г. неоднократно обращалось к СССР с прось- бой о вводе в ДРА частей Советской Армии. В ответ на эти неоднократные обращения в Афганистан был вве- ден ограниченный контингент советских войск. Складывавшаяся в Афганистане на протяжении кон- ца 1978 и всего 1979 г., обстановка вызывала растущую тревогу и возмущение многих руководителей и рядовых членов НДПА, а также беспартийных патриотов из всех слоев афганского общества. Ширилось недовольство дея- тельностью Хафизуллы Амина, осуществляемыми по ^го указанию массовыми необоснованными репрессиями. Среди патриотических сил страны росло убеждение, что только ликвидация режима X. Амина, исправление допущенных им ошибок и преступлений могут открыть путь к реализации идеалов апрельской революции, оздо- ровлению обстановки в НДПА и в стране. Потеряв- ший поддержку в НДПА, армии и народе, X. Амин ока- зался к концу 1979 г. в полной изоляции. 27 декабря 1979 г. патриотическое, здоровое большинство НДПА, Ре- 12 Зак. № 819 337
волюционного совета и вооруженных сил ДРА свергло режим X. Амина 138. 28 декабря 1979 г., на следующий день после свер- жения антинародного режима Хафизуллы Амина, был сформирован новый состав Революционного совета ДРА и новое правительство республики. Посты предсе- дателя Революционного совета и премьер-министра за- нял Генеральный секретарь ЦК НДПА Бабрак Кармаль. Среди министров нового правительства были как члены НДПА, так и беспартийные (например, видный бизне- смен Мухаммад-хан Джалалар). Многие министры были освобождены накануне из тюрем (среди них Султан Али Кештманд, занявший пост министра планирования, и подполковник Мухаммад Рафи, ставший министром обо- роны) или вышли из подполья, где они вынуждены были скрываться. События 27—28 декабря 1979 г. ознаменовали начало нового этапа апрельской революции, благодаря которо- му народный, прогрессивный характер этой националь- но-демократической революции, как указывал ЦК НДПА, не только упрочился, но и получил новые, более благоприятные условия для своего развития и расши- рения. Возникли необходимые предпосылки для восста- новления организационного, политического и идеологи- ческого единства НДПА, подорванного раскольнически- ми действиями X. Амина, для восстановления в партии атмосферы революционной принципиальности, искрен- ности и доверия. Появились условия для разработки и претворения в жизнь мер, необходимых для обеспечения демократических свобод народов Афганистана, действи- тельного, подлинного уважения их традиций и религи- озных верований, повышения их благосостояния и куль- туры. Тем самым с новым этапом апрельской револю- ции были созданы возможности для реализации важ- ных положений программы НДПА, предусматривав- ших объединение всех патриотических, прогрессивных и демократических сил страны в единый широкий Отече- ственный фронт. Уже в первые недели после начала нового этапа апрельской революции ЦК НДПА, Революционным со- ветом и правительством ДРА были разработаны основ- ные цели и задачи в области экономической, социальной, культурной и внешней политики. Их осуществление должно было обеспечить защиту завоеваний апрельской 338
революции, государственного суверенитета и территори- альной целостности ДРА 139. В политической и социальной области эти цели и за- дачи предусматривали: укрепление единства всех — больших и малых — на- родов и племен Афганистана; полное устранение всякой дискриминации граждан Афганистана, связанной с их национальностью, языком, расой, племенем, сектой, про- исхождением, образованием, полом, оседлостью, имуще- ственным положением; постепенное преодоление существующих различий в уровнях экономического, социального и культурного развития отдельных регионов страны; обеспечение мусульманам Афганистана всех необхо- димых условий, полной свободы и надежной защиты в совершении религиозных обрядов, предписываемых исламом; оказание помощи улемам (мусульманским бо- гословам) в выполнении их долга и обязанностей; развитие и укрепление демократии на принципах кол- лективного руководства и демократического централиз- ма; неуклонное расширение участия трудящихся и их общественных организаций, объединенных в единый ши- рокий Отечественный фронт, руководимый НДПА, в уп- равлении государством и обществом; полное искоренение таких пережитков прошлого, как деспотизм, коррупция, беззаконие, произвол, бюрокра- тизм, казнокрадство, шовинизм, местный национализм; постоянное совершенствование органов, отвечающих за государственную безопасность и порядок, чтобы обес- печить возможности мирной жизни и труда для народов страны; всемерное укрепление вооруженных сил ДРА. В экономической области были выдвинуты следую- щие цели и задачи: развитие экономики Афганистана для повышения уровня жизни и благосостояния народа, каждой семьи, каждого трудящегося; помощь различным формам коллективного труда, их организации и постепенному внедрению во все основные сферы экономики страны; улучшение условий жизни и труда рабочего класса и других трудящихся; помощь трудоустройству безработ- ных, особенно из среды молодежи; 339
всесторонняя помощь национальному частному секто- ру в легкой промышленности, ремесле, торговле, транс- порте, сельском хозяйстве и животноводстве, оказание ему защиты от губительной конкуренции иностранного капитала. В области культуры главными целями и задачами были: всемерное повышение образовательного, культурно- го и профессионально-технического уровня народных масс; сохранение и развитие всего лучшего и ценного в бо- гатом культурном наследии народов Афганистана; создание благоприятных условий для творческого тру- да всех отрядов афганской интеллигенции. В сфере внешней политики цели и задачи ДР^А на новом этапе апрельской революции предусматривали последовательную приверженность принципам мирног) сосуществования, неприсоединения, позитивного нейтра- литета и интернациональной солидарности и сотрудниче- ства с Советским Союзом, другими социалистическими странами и революционными силами нашего времени. ДРА подтвердила свою заинтересованность в развитии всех форм двустороннего, регионального и международ- ного сотрудничества, свою готовность урегулировать на основе общепризнанных принципов и норм мирного со- существования отношения с государствами-соседями, свою решимость следовать целям и принципам Устава ООН в ее деятельности, направленной на укрепление все- общего и прочного мира, прекращение гонки вооружений и опасной для всего человечества эскалации междуна- родной напряженности ио. Вместе с тем ЦК НДПА, Революционный совет и пра- вительство ДРА подтвердили необратимый характер происходящих в стране революционных перемен и свою решимость обеспечивать развитие Афганистана от отста- лости к прогрессу. Выдвинутые ЦК НДПА, Революционным советом и правительством ДРА цели и задачи были разработаны на основе анализа социальной, экономической и поли- тической обстановки в стране, находившейся на началь- ном этапе национально-демократической революции. Эти цели и задачи были направлены на ликвидацию тяжелых последствий ошибок, промахов и преступлений, совер- шенных X. Амином, на постепенное преодоление тяже- 340
лого наследия дореволюционного прошлого и повышение жизненного уровня, образования и культуры народных масс Афганистана. Афганское руководство выдвинуло задачу налаживания, на этой основе, прочного полити- ческого союза (в рамках единого широкого Отечествен- ного фронта) рабочего класса с афганским крестьян- ством, ремесленниками, интеллигенцией, другими отря- дами трудящихся, а также со всеми патриотическими силами страны, стоящими на платформе социального прогресса и антиимпериализма. Эти цели и задачи дол- жны были также обеспечить организацию отпора вну- тренней и международной контрреволюции и реакции, правым и левым экстремистам и авантюристам, создание в стране мирной обстановки, насущно необходимой для проведения широких общедемократических преобразо- ваний при активном участии и под контролем организа- ций трудящихся и на этой основе для претворения в жизнь целей и идеалов апрельской революции. Несмотря на значительные трудности, переживаемые страной, после начала нового этапа апрельской револю- ции была проделана большая работа по претворению в жизнь целей и задач, провозглашенных ЦК НДПА и Революционным советом ДРА. Важную роль в этом сыграло устранение последствий преступных нарушений революционной законности, допускавшихся X. Амином. Уже в первые дни пребывания у власти правительства Бабрака Кармаля из тюрем было освобождено свыше 15 тыс. узников, включая многих видных представите- лей афганской интеллигенции, ученых и литераторов (среди них Моджавар Ахмад Зейяр, Али Мухаммад Захма и др.). 1 января 1980 г. в ознаменование 15-летия НДПА была объявлена всеобщая амнистия. Были лик- видированы созданные X. Амином репрессивные органи- зации, в том числе организация рабочей контрразведки (КАМ), во главе которой стоял племянник X. Амина — Асадулла Амин 141. Таким образом, были созданы необходимые условия для активизации деятельности афганских трудящихся и их организаций, неуклонного возрастания роли этих организаций в социальной и политической жизни обще- ства. Уже к лету 1980 г. на всех государственных, а также крупных смешанных и частных предприятиях (как в Ка- буле, так и в провинциях) были созданы профсоюзы, 341
действующие под руководством НДПА. К началу 1981 г. число профсоюзных организаций достигло 400, а чис- ленность их членов превысила 150 тыс. В мае 1980 г. в Кабуле был проведен первый съезд учителей Афганистана. Важное место в его работе за- няло обсуждение мер, направленных на борьбу с негра- мотностью. Было отмечено, что в стране действует более 30 тыс. курсов по ликвидации неграмотности. Весной 1981 г. число слушателей этих курсов — рабочих, кре- стьян и ремесленников — превысило 520 тыс. В июне 1980 г. состоялся съезд медицинских работ- ников, принявший решения, направленные на реализа- цию неотложных задач развития в стране системы обще- ственного здравоохранения. В июле 1980 г. был проведен первый в истории Афга- нистана пленум Центрального совета профсоюзов ДРА, который в своих решениях призвал всех афганских тру- дящихся к защите родины от посягательств врагов ап- рельской революции, к постоянному повышению произ- водительности труда, к укреплению единства всех отря- дов афганских трудящихся, к упрочению солидарности с Советским Союзом и всеми прогрессивными силами мира. В марте 1981 г. был проведен первый съезд проф- союзов Афганистана, в котором участвовало свыше 500 делегатов из различных провинций ДРА и гости из 20 стран мира. В июле 1980 г. состоялся также всеафганский форум Демократической организации молодежи Афганистана, содействовавший укреплению единства и расширению массовой базы этой организации, прежде всего среди рабочих и крестьян. В середине сентября 1980 г. в Кабуле состоялся учре- дительный съезд Союза журналистов Афганистана, в ко- тором приняло участие около 450 представителей всех журналистских коллективов страны — газет, журналов, радио, телевидения, издательств, информационного агент- ства «Бахтар». В октябре 1980 г. был создан Союз ра- ботников искусств, объединивший художников, артистов, музыкантов, работников кино и архитекторов. В работе учредительного съезда этого союза участвовало около 1 тыс. человек. Тогда же свыше 500 афганских литера- торов, представлявших все народы страны, провели учре- дительный съезд Союза писателей ДРА142. Создание 342
этих творческих союзов, как отмечали их участники, со- действовало объединению, консолидации афганской об- щественности в поддержку апрельской революции. В конце ноября 1980 г. состоялась первая общена- циональная конференция женщин Афганистана, в кото- рой приняли участие представители международных и национальных женских организаций 20 стран мира. Кон- ференция обсудила вопрос о повышении роли афганских женщин в защите завоеваний революции и приняла об- ращение ко всем женщинам ДРА. Особое внимание НДПА, Революционный совет и пра- вительство ДРА, а также патриотические общественные организации уделяли (и это естественно для страны, большинство населения которой составляют крестьяне, а основу экономики — сельское хозяйство и переработка его продукции) подъему всех отраслей сельскохозяй- ственного производства и решению продовольственной проблемы. При содействии СССР и при помощи совет- ских специалистов принимались меры по механизации производства хлопка, пшеницы, сахарной свеклы. Созда- вались пункты проката сельскохозяйственной техники. Государство оказывало помощь организации и деятель- ности в афганской деревне сельскохозяйственных коопе- ративов различных типов: снабженческо-сбытовых, про- изводственных и др. Создан и начал действовать первый в ДРА Институт кооперативов. Из крупных городов страны на помощь трудовому крестьянству направлены бригады, сформированные Демократической организа- цией молодежи Афганистана. Принимались меры по освоению пригодных для обработки земель, повышению урожайности сельскохозяйственных культур. Государ- ство по льготным ценам (а беднякам в кредит) распре- деляло среди крестьян сортовые семена, химические удо- брения, оказывало помощь в приобретении сельскохо- зяйственной техники. Из среды крестьян формировались отряды самообороны, решение о создании которых было принято на первой сельскохозяйственной конференции, состоявшейся в Кабуле 26—27 февраля 1980 г.143 В декабре 1980 г. был проведен первый в истории страны съезд сельских кооператоров, в работе которого приняло участие более 650 делегатов. Съезд обсудил за- дачи дальнейшего развития кооперативного движения, преодоления экономической и культурной отсталости афганской деревни, улучшения условий труда и жизни 343
крестьян и ремесленников, повышения сельскохозяй- ственного производства. Благоприятное влияние на нормализацию обстановки в стране оказало решение Революционного совета ДРА о создании при Совете министров республики Главного управления по вопросам ислама. Это решение было одоб- рено на проведенной в конце июня — начале июля 1980 г. первой в истории Афганистана конференции улемов, в которой приняло участие более 800 человек. Участники конференции высказались в поддержку созидательных процессов, проходящих в ДРА на новом этапе апрель- ской революции, осудили кампанию дезинформации о по- ложении ислама в ДРА, проводимую средствами мас- совой информации ряда стран. На конференции с речью выступил Бабрак Кармаль, отметивший, что создание в Афганистане нового мусульманского общества прово- дится на основе глубокого уважения к исламу и прису- щим ему принципам справедливости и равенства. Важные положительные сдвиги, происшедшие в стра- не, получили законодательное оформление в «Основных принципах Демократической Республики Афганистану утвержденных высшим органом государственной власти ДРА — ее Революционным советом 20—21 апреля 1980 г. «Основные принципы ДРА» состоят из 68 статей, разде- ленных на 10 глав. В первой главе указывается, что Демократическая Республика Афганистан «есть суверен- ное и демократическое государство всего трудового му- сульманского народа Афганистана»; что государство призвано служить благу и счастью народа; что власть трудящихся в ДРА опирается на широкий Национальный отечественный фронт. Статья 4 «Основных принципов ДРА» определяет НДПА — авангард рабочего класса и всех трудящихся Афганистана — как «руководящую п направляющую силу общества и государства». В ста- тье 28 «Основных принципов ДРА» указывается, чю равноправие граждан республики «обеспечивается во всех сферах экономической, политической и культурной жизни». В «Основных принципах ДРА» отмечается, что в стране «обеспечивается уважение и защита священной религии ислама; всем мусульманам гарантируется и обеспечивается полная свобода в отправлении религи- озных обрядов ислама» (статья 5). В статьях 17, 18, 19, 21 и 22 указывается, что государство «охраняет и защи- 344
щает все формы законной собственности», что оно «охра- няет и защищает частную собственность»; государство поощряет и поддерживает частную инициативу, признает и гарантирует собственность крестьян и других земле- владельцев на землю в соответствии с положениями за- кона; государство поддерживает и поощряет участие национальных предпринимателей в развитии промыш- ленности, сферы обслуживания, транспорта и сельского хозяйства и «гарантирует в соответствии с законом не- прикосновенность частных капиталовложений, направ- ленных на развитие национальной экономики». Отме- чается, что собственность не может быть изъята у ее владельца, «за исключением случаев, предусмотренных законом, с выплатой справедливого возмещения» ,44. Последовательная созидательная деятельность НДПА, Революционного совета, правительства ДРА, массовых патриотических организаций, работающих под их руководством по воплощению в жизнь идеалов и це- лей апрельской революции, оказала несомненное поло- жительное влияние на стабилизацию внутриполитиче- ской обстановки в Афганистане, на сплочение трудящих- ся, всех патриотических сил (включая влиятельные слои национальной буржуазии, мусульманских богословов, старейшин многих племен) вокруг революционного ру- ководства, возглавляемого Бабраком Кармалем. Сузи- лась база контрреволюционных выступлений. Эти поло- жительные сдвиги сделали возможным вывод из Афга- нистана в Советский Союз некоторых воинских частей (из советского контингента, введенного в конце декабря 1979 г.), пребывание которых перестало быть необходи- мым. Решение об этом было принято по согласованию с афганским правительством, опубликовано 22 июня 1980 г. и реализовано в конце того же месяца. Несомненные положительные сдвиги произошли после революции в культурном развитии Афганистана, особен- но в такой важной сфере, как народное образование и просвещение масс. К началу 1981 г. в стране действовало уже 5300 школ всех типов (до революции их было всего 4185). Значительно возросла численность учащихся, особенно из среды трудящихся — крестьян, рабочих и ремесленников. При средних школах и лицеях крупных городов созданы специальные вечерние курсы, где по- вышают свой образовательный уровень молодые рабочие и служащие государственных учреждений. Расширена 345
сеть вечерних профессиональных учебных заведений. Со- здано несколько десятков бесплатных народных биб- лиотек, читателями которых стали рабочие, учащиеся, военнослужащие, ремесленники. Открыт еще один уни- верситет (в г. Джелалабаде), создана Академия наук. Большую помощь в подготовке столь необходимых Аф- ганистану кадров оказывают Советский Союз и другие страны социалистического содружества. За первые три послереволюционных года в 3 раза вы- рос тираж издающихся в стране газет и журналов. При этом коренным образом изменились социально-полити- ческая и культурная функции периодических изданий, служащих ныне делу просвещения трудящихся масс, их мобилизации на защиту завоеваний апрельской револю- ции и воплощению в жизнь ее целей и идеалов. Впервые в стране появились газеты на языках национальных меньшинств: «Собх» («Утро»)—на балучи, «Юлдуз» («Звезда»)—на узбекском и «Гораш» («Борьба»)—на туркменском. Расширились передачи на языках нацио- нальных меньшинств по каналам Кабульского радио, на- чало функционировать телевидение (до революции в Аф- ганистане его не было). Принимаются меры по развитию национальных лите- ратур как на пушту и дари, так и на языках других народов Афганистана. Проводятся фестивали народной песни. Созданы музыкальные и танцевальные ансамбли. При клубах промышленных предприятий, государствен- ных учреждений и воинских частей созданы драматиче- ские кружки —явление новое в культурной жизни страны. Положительные сдвиги, происшедшие в ДРА на но- вом этапе апрельской революции, неразрывно связаны с революционной созидательной деятельностью и руко- водящей ролью Народно-демократической партии Афга- нистана. НДПА сумела преодолеть многие трудности и временные неудачи, сплотить на защиту родины и рево- люции наиболее сознательные и передовые патриотиче- ские силы общества. Успешной деятельности партии на новом этапе революции содействовали усилия руковод- ства НДПА, направленные на восстановление в ее ря- дах необходимой для этого атмосферы доверия и рево- люционной принципиальности. Достижению целей, осу- ществлению задач нового этапа апрельской революции содействует также последовательная реализация приня- того в конце ноября 1980 г. постановления Политбюро 346
ЦК НДПА о дальнейшем укреплении в Афганистане революционной законности. Благодаря созидательной работе НДПА по сплоче- нию и мобилизации всех патриотических сил на защиту апрельской революции были созданы возможности для проведения в Кабуле в декабре 1980 г. конференции на- циональных патриотических сил, в которой участвовали представители НДПА, профсоюзов, сельскохозяйствен- ных кооперативов, Демократической организации моло- дежи, Демократической организации женщин, творческих союзов, деловых кругов страны, мусульманских богосло- вов, пуштунских племен. Конференция приняла решение о создании национального отечественного фронта и об- разовала высшую организационную комиссию, которой была поручена подготовка и проведение учредительного конгресса этого фронта. Учредительный конгресс состо- ялся в июне 1981 г. в Кабуле. В его работе участвовало 940 депутатов из всех провинций страны. Решением кон- гресса был создан Национальный отечественный фронт, объединивший все национально-демократические, па- триотические, прогрессивные силы Афганистана. Однако, как отмечал еще состоявшийся 23 июля 1980 г. третий пленум ЦК НДПА (посвященный задачам партии и государства по усилению борьбы с контррево- люцией, укреплению вооруженных сил, органов государ- ственной безопасности и охраны общественного поряд- ка), обстановка в стране продолжала «оставаться слож- ной и напряженной». По данным афганской прессы, во второй половине 1980 г. в провинциях Герат, Кунар, Балх, Тахар, Фарьяб, Бадахшан, Гор, Бамиан, Саман- ган, Джузджан, Баглан, Парван, Забул, Нангархар, Ка- бул, Кандагар, Газни, Нимруз, Пактия действовали во- оруженные контрреволюционные формирования, полу- чавшие широкую поддержку из-за рубежа. Их подрыв- ная деятельность носила характер необъявленной войны. Они разрушали ирригационные системы, уничтожали посевы, нападали на транспортные колонны, убивали мирных людей. Контрреволюционные отряды сожгли в Афганистане свыше тысячи школ; только в провинции Нангархар они 36 раз подрывали опоры электропередач. И хотя, как указывал пленум ЦК НДПА, был проведен ряд успешных операций по ликвидации диверсионно- террористических отрядов, контрреволюционные силы, «опираясь на прямую поддержку империалистических 347
держав и некоторых реакционных режимов региона» *, не отказались от посягательств на завоевания апрель- ской революции. В обстановке ожесточенной необъяв- ленной войны против апрельской революции и народ- ного строя в ДРА, которую вели силы международной и регионально?! реакции в союзе с пекинскими гегемони- стами, пленум ЦК НДПА обязал все партийные органи- зации добиваться укрепления единства партии, усилить борьбу за строжайшее соблюдение партийной, государ- ственной и военной дисциплины, неуклонно повышать боеспособность вооруженных сил республики и службы безопасности. Были намечены и осуществлены практи- ческие меры по ускоренному формированию отрядов за- щиты революции, по активизации борьбы с контррево- люцией для ее окончательного разгрома. Осуществлению этой важнейшей задачи — установлению мира и спокой- ствия в стране, защите свободы и независимости ДРА—• должен содействовать и утвержденный 9 января 1981 г. Президиумом Революционного совета ДРА Закон о все- общей воинской обязанности, предусматривавший призыв в вооруженные силы Афганистана лиц в возрасте от 20 до 40 лет. На новом этапе революции народы Афганистана, как и в прошлом, неизменно опирались на помощь и под- держку Советского Союза. Дальнейшее развитие полу- чило взаимовыгодное торгово-экономическое, техниче- ское, научное и культурное сотрудничество между двумя странами. Сотрудничество с СССР, а также с другими го- сударствами социалистического содружества позволило ДРА не только противостоять империалистическому дав- лению, открытому вмешательству во внутренние дела Афганистана, но и получить широкий доступ к новейшей технике и современным научным знаниям. Новый импульс развитию советско-афганских отно- * Летом 1980 г. члены иранского правительства на пресс-конфе- ренции открыто заявляли, что «Иран снабжал и будет снабжать оружием» афганские контрреволюционные организации (см., напри- мер, «Pakistan Times», 1.VI. 1980). В июле 1980 г. руководители этих организаций посетили столицы ряда европейских стран, где вели с высокопоставленными деятелями (в Лондоне, например, с госу- дарственным министром Дугласом Хардом) переговоры о поставках оружия. По сделанным ими заявлениям, они были удовлетворены результатами этих переговоров («Pakistan Times», 8.VII.1980). О по- ставках афганским мятежникам китайского оружия, в частности тяжелых, 12,7-мм пулеметов, сообщала западногерманская пресса («Frankfurter Allgemeine Zeitung», 12.11.1981). 348
шений дал официальный дружественный визит Бабрака Кармаля в Советский Союз в октябре 1980 г. В ходе бесед главы афганского государства с советскими руко- водителями были рассмотрены вопросы дальнейшего развития сотрудничества двух стран, актуальные проб- лемы международной обстановки и положения в регионе Среднего Востока. В совместном заявлении Советского Союза и ДРА говорилось о намерении поощрять даль- нейшее углубление дружественных афгано-советских связей, у истоков которых стоял В. И. Ленин. Обе сто- роны подчеркнули полное «единство взглядов по всем обсуждавшимся вопросам», высказались за достижение политического урегулирования ситуации вокруг ДРА, что оказало бы положительное влияние не только на обстановку в регионе Среднего Востока, но и «содейство- вало бы улучшению мирового политического климата». Стороны подчеркнули важность для такого политическо- го урегулирования прекращения всякого вмешательства во внутренние дела ДРА, достижения «соответствующих договоренностей между правительствами Афганистана и его соседей, в первую очередь Пакистана». В декабре 1980 г. в Москве было подписано очеред-. ное соглашение об экономическом и техническом сотруд- ничестве между СССР и ДРА и протокол об оказании Советским Союзом безвозмездной помощи Афганистану в подготовке остро необходимых национальных кадров. На международной арене Демократическая Республи- ка Афганистан проводит политику мирного сосущество- вания и неприсоединения, выступает за решение между- народных проблем путем переговоров, за разрядку и прекращение гонки вооружений. Правительство ДРА последовательно борется за по- литическое урегулирование положения вокруг Афгани- стана. Позиция ДРА как по этому вопросу, так и в отно- шении соседних стран четко определена в заявлениях правительства от 14 мая 1980 г., 13 мая и 24 августа 1981 г. Готовность вести переговоры с представителями Пакистана и Ирана подтвердила делегация ДРА и с вы- сокой трибуны XXXVI сессии Генеральной Ассамблеи ООН в ноябре 1981 г. В борьбе, которую народы Афганистана ведут за со- циальный прогресс, свободу и независимость, они не оди- ноки. Как отметил Генеральный секретарь ЦК КПСС, Председатель Президиума Верховного Совета СССР 349
Л. И. Брежнев, «революционный процесс в Афганистане необратим. На стороне афганского народа и его прави- тельства— поддержка и солидарность Советского Союза и других социалистических государств, прогрессивных сил всего мира» 145. XXVI съезд КПСС подтвердил готовность Советского Союза вывести из ДРА по согласованию с афганским правительством советский воинский контингент, после того как будет полностью прекращена засылка в Афга- нистан контрреволюционных формирований. Нужны на- дежные гарантии, что новой интервенции против Афга- нистана не будет. Прекращение необъявленной войны против ДРА должно быть закреплено договоренностями между Афганистаном и его соседями. Л. И. Брежнев в Отчетном докладе ЦК КПСС XXVI съезду партии подчеркнул, что «суверенитет Аф- ганистана должен быть полностью огражден, как и его статус неприсоединившегося государства» 146. Важным событием в развитии и укреплении друже- ственных советско-афганских связей была встреча Л. И. Брежнева с Бабраком Кармалем 17 июля 1981 г. в Крыму. Во время встречи, проходившей в обстановке сердечности, дружбы и полного взаимопонимания, Л. И. Брежнев отметил, что на складывающуюся в мире международную ситуацию отрицательное влияние ока- зывает проводимая империалистическими кругами линия на подрыв разрядки, раздувание милитаристского угара и наращивание гонки вооружений. Остановившись на положении дел в районе Персидского залива, Л. И. Бре- жнев подчеркнул реализм и жизненность предложений Советского Союза по нормализации обстановки в этом районе, выдвинутых на XXVI съезде КПСС. Бабрак Кармаль рассказал о развитии ДРА на но- вом этапе апрельской революции, о важном значении создания Национального отечественного фронта, о реши- мости народов Афганистана дать отпор любым попыт- кам перечеркнуть его революционные завоевания. Л. И. Брежнев и Б. Кармаль рассмотрели между- народные аспекты положения Афганистана. Они выра- зили удовлетворение тем, что дружба, сотрудничество и интернациональная солидарность Советского Союза и ДРА продолжают укрепляться на благо народов обеих стран, в интересах упрочения мира в регионе и между- народной безопасности в целом.
Примечания Глава I 1 О каменном веке Афганистана см.: Палеолит Ближнего и Сред- него Востока. М., 1978, с. 231 и др.; Виноградов А. В. Исследования памятников каменного века в Северном Афганистане. — В кн.: Древ- няя Бактрия, вып. II. М., 1979; Davis R. S. The Palaeolithic. — In: The Archaeology of Afghanistan. London, 1978. 2 Jarrige J. F., Lechvallier M. Excavations at Mergarh. — In: South Asian Archaeology, vol. I. Naples, 1979. 3 Casal J. M. Fouilles de Mundigak, Memoires de la Delegation archeologique frangaise en Afghanictan, vol. XVIII. Paris, 1961. 4 См. Сарианиди В. И. Древние земледельцы Афганистана. М., 1977. 5 Amiet Р. Bactriane proto-historique, t. LIV. Syria, 1977, fasc. 1—2. 6 Hauschild R. Uber die fruhesten Arier im Alten Orient. Berlin, 1962. 7 Mayrhofer M. Die Indo-Arier Orient. Wissbaden, 1966; Дьяко- нов И. M. Арийцы на Ближнем Востоке. Конец мифа. — «Вестник древней истории» (далее — ВДИ), 1970, № 4. 8 Gershevitch. The Avestian Himn to Mithra. London, 1959, p. 386—394. 9 См. Дьяконов И. M. Восточный Иран до Кира. — В кн.: Исто- рия иранского государства и культуры. М., 1971, с. 136—137, 152 (прим. 56). 10 См. Абаев В. И. Миф и история в Гатах Зороастра. — В кн.: Историко-филологические исследования. М., 1974. 11 Струве В. В. Восстание в Маргиане при Дарии I. — ВДИ, 1949, № 2. 12 См. Дандамаев М. А. Восстание Вахьяздаты. — ВДИ, 1960, № 1; Иран при первых Ахеменидах. М., 1963, с. 203. 13 Аристов Н. А. Об Афганистане и его населении. — В кн.: Жи- вая старина, вып. III—IV. СПб., 1898. 14 См. Массон В. М., Ромодин В. А. История Афганистана, т. I. М., 1964, с. 68. 15 Schlumberge D. L’argent grec dans 1’empire achemenide, MDAFA. t. XIV. Paris, 1959. 16 См. Массон В. M., Ромодин В. А. Указ, соч., т. I, с. 76—77. 17 См. Дьяконов И. М. Рабовладельческие имения персидских вельмож. — ВДИ, 1959, № 4. 18 Scerrato U. A probable achaemenid zone in Persian Sistan. East and West, 1962, n. 2—3; Сарианиди В. И. Указ, соч., с. ПО—121. 19 Dalton Т. The Treasure of Oxus. London, 1926. 20 См. Кузьмина E. E. Бактрия и эллинский мир в эпоху до Алек- сандра. — В кн.: Античность и античные традиции в культуре и ис- кусстве народов советского Востока. М., 1978. 21 См. Дьяконов И. М. История древнего Ирана. М., 1961, с. 154—157. 351
22 См. Кошеленко Г. А. Греческий полис на эллинистическом во- стоке. М., 1979. 23 Полибий, XI, 34, 2—5. 24 Bernard Р- Foilles d’Ai Khanum. MDAFA, t. XXL Paris, 1973. 25 См. Массон В. M. Куманские поселения и кушанская архео- логия.— В кн.: Бактрийские древности. Л., 1976. 26 Сарианиди В. И., Ходжаниязов Т. Раскопки царского некропо- ля в древней Бактрии. — Известия АН Туркменской ССР, Отд. общ. наук, 1980, № 4. 27 Simonetta A. The Indo-Parthian Coinage and its Sognificance In the Chronology of Kushans. — В кн.: Центральная Азия в кушан- скую эпоху, т. I. М., 1974, с. 287. 28 См. Васильев Л. С. Бань Чао в западном крае. — ВДИ, 1955, № 1. 29 Эти серии выделены Е. В. Зеймалем. См. о них: Давидо- вич Е. А. Клады древних и средневековых монет Таджикистана. М., 1979, с. 43—44, 53. 30 Луконин В. Г. Культура сасанидского Ирана. М., 1969, с. 4. 31 Herzfeld Е. Kushano-Sasanian Coins. Memories of the Archaeo- logical Survey of India, N 37. Calcutta, 1931; Bivar D. H. The Kushano- Sasanian Coin Series. Journal of Numismatik Society of India, vol. 18, Pt. 1, 1956; Луконин В. Г. Кушано-сасанидские монеты. — В кн.: Эпиграфика Востока, т. XVIII. Л., 1967. 32 Ghirshman R. Berram Recherches arbheologiewues et historiques sur les Koushans, MDAFA, vol. XII. Le Caire, 1946; P. M. Гиршман датировал нижние слои раскапываемого им городища II в. до н. э., но для столь ранней даты нет реальных оснований. 33 Кругликова И. Т. Дильберджин (раскопки 1970—1972 гг.), ч. 1. М., 1974; Кругликова И. Т., Пугаченкова Г. А. Дильберджин (раскопки 1970—1973 гг.), ч. 2. М., 1977; Массон В. М. Раскопки ку- манского города в Северном Афганистане. — ВДИ, 1979, № 2. 34 Толстов С. П. Древний Хорезм. М., 1948, с. 28 и др.; Мас- сон В. М. К вопросу об общественном строе древней Средней Азии. — В кн,: История, археология, этнография Средней Азии. М., 1968. Глава II 1 Бартольд В. В. Теократическая идея и светская власть в му- сульманском государстве. Соч. в 8-ми т., т. VI. Mr, 1970, с. 303—319 и др.; Халиф и султан. — Там же, с. 18 и др.; Петрушевский И. П. Ислам в Иране в VII—XV вв. М., 1966, с. 38, 94, 148; Беляев Е. А. Арабы, ислам и арабский халифат в раннее средневековье. М., 1965, с. 239 и др. 2 Тарих-и Систан. М., 1974, с. 158—160, 183—186 и др.; Петру- шевский И. П, Ислам в Иране в VII—XV вв., с. 49—59; Кадырова Т. Из истории крестьянских движений в Мавераннахре и Хорасане в VIII —начале IX в. Ташкент, 1965, 6. 6—11, 99, 126—129, 134—137, 143—152, 184—190 и др.; Spuler В. Iran in friih-islamisher Zeit, Bd. II. Wiesbaden, 1952, S. 21—23, 61—64, 167—169. 3 Бартольд В. В. Халиф и султан. — Там же, т. VI, с. 20; Spu- ler В. Op. cit., р. 35—46; Wellhausen J. Die Religios-poltischen Opposi- tionspartien im alten Islam. Berlin, 1901, S. 25—48,61—68; Sourdel D. L’islam medievel. Paris, 1979, p. 107—110, 119—125, 142—150. 352
4 Петрушевский И. П. Ислам в Иране в VII—XV вв., с. 276—280; Строева Л. В. Государство исмаилитов в Иране в XI—XIII вв. М., 1978; Бертельс А. Е. Насир-и Хоеров и исмаилизм. М., 1959. 5 О суфизме существует большая специальная литература. См., ь частности: Бертельс Е. Э. Суфизм и суфийская литература. М., 1965; Бартольд В. В. Ислам. — Там же, т. VI, с. 115—120; Massignon L. Essai sur les origines du lexique technique de la mystique musulmane. Paris, 1954. Idris Shah. The Sufis (Introduction R. Graves). New York. 1964. 6 Schlwnberge D. Le palais Ghaznevi de la Lashkari Bazar. — In: «Syria», 1952, XXIX, p. 251—270; Naimi A. A. Le mausolees de Ghaz- ni.— In: «Afghanistan». Kabul, 1952, N 2; Арунова M. P. О некото- рых общих результатах археологических раскопок в Лашкаргахе. — В кн.: Краткие сообщения Ин-та востоковедения АН СССР, 1459, вып. XXXIII, с. 87—94; Пугаченкова Г. А. Искусство Афганистана. М., 1963, с. 105—108, 114—127. 7 Якубовский А. Ю. Махмуд Газневи. — В кн.: Фердовси 934— 1934. Л., 1934, с. 51—96; Bosworth С. Е. The Ghaznevids. Their Empire in Afghanistan and Eastern Iran. Edinburg, 1963, и др. * Бартольд В. В. Историко-географический обзор Ирана. — Там же, т. VII. М., 1971, с. 74—75; его же. Туркестан в эпоху монгольско- го нашествия. — Там же, т. I. М., 1963, с. 402—417 и др.; Массон В. М., Ромодин В. А. История Афганистана, т. I. М., 1964, с. 255—265; Bos- worth С. Е. The early islamic history of Ghur. Central Asiatic Journal, vol. VI, 1961, N 2, p. 116—133; Naimi A. A. Un regard sur Ghur. «Af- ghanistan». Kabul, 1949, N 4, p. 1—23, и др. 9 The history of the World-conqueror by Ala-ad-Din Ata Malik Juwaini, vol. I—III, Leyden — London, Gibb memorial series, XVI, 1912, 1916. 1937 (перс, текст); The Tarihnameh-i Harat (The history of He- rat) of Seyf ibn Muhammad ibn Yakub al Harawi, ed. by introduction by Muhammad as-Siddiqi. Calcutta, 1964; Муин ад-Дин Исфизари. Ки- таб роузат аль-джаннат фи аусаф Мединат аль-Герат (Книга рай- ского сада о качествах города Герата) отд. рукоп. ВГБИЛ, рук. № 13 (далее — Исфизари); Рашид ад-Дин. Сборник летописей, т. I—III. М.—Л., 1946—1960; Д’Оссон. История монголов от Чингис-хана до Тамерлана. Иркутск, 1937; Бартольд В. В. Туркестан в эпоху монголь- ского нашествия. — Там же, т. I; Петрушевский И. П. Земледелие и аграрные отношения в Иране в XIII—XIV вв. М., 1960; его же. Труд Сейфи как исторический источник по истории Восточного Хора- сана. — В кн.: Труды южнотуркестанск. археограф, комплексн. экспе- диции, т. V. Ашхабад, 1955, с. 130—162; Spuler В. Die Mongolen in Iran. Berlin, 1968. 10 Беленицкий A. M. К вопросу о социальных отношениях в ху- лагуидскую эпоху. — В кн.: Советское востоковедение, т. V. М., 1948, с. 111 —128; Петрушевский И. П. Земледелие и аграрные отношения в Иране в XIII—XIV вв., с. 46—61; Фалина А. И. Государство ильханов как этап развития феодализма на Ближнем и Среднем Востоке. Авто- реф. канд. дис. М., 1951; Spuler В. Die Mongolen in Iran, S. 22—171. 11 Петрушевский И. П. Земледелие и аграрные отношения в Ира- не в XIII—XIV вв., с. 235—237, 277. 12 Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 23, с. 344. 13 Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 3, с. 185. 14 Петрушевский И. П. Земледелие и аграрные отношения в Ира- не в XIII—XIV вв., с. 55—61, 83—91, 333—337; Фалина А. И. Реформы 353
Газан-хана.— В кн.: Уч. записки ИВ АН СССР, XVII, 1959, с. 51—76; Spuler В. Die Mongolen in Iran, S. 91 —104. 15 Niamatullah’s history of the Afghans, Pt. I. Lodi period. Transl. with varioum notes by N. Roy. Santinikatan 1958; Рейснер И. M. Роль афганцев в Индии в XVIII в. — В кн.: Уч. записки Тихоокеанского ин-та, т. II. Инд. сб. М.—Л., 1949, с. 94—128; История Индии в сред- ние века. М., 1968; Ришад Абдушшукур. Лоди паштана. Кабул, 1336 г. х. (на яз. пушту); Thomas Е. The Chronices of the Pathan kings of Delhi. London, 1871. 16 Исфизари, л. 11. 17 Historic de conqueres de Tamerlan intitulee Zafarnama par Niza- muddin Sami avec des additions empruntees an Zubdat-ut-Tawarih-i Baysunguri de Hafiz-i Abru. Ed. critique par F. Tauer, t. I. Praha, 1937. Гийасаддин Али. Дневник похода Тимура в Индию. М., 1958; Бар- тольд В. В. Иран. Исторический обзор. — Там же, т. VII, с. 296—300; Якубовский А. Ю. Тимур. — «Вопросы истории», 1946, № 8—9, с. 42— 74; Строева Л. В. Возникновение государства Тимуридов. — Уч. записки ЛГУ, 1952, вып. 3, № 128, с. 64—87. 18 См. Рейснер И. М. Развитие феодализма и образование госу- дарства у афганцев. М., 1954, с. 50—54, 65—73. 19 Исфизари, л. 318—319. 20 См. Тизенгаузен В. Г. Первое русское посольство в Херат.—• В кн.: Записки восточн. отд. Импер. русск. археолог, об-ва, т. I. СПб., 1886. 21 См. Петрушевский И. П. Ислам в Иране в VII—XV вв., с. 304— 306; Textes Houroufis, edites et traduits par Clement Huart. Leyden, London, 1909. 22 О периоде правления Тимуридов см.: Абд-ар-Раззак Самаркан- да Матла’ ас-са’ дайн ва маджма’ аль-бахрайн. Рукоп. Ин-та восто- коведения АН СССР, С-442; С-443, С-449; Васифи Зайнаддин. Бадаи аль-вакаи, т. I—II. М., 1961; Бартольд В. В. Мир Али-Шир и полити- ческая жизнь. — Там же, т. II, ч. 2, с. 193—262; Алишер Навои. М.— Л., 1946; Великий узбекский поэт. Ташкент, 1948; Петрушевский И. П. К истории института сойюргала. — В кн.: Советское востоковедение, т. VI. М., 1949, с. 227—246; Пугаченкова Г. А. Указ, соч., с. 135—240; Mohammad AIL Afghanistan: An Historical Sketch. Kabul, 1957; By- ron R. Timurid architecture. London — New York, 1939; Habibi A. H. The effect of the culture of Herat on Asia. — In: «Afghanistan», vol. XXI, 1968, N 1. 23 Бабур-намэ (Исторические записки). Ташкент, 1948; Азимджа- нова С. А. Государство Бабура в Кабуле и в Индии. М., 1977. 24 Рейснер И. М. Развитие феодализма и образование государ- ства у афганцев; Банковский Ю. В. Народы Пакистана. М., 1964, с. 128—147; его же. Империя Дуррани. М., 1958; Гордон-Полон- ская Л. Р. Аграрные отношения в Северо-Западной пограничной про- винции Индии. М., 1953; ее же. Пережитки общинно-родового строя в социально-экономическом развитии афганцев в XIX в. М., 1960 (Доклад на XXV Международном конгрессе востоковедов); Ромо- дин В. Социально-экономический строй юсуфзайских племен в пер- вой половине XIX в. — В кн.: Очерки по новой истории стран Сред- него Востока. М., 1951, с. 99—124; Массон В. М., Ромодин В. А. Ис- тория Афганистана, т. I—II. М., 1964—1965. 24 а Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 46, ч. I, с. 466. 25 Асланов М. Г. Народное движение рошани и его отражение в 354
афганской литературе XVI—XVII вв. — «Советское востоковедение», 1955, № 5, с. 121 —132; Антонова К. А. Очерки общественных отноше- ний и политического строя могольской Индии времен Акбара (1556— 1605). М., 1952, с. 189—196; Герасимова А. С., Гире Г. Ф. Литерату- ра Афганистана. М., 1963, с. 32—35; Кушев В. В. Афганская рукопис- ная книга. М., 1980, с. 28—37, 44—45, 104—108; Массон В. М., Ромо- дин В. А. История Афганистана, т. II, с. 33—48; Carroe О. The Pat- hans, р. 214—227; Mackenzie D. N. The Xayr-ul-bayan. Indoiranica. Wiesbaden, 1964; Morgenstierne G. Notes on an old Pashto manu- scripts containing the Khair-ul-Bayan of Bayzid Ansari. — «In: New Indian antiquary», 1939, N 2; Хадим К. Баязид Ансари. Кабул, 1953 (на яз. дари); Хабиби А. X. Ды пашто адабийато тарих (История ли- тературы на яз. пушту), т. И. Кабул, 1342 г. и др. 26 Рейснер И. М. Развитие феодализма и образование государ- ства у афганцев, с. 305—309 и др.; Массон В. М., Ромодин В. А. Исто- рия Афганистана, т. II, с. 59—68; Dvoryankov N. Khushal Khattak and the history of the Pashto language. — «New orient», 1962, N 4; Sar- kar J. History of Aurengzeb, vol. III. Calcutta, 1921, p. 223—245; Mor- gensteirne G. Khushal Khan en Afgansk Nasjionaldikter. Ost og Vest. Afghandlinger. Tilegnede, prof. A. Christensen Paa Halvjerdsaarsdagen. D. 9. Januar 1945 Af Nordiske Orientalister og Folkemindforsekere. Kobenhaven, 1945, p. 50—61. 27 Бушев П. П. Посольство Артемия Волынского в Иран в 1715— 1718 гг. М., 1978, с. 155. 28 Петрушевский И. П. Очерки по истории феодальных отноше- ний в Азербайджане и Армении в XVI — начале XIX вв. Л., 1949, с. 83—84. 29 Tadhkirat al-muluk. Pers. text. Trans, and explained by V. Mi- norsky. Cambridge, 1943, p. 78—79. 30 Рейснер И. M. Развитие феодализма и образование государ- ства у афганцев, с. 308. 31 Бенава Абдуррауф. Хотекиха. Кабул, 1335 г. х., с. 44 (на яз. Дари). 32 Этот фирман был обнаружен и переведен докт. ист. наук А. Д. Папазяном. См. о нем: Арунова М. Р., Ашрафян К. 3. Государ- ство Надир-шаха Афшара. М., 1958, с. 47; их же. Доулет-е Надир- шах Афшар. Тегеран, 1976 (на перс. яз.). 33 Арунова М. Р. Гератское восстание 1716—1732 гг. — В кн.г Независимый Афганистан. М., 1958, с. 153—163; ее же. Шоуреш-и салха-й и 1716—1732. Герат. — «Ирфан». Кабул, 1980, № 8, с. 122— 139 (на яз. дари). 33 а См. об этом: Арунова М. Р. Гератское восстание 1716—1732. — Там же, с. 156—157. 34 Миклухо-Маклай Н. Д. Из истории афганского владычества в Иране. — В кн.: Уч. записки ЛГУ, 1954, вып. 4, № 179, с. 138—158; Lockhart L. The fall of the Safavi dynasty and the Afghan occupa- tion of Persia. Cambridge, 1958, p. 130—175. 35 Миклухо-Маклай H. Д. Записки Семена Аврамова об Иране как исторический источник. — В кн.: Уч. записки ЛГУ, 1952, вып. 3, № 128, с. 88—103. 36 Рейснер И. М. Развитие феодализма и образование государ- ства у афганцев, с. 328. 355
Глава III 1 Подробнее см.: Рейснер И. М. Развитие феодализма и образо- вание государства у афганцев. М., 1954, с. 332—336. 2 Подробнее см.: Арунова М. Р., Ашрафян К. 3. Государство Надир-шаха Афшара. М., 1958, с. 226—254. 3 Губар Г. М. Ахмад-шах — основатель афганского государства. М., 1959, с. 186. 4 Махмуд ал-Хусайни, Тарих-и Ахмад-шахи, т. I. М., 1974, л. 35— 446. 5 Ferrier J. Р. History of the Afghans. London, 1858, p. 101. 6 Подробнее см.: Ганковский Ю. В. Миссия Богдана Асланова в Афганистане в 1764 г. — «Советское востоковедение», 1958, № 2, с. 82—87. 7 Elphinstone М. An Account of the Kinqdom of Caubul. London, 1815, p. 311. 8 См. Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 9, с. 224. 9 Ferrier J. Р. Op. cit., р. 120. 10 Махмуд ал-Хусайни, Тарих-и Ахмад-шахи, т. I, л. 170а—172а; т. II, л. 584а, 596а. 11 Махмуд ал-Хусайни, Тарих-и Ахмад-шахи, т. II, л. 636а—637а; Хусайн Али. Украшение летописей. Ташкент, 1965, с. 26—31. 12 Ferrier J. Р. Op. cit., р. 104. 13 Сеид Касем Риштия. Афганистан в XIX веке. М., 1958, с. 34. 14 Elphinstone М. Op. cit., р. 402. 15 См. Рейснер И.М. Возникновение и распад Дурранийской дер- жавы.— В кн.: Очерки по новой истории стран Среднего Востока. М., 1951, с. 79. ]6 Инструкция Виткевичу от 14 мая 1837 г. (Акты Кавказской археографической комиссии, т. 8. Тифлис, 1881), 344, док. 874. 17 О задачах, составе и деятельности миссии А. Бернса см.: Хал- фин Н. А. Провал британской агрессии в Афганистане (XIX — нача- ло XX в.). М., 1959, с. 23—25. 18 Катиб Фаиз Мухаммад. Сирадж-ат-таварих, т. I. Кабул, 1331, с. 143; Султан Михаммад-хан. Тарих-и Султани. Бомбей, 1298, с. 252— 253. 1У Подробнее см.: Сеид Касем Риштия. Указ, соч., с. 156—157. 20 Мунтахаб ат-таварих (Рукопись Ленинградского отделения ИВ АН СССР), л. 272-А; Сирадж ат-таварих, т. I, с. 152—153. 21 Подробности об убийстве Шуджи см.: Сеид Касем Риштия. Указ, соч., с. 210—212; также: Катиб Фаиз Мухаммад. Указ, соч., т. I, с. 181. 22 Сирадж ат-таварих, т. I, с. 191. 23 Там же, с. 252, 253. 24 Об этом движении см.: Сеид Касем Риштия. Указ, соч., с. 103— 106, 108, 112. 25 См. Яворский И. Л. Путешествие русского посольства по Аф- ганистану и Бухарскому ханству в 1878—1879 гг., т. II. СПб., 1883. 26 Центральный государственный исторический архив Узбекской ССР (далее — ЦГИА Уз. ССР), ф. Канцелярии туркестанского гене- рал-губернатора, оп. 29, д. 24, л. 4. 27 Цит по: Халфин Н. А. Провал британской агрессии в Афгани- стане с 76 28 Губар Г. М. Афганистан дар масир-и тарих. Кабул, 1346, с. 594. 356
29 См. Соболев Л. Н. Страница из истории восточного вопроса. Англо-афганская распря. СПб., 1882, с. 196. 30 См. Яворский И. Л. Указ, соч., т. II, с. 91, 92, 223. 31 См. Губар Г. М. Указ, соч., с. 672. 32 См. Яворский И. Л. Указ, соч., т. II, с. 107, 132, 151, 229. 33 Подробнее см.: Халфин Н. А. Политика России в Средней Азии. М., 1960, с. 245. 34 См.: Яворский И. Л. Путешествие русского посольства, т. I, с. 307 и сл. 35 Сирадж ат-таварих, т. I, с. 355. 36 Подробнее см.: Соболев Л. Н. Указ, соч., с. 124, 126, 200, 201, 1417. 37 Сирадж ат-таварих, т. I, с. 358. 38 Подробнее см.: Бартольд В. В. История культурной жизни Туркестана. — Соч. в 8-ми т., т. II, ч. 1. М., 1963, с. 419. 39 ЦГИА Уз ССР, ф. КТГГ, оп. 29, д. 451, л. 101. 40 См. Соболев Л. Н. Указ, соч., с. 411, 1421, 1423, 1424. 41 См. Гольдберг Н. М. Предисловие к кн. Минаев И. П. Дневни- ки путешествий в Индию и Бирму 1880 и 1885—1886 гг. М., 1955, с. 8—9. 42 См. Минаев И. П. Указ, соч., с. 58, 71, 72, 80 и сл.; Бенедик- тов А. А. Индийское крестьянство в 70-х годах XIX века. Душанбе, 1953, с. 127. 43 Атаулла. Ды паштано тарих, т. III. Кабул (б. г.), 5.15. 44 Roberts F. С. Forty-one Jears in India, vol. I. London, 1897, p. 469—470. 45 О положении Мерва в то время см.: История Туркменской ССР, т. I, кн. II. Ашхабад, 1957, с. 127, 128. 46 Подробнее см.: Халфин Н. А. Указ, соч., с. 139. 47 См. Руир. Англо-русское соперничество в Азии в XIX веке. М., 1924, с. 10. 48 Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 30, с. 186. 49 О народных антифеодальных восстаниях в Афганистане конца XIX — начала XX в. см. монографии: Назаров X. Народные и про- светительско-антифеодальные движения в Афганистане (конец XIX и начало XX века). Душанбе, 1976. 50 Подробнее см.: Темирханов Л. Хазарейцы (Очерки новой ис- тории). М., 1972. 51 Сирадж ат-таварих (конец XIX и начало XX века), т. III, с. 395, 401, 429, 480 и сл. 52 Подробнее см.: Халфин Н. А. Восстание Исхак-хана в Южном Туркестане и позиция русского царизма (1888 г.). — Труды Средне- азиатского государственного университета, вып. 68, кн. 9. Ташкент, 1955, с. 107—126. 53 Сагое О. The Pathans. 500 В. С.— A. D. 1957. London, 1958, р. 383, 386. 54 Сирадж ат-таварих, т. III, с. 1123, 1124, 1128, 1133, 1137. 55 Там же, с. 1166, 1167, 1174—1176, 1178, 1189, 1192—1194. 56 Там же, с. 1167, 1173, 1174. 57 Рейснер И. М. Афганистан. М., 1929, с. 85. 58 Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 27, с. 379. 59 См. Вавилов Н. И., Букинич Д. Д. Земледельческий Афгани- стан. Л., 1929, с. 221. 60 См. там же, с. 179. 357
61 См. Бабаходжаев М. А. Русско-афганские торгово-экономиче- ские отношения во второй половине XVIII — начале XX в. Ташкент, 1965, с. 67—68; Соколов А. Я. Торговая политика России в Средней Азии и развитие русско-афганских торговых отношений. Ташкент, 1971, с. 192, 193. 62 «Туркестанский вестник», 29.IX (12.Х), 21.XI (4.XII). 1902. 63 Центральный государственный военно-исторический архив (да- лее—ЦГВИА), ф. ГУГШ, on. IV, д. 31, ч. I, л. 22. 64 Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 28, с. 669. 65 Цит. по: Гурко-Кряжин В. А. Исторические судьбы Афганиста- на.— В кн.: Афганистан. М., 1923, с. 87. 66 См. Рейснер И. М. Англо-русская конвенция 1907 г. — «Крас- ный архив», т. 3 (10). М., 1925, с. 54—66. 67 Подробнее см.: Шохуморов С. «Ахкам-и хузур» как источник по истории Афганистана начала XX в. М., 1980, с. 94—111. 68 См. Гуревич Н. М. Внешняя торговля Афганистана до второй мировой войны. М., 1959, с. 109, табл. 39. 69 Там же, с. 113. 70 Baker and other Consular officers, British India. Washington, 1915, p. 545. 71 См. Кухтина T. И. Просвещение в независимом Афганистане. М., 1960, с. 19. 72 Ghani Abdul. A Review of the Political Situation in Central Asia. Lahore, 1921, p. 72. 73 Губар Г. M. Указ, соч., с. 702. 74 Там же, с. 702, 704. 75 Подробнее см.: Очильдиев Д. Я. Общественно-политическая мысль Афганистана накануне завоевания независимости. Ташкент, 1972. 76 Губар Г. М. Указ, соч., с. 717. 77 Ghani Abdul. Op. cit., p. 88. 78 Niedermayer O. Unter der Glutsonne Jrans. Berlin, 1925, S. 16. 79 Ibid., p. 135. 80 См. Синяя книга. M., 1918, с. 60. 81 Там же, с. 60, 64. 82 Подробнее см.: Бабаходжаев М. А. Миссия Нидермайера- Гентига в Афганистане. — В кн.: «Краткие сообщения Института во- стоковедения АН СССР», вып. 37. М., 1980, с. 25, 26; Рыбинка Э. В гостях у афганского эмира. М., 1935, с. 38, 79. 83 См. Синяя книга, с. 78, 100. 84 Там же, с. 52. 85 Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 28, с. 708—709. 86 Там же, с. 709. 87 См. Синяя книга, с. 61. 88 См. Рыбачка Э. Указ, соч., с. 46, 56, 57 и сл. 89 См. Синяя книга, с. 36, 40, 46, 51, 66. 90 См. там же, с. 99. Глава IV (В данной главе ссылки на афганские газеты даются по афганскому солнечному календарю) 1 Документы внешней политики СССР, т. I. М., 1959, с. 35. 2 Там же, с. 123. 358
3 Подробнее см.: Шохуморов С. «Ахкам-и хузур» как источник по истории Афганистана начала XX в. М., 1980, с. 38—39. 4 См. Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 50, с. 385—386. 5 См. Коргун В. Г. Афганистан в 20—30-е годы XX в. Страницы политической истории. М., 1979, с. 28. 6 Поляк, А. А. Экономический строй Афганистана. М., 1964, с. 104. 7 Бюллетень прессы Среднего Востока. Ташкент, 1929—1930 гг., № 4—5, с. 54 (БПСВ). 8 «Times» (London), 12.IX.1928. 9 См. Теплинский Л. Б. 50 лет советско-афганских отношений. 1919—1969. М., 1971, с. 29—31. 10 См. Алексеенков П. Аграрный вопрос в Афганском Туркеста- не. М., 1933, с. 32—33. 11 Архив внешней политики России (далее — АВПР). Индийский национальный архив. Серия А. Досье 142—F. 12 Рейснер И. М. Афганистан. М., 1929, с. 264. 13 Stewart R. Т. The Fire in Afghanistan. 1924—1929. New York, 1973, p. 433—434. 14 Ibid., c. 495. 15 Mohammed AU. Progressive Afghanistan. Lahor, 1933, p. 81. 16 «Times», 11.X.1929. 17 Пикулин M. Г. Афганистан. Ташкент, 1956, с. 57. 18 Gregorian V. The Emergence of Modern Afghanistan. Stanford, 1969, p. 268. 19 Гуревич H. M. Очерки истории торгового капитала в Афгани- стане. М., 1967, с. 37. 20 «Сальнамаи Кабул», 1936, с. 501. 21 Теплинский Л. Б. 50 лет афгано-советских отношений, с. 97. 22 Там же, с. 100. 23 Там же, с. 103. 24 Там же, с. 104. 25 Гуревич Н. М. Указ, соч., с. 68. 26 «Ангар», 9.XII.1329. 27 «Ангар», 23.XII. 1329. 28 «Ангар», 11.Х. 1330. 29 «Ангар», 1.II. 1330. 30 «Ангар», 7.1. 1330. 31 «Ватан», 24.VII. 1330. 32 «Ватан», 5.1 V. 1330. 33 Там же. 34 «Ватан», 3.VII. 1330. 35 «Ватан», 26.11. 1330. 36 «Ватан», 9.III. 1330. 37 «Ватан», 19.VII. 1330. 38 «Нидаи хальк», 22.1. 1330. 39 Там же. 40 «Нидаи хальк», 26.11. 1330. 41 Там же. 42 «Нидаи хальк», 6.III. 1330. 43 «Нидаи хальк», 5.IV. 1330. 44 «Ватан», 13.IX. 1330. 45 «Вулус», 18.IV. 1330. 46 Теплинский Л. Б. 50 лет советско-афганских отношений, с. 116— 117. 359
47 Ахрамович Р. Т. Афганистан после второй мировой войны. М., 1961, с. 126. 48 Панджшири Г. Д. Возникновение и развитие капитализма в Афганистане. Кабул, 1973, с. 89 (на яз. дари). 49 «Сальнамаи Кабул», 1954, с. 119—120. 50 «Сальнамаи Кабул», 1962, с. 364. 51 Ахрамович Р. Т. Афганистан после второй мировой войны, с. 126. 52 Там же, с. 134—135. 53 Там же, с. 139. 54 Там же, с. 142. 55 «Ислах», 21.XI. 1955. 56 «Правда», 19 декабря 1955 г. 57 «Сальнамаи Кабул», 1956, с. 69—70. 58 «Караван», 9.III.1951. 59 Панджшири Г. Д. Указ, соч., с. 95. 60 Развивающаяся Азия. М., 1973, с. 100. 61 Черняховская Н. И. Развитие промышленности и положение рабочего класса Афганистана. М., 1965, с. 141. 62 См. Развивающаяся Азия, с. 102. 63 См. там же, с. 103. 64 См. там же, с. 104. 65 Ахрамович Р. Т. Афганистан в 1961—1966 гг. М., 1967, с. 48 — 50. 66 Там же, с. 58. 67 «Анис», 4.IV.1963. 68 «Анис», 2.Х. 1965. 69 См. Давыдов А., Черняховская Н. Афганистан. М., 1973, с. 32— 33. 70 См. Теплинский Л. Б. 50 лет советско-афганских отношений, с. 207. 71 См. Ахрамович Р. Т. Афганистан в 1961 —1966 гг., с. 122. 72 «Мосават», 18.1.1967. 73 «Мосават», 24.V. 1967. 74 «Мосават», 17.VIII.1968. 75 «Мосават», 5.II.1969. 76 «Мосават», 29.V.1968. 77 «Хальк», 11.IV.1966. 78 «Хальк», 25.IV. 1966. 79 «Хальк», 11.IV. 1966. 80 «Хальк», 25.IV.1966. 81 «Хальк», 11.IV. 1966. 82 «Мардом», 11.V.I966. 83 «Седан авам», 27.III.1968. 84 Там же. 85 Там же. 86 «Седаи авам», 17.IV. 1968. 87 «Шоалеи джавид», 16.V.1968. 88 «Шоалеи джавид», 3.IV. 1968. 89 «Шоалеи джавид», 25.IV.1968. 90 «Шоалеи джавид», 23.V. 1968. 91 «Шоалеи джавид», II.IV.1968. 92 «Афган меллят», 26.IV. 1966. 93 «Афган меллят», 21.VI. 1966. 360
94 «Вахдат», 22.V.1966. 95 Гульджонов М. Положение духовенства и основные направле- ния модернизации ислама в современном Афганистане. Автореф. канд. дис. М., 1971, с. 10. 96 «Гахиз», 2.II.1969. 97 «Гахиз», 13.VII.1969. 98 «Гахиз», 30.Ш.1969. 99 «Парчам», 14.III.1968; 19.V.1969. 100 См. Развивающаяся Азия, с. 117. 101 Там же, с. 107. 102 Давыдов А., Черняховская Н. Афганистан, с. 34. 103 «Kabul Times», 8.VIII.1964. 104 Басов В. В. Вопросы социально-экономического развития Аф- ганистана.— «Народы Азии и Африки», 1971, с. 155. 105 Давыдов А., Черняховская Н. Афганистан, с. 40. 106 «Ислах», 17.VII.1969. 107 Давыдов А., Черняховская Н. Афганистан, с. 41. 108 «Kabul Times», 5.VII. 1971. 109 См. Теплинский Л. Б. Афганистан — наш южный сосед. М., 1978, с. 12. 110 «Парчам», 29.VII.1968. 111 «Парчам», 22.1.1969. 112 Давыдов А., Черняховская Н. Афганистан, с. 128. 113 «Парчам», 27.V.1968. 114 «Караван», 5.IX.1971. 1,5 Давыдов А., Черняховская Н. Афганистан, с. 78. 116 «Financial Times». 17.VIII.1971. 117 «Ислах-Анис», 18.VII. 1973. 118 «Джомхурият», 24.VIII.1973. 119 Теплинский Л. Б. Афганистан — наш южный сосед, с. 24—25. 120 Там же, с. 21. 121 «Сальнамаи Кабул», 1973—1974, с. 376 (на яз. дари). 122 Там же, с. 368. 123 См. Теплинский Л. Б. Афганистан — наш южный сосед, с. 21. 124 См. Давыдов А. Социально-экономическая структура деревни Афганистана. М., 1976, с. 283—285. 125 «Kabul Times», 4.VII.1977. 126 «Джомхурият», 24.IV.1977. 127 «Kabul Times», 22.VI.1977. 128 «Monde» (Paris), 28.III. 1974. 129 «Pakistan Times» (Лахор), 28.VII.1975. 130 «Kabul Times», 22.VI.1977. 131 First Seven Year Economic and Social Development Plan. 1976—1983, vol. 1. Kabul, 1976, p. 100—101; Afghan Agriculture in Fi- gures. Kabul, 1978, p. 1—2, 21, 105. 132 First Seven Year Economic and Social Development Plan, vol. 1, p. 205—212, 227—229. 133 См. также; Republic of Afghanistan Annual, 1978. Kabul, 1978, p. 385, 386, 454. 134 «Анис» (Кабул), 19.IV. 1980. 135 Там же. 136 «Kabul New Times», 28.11.1980. 137 Hafeez Malik. Editorial Note. — In: Journal of South Asian and Middle Eeastern Studies, vol. III. Villanova, 1979, N 2, p. 5. 361
138 PDPA CC Theses on 2nd Abniversary of Saur Revolution.— In: «Kabul New Times», 19.IV. 1980. 139 Подробнее см.: Сборник речей Бабрака Кармаля (27.XII.1979— 21.IV. 1930), изданный в Кабуле министерством информации и куль- туры. 140 Подробнее см.: PDPA CC Theses on 2nd Anniversary of Saur Revolution. — In: «Kabul New Times», 19.IV.1980. 141 «Kabul New Times», 2, 5, 12, 16, 21.1.1980. 142 «Анис», 16, 17.IX; 4—7.X.1980; «Kabul New Times», 15—17.IX. 1980; 3—8.X. 1980. 143 «Kabul New Times», 27.11; 1.III.1980. 144 Fundamental Principles of the Democratic Republic of Afgha- nistan. Kabul, 1980, p. 7—10. 145 «Правда», 17 октября 1980 г. 146 Материалы XXVI съезда КПСС. М., 1981, с. 29.
Именной указатель Абака-хан 89, 91 Аббас, Халиф 67 Аббас I Сефеви 105 Аббас II Сефеви 104 Аббас Кули-хан Шамлу 117 Абдагас 46, 48 Абдул Вали 322 Абдул Гани 206, 209, 210 Абдул Гафур Лангари 165 Абдул Захир 306, 315 Абдул Кадыр 332, 334 Абдул Карим 177 Абдул Карим (сын эмира Якуб- хана) 228 Абдул Куддус 171 Абдул Латиф 97 Абдул Маджид 245, 248, 264 Абдул Хамид Мохтад 321 Абдулла Джан 158 Абдулла-хан Садозай 117 Абдуррахман-хан 157, 158, 166—178, 180—184, 186—191, 196—198, 202, 203, 205, 211 Абу Бакр 63 Абу Муслим 67 Абу Саид 93, 97, 101, 103 Абул-Касим Бабур 97, 100, 101 Аз 45, 46 Азилис 45 Акбар 111 Александр 24, 29, 33—36, 40 Али 63, 68 Али Ахмад-хан 235, 238 Али ибн-Иса 69 Аллаяр-хан Абдали 118—120 Алп-тегин 73 Аманулла-хан 211, 225—232, 234—239, 241, 245, 248, 249 Амин, Хафизулла 334—338, 340, 341 Амир ал-Мульк 185 А.мр ибн-Лейс 72 Ангар, Файз Мухаммад 254, 261 Антиалкид 39 Антимах 39 Антиох 36, 37 Антиох III 37, 38 Апполодот 3^ Апполоний Тианский 46 Аргун-хан 84 Ариамен 29 Артабан I 42 Артабан III 46 Артаксеркс I 29 Арташир I 50 Асадулла-хан Садозай 117 Аслан-хан Кырклу 123 Ауренгзеб 112 Афзаль Хаттак 113 Ахмад Зия 322 Ахмад Лур 102 Ахмад-хан Абдали (см. Ахмад- хан Дуррани) Ахмад-шах Дуррани 117, 126— 135, 137, 138 Ашока 36, 4Д Ашраф Хаттак 113 Ашраф Хотеки 119 Аюб-хан 170, 171, 180 Бабур, Захир-ад-дин 104 Бадахши Т. 307 Ьаракатулла, Мухаммад 221 Бардия 27, 28 Бахтари Дж. 322 Бачаи Сакао 233—240, 243, 245 Баязид Ансари 108, 109, 110, 125 Бенава, Абдуррауф 253, 256, 265 Бернс А. 143, 150, 356 Бесс 29, 33, 34 Бехзад 97 Бируни 74, 78 Бларамберг И. 143 Брежнев Л. И. 349, 350 Броун С. 162, 163 Бэрроуз 170 Вавилов Н. И. 8, 9 Вали Ахмад Атаи 259 Варахран 51 Вардан 48 Васишка 50 Васудэва 50, 51 363
Вафадар П. Г. 321 Вахьяздата 28 Вильгельм II 217, 219 Виткевич И. В. 142, 143, 144, 356 Виштаспа 22, 24, 25 Вологез I 46 Газан-хан 84, 87, 88, 90 Гаумата 27, 28 Гелиокл 39, 43, 45 Герай 47 Гистасп 29 Гияс-ад-дин Балбан 89 Гияс-ад-дин Курт 92, 93 Гондофар 45, 46, 48 Гостали, Бабрак 255 Гриффин Л. 167, 169 Губар, Мир Гулам Мухаммад 159, 210, 256—258, 261, 265 Гулам Джелани-хан 241 Гулам Кадир-хан 179 Гулам Мухаммад Фархад 299 Гулам Мухаммад-хан Тарзи 211 Гулам Наби-хан 239, 241 Гулам Хайдар-хан Вардак 167 Гулам Хайдар-хан Чархи 165 Гурген-хан 115, 116 Данишменд Бахадур 91 Дарий I 28—30, 33 Дарий III 33, 34 Дауд Мухаммад 264, 268, 269, 270, 272, 273, 277, 281, 282, 316—318, 320—329, 332, 333, 335 Делавар-хан 121 Деметрий 38 Денни 148 Дервиш Али-хан 121 Джалалар М. 338 Джами, Абдуррахман 97, 101 Джафар-хан Устаджлу 117 Джелал-ад-дин 81 Джехандад-хан Нурзай 138 Дизраэли 162, 163 Дин Мухаммад 165, 169, 177 Диодот 37 Диод от II 37 Дост Муха_ммад-хан 140—145, 147—156, 158, 168, 177 Дьяконов И. М. 22 Дэн Л. 198 Дюранд М. 182—184 Евкратид 38, 39 Евтидем 37, 38 Заратуштра (Зороастр) 19, 20, 22—26 Заходер Б. Н. 4 Зулфикар-хан Садозай 119,120 Зуннун 102 Ибрахин-хан Афшар 120 Ибрахим Лоди 104 Изз-ад-дин Гури 75 Инаятулла-хан 208, 236, 239 Исмаил Сефеви 103 Исматулла-хаи Гильзай 177 Каваньяри Л. 163, 164 Кави Хусрау 22 Кадфиз I (Куджула Кадфиз) 47, 48 Кадфиз II (Вима Кадфиз) 48— 50, 54 Камбис 27 Камран 138, 143, 152 Канишка 47, 49, 50, 59 Каримдад ПО Кармаль, Бабрак 264, 265, 294, 303, 305, 314, 326, 329, 332, 334, 338, 344, 345, 350 Кауфман 158 Керзон 197, 198 Кештманд С. М. 294, 334, 338 Кин Дж. 146 Киней 40, 43 Кир 25—28 Комаров 173 Кохандиль-хан 142, 143,146,152 Кохзад Ахмад Али 256 Кругликова И. Т. 54 Ксеркс 29 Кутб- ад-дин Аибек 76 Ктесий 25 Леванаи 242 Ленин В. И. 87, 174, 191, 200, 220, 226, 304 Ленц Э. X. 158 Локкарт 175 Лоу 185 Лоуренс 235 Майвандваль М. X. 280, 288, 291, 293, 305, 322 Майо 158 364
Макнотен В. 144, 146, 147, 149, 150 Малик, Хафиз 337 Мамун 71 Маркс К. 107 Масиста 29 Масуд Газнсви 75 Мауэс (Мога, Мавак) 45—47 Махмуд Газневи 73—75 Махмуд Мирза 101 Махмуд-бек Тарзи 207, 211 — 216, 222, 231 Махмуди, Абдуррахман 259, 260—263, 265 Махмуди, Мухаммад Азим 259 Л’ахмуди, Мухаммад Аман 259 Махмуди, Мухаммад Рахим 259 Л1ахмуди, Хади 299 Махтум Кули 172 Менандр 39 Мехрдиль-хан 146 Минто 199 Л!иран-шах 94, 102 Мир-Вайс 115, 116, 118 Мир-Махмуд 118, 119 Мирза Мухаммад Хусайн 210 Мирхонд 97 Митридат II 42 Михиракула 61 Моджаддади С. 335 Моджаддади, Хазрат-и Шур Базар 234 Музаффар-хан 138 Муканна 67 Мункэ 84, 89 Муса Шафик 315 Мустасим 83 Мухаммад 62, 63, 67, 68, 301 Мухаммад-хан Мерви 121 Мухаммад-шах 123 Мухаммад-шах Каджар 142 Мухаммад Азам-хан 155—157 .Мухаммад Акбар-хан 147, 150— 152 Мухаммад Алам 234 Мухаммад Али-хан 157 Мухаммад Амин-хан 156, 157 Мухаммад Афзал-хан 153, 155— 157 Мухаммад Вали-хан 231, 241 Мухаммад Дауд см. Дауд М. Мухаммад Джан-хан Вардак 165 Мухаммад Захир-шах 248, 250, 316, 333, 335 Мухаммад Исхак-хан 175, 178— 180 Мухаммад Надир-шах 239— 248, 333 Мухаммад Наим 316, 322 Мухаммад Омар 236 Мухаммад Осман 299 Мухаммад Расул-хан Пуштун 253 Мухаммад Сарвар Кандахари 209 ?Аухаммад Хашим-хан 239, 248, 253 Мухаммад Хорезм-шах 75, 81 Мухаммад Хусейн 224, 225 Мухаммад Шариф-хан 156 Мухаммад Шейбани 102, 103 Мухаммад Юсуф 282, 284, 287, 288 Мушк-и Алам см. Дин Мухам- мад Муыз-ад-дин Курт 92—94 Навои, Алишер 97, 101 Надир Кули-бек (см. Надир- шах Афшар) Надир-шах Афшар 118—123, 126, 127, 129 Наиб-хан 210 Наполеон I 138 Нарсе 51 Насир-хан Белудж 129 Насрулла-хан Баракзай 219, 225 Насрулла-хан Мангыт 148 Нидермайер О. 218—221 Низам ал-Мульк 185 Николай I 142 Нур Н. А. 329, 334 Окленд Д. 142, 145 Оксиарт 35 Ольджейту-хан 91 Омар 63 Оранский И. М. 4 Осман 63 Паинда-хан Баракзай 137 Паджшири Г. Д. 276, 329 Перовский В. А. 142 Пероз 51 Петрушевский И. П. 4, 86 Пир Мухаммад 94 Платон 39 Поллок 151 365
Поттинджср Э. 143 Пратап Махендра 221 Птолемей 53 Раббани Б. 335 Ранджит Сингх 129, 138—141, 143—145 Расули Г. X. 322, 332 Ратсбзад А. 329, 334 Рафи М. 334, 338 Рахмдиль-хан 146 Рипон Дж. Ф. С. 169 Робертс Ф. 164, 165, 168, 181 Роксана 34, 40 Руку-ад-дин Курт 88 Сабир-шах 127 Садо (Асадулла-хан) 105 Сарианиди В. И. 12 Сатибарзан 34 Себук-тегин 73 Сеид Хусейн 234 Селевк 36 Синджар 75 Столетов 162 Струве В. В. 28 Стюарт Д. 168 Сулейман-шах-заде 136 Султан Махмуд-хан 136 Султан Мухаммад-хан 141 Султан Хусейн Байкара 97, 98, 101—103 Султан Хусейн Сефеви 115, 116, 118 Сумбад Маг 67 Сурайя 211 Таги-хан Ширази 123 Тарагай 93 Тараки, Нур Мухаммад 253— 255, 265, 294, 303, 326, 329, 332 Тарзи М. см. Махмуд-бек Тарзи Тахир ибн-Хусейн 72 Тахмасп-хан Джелаир 123 Тахмасп Сефеви 118 Телей 37, 38 Рейснер И. М. 4, 105, 190 Тимур 79, 93—96. 102 Тимур-шах Дуррани 130, 135, 136 Типу Султан 137 Угэдей 81, 84, 90 Улуг-бек 96, 97, 103 Ульфат, Гуль Пача 253,261,262 Умра-хан 182 Унсури 74 Устад Азиз 67 Фазлулла Астерабада 102 Файз Мухаммад 321 Фарханг, Мир Мухаммад Сид- дик 256, 257 Фатх-хан Баракзай 137, 138 Фатх Джанг 151 Фатх Мухаммад-хан 156 Фахр-уд-дин Гури 76 Фирдоуси 74, 78 Филот 34 Фраат II 42 Фрада 28 Хабиби, Абдулхай 253, 261,265 Хабибулла Гази см. Бачаи Са- као Хабибулла Рахман 323 Хабибулла-хан 196—199, 201 — 205, 207, 210—212, 217—222, 224, 225 Хадже Наим 264 Хайбар М. А. 329 Хамза ибн-Атрак 69 Хан Мухаммад Хаета 259 Хардинг 218, 221 Харун-ар-Рашид 71 Хекматъяр Г. 335 Хентиг 218—221 Хондемир 97 Хормизд 51, 52 Хоррам А. А. 328 Хоеров I Аноширван 61 Хоеров Мирза 117 Хубилай 83 Хубишка 50 Хул агу 83, 89 Хусейн Сефеви см. Султан Ху- сейн Сефеви Хусейн Хотеки 120, 122 Хушхаль-хан Хаттак 111—113 Хэмфрис 236 Ча га тай 83 Чандрагупта Маурья 36 Чаттар Сингх 153 Чингис-хан 75, 79—83, 88 Шамс-уд-дин Курт 88, 89 366
Шапур I 51 Шапур II 52 Шарк М. X. 328 Шах Вали-хан Бамизай 135, 136 Шах Вали-хан Мухаммадзай 239 Шах Джахан 111 Шах Заман 129, 136, 137 Шах Махмуд Дуррани 137, 138 Шах Махмуд-хан 253, 264, 268 Шах Шуджа-уль-Мульк' 137, 138, 140, 141, 144—147, 149, 151 Шахбаз-хан Хаттак 111 Шахпур 151 Шахрух 95—97, 102 Шаян, Мухаммад Наим 259 Шейх Али хан 100 Шер Али-хан 155—164, 166, 172, 236 Шер Али-хан Кандахари 170 Шихаб-уд-дин Мухаммад Гури 75, 76 Элленборо 151 Эльфинстон М. 137 Энвер-паша 217, 218 Эттемади И. А. 305, 306 Якуб-хан 155, 157, 163, 164, 166, 228 Якуб ибн-Лейс 72 Яр Мухаммад 152
Оглавление Предисловие.................................................3 Глава I. Афганистан в древности.............................6 Древнейший Афганистан....................................— Развитие раннеклассового общества.......................19 Расцвет древних цивилизаций , ......................... 33 Глава II. Афганистан в средние века........................61 Арабское завоевание ................................... 62 Афганистан в IX—XIII веках..............................69 Монгольское завоевание ................................ 80 Тимур и Тимуриды .......................................93 Бабур. Рошаниты. Хушхаль-хан...........................104 Кандагарское и Гератское княжества......................113 Глава III. Афганистан в новое время.......................125 Государство Дуррани......................................— Новое объединение Афганистана и начало английской агрессии 139 Афганистан во второй половине XIX века.................155 Афганистан в начале XX века............................191 Глава IV. Афганистан в новейшее время.....................224 Восстановление независимости Афганистана ............... — Афганистан в 1919—1929 годах...........................226 Афганистан в 1930—1945 годах...........................241 Афганистан после второй мировой войны..................252 Антимонархический переворот и провозглашение республики 316 Национально-демократическая апрельская революция и обра- зование Демократической Республики Афганистан..........329 Примечания.................................................351 Именной указатель..........................................363 ИСТОРИЯ АФГАНИСТАНА С ДРЕВНЕЙШИХ ВРЕМЕН ДО НАШИХ ДНЕЙ Заведующий редакцией А. Л. Ларионов Редактор А. П. Тарасова Младший редактор А. П. Овсепян Оформление художника Э. Л. Э р м а н а Художественный редактор И. А. Дутов Технический редактор М. Н. Мартынова Корректор Ч. А. С к р у л ь ИБ № 1961 Сдано в набор 23.09.81. Подписано в печать 17.02.82. А 01036. Формат 84Х1081/зг- Бумага типогр. № 2. Литературная гарн. Высокая печать. Усл. печ. л. 19,32. Уч,-изд. л. 20,97. Усл. кр.-отт. 19,32. Тираж 20 000 экз. Заказ № 819. Це- на 1 р. 40 к. Издательство «Мысль». 117071. Москва, В-71, Ленинский проспект, 15. Ордена Трудового Красного Знамени Ленинградская типография № 5 Союз- полиграфпрома при Государственном комитете СССР по делам издательств, полиграфии и книжной торговли. 190000. Ленинград, центр, Красная ул„ 1/3.