4 Н -Е НТ
' "ЛЗ Е Б ТЕР
(

МЫСЛЕФОРМЫ

Annie Besant
С. W. Leadbeater
THOUGHT FORMS
ADYAR, MADRAS, INDIA
THE THEOSOPHICAL PUBLISHING HOUSE
1978

Анни Безант
Чарлз Ледбитер
МЫСЛЕФОРМЫ
Москва
Новый Центр
2001

УДК 13
ББК 86.391
Б 39
Печатается по изданию -
Adyar, 1978, Thoughtforms, издание 9-е.
Анни Безант, Чарлз Ледбитер
Б 39 МЫСЛЕФОРМЫ. - М.: Новый Центр, 2001. - 94 с.
ISBN 5-89117-065-5
ISBN 8356-7187-9
Книга известных авторов А. Безант и Ч. Ледбитера представляет собой
исследование форм мыслей человека, что позволяет познать силу и живую
природу мыслей и желаний, а также их влияния на окружающих.
Написанная живым языком с большим количеством иллюстраций,
книга, несомненно, с большим интересом будет встречена любознательным
читателем, стремящимся осознать природу и силу мысли.
УДК 13
ББК 86.391
ISBN 5-89117-065-5 © Зайцев К.А., перевод на русский, 2001
ISBN 8356-7187-9 © Новый Центр, оформление, 2001
© The Theosophical Publishing House,
Adyar, 1925

СОДЕРЖАНИЕ
От издателя 7
Предисловие 8
Введение 9
Трудность представления 13
Два эффекта действия мысли 17
Как действует вибрация 19
Форма и ее действие 21
Смысл цветов 27
Три класса мыслеформ 30
Мыслеформы в иллюстрациях 34
Любовь 34
Религиозные чувства 37
Интеллект 40
Гнев 42
Сочувствие 44
Страх 44
Жадность 44
Различные эмоции 45
Формы, увиденные у медитирующих 51
Мысли помощи 57
Формы, построенные музыкой 58
Иллюстрации 67
5

ОТ ИЗДАТЕЛЯ
Предлагаемая русскому читателю книга была впервые
опубликована на английском языке в 1901 году. С тех пор она
выдержала более восьми изданий на английском и вышла в свет
на нескольких других языках. На русском языке публикуется
впервые. Перевод выполнен с восьмого издания 1978 года, в
котором по сравнению с изданием 1901 года некоторые отрывки,
которые современные американские издатели сочли не
актуальными сегодня, были удалены, а необходимые комментарии
добавлены. В книге использованы оригинальные цветные
иллюстрации, нарисованные под руководством авторов.
7

ПРЕДИСЛОВИЕ
Эта маленькая книга - совместная работа мистера Ледбитера
и моя. Картины мыслеформ, наблюдавшихся мистером Ледби-
тером или мною, или нами совместно, выполнены тремя
нашими друзьями - мистером Джоном Варли, мистером Прин-
сом и мисс Макфарлэйн, каждому из которых мы выражаем
сердечную благодарность. Нарисовать блеклыми земными
красками формы, созданные из живого света других миров,- дело
трудное и неблагодарное, потому тем более мы благодарим тех,
кто попытался это сделать. Им требовался расцвеченный огонь,
а имелись у них только земные цвета. Мы также благодарим
мистера Ф. Блая Бонда за разрешение использовать его статью
«Вибрационные фигуры» и некоторые из его прелестных
рисунков. Еще один друг, приславший нам некоторые заметки и
несколько рисунков, пожелал, чтобы имя его не упоминалось,
так что мы можем выразить ему благодарность лишь в
безличной форме.
Мы искренне надеемся и верим, что эта небольшая книга
послужит поразительным нравственным уроком для каждого
читателя, заставляя его осознать природу и силу мыслей и давая
стимул к благородству и точку опоры. С этой верой и
надеждой мы и отправляем книгу в путь.
Анни Безант
8

ВВЕДЕНИЕ
С ростом знаний отношение науки к предметам
невидимого мира претерпевает определенные изменения. Ее внимание
уже направлено не только на Землю с многообразием ее
объектов и не только на физические миры вокруг Земли. Науке
приходится глядеть глубже и создавать гипотезы о природе
материи и силы, лежащей за пределами познаний, приобретаемых
при помощи традиционных инструментов. Наука, применив
редкую изобретательность в исследовании природы,
продвинулась в этом столь далеко и проявила столько терпения и
изобретательности в исследованиях, что начинает получать
вознаграждение за свои поиски: силы и существа следующего плана,
высшего по отношению к нашему, начинают показываться на
внешней границе физического мира. Природа не делает
скачков, и по мере того, как физик приближается к границам
своей области, он приходит в замешательство от прикосновений
и проблесков другого мира, взаимопроникающего с его
собственным. Он вынужден теперь рассуждать о невидимом
присутствии, если только хочет найти рациональное объяснение
несомненным физическим феноменам, и незаметно для себя
переходит границу, начиная, хотя и неосознанно,
контактировать с астральным планом.
Один из наиболее интересных путей от физического плана
к астральному - это изучение мысли. Западный ученый,
идущий от анатомии и физиологии мозга, пытается сделать их
базисом здравой, рациональной психологии, но попадая в
область снов, иллюзий, галлюцинаций и пытаясь применить здесь
методы экспериментальной науки, чтобы классифицировать их,
9

ученый неизбежно погружается в астральный план. Доктор Ба-
радюк из Парижа почти преодолел этот барьер и находится на
пути к фотографированию астро-ментальных образов,
изображения которых с материалистической точки зрения могут
считаться результатом колебаний в сером веществе мозга.
Тем, кто интересуется этим вопросом, давно известно, что
отраженные ультрафиолетовые лучи позволяют получить
изображения объектов, невидимых в лучах видимого спектра. Иногда
слова ясновидящих подтверждаются благодаря появлению на
чувствительных фотопластинках фигур, ими описываемых, но
не являющихся зримыми для других. Если судить
беспристрастно, то отвергнуть многократные свидетельства таких
экспериментов, проводимых людьми, вполне заслуживающими
доверия, полностью невозможно. У нас уже есть исследователи,
занимающиеся разработкой специальных методов, позволяющих
наблюдать тонкие формы и получать их изображения. Среди
них наибольших успехов достиг д-р Барадюк; в 1901 году он
опубликовал книгу, посвященную этим исследованиям,- с
репродукциями сделанных им фотографий. Д-р Барадюк
заявляет, что исследует тонкие силы, при помощи которых душа -
разум, действующий как посредник между духом и телом,-
выражает себя. Он создает способ записи этих светящихся, но
невидимых вибраций в виде отпечатков на фотопластинках,
исключая при помощи изоляторов воздействие на них
электричества и тепла. Мы можем не обращать внимания на его
эксперименты в биометрии (измерении движений живых
объектов), а сосредоточиться на результатах, полученных с помощью
иконографии,- отпечатках невидимых волн, которыми душа
создает свой образ, и подобными, по его мнению, световым
волнам. Некоторые из его фотографий демонстрируют эфирные и
магнитные результаты физических явлений; это мы также
можем отбросить как не относящееся к интересующему нас
вопросу, хотя сами по себе эти результаты любопытны. Д-р
Барадюк, сосредоточенно думая об объекте, получал различные
отпечатки - при этом действие, производимое мыслеформой,
проявлялось на светочувствительной пластинке. Он пытался
10

мысленно представить образ знакомой женщины (тогда уже
умершей), возвращаясь в мыслях к тому, как он писал с нее
портрет, когда она уже лежала при смерти. Д-р Барадюк
совершенно справедливо говорит, что создание объекта - это
выделение образа из ума и его последующая материализация, и он
добивается химического воздействия созданных его мыслью
картин на соли серебра. Одним из удивительных примеров этого
является сила, излучаемая при искренней молитве. Молитвы
производили формы, похожие на листья папоротника, на
дождь, направленный вверх, если такое можно представить.
Тремя людьми, с любовью думающими о своем единстве, была
выделена продолговатая форма, покрытая рябью. Опечаленный
мальчик, гладящий мертвую птицу, был окружен сетью
переплетенных нитей эмоционального беспокойства. Сильный вихрь
формируется чувством глубокой печали. После рассмотрения
ряда этих примеров становится ясно, что изображения, которые
удалось получить, являются не образами мысли, а эффектом,
вызванным ее вибрациями в эфирной материи, и что мысли
необходимо видеть при помощи ясновидения, чтобы понять
полученные результаты. Фактически, иллюстрации
поучительны не столько самими образами, сколько тем, что они прямо
не выражают.
Может оказаться полезным сообщить изучающим
несколько яснее, чем это делалось ранее, некоторые из фактов
природы, делающие более понятными те результаты, к которым
пришел д-р Барадюк. Они не могли быть безупречными,
поскольку фотокамера и фотопластинки не являются идеальным
инструментом для астральных исследований. Однако снимки
эти интересны и ценны тем, что позволяют связать
свидетельства ясновидящих с научными исследованиями.
Тот факт, что эмоциональные изменения проявляют свою
природу в цвете облакоподобного яйца, или ауры, которая
окружает все живые существа, заинтересовал в последнее время
и наблюдателей, не входящих в Теософическое Общество. Один
специалист* в области медицины собрал множество сопостав-
* Доктор Хукер, Лондон.
11

лений цвета аур людей с их темпераментами. Его результаты
близки к полученным ясновидящими теософами и другими
исследователями, и достигнутого единодушия вполне
достаточно для признания их фактами, если судить о них по тем же
правилам, что приняты для всех прочих свидетельств.
Общие вопросы, связанные с аурой, рассмотрены в книге
«Человек видимый и невидимый». А предлагаемая небольшая
книга, написанная автором «Человека видимого и невидимого»
и его коллегой по теософии, предназначена для дальнейшего
углубленного рассмотрения вопроса, и мы верим, что такое
исследование полезно, так как ярко запечатлеет в уме
изучающего силу и живую природу мысли и желания, а также их
влияния на всех, кого они достигают.
12

ТРУДНОСТЬ ПРЕДСТАВЛЕНИЯ
Мы часто слышим, что мысли - это вещи, и среди нас
много таких, кто лично убедился в истинности этого. И все же,
лишь немногие из нас имеют ясное представление, что же это
за вещь - мысль. Задача данной маленькой книги - помочь вам
в этом разобраться.
На нашем пути имеется несколько значительных
трудностей - ведь наше представление о пространстве ограничено
тремя измерениями, а когда мы пытаемся что-то нарисовать, мы
практически ограничиваемся двумя. В действительности даже
изображение трехмерных объектов весьма несовершенно - ведь
на нашем рисунке линия или угол вряд ли будут точно
показаны. Если на картине дорога, то часть ее на переднем плане
будет представлена намного шире, чем на заднем, хотя на самом
деле ширина дороги неизменна. Если нужно нарисовать дом,
то его прямые углы будут показаны острыми или тупыми, в
зависимости от их местоположения, но уж вряд ли такими,
каковы они на самом деле. В действительности мы рисуем все не
так, как оно есть, а так, как оно нам представляется, и задача
художника - в том, чтобы умелым расположением линий на
плоской поверхности передать глазу впечатление, которое
производит трехмерный объект.
Это возможно сделать только потому, что аналогичные
объекты уже знакомы тем, кто смотрит на картину и
воспринимает то, что она стремится передать. Человек, никогда не
видевший дерева, даже по очень хорошей картине получит о нем
весьма смутное представление. Если же к этой трудности мы
прибавим другую, более серьезную - ограниченность сознания,
13

и представим, что показываем картину существу, которое
знает лишь два измерения, то окажется, что дать ему какое бы то
ни было адекватное представление о пейзаже, который мы
видим, будет абсолютно невозможно. Именно эта трудность -
самая значительная из стоящих на нашем пути, когда мы
пытаемся нарисовать даже очень простую мыслеформу. Сознание
подавляющего большинства жестко ограничено тремя
измерениями, более того - люди не имеют ни малейшего
представления о том сокровенном мире со всем великолепием его
сверкающих красок, к которому принадлежат мыслеформы. Самое
лучшее, что мы можем сделать,- представить сечение
мыслеформы; и тем, чьи способности позволяют видеть оригинал, не
останется ничего, кроме как испытать разочарование от такой
репродукции. Однако же те, кто пока неспособен их увидеть,
получат хотя бы частичное представление, и каким бы неполным
оно ни было, это все же лучше, чем ничего.
То, что называют аурой человека,- это внешняя часть об-
лакоподобной материи его высших тел, взаимопроникающих
одно в другое и простирающихся за границы физического тела,
самого маленького из всех тел человека. Два из них, ментальное
и тело желаний, в основном и задействованы в появлении того,
что называется мыслеформами.
Человек-мыслитель заключен в тело, состоящее из
бесчисленных комбинаций тонкой материи ментального плана; это
тело может иметь более или менее утонченное строение, и
бывает больше или меньше приспособлено для своих функций,
соответственно уровню интеллектуального развития, которого
достиг человек. Ментальное тело - объект большой красоты;
изящество и быстрое движение его частичек придают ему вид
живого радужного света, и эта красота становится необычно
лучистой и восхитительной по мере того, как интеллект
достигает более высокой стадии развития и занят в основном
чистыми и возвышенными вопросами. Каждая мысль возбуждает
в материи этого тела целый набор взаимосвязанных колебаний,
сопровождаемый восхитительной игрой света, подобной блеску
солнца в брызгах водопада, однако яркость и живость красок,
14

а также сверкание их на порядок превосходит это и в цвете, и
в тонкости. Под действием этого импульса тело выбрасывает
вибрирующую часть себя - ее вид соответствует природе
вибраций (так складываются рисунки из песка на диске,
вибрирующем на определенной музыкальной ноте) и собирает из
окружающей атмосферы материю из элементальной эссенции
ментального мира, подобную себе по консистенции. Теперь мы
имеем чистую и простую мыслеформу, которая представляет
собой очень активное живое существо, одушевленное
породившей его идеей. Если мыслеформа состоит из более тонких
типов материи, то она наделена огромной силой и энергией и
может быть использована в качестве могущественного агента,
если направляется сильной и неколебимой волей.
Когда энергия человека направляется к внешним объектам
желаний или занята страстями и эмоциями, она работает в
астральном мире, т. е. на менее тонком уровне, чем ментальная
материя. Так называемое тело желаний состоит из астральной
материи и образует наиболее заметную часть ауры
неразвитого человека. У человека грубого склада тело желаний состоит из
более плотной материи астрального плана, оно тусклых тонов,
коричневый цвет и грязные оттенки зеленого и красного
играют основную роль, но когда страсти возбуждены, сквозь них
могут вспыхивать различные характерные для них цвета. У
людей более высокого развития тело желаний состоит из более
тонких типов астральной материи, и цвета чистых и ясных
оттенков струятся и вспыхивают сквозь него. Будучи не столь
тонким и сияющим, как ментальное тело, астральное все же
представляет собой нечто красивое, и по мере того как эгоизм
устраняется, тусклые и тяжелые краски исчезают.
Тело желаний (или астральное) вызывает появление
другого класса сущностей, аналогичных по своему строению мыс-
леформам уже описанным, но ограниченных астральным
планом и порождаемых умом под преимущественным
воздействием животной природы.
Эти мыслеформы вызываются действием низшего ума и
выбрасываются наружу через астральное тело - это, по теосо-
15

фической терминологии, деятельность кама-манаса, или ума,
подчиненного желанию. В этом случае в теле желаний
возникают колебания, и под их действием это тело выбрасывает часть
себя, сформированную, как и в предыдущем случае, природой
вибраций и притягивающую к себе некоторое количество
соответствующей элементальной сущности астрального мира.
Такая мыслеформа в качестве тела имеет эту элементальную
эссенцию или сущность, а в качестве души, оживляющей это
тело, - вызвавшее ее желание или страсть. В соответствии с
количеством ментальной энергии, соединенной с желанием или
переживанием, будет и сила мыслеформы. Такие мыслеформы
называются искусственными элементалами, и они наиболее
распространены, так как немногие мысли обычных людей не
окрашены желанием, страстью или эмоцией.
16

ДВА ЭФФЕКТА ДЕЙСТВИЯ МЫСЛИ
Каждая определенная мысль производит двойной эффект -
излучаемые колебания и плывущую форму. Сама мысль сначала
открывается ясновидящему взгляду как вибрация
ментального тела; она может быть либо простой, либо сложной. Если
мысль совсем простая, то наблюдается лишь одна частота
колебаний, и только один тип ментальной материи подвергается
сильному воздействию. Ментальное тело состоит из материи
нескольких степеней плотности, эту материю, в соответствии с
подпланами, мы обычно подразделяем на классы. У каждого из
них много подразделений, и если мы можем условно
разграничить степени плотности горизонтальными линиями, то другое
деление, по качеству, можно символизировать вертикальными
линиями. Существует много видов ментальной материи, и
обнаружено, что каждый из них имеет свою собственную частоту
колебаний, которая ему наиболее свойственна. Он с
готовностью отвечает на нее и стремится вернуться к ней как можно
скорее, если сбивается с нее сильным порывом мысли или
чувства. Когда внезапная волна эмоции обрушивается на
человека, то его астральное тело приходит в состояние сильного
возбуждения и его собственные цвета на время почти затмеваются
вспышками бордового, голубого или алого, что соответствует
частоте колебаний, свойственной определенной эмоции. Это
изменение временное, оно длится лишь несколько секунд, и
астральное тело быстро восстанавливает свое обычное состояние.
Однако каждая такая вспышка чувств производит и
постоянный эффект - она всегда прибавляет немного своего оттенка к
обычной окраске астрального тела, так что всякий раз, когда че-
2
17

ловек уступает определенной эмоции, ему легче уступить ей
снова, потому что для его астрального тела входит в привычку
вибрировать с этой особой частотой.
Но большинство человеческих мыслей не являются
простыми. Абсолютно чистая любовь, конечно, существует; но мы
очень часто находим ее окрашенной гордостью или эгоизмом,
ревностью или животной страстью. Это значит, что и в
астральном, и ментальном телах появляются по меньшей мере
две различные вибрации, а часто и более. Излучаемые
колебания поэтому будут сложными, а результирующая мыслеформа
будет окрашена несколькими цветами вместо одного.
18

КАК ДЕЙСТВУЕТ ВИБРАЦИЯ
Излучаемые колебания, подобно всем прочим колебаниям
в природе, затухают пропорционально удалению от источника,
хотя, вероятно, что они ослабляются пропорционально кубу
расстояния, а не квадрату, поскольку в процессе участвует
дополнительное измерение. И подобно всем колебаниям, они
стремятся воспроизводить себя, когда им представляется
возможность; и всякий раз, когда они воздействуют на другое
ментальное тело, они пытаются возбудить в нем их собственный
темп движения. С точки зрения человека, чье ментальное тело
подвергается действию этих волн, они стараются породить в
его уме мысли того же типа, которые ранее возникли в уме
мыслителя, пославшего эти волны. Расстояние, на которое
проникают мысленные волны, их сила и воздействие на
ментальные тела других зависят от силы и ясности первоначальной
мысли. В этом отношении, мыслитель находится в таком же
положении, что и оратор. Голос последнего вызывает в воздухе
движение звуковых волн, распространяющихся от оратора во
всех направлениях и доносящих его сообщение до всех
оказавшихся в радиусе слышимости; а расстояние, на которое может
проникать его голос, зависит как от мощности голоса, так и
от ясности произношения. Точно таким же образом сильная,
уверенная мысль будет перенесена гораздо дальше, чем слабая
и нерешительная, но ясность и определенность имеют здесь
даже большую важность, чем сила. Так же, как голос оратора
может скользнуть мимо невнимательных ушей людей, занятых
делами или удовольствиями, так и мощная волна мысли мо-
19

жет пронестись, не подействовав на ум человека, если он уже
вовлечен в другую линию рассуждений.
Следует уяснить себе, что излучаемые колебания переносят
характер мысли, но не объект ее. Если индус сидит, полный
религиозного чувства к Кришне, то волны чувства, изливаемые
им, стимулируют набожность у всех, кто попадет под их
влияние: мусульманин - обратится к Аллаху, зороастриец - к Аху-
ре Мазде, христианин - к Иисусу. Человек, проницательно
думающий о каком-либо высоком предмете, порождает вибрации,
которые стремятся возбудить мысли того же уровня в других,
хотя и не предлагают конкретной темы. Они просто
действуют с особой энергией на умы, уже привычные к вибрациям
такого характера, в то же время производя некоторое влияние
на каждое ментальное тело, в которое проникают; и у тех, для
кого это еще не стало обычным, постепенно пробудится
способность к высокому мышлению. Поэтому очевидно, что
всякий человек, думающий о возвышенном, проводит
миссионерскую работу, даже если он этого вовсе не сознает.
20

ФОРМА И ЕЕ ДЕЙСТВИЕ
Давайте обратимся теперь ко второму эффекту,
сопровождающему мысль,- созданию определенной формы. Изучающим
оккультные науки знакомо представление об элементальной
сущности - странной полуразумной жизни, которая окружает
нас со всех сторон, оживляя материи ментального и
астрального планов. Материя, оживленная таким образом, очень охотно
откликается на влияние человеческой мысли, и любой импульс,
посланный из ментального или астрального тела,
незамедлительно заключается во временную оболочку из этой оживленной
материи. Такая мысль, или импульс, на время становится чем-
то вроде живого существа, душой которого является
мысленная сила, а телом - оживленная материя. Вместо того, чтобы
использовать громоздкое выражение «астральная или
ментальная материя, одушевленная монадической сущностью на стадии
одного из элементальных царств», авторы-теософы часто для
краткости пишут просто «элементальная сущность» или
«эссенция» и иногда говорят о мыслеформе, как об «элементале».
Может существовать бесконечное разнообразие цветов и
обликов таких элементалов, или мыслеформ, поскольку каждая
мысль собирает вокруг себя материю, наиболее подходящую
для своего выражения, и заставляет ее вибрировать в
гармонии со своими собственными колебаниями; так что характер
мысли определяет ее цвет, и изучение вариаций и
комбинаций цветов - исключительно интересное занятие.
Если чья-либо мысль или чувство прямо связаны с другим
человеком, то результирующая мыслеформа движется к нему
и разряжается на его астральное и ментальное тела. Если же
21

человек думает о себе, или его мысль основана на личном
чувстве, то подавляющее большинство таких мыслей слоняются
вокруг своего создателя и всегда готовы на него воздействовать,
как только он ненадолго войдет в пассивное состояние.
Например, человек, уступающий нечистым мыслям, может
забыть о них, когда занят ежедневной рутинной работой, даже
если эти мыслеформы висят вокруг него тяжелым облаком,
поскольку его внимание направлено на что-то другое и
астральное тело невосприимчиво к колебаниям, отличным от его
собственных. Но когда человек отдыхает после своих трудов,
оставляя свой ум свободным от определенных мыслей, он вполне
может ощутить, как грязные вибрации вновь коварно
подкрадываются к нему. Если сознание человека в некоторой
степени пробуждено, он обнаруживает это и кричит, что его
искушает дьявол, хотя на самом деле то, что кажется искушением, -
лишь естественная реакция на его собственные мыслеформы.
Каждый человек путешествует через пространство, будучи
заключенным в ящик, созданный им самим, и окруженный
массой форм, сотворенных его привычными мыслями. Он
смотрит на мир сквозь эту среду и, конечно, видит всё в ее
преобладающих красках, при этом все колебания, достигающие его,
в какой-то степени изменяют свою частоту. Таким образом, пока
человек не научится полностью контролировать свои мысли
и чувства, он ничего не увидит таким, как оно есть,
поскольку все его наблюдения будут вестись через эту среду, которая
искажает и окрашивает, как плохо изготовленное стекло.
Если мыслеформа не является явно персональной, так же
как и направленной к кому-либо другому, то она просто
плывет сама по себе в атмосфере, излучая все время колебания,
подобные тем, что были первоначально посланы ее создателем.
Если она не входит в контакт с каким-нибудь другим
ментальным телом, излучение постепенно истощает запас ее энергии,
и в этом случае форма распадается на куски; но если ей
удается возбудить резонансные колебания в любом ментальном теле,
оказавшемся неподалеку, то вступает в действие притяжение, и
мыслеформа обычно поглощается этим телом. Таким образом,
22

мы видим, что влияние мыслеформы не столь далеко идущее,
как и первоначальное излучение, но - куда бы оно ни
достигло - действует оно с гораздо большей точностью. То, что мыс-
леформа производит в ментальном теле, на которое она
влияет, является не просто мыслью того же порядка, что и
породившая ее мысль,- это действительно та же мысль. Излучение
может подействовать на тысячи людей и возбудить в них
мысли того же уровня, что и исходная, но случается, что ни одна
из них не совпадает с оригиналом; мыслеформа же может
подействовать лишь на немногих, но в этих немногих она
произведет в точности исходную идею.
Всякому, кто изучал акустику, известно, что вибрации
могут создавать определенные формы,
геометрические или иные.
Звуковая пластинка (рис. 1)
изготовлена из латуни или зеркального
стекла. По ее поверхности
рассыпают мелкие песчинки и проводят по
краю смычком. Песок
подбрасывается в воздух вибрацией пластинки и,
падая на нее снова, располагается
упорядоченным образом (рис. 2). Рис. 1. Схема получения
Касаясь смычком разных мест плас- вибрационных фигур
тинки, можно получать разные ноты
и, следовательно, разные рисунки (рис. 3). Если фигуры,
приведенные здесь, сравнить с полученными при помощи
человеческого голоса, то можно найти много схожего. Эти фигуры
возникают в силу взаимодействия создающих их колебаний.
Рис. 2. Формы вибрационных фигур
23

Рис. 3. Формы вибрационных фигур
Можно сообщить маятнику два или более одновременных
движений и, присоединив к нему тонкое перо посредством
рычага, точно зафиксировать его путь. Теперь вместо колебаний
маятника поставьте колебания в астральном или ментальном теле,
и нам станет ясен принцип получения форм при помощи
вибраций.
Следующее описание позаимствовано из очень интересной
статьи - «Вибрационные фигуры» Б. Блай Бонда*, члена
Королевского Института Британских Архитекторов, получившего при
помощи маятников множество замечательных фигур. Маятник
подвешивается на край ножа из закаленной стали и может
свободно совершать движения только в направлении,
перпендикулярном ножу. Четыре таких маятника можно сгруппировать по
два, так, чтобы они качались под прямым углом друг к другу
при помощи нитей, соединяющих древки каждой пары
маятников с концами легкой, но жесткой планки, от центра которой
отходят другие нити; они передают объединенные движения
каждой пары маятников легкой квадратной деревянной
пластинке, поддерживаемой пружиной; на этой пластинке укреплено
перо. Таким образом, это перо управляется совокупным
движением четырех маятников, и движение фиксируется пером на
* F. Bligh Bond. Vibration Figures.
24

доске. Теоретически нет предела количеству маятников, которые
могут быть соединены таким образом. Их движения
прямолинейны, но два прямолинейных колебания равной амплитуды,
действуя под прямым углом друг к другу, образуют круг, если
они точно синхронизированы, или эллипс, если совпадение
колебаний неполное или их амплитуды неравны. Круговые
колебания также легко получить, заставив свободно подвешенный
маятник раскачиваться по круговому пути. Описанным
способом была получена целая серия удивительных рисунков; и их
схожесть с некоторыми мыслеформами примечательна. Они
достаточно убедительно демонстрируют, насколько легко
вибрации могут быть превращены в фигуры. Сравните рис. 4 с
25

рис. 12, где показан результат молитвы матери, или рис. 5 с
рис. 10; или рис. 6 со стремительной змееподобной формой на
рис. 25. Рис. 7 добавлен как иллюстрация сложности формы,
которой можно достичь. Наиболее удивительным нам кажется
то, что некоторые рисунки, полученные случайным образом в
результате движений механизма, могут точно соответствовать
высшим типам мыслеформ, созданным при медитации. Мы
уверены, что этот факт сам по себе очень ценен, однако
потребуется много дальнейших исследований, прежде чем мы сможем
точно сказать, что все это значит. Одно ясно: если две силы на
физическом плане, находящиеся в определенном отношении
друг к другу, могут создать форму, точно соответствующую той,
что производится сложной мыслью на ментальном плане, можно
сделать вывод, что мысль возбуждает на своем собственном
плане две силы, имеющие такое же отношение между собой. Что
это за силы и как они работают, еще предстоит рассмотреть,
но если мы сможем разрешить эту проблему, то скорей всего это
откроет для нас новое исключительно ценное поле
исследований.
ОСНОВНЫЕ ПРИНЦИПЫ
Три основных принципа, лежащих в основе создания
мыслеформ:
1. Качество мысли определяет цвет.
2. Природа мысли определяет форму.
3. Четкость мысли определяет ясность очертания.
26

СМЫСЛ ЦВЕТОВ
Таблица цветов, приведенная в начале этой книги, была уже
подробно описана в книге «Человек видимый и невидимый»,
и свойственный цвету смысл - точно такой же для мыслефор-
мы, как и для тела, ее выделившего. Для тех, кто не имеет под
рукой полного описания, данного в указанной книге, будет
уместно заметить, что черный означает ненависть и злобу.
Красный, всех оттенков от кирпично-красного до ярко-алого,
означает гнев; лютый гнев проявляет себя вспышками
огненно-красного из темных коричневых облаков; в то время как цвет
«благородного негодования» - ярко-алый, его нельзя назвать
некрасивым, но все-таки он вызывает неприятное волнение; наиболее
темный, неприятный красный (его еще называют «кровь
дракона») показывает животную страсть разного рода, чувственное
желание, вожделение. Чисто-коричневый (наподобие краски
«сиена жженая») показывает скупость; тусклый
серо-коричневый - это знак эгоизма, цвет, к сожалению, очень часто
встречающийся; густой темно-серый обозначает депрессию, в то
время как мертвенно-бледный серый ассоциируется со страхом;
серо-зеленый - признак обмана, а коричнево-зеленый (обычно
испещренный точками и вспышками алого) указывает на
ревность. Зеленый, похоже, всегда обозначает приспособляемость -
в худшем случае эта способность к адаптации, будучи
смешана с эгоизмом, становится обманом; в лучшем случае, при
более чистом цвете, это указывает на желание стать полезным для
людей, хотя истинная причина может заключаться в
стремлении к популярности и хорошей репутации; в своем же выс-
27

шем, тонком и ярком аспекте зеленый означает божественную
силу сопереживания. Любовь выражает себя всеми оттенками
малинового и розового, ясный цвет кармина означает здоровую
любовь обычного рода; если же присутствуют серо-коричневые
пятна, это свидетельствует об эгоистическом, захватническом
чувстве, в то время как чистый светло-розовый обозначает
совершенно бескорыстную любовь, свойственную только высоким
натурам; цвет может изменяться от блекло-малинового при
животной любви до наиболее изысканных оттенков розового,
подобных первым проблескам восхода,- по мере того как
любовь очищается от элементов эгоизма и делается все более
щедрой и сострадательной ко всем в ней нуждающимся. В
совокупности с голубым оттенком религиозной преданности это
может выражать глубокое осознание всеобщего братства
человечества. Насыщенный оранжевый соответствует гордости и
амбиции, а различные оттенки желтого обозначают интеллект или
интеллектуальное удовлетворение; блеклый оттенок охры
свидетельствует о направлении этих способностей к
эгоистическим целям, в то время как ясный цвет краски «гуммигут»
четко указывает на более высокий тип интеллекта, а блестящий
светло-желтый - знак самого высокого и бескорыстного
применения сил интеллекта - это чистый разум, направленный к
духовным целям. Различные оттенки голубого свидетельствуют о
религиозном чувстве. Диапазон их очень широк: от темного
коричнево-синего, соответствующего эгоистичной набожности,
или бледного серо-голубого, показывающего служение фетишу,
смешанное со страхом, вплоть до глубокого ясного цвета
искреннего поклонения и красивого светло-лазурного,
соответствующего той высшей форме, которая включает самоотречение и
слияние с божественным. Преданная мысль бескорыстного
сердца имеет очень приятный цвет, напоминающий глубокую
голубизну летнего неба. Сквозь такие облака голубого часто
сияют яркие золотые звезды, направляющиеся вверх, подобно
ливню искр. Смесь любви и религиозного почитания
проявляется как оттенок фиолетового, а более тонкие его оттенки
всегда показывают способность к отклику на высокий и пре-
28

красный идеал. Яркость и глубина цветов обычно являются
мерилом силы и активности чувства.
Другой аспект, о котором не следует забывать, это тип
материи, из которой создаются мыслеформы. Если мысль
относится к сфере чистого интеллекта и не связана с конкретной
личностью,- например, мыслитель пытается решить задачу из
области алгебры или геометрии - мыслеформа и излучаемая
волна будут принадлежать исключительно ментальному плану.
Однако если это мысль высокодуховной натуры, если она
наполнена любовью, устремленностью или глубоким
неэгоистичным чувством, она поднимется с ментального плана и
позаимствует многое из славы и великолепия буддхического плана. В
этом случае ее влияние оказывается чрезвычайно мощным; и
каждая такая мысль - это могучая добрая сила, которая не
может не оказать воздействия на все ментальные тела в пределах
досягаемости, если только они вообще способны хоть на какой-
то отклик.
С другой стороны, если мысль таит в себе нечто
эгоистическое какое-либо личное желание, ее вибрации сразу же
направляются вниз и создают вокруг себя тело из астральной
материи в дополнение к своей оболочке из ментальной. Такая
мыслеформа способна действовать на астральные тела других
людей так же, как и на их умы - она не только вызовет у них
мысль, но и возбудит их чувства.
29

ТРИ КЛАССА МЫСЛЕФОРМ
Если рассматривать мысли с точки зрения форм, которые
они производят, то мы можем разделить их на три класса:
1. Принимающие образ думающего. Когда человек думает о
том, что он находится в каком-то отдаленном месте или
искренне желает быть там, он создает мыслеформу, имеющую вид его
самого, которая там и появляется. Нередко такая мыслеформа
наблюдается другими и принимается за астральное тело
человека или даже за него самого. При этом либо наблюдатель
должен стать ясновидящим хотя бы на время, чтобы иметь
возможность воспринять астральный образ, или мыслеформа должна
быть достаточно сильной, чтобы материализоваться, то есть на
некоторое время собрать вокруг себя определенное количество
физической материи. Мысль, порождающая такую форму,
должна быть сильной, при этом она использует более всего
материю ментального тела, так что хотя форма мала и сжата в тот
момент, когда покидает думающего, она собирает вокруг себя
значительное количество астральной материи и, прежде чем
дойдет до места назначения, обычно достигает натуральной
величины.
2. Принимающие вид какого-нибудь материального объекта.
Когда человек думает о своем друге, он формирует в своем
ментальном теле его небольшой образ, который часто выходит
наружу и обычно парит в подвешенном состоянии перед
думающим. Таким же образом, если он думает о комнате, доме
или пейзаже, крохотные образы этих вещей формируются в
ментальном теле и затем выделяются. Это также верно в
случае, когда человек упражняется в воображении; художник, со-
30

ставляющий концепцию своей будущей картины, строит ее из
материи своего ментального тела, после чего проектирует ее в
пространство перед собой, держит перед своим мысленным
взором и копирует. Писатель таким же способом строит в
ментальной материи образы своих героев и усилием воли
передвигает этих марионеток; таким образом сюжет его рассказа,
подобно спектаклю, разыгрывается перед ним. С нашими нелепо
перевернутыми представлениями о реальности трудно понять, что
эти мысленные образы существуют на самом деле и
настолько объективны, что легко могут быть видимы ясновидящим, и
даже могут быть изменены людьми, не являющимися их
создателями. Некоторые писатели смутно это сознают - они
свидетельствуют, что характеры, однажды созданные ими,
развили свою собственную волю и настаивают на развитии сюжета
по линиям, совершенно отличным от первоначальных
намерений автора. Такое действительно случалось - иногда из-за того,
что мыслеформы порой одушевлялись игривыми природными
духами. Но чаще какой-нибудь «мертвый» писатель, наблюдая
на астральном плане развитие сюжета своего товарища по перу,
решает, что может его улучшить, и прибегает к такому методу
внесения своих предложений.
3. Принимающие всецело свою собственную форму,
выражающую присущие ей качества в материи, собранной ею самой
вокруг себя. Только мыслеформы этого третьего класса
достойны иллюстраций, поскольку, чтобы представить первые два
класса, пришлось бы рисовать просто портреты или пейзажи.
В этих двух типах мы имеем пластичную ментальную или
астральную материю, имитирующую формы, принадлежащие
физическому плану. В третьей же группе мы видим формы,
свойственные астральному или ментальному плану. Все же сам этот
факт, делающий их столь интересными, ставит непреодолимый
барьер на пути их точного воспроизведения.
Мыслеформы третьего класса почти всегда проявляют себя
на астральном плане, поскольку подавляющее большинство их -
выражения чувства, так же как и мысли. Приведенные нами
здесь мыслеформы почти все принадлежат к этому классу, за
31

исключением немногочисленных примеров красивых мысле-
форм, созданных при определенной медитации теми, кто
после долгой практики научился, как надо думать.
Мыслеформы, направленные к другим людям, либо
оказывают определенное действие, частично воспроизводящееся в
ауре, либо отталкиваются от нее. Мысль любви и желания
защитить, с силой направленная к объекту любви, создает
форму, остающуюся в его ауре как предохранительный щит. Эта
форма будет искать любую возможность для службы и
защиты в силу не сознательного, не обдуманного действия, а
слепого следования приданному ей импульсу. Она станет укреплять
дружественные силы, воздействующие на ауру, и ослаблять
враждебные. Таким образом, мы можем создать и поддерживать
настоящего ангела-хранителя возле тех, кого мы любим; и
многочисленные молитвы матери о ребенке, находящемся вдали
от нее, создают вокруг него защитный круг, хотя она и не
знает, каким образом ее «молитва была услышана».
Когда добрые либо злые мысли направлены на людей, они
должны найти в их ауре материю, способную резонансно
откликнуться на их колебания. Всякая комбинация материи
может вибрировать только в определенных пределах; и если
колебания мыслеформы находятся вне пределов тех колебаний,
на которые аура может ответить, то мыслеформа никак не
сможет воздействовать на эту ауру. Потому она отражается от ауры
с силой, пропорциональной той энергии, с которой она в нее
ударила. Вот почему говорят, что чистые сердце и ум - лучшие
защитники против всех враждебных нападений, ведь они
строят астральное и ментальное тела из таких тонких и
неуловимых материалов, так что эти тела не смогут отвечать на
колебания, которые влияют на грубую и плотную материю. Если
злая мысль, направленная с намерением навредить, ударяет в
такое тело, то она может лишь отскочить от него, отбрасыва-
ясь назад со всей присущей ей энергией. Она летит назад вдоль
магнетической линии наименьшего сопротивления (которая
была только что прочерчена), ударяя в излучившего ее. Он же,
имея в астральном и ментальном телах материю, аналогичную
32

той, из которой была создана мыслеформа, приводится в
соответствующие колебания и переживает те разрушительные
последствия, что готовил для другого. Таким образом «проклятия
(и благословения) возвращаются к родному насесту». Пока в
теле человека остается некоторое количество грубых типов
материи, связанных со злыми и корыстными мыслями, он открыт
для атаки со стороны желающих ему зла, но как только он
полностью устранит ее самоочищением, ненавистники больше не
смогут ранить его, и он сможет мирно и спокойно жить
среди копий их ненависти. Но это плохо для тех, кто мечет такие
копья.
Прежде чем перейти к рассмотрению наших иллюстраций,
стоит еще упомянуть, что все представленные мыслеформы
взяты из жизни. Это не воображаемые мыслеформы некого
мечтателя, настроенного на то, что они должны появиться, а
воспроизведенные формы, которые наблюдались на самом деле.
Они были порождены обычными людьми и запечатлены со
всей тщательностью и точностью ясновидящими либо
художниками, которым наблюдатели их описали.
Для удобства сравнения схожие мыслеформы
сгруппированы вместе.
з
33

МЫСЛЕФОРМЫ В ИЛЛЮСТРАЦИЯХ
ЛЮБОВЬ
Смутно выраженная чистая любовь. На рис. 8
представлено вращающееся облако чистой любви, и, несмотря на его
неопределенность, оно представляет очень хорошее чувство.
Человек, от которого оно исходит, счастлив и находится в мире со
Вселенной, мечтательно думая о друге, само присутствие
которого доставляет ему удовольствие. В этом чувстве нет ничего
острого или сильного, но в то же время это ощущение нежного
благополучия и бескорыстной радости от близости
любимого. Чувство, порождающее такое облако, чисто по своей
природе, хотя в нем нет силы, способной дать определенные
результаты. Нечто похожее на это часто окружает нежно мурлычущую
кошку: серия постепенно расширяющихся розовых облаков
медленно распространяется от животного и затухает до полной
невидимости на расстоянии нескольких футов от своей
полусонной довольной создательницы.
Смутно выраженная эгоистичная любовь. Рис. 9 также
демонстрирует нам облако любви, но на сей раз оно сильно
затронуто гораздо менее желательным чувством. Тусклые
коричнево-серые цвета эгоизма четко проявляют себя среди
кармина любви. Чувство, показанное здесь, тесно связано с уже
полученным удовлетворением и предвкушением удовольствия в
ближайшем будущем. Хотя чувство, создавшее облако на рис. 8,
было смутным, оно по меньшей мере свободно от подобного
налета эгоизма и демонстрирует определенное благородство
характера своего автора. Едва ли можно предположить, что эти два
34

облака могли исходить от одного человека в том же
воплощении. В человеке, создавшем второе облако, есть хорошие
стороны, однако развиты они в нем лишь частично. Значительная
часть обычной любви в мире - такого типа, и лишь
медленными шагами она развивается в сторону другого, высшего
проявления.
Определенно выраженная любовь. Даже с первого взгляда на
рис. 10 видно, что здесь мы имеем дело с явлением совсем
другой природы - это нечто действенное и способное достичь
результата. Цвет полностью соответствует цвету на рис. 8 по
чистоте, глубине и прозрачности, но обычное сентиментальное
чувство в этом случае перешло в выразительное намерение,
объединенное с решительным действием. Те, кто знаком с
книгой «Человек видимый и невидимый», вспомнят, что
иллюстрация XI показывает, как проявляется эффект внезапного
порыва бескорыстной любви на астральном теле матери,
схватившей своего маленького ребенка и осыпающей его поцелуями. За
этим внезапным выбросом эмоций последовали различные
изменения; одним из них было образование в астральном теле
больших малиновых колец, или вихрей, прочерченных живым
светом. Каждое из них - это мыслеформа интенсивной любви,
созданная описанным нами образом, и эти мыслеформы
почти все время выбрасывались в сторону объекта этих чувств.
Рис. 10 изображает такую мыслеформу после того, как она
покинула астральное тело своей создательницы и находилась на
пути к цели. Можно заметить, что почти круглая форма
превратилась в нечто похожее на снаряд или голову кометы, и
легко понять, что это изменение было вызвано ее быстрым
движением вперед. Ясность цвета убеждает нас в чистоте чувства,
давшего жизнь этой мыслеформе, в то время как точность
очертаний - безошибочное свидетельство силы и энергии.
Излучающая любовь. Рис. 11 дает нам первый пример
намеренно созданной мыслеформы, поскольку ее автор делает
попытку излить себя в любви ко всем живым существам. Надо
помнить, что формы находятся в постоянном движении.
Например, эта постоянно расширяется - кажется, что неистощимый
35

фонтан бьет через ее центр из измерения, которое мы не
можем здесь представить. Чувство, подобное этому, так широко
в своем приложении, что любому человеку, не обладающему
достаточной подготовкой, трудно сохранять его ясным и
точным. Однако показанная здесь мыслеформа очень убедительна,
поскольку можно заметить, что многочисленные лучи звезды
свободны от размытости.
Мир и защита. Немногие из мыслеформ красивее и
выразительнее той, которую мы видим на рис. 12. Это мысль
любви и мира, защиты и благословения, посланная человеком,
имеющим силу и заслужившим право благословлять. Вовсе не
обязательно полагать, что в уме ее создателя существовала
мысль об этой красивой крылатой фигуре, однако возможно,
здесь мы имеем дело с бессознательным отражением далеких
уроков детства об ангеле-хранителе, который всегда парит над
своими подопечными. Однако могло так быть, что искренняя
мысль приняла эти красивые и выразительные очертания
благодаря тому, что любовь придала форме приятный розовый
цвет, а интеллект, который вел ее, светил подобно солнцу в
центральной части формы. Поэтому мысль о том, что мы можем
создать настоящего ангела-хранителя, чтобы он, находясь рядом
с теми, кого мы любим, защищал их,- чистая правда, и
многие из искренних, лишенных эгоизма пожеланий добра,
создают форму, подобную этой, хотя и без ведома создателя.
Захватническая животная любовь. Пример ее дает нам
рисунок 13 - если это чувство вообще достойно высокого
имени любви. Несколько цветов вносят свой вклад в создание этого
тусклого и неприятного оттенка, слегка тронутого огненным
проблеском чувственности, так же как и затемненного
тяжелым оттенком эгоизма. Особенно характерна сама форма:
загнутые крюки никогда не наблюдаются, за исключением случаев
сильного желания личного обладания. Прискорбно, но
очевидно, что создатель этой мыслеформы не имел никакого понятия
о самоотверженной любви, изливающей себя в радостном
служении без всякой мысли о результате или воздаянии; его
мыслью было не «сколько я смогу отдать», но «сколько я смогу
36

получить», и она выразила себя в этих кривых,
заворачивающихся назад крючках. Эта мыслеформа даже не отважилась
выбросить себя наружу, как делают другие мысли, но неуверенно
выдается из астрального тела, которое должно находиться
слева от изображения. Это печальная пародия на божественное
качество любви; однако даже это - этап эволюции, который на
ранних ее стадиях можно считать усовершенствованием, как
будет видно из дальнейшего.
РЕЛИГИОЗНЫЕ ЧУВСТВА
Смутное религиозное чувство. Рис. 14 демонстрирует нам
еще одно бесформенное вращающееся облако, но на сей раз
голубое, а не малиновое. Оно указывает на смутно
переживаемое религиозное чувство - скорее набожности, чем веры. Во
многих церквях можно увидеть огромное облако
тускло-голубого, парящее над головами прихожан,- неопределенное в
своих очертаниях по причине неотчетливой природы мыслей и
чувств, которые его вызывают. Очень часто оно покрыто
пятнами коричневого и серого, поскольку невежественная вера с
удручающей легкостью впитывает в себя гнетущую смесь страха
и эгоизма; но в не меньшей мере вырисовываются здесь и
большие потенциальные перспективы на будущее, являя нашим
глазам первое слабое трепетание одного из пары крыльев -
веры и мудрости, посредством которых душа поднимается к
Богу, от которого она и пришла.
Возвышенный порыв веры. Форма на рис. 15 находится в
таком же отношении к форме на рис. 14, в каком ясно
обрисованная стремительная форма на рис. 10,- к
неопределенному облаку на рис. 8. Трудно найти более разительный контраст,
чем между туманностью рис. 14 и мужественной энергией
великолепного острия высокоразвитого религиозного чувства,
появляющегося перед нами на рис. 15. Это уже не смутное
полусформировавшееся чувство, а бросок в проявление
величественной эмоции, основанной на знании факта. Человек,
переживающий такое чувство,- это тот, кто знает, в кого он верит;
создающий такую мыслеформу - это тот, кто научился мыслить.
Определенность порыва вверх указывает и на смелость, и на
37

убежденность ее создателя, в то время как четкость контуров
показывает ясность концепции, а безукоризненная чистота цвета
свидетельствует о крайнем бескорыстии автора мыслеформы.
Ответ на религиозное чувство. На рис. 16 мы наблюдаем
результат предыдущей мысли - отклик Логоса на направленный
ему призыв. Это та истина, что стоит за высшей и лучшей
частью верования в ответ на молитву, что требует некоторого
объяснения. На каждом плане своей солнечной системы Логос
изливает свой свет, свою силу, свою жизнь, и естественно, на
высших планах Божественная сила может быть дана наиболее
полно. Каждое опускание на следующий план означает почти
парализующее ограничение - ограничение, совершенно
непонятное никому, кроме испытавших высшие возможности
человеческого сознания. Таким образом, Божественная жизнь
протекает с несравненно большей полнотой на ментальном плане
по сравнению с астральным; а великолепие ментального
уровня несказанно превосходится великолепием буддхического
плана. Обычно каждая из этих могучих волн влияния
распространяется по соответствующему ей плану как бы горизонтально и
не проходит в темноту плана, низшего по отношению к тому,
для которого она первоначально предназначалась.
Однако существуют условия, когда благодать и сила,
свойственные высшему плану, могут быть в некоторой мере
принесены в низший план и распространиться там с удивительным
эффектом. Это представляется возможным, если на время
открывается особый канал, и такая работа должна быть
проделана снизу усилиями человека. Ранее уже было объяснено, что,
когда мысль или чувство человека эгоистичны, энергия,
производящая их, движется по замкнутой кривой и таким образом
неизбежно возвращается и расходуется на своем собственном
уровне. Но когда мысль или чувство абсолютно бескорыстны,
энергия устремляется по открытой кривой, в обычном смысле
не возвращаясь, но вырываясь на более высокий план, потому
что только в этих высших условиях, с его дополнительным
измерением, она может найти пространство для своего
распространения. Но при подобном прорыве такая мысль или чувство,
38

символически выражаясь, приоткрывает дверь на ширину
собственного диаметра. Таким образом обеспечивается требуемый
канал, по которому Божественная сила, свойственная высшему
плану, может изливаться на низший с изумительными
результатами - причем не только для мыслителя, но и для других.
На рис. 16 сделана попытка выразить это символически и
указать на ту великую истину, что бесконечный поток высшего типа
силы всегда готов излиться через предоставленный канал,
подобно тому, как вода ждет возможности потечь по первой же
открытой трубе.
Результат нисхождения Божественной жизни вызывает
приток силы и подъем у создавшего канал, а вокруг него
распространяется вокруг него мощное и благотворное влияние.
Этот эффект часто называют ответом на молитву и считают
«особой милостью Провидения», тогда как это безошибочное
действие великого и неизменного Божественного закона.
Самоотречение. Рис. 17 представляет нам еще одну
разновидность религиозных чувств, производящих изысканную и
красивую мыслеформу совершенно нового для нас типа: с
первого взгляда можно принять эти грациозные очертания за
имитацию живой природы. Например, фигура на рис. 17 несколько
напоминает полураскрытый бутон цветка, в то время как
другие формы могут иметь сходство с раковинами, листьями или
очертаниями деревьев. Однако на самом деле они не
являются и не могут быть копиями растительных или животных
форм, и представляется вероятным, что объяснение этого
подобия лежит гораздо глубже. Аналогичный, и даже более
примечательный, факт заключается в том, что некоторые очень
сложные мыслеформы могут быть имитированы действием
определенных механических сил. Хотя с нашими теперешними
знаниями было бы не мудро пытаться найти решение этой
захватывающей проблемы; возможно, с порога этой великой
тайны мы уже получаем проблески ее решения: если при
помощи определенных мыслей мы производим формы, которые
создаются также и природой, можно предположить, что силы
природы действуют по линиям, в некотором роде подобным
39

действию этих мыслей. Поскольку сама вселенная - это
могучая мыслеформа, вызванная к существованию Логосом,
вполне может быть, что ее малые части - мыслеформы меньших
существ, занятых аналогичной работой. Так мы, вероятно,
можем приблизиться к пониманию того, что подразумевается у
индусов под 330 миллионами дэв*.
Эта мыслеформа красивейшего светло-лазурного цвета,
через который проходит великолепие белого свечения,- она стала
поистине испытанием для кропотливого художника,
старавшегося передать ее как можно вернее. Состояние, породившее эту
форму, католики называют «актом истинной веры», или еще
лучше это назвать актом абсолютного бескорыстия и
самоотречения.
ИНТЕЛЛЕКТ
Смутное интеллектуальное удовольствие. Рис. 18
представляет неопределенное облако такого же порядка, как
наблюдаемые на рисунках 8 и 14, но в данном случае желтого цвета, а
не малинового и не голубого. Желтый в каждом из тел
человека всегда указывает на интеллектуальные способности, но его
оттенки различаются, и это еще может быть усложнено
примесью других тонов. Вообще говоря, чем темнее или тусклее
оттенок, тем более направлен интеллект в нижние каналы, и тем
более эгоистичны его цели. В астральном и ментальном телах
среднего человека это отмечается цветом желтой охры, в то
время как чистый интеллект, увлеченный изучением философии
или математики, часто проявляется золотым цветом или
постепенно переходит в красивый светящийся лимонный, либо
обретает оттенок желтого первоцвета, если могучий ум
совершенно бескорыстно работает для блага человечества.
Большинство желтых мыслеформ имеют ясные очертания, и смутные
облака этого цвета сравнительно редки. Они означают
интеллектуальное удовольствие: высокую оценку изобретательности или
* Дэвы - «сияющие», боги, составляют особое царство природы. Среди
прочего в их ведении находятся духи стихий. - Примеч. ред. перевода.
40

радость, ощущаемую от умно сделанной работы. Удовольствие,
получаемое простым человеком, созерцающим картину,
обычно порождено восхищением, любовью, жалостью - чувствами,
которые она вызывает в нем; порой, если картина изображает
знакомую ему сцену, ее очарование способно пробудить в
человеке воспоминания былых удовольствий. Художник, однако,
может получать от картины удовольствие совсем другого
характера, основанное на понимании достоинств работы и умения,
с которыми она была выполнена. Такое чистое
интеллектуальное удовлетворение проявляется желтым облаком; тот же
эффект может быть вызван удовольствием от музыкального
замысла или тонкости приведенного аргумента. Облако такой
природы указывает на полное отсутствие всяких личных эмоций,
потому что если бы они присутствовали, то неизбежно
подкрасили бы желтый собственным, присущим им цветом.
Намерение узнать. Рис. 19 интересен тем, что демонстрирует
нам рост мыслеформы. Ранняя стадия, которая показана
верхней формой, не редкость, и она указывает на намерение решить
какую-нибудь проблему - стремление узнать и понять. Мысле-
форма этого вида часто сопровождает вопрос, и если, как это
иногда, к несчастью, случается, вопрос задан не столько с
искренним желанием узнать, сколько с целью показать
проницательность спрашивающего, форма бывает сильно окрашена
глубоко оранжевым, который указывает на самомнение. Эта особая
форма была замечена на встрече и сопровождалась вопросом,
демонстрировавшим глубокую мысль и проницательность.
Ответ сначала не вполне удовлетворил спрашивавшего - у него
возникло впечатление, что лектор старается обойти проблему. Его
решение получить полный и исчерпывающий ответ на свой
вопрос стало еще настойчивее, и мыслеформа приобрела более
насыщенный цвет и перешла во второй тип, гораздо более явно,
чем прежний, напоминающий штопор. Формы, похожие на эти,
постоянно создаются праздным и легкомысленным
любопытством, но поскольку в этом случае не привлечен интеллект, цвет
уже больше не желтый - но в чем-то напоминает такой, как
на рис. 31, выражающем стремление к алкоголю.
41

Честолюбие высшего типа. Рис. 20 дает нам еще одно
проявление желания - желания должности или власти. Это
амбициозное качество показано насыщенным глубоким оранжевым
цветом, а желание - крюкообразными отростками, которые
находятся впереди мыслеформы, когда она движется. Мысль эта -
одна из хороших и чистых мыслей данного вида, так как если
бы в основе ее лежало что-то низкое или эгоистичное, то это
бы неизбежно проявило себя затемнением ясного оранжевого
тусклыми тонами красного, коричневого или серого. Если этот
человек и желал высокого положения или власти, то не с
целью собственной выгоды, а из убеждения, что он смог бы
хорошо и честно выполнять работу для пользы своих собратьев.
Эгоистичная амбиция. Честолюбие низшего типа
представлено на рис. 21. Здесь мы имеем не только большое
тускло-коричнево-серое пятно эгоизма, но также и значительное
отличие в форме, хотя она имеет ту же четкость очертаний. На
рис. 20 форма постоянно поднимается в направлении
определенного объекта, центральная часть ее определенно
напоминает снаряд, как на рис. 10. А на рис. 21 - форма плавающая, и в
ней сильно проявлена обычная склонность к захвату -
стремление захватить для себя все, что в пределах видимости.
ГНЕВ
Убийственная ярость и длительный гнев. На рис. 22 и 23 -
два ужасных примера страшного гнева. Мрачная вспышка из
темных облаков (рис. 22) была взята из ауры грубого выпившего
человека в лондонском районе Ист-энд, когда он сбил с ног
женщину. Вспышка метнулась в ее сторону перед тем, как он
поднял руку, чтобы ударить ее, и вызвала у женщины
смертельный ужас. А в другом случае точно направленный стилетообраз-
ный дротик (рис. 23) был мыслью длительной злобы, сильным
желанием мести, которое вынашивалось годами. Эта мысль
устремлялась к человеку, который некогда нанес пославшему ее
тяжелое увечье. Можно заметить, что обе мысли имеют
форму молнии, однако верхняя непостоянна в своих очертаниях, в
то время как нижняя представляет собой постоянство побуж-
42

дения, что гораздо более опасно. Основание, образованное
крайним эгоизмом, из которого и исходит верхняя форма, очень
характерно и поучительно. Стоит отметить и разницу в цвете
между двумя этими мыслеформами. В первом случае грязно-
коричневый цвет эгоизма так силен, что даже окрашивает
выброс гнева; во втором случае, хотя в основе, несомненно, тоже
эгоизм, первоначальная мысль была забыта в постоянном и
концентрированном гневе. Изучающий иллюстрацию XIII в книге
«Человек видимый и невидимый» сможет представить себе
состояние астрального тела, из которого выступают эти мысле-
формы, и даже простой взгляд на вышеупомянутые картины,
без изучения их, наверняка даст наглядный урок о том, какое
зло приносит чувство гнева.
Взрыв гнева. На рис. 24 мы видим, как представлен гнев
совсем другого характера. Здесь нет постоянной ненависти, а
просто энергичный взрыв раздражения. Сразу видно, что в то
время как каждый из создателей форм, показанных на рис. 22
и 23, направлял свой гнев против конкретного лица, человек,
ответственный за взрыв на рис. 24, временно находился в
состоянии войны со всем окружающим миром.
Поучительно сравнить излучения на этой иллюстрации с
изображенными на рис. 11. В первом случае мы видим
настоящий взрыв, мгновенный и беспорядочный в своих
последствиях. Пустой же центр показывает, что чувство, приведшее к
нему,- дело прошлого, а сила больше не генерируется. На
рис. 11 центр, напротив,- сильнейшая часть мыслеформы,
показывающая, что она не результат временной вспышки
чувства - здесь имеется постоянный приток энергии и лучи
демонстрируют своим качеством, длиной и равномерностью
распространения непрерывно поддерживаемое усилие, которое их
создает.
Подозрительная и гневная ревность. На рис. 25 мы видим
интересную, хотя и неприятную мыслеформу. Ее особый
коричневато-зеленый цвет сразу указывает опытному
ясновидящему, что это выражение ревности, а ее любопытный вид
демонстрирует пыл, направленный на объект ревности. Приме-
43

чательное сходство с поднявшей голову змеей удачно
символизирует глупый подход этого человека, дотошно
пытающегося обнаружить признаки того, что он меньше всего хотел бы
увидеть. В момент, когда он видит это или воображает, что
видит, форма переходит в гораздо более обычную, показанную
на рис. 26, где ревность уже смешана с гневом. Можно
заметить, что здесь ревность - привычное смутное облако, однако
испещренное очень четкими вспышками гнева, готовыми
поразить того, кто якобы ранил человека, в то время как на
рис. 25, где еще нет гнева, ревность имеет совершенно
определенные и очень выразительные контуры.
СОЧУВСТВИЕ
Смутное сочувствие. На рис. 27 у нас еще одно из смутных
облаков, но в этот раз его зеленый цвет показывает, что это
проявление сочувствия. По размытому характеру его очертаний мы
можем заключить, что это не явное и не активное сочувствие,
способное немедленно обратиться от мысли к делу; это,
скорее, обычное чувство соболезнования, которое может пережить
человек, прочитавший сообщение о несчастном случае или
стоящий в дверях больничной палаты, глядя на пациентов.
СТРАХ
Внезапный испуг. Один из самых жалких объектов в
природе - человек или животное в состоянии униженного страха,
и исследование иллюстрации XIV в книге «Человек видимый
и невидимый» показывает, что при этом астральное тело
производит впечатление не лучше, чем физическое. Когда
астральное тело человека дрожит от страха, оно склонно выбрасывать
наружу бесформенные частицы, подобные скальной массе,
измельченной и выброшенной взрывом, как видно из рис. 28. Но
когда человек не доходит до состояния ужаса, а просто всерьез
напуган, часто производится эффект, проиллюстрированный
рис. 29. Здесь примечательно, что все полумесяцы с правой
стороны, которые были очевидно выпущены ранее других, не
демонстрируют ничего, кроме сизо-серого цвета страха, но момен-
44

том позднее человек уже частично оправился от шока и
начинает чувствовать злость из-за того, что позволил себе
испугаться. На это указывает тот факт, что позднейшие полумесяцы
окаймлены багряным, свидетельствующим о смеси гнева и
страха, а последний полумесяц уже чисто-багряный - это говорит,
что страх уже полностью преодолен и остается только
раздражение.
ЖАДНОСТЬ
Эгоистичная жадность. Рис. 30 дает нам пример
эгоистичной жадности - гораздо более низкого сорта, чем рис. 21. Тут
нет ничего даже столь высокого, как амбиция; оттенок
грязно-зеленого свидетельствует, что личность, в которой родилась
эта неприятная мысль, готова пойти на обман с целью
заполучить предмет своего желания. В то время как амбиция на рис. 21
была общей природы, желание на рис. 30 направлено на
определенный объект, к которому оно тянется; эта мыслеформа,
подобно той, что на рис. 13, остается прикрепленной к
астральному телу, которое, предположительно, находится слева от
рисунка. Такие мыслеформы могут различаться по цвету в
зависимости от пропорций зависти и ревности, примешанных к
жажде обладания, но вид, весьма близкий к показанному на
нашей иллюстрации, будет обнаружен во всех случаях.
Жажда выпивки. На рис. 31 у нас представлен другой
вариант той же страсти, пожалуй, в еще большей степени
деградации. Опять крючковатые выросты показывают жадность, в то
время как цвет и грубая текстура указывают на низкую,
чувственную природу желания. Сексуальные желания часто
проявляют себя в точно такой же манере. По мере того как люди
поднимаются по шкале эволюции, место этой мыслеформы
будет постепенно занимать мыслеформа, подобная той, что на
рис. 13, и очень медленно, по мере развития, она, в свою
очередь, пройдет через стадии, показанные на рис. 9 и 8, пока,
наконец, весь эгоизм не будет изжит и желание иметь не транс-
мутируется в желание давать, вот тогда мы достигнем
великолепных результатов, показанных на рис. 11 и 10.
45

РАЗЛИЧНЫЕ ЭМОЦИИ
При кораблекрушении. Причиной появления очень
интересной группы мыслеформ, которые показаны на рис. 28,
послужила массовая паника. Они были увидены все одновременно
и расположены точно так, как показано. Хотя среди
неописуемого беспорядка их относительные позиции и были
сохранены, все же при объяснении целесообразнее рассматривать их
в обратном порядке. Вызванные ужасным случаем, они
поучительны, так как показывают, как по-разному действует на
людей внезапная серьезная опасность. Одна из них
демонстрирует лишь сыпь сизо-серого цвета страха, возникшего на фоне
крайнего эгоизма. К несчастью, таких, как эта, было много.
Рассеянный характер мыслеформы показывает силу и
завершенность взрыва, который, в свою очередь, свидетельствует, что вся
душа этого человека была охвачена слепым, бешеным ужасом и
что непреодолимое ощущение личной опасности исключило на
время любые высшие чувства.
Вторая мыслеформа представляет по меньшей мере
попытку самоконтроля и показывает, как относится к
происходящему особа, обладающая религиозным чувством. Она ищет
утешения в молитве, пытаясь таким образом преодолеть свой страх.
Об этом свидетельствует точка серовато-голубого, которая,
колеблясь, поднимается вверх; цвет свидетельствует, однако, о том,
что попытка успешна лишь частично - по нижней части
мыслеформы, с ее неровными очертаниями и выпадающими
фрагментами, видно, что здесь на самом деле почти так же
много испуга, как и в предыдущем случае. Но, по крайней мере,
у этой женщины оказалось достаточно присутствия духа,
чтобы вспомнить, что она должна молиться, и она старается
вообразить, что вовсе не так боится, тогда как в другой мысле-
форме за эгоистичным ужасом не было абсолютно никакой
мысли. Один сохраняет возможность восстановления
самоконтроля, другой же - раб захлестывающих эмоций.
Разительный контраст со слабостью, проявленной в этих
двух формах, представляет великолепная сила и решительность
третьей. Здесь не бесформенная масса с дрожащими контура-
46

ми и взрывными фрагментами, а мощная, ясно очерченная и
определенная мысль, очевидно, полная силы и
решительности. Ведь это мысль офицера, находящегося на службе,-
человека, ответственного за жизнь и безопасность пассажиров,- и он
встречает опасность наиболее достойным образом. Он не
выказал даже тени испуга - у него не было на это времени.
Однако багрянец острия его мыслеформы, похожей на клинок,
показывает его разгневанность тем, что произошел несчастный
случай. Жирная кривая оранжевого цвета непосредственно над ним
говорит о его полной уверенности в себе и убежденности в
своей способности справиться с трудностями. Блестящий желтый
цвет дает знать, что его интеллект уже работает над проблемой,
в то время как зеленый, пробегающий рядом, обозначает
сочувствие, которое он испытывает к тем, кого намеревается
спасти. Очень впечатляющая и поучительная группа мыслеформ.
На премьере. Рис. 32 также представляет интересный
образец - возможно, уникальный, поскольку представляет мысле-
форму актера, ждущего выхода на сцену во время премьеры.
Широкая полоса оранжевого в центре очень ясная и четкая.
Это выражение обоснованной уверенности в себе - результат
многих предыдущих успехов и резонное ожидание, что и в
этом случае их список будет пополнен еще одним. Однако
имеется изрядная доля неуверенности в том, какое
впечатление произведет эта новая пьеса на публику; и в целом
сомнение и страх перевешивают уверенность и гордость,
поскольку бледно-серого больше, чем оранжевого, и вся мыслеформа
колеблется подобно флагу, хлопающему на штормовом ветру.
Следует заметить, что в то время как контуры оранжевого
превосходной четкости, контуры серого гораздо туманнее.
Игроки. Формы, показанные на рис. 33, наблюдались
одновременно в огромном игорном доме. Обе представляют
некоторые из худших человеческих страстей, и выбирать между
ними почти не стоит, несмотря на то что они представляют
чувства двух игроков - удачливого и неудачливого
соответственно. Нижняя форма очень похожа на мрачный мерцающий глаз,
однако это, должно быть, просто совпадение - после ее анали-
47

за нам нетрудно объяснить значение составляющих ее частей и
цветов. Фон всей мысли представляет неровное облако
глубокой депрессии, значительно отмеченной тусклым коричнево-
серым цветом эгоизма и сизым оттенком страха. В центре мы
находим ярко обозначенное багровое кольцо, показывающее
затаенную злость и негодование на неблагосклонность судьбы, а
внутри этого имеется четко очерченный черный круг,
выражающий ненависть разоренного человека к тем, кто выиграл его
деньги. Человек, способный послать такую мыслеформу,
несомненно находится в неминуемой опасности, поскольку он,
очевидно, дошел до таких глубин отчаяния, что, не исключено,
будет искать воображаемого убежища в самоубийстве, только для
того, чтобы обнаружить при пробуждении в астральной
жизни лишь изменение своего положения к худшему, как всегда
и бывает при самоубийстве,- этот поступок отрежет его от
счастья и мира, обычно следующих за смертью.
Верхняя же форма представляет состояние ума, которое,
возможно, еще более вредно своими последствиями, поскольку
это ликование удачливого игрока. Здесь контуры совершенно
определенные, и решение человека продолжать свою линию
поведения несомненно. Широкая полоса оранжевого в центре
ясно показывает, что хотя при проигрыше человек винит в
этом непостоянство судьбы, выигрывая, он полностью
приписывает успех своему собственному гению. Возможно, он
изобрел некоторую систему, на которой держится его вера и
которой он необычайно горд. Но надо заметить, что по каждой
стороне оранжевого проходит твердая линия эгоизма, и мы
видим, как она, в свою очередь, растворяется в скупость и
становится обычной животной жадностью обладания, которая
также очень ясно выражена когтеобразными окончаниями
мыслеформы.
При уличном происшествии. Рис. 34 поучителен, так как
показывает различные формы, порожденные схожими чувствами
разных лиц. Эти два свидетельства эмоций людей, наблюдавших
уличное происшествие - некто был сбит проезжающим
экипажем и получил небольшие травмы. Оба автора мыслеформ с жи-
48

вым интересом и глубоким сочувствием отнеслись к жертве
происшествия, и поэтому их мыслеформы показывают одни и
те же цвета, хотя контуры их совершенно непохожи. Тот, над
кем плавает смутное сферическое облако, думает: «Бедный
парень, как его жалко». А тот, кто породил четко очерченный диск,
уже бросился вперед, чтобы посмотреть, каким образом
можно помочь. Один - мечтатель, хотя и с острой
чувствительностью, другой - человек действия.
На похоронах. На рис. 35 мы имеем чрезвычайно
впечатляющий пример преимущества, даваемого знанием, и
фундаментальных изменений в умственном настрое человека, пришедшего
с ясным пониманием великих законов природы, управляющих
нашей жизнью. Крайне различные во всех отношениях по цвету,
форме и значению, эти две мыслеформы были увидены
одновременно, и представляют две точки зрения на одно
явление. Они наблюдались на похоронах и показывают чувства двух
участников похоронной процессии, вызванные
размышлениями о смерти. Обоих связывали с умершим одинаковые
отношения, но в то время как один пребывал в невежестве
относительно жизни за пределами физического тела, другой
располагал преимуществами теософии. В мыслях первого мы не видим
выражения чего-либо, кроме глубокой депрессии, страха и
эгоизма. Тот факт, что смерть придвинулась так близко, вызвал в
его уме мысль, что в один прекрасный день она может прийти
и к нему, и предвосхищение этого для него ужасно. Но
поскольку он не знает, что же представляет собой то, чего он так
боится, облака, в которых проявлено его чувство, весьма
неопределенны. Единственные его определенные ощущения - это
отчаяние и чувство личной утраты, они выражены частыми
полосами коричнево-серого и свинцово-серого, в то время как
очень любопытный вырост в нижнюю сторону (на самом деле
спускающийся в могилу и охватывающий гроб) - выражение
сильного эгоистичного желания вернуть умершего в
физическую жизнь.
Весьма освежающим будет переход от этой мрачной
картины к поразительно иному эффекту, произведенному теми же
4
49

обстоятельствами в уме человека, понимающего суть
произошедшего. Можно заметить, что у этих двоих вообще не было
ни одной общей эмоции; в первом случае все было ужасом и
унынием, в то время как во втором случае мы не находим
ничего, кроме самых высоких и прекрасных чувств. В
основании мыслеформы обнаруживаем полное выражение
глубокого сочувствия; светло-зеленый показывает понимание страданий
участников похорон и соболезнование им, а полоса более
глубокого зеленого показывает отношение к самому умершему.
Глубокий розовый показывает любовь и к умершему, и к
живущим, в то время как верхняя часть, состоящая из конуса и
звезд, поднимающихся из него, свидетельствует о чувстве,
возникшем при размышлении о предмете смерти,- голубой
выражает ее религиозный аспект, в то время как фиолетовый
выражает мысль о благородном идеале и способности ему
соответствовать, а золотые звезды отражают духовные устремления,
вызванные этими размышлениями. Полоса чистого желтого
цвета, которая видна в центре этой мыслеформы, весьма
значима, поскольку она указывает на то, что все отношение
человека основано на интеллектуальном восприятии ситуации. Это
подтверждено также расположением цветов и четкостью линий
разделения между ними.
Сравнение двух форм на этом рисунке - впечатляющее
свидетельство ценности знания, даваемого теософическим
учением. Несомненно, это знание избавляет от всякого страха
смерти и делает жизнь легче, поскольку мы понимаем ее цель и ее
конец и осознаём, что смерть - это совершенно естественный
инцидент в ее течении, необходимый шаг в нашей эволюции.
Нет мрачной непроницаемой пропасти за могилой - там мир
жизни и света, который может быть известен нам так же ясно,
полно и точно, как этот физический мир, в котором мы
живем сейчас. Мы создали мрак и ужас для себя, подобно детям,
запугивающим себя страшными историями, но нам следует
лишь изучить эти факты, и все эти искусственные облака
рассеются в момент. У нас злое наследство: мы унаследовали все
виды похоронных ужасов от наших праотцов и так к ним при-
50

выкли, что не видим их абсурдности и чудовищности.
Древние были в этом отношении мудрее нас, они не
ассоциировали со смертью тела всю эту фантасмагорию мрака, отчасти
вероятно потому, что их способ избавления от тела был более
рационален. Их метод был не только лучше для умершего и
более здоров для живущего, но также он не давал основания для
отвратительных предположений о медленном угасании. В те
времена гораздо больше знали о смерти, а поскольку знали
больше, то меньше оплакивали усопших.
Встречая друга. Рис. 36 дает нам пример хорошей, ясно
очерченной и выразительной мыслеформы, где каждый цвет
хорошо отделен от других. Она представляет чувство человека
при встрече с другом, с которым он был долго в разлуке.
Выпуклая поверхность полумесяца находится ближе к
думающему, а два его конца вытягиваются к приближающемуся другу,
будто стараясь обнять его. Розовый цвет, естественно, говорит
об испытываемой любви, светло-зеленый показывает глубину
симпатии к другу, а чистый желтый - знак интеллектуального
удовольствия, с которым создатель этой мысли предвкушает
возрождение замечательных воспоминаний давно прошедших
дней.
Оценка картины. На рис. 37 мы имеем довольно сложную
мыслеформу, представляющую восхищение красивой картиной
на религиозную тему. Сильный чисто-желтый отмечает
восторженное признание технического мастерства художника, в то
время как все остальные цвета - выражения различных
эмоций, вызванных изучением этого великолепного произведения
искусства. Зеленый показывает сочувствие человека к
центральной фигуре картины, глубокие религиозные чувства
проявляются не только в широкой полосе голубого, но и в контурах
всей фигуры, в то время как фиолетовый говорит нам, что
картина вызвала у зрителя размышления о высоком идеале и
сделала его, хотя бы на время, отвечающим этому идеалу. Мы
имеем здесь первый пример интересного класса мыслеформ,
многочисленные примеры которых мы найдем позднее - тех,
где свет одного цвета просвечивает через сеть линий совсем
51

другого оттенка. Заметим, что в этом случае из массы
фиолетового поднимаются многочисленные волнистые линии,
текущие подобно ручейкам по золотой равнине; из этого ясно, что
высокие устремления автора мыслеформы вовсе не смутные, а
прочно основываются на интеллектуальном восприятии и
ясном понимании того, как их можно осуществить.
ФОРМЫ, УВИДЕННЫЕ У МЕДИТИРУЮЩИХ
Сочувствие и любовь ко всем. До сих пор мы в основном
имели дело с формами, являющимися выражением эмоций или
таких мыслей, которые были вызваны в уме внешними
обстоятельствами. Теперь мы рассмотрим некоторые формы,
вызванные мыслями, пришедшими изнутри,- формы, созданные во
время медитации. Каждая из них произведена сознательным
усилием со стороны мыслителя, его желанием сформировать
определенную концепцию или привести себя в определенный
настрой. Естественно, такие мысли отличаются четкостью,
поскольку тренирующийся таким образом человек учится, как
думать с ясностью и точностью, и развитие его способности
в этом направлении проявляет себя в красоте и
правильности созданных образов. В этом случае мы имеем результат
попытки со стороны мыслителя привести себя в состояние
сопереживания и любви ко всему человечеству, и поэтому видим
серию изящных линий яркого светло-зеленого с сильным
розовым сиянием любви, просвечивающим сквозь них (рис. 38). Эти
линии еще достаточно широки и могут быть легко
нарисованы, но в подобных мыслеформах более высокого типа линии
столь тонки и так близки друг к другу, что никакой руке
человеческой не передать их такими, каковы они на самом деле.
Контур этой мыслеформы подобен листу, однако общий вид и
изгиб ее линий больше напоминает раковину, так что это еще
один пример приближения к формам, наблюдаемым в
физической природе, с чем мы уже столкнулись, комментируя рис. 17.
Стремление охватить всё. На рис. 39 мы видим более
развитую мыслеформу того же типа. Эта форма создана тем, кто
пытался, находясь в медитации, наполнить свой ум стремлени-
52

ем обнять все человечество, чтобы направить его к высокому
идеалу, который так ясно сиял перед его глазами. Поэтому
создаваемая им форма как бы вырывается из него, изгибается
вокруг себя и возвращается к своему источнику; линии ее
удивительно тонки и прочерчены красиво светящимся
фиолетовым цветом, а изнутри формы просвечивает великолепный
золотой цвет, который, к сожалению, совершенно невозможно
воспроизвести. По правде сказать, все эти кажущиеся
запутанными линии на самом деле представляют одну линию,
совершающую с неутомимым терпением и удивительной точностью
обороты вокруг формы. Едва ли человеческая рука способна
выполнить подобный рисунок в нужном масштабе, и уж в
любом случае цветопередача не может быть точной, поскольку из
опыта известно, что при попытке рисовать частые фиолетовые
линии на желтом фоне сразу возникает эффект серого и все
сходство с оригиналом нарушается. Но что не может быть
сделано вручную, иногда может быть достигнуто точностью и
аккуратностью машины. Именно этим методом был изготовлен
рисунок на нашей иллюстрации; здесь предпринята попытка
передать и цветовой эффект, и удивительную утонченность линий.
В шести направлениях. Форма, представленная на рис. 40,-
результат еще одной попытки распространить любовь и
сопереживание во всех направлениях - попытка, почти
совпадающая с той, что породила форму на рис. 38, однако результат
кажется совершенно иным. Причины этого разнообразия и
любопытного облика, принятого в данном случае, дают очень
интересную иллюстрацию того способа, которым мыслеформы
растут. Из этого примера видно, что мыслитель выказывает
определенные религиозные чувства и делает интеллектуальную
попытку ухватить условия, необходимые для реализации его
пожеланий. Голубой и желтый цвета являются тому
свидетельством. Первоначально эта мыслеформа была круглой, и зеленый
цвет сочувствия согласно основной идее должен был
оказаться снаружи, открываясь ко всем направлениям, а любовь -
находиться в центре, в сердце мыслеформы, и направлять
вовне свою исходящую энергию. Но создатель этой мыслеформы
53

читал индусские книги, и его образ мыслей в значительной мере
подвергся их влиянию. Изучающие восточную литературу
должны знать, что индус говорит не о четырех направлениях
(север, восток, юг и запад), как мы, но всегда о шести, разумно
включая зенит и надир. Из чтения наш друг был вдохновлен
идеей, что ему следует изливать свою любовь и сочувствие «в
шести направлениях»; но поскольку он нечетко представлял себе,
что это за шесть направлений, то направил свой поток любви
к шести равноудаленным точкам в своем круге.
Вырывающиеся потоки изменили вид дальних линий, которые он уже
построил, так что вместо круга в качестве части этой мыслефор-
мы мы получили этот любопытный шестиугольник с
изогнутыми внутрь сторонами. Таким образом, мы видим, насколько
верно каждая мыслеформа фиксирует процесс своего
построения, безупречно регистрируя всякие ошибки ее
конструирования.
Интеллектуальная концепция космического порядка. На
рис. 41 показан результат попытки достичь интеллектуального
понимания космоса. Мыслитель старается думать о действии
духа на материю. Здесь мы видим направленный вверх
треугольник, обозначающий тройственный аспект Духа, и второй
треугольник, который пересекает первый, но направлен острым
углом - это означает материю в трех присущих ей качествах.
Стоит отметить, что в этом случае мыслитель настолько
полностью захвачен интеллектуальным усилием, что никакой цвет,
кроме желтого, в этой форме не представлен. Здесь нет места
для религиозных чувств, эмоций удивления или восхищения;
идея, которую он желает осознать, наполняет его ум полностью,
исключая всё остальное. Однако определенность очертаний,
выделяющихся на фоне лучей, показывает, что он достиг высокой
степени успеха.
Логос, проявленный в человеке. Теперь мы переходим к
серии мыслей, принадлежащих к высочайшим из тех, что может
сформировать человеческий ум, когда человек медитирует на
божественный источник своего бытия. Когда он в
благоговейном созерцании старается поднять свою мысль к Логосу нашей
54

солнечной системы, он, естественно, не делает попытки
представить себе это Высшее Существо и не думает о нем как об
обладателе какой-либо формы, которую можно воспринять. Тем
не менее, такие мысли строят для себя формы в материи
ментального плана, и нам будет интересно исследовать эти формы.
На нашей иллюстрации на рис. 42 представлена мысль о
Логосе как о проявленном в человеке. Эта мысль полна
преданности и устремления к тому, чтобы Логос был проявлен через
мыслителя. Именно это религиозное чувство придает бледно-
голубой оттенок пятиконечной звезде, и ее образ
примечателен тем, что он много веков применяется как символ Бога,
проявленного в человеке. Мыслитель, возможно, был масоном, и его
знание масонского символизма внесло свой вклад в облик
звезды. Можно заметить, что звезда окружена яркими желтыми
лучами, светящими из центра облака великолепия, что
обозначает не только почтительное понимание нисходящей славы
Божества, но и определенное интеллектуальное усилие,
дополняющее излияние религиозных чувств.
Логос, проникающий всё. Три следующие иллюстрации
посвящены попыткам представить мысль очень высокого типа -
стремление думать о Логосе как о проникающем всю природу.
Здесь так же, как и на рис. 39, невозможно дать полного
воспроизведения, и мы вынуждены призвать наших читателей к
воображению, которое в некоторой мере компенсирует
недостатки искусства рисования и печати. Золотой шар,
изображенный на рис. 43, должен быть представлен внутри другого шара
из тончайших линий (голубого цвета), который показан на
рис. 44. Всякая попытка совместить цвета в таком тесном
сочетании на физическом плане приведет просто к зеленой мути,
так что весь характер мыслеформы будет искажен. Только с
помощью вышеупомянутого механизма стало вообще возможно
воспроизвести изящество и тонкость линий. Как и ранее, весь
удивительный чертеж рис. 44 создает единственная линия, а
эффект четырех расходящихся линий, образующих некий тип
креста, происходит вследствие того, что кривые на самом деле не
концентрические, хотя с первого взгляда и кажутся таковыми.
55

Другая концепция. Рис. 45 демонстрирует форму, созданную
другим человеком, который старался держаться той же самой
мысли. Здесь мы также видим изумительную сложность
непостижимо тонких голубых линий, и снова нам придется призвать
наше воображение, чтобы вставить внутрь золотой шар с рис. 43
так, чтобы его великолепие просвечивало через каждую точку.
Опять, как и на рис. 44, красивый узор напоминает насечки на
старинных восточных мечах или тонкие линии на мокром
шелке (moire antique). Когда эта фигура изображается при помощи
маятника, узор получается не специально, а просто является
результатом пересечения бесчисленных линий микроскопической
тонкости. Видно, что мыслитель, создавший форму на рис. 44,
держал в своем уме, в первую очередь, идею о единстве Логоса,
в то время как создавший форму на рис. 45 так же ясно
держит в уме второстепенные центры, через которые изливается
божественная жизнь, и несколько этих подчиненных центров
соответственно проявили себя в мыслеформе.
Тройственное проявление. Когда была создана форма,
приведенная на рис. 46, ее автор старался думать о Логосе в его
тройственном проявлении. Пустое место в центре формы было
ослепительным сиянием желтого света, и это ясно обозначило
первый аспект, в то время как второй аспект
символизировало широкое кольцо тесно связанных, переплетенных линий,
которое окружало этот центр, а третий аспект был представлен
узким внешним кольцом, сплетенным уже не так плотно. Вся
фигура пронизана обычным золотым светом,
проблескивающим между фиолетовыми линиями.
Семеричное проявление. Во всех религиях сохраняется
некоторая традиция, связанная с той великой истиной, что Логос
проявляет себя через семь мощных каналов, часто упоминаемых
как меньшие Логосы, или Великие Планетные Духи. В
христианской схеме они появляются как семь великих Архангелов,
иногда их называют Семеро пред Престолом. Рис. 47
показывает результат попытки медитировать на этом способе
Божественного Проявления. Мы имеем золотое сияние в центре, также
пронизывающее (хотя и с меньшей яркостью) всю форму. Го-
56

лубая линия последовательно чертит семь изящных и
напоминающих перья двойных крыльев, которые окружают
великолепие центра и воспринимаются как часть его. По мере того как
мысль усиливается и расширяется, эти красивые крылья
изменяют свой цвет на фиолетовый и становятся схожими с
лепестками цветка, перекрывающими друг друга в запутанном, но
чрезвычайно впечатляющем узоре, что дает нам интересные
сведения о формировании и росте этих фигур в высшей материи.
Интеллектуальное стремление. Форма, изображенная на
рис. 48, имеет некоторое сходство с рис. 15, она такая же
красивая, но заключает в себе гораздо более высокую и большую
мысль. Перед нами большой ясно очерченный дротик или
карандаш чистого бледно-фиолетового цвета, который
показывает преданность высшему идеалу. Он очерчен и усилен
чрезвычайно тонким проявлением самого благородного ума. Надо
заметить, что в обоих цветах присутствует сильная примесь белого
света, который всегда указывает на необычайную духовную силу.
Несомненно, что изучение этих мыслеформ может стать
весьма впечатляющим наглядным уроком, из которого видно,
чего следует избегать и что надо культивировать. Постепенно
оно приведет к пониманию того, насколько огромна наша
ответственность за применение этой мощной силы. Воистину
верно, что мысли - это вещи, и вещи могущественные, и
потому нам следует помнить, что каждый из нас непрестанно ночью
и днем создает их. Насколько велико счастье, которое
приносит нам это знание, и как великолепно мы можем использовать
его, когда кто-либо в печали или страдании! Часто
обстоятельства не позволяют оказать страдающему физическую помощь
ни словом, ни делом, даже если бы мы очень хотели это
сделать; но нет такого случая, когда невозможно было бы послать
мысленную помощь, и нет такого случая, когда она не смогла
бы дать определенный результат. Конечно, может так
случиться, что в это время наш друг настолько переполнен своим
страданием или так возбужден, что не способен принять какое-либо
предложение извне, но затем наступит момент, когда наша мыс-
леформа сможет проникнуть к нему и разрядиться, и тогда
57

наше сочувствие несомненно даст должный результат.
Действительно, ответственность при использовании такой силы
велика, но мы не должны из-за этого отступать от нашего долга. К
сожалению, правда и то, что есть многие люди, которые
бессознательно используют свою мысленную силу во зло, и уже
одно это делает более необходимым для тех из нас, кто
начинает немного понимать жизнь, сознательно использовать силу
мысли для добрых целей. У нас в распоряжении имеется
критерий, который никогда не подведет: мы никогда не
злоупотребим этой могучей силой, если всегда будем использовать ее
в созвучии с великим Божественным планом эволюции,
помогая подъему наших собратьев.
МЫСЛИ ПОМОЩИ
Фигуры на рис. 49-55 были результатами систематических
усилий послать мысли помощи другу, который эти мысли
зарисовал. Была договоренность о передаче мысли ежедневно в
определенный час. Эти формы были в некоторых случаях
увидены посылающим их и во всех случаях восприняты
принимающим, который незамедлительно высылал грубые наброски
того, что он видел, ближайшей почтой передающему, который
любезно снабдил их следующими замечаниями:
«В прилагаемых цветных рисунках голубые детали, по всей
видимости, представляли религиозный элемент мысли. Желтые
формы сопровождали попытку передать интеллектуальную
стойкость, или умственную силу и смелость. Розовый
появлялся, когда к мысли примешивалось любящая симпатия. Если
посылающий (А) мог четко сформулировать свою мысль в
назначенное время, получатель (В) мог сообщить о наблюдении
большой ясной формы, как на рис. 49, 50 и 51. Мыслеформа
существовала несколько минут, постоянно излучая свое
светящееся желтое «послание» на В. Когда же А приходилось
экспериментировать в затруднительных условиях, например, если он
куда-нибудь шел, можно было иногда видеть его «формы»
разбитыми на меньшие шары или образы, как на рис. 52, 53, 54,
и В сообщал, что они приняты «разбитыми». Таким образом,
58

многие детали могли быть проверены и подвергнуты
сравнению на противоположных сторонах линии, а природа
передаваемого влияния предложила еще один способ подтверждения
приема. Однажды при своей попытке послать мысль, в
которой сосуществовали голубой и розовый, А обеспокоился тем,
что природа розового элемента может быть представлена
неправильно. Ответом В было следующее: сначала появился хорошо
очерченный шар, как на рис. 51, потом он внезапно исчез, а
взамен возникла движущаяся процессия светло-зеленых
треугольников, как на рис. 55. Эти немногочисленные рисунки дают
всего лишь слабое понятие об изменяющихся цветкообразных
и геометрических формах, которые были увидены, поскольку
ни кистью, ни карандашом невозможно передать пылающую
красоту этих живых цветов».
ФОРМЫ, ПОСТРОЕННЫЕ МУЗЫКОЙ
Перед тем как завершить этот маленький трактат,
небезынтересно познакомить наших читателей с некоторыми
примерами другого типа форм. Многие осведомлены, что звук всегда
ассоциируется с цветом, и когда звучит музыкальная нота, те,
чьи тонкие чувства уже в некоторой мере развиты,
наблюдают вспышку соответствующего ей цвета. Но не так широко
известно, что звук производит форму, так же как и цвет, и
что каждый музыкальный отрывок оставляет за собой
отпечаток этой природы, который продолжает существовать
некоторое время и ясно видим и понятен тем, кто имеет глаза,
чтобы видеть. Технически такой образ, возможно, и не является
мыслеформой, если, конечно, мы не посчитаем его результатом
мысли композитора, выраженной при помощи искусства
музыканта через его инструмент.
Некоторые из таких форм весьма поразительны и
впечатляющи, и, естественно, разнообразие их бесконечно. Каждая
разновидность музыки имеет свой тип форм, и стиль
композитора проявляет себя в форме так же ясно, как характер
человека проявляется в его почерке. Другие возможности
вариаций для мыслеформы добавляются типом инструмента, на ко-
59

тором исполняется музыка, а также достоинствами
исполнителя. Одна и та же пьеса, если исполняется точно, будет
всегда создавать ту же форму, но эта форма будет гораздо больше
при исполнении пьесы церковным органом или военным
оркестром, чем при исполнении пьесы на фортепьяно. Не
только размер, но и фактура результирующей формы может
значительно отличаться. Разница в плотности будет обнаружена при
исполнении одного и того же отрывка на скрипке и флейте.
Качество исполнения также вносит свое влияние, и
существует удивительная разница между лучистой красотой формы,
созданной исполнением истинного артиста, и скучной и
невыразительной формой музыканта, игравшего механически. Всякая
неаккуратность в передаче, естественно, оставляет
соответствующий дефект в форме, так что точный характер исполнения
показывает себя ясновидящему зрителю так же ясно, как и
всякому слушателю.
Если бы позволяло время и возможности, сотни томов
могли бы быть наполнены рисунками форм, построенных
разными музыкальными произведениями при различных
условиях. Но самое большее, что можно сейчас сделать - это
привести несколько примеров ведущих типов. В этой книге было
решено ограничиться тремя, взяв типы музыки, представляющие
собой легко различимый контраст, а для простоты сравнения все
эти произведения исполнялись на одном и том же
инструменте - превосходном церковном органе. На каждой из наших
иллюстраций мыслеформа возвышается в воздухе над церковью;
и следует помнить, что хотя эти рисунки разномасштабные,
церковь - одна и та же во всех трех случаях, следовательно,
относительный размер звуковой формы может быть легко
вычислен. Действительная высота церковного купола чуть меньше 30
метров, из чего видно, что звуковая форма, создаваемая
мощным органом, огромна в размерах.
Такие формы остаются в виде цельных сооружений
некоторое время (по меньшей мере час или два), и при этом они
излучают свои характерные вибрации во всех направлениях,
так же как и наши мыслеформы; и если музыка хорошая, дей-
60

ствие ее вибраций не может не вызвать подъем у любого
человека, на проводники которого они влияют. Так что,
общество в большом долгу перед музыкантом, который
распространяет такие здоровые влияния, поскольку он воздействует на
сотни людей, которых он никогда и не видел и никогда не
узнает на физическом плане.
Мендельсон. Первая из таких форм, сравнительно
маленькая и простая, изображена на рисунке 56. Видно, что
очертания формы на этом рисунке приблизительно напоминают
воздушный шар, контур которого покрыт зубцами из двойной
фиолетовой линии. Внутри него располагаются по-разному
окрашенные линии, движущиеся почти параллельно этому
контуру; и другое в чем-то похожее расположение как бы пересекает
первое и проникает в него. Оба этих набора линий, очевидно,
начинаются от органа внутри церкви и в своем движении
последовательно проходят вверх сквозь крышу - ясно, что
физическая материя не представляет никакого препятствия их
формированию. В полом центре формы плавают несколько
маленьких полумесяцев, расположенных четырьмя вертикальными
линиями.
Давайте теперь попробуем дать ключ к значению всего
этого и в общих чертах объяснить, как это вызывается к
существованию. Надо помнить, что данная простая мелодия была
сыграна один раз, и следовательно, мы можем
проанализировать эту форму способом, который на большем и более
сложном примере был бы совершенно невозможен. Даже в этом
случае, как сейчас будет видно, мы не можем передать все
подробности. Пренебрегая на время зубчатой границей, мы
перейдем к расположению четырех линий разных цветов, бегущих
в одинаковом направлении, внешняя из которых голубая, а
остальные - соответственно малиновая, желтая и зеленая. Эти
линии чрезвычайно неровны и изогнуты; в действительности
каждая из них состоит из большого числа коротких линий, на
разных уровнях, перпендикулярно соединенных между собой.
Похоже, что каждая из этих коротких линий представляет
музыкальную ноту, а нерегулярность их расположения показыва-
61

ет последовательность этих нот; так что каждая из загнутых
линий отражает движение одной из партий мелодии,- эти
четыре линии," движущиеся почти синхронно, представляют
собой сопрано, альт, тенор и бас соответственно, однако в этой
астральной форме они не обязательно появляются в таком
порядке. Здесь необходимо дополнительное разъяснение. Даже
у такой сравнительно простой мелодии, как эта, имеются тона
и оттенки, смодулированные слишком тонко для того, чтобы
быть переданными в любом доступном нам масштабе.
Следует поэтому заметить, что каждая из этих коротких линий,
выражающие ноту, имеет свой собственный цвет, так что хотя в
целом эта внешняя линия производит впечатление голубой, а
следующая, внутри нее,- цвета кармина, тем не менее, каждая
меняет цвет в пределах каждого дюйма своей длины, поэтому
показанное на данном рисунке является не корректной
передачей каждого оттенка, а лишь результатом общего впечатления.
Две серии четырех линий, как бы пересекающие друг
друга, вызваны двумя частями мелодии; зубчатое окаймление,
окружающее всю картину,- результат ударных мест и
раскатистых аккордов арпеджо, а плавающие полумесяцы в центре
представляют отдельные аккорды, сыгранные стаккато. На
самом деле эти арпеджио не целиком фиолетовые, а каждая петля
имеет различный цвет, но в целом они более приближаются к
фиолетову цвету, чем к какому-либо другому. Высота этой
формы над куполом церкви - скорее всего, чуть больше 30 метров,
но поскольку она также продолжается вниз, под крышу
церкви, ее общая высота - где-то около 45 метров. Форма
произведена одной из пьес «Песен без слов» Мендельсона, и ее
характерная черта - тонкая филигранная работа, которая очень
часто появляется при исполнении его произведений.
Вся эта форма наблюдалась на сверкающем фоне из
многих цветов, которые представляли собой облако,
обволакивающее форму со всех сторон и вызванное вибрациями,
изливающимися из формы во всех направлениях.
Гуно. На рисунке 57 у нас совсем другая музыка - звонкий
«Хор солдат» из оперы Гуно «Фауст». Поскольку церковь на ил-
62

люстрации та же самая, легко вычислить, что в этом случае
высочайшая точка формы должна возвышаться на целых 180
метров над башней, однако диаметр формы несколько меньше
этого, поскольку органист, очевидно, закончил играть
несколько минут назад, и завершенная фигура плывет высоко в
воздухе, ясно очерченная и почти сферическая, а точнее - это
сплющенный сфероид. Этот сфероид - полый, как и все подобные
формы, поскольку он медленно увеличивается в размере,
постепенно излучая из своего центра энергию вовне, но соответственно
становясь при этом менее жизненным и представляясь все
более эфемерным, пока он, наконец, не потеряет связность и не
растает, как кольцо дыма. Золотое сияние, окружающее и
пронизывающее его, представляет собой излучение его вибраций,
причем желтый цвет здесь доминирует в гораздо большей
степени, чем при исполнении более нежной музыки Мендельсона.
Расцветка здесь более яркая и плотная, чем на рис. 56,
поскольку эта музыка - не столько нить журчащей мелодии,
сколько великолепная последовательность сокрушительных аккордов.
Художник старался, скорее, передать эффект аккордов, а не
отдельных нот, последние было бы едва ли возможно передать
в масштабе столь малом, как этот. Потому за развитием
формы следить здесь было труднее - ведь в этой, более длинной,
пьесе линии пересекались и перемешивались, пока мы не
получили небольшой, но великолепный общий эффект, который
композитор и намеревался дать нам прочувствовать, а также и
увидеть, если мы были способны видеть. Тем не менее
возможно различить кое-что из процесса, построившего форму, и
самая простая отправная точка - низшая слева на рисунке.
Большой фиолетовый выступ - это, очевидно, открывающий фразу
аккорд, и если мы последуем по внешней линии вверх и
далее вокруг формы, мы можем получить некоторое
представление о характере этой фразы. Более близкое рассмотрение
откроет две другие линии, которые движутся почти
параллельно этой внешней и демонстрируют аналогичную
последовательность цветов в меньшем масштабе - они вполне могут
отображать более мягкое повторение той же фразы.
63

После тщательного анализа мы легко убедимся, что в этом
кажущемся хаосе существует настоящий порядок, и будь
возможна точная до мельчайших деталей репродукция этого
сияющего великолепия, то стало бы возможно вникнуть во все
нюансы, поставив красивые мазки сверкающего света в
соответствие каждой ноте, вызванной к существованию. Не следует
забывать, что здесь приведено куда меньше деталей, чем на
рис. 56. Так, каждая из этих точек или выступающих частей
имеет внутри себя в качестве составной части, по меньшей
мере, четыре линии или ленты меняющегося цвета. Подобные
ленты на рис. 56 показаны в отдельности, а здесь они
смешиваются в один оттенок, и дан только общий эффект аккорда.
На рис. 56 мы пытались показать несколько
последовательностей нот в горизонтальной комбинации. Они слиты воедино, но
при этом различим эффект четырех одновременно
исполняемых частей - используются разноокрашенные линии для
каждой части. На рис. 57 мы попытались сделать в точности
противоположное, поскольку комбинировали вертикально и
сочетали не последовательные ноты одной части, а аккорды, каждый
из шести или восьми нот. Истинный же вид соединяет в себе
эти два эффекта в невыразимом богатстве деталей.
Вагнер. Любой из тех, кто занимается изучением этих
музыкальных форм, без колебаний припишет эту гряду гор,
изображенную на рис. 58, гению Рихарда Вагнера, поскольку никакой
другой композитор еще не строил звуковых сооружений с такой
мощью и решительностью. Перед нами гигантское колоколо-
образное сооружение высотой 275 метров, и лишь немного
менее в диаметре у основания, плывущее в воздухе над
церковью, из которой оно восстало. Оно полое, подобно форме Гуно,
но, в отличие от нее, открыто внизу. Сходство с
последовательно отступающими горными цепями почти полное, и оно еще
более усиливается благодаря волнистым массам облаков,
которые клубятся между скал и создают эффект перспективы. На
этом рисунке не сделано никакой попытки показать действие
отдельных нот или отдельных аккордов; каждая гряда этих
искусственных гор представляет в размере, виде и цвете лишь об-
64

щии эффект одной из частей музыкальной пьесы, как бы
рассматриваемой с некоторого расстояния. Но следует понимать, что
на самом деле обе формы - и эта, и приведенная на рис. 58 -
полны мельчайших деталей и все эти великолепные массы
красок построены из многих меньших полос, которые при
использованном масштабе не могут быть видны в отдельности. Общий
эффект таков, что у каждой вершины горы свой сияющий
оттенок, как это видно на рис. 58,- великолепное пятно живого
цвета, сверкающее славой своего собственного живого света и
распространяющее свое излучение по всей округе. В каждой из этих
масс света постоянно вспыхивают и другие цвета, как на
поверхности расплавленного металла, так что блики и блеск этих
удивительных астральных сооружений находятся далеко за
пределами возможности словесного описания.
Впечатляющая особенность этой формы - контраст
между двумя типами музыки, которые в ней встречаются,- один
создает скалистые горные массивы, а другой - округлые
волнистые облака, которые лежат между ними. Другие мотивы
показаны широкими полосами голубого, розового и зеленого
цветов - они видны в основании колокола, а меандровые* линии
белого и желтого, которые извиваются через них, возможно,
созданы журчащим аккомпанементом арпеджо.
На рис. 56-58 приведены только формы, созданные
непосредственно звуковыми колебаниями, однако, как видно
ясновидящему, они обычно окружены многими другими,
меньшими формами - результатами личных переживаний
исполнителя или эмоциями, возникшими у слушателей под влиянием
музыки. Итак, на рис. 56 мы имеем маленькую и сравнительно
простую форму, изображенную с определенной детализацией,-
показано нечто, передающее эффект каждой ноты. На рис. 57 -
более сложная форма совсем другого характера. Она
обрисована с меньшей детализацией, поскольку не делалось попыток
передать отдельные ноты, а целью было лишь показать, как каж-
* Меандр - геометрический орнамент в виде ломаной или кривой линии
с завитками. - Примеч. ред. перевода.
65

дый аккорд выражает себя в форме и цвете. На рис. 58 имеем
еще более крупную и богатую форму, в изображении которой
все детали были опущены с целью хотя бы приблизительно
передать эффект от пьесы в целом.
Естественно, всякий звук оставляет свое впечатление в
астральной и ментальной материи - не только те упорядоченные
последовательности звуков, которые мы называем музыкой.
Когда-нибудь, возможно, формы, построенные этими менее
гармоничными звуками, будут зарисованы для нас, однако они
за пределами обозрения данного трактата. Однако те, кто
чувствует интерес к этому, могут прочитать отчет об этих формах
в книге «Скрытая сторона вещей»*.
Нам хорошо бы всегда помнить, что существует скрытая
сторона жизни - каждое действие, слово и мысль имеют свои
последствия в невидимом мире, который всегда рядом с нами.
Обычно эти невидимые результаты имеют бесконечно большую
важность, чем те, которые видны нам на физическом плане.
Мудрый человек, знающий это, соответственно направляет
свою жизнь, беря в расчет весь мир, в котором он живет, а
не только его внешнюю оболочку. Так он спасает себя от
бесконечного количества неприятностей и делает свою жизнь не
только счастливее, но и полезнее для своих собратьев. Но чтобы
сделать это, необходимо знание: то знание, которое - сила.
Существовать недостаточно, мы желаем жить
интеллигентно. Но чтобы жить, мы должны знать, а чтобы знать, мы
должны изучать. И здесь перед нами откроется огромное поле,
если мы только ступим на него и соберем плоды той
Божественной Мудрости, которую в нынешние дни люди называют
Теософией.
* С. W. Leadbeater. The Hidden Side of Things. TPH. 1913.
66

Рис. 8. Мыслеформа смутно выраженной чистой любви
Рис. 9. Мыслеформа смутно выраженной эгоистичной любви
67

Рис. 10. Мыслеформа определенно выраженной любви
Рис. 11. Мыслеформа излучающей любви
68

Рис. 12. Мысль любви и мира
Рис. 13. Мыслеформа жадной животной любви
69

Рис. 14. Мыслеформа смутного религиозного чувства
Рис. 15. Возвышенный порыв веры
70

Рис. 16. Ответ Логоса на направленный ему религиозный призыв
Рис. 17. Религиозное самоотречение
71

Рис. 18. Мыслеформа смутного интеллектуального удовольствия
Рис. 19. Мыслеформа при намерении что-либо узнать
72

Рис. 20. Мыслеформа желания должности или власти
Рис. 21. Честолюбие низшего типа
73

Рис. 22. Мыслеформа вспышки гнева
Рис. 23. Мыслеформа длительной злобы
74

Рис. 24. Взрыв гнева
Рис. 25. Мыслеформа ревности
75

Рис. 26. Мыслеформа ревности, смешанной с гневом
Рис. 27. Мыслеформа смутного сочувствия
76

Рис. 28. Разные мыслеформы, наблюдавшиеся при кораблекрушении
Рис. 29. Человек, дошедший до состояния ужаса
77

Рис. 30. Мыслеформа эгоистичной жадности
Рис. 31. Мыслеформа жажды выпивки
78

Рис. 32. Мыслеформа актера, ждущего выхода на сцену во время премьеры
Рис. 33. Мыслеформы, наблюдаемые одновременно в игорном доме
79

Рис. 34. Эмоции людей, одновременно наблюдавших
дорожно-транспортное происшествие
80

Рис. 35. Мыслеформы двух точек зрения на похороны
Рис. 36. Чувство человека при встрече с другом после долгой разлуки
81

Рис. 37. Восхищение красивой картиной на религиозную тему
Рис. 38. Состояние сопереживания и любви ко всему человечеству
82

Рис. 39. Человек, находясь в состоянии медитации, наполняет свой ум
стремлением обнять все человечество и направить его к высокому идеалу
Рис. 40. Попытка распространить любовь и сопереживание во всех
направлениях
83

Рис. 41. Попытка достичь интеллектуального понимания космоса
Рис. 42. Мысль о Логосе, как о проявленном в человеке
84

Рис. 43. Стремление думать о Логосе, как о проникающем всю природу
Рис. 44. Золотой шар, изображенный на рис. 43, должен быть представлен
внутри другого шара тончайших линий голубого цвета, показанного
на данном рисунке
85

Рис. 45. Вариант мыслеформы стремления думать о Логосе,
как о проникающем всю природу
%щтгш
Рис. 46. Размышление о Логосе в его тройственном проявлении
86

Рис. 47. Медитирование на Божественное проявление Логоса
Рис. 48. Мыслеформа интеллектуального стремления
87

Рис. 49. Мыслеформа помощи другу
Рис. 50. Вариант мыслеформы помощи другу
88

Рис. 52. Мыслеформа помощи другу
при отвлекающих условиях
Рис. 51. Вариант
мыслеформы помощи другу
Рис. 53. Вариант мыслеформы
помощи другу при отвлекающих
условиях
89

Рис. 54. Вариант мыслеформы
помощи другу при
отвлекающих условиях
Рис. 55. Ответ на полученную
мыслеформу помощи другу
90

\
Рис. 56. Органная музыка Ф.Мендельсона - пьеса N. 9 из цикла
"Песни без слов"
91

Рис. 57. "Хор солдат" из оперы Ш. Гуно "Фауст"
92

Рис. 58. Увертюра к опере Р. Вагнера "Нюрнбергские мейстерзингеры"
93

КЛЮЧ К ЗНАЧЕНИЮ ЦВЕТОВ
1 Высокая
духовность
2 Религиозное
чувство,
смешанное
со страхом
3 Сочувствие,
симпатия
4
Приспособляемость
Религиозные чувства, Служение и пок-
смешанные с пылкой лонение благо-
любовью родному идеалу
Высочайший
интеллект
Любовь к
человечеству
Ревность
Сильный
интеллект
Неэгоистичная
любовь
Обман
Чистое
религиозное
чувство
Низший тип
интеллекта
Эгоистичная
страсть
Страх
Эгоистичное
религиозное
чувство
Гордость
Чистая любовь
Депрессия
5 Эгоизм Скупость
Гнев
Чувственность Злость

ИНФОРМАЦИЯ О ТЕОСОФИЧЕСКОМ ОБЩЕСТВЕ
Теософическое Общество было основано 17 ноября 1875 года в Нью-Йорке
Е. П. Блаватской, X. С. Олькоттом и У. К. Джаджем. В настоящее время его
штаб-квартира находится в Адьяре (Индия).
Три его основные цели заключаются в следующем:
1. Образовать ядро всеобщего братства человечества, вне
зависимости от цвета кожи, расы, пола,
вероисповедания или касты.
2. Поощрять сравнительное изучение религий, науки и
философии.
3. Исследовать необъяснённые законы природы и силы,
скрытые в человеке.
Общество представляет собой международную организацию, имеющую в
настоящее время почти в 70 странах членов, принадлежащих к разным
расам, которые исповедуют различные религии и работают в различных
областях. Их связывает то, что они разделяют цели Теософического общества и
хотят способствовать гармонии и пониманию на всех уровнях, хотят сплотить
людей доброй воли вне зависимости от их религиозных убеждений. Их
объединяет желание изучать истину и делиться знаниями с другими. Они
связаны друг с другом не общей верой, а общим поиском и стремлением к Истине.
Истина эта достигается изучением, размышлением, чистотой жизни и
служением высшим идеалам и рассматривается как награда, к коей нужно
стремиться, а не как некая догма, устанавливаемая авторитетом. Они
считают, что вера должна быть результатом индивидуального изучения и
интуиции, а не предшествовать им, и основываться на знании, а не на
утверждении. Они считают необходимым проявлять терпимость ко всем, даже к
нетерпимым, рассматривая это как долг, а не как привилегию, и стараются
искоренить невежество, а не наказать его. Каждую религию они рассматривают как
выражение Божественной Мудрости, предпочитая изучать, а не осуждать, и
практиковать, а не проповедовать.
Желательно подчеркнуть тот факт, что нет учения или мнения, от кого
бы оно ни происходило, которое бы любым образом связывало члена
Общества, и которого он не мог бы свободно принять или отбросить. Признание
трех целей Общества есть единственное условие членства в нем. Никакой
учитель, никакой автор, начиная от самой основательницы общества Е. П.
Блаватской, не имеет никакого авторитета в плане навязывания своего
учения или мнения членам. Каждый член имеет равное право присоединяться к
любой школе мысли по своему выбору, но не имеет права навязывать свой
выбор другим.
В настоящее время Теософическое Общество возобновило
свою работу в России.
Адрес Международной Штаб-квартиры:
The Theosophical Society, Adyar, Madras, 600020, India.
email: intl.hq@ts-adyar.org http://www.ts-adyar.org
Информацию на русском языке и литературу по теософии можно
найти на сайте www.theosophy.ru

Анни Безант, Чарлз Ледбитер
МЫСЛЕФОРМЫ
Издательство «Новый Центр». Лицензия ИД № 02502 от 31 июля 2000 г.
127427, Москва, ул. Академика Королева, 21, тел. 219-86-11.
Подписано в печать 16.07.2001 г. Формат 60x90/16. Бумага мелованная.
Печать офсетная. Усл. печ. листов 6. Тираж 3000 экз. Заказ
Отпечатано в Московской типографии № 12 с готовых пленок.
101000, Москва, ул. Мясницкая, 40.

ISBN 5-8 1 7-t.5-5
785891 170650