/
Author: Гутнов Ф.Х.
Tags: культурология осетинский народ ономастика история осетии культура осетии антропонимика
ISBN: 5-7534-0290-9
Year: 2004
Text
Владикавказ
2004
63.2(2р-бОсе)
Г-97
Гутнов Ф. X.
Г-97 Века и люди: Из истории осетинских сел и
фамилий — Владикавказ: Ир, 2004
Вып. 2 - 2004 - 223 с.
Во втором выпуске книги на основе исторических и фоль-
клорных источников автор рассматривает историю возник-
новения населенных пунктов Осетии и генеалогию живущих
в них фамилий.
- °50320200 -26.24-04 63.2(2Р-60се)
М 131 (03) - 04
© Гутнов Ф. X., 2004
15ВЫ 5-7534-0290-9 © Григорян В. С, оформление, 2004
Введение
Предлагаемая вниманию читателей книга явля-
ется вторым выпуском вышедших ранее неболь-
ших зарисовок и набросков по истории населен-
ных пунктов и фамилий Осетии (Гутнов Ф.Х. Ве-
ка и люди. Из истории осетинских сел и фами-
лий. Владикавказ, 2001). Интерес к данной теме
в последние годы многократно возрос. И это от-
носится не только к нашей республике. На Север-
ном Кавказе, как и в стране в целом, на стыке ты-
сячелетий отмечен аналогичный процесс. В 1999 г.
создана Российская генеалогическая федерация; в
Нальчике не один год успешно действует Кабар-
дино-Балкарское историко-родословное общество.
В России проведено уже два международных ге-
неалогических коллоквиума. Показательны пробле-
мы, поднимавшиеся на коллоквиуме, проведен-
ном в Нальчике в 2000 году:
Роль и место генеалогии в исторических иссле-
дованиях.
Роль генеалогических исследований в воспита-
нии подрастающих поколений.
Исторические аспекты формирования генеа-
логических преданий в России и у народов Кав-
каза.
з
Семейные и генеалогические связи народов
Кавказа и России.
Легенды и историческая действительность в ге-
неалогических преданиях народов Северо-Кавказ-
ского региона.
Следует добавить, что в наши дни изучение
своей генеалогии, когда-то считавшееся привиле-
гией высших классов, доступно любой семье. Воз-
рождение исторической памяти способствует вос-
питанию не только патриотизма, но и уважения к
другим народам, культурам, религиям. Генеалогия
имеет самое непосредственное отношение к этике,
заставляя, как верно подметил писатель Д. Гра-
нин, "гордиться своими предками или стыдиться
за их поступки. Она заставляет вспомнить о тра-
дициях фамильной чести, трудолюбия, храброс-
ти". Аналогичная оценка родословным дана А.И.
Мусукаевым: "Этические нормы взаимоотноше-
ний в человеческом обществе издревле требовали
сохранения родства, выполнения обязанностей по
отношению к членам семьи, родителям и вообще
близким по крови, оказывали воспитательное воз-
действие на подрастающее поколение, формиро-
вали и развивали общечеловеческие нравственные
принципы".
Учитывая перечисленные особенности генеало-
гических исследований, автор решился вынести
на суд читателей подборку материалов по истории
сел и фамилий нашей республики.
ДАГОМ
В средние века Алагирское общество состояло
из 6 более мелких: Уаллагирское (Уаллагком-
ское), Архонское, Мизурское, Садонское, Ну-
зальское и Цейское. Каждое из них состояло из 5-
8 небольших, но многофамильных селений, имело
свою историю формирования. Этнограф Б.А. Ка-
лоев полагает, что они возникли в разное время,
наиболее древними являются Уаллагирское и Ну-
зальское общества. Первое из них размещалось
недалеко от входа в Алагирское ущелье на правой
стороне. В огромной котловине вдали от р. Ар дон
находилось шесть небольших селений, среди ко-
торых выделялись Урсдон (со своей мощной кре-
постью) и Донисар, но особенно — Дагом и Ца-
мад. Предположение этнографа о давности воз-
никновения названных сел подтверждается архео-
логическими находками, в частности, аланскими
кладбищами возле Дагома. Местные жители счи-
тали их принадлежавшими легендарному народу,
погибшему в глубокой древности от какой-то
страшной болезни. Народ этот обозначался не
поддающимся расшифровке словом царциатсе.
До недавнего времени местное население перед
началом великого поста устраивало совместные
5
поминки по якобы погибшим в этот день царциа-
там. Этимология названия царциата неизвестна;
вероятно, под этим этнонимом в народных преда-
ниях скрывается аланское население, погибшее в
период монголо-татарского нашествия.
В предании, сохранившемся в народном твор-
честве, говорится, что рассматриваемое ущелье в
качестве "доли младшего" перешло к "Цахилу,
сыну Кусага, внуку Ос-Багатара". На занимае-
мых потомками Цахила землях археологи еще в
начале XX в. отмечали "целый ряд развалин, от-
носящихся к различным эпохам, включая средне-
вековье. Они представляют собой остатки крепос-
ти, отдельные боевые и жилые башни, а также
святилища". Специалисты выделили крепость Урс-
доны уаллаг кау фидар. Она располагалась на
правом берегу р. Урсдон, представляя собой це-
лую систему оборонительных укреплений; при-
крытые заградительными стенами пещеры, при-
способленные для нужд обороны и жилья. На за-
падном участке крепости стояла четырехъярусная
башня; еще 4 башни прикрывали подступы к жи-
лым и хозяйственным строениям. По сведениям
известной еще в довоенное время ленинградской
исследовательницы Е.Г. Пчелиной, найденные ею
в крепости трехлопастные наконечники стрел
принадлежали аланам.
Жители ущелья, по мнению Б.А. Калоева, сы-
грали большую роль в формировании других об-
ществ Осетии. Многие фамилии, ныне живущие в
Центральной и Южной Осетии, родиной своих
предков считают Дагом, Цамад и другие селения
Уаллагира. Здесь же, напротив, нет ни одной фа-
милии, выводившей свою генеалогию из других
6
мест Осетии. Многочисленные материалы сослов-
но-поземельных комитетов и комиссий, действо-
вавших почти 70 лет, начиная с 40-х гг. XIX в.,
содержат однотипные данные о происхождении
фамилий рассматриваемого ущелья; все они вос-
ходят к "детям" и "внукам" легендарного Ос-Ба-
гатара. Так, например, в прошении 1859 г. в Ко-
митет по разбору личных и поземельных прав на-
селения Военно-Осетинского округа Кулаевы из
селения Дагом отмечали, что их фамилия "полу-
чила свое название от Кула, внука Кусагона, все-
общего родоначальника кусагонцев". В предании
Бесоловых из Урсдона, считавших себя прямыми
наследниками Кусагона, "сына Ос-Багатара", рас-
сказывается о появлении общего предка на занима-
емой территории. Земли вокруг Дагома ему будто
бы достались после раздела семьи Ос-Багатара.
К древнейшим селам Алагирского ущелья от-
носится и Цамад, населенный потомками другого
сына Ос-Багатара, Сидамона. Из этого аула так-
же вышло много фамилий, обосновавшихся в раз-
ных местах горной Осетии. Некоторые из них
(Дзугаевы, Калоевы, Челехсаевы), живущие в
верховьях рек Б. Лиахва и Ардона, по родослов-
ным преданиям, покинули Цамад не позднее XV-
XVI вв.
Выходцами из Дагома и Цамада считают себя
Агнаевы, Амбаловы, Зангиевы, Карсановы, Тид-
жиевы и др.
В 30-х гг. XX в. Е.Г. Пчелина собирала в
здешних местах археологический, этнографичес-
кий и фольклорный материал. Ее информатора-
ми являлись Татари Агнаев (70 лет) и Ахте Ка-
раев (70 лет) из Дагома, а также житель Цамада
7
Георгий Черчесов (1819 года рождения — по дан-
ным Пчелиной; в том же 1938 г. здесь от того же
информатора записывала фольклор Е. Баракова,
которая определила возраст Г. Черчесова в 114-
120 лет). Комплексный анализ разнообразных па-
мятников истории привел Пчелину к выводу, что
"самым древним местом поселения потомков сына
Ос-Багатара Цахила колена Цахилта является
Урсдонское ущелье и его каута (села): Дагом, Урс-
дон, Донисар".
В предании о заселении данного ущелья гово-
рится, что после смерти Цахила старший из его
сыновей — Дага — получил "долю старшего", ко-
торая состояла из пространства земли "для обра-
зования нового поселения, участка пашни в мест-
ности Аре и луга на плато Гашка на хребте Стыр
рагъ". Помимо этого, в "долю старшего" вошли
предметы из дома Цахила: железная над очажная
цепь, медный котел для варки пива и деревянное
корыто для хлеба. На указанном месте Дага на-
шел разрушенное строение и сложенный из камня
на известковом растворе цырт (памятник в честь
умершего, который ставили не на могиле, а на
обочинах дорог, чтобы усопшего поминало боль-
шее количество людей). Причем, на цырте сохра-
нился отпечаток ладоней рук. В первые годы со-
ветской власти этот цырт местное население ис-
пользовало в качестве святилища и называло его
Уациллайы кувсендон.
Потомки Дага, согласно устной традиции, жи-
ли здесь "в довольстве и богатстве". В Дагоме со
временем "стало так много домов, что по их кры-
шам можно было перебежать от одного края села
до другого". К началу XX в. в селе насчитыва-
8
лось 140 дворов. Здесь жили Цабиевы, Агнаевы,
Бурдзиевы, Касаевы, Караевы, Габуевы, Джигка-
евы, Себетовы, Ваниевы, Бигаевы, Кулаевы, Са-
лаевы, Хнеевы и Бураевы. По словам информато-
ров, в Дагоме было три фамильных ныхаса — Аг-
наевых, Касаевых и Караевых.
В настоящее время в селе отмечено семь руи-
нированных жилых и боевых башен. Большой ин-
терес для специалистов представляют святилища
Дагома и его окрестностей. Наиболее почитаемым
являлось святилище Зсгропд Уастырджийы дзу-
ар, считавшееся "братом Рекома". Уастырджийы
дзуар представлял собой небольшую часовню,
"построенную на вершине огромного отдельно
стоящего камня". Перед входом в часовню имеет-
ся углубление со специально установленным
жертвенным камнем (Пчелина). По мнению спе-
циалистов, данное святилище носило "чисто воен-
ный характер": после проведенного возле него
кувда (пиршества), отсюда отправлялись в поход
отряды воинов из клана Цъсехилтсе. Эти своеоб-
разные дружины формировались из расчета по
одному мужчине с каждого двора. Причем, в по-
ходе запрещалось участвовать самому старшему и
самому младшему мужчине каждого дома. Вои-
ном становился тот, кого старики называли "луч-
шим мужчиной в доме", отличившегося в стрель-
бе, джигитовке, в борьбе и различных гимнасти-
ческих упражнениях. У выбранного для похода
всадника в переметной суме имелся запас пищи на
три недели. Запас еды состоял из сушеной бара-
нины, сыра и поджаренных зерен ячменя.
Как уже отмечалось, Дагом играл важную роль в
общественной жизни средневековых осетин. Рядом
9
с селом находился Мадизсен — своеобразный су-
дебный орган Центральной Осетии. Местное на-
селение так и называло его — Дсегомы тсерхондон
("Дагомский суд"). Подробное описание данного
института привел известный российский ученый
М.М. Ковалевский в работе "Современный обычай
и древний закон" (М., 1886. Т. II, с. 217-218):
"особенным почетом у всех северных осетин поль-
зовались посредники из 3-х соседних друг с дру-
гом селений: Дагома, Цамада и Урсдона; они засе-
дали в Дагоме, в священном месте, именуемом Ма-
дизсед (ангел матери, вероятно, Божьей матери).
Место это расположено среди двух (очень глубо-
ких) ущелий... Площадка, на которой располага-
лись посредники, могла вместить весьма ограни-
ченное число лиц, — что и требовалось для устра-
нения всякой возможности вооруженного вмеша-
тельства заинтересованных сторон в деятельность
судей. Площадка эта лежала на таком расстоянии
от места нахождения сторон, что переговоры судей
не могли быть услышаны тяжущимися. Все эти об-
стоятельства вместе взятые, равно как и близость
одного из наиболее чтимых святилищ или дзуаров,
в котором обвиняемая сторона могла принести очи-
стительную присягу, — делали суд в Дагоме наибо-
лее популярным в глазах Иронов... Суд, о котором
только что шла речь, более не собирается в Даго-
ме, но на месте, где он собирался, доселе можно
видеть большой камень, высеченный в форме ска-
мьи, на котором и восседали выбранные сторонами
судьи, в важных случаях в числе девяти, а в менее
важных в числе семи, пяти и даже трех".
Один из дореволюционных исследователей Да-
гомского прихода А. Скачков отмечал, что здесь
10
"решались все важнейшие тяжебные дела осетин-
ских ущелий: Алагирского, Куртатинского и Ди-
горского". Если какое-то дело не могло решиться
непосредственно участниками спора или кон-
фликта, то с ним приходили на Мадизсен в Даго-
ме. Существовала поговорка: "Если дело не решит-
ся в дагомском Мадизане, то не решится и на том
свете". Коль скоро было "произнесено решение
дагомских стариков и камень поставлен к дверям
святилища Уастырджи, то уже никто не мог про-
тиворечить. Ослушнику грозил гнев всей Осетии"
(Скачков).
Судьями — тархонлсег — являлись не только
старики, но и люди зрелого возраста. Помимо
тархон лагов, в заседаниях принимали участие их
помощники (раст лсегтсе) — по 2-3 на каждого
тархонлага. Заседания иногда длились три и бо-
лее дней. Тархонлаги из Дагома пользовались из-
вестностью не только в Северной, но и в Южной
Осетии. Одним из самых известных и авторитет-
ных медиаторов являлся Сабе Медоев (родился
приблизительно в 1822-1825 г. — умер в 1910 г.).
Обладая незаурядными ораторскими способностя-
ми и знанием осетинского обычного права, он на
протяжении всей своей жизни был признанным
тархонлагом при примирении кровников. Однако
в памяти народа он остался прежде всего как
одаренный народный певец и сказитель. В юнос-
ти он проходил уроки мастерства у известных
знатоков нартовских сказаний Гито Караева (147
лет) и Лола Лолаева (140 лет). Профессор Г.А.
Дзагуров, записывавший варианты циклов эпоса,
дал С. Медоеву высочайшую оценку как крупному
знатоку и интересному рассказчику нартовских
11
циклов, особенно подчеркнув его глубокое знание
родословных нартовских родов. От Сабе реперту-
ар восприняли его сыновья — Баззе и Урусхан
Медоевы; с их напева в конце XIX в. записаны на
пластинки народные песни.
Интересно, что дагомские тархонлаги нередко
выступали с важными общественными инициати-
вами. К таковым, в частности, можно отнести
принятое в конце XIX в. решение о запрещении
калыма — своеобразной платы за невесту. Когда в
декабре 1905 г. житель селения Цамад Дагомско-
го прихода Цоу Черчесов за свою дочь взял с Му-
сы Караева калым в размере 4 быков, 6 коров и
2 лошадей, сельский старшина уже на другой
день изъял калым и вернул его Караеву.
Каждая фамилия, живущая в Дагоме, Цамаде
и других селах Уаллагирского общества, имеет
свою родословную, содержащую немало интерес-
ных страниц. Однако, ограниченные рамками
данной публикации, мы расскажем лишь о неко-
торых фамилиях.
Конечно, коль скоро большинство современно-
го населения этого общества ведет свои родослов-
ные от Цъсехилтсе, то свой рассказ мы с них и
начнем.
ЦАХИЛОВЫ
Генеалогическое предание Цахиловых проис-
хождение фамилии связывает с Цахилом, который,
по одним версиям, является "любимым внуком Ос-
Багатара", по другим — его братом. Разберем обе
версии и для начала попытаемся установить кто
скрывается за фольклорным героем Ос-Багатаром.
12
Предание об Ос-Багатаре занимает особое мес-
то в фольклоре осетин. Оно сложилось на основе
синтеза этногенетических легенд о происхожде-
нии народа с главным героем этнархом Осом, а
также легенд и преданий о Багатаре, древнейшем
из фольклорных циклов о борьбе осетин с внеш-
ними врагами. В их основе лежат реальные исто-
рические факты.
В результате походов туменов Батыя в 30-х гг.
XIII столетия значительная часть равнинных алан
ушла в ущелья Центрального Кавказа. Населе-
ние, сконцентрированное в горах, не могло обес-
печить себя хотя бы скудными средствами к жиз-
ни, и часть его двинулась на юг — на территорию
Грузии. Во второй половине XIII в. в нагорной
полосе Шида-Картли существовало компактное
поселение овсов, в среду которых просачивались
с севера все новые и новые группы эмигрантов.
Эти процессы вызвали продвижение овсов в раз-
личные районы Картли. Летописи сообщают, что
"между 1257-1264 гг. пришли осетины, преследу-
емые Берка-ханом. Среди них была удивительная
женщина, по имени Лимичав (вариант: "две жен-
щины Л им и Ачав"), и она с собой привела мало-
летних детей родом ахсарфкянов (вариант: ах-
сарпакаианов — искаженная форма осетинского
фамильного имени /Ехсаертаеггатае): Фареджана
(вариант: "сын овского царя") и Багатара и мно-
го князей". Аноним середины XIV в. Жамта-
агмцерели уточняет дату появления внушительно-
го числа овсов в Шида-Картли — 1263 г.
Убедительной представляется точка зрения Г. Д.
Тогошвили, связавшего появление алан в Грузии
в 1263 г. с поражением войск Хулагу в битве с
13
золотоордынцами. Овская аристократия, играя на
внутримонгольских противоречиях, пыталась вос-
пользоваться вторжением Хулагу на Северный
Кавказ и покончить с господством Золотой Орды.
Однако 13 января 1263 г. хулагиды были разбиты
на берегу Терека. Аланским сторонникам ильханов,
"преследуемых Берка-ханом", пришлось бежать в
Грузию. Овских князей с их дружинами царь бла-
горазумно разместил в различных районах страны:
Тбилиси, Дманиси и Жинвали. В 1268-69 гг. алан-
ский отряд переведен в Гори для отражения воз-
можных набегов из Западной Грузии, но вскоре
выведен из него. В 1292 г. аланы-овсы вновь зани-
мают Гори, на сей раз при поддержке монголов.
В конце XIII в. в Грузии разгорелась острая
борьба между Давидом VI и Вахтангом IV. Гру-
зинский "Хронограф" XIV в. в связи с этим "ца-
ревича овского" Фареджана причисляет к актив-
ным сторонникам Давида. Во многом благодаря
его поддержке — по хронике: "Фареджан также
весьма содействовал Давиду" — последний утвер-
дился на престоле. После смерти Фареджана, к
гибели которого причастен Давид, Багатар, стре-
мясь отомстить за брата, стал поддерживать Вах-
танга IV. Багатар "разорял Картли, Триалети,
сгонял с вотчин азнауров, и были беды великие
среди жителей Картлийских". Он же захватил
крепость Дзами в ущелье внутренней Грузии. В
начале XIV в. овсы, по словам летописца, стали
наиболее активной силой, выступавшей против
Давида. В целом источники свидетельствуют о
"больших возможностях овско-аланского элемен-
та в Грузии как в политической, так и в экономи-
ческой сфере" (Г.В. Цулая).
14
С ослаблением позиций монголов в Грузии,
усилением царской власти, непокорность и свое-
волие алан в Картли (по летописям: "весьма воз-
величился мтавар Бакатар овский") превратилось
в серьезную преграду для экономического разви-
тия и стабилизации политической обстановки.
Феодальная знать Грузии стремилась положить
конец своеволию аланской аристократии. Тавады
осадили крепость Дзами в Шида-Картли. "И как
ожесточилась (осада), просили овсы милостью бо-
жьей пощады и обещали не вредить; с тем и явил-
ся Бакатар пред Бека и затем помер". В начале
XIV в. Георгий V Блистательный (1314—1346 гг.),
возглавив феодалов, окружил Гори и после
трехлетней осады взял город. Указанные события
сопровождались процессом оседания части осе-
тинского населения в горной зоне Грузии, про-
должавшимся и позднее.
Таким образом, прототипом фольклорного ге-
роя Ос-Багатара являлся реальный Багатар —
один из сыновей последнего аланского царя. Сле-
довательно, предание о сыновьях Ос-Багатара в
первоначальном виде сформировалось никак не
раньше XIV в., ибо народная память наделила
фольклорного героя чертами, характерными для
реального, исторического Багатара, жившего на
рубеже XIII — XIV. вв. В связи с этим кажется
верной догадка В.И. Абаева о том, что образ
фольклорного Цахила не мог появиться до тата-
ро-монгольского нашествия.
По преданию, древнее население Уалладжира
происходило от детей прародителя осетин Ос-Ба-
гатара — Царазона, Сидамона и Кусага. У послед-
него был сын — Цахил, от которого произошла
15
часть населения Алагирского общества, в том чис-
ле единственная фамилия, напрямую связанная с
потомками Ос-Багатара — Цахиловы.
Однако существует еще одна версия, которая
Ос-Багатара считает одним из братьев Царазоно-
вых-Цахиловых! Согласно этой версии, не Цахил
является потомком Ос-Багатара, а, наоборот, по-
следний происходит из клана Царазоновых-Ца-
хиловых. Возможно и другое объяснение: речь
идет о 9 братьях из двух фамилий — Царазоно-
вых (включая Ос-Багатара) и Цахиловых. Но в
любом случае они выступают сообща. Эта вер-
сия, по сути, практически не рассматривалась в
науке; возможно из-за того, что над всеми иссле-
дователями довлел авторитет старших ученых,
особенно В.И. Абаева, который строго придер-
живался первой версии. Между тем, она опирает-
ся лишь на фольклорные источники, которые за
давностью лет вряд ли можно признать достовер-
ными. В то время как вторая опирается не толь-
ко на фольклорные данные, но и на весьма инте-
ресный письменный источник — знаменитую Ну-
зальскую надпись. Во всех опубликованных ва-
риантах Ос-Багатар принадлежит к клану Цара-
зоновых-Цахиловых. Ввиду особой важности
этой надписи, необходимо выяснить ее аутентич-
ность: является ли она реальным фактом исто-
рии, когда она была написана и т.д. Остановим-
ся на этих вопросах подробнее.
Первым вариант Нузальской надписи опубли-
ковал в 1830 г. М. Броссе; в 1838 г. он вновь из-
дал ее и опять на французском языке. Приведем
интересующие нас фрагменты: "Нас было девять
братьев из семьи Чарджонидзе-Дчархилан (Цара-
16
зоновых-Цахиловых): Ос-Багатар, Давид-Сослан...
У нас в Касаре крепость и таможня...".
Одним из первых переводов на русских язык яв-
ляется вариант А. Головина (1852 г.): "Мы были 9
братьев Чараджоновы и Сахиловы" и т.д. Сущест-
вует еще много версий перевода на русский язык;
они мало чем отличаются друг от друга (лишь вер-
сия А.С. Хаханова 1898 г. вместо 9 братьев назы-
вает 7). Но у всех один существенный недостаток —
в самом раннем упоминании Нузальской надписи
(Вахушти, 1745 г.) речь идет о 9 четверостишиях;
тогда как все известные до недавнего времени вари-
анты представляли собой повествовательный рас-
сказ. Относительно недавно нам удалось обнару-
жить еще один архивный вариант. В делах "Комис-
сии для разбора сословных прав горцев Кубанской
и Терской областей" сохранился документ, датиро-
ванный августом 1860 г., содержавший "надпись на
Нузальской Царазонской церкви". Надпись пред-
ставляет собой 9 четверостиший на грузинском
языке с синхронным переводом на русский. Учиты-
вая важность обнаруженного документа, приведем
перевод эпитафии полностью:
1) "Нас было девять братьев — Царазоновы-
Цахиловы: Ос-Багатар и Давид Сослан, с четырь-
мя царствами борющиеся;
2) Фидарос, Доладороз, Сокур-Георгий, с пре-
зрением на врагов взирающие;
3) Братья наши Исаак, Романоз и Басил сдела-
лись добрыми рабами Христа (монахами);
4) Мы содержали в 4-х углах узкие проходы
дорог;
5) в Касаре имели укрепление и сабаж (заста-
ву), здесь содержу двери моста, о будущем обна-
дежен, в настоящем благополучен;
17
6) Руды золота и серебра имею в таком изоби-
лии, как вода;
7) Покорил кавказцев, противостоял четырем
царствам (народам);
8) У грузинского (батони) князя похитил сест-
ру, не оставил своего рода; постиг меня, клятвою
обманул, наложил на себя вину мою и (грех);
9) Багатар утонул в воде, войско осетин ис-
треблено".
В делопроизводстве комиссии стихотворение
препровождено следующей записью: "Копия с
надписи, сохранившейся и поныне на стене Ну-
зальской Царазонской церкви, при сем прилагает-
ся для дальнейшего исследования, как достопри-
мечательный памятник". Сейчас трудно судить, с
чего снималась "копия", т.к. по свидетельству со-
временников, надписи в церкви Нузала в 1860 г.
уже не было. Местные жители уверяли, будто ее
уничтожил священник Николай Самарганов, быв-
ший в Осетии в 20-х гг. XIX в.
До сих пор остро дискутируются вопросы:
существовала ли вообще в "природе" Нузальская
надпись? И возможно ли ее рассматривать как ис-
торический источник?
На оба вопроса, на наш взгляд, можно отве-
тить утвердительно. Приведем несколько аргу-
ментов. Анализ раствора часовни дал дату 1273 г.,
т.е. время жизни и деятельности двух сыновей
"царя алан" — Фареджана и Багатара. Долгое
время серьезным аргументом противников при-
знания реального существования Нузальской над-
писи являлся размер букв грузинского алфавита,
учитывая который, трудно было себе представить,
каким образом 9 четверостиший могли поместить-
18
ся на одной стене. Однако В.А. Кузнецов в ходе
исследования фресок часовни под слоем штука-
турки обнаружил автограф художника — "Вола
Тлиаг" /Вола (Бола?) Тлийский/. Суффикс -аг
ясно указывает на осетинское (аланское) проис-
хождение художника. Но для нас еще более важ-
но, что подпись оформлена на мхедрули — гру-
зинской скорописи Х1У-ХУ вв. Размеры ее букв
малы и интересующая нас надпись вполне могла
уместиться на одной стене. Еще один вопрос — ка-
ким образом надпись исчезла? Ответить на этот
вопрос помогают памятники устного народного
творчества и письменные свидетельства.
Согласно устной традиции первой половины
XIX в., в Нузале хранились некоторые реликвии
аланской аристократии — шлем, колчан и копье
Ос-Багатара. В 1869 г. их видел В.Б. Пфаф. В
Нузале хранились и золотые предметы "царя
Грузии" — очевидно Арчила или Александра, ко-
торые в конце XVII в. неоднократно находили
приют в Уалладжире, спасаясь от иранского ша-
ха. Но "в 1821 году, когда священник Николай
Самарганов крестил наш народ, — писали мест-
ные жители наместнику Кавказа, — то все выше
прописанные вещи похищены были". В 40-х гг.
XIX в. В.С. Толстого уверяли, что "в 1821 году
священник Самарганов, родом из Гори, прочитав
эти надписи и найдя сокровища, их выкрал и
надпись соскоблил". В 1879 г. П.С. Уварова со
слов старожилов записала в своем дневнике: "В
ауле Нузал, через реку, существует пещерный
монастырь, где, по словам жителей, издревле со-
брано было много рукописей и разных драгоцен-
ностей; священник-грузин, собрав членов своей
19
семьи, подставил лестницы к скалам и вывез все
бесследно". Трудно судить, насколько можно дове-
рять приведенным свидетельствам. Точно извест-
но лишь, что Самарганов действительно в начале
20-х гг. XIX в. по распоряжению экзарха Грузии
"обревизовал всю христианскую Осетию". В Ну-
зале он начал было строительство новой церкви,
однако местные жители настояли на сохранении
старой. "Н. Самарганову, вложившему в строи-
тельство 400 рублей, эта история не понравилась,
он прибыл в Ну зал и, как рассказывают очевидцы,
изуродовал фрески и надписи старой церкви".
Таким образом, эпитафия, на наш взгляд, дей-
ствительно существовала, была создана, скорее
всего, в начале XIV в. (ибо в ней говорится о ги-
бели Багатара, имевшей место в 1304/6 г.), а
текст надписи отражает события Х1П-Х1У вв.
Как нам представляется, в надписи речь идет о
двух "фамилиях" — Царазоных и Цахиловых. Ца-
разоновы в надписи представлены военными ари-
стократами — Багатаром, Фидаросом, Давидом-
Сосланом и Георгием: тогда как Цахиловы — "до-
брыми рабами Христа (монахами)" — Исааком,
Романом и Баси лом. Некоторые исследователи
полагают, что Цахилта, помимо жреческих, осу-
ществляли и судебные функции.
На территории, контролируемой вышеназван-
ными фамилиями, расположено несколько инте-
ресных оборонительных комплексов и застав, на
которых они взимали "плату с проезжавших
купцов". Цахиловы контролировали начальный
участок дороги, шедшей в Закавказье. Дорога,
проложенная через дремучий лес, перекрывалась
заставой Чъырамад ("Известковая"). Здесь стоял
20
древний, сложенный из камня проход, закрывав-
шийся "тяжелыми деревянными воротами". За
ними в скале находится полупещерный навес,
служивший убежищем для стоявших здесь на
страже дозорных из колена Цахилта. В огромном
камне перед воротами выдолблен "небольшой во-
доем". В ходе исследований обнаружено несколь-
ко железных цепей, которыми перекрывались во-
рота. Не исключено, что известный сасанидский
кубок VII в., обнаруженный в этих местах еще в
1828 г., — ни что иное, как плата за проход иран-
ских купцов.
За Чырамад вьючная тропа, шириной не более
метра, идет к югу, по направлению к верховьям
Урсдона; небольшим карнизом дорога вьется до
местности Залу, где, по преданиям, жена Ос-Ба-
гатара Жхсин разбила фруктовый сад. Рядом рас-
положены участки пашни Жхсиныхуымтсе, по
преданию, первоначально также принадлежавшие
ей, а позднее — роду Цахилта. На обочине прохо-
дящей дороги сохранилось несколько цыртов —
памятных плит, установленных в честь геройски
погибших в разное время членов фамилии.
На землях колена Цахилта имеется отрезок до-
роги Шахнад (название которой связано с не-
удачным походом персидского шаха Аббаса I на
Северный Кавказ в 1614 году). Она идет по Урс-
донскому ущелью, опускаясь от хребта Стырхох
через альпийские луга в местность Рухс над
("Светлая тропа"), далее — через альпийские лу-
га, принадлежавшие общине Донисара, затем — в
сторону Унальского ущелья и, наконец, выходит
на военно-торговую вьючную тропу в пределах зе-
мель колена Сидамонтсе.
21
Главный культовый центр Цахилта — священ-
ный заповедник Мигьдау в Урсдонском ущелье;
здесь расположен целый комплекс святилищ с ос-
новным храмом Мигьдау дзуар. Цахилта испол-
няли для всех осетин обязанности верховных су-
дей. Высший судебный орган Алагирского обще-
ства и всей Осетии — суд Мадизан, располагав-
шийся под открытым небом в селении Дагом, —
был одним из известнейших судов в Осетии; кон-
тролировался коленом Цахилта. Здесь заседали
наиболее известные в Осетии знатоки обычного
права, передававшие свой опыт из поколения в
поколение. Рассматривая наиболее сложные и
важные дела, Дагомский суд фактически превра-
щался в верховный суд.
В окрестностях Дагома имеется древнее святи-
лище в честь Уастырджи, считавшееся "братом"
святилища Реком. Интересно, что приглашенные
на какое-нибудь пиршество гости, какими бы по-
четными они не были, после молебна в святилище
усаживались в отдалении от Цахиловых. На риту-
альных пирах колено Цахилта сидело отдельно по
сервадселтог.
Цахилта занимали северную часть Алагирского
ущелья с селениями Дагом, Урсдон и Донисар. Фа-
милии этого колена жили также в других частях
Осетии. В полном соответствии с арийским пред-
ставлением об идеальном общественном устройстве,
Кусагонта-Цахилта были самыми малочисленны-
ми из древних колен осетинского народа — жре-
ческое сословие всегда было наименьшим по чис-
ленности, хотя и пользовалось большим почетом.
Знаменитая Нузальская надпись и родослов-
ный титул героя поэмы "Алгузиани" позволяют
22
предполагать, что Цахил фигурировал и в генеа-
логии средневековой царской династии, принад-
лежавшей к колену Царазонта. Еще в XIX в. са-
мая престижная группа семей из Царазонта, пре-
тендовавшая на происхождение по прямой линии
от аланских царей, именовала себя не иначе как
"Царазоновы-Цахиловы". По-видимому, в этом
проявлялось древнее общеарийское правило, по
которому правитель из среды военной аристокра-
тии получал легитимную власть лишь при условии
приобщения к жреческой функции или генетичес-
кой связи со жреческим сословием. Конечно, сре-
ди Цахиловых, особенно после присоединения
Осетии к России, было немало офицеров. Вспом-
ним, для примера, Семена Цахилова — офицера
российской армии, чьи отвага и подвиги были
оценены несколькими боевыми орденами, вклю-
чая высшую воинскую награду — Георгиевский
крест.
Принято считать, что Цахилта (Цахиловы) —
выходцы из Дагома в Алагирском обществе. В
Урсдонском ущелье они населяли также Урсдон и
Донисар. Не позднее XVIII в. часть фамилии пе-
реселилась в селение Хуссар Ламардон в Тагаур-
ском обществе. В XIX и XX вв. Цахиловы рассе-
лились по равнинным селениям Осетии и городам
Кавказа, России, бывшего СССР. Цахиловы бы-
ли среди первых жителей селения Лаба (Коста-
Хетагурово) в Карачаево-Черкесии. Представите-
ли Цахиловых участвовали в мухаджирском дви-
жении середины XIX в. Их потомки до настояще-
го времени живут в Турции, а также в других
странах мира.
23
ДЗУГАЕВЫ
По сведениям Б.А. Калоева, Дзугаевы изна-
чально жили в одном из древнейших населенных
пунктов Алагирского общества — Цамаде. Как от-
мечалось выше, некоторые жившие здесь фами-
лии (Дзугаевы, Калоевы и Челехсаевы), ныне жи-
вущие в верховьях рек Б. Лиахвы и Ардона, по
родословным преданиям, покинули Цамад не поз-
же ХУ-ХУ1 вв. Косвенно эту дату подтверждает
надпись на одном из склепов Цамада. Надпись
выполнена на греческом языке, содержит имя
владельца ("Ларе"?) и (как и склеп) относится к
ХУ-ХУ1 вв. Следует также отметить, что село
было одним из самых укрепленных поселений
Северной Осетии. Правда, до наших дней сохра-
нились лишь развалины крепостных стен; в сере-
дине стояла могучая башня. Интересны зафикси-
рованные здесь погребальные и культовые соору-
жения.
Выходцы из Цамада являются основателями
многих осетинских селений. Дзугаевы, в частнос-
ти, перебрались в Урсдонское ущелье. Согласно
собранным Е.Г. Пчелиной данным, Дзугаевы вхо-
дят в число коренных жителей (следовательно, в
число основателей) Урсдона. Аул знаменит свои-
ми историко-архитектурными памятниками, осо-
бенно крепостью. Возвышаясь над уровнем реки
на 100-150 метров, крепость представляла собой
целую систему оборонительных сооружений,
часть которых заградительными стенами прикры-
вала естественные пещеры, приспособленные как
для обороны, так и для жилья. Крепость была ук-
реплена 5 (!) боевыми башнями. Внутри крепости
24
сохранились лишь руины жилых и хозяйствен-
ных строений.
С Дзугаевыми Е.Г. Пчелина связывала святи-
лище Михдау дзуар. Святилище представляет со-
бой небольшую часовенку, сложенную из камней
на известковом растворе. С северо-запада к ней
примыкает помещение для членов фамилии Дзу-
гата; помещение имело специальное название —
"Цардог". В нем совершались моление и ритуаль-
ный пир. С остальных сторон Михдау дзуар ок-
ружен забором, образующим небольшой дворик.
Из Урсдона Дзугаевы переселились в различ-
ные равнинные населенные пункты, в том числе и
в Южную Осетию. Существуют предания о пере-
селении Дзугаевых на южные склоны Кавказско-
го хребта, например — в село Уаллаг кау Дзомаг-
ского ущелья. В одном из документов 1855 г. сре-
ди учащихся рукской приходской школы назван
"Симон Джугашвили... из Дзугаевых Дзомагско-
го ущелья близ села Рук".
В 1870 г. большая группа алагирцев (149 се-
мейств) переселилась в Лабу Кубанской области;
среди них находились Гесе и Хаджи-Мурза Дзу-
гаевы. В числе первых жителей Нижней Санибы
числится Иван Дзугаев. Отметим также, что сре-
ди переселившихся в конце XIX в. в Абиссинию
русских колонистов были и осетины, в том числе
Ашах и Хаджи-Мурза Дзугаевы.
Дзугаевы являлись одними из первых жителей
Ардона. После окончания Великой Отечественной
войны самые старшие жители — Дриш Тлатов,
Казмагомет Габуев, Татаркан Бесолов и др. -
вспоминали, что, по рассказам их старших, пер-
вым мальчиком, родившимся в Ардоне, был Га-
были Кашаевич Дзугаев. Близкие родственники
25
Габыли — Адзабе и Хадзык Дзугаевы — сообщи-
ли, что Габыли умер в 1905 году, прожив 125 лет.
Выходит, что он родился в 1780 году. Активное
заселение низовьев Ардона началось в 20-х гг.
XIX в. В числе первых жителей Ардона была се-
мья Сахама Дзугаева.
Дзугаевы пользовались уважением со стороны
односельчан. Характерен такой пример. Славу
ардонцам-осетинам и станичникам приносили тру-
долюбие жителей, лучшая в Осетии школа, а со
второй половины XIX в. — скачки. Они получили
такую популярность, что, по признанию совре-
менников, их "посещали не только осетины ближ-
них и дальних селений, но ингуши и кабардинцы
из-за Терека и Уруха. Народу на скачки поэтому
съезжается масса, а лошадей для состязания при-
гоняется несколько десятков". Деньги на скачки
ассигновались из общественного фонда Ардонско-
го общества и "добровольных пожертвований ши-
роких натур, которые в Осетии встречаются-та-
ки". Скачки проводились ежегодно на третий день
Пасхи. Сохранилось детальное описание таких ска-
чек в 1892 г. Комиссию по их устройству возглав-
ляли подполковник И.Д. Хоранов, поручик Дзугаев
и Андрей Караев. Добровольными помощниками
являлись почетные жители Ардона — его старожи-
лы, в их числе один из Дзугаевых. О значимости
мероприятия говорит то, что на него пригласили
начальника Терской области СВ. Каханова и его
окружение, начальника Владикавказского округа
И.В. Нежнина и другие чины окружной админи-
страции, командира Сунженско-Владикавказско-
го казачьего полка И.Ф. Шерпутовского и многих
штаб- и обер-офицеров полка.
26
Вообще у ардонцев, впрочем, как и у всех жи-
телей Осетии, было особое отношение к армии. В
российской армии немало Дзугаевых прославили
свой род в русско-турецкой войне. Командир Кав-
казской бригады в рапорте от 29 июля 1877 г. со-
общал об успешных действиях первой осетинской
сотни во главе с Есиевым, Дударовым и Зембато-
вым, отметив при этом "неустрашимость и при-
мерную храбрость поручика Есенова, прапорщика
Гутиева, Черкасова, Дзугаева, Каргинова... все
они — я лично видел — все время находились в це-
пи, в рядах всадников, подбадривали их, показы-
вали пример мужества и храбрости".
В русско-японской войне примером безгранич-
ной храбрости являлся командир 5-й роты 18-го
Сибирского полка Борис Алезорович Дзугаев. Он
родился 7 апреля 1874 г. в семье офицера из Ар-
дона. Окончил пехотное юнкерское училище в
Тифлисе. В Мукденском бою получил тяжелую
контузию "шрапнельной пулей в голову, но поле
боя не покинул". Неоднократно награжден орде-
нами и медалями, включая орден Святого Георгия.
Добровольцем ушел на русско-японскую войну
Хаджимусса Дзугаев. Сражался он и на фронтах
1-й мировой войны. Согласно записи в его по-
служном списке, "был в походах и делах против
австро-германцев в составе штаба армии". О его
бесстрашии красноречиво говорят боевые награ-
ды: два ордена Святой Анны с мечами и бантом,
два ордена Святого Станислава, два Георгиевских
креста и орден Звезды Румынии с мечами степе-
ни кавалера.
Много наград заслужил Николай Дзугаев. Во-
енное образование получил в Сумском корпусе;
27
окончил полный курс в Тверском кавалерийском
училище. "В боях и делах против неприятеля на-
ходился в 1916-1917 гг.". В списке осетин, участ-
вовавших в 1-й мировой войне, значатся также
Александр, Борис и Георгий Дзугаевы. В 1937 г.
был репрессирован Алексей Исаевич Дзугаев, по
документам проходивший как подполковник цар-
ской армии.
Славу фамилии Дзугаевых приносили не толь-
ко офицеры. В историю культуры Осетии вошел
один из первых драматических кружков, создан-
ный в Ардоне. Среди инициаторов и участников
театральных постановок был X. Дзугаев.
Среди Дзугаевых были известные всей Осетии
учителя. После окончания Владикавказской жен-
ской школы Аксо Колиева педагогической дея-
тельности посвятила свою жизнь Анастасия Дзу-
гаева, которую хорошо знали по всей Осетии.
Преподаватели Ардонской духовной семинарии
отмечали "особые способности слушателя Георгия
Александровича Дзугаева", окончившего курс
обучения в 1901 г. Эту же семинарию в 1905 г.
окончил Федосий Имцирович Дзугаев из Ардона.
В 1910 г. в Новоосетинской церковно-приход-
ской школе работали педагоги Вера и Екатерина
Дзугаевы. Другой известный учитель из Дзугае-
вых в 1899 г. выступил в печати против калыма —
одного из негативных обычаев в общественной
жизни осетин. В номере 78 "Терских ведомостей"
он напомнил, что еще в 1894 г., "по предложению
преосвященного епископа Владимира, духовной
консисторией, к неописанной радости православ-
ного осетинского народа Владикавказской епар-
хии, был издан указ о совершенном уничтожении
28
калыма". Но спустя 5 лет калым не только не ис-
чез, но наоборот — увеличился в размере и коле-
бался от 300 до 600 рублей. Учитель Дзугаев вы-
ступил с резкой критикой этого вредного обычая.
Еще раньше против вредных обычаев высту-
пил Саукудз Дзугаев. Интересно отметить, что
А. Гатуев в своей работе "Христианство в Осе-
тии" привел С. Дзугаева в качестве примера
"влиятельного осетина", который "примером
своим и делом старался утвердить население
Осетии в христианстве".
ЧЕРЧЕСОВЫ
Генеалогическое предание, записанное в Уал-
лагире, первопредка фамилии — Черчеса — наря-
ду с Ханоем, Бицо, Маза, Гагка и Зарахохом счи-
тает сыновьями одного отца из колена Сидамон-
та. Хотя впоследствии фамилии, пошедшие от
братьев — Ханаевы, Бицоевы, Мазаевы, Черчесо-
вы, Зарахоховы и Гагкаевы — расселились по раз-
ным уголкам Осетии, браки между ними запреще-
ны до сих пор. В Цамаде на скальном выступе в
западной части села сохранился руинированный
замок Черчесовых. В селе Инджинта на левом бе-
регу Урсдона на южной окраине села отмечен по-
луподземный склеп Черчесовых.
В 1938 г. со слов 120-летнего Георгия Черчесо-
ва, одного из крупнейших знатоков устного народ-
ного творчества осетин, особенно нартовского эпо-
са, была записана родословная этой фамилии. Рас-
сказчик помнил б колен: Гагу — Гапай — Гавдын —
Быппи — Зна — Георгий. В традиционном осетин-
29
ском обществе мужчины женились относительно
поздно. Поэтому среди специалистов определение
"возраста" фамилии принято вести из расчета 33
года на одно колено. Если условно дату рождения
Георгия отнести к 1818 г., то получается, что его
далекий предок жил ориентировочно во второй по-
ловине XVII в. Комментируя генеалогическую таб-
лицу, рассказчик добавил некоторые детали.
У Гагу помимо сына Гаппая было 4 дочери. У
Гаппая был один сын Гавдын и две дочери (они
вышли замуж за Боциева и Демурова). У Гавды-
на было 4 сына (Саукудз, Быппи, Нафи и На-
уруз) и 3 дочери (они вышли замуж за Кангосо-
ва, Агкалаева и Фардзинова). Среди имен детей
обращает на себя внимание имя первого — Сау-
кудз (буквально "Черная собака"). Такие имена
носили охранительный характер и, как правило,
давались в тех случаях, когда родившиеся раньше
дети умирали по разным причинам, либо сам пер-
венец появлялся на свет во время страшных эпи-
демий или в неурожайный год. У Саукудза, в
свою очередь, было 4 сына: Мысырби, Цывзи,
Арыз и Гази. У Быппи — три сына (Зна, Баппи и
Тоти) и 6 дочеоей (Аурхан, Бете, Гыдза, Налди,
Эдзи и Кудина). У Нафи — сын Баразг и 4 доче-
ри (Тауче, Кызлаг, Фердаус и Софийя). У На-
уру за — 4 сына (Бодз, Бимбол, Гаппо и Темирбу-
лат) и дочь Гурдзыхан.
Зна имел 7 сыновей: Асах, Хадзимет, Георгий,
Цицина, Хабос, Александр и Ибрхи, а также 6
дочерей: Чаба, Залихан, Хадзухан, Зарада, Тад-
зыхан и Какын.
У Баппи — два сына (Ирыс и Андри) и три до-
чери (Салимат, Елиса и Пачо).
30
У Тоти — 4 сына (Тотырык, Бимболат, Ба-
тырбег, Бекмырза) и 3 дочери (Кари, Кина и
Ольга).
У самого Георгия из множества детей выжили
сыновья Николай, Тотырык, Джена, Абхадзи, Уа-
не, Миша и дочери Ната, Дарья, Цогка, Раиса. В
1938 г. у Тотырыка был сын Коста и две дочери.
ЧЕЛЕХСАЕВЫ
Интерес к этой фамилии у меня возник из-за
явной связи данной фамилии с одним из героев
нартовского эпоса — Челахсартагом. По одной из
версий цикла о Сослане, Челахсартаг "жил в другой
стране в крепости Хиз". Однако, справедливо под-
черкивает Ю.А. Дзиццойты, в большинстве сказа-
ний Челахсартаг сам является нартом. Более того,
в ряде версий он был предводителем нартов —
паг1у сеШаг. К нартам названный фольклорный ге-
рой относится в адыгских и карачаевских вариан-
тах эпоса. Согласно адыгским сказаниям, крепость
Джилахстана находилась в стране нартов. О при-
надлежности Челахсартага к нартам говорит и
иранская этимология его имени (Г. Бейли). Судя
по второму компоненту сех$сегЬсед, он первоначаль-
но принадлежал к роду знатных воинов Ахсартаг-
гатов. Некоторые его эпитеты — хогзЬоп "воин",
(ВV2удй "проворный, смелый", зад "бравый",
$дщх1 "прославленный", а также этимология пер-
вой части имени, восходящая к древнеиранскому
"воинственный", подтверждают это предположе-
ние нартоведов. В некоторых сказаниях он извес-
тен как "Ахсартаговых сын Челахсартаг".
31
Таким образом, Челахсартаг действительно от-
носился к нартам и именно к военным аристокра-
там — Ахсартаггатам. Почему же он отделился от
прославленного рода и основал новую нартовскую
фамилию?
Нам представляется, что ответ на это вопрос
нашел Ю.А. Дзиццойты. Согласно анализу учено-
го, Челахсартаг в эпосе скорее принадлежит к со-
словию богачей, а его принадлежность к знатным
воинам относится к прошлому. Действительно,
фольклорный герой характеризуется как зажи-
точный человек; иногда он выступает вместе с Бу-
рафарныгом — главой богачей Бората. В свете те-
ории Ж. Дюмезиля конфликт между Сосланом и
Челахсартагом следует трактовать как "сильные
против богатых". Таким образом, наш герой, бу-
дучи выходцем из рода Ахсартаггатов, со време-
нем превратился в типичного представителя рода
Бората. В этом "преобразовании" героя специали-
сты справедливо усматривают фольклорное отра-
жение процесса феодализации у алан. Факты ука-
зывают на превращение военно-аристократичес-
кой терминологии алан в сословную: термин, оз-
начавший изначально военного предводителя —
агтйаг, позднее стал термином сословного обо-
значения господствующего класса — сеЫаг (В.И.
Абаев). Вспомним, что в ряде версий Челахсарта-
га называли паНу сеШаг "алдар нартов" или про-
сто Се1сех$сеНад-сеЫаг.
Интерес представляет и то обстоятельство, что
крепость Хиза, где проживал наш герой, локали-
зуется в Прикубанье — центре Западной Алании.
Отсюда же происходит и другой фольклорный ге-
рой устного народного творчества осетин — Хетаг.
32
В этой связи можно предположить, что Челехсае-
вы принадлежали к феодалам Западной Алании,
мигрировавшим в ущелья Центрального Кавказа
после опустошительных походов татаро-монголов
или Тимура. В пользу первого варианта говорит
то обстоятельство, что Коста, бывший блестящим
знатоком родословной своего рода, предка фами-
лии выводил от прикубанских алан, укрывшихся
в ущельях Осетии в золотоордынский период.
ДАРГАВС
Аул Даргавс расположен в центре горной кот-
ловины. Довольно значительная по площади до-
лина, длиной в 15 км, хорошо освещается и про-
гревается солнцем, орошается реками. Долина со
всех сторон окружена горными склонами с удоб-
ными сенокосами и пастбищами; кроме того, на
склонах были сооружены террасы, которые также
обрабатывались. Таким образом, котловина имеет
все, что необходимо для успешного занятия зем-
леделием и скотоводством. Не удивительно, что
эта местность была заселена с давних времен, по
меньшей мере, с эпохи бронзы. Графиня П.С.
Уварова, так много сделавшая для археологичес-
кого изучения Кавказа, в окрестностях Даргавса
обнаружила каменные ящики, датируемые VIII-
XII вв. Уже в наши дни археологическая экспеди-
ция СОИГСИ во главе с Р. Г. Дзаттиаты несколь-
ко лет изучает здесь аланский могильник конца I
тысячелетия н.э.
Этимология слова Дсергъсевс не имеет единого
объяснения. П.С. Уварова название аула выводила
2 Ф. X. Гутнов 33
от осетинского дуаргас "привратник", "приврат-
ник и защитник ущелья". Профессор Т.А. Гуриев
рассматриваемый топоним связывал с монголь-
ским даргъаавс (из даргъа "повелитель", "предво-
дитель", "вождь" + авс "склеп, гроб, место погре-
бения", "(гробница) повелителя, предводителя").
А.Дз. Цагаева, исходя из физико-географических
особенностей местности, название аула объясняла
из осетинского даргъ "длинный" + фсез "поляна".
Даргавс считается одним из центров формиро-
вания Тагаурского общества. По генеалогическим
и историческим преданиям, в Даргавсе жил "ца-
ревич Тага" — родоначальник фамилий, относив-
шихся к высшему сословию Восточной Осетии.
Данный этноним произошел от слова тага, кото-
рым обозначалась одна из инсигний армянских
царей — корона. А одним из основных терминов
для обозначения царского титула являлось слово
таговор; его этимология прозрачна — термин про-
исходит от таг — "венец", "корона". По мнению
ряда исследователей, таговор (" венценосец ",
"царь") — часто встречаемое у мусульманских ав-
торов обозначение восточных христианских го-
сударей, вплоть до византийских императоров.
Царю Армении Смбату I Багратуни этот титул по-
жаловал византийский император. Учитывая
оживленные алано-армянские связи (причем,
связи именно восточных алан), можно предполо-
жить возможность заимствования князьями вос-
точной Алании социального термина тага (венце-
носец) именно из Армении. Т.к. время правления
Смбата I Багратуни относится к началу X в., то
время заимствования социального термина вос-
точно-аланскими князьями следует отнести ко
34
времени, предшествующему татаро-монгольскому
нашествию.
Интересна информация об алдарах-тагиатах,
оставленная В.С. Толстым. Декабрист, сосланный
сначала в Сибирь, а затем в 1829 г. переведенный
на Кавказ за участие в деятельности Южного об-
щества, в течение четверти века находился среди
горцев; оставил ряд материалов по Осетии. В ста-
тье "Тагаурцы" В.С. Толстой рассмотрел генеало-
гическое предание алдаров. "Сказание об имени
тагаурцев гораздо определеннее (чем предание об
Ос-Багатаре) и легко объясняется при соображе-
нии их прежнего быта и вообще обычаев кавказ-
ских горцев. У самых истоков реки Гизель из
Черных гор, в Даргобском ущелье, и поныне су-
ществует тагаурская деревня Даргобс; в ней нахо-
дятся развалины древних башен и замков, по пре-
данию, принадлежавших какому-то Тагауру и его
сыновьям, которых собственные имена обращены
в фамилии их потомков тагаурцев".
В другой работе В.С. Толстой вновь повторил:
"По преданию, тагаурцы происходят из деревни
Даргобс, расположенной в вершине реки Гизель. В
Даргобсе и поныне стоят развалины древних башен
и замков, которые принадлежали сильному и бога-
тому семейству Тагаура, которого имя приняло его
потомство за название рода, собственные имена его
сыновей обращены в фамилии их потомков".
Из Даргавса происходят 4 из 11 алдарских фа-
милий: Кану ковы, Мамсуровы, Тулатовы и Тхос-
товы. По убеждению Б.А. Калоева, особенно боль-
шим влиянием пользовались Кану ковы, "владев-
шие лучшими земельными участками и правами
охраны Даргавского ущелья, о чем свидетельствует
35
наличие у входа в это ущелье сторожевой башни
Кануковых". На рубеже ХУП-ХУШ вв. на гор-
ном склоне недалеко от этой башни Кануковы ос-
новали селение Верхний Кобан, известное своими
памятниками бронзового века, вошедшими в исто-
рию под названием "кобанской культуры". В
XVIII в. возникло селение Нижний Кобан, осно-
ванное фамилией Тулатовых.
Среди архитектурных памятников Даргавса
привлекают внимание боевые (мсесыг) и жилые
(гсенах) башни. В центре аула на обрывистом бе-
регу р. Уаллагдон стоит одна из наиболее хорошо
сохранившихся и самых известных боевых ба-
шен — масыг Мамсуровых. Прямоугольная в пла-
не (4,65x4,80 м) башня имеет высоту почти 15 м.
Арочный вход находился на высоте 2 м — в слу-
чае опасности люди поднимались по приставной
деревянной лестнице, втаскивали ее за собой, за-
пирали окованную железом дверь, тем самым пре-
вращая масыг в неприступную крепость. Башня
Мамсуровых, как и большинство аналогичных
строений Северной Осетии, имела 4 этажа, сооб-
щавшихся между собой при помощи лестниц и
люков в межэтажных перекрытиях.
Строительство башен в средние века было весь-
ма дорогостоящим занятием. Согласно устной
традиции, один большой отесанный камень для
угловой кладки обходился в овцу. Разумеется,
позволить себе строительство такой башни могли
только многочисленные, сильные и экономически
крепкие фамилии. По преданиям, за строительст-
во масыга Мамсуровы заплатили 14 коров.
Вообще Даргавс богат архитектурными памят-
никами разной степени сохранности. В 1 км от се-
36
верной окраины села на склоне горы Раминыраг,
рядом с "Городом мертвых" находится сильно ру-
инированная башня Аликовых, около которой
видны следы фундаментов, возможно, жилых по-
строек. Эта башня контролировала подступы к
Даргавсу со стороны Геналдонского ущелья; она
известна и под другим названием — масыг Бадти-
евых, по рассказам, захвативших это сооружение
после того, как его владельцы, спасаясь от кров-
ной мести, вынуждены были переселиться в Ко-
банское ущелье. По данным Л.П. Семенова, баш-
ня Аликовых была разрушена сильным землетря-
сением 1923 г.
На северо-западной окраине аула расположена
четырехугольная в плане (5,5x5,7 м) жилая баш-
ня Джибиловых. Это сооружение отличается вы-
соким уровнем техники кладки, камни хорошо по-
догнаны друг к другу и скреплены прочнейшим
известковым раствором.
Неподалеку от башни Джибиловых находится
полуразрушенный масыг Бадтиевых. В 1924 г.
Л.П. Семенов, описывая оборонительные соору-
жения Даргавса, отметил: "особенно интересна
башня Бадтиевых с причудливыми украшениями
на углах". К сожалению, от этой "причудливос-
ти" не осталось и следа.
На восточной окраине аула, на левом берегу р.
Уаллагдон (приток Гизельдона) находится пря-
моугольный в плане (7,2x8,8 м) ганах Дегоевых.
Судя по описанию Л.П. Семенова, данная башня
в 1924 г. была еще сравнительно хорошей со-
хранности. Исследователь зафиксировал балки
перекрытий, каменную лестницу, ведущую на 2-й
ярус (снаружи) и бревно, при помощи которого
37
обеспечивалось внутреннее сообщение между эта-
жами. В непосредственной близости с ганахом от-
мечены руины боевой башни Дегоевых.
На левом высоком берегу р. Уаллагдон рядом
с башней Мамсуровых расположен комплекс Та-
роевых (?), состоящий из жилой и боевой башен,
хозяйственной постройки с мощными стенами и
арочным входным проемом. В северо-западной
части комплекса сохранились руины еще одной
боевой башни. Все строения сообщаются между
собой, а внешние стены образуют по сути непре-
рывную глухую ограду. Бойницы и смотровые
щели — обязательный элемент их оформления.
В Даргавсе отмечены также сложный комплекс
(галуан) Сахмановых, башня Зораевых, масыг и
ганах Байматовых, жилая башня Сасиевых, и еще
одна жилая башня неустановленной принадлеж-
ности.
На примере жилой башни Дегоевых рассмот-
рим внутреннее устройства ганаха. Жилая башня
Дегоевых гораздо массивнее и приземистей сторо-
жевой башни. По существу, это двухэтажный
дом, при необходимости служивший и крепостью.
Низкая входная дверь с арочным завершением ве-
дет в нижний этаж, предназначенный для скота.
Жилым являлся второй этаж. Попасть туда, как
и в боевую башню, можно было по приставной ле-
стнице, убиравшейся в минуту опасности. В ос-
новном осетинском жилом помещении — хседзар —
находились: очаг, над которым висела цепь, рез-
ное деревянное кресло для старшего мужчины,
низкие трехногие столики для еды (фынг), вы-
долбленная из ствола дерева кадушка для воды,
деревянные самодельные кровати, лавка, на пол-
38
ках расставлялась деревянная и глиняная посуда,
на стене почетное место занимало холодное и ог-
нестрельное оружие.
Широкую известность получил еще один па-
мятник Даргавса — "Город мертвых" — знамени-
тый могильник, оставленный средневековыми
жителями Даргавса; он состоит из 95 сооруже-
ний трех типов: полу подземных, дву- и трехскат-
ных склепов. Сооружение трехъярусных склепов
обходилось довольно дорого; это было под силу
лишь наиболее богатым фамилиям горцев. По-
этому таких склепов в Даргавсе немного — всего
14, а наиболее простых полу подземных — 61.
Очевидно, в этих цифрах отражена довольно до-
стоверная картина социального устройства Тага-
урского общества. Количество склепов свидетель-
ствует также о большой численности населения
Даргавса.
За три года раскопок в конце 60-х гг. XX в.
была составлена уникальная и обширная коллек-
ция (около 1500 предметов), детально освещаю-
щая быт и культуру населения Тагаурии в XVII-
XIX вв. Одежда, обувь, разнообразная посуда,
оружие и некоторые виды орудий труда — такой
полной коллекции по этнографии осетин нет ни в
одном музее. В погребальном инвентаре "Города
мертвых" много привозных и импортных вещей:
восточные ткани, русская стеклянная посуда и бу-
тылки, табакерки, грузинская и дагестанская ке-
рамика, дагестанская инкрустация металлом по
дереву. Как видно, горная Осетия отнюдь не на-
ходилась в полной изоляции от внешнего мира.
Некоторые сведения о Даргавсе и его обитате-
лях отложились в материалах путешественников
39
и экспедиций Академии наук России, организо-
ванных в конце XVIII — начале XIX вв. Капитан
российской армии Леонтий Штедер, служивший
на Кавказской кордонной линии в должности ди-
визионного квартирмейстера, в 1781 г. получил
задание составить топографическую карту Цент-
рального Кавказа. Выполняя это поручение, Ште-
дер вел дневник, содержащий исключительно
важные сведения о горских народах, особенно об
осетинах. Рассказывая о тагаурцах, капитан отме-
тил важную статью доходов феодалов — сбор по-
шлин с проезжавших по дороге в Грузию. "Упря-
мый Каншоу, старшина Дергипша (Даргавса), —
писал Штедер, — требовал мостовой сбор даже с
генерала Тотлебена, потому что, как он говорил,
даже грузинский архиепископ должен был ему
уплачивать; грабил офицеров и курьеров, задер-
живал караваны и недавно имел в своих когтях
доктора Рейнеггса [немецкий врач, с 1779 г. слу-
живший придворным врачом царя Грузии Ирак-
лия II; он также был "комиссионером" князя Г.А.
Потемкина при царях Ираклии II и Соломоне I
Имеретинском. Рейнеггс владел несколькими вос-
точными и кавказскими языками. По составлен-
ному им осетинскому словарю на двух диалектах
можно предположить, что он был хорошо знаком
и с осетинским языком]. Этот 80-летний разбой-
ник (владелец Даргавса — Ф.Г.) , несмотря на
свою слабость, заставил свести себя по каменной
лестнице с своего холма и пришел при остановке
держать мою лошадь". С точки зрения этногра-
фии весьма примечательно последнее обстоятель-
ство, свидетельствующее о желании "старшины
Даргавса" подчеркнуть свое уважение к гостю.
40
Интересно и оставленное Штедером описание
Даргавса. "Дергипш лежит на правом берегу Ке-
зила... Местечко большое и имеет по большей ча-
сти каменные жилища (вспомним многочислен-
ные башни Даргавса — Ф.Г.), между которыми на
северо-восточной стороне поднимается укреплен-
ный замок старшины Каншава...Его 5 сыновей
держались несколько в стороне вооруженными на
конях из предосторожности и боязни, но по моей
просьбе им пришлось приблизиться, чтобы в знак
гостеприимства передать саблю и всем вместе
увезти обратно старика..."
Во время поездки на Кавказ в 1807—1808 гг.
член российской Академии наук Ю. Клапрот так-
же побывал в Даргавсе. "На правом берегу Кизила
на высокой и крутой горе расположено защищен-
ное башнями селение Даргавс, которое принадле-
жит трем тагаурским фамилиям Мамцире-фирт,
Сахак и Ханкуате или Эритави-фирт".
Трудно судить о том, какая из современных
осетинских фамилий скрывается за "Сахак". Од-
нако, несомненно, что под Мамцире-фирт име-
лись ввиду Мамсуровы, а под Ханкуате-фирт —
Кану ковы. Не ясно также, почему последнюю фа-
милию Ю. Клапрот обозначил и второй формой —
Эристави-фирт. Если она является отчеством,
тогда вместе с Ханкуате она должна читаться
как сын Эритава Канукова. Если же она являет-
ся социальным термином, обозначавшим динас-
тию ксанских и арагвских эриставов, то тогда мы
имеем указание на какую-то связь между алдара-
ми Тагаурии Кануковыми и князьями из дома
эриставов, происходивших из знатного аланского
рода Сидамонта.
41
Выше уже отмечалось, что алдары Даргавса в
ХУП-ХУШ вв. в ближайших ущельях основали
новые аулы. Несмотря на наличие вокруг Даргав-
са обширной долины, экономика ее населения не
отличалась стабильностью. Как и в других гор-
ных районах не только Кавказа, но и всего мира,
эффективность занятия скотоводством и, особен-
но, земледелием, во многом определялась погод-
ными условиями. В случае продолжительных
проливных дождей, или, наоборот, при засухе,
неурожаи подводили жизнь горцев к критической
черте. Неудивительно, что жители ущелий во все
времена стремились переселиться на равнину.
В документах кизлярского коменданта сохра-
нилось донесение иеромонаха Осетинской духов-
ной комиссии Григория генералу Фрауендорфу.
В нем, в частности, отмечалось, "Сего июля 20
числа (1755 г.) получил я из Осетии от архиман-
дрита Пахомия, который пишет ко мне необходи-
мую во всем нужду, что ныне в тамошней сто-
роне хлеба и протчего ничего не родилось] и за
тем никакого запасу тамо достать ни откуда не
могли и претерпевают в том великую нужду"
(курсив мой — Ф.Г.). Острый недостаток сельско-
хозяйственных продуктов подтолкнул горцев-
осетин к поискам возможностей переселения на
равнину. Архимандрит Пахомий в начале 1756 г.
сообщал в Синод "о желающем быть под протек-
циею ея императорского величества и выселиться
из гор осетинском тагаурском народе". В другом
документе сказано: "осетинского тагаурского на-
рода старшины 4 человека в 1755 году в марте ме-
сяце при нем, архимандрите Пахомий, приезжали
в Кизлярскую крепость и тамошнему коменданту
42
подали на высочайшее ея императорского величе-
ства имя прошение о том, что они желают быть под
протекцией) ея императорского величества и высе-
литься из гор в степи на удобное место, прося дабы
при поселении их на том месте для безопасности
их... определить к ним одного знатного человека,
которого в стороне их почитали, а их, осетинцов,
выселиться может около 3000 оружейных людей, и
что они о сем принуждены просить потому, (что)
поныне в горах претерпевают недостаток в пашен-
ной земле и в местах для поддержания скота, и хо-
тя некоторые Большой Кабарды владельцы призы-
вают их осетинцов под свою власть, обнадеживая
при том их защищением (и обеспечением землей),
но они того учинить не желают".
Архимандрит поддержал просьбу тагаурцев,
добавив от себя, что в случае переселения осетин
на равнину старшим на новом месте жительства
поставить к ним находившегося в Кизляре гене-
рал-майора князя Эльмурзу Черкасского, сына
Девлет-Гирея Черкасского. Иначе, предупреждал
Пахомий, тагаурцы могут принять предложение
кабардинских князей.
Переселение на равнину началось после осно-
вания в 1763 г. Моздока, хотя на первых порах
на новое место перебирались лишь крестьяне. Та-
гаурские алдары новые поселения на равнине об-
разовали в начале XIX в.
В 1830 г. во время выступления алдаров Даргавс
был взят войсками князя Абхазова. Джанхот Ша-
наев и 9 его сыновей, Бита Кануков, Базурико и
Джанхот Мамсуровы, Кургоко Карсанов и Хамур-
за Тулатов с сыновьями "объявлены государствен-
ными преступниками и сосланы в Сибирь".
43
Вместе с тем, надо отметить, что как до вы-
ступления, так и после него алдары Даргавса ве-
рой и правдой служили в российской армии. В не-
полном списке офицеров-осетин русской армии
числится 9 представителей Кануковых, 2 — Тула-
товых, 6 — Тхостовых, 9 — Фидаровых и т.д.
Из Даргавса вышло и немало представителей
осетинской интеллигенции. В самом ауле действо-
вала церковно-приходская школа "при двух учи-
телях". Как отмечалось в анонимной статье в
"Терских ведомостях" (1910, № 235), "Школа
охотно посещается детьми, число которых в на-
стоящее время достигает около 100 — большего
школа не может вместить". Чтобы как-то удовлетво-
рить огромный "спрос на школу, духовное ведом-
ство предложило более крупным отселкам открыть
у себя" дополнительные начальные учебные заве-
дения. Даргавсцам "эта мысль пришлась по ду-
ше" и они решили "открыть еще несколько
школ". Автор статьи призывал жителей Даргавса
обратить внимание не только "на обучение маль-
чиков, но и на девочек... не надо забывать, что в
семейной жизни образованная мать сильнее влия-
ет на воспитание детей, чем образованный отец".
ДЖИМАРА
Джимара — едва ли не самый высокогорный
осетинский аул. Этимология этого слова пока не
имеет единого общепризнанного значения. Доре-
волюционный исследователь К.Ф. Ган писал по
этому поводу: "Жимара...от чи = кому (кто) и
мара от марын = убивать: кому убивать, кто
44
убьет...Значение неясно". Другой дореволюцион-
ный исследователь В.Б. Пфаф на основании сход-
ства "названий горы Джимарай-хох и древнейше-
го осетинского аула Джимара с киммерийцами
древних историков" высказал смелое предположе-
ние о том, "что осетины составляют отрасль... ко-
лена киммерийцев, известного в священном писа-
нии под именем гамер или джимер". В.И. Абаев
Джимара — название ущелья, аула, горы, ледни-
ка и реки в высокогорной Осетии — связывал с
киммерийцами. Б.А. Алборов в топониме видел
отражение названия киммерийцев, живших на
юге. А.Дз. Цагаева также считала, что "в этом на-
звании отражен этноним древних киммерийцев".
Л.И. Лавров полагал, что в этом топониме "прав-
доподобнее видеть" арабское джумар — "верхуш-
ка", "крона", сердцевина".
Как бы то ни было, аул находится у самых
ледников горы Джимарай-хох. В конце XIX в.
Зарницын так описывал впечатления от окружаю-
щей аул природы: "ряд снежных вершин Главно-
го Кавказского хребта, из которых ближайшие —
Джимарай-хох и Сау-хох — разделены между со-
бой ледником Джимара". Ф.И. Гребенец также
восторгался "величественным белым конусом кра-
савицы Джимарай-хох с бесчисленными темными
линиями, освещенным яркими лучами солнца...
блестя всевозможными цветами радуги, а юго-за-
падная теневая сторона его как бы покрыта
дымкой тумана. Многочисленные, самые разнооб-
разные цепи и хребты, нагроможденные в беспо-
рядке один над другим, словно обрушенные умы-
шленно небесными силами, в немом созерцании
окружают эту недоступную гору, где до сих пор
45
никто из путешественников не смог побывать, так
как вершина Джимарай-хох считается недоступ-
ной, хотя по первому впечатлению она кажется
более доступной, чем Казбек... только одиноко
выделяющиеся серо-желтыми очертаниями ста-
ринные башни-крепости говорят о том, что и там
в общении с небом живут люди, неизвестно как и
когда туда забравшиеся".
Красивый горный пейзаж явно контрастировал
с острым дефицитом удобных для занятия сель-
ским хозяйством земель. Анонимный автор заме-
ток о путешествии в Даргавский приход высказал
удивление от того, что в столь трудных условиях
местные жители могли еще что-то производить.
Если в Даллагкау "земли ничего, и урожай хо-
рош", то в Джимаре "земля нехорошая... и мало
ее. Мизерный участок... одному человеку дается,
а потом между детьми разделять надо. Три года
можно пахать, а на четвертый надо удобрять, тог-
да в другое место надо ходить".
Почти полвека назад Б.А. Калоев со слов 92-
летнего Бибо Каллагова записал предание, по ко-
торому основателями аула являлись его предки,
вышедшие из Алагирского ущелья. Однако уче-
ный, обратив внимание на многочисленные древ-
ние склепы и башни, резонно предположил, что
Джимара относится к числу древнейших аулов та-
гаурцев (Тагаурия — название средневекового об-
щества восточных осетин) и основано, несомнен-
но, еще в домонгольскую эпоху. Археологические
исследования Л.П. Семенова подтверждают эту
точку зрения.
В 1925 г., во время раскопок в высокогорных
районах, Л.П. Семенов обратил внимание на под-
46
земные погребения в ауле Джимара. Могильник,
находившийся на склонах горы, возвышающейся
над аулом, состоял из подземных склепов, распо-
ложенных в верхней части кладбища, и каменных
ящиков, врытых между склепами и ниже их. В
целом, по характеристике Л.П. Семенова, "мо-
гильник подвержен сильным разрушениям вслед-
ствие выветривания и размыва почвы от дождей,
а также потому, что на самой территории кладби-
ща жители заняты разработкой камня для жерно-
вов, которыми снабжаются окрестные поселки".
Из четырех раскопанных могил верхнего яруса
две были детские, одна — мужская и одна жен-
ская. Детские могилы были вскрыты, кости по-
тревожены, инвентарь отсутствовал. Во взрослых
могилах костяки удовлетворительной сохранности
лежали на спине. Из сопровождающего инвента-
ря мужского погребения особый интерес пред-
ставляют железный нож, фрагменты еще одного
железного ножа, железное шило, железная пряж-
ка, стеклянная бусина и т.д. В женской могиле
найдены две серебряные серьги, остатки предмета
из кожи, серебряная подвеска (вероятно, от голов-
ного украшения, справа у черепа), восемь мелких
нашивных полушаровидных серебряных украше-
ний с двумя кусочками ткани коричневого цвета,
две серебряные подвески, две железных пряжки,
остатки семи стеклянных мелких украшений, же-
лезный нож с остатками деревянной рукоятки,
еще один железный нож.
В верхнем ярусе раскопки еще пяти могил да-
ли следующие результаты: одна могила оказалась
вскрытой и заключала в себе лишь случайные ос-
татки женского погребения; в других сохранились
47
три нетронутых женских и одно мужское погребе-
ние. В них обнаружен сопровождающий инвен-
тарь, аналогичный вышеописанным находкам из
могил нижнего яруса.
В ауле проживали Берозовы, Варзиевы, Дза-
наговы, Каллаговы, Цораевы и др. В 1780 г.
здесь насчитывалось 60 дворов. В нашем распоря-
жении имеется посемейный список джимаринских
Цораевых, составленный 13 января 1872 г. При-
ведем данные по двум дворам:
1) Двор Гибила Цораева 56 лет;
сыновья его: Дзамболат — 28 лет, Темболат —
17, Темыр — 11;
братья Гибила: Майрам — 48 лет, Циппу — 35
лет;
дети Майрама: Касполат — 23 года, Долика —
16 лет;
сын Циппу — Каниг — 10 лет.
2) Двор Тола Цораева 67 лет;
сыновья его: Дрис — 33 года, Осче — 21 год;
племянники Тола: Дзахо — 35 лет, Бындзи —
29 лет, Тота — 28 лет, Бадта — 23 года, Куцык —
32 года, Салим — 15 лет;
сын Куцыка — Куцури — 5 лет, Цымырза — 2
года.
Здесь же отметим, что в давние времена пред-
ставители двух фамилий — Каллаговых и Берозо-
вых — переселились в Тырсыгом, где основали
новые аулы: первые — Тъеп, а вторые — Джима-
ра. Согласно родословной Берозовых, их предки
оказались в Тырсыгоме примерно 500 лет назад.
Данные генеалогического предания подтвержда-
ются письменными памятниками. Берозовы упо-
минаются в статейном списке 1604-1605 годов
48
русских послов в Грузии Михаила Татищева и
дьяка Андрея Иванова. Послы сообщили об
"Аристова князя приказчике Берозове". В ауле
последнего останавливался грузинский "архиепи-
скоп и царевы ближние люди". 4 августа 1604 г.,
писали послы царю России, — "в Берозове кабаке
встретили нас, холопий твоих, Аристовой матери
дворецкий... да с ним два азнаура". Как видно,
Берозовы в то время были приближенными Ксан-
ского эристава. А сам эристав происходил из
аланского княжеского рода Сидамонта.
В настоящее время в ауле можно отметить
шесть башенных комплексов и два склеповых мо-
гильника разной степени сохранности. В окрест-
ностях селения зафиксированы два языческих
святилища: Тхост-Уастырджи-дзуар и Урс-дзуар.
Дореволюционные авторы оставили описания
религиозных праздников, отмечаемых джимарин-
цами. Особенно часто описывали праздник Уа-
цилла\ из имеющихся свидетельств выделим на-
блюдения Зариницина (1894) и К. Гатуева (1914).
Согласно свидетельству первого, жители Дар-
гавского прихода — "христиане — с незапамятных
времен устраивают у себя ежегодно, обыкновенно
в июне, праздник в честь Уациллы, которого они
отождествляют со святым Ильей. Уацилла сопро-
вождается целым рядом таких обрядов, которые
на взгляд обыкновенного наблюдателя имеют
весьма мало общего с христианством. В 1881 г. на
это обстоятельство обратило внимание высшее ду-
ховное начальство в области". Стремясь придать
празднику "вполне христианский характер", в
Какадур в день праздника прибыл благочинный с
намерением отслужить торжественный молебен в
49
находившейся в Какаду ре часовне. Прибытие
благочинного и "местного начальника" произвело
"неприятное впечатление" на жителей окрестных
сел.
Сопровождавший гостей старшина Какадура
Гасе Дзарахметов сообщил им, что "за Джимарой
есть часовня Уастырджи. Там тоже молятся и
приносят жертвы...только дзуарлаг входит в дзу-
ары; ему это можно, потому что он как бы свя-
щенник у нас. Священник, известно, служит в
церкви, а дзуарлаг — в наших дзуарах". Старши-
на аула сообщил гостям подробности проведения
праздника. Собрав приношения жителей прихода
("три лепешки, завернутые в вату серебряные мо-
неты"), дзуарлаг в сопровождении "трех стариков,
взявших с собой белого барана", стал поднимать-
ся в гору. За версту от вершины они останови-
лись в пещере, где в жертву богу принесли бара-
на, "зажарили его на шампурах и, помолившись
богу, съели". Затем старики остались в пещере, а
дзуарлаг пошел на вершину. Шкуру барана и
шампуры он взял с собой. Дзуарлаг всю ночь ос-
тавался на вершине, а старики — в пещере. После
полудня следующего дня они вместе спускаются с
горы. "Дзуарлаг подойдет к народу и поздравит
его с праздником: по лепешке тоже раздаст тем,
кто вчера давал приношение. Еще об урожае ска-
жет: хороший или плохой будет урожай". Празд-
ник, по словам Г. Дзарахметова, отмечали летом,
"как пройдет десять недель от пасхи, так и празд-
нуют, шесть дней празднуют: начинают в воскре-
сенье, а кончают в пятницу". При этом старшие
отмечали праздник за столами, а молодежь — "пе-
ла песни и танцевала".
50
Другое описание праздника ровно через 10 лет
оставил К. Гатуев. В третий понедельник после
православной Троицы он попал к своему знакомо-
му по имени Тели. Ровно в четыре часа жрец
(Дзахо Гутцев) "вышел из своей рощи", его со-
провождали почетные старики. "Двое из них вме-
сте с дзуарлагом взбираются в пещеру". Вскоре
эта процессия подходит к серой каменной изгоро-
ди пашни. Недалеко, у дерева, собралась группа
осетин. "Они по очереди, по старшинству подхо-
дят к Дзахо, стоящему посреди образованного
ими полукруга, что-то передают ему", скорее все-
го, серебряную монету, кусочек ваты или свечу.
По рассказам местных жителей, когда Дзахо "бу-
дет проходить мимо отары овец, от нее отделится
барашек и вслед за Дзахо пойдет на Тбау-Уацил-
ла", где на следующий день дзуарлаг принесет его
в жертву. "Рассказывают еще, что Дзахо несет с
собой чашку пива, которую оставит в пещере на
вершине горы, а, возвращаясь, возьмет из пеще-
ры другую чашу, лежавшую там еще с прошлого
года... Никто, кроме Дзахо, не может подняться
на вершину Тбау-Уацилла".
Праздник официально начинался с момента
выхода жреца. В кунацкой Тели К. Гатуева и дру-
гих гостей ждал фынг — "низенький круглый осе-
тинский стол — уставленный кусками вареной ба-
ранины, сыра и пивом".
Уацилла отмечают вплоть до пятницы. Втор-
ник считался днем фамильных дзуаров. Каждая
фамилия из расположенных в ущелье аулов —
Верхнего и Нижнего Ламардона, Даргавса, Кака-
дура и Джимары — наследственно владеет местом
за селом, на котором отмечается этот день. "Для
51
этого пекутся в каждом доме треугольные пироги
с сыром, символизирующие для него христианст-
во, жарятся на деревянных вертелах передние ле-
вые ножки (барана), пять отрезанных вместе с
ними ребер и почки зарезанных накануне бара-
нов". В дзуары собираются только мужчины фа-
милии. Возле каждого фамильного дзуара на бур-
ках раскладывали вертела с мясом, пироги, гли-
няные кувшины с пивом. Тели, как старший член
рода, "торжественно берет в левую руку треуголь-
ный пирог и обгорелое древко с шашлыком, а в
правую руку — чашу с пивом, и читает, обраща-
ясь к вершине Тбау-Уацилла, молитву". Этот ри-
туал произвел сильное впечатление на К. Гатуева:
"Ведь и двести, и триста, и четыреста лет назад
на том самом месте, где стоял сейчас Тели, стоял
его такой же статный, такой же верующий пра-
дед, и так же, как сейчас Тели, молился Уацилле.
Это красиво!"
Домой возвратились под вечер. Уже в ауле
К. Гатуева перехватил "какой-то осетин и привел
его в свою саклю. Он зажиточнее Тели и кунац-
кая у него светлее и просторнее. Там за столом
сидит компания молодежи. Из громадной полиро-
ванной глиняной чаши, переходившей из рук в
руки по старшинству, пьют они пиво и закусыва-
ют кусками холодной вареной баранины". Гостю
освободили место, как только он появился в две-
рях. Гатуев в статье отметил свои впечатления:
"поздно ночью я возвращаюсь домой, тяжелый и
нагруженный. И искусно же угощают осетины!"
Конечно, известность и славу Джимаре прино-
сили не праздники, а люди. Например Василий
Цораев — учитель Тифлисской духовной семина-
52
рии. Вместе с Аксо Колиевым он первым из осе-
тин окончил названную семинарию; Василий к то-
му же продолжил обучение в академии. В 1862 г.
он перевел на осетинский язык "Осетинский бук-
варь" архимандрита Иосифа, "Последования свя-
того Крещения и Миропомазания" и "Соборные
послания святых апостолов Иакова, Петра, Иоанна
Богослова и Иуды". В 1864 г. Цораев вместе с про-
тоиереем Колиевым, священниками Сухиевым,
Аладжиковым, Жускаевым, Цаликовым исправил
вышедший ранее в Тифлисе перевод Евангелия. В
1868 г. в Санкт-Петербурге под эгидой Академии
наук Шифнером были изданы первые тексты "на-
родной поэзии осетин", записанные Д. Чонкадзе
и В. Цораевым.
Здесь же отметим интересное (и несколько не-
ожиданное) утверждение М.С. Тотоева и М.П.
Санакоева о том, что "известный прогрессивный
культурный деятель Осетии, осетинский этнограф
В.Х. Цораев" был участником Крымской войны
1853-1856 гг. В самом по себе участии представи-
теля Осетии в войне под российскими знаменами
ничего удивительного нет — пожалуй, наоборот,
такое считалось нормой. Мнение ученых может
вызвать некоторое удивление в связи с основны-
ми профессиональными обязанностями В. Цорае-
ва — все-таки он был священнослужителем; трудно
себе представить священника в рясе и с винтовкой
в руках. Тем не менее, В. Цораев, судя по архив-
ным материалам, действительно участвовал в Крым-
ской войне. 6 июля 1846 г. правление тифлисской
семинарии в письме в правление московской Ду-
ховной Академии просило принять на стажировку
своего выпускника В. Цораева. В выданном ему
53
"Свидетельстве" отмечено, что Василий поступил
в семинарию в 1841 г., окончил в 1846 г. "с весь-
ма хорошими отметками" по философии, словес-
ности, физике, латыни, греческому и т.д. По бо-
гослужению — "отлично". В. Цораев поступил в
академию, но двумя годами позже "по состоянию
здоровья" попросил освободить его от занятий.
Руководство академии пошло ему навстречу, от-
метив, что В. Цораев не смог приспособиться к
особенностям местного климата, "часто бывал
простужен..."
Есть еще один интересный документ, связан-
ный с В. Цораевым. В письме от 23 марта 1858 г.
командир резервного батальона Смоленского пе-
хотного полка, расквартированного в г. Чаусы
Московской губернии, обратился в правление Ду-
ховной академии с запросом "о присвоении быв-
шему воспитаннику" академии какого-либо духов-
ного чина.
Замечательным исполнителем произведений
устной традиции, автором текстов и музыки мно-
гих песен, вошедших в сокровищницу осетинско-
го народного творчества, был Иналдыко Калла-
гов. По данным профессора Б.А. Алборова, он
родился в Джимаре в 1845 г., хотя сам Иналды-
ко называл другую дату — 1865 г. Одаренный от
природы, он уже в 11 лет стал наездником, участ-
вовал в 39 скачках, за победу в которых неизмен-
но получал первые призы. В 1895 г. (по сведени-
ям Б.А. Алборова, в 1888 г.) И. Каллагов в соста-
ве осетинской делегации (30 человек) в качестве
джигита-наездника выезжал на всемирную вы-
ставку в Париж. В течение года он со своими зем-
ляками выступал на манеже Парижского цирка —
54
кавказские наездники и танцоры пользовались
там большим успехом. В 1921 г., когда от Калла-
гова записывали фольклорный материал, он еще
помнил отдельные французские слова и считал до
ста. Русский язык и грамоту он выучил самосто-
ятельно, когда жил во Владикавказе, где сначала
обучался ювелирному делу, а затем 4 года рабо-
тал мастером.
Играть на осетинской скрипке он начал (также
самостоятельно) в 11-12 лет. На ныхасе или на
празднике Иналдыко пристраивался возле певца
или рассказчика. Своими учителями, от которых
он воспринял репертуар, И. Каллагов называл
сказителей Гоба Дзанагова из Джимары и извест-
ного охотника Дзодта Зораева из аула Сба. В 14
лет он так хорошо играл и пел, что его стали при-
глашать не только в окрестные селения, но и в со-
седние ущелья. Однажды в селении Ольгинском
на одном из народных праздников присутствовал
известный профессиональный певец Бибо Зугу-
тов, который, прослушав юношу, отметил его не-
заурядные способности и "божественный дар".
Слепой Бибо имел в виду талант И. Каллагова
как композитора и певца.
В 1921 г. в Осетинском историко-филологиче-
ском обществе во Владикавказе Г.А. Дзагуров за-
писал со слов Иналдыко 20 нартовских сказаний,
а Б.А. Алборов — 63 текста, преимущественно пе-
сенного жанра. По словам Г.А. Дзагурова, в тек-
стах И. Каллагова "много оригинального, чего
нет или что редко встречается в нартовских ска-
заниях старой или новой записи от других лиц.
Очевидно, Иналдыко воспринял особый вариант
цикла нартовских сказаний, который условно
55
можно назвать даргавским или кобанским". К
лучшим сказаниям в исполнении И. Каллагова с
художественной точки зрения Г. А. Дзагуров при-
числил "Как Сайнаг-алдар убил Крым-Солтана,
сына Урызмага", "Как умер Созрыко", "Тяже-
лый год нартов", "Кадаг об Уастырджи и нарте
Маргудзе". В них проявились главные достоинст-
ва нартовского эпоса: "его мудрая простота, нео-
быкновенная скупость на украшающие эпитеты,
отсутствие искусственных эпитетов".
Из рассказов жителей Джимары выясняется,
что И. Каллагов "содержал семью благодаря сво-
им песням, игре на фандыре и умению танце-
вать". И хотя он был золотых дел мастером, сто-
ляром, плотником, это ему не давало никакого за-
работка, так как чаще всего он выполнял эту ра-
боту бесплатно, по-соседски, по дружбе. "Он был
универсальным человеком, мастером на все ру-
ки", — говорили о нем люди.
Многие джимаринцы в начале 20-х г. XX в. пе-
реселились на равнину и основали селение Фарн.
Из Джимары и Фарна вышло немало интересных
людей. В их числе Тузар Берозов, стоявший у ис-
токов создания средней школы в Фарне; Азанбег
Берозов — в предвоенные годы председатель Со-
юза писателей Северной Осетии; Темирбулат Бе-
розов — академик, доктор медицины, автор более
300 научных работ; Владимир Дзанагов — предсе-
датель президиума Верховного Совета республи-
ки; Чермен Дзанагов — народный художник Рос-
сии и др. Но свой рассказ о них мы ограничим
знакомством с одним звеном родословной Цорае-
вых — Мылыхо Цымурзаевичем (1910-1977). Он
и его отец — один из основателей селения Фарн,
56
хорошо известны читателям старшего поколения.
В 30-х годах Мылыхо возглавлял комсомольско-
мо л одежную бригаду в колхозе родного села,
прославившуюся сбором больших по тем време-
нам урожаев: 55 центнеров кукурузы и 195 карто-
феля с 1 гектара. В заочном соревновании моло-
дежных бригад Северного Кавказа, а затем и все-
го СССР, его комсомольский коллектив занял
первое место.
В 1934 г. на 10-летие автономии Северную
Осетию посетил всесоюзный староста М.И. Кали-
нин. Побывал он и в Фарне, колхозники которо-
го начислили ему 1 трудодень. Его материальное
выражение вместе с подарками в январе 1935 г.
М.И. Калинину в Москве вручила делегация
фарновцев — Ислам Губиев, Цымурза Цораев,
Хату Цахилов и О л инка Дауева.
В 1932 г. Мылыхо возглавил комсомольско-мо-
лодежную бригаду в колхозе им. Белоцкого в
Фарне и, как 22 июля сообщала газета "Пролета-
рий Осетии", облисполкомом и обкомом ВКП (б)
был премирован скакуном как лучший бригадир
полеводческих бригад Северной Осетии. Одним
из первых в республике М. Цораев получил высо-
кую правительственную награду — орден трудово-
го Красного Знамени; дважды избирался депута-
том Верховного Совета СССР (первого и второго
созывов).
В 1935 г. М. Цораев на осетинском языке на-
писал небольшую брошюру "Мой стан", в кото-
рой поделился опытом организации работы и до-
суга на полевом стане. Его друзья писатели Дза-
хо Гатуев и Асланбег Берозов перевели брошюру
на русский и английский языки. Интересно, что с
57
ней познакомились фермеры Канады и через ру-
ководство своего клуба в г. Аррана пригласили
Мылыхо в Северную Америку для передачи опы-
та по выращиванию высоких урожаев сельскохо-
зяйственных культур. Приглашение было приня-
то и 19 января 1936 г. он выступил перед канад-
скими фермерами (Растдзинад, 11/11, 1936).
Яркая, одаренная от природы личность, Мы-
лыхо отличился не только на колхозных полях;
он был ворошиловским стрелком, инструктором
школы джигитовки, прыгал с парашютом, принял
участие в первом массовом восхождении молодых
советских альпинистов на вершину Казбека. Мы-
лыхо отличался трудолюбием, организаторскими
способностями, бескорыстием, жаждой познать
новое, стремлением помочь людям в любой ситу-
ации, даже рискуя своим положением. Приведу
лишь один малоизвестный пример. Когда по чье-
му-то навету был репрессирован отец будущего
капитана атомохода "Ленин" Юрия Кучиева, от
семьи отвернулись многие друзья и родственники.
Мылыхо, несмотря на опасность самому попасть
"в жернова" за содействие "врагам народа", вся-
чески помогал опальной семье. Не случайно впос-
ледствии Юрий Кучиев отозвался трогательными
словами на известие о смерти Мылыхо: "Потря-
сен вестью о кончине дорого старшего друга Мы-
лыхо, преподавшего мне на заре юности урок ве-
ликого гуманизма, несокрушимого гражданского
мужества". Мужество Мылыхо помогло вернуть
доброе имя Коста Хетагурова. Этот эпизод из его
жизни и культурной жизни нашей республики
практически никому не известен; поэтому остано-
вимся на нем подробнее.
58
Сейчас мало кто знает, что благодаря усилиям
именно М. Цораева богатое наследие поэта вновь
стало достоянием народа. Дело в том, что в 1938 г.
по инициативе группы писателей Северной Осе-
тии, по согласованию с Северо-Осетинским обко-
мом ВКП(б) и правлением Союза писателей
СССР, руководство страны отнесло Коста к "бур-
жуазным националистам", творчество которого
"пронизано религиозными настроениями". На ос-
новании этого было принято решение об изъятии
его произведений из литературного фонда.
Однако здоровые силы Осетии сразу же начали
борьбу за реабилитацию имени основоположника
осетинской литературы. Уже в октябре того же
года старейшины Южной Осетии избрали делега-
цию из двух человек — Цховребова и Плиева — и
направили их к депутату Верховного Совета
СССР М.Ц. Цораеву. Он в то время являлся слу-
шателем Академии сельского хозяйства им. Тими-
рязева и находился в Москве. 20 дней Цховребов
и Плиев провели в маленькой комнатке общежи-
тия академии. Помимо них, в инициативную
группу вошли видный писатель-революционер
Дзахо Гатуев и постоянный представитель от Се-
верной Осетии при ВЦИК Давид Зангиев. Реше-
ния принимали вместе, а реализовывал их Мылы-
хо, используя авторитет народного избранника и
орденоносца. Было составлено обоснование, осно-
ванное на веских аргументах, необходимости воз-
вращения Коста репутации народного поэта, ху-
дожника, публициста и демократа. Многочислен-
ные обращения во все писательские организации
и к высоким правительственным чиновникам ни-
чего не дали. Учитывая обстановку той поры, я не
59
решусь кого-либо упрекать; тем более, что у всех
чиновников был стандартный повод для отказа —
решение о наследии Коста принималось на осно-
вании инициативы Союза писателей и обкома
ВКП(б) Северной Осетии. Наконец кто-то под-
сказал, что, возможно, сможет помочь А.А. Жда-
нов — секретарь ЦК по идеологии.
Раздраженный бюрократическими проволочка-
ми М. Цораев вместе с Д. Гатуевым отправились
к секретарю ЦК А.А. Жданову. Он внимательно
выслушал аргументы депутата, который от имени
своих избирателей попросил восстановить доброе
имя поэта. Жданов просил три дня для изучения
вопроса.
Вернувшись в свою маленькую комнатку, Мы-
лыхо вместе с представителями Южной Осетии
написал статью о Коста, назвав ее "Великий сын
осетинского народа". Чтобы не подвергать земля-
ков опасности, Цораев подписал ее сам как депу-
тат Верховного Совета СССР. На следующий
день ее отправили в редакции центральных газет —
"Правды" и "Известий".
В назначенный срок состоялась встреча со
Ждановым. Он вновь благожелательно встретил
посетителей, но объяснил, что поставленная перед
ним задача оказалась трудновыполнимой. Слож-
ность заключалась в том, что позиция Союза пи-
сателей Осетии и СССР, обкома ВКП(Б) оста-
лась прежней, и они все не испытали восторга
от инициативы депутата. И тут, судя по воспоми-
наниям Дзахо Гатуева, нервы у Мылыхо не вы-
держали и он выдал гневную тираду: "Если бы
перечисленные организации были бы в восторге
от моего обращения, я бы обратился к ним. А я
60
вторично прихожу к вам. Зная мнение населения
Северной и Южной Осетии, я глубоко убежден,
восстановить имя народного поэта Коста Хетагу-
рова — справедливо и необходимо. Если вы не ве-
рите мне и в моем лице моим избирателям, то я
оставляю вам свой значок (депутата Верховного
Совета СССР) и орден; носите их на здоровье, а
свой вопрос я решу с хозяином страны. Я напи-
сал статью о Коста и направил ее в ваши "Прав-
ду" и "Известия", но и они, видимо, боятся пуб-
ликовать истину". Ошарашенный Жданов молча
выслушал и попросил помощника соединить с ре-
дактором какой-нибудь из названных газет. На
месте оказался редактор "Известий". Поручив
ему выяснить судьбу статьи, Жданов в коррект-
ной форме продолжил разговор с посетителями:
"Для принятия окончательного решения поднято-
го вами вопроса нужно определенное время; такие
проблемы так быстро, как вы хотите, не решают-
ся. Я верю вашим словам о Коста. Что касается
статьи в газете, то знайте, что любой материал,
подписанный депутатом Верховного Совета
СССР, никто, кроме председателя Верховного
Совета М.И. Калинина, не имеет право запретить
публиковать. Обещаю вам, что она будет опубли-
кована".
И действительно, 22 ноября 1938 г. "Известия"
опубликовали статью (выдержанную в агрессив-
но-наступательном тоне) депутата М. Цораева
"Великий сын осетинского народа". В ней Коста
изображен как последователь идей Чернышевско-
го и Добролюбова, блестящий публицист и ху-
дожник-живописец, талантливый поэт, основопо-
ложник осетинской литературы и литературного
61
языка, много сил отдавший просвещению своего
народа. Приведя краткий очерк жизни и творче-
ства К. Хетагурова, Мылыхо напомнил, что в ок-
тябре следующего года исполняется 80 лет со дня
рождения поэта и "уже теперь следует начать се-
рьезную подготовку к этому юбилею". "Можно
только поражаться, — продолжал он далее, — как
это до сих пор произведения Коста не переведены
на русский язык... руководитель сектора нацио-
нальной литературы Детиздата Хакимов догово-
рился до того, что революционные стихи Коста
объявил "любовной лирикой незначительного
художественного достоинства". Нужно только
удивляться, как могли руководители Детиздата
доверить сектор национальной литературы пол-
нейшему невежде, обнаруживающему полнейшую
литературную неграмотность. Наши лучшие по-
эты должны теперь же приступить к работе, что-
бы обеспечить к юбилею высокохудожественные
переводы произведений Коста на русский язык и
языки народов братских республик".
Статья оказалась знаковой и на 180 градусов
переменила отношение официальных структур к
Коста. 9 декабря 1938 г. статью перепечатали га-
зеты "Социалистическая Осетия" и "Коммунист"
(Сталинир), была она напечатана и в журнале
"Фидиуаг" (1938, № 11-12, с. 36-39).
После выхода статьи состоялись переговоры
А. А. Жданова с председателем Совета Министров
К. Куловым. Кубади Дмитриевич занимал одно-
значную позицию в данном вопросе и поддержал
идею восстановления доброго имени поэта. В ре-
зультате, по поручению ЦК ВКП(б), была созда-
на правительственная комиссия во главе с предсе-
62
дателем Союза писателей СССР А. Фадеевым по
проведению 80-летнего юбилея Коста Хетагурова
на родине поэта — в ауле Нар Северной Осетии.
В состав комиссии входил и М. Цораев.
Так Мылыхо Цымурзаевич Цораев внес свою
лепту в правильную оценку творчества народного
поэта Осетии и популяризацию его среди народов
СССР. И это лишь одно благое дело человека, ос-
тавившего заметный след в истории своей фами-
лии и нашей республики.
В заключение краткого рассказа о Джимаре вы-
разим признательность Сослану Цымурзаевичу Цо-
раеву, предоставившему в наше распоряжение ряд
интереснейших документов по истории с. Джимара.
ДУР-ДУР
Дур-Дур — одно из самых крупных селений в
предгорной зоне Северной Осетии. Точно устано-
вить дату его основания не удается. Примерно это
середина—вторая половина XVIII в. Штедер в
1781 г. отмечал аул Дур-Дур, "считавшийся за 6а-
делятской семьей Таговер" (Тугановы), которая в
то время состояла из семи братьев. По данным
Ю. Клапрота, в начале XIX в. Тугановы жили в
Хинашкау, Гуларкау (70 дворов; и нескольких
аулах на реке Дигор и Черекдон. Во всех селени-
ях Тугановых было 400 дворов крестьян. На кар-
те Кабарды 1744 г., составленной геодезистом
С. Чичаговым, отмечено село Караджау, "а жи-
вут в нем караджаевцы христианского закону". В
1753 г. опять упоминается с. Караджау на р. Урух
"в протекции у Койтукина рода". По сведениям
63
ротмистра А. Шелкова, в 1768 г. в Караджау на-
считывалось 100 дворов. Штедер в 1781 г. наряду
с названным аулом отметил предгорные владения
Тугановых (Дур-Дур) и Кубатиевых (Кора-Ур-
сдон). Образование Дур-Дура Д.А. Дзагуров от-
носил к концу XVIII — началу XIX вв., а М.В.
Рклицкий — к XVIII столетию. В середине XVII в.,
как считал Б.П. Берозов, на равнине появилось
несколько селений дигорских феодалов: Каража-
ево, Кубатиево, Вассилово и Тума. К такому вы-
воду исследователь пришел в результате анализа
"отдельных сведений, разбросанных по разным
документам, а также полевого материала". По
данным Б.П. Берозова, аул Дур-Дур основан в
XVII в. ив 1771 г. состоял из 204 дворов. Дата
образования названных аулов, за исключением
Каражаево, вызывает сомнение. Н.Г. Волкова об-
ратила внимание на то, что из перечисленных
Штедером дигорских равнинных поселений на
карте Кабарды 1744 г. известно лишь Каражаево.
Остальные, резонно замечает автор, возникли в
промежутке между сороковыми годами XVIII в. и
1781 г., когда в этих местах побывал Штедер. Об
этом же свидетельствовал Ю. Клапрот в начале
XIX в.: поселения Кубатиевых на Урсдоне, Кара-
жаевых на Урухе и Кобановых на Лескене "были
построены около 60 лет тому назад на отроге гор,
когда фамилия Тау-Султанов покинула земли, за-
нимаемые ею раньше, и переселилась дальше к се-
веру в Малую Кабарду".
Штедер охарактеризовал Дур-Дур как "значи-
тельное селение". Название села (камень-камень),
по его мнению, — "произошло от большого коли-
чества камней". В то время "селение Дур-Дур в
64
полуверсте от предгорий считалось за бадилат-
ской семьей Таговер (Тугановых), которая состо-
ит сейчас (в 1781 г. — Ф.Г.) из семи братьев,
старший из которых Эйдек для сохранения своих
прав заново крестился". Земельные угодья пред-
горного аула Дур-Дур были, несомненно, гораздо
плодороднее участков в горах. По свидетельству
Штедера, "в садах... разводят бобы, турецкий ма-
ис, редьку, огурцы и большое количество обыкно-
венного зеленого табака; всем этим они торгуют с
Моздоком. Они хорошо обрабатывают поля и об-
менивают излишки на скот у кабардинцев... У
них имеются большие стада, по сравнению с дру-
гими горцами они зажиточны, в чем им помогли
плодородная почва и хорошее местоположение".
Такую же характеристику угодьям Дур-Дура дал
Ю. Клапрот, кавказская экспедиция которого
проходила в 1807-1808 гг.: "Их урожай обычно
так обилен, что они могут продавать большую
часть своего урожая дигорцам, живущим в высо-
ких горах".
Общая площадь земель Дур-Дура составляла
20 000 десятин. Даже когда часть участка выкупи-
ла казна, он составлял 12954 дес. 1495 сажен, в
1837 г. "дарованном по особой монаршей милости
генерал-майору Туганову". Наряду с Тугановыми
первыми поселенцами в Дур-Дуре являлись Золо-
евы, Найфоновы, Гуларовы, Елбаевы, Гобаевы,
Керчелаевы, Цакоевы, Казаховы, Газдаровы,
Сафкаловы, Кардановы, Суменовы. В конце
XVIII в. сюда же переехали Колоевы, Мамаевы и
Дзахоевы.
Фамилия владельцев Дур-Дура восходит к
тюркскому туган "сокол". Как и другие феодалы
3 Ф. X. Гутнов 65
Западной Осетии, Тугановы возводили свою ро-
дословную к легендарному Баделу. По
преданиям осетин и балкарцев, предки привиле-
гированных сословий соседних народов являлись
родными братьями и в горах появились в одно
время — очевидно, фольклорное отражение при-
частности алан к этногенезу обоих народов. Ана-
лиз родословных баделят и балкарских таубиев
привел нас к выводу, что генеалогические преда-
ния отразили миграцию в ущелья Центрального
Кавказа той части алан, которая после татаро-
монгольского нашествия перешла на сторону вра-
га и около двух веков сотрудничала с монголами.
В 1396 г. прославленный Тимур в жестокой битве
на Тереке разбил хана Золотой Орды Тохтамыша
и его аланских сторонников; последние укрылись
у своих горных собратьев, осевших там гораздо
раньше. Пришедших соплеменников аланы-горцы
назвали "маджарскими" — не столько потому, что
аланы проживали в особом квартале в Маджарах
[его развалины в районе современного г. Буден-
новск отмечали еще Х1Х-ХХ; при раскопках горо-
да обнаружено пряслице конца XIII — начала
XIV вв. с осетинской надписью, выдержанной в
нормах дигорского диалекта]; сколько потому,
что "маджарскими" называли ту часть алан, кото-
рая после монгольского нашествия осталась на
равнине и сотрудничала с врагом. Родословные 6а-
делятов и таубиев восходят к рубежу ХУ-ХУ1 вв.
Важные перемены в общественном строе, ожесто-
ченная борьба пришедших с равнины аланских
аристократов с горской знатью, требовала идеоло-
гического обоснования своего господства, каковым
и явились генеалогические предания.
66
Тугановы в средневековой Западной Осетии
относились к числу самых богатых и влиятельных
фамилий. Им принадлежали большие стада овец
и крупного рогатого скота; в предгорных владени-
ях успешно развивалось сельское хозяйство. Дур-
Дур во второй половине XIX в. превратился в
один из крупнейших на Кавказе конезаводов. В
1874 г. в газетной версии работы "Заметки об
Осетии и осетинах" Д. Лавров отмечал: "Самые
многочисленные конские табуны во всей Осетии
принадлежат крупному местному землевладельцу
Туганову; в этих табунах можно увидеть лучшие
экземпляры осетинского коневодства".
Десятью годами позже анонимный автор статьи
в "Терских ведомостях" рассказал о ежегодных
скачках, устраиваемых Тугановыми. На них съез-
жалось большое количество зрителей и конников
из Осетии, Кабарды и Чечни. "Победителей на-
граждают богатыми призами". Интересна мысль
конезаводчика Туганова по поводу организации
соревнований: "В связи с отменой скачек по по-
минкам негде демонстрировать скаковых лошадей
и потому с 1882 г. раз в год решили проводить эти
скачки".
С момента включения Кавказа в сферу влия-
ния Российской империи Тугановы, как одна из
самых могущественных и влиятельных фамилий,
пользовались повышенным вниманием со сторо-
ны царской администрации. Еще в 1782 г. в ре-
гулярных казачьих частях служили поручики
Мусса и Айтек Тугановы. Айтек участвовал в
русско-турецкой войне в отряде под командова-
нием генерал-майора Горича и был "пожалован в
капитаны".
67
Среди друзей известного генерала А.П. Ермо-
лова в 1816 г. назван Татархан Туганов — "моло-
дой человек, красавец собою, смелый и ловкий
наездник". За его храбрость Ермолов исходатай-
ствовал ему чин хорунжего. Т. Туганов погиб в
схватке с абреками.
В 1828 г. был создан особый Горский эскад-
рон — своеобразная школа по подготовке офице-
ров из числа горских народов. В 1829 г. корнету
Туганову поручили общее наблюдение за обучени-
ем горцев в Дворянском полку. За участие в боях
25-27 августа 1830 г. под Варшавой получил на-
граду поручик Игнатий Туганов. Представители
привилегированных сословий служили в импера-
торском конвое. В 1850-1851 гг. в конвое служи-
ли Пшемахо и Джанхот Тугановы.
В Крымской войне отличилось несколько
представителей фамилии Тугановых. Например,
за отличие, проявленное в сражениях с турками,
командир 2-й сотни горской милиции Пшемахо
Туганов приказом начальства произведен в пору-
чики. Он участвовал в боях на Саганлугском
хребте, у селений Бирдус и Энгикеве, у Ардага-
на и при осаде Карса. Пшемахо был награжден
орденами и медалями. П. Туганов стал одним из
офицеров созданного из горцев конно-иррегуляр-
ного полка (его командиром являлся полковник
Магомет Дударов). В осетинской сотне находил-
ся Афако Туганов.
В годы I мировой войны Сафар Туганов коман-
довал взводом 2-й сотни Кабардинского полка.
Безусловно, самым известным из офицеров
Тугановых дореволюционной России являлся
Асламбек Туганов — первый осетинский генерал.
68
Родился в 1804 г. В 4 года его отдали в аманаты
и он несколько лет воспитывался в семье россий-
ского полковника. Это обстоятельство сыграло
существенную роль в формировании его личнос-
ти. Девятилетним мальчиком Асламбек начал
свою воинскую службу в прославленном Кабар-
динском полку. Через 6 лет уже в чине офицера
(!) он состоял в Лейб-гвардии кавказском гор-
ском полуэскадроне. Последующие годы службы
проходили в Санкт-Петербурге. В послужном
списке Асламбека есть запись: "При выступле-
нии из Санкт-Петербурга при полуэскадроне в
поход в конвое Императора 25 марта прибыл в
гор. Белосток и поступил в конвой к Его Импе-
раторскому Высочеству Государю Цесаревичу
Константину Павловичу, находился в сопровож-
дении Его Высочества по 11 июля, откуда при
обратном следовании в главную квартиру дейст-
вующей армии вступил 31 июля в пределы цар-
ства Польского".
В Польше императорский конвой оказался в
связи с ожесточенными боями, развернувшимися
под Варшавой. Асламбека назначили в конвой к
Его Императорскому Высочеству Великому кня-
зю Михаилу Павловичу, командиру гвардейского
корпуса. В боях во время штурма варшавских ук-
реплений А. Туганов за отличное выполнение бо-
евых задач был одним из немногих офицеров, на-
гражденных бриллиантовым кольцом.
Верный знамени и воинскому долгу, он в каче-
стве командира 7 бригады Кавказского линейного
казачьего войска и Горского казачьего полка,
принимал участие в Кавказской войне под нача-
лом генерал-майоров Нестерова и Вревского.
69
Г.Т. Дзагурова приводит архивные материалы,
повествующие о боевых буднях офицера: "Полу-
чив донесение о происшедшем, командир Горского
полка полковник Туганов выехал из Екатериногра-
да на почтовых и в Павловской сел на коня. При-
соединившись к сотнику Елбаеву и к приставу Ма-
лой Кабарды сотнику Тургиеву, командир с рас-
светом осмотрел следы абреков и убедился, что за
Терек они не ушли. Тогда, собрав всех казаков и
усилившись прибывшими с войсковым старшиной
Хоруевым, есаулом Тускаевым и сотником Гурд-
жибековым казаками станиц Черноярской и Ново-
осетинской, полковник Туганов начал розыск".
6 декабря 1851 г. А. Туганов высочайшим при-
казом произведен в генерал-майоры. Характери-
зуя Асламбека, Лорис-Меликов писал: "Туганов
принес очень много пользы правительству как в
прежнее военное время, так и впоследствии при
водворении в крае существующего после порядка
и особенно при проведении в области реформ, как
то: при освобождении холопов, обложении пода-
тью горцев, введении судебных уставов, разреше-
нии поземельного дела и проч."
За годы службы Асламбек 53 (!) раза "получал
Высочайшее благоволение", неоднократно отме-
чался денежными премиями, как выше отмеча-
лось, был пожалован и земельным участком в 20
000 десятин. Среди боевых наград — ордена Свя-
той Анны III степени с бантом, II степени, I сте-
пени; Святого Станислава III и II степеней; Свя-
того Владимира I и IV степеней; Знак Отличия
Польского ордена.
Асламбек Михайлович был прекрасным семья-
нином, имевшим пятерых сыновей и столько же
70
дочерей; до конца своих дней он оставался неж-
ным и заботливым отцом.
В архивах сохранилась его генеалогическая
таблица, составленная в 1859 г.
Бадел
Туган
Солтанбек
Санпи (жена — дочь таубия Канова)
Карихан (жена — Кастомаха Караджаева)
Сефай (жена — Хани, дочь Бадзая Кабанова)
Магомет (жена — Кендзехан Карабугаева)
Аслангери 50 лет (жена — Зали, дочь Дудару-
ко Кубатиева); Асламбек 55 лет .
В архивных материалах сохранилось письмо
Туганова, адресованное командующему Кавказ-
ской армией генерал-фельдмаршалу князю Баря-
тинскому. Оно свидетельствует не только об от-
цовских чувствах, но и о его отношении к рели-
гии, нравственности, приверженности законам,
чести дворянина. Письмо Асламбека Барятинско-
му очень интересно: "Нынешний экзарх Грузии
требует, чтобы я детей своих принудил силою
принять христианскую религию и угрожает, что в
противном случае после смерти моей они не смо-
гут пользоваться и имением моим, принадлежа-
щим по прямому наследству, и землями, дарован-
ными мне за службу Государем императором.
Доводя об этом до сведения Вашего Сиятельст-
ва, покорнейше прошу принять меня под покрови-
тельство свое и защитить от нападков духовенства.
Что же касается до детей моих, рожденных от
жены-магометанки, то имею честь покорнейше
просить дозволения Вашего Сиятельства дочерям
выходить в замужество за магометан, ибо другого
71
средства нет, потому что никто из дворян не ис-
поведует христианскую веру. Кроме того, осме-
ливаюсь покорнейше просить защиты Вашей от
гласного преследования меня духовенством, что,
имея честь быть генералом русской армии и про-
исходя из первых степеней горских дворян, всякое
явное преследование духовенства в глазах народа
подает повод к различным невыгодным толкам,
что правительство принимает насильственные ме-
ры к обращению магометан в христианство, чего
допустить можно только мерами кротости и ува-
жения".
Выяснив суть вопроса, главнокомандующий
армией "приказал прекратить делаемое до сего
времени г-м Туганову принуждение по поводу об-
ращения его детей в православную веру".
Традиция воинского служения России, зало-
женная Асламбеком, была продолжена многими
поколениями Тугановых. Офицерами российской
армии в разные годы стали: Сафар, Саладин,
Джанхот, Гамид, Хаджиумар, Кургок, Асланбек
Кудабердиевич, Евгений, Алихан, Магомет, Ха-
кяш, Ибрагим, Пшемахо, Батырбек и т.д.
Но тема доблестной службы офицерского кор-
пуса Тугановых, как и вклад Тугановых в разви-
тие осетинской культуры, требуют отдельного,
специального исследования.
КАРЦА
Селение Карца основано во второй половине
XVIII в. В 1781 г. в этих местах побывал капитан
российской армии Штедер; он даже заночевал у
72
одного из куртатинских "старшин" по имени Тат-
та, "богатого человека. Это местечко живет обо-
собленно... имеет хорошие пастбища и стада". Не-
далеко от Карца Штедер отметил "развалины
Осетинского подворья" — своего рода центра Осе-
тинской духовной комиссии, начавшей свою мис-
сионерскую деятельность в 40-х гг. XVIII в. В
1808 г. здесь останавливался Ю. Клапрот, по дан-
ным которого в ауле насчитывалось 120 дворов.
Он же отметил, что "от Куртата мост через Фиаг
ведет к селению, принадлежащему фамилии Иес-
сиата". В русско-осетинских взаимоотношениях
середины XVIII в. неоднократно упоминается
"старшина Бахтагирей Есиев". Он же назван в
документе 1774 г. — "Именном списке старшинам,
кои других лутчее и надежнее".
Наиболее раннее известное нам свидетельство
о жителях селения Карца относится к 20 апреля
1784 г. Этим числом датировано письмо Павлу
Потемкину от нескольких куртатинцев из селения
Карца, в числе коих были Хадар Хабалов, Або
Караев и Джатто Кулаев. С несколькими отчаян-
ными земляками они весной указанного года по-
пытались основать новое поселение недалеко от
священной рощи Хетага. Переселенцы относились
к достаточно зажиточным крестьянам: у них был
"рабочий скот 25 быков и 14 лошадей, плуги и то-
поры", а также 6 ружей. Из-за давления соседних
владельцев смельчаки вынуждены были вернуть-
ся в Карца.
Фамилии, упомянутые в приведенном докумен-
те, были "на виду" в Куртатинском ущелье. Кара-
мурза Караев указан в числе осетинских старшин,
27 октября 1774 г. обратившихся к астраханскому
73
губернатору Петру Кречетникову с просьбой о
возобновлении деятельности Осетинского по-
дворья и обеспечении внешней безопасности
Осетии. Он же в составе осетинской делегации
принял участие в переговорах с тем же Кречет-
никовым по поводу укрепления связей с Росси-
ей. Капитан Штедер в Куртатинском ущелье
встречался со старшиной Джета Караевым, об-
судив с ним некоторые вопросы жизни кавказ-
ских горцев.
С долиной Карца связана деятельность тауби-
ев Тезиевых и Есиевых. В прошении этих двух
фамилий в комитет Кундухова говорится, что они
"вместе с другими фамилиями куртатинскими
владели землями" в горах и отдельно в долине
Карца, где каждая из двух фамилий имела по ау-
лу. Крестьяне называли их "своими алдарами,
платили... подать со всего, что имели". Если ко-
му-нибудь из феодалов приходилось платить за
кровь, то крестьяне вносили в уплату "кто вола,
кто корову, кто ружье, кто медный котел и т.п.".
В стычках с феодалами из соседних аулов подвла-
стные Есиевых и Тезиевых выступали на стороне
своих уазданлагов. Справедливость сообщения
Есиевых и Тезиевых подтвердили жители Карца
и кабардинские князья.
В "Свидетельстве" последних, в частности, от-
мечалось: "мы действительно знаем, по предани-
ям предков наших... что эти две фамилии, как
происходили, так и происходят от прямого курта-
тинского племени, имели и имеют сравнительное
уважение преимущественно противу своих едино-
племенников, кои от наших предков, так равно и
от самих нас, как наши первостепенные уздени,
74
во уверение чего долгом считаем свидетельство-
вать перед начальством (своими подписями) и
приложением именных печатей. 1853 год. Предсе-
датель кабардинского суда князь Каголкин, штаб-
ротмистр князь Докшукин, корнет князь Кази Ха-
му ргоков".
Фамилия куртатинских уазданлагов ("благо-
родных") Тезиевых происходит от Тезия, живше-
го в первой половине XVIII в. Документы той по-
ры характеризуют его вполне определенно: "сей
Тезий в тамошнем месте первый человек". На
встречу с архимандритом Пахомием в январе
1748 г. он "для первенства прислан с 5-ю старши-
нами" из "Картаульского и Чимитского уездов".
Тот же Тезий назван в числе трех куртатинских
старшин, прибывших в Кизляр для переговоров с
поручиком Бибурюлевым. В 1774 г. среди подпи-
савших прошение губернатору астраханскому
Кречетникову куртатинских старшин обозначен
"Ислам Тезиев, который послан от отца за болез-
нью ево". Имя Тезий в форме отчества передава-
ли наследникам как славу предка и политический
козырь. Постепенно, уже в XIX в., отчество пре-
вратилось в фамилию Тезиевы.
Немало выходцев из Карца прославилось в
войнах и походах, сражаясь под российскими зна-
менами. Так, например, неувядаемой славой по-
крыла себя Осетинская конная дивизия в русско-
турецкой войне 1877-1878 гг. Не случайно импе-
ратор России наградил ее Георгиевским знаменем.
Воины дивизии отличились при обороне Шипки,
ставшей символом боевого содружества русского
и болгарского народов. Среди многих отличив-
шихся офицеров и солдат руководители обороны
75
особо выделили героя-осетина Дудара Караева.
Был отмечен также и поручик Умар Есиев — один
из командиров Осетинского дивизиона.
Среди участников русско-турецкой войны
1877-1878 гг. особое место занимает Асламурза
Есиев — общественный и военный деятель, под-
полковник. Родился в 1836 г. в семье Беслана
Мулдаровича Есиева. По отцовской линии Асла-
мурза приходился племянником кабардинскому
знатному роду Астемировых. Мать же его, урож-
денная Есенова, была племянницей генерала Мус-
сы Кундухова. В девятилетнем возрасте Асламур-
зу взяли в аманаты. Он окончил 2-й кадетский
корпус в Петербурге, служил в Терской постоян-
ной милиции, где командовал 2-й сотней. Асла-
мурза принимал активное участие в общественной
жизни. Наряду с Леваном Хетагуровым (отцом
Коста) был избран депутатом мирового посредни-
ческого суда по освобождению зависимых сосло-
вий Алагиро-Наро-Мамисонского общества. Сов-
местно с народником Алиханом Ардасеновым на-
писал работу "Высшее сословие у осетин Курта-
тинского общества", изданную в Москве в 1882 г.
25 января 1876 г. А. Есиев назначен командиром
Осетинского дивизиона Терско-Горского иррегу-
лярного полка, в котором служил в течение всей
Дунайской кампании. Весьма красноречива ха-
рактеристика, данная ему генералом Тутолми-
ным, который в ряде рапортов отмечал "хладно-
кровную рассудительность и храбрость команди-
ра Осетинского дивизиона". Позднее, под коман-
дованием Скобелева, Асламурза принимал учас-
тие в Ахалтекинской экспедиции (Туркестан). Его
воинская отвага была оценена по достоинству: в
76
числе множества наград — орден Святого Влади-
мира IV степени с мечом и бантом, Святой Анны
II степени с бантом, Святого Станислава II степе-
ни с мечом и бантом, румынский Железный
крест.
Асламурза был женат на дочери подпоручика
Муссы Дзантиева из Каккадура, имел детей: Кас-
булата, Камбулата, Адильгирея, Давлетгирея,
Мадину, Салимат, Фатиму.
В отставку вышел подполковником и поселил-
ся в родном ауле Карца; по наследству он владел
угодьями не только в Карца, но и в Суадаге и
Ногкау. В мирной жизни проявились такие его
качества, как доброта, гуманность, целе-
устремленность. Его перу принадлежит исследо-
вание о формах землевладения и землепользова-
ния в горной полосе Осетии; эта работа не поте-
ряла своей научной актуальности и в наши дни.
Занявшись садоводством, он научил односельчан
искусству возделывания садов, а увлекшись пче-
ловодством, и этому обучал земляков, раздавая в
бесплатное пользование улья. Соорудив в селении
мельницу, он сделал ее объектом общего пользо-
вания жителей Карца и близлежащих сел. Умер
он в 1926 г. и похоронен на кладбище селения
Карца.
Своим детям Асламурза дал превосходное вос-
питание и образование. Например, Камбулат стал
полковником. Высокообразованный и эрудиро-
ванный, он знал несколько иностранных языков,
увлекался литературой, переводил на осетинский
язык произведения русских и французских авто-
ров, а "Гроза" Островского в его переводе была
поставлена в одном из театров Тифлиса. Много
77
времени и сил уходило у Камбулата на оказание
помощи осетинской учащейся молодежи, среди
которой он пользовался большим авторитетом.
Несмотря на это в 1937 г. он был репрессирован.
Старший сын Асламурзы Казбулат родился 26
ноября 1865 г. Образование получил сначала в
Ставропольской гимназии, а затем — в Тифлис-
ском пехотном училище. Его военная карьера
складывалась нелегко из-за участия в революци-
онных событиях 1905 г. Не без его участия в цен-
тральной печати появился материал, проливаю-
щий свет на неблаговидные поступки наместника
Кавказа (1905-1915 гг.) Воронцова-Дашкова. Воз-
мущенный наместник потребовал суда над офице-
ром. Процесс состоялся; в результате Есиев не
был разжалован, но ему запретили служить на
Кавказе. Опальному офицеру предложили на вы-
бор: Сибирь или Финляндия. Он выбрал Сибирь.
В звании капитана его застала русско-японская
война, на которой он не раз отличался. В годы I
мировой войны он в чине генерал-майора стал ко-
мандиром бригады. Среди его боевых наград та-
кие ордена, как орден Святой Анны III степени,
Святого Станислава III степени, Святого Геор-
гия, Владимира Первопрестольного, английский
орден Св. Георгия, но особенно Касбулат гордил-
ся солдатским Георгиевским крестом с лавровым
венком — наградой редкой и высокой.
Погиб он как воин — на поле битвы. Гроб с те-
лом генерала привезли на родину, в Карца. Как
отмечает Г.Т. Дзагурова, почти вся Осетия собра-
лась на похороны. О душевной красоте этого за-
мечательного человека и воина сложил стихи,
возможно, не совсем совершенные с точки зрения
78
канонов поэзии, но зато искренние и справедли-
вые, его современник Э.Т. Шанаев:
Мулдара правнук из Куртата,
Правдивый в деле, па словах,
В душе великий недруг зла,
К нам прибыл с Севера твой прах.
Покинувший очаг семейный,
Создал ты славу, честь всему
Ущелью грозных куртатинцев.
Известный храбростью своей
Средь ингушей и кабардинцев,
Спокон веков до наших дней
Мир, рыцарь, праху твоему!
Но не только на полях сражений отличились
выходцы из Карца. Его жителей отличала неуем-
ная тяга к знаниям. С разрешения главнокоман-
дующего Кавказским корпусом три осетинских
мальчика, среди них Василий Караев, с 1865 г.
обучались во Владикавказском военном госпита-
ле, врач которого Рачковский привил им любовь
к медицине. В феврале 1868 г. эти ученики были
отправлены в Тифлисскую фельдшерскую школу.
Окончив ее, они уже врачами возвратились на ро-
дину, где, по свидетельству современников, стали
"с очевидной пользой работать среди соотечест-
венников".
Во второй половине XIX в. к знаниям тяну-
лись не только мальчики; такая тяга отмечена и
среди девочек Осетии. К учебной программе жен-
ских прогимназий была приближена программа
Владикавказской лсенской школы Аксо Колиева.
Ее окончили десятки девушек. В их числе — Ека-
терина Кулаева. Вместе со своими коллегами она
79
преодолевала предубеждение относительно обуче-
ния девушек, добивалась открытия женских
школ, которые по уровню организации учебного
процесса не уступали мужским. К началу 1880 г.
в семи женских школах занималось 196 девочек.
В заключение рассказа о жителях Карца — не-
сколько слов о Хабаловых. Один из них — Сте-
пан — еще в начале XIX в. служил в русской ар-
мии. 26 июня 1803 г. министр внутренних дел
России Кочубей приказал "находившемуся при
приезде в Санкт-Петеребург царевичей грузин-
ских из Моздока, Горской казачьей команды Ха-
балову дать следующий чин". Казак Степан Хаба-
лов был произведен в офицеры. 1805 г. в составе
русской армии он участвовал "в делах и походах
против неприятеля".
Из этой фамилии вышло немало офицеров —
Александр, Василий, Евгений и др. Но, согласим-
ся с Г.Т. Дзагуровой, самой яркой личностью яв-
ляется генерал-лейтенант Сергей Степанович Ха-
балов. Потомственный военный, он унаследовал
от деда, храбро сражавшегося в войне 1812 г.
против Наполеона, любовь к военному искусству
и военным наукам. В отличие от всех дореволю-
ционных представителей осетинской военной ин-
теллигенции, он был не только храбрым воином,
но и выдающимся теоретиком военной науки. По
его учебникам и пособиям учились курсанты всех
военных училищ России. Знания Сергея Степано-
вича были настолько велики, что в 1907 г. его на-
значили председателем особого комитета комис-
сии военной истории. Он возглавлял различные
комиссии по подготовке офицерского состава Рос-
сийской армии.
80
В феврале 1917 г. Сергея Хабалова назначили
командующим войсками Петроградского военного
округа. Победившая вскоре революция и новая
власть, при всей ее предвзятости и даже подозри-
тельности к офицерам русской армии, ничего пре-
досудительного в действиях генерал-лейтенанта
Хабалова не нашла. Он верой и правдой служил
Родине и по деяниям своим остался яркой звездой
в созвездии генералов-осетин России.
КОРА-УРСДОН
Селение Кора-Урсдон расположено примерно в
12 км юго-западнее г. Дигора, у слияния рек
Скуммидон и Су ар дон, образующих здесь новую
водную артерию — р. Урсдон (Белую). Опреде-
лить точную дату основания селения не удается.
В XVIII в. известно несколько равнинных поселе-
ний баделятов. Так, на карте Кабарды 1744 г., со-
ставленной геодезистом С. Чичаговым, отмечено
село Караджау, "а живут в нем караджаевцы хри-
стианского закону". Штедер в 1781 г. наряду с
Каражаево отметил предгорные владения Тугано-
вых (Дур-Дур) и Кубатиевых (Кора-Урсдон). На
берегу р. Белой Кубатиевы со своими крепостны-
ми поселились, "пользуясь покровительством ка-
бардинских князей". Время строительства башни
Кубатиевых в этом ауле В.Х. Тменов определяет
ХУИ-ХУШ вв. Образование Дур-Дура Д.А. Дза-
гуров относил к концу XVIII — началу XIX вв., а
М.В. Рклицкий — к XVIII столетию.
Н.Г. Волкова обратила внимание на то, что из
перечисленных Штедером дигорских равнинных
81
поселений на карте Кабарды 1744 г. известно
лишь Каражаево. Остальные, резонно замечает ав-
тор, возникли в промежутке между сороковыми
годами XVIII в. и 1781 г., когда в этих местах по-
бывал Штедер. Об этом же свидетельствовал Ю.
Клапрот в начале XIX в.: поселения Кубатиевых
на Урсдоне, Каражаевых на Урухе и Кобановых
на Лескене "были построены около 60 лет тому на-
зад на отроге гор, когда фамилия Тау-Султанов
покинула земли, занимаемые ею раньше, и пересе-
лилась дальше к северу в Малую Кабарду". В по-
селении Кубатиевых содержался плененный осети-
нами в 1787 г. имеретинский князь Давыдов, по
рассказу которого, его привезли в "деревню (на
Урсдоне — Ф.Г.), которая стоит на ровном месте...
жительство состоит в 200 домов, там много лесу,
также и деревьев барбарисовых, сливовых, шелко-
вичных, рябиновых и виноградных, она стоит на
хорошем ровном месте, у которого две речки, где
ловятся осетры. Хлеба, дынь, арбузов и прочих зе-
леных овощей весьма довольно. Озданский (Ур-
сдонский) начальник Кубатов, сын Джамчек".
Вместе с Кубатиевыми здесь проживали Зико-
евы, Галаовы, Толасовы, Тавасиевы, Гиголаевы,
Темиряевы, Кибизовы, Дедегкаевы, Кевросовы.
Сюда же в конце XVIII в. переселились Царукае-
вы, Марзоевы, Соховы и др.
Территория рассматриваемого населенного
пункта с глубокой древности имела особую важ-
ность в связи с близостью к стратегически и эко-
номически значимому перекрестку магистралей,
проходивших через Кора-Урсдонскую долину.
Эти дороги связывали равнину с горными района-
ми Центрального Кавказа. Археологические на-
82
ходки свидетельствуют о заселении рассматривае-
мой территории еще с периода неолита. В районе
села найдены многочисленные памятники эпохи
бронзы — раннего железа. Рядом с селом распо-
ложен раннесредневековый могильник; случай-
ные находки свидетельствуют о его функциониро-
вании в УШ-ХП вв. Аналогии находкам из этого
могильника часто встречаются в аланских ката-
комбных могильниках и городищах. В непосред-
ственной близости от села — на правом берегу р.
Урсдон, между селением и горой Хурхоры-сар —
археологи обследовали большой, похожий на
курган, холм. Местное население называет его
"Карагасы обау" (курган карагача; карагач, по
рассказам старожилов, вырублен проживавшими
поблизости баделятами). Обнаруженные архео-
логами предметы относятся ко времени кобан-
ской культуры, скифской и аланской эпох. По
мнению В.А. Кузнецова, прилегающая к холму
площадь была заселена, а на холме, видимо, рас-
полагалась цитадель городища. На территории
Кора-Урсдона, на возвышенном плато у слияния
Скуммидон и Суардон выявлено еще одно горо-
дище. Его ранние слои приходятся на УШ-Х вв.,
период расцвета городища — на Х-ХП вв., а на
ХШ-Х1У вв. — его затухание.
В ХУ-ХУ1 вв., судя по находкам у подножья
Хурхоры-сар, эта территория контролировалась
кабардинцами. В последующие века экспансия
крымских татар и ногайцев, вероятно, эпидемии
чумы и оспы привели к заметному сокращению
территории расселения кабардинцев.
Позднее здесь возникло поселение западных осе-
тин. Штедер в 1781 г. писал: "в северной долине
83
(р. Урсдон) ...лежат два наиболее значительных
селения Кубати (Кубатиевых). Первое лежит на
левом высоком берегу реки, которая омывает его
с южной и восточной стороны... С другой сторо-
ны к югу от реки стоит на крутом высоком бере-
гу обоих рукавов, которые здесь соединяются, бо-
лее старое селение Кубати; оно господствует над
обоими ущельями на Валагир и Дугор, имея с юга
среди себя густые леса и скалистые горы. В пер-
вом селении стоят деревянные жилища с огоро-
женными дворами и садами. Во втором, южном
селении среди каменных строений виден замок
бадилатов с одной высокою башнею".
Башня, которую упоминает Штедер, принадле-
жала Кубатиевым. Время ее строительства специ-
алисты определяют рубежом ХУП-ХУШ вв. В
пользу этого предположения говорит предназна-
чение башни для огневого боя. Она снабжена со-
ответствующей системой бойниц и машикулей, по-
явление которых стало возможным только после
распространения огнестрельного оружия на Се-
верном Кавказе. В начале XVII в. ружье — уже
обычное оружие у горцев. Об этом можно судить
на основании материалов статейного списка по-
сольства М.И. Татищева, в 1604 г. направлявше-
гося в Грузию. Покинув Ларе 3 августа 1604 г.,
члены посольства уже в первый же свой ночлег
столкнулись с опасностью: "приходили, государь,
на нас на первом стану в ночи горские люди с во-
гненным боем", т.е. с ружьями. Очевидно, имел-
ся в виду какой-то отряд феодалов, ибо трудно
себе представить крестьянина, в начале XVII в.
вооруженного ружьем. Это указывает на то, что
ружья в начале XVII в. были уже обычным ору-
84
жием в регионе. Следовательно, строительство ба-
шен с бойницами, приспособленными для стрель-
бы из ружей, могло начаться еще в середине
XVI в. Однако машикули, как характерный кон-
структивный элемент боевых башен Кавказа, от-
носятся к XVII в. Видимо, башня Кубатиевых бы-
ла возведена не раньше этого времени. Она сло-
жена из разноразмерных камней на известковом
растворе. Длина и ширина камеры — 3,3 м, высо-
та — около 10 м. В 1942 г. она подверглась обст-
релу немецкой артиллерии. Интересно также то,
что столь массивное сооружение стоит на весьма
слабом фундаменте, представляющем собой ка-
менную вымостку в 1-2 ряда кладки. Тем не ме-
нее, башня стоит несколько сот лет. Отметим так-
же, что данное сооружение на территории Осетии
является самым северным оборонительным фор-
постом, защищавшим от врагов не только село
Кубатиевых, но и подступы к расположенному
вблизи перевалу между Кора-Урсдонской доли-
ной и Алагирским ущельем.
Большой интерес вызывают 19 склеповых со-
оружений Кубатиевых в окрестностях села. Все
они расположены компактно, хотя сам могильник
состоит из четырех частей, возможно, по социаль-
ному или какому-то другому признаку. Склепы
сложены из тесаного камня на известковом рас-
творе; в плане они четырехугольные, один склеп
восьмигранный и еще один в плане приближен к
окружности. Отмечено наличие вентиляционных
отверстий. Все описанные сооружения окружены
грунтовыми погребениями, что, по мнению В.Х.
Тменова, свидетельствует о четкой социальной
дифференциации проживавшего здесь населения.
85
Важным источником по истории Кубатиевых
являются генеалогические предания и родослов-
ное древо фамилии. Как и другие баделята, Куба-
тиевы свое происхождение вели от легендарного
предка Бадела. По всем фольклорным версиям,
Бадел и его брат Басиат (родоначальник балкар-
ских таубиев) в ущелья Центрального Кавказа
пришли из "маджар". Под последними большин-
ство интерпретаторов генеалогических преданий
понимали равнинную зону Северного Кавказа, а
еще конкретнее — золотоордынский центр в реги-
оне — г. Маджары, развалины которого еще в
XIX в. были различимы у ст. Прасковея (совре-
менный г. Буденновск). Однако некоторые иссле-
дователи и ряд представителей высших сословий
западной Осетии и Балкарии в "маджарах" виде-
ли искаженное "мадьяры" — т.е. "страну мадь-
яр". В этой связи интересна заметка Н. Мансуро-
ва из Владикавказа, опубликованная в январе
1896 г. в газете "Новое обозрейие". В ней сообща-
лось, что в декабре предыдущего года во Влади-
кавказе побывал австрийский ученый Фердинанд
Гауч, "которого сопровождал молодой турецкий
ученый Кубати-бей, кавказский уроженец, полу-
чивший высшее образование в Швейцарии и
Франции и некоторое время служивший в турец-
ком министерстве иностранных дел. В силу того,
что Кубати-бей, как природный осетин, родители
которого в 60-х годах выселились в Турцию, хо-
рошо знаком с языком и бытовыми условиями
осетин, Ф. Гауч, вместе с ним посетивший Диго-
рию, собрал массу этнографического материала,
главным образом, относящегося к прошлому и на-
стоящему дигорской отрасли осетин, которая ин-
86
тересует австрийского ученого по той причине,
что в Дигории сохранились следы венгерцев...
Более тщательному исследованию подвергнуты
названным австрийским путешественником сохра-
нившиеся в памяти народа легенды, на основании
которых дигорское привилегированное сословие
производит свой род от какого-то легендарного
венгерца Бадила, долго жившего в Дигории со
своим сподвижником Ако, также венгерского про-
исхождения".
Ф. Гауч, уже побывавший в регионе за два года
до этого, "приобрел у осетин массу ценных в на-
учном отношении археологических редкостей".
Затем ученый из Вены вместе с Кубати-беем вы-
ехал в Кизлярский район, "в некоторых пунктах
которого, по предположению, также сохранились
следы предков современных венгерцев, раньше
более известных под именем мадьяр".
Интересно, что другой, более известный уче-
ный Евгений Зичи по поручению австро-венгер-
ского правительства также дважды посетил Осе-
тию с той же целью: проследить следы пребыва-
ния здесь "предков современных венгерцев".
Ожидался также приезд хранителя венского есте-
ственно-исторического музея Франца Гегера, ко-
торый во время своих прежних неоднократных
поездок на Кавказ "вывез в Австрию богатейшие
в научном отношении коллекции".
Мы уже останавливались на анализе генеало-
гических преданий баделят (Гутнов Ф.Х. Генеа-
логические предания осетин как исторический ис-
точник. Орджоникидзе, 1989). Поэтому ограни-
чим свою задачу и приведем для примера не-
сколько генеалогических таблиц Кубатиевых.
87
Родословная подполковника
Иналука Кубатиева (1859 г.):
Бадел (жена — дочь Крым Шамхала)
Кубади (жена — дочь таубия Беканова)
Тенгизби (жена — дочь кабардинского узденя
Куденетова)
Тазарет (жена — дочь кабардинского узденя
Анзорова)
Иналук (жена — дочь кабардинского узденя
Канбекова)
Сангар (жена — дочь кабардинского узденя
Куденетова)
Магомет (жена — дочь кабардинского узденя
Елтухова)
Хотохшуко (жена — Гурмехан Абисалова)
Иналук 67 лет, подполковник (жена - Багагуса
Туганова).
Родословная штабс-капитана
Асланбека и корнета Магомета Кубатиевых
(1859 г.):
Первые 7 колен как и в предыдущей таблице
Касай (жена — Фатима Дударова)
Тембулат поручик (жена — Кертиказа Карабу-
гаева)
Асланбек, 39 лет (жена — Долатхан Туганова);
Магомет, 31 год (жена — Фатима Каражаева)
Родословная штабс-капитана
Асланбека и Муссы Кубатиевых (1859 г.):
Бадел (жена — дочь Крым Шамхала)
Кубади (жена — дочь таубия Беканова)
Смайли (жена — дочь кабардинского узденя
Дзаниукова)
Дзаниук
Асламурза (жена — Дзанга Абисалова)
88
Фацбай (жена — Эльбагар Карабугаева)
Азнаур (жена — Фатима Абаева, дочь балкар-
ского таубия)
Асланбек 49 лет (жена — Долетхан Туганова)
Мусса (жена — Аминат Туганова)
Родословная штабс-капитана
Вахта Кубатиева (1859 г.):
Первые два колена как в предыдущей таблице
Зураб ~
Айдарук (жена — дочь кабардинского узденя
Тузлова)
Султанбек (жена — дочь таубия Айдаболова)
Зураб (жена — Гудзи Абисалова)
Бенбузар (жена — Долетхан Абисалова)
Вахта, 63 года (жена — Гассамахо Туганова)
Абисал, 22 года
Родословная Аид ару ко и Муссы Кубатиевых
(1859 г.):
Первые 4 колена как и в предыдущей таблице
Ботас
Хадзи (жена — Хадзикиз Бонзарова, дочь узденя)
Магомет (жена — Дзана Айдаболова, дочь таубия)
Мусса, 49 лет; Айдаруко, 45 лет (жена — Гасса
Кантемирова).
Как видно из родословных росписей, Кубатие-
вы в средние века тщательно соблюдали "чистоту
крови", как и положено было представителям
знати любого средневекового общества от Японии
на востоке до Англии на западе. Поэтому баделя-
та вступали в браки только с равными себе пред-
ставителями соседних обществ, главным образом —
с кабардинскими князьями и уорками (дворянами),
балкарскими таубиями и др.
89
Интересен и состав имен Кубатиевых, ибо имя
в средние века являлось своеобразным маркером
социального статуса. В частности, у привилегиро-
ванных родов имена были составными. Длитель-
ный период они выражали особый статус социаль-
ной верхушки, включая в себя прежние титулы,
звания и элементы со значением "власть" — сул-
тану мурза, бек, гирей и т.д. Со временем ком-
поненты составных антропонимов частично или
полностью утратили свое лексическое значение,
став формальным средством. Однако модель со-
хранила оттенок "высокого стиля", продолжая
служить выражением привилегированности или
стремления к ней. С этим обстоятельством связан
наш интерес к антропонимам (личным именам)
Кубатиевых. Приведем "значение" некоторых
имен, указанных в приведенных выше таблицах.
Азнаур — грузинский социальный термин "дво-
рянин" из иранского азна "родовитый".
Айдарук — от арабского айдар, хайдар — "лев".
Асламурза — от арабского аслам "самый здоро-
вый, невредимый" + мурза от персидского мирза
"царевич".
Асланбек — арабское аслан "лев" + бек "князь".
Вахта — скифское "удел, счастье".
Ботас — тюркское бота "верблюжонок" +
уменьшительно-ласкательный суффикс — с. Ин-
тересно, что в казахском бота означает "дитя".
Бурнац — этимология неясна. А.М. Семенищев
русскую фамилию Бурнашев выводил из татар-
ского бурнаш — "задира, холостяк разгульной
жизни". Я. Шинкевич польскую фамилию Бур-
нак разлагает на бурун "нос" + аг "белый". Бур-
нац, возможно, из бурун" + прилагательное ац
"с тонким носом".
90
Иналук — производное от тюркского инал
"правитель, владетель". В словаре Махмуда Каш-
гарского термин Инал приводится со значением
"сын знатной женщины и простолюдина". Этот
же термин у киргизов обозначает "царь", "хан".
Касай — тюркское имя, имеет две этимологии:
1) арабское хае — "чистый, настоящий"; 2) воз-
можным этимоном имени Касай является арабская
основа каис "созвездие Стрельца" (соответствует
ноябрю) + звательная частица ай. У тюрков назва-
ния созвездий ранее использовались в качестве
личных имен.
Магомет — от арабского Мухаммед "прославля-
емый".
Мусса — арабское из древнеперсидского мешу
"дитя" (библ. Моисей).
Сангар — либо от таджикского сангар "ка-
мень", либо от тюркского санджар "крепость".
Смайли — восходит к арабскому исмаил "пода-
ренный (Богом)". В частности, так звали мусуль-
манского пророка, который считается родоначаль-
ником арабов.
Султанбек — от арабского султан "власть,
правитель, государь" + бек "князь".
Тазарет — от арабского Тазрет.
Тембулат — от темир "железо" + пулад
"сталь".
Тенгизби — от тюркского денгиз "море" + бий
"князь".
Хотахшуко — кабардинское "маленький Хетаг".
Фацбай — осетинское имя, ср. с названием пра-
здника Фацбаданта.
Хаджи — арабское "паломник".
91
Как видно, состав имен Кубатиевых, живших в
средние века, носил социальную окраску и слу-
жил своего рода обоснованием их превосходства
над общинниками.
В позднее средневековье Кубатиевы относи-
лись к числу самых влиятельных фамилий Осе-
тии. Архимандрит Пахомий в донесении Святей-
шему Синоду (1745 г.) среди "главных людей"
Дигории назвал "Кубатовых детей, коих ныне де-
вять братьев, имеют под владением деревни... все
тамошние народы за главного ныне имеют того
Кубатова детей дядю, и ему послушны. И никакой
противности оному Кубатову... ежели кто-либо из
тамошнего народа учинит какую продерзость, то
оный Кубатовых дом за то... берет некоторую по-
дать скотом, а телесного наказания по обычаю
учинить не может".
По собранным в мае 1746 г. Коллегией иност-
ранных дел России сведениям, население Запад-
ной Осетии "за наиглавнейших де они почитают и
имеют Кубатовых детей и мать их еще и поныне
жива". В другом документе, датированном 1 ию-
ля 1746 г., говорится: "Из протчих де тамошних
главных людей... за наиглавнейших де они имеют
оных Кубатовых детей, коих дядя, а отца их брат
родной именем Батакчико... тамошние народы
вси того дядю их за главного себе имеют".
Кубатиевы, как и другие феодалы Центрально-
го Кавказа, входили в одну из многочисленных
группировок, объединявших представителей зна-
ти различных народов. Иногда несколько группи-
ровок объединялись в один феодальный блок.
Так, в декабре 1766 г. майор Татаров доносил
полковнику Копыловскому "о собрании как Боль-
92
шой Кабарды, так и Малой владельцами и узде-
нями и прочими горскими народами, яко то Кара-
чай, Чегем, Балкар, Дугор, Каражау, Кубатием,
находится на общем собрании и согласии". Со-
став феодальных блоков не отличался постоянст-
вом. Даже при жизни одного поколения он мог
радикально перемениться, как могла измениться
его внешнеполитическая ориентация. Например,
по свидетельству М. Татищева (1604 г.), тагаур-
цы "бывали за Айтек-мурзою Черкесским, да от
него отложились". В XVIII в. осетинские вла-
дельцы в большинстве своем входили в группи-
ровки малокабардинских феодалов, и лишь не-
многие ориентировались на князей Большой Ка-
барды. Во второй половине XVIII в. часть баде-
лят изменила прежнему сюзерену Таусултанову.
Причину этого со слов "старшин Кантемирских"
в 1802 г. выяснил А.Е. Соколов: "владельцы
Большой Кабарды, приметя ослабление потомков
Тав-Султана, от разделения между ними проис-
шедшего, употребили случай тот в свою пользу,
начав господствовать не только над самими Тав-
Султанами, но и над всеми прочими селениями,
на их земле находящимися: Кубатиевым, Тугано-
вым, Каражаевым, Шегемовым и Кабановым...
преклонив к себе старшин сих селений, так и всех
Дигорских, избыточными подарками; и таким об-
разом владельцы Большой Кабарды распростерли
власть свою до самых подошв Снеговых гор".
Причина переориентации баделят коренится в ос-
лаблении позиций князей Малой Кабарды. В
1752 г. умер наиболее могущественный из них —
Адильгирей Гиляксанов. Его наследники Батай и
Али-Арсланбек Таусултановы не пользовались
93
тем политическим весом, какой имел дядя, чем не-
замедлительно воспользовались их противники:
"некоторые Большой Кабарды владельцы призы-
вают их осетинцов под свою власть, обнадеживая
при этом их защищением". В конце концов часть
осетинских феодалов, в том числе Кубатиевы, за-
ключили союз с князьями Большой Кабарды. От-
ношения с новыми сюзеренами закреплялись "из-
быточными подарками" — практика, характерная
для средневекового Кавказа. Каждый владелец,
вступая в союз с князем, получал от него т.н.
"уорк-тын", в русских источниках известный под
названием "узденьской дани". По обычному праву,
получение уорк-тына было единственным, что свя-
зывало феодала с сюзереном, которому служили
по своему выбору и добровольному соглашению.
Отношения между партнерами по феодальному
блоку тогда считались закрепленными, когда "уз-
деньская дань" выплачивалась сполна.
С момента включения Центрального Кавказа в
сферу интересов Российского государства Кубати-
евы активно сотрудничали с администрацией ца-
ризма в регионе. У Курмана Кубатиева, крестив-
шегося в 1786 г. в Херсоне, "восприемницей от
купели была императрица Екатерина, и он наре-
чен Александром, получил чин майора". И в
дальнейшем под российскими знаменами служили
многие представители фамилии. В 1807 г. указом
Александра I был создан Дворянский полк, где
проходили службу молодые дворяне от 16 лет, по-
лучая необходимые для будущего офицера зна-
ния. Позднее Александр I пожелал иметь при се-
бе особую гвардию из числа узденей Кавказа. В
1811 г. при Дворянском полку сформировали кав-
94
казский эскадрон. В нем наряду с другими горца-
ми служили осетины, в их числе — Асланбек Ку-
батиев.
Кубатиевы служили и в Императорском кон-
вое. Как известно, претендентов в Императорский
конвой отбирали особенно тщательно. Характер-
ным является обращение командира Собственно-
го Его Величества конвоя полковника Витген-
штейна к начальнику Терской области: "Прошу
уведомления, достоин ли Курман Кубатиев (жи-
тель Терской области Владикавказского округа из
дворян) по своим нравственным качествам счас-
тия состоять в конвое Государя Императора, и нет
ли каких-либо препятствий к определению его на
службу в означенный конвой".
В 1846 г. среди приказов по Отдельному Кав-
казскому корпусу отмечены: Иналук Кубатиев —
"пожалован чином майора и одновременно 150
рублями"; пожалованы следующие чины и одно-
временно 100 рублями — Темболат, Асламбек,
Атажук и Магомет Кубатиевы. В составе регуляр-
ных войск в русско-турецкой войне отличился
Кургако Кубатиев. В боях в начале января 1878 г.
отличился майор Асланбек Кубатиев. Ротмистр
Асланбек Кубатиев за храбрость, проявленную в
боях с турками, был награжден орденом Святого
Станислава II степени с мечами. Мисост Кубати-
ев, служивший в Ейском казачьем полку, за отли-
чие в боях с турками 30 июля 1878 г. произведен
в есаулы. В годы I мировой войны одним из ко-
мандиров подразделений Сунженско-Владикав-
казского полка был Хаджи-Мурат Кубатиев.
В неполном списке офицеров российской ар-
мии значатся Асланбек, Василий, Хаджимусса,
95
Николай, Бекмурза, Кургако, Сосланбек, Ми-
сост, Урусхан, Хаджимурат, Умар, Сафарби Ку-
батиевы.
ЛАРС
Точное время возникновения аула Ларе устано-
вить не удается. Данная местность была освоена
человеком с древнейших времен, т.к. представля-
ла собой важнейший стратегический пункт, за-
крывавший подступы к "железным воротам" —
вход в ущелье и начало дороги в Закавказье.
Этой дорогой, скорее всего, пользовались еще
киммерийцы и скифы, совершавшие походы из
Центрального Предкавказья в южные районы
Кавказа и Передний Восток. Опираясь на сведе-
ния античных авторов и археологические данные,
некоторые исследователи считают, что в конце 1-го
тысячелетия до н.э. дорога в Закавказье, начинав-
шаяся у Ларса, носила название "Сарматской".
Сменившие сарматов аланы дали дороге и уще-
лью современное название — Дарьяльское — от
Дар-и-алан "дорога алан". Во всяком случае, ар-
хеологические памятники аланской поры в самом
ауле и вокруг него — не редкость. На это же ука-
зывают письменные источники. Древнеармянские
памятники в местности "Ардоз" — Владикавказ-
ской равнине — располагали один из этносоциаль-
ных организмов ранних алан. По свидетельству
Масуди, Ибн-Рустэ, Гардизи, Дарьяльский про-
ход контролировался аланами, а вход в него запи-
рал "аланский замок", или крепость, именуемая
"аланскими воротами". Она располагалась на вер-
96
шине горы, у подошвы которой проходила дорога;
по явно преувеличенным данным, 1000 человек по
очереди охраняли ее днем и ночью.
У входа в Дарьяльское ущелье в золотоордын-
ский период существовало аланское княжество во
главе с Пуладом. У него укрылся Утурку, коман-
довавший левым крылом хана Тохтамыша в бит-
ве с Тимуром на Тереке в апреле 1395 г. Монго-
лы потерпели сокрушительное поражение. Вели-
кий полководец послал письмо Пуладу с предло-
жением выдать Утурку. Однако защита гостя, да-
же ценой собственной жизни, являлась непремен-
ным элементом поведения горцев, особенно знати;
по нормам этикета, Пулад в границах собствен-
ных владений должен был защищать даже врага.
Тимур овладел аланской крепостью Кабчигай.
Пулад погиб, защищая Утурку. Последний с не-
сколькими аланскими воинами пытался уйти от
погони. Но в районе Ларса их настигли воины Ти-
мура, и Утурку был казнен.
В средние века через Ларе проходили маршру-
ты движения московских послов, направлявших-
ся в Грузию. В их статейных списках сохрани-
лись сведения об этом населенном пункте и его
владельце. Один из них — Салтан — оказал боль-
шую помощь посольствам Родиона Биркина
(1587 г.) и Семена Звенигородского (1589 г.). В
статейном списке Звенигородского сохранились
интересные сведения о Салтане. 25 сентября 1589
г. российское посольство прибыло в Ларе. "Сал-
тан-мирза вышел к послам ко князю Семену да к
диаку Торху пеш, а с ним его человек з 10. А го-
ворил: преж сего государевы посланники Родивон
Биркин да Петр Пивов шли в Грузинские земли
4 Ф. X. Гутнов 97
на мой же кабак, и яз государю служил, послан-
ников его Родивона да Петра через свою землю
провожал и дорогу им куда легче идти указывал
и людей своих до Грузинские земли провожати их
посылал; а которые были у государевых послан-
ников люди и лошади больны, и тех людей и ло-
шадей Родивон да Петр оставляли, в Грузию иду-
чи, у меня и яз тех людей и лошадей у себя кор-
мил и лечил и за Родивоном и за Петром отпус-
тил их здоровых. И Родивон и Петр, назад иду-
чи из Грузии, реклис службу мою государю изве-
сти". Послы отвечали: "государь тебя пожалует
под свою царскую руку и в оборону от всех тво-
их недругов примет и грамоту свою жалованную
со своей печатью, как тебе под его царскою рукою
вперед быти, и свое государево жалованье тебе
пришлет". Салтан дал слово: "яз ныне хочу госу-
дарю же служити по свою смерть...и на непо-
слушников государевых воеводами и с кабардин-
скими князи ходити готов и на том государю
правду даю, шертую, и вас провожаю до грузин-
ские земли".
В ауле у входа в Дарьяльское ущелье останав-
ливались и члены посольства начала XVII в. По-
кинув Ларе 3 августа 1604 г., они уже в первый
же свой ночлег столкнулись с опасностью: "при-
ходили, государь, на нас на первом стану в ночи
горские люди с вогненным боем", т.е. с ружья-
ми. Очевидно, имелся в виду какой-то отряд осе-
тинских феодалов. Свидетельством слабости
центральной власти в Грузии в указанное время
является то обстоятельство, что царь не мог
справиться с относительно небольшим отрядом
своих противников. "И архиепископ и царевы
98
ближние люди говорили... что меж Черкасские и
Юрьевы царевы земли есть горские люди, словут
Осинцы, всего их человек з 200; и те люди Кар-
талинским люд ем чинят тесноту, тайно приходя,
побивают и грабят...".
И в последующее время Ларе оставался важ-
ным стратегическим пунктом на дороге в Закавка-
зье. Сейчас трудно восстановить всю систему обо-
ронительных сооружений, ибо они практически
не сохранились. Ленинградские археологи, иссле-
довавшие данный населенный пункт, высказали
предположение о существовании здесь в древнос-
ти хорошо укрепленного поселения, а южнее его,
на холме над селом, — сторожевой башни. Укреп-
ления Ларса в начале XIX в. были уничтожены.
Относительно хорошо сохранилась сторожевая
башня Дударовых, расположенная в 1 км к северу
от села на скале, возвышающейся над Военно-
Грузинской дорогой. Она сложена из хорошо подо-
гнанных друг к другу речных камней и песчаника
на известковом растворе. В основание сооруже-
ния уложены массивные валуны. Сохранившаяся
высота башни — 6,00 м.
В начале XIX в. появился проект "Александро-
ва пути" — прокладки удобной для движения
войск и караванов дороги от Владикавказа до Ти-
флиса. В реализации этого проекта важная роль
отводилась Ларсу. В письме императору Алексан-
дру I Махамат Дударов отмечал, что согласился с
предложением "главнокомандующего Грузиею
князя Цицианова" и уступил под военное укреп-
ление лично ему принадлежавшее "Ларское селе-
ние... со всем его строением и со всею к селению
принадлежностью, как то: землю, леса и мельницы
99
и все то, что в границах земель того селения состо-
ит, утверждая сие присягою". Взамен Махамат по
высочайшему манифесту в конце 1804 г. "удосто-
ился в капитаны от армии нашей (российской —
Ф.Г.)", пожизненной пенсии в 350 рублей в год и
земли под Владикавказом для поселения в 25 дво-
ров. В районе современного селения Новый Бата-
коюрт Махамат, его родной брат Джанхот вместе
со своими ближайшими родственниками в количе-
стве 8 дворов основали селение Джанхотов-Ларс.
Вместе с ними переселились 42 двора фарсаглагов
и кавдасардов. Среди первых жителей нового по-
селения были Азо и Темурко Бзаровы, Умар
Дзарахохов, Бибо Борукаев, Сысло Дзусов, Ал-
беговы, Мирзоевы, Гудиевы, Кесаевы, Караби
Азиев, Беслан и Ашемахо Таутиевы, Заурбек Га-
баков, Цицил Козров, Ебо Зусов, Мильдзиховы,
Гариевы и др.
В отличие от других феодальных фамилий Та-
гаурского общества, Дударовы, а также Дзантие-
вы, не возводили свои родословные к легендар-
ному "царевичу Тага". Существует две версии
происхождения Дударовых. В сборнике адатов
осетин (список Норденстренга 1844 г.) указыва-
ется, что "Фамилия Дударук" переселилась из
Южной Осетии.
Вторую версию привел Ю. Клапрот в своем
дневнике путешествия по Кавказу в 1807-1808 гг.
По его сведениям, Илальд, родоначальник новой
ветви Дударовых, поселился на Тереке за 70 лет
до путешествия Ю. Клапрота, т.е. в первой трети
XVIII в. Илальд заложил селение Чми, которое
затем перешло к его младшему сыну Ахмеду. Два
других сына Илальда — Темир-Султан и Багир —
100
отделились и основали свои аулы. "Первый на-
зван Балташ, а другой — Даллагкау или Нижнее
селение. Эти селения сохранились за их потомка-
ми". В бытность Ю. Клапрота в Северной Осетии
аул Чми принадлежал сыну Ахмета Дуд ару ко,
Даллагкау — Максиму (в начале XIX в. это селе-
ние более известно под названием Максимкино),
а Балта — Девлет-Мирзе.
Вторая версия — о достаточно позднем появле-
нии Дударовых в Тагаурии — вызывает опреде-
ленные сомнения. Так, в числе подписавших в
1733 г. письмо владельцев Тагаурии Вахтангу VI
значатся двое Дударовых — Сое и Делберт. Труд-
но представить, что едва появившись в Тагаурии,
Дударовы тут же заняли ведущее положение в об-
ществе. Да и сами Дударовы в документах, подан-
ных в Комиссию для разбора личных и поземель-
ных прав горцев Кубанской и Терской областей,
указывали на давность своего появления в Дарь-
яльском ущелье. Как выяснили чиновники комис-
сии, названная фамилия ведет свое происхожде-
ние "от некоего Дудара... перешел на жительство
к Тагаурам назад тому лет 300, первоначально он
занял Ларскую землю, никому не принадлежа-
щую (курсив мой — Ф.Г.)".
В позднем средневековье Дударовы считались
самой крупной фамилией среди тагаурских фео-
далов. Им принадлежало все пространство от
Балты до Чми. Этими землями они владели "в то
время, когда Грузия еще не была присоединена
под скипетр России". Владения Дударовых еще
более возросли в первой трети XIX в. — 11 аулов
составляли их собственность. Несколько сот зави-
симых крестьян проживало на их земле. Только в
101
деревне Иналово, принадлежавшей наследникам
Инала Дударова, в середине XIX в. проживало 67
дворов фарсаглагов. Для сравнения приведем ста-
тистические сведения, почерпнутые из рапорта
Ивелича графу Гудовичу от 28 ноября 1806 г. о
количестве зависимых крестьян у других ал даров.
У всей фамилии Шанаевых подданных насчиты-
валось 140 дворов, у Кануковых — 90 дворов, у
Тугановых — 80 дворов, Кундуховых — 60 дворов.
Фамилия Дударовых пользовалась большим
влиянием за пределами общества. В 1771 г. один
из Дударовых "князь Ахмет доставил грузинско-
му царю Ираклию несколько сот взятых на служ-
бу осетин". В начале XIX в. Д. Буцковский пи-
сал, что "состояние терских (Дударовых — Ф.Г.)
гораздо превосходнее кобанцев, поелико имеют
случай продавать за весьма высокие цены всякие
съестные избытки, подряжаясь также к перевозке
через занимаемый ими участок... транспортов".
По свидетельству очевидцев, Дударовы во второй
половине XVIII в. с проезжающих в Грузию и из
Грузии торговцев получали пошлину большую,
чем другие алдары: сначала купцы платили всем
уазданлагам, принимающим участие в эксплуата-
ции Военно-Грузинской дороги, а затем отдельно
Дударовым. А. Андреев считал Дударовых "пол-
ными господами движения, шедшего вдоль Тере-
ка... В силу этого никто не мог пройти без их ве-
дома, и каждый платил за право прохода все, что
они требовали". Ежегодно доход с пошлин, по за-
явлению Дударовых, "простирался до 30 тыс.
руб. серебром".
В начале XIX в. по договору с царскими влас-
тями на Кавказе доходы от эксплуатации Военно-
102
Грузинской дороги делились между алдарами по-
ровну. Дударовы не мирились с таким положени-
ем и предпринимали попытки захватить сбор по-
шлин в свои руки. Так, в начале 1809 г. на доро-
ге начались беспорядки. Причиной выступления
феодалов был захват Дударовыми сбора пошлин
с купцов. Алдары в жалобе графу Ивеличу требо-
вали восстановить их права на эксплуатацию
кратчайшего пути из России в Закавказье. В слу-
чае удовлетворения требования они обещали пре-
кратить беспорядки. Власти поспешили вмешать-
ся в дело и конфликт был исчерпан.
Алдары не гнушались и откровенным разбоем
на дорогах. Набегами "прославился" Дев лет-
Мирза Дударов. Один из путешественников в
1815 г. получил приглашение посетить его замок,
"отдаленный от Балтийского редута не более как
на 80 сажен". Его свидетельство небезынтересно
для историков и этнографов, поэтому приведем
его полностью.
"Мы перешли небольшое четырехугольное ук-
репление, обнесенное невысокими, но довольно
толстыми стенами, складенными на извести, с
круглыми башнями по бокам. Среди сего укреп-
ления находится маленький дом, в два этажа, с
тесовой крышей и балконом во всю длину перед-
него фаса. Верхний этаж о двух комнатах убран
низкими диванами, накрытыми изрядными ков-
рами. Это замок и чертоги Девлет-Мирзы. Стро-
ения эти действительно в Кавказских горах до-
стойны этих названий, ибо, как и уверял меня
барон, путешественник в оных не встречает дру-
гих жилищ, кроме бедных и неопрятных хижин и
шалашей.
103
Девлет-Мирза принял нас весьма ласково, пот-
чевал дурным чаем и довольно хорошим и здоро-
вым пивом, которое осетины весьма искусно при-
готовляют из ячменного солоду. Он упросил нас
остаться у него поужинать. Ужин состоял из не-
скольких вареных куриц, яиц, кислого молока,
весьма вкусной баранины, приготовленной с жид-
костью вроде соуса, и также жаренной на верте-
ле. В продолжении ужина мы пили пиво".
Как мы отметили выше, Девлет-Мирза Дуда-
ров на рубеже ХУШ-Х1Х вв. был весьма извест-
ной личностью. Он "имел обыкновение" грабить
караваны на Военно-Грузинской дороге и "делить
награбленное с комендантом Владикавказа гра-
фом Ивеличем", за что последний "смотрел
сквозь пальцы" на его "шалости". В то же время
комендант не оставлял без внимания аналогичные
действия других тагаурских владельцев. Напри-
мер, в 1806 г. Ивелич в рапорте вышестоящим ин-
станциям писал, что Мирзабек Есенов "делал и
делает воровством своим и с подданными своими
часто на дороге нарушения".
Даже по прошествии многих лет "слава" Дев-
лет-Мирзы не поблекла. Интересно свидетельство
путешественника Гамбы: "Селение Балта принад-
лежит одному из князей дома Дондаровых (Дуда-
ровых — Ф.Г.). Их отец был знаменит среди гор-
цев своими разбойничьими набегами и жестокос-
тью".
В 1869 г. в статье "Тагаурское общество и экс-
педиция генерал-майора князя Абхазова в 1830
году" М. Баев со слов старожилов Балты описал
такой случай. Во время уборки хлеба "на кресть-
ян напали чеченцы и увезли множество женщин и
104
детей, которые, впрочем, были впоследствии воз-
вращены Девлет-Мирзою Дударовым, человеком,
пользовавшимся в то время громадным влиянием
и уважением у племен, живших в районе Влади-
кавказского укрепления — чеченцев, ингушей
(галгаевцев), кабардинцев и осетин Северного
Кавказа".
Еще до присоединения Осетии к России Дуда-
ровы пользовались расположением самых влия-
тельных особ империи. Так, 10 февраля 1771 г.
императрица Екатерина II дала "старшине дерев-
ни Чми Баграту Дударову охранную грамоту", со-
гласно которой он, его родственники и подвласт-
ные могли совершать поездки в Россию и обратно
"без всякого задержания, и никаких обид и нало-
гов...". Охранную грамоту от Павла Потемкина в
1783 г. получил Петр Дударов.
Делом чести Дударовых была служба в россий-
ской армии. В 1782 г. на военную службу посту-
пили братья Дударовы. Интересно, что они при-
няли православную веру, а их крестным отцом
был генерал Павел Сергеевич Потемкин. В 1811 г.
в кавказском эскадроне Дворянского полка слу-
жили Магомет и Крым-Султан Дударовы. В 1815 г.
Инал получил "от Российского правительства зо-
лотую медаль на Георгиевской ленте за оказанную
им храбрость". Тогда же поручиком был один из
самых влиятельных осетинских феодалов — Дев-
лет-Мирза Дударов, получавший "в год от казны
300 рублей серебром пенсиона".
В мае 1828 г., в период русско-турецкой вой-
ны, около 50 осетин подали прошения с просьбой
разрешить им служить в рядах российской армии.
В частности, Тасолтан Дударов прибыл в Тифлис
105
с одной лишь целью — обратиться к командиру
Кавказского корпуса с просьбой "о позволении
ему участвовать в войне с турками". В действую-
щую армию отправились 9 алдаров: Темурко Ду-
даров, Дуда Мамсуров, Вари Тлатов, Азо Шана-
ев и др. Впоследствии Султан Дударов за участие
во взятии Карса получил орден Святой Анны III
степени.
В блистательной плеяде замечательных пред-
ставителей фамилии Дударовых особое место зани-
мает, как подчеркивает Г.Т. Дзагурова, Крымсул-
тан. Родился он в 1825 г., был отдан на воспитание
во второй кадетский корпус. Детство и юность
Крымсултан провел в престижных военных учеб-
ных заведениях. Успешно закончив кадетский
корпус, он в мае 1841 г. произведен в корнеты и
в возрасте 16 лет прикомандирован к Волжскому
казачьему полку. Дальнейшая военная служба
проходила в сложной обстановке Кавказской вой-
ны. 1 июня 1846 г. Крымсултан произведен в по-
ручики. Его смелость, находчивость и бесстрашие
неоднократно отмечались кавказским командова-
нием, военным министром и лично императором.
В 1850 г. он награжден орденом Святой Анны III
степени, в следующем году произведен в штаб-
ротмистры, а в 1852 г. переведен в число офице-
ров штаба Отдельного Кавказского корпуса. В за-
дачу последних входила разработка операций на
фронте. В 1853 г. К. Дударов переведен во Вла-
дикавказский военный округ, а уже в мае того же
года назначен начальником всех постов на Воен-
но-Грузинской дороге. За отличное несение служ-
бы в сентябре 1854 г. он произведен в ротмистры,
а в мае 1857 г. — в майоры и награжден орденом
106
Святого Станислава II степени. В последующие
годы Крымсултан возглавлял военные кордоны, а
затем был назначен депутатом в Окружной народ-
ный суд Осетинского округа.
Не менее важной представляется деятельность
К. Дударова в сугубо гражданских делах: усили-
ях по проведению земельной и крестьянской ре-
форм в родном крае. На личном примере он по-
казывал, как в условиях новых аграрных отноше-
ний можно успешно развивать сельское хозяйство
на капиталистической основе. Людей новой фор-
мации в Осетии было немало. На эту часть насе-
ления Владикавказского округа обратил внимание
начальник Терской области, который в 1864 г. не
без удовольствия доносил высшему начальству:
"В Осетии объявились такие люди, которые осо-
знали, что развитие благосостояния основано на
усилении производительности главного источника
богатства — земли. Таких людей надо отмечать,
поддерживать, поощрять". К таким людям отно-
сился и Крымсултан Дударов. Еще в 1860 г. он с
гордостью писал начальнику области: "Я предпо-
читаю вести хозяйство по-капиталистически...
подвергаю осмеянию тех наших твердолобых ал-
даров, которые остаются верными своей праздной
лености... Для себя же считаю непростительным,
если какой-либо участок земли, хоть самый кро-
хотный, мне принадлежащий, остается без упо-
требления с пользою для себя".
Пример К. Дударова подхватили многие его
соплеменники-офицеры, среди них — отец Кос-
та — Леван Хетагуров, Гацыр Шанаев и др. И это
не считая тех, кто еще в 1862 г. изъявил желание
на землях, расположенных между Архонской и
107
Ардонской станицами, вести хозяйство "на новой
капиталистической основе".
Еще один представитель военной когорты Ду-
даровых, — генерал-майор Магомет (1823 — 1893)
родился в многодетной семье Инала, одного из
немногих Дударовых, в начале XIX в. не пересе-
лившихся на равнину и оставшихся у родного
очага. Еще в детские годы Магомет выделялся
среди 14 (!) сыновей Инала своей незаурядностью
и разносторонними способностями. Тогда же про-
явилась его склонность к воинской службе, что и
определило его жизненный путь — образование он
получил в Константиновском военном училище. В
18 лет за отличие по службе его произвели в кор-
неты и прикомандировали к Горскому казачьему
полку.
В первые годы службы М. Дударов подружил-
ся с братом великого русского художника Вере-
щагина Александром. Позднее Александр вспоми-
нал: "Осетин Дударов — мой большой друг. Он
был славный товарищ. Подвижный, энергичный
человек, чрезвычайно веселого характера. Дуда-
ров мой был молодчина видом и всегда отлично
одевался. Кинжал, шапка, портупея, ремень при
кинжале, все это у него было в серебре, самой
тонкой чеканной работы и вызолочено через
огонь. Я любил смотреть, как одевался Дударов и
как сидят на нем бешмет или черкеска". В аттес-
тационной характеристике отмечены другие каче-
ства Магомета: "Храбрости блистательной, пове-
дения и бескорыстия примерного". За первые го-
ды службы М. Дударов получил немало наград и
новых чинов. В 1850 г. его переводят в Петербург
в штаб главного начальника военных учебных за-
108
ведений, в подчинении которого находились все
военные академии, училища, кадетские корпуса и
офицерские школы. Здесь Магомет вновь про-
явил себя с лучшей стороны и в 1856 г. "высочай-
шим приказом" был произведен в полковники. В
1861 г. Дударов стал командиром Терского конно-
иррегулярного полка. В 1871 г. произведен в ге-
нерал-майоры.
Жизнь в мирных условиях после выхода в от-
ставку выявила другие особенности натуры М.
Дударова: он любил жизнь, ценил друзей, весе-
лые застолья с музыкой и танцами. Щедрый и
сердечный, он получал истинное удовольствие,
одаривая людей. Так, подарив слепому музыкан-
ту, блестящему знатоку осетинского фольклора
Бибо Дзугутову великолепного скакуна, Магомет
значительно облегчил жизнь Бибо.
Интересны впечатления одного из друзей М. Ду-
дарова, побывавшего у него в гостях. "Аул Дже-
рах... смотрю, еще выше над аулом, так, пожалуй,
с полверсты, на небольшой площадке виднелся
хорошенький домик с зеленой крышей, выстроен-
ный в европейском вкусе. Издалека он казался
белым гнездышком. Я знаю — это домик отстав-
ного генерала Дударова... Кругом домика виднел-
ся красивый зеленый лужок, в противополож-
ность общей неприветливой скалистой почве лу-
жок этот приятно веселил взор". В самом доме в
первой комнате, довольно обширной, гостей
встретили молодые люди, "кто в черкесках, кто в
бешметах, на поясах у всех висели кинжалы в
черных ножнах, отделанных серебром". Следую-
щая комната имела вид зала; полы крашеные. Ме-
бели никакой. Пока гостей угощали кофе, комната
109
наполнилась молодыми людьми. "Появились мо-
лоденькие, хорошенькие осетинки в разноцветных
платьях с узкими длинными рукавами, гораздо
длиннее рук. Девушки все брюнетки, все худень-
кие, с быстрыми глазами, черными как уголь...
Сзади нас и по бокам толпится молодежь — осе-
тины. Видимо, что-то готовится. В зале стихает.
Хозяин что-то говорит тихо и кивает головой на
одну из девушек. Та моментально выступает впе-
ред. Старик говорит еще что-то, и вперед выбега-
ет молодой осетин, красавец-брюнет, и оба точно
в запуски принимаются танцевать лезгинку". Па-
ры сменяли одна другую; танцы продолжались
часа полтора. Затем "на круглом столике подают
превосходный шашлык и мы запиваем его знаме-
нитым пивом".
Как видно, уйдя в отставку, прославленный
генерал поселился в местах, напоминавших ему
детство. Похоронен Магомет Иналович в ауле
Чми.
Прославленными воинами из этой фамилии
были артиллерист генерал Темирбулат Дударов,
полковник Горско-Моздокского казачьего полка
Терского казачьего войска Инал Дударов, коман-
дир сотни Осетинского дивизиона Агубекир Дуда-
ров, отличившийся на войне Дунайской. Г. Баев в
статье "Осетинский дивизион" описал славные
подвиги Кавказской казачьей бригады и Терского
эскадрона конвоя Его Величества. Так, в битве
под Ловчей отличилась 1-я сотня Осетинского ди-
визиона. Ее всадники сначала обратили в бегство
отряд турок в 300 сабель, а затем разгромили еще
один турецкий отряд в 150 сабель. "Душою этого
осетинского дела была всегдашняя их отвага, но
110
запевалами этой увлекательной отваги были со-
тенные командиры Дударов и Зембатов".
Отметим также Кургако Иналовича Дударова.
Окончив Ставропольскую гимназию и Елизавет-
градское кавалерийское юнкерское училище,
службу начал в Осетинском конном дивизионе.
Прекрасно учился, метко стрелял, еще в училище
удостоился первого приза и записи на мраморную
доску за отличную езду верхом. Не уступал ему
Темирбулат Дударов (род. 23 сентября 1843 г.);
военное образование получил в кадетском корпу-
се. Среди его наград — ордена Святого Владими-
ра IV степени, Святой Анны II и III степеней,
Святого Станислава II и III степеней.
В списке офицеров-осетин в русской армии
(1850-1917 гг.) значатся 22 представителя Дуда-
ровых, из коих — 4 генерала. Они принесли сла-
ву своей фамилии, а значит, и Осетии в целом.
НАР
Основание высокогорного аула Нар устная тра-
диция связывает с легендарным Хетагом. Относи-
тельно происхождения названия аула высказыва-
лись различные гипотезы. В.И. Абаев связывал
его происхождение с фольклорными "нартами",
причем и то и другое название выводилось от
монг. пара "солнце". А.Дз. Цагаева в топониме
усматривала название древнего племени мардов;
Б.А. Калоев присоединился к точке зрения
В.И. Абаева; Л.И. Лавров обратил внимание на
араб, нар со значением "огонь", "пожар". К.Г. Джу-
соева и В.Х. Тменов специально анализировали
111
данные об этом топониме. Согласно их анализу,
только в Северной Осетии известно более 30 то-
понимов с элементом нар. Аналогичные топонимы
встречаются в Южной Осетии и в горных райо-
нах Грузии, заселенных осетинами. Вслед за
А.Дз. Цагаевой они высказали недоумение: поче-
му объекты, в названии которых встречается эле-
мент нар, в большинстве своем расположены не
на солнечной стороне. Со своей стороны, К.Г.
Джусоева и В.Х. Тменов полагают, что элемент
нар осетинских топонимов непосредственно свя-
зан со словом нараг "узкий" и является его усе-
ченной формой. В современном осетинском языке
слово нар—пара—паре сохраняет свое древнее
лексическое значение оглобля, межа, граница.
Сохранились и другие лексические значения:
узость, теснина, тонкий, мелкий. В этой связи
авторы напоминают, что Нар в Туалгоме располо-
жен на узкой длинной скальной гряде, омываемой
(ограниченной, стесненной) с двух сторон реками
Лиадон и Закадон.
Нар считался центром одноименного общества,
в которое входили и жители Зругского ущелья —
Козаевы, Тавгаевы, Хозиевы и Бираговы, жив-
шие в своих фамильных селениях. По преданиям,
все эти фамилии считаются выходцами из Алагир-
ского ущелья и появились здесь не ранее XVI в.
В это время возник и Нар. Позднее потомки Хе-
тага расселились по всей Нарской котловине и
ущельям Гуркутиком и Джинатком. Коста Хетагу-
ров в этнографическом очерке "Особа" писал по
этому поводу: "Каждая семья, захватив извест-
ный район, селилась особняком и затем, разветв-
ляясь по мере своего разрастания, за недостатком
112
места в родовом поселении строила в возможной
к нему близости новый отселок". Нар оставался
центром всего общества. "Это селение, — отмечал
Коста, — с окружающими его родственными от-
селками многие столетия служило законодатель-
ным центром и охраной народных традиций не
только для Нарской котловины, но и для многих
примыкающих к ней южных и северных ущелий".
В Нарской котловине проживали не только по-
томки Хетага. Например, к т.н. "нарским селам"
относятся 8 населенных пунктов, в их числе С л ас,
Поты фаз и др. В Сласе проживали Гагиевы и
Цуциевы. Первый аул расположен на живопис-
ном крутом горном отроге, возвышающемся над
левым берегом р. Зрукдон, недалеко от ее впаде-
ния в р. Нар дон. С площадки, занимаемой селом,
обозревается вся Наро-Зарамагская котловина.
Нар, безусловно, контролировал подступы и вход
в ущелье. В Сласе сохранились сильно руиниро-
ванные ганахи Гагиевых и Цуциевых, а также
башня Гагиевых. Последняя расположена на севе-
ро-восточной оконечности скального мыса, обра-
зованного слиянием рек Зругдон и Нардон, сло-
жена из отесанных сланцевых плит и валунов на
известковом растворе, с примесью мелкого щебня.
Сохранившаяся высота башни равна 13,65 м, дли-
на и ширина — 5,55 м. Ниже Сласа по мосту че-
рез Зругдон можно перейти в местность под на-
званием Поты фоез\ здесь жили Цуциевы. Рядом,
на левом берегу реки, расположена церковь, во
дворе которой — несколько могильных плит. По-
хороненные здесь относились к самым уважае-
мым людям нарских сел. Ф. Хозиев в своей кни-
ге "Угелладжыры комыл — Туалтэем" выделил
113
"удивительно красивый памятник с надписью:
"Под сим камнем покоится прах жителя селения
Слас Цопана Алегиклевича Гагиева, скончавшего-
ся 10-го сентября 1887 года на 57 г. жизни".
Говоря о расселении потомков Хетага, нельзя
не упомянуть о грузинской ветви Хетаговых, про-
живавших в селении Гергети на Военно-Грузин-
ской дороге. В 1965 г. Б.А. Калоев записал в этом
древнем селе предание, которое гласит, что пре-
док местных Хетагури — выходец из Нарской кот-
ловины. В составе осетинского отряда, помогав-
шего царю Грузии в отражении внешней агрессии,
он сразился в единоборстве с турецким богаты-
рем, предопределив победу над турками. На во-
прос грузинского царя, что он желает получить от
его милости, тот ответил, что хотел бы поселить-
ся на дороге из Осетии в Грузию, дабы жители
окрестных аулов в определенный день ежегодно
приходили к Хетагури и приветствовали их в
честь этой победы. Царь согласился, и эта цере-
мония, говорят, проходила до 1938 г.
Во второй половине XVIII в. в Нарском обще-
стве насчитывалось 175 дворов, а в 1884 г. — уже
305 с населением в 1951 душ обоего пола.
Архивные источники дают нам довольно разно-
стороннюю информацию о населении котловины.
В частности, материалы Архива внешней полити-
ки России свидетельствуют о большой тяге потом-
ков Хетага к знаниям. В конце XVIII в. в Моздо-
ке при "Осетинской духовной комиссии" открыта
школа; ее наиболее одаренные ученики после за-
вершения курса продолжали образование в Аст-
раханской духовной семинарии. "В 1784 году в
названной семинарии, — писал А. Гатуев в своей
114
работе "Христианство в Осетии", — было 9 чело-
век из осетин... один из них Хетагуров был впос-
ледствии священником в Наре".
В письме от 4 октября 1766 г. в Коллегию ино-
странных дел комендант Кизляра генерал-майор
Н. Потапов сообщал: "Привезенных игуменом
Григорием в Моздок осетинских старшинских де-
тей четырех человек посланным от меня ордером
определено в школу принять и содержать во вся-
ком и лутчем довольствии, дабы тем возбудить и
в протчих желание на отдачу своих детей". О тя-
ге к знаниям нарцев свидетельствует и такой
факт: во время похода русских войск в горные
районы Осетии в 1830 г. нарцы просили "коман-
дира русского отряда построить им в Наре школу
и принимать их детей в кадетские корпуса".
Немало нарцев получили в дальнейшем образо-
вание в различных учебных заведениях России.
Выходцы из Нара становились офицерами, врача-
ми, учителями. Отсюда был родом и великий про-
светитель, поэт и художник Коста Леванович Хе-
тагуров. О нем, его творчестве и общественной
деятельности написано немало. Мы вкратце оста-
новимся на отдельных звеньях его родословной.
РОДОСЛОВНАЯ КОСТА
Хорошо известно, что Коста Хетагуров был не
только великим поэтом, прозаиком и художником,
но также и прекрасным историком. Для исследо-
вателей прошлого осетин значительный интерес
представляют поэмы "Фатима", "Перед судом",
"Плачущая скала", в которых детально переданы
115
особенности бытия горцев. Высокую оценку со-
временных историков и этнографов (3. Ванеева,
Ю. Гаглойти, В. Кузнецова, Б. Калоева и др.) по-
лучил блестящий историко-этнографический
очерк "Особа", посвященный истории Наро-Ма-
мисонской котловины. По мнению 3. Ванеева,
данный очерк "имеет выдающееся значение".
Академик Н. Джусойты справедливо отмечает:
"Ни один серьезный исследователь этнографии
Осетии не может пройти мимо этого очерка, вы-
дающегося в этнографической литературе об Осе-
тии полнотой и достоверностью сведений, вернос-
тью их истолкования".
Работая над поэмой "Хетаг", поэт вновь про-
явил себя как ищущий историк, скрупулезно со-
бирая и проверяя каждый сюжет из генеалогии
своего рода. Интересно, что он уже тогда выдви-
нул гипотезу, согласно которой легендарный Хе-
таг происходил из военной аристократии прику-
банских алан: "Хетаг и его отец князь Инал про-
исходили из алан и жили на р. Большой Зелен-
чук". В наши дни эта идея получила развитие и
обоснование в исследованиях В. Уарзиати.
Рассказать о всех потомках Хетага в неболь-
шой заметке невозможно; поэтому мы ограничим-
ся рассказом о Гоци и его наследниках.
В родословной Хетаговых (именно так на рус-
ский переводится осетинское Хетсегкатое, образ-
но говоря — "наследники Хетага"; современная
форма — Хетагуровы — образована из грузинского
Хетаг+ури> буквально "из рода Хетага") Гоци —
представитель пятого колена князя Инала — зани-
мает особое место. По преданию, Гоци с дружи-
ной выступил на помощь грузинскому царю, в
116
единоборстве сразил персидского богатыря, за что
в награду от монарха Грузии получил грамоту и
серебряную чашу с надписью. Согласно родослов-
ной таблице, эти события должны относиться к
концу XVII в. В тот период Грузия постоянно
страдала от набегов персидских шахов; скрываясь
от них, грузинские цари и мтавары неоднократно
находили в Туалгоме приют и защиту. Здесь же
они часто получали необходимую военную по-
мощь. По свидетельству капуцинского монаха Дио-
ниджо Карло, прибывшего в Тифлис в 1681 г.,
Георгий XI "своего единственного сына женил на
дочери осетинского мтавара. Осетины — гордый
народ... Благодаря этой женитьбе Георгий в нуж-
ное время найдет там убежище и окажет сопро-
тивление персам". Все это косвенно подтверждает
правоту устной традиции о кубке, подаренном
грузинским царем Гоци. Интересно в этой связи,
что Елизбар (дед Коста) как-то "показал сыну Ле-
уану серебряную чашу и шашку с серебряными
узорами" и рассказал, как его "прадед Гоци (сын
Мами)... сразился в единоборстве с персидским
великаном и победил его вот этой шашкой. И тог-
да царь Грузии пожаловал Гоци вот эту чашу".
В некоторых вариантах родословной Гоци по-
лучает кубок от царя Ираклия. Он утвердился на
престоле в Картли в 1688 г., что подтверждает на-
шу версию о времени жизни Гоци в конце XVII в.
У Гоци было три сына: Дзида, Отар и Зас. Все
трое — прославленные воины. Дзида еще в 10-лет-
нем возрасте вместе с Гоци участвовал в походе
против шаха. Впоследствии он, как и отец, про-
славился своими подвигами. В 20-х годах XVIII в.
царь Кахетии Константин продлил действие
117
"дарственной книги" Зидахана Хетагурова, вы-
данной ему еще отцом Константина "за службу".
В XIX в. Хетагуровы хранили грамоту картлий-
ского царя Арчила, пожалованную в знак "мило-
сти нарскому дворянину Хетагури-Зидахани (Зи-
ди) и потомкам дома его".
Известным полководцем был и младший сын Го-
ци — Отар. Наследники Отара разделились на две
ветви. Одна осталась в Осетии, положив начало
фамилии Отаровых. Представители другой осели в
Грузии, где в Горийском уезде стали мтаварами
Отарашвили. Последний князь Отарашвили погиб
в годы революции. Внуки и правнуки Гоци — Ам-
ран, Аса и Махамат — также прославились как от-
важные воины. Царь Картли Александр пожаловал
грамоту "нарскому дворянину" Аса сыну Амрана, в
которой, кроме прочего, значилось: "отцы и деды
ваши служили отцам и дедам нашим с такой отва-
гой, что дом наш и по сей день находится вне вся-
кой опасности". Им же дана грамота "царскому
князю Махамату Зидаханову в том, что отец и де-
ды ваши служили отцам и дедам нашим самопо-
жертвованием, отчего наш дом всегда невредим".
Повышенный интерес ученых вызывает еще
один выходец из Нара — участник первого осе-
тинского посольства в Петербург (1749-1752 гг.).
В российских документах той поры (в частности,
в свидетельстве архимандрита Пахомия) он на-
зван Елисеем Лукичом Хетаговым. Однако тако-
вого в родословной потомков Хетага нет. Боль-
шой знаток своей родословной Андукапар Хета-
гуров в письме от 24 мая 1931 г. известному ис-
торику Георгию Кокиеву отмечал: "Относительно
Елисея Лукича Хетагова я в большом недоуме-
118
нии: в составленной мной генеалогии Хетагуро-
вых такого имени нет. Думаю, что Пахомий осе-
тинские имена заменил именами, данными при
крещении. Из всей фамилии наиболее подходя-
щими Елисею Лукичу считаю Елизбара и Хамата.
Они в свое время были в горах выдающимися
людьми. Особенно это можно сказать о Хамате,
который, как когда-то передавал мне поэт Коста,
оказал во главе с нарцами большие услуги гру-
зинскому царю и последний предложил ему кня-
жеское звание. Хамат гордо ответил, что потомок
князя Инала не нуждается в подобной милости. К
сожалению, в горах наших среди Хетагуровых не
осталось таких стариков, которые бы могли вы-
явить лицо, бывшее членом посольства".
Предположение Андукапара имеет свои за и
против. Елисей Лукич Хетагов действительно в
источниках предстает как широко известный че-
ловек. Юношеские годы он провел в Грузии, при
царском дворе, где был крещен и получил духов-
ное образование. Возвратившись на родину, он
вскоре стал одним из влиятельнейших людей.
Елисей Хетагов пользовался поддержкой кабар-
динских князей и уорков, социальных верхов
Осетии; союз с баделятами он скрепил женитьбой
на девушке из могущественной фамилии Кубати-
евых. В этих же источниках Хетагов фигурирует
как талантливый военачальник. На заседании Се-
ната в Санкт-Петербурге архимандрит Пахомий
отмечал, что "во время военное все осетины име-
ют его за главного полководца и тогда повелени-
ям его все повинуются".
Кто же все-таки скрывается под именем Елисея
Лукича? Князь Махамат (Хамат)? Или не менее
119
известный его родной старший брат Аса, просла-
вившийся "умом, выдающейся рассудительностью
и подвигами"? Оба получили почти идентичного
содержания грамоты от грузинского царя Алек-
сандра. И Аса, и Махамат могли воспитываться
при грузинском царском доме, ибо Александр
вместе с отцом царем Арчилом в конце XVII в. не-
однократно находил приют в Заки, Наре. Одно
представляется вполне вероятным: либо Аса, ли-
бо Махамат являются Елисеем Лукичом Хетаго-
вым русских источников.
Мы привели лишь малую толику исторических
сюжетов родословной Коста. Ее источниковедчес-
кая значимость гораздо шире, но это тема отдель-
ного исследования.
НОГКАУ
В первом выпуске книги "Века и люди" (Вла-
дикавказ, 2001) мы уже рассказывали о селении
Ногкау, расположенном в Алагирском районе на
равнине. Теперь мы вкратце остановимся на исто-
рии Ногкау горного, расположенного рядом с
Мизуром. Насколько нам известно, в документах
оно впервые упоминается в "Описи осетинских
сел с указанием количества дворов и числа лиц,
принявших в Осетинской комиссии христианст-
во". В "Описи", составленной 18 июля 1780 г., в
"Захимском уезде" указано село "Новайкау", в
коем было 6 дворов. Почему это село попало в
"Опись" — непонятно, т.к. в нем на тот момент не
было ни одного крещеного жителя. Интересно,
что в другом списке в 1786 г. отмечено два села:
120
"Верхний и Нижний Новакау"; в первом — 20, а
во втором — 36 дворов.
Среди жителей Ногкау были и Томаевы, хотя
их родиной считается Кора в Куртатинском уще-
лье. Анализ собранного во время полевых экспе-
диций этнографического материала привел Б.А.
Калоева к выводу о некоторых особенностях То-
маевых, живших в Закинском ущелье, отличав-
ших их от других членов фамилии. Жившие ком-
пактно в Ногкау Томаевы здесь были известны по
прозвищу Мыкъатсе, не поддающемуся ни рас-
шифровке, ни определению времени его проис-
хождения. До сих пор закинские Томаевы иногда
называются этим прозвищем. Б.А. Калоев пола-
гал, что в Заки, а также в села Верхний и Ни-
жний Рук Томаевы попали из Южной Осетии; од-
нако, вполне могло быть и наоборот — Томаевы из
Кора сначала освоили верховья Ардона, и лишь
затем перебрались в Южную Осетию.
Возвращаясь к Ногкау, отметим обилие и раз-
нообразие архитектурных комплексов в этом ау-
ле. Это и галуан Басиевых, и гогнах Калоевых, и
мсесыг Таболовых; выявлено еще несколько ба-
шен, из которых по меньшей мере две принадле-
жали Томаевым. Одна из них — пятиярусная, рас-
положена в западной части села на невысоком
холме; четырехугольная в плане (5,0x5,4 м). Сло-
жена насухо из разноразмерных грубо обработан-
ных камней, внутри (на уровне 2-го яруса) обма-
зана глиной. Башня окружена руинами жилых и
хозяйственных построек.
Вторая башня находилась на возвышенности в
центре села; также в плане четырехугольная
121
(4,8x4,8), сохранилась на высоту четырех ярусов.
Также сложена насухо, но из сланцевых плит.
Из жителей Ногкау мы в самом общем виде ос-
тановимся на некоторых деталях истории двух
фамилий — Томаевых и Таболовых.
ТОМАЕВЫ
Родиной Томаевых этнографы считают высоко-
горный аул Кора в Куртатинском ущелье. В 1781 г.
в Осетии побывал капитан российской армии
Штедер. В его "Дневнике" содержится небольшой
рассказ о Кора. На берегу Фиагдона капитан "об-
наружил различные богатые куски руды... Ни од-
на местность не показалась мне такой богатой ми-
нералами, как эта, и я нашел здесь топазы и гор-
ный хрусталь, которые лежат кругом реки с боль-
шим количеством кварца". Высоко в горах, на
крутом холме, "находящемся посредине долины,
лежат старые каменные жилища, обнесенные сте-
нами и башнями, в большинстве развалившимися
и плохо содержащимися". В 4-х верстах к западу
"на возвышенности лежит другое селение", где
Штедер и его спутники "переночевали у старши-
ны Томайта, богатого человека. Это местечко обо-
собленно... и имеет на обнаженных, лежащих
кругом горах хорошие пастбища и стада". Уже
отсюда ветви Томаевых расселились во многие на-
селенные пункты Северной и Южной Осетии.
В фонде "Кизлярского коменданта" Централь-
ного архива Дагестана нам удалось обнаружить
ряд документов, связанных с ранней историей То-
122
маевых. В частности, в "Ведомости крещенных в
Моздоке осетин" за 1766 г. под 17 февраля зна-
чится: "из урочища Хилак старшина Лол и Томаев,
а во крещении Леонтий Михайлов, жена его
Копола, а во крещении Настасья Кондратьева,
при них дети: 1) сын Тотраз, а во крещении Петр,
2) Джанбулат, а во крещении Давид, 3) дочь Ки-
теса, а по крещении Ирина". Интересно, что в этой
же "Ведомости" в записи от 13 июня 1769 г. от-
мечен один из жителей Кора — "Густа Абаев, а по
крещении Гавриил Матвеев, жена его Мелиса, а
по крещении Марена Николаева; мать его вдова
Асу, а по крещении Аниса Васильева; племянник
его Чумкел Абаев, а во крещении Иван Васильев".
В другом документе — "Ведомости жителей
Моздока, поселившихся в 1765 и 1766 годах" — в
записи от 17 февраля 1766 г. указано: "Из Осе-
тии урочища Хилак старшина Лол и Томаев, а по
крещении Леонтий Михайлов, жена его Копола, а
по крещении Настасья Кондратьева. Дети: пер-
вый — сын Тотраз, а во крещении Петр, второй —
Джанбулат, а во крещении Давид, дочь Китеса, а
во крещении Ирина. Брат его Джаба Томаев, а во
крещении Варфоломей".
В "Ведомости выдачи ржаной муки осетинам и
кабардинцам, проживавшим в Моздоке" от 8 де-
кабря 1765 г. значится упомянутый выше житель
Кора, после крещения ставший Иваном Василье-
вым, коему было выдано "три четверти хлеба". В
документе от 20 января 1766 г. сохранилась за-
пись о выдаче четырех четвертей хлеба "из урочи-
ща Хилак старшине Леонтию Томаеву"; столько
же провианта было выдано "из оного ж урочища
Хилак осетинцу Варфоломею Томаеву".
123
Особой известностью и популярностью среди
жителей Северной и Южной Осетии пользовался
Махамат Томаев. Ему посвящено несколько песен
и преданий, в которых воспеваются его смелость
и отвага в борьбе с угнетателями. Данное истори-
ческое предание основано на вполне реальном ис-
торическом факте — выступлении крестьян во гла-
ве с офицером русской армии Махаматом Томае-
вым против усилившейся эксплуатации. В мае
1850 года в Джавское ущелье для борьбы с по-
встанцами направили войска из Тифлиса и Север-
ного Кавказа. Справа от входа в Рукский тоннель
есть выступ на трассе перевальной тропы, извест-
ный под названием "Маехгемаеты хаецаен" {место
сражения Махамата). Здесь повстанцы дали по-
следнее сражение и с боями отступили на Север-
ный Кавказ. Восстание было подавлено, а М. То-
маев сослан в Сибирь.
Архивные документы свидетельствуют о том,
что прапорщика Махамата Томаева сослали в Си-
бирь в 1851 г. Интересна формулировка пригово-
ра: "За сделанное против правительства возмуще-
ние, по последующей конфирмации, сослан в Си-
бирь, в город Томск на вечное поселение". Не ме-
нее интересно и то, что отец Коста Хетагурова —
офицер русской армии Леван — от имени жителей
Нарского общества Осетинского округа Терской
области 22 августа 1868 г. написал письмо наме-
стнику Кавказа, командующему Кавказской ар-
мией генералу, великому князю Михаилу. Посла-
ние содержало просьбу о помиловании Махамата.
Письмо это появилось сразу же после посещения
великим князем Нарского ущелья. Леван дипло-
матично отметил, что "общество наше... к поимке
124
названного преступника оказало усердное содей-
ствие, невзирая на родство, связывавшее его с не-
которыми членами нашего общества. Ныне, осно-
вываясь на чувстве человеколюбия и принимая во
внимание (его) долговременное отчуждение от ро-
дины, общество наше повергается к стопам Ваше-
го Императорского Высочества со всепокорней-
шею просьбою... исходатайствовать у Государя
Императора помилование прапорщику Томаеву,
возвратив его на Родину". Далее Леван Хетагуров
отметил, что Нарское общество, "всегда верное
престолу его величества", воспримет помилование
Махамата "как высочайшую награду" за верную
службу осетин государю императору.
Начался поиск судебных бумаг, связанных с
делом М. Томаева. 28 сентября 1868 г. канцеля-
рия начальника Терской области поручила на-
чальнику Осетинского округа провести "подроб-
ный опрос Нарских жителей, где именно был су-
дим прапорщик Томаев", а также выяснить, "по
чьему распоряжению и когда именно... был вы-
слан из края, так как сведений этих по справкам
не оказалось ни в областной канцелярии, ни в
штабе войск Терской области". Результаты проси-
ли "донести генерал-адъютанту Лорис-Меликову".
20 ноября того же года начальник Алагиро-Ма-
мисонского участка сообщил начальнику Осетин-
ского округа: "сосланный прапорщик Томаев су-
дился в тифлисском губернском суде и сослан в
1851 г. в Томск по распоряжению бывшего в то
время тифлисского губернатора, ныне покойного
князя Ивана Михайловича Андроникова. Причем
житель Нарского общества Таймураз Касабиев
присовокупил, что копии со всех этих бумаг по
125
этому делу имеются в настоящее время у жителя
Куртатии прапорщика милиции Мысырби Гутиева".
М. Гутиев, действительно, хранил бумаги по
этому делу и предоставил копию приказа военно-
го министра от 29 декабря 1851 г., в коем сказа-
но, что по решению "главнокомандующего от-
дельным Кавказским корпусом... прапорщик из
осетин Магомет Томаев... за противозаконные по-
ступки лишается чина и ссылается на житие в
Томскую губернию".
Попытки чиновников отыскать следы Махама-
та в Сибири не увенчались успехом. Губернатор
Томской области в письме от 15 июня 1870 г. со-
общал начальнику Терской области: "бывший жи-
тель... селения Роки Магомет Томаев, сосланный
в 1851 г. за противозаконные поступки на житель-
ство в Томскую губернию, с 1855 г. находится в
неизвестной отлучке, как донесло томское окруж-
ное полицейское управление, а потому просимых
сведений о нем не представляется возможным со-
общить".
В связи с последним сюжетом становятся по-
нятными упоминания отдельных вариантов исто-
рических преданий о бегстве Махамата из Сибири.
ТАБОЛОВЫ
Генеалогические исследования нередко затруд-
няются скудностью источниковой базы. Именно
такая ситуация имеет место с происхождением и
ранней историей фамилии Таболовых. Точно не-
известно, во всяком случае автору данных заме-
ток, происхождение фамилии и этимологическое
126
значение фамильного имени Табол. Из близких
по значению или созвучных слов отметим назва-
ние реки, протекающей посередине с. Даргавс —
Тсебылдон. А.Дз Цагаева высказала гипотезу о
возможной связи гидронима с тюркским языком.
При этом предлагалось два варианта объясне-
ния. 1) Табылгьы — "таволга", "степная березка".
Ее тонкие и крепкие прутья использовались для
кнутовищ и шомполов. В горах Осетии произрас-
тает кустарник залгъсед "азалия", прутья которо-
го также идут на кнутовища. Скорее всего, пред-
ки осетин усвоили название таволги из тюркского
языка еще во времена проживания в южнорус-
ских степях. На Кавказе же это название перенес-
ли на другое растение. Таким образом, тюркское
название кустарника стало названием реки, на бе-
регах которой он произрастал. 2) Возможно, хотя
и менее вероятно, связь слова шабыл — с тюрк-
ским шабып "место, где трава съедена скотом".
Личное имя Табол встречено в записанном в
конце XIX в. предании о происхождении курта-
тинских таубиев. Согласно данной версии, еще в
средние века в этом ущелье жил некий князь Хан,
единственный сын которого после смерти отца
женился на княгине Дадиани, от которой у него
родилось три сына: Найфон, Табол и Уаласых.
Однако, насколько нам известно, Таболовы явля-
ются выходцами из Алагирского ущелья и к кур-
татинским таубиям, вроде бы, не имеют никакого
отношения.
Возможно, какую-то информацию можно будет
почерпнуть из родословных фамилий, относящих-
ся к сервадселшсе Таболовых — Галаовых, Тадее-
вых, Цахиловых и Зангиевых.
127
Устная традиция связывает Таболовых с Ми-
зурским обществом. В селениях Верхний и Ни-
жний Мизур проживало много фамилий, в том
числе Таболовы, Галаовы и Зангиевы. По сведе-
ниям Б.А. Калоева, предки современных мизур-
цев поселились здесь не ранее ХУ-ХУ1 вв. Позд-
нее рядом с Верхним Мизуром возникло Новое
село — Ногкау. Его основателями считаются Ка-
лоевы, пришедшие в эти места из селения Цамад.
Вскоре здесь обосновались и другие фамилии,
включая Таболовых. Б.А. Калоев время строи-
тельства семиярусной башни и заппадза (склепа)
Калоевых определял XVII в. Соответственно, к
этому же периоду этнограф относит и время осно-
вания аула. В наши дни сохранилось несколько
руинированных архитектурных комплексов: галу-
ан Басиевых, ганах Калоевых, несколько башен.
Башня Таболовых расположена на левом берегу
р. Ар дон; шестиярусная, четырехугольная в пла-
не (5,30x5,40 м). Башня окружена руинами жи-
лых и хозяйственных построек. Рядом с селом —
склеловый могильник. Внутри села на левом бе-
регу реки находились два святилища; одно из
них, более древнее, посвящено Уастырджи. Вто-
рое, ныне действующее, расположено на скале;
внутренняя часть помещения, в плане четыреху-
гольного, заполнена костями жертвенных живот-
ных. Еще одно святилище расположено на правом
берегу Ардона.
Интересно, что в "Описи осетинских сел", со-
ставленной 18 июля 1780 г., названы два села:
Верхний Ногкау (20 дворов) и Нижний Ногкау
(36 дворов); в отличие от мизурцев, в этих селах
не было ни одного крещеного. Возможно, под
128
Верхним Ногкау имелось в виду селение Ногкау,
расположенное на Захъайы дон недалеко от тун-
неля.
Газета "Кавказ" в 1914 г. поместила интерес-
ную заметку об одном из патриархов Осетии —
137-летнем Бимболате Таболове. Из 83 тысяч жи-
телей Алагирского ущелья был всего один его ро-
весник — Кавдын Дзиов. "Таболов, отмечалось в
заметке,— телосложения еще полного и крепкого,
волосы у него с весьма незначительной проседью,
по внешности ему никто не дает более 50 лет. У
Бимболата зрение очень хорошее, зубы сохрани-
лись все, сам косит сено со своими сыновьями,
внуками и правнуками, пашет землю, таскает из
лесу на спине дрова за 4-6 верст по подъему. За
всю жизнь Таболов болел в молодости только на-
туральной оспой. Пьет очень умерено, с самого
детства ест кукурузный хлеб. Женат второй раз,
имеет 57 душ поколения, но это не мешает ему
быть лучшим ездоком... 137-летний старик Бим-
болат принимает участие не только на скачках, но
и в состязаниях молодежи и верховой езде".
Помимо Мизура и Ногкау Таболовы издавна
жили в ауле Суларта, развалины которого отмече-
ны рядом с Ногкау. Когда было основано это по-
селение, когда и почему жители покинули его, не-
известно. Очевидно, это произошло достаточно
давно. От его жилых и оборонительных строений
по сути ничего не осталось. Показательно, что
В.Х. Тменов, составивший самую полную подбор-
ку средневековых архитектурных памятников
Осетии, о Суларта даже не упоминает. Тем не ме-
нее, время сохранило для нас важное свидетель-
ство того, что здесь когда-то жили Таболовы.
5 Ф. X. Гутнов
129
Речь идет о топонимической номенклатуре (назва-
ниях угодий, местностей и т.д.), дошедшей из
прошлого. В частности, у нижней окраины Су-
ларта отмечен топоним Тсеболты къуылдым
"пригорок Таболовых", бесспорное доказательст-
во того, что в этом ауле когда-то жили предки со-
временных Таболовых.
Точно неизвестно, когда и по каким причинам
какая-то часть Таболовых переселилась в Дигор-
ское ущелье. Но в XIX в. они уже жили здесь.
Дигорские Таболовы приняли участие в основа-
нии ряда населенных пунктов на равнине. Так,
согласно утвержденному начальником Терской
области генералом Свистуновым плану, в 1876 г.
42 двора христиан и 77 дворов мусульман из чис-
ла хехезов и "простых" дигорцев предполагалось
поселить на казенных землях за Урухом. Образо-
ванное на левом берегу р. Урух село получило на-
звание Новый Урух. Среди первых поселенцев —
несколько дворов Таболовых из Синдзикау.
В образовании новых равнинных поселений
принимали участие и мизурские Таболовы. В
1887 г. жители горных аулов Суларта, Гусойта,
Верхнего и Нижнего Мизура на общем собрании
решили переселиться на поляну Зилахар между
реками Змастдон и Цраудон на северном склоне
Алагирского ущелья. За два года переселилось 20
семейств, которые построили капитальные дома,
развели сады и огороды. Среди первых поселен-
цев были Асахмат и Куда Таболовы из аула Су-
ларта. По свидетельству пристава участка прапор-
щика У. Кубатиева, "переселившиеся зилахарцы
устроили вокруг домов огороды, засеянные фасо-
лью, картофелем, кукурузой и т.п.". Так как аул
130
был основан без разрешения официальных влас-
тей, после долгих судебных тяжб, в 1909 г. на-
чальник Терской области предписал начальнику
Владикавказского округа "предпринять принуди-
тельные меры к немедленному выселению этих
жителей с поляны Зилахар". Зилахарцы были из-
гнаны, а жилища их разрушены. Тем не менее, в
1912 г. они вновь заняли поляну.
Уже при советской власти, в 1922 г., Таболовы
вошли в число первых поселенцев основанного на
равнине селения Фарн (Изобилие). В 1923 г. Ок-
ружной земельный отдел выделил большой учас-
ток в районе станицы Змейской, здесь было осно-
вано крупное село Ставд-дуртсе. И здесь среди
первых жителей значится несколько дворов Табо-
ловых из Згида.
ОЛЬГИНСКОЕ
В 20-х гг. XIX в. в связи с активным строи-
тельством Военно-Грузинской дороги, было при-
нято решение об образовании на берегах Терека
нескольких новых населенных пунктов. Для жи-
телей Тагаурского общества землю выделили на
Владикавказской равнине. Так, 15 дворов Осе-
тинского форштадта Владикавказа в нескольких
километрах от крепости на правом берегу Терека
основали хутор, получивший название Иры Уа-
тар. Сюда же в 1859-1860 гг. переселилось еще 68
семейств из Осетинской слободки. В 1864 г. хутор
преобразован в селение, куда после образования на
левом берегу Терека нескольких казачьих станиц
перевели на жительство часть тагаурцев. В 1868 г.
131
во время пребывания на Северном Кавказе Вла-
дикавказский округ посетили великий князь Ми-
хаил Николаевич с супругой Ольгой Федоровной.
В ознаменование их пребывания в Иры Уатар се-
ление в честь супруги великого князя переимено-
вано в Ольгинское.
Примерно в эти же годы в Осетии прошла
крестьянская реформа; ее особенностью здесь
являлось то обстоятельство, что многочисленная
прослойка зажиточного крестьянства имела кав-
дасардов и холопов. Как отмечал начальник Осе-
тинского военного округа, последние категории
населения "должны начинать жизнь вновь, без
всяких средств и притом еще уплачивать вла-
дельцам выкупную плату". Кавдасардам и холо-
пам правительство России выделило "на вспомо-
ществование зависимым сословиям при начатии
ими новой самостоятельной жизни" 8 тысяч руб-
лей серебром. Часть суммы предназначалась для
кавдасардов и холопов Ольгинского. Тем не ме-
нее, решить все проблемы не удалось. Уже вско-
ре в Ольгинском четко прослеживалась имущест-
венная и социальная дифференциация. С одной
стороны, в ряде хозяйств села наблюдалось
улучшение культуры земледелия, применение
машин и усовершенствованных орудий труда,
применение наемного труда, усиление товарного
характера сельскохозяйственного производства.
С другой стороны, возникла прослойка неиму-
щих крестьян.
В конце XIX в. в ряде районов Осетии, в том
числе и в Ольгинском, острой проблемой стал во-
прос о т.н. "временно проживающих" — довольно
многочисленной категории безземельного населе-
132
ния, арендовавшего в разных селах угодья для. за-
нятия сельским хозяйством. Численность "вре-
менно проживающих" колебалась в разные годы
от 10 до 14 тысяч человек. Они были лишены мно-
гих элементарных прав, им не разрешали участво-
вать в сельских сходах, для них были закрыты
двери сельских правлений. В одном из прошений
за 1884 г. представители данной категории насе-
ления Ольгинского жаловались: "Нас так стесня-
ют, что положительно нет никакой возможности
жить и приобретать себе пропитание, ибо лишают
нас не только земли для пахоты, сенокошения и
пастбищных мест... За посев озимого хлеба назна-
чают непомерную плату от 7 до 9 рублей за деся-
тину".
В первые годы существования села, когда оно
именовалось еще Иры Уатар, жители занимались
преимущественно овцеводством, т.к. богатые вла-
гой земли левобережья реки Камбилеевки давали
много естественных сочных трав. Из пород круп-
ного рогатого скота большинство ольгинцев имело
местную горскую корову, требовавшую меньше кор-
ма, но дававшую жирное молоко. Позднее стали
выращивать кукурузу, пастбищ стало меньше, что
привело к уменьшению роли овцеводства в струк-
туре хозяйственных занятий ольгинцев. После
проведения железной дороги Владикавказ—Рос-
тов, способствовавшей выходу зерновой продук-
ции на российский и зарубежный рынки, посевы
кукурузы, дававшей богатые урожаи, заметно
возросли, зерновое хозяйство стало преобладаю-
щим. В большинстве хозяйств использовалась со-
ха, в некоторых — однолемеховые плуги. В Оль-
гинском возникла группа зажиточных хозяев,
133
среди которых выделялись У. Гацанов, М. Мам-
суров и др. В своих хозяйствах они использовали
передовой по тем временам сельскохозяйственный
инвентарь: усовершенствованные плуги, косилки,
веялки, сеялки, молотилки и др. Здесь же отме-
тим, что на Северном Кавказе машин и орудий на
одно хозяйство приходилось в два раза больше,
чем в земледельческих районах Центральной Рос-
сии. В свою очередь, на Северном Кавказе Тер-
ская область занимала ведущее место по наличию
и применению передовой техники, 50% которой
находилось в Северной Осетии.
Большие урожаи зерновых у ольгинцев, осо-
бенно зажиточной их части, использовались не
только для "личного обогащения" (как об этом
писали еще совсем недавно). Значительной долей
своих "богатств" они, в случае необходимости,
могли поделиться. Так, например, "Терские ведо-
мости" поместили статью анонимного автора (под-
писавшегося "П. С"), в которой сообщалось о по-
жертвовании ольгинцами хлеба голодающим.
"Ольгинцы в настоящем случае, как и во многих
других, выказали себя одним из передовых об-
ществ осетинского народа и проявили похвальную
отзывчивость на призыв о помощи нашим нужда-
ющимся братьям. Между ними немало людей гу-
манных и с широким умственным кругозором".
К передовым селам Осетии отнес Ольгинское и
А. Гатуев. В статье в "Терских ведомостях"
(1881, № 36) он писал о "передовом нашем Оль-
гинском селении, жители которого по своему по-
ложению занимают первое место в Осетии, и на
которых обращены взоры жителей всех других
селений, как христиан, так и магометан".
134
К 1900 г. в селе начитывалось 240 дворов, в
большинстве застроенных деревянными домами, а
также — саманными и, очень редко, кирпичными.
К этому времени уже была выстроена церковь, от-
крыто пять частных лавок с товарами, фельдшер-
ский пункт.
Сельское управление состояло из одного старо-
сты и писаря (делопроизводителя). Глава сельско-
го правления избирался на общем сходе всех
граждан, на котором присутствовал полицейский
пристав из района. На сходе избирался также об-
щественный суд из трех человек.
Глава сельского управления отвечал за свое-
временное поступление налогов, вел учет скота и
лошадей, следил за очередностью рекрутов, под-
лежавших призыву в армию.
Общественный суд занимался вопросами пра-
вонарушений, семейных дел, споров между жите-
лями и т.д. В некоторых случаях члены общест-
венного суда вместе с председателем сельского уп-
равления ведали примирением кровников. В це-
лом, общественный суд пользовался большим ав-
торитетом и имел значительное влияние на жизнь
села.
Большую тягу ольгинцы, впрочем, как и все
население Осетии, проявляли к образованию. В
конце XIX в. в Ольгинском наряду с т.н. "шко-
лой грамоты" за счет местного населения содер-
жалось несколько начальных школ. В 1880 г. в
Ольгинском открыта женская школа Общества
воспитания православных христиан на Кавказе.
Учителями в них работали и уроженцы Ольгин-
ского, например — Терчко Аликов. Многие препо-
даватели церковно-приходских школ Осетии
135
окончили курсы Тифлисской Александровской
педагогической школы. В конце XIX в. немало
молодых осетин обучалось в вузах Санкт-Петер-
бурга, Москвы, Одессы, Тифлиса и др. Только в
1899 г. за пределами Осетии в высших учебных
заведениях обучалось 17, а в средних — 47 чело-
век. До 1917 г. из ольгинцев высшее и среднее об-
разование получили десятки человек; среди них —
О. Дзампаева, Ф. Газданов, А. Карсанов, А. Вар-
дашев и др. Конечно, не все имели возможность
получить даже начальное образование. К тому же
порядки, существовавшие в некоторых школах,
отбивали всякую охоту учиться. Виссарион Гри-
горьевич Тибилов, доцент СКГМИ, вспоминал по
этому поводу: "После двухклассной Ольгинской
школы родители определили меня в частный при-
ют одного генерала в городе Владикавказе. Су-
пруга генерала создала для нас очень суровые ус-
ловия; за малейшую ошибку она наказывала своих
учеников строгим образом. Среди нас не было ни
одного ученика, который не имел на теле два или
три синяка или ссадины. Многие мои сверстники
сбежали из приюта от этой палочной системы".
Тем не менее, Ольгинское, как уже выше отме-
чалось, относилось к числу передовых селений
Осетии. Благодаря стараниям общественности
Ольгинского, в 1899 г. во Владикавказе стало
возможным сохранение осетинского девичьего
приюта, по словам современников, "много уже
лет дарившего Осетии превосходных учительниц.
Совет "Общества восстановления христианства на
Кавказе" уважил просьбу ольгинцев и согласился
на оставление приюта во Владикавказе. Не будь
вовремя приговора Ольгинского общества, осети-
136
ны наверное расстались бы со своим лучшим
учебным заведением".
Именно в этом селении был открыт один из
первых в Терской области сельских банков. Г. Ца-
голов отмечал по этому поводу (Терские ведомос-
ти, 1900, № 11): "Что касается воздействия на
экономическую жизнь народа, то, в этом отноше-
нии, здесь следует упомянуть о деятельности при-
сяжного поверенного Г.В. Баева. Г. Баев задался
целью покрыть всю Осетию сельскими банками и
общественными амбарами-кукурузниками. Пока
деятельность его сосредоточена в этом отношении
на селении Ольгинском Владикавказского округа.
Здесь уже устроен амбар-кукурузник и в скором
времени начнет функционировать банк. Свою
идею господин) Баев старается распространить на
все население и не теряет надежды через несколь-
ко лет видеть на родине целую сеть банков и ам-
баров".
В газете "Казбек" автор статьи под псевдони-
мом "Нарон" отмечал, что "Г.В. Баев заслужива-
ет глубокого сочувствия и поддержки в своих не-
устанных заботах о меньшей братии и не только
Ольгинского селения, но и всех честных и прав-
дивых осетин. Надо умышленно закрывать глаза
и затыкать уши, чтобы не видеть и не слышать,
насколько Ольгинское селение, где, главным об-
разом, осуществляет свои разумные идеи госпо-
дин Баев, и благоустроеннее, и зажиточнее, и
грамотнее, чем другие осетинские селения. В деле
народного образования там работают священник,
три учителя и две учительницы. Из общественно-
го ссудовспомогательного капитала 5 июля минув-
шего (1899 — Ф.Г.) года роздано нуждающимся в
137
деньгах для полевых работ 1000 руб. Несколько
наиболее нуждавшихся получили по 20 руб., а ос-
тальные по 10 руб. Проданное зерно из общест-
венного амбара дало 270 руб., которые присоеди-
нены к ссудовспомогательному капиталу. По
окончании жатвы общественный амбар опять за-
сыпан".
В 1907 г. усилиями группы энтузиастов во гла-
ве с Саханджери Мамсуровым в Ольгинском обра-
зовано экономическое общество, члены которого
обрабатывали полученную от сельского общества
землю и все доходы передавали на культурные
нужды села.
В Ольгинском состоялся один из первых в Осе-
тии спектаклей. Как позднее вспоминал Б. Тотров,
зимой 1904 г. С. Мамсуров принес ему две тетра-
ди с рукописями пьес Е. Бритаева на осетинском
языке: "Лучше смерть, чем позор" и "Побывав-
ший в России". В начале лета, когда в Ольгин-
ском собралась молодежь, учившаяся за предела-
ми родного села, приступили к репетициям. Роль
Керима из первой пьесы взял на себя Б. Тотров,
роль Газака поручили Астемиру Цоколаеву (его
брат-близнец Дзантемир впоследствии принял ак-
тивное участие в революционном движении, сын
Дзантемира — Геннадий — стал Героем Советско-
го Союза), Айтека — Дзиу Туганову, Алихана —
Федору Газданову, Ахмета — Саханджери Мам-
сурову. В комедии "Побывавший в России" роль
Татаркана взял на себя Михаил Мамсуров, Барис-
би — Дзиу Туганов, Асланико — Гайто Мамсуров,
Никиты — Астемир Цоколаев. Суфлером захотел
быть Борис Алборов, впоследствии известный
лингвист, профессор.
138
Сцену оборудовали в сарае Гази Карсанова. По
всему селу собрали доски, из которых плотник
сколотил подмостки и сбил скамьи для зрителей.
Всюду развесили афиши, в которых извещалось,
что представление состоится 20 июня. Плата за
вход — 50 копеек. Весь сбор предназначался для
пополнения фонда школьной библиотеки.
К началу спектакля из города на фаэтоне при-
ехали специально приглашенные из Владикавка-
за автор пьес Е. Бритаев и его приятели — врач
Б. Хадзарагов и Т. Дзагуров (впоследствии — изве-
стный историк, профессор). Народу на спектакль
собралось гораздо больше, чем ожидалось. "Кас-
сир" стал продавать "входные" билеты, преду-
преждая, что их владельцы будут только слышать,
но ничего не увидят. Но даже это не остановило
поток людей. Весь двор был забит "театралами";
зрителей собралось не менее 500 человек. Судя по
бурной реакции зрителей, успех был колоссаль-
ным. Е. Бритаев, обращаясь к участникам пред-
ставления, сказал: "Я писал пьесы и думал, кто
же их сыграет на сцене, кто доведет мои мысли до
тех, кому они предназначены? Услышит ли мои
пьесы народ? Теперь можно не сомневаться: у нас
непременно будет свой театр, свои актеры".
В организации первых осетинских драматичес-
ких кружков и создании их репертуара значитель-
ную роль сыграла Роза Кочисова (1888-1910). В
ее произведениях поднимались социально-этичес-
кие проблемы, вопросы свободы личности. Осуж-
дая некоторые устаревшие представления о долге
и чести, она утверждала идеи гуманизма.
Из Ольгинского вышло много талантливых
людей, своим трудом приносивших благо людям.
139
Назовем, для примера, некоторых представителей
фамилии Газдановых. Среди первых жителей
Ольгинского — Батако (в крещении Борис) с сы-
новьями Темирболатом (в крещении Романом) и
Крым-Солтаном (Лаврентием); Сага (Сергей),
дед писателя Гайто Газданова, дядя которого
Данел — отец первой осетинской балерины Авро-
ры Газдановой.
Немало ольгинцев прославили свое село и Осе-
тию в целом в крупнейших сражениях и войнах
Х1Х-ХХ вв. В русско-турецкой войне 1877-1878 гг.
от власти турецких башибузуков освобождал
Болгарию и знаменитый Осетинский конный ди-
визион. Земляки чтят память о Дударе Караеве,
Сбаза Мамукове, чье мужество и отвага были
оценены боевыми наградами как России, так и
Болгарии. С боевыми наградами вернулись на Ро-
дину ольгинцы Акто Дзахсоров, Темирко Мамсу-
ров, Борис Тарханов, Александр Баев, Дзамбулат
Темирханов, Дзамбулат Мисиков, Магомет Дзу-
гутов и знаменосец дивизиона Сбаза Маму ков. В
русско-японской войне боевых наград были удос-
тоены Дзабо Газданов, Лулу Лориев, Гаппо Ма-
му ков и др. Отличились ольгинцы и в I мировую
войну. Кавалерами четырех Георгиевских крестов
были Ельзарико Газданов и Тимофей Дзахов. В
послужном списке последнего читаем: родился 13
августа 1891 г. в с. Ольгинском. Холост, право-
славный. Службу начал в 1912 г. вольноопределя-
ющимся в 146-м пехотном Царицынском полку. В
1913 г. окончил курс полковой учебной команды.
Среди наград — все четыре Георгиевских креста,
орден Святой Анны IV степени, орден Святого
Станислава III степени с мечом и бантом. Погиб в
бою 29 июня 1917 г.
140
САНИБА
Название аула буквально означает "Троица".
Селение состоит из двух кварталов: Уаллаг Сани-
ба и Даллаг Саниба ("Верхняя" и "Нижняя" Са-
ниба). В Северной Осетии есть еще и Ног Сани-
ба ("Новая Саниба"), где живут переселенцы из
Санибанского ущелья. Следует отметить, что в
Туалгоме недалеко от аула Сатат в лесу сохрани-
лись руины фамильного святилища Туаевых —
Саниба. Святилища с одноименным названием су-
ществуют в некоторых других селениях горной и
равнинной Осетии.
Судя по археологическим находкам, террито-
рия горной Санибы была освоена еще в давние
времена. Интересные результаты дали исследова-
ния могильника. В сопровождавшем усопших ин-
вентаре найдены золотые сасанидские монеты VI-
VII вв., что, очевидно, указывает на связь жив-
ших здесь алан с Ираном во время войн послед-
него с Византией.
В 1924 г. Л.П. Семенов во время раскопок
могильника обратил внимание на мумифицирован-
ную девочку с серебряными серьгами, ниткой би-
сера и бархатной шапочкой на голове. Одеяние со-
стояло из холщовой белой рубашки, шелкового
халатика с продольными полосами и верхнего хол-
щового халатика с красными шелковыми нитями
для завязывания. На груди девочки были куклы:
большая, из деревянного прутика, покрытого че-
тырьмя одеждами горского типа (синего, зеленого
и белого цвета), с плоской круглой головой, обши-
той цветными нитками. К поясу этой куклы были
привязаны еще две (одна другой меньше) куклы.
141
Во время своего путешествия по Кавказу в
1807-1808 гг. эти места посетил академик Ю. Клап-
рот. Причем, интересующую нас территорию он
не проехал, а прошел пешком. Как отметил сам
путешественник, "путь от Даллагкау до Шани-
ба... я проделал пешком за 3 часа". Описывая
верховья Геналдона, Клапрот на правом берегу
реки отметил ряд аулов: "Даллаг Шаниба, т.е.
Нижний Шаниба или, как произносят осетины
этой местности, Саниба, прямо у реки, принадле-
жит фамилии Кундухате. Уаллаг Шаниба или
Верхняя Шаниба лежит к северу от предыдущего
на возвышенности и принадлежит фамилии Иес-
сенате".
Согласно генеалогическим и историческим пре-
даниям, названные аулы основаны потомками ле-
гендарного праотца алдаров Восточной Осетии —
"царевича Тага": "братья Тулат и Кундух с неко-
торыми переселенцами ушли из Даргавса в уще-
лье, где протекает р. Фридон (Фыры дон), и ус-
троили там аул Саниба... Есен переселился в уще-
лье Кауридон и основал там, повыше Саниба,
аул, названный Верхний Саниба".
По данным Д. Буцковского, в 1811 г. в Верх-
ней Санибе насчитывалось 60 дворов, а в Ни-
жней — 30.
На южной (возвышенной) окраине Верхней
Санибы до наших дней сохранилась жилая башня
Есеновых (Есенаты гсенах). В плане четырех-
угольная, максимальная высота стен — 5,5 м, тол-
щина — 0,85 м. Ганах сложен из разноразмерных
камней и сланцевых плит на глинистом растворе.
В 15 метрах к юго-западу от вышеописанного
сооружения находится галуан Фидаровых, сло-
142
женный из разноразмерных камней на известко-
вом растворе.
В нескольких метрах от галуана Фидаровых
расположена башня Есеновых. В плане квадрат-
ная (4,6x4,6 м), сложена из крупных камней на
глинистом растворе. В ауле отмечены также руи-
нированные остатки башен Бекаевых и Дзгоевых.
На левом берегу р. Кауридон выше Верхней
Санибы расположено древнее кладбище. В.Х.
Тменов зафиксировал на нем 12 усыпальниц раз-
ных типов и различной степени сохранности.
Из культовых сооружений отметим на левом
берегу р. Кауридон находившееся на вершине го-
ры, возвышающейся над аулом, святилище Ре-
ком. Оно представляет собой прямоугольное в
плане столпообразное капище, насухо сложенное
из разноразмерного песчаникового плитняка. В
перекрытие капища вставлен деревянный крест,
перекладины которого "утоплены" по самую кры-
шу и ориентированы по оси север-юг.
Церковь святой Троицы — небольшое крестооб-
разное сооружение; прямоугольные стороны кре-
ста, пересекаясь, образуют средокрестье, несущее
главу с цилиндрическим барабаном. Стены по-
крыты охристой штукатуркой, кладка из местно-
го известняка на известковом растворе. При всей
своей простоте и лаконичности она отличается
четкостью и гармонией форм. Воздвигнута она в
1860 г., как и наиболее близкая ей по архитекту-
ре церковь во имя великомученика Федора Тиро-
на в юго-осетинском селении Кошка.
В Нижней Санибе отмечены четыре боевые
башни; принадлежность трех из них не установле-
на, одна принадлежала Кундуховым. Особенно
143
впечатляет башня, возведенная на краю обрыва,
возвышающегося над р. Фырыдон, впадающей в
р. Кауридон. Сложена из тщательно подогнанных
друг к другу каменных блоков. Сохранность баш-
ни хорошая. Высота — 14,4 м. По верху башни
над стенами нависают остатки сланцевого козырь-
ка. Сооружение четырехугольное в плане
(4,55x4,25), толщина стен — 0,7 м. По всем сте-
нам на разных уровнях отмечено наличие узких
бойниц, приспособленных для стрельбы из ружья.
Описание архитектурных памятников Санибы
оставили неоднократно бывавшие здесь путешест-
венники. Один из анонимных авторов писал в
1883 г. в газете "Терек": "Между Верхней и Ни-
жней Саниба на пригорке находится довольно
красивая церковь, а вокруг нее — древнее кладби-
ще. На этом кладбище нас поразила довольно
оригинальная форма могильных памятников или,
лучше сказать, могильных склепов... Некоторые
из этих склепов имели форму продолговатого че-
тырехгранника (параллелепипеда) высотою в рост
человека, с основанием, раза в полтора превыша-
ющим высоту. В одной из стен находится неболь-
шое четырехугольное окно, заложенное камнем.
В окно это вдвигались гробы с покойниками и ус-
танавливались внутри склепа на деревянных пол-
ках... Некоторые из склепов обнесены каменной
оградой. На всем кладбище мы не заметили ни од-
ного креста. ...К северу от Верхней Саниба, на
другую сторону Каурдона, возвышался зеленый
холм, на вершине которого замечалась какая-то
постройка вроде часовни. Это был знаменитый
Реком, место священное у осетин, где должно бы-
ло происходить празднование кануна св. Троицы.
144
Здесь необходимо заметить, что праздник св. Тро-
ицы считается в этой местности самым главным из
годовых праздников. На праздник этот стекаются
сюда богомольцы не только из окрестных аулов и
соседних ущелий Дарьяльского, Кадгаронского,
Алагирского, но даже из Грузии. Богомольцы
приводят с собой баранов и коз, которые должны
быть закланы в жертву св. Троице и св. Георгию".
С христианством непосредственно связано за-
рождение школьного образования в Осетии. Еще
во втором десятилетии XIX в. состоятельные осе-
тины отправляли своих детей в Тифлисскую ду-
ховную семинарию, где они изучали, наряду с
прочими предметами, русский, грузинский и род-
ной языки. По данным на 1 января 1820 г. в се-
минарии обучалось семь детей осетинских феода-
лов. Работавший в этой семинарии И. Ялгузидзе
1802 г. на основе грузинской графики создал осе-
тинскую азбуку, издал осетинский букварь для
обучения детей грамоте на родном языке.
В 1826 г. экзарх Грузии предписал членам
Осетинской духовной комиссии обучать осетин-
ских детей "грамоте по-осетински"; после чего
при церквях аулов Саниба, Унал, Джинат созда-
ли школы с несколькими учениками в каждой.
Грамоте в них обучали священники-деканозы по
букварю И. Ялгузидзе.
В позднее средневековье владельцами Верхней
и Нижней Санибы считались алдары Кундуховы,
Тулатовы и Есеновы (вероятно, от тюркского
езеп — "здоровый"). Среди крестьян-общинников
(фарсаглагов) своим влиянием и размерами хо-
зяйства выделялись Фидаровы (от осетинского фи-
дар — "крепость"). О степени их влияния можно
145
судить по отношению к ним со стороны грузин-
ских царей. В грамоте от 20 августа 1714 г. гово-
рится: "Мы, всей Грузии царевичи Ираклий и
другой /?/, назначили жалованье Тагаурцу Али-
мурзе Фидарову в год на 10 марчили (грузинская
денежная единица) красного товару, т.е. на 10
рублей серебром. Когда будете к нашему двору
прибывать, то придворные, наши подданные
должны выдавать с наших сумм и ты в нашей
службе должен стараться и быть усердным, и на-
значенное нами жалованье на 10 рублей товаром
никогда не уничтожится. На подлинном подписа-
но с приложением двух печатей. Так мы, царевич
всей Грузии Георгий, свидетельствуем сию жало-
ванную грамоту". Сохранились записи в ведомос-
ти выданных товаров за август 1715 г., декабрь
1716 г., 16 июля 1717 г. и 1718 г.
Сохранилась еще одна грамота: "Мы, царевич
всей Грузии, Карталинский и Кахетинский царь
Георгий, назначили жалованье вам, Качи Фида-
рову в год на 25 марчили красного товару, т.е. на
25 рублей серебром, если вы в нашей службе бу-
дете усердно трудиться, то это от нас назначенное
жалованье наши придворные, подданные, прислу-
га будут выдавать и не прекратят за ней, что и ты
в нашей службе должен усердно обращаться...
Сентябрь 4 дня 1729 года".
После присоединения к России верхушка крес-
тьян пыталась обособиться от основной массы
фарсаглагов. 22 марта 1851 г. поручик Афако
Фидаров подал докладную записку в Комитет по
разбору сословных прав горцев во главе с баро-
ном Вревским. Поручик отмечал, что "от давнего
времени от прадеды и отцы наши" его родствен-
146
ники, наряду с Есеновыми, Алдатовыми и Кусо-
выми, имели "в горах, в деревне Саниба... житель-
ство на принадлежавшей им собственно земле...
коею пользуемся наравне с тагаурцами и до на-
стоящего времени, так что никто из этих фамилий
один к другому не имеют никаких преимуществ".
В связи с разбором сословных привилегий, А. Фи-
даров просил, чтобы его фамилия "была приравне-
на наравне с фамилиями Кусовых и Козровых".
В первой половине XIX в. Фидаровы, наряду
с Кусовыми, Козыревыми и Дзгоевыми, относи-
лись к числу зажиточной части крестьян, претен-
довавших на более высокий социальный статус,
чем остальные фарсаглаги. Российская админист-
рация на Кавказе выделяла эту группу крестьян,
поручая ее представителям основание на равнине
чисто крестьянских поселений. Так, в первой чет-
верти XIX в. на левом берегу Терека основано се-
ление Кардиусар — единственное в то время посе-
ление, образованное исключительно фарсаглага-
ми. 18 июня 1851 г. в докладной записке барону
Вревскому Фидаровы и Козыревы писали, что "в
1818 году (в других документах назывались иные
даты — Ф.Г.) по предложению (генерала) Ермо-
лова Фидаровы, Козыревы и Кусовы поселились
на урочище Кардиусар", оставив свои участки в
Саниба родственникам. В одном из документов
той поры говорится: "Жители аула Кардиусар
между собой черного народа не имеют, а происхо-
дит весь аул из трех фамилий Козыревых, Кусо-
вых и Фидаровых, и между ними никаких обяза-
тельств не имеется". Среди первых жителей села
(40 дворов) значатся хозяйства Тотыра, Гая, Эль-
берда, Габа, Беза, Дуда и Беру Фидаровых.
147
В 1836 г. часть жителей Верхней и Нижней
Санибы переселилась на равнину в Заманкул, ос-
нователем которого являлся Берд Кусов. Заман-
кул также представлял собой чисто крестьянское
селение.
На Владикавказской равнине возникали и се-
ления, образованные алдарами. На Гизели, на-
пример, в 1823 г. основан аул Тега Кундухова;
вместе с ним сюда переселилась и часть жителей
Верхней и Нижней Санибы — Бероевы, Бзаровы,
Бигаевы, Губиевы, Доевы, Кастуевы, Мильдзихо-
вы, Хадиковы (всего 23 семейства).
В том же 1823 г. ротмистр ( в последствии пол-
ковник) Магомет Есенов, участник строительства
Архонского укрепления, получил от военного ко-
мандования "пустопорожнее пространство между
Ардоном и Архоном". До весны следующего года
агитировал своих земляков из Санибы, склоняя
их к переселению на равнину. В 1824 г. 13 се-
мейств осетин-горцев возвели здесь первые пост-
ройки.
В середине XIX в. несколько семей, выходцев
из Санибы, оказались в селении Зилга. Здесь, в
частности, 29 августа 1859 г. родился известный
генерал Афако Фидаров. Его отец Паци добро-
вольцем отправился на Дунайскую войну. В на-
граду за службу получил Георгиевский крест и 75
десятин земли.
Из более поздних миграций санибанцев отме-
тим еще один случай, связанный с возникновени-
ем на равнине Новой Санибы. В 1899 г. на гор-
ную Осетию обрушились проливные дожди с гра-
дом. Эпицентр разгула стихии пришелся на Сани-
банский приход. И без этого условия для занятия
148
хозяйством были весьма скудными. "Хлеба у них
не хватает, — отмечал чиновник местной админи-
страции. — Земли их расположены на страшных
уклонах и требуют значительного удобрения и ка-
торжного труда. Близость с одним из величайших
ледников Кавказа, Казбекским, является причи-
ной более сурового климата этого ущелья, что
очень не благоприятствует для хлебных полей.
Ранние морозы и ливни уничтожают все живое.
Из 17 горных приходов, бедствующих от малозе-
мелья и суровости природы, санибанцы занимают
первое место".
После ливней и града 1899 г. жить здесь стало
вовсе невозможно. Все хлебные поля были размы-
ты и уничтожены, мельницы и мосты унесены во-
дой, дома затоплены, дорога снесена да основа-
ния, сообщение с внешним миром если и осуще-
ствлялось, то с большим трудом по вьючным тро-
пинкам. Эта катастрофа вызвала чувство состра-
дания у всех осетин. Жители равнинных селений
решили принять в свои ряды десятки семейств
Санибанского прихода. Высшая администрация
Кавказа также помогла жителям пострадавших
районов, выделив "надел 242 дворам Санибанско-
го прихода 726 десятин, т.е. по 3 десятины на
двор". Весной 1891 г. первые 20 дворов основали
Новую Санибу. Переезд основной части крестьян
сдерживался несколькими обстоятельствами, сре-
ди коих отметим эпидемию холеры 1892-1893 гг.,
невозможность за 1-2 года переселить все 242 дво-
ра и построить на новом месте столько же домов
(на это требовалось несколько десятков тысяч
рублей), какое-то время переселение сдерживалось
и административными мерами. Лишь в 1897 г.
149
оно возобновилось; через год в Новой Санибе на-
считывалось 90 дворов. Среди первых жителей
можно назвать Елбуздуко Айларова, Эльберта
Амбалова, Цпу Берозова, Пси Бугулова, Эльбер-
та Гадзиева, Тебо Губиева, Бодзи и Ивана Дзуга-
евых, Казихана Кадзаева, Татаркана Кокаева,
Александра Кундухова, Тепсаруко Пухова, Габо
Сидакова, Дзабо Таутиева, Хатахшико Фидарова
и Бекза Царахова.
Невозможно (даже бегло) рассказать обо всех
интересных представителях фамилий, чьей роди-
ной считается Саниба. Остановимся на некоторых
звеньях родословных Фидаровых, Есеновых и
Кундуховых.
Как выше отмечалось, генерал Афако Фидаров
родился в 1859 г. в многодетной семье: у него бы-
ло 4 брата и 4 сестры. Получил хорошее по тем
временам военное образование. Довольно быстро
продвигался по службе. Русско-японскую войну
встретил в чине подполковника Терско-Кубанско-
го полка Кавказской конной бригады. Вместе со
своей частью он перешел границу Маньчжурии и
оказался в центре военных действий. За два года
Афако отличился в боях у Лагоулина, на Анпе-
линском перевале, под Ляояном на р. Шахэ, под
Мукденом, при обороне Сыпингайских позиций.
За участие в этих операциях А. Фидаров был
произведен в полковники и награжден тремя бое-
выми орденами.
Высокообразованный офицер, свободно вла-
девший семью иностранными языками, неодно-
кратно привлекался правительством для выпол-
нения дипломатических миссий в Персии, Афга-
нистане. В 1910-1911 гг. он командовал частями
150
Казвинского, а затем Ардебильского отрядов. За
отличие в службе награжден очередным боевым
орденом и произведен в генерал-майоры. В авгус-
те 1913 г. последовало новое назначение — коман-
дующим 1-й Туркестанской казачьей дивизией.
Но вскоре судьба вновь забрасывает его в Персию.
Петербург доволен его деятельностью, персид-
ский шах осыпает подарками, одна из улиц Арде-
биля названа в его честь.
У себя на родине, в Осетии, А. Фидаров отно-
сился к нарождавшейся категории осетинских
предпринимателей, вкладывавших свои средства
в развитие местной промышленности — в акции
"Терского горнопромышленного общества Була-
това", общества "Вьельмонтайль", горнопромыш-
ленного и химического общества "Алагир". Инте-
ресно, что владельцами акций этих предприятий
являлись и представители династии Романовых —
родные дяди царя Николая II Владимир и Алек-
сей, а также известные петербургские банкиры
"Мейер и К°".
За время службы под российскими знаменами
Афако получил множество наград: ордена свято-
го Владимира III степени с мечами и бантом, IV
степени с мечами и бантом, Святой Анны с ме-
чами, Святого Станислава I, II и III степеней,
Святой Анны с мечами, золотое оружие с надпи-
сью "За храбрость". Иностранные награды: пер-
сидский орден Льва и Солнца II степени, прус-
ский орден Короны III класса, турецкий орден
Меджидия, персидская сабля, осыпанная алма-
зами и др.
После революции 1917 г. Афако, несмотря на
посулы и уговоры шаха, не остался в Персии.
151
Проявив незаурядное мужество и волю, он решил
в трудное и неспокойное время быть со своим на-
родом. В декабре 1917 г. он приехал в село Зилга
и стал гражданским лицом. В это время он зани-
мался множеством общественных вопросов: орга-
низацией отряда для выручки на станции Беслан
бронепоезда, попавшего в руки контрреволюцио-
неров, финансовой помощью односельчанам и да-
же незнакомым людям, примирением осетин Оль-
гинского с ингушами Кантышево и т.д. Однако это
не спасло его от несправедливого приговора крае-
вой тройки при ПП ОГПУ СКК, утвердившего
решение от 15 января 1930 г. "А. Фидарова рас-
стрелять в числе других". Генерала реабилитиро-
вали лишь в 1989 г.
В блистательной плеяде осетинских генералов
царской армии особое место занимает генерал-
лейтенант Мусса Кундухов (1818-1889). Оценка
его боевой и общественной деятельности неодно-
кратно менялась как при его жизни, так и после
смерти, но равнодушным не оставляла никого.
Мусса был пятым сыном тагаурского алдара
Алхаста Кундухова. В 12 лет не по возрасту ум-
ного и смышленого мальчика взяли аманатом в
Петербург и определили воспитанником Павлов-
ского военного училища. После его окончания в
чине корнета начал службу кавалеристом в От-
дельном Кавказском корпусе. Мусса очень быст-
ро выдвинулся среди сверстников и своими успе-
хами приобрел известность. На него обратил
внимание император Николай I. Среди немногих
горцев М. Кундухов оказался в свите императо-
ра при посещении им Кавказа в 1837 г. С этих
пор военная служба М. Кундухова сочеталась с
152
дипломатической деятельностью. В разгар Кав-
казской войны, когда Шамиль был в апогее свое-
го могущества, Мусса получил весьма опасное и
ответственное поручение — провести переговоры с
Шамилем. Очевидно, миссия была успешной, т.к.
по ее завершении Муссу ждала награда.
Вскоре он получает новое назначение — пост
начальника Военно-Осетинского округа. Как по-
зднее отмечал Н. Мансуров, "этот администратор
был прекрасно знаком с обычаями и условиями
жизни осетин... почему и принятые им меры к
прекращению правовой неурядицы среди назван-
ного (осетинского) племени дали блестящие ре-
зультаты". Речь идет о реформировании многих
важных, но устаревших норм обычного права осе-
тин в сфере уголовных дел, свадебных и похорон-
ных обрядов, жертвоприношений в праздники и
т.д. В "Воззвании" к своим соплеменникам Мус-
са отмечал: "Будучи одноземец ваш и зная хоро-
шо все ваши народные обычаи, я нахожу их не
соответствующими духу настоящего времени, оче-
видно для вас же самих обременительными и ра-
зоряющими домашнее благосостояние, также под-
держивающими вражду вместо доброго и богом
любимого согласия, как самого основного начала
благоденствия народов...". Среди пагубных и по-
зорных обрядов начальник Осетинского округа
назвал "всякое кровомщение", рождающее "по-
стоянный раздор и ссоры, передавая месть потом-
ству, через что не только дети, но и внуки, и прав-
нуки безотчетно проливали кровь". Кровная месть,
"как чума, препятствовала развитию всякой
гражданственности и благоустройства в народе".
Идею М. Кундухова позднее поддержал известный
153
историк М.М. Ковалевский, назвавший данные
"юридические обычаи горцев Северного Кавказа
в высшей степени вредными в экономическом и
нравственном отношении".
Под непосредственным руководством Муссы
Кундухова было составлено "Описание" вредных
обычаев жителей Военно-Осетинского округа, ко-
торые "с общего народного согласия признано по-
лезным и необходимым" изменить. Документ под-
писали: начальник округа полковник Кундухов,
доверенные лица от Тагаурского, Куртатинского,
Алагирского и Дигорского обществ, а также чле-
ны народного суда. Всего — 37 человек.
Жизненный путь генерала М. Кундухова ока-
зался непредсказуемым. В 1865 г. он возглавил
переселение горцев в Турцию. Существует множе-
ство версий о причинах, побудивших Муссу к
этому шагу. Здесь не место для их разбора. Если
десятки проведенных исследований не выявили
однозначно причин, толкнувших 44-летнего гене-
рала, 29 лет прослужившего в российской армии,
к переходу в Турцию, то в популярном издании
решение этой задачи тем более затруднительно.
Как бы то ни было, в июне 1864 г. Кундухов при-
был в Стамбул и в ходе переговоров получил раз-
решение турецкого правительства на переселение
5 тысяч чеченцев и осетин. В начале марта 1865 г.
Мусса во главе пятитысячной партии чеченцев и
осетин отправился в путь. Вместе с ним находи-
лись оба его сына (Асланбек и Бекирбей), братья
Афако и Казбулат; здесь же находился первый
осетинский поэт Темирбулат Мамсуров.
В 1866 г. М. Кундухов возглавил Четвертую
турецкую армию и стал называться Черкес Мусса
154
Кундухов. В войне 1877-1878 гг. между Турцией
и Россией, как хорошо известно, на стороне по-
следней сражались сотни осетин, удостоившихся
бессмертной славы. Разительным контрастом яв-
ляется позиция, занятая М. Кундуховым, высту-
пившим на стороне Турции. И. Кану ков в своих
путевых набросках, опубликованных в 1878 г. в
газете "Кавказ", вспоминал: у армянского села
Бегли-Ахмет, недалеко от Карса, "столкнулись
турецкие подразделения, укомплектованные из
горцев-переселенцев и руководимые Мусса-Па-
шой (Кундуховым), и русские войска под коман-
дованием Инала Кусова. Кундухов потерпел
здесь сильное поражение и поколебал свой авто-
ритет в глазах турецких властей. Но в следующем
сражении при Кизил-Таге он показал себя храб-
рым и распорядительным генералом и заслужил
вновь полное доверие" — его назначили "началь-
ником главного штаба турецких войск в Малой*
Азии".
После окончания войны Мусса-Паша ушел из
армии. Он обосновался в Эрзеруме, где и скончал-
ся. Похоронен на территории мечети Харманли.
Сын М. Кундухова, получивший в Турции имя
Бекирбей Сами, впоследствии стал министром
иностранных дел Турции. В 1920 г. он возглавлял
турецкую дипломатическую миссию в России.
Возвращаясь, он проездом из Москвы заехал во
Владикавказ и передал землякам из Историко-
филологического общества 10 стихотворений Те-
мирбулата Мамсурова на осетинском языке.
Из другой алдарской фамилии — Есеновых — в
документах чаще всего упоминается живший в кон-
це XVIII — начале XIX вв. Мурзабек. Документы
155
пестрят сообщениями о "набегах" и "шалостях"
на Военно-Грузинской дороге Мурзабека (Мирза-
бека) Есенова. В 1806 г. тагаурские алдары дали
обещание помогать российским войскам в военно-
политических кампаниях на Кавказе. В доказа-
тельство своих благих намерений алдары отдали
по аманату от каждой фамилии. Лишь М. Есенов
аманата не дал и по-прежнему совершал набеги на
Военно-Грузинскую дорогу.
Во время экспедиции князя Абхазова в Тагау-
рию в 1830 г. наиболее ожесточенное сопротивле-
ние ему оказали жители Санибы. 26 июля они
атаковали одно из подразделений Абхазова — ба-
тальон майора Шлыкова. По оценке Паскевича-
Эриваньского, "натиск их был весьма силен". На
следующий день Абхазов двинулся из Ларса; по
дороге в Санибу отряд был встречен ружейным
огнем. В ходе неравного боя сторонники "опаль-
ных" алдаров — Есенова, Кундухова и Беслана
Шанаева — отступили. 29 июля они присягнули
на верность перед знаменами Севастопольского
пехотного полка. С этого времени многие Есено-
вы, верные присяге, служили в российской ар-
мии. Так, в Крымской войне отличился корнет
Уланского полка Джамбулат Есенов, воспитанник
Дворянского полка. В начале 1854 г. дивизия, в
которой он служил, присоединилась к войскам
под командованием генерал-адъютанта графа Ос-
тен-Сакена. Д. Есенов принимал участие в боях у
деревень Бельбек, Кара-Гурт, Курум-Кипчак;
участвовал в штурме Евпатории, в сражениях у
реки Черной, штурме Федюхинских высот. За
участие в Крымской кампании Джамбулат полу-
чил несколько наград.
156
На Дунайской войне 1877-1878 гг. в соединении
прославленного генерала И. Гурко полусотней ко-
мандовал поручик Генардуко Есенов. За мужест-
во, проявленное в ходе боев летом 1877 г., пору-
чик Г. Есенов награжден орденом Святой Анны
III степени с мечами и бантом. В трехдневных
боях 15-17 января 1878 г. у города Филиппополя
турецкие войска были наголову разбиты. В ходе
сражения, как отмечалось в донесении, Г. Есенов
показывал "мужество своим подчиненным".
СТАНИЦА НИКОЛАЕВСКАЯ
Основание казачьих станиц на Северном Кав-
казе уходит в глубь веков. На Центральном Кав-
казе первые казачьи станицы возникли в начале
XVI в., хотя славянское население здесь появи-
лось еще раньше. Протопоп Иоанн Болгарский
в донесении архиепископу астраханскому и
ставропольскому Антонию (1780 г.) писал:
"Что касается до самих сих народов, которых
мы называем осетинцами... Сказывают многие
из них, что весьма не малое число прежде в их
места переселилось посторонних и разного ро-
да людей, как то: грузин и славян, укрываю-
щихся в то время от притеснений и гонений,
чинимых им первым от персицкого Аббас-ша-
ха, а последним от ординских татар, с которы-
ми совместное имели жительство по разным ме-
стам, как то: некоторые на Можарах, а другие
на Татартупе".
157
Совершенно очевидно, что И. Болгарский при-
вел какой-то фольклорный сюжет; но это тем бо-
лее показательно, ибо свидетельствует о степени
отражения в фольклорной памяти осетин давних
контактов со славянами. В этой связи обращают
на себя внимание открытые археологами на горо-
дище Верхний Джулат (у Эльхотовских ворот в
Северной Осетии рядом с Татартупом) каменных
зданий и вещественного материала, тяготеющего к
культуре Древней Руси Х1-ХШ вв., что под-
тверждает связь алан со славянами. Интересны
находки русских крестов той поры на Северном
Кавказе. По мнению некоторых специалистов,
они маркируют проникновение в предгорье груп-
пы населения из русских земель. Об этом же сви-
детельствует фрагмент хроники "Письмовник"
("Тарасол") из Тебризской библиотеки, в которой
грузинский царь Георгий Лаша назван "царем ца-
рей Абхаза, Шака, Алана и Руса". Высказано
предположение, что под названием Руса подра-
зумевается часть населения Древней Руси, ото-
рванной от родных мест и еще в XII в. населяв-
шей Северный Кавказ в непосредственной бли-
зости от государства грузинских Багратидов.
Возникновение в начале XVI в. на Тереке ка-
зачьих станиц — Щадринской, Гладковской, Кур-
дяковской — знаменовало новый этап в истории
славянского населения на Северном Кавказе. Ка-
заки быстро установили добрые отношения с гор-
цами, в частности, с осетинами, поддерживая и
закрепляя их через торговлю и взаимные браки.
Взаимодействие с горцами привело к заимствова-
нию казаками некоторых элементов культуры на-
родов Кавказа. В свою очередь, казаки принима-
158
ли в свои общины инородные элементы, о чем
свидетельствуют документы разных эпох. Пример
такого рода в 1881 г. привела газета "Терские ведо-
мости", рассказав о том, что в станице Сунженской
14 июня 1881 года атаманом избран отставной
майор Кавтарадзе (эта фамилия в Осетии име-
ет глубокие корни). Кавтарадзе имел в станице
оседлое домохозяйство. "Общество, — отмечает
автор заметки, — не пожалело определить ново-
му атаману в жалованье 600 рублей в год, вме-
сто 300 рублей, получаемых прежним атаманом
Сумцовым. Г. Кавтарадзе давно уже пользует-
ся в станице общим и вполне заслуженным ува-
жением и ведет самую трудолюбивую жизнь в
своем обширном, образцовом саду и на других
хозяйственных работах, служа для всех приме-
ром трудолюбия. Все знают его прямоту, чест-
ность и энергию".
Согласно архивным документам, в 1837 г. при-
нято решение об основании военных поселений на
Кавказе. Для отвода земли под станицы и уста-
новления их границ из Тифлиса прислали офице-
ра корпуса, топографа, прапорщика Горшкова.
Под наблюдением коменданта Владикавказа пол-
ковника Широкова он произвел необходимые ра-
боты. Места под поселения предварительно осмо-
трел лекарь Кавказского отдельного батальона,
титулярный советник Правдин. Выбранная под
военное поселение Николаевское местность зани-
мала особое стратегическое положение. Это отме-
тил дореволюционный археолог Ф.С. Гребенец
(Панкратов). В статье "На развалинах Татартупа"
(Терские ведомости, 1914, № 138, 139) он писал:
"Вся притеречная полоса от старой Николаевской
159
станицы до "Минарета", где этот могучий немой
страж, свидетель минувших времен, еще в глубо-
кой древности сплошь и рядом переходил из рук
в руки разным народам, полна глубокого смысла
и достойна полного внимания со стороны архео-
логов. Здесь побывали не одни только многочис-
ленные азиатские и кавказские народы, но и
древнейшие обитатели Крыма — киммерийцы и
скифы — имели знакомство с этими местами, а их
поочередно сменяли то греки-милетцы, то венеци-
анцы, то генуэзцы и др."
Ф.С. Гребенец 30 сентября и 1 октября 1914 г.
произвел разведочные раскопки за так называемой
"Глубокой балкой" на общественной земле станицы
Николаевской на узкой береговой полоске, кото-
рая, начинаясь у Татартупа, растянулась по всему
ущелью до самой Николаевской. На этом простран-
стве были разбросаны "в громадном количестве
всевозможной величины курганы, то отдельные, то
группами, сплошь и рядом, до 200-400 штук". Ар-
хеолог не сомневался в древности всех этих курга-
нов, т.к. "находимые в них предметы украшений",
обычно сопровождавшие покойников, "свидетель-
ствуют о той отдаленной эпохе, когда здесь одно
время жили первобытные пастушеские обитатели
древних загадочных мест".
Уже в советское время специалисты открыли и
изучили на этой местности разнообразные сармат-
ские и аланские памятники.
Весной 1838 г. начато водворение военных по-
селян в станицу Николаевскую. Она основана в
44 верстах от Владикавказа, близ бывшего укреп-
ления Дур-Дур, рядом с урочищем, "называемом
туземными жителями Бекан, на правом берегу Бе-
160
лой речки, при впадении оной в Терек". Станице
отмежевали 12 576 десятин земли, из которой
"четвертая часть лесной, а три части для хлебопа-
шества и сенокоса весьма удобной". Климат в
этой местности "вообще нездоров, в летнее время
почти все жители подвергаются различным болез-
ням, более всех свирепствуют желчная лихорад-
ка, часто переходящая в горячку, от каковой бо-
лезни более всего бывает смертность, на рогатом
скоте ежегодно открывается повальная болезнь
под названием чихирная, от чего происходит зна-
чительный падеж скота". Жителями станицы яв-
лялись женатые нижние чины, прослужившие в
войсках Отдельного Кавказского корпуса 15 и бо-
лее лет. Полагая, что за время службы в армии
поселяне совершенно отвыкли от занятий хозяй-
ством и к тому же выходили в отставку без
средств, администрация с особым вниманием от-
неслась к обустройству станичников. Им помога-
ли возводить дома, выдавая необходимые для
строительства материалы. Земли для посева они
получали "в достаточном количестве", бесплатно
семена, из войскового стада — скот; тем, кто не
получал скот, выдавали деньги из расчета 140
рублей за пару быков, за корову — 45 рублей, а
за овцу — б рублей 50 копеек каждому семейству.
Вместе с тем, приказом командующего отдельным
Кавказским корпусом от 12 сентября 1840 г. по-
селянам предписывалось постоянно проводить за-
нятия "для приучения... к отражению неприяте-
ля", содержать в исправности оружие, готовить к
стрельбе сыновей и вооружить их кинжалами и
шашками.
6 Ф. X. Гутнов
161
В 1842 г. в станице насчитывалась 141 семья,
318 мужских душ и 294 — женских, "для житель-
ства которых выстроен 141 дом".
Приказом военного министра от 23 ноября
1842 г. военных поселян присоединили к Влади-
кавказскому казачьему полку с переименованием
их в казаки. Теперь на казаков возлагались воен-
ные повинности, на общих основаниях устанавли-
валось денежное и натуральное жалованье. Каждо-
му казаку предписывалось также "быть исправным
воином-земледельцем".
В Николаевской для исправления христиан-
ских служб выстроен молитвенный дом в честь
чудотворца Николая. Выстроена общественная
мельница в два постава с четырьмя толчеями, до-
ход от которой поступал в сельскую обществен-
ную сумму, "кроме сего, отдан в селение на откуп
питейный дом со взносом ежегодно по 600 рублей
ассигнациями также в сельскую общественную
сумму..."
Как отмечалось выше, в первые годы поселе-
ния казаки и их семьи из-за непривычного клима-
та страдали от различных болезней и несли боль-
шие потери. С 1 мая 1838 г. по 1 июля 1842 г.
"умерло мужеска пола 108, женска 104, а всего
212 душ; более же всего было умерших в 1839 го-
ду". После холеры 1847 г. во всех станицах Вла-
дикавказского полка едва ли осталась половина
населения.
Место под Николаевскую было выбрано топо-
графом поручиком Семеновым. Автор одной из
дореволюционных заметок по истории данного
поселения подчеркивал: "надо удивляться тому,
кто посоветовал Семенову выбрать именно это ме-
162
сто для поселения, которое имело лишь стратеги-
ческое значение, а что же касается климата, то он
представлял пагубу для жителей. От разлива Те-
река и действующих родников вокруг поселения
стояли болота, порождающие злокачественную
лихорадку и другие болезни. Люди умирали, как
мухи, и, несмотря на добавления жителей новыми
поселенцами, население не увеличивалось, и по
прошествии 40 лет было доказано статистически-
ми данными, что вскоре может вымереть все насе-
ление". Это послужило причиной перенесения
Николаевской на юг, к р. Дур-Дур. Вплоть до
Октябрьской революции Николаевская остава-
лась станицей, жители которой состояли в казачь-
ем сословии.
На рубеже Х1Х-ХХ вв. станицу не обошли
общие процессы, протекавшие в российской
империи. Речь идет о появлении элементов ка-
питалистического развития, в частности — о на-
рушении вековых казачьих традиций землевла-
дения и землепользования, резкого размежева-
ния станичников по размерам земельной собст-
венности. Характеризуя это общее для Осетии
явление, Г. Цаголов писал: "В настоящее вре-
мя если не большая, то довольно значительная
часть надельной земли сосредоточена в руках
сельской буржуазии. Во-первых, к ней пере-
ходят те земли, которые не могут быть исполь-
зованы сельчанами из-за отсутствия нужных
хозяйственных сил. А во-вторых, с течением
времени и с развитием таких земельных опера-
ций, к ней уже стали переходить и такие зем-
ли, которые могли бы быть использованы, но
сделались жертвой разных неотложных нужд и
163
потребностей". В Николаевской в конце 90-х
гг. XIX в. насчитывалось 14 крепких хозяйств,
середняцких — 54, бедняцких — 67 и бедней-
ших (бездомных) — 32 семьи. В то же время в
станице уже использовался наемный труд, и не
только в сельском хозяйстве, но и на первых,
еще небольших по размеру предприятиях. В го-
ды первой русской революции только в сель-
ском хозяйстве в станице ежегодно работало
около 100 сезонных рабочих.
Среди других интересных фактов жизни Нико-
лаевской дореволюционного времени отметим осо-
бую заботу казаков о своих детях, стремление
обучить их грамоте. В станицах Северной Осетии
в то время было всего две двухклассные школы,
одна из них — в Николаевской, и 5 одноклассных
(в Николаевской, Змейской, Ардонской и две — в
Архонской).
СТАНИЦА АРХОНСКАЯ
В 1839 г. на месте укрепления Архонского на
правом берегу реки Архон, впадающей в Терек,
"в пяти верстах от оного" основана одноименная
станица. В момент основания в станице насчиты-
валось 46 дворов, а в 1842 г. станица состояла
уже из 62 домов, в коих проживало 79 женатых
казаков, их жен и детей — 139 душ. Земельные
угодья, судя по источнику той поры, "вмещали в
себя 6914 десятин и 642 квадратных сажени,
омываемых с востока к северу рекою Тереком, от
юга к западу протоком Гизельдона и пересекае-
мых (речками) Черною и Архоном. На расстоя-
164
нии, отделяющем ее от станицы Ардонской, нахо-
дятся два аула: аул Кабанова на Гизельдоне и
Каккадур на Фиагдоне". Дорога, соединяющая
названные населенные пункты, пересекалась реч-
ками Гизельдон и Фиагдон, "на которых устрое-
ны мосты".
Земля станичников характеризовалась как "хо-
рошая и удобная к хлебопашеству и сенокосам,
хлеб всякого рода произрастает в избытке, пре-
имущественно же просо и всех родов огородные
овощи". Интересно, что еще в период поиска ме-
ста для основания станицы, вся территория меж-
ду Тереком и рекой Ардон тщательно исследова-
лась штаб-ротмистром Шидловским, который от-
метил следующее: "Вода в реке Архонке вытека-
ет из Кобанского ущелья и отделяется от реки Ги-
зельдон, она очень здорова, но зимой замерзает, а
для этого необходимо пустить боле воды из Ги-
зельдона и углубить русло". Место для станицы
Архонской было признано "здоровым по клима-
тическим условиям".
В 1842 г. "на исправление казармы и построй-
ку вновь офицерского дома отпущена сумма, но
за неприсылкою рабочих людей из линейных ба-
тальонов, по случаю военных действий, построй-
ка и исправление не приведено в исполнение, да
и сама казарма, построенная с давнего времени,
которой одна половина обрушилась, требует со-
вершенно нового строения".
Приказом военного министра от 23 января
1842 г. станичников наряду с другими военными
и казачьими поселениями, включили в состав
Владикавказского казачьего полка. Одновремен-
но к нему же причислили 1-й Малороссийский
165
полк, располагавшийся прежде на постах Военно-
Грузинской дороги. Усиленный таким образом
Владикавказский полк передали как боевую еди-
ницу в ведение наказного атамана Кавказского
линейного войска. С этих пор на станичников на-
лагались военные повинности, связанные с несе-
нием полевой и внутренней службы. Вместе с тем,
как сказано в приказе командира полка полковни-
ка Ильинского, каждый казак должен был "изы-
скивать способы к прокормлению себя и семейст-
ва своего... сопрягая хозяйственный свой быт с
военным, должен не только быть исправным вои-
ном-земледельцем , но... заниматься скотоводст-
вом, пчеловодством, всякого рода ремеслом и
промышленностью".
СТУР-ДИГОРА
Стур-Дигорское общество занимало верхние
районы течения Уруха и его притоков. На западе
названное общество граничило с Балкарией, на
юге — с Грузией, куда вел Тсеймоззты сефцсег (пе-
ревал Таймазовых). В его состав входило пять
горных аулов: Куссу, Ахсаргин, Стур-Дигора,
Одола, Моска. Свое название общество получило
от главного селения — Стур-Дигора (Большая
Дигора). Действительно, еще в XIX в. это селение
было самым крупным в Западной Осетии. А.М.
Шегрен, побывавший в этих местах в 1837 г., пи-
сал, что название села Большая Дигора "происхо-
дит от сотни домов, расположенных на более или
менее значительном расстоянии на протяжении
нескольких верст. Раньше оно было более значи-
166
тельным, но трудности существования вызвали
многочисленные переселения, которые ослабили
его". В своей работе "Описание дигорского наро-
да" А.М. Шегрен вновь указал на большое коли-
чество домов в Стур-Дигоре: "Стурдугор на реч-
ке Стурдугор, которая впадает в левую (сторону)
Уруха; несколько деревень и башен. Главная де-
ревня имеет 300 домов. Над деревней — мост че-
рез реку". Ученого поразило также то, что "де-
ревни не укреплены кругом, а старшины имеют
башни бойные".
В.Ф. Миллер во время экспедиции в 1880 г.
назвал это общество областью "чистого дигорско-
го наречия". На ученого сильное впечатление
произвела природа Стур-Дигоры: "Вы вступаете в
царство свежей и богатой растительности. Ниж-
няя, почти отвесная, часть скал представляет са-
мые причудливые формы пластов и разнообраз-
ную окраску. Вершины и бока гор заросли густым
сосновым и еловым лесом. Скалы сжимают речку
и в одном месте доводят ее до двух саженей ши-
рины... Кое-где (дорога) идет густым лиственным
лесом. Сколько раз, проезжая мимо какого-ни-
будь чудного ландшафта, я сожалел, что худож-
ники не заходят в эти места и что мы составляем
понятие о красотах Кавказа почти исключительно
по избитым видам Военно-Грузинской дороги".
По словам В.Б. Пфафа, "в этой глуши, вдали от
административных центров, сохранился тип дигор-
ца в чистом виде. Бодрое, отважное население...
никогда не подчинялось в такой мере влиянию
привилегированного сословия (баделят, царга-
сат), как в восточной и южной Осетии. Индоевро-
пейская патриархальность и чувство собственного
167
достоинства отличают стур-дигорцев. Вы видите
на каждом шагу чисто индоевропейские типы...
напоминающие немецкие. Когда утром наша ком-
ната по обыкновению наполнилась народом, я по-
думал, что сижу где-нибудь в южной Германии в
сельской Кпегре (трактире). Блондины преобла-
дают. Встречаются даже рыжие. В своих серых
войлочных широкополых шляпах (худ — нем.
НиОу с трубочками в зубах, с несколько прищу-
ренными глазами, довольно толстыми носами —
особенно два старика — до обмана воображения
походили на немецких крестьян".
Полевые исследования привели Б.А. Калоева к
выводу о наличии в Стур-Дигории наряду с ди-
горцами и пришлого элемента. Богатые природ-
ные условия — обширные альпийские пастбища,
леса, удобные пахотные и сенокосные угодья —
способствовали заселению этого района еще не-
сколько веков назад. Уже в XVI в. Дигорское
ущелье состояло из двух обществ: "Дюгор и Сюр-
Дигор" — как они. названы в статейных списках
российских посольств того времени.
Высшее сословие стур-дигорцев носило наиме-
нование цсергсесатсе; специалисты справедливо
выводят данный социальный термин из осетин-
ского цсергсес ("орел"). По редакции генеалогиче-
ского предания, опубликованного В.Б. Пфафом,
Царгас (фольклорный предок феодального сосло-
вия в западной Осетии), попав в Дигорию, долго
скитался по Стурдигорскому ущелью. "Мучимый
голодом, Царгас однажды, в отчаянии, лег отдох-
нуть. В это время пролетел над ним черный орел
с горною индейкою (джумар) в когтях и как-то
уронил свою добычу к ногам умирающего Царга-
168
са... Поблагодарив Бога, он устроился на этом ме-
сте и населил Стур-Дигорию выходцами из дру-
гих аулов". В данном случае фольклорная тради-
ция наделяет орла функциями посланника Бога,
спасителя Царгаса и патрона общества.
В 1808 г. Ю. Клапрот к западу от Донифарса
осмотрел пещеру св. Николая. По наблюдению
путешественника, многие жители часто приносили
здесь жертвы: "Они полагают, — писал он, — что
святой является им в виде орла. Естественно, что
орлы часто появляются в пещере, расположенной
среди высоких гор, где они находят убитых жи-
вотных. Когда жители Донифарса замечают орла,
они рассматривают это явление как верный при-
знак выигранного сражения". И в данном случае
орел предстает в роли патрона, которому покло-
няются и задабривают жертвами.
Другой путешественник — П.С. Паллас — оста-
вил описание священной рощи царгасатов на горе
"в верховьях Уруха, где он выходит из снежных
гор". Каждое семейство занимало определенное
место, на котором под деревом сооружался шалаш.
"Здесь они раз в году празднуют в течение восьми
дней праздник". В почитании орла.этнографы ви-
дят отзвуки тотемического пласта верований. При-
веденный материал позволяет предположить связь
происхождения социального термина "царгасата"
с религиозными представлениями местного населе-
ния, в частности, с верой в покровительство орла.
Орел в индоевропейской традиции всегда находил-
ся на вершине "Мирового дерева" и часто высту-
пал в качестве посланника богов.
К царгасатам относились Кантемировы, Кара-
бугаевы и Таймазовы. Фамилия Кантемировых
169
восходит к тюркскому кантемир ~ хан + темир
"правитель" + "прочный", "стойкий", буквально
"железо", в итоге — "железный правитель". Кара-
бугаевы разбивается на составные кара и б у га.
Первая часть дословно означает "черный". Одна-
ко очень рано в тюркских именах и титулах кара
использовалось в значении "великий", "могучий".
Вторая часть — буга — "герой". Таким образом,
карабуга означает "великий герой". Впервые в
письменных источниках царгасата упоминаются в
материалах статейных списков российских по-
сольств середины XVII в. В частности, послы
стольник Толочанов и дьяк Иевлев на пути в
Имеретию (1650-1652 гг.) останавливались в Ан-
зоровой Кабарде. Сюда "приходили из гор... два
человека дигорцев смотреть государевых послов,
а имена их Смаил да Чибирка". Им задали во-
прос: "Отколе пришли, и какава владения люди,
и для чево пришли. И они сказались дигорцы.
Жилище их в горах, вверх по реке по Урухе, а
владелец у них Алкас мурза Карабгаев; а владе-
нья его четыре кабака".
Термин "царгасата" зафиксирован в "Ведомос-
ти осетинской школы (в Моздоке) ученикам" от
23 июля 1768 г.: "из Дигорского уезда Феофан
Черкезицев", изучавший богословие и "россий-
скую науку азбуки". В "Ведомости жителей Киз-
ляра, имеющих свои дома и земли" указан царга-
сат "Тотраз Кантемиров".
Определенную информацию о процессе возвы-
шения трех вышеназванных фамилий несут гене-
алогические предания. По некоторым редакциям,
родоначальник стурдигорских владельцев Царгас
появился в горах "в феодальное время", когда
170
здесь "алдарствовал Астанов Дзамболат". А. К.
Джанаев в этом сюжете склонен видеть отражение
реальных исторических событий, относящихся к
генезису феодализма в Дигории, когда немалую
роль еще играли вожди и родовые старейшины
вроде Астапова.
Довольно сложно определить точное время
появления прототипа Царгаса в Осетии. В родо-
словных Царгас предстает братом Шарваша —
родоначальника абхазских князей Шервашидзе
из рода Чачба. Впервые Шервашидзе упоминает-
ся в "Истории и восхвалении венценосцев", на-
писанной в 20-е годы XIII в. По народным пре-
даниям, представители этого рода становятся
правителями Абхазии во время Давида Строителя
(рубеж Х1-ХП вв.). Однако в "Летописи Грузии"
сообщается об осаде Анакопии весной 1046 г.
грузинскими и абхазскими войсками; во главе по-
следних стоял эристав Куабулел Отаго Чачасдзе —
по мнению Ш.Д. Инал-ипа, грузинская форма аб-
хазского фамильного имени Чачба. Ы.А. Бердзе-
нешвили также связывал фамилию Шервашидзе с
военачальником Отаго (Дотагод) Чачасдзе. В лю-
бом случае возникновение княжеского клана
Шервашидзе относится к предмонгольскому пери-
оду. Коль скоро фольклорное наследие Царгаса и
Шарваша считает братьями, то появление первого
в горной Осетии предположительно молено отнес-
ти ко времени, предшествовавшему татаро-мон-
гольскому нашествию. Косвенное подтверждение
этому находим в генеалогических преданиях ди-
горских феодалов. По многим редакциям, Царгас
обосновался в Дигории раньше Бадела. Данное
указание устной традиции дало В.Б. Пфафу
171
право для интересного предположения: "До при-
шествия бадилатов Дигория, вероятно, состояла в
зависимости от другой владетельной фамилии из
сословия царгасатов". Анализ статейного списка
Н. Толочанова и А. Иевлева привел Б.В. Скит-
ского к заключению о "господствующей роли цар-
гасатов в Дигории до усиления власти баделятов".
По свидетельству А.М. Шегрена, "дигорцы не
имеют князей, однако принадлежат разным госпо-
дам, которые есть двух больших фамилий, Баде-
лидзе и Черкесидзе". Последние "уздени или
старшины, как их русские называют, мало над
ними власти имеют, в услуги употреблять не мо-
гут... Дань получают малую и почесть невелика".
С течением времени от трех основных фамилий
царгасатов "отпочковались" родственные им фа-
милии. Так, в прошениях, поданных в Комиссию
по разбору сословно-поземельных прав туземцев
Терской и Кубанской областей, потомками Царга-
са считали себя такие фамилии, как Гатаговы, Ко-
меховы и Дзанкалицевы (Зекеевы). Карабугаевы,
самая многочисленная среди царгасатов фамилия,
разделилась на несколько ветвей: Айтеговых, Бу-
ту евых, Кулиевых, Куцуковых, Сосрановых, Те-
каевых, Тотооновых и Каровых.
Крестьяне Стур-Дигории основу могущества
царгасатов видели в обладании землями "Харес" —
пастбища в 3370 дес. За пользование этими угодья-
ми крестьяне ежегодно доставляли феодалу по од-
ному сыру и двухдневный сбор молока с каждого
двора. Особо платили за выпас крупного рогато-
го скота и лошадей. За выпас одной лошади —
козленка, двух — барана и т.д. О значении Харе-
са можно судить по количеству выпасаемого на
172
нем скота. В 1867 г. на пастбище содержалось
11433 барана, 919 голов крупного рогатого скота,
255 лошадей.
Каждая фамилия царгасатов (в 1864 г. их на-
считывалось всего 32 двора, с общей численнос-
тью 118 душ обоего пола) имела на пастбище свои
участки. Границы владений четко обозначались
географическими точками: перевалами, реками,
холмами и т.д. По словам самих царгасатов, паст-
бищем "родственники, царгасатские фамилии,
пользовались и пользуемся так: с востока от Дроу
и Ахсаргина до Баркахан — мы, Таймазовы; от
Баркахана до Бадады-хох — мы, Карабугаевы,
Текаевы, Сосрановы и Кулиевы; от Бадады-хох
до Арси-афцаг и Ахсан-адага — мы, Кантемиро-
вы; и от Арси-афцаг до Стулли-афцаг — мы, Ка-
рабугаевы".
Время, когда пастбище перешло под контроль
царгасатов, точно неизвестно. В предании "Борь-
ба Кодзасова Корте против балкарских алдаров"
в художественной форме передается борьба за
пастбище населения Стур-Дигории с местными и
балкарскими феодалами. Царгасата и таубии, гла-
сит предание, договорились совместно эксплуати-
ровать земли Хареса; границей между владения-
ми должна была стать р. Белая. Однако осуще-
ствлению этого замысла помешало вмешательство
крестьян. В одной из ожесточенных схваток, в ко-
торой во главе стурдигорцев стоял Кодзасов Кор-
те, крестьяне убили 12 сторонников таубиев, "ос-
тальные восвояси бежали к себе, оставив на поле
товарищей убитых". Таубии с тех пор не претен-
довали на пастбищные угодья своих соседей (в
странах Европы в раннефеодальный период
173
борьба за землю также выражалась в форме
столкновений крестьян с феодалами за эксплуата-
цию общинных угодий на приемлемых условиях и
против узурпации феодалами этого фонда). Сель-
чане совместными усилиями помогли Кодзасовым
погасить кровную плату.
Борьба за пастбище Харес нашла отражение и
в других исторических преданиях. В этом отно-
шении показателен классический художественный
образ Хамица Хамицаева. Он встречался и в пре-
дании о Царгасе, и в специальном цикле, и в пес-
нях. Т.А. Хамицаева выявила более 20 вариантов
песни "О Хамице Хамицаеве". Время сложения
песни она относит к периоду между второй поло-
виной XVI и началом XVII вв. Содержание цик-
ла о X. Хамицаеве следующее. Герой фольклор-
ного произведения взял в жены дочь кабардин-
ского князя Таусултанова Фатимат (по песням, а
в предании ее имя Княжна). Царгасата, "завидуя
значению" Хамица, оклеветали его вместе с род-
ственниками перед князем, будто они "обраща-
ются с Княжной не как должно и содержат ее
весьма дурно". Таусултановы убили Хамица. Уз-
нав об этом, Княжна покончила с собой. В отме-
стку адыгские феодалы истребили 32 человека
Хамицевых и их сторонников. После этого царга-
сата породнились с кабардинскими князьями и за-
хватили земли стурдигорцев. Так как время сло-
жения цикла о Хамице относится к рубежу XVI-
XVII вв., то переход Хареса под контроль царга-
сатов ориентировочно можно отнести к этому вре-
мени.
Некоторые исследователи конфликт между Тау-
султановыми и царгасатами с одной стороны и
174
Хамицаевыми с другой рассматривают как следст-
вие противоречий между Хамицем — представите-
лем крестьян, не желавшим мириться со своим за-
висимым положением, и феодалами Стур-Диго-
рии. Царгасата не хотели допускать установления
родственных связей крестьян с княжеской фами-
лией Тау султановых, что могло привести к укреп-
лению рода Хамицаевых ("и без того претендую-
щих на алдарство"), противопоставлявших себя
царгасатам, как коренные жители пришельцам.
Такое толкование представляется вероятным, но
не бесспорным. Содержание песен и преданий
склоняет к мысли, что Хамицаевы — вовсе не ря-
довые общинники.
Начнем с женитьбы Хамица на Фатиме. Ка-
барда в середине XVI — начале XVII вв. (время
сложения рассматриваемого цикла) представляла
собой сильное феодальное объединение. Установ-
ление тесных контактов в Русью путем брачного
союза Ивана Грозного с кабардинской княжной,
совместные выступления против крымского хана,
вхождение Кабарды в состав "Земли Русской"
свидетельствуют о большом авторитете адыгских
князей. К тому времени уже сформировалось
правило, по которому горские феодалы вступали
в брак только с равными себе. По одному вари-
анту песни, князь Тау султанов наказал сыновьям
отдать Фатиму за достойного. "Первое право сва-
тать дадите кабардинским князьям, второе — ди-
горским алдарам, а третье — свободным людям".
"Свободные люди" — скорее всего не крестьяне,
во всяком случае, не рядовые общинники, ибо
оппозиция "благородный" — "неблагородный" на
Кавказе пустила глубокие корни и соблюдалась
175
твердо. Э. Д'асколи писал в начале XVII в.:
"Благородный чиркас роднится лишь с благород-
ным и равным себе лицом, тщательно избегая
уронить свое звание; касательно чести чиркасы
щепетильнее итальянцев".
По всем вариантам песни, Княжну выдали за-
муж за большой калым, уплатить который рядо-
вому общиннику вряд ли удалось бы. В песне о
Хамице выкуп Таусултановыми назначался коня-
ми, непременно ногайскими. Угон скота на Кав-
казе, справедливо замечает Т.А. Хамицаева, дол-
гое время считался проявлением идеальных черт
"настоящего мужчины", но это занятие более ха-
рактерно для феодалов, чем крестьян, занятых
производительным трудом.
Хамиц скорее всего не принадлежал к классу
феодалов, но почти по всем вариантам песни су-
мел создать Фатиме такие условия жизни, что ее
братья-князья удивлялись нарядам сестры и уб-
ранству ее комнаты. Только зажиточный человек
мог создать такие условия. Отдельные варианты
предания приравнивают предков Хамица к кабар-
динским князьям. Это преувеличение, но также
неверно видеть в нем рядового общинника. Цикл
песен и преданий о Хамице, вероятно, отразил не-
удачную попытку "прорыва" в феодалы зажиточ-
ной части крестьян. Аналогичной точки зрения
придерживался А.К. Джанаев. По его мнению,
предание передает начальный период борьбы за
Харес между царгасатами и Хамицаевыми. Надо
сказать, что объективных предпосылок для увели-
чения привилегированного сословия в Стур-Диго-
рии не было из-за относительно слабого развития
производительных сил. В отечественной литера-
176
туре отмечена четко выраженная закономерность:
развитие производительных сил в обществе опре-
деляет размер круга лиц, освобожденных от непо-
средственного добывания пищи. В связи с этим
становится понятным, почему борьба за господст-
во в Стур-Дигории приняла столь жестокие фор-
мы. Цикл о Хамице заканчивается рассказом об
истреблении почти всей фамилии Хамицаевых и
возвышении царгасатов.
Косвенным свидетельством контроля царгаса-
тов над пастбищем служит наличие боевых ба-
шен Таймазовых и Кантемировых на левом бере-
гу р. Харес. Башня Таймазовых расположена в
центре села Кусу. Сложена из разноразмерных
камней на глинистом растворе. Толщина стен —
1,5 м. Длина башни — 7,4 м, ширина — 6,9 м, вы-
сота сохранившейся части — 11,0 м. Примерно в
300 м к юго-западу от этой башни расположен ма-
шиг Кантемировых. Толщина стены — 1,3 м, дли-
на и ширина — 6,0 м, наибольшая высота южной
стены — 11,6 м.
В конце XIX в. борьба за пастбище разгоре-
лась с новой силой. Начальник Владикавказского
округа в рапорте от 9 июля 1877 г. доносил на-
чальнику Терской области: "По распоряжению
моему пристав 3-го участка вверенного мне окру-
га был командирован в Стур-Дигорию для взыс-
кания денег за пастьбу скота на "Харесе", где
встретился с помощником своим, прапорщиком
Хаджи-Муссой Кубатиевым. Пристав объявил
жителям о цели своего приезда, предложил им на
добровольной основе внести деньги". Пристав уе-
хал по служебным делам в Зарамаг, а деньги по-
ручил собрать своему помощнику. Однако 9 июля
177
к нему явился Бечир Таймазов и рассказал о
столкновении в Стур-Дигоре: когда Кубатиев в
счет уплаты налога с жителя селения Одола Стур-
дигорского прихода Царая Хамицаева взял бара-
нов, последний стал ругать Кубатиева, а затем и
вовсе ранил его кинжалом. Через некоторое вре-
мя помощник пристава от полученной в живот ра-
ны скончался. Судя по дальнейшей переписке
кавказской администрации, дело заключалось не
в одном Царае Хамицаеве. Но дабы "избегнуть
чрезмерного осложнения" ситуации, начальник
Терской области просил прокурора Владикавказ-
ского окружного суда "ограничиться привлечени-
ем к суду одного лишь... Царая Хамицаева, а на
прочих прикосновенных к этому делу наложить
наказание административным порядком".
Два года спустя в рапорте начальника Влади-
кавказского округа начальнику Терской области
отмечалось, что несмотря на смерть Хамицаева,
окружной суд определил взыскание с его имуще-
ства по 210 рублей в год в пользу семейства уби-
того Кубатиева. Следствие показало также прича-
стность к беспорядкам 1877 г. старшины стырди-
горского прихода Дохчико Биазарова. Всадники
Терской постоянной милиции Асланбек Кабанов,
Базико Авсарагов, Урусби Чехтисов и Гако Цага-
раев известили его об убийстве Кубатиева. Но
старшина не только не прибыл на место преступ-
ления, но и призывал стурдигорцев не выполнять
"требование начальника об уплате денег в пользу
царгасат за пользование пастбищным местом Ха-
рес". К тому же он высказал крамольную мысль:
"Царь силен, пусть же он берет силой". Такая же
вина лежит на Айдаруке Цопанове. Мурзанкул
178
Туриев, Иналды Хайманов и Асланбек Цопанов
виновны как в укрывательстве Хамицаева, так
и в противодействии всадникам Кобанову и Ца-
рикаеву в поимке Хамицаева. Сельский писарь
Георгий Будаев, Бекир Малиев, Гасай Гатиев,
Какус Кцоев, Урусби Балаев, Феубий Гобеев,
сельский курьер Бадзо Бурнацев виновны "в под-
стрекательстве стурдигорцев к неисполнению тре-
бования начальников об уплате упомянутых денег
и, кроме того, последний в произнесении слов,
выраженных призывным криком: "О, стурдигор-
цы, если в своей клятве верны, то собирайтесь".
Как утверждал начальник Владикавказского
округа, "произнесенные Бурнацевым слова дока-
зывают, что между вышеупомянутыми лицами
был заговор не подчиняться распоряжению ад-
министративного начальства по взысканию денег
с стурдигорцев за пользование пастбищным мес-
том Харес". По этой причине владикавказское
начальство предлагало всех вышеназванных
"бунтовщиков" отправить в Георгиевск "для со-
держания в тамошней тюрьме в течение одного
года каждого".
Конечно, история Стур-Дигоры не ограничива-
ется лишь борьбой различных социальных слоев
за пастбище Харес. Как отмечалось выше, в пись-
менных источниках этот населенный пункт и од-
на из фамилий царгасатов — Карабугаевы — упо-
минаются в статейном списке 1650-1652 гг. Следу-
ющее известие об этом ауле приходится на 1743 г.
Коллегия иностранных дел России через кабар-
динских владельцев Магомета Атажукина и
Адильгирея Гиляксанова, а также костиковского
владельца Алиша Хамзина получила "известия о
179
горских народах". В этом описании народов Се-
верного Кавказа отмечен "седьмой народ — сюр-
дигор, живут в горах, по вершине реки У рюха и
других ближних рек, против Малой Кабарды,
разстоянием от деревни владельца Адильгирея
Гиляксанова день езды, и с тою Малою Кабардою
постоянный имеют мир... и взаимно между собою
женятца, дюгоры и сюрдигоры на кабардинках, а
кабардинцы на их дочерях, язык имеют особли-
вый, а закону никакого не имеют, а прежде все
были христианского закона, и для того и ныне,
как и выше упомянуто, содержат посты по хрис-
тианскому обыкновению, есть у них церкви ка-
менные... Оные народы весьма военные, имеют
ружье огненное, также сабли и кинжалы и сами
делают серу горючую, порох и свинец, и железо
из руд, находящихся там же в горах".
О воинственности царгасатов в 1781 г. писал в
своем дневнике Штедер: "В горах нас окружили
чаркеззетты, направившие на нас свои ружья".
О степени распространения христианства сре-
ди стурдигорцев говорит тот факт, что его испове-
дывали не только крестьяне, но и сами царгасата,
несмотря на тесные связи с мусульманскими вла-
дельцами Малой Кабарды. Так, например, Геор-
гий Кантемиров в середине XIX в. окончил Тиф-
лисскую духовную семинарию. В 1875-1879 гг. в
Стур-Дигоре возвели новую каменную церковь.
Основными занятиями царгасатов являлись
охота, набеги, война. Не удивительно, что многие
царгасата служили в российской армии. С того
момента, как горцами стали комплектовать взвод
специального Кавказского эскадрона собственно-
го императорского конвоя, мечтой едва ли не каж-
180
дого осетина стала служба в нем. Претенденты на
столь почетное место выдерживали огромный кон-
курс, проходя через множество конкурсных отбо-
ров. Сохранились документы одного из таких от-
боров. 1869 годом датирован "Список лицам, вы-
бранным в кандидаты на поступление в конвой
Его Величества". Среди кандидатов — урядник
Хакяш Карабугаев, "23 лет, магометанин, из цар-
гасат Дигорского общества". Образование полу-
чил домашнее. В послужном списке кандидата
даны краткие сведения о претенденте. Родился в
1845 г. в Стур-Дигоре. 3 мая 1861 г. поступил на
службу в Терский конный иррегулярный полк.
"За отличие, оказанное в сем году при поиске и
поимке абреков Умы и Атабая произведен в
урядники". После упразднения этого полка в
1865 г. поступил в Терскую постоянную мили-
цию. Женат на дочери подпоручика Бимболата
Кубатиева — Мелекхан. На момент составления
списка в 1868 г. "имел сына Измаила, который
находится при доме в Стур-Дигоре". К этому мо-
менту имел награды: серебряную для ношения в
петлице на Анненской ленте, такую же за покоре-
ние Чечни и Дагестана, и крест с надписью "За
службу на Кавказе".
Пройдя конкурсный отбор, с 8 сентября 1869 г.
Хакяш Карабугаев стал оруженосцем в конвое
его императорского величества. 20 декабря того
же года произведен в звание юнкера. 12 января
1871 г. "высочайшим приказом из юнкеров кон-
воя Его Величества произведен в прапорщики ми-
лиции". Во время прохождения службы в конвое
Хакяш Карабугаев отличился в показательных
выступлениях конвойцев по случаю пребывания в
181
гостях у императора России датской королевской
четы.
Кандидатом в императорский конвой числился
Алихан Карабугаев (1877 г.). В списке офицеров
российской армии значатся также Леонтий и Али-
хан Кантемировы. Леонтий Ясонович Кантеми-
ров, подполковник 154-го пехотного Дербентского
полка, отличился в русско-турецкой войне. В од-
ном из боев получил приказ с четырьмя ротами
атаковать укрепленную турками высоту. Как от-
мечали дореволюционные военные историки,
"под беспрерывным огнем неприятеля двинул
вперед штурмующую часть, имевшую перед собою
противника далеко в превосходящих силах. Бата-
льон его ни разу не дрогнул; сам подполковник
Кантемиров, успевая отдавать приказания и не
переставая появляться в наиболее опасных мес-
тах, первый перескочил на коне через непри-
ятельские ложементы, упорно защищаемые еще
турками". За этот бой 23 декабря 1878 г. он по-
лучил Георгиевский крест IV степени.
В приказах по отдельному Кавказскому корпу-
су среди прочих отмечены: пожалованы чином
майора и одновременно 150 рублями Гонак Кара-
бугаев и Асналук Кантемиров; пожалован следу-
ющим чином и одновременно 100 рублями —
Джамбулат Карабугаев. В 1871 г. в офицеры про-
изведен Дзандар Карабугаев; через 8 лет он зна-
чился помощником командира 2-й сотни Терской
постоянной милиции.
В русско-турецкой войне 1877-1878 гг. отличи-
лись поручик Кантемиров, Тох Кантемиров (в со-
ставе Чеченского полка) и др. В первую мировую
войну в действующей армии находился Мурат
182
Кантемиров, награжденный боевыми орденами и
личным оружием.
В 1913 г. по случаю празднования 300-летия
дома Романовых в числе представителей Осетии
отмечен Джандар Кубатиевич Карабугаев. Родил-
ся 4 января 1828 г. 30 августа 1858 г. "за отличие
в поимке беглых арестантов награжден серебря-
ной медалью с надписью "За усердие" для ноше-
ния в петлице на Станиславской ленте". Через 10
лет получил аналогичную награду на анненскои
ленте.
Большая часть царгасат в 1864-1867 гг. поки-
нула родину и вместе с массой переселенцев осе-
ла в Турции, в с. Хымыли у города Каре. Позд-
нее они перебрались в другие регионы Ближнего
Востока, Западной Европы и Америки.
ТИБ
Тиб относится к древнейшим населенным пунк-
там Осетии. Как и расположенное неподалеку се-
ление Лисри, Тиб представляет собой великолеп-
ный, неповторимый архитектурный ансамбль.
Здесь представлены практически все категории
средневековых архитектурных памятников: обо-
ронительные, культовые, жилые, хозяйственные
сооружения различной степени сохранности. По
архитектуре и планировке Тиб является типич-
ным горным аулом, состоящим из нескольких от-
селков — Верхний Тиб, Уелта, Боцита, Уанта,
Тимцна. В Верхнем Тибе привлекают внимание 6
(!) жилых башен Кучиевых, особый интерес вы-
зывает расположенный в центре села трехъярусный
183
гсенах (жилая башня). Помимо этого, отметим 5
сильно разрушенных боевых башен Кучиевых,
святилища Аларды, Мады Маирам, Таранджелос.
В Уелгпа выделим галуан (замковый комплекс,
состоящий из боевой и жилой башен, а также раз-
ного рода хозяйственных построек) Кадзовых,
две боевые башни Тедеевых разной степени со-
хранности, ганахи Тедеевых и Кадзовых, святи-
лище Уацилла-дзуар, расположенное в 300 м
юго-западнее села на вершине скального уступа,
омываемого реками Халаца и Мамисондон.
В других отселках Тиба обратим внимание на
церковь святого Михаила Архангела, возведен-
ную в 1859 г. по образцу многих осетинских церк-
вей, относящихся ко времени деятельности Обще-
ства по восстановлению христианства на Кавказе.
Святилища Тимцна Уастпырджийы-дзуар и Хуы-
цау кувандон расположены по берегам Мамисон-
дона и представляют собой небольшие каменные
столпообразные капища.
В начале XVIII в. царевич Вахушти справедли-
во писал о Тибе как о "селе большом, башенном".
О большой плотности населения в данном ауле
свидетельствуют и письменные источники. В
1783 г. во всех мамисонских селах насчитывалось
1304 двора, из них в Тибе находилось 210 дворов.
По записанному в XIX в. преданию, первыми
поселенцами Тиба считаются Кучиевы, перешед-
шие сюда из Верхнего Мизура, где до наших дней
сохранились остатки их родовой башни. Согласно
устной традиции, Кучиевы обосновались на новом
месте еще в XVI в. Интересно, что во время науч-
ной экспедиции в 70-80-х гг. XX в. в высокогор-
ные районы Осетии Б. Гамкрелидзе записал еще
184
один вариант предания, по которому в Верхнем
Тибе первыми обосновались Кучиевы. Они расчи-
стили лесной участок и положили начало населе-
нию данного аула. Приоритет Кучиевых сказы-
вался в том, что в Верхнем Тибе находился всеоб-
щий ныхас, где решались наиболее важные вопро-
сы. Правда, и в других отселках имелись свои,
малые ныхасы.
Народная традиция считает, что вслед за Кучи-
евыми в Тиб пришли Боциевы, составлявшие на-
ибольшее количество дворов и имевшие четыре
родовые башни, среди которых особенно выделя-
лась наиболее древняя семиярусная башня. В Ти-
бе жили также Икаевы, Багаевы, Тедеевы и дру-
гие фамилии. Многофамильность вообще была
характерной чертой Мамисонского общества. Как
полагает Б.А. Калоев, возможно, это объясняется
постоянным притоком новых поселенцев и одно-
временно отливом коренного населения в другие
районы Северной и Южной Осетии, а также в За-
падную Грузию. Отметим также, что наряду с
осетинскими по происхождению фамилиями здесь
жили потомки выходцев из Грузии. Так, по вер-
сии генеалогического предания, записанного бо-
лее полувека назад со слов 70-летнего Антона
Дарчиева, многочисленный род Дарчиевых из се-
ла Лисри происходит от мегрела, покинувшего
родину из-за кровной мести. По другой версии,
корни Дарчиевых следует искать в Абхазии.
Говоря о происхождении Кучиевых, приведем
довольно интересные архивные документы из дел
Комиссии по разбору сословных прав горцев Тер-
ской и Кубанской областей. 17 декабря 1871 г.
подпоручик Бимболат Хуцистов, Нави Абациев,
185
Бибо Кучиев, Асламурза Хаутов, штабс-капитан
Афако Абациев и Федор Елканов обратились в
вышеназванную комиссию с заявлением, в коем
утверждали, что все шесть фамилий, включая Ку-
чиевых, происходят от одного предка по имени
Каир. Их первопредок "поселился в Куртатии с
незапамятных времен". Предки перечисленных
фамилий, "владея огромным пространством земли
и дачами лесов, в с. Дзвгис строили разные зда-
ния, сохранившиеся до настоящего времени...
предки наших фамилий пользовались почетом не
только в среде своего общества, но даже из всех
куртатинцев были нередко выбираемы как пред-
ставители (в различные депутатские комиссии);
до покорения Кавказа служили грузинским царям,
при которых пользовались особенною предпочти-
тельностью... молодые люди наших фамилий мно-
го раз были отправляемы в кадетские корпуса за
казенный счет, служили в конвоях Его Импера-
торского Величества, и много членов наших фа-
милий дослужились до офицерских чинов". В за-
явлении еще раз подчеркнуто, что "означенные
шесть фамилий потомков Каировых есть природ-
ные куртатинцы". Не останавливаясь здесь на
детальном разборе справедливости всех приведен-
ных в заявлении утверждений, укажем лишь,
что Кучиевы, по нашим данным, не могут быть
"природными куртатинцами" и уж тем более —
выходцами из Дзвгиса.
Показательно, что всего через 3 недели — 10
января 1872 г. — в ту же комиссию поступило
другое заявление — от жителей с. Тиб Лека и Гу-
лиа Казаевых, Георгия и Малхаза Кучиевых,
Петра Тедеева. Они утверждали, что "родона-
186
чальником всех вышеназванных фамилий был
Кусагон, сын Оси-Багатара; таковые потомки
Оси-Багатара — Казаевы, Кучиевы и Тедеевы
жили и поныне живут в Мамисонском ущелье в
селении Тиб; они, как потомки Оси-Багатара,
были почитаемы всеми окружающими общества-
ми. Кровная цена этих фамилий устанавливалась
вдвойне". В соседних обществах, говорится в за-
явлении далее, "ловили мы... лучших лиц, когда
они не ладили с нами в чем-нибудь и за дорогую
цену продавали таковых пойманных лиц обратно
своим". В трудные времена соседние владельцы
и цари Грузии обращались к мамисоицам за во-
енной помощью. "Предки наши имели много раз-
ных документов от царей Грузии и Имеретии, как
то: Александра сына Бакара, Ираклия и Соломо-
на, таковые подлинные документы хранились у
лучших лиц наших фамилий; с этими документа-
ми мы могли соперничать и с действительными
дворянами осетин".
Интересно, что в данном документе Казаевы,
Кучиевы и Тедеевы признаются в каких-то пре-
грешениях перед российской администрацией на
Кавказе. Возможно, имелось в виду участие чле-
нов названных фамилий в каком-то вооруженном
выступлении против русских войск. Во всяком
случае, степень преступления должна была соот-
ветствовать строгости наказания — "дома наши
были сожжены дотла, погибли лучшие члены на-
ших фамилий". Однако затем Казаевы, Кучиевы
и Тедеевы "верою и правдою служили государям
российским... всегда были готовы пролить кровь
до последней капли за благо своего государя".
Справедливость этих слов подчеркивает то обсто-
187
ятельство, что среди офицеров Георгиевских кава-
леров значатся Савва и Даниил Кучиевы.
Относительно недавно в печати появилась вер-
сия о происхождении фамилии Катуковых. Со-
гласно этой версии, ее родоначальник Кайтук до
прихода в Алагирское ущелье и основания там се-
ления Ход, вместе с братьями Теде и Хъаныматом
жил в предгорье Центрального Кавказа. В сраже-
нии с полчищами Тимура младший из братьев по-
гиб. Двое других, отомстив за кровь брата, ушли
в Дигорское ущелье, откуда через Кионский пере-
вал перешли в Алагирское общество. Этнографы
полагают, что имя Кайтук явно кабардинское,
возможно, восходит к распространенной кабар-
динской княжеской фамилии Кайтукиных (XVI-
XVIII вв.); "имена Теде, ставшего родоначальник
ком фамилии Тедеевых, ныне многочисленных в
Северной и Южной Осетии, и погибшего Хъаны-
мата можно считать аланскими" (Б.А. Калоев).
Уже из Тиба Тедеевы впоследствии мигрирова-
ли в разные места Осетии — Уаллагком, Южную
Осетию и т.д. Так, например, существует преда-
ние о возникновении селения Хетагурово в рав-
нинной части Южной Осетии. До 1939 г. оно на-
зывалось Цунар — сокращенный вариант от Цус
Нар "Малый Нар". Хотя точная дата и условия
основания села точно неизвестны, установлено,
что его первыми жителями являлись выходцы из
Северной Осетии, в числе коих названы и Тедее-
вы. Здесь же отметим, что Тедеевы относились к
одной из самых многочисленных фамилий Юж-
ной Осетии, по меньшей мере в бассейне Большой
Лиахвы. Только в Джавской котловине к родст-
венной группе Тедета относились: Теде, Гаму за,
188
Ота, Кайсин, Тама, Мирман, Парса, Кима и Ко-
ла.
Немало представителей Тедеевых сражались
под российскими знаменами. Одним из первых
членов фамилии, отмеченных военными награда-
ми, являлся "охотник осетинской милиции Бега
Тедеев", которому еще в 1851 г. была пожалова-
на серебряная медаль с надписью "За храбрость".
Пользу обществу Тедеевы приносили и в сугу-
бо мирных делах. Так, в 1906 г. в Тифлисе было
создано Юго-Осетинское издательское общество.
Его организаторами являлись П. Джиоев, П. Те-
деев, Б. Кочиев. Как цензор осетинской литерату-
ры и печати Кавказского цензорского комитета,
П. Джиоев обеспечивал определенную свободу де-
ятельности общества. Юго-Осетинское издатель-
ское общество содействовало выпуску газеты
"Ног цард" и журнала "Афсир".
цимити
Анализ этнографического материала и фольк-
лорных текстов привел Б.А. Калоева к выводу о
происхождении многих куртатинских фамилий
"от коренного аланского населения... Населяя
преимущественно ущелье р. Фиагдон, куртатин-
цы образовали большое количество селений", сре-
ди которых основанные еще в древности Дзвгис,
Кадат, Кора, Лац и Цимити. Причем последний
аул относился к числу немногих, насчитывавших
более десяти фамилий, "считавших своим предком
Курта, а первоначальным местом обитания сво-
их предков сел. Уаллагсых, развалины которого
189
сохранились до сих пор в центре Куртатинского
ущелья". Так как Цимити находится недалеко от
Карийского перевала, через который шел приток
переселенцев из Алагирского ущелья, то в ауле
имеются и "пришлые элементы".
Цимити расположен на склоне горы Кариу-
хох, возвышающейся над левым берегом р. Фиаг-
дон. Его архитектурный облик определяется мно-
гочисленными башенными, склеповыми и культо-
выми сооружениями. А. Головин еще в середине
XIX в. писал по этому поводу: "Рука времени из-
гладила следы богатства и блеска этого древнего
осетинского города (очевидно, размеры аула и на-
сыщенность архитектурными памятниками вызва-
ли у автора ассоциацию с городом — Ф.Г.), но у
осетин сохранилось предание, что теперешняя де-
ревня Цимити была богатым в Осетии городом,
всегда безопасным от всех хищнических набегов,
и служила единственным сборищем сбыта и по-
купки разных произведений природы и искусст-
ва". Уже в наши дни В.Х. Тменов запаспортизи-
ровал здесь более 30 (!) архитектурных памятни-
ков: жилых и боевых башен, склепов.
Рассматриваемый аул являлся своеобразным
центром социума, в средние века выделяемого
внутри Куртатинского общества. Не случайно в
дореволюционной литературе "Цимитинское" об-
щество, "цимитинских" старшин отделяли от дру-
гих районов Куртатинского ущелья. Причем, вну-
три этого социума выделялась группа поселений,
напрямую связывавшая себя с центральным ау-
лом. Фамилии, населявшие Цимити, Кадат, Ури-
кау и Хидикус, свое происхождение вели от одно-
го предка — легендарного Цимити. Население по-
190
следних трех аулов считало свои аулы отселками
Цимити, называвшегося "Большим Цимити". Ин-
тересны в этом смысле наблюдения Ю. Клапрота,
побывавшего в этих местах в 1808 г. "В 3-х вер-
стах от Харискина на правый берег реки ведет
мост и находится селение Цмитти-Хидикус, или
мост Цмитти. Напротив этого селения, на другой
стороне Фиага впадает сильная речка Царитте-
дон. На этой речке, в 4 верстах к западу, нахо-
дится гора Истир Цмитти, или Большой Цмитти,
а еще выше Кадат. В обоих селениях живут осе-
тины из племени цмитти... В старых близлежа-
щих стенах добывают селитру, которую они обме-
нивают у соседей".
Еще в середине XVIII в. возле Цимити члены
Осетинской духовной комиссии отмечали наличие
рудных месторождений. Полтора века спустя в
газете "Терские ведомости" анонимный автор от-
мечал в своей публикации: "У одного жителя се-
ла Цмита весь дом и постройки стоят на почве,
сплошь состоящей из серебро-свинцовой руды".
Родословные предания цимитинцев содержат
свидетельства о торговле и торговых путях древ-
ности. Через Куртатинское ущелье действительно
проходили древние вьючные тропы, связывавшие
степное Предкавказье с Грузией. Один путь шел
вдоль Фиагдона и далее за перевал. Второй шел
через Хилакское ущелье по р. Зригатидон к Кеса-
тикау, оттуда через Рокский перевал в ущелье в
верховьях Большой Лиахвы. Третий маршрут
проходил через Хилакское ущелье от Калотыкау
у горы Зыкойхох к аулу Зака, затем через пере-
вал в Сбийское ущелье бассейна Большой Лиахвы.
Следует упомянуть еще один важный маршрут, в
191
средние века у осетин получивший название
Шахнад "Тропа шаха". Первое письменное сви-
детельство о ней оставил дореволюционный ис-
следователь В.Б. Пфаф: "На одной высочайшей
скале, в Куртатинском ущелье, заметна длинная,
горизонтальная линия, издали похожая на доро-
гу, искусственно высеченную в скале. Охотники,
побывавшие наверху скалы, подтверждают, что
действительно там виден еще след, по которому
будто бы шах (имеется ввиду неудачный поход
Аббаса I в 1614 году) проехал на своей арбе". Об
этой дороге писали Вс. Миллер (1881 г.) и П.С.
Уварова (1887 г.). В 1927 году профессор Б.А.
Алборов провел специальную экспедицию по кур-
татинскому участку дороги. Местные старожилы
рассказали ему и о других участках. Дорога, по их
словам, начиналась в Трусовском ущелье, через
ледник Джимарайхох переходила в Тагаурское об-
щество, оттуда — в Куртатинское ущелье. В райо-
не Хидикуса дорога разветвляется: одна ведет к
истокам Фиагдона и далее в Заки; вторая — в бас-
сейн Ардона Алагирского ущелья. Приведенные
данные подтверждают свидетельство родословных
цимитинцев о древних торговых маршрутах, про-
ходивших через их земли.
В Цимити проживало много фамилий; кратко
остановимся на родословной одной из них.
БЗЫКОВЫ
Время и место возникновения фамилия Бзыко-
вых устанавливаются с большим трудом из-за
противоречивых данных источников по самым
192
ранним периодам истории фамилии. Согласно од-
ной из версий родословной, Бзыковы являются
уроженцами аула Цимити.
Косвенно версию родословной Бзыковых о
происхождении фамилии из Цимити подтвержда-
ет тот факт, что их ближайшие родственники —
Агкацевы и Басаевы — жили в том же ауле; сохра-
нились их родовые башни. Относительно хорошо
сохранилась башня Агкацевых, расположенная на
северо-западной окраине села; она сложена из
разноразмерных камней на известковом растворе.
Стены прорезаны бойницами различной конфи-
гурации и украшены петроглифами. Высота баш-
ни — 9,5 метра, длина — 5,3, ширина — 5,15. Баш-
ня Басаевых расположена в 100 метрах к востоку;
ее размеры составляют: высота — 9,0 метра, дли-
на — 5,3, ширина — 5,15. Возможно, Бзыковым
принадлежала безымянная башня к северу от се-
ла, построенная на скальном выступе высотой
около 10 метров. Добавим к этому высоту сохра-
нившейся части башни — 9,15 метра; получается,
что верхняя площадка возвышалась на 20 мет-
ров над уровнем земли, обеспечивая прекрасный
обзор.
Самым убедительным доказательством право-
ты родословной относительно изначального места
обитания Бзыковых является топонимика. В ок-
рестностях Цимити сохранилось всего лишь одно
название угодий, связанное с проживавшей в ау-
ле фамилией — Бзыгкаты уыгоердозн "луг Бзыко-
вых". Этот топоним не мог бы здесь появиться,
если бы Бзыковы не жили в этих местах.
Вместе с тем, очевидно, что Бзыковы достаточ-
но давно по каким-то веским причинам (кровная
7Ф. X. Гутнов 193
месть ?) покинули Цимити и переселились в Урс-
донское ущелье Алагирского общества. Настолько
давно, что алагирцы считали их "своими", даже
выводили их от общего легендарного предка —
Ос-Багатара. Профессор З.Д. Гаглойти собрала
большой фольклорный и этнографический мате-
риал, в результате анализа которого она пришла
к выводу, что Бзыковы происходят от младшего
сына Цахила — "любимого внука Ос-Багатара" —
поселившегося у истоков Урсдона в Донисаре. К
числу их арвадалта здесь относились Мсойтсе.
Известная ленинградская исследовательница
Е.Г. Пчелина в довоенные годы потратила много
сил для реконструкции истории Урсдонского
ущелья. Еще в 20-х годах со слов Эльмурзы Ам-
бал ова (1817 г. рождения) она записала первый
вариант предания о Багатаре. В последующие
двадцать лет она серьезно расширила свой фонд
записей фольклорных памятников и археологи-
ческих находок. На основе солидной источнико-
вой базы она проанализировала предание об Ос-
Багатаре и отделила действительные события от
вымысла. Интересны ее материалы о крепости
"Урсдоны уозллаг кау фидар". Крепость, анало-
гичная по своей конструкции крепостям в Ксурте
и Нузале (Алагирское общество), в Дзвгисе (Кур-
татинское ущелье), имеет ряд пещерных помеще-
ний, закрытых с внешней стороны каменными,
сложенными на извести трехстенными боевыми
башнями. В случае военной тревоги укрепление
служило местом укрытия для всего населения
Урсдонского ущелья.
Интересные уточнения внесла Пчелина в гене-
алогическое предание о происхождении Бзыковых.
194
Согласно ее версии, младший сын Цахила в каче-
стве доли получил место у истоков р. Урсдон. Он,
вроде бы, сам выбрал это место. А было это так.
Как-то во время охоты он подстрелил оленя, но
тот упал в пропасть. Спустившись за ним, охотник
услышал шум воды. Увидев вытекавшую из рас-
щелин скалы реку, он решил обосноваться здесь;
из шкуры оленя соорудил себе шалаш, а позднее
основал селение, назвав его "Доны Ссер". Потомки
младшего сына Цахила делятся на: 1) Хестанта
(они находились в какой-то родственной связи с
Дзебойта-Дзугата из аула Даллаг Урсдон) и 2) ар-
вадалта Бзыковы-Мсоевы. Местом погребения
для арвадалта служило кладбище в местности
Аре. Вблизи села отмечено более позднее кладби-
ще, также принадлежавшее жителям Донисара.
На нем Пчелина выделила полуподземные, под-
земные и надземные заппадзы с мумифицирован-
ными усопшими и большим количеством тканей,
оставшихся от одежд. Все погребения датируются
в пределах XVII- XIX веков.
Из архитектурных памятников Донисара выде-
ляются две башни, одна из которых принадлежа-
ла Бзыковым. Предания, связанные с ней, уже во
времена Пчелиной были забыты. В наши дни Бы-
зыккаты мсесыг, расположенная на южной окра-
ине села, сохранилась высотой 12,55 м (раньше
была, несомненно, выше), длиной — 7,35, шири-
ной — 7,25. Сложена из массивных каменных бло-
ков на глинистом растворе. В основание башни,
особенно по углам, уложены крупные блоки.
Здесь же отметим, что через Урсдонское уще-
лье также проходили древние караванные пути
и располагались таможенные заставы. Вероятно,
195
платой за проезд иранских купцов являлся пре-
красный сасанидский кубок, найденный еще в
1828 году.
Бзыковы из Донисара поклонялись святым: в
самом селе находились святилища в честь Уас-
тырджи и "Хъэеу заед"; в окрестностях аула име-
ется несколько святилищ, наиболее интересный
из которых "Рыныбардуаджи куваендон".
Куртатинские Бзыковы со временем рассели-
лись по всей Осетии и за ее пределами. Известны
они в Лабе — населенном пункте в Шелковском
районе современной Чеченской республики. По
некоторым архивным документам, этот населен-
ный пункт сами жители едва не переименовали в
Бзыково. Несколько дворов Бзыковых осело в
Суатиси Трусовского ущелья.
В Северной Осетии заметную роль Бзыковы
играли в Хумалаге; в 1886 году их здесь насчиты-
валось 7 дворов; почти все они относились к креп-
ким хозяйствам; у них имелись коровы, буйволы,
лошади, овцы и козы. Многие члены фамилии по-
лучили образование в мужской и женской церков-
но-приходских школах Хумалага.
В новый XX век фамилия вступала крепкой и
уверенной.
196
Географический указатель
Абиссиния 25
Абхазия 158, 171, 185
Австрия 87
Алагир/Валагир 84, 151
Алагирское ущелье/общество 5, 7, 11, 16, 22-24,
46, 76, 85, 112, 120, 127, 129, 130, 145, 154, 188,
190, 192, 194
Алания 32-34
Анакопия 171
Америка (США) 58, 183
Англия 89
Ардаган 68
Ардебиль 151
Ардоз (Артаз — Владикавказская равнина) 96
Ардон (село, река) 5, 7, 24-28, 148, 165, 192
Ардонская (ст.) 108, 164-165
Арран (г.) 58
Арсы-афцаг 173
Армения 34
Архон (река) 164, 165
Архонка (станица) 107, 148, 164-165
Архонское ущелье 5
Афганистан 150
Ахсан-адаг 173
Ахсаргин 166, 173
Бададхох 173
Балкария 86, 166
Балта 101, 104
Баркахан 173
Батакоюрт 100
Бегли-Ахмет 155
Белая (река) 81, 160, 161, 173
Белосток 69
197
Бельбек 156
Беслан (Тулатово) 152
Бирдуз 68
Ближний Восток 183
Болгария 140
Буденновск 66, 86
Варшава 68
Вассилово (село) 64
Византия 141
Вена 87
Владикавказ 3, 55, 86, 99, 100, 104, 105, 120, 131,
133, 136, 139, 155, 159, 160
Владикавказская равнина (см. Ардоз) 96, 131,
148
Владикавказский округ 26, 79, 95, 106, 107, 131,
132, 137, 177, 179
Военно-Грузинская дорога 99, 102-104, 106, 114,
131, 156, 166, 167
Военно-Осетинский округ 7, 153, 154, 178
Генал (аул, река) 142
Геналдонское ущелье 37
Гергети 114
Георгиевск 179
Германия 168
Гизель (село, река) 35, 148, 164, 165
Гладковская 158
Гори 14, 15, 19, 118
Грузия 13-15, 19, 20, 40, 49, 71, 84, 97-102, 112,
114, 117-119, 145, 146, 166, 171, 185, 187, 191
Гуларкау 63
Гуркутиком 112
Гусойта (село) 130
Дагестан 122, 181
Дагом 5-12, 22, 23
198
Даллагкау 46, 101, 142
Даргавс 33-44, 46, 49, 51, 127, 142
Дарьял (ущелье, перевал) 96-98, 101, 145
Двалетия (см. Туалгом)
Джава (село, ущелье) 124, 188
Джерах (село, ущелье) 109
Джимара (аул, ущелье, ледник) 44-48, 50-56, 63,
192
Джинат 112, 145
Джулат 158
Дзами 14, 15
Даргавс 186, 189, 194
Дигора (Стур-Дигора) 63, 81, 84, 86, 87, 166
Дигорское ущелье, общество И, 86, 92, 130, 154,
168, 170-172, 181, 188
Дманиси 19
Донисар 5, 8, 21-23, 194-196
Донифарс 169
Древняя Русь 158
Дроу 173
Дур-Дур 63-65, 67, 84, 160, 163
Евпатория 156
Европа 173, 183
Екатериноград 40
Жинвали 14
Закавказье 20, 96, 99, 103
Заки (село, река, ущелье) 112, 120, 121, 129, 192
Заманкул 148
Зарамаг 177
Згид 131
Зеленчук 116.
Зилахар 130, 131
Зилга 148, 152
199
Змастдон 130
Змейская (ст.) 131, 164
Зригатидон 191
Зрук 112, 113
Зыкойхох 191
Имеретия 170, 187
Иналово 102
Инджинта 29
Иран (Персия) 141
Иры Уатар 131-133
Кабарда43, 63, 64, 67, 70, 81, 82, 93-94, 170, 175,
180
Кабчигай 97
Кавказ 3, 4, 19, 23, 33, 35, 41, 42, 66, 67, 78, 79,
85, 87, 94, 96, 100, 102, 103, 124, 127, 135, 136, 142,
147, 149, 152, 155, 156, 158, 159, 167, 175, 176, 181,
184, 186, 187
Кадат 189-191
Каккадур 49-51, 77, 165,
Калотыкау 191
Камбилеевка 133
Канада 58
Кантышево 152
Кара-гурт 156
Карагач 83
Каражаево/Караджау 63, 64, 81, 82
Карачаево-Черкесия 23
Карджин 145
Кардиусар 147
Карийский перевал 190
Кариухох 190
Каре 68, 106, 155, 183
Картли (Картлиния) 13-15, 99, 117, 188, 146
Карца 72-75, 77-80
200
Касарское ущелье 17
Кауридон 142-144
Кахетия 117, 146
Кесатикау 191
Кизил-Таг (село) 155
Кизляр 42, 43, 75, 87, 170
Кобань/Кобанское ущелье 36, 37, 165
Кора 121-123, 189
Кора-Урсдон 64, 81-83, 85
Кошка (село) 143
Ксани 49
Ксурт 194
Кубанская область 17, 25, 101, 172, 185
Кубатиево 64, 84
Курдяковская (станица) 158
Куртат 73, 79
Куртатинское ущелье/общество 11, 73-76, 121,
154, 186, 190-192, 194
Курум-Кипчак 156
Кусса (село) 166, 177
Лаба 23, 25, 196
Лагоулин 150
Ламардон 51
Ларе 24, 84, 96-100, 156
Лац 189
Лиадон 112
Лиахва (Большая и Малая) 7, 24, 188, 191
Лисри 183, 185
Лескен 64, 82
Ловчи (гор.) 110
Ляоян 150
Маджары 66, 86, 157
Малая Азия 155
Мамисондон 184
201
Мамисонский перевал 185, 187
Маньчжурия 150
Мизур (село, ущелье) 5, 120, 128-130, 184
Моздок 43, 65, 80, 114, 115, 123, 170
Моска (село, ущелье) 166
Москва 54, 57, 59, 76, 136, 155
Мукден 150
Нальчик 3
Нар 63, 111-116, 118, 120, 124, 125, 188
Нардон ИЗ
Николаевская (станица) 157-164
Новоосетинская 28, 70
Ногкау 77, 120-122, 128, 129
Нузал (село, ущелье) 5, 16-20, 22, 194
Одесса 136
Одола 166, 178
Ольгинское 55, 131-140, 152
Орджоникидзе 87
Осетинский аул (слободка, округ) 107, 124, 125,
131, 1332, 153
Осетия 6, 7, 11, 18, 20, 22, 23, 26-29, 33-35, 39,
42, 45, 53, 59, 60, 66, 67, 74, 77-79, 85-87, 92, 105,
107, 111, 114-116, 118, 119, 122, 123, 127, 129, 132,
134-138, 140-142, 145,148, 151, 157, 159, 163, 166-
168, 174, 183, 184, 188, 190, 196
Павловская 70
Париж 54
Передний Восток 96
Персия (см. Иран) 150, 151
Петербург 76, 108, 118, 151, 152
Польша 69
Поты фаз ИЗ
202
Прасковея 86
Предкавказье 191
Раминарыг 37
Россия 3, 4, 23, 40, 48, 56, 67, 68, 72, 74, 75, 80,
81, 92, 94, 101, 103, 105, 114, 115, 132, 134, 138,
140, 146, 155, 179, 182
Ростов 133
Румыния 27
Рук 25, 121, 124, 126
Русь 175
Садон (село, ущелье) 5
Саниба 25, 141-145, 147-150, 156
Санкт-Пектербург 53, 69, 80, 119, 136
Сатат 141
Сба 55, 191
Северная Осетия И, 24, 36, 56, 57, 5961, 63, 101,
112, 122, 124, 134, 158, 164, 185, 188, 196
Северный Кавказ 3, 4, 14, 21, 57, 84, 86, 105,
124, 134, 154, 157, 158, 180
Сибирь 35, 43, 78, 124, 126
Синдзикау 130
Скуммидон 81, 83
Слас 113, 114
Суадаг 77
Суардон 81, 83
Суларта 129, 130, 131
Ставдорт 131
Ставрополь 78
Сталинир 62
Стамбул 154
Сунженская (станица) 159
Стулли-афцаг 173
Стур-Дигора 166-169, 172-181
203
Тагаурское общество 23, 34, 39, 41, 43, 46, 100,
101, 104, 131, 154, 156, 192
Татартуп 157-160
Терек (река) 14, 26, 95, 101, 107, 124-126, 130,
131, 134, 137, 172, 177, 178, 185
Терская область 17, 26, 95, 101, 107, 124-126,
130, 131, 134, 137, 172, 177, 178, 189
Тиб 183-188
Тимцна 183, 184
Тифлис /Тбилиси 14, 27, 53, 77, 78, 99, 105, 117,
124, 136, 159, 189
Томск 124-126
Триалети 14
Тру совское ущелье/Тырсыгом 112, 117, 141, 196
Тума (село) 64
Туркестан 76
Турция 23, 86, 154, 155, 183
Тырсыгом 48
Тъеп 48
Уаллагдон 36, 37, 38
Уаллагир 6, 12, 15, 19, 29, ИЗ
Уаллагком 188
Уаллагсых 189
Уанта (село) 183
Уелта (село) 183, 184
Унал 21, 145
Урикау 190
Урсдон (река, село) 5, 6, 7, 8, 10, 21, 22, 23, 24,
25, 29, 64, 81, 82, 83, 84, 194, 195
Урсдонское ущелье 8, 21, 22, 23, 24, 194, 195
Урух (река) 26, 63, 64, 82, 130, 166, 167, 169,
170, 180
Фарн 56, 57, 131
Фиагдон 73, 122, 165, 189, 190, 191, 192
204
Филиппополь 157
Финляндия 78
Франция 86
ФРГ (см. Германия)
Фридон 142, 144
Халац (река) 184
Харес 172, 173, 174, 177, 179
Харискин (село) 191
Херсон 94
Хетагурово (село) 188
Хидикус 190, 193
Хилак 123, 191
Хинаскау 63
Хуссар Ламардон 23
Хумалаг 196
Хымыли (сел. в Турции) 183
Цамад 5, 6, 7, 10, 12, 24, 128
Центральная Осетия 10
Центральный Кавказ 13, 33, 40, 66, 82, 86, 92,
94, 96, 157, 188
Цей (село, ущелье) 5
Цимити 75, 189-194
Цраудон 130
Цунар (село) 188
Чаусы (г.) 54
Черекдон 63
Черная (река) 164
Черноярская 70
Чечня 181, 196
Чми 100, 105, ПО
Шахнад 21, 192
Шахэ (река) 150
205
Швейцария 86
Шелковская (станица) 196
Шида-Картли 13, 15
Щадринская (станица) 158
Эльхотово (Эльхот, Эльхотовские ворота) 158
Энгикев 68
Эрзерум 155
Южная Осетия 6, 11, 25, 59, 60, 61, 100, 112,
121, 122, 124, 185, 188
Япония 89
206
Именной указатель
Абаев В.И. 15, 16, 32, 45, 89, 111, 123
Абаевы 89, 123
Абациевы 185
Аббас I 21, 157, 192
Абисаловы 88, 89
Абхазов 43, 104, 156
Авсараговы 178
Агкалаев 30
Агкацевы 193
Агнаевы 7, 9
Азиевы 100
Айдаболовы 89
Айларовы 150
Айтеговы 172
Аладжиковы 53
Аларды (св.) 184
Албеговы 100
Алборовы 45, 54, 55, 138, 192
Алдатовы 147
Александр I (император России) 94, 99
Александр (царь Грузии) 19, 118, 120, 187
Аликовы 37, 135
Алиша Хамзин 179
Амбаловы 150, 194
Андреев 102
Андроников 125
Анзоровы 88, 170
Анна (св.) 27, 70, 77, 78, 106, 111, 140, 151, 157
Антоний (архиепископ) 157
Ардасеновы 76
Арчил (царь Грузии) 19, 118, 120
Астанов Д. 171
207
Астемировы 76
Атабий (абрек)
Атажукины 179
Ахсартаггата 13, 31, 32
Ахсин 21
Багаевы 185
Багатар 13-15, 18, 20, 194
Багратиды 158
Бадел 66, 71, 86, 87
Бадтиевы 37
Баевы 104, 110, 137, 140
Байматовы 38
Бакар 187
Балаевы 179
Барановы 8
Барятинский А.И. 71
Басиат
Басиевы 21, 128, 193
Басил 17, 20
Батый 13
Бейли Г. 31
Бека 15
Бекаевы 143
Бекановы 88
Бекирбей Сами 155
Берка-хан 13, 14
Бердзенишвили Н.А. 171
Бероевы 148
Берозовы 48-49, 56, 57, 64, 150
Бесоловы 7, 25
Бзаровы 100, 148
Бзыковы 192-196
Биазаровы 178
Бигаевы 9, 148
208
Бибурюлев 75
Бираговы 112
Биркин Р. 97
Бицоевы 29
Болгарский И. 157, 158
Бонзаровы 89
Бората 32
Борукаевы 100
Боциевы 30, 185
Бритаевы 138, 139
Броссе М. 16
Бугуловы 150
Будаевы 179
Булатов 151
Бураевы 9
Бурафарныг 32
Бурнацевы 179
Бурнашевы 90
Бутуевы 172
Буцковский Д. 102, 142
Быдаев Ф.
Ванеевы 116
Ваниевы 9
Вардашев 136
Варзиевы 48
Вахтанг IV 14
Вахтанг VI 101
Вахушти 17, 184
Верещагин А. 108
Витгенштейн 95
Владимир (св.) 70, 77, 78, 111, 151
Владимир (епископ) 28
Вола Тлиаг 19
Волкова Н. Г. 64, 81
209
Воронцова-Дашкова 78
Вревский 69, 146
Табаковы 100
Габуевы 9, 25
Гагиевы 113, 114
Гагкаевы 29
Гаглоева З.Д. 194
Гаглойти Ю.С. 116
Гадзиевы 150
Газдановы 136, 138, 140
Газдаровы 65
Галаовы 81, 127, 128
Гамба 164
Гамкрелидзе Б. 184
Ган К. Ф. 44
Гардизи 96
Гариевы 100
Гатаговы 172
Гатуевы 29, 49, 51, 52, 57, 59, 60, 114, 134
Гауч Ф. 86, 87
Гацановы 134
Гегер Ф. 87
Георгий 20, 146
Георгий (св.) 27, 78, 182, 186, 188
Георгий (царь Картли) 15, 117, 146
Георгий Лаша 158
Гиголаевы 82
Гиляксановы 93, 179, 180
Гобаевы 65
Гобеевы 179
Головин А. 17, 190
Гореч 67
Горшков 159
210
Гоци 116, 117
Гранин Д. 4
Гребенец (Панкратов) Ф.И. 45, 159, 160
Григоргий (игумен) 42, 115
Губиевы 57, 148, 150
Гудиевы 100
Гудович 102
Гуларовы 65
Гурджибековы 70
Гурдзиевы 9
Гуриевы 34
Гурко И. 157
Гутиевы 27, 126
Гутновы 3, 87
Гудзев 51
Давид VI 14
Давид Сослан 17, 20
Давид Строитель 171
Давыдов 82
Дата 8
Дарчиевы 185
Д'асколи Э. 176
Дауевы 57
Дегоевы 37, 38
Дедегкаевы 82
Демуровы 30
Джанаевы 171, 176
Джибиловы 37
Джигкаевы 9
Джиоевы 189
Джугашвили 25
Джусоевы 111, 112
Джусойты Н. 116
Дзагурова Г.Т. 70, 78, 80, 106
211
Дзагуровы И, 55, 56, 64, 81, 139
. Дзампаевы 136
Дзанаговы 48, 55, 56
Дзаниуков 88
Дзанкалицовы 172
Дзантиевы 77, 100
Дзарахметов 50
Дзарахоховы 100
Дзаттиаты Р. Г. 33
Дзаховы 140
Дзахсоровы 140
Дзгоевы 143, 147
Дзидаханов М.
Дзиовы 128
Дзиццойта 31, 32
Дзугаевы 7, 24-29, 150, 195
Дзугутовы 109, 140
Дзусовы 100
Диониджо Карло 117
Добролюбов 61
Доевы 148
Докшукин 75
Доладороз 17
Дударовы 27, 68, 88, 99-111
Дюмезиль Ж. 32
Екатерина II 94, 105
Елбаевы 65, 70
Елкановы 186
Елтуховы 88
Ермолов А.П. 68, 147
Есеновы 27, 76, 104, 142-143, 145, 147, 148, 150,
155-157
Есиевы 27, 73, 74, 76, 78
212
Жданов А.А. 60, 61, 62
Жускаевы 53
Зангиевы 7, 59, 127, 128
Зарахоховы 29
Зарницын 45, 49
Зекеевы 172
Зембатовы 27, 111
Зидаханов А. 118
Зикоевы 82
Зичи Е. 87
Золоевы 65
Зораевы 38, 55
Зугутовы 55
Иаков (святой) 53
Ибн-Рустэ 96
Иван Грозный 175
Иванов А. 49
Ивелич 102, 103, 104
Иевлев 170, 172
Икаевы 185
Илья (св.) 49
Инал 116, 119
Инал-ипа Ш.Д. 171
Иосиф (архимандрит) 53
Ираклий 1140, 102, 117, 187
Ираклий (царевич) 146
Исаак 17, 20
Кабановы 93, 166, 178
Кавтарадзе 159
Каголкин 75
Кадзаевы 150
Кадзовы 184
213
Казаевы 186, 187
Казаховы 65
Каир 186
Каировы 186
Кайтукины 63, 188
Кайтуковы 188
Калинин М.И. 57, 61
Каллаговы 46, 48, 54, 55, 56
Калоев Б.А. 5, 6, 24, 35, 46, 111, 114, 116, 121,
128, 168, 185, 188, 189
Калоевы 7, 24, 65, 121, 128
Кангосовы 30
Кантемировы 89, 93, 169, 170, 173, 177, 180, 182,
183
Кануковы 35, 36, 41, 43, 102, 155
Карабугаевы 88, 169, 170, 172, 173, 179, 181, 182,
183
Караевы 7, 9, И, 12, 26, 73, 74, 76, 79, 140
Каражаевы 82, 88, 93
Каргиновы 27
Кардановы 65
Каровы 172
Карсановы 7, 43, 136, 139
Касабиевы 125
Касаевы 9
Кастуевы 148
Каханов СВ. 26
Кевросовы 82
Керчелаевы 65
Кесаевы 100
Кибизовы 82
Клапрот Ю. 41, 63, 64, 65, 73, 82, 100, 101, 142,
169, 191
Кобановы 64, 82, 179
Ковалевский М.М. 10, 154
214
Кодзасовы 173, 174
Козаевы 112
Козыревы (Козровы) 100, 147
Кокаевы 150
Кокиевы 118
Колиев А. 28, 53, 79
Комеховы 172
Константин (царь Грузии) 117, 118
Копыловский 92
Коста (Хетагуров) 33, 76, 113, 115, 117, 119, 120
Кочиевы 189
Кочисовы 139
Кочубей 80
Кречетников 74, 75
Кубатиевы 64, 81, 82-89, 90, 92, 93-96, 119, 130,
177, 178, 181
Кубати-бей 86, 87
Куденетовы 88
Кузнецов В.А. 19, 83, 116
Кула 7
Кулаевы 7, 9, 73, 79
Кулиевы 172, 173
Куловы 62
Кундуховы 74, 76, 102, 142, 143, 145, 148, 150,
152-156
Курта 189
Кусаг/Кусагон 6, 7, 15, 22, 187
Кусовы 147, 148, 155
Куцуковы 172
Кучиевы 58, 183-188
Кцоевы 179
Лавров Д. 67
Лавров Л.И. 95, 111
Ленин 58
215
Лимичав 13
Лолаевы 11
Лориевы 140
Лорис-Меликов 70, 125
Мадизан 10, И
Мады Майрам (св.) 184
Мазаевы 29
Малиевы 179
Мамаевы 65
Мамсуровы 35, 36, 38, 41, 43, 106, 134, 140, 154,
155
Мамуковы 140
Мансуров 86. 153
Марзоевы 82
Масуди 96
Махмуд Кашгарский 91
Медоевы И, 12
Мейер 151
Миллер В.Ф. 167, 192
Мильдзиховы 100, 148
Мисиковы 140
Михаил (св.) 184
Михаил (вел. князь) 69, 124, 132
Мсоевы 195
Мусукаев А.И. 4
Найфоновы 65
Наполеон 80
Нежнин И.В. 26
Нестеров 69
Николай I (имп.) 152
Николай II (имп.) 151
Николай (чудотворец) 162, 169
Норденстренг 100
216
Ос-Багатар б, 7, 8, 12-13, 15-17, 19, 21, 35, 187, 194
Остен-Сакин 156
Островский 77
Отаровы 118
Отарашвили 118
Паллас П.С. 169
Паскевич-Эриванский 156
Пахомий (архимандрит) 42, 43, 75, 92, 118, 119
Петр (святой) 53
Пивов П. 97, 98
Плиевы 59
Потапов Н. 115
Потемкин Г. 40
Потемкин П. 73, 105
Правдин 159
Пулад 97
Пуховы 150
Пфаф В.Б. 19, 45, 167, 168, 171, 192
Пчелина Е.Г. 6, 7, 8, 9, 24, 25, 194, 195
Рачковский 79
Рейнеггс Я. 40
Реком (св.) 9, 22, 144
Рклицкий М.В. 64, 81
Роман 20
Романовы 151, 183
Романоз 17
Савлаховы 65
Сайнаг-алдар 56
Салаевы 9
Самарганов Н. 18-20
Санакоевы 53
Сахмановы 38
217
Сасиевы 38
Свистунов 130
Себетовы 9
Семенищев 90
Семенов Л.П. 37, 46, 47, 141
Семеновы 162
Сидаковы 150
Сидамон 7, 15, 29
Сидамоновы 21, 29, 49
Скачков А. 10, 11
Скитский Б.В. 172
Скобелев М.Д. 76
Смаил 170
Смбат I Багратуни 34
Сокур Георгий 17
Соколов А.Е. 93
Соломон 40, 187
Сослан (нарт) 31, 32, 56
Сосрановы 172, 173
Соховы 82
Станислав (св.) 27, 70, 77, 78, 95, 107, 111
151
Суменовы 65
Сухиевы 53
Сумцов 159
Таболовы 121, 122, 126-131
Тавасиевы 112
Тавгаевы 34, 35, 63, 65, 100, 101
Тага (Тагаур) 127, 186
Тадеевы 127, 186
Таймазовы 166, 169, 173, 177, 178
Таранджелос (св.) 184
Тароевы 38
Тархановы 140
Татаров 92
218
Татищев М. 49, 84, 93
Таусултановы 64, 82, 93, 174, 175, 176
Таутиевы 82, 100, 150
Тедеевы 1884, 185, 187, 188, 189
Тезиевы 74, 75
Текаевы 172, 173
Темирхановы 140
Темиряевы 82
Тибиловы 136
Тиджиевы 7
Тимиряев 59
Тимур 33, 66, 97, 188
Тлатовы 25, 106
Тменов В.Х. 81, 85, 111, 112, 129, 143, 190
Тогошвили Г.Д. 132
Толасовы 82
Толочанов 170, 172
Толстой В.С. 19, 35
Томаевы 121-126
Тотлебен 40
Тотоевы 53
Тотооновы 172
Тотров В.К.
Тотровы 138
Тохтамыш 66, 97
Туаевы 141
Тугановы 63, 64, 65, 66, 67, 68, 69, 70, 71, 72, 81
88, 89, 93, 102, 138
Тузловы 89
Тулатовы 35, 36, 43, 44, 145
Тургиевы 70
Туриевы 179
Тускаевы 70
Тутолмин 76
Тхостовы 35, 44
219
Уарзиати В.С. 116
Уастырджи (св.) 9, 11, 22, 49, 50, 56, 128, 184, 196
Уацилла (св.) 49, 51, 52, 184
Уварова П.С. 19, 33, 192
Утурку 97
Урызмаг 56
Фадеев А. 63
Фардзиновы 30
Фареджан 13, 14, 18
Федор Тирон 143
Фидаровы 44, 142, 143, 145-148, 150-152
Фидарос 17, 20
Фрауендорф 42
Хабаловы 73, 80, 81
Хадзараговы 139
Хадиковы 148
Хаймановы 179
Хакимов 62
Хамицаевы 174-179
Хамургоков 75
Хаутаевы 29
Хаутовы 186
Хаханов А. С. 17
Хестановы 195
Хетаг (св.) 32, 73, 111, 112, 114, 116, 118
Хетаговы 114, 116, 118-120
Хетагуров К. (Коста) 58, 59, 60, 61, 62, 63, 107,
112, 115-116, 118, 124
Хетагуровы 76, 107, 115-119, 125
Хнеевы 9
Хозиевы 112
Хорановы 26
Хоруевы 70
220
Хулагу 13, 14
Хуцистовы 185, 186
Цабиевы 9
Цагаева А.Дз. 34, 45, 111, 112, 127
Цагараевы 178
Цаголовы 137, 163
Цаликовы 53
Царазоновы 16, 17, 20
Царазонта 15, 16, 23
Цараховы 150
Царгас 168, 169, 170, 171, 172
Царукаевы 82
Цахил 6, 8, 12, 15, 23, 194, 195
Цахиловы 12, 16, 17, 20-23, 57, 127
Цахилта 9, 12, 20, 21-23
Цицианов 99
Цоколаевы 138
Цопановы 178, 179
Цораевы 48, 52-54, 56-63
Цулая Г. В. 14
Цуциевы 113
Цховребовы 59
Чачасдзе 171
Челахсартаг 31, 32
Челехсаевы 7, 24, 31-33
Черкасовы 27
Черкасские 43, 93
Чернышевский 61
Черчесовы 8, 12, 29, 30
Чехтисов 178
Чибирка 170
Чичагов 63, 81
Чонкадзе Д. 53
221
Шамиль 153
Шанаевы 43, 79, 102, 106, 107, 156
Шарваш 171
Шогемовы 93
Шелков А. 64
Шерпутовский И.Ф. 26
Шервашидзе 171
Шидловский 165
Шинкевич Я. 90
Широков 159
Шифнер 53
Шлыков 156
Штедер 40, 41, 64, 65, 73, 74, 81, 82, 83, 84,
122, 180
Шегрен А. М. 166, 167, 172
Эристов 41
Ялгузидзе И. 145
Оглавление
ВВЕДЕНИЕ 3
Дагом 5
Даргавс 33
Джимара 44
Дур-Дур 63
Карца 72
Кора-Урсдон 81
Ларе 96
Нар 111
Ногкау 120
Ольгинское 131
Саниба 141
Станица Николаевская 157
Станица Архонская 164
Стур-Дигора 166
Тиб 183
Цимити 189
ГЕОГРАФИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ 197
ИМЕННОЙ УКАЗАТЕЛЬ 207
223
Научно-популярное издание
Гутнов Феликс Хазмурзаевич
Века и люди
(Из истории осетинских сел и фамилий)
Выпуск 2
Редактор А. У. Голиева
Художник В. С. Григорян
Художественный редактор Г. 3. Чеджемты
Технический редактор А. В. Ядыкина
Корректор Т. А. Казбекова
Компьютерная верстка М. А. Тедеевой
Сдано в набор 12.01.04. Подписано к печати 03.06.04, Формат
бумаги 70x100 ^зг- Бум. офс. № 1. Гарн. шрифта «Кис-газЬоу».
Печать офсетная. Усл.-п. л. 9,03. Учетно-изд. л. 8,19. Тираж
1000 экз. Заказ МДОР. С 26 .
Комитет Республики Северная Осетия-Алания по печати и делам
издательств.
Издательство «Ир», 362040, г. Владикавказ, проспект Мира 25.
ОАО издательско-полиграфическое предприятие им. В. А. Гассие-
ва, 362011, г. Владикавказ, ул. Тельмана, 16.