Введение
Часть I. Труды по истории в контексте книжной культуры
Глава 2 . Исторические сочинения в каролингских библиотеках
Глава 3. Нефранкская историческая традиция в каролингскую эпоху
Глава 4. Франкская историческая традиция в каролингскую эпоху
Глава 5. Исторические кодексы каролингской эпохи
Часть II. Освоение исторической традиции в Каролингскую эпоху
Глава 7. Юстин и его каролингские читатели
Глава 8. Светоний и его каролингские читатели
Заключение
Список сокращений
Библиография
Индекс рукописей
Summary
Содержание
Text
                    Studia  classica


Отечественные исследования по античной и средневековой истории
А. И. Сидоров ИСТОРИЧЕСКАЯ КНИГА ВО ВРЕМЕНА КАРОЛИНГОВ В КОНТЕКСТЕ КНИЖНОЙ культуры ФРАНКОВ (VIII-Х вв.) Санкт- Петербург 2015
УДК 094.5 ББК 76.10 С34 Издано при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям в рамках Федеральной целевой программы «Культура России (2012—2018 годы)» Сидоров А. И. С34 Историческая книга во времена каролингов в контексте книжной культуры франков (VIII—X вв.) / А. И. Сидо¬ ров. — СПб.: ИЦ «1уманитарная Академия», 2015. — 320 с. — (Серия «Studia classica»). ISBN 978-5-93762-093-4 Монография доктора исторических наук А. И. Сидорова пред¬ ставляет собой первое в отечественной науке исследование исто¬ рической культуры франков в каролингскую эпоху (VIII—X вв.). В центре внимания автора — сумма исторических знаний, доступ¬ ных франкам, источники формирования этих знаний, способы их фиксации и трансляции, приемы и методы их освоения и дальней¬ шего использования. Специальный раздел книги посвящен изуче¬ нию читательских практик. Эта проблема впервые в мировой науке рассматривается с опорой на маргиналии — пометы читателей на полях средневековых рукописей. Издание адресовано историкам, филологам, культурологам и всем интересующимся проблемами интеллектуальной культуры средневековой Европы. УДК 094.5 ББК 76.10 © Сидоров А. И., 2015 © Издательский Центр ISBN 978-5-93762-093-4 «Гуманитарная Академия», 2015
Сабине, Мише и Арине
ВВЕДЕНИЕ На протяжении последних десятилетий в науке наблюдается устойчивый рост интереса к проблемам исторического знания. Отчасти это связано с настойчивыми попытками преодоления (и по возможности приемлемой адаптации) постмодернистской парадигмы, серьезно деформировавшей привычные для новоевропейской культуры представления о познавательных возможностях гуманитарных наук и на¬ учной объективности гуманитарного знания вообще1. Но не только. Мы живем в эпоху сущностных трансформаций практи¬ чески всех социальных институтов, еще недавно казавшихся незыблемыми. Это в полной мере относится к исторической памяти, историческому знанию, и — неизбежно — к исто¬ рической науке. Самые разные сообщества настойчиво стремятся к конструированию собственного прошлого, а па¬ раллельно к разрушению «чужих» конкурирующих моделей. В качестве строительного материала используются и квази- исторические представления, апеллирующие к обыденному 1 О критике идей постмодернизма и теории «лингвистического поворота» подробнее см.: Spiegel С. History, post-modernism and the social logic of the text in the Middle Ages // Speculum. 1990. № 65. P. 59—86; Spiegel G. The Past as Text. The Theory and Practice of Medieval Historiography. Baltimore; London, 1997. 7
А. И. Сидоров сознанию, и солидные труды, созданные по всем правилам высокой академической науки. Серьезные исследования выявляют все новые «места памяти», а в трудах древних авторов неожиданно открываются новые смыслы, актуаль¬ ные в контексте дня сегодняшнего. Собственно, в этом нет ничего нового и необычного, за единственным исключением: в глобальном мире с его тотальной трансграничностью «пра¬ вильное» прошлое, объясняющее «правильное» настоящее, распространяется не только на жителей отдельных городов и областей, но на обитателей целых стран и даже континен¬ тов. Причем это распространение, во многом благодаря ак¬ тивной роли медиа, происходит куда быстрее и агрессивнее, чем еще какие-нибудь сто лет тому назад. Мы всегда обращаемся к прошлому с теми вопросами, которые волнуют нас сегодня. Современное общество, как и любое другое, познает себя, вглядываясь вглубь веков. Так получилось, что раньше иных дисциплин интерес к истори¬ ческому знанию, его содержанию, структуре, организации и развитию проявила медиевистика. Именно эта дисциплина, изучающая европейское Средневековье, стала передовым интеллектуальным полигоном, на котором формировались исследовательские подходы и шлифовались методики на¬ учного анализа столь разнопланового и многосложного со¬ циокультурного феномена. В XIX—XX вв. наука проделала огромный путь в изуче¬ нии сочинений по истории, медленно, но верно двигаясь от ра¬ ционально-утилитарного отношения к историческому нарра¬ тиву как «каменоломне фактов», к осознанию его культурной самоценности и самодостаточности. С середины минувшего столетия ученые, прежде всего немецкие историки и фило¬ логи (И. Шпёрль, 3. Хелманн, Г. Бойманн, Г. Грундманн, X. Лёве, Х.-В. Гётц и др.), опираясь на духовное наследие неокантианцев, всерьез занялись проблемами авторства, 8
Введение спецификой индивидуального творчества, влиянием на него социального контекста и т. д.2 Однако понадобилось еще несколько десятилетий для того, чтобы в этом научном домене произошел подлинный интеллектуальный прорыв. Своеобразным водоразделом стала книга Бернара Гене, по сути, первое систематическое ис¬ следование исторической культуры средневекового Запада3. Благодаря этой работе в современной науке сформировался существенно иной взгляд на, казалось бы, давно известную, вдоль и поперек изученную тему. «Историческая культура» Гене обозначила контуры того, что можно было бы назвать инфраструктурой, задававшей историческому знанию опре¬ деленный вектор развития. Она расчистила путь к более глубокому изучению субъективной природы авторства, об¬ стоятельств и принципов создания исторического нарратива, в том числе институциональных, пониманию места и роли 2 Spörl J. Das mittelalterliche Geschichtsdenken als Forschungsaufga¬ be // Geschichtsdenken und Geschichtsbild im Mittelalter. Ausgewählte Aufsätze und Arbeiten aus den Jahren 1933 bis 1959. Darmstadt, 1961. S. 1—29; Hellmann S. Ausgewählte Abhandlungen zur Historiographie und Geistesgeschichte des Mittelalters. Weimar, 1961; Beumann H. Widukind von Korvei. Untersuchungen zur Geschichtsschreibung und Ide¬ engeschichte des X Jh. Weimar, 1950; Beumann H. Ideengeschichtliche Studien zu Einhard und anderen Geschichtschreibern des früheren Mittelal¬ ters. Darmstadt, 1969; Beumann H. Wissenschaft vom Mittelalter. Ausge¬ wählte Aufsätze. Köln, Wien, 1972; Grundmann H. Geschichtsschreibung im Mittelalter. Göttingen, 1965; Löwe H. Von Theoderich dem Grossen zu Karl dem Grossen. Das Werden des Abendlandes im Geschichtsbild des frühen Mittelalters // DA. 1952. № 9. S. 353—402; Löwe H. Ge¬ schichtsschreibung der ausgehenden Karolingerzeit // DA. 1967. № 23. S. 1—30; Goetz H.~W. Geschichtsschreibung und Geschichtsbewusstsein im hohen Mittelalter. Berlin, 1999. 3 Гене Б. История и историческая культура средневекового Запада. М., 2002 (первое издание: Paris, 1980). 9
А. И. Сидоров истории в системе средневекового знания, формирования исторической критики, нелинейных взаимоотношений текста и его читателей, социальной роли историописания в фор¬ мировании групповой (институциональной, политической и т. д.) идентичности. Глядя из 2010-х на историографический пейзаж конца 1970-х гг., нетрудно заметить, что в своих разысканиях французский историк был, конечно, не одинок. Характер¬ но, что почти одновременно с книгой Гене вышло еще по крайней мере три монографии, созданные представителями разных национальных школ и написанные с разных методо¬ логических позиций, но посвященные той же самой пробле¬ матике4. В силу ряда причин (вероятно, свою роль сыграли географический и языковой факторы, разный уровень обоб¬ щений, а равно объем и характер привлеченного фактиче¬ ского материала) их ожидала не столь славная судьба. Они, разумеется, стали заметным фактом историографии, но по сей день, пожалуй, незаслуженно, остаются в тени великой книги Гене. В последние десятилетия внимание медиевистов пере¬ ключилось с отдельных трудов по истории или даже групп исторических текстов (пусть и рассматриваемых со всей возможной полнотой внутренней и внешней критики) на из¬ учение различных аспектов исторической культуры конкрет¬ ных эпох и обществ с отсылками к истории ментальностей, специфической картине мира, социальной этике, интеллек¬ 4 Lacroix В. L’historien au Moyen Age. Montréal, Paris, 1971; Smalley В. Historians in the Middle Ages. New York, 1974; Schmale F.~J. Funktion und Formen mittelalterlicher Geschichtschreibung. Darmstadt, 1985. См. также: Schmale F.~J. Mentalität und Berichtshorisont, Absi¬ cht und Situation hochmittelalterlicher Geschichtsschreiber // HZ. 1978. № 226. S. 1-16. 10
Введение туальным, школьным и читательским практикам, культуре памяти, способам конструирования нарратива, механизмам трансляции знания и многому другому3. Сегодня в на¬ шем распоряжении имеется уже целая научная библиотека с трудами на многих языках по самым разным проблемам исторической культуры средневековой Европы. Однако иные сюжеты, имеющие, казалось бы, непосред¬ ственное отношение к указанной проблематике, привлекали внимание историков куда меньше, чем того заслуживали. К их числу можно отнести судьбу собственно исторической книги. В культурном ландшафте средневековой Европы последняя была представлена исключительно в рукописном формате. Неудивительно, что на протяжении долгого време¬ ни она являлась предметом прежде всего палеографических, лингвистических и кодикологических штудий. Но содер¬ жанию конкретных рукописей и особенно компилятивных конструкций внимания уделялось куда меньше. Если об этом и заходила речь, то главным образом в контексте ре¬ конструкции оригинальных «авторских» версий отдельных сочинений. Лишь совсем недавно акценты стали смещаться с другую сторону. В поле зрения исследователей оказались, например, социальные, культурные и ментальные аспекты создания, функционирования, трансляции и последующего использования письменных форм повествования о про¬ шлом, текстуальное окружение исторического нарратива в конкретной рукописи, наделяющее историческое сочи¬ нение новыми смыслами, определение «контекстуального 5 В качестве примера приведу здесь лишь две, но весьма пока¬ зательные публикации материалов международных конференций в Цветтле (1993) и Лидсе (1995): Historiographie im frühen Mittelalter / Hg. A. Scharer und G. Scheibelraeter. Wien, 1994; Uses of the Past in the Early Middle Ages / Ed. Y. Hen and M. Innes. Cambridge, 2000. 11
А. И. Сидоров референта» исторического рассказа6. Новую проблематику ученые отрабатывают на материале отдельных манускриптов или памятников. Обобщающих исследований в этом домене пока не появилось, но они, вероятно, не за горами. Между тем, комплекс сюжетов, связанных с историче¬ ской книгой, невозможно миновать, какими бы аспектами исторической культуры мы не занимались. Книга важна сама по себе как материальный носитель информации о прошлом. Ее форма и содержание сплошь и рядом задавали определен¬ ные параметры бытованию исторического знания, обознача¬ ли его конфигурацию, объем и структуру. На протяжении почти всего Средневековья именно книга, т. е. конкретная рукопись, а отнюдь не оригинальное авторское произведение являлась базовой нарративной единицей. Конкретная книга была сокровищницей знания в прямом смысле слова, во мно¬ гом именно от ее содержания зависело, что люди, жившие в данное время и в данном месте, знали о прошлом — и всего человечества, и своем собственном. Что касается оригинального сочинения, то едва выйдя из-под пера своего создателя, оно вступало на путь бес¬ конечных трансформаций. Строго говоря, именно такой путь и был нормой. Изначальный текст сокращали, в него вносили дополнения, меняли местами отдельные фрагменты, комбинировали с другими сочинениями и т. д. Когда мы говорим, что средневековые читатели были хорошо знакомы с трудами Светония, Григория Турского или Эйнхарда, мы 6 Например, см.: Text, Schrift und Codex. Quellenkundliche Arbeiten aus dem Institut für Österreichische Geschichtsforschung / Hg. Ch. Egger, H. Weigl. Wien, 2000; The Construction of Communities in the Early Middle Ages: Texts, Resources and Artefacts / Ed. R. Corradini, M. Die- senberger, H. Reimitz. Leiden, 2003; Herméneutique du texte d’histoire / Ed. O. Kano. Nagoya, 2012. 12
Введение должны отдавать себе отчет в том, что зачастую они знали очень разные версии «Жизнеописания цезарей», «Истории франков» или биографии Карла Великого. Академические издания, с которыми приходится иметь дело современному исследователю, по сей день ориентированы преимущественно на восстановление оригинальной версии текста и крайне ред¬ ко учитывают эту вариативность (впрочем, добросовестный издатель по мере возможности старается ссылаться в под¬ строчнике на разночтения в рукописях). Между тем изучение истории нарративных трансформаций весьма поучительно. Например, только так можно выяснить, при помощи ка¬ ких культурных механизмов «чужая» история постепенно становилась «своей» для новых поколений читателей, т. е. понятной, внутренне непротиворечивой и удобной в ис¬ пользовании. Только так можно понять границы возможного и допустимого в подобном историческом конструировании. Только так можно увидеть конкретное выражение актуаль¬ ного запроса на прошлое, с которым к этому самому прошло¬ му, зафиксированному в конкретных текстах и рукописях, обращались отдельные сообщества. Речь, однако, не только о нарративе в узком смысле слова. Повсеместное распространение кодекса, пришедшего на смену свитку в Раннее Средневековье, равно как и отказ от тяжеловесного унциала в пользу легкого каролингского минускула указывали на необратимые изменения в культуре чтения, в способах восприятия письменного текста, а, в ко¬ нечном счете, и в способах рефлексии по поводу прочитанно¬ го. Сокращение сферы действия устного слова и расширение сферы действия слова письменного, вытеснение чтения «вслух» чтением «про себя» индивидуализировало и персо¬ нифицировало интеллектуальную работу с книгой, а сама эта работа в какой-то момент покинула арену публичных фило¬ софских диспутов и переместилась в тишину монастырской 13
А. И. Сидоров кельи, обретая вечность на полях и свободных страницах манускриптов в виде мимолетных помет или пространных комментариев. В эпоху университетов все как будто вернется на круги своя, но на самом деле мы столкнемся с существенно иными социальными практиками. Ошибки, допущенные переписчиком в тексте, свидетель¬ ствовали не только об изматывающем труде копииста (как тут не вспомнить жалобу безымянного средневекового писца: работают три пальца, а устает все тело!), но в иных случаях говорили о гораздо более глубоком, сущностном непонима¬ нии исторических реалий, отдаленных от него во времени и пространстве. Вчитывание новых смыслов в сообщения древних писателей могло происходить уже на стадии копиро¬ вания, а позднейшие читатели их усваивали и транслировали дальше. Повседневная жизнь книги, ее создание, хранение, ис¬ пользование, способны многое рассказать не только об особенностях организации и функционирования тех или иных социальных институтов (монастыря, капитула, коро¬ левского двора, свиты сеньора), о структуре и характере их внутренних и внешних коммуникаций, но также и о месте и роли исторического знания в системе средневекового зна¬ ния вообще и, что гораздо важнее, о его значении в жизни отдельных социальных ячеек, локальных сообществ, микро¬ групп, корпораций. Ведь средневековое общество, несмотря на всю его латинскую, христианскую и имперскую universitas, в социальном и культурном плане оставалось слабо интегри¬ рованным и крайне неоднородным. Не менее важна книга как объект, на который в течение многих столетий было направлено внимание самых разных людей. Рукопись, несущая на себе разнообразные следы интеллектуальной работы, возвращает нам живого человека с его интересами, убеждениями, сомнениями, практическими 14
Введение нуждами и поисками истины. В этом смысле мало какие информационные носители минувших эпох могут с ней срав¬ ниться. Итак, историческая книга является своеобразным сре¬ доточием множества проблем и сюжетов, которые имеют прямое отношение к тому, что сегодня принято называть исторической культурой в ее социально-антропологическом измерении. * л * -к Ниже речь пойдет о судьбах исторической книги во франкских землях на исходе первого тысячелетия нашей эры. Со второй половины VIII и по начало X века к северу от Альп (а в указанное время, строго говоря, только в этой части Ев¬ ропы) происходил мощный культурный подъем, который уже в Новое время, пусть и с оговорками, но все-таки окрестили «возрождением». Пожалуй, наиболее яркие и самобытные достижения каролингского Ренессанса связаны с книжной культурой в широком смысле слова. Органичной частью по¬ следней были труды по истории. После почти полного пре¬ кращения какой-либо активности, связанной с фиксацией, хранением, освоением и трансляцией исторического знания в Западной Европе с конца V до середины VIII в., при Каролингах наблюдается мощный всплеск интереса к исто¬ рии — древней и современной, иноплеменной и собственно франкской. С одной стороны, активно разыскиваются, кол¬ лекционируются и тиражируются рукописи с трудами антич¬ ных и раннесредневековых писателей. С другой, появляется внушительное число исторических сочинений, оригинальных или опирающихся в разной степени на труды предшественни¬ ков. За сто с небольшим лет их было написано в разы больше, чем за несколько предшествующих столетий. Формируются новые и возрождаются давно позабытые историографические 15
А. И. Сидоров жанры (истории, анналы, хроники, генеалогии, биографии, gesta)7. Многие писатели-историки — компиляторы и авто¬ ры оригинальных произведений — демонстрируют широкий кругозор и незаурядную образованность. Неудивительно, что при Каролингах историческая книга становится замет¬ ным явлением культуры. Ученые обращали внимание на судьбы исторической книги в каролингскую эпоху при изучении иных сюжетов, прежде всего различных аспектов исторической культуры либо отдельных сочинений и рукописей. Пожалуй, больше других в этом направлении сделала Р. МакКиттерик. Автор «Истории и памяти в каролингском мире» сосредоточилась на исследовании того, как различные средневековые сообще¬ ства конструировали и осмысливали собственное прошлое, используя не только труды по истории, но и другие тексты, что отбирали для своих нужд из обширного литературного на¬ следия, наконец, что могут рассказать конкретные рукописи об отношении каролингских читателей к разным сочинениям8. В поле зрения исследователя, помимо прочего, оказались некоторые компилятивные исторические кодексы, а также отдельные труды по истории, созданные в разное время и в 7 За пределами моих штудий остается агиография, равно как и дру¬ гие сочинения, которые пусть и с оговорками, но все же можно назвать квазиисторическими (мартирологии, translationes, видения, путеводите¬ ли, поэтические произведения и пр.). Несомненно, все они в той или иной степени несут на себе печать исторических представлений эпохи и включают элементы исторического рассказа. Однако вопрос о том, являются ли они в строгом смысле слова историописанием, остается от¬ крытым. Во всяком случае, каролингские читатели хорошо осознавали эту жанровую разницу. Например, в описаниях франкских книжных собраний IX в. vitae, как правило, отделены от различных historiae. 8 McKitterick R. History and Memory in the Carolingian World. Cambridge, 2004. 16
Введение разных интеллектуальных центрах империи9. Разумеется, в своих научных поисках профессор МакКиттерик не одино¬ ка. В схожем ключе выполнены исследования X. Реймитца, И. Хена, Р. Коррадини, Р. А. Гербердинга10. Однако работа в этом направлении только начата, многие вопросы, особенно связанные с конкретными рукописями, требуют дополнитель¬ ной проработки, а иные сюжеты даже не обозначены. Немалый вклад в изучение различных аспектов истории исторической книги продолжают вносить и те, кто занимается изучением средневековой палеографии и кодикологии, средневековых скрипториев и книжных собраний, меморативных, схоларных и читательских практик, истории отдельных текстов и др. Многочисленные конкретные наработки в данной области, конечно же, нашли отражение на страницах книги. * А * * Книга делится на две части. В первой поднимается ком¬ плекс вопросов, связанных с бытованием трудов по истории в рамках книжной культуры каролингской эпохи. Изучение 9 Многие сугубо «книжные» сюжеты, но не привязанные напрямую к историописанию, нашли отражение и в других работах МакКиттерик. Прежде всего, см.: McKitterick R. The Carolingians and the written word. Cambridge, 1989. 10 Reimitz H. The social logic of historiographical compendia in the Carolingian period // Herméneutique du texte d’histoire... P. 17—28; Reimitz H. Ein fränkisches Geschichtsbuch aus St. Amand: der Cvp 473 // Text, Schrift und Codex... S. 34—90; Corradini R. Die Wiener Hand¬ schrift Cvp 430*: ein Beitrag zur Historiographie in Fulda im frühen 9. Jah- hundert. (Fuldaer Hochshulschriften, 37). Frankfurt-am-Main, 2000; Gerberding R. A. Paris, Bibliothèque Nationale latin 7906: an unnoticed very early fragment of the Liber Historiae Francorum I ! Traditio. 1987. № 43. P. 381—386; Hen Y. Canvassing for Charles: The Annals of Metz in Late Carolingian Francia // Zeit und Vergangenheit in fränkischen Europa / Hg. R.Corradini, H. Reimitz. Wien, 2010. S. 121—128. 17
А. И. Сидоров общих принципов функционирования последней потребовало обращения к истории каролингских библиотек, организации их работы, механизмов пополнения, учета и хранения фондов, правил пользования книгами и обстоятельств их циркуляции (глава I). Это позволило лучше оценить собственно «истори¬ ческую» составляющую, а именно количество и ассортимент книг по истории, а также их место в каролингских книжных собраниях (глава II). Далее анализируется состояние исторической традиции в каролингский период, разумеется, в том виде, в каком это удается сделать из дня сегодняшнего (главы III и IV). Речь идет о сочинениях древних и раннесредневековых, в том чис¬ ле франкских писателей, которые каролингские читатели зна¬ ли, искали, любили или, напротив, не замечали и постепенно забывали. С одной стороны, выявляется круг исторических текстов, с другой — рассматривается вопрос о степени их известности, востребованности и широте распространения. Замыкает первую часть раздел, посвященный историче¬ ским кодексам, которые были созданы в каролингскую эпоху на землях к северу от Альп и сохранились в современных библиотеках (Глава V). Анализ их состава позволяет увидеть отношение франков к мировой истории, а также проследить конкретные формы интеграции в нее собственно франкской истории. Вторая часть монографии посвящена изучению читатель¬ ских практик, которые позволяют раскрыть внутренние ме¬ ханизмы освоения исторической традиции в каролингскую эпоху. Предметом изучения стали многочисленные пометы и комментарии, оставленные разными читателями на полях рукописей с трудами по истории. В современных гуманитарных науках стремительно рас¬ тет интерес к маргиналиям как особому типу источников сведений о прошлом, однако исторические сочинения пара¬ 18
Введение доксальным образом оказываются на обочине этого обще¬ мирового интеллектуального мейнстрима. С другой стороны, в отечественной медиевистике внимание к текстам на полях едва наметилось лишь в последние годы, но оно все еще оста¬ ется в полном смысле слова маргинальным. Учитывая данное обстоятельство, мне показалось целесообразным подробно остановиться на историографии вопроса (глава VI). Методика работы с маргиналями демонстрируется на при¬ мере анализа читательских помет в рукописях с сочинениями Юстина (Глава VII) и Светония (Глава VIII). Эти тексты относятся к числу наиболее востребованных в каролингский период. Их охотно читали, но, что гораздо важнее, активно комментировали. Благодаря данному обстоятельству в нашем распоряжении оказался богатейший фактический материал, до сих пор совершенно незадействованный исследователями. Напротив, труды по истории, написанные собственно фран¬ ками, почти не содержат помет. В этом смысле — но только в этом! — они не столь содержательны. Впрочем, «молчание на полях» порой также оказывается куда красноречивее про¬ странных комментариев. Разумеется, данная работа ни в коем случае не претендует на создание «тотальной истории» исторической книги, пусть даже на ограниченной территории и в пределах относительно непродолжительного отрезка времени. Такое вообще вряд ли возможно. Тем не менее думается, что круг сюжетов, отобран¬ ных для изучения, позволит читателю получить достаточно ясное представление о проблеме и не только применительно к каролингской эпохе. И последнее. Всегда и везде, где было возможно, я опи¬ рался на рукописный материал, благо сегодня сделать это гораздо легче, чем еще 10—15 лет назад. Многие европейские (но, к сожалению, не российские) библиотеки всерьез заня¬ лись оцифровкой своих фондов, благодаря чему в интернете 19
А. И. Сидоров стали доступны тысячи оригинальных рукописей в очень хо¬ рошем качестве. То, на что раньше приходилось тратить уйму времени, сил и средств, выбивая гранты, переезжая из стра¬ ны в страну, копаясь в каталогах, добиваясь у неприступных архивариусов заветного разрешения на работу с раритетом и всегда страшась не успеть всего намеченного, теперь можно сделать в любой момент двумя кликами мыши, не выходя из дома. В исторической науке происходит подлинная инфор¬ мационно-технологическая революция, значение которой еще только предстоит оценить и осмыслить. Впрочем, здесь есть и свои минусы. Интимная работа с рукописью, встре¬ ча с копиистом сквозь столетия в одно совместное касание шершавого листа, тихий шелест упругих страниц, пьянящий горьковато-сладкий аромат старого пергамента, медитация над слепыми строчками... Все эти приятные бонусы тяже¬ лейшей работы в архивах, наверно, постепенно исчезнут из исследовательского быта за ненадобностью. Но, признаться, это не самая высокая плата за научный прогресс, а носталь¬ гия, как известно, неизбежный спутник любой революции.
ЧАСТЬ I труды ПО ИСТОРИИ В КОНТЕКСТЕ книжной культуры
Невозможно понять условия, правила и формы бытования исторического знания, а также об¬ стоятельства, порядок и основные каналы его распространения, не учитывая общих принципов функционирования книжной культуры в этот период. Прежде всего, нужно иметь ясное пред¬ ставление о том, как формировались книжные фонды, из каких книг они состояли, в чьем рас¬ поряжении находились, кто помимо владельцев имел к ним доступ, наконец, где и как ими можно было пользоваться. 23
ГЛАВА 1 Книжные собрания, их организация и общие принципы функционирования Полная история каролингских библиотек еще не написана, да и вряд ли это вообще когда-либо удастся сделать, учитывая довольно ограниченный круг источников, которыми мы распо¬ лагаем. С другой стороны, о книжных собраниях VIII—X вв. нам известно не так уж и мало. Прежде всего благодаря тому, что каролингские монахи и священники время от времени со¬ ставляли списки известных им книг, а иногда даже снабжали их более или менее пространными пояснениями1. В IX в. такая работа была уже вполне обычным явлением. Это стало прямым следствием других культурных процессов, а именно, 1 Довольно полную подборку описаний средневековых списков книг подготовили Г. Беккер и Т. Готтлиб: Becker G. Catalogi biblio- thecarum antiqui. Bonnae, 1885; Gottlieb Th. Uber mittelalterliche Bibliotheken. Leipzig, 1890 (второе издание: Wien, 1955). Одно из лучших изданий каталогов средневековых библиотек, с коммента¬ рием, а также обзором вставок и дополнений, выполнил П. Леманн: Lehmann Р. Mittelalterliche Bibliothekskataloge Deutschlands und der Schweiz. Bd. 1. München, 1918 (второе издание: 1969). О каролингских каталогах из библиотек Мурбаха и Лорша см.: Bloch H. Ein karolin¬ gischer Bibliothekskatalog aus Kloster Murbach // Strassburger Festschrift zur 46. Versammlung deutscher Philologen und Schulmänner. Strassburg: Verlag von Karl J. Trübner, 1901. S. 257—285; Häse A. Mittelalterliche Bücherverzeichnisse aus Kloster Lorsch. Einleitung, Edition und Kommen¬ tar. Wiesbaden, 2002. Общий обзор книжных инвентарей некоторых крупных каролингских книжных центров см.: McKitterick R. The Саго- lingians and the Written Word... P. 166—196. О средневековых книж¬ ных списках как особом типе источников подробнее см.: Derolez A. Les catalogues de bibliothèques (Typologie des sources du moyen âge occidental. Fasc. 31). Brepols, 1979. 24
Глава 1. Книжные собрания, общие принципы функционирования стремительного роста количества каролингских библиотек, с одной стороны, увеличения их фондов — с другой. Описание и пополнение книжных фондов В каролингский период книжные списки создавались ис¬ ключительно с целью инвентаризации фондов. Называли их по-разному: brevis или breviarium librorum, inventarium librorum, adnotatio librorum, descriptio librorum, adbreviatio librorum и даже genealogia bibliothecae. Иногда их запи¬ сывали на отдельных листах, в свитках2 или в тетрадях3. Но чаще, несомненно, в целях лучшей сохранности, непо¬ средственно в книгах — там, где имелось свободное место. Кодексы выбирались не случайно. Предпочтение отдавалось манускриптам, в которых содержались авторитетные, а по¬ тому часто читаемые сочинения. В Вайсенбурге для этих целей выбрали комментарии Илария на Матфея4, в Лор- ше — схолии св. Максима на труды св. Григория3, в Монте Кассино — «О Граде Божием» Авустина и «Моралии» св. Григория, в Шартре — «О христианском учении» (De 2 Использование свитков все же оставалось исключением. Тем не менее некоторые лучшие каролингские каталоги, например, из Райхе - нау или Мурбаха, имели именно такой вид. 3 Например, в Санкт-Галлене во второй половине IX — начале X в. было составлено два довольно пространных adnotatio librorum, которые занимали по несколько десятков страниц. Поначалу они су¬ ществовали в виде отдельных тетрадей и лишь позднее были подшиты в другие кодексы. Например, в кодекс с экзегетическими и дидакти¬ ческими сочинениями Алкуина (St. Gallen, Stiftsbibliothek, Cod. 267. P. 3—32) или в кодекс с капитуляриями и варварскими правдами (St. Gallen, Stiftsbibliothek, Cod. 728. P. 4—21). Оба списка книг несут на себе следы правки и дополнений. 4 Becker G. Catalogi... Р. 37. 5 Ibid. Р. 41. 25
Часть I. Труды по истории в контексте книжной культуры doctrina christiana) Августина6, а в Аугсбурге — коммента¬ рии Иеронима на Осию и других пророков7. Иногда опись книг делалась задним числом, по памяти, на которую не всегда можно было положиться8. С IX в. книжные списки становятся полноправной частью монастырских хроник. Благодаря этому мы знаем о сочине¬ ниях, которые можно было найти в библиотеках Сен-Рикье, Санкт-Галлена и Сен-Вандрийя9. Более того, иногда зафик¬ сировано даже время появления в коллекции того или иного манускрипта. Книги обладали не только культурной, но и материальной ценностью10. Благодаря этому они упоминались в завеща¬ ниях королей и знати. Именно там сохранилась уникальная информация о великолепном собрании графа Эверхарда Фриульского, разделенном между наследниками в 837 г.11 Некоторое количество сведений по интересующей нас теме содержится в письмах каролингских эрудитов к своим уче¬ никам, друзьям и коллегам. 6 Becker G. Catalogi... P. 144. 7 Ibid. P. 137. 8 Один из составителей хроники Фонтанельского монастыря на¬ зывает лишь часть книг из собрания аббата Ансегиза (823—833 гг.), ссылаясь на то, что названия многих других попросту не помнит. См.: Gesta Ansgisi abbatis: «Alios plurimos (libros), quorum nunc nomina non occurrunt memoriae» (Gesta abbatum Fontanellensium // MGH. SS. T. 2. P. 297). 9 Becker G. Catalogi... P. 1, 24, 54. 10 Материальная ценность книги зависела от ее размеров, качества пергамента, скорости изготовления, уровня подготовки переписчиков, наличия в рукописи миниатюр, использования при декорировании до¬ рогих красок, качества переплета и наличия на нем украшений и пр. Об этом подробнее см.: McKitterick R. The Carolingians and the Written Word... P. 135-148. 11 Becker G. Catalogi... P. 29. 26
Глава 1. Книжные собрания, общие принципы функционирования В IX—X вв. быстрее всего росли монастырские библио¬ теки. Лучшие собрания насчитывали сотни манускриптов, и это не было редкостью. Судя по сохранившимся описаниям, в Райхенау в 822 г. имелось 415 книг, в Сен-Рикье в 831 г. взяли на учет 243 книги. Во второй половине IX столетия в Санкт-Галлене насчитывалось не меньше 428 книг, в Лор- ше — около 590, в Мурбахе — около 335, а в вюрцбургском монастыре св. Сальватора по крайней мере 209 книг. В X в. в Боббио и Санкт-Эммерамме хранилось, соответственно, 666 и 513 книг. К сожалению, мы знаем довольно мало, а иногда почти ничего о библиотеках таких важнейших ка¬ ролингских аббатств, как Флери, Ферьер, Сен-Дени, Сен- Мартен де Тур, Сен-Реми, Корби, Фульда и многие другие12. 12 За последние сто лет было предпринято несколько небезуспеш¬ ных попыток реконструкции хотя бы части исчезнувших книжных фондов ведущих каролингских аббатств. Благодаря этой работе сегод¬ ня многие рукописи идентифицированы и описаны, установлено место и время их создания. См.: Rand Е. К. A Survey of the Manuscripts of Tours. 2 Vol. Cambridge, 1929; Lehmann P. Die alte Klosterbibliothek Fulda und ihre Bedeutung // Lehmann P. Erforschungen des Mittelalters. Bd.l. Stuttgart, 1941/1959. S. 213—231; BischoffB. Die Abtei Lorsch im Spiegel ihrer Handschriften. Lorsch, 1989; Bischoff B. Die süddeutschen Schreibschulen und Bibliotheken in der Karolingerzeit. Bd. 1—2. Wies¬ baden, 1974, 1980; Bischoff B. Hadoard und die Klassikerhandschriften aus Corbie // Bischoff B. Mittelalterliche Studien. Bd.l. Stuttgart, 1966. S. 277—285; Butzmann H. Die Weissenburger Handschriften. Frankfurt am Main, 1964; Milde W. Der Bibliothekskatalog des Klosters Murbach aus dem 9. Jahrhundert. Ausgabe und Beziehung zu Cassiodors Institutio¬ nes. Heidelberg, 1968; Contreni J. J. The Cathedral School of Laon from 850 to 930. Its Manuscripts and Masters. München, 1978; Mostert M. The Library of Fleury: A Provisional List of Manuscripts. Middeleeuwse Studies en Bronnen 3. Hilversum, 1989; Nebbiai-Dalla G. D. La biblio¬ thèque de Saint-Denis en France du IX-e au XVIII-e siècle. Paris, 1985; L’Ecole carolingienne dAuxerre. De Murethach à Remi (830—908) / Ed. D. Iogna-Prat, C. Jeudy et G. Lobrichon. Paris, 1991. 27
Часть I. Труды по истории в контексте книжной культуры Но их фонды вряд ли сильно уступали собраниям других крупных монастырей и, скорее всего, не очень существенно отличались от них по составу. В реальности, однако, рукописей было гораздо больше. На это косвенно указывают различные описания одних и тех же собраний, например, Лорша, Санкт-Галлена, Санкт- Эммерамма или Райхенау. С одной стороны, в них имеются разночтения. С другой, сам факт появления новых ¿езспрйо с небольшой разницей во времени указывал на то, что пред¬ ставление об истинных размерах библиотечных фондов было весьма приблизительным — чем больше они становились, тем хуже их знали. Наконец, следует иметь в виду, что далеко не все манускрипты, происхождение которых сегодня точно установлено, упомянуты в каталогах их родных монастырей. Епископские и церковные библиотеки начали формиро¬ ваться позже монастырских и существенно уступали послед¬ ним. В IX в. в Кельне насчитывалось 39 книг, в Вайсенбурге 71 книга, в Пассау 40, а в Овьедо 42 книги. В Реймсе, ис¬ ключительно благодаря заслугам архиепископа Гинкмара, их было около сотни. В последующие два столетия ситуация мало изменилась. В Зальцбурге имелось всего 14 книг, в Аугсбурге — 30, в Кремоне — 95. Книгами владели не только представители духовенства или церковные корпорации. Как уже было сказано выше, довольно большие собрания, порой насчитывавшие несколь¬ ко десятков манускриптов, имелись при королевских дворах и даже у отдельных светских аристократов. Чтобы пользоваться книгой, надо было знать, имеется ли она в собрании и где именно ее следует искать. Найти нужное сочинение среди двух-трех десятков рукописей, по-видимому, не составляло особого труда. Совсем другое дело, если их оказывалось несколько сотен, да еще разные сочинения переплетались вместе под одной обложкой. Чем 28
Глава 1. Книжные собрания, общие принципы функционирования больше манускриптов поступало в библиотеки, тем острее вставала проблема систематизации фондов. Первые и до¬ вольно успешные попытки такого рода были предприняты уже в IX в.13 В каталогах из Райхенау книги разделены по темам, а в тех случаях, когда это удается сделать, по авторам. В качестве подразделов фигурируют De libris canonum, De regulis, De libris homeliarum, De passionibus sanctorum, De libris glossarum, De opusculis Eusebii episcopi, De libris Iosephi, De opusculis Orosii presbyteri, De libris Bedae presbyteri и дру¬ гие. Составители различали также текст сочинения (liber) и количество томов, которым оно представлено (volumen, codex)14. Иногда встречаются описания содержания компи¬ лятивных кодексов, хотя это и не являлось общим правилом15. 13 В качестве формальных образцов для книжных списков каро¬ лингской эпохи франки нередко использовали модели, позаимство¬ ванные в сочинениях авторитетных христианских авторов. Среди важнейших «De viris illustribus» Иеронима с дополнениями Геннадия и Исидора, «De libris recipiendis et non recipiendis», которое приписыва¬ лось Геласию, но на самом деле было создано во Франкии около 700 г., а также «Versus Isidori». См.: McKitterick R. The Carolingians and the Written Word... P. 200-206. 14 Например: Metra Vergilii Maronis in vol. I; Historiae antiquitatum Iosephi lib XI in codice I; Vita et gesta Karoli imperatoris Augusti volumen (Becker G. Catalogi... P. 4—13). 15 Некий Регинберт, монах Райхенау, детально описал структуру кодексов, подаренных им монастырской библиотеке. Вот содержание одной из книг: «In tertio libro habentur chronica Eusebii Caesariensis epis¬ copi et Hieronymi presbyteri et Prosperi. Et chronica Cassiodori Senatoris, et chronica Iordanis episcopi et chronica Melliti. Et chronica Bedae presb. et chronica excerpta Isidori episcopi et chronica brevis. Deinde notarum Plinii Secundi lib. I et notarum Isidori ep. lib. I et notarum de naturis rerum Bedae presb. liber excerptus ex diversis lib. I et epistolae Victoris et Dio¬ nysii de ratione cycli paschalis. Et de cyclis decennovalibus cycli XXVIII. Et versus diversi de septem diebus et mensibus et XII signis vocabulis. Et martyrologium per anni circulum. Et in autea de diversis numeris et figuris» (Becker G. Catalogi... P. 19—24). 29
Часть I. Труды по истории в контексте книжной культуры Впрочем, не все материалы систематизированы даже по за¬ явленным параметрам. Например, пять книг «Иудейской войны» Иосифа Флавия стоят особняком, хотя в каталоге имеется самостоятельный список De libris IosephP6. Схожий порядок рубрик встречается в каталогах Сен- Рикье, Лорша, Мурбаха, Санкт-Галлена, Овьедо и Боббио. Однако большинство книжных списков IX—X вв., в том числе составленных при дворе, представляют собой простое перечисление названий отдельных произведений, располо¬ женных вне всякого порядка. В лучшем случае они сгруппи¬ рованы по именам прежних или нынешних владельцев. Книжные собрания формировались разными путями. Поскольку книги являлись материальной ценностью, их завещали, дарили или передавали по наследству наряду с другими материальными ресурсами. Вручение книги (как правило, Библии) королю монахами той или иной обители в IX в. становится одним из сюжетом каролингской книж¬ ной миниатюры17. В свою очередь, правители нередко жало¬ вали аббатствам дорогие и роскошно украшенные кодексы, а также выделяли им материальную помощь для поддер¬ жания фондов в надлежащем состоянии. Например, Карл Великий подарил монастырю Сен-Дени лес, чтобы братья имели возможность сделать новые кожаные переплеты для манускриптов18. 16 Becker С. Catalogi... Р. 1—2. 17 Например, на миниатюре в так называемой Библии Вивиана или первой Библии Карла Лысого (Тур, ок. 845 г.) монахи аббатства св. Мартина в Туре преподносят роскошный кодекс Карлу: Paris, BN lat. 1, fol. 423г. 18 DK 87 (Dec. 774): «Haec omnia superius dicta cum omni integ¬ ritate et soliditate sua, sicut usque nunc a fisco nostro cognoscuntur esse possessa, cum utriusque sexus genera feraminum cervorum capreolorum, ex quorum coriis libros ipsius sacri loci cooperiendos ordinamus, necnon 30
Глава 1. Книжные собрания, общие принципы функционирования Аббаты монастыря Сен-Вандрий пожертвовали своей обители десятки книг, что соответствующим образом было зафиксировано в монастырской хронике19. Аналогичным образом поступали аббаты и монахи Санкт-Галлена20, Боб- био21 и Санкт-Эммерамма22. Подобная практика была так же широко распространена в среде белого духовенства. Архи¬ епископ Гинкмар передал Реймской церкви свое внушитель¬ ное книжное собрание23. Хорепископ Мадальвин завещал свои книги церкви в Пассау, диакон Ландо — монастырю св. Марии Альбанеты, а некий священник Вальгарий — монастырю Цизона24. Персональная библиотека пресвитера Хейльрада, наглядно отражающая его профессиональные обязанности, после смерти владельца отошла Лоршскому монастырю25. Если в монастыре или при церковной кафедре имелся скрипторий, то по крайней мере часть его продукции оста¬ валась на месте, причем аббат или епископ держали это на особом контроле, по мере необходимости инициируя созда¬ ние новых копий наиболее востребованных текстов, взамен etiam ex supradicta venatione infirmorum fratrum corpora ad tempus refi¬ cienda, reparanda et roboranda constituimus» (MGH. DD Karolinorum. T. 1. P. 126). 19 Gesta abbatum Fontanellensium // MGH. SS. T. 2. P. 287 (Gesta Wandonis), 292 (Gesta Gervoldi), 295—297 (Gesta Ansgisi). 20 St. Gallen, Stiftsbibliothek. Cod. 267. P. 25: «Hos libros patravit Grimoldus»; P. 30: «Istos autem libros Grimaldus de suo dedit ad sanctum Gallum». 21 Becker G. Catalogi... P. 499. 22 Op.cit. P. 130-131. 23 Devisse /. Hincmar, archeveque de Reims, 845—882. Geneve, 1976. P. 955. 24 Becker G. Catalogi... P. 60-61, 132. 25 Häse A. Mittelalterliche Bücherverzeichnisse aus Kloster Lorsch... S. 347-357. 31
Часть I. Труды по истории в контексте книжной культуры старых или испорченных26. Различные скриптории находи¬ лись в постоянном контакте друг с другом, обмениваясь не только рукописями, но и писцами27. Нередко книги переписывались для личного пользова¬ ния. Именно таким путем Регинберт, монах и писец из Рай- хенау, один из самых известных библиофилов каролингского времени, обзавелся собранием в несколько десятков томов, которые позднее пожаловал родному монастырю28. Хорошо известна деятельность Лупа Ферьерского, который лично переписал десятки рукописей для себя и своих учеников29. Впрочем, создание личной библиотеки не являлось для монахов делом первой необходимости. Напротив, те пред¬ ставители каролингского клира, что плотно работали с па¬ ствой, непременно старались обзавестись соответствующей «рабочей» литературой — евангелиями, гомилиариями, антифонариями, псалтырью, сборниками проповедей, жити¬ ями святых, пенитенциалиями, постановлениями церковных 26 St. Gallen, Stiftsbibliothek. Cod. 267. P. 28: «Hos vero libros... Hartmotus... fecit conscribi». Об этом сообщается и в монастырской хро¬ нике: «Librorum etiam non parvam copiam sub eodem abbate [Grimaldo] Hartmotus composuit, quorum nomina haec esse scias» (Ratpert. Casus sancti Galli / Ed. G. Pertz // MGH. SS. T. 2. P. 70); «Isti libri qui subsequuntur scripti sunt in coenobio Sindleotes-Awa postquam Erlebaldo abbati fuit hoc monasterium commendatum» (Becker C. Catalogi... P. 13). 27 Подробнее см.: Vezin J. Les relations entre Saint-Denis et d’autre scriptoria pendant le haut moyen âge // The rôle of the book in médiéval culture. T. 1. Brepols-Tumhout, 1986. P. 17—39. 28 «Incipit brevis librorum quos ego Reginbertus indignus monachus atque scriba in insula coenobii vocabulo Sindleozcs Auua sub dominatu Waldonis, Heitonis, Erelebaldi et Ruadhelmi abbatum, eorum permissu de meo gratu scripsi aut scribere feci, vel donatione amicorum suscepi» (Becker C. Catalogi... P. 19). 29 Garièpy R. J. Lupus of Ferrière: Carolingian scribe and text critic // Médiéval Studies. 1968. № 30. P. 90—105. 32
Глава 1. Книжные собрания, общие принципы функционирования синодов и т. д., причем стремились иметь эти книги в не¬ скольких экземплярах. Чаще всего их изготавливали на заказ в многочисленных монастырских или епископских скрипто- риях. К услугам переписчиков нередко прибегали не только люди церкви, но и миряне. По крайней мере часть книг из собрания Эверхарда Фриульского наверняка была изготов¬ лена на заказ. Сохранившиеся свидетельства говорят о том, что это не было чем-то исключительным. Во второй половине IX в. в одном из луарских скрипториев некий копиист Хаимо переписал для графа Конрада «Историю Александра Ма¬ кедонского» Квинта Курция Руфа, о чем сам же упомянул в посвящении30. Если покупка рукописи оказывалась не по карману, ее можно было получить во временное пользование. Такая прак¬ тика была характерна прежде всего для церковных библиотек и нашла свое отражение в разного рода книжных инвентарях. Например, один из кельнских епископов выдал своей сестре Евангелие, брату первую часть комментариев Григория Ве¬ ликого на книгу Иова, а племяннику антифонарий. Другие люди из его окружения также не остались без внимания: некий Возон получил сакраментарий с лекционарием, Бал- дрик — Притчи Соломона, Осман — книгу Проспера, Снебрат — миссал с лекционарием и житиями святых отцов, Ратхей — лекционарий с Евангелиями, Фолкар — антифо¬ нарий, Энгильхельм — миссал. Любопытно, что в круг чита¬ телей, помимо сестры епископа, входили и другие женщины: некая Хильдсвинда поучила от него миссал с лекционарием, а супруга Веринбальда — Книгу Царств. В распоряжении самого епископа (ad suum ministerium) находились Еван¬ 30 Paris, BN lat. 5716, fol. lr: «Haimus monachus hoc volumen histo¬ riarum Alexandri Magni in libris VIII domno Chuinrado illustrissimo comiti dedit». 33
Часть I. Труды по истории в контексте книжной культуры гелия, написанные серебряными чернилами и украшенные золотом и драгоценными камнями, сакраментарий Григория, написанный золотом, и гомилиарий, доставшийся ему из книжного собрания некоего Ландольфа31. Аналогичную ситуацию можно наблюдать и в Вайсен- бурге в конце IX в. Епископ Анно выдал аббату Гебехарду лекционарий, пресвитеру Эмихону — сочинение Рабана Мавра с мартирологием, а двум госпожам Лиутгардам — по псалтыри. Себе оставил миссал, книгу по грамматике, по¬ становления римских понтификов, неуказанное сочинение Седулия и некоторые другие книги32. Монастырские собрания оставались в целом закрыты¬ ми для внешнего мира. К ним имели доступ прежде всего монахи конкретного аббатства. Впрочем, некоторые книги время от времени покидали пределы монастыря, поступая в пользование дружественного епископа, пресвитера или настоятеля другой обители, подобно тому, как манускрипты из церковной библиотеки оказывались в распоряжении мона¬ хов. Иногда рукописи на время выдавались и мирянам, тесно связанным с конкретным аббатством33. В VIII—X вв. сотни манускриптов активно циркулиро¬ вали не только в рамках локальных монашеских или цер¬ ковных общин, но также на значительно более широком пространстве — по территории всего королевства франков. Порой они преодолевали тысячи километров. С Апеннин¬ ского полуострова их привозили итальянские ученые-эру¬ 31 Becker G. Catalogi... P. 35—36. 32 Ibid. P. 37. 33 Миряне брали в церковных библиотеках преимущественно рели¬ гиозные книги. Однако временами они проявляли интерес и к светской литературе. Так, один из мирян взял в кафедральной библиотеке Кель¬ на сочинение Помпея Трога: McKxtterick R. The Carolingians and the Written Word... P. 263. 34
Глава 1. Книжные собрания, общие принципы функционирования диты, приглашенные к королевскому двору. Из Испании везли беженцы-готы, спасавшиеся от арабской агрессии. С Британских островов переправляли ирландские и англо¬ саксонские миссионеры. В самой Франкии библиотеки крупных монастырей в случае опасности нередко укрывали в других обителях. Так, монахи Санкт-Галлена временно передали свои книги в Райхенау, а братья Сен-Вааста от¬ дали их в Бове34. Впрочем, происходил и обратный процесс. Соседние обители общими усилиями восстанавливали библиотеку мо¬ настыря, разоренного пожаром или набегом. Так, трирское аббатство св. Максимина было полностью разграблено нор¬ маннами в 882 г., а его немалое книжное собрание уничтоже¬ но. Однако уже спустя несколько десятилетий в монастырь стали поступать рукописи из различных центров Лотарингии и северной части Западно-Франкского королевства (Мец, Тур, Сент-Аманд, Лаон, Майнц), которые по счастливой случайности избежали разорения. К 1125 г. в библиотеке св. Максимина насчитывалось уже полторы сотни ману¬ скриптов, причем в монастырском скриптории была создана лишь малая их часть33. Хранение книг. Библиотекари Библиотеки как массовое явление возникли еще в Антич¬ ности. Однако в первые столетия Средневековья они прак¬ тически полностью исчезают с европейского культурного 34 Ekkehard IV. Casus sancti Galli, 5 // MGH. SS. II. P. 105; Anna- les Vedastini, 886 / Ed. B. Simson // MGH. SS. in us. schol. Hannover, 1909. 35 Подробнее см.: Knoblich /. Die Bibliothek des Klosters St. Maxi¬ min bei Trier bis zum XII Jahrhundert. Trier, 1996. 35
Часть I. Труды по истории в контексте книжной культуры горизонта и возрождаются вновь только в IX в. Потре¬ бовалось не одно столетие, чтобы выработались удовле¬ творительные принципы их функционирования: где и как хранить фонды, которые стремительно увеличивались; как их систематизировать, чтобы быстро отыскать необходимое произведение; где и как работать с книгами; кому и на каких условиях выдавать требуемое сочинение и т. д. В каролинг¬ скую эпоху в этом направлении было сделано немало. Выше уже говорилось о некоторых принципах систематизации крупных книжных собраний. Условия хранения рукописей долгое время оставались не слишком комфортными. Строй¬ ные ряды полок, уставленных книгами в строгом соответ¬ ствии с определенным рубрикатором, а также поддержание климата в хранилище и наличие исчерпывающего каталога в читальной зале — достижения относительно недавнего прошлого. В VIII—X вв. ни в монастырях, ни тем более при епископских кафедрах мы не обнаружим того, что хоть от¬ даленно можно было бы назвать библиотекой в нынешнем смысле этого слова. Небольшие книжные собрания числом до нескольких де¬ сятков манускриптов, принадлежавшие частным лицам или корпорациям, занимали немного места. Они могли храниться в деревянных сундуках или шкафах-армариумах, а также в небольших каменных нишах где-нибудь в церкви или в зале капитула. Учитывая, что значительная часть книг из кафедральных библиотек выдавалась на сторону, места для оставшихся фондов требовалось еще меньше. Некоторое представление о том, как могли выглядеть сундуки для хранения книг, дают каролингские миниатюры36. 36 Разного рода коробки для манускриптов встречаются на миниа¬ тюрах, изображающих евангелистов или Отцов Церкви за работой. Как правило, ящики с книгами стоят в ногах у сочинителя или переписчика, 36
Глава 1. Книжные собрания, общие принципы функционирования Чаще всего это были невысокие деревянные ящики прямо¬ угольной формы с массивной крышкой, запирающейся на ключ (на рисунках отчетливо видны замочные скважины). Кодексы располагались в них в один ряд корешками вверх. В одном сундуке помещалось примерно пять или шесть книг, так что при случае его можно было легко перевозить с ме¬ ста на место37. На миниатюрах так называемого Евангелия Луазеля сундуки в ногах у евангелистов Матфея и Марка имеют круглую форму и чем-то напоминают современную шляпную коробку38. В них хранятся не кодексы, а свитки. Возможно, круглый сундук для этих целей представлялся более функциональным. Изображение шкафа-армариума отсутствует в каро¬ лингских манускриптах, зато встречается в англосаксонской рукописи VI—VIII вв39. Двустворчатый шкаф высотой а также под его стулом или пюпитром: Paris, BN lat. 1141, fol. Зг (Са- краментарий Карла Лысого, придворная школа, около 869—870 гг.); Paris, BN lat. 9383, fol. 137v (так называемое Евангелие госпожи Du Fay, Тур, середина IX в.); Paris, BN lat. 1, fol. 3v, 329v (так называемая Библия Вивиана, Тур, ок. 845 г.). Некоторые миниатюры также опуб¬ ликованы в кн.: Tresors carolingiens. Livres manuscrits de Charlemagne â Charles le Chauve. Paris, 2007. P. 104,116,174. 37 Например, Рабан Мавр упоминает ящики для книг именно в та¬ ком контексте: «Scrinia sunt vasa, in quibus servantur libri vel thesauri, unde apud Romanos illi qui libros aeclesiasticos thesauros» (Hrabanus Maurus. De rerum naturis. Lib. XXII, cap. 8: De vasis repositoriis // PL. T. CXI. Col. 604). 38 Paris, BN lat. 17968, fol. 15v, 55v (так называемое Евангелие Луазеля, Реймс, первая половина IX в.). 39 Так называемый Codex Amiatinus хранится сегодня во Флорен¬ ции: Firenze, Biblioteca Medicea Laurenziana, Amiatinus 1. Миниатюра опубликована в кн.: Bologna C. Die schönsten Bibeln des Mittelalters. Die kostbarsten abendländischen Kodizes und illuminierten Handschriften. München, 2006. S. 17. 37
Часть I. Труды по истории в контексте книжной культуры немногим выше человеческого роста имеет пять полок, на которых расположены книги и принадлежности для письма. Любопытно, что манускрипты не стоят, а лежат по две штуки на каждой полке и обращены корешками к зрителю. В ар- мариуме их девять, десятая — в руках у писца. В шкафах (или больших сундуках) могли храниться десятки книг. Так, в «сундуке» (in arca) Адсона, аббата монастыря Монтье-ан-Дер, было обнаружено двадцать три манускрипта (каталог 993 г.). Их владелец отправился в паломничество в Иерусалим и не взял их с собой40. Для крупных монастырских коллекций в несколько сотен томов иногда отводились специальные помещения. Источники называют их се//и/а, что буквально означает «комнатенка» или «крохотная келья»41. Но они появились далеко не сразу и были не везде. В IX в. книжные фонды росли стремитель¬ но. Очевидно, именно избыточное количество манускриптов в какой-то момент заставило монахов задуматься о том, где и как их хранить. На знаменитом плане идеального каролингского мо¬ настыря эпохи Людовика Благочестивого, составленном в Райхенау ок. 820 г. и попавшем в Санкт-Галлен при аббате Гоцберте (816—837 гг.), предусмотрен не только скрипто- рий, но и библиотека. По мысли архитекторов, она должна была располагаться непосредственно над скрипторием. Оба помещения пристроены к алтарной части церкви — с се¬ верной стены восточного хора. С южной стороны в симме¬ трично расположенной пристройке размещена двухэтажная 40 «Hii sunt libri domni abbatis Adsonis quos in arca eius reperrimus postquam ipse Hierosolimam petiit» (Becker G. Catalogi... P. 126). 41 Cp.: «De bibliotheca dicit, id est, de cellula ubi libri reconduntur. Nam quod Graece bibliotheca, Latine repositio librorum dicitur» (Smarag¬ dus. Commentarii de regula S. Benedicti // PL. T. CII. Coi. 886). 38
Глава 1. Книжные собрания, общие принципы функционирования ризница42. Непосредственная близость обоих сооружений к алтарю подчеркивает их важное значение для внутренней жизни обители. Однако такое архитектурное решение имело и другое, вполне прагматичное основание. С одной сторо¬ ны, в окна скриптория, обращенные на северную сторону, никогда не проникали солнечные лучи, и таким образом в помещении, где работали переписчики, удавалось добиться равномерного и мягкого естественного освещения. С дру¬ гой — библиотека располагалась напротив дома аббата и, следовательно, все время находилась под его непосредствен¬ ным наблюдением. В небольших монастырях рукописи хранились довольно небрежно и в самых неподходящих местах. Поэтому они не¬ редко страдали от сырости и нашествия грызунов. Многие источники IX в. говорят о крайней ветхости подавляющего большинства докаролингских кодексов. Причину их неудов¬ летворительного состояния, кажется, можно объяснить не столько возрастом, сколько ужасными условиями хранения в течение длительного времени. Каким образом манускрипты располагались внутри «комнатенок», точно не известно. Каролингские cellulae до наших дней не дошли, но сохранились книгохранилища более позднего времени. Например, в «библиотеке» цистер- цианского аббатства Фларан (Гасконь, сер. XII в.) имелось несколько ниш, но с другой стороны оставалось немало места для шкафов и сундуков. Возможно, также имелись полки. Помещение вряд ли использовалось как скрипторий по при¬ 42 О плане идеального каролингского монастыря подробнее см.: Хорат X. Средневековая архитектура аббатства Санкт-Галлен // Культура аббатства Санкт-Галлен / Под ред. В. Фоглера. Цюрих; Штуттгарт, 1993 С. 186-188, 196-197; Hecht K. Der St. Gallen Klosterplan. Sigmaringen, 1983. 39
Часть I. Труды по истории в контексте книжной культуры чине отсутствия в нем естественного освещения. Сама ком¬ ната одной стеной примыкает к монастырской церкви, второй к сокровищнице43, третьей к залу капитула. Четвертая стена обращена непосредственно к клуатру. Вероятно, такое рас¬ положение армариума представлялось оптимальным. А сама организация внутреннего пространства монастыря, возмож¬ но, апеллировала к каролингским традициям. Впрочем, традиции имели региональную специфику. Выше уже говорилось о санкт-галленском плане, который, скорее всего, отражал южно-немецкие реалии. Известно так¬ же, что в руанском аббатстве Сен-Вандрий (Фонтанель) при аббате Ансегизе (822—833 гг.) для библиотеки и монастыр¬ ского архива отвели два разных помещения в пространстве обходной галереи. Первое находилось рядом с рефекторием (просматривается ли здесь параллель между местами приема пищи телесной и духовной?), второе — строго напротив, не¬ посредственно возле дормитория44. Не все манускрипты хранились в одном месте. Книги, предназначенные для богослужения, зачастую держали отдельно — непосредственно в церкви, вместе с одеждой 43 Судя по расположению библиотеки, под нее отвели примерно третью часть сокровищницы, разделив два помещения стеной. Такая схема, в целом, характерна для цистерцианских монастырей. См.: Clark J. W. The Саге of Books. An Essay on the Development of Librar- ies and their Fittings, from the earliest times to the end of the Eighteenth Century. Cambridge, 1901. P. 81. 44 «Item ante dormitorium, refectorium et domum illam, quam maiorem nominavimus, porticus honestus cum diversis pogiis aedificari iussit, quibus trabes imposuit ac iuxta mensuram eorumdem tectorum in longum extendit; in medio autem porticus, quae ante dormitorium sita videtur, domum cartarum constituit. Domum vero, qua librorum copia conservaretur, quae Graece pyrgiscos dicitur, ante refectorium collocavit, ciuis tegulas ferries clavis configure iussit» (Gesta abbatum Fontanellen- sium. Сар. XIII, 5). 40
Глава 1. Книжные собрания, общие принципы функционирования и необходимой утварью43. Также учебные книги, явно не являвшиеся раритетными, по всей видимости, не покидали стен монастырской или церковной школы. К XII в. использование специальных помещений для хра¬ нения книг становится обычной практикой. Это нашло свое отражение в изменении владетельных надписей на рукописях и в названии списков книг. Если в IX—X вв. указывалось, что рукопись принадлежит такому-то монастырю, церкви или человеку, то теперь правилом становится использование формулы liber de armario. За сохранность книг в каролингских монастырях отвечал один из братьев. Неизвестно, когда появилась должность «библиотекаря», насколько широко она была распростра¬ нена, как точно называлась, да и считались ли вообще подобного рода обязанности какой-то особой должностью. В распоряжении этого человека находились ключи от «комнатенки» и сундуков46. Он же выдавал необходимые рукописи и составлял списки книг, а также описывал новые поступления от частных жертвователей. Вероятно, иногда обязанности «книжного стража» исполнял руководитель скриптория. Во всяком случае, непосредственное соседство библиотеки и скриптория, предусмотренное на санкт- галленском плане, косвенно подтверждает такую возмож¬ ность. Можно предположить, что первые шаги в плане систематизации книжных собраний делал именно библио¬ текарь, причем без указаний со стороны — прежде всего, 43 Ср. описание книжного собрания Кремонской церкви (984 г.): «lectionares cum eo qui in capella erat veteris bibliothecae» (Becker C. Catalogi... P. 80). 46 Ср.: Hrabanus Maurus. Carmina, 23 // MGH. Poet. lat. Т. II. P. 187: «Diceie quid possum de magna laude librorum, Quos sub clave tenes, frater amate, tuo». 41
Часть I. Труды по истории в контексте книжной культуры чтобы самому себе облегчить задачу поиска требуемого манускрипта. Хранитель расставлял книги по авторам или темам, а затем фиксировал это в соответствующих descriptio или inventarium. По крайней мере, так было в Райхенау, Лорше и Санкт-Галлене, где хранились сотни рукописей. Частные коллекции, пожертвованные монастырю, описы¬ вались и хранились отдельно, а не распределялись по уже имеющимся рубрикам47. Заботился ли библиотекарь о подготовке собственной смены или после его смерти аббат волевым решением на¬ значал другого монаха ответственным за книжное собрание, точно не известно. Источники хранят молчание на сей счет. Но, скорее всего, в больших монастырях в квалифициро¬ ванном хранителе имелась насущная потребность. Люди, допущенные к обширной коллекции манускриптов, должны были в ней хорошо ориентироваться, а значит, знакомились с ней заранее. Более того, сохраняли определенный порядок ранжирования книг, установленный предшественниками. Подтверждением этого могут служить записи о новых по¬ ступлениях, сделанные другими руками в рубриках старых каталогов, а также составление новых списков книг с учетом прежних описей, что видно, например, в упоминавшемся выше древнейшем каталоге из Санкт-Галлена. При церквях также имелись люди, которые вели учет книг и отвечали за их сохранность. В каталоге из Пассау (903 г.) упомянуты некие «адвокаты» епископа, в чье веде¬ ние были переданы книги из личного собрания хорепископа 47 Например, в санкт-галленском каталоге, который сохранился в рукописи № 267, к списку книг, распределенных по рубрикам, до¬ бавлены манускрипты из коллекций аббатов Гримальда и Хартмута, причем, они выделены особо: St. Gallen, Stiftsbibliothek. Cod. 267. P. 25, 28. 42
Глава 1. Книжные собрания, общие принципы функционирования Мадальвина48. Но это не было общим правилом и, самое главное, в церковных библиотеках, в отличие от монастыр¬ ских, между такими людьми нередко отсутствовала пре¬ емственность. При посещении церкви св. Марии (984 г.) кремонский епископ Одельрик обнаружил в сокровищнице большое количество неизвестных ему хартий и книг, по¬ считал, что они были намеренно утаены «плохими людьми» и повелел составить список всех находок49. Вряд ли такого рода истории были чем-то из ряда вон выходящим. Порядок чтения книг Книгохранилище, даже если оно представляло собой не¬ большую келью, предназначалось только для хранения, но не для чтения книг. Во всяком случае, мы не располагаем на сей счет никакими свидетельствами. В некоторых крупных монастырях для этих целей могли использовать скрипторий, разумеется, только в те часы, когда там не занимались пере¬ писыванием. Например, в Санкт-Галлене трое монахов в сво¬ бодное время читали рукописи в скриптории под надзором одного из старших братьев50. С книгами из школьной библиотеки, вероятно, можно было ознакомиться на месте, разумеется, после завершения 48 «Ego Burchardus Patauiensis ecclesie presul et Madalvinus chori episcopus eiusdem sedis quandam conplatitationem inter nos fecimus et perpetualiter confirmauimus. Tradidit namque prefatus Madalwinus in ma¬ num nostram et in manus aduocatorum nostrorum (здесь и далее курсив мой. — А. С.) Ratolfi et Alperici totum apparatum suum» (Becker G. Catalogi... P. 61). 49 «Ego Odelricus divino nutu Cremonensis episcopus, thesaurarium eiusdem ingressus ecclesiae, malorum manibus cartas et libros multos frau¬ datos inveni» (Becker G. Catalogi... P. 79—80). 30 Ekkehard IV. Casus sancti Galli, 3 // MGH. SS. Т. II. P. 95. 43
Часть I. Труды по истории в контексте книжной культуры занятий. Чаще всего книги читали в пределах клуатра, рас¬ положившись непосредственно на каменных скамьях вдоль стены галереи. Иногда для этих целей могли переоборудовать часть помещения, примыкавшего к церкви51. Порядок чтения в каролингских монастырях в целом регламентировался Уставом св. Бенедикта. Между Пасхой и октябрьскими калдендами монаху дозволялось читать между четвертым и шестым часом. От октябрьских календ до Великого поста — до второго часа. Во время Велико¬ го поста читать можно было с утра до конца третьего часа. Кроме того, в эти дни из библиотеки выдавалась книга для углубленного изучения. По прошествии года монах возвращал манускрипт и сдавал экзамен по прочитанному. Если его знания признавались удовлетворительными, он получал новое сочинение. Если нет — продолжал изучать предыдущее. Такой порядок нашел отражение в составлении погодных бревиариев52. Но, вероятно, этим дело не ограни¬ чивалось. Круг чтения монахов был явно шире и включал в себя не только предписанные, но и необязательные сочи¬ нения, к числу которых относились и труды по истории. На¬ конец, в распоряжении некоторых монахов и священников, а также светских аристократов имелись личные библиотеки. Вне всяких сомнений, ими пользовались значительно более свободно. Циркулирование книг внутри монастырской или церков¬ ной общины, а также за пределами этих корпораций, разуме¬ ется, отслеживалось. Однако этот контроль, кажется, был не слишком эффективным. Книги часто терялись, а то и попро¬ сту разворовывались. Чтобы хоть как-то уберечь рукописи 51 Clark /. W. The Care of Books... P. 91-99. 52 Lesne E. Les livres, «scriptoria» et bibliothèques du commencement du Ville a la fin du Xle siecle. Lille, 1938. P. 795. 44
Глава 1. Книжные собрания, общие принципы функционирования от хищений, библиотекари снабжали их владельческими над¬ писями весьма красноречивого содержания. По крайней мере в пяти лоршских кодексах IX—X вв. встречаются обращения к бережливому читателю, с просьбой вернуть манускрипт обратно в монастырь33. А в кодексе с текстом «Иудейских древностей» Иосифа Флавия, переписанных в Лорше на рубеже VIII—IX вв., содержится указание на то, что он был временно выдан в Фульду и затем благополучно вернулся обратно34. Однако, судя по восторженному комментарию библиотекаря, далеко не все читатели оказывались столь же порядочными. Нередко манускрипты, однажды покинув стены биб¬ лиотеки, уже никогда в нее не возвращались. В лоршском каталоге, составленном около 830 г., фигурирует «Жизнь карла Великого» (Vita Karoli imperatoris) Эйнхарда33. Одна¬ ко в трех более поздних списках, написанных между 830-ми и 860-ми гг., ее уже нет. Аналогичная участь постигла сбор¬ ники стихотворений Теодульфа и Модуина, формулы Мар- кульфа, трактат Лактанция «Божественные установления» (Divinae Institutiones) и еще двенадцать других лоршских кодексов36. В списке книг, предваряющем каролингскую ру¬ копись с трудами бл. Августина, напротив некоторых назва¬ ний стоят пометы (рука конца IX или X в.), которые говорят о том, что они были похищены неким монахом из Фульды37. 33 «Reddere Nazario me, lector kare, memento, / Alterius domini ius quia nolo pati» (MGH. Poetae. Т. V. Pt. 2. P. 391). 54 «Reddunt, ecce, boni me Salvatoris alumni; / Hinc illis grates, Nazarius, referes» (Ibid.). 53 Hase A. Mittelalterliche Bücherverzeichnisse aus Kloster Lorsch... S. 99: Vita Karoli imperatoris (Каталог А, № 112). 36 Ibid. S. 361. 37 München, Bayerische Staatsbibliothek. Clm. 8107, fol.. lr: «Iste et iste et iste sublati sunt a Fuldensi latrone». 45
Часть I. Труды по истории в контексте книжной культуры Любопытно, что прежний владелец или хранитель точно знал, кто это сделал и где нужно искать пропажу. Однако содержание надписи красноречиво указывает на тщетность попыток вернуть ее обратно. Древнейший каталог из Санкт-Галлена: Правила выдачи и возвращения книг Выше уже неоднократно упоминался древнейший каталог из Санкт-Галлена. Эта небольшая тетрадь несет на себе следы тщательной работы его составителей. Многочисленные вставки, дополнения, исправления, уточнения и комментарии, оставленные несколькими руками второй половины IX в., дают современному исследователю уникальную возможность получить более детальное представление о внутренней жизни одной из лучших каролингских библиотек. «Breviarium librorum de coenobio sancti Galli» помещен в кодекс № 728, который с момента создания и по сей день находится в монастырской библиотеке38. Кодекс размером 25x15,9 см. содержит 109 пергаментных листов, кроме того, в начале и в конце добавлено еще по одному чистому листу. Написан несколькими руками IX в. Он не задумывался из¬ начально как единое целое, но был составлен позднее (веро¬ 58 St. Gallen, Stiftsbibliothek. Cod. 728. С оцифрованнаой версией рукописи можно ознакомиться по ссылке: http: //www.е-Codices.unifr. ch/de/csg/0728. Каталог также опубликован в изданиях Г. Беккера и П. Леманна: Becker C. Catalogi... Р. 43—53; Lehmann Р. Mittelal¬ terliche Bibliothekskataloge... S. 66—82. Общий обзор санкт-галленских каталогов подробнее см.: Duft /. Die Handschriften-Katalogisierung in der St Gallen vom 9. bis zum 19. Jahrhundert // Die Handschriften der Stiftsbibliothek St. Gallen / Hg. В. M. von Scarpatetti. St. Gallen, 1983. S. 9—99, здесь S. 9—28. См. также: McKitterick R. The Carolingians and the Written Word... P. 182—185. 46
Глава 1. Книжные собрания, общие принципы функционирования ятно, уже в конце IX в.) из трех отдельных манускриптов. Помимо списка книг (первая часть, р. 3—22), в него входят королевские капитулярии из т. н. Собрания Ансегиза (вторая часть, р. 23—96), а также Салическая и Рипуарская правды (заключительная часть, р. 97—220). Каталог59 представляет собой отдельную тетрадь в фор¬ мате quinio, первая и последняя страницы которого остались чистыми. Основной текст написан одной рукой, довольно аккуратным, хотя и не самым изящным каролингским мину¬ скулом середины — начала второй половины IX в. Слова разделены и хорошо читаются. Первый составитель (рука А) выполнил свою работу очень тщательно. Он рассортировал все книги по рубри¬ кам, несомненно, для более удобного поиска. С большой долей уверенности можно говорить о том, что этот порядок воспроизводил соответствующее расположение книг в ар- мариуме. Было ли это также заслугой первого составителя или рукописи систематизировал кто-то из его предшествен¬ ников — неизвестно. Тем не менее в древнейшем каталоге Санкт-Галлена мы встречаем один из самых обстоятельных и детализированных рубрикаторов каролингского времени, что косвенно указывает на высокий уровень внутренней ор¬ ганизации монастырской библиотеки. 59 От второй половины IX или начала X в. сохранился еще один санкт-галленский каталог: St. Gallen, Stiftsbibliothek. Cod. 267. P. 3—32. С оцифрованной версией рукописи можно ознакомиться по ссылке: http://www.e-codices.unifr.ch/de/csg/0267. Каталог представляет собой улучшенную и дополненную версию списка из рукописи № 728, однако полностью лишен маргиналий, вставок и пояснений и содержит только два дополнения внизу последней страницы (Р. 32). Для изучения внутренней жизни библиотеки он мало пригоден, зато дает некоторое представление о состоянии фон¬ дов к началу X в. 47
Часть I. Труды по истории в контексте книжной культуры Названия отдельных рубрик выведены капитальными буквами и почти всегда написаны красными чернилами. Красной, а также зеленой краской помечены многие заглав¬ ные буквы и отдельные слова в титулах книг. Библиотекарь написал не сплошной текст, но предусмот¬ рительно оставил место в разных рубриках для того, чтобы можно было фиксировать в списке новые поступления. Его последователи именно так и сделали: в течение второй по¬ ловины IX в. не меньше пяти человек внесли порядка семи¬ десяти дополнений60. Количество впечатляет. Однако надо иметь в виду, что на 840—880-е гг. (время правления абба¬ тов Гримальда и Хартмута) приходится время наивысшего расцвета Санкт-Галлена в каролингский период. Динамика расширения фондов выглядит следующим об¬ разом: De libris veteris testamenti — 4 (+1, который в момент очередной ревизии находился в школе) De libris novi testamenti — 1 De libris Beati Gregorii papae — 2 De libris Hieronimi presbiteri — 2 (список трудов св. Иеронима самый обширный; может быть, именно по этой причине дополнений оказалось совсем немного) De libris sancti Augustini — 10 (добавлены разными ру¬ ками) De libris sancti Ambrosii episcopi — 3 60 Сегодня известны имена, по крайней мере, трех санкт-галленских библиотекарей второй половины IX в. Ок. 860 г. за книжное собрание монастыря отвечал Уто, между 867 и 872 гг. — Лиутхарт, ок. 890 г. — Ноткер Заика. См.: Berschin W. St. Gallen und die Reichenau im Mit¬ telalter — Modell einer lateinischen Literaturlandschaft. Wiesbaden, 1987. S. 6. Первые два человека почти наверняка имели отношение к состав¬ лению основного каталога. Однако точно идентифицировать их среди шести составителей не представляется возможным. 48
Глава 1. Книжные собрания, общие принципы функционирования De libris Prosperi episcopi — О De libris Bedae presbiteri — 2 De libris Ysydori episcopi — 1 Tractatus Origeni — 1 De libris Cassiodori — О De libris Eusebii — О De libris diversorum auctorum — О De libris Alchuini — О De regulis sanctorum patrum — 1 De vita sanctorum patrum — 3 De virtutibus seu passionibus sanctorum apostolorum vel martirum — 1 (но это оказалась Historia Frecholfi in vol I grandi) De legibus — 0 Libri glosarum — 1 Omeliae — 4 Ordo Romanus — 1 Liber astrologiae — 0 После Orthographia etc — 16 После De metris — 8 После De libris grammaticae artis — 5 Перед и после Mappa mundi — 6 Если говорить о конкретных авторах, то лидерство с боль¬ шим отрывом удерживает св. Августин с десятью трудами61. На втором месте св. Амбросий с тремя произведениями. А третье между собой поделили св. Иероним, Григорий Великий и Беда — каждый «получил» по два новых ману¬ 61 Во второй половине IX в. Августин оказался в числе наиболее востребованных писателей не только в Санкт-Галлене, но и в других каролингских монастырях, например, в Лорше: Häse A. Mittelalterliche Bücherverzeichnisse aus Kloster Lorsch... S. 137—151 (Каталог Ca), 363. 49
Часть I. Труды по истории в контексте книжной культуры скрипта. В целом это вполне соответствует консервативному характеру санкт-галленской библиотеки с ее акцентом на книги Библии, сочинения Отцов Церкви и различных хрис¬ тианских авторов, живших до Беды. Однако подавляющее большинство новых книг не вписы¬ валось в старый рубрикатор. Их вносили на свободные места и в заключительную часть каталога, лишь приблизительно ориентируясь на тематику соответствующих разделов. Дополнения к основному списку дают представление об источниках формирования фондов монастырской библио¬ теки. Среди недавно поступивших книг имеются не только великолепно исполненные кодексы62, но также ветхие и со¬ вершенно бесполезные для чтения63. Первые, скорее всего, поступали непосредственно из скриптория, вторые, которых было не так уж мало, раньше принадлежали отдельным мо¬ нахам и попадали в библиотеку уже после их смерти64. 62 St. Gailēn, Stiftsbibliothek. Cod. 728: «VI partes in Job, singulae in singulis voluminibus optimis (P. 6); Item tractatus Origenis super epistolam ad Romanos, volumen optimum (P. 11); Item vita sancti Galli et Otmari nobiliter scripta; Vita sancti Silvestri, Recens et bene est scripta; Vita sancti Martini optime scripta (P. 15); Duo volumina nova sermonum et omeliarum ab adventu Domini usque in pascha etc.» (P. 18). 63 St. Gallen, Stiftsbibliothek. Cod. 728: «Item excerptio in Matheum de commentariis Hieronimi, volumina tria: ad nihil utilia (здесь и далее курсивом выделены пометы и комментарии библиотекарей. — А. С.); Epistola Hieronimi ad Eustochium in quatemionibus veterrimis et falsatis (P. 7); Vita sancti Silvestri et sermones in volumine valde vetusto (P. 18); Vitae partum in volumine vetustissimo; Sermones in volumine Scottico veteri etc.» (P. 19). 64 Впрочем, братья могли и при жизни дарить книги, которыми владели. Например, так поступил аббат Гримальд, что было отме¬ чено в каталоге конца IX или начала X в.: St. Gallen, Stiftsbibliothek. Cod. 267. Р. 30: «Istos autem libros domnus Grimoldus de suo dedit ad sanctum Gallum». 50
Глава 1. Книжные собрания, общие принципы функционирования В каролингскую эпоху аббатство обладало одним из самых больших на континенте собраний ирландских рукописей63. Все они поступили со стороны. Во всяком случае, сегодня не известно ни одной рукописи и даже ни одной глоссы, выпол¬ ненных в ирландском стиле, которые убедительно указывали бы на их внутримонастырское происхождение66. В IX в. по¬ давляющее большинство монахов Санкт-Галлена выросли на континентальных стилях письма и, по всей видимости, с тру¬ дом разбирали ирландский провинциальный шрифт. К числу таких людей относился и первый составитель книжного спи¬ ска. Вероятно, он попросил своего помощника и преемника (рука В)у чтобы тот выписал названия кодексов на отдельной странице. Можно предположить, что этот человек и сам был ирландцем, либо учился читать у ирландских монахов67. Libri scottice scripti предваряют основной каталог (Р. 4) и включают в себя 30 титулов. Можно думать, что в арма- риуме они также занимали отдельное место. Но некоторые манускрипты все же попали в другие рубрики. Так, в списке книг Нового завета упомянуто Евангелие от Иоанна scottice scripta (Р. 5)68. Среди сочинений Проспера фигурируют 65 Об ирландской традиции в Санкт-Галлене подробнее см.: Дуфт И. Ирландские монахи и ирландские рукописи в Санкт- Галлене // Культура аббатства Санкт-Галлен... С. 119—128. 66 Bischof f В. Irische Schreiber im Karolingerreich // Bischoff B. Mittelalterliche Studien. Bd. III. Stuttgart, 1981. S. 39—54. 67 Второе предположение кажется более верным. Во всяком случае, почерк библиотекаря В далек от островного типа письма. Это каролингский минускул, хотя и довольно небрежный. Характерной особенностью руки В является частое использование открытого «а». 68 Несомненно, речь идет о замечательном кодексе VIII в., вы¬ полненном в традиционной кельтской симметричной орнаментальной стилистике: St. Gallen, Stiftsbibliothek. Cod. 60. С оцифрованной вер¬ сией рукописи можно ознакомиться по ссылке: http://www.e-codices. unifr.ch/de/csg/0060. На сегодняшний день это — единственный 51
Часть I. Труды по истории в контексте книжной культуры два тома «Epigrammata». Позднейшая маргиналия поясняет, что по крайней мере один из них был scotticum небольшого размера (Р. 9). Очевидно, первый составитель сумел разо¬ брать названия и отделил эти кодексы от прочих ирландских рукописей, рассортировав их по соответствующим рубри¬ кам. Возможно и другое объяснение: ирландский фонд сформировался довольно поздно — в первой половине IX в, а рукописи, упомянутые выше, оказались в монастыре за¬ долго до этого времени и потому попали в иные разделы. Составитель Libri scottice scripti несомненно имел прямое отношение к библиотеке. На это указывает не только его осведомленность по поводу ирландских кодексов. Тот же че¬ ловек внес ряд дополнений и уточнений в основной каталог69. К списку книг Ветхого завета он добавил по меньшей мере три кодекса70. На полях списка книг Нового завета обозна¬ чил наличие еще одного тома «Деяний апостолов»71. Также вписал два титула в список трудов Григория Великого и один в список сочинений св. Иеронима, а содержание другого титула прокомментировал72. манускрипт из ирландского списка, который можно идентифицировать. В библиотеке Санкт-Галлена сохранились еще три рукописи, написан¬ ные до 850 г. ирландским маюскулом и минускулом (Codices № 48, 51 и 904). Однако в каталоге они не упомянуты и, судя по всему, оказались в монастыре уже после его составления. 69 Ср.: Lehmann Р. Mittelalterliche Bibliothekskataloge... S. 67. 70 «Item Job, Tobias, Judith, Hester, Ezras, Neemias in volumine I | Item Job, Tobias, Judith, Hester in volumine I | Item Job, Tobias, Judith, Hester in volumine I» (St. Gallen, Stiftsbibliothek. Cod. 728. P. 5). 71 «Item actus apostolorum et apocalipsis in volumine I» (St. Gallen, Stiftsbibliothek. Cod. 728. P. 5). 72 St. Gallen, Stiftsbibliothek. Cod. 728: «Regula pastoralis Gregorii volumina III | VI partes in Job, singulae in singulis voluminibus optimis (P. 6); Item dialogues Jheronimi cum Crettobolo volumina II: et in uno eorum sanctus Augustinus de vita Christiana et altercationy synagogue et ecclesiae. | Epistola Hieronimi ad Eustochium in quatemionibus» (P. 7). 52
Глава 1. Книжные собрания, общие принципы функционирования Вероятно, этот человек занял место монастырского биб¬ лиотекаря (предположительно около 860 г.) вскоре после смерти своего предшественника, составившего основной каталог. Косвенным аргументом в пользу такого предполо¬ жения является другая вставка в список книг св. Иеронима. Один из библиотекарей (рука С) вписал «Хронику» Евсе¬ вия-Иеронима73 в остаток строки, предшествующей помете составителя В о наличии в армариуме кодекса с письмами Иеронима к Евстохию74. Во второй половине IX в. в Санкт-Галлен продолжали прибывать выходцы из Ирландии, некоторые приезжали не с пустыми руками. Свидетельством тому служат Sermones in volumine scottico veteri (P. 19), добавленные в список позднее. Рука С не комментировала содержания кодексов и не оставляла маргиналий на полях, но сделала ряд дополнений к основному списку. Помимо «Хроники» Евсевия-Иеро¬ нима, ей, скорее всего, принадлежат указания на наличие Tractatus Origenis super epistolam ad Romanos (P. 11); Volumen I Alexandri Magni; Expositio Servii in Virgilium, volumen /; Excerptum lustini de Pompeio hystoriographo in volumine I lib. XLIIII (P. 21) и некоторые другие вставки. Аналогичным образом поступили еще два человека (руки Е и F), добавившие в каталог больше тридцати названий75. 73 Перевод и продолжение «Хроники» Евсевия Кесарийского (263—339 гг.), выполненный Иеронимом (ок. 343—420 гг.). 74 На Р. 7 [строка 23]: «Item nescio cuius tractatoris eglogae in psalterium in | [строка 26]: quatemionibus (рука A). Chronica Eusebii et Hieronimi volumen I (рука С) | [строка 27]: Epistola Hieronimi ad Eustochium in quatemionibus» (рука В). 75 Ср.: Lehmann P. Mittelalterliche Bibliothekskataloge... S. 68. Руке E принадлежат многочисленные вставки на заключительных четырех страницах каталога. Например: St. Gallen, Stiftsbibliothek. Cod. 728: «Sermones Johannis Chrisostomi de diversis rebus in I volumine; Duo 53
Часть I. Труды по истории в контексте книжной культуры Однако самую большую активность и недюжинное усер¬ дие на своем посту проявил другой монах (рука D)76. На примере его деятельности можно очень хорошо проследить круг обязанностей монастырского библиотекаря. Прежде всего он обращает внимание на сохранность отдельных манускриптов. Одни слишком ветхие (vetus, vetissimus) и мало понятные (falsus, mendacium), а потому бесполезные (inutile, ad nihil utilia). У других рассыпался переплет, и потерялись отдельные части (defectus et disiec- tus). У третьих испорчены некоторые листы (corrupta) или их невозможно прочитать по какой-то иной причине (legi non potest). Кроме того, он ставит соответствующие пометы (pusillum) напротив кодексов, имеющих небольшие размеры. Вероятно, это могло быть связано с тем, что книги такого формата легче терялись или их чаще крали. Во-вторых, он отмечает наличие или отсутствие отдель¬ ных томов, указанных в списке. Довольно много книг он не обнаружил вовсе (hoc non vidi; nunquam vidi) и решил volumina nova sermonum et omeliarum ab adventu Domini usque in pascha; Glosa in Johannem evangelistam; De remediis peccatorum et alia collecticia in volumine I; Libri ethimologiarum Isidori in sceda I, tamen boni; Vita sancti Silvestri et sermons in volumine valde vetusto etc.» (P. 18). Рука F сделала всего несколько добавлений: «Item Augustinus de bono credulitatis et bono naturae et scolia Cyrilli in volumine I (P. 9); In cantica canticorum libri V et unus Gregorii in volumine uno (P. 10); Item Isidori volumen I hinc inde collectum, cuius principum de scriptoribus est ecclesiasticis (P. 11); Quartum usque de adventu Domini (P. 18)». 76 Некоторые исследователи полагают, что этим человеком был Ноткер Заика. Подробнее см.: Rankin S. К. Ego itaque Notker scripsi // Revue benedictine. 1991. № 101. P. 268—298. Точку зрения Сьюзан Рэнкин разделяет Дэвид Гэнц, на сегодняшний день один из лучших специалистов по каролингским рукописям: Canz D. The Libraries, Librarians and Library Catalogues of Reichenau and St. Gali // http: // www.stgallplan.org/de / tours_libraries.html. 54
Глава 1. Книжные собрания, общие принципы функционирования заняться их поиском, пометив названия соответствующих манускриптов значком R (require). Любопытно, что в по¬ давляющем большинстве случаев не хватает книг, либо поступивших в библиотеку относительно недавно (т. е., после составления основного списка), либо помещенных в разделы De metris, De legibus и De libris grammatici artis. Это были труды по грамматике (Донат, Алкуин) и меди¬ цине, сочинения Алкуина, глоссы Валафрида Страбона, комментарии Сервия на Вергилия, поэтические произве¬ дения Ювенция и Седулия Скотта, эпиграммы Проспера, капитулярии Людовика Благочестивого и т. д. Словом, все то, что могло пригодиться при изучении латыни, права и естественных наук. Отсутствие этих кодексов косвенно подтверждает интерес братьев к совершенно определенному кругу знаний. Напротив, фонды с книгами Библии и труда¬ ми Отцов Церкви почти не потревожены. Отчасти это объ¬ ясняется плохим состоянием многих рукописей — львиная доля указаний на ветхость, бесполезность и невозможность чтения приходится именно на первую половину списка. Особенно удручающе выглядит коллекция сочинений св. Иеронима (Р. 7): восемь кодексов inutiles, один veterrimus et falsatus и еще один mendacium. Также можно предпо¬ ложить, что этой частью книжного собрания пользовались значительно реже. Ирландский фонд и вовсе остается нетронутым. Собирая необходимые сведения, библиотекарь D опра¬ шивает братьев и убеждается, что о некоторых рукописях в монастыре еще помнят, хотя их давно не держали в руках77. Впрочем, с потерей части кодексов он, похоже, смирился. Названия одних он попросту вычеркнул, хотя сначала поме¬ 77 «Item de Deo libri III in volumine I : hoc auditum est, non visum» (St. Gallen, Stiftsbibliothek. Cod. 728. P. 11). 55
Часть I. Труды по истории в контексте книжной культуры тил значком R7S. Напротив других поставил: nihil est. Иногда ему удавалось обнаружить искомую книгу, однако далеко не всегда получалось вернуть ее в армариум. Напротив рукопи¬ си «Экспозиций св. Колумбана на все псалмы» он написал: «Я видел ее у Руодина, но тот сказал, что это его книга»79. Приведенные примеры позволяют понять, как именно книги из библиотеки циркулировали в стенах монастыря и за его пределами в середине — второй половине IX в. Вероят¬ но, понимание того, что надо бы записывать, кому и какую книгу выдали, пришло далеко не сразу. Поначалу библио¬ текарь все это просто держал в памяти. Если он умирал, не успевая сообщить преемнику об истинной принадлежности книги, обратно ее могли и не вернуть. Может быть, именно история с Руодином, а также факт растаскивания многих недавно поступивших книг убедили библиотекаря D впредь не полагаться на память. Во всяком 78 См., например: St. Gallen, Stiftsbibliothek. Cod. 728: «Ambrosii et Augustini contra heréticos libri II in volumine I: R(equire)» (P. 9). Назва¬ ние, написанное рукой А, вычеркнуто, несмотря на соответствующую помету на полях, оставленную рукой D. В каталоге вычеркнуто еще несколько названий, хотя напротив них нет никаких маргиналий («Re¬ gula pastoralis Gregorii, volumina III (Р. 6); Item in Matheum libri IIII in volumine I; Item excerption de libris Hieronimi in Esaiam libri XVIIII in volumine uno etc. (P. 7)»). Можно предположить, что это сделал тот же человек. 79 St. Gallen, Stiftsbibliothek. Cod. 728: «Expositio sancti Columbani super omnes psalmos volumen I: гequire. Ruodinus vidi habere, qui dixit suum esse (P. 12)». Этот Ruodinus hospitanus фигурирует в качестве свидетеля в документах середины 860-х и начала 880-х гг. Вероятно, речь идет либо о представителе влиятельного клана, контролировавше¬ го монастырское фогтство в Тургау и тесно связанного с семьей аббата Гоцберта (816—837 гг.), либо о члене родственной группы, держав¬ шей фогтство в Аргенгау и близлежащих областях. Подробнее см.: Dorhmann W. Die Vógte des Klosters St. Gallen in der Karolingerzeit. Bohum, 1985. S. 151-157, 212-214. 56
Глава 1. Книжные собрания, общие принципы функционирования случае, он первым начал педантично фиксировать в списке, где в настоящий момент находится та или иная книга. Две были переданы в монастырскую школу, одна в сакрарий80. Еще некоторое количество манускриптов числилось за не¬ сколькими людьми, так или иначе связанными с монастырем. Среди читателей мы встречаем неких Рорбаха и Вольфке- ра81, а также короля Карла Толстого82, его супругу Рихар¬ ду83 и королевского канцлера Лиутварда84. С королевским двором именно в этот период установились особенно тесные отношения. В начале декабря 883 г. Карл лично в первый и в последний раз посетил монастырь и щедро его одарил. 80 St. Gallen, Stiftsbibliothek. Cod. 728: «Item paralippomenon, To- bias, Judith, Hester in volumine I veteri: ad scolam (P. 5); Item excerptum de canonibus volumen I: ad scolam (P. 16); Eiusdem (Bedae) martyr(o) logium in volumine I: ad sacrarium (P. 10)». 81 St. Gallen, Stiftsbibliothek. Cod. 728: «Tobias, Judith, Hester in codice I: ad Rorbach (P. 5); Item (Dialogorum Gregorii papae) vetus I: ad Rorbach (P. 6); Item Isidori volumen I hinc inde collectum, cuius prin- cipum de scriptoribus est ecclesiasticis: Vvolfkeri est (Р. И)». Вольфкер фигурирует в качестве свидетеля в документах между 865 и 903 гг. См.: Lehmann Р. Mittelalterliche Bibliothekskataloge... S. 69. Речь мо¬ жет идти о представителе семьи монастырских фогтов из Аргенгау и, возможно, родственнике Руодина. См.: Dorhmann W. Die Vogte des Klosters St. Gallen... S. 212—214. О Рорбахе ничего неизвестно. Одна¬ ко можно предполагать, что его статус, скорее всего, был аналогичен положению Руодина и Вольфкера. 82 St. Gallen, Stiftsbibliothek. Cod. 728: «In lectiones evangelicas homeliarum XL, volumina IIII: unum ex his datum est domno Karolo regi (P. 6)». 83 St. Gallen, Stiftsbibliothek. Cod. 728: «In Ezechielis primam partem homiliae XII in volumine I: habet domna Rickart (P. 6); In Jonam, Naum, Sophoniam et Aggeum libri IIII in volumine I: habet Rickart (P. 7)». 84 St. Gallen, Stiftsbibliothek. Cod. 728: «Epistolarum Hieronimi ad diversos volumina IIII: duo Liutuuardus habet (P. 7); Vitae patrum mino¬ res volumina II: unum habet Liutuuart (P. 14)». 57
Часть I. Труды по истории в контексте книжной культуры С этим визитом исследователи обычно связывают всплеск литературной активности в Санкт-Галлене: Ноткер Заика написал для императора «Деяния Карла Великого» (Gesta Karoli Magni imperatoris) и посвятил епископу Лиутварду Верчелльскому сборник секвенций, а Ратперт составил пер¬ вую часть «Истории Санкт-Галленского монастыря» (Casus Sancti Galli), доведя повествование до момента приезда Кар¬ ла Толстого в монастырь83. В таком контексте выдача книг из библиотеки аббатства королю и людям из его ближайшего окружения выглядит вполне объяснимо. Библиотекарю D не откажешь в прагматизме. Рорбаху и в школу он отдал ветхие книги, а в армариуме оставил новые экземпляры тех же произведений. Еще одна заметка, оставленная рукой этого человека, наводит на мысль, что за неподобающее обращение с манускриптом он мог заставить нерадивого читателя изготовить новую рукопись, причем, со стороны последнего возражений не возникало86. Сам факт фиксации имен временных обладателей ману¬ скриптов нужно признать значительным шагом вперед в пла¬ не организации работы библиотеки. Однако он же указывал и на ее слабые стороны. Не отлажен был не только механизм выдачи книг (вероятно, иногда это могло происходить пуб¬ лично, при свидетелях — именно поэтому библиотекарь D и опрашивал братьев), но и порядок их возвращения. В самом деле, на полях санкт-галленского каталога мы не встретим никаких пометок, что выданные рукописи когда-либо верну¬ лись обратно или что поиски других манускриптов увенча¬ лись успехом. 85 Cp.: Berschin W. St. Gallen und die Reichenau... S. 41—42. 86 St. Gallen, Stiftsbibliothek. Cod. 728: «Eaedem (Gregorii papae) homiliae XXII volumine uno: Redditae sunt ad Augiam et patrate sunt novae (P. 6)». 58
Глава 1. Книжные собрания, общие принципы функционирования Результаты инспекции библиотекаря D показали, что на момент проверки в армариуме не хватало больше трех десят¬ ков книг. Напротив 16-ти названий стоят пометы require, поп vidi и nihil est, 4 титула вычеркнуты, И манускриптов выданы, о чем составлены соответствующие записи. Еще 11 кодексов не годятся для чтения (inutilis; legi non potest), a 7 поврежде¬ ны или мало понятны (vetus et falsatus; mendacium; corrupta; defectus et disiectus). Если к ним добавить рукописи scottice scripti, то получится около 80 книг, пользоваться которыми было затруднительно, либо вовсе невозможно. Это немало, если учесть, что всего в каталоге перечислено 264 произве¬ дения в 395 кодексах. Почти все, кто заведовал монастырской библиотекой, проделывали еще одну работу — уточняли содержание от¬ дельных кодексов, добавляя к их описанию недостающие фрагменты. Иными словами, они не ограничивались только внешним осмотром, но внимательно пролистывали каждый том, зная привычку современников собирать под одной обложкой разные тексты. Такого рода заметок в санкт-гал- ленском каталоге немало87. 87 Например, см.: St. Gallen, Stiftsbibliothek. Cod. 728: «Item eiusdem (Gregorii papae) liber pastoralis, volumina III: et in uno eorum epistolae Hieronimi; Item eiusdem (Hieronimi) in Hieremiam a capite libri V in volumine I: et Rabani usque in finem (P. 6); Item dialogues Jheronimi cum Crettobolo volumina II: et in uno eorum sanctus Augustinus de vita Christiana et altercatio synagogue et ecclesiae etc (P. 7)». 59
ГЛАВА 2 Исторические сочинения в каролингских библиотеках Итак, в каролингский период во франкских библиотеках на¬ ходились многие тысячи, а, возможно, и десятки тысяч книг. Какое место среди них занимали сочинения по истории? Судя по сохранившимся описаниям книжных собраний, весьма скромное. Например, в раннем каталоге Райхенау (каталог 821—822 гг.) перечислено 415 книг, из них исторических всего 14, а в каталоге 823—838 гг. находим 3 из 112. В Сен- Рикье (каталог 831 г.), соответственно, 10 из 243. В Санкт- Галлене (каталоги IX в.) — 21 из 428. В Овьедо (каталог 882 г.) — 3 из 42. В Вюрцбурге (каталог IX в.) — 3 из 209. В Кельне (каталог IX в.) — 1 из 39. Во Фрайзинге (каталог IX в.) — 2 из 24. В монастыре Сен-Вандрий из примерно 130 книг, собранных аббатами с 727 г. до середи¬ ны IX в., исторических не больше десятка. В личной библи¬ отеке Эверхарда Фриульского (завещание 837 г.) — 3 из 53. В Лорше — 26 из 590, что можно считать самой боль¬ шой коллекцией трудов по истории на всем каролингском культурном пространстве. В следующем столетии ситуация не слишком изменилась. В богатейшем собрании Боббио среди 666 книг находим только 12 исторических. В Санкт- Эммерамме (каталог 975—1000 гг.) — 4 из 513. В Кремоне (каталог 984 г.) — 3 из 95. Сам факт создания библиотеки вовсе не означал непременного наличия в ней исторических сочинений даже христианских писателей. Среди 71 книги в собрании Вайсенбурга (каталог IX в.) нет ни одной исто¬ рической. Аналогичная ситуация с библиотеками Пассау (40 книг, каталог 903 г.) и Зальцбурга (14 книг, каталог 958—990 гг.). Разумеется, сохранившиеся списки не дают 60
Глава 2. Исторические сочинения в каролингских библиотеках исчерпывающего представления обо всех манускриптах, имевших хождение в данное время и в определенном месте. Однако общую картину они отражают вполне адекватно. Книжные списки большей частью лишь фиксируют на¬ личие определенного количества исторических произведений в армариуме на данный момент времени. К сожалению, динамику этого процесса удается проследить значительно реже. Но древнейшие каталоги из Санкт-Галлена позволяют увидеть, как именно это происходило. К середине IX в. в монастырской библиотеке насчиты¬ валось всего восемь (!) трудов по истории: трактат «О зна¬ менитых мужах» св. Иеронима и Геннадия, «Трехчастная история» Созомена, Теодорита и Сократа, «Церковная история» Евсевия в интерпретации Руфина, латиноязычная компиляция на основе «Иудейской войны» Иосифа Фла¬ вия, известная на средневековом Западе как «Hegesippus», «История народа англов» Беды, «Liber pontificalis», а также кодекс с хрониками разных времен и «Деяниями франков». Ни хроники, ни «Деяния» не поддаются точной идентифи¬ кации. В первом случае речь почти наверняка шла о какой-то компиляции (возможно, с привлечением трудов Евсевия, Иеронима и Исидора Севильского), во втором с равной степенью вероятности могли фигурировать сочинение Гри¬ гория Турского, хроника Фредегара или анонимная «Книга истории франков». Первый составитель (рука А) поместил их в следующие рубрики: 1. De libris Hieronimi patris Liber inlustrium virorum Hieronimi et Cennadii volumen I (P. 7); 2. De libris Bede presbiteri Gesta anglorum (P. 10); 61
Часть I. Труды по истории в контексте книжной культуры 3. De libris Cassiodori Cassiodoris Senatoris ecclesiasticae historiae de tribus auctoribus sumptae, id est Sozomeni, Theodoriti atque Socratis libri XII in codice I (P. 11); 4. De libris Eusebii Eusebii hystoriae ecclesiasticae libri VIIII et Rufini interpretis eiusdem libri II in volumine I; Cesta pontificum Romanorum volumen I; Egesippi libri V excerpti de istoria Joseppi volumen I. Характерно, что все три сочинения перечислены вместе в одном разделе. 3. De libris diversorum auctorum Chronicae diversorum temporum libri V et gesta Francorum in volumine I; Item chronica Eusebii et Hieronimi in volumine L Один из библиотекарей (рука С) посчитал логичным про¬ дублировать «Хронику» Евсевия-Иеронима в списке книг св. Иеронима (Р. 7), а другой (рука D) во избежание недо¬ разумений прокомментировал это на полях1. В течение нескольких десятилетий к первоначальному списку добавилось еще шесть разновременных сочинений: «Иудейская война» и «Иудейские древности» Иосифа Флавия, «История Александра Великого» Курция Руфа, историко-географический труд Солина, «Эпитома сочинения Помпея Трога „История Филиппа“» Юстина и «История» Фрекульфа из Лизье. Произведения Иосифа Флавия поместили на свобод¬ ное место (Р. 20) между рубриками De metris и De libris 1 St. Gallen, Stiftsbibliothek. Cod. 728: «Item chronica Eusebii et Hieronimi in volumine I: inter libros Hieronimi descriptus est (P. 12)». 62
Глава 2. Исторические сочинения в каролингских библиотеках grammaticae artis. «Историю» Фрекульфа (Р. 16) дописали к рубрике De virtutibus seu passionubus sanctorum apostolorum vel martirum. Солина поставили перед картой мира (Mappa mundi), Курция Руфа строчкой ниже, а Юстина отнесли в конец той же страницы после комментариев Сервия на Вергилия (Р. 21). Это распределение, разумеется, было весьма условным и во многом объяснялось наличием свободного места. Од¬ нако все же можно предположить, что «Историю Алек¬ сандра Македонского» библиотекарь посчитал правильным поставить ближе к географии, а «Эпитому Помпея Трога» к римской эпической традиции. После смерти аббата Гримальда (872 г.) из его личного со¬ брания монастырю отошло еще пять исторических кодексов, в которых насчитывалось по меньшей мере семь сочинений2: 1. «De regibus Meroingorum et epistola Alexandri de situ Indiae et epistolae Senecae ad Paulum et reliqua in sceda»; 2. «De sex aetatibus mundi et chronica Julii Cesaris, Ebonis episcope de octo principalibus vitiis et Cypriani de XII abusivis saeculi et passio Hemmerammi martyris in volumine I»; 3. «Hystoriam Dictis et Daretis in I sceda»; 4. «De bonitate Hludowici imperatoris in quatemulis»; 5. «Librum Valerii Cimilensis episcope et de vita Karoli im¬ peratoris et admonitione sancti Basilii in una sceda». Таким образом, к концу IX в. в санкт-галленской биб¬ лиотеке насчитывалось 21 историческое произведение (при условии, что «Gesta Francorum» и «De regibus Meroingorum» не являлись разными названиями одного и того же текста), т. е. в два с половиной раза больше, чем в середине того же столетия. Из них шесть было написано античными автора¬ ми, восемь классическими христианскими писателями, как 2 St. Gallen, Stiftsbibliothek. Cod. 267. Р. 31-32. 63
Часть I. Труды по истории в контексте книжной культуры минимум три появились на свет во Франкском королевстве в первой половине IX в., а еще одно примерно в то же время привезли из Италии. Более точная идентификация остальных затруднительна по вполне объективным причинам. Сегодня принято считать, что по крайней мере до XIV в. исторические труды не занимали в библитеках отдельного ме¬ ста, но были рассеяны по разным фондам, поскольку история не считалась самостоятельной отраслью знания3. Это поло¬ жение все-таки нуждается в уточнении. В каталоге из Мур- баха (ок. 840 г.) — единственном книжном инвентаре эпохи Каролингов — мы обнаруживаем рубрику De historiis4. Со¬ ставитель поместил под ней «Иудейские древности» Иосифа Флавия, латинскую компиляцию его сочинений, известную как «Hegesippus», «Историю против язычников» Павла Орозия, «Церковную историю» Евсевия, «Трехчастную историю» и «Историю» Климента. Как видно, речь идет только о классических исторических трудах христианских авторов. Тем не менее наличие отдельной рубрики для целой группы текстов весьма показательно. Почти наверняка эти книги занимали обособленное место и в армариуме. Любо¬ пытно также ее название — De historiis, делающее акцент не на авторах упомянутых произведений, а на содержании последних. Список исторических трудов мурбахской библиотеки не исчерпывался книгами, перечисленными выше. В инвен¬ таре имеются и другие произведения равно христианских и языческих писателей. «Церковная история народа англов» попала в раздел сочинений Беды. «О знаменитых мужах» и «Хроника» фигурируют среди книг св. Иеронима. Под 3 Гене Б. История и историческая культура... С. 30—31, 40—42. 4 Bloch H. Ein karolingischer Bibliothekskatalog aus Kloster Mur« bach... S. 270. 64
Глава 2. Исторические сочинения в каролингских библиотеках рубрикой Secuntur gentiles мы встречаем «Историю» Тита Ливия, «Эпитому Помпея Трога» Юстина и «Жизнеописа¬ ния цезарей» (Vite cesarum vel tirannorum ab Elio Hadriano usque ad Carum [et] Carinum libri VII). «О заговоре Ката¬ лины» и «Югуртинская война» Саллюстия попали в раздел De poetis gentilium5. Кроме того, несколько исторических трудов оказались в частном собрании аббата Инскера (пра¬ вил до 876 г.), которое позднее поступило в монастырскую библиотеку6. В их числе «Книга пап» (Liber pontificalis), Письмо Александра Македонского к Аристотелю о положе¬ нии Индии, «Деяния Александра Великого» Курция Руфа, «Об исходе троянцев» Дарета Фригийского, две «Исто¬ рии» Иордана (почти наверняка речь идет о «Romana» и «Getica»), а также несколько компиляций из сочинений Орозия, Иеронима, Исидора и Юлия Цезаря с уклоном в географические описания7. Историческая рубрика мурбахского инвентаря не выгля¬ дит, однако, совершенно оригинальной в контексте других примеров. В каталоге Сен-Рикье (831 г.) под титулом De libns antiquorum qui de gestis regum vel situ terrarum scripserunt перечислены восемь трудов по истории: «О смертях и жизни императоров» Плиния Второго, «Эпитома Помпея Трога» Юстина, троянская история Псевдо-Дарета Фригийского, «Трехчастная история», «Церковная история» Евсевия, «Хроника» Иеронима, одно из исторических сочинений 5 Ibid. S. 263, 267, 271, 283. «Поэтическая» рубрика мурбахско¬ го инвентаря не выдерживает заявленной тематики: помимо трудов Саллюстия, здесь фигурируют трактат Юлия Фронтина о геометрии, трактат Витрувия об архитектуре, три книги по орфографии и письма Сенеки к Луцилию. 6 Ibid. S. 272-274. 7 (6) Orosius, provinciarum descriptio; (7) De eadem re Iheronimus; (8) Ysidorus de terra; (9) Cosmographia Iulii Cesaris. 63
Часть I. Труды по истории в контексте книжной культуры Иордана и «Liber pontificalis»8. В отличие от мурбахского, данный список объединяет почти все исторические произве¬ дения, имевшиеся в библиотеке Сен-Рикье. За его предела¬ ми осталась лишь «История франков» Григория Турского9. Авторы «Деяний Фонтанельских аббатов» и первой части «Casus sancti Galli» перечисляют книги, поступившие в монастырские библиотеки при жизни или после смерти того или иного аббата. Эти инвентари не имеют рубрик, ти¬ тулы книг перечисляются сплошным списком, в соответствии с расположением манускриптов в армариуме. Однако весьма показательно, что труды по истории образуют здесь пусть и небольшие, но вполне компактные группы10. 8 Becker С. Catalogi... Р. 28: «(189) Plinius Secundus de moribus et vita imperatorum; (190) Epitoma Pompeii; (192) historia Homeri, ubi dicit et Dares Phrygius; (193) Historia Socratis Sozomeni et Theodoriti; (195) ecclesiastica historia Eusebii; (196—197) Chronica Hieronymi II vol; (198) Historia Iordanis; (199) De summa temporum et de origine actibusque Romanorum I vol». 9 Becker G. Catalogi... P. 27. 10 Gesta Wandonis abbatis: «(17) historiam Apollonii regis Tyri in codice uno; (18) historiam Iordani episcopi Ravennatis ecclesiae de origine Getarum». Отдельно упомянуты фрагменты из «Церковной истории» Руфина (3). Gesta Ansgisi abbatis: «(70) Historiam ecclesiasticam Euse¬ bii Caesariensis episcopi in codice uno; (71) Chronicam eiusdem in codice uno; (72) Historiam item ecclesiasticam trium virorum, id est Zozomeni, Theodoriti et Socratis in codice uno». Отдельно упомянуты исторические труды Иосифа Флавия (20) и анонимные «Gesta Francorum (84)» (Gesta abbatum Fontanellensium // MGH. SS. T. 2. P. 287, 296—297). «Librorum etiam non parvam copiam sub eodem abbate [Grimaldo] Hart- motus composuit, quorum nomina haec esse scias: (52) Iosephi de antiq¬ uitate iudaica libri 12 in volum; (54) Item eiusdem de bello iudaico libri 7 in volum; (55) Excerpta de Pompeio in volum I; (56) Gesta Alexandri in volum I» (Ratpert. Casus sancti Galli // MGH. SS. T. 2. P. 70). Особняком стоит лишь «Chronica Eusebii et Hieronimi», разместившая¬ ся на 63-м месте среди 70-ти книг списка. 66
Глава 2. Исторические сочинения в каролингских библиотеках Последний пример, пожалуй, наиболее примечательный в контексте данного сюжета, связан с книжным собранием Лорша. До нашего времени сохранились по крайней мере четыре каталога, которые были созданы между 830-ми и 860-ми гг. и отражали поступательное стремление биб¬ лиотекарей к инвентаризации стремительно растущих фон¬ дов11. В каталоге А (ок. 830 г.) среди 129 наименований фигурируют всего три исторических сочинения: «Хроника» Беды (№ 60), анналы (№ 86) и «Жизнь Карла Великого» Эйнхарда (№ 112), исчезнувшее позднее12. Они не были выделены в самостоятельную группу текстов, но упомянуты в числе прочих книг. Аналогичную ситуацию мы наблюдаем и в каталоге В (между 830 и 840 гг.). Среди 205 титулов можно обнару¬ жить «De viris illustribus» Иеронима, помещенные в один том с анонимными «De historiis christianis» (вероятно, речь идет о хрониках разных авторов) (№ 124), хронику Исидо¬ ра Севильского (№ 170) и «Историю народа англов» Беды (№ 189)13. Напротив, в каталоге Са (ок. 860 г.), где перечислено около 500 титулов, наряду с «необособленными» упомина¬ 11 Vatican, Pal. Lat. 1877, fol. 67r-79v (каталог A), fol. 44r-66v (ка¬ талог В), fol. lr-ЗЗг + 33v-34r (каталог Ca + Cb); Vatican, Pal. Lat. 57, fol. lr-7v (каталог D). С оцифрованными версиями рукописей можно ознакомиться по ссылкам: http://bibliotheca-laureshamensis-digital.de/ bav/bav_pal_lat_1877 и http://bibliotheca-laureshamensis-cligital.cle/ bav/bav_pal_lat_57. Критическое издание каролингских книжных инвентарей из Лорша выполнено А. Хэзе: Häse A. Mittelalterliche Bücherverzeichnisse aus Kloster Lorsch. Einleitung, Edition und Kom¬ mentar. Wiesbaden, 2002. 12 Häse A. Mittelalterliche Bücherverzeichnisse aus Kloster Lorsch... S. 97-99. 13 Ibid. S. 127,135. 67
Часть I. Труды по истории в контексте книжной культуры ниями ряда античных и раннесредневековых трудов по исто¬ рии14, появился компактный исторический блок, состоящий почти из двух десятков произведений. Он помещен в первой части инвентаря, следует непосредственно за историческими книгами Библии и включает в себя: «Церковную историю» Евсевия, «Иудейскую войну» и «Иудейские древности» Иосифа Флавия, позднейшую латинскую компиляцию «Hegesippus», «Историю против язычников» Орозия, хро¬ ники Евсевия, Иеронима и Беды, «Трехчастную историю», «Liber pontificalis», «Историю» Климента, «Историю фран¬ ков» Григория Турского, «Римскую историю» Иордана, «Эпитому Помпея Трога» Юстина, «О шести возрастах мира» Флавия Клавдия Гордиана, «Дневник Троянской войны» Псевдо-Диктиса Критского, «История о разру¬ шении Трои» Псевдо-Дарета Фригийского, «Эпитомы» сочинения Тита Ливия, составленные Аннеем Флором, «De origine mundi» Квинта Юлия Иллариона, историко-геогра¬ фический трактат Солина, а также компиляцию «Хроники» Иеронима и фрагмент «Хроники» Идация, охватывающий период от Феодосия до Юстиниана13. Учитывая, что ка¬ талог Са имеет предельно развернутый рубрикатор, почти наверняка воспроизводящий структуру монастырской биб¬ лиотеки, можно говорить о том, что в книжном собрании 14 К их числу относятся названные выше «De viris illustribus» Иеронима вместе с анонимными «Христианскими историями» (№ 212), «История народа англов» Беды (№ 246) и его же хроника (№ 259), анналы (№ 429) и хроника Исидора (№ 454). В каталоге Са к ним добавились «История» Фрекульфа (№ 423), «Хроникон» Целия Аврелиана Сикценсия (№ 369) и историческая поэма Аннея Лукана (№ 406). См.: HäseA. Mittelalterliche Bücherverzeichnisse aus Kloster Lorsch... S. 151,154,163,165,166. 15 Hase A. Mittelalterliche Bücherverzeichnisse aus Kloster Lorsch... S. 137. 68
Глава 2. Исторические сочинения в каролингских библиотеках Лорша во второй половине IX в. целая группа исторических текстов хранилась компактно. Вероятно, сама идея группировки исторических сочине¬ ний в отдельный фонд, была позаимствована из Мурбаха. Во всяком случае, начальная часть лоршской исторической секции почти полностью копирует последовательность тек¬ стов мурбахской De historiis16. Однако по сравнению с ней лоршская была в три раза больше и включала в себя произ¬ ведения не только раннехристианских писателей, но также античных и раннесредневековых авторов17. Скорее всего, появление обособленного исторического фонда объясня¬ лось вполне прагматическими соображениями: среди сотен 16 Ср.: Каталог из Мурбаха, рубрика De historiis: «(246) Iosephum antiquitatum et iudaice captivitatis libri XVIIII; (247) Ege- sippi libri V; (248) Orosius in defensionem christianorum contra paganos libri VII; (249) Historia Eusebii Cesariensis episcopi libri X; (250) Historia tripartite libri XII; (251) Historia Clementis libri X. Каталог С из Лорша: (93) Historia ecclesiastica Eusebii, libri XI in umo codice; (94) Historia Iosephi, libri XI in uno codice; (95) Isyppi libri V de eo¬ dem historiographo in uno codice; (96) Historia Orosii, libri VII in uno codice; (97) Chronica Eusebii, Hieronimi et Bedae in uno codice; (98) Tripertita historia, libri XII Socratis, Zozomeni, Theodoriti in uno codice; (99) Gesta pontificum Romanorum in uno codice; (100) Libri Clementis X in uno codice». 17 В библиотеке Ватикана сегодня хранится около десятка лорш- ских рукописей конца VIII — первой половины IX в. с историческими сочинениями античных и раннесредневековых авторов, названия которых упоминаются в каталоге Са. По мнению Р. МакКиттерик, довольно большие размеры кодексов, их почти квадратная форма, а также характерные грамматические ошбки свидетельствуют о том, что все они были скопированы непосредственно с позднеантичных манускриптов конца IV, V или самого начала VI в. Последние мог¬ ли происходить из Италии, Испании, Британских островов, старых галло-римских епископских центров и связанных с ними монастырей. См.: McKxtterick R. History and Memory... Р. 201—206. 69
Часть I. Труды по истории в контексте книжной культуры рукописей монастырской библиотеки так было проще искать труды по истории, которых насчитывалось совсем немно¬ го. Но для нас важнее другое: каролингские библиотекари (и, вероятно, не только они) отдавали себе отчет в том, что история, равно языческая и христианская, является вполне самостоятельной областью знания, которая представлена в особого рода текстах, отличных от всех прочих, включая агиографию. Насколько репрезентативной была лоршская коллекция, пожалуй, самая большая в каролингский период? Чтобы ответить на этот вопрос, необходимо определить пример¬ ный круг исторических текстов, которые имели хождение в рамках каролингского мира со второй половины VIII по начало X в.
ГЛАВА 3 Нефранкская историческая традиция в каролингскую эпоху Для начала рассмотрим состояние нефранкской историче¬ ской традиции в том виде, какой мы ее находим во Франкии между второй половиной VIII и началом X в.1 Более или менее наглядное представление о проблеме дают данные рукописной традиции отдельных памятников, в том числе палимпсесты2, а также сведения, содержащиеся в книжных инвентарях каролингских библиотек. Кроме того, на присутствие отдельных произведений в культурном про¬ странстве эпохи указывают разнообразные заимствования, которые встречаются в сочинениях собственно каролинг¬ ских авторов. Мы можем рассчитывать на положительный результат только в том случае, если будем использовать весь комплекс источников. Во-первых, до нашего времени 1 Этот сюжет попал в поле зрения исследователей относительно не¬ давно и все еще нуждается в доработке. Подробнее см.: McKitterick R. History and Memory... P. 28—59; McKitterick R. The audience for Latin historiography in the early middle ages: text transmission and manuscript dissemination // Historiographie im frühen Mittelalter... S. 96—114. В контексте нашей темы все еще полезен довольно пространный обзор сочинений докаролингских авторов, которые упоминаются в каро¬ лингских библиотечных каталогах, подготовленный М. Манициусом. Правда, к числу «античных» писателей исследователь отнес также Григория Турского, Иордана, Беду и Павла Диакона: Manitius М. Handschriften antiker Autoren in mittelalterlichen Bibliothekskatalogen. Leipzig, 1935. 2 Обзор средневековых палимпсестов см.: Lowe E. A. Codices rescripti. A list of the oldest latin palimpsests with stray observations on their origin. Biblioteca Vaticana, 1964. 71
Часть I. Труды по истории в контексте книжной культуры сохранились далеко не все рукописи с историческими трудами античных и раннесредневековых писателей. Во-вторых, фонды подавляющего большинства каролингских библиотек, в том числе и некоторых наиболее значительных, по разным причинам не были описаны современниками. Во всяком случае, сегодня мы не располагаем каталогами обширных книжных собраний таких важнейших интеллектуальных и культурных центров как Флери, Корби, Ферьер или Тур. Библиотечные фонды других ведущих монастырей, таких как Боббио, были описаны только в X в. Однако вне всяких сомнений они сформировались значительно раньше. Напро¬ тив, сохранились библиотечные описи некоторых центров, не располагавших собственными скипториями (Вайссенбург, Вюрцбург, Пассау, Зальцбург). И эти каталоги являются в полном смысле слова уникальным источником. Восстановление империи пробудило у франкской элиты интерес к античному, прежде всего римскому, наследию. Хо¬ рошо известно, что именно каролингским скрипториям мы обязаны сохранением огромного числа памятников античной литературы. А рукописная традиция многих произведений древних авторов вообще не прослеживается раньше конца VIII или IX века. В рукописной традиции сочинений Гая Юлия Цезаря (100—44 гг. до н. э.) выделяют две группы манускриптов: в одной содержится только «Bellum Gallicum», другая носит условное название «Corpus Caesarianum» и объединяет, помимо «Bellum Gallicum», еще «Bellum civile», а также сочинения его последователей «Bellum Alexandrinum», «Bellum Africanum» и «Bellum Hispaniense»3. Обе группы рукописей восходят к одному архетипу — позднеаничному 3 О рукописной традиции сочинений Цезаря подробнее см.: Hering W. Die Recensio der Caesarhandschriften. Berlin, 1963. 72
Глава 3. Нефранкская историческая традиция в каролингскую эпоху манускрипту, который В. Херинг датировал примерно VI в.4 Собственно каролинские рукописи относятся к первой груп¬ пе. Самая ранняя из них датирована первой четвертью IX в. Она была создана в неидентифицированном скриптории в долине Луары, возможно, в Осере, но позднее оказалась во Флери3. Родственным ей является так называемый Ам¬ стердамский кодекс, также из Флери6. Он написан очень близкой по времени рукой и имеет то же количество строк (26) на странице. Один из важнейших манускриптов для установления текста «Bellum Gallicum» появился во второй трети IX в. в скриптории Тура или, что более вероятно, Кор- би7. Образцом для него послужила та же самая рукопись, которая легла в основу первой луарской копии, что указывает 4 Hering W. Die Recensio... S. 111. С данной точкой зрения не со¬ гласна В. Браун, по мнению которой у этой позднеантичной рукописи имелся свой «преархетипический» образец, написанный маюскульным письмом. Подробнее см.: Brown V. The Textual Transmission of Caesar’s Civil War. Leiden, 1972. P. 36-41. 5 Ha fol. 49r встречается указание на книжное собрание этого монастыря, сделанное рукой XI в.: «Hic est liber Sancti Benedicti Floria - censis». Также на fol. 180r помещены директивы аббата Макария отно¬ сительно организации библиотеки Флери, датированные 1146 г. Ныне кодекс объемом в 180 листов хранится в Отделе рукописей Парижской Национальной библиотеки (Paris, BN lat. 5763). «Bellum Gallicum» занимает в нем fol. 1—112. Описание рукописи см.: Hering W. Die Recensio... S. 32—38. 6 Amsterdam, Universiteitsbibliotheek XV G 1 (81), fol. 2—99. M. Мостерт датирует рукопись второй четвертью IX в.: Mostert М. The library of Fleury. A provision list of manuscripts. Hilversum, 1989. (Catalog of manuscripts, № 001). 7 Vatican, Pal. Lat. 3864 (fol. lr-74r). Ср.: Mosters M. The library of Fleury... (Catalog of manuscripts, № 1316). В. Херинг датировал рукопись X в.: Hering W. Die Recensio... S. 10. На корбийском проис¬ хождении рукописи настаивает Д. Гэнц: Ganz D. Corbie in the Carolin- gian Renaissance. Sigmaringen, 1990. P. 59,154. 73
Часть I. Труды по истории в контексте книжной культуры на тесные контакты между ведущими каролингскими мона¬ стырями8. Самые ранние кодексы второй группы сохрани¬ лись только от X в. «Chronica Iulii Caesaris» фигурирует среди книг Гри- мальда, аббата монастыря Санкт-Галлен.9 В персональной библиотеке мурбахского аббата Инскера имелась «Cosmo¬ graphia Iulii Cesaris», которая, скорее всего, представляла собой выдержки этнографического характера из «Записок о галльской войне»10. В книжном инвентаре из Райхенау отмечена «Liber Iulii Caesaris de mensione universi orbis», вероятно, близкая по тематике к мурбахской рукописи11. «Commentarii Belli Gallici» упоминаются в письме Лупа Ферьерского к епископу Херибольду. Знаменитый библио¬ фил сетует на отсутствие этого сочинения в своей библио¬ теке и просит епископа помочь восполнить пробел12. Как известно, интерес Лупа к древним памятникам был прежде всего филологическим, хотя он и называет Цезаря «римским историографом». Саллюстий (86—34 гг. до н. э.) представлен «О заговоре Каталины», «Югуртинской войной» и компилятивными «Историями». Самая ранняя рукопись его сочинений дати¬ руется V в. Это был список «Историй», написанный в Ита¬ лии капитальным рустическим письмом. На рубеже VII в. с ним познакомились во Флери, но обошлись без всякого 8 Ganz D. Corbie in the Carolingian Renaissance... P. 61. 9 St. Gallen, Stiftsbibliothek. Cod. 267. P. 32. 10 Bloch H. Ein karolingischer Bibliothekskatalog aus Kloster Mur¬ bach... S. 272. 11 Lehmann P. Mittelalterliche Bibliothekskataloge... S. 89. 12 Lupi ep. XXXVII (ad Heribildo episcopo): «Gaius Iulius Caesar historiographus Romanorum nullus est. Commentarii belli Gallici, quorum ad vos manavit opinio» (Lupi abbatis Ferrariensis epistolae // MGH. Epist. T. 6. P. 46). 74
Глава 3. Нефранкская историческая традиция в каролингскую эпоху пиетета: текст античного писателя был стерт, а поверх него нанесены комментарии св. Иеронима на Книгу пророка Исайи, вероятно, как более актуальные для членов мона¬ стырской общины в тот период13. Впрочем, традиция на этом не прервалась. Саллюстия переписывали во Флери в IX, X и в XI в.14 Речи и письма из «Историй» и «Югуртинской войны» вошли в упомянутый выше ватиканский кодекс с со¬ чинением Цезаря, созданный в Туре или Корби15. О других манускриптах докаролингской эпохи с трудами Саллюстия ничего не известно, однако в том, что они были, сомневаться не приходится. Знаменитый список книг из библиотеки Карла Великого, созданный, по мнению Б. Бишофа, при дворе около 790 г., упоминает Sallustii Crispi orationis ex Catilena и Sententia in Iugurtha ex Historia V16. После смерти Карла часть книг из его библиотеки оказалась в различных монастырях. Саллюстий попал в Корби, где был заново переписан около 850 г. Том Саллюстия Catelinarum упоминается в ^атрибутированном библиотечном каталоге второй половины IX в. из Южной 13 В настоящий момент отдельные листы этого палимпсеста на¬ ходятся в Берлине (Berlin, Deutsche Staatsbibiothek. Lat. Qu. 364) и Орлеане (Orleans Bibi. Municip. 192 (169)). Cm.: Lowe E. A. Codices rescripti. Tab. № V. 14 Paris, BN lat. 16024 (вторая половина IX в.); Bern, Burgenbib¬ liothek 250 (конец X в.); Paris, BN lat. 6085 (начало XI в.). С оциф¬ рованным микрофильмом первой рукописи можно ознакомиться по ссылке: http://gallica.bnf.fr/ark: / 12148/btvlb9067174s. Описание двух последних рукописей см.: Mosters М. The library of Пеигу... (Cata- log of manuscripts, № 134,1069). 15 Vatican, Pal. Lat. 3864 (fol. 109r-133v). 16 Bischoff B. Die Hofbibliothek Karls des Grossen // Karl der Grosse. Lebenswerk und Nachleben / Hrsg. von W. Braunfels. Bd. 1—2. Düsseldorf, Schwann, 1967. Bd. 2. S. 57—60. 75
Часть I. Труды по истории в контексте книжной культуры Германии17. «О заговоре Каталины» вместе с «Югуртинской войной» имелись в книжном собрании Мурбаха18, а также фи¬ гурируют в переписке Лупа Ферьерского19. Таким образом, можно предполагать, что Саллюстия в той или иной степени знали на довольно обширной территории — от Суассона, Осера и Ферьера до Алеманнии. Неудивительно, что в сле¬ дующем столетии он приобрел большую популярность именно в этих границах. Его активно использовал, например, Рихер при составлении своей «Истории Реймсской церкви»20. Тацит (55—116/120 гг.) оказался в числе тех античных писателей, чьи произведения дошли до нас исключительно благодаря каролингским копиистам. Единственная рукопись, которая содержит первые шесть книг «Анналов», а также малые произведения Тацита — «Германия» и «Агрикола», была создана в Фульде во второй четверти IX в.21 Вся позд¬ нейшая традиция восходит именно к этому манускрипту22. 17 Lehmann Р. Mittelalterliche Bibliothekskataloge... S. 266. Г. Бекер неточно атрибутировал каталог как список книг из библиотеки Санкт- Галлена: Becker С. Catalogi... Р. 35 (Catalogus № 15). Скорее всего, речь идет о Раихенау. См.: Manitius М. Handschriften antiker Autoren... S. 42-47. 18 Bloch H. Ein karolingischer Bibliothekskatalog aus Kloster Mur¬ bach... S. 271. 19 Lupi ep. CIV (ad Reginb.): «Catilinarium et Jugurthinum Sallustii... et si qous alios vel corruptos nos habere vel paenitus non habere cognoscitis, nobis afferre dignemini, ut vestro beneficio et vitiosi corrigantur et non habiti numquamque nisi per vos habendi hoc gratius quo insperatius adquirantur» (Lupi abbatis Ferrariensis epistolae... P. 91). 20 Hoffmann H. Der Historien Richer von Saint-Remi // DA. 1998. № 54. S. 445-552. 21 Firenze, Biblioteca Medicea Laurenziana. Plut. 68.1. 22 Есть предположение, что фульдская рукопись включала в себя несколько больше того, что сохранилось. Может быть, именно к ней или одной из ее копий восходит монтекассинская рукопись, сделанная 76
Глава 3. Нефранкская историческая традиция в каролингскую эпоху Очевидно в его основе лежит позднеантичная рукопись, попавшая в Фульду из Италии и чудом сохранившаяся в монастырской библиотеке. По всей видимости, именно с ней познакомился Эйнхард, проходивший здесь обучение в конце VIII в. и многое позаимствовавший, в частности, из «Германии» для своего знаменитого «описания империи» в «Жизнеописании Карла Великого»23. Между 830 и 850 гг. малые произведения Тацита были вновь переписаны, на сей раз каролингским минускулом западно-франкского стиля, не слишком характерным для фульдского скриптория, где долго сохранялись традиции инсулярного письма24. Полагают, что к созданию этого ма¬ нускрипта могли иметь отношение Луп Ферьерский или его ученик Хейрик Осерский25. Но вопрос остается открытым. Какое-то время новая копия находилась в Фульде. Позднее около 1050 г. (ныне также хранится в библиотеке Медичи во Флорен¬ ции). Она включала в себя XI—XVI книги «Анналов» и I—V книги «Историй». Переписчик посчитал их продолжением «Анналов» и про¬ нумеровал как книги XVII—XXI. 23 Имеется в виду 15 глава «Vita Karoli Magni», в которой Эйн¬ хард описывает границы завоеванных Карлом земель. Об экстрапо¬ ляции античных географических представлений, почерпнутых каро¬ лингским историком у Тацита, подробнее см.: Левандовский А. П. Эйнгард и каролингская традиция. Дисс... канд. ист. наук. М., 1946. С. 112-128. 24 Речь идет о знаменитом «Codex Aesinus», названном так по месту своей находки в библиотеке графа Аврелия Гилельма Балеани в Иези: Jesi lat. 8. Обстоятельную палеографическую характеристику этой рукописи подробнее см.: Till R. Handschriftliche Untersuchungen zu Tacitus Agricola und Germania (Der Codex Aesinus). Berlin, 1943. Там же опубликованы фотокопии страниц кодекса с сочинениями Тацита. К сожалению, это все, что осталось: в годы Второй Мировой войны оригинал бесследно исчез. 25 Ср.: McKxtterick R. History and Memory... P. 42. 77
Часть I. Труды по истории в контексте книжной культуры она попала в Херсфельд, где и оставалась на протяжении нескольких столетий всеми забытая. Около 1425 г. некий монах из Херсфельда рассказал о ней, папскому секретарю Поджо Браччолини. Знаменитый гуманист, несмотря на предпринятые усилия, так и не сумел ее заполучить. Однако в 1455 г. рукопись все же попала в Рим и легла в основу всех известных нам копий «Германии» второй половины XV — начала XVI в., а также первых публикаций малых произведений Тацита. Крайне редкие свидетельства использования «Германии» в средневековом историописании относятся только к каро¬ лингскому времени. Они встречаются в сочинениях тех авто¬ ров, которые в силу обстоятельств были связаны с Фульдой. Помимо Эйнхарда к их числу относится пресвитер Рудольф, учитель монастырской школы и ближайший сподвижник Рабана Мавра. Его перу принадлежит первая часть «Пере¬ несения мощей св. Александра»26. В описании Саксонии и нравов ее обитателей, которые Рудольф дал в первых трех главах, без труда угадывается пересказ начала тацитовской «Германии»27. Прямую отсылку к имени античного историка можно обнаружить и в Фульдских анналах, в той их части, составление которой традиционно также приписывают Ру¬ дольфу или одному из его учеников28. «История Рима от основания города» Тита Ливия (58 г. до н. э. — 18 г. н. э.), разумеется, во фрагментах, была 26 Translatio sancti. Alexandri auctoribus Ruodolfo et Meginharto // MGH. SS. T. 2. P. 673-681. 27 Ibid. Cap. 1-3 (P. 674-676). Ср.: Tac. Germ., 4, 9,10,11. 28 Ann. Fuld., 852: «Igitur in loco, qui appellatur Mimida, super amnem, quem Cornelius Tacitus scriptor rerum a Romanis (курсив мой. — А. С.) in ea gente gestarum Visurgim, moderni vero Wisuraha vocant» (Annales Fuldenses // MGH. SSrG. in us. schol. Hannover, 1891. P. 42). 78
Глава 3. Нефранкская историческая традиция в каролингскую эпоху известна к северу от Альп еще в меровингский период. В Люксее находилась рукопись с небольшим фрагментом I Декады, созданная в V в. предположительно в Италии. В VII-VIII вв. вместе с рукописями сочинений Вергилия и Евклида ее сделали частью палимпсеста, написав поверх стертого текста «Морали» Григория Великого29. Однако во франкских монастырях сохранились и другие манускрипты, избежавшие подобной участи30. I, III, IV и V Декады име¬ лись в библиотеке Карла Великого и в Корби31. В Туре при Алкуине или немного позднее была сделана копия III декады 29 Сегодня эта рукопись хранится в Вероне: Verona, Biblioteca Са- pitolare, XL. 38 (fol. 267-314, 316-7, 320-1, 324, 332-333 и др.). Lowe E. A. Codices rescripti. Tab. № CXIV; Bischoff B. Manusctipts and Libraries in the age of Charlemagne. Cambridge, 1994. P. 141—151. 30 Сегодня известны, по крайней мере, две двольно объемные рукописи с текстом «Ab Urbe condita» Тита Ливия. Обе созданы в Италии и датируются V в.: Paris, BN lat. 5730 (Кн. 21—25; объем 470 листов). Эта рукопись широко известна в науке как «Puteanus». К ней восходят, по крайней мере, две каролингские рукописи III Дека¬ ды, которые сегодня хранятся во Флоренции и в Ватикане (см. ниже). С оцифрованной версией рукописи можно ознакомиться по ссылке: http://gallica.bnf.fr/ark:/ 12148/btvlb8470112j; Wien, Österreichische Nationalbibliothek. Cod. 15 (Кн. 41—45; объем 193 листа). С оциф¬ рованной версией рукописи можно ознакомиться по ссылке: http:// bibliotheca-laureshamensis-digital.de / view/onb_codl5. Владельческая надпись на /о/. 193v (...erti ep(iscop)i dedorostat), сделанная рукой конца VIII или начала IX в., позволяет предположить, что в это время кодекс находился в распоряжении епископа Утрехта. Несколько десятилетий спустя рукопись оказалась в библиотеке Лорша, одного из важнейших интеллектуальных центров Каролингской империи. 31 К Корби восходят копенгагенские фрагменты I Декады (Copenhagen, Kongelige Bibliotek F 84 и F 86), а также флорентийская рукопись середины IX в. с текстом III Декады (Firenze, Biblioteca Ме- dicea Laurenziana. Plut. 63.20). См.: Ganz D. Corbie in the Carolingian Renaissance... P. 58, 59,153,154. 79
Часть I. Труды по истории в контексте книжной культуры с позднеантичной рукописи32. Здесь же хранилась и ру¬ копись с фрагментом I Декады, созданная в начале IX в. В ней имеются пометки и исправления, сделанные рукой IX в., которые с большой долей вероятности принадлежат Лупу Ферьерскому33. К середине IX в. относится еще одна рукопись III декады, созданная в неидентифицированном франкском скриптории34. В библиотечном каталоге Мурбаха отмечена «История Тита Ливия в X книгах», а в лоршском инвентаре упоминаются также эпитомы Тита Ливия в двух книгах, составленные в первой половине II в. Аннеем Фло- ром33. С просьбой прислать Тита Ливия, в котором он очень 32 Этот один из самых известных на сегодняшний день каролинг¬ ских манускриптов с сочинением Тита Ливия хранится в библиотеке Ватикана: Vatican, Reg. Lat. 762. Об этой рукописи подробнее см.: Rand E. /С., Howe С. The Vatican Livy and the Script of Tours // Memoirs of the American Academy in Rome. Ybl. I. School of Classical Studies, 1915—1916. Bergamo: Istituto italiano d’arti grafiche, 1917. P. 19—57. Plates 1—14. По мнению Д. Гэнца, манускрипт скопирован около 800 г. с указанной выше парижской рукописи (Paris, BN lat. 5730): Ganz D. Corbie in the Carolingian Renaissance... P. 58. Также см.: McKitterick R. History and Memory... P. 193, 203—204; Rand E. K. A Survey of the Manuscripts of Tours... P. 96—97. 33 Paris, BN lat. 5726. Также см.: Rand E. K. A Survey of the Manuscripts of Tours... P. 95. О пометах Лупа подробнее см.: Büren V. von. Livy’s Roman History in the 11th-Century catalogue from Cluny: the transmission of the first and third Decades // Medieval Manuscripts of the Latin Classics: Production and Use / Ed. C. A. Chavannes-Mazel and M. M. Smith. Los Altos Hills; London, 1996. P. 57—73. 34 Paris, BN lat. 5725. С оцифрованной версией рукописи можно ознакомиться по ссылке: http: //gallica.bnf.fr/ark: /12148/ btvlb84790016. 35 Becker C. Catalogi... P. 84, 120; Bloch H. Ein karolingischer Bibliothekskatalog aus Kloster Murbach... S. 271; HäseA. Mittelalterliche Bücherverzeichnisse aus Kloster Lorsch... S. 137. См. также: Manitius M. Handschriften antiker Autoren... S. 73—76. Следует также отметить, 80
Глава 3. Нефранкская историческая традиция в каролингскую эпоху нуждается, обращается к одному из своих корреспондентов Луп Ферьерский36. Этим, пожалуй, исчерпываются наши сведения о судьбе сочинения великого римского историка в каролингский период37. Немногим больше нам известно о «Жизни двенадцати цезарей» Светония Транквилла (ум. после 117 г.)38. Самая ранняя из сохранившихся рукописей этого произведения была создана в Туре в 820-х гг.39 Можно утверждать вполне определенно, что одна из рукописей «Жизнеописания цеза¬ рей» хранилась в Фульде. Она состояла из двух отдельных кодексов, но это все, что мы о ней знаем — ни ее проис¬ хождения, ни времени создания установить невозможно. Принято считать, что именно с этим манускриптом познако¬ мился юный Эйнхард, проведший в монастыре несколько лет на заре своего ученичества. Однако у данной точки зрения что в Государственной библиотеке Бамберга сохранился текст эпитомы Аннея Флора, датированный IX в. и созданный, вероятно, в Италии. Позднее (но не ранее XI в.) он стал частью исторического компендиума вместе с сочинением Дарета Фригийского (рукопись X в.) и бревиари- ем Феста (рукопись XI в.): Bamberg, Staatsbibliothek. Msc. Class. 31. С офифрованной версией рукописи можно ознакомиться по ссылке: http://bsbsbb.bsb.lrz-muenchen.cle/~db/0000/sbb00000095/ images / index, html ? seite=1 & signature M sc. С lass .31. 36 Lupi ep. LXXIV (ad Guenilonem): «T. Livius per hune... agite, quia illo non mediocriter indigemus» (Lupi abbatis Ferrariensis epistolae... P. 69—70). Судя по пометам в рукописи Paris, BN lat. 5726, Луп все- таки познакомился с фрагментом сочинения римского историка. 37 По мнению М. Манициуса, с сочинением Тита Ливия был зна¬ ком Эйнхард: Manitius М. Einhards Werke und ihr Stil // NA. 1882. Bd. 7. S. 517—558. Однако эта точка зрения не получила поддержки у исследователей. 38 Общие сведения подробнее см.: Rand Е. К. On the history of the De Vita Caesarum of Suetonius in the early middle ages // Harvard Studies in Classical Philology. 1926. № 37. P. 1—48. 39 Paris, BN lat. 6115. Об этой рукописи подробнее см. в главе VIII. 81
Часть I. Труды по истории в контексте книжной культуры есть серьезные оппоненты40. Исследователи справедливо отмечают, что на протяжении IX в. Светоний оставался редким и малочитаемым автором, который никак не мог пре¬ тендовать на место в курсе тривиума в монастырской школе. С другой стороны, в фульдской литературной традиции не прослеживается никаких заимствований из «Жизнеописания цезарей», что само по себе показательно. Можно согласить¬ ся с предположением М. Иннза, что знакомство Эйнхарда с сочинением римского писателя состоялось не в Фульде, а значительно позже — при дворе Карла Великого, куда стекались десятки уникальных рукописей со всех концов империи41. Ниже я еще вернусь к этому вопросу. О фульдском манускрипте нам известно благодаря пись¬ мам Лупа Ферьерского. В 844 г. при помощи Прюмского аббата Маркварда этот неутомимый охотник за редкими памятниками античной литературы, кажется, сумел сделать с него копию42. Позднее (в конце 50-х или в самом начале 40 Например, крупнейший палеограф и признанный знаток средне¬ вековых рукописей Е. К. Ренд полагал, что Светония в Фульде вполне мог оставить сам Эйнхард, причем, ближе к концу жизни — в конце 820-х или в самом начале 830-х гг.: Rand Е. К. On the History... Р. 48. 41 Подробнее см.: Innes М. The Classical Tradition in the Carolingian Renaissance: Ninth-Century Encounters with Suetonius // International Journal of the Classical Tradition. Winter 1997. Vol. 3. N 3. P. 265—282. В частности, Иннз обратил внимание на тот факт, что в Анналах коро¬ левства франков встречаются возможные лингвистические заимствова¬ ния из сочинения Светония (Р. 276). 42 Lupi ер. XCI (ad Marcwardum ab. Prumiae): «Quaesco praeterea, ut ad sanctum Bonifatium sollertem aliquem monachum dirigatis, qui ex vestra parte Hattonem abbatem deposcat, ut vobis Suetonium Tranquillum De Vita Caesarum, qui apud eos in duos nec magnos codices divisus est, ad exscribendum dirigat; mihique eum aut ipsi, quod nimium opto, afferatis aut... per certissimum nuntium mittendum curetis» (Lupi abbatis Ferrarien- sis epistolae... P. 80—81). Светоний упоминается и в другом письме 82
Глава 3. Нефранкская историческая традиция в каролингскую эпоху 60-х гг. IX в.) он подготовил небольшое извлечение из «Жиз¬ неописания цезарей» для своего любимого ученика Хейрика Осерского43. Сегодня эти выписки являются для нас един¬ ственным свидетельством возможного существования фуль¬ дского кодекса — ни он сам, ни копия Лупа не сохранились. К сожалению, сами по себе выписки мало проясняют ситуацию, поскольку не являются буквальным воспроизве¬ дением текста оригинала. Луп заимствовал лишь фрагменты, попутно многое упростив44. Можно предположить, что под названием De moribus et vita imperatorum, приписанном Плинию Младшему в каталоге монастыря Сен-Рикье за 831 г., также скрывается сочинение Светония43. Впрочем, с равным успехом речь может идти и о сборнике импера¬ торских панегириков, составленном на рубеже III и IV вв. Открывает его как раз «Панегирик императору Траяну», написанный Плинием в 100 г.46 Однако доказать это со всей определенностью, разумеется, не удастся. Лупа к Маркварду: «Quid super Suetonio Tranquillo et Iosepho a vobis fieri optem, demonstrabit Eigel, nostrarum rerum fidus interpres» (Lupi ab¬ batis Ferrariensis epistolae... Ер. X. P. 20—21) 43 Выписки из Светония, сделанные для Хейрика, обрели большую популярность несколько столетий спустя. Вероятно, именно поэтому они и сохранились до наших дней. Добротное академическое издание текста с обзором рукописной традиции подготовлено Р. Квадри: Quadri R. I Collectanea di Eirico di Auxerre. Freiburg, 1966. 44 Скорее всего, эпитома была сделана Лупом по заказу двора и предназначалась для наставления кого-то из принцев. Стремление передать ее Хейрику было связано не с тем, чтобы наставить того в латыни или в древней истории, а чтобы вооружить его хорошим учеб¬ ником в расчете на то, что Хейрик со временем займет место одного из придворных воспитателей. 45 Becker С. Catalogi... Р. 28. 46 Ср.: Дуров В.С. История римской литературы. СПб., 2000. С. 441. 83
Часть I. Труды по истории в контексте книжной культуры Одним из наиболее популярных исторических сочинений языческой античности в каролингский период оказалась эпитома на утраченные ныне «Historiae Philippicae» Помпея Трога (I в. до н. э.), составленная Юстином во II или III в. н. э. Самая ранняя каролингская рукопись была написана в одном из монастырей северной или северо-восточной Фран- кии около 800 г. и позднее оказалась в Корби47. Еще один экземпляр имелся при дворе Карла Великого. Вероятно, речь идет о манускрипте середины VIII в. из кафедральной библио¬ теки Йорка: его появлению на континенте мы, скорее всего, обязаны Алкуину. В первой трети IX в. для своего личного собрания его скопировал Гервард, библиотекарь и канцлер императора Людовика Благочестивого, а позднее передал рукопись в Лорш. Копия эпитомы находилась в Фульде, где ее использовал Рабан Мавр в своих комментариях на Мак¬ кавеев. Там же с ней познакомились Эйнхард и Валафрид Страбон. В свою очередь, с нее была сделана копия для Фле- ри48. Мы знаем даже имя скриба, трудившегося над заключи¬ тельной частью манускрипта: его звали Мальберт49. Фрагмент эпитомы Юстина вместе с фрагментом бревиария Евтропия 47 Paris, BN lat. 4950. Ср.: Bischoff В. Panorama der Handschriften- íiberlieferung aus der Zeit Karls des Grossen // Karl der Grosse... Bd. 2. S. 239. С оцифрованной версией рукописи можно ознакомиться по ссылке: http://gallica.bnf.fr/агк:/12148/btvlb8423838r. 48 Сегодня части этого манускрипта второй четверти или середины IX в. хранятся в Лейдене и Париже: Leyden, Bibliotheek der Rijksuniver- siteit. Voss. lat. Q. 32; Paris, BN NA lat. 1601. Уже во второй половине IX в. рукопись оказалась в библиотеке Сен-Дени. Примерно в это же время из скориптория Флери вышла еще одна рукопись с сочинением Юстина. Сегодня она хранится в городской библиотеке Берна: Вет, Burgenbibliothek 330. 49 Мальберт упомянул свое имя, «счастливо» завершив последнюю книгу эпитомы. См.: Paris, BN NA lat. 1601, fol. 110bis-v (Malbertus scripsit). 84
Глава 3. Нефранкская историческая традиция в каролингскую эпоху стал частью знаменитого веронского «Попоит» IX в.50 Сочинение римского историка упоминается в библиотечных каталогах Сен-Рикье за 831 г., Лорша, Фрайзинги, несколь¬ ких каталогах IX в. из Санкт-Галлена31, в собраниях Райхенау и Мурбаха52, в книжном инвентаре библиотеки кафедрального капитула Кельна (IX в.), а также каталоге X в. из Боббио33. 50 Два фрагмента этого обширного компендиума сегодня находятся в Российской Национальной библиотеке Санкт-Петербурга. Одна часть (Санкт-Петербург, РНБ, lat. Q.v.class. 9) включает выдержки из «Бревиария» Евтропия от основания Рима до конца IV в. Вторая часть (Q. v. IV. 3) повествует об ассирийцах и скифах, заимствуя информацию из эпитомы Юстина. Описание обоих фрагментов см.: Антонец Е. В. Рукописи римских классических авторов в Российской национальной библиотеке // ВДИ. № 3. М., 2005. С. 191—192, 198—199. Еще два фрагмента находятся в Берлине (Berlin, Deutsche Staatsbibliothek. Preussischer Kulturbezitz Phillipps 1885, 1896). В этих частях содержатся выдержки из хроники Евсевия-Иеронима, «Истории готов, вандалов и свевов» Исидора Севильского, «Getica» и «Romana» Иордана, «Лангобардской истории» Павла Диакона и «Диалогов» Григория Великого. О веронском «Florilegium» подробнее см.: McKitterick R. History and Memory... P. 52—57. 51 В монастырской библиотеке Санкт-Галлена сохранилась руко¬ пись каролингского времени с сочинением Юстина (St. Gallen, Stift¬ bibliothek. Cod. 623). Есть все основания предполагать, что в библио¬ течных каталогах IX в. упоминалась именно она. С оцифрованной вер¬ сией рукописи можно ознакомиться по ссылке: http://www.e-codices. unifr. ch / en / list / one / csg/0623. 52 Bloch H. Ein karolingischer Bibliothekskatalog aus Kloster Mur¬ bach... S. 271; Lehmann P. Mittelalterliche Bibliothekskataloge... S. 266. Гиссенская рукопись, датированная третьей четвертью IX в., скорее всего, была изготовлена в скриптории Райхенау: Giessen, Universitäts¬ bibliothek MS 233. См. также: McKitterick R. The audience for Latin historiography... P. 103; McKitterick R. History and Memory... P. 44. 53 Becker C. Catalogi... P. 28, 35, 36, 41, 53, 55, 70, 72, 83,119; Hase A. Mittelalterliche Bücherverzeichnisse aus Kloster Lorsch... S. 137. См. также: Manitius M. Handschriften antiker Autoren... S. 76—78. 85
Часть I. Труды по истории в контексте книжной культуры Причем последний располагал двумя рукописями: к той, что уже находилась в библиотеке, добавился манускрипт ex libris некоего пресвитера Петра. Если говорить о каролингских историках, то Юстин определенно повлиял по крайней мере на одного из них — Регинона Прюмского. Последний именно из эпитомы позаимствовал описание образа жизни скифов, а также понятие fortuna как одной из движущих сил истории и наполнил его схожим содержанием34. Не меньшую популярность снискали истории, посвящен¬ ные Троянской войне, авторство которых приписывается Дарету Фригийскому и Диктису Критскому33. «История 0 разрушении Трои» Псевдо-Дарета Фригийского (упоми¬ наемого Гомером жреца Гефеста, якобы жившего в Трое во времена Троянской войны) создано неизвестным автором 1 в. н. э. Оригинал, если он существовал в действитель¬ ности36, вероятно, был написан по-гречески, но латинскому Западу он стал доступен в плохих переводах V или VI в. Между тем уже Исидор Севильский называл Дарета «пер¬ вым, кто сочинил историю о греках и троянцах»37. 54 Löwe H. Regino von Prüm und das historische Weltbild der Ka¬ rolingerzeit // Geschichtsdenken und Geschichtsbild im Mittelalter... S. 91-134. 55 Ср.: Голенищев-Кутузов И. Н. Средневековая латинская лите¬ ратура Италии. Сретенск, 2000. С. 43—47. 56 Существование греческого оригинала не доказано. Многие ис¬ следователи подвергают сомнению сам факт его наличия. Ср.: Merkte 5. News from the past: Dictys and Dares on the Trojan War // Latin Fic¬ tion: The Latin Novel in Context / Ed. H. Hofmann. London, 1999. P. 131—140. См. также: Захарова А. Б. Об истории книги // Дарет Фригийский. История о разрушении Трои / Пер. А. Б. Захаровой. СПб., 1997. С. 21-25. 57 Isid. Etym. I. 41. 1: «Apud gentiles vero primus Dares Phiygius de Graecis et Trojanis historiam edidit». 86
Глава 3. Нефранкская историческая традиция в каролингскую эпоху «Дневник Троянской войны» Псевдо-Диктиса Критско¬ го (участника греческого похода на Илион, сподвижника критского царя Идоменея, сына Девкалиона) переведен на латынь Луцием Септимием в IV в. с греческого оригинала, от которого сохранились небольшие фрагменты38. К числу историй о Троянской войне относится также позднеантичное анонимное сочинение «Excidium Troiae», авторство которого нередко приписывалось Дарету59. В рукописной традиции сочинения Псевдо-Дарета и Псевдо-Диктиса часто соседствуют друг с другом. Одна из самых ранних рукописей «Истории о разрушении Трои» Псевдо-Дарета создана в округе Лорша и датируется 780-ми гг.60 Еще одна появилась столетие спустя в турском скрип- тории61. Единственная каролингская рукопись «Excidium Troiae» сохранилась в компилятивном кодексе, созданном в конце IX в. в северо-западной Франции, предположи¬ тельно в окружении архиепископа Фулко Реймсского62. Это сочинение соседствует с «Liber historiae Francorum» и Пер¬ выми Мецскими анналами63. 58 Греческие фрагменты сочинения Псевдо-Диктиса, датирован¬ ные временем около 200 г. н. э., найдены в египетских папирусах в 1907 г. См.: Grenfell В. P., Hunt A. S., Smyly I. С. The Tebtunis Papyri. University of California Publications // Graeco-Roman Archeo¬ logy. № 2. London, 1907. 59 Excidium Troiae / Ed. В. E. Atwood, V. K. Whitaker (The Me¬ dieval Academy of America Publications 44). Cambridge (Mass.), 1944. 60 Paris, BN lat 7906. Ср.: Bischoff В. Panorama der Handschriften- Überlieferung... S. 235. С оцифрованной версией рукописи можно озна¬ комиться по ссылке: http://gallica.bnf.fr/ark:/12148/btvlb85721963. 61 Leyden, Bibliotheek der Rijksuniversiteit, lat. Q. 20. Part I, fol. lr- 8r. Описание рукописи см.: Rand E. K. A Survey of the Manuscripts of Tours... P. 175. 62 London, British Library, Arundel 375, fol. 47v-72r. 63 Подробное описание рукописи см.: Hen Y. Canvassing for Charles... S. 121-128. 87
Часть I. Труды по истории в контексте книжной культуры Сочинения Псевдо-Диктиса и Псевдо-Дарета упоми¬ наются в книжном инвентаре из Райхенау под титулами Istoriarum Dictis de bello Grecorum et Troianorum и Daretis Phrygii de origine Troianorum et de excidio Troiae. В ката¬ логе Регинберта (до 842 г.), монаха того же монастыря, труд Дарета фигурирует как Liber in quo habetur excidium Troiae civitatis. Том Excidium Troianorum имелся в личной библиотеке мурбахского аббата Инскера. Книга с тем же названием упомянута и в собрании Лорша. В библиотеке Сен-Рикье (каталог 831 г.) встречаем Historia Homeri ubi Dicit et Dares Phrygius. В книжном собрании Гримальда, аб¬ бата Санкт-Галлена, фигурирует Ну storiam Dictis et Daretis. Кроме того, до наших дней сохранился санкт-галленский кодекс, содержащий сочинение Диктиса, переписанное на рубеже IX—X вв 64. В X в. произведения Псевдо-Дарета и Псевдо-Диктиса встречаются в каталогах Боббио (при¬ чем как часть кодекса и в виде отдельного манускрипта под титулом De vastatione Troiae) и Санкт-Эммерамма (каталог 973—1000 гг. упоминает Liber Throiani belli)65. Значительно меньше можно сказать об «Истории Алек¬ сандра Великого Македонского» (Historia Alexandri Magni Macedonis) Квинта Курция Руфа (около 30 г. н. э.). Это сочинение не пользовалось большой популярностью в антич¬ 64 St. Gallen, Stiftsbibliothek. Cod. 197. С оцифрованной версией рукописи можно ознакомиться по ссылке: http://www.e-codices.unifr. ch/en/description/csg/0197. Помимо сочинения Диктиса в компиля¬ тивный кодекс включены письма Сенеки к апостолу Павлу, сочинения Колумбана, Седулия, Гая Аквиллина Ювенка и некоторые латинские стихотворения. 65 Becker C. Catalogi... Р. 8, 23, 28, 54, 70, 83,120,128; Bloch Н. Ein karolingischer Bibliothekskatalog aus Kloster Murbach... S. 272; Lehmann P. Mittelalterliche Bibliothekskataloge... S. 89, 223, 247, 261. См. также: Manitius M. Handschriften antiker Autoren... S. 262—264. 88
Глава 3. Нефранкская историческая традиция в каролингскую эпоху ности. Его не изучали в школе. У грамматиков оно также не вызывало никакого интереса. Вероятно, по этой причине уже в древности отсутствовало сколько-нибудь выверенное и отредактированное издание «Истории Александра», что особенно заметно на фоне тщательно выверенных редакций сочинений Вергилия, Горация, Теренция и других «школь¬ ных» авторов. Вся позднейшая рукописная традиция памятника вос¬ ходит к одному манускрипту, написанному так называемым capitalis rustica в V в. и предназначенному для приватного чтения. Каким-то чудом он дожил до каролингского времени в одном из франкских монастырей и был переписан ранним минускулом между 780 и 800 гг.66 Ни позднеантичный эк¬ земпляр, ни его первая копия не сохранились. Однако уже несколько десятилетий спустя «Historia Alexandri Magni» распространилась довольно широко. От IX в. до наших дней дошло пять полных рукописей и еще столько же фрагментов. Все они имеют западно-франкское происхождение. Самая ранняя (ныне хранится в Лейденской библиотеке) и одна из лучших была создана в скриптории Тура между 820 и 834 гг.67 Известна также рукопись второй половины IX в. из региона Луары, написанная неким писцом Хаимо для графа Конрада68. Любопытно, однако, что Луп Ферьерский, крупнейший библиофил IX в., похоже, никогда не слышал 66 Müller K. Überlieferung, Handschriften // Q. Curtius Rufus. Geschichte Alexanders des Grossen / Hg. K. Müller. München, 1954. S. 783-797. 67 Leyden, Bibliotheek der Rijksuniversiteit. Voss. lat. Q. 20, fol. 9r- lOlv. Описание рукописи см.: Rand E. K. A Survey of the Manuscripts of Tours... P. 134-135. 68 Paris, BN lat. 5716. С оцифрованным микрофильмом рукописи можно ознакомиться по ссылке: http://gallica.bnf.fr/ark:/12148/ btvlb9068464r. 89
Часть I. Труды по истории в контексте книжной культуры о труде Курция Руфа, хотя из скриптория Флери вышла по крайней мере одна рукопись с его сочинением69. В трудах каролингских писателей никаких заимствований из «Исто¬ рии Александра» также обнаружить не удается. Сочинение упоминается в списке книг мурбахского аббата Инскера, в трех каталогах середины — второй половины IX в. из Санкт-Галлена, в книжном инвентаре из Райхенау, а также в каталоге Боббио X в.70 Здесь следует назвать и весьма популярное на средневе¬ ковом Западе «Письмо Александра к Аристотелю о чудесах Индии», сохранившееся в огромном количестве рукописей, правда, созданных в основном в посткаролингскую поху. Оригинал «Письма» написан по-гречески. Кроме того, в со¬ кращенном виде оно было включено в греческий «Роман об Александре» Псевдо-Каллисфена71. В каролингской Европе «Письмо» бытовало как в виде латинского перевода, сделан¬ ного с полного греческого оригинала, так и в сокращенном варианте в составе «Эпитомы» Юлия Валерия Александра Полемона, который в IV в. н. э. перевел на латынь фрагмент романа Псевдо-Каллисфена. Эта «Эпитома», в свою оче¬ редь, также подверглась сокращению (т. н. «Захеровская» эпитома). В 20—30-х гг. IX в. в Туре знали полную и со¬ кращенную версии «Письма»72. Оно упоминается среди книг 69 Bern, Burgenbibliothek 451. 70 Becker G. Catalogi... P. 33, 53, 55, 70; Bloch H. Ein karolingischer Bibliothekskatalog aus Kloster Murbach... S. 272; Lehmann P. Mit¬ telalterliche Bibliothekskataloge... S. 82, 264. См. также: Manitius M. Handschriften autiker Autoren... S. 104—110. 71 О романе Псевдо-Каллисфена и латинском переложении Юлия Валерия подробнее см.: Голенищев-Кутузов И. Н. Средневековая латинская литература Италии... С. 49—51. 72 В упомянутой выше лейденской рукописи из Тура, наряду с полной латинской версией, содержится и «Захеровская» эпитома. 90
Глава 3. Нефранкская историческая традиция в каролингскую эпоху аббата Гримальда, где оказалось в одном томе с письмами Сенеки и анонимной «De regibus Merovingorum». Также «Письмо» фигурирует в книжных инвентарях IX—X вв. из Мурбаха и Боббио и в неатрибутированном каталоге X в.73 Из прочих римских авторов отметим Аммиана Марцел- лина (330—393 гг.), Евтропия (вторая половина IV в.), Фе- ста (вторая половина IV в.), Фронтина (30—104 гг. н. э.), Лукана (39—63 гг. н. э.) и «Писателей истории Августов» (Scriptores Historiae Augustae). Фрагмент «Римской исто¬ рии» Марцеллина, содержащий рассказ о 353—378 гг., имелся в Фульде74. «Бревиарий от основания города» Ев¬ тропия встречается в книжном собрании Карла Великого73. Вероятно, именно из этой рукописи Павел Диакон сделал обширные заимствования для своей «Historia Romana». Вместе с фрагментом эпитомы Юстина фрагмент сочинения Евтропия оказался в упоминавшемся выше веронском «Flo- rilegium» начала IX в. В рукописи IX в. из Мурбаха оно со¬ седствует с произведениями Фронтина и Феста76. Еще один манускрипт имелся в Фульде, но сегодня он утрачен77. Бре¬ виарий был известен Беде, однако неясно, в каком объеме, поскольку первая рукопись, которая доносит до нас полный Еще одна копия «Захеровской» эпитомы IX в., вероятно, итальянского происхождения, хранится в Гааге: Haag, Konig. Bibi. MS. 830. 73 Becker G. Catalogi... P. 53, 63, 70; Bloch H. Ein karolingischer Bibliothekskatalog aus Kloster Murbach... S. 272. 74 Vatican, Pal. Lat. 1873. 75 Bischoff B. Die Hofbibliothek Karls des Grossen... S. 59. 76 Gotha, Forschungs- und Landesbibliothek, membr. I. 101. Фест (вторая половина IV в.), секретарь императора Валента, составил сверхкраткий компендий римской истории «Breviarium rerum gestarum populi Romani». Этот обзор посвящен описанию войн, преимуществен¬ но тех, которые римляне вели на Востоке против парфян и персов. 77 Texts and Transmission. A Survey of the Latin Classics / Ed. L. D. Reynolds. Oxford, 1983. P. 159. 91
Часть I. Труды по истории в контексте книжной культуры текст, датируется только XI в. «Strategemata» Фронтина, практическое руководство по военному искусству с истори¬ ческими интерполяциями, сохранилось только в указанной мурбахской рукописи. В ватиканском кодексе, созданном в Лорше в первой по¬ ловине IX в., встречаются извлечения из «Scriptores Historiae Augustae»78. В этом монастыре оказалась и другая рукопись «Историй», имевшая североитальянское происхождение и датированная примерно тем же временем79. С нее был сделана фульдская копия80. Еще одна серия извлечений, вероятно, была произведена в Льеже Седулием Скоттом для его «Collectaneum» и, возможно, послужила источником идей для его сочинения «De rectoribus christianis»81. Под титулом Vite Cesarum vel tirannorum ad Elio Adriano asque qd Carum et Carinum «Истории» фигурируют в книжном инвентаре из Мурбаха82. 78 Vatican, Pal. Lat. 886, fol. 142r-164r. С оцифрованной версией рукописи можно ознакомиться по ссылке: http: //bibliotheca-laure- shamensis-digital.de/bav/bav_pal_lat_886. О рукописной традиции Historia Augusta подробнее см.: Ballou Н. The Manuscript Transmission of the Historia Augusta. Leipzig; Berlin, 1914. 79 Vatican, Pal. Lat. 899. 80 Bamberg, Staatsbibliothek. Class. 54. Рукопись датирована вто¬ рой четвертью IX в. С оцифрованной версией рукописи можно озна¬ комиться по ссылке: http://bsbsbb.bsb.lrz-muenchen.de/~db/0000/ sbbOOOOOl 12 / images / index, html ? seite=1 & signatur=Msc. Class. 54. 81 Предположительно именно к извлечениям Седулия Скотта мог восходить небольшой фрагмент, сохранившийся в рукописи X—XI в. и написанный в одном из скрипториев Восточной Франкии. См.: Paris, BN lat 1750, fol. 127v-129v. Cp: Texts and Transmission... P. 354—356. С оцифрованной версией рукописи можно ознакомиться по ссылке: http: //gallica.bnf.fr/ark: / 12148/btvlb8479009h. 82 Bloch H. Ein karolingischer Bibliothekskatalog aus Kloster Mur- bach... S. 271. См. также: Manitius M. Handschriften antiker Autoren... S. 161-162. 92
Глава 3. Нефранкская историческая традиция в каролингскую эпоху Пять книг «Bellum civile», эпической поэмы Аннея Лукана, более известной сегодня как «Pharsalia», фигури¬ руют в книжном собрании Карла Великого83. Более полная версия из десяти книг включена в библиотечные каталоги из Мурбаха и Лорша84. Текст сохранился в большом количе¬ стве манускриптов IX в. На сегодняшний день известно по крайней мере о пяти полных рукописях и шести фрагментах. Все они имеют западно-франкское происхождение, а два из них почти наверняка были созданы в Орлеане и Флери85. Такому обилию рукописей удивляться не приходится, ведь сложная в литературно-художественном отношении по¬ эма Лукана, наряду с сочинениями Теренция, Вергилия, Ювенала и Персия, стала хрестоматийным школьным текстом уже в V—VI вв. С тех пор ее многократно копи¬ ровали и корректировали, сравнивая между собой различ¬ ные рукописи. Каролингская эпоха не стала исключением. Все пять сохранившихся рукописей связаны друг с другом тесным родством и имеют более шестисот общих ошибок86. Каролингские эрудиты также рассматривали поэму Лукана исключительно с филологических и дидактических позиций, скорее как памятник литературы, нежели исторической мысли, и продолжали активно использовать ее в школьной практике при изучении риторики. 83 Bischoff В. Die Hofbibliothek Karls des Grossen... S. 59. 84 Becker G. Catalogi... P. 110, 123; Bloch H. Ein karolingischer Bibliothekskatalog aus Kloster Murbach... S. 271; Häse A. Mittelalterliche Bücherverzeichnisse aus Kloster Lorsch... S. 165. 85 Подробнее см.: Gotoff H. C. The Transmission of the Text of Lucan in the Ninth Century. Harvard; Cambridge (Mass.), 1971. 86 X. Готоф, выстраивая стемму, подчеркивал, что говорить следует не столько о вертикальной последовательности манускриптов, сколько о горизонтальных связях между отдельными рукописями: Gotoff Н. С. The Transmission of the Text of Lucan... P. 1—10. 93
Часть I. Труды по истории в контексте книжной культуры Для полноты списка античных исторических или истори¬ ко-литературных сочинений следует упомянуть еще «Исто¬ рию Аполлония, царя Тирского» (Historia Apolloni regis Tyri). Этот древнегреческий роман каким-то чудом сохранился в монастыре Сен-Вандрий и назван среди книг, поступив¬ ших в библиотеку при аббате Вандоне (727—747 гг.). Он встречается в книжных инвентарях из Мурбаха и Райхенау и в личном собрании Эверхарда Фриульского87. Известна также турская рукопись второй половины IX в.88 Никаких следов этого текста в каролингском историопиании не про¬ слеживается. Империя Каролингов, хотя и апеллировала к римским корням, все же базировалась на существенно иных осно¬ ваниях. Она была прежде всего христианской. Поэтому не стоит удивляться пристальному вниманию франкских эру¬ дитов к сочинениям позднеантичных и раннесредневековых христианских историков. В числе первых следует упомянуть «Церковную историю» в 10 книгах и «Хронику» Евсевия Кесарийского (263— 339 гг.). «Хронику» перевел Иероним (ок. 345—420 гг.) и затем продолжил ее до своего времени. «Церковная исто¬ рия», написанная по-гречески, стала известна латинскому Западу отчасти также благодаря Иерониму89, но главным образом в переводе Руфина (ок. 345—410 гг.) и позднейшей редакции Проспера Аквитанского (390—463 гг.). 87 Becker G. Catalogi... P. 12, 17; Lehmann P. Mittelalterliche Bib¬ liothekskataloge... S. 247. См. также: Manitius М. Handschriften antiker Autoren... S. 324—325. 88 Leyden, Bibliotheek der Rijksuniversiteit. Voss. lat. F ИЗ. Описа¬ ние рукописи подробнее см.: Rand E. K. A Survey of the Manuscripts of Tours... P. 154. 89 Иероним включил в свой знаменитый трактат «De viris illustri¬ bus» первые 69 глав «Церковной истории» Евсевия. 94
Глава 3. Нефранкская историческая традиция в каролингскую эпоху К числу наиболее ранних относится корбийская руко¬ пись VI—X книг «Церковной истории», выполненная при аббате Маурдрамне в 770-е гг.90 Фрагмент из «Истории» в переводе Руфина фигурирует среди книг Карла Вели¬ кого91. Вероятно, именно этот экземпляр, датированный рубежом VIII—IX вв., некоторое время спустя оказался в Сен-Дени92. В конце VIII или начале IX в. манускрипт аналогичного содержания изготовили в скриптории Лор- ша93. Цельский монастырь также владел этим сочинением94. Еще одна рукопись истории в версии Руфина была создана в Сен-Жермен-де-Пре во второй половине IX в.93 Анало¬ гичная редакция оказалась в распоряжении Вандона (727— 747 гг.), аббата монастыря Сен-Вандрий. Еще один том «Церковной истории», а также «Хроника» попали в мона¬ стырскую библиотеку при аббате Ансегизе (823—833 гг.). «Церковную историю» в интерпретации Руфина (каталог 821—822 гг.) и Проспера (каталог до 842 гг.), а также «Хронику» знали в Райхенау, более того, тиражировали это 90 Paris, BN lat. 12327. См.: Canz D. Corbie in the Carolingian Renaissance... P. 46, 47, 141. С оцифрованным микрофильмом руко¬ писи можно ознакомиться по ссылке: http: //gallica.bnf.fr/ark: /12148/ btvlb9077650c. 91 Bischoff В. Die Hofbibliothek Karls des Grossen... S. 59. 92 Paris, BN lat. 1759. «Церковная история» в версии Ру¬ фина соседствует здесь с комментарием Амброзиастера на По¬ слание Павла к римлянам. С оцифрованной версией рукописи можно ознакомиться по ссылке: http://gallica.bnf.fr/ark:/12148/ btvlb8432311b. 93 Vatican, Pal. Lat. 822. С оцифрованной версией рукописи мож¬ но ознакомиться по ссылке: http://bibliotheca-laureshamensis-digital. de / bav / bav_pal_lat_822. 94 Paris, BN lat. 18282. 95 Copenhagen, Bibliotek Gl. Kgl. S. 163. 95
Часть I. Труды по истории в контексте книжной культуры сочинение96. «Церковная история» и «Хроника» оказались в книжных собраниях Сен-Рикье (каталог 831 г.), Мурбаха и Лорша, в библиотеке кафедрального капитула Вюрцбурга (IX в.). Санкт-Галлен владел версиями Иеронима и Руфи¬ на. Можно думать, что анонимная «Historia Ecclesiastica», которая встречается в IX в. в списках книг Фульды, Санкт- Галлена и Овьедо, не что иное, как сочинение Евсевия. В X в. «Хронику» Евсевия-Иеронима мы обнаруживаем в книжном собрании епископа Кремонского Одальрика (каталог 984 г.), а также в Боббио. Однако скорее всего, она оказалась здесь задолго до момента составления описей библиотечных фондов97. К версии Иеронима обращался Павел Диакон при составлении своей «Historia Romana». Одна из самых древних рукописей «Хроники» Евсевия- Иеронима, датируемая V—VI вв., находилась в Жюмьеже. Однако к концу каролингского периода, вероятно, по при¬ чине плохой сохранности текста, его было решено соско¬ блить и поверх написать «Этимологии» Исидора98. В Туре около 830 г. «Хроника» была скопирована с манускрипта V в., сохранившегося во Флери. Вскоре после этого с ней 96 В Райхенау в IX в. создана одна из лучших рукописей «Хро¬ ники» Евсевия-Иеронима. Сегодня она хранится в Оксфорде: Oxford, Merton College, Merton MS. Cod. 315. С оцифрованной версией ру¬ кописи можно ознакомиться по ссылке: http://image.ox.ac.uk/show? collection=merton & manuscript=ms315. 97 Becker C. Catalogi... P. 1,6, 7,15,20,28,31,35,40,47,48,56, 60, 65, 80, 83, 120. Bloch H. Ein karolingischer Bibliothekskatalog aus Kloster Murbach... S. 263, 270; HäseA. Mittelalterliche Bücherverzeich¬ nisse aus Kloster Lorsch... S. 137. 98 Сегодня этот манускрипт находится в Отделе рукописей Британского музея: London, Brit. Mus. Harley 3941, fol. 124—5, 134-5, 240-1,246,248-9,251,253-4,256-7,259-60,265. См.: Lowe E. A. Codices rescripti. Tab. № XXXVI. 96
Глава 3. Нефранкская историческая традиция в каролингскую эпоху познакомился Луп Ферьерский. Вероятно, именно ему следует приписать ряд исправлений, внесенных в текст 99 позднее . Не меньшей популярностью пользовалась так называемая «Трехчастная история» (Historia Tripartita). Она представ¬ ляла собой греческое продолжение «Церковной истории» Евсевия, написанное Сократом, Созоменом и Теодоретом в V в. На латинском Западе это сочинение стало известно в редакции Кассиодора, который использовал переводы своего друга Епифания. На протяжении всего Средневеко¬ вья именно эта версия оставалась важнейшим источником сведений для эпохи от Константина до Феодосия И, от Никейского до Эфесского Вселенских соборов. Кассиодор тщательно работал над переводом. Однако после его смерти папа Григорий Великий высказывался об этом сочинении до¬ вольно прохладно. Тем не менее в последующие столетия его продолжали активно копировать, так что к IX в. оно распро¬ странилось довольно широко. Как правило, оно встречается в тех же каталогах, что и сочинения Евсевия в переработках Иеронима и Руфина. Мы обнаруживаем его среди книг аббата монастыря Сен-Вандрий Ансегиза (823—833 гг.), в Райхенау (до 842 г.), Сен-Рикье (831 г.), Мурбахе, Санкт-Галлене, Лорше, Вюрцбурге и ^атрибутированном франко-галльском каталоге IX в. В следующем столетии «Historia Tripartita» зафиксирована в Кремоне100. Гоцберт, аббат Тегернзее (983—1001 гг.), упоминает ее в одном из 99 Berlin, Preussische Staatsbibliothek 126. Описание рукописи см.: Rand Е. К. A Survey of the Manuscripts of Tours... P. 132—133. 100 Becker G. Catalog!... P. 15, 20, 28, 35, 38, 42, 47, 73, 83,120; Bloch H. Ein karolingischer Bibliothekskatalog aus Kloster Murbach... S. 270; Hase A. Mittelalterliche Bücherverzeichnisse aus Kloster Lorsch... S. 137. 97
Часть I. Труды по истории в контексте книжной культуры своих писем, сетуя на то, что является обладателем только двух частей и никак не может найти третью101. Рукописная традиция «Historia Tripartita» чрезвычайно обширна. На сегодняшний день известно порядка 150 манускриптов, раз¬ деленных на шесть групп102. Они охватывают весьма обшир¬ ное пространство, как в географическом, так и во временном отношении. К собственно каролингскому времени восходят рукописи, созданные в Суассоне103, Корби104, Туре105, Сен- Дени106, Реймсе107, Санкт-Эммерамме108, а также в районе Констанца109 и в северо-западной Франкии110. В IX в. это сочинение не только активно читали, но и использовали при составлении других текстов. Выдерж¬ ки из него фигурируют в материалах Парижского синода 101 «Tripartitae historiae duas partes conscriptas habemus, tertia pars ideo deest, quia exemplar alias acquirere non possumus, nisi ob gratiam vestri nobis mittere dignemini» (Gozberti ep., XLI // MGH. Epp. selectae. T. 3. Berlin, 1925. P. 47). 102 Обзор рукописей см.: Jacob W. Die handschriftliche Überliefe¬ rung der sogenannten Historia Tripartita des Epiphanus-Cassiodor. Berlin, 1954. Якоб упоминает лишь две каролигские рукописи «Tripartitae», изготовленные в Суассоне и Туре. Однако сегодня известно, по край¬ ней мере, о восьми манускриптах. 103 Санкт-Петербург, РНБ. F.v.I.ll (ок. 820 г.). Считается, что эта копия сделана для Адаларда, аббата Корби. Описание рукописи см.: Jacob W. Die handschriftliche... S. 10—11. См. также: Ganz D. Cor- bie in the Carolingian Renaissance... P. 50, 53, 73,143. 104 Naples VI D, MS. 18 (вторая четверть IX в.). 105 Paris, BN NA lat 1603. Описание рукописи см.: Rand E. K. A Survey of the Manuscripts of Tours... P. 182. 106 Genua, Biblioteca Durazzo 253. 107 Vatican, Pal. Lat. 823. 108 München, Bayerische Staatsbibliothek. Clm. 6376. 109 Freiburg, Universitätsbibliothek. MS. 6. 110 London, British Library. Add. MS. 19961. 98
Глава 3. Нефранкская историческая традиция в каролингскую эпоху 825 г.111 Более или менее существенные заимствования можно обнаружить в «De exordiis et incrementis rerum ecclesi¬ asticarum» Валафрида Страбона, в «Liber de rectoribus chris- tianis» Седулия Скота, в «De regis persona et regio ministerio» Гинкмара Реймского, а также в некоторых житиях112. Среди каролингских историков самым внимательным читателем оказался Фрекульф из Лизье, не раз обращавшийся к «Tri¬ partitae» при написании своего исторического труда. Значительным вниманием пользовались «Истории против язычников» Павла Орозия (первая четверть V в.). Они упо¬ минаются в каталогах Райхенау (821 г.), Лорша (ок. 860 г.) и Мурбаха. Можно предположить, что в библиотеке Овьедо (каталог 882 г.) среди сочинений Орозия были и «Истории», хотя составители ограничились только упоминанием имени автора. Полная версия «Historiae adversum paganos» фигури¬ рует среди книг Эверхарда Фриульского: по завещанию она досталась его сыну Адаларду113. Рукописная традиция «Историй» достаточно солидная и уходит своими корнями в позднюю античность. Один из самых известных сегодня манускриптов был создан в Равен¬ не еще в конце VI в. (ныне хранится во Флоренции)114. Еще одна древнейшая рукопись появилась в VII в. предположи¬ 111 Concilium Parisiense а. 825 // MGH. Concilla aevi Karolini. Т. 2. Pars 2. P. 487, 503—504, 517, 538. В материалах Парижского синода также можно обнаружить и ссылки на «Церковную историю» Евсевия: Ibid. Р. 484-485,502,536. 112 McKitteñck R. The audience for Latin historiography... P. 104. 113 Becker C. Catalogi... P. 9, 29, 60, 83,120; Bloch H. Ein karolin¬ gischer Bibliothekskatalog aus Kloster Murbach... S. 270; HäseA. Mittel¬ alterliche Bücherverzeichnisse aus Kloster Lorsch... S. 137; Mittelalterliche Bibliothekskataloge... S. 87, 248. См. также: Manitius M. Handschriften antiker Autoren... S. 243—247. 114 Firenze, Biblioteca Medicea Laurenziana. Plut. 65.1 99
Часть I. Труды по истории в контексте книжной культуры тельно в Боббио113. Там же в следующем столетии фрагмент сочинения Орозия вместе с «Хроникой» Иеронима-Проспе- ра написали поверх пенитенциалия и письма Апостола Пав¬ ла, датируемых приблизительно V—VI вв.116 Из Северной Италии мы располагаем и другим манускриптом VIII в.117 Самые ранние франкские рукописи датируются последней третью VIII — началом IX в. Они вышли из скрипториев Корби118, Тура119, Лаона120, Фрайзинги121, Лорша122, а также из неидентифицированных скрипториев Бургундии123, Юж¬ 115 Milano, Biblioteca Ambrosiana. D 23 sup. Описание см.: Gen- garó M. L., Guiglelmetti C. V. Inventario dei codici decorati e miniati (secc. VII—XIII) della Biblioteca Ambrosiana. Firenze, 1968. P. 3—4. 116 Lowe E. A. Codices rescripti. Tab. № CXXIX. Сегодня ру¬ копись хранится в Мюнхене: München, Bayerische Staatsbibliothek. Clm. 29416(1). С оцифрованной версией рукописи можно ознако¬ миться по ссылке: http://daten.digitale-sammlungen.de/~db//0002// bsb00028970/images/ 117 Сегодня фрагменты этой рукописи находятся в четырех разных библиотеках: Bruxelles, Bibliothèque royale, 19609 (а) + II 7478 (b) + sine sign, (с); London, British Library. Add. MS. 24144 (d); Paris, BN. lat. 10399 (e); Hannover, Kestner-Museum. Cul. I. 42 (363). 118 В настоящий момент рукопись находится в частном собрании. Описание см.: HeinzerF. Die neuen Standorten der ehemals Donaueschin- gen Handschriftensammlung // Scriptorium. 1995. № 49. S. 312—319. 119 Berlin, Staatsbibliothek — Preussischer Kulturbesitz. Depot Bres¬ lau 3 (R 107). Описание см.: Ziegler K. Catalogus codicum Latinorum classicorum qui in Bibliotheca Urbica Wratislaviensi adseivantur. Wroclaw, 1915. P. 73-74 120 Laon, Bibliothèque municipale, 137. 121 München, Bayerische Staatsbibliothek. Clm. 6308. 122 Vatican, Pal. Lat. 829. С оцифрованной версией рукописи можно ознакомиться по ссылке: http://bibliotheca-laureshamensis-digital.de/ bav / bav_pal_lat_829. 123 Paris, BN. lat. 9665. Описание см.: Delisle L. Inventaire des manu¬ scrits conservés a la Bibliothèque Imperiale, sous les numéros 8823—11503. Hildesheim, 1974. P. 43. 100
Глава 3. Нефранкская историческая традиция в каролингскую эпоху ной Франкии124 и Южной Германии125. От IX столетия со¬ хранились манускрипты, созданные в Шартре126, Корвее127, Трире128, Меце129, Хальберштадте130, Райхенау131, Страс¬ бурге132, Сент-Аманде133 и в северо-западной Франкии134. По крайней мере три рукописи связаны с Туром133 и еще две 124 Albi, Bibliothèque municipale, 29. Рукопись была создана в Южной Франции или Северной Испании, т. е. в области, входившей в состав Испанской марки. См.: Jeudy С., Riou Y.-F. Les manuscrits classiques latins des bibliothèques publiques de France. Paris, 1989. P. 10-13. 125 Zürich, Staatsarchiv. A.G. 19 No. XXI (рукопись происходит из области Хура. Описание см.: Mohlberg L. C. Katalog der Handschriften der Zentralbibliothek Zürich. Bd. I: Die mittelalterlichen Handschriften. Zürich, 1932. S. 311); Wien, Österreichische Nationalbibliothek, 366 (рукопись происходит из области Зальцбурга). 126 Chartres, Bibliothèque municipale, 9 (20). 127 Санкт-Петербург, РНБ. F.v.1.9. Обстоятельный анализ этой рукописи выполнен В. И. Мажугой. См.: Мажуга В. И. Петербург¬ ский список IX в. «Истории против язычников» Орозия // Западно¬ европейская культура в рукописях и книгах Российской национальной библиотеки. СПб., 2001. С. 251—267. Также см.: Staerk A. Les manuscrits latins du V au XIII siècle conservés a la bibliothèque imperiale de Saint-Petersbourg. Vol. I. Saint-Petersbourg, 1910. P. 53—54. 128 Trier, Stadtbibliothek, Fragment-Mappe III. 129 Metz, Bibliothèque municipale, 187. 130 Wroclaw, Biblioteka Uniwersytecka. R 108. Описание см.: Zieg¬ ler К. Catalogus codicum Latinorum classicorum... P. 74. 131 München, Bayerische Staatsbibliothek. Clm. 14754-H. 132 Bern, Burgerbibliothek, 169. Описание см.: Hagen H. Catalogus codicum Bemensium (Bibliotheca Bongarsiana). Bern, 1875. P. 236. 133 Valenciennes, Bibliothèque Municipale 545 (499). 134 Vatican, Pal. Lat. 296; Venezia, Biblioteca Marciana. Zanetti lat. 349 (1830). 135 Paris, BN NA. lat. 405 (ок. 830 г.; до наших дней сохранился лишь небольшой фрагмент); Leiden, Bibliotheek der Rijksuniversiteit. Voss. lat. Q. 20-111; Vatican, Pal. Lat. 342-IV. 101
Часть I. Труды по истории в контексте книжной культуры с Санкт-Галеном136. С большой долей вероятности санкт- галленский кодекс №621 происходил из личной библиотеки монаха Хартмута, во времена аббата Гримальда скопировав¬ шего себе изрядное количество манускриптов. Помимо семи книг «Истории» Орозия он содержит небольшой фрагмент из «Церковной истории» Евсевия137. Обширные заимствова¬ ния из Орозия прослеживаются в «Historia Romana» Павла Диакона и в «Хронике» Фрекульфа из Лизье. Впрочем, идеи и образы, почерпнутые из сочинения Оро¬ зия, получили не только литературное, но и вполне зримое материальное воплощение. Речь идет о серии фресок на стенах дворцовой залы императорского дворца в Ингель- хайме, которые были выполнены в первой четверти IX в. (скорее всего, уже при Людовике Благочестивом, но не позднее 826 г.). По сообщению Эрмольда Нигелла, автора хвалебной поэмы в честь императора Людовика, там можно было увидеть царя персов Кира, правителя ассирийцев Нина, сицилийского тирана Фалариса, а также Ромула и Рема, Ган¬ нибала, Александра Македонского, императоров Августа, Константина и Феодосия138. Каждый персонаж представал перед зрителями в двух событийных картинах, воплощавших 136 St. Gallen, Stiftsbibliothek. Cod. 621, 878. С оцифрованными версиями рукописей можно ознакомиться по ссылкам: http://www. e-codices.unifr.ch/en/list/one/csg/0621 и http://www.e-codices.unifr.ch/ en/list/one / csg /0878. 137 Ha fol. 338v~351v находятся главы 1,1,8—1,4,8 «Церковной истории» Евсевия. 138 Ermold Nigellus. In honorem Hludowici christianissimi Caesaris Augusti carmen // MGH. Poet. lat. T. 2. P. 5—79. Описания фре¬ сок in aula regia приводятся в IV книге (стихи 247—282). Помимо правителей древности, на стенах дворцовой залы были изображены Карл Мартелл, Пипин Короткий и Карл Великий. Однако фрески с изображением Каролингов восходили, разумеется, не к Орозию, но к собственно каролингским источникам. 102
Глава 3. Нефранкская историческая традиция в каролингскую эпоху в себе соответствующие нравственно-идейные установки Орозия. Как известно, знаменитый историк стремился по¬ казать, что на смену кровавой, жестокой и преступной власти древних тиранов приходит счастливое и справедливое прав¬ ление христианских императоров139. По мнению В. Ламмер- са, вдохновителем этой художественной рецепции мог быть Элизахар, канцлер императора Людовика, один из авторов «аахенской имперской идеи» и большой поклонник Орозия. Кстати, именно этому человеку, которого он называет своим учителем, посвятил первую часть своего исторического труда Фрекульф. Наконец, в круг христианских историков с извест¬ ной долей условности можно включить Иосифа Флавия (37/38—95/после 100 гг.). «Иудейская война» (в 7 книгах) 139 Детальный анализ сообщений Эрмольда, а также подробную реконструкцию сюжетов и возможного местоположения фресок про¬ вел В. Ламмерс. Подробнее см.: Lammers W. Ein karolingisches Bild- programm in der aula regia von Ingelheim // Festschrift fiir H. Heimpel zum 70. Geburtstag. Bd. 3. Gottingen, 1972. S. 226—289. Описание фресок, приведенное Эрмольдом, вызвало пристальное внимание у ис¬ следователей. Одну из наиболее интересных интерпретаций данного сюжета предложила X. Раткович. По ее мнению, Эрмольд описал не все, но лишь некоторые картины, строго ориентируясь на свою основ¬ ную задачу: подчеркнуть dementia и pietas Людовика Благочестивого. Дворцовые фрески, отражающие gesta virum, исследователь предлагает рассматривать параллельно с церковными, изображающими gesta Dei. Те и другие напоминают о важнейших событиях трех эпох в истории че¬ ловечества: от Сотворения мира до Потопа, от Потопа до пришествия Христа и от пришествия Христа до настоящего времени. Эрмольд выбрал картины, которые позволяли представить основные этапы эволюции человечества в его движении от нечестивости к благочестию и смирению, которые были достигнуты в правление Людовика. Под¬ робнее см.: Ratkowitsch Chr. Die Fresken in Palast Ludwigs des Frommen in Ingelheim (Ermold., Hlud. 4,181ff): Realitat oder poetische Fiktion? // Wiener Studien. 1994-1995. Bd. 107-108. S. 553-581. 103
Часть I. Труды по истории в контексте книжной культуры распространилась на латинском Западе в эпоху поздней империи в переводе, предположительно, выполненном или Руфином (345—411 гг.) или Амброзием Медиоланским (339—397 гг.). Во второй половине IV в. был сделан со¬ кращенный перевод «Иудейской войны» (в 5 книгах), до¬ полненный материалом из «Иудейских древностей» и неко¬ торых других текстов. Авторство этой компиляции ошибочно приписывалось некоему Хегесиппу (христианскому историку II в.). В современной историографической традиции его принято называть Псевдо-Хегесиппом140. В последней четверти VI в. «Иудейская война» была известна Кассио- дору, который приказал перевести для своего Вивария также «Иудейские древности». Предположительно в Боббио в VIII в. текст «Иудейской войны» стал верхним слоем па¬ лимпсеста, взамен стертых «Carmen de fratribus Machabaeis» и «Recepta medica», датированных VI в.141 Это сочинение было скопировано в начале IX в. в Сент-Аманде142, около 830 г. в Туре143 и немного позднее в Нонантоле144. При 140 Подробнее см.: Bell A. A. jr. Josephus and Pseudo-Hegesippus // Josephus, Judaism and Christianity / Ed. L. Feldman and G. Hata. Leiden, 1987. P. 349-361. 141 Lowe E. A. Codices rescripti. Tab. № XLII. Сегодня рукопись хранится в Милане. 142 Эта рукопись была разделена и хранится сегодня в государствен¬ ных архивах Кобленца и Марбурга: Koblenz, Staatsarchiv 701/759 III и Marburg, Hessisches Staatsarchiv Hr. 4, 17. 143 Paris, BN NA lat 1490. Также см.: Rand E. K. Codices rescripti... P. 142. 144 В первой половине IX в. в Нонантоле изготовили копии обоих сочинений Иосифа Флавия. Сегодня эти рукописи хранятся в Коло- ньи: Cologny, Fondation Martin Bodmer. Cod. Bodmer 98 («Иудей¬ ские древности») и Cologny, Fondation Martin Bodmer. Cod. Bod¬ mer 99. («Иудейская война»). С оцифрованными версиями рукописей можно ознакомиться по ссылкам: http://www.e-codices.unifr.ch/de/ 104
Глава 3. Нефранкская историческая традиция в каролингскую эпоху Рабане Мавре «Иудейские древности» появились в Фуль¬ де143. В данном случае, впрочем, неясно, с какого времени, хранился очень старый экземпляр «Иудейской войны», вы¬ полненный в Италии в VI в.146 Рукописи «Hegesippus» про¬ исходят из Райхенау147, Флери148, Лорша149 и скрипториев северо-восточной Франкии150. В некоторых каролингских библиотеках (Райхенау, Мурбах, Сен-Рикье, Санкт-Галлен) имелись оба сочинения Иосифа. В книжном собрании Лорша, наряду с Псевдо- Хегесиппом, упоминаются «Иудейские древности»131. Веро¬ description/cb/0098 и http://www.e-codices.unifr.ch/de/description/ сЬ/0099. 145 Небольшой фрагмент этой рукописи сегодня хранится в госу¬ дарственном архиве Марбурга: Marburg, Hessisches Staatsarchiv. Hr. 2, 5a-c. Его идентификация и датировка выполнены О. Берггетц: Berg- götz О. Hrabanus Maurus und seine Bedeutung für das Bibliothekswesen der Karolingerzeit. Zugleich ein Beitrag zur Geschichte der Klosterbibliothek Fulda // Bibliothek und Wissenschaft. 1994. № 27. S. 39. В библиотеке Фульды хранится фрагмент другой рукописи «Иудейских древностей», изготовленной в одном из западногерманских скрипториев. По мнению Р. Мак Киттерик, этот манускрипт мог находиться в монастырской библиотеке уже в IX в.: McKitterick R. History and Memory... P. 190. 146 Kassel, Landesbibliothek. Theol. 2, 63. Также см.: Berggötz О. Hrabanus Maurus... S. 38. 147 Karlsruhe, Aug. perg LXXXII. 148 Bern, Burgenbibliothek 180. 149 Vatican, Pal. Lat. 170. С оцифрованной версией рукописи можно ознакомиться по ссылке: http://bibliotheca-laureshamensis-digital.de/ bav/bav_pal_lat_170. 150 Laon, Bibliothèque Municipale. MS. 403; Leiden, Bibliotheek der Rijksuniversiteit. BPL. 21. 151 Becker G. Catalogi... P. 7, 8,11,17, 34, 53, 84,115,120; Bloch H. Ein karolingischer Bibliothekskatalog aus Kloster Murbach... S. 270; HäseA. Mittelalterliche Bücherverzeichnisse aus Kloster Lorsch... S. 137; Lehmann P. Mittelalterliche Bibliothekskataloge... S. 81, 84, 247. Cm. также: Manitius M. Handschriften antiker Autoren... S. 207—213. 105
Часть I. Труды по истории в контексте книжной культуры ятно речь идет о ватиканской рукописи конца VIII — начала IX в.132 В Прюме хранилась «Иудейская война», которую скопировал Луп Ферьерский133. Также она записана в не- атрибутированном франко-галльском каталоге IX в. и на¬ звана среди книг Ансегиза, аббата Фонтанельского мона¬ стыря (823—833 гг.)134. К сочинениям Иосифа Флавия обращаются Фрекульф и знаменитый санкт-галленский аббат Эккехард IV133. Разумеется, в каролингскую эпоху широко тиражирова¬ лись так называемые исторические книги Ветхого Завета (особенно книги Царств, Иова, Юдифи, Есфири, Макка¬ веев и др.) и Апокрифы, хотя и полный текст Библии для этого времени совсем не редкость. Рукописей и кодексов подобного рода сохранилось едва ли не больше, чем любых иных, что не удивительно. Создавались они почти повсе¬ местно, но лучшие вышли из скрипториев Тура и Реймса136. 152 Vatican, Pal. Lat. 814. С оцифрованной версией рукописи можно ознакомиться по ссылке: http://bibliotheca-laureshamensis-digital.de/ bav/bav_pal_lat_814. 153 Lupi ep. X. (ad Marcwardum ab. Prumiae): «Quid super... Iosepho a vobis fieri optem, demonstrabit Eigel, nostrarum rerum fidus interpres» (Lupi abbatis Ferrariensis epistolae... P. 20—21). 154 Becker G. Catalogi... P. 14, 42. 155 Вероятно, именно Эккехарду IV следует приписать стихи в од¬ ном из санкт-галленских манускриптов «Иудейской войны». Речь идет о кодексе первой трети IX в., в котором содержатся первые три книги сочинения Иосифа Флавия (St. Gallen, Stiftsbibliothek. Cod. 626; стихи Эккехарда находятся на fol. 312—313). С оцифрованной версией руко¬ писи можно ознакомиться по ссылке: http://www.e-codices.unifr.ch/en/ list/one / csg/0626. 156 В мастерской Тура были созданы такие роскошные кодексы, как Библия Мутье-1ранваль (London, British Museum. Add. 10546), Библия Вивиана (Paris, BN lat. 1), Четвероевангелие императора Лотаря I (Paris, BN lat. 266), Евангелие Du Fay (Paris, BN lat. 9385). 106
Глава 3. Нефранкская историческая традиция в каролингскую эпоху Наконец, к третьей группе интересующих нас текстов следует отнести произведения историков VI—VIII в., ко¬ торые создали так называемые «истории народов». Речь идет о сочинениях Иордана, Исидора Севильского, Беды Достопочтенного и Павла Диакона. Иордан, епископ Равеннский (VI в.), оставил два исто¬ рических сочинения — «Getica» и «Romana», из которых одно дополняет другое. «Getica» оказалась в монастыре Сен- Вандрий еще во второй четверти VIII в.137 Около 790-х гг. она пополнила книжное собрание Карла Великого138. В IX в. ее можно встретить в Райхенау (каталог до 842 г.), столетие спу¬ стя — в Боббио. В книжных инвентарях Сен-Рикье (831 г.) и Лорша (ок. 860 г.) фигурируют оба произведения готского епископа. Почти наверняка они же скрываются за аноним¬ ным титулом Histone Iordanis libri II в каталоге Мурбаха139. Самой ранней рукописью считается Гейдельбергский кодекс, содержавший оба произведения Иордана, но по Из мастерской Реймса вышли не менее знаменитые Утрехтская псал¬ тырь (Utrecht, Bibliotheek der Rijeksuniversiteit. Cat. Cod. Ms. Bibi. Rhenotraiectinae 1, n. 32) и Библия Сан Паоло фуори ле Мура (Roma, San Paolo fuori le Mura). О продукции каролингских скрипториев под¬ робнее см.: Trésors carolingiens... 157 Becker G. Catalogi... P. 17. По мнению E. Ч. Скржинской, той самой рукописью начала VIII в. из монастыря Сен-Вандрий является знаменитый Палермский кодекс, найденный в архиве Палермо в конце 1920-х гг. Подробнее см.: Скржинская Е. Ч. Приложение III. Па¬ лермский кодекс // Иордан. О происхождении и деяниях гетов. Getica. СПб., 1997. С. 391-397. 158 Bischoff В. Die Hofbibliothek Karls des Grossen... S. 59. 159 Becker G. Catalogi... P. 20, 28, 73, 83, 120; Bloch H. Ein karo¬ lingischer Bibliothekskatalog aus Kloster Murbach... S. 272; Häse A. Mit¬ telalterliche Bücherverzeichnisse aus Kloster Lorsch... S. 137; Lehmann P. Mittelalterliche Bibliothekskataloge... S. 258. См. также: Manitius M. Handschriften antiker Autoren... S. 331—332. 107
Часть I. Труды по истории в контексте книжной культуры трагической случайности погибший при пожаре в 1874 г. в доме Теодора Моммзена. Он вышел из скриптория Фульды во второй половине VIII в. и был написан острым англосаксонским минускулом. Его частью, видимо, является так называемый Лозаннский фрагмент160. «Getica», а также «Romana» имелись в Сент-Амандском монастыре161. Кроме того, в библиотеке Ватикана сегодня хранится каролингский манускрипт «Historia Romana», созданный в скриптории Лорша в первой половине IX в.162 «Хроника» Исидора Севильского (около 560—636 гг.), одно из первых произведений, написанных в жанре «всемир¬ ной хроники» со времен Евсевия-Иеронима, стала известна во Франкии буквально через десять лет после своего появ¬ ления: около 624 г.163 Во второй половине VII в. или начале VIII в. ее объединили с хроникой Фредегара164. После 711 г., спасаясь от арабской агрессии, во Франкию эмигрировали многие испанские эрудиты, что сказалось на стабильном росте интереса к творчеству Исидора, в том числе к его исто¬ риографическим сочинениям. От начала VIII до начала X в. 160 Подробнее см.: Скржинская Е. Ч. Приложение II. Лозанн¬ ский фрагмент // Иордан. О происхождении и деяниях гетов... С. 382-388. 161 Valenciennes, Bibliothèque Municipale 93 (88). Рукопись дати¬ руется первой половиной IX в. 162 Vatican, Pal. Lat. 920. С оцифрованной версией рукописи можно ознакомиться по ссылке: http: //bibliotheca-laureshamensis-digital.de/ bav / bav_pal_lat_920. 163 Bischoff В. Die europäische Verbreitung der Werke Isidors von Sevilla // Isidoriana. Estudios sobre san Isidoro de Sevilla en el XIV centenario de su nacimiento / Ed. M. C. Diaz y Diaz. Leon, 1961. P. 321-323. 164 Paris, BN lat. 10910. Любопытно, что хроника Исидора (fol. 170г-184г), которая начинается от сотворения мира, стоит после сочинения Фредегара (fol. lr-170r). 108
Глава 3. Нефранкская историческая традиция в каролингскую эпоху сохранилось двадцать восемь рукописей хроники, в которых она воспроизводится полностью или во фрагментах165. При- чем больше половины (18) приходится на IX столетие. Ману¬ скрипты имелись в Меце, Лионе, Кельне, Корби, Орлеане, Флери, Миси, Туре, Реймсе, Санкт-Галлене, Сент-Аманде и других местах диоцеза Зальцбурга, а также в Лукке. Те, чье местоположение не поддается точной идентификации, происходили из Северной Испании, Септимании и Северной Италии. «Хроника» упоминается в каталогах Райхенау (до 842 г.), Лорша (ок. 860 г.) и Боббио (X в.)166. В случае с Лоршем речь может идти о ватиканском кодексе первой половины IX в.167 К хронике Исидора в 860-х гг. обращался Адон Вьеннский при составлении собственной «Всемирной хроники». Напротив, «История готов, вандалов и свевов», другое историческое сочинение Исидора, в каролингскую эпоху едва ли далеко вышла за пределы Пиренейского полуострова. Очевидно, в силу значительно меньшей актуальности своего содержания для франков168. Впрочем, в названных выше 165 Новейший обзор состояния рукописной традиции дал X. Мар¬ тин в издании хроники, подготовленной в серии «Corpus christiano - гит»: Isidori Hispaniensis Chronica / Cura et studio Jose Carlos Martin (Corpus christianorum. Series Latina. T. CXII). Tumhout, 2003. P. 41—115. О манускриптах с текстом хроники Исидора из Флери см. также: Mostert М. The Library of Fleury... (Catalog of manuscripts, №153,1058). 166 Becker C. Catalogi... P. 20, 72, 106; Häse A. Mittelalterliche Bücherverzeichnisse aus Kloster Lorsch... S. 166. 167 Vatican, Pal. Lat. 277. С оцифрованной версией рукописи можно ознакомиться по ссылке: http: //bibliotheca-laureshamensis-digital.de/ bav / bav_pal_lat_277. 168 Та же судьба ожидала до поры и другое произведение Исидо¬ ра — «De viris illustribus». Ср.: Bischoff В. Die europäische Verbreitung der Werke Isidors von Sevilla... S. 335. 109
Часть I. Труды по истории в контексте книжной культуры манускриптах иногда встречаются ее отдельные фрагменты, прежде всего «Laus Gothorum» и «De laude Spaniae»169. Кроме того, «История» входила в упоминавшийся выше веронский «Florilegium» IX в. (эта часть сегодня хранится в Берлине), а также в кодекс из Лукки конца VIII в. Исидор, однако, заметно уступал в популярности Беде (637—735 гг.). Его «Хроника» и «Церковная история на¬ рода англов» (Historia ecclesiastica gentis Anglorum) были широко распространены на континенте. В первую очередь они пользовались спросом у англосаксов, живших во мно¬ гих франкских монастырях. Кроме того, идея постепен¬ ного возрастания могущества церкви и распространения христианства, сформулированная Бедой, нашла широкий отклик у представителей каролингской элиты. Видимо, этим обстоятельством объясняется наличие внушительного количества рукописей именно каролингского времени. Пале¬ ографический анализ сохранившихся манускриптов позволил Б. Бишофу с уверенностью говорить о том, что в дворцовом скриптории около 800 г. был сделан список «Церковной истории»170. Очевидно, это сочинение было хорошо известно при дворе благодаря Алкуину. Вероятно, он или кто-то из его сподвижников привез на континент очень старую рукопись Беды, изготовленную в Нортумбрии во второй половине VIII в. Позднее она оказалась в библиотеке Фульды171. 169 В частности, в санкт-галленской рукописи рубежа VIII—IX вв. (St. Gallen, Stiftbibliothek. Cod. 133), а также в рукописи IX в. из Кор- би (Санкт-Петербург, РНБ lat. Q. I. v. 20). С оцифрованной версией санкт-галленской рукописи можно ознакомиться по ссылке: http:// www.e-codices.unifr.ch/en/list/one/csg/0133. 170 Bischof f В. Die Hofbibliothek Karls des Grossen... S. 36. 171 Сегодня рукопись хранится в Касселе: Kassel, Gesamthochschul- bibliothek, 4 Ms. theol. 2. Также см.: Berggötz О. Hrabanus Maurus... S. 38. 110
Глава 3. Нефранкская историческая традиция в каролингскую эпоху «Церковная история народа англов» (вместе с хроникой) имелась в библиотеке Райхенау и Лорша, а также в книжных собраниях Мурбаха и Санкт-Галлена172. Прямая цитата из истории Беды встречается в упоминавшихся выше материа¬ лах Парижского синода 825 г.173 Напротив, «История лангобардов» (Historia Langobardo¬ rum) Павла Диакона (около 720—800 гг.), младшего совре¬ менника Беды, несколько лет прожившего при дворе Карла Великого, оказалась менее популярна. Не в последнюю очередь это связано с ее содержанием, не столь актуальным для франкской аристократии и королевской власти174. Из¬ вестно порядка двенадцати рукописей этого произведения, главным образом, небольших фрагментов, сохранившихся от IX или начала X в.173 Те манускрипты, чье местоположение можно точно идентифицировать, происходили из Фульды, монастыря св. Винсента в Меце, монастыря св. Колумбы недалеко от Вены, монастыря св. Мартина из Винигартена, а также из Фриули, родного городка Павла. «История ланго¬ бардов» (вместе с «Римской историей», написанной Павлом 172 Becker C. Catalogi... Р. 8, 18, 20, 21, 34, 47, 83, 120, 121; Bloch H. Ein karolingischer Bibliothekskatalog aus Kloster Murbach... S. 267; HäseA. Mittelalterliche Bücherverzeichnisse aus Kloster Lorsch... S. 154; Lehmann P. Mittelalterliche Bibliothekskataloge... S. 75, 249. Cm. также: Manitius M. Handschriften antiker Autoren... S. 344—351. 173 Concilium Parisiense a. 825... P. 517. 174 По мнению В. Гоффарта, «История лангобардов» ориентирова¬ лась, прежде всего, на окружение правителя Беневента и апеллировала к беневентским реалиям. Каролингское влияние в этом регионе было минимальным. Подробнее см.: Goffart W. The Narrators of Barbarian History (A. D. 550—800). Jordanes, Gregory of Tours, Bede and Paul the Deacon. Princeton, 1988. P. 332—333. 175 Обстоятельную характеристику состояния рукописной тра¬ диции «Истории лангобардов» дал Г. Вайтц: MGH. SS. rer. Lang. (VI—IX saec.) Р. 28-45. 111
Часть I. Труды по истории в контексте книжной культуры в параллель к лангобардской) фигурирует в книжном инвен¬ таре Райхенау и в каталоге Санкт-Галлена, правда, без имени автора176. В последнем случае речь, по всей видимости, идет о североитальянской рукописи рубежа VIII—IX вв. — самой старой из известных на сегодняшний день. В Санкт-Галлене она оказалась только во второй половине IX в.177 Авторство упомянутой в том же каталоге «Historia Romanorum», веро¬ ятно, также можно атрибутировать Павлу. Наконец, необходимо упомянуть еще одно сочинение, которое, строго говоря, не относится ни к одной из трех обозначенных выше групп текстов. Речь идет о так назы¬ ваемой «Книге пап» (Liber Pontificalis)т. Жизнеописания и деяния римских пап (от св. Петра до Стефана V) начали создаваться в Латеране около 530 г. Так называемая первая редакция, датируемая этим временем, сохранилась в двух эпитомах. Спустя примерно полтора десятилетия появилась вторая редакция179, а с начала VII в. до 880-х гг. также 176 Becker С. Catalogi... Р. 34; Lehmann Р. Mittelalterliche Biblio¬ thekskataloge... S. 265. См. также: Manitius М. Handschriften antiker Autoren... S. 351—354. 177 St. Gallen, Stiftbibliothek. Cod. 635. С оцифрованной версией рукописи можно ознакомиться по ссылке: http://www.e-codices.umfr. ch / en / list / one / csg /0635 178 Лучшее академическое издание это текста, сопровожденного исчерпывающим справочным аппаратом, выполнено Л. Дюшеном: Le Liber Pontificalis / Ed. L. Duchesne. T. 1—2. Paris, 1886, 1892. В середине прошлого века С. Фогель подготовила третий том, внеся в издание Л. Дюшена многочисленные дополнения и уточнения с уче¬ том новейших исследовательских наработок: Le Liber Pontificalis / Ed. C. Vogel. T. 3. Paris, 1957. 179 Датировка обеих ранних редакций восходит к Л. Дюшену. На сегодняшний день с ней согласны большинство исследователей. Напро¬ тив, Т. Моммзен, другой авторитетный издатель «Liber Pontificalis», от¬ носил появление первых редакций к началу VII в.: Gestorum Pontificum 112
Глава 3. Нефранкская историческая традиция в каролингскую эпоху многочисленные продолжения и дополнения180. Как пра¬ вило, очередное житие составлялось после смерти главного героя, впрочем, иногда бывали исключения. На протяжении нескольких столетий версии различной степени полноты покидали пределы папского дворца, отправляясь в свобод¬ ное плавание во все пределы латинского мира. Поэтому на сегодняшний день известно довольно большое количество вариантов «Liber Pontificalis», что порождает бесконечные споры у современных издателей относительно приоритетов того или иного манускрипта. Выявлены пять больших групп рукописей, а также огромное количество средневековых рецепций181. И, по общему признанию, почти все они далеко отстоят от «оригинальной» латеранской версии182. Нам так¬ же не следует упускать из виду данное обстоятельство, гово¬ ря о присутствии «Книги пап» в каролингском интеллекту¬ альном и культурном пространстве. А присутствие это было весьма активным. Известно, что между 800 и 814 гг. папа Лев III отправил Карлу Великому несколько книг, в числе которых фигурировала «Liber Pontificalis»183. Вероятно, Romanorum. Vbl. 1. Libri Pontificalis pars prior / Ed. Th. Mommsen. Berlin, 1898. 180 Следует иметь в виду, что самая полная версия «Liber Pontifica¬ lis», доводящая рассказ до 892 г. (Жизнеописание № 112), сохрани¬ лась в так называемой рукописи «Farfa», датированной XI в. Однако ее авторитетность для более раннего периода справедливо подвергается сомнению. 181 О состоянии рукописной традиции подробнее см.: Le Liber Pontificalis / Ed. L. Duchesne. Т. 1. P. CLXIV-CCVI. 182 В этом отношении весьма показательно жизнеописание Григо¬ рия II (№ 91), которое сохранилось в обеих ранних редакциях. Жизне¬ описание Стефана II (№ 94) сохранилось только в так называемой ломбардской версии (кодекс из Лукки конца VIII в.), явно адаптиро¬ ванной для читателей североитальянской провинции. 183 Bischoff В. Die Hofbibliothek Karls des Grossen... S. 44. 113
Часть I. Труды по истории в контексте книжной культуры именно к латеранскому списку восходят многочисленные франкские рукописи IX в. От этого времени до нас дошли манускрипты, созданные в Париже, Сен-Бертене, Туре, Реймсе, Осере, Бове, Лаоне, Вормсе, Кельне, Вайссен- бурге, Боббио. Характерно, что очень часто они содержат только текст «Liber Pontificalis». «Книга пап» упоминается в каталогах Райхенау, Мурбаха, Санкт-Галлена и Лорша. Она имелась в собрании Эверхарда Фриульского и по заве¬ щанию отошла его сыну Беренгарию. Можно предполагать, что под титулом Successiones pontificum Romanorum она зафиксирована в библиотеке монастыря Санкт-Эммерамм (каталог 994 г.)184. Итак, каролингские читатели довольно активно интересо¬ вались древней историей. Их внимание концентрировалось, с одной стороны, на вопросах распространения христианства и укрепления римской церкви, с другой — на истории ми¬ ровых империй и судьбах отдельных народов, прежде всего троянцев, римлян и евреев, история которых с меровингских времен тесно увязывалась собственно с историей франков. Сочинения античных авторов дополняли труды раннехристи¬ анских писателей, поскольку рассказывали о тех же самых временах, событиях и людях, хотя и с иной точки зрения. Можно согласиться с мнением Р. МакКиттерик о том, что во второй половине VIII—IX в. происходил тщательный отбор некаролингских исторических сочинений, предназначавшихся для тиражирования. Создание новых рукописей, а также их количество прямо указывало на актуальность скопированных текстов183. 184 Becker G. Catalogi... P. 8, 29, 48, 83, 120, 123; Bloch H. Ein karolingischer Bibliothekskatalog aus Kloster Murbach... S. 272; Hase A. Mittelalterliche Bücherverzeichnisse aus Kloster Lorsch... S. 137. 185 McKitterick R. History and Memory... P. 38—59,192. 114
Глава 3. Нефранкская историческая традиция в каролингскую эпоху Все вышесказанное позволяет сделать некоторые наблю¬ дения относительно центров, в которых аккумулировались знания о прошлом, а также о путях их трансляции. Значитель¬ ную роль в этих процессах играл королевский двор, а также нескольких ведущих имперских монастырей (Лорш, Корби, Тур, Санкт-Галлен, Фульда, Ферьер, Фонтанель, Райхенау, Сент-Аманд и Сен-Рикье). В библиотеке Райхенау доста¬ точно рано образовалась солидная коллекция исторических текстов. Уже к началу 820-х гг. здесь можно обнаружить сочинения Иосифа Флавия, Евсевия с его переработками, Дарета Фригийского, Павла Орозия, Беды, «Liber Pontifi¬ calis». Полтора десятилетия спустя к ним добавились труды Кассиодора, Иордана и Исидора. В Сен-Рикье к началу 830-х гг. имелись Юстин, Дарет Фригийский, Евсевий-Иероним, Иордан, «Трехчастная история». Известно, что основу местной библиотеки зало¬ жил Ангильберт, подаривший монастырю более 200 томов из личного собрания. Последнее формировалось во время пребывания Ангильберта при дворе Карла. Следовательно, можно предполагать, что в окружении императора, а также в придворной капелле и школе к началу IX в. хорошо знали труды упомянутых авторов. Поэтому довольно скудный реестр книг из королевской библиотеки, восстановленный Б. Бишофом, смело можно расширить, по крайней мере в ча¬ сти исторических сочинений. Живительным, правда, остается тот факт, что в их числе не оказалось Евтропия. Книжные коллекции Санкт-Галлена и Лорша сформи¬ ровались несколько позже (к середине — второй половине IX в.), однако получились наиболее представительными. В первом находим Курция Руфа, Саллюстия, Юстина, Даре¬ та Фригийского, Евсевия-Иеронима, Трехчастную историю, Иосифа Флавия, Кассиодора, Беду, «Liber Pontificalis». Во втором, помимо перечисленных, также Тита Ливия, Лукана, 115
Часть I. Труды по истории в контексте книжной культуры Иордана, Исидора и «Scriptores Historiae Augustae». Многие произведения древних авторов имелись здесь в нескольких экземплярах, полностью или во фрагментах. Коллекция монастыря Сен-Вандрий начала формиро¬ ваться в первой половине VIII в. Однако и спустя столетие круг исторических сочинений оставался не слишком велик. В него входили Иосиф Флавий, Евсевий с переработками, «Трехчастная история», Иордан и некий труд по истории франков. Напротив, в Фульде список получился впечатля¬ ющий: Тацит, Светоний, Аммиан Марцеллин, «Писатели истории Августов», Фест, Фронтин, Евтропий, Иосиф Флавий, Евсевий, Беда и Павел Диакон. Ферьер, благодаря подвижничеству аббата Лупа, со¬ брал солидную коллекцию античных классиков, в том числе писателей-историков. Помимо Светония и Иосифа Флавия, здесь оказались Цезарь, Саллюстий и Тит Ливий. Сент-Аманд владел рукописями сочинений Иосифа Фла¬ вия, Евсевия-Руфина, Орозия, Иордана, Беды, а также «Liber Pontificalis». В Туре имелись произведения Тита Ливия, Светония, Курция Руфа, Иосифа Флавия, Исидора Севильского. В Корби, помимо Ливия и Исидора, знали Цезаря, Саллюстия и Юстина. В библиотеке Флери можно было найти Цезаря, Саллюстия, Курция Руфа, Юстина, Исидора. Кафедральные библиотеки, начавшие формироваться в IX в., значительно уступали монастырским не только по количеству книг, но и по разнообразию имен их авторов. В Кельне встречаем лишь «Эпитому» Юстина. В Вюрц¬ бурге хронику Евсевия-Иеронима и «Трехчастную исто¬ рию». В Овьедо — истории Орозия, Исидора и, вероятно, хронику Евсевия-Иеронима. Разумеется, кафедральные библиотеки носили более прагматический характер и ориен¬ тировались в первую очередь на практические нужды клира, 116
Глава 3. Нефранкская историческая традиция в каролингскую эпоху связанные с отправлением культа и организацией богослу¬ жения. Так что историческое знание в каролингский период концентрировалось главным образом в монастырях, да и то лишь в некоторых. Границы распространения исторических сочинений существенно разнились в зависимости от обстоятельств. Одни труды оставались малоизвестными, другие, напротив, обрели небывалую популярность и встречались практически повсюду. Например, Тацита знали лишь в Фульде и Херс- фельде, и в целом довольно поверхностно. О Светонии, по¬ мимо Фульды, имели представление в нескольких ведущих монастырях на Луаре и, скорее всего, при дворе. Большие «истории народов» Беды и Павла Диакона почти не по¬ кидали германских земель. Зато Юстина читали в Корби, Флери, Сен-Рикье, Фульде, Лорше, Фрайзинге, Санкт- Галлене, Райхенау, Мурбахе, Прюме, Кельне, Боббио, Вероне и Меце, т. е., на территории, которая охватывала, по меньшей мере, северо-восточную Франкию, юго-западную Германию и северную Италию. Подлинными историческими бестселлерами в IX в. стали произведения Орозия, Иосифа Флавия, Евсевия, Саллюстия, Исидора. Их можно было без труда найти практически в любом сколько-нибудь при¬ личном книжном собрании. Сам факт наличия какого-либо текста в библиотеке еще не означал обязательного знакомства с ним широкой ауди¬ тории. Последнее было делом случая и часто зависело от системы личных связей, обусловленных родством, дружбой или ученичеством. Как было показано выше, многие руко¬ писи циркулировали главным образом в пространстве между королевским двором и несколькими важнейшими монасты¬ рями (Тур, Лорш, Осер, Флери, Ферьер, Фульда, Корби). Однако не будем забывать, что аббат Фульды Рабан Мавр был учеником Алкуина. У него, в свою очередь, учился 117
Часть I. Труды по истории в контексте книжной культуры Луп Ферьерский, а его собственным учеником был Хейрик Осерский. Стоит ли удивляться, что Луп знал о рукописях с сочинениями Цезаря и Юстина из Осера и Флери, Тита Ливия из Тура, Светония из Фульды? Напротив, произ¬ ведение Курция Руфа, хранившееся, кажется, совсем ря¬ дом — в одном из книжных собраний на Луаре — осталось ему неизвестным. Иными словами, нефранкская историческая традиция в VIII—IX вв. осваивалась довольно активно, но ситуатив¬ но, непоследовательно и крайне неравномерно в территори¬ альном, социальном и культурном плане.
ГЛАВА 4 Франкская историческая традиция в каролингскую эпоху От конца VI до начала X века сохранилось изрядное ко¬ личество разнообразных нарративных текстов, в которых содержались сведения по истории народа франков, Франк¬ ского королевства, а также отдельных монастырей и епи- скопств. Даже простое их перечисление заняло бы несколько десятков страниц1. Особенно бурно франкское историописание развивалось со второй половины VIII и на протяжении всего IX в. Боль¬ шей частью речь идет о довольно простых по форме и мало¬ содержательных текстах: так называемой малой анналистике, примитивных хрониках, незамысловатых генеалогических конструкциях, хронологических таблицах с фрагментарны¬ ми историческими записями сугубо локального характера, списках имен королей, а также перечнях имен епископов или аббатов конкретных религиозных центров и т. д. Наряду с ними появляются и довольно пространные произведения, написанные в различных жанрах (большая каролингская 1 Отсылаю заинтересованных читателей к соответствующим раз¬ делам справочных изданий: Brunhölzl F. Geschichte der lateinischen Literatur des Mittelalters. 2 Bd. München, 1975—1992; Manitius M. Ge¬ schieht e der lateinischen Literatur des Mittelalters. 2 Bd. München, 1911; MolinierA. Les sources de l’histoire de la France des origines aux guerres d’Italie. 6 vol. Paris, 1901—1906; Monod G. Études critiques sur les sourc¬ es de l’histoire mérovingienne. Paris, 1872; Monod G. Etudes critiques sur les sources de l’histoire carolingienne. Paris, 1898; Wattenbach W., Levison W., Löwe H. Deutschlands Geschichtsquellen im Mittelalter. H. 1—7. Weimar, 1952—1990 (далее — Wattenbach-Levison-Löwe). 119
Часть I. Труды по истории в контексте книжной культуры анналистика, хроники, истории, «деяния», биографии и пр.). Однако на протяжении всего указанного периода их количе¬ ство оставалось невелико. Из всего богатого разнообразия собственно франкского историографического наследия в реальности лишь очень не¬ многие труды получали сколько-нибудь широкую известность среди каролингских читателей. Ниже речь пойдет о том, ка¬ кую селекцию своего историографического наследия осущест¬ вляли франки в процессе осмысления собственного прошлого. И сначала вновь обратимся к анализу библиотечных фондов. Королевские библиотеки Карл Великий был первым правителем франков, о книжном собрании которого мы располагаем достоверными сведения¬ ми. Как следует из завещания, присоединенного Эйнхардом к жизнеописанию императора, тот приказал скопировать для аахенской библиотеки «великое множество» книг2. Успешную попытку реконструкции фондов королевских armaria пред¬ принял в свое время Б. Бишоф3. Помимо религиозных, юри¬ дических, компутистических и литературных произведений, в собрании имелись также historiae и antiquorum res gestae4. В числе последних фигурировали некие «варварские песни», записанные, по крайней мере частично, по личному указанию короля5. К сожалению, установить конкретные сюжеты этих 2 Einhard, 33: «De libris, quorum magnam in bibliotheca sua copiam congregavit» (Einhard. Vita Karoli Magni // MGH. SS. in us. schol. / Ed. O. Holder-Egger. Hannover, 1911) (далее — Einhard). 3 Bischof f В. Die Hofbibliothek Karls des Grossen... 4 По сообщению Эйнхарда, Карл Великий любил, когда за тра¬ пезой ему читали книги по истории. См.: Einhard, 24: «Legebantur ei historiae et antiquorum rs gestae». 5 Einhard, 29: «Item barbara et antiquissima carmina, quibus veterum regum actus et bella canebantur, scripsit memoriaeque mandavit». 120
Глава 4. Франкская историческая традиция в каролингскую эпоху carmina, воспевающих «деяния и войны древних королей», не представляется возможным, но почти наверняка речь идет о произведениях, которые имели прямое отношение к герман¬ ской эпической традиции6. Скорее всего, при дворе также имелась более или менее полная версия «Анналов королевства франков» (Annales regni Francorum)7. Это, пожалуй, все. Дальнейшая судьба книжного собрания Карла Великого туманна. Согласно завещанию, которое приводит Эйнхард, допускалась возможность распродажи фондов по спра¬ ведливой цене8. Вероятно, частично это было сделано9. 6 От каролингской эпохи сохранилось несколько примеров ли¬ тературной обработки древнегерманских эпических сказаний в духе христианской традиции. К их числу относятся так называемая «Вес- собруннская молитва» (редакция начала IX в.) и «Песнь о Хильде - бранте» (первая половина IX в.), в меньшей степени «Вальтарий» (середина IX в.). Рукопись с текстом молитвы появилась в округе Аугсбурга и, вероятно, имела отношение ко двору. Рукопись «Песни» сохранилась в Фульде, хотя создавалась не там. «Вальтарий» тесно связан с монастырем Санкт-Галлен. Об этих сочинениях подробнее см.: Wallmann С. А. The Wessobrunn Ргауег Ms. Clm. 22053: A Trans¬ literation, Translation and Study of Parallels. University of Pensilvania, 1975; Baesecke G. Das Hildebrandslied. Halle, 1944; Broszinski H. Das Hildebrandlied: Faksimile des Kasseler Handschrift. Kassel, 1984; Schlosser H. D. Die literarischen Anfänge der deutschen Sprache. Stutt¬ gart, 1977; Waltharius // MGH. Poet. lat. T. 6. Pars 1. P. 24—85. Там же см. обстоятельный обзор рукописной традиции, а также содержа¬ тельную и лингвистическую характеристику произведения (Р. 1—23). Библиографию по теме см.: Wattenbach-Levison-Löwe. Deutschlands Geschichtsquellen... H. VI. S. 667—668 (Anm. 54). 7 Annales regni Francorum // MGH. SSrG. in us. schol. Hannover, 1895. 8 Einhard, 33: «Ab his qui eos (libros) habere vellent iusto pretio fuis¬ sent redempti». 9 По мнению Б. Бишофа, несколько десятков книг с трудами античных авторов приобрело аббатство Корби. См.: Bischof f В. Die Hofbibliothek Karls des Grossen... S. 62. 121
Часть I. Труды по истории в контексте книжной культуры Но библиотека продолжала жить, более того, сохраняла преемственность. Как известно, Гинкмар Реймсский много лет спустя пользовался придворным экземпляром «Libri Carolini»10, созданном еще при Карле Великом. Библиотека Людовика Благочестивого — единственно¬ го наследника великого императора, — являлась одним из крупнейших собраний своего времени. Она была ориенти¬ рована прежде всего на церковно-религиозную литературу, хотя античным авторам, в том числе довольно редким, в ней также нашлось место11. Что касается сочинений по франкской истории, то их состав, и без того незначительный, кажется, подвергли жесткой ревизии по личному указанию императора. Варварские песни, записанные по приказанию отца, Людовик читал в юности, но взойдя на трон, категорических их отверг12. Может быть, именно по этой причине до нас практически не дошло каролингских рукописей с древними германскими carmina. Но «Анналы королевства франков» (в той версии, которую в науке принято именовать «Annales Einhardi») оста¬ лись. Имелся при дворе и экземпляр «Vita Karoli Magni»13, написанный Эйнхардом в конце 820-х гг.14 Придворный 10 Libri Carolini // MGH. Concilia. Т. 2. Suppl. 1. Hannover, 1998. 11 О библиотеке Людовика Благочестивого подробнее см.: Bi¬ schof f В. Die Hofbibliothek unter Ludwig dem Frommen // Bischoff B. Mittelalterliche Studien... Bd. 3. S. 170—186. 12 Thegan. Gesta Hludowici imperatoris, 19: «Poetica carmina gentilia quae in iuventute didicerat, respuit, nec legere, nec audire, nec docere voluit» (Thegan. Gesta Hludowici imperatoris // Thegan. Die Taten Kaiser Ludwigs. Astronomus. Das Leben Kaiser Ludwigs / Hg. und übers, von E. Tremp. (MGH. SSrG. in US. schol.). Hannover, 1995. S. 168—259). 13 Bischoff B. Die Hofbibliothek unter Ludwig dem Frommen... S. 173,184-185. 14 О сочинении Эйнхарда подробнее см.: Сидоров А. И. Отзвук настоящего. Историческая мысль в эпоху каролингского возрождения. СПб., 2006. С. 60-99. 122
Глава 4. Франкская историческая традиция в каролингскую эпоху библиотекарь Гервард даже составил к нему небольшое по¬ этическое предисловие15. Однако в целом ни Людовик, ни его монашеское окружение не испытывали заметных симпатий к трудам по франкской истории, написанных равно древними и современными авторами16. Совершенно иную картину мы наблюдаем при дворе Карла Лысого, сына Людовика Благочестивого и правителя Западно-Франкского королевства. Этот разносторонне об¬ разованный каролингский государь собрал одну из лучших библиотек своего времени17. Нашлось в ней место и со¬ 15 Gerwardi Versus: «Hanc prudens gestam noris tu scribere, lector, / Einhardum Magni magnificum Karoli» (MGH. Poet. lat. T. 2. P. 126). По мнению М. Тишлера, Гервард, как личный друг Эйнхарда и при¬ дворный библиотекарь, был одним из первых, если не самым пер¬ вым получателем «Vita». См.: Tischler М. М. Einharts Vita Karoli. Studien zur Entstehung, Überlieferung und Rezeption. Hannover, 2001. S. 159—162. Д. Гэнц, интерпретируя одно из писем Эйнхарда, вы¬ сказал предположение, что он отправлял свое сочинение Герварду по частям для подготовки публикации и просил дать оценку его творению: Ganz D. Einhard’s Vita Karoli Magni: Reception and Intention //A paper presented at King’s College. London, 1996. P. 105—142. 16 Аналогичным образом в окружении Людовика не интересова¬ лись сочинениям античных языческих писателей. Показательно, что Эйнхард, приступая к работе, прекрасно понимал, какое неудовольствие его сочинение вызовет у тех, «кто презрительно относится к старинным историческим памятникам, написанным ученейшими и искуснейшими мужами». См.: Einhard, prol.: «Vitam et conversationem et... res gestas... Karoli... quanta potui brevitate conplexsus sum, operam inpendens, ut... prolixitate narrandi nova quaeque fastidientium animos offenderem; si tamen hoc ullo modo vitari potest, ut nova scriptione non offendantur qui vetera et a viris doctissimis atque disertissimis confecta monumenta fastidiunt». При дворе исключение делалось лишь для некоторых классических христи¬ анских авторов, в частности, для (Эрозия. 17 О книжном собрании Карла Лысого подробнее см.: McKitte- riefe R. Charles the Bald (823—877) and his library: the patronage of leaming // English Historical Review. 1980. № 95. P. 29—47. 123
Часть I. Труды по истории в контексте книжной культуры чинениям по франкской истории, в том числе новейшим. Более того, король лично инициировал историографическую работу. К кодексу из собрания Карла восходит петербургский манускрипт, содержащий «Книгу истории франков», «Про¬ должателей Фредегара», «Анналы королевства франков», «Жизнеописание Карла Великого» Эйнхарда, «Жизнеописа¬ ние императора Людовика» Астронома, а также генеалогию франкских правителей18. Нитхард, ближайший сподвижник Карла, по личному распоряжению короля между 841 и 843 гг. написал «Историю в четырех книгах», в которой рассказыва¬ лось о политической жизни страны в 820—840-х гг.19 Точно не известно, получил ли аналогичное поручение Астроном, но такое предположение кажется вполне вероятным. В любом случае этот анонимный автор писал при дворе около 842 г., широко используя в своей работе «Анналы королевства франков» и первую книгу «Историй» Нитхарда20. Дьякон Флавиан, несомненно, учитывая круг персональных инте¬ ресов Карла Лысого и его ближайшего окружения, подарил королю «Поэму о происхождении франков» собственного сочинения21. 18 Санкт Петербург, РЫБ lat. F.v.IV.4. Рукопись создана в Суас- соне в первые десятилетия X в. Описание см.: Tischler М. М. Einharts Vita Karoli... S. 1167—1177; Tremp E. Überlieferung der Vita Hludowici imperatoris des Astronomus. Hannover, 1991. S. 50—53. 19 Nithard. Historiarum libri IIII / Hg. E. Müller // MGH. SSrG. Hannover, 1907. О сочинении Нитхарда подробнее см.: Сидоров А. И. Отзвук настоящего... С. 153—189. 20 Astronomus. Vita Hlodowici imperatoris // Thegan. Die Taten Kaiser Ludwigs... S. 280—555. О сочинении Астронома подробнее см.: Сидоров А. И. Отзвук настоящего... С. 99—125. 21 Carmen de exordio gentis Francorum // MGH. Poet. lat. T. 2. P. 141-145. 124
Глава 4. Франкская историческая традиция в каролингскую эпоху Можно с уверенностью сказать, что никогда прежде франкская историческая традиция не была представлена столь полно в одном месте. Произошло это лишь в середине IX в. и только в Западно-Франкском королевстве. Име¬ лись ли книжные собрания при дворах других Каролингов, и нашлось ли в них место франкским историям, достоверно неизвестно. По косвенным данным можно предположить, что в окружении Людовика Немецкого знали по край¬ ней мере о «Книге истории франков», «Жизнеописании Карла Великого» Эйнхарда и «Деяниях Людовика Благо¬ честивого» Тегана22. Но уже Карл Толстый признавался в собственной неосведомленности относительно деяний своих знаменитых предков. Данное обстоятельство побуди¬ ло санкт-галленского монаха Ноткера Заику между 884 и 887 гг. написать для него «Деяния Карла Великого» — ори¬ гинальный и фактурный текст историко-мифологического характера, который, по всей видимости, так никогда и не дошел до адресата23. 22 Эти книги имелись в личной библиотеке Гримальда, аббата Санкт-Галлена, занимавшего в 856—857 и 860—870 гг. пост коро¬ левского канцлера при Людовике Немецком. Список книг из собрания Гримальда сохранился в санкт-галленской рукописи: St. Gallen, Stifts¬ bibliothek. Cod. 267. P. 30—32. Среди прочих книг в нем фигурируют «De regibus Merovingorum» (Р. 31), «De vita Karoli imperatoris» и «De bonitate Hludowicis imperatoris in quarto nulis» (P. 32). Первую обычно ассоциируют с «Книгой истории франков», вторую с сочинением Эйн¬ харда, а третью — с книжицей Тегана. О книжном собрании при дво¬ ре Людовика Немецкого подробнее см.: Bischoff В. Bücher am Hofe Ludwigs des Deutschen und die Privatbibliothek des Kanzles Grimalt // Bischoff B. Mittelalterliche Studien... Bd. 3. S. 187—212. 23 Notker Balbulus. Gesta Karoli Magni imperatoris / Ed. H. F. Hae- fele // MGH. SSrG. München, 1959; Berlin, 1960. О сочинении Нот¬ кера подробнее см.: Сидоров А. И. Отзвук настоящего... С. 225—265. 125
Часть I. Труды по истории в контексте книжной культуры Персональные книжные собрания Книги по франкской истории изредка встречаются и в част¬ ных собраниях, даже небольших, что само по себе примеча¬ тельно. Впрочем, их появление там фиксируется не раньше первой четверти IX в. Среди книг Ансхиза (823—833 гг.), аббата монастыря Сен-Вандрий, фигурируют некие «Gesta Francorum in codice uno»24. Скорее всего, речь идет о «Книге истории франков»25. Монах Регинберт из Райхенау сообщает, что среди пере¬ писанных им книг, имеется том, который включает в себя «Шесть возрастов мира» и «Деяния» франкских правителей от майордома Карла Мартелла до императора Людовика Благочестивого26. В последнем случае речь может идти об «Анналах королевства франков», либо о так называемом «Бревиарии франкских королей», созданном около 826 г.27 В личном собрании Эверхарда, маркграфа Фриульского (ум. 864 г.), среди 53 манускриптов имелись «Gesta Fran¬ corum» (вероятно, «Книга истории франков») и «Catalogi 24 Gesta abbatum Fontanellensium / Ed. G. Pertz // MGH. SS. T. 2. P. 263-290 (Gesta Anshisi - P. 295-297). 23 Liber historiae Francorum / Ed. B. Krusch // MGH. SSrM. T. 2. Hannover, 1888. 26 Becker G. Catalogi... P. 23—24: «In XXXVI libro continentur sex a mundi principio aetates usque hactenus. Postea Karoli maioris do¬ mus Francorum, Pippini senioris ac filii eius Karoli, et Pippini et Karle filiorum Karoli, deinde postquam Pippinus ad regem elevatus est postea Karoli regis, deinceps gesta Hludovici regis ac imp. ad extremum quaedam decreta adversantia». 27 Breviarium regum Francorum // MGH. SS. T. 2. P. 327—328. Г. Пертц опубликовал только последнюю часть бревиария. Полностью текст опубликован Э. Уссерманом в 1790 г., но это издание осталось недоступным. 126
Глава 4. Франкская историческая традиция в каролингскую эпоху regum Francorum»28. Вместе с «Liber pontificalis» они до¬ стались его сыну Берегнарию. Эккехард, граф Макона (ум. 876 г.), располагал «Историей франков» Григория Турского29 и «Историей лангобардов» Павла Диакона30. Впрочем, не во всякой персональной библиотеке, даже обширной, находилось место для трудов по франкской истории. В личном собрании Инскера, аббата Мурбах- ского монастыря (до 876 г.), числится с десяток истори¬ ческих сочинений, но среди них мы не встретим ни одного франкского31. Монастырские библиотеки Как уже было сказано выше, в IX в. монастырские собрания заметно выделялись на фоне всех остальных не только ко¬ личеством книг, но и тематическим разнообразием. Однако сочинения по франкской истории фигурируют в них лишь эпизодически. Одна из крупнейших и фундаментальных библиотек каро¬ лингской эпохи имелась в Лорше. В каталоге А (ок. 830 г.) среди названий 129 книг находим «Жизнеописание Карла Великого» Эйнхарда и безымянную «Liber annalis». В по¬ следнем случае речь может идти об «Annales Nazariani», 28 Список книг Эверхарда Фриульского опубликован Г. Беке¬ ром: Becker С. Catalogi... Р. 29—30. Об этом собрании подробнее см.: Riche P. Les bibliothèques de trois aristocrates laies carolingiens // MA. 1963. № 69. P. 99 (87-104). 29 Gregorius Turonensis. Libri historiarum X / Ed. B. Krusch, W. Levison // MGH. SSrM. Hannover, 1951. 30 О собрании Эккехарда подробнее см.: Riche P. Les bibliothèques de trois aristocrates laies... P. 103. 31 Bloch H. Ein karolingischer Bibliothekskatalog aus Kloster Mur- bach... S. 272-274. 127
Часть I. Труды по истории в контексте книжной культуры которые сохранились в рукописи, созданной в монастырском скриптории около 790 г.32 В других каталогах сочинение Эйнхарда больше не встречается. Однако много позже его скопировали заново, может быть, как раз для того, чтобы восполнить пробел33. В компактной исторической секции, зафиксированной в каталоге С а (ок. 860 г.), к франкской истории имеет от¬ ношение только одно произведение. Оно фигурирует под титулом «История франков» и приписывается Григорию Турскому34. Однако на самом деле речь идет о совершенно другом сочинении, а именно, о «Книге истории франков», рукопись которой, по счастью, сохранилась35. Авторство «Книги» приписали турскому епископу и в другом ману¬ скрипте из лоршского собрания36. Впрочем, около 800 г. сочинение Григория в Лорше также переписали, более того, дополнили четвертой книгой хроники Псевдо-Фре- 32 Vatican, Pal. Lat. 966, fol. 53v-59v. С оцифрованной вер¬ сией рукописи можно ознакомиться по ссылке: http: //bibliotheca- laureshamensis-digital.de /bav/bav_pal_lat_966. 33 «Vita Karoli» вместе с «Annales Einhardi» сохранились в дру¬ гой лоршской рукописи, датируемой X веком: Wien, Österreichische Nationalbibliothek, lat. 510. С оцифрованной версией рукописи можно ознакомиться по ссылке: http://bibliotheca-laureshamensis-digital.de/ view/onb_cod510_foll31-133. 34 (101) Gesta Francorum Gregorii Toronensis, libri V in uno co¬ dice (Hase A. Mittelalterliche Bücherverzeichnisse aus Kloster Lorsch... S. 137). 35 Vatican, Pal. Lat. 966. Ha fol. lv-53r неполная версия «Liber historiae Francorum» фигурирует под титулом «Liber (sancti) Gregorii Toronis episcopi Gesta regum Francorum». 36 Paris, BN lat. 7906 (около 780 г.). Ha fol. 81r-88v помещен фрагмент «Liber historiae Francorum», озаглавленный как «Edictio sancti Gregorii Toronensis episcopi regum Francorum historia principium regum». 128
Глава 4. Франкская историческая традиция в каролингскую эпоху дегара37, правда, сделали ее десятой книгой «Истории франков»38. В 831 г. Людовик Благочестивый приказал проинспек¬ тировать обширную библиотеку Ангильберта, придворного поэта, крупного государственного деятеля и графа-аббата монастыря Сен-Рикье, которую тот подарил родной обите¬ ли. Среди 243 книг только одна была написана франкским историком. Речь, несомненно, идет о сочинении Григория Турского39. Аналогичным образом в основательной библиотеке мо¬ настыря Санкт-Галлен до конца IX в. имелось одно един¬ ственное сочинение по истории франков с убедительным, но неопределенным названием «Gesta Francorum»40. Под этим титулом в равной степени могли скрываться и «Книга исто¬ рии франков», и труд Григория Турского. Но первый вариант представляется все же более предпочтительным, ведь судя по описанию в библиотечном каталоге «Gesta Francorum» соседствовали в одном томе с различными хрониками, а по своей структуре к последним стоит ближе именно «Книга истории франков», но никак не «История» турского епископа. Пожалуй, лучшая коллекция текстов по франкской истории была собрана в Реймсе. Об этом можно судить на основании сохранившихся рукописей, поскольку до нашего 37 Chronicarum quae dicuntur Fredegarii Scholastici libri IV. Cum Continuationibus / Ed. B. Krusch // MGH. SSrM. T. 2. Hannover, 1888. P. 18-193. 38 Heidelberg, Universitätsbibliothek. Cod. Pal. lat. 864. С оциф¬ рованной версией рукописи можно ознакомиться по ссылке: http:// bibliotheca-laureshamensis-digital.de/view/ubhd_cpl864. 39 Becker G. Catalogi... P. 27: «Gregorii episcopi Turonensis de generatione Adae et de gestis Francorum». 40 St Gallen, Stiftsbibliothek. Cod. 728. P. 12: «Chronice diversorum temporum lbri V et Gesta Francorum». 129
Часть I. Труды по истории в контексте книжной культуры времени не дошло ни одного книжного списка, который можно было бы уверенно отнести к реймсской библиотеке. В середине IX в. здесь имелись «Книга истории франков» (нейстрийская версия), продолжение хроники Псевдо- Фредегара и «Анналы королевства франков» (редакция С)41. В 870-х гг. к ним добавились генеалогия Арнульфа Мецского, австразийская версия «Книги истории франков», «Жизнеописание Карла Великого» Эйнхарда, «Анналы королевства франков» (редакция О) и эпитома франкской истории от происхождения франков до воцарения Людовика Благочестивого42. Примерно в это же время или немного позднее в Реймсе появились «Сен-Бертенские анналы»43, к составлению которых имел прямое отношение архиепи¬ скоп Гинкмар, фиксируется наличие «Истории франков» Григория Турского44, а ближе к концу столетия фигурируют «Первые Мецские анналы»43. 41 Paris, BN lat. 10911 (первая треть или вторая четверть IX в., Люттих или Париж). С оцифрованным микрофильмом рукописи можно ознакомиться по ссылке: http://gallica.bnf.fr/ark:/12148/ btvlb9078401h. Р. МакКиттерик полагает, что этот кодекс был создан в Париже: McKitterick R. History and Memory... P. 13—15. М. Тишлер приписал его скрипторию Флери и дарировал концом IX в.: Tischler М. М. Einharts Vita Karoli... S. 1156-1158. 42 Wien, Österreichische Nationalbibliothek, lat. 473 (870-е гг., Сент-Аманд). 43 Annales Bertiniani / Ed. G. Waitz // MGH. SS. in us. schol. Han¬ nover, 1883. 44 St.-Omer, Bibliothèque municipale, 697 + 706. 45 Annales Mettenses priores / Ed. B. Simson // MGH. SSrG. in us. schol. Hannover, 1905. Самый ранний известный сегодня фрагмент «Первых Мецских анналов» сохранился в: London, BL MS Arundel 375, fol. 72v-75v. Кодекс второй половины IX в. из северо-западной Франкии предположительно создан в окружении архиепископа Фулко Реймсского. 130
Глава 4. Франкская историческая традиция в каролингскую эпоху Еще один крупный комплекс франкских историй фор¬ мируется в последние десятилетия IX в. в суассонском монастыре св. Медарда, куда после смерти Карла Лысого попала часть его библиотеки. Именно здесь в X в. был переписан упомянутый выше обширный исторический ком¬ пендиум, хранящийся ныне в Санкт-Петербурге46, а также рукопись с «Историями» Нитхарда, к которым затем были добавлены «Анналы» Флодоарда47. Таким образом, к концу IX в. в Сен-Медарде имелись «Книга истории франков», Продолжение хроники Псевдо-Фредегара, «Анналы ко¬ ролевства франков», «Жизнеописание Карла Великого» Эйнхарда, «Жизнеописание Людовика Благочестивого» Астронома, генеалогия франкских королей и труд Нитхарда. Итак, обзор книжных собраний и изучение рукописной традиции позволяют уверенно говорить о том, что из всего обширного историографического наследия франков, на¬ копленного за несколько столетий, заинтересованные каро¬ лингские читатели, относившиеся к самым разным группам франкских элит, с завидным постоянством обращали свое внимание на крайне узкий круг сочинений. Речь идет прежде всего о «Книге истории франков», у которой, кажется, не было реальных конкурентов, по крайней мере в границах рас¬ сматриваемого периода48. Значительный интерес вызывали 46 Санкт-Петербург, РНБ, MS lat. F.v.IV.4. 47 Paris, BN lat. 9768 (X в., Суассон). С оцифрованной вер¬ сией рукописи можно ознакомиться по ссылке: http://gallica.bnf.fr/ ark:/12148/btvlb84238417. 48 Первоначальная версия «Liber Historiae Francorum» (так назы¬ ваемая версия А) появилась в Нейстрии около 727 г. Судя по всему, ее составитель имел непосредственное отношение к Парижу и, особенно, к монастырю Сен-Дени. Примерно десять лет спустя оригинальный текст был частично переработан австразийским автором (версия В). Из пятидесяти известных сегодня рукописей пятнадцать приходится на 131
Часть I. Труды по истории в контексте книжной культуры также «История франков» Григория Турского49 и хроника Псевдо-Фредегара с Продолжениями50. В каролингскую эпоху границы между ними оказались очень размытыми. Все три текста нередко бытовали под одним заголовком, а если указывалось авторство, то оно приписывалось Григорию Турскому. Среди сочинений каролингского времени к числу наи¬ более распространенных добавились «Анналы королевства конец VIII — начало X в., причем версии А и В делят их примерно поровну. Манускрипты происходят преимущественно из западной ча¬ сти Франкского королевства, а также из Райнгау и Южной Германии. Те, чье происхождение удается идентифицировать достаточно точно, указывают на Лорш, Сен-Жермен-де-Пре, Париж, Сен-Медард, Реймс, Люттих, Флери, Сент-Аманд и Санкт-Галлен. К рукописям, упомянутым выше, можно добавить: Paris, BN lat. 5596 (IX в. Сен- Жермен-де-Пре?); Bern, Burgenbibliothek 599 (VIII в. Флери); Haag, Koninklijke Bibliotheek, MS. 921 (IX в., северо-восточная Франкия); Vatican, Reg. Lat. 913 (IX в., Санкт-Галлен); Leiden, Bibliotheek der Rijksuniversiteit. \bss. lat. Q 86 (IX в., Париж). Подробный, хотя и неполный анализ рукописной традиции «Книги» см.: MGH. SS гег. Merov. Т. 2. Р. 215-238. 49 К каролингской эпохе относится, по крайней мере, семь руко¬ писей, в которых содержится полный текст «Истории франков», либо его фрагменты. Обстоятельный анализ состояния рукописной традиции выполнен Б. Крушем: MGH. SS гег. Merov. Т. 1. Pars 1. P. XXIII— XXXV. 50 Самая ранняя рукопись «Хроники» Фредегара и его Продол¬ жателей (доведенная до 660 г.) датируется 714—715 гг. (Paris, BN lat. 10910. В качестве места ее создания называют Мец, Клермон и Лион). Однако каролингским эрудитам этот текст стал известен в плохой копии, сделанной в конце VII или начале VIII в. малообра¬ зованным бургундским автором. См.: Wallace-Hadnll J. М. (ed.) The fourth book of the Chronicle of Fredegar and its Continuations. London, 1960. P. IV. Именно эта версия спустя примерно полвека достигла Австразии. Она не сохранилась, но легла в основу всех каролингских рукописей. 132
Глава 4. Франкская историческая традиция в каролингскую эпоху франков»31 и «Жизнеописание Карла Великого» Эйнхарда32. Правда их популярность в кругах каролингских элит была все же не столь высока. Строго говоря, она напрямую за¬ висела от близости конкретных представителей элит к трону и степени их вовлеченности в королевское служение. К тому, вероятно, имелись и другие объективные основания, в част¬ ности, куда более узкий и локальный по своей тематике кон¬ тент, существенно уступавший богатой фактуре сочинений, которые составляли мощный меровингский историографиче¬ ский «триумвират». Исторические сочинения франков: оценка и использование Мы располагаем весьма ограниченным кругом свидетельств, в которых эксплицитно выражена реакция каролингских эрудитов на сочинения по франкской истории. Луп Ферьерский высоко оценил «Жизнеописание Карла Великого», о чем не преминул сообщить автору. Но восхи¬ щался он не содержанием повествования, а превосходной латынью Эйнхарда, благодаря которой «Vita Karoli» замет¬ но выделялась на фоне произведений других современных писателей33. 51 «Annales regni Francorum» сохранились в трех каролингских манускриптах: Paris, BN lat. 10911; Wien, Österreichische Nationalbib¬ liothek, lat. 473; Vatican, Reg. Lat. 617. 52 От IX в. сохранилось три рукописи с текстом «Vita Karoli Magni»: Paris, BN lat. 10758 (С оцифрованной версией рукописи можно ознакомиться по ссылке: http://gallica.bnf.fr/ark: /12148/ btvlb8423828c); Wien, Österreichische Nationalbibliothek, lat. 473; Vatican, Pal. Lat. 243 (вторая половина IX в., Сент-Аманд?). 53 Lupi ep. № 1 (ad Einhardum): «...a grammatica ad rhetoricam et deinceps ordine ad ceteras luberales disciplinas transire hoc tempore fabula 133
Часть I. Труды по истории в контексте книжной культуры В 40-е гг. IX в. Валафрид Страбон отредактировал со¬ чинения Эйнхарда и Тегана (по крайней мере те версии, что имелись в его распоряжении), разбив их на главы и снабдив соответствующими заголовками, а также небольшими пре¬ дисловиями. Тем самым он «облегчал доступ к отдельным событиям (курсив мой. — А. С.) разыскивающему их читателю»34. Данное пояснение — чрезвычайно редкое! — заслуживает особого внимания, ибо проливает свет на то, каким образом заинтересованные читатели-современники Валафрида работали с сочинениями по истории. Текст не воспринимался ими как нечто целостное, завершенное и не¬ изменное, но рассматривался скорее как набор сепаратных нарративных единиц (фактов), обладавших самостоятельной ценностью (дидактической, эрудитской, политико-правовой и т. д.). Очевидно, для многих из них не было никакого смыс¬ ла в том, чтобы читать полный текст, пусть даже и скромного размера. Помимо прочего, данное обстоятельство вполне со¬ ответствует строго компилятивному характеру нарративной культуры франков. Каких бы то ни было высказываний по поводу «Анна¬ лов королевства франков», «Фульдских анналов», «Сен- Бертенских анналов», хроники Регинона и прочих, равно tantum est, cum deinde auctorum voluminibus spatiari aliquantulum coepis¬ sem, et dictatus nostra aetate confecti displicerent, propterea quod ab illa Tulliana ceterorumque gravitate... oberrarent, venit in manus meas opus vestrum, quo memorati imperatirus clarissima gesta... clarissime litteris allegastis» (Lupi abbatis Ferrariensis epistolae... P. 8). 54 Walafridi prol.: «Huic opusculo ego Strabo titulos et incisiones prout visum est congruum, inserui, ut ad singula facilior querenti quod placuerit elucescat accessus» (Einhard. Vita Karoli Magni / Ed. Ph. Jaffe. P. 24); Walafridi prol.: «Huic opusculo ego Strabo quasdam incisiones et capitula inserui... ut facilius volentibus scire singula pateant titulorum compendio» (Thegan. Gesta Hludowici imperatoris // MGH. SS. T. 2. P. 589). 134
Глава 4. Франкская историческая традиция в каролингскую эпоху пространных и кратких исторических сочинений обнаружить не удается. Разумеется, это вовсе не означает, что данные тексты обладали весьма незначительной ценностью в глазах современников. Думается, что рефлексия по поводу про¬ читанного выражалась в иных, не столь привычных для нас формах. Например, в том, каким образом использовались сочинения по франкской истории. Под словом «использование» я понимаю прежде всего заимствование конкретного текста или его фрагментов для создания нового нарратива, будь то авторское сочинение или компилятивный кодекс. Рассмотрим этот процесс на нескольких примерах. У Григория Турского позднейшие авторы или составители кодексов заимствовали главным образом сюжеты, связанные с церковной историей, и даже более определенно — с исто¬ рией христианской церкви на территории Галлии. Так, Павел Диакон, работая над «Деяниями мецских епископов», сделал оригинальную компиляцию из двух не связанных друг с дру¬ гом фрагментов «Истории» и представил читателям концеп¬ туальное описание чудесного спасения церкви св. Стефана в Меце55. Это лишний раз указывает на то, что сочинением Григория были хорошо знакомы при дворе — в канцелярии и школе, а также в окружении епископа Меца Ангильрама, королевского архикапеллана. В каролингский период следы «Истории франков» чаще всего прослеживаются в рукописях, связанных с турским скрипторием. Так, в компиляции (первая треть IX в.), по¬ священной жизни, деяниям и сочинениям св. Мартина, приводится проповедь папы Григория по поводу перенесения мощей святого, а также краткое жизнеописание епископа 55 Анализ этого сюжета подробнее см.: Сидоров А. И. Отзвук настоящего... С. 43—45. 135
Часть I. Труды по истории в контексте книжной культуры Брикция и рассказ о епископах Тура36. В кодекс, созданный Адальбальдом по поручению турского аббата Фредегиза (ум. 834 г.), помимо фрагмента о перенесении мощей, во¬ шли рассказы о папе Григории и епископе Брикции, а также описание базилики св. Мартина57. Фрагмент с описанием базилики попал в другой турский кодекс58. Аналогичным образом работали с «Историей» и за преде¬ лами Тура. Фрагмент о перенесении мощей св. Мартина включен в сборник проповедей рубежа VIII—IX вв., пода¬ ренный епископом Эгиноном церкви св. Марии Веронской59. В коллекцию канонического права, переписанную в мона¬ стыре Сен-Мор-де-Фоссе, включены небольшие фрагмен¬ ты, которые посвящены теологическим спорам о троице60. Наконец, составители кодекса из Лаона включили в него рассказы о чудесах святых и деяниях папы Григория Велико¬ го, а также жизнеописание епископа Сальвия61. 56 Paris, BN lat. 10848 (до 835-857 гг., Typ): fol. 102v-104r — Hist. I, 48 (102v — Sermo Domini Gregorii episcopi de transitu sancti Martini); fol. 107v-110r — Hist. II, 1 (107v — Incipit vita sancti Briedi episcopi); fol. 110v-117v — Hist. X, 31 (llOv — In Xpi nomine incipit de episcopis Turonensis). С оцифрованной версией рукописи можно ознакомиться по ссылке: http://gallica.bnf.fr/ark:/ 12148/btvlb84267798. 57 Codex Quedlinburgensis gymnasii n. 79 (IX в., Тур): fol. 175v- 178r — Hist. 1,48; fol. 184v-185r — Hist. II, 14; fol. 185r-188r — Hist. II, 1. Описание фрагмента см.: Gregorius Turonensis... P. XXXIII. 58 Codex Berolinensis Lat. n.115 (IX в., Typ): fol. 133г — Hist. II, 14. Описание фрагмента см.: Gregorius Turonensis... Р. XXXIII. 59 Codex Berolinensis Lat. n. 50 (VIII—IX вв., Верона): fol. 67r-v — Hist. 1,48. Описание фрагмента см.: Gregorius Turonensis... P. XXXIV. 60 Paris, BN lat. 1451 (IX в., Сен-Мор-де-Фоссе): fol. llr-13r — Hist. V, 43, 44; fol. 13r-14v ֊ Hist. VI, 5; fol. 14r-15r ֊ Hist. VI, 50. Оцифрованное издание рукописи см.: http://gallica.bnf.fr/ark:/12148/ btvlb84921438. 61 Codex Laudunensis n. 121 (IX в.): fol. 10108r-109v — Incipit de miraculis sanctorum, quem sancti memorii Gregorius conscripsit. Per idem 136
Глава 4. Франкская историческая традиция в каролингскую эпоху К анналам зачастую обращались в том случае, когда у ком¬ пиляторов возникала необходимость заполнить более или менее серьезную временную лакуну в историческом повествовании. Так, «Анналы королевства франков» вошли в состав таких пространных и очень разных по своей структуре и целепо- лаганию компиляций, как «Первые Мецские анналы»62, «Муассакская хроника»63 и хроника Регинона64. Астроном позаимствовал значительный кусок из заключительной части «Анналов» (815—829 гг.) для «Жизнеописания Людовика Благочестивого», но основательно его переработал63. Цен¬ тральная часть «Деяний Людовика Благочестивого» Тегана, охватывающая события 814—836 гг., вне всяких сомнений также восходит к анналам. Об этом говорит, в частности, tempus — Hist. I, 47; fol. 109v-110v — Hist. VI, 29; fol. 110v-112r — De sancto Gregorio papa Romano — Hist. X, 1; fol. 112r-114v — Hist. VII, 1 (без заголовка); fol. 114v-115r — Hist. X, 24 (без заголовка). Описание фрагмента см.: Gregorius Turonensis... P. XXXIV. 62 О «Первых Мецских анналах» подробнее см.: Hoffmann Н. Untersuchungen zur karolingischen Annalistik. Bonn, 1958; Haselbach I. Aufstieg und Herrschaft der Karolinger in der Darstellung der sogenannten Annales Mettenses priores. Lübeck; Hamburg, 1970. Также см.: SchrörN. Die Annales Mettenses Priores: literarische Form und politische Intention // Geschichtsschreibung und geistiges Leben im Mittelalter. Festschrift für Heinz Löwe zum 65. Geburtstag / Hg. K. Hauck, H. Mordek. Köln; Wien, 1978. S. 139—158; Fouracre P., Gerberding R. A. Late Merovin¬ gian France: History and Hagiography, 640—720. Manchester, 1996. P. 330-349. 63 Полного издания Муасскской хроники до сих пор не существует. Опубликован только фрагмент данного сочинения, но как раз та его часть, которая включает в себя анналы: Chronicon Moissiacense / Ed. G. H. Pertz // MGH. SS. Т. 1. P. 280-313. 64 Reginonis abbatis Prumiensis Chronicon cum continuatione Treve- rensi / Hg. F. Kurze // MGH. SS. in us. schol. Hannover, 1890. О со¬ чинении Регинона подробнее см.: Сидоров А. И. Отзвук настоящего... С. 190-224. 65 Подробнее см.: Сидоров А .И. Отзвук настоящего... С. 109—113. 137
Часть I. Труды по истории в контексте книжной культуры типично анналистическая форма организации нарратива, предполагающая использование таких выражений как «в тот же год» (ipso eodemque anno), «на следующий год» (sequenti anno). К сожалению, остается неизвестно, о каких конкретно анналах идет речь. Одна из трех каролингских рукописей «Жизнеописания Карла Великого» сохранилась в юридическом кодексе, со¬ ставленном в окружении Гинкмара Реймсского66. Сочинение Эйнхарда использовали в качестве своеобразного истори¬ ческого фона для собрания капитуляриев каролингских правителей67. «Жизнеописание» воспроизводилось вместе с завещанием, и было переписано одной рукой: очевидно, именно таким образцом располагал копиист. Однако аноним¬ ный редактор, пролистав рукопись, предписал внести в нее существенное изменение. Он приказал отрезать следующие четыре листа, содержавшие Равеннский коронационный протокол и фрагмент сочинения Бенедикта Левита (Р. 329— 336), и вшить их между завещанием (Р. 337—339) и основ¬ ным текстом «Жизнеописания» (Р. 303—328)68. Это было сделать тем легче, что завещание начиналось с новой тетради. Чтобы у переплетчиков не оставалось сомнений относительно места вшивания листов, в конце предыдущей тетради редак¬ тор сделал маргинальную пометку, написав мелким почерком: «Finita» (Р. 328). Характерно, что анналы, даже простран¬ ные не рассматривались в каролингскую эпоху в качестве произведений, подходящих для создания «исторического фона» для комплекса неисторических текстов. 66 Paris, BN lat. 10758 (вторая половина IX в., Реймс). 67 Я вполне солидарен с этим предположением, высказанным М. Тишлером: Tischler М. М. Einharts Vita Karoli... S. 1508—1509. 68 В кодексе Paris, BN lat. 10758 используется постраничная нумерация. 138
Глава 4. Франкская историческая традиция в каролингскую эпоху Однако присутствие подавляющего большинства каро¬ лингских исторических сочинений в культурном простран¬ стве эпохи было ситуативным, фрагментарным и локальным. На это указывают крайне ограниченный характер использо¬ вания различных текстов современниками, а также почти полное отсутствие собственно каролингской рукописной традиции отдельных памятников, включая наиболее важные с точки зрения современных историков произведения. На¬ пример, в пространной хронике Региона, написанной в на¬ чале X в. в самом сердце дряхлеющей Каролингской импе¬ рии, мы не встретим никаких следов знакомства ее автора с трудами Эйнхарда, Тегана, Астронома, Нитхарда, с Сен- Бертенскими, Фульдскими, равно как и другими большими каролингскими анналами. Иными словами лучшие достиже¬ ния каролингской исторической мысли были неизвестны Регинону. При описании внешнего облика и личных качеств Людовика Благочестивого Теган, по всей видимости, опи¬ рался на соответствующие главы «Жизнеописания Карла Великого» Эйнхарда. Но труд самого Тегана никто не цитировал. Астроном заимствовал у Нитхара кое-какие факты о правлении императора Людовика, что не удиви¬ тельно, поскольку оба автора принадлежали к одному кругу и почти наверняка были знакомы лично. Но это единствен¬ ный пример использования «Истории в четырех книгах» в каролингскую эпоху. О сочинении самого Астронома мы не можем сказать даже этого. Самые ранние рукописи обоих памятников датируются X в. Ко второй половине того же столетия относятся первые сохранившиеся рукописи «Сен- Бертенских анналов» и хроники Регинона69. Древнейшую из 69 «История» Нитхарда сохранилась в единственной рукописи (Paris, BN lat. 9768). Обзор рукописей « Сен-Бертенских анналов» см.: Annales Bertiniani... Р. VIII—X. Обзор рукописей «Жизнеописания 139
Часть I. Труды по истории в контексте книжной культуры известных сегодня копий «Фульдских анналов» сделали около 900 г.70 Рукописная традиция сочинения Тегана не прослеживается раньше XI в.71 Примеров подобного рода можно было бы привести еще немало. Итак, с конца VIII в. в условиях создания и стремитель¬ ного расширения Каролингской империи происходит суще¬ ственный рост самосознания франкских элит. Это выража¬ лось, в частности, в стабильном интересе к прошлому своего народа. Первые убедительные попытки консолидировать франкскую историческую традицию, не только письменную, но и устную, предпринимаются при Карле Великом. С этого времени сочинения по франкской истории часто встречают¬ ся в книжных собраниях — королевских, монастырских, епископальных, персональных. На протяжении следующего столетия обращение к собственному историческому наследию происходило у франков более или менее постоянно, но в раз¬ ных частях империи этот процесс протекал неравномерно и разнонаправлено. В наиболее полном виде «национальная» историческая традиция была аккумулирована во второй половине IX в. в западной части франкского мира — при дворе Карла Лысого. Позднее ее главными хранителями оказались Реймс Людовика Благочестивого» Астронома см.: Thegan. Die Taten Kaiser Ludwigs... S. 123—133. О рукописной традиции хроники Регинона под¬ робнее см.: Reginonis Chronicon... P. XI—XV. 70 Leipzig, Stadtbibliothek Rep. II 4 129a. P. МакКиттерик дати¬ рует рукопись последней четвертью IX в: McKitterick R. History and Memory... P. 34—35. По мнению Д. Гэнца, ее следует отнести к рубе¬ жу IX—X вв. Свою точку зрения он изложил в подробной рецензии на книгу МакКиттерик. Рецензия доступна по ссылке: http: //www.history. ac.uk/reviews/review/474. 71 Обзор рукописной традиции сочинения Тегана см.: Thegan. Die Taten Kaiser Ludwigs... S. 31—40. 140
Глава 4. Франкская историческая традиция в каролингскую эпоху и Сен-Медард — два крупнейших религиозно-политических центра, тесно связанные с королевским двором. Из всего обширного историографического наследия наибольший интерес у нескольких поколений каролингских читателей вызывала «Книга истории франков», несомненно, в силу универсальности своего содержания, охватывавшего период от происхождения франков (троянский миф) до становления государственности и возвышения Каролингов. Можно определенно говорить, что на протяжении всей каролингской эпохи «Книга» оставалась для франков базо¬ вым сочинением по «национальной» истории. Следом за ней по степени популярности шли «История франков» Григория Турского и «Хроника» Псевдо-Фредегара и его Продолжа¬ телей. В конце VIII—IX вв. границы между тремя текстами оказались очень размытыми. Их нередко объединяли под общим заголовком, а если указывали авторство, то приписы¬ вали его (зачастую ошибочно) Григорию Турскому. В позднекаролингскую эпоху к этому своеобразному историографическому «триумвирату» добавились еще два исторических сочинения: «Анналы королевства франков» и «Жизнеописание Карла Великого» Эйнхарда. Не будет большим преувеличением сказать, что познания в области «национальной» истории, имевшиеся у образованного франка второй половины IX в., так или иначе восходили к пяти про¬ изведениям, названным выше. Известность всех остальных сочинений носила сугубо локальный характер.
ГЛАВА 5 Исторические кодексы каролингской эпохи В предыдущей главе мы уже упоминали о некоторых комби¬ нированных исторических кодексах каролингского времени. Остановимся на этом сюжете более подробно. Насколько можно судить по состоянию рукописной традиции, представ¬ ление о том, что можно создавать компендиумы, объединяя в них произведения схожей тематики, оформляется в кругах каролингских эрудитов только во второй половине VIII в., даже ближе к концу столетия. Вероятно, это было следстви¬ ем, с одной стороны, заметного оживления интеллектуальной активности, а с другой — возросшей потребности в том, чтобы иметь под рукой значительно большее количество сочинений, чем раньше. Каролингский минускул позволял экономить пергамент и помещать на том же самом количе¬ стве страниц существенно больший объем информации. Для современного исследователя компилятивные кодексы инте¬ ресны прежде всего тем, что позволяют наглядно увидеть, какие именно произведения представлялись составителям тематически близкими, а также какое отношение к прошлому и, соответственно, к настоящему скрывалось за такой ком¬ бинацией текстов. От рассматриваемого периода сохранилось около двух десятков исторических компендиумов, включая несколько более поздних копий, сделанных с каролингских оригиналов и подвергшихся лишь незначительной трансформации. Они объединяют от двух до шести текстов, а по своему содер¬ жанию довольно условно делятся на три группы: книги, посвященные собственно истории франков; книги, рассказы¬ 142
Глава 5. Исторические кодексы каролингской эпохи вавшие о древней истории человечества, а также об истории народов, не входивших в орбиту франкского мира; книги, объединявшие труды по истории франков и сочинения по истории других народов. Больше всего каролингских кодексов относилось к первой группе. В Лорше и Эхтернахе «Историю франков» Григория Турского продолжили «Хроникой» Псевдо-Фредегара (Hei¬ delberg, Universitätsbibliothek. Cod. Pal. lat. 846, ок. 800 г., Лорш; Paris, BN lat. 9765, IX в., Эхтернах?). В Реймсе к хронике присоединили Продолжателей Фредегара, пере¬ работанные «Лоршские анналы» и «Анналы королевства франков» (Vatican, Reg. Lat. 213, ок. 900, Реймс). В Лорше (Vatican, Pal. Lat. 966, 790-е гг.) «Книгу истории франков» дополнили «Малыми Лоршскими анналами». В Париже за «Книгой истории франков» следуют Продолжатели Фреде¬ гара и «Анналы королевства франков» (Paris, BN lat. 10911, первая треть или вторая четверть IX в., Люттих или Париж). Парижский кодекс сегодня считается одним из клю¬ чевых исторических компендиумов IX в., в котором, как полагают некоторые исследователи, наглядно отражался процесс формирования групповой идентичности франкских элит. Такая комбинация текстов будто бы излагала историю триумфального восхождения Каролингов, одновременно по¬ мещая ее в контекст истории королевства, с одной стороны, происхождения франков от троянцев и римлян — с другой1. Не оспаривая данную точку зрения, хотелось бы высказать некоторые дополнительные соображения. Сочетание «Кни¬ ги истории франков», продолжения хроники и «Анналов ко¬ 1 McKitterick R. History and Memory... P. 15—19. См. также: Reimitz H. The social logic of historiographical compendia in the Carolin- gian period // Herméneutique du texte d’histoire... P. 22—23. Описание рукописи см.: Tischler М. М. Einhatrs Vita Karoli... S. 1156—1158. 143
Часть I. Труды по истории в контексте книжной культуры ролевства франков» действительно позволяло охватить, по сути, всю многовековую историю франков, причем сделать это с минимальными усилиями — путем простого объедине¬ ния всего трех произведений. Но в свете других компиляций, упомянутых выше, парижский кодекс не выглядит столь уж оригинальным. У всех компендиумов имеется нечто общее. Их структура наглядно демонстрирует пристальное внима¬ ние составителей не столько собственно к истории франков, сколько к continuatio temporum, непрерывному исчислению времени. Проблема ориентации во времени становилась особенной актуальной по мере осознания того, что послед¬ ний «шестой век» земной истории человечества уверенно движется к своему окончанию. Ориентироваться в потоке линейного времени средневековый человек мог, только опираясь на знаковые события, которые вплетались в ткань исторической памяти. К таковым относились стихийные бедствия, войны, восхождение на престол или смерть пра¬ вителей, смерть пап, аббатов, епископов и пр. Именно это обстоятельство, в частности, способствовало становлению и стремительному развитию так называемых пасхальных и малых каролингских анналов, содержание которых лишь с известной долей условности можно отнести к историопи- санию. Многие компендиумы представляли собой явление того же порядка. Было бы неправильно сводить их только к «исторической» составляющей, не учитывая их специфи¬ ческой темпоральной природы. Позднекаролингские исторические сочинения аналогич¬ ным образом встраивались в хронологические нарративные цепочки. Так, в Лорше «Жизнеописание Карла Великого» Эйнхарда предшествует одной из версий «Анналов королев¬ ства франков» (т. н. «Annales qui dicuntur Einhardi») (Wien, Österreichische Nationalbibliothek, Cod. 510, около 1000 г. или X в., Лорш?). А в Суассоне «Анналы» Флодоарда пере¬ 144
Глава 5. Исторические кодексы каролингской эпохи писали сразу после «Истории в четырех книгах» Нитхарда (Paris, BN lat. 9768, X в., Сен-Медард или Сен-Рикье). Встречаются и более сложные компиляции, но их было ничтожно мало, и появляются они не ранее последней тре¬ ти IX в. В кодексе из Сент-Аманда за «Liber pontificalis» идут фрагмент «Книги истории франков» (рассказываю¬ щий о троянском происхождении франков), продолжение хроники Псевдо-Фредегара (до смерти Карла Мартелла в 741 г.), «Анналы королевства франков» (741—829 гг.), фрагмент «Жизнеописания Карла Великого» Эйнхарда (рассказ о женитьбе Карла на Хильдегарде), генеалогия св. Арнульфа Мецского и краткая история франков от про¬ исхождения народа до правления Людовика Благочестивого (Wien, Österreichische Nationalbibliothek, lat. 473, 870-е гг., Сент-Аманд). Вероятно, этот кодекс в своей основе генеало¬ гически восходит к упомянутому выше Paris, BN lat. 10911, поскольку демонстрирует ту же последовательность трех ключевых текстов («Книги истории франков», продолжения хроники Псевдо-Фредегара и «Анналов королевства фран¬ ков») с аналогичным количеством чистых листов между ними. Считается, что он был создан для легитимации захва¬ та Лотарингии Карлом Лысым в 869 г., был ориентирован на элиты, связанные с Сент-Амандом, Майнцем, Туром, Флери, Реймсом и Корби, усиливал историческую леги¬ тимацию власти Каролингов и одновременно акцентировал их связь с Римом2. Однако данные палеографии заставляю 2 Подробнее см.: Reimitz H. Ein fränkisches Geschichtsbuch aus St. Amand: der Cvp 473 // Text, Schrift und Codex. Quellenkundliche Arbeiten aus dem Institut für Österreichische Geschichtsforschung / Hg. Ch. Egger, H. Weigl. Wien, 2000. S. 34—90. См. также: Reimitz H. The social logic of historiographical compendia... P. 23—25; McKitterick R. History and Memory... P. 215—217. 145
Часть I. Труды по истории в контексте книжной культуры относиться к этой точке зрения осторожно, по крайней мере в отношении датировки3. К тому же типу исторических кодексов относится и про¬ странная компиляция X в., теснейшим образом связанная с каролингской традицией и наиболее последовательно ее воплотившая. Она объединяет «Книгу истории франков», Продолжателей Фредегара, Краткие Баварские анналы (добавленные позднее на пустые страницы), «Анналы королевства франков», «Жизнеописание Карла Великого» Эйнхарда, «Жизнеописание Людовика Благочестивого» Астронома и «Генеалогию правителей франков» (Санкт- Петербург, РНБ, MS lat. F.v.IV.4, первые десятилетия X в., Сен-Медард, Суассон). Как и упомянутая выше компиляция из Сент-Аманда, она генеалогически связана с Paris, BN lat. 10911, а скопирована могла быть с кодекса, изготовленного при дворе Карла Лысого. Считается, что данный компендиум переписан и дополнен в интересах гра¬ фа Хериберта II Вермандуа, который претендовал на соз¬ дание влиятельного политического центра между Реймсом и Суассоном и стремился позиционировать себя в качестве правителя, равного поздним Каролингам4. Однако здесь также отчетливо просматривается внимание к проблеме continuatio temporum — не только со стороны составите¬ лей данной компиляции, но и со стороны ее позднейших 3 По мнению Д. Гэнца, крупнейшего специалиста в области ка¬ ролингской палеографии, кодекс следует датировать серединой IX в. Своими соображениями относительно датировки рукописи профессор Гэнц поделился со мной в частном письме от 23.01.2014. 4 Подробнее см.: Reimitz Н. The social logic of historiographi¬ cal compendia... P. 25—27. Обстоятельное описание рукописи см.: Tischler М. Einharts Vita Karoli... S. 1167—1177; Tremp E. Überlieferung der Vita Hludowici... S. 50—53. 146
Глава 5. Исторические кодексы каролингской эпохи редакторов, вписавших на пустые страницы (fol. 35r-36v) так называемые «Баварские анналы». Последние представ¬ ляют собой перечень дат (532—811 гг.) с редкими и очень краткими записями меморативного характера. Их инфор¬ мативная ценность минимальна и полностью перекрывается содержанием соседних текстов. Следовательно, редакторов интересовали не столько записи, сколько сама таблица, вос¬ ходившая ко временам сыновей Хлодвига, поскольку она хронологически соединяла меровингскую и каролингскую эпохи, а также к началу второго большого пасхального цикла Беды. Комбинированные кодексы по древней истории и/или по истории народов нефранкского мира, составляют вторую по численности группу. В них интерес к проблеме continuatio temporum выражен даже более отчетливо. В каталоге библиотеки Райхенау описана книга, объ¬ единявшая хронику Евсевия в переработках Иеронима и Проспера, хронику Кассиодора, хронику Иеронима, хронику Меллита, а также «Церковную историю» Беды с выдержками из хроники Исидора и вдобавок еще некую краткую хронику (chronica brevis)3. В списке книг библиоте¬ ки Санкт-Галлена упомянут кодекс, включавший сочинение Юлия Цезаря, «Шесть возрастов мира», трактат епископа Эббона о восьми главных грехах и страсти св. Эммерамма6. В книжном собрании Лорша хранился манускрипт, в кото¬ 5 Becker G. Catalogi... P. 20. Очевидно, эту книгу из библиотеки Райхенау можно идентифицировать с парижским кодексом Paris, BN lat. 4860 (первая половина IX в., Райхенау). Помимо перечисленных сочинений, мы находим в нем «Series breuis de sex aetatibus mundi» (fol. 90r-v), а также краткие «Annales Wirziburgenses» (fol. 91г-93г). Видимо один из этих текстов составитель каталога назвал «Chronica brevis». 6 St. Gallen, Stiftsbibliothek, Cod. 267. P. 32. 147
Часть I. Труды по истории в контексте книжной культуры ром, судя по описанию, «Хроника» Евсевия и Иеронима была дополнена «Хроникой» Беды7. В лейденском кодексе (Leyden, Bibliotheek der Rijks- universieit. Voss. lat. Q. 20), изготовленном в Type в первой половине IX в., за сочинением Курция Руфа следовали «Деяния Александра Великого» Юлия Валерия, переписка Александра с царем Диндимом, письмо Александра к Ари¬ стотелю о положении Индии, фрагмент «Истории» Орозия и фрагмент хроники Исидора Севильского. Составители этих и подобных им сборников преследова¬ ли цель дать своим читателям хоть сколько-нибудь связное и хронологически упорядоченное изложение истории от глубокой древности до современности с акцентом на тех или иных сюжетах. Самым ранним примером объединения франкских и не- франкских сочинений можно считать лоршский манускрипт (Paris, BN lat. 7906, ок. 780 г.), который включает в себя неполный текст «Энеиды», «Историю о разрушении Трои» Дарета Фригийского и фрагмент «Книги истории франков»8. Он является убедительным свидетельством интереса франк¬ ских читателей к мифу о троянском происхождении своего народа. Этот интерес фиксируется достаточно рано и на протяжении всего каролингского периода остается одним из ключевых факторов формирования франкской идентичности. Убедительные свидетельства тому мы находим и на закате каролингской эпохи. Так, в конце IX в. предположительно по распоряжению архиепископа Фулко Реймсского «Книгу истории франков» дополнили анонимной «Excidium Troiae» 7 Becker С. Catalogi... P. 83, 137. 8 Об этой рукописи подробнее см.: Cerberding R. A. Paris, Biblio¬ thèque Nationale latin 7906: an unnoticed very early fragment of the Liber Historiae Francorum // Traditio. 1987. № 43. P. 381—386. 148
Глава 5. Исторические кодексы каролингской эпохи и «Первыми Мецскими анналами» (London, BL MS Arundel 375, Реймс?)9. Иные кодексы, которые мы условно относим к третьей группе, не столько объединяют историю франков и других народов, сколько показывают, какое место занимает «время франков» в потоке мирового времени. В кодексе из Лорша (Vatican, Pal. Lat. 243, III фрагмент, ок. 900 г или первой половины X в.) «Малые Лоршские анналы» (fol. 55г-61г), обрамлены, с одной стороны, фрагментом большой хрони¬ ки Беды (fol. 52r-55r: De temporum ratione libri ex capitulo LXVI excerptum), а с другой — списком франкских королей от Хлотаря II (ум. 629 г.) до Лотаря I (ум. 855 г.) (fol. 61г) и дополнены различными проповедями10. В книжном со¬ брании Санкт-Галлена описан кодекс, в котором анонимные «Gesta Francorum» (предположительно «Книга истории франков») соседствуют с некими «Chronicae diversorum temporum»11. В 870—880 гг. в Реймсе, вероятно, при активном уча¬ стии архиепископа Гинкмара, была создана одна их первых пространных компиляций, которая объединила собственно римскую и франкскую историю. В нее вошли «Римская исто¬ рия» Евтропия, «Хроника» Марцеллина Комита, «История франков» Григория Турского, IV книга «Хроники» Псевдо- Фредегара и его Продолжателей (до 24 главы), «Анналы 9 Об этой рукописи подробнее см.: Неп Y. Canvassing for Charles: The Annals of Metz in Late Carolingian Francia // Zeit und Vergangen¬ heit in fränkischen Europa / Hg. R. Corradini, H. Reimitz. Wien, 2010. S. 121-128. 10 Ватиканский кодекс состоит из трех отдельных частей. Первая и вторая созданы во второй половине IX в. Третья датируется временем около 900 г. или первой половиной X в. Историко-хронологический блок находится в третьей части на fol. 52r֊61r. 11 St. Gallen, Stiftsbibliothek. Cod. 728. P. 12. 149
Часть I. Труды по истории в контексте книжной культуры королевства франков» и «Сен-Бертенские анналы». Компи¬ ляция сохранилась в более поздней копии (St.-Omer, Biblio¬ thèque munie. 697+706, ок. 900 г. или X в., Сен-Вааст)12. К северу от Альп это едва ли не единственный пример широкой интеграции франкской истории в историю всемир¬ ную, которая реализуется не в форме авторской переработки нескольких произведений, а в виде создания пространного составного кодекса13, объединяющего фрагменты разных сочинений14. Он свидетельствует о постепенной трансфор¬ мации исторических воззрений у части франкских элит, что выражалось в стремлении к изменению временных и терри¬ ториальных границ «национальной» идентичности. Понадобится еще примерно два столетия, прежде чем эта тенденция обретет законченный вид и станет обычным явлением. Так, в компилятивном кодексе лотарингского про¬ исхождения (Paris, BN lat. 15425, XII в.) сочинения Эйнхар¬ да, Тегана и «Анналы королевства франков» (fol. 105v-143r) предваряются «Эпитомой Помпея Трога» Юстина (fol. lv- 67v) и трактатом Сенеки «О благодеяниях» (fol. 68r-105v), 12 См.: McKitterick R. History and Memory... P. 50—51. 13 На уровне авторских текстов аналогичная тенденция, но лишь до известной степени прослеживается во всемирной хронике Адона Вьен- ского (866—869 гг.) (Adonis Viennensis. Chronicon // PL. Т. 123. Paris, 1879. Р. 20—138) и в хронике Регинона (908 г.). 14 Представление о том, что история германских народов является полноправной частью всемирной истории, раньше всего оформилось в Италии. Подтверждением тому является так называемый веронский «Florilegium», составленный около 800 г. и разделенный ныне на четы¬ ре фрагмента. Рукопись представляла собой пространную компиляцию объемом не менее 257 фолио и включала в себя фрагменты сочинений Юстина, Евтропия, Евсевия-Иеронима, Исидора, Иордана и Павла Диакона, дополненные комментариями Иеронима на пророчество Да¬ ниила и цитатами из Книги царств. Об этом кодексе подробнее см.: McKitterick R. History and Memory... Р. 52—57. 150
Глава 5. Исторические кодексы каролингской эпохи а замыкаются письмом Александра к Аристотелю о положе¬ нии Индии (fol. 143r-144v). В кодексе из Нижней Норман¬ дии (Paris, BN lat. 4877, XII в., Савиньи?) «Жизнеописанию Карла Великого» Эйнхарда (fol. 141r-150v) предшествуют «История против язычников» Павла Орозия (fol. 2r-95v) и «История лангобардов» Павла Диакона (fol. 96r-141r), а следуют «Жизнеописание Александра Македонского» (т. н. эпитома Юлия Валерия) (fol. 130v-161v) и письмо Александра к Аристотелю (fol. 161v-167v). Своеобразная антикизация коснулась и упоминавшегося выше парижского кодекса (Paris, BN lat. 10911). В XII в. на пустые страницы между «Книгой истории франков» и «Анналами королевства франков» поместили небольшой фрагмент из римской исто¬ рии времен Гальбы и Веспасиана (fol. 52v-53r) и все то же письмо Александра об Индии (fol. 53r-55v). Характерно, что во всех трех кодексах исторические сочинения древних авторов располагаются вперемешку с франкскими текстами, а не предшествуют им, как можно было бы ожидать. Парижский манускрипт особенно нагляд¬ но показывает, что это не случайное совпадение, но вполне сознательное решение позднейших редакторов. Пространные исторические компиляции в IX в. были редкостью и ни в коей мере не определяли основного содер¬ жания исторической культуры эпохи, оставаясь локальным явлением. Их ограниченное количество и концентрация на небольшой территории вокруг нескольких центров, тесно связанных с королевским двором, позволяют предпола¬ гать, что эти книги, представлявшие собой более или менее оригинальную историографическую конструкцию, предна¬ значались не для широкой пропаганды, ориентированной вовне, а прежде всего для внутреннего использования, для консолидации близких к трону групп франкской знати вокруг довольно ограниченного набора исторических мифов. 131
Часть I. Труды по истории в контексте книжной культуры Трудно сказать, насколько эффективно эти компендиумы решали стоявшие перед ними задачи. Изучение состояния исторической традиции во Франкском королевстве второй половины VIII — начала X в. позволяет предполагать, что образованные франки предпочитали знакомиться с прошлым, как правило, путем чтения отдельных книг по истории, не важно, были они написаны древними или современными авторами.
ЧАСТЬ II ОСВОЕНИЕ ИСТОРИЧЕСКОЙ ТРАДИЦИИ В КАРОЛИНГСКУЮ эпоху
Форма, характер и глубина освоения и, как следствие, широта распространения конкретно¬ го исторического сочинения зависела в первую очередь от интереса, который он объективно вы¬ зывал у читателей. Следовательно, важно понять, чем именно он привлекал внимание аудитории, а также как именно его прочитывали современни¬ ки и потомки, жившие в существенно иных исто¬ рических, социальных и культурных условиях. Под аудиторией я понимаю тех людей, которые не только читали (слушали) различные тексты, но которые работали с ними, а также рефлексиро¬ вали по поводу прочитанного (услышанного) и в той или иной форме фиксировали свою реакцию на полученную информацию. 155
ГЛАВА 6 От основного текста к пометам на полях Самым убедительным, а нередко и единственным вы¬ ражением читательского интереса можно считать марги¬ налии — различного рода комментарии, пометы и глоссы, оставленные позднейшими читателями конкретной рукописи на полях или между строк основного текста. Маргиналии делают предельно наглядным сам процесс чтения. Именно в этом я усматриваю основную эвристическую ценность столь массового и в высшей степени хаотичного материала, который с большим трудом и только до известных пределов поддается систематизации. Разумеется, сама природа маргиналий была неоднород¬ ной и зависела от конкретных задач, которые стояли перед средневековыми читателями. Львиную долю составляли пометы технического характера. Они восполняли пропуски, а также исправляли неточности и ошибки, допущенные при переписке и обнаруженные внимательными читате¬ лями. Такого рода редакторская и корректорская правка могла происходить на протяжении столетий и встречается едва ли не в каждой рукописи. Однако ниже речь пойдет о пометах совсем иного рода, а именно, о тех, что имеют непосредственное отношение собственно к нарративу, явля¬ ются своеобразным комментарием по поводу сути прочи¬ танного и/или каким-либо иным образом взаимодействуют с текстом. Нередко одни и те же люди редактировали текст и оставляли содержательные комментарии. Но все же сде¬ лать такое разделение необходимо. В противном случае ис¬ следование рискует утратить четкость границ. 156
Глава 6. От основного текста к пометам на полях Ученые обратились к столь специфическому корпусу ис¬ точников, какими являются маргиналии, еще в конце XIX в. За последние сто лет появилось немало солидных академи¬ ческих изданий собраний глосс, обнаруженных в средневе¬ ковых рукописях. Но долгое время исследования маргиналий не выходили за рамки традиционной лексикографии. Еще и сегодня они нередко ограничиваются почти исключительно уточнением латинских синонимов и сопоставлением староан¬ глийских или старогерманских глосс с основным латинским текстом для максимально точного определения значения от¬ дельных слов и выражений. Этот подход нашел отражение в трудах Р. Дероле, В. Линдси, Е. Штайнмайера, Г. Мерит- та, Е. Сиверса, Л. Гооссенса, Дж. Файфера, П. Вачиаго1. Поворотным моментом в изучении маргиналий можно считать работу Дж. Виланда2. Ученый впервые предложил комплексную методику изучения заметок на полях и показал, 1 Die althochdeutschen Glossen / Hg. von E. Steinmeyer und E. Sievers. 5 Bd. Bedin, 1879—1922; The Corpus Glossary / Ed. by W. M. Lindsay. Cambridge, 1921; Lindsay W. M. Studies in Early Me¬ dieval Latin Glossaries. Aldershot, 1996; Derolez R. Zu den Briisseller Aldhelmglossen // Anglia. 1956. № 74. P. 153—180; Anglo-Saxon Glossography: Papers Read at the International Conference Held in the Koninklijke Academie voon Wetenschappen Letters en Schone Kunsten van Belgie, Brussels, 8 and 9 September 1986 / Ed. by R. Derolez. Brussels, 1992; Old English Glosses: a Collection / Ed. by H. D. Meritt. New York, 1945 (второе издание: New York, 1971); The Old English Pru¬ dentius Glosses at Boulogne-sur-Mer / Ed. by H. D. Meritt. Stanford, 1959; Meritt H. D. Some of the Hardest Glosses in Old English. Stanford, 1968; Old Endlish Glosses in the Epinar — Erfurt Glossary / Ed. by J. D. Pheifer. Oxford, 1974; Coossens L. The Old English Glosses of MS Brussels, Royal Library 1650 (Aldhelm’s De laudibus virginitatis). Brus¬ sels, 1974; Vaciago P. Old English Glosses to Latin Texts: a Bibliographical Handlist // Medioevo у Rinascimento. New Series. 1993. № 4. P. 1—67. 2 Wieland G. R. The Latin Glosses on Arator and Prudentius in Cambridge University Library, MS Gg.5.35. Toronto, 1983. 157
Часть II. Освоение исторической традиции в каролингскую эпоху что они позволяют довольно точно установить способ быто¬ вания конкретного литературного памятника в данное время и в данном месте. Автор описал и проанализировал латинские глоссы в рукописи с сочинениями Аратора и Пруденция, а также выявил их разнообразные функции. Исследователь пришел к выводу, что подавляющее большинство маргиналий было направлено прежде всего на филологическое понима¬ ние текста. Напротив, глосс, которые бы интерпретировали античные памятники в духе библейской экзегетики, практи¬ чески не оказалось. Виланд убедительно доказал, что данная конкретная рукопись с бесчисленными пометами читателя принадлежала школьному учителю и предназначалась для преподавания латыни. Более того, содержание пометок и их расположение на странице позволило наглядно пред¬ ставить себе, как именно проходил урок латинского языка в англосаксонской школе XI в. К сожалению, эта во многих отношениях новаторская работа осталась почти незамечен¬ ной профессиональным сообществом, возможно, потому, что была написана не ко времени — подлинный ренессанс в данном исследовательском домене наступит только спустя полтора десятилетия. С 1990-х гг. интерес к маргиналиям как самостоятельно¬ му типу источников стал особенно заметным. Более того, их изучение приобрело ярко выраженный полидисциплинарный характер. Рисунки на полях привлекли внимание искусство¬ ведов3. Глоссы в философских, литературных, юридических и библейских текстах вызвали живой интерес философов, лингвистов и филологов4. Объектом особенно углубленного 3 Camille M. Image on the Edge: The Margins of Medieval Art. London, 1992. 4 Caiazzo I. Lectures medievales de Macrobe. Paris, 2002; Dut¬ ton P. E. The Glosae super Platonem of Bernard of Chartres. Toronto, 1991; 158
Глава 6. От основного текста к пометам на полях изучения (в немалой степени из-за солидной источниковой базы) стали маргиналии в ранних печатных книгах, прежде всего британских5. Исследования У. Слайтса, X. Джексон, У. Шермана и других англо-американских филологов позво¬ лили под другим углом посмотреть на культуру чтения евро¬ пейца эпохи Ренессанса и Нового времени, экстенсивную по своей природе, а также выявить важную коммуникативную и социализирующую роль книги в данный период6. За последние полтора десятка лет маргиналии стали ма¬ гистральной темой по меньшей мере двух крупных между¬ народных конференций. Одна из них состоялась осенью 1998 г. в Эриче в рамках международной школы по изуче¬ нию письменности. Ее участники рассматривали пометки на полях литературных и философских произведений прошлого с филологических, палеографических и кодикологических Glosses and Commentaries on Aristotelian Logical Texts: The Syryac, Arabic and Medieval Latin Traditions / Ed. C. Burnett. London, 1993; De Hamel C. F. R. Glossed Books of the Bible and the Origins of the Paris Book Trade. Woodbridge; Suffolk, 1984. 5 Речь идет о богатейших фондах Хантингтонской библиотеки (Сан-Марино, Калифорния). Сегодня здесь хранится около семи с по¬ ловиной тысяч книг, изданных между 1475 и 1640 г. Примерно пятая их часть содержит маргиналии читателей XVI—XVIII вв. Это собрание стало предметом изучения целой группы американских филологов, прежде всего тех, что связаны с Йельским университетом. 6 Rosenthal В. М. The Rosenthal Collection of Printed Books with Manuscript Annotations. New Haven, 1997; Slights W. Managing Readers. Printed Marginalia in English Renaissance Books. Michigan, 2001; Jackson H. J. Marginalia: Readers Writing in Books. Yale, 2002; Jackson H. J. Romantic Readers: The Evidence of Marginalia. New Haven, 2005; Sherman W. H. Used Books: Marking Readers in Renais¬ sance England. Philadelphia, 2008; Karr S. Constructions both sacred and profane: Serpents, angels, and pointing fingers in Renaissance books with moving parts // Yale University Library Gazette. April 2004. № 78:3—4. P. 124-127. 159
Часть II. Освоение исторической традиции в каролингскую эпоху позиций7. Они отметили двоякую роль маргиналий: центро- стремительую, интегративную и экзегетическую, с одной стороны; центробежную, удаляющую от текста и разбива¬ ющую его структуру, с другой8. Логическим продолжением развития данной темы стал международный коллоквиум, состоявшийся в Варбурге весной 2001 г. Его участники, с одной стороны, сконцентрировались на маргиналиях в на¬ учных и философских текстах, а с другой — обратились к сочинениям, написанным не только по латыни, но также на греческом, арабском, сирийском и еврейском, т. е., на основных языках науки в средиземноморском регионе9. Сегодня в маргиналиях все больше видят оригинальный способ организации пространства основного текста, спон¬ танную реакцию читателей на прочитанное, точку отсчета для развития читателем собственных идей, отражение вне¬ текстовых реалий, а также фиксацию реального научного опыта конкретных людей — врачей, инженеров, алхимиков и т. д. Работа постоянно продолжается, более того, обретает научно-популярную форму и выходит в массы, что можно расценивать как широкое признание ее значимости. В этом смысле показательным примером является масштабная экс¬ позиция рукописей и печатных книг с характерным назва¬ нием «Размышления на полях: маргиналии в изображении и тексте 800—1800», которая в 2015 г. прошла в Библи¬ отеке герцога Августа в Вольфенбюттеле10. Организаторы 7 Talking to the Text: Marginalia from Papyri to Print / Ed. V. Fera, G. Ferrau, S. Rizzo. 2 Vols. Messina, 2002. 8 Ibid. Vol. 2. P. 980. 9 Scientia in margine. Etudes sur les marginalia dans les manuscrits scientifiques du Moyen Age a la Renaissance / Ed. D. Jacquart et Ch. Bur¬ nett. Geneve, 2005. 10 О выставке «Gedanken am Rande. Marginalien im Bild und Text 800—1800» подробнее см. на сайте Библиотеки герцога Августа: 160
Глава 6. От основного текста к пометам на полях постарались показать все многообразие маргиналий в их полифункциональности, акцентировали их самостоятельную значимость, не уступающую основному тексту, а также продемонстрировали их исключительную ценность для раз¬ личных социально-исторических исследований. В отечественной науке интерес к пометам читателей на полях средневековых рукописей обозначился лишь в послед¬ ние годы. К маргиналиям обращаются в контексте изучения различных социокультурных практик, рукописной традиции отдельных памятников, а также истории конкретных текстов, их создания, бытования и использования в разные периоды времени. Объектами исследования стали хронографические записи XII—XVI вв. на полях компилятивного кодекса астрономического содержания11, маникулы в манускрипте XV в. с текстом популярного дидактического трактата12, грамматические, содержательные и смысловые ошибки в сводах декретального права XII—XIV вв.13, даже рисунок http://www.hab. de/de/home/museum-kulturprogramm/ausstellungen / hab - gedanken - am - rande - marginalien - in - bild - und - text -800-1800. html. 11 Филиппов И. С. Анналы Сен-Виктор-де-Марсель: история текста // Люди и тексты. Исторический источник в социальном измерении / Отв. ред. М. С. Бобкова. М., 2011. С. 140—158. Сен-Викторские анналы являют собой наглядный пример того, что маргинальные записи иногда выступают в качестве самостоятельного произведения и могут быть вовсе не связаны с основным текстом рукописи. 12 Крылова Ю. П. Читатель и маникулы (О маргиналиях рукописи 1693 из Национальной библиотеки Франции) // Пространство руко¬ писи. От формы внешней к форме внутренней / Под ред. О. И. Того- евой, И. Н. Данилевского. М., 2010. С. 91—104. 13 Казбекова Е. В. Читатели XIII—XV вв. и их отношение к ошиб¬ кам в сводах декретального права // Человек читающий: между реаль¬ ностью и текстом источника / Под ред. О. И. Тогоевой, И. Н. Дани¬ левского. М., 2011. С. 136—162. 161
Часть II. Освоение исторической традиции в каролингскую эпоху на полях журнала секретаря гражданского суда XV в.14 Среди отечественных историков медленно, но верно форми¬ руется представление о важности маргиналий как ценного источника для изучения самых разных проблем средневеко¬ вой истории13. Несомненным подтверждением тому является и Круглый стол «Маргиналии в средневековых рукописях. Практики чтения и культура текста», который состоялся в Институте всеобщей истории РАН в октябре 2014 г.16 Говорить о выделении этой проблематики в самостоятельное направление академических штудий пока не приходится, но начало положено. В целом можно констатировать, что в профессиональном сообществе, по образному выражению В. Слайтса, проис¬ ходит явное смещение интереса от истории книги к истории страницы17. Однако исторические сочинения прошлого уди¬ вительным образом продолжают оставаться «на обочине» этого мощного интеллектуального движения. О маргиналиях в контексте средневекового историопи- сания заговорили во второй половине прошлого века. Ра¬ 14 Тогоева О. И. «Портрет» Жанны д’Арк на полях журнала Кле¬ мана де Фокамберга // Пространство рукописи... С. 67—90. 15 В частности, И. С. Филиппов обратил внимание коллег на про¬ блему маргиналий как самостоятельной группы источников в рамках российско-французской конференции, которая состоялась в МГУ летом 2010 г. Подробнее см.: Филиппов И. С. Рукописи не горят: Проблема реконструкции погибших архивов и возможности расши¬ рения базы источников по истории Средневековья // Как мы пишем историю? / Отв. ред. Г. Гаррета, Г. Дюфо, Л. А. Пименова. М., 2013. С. 196-233, здесь: 223-233. 16 Материалы Круглого стола под редакцией А. И. Сидорова и М. С. Бобковой готовятся к печати в ежегодном альманахе «Люди и тексты», который выпускается Центром истории исторического знания ИВИ РАН. 17 Slights W. Managing Readers... P. 6. 162
Глава 6. От основного текста к пометам на полях зумеется, речь не шла о том, чтобы сделать заметки на полях самостоятельным объектом изучения, но исследовательский интерес обозначился вполне отчетливо. Так, Э. Грэнсден опи¬ сала систему специальных символов, которыми пользовались некоторые средневековые авторы, в частности, Матвей Па¬ рижский18. Б. Гене видел в пометах на полях один из приемов (наряду с оглавлением и нумерацией страниц), с помощью которых авторы облегчали читателям поиск определенных сюжетов19. Однако и по сей день медиевисты не уделяют маргиналиям сколько-нибудь значительного внимания. Если их и привлекают, то скорее в качестве вспомогательного ма¬ териала для исследования иных сюжетов20. 18 Cransden A. Historical Writing in England. London, 1974. P. 364. См. также вклейку Plate IX. Матвей использовал определенные ри¬ сунки для повторяющихся сюжетов, чтобы облегчить читателю поиск нужных фрагментов. Например, коронация очередного правителя обо¬ значалась короной и щитом; вступление в сан епископа — митрой и по¬ сохом; перевернутый посох символизировал рассказ о смерти епископа, а перевернутый щит указывал на сообщение о смерти аристократа. По мнению исследовательницы, рисунки Матвея, исполненные с большим мастерством, и, строго говоря, уникальные для средневекового истори- описания, должны были также развлекать читателя, подстегивать его интерес к повествованию и стимулировать воображение. 19 Гене Б. История и историческая культура... С. 265—272. 20 Например, пометы на полях санкт-галленской рукописи IX в. с текстом «Истории против язычников» Павла Орозия, рассматри¬ вались в контексте филолого-лингвистических и этно-географических исследований. См.: Eisenhut H. Die Glossen Ekkeharts IV von St. Gal¬ len im Codex Sangallensis 621 (Diss. Zürich 2006). St. Gallen, 2009; Lozovsky N. Roman Geography and Enhnography in the Carolingian Empire // Speculum. 2006. № 81. P. 340—346 (325—364). Анало¬ гичным образом многочисленные глоссы на полях англосаксонской рукописи с текстом «Истории англов» Беды и «Осады Парижа» Аббона вызвали у исследователей лишь грамматический интерес. См.: Lendinara P. Anglo-Saxon Glosses and Glossaries. Aldershot, 1999. 163
Часть II. Освоение исторической традиции в каролингскую эпоху Резюмируя историографический обзор, отмечу следу¬ ющее: ранняя история маргиналий изучена довольно плохо в отношении не только исторических, но и других типов текстов. Это особенно заметно на фоне многочисленных и основательных исследований, которые хронологически от¬ носятся к концу Средневековья и началу Нового времени. Дело, однако, не только в количестве академических штудий. Было бы большой ошибкой произвольно экстраполировать выводы, сделанные на этом довольно позднем материале, на более ранние периоды. Собственно средневековые пометы на полях требуют иного исследовательского подхода. За работой читателей, к слову, весьма далекой от спонтанности, просматривается нечто большее. Перед нами уникальное свидетельство бытования оригинальной книжной культуры, существенно отличной от новоевропейской. Ниже я постараюсь показать, каковы характер, цель и содержание комментариев в разных типах исторических сочинений, которые существовали в рукописях, доступных каролингским читателям21. Читатели поздней Античности и первых веков Средневе¬ ковья, кажется, вовсе не оставляли помет на полях истори¬ ческих книг. Во всяком случае, дошедшие до нас рукописи совершенно лишены маргиналий, которые можно было 21 Я ограничусь здесь только каролингской эпохой. О читатель¬ ских практиках более позднего времени подробнее см.: Сидоров А. И. Маргиналии на полях рукописей с трудами по истории: культура текста и практики чтения в Западной Европе IX—XIII вв. // СВ. 2014. Вып. 75 (3—4). С. 214—244. Также см.: Сидоров А. И. Маргиналии на полях манускрипта, или Как в средневековом Меце читали хронику Регинона // СВ. 2009. Вып. 70 (4). С. 106-129. 164
Глава 6. От основного текста к пометам на полях бы датировать временем от второй половины V до конца VIII в.22 Отчасти это могло быть связано с самой формой 22 В качестве примера приведу, прежде всего, две очень известных и достаточно объемных рукописи с текстом «Ab Urbe condita» Тита Ливия, созданных в Италии и датируемых V в.: Paris, BN lat. 5730 (III Декада; объем 470 листов). С оцифрованной версией рукописи можно ознакомиться по ссылке: http://gallica.bnf.fr/ark:/12148/ btvlb8470112j; Wien, Österreichische Nationalbibliothek. Cod. 15 (Кн. 41—45; объем 193 листа). С оцифрованной версией рукописи можно ознакомиться по ссылке: http: //bibliotheca-laureshamensis- digital.de/view/onb_codl5. Владельческая надпись на/о/. 193v (...erti ep(iscop)i dedorostat), сделанная рукой конца VIII или начала IX в., позволяет предположить, что в это время кодекс находился в распоря¬ жении епископа Утрехта. Несколько десятилетий спустя рукопись ока¬ залась в библиотеке Лорша, одного из важнейших интеллектуальных центров Каролингской империи. В ряде случаев от позднеантичных рукописей сохранились только фрагменты. Но и в этих фрагментах мы также не встречаем помет. Например, см. фрагмент четвертой декады Тита Ливия из библиотеки Бамберга. Рукопись создана в Италии в последней четверти V в.: Bamberg, Staatsbibliothek. Msc. Class. 35a. С оцифрованной версией рукописи можно ознакомиться по ссылке: http: //bsbsbb.bsb.lrz-muenchen.de/~db/0000/sbb00000099/ images/index.html?seite=l&signatur=Msc.Class.35a. К числу истори¬ ческих сочинений, по-видимому, можно отнести и «Энеиду» Вергилия. В библиотеке Санкт-Галлена сохранились фрагменты итальянской рукописи этого сочинения (вместе с фрагментами «Эклог» и « Георги - ки»), датируемые V в. Читательские пометы в них также отсутствуют. См.: St. Gallen, Stiftsbibliothek. Cod. 1394, P. 7—49. С оцифрованной версией рукописи можно ознакомиться по ссылке: http://www.e- codices.unifr.ch/en/csg/1394. Равным образом помет лишены и сочинения франкских историков, сохранившиеся в немногочисленных докаролингских манускриптах. Например, см.: Paris, BN lat. 10910 (конец VII или начало VIII в.) с фрагментом «Истории франков» Григория Турского и оригинальной версией хроники Псевдо-Фредегара; Paris, BN lat. 17655 (конец VII в., Корби) с текстом «Истории франков» Григория Турского. С оцифрованной версией рукописи можно ознакомиться по ссылке: 165
Часть II. Освоение исторической традиции в каролингскую эпоху книги. Понятие «поля» по отношению к свитку можно использовать лишь с известной долей условности: простран¬ ство между фрагментами текста чисто технически не очень удобно использовать для помет. Правда, в позднеантичных кодексах, пришедших на смену свиткам, поля огромны, но сути дела это не меняло. Думается, отсутствие читательских помет имело иные основания. Скорее всего, до определенного момента у читателей от¬ сутствовало само представление о возможности и необходи¬ мости оставлять комментарии непосредственно в книге. Как известно, Раннее Средневековье унаследовало от Антично¬ сти практику чтения вслух, что также нередко предполагало публичность подобного действа. Данный способ чтения был ориентирован по преимуществу на аудиальное освоение пись¬ менного текста, и в этом случае «рефлексировать на полях» было довольно затруднительно, если вообще возможно. Могу предположить, что и рефлексия (таковая наверняка имела место) также облекалась прежде всего в словесные формы. Косвенным аргументом в пользу данного тезиса служат дан¬ ные палеографии. Многие позднеантичные и меровингские рукописи написаны унциалом, а такой тип письма полностью соответствовал аудиальной культуре текста и предполагал чтение вслух. Разумеется, не следует сбрасывать со счетов количе¬ ственный фактор. В VI—VIII вв. рукописи сами по себе были редкостью, и обходились с ними достаточно бережно. От V—VII вв. до наших дней сохранились лишь единичные экземпляры, включая разрозненные листы и их фрагменты. http://gallica.bnf.fr/ark:/12148/ЬМЬ84527667. Приведенные выше примеры весьма показательны, потому что в Раннее Средневековье сочинения Тита Ливия, Вергилия, Григория Турского и Псевдо-Фре- дегара относились к числу наиболее популярных. 166
Глава 6. От основного текста к пометам на полях От VIII в. мы располагаем уже сотнями манускриптов. С IX в. их счет идет на тысячи. Наконец, интерес к сочинениям древних историков, по крайней мере языческих, на время пропал. В какой-то момент их перестали копировать, а плохонький пергамент нередко ценили куда выше «классического» текста23, даже если он был написан христианским автором24. Любопытно, что книги, сохранившиеся в рукописях V— VIII вв., практически полностью лишены помет. Очевидно, установка, запрещавшая комментировать «старые» рукопи¬ си, продолжала действовать и позднее. Все резко меняется в первые десятилетия IX в. С этого момента маргинальные записи становятся полноправной частью содержания кодексов, а сама практика комментиро¬ 23 В VII—VIII вв. в Люксее очистили рукопись V в. от фрагмента I Декады Тита Ливия, а заодно и от сочинений Вергилия и Евклида, на¬ писав поверх «Моралии» Григория Великого: Verona, Biblioteca Capi- tolare. XL. 38 (fol. 267-314, 316-7, 320-1, 324, 332-333 и др.). Аналогичным образом в VII—VIII в. поступили во Флери с позднеан¬ тичной рукописью Саллюстия. Поверх «Историй» здесь разместили комментарии св. Иеронима на Книгу Исайи: Berlín, Deutsche Staats- bibliothek. Lat. Qu. 364 + Orleans Bibl. Municip. 192 (169) (fol. 13—8, 20). См.: Lowe E. A. Codices rescripti. Tab. № V, CXIV. 24 В условиях нехватки пергамента в периоды усиления интеллекту¬ альной активности в разных центрах сочинения христианских писателей становились палимпсестом едва ли не чаще трудов авторов-язычников. Например, в VIII в. в Санкт-Галлене поверх «Divinae institutiones» Лак- танция, скопированных в Италии в V в., написали «Диалоги» Григория Великого, проповеди Августина и «Сентенции» Исидора. Очевидно, в тот момент данные тексты более точно отвечали потребностям мо¬ настырской общины. Сегодня рукопись хранится в библиотеке Санкт- Галлена. (St. Gallen, Stiftsbibliothek. Cod. 213. С оцифрованной версией рукописи можно ознакомиться по ссылке: http://www.e-codices.umfr. ch / en/list / one / csg / 0213.) 167
Часть II. Освоение исторической традиции в каролингскую эпоху вания быстро обретает массовый характер. Создается впе¬ чатление, что каролингские читатели считали это не только позволительным, но в иных случаях даже обязательным условием работы с книгой23. Пометы встречаются во множестве рукописей, создан¬ ных и циркулировавших в основном в центральных областях Каролингской империи — там, где находились важнейшие скриптории, выпускавшие сотни книг, а также крупнейшие каролингские библиотеки, фондами которых активно поль¬ зовались не только их владельцы, но и сторонние читатели. Как уже говорилось выше, в обстоятельствах становления Каролингской христианской державы и развития имперской идеологии, построенной, в том числе, на представлениях о translatio imperii и ее renovatio, в кругах каролингских элит стремительно растет интерес к историческому на¬ следию — античному и раннесредневековому. У латинских авторов, даже не слишком известных, появляется стабильная аудитория. Широко тиражируются труды языческих и хри¬ стианских писателей, активно развивается собственно франк¬ ское историописание. Исторические сочинения становятся полноправной частью книжных собраний — монастырских, придворных, персональных. Труды историков возвращают в школу, их специально разыскивают, редактируют, охотно цитируют и даже рисуют. 25 В современной науке сложилось представление о том, что ком¬ ментирование как непременное условие работы с книгой, появляется только в развитое Средневековье. См.: Hamesse J. Les marginalia dans les textes philosophiques universitaires médiévaux // Talking to the Text... Vol. 1. P. 301—319. Некоторые исследователи также отмечают, что в эпоху Ренессанса читателям не только дозволялось делать пометы на полях, но этому даже специально учили в школе. См.: Sherman W. Н. Used Books: Marking Readers in Renaissance England. Philadelphia, 2008. P. 3-7. 168
Глава 6. От основного текста к пометам на полях В таком контексте активная позиция читателей выглядит вполне естественной. Разумеется, комментируется не каж¬ дое сочинение и не во всякой рукописи. Вероятно, отчасти это могло быть связано с целями, которые стояли перед копиистами при создании конкретного манускрипта. Напри¬ мер, если издание было подарочным или книга готовилась на заказ26. Итак, одно и то же историческое сочинение в разных манускриптах могло быть вовсе лишено помет или, напротив, сопровождалось активной читательской работой на полях. Анализ многих десятков каролингских рукописей позволяет утверждать достаточно определенно: в IX в. природа ком¬ ментариев, а также их количество существенно разнились в зависимости от типа исторических сочинений. Последние условно делятся на три большие и вполне самостоятельные (по крайней мере в отношении рукописей) группы: тру¬ ды античных языческих авторов, произведения античных и раннесредневековых христианских писателей и сочинения собственно франкских историков. Начнем с последних. Поразительно, но факт: книги франкских историков почти совершенно лишены помет, оставленных руками конца VIII — начала X в. Имеется в виду не обычная редакторская или корректорская правка — ее довольно много и нередко она весьма тщательная, — 26 В частности, этим можно объяснить отсутствие помет в рукописи «Деяний Александра Македонского» Курция Руфа, сделанных руками IX в. На полях кодекса имеется совсем немного маргиналий более позд¬ него времени (fol. 38г, 39г, 64г и др.). См.: Paris, BN lat. 5716 (вторая половина IX в., Луара). На заказной характер рукописи указывает посвятительная надпись на fol. lr: «Haimus monachus hoc volumen histo¬ riarum Alexandri Magni in libris VIII domno Chuinrado illustrissimo comiti dedit». С оцифрованным микрофильмом рукописи можно ознакомиться по ссылке: http://gallica.bnf.fr/агк:/12148/btvlb9068464r. 169
Часть II. Освоение исторической традиции в каролингскую эпоху а маргиналии, которые позволяли бы судить о внимании заинтересованных читателей к конкретным сюжетам. Отсутствие маргиналий в рукописях вовсе не означает, что каролингские читатели не интересовались франкскими историческими сочинениями. Напротив, как было показано выше, они активно тиражировали, компилировали и цитиро¬ вали произведения Григория Турского, Псевдо-Фредегара с Продолжателями, Эйнхарда, а также «Книгу истории франков», «Анналы королевства франков» и некоторые другие тексты. Произведения классических христианских писателей, сохранившиеся во множестве каролингских рукописей, ком¬ ментировались более активно, хотя количество помет, во¬ преки ожиданиям, все же не слишком велико. Подавляющее большинство манускриптов, нередко прекрасно исполненных, остается свободным от каких бы то ни было комментариев на полях. При ближайшем рассмотрении выясняется, что маргиналии имеют главным образом филологическую и ака¬ демическую (эрудитскую, дидактическую) природу. Латынь древних авторов была далеко не всегда понятна читателям IX в., в то время как сами тексты оказывались чрезвычайно востребованными, поскольку содержали много разнообраз¬ ной полезной информации. В этом отношении большой интерес представляет санкт- галленская рукопись «Истории против язычников» Павла Орозия27. На протяжении IX—XI столетий ее постоянно читали и комментировали многие представители общины, в том числе ведущие монастырские эрудиты от Ноткера Заики до Эккехарда IV, оставившие в рукописи сотни 27 St. Gallen, Stiftsbibliothek. Cod. 621. С оцифрованной версией рукописи можно ознакомиться по ссылке: http://www.e-codices.umfi. ch /еп / list / one / csg /0621. 170
Глава 6. От основного текста к пометам на полях помет28. Речь идет почти исключительно о разъяснении непонятных латинских слов и грамматических конструкций (иногда с переводом на древневерхненемецкий), а также об уточнении некоторых имен и названий29. Кроме того, по¬ меты указывают на живой интерес их авторов к сведениям географического, этнографического, политического, право¬ вого и дидактического характера, которые в изобилии можно было почерпнуть у Орозия. Больше всего помет каролингские читатели оставили на полях сочинений римских языческих авторов. Рассмотрим этот сюжет подробнее на примере «Эпитомы Помпея Трога» Юстина и «Жизнеописания цезарей» Светония. Оба произ¬ ведения вызывали у каролингских читателей живой интерес. 28 Об автографе Ноткера см. помету на Р. 321Ь20—23. О пометах Эккехарда IV подробнее см.: Eisenhut H. Die Glossen Ekkeharts IV... 29 Обилие лингвистических и грамматических глосс, ориентиро¬ ванных, прежде всего на литературное понимание текста, позволяет предполагать, что книгу на протяжении столетий активно использовали в монастырской школе. Для XI в. и на примере других текстов это убедительно показал Дж. Виланд: Wieland С. R. The Latin Glosses on Arator and Prudentius... 171
ГЛАВА 7 Юстин и его каролингские читатели «Эпитома Помпея Трога», созданная Юстином во II или III в., была подлинным бестселлером на протяжении всего Раннего Средневековья. Она имелась в библиотеках всех крупных каролингских монастырей, фигурировала в ведущих кафедральных собраниях, упоминается в описаниях частных коллекций. По крайней мере с конца VIII в. ее хорошо знали при дворе. С «Эпитомой» работали крупнейшие эрудиты своего времени, такие как Алкуин, Рабан Мавр, Эйнхард и Валафрид Страбон, но вместе с тем ее основательно шту¬ дировали и многие рядовые litterati, способные освоить до¬ вольно пространный латинский текст. «Эпитома» представляет собой сокращенную версию об¬ ширного труда автора I в. Помпея Трога «История Филип¬ па», не дошедшего до наших дней1. Она описывает главным образом древнюю историю восточных царств, существовав¬ ших на огромной территории от Скифии до Карфагена. Что привлекало каролингских читателей в сочинении античного автора? Как именно оно осваивалось? Каким целям служило знакомство с «Эпитомой»? Ответы на эти и многие другие 1 М. Iuniani Iustini Epitoma Historiarum Philippicarum Pompei Trogi /Hg. von O. Seel. Stuttgart, 1972. См. также русский перевод: Юстин. Эпитома сочинения Помпея Трога «Historiarum Philippicarum» / Пер. с лат. А. А. Деконского и М. И. Рижского. М., 2005. Все русские цитаты из основного текста «Эпитомы» ниже приводятся по этому изданию за исключением специально оговоренных случаев. Переводы маргиналий во всех случаях выполнены мной. 172
Глава 7. Юстин и его каролингские читатели вопросы можно найти, если обратиться к изучению читатель¬ ских помет на полях конкретных рукописей. Сочинение Юстина имеет богатейшую рукописную тра¬ дицию2. Непосредственно от каролингской эпохи сохрани¬ лось шесть манускриптов. Однако не все они годятся для ис¬ следования в контексте заявленной проблематики3. В этом смысле наиболее интересной является флерийская рукопись, хранящаяся сегодня в собрании Парижской Национальной библиотеки4. Сочинение Юстина переписано изящным каролингским минускулом. По счастливой случайности нам известно имя одного из копиистов: его звали Мальбертом3. Можно предполагать, что во Флери этот человек оказался не сразу, но долгое время жил где-то в восточной части Франкии6. Вскоре после своего создания (уже во второй 2 Фундаментальное исследование рукописной традиции «Эпито- мы» выполнено Ф. Рюлем и О. Зеелем: Rühi F. Die Textquellen des Justinus // Jahrb. für class. Phil. 1872. Suppi. 6. S. 1—160; Seel О. Eine römische Weltgeschichte. Studien zum Text der Epitome des Iustinus und zur Historik des Pompeius Trogus. Nürenberg, 1972. См. также: Textes and Transmission... P. 197—199. О количественном факторе как свиде¬ тельстве популярности того или иного сочинения в Средние века под¬ робнее см.: Гене Б. История и историческая культура... С. 287—298. 3 Например, в самой ранней рукописи «Эпитомы» (Paris, BN lat. 4950), созданной около 800 г. в северной Франкии и позднее ока¬ завшейся в Корби, нет ни одной маргиналии. 4 Paris, BN NA lat. 1601. Эта рукопись считается одной из луч¬ ших и наиболее важных в рукописной традиции «Эпитомы». 3 На foL110bis~v в конце последней книги «Эпитомы» перепис¬ чик указал свое имя: «Pompei Trogi epithoma historiarum liber XLIIII explicit feliciter. Malbertus scripsit». 6 В почерке Мальберта угадывается влияние восточнофранкских традиций письма: написание прописной «г» то в виде буквы «V» с пер¬ пендикулярной к волосной жирной линией, то в виде замысловатой конструкции в лигатуре «rt», где вертикальная черточка г выходит за пределы строки и смыкается вверху с вертикальной черточкой «t», 173
Часть II. Освоение исторической традиции в каролингскую эпоху половине IX в.) рукопись попала в Сен-Дени, где оставалась на протяжении нескольких столетий. На полях манускрипта встречается множество маргина¬ лий. За небольшим исключением они оставлены одной ру¬ кой, близкой ко времени создания рукописи, и, что особенно важно, охватывают весь текст «Эпитомы». Таким образом, мы имеем редкую возможность детально проследить, как именно конкретный читатель второй половины IX века осваивал сочинение Юстина, какие сюжеты его заинтересо¬ вали, а какие, напротив, были оставлены без внимания. Этот человек, несомненно, обладал хорошей филологической под¬ готовкой. Можно предполагать, что он был монахом одного из ведущих имперских монастырей — центров каролингской образованности (скорее всего, речь нужно вести все о том же Сен-Дени). Все маргиналии флерийской рукописи за небольшим исключением носят констатирующий характер. Они пред¬ ставляют собой краткие (иногда в одно слово) упоминания имен, географических названий или событий, о которых идет речь в основном тексте, и помечают, таким образом, ме¬ сторасположение соответствующих фрагментов. Создается впечатление, что они предназначены для быстрого поиска необходимой информации в пространном и разноплановом сочинении. По тексту «Эпитомы» пометы распределены крайне не¬ равномерно. Так, в I книге их насчитывается 26, во II целых 30, причем на одной странице может располагаться сразу а горизонтальная черточка одновременно служит перекладиной «Ъ>. Выражаю глубокую признательность Владимиру Ивановичу Мажуге за обстоятельные консультации в области средневековой латинской палеографии. Эта работа в своем нынешнем виде не состоялась бы без его помощи и неизменной поддержки. 174
Глава 7. Юстин и его каролингские читатели несколько помет (fol. 9v, ΙΟν, 15r, 16v, 18v и др.), а, например, на всю XXXVII книгу имеется всего одна маргиналия. В не¬ которых книгах (XIII, XIV, XXXVIII-XL, XLII-XLIV) их и вовсе не встретишь. Иными словами, речь идет о том, что читатель обращал внимание на строго определенные сюжеты и не стремился разбить на законченные смысловые фрагменты весь текст. Перед ним стояли явно другие задачи. Первое знакомство с этим потоком маргиналий обеску¬ раживает отсутствием понятной логики в их появлении и расположении. Выборка сюжетов кажется совершенно хао¬ тичной. В самом деле, чем могли привлечь каролингского эрудита рассказы о том, что египетский фараон Везосис был первым, кто напал на скифов, что в Персии собаку называют «спакос», а в Фурии хранятся стрелы Геркулеса? Почему его заинтересовали такие неравнозначные персонажи, как Ли¬ сий, Девкалион, Фрасибул, Агафокл и Кандавл? Зачем он пометил сообщения о перевороте магов в Персии, об изгна¬ нии Алкивиада из Афин, или, скажем, о трагической смерти сиракузского тирана Дионисия? Тем не менее этот человек по какой-то причине внимательно прочитал весь манускрипт объемом 118 листов и оставил на его полях больше 230 помет! Читатель флерийской рукописи штудировал античное сочинение не как лингвист или филолог. Маргиналии ясно указывают, что он сосредоточился на содержании, а не на форме, на героях и фактах, а не на грамматических конструк¬ циях или специфической лексике. Между тем сочинение Юстина описывает реалии, в массе своей малопонятные, а то и вовсе неизвестные даже хорошо образованному каро¬ лингскому читателю. Вдобавок рассказ античного историка изобилует огромным количеством деталей, вряд ли сколько- нибудь интересных для людей IX в. Даже поверхностное знакомство со столь специфическим текстом было совсем непростым делои. 175
Часть II. Освоение исторической традиции в каролингскую эпоху Следует подчеркнуть: изучение «Эпитомы» наверняка не могло быть частной инициативой, прихотью хорошо образо¬ ванного эрудита, вероятно, монаха Сен-Дени. Скорее всего, эта работа, требующая очень высокой квалификации, а так¬ же большого количества времени и сил, была ему специально поручена и велась с благословения аббата, следовательно, рассматривалась как социально значимая. Пометы на полях флерийской рукописи «Эпитомы» указывают на то, что читатель работал с текстом целена¬ правленно, штудировал его систематически, точно понимал, какую информацию должен из него извлечь и каким образом, предварительно обработав, сделать ее доступной для других читателей. Однако до определенной поры в его действиях не удавалось обнаружить логики. Сотни маргиналий на¬ поминали, образно выражаясь, груду камней: некогда они были стенами и сводом величественного здания, но спустя столетия при отсутствии исходных чертежей об облике этого сооружения можно было только догадываться. В первом при¬ ближении просматривались лишь самые общие вещи, вполне ожидаемые от каролингских эрудитов IX в. Например, читатель явно интересовался проблемой translatio imperii, обращая внимание на рассказы о гибели царств и переходе власти от одних народов древности к другим7. Но таковых помет в рукописи насчитывается меньше десятка. А что де¬ лать с остальными? И, самое главное, в каком направлении 7 См., напр., fol. 9г: Imperium Assiriorum mille ССС annis fuit («Господство ассирийцев длилось 1300 лет»). См.: Just. Epit., I, 2 [13]; fol. 9v: Initium regni Medorum («начало Мидийского царства»). См.: Just. Epit., I, 3 [6]; fol. lOv: Capto Astiage a Cyro nepote finis imperii Medorum. Regnaverunt annis CCCL («С пленением Астиага его вну¬ ком Киром пришел конец господству мидян. Они правили 350 лет»). См.: Just. Epit., I, 6 [16]. 176
Глава 7. Юстин и его каролингские читатели вести дальнейшие разыскания? Ключ к разгадке этого ребуса удалось найти в... другой рукописи. Совпадающие маргиналии Речь идет о небольшом фрагменте8, созданном в Вероне9 в первые десятилетия IX в. и позднее оказавшемся в Меце. Некогда он являлся частью пространного исторического кодекса, ныне разделенного на четыре фрагмента (два хранятся в Петербурге и еще два в Берлине)10. Помимо отрывка из «Эпитомы» кодекс включал в себя фрагменты исторических сочинений Евтропия, Евсевия-Иеронима, Исидора Севильского, Иордана и Павла Диакона, а также небольшой географический очерк (сегодня утраченный). В момент создания кодекс насчитывал не менее 257 листов, из которых до наших дней сохранилось 214. В его составле¬ нии принимали участие по крайней мере десять переписчи¬ ков. По мнению Р. МакКиттерик, книга задумывалась как 8 Эта рукопись являлась частью обширной коллекции П. П. Дуб¬ ровского. Сегодня она хранится в Российской Национальной биб¬ лиотеке им. М. Е. Салтыкова-Щедрина: РНБ, MS lat. Q.v.IV.5. Подробное описание рукописи см.: Антонец Е. В. Рукописи римских классических авторов в Российской национальной библиотеке // ВДИ. № 3. М., 2005. С. 198—199 (№ 23). См. также: Добиаш-Рожде¬ ственская О. А. Древнейшие латинские рукописи ГПБ: Каталог рукописей VIII — начала IX в. Л., 1965 (на ротаторе). С. 121—123. 9 Петербургский фрагмент относится к так называемой италь¬ янской группе рукописей «Эпитомы» и считается самым ранним ее представителем. См.: Textes and Transmission... P. 197—198. 10 Содержание кодекса и последовательность расположения его отдельных частей были восстановлены В. Розе: Rose V. Die Hand¬ schriftenverzeichnisse der königlichen Bibliothek zu Berlin. Verzeichnis der lateinischen Handschriften. Bd. II. Teil 3. Berlin, 1905. S. 299—307. N. 136,137. 177
Часть II. Освоение исторической традиции в каролингскую эпоху обширная и концептуальная компиляция историко-полити¬ ческого характера, призванная, с одной стороны, связать историю народов Италии с историей народов ветхозавет¬ ного и греко-римского мира, а с другой, дающая богатую фактуру для размышлений о политической власти и порядке ее отправления11. Веронский фрагмент объемом всего в 28 фолио со¬ держит только I и II книги сочинения Юстина. На полях встречаются пометы, оставленные (как и в случае с флерий- ской рукописью) почти исключительно одним читателем. Рука — близкая ко времени создания рукописи и датируется периодом не позже второй половины IX в.12 Уже при беглом знакомстве с пометами на полях стало понятно: ряд маргиналий обозначал те же самые фрагмен¬ ты текста, которые совершенно другой человек пометил в другой рукописи. При более детальном анализе вы¬ яснилось, что таких совпадений значительно больше, чем казалось на первый взгляд. Ниже (с. 180—190 наст, изд.) приводится сравнительная таблица совпадающих маргина¬ лий на полях первых двух книг «Эпитомы» во флерийской рукописи и веронском фрагменте. Из приведенной ниже таблицы видно, что полностью или почти полностью совпадают пометы, обозначающие как минимум 26 фрагментов. В веронской рукописи общее число помет равняется 44, в парижской для того же объема текста — 56. Таким образом, в первом случае совпадает больше половины всех маргиналий, а во втором — немногим меньше. 11 Подробнее см.: McKitterick R. History and Memory... P. 52—57. 12 Добиаш- Рождественская относила маргинальные глоссы к X столетию: Добиаш-Рождественская О. А. Древнейшие латинские рукописи ГПБ. С. 122. 178
Глава 7. Юстин и его каролингские читатели Еще в пяти случаях читатели разных рукописей обращают внимание на сообщения, расположенные буквально по со¬ седству друг с другом и несущие очень близкую смысловую нагрузку. Например, читатель Paris, BN NA lat. 1601 по¬ мечает фразу Юстина о том, что Азия на протяжении полу¬ тора тысяч лет платила дань скифам13. А читатель РНБ, MS. Lat. Q.v.IV.5 отметил предыдущий пассаж из той же главы о том, что на покорение Азии скифам понадобилось пятнадцать лет14. Равным образом в самом начале десятой главы II книги первый читатель выделил сообщение о смерти Дария13, а второй предпочел пометить спор его сыновей по поводу наследства16. Остается лишь сожалеть, что веронский фрагмент охва¬ тывает столь малую часть «Эпитомы», и мы никогда не узна¬ ем, насколько велико могло оказаться в реальности количество совпадающих маргиналий. Однако даже то, что сохранилось, дает нам поистине уникальный материал для анализа. 13 Fol. 15r: Scytis per mille D annos Asia uectigalis fuit («Азия платила дань скифам на протяжении 1500 лет»): «В течение полутора тысяч лет Азия платила дань скифам» (Just. Epit., II, 3 [17]). 14 Fol. 14v: Scithae XV annis Asiae sunt morati («Скафы задержа¬ лись в Азии на 15 лет»): «На покорение Азии скифы потратили 15 лет, но были вызваны оттуда по требованию своих жен, которые через посланцев передали им, что если они не возвратятся, то их жены на¬ мерены прижить потомство с соседями, но не допустят, чтобы по вине женщин пресекся род скифов» (Just. Epit., II, 3 [16]). 15 Fol. 18v: Obitus Darii («Смерть Дария»): »Между тем Дарий, в то время, когда собирался возобновить войну против греков, скон¬ чался в самый разгар приготовлений» (Just. Epit., II, 10 [1]). 16 Fol. 21v: Xerxes etAriamenes filii Darii de generis nobilitate et regno disputants («Ксеркс и Ариаменес, сыновья Дария, спорят о знатности происхождения и о царстве»): «После Дария осталось много сыновей, рожденных и после того, как он стал царем, и до его воцарения...» (Just. Epit., II, 10 [1]). 179
Paris, BN NA lat. 1601 (втор, четв. — сер. IX в., Флери) Юстин. Эпитома Помпея Трога (М.: РОССПЭН, 2005) РНБ, MS lat. Q.vJV.5 (ок. 800 г., Верона) 8v: Zoroastres primus dicitur artes magicas inuenisse (Зороастр, как говорят, первый изобрел искусство магии) (повтор фразы из текста) 9v: Exitus Sardanapalli ubi se incendit (Кончина Сарданапала, где он себя убил) Initium regni Medorum (начало Мидийского царства) Книга I 1 [9]: Последней его (Нина) войной была война с бактрийским царем Зороастром, который как го¬ ворят первый изобрел искусство магии, а также с величайшим усердием изучал основы мироздания и движение небесных светил. 3 [1]: Последним царствовал у них Сарданапал, муж¬ чина, более изнеженный, чем любая женщина. 3 [5]: Побежденный, он возвратился в свой дворец, приказал сложить и зажечь костер и спалил в пламени и себя самого и свои сокровища, единственный раз поступив как мужчина. 3 [6]: После него царем стал виновник его гибели Ар- бакт, ранее бывший мидийским наместником. С ним верховная власть перешла от ассирян к мидянам. lv: Soroastres Nino occiditur (Зороастр убит Нином) 2v: Sardanapallus rex (Царь Сарданапал) 3r: Sardanapallus occiditur (Сарданапал убит) Arbactus regnat (Арбакт правит) Finis regni Assyriorum (конец Ассирийского царства) Часть II. Освоение исторической традиции в каролингскую эпоху
4 [1]: Затем после многих царей царская власть пере шла в порядке наследования к Астиагу. Somnium Astiagis de Сугго rege nepote (Сон Астиага о внуке царе Кире) Capto Astiage a Cyro nepote finis imperii medorum. Regnaverunt annis CCCL (С пленением Астиага его внуком Киром пришел конец господству мидян. Они правили 350 лет) 4 [2—3]: Этот (царь Астиаг) увидел во сне, что из чрева его единственной дочери произросла виноградная лоза, которая ветвями своими осенила всю Азию. Он посоветовался с толкователями снов, которые ответи¬ ли, что от дочери будет у него внук; сон предвещает астиагову внуку величие, а также то, что этому внуку, суждено лишить его, Астиага, власти. 6 [16]: В этом сражении Астиаг был взят в плен. Кир не причинил ему никакого вреда, кроме того, что лишил его власти, поступив с ним скорее как внук, а не как победитель. Он поставил дела во главе многочислен¬ ного племени гирканов, так как возвратиться в Мидию Астиаг сам не пожелал. Так закончилось господство мидян. Владычествовали они 350 лет. Astiagis regnat (Астиаг правит) 5v: Astiagis rex capitur (царь Астиаг захвачен) 6r: finis regni Medorum (конец царства мидян) Глава 7. Юстин и его каролингские читатели
Paris, BN NA lat. 1601 (втор, четв. — сер. IX в., Флери) Юстин. Эпитома Помпея Трога (М.: РОССПЭН, 2005) РНБ, MS lat. Q.V.IV.5 (ок. 800 г., Верона) Lidis arma & equi ablati (лидийцы лишились оружие и коней) Tamiris regina Scytarum (Тамирис скифская царица) 7 [11—13]: Спустя некоторое время, когда Кир был занят другими походами, лидийцы снова начали войну. Они были вторично побеждены, у них отняли оружие и коней, и им было приказано содержать харчевни, заниматься актерским делом и сводничеством. Так народ лидий¬ ский, некогда могущественный благодаря трудолюбию и предприимчивости, привык к роскоши и распущенно¬ сти, стал изнеженным и утратил свою былую доблесть. 7 [19], 8 [1—2]: Спустя короткое время убийством Кан- давла (а не Креза!!) было заплачено за брак, и жена, принеся в приданое кровь мужа, передала и его царство и себя самое своему любовнику. / Покорив Азию и под¬ чинив своей власти весь Восток, Кир пошел войной на скифов. У скифов была в то время царица Тамирис. Она не испугалась, как этого можно было ожидать от женщины, вражеского нашествия. Хотя Тамирис могла бы помешать переправе врагов через Оакс, она дала им возможность переправиться, считая, что ей легче 6v: Liddi arte С yri Regis deuicti (Лидий¬ цы искусно побежде¬ ны царем Киром) Scitarum regina Tomiris (царица скифов Тамирис) Часть II. Освоение исторической традиции в каролингскую эпоху
Cyrus cum CC (milia) persarum... (?) superstice vincitur (Кир с 200 тысячами персов... был побежден сверху) Tamiris caput Cyri in utre humane sanguine plenum cum exprobatione mitten iussit (Тамирис с упреком приказала бросить голову Кира в бурдюк, наполнен¬ ный человеческой кровью) 12r: Cyro Cambises filius successit (Киру наследовал его сын Камбиз) сражаться в пределах своего собственного царства, а врагам будет труднее спастись бегством через реку, преграждающую им путь. 8 [10—13]: Она прикинулась, будто не доверяет сво¬ им силам после постигшего ее удара (гибели сына) и, обратившись в бегство, заманила Кира в ущелье, предварительно устроив в горах засаду. Там она уничтожила 200 тысяч персов вместе с самим ца¬ рем. Эта победа была еще тем замечательна, что не осталось даже вестника, который сообщил бы персам о таком страшном поражении. Царица приказала бросить отрезанную голову Кира в бурдюк, напол¬ ненный человеческой кровью, и такими словами осу¬ дила его жестокость: «Насыться же теперь кровью, которой ты всегда жаждал и которой никогда не мог насытиться». 9 [1]: (Киру) наследовал его сын Камбиз, который присоединил к державе отца Египет. 8r: Cyrus a regina Scitarum Tamiris nomine occiditur (Кир был убит царицей скифов по имени Тамирис) Caput Cyri in utre pleno humano sanguine mittitur (голова Кира брошена в бурдюк, наполненный челове¬ ческой кровью) Глава 7. Юстин и его каролингские читатели
Paris, BN NA lat. 1601 (втор, четв. — сер. IX в., Флери) Юстин. Эпитома Помпея Трога (М.: РОССПЭН, 2005) РЯБ, MS lat. Q.v.IV.5 (ок. 800 г., Верона) Quo casu Cambises periit (по какой причине Камбиз погиб) Origo regni magorum (происхождение царства магов) 12v: Magi reges occiduntur (маги-цари были убиты) 9 [5]: [8]: Сам же Камбиз... был тяжело ранен в бедро мечом, выпавшим из ножен, и умер, понеся кару то ли за злоумышленное братоубийство (хотел убить своего брата Мергида), то ли за совершенное святотатство (разграбление храмов) 9 [9—23]: Маг, узнав об этом раньше, чем весть о смерти царя распространилась, пошел на преступле¬ ние: он убил Мергида, которому надлежало царство¬ вать, а вместо него поставил своего брата Оропаста, чрезвычайно похожего на Мергида и чертами лица и телосложением... 9 [23]: Судьбе, однако, было угодно, чтобы Горбий (возглавивший заговор против магов) остался жив, а маг был убит. 10 [8]: На следующий день (после того, как конюх привел коня Дария на место, где подпустил к кобыле), Cambises rex (царь Камбиз) 8v: Oropasta magus regnat persiis (маг Оропаст правит персами) 9v: Oropasta magus interfecitur (маг Оропаст убит)
Factum pro Dario custodis equi eiusdem (Сделанное за Дария его конюхом) Darius гех (царь Дарий) Origo Amazonum (проис¬ хождение амазонок) когда все собрались в условленный час, конь Дария, узнав это место, охваченный вожделением, заржал, и, так как остальные кони молчали, первый подал знаме¬ ние, благоприятное для своего господства. 10 [9]: Все остальные вельможи проявили такую скромность, что как только услышали знамение, сей¬ час же спешились и приветствовали Дария как царя. 10 [10—11]: также и весь народ, следуя решению вельмож, утвердил Дария на царстве. Так Персидское царство, которого домогались семь знатнейших мужей, соперничавших в доблести (virtute), благодаря столь ничтожной случайности досталось одному. Книга II 4 [4—11]: Когда жены (скифов) увидели, что к из¬ гнанию прибавилось еще и вдовство, они взялись за оружие и стали защищать свои владения; сначала они только оборонялись, а потом и сами стали нападать на соседей. От браков с соседями они отказались... Юг: Darius rex (царь Дарий) Amazonas arma sumunt (амазонки взялись за оружие) Глава 7. Юстин и его каролингские читатели
Paris, BN NA lat. 1601 (втор, четв. — сер. IX в., Флери) Юстин. Эпитома Помпея Трога (М.: РОССПЭН, 2005) РНБ, MS lat. Q.v.IV.5 (ок. 800 г., Верона) Unde dictae Amazonas (отсюда и произошло название амазонок) (буквальная цитата из текста) Pentesilea post Orithia regina Amazonum (после Оритии царицей амазонок стала Пентесилея) 16г: Minithia sive Talestris regina Amazonum concubitu Alexandri obtento resersa in regnum interit cum gente Anazonum (Минития или Талестрис, возвратив¬ шись в королевство после сожительства с Алексан¬ дром, погибла вместе со всем народом амазонок) 4 [10—12]: Девочек они воспитывали по своему приме¬ ру, не приучали их ни к безделью, ни к прядению шер¬ сти, а к оружию, к коням, к охоте, еще в младенчестве выжигая им правую грудь, чтобы она не мешала стре¬ лять из лука. Отсюда и произошло название амазонок. Было у них две царицы — Марпезия и Аампето. 4 [31]: После Оритии царицей стала Пентесилея, которая во время Троянской войны пришла на помощь (троянцам) против греков и проявила величайшую доблесть, (сражаясь) с храбрейшими мужами. 4 [34]: Их царица, Митнития или Талестрис, после того как сошлась с Александром Великим на 30 дней, чтобы иметь от него потомство, возвратилась в свое царство и в скором времени погибла и вместе с ней погиб весь народ амазонок. 15r: duo reginae Marthesia & Lampedo (две царицы Марпе¬ зия и Лампе до) 16v: Pentiselea regina (царица Пентесилея) Minithia regina concubitum Alexandri optinuit (царица Ми¬ нития сожительство¬ вала с Александром) Часть II. Освоение исторической традиции в каролингскую эпоху
Servile bellum contra Scytarum & ammonitio verberum parandorum (война рабов против скифов и на¬ ставление плетьми) 16v: Origo Atheniensium (происхождение афинян) 5 [3—5]: Рабы эти (жившие со скифскими женщи¬ нами), когда их господа с победой возвратились до¬ мой, вооружились и не хотели впускать их в пределы страны, словно чужестранцев. После того, как победа неоднократно переходила от одной сторо¬ ны к другой, кто-то дал скифам совет переменить способ войны, памятуя, что им ведь приходится сра¬ жаться не со (свободными) врагами, а с (собствен¬ ными) рабами; их надо попытаться победить не по праву войны, а по праву господ; нужно расстаться с мечами и заготовить розги, плети и прочие орудия наказания, которые внушают страх рабам... Рабы обратились в бегство не как побежденные против¬ ники, а как беглые рабы. 6 [1—4]: Теперь, поскольку мы подошли к истории афинских войн... нам надлежит вкратце напомнить о происхождении (афинского государства). Ведь афиняне поднялись до столь высокого положения, в отличие от других народов, не из ничтожества... их местожительства тоже, что их месторождение. 17г: Scitharum servi adversus dominos arma sumunt (рабы скифов поднимают оружие против господ) 17v: De Atheniensium origine (о происхож¬ дении афинян) Глава 7. Юстин и его каролингские читатели
Paris, BN NA lat. 1601 (втор, четв. — сер. IX в., Флери) Юстин. Эпитома Помпея Трога (М.: РОССПЭН, 2005) PH Б, MS lat. Q.v.IV.5 (ок. 800 г., Верона) De morte Codri (О смерти Кодра) 18v: Factum Cinegiri navem tetentis (деяние Кинегира, удержавшего корабль) 6 [19—21]: Царем у афинян в то время был Кодр. Он узнал и об ответе божества и о приказе, данном неприятельским воинам и, сменив царский наряд на лохмотья, с вязанкой хвороста на спине проник во вра¬ жеский лагерь. Там... он был убит воином, которого намеренно ранил своим серпом. Опознав труп царя, доряне отступили без боя. Так афиняне избавились от войны благодаря доблести своего вождя, обрекшего себя на смерть ради спасения родины. 9 [16—19]: Писатели осыпают также похвалами афинского воина Кинегира. Убив бесчисленное мно¬ жество в бою, он побежал по пятам противников, бегущих к судам, удержал правой рукой нагруженный неприятельский корабль и не раньше отпустил его, чем потерял руку. Когда же ему отрубили правую руку, он схватился за корабль левой. Потеряв и эту руку, 18v: Codrus rex qui sponte se morti tulit (Царь Кодр, который добровольно предал себя смерти) 21r: miles qui amissis manibus navem morsu detinuit (воин, который, лишившись рук, удержал корабль зубами (буквально: укусом)
Obitus Darii (смерть Дария) Certamen inter Darii filios de successione regni (спор между сыновьями Дария о наследовании королевства) он, в конце концов, удержал корабль зубами. Таково было мужество этого человека, что он не ослабел по¬ сле стольких убийств, не был побежден, потеряв обе руки, а превратившись в обрубок, сражался зубами, как бешеное животное. 10 [1]: Между тем Дарий, в то время, когда с обирался возобновить войну против греков, с кончался в самый разгар приготовлений. (Далее спор наследников о первенстве: [1—10]) 10 [7]: Он же (Ксеркс) рожден от матери-царицы, да и отца он не знал иначе как царем; а дед его со стороны матери был сам царь Кир, не наследник, а создатель столь великой державы. Даже если признавать, что по отцу у него и Ариаменеса одинаковые права, то права, унаследованные от матери и деда, дают преимущество ему, Ксерксу. 21v: Xerxes et Artamenes filii Darii de generis n obilitate et regno disputantes (Ксеркс и Ариаменес сыновья Дария спорят о знатности происхождения и королевстве) Глава 7. Юстин и его каролингские читатели
Paris, BN NA lat. 1601 (втор, четв. — сер. IX в., Флери) Юстин. Эпитома Помпея Трога (М.: РОССПЭН, 2005) PH Б. MS lat. Q.v.IV.5 (ок. 800 г., Верона) 19r: Qualiter Spartanis tabellas Demaratus miserit (Каким образом Демарат послал таблички спартан- цам) 20v: Fuga Xerxes (бегство Ксеркса) 10 [12—14]: В течение пяти лет Ксеркс продолжал под¬ готовлять войну, начатую его отцом против греков. Как только узнал об э том Демарат, царь лакедемонян, кото¬ рый в качестве изгнанника жил у Ксеркса, он — более преданный родине, изгнавшей его, чем царю, оказавше¬ му ему благодеяния, — чтобы война не застала греков врасплох, обо всем написал спартанским магистратам на деревянных дощечках и написанное прикрыл слоем старого воска, чтобы таким образом надпись не была видна и по свежести воска н е догадались бы об обмане. Дощечки эти Демаракт вручил верному рабу. 13 [8—10]: Царь... поручает военачальникам (руково¬ дить) переправой воинов, а сам с небольшим отрядом спешит в Абидос. И так как здесь он обнаружил, что мост поврежден зимними бурями, то трепеща от страха, переправился на тот берег на рыбачьей лодке. Зрелище это, достойное созерцания, наводило о на размышление о человеческом жребии и о т ом, что все в жизни меня¬ ется: на малом суденышке искал спасения тот, кого еще незадолго перед тем не могло вместить целое море. 22r: Demaractus qui apud Xersen exulabat. Belli consilium [in] tabellis cera super inductis perdit \ 22v: R his partanorum (Демаракт, который у Ксеркса жил в изгна¬ нии, сообщение о войне, записанное на воско¬ вых табличках, передал своим сородичам) Abidum (Абидос) Часть II. Освоение исторической традиции в каролингскую эпоху
Глава 7. Юстин и его каролингские читатели Тексты - посредники Внушительное количество совпадений в небольшом фраг¬ менте текста не могло быть случайностью. Однако между веронским и флерийским манускриптами, а также их чи¬ тателями нельзя установить никакой физической связи. Те и другие существуют в разных территориальных границах, пусть даже на пространстве одной империи и в пределах од¬ ной эпохи. Но даже если бы такая связь существовала, само по себе это ничего бы не объяснило. Действительно, зачем двум знакомым людям сходным образом комментировать один и тот же текст, помещенный в двух совершенно разных рукописях? Факт наличия совпадающих маргиналий обла¬ дает самостоятельной эвристической ценностью. Он опре¬ деленно указывает на то, что читатели, жившие примерно в одно время, но в разных частях обширной Каролингской империи, осваивали «Эпитому», исходя из общего для них понимания того, как именно следует работать с данным текстом. Тем не менее между этими людьми должна была суще¬ ствовать связь, если не прямая, то опосредованная. Напри¬ мер, в виде какого-то другого текста или текстов, наверняка хорошо знакомых и достаточно авторитетных для обоих. Кроме того, эти тексты-посредники должны были иметь известное отношение к «Эпитоме». Обзор состава каро¬ лингских библиотек довольно легко позволил найти по край¬ ней мере два таких произведения. Речь идет об «Истории против язычников» Павла Орозия и «Хронике» Евсевия- Иеронима. Сочинение Орозия, вне всяких сомнений, относилось к числу наиболее читаемых в каролингскую эпоху17. Об этом 17 Pauli Orosii historiarum adversus paganos libri VII. Leipzig, 1889. 191
Часть II. Освоение исторической традиции в каролингскую эпоху говорит не только изрядное количество сохранившихся рукописей18 и частота упоминаний «Истории» в разного рода книжных списках, но также внешний вид отдельных манускриптов. Наглядным примером может служить упо¬ минавшийся выше санкт-галленский кодекс (St. Gallen, Stiftsbibliothek. Cod. 621) второй половины IX в. Текст позднеантичного историка сопровождается многими сотня¬ ми маргиналий IX—XV вв. Среди них встречается немало комментариев по содержанию — уточняющих или допол¬ няющих отдельные факты, имена и названия19. Некоторые пассажи, несомненно, восходят к «Эпитоме»20. 18 От последней трети VIII и IX в. до нашего времени дошло, по меньшей мере, двадцать три манускрипта. К сожалению, два из них были утрачены во время Второй Мировой войны. Обзор рукописной традиции подробнее см.: Bately /., Ross D. J. A. A check list of manu- scripts of Orosius Historiarum aduersum paganos libri septem // Scripto¬ rium. 1961. № 15. P. 329-334. 19 Например, на р. 41 над фразой «...далее лежит Германия, боль¬ шую часть которой удерживают свевы. Всего же там насчитывается пятьдесят четыре народа» (Oros. Hist., I, 2, 53: «...deinde & Germania est ubi plurimam partem Suevi tenent. Quorum omnium sunt gentes quin¬ quaginta quatuor») рукой IX в. добавлено: «Они называются так по имени горы Свев, вокруг которой живут. Но тех, кто пришел из тех краев, сегодня зовут алеманнами, по имени озера Леман, области во¬ круг которого они завоевали» (a Sueuo monte circa quem habitant sic nominati. Sed et ab ipsis egressi Alemani nunc vocantur, a Lemanno uideli- cet laco cui propinqua armis subegerant). 20 Ha p. 60 над фразой «скифы ответили (египетским) послам, что могущественнейший царь напрасно затеял против бедного народа войну» (Oros. Hist., I, 14, 2: «ad quae Schytae legatis responderunt stolide opulentissimum regem adversus inopes sumpsisse bellum») впи¬ сана краткая характеристика скифов, которую комментатор поза¬ имствовал из «Эпитомы»: «Ведь скифы питаются лишь молоком и мясом. Они одеваются в шкуры и имеют много оружия. Они более сильные на севере и более коварные на юге» (quia Schytae non nisi 192
Глава 7. Юстин и его каролингские читатели К Юстину каролингских читателей направил, скорее всего, сам Орозий, который неоднократно ссылается на труд античного писателя как на один из своих источников21. Современные исследования показали, что автор «Истории» очень активно использовал «Эпитому», прежде всего при описании истории Древней Греции, Карфагена и восточных царств. Он заимствовал оттуда целые фрагменты, иногда их перерабатывая, но чаще цитируя буквально22. Попытка прочитать маргиналии на полях каролингских манускриптов с текстом «Эпитомы» через призму «Исто¬ рии» оказалась в высшей степени продуктивной. Выясни¬ лось, что во флерийской рукописи к Орозию восходит по крайней мере 111 помет из 234, в веронской — 36 из 44. В одних случаях речь идет о прямых параллелях, в дру- lacte et carnibus vivunt. Pellibi teguntur, ferro habundant. Aquilo fortior meridies acutior). Ср.: «Питаются они молоком и медом. Употре¬ бление шерсти и тканых одежд им неизвестно, хотя они и страдают от постоянных холодов; шкурами зверей они, однако, пользуются» (Just. Epit., II, 2 [8—9]); «Насколько в Скифии климат суровее, чем в Египте, настолько же и сами скифы более сильны и духом и телом» (Just. Epit., II, 1 [13]). 21 Например, см.: Oros. Hist., I, 8, 1, 5; 10, 2, 6; IV, 6, 1, 6. Сюда же следует отнести и отдельные упоминания Помпея Трога: VII, 27, 1; 34,3. 22 Вопрос об использовании Орозием «Эпитомы Помпея Тро¬ га» изучен достаточно основательно. Подробнее см.: Hagendahl Н. Orosius und Justinus. Ein Beitrag zur justinischen Textgeschichte. Göteborg, 1941. См. также обстоятельный комментарий к тексту «Истории», сделанный В. М. Тюленевым. В нем помечены не все, но многие отсылки к «Эпитоме»: Павел Орозий. История против язычников / Пер. с лат., вступ. ст., коммент., указ. В. М. Тюленева. СПб., 2001—2003. Русский перевод Орозия ниже приводится по этому изданию. Перевод латинских цитат во всех случая выполнен мной. 193
Часть II. Освоение исторической традиции в каролингскую эпоху гих — об уточняющей или дополняющей информации23. Читатель флерийской рукописи работает в этом направлении 23 В приведенных ниже примерах первой идет ссылка на страни¬ цу флерийской рукописи, второй — ссылка на страницу веронского фрагмента: Fol. 9v: Capto Astiage a Cyro nepote finis imperii Medorum. Regnaverunt annis CCCL («С пленением Астиага его внуком Киром пришел конец господству мидян. Они правили 350 лет») / 5v: «Astiagis rex capitur» («Царь Астиаг захвачен»): «В этом сражении Астиаг был взят в плен. Кир не причинил ему никакого вреда, кроме того, что ли¬ шил его власти, поступив с ним скорее как внук, а не как победитель. Он поставил деда во главе многочисленного племени гирканов, так как возвратиться в Мидию Астиаг сам не пожелал. Так закончилось го¬ сподство мидян. Владычествовали они 350 лет» (Just. Epit., I, 6 [16])). Ср.: Oros. Hist., I, 19, 10: «Там (в битве. — А. С.) попадает в плен Астиаг; Кир, не совершив против него ничего, лишил его только власти и поставил во главе великого народа гирканов, поскольку он сам от¬ казался возвращаться к мидийцам». Fol. llv: Cyrus cum CC (milia) Persarum... (?) superstice vincitur («Кир с 200 тысячами персов... был побежден сверху»); Tamiris caput Суп in utre humane sanguine plenum cum exprobatione mitteri iussit («Тамирис с упреком приказала бросить голову Кира в бурдюк, напол¬ ненный человеческой кровью») / 8r: Cyrus a regina Scitarum Tamms nomine occiditur («Кир был убит царицей скифов по имени Тамирис»); Caput Суп in utre pleno humano sanguine mittitur («Голова Кира броше¬ на в бурдюк, наполненный человеческой кровью»): «Она прикинулась, будто не доверяет своим силам после постигшего ее удара (гибели сына) и, обратившись в бегство, заманила Кира в ущелье, предвари¬ тельно устроив в горах засаду. Там она уничтожила 200 тысяч персов вместе с самим царем. Эта победа была еще тем замечательна, что не осталось даже вестника, который сообщил бы персам о таком страшном поражении. Царица приказала бросить отрезанную голову Кира в бур¬ дюк, наполненный человеческой кровью, и такими словами осудила его жестокость: «Насыться же теперь кровью, которой ты всегда жаждал и которой никогда не мог насытиться» (Just. Epit., I, 8 [10—13]). Ср.: Oros. Hist., II, 7, 4—6: «Тамирис, потеряв войско и сына... изображает неуверенность... и, отступая, постепенно заманивает грозного врага 194
Глава 7. Юстин и его каролингские читатели особенно активно. Например, Орозий лишь констатирует, в ловушку. И вот устроив в горах засаду, она уничтожила 200 ты¬ сяч персов вместе с самим царем; поражает в этом событии больше всего то, что не осталось даже вестника, который бы сообщил персам о столь великом несчастье. Царица велит отсечь Киру голову и бросить в бурдюк, наполненный человеческой кровью, не по-женски крича: «Насыться же кровью, которую ты жаждал и которой не мог напиться в течение беспрестанных 13 лет». Fol. 12г: Cyro Cambises filius successit («Киру наследовал его сын Камбиз») / 8r: Cambises rex («Царь Камбиз»): «Ему наследовал его сын Камбис, который присоединил к державе отца Египет» (Just. Epit., I, 9 [1]). Ср.: Oros. Hist., II, 8, 2: «Царствовал же (в перерыве) между ними сын Кира, Камбиз, который, одержав победу над Египтом, от ненависти ко всей религии Египта отменил ее священнодейства и раз¬ рушил храмы». Fol. llv: Tamiris regina Scytarum («Скифская царица Тамирис») / 7г: Scitarum regina Tomiris («Скифская царица Тамирис»): «Покорив Азию и подчинив своей власти весь Восток, Кир пошел войной на скифов. У скифов была в то время царица Тамирис. Она не испугалась, как этого можно было ожидать от женщины, вражеского нашествия. Хотя Тамирис могла бы помешать переправе врагов через Оакс, она дала им возможность переправиться, считая, что ей легче сра¬ жаться в пределах своего собственного царства, а врагам будет труднее спастись бегством через реку, преграждающую им путь (Just. Epit., I, 7 [19], 8 [1—2]). Ср.: Oros. Hist., II, 7, 1: «В скором времени Кир по¬ шел войной на скифов. Царица Тамирис, которая тогда правила (этим) народом, хотя могла помешать ему в переходе через реку Араке, все же позволила переправиться, сначала из-за своей самоуверенности, затем, надеясь на то, что враг будет задержан речной преградой». Fol. 12г: Origo regni magorum («Происхождение царства магов») / 8v: Oropasta magus regnat Persiis («Маг Оропаст правит персами»): «(Камбиз умер). Маг, узнав об этом раньше, чем весть о смерти царя распространилась, пошел на преступление: он убил Мергида, которому надлежало царствовать, а вместо него поставил своего брата Оропаста, чрезвычайно похожего на Мергида и чертами лица и телосложением. А так как никто не подозревал обмана, то вместо Мергида царем стал Оропаст. Все это было тем легче сохранить в тайне, что у персов особу царя, из-за преклонения перед царским величием, скрывают от народа» (Just. Epit., I, 9 [9-11]). 195
Часть II. Освоение исторической традиции в каролингскую эпоху что Пирр бесславно покинул Италию спустя пять лет после Fol. 12v: Magi reges occiduntur («Маги-цари были убиты») / 9v: Oropasta magus interfecitur («Маг Оропаст убит»): «Судьбе было угодно, чтобы Горбий остался жив, а маг был убит. / Великую славу стяжали себе вельможи, восстановив царскую власть и убив магов» (Just. Epit., I, 9 [23], 10 [1]). Ср.: Oros. Hist., II, 8, 3: «После (Кам- биза) маги, которые при нем исчезли, осмелились коварно завладеть царской властью; но скоро они были схвачены и уничтожены». Fol. 12v: Darius rex («Царь Дарий») / Юг: Darius rex («Царь Да¬ рий»): «Все остальные вельможи проявили такую скромность, что как только услышали знамение, сейчас же спешились и приветствовали Да¬ рия как царя. Так же и весь народ, следуя решению вельмож, утвердил Дария на царстве» (Just. Epit., 1,10 [9—10]). Ср.: Oros. Hist., II, 8, 4: «И вот Дарий, один из тех, кто покарал мечом дерзость магов, с обще¬ го согласия был избран царем». Fol. 16г: Minithia sive Talestris regina Amazonum concubitu Alexandri obtento resersa in regnum interit cum gente Amazonum («Минития или Талестрис, возвратившись в царство после сожительства с Александром, погибла вместе со всем народом амазо¬ нок») / 16v: Minithia regina concubitum Alexandri optinuit («Царица Минития сожительствовала с Александром»): Их царица, Минития или Талестрис, после того как сошлась с Александром Великим на трид¬ цать дней, чтобы иметь от него потомство, возвратилась в свое царство и в скором времени погибла, и вместе с ней погиб весь народ амазонок» (Just. Epit., II, 4 [33]). Ср.: Oros. Hist., III, 18, 3: «Александр Великий после смерти Дария покорил гирканов и мандов: там же его, все еще поглощенного войной, нашла с 300 женщинами похотливая амазонка 1алестра или, иначе, Минофея, надеясь получить от него потомство». Fol. 19г: Qualiter Spartanis tabellas Demaratus miserit» («Каким образом Демарат послал таблички спартанцам») / 22r/22v: (22г) Demaractus qui apud Xersen exulabat. Belli consilium [in] tabellis cera super inductis perdit / (22v) R his partanorum («Демаракт, который жил в изгнании у Ксеркса, передал своим сородичам сообщение о войне, за¬ писанное на восковых табличках»): «В течение пяти лет Ксеркс продол¬ жал подготовлять войну, начатую его отцом против греков. Как только узнал об этом Демарат, царь лакедемонян, который в качестве изгнан¬ ника жил у Ксеркса, он — более преданный родине, изгнавшей его, чем царю, оказавшему ему благодеяния, — чтобы война не застала греков врасплох, обо всем написал спартанским магистратам на деревянных 196
Глава 7. Юстин и его каролингские читатели начала вторжения24. У Юстина же этому событию посвящен довольно содержательный комментарий25. Орозий сообщает об отравлении Александра Македонского под Вавилоном, а у Юстина есть данные о возрасте великого императора в момент кончины26. Сюда же можно отнести рассказы о триумфальном возвращении Алкивиада в Афины27, о мяте¬ же греков под руководством Демосфена28 и многое другое. Важно подчеркнуть, что два разных читателя пришли к Юстину, не просто освоив Орозия, но независимо друг от друга проделав практически один и тот же путь. Здесь про¬ сматривается нечто важное, что определяет культуру чтения в этот период и дает представление о направлении и механиз¬ мах формирования и функионирования исторического знания. В этой связи упомяну об одном любопытном казусе. Как показал в свое время Л. Б. Мортенсен, с конца XI в. дощечках и написанное прикрыл слоем старого воска, чтобы таким об¬ разом надпись не была видна и по свежести воска не догадались бы об обмане» (Just. Epit., II, 10 [12—14]). Ср.: Oros. Hist., II, 9,1: «Ксеркс, наследовавший в правлении отцу Дарию, в течение пяти лет готовил войну против Греции, задуманную отцом, как то на табличках, сначала покрытых письмом, затем навощенных, передал своим лакедемонянин Демарат, который тогда волею случая жил в изгнании у Ксеркса». 24 Oros. Hist., IV, 2, 7. 23 Fol. 80r: Pyrrus a Romanis ac Siciliensibus fugatus («Пирр изгнан римлянами и сицилийцами»). См.: Just. Epit., XXIII, 3 [11—12]. 26 Fol. 55г: Mors Alexandri regis magni Macedonum («Смерть вели¬ кого царя македонцев Александра»): «Скончался Александр 33 лет и одного месяца отроду» (Just. Epit., XII, 16 [1]). Ср.: Oros. Hist., III, 20, 4: «Александр же под Вавилоном погиб, когда все еще жаждущий крови он, жестоко укрощая алчность, испил в результате козней слуги зелье». 27 Fol. 28v: Qualiter in patriam uictor Alcibiades revertitur («Каким образом Алкивиад возвратился на родину победителем»). См.: Just. Epit., V, 4 [8-18]. Ср.: Oros. Hist., II, 16, 7. 28 Fol. 44r: De Demosfene oratore («Об ораторе Демосфене»). См.: Just. Epit., XI, 2 [7—8]. Ср.: Oros. Hist., III, 16,1. 197
Часть II. Освоение исторической традиции в каролингскую эпоху в скрипториях северо-западной Франции и южной Англии сочинения Орозия и Юстина начали объединять в одном кодексе. Более того, предваряли книгу соответствующим пояснением в виде небольшой поэмы29. Основанием для подобной практики служили стремление средневековых эру¬ дитов иметь сравнительную историю древнего мира в одном томе, а также представление о том, что оба сочинения допол¬ няют друг друга и написаны в «одном ключе». По мнению исследователя, рассказы Юстина могли восприниматься средневековыми читателями как жалоба, что до прихода хри¬ стианства в мире царило зло. Как известно, именно таковой была и важнейшая установка Орозия. Мне представляется, что традиция объединять в одном томе «Историю» и «Эпитому» возникает не на пустом ме¬ сте. Она является логическим продолжением специфической эрудитской практики — той самой, которую зафиксировали пометы на полях веронского и флерийского манускриптов с сочинением Юстина. Однако не все совпадающие маргиналии можно объяснить обращением к «Истории против язычников», даже если они перекликаются с рассказами Орозия. Выбор иных сюжетов кажется довольно странным. Например, зачем каролингские читатели сделали пометы напротив сообщений Юстина об афинских царях Кодре и Кекропе, о самоубийстве Сарданапала или о перевороте магов в Персии? Необходимые ответы можно найти в хронике Евсевия-Иеронима30. Во флерийской рукопи¬ си к ней восходят примерно 33 фрагмента, в веронской — 11. 29 Mortensen L. В. Orosius and Justinus in one volume. Post-Conquest books across the Channel // Cahiers de Tinstitut du moyen-age grec et latin. 1990. № 60. P. 389-399. 30 Eusebii Pamphili Chronicon interprete S. Hieronymo // PL. T. 27. Col. 11—508 (далее — Eus.-Hier. Chr.). 198
Глава 7. Юстин и его каролингские читатели Как известно, в этом сочинении представлена сложней¬ шая хронологическая конструкция, охватывающая всю зем¬ ную историю человечества. Используя сведения о правящих династиях, олимпиадах, возникновении и падении империй, авторы постарались создать универсальную схему, в рамках которой соотносилась бы история разных частей Ойкумены, описанная древними писателями. В качестве своеобразных ориентиров на хронологической оси фигурируют правители, а также разнообразные события политической и естествен¬ ной истории. Из числа совпадающих маргиналий к хронике опреде¬ ленно восходят сообщения о Зороастре, самоубийстве Сар- данапала, уничтожении Мидийской державы и завоевании Лидийского царства Киром, о перевороте магов в Персии, об афинских царях Кекропе и Кодре и некоторые другие31. 31 Маргиналии даются в том же порядке, что и выше — в каждом примере первой идет ссылка на страницу флерийской рукописи, вто¬ рой — ссылка на страницу веронского фрагмента: Fol. 8v: Zoroastres primus dicitur artes magicas inuenisse («Зороастр, как говорят, первым изобрел искусство магии») / lv: Soroastres Nino occiditur («Зороастр убит Нином»): «Последней его войной была во¬ йна с бактрийским царем Зороастром, который, как говорят, первый изобрел искусство магии, а также с величайшим усердием изучал на¬ чала мироздания и движение небесных светил» (Just. Epit., I, 1 [9]). Ср.: Oros. Hist., I, 4, 3: «Наконец, он (Нин) убил поверженного в битве бактрийского царя Зороастра, того самого создателя магиче¬ ского искусства»; Eus.-Hier. Chr. II. Coi. 239—260: «Zoroastres magus rex Bactrianorum clarus habetur, adversus quem Ninus dimicavit bello et vicit» («Имелся знаменитый маг Зороастр, царь Бактрийский, против которого Нин пошел войной и победил»). Fol. 9v: Exitus Sardanapalli ubi se incendit («Кончина Сарданапа- ла, где он себя убил»); Initium regni Medorum («Начало Мидийского царства») / 3r: Sardanapallus occiditur («Сарданапал убит); Arbactus regnat («Арбакт правит); Finis regni Assyriorum («Конец Ассирий¬ ского царства); Astiagis regnat («Астиаг правит): «Побежденный, 199
Часть II. Освоение исторической традиции в каролингскую эпоху Во флерийской рукописи за пределами границы тек¬ ста, совпадающего с веронским фрагментом, с хроникой (Сарданапал) возвратился в свой дворец, приказал сложить и зажечь костер и спалил в пламени и себя и свои сокровища, единственный раз поступив, как мужчина. После него царем стал виновник его гибели Арбакт, ранее бывший мидийским наместником. С ним верховная власть перешла от ассирян к мидянам. Затем после многих царей цар¬ ская власть перешла в порядке наследования к Астиагу» (Just. Epit., I, 3 [3—6], 4 [1]). Ср.: Oros. Hist., 1,19,1: «Вскоре... когда прибыли ми- дийцы, (Сарданапал), подстрекаемый к войне и побежденный, взошел на пылающий костер. После этого власть ассирийцев перешла к мидий- цам»; Eus.-Hier. Chr. II. Col. 343—346: «Sardanapallus eodem tempore Tarsum atque Anchialem condidit, et habitari fecit; et in praelio victus ad Arbace Medrum rege, semet incendio concremavit» («Сарданапал в то время основал и заселил Таре и Анхиал; и побежденный в сражении мидийским царем Арбактом, самого себя сжег в пламени»); Eus.-Hier. Chr. II. Col. 347—348: «Arbaces Medus, Assyriorum imperio destructo, regnum in Medos transtulit» («Арбакт мидянин, разрушив Ассирийскую империю, перенес царство к мидянам»). Fol. 9v: Capto Astiage a Cyro nepote finis imperii Medorum. Regnaverunt annis CCCL («С пленением Астиага его внуком Киром пришел конец господству мидян. Они правили 350 лет») / 6г: Finis regni Medorum («Конец Мидийского царства»): «Так закончилось го¬ сподство мидян. Владычествовали они 350 лет» (Just. Epit., I, 6 [16]). Ср.: Oros. Hist., I, 19, 10: «(В битве в плен попадает Астиаг)... Таков был конец империи мидийцев»; Eus.-Hier. Chr. II. Col. 375—376: «Cyrus Medorum destruxit imperium, et regnavit Persis subverso rege Medorum Astyage. Regnaverunt Medii super Assyrios annis CCCLIV» («Кир уничтожил Мидийскую державу и правил персами, свергнув мидийского царя Астиага. Мидийцы правили после ассирийцев 354 года»). Fol. Иг: Indulgentissimus uictor Cyrus in Croesum («Снисходи¬ тельнейший Кир победитель Креза») / 6г: Croesus Lyddorum rex» («Лидийский царь Крез»): «Кир после победы (над Крезом) приведя в порядок дела в Вавилоне, перенес войну в Лидию. Там он без всякого труда рассеял войско Креза, уже подавленное недавним поражением. Сам Крез был взят в плен» (Just. Epit., I, 7 [4]). Ср.: Oros. Hist., 200
Глава 7. Юстин и его каролингские читатели связаны пометы о Девкалионе, Аминте, Птолемее Фило- паторе, Гиероне, Мидасе, об изгнании Дионисия и смерти II, 6, 12: «Крез, царь лидийцев, знаменитый богатствами, когда он прибыл на помощь вавилонянам, будучи побежденным, бежал, пол¬ ный тревоги, в свое царство. Кир, после того, как напал на Вавилон... и привел в порядок как царь, перенес войну в Лидию, где без всякого труда одолел измотанное еще предшествующей битвой войско. Само¬ го же Креза он захватил и пленному сохранил жизнь, и (одарил его) вотчиной»; Eus.-Hier. Chr. II. Col. 375—376: «Croesus adversus Cyrum bellum iniit, Apollinis responsis credens, et victus est» («Крез начал войну против Кира, поверив изречению оракула, и был побежден»); Eus.- Hier. Chr. II. Col. 377—378: «Croesus a Cyro captus est, et Lydorum regnum destructum est, quod stetit annis CCXXXII» («Крез был схва¬ чен Киром, и Лидийское царство, которое простояло 232 года, было разрушено»). Fol. 12г: Origo regni magorum («Происхождение царства магов») / 8v: Oropasta magus regnat Persiis («Маг Оропаст правит персами»): «(Камбиз умер). Маг, узнав об этом раньше, чем весть о смерти царя распространилась, пошел на преступление: он убил Мергида, которому надлежало царствовать, а вместо него поставил своего брата Оропаста, чрезвычайно похожего на Мергида и чертами лица и телосложением. А так как никто не подозревал обмана, то вместо Мергида царем стал Оропаст. Все это было тем легче сохранить в тайне, что у персов особу царя, из-за преклонения перед царским величием, скрывают от народа» (Just. Epit., I, 9 [9—11]). Fol. 9v: Oropasta magus interfecitur («Маг Оропаст убит»): «Судьбе было угодно, чтобы Горбий остался жив, а маг был убит / Великую славу стяжали себе вельможи, восстановив царскую власть и убив магов» (Just. Epit., I, 9 [23], 10 [1]). Ср.: Oros. Hist., II, 8, 3: «После (Камбиза) маги, которые при нем исчезли, осмелились коварно завладеть царской властью; но скоро они были схвачены и уничтоже¬ ны»; Eus.-Hier. Chr., II. Col. 379—380: «Post Cambysen duo fraters Magi regnaverunt mensibus VII» («После Камбиза в течение 7 месяцев правили два брата мага»). Fol. 16v: De Cecrope qui primus marem feminae iunxit («О Кек- ропе, который первым установил брак между мужчиной и жен¬ щиной») / 18r: Cecropis rex («Царь Кекроп»): «Еще до времен 201
Часть II. Освоение исторической традиции в каролингскую эпоху Алкивиада, о преобразованиях Ликурга, о захвате Мессены и парфениях32. Девкалиона царем афинян был Кекропс, о котором рассказывают... что он имел в себе две природы и первый установил брак между мужчиной и женщиной» (Just. Epit., II, 6 [7]). Ср.: Oros. Hist., I, 9, 1: «За 810 лет до основания Города в Афинах правил Амфиктион, третий царь после Кекропа»; Eus.-Hier. Chr. II. Coi. 283—284: «Hic temporibus in Acta, quae nunc Attica nuncupatur, regnavit Cecrops, qui et diphyes, annis L» («В те времена в Акте, которая нынче зовется Аттикой, на протяжении 50 лет правил Кекроп, который имел двой¬ ную природу»). Fol. 17v: De morte Codri («О смерти Кодра») / 18v: Codrus rex qui sponte se morti tulit («Царь Кодр, который добровольно предал себя смерти»): «Царем у афинян в то время был Кодр. Он узнал и об ответе божества, и о приказе, данном неприятельским воинам, и, сменив царский наряд на лохмотья, с вязанкой хвороста на спине проник во вражеский лагерь. Там, в преградившей ему путь толпе, он был убит воином, которого намеренно ранил своим серпом. Опознав труп царя, доряне отступили без боя» (Just. Epit., II, 6 [19—20]). Ср.: Oros. Hist., I, 18, 2: «На те времена приходится изгнание и ко¬ раблекрушение греков, поражение сломленных пелопоннесцев, когда был убит Кодр, неведомые фракийцы, поднявшиеся на новые войны, и общее в то время сотрясение по всей Азии и Греции»; Eus.-Hier. Chr. II. Coi. 327—328: «Codrus juxta responsum Apollinis se ipsum morti tradens interimutur bello Peloponnesiaco» («Кодр, согласно пророчеству оракула предав себя смерти, прервал Пелопоннесскую войну»). 32 Fol. 23v: Unde parteni orti. Ср.: Eus.-Hier. Chr. II. Coi. 361—362: «Ii, qui Parthenii vocabantur, Tarentum condiderunt». Fol. 23v: Victi Messeni. Ср.: Eus.-Hier. Chr. II. Coi. 357—358,359—360: «Lacedemonii contra Messenios bellum habebant, quod viginti annis agebatur; Messena a Lacedemoniis capitur». Fol. 30r: Mors Alcibiadi. Ср.: Eus.-Hier. Chr. II. Coi. 391—392: «Alcibiadem Pharnabazus interficit». Fol. 36r: Amintas pater Philippi. Ср.: Eus.-Hier. Chr. II. Coi. 391— 392, 393—394: Amyntas. Fol. 45v: Mida rex. Ср.: Eus.-Hier. Chr. II. Coi. 307—308: «Mida regnavit in Phrygia». 202
Глава 7. Юстин и его каролингские читатели Некоторые сюжеты, помеченные на полях флерийско- го манускрипта, не восходят напрямую к хронике, но те¬ матически очень близки «заимствованным» сообщениям, либо существенно их дополняют. Например, читатель не ограничился сообщением о законодательной активности Ликурга, но добавил информацию о том, как он отказался от узурпации власти и добровольно покинул родину, пред¬ варительно позаботившись о строгом соблюдении своих постановлений33. Аналогичным образом, натолкнувшись на упоминание об Алкивиаде, который не являлся ни ца¬ рем, ни императором, но смерть которого стала очередной Fol. 74v: Humilitas uitae fugientis et exulantis Dionisi». Ср.: Eus.-Hier. Chr. II. Coi. 391—392: «Dionysius Corinthum sub saedere navigavit». Fol. 80r: Iero dux siciliensium ab apibus nutritus. Ср.: Eus.-Hier. Chr. II. Coi. 383—384: «Hieron post Gelonem Syracusis tyrannidem exercet». Fol. 89r: Ptolomeus Filopator parte ac matre interfectis Aegiptum occupant. Ср.: Eus.-Hier. Chr. II. Coi. 88: «Ptolemaeus Philopator annis XXI». 33 Fol. 22v: Qualiter Ligurgus regnum patris filio restituit («Каким образом Ликург возвратил отцовское царство сыну»): «Ликург, не¬ когда став наследником своего брата, спартанского царя Полидекта, мог бы присвоить себе царскую власть, но, проявив величайшее благо¬ родство, передал ее Хариллу, сыну Полидекта, когда тот достиг совер¬ шеннолетия, хотя Харилл родился уже после смерти отца» (Just. Epit., Ill, 2 [5]). Ср.: Eus.-Hier. Chr. II. Col. 343—344: «Lycurgus insignis habetur» («У Ликурга имелись инзигнии»). Fol. 23r: De iure iurando Spartanorum & exitu Ligurgi («О соблю¬ дении спартанских законов и изгнании Ликурга»): «Он распространил слух, будто творец этих законов — сам Аполлон Дельфийский и что законы свои он создал по божественному повелению, все это — для того, чтобы страх перед божеством победил трудности соблюдения (новых законов)... Ликург уехал на Крит, где и жил до конца жизни, (добровольно) изгнав себя с родины» (Just. Epit., Ill, 3 [10—12]). 203
Часть II. Освоение исторической традиции в каролингскую эпоху хронологической вехой для Евсевия-Иеронима, читатель посчитал необходимым довольно подробно проследить его биографию, благо и Орозий, и Юстин сообщают о нем до¬ статочно много34. То, что исследование движется в правильном направ¬ лении, в конце концов подтвердил читатель веронской ру¬ кописи. На /о/. 2г напротив рассказа об убийстве царицы Семирамиды собственным сыном читатель оставил следу¬ ющее пояснение: «Zameis qui & Ninias filius Nini & Semir- amidii annos XXXVIII» («Замей, он же Ниний, сын Нина и Семирамиды, правил 38 лет»). Эта маргиналия является буквальной цитатой из сочинения Евсевия-Иеронима35. Отметим, что Юстин (а вслед за ним и Орозий) нигде не называет сына Семирамиды Замеем, но использует только одно имя — Ниний. 34 Fol. 27r: De exilio Alcibiadis («Об изгнании Алкивиада»). См.: Just. Epit., V, 1 [2]. Ср.: Oros. Hist., II, 15,1. Fol. 27v: De Alcibiade cum Lacedemoniis contra patriam dimicante («Об Алкивиаде, упорно боровшемся против отечества с лакедемоня¬ нами»). См.: Just. Epit., V, 2 [1—3]. Ср.: Oros. Hist., II, 15, 6. Fol. 28r: Quibus coditionibus Alcibiades cum Ateniensibus amititiam reparauent («На каких условиях Алкивиад восстановит мир с афиняна¬ ми»). См.: Just. Epit., V, 3 [2—3]. Ср.: Oros. Hist., II, 16, 2. Fol. 28v: Alcibiades pro Atheniensibus Lacedemonios vincit («Ал¬ кивиад победил лакедемонян вместо афинян»). См.: Just. Epit., V, 4 [1-2]. Ср.: Oros. Hist., II, 16, 4. Fol. 29v: Qualiter in patriam uictor Alcibiades revertitur («Каким об¬ разом Алкивиад возвратился на родину победителем»). См.: Just. Epit., V, 4 [8-18]. Ср.: Oros. Hist., II, 16, 7. Fol. 29r: Veritus Alcibiades Lacedemonios denuo in exilium profi¬ ciscitur («Испуганный Алкивиад снова отправляется в изгнание к ла¬ кедемонянам»). См.: Just. Epit., V, 5 [8]. 35 Ср.: Eus.-Hier. Chr. II. Coi. 261—262: «Zameis, qui et Ninyas, filius Nini et Semiramidis, annis XXXVIII». 204
Глава 7. Юстин и его каролингские читатели Позволю себе немного задержаться на веронском фраг¬ менте. В рукописи «Эпитомы» имеется еще одна довольно странная маргиналия, связанная с Семирамидой. Напротив первого упоминания имени царицы читатель пометил, что она правила 32 года36. В этом было как будто не много смысла, поскольку аналогичная цифра фигурирует в основном тексте буквально на следующей странице37. Тем не менее он по¬ считал необходимым дополнительно зафиксировать данный факт на полях, воспроизводя устойчивую традицию, идущую от хроники Евсевия-Иеронима38. Благодаря маргиналиям сюжет о Семирамиде, поме¬ стившийся на одном развороте, обретал законченный, хотя и предельно схематичный характер. Пометы позволяли сра¬ зу очертить главное: царица являлась женой Нина; правила 32 года; основала Вавилон; после ее смерти трон занял сын Замей-Ниний. Нетрудно заметить, что рассказ Юстина, несмотря на свою лаконичность, куда более развернут и со¬ держателен. Например, римский автор рассказывает о том, что: Семирамида обладала недюжинным полководческим талантом и отважно воевала; дошла до Индии, где кроме нее, сумел побывать только Александр Македонский; мно¬ го лет оставаясь на троне, скрывала свою принадлежность к женскому полу, а когда открылась, снискала еще больше уважения у подданных и знати; склоняла к сожительству собственного сына и в итоге погибла от его руки. Но ка¬ ролингский читатель всю эту информацию проигнорировал. 36 Fol. lv: Semiramis regnat annis XXXII («Семирамида царство¬ вала 32 года»). Помета стоит напротив фразы: «Убив Зороастра, Нин умер и сам, оставив малолетнего сына Ниния и жену Семирамиду» (Just. Epit., 1,1 [10]). 37 Fol. 2r: Duos & XXX post Ninum regno potita (Just. Epit., I, 2 [10]). 38 Ср.: Eus.-Hier. Chr. II. Col. 261—262; Oros. Hist., I, 4, 4. 205
Часть II. Освоение исторической традиции в каролингскую эпоху С другой стороны, маргинальные записи о Семирамиде ни¬ как нельзя назвать оглавлением. Они не только не следуют за основным содержанием, но, если угодно, перестраивают рассказ Юстина, помещая его в строгие нарративные рамки хроники Евсевия-Иеронима39. Скорее всего, перед нами свидетельство большой работы по установлению универ¬ сальной хронологии земной истории человечества, начатой Евсевием-Иеронимом и продолженной каролингскими эру¬ дитами на полях сочинения античного историка. Не все совпадающие пометы в рукописях «Эпитомы» в настоящий момент поддаются точной идентификации40. Однако совпадение ряда сюжетов заставляет думать, что между читателями флерийского и веронского манускриптов 39 Ср.: Eus.-Hier. Chr. II. Coi. 259—260: «Semiramis uxor Nini Assyriis imperavit annis XLII: de qua innumerabilia narrantur. Quae et Asiam tenuit, et propter inundacionem aggeres construxit, plurimas Baby¬ loniae urbes insiaurans». 40 К ним относятся, например, следующие маргиналии:Fol. 9v: Lidis arma & equi ablate («Лидийцы лешились оружия и конец») / 6v: Liddi arte Cyri Regis deuicti («Лидийцы искусно побеждены царем Киром»). См.: Just. Epit., I, 7 [11—13]. Fol. 16г: Servile bellum contra Scytarum & ammonitio verberum parandorum («Война рабов против скифов и наставление плетьми») / 17r: Scitharum servi adversus dominos arma sumunt («Рабы скифов под¬ нимают оружие против господ»). См.: Just. Epit., II, 5 [3—4]. Fol. 18v: Factum Cinegiri navem tetentis («Деяние Кинегира, удер¬ жавшего корабль») / 21r: Miles qui amissis manibus navem morsu detinuit («Воин, который лишившись рук, удержал корабль зубами»). См.: Just. Epit., II, 9 [16-19]. Fol. 18v: Certamen inter Darii filios de successione regni («Спор между сыновьями Дария о наследовании царства») / 21v: Xerxes et Artamenes filii Darii de generis nobilitate et regno disputants («Ксеркс и Ариаменес, сыновья Дария, спорят о знатности происхождения и о царстве»). См.: Just. Epit., II, 10 [1—10]. 206
Глава 7. Юстин и его каролингские читатели существовали и другие тексты-посредники. Среди них, несо¬ мненно, были не только труды по истории. Так, «параллель¬ ный» сюжет о происхождении афинян наверняка отсылает к «Этимологиям» Исидора Севильского41. Это сочинение, как будет показано ниже, оказало большое влияние на чи¬ тателя флерийской рукописи. К сожалению, незначительный размер веронского фрагмента не позволяет сделать опреде¬ ленных выводов на сей счет. Формы работы с текстом Известное сходство манеры чтения, которое отражено в по¬ метах на полях двух рукописей, вовсе не означает отсутствия различий в формах работы с одним и тем же текстом. Скорее, наоборот, на фоне общих черт особенности становятся более заметными. Уже из обзора совпадающих маргиналий видно, что читатель веронского фрагмента, при несомненной симпа¬ тии к Орозию, оперирует «Хроникой» Евсевия-Иеронима более активно, нежели его анонимный коллега. Впрочем, «История против язычников» оказывала серь¬ езное влияние на читателя феронского фрагмента при оценке отдельных сообщений Юстина. С иными расска¬ зами Орозия этот человек работает настолько плотно, что разбирает буквально каждое предложение, отыскивая соот¬ ветствующие пассажи у Юстина. Именно так он проком¬ ментировал большой эпизод из истории греко-персидских войн, охватывающий события от предупредительного письма 41 Fol. 16v: Origo Atheniensium («Происхождение афинян») / 17v: De Atheniensium origine («О происхождении афинян»). См.: Just. Epit., II, 6 [3—4]. Ср.: Isid. Etim., IX. De gentium vocabulis, 76 (S. Isidorus Hispalensis. Origines sive Etimologiae / Ed. W. W. Lindsay. Oxford, 1911. Vol. 1-2). 207
Часть II. Освоение исторической традиции в каролингскую эпоху Демарата о готовящемся вторжении персов до бегства Ксеркса из Абидоса42. 42 Fol. 22r/22v: Demaractus qui apud Xersen exulabat. Belli consilium [in]tabellis cera super inductis perdit / R his partanorum («Демаракт, который жил в изгнании у Ксеркса, передал своим со¬ родичам сообщение о войне, записанное на восковых табличках»): «В течение пяти лет Ксеркс продолжал подготовлять войну, начатую его отцом против греков. Как только узнал об этом Демарат, царь лакедемонян, который в качестве изгнанника жил у Ксеркса, он — более преданный родине, изгнавшей его, чем царю, оказавшему ему благодеяния, — чтобы война не застала греков врасплох, обо всем на¬ писал спартанским магистратам на деревянных дощечках и написанное прикрыл слоем старого воска, чтобы таким образом надпись не была видна и по свежести воска не догадались бы об обмане» (Just. Epit., II, 10 [12-14]). Ср.: Oros. Hist., II, 9,1. Belli apparatus Xersis Regis adversus grecos («Приготовление к во¬ йне против греков царя персов Ксеркса»): «Ксеркс за это время уже вооружил набранных в своем царстве 700 тысяч воинов и 300 тысяч вспомогательных войск, так что не без оснований рассказывают, что его войско выпивало до дна реки и что вся Греция едва могла вместить в себя его армию» (Just. Epit., II, 10 [18—19]). Ср.: Oros. Hist., II, 9, 2. Fol. 23r: Leonida Spartanorum rex («Царь спартанцев Леонид»): «Ибо когда Леонид, царь спартанский, занял Фермопильское ущелье с четырьмя тысячами воинов, Ксеркс из презрения к такому ничтожно¬ му отряду приказал вступить с ним в бой тем (воинам), родственники которых пали в Марафонской битве» (Just. Epit., II, И [2]). Ср.: Oros. Hist., II, 9, 3-4. Spartanis («[со] спартанцами»): «(Леонид) обратился к союзникам и стал убеждать их уйти и сохранить себя для отечества и для лучших времен; он же со спартанцами должен испытать судьбу: он обязан боль¬ ше думать о родине, чем о своей жизни, остальные же пусть сохранят себя для защиты Греции» (Just. Epit., II, 11 [3—6]). Ср.: Oros. Hist., II, 9, 6. Fol. 23v: Rei publicae («Для отечества»): «(Леонид) для того и за¬ нял ущелье, чтобы со своими небольшими силами либо победой стяжать величайшую славу, либо погибнуть с наименьшим ущербом для отече¬ ства» (Just. Epit., II, И [10]). Ср.: Oros. Hist., II, 9, 7. 208
Глава 7. Юстин и его каролингские читатели Аналогичным образом читатель проштудировал фрагмент о державе скифов и царстве амазонок43. Такое детальное Fol. 25v: Iones (Ионийцы): «Когда исход сражения был еще сомни¬ телен, ионяне, по совету Фемистокла, начали мало-помалу выходить из битвы: их измена сломила боевой дух у других (сражавшихся)» (Just. Epit., II, 12 [25]). Ср.: Oros. Hist., II, 10, 4. Fol. 26r: Abido («У Абидоса»): «Греки, услышав о бегстве царя, принимают решение разрушить тот мост, который Ксеркс как бы в знак своей победы над морем построил у Абидоса. (Целью греков было), отрезав персам путь к отступлению, либо уничтожить царя вместе с войском, либо принудить его, побежденного, в таком отча¬ янном положении добиваться мира» (Just. Epit., II, 13 [5]); и Abidum (Абидос): «Царь (Ксеркс), пораженный этим известием, поручает военачальникам (руководить) переправой воинов, а сам с небольшим отрядом спешит в Абидос» (Just. Epit., II, 13 [8]). Ср.: Oros. Hist., II, 10, 8. Fol. 26v: R(equire): «Зрелище это, достойное созерцания, наво¬ дило на размышления о человеческом жребии и о том, что все в жизни меняется: на малом суденышке искал спасения тот, кого еще незадолго перед тем не могло вместить целое море» (Just. Epit., II, 13 [10]). Ср.: Oros. Hist., II, 10, 9. 43 Fol. 14v: Amazonas arma sumunt («Амазонки берутся за ору¬ жие»): «Когда их жены увидели, что к изгнанию прибавилось еще и вдовство, они взялись за оружие и стали защищать свои владения; сначала они только оборонялись, а потом и сами стали нападать» (Just. Epit., II, 4 [4]). Ср.: Oros. Hist., 1,15, 2. Fol. 15r: Duo reginae Marthesia & Lampedo («Две царицы Map- пезия и Лампедо»): «Девочек они воспитывали по своему примеру, не приучали их ни к безделью, ни к прядению шерсти, а к оружию, к коням, к охоте, еще в младенчестве выжигая им правую грудь, чтобы она не мешала стрелять из лука. Отсюда и произошло название амазо¬ нок. Было у них две царицы — Марпезия и Лампето» (Just. Epit., I, 4 [10-12]). Ср.: Oros. Hist., 1,15,4. Fol. 15v: Orithia regina («Царица Орития»): «У амазонок в это вре¬ мя царствовали две сестры, Антиопа и Орития, но Орития вела тогда войну за пределами своего государства» (Just. Epit., II, 4 [20]). Ср.: Oros. Hist., 1,15, 8. 209
Часть II. Освоение исторической традиции в каролингскую эпоху сопоставление он вряд ли сумел бы проделать, полагаясь исключительно на память. Почти наверняка он сравнивал сообщения Юстина и Орозия, имея перед глазами оба сочи¬ нения одновременно. Таким образом, мы можем представить себе, как именно строилась его работа. Некоторые маргиналии позволяют констатировать весьма специфическую расстановку акцентов, которую делал чита¬ тель веронского фрагмента, выбирая истории, привлекающие его внимание. Например, он отметил, что царица амазонок Минития сожительствовала с Александром Великим, но со¬ вершенно проигнорировал сообщение о скором исчезновении всего народа амазонок, помещенное в том же предложении44. Пренебрежение довольно странное, учитывая, что этот чело¬ век живо интересовался историей «гибели царств», равно как и историей амазонок. Вероятно, «виной» тому представление о мировых империях, изложенное, в частности, Орозием и широко распространенное в каролингский период. Как из¬ вестно, в этой глобальной схеме амазонкам места не нашлось, в отличие от ассирийцев и мидян. Равным образом маргиналия о победе Кира над лидийца¬ ми вроде бы должна сообщать читателю о военных успехах Fol. 16v: Pentiselea regina («Царица Пентесилея»): «После Оритии царицей стала Пентесилея, которая во время Троянской войны пришла на помощь (троянцам) против греков и проявила величайшую свою до¬ блесть, (сражаясь) с храбрейшими мужами» (Just. Epit., II, 4 [31]). Ср.: Oros. Hist., I, 15,10. 44 Fol. 16v: Minithia regina concubitum Alexandri optinuit («Царица Минития сожительствовала с Александром»): «Их (амазонок. — А. С.) царица, Минития или Талестрис, после того как сошлась с Александром Великим на тридцать дней, чтобы иметь от него по¬ томство, возвратилась в свое царство и в скором времени погибла, и вместе с ней погиб весь народ амазонок» (Just. Epit., II, 4 [33]). Ср.: Oros. Hist., III, 18, 5. 210
Глава 7. Юстин и его каролингские читатели великого правителя. Но в «Эпитоме» речь идет о необрати¬ мой деградации некогда могущественного народа43. В рассказе о том, как Кимон, сын полководца Мильти- ада, добровольно заключил себя в оковы, чтобы выкупить тело отца у тюремщиков и предать его земле, читатель об¬ ратил внимание на то, что Мильтиад, герой Марафонской битвы, был посажен в тюрьму за казнокрадство46. Напро¬ тив, героический поступок Кимона совершенно выпал из его поля зрения. Читатель флерийской рукописи, прочитывая Юстина с помощью Орозия, не просто сопоставляет сообщения древних авторов. В иных случаях он демонстрирует извест¬ ную независимость суждений и явную склонность к сравни¬ тельному анализу. Как известно, Орозий рисует довольно мрачную картину человеческого бытия и наделяет некоторых ключевых персонажей мировой истории совсем нелестными характеристиками. У Юстина не было такой задачи, поэтому его оценки, как правило, значительно мягче и позитивней. Наиболее ярким примером может служить характеристи¬ ка, данная обоими авторами Александру Македонскому. 45 Fol. 6v: Liddi arte Cyri regis deuicti («Лидийцы искусно по¬ беждены Киром»): «Спустя некоторое время, когда Кир был занят другими походами, лидийцы снова начали войну. Они были вторич¬ но побеждены, у них отняли оружие и коней, и им было приказано содержать харчевни, заниматься актерским делом и сводничеством. Так народ лидийский, некогда могущественный благодаря трудолюбию и предприимчивости, привык к роскоши и распущенности, стал изне¬ женным и утратил свою былую доблесть» (Just. Epit., I, 7 [11—13]). 46 Fol. 28v: Peculatus a(utem) qui re[m] publica[m] furat(ur?) («Казнокрадство, которое расхищает государственное имущество»): «Когда отец его за казнокрадство был заключен в темницу и там умер, Кимон (новый полководец греков, сын Мильтиада, героя Марафон¬ ской битвы. — А. С.), добровольно заковав себя в его оковы, выкупил тело отца для погребения» (Just. Epit., II, 13 [19]). 211
Часть II. Освоение исторической традиции в каролингскую эпоху Орозий изображает императора человеком жестоким, крово¬ жадным и совершенно беспощадным к врагам, в частности, к персидскому царю Дарию и его семье47. Юстин, напротив, подчеркивает великодушие и доброту Александра по от¬ ношению к своему царственному противнику, а также к его жене и дочерям, с которыми он обошелся в высшей степени благородно. Читатель, в свою очередь, не только педантично пометил соответствующие фрагменты «Эпитомы», но также сопроводил их весьма показательным комментарием, чем, несомненно, выразил свое положительное отношение равно к Александру и к рассказу Юстина48. Аналогичным образом читатель демонстрирует нейтральное отношение к характе¬ 47 Oros. Hist., III, 17, 6—7: «И вот, приказав войску, чтобы дви¬ галось вперед, сам... нашел Дария, оставленного одного на дороге, многократно израненного и испускающего через раны последние дуно¬ вения жизни. Он, движимый пустым милосердием, приказал перенести умершего Дария в усыпальницу предков и похоронить там; я не говорю о его (Дария) матери или жене, но Александр удерживал также в без¬ жалостном плену маленьких дочерей (персидского царя)». 48 Fol. 47v: Alexander mortuae uxoris Dañi funus exequus honorauit («Александр почтил похороны умершей жены Дария, следуя за гро¬ бом»): «Во время похода Дарий получает известие, что его жена умерла от несчастных родов, что Александр оплакал ее смерть и сопровождал ее тело в день похорон, причем поступил так не из влюбленности в нее, а по своей человечности» (Just. Epit., XI, 12 [6]). Fol. 48v: Ordo inuienti et moñentis Dañi («Порядок разыскания и смерти Дария»): «Когда (Александр) остановился, чтобы дать отдо¬ хнуть коням, один из его воинов пошел к ближайшему источнику и на¬ шел там Дария, в повозке, тяжко израненного, но еще дышащего... По¬ сле этих слов, протянув руку, он скончался» (Just. Epit., XI, 15 [5—13]). Fol. 49r: Dañi Alexandro funus honoratus («Почетное погребение Дария Александром»): «Когда сообщили об этом Александру, он, увидев тело (Дария), оплакал его смерть, столь несовместную с его до¬ стоинством, и приказал похоронить его, как подобает царю, и положить его в гробницу предков» (Just. Epit., XI, 15 [14—15]). 212
Глава 7. Юстин и его каролингские читатели ристике Филиппа Македонского, которое приводит Юстин и которое резко контрастирует с комментарием Орозия49. Также, опираясь на «Историю», читатель флерийской рукописи иногда корректирует сведения, содержащиеся в «Эпитоме», как это видно, например, в случае с сообщением о захвате Византия спартанским царем Павсанием30. Этнографические и географические сюжеты Как уже было сказано, читатель флерийской рукописи оста¬ вил на ее полях больше 230 помет, и это дает нам возмож¬ ность более детально изучить его манеру работы с текстом Юстина. Выше мы коснулись незначительной части помет, но, как представляется, принципиально важной для понима¬ ния того, в каком направлении нужно строить дальнейшее исследование. Теперь рассмотрим другие маргиналии. Читатель — под влиянием не только сочинений Орозия и Евсевия-Иеронима, но также «Этимологий» 49 Fol. 42г: Descriptio morum Philippi («Описание нравов Фи¬ липпа»): «Царь этот больше любил оружие, чем пиры... Как оратор он был красноречив, изобретателен и остроумен; изощренность его речи сочеталась с легкостью, и сама эта легкость была изощренной» (Just. Epit., IX, 8 [4—10]). Ср.: Oros. Hist., III, 14, 10: «Коварство, высокомерие и владычество одного-единственного царя влекло за со¬ бой пожары в городах, разорения от войн, порабощения провинций, убийства людей, разграбление богатств, захват скота, продажу мертвых и пленения живых». 50 Fol. 39v: Bizantium primo condita a Pausania rege Spartanorum («Византий впервые основан спартанским царем Павсанием»): «Впервые этот город был захвачен (capta) Павсанием, спартанским царем, и в течение семи лет находился под его властью» (Just. Epit., IX, 1 [3]). Ср.: Oros. Hist., III, 13, 2: «Византий, основанный некогда Павсанием, царем спартанцев... является теперь престолом славней¬ шей империи». 213
Часть II. Освоение исторической традиции в каролингскую эпоху Исидора Севильского — живо интересуется этногео- графическими сюжетами: происхождением и обычаями различных народов, основанием и местоположением го¬ родов. Помимо уже упоминавшихся афинян он помечает рассказы Юстина о скифах51, амазонках52, македонцах53, истрийцах54, парфянах55, бруттиях56, луканах, спартан¬ 51 Fol. 13v: Contentio originis Scytarum & Egyptiorum («Спор о происхождении скифов и египтян»). Ср.: Just. Epit., II, 1 [5]; fol. 14r: Communio vitae Scy tarum («Общность жизни скифов). См.: Just. Epit., II, 2 [3—10]. Ср.: Isid. Etim., IX. De gentium vocabulis, 62. 52 Fol. 15r: Origo Amazonum («Происхождение амазонок»); Unde dictae Amazonas («Отсюда произошло название амазонок»). См.: Just. Epit., II, 4 [4—11]; fol. 15v: Victoria Hercules de amasonibus («Победа Геркулеса над амазонками»). См.: Just. Epit., II, 4 [21—22]. Ср.: Isid. Etim. IX. De gentium vocabulis: (65) «Amazones dictae sunt, sue quod simul viverent sine viris... sive quod adustis dexterioribus mammis essent, ne sagittarum iactis inpediretur... Nudabant enim quam adusserant mammam. Has Titianus Unimammas dicit. Nam hoc est Amazon... id est sine mamma. Has iam non esse, quod earum partism a Hercule, partim ab Achille vel Alexandro usque ad intemitionem deletae sunt». 53 Fol. 35r: De regis filio in canis post aciem posito («О царском сыне, поставленном в колыбели позади войска»). См.: Just. Epit., VII, 2 [8—9]; fol. 50v: Quae Alexander in castris statuerit («Что Александр установил в лагерях»). См.: Just. Epit., XII, 4 [7—11]. 54 Fol. 96v: Unde origo et nomen Istriorum («Происхождение на¬ рода и имени истийцев»). См.: Just. Epit., XXXII, 3 [13—15]. Ср.: Isid. Etim. IX. De gentium vocabulis, 83. Орозий упоминает истрийцев лишь косвенно. Ср.: Oros. Hist., IV, 13, 16: «Потом были разбужены ис- трийцы, новые враги, которых покорили ценой большой крови римлян консулы Корнелий и Минуций». 55 Fol. lllr: A rigno Parthorum («О царстве парфян»). См.: Just. Epit., XLI, 1 [1]. Ср.: Isid. Etim., IX. De gentium vocabulis, 44, 62. 56 Fol. 79r: Unde Brutii («Откуда пошли брутии»). См.: Just. Epit., XXIII, 1 [12]. Орозий упоминает бруттиев вскользь — Oros. Hist., I, 2, 100: «Адриатический пролив отделяет тавроменитанов Сицилии от бруттиев Италии». 214
Глава 7. Юстин и его каролингские читатели цах37, эпирцах38, тирийцах39, галлах-скордисках, даках60, ретах61 и евреях62. Выборка весьма показательная. В ней при¬ сутствуют народы Библии, народы, фигурирующие в хрони¬ ке Евсевия-Иеронима, носители имперских традиций, своего рода коллективные культурные герои, подарившие челове¬ честву множество важнейших открытий, народы, связанные с франками теснейшими родственными узами, и народы, не¬ посредственно соседствующие с Франкским королевством, прежде всего на восточной границе. Последнее обстоятель¬ ство объясняет, в частности, пристальный интерес к исто¬ рии и образу жизни скифов. В каролингскую эпоху с ними 37 Fol. 23v: Unde parteni orti («Откуда произошли парфении»). См.: Just. Epit., III, 4 [7]; fol. 78v: Quibus legibus Lucani et Spartani liberos suos instituant («При помощи каких законов луканы и спартан¬ цы воспитывают своих свободных»). См.: Just. Epit., XXIII, 1 [7—10]; fol. 88v: Constantia Lacedemoniorum («Стойкость лакедемонян»). См.: Just. Epit., XXVIII, 4 [3-4]. 38 Fol. 66v: Origo regni Epiri («Происхождение Эпирского цар¬ ства»). См.: Just. Epit., XVII, 3 [1—3]. Ср.: Isid. Etim. IX. De gentium vocabulis, 79. 39 Fol. 68v: Origo Tyriorum («Происхождение тирийцев»). См.: Just. Epit., XVIII, 3 [2—3]; fol. 69r: Tyrii (тирийцы). См.: Just. Epit., XVIII, 4 [1]. Ср.: Isid. Etim. IX. De gentium vocabulis, 17. 60 Fol. 96v: Calli scordisci (Галлы-скордиски). См.: Just. Epit., XXXII, 3 [8]; Unde Daci («Откуда (пошли) даки»). См.: Just. Epit., XXXII, 3 [16]. Ср.: Isid. Etim. IX. De gentium vocabulis, 90. 61 Fol. 72v: A tuscis et duce eorum Reto Retia («Тусками и их пред¬ водителем Ретом основана Реция»). См.: Just. Epit., XX, 3 [9]. Ср.: Isid. Etim. IX. De gentium vocabulis, 86. 62 Fol. lOOv: Origo Iudeorum («Происхождение евреев»). См.: Just. Epit., XXXVI, 2 [1—5]. Ср.: Isid. Etim., IX. De gentium vocabulis, 52. Fol. Wir: Sabbatum Iudeorum («Суббота у евреев»). См.: Just. Epit., XXXVI, 2 [14]; Mos Iudeorum ut eosdem quos et sacerdotes habeant («Обычай евреев иметь у себя (вождями) тех же самых (людей), кто является у них жрецом»). См.: Just. Epit., XXXVI, 2 [16]. 215
Часть И. Освоение исторической традиции в каролингскую эпоху ассоциировали венгров и вообще кочевые племена, в разное время приходившие с востока и вторгавшиеся во франкские земли. Например, Регинон, описывая в своем историческом сочинении венгров, целиком заимствует для этого «скифский очерк» Юстина63. К этнографическим, по-видимому, следует отнести помету о том, что персы называют собаку спакос64. К географическим относятся пометы напротив фрагмен¬ тов о расположении Сицилии, об Этне и о происхождении названия мыса Регий в Италии65, о Мертвом море и баль¬ замическом лесе в Иудее66. Кроме того, читатель помечает сообщения об основании/разрушении и/или расположении отдельных городов. К ним относятся Византий67, Алек¬ 63 Reginonis abbatis Prumiensis Chronicon cum continuatione Trever- ensi, 889 // MGH. SSrG in usum schol. Hannover, 1890. P. 131—132. 64 Fol. Юг: Canem Persae Spargos vocant («Собаку персы называют спакос»): «Кормилицу стали потом называть Спакос, что значит по- персидски «собака» (Just. Epit., I, 4 [13]). 65 Fol. 25r: De situ Siciliae («О расположении Сицилии»); De Etna monte («О горе Этне»); Quare oppidum regium dicatur («Почему не¬ приступное место называется Регий»). См.: Just. Epit., IV, 1 [1—4, 5, 7]; fol. 25v: De Sicilia («О Сицилии»). См.: Just. Epit., IV, 2 [1]. Ср.: Isid. Etim., XIV. De insulis, 31—33; XIV. De montibus ceterisque terrae vocabulis, 14. В «Истории против язычников» также можно найти гео¬ графическое описание Сицилии. Однако оно существенно отличается от рассказа Юстина: Oros. Hist., I, 2, 99—100. 66 Fol. 101r: Opo balsami silua (бальзамический лес). См.: Just. Epit., XXXVI,(3 [3—3]; Mare mortuum (Мертвое море); fol. lOlv: Alumen (смола). См.: Just. Epit., XXXVI, 3 [6—7]. Ср.: Isid. Etim., XIII. De lacis et stagnis, 3—4. 67 Fol. 39v: Bizantium primo condita a Pausania rege spartanorum («Византий впервые основан спартанским царем Павсанием»). См.: Just. Epit., IX,1 [3]. Ср.: Oros. Hist., III, 13, 2; Eus.-Hier. Chr. II. Coi. 363—364; Isid. Etim., XV. De civitatibus, 42. 216
Глава 7. Юстин и его каролингские читатели сандрия68, Карфаген69, Гераклея70, Эдесса71, Антиохия72, Сидон73, Утика74, многочисленные города в Италии от Мес¬ сины до Милана75. Соответствующая помета стоит напротив сообщения о страшном землетрясении в Азии, в результате 68 Fol. 47v: Alexander Alexandriam condidit («Александр осно¬ вал Александрию»). См.: Just. Epit., XI, И [13]. Ср.: Oros. Hist., III, 16, 14; Eus.-Hier. Chr. II. Coi. 399—400; Isid. Etim., XV. De civita¬ tibus, 34. 69 Fol. 69r-bis: Cartago (Карфаген). См.: Just. Epit., XVIII, 5 [14-17]. Ср.: Oros. Hist., IV, 6, 1; Eus.-Hier. Chr. II. Coi. 345-346; Isid. Etim., XV. De civitatibus, 30. 70 Fol. 64v: Heraclea (Гераклея). См.: Just. Epit., XVI, 3 [7]. Ге¬ раклея упоминается только у Орозия. Автор неверно определяет его местоположение в Кампании. На самом деле Геркалея расположена на юге Италии. Ср.: Oros. Hist., IV, 1, 8. 71 Fol. 35г: De urbe Edissa dicta («О городе, который зовется Эдесса»). См.: Just. Epit., VII, 1 [7]. Рассказ Юстина, скорее всего, привлек внимание читателя потому, что дополнял сообщение Исидора об истории основания города: Isid. Etim., XV. De civitatibus, 13. 72 Fol. 63v: Lisimacus Antiochiam ex nomine patris Antiochi nominauit («Лисимах назвал Антиохию по имени отца Антиоха»): «Когда после смерти Александра Селевк захватил царство на Востоке и основал там город, он посвятил его памяти о своем двойственном про¬ исхождении). А именно — сам город (Селевк, а не Лисимах. — А. С.) назвал Антиохией по имени своего отца Антиоха, а окрестности города посвятил Аполлону» (Just. Epit., XV, 4 [7—8]). 73 Fol. 68v: Sydon unde («Отсюда (произошел) Сидон»). См.: Just. Epit., XVIII, 3 [2—4]. Об основании Тира и Сидона см.: Eus.- Hier. Chr. II. Coi. 309—310; Isid. Etim., IX. De gentium vocabulis, 17, 22; XV. De civitatibus, 27—28. 74 Fol. 69r: Utica (Утика). См.: Just. Epit., XVIII, 4 [1-2]. Ср.: Isid. Etim., XV. De civitatibus, 28. 75 Fol. 71v: Quas urbes in Italia Creci condiderint («Какие города в Италии будут основывать греки»). См.: Just. Epit., XX, 1 [7—16]; fol. 72v: Mediolanum et Uicentiae a Crecis conditae («Медиолан и Вице- тия основаны греками»). См.: Just. Epit., XX. 5 [7—8]. Ср.: Isid. Etim., XV. De civitatibus, 57. 217
Часть II. Освоение исторической традиции в каролингскую эпоху которого погибли некоторые города76. Наконец, читателя заинтересовало детальное описание расположения Храма Аполлона в Дельфах77. Набор этногеографических сюжетов, помеченных читате¬ лем флерийской рукописи, весьма показателен. В значитель¬ ной степени он ориентирован на христианскую и — шире, — библейскую историю. Понимание этой специфики может стать ключом к интерпретации целой группы маргиналий, которые, на первый взгляд, никак не связаны между собой. Таков, например, цикл помет о галльском вожде Брен- не. У Орозия его имя встречается лишь однажды, да и то мельком, в повествовании о походе галлов в Северную Ита¬ лию78. Юстин, напротив, ничего не говорит об италийском походе, зато много пишет о деяниях галлов во главе с Брен¬ ном в Греции. Читатель педантично пометил сообщения об опустошительном набеге на Македонию, о разграблении Бренном храма Аполлона в Дельфах и последовавшем за этим возмездии79. 76 Fol. 91v: Terrae motus in Asia quasdam duitates absorbuit («Зем¬ летрясение в Азии поглотило некоторые города»). См.: Just. Epit., XXX, 4 [3]. 77 Fol. 82v: Cuius modi sit templum Apollonis apud Delphos («Ка¬ ким образом расположен храм Аполлона в Дельфах»). См.: Just. Epit., XXIV, 6 [6-10]. 78 Oros. Hist., II, 19, 5: «Галлы-сеноны... под руководством Брен- на... осадили город Клузина, который теперь называется Тусцией». 79 Fol. 81v: Galli primi post Herculem Alpium iuga transcendent et pars Romam incendit pars Greciam petit («Галлы первые после Геркулеса пересекают Альпы, и часть (из них) сожгла Рим, а часть устремляет¬ ся в Грецию»). См.: Just. Epit., XXIV, 3 [2—6]; fol. 82r: Galli uictis Macedonibus captoque Ptholomeo rege caput eius tota acie circum ferunt («Галлы, победив македонцев и захватив царя Птолемея, пронесли его голову вокруг всего войска»). См.: Just. Epit., XXIV, 3 [5—6]; Brennus сит Gallis in Macedoniam depredatur («Бренн с галлами разграбили 218
Глава 7. Юстин и его каролингские читатели Объяснить странный интерес каролингского эрудита к не самому важному событию мировой истории, которое посчитали возможным пропустить и Орозий, и Евсевий с Иеронимом, позволяют две другие маргиналии. Первая стоит напротив упоминания о возникновении Галлогреции или Галатии80. Вторая помечает фразу о нападении галлогре- ков на царство Антигона81. Читатель поставил здесь значок г (require — А. С.), несомненно, планируя провести допол¬ нительные изыскания82. Скорее всего, к рассказу о Бренне Македонию»). См.: Just. Epit., XXIV, 6 [2]; fol. 83r: Brennus cum Gallis templum Apollonis spoliare uolent facto terrae motu hostaque tempestate multis sociorum absumptis ipse pugione uitam finiuit («Бренн с галлами пожелал разграбить храм Аполлона и, когда это случилось, из-за землетрясения и бури потеряв многих сторонников, покончил с собой при помощи кинжала»). См.: Just. Epit., XXIV, 8 [7—11]; fol. 84r: Galli a Macedonibus ceduntur («Галлы разбиты македонцами»). См.: Just. Epit., XXV, 2 [6-7]. 80 Fol. 84r: Gallo Grecia (Галлогреция): «Призванные на помощь вифинским царем, галлы, одержав (для него) победу, поделили с ним его царство и назвали свою область Галлогрецией» (Just. Epit., XXV, 2 [11])- 81 Fol. 85v: R(equire) (разыскать): «В то время, когда Антигон был вынужден одновременно вести войну и с Птолемеем и со спартан¬ цами), на него нахлынул еще новый враг — войско галлогреков» (Just. Epit., XXVI, 2 [1]). О галлогреках ср.: Isid. Etim., IX. De gentium vocabulis, 68. 82 Краткие упоминания о Галлогреции и галлогреках мы находим у многих античных авторов — историков, географов, даже юристов. Они встречаются в сочинениях Светония, Аммиана Марцеллина, Ав¬ релия Виктора, Гая, Помпония Мелы: Suet. Calig., 29; Amm. Marc., XXII, 9(5); Aur. Vict. De vir. ill., 55; Gaius. Inst., I, 55; Pomp. Mela. De chorogr., I, 12. Из раннехристианских авторов, помимо Исидора, о Галлогреции сообщают Иероним и Орозий: Hier. De vir. ill., 107; Oros. Hist., IV, 20, 25. Самый развернутый очерк о галлогреках со¬ держится в «Истории» Тита Ливия, а также в «Эпитоме Тита Ливия», написанной Луцием Аннеем Флором: Liv., XXXVII, 8 (4); 32; 219
Часть II. Освоение исторической традиции в каролингскую эпоху и восточном походе галлов он вернулся уже после того, как обнаружил у Юстина упоминание о галлогреках. Внимание читателя флерийской рукописи к Галлогреции и ее жителям, очевидно, связано с евангельской традицией: как известно, именно в Галатии вел активную миссионер¬ скую работу апостол Павел83. А сообщение Юстина о неве¬ роятной жестокости языческих обычаев галлов, убивающих собственных жен и детей, показалось каролингскому мона¬ ху важным, скорее всего, именно в контексте их будущего обращения к истинной вере84, которое тоже проходило не¬ просто85. Сам факт внимания читателя флерийской рукописи к эт- ногеографическим сюжетам, содержащимся в античном со¬ чинении, разумеется, не был чем-то необычным. Напротив, XXXVIII, 16 (1—14); Йог. Epit., I, 27. В момент работы с текстом Юстина читатель флерийской рукописи, скорее всего, не был знаком с сообщениями Ливия и Флора, но, вероятно, догадывался, где можно найти интересующую его информацию. 83 Деян. 16:9 и 18:23; 1 Пет. 1:1; 1 Кор. 16:1; Гал. 1:2; 2 Тим. 4:10. 84 Fol. 85г: Galli coniuges ас liberos suos trucidantes mox ab hostibus trucidantur: «Внутренности животных предрекли, что галлов ожидает великое избиение, но это повергло их не в страх, а в ярость, и, думая, что угрозу богов можно искупить убийством своих кровных), они убивают своих жен и детей и тем самым осуществляют дурные пред¬ знаменования, уничтожив своих близких. / Их душами овладела такая свирепость, что они не пощадили и того возраста, который щадят даже враги, а истребили и детей и их матерей, ради защиты которых обычно начинают войну» (Just. Epit., XXVI, 2 [2—3]). 85 Ср.: Гал. 3:1—4 (Синодальный перевод): «О неразумные галаты, кто так плохо повлиял на вас, глазам которых был так явно представлен распятый на столбе Иисус Христос? Одно только хочу знать от вас: вы получили дух благодаря делам закона или благодаря слушанию с верой? Неужели вы так неразумны? Начав духом, теперь заканчиваете плотью? Неужели напрасно вы столько страдали? Не может быть, чтобы напрасно!» 220
Глава 7. Юстин и его каролингские читатели это хорошо вписывается в общекультурную практику эпохи. Как показала Н. Лозовская, этногеографические знания оказывались особенно востребованными в условиях раз¬ вития христианской имперской идеологии и формирования идентичности франков как нового богоизбранного народа86. Каролингские эрудиты IX в. охотно переписывали и соответ¬ ствующим образом комментировали не только римские гео¬ графические трактаты (прежде всего труд Помпония Мелы), но также исторические произведения, из которых можно было почерпнуть разнообразную информацию о странах и народах. Таковыми являлись, в первую очередь, «История против язычников» Павла Орозия и «Лангобардская исто¬ рия» Павла Диакона. Маргиналии на полях рукописи Paris, BN NA lat. 1601 определенно позволяют отнести к этому списку также «Эпитому Помпея Трога». В свете сказанного выше четыре пометы следует отметить особо. Прямых параллелей с «Историей» они не имеют. Пер¬ вая касается сообщения Юстина о том, что жители Илиона приветствовали римлян как своих прямых потомков87. Вторая стоит напротив рассказа о том, что Александр Македонский, будучи в Илионе, принес жертвы на курганах героев Троян¬ ской войны88. Третья сообщает о том, что римляне благодаря своей фортуне одолели македонцев89. Четвертая отмечает 86 Подробнее см.: Losovsky N. Roman Geography and Enhnography in the Carolingian Empire // Speculum. 2006. № 81. P. 325—364. 87 Fol. 95r: Ilienses Romanis victoribus congratulantur quasi a se ortis ac nepotibus («Илионцы чествуются римскими победителями как их потомками и внуками»). См.: Just. Epit., XXXI, 8 [1—3]. 88 Fol. 45r: Parentauit («Принес жертву умершим»). См.: Just. Epit., XI, 5 [12]. 89 Fol. 92r: Macedones romana fortuna victi («Македонцы побеждены римской фортуной»). См.: Just. Epit., XXX, 4 [16]. 221
Часть II. Освоение исторической традиции в каролингскую эпоху распространение римского господства на страны Азии90. Видно, что читатель определенно разделял, с одной стороны, идею translatio imperii, которая происходила на протяжении всей истории человечества, с другой — представления о ге¬ нетическом родстве франков с великими народами древности, прежде всего троянцами и римлянами. Не все географические реалии, описанные античным историком, понятны каролингскому читателю. Так, рассказ Юстина о Мертвом море на /о/. 101г он пометил значком г (require). Как и в случае с галлогреками, этот человек на¬ меревался провести дополнительные изыскания, вероятно, опираясь на христианскую традицию. Historia est magistra vitae Помимо названных выше, можно выделить еще несколько тематических групп маргиналий, позволяющих составить представление о собственных интересах читателя фле- рийской рукописи и той части каролингской аудитории «Эпитомы», к которой он относился. К первой группе при¬ надлежат пометы напротив рассказов Юстина о Кандавле, который похвастался женой перед своим другом91; об от¬ важном воине-греке, который потерял в бою обе руки, но удержал вражеский корабль зубами92; о стрелах Геркулеса в Фурии, которые решили судьбу Трои93. Эти исторические 90 Fol. 102г: Asia Romanorum facta («Азия стала римской) ». См.: Just. Epit., XXXVI, 4 [12]. 91 Fol. llv: Candaule uxoreque eius Gyge («Кандавл и его жена перед Гигом»). См.: Just. Epit., I, 7 [17—18]. 92 Fol. 18v: Factum Cinegiri navem tetentis («Деяние Кинегира, удержавшего корабль»). См.: Just. Epit., II, 9 [17—19]. 93 Fol. 71v: Herculis sagittae («Стрелы Геркулеса»). См.: Just. Epit., XX, 1 [16]. 222
Глава 7. Юстин и его каролингские читатели анекдоты имеют познавательно-развлекательный характер и, вероятно, отражают отношение читателя к истории как к «учительнице жизни». Еще одну группу составляют пометы напротив сообщений о знамениях и сновидениях, а также об их интерпретациях. Таковыми являются сон Астиага о внуке царе Кире, кото¬ рый завоюет полмира и лишит власти деда94; ответ оракула Фемистоклу о том, что спасение грекам следует искать за «деревянными стенами», и мнение Фемистокла, что оракул указал на корабли95; затмение в интерпретации Агафокла, предвещающее победу над пунийцами96; чудесная победа локрийцев, обратившихся за помощью к Поллуксу и Касто¬ ру97. Сюжеты такого рода типичны для раннесредневекового историописания. Вполне естественно, что каролингский чи¬ татель обратил на них внимание. Несколько помет объединяют риторические фигуры с ди¬ дактическим акцентом или морализаторские рассуждения Юстина. К ним относятся размышление Юстина о преврат¬ ностях человеческой судьбы, которая не щадит даже царей98, 94 Fol. 9v: Somnium Astiagis de Cyrro rege nepote («Сон Астиага о царе Кире, (своем) внуке»). См.: Just. Epit., I, 4 [2—3]. 95 Fol. 20r: Responsum de muris ligneis («Ответ по поводу деревян¬ ных стен»). См.: Just. Epit., II, 12 [13]. 96 Fol. 77r: Interpretatio prodigii ab Agathogle («Интерпретация чуда Агафоклом»). См.: Just. Epit., XXII , 6 [3]. 97 Fol. 72r: De factis sacris Polluci et Castori a Locrensibus («О свя¬ щенный деяниях Поллукса и Кастора пв отношении локрийцев»). См.: Just. Epit., XX, 2 [11—14]; Victoria Locrensium subito nuntiata («По¬ беда локрийцев внезапно объявлена»). См.: Just. Epit., XX, 3 [9]. 98 Fol. 12v: Darius rex («Царь Дарий»): «Также и весь народ, сле¬ дуя решению вельмож, утвердил Дария на царстве. Так Персидское царство, которого домогались семь знатнейших мужей, соперничавших в доблести, благодаря столь ничтожной случайности досталось одному» (Just. Epii., 1,10 [10-11]). 223
Часть II. Освоение исторической традиции в каролингскую эпоху рассказ о неизбежном божественном возмездии за преступ¬ ления перед отечеством", крылатые высказывания скиф¬ ской царицы Тамирис о Кире100 и Сципиона Африканского о моральной стойкости римлян и о том, что общественные дела следует предпочитать частным интересам101, а также Fol. 20v: Fuga Xerxes («Бегство Ксеркса»): «Царь... поручает военачальникам (руководить) переправой воинов, а сам с небольшим отрядом спешит в Абидос. И так как здесь он обнаружил, что мост поврежден зимними бурями, то трепеща от страха, переправился на тот берег на рыбачьей лодке. Зрелище это, достойное созерцания, наво¬ дило она размышление о человеческом жребии и о том, что все в жизни меняется» (Just. Epit., II, 13 [8—10]). 99 Fol. 18v: Yppias tirannus cum CC milia Persarum periit («Тиран Гиппий пал вместе с 200 тысячами персов»): «200 тысяч человек по¬ теряли персы и в самом сражении и на потопленных кораблях. Пал и Гиппий, афинский тиран, зачинщик и поджигатель этой войны. Его покарали боги, мстители за родину» (Just. Epit., II, 9 [20—21]). 100 Fol. liv: Tamiris caput Cyri in utre humane sanguine plenum cum exprobatione mitteri iussit («Тамирис с упреком приказала бросить го¬ лову Кира в бурдюк, наполненный человеческой кровью»): «Царица приказала бросить отрезанную голову Кира в бурдюк, наполненный человеческой кровью, и такими словами осудила его жестокость: «Насыться же теперь, — сказала она, — кровью, которой ты всегда жаждал и которой никогда не мог насытиться» (Just. Epit., I, 8 [13]). Ср.: Oros. Hist., II, 7, 6. 101 Fol. 94v: Priuata beneficia a rebus publicis secreta («Частные благодеяния отделены от общественных дел»): «(Сципион) Африкан¬ ский сказал, что нужно частные благодеяния отделять от общественных дел, одно дело — обязанности отца, другое дело — права отечества, которые нужно предпочитать не только детям, но даже самой жизни» (Just. Epit., XXXI, 7 [5]). Fol. 95r: Romanos ñeque si uincantur minus ñeque si uincant insolescere (цитата из основного текста): «Как сказал Сципион Аф¬ риканский, когда римляне бывают побеждены, они не падают духом, а когда побеждают, не становятся высокомерными» (Just. Epit., XXXI, 8 [8]). 224
Глава 7. Юстин и его каролингские читатели характеристика отношения к материальному богатству 10? у скифов . В отдельную группу можно выделить характеристики правителей древности, которые дает им Юстин. Как извест¬ но, в каролингскую эпоху резко возрастает интерес к лич¬ ности властителя, его нравственным и физическим качествам, а также способу правления. С одной стороны, это выража¬ ется в появлении ряда сочинений биографического толка, написанных Эйнхардом, Астрономом, Теганом, Эрмольдом Нигеллом и др. С другой — в составлении многочислен¬ ных королевских зерцал, призванных наставить правителей и научить их царствовать в соответствии с принципами хри¬ стианской морали. Читатель «Эпитомы» пошел по тому же пути, насколько позволял материал. Помимо упоминавшейся выше оценки Филиппа Македонского, он пометил суждения Юстина об Александре Македонском, Лисимахе, Пирре и Ганнибале103. По-видимому, сюда же следует отнести и маргиналии напротив описания отдельных, но знаковых деяний тех или 102 Pol. 14v: Ibi diuitiarum cupido est ubi & usus (цитата из основ¬ ного текста): «Страсть к богатству родится там, где богатством умеют пользоваться» (Just. Epit., II, 2 [10]). 103 Fol. 42r: Comparatio morum Philippi et Alexandri («Сравнение нравов Филиппа и Александра»). См.: Just. Epit., IX, 8 [11—21]. Fol. 63г: Lisimachi uirtus («Доблесть Лисимаха»). См.: Just. Epit., XV, 3 [1—16]. Орозий упоминает Лисимаха, но воздерживается от персональных характеристик. Ср.: Oros. Hist., III, 23, 42: «Кассандр... вместо себя отправляет на помощь союзникам с огромным войском Лисимаха, наиболее славного среди всех полководцев». Fol. 85r: Laus Pyrri («Восхваление Пирра»). См.: Just. Epit., XXV, 5 [3-6]. Fol. 97г: Parcitas, pudicitia et moderatio Annibalis («Бережливость, целомудрие и уравновешенность Ганнибала»). См.: Just. Epit., XXXII, 4 [10-12]. 225
Часть II. Освоение исторической традиции в каролингскую эпоху иных правителей или вождей. Читатель отметил не женскую храбрость царицы амазонок Пентесилеи во время Троянской войны104, героическую смерть карфагенской царицы Элиссы, не пожелавшей ради сохранения собственной жизни нару¬ шить установленный ею закон105, притворное помешательство Солона, позволившее ему добиться принятия полезного для государства политического решения106, великодушный посту¬ пок оратора Лисия, который прислал на помощь изгнавшим его согражданам большой военный отряд107, героизм Марка Катона в битве108. Наконец, еще несколько маргиналий помечают сюжеты, относящиеся к специфическим аспектам политико-правовой сферы. Этих помет совсем немного, и касаются они исклю¬ чительно проблемы наследования — власти или имущества. Читатель отметил рассказ о восхождении Дария на трон Персидской державы и рассуждение античного историка о том, сколь случайными могут быть обстоятельства, спо¬ 104 Fol. 15v: Pentesilea post Orithia regina Amazonum («После Оритии царицей амазонок стала Пентесилея»): «После Оритии цари¬ цей стала Пентесилея, которая во время Троянской войны пришла на помощь (троянцам) против греков и проявила величайшую доблесть, (сражаясь) с храбрейшими мужами» (Just. Epit., II, 4 [31]). Ср.: Oros. Hist., 1,15,10. 105 Fol. 69v: Mors Elissae («Смерть Элиссы): «Она заклала много жертв, взошла на костер с мечом в руках и, обратив взоры свои к на¬ роду, сказала, что согласно с их советом, собирается идти к мужу, после чего закололась мечом. Пока Карфаген оставался непобедимым, ей поклонялись как богине» (Just. Epit., XVIII, 6 [7—8]). 106 Fol. 17v: Factum Solonis dementiam fingentis («Деяние Солона, притворившегося безумным»). См.: Just. Epit., II, 7 [9—12]. 107 Fol 30v: Lisias siracusanus orator («Сиракузский оратор Ли¬ сий»). См.: Just. Epit., V, 9 [9]. Ср.: Oros. Hist., II, 17, 9 108 Fol. 98r: Nobile factum M. Catonis in proelio («Славное деяние Марка Катона в сражении»). См.: Just. Epit., XXXIII, 2 [4]. 226
Глава 7. Юстин и его каролингские читатели собные сделать человека правителем могучей империи109. Внимание читателя привлек подробно описанный Юстином юридический казус в споре сыновей Дария о том, кто из них имеет больше прав на престол110. Также он отметил весьма характерный пассаж о порядке наследования земли, установ¬ ленном Ликургом111. И, наконец, читатель выделил рассказ о том, как Перикл предусмотрительно отдал часть спорных земель государству, тем самым сохранив гражданский мир и обретя славу у современников и потомков112. Тематика означенных сюжетов самым непосредственным образом перекликается с острыми политическими дискус¬ сиями 820—870-х гг. между разными группами франкской знати по поводу того, кто из представителей рода Каролин- гов может претендовать на наследование и каким образом следует производить раздел королевства. Очевидные отсылки к современности имеет также помета о том, как сицилийский тиран Анаксилай перед смертью поручил заботу о государстве и своих малолетних сыно¬ вьях верному рабу по имени Микал, и это обстоятельство 109 Fol. 12v: Factum pro Dario custodis equi eiusdem («Сделанное за Дария его конюхом»): «На следующий день (после того, как конюх привел коня Дария на место, где подпустил к кобыле), когда все собрались в условленный час, конь Дария, узнав это место, охва¬ ченный вожделением, заржал, и, так как остальные кони молчали, первый подал знамение, благоприятное для своего господства» (Just. Epit., 1,10 [8]). 110 Fol. 18v: Certamen inter Darii filios de successione regni («Спор между сыновьями Дария о наследовании царства). См.: Just. Epit., II, 10 [7]. 111 Fol. 22v: De institutis Ligurgi («Об установлениях Ликурга»). См.: Just. Epit., III, 3 [3-4]. 112 Fol. 24v: Factum Periclis ducis qui agros suos dono rei publicae condonauit («Деяние Перикла, который отдал свои земли государ¬ ству»). См.: Epitome III, 7 [9—10]. 227
Часть II. Освоение исторической традиции в каролингскую эпоху не вызывало протеста у аристократии113. Читатель отметил данное сообщение Юстина в качестве положительного, хотя и уникального политического казуса. В маргиналии на полях флерийской рукописи просматривается скрытая полемика с той частью каролингской элиты, которая считала недопу¬ стимым приход во власть людей незнатного происхождения (подобная практика была широко распространена при Карле Великом). Транслятором таких представлений выступал, например, Теган, который в своем сочинении «Деяния импе¬ ратора Людовика Благочестивого» обрушился с критикой на «выскочку» архиепископа Эббона Реймсского. Хорепископ трирский утверждал, что возвышение незнатных чрезвычай¬ но вредно для благополучия государства, и горячо призывал христианнейшего императора отказаться от этого114. Таким 113 Fol. 26r: Per seruum tutelam regni administratam («Попече¬ ние о царстве осуществлялось посредством раба»): Первые люди в государстве, не считаясь со своим достоинством, терпели, что высшая власть в государстве находится в руках раба» (Just. Epit., IV, 2 [5]). 114 Ср.: «Поскольку уже давно существовал тот пагубный обычай, что из самых низших слуг делали самых высших епископов: он не вос¬ препятствовал этому; а ведь это величайшее зло для христианского народа, как свидетельствуют истории царей от Иеровоама, сына На- бада, который был слугой царя Соломона и после него получил высшую власть над десятью коленами детей Израиля. В писании сказано о нем: “И после этого события не сошел Иеровоам со своей худой дороги, но продолжал ставить священников высот из самых незначительнейших из народа; кто хотел, того он посвящал и тот становился священником высот. И это вело дом Иеровоамов ко греху, и к погибели, и к истребле¬ нию его с лица земли”. После того, как такие люди достигают вершин власти, то прежде такие кроткие и услужливые, они тот час начинают бьггь заносчивыми, сварливыми, злословными, упрямыми, дерзкими и угрожают всем подданным, и желают таким образом (добиться) ото всех страха и подчинения. Своих презреннейших родственников они стремятся извлечь из-под ярма подобающего (им) рабства и дать (им) свободу. Потом некоторых из них они наставляют в свободных 228
Глава 7. Юстин и его каролингские читатели образом, читатель «Эпитомы» вполне мог принадлежать к кругу сторонников Эббона, или по крайней мере входить в число тех представителей каролингской аристократии, кото¬ рые поддерживали универсалистские претензии императора Лотаря и отрицательно относились к идее раздела христиан¬ ской империи. Теган же, напротив, поддерживал Людовика Немецкого и в смутах 830-х гг. ратовал за возможный союз двух Людовиков против других центров власти. искусствах, других женят на знатных женщинах и принуждают сы¬ новей благородных (фамилий) вступать в брак с их родственницами. Поэтому никто не может жить с ними мирно, кроме тех единственно, кто имеет с ними такую связь; прочие же проводят дни свои в великой печали, скорби и слезах. Родственники же упомянутых выше, когда они получают некоторое образование, насмехаются над старцами знатного происхождения и смотрят (на них) с презрением, они надменные, нена¬ дежные, невоздержанные, бесстыдные, бессовестные: в каждом, таким образом, остается мало хорошего. После того, как они отвергли свя¬ щенное благоговение перед Господом, они не желают (больше ничего) знать о каноническом предписании, которое называется апостольский собор; Он же там предписывает (следующее), говоря: если епископ имеет бедных родственников, пусть наделяет их наравне с прочими бедными, чтобы не растрачивалось бесцельно богатство церкви. Книгу святого Григория, которая называется “Пастырское правило”, они не желают принимать. Поэтому никто не может поверить, каким образом они ведут себя, кроме тех только, которые беспрерывно страдают от этого бедствия. Родственники же их, после того, как они чему-то на¬ учились — что есть великая опасность для дающих и принимающих — привлекаются в духовное сословие. И даже, несмотря на то, что они в чем-либо сведущи, множество пороков превосходит их ученость. И часто случается, что пастор в церкви по причине порочности своих родственников не осмеливается наказать в соответствии с канониче¬ ским правом некоторых нерадивых грешников; и эта священная долж¬ ность, поскольку она исполняется такими (людьми), многими сильно презирается. И да уничтожит и истребит всемогущий Бог в своем мило¬ сердии этот пагубный обычай у королей и князей, отныне и вовеки, и да прекратится он в народе христианском» (Теган. Деяния императора Людовика / Пер. с лат. А. И. Сидорова. СПб., 2003. С. 50—52). 229
Часть II. Освоение исторической традиции в каролингскую эпоху Другой читатель За спиной основного читателя флерийской рукописи мы видим робкую тень еще одного человека. Он обозначил свое присутствие на полях оригинальными значками в форме математического символа «<». Эти маргиналии встречаются в двух местах рукописи — напротив разгрома 600-тысячной армии персов небольшим войском Александра Македонско¬ го115 и напротив рассказа о тяжелой болезни Александра, ис¬ купавшегося в ледяной воде реки Кидна116. В первом случае основной читатель выделил фразу, совпадающую с сообще¬ нием Орозия относительно численности персидского войска. Второй читатель обратил на нее внимание, но также пометил данные о численности войск Александра, которые приводит Юстин. Аналогичным образом этот человек поступил и в другом случае. По сообщению Юстина, некий врач по имени Филипп согласился его вылечить. Однако Парменион, еще не зная о болезни Александра, написал ему письмо, что этот человек подкуплен Дарием и может отравить императора. Тем не менее Александр рискнул принять лекарство из его рук. Он дал Филиппу почитать письмо и, пока пил микстуру, наблюдал за выражением его лица. К счастью, для обоих все 115 Fol. 45г <: «В войске (Александра) было 32 тысячи пехотин¬ цев, 4500 всадников, 182 корабля» (Just. Epit., XI, 6 [2]); <DC milia militum in acie Darii contra Alexandrum fuerunt («Против Александра в войске Дария было 600 тысяч воинов»): «У персов было в боевом строю 600 тысяч человек, которые обратились в бегство, побежденные в равной мере и искусством Александра и доблестью македонян» (Just. Epit., XI, 6 [И]). Ср.: Oros. Hist., III, 16, 4. 116 Орозий упоминает лишь о факте болезни Александра. Ср.: Oros. Hist., III, 16, 5: «Александр... прибыл в Таре и там, когда вступил разгоряченным в очень холодные воды Кидна, окоченел и в результате судороги мышц оказался близок к смерти». 230
Глава 7. Юстин и его каролингские читатели закончилось благополучно. Основной читатель тоже обратил внимание на этот фрагмент, но ограничился только одной по¬ метой117. Второй читатель пометил предложения до и после этой маргиналии118. Очевидно, он не ставил перед собой задачи освоить со¬ чинение Юстина целиком. В данном случае мы имеем дело с человеком, который знакомился с содержанием книги, ориентируясь как раз на маргиналии, оставленные предше¬ ственником. * л * * Итак, изучение читательских помет на полях двух каро¬ лингских рукописей с текстом «Эпитомы Помпея Трога» позволяет сделать следующие выводы: Совпадающие маргиналии — сюжет не только не изучен¬ ный, но даже не описанный в современной мировой истори¬ ографии, — дают ключ к пониманию того, что именно могло скрываться за пометами на полях средневековых рукописей с историческими сочинениями древних авторов. Они могут стать своего рода основанием и для выработки методики изучения помет на полях, и для серьезной корректировки наших представлений о путях освоения исторического на¬ следия в разные эпохи. Разумеется, я далек от мысли, что за всякой пометой непременно стоит тот или иной авторитетный в данное время и в данном месте текст. Но в случае с совпа¬ дающими маргиналиями, как было показано выше, таковые, несомненно, существуют, и это дает нам твердый ориентир при выборе пути для дальнейших исследований. 117 Fol. 46г: De medico Alexandri insimulato huic per epistolis («О враче, обвиненном перед Александром посредством писем»). См.: Just. Epit., XI, 8 [6]. 118 Just. Epit., XI, 8 [3, 7-8]. 231
Часть II. Освоение исторической традиции в каролингскую эпоху Анализ маргиналий на полях двух рукописей с текстом «Эпитомы» позволяет говорить о том, что в каролингском культурном пространстве в IX веке существовала определен¬ ная традиция чтения данного памятника. Каролингские эру¬ диты изучали историческое сочинение языческого писателя, помещая его в поле актуальной христианской исторической и — шире, — ученой традиции. Такая интеграция могла про¬ исходить двумя способами: либо в виде создания компиляции разных текстов, собранных под одной обложкой (именно та¬ ков был веронский «Florilegium»), либо в виде создания раз¬ ветвленной системы «гиперссылок» в сепаратной рукописи или даже фрагменте компендиума. При помощи маргиналий текст Юстина особым образом встраивался в рамки автори¬ тетного христианского нарратива. «Эпитома», как и любой другой античный исторический памятник, не являлась для каролингских читателей само¬ ценным произведением. Тем не менее она казалась им за¬ служивающей внимания, поскольку хорошо коррелировала по крайней мере с некоторыми важнейшими христианскими историческими и энциклопедическими текстами, а также с Библией. В данном случае следует говорить о двойной выгоде. С одной стороны, происходила легитимация части языческой традиции для каролингских читателей, что было актуально в контексте каролингской политики renovatio imperii. С другой — каролингские эрудиты получали в свое распоряжение дополнительный инструмент верификации собственно христианской традиции. Общее число маргиналий, а также внушительное коли¬ чество параллелей с другими текстами заставляет предпо¬ лагать, что изучение «Эпитомы» не могло проводиться по памяти. Почти наверняка читатели, работая с Юстином, одновременно имели перед глазами сочинения Орозия, Евсе¬ вия-Иеронима, Исидора и другие тексты-посредники, а так¬ 232
Глава 7. Юстин и его каролингские читатели же различные тексты, входившие в круг чтения конкретных людей и влиявшие на восприятие данного сочинения. Более того, характер маргиналий-«гиперссылок» позволяет предпо¬ лагать, что и «Эпитому» предполагалось читать, имея под рукой те произведения, к которым апеллировали эти пометы. В противном случае они утрачивали значительную часть своего функционального потенциала. Любопытно, что у веронского и флерийского манускриптов имелись так называемые «основные» читатели, систематиче¬ ски прокомментировавшие сочинение Юстина. Присутствие других людей на полях едва заметно. Можно предполагать, что тот способ освоения «Эпитомы», который предложили «основные» читатели, оставался актуальным долгое время и вполне удовлетворял потребности позднейших читателей, в чьих руках рано или поздно оказывался конкретный кодекс. Каролингские читатели использовали «Эпитому» отнюдь не только для корректировки собственных знаний «Истории против язычников», Хроники и «Этимологий», но смело черпали из нее вполне оригинальные данные о географии, о традициях и образе жизни различных народов, о деяниях древних, достойных быть примером для подражания, актуаль¬ ных в свете современной политической конъюнктуры и т. д. И последнее. Изучение маргиналий на полях разных ру¬ кописей «Эпитомы» обращает наше внимание на еще один важный аспект процесса освоения античного исторического наследия в каролингский период. Сочинение древнего исто¬ рика представлялось средневековым читателям своего рода нарративной мозаикой, каждый камень которой имел соб¬ ственную ценность. Именно так — через предварительную деконструкцию текста и превращение его в набор обособлен¬ ных нарративных единиц, — античный памятник интегриро¬ вался в средневековую культуру, проникая в ее плоть и кровь в виде цитат, примеров, оборотов речи, имен или образов. 233
ГЛАВА 8 Светоний и его каролингские читатели Теперь обратимся к другому памятнику античной историче¬ ской мысли, который также оказался очень востребованным в каролингскую эпоху. Речь пойдет о «Жизнеописании цезарей» Светония1. На заре Средневековья это сочинение читали довольно редко. Ссылки на Светония встречаются в «Истории против язычников» Павла Орозия2 и в «Этимологиях» Исидора Севильского. Однако затем примерно на два столетия этот текст полностью выпадает из поля зрения образованных лю¬ дей. Возможные цитаты у Беды, скорее всего, заимствованы из других источников3. 1 С. Suetoni Tranquilli opera. Ybl. I. De Vita Caesarum libri VIII. Lipsiae, 1908. См. также русский перевод: Гай Светоний Транквилл. Жизнь двенадцати цезарей / Пер. с лат. М. Л. Гаспарова. М., 1993. Все русские цитаты основного текста из «Жизнеописания цезарей» приводятся по этому изданию. Переводы маргиналий во всех случаях выполнены мной. 2 Орозий неоднократно ссылается на сочинение Светония как на один из своих источников. См.: Oros. Hist., VI, 7, 2: «Hanc historiam Suetonius Tranquillus plenissime explicuit, cuius nos conpetentes portiuncu¬ las decerpsimus». См. также: Oros. Hist., VI, 21, 23; VII, 3, 3; 6,10,15; 9, 3, 7. Но информацию он почти наверняка черпал непосредственно из «Записок о Галльской войне» Цезаря, вероятно, ошибочно приписывая их автору «Жизнеописания цезарей». 3 В начале первой книги «Церковной истории народа англов» Беда упоминает некоторые события времен правления Цезаря, связанные с покорением Британии в бытность его консулом вместе с Луцием 234
Глава 8. Светоний и его каролингские читатели Как уже было отмечено выше, явный интерес к сочи¬ нению античного историка вновь возникает только в ка¬ ролингскую эпоху, причем точно фиксируется лишь между 20-ми и 60-ми гг. IX в. К произведению Светония при составлении «Жизнеописания Карла Великого» активно обращался Эйнхард. Небольшие выписки из «Жизнеопи¬ сания Цезарей» сделал Луп Ферьерский, поработав предположительно с фульдской рукописью. Наконец, мы располагаем единственной каролингской рукописью с тек¬ стом сочинения античного историка. Манускрипт Paris, BN lat. 6115, созданный в скриптории монастыря св. Мартина в Туре, считается не только самым старым из сохранившихся до наших дней, но и самым лучшим в руко¬ писной традиции «De vita Caesarum». Его появление тра¬ диционно относят ко времени между 810 и 820 гг.4 Однако Бибулом. Однако неверная датировка (693 г. от основания Рима) и характерный подбор фактов указывают на то, что эти сведения он почерпнул не у Светония, а у Павла Орозия. Ср.: Bede. The Ecclesi¬ astical History of the English people. Oxford, 1969.1, 2; Oros. Hist., VI, 7—9. В Англии, по крайней мере, до эпохи Нормандского завоевания вообще не удается отыскать никаких следов знакомства с сочинени¬ ем Светония. Подробнее см.: Lapidge М. The Anglo-Saxon Library. Oxford, 2005. P. 49. 4 К первой дате склоняются М. Им, подготовивший одно из лучших критических изданий «Жизнеописания цезарей», а также Е. К. Ренд, относивший «Memmianus» к «алкуиновской» группе рукописей: Ihm М. Praefatio // С. Suetoni Tranquilli opera... P. IV; Rand E. К. A Survey of the Manuscripts of Tours... P. 129; Rand E. K. On the History of the De Vita Caesarum... P. 38. Вторую дату ука¬ зывает Л. Рэйнолдс: Textes and Transmission... P. 400. Особняком стоит мнение Б. Бишофа, который относил появление турской руко¬ писи концу первой половины IX в.: Bischoff В. Das benediktinische Mönchtum und Überlieferung der klassischen Literatur // Studien und Mitteilungen zur Geschichte des Benediktiner-Ordens und seiner Zweige. 1981. H. 3-4. S. 175. 235
Часть II. Освоение исторической традиции в каролингскую эпоху по-видимому правильнее говорить о конце первой четверти IX столетия3. В историографии за турским Светонием закрепилось на¬ звание «Memmianus» — по имени некоего Анри де Мема (Henri de Mesme), владевшего манускриптом в XVI сто¬ летии. До того времени он, по всей видимости, постоянно хранился в монастырской библиотеке. На /о/. 1г имеется соответствующая атрибутативная надпись, сделанная рукой XII в.: «Iste liber est de armario b(eat)i Martird tur(onensis)»6. В XVIII в. рукопись попала в Королевскую библиотеку, где была заново переплетена в коричневую кожу. Кодекс, изготовленный из пергамента очень высокого качества, содержит только сочинение Светония. В рукописи насчитывается 127 листов, сшитых в 16 тетрадей по 8 листов 5 На это указывает систематическое использование «закрытой» формы буквы «а». Для более раннего периода была характерна «от¬ крытая» форма, при которой «а» писалась двумя тонкими, склонен¬ ными вправо вертикалями и поэтому больше напоминала букву «и». Между 820-м и 830-м гг. «открытое» «а» выходит из моды и упо¬ требляется лишь спорадически. Об особенностях турского письма IX в. и его эволюции в последующие столетия подробнее см.: Мажу- га В. И. Неотмеченная Каролингская редакция «Истории Франков» Григория Турского как пример неполного палеографического описания фрагментов рукописей // http://www.nlr.ru/tus/121103/mazhuga.htm; Jones L. W. The Text of the Bible and the Script and Art of Tours // The Harvard Theological Review. Apr., 1933. Vol. 28. N. 2. P. 135—179; Jones L. W. The Script of Tours in the Tenth Century // Speculum. Apr., 1939. Vol. 14. N 2. P. 179-198; Jones L. W. The Art of Writing at Tours from 1000 to 1200 A.D. // Speculum. Jul., 1940. Vol. 15. N 3. P. 286-298. 6 Появление атрибутативной надписи, скорее всего, было свя¬ зано с инвентаризацией разросшихся библиотечных фондов. В XII в. аналогичный процесс наблюдался во многих франкских монастырях. Какого-либо систематического каталога или даже простого списка книг из библиотеки аббатства св. Мартина, к сожалению, не сохранилось. 236
Глава 8. Светоний и его каролингские читатели каждая. Текст переписан одной рукой, очень красивым, из¬ ящным и аккуратным каролингским минускулом. В строке расстояния между отдельными словами и предложениями минимальны (как правило, меньше одного корпуса буквы), а нередко и вовсе отсутствуют. Именно по этой причине один из позднейших читателей (или издателей) кое-где раз¬ делил слова черточками и расставил знаки препинания, дабы облегчить процесс чтения7. На правых страницах в начале каждого нового жизнеописания, а иногда и в середине от¬ дельных тетрадей над основным текстом помещен рубрика¬ тор с указанием имени очередного императора. Одним словом, перед нами великолепное издание ред¬ кого сочинения античного историка. Рукопись изготовили с большой тщательностью. Уже сам факт ее появления в од¬ ном из лучших каролингских скрипториев заслуживает вни¬ мания. Он косвенно свидетельствует об огромном интересе к «Жизнеописаниям цезарей» и, возможно, о заказчике — королевском дворе. Формально «Memmianus» относится к рукописям группы X, однако не имеет собственного генеалогического древа и потому лишь с известной долей условности впи¬ сывается в общую стемму «Жизнеописания цезарей». За несколько столетий с нее не было сделано ни одной копии, во всяком случае, до сих пор таковых не обнару¬ жено. Наиболее близкой к турской считается рукопись 7 «Жизнеописания цезарей» впервые были опубликованы в Риме (1470 г.) и Венеции (1471 г.) на основе позднейших и очень несо¬ вершенных рукописей. «Codex Memmianus» оказался в поле зрения издателей лишь столетие спустя. Несколько фрагментов из турской рукописи в 1564 г. опубликовал Турнеб, а полностью ее использовал Казобон в 1610 г. при подготовке своего второго (парижского) издания Светония. Вполне возможно, что многочисленные редакторские поме¬ ты в «Memmianus» принадлежат именно ему. 237
Часть II. Освоение исторической традиции в каролингскую эпоху Paris, BN lat. 5804, датированная концом XIV или началом XV в. Но прямой связи между двумя манускриптами также не прослеживается. На полях «Memmianus» встречается около полутора сотен помет. Они оставлены примерно двадцатью читате¬ лями IX—XV вв. и распределены крайне неравномерно как в отношении пространства текста, так и по времени своего появления. Уже внешний, исключительно визуальный обзор ком¬ ментариев позволяет сделать некоторые важные, хотя и предварительные наблюдения. Активнее всего читали «Жизнеописание Цезаря» (около 91 пометы)8. Следом идет «Жизнеописание Августа» (около 21 пометы). На третьем месте с большим отрывом расположились «Жизнеописание Тиберия» и «Жизнеописание Нерона» (по 5 помет). Все прочие книги обладают одной, редко — двумя заметками на полях. Подавляющее большинство читателей турской рукописи не старались продвинуться дальше нескольких первых страниц. Они либо быстро теряли интерес к сочине¬ нию античного историка, не находя для себя ничего важного, либо вполне удовлетворялись той информацией, которую успевали получить. Исключительно высокий интерес каролингских эрудитов к «Жизнеописанию Цезаря» мог иметь и другое объясне¬ ние. В соответствии с христианской традицией, восходящей к хронике Евсевия-Иеронима, именно с Цезаря начала свое существование Римская империя — последняя мировая держава, которая должна была существовать до скончания 8 Тот факт, что большинство читателей ограничивались «Жизне¬ описанием Цезаря», подтверждается не только огромным количеством маргиналий, но и внешним обликом первых страниц — они, что на¬ зывается, замусолены. 238
Глава 8. Светоний и его каролингские читатели веков9. Вероятно, во многом благодаря этому обстоятель¬ ству начальные главы «Vita Iulii» читали особенно охотно. Среди двух с лишним десятков читателей, оставивших пометы на полях турской рукописи, кажется, только два человека (руки А и D) проштудировали сочинение Светония полностью. Первый читатель (А) сосредоточился на под¬ боре материала по одному конкретному сюжету, отыскивая описания внешнего облика императоров, но работу свою проделал систематически. Его пометы встречаются во всех книгах, располагаются строго напротив описания телесных достоинств императоров и состоят из слова forma, а также имени очередного правителя10. Характер почерка позволяет отнести его к турской школе письма (типичное написание буквы g с незамкнутыми петлями в виде двух дуг (fol. 26v, 68r, 102r); m в виде перевернутой омеги (fol. 79v); использо¬ вание капитальных букв в середине слов (fol. Юг, 79v) и др.) и датировать самое позднее первой половиной IX в. Для 20—40-х гг. этого столетия можно констатировать повышенный интерес франкской элиты к внешнему обли¬ ку правителя. Эйнхард оставил портрет Карла Великого, а Астроном и Теган сохранили для потомков идеализирован¬ ный облик Людовика Благочестивого. Описание внешнего облика Карла — одно из немногих мест «Vita Karoli», где Эйнхард буквально цитирует Светония. Соответствующий фрагмент у Тегана почти наверняка восходит к сочинению 9 Eus.-Hier. Chr. II. Coi. 429—430: «Ex hoc loco continua Roma¬ nis nascitur imperia in diem vitae principalia: et regnat apud Romanos primus omnium Gaius Caesar, qui primus singulare arripuit imperium». 10 Fol. lOr — forma Cesaris; fol. 26v — forma Augusti; fol. 55r — forma Tyberii; fol. 68r — forma Gaii; fol. 79v — forma Claudii; fol. 96r — forma Neronis; fol. 102r — forma Galbe; fol. 105v — forma Othonis; fol. HOr — forma Vitellii; fol. 115r — forma Uespasiani; fol. 116v — forma Titi; fol. 125v — forma Domitiani. 239
Часть II. Освоение исторической традиции в каролингскую эпоху франкского историка и таким образом представляет собой парафраз фрагментов античного памятника. Все эти произведения были созданы в самом сердце Каро¬ лингской державы и ориентировались на ту часть франкской элиты, которая была особенно тесно связана с королевским двором, или, точнее, с дворами. Монастырь св. Мартина В Туре, по крайней мере со времен Алкуина, постоянно нахо¬ дился в эпицентре таких отношений и контактов. Упомянутые сквозные маргиналии турской рукописи служат тому нагляд¬ ным подтверждением. Это позволяет предполагать, что мы имеем дело с выполнением определенного идеологического заказа. В ином случае объяснить столь узкий тематический интерес со стороны каролингского читателя, тем более, мона¬ ха было бы затруднительно11. Второй читатель (рука О, первая треть IX в.) не заци¬ кливался на определенном сюжете. Часть его маргиналий имеет явно дидактический характер. Он обратил внимание на природную мягкость Цезаря, которую тот сохранял даже во мщении, на его героизм и личное мужество, которые он демонстрировал в минуту смертельной опасности, на его беспощадную справедливость при наказании лжесвидетелей, а также на то, что Тиберий обеспечивал пропитанием свою свиту, а Нерон щедро раздавал деньги нуждающимся и осво¬ бождал от налогов воинов12. 11 Отметим также, что во второй половине IX в. в каролингской книжной миниатюре впервые появляются изображения франкских государей с выраженным портретным сходством. В частности, из ма¬ стерской Сен-Мартен-де-Тур вышли Четвероевангелие с портретом императора Лотаря I (Paris, BN lat. 266, fol. İv) и так называемая Библия Вивиана с портретом Карла Лысого (Paris, BN lat. 1, fol. 423r). 12 Fol. 3r: N(o)t(a) sicariis («Об убийцах»): «Председательствуя в суде по делам об убийствах, он объявил убийцами и тех, кто во время проскрипций получал из казны деньги за головы римских граждан, 240
Глава 8. Светоний и его каролингские читатели Другие пометы указывают на склонность О к поиску ис¬ торических параллелей. К их числу, несомненно, относится глосса о заговоре против Цезаря, в котором принимали участие самые близкие ему люди13. Пожилой турский монах14 вполне мог помнить неудавшийся мятеж Пипина Горбатого против Карла Великого в 780-х гг. и уж точно не успел позабыть хотя Корнелиевы законы и делали для них исключение» (Suet. Caes., 11). В турской рукописи сочинение Светония разбито только на книги. Для быстрого поиска нужных фрагментов указываются также главы и параграфы, введенные М. Имом и ставшие сегодня общеупотреби¬ тельными. Они приводятся в скобках после соответствующих цитат. Fol. 12v: Mordicus (мертвой хваткой, упорно): «Он спасся вплавь..., проплыв 200 шагов с поднятой рукой, чтобы не замочить свои таблички, и закусив зубами волочащийся плащ, чтобы не оставить его в добычу не¬ приятелю» (Suet. Caes., 64). Скорее всего, этот фрагмент попал в поле зрения читателя D благодаря Орозию. (Ср.: Oros. Hist., VI, 15, 34.) Fol. 14r: + persuerat (упорствовал, продолжал, не прекращал): «Даже во мщении обнаруживал он свою природную мягкость» (Suet. Caes., 74,1). Fol. 50r: Salario (содержание, жалование): «На деньги он был бережлив и скуп. Спутникам своим в походах и поездках он давал про¬ питание, но жалованья не платил» (Suet. Tib., 46). Fol. 85r: Salaria: «Народу он раздал по четыреста сестерциев на человека, сенаторам из знатнейших, но обедневших родов назначил ежегодное пособие, иным до пятисот тысяч, преторианские когорты на месяц освободил от платы за хлеб» (Suet. Ner., 10,1). 13 Fol. 15v: Comspiratio (заговор): «В заговоре против него уча¬ ствовало более 60 человек; во главе его стояли Гай Кассий, Марк Брут и Децим Брут...» (Suet. Caes., 80, 4). Fol. 16г: Et sicut tradiderunt: «И так он был поражен 23 ударами, только при первом испустив не крик даже, а стон, — хотя некоторые и передают, что бросившемуся на него Марку Бруту он сказал: «И ты, дитя мое!» (Suet. Caes., 82, 2). 14 Систематическое использование «открытого» «а» указывает на то, что читатель D принадлежал к старшему поколению турских мона¬ хов и учился писать задолго до создания «Memmianus». 241
Часть II. Освоение исторической традиции в каролингскую эпоху о многочисленных заговорах детей Людовика Благочестивого против собственного отца в 830-х гт. Впрочем, эта маргиналия могла иметь полисемантический характер и отсылать не только к недавней истории франков, но также к соответствующему пассажу из хроники Евсевия-Иеронима15. В свете того, что мы теперь знаем о чтении, например, «Эпитомы» Юстина, такое предположение кажется более чем вероятным. Весьма любопытной представляется также история о том, что при разделе военной добычи Август затребовал себе чашу16. В этом рассказе О мог увидеть известное сходство с историей о суассонской чаше Хлодвига — «Историю франков» очень хорошо знали в Туре. Сюжеты, изложенные Светонием и Григорием Турским, разумеется, разнятся в де¬ талях. Но для О показалось важным, что правители древ¬ ности в схожих условиях проявили интерес к одному и тому же предмету, а, значит, поступок Хлодвига не являлся столь уж необычным. В таком контексте поведение воина, не по¬ желавшего отдать чашу королю франков, становилось еще более дерзким и предосудительным. 15 Ср.: Eus.-Hier. Chr. II. Col. 429—430: «Idibus Martiis G. Julius Caesar in curia occiditur: et fasces statim suscipit P. Dolabella». 16 Fol. 25r: Mininum calice(m): «После взятия Александрии он не взял для себя из царских богатств ничего, кроме одной плавиковой чаши, а будничные золотые сосуды вскоре все отдал в переплавку» (Suet. Aug., 71, 1). М. Л. Гаспаров предлагает переводить слово mirtinus как «плавиковый шпат», хотя и отмечает, что это всего лишь наиболее вероятное его значение. Чаши из этого материала ввози¬ лись в Рим с Востока и потому высоко ценились. Ср.: Гай Светоний Транквилл. Жизнь двенадцати цезарей / Пер. с лат. М. Л. Гаспарова. М., 1993. С. 290. Примеч. 172. Вряд ли читатель D точно понимал значение слова mininum. Логичнее предположить, что в этом фрагмен¬ те он мог усмотреть явную параллель с рассказом Григория Турского о Суассонский чаше. Ср.: Григорий Турский. История франков / Пер. с лат. В. Д. Савуковой. М., 1987. Кн. II. 1л. 27. С. 48. 242
Глава 8. Светоний и его каролингские читатели Небольшая группа маргиналий отражает не столько со¬ циальный (дидактический и исторический), сколько персо¬ нальный интерес читателя О. Он отметил предосудительное отношение Августа к тем, кто слишком манерно изъясняется на латыни, опрометчивое нежелание Цезаря верить словам своего прорицателя, а также его стремление брать в за¬ ложники германских женщин17. Можно предположить, что этот турский монах сам был германцем и потому обратил внимание на понятные ему реалии. Да и содержание глосс, оставленных рукой О, вряд ли позволяет отнести их автора к числу блестящих каролингских латинистов. Наконец, за одной пометой, по всей видимости, просмат¬ ривается отсылка к «Этимологиям» Исидора Севильского. Читатель О обратил внимание на сообщение Светония о том, что император Август запечатывал письма печатью с изо¬ бражением сфинкса. Соответствующее слово написано на полях в более корректной форме, нежели в основном тексте, и, кажется, дано во множественном числе. Во всяком случае, один из позднейших читателей понял это именно так18. 17 Fol. 16r: Spurinna: «Он (Цезарь) вошел в курию, не обращая внимания на дурной знак и посмеиваясь над Спуринной за то, что во¬ преки его предсказанию, иды марта наступили, но не принесли никакой беды. «Да, пришли, но не прошли», — ответил тот» (Suet. Caes., 81, 4). Fol. 22r: Quod feminae fuere obsides: «С некоторых (варварских вождей он) впервые пробовал брать заложниками женщин, так как ви¬ дел, что заложниками-мужчинами они не дорожат» (Suet. Aug., 20, 2). Fol. 28r: Cacozelos (плохой подражатель): «Любителей старины и любителей манерности он одинаково осуждал за их противоположные крайности и не раз над ними издевался» (Suet. Aug., 86, 2). 18 Fol. 45r: Sphing(a)e (сфинкс): «Подорожные, бумаги и пись¬ ма он первое время запечатывал изображением сфинска (в основном тексте рукописи spingae — А. С.), потом изображением Александра Великого, и наконец — своим собственным, резьбы Диоскурида; им продолжали и в дальнейшем пользоваться его преемники. В письмах 243
Часть II. Освоение исторической традиции в каролингскую эпоху Остальные читатели обращались лишь к отдельным кни¬ гам «Жизнеописания цезарей», прежде всего к «Vita Iulii». Абсолютное большинство маргиналий на ее страницах можно датировать IX в., главным образом, первой третью или первой половиной столетия. При этом только один человек (рука Е) демонстрирует последовательный и вполне концептуальный подход к чтению19. Он сосредоточился исключительно на он всегда точно помечал время их написания, указывая час дня и даже ночи» (Suet. Aug., 50). Исидор сообщает именно о сфинксах. Ср.: Isid. Etim., XII. De bestiis (32): «Sphingae villosae sunt comis, mammis prominentibus, dociles ad feritatis oblivionem». Читатель XIII в. (S) об¬ ратил внимание на тот же фрагмент, более того, в буквальном смысле слова продолжил маргиналию D, посчитав, что слово Sphingae дано во множественном числе: «[Sphinge] sunt lectice in quibus picte sunt effigies quos nos gloriosos dicimus» («[Сфинксы] это мощевики, на которых на¬ рисованы изображения тех, кого мы называем блаженными»). Таким образом, позднейший глоссатор объяснил слово «печать» посредством более понятного ему маленького предмета — мощевика. Выражаю сер¬ дечную признательность Е. В. Антонец за помощь в палеографическом анализе этой пометы. 19 Читатель Е был отличным каллиграфом и обладал ярко выра¬ женным индивидуальным стилем письма. Для него характерно «вы¬ тянутое» начертание капитальных и прописных «S», «Р», «D», «В», а также вытянутое наискосок написание капитальных «V» и «Q»; наличие характерной черточки в завершении нижней петли прописной «g», отличной от турской; использование прописной «г», похожей на цифру 2. Можно предполагать, что у этого читателя был солидный опыт нотариальной работы в дворцовой капелле (вытянутое на 3—5 и даже более корпусов начертание заглавных букв очень характерно для документов из королевских канцелярий еще с меровингского времени). В любом случае, стиль его письма сформировался за рамками турской школы. Тем не менее читатель Е демонстрирует хорошее знакомство с элементами турской традиции. Так он использует характерное слит¬ ное написание унциальных «NT» (fol. 5v); унциальное «N» в сере¬ дине слова (fol. 5г, 6г); сокращение «scdm» для «secundum» (fol. 5v), характерную лигатуру «et» (fol. 3v, 5г) и др. Особо следует отметить 244
Глава 8. Светоний и его каролингские читатели рассказе о том, как Цезарь двигался к вершинам император¬ ской власти, какие трудности встречались на его пути, и как успешно он с ними справлялся (главы с 4 по 37). Характер¬ но, что этот читатель отмечает на полях не только сюжеты отдельных глав, но местами даже содержание одного-двух предложений. Столь высокая степень детализации позво¬ ляет предположить, что мы имеем дело с подробным кон¬ спектом, не столько рассчитанным на других читателей, сколько предназначенным для последующего персонального использования. Этот читатель внимательно проштудировал жизнеописа¬ ние Цезаря, несомненно, учитывая соответствующие пасса¬ жи из «Истории против язычников», однако не следуя слепо за Орозием. Он сделал множество исправлений и уточнений прямо в тексте между строк, а на полях составил что-то вроде оглавления. Заметки Е условно можно разделить на две группы. К первой относятся перечисление должностей, которые в разное время занимал Цезарь20; рассказы о посте¬ пенном отстранении от власти конкурентов21; о военных по¬ начертание значка Nota в виде капитальной «N» и «открытой» тур¬ ской «а» над второй вертикалью, что может служить дополнительным аргументом в пользу более ранней датировки маргиналий. Но в целом почерк совершенно оригинальный. 20 Fol. 4r: Dignitates cesaris. Primus tribunus. Quaestor. Aedilis. Pontifex. Pretor. Consul («Звания Цезаря: первый трибун, квестор, эдил, понтифик, претор, консул») — эта глосса не имеет прямого отношения к тексту. Здесь просто перечислены должности Цезаря, о которых говорит Светоний с 5 по 19 главу. Список как бы подводит итог предшествующей государственной карьеры Цезаря. 21 Fol. 7v: Pompeius obsidetur a Cesare & vincit fugatque («Пом¬ пей осажден Цезарем, проигрывает и бежит»). Pompeius occiditur («Помпей убит»): «Вернувшись из Испании в Рим, он переправился в Македонию и там, продержав Помпея почти четыре месяца в кольце мощных укреплений, разбил его наконец в Фарсальском сражении 245
Часть II. Освоение исторической традиции в каролингскую эпоху бедах в Испании и Британии, но особенно в Трансальпийской Галлии и Зарейнской Германии (включая пассаж о постройке моста через Рейн)22; о политической карьере с помощью браков23; о проявлениях персональной воинской доблести, и преследовал бегущего до Александрии, где нашел его уже убитым» (Suet. Caes., 35). Ср.: Oros. Hist., VI, 15, 22-29. 22 Fol. 5v: Cesar omnem Galliam per novem annos subegit («Цезарь покорил всю Галлию за девять лет»): «Вот что он совершил за девять лет своего командования. Всю Галлию, что лежит между Пиренейским хребтом, Альпами, Севенами и реками Роданом и Рейном, более 3200 миль в охвате, он целиком, за исключением лишь союзных или оказавших Риму услуги племен, обратил в провинцию и наложил на нее 40 млн ежегодного налога» (Suet. Caes., 25, 1). Ср.: Oros. Hist., VI, 9, 1; Cesar in Renum pontem fabricat («Цезарь сооружает мост через Рейн»): «Первым из римлян он напал на зарейнских германцев и, на¬ ведя мост, нанес им тяжелые поражения» (Suet. Caes., 25, 2); Britanni quoque subiguN(tur?) («Британцы также подчинены»): «Он напал и на британцев, дотоле неизвестных, разбил их и потребовал выкупа и заложников» (Suet. Caes., 25, 2). Ср.: Oros. Hist., VI, 9, 2, 4—9; Cesar ter adversus casus est expertus. In Britannia. Gallia. Germania («Цезарь трижды испытывал свои силы вопреки обстоятельствам. В Британнии, Галлии, Германии»): «Среди стольких успехов он только три раза потерпел неудачу: в Британии его флот был почти уничтожен бурей, в Галлии один из его легионов был разбит наголову при Герговии, в германской земле попали в засаду и погибли легаты Титурий и Аврун- кулей» (Suet. Caes., 25, 2). Ср.: Oros. Hist., VI, 9, 4—5; 10, 1. 23 Fol. 4v: Calpomia uxor cesaris («Кальпурния жена Цезаря»): «Около того же времени он женился на Кальпурнии, дочери Луция Пизона, своего преемника по консульству, а свою дочь Юлию выдал за Гнея Помпея, отказав ее первому жениху..., хотя тот и был его главным помощником в борьбе против Бибула» (Suet. Caes., 21). Fol. 6r: Cesar Pompeium retinere cupit («Цезарь желает удержать (сдержать) Помпея»): «Чтобы сохранить родство и дружбу с Пом- пеем, он предложил ему в жены Октавию, внучку своей сестры, хотя она и была уже замужем за Гаем Марцеллом, а сам попросил руки его дочери, помолвленной с Фавстом Суллой»; Octavia neptis Ces(aris) («Октавия племянница Цезаря») (Suet. Caes., 27,1). 246
Глава 8. Светоний и его каролингские читатели решительности и политической воли, справедливости, щед¬ рости по отношению к солдатам и заботе о представителях всех сословий24; о царском и одновременно божественном 24 Fol. lv: N(ot)a fortitudinem cesaris («Доблесть (храбрость, отвага) Цезаря») — в тексте рассказывается о том, что Цезарь от¬ купился от пиратов 50 талантами, но сразу после освобождения начал их преследовать и всех казнил (Suet. Caes., 4, 2). N(ot)a voluntatem cesaris («Рвение, воля Цезаря») — напротив рассказа о том, как в Испании будучи квестором Цезарь объезжал храмы и в городе Гадес (Кадис) в храме увидел статью Александра Великого. «И он вздохнул от отвращения к своей бездеятельности — в этом возрасте Александр уже покорил мир: тот час он стал добиваться увольнения, чтобы затем в столице воспользоваться первым же случаем для более великих дел» (Suet. Caes., 7,1). Fol. 5v: Forum aedificat C(esar) («Цезарь отстраивает форум») — на средства военной добычи; Largitas Cesaris («Щедрость Цеза¬ ря») — не упускал ни одного случая выказать щедрость или оказать услугу кому-нибудь как в государственных, так и в частных делах; Рго filiae memoria («В память о дочери») — обещал народу гладиаторские игры и пир — до него этого не делал никто; чтобы ожидание было на¬ пряженней, он готовил угощение не только у мясников, которых нанял, но и у себя дома. N(ot)a Facta Cesari» («Деяния Цезаря») — знаме¬ нитых гладиаторов, навлекших немилость зрителей, он отбивал силой и оставлял у себя. Fol. 6r: Largitas Cesaris («Щедрость Цезаря») — легионерам удвоил жалование на вечные времена и раздавал рабов из пленников (Suet. Caes., 26). Persequebatur idem valde ad se attractus («Примкнув¬ ший, конечно же, неотступно следовал за ним»): «Граждан... которые приходили к нему сами или по приглашению, он осыпал щедрыми по¬ дарками, не забывая и их вольноотпущенников и рабов, если те были в милости у хозяина или патрона» (Suet. Caes., 27,1); Maxima bonitas Iulii («Великая добродетель Юлия»): «Он был единственной и на¬ дежной опорой для подсудимых для задолжавших, для промотавшихся юнцов, кроме тех, кто настолько погряз в преступлениях, нищете или распутстве, что даже он не мог им помочь; таким он прямо и откры¬ то говорил, что спасти их может только гражданская война» (Suet. Caes., 27, 2). 247
Часть II. Освоение исторической традиции в каролингскую эпоху происхождении Юлия, ставившим его в особое положение по отношению ко всем остальным25. Трудно отделаться от впечатления, что читатель Е усма¬ тривал здесь явные параллели между биографиями Цезаря и ранних Каролингов. Занятие высших должностей, поли¬ тические браки, военные успехи, определенные моральные качества, в сочетании с широким согласием «народа» обес¬ печили им поступательное движение сначала к трону, а за¬ тем к императорскому титулу. Особо отмечено включение Галлии в состав Римской державы, создание галльского легиона «алауда» и предоставление его ветеранам римского гражданства26. В контексте имперских воззрений Каро¬ лингов этот факт, безусловно, обретал особую значимость и мог использоваться в качестве дополнительного аргумента в пользу законности имперских притязаний франкских правителей. Заметки первой группы позволяют предпо¬ Fol. 6v: N(ot)a monstrum («Предзнаменование») — в тексте опи¬ сывается видение: «Человек дивного роста и красоты, играя на свирели, собрал многих воинов, вырвал у кого-то трубу, заиграл боевой сигнал и бросился в реку. Цезарь, увидев это, сказал: “Вперед, куда зовут нас знаменья богов и несправедливость противников! Жребий брошен”» (Suet. Caes., 32). 25 Fol. 2г: N(ot)a Genealogiam Cesaris («Генеалогия Цезаря») — в тексте Цезарь на похоронах тетки Юлии рассказывает о генеалогии рода: «Род моей тетки Юлии восходит по матери к царям, по отцу же к бессмертным богам... вот почему наш род облечен неприкосно¬ венностью, как цари, которые могуществом превыше всех людей, и благословением, как боги, которым подвластны и самые цари». (Suet. Caes., 6,1). 26 Fol. Зг: «N(ot)a nomen legionsis alauda» (имя легиона “алауда”): «Вдобавок к легионам, полученным от государства, он (Цезарь) набрал новые на собственный счет, в том числе один из трасальпинских галлов (он носил галльское имя «Алауда»), которых он вооружил и обучил по римскому образцу и которым впоследствии всем даровал римское гражданство» (Suet. Caes., 24, 2). 248
Глава 8. Светоний и его каролингские читатели лагать в читателе Е человека, имеющего непосредственное отношение к историописанию, а также к выработке соот¬ ветствующей политической идеологии. Человека, много времени проводившего не только в тиши монастырских стен, но и при дворе, на что косвенно указывает и характер его почерка. Можно думать, что читатель Е написал небольшой исторический труд или составил компиляцию для кого-то из принцев или молодых королей (скорее всего, для Карла Лы¬ сого). И, подобно Лупу и Эйнхарду, сделал это, опираясь на труд Светония. Ко второй группе относятся такие сюжеты, как амбициоз¬ ность Цезаря и его колоссальная жажда власти27; умение вы¬ бирать временных союзников28; искусство убеждать и грамот¬ 27 Fol. 5r: N(ot)a a quondam dictum Cesari per contumeliam & responsio Cesaris («Неким человеком сказано Цезарю обидное и ответ Цезаря»): «Он не удержался, чтобы не похвалиться перед всем сенатом, что достиг цели своих желаний, несмотря на недовольство и жалобы противников, и что теперь он их всех оседлает. Кто-то оскорбительно заметил, что для женщины это нелегко (намек на сожительство Цеза¬ ря с Никомедом. — А. С.); он ответил, как бы шутя, что и в Сирии царствовала Семирамида, и немалой частью Азии владели некогда ама¬ зонки» (Suet. Caes., 22, 2). Cesari imperium in quinquennium perrogatur («Цезаря испрашивают об империи на пятилетие»): «Для себя же с их (Красса и Помпея) помощью он добился сохранения командования еще на пять лет» (Suet. Caes., 24). 28 Fol. 4r: Cesar Pompeio crassum reconciliat («Цезарь снова сбли¬ жает Красса с Помпеем»): «С Помпеем он помирил Марка Красса... и вступил в союз с обоими» (Suet. Caes., 19, 2). Fol. 4v: Pompeius de sententiis interrogatur («Помпея спрашивают о его мнении»): «Породнившись с Помпеем, он стал при голосова¬ нии спрашивать мнение у него первого, тогда как раньше он начинал с Красса» (Suet. Caes., 21). TV consuetudinem consulis (обычай консу¬ ла) — в тексте продолжение предыдущей фразы: «А обычай требовал держаться в течение всего года того порядка спроса, который был при¬ нят консулом в январские календы» (Suet. Caes., 21). 249
Часть II. Освоение исторической традиции в каролингскую эпоху но манипулировать общественным мнением29; подготовка хо¬ рошо обученных и верных воинов в аристократических семь¬ ях30; способность делать правильный конъюнктурный выбор (личный и политический) в предлагаемых обстоятельствах31; Fol. 5r: Cesari imperium in quinquennium perrogatur («Цезаря ис¬ прашивают об империи на пятилетие»): «...для себя же с их (Красса и Помпея) помощью он добился сохранения командования еще на пять лет» (Suet. Caes., 24). 29 Fol. 3v: Senatus gratias agit Cesari («Сенат выносит Цезарю благодарность»); Cesar gratiam recepit senatus («Цезарь принял бла¬ годарность сената») — в тексте рассказ о том, что Цезарь будучи претором защитил народного трибуна Цецилия Метелла. Сенат обоих отстранил от исполнения должностных обязанностей, но по¬ том из-за народного недовольства восстановил в должности и объ¬ явил благодарность за то, что Цезарь сумел успокоить толпу (Suet. Caes., 16, 2). Vetius et curio detectores coniurationis («Ветий и Курий раскрыли за¬ говор»): «Ему (Цезарю) угрожала новая опасность: он был объявлен сообщником Каталины. Перед следователем... об этом заявил донос¬ чик Луций Веттий, а в сенате — Квинт Курий» (Suet. Caes., 17, 1); Quid Cesar faciat detectoribus coniurationis («Что Цезарь сделал рас¬ крывшим заговор»): «Цезарь... добился от Цицерона свидетельства, что он сам сообщил ему некоторые сведения о заговоре. Курия этим он лишил награды, а Веттий... едва не растерзанный народом... был брошен в тюрьму» (Suet. Caes., 17, 2). Fol. 7v: Cesar flens fidem militum invocat («Цезарь в слезах взывает к верности воинов»): «Так перевел он войска; и затем... он со слезами, разрывая одежду на груди, стал умолять солдат о верности. Говорят даже, будто он пообещал каждому всадническое состояние, но это не¬ доразумение» (Suet. Caes., 33). 30 Fol. 6г: Tirones erudiuntur a C(esare) («Новобранцы обучаются Цезарем») — молодых бойцов отдавал не в школы и не к ланистам, а в дома всадников и сенаторов, хорошо владеющих оружием. 31 Fol. 4v: N(ot)a violentiam cesaris («Жестокость Цезаря»): «Марка Катона, выступившего в сенате с запросом, он приказал лик¬ тору вытащить из курии и отвести в тюрьму. Луция Лукулла, который 250
Глава 8. Светоний и его каролингские читатели умение добиваться поставленной цели, проявляя порази¬ тельную целеустремленность и, если нужно, временно от- слишком резко ему возражал, он так запугал ложными обвинениями, что тот сам бросился к его ногам. Цицерон оплакивал в суде положение государства — Цезарь в тот же день... перевел из патрициев в плебеи врага его, Публия Клодия, который добивался этого долго и тщетно» (Suet. Caes., 20, 4).Cesar gailias eligit («Цезарь выбирает Галлии»): «При поддержке зятя и тестя он выбрал себе в управление из всех провинций Галлию, которая своими богатыми возможностями и благо¬ приятной обстановкой сулила ему триумфы» (Suet. Caes., 22, 1). Ср.: Oros. Hist., VI, 7,1. Fol. 5r: Magnum Cesaris ingenium («Великое дарование Цеза¬ ря») — в тексте рассказ о том, что народный трибун Луций Антистий потребовал привлечь Цезаря к ответу; тот обратился к другим трибу¬ нам и добился, чтобы его не привлекали к суду, пока он отсутствует по делам государства (Suet. Caes., 23,1). Fol. 6v: N(ot)a verum (истина, правда): «Цезаря это встревожило. Он был убежден — и это часто от него слышали, — что теперь, когда он стал первым человеком в государстве, его не так легко столкнуть с первого места на второе, как потом со второго на последнее. По¬ этому он стал всеми силами сопротивляться, отчасти — с помощью вмешательства трибунов, отчасти — при содействии второго консула Сервия Сульпиция» (Suet. Caes., 29, 1); Pactum Ces(añs) («Дого¬ вор Цезаря»): «Увидев, что против него действуют все настойчивей и что даже консулы будущего года избраны враждебные ему, он об¬ ратился к сенату с письмом, прося не отнимать у него дар римского народа — или же пусть другие полководцы также распустят свои войска» (Suet. Caes., 29, 2); Transalpina Gallia dimittitur a Ces(are) («Трансальпийская Галлия оставлена Цезарем»): «Противникам же он предложил согласиться на то, что он откажется от 8 легионов и Транс¬ альпийской Галлии и сохранит до избрания в консулы только 2 легиона и Цизальпинскую Галлию» (Suet. Caes., 29, 2).Cesar paratus uindicare tribunos per se intercedentibus («Цезарь был готов защитить трибунов, вступившихся за него»): «Когда же ни сенат не пожелал вмешаться, ни противники — идти на какое бы то ни было соглашение о делах государственных, тогда он перешел в Ближнюю Галлию и, покончив с судебными делами, остановился в Равенне, угрожая войной, если 231
Часть II. Освоение исторической традиции в каролингскую эпоху ступая32; а также описание причин гражданских войн вкупе со стихотворением Еврипида33. Это позволяет предполагать, сенат примет суровые меры против вступившихся за него трибунов» (Suet. Caes., 30,1); Callidus factus Ces(aris) («Ловкое (хитрое) деяние Цезаря»): «Когда приспело известие, что вмешательство трибунов не имело успеха и что им самим пришлось покинуть Рим, Цезарь тот час двинул вперед когорты; а сам, чтобы не возбуждать подозрений, он и присутствовал для виду на народных зрелищах и обсуждал план гла¬ диаторской школы, которую собирался строить, и устроил, как обычно, многолюдный ужин» (Suet. Caes., 31, 1). Fol. 7v: Lucius domicius subiugitur («Луций Домиций покорился»): «Луция Домиция, противозаконно назначенного ему преемником и зани¬ мавшего Коринфий, он заставил сдаться и отпустил» (Suet. Caes., 34,1). Fol. 8r: Cesar Egiptum Cleopatre tradit («Цезарь передает Египет Клеопатре»); N(ot)a providentiam Cesaris («Предусмотрительность Цезаря»): «Победив, он отдал Египетское царство Клеопатре и ее младшему брату, не решаясь обратить его в провинцию, чтобы какой- нибудь предприимчивый наместник не смог опереться на нее для новых смут» (Suet. Caes., 33,1). Ср.: Oros. Hist., VI, 16, 2. 32 Aoi. 4r: N(ot)a cogit(ur) cesar trium(phum) dimitere («Цезаря вынуждают отказаться от триумфа»): «Срок выборов был уже назна¬ чен, и он мог выступить соискателем... лишь как частный человек. Он попытался добиться для себя исключения из закона, но встретил сопро¬ тивление и должен был отказаться от триумфа, чтобы не потерять кон¬ сульство» (Suet. Caes., 18,2). Fol. 6r: Fuga Cesaris («Бегство Цезаря»): «Но когда закатилось солнце, он с немногими спутниками, в повозке, за¬ пряженной мулами с соседней мельницы, тайно тронулся в путь... настиг когорты у реки Рубикон, границы его провинции» (Suet. Caes., 31, 2). Fol. 7v: Massilia capitur («Массилия захвачена»): «...и хотя его за¬ держивали как осада Массилии, закрывшей ворота у него на пути, так и крайний недостаток продовольствия, вскоре он подчинил себе все» (Suet. Caes., 34, 2). Ср.: Oros. Hist., VI, 15, 6—7. 33 Fol. 6v: Diverse occasiones Сesañs ciuilis belli («Различные при¬ чины гражданской войны Цезаря»): «Это был только предлог для гражданской войны. Причины же ее, как полагают, были другие. Так Гней Помпей неоднократно утверждал, что Цезарь оттого пошел на всеобщую смуту и переворот, что из своих частных средств он не мог 252
Глава 8. Светоний и его каролингские читатели что читатель Е был не только увлечен поиском схожих черт между деяниями Цезаря и франкских правителей, но и подбирал материал в расчете на будущее. Сюжеты второй группы имеют ярко выраженный дидактический характер34, отчасти перекликаясь с пометами О, и вполне могли пред¬ ни окончить построек, которые начал, ни оправдать ожидания, которые возбуждало в народе его возвращение... Другие говорят, будто он бо¬ ялся, что ему придется дать ответ за все, что он совершил в свое первое консульство вопреки знамениям, законам и запретам... Некоторые, на¬ конец, полагают, что Цезаря поработила привычка к власти, и поэтому он, взвесив свои и вражеские силы, воспользовался случаем захватить верховное господство, о котором мечтал с ранних лет. Так думал, по- видимому, и Цицерон, когда в третьей книге “Об обязанностях” писал, что у Цезаря всегда были на устах стихи Еврипида» (Suet. Caes., 30, 2-5). Ср.: Oros. Hist., VI, 15, 3; 17, 9. Fol. 7r: N(ot)a verbum (стих) — напротив цитаты из Еврипида: «Коль преступить закон — то ради царства; А в остальном его ты должен чтить» (Suet. Caes., 30, 5). 34 Сюда же можно отнести маргиналии, сообщающие о триумфах Цезаря, его поражениях, обращенных в победы, и о проявления на¬ родной славы: Fol. 4v: N(ot)a laudes cesaris («Восхваления Цезаря») — нота стоит напротив стишка, который цитирует Светоний: «В консульство Цезаря то, а не в консульство Бибула было: в консульство Бибула, друг, не было впрямь ничего» (Suet. Caes., 20, 2); Светоний расска¬ зывает, что в это время Цезарь реально один управлял государством, с Бибулом никто не считался. Fol. 8r: Velox victoria Cesari(s) («Быстрая победа Цезаря»); Pompeium laudat Ces(ar) («Цезарь ославляет Помпея»): «Из Алек¬ сандрии он направился в Сирию и затем в Понт, обеспокоенный ве¬ стями о Фарнаке, сыне Митридата Великого, который воспользовался случаем начать войну и уже был опьянен многими успехами. На пятый день своего прибытия, через четыре часа после его появления, Цезарь разгромил его в одном единственном бою. Потом он часто вспоминал, как посчастливилось Помпею стяжать славу полководца победами над неприятелем, который не умеет воевать» (Suet. Caes., 35,2). Ср.: Oros. Hist., VI, 16, 2. 253
Часть II. Освоение исторической традиции в каролингскую эпоху назначаться для воспитания кого-то из наследных принцев, например, Карла Лысого. Учитывая особый характер от¬ ношений турской кафедры и королевского двора, это пред¬ ставляется более чем вероятным. Наглядные примеры из жизни Цезаря (а вкупе с глоссами О и других императоров) объясняли не только то, каким должен быть успешный пра¬ витель, но и то, к каким катастрофическим последствиям для внутренней жизни государства порой приводит чрезмерная жажда власти одного человека35. N(ot)a quicquid Cesar nullam cladem nisi per legatos perti....lis («Цезарь не ведал никакого поражения иначе как посредством лега¬ тов»): «Во всей междоусобной войне он не понес ни одного поражения. Терпеть неудачи случалось лишь его легатам» (Suet. Caes., 36); Cesar bis victus («Цезарь дважды побежден»): «Цезарь сражался с замечательной удачей, не зная даже сомнительных успехов, за исклю¬ чением лишь двух случаев: один раз при Диррахии, когда обращенный Помпеем в бегство, но не преследуемый, он воскликнул, что Помпей не умеет побеждать, и другой раз в последнем сраженье в Испании, когда, отчаявшись в победе, он уже помышлял о добровольной смерти» (Suet. Caes., 36). Ср.: Oros. Hist., VI, 13,18—21; De triumfis Cesaris («О триумфах Цезаря»): «По окончании войны он отпраздновал пять триумфов: четыре за один месяц, но с промежут¬ ками, — после победы над Сципионом, и пятый — после победы над сыновьями Помпея» (Suet. Caes., 37,1). Ср.: Oros. Hist., VI, 16, 6; Verba Cesaris («Слова (изречение) Цезаря»): «В понтийском три¬ умфе среди прочих предметов в процессии несли надпись из трех слов: «Пришел, увидел, победил» (Suet. Caes., 37, 2). 35 В этом контексте уместно вспомнить обстоятельные рассужде¬ ния Нитхарда о том, что правитель (и те, кто разделяет с ним бремя власти) должен, прежде всего, заботиться об «общей пользе» (utilitas publica). Пренебрежение этой обязанностью и потакание собственно¬ му эгоизму неизменно оборачивается «внутренними войнами», ведет к ослаблению и развалу государства. Любопытно, что «Историю в че¬ тырех книгах» Нитхард написал в начале 840-х гг. для Карла Лысого и его ближайшего окружения. О Нитхарде и его сочинении подробнее см.: Сидоров А. И. Отзвук настоящего... С. 153—189. 254
Глава 8. Светоний и его каролингские читатели Как видно из приведенных выше примеров, с рассказами Орозия связано относительно немного помет читателя Е. Это вполне объяснимо, поскольку соответствующий фрагмент «Истории против язычников» восходит не к Светонию, а к другим сочинениям, прежде всего к «Запискам» Цезаря. Тем не менее каролингский читатель старался по возможности учитывать совпадающую информацию. Помимо указанного выше, он пометил совершенно второстепенные сообщения о приходе Цезаря в Равенну36 и о том, что тот захватил Мас- силию37. Здесь прослеживается очевидное уважение к авто¬ ритетному тексту — корректное, но все же не безоглядное. Как известно, Орозий в целом негативно оценивает деяния Цезаря, при любом удобном случае акцентируя внимание на его жестокости и беспринципности38. Маргиналии читателя Е, напротив, указывают на положительное отношение этого человека к первому римскому императору. ՝ Некоторые пометы читателя Е также перекликаются с пассажами из хроники Евсевия-Иеронима, но таковых совсем немного. К их числу можно отнести сообщения о по¬ корении Цезарем Германии и Галлии, о гражданской войне с Помпеем, а также о передаче Египта Клеопатре39. Претензии других читателей «Жизнеописания Цезаря» оказались значительно более скромными. Их внимание было 36 Fol. 6v: Rauenne secessit Ces(ar) (Suet. Caes., 29, 2). Ср.: Oros. Hist., VI, 15, 2. 37 Fol. 7v: Massilia capitur (Suet. Caes., 34, 2). Ср.: Oros. Hist., VI, 15, 7. 38 См., например: Oros. Hist., VI, 15, 5, 26; 17, 5 39 Ср.: Eus.-Hier. Chr. II. Coi. 429—430: «Caesar Rhenum tran¬ siens Germanos vastat; Caesar Germanos et Gallos capit; Principium belli civilis Caesaris et Pompeii; Pompeius praelio victus et fugiens a spadonibus Alexandrini Regis occiditur; Caesar in Aegipti regnum Cleopatrae confirmat ob stupri gratiam». 255
Часть II. Освоение исторической традиции в каролингскую эпоху концентрировано лишь на отдельных сюжетах, но они отча¬ сти пересекаются с интересами читателя Е. Читатели В и С (обе руки — турский минускул первой половины IX в.)40 обратили внимание на очевидные парал¬ лели между личными качествами Цезаря и добродетелями, которые должны быть свойственны христианскому государю: снисходительность к врагам, поддержка должников и под¬ судимых, а также владение искусством слова, способного прославить не меньше, чем военные победы41. Кроме того, читатель В, явно апеллируя к хронике Евсевия-Иеронима, выделил фрагмент из начала 82 главы «Жизнеописания Цезаря», где повествуется о мученической смерти главного героя от рук ближайших сторонников42. Читатель F (минускул IX в.) отмечает политический характер браков Цезаря с Корнелией, а затем с Помпеей, которые он использовал для карьерного роста43. Думается, 40 На принадлежность руки В к турской школе письма явно ука¬ зывает характерное написание «NT» в слове «eloquentia», где вторая вертикаль буквы «N» служит основой для «Т». 41 Рука В на fol. 6r: N OBERATORUM (должников): «Он (Цезарь) был единственной и надежнейшей опорой для подсудимых, для задолжавших, для промотавшихся юнцов» (Suet. Caes., 27, 2); на fol. llv: ELOQUENTIA (красноречие): «В красноречии и в военном искусстве он стяжал не меньшую, если не большую славу, чем лучшие их знатоки» (Suet. Caes., 55,1). Рука С на fol. 14r: Clementia Cesaris. В основном тексте вся 73 гла¬ ва рассказывает о том, как Цезарь был снисходителен к своим недо¬ брожелателям, никогда не испытывал долгой неприязни и с радостью отказывался от нее при первом удобном случае. 42 Fol. 16r: Interfectio Cesaris. Ср.: Eus.-Hier. Chr. II. Col. 429— 430: «Idibus Martiis G. Julius Caesar in curia occiditur». 43 Fol. Ir: Uxor Cesaris Cornelia («Жена Цезаря Корнелия»). Вв слове «Cornelia» прописная г написана в виде арабской цифры 2, как у руки А: «Цезарь женился на Корнелии, дочери Цинны, который четыре раза был консулом» (Suet. Caes., 1,1). 256
Глава 8. Светоний и его каролингские читатели именно в таком контексте следует рассматривать и две другие маргиналии этого автора — о вещем сне главного героя, в котором он насилует мать, а также о сожительстве с Никомедом44. Изнасилование матери символизировало будущую власть над всем миром. А связь с царем Вифинии, в конечном счете, обернулась для Цезаря крупным военным успехом — взятием Митилен на острове Лесбос. Читатель С (предположительно первая треть или вторая четверть IX в.)43 также отметил брак с Корнелией, за¬ ключенный вопреки желанию Суллы, и обратил внимание на то, что смерть диктатора Суллы обернулась для страны внутренней смутой46. Вполне возможно, что эта маргиналия Fol. 2r: De uxore cesaris («О жене Цезаря»): «После Конелии он взял в жены Помпею, дочь Квинта Помпея и внучку Луция Суллы» (Suet. Caes., 6, 2). 44 Fol. Ir: N nomen Cesaris («Имя Цезаря») — в тексте стоит фраза Суллы: «В одном Цезаре таится много Мариев» (Suet. Caes., 1, 2); Nicomedes rex bitinie («Никомед, царь Вифинии»): «Отправ¬ ленный в Вифинию, чтобы привести флот, он (Цеарь) надолго задер¬ жался у Никомеда. Тогда и пошел слух, что царь растлил его чистоту» (Suet. Caes., 2); Fol. 2r: N somnium Cesaris et interpretacionem («Сон Цезаря и его толкование»): «На следующую ночь его смутил сон — ему привиде¬ лось, будто он насилует собственную мать; но толкователи еще больше возбудили его надежды, заявив, что сон предвещает ему власть над всем миром, так как мать, которую он видел под собой, есть не что иное, как земля, почитаемая родительницей всего живого» (Suet. Caes., 7, 2). 45 Читатель С использует «открытую» турскую «а» в слове «dictator». К концу первой трети IX в. она в основном выходит из употребления. 46 Fol. 1г: Silia dictator («Сулла диктатор»): «Диктатор Сулла никакими средствами не мог добиться, чтобы он (Цезарь) развелся с нею» (с Корнелией, дочерью Цинны) (Suet. Caes., 1). Fol. lv: Silla mortuus («Сулла умер»): «Пришла весь о кончине Суллы и явилась надежда на новую смуту» (Suet. Caes., 3). 257
Часть II. Освоение исторической традиции в каролингскую эпоху появилась как своеобразная реакция на «войну братьев» — междоусобные войны начала 840-х гг. между Карлом Лы¬ сым, Людовиком Немецким и Лотарем, начавшиеся после смерти императора Людовика Благочестивого. Пометы читателя G требуют дополнительного поясне¬ ния. Прежде всего обращает на себя внимание необычное написание имени Суллы как Silla. Такая транскрипция не характерна для «Memmianus», зато встречается в хрони¬ ке Евсевия-Иеронима47. С другой стороны, за кратким вниманием каролингского эрудита к сочинению Светония просматривается внимательное изучение соответствующих глав произведения Павла Орозия. Пометы Silia dictator и Silla mortuus не столько указывали на своеволие и не¬ померное честолюбие Цезаря, сколько отсылали других читателей «Memmianus» к весьма характерным пассажам из «Истории против язычников»48. Пометы читателя G интересно сравнить, например, в маргиналиями читателя Е. Здесь отчетливо видно, сколь значительной была разница в отношении современников к одним и тем же текстам — и христианским, и языческим. Читатель С явно отдавал предпочтение первым и считал для себя достаточным по¬ верхностное представление о вторых. Читатель £, хорошо знакомый с сочинениями Орозия и Евсевия-Иеронима, демонстрирует большую заинтересованность в работе с «Жизнеописаниями цезарей». 47 Ср.: Eus.-Hier. Chr. II. Col. 425—426: «Sylla Athenienses vastat». 48 Ср.: «Сулла был назначен диктатором (курсив мой. — А. С.), чтобы вооружить его величием благородного и выдающегося звания и скрыть за ним страсть к властолюбию и жестокости» (Oros. Hist., V, 21, 12); После смерти Суллы (курсив мой. — А. С.) Лепид, при¬ верженец марианской партии, выступил против Катулла, сулланского полководца, разжег тлевшие углы гражданской войны» (Oros. Hist., V, 22,16). 258
Глава 8. Светоний и его каролингские читатели Еще четыре каролингских читателя оставили по одной помете. Н (минускул IX в.) с недоверием отнесся к со¬ общению Светония о том, что ближневосточные территории хотели отпасть от Рима и перейти под власть Митридата49. К (небрежный минускул первой половины IX в. с элемента¬ ми англосаксонского углового письма) отметил, что Цезарь занимал должность квестора, несмотря на то, что его генеа¬ логическое древо восходило к богам и царям50. Ь (минускул IX в.) обратил внимание на рассказ о реформе календаря, что вполне объяснимо в контексте стабильно высокого инте¬ реса каролингского монашества к компутистике31. Наконец, I (минускул IX в.) сделал единственную во всей рукописи прямую гиперссылку на другой текст, упомянув знаменитую речь Цицерона в защиту Милона52. Очевидно, это произ¬ ведение также имелось в библиотеке Турского монастыря 49 Fol. Iv: N ubique suetonius accusanuum illis declinationis plurarem misponit («Светоний везде отвергает большинство обвинений в таком отклонении»): «Цезарь покинул Родос, переправился в Азию, собрал вспомогательный отряд и выгнал из провинции царского военачаль¬ ника, удержав этим в повиновении колеблющиеся и нерешительные общины» (Suet. Caes., 4, 2). 50 Fol. lv: Questorem appeļat cesarem («Он (Светоний. — A. C.) называет Цезаря квестором»): «В бытность квестором он похоронил свою тетку Юлию и жену Корнелию» (Suet. Caes., 6,1). 51 Fol. 9r: De fastis correcti» («Об исправлении фаст») — в тексте рассказ о том, как Цезарь ввел юлианский календарь (Suet. Caes., 40,1). 52 Fol. 7r: Hunc Milonem Cicero suis argumentis defendit in ea defensione quam per Milone abuit(ur) («Этого Милона Цицерон за¬ щищает своими аргументами в той защитительной речи, которую он употребил для Милона») — в тексте говорится о том, что Цезарь будто бы боялся возвращаться в Рим из-за необходимости отвечать за поступки первого консульства. И что, вернись он частным человеком, ему, как Милону, пришлось бы защищать себя в суде, окруженном вооруженной охраной (Suet. Caes., 29, 3). Имеется в виду шумный процесс Милона, убийцы Клодия в 52 г до н. э. Его памятником 259
Часть II. Освоение исторической традиции в каролингскую эпоху и было хорошо известно братьям как образчик классической латинской риторики. «Жизнеописание Августа», судя по количеству и место¬ расположению маргиналий, вызывало у читателей значитель¬ но меньше интереса. Зато, в отличие от «Жизнеописания Цезаря», к нему обращались не только в IX, но также и в последующие столетия. К IX в. относятся указания на строительную активность Августа, который заново отстроил столицу (рука М — мину¬ скул IX в.)53 и восстановил