/
Author: Шашкова С.С.
Tags: криминалистика издательство санктъ-петербургъ исторія проституціи проституція права человѣка
Year: 1872
Text
1П0РШСК1Я СШВЫ 1Е1ЩОЫ,
ДФТ03^1Й0ТВ0
и
ПРОСТИТУЦ1Я-
г
ИСТОРИЧЕСКЮ
ПЫ
)
I
С. с. Шашкова.
■ЗДАИ1Е ВТОРОЕ^
10ПРАВ1ВНН0В Ж Д0ПО1НВНН0В.
С.-ПЕТЕРБУРГЪ.
Въ ТИП0ГР1Ф1И Ф. С. Сущинскаго.
Бкатерининсий кавмъ, 168.
1872.
ПРЕДИС10В1Е
ко ВТ01»0]!МСТ ИЗДАЛОЮ.
Первое издаше этой книги им'Ьло усп'Ьхъ, превзошедппй свромння
надежды автора, — оно разошлось въ н^Ьсволько м'Ьсяцевъ.
Для настоящаго, втораго издашя, книга исправлена и значительно
дополнена. ЕромЪ того, въ вид* отд4льнаго дополнеюя, авторъ из-
даетъ свой „Очеркъ Исторш Русской Женщины.**
Вотъ списокъ источниковъ и пособ1й, воторцри пользовался авторъ.
1) Маг1а СЫЫ, Шв^огу оГ ТУотеп, 2 уо1., 5 еДШоп, 1854.
2) К1етт, Вте Ггаиеп, 6 Вала., 1859.
3) Мае Ьеппап, РптШте Мападе, ап тдшгу 1п1о 1Ъе опрп оГ
Ле &гт оГ сар1иге ш тапа^е сегетошез, 1865.
4) ВасЬоГеп, Ваз МииеггесЫ, ете Пп^егзисЬип^ йЬег Й1е Оупаь
кокгайе йег а11еп ^е!!;, 1861.
5) ЕехсЬ, ОезсЬхсЬ^е, Ка1иг ипй ОезипйЬеивкЬге Лез еЬеисЬеп
ЬеЪепз, 1864.
6) Пп^ег, сЦе ЕЬе 1т иу^еНЫз^опзсЬепЕп^шскекпд, 1850.
7) ВоззЪасЬ, везсЫсЫе дег РатШе, 1859.
8) К1еЫ, Ме ГатШе, 1862.
9) ВиА^еиз ипд В1сЫег, Эхе ЕЬе, въ энциклопедш Эрша и
Грубера, томъ XXXI.
10) 81;аа1з1ех1коп, ос1ег аИ^етеше Епсус1ора(11е с1ег 81аа1зш88еп-
зсЬайеп, топ Коиек ипй ТУеккег, 14 В., 1856—1866, моногра-
фш: Ко1Ь ипй '\У^агпковП18, ЕЬе; ^агпкоеп!^, ЕЬе1о818-
кей; ЕЬегесМ, РатШе; Ворр, ПпсШп^е, ГхпйеШаизег, Ргапеп,
Шпдезтогд, АЫгехЪппд Аег ЬехЪезГшсЫ;, К1П<1е8аиз$е1ггтд; Ео1Ь,
З'пз ргхтав посйз; НеЫ. МхзЬеггаЛ; 1огДап, Напзеезе^^е; Ауё-
ЬаПешеп^, ЗШепроИге!, и др.
11) Ггапке!, МозагзсЬ-ЫтиШзсЬев ЕЬегесЫ;, 1860.
12) ВсЬегг, ОезсЫсЫе йег йеи^зсЬеп Ргаип1?7е11;, 2 В., 1865.
13) Вегпагй, ШзЫге йе Гаи1огиё ра1егпе11в еп Ггапке, 1864.
14) 6г1пс1оп, Е<;аде зцг 1'атеиога110п рго^езвхуе Ле 1а сод(1Шоп
п
дев Геттев еп дг01(; готаш е( {гап(а18, 1862.
15) 8сои1;е1;1еп, Н181о1ге дев {етшез тед1С1пев дершв Гапидш1ё
]и8ди'а пов ]оиг8, 1868.
16) Рг1едЪегд, ЕЬе 1т М1ие1а1(;ег; ЕЬе 1П Ёп^кпс! ипс! ВсЬоШапд,
2^е1 Уогказе, 1864.
17) У^гг^Ь, ШвЬгу о{ дотевЫс таппегв апД вепйтеп^в 1П Епд-
1апс1 <1иппд (Ье шдЛе а^е, 1862.
18) Маг1а СЫЫ, Вюдгайев о{ доос! Т^тз, 1849.
19) РгоидЬоп, Ашоиг еЬ Маг1а^е.
20) М1сЬе1е1, Ьа Ееште и Ь'Атопг.
21) Апйегвоп, Ьев Геттев йе 1а Ве&гта1юп, 3 т., 1869.
22) СареН^ие, Ьев Него1пе8 йе 1а Ырте, 1864.
23) Соа81П, ^вас^ае1^I1е РавсаТ, 1869.
24) 6г1е81П8ег, Вав Оатепгедгтеп* ап д. НоГеп Еигора'в ш г^еь
1е(2(;уегеап^. ^аЬ^Ь., 1868.
25) Агшапй ВасЬе!, Ье Во! сЬег 1а Кете, 1864.
26) ЕавсеПев \Угаха11, ЫГе апй Ите оГ Ле ^иееI1 Саго1ше Ма4-
Ьайе 0^ Оепшагк, 1864..
27) бопсоигй, Ьа Гетте аи ХУШ 81ёс1е, 1862.
28) М1сЬе1е1;, Ьев Геттев де 1а геуо1ийоп, 1863.
29) ВаиЬап, М-те Ко1апс1 е( воп (етрв, 1864.
30) М. СЫЫ, Мето1Г8 о1 т-те йе 81ае1 влй т-те Ео1ап(!, 1854.
31) ВааЫё, Ьа Ретте раитге аи XIX 81ёс1е, 1866.
32) Еута, Ьев Редптев йа Коиуеаи Мопде, 1860.
33) 01Х0П, Кену Атепса, 2 уо1, 1868.
34) В1Х0В, 8рт<;иа1 Т^тв, 2 т., 1868.
35) Ье^оиуё, Ьев Рёгев е1; 1е8 Еп1ап18 ап XIX е., 2 то1.
36) Коеп188^аг<;ег, Ш8*01ге йе 1а ГатаИе еп Ггап^е, 1851.
37) Деаппе1, йе 1а РговИШюп аи XIX 81ёс1е, 1868.
38) В и Го и г, Нхекоке йе 1а РговШийоп, 6 тоЫтев, 1851.
39) Ви'гке Вауап, РговМШюп ш Ьопйоп, 1839.
40) Рагеп4-ВисЬа1;ё1е1;, йе 1а РговШийоп йапв 1а ухИе йе Рапе,
3 ей., сотр1е1;ее раг ТгеЬисЬек е4 Ро1га*гОиуа1, 8и1У1е й'ип рге-
С18 Ьурешдие, 81;аЙ8Йдие еЬ айш1Ш81гайГ 8иг 1а рго8Й1ийоп йапв
1е8 рппс1ра1е8 У111е8 йе РЕигоре раг Уепо!;, КосЬагй, Ро11оп,
Вагё, ВкгоЫ, ВегШегапй, ШсЬеЬ*, ВеЬгепй, й'Ег1асЬ, Магшив,
ВоескЬ, Вгае8*гир, Оиагйаа, Ыррег!, ЗсЬпееуо^^, ^еас^ио^ еЬ
Зреппо, 2 рг. ▼о1., 1857.
41) Вигке Вауап, 1п&пйс1Йе, Не 1а1У, ргеуепйоп апй Ыв1огу, 1862.'
42) С1ау, 1п{ап(1С1Йе апй Ъиг1а1 с1иЬв, 1864.
43) С. Соп11П1, Геп&пйс1йе8 йапв ГАп81е1;еггв, въ ^оигпа1 йе 1а
80С1е(ё йе 1а в(;а^^8(^^ие йе Рапе, Ж 5, 1865.
44) РоисЬег йе СагеИ, Оевсаг^ев е1; 1а Рппсевве Ра1аипв, 1862,
иг
45) ВгоИ Лев Реттев, зоигпа! ро1Шдие, 1869 е1 1870 ап.
46) АНвешезпе Ггаиеп-йеНипе, 1870 ипй 1871.
47) ТЬе ЕпвИвЬ^отап'в Кетеу, 1869.
48) Ко^-А-Вау8., 1869.
49) Ва8|;1ап, Бег МепзсЬ ш йег 6е8сЫсЫ;е, 3 В., 1860.
50) У^кИх, АпЬЪгоро1о^\е Лег Ма1игу61кег, 5 В., 1859—1866.
51) ^УешЬоЫ, АНпогсИвсЬез ЬеЬеп, 1859.
52) Ма1пе, Апаеп! Ьа\^, 118 соппесйоп ^йЬ 1Ье еаг1у Ы81о1у о1'
тапкш<1 апс! Не гекЦоп 1;о то<1егп 1деа8, 1866.
53) Ьаигеп1, Ё1иде8 зиг ГЫ91;о1ге йе ГЬиташ1;ё, 18 уоЫтез,
1861—1870.
54) А. вийге, Н18*о1ге йи Соттишзте, 1856.
55) Ь. КеуЪаий, Е1ийе8 зиг 1е8 ге{огта1;еиг8 ои востЬ'з^е» тоЛег-
пе8, 2 уо1., 1864.
56) Воо1;Ь, КоЬег!; 0\уеп, 1869.
57) Воппетеге, Шз^оке йез Раувапа, 2 т., 1856.
58) К1еЫ, Вхе ЬйгдегИсЬе бевеНасЬаЙ, 1858.
59) Ауё-ЬаИетеп!;, Оаз Веи^зсЬе баипеИЬию, 4 В., 1861.
60) Ьа88а1е, Ваз Зузкет йег егмгогЬепеп КесЫв,*2 В., 1861.
61) УоП^га^Г, 81аа1;8-ипй КесМзрЬПозорЫе аи!' бгипсИа^е ехпег
шВзепзсЬаЙИсЬеп МепзсЬеп ипй УоИсегкипйе, 2 В., 1864.
62) Вгиштопй Нау, Магоссо апД 1Ье Моогз, 1853.
63) Ни с, Ь'Етр1ге СЫпо18, 2 т., 1855.
64) К о ер ре и, Бхе ВеИ(^оп йез ВиййЬа, 2 В., 1859.
65) Кав1геп, Уойезип^п йЬег йхе а1(;а18сЪе Уо1кег, 1857.
66) Н1пг1сЬв, 6е8сЫсЬ1е Дег КесЫз ипй 81;аа18рппс1р1еп зеН; йег
Ве6)гта1;10П, 3 В., 1852.
67) Сгге181П5ег, Муз^епеп йез Уа1;;сап, ойег (Ле ^еЬбтеп ипй оЯе-
пеп Випйеп йев РарзиЬитз, 2 В. 1866.
68) Мил ль, О подчЕнеши женщины, 1869.
69) М. Вибд1оманъ, Историчесюе этюды о женщин*, вып. 1; 1867.
70) Шлоссеръ, Женщины французсЕой революцш, 1865.
71) Бокль, О ВЛ1ЯНШ женщинъ на усп'Ьхи знатя, 1864. .
72) Ровинск1Й, Изъ исторш славянской женщины, „Неделя", 1869,
73) Ордынск1Й и 8наменск1й, статьи въ разныхъ журналахъ о'
женщинахъ и литератур'Ь классической древности.
74) Добряковъ, Русская женщина въ домонгольсшй перюдъ, 1867.
75) Фирховъ, О восниташи женщины, 1865.
76) Дауль, ЖенскШ трудъ, 1869.
77) Луиза Отто, Неотъемлемое право женщины, 1868.
78) Энриквтта Караччоло, Тайны женскихъ монастырей въ Не-
аполе, 1867.
79) Б эр и, Руководство къ сощальной наукЪ, 1869.
IV
80) Зедергольмъ, Катонъ старшШ, 1857.
81) Маколей, Собрашс сочинешй, 14 томовъ.
82) Г в 30, Истор1а цивилизац1и во Францш, 1861.
83) Бенвенутто Челлани, Записки, 2 ч., 1848.
84) Макушевъ, Ссазатя иностранцевъ о быт^ сдавянъ, 1861.
85) Кудрявцевъ, Юность Катерины Медичи, „РуссЕ, В^стниеъ**,
т. XI.
86) Вовругъ Св^та и Природа и Зе]1лев'Ьд:Ьн]е, журналы за разные
годы.
87) Г и 30, Исторхя англШской револющи, 3 т.
88) Терещенко, Бытъ русскаго народа, 7 ч., 1848.
89) Мавушевъ, Задунайсше и адр1атнческ1е Славяне, 1867.
90) Т ай лор ъ. Доисторически бытъ человечества, 1868.
91) Аристотель, Политика, перев. Скворцова, 1865.
92) Монтескье, Духъ Законовъ, 3 ч., 1839.
93) Марецолль, Римское гражданское право, 1867.
94) Г-жа Ми л ль, Обь эманципацхи женщинъ, „Современникъ",
т. ЬХХХ1У.
95) Михайловъ, О женщинахъ, 1ЬЫ.
96) Ю. Жуковск1й, Затруднешя женскаго дЪла, Ш. т. ХСХХ.
97) Андре-Лео, Вопросъ о правахъ женщины, „В^стникъ Европы^,
1869, У.
98) Н. Б-СК1Й, Очеркъ проститудш въ Петербург*, „Архивъ Судеб-
ной Медицины", 1868, 1У.
^ 99) Де-Гуронъ^ Исторхя ннператорскихъ воспитательнохъ домовъ,
„Чтен1Я въ Обществ* Исторш и Древностей'*, 1860, П.
100) Уважеше къ женщинамъ, „Совреыенннкъ", 1866.
101) Двадцать л*тъ на Филиппинскихъ островахъ Ш., т. Ы.
102) Шерръ, Аспаз1я и Мессалина, „Отечеств. Записки**, 1869.
103) Тэккерей, Четыре Георга, „РусскШ ВЪстникъ", т. XXIX.
104) Карлгофъ, О политическомъ устройстве черкесскихъ плененъ,
1Ъ., т. ХХУШ.
105) Сс^рей^ие, Ьев Вёезвев (1е 1а 1лЪег1ё, 18бЗ.
106) ТврЬиа!^ Реги, 1846.
107) АЬЬе %*, Ьа ЕеНреизе, гот., 1864.
108) КовсЬег, вгипШа^^еп <1ег Ка(1опа1окопот1е, 2 В. 1865.
109) У1г^1в1а Ревпу, ТЫпк авс1 Ас!» а вепеа оГ аг^Ыез, регШ-
шив 1^0 шеи ап(1 т1готеп, \70гк апА 1пгакев,'1869.
ПО) Ргевсо!!, Н181;01ге (1е 1а Сод^ие^е да Реги, 1861.
111) А. ВавНап, 2аг Атагопеп - 8а^е, 2е11;8с11Г1]^1 Шг ЁЙпоЬв^е,
1870, Ней III.
112) ЬиЬоск, Опрп оГ СшИзайоп апй РгипШуе СопсБйоп оГ Мап,
1870.
113) Кгаизе, 01е Ву8ап1}шег <1е8 МШеХаКегв ш 1Ьгет 81аа18-НоГ-
ип(1 РпуаЙейеп, 1869.
114) Шерръ, Истор1Я цивилизацш въ Гермати, 1869.
115) Л а партии ъ, Шарлотта Корде, „Современиикъ", т. Ш.
116) Константинополь въ 1Т в., 1Й., т. П.
117) С т р и л г о л ь м ъ, Походы Викинговъ, государственное устройство,
нравы и обычаи древнихъ скаидинавовъ, 1861.
118) Каземъ-Бевъ, Бабъ и Бабиды, 1865.
119) Зыби на, Взглядъ на значеше женщины въ историчесЕой жизни
народовъ. I. Китай. 1870.
120) Организац1я рабочей силы женщины въ Гермати, „ЪЪстеикъ
Европы", 1870, П.
121) Фанни Левальдъ, За и нротивъ женщинъ, 1871.
122) Це брив о в а, Америванки ХУ1П в^ва, 1871.
123) Бовль, Истор1я Цивилизац]И, 2 т
124) Новыя времена, „Современнивъ", томъ С1Х.
125) Ли1е8 81топ, ЬЮиупёге, 1867.
126) М1сЬе1е1. Ья Вогаёге, 1865
127) Способность женщины въ изученш точныхъ наувъ, „Знан1е",
1870, I.
128) Матго1Ь, Вхе Ггаи аиГ йет 6е<31е1;е (1е8 тойетеп Леи^всЬеп
Когоап, 1871.
129) Ьеску, 1)1е 81е11ип8 йег Ргаиеп, йеи^всЬ ?оп До1ошс2, 1871.
130) Кузнецов ъ, Историво-статистичесв1й очервъ развипя проститу-
цш и сифилиса въ Мосвв-Ь, „Архивъ Судебной Медицины",
1870 г., кн. 1У.
131) 6егт1пи8, ШвЫге йи XIX 81ёс1е8, 22 тоЬтез.
132) Ма1;Ьемг8, ТЬе Ги*нге оГ \Уотеп, въ Е88ау8 о^ В1гтш§Ьат
8реси1айуе СЫ, 1870.
0ГЛАВЛЕН1В.
СТ|>.
Пред1тс101Х1е I
11сторпеск1я еудьбы жешцпу.
Встуыете . . . . , 1
ГЛАВА I. ПервобнтвнК 6рак1»« Вврьва ■чщтн аа иазависнмость. По-
вкндр!» ■ о(Нцвость жевщинъ Материнство и гнвейкократ1я. 3
ГЛАВА П. Падев1е материнства и гиеейкократаи. Развнпе патрЕархажь-
вой системы 96
ГЛАВА III. Ц§ль патр1архапнаго брава — работа и д'Ьторохдеше. От-
сутств1е у первобытныхъ народовъ р1зкихъ половыхъ отли*
Ч1Й, романиче<5вой любви и ревности. Женпщва борется за
свою независимость и оохраняетъ за собою много вольностей.
Мужчина унотребляеть всЬ усилзя, чтобы поработить ее. Жен-
щива водворяетъ моногам1Ю. Учаспе женщины въ обществен-
ныхъ д'Ьлахъ, въ промышленности, релипи, медицив'Ь ... 87
ГЛАВА 1У. Патр1архальное семейство. Женщина— орудае для продолже-
шя рода. Семейные принципы общественной жизни .... 5в
ГЛАВА У. ркончательное порабощенхе женщины съ развит1емъ восточ-
выхъ государствъ 68
ГЛАВА VI. Продолясеше. Оппбзищя восточвыгь женщинъ аорабощен1Ю
и ихъ борьба за независимость 8в
ГЛАВА У11. Борьба мужчины и ясенщины въ первичную эпоху греческой
ИСТ0Р1И. Порабощев{е женщины. Спартанки и ихъ борьба за
свои интересы 99
ГЛАВА У111. Постепенное порабощен1е афинской женщины. Ёя поло-
жен1е 106
ГЛАВА IX. Эманципащя афинянки 118
ГЛАВА X. Римское семейство. Патрвщи, плебеи, пнос12)аицы. Посте-
пенное реформированье семейства 118
ГЛАВА XI. Развит1е римскаго брава. Положеше римлянки. Ёя борьба
за свободу и за права своей личности 196
ГЛАВА XII. Хрисланство и ясевщина 140
ГЛАВА ХШ Феодалнзмъ и семейство. Порабощен{е феодальной женщины 114
ГЛАВА XIV. Вл1ЯН1е католицизма на порабощен]е ясенщины. Женское
монашество. Процессы вЬдьмъ 168
стр.
ГЛАВА XV. Эмалципащя женщщгы въ средше в^ка и въ эпоху возрож-
ден1я 176
ГЛАВА ХУ1. Рефориац1Я и возстановдеше патр1архальнаго семеПства.
Рабское по10жен1е женщины въ XVI н XVП в 1д5
ГЛАВА XVII. Судьбы семейства въ новой нсторш. Эманцинащи ыоти и
развратъ. Развитхе подовыхъ противоподожностей. Отрешешя
женщины въ свобод'Ь и еа участ1е въ разныхъ отрасжяхъ об-
щественной д^Ьятельности 213
ГЛАВА XVШ. Женщины французской' реводющн. Участ1е въ политнче-
скихъ дфлахъ женщинъ другихъ странъ. Анериванки. ... 238
ГЛАВА XIX. Реавщя XIX в« Современное ло20жен1е жснщпны. Семей-
ства встарь н нын:!^ 264
ГЛАВА XX. Эманципацаа женщинъ въ XIX в. 281
ГЛАВА XXI. Враги эманцппащи. Разборъ н^Ькоторыхъ ихъ измыш2ен1Й
и возразкетй, Закнючеше 302
Д1ктоуб1йство.
ГЛАВА I. Д^тоуб1Йство, пдодоизгнаше и д:Ьтовнбрасыван1е у дикихъ
народовь н въ» государствах^ Востока 339
ГЛАВА II. Въ 1^Д1И и Рим* 357
ГЛАВА III. Д*тоуб1йство въ Европ* до XIX в 364
ГЛАВА IV. Бедность народннхъ массъ, какъ главная причина дотоубШ-
ства. Развращеше нравовь и уб1&стао незаконшпсь д^тей . 375
ГЛАВА V. Распространенность д*тоуб1Йствъ и постепенное увеличете
ихъ численности 407
ГЛАВА VI. Безусп1*.твая борьба противъ д-Ьтоубхйствь посргдствохъ за-
кововъ 419
ГЛАВА VII. Дома для найденышей и ихъ смертность 4В1
ГЛАВА VШ. Заключеше 449
ПросптуцЫ.
ГЛАВА I. Обвия причины запроса ва развратъ. Проститущя у нецивн-
лнзовавныхъ народовъ. Влхяшя на нростнтущю развипя го-
сударствь. Проститущя ва Востоб!^ 455
ГЛАВА П. Оростнтуц1Я въ Греции и Рим^ 467
ГЛАВА Ш. Проствтуц1Я въ старинной Европе 486
ГЛАВА IV, Развращенность современной Европы и б-Ьдвость, какъ глав-
ный факторъ просхнтущи 504
ГЛАВА V. Численность простнтутокъ. Пхъ горестная судьба .... 528
ГЛАВА VI Эвсвлуататоры проствтуцш 537
ГЛАВА VII. Нравы проститутокъ. Смертность. Проститутки въ тюрь-
ыахъ, въ уб&жмщахъ н т. д 544
ГЛАВА VIII Эшшн о проспптцщ- Сифимсъ, пожмрающШ Ецюпу * . 669
ДРИЛ0ЖВН1Е. Равшшравносхъ жищины въ АжернжЪ 567
1
ИСТОРИЧЕСКШ СУДЬБЫ
ЖЕШЦИНЫ.
МСТеРИЧВСШ СУДЬБЫ ЖЕНЩИНЫ.
■|*/ч<«|^А^^||*^^>^»А<х»»м
ПокоЬн! Михаковъ, въ своей превоеходно! стать1^ о женщннахъ, о6%*
щалъ совренеяемъ подробно обработать нсторгю женскаго 91енента въ
челов%честв1^. Судьба не дозво1И1а ему выполнить 9То1 прекрасно! задачн,
отчего, конетао, ' русская публика очень много потеряла. Не только въ
русской, ио даже въ заграничной литературе до сихъ поръ еЪть хоро*
шаго опыта по истор1и жеищинъ, и, благодаря этопу, распространено мн1^-
те, что женская онанципащя есть молодое растенхе, появившееся только
въ повднМшее время, что во вс1^ предыдущхе в^^ка женщина была не-
счастною, безличною, безлравной рабыней, что ни она сама» ни ея вла-
дыки не думали тогда объ улучшенш ея судьбы, о ея свобод'Ь, о призна-
П1и за нею правъ челов^^ка. Еслибы зто было совершенно справедливо, то
11ритязан1я современной женщины и доводы ея защитннковъ потеряли бы
значительную долю своей силы. Женщина оказалась бы существомъ въ
род1^ прирученнаго доиашняго животнаго, которое, разъ потерявъ свободу и
ед'клавшись собственностью челов1^ка, лишилось всякаго сознан1я своей преж-
ней воли. Если бы так1Я мн^Ьшя были в1^рны, то хотя женщины и могли бы, во
имя справедливости, во имя всеобщего блага, требовать улучшешя своей учас-
ти, МО ихъ противники им^ли бы въ истор1и основан1е для доказательства нхъ
естественной ограниченности, слабости, неспособности къ самостоятельной
жизни. Къ счаст]ю, это не такъ. Черезъ всю истор1Ю человечества идетъ
борьба женщины съ мужчиной, борьба за свободу или преобладаше, и есть
много фактовъ, доказывающихъ, что победа не всегда доставалась муж-
чине; даже при настоящей неразработанности исторш женщннъ, изследо*
ватель вмдитъ ясные следы такихъ первобытныхъ порядковъ, при кото-
рыхъ въ жизни царили материнское право м гннейкокрапя, но грубая фи-
зическая сила разрушила так1е порядки. Ошибка людей, держащихся мне*
И1а о новейшемъ происхождеши эманципащи , заключается, главнейшнмъ
образонъ, въ тонъ, что онж даютъ понятш энанципащя черезъ чуръ ушя
границы н, опред1^1яя его въ сиыс!^ современныхъ 9нанц1пац10нныхъ
доктринъ, забываютъ о тЪхъ ужасныхъ поюжешяхъ, отъ которыхъ вен*
щина избавилась уже навсегда, освобождаясь отъ ннхъ съ упорною настой-
чивостью ВПрОД01ЖеН1Ж ТЫСЯЧ611^Т1Й. КрОМ1^ того, ВЖДЯ ЗМаНЦИДаЦШ Т01Ы0
въ одной НОВМшеЙ фори1^ еЯ, они ГОВОрЯТЪ лишь ОбЪ ОДНИХЪ 181^СТНЫХЪ
средствахъ, употребляеиыхъ нын1^ лучшими людьми женскаго общества,
для достижев1я своей ц1^ли, игнорируя или не понимая тЪ полные глу-
бокаго смысла сощальные феномены, которые служатъ для семьи и жен-
щины ч1^мъ-то въ род^^ осадной артиллерш, разбивающей своими гибель-
ными ядрами Ер%ПЕ1я ст1^ны патр1архальнаго семейства. Въ исторл жен-
щины, кяшь вообще въ истор1М соцкльной жизни, иЪюторыя ступени про-
гресса состоятъ не въ создан1и новаго, а въ порч'Ь стараго. На это исто-
рики женщинъ обыкновенно обращаютъ мал» вниман1я м, горько с1^туя о
развращенности н1^которыхъ впохъ и разложеши семейства, не увааываютъ
ни на истинный причины втихъ феноменовъ, ми на ихъ значеше въ ж^Ь
самоосйобожден1Я женщины. Дал1^е, мног1е авторы, излагая моторко жен-
щинъ, не касаются истории семейства, а женщина и семья— ато так1я же
исторически-родственный понят1я, какъ гражданмнъ и государство, евлдать
м войско, священникъ и церковь. Эманцинащя жевщмнъ т^^сво свямва
съ реформою семейнаго института ; патрхархальное семейство влад^^етъ жея*
щиной, какъ монополкстъ, и первые звуки пЫлж осво6ожден1Я домооитои
до нея только съ публичнаго форума. Ч'1^мъ патркархальн^е еемейство,
Ч']&мъ бол1^е семейнаго характера лежитъ на всей общественмой жмзнм,
т1^мъ мен'1&е можетъ женщина ожидать отъ общества м государства улуч-
шеп1я своей судьбы. Только тамъ, гд1^ семейные принципы не еовершенно
овладей соц1альиыми учреждец1ями, гд1^ общество и государство основапы
не на однихъ семейныхъ, а также и на полнтическихъ началахъ, толые
тамъ возможно существенное улучшен1е семейнаго быта и женской судьбы.
Такимъ образомъ, история женской аманципащи т^^сно связана оъ историй
семейства, государства и народа.
Доказать, что женщина идетъ впередъ также давно, какъ м мужчина,
что женское д^ло стоитъ на лрочномъ мсторическомъ обнован1М, выяснить
значен1е семейства и женщины въ исторш цивилизац1и, обозначить ту 1|'к1Ь,
къ которой стремятся они въ своемъ прогресеивномъ развитл, уср1^мть
в'Ьру женщины въ свои силы и въ успеть своего д1^а, — вотъ задача,
которая для достойнаго своего выполнешя ждетъ лервостепеннаго исторм-
ческаго таланта, ооединеннаго съ громадной зрудищей. Это иредметъ еще
совершенно непочатый. Многочисленные авторы» сочинешя которыхъ по-
именованы нами выше, занимаются или исключительно мзложеикхъ раз-
нообразныхъ историческихъ матер1аловъ, какъ напр. Клеммъ, Мэри Чайльдъ,
Шерръ, Бернаръ, Гризингеръ, Гонкуръ, Райтъ м др., или же подгоняюгь
матер1алы подъ свои изношенный и рутимныя теор1м, какъ напр., Риль,
Роеебахъ, Уятеръ ж пр. Вс% эти авторы Ьох^е И1й мен^е враждебны жев-
скоА энанципац!!, я поэтому напрасно будете вы искать у нихъ ясныхъ
взпядввъ на ибтор1Ю женщинъ. Партизаны же эжанципацш, подъ В11Я-
И1екъ бхагороднато 9нтуз1а8иа партш, обыкновенно отдаются другому ув-
1еяен1Ю, видятъ въ иеторш только нартиролог1ю женщинъ и, обращая
исклоптельное внимаше на великость женскихъ страдашй, вовсе упу-
еиавтъ изъ вида ту борьбу, которую постоянно вела женщина за свою
свободу, я т1& поб1^ды, который уже одержала она. Наши настоящ1е очерки
есть опытъ историческаго обозр1&н!я этой борьбы и этихъ поб^^дъ.
I.
На нпше! ступени общественнаго ра8вит1Я челов^^къ не им^^етъ еще
можлмямАИОй собственности; ведя кочевую жизнь, не заботясь о буду-
щвмъ, оиъ только временно пользуется предметами, необходимыми для
мого. Мешду влад'Ьльцемъ м обладаемою вещью н^^тъ прочной связи. Точно
таи(А же ^арактеръ восятъ м половый отношен1Я 1юдей. Женщина не при-
■адмажтъ мсклккпте1ьно ни одному мужчин1&; она не жена, не наложница,
а врдото сапа, м жюбовныя отношен1я къ ней мужчинъ ограничиваются
тоАКО однммъ половымъ актомъ. Такъ живутъ до сихъ поръ н1Ькоторые
мамуаоы въ северной Австрал1и. Зд'бсь — ^разсказываетъ Фоку въ своей «Ш-
>1шб Да 1тат1^1» — можно встр'бтить общества* женщинъ, живущ1я со-
вершенно особо отъ мужскихъ обществъ. Весною половой инстинктъ про-
буждается н самцы пачияаютъ гоняться за самками; д1^тей, рожденныхъ
отъ такнхъ скоротечныхъ связей, матери выкармливаютъ грудью, и зат1^мъ,
1ким онм ме принадюжатъ къ женскому полу, выпроваживаютъ ихъ изъ
(мего общества. У многмхъ народовъ сохранились првдан1я о первобыт-
мок ЖМ8НЯ безъ брака и безъ собственности; такъ жили, напр., по грече-
емммъ иа1И&ст1Ямъ, троглодиты. Боги вывели людей изъ этого по лу живот -
маго состояшя ; во сказан1ямъ япоицевъ, египтянъ, перуанцевъ и многихъ
другшхъ народовъ, одновременно съ учреждешемъ брака, боги ввели между
■ЯШ ■ сдбственностБ. Въ Кита'1^, напр., Фоги, научившШ людей строить
жмдмща, въ то же время учредилъ между лими и браки. Въ Перу, гово-
ратъ легенда, люди сначала вовсе не имЪли правильныхъ жилищъ, а жили
въ иещерахъ, ямахъ, на деревьяхъ; бракъ былъ совершенно неизв'1^стенъ
яяъ. Но вотъ сходить на землю д1^тн солнца и уча^^ людей жить въ брак1^,
строить дома, обработывать землю и пользоваться плодами ея. Ножетъ
бы», м случалось, что выходцы какого нибудь цивилизованнаго народа,
моторыхъ преда111е превратило впосл1^дств1и въ боговъ, выводили совер-
леяяо дякяхъ людей изъ состояшя первобытнаго индивидуализма и пр1у-
чаля яхъ жить въ сеяейственномъ союз1^. Но, во всякомъ раз1Ь, таше слу-
чая быля яеилюченхяяи, я все заставляетъ насъ предполагать, что лерво-
Г
бытный бракъ возникъ ъвзл% путенъ борьбы, войны ж рабства, вслАдстш
наси1ьнаго обращешя женщины въ неволю. Первобытный жены быдн вфм*
нопд1&нныии рабыняин, а такъ какъ обращеше въ неволю враговъ нап-
нается лишь тогда, когда дикарь, выйдя ухе нзъ совершенно-ххвотнаго
С0СТ0ЯН1Я, почувствуетъ нужду въ работник1^ и помощннк1^ дли усп&щнаго
ведешя своего дервобытнаго хозяйства, то упоняцутыа наик древшя ле-
генды совершенно справедливо относятъ къ одному ж тому же вренецж
возникновен1е брака и собственности. Первичная, из^&стная намъ форма
соц1альной жизни есть самостоятельность изолироваиныхъ другъ отъ друга
семействъ, на который распадается племя. Такъ жили, напр., циклопы;
су нихъ н'&тъ — говоритъ Одиссея — ни народныхъ собрашй, им судеб-
ныхъ приговоровъ, а каждый творитъ судъ и расправу надъ своими же-
нами и своими д1^тьми, и они совершенно не подчинены одни другимъ.»
I до сихъ поръ еще н1&которые народы ведутъ такую жизнь, шшр., ав-
страл1Йцы и эскимосы крайндго с1^вера. Племя оскимоеовъ рааоыоаю до
своимъ сн^^жнымъ пустынямъ совершенно отд'Ьльными семействами; «между
ними — говоритъ нов']&^ш1й путешественникъ, капитанъ ГолХь, -^ н1^тъ
никакой 1ерарх1и, никакой зависимости. Каждый юноша, чувствующШ въ
себ'Ь довольно силы и ловкости для самостоятельной жизни,, обяаводмтся
женою, выходитъ изъ своего семейства м начинаетъ совершенно ни отъ
кого независимое существоваше.>
И дальность разстоян1й, разд^ляющихъ вти семейства одно отъ дру->
того, и физическ1Я препятств1я для сообщен1й, и постоянная взамммая
вражда дтихъ семействъ обыкновенно держатъ нхъ въ полной изолирован-
ности другъ отъ друга. Взрослому , не женатому мужчине трудно, часто
даже невозможно достать 006*6 женщину изъ чужой семьи, и оиъ есте-
ственно старается удовлетворить свой половой инстмнктъ посредотвомъ
сестры или другой родственницы, живущей съ нимъ въ одномъ шалаш^^.
Историческ1е памятники и изв1^ст1я путешественниковъ о совремевныхъ
дикаряхъ несомн11Нно 'свид]&тельствуютъ, что на зар1^ народной цсторш та-
К1Я кровосм']^сительныя связи въ большомъ ходу и часто удерживаются да-
щональными , обычаями даже въ то время, когда всякая необходимость въ
нихъ изчезаетъ. Древн1е ассир1бцы и персы женились даже на родннхъ
матеряхъ, а египтяне па сестрахъ. Еврейск1Я хроники разсвазываютъ не
только о первобытныхъ бракахъ между братьями и сестрами, но даже а
связяхъ отцовъ съ дочерьми. Въ сагахъ перуанцевъ, егнптянъ, грековъ
и многихъ другихъ народовъ первобытный бракъ часто является въ формЬ
упомянутаго нами кровосм1^шен1я. У многихъ совремеиныхъ дикарей хро-
восм^сительныя связи не только братьевъ съ сестрами, но даже отцовъ.
съ дочерьми далеко не р1&дки. Довольно хорошо выясняетъ причины дрои-
схождешя этого брака камчадальская мифолог1я. Земля была еще необитаема,
когда въ Баичатку спустился съ неба богъ Кутху съ своею сестрою-же*^
ною. Вскор']^' у нихъ родились сынД| и дочь, которые, по прмх^^ру роди*
V
теми, вступин между собою въ супружество. Вутху, сынъ его и ихъ
хеш носик пмтье, ашгтое изъ древесныхъ хистьев'ь, питались сначаха
только березовою к таловою 1(орой, пока не изобр']^ли лодовъ и рыбодов-
таъ еЪгЛ, сшетеиныхъ изъ крапивы. Наконецъ Кутху изчезъ изъ Еаи-
чктхк; его д1^тк продолжахк размножаться, и за неии^шенъ въ стран1^
яенщпъ, долго еще братья женились на своихъ сестрахъ. У островитянъ
Южнаго океана до сихъ поръ случается, что ребенокъ им^^етъ въ одноиъ
н томъ же лц'б мать ■ бабушку, иди мать и тетку. Въ одной изъ ин-
дуетаяскихъ ' кастъ братья женятся обыкновенно на сестрахъ, а дяди на
племянницахъ. Но у культурныхъ народовъ так1е кровосм1&сите\1Ьные браки
I связи продолжаютъ существовать только въ вид1^ исключен1й и удержи-
ваются почти одними влад^^тельными лицами, который опасаясь, оскверне-
Н1Я свое! якобы божественной природы т^ломъ обыкновенной женщины,
вступаютъ въ бракъ съ своими сестрами или другими родственницами,
мм^^ющмми также притязаше на священность своей крови. Этого обычая
держатся, напр., калмыцк1е князья, почему въ народ1& и существуетъ по-
говорка, что скнязья и собаки вовсе не зяаютъ родства.» Еацики Новой
Аигл1М и перуаиск1е императоры, эти божественные сыновья солнца, не
могли вступать въ бракъ ни съ к1&мъ, кром1^ своихъ сестеръ, и это д1&-
лалось исключительно для поддержан1Я чистбты ихъ священной крови, для
того, чтобы государь и по мужескому и по женскому вол1^ну былъ боже-
ствеинаго происхожден1я.
Путемъ такихъ кровосм^сительныхъ браковъ семейство разростается
въ родъ и племя, и тогда браки начинаютъ заключаться между членами
не одной' м той же семьи, а разныхъ семей одного племени. Изв'1^ст-
пая враждебность дикихъ народовъ другъ къ другу и основанное на
ней между-племенное взаимное презр1^и1е развиваютъ у многихъ племенъ
обычай эндагамги, запрещающ1Й браки съ людьми чужихъ племенъ. Мы
предполагаемъ , что 9ндогам1Я стоить въ т^^сной, связи съ упомянутыми
вровосм1^сительными браками и естественно выродилась изъ нихъ при раз-
миожен1и племени и при распаденл его на отд1^льиыя семейства, что доз-
волило жениться и выходить замужъ за членовъ чужой семьи, а не своей
собственной. Впрочемъ происхождеше 9ндогам1и и противоположнаго ей обы-
чая экзагалпи, повел^^вающаго жениться иепрсм1&нно на женщии1^ чужого
рода или племени, — происхождеше зтихъ обычаевъ и ихъ историческая
преемственность почти вовсе еще не изсл1^дованы. Скажемъ только сло-
вами лучшаго мзъ авторовъ, касавшихся этого предмета, Иакъ Леннэна,
что, по всей вероятности, первобытные народы сначала вовсе не держа-
лясь исключительно ни эндогаиическихъ, ни экзогамическихъ правилъ, а
посл^^ этого безразличнаго состояшя одни пошли къ эндогам1и, друг1е въ
экзоган1И. 1зъ числа первыхъ, н1^которые, з^^роятно, перешли къ эндо-
гам1М отъ упомянутыхъ кровосмЪсительныхъ браковъ между домочадцами,
посА того, какъ созналм ихъ вредоносность для потомства и нашли воз«
можнынъ, запретивъ нхъ, не оскверняться союзанв съ чужеетравцанн, а
брачиться съ единоплемевникани, только не съ бднзвшш родотвевнтнм*
Тайдоръ предпо1агаетъ, чтопаденш сенейной 8ндогам1Е сод'Ьйствовадъ, гмв-
нымъ обрязомъ, простой опытъ т'Ьхъ 801ъ, как1Я нЬгутъ лромзойтж отъ
брака между близкими родственниками. Этого взгляда держится и компе-
тентный знатокъ первобытныхъ народовъ, профессоръ Лазарусъ, соравед-
1ИВ0 зам1&чая при этомъ, что €наб1дшдешя и разсуждешя дикихъ бывштъ
часто весьма точны въ практическихъ вещахъ.> Зацрещеи1е брака между
родственниками входитъ, наконецъ, въ такую силу, что у н^^которыхъ на-
родовъ, напр., у манджуровъ, китайцевъ, индусовъ, мужчине нельзя же-
ниться на д1^вушк1&, носящей одно съ нимъ фамильное прозвище. Занре-
щеше это распространяется и на вс^ виды фиктивнаго родства; въ древ-
-неиъ ?шжЪ усыновлеше, а у мусульманъ молочное родство ташя же пре«
ПЯТСТВ1Я къ браку, какъ и кровное родство. Два члена какого нибудь чер*
весскаго братства, хотя бы нельзя было доискаться между ними имкаиего
родства, не могутъ брачиться между собою. У дикихъ тупинамбасовъ Бра*
8ИЛ1И двумъ мужчинамъ, уговорившимся называть другъ друга братьями,
запрещается жениться на дочеряхъ или сестрахъ другъ друга. У ко1цовъ
нельзя вступать въ бракъ даже съ иностранцаии, усыновленными племеиенъ
одного изъ супруговъ или живущими среди его. Нарушеше зтихъ экзога*
мнческнхъ лравилъ наказывается чрезвычайно . строго ; конды казнятъ вм*
новныхъ сиертью, а баттасы рубятъ ихъ жввыии и ^^дятъ ихъ мясо^ из*
жаренное или сырое, съ солью и съ краснымъ иерцомъ. Эти задрещешя
единоплеменныхъ браковъ существуютъ у м^южества народовъ, — у чер-
кесовъ, калиыковъ, погайцевъ, киргизовъ, иид']&йцевъ, остяковъ, само^^довъ,
австрал1Йцевъ, африканцевъ и т. д. Кром'& упомянутыхъ уже нами обстои-
тельствъ этоиу сод']^йствуетъ численная недостаточность женщинъ, зан'Ь*
чаемая у всЬхъ первобытныхъ народовъ и являющаяся, главнымъ образомъ,
всл']&дств1е чрезвычайно распрострапепнаго по всему земному шару обычая
убивать д1Ьвочекъ. Мяог1е пароды умерщвляютъ большую часть ихъ тот-
часъ посл1^ рожден1н, чтобы не тратиться на убыточное нровормлен1е мхъ
до цЪлато возраста. Такое д'Ьтоуб!Йство у н1^корыхъ нлеменъ Индустана
доходитъ до того, что въ иныхъ общинахъ не найдется и одного ребенка
женскаго пола. По всей Аз1и, Африк*!^, Аиерик'Ь, Австрал1и также щедро
льется д'1&тская кровь и б1^диость заставляетъ истреблять массы новорож-
денныхъ д1^вушекъ, тратиться на воспитан1е которыхъ дикарю не разечетъ,
такъ какъ женщина, потребляя почти столько же, сколько мужчина, ^
можетъ равняться съ нниъ въ д&1ахъ войны и охоты — ^этихъ главиыхъ
занят1яхъ дивой жизни, а неразвитость торговли женщинами вренятствуетъ
окупать издержки прокорилен1я д'1&вушки ея продажею въ замужество. 9ко*
номичесв1й разсчетъ и сила нужды въ зтомъ отношенхи доходитъ до того»
что у бошисиановъ матери убиваютъ своихъ д'1^тей для того, чтобы жор*
нить своею грудью щенятъ, которыхъ о^Ъ восдитываютъ и дрессмруютъ
мян лоыи двуутробекъ н кенгуру. Не меньшее число д1^вочекъ истреб-
дябтея вед1&дств1е разныхъ суев^р1в и изъ желан1Я родителей угодить кро-
ввжадныкъ божестванъ, локормивъ ихъ иясоиъ своихъ зар^^занныхъ л,Ъ-
те1. Въ древмхъ Финикш, Карфаген']^, Египт1^, Па1естнн1^, Грещи, Ара-
в», 7 современиыхъ нндусовъ, инд^^йцевъ, австрал1вцевъ, китайцевъ, япон-
цввъ, афряканцевъ,^-слово]гь, почтв у вс^хъ дикихъ и малоцивидизован-
пш иородовъ ин видимъ такое жертвенное истребденхе д^^вочекъ въ са-
шихъ гровадяыхъ ра^к^^рахъ и по самыиъ разнообразнымъ побужден1яиъ.
СаньЛ еяособъ веден1я первобытной войны часто лишаетъ изв1^стныя ше*
мена вс^хъ жеящннъ, уводиныхъ въ ш^^нъ пеб'1^дителяии, Иногхе дикари,
вндя иепнуеиость победы враговъ своихъ и не желая, дтобы ихъ семей-
ства Дыдя захвачены въ пл^^нъ, перер'И^зываютъ своихъ женъ и д1&тей и
еъ отвагою отчаяя1я идутъ на смертный бой съ непр1ятелемъ ; такъ д%-
аалм, иапр., камчадалы во время ^вое^ борьбы съ русскими въ ХУШ в.
Неаавмеммо отъ вс^^хъ подобныхъ истребленМ, женщины дикарей, задавлен-
ным ч*0жмымм трудами, истощаемый общими съ мужчинами лишен1ями и
ааовеняымм, свойственными только ихъ полу, бол^^знями, умираютъ чаще
м раньше муячивъ. Это подтверждается множествомъ наблюдетй надъ пер-
мвбнтнымм племенами вс'Ьхъ частей св^^та. Драгоц1&нныя указанхя въ этомъ
втмашен1М мы им1кмъ о сибирсхихъ инородцахъ, чуть ли не единствен-
яыхъ дмкаряхъ въ М1р'6, подлежащихъ в1^д1&н1ю статистики. Въ березов-
еялшъ округ1^, напр., съ 1816 по 1828 г. мужское инородческое, населеше
рее^Iич^$лось ра 260 ч., а женское уменьшилось на 1609 ч. Благодаря та*
мЫ! слабой устойчивости женщинъ противъ нападен1Й смерти, ихъ всегда
бимо мало сравнительно съ числомъ мужчинъ, хотя сибирсюе инородцы и
0в ведутъ нстребительныхъ войнъ и р^^дко убиваютъ д1^вушекъ. Въ том-
омомъ округ1^ на 100 инородцевъ приходится женщинъ 84,4, а по м'Ь-
стамъ только 63,6; въ б1Йсиомъ округ1^ 83,3, а кое-гд'Ь 60,1; въ бере-
зовевонъ округ1^ въ И'1&которых'ъ н']&стахъ тах1тига 95,7 въ другйхъ М'!^СТ'
ностяхъ Ш1штат 72,4, и 1^. д. У другйхъ дикарей количество женщинъ
должно быть еще меньше, такъ какъ, независимо отъ смертности, оно
убываетъ еще отъ д1^тоуб1Йствъ, умыкан1я и продажи д'1^вушскъ. При ро-
довой враждЪ, при недостаточности своихъ женщинъ и при отвращен1и отъ
мровосм'Ьсительныхъ браковъ, мужчины естественно принимаются за на-
омлкетвенный захватъ или умыкан]е женщинъ изъ другйхъ племенъ. Эта
оервобытная форма брака — умыкан1е д1^вицъ — долго продолжаетъ суще-
ствовать даже и посл']^ того, какъ народъ, переставъ жить отд'Ьльными
семействами, образуетъ мзъ себя многочисленные роды, даже государства.
Нлемеямая враждебность препятствуетъ заключен1Ю мирныхъ браковъ съ
мнщмнами чужого племени, а свокхъ женщинъ или недостаточно, или же-
юпъ^м на ннхъ м'Ьшаетъ обычай. Умыкан1е на низшей ступени развит1я
тамъ всеобще м служмтъ такимъ единственныиъ основан1емъ правъ мужа,
970 Д1й№ ооелФ ис|езводев1Я его «зъ жизни, символическая форма все-таки
8
продо1жаетъ существовать, какъ необходиное усдов1е для законности брака.
Почтн у ъсЪхъ народовъ сохраннмсь воспошнашя объ это! первобытной
форн^ брака I указан1я на нее въ сагахъ, п1^сня1ъ ж брачныхъ обрядахъ,
изображающихъ нанаден1е жениха на нев1&сту, сопротивюше пос11&дне1 и
насидьственный увозъ ея ; на основаши втихъ несоин']^няыхъ свид1^те1ьствъ
мы ии^^мъ полное основан1е заключить, что бракъ совершали въ древ-
ности исключительно посредствоиъ уиыкан1я у вс^^хъ инородцевъ Сибири,
у негровъ, арабовъ, горцевъ Кавказа, дикаре! Полинезш, индусовъ, кон«
довъ, тузеицевъ Аиерики, негровъ, тунгусовъ, арабовъ, каичадаловъ, та-
таръ, нонголовъ, финовъ, грековъ, риилянъ, поляковъ, ^итовцевъ, пру-
совъ, герианцевъ, халайцевъ, киргизовъ, ногаевъ» евреевъ, еир1Йцевъ,
жителей Франщи, Англш и т. д. О существован1и этого обычаи у славянъ
есть положительный свидетельства Нестора и Козьиы Пражскаго. Тоже са-
мое говоритъ о скандинавахъ Олай Велишй, а братъ его 1оаннъ приводить
много прим^ровъ, доказывающихъ, что этииъ лромыслоиъ нередко зани-
мались члены фамнл1Й, царствовавшихъ въ Даши и Швецш. Подданные
подражали ииъ и похищеше нев^стъ долго существовало тамъ даже послЪ
введев1я хриспанства. Свадебный свиты состояли обыкновенно изъ воору*
женныхъ людей и бракосочеташя совершались въ церхвахъ преииуществевио
по ночамъ, .для большей безопасности. Въ одной старинной готлаидской
церкви хранится до сихъ поръ пукъ, составленный изъ пикъ, въ который
втыкались факелы. Оружте это служило вм']^ст1& и для осв1&щеи1Я, и дли
защиты. Насильственное пр1обр']&тен1е женъ не вывелось и до сихъ поръ
въ Аз1и, Аиерик1^, Новой ЗеланА1и, на островахъ Тихаго океана и во ино«
гихъ другихъ странахъ. Этотъ обычай такъ укоренился въ жизни карай-
бовъ, что, по словаиъ Гумбольдта, таиъ нельзя найти замужней женщины,
ум1^ющей^ говорить на язык1^ того племени, посреди котораго живетъ она.
Безпрерывныя войны караибовъ доставляютъ ииъ много пл^^нниковъ, изъ
которыхъ иужчины приготовляются въ пи1цу, а женщины для супруже-
скаго д1^ла и работы. Въ Австрал1и женихъ "ъочью вторгается въ хижину,
гд1^ спитъ его возлюбленная, колотить ея родителей и, оглушивъ невесту
ударомъ дубины, съ торжествомь уносить ее въ свой таборъ^ Тоже самое
и въ Новой Зеланд1и. Н1^которые дикари умыкаютъ даже цивилизованныхъ
женщинъ. Патагонцы, напр., живущ1е исключительно охотой и грабежами,
при своихъ наб1^гахъ на Аргентинскую республику, похищаютъ не только
скотъ и съестные припасы, но также и женщинъ. Изъ с^верныхъ шта*
товъ Мехики не мен^е 600 женщинъ и д1^тей ежегодно похищаетои ку*
ианчаии, апачами м другнии разбойничьиии плеиенами.
Понятно, что такое вооруженное сватовство не иожетъ обойтись безъ
борьбы и сопротивленхя какъ со стороны саиой нев1^сты, такъ и со сто?
роны ея семейства. Умыкаемой д^вушк^^ приходится идти буквально въ раб^
ство къ чуждому м враждебному племени, и вотъ основаше т^хъ нев1^
тиныхъ прмчитан1й и плачей, которые, сохранившись до Ц0сл)м(ииго в{м»
меня въ свадебныхъ обрядахъ н^каторыхъ народовъ, живо рцсуютъ передъ
намк душевный В01нен1я н тревогу двв1^сты первобытной адохи. И не одна
ТО1Ы0 боязнь счукого рода«пле11енк> мучнха нев1^сту, а часто также ж раз-
ворен1в своего дона, 1стреб1вше шш поюнъ своего семейства, которыми
сшошь ж рядожъ сопровождалось умываи1е.
Въ одной русской ц^^снЪ, дадр.у дев'Ьстб не сов1^туется сжд1^ть подъ
ожжонъу потому что —
Бнть саду да по10неиному|
Всему роду да покоренному.
Въ другой пЪснЪ девЪста поетъ, что завтра чЪмъ-свктъ —
11р1']^дутъ во батюшв^Ь
Съ боемъ да со грабежомъ,
Что ограбятъ же батюшку,
Ла поюнягь мою матушку,
Повезугь меня мододу
На чужую дд на сторонушку!
Въ третьей п1&сн1^ нев1^ста просжтъ спрятать ее ютъ джхого на^вд-
пжка> т. е. жениха, и въ н'Ьвоторыхъ мФстахъ до сихъ поръ сохранился
обрядъ 9Т0Г0 прятанья.
Обрядовое сопротив1ен1е нев'Ьсты жениху, йакъ памятникъ первобытной
борьбы съ нимъ, до сихъ поръ удерживается * лапландцами, черкесами и
многими другими народами. У гренландцевъ, наприи^ръ, нев'1^ста съ воп-
лями и съ распущенной косой уб1^гаьтъ изъ дома въ пустыню ; долго ищугь
ее зд']^ь агенты жениха и наконецъ насильно увлекаютъ въ его домъ. По
всей в1^роятности , всЪ эти обряды остались отъ того времени, когда
борьба первобытной женщины за свою свободу приходила уже хъ концу
и р1Ьшалась въ пользу мужчины. Несомн1^нно, что въ глубокой древности,
когда женщина была почти также сильна и воинственна, какъ и мужчина,
борьба нев1Ьсты противъ нападающаго на нее жениха нер^^дко кончалась
поб1&ждев1емъ лосл'Ьдняго. -Хенщины Нибелунговъ такъ самостоятельны,
веинетвеины и сильны, что самые знаменитые богатыри принуждены упот-
реблять неииов1^рныя усил1я, чтобы сд1^латься ихъ мужьями или любавни-
иами. Зигфридъ сватается и долго ухаживаетъ 'за прекрасной королевой
Брунегильдой ; онъ разбиваетъ семьдесятъ воротъ въ ея замк1^, негордая
жоролева не сдается и прогоняетъ героя. Одному поклоннику, добивавше-
муеи ея руки, Бруиегильда предложила поединокъ, съ услов1емъ, если онъ
поб1^дитъ^ то будетъ ея мужемъ, если будетъ побФжденъ, то лишится
головы, — ^послЪднее и случилось. Такое же услов1е было предложено м ея
жениху Гунтеру ; но на атотъ раэъ она была поб^&ждена Гунтеромъ съ по-
мощью Зигфрида, наноемвшаго ей тяжк{е удары изъ подъ своего плаща**
невидимки. Тотчасъ же по выход^^ замужъ, Брувегильда Уступила съ Гун-
теромъ въ бой, связала его по рукамъ I до ногамъ ж дов1сжвъ жа ц'1^лую
10
ночь подъ самымъ потолкомъ, преспокойно ^е^^Iа енать на роскошной по-
сте1и. Въ 1егендахъ другихъ народовъ мы также находимъ воспоинн^яш
о подобныхъ Брупеги1ьд1^ женщинахъ, вотормя могли постоять за себя я
отбмться отъ рабскаго брака. Есть также указан1я и на то, что иногда не
жепихъ съ помощью своихъ сподвижниковъ умыкалъ нев1^сту, а на обо-
ротъ, нев1^ста ловила или умыкала жениха. Такъ, въ русской былин^^ Доб-
рыня Никитичъ встр^^чаетъ въ пол^^ всадницу, «паленицу, женщину вели-
кую! и хочетъ вступить съ нею въ бой. Но она схватила Добрынюшку
за кудри, посадила его во глубокъ карманъ и повезла къ себ1& домой, объ-
явивъ, что если онъ «въ любовь ей придетъ», то она выйдетъ за него
З1(дужъ. И д1&йствительно, заставила пл']^ннаго богатыря жениться на себ1&.
Бопланъ, оставивш1Й описан1е Малоросс1и въ половин')^ XVII в1^ка, гово-
ритъ, что зд1^сь наперекоръ вс^^мъ гародамъ, не мужчины сватаются за
д'Ьвицъ, а д'Ьвицы за мужчинъ. Съ т1&мъ вм1&ст^&, въ число свадебныхъ
обрядовъ до сихъ поръ входитъ 2Л,Ъсь ловля аюениха. Въ то время, какъ
жеиихъ съ боярами 1&детъ мимо дома нев'Ьсты, родные посл'1&дней выходятъ
на улицу съ палками и стираются загнать его на дворъ къ не6']&ст1&. Же-
нмхъ ускакиваетъ отъ иихъ съ боярами до трехъ разъ, потомъ его ловятъ
м ведутъ въ домъ, въ ^{^нахъ котораго встр'бчаетъ его нев1^ста. И если
церемон1Я насильнаго увоза нев1^сты несомн1^нно доказываетъ ея умыкаше
въ древности, то обрядъ ловли жениха точно также уб1&ждаетъ наеъ въ
томъ, что въ первобытной жизни женщины не всегда насильно вступали
въ бракъ, а иногда сами искали себ^ подходящаго жениха м умыкали его
съ помощью своихъ родныхъ, которые, принимая его въ свое семействе,
получали въ немъ новаго члена и работника. Подобно тому, какъ одни
племена д'Ьлали походы и наб'бги для пр1обр1&тен1Л 066*6 женъ, друпе та-
кими же точно средствами добывали мужей для своихъ д1^вушекъ. И въ
древиихъ сагахъ и въ изв1^ст1яхъ о совремеиныхъ дикаряхъ мы читаемъ,
что нер'Ьдко изв1^стное племя принимаетъ въ спой соотавъ захваченныхъ
ииъ на В0ЙН1& пл'1^цниковъ и женитъ ихъ па своихъ дочеряхъ. Первобыт-
ному семейству, выростившему д1^вуп1ку, конечно выгодн11е было прини-
мать ея будущего мужа въ свой домъ, ч'Ьмъ отдавать ее въ чуж1я рувм:
семья нуждалась въ иужчинахъ для приплода и для работы. А что нри-
нят1в въ домъ зятя нисколько не противор1^читъ принципамъ и характеру
первобытпой жизни, это доказывается т^^мъ обстоятельствомъ, что у мно*
гихъ ^народовъ,' посл')^ превращен1Я уиыкан1Я иев'бсты въ покупку ея, же*
иихъ часто поступаетъ въ работники къ своему будущему тестю, зараба-
тываетъ сеЬЪ нев'Ьсту и, вступивъ въ бракъ съ нею, д1^лавтся членомъ
ея семьи.
Умыкаше д1&вицъ, сопровождаемое обыкновенно оиустошенЕЯМк войвы,
вредило не только интересамъ нев^отъ, но также м мнтерееамъ шхъ св^
мей или родовъ. Родъ, лишивш1йся женщинъ всл1&дств1е наб1&га иемр1яте-
лей,' естественно долженъ быдъ мстить досл^&дцимъ м вознаграждать себя
11
на пъ ечетъ за свои потери. Похищвнве д'1^вицъ — самая главная причина,
той мешенной вражды и т%хъ опустошительныхъ войнъ, которыми озна-
ненована первобытная нетор1Я вс^Ьхъ народовъ. Въ этой первобытной борьбе
лучшннъ ващитниконъ и союзниконъ д1^вушки является ея братъ. Въ рус-
снижъ евадебныхъ п1^еняхъ и обрядахъ, нанрим1^ръ, женихъ ил борется
съ братонъ нев1^ты ил подвупаетъ его. Намъ ваяется, что эта древняя
лривязаннасть брата къ сестр^^ не иояетъ быть объяснена одними род-
ств«вн№1н чувствами ихи хозяйственными разечетаии, а им'бетъ т'1^сную
бвивь €ъ т1^ни ировосн11сительными браваии, о воторыхъ иы уже говорили
п иоторые несомн^^ию были въ обычае во времена глубоиой древности.
Брвтъ терилъ въ еестр1^ не только свою родственницу и семейную сора-
ботяицу, но и жену. И вероятно, сначала, когда ходъ общественныхъ со-
бнтШ началъ бол^е и бомЪь разрушать семейные кровоем'1^сительные браки,
братъ хотя и вывуждалбя уступать жениху, но д1&ладъ етн уступки не
дарохъ. У австрал1йцевъ женихъ часто вым'Ьниваетъ себ1^ невесту, отдавая
и|1^то нея свою сестру или другую родственницу. У н']6которыхъ наро-
родовъ, иаир., у задуиайсвихъ славянъ до сигь поръ сохранился свадеб-
ный обычай, указывающ1Й на существоваи1е у нихъ въ древности еемей-
ваго права иервой ночи: братъ или другой родственникъ нев1Ьсты поль-
зовался атииъ правомъ прежде отдачи ея жениху. У другихъ народовъ,
наир., у молува въ Африк*)^, это продолжается до сихъ поръ.
Тавимъ образомъ исторш брачнаго права начинается у всЬхъ народовъ
насишмъ умыкашя. Однакожъ умыкан1е не всегда ведетъ за собою брач-
ный^союзъ. Дикарь, стоящШ по развитш немногииъ выше животнаго, не-
редко завлад'Ёваетъ женщиною только ради кратвовременнаго наслаждеи1Я
енк Дюмойъ Дюрвиль разсказываетъ, что если дикарю приглянулась ка-
кая иибудь женщина, то онъ, выбравъ удобную минуту, насильно овла-
д1»ваетъ ею и ведетъ къ себ1^. Если она сопротивляется, онъ бьетъ ее
по лицу, но Г0Л0В1&, но чему ни попало, окровавленную, черезъ л1^са,
овраги, болота — тащить ее въ свой шалашъ, а потомъ бросаетъ ее, кавъ
негодную вещь. Такая дикая роскошь, конечно, не всегда возможна при
малочисленности женщинъ, воторыхъ, сравнительно съ числомъ мужчинъ,
всегда недостаточно въ дикихъ обществахъ, кавъ эндогамичесвихъ , такъ
и зкаогамическвхъ. И ч11мъ нервобытн'Ье народъ, т^мъ меньше онъ мо*
жетъ достать женщинъ. Всл1&дств1е зтого, одна женщина должна удовле-
творять многихъ мужчинъ, возникаетъ иолюндрш, которую долго считали
ииою-то странною исключительностью въ истор1и, и которая, между т^^мъ^
оказывается чрезвычайно распространенною и самою первичною формою
брачиаго союза, естественно возникшею всл1^дств1в недостаточности жен-
щаъ. Даже м въ настоящее время пол1андр1Я распространена гораздо
больше^ чбмъ обыкновенно думаютъ, а по достов^^рнымъ евид']&тельствамъ
древиостм она была во время оно еще несравненнодаспространонн1^е. Она
еуществуетъ въ Тибет1^} Исланд1и, на Малабарскомъ берегу, Цейлон1&, Но-,
12
ч
вой-Зеланд1и, оетровахъ Алеутскихъ, на Отаитн н другихъ островахъ Юж-
наго океана, въ гннадайоквхъ н подгнналайевнхъ зешнхъ, сос&дннхъ оъ
Тибетонъ, въ доднн1^ Еашнира, у епнтовъ въ Ладан1^, въ Сивмор^^, Кавш,
въ горахъ Сивадикъ, въ ниьгерскнхъ горахъ у тудасовъ, у нисорсгахъ
вурговъ ■ нейровъ, у коряковъ, на островахъ Ванарсхнхъ и въ отень
еще недавнее время на Ладранскихъ^ Въ древносп под1андр1я существо*
вада у птеюй северной Индхн, но внтайскнъ источннкаиъ въ Токгаре*
етан1^, по гречесвинъ нзв1^ст1ямъ у сабеяяъ, житедей Афрнкн гаранаятовъ,
у днвШсваго пдеиенн авзеевъ, у тропе днтовъ, яквщихъ на западиошь
берегу АравЛсваго моря, у свифовъ, мидянъ, массагетовъ, спартанцевъ,
савроиатовъ, кедьтовъ, бриттовъ^ ииктовъ, ирдандцевъ, а по евнд^^ел*
ству Еампеягаузена (Ветегкипдеп йЬег Ва881апс1, ЪегрзАщ, 1807) у ^а-
пгахъ запорожцевъ« Несомн^^нные с1'Ьды древняго существован1Я П011ан-
дрш, какь мы увндимъ ниже, представляются также въ Ляк1Н, Кападопя,
Перу, Шампани и у множества народовъ Америки, Азхи и Африки. Сю-
вомъ, все убЪждаетъ насъ, что первичною формою брака бша по11андр1М
м, основываясь на древнихъ изв1&ст1яхъ, равно вакъ м на современныхъ
этнографическихъ св1^ден1яхъ, мы можемъ возстановить въ своемъ пред-
ставлеши не только разныя ея видоиз]|1&нешя , но даже и порядогь мхъ
исторической преемственности.
Низшая форма пол1андр1И — это общность женъ, являющаяся результат
томъ крайней малочисленности женщияъ. Умыкаемыя или взрощенныя са-
мимъ племенемъ женщины д'1^лаются такимъ же коммуниетическнмъ до*
стояшемъ его, какъ и друг1е предметы пользован1Я, какъ дичь, настрФ*
лянная въ 1Щ или рыба, наловленная въ вод'6. На сущеотвоваше этого
гетеризма или общности женъ у народовъ древности указываетъ много
свид^^тельствъ и фактов^. Общность женщинъ, или, по крайней м1&р1^,
сл1^ды ея существован1Я, древн1е писатели указываютъ у египтянъ, тро*
глодитовъ, гарамантовъ, гиндановъ, набатеевъ, еф1оповъ, фраюйцевъ, ли*'
дянъ, персовъ, локровъ и т. д. Сл'1^ды подобнаго гетеризма или полная
общн^ость женщинъ видны у многихъ современныхъ народовъ, у ансарМ*
цевъ, еймововъ въ Бабул']^, у мронгме въ Африк1&, кашгарцевъ, куман-
цевъ, алеутовъ, лоандцевъ и т. д. У цыганъ сеури, живущихъ въ Белуд-
жнстан1^, мужчины и женщины не знаютъ никакихъ ограничешй въ поло*
вомъ д'1^л'Ь, зд^^сь царитъ полная общность женщинъ и д1&ти считаются
общиннымъ достоян1емъ всего племени. Зам^^чаемая у дикарей свобода по-
ловой страсти, отдача женъ другимъ во временное пользоваше, угощете
ими и дочерьми друзей и знакомыхъ, наконецъ столь распространенная въ
древнемъ М1р^^ религ1озная проститущя, — все это только отдельный про-
явлешя одного и того же первобытнаго гетеризма, представительницею
котораго въ релипи служмтъ хультъ Венеры, существующ1й въ резяыгь
формахъ у множества народовъ м постепенно выт1Ьсняемий изъ жизни
культомъ, представляющимъ идеалы брама и материнства.
13
Малдчшиенность кенщшнъ, ведр^ая за собою ихъ уиыкан1е, гетериакъ
к П0ШНДР1Ю до спъ йоръ поддерпваетъ въ дикаряхъ наионность къ
общему по1ьзован1ю нми. Иуяъ похнщенно! вдн купденной женщвны свон
Нбшт«те1ьныя права на нее спдошь н рядонъ принужденъ бываетъ за-
1цшцать съ орул1екъ въ рукахъ противъ вс1^ъ своихъ хоюстыхъ родя-
1й(1 : каждому жзъ няхъ хочется отнять эту женщину. Такая борьба муж*
пмъ за женщннъ, ж борьба не обрядовая, а очень серьезная и хровопро-
1мтная, до сжхъ поръ существуетъ, напрнж^&ръ, у дикарей Австрадхм м
Амержкм, а сатж ос11ровжтянъ Южнаго океана указываютъ на еуществова-
Н1е ея тамъ въ древности. Франклинъ говоритъ о я11которыхъ племенахъ
ннд11цевъ, что сони емотрятъ на женщннъ, накъ на всякую другую соб*
етвеиность, которую еидьный всегда можетъ отнять у сдабйшаго^» У
гудзонбайсвихъ инд1йцевъ, по словамъ другого наблюдатедя, мужчины
обыкновенно дерутся за каждую похищенную женщину, и сидьн']^йпий
овдад1^ваетъ етою добычею. Сдабому чбдов1&ку р^^дко удается удержать
жеву, которая пригдянудась сидьнМшему. И у многихъ другихъ наро-
довъ въ ихъ сказан1яхъ о нервобытныхъ временахъ мы находимъ сд1&ды
9Т0Й борьбы за женщннъ. Общность женъ не могда остановить подобныхъ
раздоровъ ; мри господств']^ ея, мужчина естественно стремидся къ искдю-'
чнтедьноиу обдадашю женщиной, а посд^ей тоже хот1^дось избавиться
отъ дишнихъ дюбовннковъ. Такъ, при общности женъ, сидьнМш1в муж-
чины успЪваютъ основывать ддя себя искдючитедьные, моноподьные браки.
У тротдодитовъ, наприм^ръ, по Страбону и Дгодору, жены быди общ1Я,
кром1& женъ ихъ царьковъ, который составдяди искдючитедьную собственность
своихъ супруговъ и за предюбод^янде съ которыми собдазнитедь пдатидъ,
въ вид1^ штрафа, одну овцу. Борьба искдючитедьныхъ стреидешй мужчинъ
съ общинными притязан1ями его родичей кончается компромиссоиъ; мужу
предоставдяется право ненарушимаго вдад'Ьшя женой, а родичи оставдяютъ
за собой тодько право пользоваться нев1&стой впрододжен]е первой ночи
идм н^^екодькихъ первыхъ ночей брака. У древнихъ житедей бадеарскихъ
острововъ, напр., старМш1Й изъ родичей первымъ спадъ съ нев^^стой,
зат^&мъ вс1Ь друпе по старшинству подьзовадись удоводьств1Ями ея дожа,
а потомъ уже женихъ. Въ Вавидон']^, Ариеши, Варфаген1^ каждая женщина
должна быда однажды удовлетворять страсти вс1&хъ желающихъ и только
оосл1^ этого она им1^ла право выходить замужъ.
Такнмъ образомъ, общность женъ стремится' перейти въ бракъ, но
ототъ переходъ долго невозможенъ^ вопервыхъ, по малочисленности жен-
М|мнъ, которыхъ недостаетъ па всЪхъ мужчинъ по одной, а во-вторыхъ,
отд1^ные личности безсильны охранять свои супружеск1я права отъ вс1^хъ
претендентовъ на женщину. Всд']&дств1е этого н1&сколько мужчинъ соста^
вляютъ компашю и^ обзаведшись одной общей женой, отражаютъ всЪ^ъ
друтмхъ искателей, желающихъ пользоваться ею. Эти компан1и соединен-
и
выни сйланж умыкають дЪвушекъ нл покупаю» ххъ. Таи! «ашанШ
был прежде на аст]ювахъ МарЕанскжхъ и еущеетвуютъ до сиъ норь т^
Австралии, на Цейюн^^, ОтажтЕ и другвхъ островахъ Южнаго овеава* С»-
мая первичная форма отой полкандрзн отлчаетса т^мъ, что мужьв*ком*
паньоны не родственнмкм другъ другу, а общая жена нхъ яиветъ жхм у
своихъ роди^лей ни въ собетвенномъ дом1^, невавнеимо нн оп мужей,
ни отъ родитеюй. Такъ, напримбръ, у нейровъ, жена, вышедшая ва дер-
ваго мужа, поселяется въ своемъ дом']^и ведетъ самостоятельную жммь;
она можетъ взять себ1^ еще н'Ьсводьво . мужей, не бол1^, варочемъ, да1^-
надцати, и въ выбор']^ жхъ еовершенио свободна. У т^хъ же нейровъ м
на Цейдоц']^ жена остается иногда въ дом1& своихъ родственниковъ, а му-
жья переселяются къ ней иди куда нибудь по близости. ДальиМшая форма
пол1андр1и, еще бол'Ье отступающая отъ первобытясй общности жеиъ, е<н
стоить въ томъ, что жена принадлежитъ не случайнымъ компаньонанъ, а
и1^сколькимъ бр^^тьямъ и живетъ въ ихъ общемъ жилищ1^. Иногда об1^
эти формы встр'1&чаются у одного и того же народа, но у большинства
жзБ'1&стныхъ намъ пол1андрическихъ племенъ, наорим1^ръ, у тибетцевъ,
кашмирцёвъ, ладакцевъ, цейлонцевъ, бриттовъ — господствуетъ последняя
форма пол1андр{и. Переходъ женщины въ чужое семейство ж узы родства,
связывающая ея мужей, служатъ необходимыми услов1ями для постепеи-
наго превращен1я многомужества въ единоженство и полигамш. Какъ по-
Л1андрическ1я братства и компан1и стараются ограничить общность женъ
и утвердить свои исключительный права на содержимую ими компаней-
скую супругу, такъ и сильн1^йш1е изъ мужей- братьевъ стараются, отда-
ливъ отъ жены своихъ соперниковъ, влад1^ть ею неразд1&льно. Преоблада-
ше въ этой борь61^ естественно беретъ &тарш1й братъ и д1^ается сначала
главнымъ, а потоиъ и едииственнымъ супругомъ своей семейной жены.
СлЪды этого переворота можно вид1^ть въ разныхъ обычаяхъ полЁандрм-
ческихъ народовъ. Въ распространенномъ по всему Тибету полвандриче-
скомъ брак'Ь вс'Ь братья равно могутъ пользоваться любовью своей общей
жены, но и зд'Ьсь уже зам'Бтно преобладаи1е старшаго брата, которому
прииадлежвтъ право выбирать жену, и который считается отцомъ всЪхъ
ея д1^тей. Такое же значен1е им']^лъ старш1Й братъ и у бриттовъ. Въ Ла-
дак*]^ при жсиитьб'Ь старшаго сына въ неиу переходить вся собственность
его родителей, которыхъ оиъ обязуется содержать до смерти. МладшШ
братъ обыкновенно поступаетъ въ духовное зваи1е и д']^лается безбрачнымъ
ламой, остальные братья считаются второстепенн^ами мужьями жены пер-
венца, которому принадлежать и всЪ рожденный ею д1^ти. Нладш!е братья
не им1^ютъ никакой власти и всец1^ло зависятъ отъ произвола старшаго.
По смерти посл']^дняго, его им^^ше, власть и вдова переходить къ сл1^-
дующему брату. Навонецъ , на изв'1^стной ступени общественнаго прогресса,
старшему брату удается вовсе устранить другмхъ отъ пользован1я женою
при своей жизни и ограничить его только правомъ, переходящимъ цосл1&
15
его емертш^къ еа^душщему брату. Это левиратный бракъ, по которому
вдова умершаго брата оереходнтъ по иасд^^дству къ (м-^^дующему. Леви-
ратъ еуществуетъ у множества народовъ, I такъ какъ онъ естественно
раввжваетея щзъ пол1андрш, то ухо одного его существовашя совершенно
достаточно для доказательства, что иног( мужество сосподствовадо н']^ког-
да у яародовъ, держащихся девнратнахо обычая, т. е. у евреевъ, егип-
тянъ^ мндуеовъ, нерсовъ, друаовъ, моавятянъ, еир11скихъ арабовъ, мон-
гоАОВЪ, оетяковъ, киргизовъ, гохьдовъ да Амур1^ м Уссури, каввазскнхъ
горцевъ, индЪйцевъ и множества шеменъ Африки и т. д. Левиратъ, та-
кимъ образомъ, есть моногамичесшй бракъ, носящ1й на себ1^ явные сх'&ды
пошндрш, изъ которой онъ развился. Нужно впрочемъ зам^^тить, что го-
соодство П011андр1н въ оервобытной жизни сх'&дуетъ считать отнюдь не
меыючнтельиымъ, а только бол'1^е или мен1^е преобладающимъ надъ дру-
гими формами брака. Даже въ чисто пол1андрическомъ общьств1^ иерЪдко
ногутъ случаться примеры моногам1и и полигамш. Если мужчина не ии1^етъ
вовсе братьевъ и влад1&етъ своимъ фамильнымъ имуществомъ неразд'1^льно,
то онъ естественно живетъ въ моногамш, а большинство окружающихъ
его семей, заключающихъ въ себ1^ по н^^скольку братьевъ, держится по-
Д1андр1И. Сильный или богатый челов1&къ даже въ пол1андрическоиъ обще-
ств1^ можетъ обзавестись не только отд1[1Льною женою, но даже н1^сколь-
ммми вдругъ, и полигаи1Я, такимъ образомъ, возвикаетъ на ряду съ еди-
воженствомъ и многомужствомъ. При этомъ переходноиъ состоянш сладо-
страспе и рабовлад1^льческ1е разсчеты иужчинъ етреиятся къ утвержденхю
110лигам1и, между т1^иъ какъ женщина, для которой прлигам1Я неудовле-
творительна и унизительна, а многомужетво тяжело и истощительно, упо:
требляетъ разныя усил1Я къ водворен1Ю единоженства. Услов1Я жизни пер-
вобытнаго общества, посл1^ паден1Я пол1а11др1и и посл*]^ того, какъ числен*
выя отношеи1я половъ, вел'Ьдств1е изв-Ьстпой доли соц1альнаго прогресса,
6ол1^ или ме11']^е уравнов1^сятся, — услов1Я жизни даютъ мопогаи1И прео-
бладаше надъ другими фориани брачнаго союза. Полигамхя невозможна для
визшихъ породъ челов1&чества, пе по малочисленности только женщипъ, но
ж потому, что содержаш'е многихъ женъ стоитъ дорого, всл1;дств1е этого
полигам1я является только при дальн1^йшемъ развитт народа и у однихъ
лишь зажиточныхъ людей, между т1&иъ какъ б1^дняки и перебивающхеся
СО-дня на-день дикари живутъ съ одною женою. Кром^ б'Ьдности, ихъ
орииуждаетъ къ моногамш еще и то обстоятельство, что бродя постоянно
со своими сеиьями вдали отъ другихъ людей, не зная никакой фориы об-
м^ственнаго союза, кром')^ семейной, они въ управлен1И своииъ семействомъ
должны полагаться только на собственный свои силы; посл^днихъ у ди-
каря достанетъ на то, чтобы держать въ рабств1& одну бабу, но съ н1Бсколь*
вимм онъ, пожалуй, и не справится. Да и для чего ему много женъ? Хо-*
зяйственныя работы, для которы^ъ впосл1^дств]И употребляются женщины,
въ первобытной жизни такъ ограничены, что для ихъ выполнсв1Я совер^
16
шевно достаточно одно! яенщнны ж ея ребятъ; а подовое е1адоет|кает1в,
юторое, ъжИл'Л еъ нотребяоетьш въ рабочжхъ ружахъ, служхтъ мавно»
нрнчвною полташн, у днкаре! развито 1резвьпа1яо иабо. I почти у
всЬхъ изв1^ныхъ напъ доихъ народовъ, важъ древиихъ, тажъ Ж совре-
иенныхъ, ны видииъ пое11^ падешя полаидрш ил искдючнтехьное гое-
лодство ионогапш ия, по кра1нв1 жЪр1^, вееьиа зиачитвАное лреобха-
даше ея надъ другиии фориаии бража« Сати и предашя не тоажо цивн-
лзованныхъ, но даже даихъ народовъ, пасятъ, что первые 1юди яши
,въ поногаиичесжоиъ союзФ. Боашинство боговъ ииЪетъ по одно! яюн1^.
У совреиенныхъ дикаре!, стоящихъ на яизше! ступени развитЫ, тавже
господствуетъ жоногаи1я. Нзъ двадцати гренлаидцевъ разв1^ одипъ тоаио
ии1^етъ бо1Ъе одной яены, да и то лишь въ случа1^ еовершеннаго без*
ПД0Д1Я первой супруги. Лопари всегда жил не иначе, цакъ въ единожен-
ств'Ь. Бодьшинство бедуиновъ, весиотря на ислаиъ, дозводяювц! четы-
рехъ женъ, ии^^етъ тодьжо по одной. Тоже саиое у значителлаго боль-
шинства дикарей Сибири, Аиерики, Лфрип и т. д. Правда, что почти у
ъ^%1ъ зтихъ народовъ рядоиъ съ ионогашей существуетъ и многоженство,
во первая все-тага является господствующею формою, а пос11&дняя суще-
ствуетъ уже иахъ результать изв^&стной степени богатства и обществен*
наго развипя; ч1^иъ неразвитого и Ь%квЛь пародъ, т1^иъ си1ьн1^е у него
моногаи1я, и на оборотъ. — Нужно впрочеиъ сказать, что прееиственность
родовъ брака не ии']&етъ безусловно неизмО^нной определенности, завися
отъ ивожества м'Ьстныхъ и вреиенныхъ условШ. Моногам1я, какъ .мы ска-
зали, есть преимущественная форма брачнаго со^^за у дикарей. Но у и1^-
которыхъ изъ т1&хъ же дикихъ племенъ,. благодаря м1&стнымъ услов1Ямъ,
существуетъ сплошная полигам1я и при томъ въ громадныхъ разм1^рахъ.
Къ сО^веру отъ Мадраса, напр., живетъ одно самое дикое племя, въ кото-
роиъ число женщинъ до такой степени * превосходитъ мужчинъ, что иаж-
дый ии1^етъ по сени женъ. Подобный исключен1я, конечно, нисколько не
отвергаютъ преобладан1я единоженства въ ]^икой жизни, посл1^ падевгя
пол1андр1и.
Вс1& древн1я и новыя свидетельства утверждаютъ, что въ пол1андр1Я
женщина пользуется почти полою свободой и независииостью. Она вла-
д^етъ отдельнынъ отъ супруговъ ииуществомъ, по своему желашю выбн-
раетъ мужей и посл^дше относятся хъ ней съ заиечательныиъ уваже-
В1еиъ. Несоиненно, что и эту свободу и это уважеше женщина прЬбрЪтаетъ
потону, что сама она служить редкимъ и дорогимъ товаромъ, и цЪною
своей любви можетъ купить у соперничающихъ за нее мужчинъ все, что
угодно. Одинъ изъ саиыхъ новыхъ наблюдателей пол1андр1и, Эрихъ фоиъ*
Шенбергъ, разсказываетъ, что каждый изъ мужей-компаньоновъ старается
предпочтительно передъ другими угодить общей жене и готовъ поблажатъ
каждоиу ея капризу. Иалочисленность женщинъ, даже безъ полЕандрл,
всегда хорошо вл1яетъ на ихъ положеше въ семействе и въ обществе.
17
ХОТЯ и вредно д1^йствуетъ на ихъ нравственность. Ч^^мъ меньше въ изве-
стной стран^^ женщинъ, т!1^иъ бод1^е ц']^нятся он1& во вс1^хъ отношешяхъ
1 тЪнъ удачнее иогутъ они бороться съ эгоизиомъ мужчинъ. Но одною
ц1^нностью дселщкны и порождаемыиъ ею увакешемъ нужчинъ нельзя
объяснять того 8аи1&чате1ьнаго положен1Я женщины, ^акое она занииаетъ
въ подЕандричесЕОмъ семейстз1^ и обществ1&. Самое устройство семьи и
характеръ по1]андрическаго семейнаго права необходимо выдвигаютъ жен-
щину на передн1Й пданъ и ея интересы ставятъ выше интересовъ вс1^хъ
другихъ домочадцевъ.
Въ патр1архальномъ семействе, тнпомъ котораго можетъ служить изв%-
стная каждому читателю библейская семья, абсолютно и единовластно ца-
рить принципъ отцовства. Управлеше вс^ми д']&лами, родство, насл^^д-
ство, — все это сводится къ одному центру, — къ личности домовладыки,
власть котораго служитъ основою семейнаго института. При ползандрш
так1е порядки невозможны, зд1^сь семья яе им^етъ отца, особенно въ пе-
р!одъ общности женъ растительно нельзя опред'1^лить, кому принадлежать
д^тм, рожденный изв1^стною женщиной, а позднее, при господств1& одной
изъ пол1андрическихъ формъ, можно только сказать, что аЪте родились
отъ одного изъ такихъ-то мужчинъ, число которыхъ доходить часто до
десятка и болге. Да и понят1е о родств1^ по отцу, даже о необходимости
для самаго происхождения д']&тей изв'Ьстнаго участ1Я мужчины, должны
были явиться уже посл1& понят) ]1 о про^[схожден1и д^^тей изъ материнской
утробы, что, по своей осязательной для гс1^хъ Очевидности, прежде всего
должно было поразить вниман1е лервобытныхъ людей, ^акимъ образомъ,
самая первичная семейная система была основана на иде*!» кровнаго род-
ства и родства только по матери или по женской лин1и. Коль скоро
челов'1&къ усвоилъ себ*]^ мысль, что въ жилахъ его течетъ материнская
кровь, немного стоить ему догадаться, что таже самая кровь въ его
братьяхъ и сестрахъ, равно какъ въ братьяхъ и сестрахъ его матери и
т. д. У нейровъ, у которыхъ мужья обыкновенно не братья и не род-
ственники между собою, никто не знаетъ своего отца л каждый смотрить
на д'Ьтей сестры, какъ па своихъ наслъдниковъ, потому что кровная
связь сь этими племаннивамя длк грубаго нейра гораздо очевидн']^е, ч1&мъ
его родство съ детьми его жены, не<гзв1^стно отъ кого зачатыми. И вс1^
венейвые обычаи этого народа проникнуты теми же принципами материн-
еува. Семействомь управляеть мать, а посх^ ея смерти — старшая сестра.
Братья живуть обыкловенно лодъ одною кровлей; если одинь изъ нихь
отд'1&ляется, то сь нимъ обыкновенно уходятъ любимая пестра его. Посл1^
смерти мужчины, все его имущество д']&лится между всЬмк Д']^тьми его
сестеръ; если у него есть земля, то унравлен1е ею вручается старшему
лмцу въ семейств']^. У другихъ пол1андрическиХ'Ь народовъ родство счи-
тается также только по женской лин]и; д']^ти принадлежать семейству и
роду матери, фамил1я, права, имущество, — все это насл']^дуется по нача-
18
ламъ материнства; нуж9нн1^ нас1'6дуетъ сестра И1И д1^тв ея; часто брать
при сестр1^ не нас1%дникъ, главное джцо въ сенейств'Ё нать И1К старшая
сестра, — словомъ, вся система личныхъ и имущественныхъ семейяыхь от-
ношен1Й проникнута начадам|[ кровнаго материнскаго родства. Эта систе-
ма во время владычества П011андр1н такъ кр1^пко укореняется въ поня-
Т1яхъ народа и превращается въ такой священный обычай, что продол-
жаетъ даже существовать посл^^ паденхя многомужняго брака, при одно-
женств1^ и полигам1и. Такъ, напр., у кокеовъ, которые держатся теперь
моногамш, мы видимъ эту систему въ ея чистМшей пол1андрической фор*
шЪу съ т1^мъ только отлич1емъ, что въ число родственниковъ принять
мужъ дочери, въ качеств']^ служебнаго члена семьи. У ликШцевъ Д'Ьтн
насл1&довалм по женской линш, получая права и фамилш матери, такъ
что, напр., если гражданка выюлила за раба, то д^^ти ея считались
благородными, а если гражданинъ женился на рабын^^ или нноетранк1&,
то его потомство принадлежало къ низшему сослов1ю; родителямъ насл1^-
довали не сыновья, а дочери; главою семейства была мать, а не отецъ.
Т1^ же начала д'Ьйетвовали и у многихъ другихъ народовъ, у карШцевъ,
локридянъ, индусовъ, египтянъ, многихъ африканцевъ, пиктовъ, бриттовъ,
кельтовъ, жителей Шампани, перуанцевъ ж т. д. У иныхъ н теперь вм1^-
стЪ съ материнсКимъ насл^^дствомъ сохраняется запрещеше вступать въ
бракъ съ родственниками по матери, между т1^мъ какъ съ роднёю по
отцу бракъ дозволенъ, подобно тому, какъ въ Библ1М Авраамъ женится
на сестр1^, а Лотъ на племянниц'^ по отцу, а не по матери. Словомъ, по
всему м]ру до сихъ поръ уц-^л^ли еще разс^^янные остатки первобытнаго
материнскаго права, которые могли возникнуть только изъ пол1андр1И, н
1^оторые несомн1^нно уб11ждаютъ насъ въ повсем1^стномъ ея господств1& въ
первичную эпоху истор1и челов'1^чества.
Не только въ юридической, но и во вс1^хъ другихъ отрасляхъ перво-
бытной культуры мы видимъ тоже преобладаи1е материнства и вслЪдств1е
этого главенство женщины. Мать была источникомъ первыхъ чувствъ род-
ственной любви и уважен1е къ ней родило первую идею о нравственномъ
долг1^. Изв1^ст1Я о жизни современныхъ дикарей показываютъ намъ, что
изъ струнъ челов']^ческаго сердца на низшей ступени его развит1Я издаетъ
самые сильные и самые благородные звуки любовь матери. На особенную
силу любви между кровными родственниками въ ту эпоху указываютъ
отношен1я между братомъ и сестрой. И въ изв1&ст1яхъ этнографовъ, м въ
историческихъ свид1^тельствахъ, и въ народныхъ п^^сняхъ, дышащихъ ста-
риною, — всюду мы видимъ особенную нежность сестро-братскихъ отноше*
Н1Й. Братъ представляется защитникомъ и любимцемъ сестры, а она его
в'Ьрною подругою. И сестробратск1Я отношен1я стоять въ первичномъ М1ро-
созерцаши до того выше всякаго дружественнаго союза, что если два
мужчины или мужчина и женщина, по взаимной симпат1и, вступаютъ въ
дружественное товарищество, то называютъ себя братьями и сестрами.
19,
Такой обычай побратимства и посестримства въ ходу у многихъ яа-
родовъ, напр., у древнихъ египтянъ, у современныхъ задунайскихъ сла-
вянъ и т. д. Но материнство не ограничивается развит1еиъ чувствъ брат-
ства только кеяду вровнымн родственниками: чуждое той исключительно-
сти и т^хъ аристократическихъ притязашй, кащя прониваютъ въ жизнь
вмЪст^^ съ началами отцовства, оно держится чПринциповъ всеобщности и
равенства; сизЪ'Него — говорить Баховенъ — ^возникаетъ братство ьоЪть
людей, сознате и признаше котораго погибаютъ съ развит1емъ отцов-
ства». Материнство не знаетъ отца, и вс% д1^ти равны для него, какъ
промсходящге отъ одной крови. А такъ какъ главнымъ божествомъ въ
вту эпоху является земля, мать всего живущаго, то отсюда естественно
вознмкаетъ представлеше о родств'Ё и 6ратств1^ вс']&хъ людей. Материн-
ство поэтому, какъ доказываютъ несомн^^нныя историческхя свид1&тельства,
благопрхятствуетъ не только весьма важному для сощальнаго прогресса
развмтш сношешй съ иностранцами, но даже не препятствуете вступле*
Н1Ю въ бракъ съ ними и съ рабами. Даже тамъ, гд1& материнство нахо-
дится въ изм^^ненномъ отцовскиЬъ принципоиъ состоянш, все-таки сильно
зам1^тно его нивеллйрующее, демократическое вл!яше, благодаря которому
древшй Египетъ, напр., былъ избавленъ отъ чудовищной системы кастъ,
останавливавшихъ всякое развит1е и убивавшихъ всякую жизнь въ дру-
гихъ государствахъ, особенно въ Индустан'Ь. Въ Рим*)^, основанный на
материнстве^ плебейск1Я начала были семенами общественнаго прогресса и
еоц1альнаго уравнеН1Я. Все это сознавалось еще древними, которые, въ
своихъ легендахъ и п^сноп'Ьнхяхъ о золотомъ в^^к*!^, объ этой эпох*]^ все-
общаго равенства и^ братства, хотя и слишкомъ уже предавались фантазш, но
все-таки эта фантаз1я им1^ла н^^которое историческое основан1в въ обще-
етвенномъ и нравственномъ стро'Ь древнМшихъ' обществъ, проникнутыхъ
началами материнства. У Гез10да, напр., материнство является средоточ-
нымъ пунктомъ всей домашней и общественной жизни рода челов']&ческаго
въ эпоху серебрянаго в1^ка. Памятники разныхъ отраслей древней жизни
свмд11тельствуютъ, что на вс'1&хъ отношен1Я1ъ кань сощальныхъ, так1^ и
нравственныхъ лежала цечать одного материнскаго начала. Бракъ назы-
вался «таЫтошит», отъ та1ег — ^мать; прежде, ч^^мъ говорить отечество
м ягыкъ отг^въ, люди говорили €Мииег1ап(1, ше^гороНа, Мииегврга-
сЬе», — земля матерек, языкъ матерей и т. д. Прежде, ч1^мъ отцов-
етво утвердило въ жизни первенство, любовь матери, особенно предпочи-
тающая посл'1^дняго рожденнаго ею дитятю, старалась о н'^^которыхъ пре-
ыуществахъ младшаго сына или дочери. Материнское чувство было пер-
впною основою всей моральной культуры, утверждая среди дикой анарх1и
начала любви, единен1я и мира. сЕакъ ребенокъ, такъ и народы полу-
чаютъ первое свое , воспиташе отъ женщины» — говорить Баховенъ. Преда-
Н1Я многихъ народовъ разсказываютъ намъ, что женщины не разъ пола-
гади конецъ бродячей жизни, сожигая корабли своихъ мужей, что окЪ
2*
20
быхи основательницаии зеилед^л1я е другихъ искуствъ мирной жнзнн,
ято он1^ водворяли на зеи11& ниръ и, давая ^ законы, цоддерживади правду,
что он1&, по выражешю Страбона, первыя стали поклоняться боганъ, и
потомъ научили этому мужчинъ. Мм увидимъ ниже, что во вс^^хъ этихъ
легендарныхъ сказа|11яхъ очень много исторической правды. О томъ ^же
первобытномъ преобладан1и женщины свид1^тельствуетъ и истор1я религ1И.
Разберите какую угодно мифологш и, вы увидите, что основнымъ и пер-
вымъ по времени божествомъ въ ней была Земля, эта щедродательная
мать вс^хъ людей. Принципъ отцовства в ь мифическихъ образахъ богов ъ
неба или солнца является уже посл*]^, точно также, какъ въ челов1&че-
11Х0Й жизни отецъ утверждаетъ сзои лрава посл1& матери. Такъ, напр.,
въ египетской религ1и культъ Озириса (солнца) явился поаЪ культа
Изиды (земли), и посл1^дняя им1^ла гораздо большее значен1е, ч'Ёмъ ея
супругъ. Она была царицею всей земли, матерью боговъ, первою законо-
дательницею, верховною судьею, основательницею брака, землед']&л1Я и всей
культуры. Въ древнихъ гимнахъ Изида говоритъ, что отъ нея, «законо-
дательницы смертныхъ>, проистекаетъ вся мудрость царей; что она унич-
тожила б1^дств1Я войны и утвердила благод']^тельяую власть фараоновъ и
т. д. Въ греческой религ1и первое м']^сто принадлежитъ также матери
боговъ и людей, источнику всякой жизни, Ге'Ё, земл')^, им1^вшей преобла-
дающее значен1е въ пеласгическую эпоху. Стоитъ только припомнить пЪ-
которыя подробности эллинской священной лс1ор1И, и преобладан!е въ ней
женскаго элемента сд'Ёлается яснымъ. Свержен1е стар']^йшаго изъ боговъ
было д1^ломъ матерей. Кроносъ младшги изъ титановъ, по приказанш
Геи, нападаетъ на Урана и поб1^ждаетъ его. Самъ Кроносъ сверженъ
младшимъ изъ сыновей, Зецсомъ, д1^йствовавшииъ по вод')^ своей жены,
Реи, и матери, Геи Отецъ пожираетъ только сыновей, а дочери остаются^
неприкосновенными. Ъс^ сыновья Урана повинуются матери, крои1& Океана,
этого поборника отцовскихъ принциповъ. Въ эпоху золотого и серебря-
наго в1&коБЪ царитъ надъ- челов']^чествомъ Правда (01кё), дочь стараго
Астрея, возс1^даю1цая на полночпомъ неб1^ съ колосьями въ лтьвон рук*!^.
Женщина является зд']^сь нос;1тельницею права, устроительницею мира и
добрыхъ нравовъ, подательницею всЬхъ жизненныхъ благъ. И Баховенъ,
въ своемъ зам']&чательномъ изслЬдоваши о древней гинейкократ1и, — кото-
рое, несмотря на веб его ошибки и парадоксы, извиняемый совершенною
новостью и неразработанностью предмета, должно занять видное м']^сто
въ исторической иаук1&, — Баховенъ доказываетъ, что въ древнихъ рели-
Г1яхъ все женственное преобладало надъ мужскимъ, луна надъ солнцемъ,
ночь надъ днемъ, л^вая рука надъ правой. Достоинство и значеше зем-
ной женщины стояли въ самой т'Ьсной связи съ этими религ10зными по-
НЯТ1ЯМ1. Женщина была представительницею божественной земли; вс1^
свойства какъ женщины, такъ и земли представлялись одинаковыми, а
мужчина етоялъ къ жен'1^ въ такомъ же случайномъ отношенш, какъ
21
пахатель или с1&ятель къ зеил']^. Въ главЪ вс^^хъ вещей стоитъ зд'Ёсь
великая праматерь, изъ н^^дръ которой возникаетъ всякая жизнь. Пред-
ставительница и жрица ея, земная женщина жчЪеть тоже значеше силы
и святости, кавъ и богиня. Кто обидитъ женщину, тотъ обидитъ землю,
и последняя въ греческой мифологш не разъ наказываетъ преступниковъ,
нарушившихъ обязанности, требуемый материнствомъ. При такихъ усло-
В1яхъ женщина предпочтительно передъ мужчиной д^^лается служительни-
цею божества. Тацитъ говорить, что германцы свидЬли въ женщинахъ
что-то святое, вдохновленное; они никогда не презирали ихъ сов^^товъ и
приписывали важность ихъ отв^^тамъ». У современныхъ дикарей женщины
считаются также особенно способными для сношешя съ. м1ромъ боговъ и,
въ качеств1& жрицъ или пророчицъ, играютъ важную роль въ обществ1^.
У древнихъ народовъ, на зар'6 ихъ исторш, женщины допускались къ
обязанностямъ жречества наравн1& съ мужчинами и им^ли гораздо больше
религ10знаго вл1ян1я на народъ, чЬмъ впосл']^дств1и, въ патрхархальную
эпоху. Такъ, напр., гуроны особенно заботятся о сов1^щан1И съ женщи-
нами въ важныхъ д'1^лахъ. Съ этою ролью сов1&тницы, женщина соеди-
няетъ еще и значенхе судьи. Галльск1Я женщины составляли, въ н'1&кото-
рыхъ елучаяхъ, даже верховный судъ нащи, и галлы договорились съ
Аннибаломъ, что въ случа1& ' какого нибудь неудовольств1Я на нихъ кар-
фагенянЪ; посл^^дше должны жаловаться галльскимъ женщинамъ, который
и разсудятъ ихъ. У древнихъ чеховъ хранительницами законовъ и верхов-
ными судьями были женщины, равно какъ и у беот1Йцевъ. Павзан1Й раз-
сказываетъ, что когда^ умеръ пизанск1й царь Демафонъ, причинивш1Й
много зла элейцамъ, то для разбора притязан1й и несоглас1й между Элисъ
. и Пизой шестьиадцать городовъ выбрали по одной женщин1^ каждый,
который и установили миръ. О древнихъ и новыхъ народахъ изв'Ёстно,
что даже находящ1Яся въ рабскомъ состоян1И женщины часто играютъ
роль мнровыхъ лосредиицъ, прекращая своимъ вм1^шательствомъ не только
частный ссоры, но даже и племенныя войны.
Было бы испонятнымъ фактомъ въ истор1и, если бы при упомянутомъ
высокомъ положен1и первобытной женщины вь семейств*)^ и въ религ1и,
она не пользовалась равнымъ же значешемъ въ общественной жизни.
Права материнства, экономическая самостоятельностъ, религшзное и нрав-
ственное вл1ЯН1е, наконецъ сила мускуловъ и воинственность первобытной
женщины, о которыхъ мы будемъ говорить ниже, — все это естественно
вело за собой, бол'1^е или мен']&е полную гинейкократ!ю. Остатки этого
владычества женщинъ мы можеиъ вид']&ть до сихъ поръ у н1^которыхъ
джиарей разныхъ странъ свЬта. По словамъ Ливингстона, въ н']&которыхъ
земляхъ Африки женщины занимаются торговлей, свободно разъ^зжаютъ
по стран']^ или же пашутъ землю, засЁваютъ поля и строятъ хи-
жины; такая д1^ятельная жизнь, развивая силу ихъ ума и мусву^овъ,
даетъ ммъ не только свободу, но даже владычество надъ мужчииамм,
22
которые туп1^ютъ и изнеживаются, сидя постоянно дона и занимаясь
шитьемъ, тканьенъ, доен1емъ коровъ и сплетнями. У н1^которыхъ пдеменъ
мандинго женщины принимаютъ участ1е въ управдеши и составляютъ со-
брашя, къ Еоторымъ мужчины обращаются въ трудныхъ слулаяхъ за со-
в1^томъ. У багнунсовъ есть даже особый женсюй судъ. Въ Ангон1^, Ангол1^
и Еонго на женщинъ переходитъ по наследству кородевсвая власть, а въ
Лоанго 'Еороль выбираетъ себе матрону, называетъ ее своею матерью н
по всемъ важнымъ деламъ обращается къ ней за советомъ. У народовъ
южной Гамб1И женщины принимають участ1е въ общественныхъ д^лахъ,
законодательстве и суде. Въ Бабу и у Болонда они могутъ быть коро*
левами* и пользуются большимъ уважен1емъ. Въ Дагомее женщины соста-
вляютъ королевскую гвард]ю, а родственницы короля заведуютъ лроку-
рорскимъ надзоромъ въ стране. Вообще -же о жителяхъ Африки Вайцъ
замечаетъ, что «богатство и знатное происхожден1е освобождаетъ жен-
щину отъ ея обыкновенной судьбы». Богатыя девушки въ Акре живутъ
съ кемъ хотятъ, нисколько не скандализируя себя отимъ; сестры короля
ашант1евъ выбираютъ сами своихъ мужей, и обычай требуетъ, чтобы по-
следн1е сопровождали ихъ въ могилу. Такой же свободой и преоблада-
Н1емъ надъ мужчинами пользуются женщины королевской крови въ Конго
и Лоанго. У каффровъ мать вождя имеетъ , огромное значеше, а каждая
хозяйка дома управляетъ имъ независимо отъ своего мужа. У древнихъ
нормановъ не одна женщина носила съ собою длинный ножъ, и не одинъ
мужчина былъ рабомъ своей жены. У малайцевъ жена повелеваетъ въ
своемъ доме. Черкешенки принимаютъ * самое деятельное участ1е въ де-
лахъ народа, воодушевляютъ юношей на подвиги, награждаютъ хвалою
победителей и ведутъ себя такъ самостоятельно и солидно, что путете-
ственникъ Бель сравниваетъ ихъ съ Девою Орлеанскою. Жены и сестры
пекоторыхъ арабскихъ шейковъ, во время отсутств1Я последнихъ, ведутъ
все дела управлен!я. У чукчей и на островахъ Южнаго океана женщины
являются нередко родовыми княгинями и королевами. Такова была, напр.,
Помаре, королева Отаити, наследовавшая въ 1832 г. своему брату, ко-
торый вводилъ на островахъ христ1анство, подиявшая гонен1е на эту ре-
ЛИГ1Ю и темъ возбудившая французское вмешательство. Вообще же на
островахъ Южнаго океана женщины имеютъ право говорить въ народ-
ныхъ собрашяхъ и мужчины съ уважешемъ внимаютъ ихъ советамъ. На
Яве, до введен1Я тамъ магометанства, женщины часто достигали высшихъ
должностей адмвнистрац1и, и даже теперь нередко случается, что после
смерти! начальника округа вдова его удерживаетъ за собою принадле-
жавшую ему власть. На Целебесе женщины не только участвуютъ въ
общественныхъ делахъ, но часто даже всходяп на тронъ, хотя коро-
левское доетоинство и зависитъ здесь отъ народнаго выбора. Жева
дождя Липукаски была однимъ изъ первыхъгосударственныхъ людей м
героевъ Целебева, У европейскихъ варваровъ женщины подьзовались
23
также гораздо большею свободой въ древности, ч^^нъ впоел1[1дствш.
Однажды въ Галдди икъ удаюсь утушить въ самонъ начад1& . возго-
равшуюся быдо междоусобную войну, и съ т1^хъ поръ онЪ начади
играть первенствующую роль въ военныхъ сов1^тахъ и при заключеши
международныхъ договоровъ. Есть даже изв1^ст1в, что въ Галш быдъ
женсшй сенатъ, и что входивш1я въ его составъ представительницы
галхьскихъ плеиенъ им1^ли верховную власть надъ ннии. Въ Герианш
он1& наследовали государственную власть, и часто являлись такими герои-
нямм м правительницами, что величайш1е мужи считали за честь служить
подъ ихъ знаменами и повергать къ стопамъ нхъ свои военные трофеи.
Подобныхъ прим'Ьровъ изъ дикой или полудикой жизни можно набрать
множество, но мы ограничимся только вышеприведенными и сл'Ьдующимъ
изв%ст1емъ новМшаго путеше^ственника по Африк1&, Ливингстона. Къ с1^-
веру огъ Замбези живетъ народъ балонда небольшими землед1^льческими.
общинами. Повсюду мужчины, женщины и д1^ти заняты возд1^лывйиьемъ,
маиса, кофе, овса, бобовъ, риса, тыквъ и т. д. Что же касается сощ-
альныхъ порядковъ, то зам%чательн1&е всего преобладающее значеше жен-
щинъ. Ливингстонъ, недов%рявш1Й разсказамъ прежнихъ путешественни-
ковъ о господств^^ у балонда гинейкократ1и, наблюдалъ ее скептически,
но все-таки убедился въ ея еуществован1и. «Женщины зас^даютъ въ на-
родныхъ соБ^тахъ; женихъ долженъ переселяться въ' деревню своей бу-
дущей супруги и жить тамъ; при заключен1и брачнаго договора онъ обя-
зуется содержать до сиерти свою тещу; жена одна им']&етъ право дать
разводъ мужу и вс1^ Д'1^ти, въ такомъ случа'Ь, остаются при матери; иужъ
безъ дозволешя жены не можетъ входить ни съ пЪжъ въ обязательство,
какъ бы незначительно оно ни было». И мужья до того уже свыклись
съ своимъ положен1емъ, что не обнаруживаютъ никакой оппозицш. Жены
же стараются держать ихъ въ ежевыхъ рукавицахъ и часто иаказываютъ
лишешемъ пищи, побоями и пощечинами. Иногда, впрочеиъ, мужчины всту-
паются за так1я жертвы женинаго деспотизма и прицуждаютъ тиранку
пронести мужа по улиц*!^ на своей спин')^, при чемъ мужчины ругаютъ
везущую, а женщины поощряютъ ее, восклицая: «поступай съ нииъ, какъ
онъ заслуживаетъ; взлупи-ка его еще такъ же,» и т. п. Изв1^стиый зна-
токъ африканской цивилизац1и, Лепс1усъ, зам'Ьчаетъ, что «съ древн1&й-
шихъ временъ въ этой части св'Ьта чрезвычайно распространено преобла-
дан1е женскаго пола надъ мужчинами. Вспомните, какъ часто упоми-
наются королевы Эф10ши. —На памятникахъ ваяшя въ Мерое мы также
видммъ воинственныхъ царицъ. Беги, бывш1е потомками меройскихъ эфш-
мавъ щ предками нын'бшнихъ бишари, вели свои геиеалопи не по отцамъ,
а по матерямъ, и насл^^дство переходило не на сына, а на сестру или
дочь умершаго. Так1е же порядки были у жителей Нубш.> По словаиъ
Дюдора, въ древней Африк1^ было много плеиенъ, у которыхъ женщины
аамммалиеь вс1^ми общественными д'1лами, мужья же подъ управлен1ер|ъ
24
своихъ женъ вели хозяйство, ихъ не допускал;: пи до управден1я, ни^до
военнььхъ занят1Й. Подобныхъ дрсвнихъ 7гв1&ст1й объ африканской гиней-
кократш ииожество и владычество женщ^нъ въ изв'1^стной стеаени удер-
жалось даже въ одномъ изь саныхъ древплхъ цхвилизованныхъ госу-
дарстзъ. въ Египт']^. Зд^^сь. по словаиъ пр|1вдиваго Геродо1'а, «царица
пользовалась большииъ уважен1еиъ г большею силою, ч1&иъцарь,> и хотя
на египетскомъ трон'Ё возс1^да.ги неинопя' женщины въ качеств^^ сано-
стоятельныхъ государынь, за то фараопъ состоялъ подъ верховною опекой
своей матери. «Даже въ частной жизни — по Геродоту — жена, посред-
ствоиъ брачнаго договора, прЬбрЬтала власть надъ мужемъ, и женихъ
обязывался во всеиъ безпрекословно повиноваться своей будущей супруг1&.
Женщины ходили на площадь, занимались торговлею к промыслами, а
мужчины сид1^ли дома и 1кали. Сыновья не содержали родителей, обязан-
ность прокормлен1я Боторыхъ лежала на дочеряхъ;» эта обязанность
уравнов1&шивалась правоиъ дочери на получен1е отъ родителей всего
насл1^дства, крои'1^ земли. Приданое д']^вушБИ получали отъ своихъ мате*
рей или добывали его путемъ проститущи, что указываетъ на остатки
первобытнаго гетеризма.
Посл1& приведенкыхъ нами фактовъ читателю уже не покажется стран-
нымъ, что мы видимъ язв'Ьстную долю исторически дМствительности н
въ сагахъ объ ам&зонкахъ. Боинственный характеръ ихъ вполн'Ь согла-
еенъ съ воинственностью большинства первобытных ь женщинъ. 11ол1андр1Я
и прео6лад(.ше надъ мужчинами существуютъ у разныхъ лародовъ, по-
этому мы '^ считаемъ саги ось амазонкяхъ однкмъ изъ доказательствъ
существован1Я въ древности не малого числа такихъ племенъ; у !?оторыхъ
женщины были воинственны, держались пол!апдр1и, управляли мужчинами,
а общественная жизнь была основана на началахъ материнства. Про-
исхожден1б амазонства объясняется въ древнихъ источникахъ т1&мъ, что
женщины, возставъ я перебнкъ своихъ мужей, д1>лалнсь независимыми и
начинали жить съ рабами. лл1>нникамн и чужестранцами. Хотя и плохо
в^^рится такому поголовному мужсистрсблен!ю, но уменьшивъ размеры его,
иьц основываясь на изв^>ст!яхъ о соврнмениыхъ дикаряхъ, им1^>емъ полное
право считать его господствовавшимъ обычаеиъ эпохи первобытной борьбы
мужчины съ женщиной, хотя объяснять происхождение амазонства подоб-
нымъ переворотомъ и невозможно.
Дюдоръ разсказываетъ сл1>дующее о цариц*)^ амазонокъ, жившихъ па
усть* р. Термадонъ. Со дня на день росла слава ея храбрости, и тот-
чаеъ посл'!^ покорен!я одного народа, она шла на завоеван1е другого.
Она назвалась дочерью бога войны и заставила мужчинъ прясть шерсть.
Издан1емъ' своихъ законовъ она призвала ягенщинъ хъ военнымъ заня-
Т1ямъ, а мужчинъ осудила на унижен1е и рабство, й, желая ихъ сд1^лать
безопасными, ве^1^ла уродовать вс^^хъ мальчиковъ. О происхождеши скиф-
охмхъ амазококъ, сага говоритъ, что въ царствован1е египетскаго Сезо-
25
стриса н']&ЕОторце скифы съ своими 'сеиействаии выселились въ Еаппадо-
кш; но вскор1& большинство ихъ, крои^ женщинъ, было изм1^ниически
перебито врагами. Жены нхъ, избравъ изъ себя прелводительницъ, воору-
жились А отказались навсегда отъ всякой подчиненностя нужчинамъ; пере-
бивъ остававшихся еще у лихъ мужей, опЪ покорили несколько земель и
обращенныхъ въ рабство жителей ихъ заставляли першдически сожитель-
ствовать съ собою, не вступая однакожъ съ ними въ сколько нибудь
прочный брачный союзъ. Рожденныхъ им)} ^Ъвтекъ ои'1& оставляли у себя
и воспитывали, а мальчйковъ убивали или отдавали ихъ отцамъ. Древн1е
авторы передаютъ намъ ц1^лую полумифическую исторхю царства этихъ
аз1ятскихъ амазонокъ, разсказывая, какъ он'Ь покоряли мнопя страны' и
строили мног1е города, какъ он% боролись съ Геркулесомъ, принимали
участ1е въ троянской войн1^ и т. д. Въ Африк1& было также мвого аив-
зонокъ, составлявшихъ сильный царства, изъ коихъ н1^которыя им1^ли
женскую арм1ю въ 3,000 п1^хоты и 20,000 конницы, д1^лавшихъ больш1Я
завоеван1]а[ и державшихъ своихъ мужей въ такомъ же рабскомъ подчи-
нен1и, въ какомъ у другихъ народовъ находятся женщины. Геркулесъ, во
время своихъ странствовян1й, р1^шился освободить мужчинъ отъ этого
бабьяго владычества ж положилъ конец ь царству амазонокъ. Амазонки
существовали также, по древнимъ свидЬтельствамъ, въ Аттик']^, Беотш,
Фессал]и, Южной Америк1&, на берегахъ Балтики и т. д. Въ Европ1^ были
амазонки въ Богемш. Въ первичную эпоху исторш этой страны женщина
была равноправна съ мужчиной и могла быть государыней; женщины же
были и главными хранительницами законовъ *). Любуша, насд'Ьдница Кра-
ка, обладала' по предан1ю государственною мудростью; ея старшая сестра,
Тета, отличалась постройкою городовъ, а средняя, Бази — занималась меди-
циной. Два брата ссорятся изъ-за насл'Ьдства; Любуша созываетъ народ-
ное собраш'е и посреди его всходить на престолъ своего отца, сопровож-
даемая двумя впщими дгьвамщ изучившими судейскую мудрость; у одной
нзъ нихъ законодательный доски, у другой меч ь—символъ наказан{я. Бняж-
на произноситъ свой приговоръ, ссылаясь на законы вкчныхъ боговъ, и
дв1^ д1^вы собираютъ голоса народа. Но въ той же самой подмЪ мы ви-
димъ уже начало паден1я гинеикократ1и. Любуша р1^шаетъ упомянутый
споръ такъ: «по закону в']^чио-живущихъ боговъ, братья должны влад^^ть ,
им1&ньемъ вм']^ст']& или же разд^'^лить его по ровну. > Большинствомъ голо-
совъ было р'Ёшено, что они должны влад1^ть вм'1&ст'1^. Тогда поднимается
одинъ изъ тяжущихся ' братьевъ, лютый Хрудошъ; сжолчь разлилась по
всей его внутренности, отъ ярости дрожатъ всЪ его члены; махнувъ ру-
*) «Въ древаей Чех1и,— говорить Козьиа Пра&ск1Й — д'Ьвуш1Ш росли сво-
бодно, з[пражиллись въ военпомъ Д'Ьл'&, ходили на войну, охотились, однииъ
рдовонъ, въ образ^} гц:ши мухчиаъ и жснщииъ не было тогда ра-иичш.»
26
кой, зарев1^1ъ онъ ярынъ туроиъ: «горе птенцанъ, когда запо1зетъ къ
иииъ въ гн'1здо 3111^я, горс нуячинанъ, когда ими повел1&ваетъ женщкна.
Мужчина то1Ько повел1&ваетъ мужчинами, первенцу пове1']^ваетъ законъ
отдать насд'1^дство.» Оекорб1енная такимъ протестомъ, Любуша хот%1а
отказаться отъ престола, но она осталась на немъ, только должна была
выбрать себ1^ мужа изъ земскихъ людей. Такимъ образомъ, какъ и у гер-
манскихъ племенъ, у чеховъ право женщины на престолъ было ограничено
т'1^мъ, что она должна выходить замужъ. Легенда говорить, что женщины
не безъ сопротивлен]я подчинились такому перевороту. По ч^мерти Любушм,
назначившей преемникомъ своего мужа Пржемислава, одна изъ ея д1^ву-
шекъ, Власта, собравъ около себя множество женщинъ, вознам1&рилась
превратить всю Богем1Ю въ женское государство, лишивъ мужчинъ мхъ
власти и значен1Я. Д1^ла этихъ амазонокъ сначала пошли усп1&шно и он-б
основали Д^ьвичгй юродъ (01У1П, Ма^еЪиг^). Власта постановила за-
кономъ 'воспитывать изъ д1[1тей только д^^вочекъ, а рождающихся мальчм-
ковъ д^^лать неспособными къ влад'Ьшю оружхемъ, выкалывая имъ правый
глазъ и отрубая имъ на обЪихъ рукахъ большхе пальцы. Мужчины воору^
жнлись прот71въ амазонокъ, произошла битва, женщины были поб'ЬжденЫу
а Власта убита. Путешественники XVII в., пос^щавшхе Бискайю, вид1^лж
амазонокъ и тамъ. Въ Фу8нте-Рабб1а была община женщинъ, состоявшихъ
подъ начальствомъ одной старой . д^^вы. Вс1^ он'6 жили судоходствомъ, на
берегу моря въ маленькихъ хижинахъ. Эта женская республика существо-
вала недолго.
п.
Въ ПОЭМ'!; о Любуш"]^ и Власт!;, въ греческихъ легендахъ о Геркулес1&
и другихъ герояхъ, отчасти и въ инд1^йсбомъ эпос)^, разсказывается, какъ
мужчины, силою своихъ сверхъестествснныхъ покровителей, избавились отъ
владычества женщинъ и какъ положенъ былъ конецъ амазонству. Зд1^сь,
какъ и въ вопрос*]^ о происхождеи1и амазонокъ, нельзя соглашаться съ
древними источниками. Таюе перевороты, какъ паден1е гинейкократ1И и
материнскаго начала, подобно изм1&нен1ямъ земной коры, совершались мед*
ленно и постепенно. Еще въ пер10дъ полнаго господства материнства
является уже зачатовъ будущихъ перем'Ьнъ въ семейств1&, — идея отцовства;
когда люди узнали, что женщина, подобно сам1(1& всЬхъ другихъ живот-
ныхъ, не можетъ родить безъ мужского оплодотворешя ея, когда, следо-
вательно, у каждаго ребенка предполагался отецъ, то родство началж
считать не только по матери, но и по отцу. Начало отцовства долго
было чисто фиктивнымъ, гипотетическимъ, между т1^мъ, какъ родство по
матери представлялось для вс'(>хъ очевиднымъ фактомъ. ^ При многом'уж-
ств'Ь и свобод'^ половыхъ отношешй женщины невозможно еъ достов'Ьр-
востью указать на лицо, бывшее родителемъ даннаго ребенка. Первь1м%
27
средствомъ Д1Я опред']&ден1я днчноста отца С1у»итъ физ10номнчеекое и
вообще т^есное сходство ребенка, съ одниеъ изъ мужей его матери. Такъ
напр., д^^днись д1^ти у цод1йндрнческвхъ пденеиъ Лнв1и и авзовъ; у 1И-
бурн1Яцевъ, какъ жены, такъ и д1тн до пятиЬтнаго возраста считадцеь
общмма. Шеетмд^тннхъ же д']^тей они приводили въ свое собранхе и по
сходству ихъ съ мужчинами, раздавади предподагаемымъ ихъ отцамъ. Ддя
мризвашя своихъ отцовскихъ правъ на ребенка мужчина употребдядъ и
другое, еще бод^е фиктивное срел|[ство. Мы говоримъ о кувадгь, обыча'Ь,
расдространенномъ у скифовъ, ворсиканцевъ, кипрянъ, ибер1йцевъ, карал-
бовъ, индМцевъ Южной Америки и Кадифорши, въ Цукхеди, въ западной
Африке, у басковъ, въ старинной Наварр1^ и т. д. Обычай этотъ состоитъ
въ томъ, что при рожден1и ребенка атецъ дожнтся въ ностедь, подра-
жаетъ ирикамъ, стонамъ ^ всЬмъ бод'1&зненнымъ т%додвижен1Яиъ родидь-
ннцы, выдерживаетъ самую* строгую Д18ту^ остается въ постеди мнимо
бодьнымъ н1&скодько дней и даже нед'Ьдь, и вс1& ухаживаютъ за нимъ
также, какъ за родидьницей. Смысдъ кувады заключается въ томъ, чтобы
показать натдяднымъ образомъ,. что отецъ им^етъ такое же враво на
ребенка и такую же родственную связь съ нимъ, какъ и мать, родившая
его въ мукахъ *). Д']&до признан1я отцовскаго родства и отцовскихъ правъ
много подвигается внередъ при перех^дЪ под1андр1и въ ея семейную форму.
Зд1^ь чисдо мужей гораздо ограниченн'Ье, ч'Ьмъ въ под1андр1и несемейной,
и поэтому гораздо дегче, ч^^мъ въ посдЁдней, оиред1^дить личность отца.
Сначала впрочемъ и ъц'^съ ыЪ братья считаются отцами вс'1^хъ д1&тей
общей ихъ жены. Такая система родства удерживается до сихъ поръ между
инд1^йцами, свид^^тедьствуя о томъ, что они жили н1^когда въ пол1андр1и.
У нихъ ъсЬ братья отца считаются отцами его д1этей; вс]^ д1^ти размыхъ
братьевъ суть братья и сестры другъ друга; веЪ внуки братьевъ индМца
въ то же время и его внуки. Но, по м1&р^^ возрастан1Я авторитета стар-
шаго брата, о чемъ мы говорили выше, отцовское значеи1е младшихъ
постепенно ограничивается и накопецъ вовсе пядаетъ. У пол1андристовъ
южной Инд1И, хотя всЬ братья считаются отцами, но старш1й называется
>
*) У современныхъ дикарей, держащихся кувадм, смысдъ ея, какъ н значен1,е
нногихъ другвхъ первобытнмхъ ебычаевъ лотерянъ, и опн объясияютъ его раз-
мими соображенхямИ) ве имеющими никакой связи съ иервячнымъ 8начен1еиъ кувады.
На основан1и этлхъ соображеиЁЙ, Тайдоръ силится доказать, что кувада основана
на первообитномъ иовятзи объ единстве отца и ребенка; отецъ, дес1сать, дерхитъ Д19ту
дп того, чтобы не разстроить желудка ребенка и не повредить ему. Но Тайлоръ за-
|$нваетъ, что сущвость кувады не въ д^эгЬ, а въ томъ, что мужчина подрякаетъ
вН>мъ мукамъ родильницы. Въ пользу лредложеннаго зд'бсь нами объяснев1я кувады
говорить сходные съ вею обряды усыиовлен1я. У грековъ и у римлянъ усыновлен1в
сове11ша1ась посредствомъ обряда/ изобрижавшаго ироцессъ рождения. Это продол-
жалось воють до Нервы, который, усыновляя Траяиа^ п^р§1|(ръ совершеше этой |
д§ромо111р съ б^ачнаго ложа въ храмъ |раитера- |
^8
больгиимъ отг^мъ^ а сд1&дующ1е зл никъ малыми отцами. Ту яе сн-
схему родства видннъ мы у н'Ёкоторыхъ другихъ народовъ. ДальнМшая
стенень въ развит1и отношенШ отцовскаго родства состоитъ въ разд']^л1^
д1&тей между вс'1^мн братьямм, вакъ это иногда д']^1ается у тиб^тцевъ, м
вероятно такой разд1&1ъ совершается на упомянутомъ уже нами основан]и
физ1ономическаго сходства. Разд']^1ъ д1&тей совершается еще и другммъ
способомъ, — старшаго ребенка отдаютъ старшему брату, второго второму
и т. д. Но подобные разд']&1ы противны освовнымъ начадамъ устаиавли-
вающагося патр1архадьнаго, общества; они нарушаютъ единство семьи и
нрепятствуютъ развит1ю а6со1штной отеческой власти, поэтому и С1ужатъ
то^ько исключешеиъ изъ общаго правила. По м1^р1^ того, какъ старш1Й
братъ захватываетъ аеН супружеск1Я права в&кхъ другихъ братьевъ, онъ
присвоиваетъ и отечесшя права надъ вс1^ми д1^тьми. Еще до совершен1Я
этого переворота у миогихъ народовъ, держащихся семейной пол1андр1и,
напр., у тибетцевъ, старш1Й братъ считается единственнымъ отцомъ всЬхъ
д1^тей общей жены, хотя было бы и очевидно, что н1&которые изъ зтихъ
д%тей зачаты не отъ него, а отъ другихъ братьевъ. Когда же пол1андр1я
падаетъ, когда всл1^дств1е' улучгаен]я до известной остепени разнообразныхъ
услов1Й жизни, количество женщинъ возрастаетъ до того, что каждый
мужчина можетъ им'бть не только отд1&льную жену, но даже н1^сколько
мхъ, когда сила мужчинъ, соединенныхъ въ родовыя общества, беретъ
верхъ надъ женщиною я им^^етъ за собою уже много шансовъ на обра-
щен1ё ея въ неволю, — ^тогда родство по отцу, подкр1^пляемое отнотеюя-
ни, создаваемыми силою домовладыки, беретъ верхъ надъ родствомъ по
матери. Развивается патр1архальная система, материнство женщины ото-
двигается на задн1Й планъ. Въ первобытную эпоху истор1И, когда чело-
в'1&къ безусловно преклонялся передъ могуществомъ природы и лобызадъ
божественную землю, милосердно над'Ьлявшую его своими плодами, мате-
ринская производительность жеищ|^ны стояла также высоко, какъ и нроиз-
водительность земля, матери всего живущаго. Но когда челов^^къ началъ
бороться съ природой и отчасти даже покорять ее, когда онъ созналъ,
что плодород1с земли зависитъ, въ изв1^стной степени, отъ его воли и ис-
куства, и глабнымъ образомъ отъ дождя и другихъ атиосферныхъвлгяшй,
отк^ всЪхъ вещей — неба, тогда божественное зиачеи1е земли значительно
пало, на первый планъ выступилъ культъ неба или солнца, тогда м жен-
щина превратилась только въ орудге д1^торожден<я, безполезное безъ
мужского ос'Ьменен1я, подобно тому, какъ пашня непроизводительна безъ
пахаря и с1&ятеля. Так1я притязан1Я латр1архаловъ не сразу могли поб1^-
дить принципы материнства и гинейкократ1и, которые, какъ мы уже ви-
лЪлЕ и увидимъ еще ниже, долго борются съ принципами отцовства и
держатся въ жизни на ряду съ ними. Во' физическая сила мужчины въ
вонц*!» концовъ все-таки восторжествовала и поработила женщину.
Богда вышеописанный ходъ соб14Т1Й ниспровергъ цол1андр1ю и основан*
29
вое на натеринскокъ шрнъЪ преоб1адан]е женщкны надъ мужчиной, когда
кровное родство по матери бы ю отодвинуто на второй планъ, а надъ
нимъ вознесдоеь родство по отцу и отеческая власть, — то прежше семей-
ные обычае, идеи, чувства и льготы женщины не сразу уступили м1^ста
новымъ принципамъ и долго боролись съ нобдфдниии, действуя на ряду
еъ ними. Умыкан1е д1^вицъ долго еще существуетъ, какъ мы вид^^ли, и
Ц0СЛ1& Еодворен1Я новыхъ семейныхъ порядковъ, съ т^^мъ только разлн-
ч1емъ, что въ древнМшую эпоху, при господств1& полхандрк, умыкаемая
д1^вушка р1^дко обращалась въ такое ужасное рабство, мхое вьшадаетъ
ей на долю въ семь']^, основанной на принцип'^ отцовства. Въ нача4'Ь
латр1архальнаго пер10да женихъ былъ врагомъ нев']^бты л ея семьи, и
послЪдн1Я, поэтому, ненавид^^ли его, боролись съ нимъ и такая свадьба
оглашалась не музыкой и веселыми ^п1&снями, а воинственными криками
схватки и воплями д^^вушки, увозимой на чужую сторону, но этого мало:
захватмвъ д'1^вушку насил1емъ, мужчина, во имя новыхъ семейныхъ поряд-
ковъ, старался превратить ее въ свою безотв^^тную рабыню. Таковъ бьиъ
фуцдаменгь брачнаго права. Бравъ и власть мужа основывались един-
ственно на прав']^ ^лы, что выражается и въ свадебныхъ обрядахъ мло-
гихъ народовъ. У однихъ нев1^ста обязана разувать жениха, у другихъ
онъ даетъ ей плюху, у готтентотовъ женихъ и нев11ста вступаютъ между
собой въ обрлдовую бррьбу и бракъ считается заключеннымъ лишь тогди^
какъ женихъ повалитъ и поЪЪщть нев']^сту. Среди этой анархш и мри
такихъ кулачныхъ порядкахъ, мы видимъ, что женщина хотя по необхо*
димости и повинуется насилию, но все-таки по прежнему стремится къ
возможной независимости и подъ ея 9Л1ЯН]емъ развивают^ зачатки сво->
бодно-договорнаго брака. У ьсЪхъ дивихъ латр1архаловъ дочь такая же
рабыня, какъ и 2;;ена, а у н^которыхъ положеи1е дочери даже хуже, ч^^мъ
положен1е жены. Поэтому Д']^вушка старается вырваться изъ семьи и выйти
замужъ; она ищетъ себ')^ похптителн, т. е« жениха, входитъ съ яииъ
въ еоглашеше и посл1^дн]й умыкаетъ ее тайкомъ отъ ея родителей. Такъ
заключались браки, напр., у радимичей, вятичей и с&верянъ, о котарыхъ
Несторъ говоритъ, что они сходились изъ разны](ъ селъ на игрища «я тутъ
умыкали въ жены ееб1^ д'1^вушекъ, предварительно сговорившись съ ними».
Подобный умыканья случаются я.до сихъ поръ у разяыхъ дикарей^ .
При дальн1^йшемъ развит1и семей и родовъ, при водворенш между ними
большей дружелюбности, умыкаше невЬсты мало-до-малу уступаетъ м^сто
покупи1^ ея. Этотъ переходъ одного обычая въ другой изображается между
прочимъ и въ тЪхъ многочисленныхъ свадебныхъ обрядахъ русскихъ, въ
которыхъ по1^зжане и сваты жениха, хотя к представляются враждебною,
напавшею на родъ нев'Ёсты шайкою, но все-таки въ вонц'Ь ионцевъ при-
нуждены бываютъ платить родителямъ нев1^сты за ея йоспитан1е, выку-
пать ея постель, подкупать етерегущаго ее брата и т. д. Наб1^ги умыка*
теле! не всегд# кончались покорен1емъ рода и воровствомъ невесты, а
30
ННОГДа мировою еД1^Д10Ю I покупкою ДЪвуШКЖ, рОДЪ ЮТОрОЙ бЫДЪ ДОСТА'
точбо сиденъ Д1я ея защиты отъ хищннковъ, но въ то же время быдъ
не прочь выгодно продать ее. Укыкаше переюдию въ продажу еще и
другимъ способонъ. Женихъ воровалъ невесту, родственники которой ста-
радись возвратить ее; начинадись распри, но денежная сд1ика, такъ ска-
зать вира, упдатенная женихомъ за свое преступден1е прехращада ихъ
и водворяда ниръ. У аураканцевъ до сихъ поръ женихъ сиа«гада умы-
каетъ д'1^вушву, а' потомъ покупаетъ у ея родителей согдасхе на (ракъ.
Наконецъ, входитъ въ обычай, что родитеди похищенной девушки им%ютъ
право хдопотать объ ея возвращенш до изв^^стнаго срока, и есди умы-
катедь съум1^дъ удержать ее до зтого времени, то онъ пр10бр%таетъ надъ
ней всЬ права мужа, упдативъ кадымъ ея семейству. Такимъ образоиъ
мадо-по-маду дочери д'1^аются Д']^н^ымъ товаромъ и рОдитеди съ радостью
сбцваютъ ихъ за хорошую пдату каждому истр1^таому; не накдонности
невесты, не достоинства жениха, а тодько одна ведитана предлагаемой
имъ суммы, одинъ денежный разсчетъ родителей девушки сдужатъ осно-
ван1емъ ддя закдючен1я иди незакдючен1Я брака. Ходкость и цЪна этого
жиэогф товара еидьно вд1Ябтъ на участь женщины, и ^орыстодюбхе роди-
твдей нередко з^аставдяетъ ихъ дишать девушку бсякой^ свободы при вы-
бор1^ себ% мужа. У каффровъ, напр., во время оно бравъ закдючадся не
иначе» какъ еъ согдас1Я йевЪсты; йо въ позднАйшее время, всд1^дст1е уси-
дешя запроса на женщинъ, Корыстодюбхе родителей уничтожило вся11е
сл1^ды этого прекраснаго обычая и превратило дЪвушву въ совершенно
пассивный товаръ. Этотъ древшй бракъ-купля превосходно хараитеризует-
ся русскими свадебными п^^снями и обычаями. Изъ нихъ ][ы видимъ, что
въ пер10дъ родоваго быта покупка нев1^стъ совершалась со вс^ми фор*
мальностями обыкновенной купли-продажи. Покупателями были родники
жениха или самъ женихъ, € продавцами родитеди иди родники нев^^сга.
Женихъ постоянно называется купцомъ, а невеста то&аромг. Въ воло-
годской губерн11 смотрины, т. е. повазыванке невесты, до сихъ поръ въ
полномъ СМЫСЛ1& осмотръ товара. Обрученге было и есть обрядовый знакъ
таге, что купецъ и лродавецъ сошлись и въ знакъ в%ности, при свид1&-
теляхъ, ударили по рукамъ иди дали другъ другу руки, что соблюдает-
ся до сихъ поръ при ы%хъ Еоммерческихъ сд1^лкахъ простонародья. Но,
говоритъ Бавелинъ, при покупк^^, с отношен! я купца и продавца, равный,
когда р^чь идетъ о вещи, не равны, когда предиетомъ торга сду^итъ
женщина, будущая жена покупателя. Семья жениха выбираетъ, семья не*
в1^сты вграетъ пассивную роль; первая постановляетъ свои требовашя м
услоЫя, посл1^дняя не им'бетъ права предъявлять тавихъ же требованШ,
она соглашается на преддагаоиое или не соглашается, но не смотритъ
жениха и не д^лаетъ выбора. Эта форма необходимоГперерождается въ
обоюдные договоры двухъ семей о взаимномъ союзЪ ихъ^леновъ. Рядомъ
со сиотроиъ нев']^сты появляется смотръ жениха, им1&ющ1Й разительное
^ 31
сходство со сютринани нев&сты, — т1^ же пр1еиы родителей нев^^сты, та
же пассивная роль жениха». У древнихъ герианцевъ жена также пону-
пахась, и ушачнваемы! за нее кахниъ бы1ъ вовсе не сииводоиъ пере-
хода ея изъ-подъ власть отца во власть мужа, а буквально покупною
ц^ною. Такая продажа нев1&сты ея родителями и покупка ея семействомъ
жениха, существовала въ древности у многихъ народовъ. И въ настоящее
время у вс*хъ дикихъ и патр1архальныхъ народовъ земного шара женщи-
на продается и покупается съ формальностями и требовашями, обычными
при покупке животнаго для работы или на племя. Если, напр.^ куплен-
ная арабомъ жена сд1^лается больна, то онъ прогоняетъ ее обратно къ
9Я родмтелямъ, гоцоря, что платилъ деньги за здоровую, а не за больную
и что трЮшться на содержанхе хворой бабенки онъ не нам']^ренъ. Въ
Трансв4ьван1И у румыновъ до сихъ поръ ежегодно бываютъ ярмарки не-
в1^стъ. Отцы привозятъ сюда своихъ дочерей вм1^ст1^ съ приданымъ, вц-
ставляютъ ихъ на показъ и кричатъ; «у меня есть дочь невеста; н1^тъ
ли у. кого сына — женяха?> Начинаются смотрины, переговоры, торгъ,
зат^^мъ еговоръ и попойка. Ц^Ьны на невесть разнообразны, смотря по
м']&стности, временив, достоинствамъ д1^вушки и т. д. Въ странахъ плодо-
родныхъ и богатыхъ женщинами, напр., въ ю^ной Америк*]^, дикарь мо-
жетъ купить себ% нев^^сту за известное количество собранныхъ имъ въ
Леу плодовъ или настрелянной имъ дичи. У черемисовъ д^^вуокка стоить
отъ 30 до 100 рублей, у татаръ ц1&на ея дохадитъ до 500 р., у негровъ
нруеъ невеста стоитъ обыкновенно три коровы и одну овцу, у каффровъ — ^
отъ 10 до 70 штукъ скота. Гд1& ц^^ны на д1^вушекъ ничтожны, тамъ
родители мзбиваютъ ихъ, а гд1^ высоки, тамъ рачитсАНо воспнтыэаютъ
не только своихъ дочерей, но и чужи](ъ, покупая ихъ въ малол1^тств'Ь
задешево и съ выгодою продавая потомъ, по достиженш ими совершенно-
11т1Я. Б^^дяякд, которымъ не на что купить себ1^ жены, иоступаютъ къ
своему будущему тестю въ работу на изв1^стный условленный между ними
срокъ и ц1^но|0 своего временнаго рабства у отца невесты покупаютъ ос
ееЬЪ въ вечное холонство. Если она уиретъ во время этой работы же-
нжха, то онъ получаетъ сестру ея^ а при неим1&Н1И посл'1^дней, отецъ по-
койницы доста^ляетъ ему возможность пр1обр1^сть жену йзъ другого се-
мейства, дта кабала жениха до сцхъ поръ существуетъ и въ Аз1И, и въ
Афрмк'!^» й въ Америк1^ м Полинезш и даже въ Европе, урусскихъ ино-
родцевъ; была она и у древнихъ народовъ, напр., у скандинавовъ. Бы-
ваетъ даже такъ, что женихъ, не уплачивая за невесту ни гроша, по-
ступаетъ къ ней въ домъ, д'1иаётся подчиненнымъ членомъ его, не им^^етъ
ммкакихъ правъ на своихъ д1&тей, словомъ^ остается въ в1^чномъ рабств^
своей жены и ея семейства. Таковъ напр., у Малайцевъ бракъ, носящ1Й
назван1е атЪ11апак.
к
Бракъ въ формЪ купли-продажи есть торговая сд1^лка двухъ семействъ
следовательно о желан1Н и наклонностяхъ нев1^сты тутъ не можетъ быть
■ 82
К р1^чи; оно тавъ н есггь въ пбаднШшенъ пер!од1^, когда право I ре1Н-
Т1Я санкщонируютъ и упрочиваютъ первобптныя сеиейныя отцотенЕЯ, на-
лагая на нихъ печать опред'1&1енности и веподвижиостн. Но пока пародъ
не сложился въ государство, семейныя ртношен1Я не им-Ьють еще той силы
и непоколебимой прочности, какую они пр1обр1^таютъ впосл1Ьдств1и; жен-
щина борется, протестуетъ противъ своей пассивной роли при заключеши
брака н стремится придать этому союзу характеръ евободнаго договора
двухъ дицъ, а не семей. О неграхъ Вайцъ говорить, что у нихъ прода-
ваемый нев1^сты нер'&дко оказываютъ р']^шите^ьное сопротивлешё вол*!^
своихъ родителей, и если не легко встр]^тить у нихъ сильную романтиче-
скую любовь, то, во всякомьслуча*]^, можно видеть прим']^ры зам'^^чатель-
наго постоянства любовниковъ при неблагопрхятныхъ для нихъ обс^оя-
тельствахъ и разительваго самоцожертвован1я, едва понятныхъ при гос-
подствующемъ между ними воззр']^ши на женщину. У американскихъ ипд1&й-
,цевъ несчастный любовникъ нер1^дко стравляется, а д']^вушК11, который не
моГутъ выйти за любэмаго челов^^ка, в1>шаются или топятся. И не одна
любовь можетъ довести д1&вушку до такого сопротивлешя вол1^ родителей,
а также и ИЗВ1&СТНЫЯ дурныя свойства жениха, напр.» его злой характеръ.
Всл']^дств1е такой оппозиц1и нев^^сты, у очень многихъ первобытныхъ на-
родовъ ^ходитъ въ обычай, при заключен1и брака, сообразоваться съ же-
1ан1ями и наклонностями н8В'1&еты. Такъ д1^лаютъ напр., якуты, башкиры
я н1^которые друпе иноро^(цы алтайской расы. У многихъ арабовъ роди-
тели начинаютъ торгъ съ я:енихомъ не иначе, какъ справившись предва-
рительно съ волею яевйсты. У горцсвъ Китая, мяо-тзе, д корейцевъ мо-
лодые люди также часто заключаютъ браки по свонмъ наклонностимъ.
У алофовъ хотя соглас1е невесты и не' необходимо Для заключешя бража, по
она всегда можетъ воспротивиться родителямъ, желающимъ выдать ее за
изв1^стпаго чел6в1&ка, только за это она лишас|тся права выходить замужъ
за кого-бы то ни было. У н-Ькоторыхъ иародовъ женщины усп1Ьли даже
превратить продажу нев1кты родит'елями въ самопродажу ея. «Бракъ въ
Марокко-^говоритъ одинъ туристъ — есть чисто торговая сдЬлка; рынокъ
для брачныхъ сд^^локъ въ горахъ иравнинахъ, у зкавровъ, арабозъ м
бёрберовъ, открывается ежегодно въ опред^^ленныхъ для того м.'Ьстахъ, и
женщины зд-Ьсь беззастенчиво торгуютъ сами собой. Въ случа* соглаше-
91Я об1^ихъ сторонъ испрашивается согласте родителей д'Ьвицы, всЬ лдугь
къ кад1Ю и тамъ заключаетсй брачный договоръ>. Изъ легендъ д сагъ
разныхъ народовъ мы также видимъ, что въ древности, .при господств*
покупной формы брака, часто не только не спрашивалось соглас1е нев*сты,
яо даже ей предоставлялся вполн')^ свободный выборъ жениха и родители
цотомъ уже получали отъ него плату за дочь. Въ древней финской легенд-Ь,
яапр., солнце, м11сяцъ ж зв'бзды сватаютъ за своихъ сыновей прекрасную
д*ву Биликкн. Нев1^ст9 отв*чаетъ: «не хочу я идти къ м-Ьсяцу, потому
что его лицо постоянно изм1&няется: то кажется узкт^ъ, то полныкъ и
33
тнровииъ. Нопю оиъ въ двкнсеши, а днеиъ отдыхаетъ, поэтому его хо^
зяйство неустроено. Не хочу я идти къ солнцу, потому что оно походить
на злого челов1&ка, — л^^томъ иучитъ зноеиъ, зимой же— хоюдомъ». Благо-
11р1ятный отв1^тъ получавтъ только зв'Ьзда: с охотно пойду я къ зв1^зд1&,
потому что она добра, постоянно дома и прекрасна въ своемъ отечеств'^з,
на плечахъ Большой Медв1&дицы, па спин'Ё Семизв']&зд1Я>. Конечно, такая
свобода д1&вушкн въ л,ЪлЪ заключен1и брака не можетъ считаться исклю-
чительно господствующимъ обычаемъ даже у тЪхъ натуральныхъ народовъ,
которые бол1&е всего славятся ею, вакъ напр., каффры. Въ жизни первично-
патр1архальнаго общества, или, лучше сказать, семейства, взаимный отно-
шен1Я лицъ не возведены еще на степень юридически'0пред1^ленныхъ на-
чалъ, они еще не установились окончательно и подвергаются частыиъ
нзн^^нешямъ и нарушешямъ со стороны заинтересованныхъ ими лицъ. Не
принцнпъ кровнаго родства, не права отеческой власти, не чувство патр1ар-
хальной покорности лежатъ въ основан1и первобытнаго семейнаго союза,
а одно только право силы. Женихъ силою добываетъ сгбЪ нев']^сту, силою
удерживаетъ ее у себя; родители силою продаютъ свою дочь и т. д. Бете-
ственно, что во вс^^хъ этихъ отношен1яхъ д1&вушка противодМствуетъ сил'б,
и въ однихъ случаяхъ, благодаря обстоятельствамъ или хорошимъ помощ-'
нмканъ, она беретъ верхъ, въ другихъ — ^^падаетъ жертвою насил1я. И
ч1&мъ дальше развивается патр1архальное общество, чЪкъ болЪе принципы
архаической семьи находятъ сьбЪ поддержку въ представителяхъ другихъ
соединенныхъ съ нею семействъ, въ религш и прав'Ё, т1^мъ бол'бё пора-
бощается женщина. Въ первобытной жизни, если она и подчиняется, то гру-
бому насилш; въ ЬолЪе развитомъ обществ1& это насил1е превращается
въ право, а покорность ему — въ юридическую обязанность. Но и въ эту
эпоху, когда стремлен1я женщины къ самостоятельности еще довольно
сильны и не всегда уступаютъ дМств1Ю враждебныхъ ей началъ, можно
уже вид']&ть начатки будущаго торжества посл']&днихъ. Женихъ сильн1^е
невесты и потому онъ обращаетъ ее въ рабство путемъ насильственнаго
захвата или покупки; родители сильн']^е дочери, потому имъ удается на-
конецъ заставить ее безпрекослрвно повиноваться своей вол1&. «Волкъ, бери
свою овцу», говорить мордвинъ, передавая свою дочь купившему ее же-
ниху, и этою фразою отлично характеризуется и роль нев'Ёсты и роль
жениха и нев']&стиныхъ родителей. Даже въ томъ случа']^, когда д']&вушка
усп1^етъ взять перев']^съ надъ разсчетомъ п самовласт1емъ родителей, когда
она вступаетъ въ бракъ по собственному желашю, то ея отношен1я къ
мужу мало-по-малу принимаютъ характеръ рабства; и въ брак^) женщина
ведетъ бор1^у съ мужчиной, но ея 9нерг1Я постепенно падаетъ, а сама
она превращается въ невольницу своего повелителя, препосходнщаго ее
физическою силою и им^^ющаго в'!>риыхъ иособниковъ въ ч.1снахъ своего
семейства, которое всегда недружелюбно относится къ его жен-Ь, похищен-
ной, нлн купленной у чужого, а слЬдоватедьно, враждебиаго и.тт, во вся-
3
34
комъ случае, ненавжстнаго семейства. По н^р^& того, какъ раавявается
обычай покупки женъ, вдастите1ьсв1Я права вухей бод1^е ж бод'Ье укр^^п-
днются 1 находятъ поддержку во вс^^хъ иенахъ семейства, которое по-
тратмдось на покупку нев1^сты. Нужъ, сознавая свое право собственностж
на жену, требуетъ отъ вея безпрекосдовнаго пов1новен1я н старается,
чтобы она вернуда ему, поередствомъ своего труда, заплаченную за мео
сумму. Даже въ тЪть странахъ, гд1^ женщины пользуются довольно зиа-
чмтельной свободой, но гд1^ рядомъ со свободнымъ бракомъ существуетъ
захлючеше брака поередствомъ покупки нев1&сты, положен1е женщинъ въ
посл^^днемъ самое жалкое. Коль скоро фактъ порабощен1я женщины начи-
наетъ считаться правомъ, то онъ находитъ себ1^ поддержку и защиту во
вс'1&хъ лицахъ, им1&ющихъ вл1ЯН1е на д1^ла общества, въ отцахъ семей,
родоночальникахъ, жрецахъ и т. д. Съ развит1емъ народной релмг1и, въ
особенности же сослов1я жрецовъ, бракъ получаетъ также и релипозное
освящен1е. У большинства первобытныхъ народовъ оно состоитъ въ жер-
твахъ и въ молитв1^ богамъ о дарован» оупругамъ чадород1я и богатства;
но даже у совершенно дикихъ племенъ мы находимъ стремлен1е принаро-
вит^ религшзно-брачный обрядъ къ поддержан1Ю правъ мужа и обязан-
ностей жены. У многихъ негритянскихъ народовъ бракъ заключается пе<
редъ лицомъ, которое слыветъ священнымъ фетншемъ, чтобы жена, изъ
страха его мести, оставалась покорною и в1&рною своему мужу. Конечно,
м эти права и эти религ1(^зные обряды не вовсе обезоруживаютъ женщину
и не окончательно превращаютъ ее въ тупую, безотв1&тную рабыню; но
д-Ьло въ томъ, что они служатъ сильнымъ нравственнымъ оруд1емъ для
интересовъ мужа, между т^^мъ какъ интересы жены не им1^ютъ никакой
подобной защиты.
Сд^^лавшись предметомъ если не дружелюбныхъ, то, во всякомъ раз1^,
мврныхъ торговыхъ отношен1й, браки стали сопровождаться пирами, ве-
сельемъ и заииренгемъ враговъ. Свадьбы служатъ однииъ изъ самыхъ ча-
стыхъ проявлен1й древняго общежит1Я. Но какъ сходивш1еся на ннхъ люди
были сначала недов^^рчивы, подозрительны, осторожны — видно изъ многихъ
частностей русскихъ свадебныхъ обычаевъ: везд*!^ видна боязнь волшеб-
иыхъ чаръ, порчи, нападен1й; всюду выкупъ и плата за каждое д1^йств1е.
Свадьба стоитъ большихъ издержекъ, и поэтому въ древности у многихъ
народовъ сходивш1еся на нее семьи и роды приносили съ собою свою долю
и пировали на складчину. У зажиточныхъ же племенъ, напр., у древннхъ
скандинавовъ, отецъ нев1&сты, женнхъ и ихъ родственники соревновалм
между собою въ щедрости и обыкновенно долго спорили, въ чьемъ дом1^
и на чей счетъ праздновать свадьбу, и каждаго изъ них!^ самолюб1е
заставляло присвоивать исключительно сеЬЪ честь и.здержекъ на брачное
пиршество.
И любовь къ выдаваемой замужъ дочери и желан1е обезпечить ее, а
главнымъ образомъ самолюб1е родителей рождаютъ обычай награждать
35
яевЪфту йриданммъ. Иало-пО'Иа1у продажа дочери становится въ обще-
етвенномъ ]1н1^В1и д^^омъ нехорошамъ и постыдныиъ, не потону однако,
чтобы ее считан безнравственныиъ поступкомъ, а потому, что она еду-
житъ доказатедьствотъ б1&дности родителей иди заставдяетъ подозр-Ёвать
Ехъ въ корыстодюбш. Въ Индустан^^ пдемя раджъ-кумаръ съ издавна
нзбиваетъ большую часть евоихъ дочерей, не ии1&я возножности доставлять
■■ъ приданаго, а безприданность невесты и позорить ее родителей ж
отталкиваетъ отъ нея жениховъ. Обычай приданаго окончательно разви-
вается только при дальнМшихъ усп1&хахъ народа въ цивилизащи, но
зачатки его можно вид'1&ть и у нногихъ дикихъ . иародовъ, напр., у каф-
фровъ, туркменовъ и т. д. Приданое ведетъ къ нерасторжимости брака,
такъ какъ мужъ, въ случа-Ь даинаго имъ жен1& развод^!, обязанъ возвра-
тить и все приданое. Это значеше приданаго превосходно выражается
однимъ обычаемъ тинг1анъ, т|[земцевъ Филиппинскихъ острововъ. Женихъ
ж нев1&ста въ день совершешя брака приносятъ съ собою изв^^стное коли-
чество фарфоровой посуДы, стеклянныхъ ' вещей, коралловыхь ожерел1й м
золотого порошка. Женихъ отдаетъ принесенное имъ родителямъ невесты,
а нев1&ста родителямъ жениха. По словамъ самихъ дикарей, этотъ обычай
введенъ для воспрепятствован1я развода, для совершен1я котораго необ-
ходимо, чтобы родители того изъ супруговъ, который требуетъ развода,
возвратили въ совершенной цЪюстж ъсЪ полученный ими вещи, что, при
ломкости посл1&днихъ, особенно въ дикой жизни, сделать чрезвычайно
трудно. Приданое много улучшаетъ положеше женщины; жена съ прида-
нымъ чувствуетъ себя и держитъ гораздо самостоятельн^^е, ч1^мъ жена,
купленная или похищенная, какъ рабыня. Кром'6 того, если родители
вродаютъ д1^вушку, то т^мъ самымъ отказываются отъ вс1^хъ правъ на
нее и не могутъ защищать ее отъ самодурства и прит1&снен{й мужа, но
если они даютъ ей приданое, то пршбр^^таютъ нравственное право не
только на благодарность и почтен1е зятя, но и на изв^^стное вм1&шатель-
ство въ его отношен|я къ ихъ дочери..
У дикарей и жителей мало развитыхъ странъ количество женъ зави-
сить отъ степени достаточности мужа и каждый им1&етъ ихъ столько,
сколько можетъ содержать. Н1^которые приписываютъ полигам1Ю вл1яшю
климата на половые инстинкты; но мы сплошь и рядомъ видимъ, что
изъ разныхъ иародовъ, живущихъ въ одномъ климат1&, у однихъ господ-
ствуетъ моногам1е, у другихъ полигам1Я, что н^^которыя жители холоднаго
климата живутъ въ многоженств'6, между т^&мъ какъ обитатели многихъ
странъ теплыхъ держатся моногамш. Климатъ им1&етъ на полигам1ю едва
ли не одно только посредственное вл1ЯН1е: ч^лъ благорастворенн']^е онъ,
т1^мъ обильн1&е и дешевле съ1&стные припасы, т1&мъ больше женъ, въ слу-
ча1& надобности, можетъ содержать челов^къ. Поэтому-то полигам1я го-
раздо сильн'Ьё развита у дикарей юга, ч1^мъ у жителей холоднаго с1^вера.
Полигам1я возрастаетъ по шЪ]^Ъ культурнаго развит1Я народа, по м1^р1^
8*
36
возникновешя у него разнообразной промышленности, особенно зеи1ед%л]11
и торговли. И это не потому только, что промышленность доставляетъ
средства содержать многихъ женъ, но главнымъ образомъ потому, что она
требуетъ иного рабочихъ силъ, которыми и служатъ женщины. Поли-
гам1я служитъ основою экономической жизни многихъ дикарей. Взрослый
мужчина, добывш1Й средства, необходимый для содержашя н1^сколькихъ женъ,
перестаетъ работать, и разв1^ только немного занимается скотоводствомъ,
грабежомъ, воровствомъ или охотою. ЪсЪ труды лежать на женщинахъ.
И везд']^ эта первобытная полигам1Я им'1&етъ тотъ же характеръ, везд'1&
является она институцхей существенно-аристократической: мужъ — праздный
плантаторъ, жены — рабыни, изнуряемый трудомъ и производящ1я богатство
ДЛЯ своего повелителя. Обезпеченная, праздная жизнь усиливаетъ наклон-
ности къ сладостраст1ю и тщеслав1ю, женщины д1^лаются предметами чув-
ственнаго няслаждешя, комфорта и роскоши. И въ то время, какъ б']&д-
няви довольствуют<у1 одной женой, люди зажиточные и сильные старают-
ся завести ихъ какъ можно больше. Изв^&стность дикаря зависитъ отъ
количества его женъ и скота. Съ развит1емъ высшихъ классовъ, полига-
М1я усиливается; они заводятъ ц1^лыя толпы женъ и наложницъ, куплей-
ныхъ ими или захваченныхъ на войн1^. У полудикаго короля ашант1евъ,
напр., считается постоянно 333 жены; у одного незначительнаго инду-
станскаго князька было н1&сколько сотъ женъ, н'&которые зажиточные
богосы, ландаиасы и ноласы им'бютъ по дв']&стк' женъ и по н-Ьскольку
сотъ наложницъ. Но такая многочисленность женъ у дикихъ народовъ
является въ вид']^ исключешя, и князьки, родоначальники и богачи но-
гутъ содержать лишь по н1^скольку женъ, на островахъ Южнаго океана,
напр., б1^дность заставляетъ большинство дикарей жить въ ионогам]И, а
короли им1&ютъ женъ по пяти, десяти, пятьнадцати, но не больше. Масса
же народа живетъ по б'1&дности въ моногам!и, хотя, достигнувъ изв'Ьстной
степени культурнаго развит1я, и начинаетъ чувствовать сильную наклон-
ность къ многоженству. Всл'1дств1е климатическихъ вл1ЯН1й, раннихъ бра-
ковъ, разнообраз^ныхъ лишенШ и изнурительнаго труда, первобытная жен-
щина отцв^таетъ очень рано; въ жаркомъ к^имат'Ь она въ 30, даже въ
25 л-Ьтъ д1Ьлается старухой, неспособною для работы, негодною для д'Ьто-
рожден1Я. Кром1^ того, беременность и кормлен1е д1&тей грудью отнимаетъ
у женщины отъ 2 до 3 л1Ьтъ и мног1е дикари во все это время не им-Ьготъ
съ своими женами супружескаго сожит1Я. При такихъ обстоятельствахъ,
полигам1Я становится необходимостью, но бедность м1&шаетъ большинству
удовлетворять этой необходимости, всл'Ьдотв1е чего полигамгя и принимаетъ
особенную форму, очень распространенную и между дикарями, и между
б1Ьдными жителями культурныхъ земель Востока. Когда жена надо*стъ
мужу или окажется негодною для работы и д*торожден1Я, онъ прогоняетъ
ее и беретъ другую, д-Ьлая это такъ часто, что въ течен1е жизни у него
иногда Иеребывпетъ до полсотни женъ. Такая полигам1Я очень сильна у
^ 37
иногжхъ африканцевъ, инд1^йцевъ Акерики, ка1ИЫК0въ и т. д. У миогигь
1ие]1енъ, иовтоиу, бракъ заключается только на опред^^ленный, часто очень
короткШ срокъ, — у н1^оторыхъ арабовъ на три дни, у цейдонцевъ бракъ
йве^я на дв1^ нед'&ЕИ, по истечеши которыхъ онъ или расторгается, илн
же возобновляется на столько же временн; на андаианскихъ островахъ
супруг! живутъ другъ съ другоиъ только до рождешя перваго ребенка.
Ш.
Въ первобытной жизни семья служитъ единственною формою обществен-
наго союза. Она совершенно необходима челов']^ку не только для брач-
ныхъ и семейныхъ радостей, но также для защиты отъ враговъ, для
хозяйства, для экономической самостоятельности. Поэтому въ первичную
9поху неженатые люди чрезвычайно р^^дки и бракъ считается настоятель-
ною необходимостью не только для земной жизни, но и для загробной,
въ которой холостяки принуждены вести такое же безпомощное, жалкое
и безпр1Ютное существован1е, какъ и на земл']^. На этомъ основан1и у
днкихъ и патр1архальныхъ народовъ возникаетъ бракъ живыхъ съ мерт-
выми: холостяка-покойника в1&нчаютъ съ живой женщиной, которая съ
этого времени считается его вдовой, а посл1^ своей смерти соед^инится съ
своимъ мужемъ <въ мЪстЪ злачн'Ь». Точно также съ умершей д^^вушкой
в1&нчаютъ мужчину. Этотъ обычай былъ, напр., у древнихъ персовъ.
Арабск1й писатель Массуди говоритъ, что если у славянъ мужчина уми-
ралъ холостымъ, то его женили посл1& смерти, и женщины охотно обре-
кали себя на сожжете, чтобы войти въ рай съ душою мужчины. Мало-
россы до сихъ поръ в']^рятъ, что умирающимъ холостыми н1^тъ м']^ста на
томъ св1&т1^, и поэтому въ Н'1которыхъ м']&стахъ Малоросс1и похороны па-
робковъ и особенно д1^вушекъ напоминаютъ свадьбу. По смерти д1&вушки
для нея на тотъ св1&тъ назначается женихъ, который провожаетъ покой-
ницу до могилы и считается зат']^мъ въ ея семейств')^. Въ последнее время
первобытный бракъ живыхъ съ покойниками былъ возстановленъ мормо-
нами, этими эклектиками нел1^пыхъ суев^р1Й вс']&хъ странъ и народовъ.
Пр1обр1^тен1е жены первичный челов']^къ считаетъ первостепенною не-
обходимостью, потому, во-первыхъ, что безъ нея онъ вовсе не можетъ
вести своего хозяйства и достаточно удовлетворять самымъ обыкновен-
нымъ житейскимъ потребностямъ. Жена — прежде всего работница и слуга
своего мужа; на ея долю выпадаютъ самый тяжелый и, въ тоже время,
самый полезный для развитхя культуры занят1я. Поэтому, при выбор1&
нев1^сты, главнейшее вниман1е обращается на ея силу и сиособность къ
работ1^. Бечуаны, желая узнать, терп'Ьлива ли нев'Ьста и годится ли для
тяжелой работы, кладутъ ей въ руку до-б'&ла раскаленное жел1&зо и при-
казызаютъ держать его до т^хъ поръ, пока не разр'1^шатъ оть него осво-
38
бодиться. Ес1и девица выдержала 9ту^ пытку, то ее признаютъ годною
Д1Я супружества. Инд1&ецъ воюетъ ж охотится, а жена его обработываетъ
по1е, приготовляетъ пищу, носить дрова и убитую мужеиъ дичь, строить
11^тн1Я и ЗИИН1Я ХИЖИНЫ, дубдить КОЖИ, д^дасть изъ нихь пдатье и
обувь ддя всего семейства и т. д. У народовь пастушескихь на женщинъ
падаетъ множество трудовь по скотоводству, — пастьба стадь, доенье и
приготовдеше разныхь видовь нодочно! пищи, уходь за новорожденными
животными, стрижка овець и т. д. И ч1&мъ сдожн^^е промышленность на-
рода, т^мь хуже подояеше женщины. Особенно тяжко отзывается на ней
развит1е земдед1^д1Я и'т1^сно соединенной сь нимь ос^^ддой жизни. Земде-
д1&д1е считалось додго 8анят1емь недостойнымь мужчины и поэтому взва-
ливается исключительно на женщинь, вм1&ст1^ съ постройкой ос^^ддыхь
жилищь, приготовлешемь посуды и другимь хозяйственными работами.
Такъ ведутся д^^да у вс1^хь почти первобытныхь народовь, наприм1^рь
въ Африх1& и Америке. Мужья охотятся, занимаются какимь нибудь дег-
химь д^^ломъ иди просто то^ько жруть да дежат!^, а женщины изнываютъ
подъ тяжестью трудовь земдед1&д1я, скотоводства и домашняго хозяйства.
Иногда переходь оть кочевой ж охотничьей жизни кь ос1^ддой и земде-
д1^дьческой бываеть для женщинь столь убхйственнымь, что черезь нихь
онь губительно дМствуеть и на жизнь всего народа. Д-рь Тирседень
говорить, » что всЪ народы Подинез1и нрсять вь себ1& зародышь будущаго
разрушешя, которое зависить оть жадкаго подожен1я у нихь женщины.
Когда мужчина быль постоянно вооруженъ, постоянно готовь кь напа-
денш иди кь защит1^, женщина должна была ухаживать за д1&тьми и
приготовлять пищу, которую она отыскивала вь вол/к или вь л1&су. Те-
перь мужчины не воюють, а женщины трудятся бод1&е, ч'Ьмъ когда нибудь.
ПрежХе опЪ собирали папоротникь, теперь же таскають картофель, но
сперва должны посадить его, обкопать и выполоть, потомь выкопать и
убрать вь амбары; каждый день носять он1^ его вь хижину и угощаютъ
своихь могущественвыхь господь, которые ничего не д^дають, кром1&
присмотра за скотомь, да иногда ловли угрей и маденькихь китовь, по-
падающихь вь задивь.
Другая практическая ц'Ьль брака есть д^&торожден1е; женщииа берется
вь семейство не только какь рабочее животное, но и для приплода, для
рождешя другихь рабочйхъ животныхь. И женщина вь патргархальной
жизни ц^&нится, главнымь образомь, за свою физическую силу и за спо-
собность размножешя. Степень первой узнать легко, степень второй
узнается посредствомь пробныхь и временныхь браковь или просто ъп^-
брачной связи, устрояемой вь вид1^ опыта. Если д']^вушка заберемен1&еть,
то мужчина оставляеть ее своею женою, если же она оказывается без-
плодною или неподходящею кь его вкусу, то онь ра^сходится сь нею.
Так1я пробный связи были, наприм1&рь, у н^которыхь пдемень, входив-
щ^хь вь составь древней Мехикм, а вь настоящее время оя^ вь ходу у
39
негровъ I многкхъ другнхъ народовъ. Случается даже нер1&дко, что иуж-
Ч1на т^^нъ бо11^б ц^^нитъ д1&вушку, ч^^къ бо1ьше у нея любовниковъ и
ч%шъ чаще она родитъ д1&те1 отъ ннхъ. Безд1^тная женщина принуждена
терп1^ть горькую участь, нужъ прогоняетъ ее на всЪ четыре стороны,
презираетъ ее, никто никогда не захочетъ взять ее заиужъ и она при-
нуждена бываетъ или умереть съ голоду, или идти къ кону нибудь въ
рабскую работу. Для дикаго охотника, для патрхархальнаго скотовода или
землед1^льца, для цивилизованнаго ор1ентала — для вс1^хъ ихъ чадород1е
елужитъ знакомь небеснаго благоволен1Я, а безплод1е — прокляпемъ. Кто
будетъ работать на семейство, кто будетъ кормить и защищать родителей
во время ихъ старости, кто будетъ приносить за ннхъ искупительный
жертвы П0СЛ1& ихъ смерти, если у ннхъ не будетъ д1&те1? Желан1е им'Ьть
д1^те1, доходящее у зтихъ народовъ до ман1и, нельзя объяснять одною
только пот]^ностью въ П0Т0МСТВ1&', и одну изъ не посл1&днихъ причинъ его
нужно искать въ слабой способности первобытной женщины къ д^^торож-
дешю, всл1^дств1е изнуренности ея работами, дурной обстановки и т. д.
У мяд1&йцевъ с1&верной Америки въ 1843 г. каждая женщина им^^ла
среднимъ числомъ одного ребенка. Въ Бразил1и инд1янка р1^дко родитъ
больше 4 ребятъ, а вообще въ южной Америк'!^, нелишенная способности
чадород1Я женщина им1^етъ только 2 или 3 д']&тей. У лапландцевъ, тун-
гусовъ, арабовъ — трое, четверо, пятеро д1^тей считаются уже весьма
многочисленнымъ потомствомъ. У многихъ африканскихъ племенъ — тоже
самое. Правда, что и въ дикой жизни можно встр'1&чать прим'Ьры зам1&-
чательнаго чадород1Я, но это исключеше. Одно рождеше ребенка еще не
обезпечиваетъ семейства, — оно каждую минуту можетъ лишиться его. Д'1^ти
во множеств1& погибаютъ отъ болезней, дикихъ зв1^рей, воруются непр1я-
телями, тонутъ, убиваются матерями и т. д. Однимъ изъ главныхъ средствъ
для изб'Ьжан1Я несчаст1Я безд'1^тности .служить левиратный бракъ, о ко-
торомъ мы уже говорил, объясняя связь его съ пол1андр1ей, и который
существуетъ или существовалъ въ Индустан1^, Палестнн'Ь, Египт1&, у ара-
бовъ, халмыковъ, негровъ, инд1&йцевъ, амурскихъ и уссур1йскихъ гольдовъ
и т. д. На атомъ же основан1и возникаютъ и друпя формы усыновлешя
чужихъ д^^тей.
Итакъ, въ патр1архальной жизни, женщина ценится только какъ ра-
ботница м чадородная самка; бракъ, поэтому, является не результатомъ
любви, а д1^ломъ простого хозяйственнаго разсчета. О любви, кром1& нЪ-
которыхъ исключнтельныхъ случаевъ, зд1^сь н'1&тъ и р1Ьчи. Мног1е изъ ди-
кихъ народовъ отличаются слабостью половой страсти, какъ наприм1^ръ,
старинные германцы. Холодность современныхъ дикарей въ д1&лахъ любви
свид1^тельетвуется многими путешественниками; Брюсъ былъ пораженъ ею
у шангаласовъ, Левальенъ у готтентотовъ. Ирокезы говорятъ, что сно-
шен1Я съ женщинами ослабляютъ иХъ силы и храбрость, а потому они
должны пользоваться хмн ум1^ренно. Но не это сознан1е въ сущности
40
удерживаетъ дикаря отъ П010вы1ъ нзлишествъ, а слабость возбуждешя,
происходящая отъ д1&яте1ьной его жизни и отъ незначительности подо-
выхъ раз1ич1в. Друг1е дикари, подъ вл1ЯН1е1Еъ меядународныхъ сношен!!
и развратныхъ ппостранцевъ, развращены до крайней степени, у нихъ
можно встр1^тить на каждомъ шагу развратные танцы и самый неудер-
жимый цинизмъ. Въ томъ и другомъ С1уча1^ мужчина ничего не чув-
ствуетъ [бъ женщин1&, кром1^ физическаго вождел']^н1Я, неосложняемаго
нич1^мъ въ род1& ув1ечен1й н1^жностью сердца, музыкой р'1^чей, даже кра-
сотой лица. Подобныхъ увлечен!! въ первобытной жизни яЪтъ и быть не
можетъ, потому что, всд'^дств1е, одинаковой жизненной обстановки, жен-
щина мало ч']^мъ отличается тогда отъ мужчины. Половыя обличая раз-
виваются только съ цпвилизац1её, а въ первичный эпохи народной жизни
мужчины и женщины не только занимаются одн']^ми и т1&ми же работами,
не только носятъ платье, почти одинаковое для обоихъ моловъ, но м
весьма мало отличаются другъ отъ друга своими т1^лесными и психиче-
скими свойствами. У дикарей, даже у простонароды^ цивилизованныхъ
странъ, голова мужчины и женщины им']^етъ почти одну и ту же физ10-
Н0М1Ю; р1^зкихъ различ!й въ объемахъ и рост'Ь т1^ла, въ физической сил1&
и см1^лости, въ тон1^ голоса, въ манерахъ и житейскихъ привычкахъ
также вовсе н1^тъ. Непривычный наблюдатель сразу ни за что не отлм-
читъ какую нибудь само1^дку или патагонку отъ само1^да или патагонца;
конечно, глазъ, лривыкш1Й къ такнмъ физ]'оном1Ямъ и формамъ т1&ла,
уловляетъ въ нихъ начатки половыхъ отличШ, но посл'Ьдшя зам1^тны
только у людей нестарыхъ, старики же и старухи походятъ другъ на
друга, какъ дв'Ь капли воды. Женщина у совершенно дикихъ народовъ
даже безобразнике мужчины, такъ какъ ея организмъ подвергается и раз-
рушительному ВЛ1ЯШЮ самыхъ тяжБихъ работъ и бол']^знямъ, который вы-
пали на долю одному только женскому полу, и наконецъ варварскому
обхожден1ю со стороны мужа. Романтической любви, которая, какъ уви-
димъ ниже, возниваетъ только съ полнымъ развит1емъ половыхъ противо-
положностей, — романтической любви при такихъ услов1яхъ быть не мо-
жетъ и иЪтъ ея. Оба пола довольствуются удовлетворешемъ одного только
грубаго животнаго инстинкта и любовь ограничивается чувственнымъ опья-
нен1емъ. Но и это чувственное опьянеше возниваетъ только на изв1Ьстной
степени развитхя народа; чистый же дикарь ц']&нитъ въ женщин'Ь только
силу, усерд1е къ работе, плодовитость и приданое, не обращая никакого
вниман1я на ея красоту и нравственныя достоинства. Понятно, что прм
такихъ отношен1яхъ къ жеищин1^ мужчина или вовсе не ревнуетъ ее, а
если и ревнуетъ, то меньше и иначе, ч1^мъ это бываетъ въ цивилизо-
ванной жизни. Пол1андрическая слабость ревности долго еще остается
зам']^тною и иослЪ паден1я пол1андр1и. Женщины в1&дь не убудетъ, если
она въ связи съ чужимъ мужчиною; такая- связь, напротивъ, можетъ
рринести пользу ея мужу или въ вид*]^ ребятъ, рожденныхъ его женою
41
отъ дюбовника, ил въ вид1^ вакжхъ нибудь ц']^нностей, подученныхъ ею
отъ П0СЛ1&ДНЯГ0. И мужья спюшь и рядоиъ не только сквозь пальцы
сютрятъ на любовныя шашни своихъ супружницъ, но даже сани по-
ощряютъ нхъ въ тому; у иногихъ дикарей домашняя проституцхя развита
очень сильно. И не» мало есть племенъ, «у которыхъ ни мужчины, ни жен-
щины почти не ревнуютъ другъ друга. Ревность возможна только таиъ,
гд% мужчина им'1^етъ законное чувство собственности относительно своей
жены. Но въ начал'Ь патрвархальнаго пер10да женщина еще не поб1&жде-
на окончательно, еще не снизошла на степень законной принадлежности
мужчины. Она пользуется зд1^сь значительною свободой и можетъ отстаи-
вать ее посредствомъ силы, которой она еще не лишилась всл'1^дств1е
изн1^женности, и посредствомъ оруж1я, которымъ она влад']&етъ наравн1^
съ мужчиной. Мы уже указывали выше на воинственные образы Бруне-
гильды, амазонокъ, нашихъ былинныхъ паленицъ; и истор1я доказываетъ,
что такая воинственность, сила и отвага принадлежала н']&когда вс1^мъ
дивимъ женщинамъ. Религ1Я германцевъ была религ1ей войны, богъ и изо-
бр'Ётатель которой, Вуотанъ, окруженъ д^^вами смерти, валькир1ями, лю-
бящими запахъ труповъ и стоны . раненыхъ; наканун1^ большихъ битвъ,
он1^, съ воинственными п'бсняии, д']&лаютъ ткань изъ челов']^ческихъ ви-
шекъ, вм^^сто челнока имъ служатъ стр']^лы и кровь ручьями льется на
нхъ станокъ. День битвы — праздникъ для нихъ; опЪ выбираютъ себ1&
жертвы между воинами и переносятъ ихъ въ чертоги Вуотана. Когда посл1^
разбит1Я тевтоновъ при Э, римляне проникли въ ихъ лагерь, то на встр1&чу
имъ вышли тевтонск1Я женщины съ мечами и с1^кирами и при б']&шеныхъ
хрикахъ погнали назвдъ б^^гущихъ тевтоновъ вм1^ст1& съ ихъ пресл1^дова-
телями, — первыхъ, какъ изм'^нниковъ, вторыхъ, какъ враговъ: нападая на
римлянъ, оеЪ вырывали ихъ щиты, хватались за остр1я мечей и дрались
до т1^хъ поръ, пока не падали тяжко ранеными и изрубленными въ куски.
Въ лагере кимвровъ были с^^довласыя, од^тыя въ б^^лое предсказатель-
ницы, который, подходя съ мечомъ въ рув']^ къ пл']^нникамъ, венчали ихъ
и вели къ большому жел']&зному котлу, перер^^зывали имъ горло и. по
крови, текшей въ котелъ, предсказывали будущее. Когда при Верцелле
кимвры были на голову разбиты римлянами, то ихъ женщины предавали
смерти своихъ б']&жавшихъ съ поля сражешя отцовъ, мужей, братьевъ и
сыновей, а малютовъ он'1^ давили, бросали подъ колеса телЪтъ или подъ
копыта быковъ и лошадей. Наконецъ, не желая отдаваться живыми не-
пр1ятелю, овЪ налагали руки на самихъ себя; одна изъ нихъ удавилась
на ДЫШЛ1& фуры, пов1&сивъ тутъ же и д']&тей своихъ. Въ войну римлянъ
съ херусками, свевдми и сигамбрами, женщины этихъ племенъ дрались до
посл'Ёдней возможности, и за неим1^шемъ оруж1Я разбивали о-земь головы
своихъ д']&тей, а трупами ихъ бросали въ лицо непр1ятелю. О воинствен-
ности женщинъ другихъ народовъ древности говоритъ намъ и мифолог1Я,
и еагн объ амазонкахъ, основанный, какъ мы уже говорили выше, на
42
ксторичесвой достов'Ёрности. Хотя амазонство относится преимущественно
къ першду П01'1андр1и м гянейкократ1М, но воинственность сохраняется
женщиной еще долго посдЪ паден1Я ея преобдадашя надъ мужчиной, въ
чемъ насъ уб^^ждаютъ м истор1Я и дтнографнческ1я извЪст1Я о современ-
ныхъ диваряхъ. Во времена Геродота, напр., женщины савроматовъ 1&зди1и
верхомъ, какъ мужчины, участвовали вм1&ст1^ съ посд'Ьдними въ охотахъ
и выходили замужъ не прежде, какъ убивъ одного врага. Въ настоящее
время подобныхъ женщинъ можно вид1&ть подъ вс^^ми широтами земного
шара. Въ Дагоме*!, гд1Ь мужчины храбры въ высшей степени, отъ нихъ
не отстаютъ въ этомъ отношенш м женщины, изъ которыхъ состоитъ вся
королевская гвард1я, числомъ въ 5,000 челов1^къ. У курдовъ женщины
храбры не мен']&е мужчинъ и воспитан1е въ сыновьяхъ воинственнаго духа
и предпр1ИМчивости зависитъ, главнымъ образомъ, отъ матерей. Даже въ
сонливомъ Бита1&, при покорен1и его маяджурами, женщины не только
участвовали съ такою же ревностью, какъ и мужчины, въ работахъ по
сооруженш оборонительныхъ средствъ страны, но и оказывали прим^^ры
зам1&чательной храбрости. А у китайскихъ горцевъ мяо-тзе женщины хо-
дятъ также вооруженными, какъ и мужчины. Одна изъ нихъ съ от-
чаянною храбростью защищала кр1^пость противъ китайскихъ войскъ
впродолжен1и двухъ м1&сяцевъ посл'Ь того, какъ былъ перебитъ почти
весь гарнизонъ. Женщины этого племени пользуются большою свободой
и полнымъ уважешемъ мужчинъ. Не менЪе см1&лы и храбры женщины
воинственныхъ племенъ ИнД1И, сражающ1яся нер1&дко на ряду съ мужьями
и участвующ1Я въ походахъ верхомъ на лошадяхъ. Жены африканцевъ
м инд'Ьйцевъ Америки не только поощряютъ своихъ мужей во время битвъ,
но и сами участвуютъ въ посл^^днихъ, равно какъ и въ опасныхъ охо-
тахъ на львовъ, леопардовъ и тигровъ. Истор1я арабовъ также выста-
вляетъ прим'Ёры нетолько отд']&льныхъ воинокъ, но и ц1^ыхъ военныхъ
отрядовъ, составленныхъ исключительно изъ женщинъ. Такъ, въ войскахъ
Еаледа былъ ц%лый отрядъ вооруженныхъ всадницъ, оказавшихъ огром-
ную услугу при поб%д1& надъ визант1Йскою арм1ей подъ Дамаскомъ, въ
633 г. У неразвитыхъ народовъ сила доставляетъ уважеше, на сил'Ь
основывается всякое право и поэтому, т^Ъ женщина воинственна, тамъ
она м бол%е уважается и им1^етъ бол1&е правъ и свободы. Оруж]е слу-
жило женщинамъ не только къ освобожден1ю . отъ мужчинъ, но и къ по-
корея1ю ихъ. И въ патрвархальной жизни, мужчина тогда только усп1&-
ваетъ окончательно поработить женщину, когда или лишитъ ее возмож-
ности быть воинственной и влад1^ть оруж1емъ, или же когда весь народъ,
а съ нимъ и женщины, броснвъ войну, обратится къ бол1&е мирнымъ за-
нят1ямъ. Да т*хъ же поръ, благодаря своему оружхю, храбрости и сил*
мускуловъ, женщина ум1&етъ поддерживать свою независимость- отъ су*
пруга. И не им'Ьемъ ли мы права предположить, что эта борьба быда
упорна и роэсемЬстяа в^ т* с*дыя врецеца, о котордаъ вовсе я^гь
43
жсторжческнъ свнд^^тедьствъ, въ тЪ времена, когда только-что начина-
юсь пора6ощен1е женщинъ мужчинанн? Въ пер10ды, доступные историче-
скону наблюденш, сохраняются еще сл'Ьды этой борьбы м первобытной
женской свободы, даже преоб1адан1Я женщянъ надъ мужчинами, о чемъ
мы привели уже много фактовъ какъ изъ древней, такъ и изъ совре-
менной жизни. Мы вид'Ьли выше, что женщины, уже обращенный въ раб-
ство, пользовались обстоятельствами и силою свергали иго своихъ пора-
ботителей, даже оставаясь покоренными, он1^ постоянно приб1&га1и къ той же
СИЛ1& для ослаблен1я упомянутаго ига. Еще Аристотель, съ обычною своею
проницательностью, зам1&тилъ, что у воинственныхъ народовъ женщины
пользуются не только свободой, но м преобладан1емъ надъ мужчинами»
Это зависитъ, какъ уже сказано, м отъ воинственности самнхъ женщинъ
м еще отъ того обстоятельства, что при частыхъ отлучкахъ въ походы
и паб1&ги мужчинъ, вс1& заботы о хозяйств'^ и даже общественныхъ д'Ь-
лахъ племени остаются, главнымъ образомъ, на женщинахъ, развивая въ
нихъ и чувство самостоятельности и содМствуя ихъ экономической неза-
висимости. Экономическая самостоятельность и нравственное преобладан1е
женщины, знаиенующ1я собою эпоху гинейкокрапи, не только долго со-
храняются въ патр1архальной жизни, но, ви'Ьст'Ь съ воинственностью жен-
щины и уц'1^л1^вшими отъ отцовскаго погрома остатками материнскаго
права, долго еще поддерживаютъ важное значен1е женщины въ разныхъ
сферахъ общественной жизни. Приведенные нами въ первой глав1^ факты
изъ жизни древнихъ и современныхъ дикарей и патр1архаловъ вполн-Ь
подтверждаютъ это. Ви^^ст'Ь съ т1&мъ женщина у очень многихъ народовъ
пользуется значительной половой свободой, какъ въ д1&вичеств1&, такъ и
въ замужеств1&, какъ въ выбор1^ себЪ мужа, такъ и въ развод1^ съ нимъ.
О гаремномъ заточедл женщинъ, объ обращен1и ихъ въ монопольное^ вла-
д1&Н1е мужей зд1&сь н%тъ и р1^чи. Оба пола нер1^дко сходятся другъ съ
другомъ на общественныхъ собран1яхъ и ихъ взаимное обращеше, по своей
вольности, не только не уступаетъ, но даже превосходитъ поведете евро-
пейцевъ на шпицбалахъ и въ непотребныхъ домакъ; танцы многихъ ди-
карей до крайности сладострастны и циничны. Врачныя обязанности
женщины, всл']^дств1е слабаго развит1я ревности и непрочности семейной
власти, р1^дко хранятся ею во всей ихъ строгости. У н^^которыхъ наро-
довъ, напр., у мальгашей, островитянъ Южнато океана, инд-Ьйцевь Аме-
рики, женщины свободно предаются своей половой страсти, мужья не
ревнуютъ ихъ и смот^ятъ на это сквозь пальцы. У другихъ народовъ
легкое поведен1е жены заставляетъ мужа вооружаться противъ него не
мен1^е легкимъ образомъ. У виннебагцевъ въ Африке мужъ беретъ только
денежный штрафъ съ соблазнителя своей жены и отдаетъ еиу посл^&д-
нюю въ супружество. Въ Гроссъ-Балам'!^ нев^^рный мужъ платить своей
жеи1& въ ВИД1& .пени изв1^стное количество золотого песку. Въ Миягрел1и
соблазнитель женщины платитъ ея мужу только двухъ свиней, которыхъ
44
они тотчасъ же съ1^даютъ иди пропиваютъ въ пр1ятедьской пирушк1^
вдвоемъ. Узм брава у иногихъ д'икихъ народовъ еще чрезвычайно слабы,
а разводъ чрезвычайно дегокъ, и это обстоятельство значительно поддер-
живаетъ свободу женщины. На Зодотомъ Берегу, напр., если мужъ прене-
брегаетъ женою или грубо обходится съ нею, то посл^^дняя ии'Ьетъ пол-
ное право оставить его навсегда; она иожетъ бросить его даже и безъ
дтихъ побудительныхъ причинъ, но въ такоиъ случа1^ обязана возвра-
тить полученные ею отъ него подарки. Въ Сулииан^^ жена всегда ножетъ
расторгнуть бракъ, уплативши нужу суиму даннаго имъ ея родителямъ
калыма. У каффровъ и въ зеиляхъ конго она ножетъ бросить мужа, если
онъ плохо вормитъ и од'1^ваетъ или же бьетъ ее. У аиериканскихъ индМ-
цевъ супруги иогутъ всегда развестись, если того желаетъ одинъ изъ
нихъ и если пЪтъ д1^тей. У бедуй новъ жена можетъ уб']&жать къ своинъ
родителямъ и если она, несмотря ни на как1я уб1^жден1Я своего супруга,
не хочетъ вернуться къ нему, то онъ обязанъ дать ей разводное письмо.
На островахъ южнаго океана, у яванцевъ, абиссиндевъ и н^которыхъ
другнхъ народовъ жена также им1&етъ полную свободу продолжать свое
сожительство съ мужеиъ или же бросить его. У европейскихъ варваровъ
расторжен1е брака было также нетрудно. Понятно, что такая легкая рас-
торжимость брака много облегчаетъ положен1е женщины и въ большинств']^
случаевъ желательна для нея, какъ средство избавиться отъ противнаго
или жёстокаго мужа и перейти въ другую, бол1&е хорошую обстановку.
Но сколько, съ одной стороны, жеЕгщина выигрываетъ отъ дегкой растор-
жимости брака, столько же, съ другой, она и проигрываетъ. Если жена
всегда ии']^етъ возможность бросить мужа, то мужъ т'Ёмъ бол1&е вправ1^
вытолкать жену вонъ, когда ему вздумается. Такое изгнаше женъ по
самымъ незначительнымъ къ тому поводамъ совершается у дикарей сплошь
и рядомъ, не сопровождаясь у однихъ никакими формальностями, у дру-
гихъ — им'бя опред'Ёленную форму, показывающую, что это саиовласт1е на-
чинаетъ превращаться въ право. Друзы, напр., выгоняютъ своихъ женъ
по самымъ незначительЕГ'ымъ предлогамъ. Если жена проситъ у мужа поз-
волен!я сходить куда нибудь и онъ отв1^чаетъ ей: «иди», не прибавляя:
с но возвращайся назадъ», то она разведена. У гренландцевъ этотъ про-
изволъ мужа оформенъ бол']^е деликатнымъ образомъ; недовольный своею
женою супругъ, не вступая съ ней ни въ кашя объя,снен1я, бросаетъ свой
шалашъ и не возвращается въ него до т']&хъ поръ, пока его не оставить
жена. Въ совершенно дикой жизни положен1е прогнанной такимъ образомъ
женщины ужасно; ей предстоитъ или умереть съ голода, или погибнуть
отъ холода и дикихъ зв1^рей, и она счастлива, если какая нибудь кочую-
щая семья возьметъ ее въ рабство. Даже въ родовомъ быт^^, когда людк
начинаютъ уже жить не одиночными семействами, а бол^^е или мен'&е
многочисленными родами, и когда прогнанной мужемъ жен')^ не грозить
погибель въ безлюдной пустын1^, ея участь бываетъ часто не мен^е пла-
45
чевяою, ч^^къ я въ первоиъ С1уча1^. Даромъ кормить ее никто не будетъ
и ей все-таки придется идти въ рабство; на второе замужество ей раз-
считывать трудно, если въ стран']^ иного женщинъ, потому что она счи-
тается товаромъ забракованнымъ и женихи естественно сиотрятъ на нее
подозрительно; къ тому же, она не д1&вушка. Правда, что во многихъ
полудикихъ странахъ, особенно въ странахъ, ведущихъ д'1^ятеАНыя сношешя
съ другими землями, так1я женщины вм'6ст1& со вдовами и сиротами находятъ
себ'Ь занят1е, — ^д'Ёлаются торговками, проститутками, поступаютъ въуслуже-
те къ путешественникамъ, у']&зжаютъ съ ними и т. д. Но въ большинств1&
случаевъ прогнанная мужемъ жена идетъ къ своимъ родителямъ, которые
всегда будутъ тяготиться ея прокормлешемъ, если тольйо не видятъ возмож-
ности выгодно продать ее въ бракъ во второй разъ. Родителямъ непр1ятенъ
разводъ ихъ дочери и естественно, что они бол1^е всего претендуютъ на
мужа ея, который мало того, что повергаетъ ихъ такимъ образомъ въ
экономическое затруднен1е, но еще и оскорбляетъ ихъ чувство семейной
чести. Поэтому изгнан]е жены мужемъ всегда ведетъ къ ссорамъ и не-
р'1дко къ войнамъ между родомъ прогнанной жены и родомъ ея мужа.
Борьба эта въ результат1& приводитъ къ тому, что власть мужа изгонять
жену ограничивается изв']&стными услов1ями и употребляется только въ
случа'Ё непокорности, нев^^рности, безплод1Я жены и т. д., хотя отсут-
ств1е государственныхъ порядковъ, какъ во вс']&хъ другихъ отношешяхъ,
такъ и въ втомъ, даетъ возможность часто нарушать упомянутый огра-
ничешя, выработавш1яся въ борьб*!^ мужниныхъ и жениныхъ интересовъ.
Вм1^ст1& съ усил1ями родителей женъ сд1&лать брачныя узы бол1^е проч-
ными, тому же сод1^йствуютъ и усил]я мужей, желающихъ водвориться
единодержавцами въ своихъ жилищахъ и привести въ безусловную по-
корность вс&хъ своихъ домочадцевъ. Утвержден1е мужнинаго единовласт1я
и признаше его авторитета является только результатомъ продолжитель-
ной и ожесточечной борьбы между нимъ и женою. Женщина борется съ
мужчиной за свободу своей личности, и эта борьба сопровождается ссо-
рами, драками, р1^знею, уб1Йствами, — ^казусами, которые въ дикой жизни
случаются гораздо чаще, ч1&мъ въ цивилизованной, гд1^ семейство пр1-
обр'Ьтаетъ уже хара1(теръ священной институщи и въ нсмъ съ покор-
ностью стушевываются личности его членовъ. У н^^которыхъ африкан-
скихъ народовъ, напр., у крусовъ и конго, супруги ведутъ такую враж-
дебную жизнь между собой, что смерть одного изъ нихъ непрем1&нно за-
ставляетъ оставшагося жцвымъ оправдываться и очищаться посредствомъ
божьяго суда отъ подозр'Ьи1й въ умерщвлен1и! Изъ 60 женъ одного умер-
шаго королевича, 31 умерла отъ яда, выпитаго при такой очистительной
лрисяг1^ на ордал1и. Въ древнемъ Индустан']^ жены сплошь и рядомъ
умерщвляли своихъ мужей, выведенный изъ терп'1^и1я ихъ деспотизмомъ.
Посл1& неусп'Ьшныхъ попытокъ остановить эти мужеуб1йства посредствомъ
жестокихъ наказанШ, брамины ввели наконецъ вдовосожжец1е. У галловъ
л
46
]1ужеуб1Йства, въ особенност! тайныя, были обыкновении. По слонамъ
Цезаря, когда умнралъ какой нкбудь известный пава семейства, то его^
родственники нзсд'1&дова1И причину смерти и, при ма1']&йшихъ подозр1&н1Яхъ
въ ея насидьственности, подвергали допросамъ и пытк1^, какъ рабовъ,
такъ и женъ покойнаго. Объ австралхянкахъ путешественники рязсказы-
ваютъ, что он1^ сопротивляются произволу и распоряхешямъ своихъ
мужей съ большим!» упорствомъ, и д1&лаютъ имъ сцены бол^е шумный к
злостный, ч1&мъ женщины культурныхъ странъ. У бедуиновъ часто слу-
чается, что въ ссор1& родителей принимаютъ участ1е и д1&ти, при чемъ
сыновья, въ большинстве^ случаевъ, стоятъ на сторон1& матери м иер1^дко
]^ытуриваютъ своего батюшку изъ шатра. Эти раздоры бываютъ такъ
часты, что входятъ въ какую-то странную привычку у дикарей. «Пред-
ставьте себ1^ хружокъ пьяныхъ остяковъ» — говоритъ очевидецъ — «сидя-
щихъ за об1^домъ вокругъ котла. Вдругъ одинъ изъ мужчинъ вскаки-
ваетъ и начинаетъ бить свою жену, таскаетъ ее за волосы по земл1&,
топчетъ ногами и т. д. Жена не издаетъ никакого стона и только по
временамъ вскрикиваетъ: сбодьяо, больно!^ Уставъ, остякъ снова са-
дится къ котлу; жена поднимается м садится тутъ же. Немного погодя
вскакиваетъ жена и начинаетъ ту же операщю надъ мужемъ?» Но борьба,
на которую указываетъ множество подобныхъ фактовъ. сообщаемыхъ на-
блюдателями дикарской жизни, все бол1^е и бол1&е склоняется въ пользу
мужа, по м1&р1^ того, какъ развивается общество. Въ изолированной семь'Ь
женщина можетъ найти помощь въ своихъ д1^тяхъ, и ея противникъ не-
р1^дко бываетъ принужденъ въ такомъ случа'Ь покориться превосходной
СИЛ1&. Но когда семьи соединяются въ роды, когда появляется обществен-
ная власть, 'то мужъ или отецъ можетъ дМствовать гораздо усп1^шн1^е,
потому что онъ им^^етъ помощниковъ не только въ родоначальникахъ,
но и во вс1^хъ соединенныхъ въ одно съ нимъ общество мужьяхъ и
отцахъ. Они заставятъ его взять власть надъ женою, еслибы онъ даже
и не хот1&лъ того; по ц^^стамъ эти патрхархи даже наказываютъ мужей
за слабое управлен1е ихъ супружницами. Зд'1&сь является на сцену такая
же общность интересовъ, какую видимъ, напр^, въ обществ'^ рабовла-
Д'1и1ьцевъ, которые враждебно относятся къ каждому своему собрату,
челов1^колюбиво управляющему рабами, дозволяющему имъ своевольни-
чать и подающему этимъ дурной прим1&ръ вс1&мъ другимъ невольникамъ,
на безусловной покорности и 8ксплуатац1и которыхъ основано все план-
таторское общество. У древнихъ норманновъ мужчина, подчинявш1йся
своей жен'Ь, подвергался общественному осм1^ян1ю; у н1&которыхъ н1^мец-
хихъ крестьянъ до 1>*1 в. сохранялся сл1&дующ1й древнШ обычай: если
жена прибила своего мужа, то веб мужчины деревни приходили къ дому
мужа, сбивали конекъ съ его кровли, а жену садили на осла и возили
по улицамъ, «дабы мужья помнили, ято они, по запов1кДи Господа Бога,
должны быть владыками и господами.» У н^^которыхъ племенъ негровъ въ
47
каждонъ хЪстечк']^* существуетъ особая подиц1я, которая тайно сл'Ьдитъ
за поведен1еиъ женщмнъ и наказываетъ ихъ за непокорность нужу, за
нев1^рность ену и т. п. проступки; эта подищя носить инквизищонныв '
характеръ, пуская въ ходъ противъ женщинъ н шшоновъ, и пытки, и
орда11и, I ужасныя наказан1я. Подобно, тому, какъ ддя обуздан1я д']&тей
не только въ дикой, но даже въ цивилизованной жизни, взрослые пу-
гаютъ ихъ чертями и другими чудищами, негры-мужчины образуютъ тай-
ный общества съ ц1^ью держать женщинъ въ покорности не только
етрахомъ наказан1Й, но и суев'Ьрнымъ страхомъ правосудно-карающаго
преступницъ бога, Мумбо-Юмбо, которыиъ обыкновенно наряжается одинъ
мзъ мужчинъ. Мистер1и въ честь втого божества совершаются ночью; за
н1^сколько дней до его появлен1я, въ сос1&днихъ л1&сахъ слышится сильный
шумъ, признакъ, что богъ шествуетъ въ селев]е. Вс1^ мужчины идутъ ему
на встр1&чу. Од'1^тый въ фантастическое платье изъ древесной коры, со-
провождаемый музыкантами, при звукахъ п'Ьсень входитъ онъ въ деревню
и поетъ гимнъ, особо предназначенный для такихъ случаевъ. Зд1^сь со
страхомъ ждутъ его женщины, составляющ1я вружокъ. На . н1Ьсколько вре-
мени воцаряется глубокая тишина; Нумбо-Юмбо указываетъ на т^^ъ жен-
щинъ, который втечен1е года ч1^мъ вибудь провинились противъ своихъ
мужей; ихъ немедленно схватываютъ и богъ собственноручно наказываетъ
ихъ съ большею или меньшею жестокостью, смотря по степени ихъ ви-
новности. Подобными-то общими усил1ями мужчинъ и вводятся въ жизнь
тЪ обычаи, которые лишаютъ женщину вс1^хъ ея прежвихъ вольностей.
У йен отнимается право им'Ьть оружхе, и ото д1^лается не всл1&дств]е
только перехода ея къ исключительно мирнымъ хозяйственнымъ занят1ямъ,
но м для безопасности мужчинъ. А такъ какъ въ первобытной жизни
жена сплошь и рядомъ уб'Ёгаетъ отъ своего мужа, то и противъ этого
принимаются предупредительный, ограничительныя м1&ры. У н^^которыхъ ин-
д1^йцевъ, напр., жена не им^етъ права не только ездить верхомъ на лошади,
но даже над1&вать на нее узду,— ясно, что зтотъ обычай ввелся въ ви-
дахъ предупрежден1Я женскихъ поб1&говъ, равно какъ и обычай калмы-
ковъ, въ силу вотораго жена въ первые два года иоа^ замужества не
их1&етъ права пос^^щать своихъ родителей. Тасимъ образомъ, съ посте-
пеннымъ развит1емъ общественной жизни кр1&пнетъ власть мужа, его сила
переходить въ право. Иало-по-малу жена д1&лается законною собствен*
ностью мужа, который можетъ продавать, дарить, убивать ее, а на остро-
вахъ Фиджи онъ их1^етъ право зар1^зать ее, какъ скотину и съ^^сть.
Австрал1ецъ отм'1&чаетъ свою жену выворачиваньемъ суставовъ на ея паль*
цахъ и выколачиваньемъ переднихъ зубовъ, словно клейхитъ скотину. Бе
дуинъ часто обращается съ женой, какъ съ вьючнымъ животнымъ и ко-
лотить ее за каждую малость. Одинъ бедуинъ забилъ жену свою до смерти
за то только, что она безъ позволен1Я взяла его ножикъ. И родовой судь
рЪшилъ, что мужъ всегда им1&етъ право убить свою непокорную жену.
48
Калмыкъ на совершенно закониоиъ оонованш умерщв1яет1> хену 'при ка*
л1&йшемъ подозр*нш въ ея нев-Ьриостм, но у жены, убившей супруга, обр*-
зываютъ носъ и ушн и она продается, какъ рабыня. Инд1^йцы ло1ьзуются
также абсолютною властью надъ жизнью и смертью своихъ женъ. У австра*
л1йцевъ мнопя женщины постоянно ходятъ въ синякахъ и ранахъ отъ нуж-
ниныхъ побоевъ, а д1&вушки, изъ страха мужа, нередко предпочи-
таютъ зд^сь самоуб1йство браку. При тоиъ же мужъ им'1^етъ право отда-
вать свою жену въ кортомъ, продавать ее для разврата каждому встр1^ч-
ному, и случается, что дик1й пьяница уступаетъ ее на всегда за стаканъ
водки. У большинства дикихъ народовъ жена считается даже в1^чною ра-
бынею мужа, обязанною служить ему, какъ въ сей жизни, такъ и въ бу-
дущей. На этомъ основано встр1&чаемое у многихъ дикихъ племенъ погре-
бен1е или сожжен1е вдовъ съ трупами ихъ мужей, чтобы они вступили
вм1^ст1& въ загробный обители. Этотъ обычай мы видимъ у африканцевъ,
аиерикапцевъ, древнихъ норманновъ, славянъ и т. д. Нужно зам^^тить, что
такое обыкновен!е убивать овдов'1>вшихъ женщинъ нер'Ьдво находило въ
посл-Ьднихъ полное сочувствхе. Положеше вдовы у первичныхъ народовъ
такъ невыносимо, что смерть кажется ей лучшимъ исходомъ^ ч1^мъ жизнь
безъ защитника и кормильца мужа; и гд'Ё вдовъ не сожигаютъ, тамъ он*^
нер'Ьдко сами убиваютъ себя, подкр1&пляясь в1&рою, что соединившись за
гробомъ съ супругами, он-Ь получаютъ награду за свое самопожертвован1в.
ВпЪстЪ съ развит1вмъ мужниныхъ правъ и полосой противоположности^
усиливается и чувство ревности,— одинъ изъ главн'Ьйшихъ источниковъ
семейныхъ страданШ женщины. У полудикихъ народовъ ревность нер'1&дко
бываетъ сильн'^е и нел^^п']^е, ч'1&мъ даже въ цивилизованныхъ странахъ
Востока. Въ Кацембе, напр., жены, которыхъ выбираетъ себ-Ь государь,
подъ пыткою допрашиваются, не любились ли он1^ до этого брака съ муж-
чинами, и съ какими именно; открытые такимъ образомъ любовники пре
даются смерти. Каждый мужчина, увидавш1й жену своего государя, подле-
житъ жестокому ув1Ьчному наказан1Ю. Северные индейцы нередко быва-
ютъ также чрезвычайно ревнивы; сильно подозр1&ваемую или уличенную въ
прелюбод1Ьян1И жену инд'Ьецъ наказываетъ палками, откусываетъ ей носъ
и прогоняетъ. Соблазнъ замужней женщины у индМцевъ, какъ и у дру-
гихъ дикарей, иногда порождаетъ ожесточенную племенную вражду и войны.
У бечуановъ и конго, новозеландцевъ и многихъ другихъ народовъ пре-
любодЪянге наказывается смертью; черкесъ им'Ьетъ полное право убить
свою нев-Ьриую жену, или, отр-Ьзавъ ей нойъ и уши, обривъ голову, ото-
слать ее къ ея родителямъ. Если арабъ уб-Ьждаетъ отца или брата своей же*
ны ■ въ нев11рности ея, то посл'Ьдн1е, не задумываясь, перер1Ьзываютъ ей
горло. Прелю6од1^и, соблазняющ1е женъ, отд-Ьлываются большею частью
штрафомъ, а у н1Ькоторыхъ, кром-Ь того, обязываются жениться на соблаз-
ненной Н4И перемениться съ оскорбленнымъ иужемъ женами. На алеутскихъ
о-вахъ мужъ, поймавшШ любовника у своей жены, принуждаетъ его къ
49
поединку съ собой ж поб1&дите1ь беретъ себ1^ женщину, бывшую предме-
тонъ раздора. При введеши наказанШ за супружескую нев']^рность, жены
у н1^которыхъ народовъ стараются удержать и за собой тоже карательцое
право надъ мужьяии, какое пос11^дн1е им^^ютъ надъ ними. На ^адронскиxъ
островахъ, гд^, какъ мы вид1^дн выше, цариди н1^когда П011андр1я и ги-
нейкократ1Я, мужъ хотя и ин1^етъ право убить 1юбовника своей жены, но
ей самой не додженъ причинять никакого зда. Есди же цужчина собду-
дитъ, то узнавшая о томъ жена собираетъ всбхъ женщинъ сос^^дства, ко-
торый съ яростью раззоряютъ его садъ, разрушаютъ его хижину, и есдк
находятъ самаго виновника, то подвергаютъ его жестЬкимъ побоямъ. Та-
Х1я права женп^ина сохраняетъ въ патр1архадьной жизни недодго, и почти
у вс^хъ нецивидизованныхъ народовъ за предюбод1^яц1е отв1&чаютъ тодько
жены и ихъ дюбовники, а отнюдь не мужья, им1^ющ1е право скодько угод-
но нзм'Ьнять своимъ брачнымъ обязанностямъ и подвергать своихъ супруж-
ницъ за такую изм'Ёну какимъ угодно наказан1ямъ. Но даже при такой стро-
гости дикихъ законовъ ей поддежатъ спдошь и рядомъ одн'6 тодько замуж-
Н1Я женщины, между т^мъ какъ д^^вушки подьзуются подпой подовой свобо-
дой. По жЪ^^Ъ же того, какъ мужчины жедаютъ им1^ть женами невинныхъ
д1^вушекъ, строгость ревнивыхъ обычаевъ распространяется и на Д']^вушекъ,
родитеди которыхъ принуждены бываютъ стеречь ихъ невинность, чтобы
схор^^е и выгодн1^е найти имъ жениховъ-покупатедей. Эта бдитедьность о
невинности женщинъ принимаетъ иногда чудовищный, варварскЛ харак-
теръ. У горцевъ Кавказа на д1&вушку надбивается кожанный поясъ ц^до-
мудр1я, и его снимаетъ разр1^зывая своимъ кинжадомъ, тодько женихъ ея,
въ первую брачную ночь. Въ восточной Африк^^, задней Инд1и и на на-
дайскихъ острова1;ъ д'бвушекъ подвергаютъ еще бодьшимъ пыткамъ. У
многнхъ пдеменъ Африки женск!е чдены ргьжутся, перекраиваются^ пере*
шиваются^ сообразно со вкусами и физическими свойствами ея мужа. Въ
ЛеннаарЪ, напр., шетЪгиш д^^вочки зашивается и проходъ сращивается
такъ, что остается тодько небодьшое отверст1е ддя естественныхъ выд^^-
деи1Й. Передъ свадьбой срощенную часть разр1^заютъ. Въ Кордофан^^ пос-
тупаютъ точно тлкъ же, разр^^заемое отверст1е додается бодьше иди мень-
ше, смотря по потребностямъ мужа. При родинахъ д^^дается бодьшой раз-
р1&зъ, а иосд1^ нихъ края отверст1Я снова сращиваются и родидьницы та-
хмнъ образомъ переходятъ въ состояше, равнозначитедьное д1^вственности!..
41&мъ бод1^е мужчина утверждаешь и расширяетъ свою вдасть надъ жен-
щиною, т']&мъ бод'Ёе П0СД1&ДНЯЯ падаетъ въ его мн1^Н1И и д'1&дается сущест-
вомъ отверженнымъ, какъ чужестранка и непосдушная рабыня. Изв^^стныя
фнз1одогичесх1я выд1^ден1Я заставдяютъ считать женщину существомъ не-
чмстынъ, поганымъ. У бодьшинства народовъ родины считаются осквер-
нмтельными и родидьницу переводятъ въ особое пом^^щеше. Н'1^которые
дикари даже не спятъ съ женами на одной постеди, чтобы не опоганиться.
При таконъ презр%Н1и къ сдабону поду, мужъ д1^дается прототипомъ вос-
4
50
точнаго деспота, а жена — прототипонъ отверженной касты пар1евъ. Въ
Фету, въ Африк1^, каждое утро ъсЪ жены яв1яются къ посте» своего
мужа, лр1в1^тствуютъ, цереион1а1Ьно од^ваютъ и иоютъ его, какъ какого
нкбудь короля, а за т1&мъ расходятся. У н^^которыхъ народовъ при заклю-
чешн брака хужъ, въ знакъ подчиненности жены, даетъ ей П1юху, бьетъ
ее пдетью Н1И за^ставляетъ, на ко11^няхъ стоя, разувать его; посл1&дн1Й
обычай въ ходу между финскими инородцами м вероятно отъ нихъ перенятъ
русскими. У н'1^которыхъ народовъ жена не см1^етъ даже сид^^ть въ при-
сутствш мужа безъ его позволен1я; а у дикихъ арабовъ женщина должна
унижаться не только передъ своимъ мужемъ, но и передъ каждымъ 4у*
жимъ мужчиной, при встр^ч'Ь съ воторымъ, напр., она обязана сходить
съ верблюда и кланяться. Въ Видаг^ негритянки должны преклонять хо-
ЛЕй м ц1&ловать прахъ — жены передъ мужьями, а дочери передъ отцами
или старшими братьями. Низведенная такимъ образомъ на степень живот-
наго, принадлежащаго мужу, женщина можетъ быть не только убиваема,
дарима, продаваема имъ, но подобно всякой собственности она д1^ается
предметомъ насл1^дован1Я его родственниковъ. Левиратный бракъ, столь
распространенный между нецивилизованными племенами и служащШ остат'
иомъ древней пол1андр1и, служитъ одною изъ наииен']^е возмутптельныхъ
формь этого насл^^довашя, которое доходитъ до того, что у мпонго, напр.,
сынъ обязанъ жениться на вдовахъ своего отца. Но даже у т1^хъ народовъ,
которые усп1^ли, повидимому, совершенно поработить женщинъ, посл1&дн1Я
никогда не примиряются окончательно съ своимъ рабсвииъ положен1емъ. Ихъ
реавц]я проявляется главнымъ образомъ въ бол^^зненной сварливости ха-
рактера, въ семейныхъ сценахъ, руготн1^ и дракахъ съ мужьями, главнымъ
же оруж1емъ для защиты и нападен1я ей служитъ языкъ. Клаппертонъ за-
м-Ьчаотъ, что никакая власть 'въ М1р1^, даже африканск1й деспотизмъ, не
въ С0СТ0ЯН1И принудить къ молчан1ю дикарку, особенно разозленную. И
не однимъ языкомъ дМствуетъ угнетенная женщина, — а нередко также
ядомъ и ножомъ. Б1^гство отъ мужа служитъ ей также однимъ изъ глав-
ныхъ средствъ къ осво6ожден1Ю изъ семейной неволи. У негровъ, индМ-
цевъ, калмыковъ, полинезхянъ, финскихъ племенъ жена б1^житъ, большею
частью, Еъ родителямъ и почти всегда мужъ возвращаетъ ее или самъ посред-
ствомъ силы, или ее выдаютъ ему родители во изб']^жан1е раздоровъ. Иногда
впрочемъ так1я б'1&гляики усп1&ваютъ освободиться отъ своихъ супруговъ,
отдаваясь подъ покровительство какихъ нибудь постороннихъ людей, напр.,
европейскихъ моряковъ. Случается даже, что женщины вооружаются про-
тивъ своихъ мужей и дМствуютъ за одно съ ихъ врагами. Наконецъ у
многихъ народовъ женщина такъ живо чувствуетъ невыносимую тяжесть
своего положен1Я, что приб1^гаетъ къ самоубШству гораздо чаще, ч1&мъ муж-
чина, между т1^мъ какъ въ цивилизованной жизни — несравненно р1^же пос-
дЪдняго. Австрал1йск1я д1^вушки нер^^дко убиваются изъ одного только стра-
ха замужней жизни. У инд1^йцевъ мужчины очень р1&дко накладываютъ на
51
еебя руки, а д^^вушкн, боясь брака, часто в1^шаготся на деревьяхъ, убива-
ютея, бросаясь со ска1ъ, топятся въ р^^к^^ иди мор^^. Закухшя женщины
нид1&1цевъ убиваютъ себя такъ же гораздо чаще мужчинъ и истребдяютъ
во множеств1& своихъ маюд'Ьтнихъ дочерей, желая, изъ нобви къ нимъ,
избавить ихъ отъ той ужасной судьбы, которая выпадаетъ на додю замуж-
ней женщины. Оправдывая сильную распространенность такого д1&тоуб1й-
ства, инд1янка на Ориноко говорила одному мисс1онеру: сахъ, какъ я жа-
лЪю, что моя мать не убила меня и тЪшъ не избавила отъ множества стра-
данМ, которымъ я подвергаюсь въ жизни. Посмотри, отецъ, на наше пла-
чевное положен1е: — наши мужья уходятъ на охоту, и мы тащимся за ними,
держа одного ребенка у груди, а другого въ корзине. Вернувшись крайне
истомленными, мы не можемъ уснуть въ течете ц^^лой ночи, и приготов-
ляемъ ужинъ для мужей; они напиваются, бьютъ насъ, таскаютъ за во-
лосы, топчатъ ногами... Проведя л']&тъ двадцать въ такомъ рабств^^, чтб
же мы получаемъ въ награду? Мужъ беретъ молодую жену, которая начи-
иаетъ угнетать насъ и нашихъ д1&тей...э
Оскорбляемая и угнетаемая, жена находитъ только некоторую поддерж-
ку въ своихъ кровныхъ родственникахъ; нер1^дко они упрашиваютъ мужа
или, при своей авторитетности, строго внушаютъ ему относиться къ ихъ
дочери челов1^колюбив1&е; неправильно прогнанная мужемъ жена можетъ
найти у своихъ родителей и защиту, и мстителей за ея безчест1е, можетъ,
при ихъ поиощи, заставить иужа снова принять ее. У черкесовъ, если
мужъ убьетъ или продастъ свою жену, то подвергается ищен1Ю со сто-
роны ея родственниковъ, равно какъ и въ тоиъ случа1^, если онъ прого-
нитъ ее отъ себя безъ основательной причины и дастъ ей разводъ. Обычай
приданаго также иного облегчаетъ положеше женщины; съ т1&мъ вм^^стФ
развивается у н'1^которыхъ народовъ другой обычай, въ силу котораго преж-
няя плата за нбв1&сту переходитъ въ такъ называеиый сутреншй подарокъ»
(тог^еп^аЪе) и поступаетъ въ исключительную собственность новобрач-
ной, а не ея родителей. При подобныхъ столкновен1яхъ деспотическихъ
притязашй иужа съ одной стороны, а съ другой, стреиленШ жены къ саио-
етоательности при поиощи ея рода, въ н^^воторыхъ странахъ удерживается
навсегда свободная форма брачнаго союза , которая существовала вез-
^Ъ въ пер10дъ материнскаго права и которая, упрочившись въ юриспру-
денц1И Рима, служила зд'1^сь однииъ изъ главныхъ способовъ женской зиан-
ципац1и. У негровъ, на ряду съ бракомъ, заключаемыиъ посредствоиъ куп-
ли-продажи нев1&сты, есть другая фориа брака, при которой. жена, ви']&ст1^
съ своиии д1&тьии, принадлежитъ не мужу, а сеиейству своихъ родителей.
Хеяихъ платить родителямъ нев1^сты утреншй даръ, возвращаемый ему
въ елуча^^ развода или смерти жены. Если же уиираетъ напередъ мужъ,
то жена переходитъ къ его насл']&дникамъ, а не къ своему семейству. Час*
то родители задалживаются у мужа своей дочери и она поэтому д'Ьлается
такой же рабыней его, какъ и жена, прхобрЪтенная путемъ купли. У иа-
4*
52
даЯцевъ, дяже при покупной фор11^ брака, родите1и невесты вынуждаютъ
жениха не доплачивать за нее изв^^стной части условленной ц^^ны, чтобы
онъ не могъ считать жены своею полною собственностью. Въ такъ назы-
ваемомъ иалайскомъ брак1^ семаидо женихъ д^^лаетъ нев1&ст1& подарокъ, а
она устраиваеть на свой счетъ брачный пиръ; супругг всл'&дств1е этого
совершенно равноправны, какъ относительно д'Ьтей своихъ, такъ и дви-
жимаго имущества; въ случа^^ развода домъ остается жен1&, а д^ти посту-
паютъ къ тому изъ родителей, къ которому пожелаютъ сами. Иногда эта
брачная независимость жены доходитъ до полнаго преобладан1Я надъ му-
жемъ. У негровъ конго, напр., принцессы сами выбираюъ себ^ мужей изъ
людей богатыхъ, эксплуатируютъ ихъ и прогоняютъ, когда вздумается. Этж
мужья состоятъ обыкновенно подъ стражей и много терпятъ отъ своихъ
ревнивыхъ женъ. Случается даже, что ихъ хоронятъ живыми вм'1&ст1^ еъ
ихъ умершими супружницами.
Эти формы свободнаго брака развились, конечно, благодаря стремлешямъ
жены къ самостоятельности, но, какъ показываетъ самое содержан1е ихъ,
они могли возникнуть и утвердиться въ народной жизни только при д1^я-
тельной помощи, оказанной въ этомъ д1^л1^ жьаЪ ея кровными родственни-
ками. Другая важная реформа семейнаго быта — развитхе моногамш, должна
быть приписана почти исключительно усил1ямъ женщины. При всемъ томъ,
что полигам1Я облегчаетъ тяжесть трудовъ, лежащихъ на жен^^, при всемъ
отсутств1И у дакарокъ любви и ревности къ своему мужу, он1& открыто
высказываютъ свое недовольство многоженствомъ, или, взв1&шивая благо-
пр1ятные для женщины шансы полигам1и и моногамш, сильно сомн']&ваются
въ достоинстве^ первой, или же съ восторгомъ хвалятъ последнюю. Путе-
шественники свид^тельствуютъ, что въ глуши первобытныхъ л^совъ, въ
шалашахъ самыхъ зв1^роо5разныхъ дикарей, ихъ жены волнуются этими
вопросами, на которые он1& наталкиваются своею несчастною жизн1Ю. Нес-
колько женъ въ одномъ дом'1& р^дко уживаются мирно; каждая хочетъ ко-
мандовать другими и быть первою женою. Во изб1^жан1е этого, мнопе по-
лигамисты пом^щаютъ каждую жену въ отдЬльномъ зданш, и эти хижины
располагаются иногда какъ можно дальше одна отъ другой, во изб1^жан1в
женскихъ стычекъ. По м1&р1^ развит1Я въ народ'!^ половой любви и ревно
сти, междоусоб1е женъ принимаетъ бол^е и бол^е ожесточенный характеръ.
Въ конц1^ концевъ эта борьба везд'Ё кончается т1^мъ, что бол']^е сильная,
бол1^е хитрая, или больше любимая супругомъ жена беретъ перев'1^съ надъ
другими, делается главной женой, а остальныя нер1^дво становятся къ
ней въ отношен1е рабынь, и по и^стам:^ называются даже не женами, а
только налоаюницами. Такой переходъ къ моногамш мы видимъ почти у
всЪхъ многоженцевъ,— у негровъ, инд']^йцевъ, татаръ и т. д. Разнообразны
способы, которыми женщина постепенно возвышала мужчинъ до моногамш
и т^мъ производила одинъ изъ радикальнМшихъ и полезн']^йшихъ перево-
ротовъ въ челов^ческомъ обществе. Въ упомянутомъ нами переходе къ
53
единоженству мы замЪчаемъ дв% етупени: на первой, павная жена беретъ
перев<]^ъ надъ другими, какъ хозяйка, и мужъ обюкаетъ ее правомъ гла-
венства, ради водворен1Я въ дом^^ хозяйственнаго порядна и мира. Но еще
въ дикой жизни женщина начинаетъ развивать въ себ^^ свои поювыя от*
ДИЧ1Я отъ мужчины,— обзаводится разными украшен1ями, заботится о кра-
сот1^ своего т^лк, и въ то же время особенности ея житейской обстанов*
ки вм1^ст1^ съ особенностями ея организма порождаютъ въ ней большую
чувствительность и большую способность къ сердечной привязанности, ч1&мъ
какими обладаетъ мужчина. Съ помощью этихъ средствъ женщина, даже
въ дикой жизни, возбуждаетъ иногда'въ мужчин*!^ такую страстную, роман^
тическую любовь къ себ1^, что онъ, обладая избранницей сердца, не хочетъ
и думать о другихъ женахъ. Такая моногам1я встр']^чаетоя у дикарей, ](0'-
тя м р1^дко.
Выше мы уже говорили объ услугахъ женщины, оназанныхъ ею раз*
ВИТ1Ю культуры въ эпоху гинейкократш. Посл1^ своего порабощенхя па*»
тр1архальноиу сеиейству, въ качеств1^ хозяйки и работницы,, она продол*
жаетъ дМствовать въ томъ же направленш, поддерживая и развивая раз-
выя отрасли патр1архальнаго хозяйства и первоначальныхъ исвуствъ. Она
создала или развила не только ремесла: гончарное, портняжное, кухонное|
выд']^лку и окраску матерШ, разный нарядныя украшешя, приготовлен1в
кожъ и обуви, и т. д., но также вынесла на своихъ иногострадательныхъ
плечахъ и воспитала искуства строить жилища и обработывать землю. Она
была матерью и кормилицей всей матер1альной культуры челов1^чества 9
натурные народы, сознавая эти заслуги ея, чтили ее въ лиц1^ своихъ ве«
ликихъ богинь, дарующихъ плодород1е и счаст1е, изобр'!&тшихъ земледЪл1е,
покровительствующихъ вс1&мъ отраслямъ матерхальной цивилизащи, изобр1^-
тательницами которой были он1^ сами. Впрочемъ, эти патрхархальныя в1&-г
рован1Я въ богинь устроительницъ челов'Ьчеснаго счастья являются въ па-
тр1архальномъ ЬытЪ только остатками первичнаго религшзнаго м1росозер*
цан1я, въ |^оторомъ, какъ мы вид1^ли, женстй элементъ игралъ такую важ*
ную роль. И по и%р1& развит1Я патр1архальнаго общества, значен1е упо-
мянутыхъ богинь постепенно слабость, соразм^^рно тому, какъ и женщина»
облегчаясь отъ своего ига работы и передавая значительную часть ея ра*'
бамъ, Феряетъ даже значен1е работящей машины, запирается въ гаремъ,
обрекается на отупляющую, скучную праздность и содержится только для
половой забавы своего властелина.
Мы уже говорили выше объ участш женщины въ д1^лахъ войны. Мц
ВМД1&ЛИ и увидимъ еще не разъ, что женщины часто принимали въ вой-
нихъ самое д1^ятельвое и вл1Ятельное участ1е. Но отт1&сненная мужчиной
отъ общественной жизни, лишенная, какъ рабыня, правъ на употреблеше
оруж1Я, женщина начинаетъ служить д1^лу мира и противод^^йствовать иа<г
ек11ямъ войны. Посредствомъ мирныхъ браковъ она водворяетъ соглас]е
н даже дружбу между родами, до т^хъ цоръ постоянно воевавшими другъ
ч
54
€ъ другонъ. Ея вн^^шатеАство какъ въ частныя распри ея родичей, такъ
и въ непр1я8ненныя стодкновеЕ1Я разяыхъ шеменъ, въ большинстве^ ежу-
чаевъ бываетъ такъ миротворно и благод^^тельно для людей, что древн1б
германцы съ уваженхемъ называли ее *ткущею миръ». Эта Д'Ьятельность
женщины, жакъ примирительницы, очень разнообразна. У дикихъ народовъ
примиреше разсорившихся и даже разодравшихся иужчинъ совершается
сплошь и рядомъ не иначе, какъ при помощи женщинъ. На пирушкахъ
мндМцевъ ихъ жены обыкновенно не пьютъ водки, для того, чтобы быть
въ состояши примирить мужчинъ, попойка которыхъ обыкновенно кон-
чается дракою. У черкесовъ, если женщина бросается между двумя сражаю*
щимися врагами, то битва тотчасъ прекращается. Такую же роль часто
мграютъ женщины и при междувародныхъ столкновешяхъ. У жителей Фец-
цана дипломат1я служитъ даже женскою спещальностью, миръ между враж-
дующими сторонами заключается зд1^сь женами вождей, и женскхй голосъ
всегда можетъ остановить руку феццана, готоваго поразить своего врага.
Женщины примиряютъ даже поб'Ёдителей и поб1^жденныхъ, по возможности
сливая ихъ въ одинъ народъ. «Мы видимъ» — говоритъ Блеммъ— счто жен-
щина примиряетъ расу завоевателей съ расою поб;Ьжденныхъ,» въ запад-
вой Африк1^, напр., на островахъ Южнаго океана, въ древнемъ Египт'Ь м
т. д. Наконецъ, у мя^ихъ народовъ женщина милуетъ преступника и при -
миряетъ съ нимъ общество. У древнкхъ славянъ присужденный къ смерти
преступникъ избавлялся отъ нея, если его прикрывала евоимъ подоломъ
женп^ина. Если виноваты! въ чемъ нибудь черкесъ усп'1^ваетъ пробраться
въ жилье женщины и прикоснуться ея руки или груди, то онъ становится
неприкосновеннымъ на все время пребывашя у етой женщины. Въ присут-
СТВ1И черкешенки не можетъ быть совершаемо никакое наказате и должно
умолкать всякое чувство родовой мести. Вообще дикарки отличаются со-
страдательностью ко вс'Ьмъ несчастнымъ, часто даже къ врагамъ своихъ
мужей. «Во вс1^хъ моихъ путешеств1яхъ и несчаст1яхъ> — ^говоритъ Мунго-
Паркъ, «я находилъ въ женщинахъ н'бжность и сострадательность, какихъ
нЪтъ въ мужчинахъ». Такимъ образомъ, не однимъ только матер1альнымъ
трудомъ евоимъ, а также водворен1емъ мира, развит!емъ въ людяхъ чувствъ
любви, дружбы, сострадательности женщина сод'Ёйствовала возяикновешю
и развитш культуры.
Сострадательность женщины нашла себ% хорошЛ исходъ въ медицин-
ской помощи больнымъ. Отыскиванье растительной пищи, наблюден1Я надъ
питашемъ животныхъ и заняпе землед'Ьл]емъ очень рбно знакомятъ жен-
щину со свойствами растеши, и она не замедляетъ прилагать свои бота-
ническ1Я знан1Я къ д1^лу. У многихъ натурныхъ народовъ медициной м
хирург1ей занимаются исключительно оди'Ь женщины, у другихъ — женщины
вм1&ст1^ съ мужчинами, пока посл1^дн1е, по евоимъ корыстнымъ разсчетамъ,
не отт^^сняютъ первыхъ отъ этой почтенной профессш. У древнихъ нормаи-
вовъ богинею медицины была Эйръ и искуство лечетя находилось въ ру-
55
кахъ женщкнъ, который, крои1& средетвъ знахарскихъ или во1шебныхъ,
употребляли также и много лекарственныхъ растен1й. Лучше всего излечи-
валсь этими женщинами раны; хирургхя была возведена иии на довольно
высокую степень совершенства; он1^ употребляли не мало инструментовъ,
отлично зондировали, перевязывали, зашивали и заживляли раны, извле-
иалм изъ пихъ инородный тШа и т. д. Въ.родовспомогательномъ искуствЪ
ол% были также довольно оп&тны и употребляли цезарское с1^чен1е. У ту-
аемцевъ Америки женщины также во множеств'^ занимаются медициной
и хирургхей, лечатъ весьиа усп^^шно раны, переломы костей, отравлешя
ядами, лихорадки, горячки, запоры, общее слабосше и т. д. Татя ле-
карки у инд1&йцевъ, вакъ и у гренландцевъ и н^^которыхъ другихъ наро-
довъ, получаютъ со своей практики гонорархй, достаточный для ихъ про-
житая. Черкешенки знали искуство оспопрививашя раньше европейцевъ; он11
ме только хорония лекарки и хирурги, но и превосходный сид'блки, пони-
мающ1Я огромное значеше гиг1ены для челов'бческаго здоровья. У эскимо-
совъ, негровъ, древнихъ египтянъ, мехиканцевъ — всюду виднмъ мы ме«
дицину въ рукахъ женщины и подъ покровительствомъ богинь. Да покро-
ются же позороиъ тЪ изъ современныхъ жрецовъ Эскулапа, которые хо-
тятъ вс1^шж возможными способаии изгнать женщину изъ области меди-
цинской профессш, которая такъ иного обязана ей своимъ развит1еиъ, м
право на которую насильно отнято у ней мужчиною, какъ увндимъ ниже!
Медицинское, какъ и всякое знаше, въ первобытной жизни одЪто въ
релмпозную оболочку и т1^сно соединено съ волшебствомъ. Организащя
женщины и особенности ея жизненной обстановки д'Ёлаютъ ея нервы бо-
лЪе впечатлительными, а ея фантаз1Ю болЪь д']&ательною, ч1^мъ нервы м
фанта81я мужчины. Поэтоиу у многихъ народовъ волшебство и сношен1Я
еъ богами становятся преимущественнымъ занят1еиъ женщинъ. Древше
германцы, по словамъ Тацита, предполагали въ женщин'6 н1&что священ-
нее и сверхъ-естественное, т. е. считали ее способн^&е иужчины къ сно-
шен1Ю съ духовнымъ м1ромъ. Волшебство, предсказашя, ворожба, жрече-
ство были у германцевъ занят1яии женщинъ, доставляли ииъ всеобщее ува-
жен1е и огромное вл1ЯН1е на общество. У негровъ, поклоняющихся живымъ
людямъ призианнымъ за боговъ, въ числ1& посл1^днихъ бываютъ и женщины*
У негровъ, камчадаловъ, монгОловъ, остяковъ, сано'1&довъ, инд']&йцевъ Юж-
наго океана— всюду женщины являются жрицами, посредницаии между
людьми и богами, ворожеями, толковательницами сновъ, хранительницами
релипозныхъ в^^рованШ, легендъ и обрядовъ. Такая професс1Я, вм1^ст1^ съ
занят]емъ' медициною, не только заставляетъ ихъ знакомиться съ явле-
Н1ЯММ природы, но иногда даже даетъ ицъ возможность разбивать грубый
еуев1&р1Я народа. На одноиъ изъ о*вовъ Южнаго океана, напр., есть вол-
канъ; жители долго считали его м1Ьстопребыван1емъ бога огня, Пеле, ко-
тораго ублажали жертвами и боялись приближаться къ кратеру до т^хъ
поръ, пока одна женщина не рискнула спуститься въ кратеръ и, возвра-
56
тжвпшсь оттуда, не пожазала найденной ею танъ лавы, уМднвъ тапнъ
образонъ свожхъ роднчей въ естественноетн вупана н разрушжвъ нхъ в1&ру
въ жровожаднаго Пеле. Но, еъ другой стороны, вФра въ особенную спо-
собность женщины къ волшебству и знахарству въ нЪкоторыхъ случанхъ
прнчнняетъ ей много зла. У многнхъ дикарей нроисхождеше обществен-
ныхъ н частныхъ б'Ьдствй нер-Ьдко приписывается в1^довству жрицъ н зна*
харогь и он1^ распла<гнваются за ото жизн1Ю. Процессы в1^дьиъ, встр1^чао-
ные у дикарей, состоять въ божьеиъ суд'6, отъ котораго погибаетъ боль-
ппнство подсуднмыхъ.
Женщины всегда служатъ лучшнии хранительницами народныхъ обн-
«евъ, в1&рован1й, сказанШ, п'Ьсень, костюмовъ и т. д. Он1^ гораздо кон-
сервативн1^ мужчинъ — явлеше, причины котораго будутъ выяснены нами
въ своемъ м1^ст%. Мы не будемъ зд'1&сь распространяться о значеши женщинъ
для развнт1Я народной поэзл и скажемъ только н1^сколько словъ объ ихъ
ВЛ1ЯН1И на исторш языка. У большинства первичныхъ народовъ жена —
чужестранка, говорящая на чужоиъ язык1^; у хараибовъ до сихъ поръ
языкъ женщинъ особый отъ нар1^ч1я мужчинъ* Но въ семейной жизни
языки мужа и жены должны непреи'Ьнно сталкиваться и стреииться иъ
взаимному СЛИТ1Ю, которое однакожъ не оканчивается абсолютныиъ воца-
рен1еиъ въ дои1^ одного языка, и женщина продолжаетъ говорить на на*
р^^чш, хотя и понятномъ мужу и близкоиъ къ его языку, но все-таки от-
личномъ отъ посл'бдняго. Такимъ образонъ языкъ женщинъ и д1^тей, по
мнЪнш лучшихъ филологовъ, Бонна, В. Гумбольта, Накеа Мюллера, раз-
вивается въ нар1^ч1е бол'1&е звучное, мягкое и поэтическое, ч1^мъ нар1^ч1б
мужчинъ. Въ этоиъ-то упомянутые филологи и видятъ причину распаде-
Н1Я всФхъ главныхъ языковъ на два нар1^ч1я, напр., языка греческаго на
нар1^ч1я 10н1Йское и доргйское, н'Ьмецкаго — ^на нар'Ьч1Я верхне и нижне*н1Ь-
нециое м т. д.
1Г.
Первобытное семейство, какъ мы внд1^лн выше, основано на кровномъ
родств1^ по матери. Мало-по-иалу преобладан]е материнскаго принципа на-
дало, женщина подчинялась мужчин1& и основанхемъ семейства д1Уалась
власть отца, а не кровное родство. НаЪтупилъ пер10дъ патр1архальный,
въ начал1& котораго семейный союзъ еще весьма елабъ и семейство еще
не въ силахъ обратить женщину на исключительное служен1е себ^^. Проч*
ность семьи, какъ и прочность брака, является только впосл1&дств1и, а на
первыхъ ступеняхъ развнт1я власть отца сплошь и рядоиъ отвергается
д1^тьми и члены семейства нер1&дво разрываютъ узы, прикр'Ьпляюния нхъ
къ родному очагу. Выражаясь юридически, лицо физическое борется за
^вою срободу съ развивающеюся юридическою личностью семьи и разным
57
/
едт^айноста борьбы додгоне даютъ семейству поглотить вс1&хъ индивиду-
уловъу входящкхъ въ его составъ. Случается, напри]1']&ръ, что въ патр1ар-
хально! семь'Ь дряхлый отецъ семейства лмшается своей власти и она пе-
реходмтъ иъ бол'Ёе сильному и мудрому, чЪмъ онъ, сыну. У н']^БОторыхъ
европейсимхъ варваровъ челов1^къ могъ свободно свергать съ себя ярмо
сенейиой власти; по салическому закону онъ долженъ былъ только, явив-
шись въ нащональное собран1е, объявить, что с отказывается отъ своихъ
родителей и что еъ втихъ поръ не им^^етъ съ ними ничего общаго». У
аокммосовъ до сихъ поръ взрослый д1^ти безъ всякихъ затруднен1Й броса-
ютъ родительское семейство и начиваютъ совершенно самостоятельную
швнь* У н^которыхъ инд1&йскихъ племенъ д'Ьти ростутъ на полной сво-
ей во1Ъ И, какъ у большинства совершенно дикихъ народовъ, легко рас-
торгаютъ ст'Ьсняющ1Я ихъ свободу семейныя узы. О воспитан1и д'1^тей, объ
мхъ почтеиш къ старшимъ зд1&сь нЪтъ и р'Ьчи: вс1^ми семейными отно-
шен1ямм рравляютъ случай и право силы; отецъ можетъ властвовать надъ
сыномъ лишь до т'Ьхъ поръ, пока посл^днШ не сд1&лается способнымъ для
сопротивлешя. Въ одной превосходной поэм'Ь минусинскихъ татаръ ярко
характеризуется эта анарххя первично-патр1архальной семьи въ сл']^дугощемъ
равсвазА. На берегу моря живетъ людо'1&дъ ТалайХанъ съ сыномъ своимъ
Тазе-Неве. ПрИ^зжаютъ къ нимъ три богатыря, ихъ встр'1&чаетъ Тазе-Меке
и говорить: свотъ уже девять л'Ьтъ, какъ мой отецъ пытается сварить н
съ^б^еть меня. Помогите мн1^ сварить и съесть его самого! > И съ помощью
богатырей сынъ связалъ батюшку, сварилъ его и сожралъ. При слабости
семейнаго союза также не проченъ и составленный по его модели союзъ
общественный. Эскимосы не знаютъ никакой' 1ерарх1И^ никакого подчинен1Я.
Власть инд1^йскихъ вождей, говоритъ Скулькрафтъ, болЪе номинальная,
ч1&мъ дМствительная, 6о1Ъе власть сов'1^та, ч'Ьмъ власть принужден1я. По
м1^р'1^ развит1Я общества, по жЪ^Ъ его выхода изъ первобытнаго состоя-
Н1я мзодированныхъ семей, семейная институщя пр1обр1^таетъ больше и
больше прочности. Союзъ семей образуетъ родъ, союзъ родовъ — племя«
союзъ племенъ — государство. На вс1^хъ ступеняхъ развит1я древняго об-
щества оно является нич^^мъ инымъ, какъ собран1емъ семействъ, или, вы-
ражаясь словами Иэна, сединицею древняго общества была семья, еди-
нмцу же новМшето общества составляетъ лицо». Еаждое семейство им1&етъ
хараитеръ небольшого государства, саиодержецъ котораго отецъ сов-
н1^щаетъ въ еебЪ права и обязанности всбхъ членовъ подвластнаго ему
союва: гражданами общества, поэтому, служатъ только отцы и обществен-
ный союзъ семействъ им'Ьетъ близкое сходство съ между народнымъ сою-
зомъ гоеударствъ. ' Фундаментомъ семейства служатъ отеческая власть и
безусловная покорность ей вс^хъ живущихъ у одного домашняго очага.
Отцовство для своего утвержден1Я на м1&ст'Ь выт1^сненнаго имъ материн*
ства необходимо должно было изм1^нить и саиый характеръ семейнаго род-
ства* Еслмбы, при водворен1и отеческой в^асти^ люди продолжали считать
58
роднёю родственниковъ своей катерн, то вышю бы, что одно днцо додкно
подчиняться двумъ отечесвннъ В1астям}, а за этннъ нензб1^яно следовало
бы сто1кновен1е на домашненъ форун1^ двухъ сеиейныхъ вавоновъ; ноте-
кающихъ отъ отцовъ двухъ разныхъ сеией. Поэтому въ патр1архальнонъ
семейств1& родственниками считаются только лица, который состоять, млн
состояли, или могли состоять подъ одною и тою яе отеческою властью.
Полное развит1е этого начала, какъ и вс^^хъ вообще главныхъ нринциповъ
архаическаго права, совершено, какъ мы увидимъ ниже, римской юрмс-
пруденщей. Но и кромЪ римлянъ, всЬ патр1архальные народы держатся
того же саиаго агнатнаго начала, по которому отецъ — монархъ семьи, а
вс1^ его подданные — родственники между собой и съ нимъ. Частной соб-
ственности н1&тъ, а есть только общее семейное имущество, которымъ рас-
поряжается отецъ. Онъ верховный жрецъ своего дома; слово его— законъ
для вс1^хъ доночадцевъ; его власть простирается на жизнь и на смерть
ихъ; онъ женитъ сына, выдаетъ замужъ дочь, продаетъ, наказываетъ, убн-
ваетъ д1^тей по своему произволу. Все заработанное д'Ьтьми отдается отцу;
онъ распред'Ьляетъ труды между членами семейства, отдаетъ мхъ въ наем-
ныя работы, какъ настоящихъ невольниковъ и т. д. Воспитан1еЧостонтъ
въ формировк1& нзъ д1^тей рабовъ семейнаго главы; ихъ учатъ ремесламъ
отца или матери и безусловной покорности, подвергая ихъ при этомъ жес-
токииъ истязан1ямъ и запугивая чертями, которые похищаютъ и мучатъ
непослушныхъ д1^тей. Словоиъ, въ каждой такой семь1& мы видимъ тотъ
же деспотизмъ и тоже рабство, какъ и въ любомъ восточномъ султанств1^.
Так1Я отношен1Я, существующ1я сначала на фундамент'^ силы, съ развн-
Т1емъ государства получаютъ санкщю права и р4$лиг1Я. Рабол1&пность д1Ь-
лается непрем1&нно обязанностью доночадцевъ. У негровъ видага семья
обязана преклонять кол1^на передъ своимъ владыкой и лобзать прахъ его
пяты. Въ Египт1&, говорить Сэвари, каждое семейство есть маленькое го-
сударство, царемъ котораго служить отецъ. Домочадцы обязаны раб-
ски слушаться его. Когда онъ об1&даетъ, вся семья, стоя на ногахъ, при-
служиваетъ ему и при всякомь случа1^ заявляеть передъ нимъ свою самую
рабол1&пную покорность н^ уважен1е. Еитай и Япош'я довели эти семейныя
отношен1Я до пес р1и8 иНга. Въ Бита1& вся общественная жизнь основана
на семейномь начал1^, и полицейсте чиновники, расхаживая по улицамь,
постоянно напоминають обывателямъ объ зтомь фундамент'^ китаизма,
вскрикивая: < повинуйтесь вашимь отцамь и матерямь, уважайте старшмхъ
и начальниковъ, живите мирно въ своихъ семействахъ, наставляйте сво*
ихъ д'1^тей, не д1&лайте несправедливости!» €М1ръ» — говорить Конфу-
Ц1Й — «можетъ достигнуть благополуч1Я только съ водворен1емь обществен-
наго порядка. Порядок*]^ достигнется при хорошемъ управленш. Чтобы
ум1^ть хорошо управлять государствомь, государь должень сперва ум1^ть
хорошо управлять собственнымь семействомь. По прнм^^ру его каждый км-
таецъ будеть достойнымь правителемъ своей семы.. «. Общее благоденствю
59
водворится само собою: охотно подчинятся вод1& инператора сперва вс%
иены его сенейетва, а потонъ водворятся во всей вселенной миръ и со-
Г1ас1е». Превосходно организованная систеиа воснитан1я ии^етъ главною
своею ц1^ью пр1учить вс^^хъ къ безусювноиу послушашю старшииъ и
утвердить рабо11^пную покорность родительской власти, какъ фундаиенталь-
ное правило морали. Отецъ — безусловный владыка души, т1^ла и имущества
свомхъ д1&тей; онъ можетъ продавать и казнить ихъ смертью, женить,
выдавать замужъ, разводить женатаго сына съ его женой, отдавать въ
иабалу, бить и сЬчь сколько ему угодно и т. д. Стоить ему только по-
жаловаться на сына въ суд'Ь, и въ чемъ бы ни обвинилъ онъ сына, судъ
безъ всякихъ околичностей подвергаетъ его жестокимъ наказанхямъ» даже
самой варварской смертной казни, не требуя никакнхъ доказательствъ отъ
обвинителя, не слушая никакнхъ оправдан1Й отъ обвиняемаго. За отцеуб1й-
етво не только казнится виновный со своимъ семействомъ, но еще нака'
знваются и всЬ чиновники той области, въ которой совершено убхйство*
Отъ крупныхъ оскорблешй со стороны сына отцы ограждаются смертною
каэнш оскорбителей, за мал1&йшее невниман1е, за самое ничтожное непо-
слу шапе д1^тей ожидаютъ сотни бамбуковыхъ ударовъ въ полиц1И, кото-
рая неустанно вбиваетъ въ китайцевъ любовь и уважен1е къ родителямъ.
Д'бтямъ вм'бняется даже въ преступлеше говорить въ присутств1И своихъ
родителей о слабости старческаго возраста. И у вс']&хъ, сколько нибудь куль-
турныхъ народовъ: у индусовъ, турокъ, мехиканцевъ, древнихъ норманновъ
м т. д., ^7 всЬхъ у цихъ власть отца им'1&етъ характеръ подобный ки-
тайскому. Для домочадцевъ н1^тъ никого выше ихъ главы, онъ ихъ пер-
восвященникъ, законодатель, верховный судья, земной богъ. Эти понятхя
еыновняго долга и отеческихъ правъ прививаются съ д'1&тства жителямъ
патр1архальныхъ странъ религ1ей, правомъ, воспитан1емъ, обществсннымъ
ннЪн1емъ.
Хотя основою такого семейства и служитъ, главнымъ образомъ, роди-
тельская власть, а не родство крови, хотя рабъ является зд'Ьсь такимъ
же домочадцемъ, какъ и сынъ, хотя при яыижЪехе д1^тей отецъ можетъ
купить ихъ у кого нибудь, усыновить чужихъ, поручить своеиу родствея-
ммиу или пр1ятелю ос1&менить жену его и, такимъ образомъ, дать ему же-
ланнаго наследника, но ко всему этому приб'Ьгаютъ только въ случа1& Ве*
мзб^жной необходимости и рождеше своихъ кровныхъ д'Ьтей считается
верхомъ благополуч1Я и главною ц1&лью брака. Безплодный бракъ, по воз-
зр'Ьнш вс^хъ ор1енталовъ, вовсе не бракъ, такъ какъ ц1^ль его не достиг-
нута. Вм1^ст1^ съ такими идеями о брак( религ10зныя системы и законы
Востока развиваютъ теор1Ю объ исключительномъ назначена женщины
быть матерью; они смотрятъ на нее, какъ на пашню, предназначенную
для произведетя плодовъ. Бездетную жену мужъ презираетъ, бьетъ, про-
даетъ, гонитъ отъ себя. Напротивъ, женщина чадородная лр1обр1&таетъ
хорошую славу и уважен1е, который соразм']^ряются съ количествомъ рож-
60
денныхъ ею д^тей; она ц1^нится также, хавъ и всякая самка животнаго.
По в1^рован1Ю древнихъ мехнканцевъ, герои, павш1е въ битв1^ и женщины,
умерпия въ иукахъ рождешя, П01у9аютъ вечное блаженство въ райскихъ
чертогахъ солнца. Тавииъ образомъ право, религ1Я и общественное нн6«
Н1е, проникнутый исключительными началами, ограничиваютъ д'Ьятельность
женщины материнскими обязанностями. Въ архаическомъ обществе все
существуетъ въ семейств1к и для семейства; каждый индивидуумъ есть
не лицо, а членъ семейной корпоращи, съ которой связаны вс1^ права его
и обязанности; такъ и женщина: ходъ историческаго развит1я принуждаетъ
мужчину обратить ее на исключительное служеше семь1^, которая нуждает-
ся въ ея труд'Ь и въ ея половой производительной снл1^.
Но говоря о ман1И патр1архальныхъ народовъ къ чадородш, мы выра-
жаемся не совсЁмъ точно; вс1& они, отъ нагого зв^^рообразнаго дикаря до
цивилизованнаго китайца или индуса, желаютъ им1&ть не д1^тей вообще,
а сыновей. Дочери или избиваются вскор*!^ посл1& рождешя, или воспиты-
ваются въ полномъ пренебрежеши и то только какъ товаръ, на выгодную
продажу котораго впосл'Ьдствш можно разсчитывать. У арабовъ дочь на*
зывается сдряннымъ ребенкомъ». Спрашивать китайца, есть ли у него до-
чери, значитъ оскорблять его. Сынъ же другое аЪхо; его рожден1е всеоб«
, Щ1Й праздникъ для семейства, а особенно для отца, такъ какъ посл^^дшй
возрождается въ сын1^ и еще при своей жизни выходитъ вторымъ мзда-
Н1емъ, если можно такъ выразиться. Сынъ тотчасъ по рожденш д1&лается
совлад1&льцемъ отца по семейному имуществу и вс^^ признаютъ въ немъ
будущего главу дома; у габунцевъ, въ Африк']^, сынъ можетъ даже начать
противъ своего отца судебный процессъ за растрату имъ семейнаго им1^-
шя и принудить его къ уплат*!^ за промотанное. Какъ работникъ семьи,
какъ защитникъ ея, какъ преемникъ отца — во вс^^хъ отношешяхъ сынъ
долженъ ц'1^ниться бол1^е дочери. Въ дикой жизни семья часто вовсе поги-
баетъ посл-Ь смерти отца, неоставившаго ни одного сына; чуж1е люди рас-
таскиваютъ все имущество покойнаго, овлад1^ваютъ шалашомъ, изгоняютъ
изъ него вдову и дочерей покойнаго. Сынъ нуженъ для семейства какъ
наслгьдникъ, не въ современномъ, а въ архаическомъ значенш втого слова.
Первобытная семья считается безсмертной; входящ1Я въ составъ ея лица
М1&НЯЮТСЯ, она же, корпоращя, никогда не умираетъ и средствомъ дм
этого безсмерт1я служитъ институщя насл1^дства. Насл^^дникъ принимаетъ
на себя всЪ права и обязанности или, по римскому техническому выра-
жен1ю, ап1уег81(а8 ^а^^в умершаго главы семейства, и поэтому смерть до-
мовладыки не производитъ някакихъ существенныхъ изм1^нен1й ни въ са-
момъ семейств'6, ни въ его отношешяхъ къ обществу. Каждый членъ древ-
няго общества желаетъ прежде всего им^^ть насл1^дника, «да не погибнетъ
имя его въ родномъ народ1&», какъ выражались евреи. Но первостепенная
важность насл1^дства, какъ у дикихъ, такъ и у культуриыхъ народовъ,
заключается въ его назначеши не для семейства вообще, а для умершаго
61
отца; павная обязанность насл^^днина состоять въ принесеши жертвъ за
унершаго, въ поддержаши доиашняго богосдуясешя. Мыс1ка объ этомъ про-
ншута вся семейная жизнь орхентада; онъ женится для того, чтобы жжЪтъ
сына, который могъ бы приносить жертвы пос!^^ его смерти; если у него
н1^тъ д^тей, то онъ долженъ усыновить чужихъ, сии1^я въ виду похо-
ронные пироги, воду и торжественное жертвоприношеше», какъ выражает-
ся одинъ индустансшй ученый. Мы остановимся на объяснеши этой чрез-
вычайно^ важной связи первобытнаго нас11^дства съ семейными жертвами.
Для дикаря смерть есть ничто иное, какъ продолжеше прежней жизни
только при другой обстановк1^; цовойники также нуждаются въ пищ1^,
одежд']^, оруж1и, какъ и живые, поэтому у вс1^хъ первобытныхъ народовъ
въ могилу кладутъ вм']&ст1^ съ трупомъ и вс1& необходимый хозяйственный
принадлежности; у н^^которыхъ дикарей покойнику отдается даже все его
имущество, а самое жилье, брошенное семействомъ, сожигается и, по всей
в1^роятности, это самый первобытный обычай, предшествующШ возникно-
вен1И) наел ^^ детва, при которомъ семья даетъ покойнику только часть об-
щаго семейнаго имущества. Сношешя между домочадцемъ и ихъ покойнымъ
родственникомъ не прекращаются, т^^мъ бол^е, что въ первобытной жизни
умерпие хоронятся, большею частью, въ самомъ жилищ1& или по крайней
кЪ^% по близости его, какъ это д^^лается до сихъ поръ, наприм'Ьръ, на
Филмппинскихъ островахъ; обычай превращать трупы въ удобоеохраняе-
мыя мум1и, напр., у т&хъ же филиппинцевъ и многихъ другихъ дикарей,
еще бол^^е придаетъ прочности упомянутымъ сношен1ямъ, еообщая имъ
характеръ осязательности. Это первобытное мхросозерцаше, см1&шанное съ
в^Ьрован1емъ въ метемпсихозисъ особенно рельефно выразилось въ Египт^^.
Пирамида— это вечный домъ умершаго, котораго пос^щаютъ въ изв1^стныв
дни его родственники. Онъ живетъ тутъ окруженный своимъ семействомъ,
своими невольниками, птицами, собаками, обезьянами, изображенными въ
мастЪнныхъ барельефахъ. Въ Перу по смерти каждаго государя всЪ при-
надлежавш1Я ему сокровища оставлялись въ томъ же вид'6, какъ были при
его жизни, и никто не см1^лъ прикоснуться къ нимъ. Многочисленные
дворцы его запирались на в'Ьки. Трупы умершихъ государей, бальзамиро-
ванные, выставлялись въ главномъ храм*)^ солнца. Они сид1^ли тамъ въ
два ряда, мужчины по правую, а женщины по л^^вую сторону отъ золо-
таге солнца, оД1^тые въ царск1я платья, съ наклоненными головами и съ
скрещенными на груди руками. Покойниковъ вс1& дикари очень боятся;
нучммые жаждою и голодомъ, они постоянно посЬщаютъ жилища своей
сеньм, отыскивая пищу и наказывая родственниковъ, нерад1^ющихъ
объ мхъ пропиташи; въ разныхъ видахъ являются они живымъ, нагоня-
ютъ на нихъ тревожные сны, безпокоятъ и мучатъ* ихъ; н1^которые дикари
прмпмсываютъ своимъ умершимъ родственникамъ всякое приключившееся
съ ними зло. Покойникъ им1&етъ прежшя притязашя на имущество и ува-
жеше къ себ% семейства, поэтому, чтобы мирно жить съ нимъ, новый пред-
62
ставитесь семьи, нас11^дникъ, до1женъ кормить, поитъ и всячески уб1а-
жать умершаго. Въ Египт1& фелахъ до сихъ поръ ходитъ на моги1Ы сво-
ихъ умершихъ родственниковъ и угощаетъ ихъ; а зав1^щате1ь, отказывая
нас11^днику свое им']&Н1е, часть его предназначаетъ на свое продово1ьств1е
въ будущей жизни. У чувашъ и черемисъ нас11^дники до сихъ поръ устроя-
ютъ по временамъ об'1^ды, на воторыхъ угощаютъ будто бы яв1яющихся
къ нимъ невидимыхъ родственниковъ и, кром1^ того, ходятъ кормить ихъ
на ихъ М0ГИ1Ы. У вс^^хъ жите1ей Африки, инд'Ьйцевъ, ма1айцевъ, ин^одцевъ
Сибири, киргизовъ, китайцевъ, норманновъ, у русскихъ крестьянъ, въ ста-
ринной Си1езш, Польше, верхнемъ и нижнеиъ Лаузиц1&, — везд'Ь мы ви-
димъ это хорм1ен1е покойниковъ ихъ насх'Ьдниками. Въ Б1&1орусс1и до
сихъ поръ въ родительск1Й день устраивается на моги1ахъ угощец1е мерт-
выхъ, хакъ и во многихъ м1&стахъ Россш, и б'Ьдоруссы д'Ьлаютъ при этомъ
такое воззван1е: «свитые родитеди, пожалуйте Х11^ба С01и откушать! > У
н1^которыхъ народе въ въ честь каждаго умершаго д'Ьлается идо1ъ, кото-
рому суютъ въ ротъ пищу и покюняются. Вообще же б^агопо^уч^е семей-
ства требуетъ не только кормить предковъ, но и уважать ихъ, какъ они
уважались живыми. Домашнее богослуженге имъ мы видимъ у многихъ
народовъ и оно совершается насл^дникомъ. Въ Еита1&, иаприм']&ръ, каждое
семейство им1^етъ особый ^комнаты предковъъ; въ изв'Ьстное время зд1&сь
собираются ъсЪ члены фамил1и и поклоняются имъ. Забвенхе и пренебре-
жеп1е къ памяти умершихъ возбуждаетъ гн1&въ и мстительность ихъ. Од-
нажды калмыцк1Й князь Тогонъ съ пренебрежешемъ отозвался о покой*
номъ Чингис^^, могил']^ котораго поклонялись вс1^ его преемники, — и не
хот1^ъ, по сов1^ту бывшихъ тутъ монголовъ, просить у т^ни Чингиса
прощен1я. Тотчасъ пошла у него горломъ кровь и онъ палъ мертвымъ.
Вс% бывш1е при атомъ приписали такое несчаст1е гн'Ьву оскорбленной тЪ-
ни Чингиса.
При дальнЪйшемъ развитш мифологш эти в'Ьрован1Я нзм1^няются. На
сцену является адъ съ своими злыми, кровожадными божествами; покой-
ннкъ мучается уже не голодомъ м жаждою, а духами ада, чтобы освобо-
дить его отъ этихъ тирановъ, насл1^дникъ долженъ приносить искупитель-
ный жертвы его мучителямъ. Безъ очистительныхъ жертвъ сына индусъ,
напр., не можетъ войти въ сургъ или рай, почему сынъ и называется
по-санскритсви рпЬга (отъ ри!;, очистительный огонь, и 1;га§а1;а, освобож-
дать), откуда происходятъ равнозначущ1я этому слову персидское пузерь
и пуръ, и латинское риег. По зендавест'Ь жертвы, приносимый насл1^дни-
хомъ, необходимы покойнику для того, чтобы онъ могъ перейти черезъ
мрстъ чиневадъ, ведущШ въ рай. Превосходно выражается это архаичес-
кое в'Ьроваше въ древне-русской легенд*]^ о новгородскомъ посадник1& Щил^.
Онъ былъ ростовщикомъ и живымъ взятъ на дно адово. Арх1ерей, въ
поучен1е православнымъ, вел^^лъ изобразить на икон1^ адъ и горящаго въ
немъ Щилу, всего объятаго пламенемъ; а наследнику его посов1Ьтовалъ
63
о^ужнть по немъ сорокоуетъ 40 дней у 40 церквей. Пос!^^ сорокоуста
голова Щц|ы на упомянутой картин1& очутилась вяЪ огня; пос1^ второго
сорокоуста онъ поднялся нзъ а]^скаго пламерж до пояса, а посл1^ третья-
го — совс1&]1Ъ освободился.
Естественно, что по смерти родителя его д%ти получаютъ все его иму-
щество, совлад1^льцами хотораго они были еще при жизни отца. Но такъ
какъ семейная жизнь остается на прежнихъ услов1Яхъ неразд1^льности, то
управителемъ, защитникомъ, судьей и жрецомъ оснрот^^вшаго семейства,
долженъ быть только одинъ изъ насл^^дниховъ, бол1^е способный къ втимъ
обязанностямъ по своему возрастут опытности. Естественно развивается
право первородства, и стар1П1й сынъ д1^ается отцомъ семейства или,
такъ сказать, нам'бстникомъ умершего отца. Въ Бассерел'Ь и Бенин1^, Да-
гоме^^, Видаг-б, на островахъ Гаити главой семьи, по смерти отца, делается
всегда его старш1Й сынъ, а если онъ умираетъ, то имущество и власть
переходятъ къ его следующему брату. Изв'1&стно, какое значенхе приписы-
ваетсн первенцу сыну въ мозаизм1^. У китайцевъ старшШ сын*^ р']^зко
выдается изъ ряда другихъ домочадцевъ, которые обязаны чтить его всего
бол1&е поб1Ъ отца. Тоже и у другихъ аз1ятскихъ народовъ. Нужно зам^&тить
впрочемъ, что даже тамъ, гд^ насл%дован1е подчинено принципу перво-
родства, посл'Ьдшй часто нарушается или насл1&дниками, или насл1&довате-
лямм. Но даже и тамъ, гд% дМствуютъ друг1я начала, правило перво-
родства часто исключительно регулируетъ насл'1&дован1е царской и другой
общественной власти. Въ Инд1и, иаприм1^ръ, хотя семейное имущество д1^-
лимо между вс1^ми насл1&дниками мужескаго пола, однакожъ общественный
достоинства, обязанности и политическая власть — отъ власти короля до
власти деревенскаго старшины — наследуются почти всегда по правиламъ
первородства. Какъ на замечательное отступленхе отъ отого принципа,
укажемъ на встречаемое у некоторыхъ патр1архальныхъ народовъ иасле-
доваше младшаго брата. Причина такого обычая, по мнен1ю Фольграфа и
Монтескье, лежитъ въ томъ, что младш1Й сынъ при смерти отца живетъ
еще съ нимъ, между темъ какъ старш1е его братья обзавелись уже сво-
имъ хозяйствомъ. Но мы уже видели, что предпочтеше младшаго брата
возникло въ зпоху материнства и основано на особенной любви матери къ
своему последнему ребенку. Что же касается первородства, то нельзя не
предположить, что, въ качестве исключительнаго принципа, оно является
лишь относительно поздно въ народной исторхи и прежде, чемъ утвердить*
СИ въ обычае, должно выдержать борьбу съ другими, враждебными еиу
принципами. Если живой отецъ плохо сдерживаетъ въ семейномъ союзе
свомхъ домочадцевъ, то после его смерти они естественно стремятся ра-
зойтись для самостоятельной жизни, разделивъ между собою все общее
семейное имущество. Только при необходимости держаться семье вместе,
наследникамъ нуженъ предстоятель, глава; въ конце концовъ имъ почти
всегда делается старш1й сынъ, но не всегда безпрепятственно. Прежде всего
64
ему приходится бороться съ до1го сохраняющимися въ народной жизни
. остатками натерннскаго права, и павныиъ соперниконъ его везд1^ явля-
ются дядя и тетка, братъ и сестра покойника. У иногнхъ народовъ — у
мавровъ, серако1етовъ, жандинго, конго, лоанго, ашанпевъ, въ 1ддаг1^,
Бонду и во всей почти южной Африк1& насд']^дуетъ И1И братъ или сынъ^
сестры, а у гуроновъ, черокезовъ, въ с1^Ёерной Бародин1& и нногихъ дру-
гихъ ]|1&стахъ Америки, Африки и Аз1И насл^дуетъ сынъ сестры умер-
шаго и иногда, при неим1^и1и его, старшШ сынъ покойнаго. Мусульман-
ское право хотя и придерживается, в1^роятно, обычая древне-арабскаго —
д1&дить нас1']^дство поровну между вс^ми сыновьями, но и въ немъ вид-
но В11яше началъ братняго насл1^дован1я; если одинъ изъ нас11^дниковъ
умираетъ, то имущество переходитъ не къ сыну его, а къ ^дядЪ или геткЪ.
Престолы Турщи в Египта недавно еще насл'1^довались дядею предпочти-
тельно передъ племянникомъ, хотя бы то и сыномъ старшаго брата, м
поэтому-то чадолюбивые су1таны такъ ревностно избивали вс^хъ своихъ
братьевъ. Такою резнёю обезпечивалось право сыновей, но такъ вахъ ж
между ними постоянно случаются распри за насл1^дство, то во изб^Бжаше
этого, перейдете падишахи большую часть ихъ убиваютъ или лишаютъ
глазъ. Султанша - мать сама заправляетъ этой безчелов']^чной 8кзекуц1ей.
Такими-то м1&рами утверждаются въ жизни народа семейные принципы; вс1^
главный отношен1Я домочадцевъ, вслЪдств1е разнообраз1Я ихъ личныхъ
интересовъ и стремлешй, прежде, ч^мъ подчиниться опред1^леннымъ м
повидимому неподвижнымъ правиламъ, порождаютъ борьбу, козни, хитрости;
не одинъ дядя очищаетъ сеЬЪ дорогу къ насл']^дству отъ племянника, не
одинъ 1аковъ завлад^^ваетъ первородствомъ Исава посредствомъ хитрости
или открытой силы. Въ современной жизни нер1^дко встр^^чаются самый
возмутительный сцены борьбы хорыстолюбивыхъ насл^дниковъ за имущество
покойнаго; въ политической истор1и человечества мы сплошь и рядомъ ви-
димъ ту же борьбу за престолонасл']^д1е; точно также идетъ и вся исторхя во-
обще. Понятно, что въ этой насл']^дственной, вакъ и во всякой семейной
борьб1^, мужчина, лишивъ женщину ея привилегхй, которыми она обладала
пржде, долго им1^етъ р']^шительный лерев']&съ надъ нею. Дочь — не нас-
л']^дница,— вотъ принципъ обычнаго патр1архальнаго права. У бедуиновъ,
большинства народовъ южной и западной Африки, у гренландцевъ дочери
и жены не насл-^^дуютъ вовсе, и случается, что по смерти родителей братья
выгоняютъ своихъ. сестеръ изъ дома. Съ дальн1&йшимъ развит1вмъ семейства
женщина добываетъ себ1& это право. У евреевъ, наприм^^ръ, до Моисея,
дочери не могли наследовать, даже если у нихъ не было братьевъ; въ
послЪднемъ случае имущество переходило къ братьямъ покойнаго. Но вотъ
умираетъ Целафедадъ, не оставивъ ни одного сына; дочери его, вопреки
народному обычаю, начинаютъ требовать наследства. Законодатель согла-
шается и постановляетъ, что, при неимен1И сыновей, наследство умираю-
щихъ евреевъ должно переходить къ ихъ дочерямъ. Вообще наследоваше
65
дочерей 9резв1Ла1но р^кдкое явден1е. Дочь держится ишь Д1я того, чтобы
быть проданною въ чужое еенейство, ^м^доватедьно ея нае1Ъдован1е было
бы переводоиъ имущества изъ одной семьи въ другую. У большинства
сиольио нибудь развитыхъ народовъ зам^^ною насл1^дственно1 доли дочери
служить приданое, иоторымъ она наделяется при выходе замужъ; точно
также иногда и по смерти отда братья над^^ляютъ сестру, ч^мъ могутъ.
Насл^детвенныя права жены н^колько обширн1^е. Хотя у многихъ наро-
довъ, какъ мы уже говорили, жена уиершаго сама служитъ предме1^омъ
яасл^довашя на ряду со скотоиъ и домашнею утварью, но приданое, ут-
ренн1й даръ и заботливость родителе! жены даютъ последней возможность
утвердить за собою изв'бстную долю въ имуществе уиершаго мужа. У
н1^которыхъ народовъ женщина завоевала даже себе право общаго Наслед-
ства после смерти своего супруга. У черкесоцъ вдова управляетъ осиро«'
тевшимъ семействомъ, не разделяя собственности между детьми; точно
тоже и у С1амцевъ. Но въ большинстве случаевъ вдова не ииеетъ ника-
юй власти; дети должны только уважать ее, какъ мать, ио наследникъ-
еннъ въ тоже время является главою семейства и опевуномъ своей
родительницы, напр., въ Иидустане. Иногда вдова возвращается подъ
власть евтаъ родителе!. И въ исторической борьбе за наследство' вдо-
ва добилась только , да и то не везде , известной доли въ ииуществе.
Пока захонъ относительно размеровъ этой доли еще не установился, ве-
личина ея зависитъ отъ случайностей, отъ величины приданаго вдовы, отъ
услов1й, заключенныхъ съ женихомъ ея родителями м т. д. У евреевъ
жена имеетъ право только жить въ доме уиершаго мужа и кормиться изъ
оставленнаго имъ имущества; -^но и ато право долго оспаривалось разными
иоментаторами моисеевскихъ законовъ. По магометанскому праву жена и
дочь всегда имеютъ долю въ наследстве; кроме того, при известныхъ,
весьма разнообразныхъ условхяхъ^ покойному наследуютъ его дочь, бабушка,
дочь брата, сестра, госпожа (уиершаго раба). Доли 8ти1ъ наследницъ
разнообразятся по ебстоятельствамъ, на исчисленге которыхъ потребовалось
бы здесь не мало места; оне наследуютъ 7з> 7а> 7з> % ииущества и
т. д. У некоторыхь полудикихъ народовъ вдова также наследуетъ извест-
ную долю. Но у большинства народовъ, въ тоиъ числе ^аже у индусовъ,
она имеетъ право только на житье въ доме локойника и на прокормлеше
жзъ его имущества.
Въ первобытной жизни особенно плачевно положен1е безсемейныхъ
вдовъ и сиротъ; оне подвержены произволу каждаго сильнаго. Но разсчетъ
иметь въ нихъ даровыхъ работниковъ, а иногда и человеколюбхе застав-
ляютъ людей принииать ихъ въ свои сеиейства. У индейцевъ заботятся
о снротахъ иногда родственники или друзья ихъ родителей. У черкесовъ
вдова поступаетъ подъ покровительство друзей и родственниковъ своего
жужа; они обязаны пропитывать детей покойнаго и его вдову, если только
но своему возрасту она не способна еще выйти замужъ. Съ распространешемъ
_ 66
какой нибудь к71Ьтурной релнпи поюжеше безеенейныхъ 1юдей иаагияаетъ
Ьол^е обращать да себя вниианхя, «^мъ прежде. Буддизмъ, нозаиднъ,
иагоиетанство, разные виды христхансхва — веб они особенно настойчиво
пропов'бдуютъ о состраданхи безпомощнымъ ^цодя1Iъ и особенно о призр1^-
нш вдовжцъ и сиротъ. Возникаютъ кой-кашя богоугодный заведенгя, но
бо1ЬШинство вдовъ и сиротъ все-таки остается безъ прис^'анища; он'ё ил
просятъ ииюетыню, или идутъ кь кону нибудь въ кабальную работу, ил
проститутничаютъ за кусокъ хд1^ба.
Мы сказали выше, что семья есть единица архаическаго общества и,
что будучи корпораций, она никогда не умираетъ. Эти полояешя т^^сно
связаны съ первобытной теор1ей о корпоративноиъ характере чедов^че-
скихъ постудковъ. Личность зд']&сь— ничто, семья и родъ— все. Если че*
ловЪкъ доброд11теленъ, то въ заслугахъ его зд^^сь участвуетъ вся семья,
все его потомство. Преступлеше зд^^сь таряе считается корпоративнымъ
актомъ ж виновность въ яемъ падаетъ на гораздо большее число лицъ,
ч^^мъ сколько участвовало въ его дЬйствительномъ совершеши. За вину
челов']^ка отв^^чаетъ не только онъ самъ, но к его д^^ти, его родъ, его
племя, его сограждане, и эта виновность переходитъ въ потомство. Не-
изм']^нцая наслЪдственЁость во всемъ — въ порокахъ и доброд1&теляхъ семей,
кастъ ц народовъ, наследственность въ занят1яхъ, в1&рован1ЯХъ, знашяхъ
и обычаяхъ, передаваемыхъ отъ одного покол1^шя другому — вотъ идеаль-
ный основы древней жизни. Власть царей и жрецовъ основана на ихъ
божественномъ происхожден1И, высш1я касты владычествуютъ надъ низ-
шими въ силу почшщаго на нихъ бларословенхн, передаваемаго по на-
следству изъ рода въ родъ; низш1Я касты осуждены на вечное рабство
также въ силу лежащихъ на нихъ отверженности и божественнаго про-
клят1я; женск1й ,полъ по тому ж& долженъ бытъ въ постоянной зависи-
мости отъ мужсваго; какъ рыба не можетъ сделаться лошадью, заяцъ —
львомъ, такъ не могутъ измениться и взаимныя общественныя отяошешя
людей. Принципы наследственности и кровности лежатъ въ основаши
всего государственнаго права к техъ народныхъ теор1й, на которыхъ оно
построено. Все древшя общества можно раздедитъ на два рода: одни
представляются единою великою семьею, друг1я — союзомъ нескольвихъ
такихъ семей, изъ которыхъ одне состоятъ въ рабскомъ лодчинеши у
другихъ.
Типомъ первыхъ могутъ служить сельскхя общины арабовъ, индусовъ,
государство еврейское, атотъ €домъ Израиля», и Витай, эта громадная
единокровная семья, имеющая въ Богдыхане своего общаго отца. Все
эти общества основаны на принципе единокррвности, иногда действитель-
ной, а въ большинстве случаевъ фиктивной, п въ ихъ конститущяхъ
нетъ другихъ принциповъ, кроме еемейныхъ. Почему индусъ или еврей
должны жить вместе?— Потому, что они дети одной семьи. Почему должно
повиноваться китайскому императору? — ^Потому, что онъ отецъ своего народа.
67
Ткпонъ вторих'ь общеетвъ кожетъ служить Ендустанъ съ свожш ка-
етакЕ. Каждая каста есть семья, в1&чно обладающая свонш насл1^дствен-
нынн свойствами, въ силу которыхъ одна изъ нихъ владычествуетъ надъ
другою. Царь въ такому государстве не можетъ уже ситаться хровнымъ
отцомъ нжзшжхъ кастъ, онъ только госиоджяъ ихъ, а самое государство
есть союзъ семей, подиненныхъ одна другой и мм^^ющмхъ одного общаго
владыку, отг^а юсударата^ но отца агнатнаго, а не вогнатнаго.
Если мы взглянемъ на уголовное право, то м оно окажется основан-
нымъ на.тЪхъ же семейныхъ прннципахъ. Народные юриднчесше обычаи
м древнЫш1е законы счнтаютъ преступлешемъ только зло, причиняемое
членамъ своей семьи, рода или нащи, У черкесовъ, напримЪръ, къ пре-
стуцлея1ямъ относятся только слЪдующ1е поступки: изм^^на народу, отце-
уб1йетвОу кровосм1^шен1е, прелюбодЪяше жены, постуцки трусости, нару-
шен1е семейнаго'^ гостепршства, воровство у своей семьи или у ближнихъ
сое1&дей, возсташе^ неповиновеше или бегство раба. У бедуияовъ воров*
ство въ сред1^ своего плеиени наказывается очень строго, но обмануть или
обворовать чужеплеменника считается д&юмъ похвальнымъ. У цыганъ
только въ среде семействц или племени есть мораль, право, захонъ, честь.
Брата своей великой семьи цыганъ не долженъ ни обманывать, ни обво-
ровывать, ни оставаться у него въ долгу. Для его же отношен1й къ не-
цыгаиамъ н^тъ никакихъ моральныхъ правилъ.
Какъ въ религ10зно-нравственномъ отношеши гр^хи отцовъ переходить
на детей м обратно, такъ и въ праве. Въ Еитае за крупный престу-
плешя протнвъ царскаго величества подвергаются казни не только винов-
ные, но и вея сеиья. Въ Японш за убЛство, если виновный не отысканъ,
предаются сиерти жители улицы, въ которой совершилось оно. Уголовное
право вынелнавтъ здесь туже кровавую . месть, которая заменяетъ его у
народовъ дикихъ. Мстятъ не лицу, а сеиейству, роду, даже целой нащи.
Въ Бонго и Лоанго в]^есто родоначальника, виновнаго въ крупномъ пре-
стуален1и, казнятся его рабы. Такъ какъ весь народъ считается здесь
однинъ еемействомъ, то кредиторы, не получая съ должника, ёадержщ-
ваютъ и принуждаютъ иъ уплате его долга не только его родственни-
ковъ, но и перваго встречиаго земляка его. Каждая капля крови, каж-
дая гохова, потерянная еемействомъ, каждая рана или обида, полученная
одякмъ изъ его членовъ, налагаетъ на последнихъ священную обязан-
ность мстить виновному, и не только ему одному, но и всемъ ближнимъ
его, даже всемъ животнымъ его.' Несть за кровь родственника есть свя-
щенный долгъ дикаря; поиа онъ не выполнить его, надъ вимъ смеются
ве1^ посторонн1е, иногда даже его просаетъ жена, а если онъ не женатъ,
то за него не пойдетъ никакая девушка, мать постоянно плачетъ объ
его несчаст1М, а отецъ относится къ иему съ презрешемъ. У индейцевъ
мстить жена убитаго мужа, хотя и не собственноручно, а передавая ату
обязанность своему второму мужу. Родовая месть, какъ уголовная такъ
б*
68
и имущественная, порождаетъ везд% непрерывные анархическхе раздоры,
которые впрочеиъ у нЪкоторыхъ народовъ дово1ьно рано начинаютъ окан-
таваться прииирешеиъ н взыскашеиъ съ виновнаго виры.
Редиг1Я проникнута т^ии же семейныии а1ементаии; боги — отцы 1И)дей,
и отцы не въ фигура1ьномъ, а въ буква1ьномъ значенш этого сюва:
отъ нихъ происходятъ И1И цЪлые народы, иди, по крайней жЪ^Ъ, цар-
ствующ1Я надъ ними династ1И. Еогда общество разд^^юно еще на само-
стоятедьныя семьи, тогда существуютъ тодько божества сеиейныя, въ ро-
довоиъ быт% появдяются божества родовыя, и тодько посд1& соединен1я
родовъ въ одинъ народъ — божества нащонадьныя. Внутреншя отношен1я
божественнаго М1ра составдеиы также по семейному образцу; сначада
гдавные боги — отцы семей, потомъ родоначадьники, наконецъ патр1ар-
хадьные цари.
Такъ, семейные принципы проникаютъ собою всю нравственную и со*
щадьную жизнь народа. Съ развит1емъ государства, права, редипозной
системы и особенно жреческой касты архаическое семейство подучаетъ
норму, съ которой доджйы сообразоваться вс1^ отношен1я его чденовъ; а
подожен1е женщины ухудшается во многихъ отношен1яхъ, особенно въ
томъ, что за ней начинаютъ сд'Ьдить и держать ее на кр^^пкой узд1& не
тодько родитеди иди мужъ, но и государство, и право, и редиггя, кото-
рыя проникнуты начадами архаическаго семейства и всесидьно стараются
поддерживать его, какъ гдавную основу общества.
У.
Есть историческ1я данный, несомн'1^нно утверждающгя, что на зар1^ вос"
точной цивидизац1и подожен1е женщинъ быдо несравненно дучше, ч1^мъ
впосд'1^дств1И. Въ' древнемъ 1ндустан1^ женщина подьзовадась бодьшммъ
общественнымъ уважен1емъ; она не поддежада смертной казни, никто не
им1&дъ права ударить ее даже цв^^ткомъ, мужъ называдъ ее госпожою;
она подьзовадась йодной общественной свободой, ходида безъ покрывада,
пос^^щада храмы, участвовада въ пубдичныхъ увеседен1яхъ; чуж1е мужчи-
ны пое^^щади женскхе покои, породи давади свои ауд1енцш въ присутствл
кородевъ и ихъ женскаго двора; знатный барыни предпринимади путеше-
СТВ1Я, дочери участвовади Ьъ ра1;овор1& родитедьскихъ гостей; женщины
не тодько бывади въ театр1^, но даже исподняди на сцен1^ женсшя роди.
Он1& допускадись тогда и въ суды ддя свид^тедьства, и есди обвинядась
женщина, то женское свид1^тедьство предпочитадось мужскому. Редипя
поддерживада ато высокое значен1е женщины. сЕто презираетъ женщину,
тотъ презираетъ свою мать,» говорятъ Веды. сБто прокдятъ женщиной,
тотъ прокдятъ Богомъ.1 <Женск1Я сдезы низводятъ небесный огонь на
годову тЪхъ^ которые заставдяютъ женщинъ продивкть ихъ.» Также вы*
69
%
соко етонть хенщяна и въ древнихъ индусскпъ легендахъ о первыхъ
людяхъ, Адан^ и Ев'6. Индусская Ева не собдазняетъ мужа, но откло-
няетъ его отъ гр'бха, и когда онъ всетакн согр'бгоидъ, то она сл']^>дуетъ
его пр1111^ру, побуждаемая любовью. ИослЪ паден1я она додается ут'1&ши-
тедьнмцею Адама н получаетъ прощеше отъ Брамы. Прошли стол1&т1я, и
женщина очутилась, полной рабыней мужчины. Этимъ превращенхемъ она
обязана развит1ю восточныхъ государствъ и духовенства съ его доктрн-
ванн.
ЪсЪ деспот1и Востока основаны на поголовномъ рабств'6 подданныхъ;
■
страна считается частной собственностью правительства, всЬ живутъ и
работаютъ только для него. Богатство, роскошь и праздность высшаго
класса порождаютъ полигам1Ю, во многихъ м1&стахъ доходящую до ужас-
иыхъ разм^ронь. Въ Индустан'Ь у вл1ятельныхъ, богатыхъ, особенно у
влад1&тельныхъ лицъ часто по н1^скольку сотъ женъ. У персидскихъ ша-
ховъ нзъ династ1И сассанидовъ бывало въразныхъ резиденц1яхъ по 3,000
женъ и 12,000 наложницъ..Ахмедъ I им^лъ 3,000 женъ, а вельможи его
им11ер1м по н^^скольку сотъ каждый. Забирая такую кучу женщинъ, выс-
шей классъ ставитъ б1&дняковъ въ необходимость жить въ моногам1и, къ
которой принуждаетъ нхъ еще и недостаточность средствъ дЛя содержан1Я
иногихъ женъ. Полигам1Я, поэтому, институщя чисто аристократическая.
Въ ИпткЪ только 710 всего населения живетъ въ полигам1и, а Ую^ по
бедности, могутъ жить не иначе, какъ въ единоженстве. Въ Бомбее изъ
28,000 жителей въ полигам1И живутъ 100 и только 5 щзъ нихъ им1^ютъ
не мен^е 3 женъ. Въ Турщи на 100 единоженцевъ приходится 5 дву-
женцевъ и только 1 многоженецъ. Въ Бгипт1^ и Арав1И 1 двоеженецъ
приходится яа 100 моногамистовъ, а изъ 500 многоженцевъ не найдется
и одного мужа, мм^ющаго бол1^е двухъ женъ. О другихъ странахъ хотя
и и^тъ такихъ численяыхъ данныхъ, но всЪ путешественники единогласно
говорятъ объ дтомъ, бросающемся каждому въ глаза, громадномъ числен-
номъ перевесе моногамястовъ надъ многоженцами. Такой харавтеръ поли-
гам}и, какъ привилегш сяльныхъ И1ра сего, такъ неизм^ненъ во вс)^ вре-
мена м у всЪхъ народовъ, что эта 11рявилег1Я часто превращается сначала
въ юридически обычай, а потомъ въ законъ, повел1&вающ1й подданнымъ
держать только по одной жен1&, а властителямъ дозволяющхй сколько
угодно. Такъ, наприм^^ръ, у императоровъ Битая, у раджей Индустана,
такъ было въ древнихъ Перу и Мехик1&.
Полигам1я ведетъ за собою спещальное воспиташе женщины для поло-
выхъ наслаждешй; праздность, роскошь стола, жилища, одежды, украше-
Н1Й, множество слугъ — все зто перед1&лываетъ ея организмъ и сообщаетъ
ему ту н1^жность и красоту, который такъ пл'Ьняютъ мужчину. У многихъ
народовъ женщину воспитываютъ для брака, словно скотину на убой или
каплуна на жаркое. У старинныхъ канарцевъ, напр., которые любили
жирныхъ женщинъ, нев'Ьсту запирали к лишали всякаго движешя, обильно
70
кормя се ячменной кашей, садомъ, моюкомъ и медомъ. Будучи рабыней,
содержимой )1я удово1ЬСТВ1я своего господина, женщина отрешается отъ
вс^хъ другихъ стрем1ен1Й жизни и поставляетъ себе единственною зада-
чею понравиться мужу более другихъ женъ. Соперничество порождаетъ
среди гаремныхъ затворницъ ревность; та же страсть развивается и въ
мужчинахъ, хакъ результатъ правъ собственности на свою жену и какъ
сдедств1е другой страсти, любви, постепенно возрастающей въ истори по
мере развит1я половыхъ противуположностей. Женщину, поэтому, удаляютъ
отъ общества, завлючаютъ въ гаремы и приставляютъ къ ней особую
стражу евнуховъ, — одно изъ самыхъ варварскихъ учреждешй, вьцуман-
ныхъ человеческою развращенностью. Число этихъ несчастныхъ иногда
равняется числу гаремныхъ затворницъ, даже превосходить его. Древне-
персидск1е шахи ежегодно получали въ виде натуральной дани съ Ассирш
и Вавилона по 500 оскопленныхъ мальчиховъ. На аудгенщи, данной ви-
зант1Йскииъ посламъ калифомъ Моктадиромъ, присутствовало 4,000 белыхъ
и 3,000 черныхъ евнуховъ. Въ гаремахъ современныхъ персидсвихъ вель-
можъ находится ихъ обыкновенно по 6 — 8. Въ верхнемъ Египте приго-
товленхе мальчиковъ къ атому гнусному состоянш монополизировано мона-
хами. Ревность ор1енталовъ доходить до того, что они не доверяютъ даже
евнухамь. У персидскихъ шаховь все должности внутри гарема — услуги,
чтеше молитвь, лечен1е больныхъ, погребеше умершихъ, содержанхе карау-
ловь — исполняются особо предназначенными для того женщинами, евнухи
не вхоДять въ гаремъ, а только сторожатъ его снаружи. Управитель га-
рема всегда выби^»ается изъ самыхъ безобразныхъ стариковь. Гаремъ —
темница женщины, и знатный дамы никогда пе покидають его; снабжен*
ныя всемъ необходимымъ, оне проводять целую жизнь въ гаремныхъ
стенахъ, занимаясь болтовнёю, вышиваньемъ, нарядами, иногда музыкой,
а больше — ничегонеделайьемъ. Все оне крайне невежественны, безгра-
мотны, тупы; оне лишены даже утешен1й общественнаго культа, а ревнм«
вый Иагометь освободиль ихъ отъ обязанности т. е., говоря проще, запре-
тиль имъ посещать храмы. Магометь много вйновать въ гаремной не-
воле женщинь; онь рсвятиль ее религ1ей и посредств^мъ своей веры
водворилъ ее у такихъ народовъ, у которыхь до него ея вовсе не было.
Но не Магометь освовалъ гаремы; исключейность женщинь изъ обществен-
ной жизни мы видимь уже у иногихъ патр1архальныхъ народовъ, хотя
окончательное водворенхе ея въ жизни и удается мужчин^^мъ только тогда,
когда въ народе разовьется богатая аристоврат1я, могущая содержать
гаремы и ненуждающаяся въ труде своихъ женъ. Еще въ эпоху патрхар-
ховь жены евреевь съ своими дочерьми и рабынями жили отдельно отъ
мужчинь, въ особомь отделеши шатра, иногда даже въ отдельныхъ палат-
кахъ, какъ это и по ныне делается у многихь африванцевь. Когда евреи
перешли къ городской жизни, положеше женщинь ухудшилось, потопу
что ихъ удаляли уже не за зашшеску только и не въ отде^ьцый шатеръ,
71
а начали запирать въ гаремы съ каменными иди деревянными ст1&нами,
съ ир'Ьпкими дверьми, замыкавшимися хорошими замками; у царей гаремы
сторожили евнухи. Женщины въ зтихъ темницахъ шили, вязали, стряпа-
ли, болтали— и только. Въ Кита1^, еще задолго до Бонфущя, женщины
были сд1&ланы затворницами; но он^ вновь усп^^ли завоевкть себ'Ё свою
прежнюю свободу, которую снова отняли у нихъ въ эпоху Конфуц1я, много
еод1&йствовавшаго своимъ учешемъ отой поб^д^ своекорыстной ревности
жужчинъ. сНикакой мужчина не долженъ входить въ покой чужой жен-
щин, > говоритъ философъ- законодатель. Съ т^хъ поръ жилье женщинъ
отд^кдено отъ покоевъ иужчинъ ст^^ною и охраняется карауломъ. Даже
братья совершенно разобщаются съ сестрами съ девятил^^тняго возраста.
Въ ХТШ стол1^т1и множество женщинъ пыталось разорвать наложенный
на нмхъ оковы рабства, какъ увидимъ ниже, и возбудило противъ себя
смльн1^йшую реакцш. До 1787 года женщины могли пос1&14ать храмы, но
въ дтонъ году, всл%детв1е упомянутыхъ волнешй, правительство своимъ
указомъ запретило свс^мъ женщинамъ бывать въ храмахъ и выходитъ
мзъ дома безъ самой крайней нужды. Отцамъ, братьямъ, жужьямъ, сы-
новьянъ и родственникамъ повелевается держать ихъ дома, подъ страхомъ
иаказашя за слабый надзоръ за ними. Посл% этого указа, каждая жен-
щина, вошедшая въ храмъ, должна быть арестована, и заключена въ
тюрьму, пока за нею не придетъ кто нибудь изъ родственниковъ, кото-
раго тотчасъ же и наказать за слабость надзора». Чего же добраго' ио-
жетъ ожидать женщина, если мужчину, и безъ того желающаго совершенно
поработить ее, поощряетъ правительство и даже палочными ударами за-
ставляетъ его лишать женщину всякой возможности сд1&лать хоть одинъ
свободный шагъ?. . И нельзя удивляться, что китаянку усп1^ли преврати!гь
въ совершенную рабыню. Затворничество ея доходитъ до того, что если
мужу случится ехать куда нибудь по необходимости съ женою, то онъ
везетъ ее въ экипаже съ решетками, им^ющемь видъ клетки или арестант-
ской повозки. Даже восточные христ1ане не отстаютъ въ этомъ отношенш
отъ язычниковъ и магометанъ. Затворничество женщинъ, эта одна изъ
главнейшихъ язвъ древней Россш, до сихъ поръ удерживается христханами
Турщи. Армяне, хотя и христханскхе моногамисты, но держать своихъ женъ
и дочерей въ такомъ же заточеши, какъ и турки, и женихъ до самаго
брака не ви^тъ лица своей невесты. Вместе съ такимъ затворничествомъ
акончательно утверждается обычай закрыванья женскаго лица отъ вс^хъ
постороннихъ взоровъ. Мужчина, такимъ образомъ, лр1обретаетъ полное
право исключительной собственности на свою жену. При полигам1и, гарем-
иомъ затворничестве, спещальномъ воспиташи для половыхъ наслаждешй,
она делается предметомъ роскоши и совершенною рабыней. Богачи покупа-
ютъ себе красавицъ не только въ своей стране, но и за границей, де
вушки Кавказа, напримеръ, служатъ самымъ ценнымъ и лучшимъ укра*
шешемъ гаремовъ Турщи. Хорошая плата, даваемая за девушекъ, всегда
72
гжбедьно действуете на поюхеше жещннъ, заставив корыстолобжвыхъ
род1те1е1 продавать свовхъ дочерей богатыхъ многокенцамъ. Вс1']&дств1е
ВТОГО, даже тамъ, гдЪ д1^вушва пользовалась до того свободою въ выборе
агьниа, она лишается ея н продается въ гаренъ, какъ невольница. Гаремъ
поглощаетъ громадный сунны, бросаеныя свонни обнтательннцани на
наряды н роскошную обстановку; женщина д1^ лается въ дтой обстановке
снежною душистою розой», которую такъ любатъ воспевать восточные
поэты; страстная женственность и возножность такъ часто менять свонхъ
любовннцъ довод яте нужчинъ до положнтельнаго истощешя. Турки и ара-
бы уже въ 30-ть лЪтъ обыкновенно делаются инпотентнынн. При втокъ
оелабеваетъ способность дадород1я, дЪти родятся сплопхь и рядоиъ таки-
ми же слабыми, какъ и ихъ истаскавпиеся батюШки. Характеръ мужчинъ
также меняется, они делаются извоженными, слабыми, женственными.
Это ВИДНМЪ мы въ ИСТ0р1И ВС^ХЪ ВОСТОЧНЫХЪ ДИНаСТ1Й. Возьмите ЛИН1Ю
асснрЦскнхъ царей; въ начале ея стоитъ мощный образъ Семирамиды,
этой героини, бывшей свеликииъ мужемъ> Востока; мало въ ней женст*
венности, но сколько ума и анергиг! Въ хвосте этой линш стоитъ Сарда*
напалъ, — мужчина, превратиэш1йся въ слабую, изнеженную, распутную
бабенку; у него женск1й голосъ, женсшя манеры, онъ даже наклоненъ къ
женскимъ 8анят1ямъ и, подобно гоголевскому вице-губернатору, вышивав-
шему по тюлю, занииается пряжей. Въ роде же его были въ Ассир1И ж
Вавилоне и все высшихъ классовъ мужчины въ эпоху падешя этихъ Нг
сударствъ. Таковы всегда результаты чрезмерно развившейся женствен-
ности.
Въ полигам1и цивилизованнаго Востока, какъ у народовъ полудикихъ,
жены не переетаютъ соперничать и бороться между собою за исключитель-
ное обладаше мужемъ, не переетаютъ стремиться къ моногамш. Главныиъ
оруд1емъ служить имъ кокетство, и желая сделать свою дочь царицею
гарема, мать съ детства обучаетъ ее всемъ тонвостямъ этого сладостраст*
наго нбкуства. Въ Турщи, при заключеши брака, женихъ, по требован1Ю
невесты, даетъ часто торжественное обещанхе, что при жизни ея онъ не
возьметъ себе другой жены; и такое требован1е заявляется большинствомъ
невестъ. Вообще, на Востоке жены редко, уживаются въ одномъ доме и
постоянно принуждаютъ мужа разбирать ихъ нескончаеиыя ссоры; для
водворешя мира онъ часто становится въ необходимость отводить каждой
изъ нихъ отдельное жилище. И иног1е орхенталы давно уже убедились,
что съ несколькими женами супругъ не можетъ быть такъ счастливъ,
какъ съ одной. Въ арабскихъ пословицахъ часто выражается эта мысль, м
въ среднемъ классе арабовъ полигам1И почти вовсе нетъ, не вследств1е
бедности, а единственно вследствхе того, что женщина заставляетъ пред-
почитать единоженство. Даже некоторые богатые турки довольствуются
одною женою и держатъ гаренъ единственно для шику, для доказательства
Р9Р91 зажнточцости, Подъ В41ян1е11ъ описанныхъ обстоятельствъ, все по-
73
9Т1 древн1е захонодател-нысджтел выставдяютъ коногапчееюй союзъ
ндеаюнъ брака. Въ Мехико, хотя императоры и богачи пи^ш гаремы,
во изъ мнотихъ женъ законною ечита1аеь только одна^ и всЪ признавади
учен1е мудрыхъ моралнстовъ: сБогъ хочетъ, чтобы у женщины быдъ одинъ
нужъ, а у мужчины одна жена». Ману предеказываетъ особенное счаст1е
тому дому, въ которомъ царетвуетъ моногам1я; въ РамаХан1^ единожен-
цамъ об^^щается вечное блаженство на неб%; и въ Индустан^^ есть рели*
Г103НЫЯ секты, наприм1^ръ дед111ев1е садсы, еъ особенною строгостью
01раняющ1е признанную ими святость единоженства. Законы Зороастра
также предписываютъ моно1ам1Ю, и только въ случае б93плод1я жены,
9Т0Г0 величайшаго несчаст1я для орхентала, дозволяютъ еиу жениться на
другой, и то не иначе, какъ черезъ девять л^^тъ посл% заи^лючешя брава,
съ соглас1я старой жены и съ со1ранен1емъ за нею веЪхъ ея правъ Въ
Бита1^ моногам1я также рекомендуется закономъ, который и при много-
женстве ревниво охраняетъ права главной жены. Нужъ, низведшШ ее не
степень второй или жены наложницы, получаетъ 100 палокъ; за возвы-
шен1е второстепенно жены на м^сто главной — 90 палокъ и т. д.; а
главная жена съ тФмъ вм^^ст^ возстановляется въ своихъ правахъ и при-
велепяхъ. Въ Япоши и СхамЪ полигам1Я запрещена. Въ моисеевомъ за-
конодательстве моногам1Я хотя и не предписана, но все таки предпочи-
тается многоженству; последнее начало падать у евреевъ после возвра-
щен]я м^^ъ изъ плена вавилонскаго, а въ XI веке раввинъ Герсонъ съ
другими духовными авторитетами окончательно уничтожилъ его, изрекши
прокляпе противъ всякаго, кто решится иметь двухъ женъ.
Тдхимъ образомъ, женщины, бедныя классы, проповедники нравствен-
ности составляли всегда еппозицш противъ по лигам»; но последняя, соз-
данная сладостраст1емъ мужчинъ, властью и капиталомъ высшихъ клас-
совъ, находить въ нихъ достаточно силы для своей поддержки. У однихъ
народовъ сильные М1ра сего, повинуясь напору упомянутой оппозифи,
предписываютъ моногам1Ю всемъ поданнымъ, а за собой оставляютъ при-
вилегш многоженства; такъ было, напримеръ въ Иехике и Перу. Въ
Китае законъ предписываетъ ионогамш, но им1^ератору дозволяется кроме
неоцределеннаго чиала наложницъ, иметь одну главную жену, две ьторо-
степенныхъ и шесть третьестепенныхъ. Въ Индустане количество жецъ
соразмеряется съ сословнымъ положен1емъ мужчины; браминъ можетъ
иметь четырехъ женъ, воинъ — трехъ, замледелецъ — двухъ, судра — только
одну. При этомъ, изъ женъ мужчины, пранадлежащаго къ первымъ тремъ
классамъ, одна непременно должна быть главною. Въ большинстве же слу-
чаевъ, сторонники полигамш стараются обойти направленные противъ нея
законы поередствонъ фикщи наложничества или ванкубината. Наложни-
ца — не жена, а рабыня, въ буквальномъ смысле, подчиненная жене и
содержимая какъ самка для деторождешя или же для половыхъ услугъ
мужчины. Еонкубинатъ для мужчины еще выгоднее многоженства: законъ
74
не на1агаетъ на него такихъ обязанностей относктельно рабынн-нуюжннцы,
как1Я онъ предписываетъ ему относительно жены. Въ Персш, Египт1&,
Туде*]^, Япошн— вездф, гд1^ полигаи1Я не одобряется релипей или запре-
щается законоиъ, она заменена конкубинатоиъ. Но и съ наложничествокъ
не совс']^нъ примиряется женщина, и не одна Сарра изгоняетъ Агарь нзъ
дома своего мужа. Въ Еита*! конкубинатъ хотя и въ обыча1^, но онъ не
считается законнымъ бракомъ; если китаецъ, им1^я д^^тей отъ законной
жены, беретъ еще наложницу, то это не одобряется общественнымъ мн1^-
шемъ; конкубинатъ считается извинительнымъ только при безд^^тности
законной жены. Востоку не суждено было окончательно утвердить въ жиз-
ни моногамш,— это сд!]^лали христ1анство, римское право и, нодъ его вл1Я-
Н1емъ, еврейское законодательство. Но въ религги Магомета полигамичес-
К1я тенденщи Востока снова одержали поб1&ду. Н1^тъ сомн1&н1Я, что личные
разсчетц Магомета им1^ли значительное влхяше на характеръ его учен1я;
9Т0 обстоятельство вм'Ьст1^ съ изв^^стнымъ женолюбхемъ пророка и его на-
клонностью, по возможности, изб^^гать враждебныхъ столкновешй съ на-
родными обычайми и страстями, послужило основашемъ мусульманской
полигам1И. Въ XXXIII сур1к корана Аллахъ дозволяетъ Магомету-~<и только
исключительно ему и кромЬ его никому изъ в1&рныхъ» — им1^ть столько
женъ, сколько онъ захочетъ, вступать съ ними въ законный бракъ, дер-
жать ихъ въ качеств1^ наложницъ, прогонять, снова брать къ себ1^, — сло-
вомъ, поступать съ ними, какъ его душеньк11 угодно! Впрочемъ, въ дру-
гомъ м%ст1& Аллахъ противор'Ьчитъ приведенному дозволешю, запрещая
Магомету, кром']^ ии'Ьющихся у него женъ, братъ другихъ, но не отказы-
вая ему въ наложницахъ. Каждый магометанинъ можетъ им%ть только
четыре законныхъ . жены, а наложницъ — скояько угодно, хоть ц^^лый та-
бунъ. Вс1& жены равны между собою.
Бупля-продажа невесты, столь распространенная въ патр1архальномъ
быту, сохраняется и посл% перехода людей къ государственной жизни.
Общество превращается въ громадную семью, управляемую деспотическимъ
владыкой, который силится распространить свое право собственности на
всю землю, обитаеиую его подданными, на все ихъ имущество, даже на
нихъ самихъ. На его лпцо переносятся^ вс1^ права и привилег1И отеческой
власти. Первичнымъ типомъ такого царства служитъ Дагомея. Какъ отецъ
своей семьи, дагомейск1й король выдаетъ замужъ вс1&хъ женщинъ и же-
нить вс'1^хъ мужчинъ своей страны. Женихъ приносить еиу установленную
плату и получаетъ себ1^ въ жены дагомейку или пленную чужестранку.
Вс1^ д1^ти принадлежать королю, равно какъ и вс1& взрослые, которыхъ
онъ часто продаетъ иностранцамъ. По свид1^тельству Спика также устраи-
ваются браки у н1^которыхъ негритянскихъ племенъ. Въ древнемъ Вави-
лонЪ существовалъ подобный же обычай. Въ каждомъ округ'Ь избирались
три уважаемыхъ мужчины, которые собирали вс1&хъ достигшихъ брачнаго
возраста дЪвушекъ и продавали вхъ съ аукц109а желающииъ. Прежде всего
75
продавались самыя краснвня, и изъ выруленное за ннхъ шаты составля-
лось приданое для саной неприглядной Д'Бвушви. Въ Бита1^ до сихъ поръ
правительсфво^равдаетъ б1^днякамъ въ жены воспитанницъ доиовъ для найде-
нышей. И въ д^тописяхъ деспотическихъ государствъ можно найти не
надо прни1^ровъ того, хакъ общественная власть заи'бняетъ собою въ брач-
ныхъ д-блвхъ власть родительскую. Но такое вторжен1е правительства въ
семейную сферу р1^дко, только въ вид*)^ и&ключен1Я, превращается въ
такой законный обьпай, какъ въ Дагомее и Вавилон1^, въ большинств1^
же случаевъ оно является простымъ выраяец1емъ произвола деспота.
Семья или ея владыка сохряняютъ по прежнему свои права на дочь, и
бракъ по прежнему остается торговою сд1^лкою между двумя семействами.
Такой характеръ брака лучше всего выражается въ самой церемонкль-
ной стран^Ь М1ра, въ Япоши. Самыя ничтожный мелочи брачной церемонш
зд'Ьсь регулированы, й описаше ихъ, которое въ вид1& руководства раз-
дается вс%мъ участвующимъ на свадьб1^, составляетъ довольно объемистую
книжку. Договаривающаяся стороны д1^лаютъ, между прочимъ, точные списки
обоюдныхъ подарковъ; посл1^дн1е нринимают^я съ большою торжествен-
костью и въ получен1и ихъ выдаются фориальныя квитацд1и. Въ инд1^й-
скомъ покупномъ брак1^ женихъд^^лаетъ^ визитъ отцу нев1^сты и уплачи-
ваетъ ему калымъ; отецъ отдаетъ визитъ съ большою торжественностью
и дармтъ жениха; посл^ этихъ формальностей д-Ьвушка считается продан-
ною, Ео такой договоръ можетъ быть уничтоженъ по вол1& касты или же
общаго собран1Я вс^&хъ родственниковъ нев'Бсты, если они признаютъ, что
отецъ заключилъ его неправильно. У большинства ор1енталовъ бракъ за-
ключается въ форм-б настоящаго торговаго договора; оба семейства обо-
значаютъ въ контракт^^ ц%ну невесты, количество приданаго и т. д. Въ
Кита^ и другихъ странахъ для устройства брачныхъ д1&лъ существуютъ
иногочясленяые классы свахъ, который нанимаются у родителей жениха,
отыскивать для него приличный и выгодный товаръ, т. е. нев^^сту, разу-
знавать объ ея качествахъ, цЪиЪ и т. д. При завлючеши покупного брака
р^^дко сйрашиваютъ соглас1я нев^^сты, да въ большинстве^ случаевъ это
и невозможно, такъ какъ множество д1^вушевъ обручается трехъ-четмрехъ
л%тъ отъ рода; чАсто даже при самомъ рождеши ихъ, а нарушить обру-
ч1альпаго договора нельзя, и въ Кита*)^ за это полагается отцу семейства
50 палочныхъ ударовъ. Замужъ выдаютъ тоже рано; -^ л1&тъ 10, 12, 15.
Большею част1Ю так1Я ранн1Я обручен1Я и браки зависятъ отъ корыст-
ныхъ разсчетовъ нев1^стиныхъ родителей и отъ развращеннаго вкуса муж-
чииъ, падкихъ на молоденькую невинность, — но иногда они вынуждаются
к другими обстоятельствами. Талмудическое законодательство, наприМ'Ьръ,
уже давно запретило обручать д1^вушку ран'Ёе 12 л'бть, а выдавать за-
иужъ ран']&е 17; но общественный б'Ьдств1Я евреевъ заставляли ихъ укло-
няться отъ этого правила; сгонииые съ одного м'Ьста на другое— ^гово-
рить раввины — нигдЪ не находя пристанища^ живя въ мучительной иеиз-
76
в%стЕост1, ЧТО принееетт» накъ завтрашшй день, — мы должны обезпета-
вать нашихъ дочерей прн первой вояиожностн и заблаговременно пршскн-
вать инъ защиту». Ц'1^на Д'Ьвушекъ разнообразится по обстоятельстваиъ,
регулирующимъ и колеблющииъ ц^йу всякаго товара вообще; но законо-
дательства стараются опред1^ить ея нормальный шштит, размеры ко-
тораго вполн1^ гармонируютъ съ невыгодныиъ воззрШеиъ ор1енталовъ на
женщину. По закону Моисея за нев']^сту платилось столько же, сколько
за невольника *). По корану, женихъ долженъ платить за д^^вушку не
мен1^е 10 дирнъ (около 1 р. 50 к. с.)- Въ индустанскоиъ прав1& покуп-
ной бракъ ин'1^етъ дв1& степени, во-первыхъ, бракъ арса, если женихъ
платнтъ отцу нев1&сты двухъ коровъ, и бракъ ас^рау при котороиъ же-
нихъ даетъ ^а невесту столько ц1^нностей, сколько позволяютъ ему со
брать его обстоятельства. Но о6^ зти брака не одобряются ни обществен-
нымъ нн^Н1емъ, ни даже законодательствонъ, какъ это видимъ и у дру-
гихъ цивилизованныхъ народовъ Востока. Постыдность атой продажи не-
в1^сты заключается, по воззр'бнш ор1енталовъ, не въ униженш ея чело-
веческой личности, а въ томъ, что такая продажа коипрометируетъ честь
родителей; «порядочный челов1^къ> Востока, какъ и вс^хъ иалоразвитыхъ
странъ, считаетъ позорнымъ заниматься какою бы то ни было торговлею,
какимъ бы то ни было дромышленнымъ трудомъ,— единственно почетными
занят1ями для него служатъ воинсв1й грабежъ, 9ксплуатац1я народа по-
борами и работами и т. п. Поэтому даже тамъ, гд1& продажа дочерей не
одобряется, какъ напр. въ ИндустанЪ, тамъ родители могутъ дарить ихъ, ни-
сколько не пятная т1^мъ своей репутащи порядочныхъ людей. Въ той же
Инд1и, гд1Ь продажа нев1^сты считается д-бломъ позорнымъ, особенно свя-
щенными формами брака считаются такъ называемый церемонги Брамы^
когда отецъ, по собственному побужденио, даритъ брамину свою дочь,
од1&тую только въ одно простое платье, и г^еремонгя Даветасъ, при ко-
торой даримая д1^вушка является къ жениху разодетою въ пухъ и прахъ.
Такимъ образомъ, ложное чувство прилич1я выводитъ изъ употреблен1я
продажу нев1&сты, и хотя это нисколько не ослаблиетъ родительскаго про-
извола, но все-таки приноситъ пользу женщин1^. Заботы нев1^сты о сво-
ей будущности, заботы о томъ же ея семейства, самолюбие жениха, ие-
дозволяющее ему брать $поваръ даромъ, — все это сод1^йствуетъ переходу
калыма въ утреншй даръ. Этотъ переходъ совершается не вдругъ и им^-
етъ н1^сколько ступеней. Въ мусульманскомъ прав'!^ и въ узаконенныхъ
имъ народныхъ обычаяхъ часть утренняго дара, м часть самая большая,
*) Пп^ег, 33. Фрашгедь опровергаетъ это хн-Нше Увгера, такъ кааъ въ цн-
туемоиъ посж^дншъ м^ст^ (Второзав., .XXII, 29) «говорится не о ц'Ьв^ супруга,
а о возмезд!!, которое доахенъ шатать собдазннтель необручевноА девицы ея
отцу за ея обезтео^еше». Тааъ; но соблазнитель долженв жениться на ней, я въ
упонянутохъ м^ст^ Второзахов1я овред'Ьляется сумма калым(л^ необходимая для
^ажмочвши брака. Евреефяяьствуюаой франкедь не хочетъ домять того.
77
берется роднтеаяп нев^^сты, какъ плата за нее, а другую часть женяхъ
отдаетъ нев1&ст1^, какъ бы покупая у ней самой ея д']^вственность ; 9та
иосл^^дняя сумпа, д^Уаясь собственностью жены, обезпечиваетъ ея поло-
жеше въ тонъ случа^^, если она овдов1^етъ или разведется съ мужекъ,
безъ нарушешя съ ея стороны обязанностей брака. При дальнМшеиъ
развнтш права, уплата калыма становится пустою обрядовою фориаль-
иостью, а утреяшй даръ возвышается въ своей ц^^нностй и передается
нев1^ет'& въ ея исключительную собственность. По талмудическому зако*
дательству нормою упомянутаго обряднаго калыма служить ничтожный
динар}й, Ув итальянскаго голаса; минимумъ же суммы, долженствующей
обезпечить жену въ случа1& ея вдовства и/и развода, опред'Ьляется въ
200 гульденовъ для д'бвушки и во 100 для вдовы; со II в1Ька до Р. X.
атотъ даръ обезпечивается всЬмъ имуществомъ мужа.
Изчезновеше калыма и развитхе обычая давать нев1^ст1^ утренн1Й даръ
или обязательство обезпечить ее на случай вдовства или развода конечно
улучшаютъ положен1е женщины, и улучшаютъ не только втимъ обезпече-
шемъ, но и т'1^мъ, что тутъ мужу внушается чувство изв1^стнаго долга,
мзв1^стной обязанности относительно своей жены. А эта обязанность не-
обходимо содМствуетъ прочности брачнаго союза, затрудняя разводъ по
капризу одного мужа. Обычай приданаго,. окончательно входящШ въ силу
при развит1И права и государства, также не мало сод^^йствуетъ проч-
ности брака и не только улучшаетъ отвошен1я жены къ мужу, но въ
изв^стныхъ случаяхъ ставить первую главою дома. На мусульманскомъ
Восток1^ богатые отцы часто выдаютъ своихъ дочерей за б'Ьдняковъ, и
так1е иужья необходимо становятся въ полную зависимость отъ своихъ
богатыхъ «енъ. Такая жена — говорить одинъ наблюдатель турецкихъ
нравовъ — «мало им^^етъ поводовъ жаловаться на свою участь. Она вовсе
не пл-биница; она свободно разъ'Ьзжаетъ въ своемъ позолоченомъ акипаж-б;
она гуляетъ въ изящиомъ каик1& по вод'Ь, вдоль очаровательныхъ бере-
говъ Босфора; она владычествуетъ надъ гаремоиъ и надъ сердцемъ своего
мужа». Не даромъ же на Востоке зам1&чается реакц1Я противъ значитель-
наго приданаго: ор1енталъ хочетъ быть лучше господиномъ бедной жены,
ч1^мъ рабомъ богатой.
На всемъ Восток']^ сплошь и рядомъ д^^вушки обручаются, даже вы-
даются замужъ несовершеннолетними; родители, конечно, не спрашиваютъ
нхъ соглас1я и, въ случа1^ ихъ сопротивлешя, могутъ принудить ихъ къ
замужеству силой. Вдовы же совершенно свободно располагаютъ своей
рукой. Но и власть родителей женить сына и выдавать дочь, вполнЪ при-
знаваемая юридическими обычаями и законами первичныхъ государствъ,
впосл'6дств1и значительно ограничивается законодательствомъ въ интере-
сахъ женщины. Безъ соглас1Я нев1&сты бракъ д']&лается невозможиымъ, и
у мусульманъ взрослая дочь сама выбираетъ сьЫ^ 1^ужа; но въ д^Бйстви*
тельности родители всегда могутъ вынудить у дочери упомянутое соглас1а
_ 78
Е т1^иъ отнять у закона всю его снлу; ж у насъ Ае 1иге брагь вклю-
чается по свободному согдасш нев1^сты н женжха, но свадьбы нашнхъ
вупцовъ и крестьянъ свид']^тедьствуютъ, хакъ призрачно въ грубонъ об-
ществ1& согаас1е нев']^сты. Давшн д'ЁвушЕ1^ такую льготу, законы Востока
требуютъ также для заключен1Я брака ж соглас1я родителей жениха ж
нев1^сты, даже при неиж'1&н1ж такого закона, его заж&няютъ обычай ж об-
щественное жн1&н1е, карающ1е ослушниковъ. Безусловная покорность роди-
тельской В0Л1& предписывается зд']^сь не только законодательствожъ, но ж
служить основныжъ правиложъ морали, нарушеше вотораго пятнаетъ репу-
тац1Ю челов']^ка. У евреевъ совершеннол']^тн1Й сынъ по закону вполн'Ь
сажостоятеленъ, но обычная жораль требуетъ, чтобы онъ не вступалъ въ
бракъ безъ соглас1я своихъ родителей. Если онъ отступалъ отъ этого
правила, то встарину родители его выносжлж на публичное и1^сто бочку
съ фруктажж ж разлажывалж ее, говоря: <нашъ родственникъ женился на
недостойной женщин^Ь; мы не хотимъ, чтобъ его Д'Ьти си'Ьшивались съ
нашими, и да будетъ зто знакомъ въ будущемъ» (т. е. вахъ разъедини-
лись фрукты, такъ разъединяежся и жы съ нижъ). '
Въ первобытной, государственной жизни, какъ жы уже вжд^^ли, жен-
щина строжилась въ свободножу заключешю брака, къ превращенш его
въ личный договоръ жежду нею и женихожъ. Это стрежленхе перешло ж
въ государствецную эпоху, продикло даже въ первобытные кодексы и на-
родные обычаи. Въ Индустан'Ь до сихъ поръ существуетъ «бракъ небес-
ной гаржонш», заключаежый единственно по взаимной склонности влюб-
ленныхъ жениха и нев1^сты. Въ древне-инд1йскихъ стихотворен1яхъ часто
упоминается еще объ обыча!^, по которому родители нев1&сты приглашали
къ себ1^ на пиръ юношей, наж^^ревающихся жениться^ и нев1^ста сажа
выбирала изъ нихъ жениха себ1&, кладя на его голову цв'1^точный в^нокъ.
Этатъ обычай сохранился до сихъ поръ въ Таньор^^. Но да не увлевется
читательница наружною прелестью этого брака; привилег1я, добытая себ1^
женщиною, состоитъ зд']^сь почти всегда только въ свободножъ выбор^^
своего господина ; все отлич1е форжы свободнаго брачнаго союза отъ брака,
заключаежаго по вол1^ родителей, состоитъ въ тожъ, что въ одножъ слу*
ча1^ д1&вушку отдаютъ, а въ другож'ь — она сажа поступаетъ въ рабство.
На Востоке право не ртд1^лено отъ релжг1и и вс% древихе кодексы
ор1енталовъ были въ тоже время сводажж релипозныхъ запов^^дей. Эти
кодексы не только узаконили ра^вившхеся въ народной жизни юржджчесие
обычаи, но съ т1жъ вж1^сгЬ предписывали новый правила, пытались ре-
форжировать общества. Вс1^ они, крож'6 Зендавесты, вооружаются протжвъ
браковъ жежду ближнижи родственникажж; хоранъ запрещаетъ передавать
жену по насл^^дству; законы евреевъ, японцевъ строго воспрещаютъ же-
нитьбу на иностранкахъ, а воранъ — на инов1^ркахъ; въ Бита1& нельзя
жениться на вс1^хъ жепщинахъ, носящихъ съ женихожъ одну фажжлш, что
чрезвычайно затруднительно для брачныхъ д^лъ, такъ какъ у 400,000,000
79
кнтайцевъ тасю фаиилй крайне незначитедьао, 1ген']^е 500. Въ стравахъ,
въ которыхъ браки съ иностранками вошди уже въ употребдеше, запре-
щен1е ихъ часто долго еще тягот1^етъ на чденахъ царскихъ фамидШ, какъ
наприн^^ръ въ Еита1^, тцЪ хенихъ-богдыханъ собираетъ вс1^хъ красйв']&й-
шнхъ д1^вушекъ имперш и выбираетъ себ^ изъ нихъ хенъ. Такииъ же
способонъ женились цари древней Руси, ханы Джунгар1и и до сегодня —
владетели разныхъ среднеаз1ятскихъ и африканскихъ государствъ! Зат^нъ
освящая существбваше кастъ и ихъ полную изолированность другъ отъ
друга , восточный законодательства вс1^ии и1&рами стараются основать
бракъ на принцип1^ равнородности обоихъ супруговъ; касты и сослов1я
не должны си1&шиваться между собою и аристократъ не долженъ портить
своего потомства прии1^сью къ его благородной крови нечистой крови
плебейки матери. Бол'бе всего старается объ этомъ индМское законода-
тельство, которое члену низшей касты запрещаетъ даже гляд1^ть на жен-
пц1ну высшей. Въ сущности эти вапрещенхя кастовыхъ браковъ есть тоже,
что м запрещеа1е браковъ международныхъ, — каждая каста состоитъ, по
теор1и по крайней ш%^Ъ, изъ людей особой породы, и членъ высшей касты
относится къ нимъ съ такймъ же пренебрежен1емъ, какъ и къ иностран-
цамъ. Но всетаки нужно зам^^тить, что требоваше равнородности супру-
говъ было шагомъ впередъ въ д'Ьл']^ уравненхя жены оъ мужемъ. Въ равно-
родномъ брак^ мужъ не можетъ уже презирать жену, какъ онъ презираетъ
ее въ томъ случа']^, если она иностранка или происходить изъ низшей
касты, хотя это уважеше и ото презр1&н1е относятся къ ней не какъ къ
женщин1^, а только какъ къ члену рода или касты.
Религ1озныя системы и проповеди моралистовъ Востока рисуютъ намъ
идеалъ брачной жизни и счастливый бракъ считаютъ однимъ изъ вели-
чайшихъ благъ земной жизни. Для достижен1я этого блага, они считаютъ
необходимымъ миръ въ семейной жизни и любовь супруга къ жен-б. Не
мало авторитетныхъ 1*олосовъ уб'1^ждало деспотическихъ орхенталовъ къ
гуманному обхожден1ю съ такими доброд^^тельными женами. Законы Ману
говорятъ, что женъ должны уважать и украшать нарядами не только
мужья мхъ, но и в(^Ъ друг1е ихъ родственники; супругамъ сов']^туется жить
въ полной любви и мир^&; но все это необходимо не ради самой женщины,
а ради благоденств1я семьи; напр., упомянутое украШеше нарядами жены
нужно только для того, чтобы она любила мужа, ибо безъ любви не бу-
детъ д1&тей. Даже варварское законодательство Китая даетъ жешцин'6
н1^которыя привилегш. изъ уважешя хъ ея материнству. Китаянку нельзя
посадить въ общественную тюрьму, если она не виновата въ прелюбод^я-
ши или уголовномъ преступленш; чиновникъ, нарушивш1й этотъ законъ,
получаетъ 40 палокъ; беременная женщина, присужденная къ т'Ёлесному
нахазанш, наказывается не раньше, какъ черезъ сто дней посл1& родовъ.
Магометъ ув'Ёщеваетъ в1&рныхъ быть справедливыми м милосердыми къ
женамъ, за что Богъ наградитъ мужей на неб%. И всл1&дств1е вл1ял1Д
80
магометанства, поюжеше женщинъ у дикарей, принявтяхъ коранъ, до-
дается дучше, ч^мъ до жхъ о6ращен1Я къ исдаиу. Вм1&ст% съ обязанностью
любить и уважать жену, релипозныя системы и кодексы Востока предни-
сываютъ мужу прилично од'Ьвать и пропитывать ее, а также ин'Ьть съ
нею поювое совокупленхе въ определенные сроки; у евреевъ, хром1^ того,
онъ обязанъ л^^чить жену (но только отъ непродолжительной бол1^зни,
ибо за постоянную хворость онъ можетъ дать ей разводъ), выкупать нзъ
лл^^на (на атомъ основан1и онъ пользуется доходами съ имущества жены),
прилично хоронить умершую жену, за что онъ насл^дуетъ ея приданое.
Къ исполненш' втихъ обязанностей жена можетъ принуждать мужа по-
средствомъ суда. Еонечно, подобный ограничешя мужняго произвола улуч-
шаютъ семейный бытъ женщины', по возможности гарантируя ее отъ само-
дурческихъ капризовъ супруга; но вс1^ упомянутыя заботы законодательствъ
относятся не къ женщин']^, даже не къ жен'Ь вообще, а только къ жен1&,
клкъ къ матери семейства и ревностной помощниц')^ своего мужа. Убеж-
дая владыкъ быть челов1^колюбив'1^е съ своими рабынями, законодательства
им'Ьютъ въ виду интересы семейства и самихъ мужей, такъ какъ опытъ
всегда повазываетъ, что челов1^ка гораздо усп^^шн'Ье можно превратить
въ раба посредствомъ кроткаго управлвн1я имъ, ч^мъ посредствомъ жесто-
востей и самодурскаго произвола. «Счастливъ челов^къ, им'Ёющ1й добро-
детельную жену, потому что долгота дней его удвоится черезъ то» — го-
воритъ сынъ Сираховъ, высказывая общее желан1е всёхъ ор1енталовъ
иметь добродетельную жену. Идеалъ ея состоитъ въ томъ, чтобы она
поступила къ мужу невинною, была верна ему и чадородна, хорошо вела
бы хозяйство, было бы покорною и всегда готовою слугою своего супруга.
Все заботы восточныхъ законодательствъ и моралистовъ устремлены на
выработку этого идеала и средствъ къ его осуществлешю въ жизни. Власть
мужа получаетъ религ10зную санкфю; жена обязана покоряться ему въ
силу лежащаго на ней небеснаго проклят1я за грехопадеше; права мужа,
основанный на чисто гражданскомъ договоре его съ невестою и родите-
лями ея, освящаются обрядомъ венчан1Я и утверждаются государственною
властью. Все стремится къ тому, чтобы сделать изъ женщины доброде-
тельную рабыню. Женщина, по законамъ Мену, никогда не должна стре-
миться къ независимости, она не должна даже мечтать о жрни отдельно
отъ своего отца, своего мужа или своихъ сыновей; если она разойдется
съ мужчиной, то оба подвергаются общественному презрешю. Единствен-
ное средство угодить богамъ и достичь небеснаго блаженства жена имеетъ
только въ безпрекословной покорности и верности своему супругу; въ рай
она можетъ войти только вместе съ нимъ и съ помощью искупительныхъ
жертвъ своего сына. Отъ нея не требуется даже исполнешя релипозныхъ
обязанностей. сБй не нужны никаюя жертвоприношешя, ни молитвы, ни
посты, — говоритъ Ману— лишь бы она любила и почитала своего мужа
В не делала ничего такого, что могло бы не нравиться ему,— она наверно
81
\ 4
буддтъ угодна небу.» Отцы, братья, мужья, сыновья, ради бдагодействгя
своего семейства и собственныхъ интересовъ, должны держать женщинъ
въ поетоянно! отъ себя зависимости и сл']&дить за каждымъ ихъ шагоиъ.
Съ опытностью развитаго рабовдад'бдьца, Ману не рекомендуетъ дМство-
вать на женщинъ м^^рами жестокости, а чтобы предохранить ихъ отъ
заразы свободо1юб1Я, сов'1^туетъ непрерывно занимать ихъ хозяйственными
работами. Во изб^&жаше домашнихъ безурядицъ и возмущен1й, женщинамъ
запрещается употреблять кр1^пк1е напитки, — какъ ото запрещается и ра-
бамъ, наприм1^ръ, въ южныхъ штатахъ северной Америки,— им1&тьхиоше-
шя съ дурными , людьми, выходить безъ позволешя мужа изъ дома, спать
не во время, говорить съ чужииъ мужчиной, смотр1^ть изъ оконъ на улицу,
чуждаться своего мужа — это шесть пороковъ, изъ коихъ каждый покры-
ваетъ женщину позоромъ м 6езчест1емъ. Женщин1^, какъ м рабу, какъ м
судр'Ё, запрещено чтенхе священныхъ^книгъ, ее необходимо держать въ
полномъ нев1^жеств1^ и въ Индустан1^, покорномъ запов'бдямъ своего бо-
жественнаго законодателя, до сихъ поръ не дозволяется женщинамъ ни
читать, ни писать, такъ какъ подобный занят1я «отрываютъ ихъ отъ
хозяйственныхъ работъ и навлекаютъ несчаст1е на семью». Даже женщи-
намъ, пользующимся ихъ дов1^ренностью, брамины не сообщают! никакихъ
важныхъ св1&д']^н1Й о своемъ учен1н, «дабы они, по своей глупости, не раз-
балтывались передъ непосвященнымъ народомъ и не бросили бы своихъ
мужей; ибо *кто научается презирать сладострастге и страдангя^
шаизнь и смерть^ тотъ не захочетъ быть рабомъ другою^. Очень
основательно и откровенно!.. Такъ какъ жена существуетъ только для
мужа, то священная книга Шастеръ, въ его отсутств1е, запрещаетъ ей
смотр1^ть на танцы^ слушать музыку, сидЪть у окна, красить брови, смот-
р']^ться въ зеркало. «Женщина, сынъ и рабъ нич1^мъ не владЬютъ само-
стоятельно, а пр1обр1&таютъ все для того, отъ кого они зависятъ». Жена
обязана оказывать своему супругу так1е же знаки уважен1Я, какъ рабъ
господину. «Несмотря на предосудительное поведеи1е мужа, на его супру-
жескую нев1&рность и на отсутствхе въ немъ вс1^хъ хорошихъ качествъ,
жена должна постоянно чтить его, какъ Богаъ,
Вся китайская жизнь основана на семейномъ начале, и поэтому поД'
чиненность жены мужу служитъ фундаментомъ китайскаго общества. Законо-
датели и философы, моралисты и полищя, мужья, отцы, братья — все
11ропов1^дуетъ впродолжен1е тысячел']&т1Й о рабсть1^ женщины и объ его
спасительной необходимости для благоденств1Я народа. «Женщина — гово-
рмтъ китайское правило — существо втройн1^ зависимое, какъ дочь — отъ
отца, какъ жена — отъ мужа, какъ вдова — отъ сына». Отъ нея требуют-
ся четыре главныхъ достоинства — добродЬтель въ сердц1Ь, скромность на
^1Ы1&, кротость на устахъ и руки, постоянно занятыя работой». Жена
никогда не должна ']^сть съ мужемъ, никуда выходить безъ его позволе-
Н1Я. Только унизившись до состояшя безличной рабыни, женщина можетъ*
6
82
устронть сеН немного сповойную жизнь въ витайсконъ семействе, иначе
ее ждутъ — брань, побои, изгнаше изъ дома. Вотъ почему знаменитая
писательница ПанъХои-Панъ въ своихъ «Семи инигахъ о женсвихъ обя-
занностяхъ» ув1^щеваетъ зкенщинъ сради ихъ собственннго счаст1Я, без-
гранично уважать мужей и постояннно наблюдать за собой, не давая
мужьямъ возможности замтьтшпь своихъ недостатковъ,.. Му.жъ —
небо жены, говорить сентенщя, противъ которой ниногда не возражали.
А есть ли на земл1^ м1^сто, гд1^ бы не было неба? Поэтому жена навсегда
остается на земл'Ь, т. е. всю жизнь находится подъ небомъ своего мужа.
Жена, любящая мужа и имъ любимая — повинуется ему безъ труда. Но
это только половина долга. Безусловное повиновен1е мужу, тещ1^ и тестю
только одно можетъ предохранить женщину отъ упревовъ, если она даже
исполняетъ вс1Ь друг1я обязанности. Женщина — говорить Щю-Хинъ-Шу —
должна быть въ дом1^ настоящею т1^нью и лростымъ эхомъ. А т^нь не
им^ётъ другой формы, кром*)^ той, какую ей даетъ предметъ; эхо не Гово-
рить ничего другого, кром*]^ того, что заставляютъ его сказать>... Дал']^е
Пань-Хои-Панъ даетъ сов1&тъ, какь возбуждать любовь мужа; для этого
женщина должна быть скромною, молчаливою, говорить лишь тогда, когда
ее спрашивають, и если она образована, то «не обнаруживать этого въ
ра8говор1&, потому что не любять, чтобы женщина цитировала безпре-
станно исторш, священвыя книги и поэтовь»; наконець, она должна
заботиться о своей вн1^шности. Руки женщины постоянно должны быть
заняты работою, и относительно причинь этого требованхя Китай совер-
шенно сходится какь съ Индустаномь, такъ и съ остальнымь Востокомъ.
«Работа — говорить одна китайская баллада — есть хранительница женской
доброд'1&тели; не дозволяйте женщинамъ быть праздными, пусть лучше он1^
круглый годь наряжаются и разд'Ёваются. Имъ нужно доставлять наряды,
чтобы, забавляясь ими, он1& не думали о своевол!н!» Учеше Пань-Хои-
Панъ считается въ Еита1^ однимь изъ лучшихь изложенШ правиль зако-
на и морали объ обязанностяхь жены; оно съ такою посл']^довательностью
выведено изъ доктрины Бонфущя, что было чрезвычайно благосклонно
принято дворомь и вс^ми мандаринами. Ученый Ма-Юнгь, начальникъ
ученыхъ и литераторовь , приказаль своей жен1& выучить его наизусть,
чтобы совергиенствовать женщинъ, Заключенныхъ въ четырехъ ст1^нахъ,
подавленныхъ домашнимь деспотизмомъ, китаянокь съ молодыхъ л1^тъ
стараются пропитать такими доктринами, преподавая имъ исключительно
только правила и уроки срмейнаго чинопочитан1Я и чисто аз1ятскаго рабо-
л^^шя, а мужчинь заставляютъ построже присматривать за ними и за
слабый надзорь дуютъ бамбуковыми палками; женщина за свои отступле-
Н1Я отъ упомянутыхъ правиль терпить столь же безчелов^^чное наказанЁе.
Напротивь, женамь, отличившимся семейными доброд'1^телями и покорностью
воздвигаются посл'ё ихъ смерти публичные памятники. Въ каждомь го-
род1^ Битая есть оффнд1альные храмы, построенные для поощрешя жен-
оо. ,
I
скнхъ доброд^^те1ей, въ честь женщинъ, зам']&чатедьныхъ покорностью
мужу Е ц1Уоиудр1еиъ, н въ честь д1^вушекъ, от1Ичившихся дочернею пре-
данностью и невинностью. Сеиейныя доброд1^теди женщинъ, васвид^^тедь- ^
ствованныя и1&стныиъ начадьствоиъ, подтвержденный ииператорскиии ука-
зами и объавденныя во всеобщее по государству св1^д%Н1е, награ)вдаются
деньгар1и, рисомъ, матер1ями и правомъ выкупа отъ т'1^1еснаго нак^азашя.
Мусудьманинъ, совершенно въ дух']^ своего в']^роучен1я, третнруетъ
жену, какъ неводьницу; она присдуживаетъ за стодомъ мужа, на коде-
няхъ подаетъ ему трубку. Боранъ уподномочиваетъ супруга не только под-
вергать ее т1Уеснынъ наказан1амъ, но и употреблять как1Я угодно сред-
ства для приведен1я ее въ покорность. Въ Ёгипт^^ мужъ часто ведетъ
свою непокорную жену къ кади и, записавъ ее у него въ штрафную книгу,
т^^мъ избавляется отъ обязанностей заботиться объ ея жилищ1^, одежд1^
м содержан1И. Даже кр^^постной, забитый феллахъ относится въ своей су«
пружниц1& съ явнымъ пренебрежен1емъ, заставляетъ ее ходить за собой,
какъ рабыню, и носить его трость, трубку и всякую тяжесть.
Вм1^ст^ съ усил1ями изолировать женщину въ семейств'Ь и обратить •
ее въ домашнее рабство т']&снымъ образомъ связаны ея религ10зная отвер-
женность и общественное безправ1е. Мн1^н1е о нечистот1^ |кенскаго организма,
существующее, какъ мы уже говорили, у дикарей, переходитъ въ рели*
позныя системы культурной эпохи, развивается и комментируется зд1^бь
жрецами, которые пользуются имъ, для своихъ личныхъ ц^^лей, для устра*
иешя женщинъ отъ жреческой должности, для 8апрещен1я имъ ходить въ
храмы, читать священный книги и т. д. Эта религ10зная безправность
жж%ле^ еще своимъ посл^Ьдствхемъ то, что женщина должна была сама со-
знавать необходимость для себя рабской зависдмости отъ мужчины. Са«
мостоятельно она не можетъ приносить жертвы: только жертвы сына или
мужа могутъ открыть ей райск1Я двери, да и то, если она покорная же-
на! Развратъ и излишество половыхъ удовольств1й, столь обыкновенный
на Восток'6, достигая изв^^стныхъ пред1^ловъ, производятъ аскетическую
реакфю, отвергающую половую любовь и позорящую женщину, какъ ис-
точнивъ всякаго зла. Таковы, наприм^ръ, аскеты индМск1е, безбрачное
будд1йское духовенство, распространенное почти по всему Востоку, ес-
сеяне м т. д. Разочаровавшись въ своихъ любовныхъ безобраз1Яхъ, исто-
щенный, раззоренный ими, пораженный любострастными ШЪъппци, воз-
менавид1^вш1Й всякое половое удовольствхе, М1ръ мужчинъ создаете свою
аскетическую доктрину и практику и укдзываетъ на женщину, какъ на
хеточникъ вс^хъ нравственныхъ золъ, какъ на оруд1е и ви1&стили1цв
злого духа. У евреевъ во время менструащи жена не можетъ ни 1^сть,
ни пить съ мужемъ, ни сид1&ть, ни лежать рядомъ съ вимъ; даже еврей-
скому лекарю запрещается въ вто время щупать пульсъ своей жены. У
парсовъ на все время мЬсячнаго очищешя женщину запираютъ въ отдель-
ное пом^^щеше и всЪ мзб^гаютъ ее, какъ прокаженную. Съ этими пред-
6*
84
разсудкаш о физической нечистот1^ женщины т1^снымъ образоиъ еоеди*
йены мн'Ьшя объ ея иравственной низвости. Эти мн']&ц1я высказывашсь и
высказываются даже самыми передовыми людьми Востока, напр., Авер-
роесомъ. Но нужно отдать ему справедливость, что ату нравственную
несостоятельность женщины онъ приписываетъ не ея природ1&, а рабству,
въ которомъ она находится. сТакъ какъ состоя Н1е рабства» — говорить
онъ — «лишило женщинъ всякой способности къ великимъ д'1^ламъ, то у
насъ вовсе н1&тъ женщинъ, одаренныхъ моральными доброд']^телями. Он1&
прозябаютъ подобно растен1ямъ и служатъ бременемъ даже для своихъ
мужей.» Подобное же мн1&ше высказывяетъ и китаянка Панъ-Хои-Панъ:
«кажется, все въ заговор1&, чтобы поддерживать несовершенство пола,
который по самой природ'Ь своей слишкомъ несовершененъ.» Большинство
же ор1енталовъ относятъ всЪ дМствительные и воображаемые недостатки
м пороки женщинъ къ прирожденнымъ и неизм^вныиъ свойствамъ ихъ
природы. Законы Иану, наприи'1^ръ, приписываютъ женской природ'Ь, въ
вид1^ отличительныхъ свойствъ ея, л1&ность, 'похотливость, «дурныя на-
клонности», желан1е д^^лать зло и развращать мужчинъ. Борьба женщинъ
противъ насил1я, т^ порочный средства, къ которыиъ она приб1^гаетъ,
какъ къ оруд1Ямъ защиты или нападешя, наконецъ, нравственные недос-
татки, развитые въ ней непосредственно ея рабскимъ положен1емъ м
необходимостью приб']^гать къ коварству или хитрости, — все ето служить
главнымъ источникомъ т1&хъ ругательствъ, изд1&вательствъ и нападокъ на
женщину, которыми мужчины осыпаютъ ее впродолжен1И тысячел1^Т1Й.
Система обязанностей, составленная для женщины мужчино!^ Востока,
никогда въ точности не исполнялась ею и женщина никогда не допускала
ед']^лать себя безусловною рабыней мужа, — ^вотъ въ этомъ то, а ни въ чемъ
другомъ, по нашему мн1^н1ю, и заключается главная причина упомянутыхъ
ругательствъ. ^ Чтобы уб^^диться въ атомъ, стоить припомнить ихъ содер-
жаше. Вс% ор1енталы бранять женщинъ за ихъ сварливость, болтливость
м наклонность къ домашнимъ сценамъ, —и понятно, вакъ см'1&етъ говорить,
а т1^мъ бол^е ругаться, баба, которая по закону должна быть безмолвною,
покорною рабынею. А главное, пылкость чувства всегда даеть женщин1^
перев1^съ падь мужчиной, если д1&ло дошло до перебранки. Китайская му-
дрость говорить: «языкь женщины — ^мечь ея, который никогда не ржав1&етъ;»
<не Н'1&мая женщина всегда можетъ отомстить за себя!,.» «Ето в1^рить
своей жен1^, тоть обманываеть самъ себя, кто не в']&ритъ ей, того обма-
нываеть она,» говорить восточная пословица; но чему же удивляться, если
задавленная рабыня обманываеть своего жестокаго владыку? Рабство всегда
Д'ЬЛаетъ людей лжецами и лицем'Ьрами. Мотовство женщинъ, ихъ страсть
къ нарядамь и кокетство, развиваемый въ нихь, какъ мы вид'кли, муж*
чинами, также ставятся совершенно несправедливо въ число обвинитель-*
ныхь пунктовь. Несправедливсть большей части нападокъ видна также
м изъ того, что сплошь и рядомь они выражаются въ самыхь общмхъ
85
злоетныхъ фразахъ и обо ъсЪтъ аенщинахъ. «Гд% найти даброд^теаную
женщину,» съ отчаяшеиъ воеклицаетъ доброд'Ьтедьны! мужчина, царь
Содоионъ, ИИ1&&Ш1Й 700 женъ и 300 наюжницъ. Наконецъ, развит!»
теоретическаго пренейрежен1Я къ женщин1^ много сод1^'йствова1Ъ и самый
фактъ ея унизительнаго рабства. Бакъ цивилизованны! рабовлад^^лецъ
презираетъ даже своего любимаго раба, такъ и аристократъ мужчина
свою невольницу-женщину. На основанш зтой отверженности и съ ядиЛ*
рен1емъ сод^^йствовать закабален1Ю ея, законы и религюзныя системы на<
лагаютъ на нее печать еще большей отверженности. Магометане сомиЪ*
ваются, есть ли у женщины душа и войдетъ ли она въ рай; бол^е бла-
госклонные изъ нихъ допускаютъ ее въ рай, но въ особое отъ мужчинъ
отд1^ен1е. Ей недоступна мечеть, какъ и вс^^мъ нечистымъ животиынъ;
хакъ ве%мъ сумасшедшииъ , пьянымъ и больнымъ, ей запрещено воэв^к**
щать о молитвенномъ час^^. Индусски не им^^ютъ права быть евид^&тель*
вицами въ суд']^; бирманки хотя и могутъ свид'1&тельствовать, но не впу-
скаются въ судный домъ, дабы своимъ присутств1емъ ие осквернить мого
святилища; въ Перс1и свид1^тельство одного мужчины равняется евмд1Ь-
тельству двухъ женщинъ и т. д. Воспитан1е женщинъ въ такой отвер-
женности уб'Ьждаетъ часто даже ихъ самихъ въ своемъ еетествеииомъ
ничтожестве передъ мужчинами и въ необходимости быть рабынями по*
сл^^днихъ. с Мы, говорить китаянка Панъ-Хои-Панъ, занимаемъ посл1^диее
мЪсто въ род'6 челов1^ческомъ, мы слабая часть его; это истина, которою
иы должны быть проникнуты и которая должна вл1ять на все наше по*
ведеше. Женщина должна со смирешеиъ держать себя на м^ст1^, указан-
иомъ ей самою природою и знать, что она ничего ие можетъ сд1^лать
безъ посторонней помощи».
Прелюбод1&ян1е — величайшее преступлен1е женщины; будучи собствен-
ностью мужчины, она не ии'бетъ никакого права отдаваться постороннему
^юбовнику; мужъ всегда можетъ наказать ее за такое нарушен1е своихъ
нравъ. Вм'Ьст'Ь съ т1&мъ, прелюбод'бяше служить дурнымъ прим'Ьромъ для
общества и вводить въ одно семейство кровь другого семейства, а такое
си'Бшеше семей подрываетъ основы восточнаго общества и не можетъ
быть терпимо государствомъ. Въ н1&воторыхъ древне-американскихъ госу-
дарствахъ мужъ, п{)одолжавш1й сожительство съ нев'Ьрною женою, нака-
зывался смертью. Въ Мехик'Ь прелюбодМная жена наказывылась смертью,
даже если ей прощадъ мужъ; въ Перу мужу самому дозволялось убить
ее. Если согр'1&шила съ мужчиной одна изъ д1^въ, посвященныхъ солнцу,
виновныхъ казнили, а ихъ дома, въ н1^которыхъ случаяхъ даже ц1^лые
села и города, въ воторыхъ они родились, истребляли вм1^ст1& со вс1Ьмъ
населен1емъ. Браминъ им1^етъ право собственноручно казнить свою невер-
ную жену. Законы Ману предписываютъ прелюбодея изжарить на желез-
но! плите, а неверную жену растерзать собаками. Въ настоящее время
употребляются более мягк1я наказашя; преступная женщина жестоко'
86
жетязуется пахваии и изгоняется изъ своей касты. Но за то ревнивые
мужья нередко расправдяются съ женами собственноручно и убиваютъ
ихъ при иадМшемъ, часто совершенно неосноватепномъ подозр'Ьн1И въ
яев1^рно€ти. Еитаецъ ии^етъ право убить и свою жену, и ея соблазни-
теля; если онъ продолжаетъ жить съ преступною женой, то подлежитъ
навазашю. Онъ можетъ также продать ее въ рабство. У древнихъ егип-
тянъ женщин1^ отр'бзывали носъ, а ея соблазнитель получалъ 1000 па-
локъ. У евреевъ побивали камнями не только прелюбод']&я и его соучаст-
ницу, но и д^^вушку, вышедшую замужъ не невинною. У древнихъ пер-
оовъ прелюбод^яше также влекло за собою смертную казнь. Нагометъ
н^&сколько смягчилъ варварскую жестокость такихъ законовъ. По корану,
обвинитель женщины долженъ доказать свой доносъ четырьмя [свид'Ьте-
лями, въ противномъ случа1& онъ получаетъ 80 плетей; если же обви-
няетъ мужъ, то онъ долженъ пятикратно присягнуть въ в'Ьрности. Ули«
чевявя жена, по корану, подвергается в1^чному тюремному заключенЬо,
незамужняя женщина наказывается ста ударами розогъ и подвергается
годичному изгнан1Ю. Но мягюе, сравнительно, законы Магомета не везд1Б
сохраняютъ свою силу; сунниты считаютъ необходимымъ побивать прелю-
бодМную жену каменьями, а въ Египт1& до сихъ поръ ее топятъ въ
"р^пЪ. Часто мужья собственноручно расправляются, вакъ съ додоэр'бвае-
мыми, такъ и съ уличенными въ нев^^рности женщинами. Въ Константино-'
йол^^, наприм^ръ, часто женъ и ихъ д']^йствительныхъ или предполагае-
мыхъ любовниковъ оскорбленные мужья топятъ въ мор1^ или в1^шаютъ на
Бн1&шней ст'бн']^ гарема. Штраусъ расказываетъ объ одномъ перс1янин%,
иакъ онъ въ припадк']^ ревности содралъ кожу со своей жены и пов1^-
силъ ее въ гарем1& на поученхе другимъ женамъ, а трупъ несчастной вы-
бросилъ на улицу. Подобное варварство на Востоке очень обыкновенно.
П.
Мы знаемъ изъ предъидущей главы, до какого безусловнаго порабоще-
шя доводится женщина на Восток^^, подъ вл1ян1емъ полигамш и варвар-
скаго взгляда законодательной восточной власти. Но это порабощен1е
никогда не было безусловнымъ, женщина боролась противъ него и посте-
пенно улучшала свою судьбу. Въ брачныхъ и семейныхъ законахъ не разъ
совершались важный перем']^ны. Такъ, напр., монголы до XVII в. были
многоженцами, но въ зтомъ стол']^т1и манджуры ввели къ нимъ монога-
11Ю. Въ ЯП0Н1И прежде нев^^ста умершаго жениха, а въ Бита1& вдова не
могли выйти за другаго, а нын1& могутъ. Особенно же значительнымъ ша-
гомъ впередъ была мусульманская реформа брака и семейства. Вообще, съ
развит1емъ государствъ деспотическая власть мужа н']&сколько ограничивается;
жена, напр., получаетъ возможность влад1&ть своимъ имуществомъ; право
87
иужа казнить жену ограничивается только сдучаемъ 11релюбод'!^ян1Я, а въ
н^^которыхъ завонодательствахъ уничтожается вовсе. Государство, поддержи-
вай ееиевный деспотизмъ владыки, даетъ еыу изв1&стную норму и нака-
зываетъ за отступлен!е отъ нея. Танъ, китаецъ можетъ убить прелюбо-
д1&8ную жену, но только въ присутствш ея родственниковъ, чтобы они
иогли пов'1&рить справедливость его подозр1&н1й. Мужъ, убившШ жену за
то, что она о6ид'1Бла или прибила его родителей, получаетъ сто палокъ,
а если убитая оказывается невинной, то казнится смертью. Вм1&ст^ съ
втимъ религ1а и право стремятся регулировать расторжен1е брака я доз«
воляютъ его только въ изв1&стны1Ъ случаяхъ, причемъ мужъ хотя ж поль-
зуется огромными преимуществами передъ женою, но все-таки его про-
взволъ поставленъ въ н']&которыя границы. . У китайцевъ мужъ нм']^етъ
право развестись съ женою за безнлод1е, нев'1^риость, безстыдство, оскор-
блеше его родителей, болтливость, наклонность къ воровству, ревность
ж неизлечимую бол^^знь; но безъ утвержден1я власти разводъ недМстви-
теленъ и не можетъ состояться, если жена въ это время носитъ трех-
Л1&ТН1Й трауръ по отц*!^ или матери, если она сирота или родители, быв-
Ш1е богатыми при выход1^ ея замужъ, теперь раззорились. По обоюдному
еоглас]Ю мужъ и жена могутъ разойтись совершенно безпрепятственяо —
и Европа въ этомъ отношен1и можетъ поучиться у презираемаго ею Еи-
тая. Жена, ^6Ътд^ыаш отъ мужа, подвергается т'1^лесному наказашю и
можетъ быть продана каждому, желающему взять ее; если же во время
бегства она вступитъ во второй бракъ,, то подлежитъ смертной казни
черезъ пов']&шешв. Черезътри года посл'Ь 6езъизв']&стнаго отсутств1Я мужа
она им']^етъ право выйти за другого.
Въ ИндустанЁ супругъ можетъ дать разводъ своей жен'6, если, безъ
иредув1&домлен1Я его родителями нев1&сты, посл1&дняя поступила къ нему
не д1&вствениицею, если жена втечен1И всего перваго года чувствуетъ
отвращен1е къ мужу, если она употребляетъ хм']^льныв напитки, ненави-
дитъ мужа, некрилично ведешь себд, проматываетъ состоян1е, если она
неизл1^чимо больна, или втечеше восьми л']&тъ безплодна. Если мужъ
долго живетъ гд1& нибудь въ отдаленныхъ м^^стахъ розно отъ жены, то*
посл']&дняя, смотря по причин1& его отсутств1я, им']^етъ право выйти за
другого черезъ 3, 6 или 8 л1^тъ. Жена также можетъ развестись съ
мужемъ, если онъ окажется отверженнымъ гр1^шникомъ, еретикомъ, импо-
тентомъ, лишеннымъ правъ преступникоиъ или больнымъ чахоткою.
Маготетанинъ можетъ дважды разводиться съ женой и снова брать ее
къ сеЬЬ безъ ея соглас1я; только посл']^ третьяго развода он^ делается
свободною отъ мужа; срокъ, втечеше котораго мужъ им^отъ право снова
жениться на разведенной имъ жен']^, для беременной — до дня ея разр1^-
шешя, для небеременной — три м']&сяца. Жена им^^етъ право требовать
развода, если мужъ не можетъ содержать ее или не далъ ей утренняго
дара. Бравъ расторгается еще въ томъ случа1^, если жена, обвиненная
88
иужеиъ въ пре^юбод^^яши, установленною ддя того четырекратяою клят*
вою, не докахетъ своей невинности.
Такимъ образомъ восточные законы хотя н ограничиваютъ несколько
власть иужа, но самыя эти ограничешя тавъ неопред'Ьленны, что мало
ст1&сняютъ произволъ иужа; в^^дь кавую угодно жену можно выгнать аа
болтливость^ нескромность, безстыдство^ — свойства чисто относк^
тельныя. Этого иало; предоставляя женщин1^ право развода гораздо въ
кеньшихъ рази^^рахъ, ч'1^мъ иужчин1&, вс1^ упоиянутыя законодательства
ставятъ даже идеалоиъ нерасторжимость брака и в'Ьчность мужнино!
власти. ЕитаЙская «Книга законовъ для женщинъ» говоритъ: «если жен-
щина им']&етъ мужа по сердцу, она им1^етъ его на всю жизнь; если она
нм'1&етъ мужа не по сердцу, она им^^етъ его на всю жизнь; въ первомъ
случа^^ женщина счастлива навсегда, во второмъ случа1& она несчастна
вплоть до своей смерти». Нерасторжимость брака основывается м на
правахъ мужа, пршбр^^тшаго жену въ в'Ёчную свою собственность, м на
релипезномъ освященш брачнаго союза, и на ьЪ^^ въ будущую жизнь,
тхЪ жена необходима мужу, и доступъ къ блаженству, который возможенъ
женщин'Ь только посредствомъ мужчины. Немаловажную роль мграетъ
зд']^сь и в'!^ра въ предопред'1лен1е боговъ, въ судьбу] даже у насъ, въ
Росс1и, женихъ до сихъ поръ называется суженымъу а невеста судьбою\
орхенталы также в'Ьрятъ, что боги предназначаютъ иэвЪстныхъ мужчинъ
къ браку съ изв1^стными женщинами; расторгать такой союзъ значить
противиться вол1Ь небесъ; сБогъ соединилъ, челов1^къ да не разлучаетъ!»
Еврейское законодательство считаетъ нерасторжимость брава, кром'Ь слу-
чая прелюбод']&ян1я, его идеаломъ, хотя мног1е 1удейск1е юристы и дока-
зываютъ, что поводомъ къ разводу должно служить все, что разрушаетъ
семейный миръ. Поэтому, у н1&которыхъ народовъ вдова не должна вы-
ходить за втораго мужа, а обязана ждать смерти, посл1^ которой она со-
единится на в']^ки съ первымъ своимъ супругомъ въ обителяхъ горнихъ*
Въ Бита1^ до сихъ поръ вдовая императрица не можетъ вступать во вто-
ричное замужество и вплоть до своей смерти обязана жить въ отд1^льномъ
дворц1^. Въ Инд1и вдова должна вести уединенную жизнь и ей строжайше
запрещено даже думать о второмъ замужеств'6. Но долго ждать вдов1& по-
смертнаго соединен!]^, съ своимъ мужемъ, — лучше ускорить его и вм'1^стф
съ супругомъ вступить въ небесный обители! Сожжеше и погребете вдовъ
и рабовъ съ трупами мужей мы видимъ у многихъ дикихъ и патр18рхаль«>
ныхъ народовъ. Съ развит1емъ касты жрецовъ, они всЪми зависящими отъ
нихъ м^^рами начинаютъ поддерживать и развивать этотъ обычай, потому
что сожжен1е вдовъ также выгодно для нихъ, вакъ прибыльно было для
католическихъ поповъ сожжеше еретиковъ и в'1дьмъ; жрецы многимъ поль-
зуются изъ имущества сожигающихся вдовъ. Въ древнМшихъ мнд^^йскмхъ
хнигахъ ничего не говорится объ этомъ обыча'Ь и народное предаше спра-
ведливо приписываетъ браминамъ его введен1е и распространев1е въ Инду-
89
стгпЪ. Ддя дрцдатя этому варварству ренпозной санкщи, брашгаы со-
вершнлн подюп въ Рнгъ-Вед1^, поступивъ въ дтомъ сдуча1& съ нагдостью,
досто|ною среднев^^воваго катодЕческаго духовенства. Въ защиту вдово-
сояжен1а они приводятъ с<1^дуи)Щ1Й текстъ Рвгъ-Ведй: «пусть жены,
которыя не овдов^^ди, у которыхъ есть добрые иужья, приступятъ, неся
еде!; пусть т*)^ изъ ннхъ, который уже сд1^дадись матерями, первыми
приступятъ къ адтарю». Но въ посд^^днемъ сдов1^ текста брамины изм1&-
ВИДЕ одну буяву и алтарь превратидся въ оюнь иди костерь. На этомъ
фадьшивомъ основаши они развиди сд1^дующее учен1е: «есди жена умнраетъ
еъ своимъ мужемъ, то она д']6даетъ святыми своихъ предковъ и будетъ
насдаядаться вм%ст1^ съ супругомъ вс']&ми бдаженствами небесъ. Своею
оиертью она исвупитъ даже таше гр'^хи мужа, вакъ уб1йство брамина иди
своего друга». Есди мужъ умеръ г д']^ нибудь дадеко и вдова не въ состоя-
нии достать его трупа, то она сможетъ сгорать, прижавъ къ груди его
сандаал», тахъ сов1&туютъ Пураны. Множество вдовъ, воодушевденныхъ
внушеннымъ браминами фанатизмомъ, сожигается съ радостнымъ и герой-
скимъ самоотвержен1емъ, т^^къ бод1&е, что брамины своими предписанхямм
сд1^дадм подожев1е вдовы крайне невыносимымъ ; многимъ женщинамъ ка-
жется дегче умереть, ч'Ьмъ жить вдовами. Энергичесв1я старан1Я ангдичанъ
истребить этотъ обычай додго быди безусп1^шны, вызывии бунты, и еще
не тавъ давно ежегодно сожигадось въ Индустан^ окодо 30,000 вдовъ.
НылФ, всд'1^дств1е пресд1^дован1Й ангдичанъ, вдовы б^гутъ съ трупами
своихъ мужей куда нибудь въ гдушь иди въ независимый отъ Британш
вдад1^шя и сожигаются, но все тфки несравненно р'1^же, ч1^мъ прежде. Въ
Мехик1& и Перу съ кородями и ведьможами также погребадись иди сожи-
гиись ихъ жены и рабы.
Развит1е редиг10зныхъ системъ и жречесвихъ сосдов1й Востока нанесдо
такимъ образомъ женщин1^ роковой ударъ. Дуадистичесвое м1росозерцан1е,
раздияющее вседенную на дв'ё подовины, — добрую и здую, отнесдо жен-
щину но второй, и во изб1^жан1е осквернен1Я святыни дишидо ее возмож-
ности д1^ятедьнаго участ1Я въ редиг103ной жизни «народа. Запертая въ
четырехъ ст^нахъ гарема, чуждая бс1&хъ общественныхъ движен1й и во-
просовъ, женщина горячо привязывается къ тЪиъ в'Ьрован1Ямъ, убЬжде-
шянъ, традищямъ, который она приняда отъ отцовъ и который она, въ
свою очередь, передаетъ дочерямъ своимъ. Въ качеств1^ сдужитедьницы
ато1 редипи она вторгается даже въ общественную жизнь, въ которой
уже самовдастно царвтъ жрецы новой редигш. Происходитъ стодкновен1е,
жрецы поб^^ждаютъ, провозглашая женщину вредной водшебницей, а ея
боговъ здымй духами. Изъ жрицы женщина д1^дается в'Ьдьмою. ЫЪ орхен-
талл в'Ьрятъ, что демоны, нам1&реваясь поседиться въ чедов']^к'Ь, почти
всегда избираютъ ддя того женщину. Это уб']^жд^н1е, пропов']&ди жрецовъ,
нервный бод^&зни женщинъ уб'1&ждаютъ часто даже ихъ самихъ, что мн^^-
ше мужчииъ вподнЪ справеддиво. Женщина становится д1&йствитедьною
90
волшебницей, жрицею духовнаго юра, цротнвопоюжнаго и враждебнаго
божестваиъ иужчинъ. Силою своихъ чаръ и заклиная!! она можетъ при-
ЧИНИТЬ иного зла. Чья нибудь внезапная смерть, засуха, эпидемхя — всё
подобный 61&ДСТВ1Я сваливаются на в'1&дьму. Въ этомъ отношеЕ1и всЪ ор1ец^
^алы похожи на того араба, который, при в^&сти о пожар'Ь, убШств1^, опу-
стошительной бур1&, ваводнеши и вс1^хъ другихъ б%дств1Я'Хъ, всегда спра-
шивалъ: «кто она?» т.е. кто та женщина, которая устроила такую б1&ду!
Индусы во время необыкновенныхъ общественныхъ несчастШ пишутъ имена
всЪхъ кенщннъ своей деревни, каждое на отд']&1ьной древесной вЪгкЪ, и
ставятъ 8ТИ в1^тки въ воду на четыре съ половиной часа; если в^^тка
поблевнетъ или завянетъ,^ значить женщина, имя которой написано на ней,
В']&дьма и достойна смерти. «Не оставляй въ живыхъ в1&дьмы,> говорить
грозный голосъ Иоисея, вакъ бы выражад общую мысль всего жреческо-
культурнаго Востока. Но ведьма осталась живою и живетъ до сихъ поръ,
къ ея искуству приб1^гаютъ нер']&дко даже сами ея гонители, а для жен-
щины 9та професс1я служвтъ однииъ изъ средствъ къ самостоятельной
жизни.
Женщина можетъ участвовать въ д1&лахъ религ1и и получать в^Ьчное
спасете только посредствомъ мужчины — это общ1Й тезисъ вс1&хъ жрече-
евихъ в^роучен1Й Востока. Женщина не мирится съ этимъ и выступаетъ
на общественную арену не только колдуньей, но также пророчицей, жри-
цей, святой подвижницей. Сестра Аэрона, Мирхамъ, им']&ла пророчеев1Й
даръ и немаловажное вл1ЯН1е на евреевъ. Деборра, жена Лапидота, была
не только пророчицей, но и втечен1е н']^сколькихъ л'1^тъ судьею изражль-
ской земли. Въ бол1&е позднюю впоху мы видимъ Анну-пророчицу, живу-
щую въ храм1^ день и ночь и подвизающуюся въ пост1^ и молитвахъ. Въ
Индустан'Ь у огнепоклоннвковъ есть жрицы, ведущ1Я строгую подвижни-
ческую жизнь и почитаемый за святыхъ. Въ древнемъ Перу были весталки,
д^^вы солнца, обязанность которыхъ состояла въ поддержан1И священнаго
огня, въ ткань1^ изъ вигоньей шерсти священныхъ покрововъ, облачен!й
м одеждъ для инки и его родственниковъ. Д'1&вы эти выбирались изъ вра-
сивМшихъ дочерей дворянъ, и только необыкновенная красота простолю-
динки могла открыть ей доступъ сюда. Жили он*]^ подъ начальствомъ ста-
рыхъ д']^въ въ обширныхъ здан1яхъ, обнесенныхъ высокою стеною, внутри
же украшенныхъ и меблированныхъ съ необыкновенною роскошью. Ером1&
необходимой прислуги, только государь съ женою могли входить сюда
и вид-бть ихъ. Въ случа* небрежности сохранешя священнаго огня или
нарушен1Я об-Ьта ц-Ьломудрхя, он-Ь погребались заживо. Родители иногда
отдавали сюда дочерей на время, во исполнен1е своихъ об-ЬтоБЪ и чтобы
заслугами посвященныхъ преклонить боговъ на милость къ семейству, на
избавлен1е кого нибудь изъ его членовъ отъ болъзни, на дарован1е этимъ
д-Ьвущкамъ хорошихъ жениховъ. Такимъ образомъ женщина возстановляла
свое право на признание за нею самостоятельныхъ заслугъ въ д*лЬ спа-
91
еея1Я. Подобное женское юнашество существуетъ н въ Инд7стан1^; де-
вушки, поевященныя богаиъ, С1ужатъ при храиЪ, брамины учатъ ихъ
гранот1&, нузык1Ь, танцамъ, истрр1И боговъ, хотя я запрещаютъ ииъ чи-
тать Веды. Он1^ участвуютъ въ богосдужен1и. Вощ он1^ выходятъ изъ
храма почему нибудь и снова вступаютъ въ общественную жизнь, ьс^
относятся къ нимъ съ б01ьшимъ уважешемъ и любой мужчина постав1яетъ
606*6 за особенную честь, есди таная д1&вушка сопасится выйти за него.
Другой класеъ такнхъ д1&вушекъ, баядерки, И1и храмовый танцовщицы,
подучаютъ одинаковое съ первыми воспиташе, не живутъ запертыми въ
своихъ монастыряхъ, участвуютъ въ общественной жизни и играютъ въ
ней роль, въ род'6 нов1&йшихъ балетныхъ танцорокъ или оперныхъ п%-
вмцъ. Професс1Я втихъ двухъ классовъ женщинъ не только снимаетъ съ
нмхъ проклят1е, лежащее вообще на женскомъ пол%, но и даетъ имъ н1&-
которую возможность хоть сколько нибудь эманципироваться отъ того возму-
тительнаго деспотизма, который давитъ женщину Востока. Не вдаваясь въ
подробности, зам1^тимъ, что вообще на Восток1& професс1Я танцорокъ и п'Ь-
вмцъ очень распространена и занятый ею женщины еоставляютъ классъ,
неподлежащШ строгимъ законамъ семейства, хотя при этомъ мног1я изъ
иихъ к прияадлежатъ рабовлад1^льцамъ и почти вс1& он'6 ведутъ распу-
щенную жизнь*). Несчастно общество, въ которомъ женокая свобода до-
бывается только путемъ порока!
Релипя Будды, сравнявшая судру съ браминомъ, плебея съ аристокра-
томъ, относительно женщинъ явилась очень мало радикальною, хотя и
очень прогрессивною, сравнительно съ системою брамизма. Открывая жен-
щмн1^ доступъ къ духовной жизни, Будда не совс1&мъ охотно соглашается
на допущеше ея въ монашество. сКаждая женщина будетъ гр1^шить при
всякомъ удобномъ случа1^,» говоритъ онъ. Потому-то, дозволивъ женское
монашество, основатели буддизма поставили всЬхъ монахинь въ безуслов-
ное, даже унизительное подчинен1е каждому духовному лицу, какъ бы не-
значительно оно ни было, и запретили имъ заняпе релипознымъ обуче*
шемъ другихъ. Женское монашество особенно развилось въ Кита*]^ и мо-
нахини усп16ли зд1^сь преодол1&ть разный ограничен1Я, наложенныя на нихъ
первоначальнымъ буддизмомъ. Въ Кита-Ь, Тибет*!^ и Гималай1& множество
женскмхъ монастырей, и женщинамъ открыть зд'Ьсь доступъ къ занят1Ю
^) Въ Япоши женщины этого сорта атшЪютъ поэтьческую и редипозную пис-
ек), которая вытекаетъ изъ древннхъ основъ соц1ально& организацш и позволяетъ
имъ пользоваться общественныиъ уважен1емъ. Ихъ образоваше слуаситъ предиетоиъ
самнхъ тщатеяьннхъ ваботъ. Ихъ учатъ всему, что можетъ содействовать улучше-
■ш ихъ фияическихъ достоинствъ и развипю ума. Бросая свою професс!!), инопя
жзъ вихъ находятъ себ^ женнховъ, я никто не думаетъ укорять ихъ за прошлую
жвзвь. Число чайных^ домов8^ въ которыхъ живутъ эти женщины, изумляетъ евро-
пейца. Въ Нангасаки, на 75,000 жителей ихъ считается бол^е 750» ^11п1уег8 Р1((о-
кв^ае^ *,^УШ, р. 45).
92
не только и^стъ аббатисеъ, но даже епнскоповъ н арх1еписноповъ. Въ р1Г-
дахъ 6удд1йскихъ святыхъ также не надо женщинъ. Въ Бнта'Ь, гдЪ б1^д-
ные родственники умершего нужа могутъ продать его вдову, чтобы вер^
путь себ'!^ потраченный на покупку ея деньги, хотя вдов'Ь и предостав-
дена возможность избавиться отъ такого насидьственнаго брака, заявдяя
суду о своемъ нежедан1и вступать во второе супружество, — ьъ Кита1^ бьин
когда-то основаны вдовами два женскихъ монашескихъ ордена... До конца
ХУШ в. они подьзовадись бодьшнмъ уважен1емъ. Но въ 1787 г, они на-»
чали сильное женское движеше, стремившееся къ основан1Ю самостоятель-
ной женско-будд11ской церкви. Одна изъ монахинь начала творить чудеса,
предсказывать будущее и пр1обр']&ла такое вл1ян1е на умы всЬхъ женщинъ,
что мужья не знали, какъ и справляться съ ними, дерзнувшими разсуж^
дать о религл и рвавшимися хоть однажды поклониться упомянутой про-
рочиц1^, возс1^давшей на трон1^ въ плать']^ желтаго цв^^та, присвоеннаго
только членамъ императорской фамил1и. Волнен1е было подавлено м мзданъ
приведенный уже нами богдыханск1й указъ, запрещавши женщинамъ, подъ
страхомъ жестокихъ наказан1й, пое1&щать храмы. Въ настоящее время, по
словамъ Гюка, въ Бита']^ есть множество женщинъ, до того недовольныхъ
своею отверженностью и рабскимъ положен1емъ, что онЪ составили секту,
основанную на в'Ьр1& въ метемпсихозйсъ и им1&ющую цфлью путемъ добро •
дЪтелей и пилигримства сод'1^йствовать переселенш женскихъ душъ въ
т'Ьла нужчинъ. ВсЬ упомянутые женсюе ордена им1^ютЪ бол'Ье или менЪе
аскетическ1й характеръ, — въ теор1И конечно , — на практик1& перуанск1И
д1^вы солнца поступали въ гаремы императора, баядерки м друп'я де-
вушки инд'Ы1скихъ храмовъ живутъ съ браминами м проститутничаютъ»
будд]йск1е женск1е монастыри сплошь и рядомъ превращаются въ непо-
требные дома. Развратъ является реакщей аскетическимъ доктринамъ. Въ
противоположность аскетическому культу возникаетъ культъ сладостраст1я,
столь распространенный въ цивилизовавныхъ странахъ древняго Востока.
Принципы первобытной свободы, гетеризма и материнства воскресаютъ.
Въ храмахъ богинь любви царитъ женщина и возбуждаетъ неистовые во-
сторги мужчинъ своими физическими прелестями; зд'Ьсь находятъ в11рное
пристанище девушки, жены и вдовы, недовольный т1Ьмъ, что ихъ т1&ломъ
влад'1^ютъ монополисты; он1^ стремятся къ свободной страсхи и находятъ
ее въ орпяхъ храмоваго разврата. Это— отрицаше полового рабства, муж-
нинаго права ревновать, законовъ о прелюбод1&ян1И, — отрицаше, прикры-
ваемое зав'Ьсой религ1и м стоящее въ т'1&сной связи съ паден1емъ обще-
ственныхъ нравовъ. Независимо отъ столь распространенной на Востоке
храмовой проститущи, реакщя браку и семейству, доходившая до полнаго
отрицашя, нер^^дко выражалась въ форм'Ь религ10зныхъ учен1Й. Таковы
были, напр., МП0Г1Я секты первыхъ в1&ковъ хрнст1анства, пропов1^дывав«
Ш1Я безусловное удовлетворен1е инстинктовъ природы и общность женщинъ.
Нисколько не преувеличивая д^&ла, можно сказать, что если въ какой
93
стране I удаваюсь водворнть бракъ такого характера, какой снлятся оря*.
дать ену законы Востока, то господство его не бьмо до1говреиеннынъ.
Р^^дкая орхентадка счктаетъ за собою обязанность в1^рностн мужу и готова,
при всякомъ удобномъ случае, броситься въ объят1Я чу жаго мужчины. Въ
гаремахъ совершается едва ди не больше любовныхъ ннтригъ, чЪмъ въ
открытыхъ домахъ цивилизованной Европы. Возьмите любого восточяаго
моралиста или философа, и всЬ они скажутъ съ Соломономъ: снигд'Ь нельзя
найтм доброд1^тельной женщины!» Сами вожди общественнаго строя, ко*
торые обязаны быть цензорами нравовъ, первые разрушаютъ брачный узы
и фактически отвергаютъ власть мужа, отнимая женъ и дочерей гражданъ.
Истор1Я Востока полна такими происшествхями, ведущими за собою ослаб*
лен1е брачвыхъ узъ. Страсть къ нарядамъ и кокетство, развивать кото-
рый въ женщинахъ законодатели и моралисты Востока сов'Ьтуютъ мужьямъ
ради интереса посл1&днихъ, употребляются женщинами для прельщен1Я чу^
жихъ мужчинъ, когда есть возможность показаться посл1^днимъ. И жен-
щины кр'Ьпко держатся за эти средства. Въ 1755 г. турецпй султанъ
Оеианъ III, въ видахь поддержан1Я общественныхъ нравовъ, строго за*
лретилъ женщиплмъ выходить на улицу въ роскошаыхъ и нарядныхъ ко-
стюмахъ; но женщины, посредствомъ разнообразныхъ хитростей, съум1^я
сделать этотъ указъ бе.'^сильнымъ , удержавъ за собою возможность наря-
жаться м кокетничать. Въ испанскомъ калифат1^ семейство постепенно те-
ряло свой строго-мусульманск1Й характеръ; утонченное общество Кордовы
гордилось изнществомъ своего обращешя, женщина вышла на свободу изъ
стЪиъ гарема и любовный п']&сни въ честь ея огласили собою сады и улицы
Испаши. Турниры, карусели, псовая и соколиная охота, музыка м по831Я,
П'6н1е я танцы — все это увлекало арабское общество въ вихрь наслажде-
шй. Старинное семейство м в1&рован1я ислама пали, а женщина, сод1&й>
ствовавшая этоыу падевш, пр1обр'1&ла значительную свободу. У современ-
ныхъ мусульманъ, особенно въ Турщи, паден1е семейныхъ и брачныхъ до^
брод1Бтелей дошло въ настоящее время, по свид1&тельству путешественви'
ковъ, до весьма значительныхъ разм1&ровъ. И вм1&ст1& съ т1^мъ противъ
мусульманскихъ воззр1^н1й на женщину выступаютъ некоторый релипоз«
ныя учен1Я, поднимающ1Я знамя женской 9манципац1И. Такова, напр.,
секта, основанная Бабомъ въ настоящемъ стол1&Т1и въ Персш м увлекшая
евоинъ учен1емъ большую часть жителей этой страны. Бабизмъ напоим^
наетъ собою систему Сенъ^Симона, — тЪ же принципы экономическаго ра*-
венства, то же 8начен1е труда, то же освобожден1е женщины отъ ст1^сни<»
тельвыхъ ограничен^ семейства, отъ религюзной отверженности и даро-
ваи1е ей доступа къ участ1ю въ д1&лахъ общины, церкви и религ1и. Въ
чмслЬ первыхъ по времени, по энергш и по уму апостоловъ бабизма, была
дЪвушка Тагирэ. Эманципированная отъ традищй ислама, она стояла во
глав1Ь цЪлой бабидской партш и ходила съ пропов'Ьдью новой доктрины
мвъ города въ городъ, изъ деревни въ деревню. Ее тайно казнили въ
94
1852 г. Бабъ и Тагирэ пропов^^дывали о равенстве поювъ, объ уничто-
жении основанныхъ на производ^^ мужа разводахъ, объ общественной сво-
бод']^ женщины. Бабъ у<1И1ъ даже, что женщина передъ Богомъ бод'1^е воз-
величена и дюбезна, ч^^иъ мужчина и на этомъ основашн его посл'^&до-
ватеди, дишивъ мужа нрава давать разводъ, предоставили это право жен1^
и наконецъ совершенно отвергли всяк1й обязательно-формальный бракъ,
лровозгласивъ принцинъ полной половой свободы. Бабизмъ сильно распро-
страняется въ Перс1и, н можно над'Ёяться, что, подъ вл1яшемъ Европы,
онъ освоб,одитъ со временемъ ор1енталку изъ рабства.
Восточная женщина при жизни мужа не им^^етъ никакой экономической
самостоятельности; ея приданое поступаетъ въ собственность мужа, дохо-
дами съ ея отд'1^льнаго имущества пользуется мужъ; только посл1& смерти
его она получаетъ свою вдовью пенс1ю и отд'Ёльное свое имущество, но
и тутъ въ большинстве^ случаевъ она поступаетъ подъ опеку мужнинаго
насл1^дника или своихъ родителей. Однако ей удастся иногда добиться
права на ч^овершенно самостоятельную жизнь; у евреевъ женщины иногда
вели свое независимое ни отъ кого хозяйство; наприм^^ръ, он1^ арендовадм
поля, разводили виноградники, торговали полотномъ и фруктами, — все это
на свой счетъ и для своихъ выгодъ. Экономическая самостоятельность м
промышленная д'Ёятельность были основами той свободы египтянокъ, ко-
торая такъ бросалась въ глаза всему древнему М1ру. Египтянки занима-
лись торговлею, землед1^л1емъ, управляли хозяйствомъ семейнымъ, самое
пропитыванье престар'!^лыхъ и больныхъ родителей законъ возлагалъ не
на сына, а на дочь. Жены пользовались полною общественною свободой,
и въ то время, какъ ояЪ уходили на рынокъ торговать, «мужчины — го*
воритъ правдивый Геродотъ, — сид1^ли дома и ткали». Въ одномъ мвъ
древне-египетскихъ мавзолеевъ открыто барельефное взображен1е мужчинъ,
которые занимаются самыми разнообразными работами, а немного въ сто-
рон'Ё отъ нихъ веселятся и танцуютъ женщины. Л1&ность, праздность,
гаремная заключенность д']&лаютъ женщину постельною игрушкою и ди<
шаютъ ее всякой свободы. Но число такихъ женщииъ на Восток'^ весьма
незначительно въ сравнен1и съ громаднымъ числомъ простонародныхъ жен*
щинъ, мужья которыхъ не им1^ютъ возможности ни существовать безъ
ихъ труда, ни держать ихъ постоянно подъ замкомъ. Въ Кгта1&, Инду*
стан1^, Лпоши, Турцш, -— везд1^ на Востоке^ простолюдинокъ почти вовсе
не коснулись т*!^ вл1пн1я восточной цивилизацш, который язъ ор1еиталкя
высшаго и среднаго круговъ сд^^лали положительную рарыню. Въ масеахъ
народа женщина не только пользуется нзв1^стною общественною свободой,
но и нер1&дко своими трудами кормитъ ц1^лое семейство и поэтому управ
ляетъ нмъ.
Въ дикой и патр1архальной жизни медициною занимались преимуще-
ственно женщины; въ государствахъ Востока мужчины совершенно отт^с*
пили ихъ отъ этой професс1и и только одна ихъ ревность заставила оста*
95 .
ВИТЬ за женщипаиЕ родовспоиогатедьное искуство. Изъ лекарями хирурга
женщина превратилась въ иовивальную, бабку, которая въ то же вреия
занимается и плодоизгнанхецъ, нер1^дко наживая этииъ больш1Я деньги.
Въ идеально-восточноиъ брав'б отъ женщины требуется одно знлн1е —
знан1е хозяйства; но страстная любознательность женщинъ, надъ которою
такъ нагло изД1^ваются ихъ господа ж повелители, даетъ имъ наконецъ
доступъ къ знан1яиъ. Китаянки обучаются чтен1ю, письму, риторик'Ь, мо-
рали, рисовашю, музык*]^, он1^ читаютъ книги и пишутъ стихи. Есть въ
Кита'Ё и писательницы, моралистки и поэтессы. Въ древней Индш жен-
щины ЕЫ'^Ьлж доступъ и въ литератур^^, и къ исвуству; даже божествомъ
посл']&днихъ считается богиня Сарасвади. Малабаръ гордится, что на немъ
родилось семь мудрыхъ философовъ, и четверо изъ нихъ были женщины.
Древн1&вшая и знаменит']^йшая изъ этихъ философокъ, Ав1аръ, жила не
ран'&е, вакъ за 1,000 л^тъ назадъ, но н1^которыя изъ ея сочиненШ со-
хранились до сихъ поръ и пользуются большимъ уважен1емъ. сБниги, это
лучш1е друзья наши, > — восвлицаетъ восторженная философка, — €Ц']^ль
науки состоитъ въ отличен]и добра отъ зла>, говоритъ она въ другомъ
н1^ст1& и этими изр1^чен1ями вакъ бы протестуетъ противъ жестокости
нужчинъ, благодаря которой женщины лишены лучшаго ут']^шен1я въ т^воей
одинокой жизни, — образовашя, лишены возможности изсл1^довать истину,
вту разрушительницу всяваго рабства. Въ Мехико д1&вушки получали свое
о6разован1е въ публичныхъ школахъ, начальницами которыхъ были жен-
щины. Исламъ ввелъ женск1я школы даже къ татарскимъ племенамъ. Въ
калифат1^ испанскихъ арабовъ женщины нер'1&дко получали даже высшее
образован1е. Арабки изучали медицину и практически занимались акушер-
ствомъ. Въ литературной истор1И Востока немаловажную роль играютъ
арабск1Я поэтессы. Вольная жизнь н']&которыхъ изъ нихъ указываетъ, кавъ
нензб1&жно должна отказываться отъ подчиненности семейнымъ идеаламъ
каждая ор!енталка, желающая посвятить себя какой бы то ни было об-
щественной ^ д1^ятельности. На Восток1&, какъ ц везд']^ въ Европ1&, эман-
ципац1И сеиейныхъ женщ'ивъ всегда предшествовала эманципащя гетеръ,
нест1^сняемыхъ узами семейства. Кавъ въ Грещи, Рим']^, Франщи, такъ и
у арабовъ, — у которыхъ женщины усп1^ли эманципироваться гораздо бо-
л1&е, чЪмъ въ какой нибудь другой восточной страи1^, -^ доступъ къ об-
щественной д']&ятельности получали прежде всего гетеры. Въ багдадсвомъ
ва1ифат'Ё, наприм1&рь, при Джафар1^ II, гетеры играли при двор1& очень
значительную роль. Между ними особенно отличалась Лмекъ; она была
сведуща въ прав']^ болЪе всбхъ юристовъ, такъ что судьи и учители аа*
кона постоянно приб1^гали къ ея сов1^тамъ. И только одна убхйственность
восточной цивилизащи не дозволяетъ ор1енталк'Ё выступить на поприще
литературы и науки, подобно женщинамъ Европы. Способности на это
найдутся не только у турчанки или китаянки, но и у дикой негритянки.
Въ прим']&ръ можно привести Филлисъ Уитли, негритянку, привезенную
96
а
бъ Бостонъ йзъ Африки и впосд1&дств1И обратившую на себя общее вне-
ман1е Америки своими поэтическими произведен1Ями.
До1ьше всего не удаваюсь мужчин1^ лишить женщину возможности
участвовать въ общественномъ управ1е91И и царствовать надъ народамн.
йричииа этого понятна: царица иди вое^ачадьница и бод^е развита м бо-
1%е им1&етъ средствъ въ 6орьб1^, ч1^мъ простая обывательница.
Мы уже говорили, что женщины н^^когда правили судьбами Израиля—
въ эпоху 'судей. Въ истор1И царства еврейскаго мы встр'1^чаемъ двухъ жен«
щинъ, им'Ёвшихъ верховную власть. Атал1я, дочь царя Осира, истребивъ
ПОЧТИ всю царскую фамил1Ю, захватила тронъ и шесть 1%тъ управляла
царствомъ. Въ поздн'ёйш1й пер10дъ Александръ Янней оставилъ {удейскую
корону своей жен1&, Александр1^, съ т^^мъ, чтобы яосл1^ ея смерти пре-
столъ перешелъ къ избранному ею насл'1&днику. Египетск1я царевны также
могли насл'Ёдовать престолъ фараоновъ. Первобытная полумифическая ис-
тор{я Аз1и выставляетъ образъ Семирамиды, которая своею жаждою
д^^ятельности и своими завоеван1ями напоминаетъ Александра Велвкаго.
Ассир1йск1Й царь Нинъ безуспешно осаждалъ Вактрш и могъ взять ее
только съ помощью Семирамиды, жены одного ассирхйскаго военачальника.
Нинъ женился ла Семирамид'^ и посл1^ его смерти посл1&дняя вступила
на тронъ. Она построила Вавилонъ съ его чудовищными ст1^нами, двор-
цами, храмами, плотинами, обелисками. Походъ ея въ Мидш также озна«
меновался ^стройствомъ по всему пути Дорогъ, водоороводовъ, разведе-
шемъ садовъ, постройкою новыхъ городовъ, воздвиженюмъ статуй. Она
покорила всю почти Аз1ю, неудался тол>ко походъ ея въ Инд1Ю, и на ста-
рости, передавъ корону своему сыну, она «передъ глазами народа изчезла
изъ виду въ образ1& голубя», говоритъ сага. Другая подобная царица была
Нивотриоа. Ея управлен1е называется справедлнвымъ и мудрымъ; долго-
в1^чнымъ паиятникомъ своей д']^ятельности она оставила ваввлонск1е мосты
и каналы. Упомянувши о кар1Йской царицЪ Артемиз)и, союзниц'Ь Ксеркса
въ его В0ЙН1& съ Грещею, о знаменитой Елеопатр1^ египетской, — игравшей
важную роль не только въ политфВ'Ь древняго М]ра, но и въ цивилизащя,—
знавшей по-латынн, по-гречески, по-еврейбки, по-арабски, по-персидски,
покровительствовавшей ученымъ и основавшей въ Александрш большую
библ1отеку, — мы остановимся на Зенов1И, цариц1& Пальмиры и Востока.
Пальмира (въ Финив1и) была зивисима отъ римлянъ, но мужъ Зеновл от-
ложился отъ нихъ; посл'Ё его смерти Зенов1Я приняла уцравлеше государ-
ствомъ и не' только обезпечила его независимость, одержавъ Н'ёсколько
блистательиыхъ поб1^дъ надъ римлянами/ но еще завоевала Египетъ, Сир1Ю,
Мессопотам1ю.. Она была красавица, но въ тоже время несла въ походах!
трудную службу наравн1^ съ простымъ солдатомъ, верхомъ на лошаДй во-
дила въ битву свое войско, вела скромную и ум1&ренную жйзёь, )сотя ж
принимала пословъ съ восточною пышностью, искусно руководила пблмти*
1ескими д1&лами, окружала себя учеными; брала уроки у мзвЪстмаго фило-
97
еофа Хонтйва, говорила по-треческн, по датияя, по-с11р1йск1, по-епгаетсга,
еоетавма очеркъ исторш Востока; ея военные таланты были признаваенн
даже вс^&иж врагами ея. Инператоръ Авред1анъ (270 — 275 г.) началъ съ
нею войну въ б01ьшихъ разм^^рахъ ; Зеновш боролась съ римской арихе!
до ]10С11&дней крайности; наконецъ, она была взята въ илЪпъ и Аврел1анъ
тр17мфально ввелъ ее въ Рииъ, закованною въ золотыя ц1^пи. Инператоръ
подарилъ ев въ окрестностяхъ Рима прекрасную виллу и она сошла съ
общественной сцены. Въ исторш монгольскихъ и турецкихъ государствъ
женщины также являются самостоятельными правительницами. Такою была,
напримЪръ, Турканъ-Хатунъ, королева Баразма, во времена Чингиса. Носи
тмтулъ защитницы в^^ры и М1ра, она защищала слабыхъ отъ сильнцхъ,
была сострадательна къ б'Ьднымъ, разбирала судейская д-кла и постановляла
приговоры съ такою справедливостью, что считсГлась самымъ умнымъ ж
безпристрастнымъ судьей. Вя царство разрушено монголами. Въ истор111
Пере», Китая и арабскаго калифата мы видимъ прим1^ры, вакъ женщины,
недовольствуясь закулиснымъ вл1ян1емъ на государственный д1&ла, стре-
мятся къ самостоятельному управлен1ю царствами. Зейда, жена персидсваго
шаха Абу-Талебъ-Ростама, назначенная посл1^ его смерти регентшей, во
время малол1&тства своего сына усп1^ла упрочиться на персидсвомъ пре-
ето1%. Выросши, сынъ захот'1^лъ лишить ее власти, но Зейда не покори-
жась, начала междоусобную войну съ сыномъ, поб1^дила его, взяла въ пл1^нъ
ж продолжала царствовать, пр1о6р'Ьтяя мудрымъ управлешемъ любовь на-
рода. Въ истор1и арабовъ женщины также стремились, и часто съ усп1&-
хомъ, къ управлешю государствомъ. Любимая жена Магомета; даровитая
поэтесса Аеша, получившая послФ смерти мужа титулъ матери в^^рныхъ й
не мало содМствовавшая развитш учен1Я ислама, пользовалась такимъ
вляшемъ на общественный Д']^ла, что даже отецъ всегда слушался ея со-
в^^товъ. Она бол1^е вс1^хъ содМствовала избрашю въ калифы Абу-Бекра м
хъустранетю Али, противъ котораго сама водила войско и взяла присту-
ломъ Бафру. Не мен1^е замечательною личностью была Зеттальмалюкъ,
сестра АлиГакема, калифа сирШскаго и египетскаго, нзв']&стнаго своими
злод1&йствами. Особенно жестокъ былъ онъ относительно женщинъ, запре-
плъ имъ вовсе появляться на улщЪ, выходить на крыши своихъ домовъ,
носить башмаки, предавая смертной казни вс1Ьхъ ослушницъ зтихъ пове-
л%вЛ Однажды Али-Гакемъ жестоко оскорбилъ свою сестру; она убила его
черезъ двухъ невольников^ъ; сынъ его сд^^лдлся калифомъ, но государствомъ
въ его имени стала править Зет^альмалюкъ.
Въ Кита*!^ мы видимъ т1& же стремлен1Я женщинъ и летописи подне-
бесной имперш говорить, что въ древности женщины составили однажды
многочисленное тайное общество, им'1^вшее ц']^лью ниспровергнуть прави-
тельство и захватить въ свои руки управлеше государствомъ. Цокушеше '
не удалось; но женщины нер1^дко жшЪт громадное вл1ЯН1е на государ-
ствениыя д^а и подъ именемъ своихъ сыновей или мужей богдыхановъ
. 7
98
управлял Китаенъ; бдн& И8Ъ этнхъ ииператрицъ доетойны стшгь на ряду
съ самыми дучшвин государями поднебеснаго царства, друпя — нисколько
ив уступаютъ по сил1^ характера саиымъ неорекдоннымъ въ своей жесто*
иости тиранаиъ мужчинамъ. Тавъ, жева развратнаго императора Шеу-Сива,
честолюбивая и жестокая до крайности; заставила покориться, своей вод^
и муженька, и всю имперш. Желая упрочить власть императора и сд'1&лать
ее вполн'Ь неограниченной, она начала д1^вствовать посредствомъ террора,
казня и изгоняя всёхъ порядочныхъ людей и выдумывая новые мучитель-
ные виды смертной казни. Около 818 г. по Р. X., Китаемъ правидъ К1а,
Неронъ своего времени, жена вотораго Виг1а разоряла имперш евоимъ мо-
товстзомъ и кутежам|ь Въ ней выразился въ безобразныхъ формахъ про-
тестъ ' китайской женщины противъ половой опеки и стремлеше къ свободе
любви. Въ своемъ дворц*!^ она устроила постыдный орг}и, вела себя какъ
Мессалина и попирая всЬ строг1е обычаи семейной жизни, вресл1&довала ■
казнила чииовнвковъ, осм'1^ливавшихся убеждать императора къ прекращу-
шю такихъ безобра81Й его в'Ьнчаниой супружницы. Въ эпоху пятой династии
(206—220 г. по Р. Х.)) Л1ю-Хи, мать слнбаго^ и преданнаго исключительно
]^азврату .императора, управляла государствомъ отъ его имени, м цосл1^
смерти его успЪла оставить за собою совершенно неограниченную власть,
посадивъ на престолъ крестьянскаго мальчика, выданнаго ею иа своего
сына. Наконецъ, она убила этого мальчика и продолжала царствовать уже
подъ своимъ именеиъ вплоть до своей скоропостижной 1смерти. Знамени-
т1^йшими изъ китайскихъ императрицъ были дв*!^ жены Тай Тсонга, въ VII
в. по Р. X. Первая изъ нихъ считалась добрынъ гешемъ страны; оё^ иод-
эорила въ Кита'Ь миръ и благоденств'ю, принявъ м1^ры къ ослаблешю столь
обычныхъ на Восток'Ь пеправдъ и жестокостей. ПослЪ ея смерти имцера-
торъ женился на Тзе-Тьянъ, которая, когда мужъ умеръ, вступила на пре-
столъ, какъ самостоятельная государыня. Въ истор1и всеМ1рныхъ монголь-
скихъ завоеваи1Й мы видимъ прекрасный женск1Й образъ Толиконы, шестой
жены Октай-Хана (I 1241 г.), которая ревностн11е самыхъ лучшихъ мои-
гольскихъ государей старалась водворить въ царств*)^ правду и благоденств1е
народа. Узнавъ, что у императора дурные сов']^тиики, что должности про-
даются за деньги» что темницы наполнены честными людьми, возстававшижм
противъ взяточничества и несправедливостей лицъ, который занимали вые-
Ш1Я должности государства, Толикона, даже по смерти мужа, лольауись
(ольшимъ вл1ян1емъ на общественный д^^ла, боролась противъ упомянутыхъ
злоупотреблен1Й съ благородствомъ, достойнымъ самаго просв1^щеннаго муж-
чины. Въ Турщи султанши также иногда правили: наприм1^ръ, русская по
дроисхождешю, Роксолана (| 1558 г.), жена Солимана Великаго, и Коссенъ,
жена Ахмеда! (| 1617 г.); посл^^дняя ^царствовала подъ именеиъ сыновей
своихъ, Османа и Ибрагима, а разсорившись съ посл1^дш1мъ и низложивши
его, подъ ииенемъ своего внука Магомета. Историки провозносятъ до н.е-
бесъ ея государственный способности. Жена Ахмеда III, почему-то горячо
99
Орпявпия хъ серюу д^да Барла XII, употребдяда вс& усщха къ воору-
жен1ю Туршк протжвъ Роши к даже, вопреки вс^^мъ правидаиъ гареиа,
П1еада собственноручно П01жтичесв1я письха шведскоиу королю и графу
Понятовскому . Въ преяненъ Индустан^^, какъ и на всеиъ Востоке, обитат
техьоицы царскнхъ и вняжескихъ гаремовъ им1^л всегда боаьшое вдхяше
на управден1в и внешнюю политику государствъ, на д'1^1а воЯны и хира.
Сдучадось, что изъ придворныхъ дамъ одна управляла д'1^лаии перваго ни-
нистра, другая — государственнаго секретаря; н']&воторыя правили изъ сто*
лжцы провинщями черезъ губернаторовъ, съ которыми ояЪ ии1Уи иостоян-
вое еообщенхе посредствоиъ вурьеровъ. Лейбъ- конвой императора состоялъ
жзъ сотни жеищинъ, вооруженныхъ саблями, кинжалами и стр'1^ами; на,-
чальвица ихъ им^а чинъ и содержан1е акира. Въ исторхи индМскихъ го*
сударствъ мы видимъ также не мало знаменитыдъ царицъ, мзъ которыхъ
одн1^ правили д1^ами, друг1Я покровительствовали^ иекусствамъ и литера-
туре, строили больницы и богад']^льни, третьи предводительствовали арм1яки
съ меиуствомъ пальмирской Зеиовш. Въ поздц'1&йшее время, въ 1840 г.,
на престолъ сейвовъ взошла Чондъ-Еонвуръ, жена умершаго государя, ко^
торая хотя н шокировала, народъ своимъ цеприличнымъ, по восточному,
образомъ жизни, но тавъ ловко обработывала д1^ла, что ей первымъ прх-
еягнулъ ея сыръ^ законный насл1^дникъ умершаго государя. Но всрор:Ь
нротмвниви ЧондъБонвуръ возстали, осадили ее въ Лагор1& и, взявъ го-
родъ, изрубили королеву въ куски. По словамъ Иилля, женское управлеше
гораздо 6лаготворн1&е для индустанскихъ государствъ, чЪп уцравлен)е. муж-
чннъ. Отчеты свид1&тельствуютъ, что гд1& финансы въ хорошемъ ерстоянш
гд'& иаимеи1^е деспотизма и злоупотреблен1й, гд1& больше условий, необхр-
дммыхъ для народнаго благосостояшя, — тамъ правитъ женщина,
Такимъ образомъ, ни законц, ни жесток1я нака^ан|я, ни гаремная
стража, ни священный авторитетъ жрецовъ,-- ничто не могло окрнчательно
додавить самод1^ятельности восточной женщины и ея стреилешй выйти .на
ту же -арену, по которой такъ свободно расхаживаютъ мужчины. Но во-
сточные поряд]ви такъ кр'1^пки относительно слабыхъ уси41й женщины, что
нечего и ждать ихг паден1я безъ усиленнаго вл1ян1я европейской цивили-
иац1И. Европ'Ь предстоитъ славная задача просв'1^тить Востокъ, задушить
царящШ тамъ деспотизмъ, освободить рабовъ, реформировать восточное
семейство и эманципировать женщину.
УП.
Насколько можно верить легендарной литератур1^, первобытная, пелас-
гмч<1ская яцоха Грещи была ознаменована владычествомъ женщинъ и мате-
рмнскаго права. Сл'^ды етихъ порядковъ ясно видны и въ начал1^ эллик-
сжаго пер10да. До развипя государственнаго строя, во вс^хъ отцравлеи1Яхъ
7*
100
^
общественной ЖНЗЯ1, женскИ вхементъ равносиенъ мужскому мдм даже
вреобдадаетъ надъ нимъ. Красотою м 1юбовьго женщина покоряет'^ все.
<Въ зо^отомъ пояс1^, на вдажныхъ крыдьяхъ Зефира мчится Венера по
сн'Ьжно! П'Ьн1^ воанъ многошумнаго моря ж яв1яется на Олмпъ. Вогм»
пораженные ея красотой, простираютъ к*^ ней рукк ж каждый жедаетъ
пршбр'Ёсть ея любовь. Внушнвъ сладкое вождед1&н1е богамъ, она смжряетъ
племена людск1я, и летающжхъ по воздуху птнцъ, и всЪхъ жжвотяыхъ,
пжтаемыхъ моремъ м обширною землею. Волки, свжр'1&аые львы, быстрые
леопарды мирно сл'Ьдуютъ за ней. Она усп^ваетъ обольстить и самаго Зевса,
заставляя его увлекаться страстью къ смертнымъ женщинамъ. > При такомъ
могу1деств1^ красоты половая свобода женщины не могла быть сП^снена.
У Гомера д1&вушки появляются всюду въ общественной жизни и совер-
шенно свободно обращаются съ мужчинами. Боги; богини м герои ведутъ
жизнь, полную свободной любви. Легенды о Пирам'6 м Тисбе11, Теро м
Леандр*!^, Тезсб и Архадн']^ *- не выдумки, а в'Ьрное изображеюе дМетви-
тельной жизни. Замужн1Я женщины были также свободны «У Гойера» —
товоритъ Атеней — с женщины участвуютъ во вс1^хъ пиршествахъ и собра-
шяхъ, — и возлежатъ за трапезами съ юношами и старцами, вмЪстЪ съ
Несторомъ и Фениксомъ!. И гомерическге мужчины относятся къ жеищм-
иамъ съ ласковостью и вежливостью. Когда беззащитная Пенелопа входить
въ залу, въ которой гаумно пируютъ сорокъ пьяныхъ жеяиховъ ея, все
смолкаетъ— и п'ёсни, и взаимный насм1^шки, и брань. Пенелопа начинаетъ
говорить о своей в'Ьрности паияти Улисса, о своей безут1Ьшной скорби по
немъ, — и гости мгновенно поддаются обаян!ю ея рЪчей, въ зал1^ воцаряется
мертвое молчаше, п'1^вецъ ФемШ роняетъ слезу на свою пятиструняую
арфу. Между тЪжъ веб эти гости недовольны Пенелопой, но только по
уход1^ ея они осмысливаются наносить ей оскорблен1Я. Уважешя къ жен-
щин1^ и увлечен1я ею не разрушали даже самые ея проступки. Какъ не
виновна была Елена, но старцы Гомера восклицаютъ: «не обвиняйте изящно-
обутыхъ троянцевъ и ахеянъ, что они за подобную женщину претерп1им
столько иесчаст1й! Женщина эта похожа на безсмертныхъ богинь !> Жен-
щинамъ были доступны вс1С роды общественной д1Сятельности. Въ олимоИ-
скомъ сов'Ьт1& боговъ он']^ являются д1Сятельными участницами. Он1^ могутъ
постоять за себя, потому что, кром'!^ красоты, влад']&ютъ и оруж1емъ, какъ
папрвм1&ръ, Артемида. Афина, искусная копьеметательница, принимаетъ
живое участ1е въ военныхъ д1&лахъ. Въ Илл1ад1С Андромаха и Елена по-
стоянно участвуютъ во всЪхъ сов'1&щан1Яхъ вождей, ихъ уважаютъ и слу.
шаются. Въ первобытну|о эпоху Афинъ, женщины считались самостоятель-
ными гражданками, им^ли голосъ въ общественныхъ собран1Яхъ наравн'Ь
съ мужчинами, а въ семейной жизни даже преобладали надъ посл^днмжк
въ известной степени; семейство было основано на началахъ материнсиаго
права и д1Сти носили имя матери. Ниже мы увидимъ, что сл1Сды это!
женской самостоятельности сохранились въ Сцарт1С до поздн&йшаго вре-
101
менк. И между т1&|[ъ кавъ, въ герончесвую эпоху Грещи, кувчщна яв-
1яется фавторомъ наси1Я, разрушеи1я, войны, ленщива д'Ьйствуетъ во вня
пря ж джввдкзащж. Марсъ — разрухаитель юродовъ^ а Мвнерва — покро-
штелшчца хородовь. Она останавдиваетъ войвы; въ то врехя, когда
Упесъ хотеть 11реед1&довать свовхъ враговъ, она угрошаетъ ему гн']&во]1Ъ
Юпятера ж застав1яетъ его 8ав1ючнть ивръ. Она навазываетъ вонновъ ва
жестокость^ Въ ]|атер1а1ьной ж умственной вудьтур'Ь народа, женщнца
жзобр&таетъ ж развиваетъ ремесла и искуства. Она научяла дюдей земле'
1%лт м другммъ отрасдямъ седьскаго хозяйства (Деметра). Ояа жзобр'бда
вряжу, тканье, шитье ж друг1Я женск1Я ремесда; разведя маедяны, быда
творцомъ музыки, жзобр']&татедьнжцею в']^совъ, стровтельницею корабде!
(Пяддада). Она -^ богиня правосуд1я (Фемида) и неумодииая мститедьница
за нрестудден1Я (Немезида). Она принесда дюдямъ огонь, это основное
средство матергядьной кудьтуры (Гест1я), и поддерживаетъ его священное
пдажя въ храмахъ, которые между прочимъ сдужатъ в1^рнымъ уб'Ьжнщемъ
ддя вресд1&дуемыхъ преступниковъ. Минерва — богиня мудрости, музы —
лредставмтедьницы наукъ и искуствъ. Не Эсвудааъ быдъ первыцъ цо вре*
мевж декяремъ, а его мать Имута съ своими шестью дочерями, а до нихъ
бегмнями ц1&дитедьнаго искуства счи'^дись Геката и Д1ана. Въ обдасти
реджг1М женщина не только подьэовадась бодьшимъ уважешемъ. но и вда«
днчествовада надъ умами, какъ вдохновенная пророчица.
' Но вс1^ эти права и преимущества быди тодько остатками древней сво-
бодь1» и я%жь дад1&е развивадись греческхя общества, т^^мъ бод1^е выдви-
гядсм на первый пданъ мужской эдементъ и во вс1^хъ сферахъ жизни
стадъ преобладать надъ женщиной. Владычество мужчинъ въ Греши, какъ
и на Востох1^, окончательно было упрочено только съ возннкновен1емъ го-
судярствъ и развитхемъ завонодательныхъ системъ. Но еще въ предше-
ствующую этимъ событ1ямъ эпоху, греческое семейство вачинаетъ скла*
дываться въ прочный союзъ, безусловво подв^аств^й отцу и чрезвычайно
Н0ХОЖ1Й на архаическую семью Востока. Между мужчиной и женщиной
мдегь борьба; отцы стараются держать подъ замкомъ своихъ дочерей,
мужья — женъ, чтобы лишить ихъ свободы въ раепоряжен]и своею красо-
тою и сердцемъ; Гекуба жалуется, что она, какъ собака, прикована на
ц^^нж иъ воротамъ Агамемнона; но ст^ны и запоры долго еще остаются
безсмдьмыми противъ любви и хитрости. Умыкан1е, бывшее прежде исклю-
читедьно разбойничьииъ захватомъ, теперь часто сдужитъ средствомъ для
зав1шчен1я союза свободной любви, и не одна Едена б1^житъ съ Адексанг
дромъ мзъ своей семейной темницы. Но, съ другой стороны, умыкаи1емъ
же добываются жены и наложницы, и мужчины относятся къ нимъ, какъ
хъ рабынямъ. Особенна сильны бь^ли захваты иностраво1^ъ для проститу-
Ц1М, наложничества и работы. Геродотъ говоритъ, что умыкаше женщинъ
было первою причиною войвы. Греки воровали женщинъ у финик!йцевъ,
кодхждянъ, троявцевъ; во время междоусобныхъ войнъ влдинскихъ пде-
102
женъ поб^^джтен зверски избквал «уяпнъ, а иъ дЪтей I женъ уво-
Д11Я въ неволю. Отецъ семейства стремится въ абсолютно! властм надъ
ъс^шш его членами; онъ произвольно распорякается рабомъ, приговарм-
ваетъ въ смерти новорожденныхъ д']^тей, котор1;кв почему нибудь не нра-
вятся ему; жену онъ хочетъ сд1&лать своей наложницей и рабыней, необ-
ход|^мой для его половыхъ наслажденШ, д%торождея1Я и хозяйственныхъ
трудовъ. 0рганизац)я первичнаго общественнато союза, брака и семьи,
требовала для своей прочности солидной собственности и женскаго раб^
етва. сПрежде всего домъ, — говоритъ Гез10дъ — «потомъ пргоСргьтенная
(т. е. наложница, рабыня, а по о6ъяснен1Ю Аристотеля, жена) и рабочШ
волъ>. Половую сторону женщины семья также стремится обратить въ
мсключительное служеше себ1^; женщина должна быть чадородною матерью
м хозяйкою, — вотъ тотъ отдаленный идеалъ, иоторый старается осуще-
ствить мужчина. Женщина, , конечно, не сразу поддается подобнымъ стрем*
леягямъ его, она борется, хитрить, И8м1^няетъ, обращается въ б1^ство,
водворяетъ въ сьшьЪ дойашнШ адъ. Бакъ же не бранить, не презирать,
не колотить такую дерзкую рабыню! Мужъ и бранитъ, и колотить, и уФк-
ваетъ ее, и продаеть въ рабство или вым^ниваеть ее на какую ннбудь
другую женщину. Но такой дебпотизмъ возможень не всегда и не каж-
дому мужу, и много должно утечь воды, прежде ч^^мъ супругъ усп^^лъ,
да и то не вполн1^, реализировать идеалъ своего самовласТ1Я. Изъ т%хъ
же временъ, иогда дочерей старались держать подъ замкомъ, а женъ об-
ратить въ иевольницъ, мы им1&емъ с[вид1&тельство Гез10да о борьб1^ жен-
щины противъ семейныхъ поработителей, даже о поб1^дахъ ея надъ ниШ.
Гбзи)дъ нападаетъ на женщинь за ихъ капризы, вспыльчивость, увлече-
И1Я, за кокетство и хитрость, лосредствомь которыхъ имъ удавалось все-
ц1^ло подчинять себ1^ мужчинъ. Конечно, вс1^ подобные усп1^хи женщины
только отсрочивали поб1|ду мужчины. Бъ тому же сила была тогда един-
ственнымъ п1)авомъ, которое признавалось людьми, и, какъ всегда въ по-
добныхъ обстоятельствахъ, слабые были принуждены ц'Ьною своей свободы
покупать покровительство сильныхь. Особенно несчастно было положевте
сироть и вдовъ. Естественно, что так1я обстоятельства сильно паралмзм-
ровали стремлен1е женщинь въ свобод1^ и независимости. Есть данный,
что въ впоху патр1архальныхъ царей, на ряду съ свободными и самостоя-
тельными женщинами, было уже не мало такихъ, который могли удовле-
творять вкусамь самого Солона или Гезшда. Съ развипемъ богатства,
житейскаго комфорта и международныхъ сношешй въ 9ллад1^ начало уса-
ливаться иногоженство то въ форм1^ полигамш, то въ форм1^ конкубината.
Но греческая женщина упорно боролась противъ многоженства. Большая
^сть мифолотовъ объясняютъ преступлешя Елитемнестры единственно рев-
востью и негодован1емъ, который внушали ей полига11Ическ1Я наклонности
ея мужа. Изъ Гомера видно, что жена считала себя <обезчещенною>, еедж
мужъ ея браль, кром1^ нея, другую жену или наложницу. Медея такое
103
((езчеспе доводить до страшнаго ке1ан1Я отоистктъ нужу смертью свое!
еопернвцы ■ кровью собетвенныхъ д1^тей. Образцонъ этой брачной борьбы
ногутъ С1ужвть отвошен1Я Геры къ Зевсу. Гера — - настоящая греческая
агена, которая яелаетъ одна об^адать свои-мъ нужемъ, за нев^Ьрность про-
елФдуетъ ж его самого, I его д^тей, и его 1юбовняцъ. Даже когда мужья
заводил себ1^ наюжницъ, который бо1ьшею частью были . рабынями, а
д%тм ихъ считадись незаконными, то и тутъ «тарадись скрывать отъ жеяъ
свои отношен1я къ зтимъ любовницамъ. Такимъ образомъ, еще до развя?
Т1Я государствъ, женщин1Ь удалось поставить моногам1Ю идеаюмъ брака.
Съ переюдомъ семей и родовъ въ государственный бытъ, женщина
проягрываетъ свое д1^до почти во всЬхъ отношепяхъ. Въ пер10дъ иатрь
архальныхъ царей, когда не быдо не только пиеанныхъ законовъ, но м
мрочныхъ юридическихъ обычаевъ, когда судебный приговоръ царя, вну^
шенный ему свыше (фемнстъ)^ 0Д1(Нъ только регулировалъ взаимный от-
иошешя людей, борьба мужа или жены, нер-Ьшенная хитростью или силой
одного изъ нихъ, р1^шалась царскимъ приговоромъ. А царь былъ мужчина,
отецъ и мужъ, тоже стремившШся къ покорен1Ю женщины; понятно, чью
сторону должны были поддерживать его вдохновенный р'Ьшен1я. Серш
одинаковыхъг случаевъ, нодлежащихъ разбирательству, естественно ведттъ
за собой серш одинаковыхъ судебныхъ приговоровъ, порождающихъ юрм-
дпеси1й обычай, или обытаый завонъ. Вс1^ первичные кодексы Европы
был только изложен1емъ втихъ обычаевъ, бол1^е или мен1^е йзм1Ьнеиныхъ
завоводательствоиъ.
, Съ во&никноветемъ государствъ законодательства лодчиняютъ женщину
тону же деспотизму, въ утвержден1Ю вотораго въ семейств^^ стремился
мужчина. Античное государство, основанное на оксплуатацл невольниковъ,
прв^вратило женщину въ свою рабыню, обйзанную производить ему здоро-
выхъ, снособныхъ и красивыхъ гражданъ. При этомъ у воинствевныхъ и
грубыхъ дорянъ порядки архаичесваго семейства расшатались несравненно
б041^, а женщины были 8акр'1^пощены и ст^^снены гораздо нен^е, чЬшъ
то было у циввлязованныхъ юшйцевъ.
Въ Спарт1^ государство захватило въ свои руки управлен1е вс^нъ, —
и распред%лен1енъ народиаго ииущества, и отноп1ен1яии половъ, и делами
еенейиыми, и воспитан1емъ д'Ьтей. Главною ц'11лью государства было рае-
пложен1е здоровыхъ людей, охранеше простыхъ, даже грубыхъ нравовъ,
воспитан1в въ гражданахъ храбрости и другихъ доблестей воина. Плутархъ,
защищая спартанскую конституцш отъ нареванШ, говорить, кто если ра-
зумно стараться объ усовершенствован1и породы собакъ и лошадей, то ио-
гЬпо и глупо порицать подобный же заботы о людской пород1^. Такимъ
образомъ, ц1^лью спартанскаго государства было усовершенствоваюе и во-
еиитан1е челов'1^ческой породы для военныхъ д'Мъ. Бакъ у всЪхъ воиц-
етвевныхъ иац1й, такъ и въ Спарт1^, въ втой общин'Ь суровыхъ конну-
имстфвъ-воввовъ, женщины являются довольно свободными и съ большим
104
правам!, ч%мъ въ государствахъ шнжческпъ, на1фин%ръ, въ Афвнахъ»
гд'Ь нхъ д^^ятельность ограничена семейною сферою ж гдЪ онЪ подчжнены
общественной В1астж несравненно иен1е, ч1&нъ семейной. Спартавецъ во-
все не жждъ домашнею яжвнш, весь день онъ проводждъ въ публжчныхъ
■1^стахъ, ^1ъ за общественнымъ стодомъ, спалъ въ общественномъ зда-
Н1ж ж только по временамъ пос^^щалъ свою жену, почтж всегда ночью
украдкою ото вс^хъ и не надолго. Не хюбовнжцей, не хозяйкой предпк-
еываюсь быть спартанк1&, а родильницей хорошжхъ д1^тей ж матерью ге-
роевъ. Поэтому д1^вушкж подучадж оджнаковое воспжтан1е съ мальчиками.
«Друпе грекж— говоржтъ Ксенофонтъ — ^хотятъ, чтобы д^^вушвж въ домаш-
иемъ уединеши занимались обработкою шерсти. Ножетъ ли такимъ обра*
вомъ воспитанная Д'Ьвица произвесть на св1^тъ что-нибудь путное! Ди-
кургъ же думалъ, что для приготовлешя одежды годятся и рабыни, а
важнейшею задачею свободныхъ женщинъ онъ считалъ д^терождеше, ж
постановилъ, чтобы женск1Й полъ занимался телесными упражнен1ями на-
равн1^ съ мужскимъ, такъ какъ сильный д1^ти могутъ быть рождены только
сильными родителями» . «Ликургъ — ^говоритъ Плутархъ^-старался о томъ,
чтобы плодъ, зачатый въ здоровомъ т1^Ъ матери, развивался и созр^валъ
какъ сл1^дуетъ, а мать им^^ла бы достаточно с^лъ, необходимыхъ для лег-
хаго ж безопаенаго перенесен1я родильныхъ мукъ. Разнообразныя гимна-
стическ1я упражнешя нашихъ юношей и д^&вицъ, совершавш1Яся публично,
ММ1&ЛЖ еще- ц1&лью возбуждать въ молодыхъ людяхъ половые инстинкты
ж охоту къ браку.» Безбрач1е жлж позднхй бракъ навлекали на вщнова-
тыхъ въ нихъ мужчинъ н^^которыя наказан1Я, — они лишались права
присутствовать на гимнастическихъ упражнешяхъ д1&вушекъ, а зимою
мхъ заставляли танцевать нагншоиъ вокругъ всей большой площ^Д!» орк*
чемъ зрители осыпали ихъ насм1^шками и п1^ли нарочно для втого слу-
чая составленныя саркастическ1я стихотворешя. Государство определяло
какъ мЪсто и время для брака, такъ и возрастъ жениха и нев1^сты, за-
прещало жениться на слишкомъ молодыхъ д^вушкахъ, а мужчинамъ пред-
писывало вступать въ бракъ около 30 л1^тъ. Занимаясь обществевньшж
д^^ами, служа государству, спартавецъ ночью, не на долго, да и то
украдкой отъ вс'1&хъ, могъ ходить къ Своей жонЪ; только посл1& рожде-
Н1Я сына ему дозволялось посещать ^ее днемъ и оставаться у ней по-
дольше. За известное число произведенныхъ гражданиномъ д'Ьтей государ-
ство награждало его, — ва трехъ ребятъ онъ освобождался отъ карауль-
ной службы, за четырехъ — отъ ве^хъ общественныхъ повинностей. «По-
жилой супругъ молодой жены — разсказываетъ Плутархъ — могъ свести ее
съ молодымъ и храбрымъ мужчиной и присвоить себе ребенка, рождеи-
жаго отъ столь благородной крови. Доблестный мужчина, которому при-
глянулась какая нибудь чадородная м добродетельная женщина, могъ вро-
сить у мужа ея позволешя на сожительство съ нею». Такимъ образомъ,
утвержденная закономъ моногамхя нередко превращалась въ пол1андрш.
105 .
ЦоелЪднЯ В1дъ брака еуществовадъ у спартанцевъ еще и въ другой фор-
м1к, сохравжвшейся в-Ьроятно отъ первичной эпохи ихъ истор1и. Земель-
ны! участокъ спартанца не цогъ быть д1&лимыиъ и отъ отца переходилъ
жъ его старшему сыну, который д^^дадся еобственникомъ; остальные братья
только пользовались доходами съ семейнаго имущества и, по свидетель-
ству 11олиб1Я» у всФхъ ихъ была общая лена и общдя дЪти. Въ подоб-
мокъ семейств1&» у главы его, старшаго брата, не было сыновей, и на-
сл1^детвОу поэтому| переходило къ старшей дочери, на которой долженъ
бы1Ъ жениться кто нибудь изъ родственниковъ, неим'ЬвшШ земельнаго
участия. Такимъ образомъ, въ Спарт1^ были перем1^шаны между собою мо-
ногам1И, пол1андр1Я, даже общность ленъ и, въ вид*!^ исключешя, встр*]^-
чиась дажо оолигашя. Д^тм съ санаго своего рождешя принадлежали. го-
сударству, ■ отецъ' не им1^лъ права убивать или выбрасывать ихъ, вакъ
8Т0 было во всей остальной Грецш, кромф Фивъ; комисс1Я изъ чиновни-
ковъ свидетельствовала иоворожденныхъ н оставляла годных^ для госу-
даретва, забракованныхъ же предавала смерти.
По мысли 1икургова законодательства, женщина должна быть государ*
ственной самкой; до замужества она приготовляется къ атой роли, ведетъ
общественную жизнь, получаетъ воспитанхе наравне съ мужчинами;, по
выходе же замужъ, она удаляется отъ общественной жизни и даже, по
восточному обычаю, должна ходить съ нокрытымъ лицомъ. Ей строго пред-
писывается быть верною мужу. Но спартанская конститущя ^недолго могла
устоять противъ стремленШ женщины къ свобод1&. Аристотедь и Плутархъ
равсвазываютъ, что даже при самомъ введен1и своей конституц1и, Лнвургъ
встр^тилъ самое оиергмчёское сопротивлея1е со стороны женщинъ и ли-
опися прм атомъ глаза. Законы были все-таки введены, но уже Бсено-
фомтъ говоритъ: с^слибы кто иибудь спросилъ меня, сохранились ли за-
ходы Лхвурга до сихъ поръ во всей ихъ чистоте, то, клянусь Зевсомъ,
я. не осмелился бы отвечать утвердительно. Бол'бе древше греческ1е пи-
еатеа мзображаютъ еиартанохъ женщинами доброд']&тельными, съ строгими
храмами, словомъ, хорошими вослитавницамм Ликурта, между тЪмъ, хавъ
Архстотель сообщаетъ, что он^ «ведутъ жизнь, распущенную, во всЪхъ
отношен1Яхъ и роскошную*. Гротъ справедливо, кажется, объясняетъ та-
хое оротхворЪчхе т1^хъ, что во. время Аристотеля богатымъ спартанкамъ
удялоеь освободиться отъ общей дисциплины, м что ^тихъ-то аманципиро-
ханхыхъ женщинъ Аристотель ххЪетъ.въ виду. И нужно заи1^ткть при
втожъ, что, вероятно, всл1^дств1е упохявутой 0ВП03ИЦ1Н жеищивъ при
введепх лхкурговыхъ законовъ, лосл-Ьдихе плохо опред'Ьлялк ихъ обязан-
хоетх к права. Эти законы давии правила, какъ воспитывать женщину х
хахъ нользоваться ею для дЪторождешя; лочтх во вс1&хъ другнхъ отно-
шен1яхъ положете женщинъ оставалось неопредЪленныхъ, «хакимъто ъеЪ
ваковнымъ», по выражешю Аристотеля* Равный мужчинамъ до своему во-
спхташюу храбрости, датрштмзму, спартанки скоро успЪдх пр1обр)с1^
106
громадное влхяше на общественный дЪда, появляясь въ публчныхъ со-
бран1яхъ, воодушевляя воиновъ, внушая геронзнъ своимъ д^^тяхъ. Он11
былн виновницами падешя т'Ьхъ евономи^ескихъ началъ, который лежа»
въ 0СНОВ1& спартанской конститущи и о возстановлешн которыхъ напрасно
старались посл1^дн1е патршты, Агисъ и Клеоменъ. Въ Спарте было запре**
щено давать за дочерьми большое приданое, какъ ради охранешя^ вконо-
мическихъ порядковъ этого государства, такъ и во изб1^жан1е владычества
богатой жены надъ б']&дяымъ мужемъ. Но интересы женщинъ взяли верхъ /
надъ 9ТИМИ разсчетами законодателя; приданое пр10бр1^тало все больШ1е м
больш1ё разм1&ры> и вотъ, всл1Ь/[ств1е большого числа жасл^^дницъ и всл1&д-
ств1е обычая давать за дочерьми большое приданое, почти Ув всей зежлм
очутились въ рукахъ снартансвихъ жеисцинъ. Всл^дств1ё этихъ обстой-
тельствъ, вл1ЯН1е женщинъ въ Спарте сд']&лалось столь грОМ11днымъ, что
Аристотель вазываетъ его гинейковрат1ей; с правители государства находм-
лнсь подъ властью женщинъ, х во время гегеиоти спартанцев!ь мнопя
д1^ла совершались по распоряжетю жеищинъ». Рабыни государства сд1^и-
лись владычицами его и, подточивъ основы конститущи, иавсегда лишили
Спарту возможности третировать себя, какъ заводскихъ кобылъ*
УШ.
Развит1е {оническихъ государствъ воббще, м въ частности глввнаго хв^
нихъ— афинской республики, сопровождалось постепеи&ымъ отдалей1ех1»
жен11|инъ отъ общественной д^^ятельности, постепеннымъ дакрЪпощев1ех^
,ихъ семейству. Въ правлен1е Кекропса, — которому приписывается введбн1е
въ Грещю брачнаго института, --вдругъ на одномъ .мЪстЪ выросла маеп-
иа, а на другомъ выступила вода. Царь послалъ бъДельфы просить у
оракула объясяешя такого феномена. Оракулъ отв1^Ч8лъ^ что маслина овна.-
чаетъ Минерву, а вода ^ Нептуна. Между граяданаии родилось оомв']^Н1е,
именемъ какого божества назвать городъ? Царь собралъ народное собрание
какъ мужчинъ, тёкъ и мнщинъ. Мужчины стояли' ва Нептуна, жевщк-
ны — ^за Минерву; а такъ какъ на сторон'Ь посл1&днитъ было голооовъ боль-
ше, то женщины одержали верхъ и городъ назианъ въ честь Мв&ервы жик
Афины — Афинами. Нептунъ раэги1&вался и залилъ моремъ вею афивскуж>
вемлю. Чтобы умилостивить бога, женщины должны были отказатьси отъ
права голоса въ народиыхъ собран1яхъ; д'Ьти ихъ ве* должны были иавы-
ваться именемъ матери,* какъ ото было да той поры, а С9ми ой& пере-
стали имевоватьсн афиоянвами и иаъ полноправнихъ гражданоиъ обрати-
лись въ женъ граждаиъ. Сказочный вленеитъ этого скаван1Я, коветао, жх-
сколько не рояяетъ иеторичее1Сой доетов'1^ряости того факта, что при раса-
»шт(и афиаскаго государства женщигал лишены были политичео«ии1ь правь,
Крторыки ОМ пользовались прежде* Ъц1Ш1^ ^ т1^нъ жЫщкнъ яастнра-
107
лсь удалть почти отъ всякой общественной дЪнтехьноста. Ииъ и'.ра-
банъ запретил, напрни'бръ, занииаться медицинской практикой; дажо ро-
довспомогательное искуство было отнято у нихъ нукчинаии. Съ упорною
настойчивостью женщины отстаивали свое право на эаняти врачебною нау-
кою* Одна изъ нихъ, Агнодика, обр^^завъ волосы, од^^вшись въ иукскее
платье, поступила къ изв1^стноиу въ то время медику въ ученье, по окон*
чаши котораго она пртобр^^ла обширную практику, преимущественно въ
кругу своего пола. Своею славою она возбудила зависть во вс1^хъ лека-
ряхъ; на нее донесли, что она развращаетъ честныхъ женщинъ. Агнодика
явилась передъ судомъ ареопага и въ опровержеше доноса открыла свой
полъ. Но ареопагъ все-таки не хот']^лъ дозволть ей практики и уступилъ
только вастойчивымъ требован1ямъ вс1^хъ знатныхъ афинянокъ, явив-
шихся ходатайствовать за Агнодику м за право женщинъ заниматься аку-
шербТвомъ. Въ области релит1М женщина была также ограничена соело-
В1емъ жрецовъ. Въ древн^^йшую эпоху Гре1(1и жрицами могл быть м за-
■ужн1я женщины; но въ бол1&е поздшя времена отъ желающяхъ быть
жрицами безусловно требоКался тягостный об1^тъ безбрач1я. Гречестя про*
рмцатблннцы, пифониссы, им'&ли громадное вл1ян1е на всЪ важный д^^ли
мира м войны. Посягнуть . открыто на права этихъ священныхъ жрицъ
жужчины не осм^^лилсь, но все-тага усп1^ли отнять у нихъ всякое са-
жостоятельное вл1ян1е. Верховные жрецы старались выбирать въ пифо-
ниссы молоденькихъ, необразованныхъ и глупенькихъ д'1^вушекъ, или же
старухъ, им^^вшихъ не мен'Ье пятидесяти лЪтъ отъ роду. Всл1^дств1е этого
жрицы скоро сд']^лались совершенно пассивными оруд1Ями въ рукахъ жре-
цовъ. Число верховныхъ жрицъ и вифониссъ было крайне ограничено; въ
Додон%, Дельфахъ, 1ое1&, Аргос%, Амикла'6, при капищЪ двухъ дочерей
Аполлона, при храм'Ь Д!оииза никогда не бывало бол^^ двухъ или трехъ
жрицъ. Ст1&сняя и ограничивая пифониссъ, жрецы равнодушно относились
хъ существовашю второстепенныхъ жрицъ и покровитетьствовали перо-
дуламъ, священнымъ д1^вамъ, который жили при разныхъ храмахъ и ча-
сто превращал посл%дше въ дома разврата. Религ10зная проститушя была
довольно сииьна въ Грецги и, принося денежныя выгоды жрецам'ъ, нахо-
дилась подъ ихъ мощнымъ покровительствомъ.
Лншивъ женщину всЪхъ полтичеекихъ правь, постарались вовсе уда-
лть ее изъ общества; она не пос'!&щала театровъ, не могла присутство-
вать на олимп1Йекихъ играхъ, участвовать въ обществе нныхъ и домаш-
нихъ праздникахъ, об1&дать въ одной комнат1^ съ муж^нами, являться до
шестидесятил']^тяяго возраста на чьихъ бы то ни было похорояахъ и т. д.
За исключетемъ н'Ькоторыхъ случаевъ, ей было з)»прещено быть на улиц'Ь
днемъ, а ночью дозволялось не иначе, кан^^ въ вкипаж']^ и съ факеломъ.
Женщины были заключены въ гинекеи и гаремы, которые у высшихъ
илассовъ охранялись часто карауломъ, имъ запрещали даже смотр'Ьть изъ
оконъ на улицу. Словомъ, женщину хатЪа держать такъ, чтобы вс1к по-
108
стороннхе 1ЮД1 забыл даже о саномъ ея сущеетвованш. с1щя честно!
женщины — говорктъ Лхутархъ — ыЛстЪ съ ея днчностью должно быть
завлочено въ ст1^цахъ дома».
Все это закр-Ьпощенхе производндось съ тою ц&1ью, чтобы спец1а11-
зжровать женщину ддя хатерннства, чтобы мужъ ногъ шЪть отъ вея ю-
рошнхъ д'Ьтей, семья — хорошую мать н хозяйву, а государство •— хоро-
шнхъ гражданъ. Изъ лчностм она была превращена въ оруд1е семейньиъ
1 общественныхъ цЪде!. Все восннташе д1&вушекъ — ототъ самый могучЦ
рычагъ нзм'1^нешя сощадьныхъ порндковъ—ионндось къ тому, чтобы сд1^-
1ать мзъ ннхъ здоровыхъ матерей, трудолюбнвыхъ н нокорныхъ работ*
нмцъ. Глава семьи, мм^^вшШ надъ д1Ьтьми право жизни и смерти, совер-
шенно произвольно распоряжался рукою свое! дочери и отдавалъ ее за
кого хот1^лъ; онъ им^^ъ право продавать свомхъ д1&тей, и, не ст1^сняясь«
торговалъ дочерьми « сбывая этотъ товаръ выгоднымъ женмхамъ. Но гре-
чанки не всегда безропотно сносили таиое третированье себя, каиъ ско-
тинъ. «Еогда мы выростаемъ и приходимъ въ разумъ — жалуется софой-
ловская Прокна — насъ сбываютъ съ рувъ и продаютъ вдаль отъ отечес-
кихъ боговъ и отъ родителей». Содонъ запретилъ продажу нев1&стъ, но
онъ же ограничилъ сумму вошедшаго уже тогда въ обычай лридаиаго,
размеры котораго бывали такъ велики, что гречесия царевны получалм
часто въ приданое ц']^лыя царства. И хотя Медея у Эврипида говоритъ,
что женщины самый жалк1я существа, ибо покупаютъ слишкомъ дорого
свомхъ господъ, но приданое все-таки доставляло жен1^ известную само-
стоятельность въ семейств1&, а при значительности суммы даже власть
надъ мужемъ, почему Солонъ и запретилъ давать его въ большихъ раз-
м'Ьрахъ. Сироты знаменитыхъ гражданъ получали казенное приданое, а
сиротамъ вообще предписывалось давать его ихъ родственникамъ, если
посл'&дн1е не хот^Ьли брать ихъ замужъ. Супругъ могъ только пользо-
ваться доходами приданаго, оно было неприкосновенно даже при конфи-
скащи мужнннаго имущества, и жена получала его въ случае развода
вм'6ст1& съ даннымъ ей при завлючен1И брава утреннимъ даромъ жениха.
Д1&вушва могла быть также насл'Ьдницей , но въ такомъ случэ^^, ради не-
раздроблен1я семейнаго ииущества, она обязана была выйти замужъ за
одного изъ своихъ близкихъ родственниковъ ; если же она, по старости,
безобраз1ю или бол1^зни не годилась для брака, то родственникъ лосту-
палъ къ ней въ домъ, считался ея номинальнымъ мужемъ, хотя въ каче-
ств1& Ц0СЛ1&ДНЯГ0 и не ии1^лъ права насл1^довать ея имущества. Такинъ
образомъ , даже богатый сироты не могли свободно располагать своею ру-
кою и должны были отдавать ее тому, кому предписывалъ завонъ. Къ не-
маловажнымъ ст1^снен1ямъ женщины принадлежало и запрещеше брава съ
иностранцами. Каждый иностранецъ, женившхйся на афинянке, продавался
вм1^ст1^ съ своимъ ииуществомъ, и треть вырученной за него суммы от-
давиась доносчику; афинянку, вышедшую за иностранца, тоже продавали
109
въ рабство, а отца ея подвергал штрафу въ 1000 драхиъ. Прк Первк!^
было продано татгь обрадопъ 5000 афмйстъ грааданокъ. Ц1^1Ыо по-
добныхъ карательиыхъ М'Ьръ быдо поддоржан1в тастоты семейной кровник
неразд^ьноетн семейнаго ннущества, по«ену допускаись браки даже между
братомъ н сестрой. Моногвм1Н бы1а едмнственною законною формою брака,
но столь ревнивое, относительно поведенхя женщияъ, государство часто
смотр^о сквозь пальцы на протнвозавоняыя д1^йств1я мужчинъ, держав-
шмхъ не только множество наложницъ, но к нер1^дко ветупавшнхъ въ
бракъ съ н1&сколькими жепами. Запирая женщину въ гинекей, требуя отъ
мен безусловной в'Ьрности мужу и другихъ семейныхъ добродетелей, го-
еударотво^ въ то же время, поблажаетъ развращенности мужчинъ, откры-
ваетъ для няхъ казенные непотребные дома, чтобы они могли и безум-
ствовать въ орпяхъ публичнаго разврата, и отдыхать отъ нихъ въ тиши
чистой семейной жизни. Мужъ д1^лается абсолютнымъ повелителемъ жены;
овъ могъ прогнать ее отъ себя по мал^Ьйшему неудовольств1ю; мужья въ
первую эпоху нер^^дко продавали своихъ женъ, а потомъ--м1^нялись ими
млн, лежа на смертномъ одр'Ь, обручали ихъ съ сваиии прхятелями. Впро»
^емъ, нри дтомъ мы видимъ м совершенно друг1Я по характеру явлен!».
Нер1&дко супруги расходились по взаимному соглашешю; недовольная му-
жемъ жена могла жаловаться на него суду и просить развода; но уже одна
заключенность женщинъ въ гинекеяхъ д1&лала зтотъ законъ нед%й€тви-
тельныиъ. Въ тому же законъ требовалъ, чтобы жена являлась лично въ
еудъ въ сопровожденш своего опекуна, т. е. мужа! Когда Гиппарета,
«ема Алкив1ада, выведенная изъ терп'&н1Я его развратомъ, явилась пе-
редъ архонтами съ жалобой, то Алкнв1адъ схватилъ ее, силою утащилъ изъ
еуда домой, и никто яе'счелъ нужнымъ вступиться за несчастную жену
ж за законъ, поруганный поступкомъ ея мужа. Супругъ былъ владыко!
яеяы, и посл'Ьдняя называла его не по имени, а господиномь, Аристо-
тель, правда, смягчаетъ н'Ьсколько характеръ ихъ отношенШ, говоря, что
глава семьи властвуетъ надъ женою, какъ государственный челов1&къ, или
наиъ правитель республики, а надъ дЪтьии — какъ царь. Особенно доста-
валось безприданнымъ женамъ, — мужья третировали ихъ, какъ рабынь.
Но нужно 8ам1^тить, что власть мужа была не единственная, тягот'Ьвшая
'>иа;гь женщиною втечете ея жизни; мужъ полу чал ъ эту власть отъ отца
мгены, и умирая, передавалъ ее насл'Ьднику, какъ ото бываетъ во вс1&хъ
архаическнхъ общеетвахъ. Такая вЪчная опека надъ женщиной стоять въ
гЬсяой связи съ принципами патркрхальнаго семейства. Един11цею древ-
жяго общества служитъ семья или лучше отецъ ея, совм1&щающ1й въ себ1&
орава и обязанности своихъ домочадцевъ; послЪ его смерти, его сынъ или
внукъ д&1аются самостоятельными потому только, что могутъ сд1^латьсн
главами семействъ. Яенщияа же не можетъ получить семейнаго главен*
етва, м подтому не жожетъ пр1обр1&сть и сопряженной съ нимъ самостоя-
мльяоетм. Безсмерпе семьи было главною заботою грека м для него не
110
было ничего у»аск16б выпращя семе1ства, вслЪдствке котораго иачезаАТЪ
въ потокств1^ дня умершихъ оредковъ, они аншаются ре1жпозны1ъ до-
честей, родовые боги остаются безъ жертвъ, дохашнШ очагъ безъ огня.
Отъ такой 6:Ьды семейство избавлядось посредствомъ 9вннц1вы, которая,
не ин1^я ннкакого еамостоятеллаго значен!» въ брачной жнзнн, с^Iужжда
тохько оруд1в11ъ роядешя дЪтей» зтихъ с якорей жнзни», а въ особенно*
стд сыновей, — «стодповъ дона, спасителей имени умирающаго отца», сдо-
выхъ гражданъ государАТву и новыхъ сдужитедей богакъ». Только для
ВТОГО и держалась жена, а вовсе не для любви, для которой существовали
гетеры. Плутархъ пишетъ, что <съ честной женщиной вовсе нельзя жить
въ одно и тоже время, вакъ съ супругой и какъ съ гетерой»; а Демос-
фенъ говоритъ: «мы им^&емъгатеръ для душевныхъ наслаждешй, прелест-
ницъ — для грубыхъ ласкъ, и законныхъ женъ-^для цоддержад1я нашего
рода и имени и для охранен1я нашихъ жилищъ». При втомъ отъ жед*
щины требовалось, чтобы она была, но выражешю Софокла, «вфриа мужу,
какъ собака». Прелюбод^^йную жену мужъ иогъ продать, а ея соблазни-
тели убить на м'1^ст'Ь; отецъ. также им'иъ право продать свою павшую
дочь, а до нздашя солоновскихъ законовъ, даже казнить ее сиертью*
Кром1^ того, жена должна быть хозяйкою или ввономкою мужа. «Женщи-
на — говоритъ Ксенофонтъ — должна походить на пчелиную матку, — не
уходить ,изъ дому, нм^ть неусыпный дадзоръ за невольницами, давать
даждой изъ нихъ приличное занят1е, принимать домашн1е запасы и при-
водить ихъ въ порядокъ, припрятывать^ въ надежное м1&сто то, что мо-
жетъ быть неупотребляемо въ хозяйств1^ до времени , на/(сматривать за
выд'Ьлкою полотна и рдеждъ, равно какъ и за печешемъ хл1М^а, . заботиться
о больныхъ служанкахъ, содержать въ порядв1& и чистоте вс% кухонный
принадлежности , кориить и воспитывать д'Ьтей и наконецъ заботиться о
собственномъ своемъ приличномъ улрашенш». Съ течещеиъ времени даже
вта хозяйственная деятельность женщины была крайне ограничена и вовсе
лишена саиостоятельности. Въ одной изъ коиед1й Аристофана женщины
лалуются, что «даже мука, масло и вино, бывш1я прежде въ полномъ ихъ
распоряжен1И, теперь отъ дихъ уже не зависятъ, а ключи отъ домашняго
хозяйства, очень надежные и сд'Ьланные съ большимъ искуствомъ, нахо-
дятся у ихъ мужей». Ни въ д^лахъ хозяйства, ни въ д1&лахъ воспиташи
д1^тей женщина не.ии1^ла никакого праца на самостоятельный годосъ. На
.гробницахъ хозяекъ изваялись узда , в1^никъ и сова, вмблемы бдительно*
сти, оконоиш и молчаливости. Ц1^лоиудренная Венера,— Венгра закодиаго
брака» — изображалась опирающеюся пятою на черепаху, въ здаиъ того,
что женщина не должна о6иаружнва;гь ндхакихъ порывовъ ума и сердца.
Когда Пенелопа . д1^аетъ сыну совершенно разуиное заи'Ьчаше! то Теле-
макъ от9'1^чаетъ ей: «отправляйся-ка въ свои бабьи комнаты, да зайдись
своимъ д'Ьломъ, сиотри за прялкою и веретеномъ, распоряжайся прислуж*
ницаии, задавай идъ работу; говорить илтютъ ^аао только Л1уа1сч||||и,
111
ш^Ъ 01Н н прежде вс&хъ, потому по у въ своецъ домЪ хозяинъ». Пе-
нелопа тотчасъ повинуется и находить едова сына сразуцными».
Мы увидннъ ниже; что гречанка, подобно женщин1^ вс1^хъ в1&еовъ и
иродовъ, не подчинялась вдодн1^, да и не могла подчрняться тЪшъ не^*
л1пымъ лостановденМмъ, которыя предп^сываль ей мужчина. И она сд*!^-
далаеь въ ^лазахь посл1Ьдняго презр1&нною тварью. Эврипидъ восклицаеть,
что «природа сотворила женщинь неспособными къ благороднымь исву-
етнамЪу но изобретательными и искусными во всякомъ зломъ дЪл1&>. «Жен-
щмна--8то большое несчфст1е», говорить онъ въ другомь м'бст'Ь. Женщина
была первою виновницей зла на 8емл1^, и женское потомство греческой
Евы постепенно совершенствовалось въ искуств'Ь злотворен1Я. Н'1^тъ по-
рока, н1&тъ хадости» которыхъ грсчесше писатели не приписывали бы жен-
щмнамъ въ ВИД1& прирожденныхъ свойствъ ихъ натуры. Сатиру на женщинъ
н:&иоторые писатели д'Ьлдли даже своею спец1альностью и она доставляла
ижъ славу. Такавъ быль Симонидъ АморгосскШ, воторыН, подражая ста-
риннымъ сагамъ о созданш челов'Ьва, изображаетъ разный качества жен-
щинъ, созданныхъ изъ свиньи, лисицы, собаки, изъ земли, моря, изъ осла,
кошки, коня, обезьяны. Вотъ характеристика цятой, морской женщины:
ссегодня она весела, см1^ется; гость, видящ1Й ее въ дом'Ь, не знаетъ,
какъ похвалить ее; лучше и прекрасн'1&е н1&тъ на св1^те женщины! Зав-
тра она невынбеииа; вид'ёть ее, приблизиться къ ней н1&тъ силы; она
немстовствуетъ также неукротимо, какъ собака около своихъ щенковъ.
Другъ-лн, врагъ-ли, на вс1^хъ она ворчнтъ и злится, подобно морю, ко-
торое въ летнее время такъ прекрасно, спокойно и ровно, тавъ радуетъ
нореходцевъ, и вдругъ забущуетъ, веп1^нитъ свои волны!.. > Идеалъ, это
десятая женщина, происходящая отъ пчелы; она обходительна, ласкова,
лучшее украшеме дома; «счастливь мужчина, получивш]й на свою долю
такую, но счаст^ив^е вс1^хъ тотъ, кто никогда не им1&лъ близкихъ сно-
шен1Й съ женщинами!» Удачный впиграммы на женщинъ быстро входили
во всеобщее употреблен1е между греками, какъ наарим'Ьръ изр'1&чен1е Гип-
понакса: «два дня въ жизни жена бол'Ье всего счастливить мужа: въ день
свадьбы и въ день ея похороны. Подобный воззр'Ьшя влияли и на фило-
соф1ю, и мыслители старались подвести рац10нальныя основан1Я подъ то,
что было создано грубымъ огоизмомъ мужчинъ и выдумано пошлою фан-
таз1ей толпы. Самый гуманный воззр1^Н1я на женщину и бракъ были вы-
работаны Аристотелемъ, учившимъ, что «сожительство другихъ живот-
ныхъ им'Ьетъ ц1Уью только распложен1е породы; напротивъ, люди живутъ
вш1ст1^ не только для произведен1Я Д'1^тей, но и для другихъ отношен1й;
задачи мужчины и женщины различны, но они помогаютъ другъ другу
т1^нъ, что каждый изъ нихъ д1^лаетъ свою особенность общимъ достоя-
шемъ, и поэтому въ такомъ союз1& прхятное соединяется съ полезнцмъ».
Но если вникнуть въ сущность подобныхъ, относительно гуманныхъ, из-
р1^11ен1й Стагирита, то выйдетъ, что они немногимъ выше другихъ эллин-
112
скихъ измышлен!! о жеВ1цин16. По ученш Арнстотедя, женекай душа ним
мужской, хотя немного выше рабской, мужъ поведмтедьньД 81емеатъ пъ
семь1& и обществ1& , женщмна служебный, «рабъ вовсе не ммЪетъ способ-
ности обдумывать; женщина хотя м нм'1^етъ эту способность, по въ слабой
степени. Разсуднтельность мужчины ие одно м тоже, что разсудительноеть
женщины, равно мужество и справедливость; въ одндмь случаЪ мужество
им1^етъ характеръ властительный, а въ другомъ — служебный. Подобнымъ
же образомъ должно разсуждать и о другихъ нравственныхъ качествагь».
Даже въ загробной жизни женщ1Гнамъ отведенъ мрачный адъ, гд1& влады-
честву етъ Прозерпина и гд'Ь он1^ присуждены «блуждать между мрачными
т1&нями>, по выражеи1ю Сафо. Презр'Ьше къ несчастному полу Доходило
часто до того, что даже лучпие люди выражали его въ тахихъ формахъ,
который только подстать какому нибудь Титу Титьпу Брускову. Фемм-
стоклъ въ первые годы своей юности забавлялся т1&мъ, что занрягалъ
четырехъ совершенно нагихъ жевщинъ въ свою колесницу и, при одобрм-
тельныхъ крикахъ толпы, про^^зжалъ на нихъ черезъ всю Агору. Въ Си-
бири самодуры-золотопромышленники и пршсковые рабочхе нер1^дхо подра-
жаютъ этому великому герою Эллады.
113
IX.
Одни вышеприведенные нападки на жеящааъ и руготня ихъ сви-
дЬтельствуютъ, что женщины не выполнили предначертанныхъ имъ
правилъ хизни, хотя за ихъ поведетемъ сл^Ьдили не только мужья и
друпе родственники, но и особые общественные инспекторы. Учрежде-
ше такой полицш ясно указываетъ, что надзирать было за ч^Ьмъ. О
тохъ же свид'Ьтельствуетъ и законъ, налагавшШ на женщину штрафъ
въ тысячу драхмъ за публичное появлеше ея нагишомъ. И это было
въ самыя первыя времена посл'Ь того, какъ мужчины, съ помощью
государственной власти, начали стараться объ осуществлеши строгихъ
семейныхъ идеаловъ. Ч'Ьмъ бод'Ье жило греческое общество, т^мъ бо-
лЪе стремилась женщина къ противной строгому браку эманципацш
плоти. Мужья сами развивали въ своихъ супругахъ страсть къ наря-
дамъ-и дЬлали ихъ кокетками. Женщина чернила брови, румянилась,
б^^лась, пудрила волосы золотымъ пескомъ, украшала голову цв^Ь-
тами, умашдлась благовошлми, заботилась о гибкости саана и т. д.,
дЪлая все это для возбуждешя любви въ муЖ'Ь или другихъ мужчи-
нахъ, смотря по обстоятельствамъ. Удаленная отъ всЁхъ интересовъ
общественныхъ, лишенная всякое самостоятельности въ семейств'Ь,
женщина спещально занялась своими половыми инстинктами, и они по-
влекли ее за сгЬны дома. «Афинянки— (оворитъ авторъ путешеств1я
Анахарсиса — удаленныя отъ общественныхъ д'Ьлъ постановлешями
правительства, часто не лжЬютъ иного честолюб1я, какъ быть люби-
мыми, иной доброд'Ьтели, кром-Ь одного страха .безчест1я. Впрочемъ,
употребляя все старанье, чтобы покрыться мракомъ спасительной тайны,
немнопя изъ нихъ д*]^ лаются изв'Ьстны своими любовньаш похождешями.»
Нарушеше женою брачной в'Ёрности дЬлалось все чаще и чаще, оставалось
ненаказаннымъ или же только давало мужу поводъ для поживы посред-
ствомъ взыскашя штрафа съ любовника жены. Женщины не мирились
съ своимъ семейнымъ положешемъ и, въ н^Ькоторыxъ облаЬтяхъ Гре-
цш, не находя удовлетворешя своему инстинкту свободы, оя^^ во мно-
жестве приб'Ьгали къ самоубШству. Нер:Ьдко женщины добивались пол-
наго главенства въ семье, жена управляла мужемъ, мать сыномъ, сестра
братомъ. Стремлешямъ женпщны къ семейной самостоятельности много
содействовала и защита ея родственниковъ; въ исторш Грецш мы вн-
димъ не мало прим^ровъ того, какъ родъ женщины, оскорбленный въ
лицЬ посл'Ьдней ея женихомъ или мужемъ, вооружался противъ оскорби-
теля и доводилъ д'Ьло даже до войны. Власть мужа, сохраняя (1е ^иге свой
лрезкн1й характеръ, <1е Гас^о значительно ослаб'Ьла, а во многихъ слу-
чаяхъ даже уступила свое м^сто власти жены. Греческ1с писатели
8
114
горько оплакиваютъ такое падете архаическаго семейства и основан-
наго на немъ общества; они говорятъ, что результатами разложеюя
семьи были паден1е всЬхъ древнихъ добродетелей, развитхе своеко-
рыст1Я, хитрости, клятвопреступничества и безобразнаго сладострастхя.
Это отчасти справедливо, но все это было только простымъ и самымъ
естественнымъ сл4дств1емъ неестественныхъ учреждетй. Рабство, чье
бы то ни было, всегда портитъ и губить основанное на немъ рабо-
влад'Ьльческое общество.
Разложешю семейства и эманципацхи гречанокъ бол*е всего содей-
ствовали служительницы красоты и любви — гетеры. Стараясь о под-
держанш въ семейств* строгихъ порядковъ, объ обращеши женщины
на исключительное занятхе материнствомъ и хозяйствомъ, грекъ искалъ
въ то же время жгучихъ наслажденш красоты и страсти; признавая
законность его желан1й, государство открывало для него казенные дома
терпимости, а толпы стекавшихся въ Грепдю иностранннхъ красавицъ
доставляли ему подругъ, или гетеръ, любовь которыхъ до того увлекала
эллиновъ, что они всегда предпочитали ее браку, и государство принуж-
дено было подавлять строгими законами постепенно возраставшее меаду
мужчинами стремлете къ безбрачш. Женская красота была въГрецш
всемогущею. «Природа — говорить Анакреонъ — ^дала быкамъ рога, ло-
шадямъ копыта, быстроту ногъ зайцу, зубастый з^въ львамъ, плава-
тельныя перья рыбамъ, птицамъ полетъ, а мужчин* разумъ. Для жен-
щины ничего у нея не осталось. Какъже тутъ быть? Вм4сто щитовъ
и всякихъ мечей, она дала ей красоту: прекрасная победить и огонь
и железо». Большинство гетеръ было сначала изъ невольницъ или
отпущенницъ. Красота освобождала ихъ изъ рабства и доставляла имъ
богатства, равнявшкся царскимъ; государственные люди, полководцы,
философы, поэты ухаживали за гетерами и не шддихи ничего, чтобы
только наслаждаться ихъ красотою, беседою и дружбою. Не разъ ге-
тера служила для художника моделью для изображен1я богини; не разъ
суровый ареопагъ прощалъ виновную гетеру, пораженный блескомъ еа кра-
соты; не разъ Эллада воздвигала пышные мавзолеи въ память этихъ кра-
савицъ, именемъ которыхъ гордились и хвастались м*ста ихъ родины. Имя
знаменитой гетеры раздавалось всюду, въ лавкахъ продавцевъ благововай,
подъ сводами театровъ, въ публичныхъ собрашяхъ, въ судилищахъ,
въ сенат*. Не одна впрочемъ естественная красота давала гетер* такое
значеше, а также и достоинства, пр1обр*тенныя воспиташемъ. Въ Гре-
щи гетеръ „дрессировали**, по тогдашнему техническому выражешю, и
разные любители красоты и спещальныя преподавательницы кокетства.
Гетеры п*ли, танцовали, играли на разныхъ инструментахъ, были зна-
комы съ литературой, славились своимъ остроум1емъ и каламбурами,
съ ними охотно бес*довали и государственные люди, и философы, а
дома ихъ б1ии такими же центрами ума и талантовъ, какъ салоны
115
ларижскихъ дамъ ХУШ в'Ька. Въ жщк гетеры ясенщнна разбила сгЬ-
снявпия ее оковн архаическихъ лорядЕОвъ, подучила доступъ къ об-
щественной жизни, Бъ занят1ямъ наукой и искуствомъ, къ бл1янш на
д^кха правлешя. Семейныя женщины шли всл'Ёдъ за гетерами и д-^ло
не обходилось безъ ожесточенной борьбы съ эгоизмомъ мужчинъ. Моды,
БОБетствОу образъ жизни гетеръ проникали въ домашше гинекеи и
увлекали ихъ обитательницъ. Мало-по-малу женщины прогЬсндлись въ
общественную жизнь. Имъ запрещено было, наприм'Ьръ, являться на
олимшйскнхъ играхъ, но этотъ законъ не оставался ненарушеннымъ
и спартанская царевна была первою женщиною, выигравшею призъ
на олимшйскнхъ гонкахъ колесвицъ. Законъ Солона, запрешдвппй жен-
щинауъ появляться на чьихъ бы то ни было похоронахъ, также былъ
выведенъ гречанками изъ употреблешя, и он^ нер'Ьдко пользовались
этими выходами изъ дому для прельщен1я молодыхъ людей своей кра-
сотой. Х1осл1 проникновен1я въ Грецш римской цивилизацЫ началъ
выходить изъ употребления обычай, въ силу котораго женпщпамъ не
дозволялось принимать участ1я въ домашнихъ праздникахъ и пировать
вн^ЬсгЬ съ своими мужьями. Ареопагъ своимъ декретомъ запрещалъ
гетерамъ отправлять релипозныя торжества вм'ЬсгЬ съ семейными жен-
щинами, но на праздникахъ въ честь Венеры мы видимъ этихъ курти-
занокъ, пирующихъ за однимъ столомъ с% женами и дочерьми граж-
данъ. Не одной половой свободы добив^ишсь женпцшы, а также и по-
литическихъ нравъ. Въ исторш Македоши и греческихъ династШ Во-
стока мы видимъ женщинъ, которыя борются съ мужчинами за цар-
скую власть. Въ релипозной сфер'Ь, недовольныя разными ограниче-
шями своихъ правъ, женщины стали присвоивать самовольно непри-
над1ежащ1Я имъ релипозныя преимущества, и н'Ёкоторыя г1ерофантнды
были наказаны смертью за присвоен1е себ'Ь правъ жрицы Цереры. Изъ
многпхъ м'Ьстъ греческихъ писателей видно, что гречанки мечтали о
щпобрЬтеши вс^хъ гражданскихъ правъ, о полной равноправности
съ мужчинами, о необходимости радикальныхъ реформъ въ бемъ'Ь и въ
основанномъ на ней обществ'^. Он'Ь — какъ высказываетъ Аристофанъ
въ своей комед1и „Женщины въ народномъ собраши*^ — помышляли о
присвоенш себ'Ь политической власти. „Я требую— восклицаетъ аристо-
фановская Проксагора — чтобы все было общее, чтобы все принадле-
жало вс^Ьмъ, чтобы не было больше ни богатыхъ, ни б'Ьдныхъ, чтобы
одни не влед'Ьли громадными полями въ то время, какъ друпе им1Ьютъ
только клочекъ земли, едва достаточный для ихъ погребешя. Женщины
такаке должны быть общимъ достоян1емъ, и пусть каждый производить
дЪтей, съ к1^иъ хочетъ^. Очень в'Ьроятно, что Аристофанъ, заклятый
^рвхгь женскаго освобожден1я, преувеличиваетъ и искажаетъ стремле-
нш женщинъ, но что он*Ь упорно хлопотали о выход'Ь изъ своего раб-
СЕаго положешя и о пр1обр'Ьтенш себ:Ь разныхъ правъ, — это песо-
116
меЬнно. и ижъ удавалось принимать учаспе въ общественной д^Ьятель-
ности, причемъ овгЁ нередко вели себя тавъ доблестно, что могли слу-
яшть примЪромъ для любого мужчины. Такъ, напримЬръ, въ 514 году
до Р. X. гетера Леена, известная философка, играла не маловажную роль
въ заговор'Ь, составленномъ противъ тир$1Новъ Пизнстрата и Гишпя.
Арестованная правительствомъ и подвергнутая ужасной пыте^Ь, она съ
твердостью великихъ героевъ перенесла в/;е, но ше выдала ни тайнъ
заговора, ни именъ своихъ соучастниковъ, и изъ боязни, чтобы муки
не заставили ее проговориться противъ своего желашя, она откусила
свой языкъ и выплюнула его въ лицо судьямъ. Леена умерла подъ пыт-
кой и афиняне воздвигли ей памятникъ. Правитель афинской респу-
блики въ самый 1]^'Ьтущ1й пер1одъ ея жизни, Периклъ, находился подъ
сильнымъ и благотворнымъ вЛ1яшемъ своей жены Аспазш, обладавшей
и образован1емъ, и такими талантами, что вокругъ ея собиралось по*
стоянно все лучшее афинское общество и разсуждало съ ней о пред-
метахъ политики, науки, художествъ и краснор-6ч1я. Одна изъ р^Ьчей
Перикла, составленная для, него Аспазхей, считается образцомъ грече-
ск^о краснор'Ьч1Я. Аспазш справедливо считаютъ не только другомъ,
но даже учительницею Сократа и Алкивхада; афиняне говорили, что
въ тЬл* ея обитаетъ душа Пифагора.
Въ области искуствъ и литературы женщины прюбр^^ли еще болЬе
обширную арену деятельности и вл1яшя, чбмъ въ полихик'Ь. Еромб
множества музыкантшъ, Грец1Я имЬла не мало поэтессъ, какъ напри-
М'Ьръ известную Сафо и фивянку Коринну, пять разъ выигрывавшую
на поэтичесвихъ состязавояхъ призы отъ Пиндара. Занят1е искуствами,
особенно музыкой и танцами, доставляло многимъ женщипамъ и само-
стоятельйое экономг1ческое положенхе, и даже известное вл1яте на об-
щество. Трудно, конечно, было женщипамъ добиться доступа къ серьез-
нымъ заня1?1ямъ наукой, но он^^ съ усп^хомъ преодолели эту труд-
ность. Между гетерами было не мало ученыхъ женщинъ. Неера и Ни-
карета серьезно занимались математикой, Филенида составила ученый
трактатъ о физик* и объ атомахъ и т. д. Теодора, дочь Дюгена и
Корины, отличалась въ арифметик'Ь и геометр1и; Аганнка была такъ
св'Ёдуща въ астроноцаи, что предсказывала лунныя затм:Ьшя, и суе-
В'Ьрная чернь говорила, что она можетъ снять луну съ неба; Клео-
патра Амагаллида, корцирская граматикесса, имЬла обширныя фило-
логическ1Я познашя. Бол'Ье всего гречанки занимались философхей,
наприм'Ьръ, три дочери Пифагора, изъ которыхъ одна, Айзара, соста-
вила книгу о природ'Ь людей и долгое время управляла пифагорей-
скою школой. Мать ихъ, Теана, по смерти Пифагора, заняла въ шкохЬ
его м'Ёсто и оставила недошедшхя до насъ: книгу о добродетели, бю-
графш Пифагора и стихотворешя, кром1^ н^сколькихъ уц'Ьл^вшихъ до
сихъ поръ отрывковъ, писемъ о воспитанш дЪтей и о ревности. Къ
117
■
пифагорейскому союзу принадлежали еще двадцать четыре другигь
жевшщны, имена которыхъ дошли до потомства. На основатели вире-
найсБой шволы, Аристиппа, имЪла немаловажное вл1ян1е подруга его
Лаиса. Дочь Аристиппа, Арета, о которой современники говорили, что
въ нее перешла душа Сократа, двадцать пять л:Ьтъ преподавала въ Афи-
нахъ философш и друг1а науки, образовала 110 учениковъ, написала
бюграфш Сократа, книги о воспитанш д'Ьтей, о войнахъ афинянъ, а
несчастномъ положеши жешцинъ, о чудесахъ Олимпа, о пчеловодстве^
и др. Въ эпитафш, которою почтили афиняне ея .могилу, она названа
св^Ьтоиъ всей Эллады, Еленой по красоте, Аристиппомъ — по слогу, Со-
вратоиъ — по уму, Гомеромъ — по краснор'Ьчш. У Олатона было также
в^СБолько неоосредствекныхъ ученицъ. Мегарская школа тлЬлв. даро-
витую философку Никарету, циническая школа — Гшшархш, оставив-
шую несколько тра1'ед1й и другихъ поэтическихъ и философсвихъ со-
чинен1Й; въ эпикурейской школ'Ь изв'Ьстны Батида и Фемисто Ламп-
савскаа.
Въ иачал'Ь христханской эры въ Александре д']^йствовала Гипат1я
(род. въ 370 г.), дочь перваго математика и астронома своего времени,
получившая блестящее образовав1е и ^Ьздившал въ Афины для изуче-
шя системы неоплатонизма. Когда же вернулась въ АлексаЦдрш, то
домъ ея сделался центромъ всЬхъ передовыхъ людей этого передо-
вого города. Она увлекала умы и своей красотой, и ораторскимъ та-
лалюмъ, и обширными познан1ями въ математик-^Ь, астрономш и фи-
лософш. Ставши во глав^^ неоплатонической шволы, Гипат!я возбуж-
дала во вс^Ьхъ сзоихъ слушателяхъ самый пламенный энтузхазмъ и
сильную зависть въ епископе Кирилл]^, вид'Ьвшемъ въ ней не только
опасную соперницу въ ораторств'Ь, но и врага в'Ьры, отвлекавшаго умы
отъ церкви къ неоплатонической школе. Влхяше Гипатхи на ея друга
Ореста, александр1Йскаго губернатора, съ воторымъ Бириллъ им'блъ
н-Ъсколько столкновешй, еще бол^е вооружало епископа противъ зна-
менитой философки. Онъ началъ ажитировать противъ нея чернь. И
вотъ, въ начал^^ 415. года на колесницу Гипатш напала разъяренная
толпа, стапсила ее съ экипажа, разорвала одежды и, убивъ ее камень-
ями, стала растерзывать ея трупъ, таская его по улицамъ Алевсан-
др1И, и навонецъ сожгла на востри оставшдеся вусви т^а знамени-
той учительницы и мученицы за женское д'Ьло.
Слегка очерченная нами свобода, которой усп&га добиться гречанки,
бнда несовместима съ патраархальными семейными порядками, а об-
щественное значеше, прюбр'Ьтенное женщиною въ лицЪ гетеры, шло
въ разр^ъ съ господствовавшими до тЪхъ поръ унизительными воз-
зрЪншми на женск1й полъ. Борьба, веденная женщиной, им^ла таше
осязательные результаты, которые ясно указывали на необходимость
сехейннхъ и соц1альныхъ реформъ, и величайппй изъ греческихъ мыс*
118
хителей, Игатонъ, въ своемъ проэкт^ о рац1онально]1Ъ уетройствЬ
республики, является отцеиъ великой нд^и женской эманципащж. Хотя
онъ н не ногъ освободиться отъ античной теорш, всецело подчиняв-
шей отд'ккьную личность государству, но въ'то аье вреня онъ учить,
что женская природа одинакова съ мужской, что женщины поэтоиу
способны къ умственной и гражданской д^Ьятельности наравне съ мужчи-
нами, и поэтому ихъ не сл^дуетъ устранять ни отъ занят1й науками,
ни отъ участ1Я въ государственныхъ д^лахъ. Идея Платона осталась
только мечтою благороднаго мыслителя и Эллад'Ь не суи^ено было
видеть ея полнаго осуществлетя. Но послФдшя эпоги греческой исто-
р1и, овнаменованныя проникновешемъ женщины въ разный сферы ум-
ственной и общественной д'Ьятельности, все-таки значительно подняли
ее въ глазахъ передовыхъ людей тЪхъ временъ. Прежде жещцина це-
нилась только 38 покорность, домовитость и красоту, а греческая лжь
бовь, по справедливому зам'Ьчашю Клемма, им^ла исключительно чув-
ственный характеръ; съ успехами же нравственнаго развитая и отно-
сительной эманципащи гречанокъ, воззр'Ьшя на любовь радикально
изменяются. Отъ женщины требуются не только красота и искуство
услаждать ею мужчину, но и нравственный совершенства и развитость
ума. Еще Есенофонтъ поставилъ себе ц^лью защищать превосход-
ство красоты нравственной передъ телесною и, возставая противъ
роскоши, изнеженности, расточительности, онъ порицаетъ гречесшй
обычай, по которому развитхе .физическихъ силъ предпочиталось ум-
ственному, три атлетовъ — филрсоф1И. Вместе съ этимъ развивалось
и ражеше къ женпщнамъ. Александръ Македонсшй обращался даже
съ женами побежденныхъ персовъ съ такою рыцарскою деликатностью
и такъ увлекалъ собою перс1яноЕъ, что мать Дар1я, пережившая
смерть своего СБша, съ горя объ умершемъ Александре лишила себя
Еакъ во всякой первичной цивилнзацш, такъ и въ римской семья
была сощальною единицей, а представитель и неограниченный владыка
ея,. отецъ, единственнымъ изъ всехъ домочадцевъ полноправнымъ
гражданиномъ. Подчиненный членъ семейства былъ не лицомъ, а
вещью, и судьба его всецело зависела от^ произвола домовладыки.
Та же частная власть римскаго гражданина, которой подчинялись нсЪ
вещи, составлявппя его имуществе въ собствепномъ смысле, господ-
ствовала въ лице его надъ подчиненными ему членами семейства и
эксплуатировала ихъ въ денежномъ отношеши въ свою пользу. Онъ
распоряжался своимъ семестврмъ такъ же, какъ и своимъ имуще-
^1.
119
ствомъ. Такое приравнеше домочадцевъ къ имуществу особенно р'&зко
выразилось „въ зав^Ьщаши съ згбдью и з'Ьсаии;" зд^сь насл^^днивъ
назывался „покупателемъ семейства^ и въ обыкновенной формЪ купли
пр1об1И^талъ отъ насл'Ьдодателя семейство съ его имуществомъ. Отецъ
авеяилъ сына, выдавадъ замуасъ дочь; безконтрольно распоряжался ра-
ботами и имуществомъ домочадцевъ, могъ заключать ихъ въ тюрьму,
заковывать въ кандалы, наказывать плетьми и розгами, продавать и
казнить смертью. Этимъ правомъ жизни и смерти отцы пользовались
вакъ надъ малолетними, такъ и надъ взрослыми детьми. Впрочемъ,
уже въ самыя первыя времена римской истор1и мы видимъ н'Ькоторое
ограничеше родительскаго деспотизма въ институтЬ семейнаго совета,
который составлялся изъ родственниковъ и созваше вотораго было обя-
зательно для отца при обсужденш важнЪйшихъ семейныхъ дЪлъ, хотя
этотъ совЪтъ и не имЬлъ никакого другого значешя, кромЬ сов^ща-
тельнаго. Правда, что при столь громадныхъ правахъ отецъ семейства
отв^чалъ за преступлешя своего сына и своего раба, но онъ могъ и
отделаться отъ ответственности, выдавъ преступника головой. На со**
вершенную безправпость семейства относительно домовладыки указы-
ваете и то обстоятельство, что связью, соединявшею древне-римское,
какъ и всякое другое патрхархальное семейство, было не вогнатное
родство, не единство происхождешя отъ одной брачной пары, но род-
ство агнатное, основатемъ котораго служитъ не бракъ отца или ма-*
терн, а власть отца. Агнатичесвими узами связаны между собою все
те лица, который или состоять или состояли или могли . состоять
подъ одной и той же отеческой властью. Где начинается эта власть,
тамъ начинается и родство, где прекращается она, тамъ прекра-
щается и родство. Чужой усыновленникъ — родственникъ семьи,
а эманцнпированный сынъ теряетъ все права агнатства. Дети за-
мужней женпцшы, подчиненный власти не отца ея, а мужа, «не
суть родственники ея родителей. Савка же женщина вступала въ аг-
натное родство съ СВОИМЪ МужеМЪ только потому, что онъ Щ)1-
обреталъ власть надъ нею, не какъ супругъ, а какъ отецъ^ и она
становилась) его дочерью (&иае 1осо) и фиктивною сестрою своихъ соб-
ствениыхъ детей. На основанш той же отеческой власти и рабъ былъ
членомъ семейства, подобнымъ сыну; въ известшххъ случаяхъ онъ
могъ быть даже наследникомъ своего господина. После падешя мате-
ркнекаго права и для утверждешя отеческой власти такая организащя
семейства была настоятельною необходимостью. „Еслибы" — говорить
Мэнъ — „люди считались родственниками родни своей метери,*' — ^вакъ
это было въ эпоху материнства,— „то вышло бы, что одно лицо должно
подчиняться двумъ разнымъ отеческимъ властямъ. И пока семейство
бндо государствомъ въ государстве, пока оно управлялось своими соб-
ственными институц1ями, источнивомъ которыхъ былъ отецъ, до техъ
120
поръ огранетЕеше родства нреД']Ьлами агнатства бкио необходико во
изб^Ьгаше столкновешй вавоновъ на домашнемъ форуме**. Въ объеди-
ненной посредствонъ отеческой власти семь^ царило полное тождество
нцдивидуумовъ, всЪ доиочадцн составл^Глн одно юридическое лицо,
полнымъ представителемъ вотораго служилъ отецъ. Семейная корпо-
ращя считалась безсмертною и'цутемъ наследства отецъ передавалъ
своему преемнику не только всю совокупность своихъ правъ и обязан-
ностей (ашуег81Ьа8 ]ип8), но даже поручалъ ему быть внразителемъ
и продолжателемъ своихъ нравственннхъ принциповъ. Еакъ у веЬхъ
народовъ, такъ и у римлянъ наследство бнлотесннмъ образомъ свя-
заио съ домашнимъ культомъ. Во времена глубокой древности, вътакь
называемый пеласгичесшй перюдъ, греки хоронили нокойниковъ въ
своихъ жилищахъ. То же было и въ Риме, где погребете умершихъ
въ домахъ запрещено было только законодательствомъ ХП таблицъ.
Такимъ образомъ, умерппй домовладыка, сокрытый въ доме, продол-
жалъ жить въ семействе и вл1ять на него. Изъ домовладыки-человева
онъ превращался въ домовладыку-бога, становился лсарожь. И после,
когда грубыя П0НЯТ1Я народа о загробной акизни изменшшсь, превра-
тились въ более одухотворенный, когда нокойниковъ стали погребать
вне дома или сожигать, ихъ тени все-таки продолжали жить въ сво-
емъ прежнемъ доме, где имъ устраивалась особая капелла или ларог
ргумь. Лары оставались такими же абсолютными владыками семьи, ка-
кими они были при своей жизни. Бакъ въ донсторическ1й перюдъ отцы
становились иногда людоедами и поакирали своихъ детей, какъ впо-
следствш отецъ имелъ право жизни и смерти надъ сыномъ или до-
черью, такъ въ древности гневъ или голодъ покойнаго предка, лара,
для своего утолетя. и для безопасности семьи, требовалъ человеческой
жизни, и кровь дЬтей часто обагряла домапше алтари римлянъ. Это
происходило чаще всего въ техъ случаяхъ, когда известное семейство
переходило въ новое жилище, вторгалось во владешя не своего род-
ного, а чужого лара; у последняго и у главы переселившагося семей-
ства возникало столкновеше правъ и интересовъ, ларъ требовалъ от-
ступного и отецъ семьи приносилъ ему въ жертву своего ребенка. Съ
течешемъ времени, когда значительно смягчилась и действительная
отеческая власть, культъ ларъ принялъ более кротк1й характеръ и
человеческ1я жертвы заменились обыкновенными. Весь смыслъ этого
культа состоялъ въ томъ, что въ деле владешя домомъ и семействомъ
сталкивались интересы двухъ субъектовъ: прежняго господина^ лара и
новаго господина^ наследника *); примиреше этнхъ интересовъ совер-
шалось посредствомъ жертвопринршешй лару отъ его преемника; здесь
происходило въ сущности одно и тоже съ темъ, что мы видимъ въ
*) Кахъ 1аг энач. господивъ, такъ н Ьегев — 10спох1ШЪ| повеитель.
121
\
ОДНОЙ изъ первобнтныхъ формъ римскаго насл'Ьдства, въ „завЪщаши
съ вк^дью и в'бсаки^, при которомъ насл^днивъ платилъ насл^дова-
телю за получаемыя имъ семейство и имущество. Понятгя, соединяв-
ппяся у римлянъ съ семейнниъ насл^^дствомъ и съ культомъ ларъ,
распространялись и на всю нащю, получивщую въ наследство отъ
своихъ преДБОВъ занимаемую ею землю. По преданш, публичная жен-
вщна АвЕа Ларенщя зав'Ьщала римскому народу всЪ свои земли, по-
служивпая основою его территорш. Бавъ клж.щй насл^дниБЪ покло-
нялся своимъ ларамъ, такъ и весь римсшй народъ воздаважъ божесшя
почести Абб% Ларенцш, посвящая этой публичной женщинЬ одинъ
день изъ своихъ праздниковъ и принося ей жертвы. Тавимъ образомъ,
н частное наследство каждой семьи, и общее наслЪдхе всего народа
соединялось съ культомъ и жертвоприношешями въ честь предковъ.
Этотъ культъ прини11[алъ иногда кровавый характере какъ въ семей-
ствахъ, такъ и въ общественной жизни. Еакъ домаште лары требо-
вали для своего умилостивлешя человеческой жизни отъ семьи, такъ
лары всего народа иногда заставляли его приносить имъ въ жертву
грахданъ.
Была еще другая, не менее важная связь, соединявшая наслед-
ство съ домапшимъ культомъ — это обеты, то1а, выполнешемъ кото-
рыхъ служили домашшя жертвы, засга рпуа(;а. Обеты отца перехо-
дили на его преемниковъ, и главная забота о засга состояло въ томъ,
чтобы они существовали постоянно, не прекращаясь. Выполневае этой
релнпозной обязанности лежало на наследнике, былъ ли то сбшъ или
другое лицо. Основываясь на одномъ, известномъ месте Цицерона
(йе 168-, П, 19 — 22). Лассаль весьма остроумно и убедительно дока-
залъ, что въ древности засга не были необ3^одимо связаны съ йаслЬд-
ственнымъ имуществомъ, следовательно было такое время, что въ граж-
дансБомъ праве васледство и получеше имущества наследодателя
были двумя различными, независимыми одно отъ другого понят1ями.
Древне-римское наследство, сущность котораго особенно рельефно вы-
разилась въ завещаны, было не „простымъ только дополненхемъ иму-
щественнаго права", какъ думаютъ мнопе вместе съ Пухтой. На-
следство осуществляло собою идею безсмерт1Я семейства: наследода-
тежь продолжалъ жить въ лице своего наследника, а завещаше было
римскимъ безсмертаемь *). „Нетъ другого утешевая въ смерти, кроме
воли, переживающей смерть",^ восклицаетъ Евинтилханъ, открывая тбмъ
*) Зав%щан1е — ^доказываетъ Мэнъ — создано Рямонъ и всюду, гд^ оно есть, воз*
вявжо подъ влкшехъ римскаго прав|ц слабые зачатки зав'Ьщанхя мы видимъ въ Афи-
вахъ I Бенгад^, но и они приписнваются риискону вдхявиэ, въ Афинахъ неиосред-
етвенЕОху, а въ Беагад^ — посредствокъ аншйскихъ законов^довъ. Но это неспра-
ведливо; у дхурдхурсЕихъ кабиловъ, напр., мы видимъ о^нь развитую форму зав^-
щашя. См. ст. Бибесжо о хабилахъ,. въ Ветие дев с1еах топйев^ 1865, 1 &тп1.
122
сущность римскаго завЪщательнаго права. Этимъ и только этимъ од-
нимъ можно объяснить то религ103ное уважеше, ту чрезвычайную при-
верхенность къ зав'Ьщанш, воторыни тавъ отличались римляне и
которыя можно сравнить только съ заботливостью древняго египтя-
нина объ устройств'Ё себ'Ь посмертнаго жилища. Въ связи только съ
такимъ понимашемъ зав']^щашл и становится ^еснымъ тотъ характе-
ристически обитай, въ силу котораго римляне д'Ълали изъ зав^щашя^
памятникъ позора для своихъ враговъ и преподавали въ немъ на-
следнику свое политическое ргоГеззюп (1е Ы. Такъ, по свидетельству
Тацита, Фульдинхусъ Трхо „много и жестоко" поносить въ своемъ за-
в4щати императора Тиберхя и его фаворитовъ; Фабрицхусъ Веенто
пои)ритъ въ зав^щати сенатъ и жрецовъ, ПетронШ — ^Нерона и т. д.
Свобода зав^щатя была безгранична и въ ея религхозную сферу не
см^ли вторгаться самые капризные цезари, подобно тому, какъ велн-
чайшхе изъ христганскихъ деспотовъ признаютъ равенство вс^хъ лю-
дей на небе. Однажды раболепный сенатъ хотелъ запретить делать
изъ завещашя пасквиль на враговъ, но этому воспрепятствовалъ Ав-
густъ. Въ другой разъ трусливые наследники Фульцишуса Трю хотели
скрыть его завещаше, наполненное жестокими нападками на Тибер1д,
но послЬдшй велелъ прочесть это завещанхе по обычаю публично.
Будучи орудхемъ позора для враговъ, завещанхе доставляло честь на-
следнику, честь быть продолжателемъ воли завещателя. Что завеща-
' те не было только распоряжешемъ объ имуществе, это можно видеть
изъ одного уже того, что- иногда богатейппе и знаменитейппе люди
государства назначались наследниками людей незначительш1хъ и б^д-
ныхъ, конечно не ради получешя ничтожнаго имущества, въ которомъ
они вовсе не нуждались.
Римское патрищянское общество было основано на изложенныхъ
нами семейныхъ началахъ. Союзъ семей образовалъ родъ, союзъ ро-
довъ — племя, союзъ племенъ — государство. Отеческая власть надъ
государствомъ принадлежала царю, а место семейнаго совета зани-
малъ сенатъ, составленный изъ 300 представителей родовъ. Гражда-
нами были одни домовладыки. Основою общественнаго союза была
гипотеза объ единокровномъ происхожденш жЪхъ семей, входившихъ
въ составъ его. Какъ на' Востоке, въ Грещи, Ьъ позднешей Европ^^,
такъ и въ Риме истор1Я политическихъ идей начинается предположе-
шемъ, что все члены общества, кроме рабовъ, имеютъ единокров-
ное происхождете, и что последнее только и можетъ служить основою
общественнаго союза. При этомъ въ исторхи всехъ подобныхъ госу-
дарствъ мы видимъ ясные следы такихъ событ1й, благодаря которнмъ
въ составъ ихъ принимались люди совершенно чуждаго происхождешя.
Но такой фактъ, подрывавппй теорхю единокровности, замаскировы-
вался посредствомъ фикцш усыновлешя, и принятыхъ обществокъ
123
чужеплеменниБОвъ оно начинало считать потомками одного корня съ
собой. Такое погдощенхе обществомъ чуждыхъ ему элементовъ про-
должается только до изв^стнаго времени, начиналг съ котораго обще-
ство превращается въ замкнутый аристократическ1Й кругъ, недоступный
тЬмъ элементамъ чуждой ему крови, которые почему нибудь т'Ьснятся
около него и а^елаютъ войти въ составъ его. Эти народные элементы,
состояпце, большею частш, йзъ осколковъ разныхъ нацхональностей,
неим^^ющхе между собою ни д'Ьйствительнаго, ни фиктивнаго родства,
образуютъ особый общественный союзъ на новомъ политическомъ
принцшг]^ мгьстнок смежности. Таковы были римсше плебеи, ц ихъ
борьба съ патриц1ями, кончившаяся победой, была борьбой демокра-
тически-политическихъ началъ съ аристократической теор1ей едино-
кровности, на которой было основано государство патригцевъ. Бром^Ь
плебеевъ около патриц1янскаго государства постоянно теснились мно-
гочисленныя толпы инострйнцевъ и натурализированныхъ чужеземцевъ.
Патршцв относились къ нимъ съ полнымъ презр^нхемъ; иностромецъ
и врагь были синонимами; рабы были иностранцами, обращенными въ
неволю, а всЬ иностранцы считались рабами по принципу. Такъ какъ
патриц1янское общество было союзомъ единокровныхъ или считавшихъ
себя единокровными семей, такъ какъ домовладыки были царями сво-
ихъ семействъ и единственными полноправными гражданами государ-
ства, то естественно, что плебеи и особенно иностранцы, хотя по не-
обходимости и принимались въ составъ государства, но патрицш не ^!
давали имъ никакихъ значительныхъ правъ. Основою древне-римской
правоспособности была отеческая власть; поэтому плебеи и иностранцы
не им'Ьли права вступать въ патрищянстй бракъ, делать зав^щаше,
участвовать въ управленл и въ общественномъ кульгЬ; иностранцы
не могли пользоваться ни выгодами римскаго суда, ни заключать кон-
трактовъ, ни вступать въ важныя граждансшя обязательства. Борьба
патрищянскаго элемента съ плебейскимъ им'киа р^ультатомъ преоб-
разоваше государства изъ патриц1янскаго въ политическое и реформу
семейства, о которой мы будемъ говорить ниже. Борьба съ иностран-
ннмъ элементомъ была еще плодотворнее. Хотя древн^^йшая римская
конституц1я держалась принципа абсолютнаго исключешя и полн'&й-
шей безправности иностранцевъ, но торговые интересы и безопасность
государства, въ виду постоянно толпившихся на его территорхи чуже-
зенныхъ полчищъ, заставляли постепенно ослаблять д'Ьйствхе упомя-
нутаго принципа. Давая иностранцамъ судъ и изв']Ьстныя права, Римъ
въ тоже время постепенно создавалъ для нихъ ]и8 депиит, „право
общее всЪмъ нащямъ^, систему, составленную изъ законовъ и юриди-
ческихъ обычаевъ, общихъ разнымъ народамъ, въ особенности племе-
намъ Итал1и. Когда же въ Италш проникла греческая философ1я,
когда она распростр1ЕШила здЪсь теорш естественннаго права или за-
124
вона, которому вс^хъ людей научаетъ природа, Еогда основнынъпра-
виломъ морали лучшаго общественнаго слоя сд'Ьлалась „жизнь соглас-
ная съ природой**, когда на римскихъ юристовъ начали сильно влхять
гуманный доктрины стоиковъ, тогда право народовъ, ^из §еп11ит, под-
вергавшееся ВЛ1ЯНШ упомянутыхъ греческихъ теор1й, было возведено
на степень кодекса естественнаго права, на степень цдеала, къ осу-
ществлешю котораго должна была стремиться строгая римская юрис-
пруденщя.
Подъ вл1яшемъ этого новаго направлешя, институщя семейства
постепенно изм:Ьнялась къ лучшему и власть общественнаго форума
постепенно ограничивала права деспотовъ, возс^кдавшихъ у каждаго
домашняго очага. Еще въ то время, когда отеческая власть была въ
полной сил^, государство не допускало ее преследовать сьгаа въ от-
ношен1яхъ публичнаго права. Отецъ н сынъ могли вжЬстк вотировать,
слузЕить наравне въ армш, сынъ въ качестве генерала могъ даже ко-
мандовать отцомъ, а въ качеств'^ судьи р'Ьшать его д^ла и наказы*
вать его за преступлешя. Во вс^хъ же отношешяхъ частнаго права
отецъ 6б1лъ безконтрольнымъ владыкою дЬтей. Когда известный три-
бунъ Спур1Й ЕассШ, державппйся интересовъ народа и установивппД
аграрные законы, сложилъ съ себя свою должность, то отецъ его, мстя
за патриц1ятъ демократу сыну, казнилъ его смертью у поднож1я до-
машняго алтаря. Государство, конечно, не могло терп1^ть подобнаго
произвола и наконецъ признало отца, пользующегося надъ своими
д'Ьтьми древнимъ правомъ жизни и смерти, однимъ изъ самыхъ страш-
ныхъ уголовныхъ преступниковъ. Вм^ст^ съ этимъ, отцы были ли-
шены права продавать своихъ д^тей, безконтрольно подвергать ихъ
* тел']^сному наказашю, даже усыновлять чужихъ д'Ьтей безъ согласхя
послЪднихъ. Но эти неремЪны совершались уже въ эпоху разложешя
римской общественной жизни, подъ вл1ятемъ смягчающей греческой
цивилизац1И. Постоянныя войны римлянъ, торговыя путешеств1Я, ухфа-
влеше провинц1ями, требовавшее множества чиновниковъ, колониза-
щя покоренныхъ земель солдатами — все это сильно вл1Яло на разло-
жен1е семейства и умцожало число лицъ, достигавшихъ такимъ путемъ
фактической эманципацш отъ отеческой власти. Вскор'Ь посл^ этого
уничтожена абсолютная власть отца надъ собственностью д'Ьтей, по-
лученною ими въ насл']&дство отъ матери и наконецъ за отцомъ было
оставлено только право пожизненнаго пользовашя всЬми другими ви-
дами собственности его д'Ьтей. Насл'Ьдственное право также подверг-
лось значительнымъ перем'Ьнамъ; отецъ лишенъ власти обезнасл^
довать своихъ законныхъ наслЪдниковъ; преторъ, на основанш своихъ
нринциповъ справедливости, допускалъ къ наследству многихъ лицъ
которыя не допускались къ нему прежнимъ агнатическимъ правомъ;
^сли завещатель обходилъ или обдЪлялъ известныхъ близкихъ род-
' 125
ственниЕОвъ, то государство, въ интересе послЪднихъ, признавало
нед'Ьйствительннкъ и самое завЪщаше, и т. д. Въ древнМшую эпоху
отецъ хенилъ сына, отдавалъ заиужъ дочь, расторгалъ браБи своихъ
дЪтей, но позднее его права въ этомъ отношенш были ограничены
тоАко соглас1емъ или несоглас1еиъ на женитьбу сына и замужество
дочери. Правда, что этимъ отечесма ^власть мало была стеснена въ
своемъ произволе, а дЪти не очень много выигрывали отъ такого ея
ограничешя, потому что необходимость родительскаго соглас1я какъ
у другихъ народовъ,^ такъ и въ Рим*, им*ла почти такое же ст4сни-
тельное вл1яте на развитхе свободныхъ браковъ, вакъ и безконтроль-
ное распоряжете ими домовладывъ. Но хотя римляне и не усп&га
вычеркнуть этого правила изъ своего кодекса, все-таки его сила по-
степенно ослабевала по мЪр* смягчетя общественныхъ нравовъ, по
н^р* того, какъ духъ личной свободы измЪнялъ разные отделы брач-
наго права и потрясалъ ветхое здаше архаическего семейства.
Такимъ образомъ, человеческая личность при помощи государства
разбивала ст1снявппе ее семейные оковы и римское общество мало*
по-малу шло къ тому, чтобы изъ союза семей превратиться въ союзъ
индивидуумовъ. Женщина не мало содействовала этому сощальному
двиакешю и въ то Же время находила въ немъ важную^ опору для
своей 9манципац]и.
XI.
Бракъ дозволялся римлянамъ только въ форм* моногам1и; налож-
ыичество было запрещено вплоть до императорской апохи; близк1е
родственники не могли брачиться между собою; въ большинстве слу-
чаевъ бракъ былъ чисто гракданскимъ договоромъ и только у патри-
щевъ онъ носилъ характеръ религюзнаго таинства. ПатрищанскШ
бракъ, или сопГаггеа11о, ставилъ жену въ совершенную зависимость
отъ мужа, она поступала подъ отеческую власть супруга въ качестве
его дочери (Ш1ю 1осо); ея имущество со всеми правами на него пе-
реходило къ мужу, а если онъ былъ не эманципированнымъ сыномъ,
то къ его отцу. Жена не могла ни прхобретать въ свою собствен-
ность чего бы то ни было, ни делать завещашя, ни принимать по-
дарковъ отъ мужа. Она подлежала юрисдикщи супруга, который^ вме-
сте съ семейнымъ советомъ, судилъ ее и даже приговаривалъ къ
снертной казни. Игнатхй Метеллъ убилъ свою жену за то, что она
напилась пьяною, и, по словамъ Валерхя Максима, не нашлось никого,
кто бы порицалъ это убШство; все, напротивъ, смотрбли на него
какъ на спасительный примерь. Въ одномъ только отношенш законъ
ограннчивалъ произволъ мужа; именно, запрепщъ разводъ, кроме
126
случаевъ прелюбод^яшя жены, небрехевйя ея о хозяйств']^ или совер-
шоннаго ею плодоизгнанхя. Такой бракъ уничтожался чрезвычайно
трудно и первый случай его расторжешя соверпшлся только въ 232 г.
до Рож. Христ.
Пагрищанскхй бракъ былъ основанъ на иде'Ь единокровности об-
щества и самостоятельности семейства; въ основе патрищата лежалъ
арнстовратически-патргархальный принцинъ отцовства (патрищй — отъ
ра1;ег, отецъ); женщина въ такой семь'Ь могла быть только приплод-
ною самкой и рабынею семьи, или, по поздн'Ьйшему облагороженному
выраженш, матерью и хоаяйкою. Въ разнохарактерномъ же и неим'Ьв-
шемъ никакйхъ общихъ традидтй обществ* плебеевъ *) семейство не
могло им'Ьтъ такого характера, какъ у патрищевъ, и плебейскШ бракъ
вполн*]^ справедливо называется свободнымъ бракомъ. Для совершенк
его не требовалось даже контрактовъ и было совершенно достаточно
одного соглаая жениха и нев'Ьсты, а для расторжешя довольно было
одного желан1Я супругЬвъ, основаннаго на простомъ несходств* ха-
рактеровъ. Жена въ такомъ брак* подчинялась не мужу, а домовла-
дык* воспитавшаго или усыновившаго ее семейства.
Упорная и продолжительная борьба плебеевъ и патриц1евъ, изме-
нившая основы римскаго общества, не осталась безъ вл1ЯН1Я в на
истор1ю брака. Плебеи стремились къ равноправности съ патрищями,
въ возможности заключать съ ними брачные союзы и къ утверждешю
въ своихъ семействахъ бол*е прочныхъ порядковъ (последнее стрем-
леше мужсваго элемента, какъ мы уже говорили, всегда усиливается
въ эпоху первоначальнаго развит1я государствъ). Патрицш, нежелав-
Ш1е утверждать за отцами плебейскихъ семей строгой родительской
власти, слуясащей въ архаическомъ обществ* основою сощальной силы
и гражданскихъ правъ, недолго могли отстаивать свои исключитель-
ные принципы и законодательство ХП таблицъ нанесло значительный
ударъ интересамъ пдебеянокъ, гарантировавъ мужьямъ ихъ почти
таБ1Я же права, кашя давались институтомъ натрищанскаго брава.
Жена поступала въ полное подчинеше мужа, не им*ла отд*льной
собственности, а право на разводъ предоставлялось одному только
мужу. Но этотъ бракъ могъ установиться нетотчасъ по завлючеши
его, а черезъ годъ и то лишь въ случа* соглас1я жены, выраженнаго
ею т*мъ, что она въ продолженш года не проводила вн* мужнинаго
дома бол*е двухъ ночей; если же она не ночевала дома три ночи, то
оставалась относительно своего супруга лицомъ самостоятельнымъ.
*) Плебеи С0СТ0Я1И главвниъ образомъ изъ переселенпнхъ въ Рихъ жителей
разиыхъ лоЕоренннхъ странъ; къ нииъ присоединяюсь много эииграитовъ ж хаже
много аристоЕратипескихъ фамил1й, им^вшихъ важное .значеы1е и громкую роюслов-
ную въ покияутыхъ ими общинахъ. Плебеи быхи лично свободны, но политически
безоравны.
127
Въ 311 г. отъ основаМя города шгебеи вкшудили патриц1евъ
внйтн изъ своей семейной изолированности и согласиться на заклю-
чете патриц1анско-плебейсБихъ бравовъ. Бракъ этотъ хотя и бнлъ
гражданскнмъ, но имФлъ такой же стропи характеръ и ставилъ жену
въ такое же безправное положете, какъ и сопГаггеа^хо. Патрищи
вступали въ такой бракъ между собой и съ плебеями, а плебеи дер-
гались свободной формы брака, которая, благодаря усил1ямъ женщинъ,
все болЪе и бол^е стремилась къ полному перевесу надъ формами
болЪе строгими.
Совместное и единовременное существоваше свободнаго и строгаго
браковъ увазываётъ на то, что борьба женщины за свою свободу и
самостоятельность началась съ древн^йшихъ временъ, даже раньше
борьбы патрищата съ плебсомъ. Древне-римскимъ идеаломъ женщины
было — ^покорная жена, хорошая мать, трудолюбивая хозяйка, и вместо
другихъ похвалъ на гробниц'Ь доброд']^тельной матроны делалась над-
пись, что она „смотрЬла за домомъ и пряла шерсть". Въ древпЬйшхя
времена женщина не могла даже выходить на улицу, не закрывъ сво-
его лица по-восточному. Но ьс^ подобные обычаи скоро вывили изъ
употребленхя, и римлянки, даже въ стропя времена господства древ-
нихъ нравовъ, пользовались общественною свободою въ гораздо брль-
шихъ разм4рахъ, ч-Ьмъ гречанки. „Мы" — говоритъ Корнел1Й Непотъ —
,не стыдимся вводить нашохъ женъ йа пиршества, на которыхъ сами
присутствуемъ; наши матери семействъ видятъ людей и общество; У
насъ жена занимаетъ первое посл^ мужа жЪсто въ домЪ". На обще-
ственныхъ гуляньяхъ и процесс1яхъ, въ театрахъ и храмахъ женщины .
также являлись ыл^стЬ, съ своими отцами, мужьями, братьями, сы-
новьями. Ликторъ, хотя бы онъ для самаго консула очищалъ дорогу
отъ людей, не им*лъ права отстранить идущую по ней матрону.
Этимъ уважешемъ женщина была обязана своему материнству; законъ
покровительствовалъ ей только „ргосгеап(1огит ИЪегогиш саиза," какъ
орудш, служащему для произведетя на св^тъ гражданъ и сл']Ьдова-
тельно, для поддержашя жизни государства. 19о при всемъ этомъ жен-
пц1на лжклА зд']Ьсь возможность достигать и самостоятельнаго значе-
шя. ДЪвушкамъ давали образоваше. У4или ихъ, во-первыхъ, рукод'Ьль-
ямъ, прясть и ткать ; это считалось необходимымъ условхемъ хорошаго
воспитавоя въ дух^ старины, и въ домахъ, строго державшихся оте-
ческихъ предашй, вся одежда для семейства приготовлялась если не
самою хозяйкою, то, во всякомъ раз^, подъ ея непосредственнымъ
руководствомъ. Научное образоваше девочки высшаго круга получали
дома, а средняго и низшаго — ^въ школахъ и даже вмЬст^ съ мальчи-
ками. Предметами обучешя были, главнымъ образомъ, литературы Гре-
щи и Рима. Съ особеннымъ старашемъ также обучали д'Ьвушекъ му-
знкЬ, танцамъ и пЬшю; иногда даже ихъ подвергали публичному
128
испнтанш въ 9тъ исжуствахъ. Релипя не отйергала жешцннъ и
въ лицЪ хранительницъ священяаго огня, весталговъ^ выставляла ихъ
образцами чистоты и цЪломудр1я. Въ театре весталки шАхя и^^та
на ряду съ высшими сановниками государства; если ведомый на ^онь
престуяникъ ворочался имъ, то получалъ свободу. Римсшя сивиллы,
подобно пифониссамъ Эллады, им'Ьлн вл1яше не тольво на отд'^^неш
лица, но и на д^^, общественный. Посредствомъ мужчинъ римлянки
всегда принимали участ1е въ сощальной жизни своего отечества. Жен-
щина возвела на тронь Анва Марщя; женщина спасла Римъ отъ Ео-
рюлана; женщина воспитала и подарила отечеству великихъ друзей
народа, Гракховъ; женщины не разъ , самымъ д^ятельнымъ образомъ
участвовали въ защит^^ Рима отъ чужеземны&ъ враговъ; благодаря ихъ
заботамъ' о воспитанш д^ей, великая республика такъ прославилась
гражданскими добродетелями; женщины не разъ управляли посред-
ствомъ своихъ мужей д'Ьлами государства. Но такая посредствешяая
д'Ьятельность жешцинъ ограничивалась, известными пределами и глав-
нымъ назначешемъ ихъ все-таки чтилась семья и хозяйство. Женщина
могла воспитывать изъ своихъ дЪтей хорогаихъ гражданъ, могла быть
советницей и помощницей мужа въ его занятхяхъ, и только; самосто-
ятельной роли въ обществе она не играла. И законъ, и общественное
мнеше употребляли все силы для удержан1я ея въ сфере семейства,
для охранешя носледняго отъ ея эманципац1онныхъ покущенШ, для
подкержашя древнихъ патргархальныхъ нравовъ. Прелюбодеяше на-
казывалось одинаково строго съ самыми крупными государственными
преступлешями, несохранившую обета целомудрхя весталку погребали
заживо, а ея соблазнителя засекали до смерти. Въ древнейшую эпоху
прелюбодейную женщину имелъ право казнить ея мужъ, а девушку
отецъ; они также могли лишить жизни и пойманнаго ими любовника.
Идее патр1архальной половой добродетели древшй римлянинъ не за-
думываясь приносилъ въ жертву даже вовсе невиноватую, но только
насильно обезчещенную женщину, какъ показываетъ прнмеръ Лукре-
цш, убитой своимъ отцомъ. Впоследствш государство ограничило ка-
рательную власть отца и мужа, и смягчило самыя наказашя за блудъ,
кровосмешен{е и сводничество, определивъ подвергать виновныхъ вон-
фискацш части имущества и ссылке на острова. Но по мере возра-
ставшаго въ Риме развращешя нравовъ, снова начали вводиться же-
СТ0К1Я наказашя за половыя преступлешя, и христ1янск1е императоры
положили: виновную въ прелюбодеянш женщину, конфисковавъ ее иму-
щество, заключать навсегда въ монастырь, а ея соблазнителя казнить
смертью. Такими кровавыми мерами хотели задержать неминуемое
при тогдашнихъ сощальныхъ порядкахъ разложеше семейства. И еще
задолго до христ1анства ревнители патрхаркальной добродетели зорко
следили за каждымъ шагомъ женщины, и дозволяя мужчине наслаж-
129
— ^
деиш проетитущей; наказывая его за прелюбодбяше только въ томъ
С1уча^, если его любовница была вамужемъ, они аресл'Ьдовали въ
женщине вс^шое поползновеше къ свободе чувства, всякое проявлете
кокетства. Дааке брачноиу союзу они старались придать какой-то оф-
фищальннй характеръ, стараясь изгнать шъ него всякое обнаружеше
страети. Катонъ старшей, нанр., искл^ючилъ цзъ сената сенатора Ма-
НИД1Л за то только, что посл^дн1й въ присутстш взрослой дочери по-
ц^ловалъ свою авену. Если отецъ семьи дЪлалъ нослаблешя членамъ
ея, если мужъ не'доддерживалъ своей власти надъ женой во всей
строгости, если напр^, онъ не разводился съ нею носл^^ нарушешя ею
супружеской верности, то стропи цензоръ нравовъ всегда могъ по-
нудить такихъ н^адивыхъ къ надлежащему управлешю ихъ семей-
ствами. При этомъ холостая жизнь не только не одобрялась съ нрав-
ственной точки зр^шя, но и преследовалась юридически. Еще въ пе-
р10дъ республики цензоры цостоянно убеждали молодежь къ вступле-
нш въ бракъ и налагали штрафъ на без^^тштъ. Императоры, какъ
увидимъ ниже, еще строже преследовали безбрач1е и поощряли чадо-
родае. Такимъ образомъ, поддерживая архаическое семейство, государ-
ство хотя и делало некоторый уступки стремлешямъ женской лично-
сти, хотя и устраняло женщину отъ общественной жизни, но все-таки
ограничивало ея деятельность сферою семейства и, „по причине ея
легкомысленности^, держало ее подъ постоянной опекой мужчинъ-род-
ствеянмковъ. Какъ существо опекаемое, зависимое, женщина не могла
ни иметь родительской власти надъ своими детьми, ни опекать ихъ,
ни совершать, въ качестве самостоятельнаго лица, какого бы ни было
гражданскаго договора, ни вести процесса безъ своего опекуна.
Если бы бракъ и семейство въ Риме были устроены более разумно
н справедливо, чемъ это было на самомъ деле, то женщине остава-
лось бы только стремиться къ полной равноправности съ мужчиною.
Но путь къ этой цели заграждался прежде всего крепкими стенами
патргархальяаго семействе Достичь какой бы то ни было свободы
женщина могла не иначе, какъ сделавъ проломъ въ этихъ стенахъ
или вовсе разрупшвъ ихъ. Прежде всего ей нужно было освободиться
отъ семейной неволи и. добыть себе свободу полового чувства, кото-
рое въ ней развивали въ ущербъ всемъ другимъ психическимъ функ-
щямъ и въ то же время монополизировали и делали его обязатель-
нымъ. Рабство всегда было, есть и будетъ противнф природе человека
вообще и жшщины въ частности; обязательность чувства — логиче-
ская неледость, невозможность; по-этому-то въ исторш всехъ народовъ
мн видимъ, что рабство женщины и семейства, обязательность любви.
Даже при отсутствш ея, и монополизироваше половой функщи всегда
вели за собой падеше семейства и стремлеше 'женщины къ полной
свободе половой страсти. Одяимъ изъ лучшихъ доказательствъ этой
130
инсли служить ИСТ0Р1Я Рика. Монотонный, оффнцхальннй, обязатель*
но-неизм^Ьнннй характеръ брава не удовлетворолъ ни жёнщинъ, ни
мужчинъ; естественное стремлеше къ свободной любви, не находя еебЬ
надлежащаго выхода, обратилось въ проституцш. ЧеловЪкъ хотЪлъ
страсти и наслаждешя; его женили и предписывали ему производить
д^тей; но онъ все-таки хогЬлъ страсти и находилъ ее въ объят1яхъ
гетеры. Брачныя обязанности делались ч^мъ-то въ род% общественной
повинности, а вн'Ьбрачная любовная связь зам^Ьняла собою то, чАмъ
собственно долженъ бы быть бравъ. Гетера разрушала семейство и
своею свободою прельщала семейную женщину, которая на ея при*
м^р*]^ вид'Ьла, что порокъ освобождаетъ, а оффшцальная добродетель
порабощпетъ. Римлянка стала подражать гетер^^ во всемъ, и толпы
матронъ, являясь въ полицейскую префектуру, требовали пом^Ьщешя
своихъ нмекъ въ проститущонные списки. Гетеризмъ доставлялъ жен-
щинаиъ хотя на время экономическую самостоятельность и личную
независимость. Тоже освободительное значеше нм^ло и задят1е не-
куствомъ. Танцорки, музыкантши, певицы не обрем'Ьняли себя вовсе
семейными узами, могли жить своимъ трудомъ и наслаждаться неза*
висимостью, неизвестною семейной женщине. Экономическая самостоя-
тельность, — это необходимое условге женской свободы, рано сделалась
ц^лью самыхъ настойчивыхъ стремлешй семейнрй римлянки. И она
скоро достигла своей ц^ли. Въ плебейскомъ бракЪ имущество жены
составляло ея полную, независимую отъ мужа собственность, которая
давала жен^ возможность не только не делаться рабынею или содер-
жанкою своего супруга, но даже управлять имъ. Мужъ богатой жен-
щины становился обыкновенно ея кабальникомъ и, сделавппяся эко-
мпчески независимыми, римлянки начали эксплуатировать супруговъ
сплою своего капитала съ такимъ же б^сердеч1емъ, съ какимъ мужья
угнетали зависимых^ женъ силою своей власти. Жена обыкновенно
давала мужу въ займы на короткхе сроки и подъ больппе проценты;
мужъ обыкновенно не могъ расплатиться въ сровъ, входилъ въ новые
долги, принималъ на себя новыя обязательства и наконецъ делался
полнымъ рабомъ своей дражайшей половиры. Она могла и въ ко-
нецъ раззорить его и погубить его репутацш, подвергнувъ его столь
тяжкой для римскаго гражданина хпГапиа. Вс^ подобный стреклешя
римлянки къ самостоятельности стоили ей упорной борьбы н напря-
женныхъ усил1й, баправленныхъ къ ниспровержешю власти мужа и
половой опеки. Жена часто покорялась мужу и акила съ нямъ только
въ силу необходимости, какъ рабыня и пхЬнница. 1^гда началась
война между Римомъ и латинами, то жены римлянъ тотчасъ побро-
сали своихъ мужей и бежали къ родичамъ-латинамъ. С1фемлете къ
независимости доводило римлянокъ не только до мужеубШства я дру-
гихъ одиночныхъ преступлешй, но даже организовало между ними
131
тайння общества н заговоры съ ц&сью нисщювержеша патрхархально-
сенейНЕЕХъ порядвовъ. Такъ въ 326 г. до Р. X. Римъ бндъ пораженъ
ужасною в^тыо о заговоре жешцинъ съ ц^лью отравлеша мужей, о
томъ, что натронн приготовляютъ для этого адъ и уже мнопе муж-
чины пали жертвою ихъ умыслов:^. Число заговорщицъ историчесв1я
изв^стьд опред'Ьляютъ неодинаково, «дни считаютъ 170, друпе 360.
Уличенныхъ женщинъ судьи заставили выпить ядъ, приготовленный
ими дла мужей. Иногда римлянки доходили даже до отвры^ыхъ столк-
новешй съ правительствомъ и силою принуждали его отменять законы,
стЪснявшхе ихъ свободу. Во врема пунической войны консулъ Опшй
провелъ законъ, запрещавоой женщинамъ им^ть въ своихъ уврашет-
яхъ бол^ Уа унц1и золота, носить пестрое птатье и ездить на пар%.
Когда финансовый д'Ьла Рима поправились, законъ этотъ, все еще
продолвавшШ существовать, сд'Ьлалса невыносимымъ дла женщинъ, и
римлянки, подавъ черезъ двухъ трибуновъ петищю объ его уничтоже-
ши, пустили въ ходъ всЬ средства, чтобы заставить правительство
уступить ихъ желашямъ. Громадныя толпы женщинъ, несмотря на
запрещеше своихъ мужей, стекались впродолжеше н^скольвихъ дней
въ Капитол)й, гд'Ь обсуждался вопросъ объ опшевомъ завон'Ь; къ рим-
ляикамъ присоединились зд'Ьсь женщины изъ окрестныхъ поселешй и
городовъ; консулы и преторы были оглуш 1емы ' женскими криками и
требоватаями объ отм^н'Ь закона. Въ пользу женщинъ держалъ рЬчь
трибунъ Лющй Валер1й. При настоящемъ развит1и общественнаго бла-
Г0СОСТОЯН1Я — говорилъ онъ — законъ Ошпя является неум^стнымъ и не-
справедливымъ. „Мужчины и д'Ьти могутъ теперь носить роскошныя пла-
тья, мужчина им^етъ право покрывать свою лошадь попоной изъ пурпура,
но женщинЬ не Д'Ьлается никакого снисхождешя и лошадь од:Ьвается рос-
хошн^^е, чЪмъ жена! Женщины напгахъ латинсвихъ союзниковъ могутъ
щеголять золотомъ и пурпуромъ, ездить по городу, а римлянк'б это
запрещено, римлянк']^, которая лишена доступа къ важнымъ должно-
стямъ, къ жреческому сану, не им'Ьетъ участ1я въ тргумфахъ, не мо-
тета получать никакихъ почетныхъ нп11)адъ. Оставьте же ей, по
крайней мЪр&, наряды и приличную обстановку!" Противъ Валерхя
поднялся знаменитый Батонъ, рЬчь вотораго хорошо выражаетъ и
вэтлядъ строго-патр1архальныхъ римлянъ на женщину и ихъ ст]^ахъ
пере^сь ея эмаципащоиными стремлешями. „Бслибы каждый изънасъ —
говорилъ ораторъ — умЬлъ поддерживать передъ своей женой < права и
величество мужа, то мы справились бы мигомъ съ бабами. Но мы
допустили мужчину подчиниться женскому своевол1Ю въ семействФ^
и вотъ теперь на форум'Ь не можемъ устоять въ борьбе съ женщи-
наян и боимся ихъ. Опасность сд^^лалась особенно сильною потому,
что мы допустили сходки и тайныя сов'Ьщанк женщинъ... Наши пред-
ки не дозволяли нмъ безъ надзора мужчины заниматься даже част-
ое
132
шши делами; они хот&леи, чтобн женщины бнли подъ поетойнной
опеЕОЙсвоихъ отцевъ, или братьевъ, или мужей. Мн же дойдеиъ, на-
конецъ, до того, что охотно допустимъ бабъ въ управлеше государ-
ствомъ, въ д^ла форума, въ нац10нальная и избирательная собрашя. .
Да и теперь разв-Ь он* уже недостигли этого? РазвЬ онЬ не толку-
ютъ на улицахъ и перекресткахъ о привнт1И нредложенш трибуновъ,
разв^ он'Ь не поднимаются за отм^^ну закона! Предоставьте только
свободно д'Ьйствовать этому роду, этимъ тварямъ необузданнаго ха-
рактера, и вы увидите, могутъ ли он^ держаться мЪры, могутъ ли по-
лагать для себя известный ограничешя, если посл^диихъ не онред^
ляетъ для нихъ кто нибудь другой. На все смотрять он4 съ неудо-^
вольств1емъ, для нихъ невыносимы правила, предписываемыя закономъ
и обычаемъ. ОнЬ хотятъ свободы во всемъ или, правильна говоря,
необузданности и что будетъ, если онЬ достигнуть ея? ОнЬ, наконецъ,
сделаются совершенно равными вамъ, а сравнявпгась съ вами, онФ
немедленно сд']^лаются вашими повелителями!...*' Но, не смотря даже на
противод'Ьйствхе такихъ людей, какъ Еатонъ, женщины в^ялн верхъ
и законъ Ош11я быль отм*ненъ. — Во время втораго трхумвирата про-
изошло другое замечательное столкновеше римлянокъ съ правитель-
ствомъ. Тр1р1виры до ТОГО истощили иародъ сборами на военныя из-
держки, что были вынуждены забрать наконецъ даже суммы, храннв-
ш1яся у весталокъ; но денегъ все-таки недоставало, и тргумвиры
вздумали сделать огромный сборъ съ 1,400 богатыхъ римлянокъ, ко-
Т9рыхъ они считали беззащитными, такъ какъ все это были жены,
дочери, сестры и друпя родственницы гражданъ казненныхъ, изгнан-
ныхъ или пресл-Ьдуемыхъ правительствомъ. Но тр1умвиры ошиблись, —
женщины съум'Ьли защитить сами себя. Густая толпа римлянокъ энер-
гично двинулась на форумъ, пролагая себ* дорогу черезъ массы на-
рода и стражу. Тргумвиры распорядились силою розогйать женщинъ,
но иародъ не допустилъ этого, и женщинамъ было дано право слова,
которымъ превосходно воспользовалась Гортенз1я, дочь изв'Ьстнаго ора-
тора того же имени. „Несчастныя женщины, которыхъ вы видите пе-
редъ собой — между прочимъ говорила она — просятъ справедлцзостн.
Власть, достоинства, почести — ^все это не для насъ, женщинъ; почему
же мы должны участвовать въ издержкахъ войны, которая не можетъ
принести намъ р'Ьшительно никакой пользы? Правда, наши матери по-
могали республюсЬ въ годину ея крайней нужды, но для этого ихъ не
заставляли продавать домовъ и земель, и ихъ пожертвовашя были до-
бровольными. Если бы теперь галлы или парфы раскинули свой лаг^ь
на берегахъ Тибра, то вы нашли бы насъ не мен'Ье ревностными къ
защит*]^ родины, ч^мъ были прежде наши матери; но мы решились не
принимать никакого участ1я въ войне междоусобной. Ни МарШ, им
Цезарь, ни Помкей, ни даже самъ Силла, первый водворивш1й въ РнмЪ
133
тирвшю, никто изъ ннхъ и не думалъ принуждать насъ въ участио
въ междоусобннхъ смутахъ. Вн присвоиваете себЪ громкое титло ре*
форматоровъ государства, но это титло обратится вамъ въ в^чш1&
позорь, если вн, несмотря на законы справедливости, будете продол-
жать отш1Т1е жизни и имущества у т'Ьхъ, который не подали къ тому
НЕкакого законнаго повода". Р^чь Гортензш привела о^хумвировь въ
бешенство и только грозный голосъ народа удержалъ ихъ отъ насилий
надъ смелыми гражданками. Налогъ былъ сложенъ съ 1,000, но 400
хенщинъ все-таки были принуждены уплатить его. Въ этихъ двухъ
женсвнхъ движетяхъ, им^Ьвшихъ цЪлью отм'Ьну законовъ и админи*
стративннхъ декретовъ, М11 видимъ, что змаиципацюнныя стремлешя
рниляновъ не ограничивались реформою семейнаго права. Особенно въ
борьбе съ тр1умвирами женщины являются истыми гражданками, бла*
городннми врагами тираннш, а въ р^чахъ Валерк и Гортензш сильно
зам^Ьтяо недовольство тЪми общественными порядками, при которомъ
„власть, достоинства, почести — все это не для женщины**. Но такъ
какъ о доступе въ общественной деятельности нечего было и думать
при сохранеши строго-патрхархальныхъ порядвовъ, которые прежде
всего и болЪе всего давили женскую личность, такъ какъ большинство рим-
лянокъ, по своему веспяташю, вовсе не годилось для какого нибудь
серьезнаго занятгя, такъ какъ все нашлете Рима, пренебрегая тру-
домъ, жило безсовЪстной эксплуатащей рабовъ и поб^денныхъ наро-
довъ, такъ какъ господство плутократш, чудовищный деспотнзмъ це-
зарей, постоянные организованные разбои за-границей, систематическое
разграблете М1ра и друпя подобныя услов1я делали изъ римлянина
праздиаго барина, живущаго кровью подвластныхъ ему людей, то по-
нятно, что первые и самые сильные удары женской эманципащи были
направлены противъ семейства, понятно, что римлянка, зараженная
всЪми недостатками окружавшаго ее общества, прежде всего должна
была стремиться въ тому, чтобы, сд']^лавшись независимой отъ муж-
чины барынещ наслаждаться вс^ми благами жизни на своей вол^.
Конечно, такой порывъ женской эманципащи достоинъ всякаго сожаг
лЪшя, но это былъ порывъ естественный, обусловленный всею преды-
дущею истор1ей Рима. Большинство авторовъ, касающихся последней
эпохи Рима и толкующихъ о крайней развращенности тогдашнихъ
женщинъ, не видятъ или не хотятъ видеть истннной причины такого
иоложешя д'Ьдъ. Рнмъ жилъ не производительнымъ трудомъ своихъ
гражданъ, а г^абежомъ М1ра и рабствомъ. Покол'Ьн1Я же людей, пре-
еиетвенно и неустанно занимающкся этими позорными делами, всегда
естественно вырождаются въ отвратительную породу физическихъ и
нравственныхъ чудовищъ; изъ героевъ они делаются разбойниками,
ияь людей прямыхъ и независимыхъ — раболепными угодниками и двое-
душными мерзавцами, изъ ревнителей строгой жизни— отчаянными раз-
134
вратниками, изъ сильных^э и здоровыхъ физически искаженными и раз-
слабленными. По этому закону шла и исторхя Рима. Утверзкдеше сво^
боднаго брака, уничтожеше половой опеки, облегчеше развода» прюб-
р^тете асенщиною права личной собственности, реформирующее вл1Я-
ше государственной власти, ограничивавшей нроизволъ домовладыхи и
гарантировавшей личность домочадцевъ, войны, колонизащя покорен-
ныхъ земель, торговля и друг1Я международныя сношешя — все это
неизб^но расшатывало основы стариннаго семейства. Вм^ст^ съ
т^мъ, подъ вл1яшемъ развившихся съ цивилизащей половыхъ нротн-*
воположностей и подъ растл^ваюпщмъ дМств1емъ рабства и богатствъ,
хищнически отнимаемыхъ Римомъ у покоренной имъ земли, половая
страсть чувствовала себя неудовлетворенной даже въ свободной форм^
брака. Сытый и думавпий только о наслаждешяхъ рнмлянинъ хотЪлъ
превратить свою жизнь въ непрерывное наслаждеше страсти съ пере-
менными любовницами. Заботясь о половой нравственности жень, го-
сударство покровительствовало разврату съ невольницами и отпущен-
ницами, спещально воспитанными для утонченнаго гетеризма. Большая
часть несмЪтныхъ богатствъ, награбленныхъ римлянами, пошла на
проститутокъ и сладострастныя оргш. Женщину бракъ удовлетворялъ
еще мен^е, ч^мъ мужчину. Мужья пренебрегали своими скучными,
старомодными женами для прекрасныхъ, остроумныхъ и блестящихъ
камел1й; жшы подражали мужьямъ, пр1искивали себЪ любовниковъ по
сердцу и старались поровняться въ светскости, манерахъ и роскоши
съ гетерами, такъ увлекавшими и раззорявшими мужчинъ. Главною
заботою воспиташя женщины сделалось то, чтобы развить изъ нея
светскую львицу и обольстительную кокетку. Долго боролась женщина
за право роскошничать наравне съ мужемъ и его любовницами, долге
завоевывала она себе экономическую самостоятельность. Ревнители
старины употребляли все усиля, чтобы удержать ее отъ роскоши и
съ большимъ еще рвешемъ старались объ ограниченш ея имуществен-
ныхъ правъ, такъ часто дававшихъ ей полный перевесъ надъ мужчи-
ною, что Еатонъ говорилъ: „всемъ людямъ повинуются жены ихъ,
намъ повинуются все люди, а мы повинуемся женамъ". Хорошо по-
нимая эту эманципирующую силу женскаго имущества, консервативное
правительство старалось по возможности давить его своими репрес-
сивными мерами, въ роде вышеуномянутаго закона Опшя и декрета
тр1умвировъ. Таковъ же быль и законъ Вокошя, запрещавппй назна-
чать женщинъ наследницами или завещать имъ более, чемъ доставалось
наследнику или наследникамъ. Целью закона было отчасти преду-
преждете раздробки семейныхъ имуществъ, а главнымъ образомъ
обуздаше „незаконно'' присвоенной женщинами независимости, возро-
ставшей все более и более. Въ своей речи въ защиту этого закона,
Катонъ указываетъ главнымъ образомъ на то, какъ женщины упо-
135
требляютъ невашсиное состоите и богатство для унижешя своихъ
мужей, и напоминаетъ, что у древнихъ римланъ мужъ бнлъ госпо-
динокъ и судьей акенн, могъ подвергать ее навазашямъ и казни. „06-
лчивъ ее въ неверности, тн можешь убить ее, а она, обличивъ тебя
въ томъ же, и пальцемъ не см^етъ тронуть; тавъ оно н должно
бшъ!" Завонъ Вохошя хотя бнлъ принять, но онъ мало стЪснялъ рин-
лянохъ: въ завЪщашяхъ назначали нодставннхъ насл^дниковъ, а отъ
нихъ имущество переходило вс^таки хъ авенщинамъ. Утвердивъ свою
имущественную самостоятельность, женщина начала пользоваться ею
Д1я преобладашя надъ мужчиною и путемъ экономическимъ и путемъ
росмопшаго кокетства. Рабство и друпе сощальные порядки не дозво-
ляли ей пока сд&гаться эманципированннмъ, человЪкомъ, и она, сд^
лавшись эманцинированной барнней-рабовладЪ лицей, не отставала въ
роскоши отъ мужчинн. Даже самый скромння и доброд^тельния рим-
лянки, по словамъ Плишя, начали считать неприличнымъ выходить
взъ дома не въ модномъ плать:Ь и безъ алмазовъ. Знатный матроны
даже для простыхъ визитовъ нанизывали на себя алмазовъ иногда на
200,000,000 сестерщй и держали стада ослиДъ спещально для того,
чтобы ежедневно купаться въ молоке ихъ. Туалетное искуство было
очень развито, туалетная присосуга дамы многочисленна, туалетныя за-
шгпя богатой римлянки отнимали у нея все утро. Власть цензора
сделалась безсильною для того, чтобы удерживать женщину въ нре-
дЪлахъ семьи и старинныхъ нравовъ. Не патрхархальная традищя, а
мода стала управлять внешнею жизшю гражданокъ, законодательни-
цами же моды и новыхъ общественныхъ обычаевъ были женщины. Въ
царствоваше Гел10габала, по настояшю его матери, матроны состав-
ляютъ ивъ себя „малый сенатъ", который держитъ свои зас^дашя на
хвяршальской гор^, постановляя законы моды и св]^тскихъ приличхй,
рЬшая разные вопросы о жизни женпщнъ. Это былъ цредшественникъ
среднбвёковыхъ „судовъ любви". Роскошь, наряды, кокетничанье были
только простыми средствами къ удовлетворешю половой страсти, при-
влекавшими къ нарядной кокетке толпы поклонниковъ. Поэтому вм^-
еЛ съ борьбой женщины за право роскошничать и кокетничать идетъ
борьба за свободу половой страсти. Выведенная изъ терп^шя рабыня
свачала мститъ мужу секретною изменою, а потомъ разбиваетъ свои
семейння ц*пи и съ одурЬшемъ пускается въ орпи публичнаго раз-
врата. Черезъ десять лФтъ посл% отмены Опшева закона учреждаются
1М11 ?тму<т11, на который сначала сходятся однЪ женщины, а потомъ
оиЪ привлекаютъ и мужчинъ, убивая для сохранешя тайны т^хъ изъ
нихъ, которые не соглашались любиться съ ними. Пресл'Ёдоваше и за-
ирещеше этихъ сладострастныхъ сборищъ нисколько не задерживаетъ
бнстро-усилввающагося разврата и своевол1Я женщинъ. Сами цезари,
9п ;э$отавнне артисты псфока, предаваясь ему до отвалу, нередко
136
шггались въ видахъ государственной пользы ограничить его между
своими подданными, преследуя безбраше и бездетность. Ьех ^и1^а заг
прещаетъ безбрачную жизнь нужчинамъ отъ.20 до 60, а женщинамъ
до 50 л^тъ. Для того, чтобы пользоваться вс^ми гражданскими пра-
вами, мужчины съ 25, а женщины съ 20 л^тъ обязывались юЛть д%-
тей. Им^ше н']^сеольбихъ д^тей доставляло мужчинамъ земельные на^
дЪлы и освобождало ихъ отъ изв']^стныхъ повинностей, а женщинъ отъ
половой опеки. Безбрач1е и безд'Ьтность наказывались штрафомъ; без-
брачный не им^лъ права ни получать наследства, ни делать зав^ща-
шя; бездетный получалъ только половину сл^дующаго ему наследства.
Подобный меры еще более разрушали бравъ, делая его ненавистною
оффищальностью , необходимою только для пр1обретешя известннхъ
правь. „Люди женились не для рождешя наследниковъ, а для полу-
чешя наследства", говорить Плутархь. Мужья меняли жень, а авены
мужей иногда ежегодно; случалось, что женщина имела преемственно
до двадцати мужей и больше. Нарушеше супружеской верности сде-
лалось всеобщимь , и Дшнь КассШ, при своемъ вступлеши вь долж-
ность^ консула, нашелъ въ Риме 3,000 жалобь на прелюбод,еяше. Скоро
настало еще худшее время, когда на неверность жены или мужа не
только не жаловались, но даже не обращали внимашя. Бракъ заме-
нился вонкубинатомь. Мужчина обзаводится сод^жанками; матрона,
при неимеши добровольнаго любовника, держитъ для этой роли ги-
стр10на или раба и нередко, бросая зсужа и детей, убегаетъ на чуж-
бину сь своимъ фаворитомь. Оть строгихь мужей, оть детей, оть со*
искателей наследства женщина отделывается часто посредствомъ кин-
жала или яда. А где можно защитить себя или удовлетворить свои
желашя посредствомъ закона, тамь римлянки начинають процессъ и
ведуть его съ такой настойчивостью, что даютъ основаше тогдашней
сатире нападать на нихъ, какъ. на самыхъ отчаянныхъ сутягь. Глав-
ною обязанностью древней римлянки была материнская, но, скажемъ
словами Россбаха^ „матери древнихь временъ лежали вь могилахъ, а
матери новаго времени не имели более любви кь своимь детямъ,
предоставляя воспиташе ихъ рабамъ. Рабь же зналъ, что питомвцъ
будетъ современемъ его господиномъ, и чтобы прюбресть его благо-
склонность въ будущемъ, поблажалъ его страстямъ и открывалъ ис-
точники еще неизвестныхъ ему наслаждешй. Плодъ, семена котораго
были насажены рабомь, окончательно созревалъ подъ вл1ЯН1емь театра
и цирка". Воспиташе дочери если и велось матерью, то, во всякомъ
разе , стремилось къ тому, чтобы приготовить изъ девушки не семей-
ную женщину, а свободную кокетку. Воспиташе такимъ образомъ зна-
чительно содействовало разложешю семьи и падешю древнихь нра-
вовь; то же самое делали и религ1я, и искуства, и литература, и тор-
говый сношешя, и войны, и одуревпие отъ деспотизма правители, и
т
ебезсмыслещяя тираншей народння кассы. Это бнлъ радива^п^ШIй пе-
ревороть, ко1Ч>рнй долго совершался незам'Ьтно для глазъ наблюдате-
^юй и только въ эпоху икператоров'В совр^лъ до окончательнаго взрыва.
Основанное на рабстве и сил^, аристократическое военное общество
губило само себя; порабощенная государству, челов'бческая личность
стремилась еъ освобождешю; рабы, съ |яростыо Саисона, потрясади
основк общественнаго здашя, д^ти отбивались отъ родительскаго де-
соотизка и гарантировали огь него свою личность съ помопц>ю за-
кона, авеящины разбивали ст'Ьны своей семейной темницы. Взгляните
на эту эпоху анархш и всеобщаго разврата не съ моральной, а съ со-
щальио-фив1ологической точки зрШя, и вы ридите, что это только
крнзиеъ долгоцюменяой болЪзни, порожденной рабствомъ народовъ
Риму, рабстаомъ гражданъ государству, рабствомъ невольниковъ го-
сподамъ, рабствомъ тлешхщил мужчине. Во всЪхъ этихъ отношешяхъ
чеювйческая личность стремилась къ свободЬ, и съ каждымъ ея шаг
гонъ'впередъ по этому пути разрушались и погружались въ анархш
семья, государство и друпя юридическ1я институцш, всец4ло погло-
1цавпая до т^хъ поръ индивидуумовъ, входившихъ въ составъ ихъ и
бнвшихъ не активными личностями, а пассивными частями юридиче-
окихъ лицъ. Это былъ не только закатъ античной цивилизацш, но и
заря новой. Отонки учатъ жить согласно съ природой, умирать за ис-
тину и твердо переносить несчасйя. На м4сто разоблаченнаго суевЬ-
рая, философ1я ставитъ разумъ, на м^сто прежнихъ юридическихъ по-
нат1й являются идеи справедливости, равенства, верховной власти на-
рода; справедливость и любовь къ ближнему ставятся идеальными осно-
вами общества; литература вооружается противъ войны и проситъ
мира; римляне уравниваются съ иностранцами; императоры д'^Ьлаютъ
въ одной изъ варварскихъ областей попытку ввести представительное
правлеше; Луканъ поетъ о святой любви къ вселенной; Сенека про-
покЬдуетъ космополитизмъ, вооружается противъ глад1аторскихъ по-
боищъ, отрицаетъ рабство. Вм'ЬстЬ съ этими новыми общественными
принципами рождаются и проникаютъ сначала въ римскую жизнь, а
потомъ, съ даровашемъ правъ рнмскаго гражданства, и ко всЬмъ жи-
телямъ имперщ, новыя семейныя начала. Борьба женской личности за
свою самостоятельность въ семействе кончилась въ пользу женщины.
Бракъ окончательно принялъ форму моногам1и. Выходя замужъ, жен-
щина оставалась подъ опекой отца или другого родственника, но когда
эта форма брака вполне утвердилась, то половая опека была уже уни-
чтожена, власть отца значительно ослабла, а относительно замужней
доч^^и сделалась чисто номинальною и действительною лишь въ одномъ
томЪ) что она устраняла собою власть мужа надъ женой и делала по-
следнюю лицомъ вполне самостоятельнымъ. Жена имФла свою отдель-
ную собственность, которою она управляла в пользовалась независимо
138
отъ мужа. НасгАдственння права жешцины, разширеншш н оконча-
тельно утвергденння, сд^алнсь сианою опорою еа экономической
независимостн. Приданое жены составляло общее достояше супрутовь;
но безъ соглас1Я жены мужъ не могъ сделать изъ него никакого уно-
треблешя, ни продать, ни заложить его; по закону Юстишэна, онъ не
им^^лъ на это права даже и при соглас1и жени. Законъ требовахъ,
чтобн супругъ гарантировалъ женЪ ея приданое равною ему суммою
своего приданаго (доз ргор(;ег пир11а8). Имущество авены посл^ еа
смерти переходило къ ея насл^^дникамъ. Между мужемъ и женой, какь
между лицами совершенно самостоятельными, совершались договори,
денежные займы и т. п. Вм^Ьст^ съ развипемъ свободнаго брака па-
дала и половая опека надъ женщиной. Подъ вл1яшемъ эманципащон-
ныхъ стремлешй женщины и идей естественнаго права позднейшая рнм«
екая юриспруденщя отступаетъ отъ своей преакней теорш, по которой
женщина подлежала пожизненной опекЪ „по причине ея легкомыслен-
ности''. Юрисконсульты признали наконецъ равенство половъ принцип
помъ своего кодекса справедливости. Гай опровергаеть защитняховъ
половой опекИ) доводы которыхъ основаны на предполагаемой низко-
сти женской природы, и сообщаетъ много средствъ и уловокъ, упо-
треблявшихся юристами для того, чтобы дать женщинакь возможность
обходить стеснительный для нихъ постановлешя стариннаго права.
Императоры вовсе уничтожили институтъ половой опеки, и такимъ об-
разомъ въ предсмертную эпоху Рима личность женщины явилась со-
вершенно свободною отъ юридическихъ оковъ патрхархальнаго^ семей-
ства. Римлянка позднейпшхъ временъ равноправна мужу, она уже не
стоитъ подъ опекой, а сама прюбретаетъ права опеки надъ своими
детьми и внуками. Она можетъ имАть самостоятельное хозяйство, за-
ключать контракты, вести процессы и т. д. Вм^стЬ съ положешемъ
гражданокъ улучшало($ь также положеше рабынь, отпущенницъ и иво-
странокъ. „Иностранка, отпущенница, рабыня** — ^говорить Гриндонъ-*
„им^ютъ каждая свою роль въ исторш римской женпщны и кладутъ
каждая свой камень въ здаше ея свободы. Рабыня служить орудаемъ
того блеска, благодаря которому женщина подчиняетъ себЪ гражда-
нина. Отпущенница, сближая и смешивая расы, пробиваетъ брешь въ
граждансвомъ правЪ, враждебномъ женщине, и содЪйствуетъ ноб^дЪ
естественнаго права, въ которомъ она занимаетъ надлежащее положе-
те... Благодаря иностранке, слово „Ьо81зв,'' обозначавшее въ эпоху
XII таблицъ и врага и чужестранца, начинаетъ прилагаться только
къ вооруженному непрхятелю, а для иностранца создается новое вн-
ражеше, „регертшпв*. Иностранецъ получилъ такое важное значеше,
что для него учреж11[енъ особый преторъ, который начинаетъ посте-
пенно гуманизировать и улучшать римское право во имя принциповь
равенства и справедливости. „Женщине принадлежнтъ значительная
139
ха1Я учаспя «ъ д%л% этого сощальнаго прогресса, потому что она-то
сильн^ всего и сод^Ь^ствуеть тесному союзу разннхъ эдементовъ об-
щества, носредствовсь си^Ьшешд вровн и слит1я интересов^. ^
Добивпгась семейной свободн и экономической самосто^ельности,
ришишка начала проникать во вс% сферы общественной д&ггельно-
сти. Еще во времена полнаго господства древнихъ нравовъ, римлянки,
вакъ мы уже говорили, принимали учаспе въ д'Ьлахъ отечества, по-
средствомъ мужчинъ вл1яли на ходъ событШ, воспитывали цЪлыя по-
холФшя доблестныхъ республиканцевъ. Съ усилешемъ акенскихъ стрем-
лен1й къ свободе, съ постепеннымъ расширешемъ правь, женское вл1Я-
ше на общество д^Ьлалось все значительнее и значительнее, такъ что,
по замАчашю Катона', обладавппе ц^лымь мхромъ римляне очутились,
иаконецъ, подъ властью своихъ жечь. Повелители государства, въ по-
следнюю эпоху его существовашя, не только находились подъ силь-
нымъ вл1яшемъ женпцшъ, но и нередко были вынуждаемы отстаивать
свою власть отъ оконч^тельнаго захвата ея честолюбивыми и ловкими
матронами. Таковы были, напр., Фульвхя, жена Аятошя, Ливк, жена
Августа, которой сенатъ предложилъ титулъ „матери отечества;" Агрип-
пина, являвшаяся везде на ряду съ цезаремъ, принимавшая деятель-
ное учаспе въ управлеши и сделавшаяся, иаконецъ, соправительницею
своего сына Нерона. Мать Гел10габала, Сем1анира, заседала въ с&-
натЬ на ряду съ консулами. Во дворце цезарей идетъ ожесточенная
борьба за власть. Женщины отравляютъ и убнваютъ своихъ бывшихъ
повелителей, ведутъ противъ нихъ коварный интриги, составляютъ за-
говоры, но въ то же время и сами ежеминутно подвергаются опасно-
сти насильственной смерти или ссылки на острова. Въ разврате и же-
стокости оне не уступаютъ мужчинамъ, а умомъ, хитростью, энерпей
далеко превосходятъ ихъ и не имеютъ между собою ни такихъ ид1о-
товъ, ни такихъ сумасшедшихъ, какъ мнопе изъ цезарей. Въ то же
время делаютъ заметные успехи въ образованш. Не говоря уже о
сильномъ распространенш между ними знашя греческой литературы,
римлянки знакомились также съ науками и правомъ, нередко полу-
чали высшее образоваше, кое-что писали и по умственному своему
развипю достигали одного уровня съ образованными мужчинами того
времени. Таковы были, напр., Юл1Я, жена Септим1Я Севера, Юл1я-Мам-
мея, мать Александра Севера, Семпрошя, жена Брута, Теренщя, жена
Цицерона, и Тулл1я, дочь его, Кальпуршя, жена Плишя младшаго,
Кремущя, дочь историка Еремущя Корда и др. Мног1я изъ этихъ жен-
щинъ участвовали въ научныхъ и литературныхъ занят1яхъ близкихъ
имъ мужчинъ, имея на нихъ немаловажное вл1яше. Более деятель-
ную и самостоятельную роль играли римлянки въ медицине. Лекарки
(шеШсае) были довольно многочисленны. Въ Риме и, вероятно, въ
гланныхъ городахъ имперш были яприсяжныя лекарки^, (шеШсае ^а-
140
га(;ае), о которнх'ь Анн1анъ въ своихъ пртгбчатйъ въ кодексу Фе-
0Д0С1Я говорить: „каждый разъ, вавъ только возникаетъ сомнЪше о
беременности женщины, пять присяжныхъ, занимающихся медициною
женщинъ, получаютъ приказате освидетельствовать эту беременную.*'
Эти лекарки были сведущи и въ медицине вообще, а не въ одномъ
только родовспомогательномъ искуств^, которое было ,спещальностью
акушерокъ, оЪбез^псев, и яхъ помощницъ а(18ев1псеб. Акушерки же
пршютовляли разные косметики, любовные напитки и конфертативн,
совершали плодоизгнаше, кастрировали мужчинъ, инфйбулировали жен-
щинъ и другими способами служили тому разврату и тому разложе-
шю семьи, которыми ознаменована последняя эпоха Рима.
XII.
Такъ разваливалось древне-римское семейство, такъ римлянка ваъ
рабыни делалась свободною личностью. Но радикальныя реформа, Се-
мена которыхъ уже были въ римскомъ обществ'Ь, не успЬли совер^
шиться вполне; расшатавшееся здате государства пало подь нале-
ромъ варваровъ. На встречу варварамъ съ береговъ 1ордана шло хриг-
ст1анство, благодаря которому семья и женщина приняли яаяравлеше,
среднее между архаическимъ состояшемъ и идеалами, бы[вшшш зав^^т-
ною мечтою последней эпохи язычества.
Большинство церковныхъ писателей ставитъ женщину ниже муж-
чины. На маконскомъ соборе (585 г.) одинъ епископъ доказывалъ да-
же, что женщина не челов'Ькъ, что она не принадлежитъ къ роду че-
ловеческому. Признавъ въ женщине человека, стали заботиться о томъ,
въ какомъ виде предстанетъ она при воскресеши и не преобразится-ли
въ мужчину для того, „чтобы не смущать своимъ присутств1емъ муж-
чинъ, воскреснувшихъ для святой, безстрастной жизни?** Грехъ Ёвн
вменялся всемъ дочерямъ ея. „Женщина — источникъ всехъ золь, шк
тому что черезъ нее смерть вошла въ шръ". Но при этомъ учители
христ1анства проповедывали и полное релипозпое равенство половъ.
Язычество предписывало каждому полу особый обязанности. „Оно** —
говоритъ 1еронимъ — „разнуздывало страсти мужчинъ, дозволяя нмъ
развратъ, и въ тоже время наказывало за последшй асенщинъ. 7 хри-
ст1анъ же, что предписывается женщинамъ, то предписывается и муж-
чинамъ; обязанности равны**. „Мужчина и женщина** — пишетъ Кли-
ментъ АлександрШскй — „совершенно равны между собою, какъ суще*
ства человечесйя; у нихъ одна и таже природа, и поэтому, одни и
те же свойства. Значитъ-ли это, что предназначеше женщины одина-
ково съ мужскимъ? Физическая организащя ихъ доказываетъ против-
рое. Но разлнч1е призвашй нисколько не мешаетъ равенству**.
141
Хрвспвяство <яыо съ женщинн древнее иго проклятая и рабства,
ед^лавъ ее подругою иуаса и участницею вм^ст^ съ ннмъ загробнаго
бошженства, ооставллющаго конечную цЪль христханской жизни. Бракъ
получнлъ характеръ таинства. Образцонъ для него поставленъ союзъ
Христа съ церковью; этотъ союзъ в^ченъ, и бракъ нерасторжимъ;
Христосъ глава церкви, и мужъ глава жены; какъ „Христосъ возлю-
билъ церковь и пожертвовалъ собою за нее", такъ и мужъ долженъ
любить жену, какъ себя самого, а жена должна повиноваться ему,
кахъ Христу церковь; тужена да боится своего мужа", говоритъ апо-
столъ. Супруги должны составлять одно лицо — „да будутъ два одною
плотью", т. е., принимая во внимаше главенство мужа, личность жены
должна во всемъ сливаться съ его личностью, а женщина вообще
должна подчиняться мужчине. Адостолъ вапрещаетъ ей учить муж-
чинъ, „потому что Адамъ сотворенъ прежде Евы". Четвертый карфа-
генск1й соборъ запрещаетъ женщине наставлять мужчинъ, если бы
она была даже ученою и святою. Ц4ль брака— христанское рождеше
и воспитан1е д:Ьтей; половой инстинктъ признается нечистымъ, удо-
влетвореше его ради одного удовольствхя — смертный гр^хъ; поэтому-то
ц^лью брака религк ставитъ рождеше и воспиташе добрыхъ христ1анъ,
освящая плотскШ и самъ по себ^ греховный союзъ благодатью таин-
ства. Считая своихъ последователей странниками и пришельцами на
землЬ, людьми не отъ мхра сего, гражданами небеснаго царства, хри-
стаанстве хотя и защищало бракъ отъ крайнихъ аскетическихъ док-
тринъ,. но все-таки не ставило его идеальною нормою христ1анской
жизни. Апостолъ ясно говоритъ, что кто можетъ прожить д'Ьвственно,
тотъ не долженъ вступать въ бракъ, а кто не над']Ьется провести свою
жизнь ангелоподобно, тотъ долженъ прибегнуть къ „честному и несквер-
ному ложу брака". Высшимъ идеаломъ жизни служитъ девственность,
божественные примеры которой даны Христомъ и его матерью. Плоть,
М1ръ и дьяволъ — вотъ три главныхъ врага христаанина, преграждаю-
щнхъ ему путь въ небесное царство. Въ борьбе съ ними должна про-
ходить земная жизнь, изъ которой нужно изгнать все, что поблажаетъ
чувствамъ и плоти. „Только тотъ совершенъ, — ^говоритъ Августинъ, —
кто и духомъ, и плотью отрешился отъ М1ра". девственность и отре-
чете отъ удовольствШ брака даютъ мужчинамъ и женщинамъ доступъ
въ райсшя обители; девственницы называются христовыми невестами,
девственники — земными ангелами. И съ первнхъ же вековъ христ1ан-
сгва идея безбрач1я осуществляется въ монашестве и отчасти въ мхр-
свокъ духовенстве, а въ рядахъ святыхъ появляется особый классъ
девственниковъ и девственницъ. При такомъ настроеши умовъ, неко-
торые церковные писатели, особенно причастные гностицизму, вовсе
отвергали бршъ, какъ безнравственную институцию. Хустинъ мученикъ
считаетъ его несдраведдивымъ учреждешемъ и сознается, что онъ не
142
понимаетъ, вавшгь образомъ греховная чувственность ножетъ сде-
латься въ брак'Ь ч'Ьнъ-то нравственннмъ. Тертулланъ учить прене-
брегать бравокъ, хотя бы изъ-за этого пренебрежешя суждено бндо
вымереть всему роду человеческому. ГригорШ ниссеШ пишетъ, что
если бы Адамъ въ раю не отступилъ отъ Бога, то брава никогда бы
не было, и размножеше людей совершалось бы другимъ, бол^е достой-
нымъ образомъ. Херонимъ допускаетъ бракъ „только потому, что отъ
него раавдаются девственники". „Цель святаго" — оговорить онъ — „по-
рубать лесъ брака топоромъ девственности*'. Не только въ монаше-
скомъ, но и въ м1рскомъ быте первыхъ вековъ христ1анства этотъ
идеалъ былъ всемогущимъ. Въ противоположность ^античному поясу
Венеры, люди благочестивые носили поясъ целомудрхя. Св. Аммонъ
встретилъ въ первую ночь свою невесту проповедью о греховности
брака, и они тотчасъ же разлучились. Св. Мелашя употребила все
усил1я, чтобы заставить своего мужа не жить съ нею, какъ съ женою.
Св. Авраамъ и Алексей убежали отъ св^ихъ невестъ въ первую брач-
ную ночь. Во всякомъ случае, даже у учителей, признающихъ свя-
тость его, бракъ считается милосердою уступкою релипи слабости че-
ловеческой, а безбрачхе — жизшю ангеловъ, по выражешю Дамаскина.
Допуская бракъ, учители и законодатели церкви ст^)ались по возмож-
ности ослабить его чувственный характеръ, составляли скрупулезный
правила о физическихъ сношешяхъ между супругами, увещевали по-
следнихъ предаваться половымъ наслаждеваямъ съ возможною уме-
ренностью и т. п. Санкщонвровавъ моногамш и желая утвердить са-
мую строгую форму ея, церковь не одобрила вторичнаго и третичнаго
брака, дозволяя ихъ только ради избежашя греха и положительно за-
прещая жениться и выходить замужъ более трехъ разъ. Преследуя
конкубинатъ и всякую внебрачную связь, христ1анское законадательство
установило^резкое, неизвестное древнему М1ру ра8лич1е между закон-
ными и незаконными детьми. Считая бракъ сон>зомъ нерасторзвимнзгЕ,
христ1анск1е законодатели, въ особенности же Константинъ и Юстя-
танъ, начали строго преследовать самовольные разводы супруговъ,
налагая за нихъ не только денежные штрафы, но и тяжк1я уголо^ои
ваказан1я. Словомъ, подъ вл1ятемъ реакцш римское семейное право,
хотя и освободившееся отъ многихъ архаическихъ постановлеяИ и
обычаевъ, получило новую силу для поддержашя своихъ прежяихъ
принциповъ. Хотя свобода женщины отъ половой опеки и самостоя-
тельность ея личности, признанныя позднейшей римской юриспруден-
щей, и были утв1врждены церковью, но, съ другой стороны, главенство
мужа н нерасторжимость брака показывали, до какой степени вера,
пришедшая съ береговъ 1ордана, радикально противоположна посл^д-
нимъ стремлешямъ язычества. Къ тому же самая главная основа ар-
хаическаго семейства, — отеческая власть, после всехъ ограннчетй,
148
•г^п:!^
:ъ на нее обществешшиъ щюгрессонъ, оставалась Яе ^а^е
бсиДе строгою, чЪиъ даже отеческая власть иногихъ полудивихъ евро-
пеВсвихъ варваровъ. Принципы христаанства не реформировали по сво-
ему римсваго секейства и Римъ умерь явбршикомъ.
Но при всемъ этомъ, женщины были тавъ подняты новой рели-
пей, что играли въ ней важную роль съ самаго начала. Он^ были
орудалми распространен1Я и поддержашя христаанства; онЪ постоянно
окружали Христа, занимали видное мЪсто въ первенствующей церкви,
осуществляли, невидимому, невозможные идеалы аскетизма, служили
страавдущему челов^еству, геройски шли за свою в^ру и на костерь,
и лодь Фоноръ палача; женщины же, вакь увидимь ниже, были пер-
выми насадительницами христ1анства почти у всЪхь европейсхихь
варваровъ. Но все-таки новая релипя, которой суждено было утвер-
дить въ Европ^^ строгую систему патрхархальнаго семейства и вь тоже
время н^^олько улучшить положеше европеянки, мало вл1яла на ив-
м^иеше восточной семьи. Большая часть Востока приняла не хрнст!-
анство, а измененный и смешанный сь другими в^ровашями особый
видь его— магометанство. Да и у настоящихь восточныхь христаанъ,
вапр., у армянъ и грузиновъ, семейство представляется чистейшей де-
сиотьей, а женщина находится вь рабстве.
Впрочемъ, вь первое время христханства, оно, подъ вл1яшемь раз-
ннхъ греческихь и восточныхь идей, принимало вь своихь сектахь
часто самое крайнее направлен1е, стремившееся возродить гетеризмь
и материнство первобытнаго М1ра. Николаиты, фибюниты, страт1отики
в мнопе друг1е сектанты пропов-Ьдують общность жень и законность
вс&хъ илотсхихь инстинктовь, хотя мерзости, вь которыхь они обли-
чаются своими противниками и были, по всей вероятности, выдуманы
И1И сильно преувеличены последними. Все подобный секты были ре-
ахщей аскетическимь и патрхархальнымь идеаламь христханства, и въ
деле этой реахцш женщина играла весьма важную роль. Развит1ю и
распространешю карпократханизма, напр., много содействовали Мар-
целлина. Стимула и Агапа. И вообще въ всторш гностицизма жен-
щины стоять на переднемъ плане. Елена имела безграничное вл1яше
на Симона волхва; жена Николая произвела расколь николаитовь; Фи«
ломева сообщала Апеллесу откровешя, прнходивппяся по вкусу жен-
Щинамь высшаго класса; Флора пропагандируеть свое учеше передь
Птоломеемь; женщины монтанистовь,^ особенно пророчицы Присцилла
н Максимилла, предсказывали будущее и проповедывали и т. д. По
обьяснешямъ Баховена, сущность учешя ухюмянутыхь сектъ состоить
вь реставращи гинейкократическаго материнства, и въ этомъ релипоз-
нонъ двшкенш принимали главное участхе те племена, который прежде
особенно славились своей гинейхократхей, какъ напр., лишние. Снова
144
п'Ьдись гяннн богине гетеривиЕ, снова женсВ1ё нржшдкпя въ релийн
браи]<и верхъ надъ мужсЕими, снова въ таинствахъ мистерШ прослав-
лялось материнство, снова отдавались свободной любви, — ^но Галилеи-
нинъ поб^дилъ, и новые народа приняли новую в'Ьру, говорившую
больше о небесномъ, ч^^мъ о земномъ и заставлявшую забнть о той
разнузданности страстей, которая тавъ истош,ила древшй М1ръ.
XIII.
Когда посл^Ь неудачнахъ попнтокъ построить изъ вафваровъ новую
римскую имперш, наступилъ перюдъ феодализма или «улачнаго права,
то вся Европа распалась на множество мелвихъ землицъ, сд&[ав|Ш1^ея
достояшемъ сильннхъ *гогдашняго м1ра. Бъ неприступннхъ и безо-
пасннхъ м']^стахъ порабош;енннй народъ вастроилъ вр^шае замки для
своихъ тирановъ, а передъ всфотами ихъ поставилъ внс^ицв на т^
случаи, когда господамъ благоугодно будетъ казнить его. Зависшша
народный массы окончательно низведены на степень вьючннхъ сво-
товъ, обязанныхъ работать на своихъ благородныхъ владокъ. Гордый
своей силою и безнаказанностш , господинъ не чувствовалъ ничего
обш;аго между собою и жителями убогихъ хижннъ, стоявпшхъ около
его грознаго замка. „ Народ онаселеше,' окружавшее средневЪковаго
собственника, и по роду своихъ занят1й, и . по степени богатства,
и по происхождешю не им&ю съ нимъ ни одной изъ т^хъ свя-
зей, который соединяютъ, напр., патр1архальнаго родоначальника съ
его родомъ, или предводителя клана съ другими членами посл^-
няго. Феодальное семейство живетъ совершеннымъ особнякомъ отъ
остальнаго народонаселешя , въ совершенно особенномъ положевш^
(Гизо). Вс^ обстоятельства клонились къ тому, чтобы феодаль&ое
право приняло чисто семейный характеръ. Сила и зиачеше вла-
дельца зависали отъ количества его земель и рабовъ, отъ прочной и
единой власти, заправляюп^ей абсолютно и членами феодальной семьи,
и вассалами, и крестьянами. Нераздробляемость семейнаго имущества
и строгая отеческая власть сделались необходимостью. Вм^ст^ съ тЬиъ
вошла въ полную силу и кастальная теоргя о благородстве 1фКСФ0*
вратической крови. Феодальное общество считало себя избранною ра-
сою и каждая фамил1я строго должна была остерегаться порчи всл^д-
ств1е см^шетя своей породы съ породами низшими по происхожде-
шю. Эта теор1я находила себе поддержву даже въ католичеовой ре-
липи. Подобно браминамъ, наложившимъ религхозио-мифологичесвую
санкцш на существованхе . кастъ, католическ1е сочинители, попирая
евангельсв1я заповеди братства и равенства и угождая баронамъ, оправ-
дывали именемъ Бога кастальные порядки феодализма.
145
Еажддй феодалъ быль иле стреиилса быть независимнмъ деспо-
ТОНЬ въ своихъ владЪшяхъ и абсолютшшъ поведителемъ своего се-
мейства. ОтечесЕая вдасть, какъ всЬ тогдашшя права и привилегш,
не составляла одного стройнаго, еистематичесБи-развитаго института,
общаго всей стран'Ь, а беэконечно разнообразшсась, смотря по раахич-
нннъ м^стнниъ обстоятельствамъ. У гернанцевъ до-феодальнаго пе-
ршда сеиейбня узы и власть родителя не успели еще достаточно
окрепнуть и обратиться въ непреложные юридическхе обычаи, тавъ
какъ для утверждешя ихъ они не щАха ни содМствхя сильной госу-
дарственной власти, ни вл1ятя жреческой касты, которая, путеиъ ре-
липозной проповеди и школьнаго воспиташя, всюду понагала государ-
ству и отцамъ семей пропагандировать и строго подаерживать патр1ар- •
хальные порядки. Однакожъ, нельзя соглашаться съ мн'Ьшемъ гермаг
нофиловъ, что семейныя отношешя европейскихъ варваровъ отлича-
лись особенною мягкостш, бывшею будто бы характерною чертою гер-
манской расы. Въ первыхъ главахъ нашихъ этюдовъ мы уже говорили,
Ч!Г0 слабость семейныхъ узъ и отеческой власти, звжкчввжгя у гер-
канцевъ, какъ и у другихъ полудикюсъ народовъ, были результатомъ
не народнаго характера, а борьбы домочадцевъ съ произволомъ домо-
владыки, борьбы, некончившейся еп1;е р^^шительной поб'Ьдой послед-
вяго. Эта относительная мягкость семейныхъ отношетй, благодаря
енергической борьбе индивидуума противъ поработительныхъ стремле- ,
шй домовладыки, упрочилась въ жизни и отразилась на среднев^ко-
вомъ семейномъ прав'Ё тЪхъ странъ, который не были вполн'Ь подчи-
нены римской юриспрудешци. Въ особенности франки представляются
народомъ, р^зко отличаюш;имся отъ римлянъ своими родительскими
правами, и старинные французск1е законоведы энергично противились
признашю строгаго института римской ра^па ро^ез^аз, упорно удер-
живая свое правило, что „отеческой власти н^тъ мЪста во Франщи.*'
По германскимъ обычаямъ, отецъ, а по смерти его мать им^ли право
опеки (тип<11иш) надъ личностью и имуп1;ествомъ своихъ Д']Бтей. Бракъ
эмаяципировалъ сына, а опеку надъ дочерью передавалъ ея мужу. Даже
холостой сыпь освобождался отъ родительской власти, коль скоро онъ
становился способнымъ носить оруж1е или достигалъ совершеннолЪт1Я.
Напротивъ, въ странахъ, подчиненныхъ римскому праву, отцамъ пре-'
Доставлено «было пользоваться такою же неограниченною властью надъ
Д'Ьтьми, а посл^дше ставились въ такую же рабскую зависимость, какъ
8Т0 было и въ РимЪ. Впрочемъ, нужно заметить, что историки юрис-
пруденцш придаютъ слишкомъ ужъ много значетя упомянутому раз-
ЛЕЧШ родительской власти въ странахъ обычно-германскаго и писан-
иаго римскаго права. Средше в']^ка были эпохой произвола и ходъ
жизни завис^лъ не отъ уложешй или юридическихъ обычаевъ, а отъ
произвола и кулачнаго права. Отеческая германская власть была го-
10
146
раздо схаб'Ье и легче римской, но при всемъ тонъ феодалъ тахъ ногъ
деспотствовать въ своемъ семейств'^, вавъ не деспотсхвовали даже са-
мце жестовхе доАювладнви Рима. Феодалъ старался держать свое се-
мейство въ тавихъ же ежевнхъ руБавицахъ, вавъ и нодвластннхъ ему
Ерестьянъ, съ гЬмъ только разлищемъ, что посл^^днихъ онъ презм-
ралъ, какъ скотовъ и высасывалъ изъ нихъ всЪ жизненные сокн въ
пользу своей фамилш. Исторгя средннхъ в'Ьковъ представляетъ не мало
прим'Ьровъ того, какъ феодальные самодуры зверски мучатъ свонхъ
домочадцевъ, р^жутъ, топдтъ ихъ, морятъ ихъ голодною смертью, вы-
калываютъ нмъ глаза и т. п. Во Фрашцн, даже въ Х1У вЪк'Ь, отецъ
могъ безнаказанно убить сща, поклявшись только, что онъ соверпшлъ
это въ припадке гн^ва и безъ предварительнаго размышлетя. Про-
дажа д^тей въ 8Т0Й стране продолжалась почти до эпохи Возроавде-
шя, равно какъ и отдача ихъ въ залогъ или на удовлетвореше обя-
зательствъ, сд^ланныхъ родителями. Въ Германш было не лучше, и
даже въ ХУ в^кЪ церковь, въ ляцЬ знаменитаго проповедника того
времени, Гейлера, учила, что, „въ случае голода, отецъ можетъ про-
дать своего сына; мать же не им^етъ права продавать сына, терпитъ
ли она голодъ, или н^тъ.^ Семейный сов^тъ изъ родственниковъ, со-
зывавш1Йся отцомъ въ важныхъ случаяхъ въ средневековой Европе,
какъ и въ Риме, им^лъ только совещательное значеше ; не ограничи-
вая самодурства домовладыки, онъ поддерживалъ его авторитетъ во
всехъ делахъ, касавшихся чести и интересовъ фамилш. И если, не
обраш,ая внимашя на многочисленный проявлетя самаго дикаго ибез-
смысленнаго произвола средневековыхъ домовладыкъ, разсмотреть сущ-
ность ихъ власти и притязанШ, то окажется, что она, подобно другимъ
семейнымъ институц1ямъ техъ временъ, была необходима для поддср-
жашя феодальнаго строя, основаннаго исключительно на^ семейнвогв
принципахъ. Среди всеобщей анарх1и и насил1я, феодальное семейство,
съ своими вассалами, слугами и рабами, нуждалось въ прочной вла-
сти, чтобы отстаивать свои богатства, свою жизнь и свою свободу,
основанную на тяжкой неволе народныхъ массъ. Вместе сътемъ ин-
тересы фамилш требовали, чтобы она, несмотря на перемены въ лич-
номъ составе ея членовъ вследствхе смерти, продолжала нераздельное
свое существоваше какъ можно дольше и сохраняла бы какъ можно
строже чистоту своей благородной крови, богатство и велич1е, заве-
щанный ей предками. Для достижешя этой цели необходимы бвии ре-
формы въ германскомъ наследственномъ правее по которому имуще-
ство умершаго безъ завещашя переходило къ его законнымъ наслед-
никамъ, въ томъ числе и къ женщинамъ, и делилось ими по-ровну.
Когда при помощи церкви введено было римское право завещашя, то
этотъ порядокъ значительно нарушился, и родители имели полную'
возмоашость и лишать свонхъ детей наследства, и предпочитать од-
147
ного ихи нЪкоторнхъ изъ нихъ прочимъ. Но зд'Ьсь отцовскому произ-
волу скоро били положены границы въинтересахъ фамилш; онъиогъ
распоряжаться только благопрюбр^теннымъ и движимымъ имуществокъ,
а отнюдь не фашыгьнымъ, недвижимынъ. Дал^е, ткже фамильные ин-
т^юсы старались удалить отъ наследства женщинъ и создали ' инсти-
тущю первородства. Дочери лишались наследства чаще всего посред-
ствомъ завещашй; были правда и положительные законы, исключав-
пие ихъ изъ числа наследниковъ, но это были законы местные ц при-
тонъ нередко нарушаемые. Если же дочь им^ла наследовать, то ее
старались выдать замужъ. Полученное ею приданое, несмотря на его
сумму, считалось заменою ея наследственной доли. Въ брачныхъ кон-
трактахъ невесть обыкновенно заставляли отрекаться отъ наследства;
потомъ, когда ташя отречешя сделались юридически недействитель-
ными, при распространенш римскаго права, то ихъ стали заменять
присягою. Стремлеще къ обезнаследовашю женщинъ касалось даже
наследственныкъ правъ матери. Такъ, во Францш Карлъ IX, „въ ин-
тересахъ дворянства и короны", запретилъ матерямъ быть наследни-
цами собственныхъ своихъ детей; но большинство парламентовъ юга
отказалось принять такой эдиктъ. Введете института первородства
нанесло еще более сильный ударъ наследственнымъ правамъ женщины.
Посредствомъ этого института, введеннаго въ юридическую жизнь се-
мейными законами и договорами (Наиз^езе^ге и рас1е8 с1е &шШе),
старпий сынъ делался отцомъ семейства и главнымъ наследникомъ,
пользуясь этими привилег1ями не только при наследоваши отъ отца,
но и отъ матери. Младш1е братья и особенно сестры были осуждены
на полную подчиненность первенцу, уважать и бояться котораго ихъ
училъ еще при своей жизни отецъ, з^азывавшШ всемъ на него, какъ
на своего будущаго представителя. Авторитетъ первенца былъ такъ
великъ, что нередко -ему подчинялись не только братья и сестры, но
даже родители. Старпие сыновья не только обирали и грабили своихъ
братьевъ и сестеръ, но и торговали последними; иногда ни отецъ, ни
мать не могли избавить своихъ дочерей отъ этой гнусной дродахи
ихъ братьями. Установивъ первородство, феодальное право должно
было позаботиться о томъ, чтобы фамильное имущество не могло рас-
падаться не только при настояпщхъ, но и при будущихъ поколешяхъ.
Римская юриспруденщя ^)казала ему въ этомъ случае большую услугу
своими субституц1ями. Фамильные интересы и забота о будущемъ про-
цветанш рода доходили до того, какъ разсказываетъ Озанамъ въ „Ьеа
6егта1пе8 ауап! 1е СЬпзИашзте", что „въ некоторыхъ кантонахъ
Гермаши въ средше века сохранялся еще древнШ обычай, «въ силу
Еотораго мужъ, состаревппйся бездетнымъ, приглашали къ своей жене
соседа, съ темь, чтобы онъ родилъ ему сына^.
При такомъ произволе, среди такихъ семейныхъ порядковъ поло-
10*
148
жеше средневековой женщины не могло быть очень завиднымъ. Вс^Ьхъ
авторовъ, трактующихъ объ этомъ предмете, можно раздЬлить натри
классу. Одни просто сводятъ въ кучу разный историчесюя данный,
и, сообщая имъ только внешнее литературное единство, не дйлаготъ
никакихъ выводовъ о томъ, хорошо или худо жилось тогда женщи-
намъ сравнительно съ другщш историческими эпохами, въ чемъ со-
стояли и отчего зависЬли выгоды или невыгоды ихъ положешя й т. д.
Друпе восторгаются средними веками, какъ перходомъ женской сво-
боды и рыцарскаго ноклонешя прекрасному полу. Третьи не хотятъ
видЬть въ среднихъ в4кахъ ничего, кромЬ возмутительнаго разврата,
безсовЪстной эксплуатац1и женщинъ и зв'^^рской тираши надъ ними.
Оба послЬдше сорта авторовъ, увлекаясь духомъ партШ, гр-Ьшатъ од-
ностороностью и бол4е или меиЬе сильнымъ преувеличешемъ харак-
тера изображаемыхъ ими сощальныхъ отношетй. Но т4 и дру1пе изъ
нихъ им-Ьють на своей сторон-Ь извЬстную долю правды. При безпри-
страстномъ взгляд* на средневековую жизнь оказывается, что, съ од-
ной стороны, женщина сельео страдала тогда отъ семейнаго деспо-
тизма, отъ аристократическо-фамильныхъ порядковъ, отъ обществен-
ной безурядицы,, отъ постановлешй и козней католицизма; но въ то
же время, съ другой стороны, мы видимъ множество фактовъ и заме-
чательной свободы женщинъ, и сильнаго ихъ вл1ятя, и безграничнаго
уважешя къ нимъ, даже сл^ды ихъ политической, военной и научной
деятельности. Эти две сер1И противоположныхъ явлетй связнжаются
между собою темъ важным^Ь фактомъ, что средше века были перш-
домъ упорной борьбы женщины за свою свободу. Постараемся теперь
очертить главные элементы этой борьбы и ходъ ея.
Частыя войны и разбойничества феодаловъ нередко сопровожда-
лись умыкашемъ девушекъ, на которыхъ потомъ похитители и жени-
лись. Церковь и законодательство сильно противодействовали этому
первобытному способу заключешя брака. ВестготскШ законъ, напр.,
грозилъ смертною казнью не только похититатш, но и похищенной,
если она соглаша.1ась выйти за него замужъ. По фризскому праву,
умыкателя и увезенную имъ девушку не охраняло даже церковное
убежище; судья долженъ былъ сжечь все жилища, въ которыхъ оста-
навливались они по дороге въ церковь, разрушить церковь и, захва-
тивъ ихъ, вести на жестокое наказаше. Ноумыкашя долго не прекра-
щались, темъ более, что сплошь ирядомъ они совершались съ ведома
и соглас1я невес1ъ, которыя были рады случаю избавиться отъ своего
домашняго ада. А рисковать такимъ образомъ девушке было изъ-за
чего. Не говоря уже о томъ, что часто она терпела невыносимое
угнетете со стороны домовладыки, что отецъ или его наместникъ —
первенецъ нередко продавали ее не то.1ько для брака, но даже Про-
сто для наложничества, самое феодальное брачное право было длянеа
149
источникомъ жестокихъ страданШ. Феодализмъ уничтожилъ свободный
бракъ подудшшхъ германцевъ, превративъ его въ такое же орудье по-
дитиБи и фамильныхъ интересовъ, кавимъ всегда были браки цар-
ственннхъ домовъ. Въ феодальной васт^ бракъ былъ договоромъ,
ущючивавшимъ миръ, дружбу или союзъ между двумя сеньорами. Не-
веста тутъ была не нричемъ, ей оставалось только стать на колени
предъ отцомъ и принять назначев[наго имъ жениха. Ц^^ною дочери
баронъ и его потомство увеличивали свое фамильное имущество и по-
купали себЪ союзъ сильнаго и вл1ятельнаго зятя. Надъ дочерью вас-
сала, кром^ произвола родительскаго, вис']&лъ еще произволъ сюзерена,
безъ соглас1Я котораго насл'^^дница лена не могла выходить замужъ,
а насл^дникъ жениться. Сюзеренъ назначалъ дЪвушк'Ь супруга, устроялъ
браки съ ц'1^лш соединешя двухъ леновъ въ одинъ, словомъ, д^лалъ
все, 410 обыкновенно делается при такихъ союзахъ въ домахъ князей
и въ семействахъ крестьянъ. Въ огромномъ большинстве такихъ бра^
ковъ не могло быть и помина о любви, и если женихъ и нев'Ьста не-
редко были довольны союзомъ, устроенннмъ для нихъ родителями
или сюэереномъ, то смотрели на него только глазами практическаго
раэсчета. Свободнаго выбора, взаимной склонности зд^сь не могло
быть по одному уже тому, что женихъ и невеста сплопо» и рядомъ
были не только малолетними, но обручались даже въ колыбели, а
иногда родители сговаривали ихъ еще до рождешя. Повенчавъ, физи-
чески неспособныхъ еще къ сожйтш дЪтей, родители преждевременно
будили ихъ половые инстинкты, развращали и истощали ихъ. ^
Фамильные интересы устраняли свободу жениха и особенно нев^
сты не однимъ тЪмъ, что делали изъ брака договоръ не жениха и
пев^сты, а ихъ семей, но еще и тЪмъ, что для действительности такого
союза считалось необходимымъ равенство состояшй или равнофамнль-
ность вступающихъ въ него лицъ, Бракъ не съ дворяниномъ, а т^мъ
более съ человекомъ зависимымъ, былъ не только позоромъ для се-
мейства, но и тяжкимъ преступлешемъ. Таше неравные браки (Мхз-
Ье1га1Ь, тёзаШапсе) строго преследовались еще во времена дофео-
дальныя, когда невидимому не должны были иметь места подобные
аристократическ1е предразсудки. Въ особенности былъ преступенъ бракъ
между членомъ высшаго сословхя и рабомъ; по вестготскому, напр.,
закону, первый обращался въ рабство, а последшй казнился смертш*
Друг1я^ законодательства хотя и не угрожали смертью, однакожъ очень
строго относились къ такимъ союзамъ свободныхъ съ несвободными.
Но, несмотря на все строгости, любовь часто устрояла таше браки, и
Бонмеръ справедливо замечаетъ по этому поводу, что „женщины, ко-
торыя часто равняются съ мужчинами по уму, всегда превосходятъ
ихъ по сердцу". Въ „Ро1ур^^^ие Л'1гт1поп** упоминается 248 такихъ
смешанныхъ браковъ, изъ нихъ въ 190 жены были высшаго и только
150
въ 58 низшаго звашя, ч^мъ ихъ мужья. Впосл^^дствш, при раавитш
нногочисленныхъ и р^зкихъ подразд^лешй , въ рядахъ самой феодаль-
ной аристоЕрат1и бракъ между членами внсшихъ и нисшнхъ классовъ
ея считался также неравнымъ и позорнымъ для могущественной фа-
МИЛ1И, хотя онъ не велъ за собою такихъ варварскихъ посгЬдствШ,
кавъ браЕЪ съ людьми не дворянсваго происхожденхя. Въ таиихъ со-
юзахъ, если зваше жены было выше мужнинаго, то она теряла свои
права и нисходила въ звате супруга; если. же наоборотъ, то жена
оставалась въ своемъ состояши н сословныя права мужа не перехо-
дили на нее. Д^ти, по тогдашнему выражешю, „следовали худшей
рукЪ", т. е. принимали зваше низшаго изъ своихъ родителей. Бато-
лиБО-ваноничесвое право, угождая сильнпмъ тогдашняго М1ра, санвщо-
нировало эти постановлетя и не признавало д^тей неравнаго брава
завонными насл^днивамн. По статутамъ имцератора Генриха I, винов-
ные и ихъ потомви до третьяго поволШя подъ страхомъ навазашд
внутомъ лишались права участвовать на турнирахъ. Во Фрашци тавье
господа не могли получать высовихъ звашй, исвлючалпсь изъ разряда
дев веп1а18Ьотше8 с[е пот еЬ д'агшез, удалялись изъ всЪхъ рыцар-
свихъ собрашй. Независимо отъ юридичесвихъ послЪдств1й неравнаго
брава, вступивппя въ него лица терпели со стороны гордаго семей-
ства не тольво всевозможный осворблешя, лишешя наследства и т. п.,
но даже нерЪдво надменный феодалъ, сынъ вотораго самовольно же-
нился на недворянвЪ, расторгалъ тавой союзъ, даже смывалъ позорь,
нане^нный его гербу, вровью своей презрЬнной нев^^стви. Въ 1436 г.
Альбрехтъ, сынъ герцога баваро-мюнхенсваго, влюбившись въ враса-
вицу Агнессу Бернауеръ, дочь баньщива, женился на ней. Герцогъне
призналъ этого брава; по его привазатю, въ отсутствхе Альбрехта,
Агнесса была схвачена и брошена въ р'Ьву. Она начала выплывать въ
бе^гу, но палач Е заврутили длинный багоръ въ ея преврасныхъ во-
лосахь и погрузили несчастную врасавицу на дно р^ви. Въ тавихъ
случаяхъ не щадили и дочерей, бывшихъ виновницами упомянутаго
позора. Считая д^ломъ позорнымъ и вреднымъ брачиться съ обыкно-
венными смертными, феодалы часто женились на родственницахъ и,
продолжая тавое см^шеше одной и той же врови втечете долгаго
времени, производили т^мъ вырождеше своей породы. Случалось даже,
что брачились члены одной семьи; тавъ, напр., въ 1454 г. одинъ ар-
маньявсв1й графъ отврыто женился на своей родной сестре.
Не понимая другой любви, вром^ физичесвой, феодальный женихъ
и не требовалъ отъ невесты большею частш ничего, вромЪ д'Ьвствец-
ности. У нашихъ врестьянъ гнусный обрядъ свпдЪтельствовашя не-
весты совершается, по врайней жЬр% послЪ свадьбы, вогда увлечете
жешцины уже приврыто бравомъ; уфеодаловъ этод'Ьлалось до свадьбы:
женихъ не хотФлъ быть обманутымъ. Дамы раздавали невесту до вага,
151
взсл^довали еа невинность и способность къ чадород1ю; только въ
сжуча^ благопр]ятннхъ результатовъ такого осмотра, ее начинали од^
вать Бъ вЪнцу. Известный обычай свид^тельствовашя рубашки бнлъ
также въ ходу и у феодаловъ и у королей. БромЪ того, въ сред*]^
внсшихъ классовъ нередко нодраж&ш простонародью, у котораго по
всей северной Европе держался обычай пробныхь ночей. По словамъ
одного н'Ьмецкаго писателя ХУШ в^ка, во всей Гернанш крестьяне,
жедавпие жениться, посещали по ночамъ своихъ невесть, любились
съ ними и сватались за ннхъ, если находили ихъ по своему вкусу.
Репутащя двушки отъ того страдала только въ томъ случае, если
ее бросали несколько жениховъ-любовяиковь одинъ вслЪдъ за дру-
гимъ, что свидетельствовало объ ея негодности къ браку. Ташя же
пробныя ночи были въ употребленш и у высшихъ классовъ ; они пред-
шествовали, напр., свадьбамъ императора Фридриха Ш, Альберта 1У
баварскаго, баварскаго герцога Лудвнга I и другихъ. Свадебный пиръ
сопровождался обыкновенно самыми грязными остротами и п'Ьснями,
самннъ циническимъ разгуломъ. Это было повальное развратничанье,
пьянство и обжорство. Десяткц, сотни тысячъ крестьянъ положительно
раззорялись по случаю брака между какими нибудь двумя сильными
фамилпями.
Вступивъ въ домъ мужа, жена принимала на себя множество обя-
занностей, несуществовавшихъ вовсе для ея супруга. Вся жизнь фео-
дала была непрерывнымъ распутствомъ и мнопе бароны не только
часто меняли своихъ женъ, но имЪли ихъ по нескольку разомъ, со-
держа въ тоже время формальные гаремы и пользуясь невинностью
каждой выходящей замужъ крестьянской девушки. Отъ жешп^ины же
требовали, чтобы ^она, поступивъ къ мужу невинною, оставалась ему
верною всю жизнь. Такое требоваше основывалось не столько на рев-
ности, сколько на самолюбш мужа и репутац1и его фамил1и. Любов-
ная связь девушки или женщины считалась позоромъ для ея семей-
ства, особенно, если любовникъ быль низкаго происхождешя. Женщину
карали даже за то, что она была изнасилована. Такъ, во время крес-
товыхъ походовъ, дочь графа Жана де-Понтье, бывшая замужемъ за
однимъ дворяниномъ, была изнасилована неизвестными лицами. Отецъ
ут^шаль ее въ несчастш, но однажды, гуляя съ ней на берегу моря,
свазалъ: „смерть должна смыть позоръ, нанесенный твоимъ несча-
стаемъ всей нашей фамил1и«. Приготовлена была пустая, бочка, графъ
закупорилъ въ нее свою дочь и бросилъ въ море. Сильные феодалы
чаще всего старались не предавать гласности своихъ семейныхъ скан-
далеаныхъ исторШ, и ташя д-Ьла пор4шались однимъ домовладыкой или
вместе съ семейнымъ совЬтомъ. Т-Ьни подозрЬшя, клеветы, ложнаго
доноса отвергнутаго поклонника было достаточно, чтобы семейный со-
вать, собравшШся съ такою же таинственностш, съ какою испанская
152
ннквизища собиралась на допросы, произнесъ надъ обвиненною тотъ
прнговоръ, который одинъ, по тогдашнему инЪшю, ногъ возвратить
прежнШ блесвъ обезславленному гербу. Замужнюю женщину душнлк
или закалывали кинжаломъ въ собственной ея постели, девушку осуж-
дали на гражданскую смерть въ монаст1фЁ, или лишали жизни по-<
средствомъ яда. Вооруженная предательскимъ стилетомъ рука наемнаго
уб1Йцы настигала всюду того, на кого падали подозр^шя домашней
инквизицш. И этотъ предразсудокъ быль до того силенъ, особенно въ
Италш, что не одинъ кардиналъ самъ вооружалъ кинжаломъ руку
убШц^^, не одинъ папа помогалъ въ мести своимъ родственникамъ.
Самое мягкое наказанхе, какого только могъ ожидать виновный отъ
родственниковъ своей любовницы, состояло въ томъ, что его или без*
срочно запирали въ тюрьму замка, или оскопивъ, заставляли прога-
несть монашеск1й об^тъ въ какой нибудь обители. Горожане среднихъ
вЪковъ преследовали любовниковъ съ такою же строгостью. По го-
родскимъ законамъ, соблазнителю бюргерской дочери отр^ывали языкъ,
а изнасилователю вбивали колъ въ сердце. Не легче доставалось и
провинившейся женп1;инЪ. Католическая церковь не только не смяг~
чала, но еш;е поддерживала и усиливала строгость наказашй. Снкстъ У
объявилъ смертную казнь мужу, который не жалуется на неверность
жены. Церков'ь поддерживала обычай суда Бож1я; впродолжеше вс^хъ
среднихъ в^ковъ судебный поединокъ и испыташе огнемъ и водою
были главными способами для окончательнаго оправдатя или обви-
нешя ' женш;ины, подозреваемой въ неверности. Впрочемъ даже въ
средше века уже мнопе не верили въ действительность .такого суда,
и заведывавшее имъ духовенство, подкупленное подсудимыми, устрой-
вало такъ, что женщину не обваривалъ кипятокъ, въ который она по-
гружала свою руку, и нисколько невредило ей раскаленное железо.
Не смотря на сильную распуп1;енность нравовъ, семейные прин-
ципы въ средше века служили основою всего сощальнаго строя и все
тогдашше ревнители обш;ественнаго блага, законодатели, моралисты,
поэты, церковные учители, — одни отъ чистаго сердца, а друг1е ех
оШс10 и лицемерно,— старались пропагандировать, развивать и поддер-
живать эти принципы. Разработке и изображешю идеала жены и се-
мейной жизни въ хтогдашней Европе посвяш;ались даже отдельныя со-
чинешя, какъ это несколько позднее было и въ Россш, получившей
такое руководство в< „Домдстрое** попа Сильверста. На западе таг
вимъ яДОмостроемъ^' была книга „Мёпад1ег де Рапз'', кроме множества
другихъ сочинетй прозаическихъ и стихотворныхъ, посвяп1;енныхъ регу-
лированью женскаго поведешя, которое, какъ мы увидимъ дальше, было
далеко не безупречнымъ. Женш;ина должна быть распорядительною хозяй-
кою. Тканье, пряденье, шитье, изготовлёте платья для всего семейства,
заготовка и сохранеше провизш, приготовлеше пипщ, надзоръ за поведе-
163
ч
шемъ и работами прислуги — вотъ были обязанности жены, какъ короля
или графа, такъ и послЪдняго крестьянина; И въ средше в^^ка этотъ от^
дЪлъ домостробнБгхъ предписашй исполнялся женщинами весьма раг
чательно. Дал^е отъ женщины требовалось рождеше возможно боль-
шаго количества д'Ьтей. Чадородная мать чрезвычайно ценилась въ
старинной Европ^^ и тогда бывали до того поразительные прим']&ры
зам^чательнаго чадород1я, что даже подавали поводъ къ чудовищнымъ
иифамъ. Такъ напр., по словамъ хроникъ, въ 1276 году супруга графа
Германа фонъ-Геннебергъ родила разомъ 364 ребенка; епископъ утрехт-
ск1б Гвидо окрестилъ ихъ, назвавъ вс^хъ мальчиковъ 1оганнами, а
д^вочшсъ Елизаветами; всЬ они скоро умерли вм-ЬстЬ съ матерью. Ро-
дивъ д^тей, женщина должна бы[ла воспитывать ихъ физически и
нравственно, и своею покорност1Ю домовладыкЪ подавать имъ прим']^ръ
повиновешя родителямъ и благогов^Ьйнаго уважешя къ ихъ вол%. Въ
особенности на ея рукахъ лежало образоваше дочери, обучеше ея руко-
д^льямъ, хозяйству, св^тскимъ прилич1ямъ, чтенш, письму. Впрочемъ
обязанность воспиташя мало стесняла тогдашнихъ женщинъ. Д^Ьвочекъ
отдавали учиться въ монастыри или, вмЪст^ съ ихъ братьями, на вое-
питаше въ знатные дома. Посл^дшй обычай выродился изъ среднев'Ь-
ковой анарх1И, среди которой покровительство сильнаго человека или
дружба съ нимъ бцли необходимы для благоденствхя каждаго. Поэтому
отецъ, заботивш1Йся о будущей судьб-Ь д-Ьтей, отдавалъ мальчиковъ
въ почетное служеше и обучеше сильному сеньору, а дочерей къ
знатной госпоже. Этотъ обычай, существовавппй еще у норманновъ
въ дон|>еодальное время, въ средше в'Ька былъ въ большомъ ходу по
всей Европе. Наконецъ, женщин'Ь предписывалось быть достойною
женою своею мужа, любить, безпрекословно повиноваться ему и не
ронять своимъ поведешемъ его чести. Средневековые моралисты пос-
тоянно убЬждаютъ женщинъ не лениться, не пьянствовать, не быть
жестокими, грязными и неряшливыми. Все это были действительные
пороки тогдашняго прекраснаго пола. Въ безчелов-Ьчной тиранши,
ншф., мнопя изъ среднев^ковыхъ европеянокъ не уступали мужчинамъ.
Госпожи нередко запарывали и замучивали до смерти и своихъ крес-
тьянъ, и своихлБ служанокъ. Известаая германская монахиня, много-
ученая Гедвига, за пустое и невольное оскорблеше, сделанное ея учи-
тел) слугою, выщипала у последняго всЪ волоса съ головы и спустила
съ несчастнаго кожу посредствомъ розогъ. Въ другой разъ, разгн4вав-
шиа за что-то на своего учителя-монаха, она вздула его плетьми.
Проповедь моралистовъ о чистоплотности им^ла также основаше.'
Жешцины были крайне неряшливы и даже знатный дамы до того изо-
бшовали вшами и блохами, что не одинъ рыцарь объяснялъ свою хо-
лостую яшзнь желашемъ сохранить чистыми своихъ собакъ, которыя
неминуемо заразились бы отъ жены разными насекомыми. Женщины
154
плохо мылись, даже не считали нугнымъ очищаться послЪ ненструаЕцй
и другихъ физюлогичесвихъ отправлешй. По словакъ одного тогдаш-
няго писателя, ихъ „са1е$0118 еЫеп1 огсИпакешеп!* гетрНв до воиШиге
е^ вепЫеп! р1и8 ^о^Ь ^\^'\ш ге^гахИ" Только съ ХУ1 в. т^есная чис-
тота начинаетъ считаться необходимымъ услошемъ женсБОй красоты.
Но реиомендуя чистоплотность, заботу о нарядахъ, приветливость и
любезность съ гостями, средневековые моралисты не поощряли кокет-
ства, требовали целомудренности, скромности и въ платье, и въ ре-
чахъ, и во всемъ. Такъ, напр., въ популярномъ тогда въ Англш и
Францш стихотворномъ кодексе женскихъ приличШ, „СЬазйшеп!; Лее
Ватев", женщине „не позволяется много говорить и смеяться, до-
пускать мужчинъ целовать себя, или класть руки къ ней за пазуху;
по улице она должна ходить не быстро, со взоромъ, устремленнымъ
впередъ, а не оглядываясь и не смотря по сторонамъ; одеваться ей
следуетъ скромно, не оставляя гольиш ни рукъ, ни ногъ, ни грудей **
и т. д. Жизнь девупхки была обставлена еще большими стеснешями.
Въ одномъ изъ своихъ стихотворешй Гоффмансвалдау говорить, что
ей запрещено > „свободно смотреть на мужчину; уши ея должны бнпъ
глухи и она обязана краснеть при каждой шутке..." Мы увиднмъ даль-
ше, что въ большинстве случаевъ все.этитребовангя оставались гла-:
сомъ вошющаго въ пустыне. Впрочемъ, нарушая правила семейной
морали на каждомъ шагу, средневековая женпщна сплошь и рядомъ
носила маску лицемерк, казалась добродетельною женою и верною
подданною своего мужа. Домостройныя начгцяа здесь, какъ и везде,
почти вовсе не достигали своей цели и порождали въ семействе только
массу хитростей, наружнаго раболепства и вражды, скрытой подъ ли-
чиною покорности и уважен1Я. Чтобы убеждать и обуздывать своего
тирана, хозяйка замка должна была льстить ему и повиноваться его
капризамъ безропотно, съ видомъ самаго глубокаго уваженк. Нево-
торыя средневековЕ1я легенды изображаютъ женъ, являюпщхся предъ
своими супругами не иначе, какъ на коленяхъ. Такая рабская уни-
женность жены вполне равнялась громадной власти мужа. Произволъ
его часто не зналъ границъ. Случалось, что мужъ убивалъ, проигры-
валъ, продавалъ свою дражайшую половину; въ Исландаи женъ отда-
вали даже въ кортомъ. Мнопе меняли женъ безпрестанно;'' прогоняли
старыхъ и вместо ихъ брали новыхъ. Въ Англ1и законъ дозволя^IЪ
выводить ихъ на веревке на базаръ и продавать тамъ. Въ галантной
* Франщи ' законъ давалъ мужу волю бить и истязать жену сколько
угодно, только не переламывать ей членовъ и не наносить смертель-
ныхъ ранъ. Мужья имели право наказывать жену телесно, и средне-
вековые моралисты, подобно нашему „Домострою", увещевали ихъ
пользоваться этимъ правомъ почаще. „Возьми — говорить миннезингеръ
Реймаръ фонъ-Цветеръ — ^дубинку и вытягивай жену по спине, да по*
155^
■
лучше, изо всей силы, чтобы она знала въ теб'Ь господина и забьоа
бы свою злобу". Случалось, что музкъ колотилъ жену по нескольку
разъ въ неделю, даже даждыи день, и она не выходила изъ шрамовъ
н синявовъ. Вильге.1ьмъ Завоеватель билъ свою жену даже въ то время,
когда она была еще невестою. Образцомъ такихъ семебныхъ тирановъ
хожеть служить шрофшайрсвШ графъ Робертъ Белезмъ. Онъ предпо-
читалъ язб1еше пл^^нниковъ получешю выкупа за нихъ; онъ выво-
лолъ глаза своимъ дЪтямъ и превратилъ жизнь жены въ одно непре-
рывное нучеше. Заключенную въ оковы и запертую въ тюрьму гра-
финю онъ истязалъ дненъ, вымогая отъ нея деньги, а ночью вастав-
лялъ спать съ собой. Каждое утро слуги вели ее въ тюрьму, и каж-
дый вечеръ силою волокли ее, избитую и покрытую ранами, на постель
графа,
Вс^ эти жестокости и самодурства, какими бы произвольными и
случайными ни казались они, сводятся къ одному преобладающему
стремлешю т^хъ вФковъ, стремлеиш водворить прочную отеческую
власть въ семействе и т^мъ укрепить семейное начало. Семейный
принципъ долженъ былъ восторжествовать и женщина, не смотря на
свою постоянную подверженность произволу домовладыки, должна была
возвыситься при зтомъ, какъ мать и хозяйка. „Феодальное семейство —
говоритъ Гизо— живетъ совершенно особнякомъ отъ остального наро-
донаселешя. Внутренняя жизнь, домашнее общество должны были
взять перев^съ. Правда, что грубость и зв^рскк страсти домовладыки,
его обывновеше проводить свое время въ врйн'Ь и охот']^, должны
бсии мешать образованш семейныхъ привычекъ; но это препятствхе
изчезнетъ. Глава долженъ естественно возвращаться въ свой домъ;
зд^сь онъ всегда находитъ свою жену, своихъ д'Ьтей и только ихъ
однихъ или почти однихъ; они и никто другой составляютъ его по-
стоянное общество; они одни всегда участвуютъ въ его интересахъ и
вамЪрешяхъ. Невозможно, чтобы семейная жизнь не развидась при
такихъ услов1яхъ''. Главною основою и связью такого семейсава слу-
жили чрство фамильной гордости и желаше передать поколфшямъ
потомковъ и свою власть, и свое богатство, и свою славу. Все это
сообщало семейству энерпю и силу. Мать и хозяйка такой семьи так-
же должна была получить изв'Ьстное значеше. Въ отсутствхе мужа,
она одна оставалась его представительницею и госпожею лена^ обя-
занною защищать его и подд;ерживать честь своего герба. Въ обычномъ
французсконъ прав^ родительская власть по смерти отца переходила
въ матери, которая становилась опекуншею и представительницею фа-
МИЛ1И. Такимъ образомъ, семейное начало феодализма, принижая лич-
ность женщины, въ тоже время давало ей некоторое значеше, какъ
ч^юну знатной фамилш, хотя, какъ увидимъ ниже, и невозможно согла-
свкься съ жиШ.емъ Гизо, что „женщины прюбр^и въ Европ^^ высо-
156
<
кое положеше, благодаря развитш семейныхъ началъ феодализма^.
Зан^тимъ, однаБожъ, что это мнЁше было въ свое время огромньшъ
шагомъ впередъ, такъ кавъ имъ заменялась нелепая выдумка герма-
нофиловъ объ уваженш еъ женщине й нравственной чистоте поло^
выхъ отношешй у германцевъ, вакъ объ отлнчительнвхъ чертахъ
германсЕой расы.
Въсред*]^ большей части . народныхъ массъ, натруди и несчаст1яхъ
Боторыхъ развивался феодализмъ, семейства, подъ властью бароновъ,
можно сказать не существовало. Влад'Ьлецъ для раснложешя свонхъ
рабовъ случалъ по произволу мужчинъ н женщинъ и по малейшему
капризу расторгалъ так1е союзы. Отецъ немогъ выдать замужъ своей
дочери или женить сына, вдова не им^ла права вступить добровольно
во второй бракъ или отказаться отъ мужа, навязаннаго ей сеньоромъ.
Все зависало отъ воли посл^дняго. Сл'Ьды этого владыческаго права
сохранялись вплоть до ХУ1 в. Подобно тому, какъ въ древней Россш
браки заключались
По божьему повех11нью,
По царскому уложенью,
По господскону приказаеью, ^
По М1РСК0М7 приговору,
въ западной Европе сильный баронъ или король устроялъ браки сво-
ихъ придворныхъ и слугъ. Если какому нибудь изъ окружавшихъ его
мужчинъ понравилась девушка или д^вушк^ юноша, владЪлецъ по-
сылалъ къ дому предмета такой страсти своего маршала, и посл^дшй
кричалъ: „слушайте, что повел^ваетъ вамъ государь вашъ; что пове-
л4ваетъ онъ, то должно исполниться; я сватаю NN за NN.... " Такое
сватовство не допускало ни возражешй, ни отказовъ.
Сеньоръ не только безусловно зав^дывалъ браками своихъ поддан-
ныхъ, но и им^лъ право первой ночи. Девственность каждой зависи-
мой невесты нарушалъ онъ, а не мужъ. Это гнусное право существо-
вало во всей Европе, въ Шотландш, Франц1я, Германш, Италш, Ни-
дерландахъ, Испаши; въ Россш оно продолжало действовать, 1^отя н
въ виде злоупотребленхя, вплоть до отмены крепостничества, какъ въ
томъ можно убедиться изъ фактовъ, сообщенныхъ въ „Русскихъ уго-
ловныхъ процессахъ*' Любавскаго. Наравне съ светскими этимъ пра-
вомъ пользовались и духовные феодалы, епископы, аббаты, даже прн-
ходск1е священники и монахи. И они делали это не только гласно,
но даже защищали свои притязашя въ судахъ. Такъ, въ начале ХУ1 в.
въ Бурже, одинъ приходск1й священникъ отстаивалъ свое „право поль-
зоваться, по обычаю, первой ночью каждой обвенчанной новобрачной
женщины!" Право первой ночи было такъ неввшосимо, что причиняло
нередк1е бунты крестьянъ противъ развратныхъ сеньоровъ. Оно на-
чало падать еще въ средше века и вънекоторыхъ странахъ его уни-
157
чтожеше приписывается вл1ятю женщинъ. Такъ, въ Йотландш, гдЬ
оно въ особенности свир'Ьпствовало, его отм^ншсъ Малькодьмъ Ш, по
просьбе и настоянш своей жена. Городскк общины и освобожденные
крестьяне откупались отъ обязанности приводить сеньорамъ своихъ женъ
на поруташе. Наконецъ в^ большинстве европейскихъ странъ эта наг
туральная дань была заменена денежною, носившею разныя назвашя.
Завнсшшй отъ сеньора женихъ покупалъ у посл^дняго позволеше
всаупить на свое брачное ложе; безъ этого позволешя и платы за него
онъ подвергался большому штрафу за каждую ночь, проведенную имъ
съ женою. Но и послЪ взноса этой платы, крестьянинъ не вовсе из-
бавлялся отъ притязашй сеньора, на его семейство и жену.
Мы не будемъ говорить о томъ, какъ всЬ сильные и значительные
люди старинной Европы, потентаты, солдаты, духовные, развращали
хассн народа, овлад'Ьвая женпцшами силою, или увлекая ихъ соблаз-
ноиъ, плодя нищихъ и отверженныхъ д^тей, умножая контингентъ
проститущи. Мы не будемъ говорить, какъ феодалы отнимали женъ у
мужей, дочерей у отцовъ, какъ они портили и развращали поголовно
все женское населете, продавали женщинъ, дарили ихъ, проигривали,
ставили въ призъ поб^дителямъ на турнирахъ и т. п. Они положи-
тельно не допускали развитхя крестьянской семьи и смотрели на бракъ
простонародья, какъ на случку лошадей или собакъ, полезную для
нихъ, феодаловъ, произведешемъ на свЪтъ потомства. Какъ только
семья образовалась, сеньоръ сплошь и рядомъ разбивалъ ее, распро-
давая въ разныя руки или женя отца на другой женщин^Ь, а мать от-
давая замужъ за другого мужчину и т. п. Особенно возмутительно
было положеше семейства, принадлежавшаго нЬсколькимъ господамъ,
какъ это зачастую бывало тогда. „Мужчины, женщины, д-Ьти — гово-
ритъ Бонмеръ въ своей Ш8<;о1ге йез Раувапз — все это д']^лилось и пере-
делялось владельцами и совладельцами, которые спорили между собой
о половине женщины, о трети или четверти ребенка; и часто, для
скорейшаго окончашя спора, буквально приводился въ исполнете су-
дебный приговоръ Соломона". -Въ Испаши, напримеръ, въ случае раз-
дела между сеньорами феодальной земли, прикрепленнаго къ ней
раба законъ дозволялъ разделить на несколько кусковъ, по числу вла-
дЬльцевъ. Словомъ, крестьянская семья подъ владычествомъ феода-
ловъ была крайне непрочна, власть отца и мужа, взаимная верность
супруговъ, семейное единство и имущество—все это фактически отри-
цалось безграничною властью сеньора. Безпрестанныя войны, грабежи
бароновъ, разбойниковъ, солдатъ и патеровъ, голодовки и опустоши-
тельная эпидем1и, громадный массы кочевого пролетархата — все это
содействовало развитш той же безсемейности въ среде простонародья.
Только по мере падешя феодализма, освобождешя городскихъ обпцшъ
158
и крестьянъ, уменьшетя войнъ и грабежей — древне-патрхархальнне
принцшш воскресаютъ ко времени рефориащи и въ крестьянстве^* Но
объ этомъ ниже.
Х1Г.
Горащб Вальполь зам'Ьтилъ, что нп одна релнг1я не была основана
женщиною, но въ тоже время ни Одна релнпя не распространялась
иначе, какъ посредствомъ женщинъ. Относительно христаанства это
вполне^ справедливо; почти во всЬ европейск1я страны оно введено
впервые женщинами, преимущественно женами, дочерьми и матерями
тогдашнихъ владетелей. Христ1анство, при всемъ своемъ искажеши въ
форм'Ь среднев^коваго католицизма и при всЪхъ злоупотреблен1яхъ
служителей посл^дняго, содействовало смягченш нравовъ и законовъ,
водворешю общественнаго мира, оно учило людей любви и равенству,
соединяло всю Европу духовными узами и среди анарххн феодализма
вводило солидарность людей и народовъ. „Въ этомъ перевороте гро-
мадной важности женщины принимали значительное у частхе^— говорить
Шерръ. „Оне обвивалц крестъ розами, смягчали строгость догмата,
подъ ихъ заботливыми руками развивались лежавшхя въ хрхстхан-
ств4 сЬмена гуманности". Не говоря уже объ ихъ услугахъ, оказан-
ныхъ д^лу христ1анской филантроши, он^ много содействовали раз-
ВИТ1Ю семейства, победе моногамш надъ многоженствомъ, уничтожешю
права первой ночи, водворешю женскаго образовашя. Но допустивъ
женщинъ до такой важной роли въ дЪле своего распространешя, ка-
толицизмъ долженъ былъ во многомъ ограничить ихъ. Не только во
времена глубокаго варварства, но и во все продолжеше среднихъ вЬ-
ковъ европейцы считали бракъ чисто - гражданскимъ договоромъ и
высш1е классы наравне съ простонародьемъ вплоть до половины ХУ1
ст. избегали церковнаго венчанья, или,, по необходимости, заключая
его по совершеши брака, не придавали ему никакого значешя. Много
пришлось бороться духовенству противъ такого нечест1я; оно прокли-
нало гражданскШ бракъ, какъ прелюбодеяше, анафематствовало ви-
новныхъ, клало на рожденныхъ въ немъ детей печать отверженности,
но не смотря на все эти старашя, только въ Х1У, ХУ и ХУ1 в. раз-
ный страны Европы постепенно признаютъ церковное венчанье необ-
ходимымъ услов1емъ действительности брака. Далее, церкви приходи-
лось бороться противъ многоженства и постоянныхъ разводовъ между
супругами, постоянной перемены женъ, чемъ особенно отличались ко-
роли и другхе аристократы. Провозгласивъ единство и нерасторжимость
брака, духовенство старинной Европы твердо стояло за ихъ осуще-
ствлете въ жизни, действуя противъ нарушителей этихъ правилъ я
увещан1ями, и проклят1ями, и постановлешями соборовъ, и отлучешемъ
159
оть цервви. Это была борьба ожесточенная и неодинъ духовннйпалъ
жертвою >своей католической ревности. Претекстатъ, епископъ руан-
сшй, быль убитъ агентомъ Фредегондн, Дидье, епископъ вьенсшй, по-
бить каменьями по распоряжешю Брунегильдн, св. Ламбертъ за-
р']&занъ за отторжеше Пепина отъ его наложницы и т. д. Додго 9тн
старашя духовенства были безуспешны, потому что церковь им'Ьла
кало власти, да и сами учители большею частш вели крайне распут-
ную жизнь, и примЪръ церкви освящалъ развратъ вельможъ. Только
по м^р^ развит1я церковнаго могущества и проникноветя св^тскихъ
законодательствъ каноническими принципами, бракъ и ноложеше жен-
щины начали постепенно принимать тотъ характеръ, какого отъ нихъ
требовало католичество. Страхомъ денежнаго штрафа и даже т^лес-
наго наказашя оно заставляло брачущихся прибегать къ церковному
б^шгословенш. Съ ХП в. церковь начала ревностно проводить учете
о сакраментальномъ свойств'^ брака и его нерасторжимости даже въ
случае прелюбод^яшя. Еаноническо-брачное право получило свое окон-
чательное утверждеше на тридентскомъ собор*]^, изрЪкшемъ проклятхе
навс^хъ отрицающихъ, что „бракъ есть одно изъсеми евангельскихъ
таинствъ, установленныхъ Христомъ^. Расторжеше брака, столь частое
въ среднев'Ьковой Европ'Ь, встретило самое сильное противод^йствхе
церкви, утверждавшей начало абсолютной его нерасторжимости. Прин-
ципъ нерасторжимой моногамш такъ ревниво поддерживался католи-
цизмомъ, что онъ запреш;алъ или, по крайней м'ЬрЪ, ясно неодобрялъ
вступлеше во второй бракъ овдовЪвшихъ или разведшихся супруговъ.
Его воззрШе на бракъ вполн']^ гармонировало 6ъ коренившимся въ
патрхархальныхъ обычаяхъ древности общественнымъ мн'&шемъ евро-
пейцевъ. Во Францш, наприм^ръ, вступившей въ бракъ вдов^ въ день
ея свадьбы юбыватели давали кошач1й концертъ. Съ XII в. церковь
поставила необходимымъ услов1емъ брачнаго союза соглаае на него
родителей жениха и невесты. Кровное родство до седьмого колена и
свойство сд^аны препятств1емъ ко вступлешю въ бракъ; со временъ
датеранскаго собора это постановлеше обд)ащено въ обпцй законъ для
всей Европы. Духовное родство по креш;ен1ю также не допускало брака
кевду воспр1емникомъ и воспр1емницей, между крестными и крестни-
ками и т. д. Вс^ эти ограничешя въ малонаселенныхъ м'Ьстностяхъ,
почти вс^ жители которыхъ обыкновенно состоятъ между .собою въ
1юдств^ или въ свойстве, или въ кумовств*]^, развивали только раз-
вратъ и поддерживали граждансше браки. Иннокент1й Ш смягчилъ эти
ограничешя, запретивъ бракъ для родственниковъ до 4, а для свой-
ственниковъ до 3 колена. Кром*]^ обш;ихъ, такъ называемыхъ, естест-
венннхъ препятствШ къ вступленш въ бракъ, напр. ид1отизма, несо-
вер]пеннол!Ьт1я, временнаго умственнаго разстройства, католицизмъ съ
своею обычною нетерпимостью запретилъ браки съ язычниками, евре-
160
ями, магометанами и еретиками, хотя, съ другой стороны, приводя
начало саБраментальности, онъ признавалъ брави еретиБовъ дЫстви-
тельнБши. Однавожъ последнее запрещеше ниЕогда не входило въ
свою полную силу, и въ старинной Европ'Ё мы встрЪчаемъ браки
между ар1анами и католиками, между христ1анами, язычниками, 1у-
деями и магометанами, позднее между католиками и протестанта-
ми. Церковь должна была отступить отъ своего первоначальнаго
нам']^решя и, не одобряя „см'^^шанныхъ браковъ^, она все-таки при-
знавала ихъ дМствительность, только обязывала родителей воспи-
тывать дЪтей въ католической в%р%. Развивая съ посл']^дователь-
ностью семейные принципы христ1а&ства, католицизмъ относился
съ особенною строгостью къ вн^брачнымъ связямъ и къ незаконнорож-
деннымъ д'^^тямъ, хотя крайне распутная жизнь самого духовенства и
заставляла его сплошь и рядомъ уклоняться отъ приложетя къ д^^
своихъ строгихъ постановлешй. По смыслу каноническаго права, пре-
любод^яше должно подлежать только церковнымъ навазашямъ, отлу-
чешю на известное время отъ причаст1я, публичному покаяшю и т. п.,
но церковь скоро соединилась въ этомъ д%л% съ гражданскою властью
и ея эпитемш были поглощены уголовными законами. Швабское и сак-
сонское Зерцала полагаютъ за прелюбод'Ьяше отсечете головы. Часто
и простую смертную казнь считали. недостаточною; прелюбод^евъ клали
одного на другого въ яму, дно которой было устлано терновникомъ,
и зат^мъ прогнавъ чрезъ нихъ обоихъ коль, засыпали ихъ землею.
Незаконные д^ти были лишены правъ отцовскаго состояшя и отвер-
жены церковью, какъ плодъ гр'Ьха, и хотя въ средше в^ка батарды
королей и феодаловъ нередко пр1обр^тали разными способами вс^
права законныхъ дЪтей, не ихъ победы никогда не были победами
принципа.
Юридическое положеше средневЪковыхъ жешхщшь развивалось подъ
вл1яшемъ борьбы римско-германскаго и каноническаго права. Втече-
те смутнаго времени, которымъ начинается истор1я новой Европа,
женп1;ины, по патр1архальнымъ обычаямъ варваровъ, подлежали раэ->
нымъ формамъ половой опеки, право на которую женихъ покупалъ у
отца невесты. Въ среднев^ковыхъ кодексахъ положеше женщины
спред']^ляется смесью принциповъ римскихъ и варварокихъ*, незамуж*-
Н1Я женщины, за изв'Ёстными м'Ёстными исключетями, пользовались,
подъ вл1яшемъ идей римской юриспруденщи, значительной свободой,
а замужшя женщины, по обычаю варваровъ, состояли подъ властью
мужа и были почти безправны. Каноническое законодательство уве-
личивало эту безправность и поддерживало ее до такой степени, что
положеше жешцинъ было хуже всего въ т^хъ европейскихъ странахъ,
въ которыхъ брачное законодательство наиболее развивалось подъ
вл1яшемъ каноническаго права, напр. въ Англ1и. Каноническое закона-
161
»
далельетво всЪми силами помогало осуществленш тиранничес1шхъ
притязатй феодальнаго муава, о воторнхъ мы говорили выше, приво-
дило ихъ въ систему и облевало авторитетомъ священности. По воз-
эрЪшямъ католицизма, аеш! должны не только црдчиняться мужьямъ,
но и быть ихъ служанками. «Католшчесвая женщина» — говорить Ло*
рань — «существо, безличное и безправное. На ней тягот'Ьетъ пробля-
пе, наложенное на Еву. Подъ вл1ЯН1емъ-то этого в'Ьровашя христган*
св1е средше в'Ька и бшш мен^е благопрхятнн для женщины, ч'Ьмъ
законодательства варварской эпохи.» По законамъ варваровъ, напри-
м^ръ, вира за женщину была больше виры за мужчину; а по средне-
вековому христганскому праву, женская вира равнялась только поло-
вине мужской. Еатолицизмъ благопр1ятствовалъ только вдовамъ и си-
ротамъ, забота о которыхъ была первою обязанностью христханской
филантроши въ т*]^ смутный времена. Ц^лыхъ три или четыре столЪ-
т1я церковь заботилась объ участи женъ, переживавшихъ своихъ му-
авей, и наконецъ ей удалось водворить принцнпъ вдовьей пенс1И въ
обычномъ прав'Ь всей западной Европы. Но заботы патеровъ о сиро-
тахъ и вдовицахъ объясняются столько же требован1ями евангельской
филантроши, сколько и т^мъ рядомъ фактовъ, что имущества вдо-
вицъ и сиротъ путемъ зав']&щан1й и пожертвовашй несравненно чаще
переходили въ руки духовенства, чЪмъ имущества семейныхъ ж№-
щивъ, связанныхъ интересами фамилш. Вдовы были полезны католи-
цизму, и онъ стоялъ за нихъ, какъ всегда онъ стоялъ за тЪхъ жен-
щинъ, которыя ревностно служили его д^лу. Истортя католицизма
есть истор1я рёлипозныхъ аферъ и спекуляцШ. Духовное воинство папы
пользовалось всЬми средствами для собирашя въ свои карманы на-
родныхъ богатствъ. <И духовные»— говорить Лоранъ — «им4я плохой
усп^хъ у мужчинъ, обращались къ женщинамъ. Множество дарствен-
ныхъ записей, данныхъ церкви, начинаются такимъ предисловхемъ:
«паша возлюбленная супруга умоляла насъ сделать даръ такому-то
монастырю, и мы, признавъ ея просьбу справедливою» и т. д. Необ-
разованный, ' неразвитый женщины были совершенно въ рукахъ духо-
венства. Ужасъ, внушаемый имъ распущенною жизнью ихъ супруговъ
н сыновей, заставлялъ ихъ, ради душевнаго спасен1Я любимыхъ ими
аицъ, жертвовать своими земными интересами. Так1Я женщины пре-
вогносились, конечно, духовенствомъ и оно радо было сд']^лать для
нкхъ все, что угодно, смотрело сквозь пальцы на ихъ поведете, и
величало ихъ благочестив'Ёйшими ревнительницами святой в^ры. Но
католицизмъ въ этомъ случа'Ь, какъ и въ д'ЁлЪ защиты вдовъ, руко-
водился только тенденщями, противными семейному началу, нарушалъ
д^Ьлость фамильнаго имущества и, проповедуя нищенство, отрицалъ
накоплеше богатствъ, бывшее одною изъ главныхъ задачъ феодаль-
ваго семейна^'о права. И за всЬ услуги, оказанныя ему женщинами,
11
162
каФ0Лици8][ъ ннсвольво не улучшалъ ихъ семейнаГб положешя. Онъ
старался освободить акенщину отъ семейства, но только для того,
чтобы обратить ее на служеше церкви. Проповедуя крайшй дуализкъ
и презирая плоть, онъ естественно нападалъ и на соблазнительн^йшужх
представительницу плоти, акенщину. Въ его исторш первое совращеше
въ грЪхъ совершено дьяволомъ, второе Евою, и съ тЬхъ поръ авен-
щина неизменно шла по стопамъ своей прародительница. Сочинешя
отцовъ и учителей католицизма наполнены точно такими аке напад-
ками на слабую половину рода человЪческагО, какивга изобилуетъ наша
древне-русская письменность, заимствовавшая ихъ изъ Визант1и. По
словамъ св. Антонина, женщина — „глава преступлешя, рука дьявола.
Когда ты видишь женщину, то знай, что передъ тобою не челов^къ,
не ДИК1Й зв^рь, а дьяволъ самолично. Голосъ еа — шип^ше зм^и^. —
„Женпцша" — оговорить св. Херонимъ — „это врата дьявола, путь нече-
сия, укушеше скоршоново". По словамъ Гюго де-С.-Викторъ, она —
„виновница зла, причина паденгя, гнЬздилище гр^ха, она соблазнила
мужчину въ раю, она соблазняетъ его на землЪ, онаг увлечетъ его въ
бездну ада«. И такъ дум^ не одни только мистики; по мн^нш схо-
ластиковъ, „акенщина есть пр1ятный ядъ, причиняющ1й вечную смерть,
факелъ сатаны, дверь, черезъ которую входить дьяволъ^. По автори-
тетнЕШЪ словамъ среднев^коваго спещалиста въ демонологш, Виль-
гельма д'Овернскаго, черти всегда являются подъ видомъ авенпщны,
между тЪмъ какъ добрые ангелы принимаютъ образъ мужчины. Къ
этимъ оргентальнымъ понят1ямъ католичесше писатели присоединили
еще разныя измышлен1я, основавшая большею частаю на Аристотел'Ь,
по которому женская натура ниже мужской. Св. Томасъ^ наприм'Ьръ,
учитъ, что мужчина есть типъ совершенства, а женпщна типъ несо-
вершенства. Это неравенство половъ существовало съ самаго начала,
ибо Ева сотворена изъ рёбра Адамова. „Даже безъ гр^хопад^я*' —
говорить Св. Томасъ — „женщийа была бы подчинена мужчин'Ь, по*
тому что у посл^дняго больше разума*'. Августинъ, комментируя вы-
ражеше книги быт1я, что жена должна быть помощницей мужа, учитъ,
что она необходима мужчинЬ только какъ оруд1е д^торождетя, „по-
добно тому, какъ необходима ему земля, чтобы брошенное въ нее с^Ьмя
произвело растете**. „Женщина*' — говорить онъ — „не можетъ ни
учить, ни свид'Ьтельствовать, ни судить, т^Ьмъ мен^е — повелевать *^.
Еатоличесшя филиппики противъ акенщинъ находили себЪ поддеракку
въ народной мудростщ или правильн'Ье глупости, которая никогда не
переставала обливать ихъ помоями своего остроум1я. Вотъ, иапримЪръ,
н^Ьсколько н^мецкихъ пословицъ. „У бабы платье длинно, а умъ ко-
ротокъ**; „гд^ женщина управляеть домомъ, тамъ прислуживаетъ
чортъ**; „женщины и деньги — ^виновники всЪхъ золь въ М1р%**; „нельзя
верить акенщин^ дааке мертвой" и т. д. Впрочемъ развшпе такихъ
163 •
воззрЪнШ въ народе нужно приянсать главнымъ образомъ тому же
Еато^гацизму; хотя и до него и безъ него грубые патр1архалы всегда
свысока смотр']^ли на бабу^ но католицизмъ значительно увеличилъ
нхъ презрите и далъ ему догматическую санкцш. Эта отверженность
гешцнны выражалась не въ однихъ только словахъ, но также въ цер-
Еовныхъ обрядахъ и постановлешяхъ. При такихъ воззр'Ьшяхъ бракъ,
понимаемый католицизмомъ исключительно съ точки зр']^н1^( плотскаго
союза и считаемый д^йствительнымъ и состоявшимся не иначе, какъ
ко совершешн полового акта, — бракъ, даже самыми благосклонными к>
нему католическими мыслителями среднихъ в4ковъ, считался только
яПредохранительнымъ средствомъ отъ большаго еще зла". Но самые
строг1е и самые логическ1е посл'Ьдователи католицизма думали вм^^ст^Ь
съ св. Томасомъ, что „бракъ есть зло". ^ Любовь женщины есть про-
пасть смерти; бракъ не узаконяетъ ея, онъ едва только извиняетъ
ее". Презирая плоть, католйцизмъ не могъ даже помирить святость
Богоматери съ ея обыкновеннымъ проиехожден1емъ отъ родителей и
составнлъ догматъ о безпорочномъ зачат1и ея. Конечно, и самые рья-
ные поборники среднев^коваго аскетизма видели, что нхъ идеалы
осуществимы только для немногихъ избранныхъ, но никогда не мо-
гутъ быть приняты большинствомъ общества. Поэтому католйцизмъ
ограничился только введен1емъ въ семейную жизнь изв^стныхъ пра-
вилъ аскетизма и, вопреки основному своему закону о д-Ьйствительно-
сти брака только посл-Ь со11:и8, устроилъ и старался распространить
аскетический бракъ безъ половыхъ сношенхй между супругами (*). Въ
старинной Европе' так1е бракп заключались нер'Ьдко и въ нихъ об^^тъ
брачной д^вственносга хранился большею част1ю только женами, про-
питанными католическимъ духомъ и выданными замужъ« изъ-за дина-
стическихъ или фамильныхъ расчетовъ, между т'Ьмъ какъ мужья ихъ
вели распутную жизнь. Даже т4мъ людямъ, которые наслаждались
всЬми брачными удовольств1Я.мн, католйцизмъ усп'Ьлъ внушать мысль
объ известной гр-Ьховности и скверн* супружескаго плотскаго союза.
Часто удавалось духовенству превращать семейный домъ въ какое-то
странное жилище, въ которомъ, несмотря на безпорядочную и буйную
жизнь хозяина, его жена устроивала у себя покаянную келью, превраг
щалась изъ жены и хозяйки въ монахиню, замаливающую гр^хи мужа
*) Въ такош» брак^ жили, патр. ннператоръ Генрихъ II, Эдуардъ ис1Т0В^дниЕг,
Альфонсъ II испанский. Г1)игор1Й Турск1& разсказываетъ, какъ одипъ гальсшй дво-
рянивъ хенился на д'Ьвупж'Ь, которая ьъ первую ночь призналась еиу, что дала
об^тъ в%чвой д^встве 1Ности, и солсал11етъ о вступлении въ бракъ, на который Она
согласядась единственно изъ аов1шове(пя родителяиъ. М^жъ согласился хранить еа
хЬвствеаность и когда она черезъ несколько л'Ьть умерла, то, опуская ее въ могилу,
онъ сказалъ: «благодарю тебя Более за то, что я могу возвратить твоей любви это
сокровище такимъ же. неприкосновеннымъ, какимъ получилъ его.1
И*
- 164
н свои, состояпце между црочикь въ вольннхъ и неводьннхъ супру-
гесБихъ шлишествахъ и нарушешяхъ правилъ, которыми церковь
старалась регулировать жизнь брачнаго ложа. Но все это, вм4Ьст^ съ
аскетическими браками, были исключешд, хота и нер^дшд. Свой иде-
алъ католическая церковь думала осуществить вполн:Ь только въ мо-
нашеств*]^, въ этой институцш, водворявшей на землЪ „небесный рай
и равно-ангельскую жизнь". Потомъ начали стремиться къ безбрачш
б^лаго духовенства и при этомъ обнаружилось, до какой степени масса
народа, настаивавшая на безбрачш, успела проникнуться аскетиче-
скими идеями объ изв'Ёстной доли гр'Ьховности даже въ освященномъ
церковью брак'Ь *). Хотя въ первоначальной' церкви были женатые
епископы, но были и безбрачные, и в^рующ1е отдавали послЪднимъ
предпочтеше предъ женатыми. Церковные собортс Запада и Востока,
равно какъ и некоторые изъ папъ, рекомендовали духовенству боз-
брач1е, хотя и не делали его закономъ^ Агитащя въ пользу безбрач1я
усилилась особеннно послЪ того, какъ въ пустыняхъ Фиваиды и въ
лЪсахъ Европы возникло монашество и сразу понизило значеше б^-
лаго духовенства своимъ подвижничествомъ и своей д'Ьвственностью,
которой тогда еще верили. Во мцогихъ м:Ьстахъ народъ началъ про-
сто презирать женатое духовенство, и гангрензскШ соборъ принуж-
денъ былъ анафематствовать т^хъ, которые отвергали обедню, совер-
шаемую женатымъ священникомъ. Требовали — выражаясь грубымъ
тогдашнимъ языкомъ — ^чтобы „попъ, езкедневно творящй Бога", — йег
1а§исЬ ОоЫ 8сЬа^е, — т. е. совершающШ евхарист1ю, былъ совершен-
но чистъ и д^вственъ. Наконецъ, когда жалобы на развращенность
духовенства загремели по всей Европ]^, когда церковь была въ опас-
ности отъ сщ)ихъ враговъ, когда она нуждалась въ хорошо дисцип-
лииированномъ, совершенно преданномъ ей и отр^шенномъ отъ м1рсЕихъ
интересовъ войск'Ь, — безбрач1е было сд^^лано закономъ и для б'Ьлаю
духовенства. Папа Григор1й УП ввелъ его въ концЪ XII в^ка, посту-
пивъ въ этомъ случа*]^ совершенно последовательно, какъ истинный
католикъ и разсчетливый политикъ. Женатые духовные должны были
расторгнуть бракъ, а холостые не вступать въ него. Отлучеше отъ
церкви угрожало не только каждому духовному, осмелившемуся посхЬ
этого держать жену или налоашицу, но и вс^мъ мхрянамъ, слушаю-
щимъ совершаемую имъ обедню или принимающимъ отъ него прн-
часпе. Безбрач1е духовенства, водворенное несмотря на противод^й-
*) Супругамъ запрещалось присутствовать при церковныхъ торжесгвахъ н бо«
госдужевш, если наЕанун^ они дожили свое ложе, и ГригорШ Велнкхй разскааываетц
иакъ за варушевхе этого правила въ одну женщину вселился б^съ. Въ изв'Ьстномъ
вих{1ши Альберика, грешные въ этомъ люди иучатся въ особохъ отд:Ь4ев1И ада,
составлдющемъ норе кипящаго свинца и смоли. Въ народныхъ массахъ Запа1а »то
в^роваше бню распространено также сихьво, кажъ въ сред^ нашего вростонародыщ.
165
етв1е посл^двяго, хотя и вело за собою сильное развращеМе нравовъ,
но въ то же время воспрепятствовало духовенству обратиться въ на-»
следственную касту, оно спасло Европу отъ ужасвАйшаго вида ти-
раннш, отъ тиранши всемогуп^ей, наследственной левитской аристо-
крат1и. Безбраше принесло и другую важную пользу, доказавъ неосу"
ществииость идеала, съ такою ревностью поддерживаемаго католициз^
похъ.
Своииъ аскетическимъ шросозерцашемъ католицизмъ, какъ мн
уже говорили, увлекалъ множество женпцгаъ и вносилъ черезъ нихъ
монастнрск1е обычаи даже въ среду семействъ. Вотъ, наприм^ръ,
какую жизнь вела въ своемъ семействЪ мать Эдуарда 1У. Вставъ въ
семь часовъ, она тотчасъ слушала въ своей комнате малую обедню,
затЪмъ, позавтракавъ, шла въ капеллу и оставалась тамъ вплоть до
об^да, после обеда она посвяп];ала одинъ часъ на семейння дела,
спала четверть часа, ипотомъ вплоть до вечера проводила время въ
молитве, посетивъ снова капеллу, она возвращалась къ ужину, после
вотораго проводила часъ въ беседе съ домашними, часъ въ молитве
и ложилась спать. Таше примеры женскаго благочеспя были далеко не
редкостью, и женщины въ средте века были несравпеваю больше
преданы католицизму, чемъ мужчины. Оне первый обогащали духо-
венство пожертвовашями, первый увлекались его проповедью, первыя
стекались къ вновь открытымъ мощамъ, первыя принимали составлен-
ный патерами легенды и изобретенный ими чудеса, оне далеко пре*
восходили мужщинъ своею ревностью въ делахъ христ1анской филан*
троши, въ помощи беднымъ, несчастнымъ, больвымъ, въ смягченш
участи осужденныхъ преступниковъ, въ выкупе пленныхъ; благодаря
нмъ-то главнымъ образомъ зажиточные дома старинной Европы и
грозные замки феодаловь всегда давали прштъ и пищу странникамъ
и неимущимъ. Такова была, напр., тюрингенская ландграфиня Елиза-
вета, въ ХТТТ веке, которая, тертя въ своей семейной жизни притес-
нешя и оскорблешя, всецело посвятила себя сдужеваю несчастнымъ;
она не только основывала и содержала больницы, но и собственно-
ручно лечила брошенныхъ всеми зараженныхъ прилипчивыми болез-
нями. Католицизмъ, недовольствуясь одиночною благотворительностью,
соединилъ ее съ женскимъ монашествомъ и некоторые ордена обра-
тить на исключительное служеше беднымъ, уходъ за больными, вы-
купъ пленниковъ и т. д. Такъ, орденъ Марш въ Схенне еще въ IX
веке былъ основанъ для ухода за больными; два такихъ же ордена
въ ХШ столет1и были посвящены выкупу пленниковъ; орденъ, осно-
вавши въ ХШ же веке тюрингенскою ландграфинею Елизаветою,
имелъ своими целяли уходъ за больными, воспитате юношества,
покровительство раскаявшимся грешницамъ, воспитате найденышей,
нравственное исправлеше преступниковъ. Орденъ бегинокъ имелъ еще
166
бол*е разнообразныя цйли. Эти и множество другихъ подобннхъ имъ
женсБихъ союзовъ нм^^ли для среднев^Еовой женщины известное
освободительное значедхе. Сама религ1я у^гала, что и отказываясь отъ
семейныхъ обязанностей, женщина не только не роняетъ, но даже
увеличиваетъ свое достоинство, что семейная д-Ьятельность не есть
единственное нредназначеше женщины, которая можетъ и должна
посвящать себя еще и другой, бо.тЬе широкой и болЬе почетной д^Ь-
ятельности, служешю обществу, человечеству. Другое важное значеше
женскихъ орденовъ въ средше в-Ька состояло въ томъ, что отдельная
безпомощная личность, бывъ предоставлена тогда силЬ и произволу
каждаго разбойника, — ^им^лъ ли онъ на голов-Ь графскую корону или
же быль пролетарлемъ-вис^льникомъ, — естественно должна была ис-
кать опоры въ другихъ. Отсюда весь феодальный строй, основанцый
на договор*, въ которомъ одна сторона покупала у другой сильней-
шей запщту себЬ ц^ною своей свободы, Городск1я общины пошли
дальше и, кунивъ себ-Ь свободу, организовали изъ себя кр-Ьпкгя обо-
ронительный братства. Женскге ордена им-Ьли кое-что подобное этшгь
общинамъ. Женщины, девушки, вдовы не могли не чувствовать по-
требности общаго союза для пр1обретен1я себе жилья и пипщ, пршта
во время болезни, для избежан1я всевозможныхъ насил1Й, для под-
держки своей нравственной самостоятельности, для выполнешя своихъ
обетовъ д религ10зныхъ идеаловъ жизни. Женское монашество выро-
дилось изъ потребностей женскаго М1ра, но такъ какъ католицизмъ
много содействовалъ его возникновешю и съ перваго^ же раза ввелъ
его въ общШ строй своей церкви, то оно и потеряло всякое самосто-
ятельное значен1е, всецело подчинившись общему теченш католиче-
ской жизни. Въ коротк1й пер1одъ первоначальной чистоты монаше-
ства, когда оно могло славиться еще своею филантропическою дея-
тельностью, падъ последнею все-таки брали перевесъ себялюбивый и
мрачныя тенденции аскеттпша. Не мало силъ и даровашй гибло въ
изобретеши разныхъ самоистязанш и въ разрушен1и ими своего орга-
низма. Аскетическ1я идеи католпцизма увлекали а:енщннъ больше,
чемъ мужчинъ, и распространялись по Европе преим)тцественно по-
средствомъ женской пропаганды. Тысячи, десятки тысячъ женщинъ и
девушекъ стремились удостоиться величайшей чести быть названными
невестами Христа, вели суровую жизнь, терзали свое тело бичами н
плетьми, морили себя голодомъ и холодомъ, нарочно распложали на
себе вшей и вдобавокъ ко всему этому нередко подвергались еще
более суровыз1ъ истязан1ямъ отъ своихъ строгихъ аббатиссъ. Сначала
въ большинстве монастырей обеты, произнесенные набожными жен-
щинами, были только временные и возобновлялись ежегодно, предо-
ставляя монахинямъ возможность снова перейти въ м1ръ. Но скоро
церковь уничтожила эту льготу. Слагать съ себя обета монахине не
167
дозволяли, а въ случае сановольнаго сложета, подвергали ее навазЕи
нш. Еапитуларш Карла В., запретивппв монахинямъ даже переписи*
ваться съ шряна1Ш и подвергппя ихъ многимъ другимъ подобншсъ
ограничешямъ, положили отлучать отъ церкви вавъ монахиню, всту»
пившую въ бравъ, такъ и ея нузка, Въ Англш нарушившая свой об'Ьтъ
конахиня навазывалась голодною смертью. Изъ свободныхъ религгоЗ"
ннхъ общинъ, соединявпшхъ, подобно ванониватамъ Герман1и, пр1ят-
нести общественной жизни съ преимуществами жизни благочестивой и
назидательной, женсвхе монастыри сделались ч^мъ-то въ род% цер^
ковннхъ ваторжныхъ работъ, на воторыхъ женщины искупали не
только свои грЬхи, но часто и свои поступки, считавппеся тогда пр&г
ступннми или наносившхе позоръ нхъ фамнлш. Известно, какъ часто
семейные тираны старинной Европы пользовались угодливостью духо-
венства для того, чтобы упекать въ монастырь своихъ женъ, дочерей
н другихъ родственницъ, удалеше которыхъ изъ семейства они сциг
тали почему нибудь необходимымъ. Принудительная система благоче-
СТ1Я держалась недолго; какъ всегда бываетъ съ противуестествжнымц
стремлетями людей, такъ и въ настоящемъ случае католически ае*
кетнзмъ неминуемо велъ за собой вторжеше въ монастыри совершенно
противоположныхъ ему нравовъ. Женскхе монастыри скоро сд:6лались
гаремами епископовъ, аббатовъ и другихъ церковниковъ, и пристани-
щами разгула для дворянъ и солдатъ, которые при своихъ походах!^
д^али остановки между прочимъ н въ женскихъ монастыряхъ, и по
уход^ которыхъ значительная часть населещя монастыря часто ока*
знвалась въ интересномъ положеши. Д'Ьтоуб1йство и плодоизгнан1е
были развиты въ женскихъ обителяхъ въ сильной степени *). Тавимъ
образомъ, аскетизмъ не только приходилъ къ самоотрицашю, не только
отвлекалъ женщинъ отъ практической д'Ьятельности на пользу людямЪ)
не только зырождался въ разнузданность страстей, но, при своемъ
противор'Ьчш идеала съ дМствительностью, неминуемо велъ за со-
бою и нравственную развращенность, прхучая женщинъ къ тому от-
вратительному лицем^р1ю, которое каждый читатель можетъ вид^^ть
на нашихъ странницахъ и другихъ подобныхъ женщинахъ. Несмотря
на то, что аскетическ1е идеалы ник'Ьмъ не восполнялись, несмотря на
то, что природа, которую хотели подчинить имъ, возмущала и увле-
кала людей по совершенно противоположному направлешю, аскетиче-
ская пропов']^Дь не прекращалась и не переставала увлекать наивныя
женсшя души, ненаходивш1я никакой отрады среди окружавшей ихъ
безобразной жизни. Аскетическая пропаганда духовенства была съ осо-
бенною силою направлена на женщинъ аристократш; увлекая ихъ въ
*) Подробности о развращешн монастырсшхъ и шрскихъ иравовь см. въ атюд%
■Проституцхяя.
168
конастнрь, духовенство прхобрЬтио щедрнхъ датедеВ, сильннхъ за-
щятнивовъ и в^рныхъ слугъ въ нцхъ и ихъ родственнивахъ. Часто
ц&ои! фахильныя штЬвоя переходили, при помощи подобннхъ средствъ,
въ руки ионаховъ. Женсше монастыри, въ свою очередь, бнин также
въ рукахъ духовенства важншш оруд1ями для нокореша его власти
умовъ и сердецъ. Монастыри были центрами хенсваго образовашя,
которое, будучи проникнуто монашескимъ духомъ, разносилось изъ
нихъ по лицу всей Еврош^ Выше мы уже видели, до какой степенн
тогдашние семейная акизнь принимала часто совершенно монастБфск1й
характеръ, и женщины, забывая все земное, жили только для духовен-
ства, употребляя всЬ свои силы на подвиги* аскетическаго благочеспя.
Такимъ образомъ, и своимъ аскетизмомъ и порожденною посл^д-
нимъ реавщей, католнцизмъ отрывалъ женщину отъ семейства и д^
лалъ ее орудхемъ своихъ выгодъ, власти, пропаганды. Рабыня мужа
или семейства превращалась въ рабыню корпоращи, а последняя не
переставала внушать людямъ презрите къ этому исчадш Евы. Незаг
висихо отъ того, что тав1я воззрЪшя на женщину много ухудшали ей
семейное и общественное положеше, они были еще источннвомъ ужас-
нЪйшихъ пресл^довашй ея, обливавшихъ Европу женской кровью впро-
должеше н^сколькихъ стол^тхй. Мы говоримъ о вЪдовскихъ процес-
сахъ. По дуалистическому учешю католицизма, вселенная раад^^етса
на дв% половины, — на одной стороне Богъ, ангелы, святые и верные
сыны католической церкви; на другой — сатана, черти, еретики, языч-
ники и нераскаянные грешники; первая половина образуетъ церковь
божш, а вторая— сатанинскую ; обЪ церкви постоянно борются между
собой, стараясь какъ можно больше истребить или привлечь въ свое
лоно своихъ враговъ. Однимъ изъ главнЪйшихъ орудШ дьявола и са-
мою ревностною пропагандисткою сатанинскаго культа слуакитъ ген-
щина, в^ьдьма. В:]^ровйше въ ведовство, распространенное у вс^хъ^гру-
быхъ народовъ, въ Европ^^, подъ влхяшемъ католическаго дуализма,
получило особенно сильное развитье. Женщины гораздо упорнее муж-
чинъ сохраняли в'Ьровашя и обряды язычества, соединяя съ ними ле-
чеше больныхъ травами и завлинашями '*'). Но такъ какъ католиче-
*) В-Ьдьма была едииственнымъ медикомъ народа впродохжен1е тысячи 11;тъ. Им«
ператорн, короли, папы, бол'Ье богатые изъ бароновъ им^лн докторовъ салернскихъ,
мавровъ, евреевъ, но масса вс^xъ состоян!й ириб-Ьгала ва помощью только къ зна«
харв-Ь (ва^а) или ваде^/етте. Ее называли ведьмою. Но изъ уважениг, см1)шанваго
со страхомъ, ее обыкновенно величали, какъ фею, Ьоопе дате или Ье11е дате, ЪеПа
«Лоппа». Своею црофесс1е& ведьма вооружала протввъ себя медивовъ, и церковь, не*
вавид^вшая посл^двихъ, однако взяла ихъ сторону въ видахъ истребленхя в^дьмъ.
«Она искусно разделила царство сатаны. Противъ его дочери, его супруги, ведьмы,
она вооружила его сына, медика. . . Въ Х1У в. она объявила, что если женщина осме-
ливается лечить бегь предварительшпо изучетя лсединимм, то она — и^^ха н
должна 7хереть>^(М1с11е1е().
169
етво превратило язнчесвихъ боговъ въ духовъ ада, то остававппясд
верными имъ женщины естественно д'&кались въ глазахъ Батолнка
(мужительницамн сатанп. Жрицы Фреи, совершавппя службу этой бо-
шн^^ на горахъ ночнынъ временемъ, сделались волшебницаш[, имею-
щими связь съ сатаною, а ихъ ночныя религ10зныя собрашя превра-
тились въ шабаши в^дьмъ на Бровей^ и другихъ горахъ. Языческая
в^ра женщинъ въ действительность завлинашй и знахарсвихъ обря-
довь еще болЪе утверждал^ за ними эту печальную славу. Но до ХШ
в^ка ведьмы не подвергались особенно жестовимъ навазавадмъ, да и
самая в^ра въ нихъ не была еще формулирована цервовью и не воз-
ведена ею на степень догмата. Въ упомянутомъ же в^вЪ невероваше
въ вЪдьмъ было провозглашено еретичествомъ, а самое понятге ведов-
ства значительно расширилось въ сравнеши съ предыдущимъ време-
немъ. Вредъ, наносимый людямъ, животнымъ и растещямъ, любовное
прнвораживанье, летанье по воздуху, таинственныя исцелешя, возбуж-
деше бурь перестаютъ считаться отдельными исвуствами и сводятся въ
одному главному пунвту, въ вульту въ честь сатаны. Явный или тай-
ный сон>зъ съ дьяволомъ,' свверное повлонеше и присяга ему, плот-
ское сововуплеше съ нимъ и съ его демонами, поругаше надъ вре-
стомъ и таинствами, отречеше отъ Бога, формальное отрицаше хри-
стхансвой веры, истреблете людей, живо1ныхъ и растеши, лишеше
хенщинъ чадород1я, причинеше мужчинамъ полового безсил1я и мно-
жество другихъ преступлешй, — ^все это сделало существенными атри-
бутами ведовства. Папы Инновент1Й УШ, Юл1й II, Адрханъ У1 фор-
мулировали эти верован1Я въ своихъ буллахъ и побуждали всехъ ва-
тохивовъ въ истреблению ведьмъ. ГермансвШ инввизиторъ Шпренгеръ
еоставилъ ,^Молоть в^ьдьмь^, воторый сделался и систематичесвимъ
изюжетемъ догмата вфры, и рувоводствомъ для судей. Когда же на-
чались ведовсвхе проце9СЫ, то вынужденный пытвою ложныя поваза-
шя обвиняемыхъ и разныя галлюцинащи несчастныхъ суеверовъ при-
соединялись въ изобретеннымъ цервовью сведен1ямъ о ведовстве, а
терроръ и отчаяше, нагоняемые упомянутыми процессами на массы
народа, вели за собой усилеше суеверк и все более и более разви-
вали веру въ ведьмъ и страхъ, внушаемый ихъ мнимыми вознями.
По учешю цервви, женщина, желающая обладать волшебною силою,
вступаетъ въ словесный или пиеьменнЕхй договоръ съ сатаной, отре-
вается отъ Бога и блудодействуетъ съ дьяволомъ. Возможность и су-
ществоваше сововуплешя женщинъ са^ сатаною подтверждались часто
самими мнимыми любовницами чорта и довазывались теологами и юри-
стащи Это вероваше поддерживалось въ среде народа главнымъ обра-
зомъ суеверными галлюцинащями, въ соединенныхъ съ воторыми сно-
вид4шяхъ чортъ игралъ важную роль, вавъ хйёе йхе того времени.
Отъ тавого сововуплешя, по мнетю однихъ, между прочимъ и Люте-
170
ра, рождаются даже д^ти, а по мнЪшю другихъ только всякаго рода
гнусъ, — жабы, зм^^и, черви и т. д. Посл']^ отречен1я отъ Бога и со-
вокуплешя съ сатаной, новая в^^дъма въ ночь ближаЁшаго шабаша
летитъ на метл'Ь или бозлЪ въ собрате сатанинской церкви, бываю*
ш;ее еженед'^льно, кром'6 главнаго собратя ночью, 1 мая. Сатана яв-
ляется зд^сь подъ разными видами, чап1;е же въ образе получело-
в^Ька - полукозла, возс']&дающаго на эбеновомъ позолоченомъ трон^^.
На его голове расположены въ формЪ короны маленьше рожки; изъ
длиннаго рога, сидяп];аго во лбу его, льется св-Ьтъ сильн^Ье луннаго,
его глаза с1яютъ страшнымъ блескомъ.- Шабашъ, служаш;1Й парод1е&
католической мессы, начинается поклонешемъ сатане демоновъ, вол-
шебниковъ и в^дьмъ, которые при этомъ отрекаются отъ Христа и
Марш, ц4луя у дьявола л-Ьвую руку, л-Ьвую ногу, л-Ьвый бокъ и пр.
Зат'Ьмъ слЪдуетъ исповедь, — демоны, волшебники и ведьмы каются
сатан'Ь въ разныхъ упущешяхъ при исполнети своей обязанности чи-
нить какъ можно больше зла. Сатана разр'Ьшаетъ, налагаетъ эпите-
мш и начинаетъ дьявольскую об']^дню, при чемъ говорить проповедь
и причаш;аетъ вс&хъ своихъ поклонниковъ подъ обоими видами, раз-
давая имъ черную и гнилую гостш и какой-то отвратительный напн-
токъ. На банкетЬ, >слЪдуюш;емъ за мессою, вс^ кушанья и налитки
состоять изъ всего, что только могла выдумать гнуснаго средневеко-
вая фантаз1я. ПослЪ обЪда и танцевъ начинается повальный блудъ,
при чемъ сатана зам^няетъ мужчинамъ жешцину, а женш;инамъ муж-
чину. Насладившись такимъ образомъ, сатана ув-Ьщеваетъ присутствую-
щихъ д'к[ать по возможности больше зла, сожигаетъ свой чувствен-
ный образъ, въ которомъ присутствовалъ на собрашя, ведьмы соби-
раютъ оставшуюся отъ этого козла золу, им-Ьюп^ую чудотворную силу
и разлетаются по домамъ.
Задача в-Ьдьмъ, какъ слугъ сатаны, состоять въ томь, чтобы вре-
дить людямъ, губить и соблазнять ихъ. Кром* упомянутыяъ выше зло-
Д'Ьяшй, в^дьмамъ приписывались всевозможный преступлешя, катя
только могла изобр'Ьсти безумная среднев'Ёковая фантаз1я. Шпренгеръ
говорить, напр., что самыя опасныя изъ вЪдьмъ — это повивальныя
бабки; он4 производять плодоизгнаше и приносить д-Ьтей въ жертву
демопамь. Некоторый ведьмы 'Ьдять даже собственныхъ своихъ Д'Ьтей.
Въ 1484 г. сожгли 41 ведьму за то, что он^ &га новорожденныхъ
малютокь. «Я зналь — говорить Шпренгеръ — одну старуху, которая
околдовала трехъ аббатовь и довела ихъ до смерти; она попалась въ
руки правосуд1я въ то время, когда хогЬла сделать тоже самое съ
четвертымь аббатомь.» Упомянутые святые мужи были соблазнены его
при помопси очень оригинальнаго в^довскаго средства: в1^дьма застав-
ляла ихъ Ъсть свои испражнешя! Каждое подозр^ше, какъ бы оно
вел^Ьпо ни было, каждый доносъ, каждое обвинеше съ радостью при-
171
нимались инквизиторами и подсудимые сожигались на вострахъ или
погибали подъ топорами палачей. И не одинъ суев'Ьрннб фанатнзмъ
руководилъ судьями и следователями, — главную роль въ этомъ д4л4
играла жажда обогащешя имуществомъ казненнцхъ, которое конфи-
сковалось, и Корнел1усъ Лоосъ впо:р4 справедливо зам^чаеть, что
ведовская ииввизиц1я была «вновь изобр'Ётеннымъ алхтгаческимъ
средствомъ превращать въ золото челов-Ьческую кровь.» Для попова,
графовъ, герцоговъ вФдовсюе процессы были просто источникомъ до-
хода, особенно во время раззорителъныхъ погромовъ тридцатилетней
войны. Въ Англ1и и Шотланд1и во время смутъ револющи отличался
по части этой гнусной промышленности Гопкйнсъ, получившхй титулъ
иенераль-открывателн 91Ь()ьмъ,» О подобной же охогЬ за ведьмами
разсказнваетъ Зольданъ. Одинъ шотландецъ передъ смертною казшю
признался, что онъ своими ложными обвинетями въ в^довств-Ь погу-
билъ бол^е 220 женщинъ, получая отъ судей въ награду по 20 шил-
линговъ за каждую голову. Независимо отъ этого, предаше суду и
почти неизбежно следовавшей за нимъ смертной казни было велико-
йинымъ средствомъ отделаться отъ какого нибудь либерала, отъ
опаснаго соперника, отъ личнаго врага, обвинивъ ихъ въ колдовстве.
Ишшизиц1я и усиленное ею суевер1е страшно развили шшонство, мужъ
доносилъ на жену, дети на родителей, родители на детей, попы на
шрянъ, М1ряне на поповъ. Ни полъ, ни возрастъ, ни звате, — ничто
не гарантировало отъ железныхъ лапъ инквизипди. Она проникала
даже во дворцы государей и тамъ находила себе жертвы. До чего до-
шелъ этотъ терроръ въ Баварш, напр., можно судить^ потому, что
здесь обвинялись, какъ волшебники и ведьмы, лица княжескаго и гер-
цогскаго звашя. Въ 1572 г. судилась принцесса Сидошя Брауншвейг-
свая, обвиненная въ связи съ дьяволомъ и въ намереши умертвить
своего супруга. Не мало погибло въ этомъ погроме и людей науки, —
этихъ опасныхъ враговъ католическаго поповства, — случалось, напр.,
что ученыхъ казнили за фнзическхе опыты, а лекарей за изцелеше
больныхъ, болезни которыхъ считались тогда неизлечимыми и инкви-
зиторы выставляли поэтому такпхъ медиковъ волшебниками. Такъ, въ
1521 г. въ Гамбурге былъ сожженъ на костре докторъ Фейтесъ за
то, что при его искусной помош;и совершенно благополучно родила
очень трудно беременная женпдина. Добыча жертвъ инквизиторами
была незатруднительна: если ужасння пытки не заставляли подсуди-
маго сознаться во взводимомъ на него преступлен1и, то инквизиторы
пускали въ дело улики (1П(11С1а), делавш1я собственное сознаше аре-
стантки излишнимъ ' для того, чтобы отправить ее на костеръ. А эти
улики были безчисленны: „серьезное и смешное", — говоритъ Шерръ —
^возвышенное и комическое, преимуш.ества и преступлешя, доброде-
тели и пороки, красота и безобразхе, богатство и бедность, благоче-
1
172
спе и индиферентизмъ! здоровье и бол^Ьзнь, умъ и глупость, хорошая
и дурная репутащя, слова и тЪлодвижешя — все, решительно все, прн
извЪстныхъ обстоятельствахъ, могло возбудить лодозрЪше въ вЪдов-
ств'Ь. А обвинеше въ девяносто-девяти случаяхъ изъ ста било и при-
говоронъ.** Прежде всего подсудимую старались поймать на вавомъ
нибудь отвЬтЬу который бы можно было сд&ють фуидаментомъ для
дальн^йшаго сл^дствхя, — обыкновенная уловка инквизищоннаго про-
цесса въ тЪхъ случаяхъ, когда судьи и слФдова^гели даже не им^ють
сколько нибудь опред'Ьленнаго подозрЪшя насчетъ рода и степени винн
подсудимаго. Арестантку спрашивали, напр., вЪритъ л^ она въ вЪдьмъ?
Если онаговорцла: н^тъ, то оказывалась еретичкой, достойной смерти,
если говорила: да, то это было уликой, что она знаетъ кое-что о вЪ-
довствЪ и вЪдьмахъ, а знаше и недонесете, тАмъ бол^е -знакомство
съ ведьмами, было уаке преступлешемъ. Если подсудимая не призна*
валась, то ее заключали въ тюрьму на известное время и она под-
вергалась мученш голодомъ, жаждой, лишешемъ сна, телесными истя-
зашями; тюремные сторожа и сами судьи часто насиловали заключен-
ныхъ, а оставппеся отъ этого насил1я признаки на тЪл^ девушки были
выставляемы потомъ, какъ явныя улики ея связи съ сатаной: она
вЪдьма! Сжечь ее1 Немудрено, что множество подозрЪваемыхъ призна-
валось во взводимой на нихъ небывальщине единственно съ тою ц^лью,
чтобы костеръ избавилъ ихъ отъ ужасовъ тюремнаго мучетя. Если
же. темница не вынуждала призиашя, то подсудимую подвергали суду
Бож1ю; бросали ее въ воду, и если она, побуждаемая инстинктомъ
самосохранешя, начинала плавать и не шла ко дну, то признавалась
виновной, если же начинала тонуть, то невинной; но въ последнемъ
случае ее освобождали только, тогда, когда противъ не^ не было ни-
какихъ свидетельскихъ показатй, при именш которыхъ ее снова вели
въ тюрьму и мучили до тЬхъ по]()ъ, пока она не признавалась или не
умирала отъ ужаснкхъ пытокъ. Последнее случалось нередко, и судьи
объясняли такую смерть т^мъ, что сатана, желая спасти ведьму отъ
позора и костра, заблаговременно отнялъ у нея жизнь. Пыткамъ пред-
шествовало такъ называемое „испыташе иглой. ** Обвиняемую разда-
вали до-нага, обрывали все волосы съ ея тела и начинали искать на
ней втьдовской знакь] если находили желчное пятно, родинку, боро-
давку, то вонзали въ нихъ иголку; если кровь не шла, — ясная улика,
что обвиняемая ведьма, если кровь показывалась, то это признавалось
деломъ дьявола, желавшимъ спасти свою подругу; если упомянутаго
знака вовсе не было, то заключали изъ этого, что его уничтожилъ са-
тана. Отыскате ведовсваго знака поручалось „пытальщику*' или „си-
пцику"; людей, занимавшихся этой професс1ей было множество. Въ
Шотланд1и особенно прославились по этой части« Кинкэйдъ и Кэти.
Последшй былъ постоянно заваленъ работой, состоя „главнымъ сн-
173
щивохъ" при СоигЬ оГ дивИаагу. ВознаграяБдеще его возрастало по
мАрЬ раслространешя его репутацш. Еинвэ&дъ былъ такъ искусенъ
въ своей профессш, что всегда находилъ вЪдовсшй знавъ. Обнаживъ
подсудимую и связавъ ее^ онъ втываль ей въ тЪло множес1во иго-
докъ, и затЪмъ объявлялъ, что нашелъ знакъ. Одного этого увЪрешя
эксперта для судей было достаточно, чтобы объявить подсудимую
ведьмой. Пытка начиналась оффищальной формулой: „ты будешь пы-
тана дот^хъ поръ, пока сквозь тебя не будетъ просвечивать солнце!"
И это не было пустой угрозой. По законамъ пытка не могла продол-
жаться дольше четверти часа и непризнавппйся на первой пыткЪ не
могъ быть подвергаемъ второй, — но этотъ законъ оставался мертвой
буквой, и судьи продоласали {штку до тЪхъ поръ, пока не достигали
желаемой цели. Несчастныхъ били кнутами, жгли раскаленнымъ же-
л^зомъ; кости рукъ и ногъ раздроблялись и изъ нихъ текъ наружу
мозгъ; ихъ терзали , раскаленными клещами, вырезывали кусками мясо
съ такимъ же равнодулйемъ, какъ у мертвой скотины и т. д. Немно-'
пя им^ли силу, несмотря на всЪ эти ужасы, не признаваться, да и эти
немног1я большею частш умирали отъ пытокъ, которыя были тавъ
ужасны, что арестованный изъ страха ихъ убивали себя, если только
находили къ тому возможность. Реми, знаменитый лотарингск1й судья,
сожегппй 800 человЪкъ, хвастался: „я такъ правосуденъ, что шесть-
надцать арестованныхъ на другой же день всЬ удавились, не дождав-
шись суда.„ Признаше вело за собой смертную казнь чрезъ сожжеше,
вошедшую во всЬ европейскхе кодексы, благодаря католицизму, кото-
рый, установивъ этотъ, по истинЬ адскШ, родъ казни, со всегдашнею
своею изворотливостью старался отклонить отъ себя заслуженный уп-
рвкъ въ жесюкости т^мъ ^оображешемъ, что служители Бога мира
не им^ютъ права проливать челов]Ьческой крови! Только для раскаяв-
шихся в^дьмъ казнь облегчалась т^мъ, что ихъ сначала топили или
обезглавливали, а сожигали на костре только ихъ трупы. Постанов-
лешя же кодексовъ о наказаши за в:Ьдовство были такъ сбивчивы и
неопределенны, что на основанш ихъ судья могъ приговорить къ смерти
кого угодно. Вотъ что говорить, напр., объ этомъ Каролина: „Если
кто причиняетъ людямъ вредъ посредствомъ волшебства, то его должно
лишить жизни чрезъ сожжеше. Если же кто занимается волшебствомъ,
но вреда никому не причиняетъ, то должно наказывать его, смотря
по обстоятельствамъ д^ла." „Если кто нибудь предлагаетъ научить
другихъ- людей волшебству, или грозится околдовать кого ннбудь, или
нкЬетъ общеше съ волшебниками или волшебницами, или им^еть та-
К1Я подозрительння вепщ, т^лодвижетя, слова, которыя носятъ въ себе
волшебство, — то это служитъ ясною уликою въ колдовстве и доста-
точнымъ поводомъ къ уголовному следствш.*' Виртембергск1й законъ
долагалъ сожжеше всемъ аволшебникамъ, сатаиинскимъ заклинателямъ,
174
предсказателянъ и ткиъ, кто обращается къ нинъ за сов'бтоиъ Е^ш
помощью. '^ По австр1йскому закону „адское преступлеше волшебства
наказывается огненною смертью, которой подлежать и всЬ участвую-
Щ1е по ночамъ въ дьявольскихъ пиршествахъ и танцахъ, устрояемыхъ
подъ виселицей, равно какъ и люди, пронзводящ1е грозы, громъ, градъ,
червей и др. чудовищъ."
Несколько в^ковъ дымились въ ЕвропЬ в%д^вск1е костры, зажжен-
ные церковью и старинный хроники полны разсказовъ объ этихъ ужас-
ныхъ зр^лищахъ. Шкоторыя казни зам'Ьчательны по количеству жертвъ,
друпя по нел'Ёпости самихъ обвинешй. Въ Швейцарш однажды обви-
нялась въ 'в'^^довств']^ сумасшедшая семнадцатил'1^тняя д'Ьвушка. На
основаши ея показашй были привлечены къ ^^,^л^ и подвергнуты всЪмъ
степен^^ъ пытки восемь женщинъ и одинъ мужчина; доносчицу обез-
главили, шесть обвиненныхъ ею женщинъ сожгли, а остальныхъ осво-
бодили. Въ Севилье была сожжена одна девушка, обвиненная въ томъ,
что будто бы несла яйца, какъ птица! Въ Наварр* въ 1527 г. обви-
нено 150 женщинъ за участ1е въ сатанинской об^дн^ или в'Ьдовскомъ
шабаше. Мнопе казнились всл^^дств1е своего, ввшужденнаго пыткою,
сознашя, что они не людч, а волки и оборотни. Одинъ духовный, Ур-
банъ Грандье, былъ обвиненъ въ томъ, что околдовывалъ и отдавд^
чорту урсулинскихъ монахинь въ ЛаудунЬ. Онъ не выдержалъ пытокъ
и признался во всемъ, что взводила на него инквизищя. Голодъ, бо-
лезни, общественный и семейный деспотизмъ, войны — все это дово-
дило людей, и въ особенности женщинъ, до такаго суевЬрнаго сумас-
шеств1я, до такого отчаяшя, что они не р'Ьдко сами лезли на костеръ.
Часто итальянки превращались въ кошекъ и, по ихъ словамъ, сосали
кровь изъ д-Ьтей. Ихъ сожигали. Въ л^систыхъ областяхъ Лотарингш
и Юры женщины д^^лались волчицами и пожирали прохожихъ. Ихъ
сожигали. Д'Ьвушки уверяли, что он* отдавались ;|;ьяволу. Ихъ сви-
д^Ьтельствовали и находили д'^^вственницами, но все-таки сожигали.
Одна англичанка, взведенная на костеръ, сказала народу: „не обви-
няйте моихъ судей. Я сама захот^Ьла погубить себя. Мои родителя
прогнали бы меня съ ужасомъ. Мой мужъ отвергнулъ бы меЬя. Я
М01^ла бы вернуться въ жизнь только обезчещенною. Я захот^а уме-
. реть и налгала на себя!" Даже при очевидно нел^помъ признашя
в'Ьдьмы ее отсылали на костеръ. Одна призналась, что украла съ
кладбища трупъ недавно умершаго ребенка для своихъ магическихъ
операщй. По настояшю ея мужа раскопали могилу и тр}1гь нашли де-
жащимъ въ ней; но судья р'Ьшилъ, что это обманъ чувствъ, произве-
денный дьяволомъ, что трупъ украденъ — и арестованную сожгли!... Ко-
личество казненныхъ жертвъ въ Европ^Ь было громадно. Сплошь и ря—
домъ сожигали разомъ ц^^лыя толпы несчастныхъ, такъ что, по сло-
вамъ одного летописца, столбы, къ которымъ привязывали сожигае-
175
МБЕХЪ, яжЬлл видъ густого л^са. Въ Брауншве&гЪ въ конц'Ь ХУ1 в.
въ одинъ девь было сожжено 133 ведьмы. Въ первыа года ХУП в.
въ крошечномъ графстве Геннебергъ сохжено 144; въ еписБОпств!^
ВюрцсбургЬ втечете трехъ л4тъ — 200 челов4къ, между которыми
были даже д']^тн 8 — 12 л^ть; въ Фульд'Ь н^кто Фоссъ хвалился, что
овъ сжегъ 700 в^дьмъ и над'Ьялся довести это число до 1000; въ не-
большомъ городв']^ Бюдинген^ въ 1633 году предано смерти за вол-
шебство 64 челов^Ька, а въ слЬдующемъ году — 50; въ 1627 г. въ го-
родв^ ДибургЪ вазнено 36; въ городке Нейссе въ 1651 г. сожжено 42
женщины; въ Зальцбург* въ 1678 г. — 97 чедовЬкъ: въ маленькомъ
швейцарскомъ кантон* Цугъ въ два месяца 1660 года сожжено 27
женщинъ; въ Итал1и, въ округ* Комо, сожигалось ежегодно около 100
в*дьиъ; въ Каркасон*, во Францш, въ 1520^ — 1550 г. казнено бол*е
200, а въ 1557 г. — 31 и т. д. Въ одной только Германш казнено за
в*довство ннкакъ не мен*е 100,000 челов*къ, а въ Англш не мен*е
30,000 чел. Поповская ревность къистреблешю простиралась до того,
что королямъ приходилось опасаться, какъ бы отцы инквизиторы не
сожгли вс*хъ ихъ подданныхъ. Легкость обвинен1я и суеверность на*,
родныхъ масс^ били, таковы, что иногда въ в*довств* заподозрива-
лись ц*лыя страны. „Франщя, это — в*дьма^, говорилъ н*кто при
Карл* IX. Въ начал* ХУП в*ка начался в*довск1Й процессъ въ земл*
басковъ, гд* тогда свир*пствовало что-то въ род* психической* эпи-
дем1И, гд* люди вс*хъ звашй занимались волшебствомъ, гд* страхъ,
внушаемый в*дьмами терроризировалъ вс* умы, гд* тысячи несчаст-
ныхъ считались б*сноватыми, лаяли по собачьи и т. д. Женщины до-
носили одна на другую, д*ти доносили на матерей: инквизиторамъ
приходилось судить и сожечъ весь народь!.. Но, по р*шенш папы,
только самые виновные и упорные были присуждены къ костру. Трудно
описать, въ немногихъ словахъ ужасъ этого дьявольскаго терроризма
и принесенный имъ вредъ Европ*. Папы и государи, попы и юристы,
монахи н палачи какъ будто превратились въ это время въ т*хъ са-
ныхъ злыхъ духовъ, за мнимое поклонеше которымъ они сожигали
людей и грабили ихъ имущества. Подобно полчищамъ какого нибудь
Тамерлана, духовное воинство католической церкви разносило по М1ру
смерть и самыя варварск1я истязашя, плодя шшоновъ, подкупая лож-
ныхъ доносчиковъ, внося раздоры и подозрительность въ семейства,
сочиняя возмутительныя сказки о чертяхъ и в*дьмахъ, насилуя аре-
стованныхъ за волшебство женщинъ и наживаясь имуществомъ своихъ
жертвъ. Съ водворешемъ во многихъ европейскихъ странахъ реформа-
щи, в*ра въ в*довство не изчезла и лютеране продолжали истреблять
в*хьмъ почти съ такимъ же рветемъ, какъ и католики. В*довск1е
жоетры потухли только въ конц* ХУШ в., а въ Испан1и посл*дняя
ведьма была осуждена въ 1807 году.
176
Такъ душилъ, отверга^[ъ и порабощалъ женщину Еатолицнзнъ. Но
она все-таки нашла въ себ^ достаточно сшеы, чюбы не только не
пасть подъ его всеаодавдяющимъ деспотизмонъ, но и чтобы па воз-
можности внести въ его систему некоторые облагораживаюпце эле-
менты. Мы говоримъ о культе Св. Марш, развнтхе котораго прина-
длежало, главнымъ образомъ, женщине. Еультъ Д^вы быль культонъ
самой безграничной любви и красоты, прекраснымъ выражешемъ свЪт-
лыхъ сторонъ женской души, окончательно помрачить которую не
могли век ужасы средневЪковаго католицизма. Хотя этимъ культомъ
МН0Г1Я старались прикрыть свою распупценность и испорченность, но
божественное С1яше любвеобильной Мар1и такъ животворно дМство-
вало на людей среди потемокъ католичества, что упомянутые печаль*
ные результаты теряли значительную долю своей силы. Этотъ культъ
не мало поддерживалъ и возвышавшуюся изъ феодальнаго унижешя
женп1;ину. Ее не такъ легко было уже пресл'Ьдовать за вину Евы,
когда за нее стояла непорочная Д^ва. Д'Ьва — ^царила на нёбФ, а жен-
щина, какъ увидимъ ниже, воцарилась на земл^.
XV.
Средше вЪка и эпоха Возрождешя, ознаменованный старашями фе-
одализма и католичества поработить асенщину, были также пер10домъ
усиленной борьбы ея за свою свободу, за самостоятельность своей лич-
ности и современная женщина найдетъ не уало поучительнаго въ
нстор1и упомянутыхъ стол'Ьт1й.
Въ бракЪ, который, въ большинстве случаевъ, былъ д^ломъ фамихь-
ныхъ разсчетовъ и родительскаго произвола, въ семейств'Ь, которое
старались превратить въ неограниченную деспотхю, женщина была
пассивною рабыней только въ р^дкихъ случаяхъ; большею же частью
она, своими постоянными протестами и сопротивлешемъ деспотиче-
с^имъ притязан1ямъ домовладыки и его сторонниковъ, превращала до-
машнкж) жизнь въ тотъ семейный адъ, изображешемъ котораго такъ
часто занималась и занимается европейская литература. Въ старин-
номъ нЪмецкомъ сочинеши „о злыхъ женщинахъ" представляется схЬ*
дующая картина супружеской войны. Мужъ и жена постоянно ссо«
рятся и ежеминутно готовы начать битву; одинъ вооруженъ кулаками,
дубиною, сапогами, другая — связкою ключей, швабрами, ухватомъ.
Жена во всемъ противор'Ьчитъ мужу, все д'Ьлаетъ на зло ему; начи-
нается перебранка и немедленно переходитъ въ обоюдную потасовку.
Эти битвы перемежаются часто примирешями, но нередко они дово*
дятся до окончательнаго разрыва между супругами, до жено - и му-
жеуб1йства. Такой характеръ семейная жизнь носила во всей старин^
177
ной ЕвровА. Въ ередневЪковой Англон, напр., говорить Райтъ, жеЕ-
пщнв бшш крайне строптивы, буйны, семейная жизнь была полна
ссорь, раздоровъ, возней и вскоре послЪ брава наступало полное
разъединете между супругами. Женщины, будучи не въ силахъ ни
освободиться отъ мужниной власти, ни ограничить ея,^ нередко пред-
почитали своей судьбе смерть и поканчивали свои страдашя самоуб1й-
ствомъ. Но чаще всего они избавлялись отъ своихъ тирановъ посред-
ствомь мужеубШства, прибегая для совершешя его большею частью
къ яду. Постоянная оппозшця жены часто заставляла мужа нетольво
отступаться отъ многихъ своих;ь притязашй, нетольво смягчать свою
супружесвую власть, но даже въ н*Ьвоторыхъ случаяхъ женщины явля-
лись судьями и навазательницавш своихъ владывъ. Тавъ, въ Шотлан-
Д1И вплоть до XIX в^ва господствовалъ обычай, въ силу вотораго
женщины, предварительно сговорившись между собою, нападали на
нужчинъ, злоупотреблявшихъ своею властью надъ женами, привязы-
вали ихъ за руви и за ноги въ длинной жерди и обносили ихъ съ
позоромь по улицамъ. Подобный варательныя навлонности хенщинъ
можно зам'Ьтить во всЪхъ странахъ ц влассахъ старинной Европы,
но они рЪдво могли быть осуществляемы безъ посторонней ^ помощи.
Въ среднихъ и низшихь сослов1Яхъ эта помопц» носила охранитель-
ный и патр1архальный харавтеръ, стремилась въ водворешю семей-
яыхъ добродетелей и бол^е или мен^е челов'Ьчныхъ отношен1й мея^ду
супругами. Въ н^воторыхъ городахъ Гермаши мужей, нев'Ьрныхъ сво-
имь женамъ или явестово обходившихся съ ними, схватывали, съ по-
зоромь обводили по улицамъ и наказывали обливаньемь ихъ холод-
ной водою изъ помпъ. Въ Швабш врестьяне выбирали чеСтнаго чело-
в1ва, воторый, нося назваше батьки (ОаМе), съ двумя своими по-
хощнивами севретно наблюдалъ за семейною жизн1ю обывателей. Если
они узнавали, что так1е-то супруги ссорятся между собою или что
одннъ изъ нихъ обижаетъ другаго, то ночью врывались въ домъ' въ
нимъ и нававывали виновнаго. Женщины высшихъ влассовь имЪли
сильную помощь и защиту въ рыцарствЪ, обязанность вотораго со-
стояла въ повровительств^ „женпщнамъ, вдовамъ, сиротамь, людямь
угнетеннымь". „Вооруженный деревомъ, яе^гкгожь и х^талью** — поетъ
одинь трубадуръ — „я поддерживаю слабыхь противъ сильныхъ*'. Ры-
царство вознивло по голосу женщины, воторую угнетали въ семейств']^,
которую продавали въ бравъ и воторая собирала всЪ свои силы для
сопротивлешя пригЬснителямъ. Мнопе знаменитые рыцари отважно
пусвались на самые отважные подвиги съ единственною ц'Ьлью осво-
бождешя женщинъ отъ упомянутой тирати. Напр., въ послаши одного
трубадура въ известному марвизу де-Монферра, поэтъ восп^ваеть под-
нять такого рыцаря, освободившаго девушку, воторую тирань отецъ
хот^^ выдать замужь противъ ея воли. Форхель въ своей Ш81о1ге
12
178
Яе 1а роё81е ргоуеп(а1е пряводитъ много подобшаъ фактовъ. Щ»н
этомъ нуяшо заметить, что ъ&к рыцари дЫствовалг нодъ непосред-
ственнымъ вл1яшеиъ женщинъ, по ихъ просьбанъ, совЪтамъ и врн*
казашямъ, повиноваты^ вотортгь они бнли обязаны и неисоохнеше
воторыхъ навлекало на нихъ неудовольствхе дань; а даиа могла лре*
дать рыцаря суду, и судъ навсегда нсключалъ виновнаго изъ ордена.
„Ни дам^^, ни дЪвушкЪ" — говорить одна рыцарская поэма — „никогда
нельзя отказывать въ совЪтЪ и помощи; долавно уважать женщинъ м
ВСЕМИ силами бороться за ихъ права**. ТУЬ же принципы выражались
и въ законодательств*. По нЬкоторымъ французскимъ „ Авйаев», напр,
„если членъ суда отказывается дать сов^тъ Ьаоъ^ или сирот^Ь^ то овъ
исключается изъ общества рыцарей, изгоняется изъ города, не можетъ
выходить на^дуэль, теряетъ свой ленъ и все, что нмЪетъ отъ короля**!
Даже въ перюдъ полнаго падешя рыцарства голосъ угнетаемой жш^
щивы могъ поднимать ц^лыя ватаги на службу ей. Рыцарь Лебеди
возвратилъ одной дам* ея влад*н1я, отнятый у нея саксонЬ]щмъ гер-
цогомъ. Во Франщи, при Еарл* У1, мнопя дамы аваловались королэ
на свои страдашя и лишен1я, оричиняемыя хищными баронами « и на
то, что выродившееся рыцарство вовсе не помогаетъ имъ. На голоеъ
этихъ женщинъ посп*пшлъ храбрый Бодико, собралъ банду рыцарей
и организовалъ изъ нихъ братство съ цЪлью покровительства дамамъ,
возвращешя имъ похищенныхъ у нихъ им*шй и мести благородннмъ
разбойникамъ. Самое воспиташе въ рыцаряхъ идеи служешя дамамъ
и защиты ихъ отъ насилШ сем^Кныхъ тирановъ и посторонинхъ раз-
бойнивовъ принадлежало женщинамъ. Красотою, фантазхей, чувстви-
тельностью женщина пр1обр*тала себ* поклонниховъ, делалась цари-
цею, въ придворномъ штат* которой состояли мужчины вс*хъ возра-
стовъ, начиная съ малол*тняго пажа и оканчивая с*довласымъ вадн-
хателемъ. Вс* эти люди жили подъ ея влхяшемъ. Мальчику уже вну-
шали тогда, что „онъ долженъ выбрать себ* благородну*> госпожу,
которая могла бы руководить его своими советами и помотать ежу,
а онъ обязанъ в*рно слуакить ей и неизменно любить ее**. Ц*лня по-
колотя мужчинъ воспитывались женщинами для служешя дамамъ,
въ награду за которое они получали ихъ любовь. Отношешя рыцари
къ дам* образовались по образцу отношешй вассала въ сюзерену. Рн[-
царь обязывался слуакить дам*, быть ея вассахомъ и ващитнивомлц
а она за это награждала его любовью. Сюзерену вассалъ служилъ ради
его силы, а дам* — ради ея любви. Угнетаемая въ семейств*, отве]^
женная цервовью женщина нашла въ рыцарств* вознаграавдеше за
свою униженность. Рабыня своего муака, она была царицею для всЪвъ
постороннихъ. Она предс*дательствовала на турнирахъ, она пользова-
лась вс*ми съ*здами и празднивами, охотами и свадьбами, рвйхстаганм
и цервовными процесс1ями, чтобы увлечь мужчинъ своею враоотою и
179
^ехствохъ, лФшенъ и музызрй, танцами и остроумгемъ. Внушаеная ею
страсть обуздывал[а и покоряла грубую натуру феодала. Въ Испанш
встретившейся съ дамою рыцарь обязанъ бвыть сойти съ воня и, пред.
ложивъ ей ста услуги, безпревосдовно исполнить всЬ ея привазашя.
При вс^хъ безобразныхъ жестовостяхъ средцевЪвовой войны принято
было однавожъ за правило, чтобы победители не только не трогали
дамъ, но даже обходились съ ними съ полнымъ уважешемъ. Еогда .
англичане взяли замовъ Дю-Гесленъ, то навлекли на себя упреки въ
томъ, что нарушили правила войны|, начавъ штурмъ ночью и потре-
воживъ сонь хительницъ замка» Во время гвельфогибелинскихъ войнъ
нмп^аторъ Бонрадъ осаждалкъ Виннисбергъ и отказалъ гарнизону его
во вс^хъ предлохенныхъ последнииъ услов1яхъ вапитулящи; ^о, какъ
жстинный рыцарь, онъ не могъ не согласиться на просьбу женщинъ
о дозволенш выйти имъ изъ города, забравъ съ собою все, наиболее
драгоценное для нихъ. Когда ворота отворились, то осаждаюпце уви-
дали большую вереницу жещцинъ и девушекъ, и каждая изъ нихъ
несла на себе отца, мужа, брата или сына. Войска Еонрада были по-
ражены подвигомъ женщинъ и разразились въ честь ихъ рукоплескань-
ями и выстрелами. Имя дамы сердца служило тогда вбинственнымъ
крикомъ рыцаря, оно воодушевляло его и на хуршфахъ и ' въ действи*
телвяыхъ битвах^, а самыя войны, сопровождавшхяся обыкновенно гра-
бежами, приносили дамамъ суш;есгвенныя выгоды. Знаменитый труба-
дуръ временъ Генриха П, Бертрапъ-де-Борвъ говоритъ, что „законы
чести прежде всего предписываютъ воевать и обогащать жешцинъ во-
енной добычей^. Это служете дамамъ доходило часто до комическаго
и породило особый типъ рыцаря, который пускался на самыя нелепыя
щ)€^Ядр1ЯТ1Я, ' на самые сумасбродные подвиги, чтобы только угодить
царице своей души и заслужить поцелуй или более существенные
внаки ея любви« Дамы часто сами требовали такихъ услугъ отъ сво-
вхъ поклонниковъ, что последше изъ любовникдвъ превращались въ
кученивовъ, но все-таки выполняли свой обетъ служен1я прекрасному
полу. Таковъ былъ, напр., Ульрихъ-фонъ-Лихтенштейнъ (род. въ 1200 г.),
этотъ действительный, а не вымышленный,''подобно сервантесовскому,
Донъ-Квхотъ Гермаши. Ульрихъ еще мальчикомъ посвятилъ себя на
слуавевае женщинамъ и выбравъ своею „госпожею" одну замужнюю '
аристократку, началъ подвиги въ честь ея. Онъ пьетъ съ удоволь-
ствхемъ воду, въ которой мылась его дама; онъ отрезываетъ свою урод-
диво-толстую нижнюю губу, такъ какъ, по мненш его, возлюбленной
она могла бы мешать поцелуямъ, когда Ульрихъ заслужитъ ихъ. От-
рубявъ себе палецъ, онъ посылаетъ его своей даме въ доказательство,
что онъ безъ меры любитъ ее и моаветъ перенести для нея всякое
етрадате. Одетый и замаскированный Венерою, шатается онъ по всей
стране и на турнирахъ, ломаетъ копья въ честь своей владычицы.
12*
180
По ея привазашю онъ поселяется даже вн% общества, среди прока-
женннхъ отверженниЕовъ и %стъ съ неме изъ одной чашки. Вс^Ь'эти
сумасбродства тгЬютъ одну ц^ль — заслужить ночь возлюбленной. На-
. Еонецъ, она соглашается; Ульрнхъ пр14Ьзжаетъ къ ней; постель уже
готова; нс1 б'ЬДный волокита снова получавтъ авесточайппй аффр(штъ
н отказъ, н снова съ неизменною покорностью пускается на по^^игя.
Друг^ъ прим^ромъ такого л1ббовника ножетъ служить Петръ Видаль:
влюбившись въ одну дДму, имя которой означало волчицу, онъ облшсся
въ волчью шкуру, началъ ходить на четверенькахъ около замка своей
возлюбленной, выть волкомъ и продолжалъ такую жизнь до т^хъ поръ,
поЕя его чуть не до смерти затрепали собаки. Такхе мученики были
далеко не редкостью. За неим^шемъ дМствительннхъ подвиговъ и
страдатй въ чес^ дамъ, рыцари выдумывали ихъ. Особенно быль
распространенъ обычай бичеватя. Въ Испанш молодежъ каждую не-
д'Ёлю ходила по городскимъ улицамъ, разряженная въ любимые цвЪта
своихъ дамъ. При встр'ЬчЪ съ красивыми женщинами, эти кавалеры
начиналга изо всей силы хлестать себя плетьми, такъ что кровь ручь-
ями текла съ ихъ спинъ; дамы кланялись и благодарили. Любовники
также имФли обыкновеше полосовать себя передъ окнами или балшь
нами своихъ возлюбленныхъ, который люборлись на]истерзанныя спинн
обожателей, жалели ихъ и награждали улыбками. Измена рыцаря Д|рА,
даже простое невыполнеше ея желашй, часто нел^пыхъ и капризныхъ,
подвергали виновнаго нетолько женской мести и пренебрежешю ры-
царства, но ' и мучешямъ собственной сов'Ьсти. Ричардъ-де-Барбесье,
нарушивъ об'Ьтъ верности, данный имъ одной принцессЬ, удалился въ
л']Ьсъ, выстрой лъ тамъ хижину и поклялся не возвращаться въ обще-
ство до т^хъ поръ, пока не получитъ прощешя своей возлюбленной.
Рыцари и дамы, терявппе въ немъ любимаго друга и минестреля, на-
прасно умоляли его вернуться. Сто рыцарей и столько же дамъ обра-
тились къ оскорбленной принцессЬ и на колЪняхъ передъ нею про-
сили прощешя Ричарду; наконецъ, онъ былъ поинлованъ и вышелъ
изъ своего пустыножительства.
Рыцарская любовь, любовь свободная и честная, была прямою реак-
щей феодальному браку, основанному на разсчетахъ фамнл1И и произ-
воле домовладыЕи, порабощавшему и унижавшему женщину. Женпцшн
порушили, что въ брже н^тъ и не можетъ быть любви, что мужъ не
нмеетъ права любить свою жену, а жена свободно любить посторон-
няго мужчину. Эта эмансипац1я чувства началась въ страстной Ита-
лш и на благословенномъ юг^ Фрашци, среди нивъ, виноградникокъ,
богатыхъ городовъ и великолепныхъ замковъ Ленгедока, куда рано
проникли отъ арабовъ комфортъ, образованность, турниры и сладост-
ное нскуство любви. Зд^сь впервые возникли новыя антибрачныя иден,
развитш которыхъ много содМствовали трубадуры, устроявппя даже
X
\
181
доэтичеспя состядашя, на которихъ противники спорили о разныхъ
вооросахъ, относящихся бъ жгапцшЬ и страсти. Трубадуры и ромаг
нисФЫ действовали подъ тЬыъ же хшскимъ влхяшемъ, благодаря ко-^
тороиу и вовниЕли во Франщи форжальнне суды мобеи^ состоявш1е
изъ даиъ и рыцарей, подъ предсЬдательствомъ князя любт^ и выра^
батывавппе новня правила жизни, блатопрхяхння для эмансипащи чув-
ства. Тапе суды въ ХП в. были въ ЛвиньонЪ, Лилл]^, Турнэ, Париж^Ь,
а въ ХШ стохЬпи появились и въ Герман1Я. Главныиъ ихъ занятхемъ
было обсуждеше встречавшихся въ жизни любовныхъ отношешй, ссоръ,
изжечь, неудовольствШ. Приговоръ не наказывалъ виновныхъ, а только
р^шалъ Д'Ьло въ отвлеченной фррмЪ. Иногда, бпрочемъ, налагались и
нававатя. Такъ одинъ секретарь, посланный своимъ господиномъ къ
даме по интшшоиу д^лу, осмелился просить ея любви для самаго
себя и получилъ ее. Судъ, состоявппй изъ шестидесяти дамъ подъ
дредседательствомъ графини Фландрской, приговорилъ виновныхъ къ
исключешю изъ общества рыцарей и даиъ. Одинъ любовникъ, изие-
янвъ своей даме, полюбилъ другую; первая донесла на него виконтессе
нарбонской. Судъ любви постановилъ, чтобы ни одна честная жен-
щина не отдавала своего сердца такому изменнику. - Путемъ подоб-
нячБЬ првговоровъ, а главнымъ образомъ, посредствомъ решешя от-
вле^енных> вопросовъ, вырабатывалась целая система свободной любви,
которая разносилась по Европе въ романахъ и въ звучныхъ песняхъ
тру(^уровъ. Подавляемый произволомъ феодализма и моралью като-
личества, ЖШСК1Я сердца быстро усваивали новыя идеи, ведппя за со*
бою жизнь, полную страсти, удовольств1й и приключешй. Бракъ отри-
цается; мужа любить невозможно, но следуетъ любить кого-нибудь
бевъ любви нетъ жизни, говорит^ эта философ1я, радикально проти-
вореча на каждомъ пункте догмату и морали католичества. Любовь
выше всехъ другихъ радостей ; все поклонники ея, даже набожные
миннезингеры открыто признаются, что они скорее готовы отказаться
отъ райскаго блаженства, чемъ отъ удовольств1й любви. Предметъ этой
страсти, женщина, которую католицизмъ считалъ источникомъ греха,
является теперь у я)убадуровъ ,образцовымъ произведевйемъ божшмъ";
для достойнаго прославлешя ея поэты не находятъ словъ. Католиче-
ство клеймило женщинъ за Еву, певцы любви опровергаютъ его об-
Бинетя, говоря, что людей погубилъ Адамъ, а Ева спасла ихъ, такъ
хакъ она была родоначальницей Христа. По католицизму, любовь — ^ко-
рень погибели, по словамъ же партизановъ средневековой эманципа-
щи, она — „высшШ источникъ всякой добродетани, 1м:якой нравствен-
ной заслуги, всякой славы. Она улучшаетъ самыхъ хорощихъ людей
и облагораживаетъ самыхъ дурныхъ". „Любовь свободна; она полу-
чаетъ законы только отъ самой себя; поэтому, ея и не можетъ быть
зъ браке?, где она становится обязаннос^ю*. Мног1е считаютъ эту
/
ч
' •
_ ш
философш) лобви с^темою распущенности, между ф^нъ, вахъ она тре-
бовала, чтобы каждый кужчвна выбиралъ себ'Ь одну возлюбленную я
оставался в'Ьрнынъ ей до гроба; она требовала тавже, чтобы даиа не
принимала подарковъ отъ своего возлюбленнаго и не унижалась та-
Бимъ образомъ до степени вуртизанви; она требовала любви чистой,
безкорыстной и свободной, даже рутинно противоречила себ%, предпи-
сывая пожизненную обязательность этого чувства. Другое противор*-
Ч1& излагаемой системы состояло въ томъ, что женщина, отрицая воз-
можность любви въ феодальномъ брав^Ь и чувствуя себя не въ силахъ
избавиться отъ этого союза, хотела примирить права мужа съ пра-
вами любовника, оставляя на долю перваго чисто физичесвхя удоволь-
СТВ1Я и награждая втораго всею полнотою любви и дружбы. Грубые
феодалы понимали страсть только въ послЪднемъ автЪ ея и видели
верность жены только въ матерхальной целомудренности ея. За пару-
шеше последней они расплачивались жестоко и съ женою и съ ея лкь
бовникомъ, между тЬжь какъ платоническое ухаживанье чужихъ муж-
чинъ за дамою не только не возбуждало ревности мужа, но даже ще-
котало его самолюбхе. Въ самыхъ ревнивыхъ странахъ Европы, въ
Итал1и и Испанш, независимо отъ рыцарей, женщины открыто имкжи
при себ4 постоянныхъ друзей, чичисбеев, которые всюду сопровож-
дали ихъ и стояли съ ними на короткой ног^. Мужья не 1^ооружа-
лись противъ этого обычая, если только не видели полной связи сво-
ихъ женъ съ ихъ чичисбеями. Мнопя женщины также мало думали о
другой любви, кроме платонической; половыя брачный отношешя, не
освященный никакимъ нравственнымъ чувствомъ, возбуждали наво-
нецъ въ нихъ отвращеше, и они, мечтая о )[юбви чистой и свободной
воображали ее себе безъ -этихъ опротивевшихъ имъ отправлешй. Все
эти обстоятельства 'вели къ тому, что любовь многими понималась
сначала чисто въ платоническомъ смысле. „Любовь перестаетъ быть
любовью, коль скоро она обратится къ реальному**, говоритъ одинъ
поэтъ. „Чистая любовь" — ^говорить Андре, авторъ „Р^^пс^ра1^а Атогга
Ргаесер<;а" — „соединяетъ сердца двухъ любовниковъ узами взаимной
нежности. Эта любовь состоитъ въ духовномъ созерцанш и въ пла-
менной страсти; ана можетъ доходить до поце:|уя, до объят1й, даже
до взаимнаго прикосноветя двухъ обнаженныхъ телъ, но отнюдь не
дал1ье^. И въ средте века нередко практиковались въ этой трудной
любви, целовались, спали на одной постели, обнимались, но все-таки
удерживались отъ окончательныхъ удовольств1й. Понятно, что такое
воздерживате могло продолжаться не долго и раздражае(иая постощгао
страсть вырывалась всетаки на полную свободу. Даже у людей, кото-
рые более другихъ могли бы ограничиваться платонизмомъ , даже у
Абеляра и Элоизы, подъ повровомъ духовной любви, скрывалась са-
мая жгучая чувственная страсть, какъ это можно видеть иаъ Ж№ ш6^
188
решсш. Тоже самое отноА^е можно заметать и въ любви рнцарей
вообще ; всЪ они и трудятся, и сража1>тся, и служатъ своимъ дамамъ
еъ епнственною цЬлью заслужить удовольствге ихъ ложа. Отступая
отъ своихъ первнхъ постановлешй, запрещавшихъ финальное удоволь-
ств1е, новая система скоро провозгласила принципомъ, что у^любовъ ни
А ^1ем» не можетъ от/илзывать любви^ . Если же обожателянъ не всегда
удавалось достигнуть цЪли, если дамн, хавъ объ этоиъ постоянно рас-
евазнваютъ среднев^^вые хроники и романы , часто ограничивали
свои ласки поцЪлуемъ и многихъ иоблсшннковъ, кахъ упомянутаго уже
Ульриха-фгаъ-Лихтенштейна, не награиали вовсе своими милостями,
а только забавлялись ихъ любовною угодливостью, — то это свид^тель^
етвуетъ лишь о сдержанности нодобшпъ женщинъ. Они не могли удо*
влекворять страстннмъ нонолзновешямъ веЬхъ своихъ многочислен-^
ивхъ поклонниковъ, но^му что хот&ш не разврата, а только свобод-
ной любви, хотя самолюбхе и заставляло ихъ, не ограничиваясь од-
ннмъ любовникомъ, привлекать побольше обожателей и деракать ихъ
около себя, питая ихъ надежду на сладостную награду. Любовь и на-
слажденье жизнью сд&юлись девизомъ конца среднихъ в&ковъ и осо-
бшно 9П0ХИ Возрожденья, когда католицизмъ со своташ идеалами почти
вовсе потерялъ кредитъ въ сред% образованнаго общества, когдаэ
всл^дств1е возрождешя древнихъ наукъ, вл1яшя арабовъ, умственной
самод^Ьятельности европейцевъ и развитая матерьяльной культуры —
общество бол^ и бод^ предавалось ращонализму и эпикурейской фи-
лософ1М, когда разумъ и природа были вознесены .выше вс^хъ дру-
гихъ авторитетовъ, которымъ до тЪхъ порь поклонялись люди. Въ
этомъ антикатоличеекомъ движеши главную роль играла авенщина;
она своею красотой и любовью отвлекала умы отъ мрачныхъ идеаловъ
католицизма, заставила ихъ жить и наслаждаться, научила ихъ думать
не объ отвлеченныхъ фантасмагорхяхъ, а о природе и действительно-
сти. Поэты, философы, странствуюпце трубадуры, рыцари и дамы —
всЬ говорятъ и поютъ, пишутъ и мечтаютъ о наслаждешяхъ свобод-
ной любви, объ эманцингщш чувства. Любовь делается главнкШъ пред-
меюмъ литературы; изв'Ьстая о зам^чательныхъ любовныхъ истор1яхъ
обходятъ всю Европу; страдальцы за любовь занимаютъ м^^сто муч^
никоиь в^ новомъ культе; даже самъ сурсюый Данте стоитъ за сво-
боду чувства и ув^ковЪчиваетъ память двухъ такихъ мучениковъ въ
пятой п&снЪ своего „Ада^, разсказывая исторш Франчески ди Ри*
мини, очаровательной девушки, выданной за безобразнаго и злаго
хромца, полюбившей брата его и убитой мужемъ вм^стЬ со своимъ
любовникомъ. Когда черезъ дв^Ьсти л^тъ посл^ ихъ трагической смерти
открыли ихъ тела, то они оказались совершенно целыми и въ объя-
тьяхъ другъ друга. По словамъ Данте, ихъ пламенная любовь пере-
шла и въ загробную жизнь... И культъ любв11^ кроме многихъ подоб-
184
ныхъ иученивовъ за свободу чувства, им^^лъ также, подобно кат0|1Я-
цизиу, своихъ апостоловъ, учителей, подвижниковъ, свои кодексы, свою
мораль, свои обряды и мистерш. Женщина царила надъ .жизнью и
превращала ее въ ежедневное праздбенство, въ непрерывный рядъ ба*
ловъ, ту^шировъ, охотъ, увеселительннхъ по'Ьздокъ и. т. д. ^Не только
поэты, но и всЬ образованные люди — говорить Лоранъ — „ считали
тогда любовь санымъ серьезнымъ занятхеиъ жизни. Это подтверакдается
свидетельствами лучшихъ средневЪковыхъ историковъ. Въ 1284 г.,
разсказываетъ, наприм., Виллани, во Флореищи составилась богатая и
благородная компанхя, которая, съ княземъ любви во глав%, не ду-
мала ни о чемъ другомъ, кавъ объ играхъ, танцахъ и увеселен1яхъ''.
Черезъ пять л^тъ хроники опять прославляютъ друпя подобный же
общества, состоявппя изъ дамъ и кавалеровъ, которые постоянно пи-
ровали въ шелковыхъ шатрахъ и расхаживали, подъ предводитель-
ствомъ князя любви, по улицамъ города, увенчанные гирляндами^ съ
песнями, танцами и музыкой. Такъ жила Флорешця, такъ жила и
остальная Европа. Искусительница Ева поб^авдала своихъ гонителей.
До)10Стройные принципы падали, женщина делалась гдавою обществен-
ной жизни; не только семейные праздники, балы и турниры, но даже
охоты и дуэли не обходились безъ нея. Будуаръ и гостинная сдЬлаг
шсь главными комнатами дома. Въ королевскихъ дворцахъ, замкахъ
феодаловъ, домахъ цивилизованныхъ буржуа — везде на переднемъ
плане стали дамы. Отношешя половъ между собою, мало стесняемый
съ самаго начала среднихъ вековъ, подъ конецъ ихъ получили полную
свободу. Все это неизбежно вело за собой крайнюю развращенность.
Аристократически эпикуреизмъ всегда губить общество. Женщины
достигли свободы чувства, но воспитанный, какъ и мужчины, въ техъ
понят1яхъ,% что единственная цель жизни благороднаго человека — лю-
бовь и наслаждеше, что трудъ есть уделъ презренной массы народа,
не занятый' никакой серьезной работой, беззаботно живпия на чужой
счетъ, — они отдавались безъ всякаго удержу страсти и естественно до-
ходили до всехъ ея излишествъ. Дамы и девушки модничаютъ своею
полураздетостью, своимъ костюмомъ, оставляющимъ на виду все тай-
ный прелести; полунагими или даже вовсе нагими принимаютъ они
мужчинъ въ своихъ будуарахъ; провожаютъ гостей въ ихъ спаяьни,
' раздеваютъ ихъ и нередко сами ложатся съ ними въ постель; при-
дворный дамц и принцессы стараются превзойти другъ друга въ не-
обузданности, дочери графовъ проникаютъ ночью въ комнаты чужихъ
мужчинъ и принуавдаютъ ихъ удовлетворять своимъ желашямъ. Уго-
щеше путешественника женскимъ теломъ сделалось кокъ-бы обязан-
ностью феодальнаго гостепршмства. Въ одномъ французскомъ . стихо-
хвореши разсказывается, какъ рыцарь лрхехалъ въ графсшй замокъ и
какъ графиня, обрадовавшись его посещешю, велела изжарить ему
185
огро]шаго гуся и приготовить роскошную постель. „Когда же графиня
пошла спать, то позвавъ красивМшую изъ своихъ дЪвушевъ, она ска-
зада е& потихоньку: „поди, лягъ въ постель къ этому рыцарю и угоди
ему какъ сл^дуетъ. Я охотно бы сделала это сама, еслибы не мод сты-
дливость и не графъ, мой мужъ, который еще не уснулъ**. Вс^Ь обществен-
ння увеселешя были направлены въ раздражешю половаго инстинкта,
на бала^ъ танцы перемежались интимными гапс1е-уои8 въ отд^^льныхъ
коннатахъ, въ театрахъ циническш до крайности пьесы приправлялись
еще непристойными жестами актеровъ, а иногда и наготою актрисъ ;
касверады часто оканчивались сплопгаымъ свальнымъ гр^хомъ; въ ба-
няхъ и купальняхъ оба пола зачастую мылись вм^ст^; при этомъ на
баденскихъ водахъ надъ купальнями устраивались галлереи, на вото-
рнхъ мужчины собирались болтать съ купающимися дамами и бросали
югь деньги и друпе подарки, а красавицы старались взапуски подхва-
тить ихь подолами своихъ рубашекъ; сводничество сделалось самымъ
пржбыльнымъ и распространеннымъ ремесломъ; ни одна почти д'Ь-
вушва изъ высшихъ классовъ не выходила замужъ невинною, по сви-
Х'Ьтельству тогдашнихъ |юмпетентныхъ писателей; хенсше монастыри
приняли видъ доновъ терпимости, а королевсюе дворцы, наполненные
благородными щюститутками , содомитами, вельможными сводника-
1ш,--были даже развращеннее любато публичнаго дома. Истор1я пре*
вратилась въ скандальнуюдрониву дворовъ ; живопись, скульптура, поэзхя
занялись исключительно изображешемъ любви на всЬ манеры, отрица-
шемъ семейной жизни, осм^яМемъ мужей и патрхархальныхъ доброд'Ь-
телей. Въ нисшнхъ и среднихъ клСассахъ Отражались тЬ же влхяшя,
и ъжксА съ войнами, разбойничествомъ, забиратемъ мужчинъ въ сол-
даты, страшными злоупотреблешями власти, — совершенно уничтожали
здЪсъ и бракъ и семью. Сотни тысячъ разнаго народа вел^ бродячую
жизнь безъ семейства, безъ собственности и среди нихъ царилъ пол-
ный гетеризмъ, . дЪти не знали не только своихъ отцовъ, но часто
даже и матерей. У странствующихъ актеровъ, фигляровъ, нищихъ и
хошенниковъ жены сплошь и рядомъ были обпця. Разложеше семей-
ства происходило даже въ сред'Ь патрхархальныхъ крестьянъ и бюрге-
ровъ. Таверны въ средте в^ка были м^стомъ, въ которомъ протекала
большая часть жизни людей низщаго и средняго классовъ. Даже жен-
Щяны постоянно пили, играли и вели любовныя игариги въ этихъ уве-
септельныхъ заведешяхъ, иногда съ в'Ьдома мужей, а большею частью
тайкомъ отъ нихъ. Мужья аве, въ свою очередь, пировали въ другихъ
таверяахъ и наслаждались съ другими женщинами. Домъ н семейство
оставлялись на произволъ судьбы, бракъ, не удовлетворявлпй чувству,
бвлъ въ пренебрежеши. Сильное развипе просхитуцш шло параллельно
съ падешемъ семейства; сифилисъ свободдо разгуливалъ по Европе,
губя сотня тцсячъ народа; ц^лые ряды итальянсвихъ вардинадовъ и
186
/
францтвсвихъ королей сведенн въ ногилу этою болезнью. Мбхху т^^мъ,
окончательное падеше семейства возбудило умн въ изнскашю средствъ
для реформы никого уже не удовлетоорявшихъ брачннхъ отношен1й.
Вл1яте классицизма, въ особенности Платона и эпикурейской филосо-
фш, наталкивало разсуждавпшхъ объ этомъ людей на идею о безу-
словной свободе ноловшъ отношешй. Авторъ самаго распространен-
наго йзъ произведешй среднев'Ьковой литературы, ,Еотап де 1а Вове",
говорить, что женщины должны быть общими, —
Тоакев ропг (сив е{; 1юи8 ронг 1ои1;е8
СЬасипе роог сЬасап сощтипе
Ш, сЬасип соштн!! роиг сЬасопеЬ.
Остальная беллетристика, хота и не выражалась такъ ясно, но ]фо-
водила въ сущности туже мысль, которая въ подробности была раз-
вита утопистомъ - реформаторомъ Еампанеллой въ его яРеснублявф
Солнца**. Верховный глава этого государства, Гогъ, имЪетъ трехъ шь
мощниковъ. Силу, Мудрость и Любовь. Последняя заботится главннмъ
образомъ о томъ, чтобы браки устроялись целесообразно , съ рохде-
шемъ хорошихъ дЪтей. „До супружества каждый мужчина можегь
жить съ каждою безплодною женщиною**. Старпы-начальники и ма*
троны-начальницы, досконально узнающ1е молодыхъ людей обоего пола,
когда они совершенно обнаавенные занимаются гимнастикой въ пале-
стре, яСводятъ тЪхъ, которые бол^е сладострастны и болЪе возбуж-
даются. Если вступившая въ бракъ женщина не зачнетъ отъ одного
мужчины, ее отдаютъ другимъ, если она и послЬ этого остается без-
плодною, то делается общею...** По окончаши кормлбН1Я матермнсвою
грудью, д^ти поступаютъ въ общественное заведете, гдЪ они полу-
чаютъ образоваше, одинаковое для дЪвочекъ и мальчиковъ. Мужчинн
и женщины носятъ одинаковую одежду и о<Нмахобо участеують во
ваьхь занятглхв войны и мира. — ^Въ многочисленныхъ соц1ально-демо-
кратичесвихъ сектахъ, реакщей которымъ была реформа Лютера, Каль-
вина и Цвингли, ,мы видимъ тоже стремлеше къ радивальнымъ пере-
мЪнамъ въ области семейства и брака, къ эманципащн женщины.
„Свободный мистицизмъ**, по выражешю Мишле, „р^ошлся поднять жен-
щину, которую священническая суровость волочила въ грязи**. Насту-
пила великая релипозная революц1я. Во многихъ сектахъ женщины
были допущены къ проповеднической и жреческой д^^ельности на^
равнЪ съ мужчинами; проклятхе Евы было снято съ нихъ; любовь объ-
явлена свободною. Во многихъ другихъ сектахъ женщины .явдяюфсж
главными ихъ учительницами и пропов'Ьдницами эманципащн. Таковы
были, напр., девица Шурманъ, принцесса палатинская Блйсавета, Гнд-
лермина миланская, девицы Броганъ и Шере, Аятуанета Буриньонъ,
187
Маргарита Порретъ; всЪ они, бол^е или мш^е, примешивали къ сво-
шсъ мистическинъ учешямъ идеи эманципацш. Во многихъ другихъ
саггахъ мл также видинъ отрицаше брака и семьи. Анабаптисты,
напр., вмЪст^ съ общностью имущества пропов^дывали и общность
женъ, доказывая благодетельность ея местами библш. Женщины и де-
вушки играли въ этой секте первенствующую роль, какъ вдохновен-
ння свйше пророчицы и учительницы. Но подобно многимъ другимъ
мистикамъ, у которыхъ чувство и страсть всегда преобладаютъ надъ
разумомъ, анабаптисты въ своей реакщи тогдапгаему браку ударились
совершенно въ сторону и объявили, что многоженство не противно ни
закону божескому, ни закону природы. Когда же они овладели Мюн-
стеромъ и во главе основанной тамъ Сюнской республики сталъ страст-
ный, фанатическ1й Иванъ Лейденсшй, когда при крикахъ неистовав-
шихъ ерехиковъ^ у^перекрещгшхнье ияи емерть^^ въ занятомъ ими го-
роде рухнули все основы прежняго общественнаго и релипознаго по-
рядка, — тогда были установлены общность ' имуществъ и многоженство^
Иванъ Ле^енскШ первый подалъ тому примеръ, заведя у себя семь-
надцать женъ, блиставшихъ красотою и богатЕШИ нарядами. Друпе
анабаптисты следоважи своему «главе и обзаводились несколькими же-
нами. Но полигам1я вводилась въ общес1ве анабаптистовъ только^ си-
лою мужчинъ и встречала энергическое противодействхе со стороны
женщинъ. Въ католичестве также не мало было подобныхъ проявле-
шй. Въ начале Х1У в. возникъ „орденъ братьевъ и-сестеръ свобод-
наго духа^, проповедывавшихъ полную свободу половыхъ инстинктовъ.
Въ томъ же роде были братства „бичующихся", „плясуновъ" и т. д.
Читатель видитъ, что и суды любви, и песни трубадуровъ, и скан-
дальныя новеллы Боккач10, и средневековой развратъ, и идеи Еампа-
неллы, и учешя еретиковъ — все это стремилось къ отрицашю брака,
къ реформе семейства. Какъ ^ы ни были уродливы проявлешя этого
нравственнаго переворота, въ- нихъ безпристрастный изследователь
найдетъ известное число совершенно справедливыхъ мыслей, подобно
тому, какъ въ бредняхъ средневековыхъ мистиковъ мы находимъ на-
чатки общепринятыхъ теперь идей прогресса и личной свободы, а въ
алхнмш— зародыши истинъ химическихъ. Дело въ томъ, что женщина
я партизаны ея чувствовали и сознавали неращональность женской
безправности и отверженности, а какъ устроить дело лучше, они не
понимали и ^поэтому вдавались въ нелепости. Республика Кампанеллы,
напр., есть ничто иное, какъ плодъ больной фантаз1и, действовавшей
подъ влхяшемъ платоновской утоши, но тоть же Кампанелла выска-
зываетъ и совершенно справедливую мысль, — впрочемъ не <^вою, а
тоже платоновскую,— что женщгмы должны быть допущены ко встьмъ
занятямь муаючинъ. Такая смесь истиннаго съ ложнымъ, здравыхъ
идей съ утошей, смесь, характеризующая собою почти все проявлешя
188
N
МОЛОДОЙ кнели среднихъ в^^ковъ и Возрождешя, проявляется и въ
другахъ тогдашнихъ сочинен1яхъ по женскому вопросу. Мнопе созна-
вали тогда неращоиальноста рабскаго, отверженнаго положеи1я жен-
щинъ, но почти ниБто не поннмалъ впо±в[Ъ, въ чемъ должно состоять
ея освобождеше и каЕ1Я реформы должны соверпшться ъжЬстЬ съ нимъ
въ обществе. Мног1Я итальянсв1я и французсшя женщины въ естесх-
венномъ порыве своего эманципацгоннаго энтуз1азма писали вниги и
доказывали въ нихъ, что природа мужчины ниже женской, что 2вен-
щина во всемъ стоитъ гораздо выше своего владыки^ Такую мысль
пропагандировали, напр. Маргарита наваррская, первая жена Ген-
риха 1У и Христина Пизанская. Одинъ изъ велнчайшихъ средневЪко-
выхъ ученыхъ, Агриппа НетерсгеймскШ, написалъ также книгу, дока-
зывавшую превосходство женскаго пола передъ мужскимъ. Изъ этой
мысли естественно вытекала другая, о томъ, что роли половъ должны
перем^^ниться и жешцины должны ^сд'Ьлаться владычицами своихъ быв-
щихъ господъ. Во всей эЮй пестрой серш идей и стремлешй мы од-
нако видимъ н'Ьсколько ясно созна&ныхъ мыслей, именно, что. женщина не
должна быть рабыней мужа и семьи; что бракъ должен1Ь быть договоромъ
двухъ свободныхъ личностей; что любовь есть чувство свободное и нельзя
превращать его въ обязанность. Что же касается требовашя Еампа-
неллы, чтобы мужчины и жекщины. одинаково участвовали во вс^хъ
д-Ьлахъ мира и войны, то мы хотя и не находимъ у тогдашнихъ ав-
торовъ не только бол']^е подробнаго его развипя, но даже подтверак»
детя, однакожъ въ действительной жизни среднихъ в^ковъ и эпохи
возрождешя мы видимъ, что женщина,' наравн'Ь съ мужчиною, прини-
маетъ участ1е и въ дЪлахъ мира и въ д^лахъ войны.
Слегка очерченный нами эманципащонныя стремлешя во многомъ
изм'Ьняли къ лучшему положеше женщины и спасали ее отъ разныхъ
пагубныхъ притязашй мужа и феодальнаго семейства. Ч'Ьмъ дальше
подвигаемся къ концу среднихъ вЪковъ, тЪмъ бол^е встрЪчаемъ бра-
;е^въ, заключаемыхъ не по фамильнымъ разсчетамъ, а по свободному
чувству жениха и невесты. Много д'Ьвушекъ, принадлёжащихъ къ дво-
рянству и буржуазш, выходить замужъ даже противъ воли родителей
и убЪгаетъ изъ ихъ дома съ лд)бимымъ человЪкомъ. Законы сильно
вооружаются противъ этого и дозволяютъ родителямъ лишать такихъ
своевольныхъ д'Ётей наследства. Старинный народный обычай есклен^
тинства все бол^е и болЪе распространяется въ высшихъ и въ ^>ед-
нихъ классахъ. По этому обычаю, особенно распространенному въ Ан-
ГЛ1И и Франщи, въ день Валентина, 14 февраля, молодые люди вы-
бирали- себе любовника или любовницу» ухаживади за ними и часто
кончали бракомъ *), Мнопя обстоятельства, особенно гибель ц^лыхъ
*) Сл'Ьды этого обычая сохранились въ Авгл1я до сихъ поръ, я ежегохно 14
февраля авгл1йская почта развозить но всеиу государству ц'Ьлия тысячи любовиыхъ
досдащК отъ д^вушекъ къ юношахъ ■ ва о бороть.
189
Л1сячъ дворянъ въ крестовыхъ походахъ и возвншеше богатой бур-
жуазхи, ослабляли феодальное отвращеше отъ неравннхъ бравовъ '
' (М18Ье1га(Ь) и тгЬмъ еще болФе давали свободы брачному союзу. На-
следственная права женщины также постепенно разширялись. Ея бёз-
правность въ этомъ отнопгенш возбуждала иногда негодовате даже
въ тЬхъ, которые поддерживали эту безправнрсть. „Изъ среды этихъ
воинственныхъ народовъ** — говоритъ Легуве — „поднинается голосъ
противъ обезнасл^довашя дочерей и возбуждаетъ переворотъ**. Въ за-
вЪщашяхъ отцы, руководимые чувствомъ любви и справедливости,
пишутъ: „милая моя дочь! между нами господствуетъ древщй, но не-
честивый обычай, запрещающШ братьямъ Д'Ьлить съ сестрами родитель-
ское наследство. Сознавая эту несправедливость и любя равно вс^хъ
васъ, моихъ д^тей, я желаю, чтобы по сему акту, после моей смерти,
ты разделила съ братьями поровну и родовое и благопрхобретенное
имущество, ирабовъ, и движимость **. Это правило сделалось закономъ
для северной Франщи, а съ постепеннымъ падетемъ феодализма оно
начало утверждаться и въ другихъ земляхъ. Уже въ половине ХП в.
женщины были допущены къ феодальному наследству въ Англш, Еас-
ТЕД1И, Аррагоши, 1ерусалиме, Вургундш, Фландрхи, Аквитанаи, Про-
вансе, нижнемъ Лангедоке. Быстрое уменьшеше числа мужчинъ, вслед-
ствге крестовыхъ походовъ, смягчеше нравовъ, успехи женскаго вл1я-
Н1Я возвратили имъ'эти права, отнятый у нихъ феодальнымъ варвар-
ствомъ. „Они вместе со своею рукою передавали владешя въ ино-
странные дома, ускорили слхяше государствъ и приготовили консоли-
дащю великихъ монархШ*^, говоритъ Мишле. Но это было ухе новымъ
подчинешемъ женщины . фамильнымъ и политическимъ разсчетамъ,
между темъ какъ признанхе за нею наследственныхъ правъ давало ей
возможность не только семейной, но и гражданской самостоятельности.
Вместе съ наследственнымъ имуществомъ, съ землею, на женщинъ
переходили все права феодальнаго владельца, и средневековыя хро-
ники часто разсыпаются въ похвалахъ умному и человеколюбивому
управлению многихъ самостоятельнихъ сеньоринъ. Трогательными крас-
ками опнсываетъ одинъ совреме&никъ скорбь аквитанцевъ объ ихъ
правительнице Элеоноре, вышедшей замужъ за Людовика УП. Она
была чрезвычайно милостива къ своимъ подданнымъ, дала законы го-
родскимъ общинамъ, первая освободила торговлю отъ стеснявшихъ ее
попиинъ и привиллегШ. Съ такимъ же искуствомъ управляли своими
владен1ямн мнопя друпя королевы и сеньорины, напр., Анна Бретан-
скаа. Женщины, наследовавшхя перство участвовали въ юрисдикщи
перовъ наравне съ мужчинами; они заседали въ судахъ, въ парламен-
Фахъ и занимали персшя места во время разныхъ торжественныхъ
церемошй. Такъ Моганъ, графиня Артуа и Бу ргоня, при коронац1и
Фидшша V держала наг^ъ нимъ корону, вместе съ перами-мужчинами;
190
она участвовала во хиогихъ знаменитыхъ продессахъ своего времеви,
напр., она была судьей въ процессе графа Артуа. Правомъ суда поль-
зовались не только феодалхи, но даже и настоятельницы монастырей,
которыя ВМЕСТЕ съ деваниссахи творили судъ въ своеиъ овругЬ и
выбирали денутатовъ въ нарлахентъ. Летописи свид'Ьтельствуютъ, что
судебная власть часто переходила по наследству даже къ холодымъ
дЪвушканъ, который, такииъ образомъ, и заседали въ судахъ наравнЬ
съ мужчинами, одетая въ худейск1я шляпы. Недавно изв'Ьстный ан-
ГЛ1ЙСК1Й юристъ Анстей доказалъ, что въ среднев'Ьковой Англш жен-
щинц, влад^вппя поземельною собственностью въ графствахъ и до-
мами въ бургахъ, постоянно вотировали при избраши членовъ въ пар-
ламентъ и что это право утрачено ими только въ эпоху гражданскихъ
войнъ ХУЛ вЪка. Короли и папы всегда защищали феодальнЕШ права
упомянутыхъ владЪлицъ отъ притязашй и насилШ хищныхъ бароновъ.
ИннокентШ Ш признавалъ даже, что ихъ власть и привиллегш „осно-
ваны на древнемъ обычномъ французскомъ прав^". Но женщины тогда
и сами могли постоять за себя. Участвуя въ охотахъ, верховой ^д]^,
военныхъ упражнен1яхъ, они развивали въ себ'Ь не только духъ храб-
рости, но нер'Ьдко и зам'Ьчательную физическую силу, обладая кото*
рыми, они не только могли обуздывать семейныхъ <ирановъ и само-
дуровъ, но и вести войну не хуже мужчинъ. Же&ы рыцарей называ-
лись часто всадницами (е^иШ88а) или еоинками (тШИвза) и были
вполне /ДОСТОЙНЫ такихъ назвашй. Въ книгЬ Траншона (Ьез ^Гештеа
шИИахгез йе 1а Ргап^е) пом'Ёщено около двухсотъ бхографШ однихъ
только француженокъ, отличивш]^ся военными доблестями со временъ
Галловъ до первой имперш. Въ другихъ странахъ женщины были не
мевгЬе воинственны; они отличались и въ качеств'^ простыхъ солдатъ
и въ качеств'Ь полководцевъ; св. Женевьева дважды защищала Парижъ —
отъ Аттилы и франковъ. Гаэта прославилась въ битвахъ съ вивант1й-
скимъ нмператоромъ Комниномъ (1081 г.). Анна Даркъ спасла Фран-
щю отъ англШскихъ полчищъ. Филиппа, жена Эдуарда П1, одержала
победу при Невиль-Кросс'Ь. Жанна, графиня монфортскаа, когда ея
мужъ быль засаженъ въ тю^^му, съ оруж1емъ въ рукахъ и во главЪ
войскъ защищала его права на Бретань противъ Еарла Блуа; о ней
говорили, что она стоитъ храбрМшаго рыцаря и им^^етъ львиное серд-
це. И трудно перечесть всёхъ подобныхъ героинь. Вовремя крестовыхъ
похбдовъ множество женщинъ ходило въ Палестину вм]ЬстЪ съ мужьями
и билось тамъ на ряду съ ними противъ нев^рныхъ. Организовались
даже Ц'Ьлые ^ женсше эскадроны. Во глав'Ь нйсоторыхъ крестоносныхъ
отрядовъ стояли женщины. Одинъ арабсшй историкъ; напр., разсказы-
ваетъ о дам'Ь, которая, снарядивъ на свой счетъ военный корабль и
собравъ 500 своихъ вассаловъ, повела ихъ въ Палестину.
Среднев'Ьковыя женщины не то^еько равнялись своимъ образова-
191
шемъ еь мужчинами, но даже превосхохил ихъ. Большинство феода-
ювъ состояло взъ круглнхъ нев^Ьждъ, между тЬмъ кавъ ихъ жены и
дочери читали, писали, рисовали и любили книги. Мног1я щюизведешя сре-
дневЪковнхъ ноэтовъ, напр.. Вольфрама Эшенбаха, по безграмотству ^ав-
торовъ, нисаны подъ ихъ диктовку женщинами. Женщины воспиты-
вались не только дома и въ монастыряхъ, но уже въ ХШ в. мы ви-
димъ школы для д^вочехъ, содержимыа преимущественно женщинами.
Въ монастыряхъ они серьезно занимались науками и не мало сод'Ьй-
сгаовали развит1х> европейской мысли. „Среди варваровъ, разд^Ьлив-
шихъ между собою остатки римской имперш*' — говоритъ г-жа Доб1е —
.женщины сберегли и сохранили въ монастыряхъ традицш науки пер-
внхъ вЪковъ христханской зры, и въ полудикой Фрашци, у грубыхъ
меровинговъ были открыты для нихъ знаменитый школы въ Арле и
Пуатье''. Эти ученый женщины имФли обыновенно свои школы, въ кото-
рый толпами стекалось юношество обоихъ половъ. Таковы были Ге1^уда
въ Нивеллб, Бертилла въ ШеллЪ, Элоиза въ Параклете, Альдегонда въ
ЖобеяЛ. Бовс^хъ другихъ европейскихъ ст^анахъ женщины тахаве им&ш
доступъ ко всякому образованию, къ занятш высшими и самыми серьез-
ными вопросами науки. Бъ ХШ в. одна молодая девушка, получивъ
степень доктора празъ, заняла въ болонскомъ университете кафедру
юриспрудешци и привлекала своими чтетями толпу слушателей. Бъ
Х1У в. одними изъ учен^йшихъ юристовъ были двЪ дочери болонскаго
врофессора Д'Ацдреа, Новелла и Беттина, образовашемъ которыхъ ру-
ководила ихъ мать вмЪстЪ со своимъ мужемъ. Новелла часто читала
вкЬсто отца съ университетс1д>й кафедры лекщи права, а Беттина, не
менЬе ея знакомая съ юриспруденщей и философ1е& и вышедшая за-
мужъ за профессора Санъ-Грегор1о, всегда преподавала вмЬсто него,
когда что-нибудь мешало ему читать лекщи. Около того же времени
славилась Маддалена Бусиньори, которая съ 1380 по 1396 г. читала
публичный лекщи права и оставила трактатъ о брачныхъ законахъ.
Теодора Данти и Ёлеонора Санвитали, въ ХХУ в., были одними изъ
лучшихъ знатоковъ математики и физики. Историческими трудами, со-
ставлеваемъ летописей и мемуаровъ занимались мнопя итальянки.
Исюр1я филологш и краснорЬч1Я также им^етъ насвоихъ странищисъ
не мало нменъ женщинъ, которыя успешно подвизались на этихъ по-
прищахъ. Таковы были напр., Олимшя Мората, заннмавша^^ кафедру
греческой литературы въ гейдольбергскомъ университете и состояв*
шая въ серьезной переписке ро многими учеными своего времени. Ла-
ура Борромеа, современница предыдущей, была профессоромъ класси-
ческой литературы въ падуанскомъ университете. Бъ числе древней-
шихъ авторовъ немецкой литературы считается монахиня Гротсвита
(940 — 1002 г.), ревностно изучавшая классическую литературу, напи-
савшая много драмъ идпическихъ произведешй. Бъ1179 г. умерла въ
192
монастыр'Ь Рупертсбергъ его ученая н^тоятельница Гильдегардъ. „Из-
сл'Ьдуя загадЕу быпя, она возвысилась уномъ своикъ до того панте-
изма, который видитъ во вселенной одну только воплотившуюся бо-
жественную сущность. По всей Гермашн, даз|:е Европе вела она свою
переписЕу съ папами, прелатами и енязьями'^ (ЗсЬегг). Современница
ея, Геррадъ, абатисса монастыря св. Одилги, составила книгу „Садъ
наслаждетй", родъ эшщвлопедш, въ которой собраны тогдапппя до-
стойный вниманЬг свЪд'Ьшя изъ теолопи, философш, астрономш, гео-
графш, исторш, нскусствъ. Все это было изложено на латинскомъ
язык'Ь, зйаше котораго было такъ распространено меакду женщинами,
что въ нЬкоторыхъ монастыряхъ монахини говорили между собою но-
латыни н']^мецк1я императрицы и княгини вели свою переписку по-
латыни дамы вцпгавали на поясахъ и лентахъ разныя изр'Ьчешя, чаще
всего на латинскомъ же язык4. Посл'Ь упомянутыхъ учеиыхъ женщинъ,
н^мки долгое время занимались усердно церковною литературой, дер-
жались въ сторон* отъ светской. Но съ XV в., съ этой эпохи про-
буждетя разума, нЬмецкхя женщины, какъ увидимъ въ сл^^дующихъ
главахъ, внесли въ литературу и науку такую же значительную долю
участ1Я, какъ и итальянки. Во Франц1и наряду съ первыми по вре-
мени ея мыслителями стоитъ несчастная любовница Абеляра, Элоиза,
знавшая латинскую дитературу, теолопю,> философш, математику и
принимавшая вм^сгЬ со своимъ возлюбленнымъ самое деятельное
участ1е въ умственном:^; движеши ХШ в. Француженки, подобно сво-
имъ сестрамъ въ другихъ странахъ Европы, вовсе продолжете сред-
нихъ нЬковъ сплошь и рядомъ получали очень хорошее образоваше,
но ихъ учено-литературная деятельность поел* Элоизы и вплоть до
'ХУ1 в. была крайне незначительною, какъ и деятельность женщинъ
Англш, Гермаши, Скандинавш.
У скандинавовъ и другихъ герма]^скихъ племенъ, какъ мы уже го-
ворили, медицина была ' женскою спещальностью, у римлян1| женщины
также занимались ею. Въ перюдъ феодальный, какъ въ Италш, такъ
и въ северной Европе, уходъ за больными, составлеше л^карствъ, со-
бираше^ целебныхъ матерьяловъ, хранеше устньаъ м^едицинскихъ трат
диц1й и изучете имевшихся тогда медицинскихъ сочинен1й — все Ию
лежало на женщинахъ.^ Мать семейства или другая женпщна была и
лекаремъ и аптекаремъ для своихъ домочадцевъ и подданныхъ. Въ
Ьредневековыхъ разсказахъ идеальная женпщна рисуется обыкновенно
медикомъ. Хотя медицинск1Я знашя тогдашнихъ женщинъ были чисто
эмпирическими, традшцонными и не имели вовсе научнаго характера,
но ведь и вся медицина была такою. ПарацельсШ, отвергавппй не-
дицинсК1е трактаты древнихъ и арабскихъ докторовъ, тюворитъ даже,
что ему не нужно никакихъ другихъ учителей, кроме женщинъ съ ихъ
опытною медициною. Когда же медицину стали преподавать въ уни-
198
верситетахъ, то генщинп ревностно принялись изучать ее эд^сь, и
хнопя иаь яихъ упоминаются на ряду съ изв^тн^йшими тогда док-
тораки-жухчинами. Въ саиый бяестящхй перюдъ салернской академш
толпн слупгателей стекались въ нее на лешци женщины, читавшей нё-
дицинскШ курсъ. Доротея Бувка, родившаясЬ въ 1400 г., основательно
знакомая съ влассическою литературою, математикой и фнлософхей,
занимала въ Болони кафедру медицины. Въ 1250 г. Людовикъ IX далъ
граммату одной акенщинб, служившей при немъ домашнимъ леваремъ
во время крестоваго похода. Въ граммат^ этой восхваляются способ-
ности и неподражаемое нсвуство женщины-доктора и назначается ей
пожизненный пенс10нъ. Не мало и другихъ женщинъ славилось своими
яознашями и учеными трудами по части медицины, хирурпи, фарма-
цевтики и ботаники. Акушерство 15ыло спещальностью женщины, и по-
лучить зваше акушерки могли только т^, который слушали несколько
л^^тъ курсы теоретической и практической анатомш, присутствовали
ври разс^Ьчеши труповъ женщинъ в дЪтей и выдерживали довольно
трудный экзаменъ. „При общественныхъ церемошяхъ, при оффшц^кль-
шаъ празднествахъ акушерки пользовались правами, равными съ пра-
ванн врачей, и въ собрашяхъ медицинскихъ корпоращй они сидели
рядомъ съ ними, въ своихъ форменныхъ костюмахъ и со своими знач-
ками. Почетный отлич1я, которыми ихъ удостоивали общество и пра-
вительство, основательность и обширность ихъ св^д'Ьшй, огромное
влявзе, которымъ они по праву пользовались, все это вело къ тому,
что во Францш, до самой револющи, было множество въ высшей сте-
пе&и способныхъ акушерокъ. При Генрихе 1У акушерка королевы Ма-
рш Медичи оставила послЪ себя ц'Ёлые фол1анты рукописей, свид'Ь-
тельствующихъ объ ея основательномъ знанш профессш и объ ея не-
обыкновенной эрудицш. Съ ея легкой руки и друпя акушерки стали
печатать и издавать свои сочинешя; теперь они уже устарели, но если
всномнить, въ какомъ положеши находилась тогда медицина, то какъ
бо строго мы не смотрели на эти работа жешцннъ-докторовъ, мы
все-таки должны сознаться, что ихъ знашя стояли на одномъ уровне
съ познашями мужчинъ, съ тою только разницею, что ни одна изъ
нихъ никогда не разражалась комическими проклят1ями по поводу
хровообращешя, оспопрививан1я и другихъ открытхй науки^ (Оод1е).
Въ разсматриваемый першдъ исторш, женщины приняли деятель-
вое участае въ развитш музыки и п^шя. Не перечисляя именъ этихъ
1г1вицъ, музыкантшъ и компонистокъ, скажемъ только, что они про-
извели значительный переворотъ въ упомянутыхъ искуствахъ. Когда,
напр., женщины получили доступъ къ церковной музык'Ь, то весь ка-
"гохичесшй культъ совершенно преобразился. Церковная музыка поте-
рала свой монашескШ характеръ, свой аскетическ1й букетъ, приняла
въ себя много народвыхъ элементовъ, сд^алась драматическою и бо-
18
194
л%е земною, чЪкъ превде. Появдеше женщины на театральное сценЪ
въ вонц% среднихъ в'Ьеовъ дало также новую жизнь сценичесво][у ис-
куству, доставивъ ему возможность поднаго раввит1я и естественности*
Ером^ того, добытое женщиною съ большимъ трудомъ и ц-Ьною боль-
шихъ страдашй право быть актрисою, послужило для изв^^стнаго числа
женсвихъ личностей средствонъ ос^обоакдешя отъ семейной неволи,
средствомъ для самостоятельной жизни, независимой ни отъ мужа, ни
отъ родителей. Мы не будемъ говорить объ участш женщинъ въ вая-
ти, живописи, архитектур'Ь, поэзш. Способность ихъ въ нсвуствамь
ниБ^^мъ не отрицается, и особенно поэзхя всегда им&[а въ ннхъ усерд-
ныхъ д'Ьятельницъ. Зам^тнмъ, что въ средше вЪка и въ эпоху Воз-
рожден1я Еакъ непосредственная д^тельность жешцины въ поэтиче-
скомъ исвуствЪ, такъ и ея посредственное вл1яше на него, им&ш тотъ
результатъ, что главною задачею этой литературной отрасли сд^а-
лась тогда пропаганда эманципацш чувства, и поэзхя много сод'Ьй-
ствовала падетю архаичесваго семейства, паденш, въ которому сво-
дились тогда всЬ друг1я проявлешя женсвой деятельности.
Тавимъ образомъ, средше вЪва и эпоха возрождешд приходили къ
полному отрицатю многнхъ основъ прежняго европейсваго общества.
Авторитетъ ватолнцизма зам^Ьнялся авторитетомъ разума, теолог1я
уступала м^сто наувё, асветнэмъ изгонялся эпивурействомъ, строг1я
завонодательства подтачивались гуманными идеями естественнаго нрава,
женщина значительно эманципировалась, научныя, географичесв1я н щю-
мышленныя отврыт1я следовали одно за другимъ, свобода мысли сде-
лалась принципомъ гуманистовъ, — ^начиналась, повидимому, новая эпоха
быстраго прогрессивнаго развит1я человечества и мнопе съ увлече-
шемъ восвлицали, что „возвращается золотой в^въ*'. Но это была ил-
люз1я. Сытое, довольное, тунеядное образованное общество забывало,
что подъ нимъ волнуются МИЛЛ10ННЫЯ массы народа, который тоже
стремятся въ жизни и развитш и для воторыхъ идеи и формы ари-
стовратичесвой цивнлизацш недоступны, невозможны, неудовлетвори-
тельны; а эманцшшрованная дама и ея партизаны вовсе не думали о
женщине среднихъ н низшихъ влассовъ,- объ этой многострадательной
матери, объ этой рабыне, подверженной и деспотизму мужа, и деспо-
тизму феодала, и еще более ужасному деспотизму бедности. Народъ
стремился не въ ращонализму и свептицизму, а въ вере, более де-
шевой и человечной, чемъ ватолицизмъ, — явилась реформащя, кото-
рая, вместе съ возрожденнымъ ватоличествомъ, ниспровергла господ-
ство ращонализма и невер1я. Буржуазия и врестьянство, постепенно
освобождаясь отъ феодальной тираннш, отъ постоянныхъ ногромонъ
войсвъ, разбойнивовъ, духовенства, получая возможность жизни более
мирной и самостоятельной, чемъ прежде, — осуществляли свои давниш-
Н1я отремлешя въ патрхархально-семейной жизни, развитш которой
195
н^шала до т^хъ поръ средневЁвоваа авария. Сбке&ння, донострой-
НЕШ начала воскресали съ новою силою не только въ среднихъ и нис-
шнхъ классахъ, но и въ внсшихъ. Разложеше феодальнаго семейства
I дманцннацк женщины наносили роковой ударь аристократическому
обществу, и оно употребило вс^ усил1я, чтобы отвратить отъ себя
этотъ ударь. Такимь образомь, ХУ1, ХУ11, ХУШ столЬт1я были эпо-
хою реставращи семейства и реакцш женскому освобождешю; но такь
какъ вь евродейскомь обществ'Ь не исчезли идеи, выработанный вели-
кинь першдомь возровдетя разума, такь какь женищна не могла по-
кориться снова тому режиму, котораго она не выносить даже на Во-
стоке, то въ упомянутый стол^т1я, не смотря на силу реакцш, она
сьумЪла удержать^ собою мнопя изъ добытыхъ ею прежде правь,
успешно защищала справедливость своихь притязашй вплоть до XIX в.
и ъскшк способами противодМствовала прочному водворен1ю вь Европе
тЬхъ идей, учреждшШ и чувствовашй, который превращають ее въ
елужанку семьи и вь подневольную самку мужа.
XVI.
Реф(фмац1я была рёакщей той нравственной революцш, которая, сь
одной стороны, пропов'Ьдывала ращонализмь и верховные законы при-
родБЕ, сь другой стороны — заявляла требовашя сощально-демократиче-
скихъ перем:Ьнь въ о^щественномь стро'Ь. Реформа была компромис-
сомъ между католицизмомь и стремлетями новой жизни. Она также
относится къ католицизму, какь монарх1я конституцюнная къ абсо-
лютной. Лютерь вовсе не быль поборникомь свободы мысли, онь ста-
вихъ эту свободу вь очень т^сныя границы, и Шерръ совершенно
сораведливо называеть его изобрЪтателемъ ограниченнаго в']&рнопод-
данничесваго разума, а Сень-Симонь — ^новымь папой. Очищая католи-
цкзмъ отъ вошющихь злоупотреблешй и вредныхъ нелепостей, люте-
ранство сохраняло и его нетерпимость и его вражду ко всякой суще-
ственной свободе. Будучи поставлено сь перваго же раза вь зависи-
мость отъ светской власти, оно начало пропов^дывать самое безнрав-
ственное раболЪше передь сильными м1ра. Лютерь защищаль кр'Ь*
костное право и говориль, что простой народь сл^дуеть давить, иначе
онь будетъ „своеволень^ ; онь поощряль феодаловъ и королей къ не-
треблешю возставпгахь крестьянь, последователей Мюнцера и всЬхь
вообще партизановь тогдашней демократ1И. Сущность хриспанства,
ко его миШю, заключается вь пассивной покорности. „2 и 5 = 7, —
это ты понимаешь своимь разумомь; — оговорить онь — но если началь-
ство говорить, что 2 и 5 — 8, то ты обязань верить ему вопреки
13*
196
•
своему сознашю и чувству*'. Лютеръ, такимь образомъ, быль предте-
чею, приготовлшвшимъ пути народившемуся ухе тогда абсолютизму.
Обновивъ потрясенную католшцизмомъ в'бру, лютеранство вооружи-
лось противъ аскетичесвихъ довтринъ и учреждегай, уничтожило мо-
настыри, дозволило бракъ духовенству, отвергло поста, смеялось надъ
самонстязашлми и въ лицЪ своего основателя говорило, что „кто не
любитъ вина, женщинъ и п^сенъ, тотъ останется дуравомъ всю свою
жизнь ^. Но въ то же время реформац1Я была прямо противоположна
свободЬ чувства и санвщонировала тотъ патргархальный ригоризмъ,
который развивался въ постепенно усиливавшейся буржуазш и крееть-
янств'6, начинавшемъ посдЪ средневековой анархш слагаться въ об-
П1;ины, пропитанныя архаическимъ духомъ. Фундментомъ реформы
была библ1я, и опираясь на нее, реформаторы вс^ми силами старались
возстановить въ Европе патрхархальное семейство въ чисто библей-
скомъ духЪ. Вм^ст'! съ аристократико-католичесвой поэзхей церков-
ныхъ обрядовъ, процессШ, легендъ, фантастическихъ представленШ
лютеранство изгоняло изъ жизни всю веселость и живость преднду-
щихъ в']^ковъ, заменяя ихъ трудомъ, умеренностью, порядкомъ, па-
трхархальными радостями, и стараясь изо вс&хъ силъ о раэвитш патр!-
архальныхъ добродетелей. Протестантское духовенство Францш строго
запрещало всЪмъ посещать театры, считало танцы богопротивннмъ
занлт1емъ; предписывало, чтобы никто не носилъ яркой одецдц н во-
лосы у вс^хъ были бы причесаны съ надлежащею скромностью; объ-
являло, что женщины, прибегаюпця къ румянамъ, будутъ лишаемы
щшчастхя, что они „должны избегать новыхъ модъ нынешняго света**,
не увлекать мужчинъ „роскошью сладострастныхъ кудрей", не мм^ть
на платье кистей, а на перчаткахъ лентъ и шелковыхъ украшешй,
не носить пышныхъ юбокъ и широкихъ рукавовъ. Протестанты, каль-
винисты, квакеры, пуритане, даже последователи возрожденнаго като-
личества — ^все съ большею или меньшею ревностью возстали въ ХУ11 в«
противъ кокетства, роскоши, вольности нравовъ. 7 пуритаиъ, напр.,
нравы и обычаи были подчинены кодексу, похожему на водексъ сина-
гоги, когда она была въ наихудшемъ своемъ состоянш, говорить Ма-
колей. „Украшать гирляндами майскую березку, пить за здоровье другъ
друга, помыкать сокола, охотиться на оленя, играть въ шахматы, но-
сить локоны, крахмалить брыжи, играть на клавикордахъ, читать про-
изведешя поэзш — ^все это считалось грехомъ. Ученость и храсноречхе
они презирали, изящныя искуства ожесточенно преследовали, театры
были закрыты, актеры выдраны розгами, печать подчинена надэору
строгихъ цензоровъ, музы изгнаны изъ Кембриджа и Оксфорда*. Въ
протестантскихъ и даже въ католическихъ странахъ въ эпоху рефор-
нац1и светская власть вместе съ духовенствомъ начинаетъ пресл^до-
вать фривольные нравы, соблазнительный моды, женскую расточитель-
"• •
197
ноотЬ| „беастнднне танцы^, соблазнительнна сборища, непристойнпя
хенсвха одатья, ^ничего не прикрываюнцд ни спереди, ни сзади ^.
Проступки лротивъ подовой нравственности наказываются съ особен-
ною строгостью. Лютеръ ненавид&гь проститутокъ бол^^е, ч^1гб чорта;
.еслибн я бядъ судьей, то кодееовалъ бн дтцхъ канадхД, хилы бы вы-
тягивать сталь изъ нихъ'<, говорилъ онъ. При такихъ воззрЪнхяхъ,
стропе законы противъ ноловыхъ преступлешй и проступковъ начали
приводиться въ исполнеше гораздо чаще прежняго. Въ нФмецкихъ го-
родахъ падш1Я девушки съ позороиъ изгонялись изъ и^стъ своего жи-
тельства. Оь барабанннхъ боежъ обводили ихъ вокругъ городской пло-
щадр, наказывали публично розгами и потоиъ выгоняли за городсшя
ворота. Противъ пррститутовъ часто предприншсались чуть-чуть не кре-
стовые походы. Мухья жестоко наказывали своихъ провинившихся хенъ,
а государи. выдумывали стропе законы противъ половой безнравствен-
иобти. Чистоту брачнаго ложа и нев|ганость девушки хотели охранить
страхомъ плетей, тюрьмы, позора. Вм^Ьст^ съ т^мъ возрождеше патрь
архальности и стариныхъ доктринъ о бракЬ вело за собой отнятхе у
незаконнорожденныхъ дЪтей не только матерхальнаго обезпечешя и се-
нейнаго пршта, но даже и чести. Европа въ зтомъ отношешн стала
ниже и безчеловЪчн^е презираемаго ею Востока.
Реформащя не проклинала и не отвергала женщины, подобно ка«
толицизму. Лютеръ, жена котораго им^а на него большое влгяше и
п д^Ш^ котораго женщины играли значительную роль, — Лютеръ смо-
тр^иъ на женщину довольно благосклонно. „Если женщины принима-
ютъ евангельское учеше**, — ^говорилъ онъ,— „то они гораздо крепче и
пламени^ въ в^Ьр^, чФмъ муищны.** Но при этомъ онъ смотритъ на
семейное и общественное положеше женпщны съ той же точки зр^нгя,
какъ и нашъ попъ Сильверстъ, авторъ Домостроя. Женщина, по его
воззр^ш, должна служить мужу, неустанно работать для него, во
всемъ повиноваться его вохЬ и^не причинять ему никакого горя во
всю свою жизнь. Она уподобляется купеческому судну, которое везетъ
изъ дальнихъ странъ много добра и товаровъ... Она открываетъ уста
свои съ мудростью; на, языв^ ея пр1ЯТНое поучеше; она воспнтываетъ
дЬтей своихъ сдовомъ бож1имъ.*' Любовь къ такой женЬ, проникнутая
«страхомъ божшмъ', вполне законна; безбрач1е противно завонамъ при-
роды и Бога. Отвергнувъ церковное венчанье, лютеранство признало
бракъ священнымъ въ собственной его сущности. Но противод'Ьйствуя
светическимъ понят1ямъ о брак%, эпоха реформащи еще сильнее во-
оружалась противъ среднев'Ьковыхъ доктринъ, отрицавгаихъ бракъ и
пропагацдировавшихъ свободу чувства.' ЛучШнмъ выразителемъ этой
реавщи можетъ служить Альбрехтъ фонъ-Эйбъ, который свою* книгу о
бракЬ представилъ нюрнбергскому городскому совгЬту, какъ бы преду-
лмошая ту роль, которую должна была играть буржуаз1Я въ д-Ьл* воз-
198 .
становлешя семейства. яБогъ создалъ сначала мужчину по своему бо-
жественному подобш, а нотомъ женщину по образу музкчины, чтобы
они рождали дФтей и населяли землю. ^ Для этого онъ самъ учредялъ
и освятялъ бравъ. Бравъ священенъ и полезенъ, петому что онъ со-
здаетъ и содержитъ въ мирЬ дома, города и страны, посредствомъ его
обработываются поля, прекращаются мнопя распри и войны, между
людьми чужими установляются родство и дружба, увФков^Ьчивается
родъ человЪчесвШ. Бракъ также даетъ радости и наслаждешя, кото-
рый заключаются въ привязанности дЬтей къ роднтелямъ и „въ пра-
ведной любви супруговъ.^ Любовь же эта не должна быть ц'Ьлью для
самой себя, — она законна только „въ страхе бож1ёмъ^, и ц^^ю ея
должны быть, во первыхъ, нравственное преуснЬяше самихъ супруговъ,
/а во вторыхъ, христ1анское рождеше и воспитате д'Ьтей. При водво-
реши въумахъ такнхъ поняпй, отъ женщины начали требовать, чтобы
она была хорошею христханкою, доброю матерью, в^Ьрною женою, рас-
порядительною хозяйкою и послушною помощницей мужа, которому
должна во всемъ повиноваться. Пасторы, буржуа, крестьяне, аристо-
краты, государи, мужчины, женщины — 1кА проникались идеаломъ атой
доброй жены. Даже философы и публицисты трактовали о томъ же
лютеранско-патр1архальномъ цдеал^ вводя его въ свои доктрины
естественнаго права. По Гуго Гроту, Пуффендорфу, Альберти, Тома-
81усу и другимъ подобнымъ мыслителямъ, ц'Ьль брака — произведете
потомства. Почти в&к они учатъ, что, по естественному праву, жева
подчинена власти мужа во всЪхъ отношешяхъ и что на такую под-
чиненность она осуждена и природой, и. самою ц^лью брачнаго союза.
Даже лучппе представители гуманизма ХУ1 в., и тЪ, стремясь къ кяр-
ной семейной жизни, невольно увлекались идеаломъ „доброй жены", и
хотя и не смотрели на бракъ такъ патр1архально, какъ лютеране, но
все-таки желали вид'Ьть въ женЬ служанку мужа, которую онъ держать
для своего удовольств1я. ,^Теперь*' — ^щвшетъ одному своему другу Удь-
рихъ фонъ-Гуттенъ — „мною овладело страстное желаше повоя. Для
этого шгк необходима жена, которая бы заботилась обо мнФ. Мой ха-
рактеръ ^'ы знаешь. Я не люблю быть одинъ, особенно ночью. МнЪ
нужно существо, подл^^ котораго я могъ бы отдыхать отъ заботь и
серьезныхъ занятхй и съ которымъ я могъ бы играть, шутить и вести
пр1ятную, легкую бес^^ду. Дай мнЬ жену, мой Фридрихъ, прекрасяую,
молодую, воспитанную, веселую, ц'Ьломудренную, терпеливую! ^ Вотъ
чего требовали отъ брака даже лучшге мужчины реформащонной эпохи.
Развившись на греческихъ и латинскихъ авторахь, они старались осу-
ществить классичесше идеалы брака, подобно тому, какъ лю^ране —
библейсше.
Стремлешя реформаторовъ и законодателей къ возстановлешю ла1>-
р1архальныхъ доброд'Ьтелей вполн^Ь гармонировали съ духомъ массь.
199
увлеченшсгь релнг1озннмъ . движетемъ. Кавъ лютеране, такъ и всЬ
предшествовавппя имъ многочисленння секты еретявовъ, рувоводимыя
ре1ИГ103нымъ энтузхазмомъ, отличались щ>И1гЬрцою жианью. Еретика
южно бшго узнать даже по наружности, по его скроиности, серьезно*
сти, по сл4^дамъ воздержности, отпечатаннннъ на его физюноиш, по
бшгочестивости его разговора. Въ 1170 г. одинъ католичестй попъ
въ Рейм&Ь, встр^тивъ молодую девушку, хоткгь соблазнить ее; она
отвергла его предложеше, сказавъ, Ч:То если потеряетъ д'Ьвственность,
то будетъ осуждена на нЬчння муки. Попъ тотчасъ повалъ, что 9то
еретичка, доиесъ на нее, и ее сожгли на костре. Въ этомъ религ1оз-
ноиъ движенш двенщинн играли весьма важную роль. Еще задолго до
Лют^^а и Кальвина, въ типш семейной жизни женщины воспитывали
тк мысли и чувствован1я, которыя вполн^Ь обнаружились при подвле*
ши реформаторовъ. Изъ'б1ограф1й зам^чательныхъ рефорнатовъ видно,
что свое релипозное направленхе они получали отъ матерей, хотанЬ*
воторыл изъ посл%днихъ никогда не им^ли смелости формально пе-
рейти въ новую вЪру. Но ихъ дочери явно ставали подъ' знамя ре«
формы и посвящали всю свою жизнь служегаю ей. Женщины рефор-
мацщ лграютъ туже самую роль и въ тЬхъ же широкихъ разм^Ьрахъ,
савъ и женщины первыхъ в^ковъ христ1анства. Въ дворцахъ госуд{^
рей ХУ1 я ХУЛ в., вакъ и при дворахъ варварскихъ вождей УП, УШ
и IX столЬтШ, женщины держатъ втайн^Ь проповЬднивовъ новой В'Ёры,
отправляютъ реформатское богослужевае, ведутъ пропаганду и своею
искреннею ревностью къ реформ^^ поддерживаютъ ее гораздо д^тель-
н1е, чЬмъ государи, зараженные ивдифферентизмомъ и приставпие къ
реформацш большею частью по разсчету. Королевы остапавливаютъ
Н1И ослабляютъ религ10зныя гонешя, облегчаютъ участь осужденныхъ
еретнковъ, покровятельствуютъ проповЬдникамъ^ воспитываютъ въ сво*
ихъ д'Ьтяхъ будущихъ героевъ и защитниковъ новой вЪры. Вообще
же, женщины реформы строятъ храмы, пропов^Ьдуютъ, распространяв
тъ библш на живыхъ языкахъ, поддерживаютъ колеблющихся въ
вЪрЬ, изучаютъ писаше, ведутъ бесгЬдак съ учеными и проповедни-
ками, лишутъ книги противъ католицизма и за реформацию, съ геро-
нзмомъ древнихъ мученицъ першосятъ пытки инквизицш, безбояз-
невно идутъ на смерть и своимъ прим'Ьромъ, сплошь и рядомъ, под*
д^ркнвають духъ мужчинъ, обрЬченныхъ смерти за свои вЪровашя.
Среди ужасныхъ гонен1й на последователей новой религ1И, среди ре-
лигюзныхъ войнъ и междоусобицъ, потр]!савшихъ Европу и подвер-
гавшнхъ ея жителей всевозможнымъ б'Ьдств1Ямъ, женщины, лишенный
д^тей, мужей, родителей, имущества, пристанища, завлючаемыя въ
тюрьмы, подвергаемый возможнымъ. жестокостамъ палачейч^уДей, со-
жигаемыя на хострахъ — ^изумлали даже гонителей своею сюйкостью и
неарекдовностью своихъ стремлешй* Ихъ религ1озная ревность съшу«
200 ,
нительною силою противодействовала духу средняхъ в&ковь и апохЪ
возроац^ешя. Женщинн удаляются отъ забавъ и радостей св^Ьтсеой
жизни, чтобы вести одинокую жизнь, посвященную релнгш. Физиче-
ская красота, кокетство, поэзхя, музыка, танцы — все-это теряетъ въ
ихъ глэзахъ свою прелесть. Ученый женщины отрицаютъ науку во
иия вЪры, какъ напр., знаменитая Олимшя Мората, пром'Ьшшшая
учено-литературную д'Ьятельность на роль девотки, жены и хозяйки
во вкусЪ Лютера. При такомъ энтузхази^, овлад'Ьвшемъ сердцами какъ
мужчинъ, тахъ и женщинъ, легко было на время осуществиться иде-
алу патр1архальнаго брака въ дух'Ь библш. Мужчина и женпщиа слу-
акили одному дЬлу, и брачный союзъ ихъ былъ также однимъ ивъ про-
явлешй этого служешя. Во всЬхъ тогдапгаихъ бракахъ, женихъ и нЬ-
в^Ьста, сплошь и рядомъ, очень пожилые, увлекаются другъ въ друг^
не красотою, а христханскими добродетелями. Жены Кальвина, Цвин-
гли,' Лютера и другихъ реформаторовъ были ихъ ревностными учети-
цами, ихъ создашемъ, ихъ добровольными рабынями. Личность ж^ш
совершенно сливалась съ личностью мужа. Они вместе молились, вме-
сте воспитывали дЪтей, вместе читали, вместе помогали б^днымъ, и
не разъ случалось, что даже вместе умирали, — одинъ изъ нихъ не
могъ пережить другаго и, узнавъ объего смерти, испускалъ духъсвой
въ надежде соединиться съ умершимъ другомъ въ царстве небеснонъ
(См. М. СЬИс!, В1одга&е8 о{ ^оос! т^хуев, 41). Овдов^^шая женщина счи-
тала преступлетемъ нарушить вторичнымъ бракомъ об^тъ, данный по-
койному мужу; она жила только воспоминашемъ о немъ, и эта упор-
ная любовь нерЬдко доходила до того, что вдова чувствовала, какъ
около нея витаетъ любящШ ее духъ покойнаго. Такъ, напр., овдовев-
шая мистриссъ Флетчеръ говоритъ, что мужъ „теперь ближе къ ней,
чЪмъ прежде; что онъ хранить ибережетъ ее, знаетъ ъ/Л ея мысл.*'
„Вчера ночью** — пишетъ она въ дневник^^ — „во время сна я совер-
шенно ясно чувствовала присутств1е моего дорогаго мужа и ощущала
сладостное блаженство, соединяясь съ его духонъ.** Для тахихъ пре-
данныхъ женъ мужья были высшими авторитетами, полными господами
ихъ умовъ и сердецъ. Упомянутая уже нами жена изв^^стнаго пас;1юра
Флетчера говоритъ о себ^: „Господь вразумилъ меня вътомъ, чтобу-
детъ объявлять мн'Ь волю свою посредствомъ моего дорогаго мужа,
распоряжетя котораго я принимала, какъ повелЬихя бож1и и повино-
валась ему, какъ Христу церковь. Я отдалась, какъ ребенокъ, его ру-
ководительству и повиновалась его вол'Ь, отрекаясь отъ свонхъ соб-
ственныхъ желатй.** И так1Я жены встречались не въ одной только
сред'Ь пасторовъ, пропов'Ьдниковъ и религ1озныхъ энтузхастовъ, а во
всЬхъ классахъ общества. Таковы были, напр., жены живолисцевъ
Флаксмана и Блэка. Бюграфъ последней говоритъ: „она считала сво^
его мужа целнчайпгамъ гешемъ на землЬ; она благогов&ва н^федъего
201
стпами и картинами; она оревлоняха волАна передъ саитга дикими
порввами его фанзазш. Она отлично вела его хозяйство, училась ду-
мать, вакъ оиъ думалъ и, иоблажая его нел&шмъ вапризамъ, сд'Ьла*
лась Вполне костью отъ костей его и плотью отъ плоти его.**
Вм'Ьст^ съ возстановлешемъ строгаго брака, эпоха реформащи,
какь въ протестантсвихъ, тавъ и въ ватолическпхъ земляхъ, стреми-
лась въ реставращи патрхархальнаго семейства и строгой отеческой
власти. Библейская семья снова вн(^тавлается образцомъ и ращональ-
иоесь ея доказывается аргументами, заимствованными изъ новой си-
стемы естественнаго права. Даже одинъ изъ величайшихъ мыслителей
чЛгь временъ, Гоббсъ, поетъ въ унисоиъ съ протестантскою церковью,
признавал отца неограниченнымъ государемъ дома, которой трети-
руетъ д^тей, какъ ему угодно, а въ случа'Ь нужды, можешь даже
продавать ихъ и отдавать въ залогь. Другой знаменитый ученый, Бо-
день, ревностно пропагандируя возстановлеше патрхархальной роди-
тельской власти, довазываетъ, что необходимо ввести снова самые
стропе законы противъ семейныхъ проступковъ и преступлетй, а от-
цамъ предоставить право надъ жизнью и смертью своихъ дЪтей. Для
семейства, по его мн^шю, есть только одна естественная власть—
власть домовладыки, который служитъ „истяннымъ подобхемъ отца
всЬхъ вещей вышняго Бога.^ Боденъ чуть-чуть не довазываетъ все-
могущество родителя, выставляя на видъ действительность его про-
хляпй и благословешй Отецъ обязанъ только кормить дЬтей и на-
ставлять ихъ нравственности; д'Ьтиже должны „любить, уважать, кор-
мить отщц безусловно повиноваться и служить ему, скрывать и мас-
кировать всЬ его недостатки и пороки, не щадить ни своихъ интере-
совъ, ни своей крови для спасешя н поддержатая его жизни.** Д'Ьти
не нкЬютъ права не только пренебрегать своими обязанностями, если
родитель не исполняетъ своихъ, но даже и защищаться отъ нападе-
шй отца, хотя бы онъ въ припадке безумнаго раздражешя нам'Ьре-
вался убить ихъ. Мысли и желашя Гоббса, Бодена.идругихъ, писав-
шихъ о реставращи родительской власти, были только эхомъ голо-
совъ, всюду раздававшихся въ европейскомъ обществ'Ь. Насколько
бкин успешны всЬ эти реставращонныя старашя, можно судить по
Фрашцн, въ которой отеческая власть была наимен^^е слаба, а по-
пытки хъ ея укр^^пленш наимен^Ье удачны, всл^дствге противод%йств1й
государственной власти. Въ вонц-Ь ХУ1 в. одинъ фрайцузск1й судья
писалъ, что въ земляхъ обычнаго права „несчастные отцы неимЬютъ
и тЪни власти надъ своими д'Ьтьми.** Между т^^мъ отцы продавали
дЪтей, им'Ьли право заключать ихъ въ тюрьмы, лишать наследства;
большинство обычныхъ завоновъ считало сына совершенно неспособнымъ
къ самостоятельной деятельности; все, что пршбрЪталъ онъ, принад-
лежало отцу. Правомъ подвергать д^тей дисциплинарнымъ навазашямъ
202
родкгеди полЕьзовалЕСь съ особеннниъ рвешемъ. Парижшй парланекгь
писалъ въ 1697 г., что ^этотъ осхатовъ древней роджтелыжой власти
приводить ко миогинъ злоупотребдешямъ, что въ тюрьиахъ сидигь
заБлюненные по вол^^ отцовъ даже взрослые люди, шЛютхце отъ роду л^тъ
30 и бол^^е, что брошенные въ среду всяваго рода преступнивовъ по-
добные закдюченниБи только портятся нравственно^ и т. д. Еще узкас*
нЬе была отеческая власть въ странахъ, управлявшихся риискииъ пра-
вонь. Зд'Ьсь отецъ быль всеправнымъ деспотонъ и ногъ даже, лишивъ
д«Ьтбй всЬхъ правь, ссылать ихъ на галеры. Особенно беззапцтш
были дочери и иладппе сыновья. Институщя первородства отъ арн^
стократ1и мало-п<ьмалу переходила въ низшинъ влассамъ, принимав^
пшмъ ее всл^дствхе бедности, ради сохранешя зъ семейотвахь тЪхъ
влочБОвъ земли, которые кормили ихъ. Шадшхе сыновья принуждены
были ашть въ безбрач1и и д'Ьлались работниками семейства. Въ^и-
ринеяхъ до сихъ порь можно вид'Ьть образецъ такихъ порядвовъ. Зд&сь
младш1е сыновья живуть и работаютъ для своихъ племянншишъ.
„Дурно од'Ьтые, лишенные всего необходимаго'', говорить очевидецъ,
„они могутъ заведовать собаке, которая содержится лучвю ихъ...
Они — безплатные работники своей сестры, своего брата, свонхъ пл^
мянниковь или племянниць, съ ними обращаются, кавь со скотинами^ *)•
Богатая буржуаз1я въ ХУ1 и ХУЦ в. также начинаеть устраивать
свои семейства по аристократическому образцу, вводя право первород-
ства и устраняя отъ наследства дочерей. Необходшюсть заставляла
младшихъ сыновей въ б'Ьдныхъ семействахь покоряться первешцшъ;
въ богатыхъ же домахъ первородство поддерживалось властью оозцц
который могъ всегда удалить и обуздать строптиваго сына, заключивъ
его въ монастщ)ь или въ тюрьму, отосдавъ его на флоть, кь арнш
или даже на галеры. Что могла значить въ старинной БвронЬ роди-
тельская власть, ноказываетъ бюграфхя Мирабо, отецъ котораго нева-
вид1^лъ его, когда тотъ еш;е быль ребенкомъ, нр1искивалъ для него
самыхь взыскательныхъ и жестокихъ учителей, а поюмь отдалъ его
въ военную службу. За долгъ въ 40 луидоровъ Мирабо быль поса-
женъ отцомъ въ кр'Ьпос.ть и освободился только потому, что полвъ
его приготовлялся въ корсиканскую экспедищю. Мирабо женился: и
снова вошель въ долги, отецъ за это подвергаеть его ссылке и за-
ключаетъ, вакъ опаснаго челов'Ька, въ МаноскЪ.^ Мирабо, побуждаемый
однимъ важнымъ семейнымъ д^ломь, бежать изъ Маноска; его аре-
стують, отрывая отъ умирающаго сына и садятъ въ мрачный замокъ
д'Ифъ, цоступая съ нимъ, какъ съ государственнымъ преступникомъ,
*) Въ средн1е в^ка въ этнхъ м^стностяхъ, «на уединенвыхъ фермахъ, удален-
ннхъ отъ всякаго соседства и всякой женщяин, брать;^ хили ёь своими сесгранн,
Боторва была ихъ слуакаикаии я вс^нъ, ч1>мъ угодао» (ШеЬокс).
203
и запрещая ему всяДую коррес110Нденц1ю. Друзья хлопочутъ у властей
объ его освобождеши; но ни просьбы, ни жалобы, ни голосъ общест-
веянаго мнЪшя, ни вмешательство Еоролевскаго прокурора не въ си-
лахъ не только освободить Мирабо, но дазке избавить его отъ^т'Ьхъ
жестовостей и прит^Ьснетй, которымъ онъ подвергался въ тюрьме.
Мирабо со своей возлюбленной бЪжалъ въ Амстердамъ; его пригово*
рили заочно къ отсЬчешю головы. Отецъ послалъ въ Голландию сво-
его агента, приказавъ ему привести Мирабо живаго илимертваго. Его
ареоговали, привезли въ вандалахъ во Франщю и заключили въ Вен-
сенъ. Только смерть старшаго сына заставила отца, въ интересахъ
фаиили, освободить Мирабо, когда ему было уже тридцать два года.
Тавъ деспотствовали отцы и такъ правительство содМствовало ихъ
произволу. '
Реставращя отеческой власти и патрхархальнаго семейства, воз*
рождеше семейныхъ чувствоватй и добродетелей соверпгались въ
буржуазш и крестьянстве гораздо полнее, чемъ въ высшихъ влассахъ
общества. Свобода городовъ и^ослаблеше феодальнаго произвола дали
городсвимъ и сельсЕимъ жителямъ возможность устроить свою част-
ную жизнь такъ, вакъ она всегда существовала у людей ихъ положе-
шя и развит1Я. Въ ХУ1, ХУП, ХУШ в. семья бюргера или кресть-
янина была такимъ же патр1архальнымъ, изолированнымъ, традицюн*
нымъ, состоявшимъ подъ абсолютною властью отца союзомъ, какъ и
семьи нашихъ крестьянъ и купцовъ. Въ семействахъ дворянъ, госу-
д<фей, пасторовъ, профессоровъ, ученыхъ произошла такая же пере-
мена, хотя н въ гораздо меньшей степени. Народные обычаи и вое-
зрешя на семейство и женщину вместе съ библейскими и церковными
Хош о нихъ распространились въ обществе шраздо больше, чкт,
когда либо прежде. Семейные праздники', сенейныя молитвы, семейныя
работы, хроники семейной жизни, книги, проповеди, стихотворенхя,
взречешя и пословицы, написанный на стенахъ и дверяхъ домовъ и
внушавппя ихъ обитателямъ правила патр1архальной нравственности,
образоваше и воспиташе юношества, общественное мнете и отеческая
власть — все это поддерживало и развиваю возрояиенную семью, набрасы-
вая на всю общественную < жизнь оттенокъ патр1архальности. Образо-
ваше и воспиташе женщины были направлены къ приготовлешю агь
нея.патр1архальной жены и хозяйки. Отцы, мужья, братья имели надъ
хенш;иною огромную власть и старались держать ее въ ежевыхъ ру-
кавицахъ. Даже въ конце ХУШ в. въ Гермаши отцы управляли се-
мейетвомъ, говоритъ Льюисъ; посредствомъ палки и плети. „Даже
братья ш^ели почти родительскую власть надъ сестрами. Женщина
находилась не только подъ игомъ родителей, мужей и братьевъ, но и
общество сильно ограничивало ее своими предразсудками. Ни одна,
напр., горожанка высшаго класса не могла выходить изъ дому одна;
204
служанка следовала за нею и въ церковь, я въ давку, и на прогулку".
Женское образоваше у вгЬнцевъ вплоть до ХТХ в. было самое жалкое.
Въ высшемъ кругу общества оно не шло дал11е французской болтовнК|
1гЬшя н кузнки. Въ буржуазш чтеше роиановъ женщиною считалось
грЪхомъ и преступлешемъ. ДЪвушекъ съ малолетства, иногда съ пяти
лЪтъ, заставляли долбить протестантскШ катихизисъ и библ1Ю, читать
проповеди и разиня благоговМння размышлешя. Въ нихъ такимъ
образомъ убивали все живое. Въ д^вичьихъ н^мецкихъ школахъ ХУ1
в. учили читать и писать, пЪть псалмы, зубри'^ь наизусть катехизисъ
и н'Ькоторня мЪста изъ библш. Учительницами выбирались старый
д^вы, набожныя, знавш1Я библия)) отличавппяся добродетелями. Послй
школы, девушка поступала подъ руководство матери, которая прхучала
ее къ хозяйству, внушала ей страхъ божШ и своимъ прнмеромъ на-
ставляла ее пассивной покорности домовладык^ и рутинной привер-
женности къ патрхархальнымъ обычаямъ. Въ Англш, по словамъ Ма^
колея, литературные запасы женъ и дочерей помещиковъ обыкновенно
состояли изъ молитвенниковъ и рецептурныхъ книгъ. Если дЪвица
имФла малейшЦ литературный сведфшя, на нее смотрели, кшъ на
чудо. Благороаденны11, благовоспитанныя в весьма понятливый даны
не могли написать одной строчки на своемъ родномъ языкЬ безъ та-
кихъ солецизмовъ и орфографическихъ ошибокъ, какихъ теперь по-
стыдилась бы даже ученица школы для бедныхъ. Уровень женсхаго
образовашя былъ низокъ, и опаснее было стоять выше, чЪмъ ниже
этого уровня. Крайнее невежество и легкомысл1е считалось въ даме
менее неприличными, нежели легчайппй оттенокъ педантства и учено-
сти. Только во Францш, да частью въ Италш въ это время, кажъ
увидимъ ниже, образоваше жешцинъ стояло довольно высоко и они
гораздо менее, чемъ въ другихъ странахъ, были подавлены семей-
ствомъ н устранены отъ общественной деятельности. Но и зд^сь,
какъ и въ Германш, религюзное движете эпохи много противодей-
ствовало умственному развитш женщины, погружая ее въ хаосъ ]фай-
няго мистицизма. Другъ Декарта, Елизавета Палатинекая, принадле*
жавшая къ самымъ передовымъ людямъ своего времени, кончила тень,
что сделалась настоятельницею монастыря, не заразившись, впрочемъ,
ни мистицизмомъ, ни фанатизмомъ. Современница ея, знаменитая пи-
сательница и ученая Анна Шурманъ, кончила гораздо хуже, вседело
предавшись мистицизму. Таже участь постигла и Жаккелину Паскаль^
сестру известнаго писателя, которая не уступала последнему своими
талантами; но эти таланты она убила въ себе, предавшись аскетиче-.
скому мистицизму и за живо похоронивъ себя въ монастырсщ)й келье.
Въ юридическомъ отношенш въ этотъ пертодъ интересы женщинъ
пострадали значительно. Ихъ феодальный права были ограничены
Людовикомъ Х1У ; въ Англш жешцины - собственницы лишилось
205
избирателнаго права; въ крестьянстве, буржаз1я и аристоБрат1Я
начала развиваться общность имущества супруговъ, которая почти
равнозначительна полному отрицашю правъ собственности женн.
ПротестантсБ1Я законодательства признали соглаае родителей не*
обходщснмъ услов1емъ для заключешя брака ихъ д^тей. Не только
въ лютеранскихъ земляхъ, но и въ католическихъ, даже во Франщи
въ ХУ1 в&к^ юристы и попы употребляли вс^ усил1Я, чтобы сделать
браки невозможными безъ соглас1я на нихъ родителей. Въ общинахъ
гернгутеровъ и многихъ другихъ сектантовъ для заключен1я брака не
достаточно было даже родительскаго дозволешя, а требовалось еще
соглаае общины или ея предстоятеля. Личныя наклонности и чувства
брачущихся были окончательно принесены въ жертву отцовскому про-
изволу и фамильнымъ разсчетамъ. Въ царственныхъ семействахъ, въ
домахъ феодаловъ, буржуе, крестьянъ — бракъ былъ въ большинстве
С1учаевъ сродствомъ для заключешя выгоднаго союза, для изб^жатя
какого нибудь секейнаго / несчастхя, для поправлешя. финансовыхъ об-
сгоятельствъ, для получетя хорошей должности, для прЕобр^тетя въ
лш^е жены работницы и хозяйки. Съ малолетства девушке, нередко
еъ того времени, какъ она еще лежала въ колыбели, ей старались
найти выгодный сбытъ и обручнвъ съ женихомъ, откладывали свадьбу
до совершеннолетк. Часто венчали даже ребенка съ реб^хомъ, и
еще чаще отдавали ребенка замужъ за стараго, истасканнаго старика.
Повенчавъ неспособныхъ еще къ супружескому сожительству детей,
родители преждевременно будили ихъ половые инстинкты, развращали
ихъ и поселяли между ними взаимное отвращеше. Людовика ХШ
хать женила четырнадцати летъ. Онъ былъ совершенно равнодушенъ
къ этому браку и вечеромъ после роскошной свадьбы завалился спать.
Впродолжеше целыхъ четырехъ летъ мать и жена Людовика, прид-
ворные, иностранные посланники безуспешно старались пробудить въ
немъ половой нистинктъ. Прошло четыре года. 25 января 1617 года
Людовикъ, проведш1й часть вечера у королевы, пошелъ спать на свою
половину. Но въ 11 часовъ его разбудилъ Люинь: „пойдемте, государь,
Шра уже; васъ ожидаетъ королева**. Людовикъ упирается. Люинь схва-
тываетъ его въ охабку и уноситъ въ спальню королевы. Тогда только
его величество позналъ ея величество. Въ высшихъ слояхъ общества,
бракъ превратился такимъ образомъ въ чисто торговую сделку и не*
вЬстой распоряжались, какъ хотели. Съ развит1емъ королевскаго аб-
солютизма и съ преврап^ешемъ феодаловъ въ придворныхъ и чинов-
никовъ, короли начали также вмешиваться въ брачный дела своихъ
подданныхъ, устрояя союзы по своимъ капризамъ или разсчетамъ. Во
Франщи королевская власть въ этомъ отношенш давила равнымъ об-
разомъ и опцц и сына, и дочь. Изъ фамилш Монморанси, напр., никто
зшкогда не женился по своей воле. Короли здесь приказывали же-
206
житься, првхазнвали и внходить замухъ; иногда они силою захвати-
вали невесту и силою вндавали ее за того, за кого не хот'Ьла ни она
сана, ни ея семыц браки, состоявппеся вопреки виданъ и желашямъ
короля, расторгались имъ, и т. д. Разсчетъ до того овлад^Ьлъ брач-
нвми союзами, что даже въ тЪхъ случаяхъ, когда девушки им^^
возможность свободно выбирать себ^^ мужа, они руководились вовсе
не любовью и вкусомъ, а только практическими соображешями. Па-
дающ1й феодаливмъ, оставляя свою гордость и не дорожа своими
сгнившими пергаментами, искалъ союзовъ съ богатой буржуазхей, а
последняя ц']№ою золота покупала 006*6 родство со знатными родами.
Особенно во Францш ХУП и ХУШ в. любовь къ деньгамъ и страсть
легкой наживы окончательно опошлили собою институщю семейства.
Д'Ьвушки и сами торговали собой, н еш;е чаще эту торговлю вели
отцы и получали день1*и за своихъ дочерей во время ихъ малолетства.
Графъ Буильонъ, напр., проигравшись въ пухъ, женился на дв'Ьнад-
цатилЪтней дЪвицЪ Ероз&. Получивъ въ приданое два миллхона, онъ
промоталъ ихъ въ то время, какъ его жвиюл^тБял жена училась чи-
тать и нЬть въ монастыре, куда ее отдали тотчасъ послЪ венчанья.
Маркизъ д'Оазъ заключилъ договоръ съ Андре ле-Мисисипьянъ, который
обязался выдать за него свою двухлетнюю дочь и, уплачивая ему еже-
годно по 20,000 ливровъ даже въ случае, еслибы бравъ не состоялся,
дать въ приданное 2,000,000 ливровъ. Такая торговля женскимъ тЬ-
ломъ, такая Тфоститущя въ форме брака продолжаетъ существовать
даже до сегодня какъ въ высшихъ, такъ и въ среднихъ слояхъ евро-
пейскаго общества. Бракъ даетъ и карьеру и деньги. Тоже самое и у
крестьянъ. Одинъ изъ самыхъ глубокихъ знатаковъ народнаго быта,
Риль, говоритъ, что „въ странахъ, въ которыхъ еще сохраняются ста-
ринные крестьянскхе обычаи, браки, заключаемые по разсчету, также
часты между крестьянами, какъ и между аристократами. Сначала ду-
маютъ о сбединеши имуществъ, а о союзе сердецъ уже потомъ".
Духовенство не только не противодействовало такимъ порядкамъ, но
даже поддерживало ихъ своимъ учешемъ, а протестантское и своею
жизтю. Въ Англш, напр., говоритъ Маколей, после реформацш ду-
ховное зваше утратило привлекательность для высшихъ классовъ. Въ
поместье церковнослужитель стоялъ на ряду съ дворней. Съ духовною
паствою онъ нередко получалъ и жену, которая обыкновенно была
въ услуженш у патрона, если только не состояла въ более интимныхъ
отношетяхъ съ нимъ. Горничная вообще считалась самою подходя-
щею сожительницею для приходскаго священника.
Положеше женпщны въ подобныхъ бракахъ, особенно въ патрхар-
хальныхъ семействахъ, всегда было нев1шосимымъ. Въ Аглш законв[,
существуюпце до сихъ поръ, не только не признавали за женою нн-
какихъ решительно правъ, не только подвергали ее вечной и всесто-
207
ровней опек& мужа, но даже дозволяли ему отвесть жену на вереш^
на базарь н продать тамъ. ЁвропейсБ1д газеты даже нонца тридца-
тнхъ и начала сороковнхъ годовъ настодщаго столЪтая часто сооб-
щаютъ изв'Ьст1я о ход^ этой женотортовли. Такъ напр., въ 1837 г.
въ Бнр][ингамЪ одинъ англичанннъ внвелъ на веревке свою жену на
базарь н тотчасъ же нродалъ ее за 55 еу. Въ Лондоне 20 марта
1838 г. одна звена била продана иужемь за 3 шиллинга. Н^дво
женъ продавали съ аувщона. И англичане долго удерживали за собою
это гнусное право даже на свободной почв'Ь Аиериин. Такъ, въ
1837 г. одинъ нетоиск1й фермеръ нродалъ свою жену, завлючивь съ
повупателемь формальный Еонтравтъ, по которому онъ получалъ4000
франковъ за жену и 1100 франвовъ ежегодно за дЪтей. Въ вгЬвото-
рыхъ штатахъ велась даже организованная торговля донщинами, вакъ
замужними, такъ и незамужними. Въ одной нью-йорвсвой газетЬ 1837
г. напечатано: „н^свольво дней назадъ, фургонъ, нагруженный моло-
дыми д^вупЕками, прошелъ въ Чиваго, ш западъ, гд& на этотъ томрь
весьма большой запросъ..." Въ томъ же году ворреспондентъ Ке^яг-
Уогк-Еуешпв-Ро81^ писалъ изъ Иллинойса: лЗдтыл больгиой аапрось на
дамл'у сбыть ихь е^ьренъ^ по причине чрезвычайнаго наплыва сюда бо-
гатыхь холостявовъ^. Можно судить по этому, вавово было положеше
хенпщны въ семействахъ старинной Европы, въ семействахъ или строго
державшихся патр1архальныхъ обычаевъ или управлявшихся деспоти-
чесвими домовладывами. Возрождеше патр1архальности естественно от-
няло у женщины то уважеше, воторымъ она, до изв'Ьстной степени,
пользовалась въ средше в^^ва. „Съ XIII стол^т1я^ — говорить Клеммъ —
(^начинается сильная насм']^шва надъ женсвимъ поломъ, воторая, не
щадя священной личности жены, изд'Ьвалась въ особенности надъ д'Ь-
вушБОЮ^. Шмцы соперничали въ этомъ д'Ьл'Ь съ французами.> ^ Ларем-
бергъ, Логау и друпе поэты сочиняли множество сатиръ на женщинъ;
тавже много издавалось и прозаичесвихъ сочинешй, изъ воторыхъ одно
было до тавой степени неприлично, что сожжено въ Лейпциге въ
1670 г. рувою палача... Въ Англш Допъ, Свифтъ, Юнгъ, Шевспиръ и
ц^лая толпа второстепенныхъ писателей сделали тавже изъ женпщнъ
мишень для своихъ насм'^Ьшевъ и ругательствъ. Свифтъ довазываеть
даже, что женсвШ ноль занимаетъ среднее м^сто между челов'^Ьвомь и
обезьяною. Въ это же время женщины, любивпия вниги и занимавпияся
серьезными вопросами, были впервые завлеймены прозвищемъ сингись
чулковъ. Преступлеше Евы снова вменялось женщин:^, а ея происхож-
деше изъ ребра адамова снова влалось въ основаше теорш, увазывав-
шей низвость ея природы и ея служебное предназначеше. Народный
воззр&шя на бабу пропивали и въ образованное общество. Въ тоже
время публицисты отстаивали права мужа бить и навазывать жену.
Тавъ, Фредерь издалъ въ Данциге латинсвую внигу объ этомъ, пере-
208
веденную потомъ на н^мещий два раза, ^ь 1652 н 1736 гг. Въ Па-
риж^^ въ концЪ ХУ1 в. издано бвио сочинет1е ,о мужниной власти,
т. е. о томъ, ик^^етъ ли мухь право бить и наказнвать свою жену?^
Въ немецкой вниг^ „о злнхъ женпщнахъ'' проповедуется, что яОселъ,
женщина и орЪхъ нуждаются въ ударахъ*. АнглШсше аавонн дозво-
^и^ш мужу наказывать жену ^плетьми и палками^. При тавихъ воз-
зр^шяхъ на женщину, йкложеше ея въ семействе не могло бшъ сшх>
НБШЪ. Ст'Ьсненная множествомъ прилпчШ и общественинмъ мн^шемъ,
принужденная заниматься исключительно мужемъ и семействомъ, жен-
щина была подвержена и ревности и самодурству * своего владшви, за-
щитить отъ вотораго ее никто не могъ,— рыцарство изчезло, а власть
и законъ были противъ нея. Даже въ царственныхъ семействахъ „мужья
обходились съ женами съ такою грубостью, которая могла бы ужа-
снуть и турка**, говоритъ Шерръ. „Исторхя государей** — зам^чаеть
онъ въ другомъ м^ст^ — „есть исторхя страдашй государынь**, а исто-
р1Я мужчинъ того времени — мартиролог1Я женщииъ. Герцогъ фовъ^
Лигницъ въ присутствш пажа принуждаетъ свою жену къ исполненш
супружеской обязанности. Еарлъ П испанск1Й приписывалъ свою им-
потентность и безплодхе жены колдовству; монахи поддерживали въ
немъ эту мысль и решили избавить супруговъ отъ чаръ. Еородь и
королева были разд'Ьты до-нага, монахъ въ полномъ облаченш лро-
чнталъ надъ ними заклинаше, и Карлъ въ его же присутств1и си-
лою хот^лъ заставить жену испытать дМствительность монашескаго
искуства; но королева отбилась отъ своего безстыднаго мужа. Обычай
свид']^тельствован1Я невесты и ея рубашки посл^ первой ночи брава
показываетъ, что случаи, подобные двумъ сейчасъ упомянутымъ, ес-
тественно вытекали изъ тогдашнихъ воззр^шй на женлщну. Не говоря
уже о простыхъ смертныхъ, даже королевы часто не пользовались ни-
вакимъ уважешемъ. Когда, напр^, жена испансваго Филиппа П, Ели-
савета, пр1%хала на свидаше съ матерью въ Байону, то ее продержали
трое сутки въ пол^ передъ городскими воротами, ожидая мнЪшя ко-
роля о томъ, должна ли она ^хать черезъ городъ или мимо его. Жен-
щину по возможности старались удалить отъ общества, и это стреМ"
лете р^зче всего выразилось въ Испаши. Знатный испанки ХУ1, ХУЛ,
ХУ111 в. жили совершенно изолированно; только въ течеши перваго
года брачной жизни они могли вы4Ысать съ мужемъ въ открытой ко-
ляске, а послЪ принуждены были ездить не иначе, кавъ въ глухой
варетЬ. Въ Герман1и вплоть до XIX в. въ почтенныхъ семействахъ
считалось неприличнымъ и опаснымъ выпускать изъ дому женщину
одну, безъ конвоя родственнивовъ или, по крайней м^р^, прислуги.
Въ высшихъ классахъ общества мужья, дозволяя себ% вс^^ излишества
разврата, карали женъ не только за дМствительную связь нхъ съ
чужими мужчинами, но часто по одному только неосновательному по-
209
д^зрйшю вь неА. Жевъ заключал! на в§ки въ коваст1фн, вь хавой
нибудь заковъ, тюрьму, убивали ихъ, разводились съ ншш н покрн«
в&ли вЪчннхъ позоромъ ихъ р^иутащю. Семейная жизнь жешциш!
была однимъ ненрернвннмъ мучешемъ, вавъ напр.| жизнь сестрн
Георга Ш, Каролины-Матильды, выданной въ 1766 г. за Д|ктсвага ко-
роля Христ1ана УП, циника и туноумнаго развратника. Съ перваго же
дня брава, Каролина начала страдать отъ безнравственности всЪхъ
окрухавшихъ ее, особенно своего мужа и его мачихи, Юл1анв, желав-
ш& досадить на нрестолъ своего сына Фридриха. Нам^^реваясь окон-
чательно разсорить Каролину съ ея нужемъ, Юлхана ностоянно пере-
давала ей о всЬхъ грязныхъ похождешяхъ его. Когда же Христ1ава
взялъ въ руки знаменитый довторъ Струэнзе, столь много сд^авипй
и еще бол^Ье хот^Ьвопй сд&шть хорошаго для несчастной Данш, когда
этотъ умный минястръ сблизился еъ Каролиной| нашедшн въ ней м '
полное сочувствхе и дарительную помощь своимъ предпр1ят1ямЪ| тогда
Юл1ана унотре(^1ла вс^ средства, чтобы оклеветать Каролину и погу-
бить ее вм^тЪ съ Струэнзе. Христ1анъ въ то время отъ пьянства м
разврата окончательно потерялъ и разсудокъ н память. Однажды,
иадр,. 1фи помощи своихъ любимцевъ, онъ вдругъ началъ выбрасы-
вать съ балкона дрова, щипцы, мебель, государственный бумаги и на-
Еонецъ захот^лъ выбросить своего любимца Гурмана и одного малень-
каго негра, но ему помешали; Въ другой разъ онъ выбилъ всЬ стекла
въ своихъ и королевскихъ покояхъ, разломалъ зеркала, стулья, столН|
доропя китайск1я вазы, а обломки побросалъ на дворъ. У него не
трудно было выхлопотать позволеше объ аресте королевы и Струэнзе.
При помощи пытки и угрозъ послЪдняго заставили дать ложное '
показаше объ его преступной связи съ королевой. Его казцкли.
Королева не хотела псжорнться указу объ аресте но ее взяли силою
и осыпали при этомъ самыми грубыми осворблен1Ямн. Ее увЪрнли, что
она спасетъ жиа!Ьь Струэнзе, если только подтвердитъ его ложное по-
хазаше, и благородная женщина взяла на себя небывалую вину. Только
предстатедьство посланника и двора Англш спасло ея ашзнь. Подоб*
ныхъ прим^^ровъ множество въ исторш Европы ХУ11 — ^Х1Х в. Вспом»
Еите, напр., несчастныхъ хенъ Генриха УШ, Марш Стюартъ млн
судьбу 1финцессъ изъ несчастной фамилш Тюдоровъ. Лэди Дхенъ*Грей
выходить замужъ противъ своей воли, побуждаемая настоян1емъ ма-
тери, насил1ями и побоями отца. Сестра ея, Катерина, за щ что вышла
закужъ без^ позволешя королевы Ёлисаветы, была разлучена съ муавемъ
и умерла въ неволе съ разбитнмъ сердцемъ. Третья сестра, Мар1я, ви-
новная въ томъ же поступке какъ и Катерина, окончила свою жизнь,
полную лншешй, страдалШ и прит^снетй, на тридцать третьемъ году
хнзнн. Щргарита Клиффордъ, вогнанная въ бол^Ьзнь своимъ негод-
ннмъ нужемъ, начала лечиться у какого-то знахаря, но ее обвинили
14
210
ПО дтому поводу въ, вЪдовскбнъ ухаслФ прошвъ королева, посадиля
»ь тюры[]г и преследовали до сиерти. Арабелла Стюартъ, вивовная
въ еамовольпоиъ внход^ закужъ, бала заключена въ Тоуэръ, гд'Ь и
умерла, предварительно сошедши (гьума. Столько жеисвихъ жертвъ въ
одной фамилш! А сколько было ихъ во всей Бвроп^! Мнлл10нн акея*
Щннъ выдавались и выдаются замухъ насильно, насильно деракатсявъ бра-
Д'Ь, подвергаясь ревности, брани, побоямъ, унвхешю п^)едъ глазами соб-
ственныгь своихъ д'Ьтей, невыносимой скук% и тяжкому, скрытому
отвращешю въ мужу, страдашямъ любви, за обнаружеше которой ихъ
покараютъ и закояъ и общественное мн^ше; сколько слезъ, сколько
нрехдевременннхъ н нередко насильственныхъ смертей, сколько от-
чаяшя и, что всего хуже, сколько рабскаго, безсмысленнаго отул^шя
внесла европейская 1кенхй(ииа на своихъ многострадальныхъ плечахъ.
Мало того, что она подвергалась въ семействе сгЬснешямъ, лишетямъ
й страдашямъ, отъ которыхъ мужчина оставался свободнымъ, но я
общество угнетало ее несравненно больше, чЪмъ послФдняго. Законы,
Обычаи, общественное мн^ше требовали отъ нея гораздо большихъ
добродетелей, чФиъ отъ мужчины и несравненно строже карали ее за
ааруш^е правилъ, составленныхъ ея эгоистическими и жестокими
повелителями. До конца ХУШ в. и протестанты и католики пресле-
довали и сохигали жёнщинъ вакъ вЪдьмъ, и число мужчинъ, погнб-
игахъ Ьо тому же обвиненш, въ тысячи разъ меньше числа женскнхъ
жертвъ. Епископъ вюрцбургстй, напр., въ два Г9да (1627 — 1629) сжегъ
дОО вЬдьмъ; арх1еписк(шъ зальцбургск1й въ 1678 г. <зкегъ въ одннъ
день 97 ведьмъ; въ графстве Нейссе съ 1640 по 1651 г. сожжено ихъ
около 1000 и т. д. Ни одна женщина, ни одна девочка не были безо-
пасны отъ преследовашя за ведовство. Самое пустое обвинен1е вело
%ъ невыносимымъ пнткамъ и на костеръ. Въ 1749 г. напр., въ Вюрц-
бурге сожгли семидесятилетнюю монахиню Марш Ренату, обвинен-
ную въ колдовстве. Марк девятнадцати летъ была силой отдана въ
монастырь, вела здесь примерную жизнь, пользовалась всеобщимъ ува-
Жешемъ и была сделана помощницей игуменьи. Но какая-то монахиня,
вероятно по злобе на Марш, сказала передъ смертью, что она ведьма.
Пытка вынудила у Марш сознате, что она еще на седьмомъ году отъ
роду отдалась дьяволу, сделалась ведьмою и вгоняла чертей въ утробы
монахинь. У смерт^аго востра этой мученицы патеръ говорилъ слово
и называлъ атеистами всехъ, неверующихъ въ ведьмъ. Преследуя
женщину за ведовство, ее угнетали, мучили и казнили за религхозная
Мнен1я, несогласная съ верою церкви или правительства. Въ рели-
познЕгхъ движешяхъ ХУ1 и XVII в. женш;ины принимали самое дея-
тельное участ1е, и непреклонная честность ихъ убежденхя нередко
В1^& ихъ подъ мученическШ веиецъ, который они принимали съ му-
жествомъ истнннвсхъ го[юевъ. Въ Шотландш, напр., угнетенной редк^
211
позннми преслЪдовашяни 1авова П, иежду прочими потерн^^ смерть
пожилая вдова Мартя Мавлачланъ и молоденькая д'Ьвушва Маргарита
Вильсонъ. Они отказались отречься отъ своихъ в^ровашб и были при-
говорены къ утоплешю. „Ихъ повели на то м'Ьсто, — разсказываетъ
Маколей— которое Солвей заливаетъ ежедневно два раза, и привязали
къ столбамъ, врытымъ въ песокъ, между знаками высокой и низкой
воды. Старшая страдалица была помещена ближе * къ прибывающей
вод*, въ надежд*, что ея послЬдшя мучен1Я ужаснутъ младшую и
заставятъ ее покориться. Но последняя сохранила мужество до самой
смерти. Она видела море подходяп1;имъ все ближе и ближе, но не обнаружи- .
вала никакого признака тревоги. Она молилась и п*ла псаломные
стихи, пока волны не прервали ея голоса. Когда она вкусила горечь
смерти, ее изъ жестокой поп1,ады отвязали, возвратили къ жизни и
предлагали отречься. „Никогда! я христханка^ топите меня", восклик-
нула она, и воды слились надъ нею въ посл^дшй разъ. Не мало жен-
щинъ судилось и преслЬдовалось за то, что они по чувству н1*.жнаго
сострадаМя спасали и укрывали гонимыхъ правительствомъ лицъ, осо-
бенно политическихъ преступниковъ. Даже въ Ангдш, гд* большин-
ство правительствъ не поступало сурово съ укрывателями поб4жденныХъ
инсургентовъ и гд* женпщнамъ— выражаясь словами Маколея — было
предоставлено, какъ бы по какому-то молчаливому предашю, право
выражать посреди раззорешя и'мести сострадан1е къ побЪжденнымъ, —
даже в;ь Англш, при 1аков* П, съ такими женщинами нередко по-
ступали самымъ безчелов-Ьчнымъ образомъ. Въ 1685 г. напр., поел*
казни Монмута, Алиса Лайль, за укрывательство двухъ мятежниковъ
была приговорена къ сожжешю; это возмутило даже негоДяевъ. Друзья
А.1НСЫ, мнопе сильные аристократы и приверженцы 1акова, ходатай-
ствовали у него о помиловати; онъ помиловалъ ее обезглавленгемъ, и
Алиса съ кроткимъ мужествомъ легла подъ топоръ палача на эша-
фот*, воздвигнутомъ посреди торговой винчестерской площади. Въ
токе время въ Тибурн'Ь, Елисавета Гонтъ за укрывательство б-Ьжав-
шаго мятежника Баторна была сожжена. До самой смерти она сохра-
няла мужество, напоминавшее самыя героически кончины, и когда на
костр:Ь она начала укладывать солому такимъ образомъ, чтобы сокра-
тить свон'мучетя, вся площадь зарыдала. Если женщины шли такъ
безстрапшо на встр^Ьчу смерти за совершенно постороннихъ имъ лю-
дей, спасаемыхъ' ими только по чувству человЪколюбхя, котораго такъ
хало оказывалось у мужчинъ, то любовь и привязанность къ своимъ
братьяыъ, родителямъ, д'Ьтямъ, любовникамъ побуждала ихъ еще на
больппе подвиги и вела за собою еще большее количество женскихъ
жертвъ. Въ истор1И Европы, напр., сплошь и рядомъ разсказывается,
кавъ женщины жертвовали и своею жизшю и своею честью за спасе-
Н1е любимыхъ ими л рдей и какъ мужчины съ истинно дьявольскою
и*
512
подлостью пользовались этими жертвами д^кя удовлетворенхя своихъ
свртскихъ навлонностей. Ринсо, любимецъ Карла См^лаго Бургунд-
сваго, рливеръ-ле-Денъ, фаворитъ Людовика XI, Еэрвъ, военный аван-
тюристъ и слуга 1ахова П, Жозефъ Лебонъ, полнцейскхб агентъ,
д^Ьбствовавпиб во время реавц1И посл4 якобинскаго террора, и мнопе
друпе обвиняются въ томъ, что поб^Ьждали доброд']Ьтелн красавнцъ
рб^щашемъ пощадить жизнь любимнхъ ими людей, но удовлетворивъ
свою страсть, они показывали этимъ женщинамъ висящхе на висЬлицЪ
безжизненные остатки т^Ьхъ, за кого они жертвовали своею честью.
Случалось, съ такимъ аве звЪрствомъ изд'Ьвались надъ чувствами любя-
щей женщины изъ одного только желатя вымучить у нея побольше
денегъ, апотомъ всетаки казнили человека, котораго она хотела вы-
купать. Во время старинныхъ войнъ женщины также страдали больше
мужчин:^, неговоря уже о томъ, что потеря родственниковъ и семействъ
потрясала гораздо сильнее чувствительные организмы женщинъ, ч^^мъ
мужчинъ,-г-насиловаше женщинъ и безчелов^чныя изд^^вательства недъ
ними были общимъ обычаемъ у европейской солдатчины. Во Франщи,
напр., въ 1685 г. преследователи протестантовъ мучили посл^днихъ
съ такимъ звЪрствомъ, котораго никогда не проявлялось даже въ пол-
чищахъ Тимура или Чингиса. Въ нЪкоторыхъ мЪстахъ они привязы-
вали отцовъ и муя&ей къ кровати и передъ глазами ихъ позорили
женъ и дочерей. НерЬдко посредствомъ м^ховъ они надували жен-
П](йнъ до того, что тЬ чуть не лопались. Клали имъ во влагалище
порохъ и зажигали его; раздавали ихъ до-нага и заставляли плясать
съ собой среди улицы или же нагихъ и связанныхъ растягивали ихъ
на мостовой и каждый прохож1й могъ д&кать съ ними, что ему угодно;
кромЪ всего этого женщины подвергались еще вс^мъ тЪмъ мучешямъ,
которыя падали на мужчинъ; ихъ обкалывали булавками съ головы
до ногъ, резали перочинными ножами, водили за носъ раскаленными
щипцами, вырывали ногти рукъ и ногъ, что производило невыносимую
боль; лили имъ въ ротъ кипятокъ, обжигали всю кожу ихъ ткщ
прикладывали къ подошвамъ раскаленныя лОпаты, кипятили въ салЪ
ихъ ноги, набивали ушн порохомъ и воспламеняли его, поливали раны
увсусомъ и посыпали солью. И народамъ, въ средЪ которыхъ могли
совершаться так1я злод&га1я, германофилы приписываютъ какое-то
врожденное уваженге къ женщинамъ! Бывали, правда, эпохи, когда
женщина умЪла заставлять мужчину въ изв^стныхъ случаяхъ пресмы-
каться у своихъ ногъ и повелевала имъ, но и тутъ мужчина, соб-
ственно говоря, не уважалъ свою подругу и владычицу, а только ц^-
&илъ ее, ухаживалъ за нею, какъ за источникомъ высочайшихъ на-
слажденШ и благогов^лъ передъ ея красотою. Уважать можно только
Человека, а не дажу, не женщину, если ее ставятъ ниже мужчины, и
уважен1е къ женщине можетъ развиться лишь тогда, когда она сдЪ-
ааетсА свободною й равною мужчине.
213
ХУЛ.
Реставрац1я семейства и порабощеше жешцннн, совершеннЕш въ
эпоху рефориацш, даже въ самонъ разгаре патр{архальннхъ стремле-
шй не могли водвориться въ жизни совершенно спокойно. Весь со*
щальный строй Европы, вопреки даже вол^ и сознан1ю его основате*
лей и партизановъ, дМствовалъ разрушительно на патр1архальдые
порядки, а жеиш;ияв, съ своей стороны, продолжала ту же борьбу за
свою свободу, которую вела она и въ л^сахъ полудикой Герман1и и
въ среднев']^ковнхъ феодальныхъ захкахъ. Мы укажемъ зд^сь главныя
причины разложетая семейства съ ХУ1 в. и до нашего времени.
Развит1е королевскаго абсолютизма стремилось къ возможной ни*
веллировк'Ь общества, значительно ограничивало отеческую власть, от*
Еихало 7 семейства его членовъ для государственной службы, для ар«
хш, для двора и для многихъ дрзггихъ цЪлей. Военные вербовпцкя,
напр., постоянно заманивали въ свои сЪти тысячи сыновей; поступивъ
въ арм1Ю путемъ вербовки или рекрутства, молодые люди вовсе от-
выкали отъ семейства и начинали вести обрааъ жизни, мало согдасный
съ патргархальными обычаями. Черезъ солдатъ, по справедливойу за-
м^чашю Риля, городск1е нравы и антипатрхархальныя понятхя всегда
сильно распространялись и ]^аспространяются между сельскимъ насе*
лешемъ. Войска-^ это главные факторы женскаго разврап^ешя, а ее*
хейства военныхъ людей, особенно солдатъ, р^дко им^ютъ такой па*
тр1архальный характеръ, какъ семейства крестьянъ или- бюргеровъ.
Стягиванье людей ко дворамъ им^ло результатомъ ослаблеше семей-
ннхъ чувствоватй въ высшихъ классахъ и распространеше меясду
ними антисемейнаго духа. Въ н^которыхъ странахъ даже релипозное
изуверство доводило королевск1й абсолютизмъ до полнаго отрицашя
семейной власти. Въ Францш, посл% отмены нантскаго эдикта, ере-'
тнвамъ было запреш;ено воспитывать своихъ д'^^тей въ какой нибудь
другой релипи, кромЪ католической, а въ январе 1686 г. изданъ де*
кретъ, въ силу котораго полищя начала отнимать у протестантовъ дЬ-
тей и помеш;ать ихъ въ католическгя семейства. Борьба государства
противъ отеческой власти не всегда однако носила такой характеръ,
а часто велась и въ интересахъ Д'Ьтей, и результатомъ ея было пре*
вращете этой власти въ опекунство. Борьба королевскаго абсолю-
тизма съ феодалами также сильно подорвала патрхархальность высшихъ
классовъ общества, а распространен1е публичнаго, да еще обязатель-
наго образоватя, воспитывало ц^лыя поколотя въ новыхъ сощаль-
ныхъ понят1яхъ, вовсе не родственныхъ патр1архальному быту. Новое
общество слагалось не изъ семейныхъ единицъ, какъ патрхархальное,
а Езъ личностей, и соц1альные мыслители новой Европы^ держась вц-
214
работаннихъ ими идей о свободе и провахъ индивидуума, начали объ-
яснять происхождеше общественцаго быта путемъ договора. Теор1я
договора съ государства переносилась на бракъ и семейство и ткжь
участвовала въ разлохети досл^дняго. Развит1е умственной и поли-
тической хизЁи еще бол^е подтачивало семейныя чувствовашя н обы^
чаи, расширяя духовный кругозоръ людей, увлекая ихъ за гЬсныя гра-
ницы семейной хизни, водворяя въ мирныхъ дотоле хилищахъ раз-
номысл1е и раздоры. Христосъ говорилъ о себ'Ь, что онъ пришелъ на
землю „разлучить д^тей съ родителями, мухей съ женами^, и вс^ ум-
ственные и политичесше перевороты, которыми такъ обильна новая
ИСТ0Р1Я, непременно сопровождались семейными несоглас1ями и разру-
шешемъ множества семей. Реформац1я и порожденный ею безчислен-
ныя секты, революцш, борьба абсолютизма съ феодалами, войны, ум-
ственныя движешя ХУШ в., развитхе и взаимная борьба научныхъ
доктринъ и философскихъ теор1й, — ^все это въ^Ьст^ съ постоянно при-
сущими семейству элементами раздора, между входящими въ составъ
его лицами, вооружало братьевъ на братьевъ, д'Ьтей на родителей,
мужей на женъ. Во время религшзныхъ войнъ ХУ1 в., напр., отцы
сражались противъ своихъ д^^тей, братья противъ братьевъ. Случалось
даже при такихъ смутахъ, что жены бывали противницами своихъ му-
жей. Такъ, напр., въ англхйской исторхи ягъ^стпе^ яПолковникъ Анна",
командовавшая отрядомъ въ стюартской арм1и, между т'Ьмъ какъ ея
мужъ, Мак'Интошъ быдъ капитаномъ въ войске непргятеля. Въ битв^
при Фелькор^^ Анна взяла его въ пл^нъ, и приподнявъ свою шляпу,
сд^Ьлала ему оффиц1альное приветств1е — „къ вашимъ услугамъ, капи-
танъ**; Мак'Интошъ поклонился жен^ и отв'&чадъ — „къ вашимъ услу-
гамъ, долковникъ". — Въ Риме, покоренхе большей части м1ра, требо-
вавшее много войскъ для завоевашй и колонизацш и много чиновни-
ковъ для управлен1я покоренными странами, отторгало отъ семейсхвъ
сотни тысячъ д^тей, (1е {ас(о эмандипировало и1ъ отъ родительской
власти, воспитывало въ нихъ характеръ и понят1я, мало согласныя
съ патр1архальною и семейною жизн1ю, и тЪмъ быстро изгоняло взъ
головъ патр1архальное мгросозерцаше, ослабляло семейныя чувствова-
шя, разрушало архаическое семейство. Тотъ же самый процессъ, но
гораздо въ обширнейшихъ разм^рахъ, совершается въ новой исторш»
Служба, школы, занят1я на фабрикахъ, отдаленный и частый путеше-
СТВ1Я по д^ламъ, удобство и дешевизна путей сообщетя, чрезвычай-
ное развит1е разнообразныхъ сторонъ общественной жизни, клубовъ,
трактировъ, водъ, театровъ и другихъ чисто публичныхъ удовольствШ
и занят1й, — ^все это такъ мало оставляетъ времени для семейной жизни
и такъ сильно подрываетъ семеОныя чрствовашя, какъ не бывало въ
Риме, который, однакожъ, при относительной слабости своихъ анти-
сем9ЙШ2Х% факторовъ, вретдад додончвдъ одончатедьныдъ разрушу
315
шекъ на^1архалной семьи н есвовалнаго т ж^ общества. С<юра^
пенная цнвшвзацш, ]Б(ше1ша, не догцбнетъ такимъ хе об{миомъ. КраЙ^
нее раввкпе инднвидуаливна со временн французсвоф ревод>щи, с(ь
щальвая анарх1я, чнсто животная <к>рьба личностей за вусокь хл'Ьба'
г за право хиаии приходятъ ухе къ самоотрицащж); дадше патр^ар-
хальннхъ ноиявй и чувствовашй расширило узсствеиннй вругозоръ
Ш)вихъ людей) нвтерпЪливо ожидающих^ восхода солнца братства н
общественной солидарности, подъ лучами хотораго сеиейдыя чувство-*
вашд должны возродиться ль новой облагороженной жиаяи.
Одну иэъ главннхъ ролей въ уоомяиутомъ процессе разлохешя сен
хейства играла женщина. ПодиеволышД бракь и архаическое еемей*
ство нигд^ и никогда по долгу не сохранялись въ своей первоначал)^
ной чистоте. Половая страсть» какъ и вс^ друг1я страсти, це можехч^^
быть евована ни юридичесвнми постаиовлеихямн, ни релипей, ни рба-
чаямн. Га& чувство находится въ иевол4^, гд^ въ однихъ случаях^
заставляютъ людей чувствовавать то, что не чувствуется, а въ друт
гомъ |фит4^шяютъ и гонять яхъ ва обнарухеше чувства, тамъ невоз^
иохны ни миръ, ни добродетели. Чувство выходить наружу путемъ
порока и нреступ1ен1я. Рабство нивсгда не будётъ вЪчнымъ, нош раг
бами будутъ люди, т. е. существа съ умомь, еъ чувствомъ, съ жажг
дою свободы и возмоашо большаго счастхя въ своей жизни. Тоже (^
иое нужно оказать и о норабощенш женщины.
Дво1»1 и высш1е классы общества не долго могли шдчиняться па-
тр1архальному ригоризму, совершенно несовместному ни еъ ихъ об^
становвою, ни съ ихъ харавтеромъ. Любовь и наслацден1я остались
по нрежнему главною ц&[ью ихъ жн^ни. Любовь потеряла уже оослАд*
ше остатки средневФвоваго ргаантизма, она 1февратилась въ чисто. Ж№
вотное опьянеше, хотя въ ХУ11 и ХУ111 в. и было еще въ модЪ ро^
ханнчеевое ухаживанье за жгащинами. „Но— говорить ТакЕерей*-н»то
не стр|^ть, не любовь, — это воловитство, смЬсь серьезности и пря^
творства, напыщенныхъ вомплиментовь, низвихъ новлоновъ, обДтовъ,
вздоховъ, яЬжныхъ взглядовъ. Тогда были въ ходу церемощи и эти*
ветъ, установленная форма вол^нонревлонешй и ухаживанья''. Бра1;ъ
не удовлетворялъ ни мужчинъ, ни хенщннъ, -^ въ него вступали изъ
разсчетовъ и тотчасъ аве заводили любовныд связи. Патр1архальный
рнгоризмъ даже въ пер10дъ полной своей силы нисвольво не изм^иялф
харавтера высшихъ влассовъ, оиъ тольво заставлялъ ихъ лицемерить,
и Европа въ втомъ случае походила на того придворнаго Антуаяа
Арво, о воторовгь разсвазываютъ францувсвхя свацдальныя хроииви.
Арно, святоша и развратнивъ, каждую ночь тодвалъ обывновенно свою
уснувшую жену. „Катиньва! Катиньва!'' Жена пробуждалась. Арно»
прежде чЬыъ идти дальше, твориль молитву ради освящен1я плот-
смго дфла..,. Д такф онъ будиль жену резь цо мти нди по шести
216
п ночь". Пер{одн такого лвца1%р1я ншеогда не (йапмив врододт-
тельнн, и ш>е^гЬ нихъ рааврал^ обнкновонно усиливался. Въ ХУП в.
раёвращеиность внсшихъ классовъ доходила до того, что люди дока-
зывали даже рацшнальность и завоиность полигаши. Въ 1671 г.^1о-
аинъ Лейэеръ издалъ въ Лондоне книгу, въ которой щюповЪднвалъ,
что „кногоженстве есть единственное истинное основаше счастья и сво-
боАН, а моногашя — рабство*^. „Полигазоя не противна ни закону при-
родц, ни естестествениому праву; она есть вполне Законное средство
для внполншя той первой запов^^дн бояаей, которая повелФваетъ лжь
дямъ плодиться и ннохиться". Въ подобномъ же направлеши напи-
сана и книга Лоренца Бегера (1679 г.). ВсЪ подобные защитники иво-
гоженетва являются наемными креатурами разцштиыхъ потштатовъ,
желавшихъ им^ть теоритическое оправдаше своей дурной жизни. Лей-
зеръ писалъ по найму одного графа, наскучившаго своею женой, а
Бегеръ — ^по поручетю курфирста пфальцкаго, двоеженца. Подобные по-
лигамисты не могли имЪть большихъ успЪховъ, встречая сильное про-
тиводМств1е и въ защитникахъ половой нравственности и въ авенщи-
яахъ, для которнхъ полигам1я всегда ненавистна. Гораздо разврати-
тельн^ згахъ пропов^Ьдниковъ многоженства дМствовали хезунтп. Еа-
толицизмъ вообще не благопрхятенъ развитш сем^ства; онъ всегда
стремится освобоядать отъ семейства личность и всец^^о подчинять
ее своей корпорацш. Для достижешя этой ц-ёли, хезуиты пустили въ
ходъ всЪ средства. Санхецъ, Фяллхущй, Лейманъ, Ёскобаръ Риччи
оправднваютъ всевозможные половые пороки и преступлевоя, совер-
шаемым въ интересахъ католичества. Риччи, напр., пишетъ, что моло-
днхъ и старыхъ вдовъ 1езуитъ долакевъ отклонять отъ втораго заму-
жества, если же они чувствуютъ въ немъ физическую потребность, то
ей долженъ удовлетворить я^л^^оразумный отецъ-1езуитъ^. Хезуятн
оправдывали даже педерастш и д:Ьтоу(Кйство , въ которыхъ они по-
стоянно упражнялись. Въ качестве духовниковъ, они пропагаадиро-
вали зту свободу разврата во всЪхъ классахъ общества. Аристокра-
Т1Я, развращенная до мозга костей, встречала яхъ доктрины съ рас-
простертыми объятиями. 1езуиты создавали релипю порока, и главными
адептами этой религш были внсшхе классы. За дворами и аристокра-
Т1ей обыкновенно тянулась буржуаз1Я, и современная апоха ея влады-
чества, эпоха XIX в., не менЪе развратна, ч^^мъ вфка предндупце.
Франщя всегда стояла въ этомъ отношеши во главЬ остальной Евро-
пы, а ея властители стояли во глав^ Фрашци. Венчанный, богатый,
властительный порокъ.ю только ра1фушалъ множество браковъ я се-
мействъ, но и д'Ьлалъ изъ внЬбрачныхъ связей какую-то родовую тра-
дищю для своихъ посл^^дователей. Эта развращенность и разврати-
тельность выспгахъ классовъ особенно сильны были въ ХУП и ХУШ в.
ФрмщузсшА дворъ иадолнядря сотнями цроституто]^ъ, содомцтовъ, ве^|ь*
217
Х0ЖШ1ГБ Я невелгьможяыхъ сводниковъ; кажднй король, каждий тгращь^
каждый пркдворннй тЛжя по н^Ьскольву лобовяицъ ть семействъ
аристокрапй и буржуати, которнхъ они увлекалга соблазномъ или
овлад'Ьвали ими силою. Жеиская добродетель не бнла отъ нихъ безо-
пасна ни въ Париж'Ь, ни въ провннц1Яхъ. Среднев^вовыд идеи о не-
совместности съ любовью брачной жизни были догматомъ высшаго
французскаго общества, думавшаго, что „какъ только супруги всту-
паютъ на брачное ложе, любовь повидаетъ ихъ сердце'^. Мужья не
только терпели, но даже сани поддерживали и развивали згу теоргю.
Мужъ говорилъ своей жен^: „ванъ нужны развлечешя; выезжайте въ
ев^тъ, заводите связи, живите, какъ все женщины вашего возраста.
Это единственное средство понравиться мне, мой другъ**! (ОопсопН;),
При Франциске I прелюбодеяте было терпимо, при Людовике Х1У
оно сделалось всеобщимъ, при Людовике ХУ любовь и верность со-
хранились только въ предашн; мужчины и женщины были „верны
друтъ другу только въ сво^й неверности'. Развращеше дошло до
того, Ч!ГО надъ чистотою нравовъ открыто и едко издевались, а сты-
дливость презирали. Свободная, порочная любовь разрушила и бракъ
и семейство, оставивъ только одни ихъ безжизненный формы, осно-
ванныя на разсчете или честолюб1и. Французская литература бвиа и
вернымъ зеркаломъ такой жизни и пропагандисткою ея не только во
Франщи, но и во всей Европе. Осмеяте брака и семейныхъ добро-
детелей, проповедь полной свободы любви, изображеше разврата въ
такЯ!хъ циническихъ формахъ, которыя теперь невдзможны положи-
тельно ни въ одной литературе, — ^вотъ чемъ занимались французск1е
писатели ХУ1, ХУ11, ХУШ в. Вследъ за Франц1ей шла остальная
Европа. Въ Англш, после падешя власти пуританъ, съ началомъ ре-
ставращи, высппе классы общества пустилась въ самую необуздан-
ную орг1Ю порока. Пуританство начало подвергаться самымъ оже-
сточеннымъ нападкамъ. „Война между остроум1емъ и пуританствомъ
скоро сделалась войною между остроум1емъ и нравственностью. Не-
пр1язиь, возбужденная каррикатурою добродетели, не пощадила и
самой добродетели. Все, что пуританинъ уважалъ, было оскорбляемо;
все, что онъ преследовалъ, было поощряемо. Противники его под-
нимали на смехъ все проявлетя нравственной щекотливости, вы-
ставляли съ циническимъ безстыдствомъ на всенародные очи все
свои самые предосудительные пороки; девическая простота и су-
пружеская верность сделались предметомъ шутокъ. Подобно тому,
какъ пуританинъ не открывалъ рта безъ библейскихъ выражешй,
новая порода остроумцевъ и изящныхъ джентельиеновъ никогда
не раскрывала рта безъ сквернослов1я, какого теперь постыдился бы
даже носильщикъ. Театры сделались разсадннками порока; отъ нихъ
съ хаждымъ днемъ требовалось все более и болеа пряностей; актеры
218
развращали врителей, а зротеди актеровъ. Самне безоутане сшн
0ОЭТН влагали ъъ уста женщинъ". Даже все, что англхйскхе писатели
заимствовали тогда отъ ииостраицевъ, они дродушали своинъ буке-
тонъ. „Въ ихъ подражащдхъ дома знатннхъ и горднхъ дворянъ Каль-
дерона являлись вертепами порока, Вюла Шекспира — своднею» Ми-
завтропъ Мольера-— растлителемъ, мольеровская Агнесса — блудницею".
(Махолей). Монтень, путешествовавши по Италш въ первой половивЪ
ХУ1 в., быль изумленъ, что знатные люди держали своихъ женъ чуть-
чуть не на запорти. И они им^ли основанхе не доверять ихъ добро-
детели. Итал1Я, земля страсти, средоточхе тогдашней Европа, была
для посл'Ьдней непотребннмъ домомъ, въ которомъ владычествовали и
наслаждались разные иностранцы и особенно безбрачное католическое
духовенство, бывшее въ старину однимъ изъ главныхъ факторовъ раз-
ложешя семьи. Когда папа Инновент1й 1У, жившхй шесть л^тъ въ
МоЕ% у^зжалъ взъ этого города, то одпнъ изъ кардиналовъ въ своей
прощальной р^чи горожанаиъ говорилъ имъ: „друзья, вы должны быть
очень благодарны намъ. Мы принесли вамъ пользу, ибо при нашемъ
сюда прибытш здЪсь было три или четыре непотребныхъ дома; тенер1;
же, при своемъ отъ:Ьзд'Ь, мы оставляемъ вамъ только одияъ такой
домъ, который простирается отъ западныхъ воротъ города до восточ-
ныхъ". Правдивая шутка кардинала была вполн*]^ приложима и ко
всей Итал1и. Въ новеллахъ Бовкаччю, въ комедгяхъ Мавкхавеллн, въ
стихотворен1яхъ Сульчи, Боярдо и Арюсто, въ грязнЬйшихъ и раз-
вратн'^Ьйшихъ сочинешяхъ Шетро Арентино и другихъ подобныхъ по-
этовъ, въ родЪ нашего Баркова, наконецъ въ разсказахъ путешествен-
никовъ и тогдашнихъ хронвкахъ — везд'Ь мы видимъ проявлен1Я са-
маго необузданнаго разврата. „Итал1я — говоритъ Шерръ — была
отечествомъ утонченнаго искуства любви, а въ самой Италш высшею
школою порока была Венецгя. Царица Адр1атвки была столицею сл&-
достраст1я вплоть до половины ХУШ в., когда она принуждена была
уступить свой скипетръ Парижу". — Гермашя въ ХУ11 и ХУШ в. была
сильно офранцужена, она подражала во всемъ Франщн и французсшй
развратъ былъ идеаломъ, къ достиженш котораго стремились высппе
н^мецше классы. Когда въ 1728 г. Фридрихъ Августъ саксонсий по-
лучилъ изв1^ст1е о смерти регента Франщн, пораженнаго ударомъ въ
объят1яхъ любовницы, то воскликнулъ: „ахъ, еслибы и мнЪ умереть
смертью этого праведника!*' Жпзнь нЪмецкихъ дворовъ и аристокра-
Т1и была непрерывною орпей пьянства, баловъ, маскерадовъ, драть,
уб1йствъ, самаго грязнаго волоквтства. Хозяева угощали гостей хоро-
шенькими женщинами, а хозяйки предлагали имъ свое ткло. Метрессы
были всевластны; женсюя моды дошли до крайняго безстыдства; спальня
дамы сд'Ьлалась ея гостиною, въ которой она принимала по утрамъ
своих^^ поклонниковъ, вставала и одевалась при нихъ. Въ |773 г, ац-
219
гдШсхШ посланникъ пнсалъ о берлинскомъ обществе: , полное паде-
ше нравовъ царвтъ между обоими полами всЪхъ классовъ. Женщины
здФсь отдаются тому, кто больше платить, н^Ьжння чувства о истин-
ная любовь неизвестны имъ''. Въ кон1^ ХУ1П и начале XIX в. раз-
вращенность бердинскаго общества еще увеличилась. „Женщины тавъ
вспорчены — ^нишетъ одинъ очевидецъ — что даже самыя знатный дво«
рянки унижаются до роли сводницъ и плодоизгнательноцъ^. Въ Ав*
стрш, Саксоши, Бавархи и другихъ германсвихъ странахъ нравы были
не тольво не лучше, но по м^стамъ даже хуже^ берлинсквхъ. НЪмец-
вая литература была тавже фривольна, также груба и цинвчна, вавъ
и т^ люди, которые давали ей жизнь и для которыхъ она существо*
вала. Переводы древнихъ и новнхъ пр1апичесвихъ произведешй подъ
перьями н^мецкихъ переводчивовъ выходили площадною похабщиной,
лишаясь художественности подлиннивовъ. Поэты не ум^Ьли востор-
гаться въ женщин'Ь ничЪмъ, кром'Ь ея физичесхихъ достоинствъ, и
Еявъ кав1е ннбудь статисты описывали до мелочей ея т^ло. Въ рома*
нахъ, стихотворешяхъ, драиатическвхъ пьесахъ — вездЪ см'Ьялись надъ
бракомъ и супружескою в'Ьрностью; литература формулировала пра-
вила общественной жизни, лропов^Ьдуя, что „своего ближняго должно
любить, какъ самаго себя, ^. е. жену своего ближняго слЪдуетъ лю-
бить, какъ свою собственную^ и т. д. Даже серьезные ученые Герма-
нш увлекались подобными идеями , даже самъ Лейбницъ читывалъ да-
мамъ пр1апическ1я стихотворенхя и разсуждалъ по поводу ихъ любви.
Ученые, литераторы часто вели тогда такую же жизнь, какъ и уни-
верситетская молодежъ. Студенты были одними изъ первыхъ разврат-
ннковъ я развратителей женщинъ. Отъ нихъ не отставали не только
профессора, но даже ихъ жены и дочери. Что всего потЬшн'Ье, такъ
дто то, что ученые н^Ьмцы не могли даже и похабничать безъ педан-
тизма н схоластическихъ прхемовъ. Такъ одинъ профессоръ А^лииъ
любовь: 1) на хриспанскую любовь, 2) на супружескую любовь, 3) на
любовь друга, 4) на любовь общественности илн дов'Ьргя, 5) на лю-
бовь галантную и 6) на любовь проститущонную (НигепиеЪе). Онъ
училъ, что „въ любовномъ дЪл^ нужно и должно добиваться отъ воз-
любленной доказательствъ ея любви".
Такнмъ образомъ, втечеши XVI, ХУП, ХУШ стол-Ьтй разрушался
бракъ я зам:Ькялся свободою половыхъ отношенхй, свободою, водворе-
Н1Ю которой сод'^ЬйствФвали дворы, аристократ1я, театръ, литература,
войско, безбрачное духовенство, женскхе монастыри съ своею разбра-
тцтельною жизнш и т. д. Женщина и воспитывалась и жила для стра-
сти; вс^ силы ума, чувства и денегъ были употреблены ею на кокет-
ство. „ВсЬ" — говоритъ Гонкуръ — „смотрели па женщину, освобожден-
ную отъ брачнаго рабства и отъ хозяйственныхъ заботъ, какъ на су-
щество, обязанное цриносцть удовольстб1е*'. Роскошь и изнеженное
220
воспнташе уенлглн въ женщин^Ь до крайности ея половы я отл1ч1я, ея
искуственную женственность. Выше ин уже говорили, что половня
противоположности развиваются только по жЪрЬ того, вахъ женщину,
оттесняя отъ мужской д^тельности, начинаютъ держать и воспитн-
вать спещально для половнхъ удовольствЛ. Въ Евронб такое развв-
Т1е женственности на^^кюсь въ средше вЪка, но результаты его долго
не обнаруживались вполне. Даже въ ХУ1 в. красота, физюношя, раз-
меры т:Ьла, голосъ, чрствительность и друг1Я свойства женщинн не
пр!обр'Ьли еще той р^Ьзкой разницн отъ мужскихъ, какую они полу-
чили въ ХУШ и XIX в. Въ наше и въ предыдущ1я стол^пя жен-
щины являются уже вполне ж€нствен$4ымн , по малому своему росту,
слабосил1Ю мускуловъ, по крохотности свонхъ рукъ и ногъ. Подражая
китайцамъ, европейцы давно уже стараются уменьшить объемы жен-
скаго тЬла посредствомъ корсета, тесной обри, ничего не.д'Ёланья,
и это доходитъ до такого комизма, какого н^тъ даже и въ Кита'Ь.
Когда, напр., женЬ Филиппа 1У, про'Ьздомъ ея черезъ одинъ городъ,
жители его хог&хи предложить въ подарокъ парпю великохЬиныхъ
шелковнхъ чулковъ, то майордомъ отказался принять ихъ, говоря, что
„у королевы Испаши н^тъ ногъ^". Тонкость костей, слабость муску-
ловъ и нервовъ, н'Ьжность голоса — ъс^ эти качества, развивш1еся въ
женщинахъ втечете столЬтШ, сделали изъ нихъ бевпомощный, „сла-
бый** ПОЛЬ, который долженъ подчиняться „сильному^ полу. Половая
противоположность, едва зам^^тная въ дикой и патрхархальной жав&и,
достигаетъ вершины своего развит1я въ высшихъ классахъ европей-
скаго общества. Полы радикально отличаются эдЪсь юдинъ отъ дру-
гаго и по органическимъ свойствамъ, и по платью, и по манерамъ;
есть красота мужская и особая отъ нея красота женская; есть муж-
СК1Я манеры и манеры женсшя; мужскк доблести и нравственность и
отличныя отъ нихъ, женешя; походка, голосъ, верховая "бзда, пер-
чатки, воспнташе, — все это разделяется на мужское и женское. Въ
умственномъ отношеши мужнина оставплъ за собой все серьезное и
продолжалъ развивать разсудокъ, а женщину воспитывали и развивали
такъ, что сделали ее крайне сантиментальною, впечатлительною, лег-
комысленною. Подобно тому, какъ корсеты и тесная обувь, дМствуя
на сотни женскнхъ поколыши, сд'Ьлали тоншй станъ и маленькую
ножку природными свойствами дамы, в'Ьковая умственная гиг1ена жен-
щины умалила и ослабила ея умъ, развивъ не въ м4ру чувствитель-
ность. Въ бол^зняхъ мы видимъ то же различ1е. У крестьянъ и на-
турныхъ народовъ женск1я болЬзни чрезвычайно малочисленны, даже,
можно сказать, что ихъ вовсе нЪтъ, потому что роды и менструац1Я
относятся зд'Ёсь бол']^е къ нормальнымъ физ1ологическимъ отправле*
шямъ, чЪмъ къ болЪзнямъ. Въ высшихъ же классахъ европейскаго
общества жеаск1Д бол^знд т^ъ зшогочислецны, что требуют^ ^^и^
#
221
своего изучешя и лечеша особахъ спвцхахистовъ; дамспй лгекарь зд^^сь
такасе необходихъ, хакъ дамсвхй пропов^никъ, дамсшй духовникъ,
дахек1й учитель, дамшй писатель, дамоай портной, дамсБ1й журна-
лнстъ, и т. д.
Романтическая любовь, неизвестная почтя вовсе людяиъ нецнвн-
1изованшигь, росла въ Европе по кЪрЪ развипя половыхъ отлич1й.
Въ ней жено](ина юАха оруд1е не только для своей защиты отъ муж-
чины, яо также для поворешя его себА и для своей свободы. Поэтому
въ средше вЪка, бывшхе первою эпохою упомянутой любви въ Европе,
женщина впервые потребовала свободы чувства. Въ ХУП1 в. половыя
0ТЛНЧ1Я развились еще бол^е, и не смотря на грубый развратъ об-
щества, романтическая любовь всетаки существовала тогда и посте-
пенно усиливалась, а женщина еще сильнее, ч^мъ въ средше вЪка,
начала заявлять требоватае на свободу чувства и свое недовольство
тогдашнимъ бракомъ. Хотя реформац1я превратила бракъ въ граж-
данскШ договоръ и дозволила при извФстиыхъ услов1яхъ разводъ, но
власть мужей оставалась всетаки прежнею, а разводомъ они поль-
зовались гораздо чаще женъ и рерФдко прогоняли ихъ отъ себя, во-
преки ихъ желашю. Радводъ безъ экономической и общественной са-
мостоятельности женщинъ для большинства ихъ всегда служить только
ко вреду. Но главное ст^снеше для женщины, противъ котораго она
прежде всего и сильнее всего вооружалась, состояло въ томъ, что
большею частью она не сама выходила, а ее выдавали замужъ роди-,
теки, родственники или опекуны. Любовь возмущалась такими подне-
вольными союзами и устроила тайные свободные браки. Въ ХУЛ и
ХУШ в. они были очень распространены по всей Европ'6. Въ Англ1И
тайные браки, совершавшхеся безъ всякихъ формальностей, начали
быстро умножаться посл^ 1644 г., и число „беззаконныхъ церквей»
(1а^1е88 сЬигсЬез), въ которыхъ они совершались, постепенно возра-
стаю. Въ одной изъ нихъ съ 1664 по 1691 г. было заключено 40,000
тайныхъ браковъ! Въ то же время былъ въ огромномъ ходу такъ на-
зываемый флимскгй бракь. Флитъ, это часть Лондона, въ которой сто-
яла тогда долговая тюрьма.* Но такъ какъ она была недостаточна для
пом^^щешя всЬхъ неисправяыхъ доджниковъ, то множество ихъ было
поселяемо около нея, во Флитскихъ кварталахъ. Въ числ'6 жителей
Флита было много духовнЫхъ, оказавшихся несостоятельными долж-
никами. А такъ какъ стремлевае къ свободнымъ тайнымъ бракамъ
было сильно въ обществе, то изъ совершен1Я такихъ браковъ раззо-
ривппеся попы и сделали для себя выгодную профессхю. Одннъ пас-
торъ, проживппй во Флит^ тридцать шесть лЪтъ, благословилъ въ это
время 36,000 флитскихъ браковъ, не смотря на то, что онъ конку-
рировалъ въ этомъ д^ЬлЪ со множествомъ другихъ поповъ. Браки эти
совершались не въ однихъ церквахъ, но почти у каждаго пастора было
222 с
л
прелназначено особое по]гЬщен1е для венчанья. Трактирщики, у ко-
, торыхъ обыкновенно лроисходвли свадебные пиры, нн^ли у себя на
жалованьи поповъ, для в}^нчашя тайныхъ свадебъ. Эти браки не огра-
ничивались пределами Флита, и быстро распространялись во всЪхъ
классахъ общества; даже одинъ лордъ-канцлеръ и одннъ лордъ вер-
ховный судья Англ1И были обвенчаны тайно. Въ 1758 г. законода-
тельство постановило, что каждому браку долхио предшествовать
трехкратное оглашенье, что в'Ьнчаше должно совершаться только въ
опред'Ьленнкхъ церквахъ, а за тайное венчанье пасторъ подвергался
четырнадцатилетней ссылк'Ь. Народъ быль крайне недоволенъ этинъ
закономъ, вошедшпмъ въ силу 25 марта 1754 г. Однакожъ, всл^д-
ств1е оппозищй нижней палаты сила этого закона не распространя-
лась на острова, Ирландаю и Шотланд1ю, и почти вплоть до нашихъ
дней тайный бракъ можно было заключить въ шотландской деревне
Гретна-Грииъ, лежащей на англ1йской границе. Сюда постоянно пр1-
^жали цЪлыя толпы англичанъ обоего пола и зд^Ьсь соединяли ихъ
брачными узами безъ законныхъ формальностей за десять гиней каж-
дую пару; при зтомъ не было даже попа, а в^нчалъ сначала кузнецъ,
по смерти его трактирщикъ и т. д. Во всЬхъ другихъ странахъ тай-
ные браки были также въ очень большомъ ходу, хотя и не достигали
такихъ рази^ровъ, какъ въ Велпкобритати.
Не одно подневольное вступлеше въ бракъ 6е1ло противно жен-
щин'Ь, она возмущалась своимъ рабскимъ положешемъ въ семьЪ, своей
подчиненностью множеству вел^пыхъ обычаевъ, своею зависимостью
отъ педантизма общественнаго мн^^нгя. И нередко разрывая опуты-
вавш1я ее узы, она предавалась неистовствамъ Мессалины. Предста-
вительницею женщины ХУ11 и ХУШв., жаждущей свободы, стЬснен*
ной со вс^хъ сторонъ, недовольной, ищущей выхода взъ своего поло-
жешя, раздраженной на все окружающее, нам'Ьренно пренебрегающей
традицюнными обычаями и правилами женскаго поведешя, — можетъ
служить Христина, королева шведская (1 626-- 1689). Еще въ Д'ЬтствЪ
она обнаружила сильную любовь къ наукамъ и искуствамъ и твердо ре-
шилась никогда не принадлежать мужчине. Рано развилось въ ней ре-
шительное отвращеше ко всему, что говорятъ и дЪлаютъ женщины, кото-
рыхъ она презирала за ихъ пассивность. Время свое она делила между
делами государства и науками. Декартъ и Сальмазхй жили при ея
дворе н находились въ самыхъ дружескнхъ отношенхяхъ съ нею. Она
переписывалась со всеми знаменитыми учеными Европы, которые ча-
сто посылали ей свои сочинешя и одобрительный отзывъ ея называли
печатью славы. Она поддерживала шведсше университеты, основывала
новые, заводила музеи, награждала многихъ ученыхъ пенс1ями, неко-
торыхъ изъ ннхъ избавила отъ рукъ пнкввзищи. Положеше королевы
было длянея стеснительно, и въ 1654 г. она сложила съ себя у правлеше
223
Швещей, одЪашсь въ мужское платье и отправилась путешествовать,
по ЕвропЬ. Протестанство было невыносимо для ея свободной души
своииъ рягоризмомъ, и она кинулась въ католнцизмъ. 1езуиты возра-
довались й замечали ей, что она будетъ стоять въ' ряду святыхъ,
вм^Ьст^Ь съ св. Бригиттою шведскою; „нн'Ь бы гораздо бол^^е хотелось
быть причисленною къ лику умныхъ людей^, отвечала имъ весело
Христина. Перешедши въ католнцизмъ, она даже по наружности не
подчинялась вс^Ьмъ его правиламъ, и открыто вела себя, какъ совер-
шенно свободная философка. Долго ездила она по всей Европе, по-
сещая знаменятыхъ ученыхъ, художниковъ, музеи, библ10теки, театры
и всюду возбуждая глубокое уважеше къ своей учёности и талантамъ,
и въ то же время возмущая лицем'Ьровъ своимъ поведетемъ. Вплоть
До своей смерти она вела безпокойиую, д'Ьятельную жизнь, посвяп1;ен-
вую преимущественно наук'Ь, Жизнь этой зам^чательбой женщины
объясняет^ многое въ характер'Ь тЬхъ Мессалниъ, которыми такъ бо-
гата и древняя и новая исюрхя Европы. Стесненная со всФхъ сюронъ
«енщина, не находя свободнаго выхода изъ своей темницы, разруша-
етъ ст^ны ея, и съ неистовствомъ сумасшедшей предается ъсЪиъ из-
лишествамъ свободы, попирая ногами все, что прежде стесняло ее и
азд^Ьваяеь надъ т^мъ, что при болФе бдагопр1ЯТныхъ услов1яхъ обще-
ственнаго развит1я было бы для нея святынею. Недовольство женщинъ
своимъ положепхемъ рЪзко выражалось и въ литературе ХУП и ХУШ
в. Въ без«1всленныхъ тогдашиихъ сатирахъ, стихотворешяхъ, повЬ-
стяхъ я водевиляхъ адвокаты женщины выставляли мужей пьяницами,
тиранами, драчунами и потЬшались надъ исхуствомъ, съ которымъ жены
приставляли имъ рога. Строгая отеческая власть подвергалась такому же
сомнЪн1Ю, и въ тогдашиихъ комедхяхъ дЪти не только постоянно ссо-
рятся съ отцами, но и составляютъ противъ нихъ заговоры вместе съ
адвокатами и нотар1усами. Литература издавалась надъ патрхархальнымъ
сеиействомъ и подъ влАяшемъ женщины вырабатывала доктрину объ
энанципацш чувства и о превращенш семейства въ союзъ равныхъ
другъ другу свободныхъ индивидуумовъ. Фактически, какъ мы уже
видели^ чувство не только эманципировалось, но вырвавшись на сво-
боду, дошло до самыхъ безобразныхъ излишествъ. Свободная любовь
уже не скрывалась ни передъ к^мъ и открыто выставлялась на все-
народння очи. Этотъ протестъ разврата нуждался только въ теорети-
ческихъ оправдан1яхъ, — ^и они явдлись. Реакщя католическому дуа-
хизму и <)^еодальному праву, основанная на ученш об^ естественномъ
состояши людей, пришла къ отрицанш всего противоестественнаго и
въ безусловному утвержденш вс^хъ естественныхъ наклонностей и
стремлен1й человека. Возвращете къ природе сделалось девизомъ
эпохи. Половый отношетя людей также подводили подъ эту теорш
естественной свободы. Р^зче всего доктрина половой свободы выражена
224
г
была въ ХУШ в« въ книг^ Бриссо-де-Варвихя, ,ВесЬегсЬе8 РЫ1о80-
рЫдиев ваг 1б Аго11 <1е 1а ргорпе^е е! 1е то!**. „Ёстественння потреб-
ности чеюкЬка — говорить авторъ — суть Ш1тан1е, употребдеше чд^
новъ, половое совокуплеше... ЧеловЪкъ природы, с^гЁдуй ея голосу,
повинуйся ея жеданш, — это твой единственный владыка, твой руко-
водитель! Чувствуешь-ли въ своихъ жилахъ тайный огонь, запылав-
Ш1й при видЪ прекраснаго, — знай, что это говорить природа; наслаж-
дайся; твои ласки будутъ невинны, твои по1^луи чисты... ** Дал^^
Бриссо-де-Варвиль, доказывая естественную законность своихь пра-
виль, приводить вь приы1}рь дикарей, на которыхь тогда смотрели;
какъ на прег^ставителей воображаемаго естественнаго состояшя чело-
вечества. „Природа зажигаетъ вь сердцЪ дикаря огонь любви. Если
онь видить прекрасную женщину и если одно и тоже пламя охватн-
ваеть ихь обоихь, то они дгЬлаются супругами; они не даютъ другъ
другу никакой клятвы и любятся потому, что чувствують потребность
любви. Коль скоро эта потребность удовлетворена, они дерестають
быть супругами". Общество ХУШ в'Ька близко подходило кь этому
идеалу; женщина свободно вступала тогда вь союзь безь нам'Ьрешя
и безь обЪщашй любить до гроба. Общественная мораль требовала
оть нея не в'Ьчной верности, не патрхархальныхь женскихь доброде-
телей, а только свойствь честнаю человшса. Несмотря на то ХУП в.
представляеть примеры самой возвышенной, самой благородной, самой
постоянной любви, какь напр. любовь мадамъ Роландъ кь Бюзо или
любовь графини де-Станвиль кь Клервалю, доведшая ее до смерти.
Стремлеше кь эманципацш чувства выразилось между прочимь и вь
редигш. Мистическ1л секты ХУШ и XIX в., какь всё подобный ч^ехтн,
обыкновенно доходили до половыхь безобраз1й. Шэтизмь ХУШ века
быль реакщей религ103наго чувства сухому, формальному догматизму
протестанства. Онь отнималь у послёдняго многихъ чувствительныхь
женщинъ, преимущественно изь высшаго класса, ску^кавшихь вь сво-
ей праздной жизни и не находившихь никакой отраДы вь бракЪ. Громы
револющи и войны Наполеона еще бохЬе усилили мистическое настрой
еше высшихь сословШ. Явились ц^лая толпы прорововъ, духовндцевь,
толкователей апокалипсиса, и даже таше пустыя бабенки, какь ма-
дань Ерюднерь, пользуясь общимь настроешемь, могли играть важ-
ную роль и при дворахь и вь обществ-]^. Подь прикрыт1емь религш
действовали шарлатанство и разврать. Мнопя колоши н общества
шэтистовь вели самую безобразную !жизнь. Религ103ныя сборища ихь
сплошь и рядомъ начинались „серафимскими лобзаньями братьевь и
сестерь", а оканчивались свальнымь гр^^xомь. Бол^ненная чувствен-
ность развивалась вь этихь сектахь до ужасныхь разм^ровь* Мы не
будемь останавливаться на этихь многочисленныхь и разнообразныхъ
обществахь, а упомянемь только о двухь сектахь XIX в.— о кенигс-
бергевихъ шэтистахъ в принсеистахъ. Училележь или „уо^шителемъ"
кенигсбергсЕИхъ шэтистовъ быль Шенгерръ, родивппйся въ 1711 г.
Онъ доваз^валъ, что вода и св^тъ составляютъ основння начала
всего существующаго; вода женсшй принцшгь, св'Ьтъ — мужесшй;
время плотской любви прошло, и въ обществе, обновленномъ в'Ьрою
въ утешителя, возможна только любовь духовная. Шенге^фъ прюбрЪлъ
многихъ последователей, особенно изъ аристократан. Три блестящихъ
красавицы, — Ида фонъ-деръ-Гребенъ, Минна фонъ-Дершау и Эмнл1я
фонъ-Шретеръ, — составили изъ себя правительственнЕ1й сов'Ьтъ этой
церкви, въ которой никто не долженъ былъ ни рождаться, ни уми-
рать и которою заправляли женщины аристократки. „Серафимск1Я
лобзатя**, и ихъ посл^дствхябыли въ большомъ ходу на релипозныхъ
собрфшяхъ „мукеровъ", какъ названы эти тэтисты за ихъ шарлатан-
ство, развратъ и лицемер1е. Въ настоящее время мукерство сильно
распространено въ самыхъ богатыхъ и просв'Ьщенныхъ городахъ Гер-
нанш, — въ Галл*, ГейдельбергЬ, Берлин*, Кенигсберг*, Дрезден*,
ШтутгардтЬ, Бремен*, Альберфельд*. Л*тъ тридцать назадъ мукер-
ство доявилось и въ Англ1и, подъ именемъ прайнсеизма. Прайнсъ,
родившШся въ Бат* въ 1811 г., явился выразителемъ реакщи противъ
чувственной развращенности, протавникомъ брака и проаов*дникомъ
безбрачной платонической любви. Въ своихъ пропов*дяхъ онъ громилъ
равнодупшыхъ, малов*рныхъ и слабыхъ, называя ихъ негодными пле-
велами и говоря, что ихъ нужно отд*лить отъ пшеницы. Большая
часть мужей и отцовъ оказались плевелами, а пшеница, состоявшая
изъ фанатизированныхъ женъ и дочерей, стала сомн*ваться въ за-
конности семейной дисциплины и обнаруживать постоянно возраста-
юпця наклонности къ самоуправлешю. Мнопе отцы семей запретили
своимъ женамъ, д*тямъ и слугамъ ходить на молитвенный собратя
прайнсеистовъ. Ссоры и раздоры ознаменовали собою рождете секты.
Наконецъ, было основано общее для мужчинъ и женщинъ оюгмище
Аюбеи^ въ которомъ братья и сестры вели ц*ломудренную жизнь, чув-
ственная любовь была -запрещена даже между супругами, д*торожде-
Н1е объявлено зломъ. Случалось, внрочемъ, что женщины беремен*ли,
I даже самъ Прайнсъ почувствовалъ наконецъ жажду чувственной
любви, предметомъ которой сд*лалась молоденькая миссъ Патерсонъ.
Прайнсъ объявилъ братьямъ и сестрамъ, что приблизилось время ве-
ликихъ событШ, что онъ скрро, по вол* Бога, сд*лаетъ д*ву своей
геной, вм*сто своей старой супруги, и сд*лаетъ это не въ страх*,
стыд* и тайн*, а въ присутствш вс*хъ святыхъ мужчинъ и женщинъ.
Вс]^ собрались въ торжественный залъ, служивппй церковью; Прайнсъ
додошелъ къ миссъ Патерсонъ, поц*довалъ ее и объявилъ, что связь
ихъ будетъ знамен1емъ любви Бога къ т*лу. Зат*мъ, онъ тутъ же
сд*лалъ миссъ Патерсонъ своею женою, среди б*лаго дня, въ при-
16 '
226
сутств1и нЪскольБихъ десятковъ мухчинъ и женщинъ, продолзвавшихъ
умилаться и благоговеть Но когда новая Мадонна, какъ назвали
Патерсонъ, родила, то ребеновъ бш[ъ всетави объдвленъ д'Ьлоиъ дья-
вола и это было первою и последнею попыткою прайнсеистовъ воз-
вратиться явно къ чувственной любви.
ХУШ в'Ькъ, вЬкъ крайней развращенности и необузданности стра-
стей, разрушавшихъ патрхархальное семейство, вызвалъ къ жизни не
только вопросъ Обь эманципащи чувства, но и вообще о свобод'^ и
правахъ женскаго пола. Вопросъ этотъ былъ возбужденъ самими жен-
щинами, отнесшимися критически къ своему подневольному полож^ш.
Первый, по времени, изъ этихъ писательницъ не заходили далеко въ
своихъ требованякъ, но все-таки они оказали своему полу большую
услугу т'Ьмъ, что критически отнеслись къ его положенш. Въ 1752
году д']^бица Аршамбо-де-Лаваль въ изданной ею книгЪ разбирала
вопросъ, въ комъ больше постоянства, въ мужчине или женщине? Въ
1786 мадамъ Жанлисъ пошла уже далЪе, и въ своей брошюре тре-
бовала уничтожешя женскихъ монастырей и публщчнаго образован1я
женщинъ. Въ Германш знаменитая ученая писательница ХТХ! в., Анна
Шурманъ въ одномъ изъ своихъ со^нешй доказывала, что женщины
им'Ьютъ так1Я же способности и такое же призваше къ наукамъ, какъ
и мужчины. Въ Италш и Францш мног1я писательницы пропагацди-
ровали ту же идею, которой сочувствовало и не мало мужчинъ. Въ
1765 г., въ одной газег]^, издававшейся во Франкфурт^-на-Майн^
была пом'Ёщена статья „о владычестве мужчинъ надъ женщинами''.
Въ ней говорится, что „хотя мужчины поклоняются женщинамъ, какъ
ангеламъ и земнымъ богинямъ, но, съ другой стороны, они такъ мало
уважаютъ ихъ, что считаютъ ихъ какими-то выродками челов']^чества
и едва признаютъ за людей, или же, по крайней м^р^, стараются
унизить ихъ до степени своей старой обри. Есть между ними так1е
дураки, которые оправдываютъ это не только изъ библ1и, но даже изъ
Согриз ^и^^8, и сл^Ьдуютъ тому древнему пустомеле, который на во-
просъ: почему женщины достигаютъ зр:Ьлости раньше мужчинъ? от-
в^Ьчалъ: потому что дурная трава растетъ скорее хорошей^. Мн^ше
Аристотеля, что „женщина есть ошибка природы'^, авторъ называетъ
см^Ьшнымъ и глупымъ. Въ той же газете за 1767 г. былъ напечатанъ
„Проэктъ женской академ1и", въ которомъ доказывается необходимость
для женщинъ высшаго университетскаго образовашя. Въ Англш,
всл^дъ за борковскою „защитою челов'Ёческихъ правъ'^ (1792 г.), по-
явилось сочинеше известной писательницы Мэри Уольстонкрафтъ
Годвинъ „Зашдта правъ женщины". Въ этомъ страстномъ памфлете
Мэри Годвинъ доказываетъ, что во вс^^хъ положешяхъ жизни жен-
щина-лолнад рабцня мужчины, что она предоставлена произволу отца,
брата, мужа, опекуна, лишена возможности самостоятельно добывать
227
себ^ вусокъ хлЪба и вести независимую жизнь, Въ ХУШ в. ннопе
васвазнвали подобныя энанципащонныя идеи и аюлашя, но пош^е
и ясн^е всЪхъ выразилъ ихъ Кондорсе. „Лющ — говорить онъ — до
тавой степени могутъ свнвнуться съ нарушетеиъ своихъ естествен-
ннхъ правь, что даже вь сред:Ь т^хь, чьи права нарушены, никто и
не дунаеть требовать возстановлешя ихъ, даже никто не сознаетъ
учиненной надь нииъ несправедливости. Напр., не нарушень-ди всЪхи
нами принципъ равноправности, когда мы преспокойно лишили ц^ую
половину челов'Ьчества права участвовать вь составлети законовъ,
отстранивъ шенп1;инъ оть пользовашя правомь гражданства?.. Права
человеческой личности истекан)тъ изъ ея разумности, изъ того факта,
что челов'Ькъ способень усваивать правственныя идеи и вырабатывать
ихъ своимь мышлешемъ. А тавъ какъ женпцинамъ присупщ эти свой-
ства, то по природе они должны быть равноправны. Или ни одна
человеческая личность не им^еть своихъ правь, или всЬ должны быть
равноправны*'.
Во время французской револющи жевлцины, какъ мы увидимъ ни-
же, основывали много своихъ клубовь; н^которыл энергичный и крас-
норечивый француженки требовали женской равноправности. Но идеи
радикальной эманципащи мало находили сочувств1я среди великихь
политическнхъ переворотовь ХУШ в. Деятели французской револющи
не увлекались идеями женской эманципащи; свобода, равенство и
братство требовались ими только для му^чинъ; но при всемь этомь
мнопе изъ нихь, проникнутые понят1ями эпохи, не мало содействовали
реформац1и семебства и успеху женскихь стремешй къ семейной сво-
боде. Теор1я обп^ественнаго договора, лежавшаго тогда вь основанш го-
сударственныхъ наукъ и учен1е объ естественныхь правахь человека
распространялись не только на государство, но и на семейную институ-
щю; идея договора, внесенная въ семейство, влекла за собой идею личной
свободы его членовъ. Пуффендорфъ доказываетъ, что бракь возникаетъ
не изъ власти, а изъ любви и договора, что супруги совершенно равны
одинъ другому; Фихте горячо вооружается противъ патр1архальной оте-
ческой власти; знаменитая французская „энциклопед1я*' говорить, что
вР0жден1е детей не даеть ихъ родителямь никакихъ правь надь ними...
Родители не имЬють права давать своимь детямъ приказашй, темь
менее употреблять противъ нихь угрозы или наказашл... Но что же
делать, если ребенокъ хочетъ себе зла? Такъ какъ онъ можеть же-
лать зла себе вследств1е заблуждеи1я, то родители обязаны только
растолковать ему суть дела...." Взрослые дети должны быть совер-
шенно свободны во всехъ своихъ действ1яхь и ни вь чемь не зави-
сеть оть родителей. „Словомь, отецъ не можеть иметь никакихъ правь
на евонхъ детей, кроме техъ, который суш;ествуюгь для пользы по-
следнихъ, и обш;ественная власть не должна содействовать наказа-
15*
228
шю дЪтей за ихъ домашше проступки или за неповиновеше родителамъ^.
Въ то же время въ заговоре Бабефа выразилось стрежлен1е уничто-
жить институц1ю насл'Ьдств^ и такимъ образомъ отцять у семейства
главную его основу. Законодательная практика не осуществила этихъ
утопическнхъ требовашй. Уничтоживъ первородство и субституцио,
установивъ равенство дЪтей въ наслЪдоваши, предоставивъ право ис-
правительныхъ наказанШ не отцу, а семейному сов'Ьту, объавивъ со-
вершеннол^тнихъ дЪтей вполн'Ь свободными отъ отеческой власти,
уравнявъ незаконныхъ д'Ьтей съ законнорожденными, революц1я внесла
такой же духъ свободы и въ брачную жизнь, предоставивъ супругамъ
свободу развода.
Но, не смот]ря на то, что ни законодатели, ни революционеры, ни
мыслители, кром^ Кондорсе, не думали о полной женской эмаеципацш,
женщины ХУ1, ХУП и ХУШ в. принимали д'Ьятельное участхе во
всЬхъ сферахъ общественной жизни, и хотя ташя личности были ис-
ключен1ями изъ общаго правила, но ихъ всегда было много и никто
не думалъ гнать ихъ съ общественной арены. Женщины были однимъ
изъ главныхъ оруд1й возрождешя католицизма, который, захвативъ въ
свои руки вм'ЬсгЬ съ ихъ образовашемъ и ихъ сов^Ьсть, сд'Ьлалъ ихъ
своими рабынями, развращаемыми имъ и физически и нравственно.
Хезуитская мораль, пропов:Ьди, монастырское воспиташе — все было
устремлено къ тому, чтобы притупить умъ женщины и посредствомъ
ея утвердить католическое вл1яше въ семействахъ. Въ реформащи
женщины были съ самаго начала ревностными пропагандистками но-
ваго учешя, а потов1ъ, въ разныхъ сектахъ, на которыя распалось
протестантство, они начали играть еще бол^Ье д^^тельную роль. Рели-
позная филантрошя сд'Ьлалась женскою спещальностью, и протестант-
ство, по свойственнымъ всЬмъ подобнымъ системамъ, внутреннему
противор'Ьчш и невыдержанности, поощряло филантропическую д'Ья-
тельность женщины, опровергая этимъ справедливость своего положе-
Н1Я, что женщина должна существовать для одного своего семейства.
Начиная съ ХУЛ в., кром^ католическихъ благотворительныхъ орде-
новъ, возникаетъ множество протестантскихъ женскихъ союзовъ, съ
самыми разнообразными филантропическими ц'Ьлями, и женская филан-
трошя принимаетъ изумительно-громадные разм'Ьры. Помощь б'Ьднымъ,
распространеше грамотности и христханства, уходъ за больными и ра-
неными, заботы объ ех - проституткахъ, о доставлеши б'Ьднынъ д^-
вушкамъ работы или приданаго, погребенхе б'Ьдныхъ покойниковъ, по-
мощь вдовамъ и сиротамъ, нравственное образоваше престуаниковъ,
распространен1е христ1анства между дикардми — вотъ главный ц'Ьли
женской филантропш.
Образовате всегда было могущественн'Ьйшимъ орудхемъ соц1аль-
ныхъ реформъ. Съ утверждешемъ въ ЕвронЬ королевскаго абсолю-
229
тизна воспитате юношества начало постепенно л:Ьлаться не толгьво
публичнымъ, но и обязателънымъ. Обязательное обучен1е является
впервые во Франц1и въ 1560 г., всл*дств1е м'Ьстнаго распоряжен1Я
орлеанскаго парламента. Людовики Х1У и ХУ издали общхе закона о
посЬщеши школъ д4тьми, подтвержденные въ 1793 г. конвентомъ.
Въ Прусстй Фридрихъ II въ 1763 г. ввелъ обязательное обучеше для
всбхъ мальчиковъ и д'Ьвочекъ отъ 7 до 13 лЬтъ, и въ начал* шести-
десятыхъ годовъ настоящаго стол*т1я изъ 3.090,294 д'Ьтей, обоего пола
не посещало пгколъ только 130,437. Въ Австрш обязательное обуче-
ше введено въ 1774 г. Въ большинств* государствъ родители под-
вергаются штрафу за уклонеше отъ общественнаго обязателънаго обу-
четя своихъ д'Ьтей. Эта система, между прочимъ, вела и ведетъ въ
ослаблешю натрхархальнаго семейнаго духа, такъ какъ она съ д'Ьтства
прхучаетъ людей къ обш;ественностн и 'Въ мысли, что родительская
власть должна завнс']&ть отъ власти обш;ества и государства, что се-
мейные интересы должны подчиняться обп1;ественнымъ. Кром* школъ
для обп^аго образован1я, съ ХУи в. во множестве возникаютъ жен-
СВ1Я школы, монастырсшя и М1рск1я. Даже некоторые ревнители па-
трхархальныхъ началъ доказываютъ необходимость женскаго образо-
ван1я. „Женщину — говорить Фенелонъ — сл4дуетъ обучать тому,
что составляетъ задачу ея жизни; ей придется наблюдать за воспита-
темъ д4тей, — сыновей до нзв4стнаго возраста, дочерей до ихъ заму-
жества, — наблюдать за образомъ жизни, за нравственностью и за
службою домочадцевъ, за всЬмъ хозяйствомъ, за расходами и т. д.
Въ этомъ заключается ея обязанность и по этимъ предметамъ она
должна обладать св^д'Ьшями*'. Въ Гермаши съ самаго начала ХУЙ1 в.
возннкаётъ идея женской академ1ии выходитъ вгаого книгъ, преиму-
щественно женскаго сочинешя, о необходимости расширить и улуч-
шить образован1е женщинъ. Во Фрапцш женское образовате подня-
лось прежде, ч4гмъ въ другихъ странахъ. Во вс4хъ б1ограф1Яхъ ХУП в.
мы видимъ, что и отцы и матери неутомимо заботятся объ умствен-
номъ развит1и своихъ Д'Ьтей. Женщины получаютъ самое блестящее
по тому времени образованхе, какъ это можно видеть изъ мемуаровъ
госпожъ Кейлю, Лафайетъ, Скюдери, Саблё^ Монтозье и многихъ дру-
гихъ. Они были образованы не мен'Ье мужчинъ. Особенно сильное
вл1ЯН1е на женщинъ того времени им'Ьлъ Декартъ. „Философ1Я Де-
карта, отвергнутая школою, была отлично принята салонами*^, гово-
ритъ Фуше-де-Карель. „Женщины, пользовавшгяся тогда верховною
властью, были первыми посл'Ьдовательницами ея, и Мальбраншъ — ко-
^торый есть ничто иное, какъ тотъ же Декартъ, только бол6е;{хри-
ст1анск1Й и бол'Ье н'Ьжный — говаривалъ, что женщины болЪе свободны
отъ предразсудковъ и лучше понимаютъ его уроки, ч4мъ ученые".
Лучшимъ другомъ и самою ревностною последовательницею Декарта
230
била Елисавета, принцесса палатинскай, которая распространила кар-
тезханиямъ въ Германш, и, сделавшись при конц'Ь жизни настоятель-
ницею Герфордскаго аббатства, превратила его чуть-чуть не въ кар-
тез1анскую акадешю. Въ ХУШ в. женщины даже нер^Ьдко превосхо-
дили иужчинъ своею просвещенностью. Въ нихъ развилась лихора-
дочная универсальная любознательность, удовлетворяемая публичными
чтен1ями, беседами съ учеными и писателями, книгами и журналами.
Романы вышли изъ моды и заменились учеными трактатами в попу-
лярными сочинешямя по философхи, естественнымъ наукамъ, физике,
химш, праву, ИСТ0Р1И, астрономш. Даже переписка дамъ потеряла свой
прежщй характеръ светской болтовни и наполнилась серьезными раз-
мышлешями, серьезными вопросами и серьезнымъ разрешешемъ ихъ.
Парижсше музеи и лицеи наполнились женщинами, стекавшимися сюда
на публичные курсы и опыты. Въ 1786 г. даже Королевская Долле-
Г1Я была осаждаема толпами любознательныхъ женщинъ. Высшее уни-
верситетское образовате было доступно женщинамъ и во Францш, и
въ Германш, н въ Итал1и. Въ Сорбонне они слушали курсы вместе
съ мужчинами и обыкновенно присутствовали на ученыхъ докторскихъ
днспутахъ. Въ итальянскихъ унцверситетахъ; даже во времена извест- ^
наго ученаго Росси, были женщины, изучавпия право и медицину. „Я
имелъ счаст1е — говоритъ Росси — знать такихъ женщинъ, одарен-
ныхъ обширными талантами и даже замечательнымъ гешемъ; въ уни-
верситете я сиделъ на одной скамье съ женщинами, изучавшими
право и медицину; вместе со мною степень доктора правъ получила
одна прехорошенькая дама". Женщины бывали членами академШ и
другкхъ ученыхъ обществъ. Гаетана Агнести и Лаура Басен, напр.,
были членами болонскаго института; последняя, кроме того, принад-
лежала къ обществу аркадцевъ.
Образованность т&еящаяъ имела громадное влтяше на развит1е
европейскаго общества. Это вл1яше совершалось презвде всего посред-
ствомъ семейства и домашняго воспиташя. Женщины цередавали де-
тямъ и своя знашя и свои нравственный достоинства. Время ученыхъ
женщинъ XV и XVI в. было вместе и временемъ ученыхъ дп>тей^ по -
добно тому, какъ впоследств1и время женскаго художественнаго об-
разовашя совпадало съ перходомъ детей-диллетантовь въ разныхъ ис-
куствахъ. Женское влхяше въ этихъ случаяхъ было такъ сильно и не-
отразимо, что вполне обнаруживалось на детяхъ еще въ ихъ мало-
летстве. Меланхтонъ на пятнадцатомъ году паписалъ свою греческую
грамматику, а на шестьнадцатомъ въ качестве магистра началъ чи-
тать лекцш объ Аристотеле. Андреасъ Кантеръ изъ Грёнингена, не
имея еще десяти летъ отъ роду, публично толковалъ св. писанае, а
на десятомъ году былъ уже докторомъ обоихъ правъ п держалъ дис-
пуА передъ императоромъ Конрадомъ Ш, визвавшимъ его въ Вену.
231
Въ д^л% воспиташя поколотя, дМствовавшаго въ эпоху ве^гавой
французской революц1и, женщонакъ принадлежитъ чуть ли не глав-
ная роль. Въ жизни Шиллера, Гёте и многнхъ другихъ писателей ихъ
]сатери и друг1я женщины им^ли также громадное значеше. Вообще,
умственное вл1ян1е женсваго пола въ знаменательн^йшую эпоху евро-
пейской истор1и, въ ХУШ в., было неизм'Ьрцмо. Женщина была вос-
питательницею ц'Ьлыхъ поволокши патр1отовъ и героевъ. Она была му-
зою, помощницею и советницею писателей, верховнымъ судьею ихъ я
защитницею отъ гонен1й правительствъ* Французсше салоны еще въ
первой четверти ХУШ в. сделались центрами умственное и полити-
ческой жизни. Дамы аристовратш и буржуазш, собирая у себя уче-
ннхъ, художнивовъ, поэтовъ, государственныхъ д'Ьятелей, увлекались
модою образованности, а мног1Я стояли даже во глав^ умственнаго
движешя, окватывавшаго тогда общество, серьезно занимались нау-
кой, давали ходъ изв'Ьстнымъ кяигамъ, теорхямъ, музыкальнымъ шэ-
самъ и т. д. Конечно, не мало было между этими барынями пустмхъ
фразерокъ, который, полиберальничавъ въ молодые годы, делались на
старости святошами и отврати! ельными суев'Ьрвами, но не мало было
между ними и женщнвъ вполн']^ достойныхъ уважешя. Въ Англги,
Итал1И, Швещп, Гермати въ ХУШ в. было также не мало дамскихъ
салоновъ и серьезно образованныхъ женщинъ, повровительствовавшихъ
наувамъ и иекуствамъ или им^вшихъ умственное вл1ян1е на ученыхъ
и худояшиковъ. Въ Гермати въ этомъ отношеши первое мЪсто при-
надлежало Рахели Варнгагенъ-фонъ-Энзе (1771—1833), которая была
въ личныхъ или письменныхъ сношен1яхъ съ лучшими представите-
лями немецкой литературы и им'Ьла на нихъ большое вл1яте. «Ея
салонъ въ Берлине былъ умственною мастерскою **, по выражешю
Шерра. Не жев^е вл1яшя им'^Ьла и знаменитая Шарлотта Кальбъ.
Вл1ян1е женщинъ на европейскую литературу было особенно важ-
нымъ для популяризащи знанЦ. Съ тЪхъ поръ, вавъ женщины при-
няли самое деятельное участ1е въ умственномъ движеши, наука стала
отбрасывать свои схоластичесше пргемы и заговорила понятнымъ для
вс^хъ язывомъ. В'Ьроятно, всл']Ьдств1е того же женскаго вл1яшя, фран-
цузсше писатели удержали за собой навсегда одно изъ своихъ глав-
иыхъ достоинствъ — популярность и ясность изложешя.
Женщины имЪли не одно только посредственное вл1яте на ум-
ственное движете Европы, — они участвовали въ немъ непосредственно.
Медицина и естествознате по прежнему оставались ихъ любимою про-
фесс1ей вплоть до реакц1й ХУШ в. Анна Меццолини Моранди (1717 —
1774 г.), бывшая членомъ многнхъ ученыхъ обществъ, отличавшаяся
въ скульптуре и живописи, занимала въ Болонь'Ь кафедру анатом1И.
Мар1Я Магдалина Петраччини (1759 — 1791 г.) славилась въ Итапи
своими медицинскими знашями, им^ла большую практику и оставила
232
сочинеше „о физическомъ воспиташи д'Ьтей^. Въ 1799 г. въ Болонье
получила степень доктора хирурпи Мар1я Мастеллари. Въ концЪ прош-
лаго и въ начале настоящаго стол^т1я мнопя итальянки прюбрЪли
изв']Ьстность своими знашями и трудами въ области естественныхъ на-
укъ, физики, математики и филологш, какъ напр., Елел1я Гримальди
Дураццо, Елизавета Фюрини, Лаура Босси и ми. др. Росси упоминаетъ
объ одной акенш;ин'Ь, читавшей въ его время унйверситетсшя декцш
о греческой литературе. Оиъ слушалъ у нея курсъ и былъ очарованъ
ея ученостью, ея блестящимъ умомъ и гращей. Во Франщи ученЁ[хъ
женщинъ било множество. Однимъ перечислешемъ ихъ именъ и со*
чинен1й можно занять н'Ьсколько страницъ. Между ними бол^е заме-
чательны девица Гурне, другъ и усыновленная дочь Монтэня; мадамъ
Дасье, знаменитая переводчица произведешй классической древности,
оказавшая своими трудами весьма^ важное вл1ян1е на французскую ли-
тературу; Эмил1я де-Бретейль (1706 — 1749 г.), переведшая на фран-
цузскШ языкъ сочинетя Лейбница и Ньютона съ такими введешями
и зам^чатями, которыя Вольтеръ называетъ образцовымъ произведе-
шемъ ума и краснор^чш. Астроному Лаланду помогали въ его тру-
дахъ жена его, оставившая сочинеше „(аЫез Ьога1ге8", и мадамъ
Дюпьери, д']^лавшая самостоятельныя астрономичесщя изсл'Ьдовашя и
написавшая для Лаланда несколько разсуждешй, которыя оиъ по]гЬ-
стилъ въ своей астроном1н для дамъ. Жена знаменитаго химика Ла-
вуазье принимала д'Ьятельное участ1е въ его трудахъ и изслЪдова-
н1яхъ. Сестра Паскаля, помогавшая ему во^всЪхъ его работахъ, по
своей разносторонней учености и по уму мало ч4мъ уступала этому
всеобъемлющему и талантливому мыслителю. Не текке француженокъ
известно своими мемуарами, историческими и педагогическими сочи-
нешями. Начиная съ ХУП1 в. француженки взяли въ свои руки во-
спитан1е д'Ьтей не только въ своемъ отечестве, но и за границей.
Французсшя гувернантки и учительницы вскоре распространились по
всему образованному мару. Въ эпоху револющи француженки высту-
пили и на поприш;е публицистики. Такъ въ 1761 д'Ьвица Берманъ
представила нантской академ1и зам']^чательное изсл'Ьдованхе о сравнн-
тельныхъ заслугахъ беллетристовъ и моралистовъ. Въ 1789 г. мадамъ
Леруа издала „Проэктъ гражданки объ исц'Ьлеши золъ, угнетающихъ
Францш, о возстановлен1и порядка въ судахъ и администращи". Въ
1792 г. д'Ьвица Лезардьеръ издала въ четырехъ томахъ „Теор1ю по-
литическихъ законовъ французской монарх1и", которой Варнкенигъ въ
своей исторш французскаго права приписываетъ весьма важное значе-
ше. Литературная д-Ьятельность мадамъ Сталь известна каждому. Въ
области медицины француженки славились не одною только практи-
кой, но могли соперничать съ мужчинами и въ теор1и. Такова была,
напр., актриса Глашонъ, прюбр'Ьтшая себ^^ громкую известность сво-
233
ими обширшпга познатяни въ медицине, хирурпи, фармацевтик']^ и
ботанике. Г-жи Роланъ и Жандисъ занимались медициною и лечили
больннхъ. Мадамъ Бастанье, получившая докторсшй дипломъ въ 1794 г.,
была посл^^днею женщиною-медикомъ во Франщи. Въ Англ1и зам^ча-
тельныя своею ученостью женщины являются еще въ XVI в., какъ
напр., Елисавета Бартонъ, леди Грей, дв% дочери знаиенитаго санц-
дера Томаса Моруса, Катарина Маколей (1738 — 1791 г.), написавшая
между прочикъ зам'Ьчательную истор1Ю Англ1и, книгу о непреложно-
сти нравственной истины и жви др. Въ Гермаши съ ХУП в. также про-
буждается ученая деятельность жешцинъ, которой предшествовало из-
даше хногяхъ женскихъ сочинешй, доказывавшихъ способность и
право женскаго пола на заня171е науками. Знаменитейшею ученою
того времени была Анна Мар1я Шурманъ (1607 — 1675). Искусная въ
скульптуре и живописи, она основательно знала четырнадцать язы-
ковъ, философш, астроном1ю, географш и возбуждала такое уважец1е
къ себе во вс^хъ образованныхъ людяхъ Е1вропы, что никто изъ нихъ
не бывалъ въ Утрехте, не посетивъ ея дома. Дочь известнаго исто-
рика и публициста Шлецера, Теодора (1770 — 1825 г.), изучившая не-
сколько языковъ, исторш, математику, физику, горнозаводство и на-
писавшая исторш русскихъ монетъ, получила въ Геттингене степень
доктора философш. Еще большею известностью пользуется Тереза
Якобъ, родившаяся въ Галле въ 1797 г. Ея переводы сербскихъ на-
родныхъ песенъ, ея изследовате о славянскихъ языкахъ, о герман-
ской народной поэзш, о подлинности осс1ановскихъ поэмъ, наконецъ,
ея нстор1я колонизащи Новой Англ1и до сихъ поръ не потеряли зна-
чешя въ немецкой литературе. Въ естественныхъ наукахъ известны
своими трудами дочь' лекаря Еунищуса, сделавшая много изследова-
Еой въ астроном1и и оставившая несколько сочинешй по этой науке;
Мар1я Кирхъ (1670—1720) и Даролнна Гершель, открывшая въ 1791 г.
пать планетъ, также известны въ исторш астрономги. Несколько не-
Х01еъ въ XVII и ХУШ в., имели дипломы медиковъ, и мнопя аку-
шерки пр1обрели известность въ родовспомогательномъ нскустве.
Вследъ за француженками и англичанЕами, немки начали делать от-
даленный путешеств1я по Европе и другимъ частямъ света, и много
сочинешй этихъ путешественницъ занимаегь почетное место въ этно-
графической литературе.
Въ беллетристике и поэзш женщины давно уа^е упрочили свое по-
лохеше во всехъ странахъ Европы. Имена Скюдери, Севинье, Жан-
лнсъ, Сталь, Фелицш Гименсъ и множества другихъ писательницъ из-
вестны всемъ, знакомымъ съ истор1ей литературы. Женшдна пр1об-
Р^ себе полное право на эту деятельность, но такое прюбретенге
стовло.ей не малыхъ усил]й, какъ это хорошо видно изъ исторш не-
хецкихъ писательницъ. Не смея выйти за границу патрхархальныхъ
\
234
обычаевъ, первна н(мецв1я поэтессы писали только о тавихъ предме-
тахъ, занят1е которыми никто не могъ поставить въ упрекъ женп^пн^Ь;
они перелагали въ стихи жит1я святыхъ, псалмы, молитвы; зат^мъ на-
чали брать сюжеты для своихъ произведешй изъ сферы семейства,
воспевали колыбель ребенка, родину, бракъ и друпе случаи семей-
ной жизни. Вотъ, напр., заглавхя н'Ькоторыхъ стихотворенШ поэтессн
ХУШ в. Анны Барбары Кнаккрюгенъ: „псалмы Давида*', „п^снь 1ере-
мш", „притчи", „мысли при работ*", „о тернЬши", „о гром4", „раз-
мышлетя при мытыь бгьлья^^ „размышлешя при кровопусванш", „при
найм'Ь прислуги" и т. д. ВсЬ почти подобный писательницы доказы-
вали, при всякомъ удобномъ слу^а'Ь, что они въ своихъ стихотворе-
шяхъ говорить о матер1яхъ вполн'Ь приличныхъ и нисеольво не вы-
ходить изъ сферы, предназначенной женщин!^. Зат^мъ н^мки сделали
гаагъ еще далЪе, начавъ восп'Ьвать разные предметы и явлешя при-
роды; наконецъ они добрались и до любви, послЪ чего вскоре д^кя-
тельность германскихъ беллетристокъ, какъ и беллетристокъ всей
остальной Европы, устремилась, главнымъ образомь, на пропагандй-
ровате свободы чувства и много сод'^Ьйствовала развитгю и распро-
странешю идей женской эманципац1И.
Мы не будемь здЪсь перечислять множестаа женщинъ, прославив-
шихся своими произведетями и талантами въ области живописи, му-
зыки, скульптуры, пФшя, въ драматическомъ искуствЪ. Зам^имъ
только, что искуства въ Бвроп'Ь, какъ и во вс^хъ другихъ сгршахъ
древняго и новаго мхра, были сильными средствами для освобо^Мешя
множества женщинъ оть семейной неволи и экономической зависимо-
сти. Драматическое искуство получило свою настоящую силу 'А значе^
те только со времени появлешя на сцен]^ женщинъ. Патр1архальные
нравы долго не дозволяли женщин^Ь быть актрисою; въ Италхи и Фран-
щи женщины завоевали себЪ это право въ ХУ1 в., а въ Португал1И
женщина появилась въ первый разъ па лиссабонской сцен* только въ
1755 г. Сколько цервовныхъ проклят1й, нолицейскихъ насилгй, обще-
ственнаго презрЪтя, сколько нападокъ, брани, скандаловъ выносц1И,
а част1Ю даже до сихъ поръ выносить женщины за свое зваше актри-
сы, за свое служеше возвышенн'Ьйшему изъ исвуствъ! А между гЬиъ,
драмматическое искуство получило свою настоящую силу и значеше
лишь со времени появленхя на сцен^ женщинъ, который не только
оживили драму и комед1Ю, но и сод'Ьйствовали возникновешю и раз-
ВИТ1Ю оперы.
Начиная съ ХУ1 в. женщины прюбр^таютъ сильное вл1ЯН1е на го-
сударственный дЪла. Королевы-супруги, королевы-матери, метрессы ко-
ролей и принцевъ, придворный дамы играють чрезвычайно важную
роль въ д^лахъ вн:Ьшнихъ и внутреннихъ, въ жизни двора и обще-
ства, въ искуств^^ я литературе. Дамы рЪшають д^ла управлен1я, на-
235
значаютъ важн^йших:^ чиновниковъ, устанавливаютъ налоги, В09буж*
даютъ войны, завлючакутъ миръ. Старинная Францга употребляла жен-
щинъ въ качестве посланнвковъ; г-жа ОеЫЬауе^УапЫау бшга послан-
ницей въ Венещн, мад^ъ Гебрхаиъ въ Польше; БатеринЪ Клерионтъ
было поручено отв'Ьчать польскимъ посланныокаыъ, прабвшшимъ съ изв^-
шенъ объ избраши герцога анжуйскаго въ короли Польши, Въ Аигл1И,
Италш, Германшг— всюду видпмъ мы это владычество жевп^инъ. Осо-
бенно сильно и продолжительно было оно во Фрапщн. „Достаточно Се-
маго поверхностнаго знакомства съ нсторхей Франд!»," — говоритъ Шлос-
серь — чтобы звать, что во Фрашци женщины всегда вмешиваются
въ государственныя д']Ьла, и притомъ совершенно открыто, а не въ
тяхомолку, какъ въ другихъ странахъ. При Франциске I и послФ-
дующЕхъ короляхъ до Генриха Ш мы видимъ открытое и гласное
лравленхе зкенщинъ. При Генрихъ Ш оно прекращается, но объ этомъ
едва-ли не приходится сожал'Ьть, — миньоны (содомиты) этого короля
вредили гораздо бол^е, чФмъ матери, жены и любовницы предшество-
вавшихъ правителей. При Генрихе 1У вл1ЯН1е женщииъ на обществен-
НБШ д'Ьла не такъ зам']Ьтно, потому что государствомъ управлялъ не
король, а Сюльи; слабость же къ женщинамъ самаго Генриха слиш-
ко]||ъ хорошо изв-Ьстна. Онъ постоянно былъ подъ башмакомъ жен-
щииъ и часто за волокитствомъ забывалъ государственныя д^а. На
него пало даже обвинеше, что будто онъ изъ за любви къ женщине
не задолго до своей смерти замышлялъ новую войну съ Испашей и
вмешался въ споръ за Юлихъ-Клевское наследство. По смерти Ген-
риха IV государствомъ стали управлять Мар1я Медичи и наперсница
ея Галигай. Люшпъ склоннлъ своего товарища, Людовика ХШ, убШ-
ствомъ отделаться отъ опеки, т. е. собственно говоря, передать прав-
леше фавориту. Все это делалось подъ предлогомъ освобождешя на-
рода отъ тяжкаго владычества женщииъ и ихъ креатуры, маршала
д'Авкра. Народъ съ восторгомъ принялъ в4сть объ уб1йств4 маршала
н изд'Ьвался надъ его трупомъ, ожидая освобождешя отъ ига; но
смерть маршала не принесла ему никакихъ выгодъ и даже не осво-
бодила отъ женскихъ интригъ. При Ришелье не могло быть и рЪчн
о ГОСПОДСТВ']^ женщинъ. Но въ смутахъ, происходившихъ во время ма-
лолетства Людовика Х1У, женщины были центромъ движешя, а дома
ихъ служили для сборищъ парт1й. При Людовике Х1У государствомъ
управляла не только Мэнтенонъ, но и друпя женщины. Въ начале
войны за испанское наследство и даже еще со времени уничтожен1я
нантскаго эдикта., истинный причины и пружины всехъ событ1й въ по-
литике и литературе следуетъ искать въ отношешяхъ женщииъ между
собою и къ обществу. Всемъ известно, что при герцоге^регенте, до
вступ)1ешя въ управлеше делами кардинала Флери, самыя наглыя и
развратный женщины знали все государственныя тайны, продавали
236
должности, почести, милости и даже вели переговорило брвхк иоло-
даго короля. При кардинал^Ь Флери вл1ан1е женщинъ ограничивалось
литературою, совершенно подчинившеюся вл1ян1ю парижскихъ дамъ.
Посредствомъ литературы женпщны управляли общественнннъ хнФ-
нхемъ, которое, вакъ известно, безгранично владнчествуетъ недъ людь-
ми. По смерти Флери Людовикъ ХУ безусловно подчинился вл1яшю
же)[ш;инъ, удовлетворявшихъ сладострастью, и чЪмъ онъ бол^ ста-
р'Ьлъ, т'Ьмъ сильнее становились злоупотреблешя женской власти.
Взбалмошная и в^^треная жена Людовика XVI управляла имъ также
неограниченно, какъ любовницы Людовикомъ ХУ**. При Людовнкахъ
ХУ и ХУ1 женпщны управляли изъ Версаля вс^ми государственными
д^ами. По словамъ Монтескье, „не было ни одного челов'Ька, зани-
мавшаго "^какое-нибудь м^сто при дворЪ, въ Париже или въ провин-
щяхъ, который не былъ бы въ рукахъ женщинъ**. Эти женп1,ины были
въ постоянныхъ сношешяхъ между собою и „составляли родъ респу-
блики, всЪ члены которой всегда помогали и содМствовали другь
другу; это было государство въ государств*". Владычествуя надъ го-
сударствомъ и надъ. королемъ, всЬ эти дамы были повелительницами
своихъ семействъ и мужей. Они прюбрЪтали свободу и власть боль-
шею ч1е№тью посредствомъ проституцш и принадлежа по духу своей
обш;ественной среды и по воспиташю въ эксплуататорскому сословш
феодаловъ, они, достигая власти, не думали ни о чемъ другомъ, врои^
удовлетворешя своего честолюбхя, составлешя себ* сильной парпи,
роскоши и удовольств1Й, угнетешя и эксплуатацш народа. Это были
рабыни, освободивпияся отъ своихъ господъ и покоривппя ихъ посред-
ствомъ интригъ, преступлешй и пороковъ. Поэтому-то эманципащя и
владычество женщинъ ХУП и ХУШ а принесли Европ'Ь бол^Ье вреда,
чЪмъ пользы. Старые порядки были такого сорта, что при нихъ могла
эманципироваться только досужая, богатая, кокетливая, изнеженная
барыня, которая, достигнувъ свободы путемъ интриги, лжи и норова,
становилась раззорительницею и тиранкою какъ мужчинъ, такъ и жен-
щинъ, стоявшихъ ниже ея. Ером* этого зла, эманципащя барынь вела
за собою во Франщи, вакъ и въ другихъ странахъ, еще не меньшее
и гораздо бол'Ье прочное зло. Аристократизмъ, комфортъ, роскошь п
кокетство развили въ женщинахъ ту слабость, раздражительность, из-
лишнюю чувствительность, легвомыслхе и вялость характера, воторня
Риль справедливо называетъ чрезмгьрнай он:енствеиностью^ ОеЬег^е!-
ЬИсЬке!!, и на основанш которыхъ Мишле заключаетъ, что „женщи-
на — это болезнь, существо больное*'. Вл1ян1е тавихъ женщинъ на ли-
тературу заразило посл'Ьднюю сантиментальностью, болтливостью, фель-
етонною пустотою. Мужчины обабились и потеряли силу характера.
„Не подлежитъ сомнЪшю, — справедливо зам^чаетъ Шлоссеръ — что
отъ женсваго вл1яшя жизнь французской нац1и потеряла серьезный
237
характеръ, и французы 1ф1училвсь относиться во всему вавъ-то слегка
и поверхностно **. Несчастны времена, когда можно достигать свободы
только женщвнамъ высшихъ классовъ н достигать не путемъ чест-
ного труда, а путемъ интриги и порока! Между т4^мъ, 'этотъ путь до
сихъ поръ былъ самымъ надежнымъ и самымъ употребнтельнымъ.
Пора бы понять дюдямъ, что не только задерживать, но даже пас-
сивно относиться къ д^лу женскаго освобождешя, значить губить и
разврап^ать нравственность народа, разрушать семейство, совращать
женщинъ па путь лжи, порока и преступлешя. Неравенство есть раб-
ство, а рабство портить и господь и невольниковь.
,Изь семи королей — говорить Фурье — пять— являются посред-
ственными личностями; изь семи же королевь — ъсЬ семь замЪчатель-
нн". ДМствительно вь истор1н Европы зам^Ьчательныхь государынь
бнло гораздо больше сравнительно сь обш^имь числомь царствовавшихъ
генпцшъ, ч^мь самостоятельныхь государей* Елисавета АнглШская,
Мар1я Терез1я, Мар1я Португальская, Анна Амал1Я Веймарская, Ека-
терина Русская, Маргарита Датская, Изабелла Испанская, — ^вотъ имена,
славу которыхъ напрасно старались бы пр1обрЪсть сотни европей-
скихъ государей. Примеры этихь царственныхъ женщинъ несомн']Ьнно
уб^дають нась, что даже при современной неусовершенностп жен-
ской породы посредствомъ солиднаго образовашя и серьезной прак-
тики, женщины вполне способны къ самымъ труднымъ отраслямъ об-
щественной д^тельности.
Вплоть до XIX в. женщина удерживала за собой возможность само-
стоятельной жизни и экономической независимости. Въ н^мецкихъ
городахь множество женщинъ вело торговлю и содержало ремеслен-
ный мастерсшя. Во Францш цветочницы и друпя ремеслиницы со-
ставляли многочисленные, богатые ц'Ьхи. М^ста почтмейстеровъ, копт-
ролеровь, ихь помощниковь, сборщиковь косвенныхъ податей, архи-
вар1усовъ, библютекарей, смотрителей тюремь, домовь для найденышей,
богад&1ень, разныхъ исправительныхъ заведенШ и т. д.,— сплошь и
рядомъ занимались женщинами на равныхъ правахъ сь мужчинами.
Даже во время первой имперш и реставрац1н можно было встретить
сотни женпщнъ, заиимавшихъ эти должности' во французскихь горо-
дахь. Кром^Ь того, женщины отправляли тогда обязанности адвокатовь
и посданниковъ, кахь напр. д'Ьвнца Д'Еонь де Бомонь, которая сна-
чала была адвокатомь, потомь служила королевскимь сборщикомъ
податей, затЪмъ поступила вь военную службу и наконець просла-
вилась на дипломатическомь поприще вь 1млест«Ь посланника при
разныхъ нностранныхъ дворахъ. Вь 1775 г. вышли ея сочпне-
шя, обнаруживппя вь ней я обширность св^д:Ьшй и литературный
тадантъ, — ^Истор1я папь**; „Политическая истор1я Польши**; „Записки
о Росс1и и обь ея торговле съ Англ1ей*' и мн. др.
238
ХУШ.
ЗдЪсь мы позволяемъ себЪ распространиться нЪскольщ^ подробнее
о жешцннахъ французской револющи, объ ихъ участш въ этожь ве-
лгавомъ перевороте, объ оказанной ими способности къ ведеехю об-
щественнахъ д^лъ и вм^ст^ о т^хъ недостаткахъ ихъ, благодаря
Еоторымъ они вредили общественному дЪлу и которые нужно црипи-
сать не низкости ихъ породн, не слабости ихъ ума, а единственно
ихъ воспиташю н ненормальному положенш въ обп^еств'Ь.
Падете половой нравственности и семейннхъ добродетелей дос-
тигла въ ХУШ в. высшей степени. Бракъ превратился въ чисто тор-
говую сделку, надъ супружескою верностью открыто издевалисц
женщина, которую впродолжеше в^ковъ воспитывали исключительно
для половыхъ наслажден1й мужчины и для служешя семейству, успела
наконецъ окончательно разорвать оковы, стеснявппя ея чувство и
провозгласила свободу любви. Она нрхобрЪла себе то право, которымъ
издревле пользовался мужчина, насильно обязывавпнй ее подчиниться
исключительно составленнымъ для нея правиламъ половой нравствен-
ности. Женщина уже не клялась более въ верности, по гробъ ни
своему мужу , ни своему любовнику ; въ этомъ отношенш она
была свободна, повиновалась только голосу своего сердца и отъ
нея требовали лишь однихъ добродетелей честнаю человгька. Ко-
нечно, эта свобода чувства приводила . ко миогймъ безобразнымъ
излишествамъ, и кроме того, она была уделомъ только высшнхъ влас-
совъ, кутившихъ и наслаждавшихся на трудовы[я деньги народныхъ
массъ, но при всемъ томъ, она имела важное значеше въ деле ос-
вобожден1я женщины. Последняя по прежнему оставалась одалискою,
но одалискою свободною, личностью, а не постельною куклою, со-
ставляющею собственность мужчин1Е1. Съ темъ вместе, женщина вис-
шихъ и среднихъ классовъ значительно освободилась отъ пагубыыхъ
вл1ян1й котолицизма, который столько вековъ губилъ француженокъ
и кастрировалъ немало замечательныхъ женскихъ талантовъ, погиб-
шихъ безъ следа въ д ушныхъ стенахъ монастырей. Въ ХУШ в. мо-
настырское воспитайте женщинъ значительно подрывалось темъ по-
токомъ умственной жизни, который разрушилъ основы стараго обще-
ства и обновилъ страждущую землю. Женщины добились доступа въ
литературу, начали посещать публичныя лекщи, музеумы, пустые
романы заменились у нихъ популярными научными трактатами и жур-
налами, дамсше салоны Францш сделались центрами умственной ев-
ропейской жизни. Плутархъ и друг1е класснчесше авторы воспитывали
въ целыхъ женскихъ поколешяхъ республиканскхя добродетели, мощ-
ное слово Вольтера развивало въ нихъ благородную ненависть ко злу,
239
пр1учая въ то же время къ гуханности и терпимости; благородная
проповедь Руссо въ особенности увлекала яневсвля сердца своею пда-
мецною любовью къ челов^Ьчеству, своими идеями свободы и равенства,
своими советами « обратиться въ материнсиимъ обязанностямъ и вос-
питывать дЬтей для счастливой жизни, чуждой ложной искуственности
и обществ^нныхъ золъ, подлежащихъ истреблетю. Благодаря своему
умственному развитш, женщина во многомъ сравнялась съ мужчиной,
и при всей вольности тогдашнихъ нравовъ, мы видимъ не мало при-
ифровъ тавихъ счастливыхъ бравовъ, ваиихъ никогда не бывало да и
не можетъ быть -при полномъ господств'Ьч строго патргархальной мо-
рали. Мы видимъ, напр., брачную жизнь Еондорсе и Ролановъ; жены
ч
стоять на одномъ уровне со своими мужьями, они служатъ одной и
той же великой нде'Ь, они работаютъ вм^сгЬ, и ихъ бракъ представ-
ляется- совершенно свободнымъ союзомъ равныхъ личностей, заклю-
ченнымъ не для однихъ только семейныхъ ц^ей и наслаждешй, но
и для ц^ей общественныхъ.
Давно уже замечено наблюдателями, что браки, заключенные по
разсчету, при явномъ отвращенш или полномъ равнодуш1и супруговъ
другъ къ другу никогда не даютъ такого даровитаго потомства, какъ
браки или внебрачный связи по любви, по страсти. Поэтому, эпохи,
стгЁченнця особою свободою чувства, какъ напр., эпоха Возрожде-
шя и ХУШ в., отличаются особенною плодовитостью на талантли-
внхъ и гешальныхъ д'1тей. Конечно, здЪсь много значатъ сощальныя
УСЛ0В1Я, особенно сод'Ьйствуюпця въ подобные перюды умственноз1у
развитш подростающихъ поколыши, но самый фактъ обил1я природ-
ннхъ дарованШ долженъ быть припбсанъ упомянутому нами условш.
Въ подобныя эпохи добившаяся половой свободы женщина обыкно-
венно старается и въ умственномъ отношети поровняться съ мужчи-
ною, и въ качестве воспитательницы своихъ дЪтей усп^ваетъ поло-
акить первый прочный основы ихъ дальнМшему развитш вн:Ь семей-
ства. Въ ХУШ в. французская акенщнна любила свободно, бы.1а до-
вольно развита умственно н дала М1ру множество гешевъ, воспитавъ
цЪлыя покол'Ьшя героевъ. Въ особенности много даровитыхъ д'Ьтей
рождено было в> половин'Ь ХУШ в., — ^Бонапартъ, Фурье, Сенъ-Си-
нонъ, Шатобр1анъ, Кювье, Жоффруа - Сентъ-Илеръ, Биша, Амперъ,
Роланъ, Робеспьеръ, Дантонъ, Камиль Деиуленъ, — столько взобр^тателей
въ разныхъ отрасдяхъ умственной деятельности, множество деятелей
Горы и Жиронды, ц^лыя арм1и отважныхъ бойцовъ, сокрушившихъ
царство векового зла и спаспгахъ молодую республику отъ коалищон-
ныхъ арм1й, грозившихъ удушить новорожденную свободу въ ея ко-
лыбели.
При всемъ своемъ хорошемъ вл1янш на общество, женское
образоваше ХУШ в. им&ю однавожъ так1е крупные недостатки, ко-
240
торне стазятъ его гораздо ниже порядочнаго обра80бан1д соврекен-
ной женщины, напр,, акернианви. Въ большинстве случаевъ фрая*
цужшва того времени училась ур11ВБа]ш, безъ системн, читая все,
что попадалось подъ руку, увлекаясь новтга идеями, вакъ модою,
легко идм:Ьняя свои мн^шя и повинуясь каждому вЪтру учешя, вол-
новавшему общество. Не одна атеистка или действа во вкус^ Воль-
тера кончала свои дни въ упражнен1яхъ католическаго ханжества, не
одна жирондистка и монтаньярка делалась поклонницею Наполеона,
а потомъ украшала своею отцветшею особою салоны Реставрацш.
Даже въ лучшихъ представительницахъ женщинъ тогдашней Франщи
мы видимъ т^ крупные недостатки, которые искони в^ковъ не только
поддерживались въ женщинахъ, но даже развивались ихъ ложнымъ
образован1емъ,~это преобладаше фантазш и чувства надъ разсудкомъ.
Шарлотта Корде и друг1я подобный героини револющи, пропитанння
республиканскими идеалами древности и проповедью Руссо, представ-
ляются намъ поэтому такими же личностями, какъ хрнст1анск1Я му-
ченицы или средневековый подвижницы, съ т^мъ только различ1емъ,
что они молятся инымъ божествамъ, им^ють свой символъ в^ры и
ихъ сердце повинУется другимъ вдохновешямъ, а не тЪмъ, которыя
вели на муки Варваръ и Катеринъ, посылали Жанну д'Аркъ на спа-
сеше отечества и заставили Жаккелину Паскаль погубить свои та-
ланты въ упражнешяхъ и мечтатяхъ монастырской жизни. Это свой-
ство женскаго развитая имело результатомъ то, что большинство жен-
щинъ, не сохраняя верности своему направлешю, которое основыва-
лось у нихъ не на ращональныхъ началахъ, а на чувстве, увлека-
лись самыми противоположными вл1ян1ями, а друг1Я, какъ Шарлотта
Еорде, исключительно руководимый темъ же чувствомъ, делали ра-
дикальные промахи, '.которые хотя и служатъ вечнымъ памятиикомъ
благородства ихъ души, но всетаки принесли более вреда, чемъ пользы
тому делу, во имя котораго подобныя героини шли на явную гибель.
Далее, самымъ крупнымъ недостаткомъ женскаго образовав1Я было
преобладаше въ немъ идеи долга надъ понятхемъ о праве. Все ве-
лик1е воспитатели тогдашней француженки — ^Плутархъ, Тацитъ, Руссо,
Монтескье и др. учили ее только обязанностямъ жены и матери, по*
ставляя ея граждански долгъ въ одномъ воспиташи детей, внушая
ей патр1архально-влассич)еск1я понят1я объ исключительномъ назначе-
ши женщины для семейной жизни. О семейной и политической равно-
правности женщины большинство даже и не думало, хотя Ье мало
женщинъ действовало с^костоятельно на.разныхъ поприщахъ обще-
ственной жизни, и во время револющи мног1я изъ нихъ принимали
въ ней самое живое участае, не только въ качестве матерей или женъ,
но и въ качестве грахданокъ. Вл1яте ' классичесвихъ идей и Руссо
во многихъ женскихъ натурахъ уживалось вместе съ ихъ самостоя-
241
тельшхмн общественными стренден1дмн и проншюдило какую-то стран-
ную см^сь поняли и поступковъ. Даже тЬ женщины, который при-
нииали саиое дательное участхе въ общественныхъ дЪлахъ, стара*
лись по возможности казаться только доброд^^тельными матронами во
ввус^ древнихъ и были такъ придавлены господствующими теор1Ями
о подчиненности женщины, что только немнопя изъ нихъ им^ли сме-
лость притязать на семейную и политическую равноправность.
Наконецъ, .умственное состодн1е женщины нисшихъ классовъ во
времени револющи оставалось почти тЪмъ же, какимъ было и »ь
1федыдущ1е в^Ька. Не только крестьянки, работницы, но даже боль-
шинство буржуавъ и множество аристократокъ по прежнему вос-
штывалось въ вЪкоВ'Ьчныхъ понят1л[^ъ рабства и сл'Ьпо верило каж-
дому слову католическаго попа.
Посмотримъ же теперь, 1сакъ достоинства и недостатки француз-
ской женщины отразились на д^лахъ революцш.
Еще до революц1и дамсюе салоны )были центрами идей, привед-
шихъ вскор:Ь къ общественному перевороту. Во время самаго пере*
ворота, выражаясь словами Мишле, „богини вдохновительницы нахо-
дятся въ каждомъ салоне. ОнЪ диктуютъ, исправляютъ, перед1^лы-
ваютъ р^чи, который завтра будутъ произноситься въ клубахъ, въ
нащональномъ собранхи. ОнЪ сл:Ьдятъ за этими речами, отправляются
слушать произнесеше ихъ съ трибунъ, оиЬ поддерживаютъ своимъ
присутстшемъ слабаго или робкаго оратора^. Мало этого, они де-
лаются душою парт1й и виновницами самыхъ крупныхъ собыпй. Мы
остановимся зд^сь только на двухъ такихъ женщннахъ, -^ Сталь и
Роланъ.
При вс&съ своихъ талантахъ, госпожа Сталь им^ла множество
крупныхъ недостатковъ, которые неизбежно Прививались и привива-
ются къ женщинамъ ихъ рутиянымъ воспитан1емъ и тою средою, въ
которой выросла дочь Невкера. Богатое семейство буржуа Неккера
тянуло къ арнстократаи, заводило связи съ лицами высшаго круга, и
по обычаю такихъ домовъ, собирало въ своемъ салоне энаменитыхъ
деятелей политики, науки и литературы. Мать Сталь, женщина хо-
рошо образованная, руководила воспитатемъ своей дочери. Чрезвы-
чайная воспр1Нмчивость и живость этой "Х^вочки поражали вс^хъ
знавшихъ ее. Не удивительно, что ее воспитывали на показъ, какъ
воспитывается большинство женщинъ. Съ самаго детства она сидитъ
уже въ гостинной своей матери и травтуетъ о политике, о литера-
ратурЪ, о наукЪ. „Она училась болтать, не ум^ еще думать", го-
воритъ Юлоссеръ. Родители умиляются, гости засыпаютъ ее компли-
иентами, и такая система салоннаго образовашя развиваетъ въ этой
дЪвушк^ крайнее честолюб1е, поверхностность, любовь къ блеску и
вн'Ьшности. На 12*мъ году она уже пишетъ ташя пьесы, который
16
242
друзья дома находятъ превосходными. Четырнадцати лЪтъ она д^-
лаетъ комментаргв на „Духъ законрвъ" Монтескье, переписывается
съ отцомъ о финансовыхъ и другихъ Д'Ьлахъ государства, Рейналь
ваказываетъ ей статью объ уничтожеши нантсваго эдикта. Вошедши
въ л^^та, она д'1лается аристовратвою съ головы до ногъ и во всю
свою жизнь , сохраняетъ слабость въ большимъ господами Повлонница
Руссо, вдругъ превращается въ ревностную прозелнтву Монтесвье и
англ1йсвой аристовратш, а потомъ д'Ьтается усердною роя листвою.
Проповедуя свободу чувства, она выходить замужъ по разсчету за
жениха, пршсваннаго для нея королевой; Сталя назначаютъ швед-
свимъ посланникомъ въ Париже, и его жена чрезвычайно довольна
своимъ положешемъ, дозволяющимъ ей блистать въ столице н очаро-
вывать своихъ многочисленныхъ поклон нивовъ,благогов'Ьющихъпередъ
ней, вавъ передъ оравуломъ. Настаетъ бурная эпоха револющи. Сталь,
во всю жизнь преклонявшаяся передъ мнимыми государственными
даровап1Ями своего 'отца, овазалась положительно неспособною понять
сущности и важности начавшагося переворота. „Ее — говорить Шлос-
серъ — трогали проповеди Невкера; она, по Монтескье, восхищалась ан-
ГЛ1ЙСВ0Й вонститущей кавъ идеаломъ гражданства, и пола1*ала, что
вонститущю можно давать, вавъ леварство. Она не им^ла понятхя о
надеждахъ средняго сослов1я, съ которымъ нивогда не сталкивалась,
а т^мъ мен'Ье, о нухдахъ крестьянъ; она знала народъ только по
романамъ. Велив1я общественныя событ1я, совершавш1яся передъ ея
глазами, не возбуждаютъ въ ней нивакого энтузхазма, — для нея это
не болЪе, вавъ интересная драма, въ воторой она желаеть отличаться
въ одной изъ первыхъ ролей. Пустая болтовня забавляетъ ее даже
тогда, вогда р'Ьчь идеть о благосостоянш милл1оновъ людей й о судь-
бахь гряду щихъ повол1^шй*^. Правда, что она стояла ц&юю головою
выше тЬхъ людей, воторые овружали ее во время револющи, и во
многяхъ отношешяхъ была гораздо лучше всЬхъ своихъ стороннивовъ,
ничтожныхъ барь, превратившихся въ либераловъ и подслуживавшихъ
имъ политичесвнхъ говоруновъ. Но всетави она не понимала нн ре-
волющи, ни ея д']^телей. Она напр., пыталась примирять враждебный
политичесв1Я партш посредствомъ об^довъ, вавъ будто это была борьба
вавихъ нибудь нашихъ уЬздныхъ обывателей, которую можно прек-
ратить, приглашая враговь на пирогъ и водку и возстановляя тутъ
ихъ прежнюю дружбу, нарушенную какими-нибудь сплетнями. Луч-
шихъ изъ д'Ьятелей того времени она всячески униаваеть или вслЪд-
ств1е непониман1я ихъ, или по зависти и мести. Она доходить даже
до та^ой нелепости, что приписываетъ крайшя демократичесшя дви-
жешя зависти демократовь къ изящнымъ манерамъ дворянства. Не
мен'Ье ошибалась она и при оц^^нкЪ людей своей партш. Еогда въ декабре
1791 г. министерство составилось изъ друзей Сталь, при ея помощи
военнымъ- министромъ быль сд'Ьланъ Нарбонь, котораго Шлоссеръ
243
вазаваетъ просто на просто „дуракомъ^ и который, безъ сомн^^н1я,
увлекъ Гпжу Сталь т^мъ, что, по характеристике хорошо знавшаго
его человека, быль „придворнымъ, интриганонъ, вееельчакомъ, оола-
далъ остротеиъ, живостью, гращей, превосходннмъ тоноиъ и боль-
шою долею фатства^. Сталь дМствовала съ своей парт1ей такъ не-
лепо, ЧТО) погубивъ ее и свое шшвет^^тво, потеряла всякое влхяше
на ходъ общественннхъ д'Ьлъ. При Наполеоне, еа парижск1й салонъ,
по-прежнему наполненный либеральными болтунами, покавадся подо-
зрительнымъ. Штоны Бонапарта доносили ему, что Сталь вооружаетъ
противъ него всЪхъ своихъ друзей. Надо отдать справедливость зтой
пнсательниц'Ь, что въ то время, какъ французсше литераторы прев-
ратились въ лакеевъ в^нчаннаго солдата, она не только не слагала
въ честь его хвалебныхъ гвмновъ, но даже положительно игнориро-
вала его во всЬхъ своихъ сочинешяхъ. Для Наполеона это было уже
преступлешемъ. Бром'Ь того, вскор'Ь лосл^Ь перваго знакомства между
нимъ и Сталь возникли личности. Съ обычной наглостью светской
женщины, навязываясь на комплиментъ, Сталь однажды спросила у Бо-
напарта: „кого онъ считаетъ величайшею женщиною въ мхр^", — „ту
сударыня, которая наиболее родила д^тей^, отвЪчалъ грубый солдатъ,,
презиравппй всЬхъ женщинъ. Вражда Наполеона къ знаменитой пи-
сательнице обнаружилась прежде всего ея высылкою изъ Парижа. Въ
Копнете, где она поселилась, императорсюе шшоны следили за всеми
ея дввавешями; лица, посещавппе ее, подвергались гонешю, сочине-
шя конфисковались въ Париже; Бонапартъ запретилъ даже вовсе
писать ей что бы то ни было; креатуры правительства не разъ пред-
лагали ей положить конецъ своимъ страдан1ямъ, напечатавъ несколько
страницъ, даже строкъ въ похвалу императора, но, Сталь оставалась
непреклонною и, наконецъ, принуждена была беякать въ Росс1ю и
Швещю. Эти вместе и забавныя и возмутительныя. преследования
даровитой женщины еще более увеличили ея европейскую славу, ко-
торою она справедливо пользовалась за свои сочинен1Я, въ особенности
за романъ „Коринна^ и знаменитую книгу о Гермавш, имевшую боль-
шое значеше во французской литературе и пробудившую во Францш
н АНГЛ1И живейшее внимате къ немцамъ. Изгнанхе было для нея
мукой, потому что удаляло ее отъ общества, въ которомъ она при-
выкла блистать и которое преклонялось передъ ея талантами. Подъ
старость, подобно многимъ другимъ либераламъ высшаго общества,
довольно нашалившимъ въ молодости, она ударяется въ мистицизмъ;
Фома Кешийск1й делается любимейшимъ ^ея авторитетомъ, и г-жа
Сталь начинаетъ даже верить разнымъ суевернымъ приметамъ. Про-
живъ свою молодость съ нелюбимы мъ мужемъ, за котораго вышла по
разсчету, она подъ старость влюбляется въ одного молодого человека,
Рокка, в вступаетъ съ нимъ въ тайный бракъ. Словомъ, возвышаясь
16*
244
надъ окрухавшвнр ее людыш своею поэтическою силою, маданъ Сталь
I
носила въ своемъ характере всЬ недостатБп, какими отличались фран-
цузсше бары, превращенные силою обстоятельствъ въ либераловъ, а
потомъ, подъ конецъ своей жизни, сд^лавпйеся слугами реставращи
и героями реакцш. Сталь' служить еще лучшею представительницею
людей этого сорта во время револющи.
Представительницею француженокъ совершенно противололожнаго
разряда является мадамъ Роланъ. Дочь небогатаго гравера, выросшая
при н'Ьжныхъ попечешяхъ матери, Роланъ также рано, какъ и дочь
Неккера, обнаружила замЬчательныя способности и страстную любо-
знательность. Но она не была окружена изящнымъ салоннымъ обще-
ствомъ, и ея развит1е не пошло по тоцу пути, на которомъ образоваше
г-жи Сталь приняло такой ложный характеръ. Д'Ьвочка Флипонъ, какъ
называлась Роланъ по отцу, училась не для салона, а единственно для
себя, и рано привыкла увлекаться новыми св'Ьд'Ьшями и новыми чув-
ствами, почерпаемыми ею изъ самыхъ разнообразныхъ книгъ, которыя
она позкнрала безъ всякаго разбора. Кром'Ь учебниковъ, проходнмыхъ
съ наставникомъ, маленькая Флипонъ читала и мемуары Монпасье, и
библ1ю, и романы, и путешеств1я, и Тассо, и акит1я святыхъ, — все,
что попадалось подъ руку. „Страсть учиться — пишетъ онавъсвоихъ
мемуарахъ — была такъ сильна во мн'Ь, что разъ откопавъ гд^Ь-то
трактатъ о геральдичесвомъ искусств'^, я принялась изучать его^.
Особенное вл1яше нм^^лъ на нее Плутархъ. „Со времени знакомства
съ нимъ •— говорить она — ^^начинаются г]^ мои впечатл1Ьц1я и идеи,
которыя, помимо моего желан1я, сделали меня страстной поклонницей
свободы**. При всемъ этомъ, Флипонъ не изб'Ьгла вл1яшя католицизма;
богослужеше, увлекавшее ее, уединенная домашняя жизнь, развившая
въ ней склонность къ меланхолической мечтательности, набожность
матери и книги духовнаго содержан1Я, особенно же бюграфхи подвиж-
никовъ и мучениковъ, — все вто вкоренило въ ребенка желан1е отречься
отъ тр^олнешй и радостей жизни. Однажды вечеромъ Д'Ьвочка па-
даетъ въ ногамъ родителей и, обливаясь слезами, нроситъ отдать ее
въ монастырь. Ее отдали на одиннадцатомъ году отъ рождешя. „Я
воображала, — говорить она — что чувствую присутствхе божества,
благосклонно взирающаго на мою жертву, и слезы радости текли по
моимь щекамь.^ До ей суждено было принести себя въ жертву не тому
божеству. Бслибы она поступила въ монастырь л:кть сто или дв'Ьсти
яазадь, то, конечно, изъ нея вышла бы фанатическая монахиня. Но
теперь время было уже не то; въ воздух'Ь носились новыя идеи, и
еще до монастыря въ душу этой д'Ьвушки залегли сЬмена уже другого,
вовсе не католическаго м1росозерцашя. По выход'Ь изъ монастыря,
черезъ годъ, Флипонъ начала мало по малу разочаровываться въ като-
лнцизм^Ь, подъ вл1ян1емъ собственныхъ размышлен1й и философскнхъ
245
сочинетй того времени. Но развивппеся въ д^тств^Ь релипозностъ,
мечтательность и влхате Плутарха, д'Ьйствующаго своими идеализиро-
ванными характерами только на чувство и фантазш, оставили глубоше
сл^Ьдн на характер'^ Роланъ, кавъ и вообще на людяхъ того времени.
Все это развивало восторженность, благородство, 8нтуз1азмъ къ свобод'Ь,
самоотверженность, — ^но при этомъ разсудокъ игралъ второстепенную
роль, и воспитанные такъ люди д-Ёлались героями, доблестными муче-
никами за свои в'Ьровашя, но были плохими политиками. ВсЬ они въ
особенности увлекались, по Плутарху и другимъ подобнымъ риторамъ,
доброд'Ьтелями и республиканскою свободою древняго М1ра, совершенно
также, какъ легков'Ьрные католики увлекались своими идеалами, изобра-
женными въ разныхъ мартиролопяхъ и легендахъ. Пороки и недо-
статки античной цивилизац1и исчезали передъ в^^рою ихъ нов^Ьйшнхъ
поклонниковъ, точно также, какъ легков%р1е истинныхъ сыновъ папы
не дозволяло имъ вид'Ьть въ духовенств'Ь ничего, кром^ христ1анскихъ
добродетелей. Но это вл1ян1е христханства и древности тжЬло и свою
хорошую сторону. Христханское самоотвержете нреврао^алось въ граж-
дансйй героизмъ. „Въ д-Ьтств-Ь — говоритъ г-жа Роланъ — я должна
била принять ту в^ру, какую мн'Ь дали, но и посл^ всЪ мои д'Ьйствхя
бнли строгими ея посл%дств1Ями. Я удивлялась легкомысленности т^хъ,
которые, заявляя свою в^ру, поступали вопреки ей; точно такъ и
теперь возбуждаетъ во мн'Ь негодоваше низость людей, желающихъ
икЪть отечество, и въ тоже время придающнхъ своей жизни какую
нибудь ц^ну, когда приходится рискнуть его за отечество". „Въ полу-
ченномъ мною воспитати и въ идеяхъ, пр10брЪтениыхъ лосредствомъ
изучетя и наблюдетй надъ людьми, все какъ нарочно комбинировалось
такъ, чтобы воодушевлять меня республиканскимъ 9Нтуз1азмомъ. При
чтети я всегда брала сторону поборниковъ равенства. Я была Агисомъ
и Клеоменомъ въ Спарте, Гракхами въ Рим!1^; вмЪст^ съ плебеями я
уходила на Авентинскую гору и вотировала за трибуновъ." Деспотизмъ
и безнравственность аристократи, видъ французской нащи, которая
съ дЬтскимъ легкомысл1емъ смеялась и п'Ьла среди угнетавшнхъ ее
ЙДСТВ1Й; аз1ятская роскошь двора и „крайняя бедность народныхъ
ыассъ, падавшихъ ницъ передъ своими идолами и рукоплескавшихъ
тому мишурному блеску, за который платили они же сами, лишая
себя первыхъ жизненныхъ необходимостей", — все это порождало въ
душ^ Роланъ ненависть, отчаян1е, желате радикальныхъ перемЪнъ
въ обществе. Еш;е за семнадцать л4тъ до революц1и, Роланъ уже
предусматривала неизбежность или „сильнаго кризиса, который раз-
рутпитъ старый порядокъ и дастъ новую форму правлен1я, нли же —
летаргическаго сна, похожаго на смерть.^ Но Роланъ не была нзъ
тЪхъ ограниченныхъ людей, которые поставляютъ всю суть соцгальныхъ
реформъ въ перемене образа правлен1я; ея благородной душФ были
246
одинаково противны и деспотизмъ, и нравственная испорченность, и
вся искуственнаа мишура жизни, которая такъ увлекала собою людей,
нодобнкхъ г-ж^ Сталь. Роланъ верила въ нравственное возрождеше
своего .народа, въ осуществлете т^хъ идеаловъ доброд'Ьтели, которые
съ д'Ьтства сроднились съ ея прекрасной душой. Роль светской образо-
ванной барыни была совершенно противна Роланъ; она глубоко
презирала светскую жизнь со всЪмъ ея надменнымъ великол^^щекъ и
блескомъ, съ ея пряличаямв и удовольств1ями, съ ея равнодуппенъ хъ
нравственнымъ правиламъ. Въ этомъ отношенхи ее можно назвать
нигилисткой. Но при всемъ'своемъ гражданскомъ мужестве, при всЬгь
своихъ обш;ественныхъ стремлешяхъ, Роланъ не была поборницей
женской эманципац1и. Уроки католицизма, классическихъ писателей и
Руссо, равно какъ и воспитаихе въ буржуазномъ семействе, — ^все это
вооружало Роланъ противъ эманципированныхъ женщинъ, особенно
аристократокъ, съ ихъ нравственной распущенностью; все это заставило
ее остановиться на классическихъ идеалахъ женщины, какъ подруги,
помощницы и воспитательницы хорошихъ гражданъ.Въ своихъ мемуарахъ
она разсказываетъ, какъ ее осаждало множество жениховъ и она
отказывала всЪмъ имъ, не находя сочувств!я въ своемъ сердц'Ь никому
изъ нихъ. „Для супружескаго счаст1я необходимъ т:Ьсн'Ьйппй союзъ
сердецъ'', говорила она. Мой жужъ долэюенъ быть выгие меня; я
стыдилась бы его, еслибы онъ не заслуживалъ действительно того
преобладашя, какое дается ему природой и законодательствомъ.„ Въ
письм'Ь къ одному своему другу онаговоритъ, что „уважете, оказываемое
мужчинами женскому полу, есть ничто иное, какъ снисхождеше силы
и великодуш1я къ слабости... Законы ставить насъ въ положеше почти
постоянной подчиненности, между тЪмъ, какъ обычаи доставляютъ
намъ почти всЬ общественный почести. Въ сущности мы ничто, а
поводимому все. Вы (т. е. мужчины) обладаете силою со вс^ми доста-
вляемыми ею преимуществами. Вамъ суждено составлять политичесше
законы и совершать научный открытая, управлять м1ромъ, изменять
поверхность земнаго шара, быть великодушными, ужасными, искусными
и учеными. Вы достигаете всего этого безъ нашей помощи, и это
дЪлаетъ васъ нашими господами. Но безъ насъ вы никогда не были бы
ни добродетельными, ни кроткими, ни любезными, ни счастливыми.
Оставьте же за собой славу и власть всякаго рода; мы не желаемъ
другой власти, кроме власти надъ нравами, другаго трона, кроме
вашего сердца. Мне грустно видеть некоторыхъ женщинъ, имеющнхъ
притязан1Я на преимущества, который такъ плохо идутъ къ нимъ.
Каждое изъ этохъ превмуществъ, даже авторство, кажется мне смешнымъ
въ рукахъ женщины'*. Однакожъ Роланъ на практике не выдерживала
этихъ принциповъ, хотя по возможности старалась быть верною имъ.
Еще до своего замужества она выступила на литературное поприще
247
съ диссертащей натеку, предложенную безансонской авадем1ей: „вакимъ
образоиъ воспиташе женщинъ можетъ вести бъ улучапеБ1Ю мужчинъ?"
Роланъ старалась доказать, что для достижешя упомянутой цели
необходимъ совершенно новый порядовъ вещей, что усовершенствовашя
одного пола лосредствомъ. другаго невозможно ожцдать до т^^хъ поръ,
поЕа не улучшится положеше всЪхъ людей съ помощью справедливаго
законодательства. Дал^е, она вышла за Ролана, челов'Ька порядочнаго,
и ихъ союзъ былъ не только союзомъ сердецъ, но и умовъ; оба они
соединенными усилгями служили одной и той же иде^; но Роланъ во
многомъ было^ ниоюе своей жены^ и она всетаки уважала его, не смотря
на приведенное нами выше об'Ёщаше ея презирать подобнаго мужа.
До революцш она помогала своему мужу въ его служебныхъ и литера-
турныхъ занят1яхъ, была секретаремъ его, какъ выражается сама она.
Но вотъ наступаетъ револющя. „Она воспламенила меня и мужа"
ПЕшетъ Роланъ. „Будучи друзьями человечества и поклонниками
свободы, мы думали, что она возродить челов-^^чество и на вЪки пре-
кратить бедств1я, гнетущ1Я тотъ классъ, положен1е котораго такъ
часто глубоко трогало насъ; мы съ восторгомъ прив'Ётствовали ее."
Роланъ и жена его принадлежали къ жиронде, состоявшей изъ фанати-
ческихъ поклонниковъ свободы и республиканскихъ добродетелей. Въ
этой парт1и женское влдяше было гораздо сильнее, чЪмъ въ какой-
нибудь другой; ею „управляло чувство, и следовательно, — женп1;ина",
говорить Мишле. Это преобладате чувства надъ холодныиъ разсудкомъ
и погубило жирондистовъ вообп];е и г-жу Роланъ въ частности. Со
своею пламенною в^рою въ нравственное возрождеше человечества,
со своими принципами стоической добродетели, г-жа Роланъ начинаетъ
разочаровываться въ своихъ надеждахъ уже съ первыхъ же дней
учредительнаго собран1я. Она усердно посещала все его заседанхя» а
потомъ еш.е ближе познакомилась съ Робеспьеромъ, Петхономъ и другими
его членами, когда они стали собираться у ея мужа по четыре раза
въ неделю. „Больше всего поражали и огорчали меня въ этихъ со-
брашяхъ болтовня и легкость, съ какою эти люди съ здравымъ смыс-
юмъ могутъ говорить по три по четыре часа, не приходя ни къ ка-
вакому рёшешю. Нетерпен1е мое не разъ доходило до того, что мне
хотелось надавать попцечинъ этимъ мудрецамъ, которыхъ съ каждымъ
днемъ я все более и более уважала за честность и благородство ихъ
намерешй. Я видела, что они превосходно могутъ изследовать известный
вопросъ, что все они философы и на словахъ мудрые политики: но
что никто изъ нихъ не умеетъ управлять людьми, а следо^тельно
не можетъ действовать на массу; они совершенно безплодно тратили
свой умъ и знашя.'' Бпрочемъ, въ это время Роланъ еш;е надеялась
на осуществленхе своихъ надеждъ. „Заря новой жизни — писала она
въ то время — занялась въ моемъ отечестве, она не потухнетъ больше.
248
Св'Ьтъ разума соединился съ инстинктомъ чувства для поддержан1я
этого яснаго дня.^ Когда дворъ вынуждень быль призвать въ мини-
стерство республиБанцевъ, Ролаиъ сд'Ьлался министромъ внутремнихъ
дЪлъ, и съ этого времени начинается общественная д^тельность
г-жи Роланъ, хотя она всячески старается скрыть ее и ув^ряетъ, что
никогда „не переступала границъ, назначенныхъ ей ея поломъ^, что
была только секретаремъ своего мужа; но истор1я показвшаетъ, что
скорее, наоборотъ, она была министромъ, а мужъ ея — секретаремъ.
ВсЪ современники понимали действительную роль ея, которую она
старалась не только скрыть отъ другихъ, но даже и смягчить въ соб-
ственныхъ своихъ глазахъ такое отступлеше отъ своихъ понятай объ
обязанностяхъ женщины. Первымъ крупнымъ дбломъ г-жи Роланъ
было ея содМствЕе окончательному разрыву жирондистовъ съ королемъ.
Ея мужъ и друг1е республикансше министры были такъ наивны, что
верили въ искренность Людовика ХУ1 и въ возможность соглашешя
съ нимъ. Но г-жа Роланъ очень хорошо понимала, что это человЪвъ
дюжинный, боязливый, развращенный придворнымъ воспитатемъ и ис-
порченный 1езуитскими предразсудками. „Вступивъ на престолъ среди
развращеннаго двора и при разстроенныхъ финансахъ — пишетъ Ро-
ланъ — окруженный испорченными людьми, онъ былъ увлеченъ вет-
реною женщиной, которая съ австр1йской надменностью соединяла
самонадеянность молодости и величгя, упоеше чувственности и полную
безпечность^ . Онъ своимъ управленхемъ только ускорилъ падеше королев-
ской власти. Неспособный разумно управлять государствомъ, онъ быть '
мастеръ интриговать и притворяться; Роланъ и Клавьеръ были въ
восторге отъ пего. Г-жа Роланъ убеждала мужа въ фальшивости ко-
роля, который водилъ своихъ республикаискихъ министровъ за иосъ
и отказалъ принять два предложенные ими закона. Тогда она написала
королю резкое письмо, которое Роланъ дрлакенъ былъ представить еху
за подписью всехъ министровъ. ПослЬдше отказались подписывать.
Тогда г-жа Роланъ составила новое письмо, которое ея мужъ подалъ
королю отъ своего имени. На завтра же последовалъ окончательннй
разрывъ Людовика съ демократическими министрами; они были уволенн.
После низвержен1я короля, Роланъ снова Сталь министромъ, а его
жена — душою жирондистской парт1и; ея имя сделалось известнымъ
целой Францш; враги жирондистовъ, крайте демагоги, повели противъ
нея ожесточенную борьбу, въ которой г-жа Роланъ проявила такое
благородство и мужество, который ставятъ ее на ряду съ самыми
великими героями истор1и, но вместе съ темъ и политическую бев-
тактность, которая свидетельствуетъ объ ея неприготовленности къ
принятой ею на себя роли. Впрочемъ, нужно заметить, что все по-
добные недостатки ея были недостатками не женщины, а той партш,
къ которой она принадлежала. Она требовала отъ людей техъ идеаль-
249
янхъ доброд^Ьтедей, въ сущестж>вате которнхъ верила, благодаря
Плутарху и другииъ подобнымъ учителямъ. Она думала, что съ по-
мощью доброд^телъннхъ героевъ свобода можетъ быть водворена во
Франц1и безъ жестокостей, безъ увлечетй, бевъ несправедливостей,
безъ угнетешя, безъ террора. Вся ея д&1тельность въ качеств'Ь ми-
нистра внутреннихъ д^лъ была направлена въ этой ц:Ьлн. Она въ это
время превращаетъ почти вс^ знакомства съ другими женщинами, не
д^лаетъ и не принимаетъ визитовъ, но постоянно работаетъ съ мужемъ,
пишетъ политичесшя брошюри, руководитъ Д'Ьлами своей партга и
глубоко страдаетъ при вид^ недостатковъ свовхъ политичесвихъ со-
трудниковъ; „о, еслибн у нихъ было мужество — говоритъ она — у
зтнхъ трусовъ, недостойннхъ имени мужчины, слабость которыхъ,
прикрытая маскою осторожности, погубила всю достойную уважен1я
партш двадцати двухъ; есл^ бы у нихъ было это мужество, они ис-
купили бы свои первый ошибки; а еслибы они погибли, то, по крайней
м^рЪ, со славою для себя и съ пользою для отечества. Но она всту-
пили въ переговоры съ преступлешемъ, жалк1е трусы^! Этимъ пре-
ступлешемъ для г-жи Роланъ былъ револющонный терроръ. Она была
слишвомъ фанатизирована своими понятхями о доброд'Ьтели н справедли-
вости, чтобы усвоить себ^ правила политической морали, освящавшей
всЪ средства хорошею цЪлью; она не могла и не хотела ни въ чемъ
уступить крайнимъ демагогамъ, и не уступила, между тЬмъ какъ друпе
члены ея партш, им'Ья одинаковый съ нею убЪждешя, не обладали
ея геровзмомъ и пошли на сд'Ьлку. Роланъ же предпочла смерть. Во
время самаго разгара террора она продолжала вести себя по-прежнему
неустрашимо и неуступчиво, хотя ясно видела какъ слабость своей
партш, такъ и могущество враговъ, питавшихъ къ ней заклятую не-
навнсть. Такъ, напр., она настояла, чтобы конвентъ вел^лъ произвесть схк-
дств1еосентябрьскихъ уб1йствахъ. „ЭторЪшеше — говорить Бальель —
навело ужасъ не только на людей прикосновенннхъ къ д^лу, но и на
всЬхъ принимавшихъ^учаспе въ шньскихъ я августовскихъ событхяхъ^.
Жел^ служить дЪлу справедливости, г-жа Роланъ этою безразсудиою
м^рою повредила только своей парт1и, вооруживъ противъ жирондис-
товъ вс^хъ республиканцевъ, разрушившихъ старый порядокъ. Когда
вомитетъ общественной безопасности потребовалъ отъ Ролана, чтобы
онъ вел^лъ запереть парижсюя ворота для удержатя въ городе всЪхъ
лицъ, приготовившихся къ побегу, г-ха Роланъ послала 10 ноября
1792 г. въ комитетъ отъ имени своего мужа р^кое письмо, наполненное
жестокихъ'нападокъ на комитетъ, передъ которымъ тогда всЪ трепетали.
яВы извещаете меня, что изъ Парижа бЪгутъ мнопе жители и что
необходимо запереть городск1я ворота для прекращешя этихъ поб'Ьговъ,
нарушающихъ общественное спокойств1е. Правда, въ посл^Ьдшй м^сяцъ
иного лицъ, незодисимыхъ по своимъ средствами и ртцошетямъ, по-
250
кидаетъ городъ, гдЪ ежедневно говорится о повторети пресл^довашй,
воспоиннаше воторохъ наводить страхъ, а ожндан1е — ужасъ. Уже
давно намекали имъ о господствующемъ волнешн, о пданахъ новой
р^зни, о готовящихся убШствахъ. Неправи^п»ныя д&йств1Я нногихъ
чиновниЕОвъ, зажигательныя проБламащи, кровожадное учеше, публично
пропов'Ьдуемое въ клубахъ, ноявлеше пушекъ, стоявшнхъ въ Сень-
Дени и привезенныхъ вчера для раздачи всЬмъ отд'Ьлешякъ, — все
это, конечно, устрашило людей, которые не могутъ забыть, что въ
позорные сентябрьсше дни Парижъ дозволилъ небольшой шай]гЬ разбой-
никовъ, посредствомъ уб1йствъ, очистить тюрьмы и запятнать Франщю
стыдомъ и позоромъ. Можно ли при такихъ обстоятельствахъ удивляться
эмигращи. Не высшая ли степень наглости и ослФплешя называть
побеги изъ города возсташемъ противъ общественнаго порядка и
СП0К0ЙСТВ1Я и предписывать запирать городскк ворота, чтобы возста-
новнть спокойств1е. Господа, ужели уб1йцы дошли до того, что осмеи-
ваются пользоваться результатами своего перваго преступлешя для
обезпечетя себ'Ь возможности совершать дальнМппл? Я не сомневаюсь
въ этомъ и считаю преступнымъ предложете людей, выдумавпгахъ
эти возмутительный м^ры*'. Независимо отъ подобныхъ лротестовъ,
г-жа Роланъ уб^^дала своихъ, друзей положить конецъ апарх1и,
„уничтожить городское управлете, избрать другой муниципалитетъ по
законнымъ правиламъ, организовать военную силу, на которую можно
было бы опереться въ случае нужды и назначить ея начальника, ко-
торый завЪдывалъ бы городской полищей. Безъ этихъ мЪръ всяше
законы были безполезны, а при отсутствш войска, независимаго отъ
городскаго сов']^та, нащональный коивентъ неизб^но подчинялся не-
обузданному городскому управленш^. Но друпе жирондисты даже
боялись и говорить о цланахъ мужественной женщины, — такъ были
слабы они. Между тЪмъ, якобинцы готовили окончательное падете
жиронды, и ихъ ненависть къ партхи сосредоточивалась, главнымъ об-
разомъ, на г-ж^ Роланъ. Они осыпали ее самою возмутительною
бранью, пятнали ее честь самыми гнусными обвинен1ями. Револющонная
газета „Рёге ОисЬезпе*' обличала ее въ куртизанств'Ь, а ея мужа въ
воровстве. „Мы — говоритъ эта газета — уничтожили феодалнзмъ, но
дозволяемъ существовать власти болЪе ненавистной. Нужная половина
добродЪтельнаго Ролана водитъ теперь Франц1Ю напомочахъ точно также,
какъ ;прежде — Помпадуръ и Дрбарри. Бриссо — ^главный вонюхъ этой
новой королевы, Луве — ея камерх'еръ, Бюзо — главный канцлеръ, Фоше—
духовникъ, Барбару, котораго Мара называетъ шпюномъ, капитанъ ея
гвардш, Верньо — церемотймейстеръ, Гюаде — оберъ-шенкъ. Таковъ
новый дворъ, заправляющей всЬми д'Ьлами въ конвенте и департа-
ментахъ. Зас^датя этого двора происходятъ каждый вечеръ въ томъ
самомъ жкстЬу гд^ Антуанета подготовляла съ австрхйскимъ комитетомъ
251
новую варфолои'Ьевсвую ночь. Подобно этой бывшей королев^Ь, г-жа
Роланъ лежитъ на кушетБ^Ь, окруженная этими Ьеаих-езргИв и тол-
вуетъ о войн'Ь, о политив'Ь, о народномъ продовольетвш^. Мара не
переставалъ вооружать своихъ приверженцевъ, говоря, что въ „будуар'Ь
г-жи Роланъ фабрикуются заговоры для разрушен1я республики^.
Между прочимъ, одняиъ изъ главныхъ обвинетй противъ нея было
то, что вступивъ на арену политической д-Ьятельности, она нарушила
обязанности своего пола. „ИмФя дочь, она пожертвовала долгомъ и
чувствомъ матери, чтобы возвыситься, а желате быть ученою заста-
вило ее забыть доброд'1тели своего пола; эта забывчивость, всегда
опасная, довела ее до смерти отъ руки палача"*, писала послЪ казни
Роланъ якобинская газета. Ненависть противъ этой женп];ины была
такъ велика, что она ежеминутно должна была ожидать вторжешя
уб1йцъ, и спала не иначе, какъ съ заряясенными пистолетами подъ
иодушвой. 31 мая 1793 года жирондисты окончательно пали, Ро-
ланъ былъ арестованъ, но б'Ьясалъ, благодаря энергш и неустра-
шимости своей жены, которая осталась въ Париже и старалась
одушевить своихъ совершенно павшихъ духомъ друзей. Наконецъ,*
ее арестовали и повезли въ тюрьму въ карет:Ь, окруженной конвоемъ.
Чернь б:Ьжала за экипаяБемъ и женщины вричали „на гильотину!^ Въ
своемъ письме конвенту и министрамъ, въ своихъ отв'Ьтахъ на след-
ственные вопросы, при освобожденш изъ. подъ перваго ареста и при
слъдовавшемъ тотчасъ же второмъ арестовати, всегда и во всемъ она
обнаруживала свои всегдашшя стойкость и мужество. Въ тюрьме она
совершенно спокойно ожидала смерти. Только „бедств1я моего отече-
ства'' — писала она — „заставляютъ меня страдать ; невольная печаль
овлад'Ьваетъ моими чувствами, подавляетъ мое воображеше и сушитъ
сердце. Франщя теперь ничто иное, какъ широкая сцена р']Ь8ни, кро-
вавая арена, на которой собственный д'Ьти ея терзаютъ другъ друга.^
Въ тюрьм:Ь она пишетъ свои знаменитые мемуары и ведетъ переписку
со своимъ арестованнымъ другомъ Бюзо, съ которымъ ее соединяла
самая чиста4|[ платоническая любовь. „Мой милый Бюзо — пишетъ
она — останемся верными своему долгу. Отечество наша мать, да на-
деть лосрамлеше на того, кто дерзнетъ поразить грудь матери! Обо-
дрись, любезный Бюзо, я терпеливо буду ждать дня правосуд1Я или
же умру такъ, что смерть моя не будетъ безполезнымъ при№Ьромъ....
Я чувствую наслаждете, неизвестное тиранамъ. Понимаешь ли ты,
хой другъ, наслаждете господствовать надъ своимъ бФдствхемъ, надъ
предстоящею смертью, находить въ своемъ сердце возможность на-
слажден1я жизшю и укргшхать ее до последняго издыхан1й?! Я гор-
жусь, что я гонима въ то время, когда преследуются твердость ха-
рактера и честность". Она старается помочь своему гонимому мужу,
кь которому не чувствовала никакой страстной любви, и обративъ
252
на себя весь гн^въ враговъ Ролана, заплатить ему вознаграждешемъ,
Ботораго онъ достоинъ за ъ&к свои огорчен1Я. ^Я готова бн пожер-
твовать ему своею жизшю, чтобы прхобрЪсть право отдать теб^Ь од-
ному (т. е. Бюзо) мой посд^дшй вздохъ*'. Она не хочетъ бежать,
чтобы враги не сказали „гражданка Роланъ трусить^. Она отвергаегь
мысль о самоуб1йств^^, чтобы сд^клать изъ своей вазни поучительный
примерь для другихъ. Вотъ, послЬ процесса, ведшагося только ради
формальности, она узяаетъ свой смертный приговоръ; на улиц4 раз-
даются неистовые крики толпы, требующей ея казни. Она готова, и
пишетъ Бюзо въ посл'Ьдшй разъ: „прощай, мой милый, прощай! Я
пишу теб^ при громкомъ звон^ набатнаго колокола, при грохотЪ пу-
шекъ и при ужасныхъ крикахъ мятежа. О, еслибы я, покрайней м^^р^,
знала, что ты въ безопасности, между храбрыми республиканцами
Соединенныхъ-Штатовъ^. 9*го ноября въ пятомъ часу вечера Роланъ
повезли на эшафотъ. „Она стояла — говорить очевидецъ — непоколе-
бимо сцокойная въ своей тел^гЪ; на ней было б^лое платье съ бу-
кетами розоваго цв'Ьта. Никакого унытя не было зам'Ьтно на ея лиц^.
Глаза ея сверкали живымъ огнемъ, лицо схяло свежестью, очарова-
тельная улыбка играла на губахъ. ПодлЬ нея сидЪлъ несчастный Ла-
маркъ, окончательно убитый страхомъ. Героиня ободряла этого б^-
няка, который уже не былъ похожъ на человека. Она находила слова)
полный умной веселости и вызывала ими улыбку у своего подавлеи-
наго страхомъ товарища*^. Роланъ не приняла священника, но про*]^
жая, преклонилась передъ статуей свободы. Чтобы избавить Лаиарка
отъ ужаснаго зр'Ьлища своей казни, она упросила казнить напередъ
его. ЗатЪмъ и ее привязали ; посл^дтй взглядъ ея обратился въ той
же стату^^ свободы. „О свобода, сколько преступлетй совершено въ
твое имя**, проговорила она. Гильотина отрубила ея голову.
Незадолго передъ Роланъ казнили другую героиню, Шарлоту Кордэ.
Она выросла въ провинцш. Сначала она также, какъ н Роланъ, увлек-
лась ватолицизмомъ, но потомъ Рейналь, Руссо, Плутархъ и друг1е
авторы свели ее съ этого пути ; во всю свою остальную жизнь она не
была въ сношешяхъ ни съ однимъ патеромъ и никогда не испов^ды-
валась. Постоянное чтеше всевозможныхъ внигъ, уединенная мечта-
тельность, слухи о совершившихся во Францш великихъ событхяхъ,
все это сделало изъ Шарлоты такую же страстную поклонницу сво-
боды и такую же героиню, какъ Роланъ. Терроръ и анархгя внушали
ей глубокую печаль о родин'Ь. Тетка однажды заметила слезы на ея
глазахъ. „Я плачу — отвечала ей Шарлотта — о Францш, о моихъ
родственникахъ, о васъ... Пока Мара живъ, разв% кто-нибудь безопа-
сенъ въ своей жизни !^ Ради водворешя мира въ отечестве, она ре-
шилась принести себя въ жертву, убивъ этого страшнаго террориста
и не подозревая того, что Мара былъ только орудхемъ, что его смерть
253
не дасФъ мира. Она покидаетъ родныхъ, одна добирается до Парижа,
покупаетъ здЪсь винжадъ и просить сввдашд съ Мара, обещаясь от-
крыть ему государственную тайну. Почти силою пробивается она въ
квартиру Мара, т^Ь онъ больной сидить въ ваниФ. Онъ спросилъ у
Шарлотты имена депутатовъ, б1икавшихъ въ Баенъ. Шарлотта на-
звала ихъ, Мара записалъ, говоря — „хорошо, череаъ восемь дней они
оойдутъ на гильотину^. Эти слова придали дДвушв1^ новня силы, и
она вонзила свой кинавалъ въ грудь Мара. Онъ умеръ. Арестъ, про-
цессъ и казнь не замедлил. „Когда голова Шарлотты упала, одинъ
плотнииъ маратистъ, помогавшей палачу, подндлъ ее и далъ ей плюху.
Дрожь укаса и ропота пробежали по площади. Показалось, что голова
покраснела, потому что въ 9то время въ глаза взволнованной толпы
падали красные лучи вечерняго солнца, проникавппе сквозь деревья
елнсейскнхъ полей"*. (М1сЬе1е1;). Мстители Мара им^Ьли наглость сви-
детельствовать трулъ Шарлотты, изслгЬдуя ея невинность (Ьашаг(ше),
и хотя они убедились въ последней, но всетаки пе переставали и
после клеймить ея память самою возмутительною бранью; даже Пру-
донъ называетъ ее такимъ словомъ (агсЫсаип), которое по-русски
можно слышать только въ непотребномъ доме низшаго разбора. Ро-
ланъ, казненная после Корде, съ увлеченхемъ отзывается о послед-
ней. „Эта удивительная жеии];Ена достойна уважен1я .м1ра. Но плохо
знакомая съ положен1емъ делъ, она дурно выбрала время и свою
жертву: смерть принесла пользу только презреннымъ сторонникамъ
Мара**. Между темъ, современница этихъ героинь-мученицъ, г-жа Сталь
вовсе не сочла ихъ достойными даже простаго упоминовен1Я въ сво-
ихъ многовещательныхъ сочинешяхъ. „Мы — замечаетъ по этому по-
воду Шлоссеръ — ^не хотимъ особенно восхвалять ни Роланъ, виДорде.
Они ошибались въ людяхъ, но это заблуждеше было достойнее для
че.10вечества, чемъ напыщенная и риторическая истина Сталь ; они
совершили большую политическую ошибку, но происхожден1е этой
ошибки было чип^е и прекраснее источника той мудрости, которая
привела многихъ противниковъ ихъ къ почестямъ во время имперхв
и сохранила за ними высошя места при Реставрацш.
Упомянемъ здесь еще объ одной республиканке, о мадамъ Роберъ.
Отецъ ея, Кералю, далъ ей солидное образован1е, и она, не имея еще
семнадцати летъ отъ рода, уже цереводила и компилировала статьи
ддн „Мег сиге ^ и „^о^^^па1 без 8ауап18^, въ которыхъ сотрудничалъ
еа отецъ. Восемнадцати летъ она написала романъ, а затемъ посвя-
тила целыхъ десять хЬтъ на составлеше ученой и серьезной „Исто-
рии Ёлисаветы!*, оконченной въ 1789 г. Въ это время лолитичесшя со-
бнт1я окончательно овладели душой мадмуазель Керал10, она сдела-
юсь редакторомъ „Доигпа! с1е УЕЬа>Ь еЬ им СИоуеп^, а за темъ, вы-
шедши замужъ за корделд>ера Робера, очутилась въ самомъ центре
254
■ ■ *
револющонныхъ двиавешй и сдкжалась д'Ьдтельяымъ членонъ кордилг
ерсвой партш. Мадакъ Роберъ составила петищю о томъ, что не
нужно ни Людовика ХУ1 и никавого другаго короля; 17 юля 91 года
эта петищя была положена на марсовомъ пол^ на алтаре отечества
и сд'Ьлалась первныъ актомъ новорожденной республики./ Тысячи на-
рода стреш1лись поднисать ее, и въ томъ чнсл^Ь множество акенщинъ
и д^вушекъ. ПослЪ револющи мадамъ Роберъ жила литературввкь
трудомъ. „ВсЬ ^ея сочинешя, — ^говоритъ Мншле — даже „Истор1яЕли-
саветы*' — забыты, но никогда не забудется велшпй почияъ ея, сд'Ьлан-
ный ею во имя республики 17 шля 91 года*.
Спускаясь отъ подо^ныхъ дЪятельницъ въ болЪе низк1е слои об-
щества, мы видииъ зд'Ьсь ц']^.о1я толпы женщииъ, доведенныхъ до ре-
волющониаго изступлешя и играющихъ немаловажную роль въ обще-
ственномъ погро^^. „Женщины были авангардомъ нашей революд^и^
говоритъ Мишле. Когда въ октябре 89 г. голодъ началъ волновать
столицу, од^а женщина начала пропов'^^дывать походъ на Версаль.
Надъ ней см'Ьялись, она дала плюху одному иръ этихъ насм-^Ьшни-
ковъ. На завтра, она, съ обнаженною шпагою, верхомъ на лошади,
ажитирОвала народъ, призывая его къ походу на Версаль. Въ разннхъ
м^стахъ города волно1^ались женщины, голодный, безработный, 0310-
бленныя. Говорились возбуждающ1я р'Ьчи. Какая-то молоденькая де-
вочка достала барабанъ и ударила тревогу. Торговки бросили лаввв,
и толпы женщииъ пошли искать булочниковъ и вм^^ст^Ь „послушать
маменьку-Мираба. Толпы ихъ постоянно увеличивались. Мног]я изъ
нихъ кричали — „хл'Ьба и оруж1я1^ Эта голодная, постоянно увеличи-
вавшаяся толпа подвигалась съ разными препятствгямя и неистов-
ствами къ Верса.1ю, пом^^шала б^^жать королевскому семейству, при-
вела короля въ Парижъ, окружал его карету, и такимъ образомъ со-
вершился знаменитый переворотъ 6 октября, исполнеше котораго при-
надлежитъ, главпымъ образомъ, женщинамъ. „Мужчины взяли Басти-
Л1Ю, а женщины взяли короля^, говоритъ Мишле. Во все продолжеше
револющи женщины действовали по возможности наравн'Ь съ мужчи-
нами, обнаруживая такую же см'Ьлость, такое же увлечете и совер-
шая так1Я же неистовства, какими отличались и революц10нерн. Изъ
толпы этихъ революц1онерокъ, между прочимъ, выдается Теруань де-
Мерикуръ, которую обожалъ народъ за ея красоту и храбрость. Эта
красавица предводительствовала толпами верхомъ на лошади въ шляп'Ь
а 1а Непг! 1У. Она принимала самое деятельное участ1е въ собвтяхъ
10 Августа, когда марсельцы возложили на нее победный в^ножь.
После сентябрскихъ уб1йствъ, она окончательно разошлась съ нартхей
Робеспьера. Враги ужасно отомстили ей. Они схватили ее во время
прогулки, обнажили ея тело и публично высекли плетью. Она поме-
шалась отъ этого варварства и прожила въ сумашествхи 24 года. Дей-
255
ствуя въ салснахъ и на улицахъ, женщины въ тоже время составляли
свои клубы, о которыхъ, впрочемъ, мало сохранилось изв'ЬстШ. Въ 90
и 91 годахъ въ этихъ женсвихъ влубахъ ифала особенно выдающуюся
роль Олимшя де-Гужъ, вовсе необразованная, но очень даровитая
поэтесса; она могла импровизировать цФлую трагедш. Ерайце впеча-
тлительная, зараженная недостатками, которые обыиБновенно приви-
ваются къ женщине ложной цивилизащей, Олимшя жила исключи-
тельно сердцемъ. Изъ револющонерки она делается роялисткою, тро-
нутая несчаст1ями короля; въ шн*]^ 91 года — она республиканка, но
во время процесса Людовика ХУ1 снова превращается въ его сторон-
ницу. Надъ ней смеялись за такое непостоянство, но она вызывала
насм'Ьпшиковъ на дуэль на пистолетахъ. Револющонная ннквизицхя
незамедлвла захватить ее. Потрясенная неизбежностью предстоящей
казни и услышавъ, что для беременныхъ казнь отсрачивается, Олим-
шя постаралась прибегнуть къ Э110му средству. „Одинъ другъ— гово-
ритъ Мйшле — со слезами оказалъ ей эту печальную услугу, предвидя
ея безполезность". Олимтю всетаки казнили. Изъ женскихъ обществъ
особенндмъ значешемъ пользовалось „общество революц10нерокъ;^
президентомъ его была одна крайне смелая и красноречивая девушка,
которая руководила собрашемъ 31 мая, решившимъ погибель жирон-
дистовъ. Она бвиа гражданскою женою Леклерка и другомъ Ру, изда-
вавшииъ ж^рпв^лъ \Тгьнь Мара^, находивш1& особенное сочувств1е въ
ж^скихъ обществахъ. Робеспьеръ и якобинцы, заклятые враги этихъ
редакторовъ и ихъ направлетя, сделались и врагами женскнхъ об*
ществъ, темъ более, что въ последнихъ уже начинали проявляться
энанципащонныя стремлетя. Въ 1792 г. конвентъ решительно откло-
ннлъ заявленныя женщинами требоватя равноправности. Женщины,
подъ предводительствомъ Розы Ланомбъ, составили револющонный
влубъ н потомъ проникли въ залу заседатй парижскаго правитель-
етвеннаго совета, желая принять участ1е въ общественныхъ делахъ.
Противъ этихъ притязатй возсталъ генеральный прокуроръ Шометъ. „Съ
которыхъ это норъ — воскликнулъ онъ — дозволено женщинамъ отри-
цать свой полъ и превращаться въ мужчинъ? Съ которыхъ поръ во-
шло у васъ въ обнкновеше жертвовать смиренными заботами о домаш-
немъ благе, покидать колыбели вагаихъ детей? Все это вы делаете
для того только, чтобы захватить государственныя должности, взбегать
на трибуны, проникать въ ряды арм1и и принимать на себя татя обязан-
ности, воторыя природа возложила исключительно на мужчинъ. Что же,
разве природа даровала намъ груди, чтобы кормить нашихъ детей?
Нетъ; она схавала мужчине: будь мужчиной; трудъ, политика и забота
всякаго рода — вотъ твои права. Она сказала женщине : будь женщиной ;
забота о детяхъ, о хозяйстве, пр1ятныя тревоги матери, — вотъ твои
права. Неразумный женщины, къ чему стремитесь вы сделаться муж-
256
чинами? Во имя природы умоляю васъ, останьтесь т4Ьмъ, что вы есть!...*
Адвокатомъ хеяскаго д^да въ это время быль Еондорсе, выдержки
изъ сочинешя котораго „О дароваши женщннамъ граждансвихъ правъ^,
приведены уже нами выше. С1йесъ требовалъ также прнзнашя жен-
ской равноправности. Знаменитый аббатъ Фоше в мадамъ Пахьиъ
Эльдеръ пуб^шчно пропов'Ьдывали дманципацио, охру2кенння тошаки
женщинъ. Олнмп1я де-Гужъ вела ту же пропаганду. „Женщины— го-
ворила она между прочимъ— нм^ютъ полное право вступать на три-
буну, потому что они им'Ёютъ право всходить на эшафотъ!^ Но вс1
эти голоса погибали безсл'Ьдно среди шума и анарх1и великаго пере-
ворота. Наконецъ, были запрещены и самыя женсшя общества. Жен-
щннамъ превращена всякая возможность въ самостоятельной дЪятель-
ности. Но они всетаки не переставали распространять и поддержи-
вать тотъ энтуз1азмъ, воторый воодушевлялъ тогда всю Франц1Ю. Въ
празднествахъ свободы они являются ея вдохновенными жрицами.
„Зд']^сь женщина произносить благородную, прекрасную р^чь, которая
завтра же рождаетъ героевъ; тамъ прекрасная д^Ьвушка несетъ паль-
мовую в'Ьтвь съ надписью: „лучшему изъ гражданъ^. Въ Дофине, ба*
тальонъ вооруженныхъ д^тей, батальонъ вооруженныхъ женщинъ, ба*
тальонъ вооруженныхъ д'Ьвушекъ ! Въ Мобек'Ь они, со знаменемъ и съ
обнаженными шпагами въ рукахъ, маршпруютъ въ отличномъ порядке,
съ тою грацюзяою живостью, которая свойственна только женщинаиъ
Франц1и. Женщины и девушки Анжера хотятъ идти въ походъ, сле-
довать за молодою арм1ей, принять участхе въ первомъ вресювомъ
поход"]^ свободы, вормвть воиновъ, ухаживать за ранеными. Они кля-
нутся не выходить замужъ ни за кого, вром^ хоропгахъ гражданъ,
любить тольво мужественныхъ и соединять свою жизнь тольво съ
гЬми, которые готовы жертвовать Франц1н своею жизнью... Женщины
оказывали, вавъ свид']^тельствуютъ о томъ вс^ письменные памятники,
бол:Ье, ч'Ьмъ мужчины, эиерг1и, энтузхазма, страстнаго рвеша въ д^л!
принесете' граждансвой присяги'^. (МшЬеЫ). Это былъ не простой
энтузхазмъ, это было редипозное увлечен]е свободой. Женщина пред^
ставляла собою богиню Разума, и хоры молодыхъ д']Ьвушевъ пЬжа не-
редъ нею гимнъ свобод:^. Основатели новаго вульта предписнвали на-
бирать для этой роли „женщинъ строгой нравственности, способннхъ
внушать честныя и благородный чувства*'. Этими „богинями** бнлв
вообще д'Ьвушви изъ уважаемыхъ семействъ страны. Неудивительно,
что женщины съ сердцемъ и фантазхей, чрезмерно развитыми на ечетъ
разума, впадали въ революцдонный мистицизмъ. Многк изъ нихъ бук-
вально обожали Робеспьера и благогов:Ьйно превлонялись передъ вс^мя
его д']^йств1ями. Онъ получалъ не мало писемъ, въ воторыхъ его при-
знавали за месс1ю; его портреты служили ивонами новаго вульта;
мнопя женщины постоянно носили ихъ на себ!, целовали нхъ, моли-
257
лгсь вередъ нимв, набнвади его Богомъ! Чр^в№айно распространен*
нал Фогда секта иллюнинатовъ' приняла пня Робеспьера въ число сво-
ихъ святнхъ инееъ. Старуха Еатерина Тео, слывшая подъ именехъ
Богоматери, пророчествовала и проповЪднвала поклонете яГрядуще]гу
Спасителю'', „первону пророку", „Сыну Внсочайшаго Существа",
яИскупителю", „Мессш", — ^Робебпьеру! Этотъ культъ сильно сод'Ьй*
ствовалъ наден11> Робеспьера. Такой мистицизнъ быль естественншгь
послЪдствхемъ тогдашнихъ войнъ, б'ЬдствШ, междоусобШ, террора, 1чь
лода. Ташя эпохи всегда ознаменовывались подобными припадками на*-
роднаго умопомешательства. Ером^ того, во время этихъ бЪдствен-
ннхъ п^юдовъ обыкновенно развивается равнодуппе къ жизни и страет-
яое необузданное желате наслажденхй. Пушкинъ |1ревосходно изобр^^»
вядъ эту чер!гу народной жизни въ своей шэсб ^Пирь во время чум|1*,
гдф крестьяне, въ виду страшной и неизб^ной смерти отъ зарааы,
хутятъ на-пропалую и поютъ —
Зааикеиъ огни, нажьемъ бокалы,
Утопииъ весею умы,
И заваривъ пиры да балы,
Возславииъ царств1е чумы!
Револющя со своимъ терроромъ, со своими казнями производила
такое же дМств1е, особенно на бол^ впечатлительный женски полъ.
Ежеминутно ожидал арестовъ, смерти, бЪдств1й,~ они со4^тилн насла-
диться жизнью и любовью. Даже въ тюрьмахъ, биткомъ набнтвхъ
арестованными обоихъ половъ, шли пиры и забавы; одни репетировали
церемон1Ю предстоявшей имъ казни, друпе — заводили мимолетяня
предсмертный связи. Сегодня любовь, завтра смерть; а если случится
8аберех1(неть, то казнь отсрочена, — н такъ, да здравствуетъ лю-
бовь1... Въ большихъ городахъ, особенно въ Париже, оргш разврата
дошли въ это время до высшей степени. Этому, безъ сомнЪшя, много
способствовала усилившаяся бедность и безпомопщост]^ женской масон.
Нужно заметить, что всю эту разнузданность нравовъ мнопе совер-
шенно несправедливо приписываютъ исключительно револющонера]|Ъ4
Главная роль въ этихъ подвигахъ принадлежала консерваторамъ и роя-
лнстамъ. ,^Ех-лакеи, дворники, парикмахеры, — ^въ особенности аке парик-
махеры, раззоренные револющей, были ревностными роялистами. Любов-
ные агенты и посланники при старомъ порядке, неизбежные свид^Ьтелм
пробужденШ отъ сна и самыхъ вольныхъ сценъ алькова, они и сами были
вообще развратниками". Одинъ изъ нихъ вздумалъ забраться 17 !юла 91
года подъ помостъ около алтаря отечества, чтобы смотреть сквозь щели
подъ женск1я платья.... При дворЪ, гд^ царствовала полная распущен-
ность нравовъ и въ роялистскихъ салонахъ эта штука встр^Ьтял^ пол-
ное одобрен1е. Однакожъ, соглядатай-парикмахеръ со евонмъ товаря*
17
258
в* _
щехъ со^цатоиъ.бнлн фткрнты; имъ тутъ хе <Яфубяди годовн. Рео-
^кублнка чрсввБпайно строго сл^дЕда за нравами, и только съ ослабле-
ттъ »то& цвнз]фн французы, и во главЪ ихъ людк реашцн, пустн*
лись во вся тджЕая.
Ъъ то время, кавъ образованныя женщина среднихъ классовъ слу*
жили дЪлу револжщш, женщины нившихъ слоевъ населешя, нев&1№-
ОФвенщик, неразвитыд, су^вЪрныя, начинали уже реакцш великому
д1Ч[)еророту. Вавдейше крестьяне поголовно* воастали противъ своихъ
хкшободителей; инищатива же вандейской войны принадлежитъ пооамъ
я женпщналъ. Вавдея была тогда самою нев^ественнох>, самою ха*
тО|1а^ескою провиищей Францш; а известно, что свошгь вл1ян1емъ я
своею властью католическое духовенство всегда б^ио обязано, глав»
ннмъ образом^ фанатизированщр1ъ имъ женщинамъ. Ваидейсше донн,
тшшмъ образомъ, производили контръ-револющю въ каждомъ сем^*
ств'Ь, въ каждомъ домЪ, въ каждомъ замкЁ. Женщины всюду были
ревностными апостолами ихъ идей и оруд1ями ихъ гнусныхъ замыс-
ловъ. „Все это темное д'Ьло^говоритъ Шшле — совершилось по вну-
треннему и глубокому согласш женщины и попа. Сорокъ тысячъ ка-
федръ, сто тысячъ испов^дниковъ работали въ этомъ направлешя.
Громадная машина неизмеримой силы безъ труда боролась противъ
ревмющоияой машины прессы и клубовъ, заставляя революц1оверовъ,
есяи- овн ХОТЕЛИ победить, организировать терроръ. Но еще въ 89,
90 /и 91 годахъ уже свир^пствовалъ церковный терроръ, дисгауя
мосредетвомъ проновЪд^ и исповЪдн. Женщина приходила изъ церкви
домой не иначе, какъ съ поникщею головою, съ сокрушенвоЕШъ сердцемъ,
объятая ужасомъ. Ей грезились только адъ . и вечный огнь геены....
Та«ъ шли дЬла во всей Франц1и. Но мужчина сопротивлялся реак-
ц1онинмъ стршиешямъ женщины и остался в^рнымъ революцш. Въ
ВащкзеЬ же, значительной части Анжу, Мэна и Бретани, женщина взяла
в^хъ, — женщина и попъ, соединенные тесными узами''. Одинъ изъ
тогдашняхъ ре<^бликанскихъ военачальнивовъ, бывппй до револющи
нопохъ, воолн^Ь понималъ эту роль женщины. „Женщины— говорить
(явь^^ причина вс^хъ нашихъ несчаст1й; безъ нихъ республип давно
уже установилась бы и мы наслаждались бы миромъ''* Фанатнзиро-
ванная мопомъ, жешцина не переставала уб&кдать мужа въ томъ, что
вс^Ь новые порядки отъ дьявола. „Мужъ спитъ, утомленный. Но жена
не спитъ; она ворочается съ боку на бокъ и будить его. Глубоше
вздохи, по временамъ рыдашя. „Что съ тобою д'Ьлается эту ночь?*' —
,7вы, бедный король въ Тампл^!.. Увы, они били его, какъ Господа
шлгего Хисуса Христа!.. *< Мужъ на минуту засыпаетъ. Жена снова:
„говорить, что будугь яродавать церковь, — церковь и священнячесвШ
дань! Б^да, б^да тому, кто купить ихъ!* Продажа дерковныхь иму-
щеотвь особенно волновала поповъ и ихъ пенитентокъ. Всюду ходили
259
разсхазн, какъ Богъ явно навазнвалъ покупателей. „Жанъ, вупивппй
что-то изъ церковпаго, тотчасъ разоренъ градобипеиъ, Жакъ — ^павод*-
нешемъ; съ Пьеромъ еще хуже — онъ упалъ съ кровли; у Полд унеръ
ребенокъ. Правду говорить священникъ: ^тако погибнуть всЬ первевцц
египетсше!'' Духовные, присягнрппе новому правительству, подвергав
лись страшнымъ гонешянъ. Наложницы, экономки, стряпки, пенитентки
патеровь всюду разжигали ненависть къ вонститущонному духовен-
ству. Вь одной местности поповская экономка первая ударила вьна-
батъ, призывая жителей кь нападешю на присягнувшихь патеровь;
бретонки, вооруженный метлами, врывались вь церкви и били такихь
священниковь; урсулинск1я монахини принимали самое д'Ьятельное
участ1е вь шуанской войнФ, и женск1е монастыри были центрами роя-
листскихъ иитригъ и козвей. Всюду ходили слухи о мнимыхъ чуде-
сахь. Мар1я являлась будто бы во многихъ м'Ьстахъ и призывала в^^р-
ныхъ Бь нстреблешю республиканцевь, и вь особенности констнту-
Ц10нныхъ священниковь. Такъ началась несчастная вандейская война.
БромЪ . суев^р1я и кд:толическаго фанатизма, женщинь толкали на
путь реакщц ихь сострадательность и отвращете оть ужасовь, наси-
Л1Й и несправедливостей революцюннаго террора. Грустная участь
короля и королевы, р:Ьзня, ежедневный казни, потеря дорогихь лю-
дей, — ^все это заставляло ихь желать мира и дМствовать противь ре^
волющи. Революц10нное управлеше, кром% того, оскорбляло женщину
во многихь ея вкусахъ и наклонностяхь, привитыхь кь ней воспита-
н1емь; вь н']^которыхь отношенхахь оно угнетало женщинь еще бол^е,
ч^мъ правительство абсолютныхъ королей. Республиканцы старалисрь
ввести вь жизнь грубую простоту нравовъ и т^Ьмь оскорбляли вкусь
къ изящнымь манерамь и св'Ьтскому обращению, вкусь, нрививавпийся
до т^хъ порь кь женщинамь сь молодыхь ногтей. Поклонники рим-
скихь идеаловь, республиканцы возстановили и классическую цензуру
нравовъ, зорко сл^^дя за половою нравственностью граждань и граж-
данокь! За прелюбод^яше нер'Ьдко преследовали, какь будто за го-
сударственное преступлеше; человЪкь вольнаго поведешя или же че-
ловЪкь, не сообразовавш1йся вь д']^лахь любви сь общепринятыми
взглядами и законами, быль > уже подозхмтеленъ для коммуны и яко-
бинцевь. До чего доходило это цензорское безумхе, можно вид'Ьть изь
того, что однимь изъ важныхь поводовь къ паденш Максимилхана
Робеспьера была мнимая связь его сь некоторыми женщинами дву-
снысленнаго поведенгя, связь, вь которой быль виновень его брать,
но которая по ошибке была приоисана Максимил1ану. Вместе сь этимь
ни одно правительство такъ жестоко не преследовало публичннхь
хенщинь, какъ республиканское. Естественно, что проститутки и всЬ
француженки, завоевавппя уже право на свободу чувства, доляшы были
сделаться врагами новаго порядка, благодаря которому они лишались
17»
260
дорогихъ ихъ сердцу лэдей, подвергаюсь ожесто^нннмъ пресл^до-
вашлмъ, раззорялись, страдали отъ вмешательства администрацш въ
ихъ частную жизнь. Еъ тому же, револющонеры задушили всЬ стрем-
лешя женщинъ къ полноправности и липшли большинство ихъ тЬхъ
удовольствШ и того комфорта,^ привычка въ воторнмъ была привита
къ нимъ ихъ нел*Ьпымъ воспиташемъ. Роскошь изгонялась и навлекала
на челов'Ька подозр'Ьше. Бальные и игорные вечера почти вовсе пре-
кратились. До револющи женпщны царили въ салонахъ, но къ 93 г.
закрылись и салоны. ВсЬ упомянутыя обстоятельства неизбежно вели
за собой реакщю, влхяше которой мы видимъ какъ на отд&п»ннхъ
дФятеляхъ, такъ и на общемъ ходЬ д^лъ той эпохи. Другъ Джеффер-
еона, поклонникъ Америки, безкорыстный республиканецъ Лафайетъ,
подъ вл1ян1емъ своей жены, воспитанной въ правилахъ католическаго
фанатизма и стараго порядка, постепенно преврапцается въ сторонника
роялизма. Жирондистъ Верньо, убаюканный ласками мадмуазель Кан-
дейль, теряетъ всякую энергш. Падеше Робеспьера женщины прив'Ьт-
ствовали какъ начало ихъ освобожден1я отъ строгой цензуры нравовъ.
Страсти, до тЪхъ поръ сдерживаемый силою, вырвались на свободу.
Когда Робеспьера везли на зшафотъ, балконы и окна домовъ были
набиты женщинами, въ роскошныхъ и фривольш1Хъ нарядахъ; воздухъ
оглашался ихъ злорадостными криками — „на гильотину!^ Актрисы идя-
сали вокругъ позорной колесницы. Съ этого же дня начались пирше-
ства, вакханки бегали по улицамъ, Парижъ ликовалъ и дамы вели
себя съ такимъ цинизмомъ, что далеко превосхо)щли самыхъ отпЬ-
тыхъ проститутокъ. Начались балы жертвъ, на роскошный оргш ко-
торыхъ съ'Ьзжались лица, потерявппя во время револющи кого-нибудь
изъ своихъ родныхъ или друзей, въ знакъ чего у каждаго посетителя
шея была обвязана краснымъ шнуркомъ. Маркизы, графини, роялист-
ск1я актрисы, аристократичеспя проститутки возвращались во Францш
изъ бегства или изгнанхя, выходили изъ своихъ темницъ и убЪжищъ,
и употребляли всЬ силы своего ума и женскаго обаяшя для реставра-
цш, для погибели и роялизированья революцюнныхъ д:Ьятелей. Один
возстановляли старую роскошь, возвращались къ прежней жизни, пол-
ной блеска и удовольствШ; друг1я хотели мира и облегченья для
своего сердца, разбптаго страдашями; зло, причиненное револющей
женщинамъ и семейству, наполняло ихъ душу ненавистью къ дтимъ
смутамъ и желашемъ мира во что-бы то ни стало. Женщины, гово-
ритъ Мишле, самымъ д^ятельнымъ образомъ содМствовали погибели
вс^хъ партШ револющи. Однакожъ, необходимо зам^Ьтить при этомъ,
что Мишле слишкомъ ужъ увлекается, говоря о пагубномъ вл1яши
женщины на ходъ револющи. Несомненно, что француженка того вре-
мени, вслЪдствхе извЪстныхъ историческихъ обстоятельствъ, стояла
ниже мужчины по своему развитш; но не она одна портила д^ло,
261
не она одна создавала реакщю, — вмЪстЪ съ нею и во многихъ С1у«
чляхъ незавнсиио отъ неа точно также д^йствовалъ и мужчина.
Ошибки и недостатки Сталь, Роланъ, Еордэ были не только резуль-
татами несостодтельнаго жеискаго воспиташя^ но вм^стЪ съ тЪмъ и
ошибками парт1И. И Сталь, и Роланъ во многомъ были лучше мужчинъ
своихъ партШ.
I
французская жешцина бнла гораздо развитее и змаципированн^,
ч^^мъ женщина другихъ странъ. Но если уже и развшле францужен-
ки оказалось недостаточнпмъ, коль скоро она взялась за общественно-
1голитическую деятельность, то тЪмъ менЪе способны были дМство-
вать на зтомъ ноприщЪ массы женщинъ другихъ странъ. Несмотря,
однакожъ, на это, онД не р'Ьдко появлялись на общественной арвнЬ
I пытались оказать свое вл1яше на ходъ событШ. Исторхя Итал1И на-
считываетъ несколько благородныхъ и зам^чательныхъ патр1отокъ.
Въ АНГЛ1И, во время междоусобныхъ войнъ; нЪкоторыя женщины даже
сражахись въ войскахъ, подобно „полковнику-Анн^'', о которой мы
уже упоминали. Во время войнъ 1643 г. къ партш, требовавшей мира,
принадлежало множество женщинъ, разсказываетъ Гизо. Девятаго ав-
густа, около Вестминстера собралось ихъ до 3,000, и они подали въ
палату петищю о мир^. дВаши бедный просительницы, — писали они-*
хотя и принадлежать къ слабому полу, но, тЪмъ не менЪе, слишкомъ
ясно предвидятъ, какое бЬдств1е готово разразиться надъэтииъ коро-
девствомъ и надъ страною, покрытою кровью и находящеюся почти
при посл^днемъ издыханш, Ирланд1ей, если только не будутъ упо-
треблены вс% средства для достижешя скораго мира^. Женпщнамъ
отв^^тили, что палата также желаетъ мира, и просили ихъ разойтись.
Но они остались, толпа ихъ возрасла до 5,000 и съ криками — „миро,
мира!^ „подайте сюда изм^нниковъ, нежелающихъ мира, — ^въ клочки
ихъ'', — бросились къ дверямъ нижней палаты; на женщинъ двинулось
войско, произошла схватка, и они бежали, оставивъ 2 убитыхъ и 8
раиеннхъ. Въ 1649 г.'былъ наряженъ судъ надъ памфлетистомъ и
распубликанцемъ Лильберномъ. Со вс^хъ сторонъ посыпались петищи
объ его помиловаши и одна между ними была отъ 1,000 женщинъ,
который, ходатайствуя за подсудимаго, протестовали противъ дМствШ
парламента, говоря, что онъ „хочетъ подавить всяку!^ свободу слова,-—:
а это самое унизительное рабство". Палата велфда прогнить плъ
у
262
асвнщннъ домой „ныть тарехкн^. Шики принииахв самое д^тепное
учаспе въ войн^Ь за независимость. „Поведенхе акешцинъ засдуживаетъ
нохвалн — писалъ въ 1813 г. Нибуръ изъ Берлина, — сотни нхъ от-
казываются не только отъ удовольств1й, но даже и отъ излишнихъ за-
боть о евоемъ хозяйстве, чтобы служить въ лазаретахъ, стряпать тамъ,
ходить за больными, починять б'Ьлье, снабжать раненыхъ деньгами и
всЬмъ нужнымъ, присматривать за наемной прислугой. Мнопя стал
уже жертвами нервной горячки". Богатыя женщины отдавали отече-
ству свое имущество и некоторый девушки храбро дрались и поги-
бали въ рядахъ войскъ.
Въ то время, какъ Европа переживала бурный перходъ ХУХ! и ХУШ
стол:Ьт1й, въ Америке развивалось новое государство, сильное своею
свободой, богатое с^мянами быстраго и пышнаго развит1я.
Об самаго начала своей исторхи, Америка уже обладала множе-
ствомъ УСЛ0В1Й, чтобы стать во глав^^ человЪческаго прогресса и сд^Ь-
латься передовою страною въ д^^л^ освобождешя женщины. Принципн
братства и равенства, служивппе догматами во многихъ американ-
ск]вхъ сектахъ, распространялись и на женщинъ, который учили, про-
пов^Ьдывали, ставали во глав'Ь релипозныхъ общинъ и цЪлымъ рядомъ
геромческихъ подвиговъ упрочивали свою фактическую равноправность
съ мужчинами на поприщ'Ь общественной деятельности. Анна Гёт-
чинсонъ за свою проповгЬдь была изгнана изъ Массачузетса и осно-
вала Болошю Родъ-Эйландъ. Когда квакеры подвергались гоненио въ
Массачузетс^, дв^ квакерпга, Мери Фёстеръ и Анна Аустинъ
проехали всю Европу, проповедуя свое учете. Мери писала противъ
смертной казни. Ее изгнали изъ Бостона подъ страхомъ смерти въ
случае возвращешя. Она вернулась, считая безчестнымъ подчинеше
законамъ, стесняющимъ свободу совести. Товарищей ея повесили, но
ей объявили прощеше, когда у ней была узке петля на шее. Она от-
казалась отъ помиловашя, гром1С0 закричавъ народу: „дайте мне погиб-
нуть съ братьями или уничтожьте вашъ злодёйскхй законъ!" Ее снова
изгнали, но она снова вернулась и была повешена. Въ такой суровой
школе американка имела много благопр1ятныхъ услов1й для развит1Я
въ себе чувства самостоятельности и энерпи характера. Малочислен-
моеть женщинъ въ Америке съ самаго начала хорошо отозвалась на
ихъ судьбе,' послуживъ основашемъ для того уважешя къ „даме%
которымъ такъ отличается американецъ. Еще более возвысило аме-
риканку то образоваше, которое она получала съ самаго начала ая-
ГЛ1ЙСК0Й колонизащи Америки. Въ первое время этой колонцзащн не-
мнопя местности имели достаточно средствъ .для содержаша двухъ
отдельныхъ школъ, для девочекъ и мальчиковъ. Оба пола, поэтому,
учились въ одной школе, воспитываясь въ понят1яхъ равенства и взаим<
наго уваакешд. Девочки не только не отставали отъ хальчиковь, но
268
даже превосходили ихъ. Молодые люди оставляли школу раньше дЪ-
вицъ, отдаваясь практической д^тельности, а послЪдшя, , продолжая
учете, прхобр'Ьтали и бол^е обпгарння и бол^е внсок1я знашя. Такъ
хакъ недоставало учителей, то приглашали въ преподаванш женщинъ,
I посл^Ьдшд оказали до того блестящхе успЬхи въ д^л% недагогйш,
что большинство учительсвихъ жксть очутилось наконецъ вьихъ ру«
кахъ. Поставленная въ тав1я благолргЯтння услов1я, аи^иканха на»
чала играть важную роль въ семейств'Ь и обществ^^. Товвиль енра»
ведливо оам^чаетъ, что бнстрынъ своимъ развипежъ и своими гряж^ч
данскими доблестями Америка обязана восниташю, полущ1емому аме*
риканцами отъ своихъ матерей и отъ акенщинъ, заправляющихъ божь^
шею частш ппсолъ. яМатери«патр1отки — говоритъ мистриесъ Эллетъ--^
вскормили д^ство свободы. ОтА дали отечеству гравданъ, которое
отстояли его независимость своею кровью*. Но не посредствомъ одного
только воспнташя вл1яла американка на общество, — она всегда ир№
нимала участ!е въ нодитическихъ, научннхъ и промнииеншаъ во-
просахъ, волновавпшхъ страну. Въ войну за независимость женщиш!
жертвовали и собою и своими детьми для блага родины. Мног1я изъ
нить иоступали въ войско, храбро перенося вс% опасности и труда
войны. Женщины Виргиши писали 11рокламац1и къ народу, которыя
читались въ церквяхъ и возбуждали возстанхе. Женщины Филадель-
фш сформировали на свой счетъ ц&шй полкъ. Женщины Венсильва^
шя послали въ армш обозы провизш и гЬмъ устранили бЪдств1Я го-
лода и угрожавшаго войску падетя духа. Въ Новомъ Мевл^бург^ц
въ графствахъ гоуенсквхъ и С'Ьверной Каролине молодыя дФвушвй
самыхъ взвЪстныхъ фамилШ дали обФщаше не отдавать своей рукм
тбмъ обожателямъ, которые не послушаютъ призыва отечества хъ ору-»
ж1ю. Вдохновляя храбрыхъ, поддерживая слабыхъ, помогая раненымъ,
снабжая войско б'Ьльемъ и прови81ей) обработывая въ отсутств1е сво-
ихъ воевавшихъ мужей землю, женщины возбуждали своими подвягшя
восторгъ всей страны. Въ ряду этихъ патр1от(жъ первое мДсто ври«
надлбжитъ молодой женЪ плимутскаго купца, Мерси Уарренъ, кото-
рую можно назвать г-жею Роланъ Америки. Другъ обоихъ АдамсОвъ,
Джефферсона, Джерри, Нокса и другихъ д^телей револющи, талантли«
вая поэтесса и хорошо образованная политическая писательница. Мерси
Уа^фенъ нм^ла большое вл1ян1е какъ на руководителей револющи,
такъ и на массу. Ей принадлежать лучппе гимны свобод'Ь, которые
тАяъ народъ въ зти бурные дни, ей же принадлежитъ и много стихо«*
творешй, внушавпгахъ народу твердую уверенность въ будущемъ ве-
лич1и Америки, въ которой „никогда де<шотъ не будетъ управлять
своею властью, республика утвердится на широкомъ основанш, корова
и скнпетръ сделаются ненужными игрушками и ни8В1б прет(ф1ашр(
не будутъ болДе грабить насъ для воролбй"^
2в4
Щл грохоте наполеоновскнхъ лушекъ и барабановъ, Европа схо-
ронила много вольностей, доботыхъ реводющей. Наступило праздно-
ваше триаиа свободы и разума, вЪвъ Меттерниховъ, конгрессовъ, гнета
и деснотивма, в^къ реавцш и возстановлешя старины, сокрушенной
револющоннымъ погромомъ. Вм'ЬсгЬ съ рестац)ац1ей королевской
власти и абсолютнаго государства возстанодлялись власть отца и мужа|
а семейство снова принимало прежшй патрвархальный характеръ. Войны
и смуты конца ХУШ и на^юла XIX стохЬтШ разрулшлн множество
авроие^^схнхъ семействъ, раскидавъ^ членовъ ихъ по всей Европе и
и^ребивъ громадное количество людей; въ однихъ только надолеонов-
екнхъ войнахъ погибло до 8,000,000 человЪкъ. Съ умиротворев1емъ
Европы феодалы, буржуа, крестьяне, лишенные имуществъ и многихъ
родствеиш1КОВЪ1 собирали свои уц'Ьл^виая семейства и старались о вое-
етановлешистаринныхъ обычаевъ, о возрождеши до-револющонныхъ идей
и чувствовашй. Даже во Франщи, гд'Ь патр1архальное семейство было
расшатано бол^е, ч'Ьмъ въ другихъ странахъ, различные писатели и
юристы старались возстановить строгую отеческую власть и уничто-
жить расторжете брака. Бональдъ, возводившШ всякую обществшиую
власть къ одному источнику — къ Богу, старается внушить законода-
телямъ, что отецъ есть представитель Бога въ семейстиЬ и подтому
должеиъ им^Ьть абсолютную власть надъ всЬми домочадцами. По хнЪ-
м1ю Реаля, дЪти должны не только уважать своихъ родителей, но и возда-
вать имъ покмненге (си11е)вътечеши всей своей жизни. Наполеонъ хотЪлъ
определить закономъ вс^ мельчайппя отношевха д^тей къ родитехямъ,
какъ ихъ должно воспитывать, какъ приготовлять къ известной про-
фессш, при какихъ услов1яхъ они могутъ акениться, отправляться въ
путеществ1я, избирать себ1Ь занятхе и т. д. Аъ счаст1ю, судьба изба-
вила Францш отъ такихъ законовъ, хотя наполеоновскхй кодехсъ все-
таки усп^лъ возстановить й н'Ъкоторыя патр1архальныя права отца и
мнорш патр1архальныя обязанности д'Ьтей. ДЪти впродолжеше всей
своей жизни обязаны уважать и почитать своихъ родителей. Они ос-
таются подъ родительскою властью до своего совершеннол'Ьт1я или
шанципащи. До восемнадцатил^тняго возраста или до эманципащи
дДтей ихъ имущество находится въ пользовати родителей. Родители
руководить воспитавлемъ дЪтей и предназначаютъ ихъ къ известной
профессш. До шестнадцатилЪтняго возраста отецъ можетъ безъ суда
подвергать своихъ дЪтей тюремному одном^сячному аресту. Если же
дДтямъ бол^е шестнадцати лЪтъ, то родительская жалоба на нмхъ
разбирается властью, и въ случае признашя ее справедливою, винов-
ные подвергаются захлючешю не бохЬе какъ на шесть м&сяцевъ. Въ
8РК
настоящее время государство содержать иноаюство испразительша!!^
заведешй, въ которыхъ заключаются дЪти по вол^ ихъ родителей. Ва^
1830 г. бьико заключено такинъ образомъ 215 ч., въ 1850 г. — 1607 ч.,
въ 1857 г. — 9493 ч. Въ этомъ отношеши французское законодатель-
ство хуже почти всЪхъ другихъ европейскихъ. Только въ Сардинщ
отецъ мм^^етъ право подвергать своихъ д^тей до двадцатил^Ьтняго ихъ
возраста дисциплинарному тюремному заключешю^ да еще въ Прусаи,
съ согласи короля и министра юртицш. Впрочемъ, въ другихъ отно-
шешяхъ отеческая власть С1ф0же всего въ Англш. ЗдЪсь ова почтц
хавже абсолютна, какъ въ древнемъ Рим^к. По англхйскому праву, даже
оодержаше и воспиташе д'Ьтей обязательно для отца только въ томъ
случае, если они решительно неспособны сами добывать себ^ пропм*
ташя. Отецъ не обязанъ оставлять д^тямъ никакой доли въ наслфд*
ство. По прусскому праву, д'Ьти обязаны не только повиноваться ро-
дЕтелямъ и уважать ихъ, но и работать въ ихъ пользу по своимъ см-
дамъ и уменью. Отеческая власть превращается не съ совершенно-
лЬпемъ, а съ основатемъ детьми отдЪльнаго хозяйства. Соглаае ро*
дитежей на бракъ не эманципированныхъ дЪтей требуется вс^ми евро*
пейсвимн законодательствами, признающими также право родителей
пользоваться доходами съ имущества д^тей.
Реавц1д XIX в. коснулась и брачныхъ отношеши. Кодексъ Напо-
леона значительно ограничидъ возможность "расторжеША брака, дозво-
дивъ его, во-первыхъ, всл1дств1е прелюбод^явая жены; во-втррыхъ,
всл1дств1е прелюбод'Ьяшя мужа, но въ томъ то^гько случать^ если онъ д^«
житъ налооюнищ въ одной квартирнь съ женою\ въ третьихъ, по причин:Ь
хестокаго обхождешя одного изъ супруговъ съ другимъ и въ четвер-
тнхъ, всл'Ьдствхе присуждешя одного изъ нихъ къ позорному наказа-
Н1Ю. Въ 1816 г. расторжеше брава было вовсе запрещено, но послФ
июльской револющи снова дозволено по наполеоновскому кодексу. Ан-
шЯское законодательство до сихъ поръ еще враждебно относится къ
расторжимости брака. И вообще брачные законы всей цивилизованной
Европы до сихъ поръ сохраняютъ еще древнШ варварсв1Й характеръ,
хотя смягчеше нравовъ и даетъ возможность оставлять такхе законы
въ бездМств1и. Англичанинъ шгЬетъ право вывести свою жену на
базарь и продать ее. Жена, по англ1йскимъ законамъ, невольница
вужа, она не им'Ьетъ собственности, не можетъ заключать догеворовъ,
все, что ни пр1обр^таетъ она въ бракЪ, прияадлешитъ мужу вмбстЪ
съ ея приданымъ. Н'Ьсколько лЪтъ назадъ, лордомъ Бругамомъ былъ
внесенъ въ парламентъ билль объ отм^нЪ этого закона и представг
лена о томъ же петищя отъ множества графовъ, лордрвъ, писателей
и взв^Ьстныхъ женщинъ. Билль отвергнутъ., Впрочемъ, нужно зам^Ь-
тить, что англ1йская практика выработала изв^стныд фикщоннвя
266
/
уловки, посредствомъ хоторнхъ женн ногутъ сохранять за собою свое
отдельное имущество, яолученное ими въ приданое. Возмутительн^^е
всего положенхе женщина по французскому законодательству. Отно-
сительно налоговъ, штрафовъ, тюремнаго заключешя, смертной казни
она равна мужчине; уголовный кодексъ признаетъ ее совершеннолет-
нею, а граждански •— несовершеннолетнею, опекаемою личностью!
Мужъ — ^полный владыка семейства, опекунъ жены и собственннкь ея
имуществу Жена не можеть ни покупать, ни продавать, ни дарить,
ни принимать подарковъ, ни входить въ обязательства, ни принн-
ксаться за какое бы то ни было занятхе, ни приносять жалобы безъ
дозволешя мужа. При его жизни она не нм^еть власти надъ своими
детьми. „Опекунами и членами семейнаго совета не могутъ быть ма-
лол^тше, лишенные правь, осужденные на позорное навазаше и жен-
щинн.^ Смерть мужа дЪлаетъ его вдову главою семейства и право-
способною личностью. Прусское рахонодательство считаетъ невамуж-
вихъ женщииъ относительно заключенхя договоровъ равными мужчи-
вамъ. Они могутъ быть поручительницами, а матери и бабки — опе-
куншами. АвстрШсное право признаетъ оба пола равннош въ частно-
юридичесхихъ отношешяхъ, только не допускаетъ женщииъ до опе-
кунства и до свидетельства при завещашяхъ. Вообще же въ евро*
пейскихъ законодательствахъ о браке и семейномъ положешн жен-
щины безпорядочно перемешаны между собою постановлешя север*
шенно варварск1я съ новыми, явившимися результатомъ стремлешй къ
уравнешю половъ.
Мужъ — владыка жены, говорятъ европейскхя законодательства, и
большинство мужей действительно ведетъ себя, ка&ъ подобаетъ дес-
потамъ. Въ нисшихъ классахъ мужчины до сихъ поръ третируютъ
женщину, какъ животное; сколько оскорблешй, брани, побоевъ, уве-
Ч1Й выноситъ на своихъ многострадальныхъ плечахъ эта рабыня ра-
бовъ, обезсмысленныхъ бедностью! Въ высшихъ и среднихъ классахъ
гораздо меньше подобныхъ жестокостей, но за то и здесь сколько
произвола, уншветя, самодурства, деспотизма! Въ самыхъ высокообра*
вованныхъ странахъ, въ Англ1я и Франщи, мужъ можетъ совершенно
безнаказанно промотать все имеше жены, истрачивать на свои при-
хоти все ея доходы, держать ее при себе какъ невольницу; здесь до
сихъ поръ мужья сохранили за собой возможность отделываться огь
жены, заключая ее, только не въ монастырь, какъ бывало въ старину,
а въ сумашедппй домъ! Бравъ, въ большинстве случаевъ, есть ничто
иное, какъ коммерческая сделка. Мужчина беретъ собственно деньги,
а жену въ придачу. „Во Франщи около 3,000,000 женщинъ жнветъ
трудами или доходами своихъ мужей; %ора$до большее число мужчит
щкть приданнмъ или Ш1следствомъ своихъ женъ.' (ОаиЫё). Разо-
у
267
реше женъ мужьями сд^алось самтгь обнкновеннымъ явлешемъ *)•
Кром^^ богатства, бравъ сплошь и рядомъ доставляетъ иуж^ош^^ карь-
еру, протевц1ю, положете въ обществ:Ь. Наконецъ, большинство не*
в^^стъ доживаетъ до свадьбы не зная мужчинъ, а изъ посл^дннхъ,
можно сказать, ни одннъ не удерживаетъ своихъ внстинктовъ до брака,
въ который онъ встунаетъ нередко только ради насдаждешя чисто^
тою и ев^^жестью жены. Во Фрашци — да не въ одной Францш---бракн
сплошь н рядомъ. завлютаются мужчинами но одному лишь этому шь
бужденхю.
Женш;ины, лишенный образоваМя н нравъ, оттФсненння оп про-
изводительнаго труда, испорченный воспиташемъ, не могутъ вести са-
мостоятельной жизни, — бравъ для нихъ неизб^ная необходшюсть,
подчиняться которой нхъ заставляетъ весь строй общественной звнзии.
И вотъ, весь смыслъ, все чувство женщины устремляется на ловлю
хениховъ, на брачную карьеру, на пршсваМе ввгоднаго жейиха. Со
стороны невесты вдЪсь тотъ же коммерчески раэсчетъ, кавъ и оо
стороны жениха. Таше браки но разсчету естественно водворяют^ въ
дрмЪ адъ, — отвратительную жизнь, переполненную ссорами, взаимнымъ
отвращешемъ супруговъ, развратничаньемъ и лицем%р1емъ одного ивъ
нихъ или обоихъ, интригами, угнетен1емъ, преступлетямн..... Впро-
чемъ, все это хорошо известно читательниц'Ь, и мы перейдевгь теперь
къ общественному положешю женщины.
Паденге феодализма съ его привиллепями и развит1е различныхъ
отраслей труда вели за собой то обстоятельство, что множество му«-
чинъ, прежде праздныхъ, жившихъ на счетъ народа, вынуждшо было
теперь обратиться къ государственной службе, къ занятгямъ промыш-
леннымъ, научныиъ и литерату^нымъ. Женщины были устранены отъ
вс4хъ этихъ отраслей деятельности. „Прогрессъ нашего времени—
писала н-Ьсколько лЪтъ назадъ люнская академ1Я — вместо того, чтобы
улучшить печальное положете женщинъ, старался новидимому только
ухудшить его, ежедневно отнимая у женщинъ т^ занят1я и труды,
которые прежде были ихъ неотъемлемымъ достояшемъ. Это постепен-
ное отнятае у женщины ея правъ, это постоянно возрастающее угне-
тете ея, столь противное справедливоста и человеческому достоин-
ству, породило множество физическихъ и нравственныхъ золъ, кото-
рня съ каждымъ днемъ обнаруживаются теперь все яснее и яснее.*
Еще въ 1817 г. Моршанжи горько жаловался, что „въ нашъ небла-
годарный и эгоистичесв1Й векъ за женщинами не хотятъ признавать
*) Когда т^жа Одуаръ недавно внскаэада это въ своей публчиоА хекц^н, итаа*
Н0& въ ПаржягЬу слушатели мужчины запротестовали, крича, что, вапротивЪ| во1
они раззоренн хенщинани (Гештез). «Да,- господа, — отвечала имъ Одуаръ, — И8В%«
стваго сорта иухья действительно раззоряютсд женщинами, но только не своимн
>еванв9 (|0П( Ып^ раг дев {ештев, та1в рае раг ишв Геттев).
268
никаюкхъ правь. Согнаннтсъ съ трона, отстраненнЕпгь отъ всякаго
Згчаст1я въ общественннхъ д^дахъ, лризианнннъ неспособными къ
общественнынъ должноста]гь, ииъ дозволяютъ только продавать до-
терейнае билеты, да торговать гербовой бумагой и табакомъ. Вотъ
все, что считаютъ возмоакнымъ поручить имъ; вотъ м'Ьра нхъ способ^
ностей; вотъ до чего умалились нхъ права!' Имъ нЪтъ м^Ьста ни на
студенческой скань'Ь, ни на профессорской кафедр'Ь; правительства
употребили всЬ усвл1я, чтобы удалить нхъ даже отъ самыхъ незна*
чительныхъ долзшостей. При Людовике Филиппе было постановлено,
что „женщины не должны быть нааначаемы намоста почтмейстеровъ
въ главные города овруговъ, а также въ т% города и селешя, гдЪ ва*
с^Мсаетъ судъ первой инстанщи или коммерчески судъ.'^ Подтвердивъ
это лостановлеше, правительство Наполеона Ш запретило давать жен*
жннамъ мЪста съ окладомъ выше 1000 франковъ; большинство почт-
мейстфшъ получаетъ теперь отъ 250 до 350 франковъ, т. е. 62 Ув--
877<'руб. въгодъ. Чтобы еще болЪе затрудншъ женщинамъ доступъ
къ службе, законъ постановилъ принимать въ почтовое ведомство
только женщинъ не моложе 25 лЪтъ и не старше 35 лЪтъ, а нхъ
мужья не до^шны заниматься при этомъ ин государственною служ-
бою, ни торговлею, ни какимъ бы то ни было ремесломъ! Въ ХУШ в.
множество женщинъ служило сборпщцами косвенныхъ налоговъ; но
въ 1815 г. на 350 сборщиковъ приходилось уже 30 аюнщинъ, а
въ 1840 г. только 3. М&ста хранителей и продавцовъ гербовой бу-
маги также почти всЬ отняты у женщинъ и занимаются отставными
военными; за женпщнамн оставлены лишь м'Ьста съ окладомъ въ 30
или 40 франковъ въ годъ. При складахъ гербовой бумаги на однихъ
и тФхъ же должностяхъ мужчина получаетъ отъ 1000 до 1700 фран-
ковъ, а женщина никакъ не бол^ 1000. Въ императорской типогра-
фш мужчина зарабатываетъ въ день 4 — 6, а женщина 2' — 27> фр-
Забол^^впий рабоч1й получаетъ въ день пособхя 17а ФРм & работница
только 80 сантимовъ. Чтобы отстранить женщинъ отъ должностей
библ10текарей, архивархусовъ и нхъ помощниковъ, постановлено опре-
д^^ть на эти должности только лицъ, прослужившихъ трехгодичный
курсъ въ Ёсо1е дев СЬаг1;е8, доступъ въ которую запрещенъ женщи-
намъ, или получивпшмъ степень баккалавра словесныхъ наукъ, сте«
пень, къ пр1обрЬтенш которой женщины также не допускаются. Осталь-
ная Европа относится къ общественной д&1тельности женщинъ не
мен^е враждебно, ч^кмъ и французское общество. Въ германской об-
пщн'Ь женщина несетъ всЪ обязанности и не им'Ьетъ права участво-
вать въвыборахъ и собрашяхъ. Вън^которыхъ государствахъ, напр.,
въ Баварш ей запрещено принадлежать къ политическимъ обществамъ,
а законодательство Германскаго союза не дозволяетъ ей даже писать
въ политическихъ газетахъ! Въ Саксониц Баварш, ДарщптадтЪ, Вир-
269
теиберг^у БаденЪ, Великоиъ Герцогстве ГессевЪ, въ Ганновере въ
БургессенЪ, Нассау до 1848 г. женщинаиъ вапрещаюсь присутств1б
на парламентсхихъ, демстааъ и другихъ публичннхъ подитичеса^ихъ
собрашяхъ.
Еще во вреия революцш начала подниматься реахщя, стреунв-
шаася подавить или ограничить женское обравоваше. Въ начале Х1Х в«
эта реакц1Я вошла въ полную свою дилу. До чего доходило бевуше
реакщонеровъ— можно видеть изъ книги пламеннаго сторонника нрин*
цнповъ револю1^ш, Пьера Сильвена Марешалд (1803 г.), — книги, но-
сящей заглав1е: ^^ЩенщиIМы не должны быть храмотнылШу или мро*
дкть закона^ воспрещаюшаго женщинамь учиться читать.^ Ъф се-
мейння добродетели женщины, говорить авторъ, могутъ процветать
I бевъ образован1я; женскому полу природой назначено быть пассив-
ннмъ и жить исключительно для семейства; къ чему же тутъ обраво»
ван1е? Грамотная девушка будетъ развращаться чтешемъ ромавовъм
войдетъ въ любовную переписку! „Обыкновенно, чемь женщина ста-
новится образованнее, темь более лишается она своей гращи и птмъ
бомье падаеть нравстаенно.^ ^Женщина имеетъ слишкомь много за-
НЯТ1Й по хозяйству и у ней нетъ липгаяго времени, которое она мо*
гла бы тратить на чтете и письмо!^ „Въ семействе, въ которомъ
аена знаетъ столько же, сколько мужъ, или даже более, происходятъ
постоянные скандалы и раздоры." Приведши множество подобннхъ
основан1й, Марешаль делаетъ выводы, въ роде следующнхъ: „§ 1* Ра-
зумъ требуетъ, чтобы женщины никогда не совали носа вь книгу (не
шеиеп( ^ата^8 1е пег дап8 ип Цуге), никогда не брали пера въ руки.*'
я§ 7. Разумъ требуетъ запрещешя женщинамъ учиться читать, писать,
печатать, гравировать, литографировать и т. д. Когда они хоть не-
много умеютъ делать что-нибудь подобное, то отъ этого терпитъ
ущербь ихъ хозяйство. '^ »§ 12* Мужья должны быть единственными
книгами для свонхъ женъ." Подобная ерунда высказывалась не од^
нииъ Марешалемъ, а почти всеми реакщонерами, хотя требовашя ихъ
не всегда доходили до такой крайности. Ученую женщину стали звать
не иначе, какъ бранны^гь назвашемъ синяю чулка. Женщину снова ста^
рагась превратить въ постельную куклу, ^Женщина долокна учиться
только^ какъ уюждать своему мужу и исполнять нпаюныя обязсашо^
епш^палагаемыяпанее природой** ^ говорить книга „Ь*аг1; йегеп(1ге1б8
Гетшев Мекз.^ Никакого характера, никакой самодеятельности ре-
ашцонеры не допускаютъ въ женщине. „ЗастЬнчнвость должна быть
отличительнымъ свойствомь женщонъ, она гарантируеть ихъ добро-
детели. <* (М-ше <1е ЬатЬег(;). Не только образоваше, даже природиоий
унъ излишень для женщины. „Умному человеку въ жене необходимо
только одно чувство — двухъ умовь слишкомь ужъ много для одного
дома!" (Вопа1(1). ^Женщина темь выше, чемъ больше народила она
270
ребятъ'', по инФнш Наполеона. Саше либеральные нзъ реавщонеровъ
соглашались только на то мишурное обравовате, какое ннн1 полу-
чаетъ большинство евронейсхихъ барынь, употребляя его въ вид^
приправы къ своимъ половыиъ прелестямъ. «Противъ солиднаго жен-
скаго обравовашл приняты были строгхя н^ры. Женщины ввгнаны
И8Ъ университетовъ. Имъ поставлены были всевозможный препятств1я,
^1То№ устранить ихъ отъ учительской профессш. Въ 1820 г., напр.
парижсшй университетъ установилъ строхайлия испытан1я для на-
чальницъ н учительницъ панаоновъ, нзслФдуя не только степень ихъ
зиашй, не только ихъ частную жизнь, но даже ,,нравъ, поведете и
прииципы ихъ мужей. ^ Школы для взрослыхъ во Францхи долго были
общими для обоихъ половъ, но женщинамъ, наконецъ, запретили по-
НЬщать ихъ, не зам'Ьнивъ нхъ другими. Съ заключешемъ конкорда-
товъ, съ возстановлешемъ монастырей женское образован1е въ като-
лнческихъ странахъ снова перешло въ руки духовенства, и большин-
ство женщннъ, фанатизированное и развращенное патерами, снова
превратилось въ клику служительницъ суевЪрхя итупоумнаго консер-
ватизма. УспЪшн^е всего это отуилеше женщины, о которомъ такъ
стараются вс^ темння силы цивилизованныхъ обществъ, совершилось
й поддерживается въ южной Америке, въ этой стране патеровъ, ра-
бовлад^Ьльцевъ и грубой солдатчины. Женщину зд^сь учатъ почти
только одному чтешю и письму. Домашняя жизнь ея крайне однооб-
разна, кая^ый шагъ обстановленъ ревнивымъ надзоромъ. Многхе брази-
Л1анцы, отправляясь въ путешеств1е, запираютъ своихъ женъ и доче-
рей въ монастырь для сохранешя ихъ половой чистоты. Если бра-
вилханецъ хочетъ взять наложницу и жена м^шаетъ ему въ этомъ,
то онъ отправляетъ ее съ полицейскимъ чиновникомъ въ монастырь,
внося плату за ея содержаще. Немудрено, что женщины зд^^сь тупы
н не]швественны до крайности; они нич^мъ не выше гаремныхъ за-
творницъ Востока. „Домашняя жизнь женщины также беэцв'Ьтна, какъ
Е жнвнь монахини. Она проводитъ день за днемъ, не выходя нзъ сво-
ихъ четырехъ стЪнъ, даже Ье смотря на улицу въ окно или двери и
оставаясь постоянно въ небрежномъ дезабилье. Шръ книгъ совер-
шенно закрыть для нея, и она находится въ полномъ нев'Ьвеств^Ь от-
носительно всего, что выходитъ за пред^У[ы ея тЬснаго домашняго
круга. ** (Ава881г). Отупленная до посл^^дней степени, женщина зд'Ьсь
не только безпрекословно носить цЪпи своего рабства, но готова даже
защищать права своихъ тирановь. Чуди быль свидЪтелемъ схЬдую- |
щей сцены. Одинъ болив1ець немилосердно биль свою жену на пло-
щади Лимы; стоявппй по близости мулатъ вступился за нее; но она
бросилась на своего освободителя и взцарапала ему лицо, восклицая:
уНе зач^мъ теб1 мешаться въ мои дЪла, я принадлежу своему мужу,
цИ онъ д!Ьлаетъ со мной, что хочетъ!
6ъ Иеоаши, Португахш, И^галш образовав н восшггаше «енщшп
до восл^ДЕлго вреиеви стоши на той же нвзвой ступени, вакъ и ю
Южной Америке. Даже во Франщн, въ передовой Францш^ эпоха ре-
ахщн диепкшада такъ успЪпгао посредствомъ поповъ и конасшреЙ!
пю шилонн женщннъу получнвъ монастырское воспиташе, всецЬдо
поработившее нхъ ватодицввжу, ед^апсь положительно вред&нмя я
дла общеетвеннаго раввитхя вообще н дли д4^ женсваго освобож*
дешд въ тастностн. Реавщд женскому образована принесла не м^
лую пользу воЪмъ ея творцамъ и поборнивамъ. Нев&кество служить
самыми крепкими основами для удержашд жрдщштц въ рабств1к»
«Скифы -^ пишетъ Дан1ель Стернъ — вырывали глаза своимъ рвбашц
чюбн они шгАжь не развлекались при работе. Есть также люди,
которые выкалываютъ глаза соловью, чтобы онъ лучше пДлъ. Не по^
добная ли идея лежитъ и въ основе того образовашя, которое дается
жеищинамъ? Боятся того, что если не аслФпятъ нхъ разума, то они
ие будутъ хорошими хозяйками или &р1дтными болтуньями*'.
Реашця женскому образованш вм'ЬстЪ съ развипемъ промыни^-
костя и машиннаго производства нанесла роковой ударь женщине
вародиыхъ массъ и трудящагобя средняго класса. Понижете зад^Ьль*
ной платы мужчины до минимума, достаточная только для лоддф*
машя его жизни, разрущило семейство работника, заставивь его жену
1 д'Ьтей идти на фабрики и заработнвать тамь кусокъ хлМа. Улуч-
шнвь и ускорявъ производство, машины произвели умеиьшен1е спроса
на женск1я рабочхя руки и вм^^ст^ сь ткиъ понижете задФльной дла<>
та женщинь, между т^мъ какъ предложете женскаго труда не т(Мбько
не осталось въ прежнихъ разм^рахь, но даже увеличилось. Мужчины,
натииы, мастерсшя тюремъ и монаетьфей отняли у жеищниъ миоже*
ссво такихъ ремеелъ, благодаря которымъ они жили пре1и(е, если не
нь довольстве, то, во всякомь разЪ, не подвергаясь опасности голод-
ной смерти. Маст^ства швейное, портняжное, парикмахерское и мяо»
жеспю другихъ постепенно захватывались мужчинами и зад^льная
иата женщины, вслЪдствхе убхйственной для нея конхуревщи съ
и]«чииамя, упала наконецъ до Уз и даже до 7а мужской 8ад11льяой
влатн« Причина зтого явден1я лежитъ, главнымь образомт, въ нев^кже-
ств^ женщинь, въ недостаточной подготовке ихъ къ промышленному
О^уду. „Мужчины — говорить Виргин1я Пенни — начинаютъ учиться
тому или другому занятш очень рано. Женщины же большею частхю
нрибАгають къ нему уже всхЬдств1б необходимости и не имАють
времени къ достаточной подготовк'Ь". Въ Париже, на фабрикахъ хя-
ническихъ зажигательныхъ спичекъ, нЬтъ ни одной грамотной работ-
ницы. На перчаточныхъ фабрикахъ работнякъ получаетъ отъ 3 до 10
франковъ, а работница отъ 1 до 4. Низкость платы работницъ зави-
снтъ отъ нхъ неприготовленности къ дЪлу, благодаря котор<А они
27^
веопобобны ни 1фОить пертатокъ, шк скоблить ихъ, я ограничиваются
только ролью швей. Въ тииографхях'Ь н литографгпъ кужинн полу-
чаютъ отъ 27з до 12 фр., а женщины — благодаря „нишвой етепенж
свонхь знашй, необкодимшъ для выполнетя раахичннхь спещально-
стей 9Т0Й професс1н, только отъ 171 до б франк. Недоступность для
женщннъ школъ рисоватя ведетъ ва собой тотъ ревультатъ, что вся
важная отрасль нромншленнаго рисоватя монополизирована ]гужчя-
яауи. Тотъ же недоетатокъ образовашя мЪшаетъ женщинамъ ваии-
хаться фотограф1ей наравн'Ь съ мужчинами; во Франщи, въ громадно»
большинстве фотографе, работаютъ одни мужчины. Акушерки, не
ммЪюпця нрава изучать медицину, убиваются конкурренщей акуше-
ровъ-медиковъ. Еще бол^Ье страдаютъ учительницы, конкурируювця
съ бол^ обрадованными, ч^мъ он^, учителями. „Словомъ, достаточно
одного взгляда на наше экономическое положете, чтобы убедиться,
что малоц1Ьнность женскаго труда есть естественный результатъ ива-
каго уровня авенскаго образовал1я.., Анализъ раашчныхъ родовъ про-
мышленности достаточно доказываетъ, что женщина не нм^етъ спе-
Ц1альяыкъ свДдЪшй, необходнмыхъ для надлежащаго отнрав1еи1Я
своей профеосш, сплошь н рядомъ. она даже не умЬетъ ни читать, ни
писать.... Ца нашихъ провництальныхъ мануфактурахъ, превращенная
въ машину работница не ум^етъ ни заштопать чулка, ни починить
платья, ни расфтать своего бюджета, ни приготовить пищи,— чша не
внакома съ тысячью этяхъ полеэныхъ и производительяыхъ заняли,
который некогда были принадлежностью каждой хозяйки и матери
семейства.^ (ОапЫё). Такимъ обраэомъ, женская зад^льная ялалга
упала до самой ничтожной суммы. Въ Англ1И, напр., швея получаеп
БЪ дгаь за 16 ^ 18 часовъ работы около 20 к.; за шитьё рубашки 7
к.; во Франщи 1 франкъ; въ Герман1и чулочная вязальщица зараба*
^ываетъ въ день отъ 5 до Т'/з к., а кружевница 11/2 к.; на ^фшщуз-
Ч!кихъ шелковыхъ, дьняныхъ и шерстяныхъ фабрикахъ женщина по-
лучяетъ въ день отъ 15 до 40 к.; въ Д1ешгЬ кружевница за 15 часовь ра-
боты не бол^^е 6^2 к. и т. д. На фабрикахъ, платя женщине вдвое меяь^
те, ч^^ъ мужчин^к, даютъ ей работу, которая даже тпселЬе мужской.
„Когда муамнны н женщины работаютъ вм'Ьст^Ь въ одномъ заведши, то
женщинахъ никогда не даютъ самой легкой, наимен^^е вредной для
здоровья и ^аибол^е пр1ятной работы. Намъ стоитъ только указать
на фабрики хлопчатобумажныхъ, шерстяныхъ и шелковыхъ над^Й!
на металлическ1е заводы, на камеяяоугольныя копи; н^тъ, женщинамъ
достается самая тяжелая, скаредно-оплачиваемая и нездоровая работа.
Ломовой трудъ и нищенская подачка — вотъ на что обречены работ-
ницы" (У1ге111]а Реппу). Низкость зад'ЬльноЙ платы женщины во всФхъ
отрасляхъ промьппленности и множество женщинъ, остающихся безъ
работы, ведутъ къ тому, что женская плата гораздо ниже мужской
273
даже въ тЪхъ занят1яхъ, въ которыхъ трудъ мужчина и жешцинн
совершенно равносильны и равнозначительн]^. Такъ, въ американскнхъ
вухмнстерскнхъ н травтврахъ прислужницы получаютъ отъ 6 до 10
долларовъ въ м^Ьсяцъ, а иужчинк за ту же самую работу, которую
ч
они выполняють нич!Ь][ъ не лучше женщинъ, отъ 10 до 20 долларовъ *).
Женская прислуга, которой везд'Ь больше, во Франщи, напр., втрое
больше чФмъ мужской, находится, сравнительно съ посл^Ьдней, также
въ самомъ плачевномъ положеши. Во многихъ отношетяхъ участь
современной служанки гораздо хуже, ч^мъ древней рабыни. Въ Афи-
нахъ, напр., рабы носили то же платье какъ и господа, законъ за-
прещалъ бить ихъ, отъ жестокихъ господъ они могли б'Ьжать и на-
ходили убежище въ тезеевомъ храм-Ь; въ Рим*]^ наложницы-рабыни и
нхъ дФти всегда содержались господами, жившими съ ними въ связи;
по еловамъ Цицерона, трудолюбивый и искусный рабъ впродолжете
шести Лть могъ скопить сумму, достаточную для выкупа на свободу1
I вавести самостоятельное хозяйство; римляне даже заботились объ
образовати своихъ рабовъ. Взгляните теперь на современную служан-
ку. Ц'Ьлую жизнь, пока хватаетъ силъ, она работаетъ Ёа господъ,
отказываясь соверщенно отъ собственной воли, ея обязанность — уго-
ждать; она несетъ на себ% вс^ физнческгя я нравственный тяжести
лакейской службы, и кром'Ь того подвергается еще такимъ ударамъ
судьбы, отъ которыхъ вовсе избавленъ слуга>мужчина. Вспомните, ,
что самая значительная часть проститутокъ и Д^Ьтоуб1йцъ принадле- ,
житъ къ служанкамъ, который соблазнены и зат^мъ прогнаны своими
господами. Въ Париж4Ь бол'Ье половины женщпнъ, поступаюш;ихъ въ
родильные дома, тоже изъ служанокъ, большинство которыхъ соблаз-
нено хозяевами. Большая часть подкинутыхъ д^Ьтей принадлежитъ
тому же. классу женщинъ. Служанка, это та же поденщица, которая
ежедневно можетъ лишиться м^ста и подвергнуться опасности голод-
ной смерти.
Женщина, такимъ образомъ, сделалась нищею и вм^^ст^ паразн-
томъ, МБивущнмъ на излишекъ зад^льной плати своего отца, мужа,
*) Почтя Ш(А 9К0Н0МЯСТН говорятъ, что рабочая плата определяется отношещемъ
16ЖХУ спросомъ и прбД1ожев1е]1Ъ. Но въ очень многихъ сяучаяхъ это отнолеше вовсе
не влдетъ на плату, н ова опред'Ьляется, по впражен!!) Торнтона, «молчаливой»
((ас1(ат) стачкой нанииателей, какъ, напр., въ приведенвнхъ случаяхъ или въ сл^-
Кующемъ, о которомъ разсказнваетъ «11етербургсв1& Листокы). Въ одной петербург-
ешй редаЕц1н сменился корректоръ, получавш1& въ н^сядъ 50 руб. На его м-1сто
оросится дама, которую самъ редакторъ, по надложащемъ испЕггавхя, призваетъ бо-
Ль споеобвою кь этому заяяпю, тЬнъ прежн1й' корректоръ, но 50 рублей ей все-
пхи не даетъ на томъ основаши, что ома мсенщина. Радакторъ хорошо ввалъ,
что женщин!^, будь она хотя семи пядей во лбу, викто изъ нанимателей не дастъ
столько яое, сколько мужчине, и пользуясь выгодами этой молчаливой стачки, радь
бнлъ случаю пр1обр%сть превосходнаго корректора по ц^н^ ниже обаквовенной.
18
274
любовншиц сына. При этохъ жешцшт гораздо менЪе мужчины поль-
зуются общественною бдаготворительностью. Во Францш, при шльсюй
жонарххи, женщины бйлга исключены изъ обществъ взаихнаго вспоко-
жетя. Изъ хоит10Новсбихъ пожертвовйтй дхя выздоравпвающихь бЪд-
няковъ мужчины получал въ годъ 253 фр., а женщины — 195 фр.
Въ заведенш для глухон^Ьмыхъ мальчивовъ принимается втрое больше,
ч1мъ д^Ьвочекъ; въ ппболы д:1я сл^пыхъ — также вдвое больше перввхъ,
чЪмъ нослЪднихъ, между тЬмъ какъ б^дння слЪпыя девушки берутся
за проституцш, чтобы не умереть съ голода. Женщина вынуаиена
добывать посредствомъ разврата и воровства то, въ чемъ отказнваеп
ей трудъ. Усилете нищеты ведетъ за собой усилеше нроствтущя,
д'ЬтоубШства и преступлен^ противъ собственности. Пролетаритъ
разрушаетъ всЪ слои общества. Между рабочими браковъ заключается
всего менЬе. Они чувствуютъ даже отвращеше къ продолжительннмъ
связямъ съ любовницами и стараются м]^нять ихъ какъ можно чаще.
Водворяется общность жешцинъ въ буквальномъ смысле слова. Се-
мейства и семейной жизни вовсе н'Ьтъ. ДЪти, едва начавпия ходить и лепе-
тать, уже работаютъ на фабрикахъ, и если сходятся со своими родителями,
то только на ночь. Поколотя выростаютъ, не зная вовсе ни родствен-
ной любви, ни другихъ семейныхъ чувствовашй. И такое воспя-
таше народныхъ массъ въ анти-семейномъ духЪ началось давно. Въ
Англш въ ХУП в. обычай преждевременнаго употреблен1Я дЪтей въ
работу господствовалъ уже въ громадныхъ разгЬрахъ. Въ Норич^,
главномъ м^стЬ суконнаго производства, шестил^тн1я малютки счита-
лись уже годными къ работ'Ё. Въ одномъ этомъ город'Ь мальчики я
девочки самаго нЬжваго возраста создавали ежегодно богатство, пре-
вышавшее на 12,000 фун. стерлинговъ сумму, необходимую для собствеи-
наго ихъ пропитатя. Въ настоящее время, всФ дФти пролетаргевъ въ
первой же молодости принимаются за тяжшй трудъ, истощаясь м раз-
вращаясь прежде, ч:Ьмъ достигнутъ зр:Ьлаго возраста. „Т^^сложеше
рабочпхъ — говорнтъ докторъ Мичель — становится слаб^ и слабее;
поколЪн1я постоянно приблажаются къ росту лиллипутовъ, старики
вхъ гораздо сильнее, ч'Ьмъ молодые люди". И это вырожденхе чело-
веческой породы, это разрушение семьи современною промышленностью
неизб^Ьжно при существующемъ соц1ально-экономическомъ строЪ. Безь
труда женщЕЕнъ и д'Ьтей семья рабочаго не можетъ существовать, она
умретъ съ голода; трудъ же, при настоящихъ отношетяхъ его къ
капиталу, окончательно разрушаетъ семейство и вырываетъ съ корнемъ
семейныя идеи и чрства. Это отрицаше семейства, какъ изв:Ьстио,
возведено даже въ доктрину многими экономистами, докавываюпцпп,
что б^дн^вамъ необходимо воспретить бракъ и рождетае Д'Ьтей. Въ
н^которыхъ . государствахъ, напр., въ ВиртембергЬ и БаденФ для
вступлешя въ бракъ былъ въ 30-хъ годахъ установленъ цензъ. Въ то
^ 275
же Зфем Вейнгольдъ представилъ по;фобннВ[ проектъ, чтобн каждаго
1НШ1ЁУ, досфигшаго и л^тъ, инфибуАирсшать извЪстнннъ обравош
н снимать хнфибуляц!» не прежде, чбмъ овъ ирхобр^техъ достаточ*
гаи средетва для содержанк жены или любовницы и д^^тей!
Это разложеше сеиейезш н патр|архальнаго быта не ограничи-
вается одникъ рабочихъ влассохъ, оно совершается и въ глав^онъ
сЛ^^салищ'Ь иатрхархальности — въ крестьянстве. ЗдЪсь развива(9хсд
ироитарцть зеилед<Ьльчесв1й, которнй, вм^ст^ съ вл1ЯН1еиъ городовъ,
фабршсъ, еолдатъ болДе н болЪе нскореняетъ въ дереюяхъ цатри1р*-
хальине нравн и обычаи, отрнваетъ у еемейства его домочадцевъ,
раабраеываетъ ихъ далево отъ родительсвага очапц рсеньшаетъ браку
I до бе8образ1Я усиливаетъ развратъ. Въ внсшихъ и среддвхь щлас-
с&хъ общества разнообразные факторы, о которыхь ид уже гово|^|1Ц
выше, также постепенно изиЪняютъ старинное семейство. Скюреыеввое
семейство — вовсе уже не то, кавимъ оно было у европвйскихъ варва^
ровъ, даже не то, ка|сдмъ оно было л%тъ двести назадъ.
Объемъ семьц ностеиенно съуживается. Въ древнемъ обществе къ
семейству принадлежали не только вс!б кровные родственнику, ^ Ш и
веЬ лица, состоявния подъ властью домовладыки; рабы и слуги были
также домочадцами; часто не им^ сами семейства, они были связана
тесными узаци съ тою бемьей, которой служили; а если они. сами были
семьянинами! Т() подчинялись xозявиу•домовладык^ т^мъ же поряд-
юмъ, хакоф еуществуетъ въ этомъ случа^^ въ чисто патр^^рхальидхъ
о(щёствахъ« Въ и^лированныхъ крестьянскихъ общицахъ Г|ррмал1ф
работники до сикъ цоръ называютъ хоеяцна ,батю1ПКо|[*', а. хозяйку
„матушкой". Въ старинномъ сельскомъ и городсвомъ быт% лрислуга
очень рбдко пере]г)^нялась, сплошь и рядомъ она служила цожнзиев|[о,
привыкая въ хозяевамъ, вавъ къ роднымъ, обедая съ ними за однимъ
сзроломъ, участвуя въ обпцвхъ семебныхъ молвтвахъ, усварвая ое6^
общ1е се]^ные 1штсресы и наклонности. Образцы такой лрислуп
можно вид-бть до сшсъ поръ въ разныхъ росс1йскихъ захолустьяхъ,
не сильно еще трояутыхъ современной циввлизащей, а въ недаашд
времена крЬяостнаго права ее можно было эстр'Ьтить на каж.|;омъ
шагу. Одииаврвое доложеше съ прцслугой занимали въ старзвЕ^мъ
реиесленвомъ семействе ученики и подмастерья; мастеръ был1г отцомъ,
а ови домочадцами. Въ настоящее время характеръ этихъ отнещешй
совершенно изм'Ьнидся; слуги и служанки превратились во вр^менныхъ
наемриковъ и взъ домочадцевъ сд'Ьлались лакеями. 9^ Америк! при-
С1угу обы}БН09|енно наыимаютъ не болгЬе, какъ на мфсад;ъ, по исте^еши
которагр заключается снова наемный договоръ. Съ семействомъ хозя*
^ъ у современной прислуги н^тъ ничего общаго, и постоянно .1|оэра-
стаюиця жалобы на ея испорченность свидетельствуют^ о повсем^^ст-
вомъ антагонизм! между нею и хозяевами.
18»
276
Бъ древнемъ обществ'Ь семейство обнимало всЬхъ кровннгь род-
ственниковъ, на вакихъ бы отдаленннхъ стулевахъ родства оня ни
стояли. До папы Иннок^нт1Я Ш во всей вападной Бвроп'Ь седьмаи
степень родства считалась до того близкою, что служила даже оре-
пятств1еиъ БЪ браку. Нетронутый цивилизацхей крестьанинъ да сихъ
поръ уважаетъ так1я отдаленныя степени родства, даже назвашя ко-
торыхъ сплошь н рядомъ неизв'Ьстны цивилизованному горожанину.
Независимо отъ этого, въ архаическомъ семействе считаются близ-
^ кими родственниками не только кумовья, но даже иногда однофа-
мильцы: сосЬди всегда стоятъ также въ чисто родственнылъ отноше-
тяхъ между собою. Къ * такому семейству принадлежать еп^е люди
рдиноюе, неимупце, изъ родни и изъ чужихъ, — разные паразиты и
.;11]^вживалки, которыхъ такъ много, напр., у нашихъ богачей старин-
наго локроя. Въ нов'Ьйшемъ семейств!^ этихъ приживалокъ уже вовое
н^Ь>тъ, они удержались только въ однихъ арнстократическихъ семей-
ствахъ подъ облагороженнымъ назвашемъ вомпаньонокъ. Соседи и
кумовья не принимаютъ уже -никакого участ1Я въ чужой семейной
жизни. Отдаленные родственники не им'Ьютъ уже никакой взаимносга
между собой и большею частаю даже теряютъ другъ друга изъ вида,
позабывая о т^хъ своихъ отношешяхъ, который прежде постоянно
сводили людей у одного и того же очага. Даже братья и сестры, ро-
дители и ихъ д^ти составляютъ одно семейство только до совершен-
нолЪт1я цосл^днихъ, съ наступлетемъ котораго родительстй до»
пуст^етъ, одни изъ д'Ьтей обзаводятся собственною семьей, а друг1е
начинаютъ холостую самостоятельную жизнь. Чрезвычайное развяпе
раэныхъ видовъ частной д^^ятельности, постепенное усилеше и улучшевае
средствъ сообщен1я, пострянное передвижете людей по всему земному
ща0, лихорадочная, непосидчивая д'Ьятельность, развит1е индивиду]^
;Лизма — ;Все это д:Ьлаетъ бол^^е и бол^е невозможными семейства, ко-
торыми такъ увлекаются археофилы и въ которыхъ за однимъ столомъ
00'Ьдаютъ родители со своими детьми, внуками, правнуками, дядями
и племянниками. Въ настояш.ее время болЪе и бол^Ье изчезаетъ даже
тотъ обычай, въ силу котораго въ старину престар^Ьлые родителя по-
селялись обыкновенно до смерти въ семейсткЬ д^тей своихъ.
Старинное семейство жило обш,ею патр1архальною' жизшю подъ
деспотическою властью домовладыки, который быль единственнымъ
лрвелцтелшъ. домочадцевъ и ихъ представителемъ передъ закономъ.
Въ настсшцее время государство сильно ограничило власть отца,
1Сд1)ДавЪ(. его только опекуномъ д^тей. Теор1я договора и свобадн
Л9ЧН0С7И., прилагается теперь и къ сем^йнымъ отношешямъ. Р^бенокъ
црц]9адлежитъ уже не семейству и не отцу, а обществу, взрослый сыпь
такой жв: самостоятельный гражданинъ, какъ и его отецъ. Единицею
древндго общества была семья, единицею а^е- современнаго общества
277
е^фвитъ лицо. Институтъ семейнаго имущества бо^гЬе и болФе падаетъ,
и состояше Д'Ёлтся между домочадцами. Отв^тствшность родствен*
никовъ другъ за друга теперь уже немыслшма. Древнее право отца
проклинать и изгонять дЪтей, жестоко наказывать ихъ, силою женить
и вндавать замужъ, лишать наследства, — это право необузданцаго
деспота им^етъ ннн^ враговъ и въ законе и въ общественному мн%-
тв. Окончательное образоваше д'Ьтей, формирующее ихъ уб'Ьждешя
и характеръ млели, не принадлежитъ уже бол^ семейству, какъ. въ
старинномъ обществе, въ которомъ ребенокъ съ колыбели до зр'Ьлагр
возраста пропитывался патр1архальною рутиною и въ свою очередь
передавалъ ее собственнымъ дЪтямъ. Встарину д^тей воспитывали въ
семействе, въ своемъ или чужомъ; принцы и дворяне проводили свое
детство въ чужихъ благородныхъ семействахъ; искуству, ремеслу,
торговле, наукамъ д^ти и взрослые учились у наставниковъ, въ се-
х^ствахъ которнхъ они большею част1Ю и жили; теперь образоваше
получается въ общественныхъ заведетяхъ, люди достаточные стара-
ются какъ моакно скор^Ье сдать своихъ д^тей на руки гувериерамъ и
учителямъ. Цивилизованныя женщины не занимаются не только вое-
Ш1ташемъ, но даже первоначальнымъ питашемъ своего семейства, и
ребенокъ часто имЪетъ большую привязанность къ кормилиц'^, чбмъ
къ матери. ДревнШ идеалъ чадород1я и хозяйственности отрицаетоя
современною женщиною, которая въ большинСтв'Ь случаевъ думаетъ
только о наслажден1яхъ, играя роль содержанки мужа и его постел]^
ной куклы. При такомъ характере матери, при отсутствш влхяшй
отца, д^Ьла котораго совершенно отдаляютъ его* отъ семейства, при
общественномъ воспиташи, современный поколотя выростаютъ север-
шенно чуждыми старинной семейной морали и патрхархальныхъ чув-
ствовашй. Они являются прежде всего индивидуумами, потомъ чле-
нами общества, а съ семействомъ уже не им^ютъ никакой неразрывной
связи, ни моральной, ни юридической.
Огаринное семейство имЬло свои фамильныя традищи, свое богог
елужен1е, свои семейные праздники, на которые собирались въ нзв'Ьст*
нее время вс^ родственники. Современный индивидуализмъ погубилъ
в(гЬ эти проявлешя патрхархальныхъ чувствъ, служивш1я для поддер-
тялтя послФднихъ. Обычай ведетя семейныхъ хроникъ уже не суще*
ствуетъ. Предметы, напоминающ1е собою о жизни предковЪ; ихъ ме-
бехь, книги, работы и т. п., уже не сохраняются потомками съ такою
рачительностью и съ такимъ благогов-Ьтонъ, какъ прежде. Теперь,
иаар., дедовская или прад'Ьдовская мебель считается уже никуда не-
годною; а л^тъ сто назадъ въ Германш невеста обыкновенно прино-
сила съ собою въ приданое несколько штукъ старинной фамильной
мебели. Богослужешя, общаго длд всЬхъ домочадцевъ и прислуги и
совершаемаго отцомъ семейства по насл^Ьдственному старому молит-
278
веЕВНиху ын но фамильной биб^йи, вы теперь не встретите яя в» од-
ножь цнвидизованнохъ дои'Ь: отецъ совершенно потеряла свое древ-
нее Аречесвое достоинство. Въ стариннонъ семействе веЬ фаишгьши
еоб&пд, брахъ, родины, врестинн, дни рождешя и нидншоь, годон-
щннк! свадьбы давали, поводъ къ сехейнынъ пра^дннкамъ, н^ воторве
сходились всЬ родственниви, соседи и друзья. Мнопе изь реовгаов-
ныхъ нраздниховъ, напр., рождество, новый годъ, пасха, у 1№ртискнхъ
нарояовъ были тавже сенейными. Въ современнонъ обществе сшей-
ные драздинкн ивчезаютъ все бол'Ье и болЪе, амервванцн. ен^Ьвжя
вадъ европейсквмъ праэдноватемъ дней роаден1Я и янянинъ» П^авд-
янвк же релнпозные изъ сеиейныхъ превратились въ чисто обп^есрее-
9не, шхь цроводятъ не дока, а гдЪ нибудь на публичноиъ гуяяяь'Ь,
въ оперЬ, на балу. О стариннонъ патр1архальнонъ гостевршнетвЬ и
хлебосольстве нФтъ и понина. Вместо того, тгобн посадить гоотя за
свой семейный столь, теперь сплошь и рядомъ ведутъ угоп|а11» его
въ травтщгБ или вафе-ресторанъ. Въ старину гостей принюиищ въ
Шллыхъ семейныхъ новояхъ, и они могли ввд^ть всю «язю ^зшей*
етва, его обстановву, его обычаи; теперь гостепршмство в«$се паи-
лось своего семейнаго харавтера, для гостей предяазнача(ется мирад-
мкй салонъ, въ воторомъ хозяева являются тавими же гостями, вавъ
ж гЬ люди^ воторыхъ они принамаютъ. Салонъ посвищешь не семей-
ству и его друзьямъ, а обществу и постороннимъ людямзь, Сиов(на«
семейная жизнь поглотилась общественною. Театры, вонцерты, гулянья,
нубличныя левщи, выставки, свачви, пивниви, путешест>я, чреввыяай-
ное разви)1е влубной и тра&тирной жизни — отнимаютъ у еовремеи-
яаго челов^ва все его свободное время, которое встарину ]|роводил(КЬ
въ семейяо!^ кругу.
Патр1дрхальвая жизнь стариниаго общества много поддерашваяась
прочнымъ фамильнымъ поземельнымъ влад!Ьв1енъ, неразд^Ьльность во-
тораго заставляла жить вм']Ьст6 съ отцомъ его дФтей и внувовъ. Въ
настоящее время, когда массы народа лишены поземельной собствен*
яости, когда изменивш1яся эвономичесв1я услов1Я и владвчесгво Дд-
вегъ не требуегь уяю отъ зажиточныхъ семействъ той прочности, ха-
вая прежде необходима бвиа для нхъ благосостоятя, — домо«д1Щ
в19дутъ большею частью самостоятельную и совершенно .отде&ную
другъ отъ друга жизнь. На вымиран1е семейныхъ обычаевъ и чувство-
вашй вм^еть вл1ян1е еще и то обстоятельство, что въ старину: боль-
шинство семей владело .й>бственными домами, между тЪш вавъ шъ
еовременныхъ городахъ, при постоянно усиливающемся оередаиженш
народонаселешя, люди бол^е и бол'Ье отвавнваются оть собегв^шнхъ
ЖЕхвщъ и живугь на ввартирахъ. Фамильный домъ, въ воторонь жм-
вугь попеременно целыя чередуюпцяся повохЬшя, нмеетъ свои тра-
днц1в, свой духъ, воторыя неизбежно вл1яютъ на поддержан1е севей*
279
ннхъ чувствованхй. Фамильный доиъ также сплачиваетъ семейство,
жавъ замокъ . феодала или наследственный венельный участокъ
крестьянина. Современная культура, зам'Ёняа фамильныя жилища пе-
ременными квартирами, гЬмъ самымъ прерываетъ между сменяющи-
мися поколешями ихъ традищонную связь и даетъ домочадцамъ воз-
можность отрываться и отъ общаго семебнаго очага. Самая архитек-
тура дома радикально изменилась, свидетельствуя темъ о разложенш
арханческаго семейства н въ свою очередь содействуя этому разло-
женш. Въ старннномъ доме большая часть помещешя предназнача-
лась для всехъ домочадцевъ, обширный залы, галлереи, внутренше
дворы, обпця спальни постоянно держали вместе всехъ членовъ се-
мейства. Въ доме богатаго немецкаго бюргера обширная и чистая
кухня служила местомъ собран1я для семейства и его друзей. Въ но-
вейшемъ же доме все принаравливается къ индивидуальной жизни;
Еом^щешя, служапця для собрашя всего семейства, уничтожены или
сокращ^Еы. до крайности, на счетъ ихъ увеличены отдельный комнаты
для каждаго домочадца,— кабинеты, спальни, прхемныя. Обпця супру-
жеск1Я спальни и кровати изчезли почти изо всей западной Европы.
Мужъ, жена, дети, прислуга, гувернантка — все имеютъ свой уголокъ,
свои 8анят1я, часто даже свои отдельный знакомства и своихъ гостей.
Такимъ образомъ, въ течеше какихъ нибудь двухсотъ летъ харак-
теръ европейскаго семейства совершенно изменился. Отъ той семьи,
о которой мечтаютъ славянофилы, германофилы и другхе поклонники
старины, остались только одни развалины, и все убеждаетъ насъ, что
при современной цивилизащи возстановлеше арханческаго семейства
н^овиожно. Лсторк Востока, Грецш, Рима, среднихъ вЬковъ несом-
ненно доказываетъ, что чемъ далее развивается цивализацхя, темъ
более она раздагаетъ патр1архальное семейство, прочное существова-
ше котораго возможно только въ чисто патрхархальномъ быте и более
ни въ какомъ. Радикальная реформа семейной жизни настоятельно
необходима для современнаго человечества, которое безъ этой ре-
формы угрожаетъ дойти до самаго грубаго безсемейнаго состояшя.
Равложеше патр1архальнаго семейства необходимо ведетъ за собой
раврушенхе сословий. Аристократ1я, буржуаз1я, крестьянство давно уже
начали терять характеръ родовыхъ кастъ. Они постепенно разруша-
ются, более и более отдавая своихъ членовъ тому безсословному,
вполне д1кократическому классу, который Риль назнваетъ четвер-
тымь сосА09ьемл и который постепенно поглощаетъ все остальныя со-
Л0В1Я.
Разложеше семейства, какъ мы уже говорили, совершается во всехъ
хлассахъ общества, н вследств1е этого, вместе съ пролетар1атомъ
фабрвчнымъ, земледельческимъ, чиновническимъ, литературнымъ и дру-
гюо|| достоденно возрастаетъ пролетархатъ |ке9С1сШ« Стариддое с«меб'>
280
ство покоило въ своихъ н^драхъ всгЬхъ одиновихъ родственницъ, —
тетовъ, сестеръ, племя нницъ и т. д. При господстве патрхархальннхъ
понятШ всЬ таЕ1Я личности мирились со своимъ зависимымъ пологе-
шемъ и нпсвольво не возмущались т^мъ, что они — содержанки, при-
живалки, паразиты. Современное семейство отказалось содержать ж
кормить родственницъ, цеусп^вшихъ поступить на содерхаше мужа.
Бъ ' современномъ обществ'^ яБенп^ина, чтобы им'Ьть кусовъ ххЬба,
должна вступить въ бравъ; безъ мужа она стан(№итса пролетаргатвою
и тавихъ пролстархатовъ множество во всЬхъ сослов1яхъ. „Число ихъ|—
говоритъ Риль — угрожаетъ увеличиваться въ геометрической про-
грессш, между тЬмъ вавъ число семейныхъ женщинъ возрастаетъ
тольво въ ариеметичесвой". Этотъ женскШ пролетархатъ увеличивается
вслЬдств1е уменьшешя бравовъ, умножетя разводовъ, вслЪдствае уси-
лешя въ женщинахъ сознатя своей личности и отвращен1я отъ жизни
въ подневольномъ брав^ и архаическомъ семейств'Ь. Старыа дЪвн,
вдовы, д^вушви, прогнанныя родителями или бЪжавппя отъ нвхъ
жены, брошенный мужьями или сами бросивппя изсъ, составляютъ
главный вонтингентъ женсваго пролетархата, воторый вм^стЪ съ мил-
Л10нами пролетар1ата фабричнаго и землед'Ьльчесваго все громче и
'^'ромче оглашаетъ землю своими отчаянными воплями. Развит1е про-
мышленности умножаетъ постепенно рабоч1й пролетархатъ, а разложе-
ше семейства и стремлеше женщины въ самостоятельности быстро
увеличиваютъ размеры женсваго пролетаркта. Гувернантки, учитель-
ницы, писательницы, компаньонки, ремесленницы, торговки, служанки
быстро умножаются; ихъ предложеше въ кЬсволько разъ превышаетъ
спросъ ва нихъ, и эта дисгармошя мевду спросомъ и предложешенъ
постоянно возрастаетъ. Цивилизованный М1ръ находится въ томъ же
положен1и, въ какомъ былъ Римъ въ последнюю эпоху своей всторш.
Та же росвошь, тотъ же развратъ, то же разложеше семейства, та
же эксплуатац1я труда... Но при всемъ этомъ мы видимъ зачатвм но-
вой жизни, вакихъ не было въ РимЪ, и современный женщины, тре-
бующ1я эманципащи, несравненно выше эманципированныхъ матронъ
вЪчнаго города. Римлянки сд^ались свободными барынями и вм^^тЪ
съ барами своимъ мотовствомъ и развратомъ, своею безчеловЬчною
эксплуатащей народныхъ массъ погубили нацш и были поворены шф-
варами. .Новейшая женская эманципацхя не им^етъ въ себ^ ничего
барскаго, дЬло современной женщины т^^сно связано съ'^гЬломъ на-
родныхъ массъ, и въ этомъ заключается несомнЬнннй залогъ ус1гЬха.
281
XX.
Еонецъ ХУШ и начало XIX в. были ознаменованы развипемъ еле*
зливой чувствительности, болезненной мечтательности, увлечешя идеа*
лями среднихъ в'Ьковъ. Пораженный т^мъ, что овончивппйса вЪвз»
ознаменованъ грозой, а новый родился въ крови", что на землЪ до
енхъ поръ н&тъ еще ни одной страны свободной и счастливой, Шил-
дерь восвлнцалъ —
Заключись въ святоиъ уединеньи,
Въ и1р^ сердца, чуцдоиъ суета,
Красота живетъ лишь въ п-Ьсноп^ньи,
А свобода — въ области мечты!
И дМствительно, подавленное грубой реавщей, европейское общество
старалось вознаградить свои лишешд хотя тою свободой, которая
оставалась ему въ области чувства и фанта81и. Слезливые романы,
мечгашя объ ндеалахъ возлюбленной, клятвы въ вечной верности,
таинственная симпат1я душъ, платоническое ухаживанье, увлечен^
идиллхей, страдашя отвергнутой любви, сантиментальная болтливость —
овладели тогда и публикой и литературой. Бъ этому присоединялось
стремлеше къ свобод'Ь чувства и въ преобразовашю общественны9:ъ
отношешй. яВъ сердц^Ь мхра — п]^салъ въ 1799 г. Жанъ-Поль — со-
вершается духовная револющя, большая, ч^Ьжь револющя политиче-
ская и столь же смертоносная^. Главною представительницею этого
переворота въ Гермаши была Шарлотта Еальбъ, титанида^ кахъ на-
знвалъ ее Жанъ-Поль. „Вс!^ наши ; законы— говорила- она — сл%дств1е
самаго жалкаго безсилхя, рфдко благоразум1Я; любовь не нуждается
нн въ какихъ законахъ'. Но дМствительность слишвомъ уже р^ко
расходилась съ идеалами романтиковъ, и поэтому перюдъ романтизма
такъ богатъ самоубШствами, совершенными нвъ-за неудовлетворенной
любви. Лучппй иаъ романтичесвихъ поэтовъ, Генрихъ Блейстъ, влю«
биввшсь въ замужнюю женщину, не находитъ другого выхода, какъ
застр4Ьлнться съ нею вмЪст%. Въ 1808 году романтическая красавица
Каролина Гюнтероде зарЬзалась отъ неудовлетворенной любви. Исто-
Р1Я несчастнаго гетевскаго Вертера повторялась въ жизни сплошь и
рддемъ. ВмЪстЬ съ т^Ьмъ, любовь вызывала людей на так1я жертвы,
который ясно увазываютъ на чрезвычайную силу этого чувства въ
эпоху р(шантизма. Такъ, напр., въ 1834 г. Шарлотта Штиглицъ убила
себя съ той единственною цФлью, чтобы, поразивъ любящаго мужа
своею смертью, пробудить въ немъ поэтичес]|1й гешй, который, думала
она, дремалъ въ немъ и требовалъ для своего обнаружешя какого
нибудь сильнаго потрясешя.
282
Чрство, такикъ образоиъ, искало свободы, искало идеальной жизни
и не находило ихъ. Оно изнывало по своимъ туианнымъ идеаланъ,
акило въ мистицизме или, полное недовольства всЬмъ окрухающииъ,
переходило въ байронизмъ и въ злейшую нрошю Гейне.
Но вотъ снова поднимается во Францш никогда неумолкавшЛ
омнчательно вопросъ о авенскомъ освобожденш.
Въ самый разгаръ европейской реакцш раздается проповедь СевV
Симона о томъ, что „всЪ сощальныя учрезвдешя должны им^Ьть своею
ц^^лью нравственное, умственное и физическое улучшеше самаго мво*
гочисленнаго и самаго бФднаго класса^. Сенъ - симоннзмъ касался
всДхъ основныхъ принципоэъ современной цивнлизащи н хотЬлъ со-
вершить радикальныя реформы въ семействе. Отвергая общность иху-
цества, онъ ставилъ „первымъ изъ нравственныхъ законовъ то поло-
жен1е, чтобы каждый челов'Ькъ занималъ м^сто но своимъ снособно-
стямъ и вознаграждался по своимъ дкланъ**. На основанш этого за-
кона, сенъ.симонисты требовали отм4Ьны всЬхъ прявиллепй рождешд
ж уннчтожешя самой важной изъ этихъ нривиллегй-^насхбдства. Иму-
щества, оставш1яся послЪ смерти гражланинд, должны посту)аать въ
вЪдЬнхе о(йцественной власти, обязанной заботиться о воспитанш осв-
рогЬвшихъ д^тей.
Отрицая католически дуализмъ, борьбу плоти съ духомъ, вЪры съ
разумомъ, сенъ-симонисты снимали съ женщины древнее прокллпе,
коренящееся въ этомъ дуализме. Въ своей брошюре, адресоваию!
въ 1830 г. палате депутатовъ, они пвсали: яХрист]анство осво^бодидо
женщинъ отъ рабства, но они однакожъ остались осужденными иа
подчиненность, и повсюду въ Бвроп^Ь на нихъ лежитъ релипозшиц
политическая и гражданская отверженность**.
рСенъ-еимонисты требуютъ ихъ окончательнаго освобождешя, и»
полной эманципац1и, не желая однако уничтожать провозглашеииаго
христ1анствомъ священнаго закона брака; они стремятся, нанротшкь,
хъ тому, чтобы выполнить этотъ законъ, чтобы дать ему новую савв-
щю, чтобы поддержать силу и ненарушимость освященнаго нмъ
союза' .
я Они, какъ христаане, требуютъ, чтобы одинъ мужчина соеР-
нялся съ одною женщиной; но они учатъ, что жена должна бить
равна мужу и, по особенной благодати божгей, дарованной ея полу,
должна соединяться съ нимъ въ исполненш троякой обязанности —
релипи, государства и семейства, такъ чтобы общественннмъ нцдшя-
дуумомъ, хоФорымъ былъ до сихъ поръ одинъ мужчина, были отиянФ
мужчина вмФстЬ съ женщиной'.
яРелипя Сенъ-Симона стремится только положить хонецъ этоиу
поносному торгу, этой легадьной простнтуцш, которыя въ настоящее
283
врена часто освящ&ютъ чудовищный еоювъ любви н этоиша, о(^^азо*
вата и нев^ества, ювосга в дрихдюй етароети".
Т&кинъ обрааоиъ, оаяъ-ешюпстд стремились только въ искоренен
Н1Ю несвободннхъ бравовФ)^ служансихъ вф иорабощен!!) «еищишх.
Они хотели тольво рефоршроваф этотъ союзъ, превратить его въ
свободный сопзъ двухъ равно11ра]шв<'Ь лицъ, д'Ьйствующихъ соеда|-
неиикми силами въ сферФ семейства, релиГ1в и государства. Но это
было только сначала, и женекШ во1фосъ ра8Д&1илъ свнъ^еимоиистовъ
на двЪ иарт1и, И9ь воторвжъ одна, съ Базаромъ во главЬ, осталась
при вышеизложенныхъ п6нят1ахъ о аикисв«Л эманципацш, а другая,
подъ рувоводительствокъ ЛнфантенИ) иопиа гораздо дад1^е. 19«го и
2Ьго марта 1831 года были послФдшя общи! собран1я сенъ-симони-
стовъ, посвященныа женевому вонресу. Анфаитень иалагалъ на нихъ
довтрнну, отд1ш1вшую отъ него Базара. Сенъ-симоиизмъ,— говорвлъ
оиъ— вооружаясь проттаъ э»шлуатав1и челов^кха человЪвомъ, не мо-
жегБ ни допусвать, ни :!гервАть оксолуатацш женщины мужчиной.
Хрнспанство, освободивъ женщину отъ рабства, оставило ее въ зави-
симости; сенъ-симонизиъ долхенъ окончательно эманцилировать ее
и сделать вполн41 равнон|^шнпю еъ^ мужчиной. „Новый нравственный
порядокъ лризнваетъ женщину |гь новой жизни, пусть она отцюетъ
вамъ все, что чувствуетъ, вбе, чего желаетъ она въ будущемъ. Муж-
чина, претендующ1й предниснвать женщявЪ завонъ, не можетъ быть
сенъ-симоннстомъ, исганный сенъ-свмониетъ можетъ тольво объявить
себя вевомпетентиымъ въ суд^ нахъ не1>*. Вм^стЪ съ тЬмъ Анфаи-
тень прововглашалъ нолвую свободу чувства и регабилитащю плоти.
Миогахъ членовъ сеяъ-свмоннстехаго семейства эти идеи заставили
отд&шться отъ него. Оставш1еся съ особенннмъ рвешемъ начали за-
ниматься евоимъ новымъ вультомь, освящать трудъ, освящать нищу,
освяж^ать нлотск1я страсти. Зимою 1882 года весь почти Паршвъ
съ'Ьвжялся на ихъ рми|{оаМе балы въ улиц'Ь Монсиньи; но молодым,
гращеення, ув'Ьнчанныя цветами женщины танцевали и наслаждались
зд'Ьсь, необращая даже вннмашя на релипозное значеше этихъ нразд-
нивовъ. А сенъ-симониеты, бол^е н бехЬе погружавппеся въ нелепый
мистицизмъ, все ждали появлешя новаго Месс1и асенбваго пола, во-
торому суждено возродить человечество. Они ездили даже на Врстовъ
отысвввать этого Месс1ю.
Современникъ пераыхъ сенъ-еимонястовъ, Фурье, пораженный не
менЬе ихъ мрачными сторонами современной цивилизахци, горестнымъ
положешемъ народныхъ массъ, рововой связью, соединяющей выгоды
однихъ съ несчаст1емъ и гибелью друтвхъ, ноложилъ всЪ силы ума
своего на создате плановъ новаго общественваго порядка, воторцй|
въ противоположность современной цивилизации, называется у него
1й1рмон{ей, Считая современный бравъ несостоятельнымъ, Фурье объя«
284
влЕбтъ себя противъ всякого дНерасторжихаго и неключитех&яаго
брава", и владеть цолнро свободу страсти въ основу поховшсъ отно-
шение въ гармон1и. Наб^юдетя надъ жизнью и нраванв дикарей
внолнЬ уб^даютъ его, что „счаспе мужчины въ любви нронорщо-
нально той свободе, которою волнуется женщина". Желая искоре-
нить пороки лицем%р1я, обмана, ревности, порождаемня нерасторжи-
мостью брака, и признавая вполне законными желашя страсти, Фурье
доцускаетъ три рода половыхъ союзовъ, — союзъ любовниковъ и лю-
бовннцъ, союзъ родителей и родительницъ, союзъ супруговъ. Эта бе»-
храничная свобода страсти была въ пшолФ Фурье тавимъ аве ябло-
комъ раздора, какъ и въ сенъ-симонизм^. Принимая образы н фанта81Я
Фурье буквально, мнопе съ отвращешемъ отворачивались отъ его
доктрины о половомъ союз^Ь. Представительницею этого раскола въ
ФурьеривмЬ была мадажъ Гатти де-Гамонъ. Въ своихъ сочинешяхъ
яРоипег е^ зон 8ув1ёте" и я^^^ваНоп д'ипе сопштапе воабЫге",
она признаетъ идеи Фурье, но водворяетъ въ фаланстере строгую
чистоту нравовъ и изгоняетъ вовсе изъ нея свободу половыхъ от-
ношешй.
1?обергь Оуэнъ также сказалъ свое слово противъ рабства жен-
щины и за ея освобождеше.
Д^о, начатое сощальною пшолою, стали продолжать поэты и бел-
летристы. Романы многочисленныхъ писателей, и въ особенности Авро-
ры Дюдеваиъ (Ж. Зандъ), изображая разный степени и формы угяе-
тешя женщины въ современной жизни, служили главными и самыми
сильными средствами для пропаганды идей о свободномъ бракЪ'и сво-
боде чувства. Благодаря романистамъ, эти идея вошли во всеобщее
сознан1е образованнаго М1ра. Начиная съ 1830 г., со времени оконча-
тельнаго развипя сенъ-симонизма, женщины Франщи и другихъ сфанъ,
неограничЛЬая своего д^а реформою семейныхь отношешй, начннаютъ
требовать полнаго равенства съ мужчиной и одинавоваго уча€Т1Я съ
нимъ въ общественныхъ дЪлахъ. Лабулэ издаетъ свою книгу о прав(
наслФдоватя женщита съ древности до нашихъ дней, и не смотря
на тЪсныя рамви этого сочинешя, оно им^ло громадное вл1яше на
женщинъ, такъ какъ авторъ коснулся всЪхъ существенныхъ сторонъ
ихъ положен1Я и вводилъ въ обоюдный отношетя половъ принципъ
равенства и справедливости. Въ 1848 г. вышла другая книга, кото-
рая, при ъ&кхъ своихъ недостаткахъ, им^а однавожъ аначвтельннй
усп^хъ, это „Истор1я женщинъ" Легуве. Авторъ требовать для жеи-
скаго пола внсшаго образоватя, публичныхъ курсовъ, допущешя ко
всЪмъ 8анят1ямъ, непревышаюпщмъ его силъ. Въ 1834 г. возникаегь
спещально посвященный женскому д'Ьлу журшиъ „Женссая трибуна*;
въ 1848 г. известная Жанна Деруанъ начинаетъ издавать другой —
рЖенекое мн^нге". Около того же времени Маццинн въ своемъ сочи-
285
неши „Объ обязанностяхъ челов^ва^ писалъ, что эманцвпащя жен-
щинъ есть самая настоятельная потребность вЪка. „До сихъ поръ— -
говорить он:ь — цФхая половина человеческой се][ьи — ^именно та, ко-
торая вдохдовляетъ насъ и утЪшаетъ въ горькая минутн, которой
вв^^рево воснцташе д'Ьтей — ^по старинному противор^чш лишена всд-
кихъ правь вь гразвдансвомъ, политическомь и сощальномъ отноше-
нш; вы, вщулце свободы, должны всЪми силами стремиться вь вман*
ципащи женщины!" ПрслЪ 1830 года женщина проникла и въ лите-
ратуру и вь политику. Подъ градомъ насмЪшекъ, брани и пресл'Ьдо-
вашй, она проводила въ жизнь свои эманципацюнння идеш Насталь
1848 . годь. Начали организоваться женск1е клубы сь ц-ёлью ажнтащи
вь пользу даровашя женскому полу гражданскихь и политическихъ
правь. Вь парйжсшй клубъ женской эманципацхи принимались безь
орава голоса только гк мужчины, которые отказывались отъ вся-
кой власти надь своими женами. Во Франщн и Германш мнопя
женщины и девушки начали носить мужское платье, вести муж-
ской образь жизни, драться на баррикадахъ. Появилось много журна-
ювъ по авенскому вопросу. Полина Ролань заставила внести свое имя
кь избирательный списовь, а Жанна Деруань заявила свою кандида-
туру вь члены законодательиаго собрашя. „Но— говорить г-жа д'Эри-
кур^ — республиканцы не только закрыли наши клубы, но даже за-
иретилц вамь входь въ клубы мужчинь. Жанна Деруань,, Полина Ро-
лань в МН0Г1Я друпя женщины были заключены вь тюрьмы; ассоща**
щи лишились своихь. предводительнидь. Тогда иегодующ1я женщины
оставили республику и не позволили больше ни своимъ мужьямь, ни
евоимь сыновьямь защищать ее. Такь какь не хотели равенства вь
правгЬ, то в сделались равнымв вь безправш!" На Франщю с^лъ На-
полеонь. Тяжелая всеобщая реакц1я наложила молчанхе на женскШ
воорось вплоть до 1857 г., когда появились „Ьа ДизЫсе^ Прудона»
ваполвенная грубою бранью на женщину, и ^Ь'Ашоиг'' Мишле, тре-
тирующая женщину сь точки 8р'Ь1ця волокитства. Но подь гнетомь
реакщи женсшй вопрось продолжаль вырабатываться вь' частныхь
хружкахъ, изь которыхъ, по свидетельству Женив д'Эрикуръ, им^^дь
наиболее значешя кружокь редакц1н Веуие РЬ^1о8орЬ^^ие. Кь этому
крушу принадлежала основательница професс1бн11Ыхь школь для Д'Ь**
вущекъ, умная и добрая Е^иге^ Демонье. Кь зтому же вруавку при-
ваддежада и другая асенщвна, которая, своими четырнадцатью статьями,
напечатавнымц въ туринсвомь журнале яВав^опе**, пробудила жен-
щивь сЪверрои Итал1и и начала полемиву сь Прудовомь. „ Антвпру*
Д0Н0ВСК1Д идеи* Жюльетты Ламберь и „Освобоаеденная женщина^
Хеини д'Эривурь, бывш1я серьезными ответами Конту, Црудону,
Мщшле п вс^Ьмъдруд^имь отрицателямь женской полноправности, вм:Ьлв
б(>льшре ;0Л}ян1е в ро ФранцШ я оа^границей. аРаботница^^Жюль-Сн-
/
286
кона н „В'Ьдная женщина въ XIX в.* д^ввди До(Яе обрясавадя са*
ншга нрачными врасванн нищету, уметвеоное убожество и фупе
ужаснне результаты порабощетя хенцинъ. Уномянутая уже наш
писательница, много послужнвшаа уосЬхах^ женсваго дЪла, довгоръ
кедпцннн Женнн д'Эрикуръ, въ свевхъ соАнепхяхъ „Вибл1я н жен-
СВ1Й вопросъ^ н „Хрнспанство и жеисВ1Й В0про<^*' ввяснила влшше
ватолицизна на порабощете жеищинн и на д^ржаше вхь въ кролк;
патеры назвали ее за это ^чсфтовов дв4цшв". Въ носл^Ьдвее время
за пропаганду и развкНе шяЛ эмаяципац1Я принялась молодая даро-
витая писательница, известная подъ псевдонимомъ Андре Лео, не маю
в другнхъ женскихъ талантовъ служить тому аве д^лу свонма ну-
бличнымн левщями, журнальными статьями, внигами, устройствомъ
П1В0лъ и т. д. Тавовы, напр., Маргя Дереиъ, Амел1Я Босве, Олиишя
Одуаръ. Съ апр&гя 1869 г. въ ПарйжА начала выходить еженед&о-
ная газета „Ье Ого!! €1е8 Реттев^, сиещально посвященная женскому
вопросу и, при своей фельетонной популярности, пропивающая во ъЛ
влассы женсваго населетя, къ общему ужасу мужчинъ, отма^тваю-
щихъ разный щтуви, чтобы избавить свонхъ женъ и дочерей отъ за-
ражешя этимъ газетнымъ ядомъ. „Мноп11 женщины изъ нровинцШ га-
в^щаютъ насъ, — пишетъ редавщя -^ что ихъ мужья сопротивляжутс!
выписв'Ь нашего журнала.... Въ Нарнж^ то же самое. Одна изъ на*
шихъ пр1ятельвицъ, повупая ве^ромъ въ шосв% посл4&дни1 н]риеръ
пТУМЬ дев Реттев^, спросила у торгоюси: мнопе ли повуяах>тъ жур-
валъ? „Женщины повупаютъ много, вогда ой^Ь одн4,— ютвЪчала тор-
говва— ^0 вогда съ ними вм^ЬстЪ бываяотъ мужчины, то непрем*6ино
ревомендуютъ дамамъ другой журналъ, а этоть, говорятъ, глуносгЫ*
яВопросъ о прав'Ь женщинъ — нишетъ г-^ Аидре Лео — ^тавъ сильно
занимаетъ у щ^ умы, такъ современевъ, что правомъ обществен-
ныхъ сходокъ воспользовались зд'Ьсь прежде йсего для прешй о немъ*'.
дти сходвн народны; въ Нихъ учас^ъуютъ ирепмущесхвенно рабоч1е,
большинство воторыхъ подъ гйбёльйымъ вл1ЯВ1емъ вФвовнхъ предраз-
судвовъ и прудоповсвой книги о семейстб^, обывновенно горячо сне*
ритъ протнвъ равноправиоста Ьоловъ, но женщины паходятъ себЪ ваг
щитнивовъ и изъ мужчинъ, защнщаютъ свои притявашя и сами. Пе-
ренесенный, такимъ образомъ, въ чисто народную сферу, вопросъ о
Женской эманципащи получаетъ нын4Ь особенное эначен1е и становятся
уже не аристовратичесвимъ юльво вопросоМъ дамы^ но вполнгЬ воиро-
сомъ женщины, въ вакому бы классу общеспа ни принадлежала она.
Приверженцы женсвой эманципацш недавно составили въ Париже лигу,
воторая хочетъ поставить женщину во гламЬ народнаго обра80вая]Я,
и прежде всего основать образцобую шволу для тавосо нервоначаль-
ваго образовашя женщинъ, въ веторомъ не было бы м*Ьста ни оуев^
р1ямъ, ни лредразсудвамъ. Лига эта напечатала въ разныхъ журна-
287
изл нЬсколько шшнфестовъ, критшсующихъ сацмменное законом*
тепство о женщинахъ и требующихъ по^гааго ихъ освобождешж. Та-
т ханвфеста, покрытые грокадныиъ числозгь женскнхгь подннсей,
часто появляются на столбцахъ фраяцуаскихъ газетъ. Требуя себЪ
гражданской равноправности н реформы своего сенейнаго положешя^
фрат1узск]я женщины употребляютъ вс& усиля къ повышенш уровня
женскаго обравовашя и хъ прояожешю себ1^ торнаго пути въ высппд
ргебныя заведешя. Сочувствуюпцй женскому д^, бнвлий министръ
народнаго просвДщетя Дюрюн отнляъ женское обраэоваше изъ рукъ
духовенства. Публичные курсы для женщинъ распространяются все
бол^^ и бохЬе, число женщинъ, получающихъ высшее обравоваше,
увеличивается. Въ 1860 г. До(Ие получила степень магистра словес-
ности, вслФдъ за нею г-жа Шешо — степень магистра словесности н
кандидата математическихъ наукъ, въ 1868 г. наша соотечествеинвца,
г-жа Гончарова, получила въ Париже дипломъ на магистра матеми-
тикн; тагае примеры не р'Ьдки. Въ настоящее время слушаютъ модя*
Д1ШСХ1Й курсъ въ Париж'Ь француженки, американки и руссшя. Пяг
рижсгай унвверситетъ открылся для женщинъ. Духовенство вовму-
щено, и старый попъ/ сидящхй въ РимФ, писалъ епископу Моннелье!
что онъ осуждаетъ вс% эти хлопоты о акеискомъ образоваши, потому
что оно будетъ производить „не добрыхъ матерей, а женщинъ над-
хенныхъ тщеславнымъ и пустымъ знатаемъ^. Въ сред'Ь самого обще-
ства находится не мало негодяевъ^ которые, по свовмъ корыстнымъ
разсчетамъ, употребляютъ всЬ средства для отстранен1Я авенщинъ отъ
образован1Я. Такъ, напр., недавно общество парижск^ъ фармацевтовъ
письменно ходатайствовало передъ министромъ 8емлед'Ьл1я, торговля
и публичныхъ работъ о томъ, чтобы медицина , гипеца, ботаника, хи-
И1Я и фармащя не бцли преподаваемы въ профессюнальныхъ школахъ
для д'Ьвушекъ, такъ какъ преподавате этихъ предметовъ соэдаетъ
дКонкурренцш, уб1йственную для фармацевтовъ и медивовъ^. Чита-
тель вндитъ, что парижсв1е фармацевты и медики ужасно глупы въ
сравнеши съ тЪми игъ отечествеиныхъ врачей, которые, опасаясь со-
в^яичества женщинъ-медиковъ, употребляютъ противъ нихъ не прось-
бы къ начальству съ откровеннымъ признашемъ страха передъ жен-
ской конкурреяц1ей, а пользуются бол^ке дЪйствительнымъ оруж1ем:ь
лнтературиыхъ доносовъ. Война 1870 года и сл^довавппя за ней смутя
и б1дств1я временно отодвинули женскхй вопросъ на задтй плаиъ; мр
въ ату страшную годину женщины Франщи прояви«га столько герои-
чесхаго патр1отизма, что далеко превзошли императорсюя арм19 демо*
ралвзированныхъ трусовъ, сдававшихся безъ боя. Женщины париж-
ской коммуны трудились, страдали и сражалась наравне съ храбрЬй»
шими изъ мужчинъ, и однимъ изъ самыхъ дЬятельннхъ револющон-
288
тассъ отрядовъ быль женекШ лепонъ, во тхлЛ вотораго стояла ваша
соотеч[е|^твенница Ольга Д][итр1ева...
Въ Соединенннхъ Штатахъ, гдЪ женщинн всегда пользовались го-
раздо лучшимъ положешенъ, ч^мъ въ старомъ св^ЬгЬ, и гдЪ семей-
ство не ии^Ьетъ той патр1архальности, какую оно такъ долго сохра-
няло въ Европе, — въ Соединенннхъ Штатахъ женское дввжеше шгЬетъ
наибол^Ье благопрхятную для себя почву. Прежде всего оно прояви-
'лось здЪсь въ различннхъ релнгюзннхъ сектахъ. Спйритпсты^ напр.,
в^^руя въ двойственность божества, припнснвая ежу мужское и жен-
ское естество, выводятъ изъ этой двойственности равноправность обо-
ихъ ноловъ. Мужчины и женщины у нихъ одинаково могутъ быть из-
бираемы на церковнослужебныя должности. Но въ то же время они
сильно заражены аскетозмомъ и допускаютъ бракъ только ради не-
мощи человеческой. Шекеры идутъ еще далЪе, и допуская равенство
лоловъ, не дозволяютъ въ своихъ общинахъ никакихъ половыхъ отно-
шетй. Совершенную противоположность имъ составляютъ въ зтомъ
„нерфекщонисты^ или „библейскхе коммунисты", недопускающ1е ника-
кихъ ограничешй въ семейной жизни. У нихъ господствуетъ ^^много-
Ьложный бракъ*' или полная свобода половыхъ отношетй, законность
и нравствеввость которой они стараются доказывать разными м^стахи
библ1и и потребностью человеческой природы, такъ какъ, по ихъ шА-
шю, я сердце способно любить безковечное число разъ и неограничен-
ное число лицъ". Съ нЬкотораго времени въ американскомъ союзе на-
чала расщюстраняться съ поразительною быстротою выродившаяся изь
спиритизма „Школа бунтоватя женщивъ** (оГ ге^оН о{ ^отеп). Осно-
вательницею еа была бедная, необразованная, по одаренная живымъ
умомъ и красноречхемъ, девушка Элиза Фарнгзмъ. Въ 1842 г. на нее
низошло „откровете женской истины", и она убедилась въ превос-
ходстве женскаго пола надъ мужскимъ. Свои мысли объ зтомъ она
делила сначала только съ немногими друзьями. „Но женщины — го-
воритъ она — быстро понимаютъ другъ друга, и мое ученье распро-
странялось какъ бы невидимою силой". Чтобы испытать все радости
и горести женской доли и проверить истинность своихъ мнешй, Элиза
внпиа замужъ; она сделалась матерью, схоронила сначала мужа, а по-
томъ детей; стала жить работой, странствовать изъ города въ городъ,
ж только убелявшись сединою и чувствуя приблнжен1е старости, она
выступила на подвигъ ^„бутован1я жевщинъ". По учетю Элизы и ей
последовательницъ, у мужчины ткани грубее, нервы менее чувстви-*
тельны, духъ тупее, чемъ у акенщины, которая во всек1& на столько
же выше его, насколько онъ выше орангутанга, па сколько всякая' жи-
вотная' самка выше самца. Мужчина пользуется разумомъ и создавая
имъ разный системы, теорш, науки, обращаетъ ихъ къ порабощешю
своей подруги. Но разумъ, зто грубый невежа, который относятся въ
289
природе туио Е поверхностно, собираетъ жалкгя, скудная данвыя я
ощупью отыскиваетъ как1е-то законы. Женская способность, чутье,
гораздо выше этого мужского разума. Женщина постигаетъ фавтъ,
лишь только увидитъ его, и сразу познаетъ истину да'<1.е тогда, когда
она остается невидимою. „Бунтующ1я женщины^ допускаютъ, что
люди были некогда обезьянами, но и тогда, дескать, женщина была
совершение мужтаны, что можно вид'Ьть изъ одного уже того, что
самки были покрыты мен'Ье густымъ м']^хомъ и держали себя прямее
самцовъ. Элиза Фарнгемъ доказываетъ дал']^е, что превосходство жен*
щины обнаружилось еще въ рак). Мудрость, въ образ:& зм1я, обрати-
лась къ женщйн^Ь, а не къ мужчин^^, понимая очень хорошо, что „его
умъ ужъ слишкомъ слабъ для пониман1я. Съ']^денное яблоко было зна-
Н1емъ, открытымъ несчастному Адаму его жеиою!^ На основаши своей
доктрины, рбунтуюпця женщины'^ стремятся къ преобладанш оадъ
кужскимъ поломъ. „Мы требуемъ— говорить Элиза — ие раиепст^а,
неиластя, не эманципацш, а владычества. Мы лучше, умн^е, сидьи!]^е
мужчинъ; вотъ евангел1е, долженствующее спасти мгръ!'' Мужчину, но
ихъ мн1в1ю, убеждать ие стоить, а сл^дуетъ покорить его и заста*
вить служить посланниц']^ небесъ, пророчиц'Ь, духовной цариц'Ь-ген-
щян'Ъ. Это учеше, нзложенАе Элизою Фарнгемъ въ книг:Ь: „\Уошап
апА Ыег Ега*^, 2 уо1. — находить себ'Ь множестио партизапокь и слу-
жить яснымъ указан1емь на чре3|1ычайную силу недовольства жен-
щины современнымъ ея положешемь и на ея страстное желан1е сво-
боды.
Малочисленность женщинъ вь Северной Америк*]^, свободный ха-
рактеръ ея учрежден1й, религ1озно-эмацццпац10нное движете америка-
вокъ, агптащя противъ рабства негровь^ — все это давно уже првгото-
вяло пути къ широкому и быстрому развитию зд']&сь женскаго вопроса.
Общественная свобода американокъ, распространенность между ними
образован1я и въ особенности столь обыкновенния въ Амернк'Ь учеб-
ный заведен1я, обЩ1Я для обоихь половъ, вели къ тому же. Мальчики
и девочки зд'1Ьсь нм^ст^» воспитываются дома, ви^сгЬ пос^щають пер-
воначальный школы, церкви и воскресный школы. Американцы уже со-
знали, что глупо разд'Ьлять ихъ на какихь нибудь пять л^^тъ, на
^емя обучен1я вь среднихъ и высшихъ заведен1яхь. Въ Соединен-
ныхь Штатахъ вь 1868 году было уже двадцать девять коллег1й и
унвверситёк'овь, вь которыхъ вм'Ьст^ обучаегсн юношество обоихъ по*
ловъ, а профессорами служатъ мужчины и женщины. Число такпхь
сх^^шанныхъ заведен1й постоянно возрастаеть. Идея равенства половъ <
одъ вл1ян1€мь этого факта твердо укореняется вь молодыхъ умахь.
Число высшихъ и среднихъ заведешй для женщинъ также постоянно
увеличивается. Изъ нихь особенно 8ам1^чательны Черная Академ1я въ
Фнладельфхи, въ которой слушають лекцш негры и негритянки, Пав*
19
290
Ееровъ коллепяльный институтъ въ БрувленЪ, Рутжерова женская
коллег1я въ Нью-йорк^^ и Вассарова воллепя въ Паукипс^; во вто-
ромъ изъ этихъ заведен1й въ 1869 г. было 756 студентокъ, а въ по-
сл'Ьднемъ 400. Въ программу преподаван1я входятъ тригонометр1я,
аналитическая геометр1я, высшая алгебра, физика, хии1я, геолопя, бо-
таника, зоолопя, анатом1я, физ1олог1я, риторика, логика, политическая'
ЭК0Н0М1Я и т. д. Ером4^ общеобразовательныхъ заведенШ, въ Америк^^
много спец1ально-медицинскихъ; прежде всего открылся для женщянъ
медицинскШ институтъ въ Филадельф1и, зат']^мъ въ Бостоне и въ дру-
гихъ м']^стахъ союза; некоторые изъ медицинскихъ факультетовъ по-
с']^П1,аются вм^ст^ студентами обоихъ половъ. Въ настоящее время въ
Америк"]^ бол'Ье 300 женщинъ-докторовъ. Веб компетентные педагоги
Америки, на основан1и многол'Ьтнихъ наблюдешй, единогласно утвер-
ждаютъ, что и въ среднихъ и въ выспгахъ учебныхъ заведешяхъ оба
пола абсолютно равны между собою, какъ по способностямъ, такъ и
по усп^хамъ во вс']^хъ отрасляхъ знанхя. Солидное образован 1е давно
уже дало американке возможность взять въ свои руки народное про-
св']^щен1е. Женщпны преподаютъ совершенно на равн^ съ мужчинами
во вс']^хъ учебныхъ заведен|яхъ, въ низшихъ, среднихъ и высшихъ,
въ мужскпхъ, женскихъ и см-Ьшанныхъ. ^Въ Фпладельфхи на 82 учи-
теля приходится 1,112 учительницъ; въ МассачузетсЬ 1,580 учителей
и 4,000 учительницъ; въ Нью-Йорк* 176 учителей и 2,806 учитель-
ницъ; въ нью-йоркскомъ штат* 26,000 учителей и 21,000 учительницъ;
въ огайскомъ штат* 8,348 учителей и 13,220 учительницъ — вообще
въ Союз* на 100 учителей приходится 70 учительницъ.
Образованность и развитость американки давно уже дали ей воз-
можность играть самую видную роль въ семейств* и обп^еств*. ^Сл-
мостоятельность, любовь къ отечеству и къ конституцш, твердость
характера п гордое сознан1е себя республиканкой — вотъ отличитель-
ный свойства американской женщины"— говоритъ А. Циглеръ. Уваже-
Н1е къ женщин* въ Америк* не им*етъ ничего общаго съ тою пош-
лостью, которая изв*стна подъ этимъ . пменемъ въ Европ*; въ Аме-
рик*, это д*йствителБное уваженхе къд остопнствамъ, въ Европ* же —
снисхождеше къ слабостлмъ и недостаткамъ. Американка свободио и
не подвергаясь ннкакимъ оскорблеп1ямъ можетъ разъ*зжать повсезф
союзу, пос*щать мужчинъ, пм*ть какхя ей угодно знакомства. Мно-
Г1Я д*вушкн совершенцо одни проводятъ ц*лые сезоны на водахъ,
живутъ въ нумерахъ гостинннцъ, путешествуютъ вдоль и поперегь
страны, пе возбуждая въ своихъ родителяхъ никакого безпокойства.
„Зд*сь пе легко соблазнить даже пятнадцатил*тиюю д*вушку, если
только она сама не захочетъ поддаться; она очень хорошо знакома
со вс*мн с*тями, который вы думали бы разставлять ей," говорить
Бйма. Соблазнъ д*вушкн, нарушенное обЬщан1е жениться на ней.
291
иал^йшее оскорблеше, нанесенное женщине, рФдЕО остаются безна-
казанными, между т^мъ какъ въ Европе они р'Ьдко наказываются.
Судебные приговоры, напр., въ род* сл4дугощпхъ невозможны пока
ни въ одной европейской стран'Ь. Г. н г-жа Д. жили вм'Ьст'Ё шест-
надцать л*тъ; г-жа Д. поехала во Францш, и въ ея отсутствхе г. Д.
постарался не только разрушить этотъ союзъ, но и очернить ея ре-
нутац1ю. Оскорбленная обратилась къ суду, который н постановилъ:
^хотя надъ ними и не было совершено никакого формальнаго об-
ряда, ни церковнаго, ни гражданскаго, но такъ какъ брачное обяза-
тельство освяп1;ено уже однимъ шестнадцатил'Ьтнимъ сожительствомъ
1хъ въ качеств* мужа и жены, то одного этого уже достаточно, чтобы
считать это сожительство состоян1емъ законнаго брака". Другой слу-
чай. Джонъ Биссель, принадлежащ1Й къ высшему обществу, ухажи-
валъ за б'Ёдною д'Ьвупгкой и об'Ьщалъ жениться на «,ней, но въ сулено-
стн никогда не хот*Ьлъ выполнить этого об'Ьш;ан1я. Девушка настаи-
вала. Наконецъ, однажды Джонъ и его возлюбленная „передълпцомъ
неба" далп другъ другу слово считать себя мужемъ и женой. Черезъ
пять нед'Ьль онъ бросилъ девушку. Судъ призналъ эту связь ^ закон-
««.иг бракомъ^ далъ Беатрис* Бессель формальный разводъ и обязалъ
ея лгулга доставлять ей следуемое содержаше. Вотъ это — действи-
тельное уважен1е къ женщин*! Отъ европейскаго это уважете отли-
чается въ особенности т'Ьмъ, что американка съум*етъ, въ случа*
необходимости, забавить уважать себя. Она, пожалуй, убьетъ изъ
револьвера яаглаго обидчика; она, не стесняясь, явится въ судъ съ
жалобой па соблазнителя, она не упадетъ въ обморокъ при сд'Ьлан-
номъ ей скандал* и всегда постоитъ за себя. Въ своемъ семейств*
американка также самостоятельна, какъ п въ обществ*. Во многихъ
штатахъ жена им*етъ полный права надъ своимъ нмуществомъ, а въ
штатахъ, которые удерживаютъ еще англ1йск1е законы о неправоспо-
собности и опекаемости женщинъ, вступающте въ бракъ нередко даютъ
другъ другу торжественное обязательство — мужъ не командовать же-
ною, а жена — не повиноваться мужу. Экономическая независимость
женщины самымъ благот! орнымъ образомъ д*йствуетъ на семейную
жизнь. Г-я.а Брэддонъ статистическими данными, собранными въ ея
книг* „Очерки зкенскаго пролетар1ата", доказываетъ, что на десять
семей, гд* женщина обезпечена независимо отъ муя:а, приходится не
бол*е одного, въ которомъ жизнь супруговъ отравлена разными дряз-
гами; напротивъ, въ семействахъ, въ которыхъ женщина экономически
внолн* зависитъ отъ своего мужа, одна счастливая жизнь приходит«1
на девять несчастныхъ. Въ этомъ отношеши семейная жизнь также
гораздо лучше, ч*мъ гд* бы то ни было. Зд*сь много женщинъ, жи-
вущихъ своимъ трудомъ. Кром* женщинъ-медиковъ и громаднаго кон-
тингента учительнпцъ, женщины занимаютъ 8Д*сь мног1я администра-
19*
292
тивныя должности, работаютъ на телеграфахъ и въ почтамтахъ, они
уже пробились и на сБамьи нрисяжныхъ и адвокатовъ, они служатъ
архивархусамн, мировыми судьями, библ10текарлми, потар1усанн, даже
пасторами и т. д. Въ америкапскнхъ газетахъ постоянна встр^Ьчаются
теперь Н8в*ст1я въ род* сл*дую|цихъ: „Миссъ Ева Мильсъ, дочь
судьи Мильса, выбрана ревторомъ лавренть^вскаго университета въ
Висконсин']^ „. — „Миссъ Ёлиза Джениннгъ выбрана директоромъ банка
въ Кемфильд'Ь, въ Огайо ^ и т. п. Въ 1869 г. на гражданской служб^^
Соединенныхъ Штатовъ состояло около 1400 женщинъ. Государство
начинаетъ уже третировать ихъ наравн'Ь съ мужчинами. Сооружен1е
статуи Линкольну конгрессъ поручилъ одной д-Ьпушк^-художнид*. Въ
посл'Ьднее ^время амерпканкп начинаютъ даже проникать въ земле-
д-Ьльческую жизнь въ качеств* совершенно самостоятбльныхъ пред-
принимательницъ. Одна корреспонденд1я нью-йоркскаго женскаго жур-
нала „Кеуо1ииоп" сообщаетъ, что „въ Впнланд*, около Филадельф1П,
мнопя женщины обзаводятся фермами и живутъ самосто^^тельно. Между
ними вовсе н'Ьтъ грубыхъ и невоспитанныхъ, а н'Ькоторыя получили
даже хорошее образоваше. Одна изъ нихъ, напр., была л-Ьтъ 16-ть
учительницей въ Массачузетс^ , потомъ, переселившись въ Винландъ,
купила, зд'Ьсь 10 акровъ земли. Вс* работы, кром4 рубки л-Ьса, она
совершаетъ сама съ помощью тринадцатилйтняго мальчика". Въ той
же местности мнопя одинок1я женщины разводятъ болыпге фрукто-
вые сады. Въ 60 ыиляхъ отъ 81. Раи1, разсказываетъ „М1ппе8о1а
МопШу", находится большая ферма со 160 акрами земли, прина-
надлежащая семи д'Ьвушкамъ, которыя переселились сюда три года
назадъ со своими неспособными къ работе родителями. Эта ферма со-
этоптъ изъ обшпрнпго блокгауса, устроеннаго съ прилежашемъ и вку-
сомъ, пзъ помЬщен1й для лошадей, коровъ, птицъ, свиней и изъ 45
возд'Ьланныхъ акровъ земли. ВсЬ безъ исключен1я работы произво-
дятся упомянутыми образованными девушками, пзъ которыхъ млад-
шей 15, а старшей 25 л^тъ. За удовлетворен1емъ потребностей своего
семейства, он* продали въ годъ на 200 долларовъ садовыхъ расте-
ши, 900 бушелей картофеля, 500 буш. мапса, 200 бут. пшеницы, 250
буш. р']^пы и 1,100 кочановъ капусты. Американокъ мы вндимъ н въ
• другой, не мен-Ье трудной профессш, въ морской служб*. Вотъ, напр.,
составъ экипажа одного американскаго брига: капнтанъ Анагность
Апдреасъ, комисаръ — его жена; рулевой — сынъ его Александръ; осталь-
ная прислуга — дв* дочери его и четыре сына. Три упомяпутнхъ жен-
щины управляютъ парусами и сто«тъ въ экстренныхъ случаяхъ на
вахт!^ днемъ и ночью. Образованность и развитость женщины чрез-
вычайно благотворно д'Ьйствуютъ и на положеше фабричныхъ работ-
ницъ. Въ лоуэльскихъ мастерскпхъ, напр., нъ МассачузетсЬ , жииетъ
9,000 работницъ, сошедшихся сюда изъ разныхъ м4стъ Союза. Они
293
построили зд^сь церковь, академ1Ю, устроили публичные курсы, читать
которые пригласили изв^стныхъ профессоровъ, основали журналъ. ВсЪ
они образованы и мнопя изъ нихъ занииаются литературой. Незакон-
ныхъ рождешй вовсе н'Ьтъ. Работница, откладывая половину своей
выручки, черезъ четыре года ско1цлетъ себ'Ь достаточное приданое.
При такой распрастраненности женскаго образовашя и при большемъ
числФ женщинъ, ведущпхъ самостоятельную жизнь, женское движете
съ 1848 г. получило въ Америк'^ особенную силу. Прежде всего было
основано общество равноправности, на первомъ собраши котораго въ
штагЬ Огайо, подъ предс^дательствомъ Бетси Коульзъ, было принято
двадцать дв^ основны[хъ резолющй, составленныхъ по образцу декларащи
о независимости Соединенныхъ Штатовъ. Въ этихъ резолюц1Яхъ между
прочимъ заявлялось, что — „веЪ законы, устраняющ1е женщинъ отъ
права подачи голоса, объявляются нед'Ьйствительными. ]^с'Ё обще-
ственный, литературный, денежный, релипозныя различая между муж-
чиной и женщиной противны природе. — Несправедливо и противо-
естественно им'Ёть различный нравственный мерила для мужчинъ и
для женщинъ''. Въ штат^ Массачузетсъ составился „первый нащо-
нальный конвентъ для заявленья правъ женщины**, открытый р']Ьчью
Полины Дэвисъ, въ которой она заявляла, между прочимъ, о тесной
связи женскаго вопроса съ преобразованземъ вс^Ьхъ сощальныхъ, полити-
ческихъ и • экономическихъ интересовъ и учреждений. „В^къ нашъ —
говорила она — в^къ мира, а женщина есть знамеше мира**.- Конвентъ,
между прочимъ, дринялъ сл^^дующ1Я резолющй. „Каждое совершенно-
летнее человеческое существо, обязанное повиноваться закону и платить
налоги для доддержашя правительства, должно, по справедливости,
пользоваться правомъ подачи голоса. Политичесшя права не им^ютъ
ничего общаго съ поломъ, и слово у^мужчина^ (та1е) должно быть
исключено изъ конституцШ всЬхъ аыернканскихъ штатовъ. „Законы о
собственности, на сколько они относятся къ лицамъ, соединеннымъ
бракомъ, сл^дуетъ пересмотр'Ьть, чтобы вполне уравнять н въ этомъ
отнощешн мужчину съ женщиной.** Женское движете приняло зд^сь
самые громадные размеры; постоянные митинги, лекщи, сотни тысячъ
киигъ и брошюръ, денежные сборы, разный постоянно вознвкаюпця
общества, жедскхй конгрессъ въ Нью-Йорк'Ё, большая часть прессы,
поддержмвающаа женское д'бло, полное сочувств1е къ нему президента
Гранта н верховнаго судьи Чеза, — все это доказываетъ, что женсшй
вопросъ долженъ разрешиться въ этой великой стране въ самомъ
непродалжительномъ времени. О разм^рахъ женскаго дввжен1я можно
судить по следующему обстоятельству. Самымъ талантливымъ и красно-
речивымъ ораторомь и адвокатомъ женскаго д^ла изъ мужчинъ служитъ
Фрэненсъ Трэнъ. Въ конц* 1869 года опъ получилъ следующую теле-
грамму В8Ъ Нью-Йорка отъ г-жъ Стэнни, Броунъ, Стэнтонъ и другихъ
I
294
членовъ общества женской равноправности: „Не угодно да вамъ го-
ворить р^чн въ ОмагЪ 19 ноября, въ Демуан'Ь 21, въ Чикаго 22, въ
Мильууви 23, въ Сенъ-Луи 26, въ ЛуивиллЪ 27, въ Цинцинатти 28,
въ КлевеландЪ 29, въ Буффало 30, въ РочестерЪ 2 декабря, въ Сира-
вузахъ 3, въ Альбанн 4, въ Спрингфильд'1^ 6, въ Уорчестер^ 7, въ
Бостон'Ь 9, въ Гартфорд^ 10, въ Фнладельф1и 12, въ Нью-Йорк! 14?
Скажите да^ и женщины будутъ съ вами. Да здравствуетъ право!*
На вс^^хъ этихъ женскихъ митингахъ Трэнъ былъ и говорилъ р^чв!
Д-Ёятельная пропаганда эманципащонныхъ идей посредствомъ подоб-
ныхъ собрашй, прен1й, публичныхъ л^екщй, книгъ и брошюръ въ по-
сл'Ьднее время особенно усилилась несколькими женскими журналами.
Въ Нью-Йорк'Ь выходитъ „Переворотъ^ подъ редакщей г-хъ Стэнтонъ
н Энтони, въ Чикаго миссъ Уокеръ издаетъ „Агитаторъ", Елисавета
Бернсъ — „Жепск1й Адвокатъ", известная Бичеръ-Стоу — „Домашш!
Очагъ^, мистриссъ Уордъ Бичеръ— „Мать и Семья^ и какой-то аношпгь
редактируетъ „Нью-Йоркск1й Женсюй Адвокатъ^. Между н^мецкямъ
населен1емъ Союза женское движете начинаетъ обнаруживаться также
съ большою силою; н'Ьмки основали свой органъ эманципац1н подъ
назвашемъ „Новое Время^ и устраиваютъ также митинги, какъ н
американки. Вм^ст^ съ пропагандою равноправности, америкаисюе
сторонники эманципащи начинаютъ предусматривать тЪ перемены,
который необходимо должны совершиться въ обществ:Ь съ полинкъ
освобождешемъ женщины. Выше мы уже упоминали, что еще на
„первомъ конвенгЁ женской равноправности^ Полина Дэвисъ развивала
мысль о томъ, что освобождеше женщинъ должно повл1Ять на обще-
ственную реформу и на водворен1е мира. Эта мысль начинаетъ теперь
лрюбрЪтать популярность и въ Америк'Ь и въ Еврол^. На женскоиъ
конгрессе въ Нью-Йорк^, л^томъ 1869 г., изв^^стная французская
писательница Женни д'Эрикуръ предложила основать „всеобщую лигу
для водворешя женскихъ правъ и мира". „Эти два вопроса— лишегь
она редактору „Ье Вгох! йе Гетте" — такъ т*сно соединены между
собой, что мпръ можетъ воцариться только посредствомъ женсваго
вл1ян1я. Пусть вс^^ женщины и мужчины, желаюпие для всЪхъ мира
и права, составятъ священный союзъ, и челов'Ьчество изъ семейства
животныхъ превратится въ разумное семейство, управляемое справед-
ливостью. '^ Въ Швейцархи, на конгрессЬ друзей мира и свободы въ
1868 г. вопросъ о равноправности женщинъ былъ единогласно р^шенъ
въ утвердительномъ смысл:Ь, и ргЬшенъ не только во имя свободы, но
также и во имя мира. Экономическ1й вопросъ въ этомъ двиакетн
стоитъ на первомъ план'Ь. Еще въ 1852 г. въ Америке было основано
„Общество Женскаго Труда*'. Въ сентябре 1869 г. оно нмЪло громадны!
и блестящ1Й митингъ въ Балтимор^Ь. „Мы давно не видели — ^говорить
балтиморскШ „иешосга!" — такого бдистательнаго соединеша въ од*
I
296
ноиъ пункте ума, честности, литературныхъ и ученыхъ от^шшй, та-
кого братскаго согласхя между самыми разнообразными общественными
деятелями и соцхальными ноложен1ями. Все это ясно ноказываетъ,
что женсБ1й вопросъ стоить на очереди своего разр^шен1я". 21 октября,
того же года, былъ другоВ не мен'Ье зам:Ьчательный митингъ работницъ
въ Бостон*]^ подъ руководительствомъ г-жъ Дашэлъсъ, Ландъ, Дженни
Коллинсъ н полвовнива Грина. Приняты резолющи: 1) противъ сбоп-
ден1я капитала п основанной на немъ силы, мешающей развипю на-
рода; 2) за равномерное вознаграждение женсваго и мужскаго труда
при его качественномъ и воличественномъ равенстве; 3) задвижещд,
стремяпцяся къ реформе быта рабочихъ; 4) противъ чрезм'Ьрнаго труда
дЪтей. Вопросъ о полной политической равноправности половъ раз-
р^шенъ уже путемъ законодательнымъ въ территорхи 1омингъ; всЬ
женщины, им'Ьющ1Я 21 годъ отъ роду, получили зд^сь избирательныя
права наравне съ мужчинами. Даже у мормоновъ женщины получили
избирательное право. Стремлеше женщинъ къ этимъ правамъ такъ
сильно, что, по всей вероятности, он^ очень скоро получатъ ихъ.
Какъ во Франц1и, въ Англ1и, такъ и въ Америке женское движете
становится особенно снльнымъ вследств1е того обстоятельства, что
пристаюпця къ нему женщины бросаютъ на время все разноглас1я
политнческихъ партхй, къ которымъ они принадлежать и устремляютъ
все свои усил1я на решеше одного женскаго вопроса. Между амери-
канками идетъ уже агнтацхя, чтобы отказать правительству въ платеже
налоговъ, если конгрессъ не признаетъ „равными всехъ гражданъ
союза безъ различ1я половъ". Множество женщинъ уже уплачиваетъ
налоги не иначе, какъ съ сильною протестацтей. Они утверждаютъ, '
что „кто не имеетъ правъ гражданина, тотъ не имеетъ и его обязан-
ностей; что взвман1е налоговъ съ лицъ, неимеющихъ своихъ пред-
ставителей, незаконно; что, наконецъ, женщины имеютъ полное право
не повиноваться тому правительству, въ выборахъ котораго они не
участвуютъ, такъ какъ законность правительственной власти основы-
вается на соглас1и управляемыхъ".
Независимо отъ этого дввжетя, во многихъ колошяхъ Соединен-
ныхъ Штатовъ женск1й вопросъ уже разрешенъ самымъ радикальнымъ
образомъ въ смысле техъ доктринъ, который обыкновенно называются
утопическими. Свобода и многоземельность Америки даютъ полную
возможность для такпхъ соц1альныхъ опытовъ. Таковы, напр., колоши
«Берлинсшя Высоты'', и „Новыя Времена'', перенесенный недавно въ
Южную Америку. Такова колои1я Насгоба, основанная въ первой чет-
верти настоящаго века талантливою и предпрхимчивою миссъ Райтъ
Въ яНовыхъ Временахъ'', при совершенно рацюнальныхъ экономи-
ческихъ отношетяхъ н при нолномъ равенстве половъ, бракъ совер-
296
шенно' свободеыъ. Мужчина и женщина ногутъ вступать въ форкапннй
бракъ или въ неформальную связь, делать свои отношешя гласншш
или неизв'Ьстнымй для остальныхъ гражданъ, жить въ одномъ иливъ
разныхъ домахъ, расходиться безъ всякихъ формальностей и т. д. Изъ
этаго отсутст1Я законовъ о брав^Ь произошли изв^стиыя обнчння пра-
вила. Тайна сохраняется очень строго и считается нев^^жлввнмъ
спрашивать объ отц^ новорожденнаго ребенка или кто мужъ иди жена
изв'Ёстнаго лица.
„Воздухъ * затемненъ разными проектами женскаго обравовагая",
говорить „Оцаг1ег1у ВеУ1е^" 1869 года, въапр'ЬльскойкнигЬ. — ^Права
в несправедливости, достоинства и недост^ки, настоящее и будущее
женщинъ совершенно овлад^^ли сценой. Ими занимают(1я наши сишя
книги, наши литературные магазины, наши газеты. Въ ученшъ со-
брай1яхъ, въ адвокатскихъ корпорацгяхъ, въ ст^нахъ нарламента раз-
дается эхо вопросовъ, поднимаемыхъ жецщинами*^. ДМствательно,
англ1йск1е журналы и газеты переполнены статьями по женскому воп-
росу; МН0Г1Я книги и брошюры посвящены тому же; издается особый
дманципац1онныйжурналъ;на многочисленныхъ митингахъ и публичмнхъ
лекщяхъ тоже постоянно толкуютъ о женскомъ д'&л^. Главными ц'Ьлями
этой агитащи служатъ распространеше и улучшеше авенскаго образо-
ван1я, равноправность семейная и равноправность политическая.
Для распространешя образовашя основано несколько обществъ, и
въ 1869 г. университетсюе профессоры читали уже публичные курсы
для женщинъ въ Манчестер'^, Баудон'Ь, Йорк'Ь, ШеффильдЪ, НьюкэстлЪ,
Ливерпул^^, Лидс']^, Брэдфорд']^^ Клифтон-^Ь, Чельтенгэм1^, ЭдинбурН&,
Гласгов^ и БельфэстЪ. Предметомъ чтец1й были истор1я, англйсхая
литература, логика, физика, астроном1Я, хим1я, б10Л0Г1я, математика!
т. д. Объ усп'Ьхахъ женщинъ всЪ профессора даютъ самые ле1стнне
отзывы. Лекц1и въ Соутъ-Кенсингтонскомъ музе'Ь читались см'Ьшаниой
аудитор1и слушателей обоего пола, которые подъ конецъ были под*
вергцуты общему экзамену. На этихъ испытан1ахъ положительивй
перев'Ьсъ остался за д'Ьвицами. Так1е же экзамены были произведены
слушательницамъ -и другихъ курсовъ въ различныхъ городахъ, и везд^,
по общему отзыву, усп'Ьхн ихъ превзошли вс^^ ожидан1Я профессоровъ
и общ1й уровень уснЬховъ университетскихъ студентовъ. Вотъ что
говоритъ, напр., въ журнал* „Г^а^иге", 1870, № 33, прОф. Фраверъ,
преподающей женщинамъ логику и философ1ю: „У мена было 65
слушательницъ. 48 изъ нихъ принимали участхе въ окончательныхъ
эквамеиахъ и всякаго рода пспытангяхъ. По м'Ьр* разввт1Я моего курса,
я все бол'Ье и бол1зе убеждался, что ученицы мои, по своимъ способ-
ностямъ и прилежан1ю, могли равняться тоыгько съ наибол'Ье даро-
витыми и трудолюбивыми студентами, какимъ я когда-либо им^лъ
счаспе преподавать. '^ Университеты лондонскШ, дублннскШ и кэм-
297 ^
бриджсюй открыли уже женщинамъ доступъ въ своикъ ученымъ сте^
пеняхъ и экзаменанъ. Эдннбургск1й университетъ уже прияЕмаетъ
женщнн^ въ качеств'^ студентовъ. Въ 1864 г. основано женское хедн-
цннское общество для образовашя епещалистокъ-аЕушерокъ, и съ этою
цЪлью открыта съ довольно обширною протраыиой женская медицин-
ская колет. Идетъ самая сильная агитац1Я въ пользу высшаго об*
раэоватя женщннъ. Образовательная д^тельность усиленно распро*
страняетсд и на женщннъ ннзшихъ классовъ. Въ Геддерсфельд'Ь, напр.,
въ 1867 году было уже 22 класса и 16 учителей обоего дола для
обучен1Я д^вочекъ и. взрослыхъ женщннъ грамотности, арифметике,
англ1бской истор1и, астровом1и; для ннхъ же читается ежемесячно по
одной вублнчной лекц)и. Въ Брэдфорде сл^дуютъ той же системе
образовашя. Въ 1857 г. учеиицъ было зд^сь 100, а въ 1864 г. число
ихъ возрасло до 858, они им^ли отъ рода отъ 13 до 31 года; въ
1868 году ихъ бнло 959. Даже въ англ1йсшя колон1И посылаются
миссш для распространешя тамъ женсках'О образовашя. Такъ, мнссъ
Карнентерь отправилась въ Индустанъ съ намерен1емъ основать нор-
мальныя школы для д^вушекъ въ Калькутте, Мадрасе и Бомбее.
Некоторы яндусск1е аристократы поддерживаютъ ея дЪло своими по-
жертвовашями и готовностью обучать своихъ родственлицъ.
Реформа брачныхъ завоновъ служнтъ второю цЪлью англ1йскаго
женскаго движешя. Мужъ, по англ1йскому праву, полновластный пове-
литель жены и собствевннкъ всего ея имущества. Все приданое жены
и всЬ заработки ея до посл^дняго гроша принадлежатъ супругу. Жизнь
замужнихъ женщннъ, особенно въ ннзшихъ классахъ, сплошь и рядомъ
исполнена величайшихъ страдан1Й, и англШская пресса нередко раз-
скаанваетъ так1я семейныя трагедш, отъ которыхъ просто волосы
становятся дыбомъ. ПослЪ этого понятно, что въ журналахъ и на
ммтингахъ, въ публичныхъ р^чахъ и въ петищяхъ къ правительству
англичанки требуютъ себ^ пмущественныхъ правъ и ограничешя
мужниной власти. Даже принципы руссваго законодательства въ дтомъ
отношети кажутся достойными завнстп, и „Рп^ИзЬтгошап'в Бетхе?^"
въ иольской книгЬ 1869 г. въ поученхе своимъ читательнпцамъ говоритъ,
что они, вероятно, „изумятся, узнавъ, что по законамъ о прав^ голоса
и собств^ности замужнихъ женщннъ Росс1я стоитъ впереди Англ1Н''.
Но н^^тъ сомн^шя, что еще на нашнхъ глазахъ Аигл1я далеко пере-
гонвтъ Росс1Ю даже и въ этомъ отношеши. Двизкеше въ пользу имуще-
ствганыхъ правъ женщины такъ сильно, а общественное мнЪше такъ
благосклонно къ нему, что не сегодня — завтра права жены будутъ
пртананы, т'Ьмъ бол^е, что число женщинъ, заинтересованныхъ въ зтомъ,
довольно велико; изъ 1 1,900,000 женщинъ Англ1Н и Шотландш 3,800,000
живутъ свонмъ трудомъ. Въ 1870 г. законъ, дозволяющ1й женщинамъ
. 298
владеть собственностью независшо отъ нужеЯ, въ палатЬ общвиъ,
при вторичнонъ чтеши, принять безъ голосовашя.
Этинъ требован1я женщинъ не ограничиваются; по всему соедн-
неннону королевству они устраиваютъ митинги, говорить рЪчи, по-
дають петищи о призианш за ними избирательнаго права наравне съ
мужчинами. Въ этомъ желанш роскошный лэдн сходятся сь простыми
б:Ьдными горничными и въ разныхъ м^Ьстахъ Британ1Ц составлшютъ
„Общества женскаго избнратеагьнаго права*' (8ос1е1у {ог \^отеп'8
8ибРга^е). Женсшя петид1и обь избирательномъ прав'Ь завалнваютъ
собою парламентъ; отъ одного Лондона подана была петищя съ 21,783
подписями; въ 1869 г. въ парламенте было принято 260 женскнхъ
петиц1й отъ разннхъ м^стъ и обществъ, съ 61,548 подписями, но и
эта почтенная цифра далеко еще не полна. Въ 1870 г. эта агитащд
шла съ прежнее силою, и Брайтъ преДставилъ отъ женщинъ новую
петиц1ю, вполне благосклонно принятую многими членами парламента.
ЛБэнск1я притязашя на политичесшя права далеко уже не встр^чаютъ
въ англШскомъ обществе того противод'3^йств1я, какъ кЬсколъ^о л'Ьтъ
назадъ; въ палате общинъ 73 члена подали голосъ въ пользу пред-
ложен1я Милля о призианш за женщинами нзбврательныхъ правъ.
Женщина д'Ьлается силоб и все начинаетъ льстить ей. И въ 1870 г.
англичанки уже получили право на участхе въ муниципальннхъ вы-
борахъ. 3 мая 1871 г. было снова представлено въ палату общинъ
420 петищй обь избирательныхъ правахъ женщинъ со 150,000 подписей.
Билль, внесенный по этому поводу Брайтомъ, отвергнуть большинствокъ
220 голосовъ противъ 161.
Въ Итал1и вопросъ о женской эманципащи доходилъ уже до парла-
мента. Заботы о женскомъ образован1и, особенно высшемъ, занимаюсь
вд!ксь множество лицъ. Въ Венецш открывается женсшй лицей. Оргаиохъ
женскаго дЪла служить газета „Ьа Ооппа^, редактируемая г-жами
Беккари, Мадзони и др. Не мало выходить книгъ и брошюръ, по-
священныхъ этому вопросу. Въ одномъ изъ этихъ издашй г-жа Франвъ,
выражая желаше всей эманццлащонной парт1и, требуеть для женщинъ
солиднаго образовашя, научнаго и профессюнальнаго, выражая надежду,
что итальянки получать и избирательный права. Они давно уже до-
стойны ихъ. „Когда итальянское юношество — ^говорить г-жа Франкъ—
"* было призвано на битву за независимость отечества, тогда обратились
также къ патр1отизму и могучему влтянш женщины. Она со страстью
принялась за д^ло и еод'Ьйствовала всЬми своими силами возрождея]Ю
Итал1и. Она участвовала въ общественныХъ демонстращяхъ, возбуж-
давшихъ и поддержйвавшихъ духъ народа, она собирала пожертвовашя
въ пользу ранеиыхъ; она помогала изгнанникамь; возбуждала людей
нер^^шительныхъ, награждала храбрыхь и наказывала трусовь своимъ
презрЪшемъ; она безбоязненно шла и подь судь и въ тюрьму, и въ
299
ссылку. Будучи призвана къ д-Ьлу, она явилась благородною и храброю**.
Въ Герман1И женсЕ1Й вопросъ находится въ гораздо лучшемъ поло-
хен1и,' ч^иъ въ Итал1и; зд']^сь для него давно уже приготовлена хо-
рошая почва чрезвычайною распространенностью народнаго образоватя.
С'Ьверная Герман1я, особенно Пруссхя и Саксошя, славятся своими
школаии, изъ воторыхъ низш1я почти всегда общ1Я для обоего пола.
Ирусс1Я въ последнее время им'Ьла 31,000 первоначальныхъ и 46,000
второстепенныхъ шеолъ для д^вочевъ. Въ БерлиЁгЬ одно только за-
ведете Фридриха Вильгельма им'Ьетъ 2,200 ученнвовъ обоего пола.
Недавро составилось общество для основашя въ Берлвн']^ высшаго
воммерческаго училища для жеащинъ. Въ 1869 г. открыты женсвхй
лицей въ Бреславл'Ь и женская акадеихя Викторгя въ Берлине, въ
которую тотчасъ же поступило около 200 д4вушевъ. Въ Лейпциг* съ
1804 года существуетъ высшая городская пгеола для 1,200 учениковъ
обоего пола. Университеты в*нск1Й и кенигсбергсшй открылись для
женщинъ. И хотя медпцинскЩ дипломъ, о пр1обр1^тети котораго
хлопочетъ большинство студентокъ, не даетъ еще права на лечете,
но, по новому закону, медицинская практика объявлена совершенно
свободною, в заниматься ею теперь могутъ нетольво женщины-медики,
но и ВС*, кто хочетъ. Въ последнее время по всей Герман1и начали
основываться реальный школы для женщинъ, цЪлью которыхъ служитъ
обучете ихъ разнынъ ремесламъ. Не только простолюдинки, но и мно-
жество д^вушекъ иаъ средняго сослов1я стремится въ эти школы и
по, выход* изъ нихъ начинаетъ жить своимъ честнымъ трудомъ. Тавъ
какъ женщинамъ должно открыть доступъ ко вс*мъ професс1Ямъ, то
германск1е сторонники женскаго д*ла посредствомъ школъ н обществъ
хотятъ подготовить нхъ ко вс*мъ професс^ямъ, эманципировать женсшй
трудъ в т*мъ положить прочный основы экономической независимости
женщины*). Постоянное стремлеше женщинъ къ расширешю ихъ
*) Въ в1жоторухъ м^стностяхъ Гер11ан1И жевск1й трудъ развить очень сильно.
Въ Бердие^, напр., занимающихся ч^иъ пнбудь мужчинъ и жевщивъ приходится
относительно не занимающихся, какъ 1 : 1,45 для мухпинъ и 1 :д,40 для женщинъ;
мужской прислуги 5,596 чел., а женской— 42,689; портныхъ приходится женщинъ
но 1 яа 81 жительницу, а мужчинъ по 1 па 87 жителей; занимающихся прачешннмъ
ремесюмъ и пятвовыводчествомъ женщинъ 1 : 108, мужчинъ 1 : 7478; торговлекг
жеищянъ 1:115, мужчинъ 1 : 12; восш1тан1емъ и обучеп1емъ д^тсЙ женщинъ 1 : 20в,
мужчинъ 1 : 148, и т. д. Изъ 80,636 вдовъ жнветъ собстпепнммъ трудомъ 20,124. —
Благодаря такому развит1Ю женскаго труда, въ Гермаши теперь не р11Дко можно
встретить примеры чисто амерпЕннскоЙ везавпсимости женщины, подобие тому, о
которомъ разсказываетА Фанни Левальдъ. «Дочь одного богатаго башмачника, ра-
ботая на швейной машин 1-., нажвваетъ до 800 талеровъ въ годъ. Я спросила его,
работаетъ-ли она у него въ мастерской? — Н^тъ, отв^чалъ онъ,— я не хочу им^ть
денежные раэсчетн съ моими детьми. Она работаетъ для большого магазина пальто
и жавтил1и, и я никогда не спрашиваю, на что она держнтъ заработанняя деньги.
300
образовая1я должно яринести хорош1е плоды въ близкоиъ будущехъ*
Женское Д'Ьло въ Гермаши уже нЪскольво л^тъ имЪетъ свои спе-
щальные органы, вавъ напр., „АП^етехпе Ггаиеп2е1(;ип§^, „Кеиеп
ВаНпеп*", издаваемые Луизою- Отто Петерсъ и др.""). Книги, брошюра,
девщн, митинги, общества по женскому д^Ьлу зд^сь также многочисленны
и часты, вакъ въ Англ1н. Эта агнтацш им'Ьетъ самый обширныя ц^кли^—
1) Основаше стинендШ для женщинъ въ гимназ1яхъ и универснтетахъ.
2) Даровое образован1е бЪдныхъ дфвушевъ въ низшпхъ и внспшхъ
учебныхъ заведешяхъ. 3) Донущен1е женщинъ хъ занлтш государ-
ственныхъ долакностей. 4) Учрежденье вспомогательныхъ и пенаонныхъ
вассъ для заслуженныхъ учцтельиицъ, гувернантовъ, нянекъ, и вс^хъ
вообще женщинъ съ пользою трудящихся на поприще воснитан1л,
науки или освобождешя женщины, и т. д. Женскхя ассоьцащи,
или Ферейны, врзникаютъ во вс^Ьxъ мЪстахъ союза и приготовляя
женщинъ къ разнообразнымъ дрофессгямъ, значительно улучшаютъ
услов1я женскаго труда, освобождая его отъ эксплуатацш хозяевъ.
Не отличаясь радикалвзмомъ, масса нЪмецкихъ женщинъ и ихъ сто*
ронниковъ вм^етъ преимущественно практическое направлеше и устрем-
ляетъ вс^^ свои усил1я на расширенге сферы женскаго труда и на его
бол^е рац1ональную организацш.
Въ Швещи женская эманципацхя также сильно волнуетъ общество;
здФсь также хлопечутъ о расширенхн гражданскихъ правъ женщины
н о доставлети ей новцхъ производительныхъ 8авят1й въ области на*
роднаго образованхя и медицины. Еще въ 1866 г. шведскому сейму
былъ прсдставленъ билль о допущеши женщинъ „ко вс^^мъ ввяя'пяшъ
и должностямъ'' и объ отк1шт1п для нихъ доступа въ университеты.
Въ настоящее время женщинамъ открыть зд']^сь Каролинсшй инсти-
тутъ, въ которомъ он^ ВМЕСТЕ со студентами изучаютъ медицину, а
также университеты упсальск1й и лундскхй и вновь открываемая меди-
цинская коллепя въ ГотенбургЪ. Медицинская практика дозволева
Ей теперь 22 года; съ оятьпаАДати.1:Ьт11лго возраста ова на<1ала заработывать ця
себЯ| и теойрь п]|1;етъ озою 1200 талеропъ. По года три вазпдъ она нознакошлась
съ холодымъ студевтомъ медицины очень 61'лнаго происхождения, кпторыб са»
пролохилъ себ^ дорогу въ школ'Ь и въ университете. Она ип^ ничего ле оов1;ряла
и онъ также, но онъ часто ходптъ къ намъ, и я зиаю, что она уже 1ва года похогаегь
ему деньгами, чтобы онъ могъ давать мен'Ье частныхъ уроковъ и им^жъ время скорее
приготовиться къ выпускному экзамену, для котораго она тоже, вероятно, свабднтъ
его нужными средствами. Кеда доДдетъ до спадьби, я дамъ приданое» о т. д
«Такнхъ прпм^ровъ я могла бы лривестп множество», говорить Ф. Левальдь.
*) Эти органы возбухдаютъ во многихъ такую сильную оппозиц1ю, что редакторъ
к АИ^. Егаоеисе^шп^» получидъ однажды изъ Граца письмо, въ которомъ ему грозять
смертью, есян онъ ве перестанетъ агитировать въ додьзу допуска женщинъ въ уии-
иерснтетн!
301
»
женщинами н& одинаковнхъ правахъ съ мужчинами. Журналъ, давно
уже основанный известною писательницею Фредерикою Бремеръ, нро-
пагандируетъ въ дтой стране въ пользу хенсваго д&1а.
Даже въ Испан1и, въ этой изув'Ьрной стран^^ поповъ, ревнивцевъ
н женщинъ, запертыхъ въ терема, — даже въ Испаши святое д^ло жен-
сваго освобождешя нашло себ'Ь не мало горячихъ поборни1Еовъ. Въ
мадритсБОмъ университет'Ь уже открылись публичный лекщи для жен-
щинъ, им']^ющихъ ц'&кью дать нмъ возможность я подняться до уровня
современнаго внашя н обязателъствъ, налагаемыхъ настоящижъ вре-
менемъ^, вакъ выразился въ своей вступительной левщи ревторъ уни-
верситета Фернандо-де-Кастро. Иснансше еманципаторы издаютъ свой
журналъ, ^^Прогрессъ^', воторый печатается въ Лиссабон'^ изам'бнилъ
собою существовавшую въ этомъ городе газету „ЖенсвШ голосъ**.
Въ Богемш, Бельгш, Голланд1и, Грецщ Финляндш — всюду жен-
свое движете находитъ отголоски^ Въ Швейцар1П' основана „женская
международная ассощащя**, въ члены 1соторой приглашаются ^'всЪ
дамы, воодушевленный благороднымъ ж&^ашемъ сод'Ьйствовать улуч-
шен1Ю судьбы женщины, ея умственному развитш и равноправности".
Цюррхсв]й унпверснтетъ давно уже доступенъ жеищинамъ, въ 1870 г.
въ немъ изучало медицину 14 женщинъ, въ томъ числ'Ь 9 руссвихъ.
Въ 1871 г. вънего поступило вновь 3 англичанки и 6 руссвихъ, всего
слушало левцш 30 женщинъ.
Дааю въ Турцш основана женская аманципащонная газета, кото-
рая издается женщинами въ Констаптннопол'Ь , на гречесвомъ языв^
Тавимъ образомъ, женское движете Европы и Америки им'Ьетъ-
Ц'Ьлью: 1) повышенхе жевскаго образован1я до одного уровня съ муж-
скимъ, 2) семеЛную и политическую равнопрадность ноловъ. Женск1Й
вопросъ такъ настоятельно требуетъ отв']Ьта, что отъ него нельзя ох-
д'Ьлываться словами, это вопросъ жизни пли смерти. Женщины „не
просятъ уже болЬе милости, а требуютъ справедливости*^, восклицаетъ
Женни д'Эривуръ. И не только восторженный эманципированныя аме-
риванки 1Х)ворятъ, что у^хЛожя мужчины уже сп^та, п очередь теперь
за жевщцноЁ^, но даже серьезн'Ьйш1еизъ современныхъ мужчинъ про-
никаются глубоЕимъ уб'Ьждетемъ того, что эманципащя женщины бе-
зусловно необходима для дальн']^йшаго общественнаго прогресса. Мы
неговорнмъ уже о Маццини и подобныхъ личностяхъ,— самый сдержан-
ный, самый серьезный и, по крайней м^^р'Ь у насъ, самый популярный евро-
пейсв1Й мыслитель Д. С. Милль въ своемъ письм']Ь въ петербургскимъ да-
мамъ высказываетъ свое „глубокое уб&кдете въ томъ, что нравственный
и умственный прогрессъ мужчинъ сильно рискуетъ остановиться или
даже пойдти обратнымъ ходомъ, если развитге женщинъ останется
далеко позади отъ мужского; и это не потому только, что при воспи-
302
танш дЪтей ничто не можетъ зам'Ьнить матери, но и оотоху, что на
самого мужчину въ вначительной степени влшютъ характеръ и идеи
его додруги; женщина если не толкаетъ его впередъ, то небходимо
увлеваетъ назадъ^.
XXI.
По общему закону исторической жиани, изображенныя нами выше
стремлешя женщинъ должны были вызвать сильную реакцио про-
тивъ нхъ дЪла. И реаБща не заставила ждать себя, она настала, она
явилась во всеоружш подъ формою религ1и, науки, полищи, обще-
ственнаго мн'Ьтя.
Самымъ р^зкимъ н откровенпымъ изъ реакщонныхъ явленхЯ, враж-
дебныхъ женскому д']Ь1у/ служить мормонство— -эта г^бая смФсь суе-
вЪр1й и варварскихъ обычаевъ самыхъ разноебрйзныхъ религгй, начи*
ная съ правнлъ магометанства и кончая обычаями амернканскаго ди-
каря. Мормонство бол1^е всего выдается изъ уровня другихъ секть
возстановлетемъ нолвгам1и. Понятно, что такая вЬра должна была сд'Ь-
лать быстрые успехи среди ткхъ поддонковъ нов'Ьйшаго общества,
для которыхъ клубничка и любовь на вс^ манеры служатъ высшею
ц'Ьлью жизни, а рабское положеше женщины является священнымъ
эакономъ природы, но для которыхъ, въ то же время, необходима ка-
кая нибудь внешняя санкц1Я такого нхъ доведен1я, чтобы успокоить
ихъ совесть, привыкшую основываться не на софизмахъ, а на рели-
гюзныхъ предппсатяхъ. И ^^Ъйствительно, въ рядахъ мормоновъ вовсе
н'Ьтъ образованныхъ индифферентистовъ, для которыхъ въ д1иахъ
половой любви не существуетъ никакихъ правилъ, никакихъ нравст-
венныхъ ограничен!!!, для которыхъ вовсе не требуется ни религ1Я,
ни философской системы, освящающей ихъ порокъ, и которые, поэтому,
безнравственнее мормоновъ въ тысячу разъ. Мормоны всЬ почти пря-
надлежатъ къ низшимъ въ умственномъ отношен1и слоамъ общества.
Въ рядахъ ихъ не являлось до сихъ поръ сколько нибудь зам^Ьчатель-
ныхъ личностей. По уму, пророкъ ихъ Джозефъ былъ ниже всякой по-
средственности, а изъ другихъ учителей и „апостоловъ'' некоторые
были даже безграмотны, что р'Ьдкость въ Амерпк:Ь. На подобныхъ лю-
дей столь грубое учете должно было действовать увлекательно. Въ
1830 г. въ Америке было только 6 иормоновъ,!! въ 1866 г.— 160,000
въ Америке, да 45,000 въ другихъ частяхъ света. По учетаю мормо*
новь, „богъ есть лицо съ видомъ и плотью человека'', у^ Мужчина яри-
надлежптъ пь роду боговъ^ получаетъ посредствомъ женитьбы право
на небесный престолъ; ею жены и дп»тн составляютъ царство его не
только на земле, но и на небе''. „Бракъ обязателенъ, потому что по-
303
рознь ни мужчина, ни женщина не могутъ исполнять воли Бога, ибо
каждое челов'Ьческое существо обязано приготовить обиталище изъ
плоти для ожидающихъ рождешя на свЪтъ безсиертннхъ духовъ^.
Многоженство, возвещенное откровенхемъ свыше и вошедшее въ закон-
ную силу съ 17 августа 1852 года, основывается на прим^р^ Авра*
ама и другихъ святыхъ ветхаго завета. Не им^ть много женъ, зна-
чить не быть хорошимъ челов'Ькомъ, значить никогда не достичь вид-
наго м^ста въ мормонской 1ерарх1и. У нын']Ьпгаяго главы мормоновъ.
Юнга, дв']Ьнадцать женъ, разд^ляющихъ его ложе, кром'Ь множества
женщинъ, носящихъ только одно почетное назваше супругъ пророка.
У апостоловъ отъ 3 до 7 женъ у кахдаго. Бракъ разделяется на
временный^ заключаемый только на время земной жизни супруговъ, и
тчныщ имеющШ продолжаться и за гробомъ. КромЪ того, существуетъ
еще особенный, фиктивный бракъ живыхъ съ мертвыми, чёмъ святые
нужъ, т^мъ бол^е шансовъ для его женъ насладиться величайшими
удовольств1Ями загробнаго блаженства. И вотъ, фанатичныхъ женщинъ
сластолюбивые вюрмоны соблазняютъ выйти за какого нибудь умер-
шаго святого ихъ церкви, а сами вступаютъ въ роль земныхъ пред-
ставителей покойваго. Отвергнувъ моногам1ю, мормоны отвергли и су-
ществующ1я ври ней запретительный правила относительно брака
между ближайшими родственниками, и зд'Ьсь можно вйд^ть у одного
мужа трехъ женъ — мать, дочь и внучку. Многоженство отразилось
зд'Ьсь на жеищинахъ, какъ и везд'Ь; они во вс^хъ своихъ пргемахъ я
двнжешяхъ необыкновенно тихи, засгЬнчивы, вялы, утомленны. Въ
семейной жизни ни одна женщина не властвуеть, ни одна не является
полной хо^йЕой. Когда вы сидите у мужа, разсказываетъ Дпксонъ— >
то женъ приводятъ въ гостиную точь-въ-точь, какъ у насъ д-Ьтей;
они появятся на минуту, подадутъ руку и загЬмъ изчезнутъ, какъ
будто чувствуя себя не на своемъ м-ЬсгЬ между людьми. Большинство
ихъ тяготится своимъ рабскимъ положентемъ.
Мы сов']^товалп бы вамъ, господа противники эманципащи, распро-
странять мормонство и хлопотать о возстановлен1п въ ЕвропЬ поли-
гамии,— для вашпхъ рабовлад^льческихъ замысловъ и наклонностей
это было бы несравненно полезн'Ье всЬхъ вашихъ подвиговъ и инси-
нуад1й, посредствомъ которыхъ вы^думаете остановить развиттеженскаго
вопроса! *
Множество сектъ, новыхъ по происхожден1Ю, но старыхъ по своимъ
дуалистическнмъ в'Ьровашямъ, отвергаютъ бракъ и вообще удовлетво-
реше половыхъ потребностей, хотя н4которые изъ этихъ сектантовъ
и признаютъ полное равенство обоихъ половъ. Сюда же нужно отнести
и т^ реформатск1я секты, которыя хотя и не придерживаются аске-
тазма, но ведутъ такую ригористическую жизнь, такъ проникнуты
^истЪйшими патр1архальными началами, ч1?о ихъ общины на долго еще
304
останутся вжЬ энанцияащонннхъ вляшй современной ябизни. Таковн
напр., МН0Г1Я колон1н гернгутеровъ.
Но упомянутыя нами явления составляютъ лишь незначительную
часть реащшнныхъ движен1& противъ женской Э11авцваац1н. Женское
д^о связано ткскЪйшЕЖл узами со вс^ми важнейшими сощальннмв
вопросами, н изъ этого ты можешь понять, читательница, сколько у
тебя протнвннковъ; изъ какихъ самшсъ разнородныхъ элементовъ со-
стоить ихъ ^лагерь. Взгляни на диспозищю этой арм1н и измерь ея
силы.
Вотъ авангардъ... Брнтыя макушки головъ, оригинальные костюмы
хатолическаго духовенства, кардинальски шапки и роскошная тра
святЪйшаго отца, заклят1я и ув!Ьш;ан1я, кадильный дымъ, „ребро Ада-
мово*^, неодобрительное ловеденхе Евы, хвалы безбрач1Ю, анафемы вс^хъ
составляющимъ, исполняюш;имъ и уважаюш;имъ законы о разводе и
гражданскомъ брак^. Въ хвосте колонны идетъ н^^шй старецъ нзъ
пред^довъ росс1йскихъ и велегласно восп^ваетъ: „что есть жена? свя-
тымъ облажница, поко1]ш;е зм1ино, д1аволь ув:Ьтъ, безъ ув^та болезнь,
сиасаемымъ соблазнъ, безъисц^льная злоба, вупница б'&совская, гости-
ница жидовская!^
Важно и медленно движется вторая колонна, — тяжелая артнллерш
статутовъ, уложен1й, сводовъ и кодексовъ. Стражи ветхихъ законовъ,
жрецы престар'Ьлой Фемиды шествуютъ съ безстрастною серьезностью
и только въ конц'Ь колонны какой-то россхявннъ горячится и кричать
зычнымъ голосомъ: „ну, бабье-ли это д'Ьло? розгачами пхъ1^^
Безъ фрунта, безъ порядка, въ допотопныхъ ^ракахъ и съ огром-
ными фолхантамп выступаютъ люди древн1е, беззубые, пл^^шивне, кри-
вые иглух1е — то старая гвард1Я европейской науки. Что они.шамкаютъ
другъ другу свопми старческими губами- разобрать невозможно. Иду-
щая за ними молодая гвард1я'ж21в1^е и разнообразнее; юристы, есте-
ственники, политико экономы, историки — век готовы задушить или
одурманить новую женщину искусными софизмами и цитатами на
всЁхъ яэыкахъ земного шара. Въ хвост'Ь пдетъ н:Ьсколько учеиыхь
росс1янъ, которые открыли способъ отд'Ьлываться отъ жаждущихъ зва-
Н1Я женщинъ, способъ, состоящ1й въ литературной инеинуащи и въ
томъ, чтобы елико-возможно бол1^е усыпать свои лекщи непристой-
ными шутками и сальными разсказами.
ДалЪе волнуется пестрая толпа обывателей всЪхъ странъ, — ^англИ-
ск1е лорды, русск1е цЬловальники, французск1е банкиры, н'&мецше кол-
басники, ханжествующ1я барыни,, Фамусовы и Скалозубы, Чичиковы в
Ноздревы, Афонасьи Ивановичи и 11ульхер!ц Ивановны, Кирсановы и
герои Островскаго. Титъ Тптычъ Брусковъ замыкаетъ шеств1е, угро-
жаетъ вс^мъ бабам ъ превратить ихъ фпз1оном1и въ чортовы переч-
ницы*
305
Колонна жрецовъ любви и сладкой н^гн,— ноэфовъ, нувеллистов^,
живописцевъ, музнкантовъ, восп'Ьвавшихъ любовь, полкалуй даже до-
пускающихъ свободу чувства, но отвергающихъ свободу женщины.
Хорь п^сенниЕОвъ подъ дирекцхей Всеволода Крестовсваго поетъ —
„для любви одной природа насъ на св^гь произвела"... Позади «дуть
коляски съ камелхяни, содержанкавга и гулящими барынями; въ одной
нзъ нихъ Авдотья Никитишна Кукшина съ компашей пьетъ шампан-
сжое и кричитъ во все горло: у1уе Гатоиг! У1уе Гетапс]ра110п с1е 1а
Геште! И въ ея пустой головенке н'Ьтъ даже и мысли о томъ, что при
„ешапараНоп* она должна будетъ трудиться, а въ ея бумажномъ
сердце не найдется и капли сочувств1Я къ труженицамъ женскаго д'Ьла
и къ унылой, задавленной, многострадальной матери народа, яоложе-
хеше которой требуетъ гораздо большихъ и скорЬйшихъ заботъ, ч'Ьмъ
положетае барынь въ род:Ь Еукпшной...
Какъ же дЪйствуетъ эта арм1я? Въ нашемъ любезномъ отечеств!
она д'Ьйствуетъ преимущественно страхомъ *н сплетней. Наши консер-
ваторы видятъ въ женскомъ д^Ъ прежде всего попытку разорвать
всЪ узы, налагаемый закономъ, релипей и обычаемъ на половую страсть,
I водворить, въ современномъ обществ'^ нравы Содома и Гоморры.
Во вс^^хъ выходящихъ изъ обыденной рамки д'Ьйств1яхъ женщины эти
господа чуютъ' клубничный букетецъ и воп1Ютъ о страшномъ распро-
странеши разврата. Такихъ людей не мало на Запад']^, но особенно
много у насъ въ Россш, гд! въ крестовомъ поход'Ь противъ женщинъ
новаго направлешя соединились ъсЬ отживппя литературный силы съ
Асвоченскимъ въ хвостЬ. Писемсшй, Стебницк1й, Авенар1усъ стяжали
себ'Ь неувядаемую славу, изобразивъ мнимую развращенность эманцн-
юфованныхъ женщинъ такими красками, что при чтеши нхъ романовъ
у любителей клубники начинается нервная дрожь удовольствгя и сладо-
страстное слюноистечете. Возможность этихъ безсов'Ьстныхъ паскви-
лей объясняется прежде всего запросомъ известной публики на скаб-
резный книженки, нашимъ общественнымъ скудомысл1емъ, суеверною
боязнью какихъ-то призраковъ и еще следующими двумя обстоятель-
ствами. И въ Европе и въ Россш всегда много было людей,"" вся жизнь
которыхъ проходила въ служети Венера. До распространешя идей о
хевсвой эманципащи они развратничали втихомолку, прикидываясь
передъ обществомъ Лукрещями и 1осифами. Нравственный, обществен-
ныя и релипозныя поняпя, въ которыхъ они воспитывались, расхо-
дились совершенно съ нхъ жизшю. Но вотъ появились признаки эман-
цндац1и; упомянутые шелопаи ухватились за эти новыя идеи; не по-
иявъ н исказивъ нхъ, они начали прикрывать модною формою нхъ
свои гр'Ьшки. Авдотья Никитишна Кукшина со своей мужской компа-
шей развернулась во всю ивановскую и пошелъ пиръ горой. „Раз-
вроггь, раввратъ одннъ эта эманципацтя**, затвердили доморощенные
90
306
философы, и въ доказательство своей мысли приводили женщинъ кук-
шинскаго типа, приплетая тутъ же женщинъ, неимЬющихъ съ Ав-
дотьей Нивитишной ничего общаго, кром^ нгЬвоторыхъ чисто наруж-
ныхъ признаЕОвъ,— д'Ьвушекъ, пос4ш.ающнхъ лекц1и и анатош1ческ1й
театръ, неносящихъ длинныхъ волосъ и кринолина, или осм^^вшихся
полюбить чистою любовью, презирающею всЪ нелепые предразеудви;
къ этой же вуч'Ь причислялись и акены, разошедлияся со своижи не-
годными мужьями, и вообще вс^Ь женщины, чЪмъ нибудь р^^ко воввн-
шавш1яся надъ уровнемъ т'Ьхъ жалкихъ, забитнхъ рабынь, которнд
одни только и могутъ удовлетворять рабовлад^^ьческге, глуповсше
вкусы сикофантовъ и подъячихъ нашей литературы. Подъ вл1ян1екъ
упомянутыхъ пасквилей на женщинъ новаго направлетя обществен-
ное мн:Ьн1е до того вооружилось противъ нихъ, что ихъ чуть-чуть не
таскали въ чижовку за неношете кринолина, а некоторые не прочь
были над4Ьлить ихъ желтыми билетами... пО и на этомъ не остано-
вились. Противники женскаго д^^ла, воспользовавшись некоторыми до-
вольно сомнительными случаями, обвинили вс'Ьхъ новыхъ женщинъ въ
нигилизм'Ь, а открывъ связь женскаго вопроса съ коммунмзмомъ и
сощализмомъ, провозгласили что руссюе толки объ эманципащи кло-
нятся вь общности женъ и имуществъ и къ уничтоженхю семейства.
Мы видели, что на Запад:Ь, особенно въ средше вЪка и въ эпоху
классической цивилнзацш революц10нные мыслители доходили иногда до
этихъ утошй; но то былйкрайн1я увлечешя, неизб'Ьжныя во всякоиъ,
какъ соцхальномъ, такъ и нравственномъ перевороте. Не за Платономъ
или ]Кампанеллой, н« за Бриссо-де-Ва1шиль или „библейскими кохм;-
нистами" Америки идутъ современные эманципаторы, и, какъ мы ухе
вид'Ьлн, разрушете семейства н водворен1е общности женъ произво-
дятъ не они, а совершенно враждебный имъ начала. Утопнческнхъ
. стремлешй, столь мало ходячихъ на Запад'Ь, вовсе не проявлялось у
' насъ. Самыя краишя тенденщи, заявленный въ нашей литературе от-
носительно женскаго дЪла, принадлежатъ покойной г-зкЬ Мехль. Со-
чинете Милль, н всл^дъ за нею и лучппя изъ русскихъ сочинешй по
этому предмету, требовали, во имя справедливосми, ради блага абшег
ства, семьи и брачнаю союза семейной и общественной равноправности
половъ, отврыт1я жешцинамъ доступа въ солидному образованш я во
всЬмъ професс1ямъ мужчинъ. Они толковали не объ уничтожешм брава
и семьи, а о внесенш въ нихъ большей гармоши и лучшихъ условШ
развитая. Той части публики, которая не далево еще ушла отъ гого-
левсваго Петрушви, извинительно, вонечно, вид'Ьть въ тендецшхъ эм^я-
ципаторовъ а 1а Милль поподзновешя въ воммунизму н въ нелепой
общности авенъ, но ч^Ьмъ могутъ быть извинены учители упомянутыхъ
Петрушевъ, эти рыцари литературной ночи, ударивппе ложную тре-
вогу и наусьвивавппе недалевнхъ обывателей на послФдовательнмцъ
307
Г-ЖИ Мидль? Понятно, что эти надзиратели литературнаго благоустрой-
ства дМствовали не безъ задней мысли и сами не верили въ опас-
ность, но /ПОВОДУ которой били въ набатъ. Честно служа своему д'Ьлу,
они долзвны бнли вести противъ враждебнаго имъ лагеря литературно-
научную борьбу, дМствуя критикой, а не инсинуацгей. Если же ато
не ихъ ума д^ло, то обратились бы къ иностраннымъ литературамъ,
въ которыхъ нашли бы серьезный сочинешя авто^овъ, вполне соли-
дарннхъ съ ними по своимъ воззр^шямъ. Книга Мишле ,0 любви",
отд&гь о семействе прудоновскаго сочинешя „Ое 1а Дазисе**, „Охе Га-
тШе** Риля доставили бы имъ значительный пособхя. Но они не хо-
тели пользоваться ими потому, что всЪ ихъ теорш и аргументы тот-
часъ были бы разбиты — тахъ шатки они, а между т'Ьмъ выбранное
упоыянутыми сочинителями оруд1е дМствовало усп^Ьшн'Ье всякой кри-
тики, потому что само оно вовсе не подложить критике...
Упомянутый сочиненхя Мишле, Прудона и Риля свид'Ьтельствуютъ,
какъ сильна европейская реакщя женскому дЪлу и какъ мало лриго-
товлены мужчины къ неминуемому освобожденш женщинъ, если ужъ
гешальн1йш1й ичестн^Ьйппй изъ современныхъ мыслителей, Прудонъ,
и даровнтЪйппй изъ этнографовъ, Риль, братски лобзаются съ Титъ
Тнтычемъ БрусЕовымъ, пропагандируя идеи „Домостроя**, а талант-
лшДйлпй и благородн^^йпий историкъ, Мишле, городвтъ такую ерунду,
которая подстать только волокита-юнкеру, посвящающему все свобод-
ное отъ казарменной науки время ухаживанью за прекраснымъ поломъ.
ВсЪ эти глубокомысленный творешя такъ солидарны съ реадщониыми
взглядами толпы, что мы избавлены отъ необходимости разсматривать
ихъ отд&а»но отъ послЪднихъ. Они д^^ти одного отца-т-эгоизма муж-
чины — они пополнаютъ и объясняютъ другъ друга. Необходимо за- .
мЬтить при этомъ, что всЪ нонЬйппе противники эманципацш не го-
ворить ничего новаго сравнительно сь древнейшими врагами жен-
щины. Въ то время, какъ женскШ вопросъ постепенно и прогрессивно
развивался,, а стремленхя женщины къ свободе усиливались, рацюна-
лиаировались, изменялись къ лучшему, консервативно-рабовладельче-
СВ1Я тенденщи мужчинъ втечете долгихъ тысячехЬтШ оставались одви
и тЬ же, будучи неспособными къ прогрессивному развитш вслЪд-
сше своей радикальной фальшивости. Уб&кдешя и стремлешя эман*
щшнрованной акешцины современной Европы и Америки совершенно
друпя, ч^мъ уб&кдешя и стремлешя китаянки, желающей тоже своего
рода эманципацш; между т'^мъ, убеждешя и тенденцш враговъ женскаго
д^ла совершенно одинаковы, принадлежатъ-ли эти враги древнему Во-
стоку или новейшей Европе. Сколько найдется мужчинъ, которые дума-
ютъ о женщине не только одинаково съ Конфущемъ, Ману, 1еронимомъ,
но даже хуже ихъ1 Сколько знаменитыхъ ученыхъ совершенно согла-
сии съ нш1и1 Потье, напр., иахоживъ рабовладельческое учете Кон-
308
фущя о генщин*]^, восвлицаетъ: „эти слова великаго витайсваго фи-
лософа достаточно опровергаютъ обвинен1е его вътомъ, что будто бы
онъ ув^ЕОВ'Ьчилъ унизительное положвн1е женщины, и въ то же время
доказываютъ неосновательность нов'Ьйшаго учен1Я объ энанципашн
женщины, несвойственной истинной природе ея.'' Древняя китайскал
писательница Панъ-Хоэ-Панъ сов1Ьтуетъ женщинанъ: „еслибы вы бнлп
д-Ьйствительно учены, то притворяйтесь невеждами и говорите только
о предметахъ самыхъ обыкновенныхъ, потому что ученость въ жен-
щине не нравится, да н тщеслав1е человеческое не можетъ выносить
чужаго тщеслав1я, осворблягощаго его.^ Одинъ изъ талантляв^йшихъ
совреиенныхъ писателей, Мишле, говорить женщин'Ь то же самое:
„если вЫ'Д'Ьйствительно обладаете высовимъ уионъ, то притворяйтесь
глуповатою и неразвитою, потому что самолюб1е мужчины не можеть
выносить здраваго и солиднаго суждетя въ женщин^Ь.*' Тотъ же Ми-
шле, принижаясь еще до бол^е грубыхъ и первобытныхъ понят1б,
предлагаетъ, чтобы ^^мужья (въ случае своей смерти) завгьщали сво-
ихь женъ кому-либо иль друзей своихъ^\ это, дескать, будетъ „иллю-
31ей продолжешя пер^аго брака въ интересахъ самой женщины*!...
Подобныхъ параллелей можно привести множество. И хотя против-
ники женскаго д'Ьла постепенно отступаютъ отъ прежнихъ своягь
рабовлад^льческихъ мн^Ьшй, но ихъ уступки вынужденный; а за этими
уступками таится все та же рабовладельческая тенденщя, которою
одержимы были противники эманципащи впродолжеше всей истор1ИН
которую наиболее нскренше изъ нихъ поддерживаютъ я въ настоящее
время совершенно въ томъ же виде, въ какомъ она является во вре-
мена глубокой древности.
„Сощальное неравенство — пишетъ Риль — есть завонъ природы.
Если бы человекъ былъ существомъ безполымъ^, если бы не было мух-
чины и женщины, то можно было бы мечтать, что люди призвана къ
свободе и равенству. Но сотворивъ мужчину и женщину, Господь
Богъ положилъ основнымъ услов1емъ всякаго человеческаго ^развипд
неравенство и зависимость... Это основное и въ буввальномъ сммсл^^
органическое разделеше рода человеческаго на два разлнчныхъ иола
не только сохраняется, но даже постепенно и непрерывно развивается
съ ходомъ цивилизац1и. На низшихъ ступеняхъ общественной жизни
характеристическ1я черты мужчины и женщины еще не обнаружива-
ются въ своихъ полныхъ и определенныхъ очертатяхъ; но чемъ дальше
развивается народъ, темъ больше обрисовываются половыя отлич1Я,
темъ более женщина удаляется отъ мужчины по чертамъ фн810Н0м1и,
по размерамъ тела, по силе мускуловъ и здоровости нервовъ, по тону
голоса, платью, роду заняпй, по степени умственнаго ра8вят1Яя. Мы
уаве видели, что все это совершенно справедливо и что причиною этого
двлешя- служить особенное положеше женщины во все продолжеше
309
всторш, а вовсе не еа прирсквденнне недостатки или естественныя
качества. Подавленная рабствомъ н деспотизмомъ, нравоиъ н суев'Ь-
р1еиъ, женщина воспитывалась и содераалась такъ, что половая фунв-
Ц1Я развилась въ ней на счетъ всЪхъ другихъ. Въ связи съ половою
протнвонолохностью Риль ставить и сощальное неравенство, вавъ за-
конъ природы. Но истор1Я довазываетъ, что обп][ественное неравен-
ство не есть ватегор1я природы, а только историческая ватегор1я; въ
такого хе рода категорхямъ относятся и всЬ отлпч1я мужчины отъ
женщины, вроиЪ пола. Въ иеторш вяждаго народа есть Ьершды, впро-
доджеше которыхъ однородная и ц']Ьлостная сначала народная масса
постепенно разлагается на разный сословхя, взаимный отлич1я и прб-
тивоположности которыхъ постепенно усиливаются. Въ дикомъ или
патр1архальномъ племени родоначальннкъ, его приближенные и осталь-
ные роднчи нич']^мъ р1>зко не отличаются другъ отъ друга; у ннхъ все оди-
наково — ^и типъ, и размеры т^ла, и *платье, и родъ заият1й, и физи-
ческая сила и умственный способности. Но сл:Ьдите дальше за псто-
р1ей этого народа, и посл'Ь возникновешя вастъ или сословЮ, посл'Ь
того, какъ это разд^леше народной массы окончательно совершится
и выяснится, вы увидите картину совершенно противоположную пер-
вой. Типическими чертами физюномхи, среднимъ разм1^ромъ . и фор-
мами т^ла, цв^томъ волосъ и кожи, характеромъ мыслей и чувствъ,
родомъ занят1й и платьемъ, правами и обычаями — вс^мъ эти два
класса отличаются другъ отъ друга и часто съ такою же резкостью,
какъ два разныхъ народа. Но в^дь этимъ д'Ьло не оканчивается, и у
одного народа очень рано въ его исторхи, у другого позже начинается
движеше совершенно противоположнаго характера. Рабство падаетъ;
народная жизнь подтачиваетъ иразрушаетъ перегородки кастальныхъ
разграничешй, разнообразный монополш высшихъ классовъ уничтожа-
ются и истор1я идетъ твердыми, хотя медленными шагами къ водво-
решю первобытной формы только съ изм'Ьненнымъ цивилпзашей со-
держан1емъ. Въ этомъ, а не въ кастальности заключается естествен-
ный законъ общественнаго развит1я вообще и взаимныхъ отношешй
половъ въ частности. Этотъ поворотъ давно уже начался, какъ мы
видели, и въ исторхи женщинъ, воторыя начинаютъ понимать, что
упомянутая противоположность есть основанхе ихъ рабства, а по-
степенное развитхе ея было результатомъ постепеннаго порабощен1я
женщины.
До сихъ поръ единственнымъ, назначенхемъ женщины считались
обязанности жены и матери; всЬ дороги къ иной д'^^ятельности, кром^
супружеской и семейной, были заперты для нея; красота и половыя
отцравлешя остались у нея единственными оруд1ями къ сощальной
борьб* за существоваше; продажею своего тЬла проститутка добы-
ваегъ себ* кусокъ хл4ба н спасается отъ голодной смерти; огромное
310
большинство женщинъ, лишеннвхъ всякой возкожности жить само-
стоятельно, вынуждено ловить жениховъ и отдаваться тсь на в(яо
жизнь ради того же вусва хл^ба; всЪ сощальння отношен1я устроены
тавъ, что преврапщютъ любовь женгтны въ средство для ея суще-
ствованья. Впродолжеше тнсячел^Ьт1й женщину воснитивали наут1ху
мужчины, и подавляя ^въ ней всякую умственную самодеятельность,
улучшали ея породу только въ одномъ половомъ отношенш. На усо-
вершенствовате красоты и любовнаго исвуства быль обращенъ до
сихъ пор^ почти весь умъ женп];ины. Этими средствами она удержи-
валась отъ окончательнаго общественнаго унижешя, ими поднималась
она по временамъ, и будучи рабыней, все-таки владыч1ествовала надъ
мужчиною. Обобщая въ своемъ ум% ати факты, обращая особенное
внимаше на кокетство и другхе пороки, порожденные такимъ поло-
жетемъ, и въ то же время чувствуя всю выгодность этихъ услов111
для себя, противники женскаго д^Ьла говорить, что „женщина создана
для любви." ВсЪхъ откровеннее и р^зче высказался въ этомъ отно-
шен1и Прудонъ. „7 женщины — пишетъ онъ — н^тъ иной наклонно-
сти, иной способности, кроме любви... У зверей самка ищетъ самца
и подаетъ ему знакъ; надо сознаться, что то же самое мы видимъ и
въ женщине въ ея естественномъ состояти, въ которомъ застаетъ ее
общество. Вся разница между ею и другими самками состоитъ въ тонъ,
что время любви у нея не прерывается, а иногда продолжается всю
жизнь. Она кокетка, — не все ли сказано этимъ словомъ? И не луч-
шее ли средство понравиться ей, снять съ нея трудъ объясненЦ—
такъ глубоко сознаетъ она свою похотливость!.. Посмотрите н& жен-
щинъ Востйка и всехъ странъ полуцивилизованныхъ или варварскнхъ;
вспомните исторш Сары, Ревекки, Руфи, Вирсав1И и всехъ зтихь прн-
гожихъ самокъ (§еп1е8 ГешеИев), который ложатся, только что взгля-
нетъ на нихъ мужчина; перечитайте, наконецъ, учителей первыхъ в!-
ковъ нашей зры, и вы поймете побудительную причину отверженш,
такъ долго тяготевшаго надъ женскимъ поломъ... А отчего, незави-
симо отъ причинъ экономическихъ и политическихъ, проститущя не-
сравненно значительнее у женщинъ, чемъ у мужчинъ; отчего въ об-
щей жизни народовъ многоженство встречается тавъ часто, а много-
мужество такъ редко? Оттого, что естественное назначеше женщини
прежде всего деторождеше, и она всеми силами существа своего стре-
мится въ этой единственной цели." Мало того, что женщина всецело
предана грубой, чувственной любви, она и въ самой-то этой любвн
ведетъ себя, по мнев1ю Прудона, какъ нельзя хуже. „Распущенность
характера яснее всего видна въ любви женпщнъ. Говорятъ, что по
какому-то инстинкту самки хивотныхъ преивсущественно выбираюгь
старыхъ самцовъ, самыхъ злыхъ и безобразныхъ; женщина, следуя
своему влечешю, ведетъ себя также. Мы уже не говоримъ о внеш-
311
нихъ качествахъ, въ выборе воторнхъ женщвнн обнаружнваютъ. са-
мую странную причудливость, Ьосмотримъ, что предпочитается ют
въ качествахъ нравственныхъ. Женщина всегда предпочтетъ хоро-
шенькаго манкена, сладеньваго любезника человеку честному. Жен-
щина, 8то соБрушеше человека справедливаго. Какой нибудь волокита,
негодяй кожетъ всего Добиться отъ нея. Преступлеше, совершенное
для нея, трогаетъ ее въ высшей степени; и наоборотъ, у нея не най-
дется ничего, кром^ презр'Ьшя, къ челов'Ьку, способному любовь свою
принести въ жертву сов^^сти. Это Венера, ивъ вс^хъ боговъ избираю*
щ&я Вулкана, хромоногаго, заплнвшаго жиромъ, поврытаго грязью, а
потомъ утЪшаюп1;аяся съ Марсомъ или съ Адонисомъ.
Мы ув'Ьрены, что опровержете этихъ нелепостей совершенно из-
лишне, и читательница мозкетъ сама обнаружить всю ихъ внутреннюю
пустоту, основываясь на данныхъ, изложенныхъ въ нашихъ предыду-
щихъ статьяхъ; она уже знаетъ, что многоженство коренится въ скот-
СЕОЙ похотливости мужчинъ и отчасти въ эвономцческихъ уСЛ0В1ЯХЪ,
а вовсе не въ чувственности женш;инъ. Проститущя свир^пствувтъ
между женщинами въ силу той же нищеты, необезпеченностц, отвержен-
ности и нравственной неразвитости, котррыя порождаютъ столько по-
роковъ и преступленШ въ сред^ пролетархе^ъ. Проститутки ненави*
дятъ свою жизнь, — гд'Ь же тутъ удовлетворете чувственности и кто
изъ двухъ развратнее, мужчина ли, покупаюпцй женщину, или жен-
щина, отдающаяся ему съ отвращен1емъ? А кто соблазняетъ, кто на-
силуетъ— женщины мужчинъ или наоборотъ? А кто разбойнически за-
хватнваетъ себе дражайшую половину, кто умыкаетъ, кто продаетъ
«товаръ'* для брака, — не мужчины ли? Въ своемъ рвешн доказать
грубую развращенность женщинъ Прудонъ совершенно зарапортовы-
вается и приписываетъ женской чувственности то обстоятельство, что
^многоженство встречается такъ часто, а многомужество такъ редко.!!
Не трудно понять, кто чувственнее, мужчина ли, имеюпцй много женъ,
или женщина, делящая ложе своего мужа съ десятками, съ сотнями дру-
гнхъ женъ! Если бы перевесъ одной изъ этихъ брачныхъ формъ зависелъ
отъ степени похотливости котораго нибудь изъ половъ (что неспра-
ведливо), и если бы при этомъ, какъ уверяетъ Прудонъ, женщина была
бы чувственнее мужчины, то многомужество всюду преобладало бы
надъ многоженствомъ. Нельзя не согласиться, конечно, что громадное
большинство женпщнъ кокетки, что главную цель своей жизни они
видятъ на постели.... Но кто же виноватъ въ этомъ? Не сами ли муж-
чины твердятъ постоянно, что женщина создана для любви; не за-
ставляютъ ли ее впитывать въ себя это чувство съ молокомъ матери;
ято такое женское образоватае, какъ не кокетство на разный манеры;
не осуждена ли на неудовольствхя со стороны родныхъ, на насмешки,
отверженность, часто на совершенную безпомощность та девушка, ко-
торая не съумела поймать себе жениха? Но и при всемъ томъ, что
312
женщину развращаютъ систеиатичесви, число развратнЕкъ хенщвнъ,
всегда было несравненно мен^е, развратныхъ кухчинъ. Мухчяна даже
оградили свой развратъ завонами; въ древности и въ средше в^^ка
государство строило публичные дома, чтобы дать имъ возможность,
вром^ наслахдешя ^енниным'ь лохемъ, позабавиться и другими жен-
щинами. Впродолхен1е всей известной намъ истор1и человечества р^д-
В1Й мужчина женился что называется невиннымъ^ и рЪдкШ не требо-
валъ невинности отъ своей невесты; Мишле хвалить^ совремеяняхъ
матерей за то, что они „желаютъ, чтобы дочь ихъ вошла подъ вровлю
мужа чистой и девственной, даже ничей) незнающей^ если можно, в
чтобы мужъ быль счастливъ, встречая въ ней тавур дЪвочву. И это
удивляетъ его — онь зналь только павшиосъ женщищ — удивляетъ до
того, что онь подозр^ваеть ее въ лицемЬрш.^ Не оважнсь невеста
невинною,— т^е ожидаютъ упреви, брань, презреше, нер^дво побои в
истязашя, а въ лрежше в^ва ее побивали даже ваменьями. Мезщ^т
т^мъ требующШ невинности мужъ не тольво самъ давно потерялъ ее.
но нередво похитилъ й^свольво девичьихъ невннностей, пожалуй, даже
близовъ въ импотенщи, вследств1е истощешя развратомъ, — ^всб знаютъ
это и нивто не уворитъ его. Во имя чего же онъ требуетъ невинно-
сти отъ невесты, — ведь не во имя же добродетели1 Тавой разврат-
нивъ требуетъ этой невинности въ силу той же навлониости въ на-
слажден1ю девственностью, воторая тавъ часто заставляетъ подоб-
ныхъ людей покупать себе девственность.... Кто тутъ развратнее, же-
нихъ или невеста? Далее, блудъ и прелюбодеяше, совершаемое муж-
чиною, считаются вполне извинительными шалостями,' даже подви-
гами или, во всявомъ разе, удовлетворешемъ , естественной потреб-
ности;" но те же авты, совершенные женщиной, считаются преступ-
лешями, норовами, поврываютъ ее безчестхемъ и позоромъ. Не раз-
•вратнее ли тотъ полъ, воторый узавонилъ развратъ за собою, сд1-
лалъ егб своимъ правбмъ! Защитниви^ Б](;а1и дио довазываютъ обык-
новенно рацюнальность упомянутой несправедливости темъ сообра-
жен1емъ, что жена, неверная мужу, рисвуетъ ввести въ его семейство
своего незавоннаго ребенва и поэтому, десвать, должна быть нака-
зана за свой проступовъ строже невернаго мужа. Скольво свудоушл
и низости ^ъ этомъ, столь ходячемъ изнышлеши! И здерь, вакъ I
везде, берутся во внимаше тольво интересы семьи мужа, а не инте-
ресы женщины, любовницы невернаго мужа. Ведь онъ тоже вводить
своего ребенва въ чужое семейство, наказывайте же его за это; мало
того, онъ сплошь и рядомъ любится съ одиновой, безпомощной дЪ-
вушвой, и сделавъ её матерью, подвергдетъ ужаснымъ несчастхямь
не тольво ее, но и своего незавоннаго ребенка. Тавимъ образонъ,
приведенное выше воззреше есть ничто иное, вавъ софизмъ, создан-
ный эгоизмомъ мужчины.
313
Тжедя же, спросите вы, читательница, такой даровитый я честный
мыслитель, какъ Прудонъ, не вндитъ въ истор1и женщинъ ничего,
крох^ „санокъ*, уя^^и онъ не знаетъ нногочисленныхъ прим^ровъ
того, какъ женщины отрекались отъ своихъ ноловыхъ инстинктовъ,
какъ они старались выбраться на поле общественной деятельности,
действуя въ качестве жряцъ, филантропокъ, государынь, писатель-
вицъ, художницъ и т. д. Конечно, Прудонъ и ему подобные враги
женщины внаютъ все это, но они вцдятъ въ уиомянутыхъ прим^рахъ
только доказательство умственной женской слабости, только доказа-
тельство того, что ыЛ своей прпродно11сферн^ любви женщина не го-
дится никуда.
яЖенщина отъ природы дура**, говорить Жоржъ Зандъ, выражая
этою фразою одно изъ главныхъ правилъ того катехизиса, по кото-
рому учились всЪ противники женскаго дЪла. Женщина, изволите ли
вид'Ьть, ни въ наукЪ, ни въ искусстве, ни въ общественно- по литиче*
скихъ дфлахъ не создавала никогда н не можетъ создать ничего но-
ваго, самостоятельнаго, гешальнаго; она можетъ во вс^хъ этихъ Д'Ь-
лахъ только помогать я подражать мужчине. Но мы уже вид'Ьли, что
въ разные пер1оды истор1и и во вс^хъ сферахъ жизни женщины д'Ьй-
ствовали не только наравне съ мужчинами, но сплошь и рядомъ цре-
восходили ихъ въ искуств! государственнаго управлея1я, въ д'Ьлахъ
филантроти, въ наук^, въ литературе. Способность нхъ ко всЬмъ
родамъ общественной деятельности давно уже доказана истор1ей*. Что
2ве касается гешадьности, то если бы женская природа и вовсе была
лишена ея, и въ такомъ случае глупо было бы устранять женщину
на этомъ основати отъ какой нибудь почтмейстерской или адвокат-
ской должности. Но дело еще^ въ томъ, что отсутствге гетальной
самостоятельности и подражательный характеръ женской деятельно-
сти въ науке и въ искуствахъ кладутъ вину не на тупость акенской
природы, а на дурацкое воспиташе женщины впродолжете долгихъ
тнсячелетШ. Въ ней развивали только чувствительность да физиче-
скую красоту и обезсиливали ея умъ, удаляя его отъ всякой серьез-
ной деятельности; ей не даютъ никакого солиднаго образовашя,
свдзнваютъ ее по рукамъ и по ногамъ, и потомъ недостатками, раз-
вивппшися вследствге такой системы, доказываютъ ея умственную ни-
зкость. „Скифы — говоритъ Дашель.Стернъ — вырывали глаза своимъ
рабамъ, чтобы они не развлекались, сбивая масло; есть люди, кото-
рые выкалываютъ глаза соловью, чтобы онъ лучше пелъ. Не подоб-
ный ли же умыселъ лежитъ въ основе женскаго воспитатя? Повиди-
мому, боятся, что если не ослеплять ихъ ума, то они будутъ менее
хорошими хозяйками и менЬе прхятными болтуньями." Риль справед-
ливо замечаетъ, что женщины-литераторы своею подражательностью
очень походятъ на русскихъ писателей, которые, не создавая ничего
314
самобнтнаго, сд'Ьдуютъ литературнниъ образцанъ и научннмъ идеямъ
Запада. Въ томъ и въ другомъ случае виноваты не природные недо-
статБи, а отсутствхе со^гаднаго образован1я, мдаденческаа неразви-
тость ума, разныя преграды, положенныя вЪванн и нрепатствующш
свободному разват1Ю способностей. Какой нибудь русскхй литераторъ,
въ род'Ь Б'кхинскаго или Добролюбова, принужденъ истощать вс^Ь свои
силы не на открыпе новцхъ истинъ, а на усвоеше и распростране-
те идей, уже выработанныхъ опередившей насъ Европой, Да и это
ему не удается. Такъ и женп^ина. Уже не говоря о томъ, что на
пр1обр^^теше однихъ и тЬхъ же знашй, одинаковой степени навыка
въ д'Ьлахъ известной професс1и, женщина, вслЪдств1е разныхъ, незаг
висящихъ отъ нея обстоятельствъ, должна потратить гораздо больше,
чФмъ мужчина, и силъ и времени, — она должна прежде всего силою
своего ума и характера проложить себЪ дорогу къ желанной профес-
сш, преодолевая злоумышленно устрояемыя ей препятств1я, подвер-
гаясь глумлешю умственной черни, семейнымъ непр1Ятиостямъ, про-
искамъ мужчинъ, напуганныхъ женской конкурренц1ей и т. д. Нужно
удивляться не тому, что на арен'Ь наукъ и искуствъ вовсе н-бть ге-
шальныхъ женщихъ, а тому, какъ успёваютъ продраться на нее це-
лыми тЬ даровитыя и достойный всякаго уважешя женщины, первыми
представительницами которыхъ въ Россхи слуаватъ г-жи Суслова и
Кашеваррва.
Упорство мужчинъ, съ которымъ они стараются доказать умствен-
ную низкость женскаго пола, напоминаетъ собою то презр'Ьше, какое
питали римляне къ своимъ рабамъ иэъ европейскихъ варваровъ; в1дь
весь цивилизованный М1ръ считалъ тогда акс1омоЛ, что природа ля-
шила варваровъ вс^хъ качествъ ума, необходимыхъ для самостоятель-
ной жизни, «и осудила ихъ на вечное рабство. Эта теор1я держалась
долго, не смотря на то, что постоянно опровергалась фактами, не смо-
тря на многочисленныхъ рабовъ, не только равнявшихся съ римля-
нами своимъ умственнымъ развит1емъ, но даже лоспитывавшихъ и
учившихъ ц&шя поколотя барченковъ, которые съ молодыхъ ногтей
начинали уже презирать отверженную породу своихъ наставниковъ.
Прошли сотни лЬтъ и презренная раса дала М1ру Шекспировъ, Нью-
тоцовъ, Гегелей, Дарвиновъ. И мы уверены, что такая же эпоха на-
станетъ и для отверженной нын^ женской породы.
Но, говорятъ противники женскаго д^ла, вся исторгя доказываегь,
что женщина служитъ воплощешемъ охранительнаго начала; она со-
храняетъ и народный верованья, и древше обычаи, и старинные ко-
стюмы и нац10нальныя песни. Большинство женщинъ не стремится
къ эманципащи и вполне довольствуется своею судьбою; самыя луч-
Ш1Я женщины, въ роде Сталь, Рахели Фарнгагенъ фонъ-Энзе, Авроры
Дюдеванъ (Ж. Занда), вовсе не считаютъ нужною и рац10на1ьною
315
»-
ту эманщгаашю, о которой хлопочутъ адвокаты женскаго дФла.
яЕогда въ 1848 г. г-ж'Ь Дюдеванъ бнла предложена кандидатура во
французскокъ нащональномъ собраши, то съ естественннмъ тактонъ
женщины знаменитая поэтесса отвергла эту беэспысленную выдумку
муэючшп^. (ВлеЫ). А теперь въ Англш, въ Америке, во Франщи за
эту .выдумку мужчинъ* стоятъ ц^лыя толпы женщннъ, трактуя о ней
на бурныхъ митингахъ н осаждая петиц1яш[ правительство ! Что же
касается большинства женщннъ, не заинтересованннхъ вовсе этими
вопросами, то справедливое мн^ше объ этомъ мы можемъ составить
лишь тогда, к(лда^ познакомиеъ обетонщелшо этихъ женшинь сь упо-
мянутыми вапросамщ мы спросимъ нхъ мн^шя о нихъ. Настоящее
положете женщинъ очень схоже въ этомъ отношеши съ моральннмъ
еостояшемъ восточныхъ^ народовъ, изнывающихъ подъ игомъ безо-
бразной тираннш, и въ то же время не только не заявляющихъ са-
иостоятельныхъ притязатй на лучшую участь, но даже готовыхъ, въ
яростномъ припадкЪ своего рабскаго осл4плен1я, растерзать каждаго*
желающаго имъ добра, реформатора. Чуди разсказываетъ случай, какъ
одинъ солдатъ билъ свою жену на площади Лимы; стоявппй по бли-
зости мулатъ вступился за нее; но она кинулась на своего освободи-
теля и исцарапала ему лицо, восклицая: „не за чЪмъ тебЪ мешаться
въ мои д^^а, я принадлежу своему мужу, и онъ д^аетъ со мною,
что кочетъ!* Подобныхъ женщинъ можно встретить нередко. Боль-
шинство нхъ не сознаетъ всей тяжести своего рабства, всей глубины
своего унижен1я, потому что всЪ они воспитаны въ т^хъ поняпяхъ,
что сама природа осудила нхъ на подчинеше мужчинамъ. Мальчики,
которые растутъ вмЪст^Ь съ ними, съ молокомъ всасываютъ убФждете,
что безъ всякихъ заслугъ съ своей стороны, по одному только тому,
что родились мужчинами, они выше каждаго существа женскаго пола;
доктрина подчинеш;, такнмъ образоуъ, начинаетъ вбиваться въ го-
лову д'Ьвушки еще въ д<1тской, и ее проповЪдуютъ не только взрос-
лые, но даже и мальчуганы, только что цад%вш1е свои первые шта-
нишки. При своей неразвитости, нравственной испорченности, нел'Ь-
помъ воспитатн мнопя женщины, особенно изъ высшихъ классовъ,
даже дорожатъ своей золотой неволей и готовы загнать до смертп
каждую эманцилированную сестру свою, потому что эманципацтя на-
рушаетъ покой этихъ откормленныхъ и отупЬвшихъ барынь, потому
что она призываетъ нхъ къ труду и налагаетъ на нихъ обязанности.
ВЪдь освобождете акенщины еоть не только д'Ьло ея интереса, но п
д1ло ея чести, совести; она стремится къ свобод* и самостоятельно-
сти не потому только, что они необходимы для улучшетя ея судьбы,
но и потому, что рабство унизительно, а житье на чужой счетъ по-
стыдно для нея. Когда солидное образован1е и нравственное развппе
проникнут^ въ массу я^енщ;ииъ, тргда, конечцо, ъ^мо найдетсд между
316
ВНИИ такихъ уродовъ, которые бы стал лобзать свои цЪпи я прокли-
нать своихъ освободителей. НуАно также заметить, ^то нн^Ьше о пас-
сивной покорности жешцнвъ и ихъ всегдашней консервативности
должно быть принимаемо съ большими ограничешями. Не смотра на
то, что большинство женщвнъ не требуетъ освобождешя, потому что
ничего не знаетъ о немъ или же считаетъ его утошей, женщнны все-
таки во ъ&к времена и у всЪхъ народовъ хорошо чувствовали тяжесть
своего положешя и никогда долить не мирились еъ нимъ. Въ нерво-
бытныхъ лЪсахъ, въ хижинахъ самнхъ грубыхъ дикарей, въ шатрахъ
патрхархалоБЪ, въ гаремахъ Востока, въ гинекеахъ Эллады и Риха,
въ замкахъ феодаловъ, въ домахъ бюргеровъ и крестьянъ, во двор-
цахъ и въ землянвахъ — всегда и вевдЪ, черезъ всю исторш ндегь
борьба женщины съ мужчиной; эти семейные раздоры, этотъ домаш-
не адъ, эти измены, отравы, мужеуб1Йства, бегства съ любовниками,
разводы и супружесюе процессы, поджоги родительскаго или мужни-
наго дома, наконецъ, эти самоубхйства — показываютъ на исконную
древность и нескончаемость упомянутой борьбы. Въ тЬ пер10ды исто-
рш, когда эта борьба озарялась св^томъ знан1я и, д'Ьлалась борьбою
за сознанное право, женщины совершенно теряли свой характеръ
узкой консервативности и дрались ревностными служительницами
прогресса, какъ, напр., въ ХУШ в. или въ настоящее время, посл^
1848 г. Консервативность женщины есть такой же рёзультатъ ея по-
рабощен1я, какъ слабость ея ума, нервовъ и мусвуловъ. Консерва-
тивны не одн^^ женщины, но и ц'Ьлые народы, изолироианные отъ
всЬхъ ВЛ1ЯН1Й м1роваго прогресса и жнвупце только одними традв-
щями своихъ предковъ. Удаленная отъ разнообразныхъ вл1яшй, ^И-
ствующихъ на мужчину и постепенно изм^^няющихъ его характеръ и
уб&жден1я, проникнутая исключительною атмосферой семейства, жен-
щина вс:Ьмъ сердцеуь привязывается къ своимъ богамъ, своимъ тра-
дищонн1и[ъ в^рован1ямъ, своимъ праотческимъ о'бычаямъ. Какой ни-
будь переворотъ въ общественной жизни совершается мужчиною, по-
мимо ея воли, безъ ея участ1я; онзг не понимаетъ этого переворота,
не привыкла къ его новизнамъ, и потому не сразу подчиняется ему,
поклоняясь своимъ старымъ божествамъ, распевая старинный п^снв,
сл^Ьдуя прад'Ьдовскимъ обычаямъ.
Физическая слабость женщины служптъ однимъ изъ главныхъ ар-
гументовъ противниковъ женскаго дЪла. По разсчету Прудона, физи-
ческая сила мужчины относится къ женской сил^Ь, какъ 3 къ 2; схЬ-
довательно, производительность и воля мужчины должны превышать
производительность и волю ябснщины, какъ 3 : 2; т. е. при равногь
числЪ мужчины должны управлять женщинами, какъ это мы видимъ
въ акщонерныхъ обществахъ, гд'Ь д'кка р'Ьшаются большинствомъ ав-
щй^ а не большинствомъ голосовъ; таковъ законъ политический. «Пр^
317
вс^хъ возможннхъ 7сл[0В1Яхъ воспитавхя, развит1я, инящативн, муж-
чина долженъ господствовать, а женщина повиноваться. Вига 1ех,
8ес1 1ех!« *)
Сколько можно сказать противъ этого!
Во первыхъ, приведенное вычнслен1е Пртдона чисто гипотетичен
ское и болЪе точное вычислеше объ относительной сил4 мужчины и
женщины пока невоаможно. При этомъ нужно зам^Ьтить, что упомя-
нутое исчйслеН1е должно основываться на данныхъ, взятыхъ изъ
жизни низшихъ классовъ общества и нецивилизонанныхъ народовъ,
такъ какъ зд1^сь женщина работаетъ наравн^Ь съ мужчиной и посред-
ствомъ трУда развиваетъ свои силы до ихъ естественныхъ размЪровъ.
И есть данный, дозволяюпця предполагать, что при одинаковости
труда физическая сила мужчинъ и женщинъ почти одинакова. Сколько
этнограф1я и истор1я представляют^ь прим^Ьровъ того, какъ отд'кхь-
ння женщины и ц^Ьлые женсше. отряды несли наравн'Ь съ мужчинами
жк труды и лишетя войны, бились н умирали на ряду съ лучшими
солдатами. У дикарей, принявшихся за землед'Ьл1е, оно ведется исклю-
чительно женщинами. Въ Англ1И, по изсхЬдовашямъ комисс1и, назна-
ченной въ 1868 г. для нзучетя женскаго и дЪтскаго труда, оказа-
лось, что физическая сила женщинъ почти одинакова съ мужскою, по
крайней мФрЪ крестьянки работаютъ нисколько не меньше, не ме-
дленнее и не безусп'Ьшнее крестьявъ. Женщины, напр., постоянно
таскаютъ зд'Ьсь по лЪстницамъ въ житницы м^шАи в<Ьсомъ отъ 112
до 126 фунтовъ. „По общему мнФтю и сознан1ю ихъ труды благоде-
тельно д^йствуютъ на здоровье". Во многихъ крестьянскихъ обще-
ствахъ Гермати женщина, повидимому, также равняется мужчине и
по росту и по сил^; между крестьянками здЪсь можно встретить на-
стоящихъ гренадеровъ, зам*Ьчаетъ Риль. Наша крестьянка работаетъ
нисколько не меньше, а во многихъ мЪстахъ даже больше мужчины;
никто не укоритъ ее въ физическомъ безсил1И, —
Въ игре ее^^коавый не словить, •
Въ б^д* не сробееть, — спасегь,
Коня на скаку остановить,
Въ горящую избу воПдеть!
По нашимъ цивилизоваинымъ барынямъ, получившимъ отъ своихъ
родительницъ все слабости и недостатки женской породы, ,^приручеи-
ной и возделанной*' згоизмомъ мужчинъ, — по нимъ вовсе нельзя су-
дить о силе женщины. Барыня искалечена уб1йственнымъ воспита-
М1емъ, корсетами, ничего неделаньемъ; ей трудно даже поднять уро-
ненный на полъ платокъ и требуется для этого услуга лакействую-
*) „ЖестоиД законъ, но все-таЕи ааковъ!"
318
щаго« любезника, ц если бы ее бросить въ крестьянскую акизнь, то
она не въ силахъ была бы даже бить ткхъ вшей, которыми награж-
дается баба за ея труды и лвшешя. Цивилизованную женщину необ-
ходимо перевоспитать не только умственно, но и физически^ и гимна-
стика въ самыхъ обширныхъ разм^рахъ должна быть введена во всЪ
жейсшя учебный заведешя. Только уравнявъ воспитавае и жизнь оо-
ловЪ) мы можемъ судить объ ихъ относительцой сил'Ь.
Но предподожимъ, что женская организащя действительно мен1е
сильна, ч'Ьмъ мужская, слЪдуетъ ли отвода, что мужшоа долавенъ
владычес;гвовать надъ своею подругою и владычествовать на оенова-
ши права сильнаго? „Таковъ закоиъ политическШ", говорить Прудонъ;
онъ таковъ, это известно каждому, но таковъ ли онъ долженъ быть,
не свид']Ьтельствуетъ ли истор1я объ его постепенномъ выт^сненш
другими, совершенно противоположными ему началами! ВЪдь сила иу-
скуловъ все бохЬе и бохЬе заменяется силою машины, усовершенство-
вав1е оруд1й и оруж1я быстро уравновЪшиваютъ силы разннхъ нндн-
ввдуумовъ и недалеко то время, когда слабосильный челокЬкъ будетъ
въ состояши производить столько же, сколько и богатырь. За мужчи-
ной тогда останется одно только право кулака ! Да и теперь, если
женщина производить меньше мужчины въ промышленности, то она
вознаграждаетъ свой дефицитъ воспиташемь д^тей и святыми муками
рождешя, отнимающими у нея не мало силы. Она терпитъ больше
мужчины и им^еть полное право пользоваться наравне съ нимъ
всеми выгодами общественной жизни. Обыкновенно возражаютъ, что
требуя себе всехъ правь мужчины, женщины должны принять на
себя и все обязанности его, а въ числе ихь находится обязашость
солдата (и палача, прибавимь мы отъ себя), которой женщина испо!*
нять не можетъ, а следовательно, не можетъ и требовать себе вс^хъ
правь. Допускаемъ, что женщина не можетъ быть солдатомь, особенно
при существовавшихъ у нась шпицрутенахь или при линькахъ, не
уничтоженныхъ до сихъ поръ даже на англхйскомь флоте, — не но-
жетъ не только по трудности военной службы, которую нередко неоса
она и несеть до сихъ поръ, въ Дагомее, напр., сколько по своей на-
туре, менее испорченной въ этомь отношепш и менее привыкшей кь
резне, чемъ натура мужчины. Мисск женщины есть миссхя мира, а
не войны и разрушен1я, и нужно желать, чтобы:, по своемь освобож-
деши, она оставалась въ стороне отъ всехъ влеяшй войны и при сво«
ей полноправности содействовала <бы умиротворешю аемлн, которую
мужчины упитывали и упитывають человеческою кровью. Но и при
существованш войнъ, избаЕ1леше женщинъ отъ военной службы, при
ихь совершенной полноправности, вовсе не будетъ неснраведливой
привиллепей; ведь мужчинь, оказавшихся по своимь физическимъ не-
319
достатЕанъ веепособшаш къ военной сдужб:Ь, не лишаютъ же за это
правъ н никто не считаетъ этого несправ:. ливостью.
я Женщина --существо больное*^, говорлтъ ви^тЬ съ Мишле про-
тивники женскаго дЪда. Причисляя физюлогичесвое отправлеше иен-
струащи къ пер10дически-бол^Ь8ненннмъ припадкамъ, возвышая про-
должительность ихъ до 8 сутокъ въ м']^сдцъ, утверждая, что въ это
время женщина находится въ тавомъ положенш, что еЁ положительно
невозможна заниматься какой нибудь работой, они насчитываютъ та-
кимъ образомъ 96 сутокъ въ году, въ которые сама природа будто
бн удерживаетъ ее отъ труда. Относя за гЬмъ къ тавимъ же време-
намъ необходимаго безд^ья для женщины 9 м'Ьсяцевъ ея беремен-
ностя, 40 дней для возстановлетя силъ посл'Ь родовъ, 12 ы1^сАцев%
на кормлевле ребенка грудью, — эти господа хотятъ убедить ^ своими
разсчетами, что женщину сама природа удерживаетъ отъ всякой дру^
гой д'Ьятельности, кром^ чисто половой. „Устраивайте, какъ хотите —
говоритъ Прудонъ — отношетя Ьоловъ, вы все-таки придете къ уб'Ьж-
дешю, что женщина^ своею органическою слабостью и своимъ инте-
реснымъ положенгемп^ въ которое она не замедлить попасть ^дишь
было бы на то желате мужчины, неизб'Ьжно и справедливо должна
быть исключена изъ всякаго управлешя политическаго, администра-
тнвнаго, ученаго и промышленнаго**. Если же она ^е можетъ тру-
диться сама, то несправедливо было бы поручать ей управлете тру-
домъ другихъ; „если мужчина остается единствениымъ производите-
лемъ, то какъ можетъ онъ подчиниться контролю и управлению жен-
щины; какимъ образомъ, существо не работающее, живущее трудомъ
другого, будетъ управлять трудомъ втечеше свонхъ постоянныхъ ро-
довъ и беременностей?^ А какимъ образомъ крестьянка, поденьщнца,
фабричная работница „втечеше свонхъ постоянныхъ трудовъ и бере-
менностей** трудится до кроваваго пота нисколько не въ ущербъ для
своего здоровья, трудится не только не меньше, но часто даже больше
мужчины? Если роды, беременности и менструац1И очень не долго м'Ь-
шаютъ женщине жать, косить, ходить за скотонъ и т. д., то еще
менЪе они могутъ пом^^шать ей быть адвокатомъ, профессоромъ, чле-
номъ парламента, учителемъ. И въ настоящее время въ Европе н
Америке десятки тысячъ женпщнъ служатъ медиками, профессорами,
наставницами, телеграфистками, вс& они исполняютъ свою работу не
хуже мужчяяъ и въ прессЬ, на сколько намъ известно, не было дааке
попытокъ доказать, что ихъ общеегвенныя занят1я вредно вл1яютъ
на ихъ семейныя дЪла. Дал^е, есть множество женщинъ безплодныхъ
въ замужестве, безсемейныхъ вдовъ, женъ^ разошедшихся съ мужьями,
одинокщсъ дЪвушекъ, къ нимъ разбираемые доводы не шли бы и въ
томъ случа'Ь, если бы они были справедливы. КромЪ того, много жен-
щинъ выходить замужь и делается матерями единственна потому,
320
что имъ закрыть доступъ ко всякой общественной д&сгельноств и
онн могутъ обезпечить себя только бракомъ. ^Нп необходимость, ни
справедливость — говорить г-жа Мялль — ^не оправднвають требованья,
чтобы женщина была или матерью, или ни ч'Ьмъ; млн, если она
однажды была матерью, то не должна быть ничфмь другимъ во все
остальное время своей жизни. Ни для женщинь, ни для мужчинъ не
нужно закона, который бы отстраиялъ оть какого либо занятая, если
они взялись въ то же время за другое заняпе, несовместное съ пер-
внмь. Никто еще не предлагалъ устранить мужчинь изь парлам^та
потому, что мужчина можеть быть солдатомъ или морякомь вь дМ-
ствительной слулб% или купцомъ, д'Ьла котораго требуютъ всего его
времени и всей его энергш. Девять десятыхъ изъ числа всЬхь муж-
скихъ данят1Й устраняютъ мужчинъ йе {ас<;о изь публинмой жизни
столь же действительно, какъ если бы ихь устраняль законъ; но изъ
этого еще не сл^дуеть, что нужно составить законъ, который исклю-
чалъ бы даже эти ^ю» в^ говоря уже объ остальной Ую- Это приме-
няется равнымъ образомъ н к^ женщинамь и къ мужчинамъ. Не для
чего/ предписывать закономь, чтобы асенщина, занимаясь ведетемъ
домашня1'о хозяйства или воспвтанхемь д^тей, не см^ла въ то же
время заниматься никакою професс1ей пли не могла быть выбрана въ
оарламентъ. Если занят1я действительно несовместны, она и безъ
того выберетъ одно изь нихъ, но не большая ли несправедливость,
ради несовместности какихъ нвбудь занят1й отстранять отъ нихъ
техъ, для которыхъ она не существуетъ!** Да, современная безкрав-
вость женскаго пола въ высшей степени несправедлива относительно
громаднаго и постепенно воврастающа1ч) множества жеишннъ безсе-
мейныхъ, одинокихъ и техъ матерей, на рукахъ которыхъ лежитъ
содержан1е ихъ семействь. Но предполагак>ть, что дароваше женщи-
намь всехъ полптяческихъ и гражданскихъ правь должно подей-
ствовать на многихъ изь нихъ такь увлекательно, что они, ради но-
внхъ свойхь занятой, будуть пренебрегать своими матерпнскнми обя-
занностями, подобно тому, какъ аристократки, предаваясь светской
жизни, 11 знать не хотять о свойхь семействахъ. Конечно, такое
увлеченге возможно, но лишь для ^екоторыхъ, а не для всехь, пред-
полагать последнее крайне глупо — и что же, разве безъ эмаи-
ципац1и женщинь множество ихь не пренебрегаеть своими семейными
обязанностями, принося ихь вь жертву свету, разгулу или свинской ле-
ни. Между темь, при равноправности и хорошемь воспитан1и эти же
самня женщины должны были бы трудиться если не для семейства,
то для общества. Нужно еще заметить, что современное поняле о
родительскихъ обязанностяхъ крайне несовершенно. Все предннсы-
вають женщине исполнеше ея материнекихъ обязанностей и проходить
молчашемь отцовскгл обязанности мужчины; по справедливости онь также
321
•
долженъ воспитывать д^тей, ухаживать за ними, наблюдать за ихъ
развипемъ, кавъ и мать. И нер'Ьдко можно встретить тавяхъ образ-
цовыхъ отцовъ, которые, при вс^хъ своихъ оби^ественныхъ занят1яхъ,_
находить не мало времени и для воспитан1я своихъ д'^Ьтей, хотя боль-
шинство мужчинъ всегда уклоняется отъ этого отцовсваго долга. Въ
развитомъ семейств'^ будущаго мужч1ина, конечно, лишится такой
привилегш и будетъ разд'Ьлять съ матерью труды восниташя дЪтсй.
Наконецъ, трактуя объ эманципацш женщинъ, никогда не должно за-
бывать, что полное, окончательное решете этого вопроса принадле-
житъ будущему, хотя женская равноправность можетъ утвердиться
въ жизни и при современныхъ услов1яхъ. Воспиташе же дЪтей все
бол4^е и болЪе начинаетъ получать характеръ общественный. Будучи
одной изъ самыхъ трудныхъ профессШ, оно требуетъ отъ воспитате-
лей спещальныхъ энанШ и саещальной опытности; оно требуетъ та-
кнхъ средствъ и издержекъ, который для большинства семействъ даже
и немыслимы. Поэтому образоваше юношества давно уже перенесено
И8ъ семьи въ публичную школу, а воспи1'аше д^тей въ достаточныхъ
классахъ передано гувернерамъ и гувернанткамъ. Никто не споритъ,
что современные гувернеры и гувернантки, въ большинств'Ь случаевъ,
никуда негодны, но йастанетъ время, что ихъ заменять вполне год-
ные воспитатели спецгалисты и гувернерство организуется такъ, что
будетъ доступно каждому семейству, подобно школ^. Уже и въ на-
стоящее время значительная доля первонач^иьнаго воспитан1я д'Ьтей
начинаетъ поручаться такъ называемымъ „аЬтсквжъ садамъ^.... Что
же касается мн1н1я о невозмоакностн и вредности общественныхъ за-
НЯТ1Й для женщины во время ея мшструацШ, беременности и посл'Ь
родовъ, то очень компетевтцые въ этихъ дЪлахъ люди доказываютъ,
что трудъ и разнообраз1е занятШ очень благотворно д'Ьйствуютъ на
женщину и при ихъ беременности и помагаютъ ей надлежащимь об^
раэожь еыполннть ея материнское назначенге — производить адороеьиуь
и (сарошихъ дкцтей. Порода горожанъ постепенно мельчаетъ, страдаетъ
слабостью нервовъ и мускуловъ и другими недостатками, изъ кото-
рыхъ очень мвопе унаследованы отъ больныхъ и чахлыхъ родительницъ,
болезнь и чахлость которыхъ считаются обыкновенно естественными
свойствами женпщны, но въ сущности развиты въ нихъ ихъ празд-
ною, безд&[Ьною жизнью въ узкой сфер^, определенной для нихъ
вековыми традищямн. Известный авторитетъ въ этомъ д'Ьл^, Алдрью
Комбъ, въ своей „РЬув1о1о81е аррИес! (о НеаНЬ апс1 Ес[иса(;1оп^ го-
ворнтъ, что ,нед'Ьятельность ума и чувства весьма часто служитъ
причиною разныхъ формъ нервныхъ болезней. Чтобы уб:Ьдиться въ
этомъ съ очевидностью, стоитъ только посмотреть на многочислен-
ниа жертвы этихъ болезней въ среднихъ и высшихъ классахъ, — на
женщцдъ, которая вовсе не занимаются пр1обретешемъ средствъ для
21
^^
322 V
своего существовашя и не им^ютъ ннЕакихъ предметовъ, которне бн
интересовали ихъ и на воторнхъ они могли бы упражнять свои уи-
ственныя способности; вслЬдств1е этого они впадаютъ въ состояше
умственной хЬности и нервной слабости, не только лишающихъ ихъ
многихъ наслаждешй, но и подвергающихъ ихъ, при малейшей прп-
чин'Ь, и духовнымъ и т^леснымъ страдатямъ.... Они тратятъ бук-
вально ни на что половину той нервной силы, которою природа ода-
рила ихъ для лучшихъ ц-Ёлей.... Подверженность ихъ меланхол1и, не-
терпки, ипохондр1и и разнымъ другимъ душевнымъ бол'Ьзнямъ зави-
ситъ отъ того С0СТ0ЯН1Я безд-Ьятельпости, въ какомъ находится игь
мозгъ". Въ частности о влхяти труда на беременность говоритъ фран-
цузсшй врачъ Руссель въ своемъ извЬстномъ сочннени! „8у81ет€
рЬу81<^ие е! тога1е с1е 1а Гетше." „Самки животлшхъ и жшщинн,
неискаженный н'Ьгой, обыл^овенно не больны во время плодоношешя.
Беременность служитъ болезнью лишь для тЪхъ женщннъ, обезсм-
леннымъ органамъ которыхъ тягостно каждое отправлев1е, лишь длл
ткть хрупкихъ и н'Ёжныхъ* создашй, ддя которыхъ и каждое пище-
вареше есть краткая бол^^знь. ВсЪ проч1Я достигаютъ обыкновенно
предала беременности не чувствуя никакой хворости, кром'Ь тягости,
неизб'&БНОЙ при этомъ состояши*'. Жевщины простонародья во время
своей беременности „йзвлекаютъ для себя большую пользу изъ труда,
къ которому обязываетъ ихъ общественное положеше; они находятъ
въ ннхъ потребное и необходимое упражнеше, отстраняемое
отъ себя по ложнымъ соображешямъ женщинами богатыми, ибо осто-
рожность запрещаетъ во время беременности одни только чрезм^рнпя
усил1Я. Одно нзъ великихъ благъ труда состоитъ въ томъ, что онъ
спасаетъ насъ отъ господства страстей, который зр^ютъ и кипятъ въ
сцокойствш и праздности. Смущая жизненный отправлевоя вообще,
оци не мен']^е пагубны и для того отправлешя, которое служитъ для
сохранен1я рода. Въ нихъ причина большей части случающихся вы-
кидышей: оттого-то эти случаи бол'Ье обБшновенны тамъ, гд^ охру^
жающее общество или положете въ немъ женщины способствуютъ
сильной игр'Ь страстей. Вдкидыши въ сельскомъ наседенш происхо-
дятъ почти всегда отъ чрезмЪрныхъ усил1й или падешй и р^^дко
всл^дств1е нравственныхъ причинъ. Животныя, будучи еще бол^
охраняемы отъ этого вл1яшя, выкидываютъ лишь вслЁдствхе насилий
человека **.
„Положимъ, — говорить противники женскаго дЬла — что бере-
менность и материнсшя обязанности не могутъ быть основашемъ по-
литической безправности женщннъ; но допущеше ихъ до всЪхъ ро-
довъ общественной д'Ьятельности неминуемо должно огрубить ихъ на-
туру и лишить ихъ благотворно дМствующей на мужчинъ женствен-
ности". „Счастье женщинъ — говоритъ Кабани — всегда будетъ завж-
323
(гЬть огь впечаФл^шя, проязводямаго имя на нужчянъ, и едва ля
хоть, кто нхъ д^^йствительно любятъ, будетъ особенно доволенъ при
ввд^ яхъ марширующими съ ружьемъ въ рувахъ, иди поучающими
еъ высоты Еафедры, а т'1мъ бол^е съ трибуны, на которой обсужи-
ваются интересы ц'Ьлаго Ъарода^. Даже теперь люди, смотрящхе на
женщину, вакъ на сладостный сосудъ любви, изъ котораго мужчина
иожетъ упиваться наслаждешемъ, какъ на ут1Ьху жизни челов'Ьческой,
кавъ на какую-то реторту, преднааначенную исключительно для при-
готовлешя людей, сторонятся отъ женщииъ, занятыхъ сколько нн-
будь серьезными предметами, позоря ихъ наввавпемь синизръ чулковь
I вое&лицая съ поэтомъ — *
Избави Богъ сойтись на бад^Ь,
Шь при разъ'^зд^^ва крв1ьц'Ь
Съ сенинаристоиъ въ хе1гой шади,
Иль съ академиконъ въ чепц*!!
И не ужасно ли, въ самомъ Д'Ьл^, будетъ, если женщина дотеряетъ
гралцовяую шаловливость кокетки, наивность п сентиментальность
институтки, если занятая серьезно какимъ нибудь д^ломъ, она не бу-
детъ искать развлечешя въ томъ, чтобы находиться въ полозвенш
крепости, обложенной войсвомъ поклонниковъ и обстр^^лнваемой ихъ
любевностями, въ томъ, чтобы съ честью выдеракать этУ осаду или,
если осаждаюпце милы для ея тряиичнаго сердца, сдаться ]еГмъ и
потомъ, смотря по обстоятельствамъ, или в'Ьрно служить своему по-
бедителю и владыке, или ловить новыхъ обожателей и зат^мъ самой
попадаться въ новыя с^ти. Что будетъ тогда съ вами, маленьше ры-
цари св'Ьтской жизни, съ вами, дваддатилФтте импотенты, съ вами,
мышиные жеребчики! В^дь прхятная штука им^ть въ жен^Ь или лю-
бовниц'Ь существо ангельски-незлобное, скромное и покорное, дЪтсви-
наивное, непонимающее жизни, не сознающее своихъ челов']^ческихъ
достоинствъ и обязанностей, слитое съ существомъ мужчины и изче-
зающее въ немъ. ^ Слабый умъ въ слабомъ т'ЬлЪ, — ^вот:^ существен-
ный смыслъ женственности, о которой, мы говоримъ. Да погибнетъ
такая авенственность! Она нскуственно разввЁта въ женщинахъ раб-
ствомъ яхъ^ да погибнетъ же она вм^стЪ съ этимъ рабствомъ! Умъ,
чувство, воля женщины разнятся отъ ума, чувства и воли мужчины
только всл4Ьдств1е нсторнческихъ и сощальныхъ вл1ян1й; эманципащя
хшщннъ должна уравнять ихъ съ мужскими и превратить въ единые
для обоихъ половъ; женщина будетъ добрымъ, честнымъ, умнымъ,
сильнымъ волею челотькомъ^ всЬ существующгя половыя отличхя пре-^
врататся въ общечеловеческое единство я ограничатся только поломъ
въ тЪсномъ значеши этого слова, что есть теперь хорошаго у зкаж-
даго пола въ отдельности, то сделается тогда общимъ ихъ достоя-
324
Ехемъ. Вм^^ст^Ь съ т^мъ любовь и брачння отношешя неминуемо пе-
рейдутъ въ новую, высшую форму своего развапа. Любовь до снхъ
поръ почти ис&кючитедьно основывалась на сочетанш противополож-
ностей-- мужественности и действенности, силы и слабоски, власти*
тельности и преданности, мужского ума и женскаго чувства; ова по-
полнаетъ недостатки мужчины достоинствами женщины и наобороть.
Таша отношешя могутъ суво^ествовать только при порабощеши жен-
щины, по освобождеши которой и по достижеи1и ею равенства сь
мужчиной любовь будетъ уже не взаимнымъ пополнен1емъ недостат-
ковъ, а союзомъ достоинствъ, не сочетан1емъ протавоположностей,
недопускающихъ равенства, а едипешем^в равной красоты, равнаго
ума, равнаго чувства, по возможности одинаковыхъ достоинствъ и
уб^дешй. Тогда, и только тогда любовь соединится со взаимннхъ
уважешемъ свободныхъ и равныхъ супруговъ и не будетъ уже стра-
стью чисто животною.
Но, пожалуй, н^Ькоторые поборники женственности укорять нась
въ извращенш смысла этого слова и скажутъ, что они опасаются не
изчезновен1я женскихъ слабостей, а огруб^^шя женскаго чувства, до-
броты, сострадательности, безкорыспя, заражешя женщинъ ткмя стра-
стями и пороками, которые такъ часто обезображиваютъ нравствен-
ный характеръ д^ловыхъ мужчинъ; эманцШ1ац1Я, скажутъ они, ос1а-
бивъ семейныя узы, ограничивъ семейную деятельность женщины,
должна отнять значительную долю силы изъ ея любви хъ мужу и къ д^-
тямъ, а соперничество, интриги, д^ловыя столкновешя, всполнеше
кахихъ нибудь грубыхъ обязанностей, напр., полицейсвихъ, лревра-
тятъ зкенщину въ честолюбку, въ существо, пресл^^дующее только
свои личныя ц^лн, сд:Ьлаютъ ее равнодупшою къ горю и къ счаспю
людей, и она будетъ относиться къ лвлешямъ жизни—
Какъ дьякъ, въ приказе пос^д'Ьлый,
Добру и злу внимая равнодушно,
Не в^дая ни радосги, ни гн'Ьва.
ДМствительно, всеобщая конкурренцгя силъ и способностей, оже-
сточенная борьба за существоваше, интриги и попираше ногами чело-
в'Ьческой личности идутъ черезъ весь строй сощальной жизни и дЫ-
ствуютъ пагубно на человека. Но в^дь дЪло въ томъ, что съ другоВ
стороны и люди д'Ьйствуютъ на смягчеше упомянутыхъ отношенЛ, а
женщины, допущенный во всЬ сферы общественной жизни непременно
во многомъ облагородить ее. ДалЪе, борьба индивидуальныхъ ннтере-
совъ и пожирате людьми другъ друга постепенно ведутъ къ миру,
къ уравновешешю эгонзмовъ, къ водворенш солидарности; допущеше
же къ общественной деятельности, устраненной теперь отъ нея ц1*
лой половины челов^ческаго рода, необходимо должно ускорить ^ со*
325
щальныя реформн, которыя будутъ основами мира. Съ другой сторо-
ны, хенщнвн и теперь впсколько не избавлены отъ влхяшя на нихъ
грязи жизни не только семейной, но и общественной. Они за кули-
сами публичной арены являются помощницами своихъ нухей, отцовъ,
брапевъ, любовниковъ; сплошь и рядомъ общественные деятели, кавъ
высшаго, тавъ и самаго нишпаго разбора, являются только орудями
женщинъ,. подстрекающихъ ихъ на дЪло, участвующихъ въ ихъ под-
виге, наслаждающихся ихъ успехами и страдающими отъ ихъ не-
удаиъ. РазвЪ все это не очерствляетъ сердца женщины, не превра-
вцютъ ее въ эгоистку, интриганку и т. д... Того же самаго резуль-
тата достигаетъ ея семейная обстановка, столкноветя и борьба съ
мужьями и родственниками, ловля жениховъ и любовниковъ, споры и^
ссорк за имущественные интересы, наконецъ, эти глуповсктя междо^
усобшщ семей и личностей, эта безконечвая ц^пь сплетень и ссоръ^
лжи и наушничества, эта остервенелая вражда обывателей между со-
бою за свои грошовые интересы, которая наполияетъ собою всю жизнь
неразввтнхъ обществъ и особенно русскихъ городовъ, — ^развЪ все это
мен^е огрубляетъ натуру женщины, ч'Ьмъ любая изъ общественныхъ
професс1й!.. Да и какое противор^чхе самимъ себ:Ь вы обнаруживаете,
милые защитники женственности. Отъ погибели, рсл'Ьдств1е занят1Й,
вы даже и не думаете предохранять крестьянокъ, изнывающихъ подъ
тяжестью труда, фабричныхъ работницъ, поденьщицъ, торговокъ, ша-
тающихся по улицамъ городовъ съ утра до глубокой ночи, и вошете
о погибели женственности, коль скоро д'Ьло коснется дароватая правъ
вашимъ женамъ и дочерямъ. Очевидно, что въ вапшхъ измышлешяхъ
говоритъ не теплое участае къ женскому полу, а рабовлад^льческШ
разсчетъ. Да и чему, какой это женственности Грозитъ опасность огруб-
лешя въ современномъ обществе, особенно французскомъ, гдЪ бракъ
превратился въ чисто коммерческую сд&шу, гд^ всЪ силы женскаго
ума уходятъ на бездушное кокетство, гд^ супружеская измЬна под-
виге, а любовь — ^удовлетворете чувственности или дЪло разсчета, гд'Ь
проститущя заражаетъ собою все. Да покажите же эту, прославляемую
вами, женственность въ высшихъ слояхъ европейскаго общества; мы
не видимъ ея, если только она состоитъ въ чемъ нибудь другомъ, а
не въ слабости тФла и ума, не въ н-Ьжиости кожи, не въ болезнен-
ной раздражительности нервовъ, не въ кокетстве и салонной сенти-
ментальности. Покажите эту женственность и въ низшихъ классахъ,
где бракъ является скорее д^ломъ хозяйственнаго разсчета, чЪмъ
любви, где женщина сплошь и рядомъ унижена и забита до такой
степени, что становится совершенно безчувственною къ своему поло-
жешю, где вы часто встретите развратъ въ самыхъ циническихъ про-
явлешяхъ, где семейная жизнь порождаетъ столько уб1йствъ, отрав-
дшй, поджоговъ, где матери убираготъ детей, чтобц цоживиться сун-
326
мою, на которую была застрахована жизнь ма^потокъ и т. д. Конечно,
нмЪютъ полное право возразить намъ, что ин указнваемъ только на
мрачную сторону народной жизни, оставляя безъ вниман1я св'Ьтлня
черты ея; что въ аристокрапн очень естественно женственность раз-
вилась до крайности, до такой ТТеЪег^егЪИсЬкеИ;, но внраженш Риля,
что пришла къ отрицашю самой себя, а въ низшихъ классахъ, по-
давленныхъ б'Ьдностью, непользуюп](ихся плодами цнвплизащи, жен-
ственность находится еще въ зародыше, въ той едва зам'Ьтной форм1,
въ которой она сливается еще съ формами свойствъ мужской натуры.
„Не зд'Ёсь, — скажутъ намъ — а въ среднихъ классахъ вы найдете ту
женственность, за которую мы стоимъ и которая дорога для мухчи-
ны, какъ животворный дождь и небесная роса для производительно-
сти земли **. Мы совершенно согласны, что въ среднихъ классахъ бо-
л%е, всего достойныхъ уважетя женщинъ, что зд^^сь бракъ и сеиья
бол'Бе свободны, а любовь бол^е чиста и разумна, чЬжъ въ внсшеиъ
С0СЛ0В1И. Но в^дь зд'Ьсь и бол'Ье образованныхъ женщинъ, тАхь от-
сюда-то и выходятъ почти вс^ притяяатя женщивъ на солидное об-
разоваше и на равноправность съ мужчинами; крестьянки и пролета-
р1атки не занимаются женскимъ вопросомъ, большинство ихъ не знаютъ
даже и о самомъ существоваши его, а въ аристократической ' офер^
эманципащей если и увлекаются, то увлекаются большею часпю В1|
дух'Ь Жоржъ Занда. Следовательно, женственность сама протягиваеть
руку эманципац]и, нисколько не опасаясь мнимо-пагубяыхъ вл1ятД
ся. Да и чего опасаться? Столкновеше съ д'Ьйствительною жизшю мо-
жетъ не столько огрубить, сколько укр'Ьпить, возвысить и наполнить
новыми чувствами впечатлительную натуру женщииы, чувствовашя и
мысли которой р^дко теперь выходятъ за пределы своего дома и се-
мейства. И отстаиваемое нами расширеше сферы женской д^тельно-
сти представляется необходимымъ не только для дальнЪйшаго про-
гресса челов'Ёчества, но и для спасетя семьи, сл'Ьдователь^о и для
спасетя общества, если только оно не желаетъ дойти до состоятя
во сто-кратъ худшаго, чЪмъ то, которое положило конецъ существо*
ван1ю древняго Рима. Въ высшихъ классахъ, какъ мы уже говорили^
отъ семьи и брака остались только одни пустыя, безсодержательныя
форвш; въ низшихъ классахъ семейство и бракъ также постепенно
разрушаются, простнтуцхя усиливается, д%тоуб1Йства увеличиваются.
Вспомните при этомъ, что какъ обычаи и жизнь высшаго круга все
больше и больше распространяются въ среднихъ классахъ, такъ жизнь
и обычаи европейскаго пролетар1я, вм4ст'Ь со многими другими фак-
торами, постепенно разрушаютъ патрхархальную жизнь крестьянства
и губятъ то, что, повидимому, такъ дорого для общества. А въ сред-
немъ классе между т^мъ идетъ д'Ьло женской эманцнпацш, увлекая
все бол^е и бол^е женщинъ какъ высшаго, такъ и низшаго сословЯ.
327
И поклонники старнны и защитники существующаго аШи дио со-
знаютъ всю критичность такого положешя вещей, всю важность со-
вершающагося переворота, но свалвваютъ всю вину на тФхъ именно
дФлтелей, программа которыхъ наиболее полезна и тенденцхи кото-
рнхъ наименее разрушительны. Вместо старашй приготовить потоку
народной жизни надлежащее русло, мы видимъ усилхя вовсе остано-
вить его н принудить къ обратному течешю. Раст1врявш1еса консер-
ваторы хотятъ искуственно внушить людямъ тЬ чувствовашя, кото-
рый или вымерли въ нихъ, или совершенно видоизменились. Татя по-
пытки мы видимъ во всЪхъ отрасляхъ умственной деятельности. Зна-
менитый дреэденск1й живописецъ Лудвигъ Рихтеръ во множеств*]^ сво-
ихъ хартинъ старается выразить прелесть семейной жизни и вопло-
тить т&п старинный семейный духъ, котораго уже нЬтъ болЪе въ
обществ'^. Беллетристъ 1ерем1Я Готтхельфъ, подобно соименному ему
еврейскому пророку, горько плакавшему на развалинахъ 1ерусалима,
оплакнваетъ разрушенное святилище древненёмецкаго семейства, са-
мыми радужными красками рисуетъ его прелести и громить все, что
сод1Ьйствуетъ его падешю. Даже знаменитый этнографъ, Риль, не до-
вольствуясь книжною пропагандою, взялся для воспиташя семейнаго
чрства за музыку и перелоакивъ на ноты много п^сенъ нЪмецкихъ
поэтовъ, издалъ ихъ подъ заглавхемъ Наа8ши81к — „Домашняя музыка"-
И не въ одной Гермаши, — ^въ другихъ странахъ есть также свои Рих-
теры, свои Готтхельфы, свои Рили. Чтобы понять ихъ растерянность
въ виду совершающихся явлетй и комичность ихъ затМ, мы приве-
демъ зд'Ьсь планы и стремлетя Риля, им^ющге ц^лью реставрацш
старинной семьи, восплам^нете погасающихъ семейныхъ чрствова-
тй и охранеше женщины отъ окончательной потери женственности.
Кроме чисто литературной и музыкальной пропаганды, онъ не прочь
прибегнуть къ мЪрамъ уголовнымъ и полицейскимъ ; онъ не прочь,
напр., дманципированныхъ и неспокойныхъ дамъ посылать для „со-
щально-политическаго лечешя" куда нибудь въ род4 Сибири. Онъ го-
ворить, что женщина, действующая по своему естественному призва-
шю въ семействе и для семейства, должна требовать не своего допу-
щен1я ко всемъ отраслямъ общественной деятельности, а „государ-
ственнаго признатя семьи", того, чтобы „государство въ делахъна-
роднаго представительства и управлешя обращало большее вннмате,
чемъ ныне, на громадную политическую силу семейства". Отвергая
недавно предлагавппйся въ некоторыхъ германскихъ парламентахъ за-
конъ о налоге на безбрачхе, Риль советуетъ, чтобы „при выборахъ
обращали внимате не только на сословхе, имущество, занятхя изби-
рателей и избираемыхъ, но также и на то, холостяки ли они или отцы
семействъ. Только отецъ семьи можетъ быть избирателемъ , а выби-
раемыми могутъ быть и холостяки, но только въ небольшомъ числе.
такъ, чтобы въ палат'6 на двухъ отцовъ семебствъ приходилось не бо-
л'Ье одного холостяка". Цензъ онъ предлагаетъ вовсе уничтожить, такь
кавъ при суш;ествован1н теор1и, доказывающей его ращональность,
каждая женщина, живущая своинъ доходомъ, ии^етъ полное основа-
те' требовать нрава голоса наравне съ мужчиной. Впрочемъ, онъ со-
знаетъ, что однихъ государственныхъ м^ръ тутъ недостаточно, а что
нужна лреж)1е всего апостольская ревность и д'Ьятельная пропаганда
реставрацхи семейства. Государство можетъ помогать только разго-
р^^ться яркимъ пламенемъ т1^тлъ искрамъ народнаго духа, которня
тл'Ьютъ еще подъ ))азвалинами семейства. Онъ уб^ждаетъ распростра-
нять по возможности кругъ семейства, включая эъ него, по патр1ар-
хальному, не только дальнихъ родственниковъ , но даже и прислугу;
онъ пропов^дуетъ реставращю всЬхъ - старинныхъ семейныхъ обн-
чаевъ, старинной архитектуры домовъ и горько оплакиваетъ изчезно-
веше старинныхъ домашннхъ предравсудковъ и суев'Ьрхй. „Высшая
задача въ перестройк'Ь наполовину уже разрушеннаго общества заклю-
чается въ возобновленш семейныхъ обычаевъ. Даже женщинамъ от-
крывается зд'Ьсь поле политической д'Ьятельности. Вм^^сто того , чтобы
фантазировать о новыхъ конституцгяхъ, постараемся лучше водворить
въ своихъ семействахъ дисциплину и порядокъ, а потомъ уже будемъ
политиками. Кто хочетъ изгнать чертей, тотъ долженъ очиститься
самъ. Прежде всего мы должны очиститься въ собственномъ домЪ*',.. „Каж-
дое семейство должно им'Ьть своц) аристократическую гордость^ быть
своеобразнымъ. Поэтому, оно должно заботливо собирать и сохранять
все, Ч'Ьмъ обрисовывается его особенный характеръ... Семейная хро-
ника должна быть въ каждомъ дом%, въ которомъ умЪютъ читать и
писать". И подобными-то пропов']^дническими разглагольств1ями ду-
маютъ остановить ходъ сощальной жизни, сознавая въ то же время,
если не непобедимую, то во всякомъ случае громадную силу и мно-
гочисленность враждебныхъ пмъ факторовъ, начиная съ теорхй инди-
видуальной свободы и оканчивая трактиромъ. Какъ остановить дМ-
ств1е этихъ факторовъ, разрушающихъ архаическую семью и патриар-
хальный отношешя — никто не говорить, а забавникъ Риль, во имя
спасен1я общества посредствомъ реставрацш семейства, совЬтуетъ
только „послать къ чорту всю нов-Ьйшую политическую экономхю".
И нагородивъ въ своей пропагандирующей книжке (п^^^ ГапиЦе'^)
такой ерунды, онъ предсказываетъ полное осуществленхе своихъ прин-
циповъ въ XX стол4т1и. Дома, изволите ли видеть, будутъ строиться
тогда вполнЬ по старивному: въ дом* будетъ жить все семейство, —
дедушка, бабушка, отецъ, мать, сыновья, внуки и т. д ; прислуга снова
войдетъ въ семейный кругъ; молиться будутъ вс* вм4стЬ и дома и
въ церкви; возстановятся во всей своей патр1архальности семейные
праздники и общественность приметъ совершенно семейный характеръ.
329
яВъ доте зинше .вечера будутъ заниматься домашнею музыкой, ста-
рою домашнею музыкой Гайдна, а въ особенно торжественные и свя-
щенные дни — Себаст1ана Баха^... „Сидя у теплой печки", родствен-
ники и друзья ихъ будутъ забавляться надъ нашимъ вЪкомъ, надъ
нашими стремлен1ями и теор1ями, либералами и консерваторами, по-
литической экономхей, педагопей и т. д. «Авторитеть и уважете къ
нему" водворятся вполн'Ь. ^Законы о брак^ будутъ гораздо строже,
ч^^нъ въ настоящее время".
Шть, господа! не вашимъ ртомъ ловить мышей, не вашего ума
д^^ло разсуждать о реформ'^ семейныхъ институщй, о развитхи семей-
ныхъ чувствовашй! Поймите, что безъ истинной любви ни бракъ, ни
семейство непрочны; а эта любовь убивается экономическою зависи-
мостью, денежными разсчетами, стЬснешемъ свободы, неравенствомъ
сторонъ, состоящихъ, повидимому, въ договорномъ союз^. Ужели вы
не знаете, что чЪмъ евободн'Ье и независим^ чувство, ткжъ оно
глубже и сильн^^е. Любовь собаки къ хозяину или раба къ господину
вовсе не то, что любовь развитой и свободной женщины къ избран-
нику ея сердца, но почти одно и то же съ любовью какой нибудь ки-
таянки или турчанки къ своему повелителю мужу. Рабская предан-
ность и женственная покорность, абсолютность власти патр1арха, воз^
сЬдающаго у домашняго очага, неразд'Ьльность интереоовъ ^сЬхъ чле-
новъ семейства, поглрщешё семьей и въ особенности отцомъ ея вс:Ьхъ
подвластныхъ личностей, — в&к эти р1а дезхАепа консерваторовъ воз-
можны только на зарЬ народной истор1и, а гд^Ь они остаются въ ока^
менЬломъ состояши долЪе, тамъ вся народная жизнь останавливается
въ своемъ теченш и люди д'Ьлаются ходячими машинами, какъ, напр.,
въ ЕитаЪ. Совместное существовагае развитой, прогрессивной обще-
ственной жизни и патрхархальныхъ порядковъ положительно невоз-
можно, равнымъ образомъ невозможно и возстановленхе послЪдннхъ
тамъ, гдЪ они уже разрушены. Это доказываетъ истор1я. Посл^ паде-
шя Рима и Грещи патрхархальное семейство могло быть возстанов-
лено на европейской почвЪ только полудикими германцами и турками,
да и то не на долго; посл^^ реформащи оно было, но также лишь на
короткое время, реставрировано подъ влхяшемъ буржуазш, крестьян-
ства и релипщ но буржуаз1я и крестьянство теперь сами выходятъ
уже изъ сферы патрхархальнаго мхросозерцашя, а религ1я — это замЪ-
чаютъ даже всЪ теологи и указываютъ, какъ на исполнеше евангель-
скихъ пророчествъ— релипя бол*е и бол*е теряетъ власть надъ ума-
ми. Поэтому, реставрац1я патрхархальной жизни возможна только въ
томъ случае, ^если Европу покорятъ как1е нибудь монголы или кир-
гизы, подобно германцамъ, покорившлмъ Римскую имперхю. Да, соць
альный прогрессъ существовавшихъ до сихъ поръ обществъ состоялъ
главнымъ образомъ въ томъ, что патр1архальное общество > единицею
330
Еотораго служить семья, всюду, гд'Ь только жизнь идетъ прогрессивно,
превращается въ новое общество, единицею вотораго служить лицо.
Сообразно съ этимъ переворотомъ изм^Ьняются мысли и чувствоватя.
Рабъ семьи превращается въ гражданина. Кругъ сощальннхъ пред-
метовь, занимающихъ собою сердце и умъ, постепенно расширяется;
на ряду съ семействомъ, сердце и умъ заняты общиной, нащей, че-
лов'Ьчествомъ; узюй эгоизмъ патрхархальности облагораживается. Чув-
ство, отданное въ первобытной цавилвзащи исключительно семейству,
необходимо должно разд'Ьлиться теперь между несколькими объектамв
и потерять значительную долю силы, присущей ему въ его прежиеиъ
состояши. Положимь, что въ современномъ челов^^кЬ ослабЪваютъ
инопя семейныя чувства, но в^дь онъ не остается же бездушннмъ
истуканомъ, вЪдь они заменяются другими чувствами, (^ол^е проч-
ными и более просветленными разумннмъ сознан1емъ. „Да оставить
человекь отца своего и мать свою н идетъ за мной**, говоролъ Хисусъ,
такъ кавъ его учен1е не дозволяло верующему отдаваться исключв-
тельно семейству. Въ новейшей жизни происходить подобное же дви-
жеше. Семейство должно быть первоначальншмъ воспитательнымъ за-
веден1емъ человека для него самого и для общества. Любовь къ жен-
щине и друг1я семейныя чувствован1Я необходимо должны разделить
свое монопольное владычество надь сердцемъ съ более обширннхп
чувствами общественными. Этоть переворотъ еще не совершился, но
окончательный исходь его уже виденъ, и понятно, на чьей стороне
будетъ победа въ этой борьбе домашняго очага съ общественнызгь
<(»орумомъ. Исходь этой борьбы должна ускорить женская эманципадгя,
потому что изолированность женщины отъ общества служить одною
взъ главныхъ преградъ воспиташю въ народахъ гражданскихъ чувства.
Занятая исключительно мелкими интересами дома, не заинтересованная
въ ходе общественной жизни, лишенная всякаго солиднаго образова-
Н1Я, женщина, при своемъ громадномь влхяши на мужа и детей, за-
держиэаетъ ходь общественнаго развитая, и въ своемъ отупешй вос-
питываетъ детей въ чувствахъ покорности злу и равнодуппя къ по-
року. Даже въ техъ случаяхъ, где, какъ, напр., въ рабстве или вр4-
ностномъ быте, по словамъ поэта, для женщины,
Три тяжк1я доли имела судьба,
И первая доля— съ рабомъ повенчаться,
Вторая—быть матерью сына раба,
А третья— до гроба рабу покоряться, —
даже во всехъ подобныхъ положешяхъ женщина оказываетъ немало-
важное вл1ЯН1е на сохранеше в1а(и дао. Она постоянно вовлеваетъ
■♦гужчпну въ сферу своихъ ограниченныхъ и суетныхъ интересовтч
ослабляя, даже вовсе истребляя въ немъ любовь къ деятельности бо-
^31
л^е возвышенной и разумной, ч']Ьмъ та, которой посв'ящаетъ себя жен-
щина. При своей жалкой неразвитости н семейной исключительности
она необходимо д-Ьлаетъ мужчину семейнымъ эгопстомъ. Пресловутое
самооправдан1евзяточниковъ^-„жена... дЬти"... им-Ьеть глубокое и об-
пшрное значеше. ,^Кв,кь р'Ьдко — говорить г-жа Милль — влхянхе
жены клонится къ помержк:^ гражданскихъ доброд'Ьтелей, какъ р'ЗЬдко
возбуждаетъ въ ней что нвбудь, кром^ неодобрешя, каждый р']^ши-
тельный шагъ, отъ котораго можетъ пострадать частный интересъ или
суетноезначошесемьи**.И сколько общественныхъ пороковъ и недоста-
тковъ зарождается и воспитывается у домашняго очага; сколько пороковъ -
рабской изворотливости развивается въ женщин'Ь и пороковъ власти въ
мужчнн'Ь; сколько.гибнетъ силъ и дарован1й въ тесной и душной атмосфер!»
деспотическаго патрхархальнаго семейства. Какъ часто т^^ формы семей-
иыхъ отношетй, поддержку которыхъ консерваторы считаютъ необходи-
мостью, приводятъ людей къ полному отрицанш семейства, вырывая
изъ ихъ сердца всгЬ семейныя чувства и привязанности и заставлял
ихъ отрясать прахъ отъ ногъ своихъ при б^гств!^ изъ домашняго ада.
Кром-Ь того, безправное, исключительное положен1е женш;ины, воспи-
тывая въ ней тк слабости и недостатки, которые входятъ въ поня-
Т1е женственности, сильно вл1яютъ и на мужчину. Онъ, по м^Ьр% раз-
вили упомянутой женственности, все бол^Ье и бол']^е впадаетъ въ ту
слабость, которую такъ долго воспитывалъ въ своей подруг*. На гла-
захъ современныхъ поколыши совершается эпидемическое заражеше
мужчинъ бол&ненною чувствительностью, кокетствомъ, дамскимъ лег-
комысл1емъ, унадкомъ энерг1и и самостоятельности и другими недо-
статками, которые столько стол'Ьт1й считались въ ряду достоинствъ
хенщвны и которые усвоялись всегда мужчинами въ мрачные перходы
паден1я государствъ и народовъ.
Оставляя въ сторон* всЬ друг1Я возраженхя противъ женской эман-
ципащн, мы въ заключеше приведемъ еще одно, которое отличается
не замФтною въ другнхъ серьезностью. По вычислен1Ю Вильерме, до
пятнадцати-йтняго возраста рабочая плата мужчинъ и женщинъ почти
одинакова, затЬмъ женская плата становится постепенно незначитель-
н-Ье мужской и, начиная съ двадцатилЬтнаго возраста, равняется только
половин* мужской рабочей платы. Объявленхе женп1;инъ самостоятель-
ными тотчасъ усилитъ на промышленномъ рынк* предложенге рабо-
чнхъ рукъ, увелнчнтъ число конкуррентовъ и, следовательно, пони-
зить и безь того крайне скудную зад^льную плату.
Это возражен1е относится собственно не къ женскому, а къ рабо-
чему вопросу; оно нисколько не извиняетъ устранен1Я женп1;инъ огь
семейной равноправности съ мужемъ, отъ высшаго образован1Я, отъ
орофесаи медицинской, адвокатской и ученой, отъ участхя въ суд*,
законодательств*, администращи, народномъ представительств*. Въ
332
лронышлеиномъ же отношети освобождеше аБенпщнъ, ес1и только
оно совершится раньше разр'Ьшетя рабочаго вопроса , дМствитекно
должно произвесть паден1е зад^льной платы. Но что же изъ этого?
В'Ьдь вопросъ о трудЪ, объ его справедливомъ вознаграждеши, объ
освобождеши труда отъ вл1ян1я фальшнвыхъ понятШ о кашпахЬ
нм^етъ исЬ шансы на ращональное рЪшенхе. А женщины могуть
только ускорить это рЪшеше, хотя бы и ц'Ьною временнаго ухудше-
Н1я рабочаго бытэ, вслЬдствхе понпжен1я зад^льной платы.
ВсЬ приведенный нами и иног1я другха возражешя противниковъ
женскаго д'Ьла, равно вакъ и ихъ враждебные этому д'Ьлу поступки
не въ силахъ побороть великую идею, увлекающую все бол^Ье и бо-
л'Ье честныхъ сердец^ и проникающую въ самые отдаленные уголкЕ
дивнлизованнаго м1ра. Что значатъ анафемы ватоляческаго духовен-
ства, доводы беззубой науки, инсинуащи Стебницкихъ, вонюч1е ро-
маны Писемскаго? „Ихъ громк1й лай свид^тельствуетъ лишь о томъ,
^1то мы ^демъ*', дорогая читательница. За усп^хъ твоего дЪла ру-
чается одно то, что сила женскаго движешя уже принудила против-
никовъ его къ значительнымъ уступкамъ. Конститущонный компро-
мпссъ совершился не только между политическими партаями, но и
зтежду обоими полами или, в'Ьрн^е, между адвокатами обовхъ половъ.
Самая консервативная фракщя этой конститущонной партш требуетъ
такой организац1и женскаго воспиташя, чтобы женщина была достой-
ною, развитою подругою н помощницей мужчины, не рабой, а подру-
гой, не нев'Ьжественной, а образованной. Она можетъ принимать уча-
сг1е въ умственной и политической жизни окружающаго ее общества,
ио не иначе, какъ при посредств'Ь мужа. Даже самъ патрхархолюби-
вый Риль готовъ на тагая уступки. „Я далеко не такой варварь,-*
ппшетъ онъ — чтобы желать устранешя женщинъ отъ всякаго вне-
шаго образовашя и ограннченхя сферы нхъ д^тельности однимъ только
хозяйствомъ. Женпщна можетъ полн'Ьйшнмъ образомъ развивать свой
ухъ изучетаемъ наукъ и искуствъ; но это обра80ван1е должно быть
Д.ТЯ нея самостоятельною ц'Ьлью только въ рЪдкнхъ, исвлючительннхъ
случаяхъ; только въ вид'Ь исключен!» женщина можетъ д'Ьлать изъ
него свою професс1Ю. Ужели же, поэтому, такое образовате должно
быть только празднымъ украшенхемъ ума? Вовсе н^^тъ. Мужъ, семей-
ство, друзья, всЬ окружаюпце женщину будутъ пожинать роскошные
плоды благородной, просвещенной женственности. Женщина должна
владычествовать, услуживая; должна исторгать мужа изъ его ограни-
ченности, ограничивая себя; должна вл1ять тамъ, гд'Ь, повидимому,
она только подвергается влхяшямъ. Самый блистнтельный примерь
такой вполн:Ь женской деятельности въ высшихъ сферахъ умственной
живнн даетъ ятъ цов^йшая культурная истор1я въ отнощещдхъ къ
333
Гёте его подруги Шарлотты фонъ-Штейнъ, воспламенявшей для друга
и съ другомъ светочи своихъ мыслей и вдыхавшей въ душу поэта
тотъ примирительный, кроттй, гармоничесшй духъ благородной жен-
ствевности, который лоставилъ его такъ высоко надъ вс^ми''. Въ дру*
гомъ мЪсгЬ Риль приводить въ прим'Ьръ жену жевописца Пармид*-
шно, которая участвовала въ экскурсгяхъ мужа и помогала ему, и
еще Доротею Шлецеръ, дочь знаменитаго историка. С1я благонравная
девица, имевшая степень доктора, хотя и могла бы самостоятельно
трудиться надъ наукой, но все д'Ьлала лишь для отца и только для
того, чтобы порадовать его родительское сердце, обработала и напи-
сала свою ИСТ0Р1Ю русскихъ монетъ. «Еогда же она над^а чепчикъ
замужней женщины, то вовсе оставила свою докторскую шляпу и на-
чала жить для одного семейства**. Не многимъ дальше Рнля идетъ
знаменитый ученый и пруссшй конститущонистъ Рудольфъ Вирховъ,
съ брошюрой котораго чита;Еельница, конечно, знакома по ея русскому
переводу. Если формулировать всЬ идеи о реформ'Ь женскаго быта,
принадлежапця къ наибол^Ье прогрессивному отделу упомянутой кон-
стптущонной партаа, то нхъ можно выразить въ сл^дующихъ поло-
хешяхъ:
Необходимо радикально реформировать женское воспитанхе, кахъ
домашнее, такъ и общественное, уравнявъ его съ мужскимъ и доста-
вввъ желающимъ жеыщинамъ полный доступъ къ высшему образе-
вашю.
Не ограничиваясь доиущешемъ женщинъ п литературной д^ш-
тельностц,.чего они давно уже добились, открыть всЪмъ желающимъ
свободный путь къ професс1дмъ ученой, педагогической, медицанской,
адвокатской, чиновничьей.
Влолн^Ь признать бракъ договоромъ двухъ свободныхъ и равныхъ
между собою лицъ, со всЬми послФдств1Ями, вытекающими цзъ такого
П0НЯТ1Я.
Узаконить имущественную независимость женщины и ея самостоя-
тельная занят1я вс^мн видами промышленной и торговой д^Ьятель-
ности. .
Вы, русская читательница, конечно, вполне удовольствовались бы
такими скромными уступками. Мы съ вами такъ мало требовательны,
что готовы радоваться, какъ небесной манн^Ь, тому, что на Запад'Ь
недостаточно не .только для такихъ образованныхъ женщинъ, какъ
г-жа Милль, но и для простыхъ горничныхъ, подающихъ петицш въ
англШскШ парламентъ о дарованш имъ избирательнаго права. Но в'Ьдь
насъ это пока не касается, и поэтому, у насъ легче, ч'Ьмъ на Западе,
сравняться женщиы^Ь съ мужчиной во всЬхъ правахъ: различ1е между
ними не такъ велико, какъ тамъ. Но и при всей ум'Ьренности твоихъ
334
же1ан1й, ты не воображай, чтр усп'бешь удовлетворить нмъ безъ без-
смысленнаго изд'Ьвательства надъ тобой умственной черни, безъ на-
стойчивой борьбы съ общественными предразсудкамн н растлЪшемъ.
Ты уже успела испытать все это: ученые намеренно говорили тебЪ
на леБЦ1яхъ сальныя мерзости; эскулапы, боясь твоей Еонвурренцш,
инсинуировали на тебя въ газетахъ; случалось нередко, что при тво^
работе на телеграф'^, со вс^^хъ станц1й телеграфисты посылали* тебЪ
пахабныя телеграммы; беллетристы обливали тебя вонючими помояня
своей фантазш; нйдъ тобой изд'Ьвались за твое пренебрежете вптай-
скимн прилич1ями, тебя пресл'Ьдовали за неношете кринолина. Ты не
отступила передъ этими пошлостями, и честь теб*. Не отступай же
никогда и при каждой своей удач^, какъ бы значительна она ни
была, не забывай опасностей, отъ которыхъ твое д^ло можетъ погиб-
нуть также, какъ погибло д'Ьло женской эманципацш при падети Тре-
щи, Рима, въ эпоху реформад1И, въ началЬ XIX стол4т1я. Бойся тЬхъ
элементовъ, которые въ упомянутые пер1оды губили женское д^Ьло, а
главное, бойся основывать свою свободу на какой бы то ни было не-
волЬ другихъ. Вспомни о томъ первичномъ пер^од^Ь женской нстор1и,
когда не было еще ни патр1архальной херархш, ни привилепй рожде-
Н1Я, ни кастъ, ни подчинешя женщины; когда въ жизни царили прин-
ципы материнства и равенства. Мужчина своею физическою силою по-
работилъ женщину, а созданная имъ патрхархальная система осудила
ее на вечное рабство, ознаменовавъ першдъ своего господства разве-
Т1емъ привилепй рождешя, кастъ, семейнаго деспотизма и обществен-
ной тиранн1и. Въ Грещи, въ Рим'Ь, въ новой Европ'Ь женщина вела
почти непрерывную борьбу за свое освобождете, и достигая нередко
значительныхъ усп'Ьховъ, не могла однакожъ долго пользоваться имя
и снова падала модъ напоромъ реакцш. Главная причина этого за-
ключалась въ аристократическомъ характер']^ тогдашней эманципацш.
Эманципированныя барыни заражались всЬми пороками и недостат-
ками тунеядной н выродившейся аристократ1и; они пользовались сво-
бодой только для того, чтобы кутить на пропалую и проматывать бо-
гатства, созданный трудомъ рабовъ ихъ. Когда же ннзшхе классы, во-
все непричастные ни къ цивилизацш аристократ1и, ни къ освобожде-
тю барынь, првнуждалн аристократ1Ю къ уступкамъ и д^Ьлались об-
щественною силою, то при возстановленнькъ ими патрхархальныхъ по-
рядкахъ женщина снова и надолго лишалась уже достигнутой ею сво-
боды. Таковы были результаты развитая въ Европ* буржуаз1н и кре-
стьянства, а Римъ, если бы его не покорили варвары, возстановивппе
патр1архальное семейство, по всей в^Ьроятностн, перешелъ бы въ руки
своихъ рабовъ и раззоренныхъ массъ народа, а тогда реставращя па-
тр1архальностн и новое порабощеше женщины были бы также неиз-
335
б-Ьжны. Эманципащя женщины будетъ успешна вполн'Ь лишь тогда,
^:огда она распространится на вс^Ьхъ женщинъ. Но развЪ возможно
эманципировать невольницу отъ му2ва, оставивъ ее въ рабств'Ь у го-
сподина или кулака эксплуататора; разв^ возможно, освободивъ жен-
щину отъ мужа, оставить посл^Ьдняго въ нпщенской невол'Ь илн ка-
бале!.. Да, женское д^ло связано т1^сн^йшими узами со ьсЬтлъ соц1-
альнымъ прогрессомъ челов']Ьчества. Это обстоятельство, увеличивая
чвсло враговъ женщпны, въ то же время даетъ ей «многихъ и силь-
ныхъ союзниковъ, подъ обп^имъ напоромъ которыхъ должны посте-
пенно изчезать разные виды общественныхъ 'золъ и напастей. Много
тормазовъ, препятствующихъ нашему развитш, много преградъ на
пути Бъ нашему благоденствш; но эти тормазы сокрушимы, эти пре-
грады уже ветхи. Передъ умомъ, просв'Ьш;еннымъ наукою, передъ зна-
Н1емъ, разумнымъ трудомъ и любовью, они должны пасть, и падутъ
одна за другой, и ужъ падаютъ!..
II
ДТОУБ1ЙСТВ0.
ДЪШБШСТВО.
^ ^ -*--%• ^^■* •
Съ т^хъ поръ, какъ статнстива, вооруженная цифрами н строго
логическими выводами, основанными на цифрахъ, бросила св'Ьтъ на
явлетя общественной жизни, д'Ьтоуб1йство, въ различныхъ своихъ
фсфмахъ и проявлетяхъ, сд'Ьлалось предметомъ величайшаго интереса
для современной литературы. Экономическое значеше этого вопроса
юЛеть громадную важность для общества; оно не можетъ оставаться
равнодушнымъ въ дЪтонстреблешю, если хоть сколько нибудь забо-
тится о своемъ благосостояти. Мы увндимъ ниже, что б']^дность слу-
жить главнымъ источникомъ д^Ьтоуб1Йства и нрямо вл1яетъ на его
развит1е. Ч'Ьмъ б!Ьдн'Ье общество, чЪмъ ниже уровень его матергядь-
наго существовашя, т']^мъ слаб'Ье любовь родителей къ д^^тямъ и тЬыъ
выше цифра дЪтоуб1йствъ, совершаемыхъ подъ вл1ян1емъ гнетущей
нужды. Д'Ьтя — первая жертва такого ненор^альнаго порядка вещей.
Кром'Ь того д']Ьтоуб1йство им^етъ непосредственное отношете къ ор-
ганизацш брака, семейства, къ воспитанш, и вообще къ гЬмъ основ-
мнмъ принципамъ, на которыхъ установлена политическая и обще-
(гтвенная форма народной жизни. Исторхя поясняетъ этотъ вопрось
во многнхъ отношешяхъ, и потому мы обратимся прямо къ ней, го-
вора о д'Ьтоуб1йств'Ь.
I.
Основная форма общественной жизни — брачный союзъ, у народоьъ
двкихъ п полудикихъ вовсе не имЬетъ того значешя, какое придается
ей нов'Ьйшимъ правомъ; это не свободный союзъ мужчины и женщины,
а безусловное подчинете жены мужу. Жена относятся зд'Ьсь къ сво-
ему супругу, какъ вещь къ влад^&п»цу, какъ раба къ господину.
а»*
340
Сообразно съ такими отношетяин мужа къ жен^ устроены на
первыхъ ступеняхъ челов:Ьческой культуры и отношешя д'Ьтей бъ
родителямъ. Д'Ьти, какъ существа слабыя, представляютъ собою ра-
бовъ, собственность нхъ снльнаго отца. Они стоять къ нему точно
в'ь такихъ же отношен1Яхъ, въ какихъ находится дик1й челов:Ькъ еъ
своимъ грознымъ божествамъ. Какъ бога сотворили мхръ, такъ и отецъ
сотворилъ своихъ д'ЗЬтей. Какъ боги — властители вс&1енной, такь и
отецъ властитель своихъ д'Ьтей. Какъ личность чаюв^Ька совершенно
отрицается грозными своимъ необузданнымъ всемогуществомъ боже-
ствами, такъ и личность д'Ьтей совертенно изчезаетъ передъ нхъ от-
цомъ, передъ нхъ земнымъ, домашиннъ, видимымъ божествомъ. Онъ
полный ихъ господинъ; онъ можетъ продать, бросить, убить ихъ; т
нЪкоторыхъ народовъ, напр., у китабцевъ характеръ такого отношен1я
отца къ дЪтямъ, какъ къ собственности, выясняется еще т^мъ обы-
чаемъ, по которому невм'Ьющгй своихъ дЪтей отецъ можетъ купить
чужихъ и усыновить ихъ. У дикаго народа положеше д'Ьтей самое
несчастное: отецъ д'Ьлаетъ съ ними что хочетъ, и никто не можетъ
да и не думаетъ вмешиваться въ его домашнхя д^^а, въ его расоо-
ряжен1я своею собственностью. Любовь къ матери также не можегь
служить д'Ьтямъ защитою и охраною отъ отцовскаго деспотизма и
самодурства: мать такая же раба, какъ и д'Ьтн, она также безусловно
зависитъ отъ того человека, котораго они назнваютъ своимъ отцоиъ.
Отецъ иногда убиваетъ зд^сь ребенка также не сгЬсняясь, какъ че-
ловЪкъ ЦЁвилизованный разбиваетъ иногда въ гн^в'Ь чашку. Дарвнвъ въ
своемъ нутешест1П, напр., разсказываетъ: „Байронъ былъ свидЪтелемъ
въ Огненной Земл'Ь, какъ несчастная мать поднимала своего окро-
вавленнаго и умирающаго ребенка, котораго отецъ швырнулъ о камни
за то, что' онъ уроннлъ корзину съ морскими яйцами*'. Съ дереходомъ
дикаго парода къ общественной жизни, такой порядокъ вещей не
только не прекраш;ается, но даже санкщонируется нисаннымъ правомъ.
Отецъ по прежнему остается верховнымъ влад^льцемъ и судьей сво-
его дитяти; онъ можетъ наказывать его и казнить смертью, т. а уби-
вать. И даже въ довольно развитыхъ государствахъ, напр., въ Кита^,
законы вполне утверждаютъ за отцомъ такое право жизни и смерти
надъ своимъ ребенкомъ. Д'Ьтоубхйство зд'Ьсь не преступлеше закона,
а только его выполнен1е. У другихъ же народовъ, бохЬе развиты^^ъ
сощально, законъ предписываетъ отцу передавать совершеше этого
юридическаго детоуб1йства судебной власти. Такъ у древнихъ евреевъ
отецъ передавалъ своего провинившагося сына судьямъ, которые и
назначали ему наказан1е, часто весьма жестокое, напр. смертную казнь
черезъ поб1ен1е камнями. УбШство ребенка, совершенное самимъ от-
цомъ при господстве такого закона, считается, однакожъ, не столько
уголовнымъ преступлетемъ, сколько нравственнымъ дроступкомъ. При
341
этомъ 0ТЦ0ВСВ1Я права собственности на ребенка нисколько не отвер-
гаются закононъ, и посхЬдшй налагаетъ на д'Ьтоубхйцу-отца самое
легкое накавате, въ род'Ь христ1ансвихъ церковннхъ покаянШ. Въ
древяемъ Египте, напр., отецъ, ' убившШ своего ребенка, былъ о(^я8анъ
въ наказате продержать на своихъ рукахъ его трупъ три дня и три
ночи, подъ надвороыъ стражи.
При такохъ покровительстве преступлетямъ, совершаемыиъ ро-
дителями противъ личности своихъ д'Ьтей, право варварсвихъ наро-
довъ строго, жестоко накавнваетъ каждый проступокъ дЬтей по
отношетю къ родителямъ. Такъ, напр., по китайскому праву д^ти
подвергаются смертной казни „за недостатокъ уважешя въ своимъ роди-
телямъ*' и за самыя незначительный ихъ оскорблешя. Если же сынъ
обругаетъ отца, замахнется или ударитъ его, то онъ осуждается на
ужасную смерть, на такъ- называемое „разсЪченхе на 10,000 частей^;
е1ч> жилвще сравнивается съ землею, всЪ чиновникп той области, въ
которой совершено столь ужасное п:)еступлен1е, лишаются своихъ
мФстъ; объ этомъ з.юд'Ьяши немедленно докладывается самому Сыну
Неба, и скоро по всему Дитаю разносится о престунленш в-Ьсть и
раздаются народныя проклят1я противъ ужаснаго злод']^я. И что всего
хуже, судъ, во всЬхъ подобныхъ д^ахъ, не требуетъ отъ отца ника-
кихъ довазательствъ, а казнитъ обвдняемаго по одному голословному
доносу родителя
При такомъ отсутств1и нравственныхъ и юридическихъ обязанно-
стей родителей къ дЪтямъ, при такой безконтрольности отцовскаго
произвола не можетъ быть вовсе или можетъ быть, но чрезвычайно
мало, причинъ, который задерживали- бы преступный стремлен1Я къ
д^тоубШству, вызываемый разнообразными побудительными обстоя*
тельствами.
Самымъ сильнымъ изъ этихъ обстоятельствъ является исконный
и заклятый врагъ человека — бедность. Въ дикой жизни люди не Д'Ь-
лаютъ, да и не могутъ д'Ьлать большихъ сбережетй, значительныхъ
запасовъ; живя охотою или рыболовствомъ, они добываютъ себ^
только насущное пропитанхе. Малейшая неудача въ Цромыслахъ под-
вергаетъ ихъ голоду, со всЬми ужасными его посл']^дсть1ями. Значи-
тельная прибыль непроизводительныхъ лицъ въ сеъаЬ или^ племени —
д'Ьтей, стариковъ и больныхъ — ведетъ за собою тЬ же результаты. И
въ томъ в другомъ случа* является потребность уравновесить число
потребляющпхъ пищу лицъ съ количсствомъ самой пищи. Средствомъ
для такого уравновешивашя служитъ истреблеше лишнвхъ, пепронзводи-
тельныхъ членовъ семьи. Если голодъ достигаетъ высшей степени, то эти
непроизводительные члены истребляются производительно, т. е. съеда-
ются теми, кто ихъ убиваетъ. Голодъ служитъ самою сильною и, у
большинства аитропофаговъ, единственною причиною людоедства. Одна
342
древЕяа с^^верная легенда, приводимая Клеимонъ въ его А11еете1пе
Си11иг^1б8еп$сЬаГ1, говорить, что какое-то семейство въ своихъ отда-
ленпыхъ странствовашяхъ встретилось съ дикими людьми, которые,
въ случае голода, пояшрали своихъ престарЪлыхъ родстведннковъ,
убивая охопгнтье этихъ безполезнмхъ людещ Ч1ьмъ своихъ полеаныхъ со-
бакь. Такимъ же разсчетомъ руководятся, въ случае голода, и друпе
дикари. Почти вс^ дик1е жители острововъ Южнаго океана, въ случае
крайности, убиваютъ и ^дятъ своихъ женъ, дЪтей и родителей. То же
самое говорить Дарвинъ въ своемъ путешествш о дикаряхъ южной
Америки, а мног1е друпе путешественники о варварахъ Австрал1н.
Африки и А81И. Между инородцами Сибири также не разъ проявлялось
людоедство, до котораго ихъ доводилъ голодъ— родители пожирали
своихъ д^тей, д^ти родителей, какъ было, напр., въ Туруханскомъ кра!
въ 1816 году *).
Мы сказали выше, что бедность и вообще плох1Я услов1Я варвар-
ской и полуварварской жизни принуждаютъ часто людей, посредствоиъ
уб]йства непровзводительныхъ членовъ семьи, возстановлять равнове-
сие между скуднымъ количествомъ пищи и числомъ ея потребителей.
Горестный опытъ жизни скоро научаетъ людей предупреждать нару-
шен1я такого равновесхя посредствомъ д^тоубхйства и плодоизгнашя.
Вс4 народы употребляютъ эти ужасныя средства, чтобы ^ избавиться
отъ чрезмернаго реличешя народонаселетя. Само собою понятно,
что при этомъ долженъ делаться выборъ между убиваемыми; разсчетъ
заставляетъ истреблять только т^хъ, которые или уродливы или боль-
ны, и поэтому всегда будутъ непроизводительными потребителями в
тягостью своихъ семействъ, обязанныхъ ихъ пропитывать. ДалЪе, тотъ
же разсчетъ заставляетъ истреблять преимущественно девушекъ, а
мальчиковъ оставлять и воспитывать. Мальчикъ будетъ понощникомъ
отца, работникомъ семьи, ея защитникомъ и мстителемъ въ смутахъ
варварской жизни. Онъ съ лихвой вознаградить за свое воспитан1е.
девушку же нужно воспитывать, тратиться на нее, а потомъ отдать
ее замужъ, и, у многихъ народовъ, непременно съ приданымъ. Сле-
довательно, ея жизнь — чистый убытокъ для ея родителей. Кроме того,
^то предпочтете сыновей дочерямъ имеетъ еще и релипозное осно
ванхе, тесно связанное съ институтомъ первобытнаго наследства.
Умираетъ отецъ патртархальнаго семейства, и его власть, его имуще-
ство, все его прерогативы и семейныя обязанности переходятъ въ
сыну. Сынъ становится главою осиротевшаго семейства и обязанъ
кормить душу своего умершаго родителя — обычай, превращающйся.
съ дальвейшимъ развипемъ народа, въ принесете жертвъ съ цельв>
*) Подробвостя объ этомъ см. въ моей статъ^: сСибнрспе Инорозцо въ XIX
стол1.т1и», въ яурнад-Ь «Д-као» 1867 г, ввижха Л''111.
иг
искупдев1я души покойника отъ нучешй ада. Ясн^е всего это перво-
бытное возврате выражается въ инд1йскомъ насд^^дственномь прав'Ь,
которое Гансъ справедливо назмваетъ наслгьдственнымъ правомъ жершбъ
по усопщемг. Женщина же, по воззр^Ьшю дикихъ народовъ, недостой-
на такой роли; это существо отверженное^ хотя и прекрасное, источ-
ниБЪ зла и осквернешя, хотя въ тоже время и нсточникъ высочай-
шихъ чувственныхъ насдаждешй. Поэтому у всЬхъ дикихъ и куль-
турннхъ народовъ, стоящихъ вн'Ь европейской цивилизащи, рождеше
сына считается благословенхемъ неба и наполняетъ весь домъ ра-
достью; рождев1е же дочери, напрртивъ, ^читается б^Ьдств1емъ и по-
вергаетъ вс^хъ въ уныше. Такъ было, напр., у старинныхъ арабовъ.
Магометъ, описывая впечатлите, производимое на араба рожденхемъ
его дочери, говоритъ въ своемъ Коране: „когда его изв^щаютъ о
рокдеши девушки, его лицо делается мрачнымъ и онъ впадаетъ въ
глубокую печаль; онъ скрывается отъ людей, размышляя про себя —
долженъ ли онъ держать рожденную съ безчест1емъ или погребсти ее
во прах^". И до сихъ поръ у арабовъ рождеше мальчика сопровож-
дается шумными празднествами, а рождеше д^^вушки, „ничтожнаго ре-
бенка**, по ихъ выражешю, повергаетъ вс^хъ въ печаль. То же самое
мы видимъ у инд]^йцевъ, индусовъ, персовъ, негровъ, японцевъ и у
другихъ древвихъ и новШ!хъ народовъ, въ особенностя же у китай-
цевъ. |р Спрашивать китайскаго мандарина, — говоритъ Гюцлафъ — есть
ли у него дочери, значитъ наноситъ ему жестокую обиду^. Неим^ше
сыновей и постоянное рожденхе дочерей считается величайшимъ б1д-
ств1емъ для отца китайскаго семейства. Въ книг'Ь Гюка „ГЕшрхге
СЫП018'', разсказывается, что такхе отцы иногда перерЪзываютъ горло
своимъ дочерямъ, хладнокровно наблюдая за стремительностью и на-
правлешемъ кровавой струи, такъ какъ по этимъ признакамъ, в^Ьрятъ
они, можно узнать, скоро ли у нихъ родится сынъ.
Всю силу н роковое значеше приведенныхъ выше причннъ пока-
зываютъ страшные разм1ры и сильная распространенность производи-
хаго ими дЪтоубШства.
По словамъ Д10Дора, въ ТабропанЪ (в^Ьроятно, на о. Цейлоне) вс%
безобразныя д^ти предавались смерти. То же самое было, по свид'Ь-
тельству Кв. Курщя, въ Сапитскомъ царстве. Въ настоящее время
на Цейлоне и Мадагаскаре убиваются всЪ д^ти, рождеше которыхъ
астрологи объявляютъ несчастливымъ. Ребенокъ, обыкновенно, выбра-
сывается на съ'Ьден1е зв'Ьрямъ и муравьямъ или же умираетъ отъ
холода и голода. ВсЬ мальчики оставляются въ живыхъ, и кромЪ
того первая д'1^вочка; всЬ следующ1е пстребляются,* и въ т^хъ м^ст-
ностяхъ, гдЪ господствуетъ д'Ьтоуб1йство, рЪдко можно встретить въ
семействе больше одной дочери.
Гагасв, жившхе до 1540 г. Схерра-де-Леовъ, убивали своихъ д1;тей
344
при самонъ ихъ рождевш, погребая ихъ живнми. Они не восштшии
ни одного своего ребенка, но захватывали у враждебиыхъ народовъ
въ пл'Ьнъ взрослнхъ иальчиковъ и ;сЬвочевъ и присоединяли ихъ хъ
своимъ семействамъ.
7 н'Ькоторыхъ племенъ язцчесвихъ арабовъ дочерямъ позволяется
жить только до шестнл^^тняго возраста. Когда наступить этоть воз-
растъ, и когда отецъ решается убить свою дочь, онъ приказываегь
нарядить ее и умастить благоухан1Яии; загЬнъ онъ ведетъ, ее къ
глубокому колодцу и, поставивъ ее передъ собой, приказнваетъ ня>
клониться и посмотреть въ колодезь. Сильннмъ ударомъ въ затнлокъ
онъ сталкиваетъ ее внизъ 1'оловой; зат-Ьмъ колодезь забрасывается и срав-
нивается съ землей. По другимъ извЪспямъ, лишь только женщина
почувствуетъ прнближеше родовъ, тотчасъ выкапывается глубокая
яма, и если родится дочь, ее немедленно погребаютъ авивою въ это!
ям%.
Въ Новой Голландш матери, обыкновенно, убиваютъ болъныхъ п
уродливыхъ д1Ьтей. Если мать умираетъ вскоре посл^ родовъ, ребе-
нокъ живымъ погребается вмЪст^ съ нею, такъ вакъ его некому кор-
мить грудью. Изъ новорожденныхъ близнецовъ одинъ также убиваегся1
въ особенности если это д^^вочка.
Въ Новой Зеланд1и д'Ьтоуб1йство чр^ычайно распространено.
Матери, всосывая свои пальцы пъ слабые швы черепа новорожден-
ныхъ, разворачиваютъ имъ голову.
На Отаити, по словамъ Тернбулля, до введетя хриспанства ис-
треблялось около двухъ третей новорожденныхъ, и этому ужасному
обычаю путешественники приписываютъ, главнымъ образомъ, быструю
убыль отаитскаго народа, котораго въ 1746 г. считалось окояо 20,000,
а въ начале нын'Ьшвяго в^ка только 5,000. Д'Ьтоуб1Йство зд4^сь не счита-
лось ни преступлетемъ, ни безнравствеинымъ д'Ьломъ, и племенные на-
чальники не пм^^и никакого права вмешиваться въ то, какъ отецъ
семьи „распоряжается своею собственностью *'. Если мужъ прогонять
отъ себя жену, то могъ убить и рожтеннаго отъ нея ребенка. Если
вождь им'Ьлъ сожительство съ женщиною низшаго сослов1Я, то всЬ
дФти, бывш1я результатомъ такой связи, предавались смерти; равным!»
образомъ истреблялись всЪ незаконнорожденный д^ти женщинъ вне-
ч
шаго сослов1я. Могила для ребенка была готова еще до его рождешя,
и сплошь и рядомъ изъ утробы матери онъ переходилъ прямо въ
эту могилу. Дочерей своихъ отаитяне отдаваяи въ кортомъ для раз-
врата; въ случаЪ выбора се&к новой любовницы мужъ могъ бросить
прежнюю и убить рожденныхъ отъ нея д4тей. Сильное распростра-
неше между жителями разврата вело за собою и усилете д%тоуб1й-
ства.
На Сандвичевыхъ островахъ д'Ьтоуб1Йство было также всеобщнмъ.
345
Но съ недавняго вренени оно значительно уменьшилось, по крайней
м%р%, не совершается открыто, тавъ вакъ законъ объявилъ его уго-
ловнтгь нреступлетемъ. За то усилилось плодоизгнаше, вавъ это
всегда бнваетъ въ варварсвнхъ странахъ, лишь только законъ и ре-
ЛИГ1Я начинаютъ преследовать дётоуб1Йство; д^ти вытравляются на
четвертомъ или пятомъ м^сяц'Ь беремености, съ большимъ вредомъ
для здоровья и жизни ихъ матерей.
На о-вЪ Формозе женш;инамъ не Дозволяется родить до 35-л']Ьт-
яяго возраста; въ случае беременности до этого срока, жрецы произ-
водятъ вытравлеше нлодяс
На ПарагоФ, одномъ изъ Филинпиновъ, д^тн несовершеннаго тЪ-
лосложешя, который не могли бы впослЪдствш сами добывать с^1^
пропятан1е, закапываются живыми въ землю.
Въ Камчатке, посл^ завоевашя и раззоретя ея казаками, д'Ьто-
уб1йство приняло громадные размеры. Изъ двухъ близнецовъ одного
непременно убивали. Часто отцы семействъ взбунтовавшагося рода из-
Ч^ивали своихъ женъ и д^тей и шли на смертельную битву съ рус-
СВЮ1И. По словамъ Крашенинникова, камчадалки часто стараются
сделаться безплодннми или вытравить плодъ погредствомъ пр1ема
травъ и кореньевъ.
На Курильскнхъ островахъ д^тоубхйство такясе въ ходу, и изъ
двухъ близнецовъ въ живыхъ оставляется обыкновенно одинъ. Этому,
между прочимъ, слЬдуотъ приписать то, что съ мнохючислениаго не-
когда племени курильцевъ въ 1860 г. осталось въ живыхъ только
66 челов^къ обоего, пола.
Въ Гренланд1И, если умершая мать оставляетъ младенца, и еслп
у отца некому воспитывать его, то онъ завертываетъ его живаго вм^-
стк съ трупомъ матери въ зв^риныя шкуры и, отнесши ихъ на вы-
С0В1Й xо^^мъ, завал иваетъ ихъ тяжелыми каменьями.
Эскимосы, кочуюпце по берегамъ Гудсонова залива, часто застав-
ляютъ своихъ женъ производить плодопзгнате посредствомъ принят1я
годннхъ для того травъ.
Хотя, по свидетельству многихъ путешественниковъ, н^воторыя
племена сЪвероамериканскихъ инд'Ьйцевъ, им'Ьютъ благородное отвра-
щеше отъ д'Ьтоуб1Йства; хотя инд'Ьйцы Кри в^рятъ въ загробное на-
казаше за это преступлен1е, думая, что д'Ьтоуб1Йца никогда не будетъ
въ состоян1и взобраться на гору^ — какъ они называютъ свой рай, —
а будетъ в^чно блуждать около м^ста совершешя преступлен1л, съ
множествомъ древесныхъ в'Ьтвей, опутавшихъ его ноги, — т^мъ не
мен^Ье д%тоуб1йство распространено и между северными индейцами.
О сгаринныхъ инд'Ьйцахъ авторъ Исторхи Америки, Робертсонъ, го-
ворить, что б'Ьдность и постоянный лип[ен1я заставляли 'ихъ женъ
избавляться отъ д^тей еще до ихъ рожден{я посредствомъ плодоиз-
тнашя. Женщины, обыкновенно кормили ребенка грудью впродолженхе
346
н!Ьскольвяхъ л^тъ, а такъ вакъ трудно кормить заразъ н^сволькить
д^теб, то всЬ зачатые въ этотъ пер10дъ или натравлялись, или уби-
пались посл^ рождец1я. Одияъ изъ родившихся близнецовъ убивался.
Вм'^^ст^ съ умершею матерью погребался и оставленннй ею кладе-
лецъ. У н']^воторыхъ ннд^Ьйсвехъ племенъ дти обычаи сохранились до
поздн'Ьбшаго времени. Такъ чоктавы иногда погребаютъ своихъ д1*
тей живыми, удавляютъ или удушаютъ ихъ. По свид'Ьтельству Деияза
илодоизгна^ю также до сихъ пЬръ въ большомъ употребленш у ив-
д^йцевъ, а Шарльвуа говоритъ, что малютки, потерявопя свою мать,
погребаются вм^^ст^ съ нею, если только, по другому и8в^Ьст1Ю, ихъ
пе берутъ себЬ на воспотанхе бли2кайш1е родственники. Положение
женщинъ у многихъ племенъ такъ несчастно, что матери избнваюгь
дочерей изъ любви къ нимъ, считая блаюдгьянгемь избавить их1ь та-
квмъ образомъ отъ угрожаюпцей пмъ участи. По т^мъ же самниъ
побужден!ямъ, жены южныхъ инд1>йцевъ на Ориноко убиваютъ своихъ
дочерей при самомъ ихъ рожден1и. Д'Ьтоубхйство очень распространено
и между другими племенами Южной Америки; оно господствуетъ у
«чбвпоньяновъ, арокановъ и т. д. Женщины Гв1ащ1, не желая подвер-
]:ать своихъ дочерей той же судьб^Ь, какую терпятъ сами, убнваютъ
ихъ тотчасъ посхЬ рожден1я. Одного изъ близнецовъ убиваютъ, чтобы
избавить семейство отъ позора, такъ какъ, по ихъ уб^ждешю, общему
многимъ дикарямъ, два близнеца имЬютъ не одного, а двухъ отцовъ;
только крысы, опоссумы и т. п. животныя, говорятъ они, рождаютъ
разомъ отъ одного отца несколько д^^тей, а не человЬкъ. Безобраз-
иыя.и больныя д-Ьти также истребляются.
ТЬ же самыя причины — б'Ьдность, непропорщональность народояа-
селешя матер1альнымъ средствамъ и несчастное положеше женщины,--
д:Ьлаютъ д1^тоуб1Йство необходимою принадлежностью жизни не од-
нихъ дпкихъ, но и культурныхъ народовъ. У народовъ Востока, до-
ствгшихъ изв1^стной степени цивилизащи, упомянутый причины дМ-
ствуютъ даже сильн^^е, ч'Ьмъ въ дикой жизни. Съ оседлостью, съ раз-
пит1емъ промышленности и съ образоватемъ немногочисленнаго класса
богачей и многочисленныхъ нищенствующихъ массъ, съ чрезм^рныхъ
увеличетемъ народонаселен1я, какъ наприм. въ Квта'Ь, д'Ьтоуб1Йство
необходимо уснливается. Но, съ другой стороны, въ культурной жизни
является реакц1я этому преступлен1ю, хотя довольно слабая. Мы ви-
д'Ьли выше, что даже некоторые дикари чувствуютъ отвращен1е оп>
Л'Ьтоуб]йства, облекаемаго ими въ форму релпгюзнаго в'Ьровавзя. Съ
развнтгемъ же народа постепенно усиливается и сознанхе преступно-
сти д'Ьтоуб1Йства. Такъ китайское право запрещастъ детоуб1йство,
считаетъ его преступлен1емъ, и Гюкъ говоритъ, что китайсюе адми-
нистраторы часто нздаютъ указы, подтверждаю ице упомянутый аахонъ
и грг8ящ1е за его на|)ушен1е. Инд-Ьйское право въ БремаВи&анпш'
347
Пурана залрещаетъ даже плодоизгнаше ; оно говорить, что это — ве-
лвкоё ]1рест7ялен1е, равнозначптельное уб1&ству бравшна, и что пре-
ступникъ будетъ мучиться за него на дн4 ада Иарка столько л^Ьтъ,
сколько необходимо для того, чтобы на тЬхк ребенка выросли во-
лосы. Магометъ въ Коране та1сже вооружается протпвъ д'Ьтоубхйствп:
^не убивайте слоихъ л^тей^ ибо убийство ихъ есть велик1й грЬхъ !^
Посл'Ь Щ)инят1я магометанства арабами господствовавшее между ним о
детоубийство уменьшилось, а у н'Ькоторахъ племенъ даже вовсе пре-
кратилось. То аке было замечено и въ другихъ странахъ, гд'Ь маго-
иетане вводили свою религ1ю. Но магометанство, какъ п всякая дру-
гая релнпя, ослабляло д'Ътоуб1йство только на первнхъ порахъ, въ
тоть коротк1Й пер1одъ религ10знаго увлечен1Я новообращенныхъ, тн»
поиъ которого можетъ служить первое время христ1анства, съ его М}*-
ченикаки, братскими общпнами, аскетами и подвижниками. Обыкно-
венно этотъ пер10дъ продолжается недолго. Религ103ное увлечете осты-
ваетъ, на религ1Ю ложится печать обыденности и сдержанные ею на
время инстинкты проявляются съ прежнею силою, хотя, иногда, и въ
отличной отъ прежняго формЪ. Во многпхъ странахъ, гд'Ь, подъ вл)я-
нхемъ новой релипн. законъ началъ вооружаться лротивъ д^^тоуб1й-
ства, усилилось ллодонзгнан1е или потому, что законъ данной страны
не счнталъ его лреступлен1емъ, или потому, что' его легче скрывать,
ткдъ д4тоуб1йство. Кром* того, съ переходомъ народа къ осЬдлой
квзни у него является еще другой суррогатъ д'ЬтоубЮства — подкп-
дыванье или внбраснванье д'Ьтсй. Въ дпкоЛ, кочевой жизни выбро-
сить ребенка значить нав-Ьрное подвергнуть его смерти или отъ хо-
лода н голода, пли отъ животныхъ; выбрасывая же его въ осЬдлой,
населенной стран* можно над-Ьяться, что его подберетъ какой нпбудь
сострадательный челов'Ькъ п сохранитъ ему жизнь. А для большнп-
ства родителей, конечно, легче, выбрасывая ребенка, ут^Ьшаться этою
надеждою, ч4мъ прямо своими руками душить или р'Ьзать его. Вы-
брасыванье и продажа д*тей особенно свирепствовали всегда въ Ки-
та*. Родители зд^сь съ древности продаютъ мальчиковъ въ рабство,
а дочерей содерям1телямъ проституд10нныхъ домовъ; Марко-Поло го-
ворить, что прп 1&емъ въ одномъ какомъ-то город* такихъ проститу-
токъ было 25,000. Стаунтонъ, Дюгальдъ, Гюкъ п др. свид'Ьтельствуютъ.
что д'Ьти выбрасываются по всему Китаю, ежегодно десятками ты-
сячъ, и выбрасываются не только на у.тпцы городовъ, но п на боль-
т1я дорогп, гд* они погибаютъ илп отъ животныхъ, пли подъ коле-
сами экипажей. „Въ Кантонской провинщп — напр., говоритъ губер-
наторсшй приказъ 1848 г., — существуетъ гнусный обычай бросать ма-
ленькихъ д4вочекъ, — въ н^которыхъ случаяхъ потому, что семья б^Ьдпа
и не въ состояши пропитывать многихъ д*тей; въ другихъ же слу-
чаяхъ потому, что родители желаютъ мальчика". Въ Пекпн'Ь п дру-
348
_ ^, ,. _ - - I
I
гвхъ большихъ городахъ д'Ьтей бросаютъ въ обпця^ могнды, устрой-
ваемыя правитедьствоиъ для б'Ьдныхъ покойниковъ, родственники ко-
торнхъ не имЪютъ средствъ на ихъ погребете. Крои^^ того ребятъ
бросаютъ въ рЪкн, привязывая ихъ часто къ тнквЪ, чтобы они не утонул
и чтобы сострадательные люди могли спасти ихъ. Баррау, основываясь на
лу чшихъ авторитетахъ, говоритъ, что въ одномъ только Пекине ежегодно
выбрасывается родителяии 9,000 д^вочекъ. Такое громадное выбрасн-
впнье дФтей вело за собою въ Кита^^, какъ и во вс^хъ культурннхъ
странахъ, учреждете домовъ для найденышей. Одинъ вельможа въ
провинцш Манги ежегодно спасалъ отъ смерти до 20,000 найденышей,
выброшенннхъ ихъ бедными родителями. Онъ обучалъ мальчввовъ
ремесламъ и потомъ ясенилъ ихъ на д^Ьвочвахъ-найденышахъ, воснв-
танныхъ имъ же. Около 1720 г. домъ для найденышей быль основанъ
въ Пекине. Еще есть такой же домъ въ Макао, основанный порту-
гальцами.
Но ни угрозы закона, ни обычай выбрасыванья дЪтей, ни дома
для найденышей — ничто не уменьшаетъ разм^^ровъ д'Ьт6уб1Йста. По
словамъ аббата Бержье, въ Кита'Ь ежегодно около зЬ,000 дФтей пре-
дается смерти; Баррау считаетъ ихъ отъ 10,000 до 20,000 въ годъ.
Ихъ тойятъ, душатъ, закапываютъ живыми въ землю, р^утъ. Крох^
того весьма распространенъ обычай плодоизгнан1я. Въ Тонкий!, напр.,
существуетъ ц'Ьлнй классъ женщинъ, занимающихся исключите11»во
этою выгодною професс1ей.
Въ Япоши, которая, подобно Китаю, страдаетъ чрезвычайною гу-
стотою населешя, д'Ьтоубхйство, по словамъ Неймана , также въ бать-
шомъ ходу, особенно у б^днаго класса.
То же самое видимъ и въ странахъ магометанскихъ, несмотра на
запреш;ен1е Корана и основаннаго на немъ закона. Въ этихъ странахъ
въ особенности сввр'Ьпствуетъ плодоизгнаше. Блакьеръ говорить, что
триполиссше паши заставляли д^Ьлать это своихъ беременныхъ женъ.
Докторъ Брайсъ пишетъ, что турчанки очень склонны къ этому пре-
ступлен1Ю, част1ю по своему отвращешю въ частой беременности, ча-
СТ1Ю побуждаемый своими мужьями, которые боятся чрезм^^рнаго уве-
личен!» гаремнаго населешя, сидящаго на ихъ содержанш. Вытракте-
Н1емъ плода и лишеи1емъ женщинъ способности производить въ Тур-
щи занимаются повивальныд бабки, некоторый изъ иихъ нажнваютъ
этимъ искуствомъ и богатство и славу. Въ ЁгиптЬ д'Ьтоуб1Йст1ю п
плодоизгнате также распространены, особенно посгЬднее ; имъ зани-
маются арабсше медики. ДЪтоубШство зд^сь р^Ьдко наказывается, тагь
какъ виновнымъ легко избежать уличешя. Д-Ьвушва, вытравившая
плодъ, должна въ наказанхе освободить одного невольника. Замужняя
женщина, убившая своего новорожденнаго ребенка, можетъ быть на-
казана только въ томъ случа'Ь, если при самомъ уб1йств^ присутство-
349
валг два свид^^те^иЕ^. Если она улпЕпена, то иужъ долженъ или оштра*
фовать ее деньгами или посадить въ тюрьму. Поклявшись въ своей
невинности, она тотчасъ освобождается отъ д^ла.
Въ Индустан'Ь дЪтоубхйство существовало еще до завоеван1Я его
индусами и удержалось между туземцами до сихъ поръ. Гонда, по
словамъ Неймана, истребляютъ своихъ дочерей въ огромномъ числФ.
яЭтотъ обычай основывается част1ю на ихъ релипозныхъ воззр1^н!яхъ,
част1Ю на ихъ общественныхъ отношен1Яхъ. Женщины, подобно бо-
гни]^ земли, считаются виновницами всяваго зла. За ааждый просту-
поЕъ своей замужней дочери отецъ долженъ отв11Чать ея мужу, семей-
ству или роду. Распутная женщина считается позоромъ и провл^зпемъ
для всЪхъ ея родственнввовъ, для всей общнны. Поэтому девушки уби-
ваются массами, обыкновенно въ седьмой день посл'Ь ихъ рожденхя. Въ
трехъ общинахъ гондовъ и шерхевъ, сл^Ьдовательно только на одномъ
вебольшомъ клочке великой инд1йской земли, ихъ убивается ежегодно
до 1,300''. На полуостров'^ ГуджерагЬ число ежегодно истреблясмыхъ
д'Ьтей полагается въ 5,000, а въ Кучъ-Галларъ и Матсннъ-Канта до
30,000 ежегодно. Истребляются везд'Ь нреимущественно девочки. Мо-
тнвы зтого истреблешя различны. У племенъ раджъ-вумаръ, рагуванса,
раджпутъ, джамъ, м1азе и др. д'Ьвушки убиваются главнымъ образомъ
по невозможности составить имъ приличную парт1ю и дать имъ при-
даное; недача приданаго дочери считается несмываемымъ позоромъ
для отца семейства. Поэтому всЬ почти д'Ьвушки у этихъ племенъ
истребляются, а жены берутся пзъ другйхъ племенъ. Въ н^которыхъ
семействахъ, впрочемъ, одна оставляется въ живыхъ, если н'Ьтъ сы-
новей. Ером'Ь того, незаконнорожденныя дочери большею частш изба-
вляются отъ изб1етя, такъ какъ народный обычай не обязываетъ ихъ
отцовъ давать имъ такое же приличное приданое, какъ законнымъ. Еасто-
вая гордость раджей заставляетъ ихъ также убивать своихъ дочерей,
такъ какъ они считаютъ неприличнымъ своему звашю выдавать ихъ за
кого бы то ни было изъ жителей своей страны. Кром^Ь того были еще
сильный исторически причины, содЪйствовавппя усилешю д'Ьтоуб!]!-
ства. По словамъ Кармака и полковника Уокера, обычай д^тоубШства
между джареджами особенно усилился послЪ магометанскаго завоева-
шя Сцинде, когда большая часть жителей были принуждены неремф-
нить свою нЬру и джареджи были поставлены въ невозможность от-
давать своихъ дочерей за окружавшихъ ихъ инов^рцевъ. Они пере-
селились въ Кучъ, гд^ и сохранили свою прежнюю релипю. Между
гЬмъ отдавать дочерей все-таки было не за кого изъ ихъ единов^рцевъ
и въ новомъ мЪсгЬ ихъ жительства. Тогда жрецы, раджгуры, предло-
жили убивать дЪвочекъ и взяли на себя релипозную отвЬтственность
за этотъ гр^хъ. И съ тЬиъ поръ втечен1е бол^е чЪмъ ста л'Ьтъ въ ихъ
семействахъ вовсе не было дочерей, вс^ окЬ убивались. Этотъ обычай
350
кр'Ьпво утвердился въ народе и упорно продолжалъ держанься даже
тогда, когда джареджи нашлн возможность отдавать замужъ своихъ
дочерей въ родственныя 'н единов'^^рныя имъ племена. Даже инд1янки,
ыышедш1я за мужъ за магометанъ, вопреки религ1п и желан1яиъ свонхъ
супруговъ, продолжаютъ совершать это преступлен1е. Способы д4то-
убМства въ Иид1и разнорбразны; д'Ьтей топятъ въ ваз'Ь, наполненной
молокомъ, задушаютъ ихъ тот^асъ посл']Ь рождешя, затвнувъ имъ ротъ
плацентой, отравляютъ оп1емъ и т. д. Кром^ того сильно распространено
плодоизгнан1е и; на базарахъ британской Инд1и открыто продаются
средства и даются советы для совершен1я этого преступлен1я.
Мы уже говорили выше, что религ1я и право индусовъ вооружаются
иротивъ разсматриваемаго преступлетя, и поэтому м4ры, прпнимаемыя
протнвъ него англичанами, не могли не найти €66*6 партнзановъ въ
сред* самихъ индусовъ. И благодаря этимъ м-Ьрамъ, разм-Ьры инд1Й-
йкаго д-Ьтоубхйства уменьшаются; конечно, этому сод'Ьйствуетъ пс
законъ, кары котораго были всегда безсильны противъ этого зла, а
просветительное вл1ян1е англ1Йскаго управлен1Я, разрушагощаго по-
степенно г6 предразсудки, въ силу которыхъ избиваются новорожден-
ный девушки и вообще д-Ьтп. Д^ЬтоубШство же, производимое ватЬд-
ств1е б-Ьдности, продолжаетъ существовать подъ англйскимъ вдады-
чествомъ, какъ и прежде. Еще въ декабр'Ь 1789 г., всл'Ьдств1е м^Ьръ
и настоян1Й губернатора Дункана, племя раджъ-кумаръ составило и
передало губернатору сл'Ьдзтопцй замечательный актъ. „Такъ какъ
дошло до св-Ьден^я достопочтенной англ1Йской остъиндсков компан1п,
что мы не терпимъ у себя свонхъ д-Ьтей женскаго пола; такъ какъ
:зто великое преступлен1е, по словамъ Брема-Виванта-Пурана, въ ко-
торой даже вытравлеи1е плода считается также преступннмъ, какъ
убхйство брамина; такъ какъ за уб1йство дЬвушкн или женщины пре-
ступнпкъ долженъ страдать въ наказанхе въ Ларакщ или ад*, назы-
ваемомъ Шутала, столько л-Ьтъ, сколько необходимо для того, чтобы
на гЬл4 женщины выросли волоса, такъ какъ поел* того онъ долженъ
родиться снова и преемственно подвергнуться проказ* н джакхшА;
такъ какъ британское управлеше Инд1И, подданными котораго м|/ со-
стоимъ, ненавидитъ этотъ уб1йственный обычай и мы сами, несмотря
на господство этого обычая между нами, сознаемъ всю его греховность,—
то мы решаемся не совершать впредь столь постндныхъ деянй, в
кто изъ насъ окажется виновнымъ въ этомъ или не будетъ воспитывать
и выдавать свонхъ дочерей замужъ за членовъ своей касты, тотъ будетъ
изгнанъ изъ нашего племени, не будетъ ни есть, ни иметь общешя
съ нами, кроме перейесен1я того наказашя, которое определено въ
Пурана и Шастрс^. ,Къ подобной же цели и не безъ некотораги
успеха стремился полковнпкъ Уокеръ ('VV^а1кег). Принятый имъ меры
действительно уменьшили число избиваемых^ девочекъ; ,,естесхвеннал
351
»
привязанность и роднтельск1Я чувства начали брать такой перев'Ьсъ
надъ предраасудвами я суевЪрхеиъ, что н'Ьтъ никакого соин']Ьн1я въ
исворенеши этого безчедов'Ьчнаго обычая^. Тавъ же успешно д'Ьй-
ствовалъ въ Ауд'Ь внце-король Инд1и лордъ Каннннгъ. Подъ его вл1я-
Н1емъ британско-инд1йсвая ассоцгащя объявила дФтоубхбство важнымъ
и гнусннмъ престунлетенъ. Виновннй въ немъ лишается своей касты
я изгоняется наъ общества равныхъ. Точно также общественное
мнЬтае туземцевъ Лагора было возбуждено протввъ д'Ьтоуб1йства
Дхономъ Лауренсомъ. Племена, у которнхъ оно господствовало, были
приглашены на сов4щан1е по этому поводу, и зд'Ьсь англичане довели
ихъ до сознатя великой гр'&ховности д'Ьтоистреблен1я. Зд^сь, съ общаго
согдас1я нхЪ) было положено, что разм^Ьры приданаго дочерянъ не
должны быть велики, и д'Ьвушка, вышедшая за члена низшей касты,
яе теряетъ нривилепй своей касты; такимъ образомъ были устранены
двЪ самыя сильный причины убхйства дочерей.
До сихъ поръ мы выставляли только т^ факты д'Ьтоубхйства, ко-
торые проистекаютъ или изъ б']^дности, или изъ уродливыхъ обще-
ственннхъ отношешй. Но есть еще факторъ, прои8водящ1й это пре-
ступлеше, факторъ, если не бол'^^е, то, по крайней ж'Ьр^^ столь же
сильный, какъ и б'Ьдность. Религюзныя в^рован]я и суев^р1я сплошь
н рядоыъ овазываютъ столь сильное влгянхе на всю жизнь, на всЬ
дМств1Я народа, что заставляютъ людей идти противъ законовъ своей
природы и извращаютъ самыя лучш1я чувствоватя челов'&ческаго
сердца. Т1тог {есП деоз, говорить Цицеронъ, и это изр^чен1е древняго
мыслителя вполн-Ь подтверждается изсл'^^довашями нов^йшихъ ученыхъ
о первобытвыхъ религ1яхъ, особенно восточныхъ. Сущность отношешй
людей къ этимъ жестокимъ божествамъ состоитъ въ жертвоприноше-
Н1яхъ. Боги эти требуютъ жертвъ за исполнен1е . просьбъ в^рующихъ
въ нихъ, и ч'Ьжъ ц'кнн^е жертвы, тЬмъ божества благосклонн'Ье къ
людямъ. Следовательно, во время великихъ общественныхъ б^дствгй
или предъ началомъ важныхъ предпр1ят1й, словомъ, при обращеши къ
богамъ съ молитвою о какой-нибудь милости, челов'Ькъ долженъ при-
носить въ жертву не телятъ или барановъ, а самую ценную свою
собственность, т.-е. своихъ дптей или, по крайней м^р'Ь, своихъ рабовъ.
Кроме того суевер1я часто заставляютъ истреблять д^тей въ силу
кавихъ-нибудь приметь, показываюпцгхъ, что или смерть д'Ьтей при-
несетъ пользу, или ихъ жизнь повлечетъ за собою б^дствге.
По свидетельству историковъ, древн1е египтяне приносили въ
жертву своихъ дйтей. „У древнихъ — говорить Санхон1атонъ — былъ
обычай, въ силу котсфаго правители города или народа, во время ве-
ликихъ бедствхй и чтобы отвратить погибель вс^хъ, приносили въ
жертву метительнымъ божествамъ самыхъ любимыхъ своихъ д^тей,
какъ ц^ну вскуплешя.'' Далее исторнкъ говорить, что этотъ обычай
352
бялъ введенъ Кроноиъ, „котораго финик1ане назнваютъ Ихц к кото-
рый посл^ своей смерти быль обоготворенъ и пом^щенъ на планете,
носящей его имя. Будучи царемъ, онъ лрнжилъ съ нимфой Анобреть
одного сына. Во время великой опасности отъ войны, объявшей страну,
онъ украсилъ алтарь и, облекши своего сына эмблемами царства,
иринесъ его въ жертву.*" Дходоръ разсказываетъ, что , старинные еги-
петскхе цари на могилЬ Озириса приносили въ жертву людей, имЪв-
шихъ одннъ цв^Ьтъ кожи съ Тифономь.*" Манетонъ подтверждаетъ^»то
изв'Ьст1е, говоря, что „египтяне людей -тифонеянъ сожигали живши
въ город*]^ Идиф1а и развевали вхъ прахъ по в^тру; это они дЪлаи
публично и въ опред^Ьленное время, въ дни собаки.*^ Ювеналъ, въ од-
ной изъ своихъ сатиръ, удивляется тому, что е1'иптяне, считая да<е
лувъ божествомъ, 'Ьдятъ челов'Ьческое мясо. По словамъ Уистона, еще
задолго до Авраама, челов^чесшя жертвоприиошен1Я суш^еств^али I
въ Ёгнпт'Ь, и въ Финиши; и во многихъ м'Ьстахъ, хотя и не въ Египте,
они продолжались до Ш, если не до У в:1^Еа по Р. X.
Цстор1я Авраама содержитъ въ себ^ всЬмъ известное свидетель-
ство о существован1и у евреевъ жертвоприношешя дЪтей и, кажъш!-
жется, объ уиичтожен1и этого обычая. 1егова останавливаетъ яожъ
Авраама, велитъ ему пощадить Исаава и заколоть вместо него оваа
Въ последу юш;1е пер10ды еврейской. истор1и мы вовсе не встрЬчаемъ
фактовъ жертвеннаго дЪтоуб1йства. 1егова постоянно нредостерегаеп
свой народъ отъ этого преступления и сильно осуждаетъ за него язмч-
никовъ. „Кто изъ сыновъ Израиля или изъ иностранцевъ, живущих!
во Израил:Ь, принесетъ въ жертву Молоху свое сЪмя (д^тей), будетъ
наказанъ смертью, народъ страны побьетъ его камнями*" (Лепить Х2, 2).
Подобный стропя иредписашя были направлены ненротивъ дМстви-
тельныхъ, а только протнвъ возможныхъ фактовъ; они шли не протаю
стремлетй народа, а совершенно* согласовались съ ними, но крайне!
мЪр^, въ известный перюдъ еврейской исторш. Израиль чувствовалъ
отвращеше отъ этой религ1озной р^^нн д'Ьтей. Когда царь моавятсв!
былъ разбитъ, то онъ прннесъ въ жертву всесожжешя своего стзр-
шаго сына, наследника' престола; узнавъ объ этомъ, евреи пришли въ
сильное негодовате и покинули страну. Особенное благоговейное ува-
жеше къ чадородаю и вера въ прншеств1е Мессш объяснаютъ таюе
отвращеше ихъ отъ детоубхйства. Но лишь только они отступали отъ
своей веры, тотчасъ воздвигали алтари жестокимъ божествамъ и оба-
гряли ихъ кровью своихъ детей. Объ Ахазе разсказывается, что овъ
делалъ истукановъ Ваала, сожигалъ благоухашя въ долине Беяне*
монской и приносилъ въ жертву детей, по обычаю соседняхъ язнч-
никовъ. Пророки часто вооружаются противъ этяхъ языческихъ обя-
чаевъ и говорить, что „израильтяве проливали невинную кровь,*кровь
своихъ сыновей н своихъ дочерей, приносимыхъ въ жертву ндолахъ
853
Ханаана;** что „они сожигаля огпенъ^ своихъ дЪтей, „чего Хегова не
понел^лъ и не помнслнлъ въ се^щк своенъ.^ Обычай бнлъ несколько
времени сильно распространенъ по Палестине. Долина сыновъ Гин-
номовнхъ, вблизи Херусалииа, названа такъ отъ криковъ жертвопри-
носимнхъ тутъ д1^Ф^; назваше Тафетъ также заииствовано отъ шума,
кофорнмъ старались заглушить вопди налютокъ, убиваемыхъ на этой
горЬ. Царь 1ос1я ноложилъ вонецъ идолопоклонству и соединеннону
съ ннмъ д1тоуб1йству, в „освверниль Тафетъ, чтобы никто не ногъ
приносить таиъ своихъ сыновей и дочерей въ жертву Молоху." Въ
послФдуюш[ее время хертвоприношетя д'Ьтей вовсе не было у евреевъ;
въ этомъ "ихъ не обвиняютъ даже ихъ хестоше враги.
Во древней Мехико этотъ варварсшй обычай былъ въ большомъ
унотреблети. Въ хонцЪ кавдаго месяца приносилось въ жертву не-
сколько пл^нниховъ. Когда начиналъ созр'Ьвать хл:Ьбъ, мехяканцы
р^аля въ честь бога водъ треxл^Ьтниxъ мальчика и д^Ьвочку. Когда
. хл^ба поднимались на корн^ выше двухъ футовъ, проносилось въ
жертву четыре шести или семил^тнихъ ребенка. Кром^ того, д^тей
тошЕли еще въ озерахъ, жертвуя ихъ озернымъ божествамъ. Въ 1338 г.
по Р. X. одйнъ царь пожертвовалъ свою дочь въ жены какому-то богу,
и она была зар^ана. По словамъ Торквемады и перваго мехиканскаго
еппекопа Зумурраги, въ одной столице Мехики приносилось въ жертву
ежегодно ЩООО челов^къ. Акоста говорить, что въ одвнъ день по
всему царству должно было приноситься въ жертву 50^000^ а въ дру-
гой день 20^000 человЪкъ. При освященш главнаго храма въ Мехико
въ 1486 г. зар'Ьзано жрецами на жертвепныхъ алтаряхъ 72уЗМ ч.1
Огь мехнканцевъ не отставали и подвластные имъ народы. Самое
жертвоприношеше сопровождалось ужасными жестокостями. Приноси-
мому въ дсертву человеку разрЪзывали грудь, вырывали трепеш;ущее
сердце и ложкою клали его въ пасть идола. Масо съедалось людьми.
Отомнсы даже на базарахъ продавали человеческое мясо. Въ жертву
приносились пленники и преступники; въ случае оскудешя этого за-
паса, делался походъ и налавливались новые пленники.
Хотя Робертсонъ въ своей исторги и прославляетъ кротость пе«
руанскихъ нравовъ, однакожъ говорить, что „перуанцы въ праздники
приносили въ жертву хлебный лепешки, намоченный кровью, добытою
изъ рукъ, бровей и носовъ своихъ детей. По другимъ извест1ямъ,
больной отецъ, чтобы избавиться отъ болезни, приносилъ въ жертву
солнцу своего сына. Въ случае болезни инки, или какого вибудь об-
щественн11го бедствгя, также резали детей. При коронащи одного
инки было принесено въ жертву 200 ребятъ.
Въ Китае разс^штриваемый обычай, суп1;ествуюЩ1й тамъ съ глу-
бокой древйости, не вывелся до сихъ поръ. Въ надежде получить хо^»
рош!й уроакай, китайсгае простолюдины разсекаютъ на двое или от-
23
354
равляютъ своихъ д^тей; часто ихъ бросаютъ въ воду, какъ жертву
водныиъ божествамъ. Но слованъ Гюка, религхозное дЪтоуб1йство осо-
бенно сил>но между Еитайцами, в'Ьрующоын въ переселеше душъ.
Каждый челов'Ькъ, вФратъ они, им^етъ трехъ гуановь^ особаго рода
духовъ. Посд'Ь смерти челов:Ьва, одинъ нзъ этихъ духовъ избнраетъ
себ'Ь для жительства труиъ, другой остается въ семь*]^, а трет1й по-
селяется на могил'Ь умершах'о. Для умилостивлешя носл^Ьдняго ему
приносятся жертвы. Но эти жертвы могутъ быть приносимы толь&о
гуану взрослаго челов^^ка, а не ребенка. Гуанъ послЬдняго не совер-
шенно еще развитъ и поэтому недостоинъ жертвы. Но онъ такъ же
золь, какъ и взрослый гуанъ, и заблаговременно нужно принимать
м^ры, чтобы онъ не могъ вредить семейству. „Поэтому отъбольныхъ
дЪтей отд^Ьлываются такимъ образомъ, чтобы гуаны, при своемъ вы-
ход:Ь изъ г]Ьла, не знали семейства умершаго. Малютку бросаютъ въ
воду или выбрасываютъ подальше или закапываютъ въ какомъ ни-
будь захолусть^Ь. Бъ такомъ случа'Ь, гуаны, негодуюш.1е на то, что
имъ не воздается поклонен1я, привязываются къ рыбамъ или къ хЬс-
нымъ зв^Ьрямъ, и семейство спасено огъ нихъ. Обыкновенно человгЬкъ,
уносяпцй больного малютку, нейдетъ по прямой лин1и, по зигзагами,
то возвращаясь назадъ, то завертывая въ сторону, описывая множе-
ство треугольниковъ, чтобы въ этомъ лабиринт:^ ломаныхъ лин1й гу-
аны никогда не могли узнать дороги, если бы онн захотели вернуться
на прежнее м^^стожительство своего хозяина. Таково основаше, по ко-
торому истребляется столько дЪтей; и т:Ь, который только выбрасы-
ваются—еще самыя счастливый. "" Дал^е Гюкъ разсказываетъ такой
случай: „у одного китайца по сос^Ьдству забол:Ьлъ ребенокъ, и онъ
зарубилъ его, такъ какъ, по его мн'Ьшю, гуанъ этого ребенка мо1^
броситься на другихъ и такимъ образомъ умертвить вс^хъ его д^-
теб.^ При совершен1ц этого вида д^ЬтоубШства у н:Ькоторыхъ китай-
цевъ требуется исполнен1е двухъ правилъ: „1) должно разс1^чь ре-
бенка на три части и 2) разрубить его должны или отецъ или мать. "
„До са)1аго посл^дняго времени — говоритъ Боркъ Рэйанъ — въ
Инд1и совершаются секретно (отъ европейцевъ) челов^^чесшя жертво-
приношеи1я. Мой покойный другъ Коль, служившей въ остъиндскои
комлан1и, разсказывалъ ми:Ь, что вплоть до его времени (до 1855 г.)
женщины, находящ1яся вн^ европейскаго вл1ян1я, убивали своихъ Д'Ь-
тей. Слиманъ говоритъ то же въ своемъ послЪднемъ сочинен1и объ
АудЪ, гд^^ д'Ьтей травятъ декоктомъ (1а1.игя 81;гатоп1иш..« Въ Ганго-
Сагор1^ женщины им'Ьютъ обыкновеше бросать своихъ д'Ьтей въ воду,
во исполнеше какого нибудь торжественнаго об1^та; они счптаютъ это
жертвопрнношете удачнымъ только въ томъ случа'Ь, если акула или
другое морское животное пожретъ д'Ьтей передъ пхъ глазами.^ У ту-
земцевъ Индустана, гондовъ, ежегодно сотни взрослыхъ д'Ьтей ори-
356
носятся въ жертву богин'Ь земли. „Богиня земли!*' поютъ при этомъ
гонды — „тн источникъ всякаго зла, твоя праведная месть угнетаетъ
насъ! Мы недостаточно почитаемъ тебя! О, прости насъ, великая бо-
гиня, нашъ запасъ тавъ малъ! Богиня, научившая человека смерти
посредствомъ растен1й, смерти посредствомъ жел'Бза и стали, прости,
прости насъ, и мы впредь никогда не замедлимъ обагрять челов'Ьче-
свою кровью алтари твои! Вотъ принесенная теб'Ь жизнь, это иску-
пительная жертва теб^Ь!**
Подобно этимъ гондамъ, того же обычая держатся и миопя дру-
пя расы дикарей.
Эъ Аравш душаты ежегодно жертвоприносили ребенка. — Афри-
канское племя гилановъ ежегодно нриноситъ въ жертву истокамъ
Нила своихъ д']^те&, или д'ЬтеЛ, похищенныхъ у сосЬднихъ народовъ.
Гагасы, предпринимая какое нибудь важное д^ло, р'Бжутъ для боговъ
мальчика. — Африканское же племя кваква добываетъ себЬ посред-
ствомъ во&нъ взрослыхъ и дЪтей для жертвъ; если этихъ пл'Ьншзковъ
недостаточно, то р']^жутъ своихъ единоплеменниковъ; эта рЪзня при-
нимаетъ особенно огромные разм'Ьры при смерти князя. — Отаитяне
до введетя христаиства приносили таюя жертвы своему богу Эщ. —
Бельтрами говоритъ, что у инд^йцевъ Северной Америки вплоть до
его путешеств1я (1827 г.) были въ обыча-Ь ч-Ьдов-Ьчесия жертвы, въ
особенности богу войны Маниту. Такой же обычай былъ у дикарей
Флориды; жертвовали обыкновенно мальчиковъ.
Кром^ этихъ жертвоприношетй, д-Ьти у дикарей погибаюгъ еще
всл'Ьдствхе суев^рнаго страха, внушаемаго ими родителямъ. Убива-
ются уроды или д-Ьти, родивш1Яся подъ неблагопр1ятними предвнаме-
новавгями. Въ Камчатк^^, напр., убиваютъ пли, по крайней мЪр'Ь,
убивали прежде д^тей, родившихся во время грозы.
Въ государствахъ первоначальной культуры очень силенъ еще
особый, политическгй^ такъ сказать, видъ д-Ьтоубхйства. Въ постоян-
ныхъ династическихъ раздорахъ правптелей Востока поб'Ьдптель сплошь
и рядомъ истребляетъ все племя поб'Ьжденнаго. Такъ царица Аталхя
перебила своихъ внуковъ, чтобы царствовать самой. Такъ въ Турщи,
по словамъ Торнтона, д^ти принцевъ королевской крови умерщвля-
ются при самомъ ихъ рожденш. Иногда политический разсчетъ застав-
дяетъ истреблять не одн^хъ только д-Ьтей знатныхъ фамилхй. Египет-
СВ1Й фараонъ, желая положить пред'^^лы быстрому и опасному для
него размнс>жен1Ю евреевъ, вел'Ьлъ повивальнымъ бабкамъ убивать
всЬхъ новорожденныхъ еврейскихъ мальчиковъ. Къ этому библейскому
свазанш 1осифъ ФлавШ прибавляетъ еще, что родителей, спасшихъ,
вопреви этому повел'Ьн1ю, своихъ сыновей, фараонъ велФлъ убпвать
вмЬсгЬ съ ихъ дочерьми. Другой подобный прим*ръ представляетъ
та же встор1я евреевъ — это изб1ен1е младенцевъ во время Ирода, когда
23*
866
,онъ смутился и весь Терусалимъ съ нимъ^ в'Ьстью о розкдеши Месс1Я.
Иродъ „вел'Ьлъ тогда избить въ Вифлееме и на его территорш вс^ть
дЪтей мужескаго пола, начиная съ двухл'Ьтнихъ и ниже.' Подобши
дЪтоуб1йства еп ртапс! совершаются особенно во время т^хъ крове-
пролитныхъ войнъ, которыми наполнена тасячел'Ьтняя исто1ня внЪ-
европейскихъ странъ. Осаддающге, наприм:Ьръ, берутъ городъ, нзби-
ваютъвс^^хъмужчинъ, насилу ютъженщинъ, „а младенцевъ ихъ разбнва-
ютъ о камни", какъ выражается одинъ еврейсшй псаломъ. Или вотъ идеп
грозная арм1я восточнаго владыки; зарево и дымъ пожаровъ всюду сооро-
вождаютъ ее; поля вытоптаны, скотъ нстребленъ, селешя сожжены и
между груда1и[и труповъ хищный птицы находятъ молодыя, вкусная
т^Ьла умерщвленныхъ д^^тей. Иногда такая р'Ьзня производится съ раз-
счетомъ: завоеватели хотятъ обезсилить поб^денную страну и ис-
требляютъ ея будущихъ гражданъ, питающихся еще материнскимъ
колокоиъ. Но въ большинстве случаевъ, зд^сь д'Ьйствуетъ зверская
вражда къ поб'Ьжденныыъ и варва{>ск1й инстинктъ разрушен1Я. «Сча-
стлив']^е вс^хъ на земл:Ь тотъ, — говорнлъ Чингнсханъ — кто 1юиитъ
разбнтыхъ имъ непрхятелей, грабить ихъ добро, скачетъ на воняхъ
ихъ« любуется слезами людей имъ блц^кихъ и ласкаетъ ихъ женъ и
дочерей!' Удивительно ли, что при такихъ инстинктахъ, варварсюеи
полуварварсше народы находятъ наслаждеше въ истребленш враже-
скнхъ д^тей, особенно въ томъ случае, если они хотятъ тЬмъ отом-
стить ихъ родателямъ. „Однажды жители города, навлекшаго на сб(^
гн^въ Тимура, выслали для умилостивлешя его д-Ьтей свонхъ. При
впд'Ь этихъ малютокъ, шедшихъ съ песнями изъ корана ему на встречу,
въ Тимур* разыгрался духъ истреблен1я. Онъ помчался на нихъ на
кон* своемъ и приказалъ своей конниц'Ь следовать за нимъ. Несча-
стные родители, стоявпие на городскихъ сгЬнахъ, были свидетелями
гибели дЪтей свонхъ, потоптанныхъ татарскими конями. Случай этотъ,
вероятно, повторился несколько разъ. Шильдпергеръ разсказываетъ
его объ Испагани, магометансше историки объ одномъ изъ городовъ
Малой Азш.'
Обобщая все сказанное нами о детоубийстве у народовъ, стоящихъ
вне европейской цивилизащи, мы находимъ, во-первыхъ, что прнчянн
его — абсолютизмъ отцов^ой власти, бедность, теснота народонаселе-
шя и подобный общественный бедств1я, релипозныя суевер1я, обще-
ственные предразсудки, политичесше разсчеты и жестокость нравовъ.
Во-вторыхъ, вл1яше магометанства, хрнстханства и европейской циви-
лизащи уменьшаетъ детоуб1Йство лишь настолько, насколько оно со-
дезствуетъ устранен1ю моральньаъ причинъ его, насколько онъ смят*
^аетъ нравы, ограничиваетъ отцовскхй абсолютизмъ, разбиваетъ вред-
ные предразсудки. И, какъ мм видели изъ примеровъ успешнаго дей-
СТВ1Я англичаиъ противъ индусскаго детоубхйства, Европа въ атомъ
857
отношенш нокетъ оказать д^Ьйствительнпя услуги варварскимъ на-
ц]ямъ и полуварварскюсБ государстваиъ Востока. Но д%тоу((1йства,
проистекающаго изъ б'Ьдности, современная Европа все-тавн уничто-
жать не въ,состоянш. КромЪ того, съ постепеннымъ уснлешемъ на
Востоке хрнстханско-цивидизованныхъ элеиентовъ, будетъ усиливаться
тамъ новый для Востока, но старый для Европы видъ д^тоубШства:
убИство незаконнорожденннхъ дЪтей изъ стыда или страха стыда.
П.
Какъ бы ни прославляли классическую Элладу поклонники ея,
какъ бы А^^йствнтельно не были привлекательны ея ииеы и поэз1я,
архитектура и скульптура, г^убокомысленная философхя и развитая
общественная жизнь, доблесть ея государственнщъ иужей н патр1о-
тнамъ ея граасданъ, — но при безпристрастнонъ и всестороннеиъ взгляде
на древнедллинскую жизнь, рядонъ съ этими светлыми чертами, предъ
нами встанетъ много гЬней, помрачающихъ блескъ родины Перик-
ловъ, Арнстидовъ, Софокловъ, Аристотелей. Къ числу такихъ ярач-
ннхъ чертъ относится и сильное развит1е д'Ьтоуб1йства, въ осебеняо-
ети характеръ тЪхъ причинъ, которыми оно вызывалось.
Отецъ, особенно въ начале греческой жизни, быль абсолютнымъ
влад^ьцемъ и верховнымъ судьею своихъ д']^тей. До Солона, отецъ
имФлъ право продавать своихъ д1Ьтей и отдавать ихъ въ залогъ, а
нец^омудренную дочь казнить смерт1Х); посл'Ьднее Солонъ замЪнилъ
продаасей ея. Жизнь или смерть новорожденнаго ребенка также была
въ рукахь отца. Едва только дитя показалось на св^тъ, его клали
къ ногамъ родителя. Если онъ бралъ ребенка на руки, значитъ по-
зволялъ ему жить; но если онъ не им^лъ средствъ воспитывать его
или находилъ въ немъ телесные недостатки, то отвертывался отъ
него, — и малютку тотчасъ убивали или выбрасывали. Въ Спарте, гд'Ь,
6ол^е чЪиъ въ остальной Элладе человЪкъ служилъ только орудхемъ,
для достижетя ц^ей государства и всец'Ьло принадлежалъ ему, — ^въ
Спарте дФти были собственностхю государства, и д^тоуб1йство ново-
рохденныхъ совершалось его чиновниками. Тотчасъ посл-Ь рождетя
ребенка, родители были обязаны нести его на известную площадь
(^/^<^/9), гд'Ь его свид'Ьтельствовали назначенные для того старцы; если
ребенокъ оказывался здоровымъ и хорошо сложеннвшъ, то власть до-
зволяла ему жить, въ противномъ случае его бросали въ пропасть
съ Тайгетской горы, такъ какъ его жизнь не могла принести пользы
отечеству, которому нужны были только сильный мышцы и здоровый
тЪла. Этотъ обычай былъ распространеяъ по всей Грещи, за исклю-
чешехъ однихъ Фивъ. Столь же распространено было выбрасыванье
358
новорожденныхъ, особенно д'Ьвочекъ, что не только дозволялось, но
даже поо1црялооь законодателями* Въ Афинахъ, жЬстожь для выбра-
сыванья дЬтеи служила одна изъ гнмназШ, киносаргъ. Иногда д^тн
выбрасывались отцами съ надеждою, что кто нибудь подберетъ и во-
спитаетъ ихъ; иногда же при выбрасываньи прямо разсчитывали на
ихъ смерть, при чемъ старались совершить надъ ребенкомъ такое не-
тязанге, посл^ котораго не могла бы спасти его никакая случайность.
Плодоизгнан1е въ Грещи было такъ же всеобщее, такъ же терпимо,
какъ д']^тоуб1Йство и д'Ьтовыбрасыванье. Даже объ ИппократЪ разска-
зываютъ, что онъ доставлялъ желающимъ средства для плодопзгна-
Н1Я, хотя, по другимъ изв%ст1ямъ, онъ далъ клятву никогда не со-
дМствовать столь преступному д'Ьлу. Одни только фнванцы, какъ ми
уже зам^Ьтили, были противъ д'Ьтоистреблешя. Запрещая плодоизгна-
Н1е, фивансшб законъ наказывалъ за д'Ьтоубхйство, какъ за уголовное
нреступлете. Это бьио единственное исключеше. Даже самые лучипе
умы Эллады защищали истреблеше д^тей и старались доказать его
ращональность. Этому отчасти сод'Ьйствовало в состоянге тогдашней
науки о челов'ЬкЪ и обществ'^. Плодоизгнаше, въ большинстве слу-
чаевъ, не могло быть престунлетемъ, какъ д^йствхе, объектомъ ко-
тораго, по тогдашнимъ воззр^нгямъ, было не оюивое лицо. Плутархъ
говоритъ, что, по мн^шю стоиковъ, ребенокъ начинаетъ жить и прн-
нимаетъ душу въ моментъ рождешя, въ моментъ нерваго вдыха-
шя воздуха. Иппократъ утверждал ъ, что Ье^ав мальчика одухо-
творяется въ 30-й, а д'Ёвочки въ 40-й день послЪ зачат1я По Ари-
стотелю, зародышъ мальчика получаетъ душу въ 40-й, а девочки въ
80-й день по зачатш. Понятно, что истреблеше зародыша до той
поры, которая считалась эпокой начала его жизни, не могло считаться
преступлешемъ. Даже Аристотель считалъ плодоизгнаше вполне за-
коннымъ, если оно совершалось до времени одухотворен1я зародыша
и не подвергало опасности жизни или здоровья матери. Д'ЬтоубЛство
также оправдывалось лучшими философами, какъ одцо изъ средствъ
ка сохранешю и преусп^яшю государства. Въ Эллад'Ь государство
значило все, а личность ц-Ьнилась только какъ государственная еди-
ница. Даже высошя и нич^мъ незапятнанный личности, коль скоро
они стояли выше окружавшихъ ихъ, подвергалась изгнанш посред-
ствомъ остракизма, съ ц^лью предупредить нарушеше государствен-
наго равновЬс1я и равенства. Поэтому, коль скоро государству грозила
опасность отъ чрезмЪрнаго увеличешя народа или отъ появлен1Я въ
сред*]^ его уродливыхъ, безобразныхъ, больныхъ или безполезныхъ лич-
ностей, то философы указывали на дЪтоубхйство, какъ на нротивоад1е
этому злу. Платонъ, напримфръ, допуская плодоизгнаше въ своей Рее-
публикщ говоритъ, что мужчины низшаго класса должны жениться на
женщинахъ того же класса^ и рожденныхъ отъ яихъ д']^тей, въ случае
869
I
государственной надобности, онъ велятъ закапывать живыми въ од-
номъ м^ЬсгЬ съ д^^тьии уродливыии или больными. Поставляя поло-
выя отношетя подъ стропи полицейсюй надзоръ, онъ дозволяетъ боль-
шую свободу ихъ тольБО съ того времени, когда совокупляющаяся
пара достигла возраста, въ которомъ трудно ожидать отънея способ-
ности къ д'Ьторождетю. Но если, сверхъ ожидатя, у такой пары ро-
дится ребенокъ, то философъ • законодатель предписываетъ выбро-
сить его.
Если философ1я и право покровительствовали и допускали дфто-
уб1Йство, то греческая релипя прямо вызывала его. Эта релипя, при
всЬхъ своихъ достоинствахъ, не была избавлена и отъ т^хъ мрач-
ныхъ началъ, воторыя такъ отталкиваютъ насъ отъ релипи мехикан-
цевъ или индусовъ. Въ прекрасной Эллад'Ь алтари ея человЪчныхъ
божествъ такъ же обагрялись кровью челов^ческихъ жертвъ, какъ и
алтари Востока. Пеласги, во времена общественныхъ б^дств1Й, при-
носили своимъ богамъ челов^Ьчесюя жертвы. Спартанцы убивали сво-
ихъ д'Ьтей въ честь Дганы. Виргил1й, въ своей Эвещ% говоритъ о
принесен! ц въ жертву Ифиген1и, дочери Агамемнона и Поликсены, и
дочери Пр1ама; а Овид1й о жертвоприиошеши Поликсены на могил'Ь
Ахиллеса. Геродотъ разсказываетъ, что когда греки не нашли Елены
во взятой ими Тро'Ь, то съ Менелаемъ отправились пресл'Ьдовать ее
въ Египетъ. Меяелай былъ хорошо принятъ фараономъ и получилъ
Елену со жЬжш ея сокровищами. Но онъ долго не могъ выехать изъ
Египта по причии*Ь противныхъ в'Ьтровъ; чтобы вымолить у боговъ
устранеше этого преаятств1я, онъ принесъ имъ въ жертву двухъ ту-
земныхъ д'Ьтей, по обычаю, распространенному тогда въ Грецш. Впро-
чемъ, необходимо зам'Ьтить, что принесенхе въ жертву д'Ьтей омра-
чало собою только разсв^тъ греческой жизни и постепенно изчезало
съ ея развит1емъ. Но за то постепенно увеличивалось д^тоубШство,
совершаемое всл'Ьдств1е другихъ причинъ, — густоты народонаселетя,
б'Ьдности низшихъ классовъ, распущенности нравовъ.
Переходя къ истор1и Рима, мы, на первыхъ же шагахъ, въ легенде
о Ромул^, встр'Ьчаемся съ фактомъ, доказывающимъ если не д'Ьто-
уб1йство, то, во всякомъ случае, дЪтовыбрасыванье въ самую раннюю
эпоху римской ИСТ0Р1И.
Абсолютизмъ ОТЦОВСКОЙ власти у римлянъ получилъ вполиЬ ле-
гальный характеръ и былъ доведенъ до высшей степени. Какъ полный
и неограниченный владЪлецъ ребенка, отецъ могъ убить его при са-
моиъ рожден1и. ХП таблицъ позволяли убивать и уродливыхъ ново-
рожденныхъ дФтей, какъ это было въ Грещи, подъ вл1ятемъ кото-
рой составленъ этотъ кодексъ. Новорожденнаго клали къ ногамъ ро-
дителя, и если онъ поднималъ его, то это служило знакомъ, что онъ
даруетъ ему жизнь, въ противномъ случае, его убивали или выбра-
360
снвали. Отецъ былъ Фавже верховншсь судьей свошъ д^тей н оове]^
шенно безЕОнтрольно иогъ осуждать ихъ на (шерть. Онъ не гайцгъ
этой власти толыо въ то время, когда его сннъ нсправлиъ какую
нибудь общественную должность. Но коль скоро онъ сменялся сь
этой должности, отецъ снова прхобрЪталъ надъ нихъ право жизни и
смерти. Такъ СпурШ БассШ, по словамъ Т. Ливи, по сложен1Н сь
себя должности консула, былъ нриговоренъ своимъ отцохъ къ смерти
и вазненъ имъ. Тавъ былъ казненъ отцомъ одинъ изъ ушствовав-
пгахъ въ заговорЬ Катилины, А. Фульв1й. Въ то время, какъ замоин
такъ покровительствовали д^^тоубШству, они были варварски жеетокн
къ отцеуб1йцамъ. Отцеуб1йцу римляне сажали въ мЪшокъ вхЪст^к еь
собакою, обезьяною и п^^тухомъ; зашивали этотъ м^шокъ и бросали
его въ воду. По ихъ мн^шю, вода была ба осквернена, если бн от-
цеубШцу бросить въ нее незапштымъ въ м'Ьшокъ; они боялись его и
отдать на съ^деше дикимъ зв^рямъ, чтобы послфдше! мапитаввшсь
его мясомъ, не сделались еще бол^е хищными. Отцеубхйцн должны
были умирать тавъ, чтобы ихъ кости не осквернили земли (жишъ
приЕосновешемъ.
' Постепенно усилнвппяся въ Рим^ бедность народннхъ маесь и
крайняя развращенность нравовъ постоянно поддерживали и увешчи-
вали размеры д']^тоуб1йства, плодотагнашя и дфтсшнбрасыванья. ВсЪ
эти преступления были самыми обыкновенными явлен1ями въ Рякк
Они совершались иногда изъ побуждешй самнкъ варварскихъ. По ело»
вамъ Ювенала, очень нередко Д'Ьти убивались изъ кавихъ нибудь де-
нежныхъ разсчетовъ. Сатиривъ совЪтуетъ дФтямъ беречь свою жиюь
и не садиться съ доверчивостью за обыденные столы, блюда вою-
рыхъ отравлены матерями. Чтобы не навлечь на себя подозр4Ьи1а въ
выдумке, Ювеналъ указываетъ на жену Ветт1Я Болана, Поищю, вето*
рая отравила за ужиномъ двухъ своихъ д^тей и была осуждена Не*
рономъ на смертную казнь. „Ужели ты, лютая эхидна, отравила двухъ
за однимъ ужиномъ? двухъ?** спралшваетъ сатирикъ, и потомъ, оира-
вивпгась отъ своего изумленхя, восвлицаетъ: ^тк отравила ба оеме-
рыхъ, если бы у тебя ихъ было семь!** Къ этому Ювеналъ прибавля-
етъ, что ташя д^ла совершались и прежде, но не ип-за денеп. На
могилЪ Поищи было написано: „зд^сь положена я, Понщя, дочь Тита
Понщя, которая отравила двухъ своихъ сыновей**. А^ииущй Фелихеь
говоритъ, что римляне выбрасываютъ своихъ дФтей ввёрямъ и шя-
цамъ, а иногда удавляютъ ихъ. Другой обличитель римскаго общества,
Тертулл1анъ, запцицая христ1анъ отъ нел^паго обвинешя въ дЪто*
убШствЪ во время ихъ ночныхъ религюзныхъ собранхй, гсшоритъ сво-
имъ ч)бвинителямъ, что они сами секретно и публично оов^)шажкгъ
страшное д1^ло дЪтоубШства, въ которомъ обвиняютъ христ1анъ. Т^
тулл1анъ говоритъ, что въ римской Африке, при одномъ изъ ирокои-
361
С7^0Ю Тш1бр1д, дфп пубтно пршосялсь вь жертву Сатурну, н
что 9Т0 продолжалось секретно до его времени. Способы дЪтоубШства,
до Тертулл1ану, бнлн очшь раанообразнн: д^тей вадушали, топили
въ вод^Ь, ввбраснвали собаваиъ или на холодъ; смерть отф меча была
Д1Я нихъ самою лучшею.
Плодоивгнаапе было также чрезвычайно распространено въ Рим^Ь и на-
ходило себ^ ващитииха дажевъ старшемъ Плиш'Ь| который говорить, что
есть ташя плодовитна женщины, что они непременно погибали бы отъ
нножества евоихъ д41твй, если бы не прибегали къ помощи упомаиутаго
средства. Законъ не обращалъ внимаша на этотъ обычай. Только дважды
женщины были наказаны аа плодоизгнаше, и то не за самое плодоизгнан1е,
а за злостную цАль его; одна римлянка, изъ ненависти хъ отцу своего
ребенка, хотела лшиить его тФхъ выгодъ, который онъ получнлъ бы
съ рождешемъ сына; она баял присуждена къ изгиашю. Цицеронъ,
въ одной Н8ъ евоихъ рЬчЛ, говорить о другой женщин!, пригово-
ренной къ смерти за то, что, будучи подкуплена отдаленными род-
ствевяихамн своего мужа, она вытравила свой плодъ, чтобы доставить
зтимъ родственникамъ то наследство мужа, кот(фое иначе перешло
бы къ ребенку. Минуц1й Феликсъ свидетельствуеть о сильной рас-
пространенности плодонзгяашя, говоря, что римляне убиваютъ т^хъ,
хот(фнхъ они еще не родили. По словамъ Ювенала, даясе девушки,
едва только достипшя половой зрелости, знаютъ уже средства для
плодоизгнашя. А друпя, пбудучи беременными и лежа на раззолочен-
ноиъ ложЬ^ посылаютъ за наемниками, умеющими истреблять то, что
находится въ ихъ чреве**. Детовыбрасыванье совершалось также по-
стоянно. Для этого выбирались обыкновенно торговый площади, храмы,
перекрестки дорогъ, места около фонтановъ и морскихъ купаленъ,
сювомъ, большею част!ю места, часто посещаемый людьми; боль-
шинство родителей, невидимому, желало спасешя жизни выбрасывае-
мыхъ детой. Когда ихъ бросали въ воду, то привязывали ихъ къ чему
нибудь, чтобы они не утонули. Часто навешивались на нихъ драго-
ценным ухрашешя, чтобы привлечь людей взять ихъ. Но темъ не ме-
нее ихъ бросали иногда и въ ташя места, где ихъ могла спасти
только баснословная волчица Ромула, да, пожалуй, еще римсв1я баг
рнни. Ювеналъ говорить, что матроны иногда прхобретали себе этихъ
внброшенныхъ детой и обманывали ими евоихъ супруговь, выдавая
ихъ за евоихъ новорожденныхъ. У грязныхъ озеръ, говорить онъ, куда
внбрасываются эти несчастн&я, напя малютки, по временамь по-
лвляется Фортуна; прижавь малютокъ съ улыбкою къ своей грудо^
она уносить ихъ въ знамеянтыя семейства.
Столь сильное и распространенное зло не могло не возбудить про-
пшъ себя реакщи и въ законодательстве и вь народномь сознанш.
Инп^аторн м общественное мнен1е| вь эпоху упадка, начали сильно
362
оппонировать протявъ абсолютизма отцовской власти. При Августе,
одинъ отецъ, зас']^вш1й до смерти своего сына, только благодаря за-
ступничеству императора былъ избавленъ отъ разъяреннаго народа.
Александръ Северъ ограничилъ судебную власть отца, предоставивъ
ему только маловажныл исправительныя наказашя своихъ д'Ьтей. Из-
в'Ьстный юристъ Павелъ считалъ уб1йцею отца, умерщвлявшаго, мо-
рившаго голодомъ или выбрасывавшаго своего ребенка. „Но уроки
юриспруденщи н христ1анства — говорить Гиббонъ — оказались недо-
статочными для искоренен1я безчелов'Ьчнаго обычая, и ихъ кроткое
вл1ян1е было усилено ужасами уголовнаго наказашя''. Законы Кон-
стантина, Балентишана и др. старались мучешями и кровью родите-
лей остановить пролит1е крови д'Ьтей. Такъ Константинъ, смертную
казнь черезъ утоплеше въ м'Ьшк^, налагавшуюся прежде только на
отцеуб1йцъ, распространилъ и на д^тоуб1Йцъ. Но д%тоуб1йство все-
таки усилилось и не только всл%дств1е возраставшей б-Ьдиости, но и
всл'Ьдствхе столкновентя народной развращенности съ новыми идедмо
христ1анства. Самое улсе рождеше незаконныхъ д^тей навлекало на
родителей позоръ и отлучете от^ церкви за блудод^яше. А между
тЬмъ, развращенности нравовъ и вн'Ьбрачнаго сожнтхя хриспанство
не могло изгнать даже нзъ среды тЬхъ лицъ, которые выставляли
себя его лучшими поборниками. Благодаря такимъ нравамъ, количе-
ство незаконнорожденныхъ д:Ьтей было очень велико, а такъ какъ ро-
дители однимъ уже рожден1емъ ихъ навлекали и на себя, и на д'Ьтей
позоръ и пресл^^довашя, то изъ этого затруднетя представлялся одинъ
выходъ— плодоизгнаше, д*тоуб1йство и дйтовыбрасыванье. Увеличенш
д'Ьтоубхйства содМствовало также и окончательное ра83орен1е народ-
ныхъ массъ передъ нашеств1емъ варваровъ. Скоплеше земель въ ру-
кахъ немногихъ, варварская эксплуатацхя низшихъ классовъ общества
высшими, безсов']^стность властей п продажность судовъ, безчеловФч*
ные налоги и междоусобицы — все это раззорило н Восточную и За-
падную импер1и. „БсЬ упали духомъ — говоритъ Мншле; — мертвящая
нед']^тельность распространилась во всемъ обществе. Народъ рас-
простерся по земл'Ь отъ усталости и отчаятя, какъ вьючная скотина
ложится подъ ударами и отказывается подняться. Поля необработаиы,
всюду бедность, голодъ; ужасныя болЬзня ходятъ по лицу умираю-
щаго м1ра, ус^^вая трупами людей путь свой. И люди были ради
смерти. Ничто не возбуждало народа, отуп^вшаго подъ тяжестью
б'Ьдств1Й, онъ бол^Ье не безпокоился объ императорахъ, онъ умолялъ
только о смерти^. И въ это-то несчастное время множество матерей
рождало дЪтей только для того, чтобы убивать или выбрасывать ихъ;
иначе, рано или поздно, они .умерли бы съ голода. Но этимъ число
жертвъ не ограничивалось, и рядомъ съ убитыми малютками закояъ
клалъ обезглавленные трупы ихъ уб1йцъ. Печальное заблуакдеше: >в-
363 _
лали уменьшить число убитыхъ, а ьъЛсто того только прибавляли
новыхъ!...
Но древнее общество доживало свои лосл%дн1е дни; на него дви-
гались уже легюны варваровъ; лосл^дн1я вакханал1И умирающей древ-
ности заглушались дикими, воинственными кликами пришельцевъ;.для
рнмской имоерш насталъ день смерти, и вм']Ьст^ со взрослыми, подъ
ударами варваровъ погибали массы д^тей. „Одни — пишетъ Саль-
шанъ — покрытые ранами, влачили жалкую жизнь; друпе, полуобго-
р^лые, долго чувствовали на себ'Ь жесток1я посл'Ьдствш обжога; одни
погибали отъ голода, другхе отъ наготы; огромное число людей по*
гибло отъ бол^Ьзней или отъ суровости холода. ВездЪ валялись пере-
мешанные трупы мужчинъ и женщинъ, наг1е, истерзанные и брошен-
ные на съ'Ьдеше собакамъ и лтицамъ^. Варвары воевали вполне по
варварски. Туринги, напр., по словамъ Григорш Турскаго, „обрушив*
шйсь на отцовъ, похитили у нихъ все. За т:!^мъ они в'Ьшали нхъ дЪ-
тей по деревьямъ за ноги. Они умертвили ужасною снертью бол:Ье
200 молодыхъ д^Ьвушекъ: одних'^ привязывали за руку къ шеЪ лоша-
дей и потомъ гнали животныхъ рожномъ и разрывали жертву на ку-
ски; другихъ растягивали на дороге и прибивали кольями къ земл5^;
потомъ про^Ьзжали по нимъ съ нагруженными тел-Ьгами, раздробляли
пмъ кости и наконецъ бросали нхъ на съ']Ьдете всфонамъ в собакамъ".
Въ Метц'Ь гунны умертвили всЬхъ жителей, даже ваъхъ дпмгей^ ко-
торыхъ епископъ посп^пгалъ окрестить. Въ Африке, по словамъ Ав-
густина, при нашеств1и варваровъ, вм'Ёсгё со взрослыми часто поги-
бали и д'Ьти. Въ Италш — то же опустошеше, и уц'Ьл^впие жители
съ голоду д'Ьлались людоедами. „Женщины— говоритъ 1еронимъ —
не щадили даже д'Ьтей, которвхя лежали на нхъ груди, и йоавращали
назадъ еь. утробу свой плодъ^ который только что выьаель оттуда^,
Варвары — сарацины, скифы, будины, гелоны и др. — также часто 'Ьли
поб^жденныхъ ими взрослыхъ и д'Ьтей, и пили иногда кровь изъ ранъ,
нанесевныхъ ими въ бою непргятелю. „Бели я — восклицаетъ Саль-
в1анъ — не могу сожалеть объ истреблеши безъ разбора ц'Ьлыхъ на-
родовъ или людей, которые, быть можетъ, получили справедливое воз-
иезд1е за свои преступлешя, то, по крайней мЪр'Ь, мнЪ будетъ поз-
волено спросить, что сд'Ёлали дурного д'Ьти, подвергшхяся той же
участи, д'Ьти, которыя по возрасту своему неспособны были совершить
врестуиленхе!"
ДревнШ м1ръ потибъ, зав^щавъ новому только два средства про-
тивъ д'Ьтоуб1Йства — кару закона и дома найденышей. Ему понадоби-
лись ц'Ьлыя тысячел4^т1я, чтобы додуматься до этихъ средствъ. Но-
вому М1РУ также предстояло прожить долг1Й пер1одъ — и онъ еще не
совс^мъ пережилъ его — чтобы убедиться въ ничтожности и недМ-
ствительности эти м^ры, выдуманныхъ въ первый разъ умирающею
древностью.
364
Ш.
Варвч^н, пришедше въ Европу и раарз^шивше древшй ]11ръ, да-
Д6В0 не бнли такъ непорочны и благодупши, вавъ нхъ стараются
нзобрааить ]шопе археофилы. Внше мы уже видели, какую зверскую
жестокость она продвддли надъ побежденными народами. Не мевк
жестоки бывай они и съ своими едииоплеменнихамн, даже съ своюи
домочадцами- Вхъ междоусобицы были такъ же кровавы и разруши*
теины^ во время нхъ такъ же часто истреблялись вмФстЬ со взрос-
лыми и дЪти, кахъ и въ ихъ войнахъ прЬтивъ римлянъ. „Въ случа'Ь
же норажешя — говорятъ римсше писатели — они обращали ярость
противъ самихъ себя! Ихъ жены, вооружившись мечами и копыоп,
воя, скрежеща зубами отъ бешенства и отчаян1я, окровавленння, съ
распущенными волосами, входили въ повозки затЪмъ, чтобы избпъ
своихъ мужей, братьевъ, отцовъ, сыновей, задушить новорожденинхъ,
бросать ихъ подъ ноги лошадей и нахонецъ заколоть себя. Одна взъ
нихъ повысилась на дышлЫ телеги, предварительно провязавъ хъ
каждой взъ своихъ ногъ по ребенку**. И это было результатомъ гер-
манскихъ П0НЯТ1Й объ отцовской властв. У германскихъ племенъ отецъ
былъ полнымъ собственникомъ своихъ дЫтей; онъ могъ привить но-
ворожденнаго въ свое семейство, убить или бросить его; новороиден-
ное дитя лекало на полу у ногъ отца до гЬхъ поръ, пока онъ р1*
шалъ — бросить его или принять въ семейство. Въ послЪднемъ С1у*
ча'Ь его поднимали съ земли, подавали отцу, который обливалъ его водой
и нарекалъ ему имя '^). Но если отецъ по чему нибудь не хотЬлъ орн-
нять новорожденнаго, то приказывалъ выбросить его или умертвить.
Главнымъ побуждешемъ къ этому была б'Ьдность, особенно, если дЬте!
въ семьЪ было очень много. Но бедность была не единственною при-
чиною: самые богатые люди убивали или выбрасывали д'Ьтей или за
ихъ уродливость, или потому, что мать ихъ была н^побима, или хе
потому, что ребенокъ былъ рожденъ незаконно, и поэтому его жизнь
д1;лалась постояннымъ позоромъ для семейства. ДЫтоубШство боль-
шею частш поручалось рабамъ. Нельзя сказать, чтобн столь варвар-
сюй обычай не возмущалъ добрыхъ чувствъ народа: они высказнваг
лись противъ него и въ легендахъ и въ поступкахъ людей. Объ од-
номъ изъ первыхъ поселенцевъ Исланд1и легенда говорить, что врн
рождеши онъ былъ обреченъ на смерть своимъ богатнмъ м жесто-
кимъ отцомъ. яРабъ уже точилъ заступъ для копанья могилы; дитя
*) Поэтоху и повнвалышя бабкн называются у шведовъ Догдерттта (БгДпи^-
1егсЬеп), у нФмцевъ НеЪаююе, отъ ЪеЪеп; шведское Ьагеп н нйнец. деЬогел аюшчкюп
еобопвняо во роядевнаго, ио принесетюю въ отцу.
865
лежаш на полу; вдругь ъс^ услншали, что оно ваговорио: „пустите
женя въ матери, хнЪ холодно на полу; гд-Ь безопаснее для ре^сива,
вавъ не вь объят1яхъ матери! За чёмъ же точить железо, вачФмъ
р^Ьвать дерновую землю! Оставьте ваше жестокое д1ло, я могу жить
съ храбрыми людьми!** Тогда полили на ребенка воду й назвали его
Торстейнъь „Онъ внросъ и сделался веливимъ человФкомъ**. „Часто—
говорить Стрингольмъ — человеколюбивые рабы, изъ сожалея1Я въ
невиннымъ покинутнмъ дЬтямъ, относили ихъ въ лФсъ я, выбравъ
блиавое къ какому нибудь жилью м^сто или на большой дорсн^, клали
ихъ между каменьями или въ древесныхъ дуплахъ, тщательно ограж-
дая это уб&кище отъ птицъ и зверей, и тамъ оставляли малютовъ
съ вускомъ мяса во рту, чтобы они не умерли съ голода. Нер^дво
тапя дЪти, оставшись въ живыхъ, были заботливо воспитаны тйми,
кто яаходилъ ихъ«. Право также вооружалось противъ уб1йства не
только признанныхъ уже отцомъ д^тей, но у нЬкоторыхъ племенъ и
вообще противъ дЪтоубхйства и плодоизгнашя. Вильде, въ своемъ
я8^^а&'есЫ; с1ег Оегшапеп** говоритъ, < что „вытравлен1е плода у древ-
ннхъ германцевъ считалось дЪятемъ наказуемымъ". Тацитъ также
свидетельствуетъ, что детоуб1йство у германцевъ было однимъ изъ
сильно навазуемыхъ преступлешй, разумея, вероятно, подъ детоубШ-
ствомъ уб1йство уже принятыхъ ота^омъ дЪтей. Противъ распростра*
ненннхъ у визиготовъ д^тоубШства и плодоизгнашя, король ихъ Еин*
дасвинтъ издалъ стропе карательные законы. Всякаго, кто давалъ
хешцинЪ плодоизгоняюпцй напитокъ, завонъ присуждалъ къ смерти,
а беремшную женщину, принявшую такое питье — рабу къ бичеванью,
а свободную къ рабству. Несмотря на эти законы, д^ЬтоубШство было
сильно развито и такъ укоренено въ народныхъ нравахъ, что въ нЬ*
которыхъ м^Ьстахъ препятствовало распространетю хриспанства, тре-
бовавшаго его всецЪлаго уничтожетя. Въ Исландш, по словамъ Стрин*
гольма, введете хриспанства встретило сильное противодМств1е со
стороны тЪхъ, которые никавъ не могло понять, какъ можно, и по-
чему должно, и богатымъ и б^Ьдннмъ воспитывать всЪхъ рождающихся
7 нихъ д'Ьтей. Они приняли христ1анство только подъ услов1емъ со-
хранетя этого обычая. Когда же сов^Ьтъ вождей, съ общаго соглаоя
народа, запретвлъ выбрасывать малютокъ, то нь то же время поста-
новялъ, чтобы, подъ страхомъ изгнатя съ острова, не сыЪлъ жениться
оквнъ (ЙЬднякъ, неим^Ьвппй средствъ воспитывать дФтеЙ. Пропо-
хрисл[анства принуждены были также щадить на первыхъ
релвгиюное чувство ужаса, внушаемое варварамъ иоворожден<*
ннин уродами. Уродовъ тогда рождалось гораздо больше, чАжъ те-
перь, вероятно!, всл^Мств1е УСЛ0В1Й варварской жизни, неблагопр1ят*
няжъ для рмвипя плода въ чрев& матери. Рождете урода^считалось
предвнаменававаемъ бЪды; суеверному взгляду уродъ представлялся
366
неестественннмъ чудовищемъ, а молва еще бол'Ье увеличивала его безо-
бра81е. Тавъ, напр., руссшй лЪтописецъ подъ 1065 годонъ пишетъ:
,,въ Е1ев'Ь рыболове ловяше рыбы, выволокша въ невод'Ь д4^тищъ, его
же сходящеся позоровахомъ до вечера, довящеся, и паки ввергоша
его въ воду: бяше бо у него на лнцЪ срамнш удове, иного же незьэе
скавати срама ради". Дал^е л^^тописецъ упоминаетъ о кЬсколькихъ
подобныхъ чудищахъ, появлявшихся у иностранцевъ, — о ребенк'Ь безъ
глазъ, безъ руиъ и съ рыбьимъ хвостомъ, о д^тяхъ съ четырьмя но-
гами, двумя головами и т. п. Уродовъ, воторыхъ тавъ разрисовывал
фанта81я и молва, европейсв1е варвары убивали даже посл^ щигаят1я
христ1анства, но только въ присутствш священника. Бакъ бы то ни
было, но христ1анство взяло перев^съ, ограничило абсолютизм! отцов-
ской власти и объявило дФтоубШство сильнымъ иреступлетемъ. По-
становлетя папъ и соборовъ, правила отцовъ церкви и римсше за-
коны — все это одинаково побуждало варварскихъ законодателей нака-
зывать д:Ьтоуб1йцъ. Но въ начале, при господствовавшей у европей-
скихъ народовъ систем^Ь композищй, эти навазан1Я большею частью
были легки и ограничивались денеяшымъ штрафомъ.
Релипи варваровъ также доводили ихъ до д%тоуб1Йства съ ц^лью
умилостивлен1Я боговъ кровью малютокъ. Кром^ прямыхъ свид^тельствъ
о жертвоприношеши д'Ьтей, на это указываютъ ии8в^Ьст1я о принотешн
въ жертву взрослыхъ людей, съ которымъ почти всегда неразлучный
жертвенный д'Ьтоуб1Йства.
Таци'гъ говорить, что германцы приносили чоловЪчесшя жертвн
своему главному богу, котораго онъ называетъ Мервургемъ. Хотя этом?
изв'Ьст1Ю и противорЬчитъ свид'Ьтельство Юл1я Цезаря, однакожъ не-
сомненно изв'Ьстно, что человечески жертвоприношен1Я были очень
обыкновенны на германсвомъ сЬверФ. „Обычай приносить въ жертву
людей — говоритъ Рейно въ своей „Ьа КеИроп й'Ойш** — постоянно
возрастая, сделался р'Ьшительнылсь, такъ что храмы превратились на-
вонецъ въ человечесв1я бойни. Въ нихъ закалаемо было до 99 жертвъ
разомъ. Еровью обмывались и храмы, и идолы и окроплялся народъ.
Для того, чтобы умилостивить своихъ боговъ, они не отступали пере;;ь
самыми ужасными преступлешями. Случалось, что или короли приноеилн
въ жертву своихъ подданныхъ, или подданные своихъ королей". Прн-
носились и д^ти; по свидетельству летописцевъ, короли, желая одер-
жать победу, нередко приносили въ жертву и собственвыхъ детей.
У древнихъ германцевъ, кроме того, существовалъ обычай сожагать
вдовъ вместе съ трупами ихъ мужей и убивать рабовъ на могнлахъ
ихъ господъ.
У литовцевъ следы человеческихъ жертвоприношетй сохранялись
до ХУ века. Шайноха въ своей „Да(11Р1Г1{;а 1 ^а^ио*' разсказнваеть,
что въ августе 1382 г. умерь Кейстутъ, братъ веливаго князя литов-
367
сжаго. Трупъ его повезли цъ Вильно, гд^Ь на Свдтогорсвой гор'Ь, надъ
глубокою могилою, былъ сложенъ костеръ. На него положили одетый
по-княжески трупъ Кейстута, съ оруаиемъ, охотничьимъ рогоыъ, когтями
медведя и рыси; затЪхъ взвели на костеръ любимаго слугу покойнаго
и четыре пары собакъ. ПослЪ молитвы и погребальной п'Ьсни, въ ко-
торой прославлялись вс:Ь великгя д'Ьян1я усопшаго, костеръ былъ заж-
женъ, и все, что било. на немъ, превратилось въ прахъ.
Въ У в. часть жителей Верхняго Норика отреклась отъ христхан-
етва, возстановила язычество и человеческая кровь снова начала
обагрять алтари боговъ.
Руссше, по словамъ Ибнъ Фоцлана и другихъ древнихъ географовъ,
првносили въ. жертву и людей вообще, и дЪтей въ частности. Этотъ
обычай существовалъ вплоть до првнят1я христханства Владим1ромъ.
Съ ра8вит1емъ европ^ской цивилизащи, двЪ упомянутый причины
д'Ьтоуб1йства — юридическ1й абсолютизмъ отцовской власти и религ103ное
суев^рхе — постепенно нзчезали. Съ ними вм^ст^ изчезали и принесенхе
д^тей въ жертву и смертный казни д'Ьтей, совершаемый отцами. Но
такъ какъ это были не единственный причины д^тоубгйства, то оно
и не прекращалось.
Массы европейскаго народа во все продолженхе среднихъ в^ковъ
и начала новой исторш находились, какъ изв'Ьстно, въ б'Ьдности, раз-
зоряекыа феодалами, духовенствомъ, королями, безпрерывными войнами,
чрезм'Ьрными налогами, всевозможными грабительствами, частыми го-
лодовками и ужасными дпидем1яы)1. Бедность сплошь и рядомъ за-
ставляла европейцевъ бросать н убивать своихъ малютокъ. Хотя мы
не им'Ьемъ изъ т'Ьхъ временъ даже самыхъ скудныхъ статистическпхъ
данныхъ, но мнопя свидетельства убФждаютъ насъ, что д^тоубШство
въ те времена было не слабее современваго. До какихъ крайностей
европейцевъ доводили тогда общественный бедств1я, мы можемъ видеть
взъ следующаго. разсказа монаха Радульфа Глабера (ум. 1050 г.).
„Въ 1027 г. землю началъ опустошать голодъ и роду человеческому
грозила близкая погибель. Вся земля была залита постоянными дождями
до того, что втечен1е трехъ летъ невозможно было иметь ни одной
удобной для посева пяди земли. Этотъ мстительный бичъ начался па
Востоке, рпуетошилъ Грещю, потомъ Итал1Ю, всю Галл1ю и наконецъ
Англш. Сильные земли, люди средше и бедняки равно испытывали
голодъ, и чело у всехъ покрылось бледностью; насилхя и жестокости
бароновъ смолкли передъ всеобщимъ голодомъ... Но свирепство голода
породило примеры жестокости, столь редкой въ истор1и, и люди ели
мяео людей! Путникъ, подвергшись нападен1ю на дороге, падалъ подъ
ударами уб1йцъ, они разрывали его члены на части, жарили ихъ и
пожирали. Друпе, убегая изъ своей страны, чтобы избавиться отъ
голода, были принимаемы въ дома и хозяева душили ихъ ночью, чтобы
868
посА съесть. Некоторые повазнвали дЪтяпь яйца нп фрукта, шшш-
вали ихъ въ сторону и пожирали... Одинъ злодей въ г. ТурнюсЪвв-
ставилъ на рннв^ для продажи вареное человеческое кяео, кажъ т
обыкновенно делается съ кясохъ жнвотннхъ. Его арестовали, судш
н сожгли. Близь Макона, въ лЪсу ЛПатене, какой*то влодЬй построш
хижину, гд^ онъ рЪзалъ всФхъ, которне искали у него убЬкнща т
ночь. Одинъ нутникъ, зайдя къ нему со своей женой, уиид&лъ въ углу
коннатн голова мужчинъ, женщинъ и дЪтей... По его доносу въ хн-
авинЪ сд&1анъ обискъ и найдено 48 головъ варФванннхъ и пожранвнп
жертвъ. Злодея привезли въ городъ и сожгли". Ерестовяй ноходъ иа
альбигойцёвъ, усииреше врестьянскихъ вовсташй въ разннхъ етранахъ,
кулачное право, грабежи феодаловъ и поповъ, тридцатилЬтаяя война,—
все это вело за собою голодъ, нищету, энидемш, детоубийства. Матц»
очень часто отнимали у своихъ дЪтей жизнь, желая этнмъ толыо
. прекратить муки голода, терзавшаго малютокъ и предифить яхъ го-
лодную смерть. Во время голода, сопровождавшаго обнкиовенно мДнн,
уб1йство родителями своихъ д^тей было даже благод^Ьятемь ди пь
сл^^днихъ: если бп которые д^ти и не умерли голодною смертью, то
они могли погибнуть отъ оруж1я разсвирЪпДвшихъ солдатъ. Въ тогдип*
вихъ войнахъ солдаты бнли не только жестокими ц^пши варослвъ,
но и отвратительньиш дЪтоуб1Йцами. Такъ, наприм^Ьръ, во цремя иепо-
усобицъ въ Визант1и, враждующ1я парпи, по словамъ П1хоосвра, ^яе
щадили ни женщинъ, ни д'Ьтей, ни стариковъ, ни больннхъ*. То яе
самое мн видимъ въ походе на альбигойцёвъ, въ войкЬ кахолявюъ
съ гугенотами во Франц1и и т. п. Солдатв постунали равно жеетово
и съ детьми своихъ единоплеменниковъ и съ д'Ьтьмн днхарЛ Юк
Европы. Руссше, даже во второй половин^Ь ХУШ в., въ свовхъ войнахъ
съ инородцами южной Сибири, „у бабъ Ы^^зывали титьки, а махнхъ
ребятъ на огн'Ь жгли^. Подобннмъ же образомъ воевали въ XVII в.
англичане съ сЬверо-американскими индейцами, какъ разсвазвваеп
Вашингтонъ Ирвингъ въ своей 8ке1сЬ-Воок. Чтобы дать поняпе объ
8Т0Й варварской рЪзнЬ, мы укажемъ на три прим1^ра явь русской
ИСТ0Р1И. Изъ „Ливонской войны" г. Бостомарова мн видимъ, что ,у
н^Ьмцевъ русск1е сожигали до тла ъсЬ носелен1я, ясзф^яля хлМы
скотъ; малыхъ дфтей моложе десяти л^тъ прикалывали коаьями и
втыкали на плетни; беремеинымъ женщинамъ. вырФмаомип утробы к
вытаскивали изъ нихъ младенцевъ; у д^^тей вырывали сердца, вЬиап
ихъ на деревьяхъ и стреляли изъ лука*. Авторъ еврейской кимпс
^Въдсптя временъ (1648-^9 г.) еь Украйшь^ Подоми и Бпл€р1^и
отъ бунтоещикобъ подъ начальетеомь Богдана Хмельницкого^ говорить,
что казаки, при взяТ1И крепостей, кололи живыхъ младеяв!в1ъ, варки
и жарили на копьяхъ и преспокойно съедали въ лрисутсти отчааино
плачущихъ матерей-евреевъ. Убивая еврейсвмхъ младенцевъ, мв
369
прсдаарнтехьяо ощуднвалв[ вхъ, чтобы убедиться, жирны они ил нЪ^ъ,
а вотош уже насм&пляво осхатривали внутренности ихъ, разрЪзываш
на хусви и продавали хахъ говядину... Въ ТокашевЪ мальчики еврей-
сше сид'Ьли за учебнымъ столомъ; враги^ нрибывъ туда, придавили
ихъ къ ст^Ьн'Ь такъ, что ни одинъ изъ нихъ не остался въ ашвыхъ...
Въ друпаъ м^^тахъ д'Ьтей топили въ грязи. Даже начало XIX в. це
свободно отъ позора такихъ д1тоуб1&ствъ. Разсвазъ неврасовскаго му-
жика о своихъ подвигахъ противъ французовъ въ 1812 г. им^Ьетъ исто-
рическую в!Ьрность.
Внутреншя смрн еврошейскихъ государствъ и царивпий въ нихъ
деспотивмъ нроизводили также не мало д:Ьтоуб1йствъ. На первомъ планЪ
внходатъ зд4^сь д'ЬтоубШства изъ-за наследства. Насл:Ьдники королей,
герцоговъ, бароновъ и другихъ потентатовъ; наслЪдникн вельможъ,
богачей и даже обыкновенныхъ смертныхъ постоянно враждуютъ другъ
съ другомъ и, часто убивая своихъ соперниковъ еще въ колыбели,
тЬмъ стараются избавиться отъ трево1гь и опасностей, которымъ они
непременно подверглись бы отъ убитыхъ впоследствш. Иногда, съ этою
цЪлью, истреблялись цЪлыя семейства, и судьба малютки-насл^кника,
жизнь котораго подвергается опасности отъ преследующихъ соперниковъ,
сделалась одною изъ любимыхъ темъ европейскихъ романистовъ. Иногда
короли самолично совершали детоубШство. ГригорШ Турск1й разска-
зываетъ, наприм^ръ, что короли Гильдебертъ и Лотарь, опасаясь мало-
лЬтнихъ дФтей Клодомщ)а, живпшхъ въ Париже съ королевою Кроте-
кильдою, решились умертвить ихъ. Они послали къ Кротекильд^ своихъ
агевтовъ и просили ее отправить къ нимъ зтихъ дЪтей для возведешя
ихъ на престолъ. „Она, исполненная радости и не подозревая ковар-
ства, напоила, накормила внучатъ и отправила ихъ. Но дети были
немедленно схвачены, разлучены съ своими служителями и воспитателями
и отданы подъ стражу. Тогда Гильдебертъ и Лотарь послали къ ко-
ролеве Аркад1я съ ножницами и съ обиаженнымъ мечомъ. Аркад1й
доказать Кротекильде ноавницы и иеяь говоря: „что ты предпочитаешь,
преславная королева, — твои сыновья, наши властители, спрашиваютъ
тебя, какъ ты думаешь относительно техъ детеД— прикажешь ли пмъ
авнть съ остриженными волосами, или предать смерти?^ Королева,
пораженная такимъ вопросомъ, неодумавшись аве отвечала, что хо-
тела бы видеть детей лучше мертвыми, чемъ остриженными. Аркедхй
передалъ зтотъ ответъ королямъ. Тотчасъ Лотарь схватываеть старшаго
ребенка за руку, съ лютостью бросаетъ его на полъ и убиваетъ вонзая
ему ножъ подъ мышки. При крике дитяти, братъ его ладаетъ къ ногамъ
Глльдеберта и, обнимая его кохЬнн, умоляетъ о спасенш. Гильдебертъ
сталъ просить за него Лотаря, но Лотарь отвечалъ ему съ яростью: „или
оттолкни его отъ себя или ты самъ умрешь за него*'. Гильдебертъ от-
толкнулъ ребенка къ Лотарю, который, схвативъ его, поразилъ ножемъ
24
370
в^^ ^ ТО же ыЪсто, ваБъ его брата, и убшъ. Королевство Кдодош]!!,
принадлежавшее этимъ д^тямъ, Лотарь и Гильдебертъ разд^^лии
между собою. ** Но такая расправа была только въ начале европейской
цивилпзацш. Поздн^Ье, вельможные д'Ьтоуб1йцы, оставаясь сами за
ширмами, д'Ьйствовали обыкновенно посредствомъ наемныхъ злод^евъ,
какъ, наприм^ръ, поступилъ нашъ царь Борисъ съ царевичемъ Дм1-
тр1емъ, или какъ въ трагедш Шекспира м^енькому Глочестеру вн-
жигаютъ глаза и убиваютъ его.
Ссоры между собою ссльныхъ фамилШ и деспотизмъ королей часхо
вели также къ д'ЬтоубШству. Сильный или богатый человЪкъ, желая
поразить своего врага, истребляетъ вмЪстЪ съ ннмъ и его д'Ьтей; тахъ
погибли, напримЪръ, вмЪстЪ съ своимъ отцомъ въ башн^ Голода дЪти
графа Уголино. Или -король, пгЬваясь на своихъ иодданиыхъ, убиваегъ
вм%ст1^ съ ними и ихъ д^тей. Самые разительные прим^Ьры д^тоубЛ-
ства посл']Ьдняго рода мы находимъ въ русской истор1и. Корбъ, на-
примЪръ, разсказываетъ много подобныхъ случаевъ объ 1оанн4 IV.
Въ 1568 г., вернувшись въ Москву изъ польскаго похода и подозревая
въ и^ЪнЬ одного боярина, котораго Корбъ называетъ Иваномъ Петро-
вичемъ, царь призвалъ его во дворецъ и собственноручно поразиъ
его въ сердце н'Ьсколько разъ длиннымъ ножемъ. Дворяне и стрельцы
вытащили трупъ на площадь и изрубили въ куски. Они, по прихазашю
царя, истребили вс^хъ домашнихъ боярина, даже вс^хъ его животныхъ.
3,000 его служителей' съ друзьями п родными погибли горькою смертью.
ВсЪ его деревни были выжжены^ а крестьяне съ ихъ женами и детьми
или перебиты или разс']Ьяны. Его беременная жена и дочери сначала
опозорены палачами, а потомъ изрублены въ куски. Князю Афанасио
Вяземскому царь выломалъ руки и зат^мъ посадилъ на колъ. Его жена,
д'Ьти и вся челядь, въ чпсл^ 60 челов'ЬкЪд были казнены. 150 дворянъ,
испуганныхъ казнями, задумали б^ать въ Польшу; ихъ поймали и
растоптали лошадьми; ихъ служители и дЪти были также казнены. Однаж-
ды 1оаннъ заподозрилъ въ измЪн^ н'Ьсколькихъ боя|)ъ и послалъ ц&шй
на ннхъ военный отрядъ, приказавъ емуистребить этихъ бояръ со еаьмь
ихъ родомь^ съ женами^ съ д^ьтьмщ прислугою, нрестьямгмщ рогатымь
скотомъ, собакамщ кошками, даже съ рыбою въ прудахъ. Приказъ быль
исполяенъ въ точности и все истреблено безъ всякаго сожал^шя.
Только эти палачи были тронуты въ одномъ домЪ красотою н улыбками
одного ребенка. Они пощадили его и спрятали. Но 1оаннъ узналъ объ
этомъ; притворись сострадательнымъ и нехелающимъ зла атому ребенку,
онъ вел^лъ принести его къ себ*]^. Принесли. 1оаннъ взялъ его на руки
и осыпалъ н'Ьжными ласками. Между тЪмъ онъ потихоньку досталъ
ножъ и, пронзнвъ имъ сердце ребенка, выбросилъ трупъ въ окно на
съЪдеше собакамъ.
Народная фантазхя въ средше в^Ька сильно преувеличивала число
371
суевЪршЕкъ дЪтоубШствъ, хотя так1а и существовал! дМствитедьно.
Сюда относятся прежде всего уб1Йства дЪтей ведьмами и колдунами,
вакБ, иапримЪръ, убИство малютки паии Катерины колдуномъ, отцомъ
ганлАдней, въ вов^схи Гоголя „ Страшная месть **. Папа ИннокентаЗ УШ,
въ своей знаменитой булд^Ь, служившей инструкщей для следователей
и судей по вФдовсвимъ д^амъ, говорить, между прочими, что ведьмы,
„посредствомъ призыванлй, пЪсенъ, заклннанШ и другнхъ средствъ,
портить, удушають и губить плодь женщинь и животннхь". Уб1йство
дЪтей также входило иногда вь число обвинешй противь волдуновь
и в^дьмь. Шть спора, что вь огромномъ большинстве случаевъ эти
обвинешя были гнусныди выдумками судей или нелепыми фантазхямн
народа, но все-таки вь основаши ихь лежали действительные факты.
Женп|;ины, которыхь обвиняли какь в^дьмь и волшебниць, занимались
иногда й практикой плодоизгнашя, обставляя его разными суеверными
обрядами, какь это д^лають наши знахари.
Вь средневековой Европе было сильно распространено пришедшее
съ Востока вероваше о целебности вь сильныхь болезняхь детской
крови. У евреевъ есть предаше, что фараонь, неотпускавшШ евреевь
изъ Египта, страдаль проказою и велель приносить кь себе еврей-
скихь мальчиковь сь темь, чтобы выпускать изь нихь кровь и об-
мываться ею. Вь одной еврейской книге ХУ1 в., Чинь Пасхи, есть
рнсунокь, изображаюпцй царя, который сь короною на голове стоить
въ ванне; кругомь его дети, изь отворенныхь жиль которыхь кровь
брыжжеть фонтанами на покрытое язвами тело царя; вдали изобра-
жены плачуп^хя матери. Вь числе обвинешй на ордень тамплхеровь
было и то, что его члены вь своихь тайныхь собран1Яхь закалывали
д^тей. То же обвинеше часто взводилось н на евреевь, при чемь го-
ворили, что они убивають детей сь целью лечиться ихь кровью.
Действительно, бывали случаи, что потерянный дети были находимы
съ выпущенною изь нихь кровью. И достаточно было несколькихь
додобныхь случаевь, чтобы болезненная фантазхя народа распростра-
нила это обвинеше на всехь евреевь и поддерживала его втечеше
столетШ. Этоть обычай существоваль даже между французами. Еол-
леть говорить, что при жизни св. Впицента де-Поля (1576 — 1660 г.)
въ Париже дети были убиваемы для магическихь операцШ и для по-
лучешя детской крови для ваинь, принимавшихся сь целью получешя
долголетгя. Кажется, что тоть же обычай существоваль и вь Росс1п.
Игнат1Й, митрополить тобольскШ, говорить, что онь встречался у
раскольниковь. Вь одной русской легенде ХУ1 в. разсказывается, что
н^Ьшй раззорившШся купець быль поражень „язвою злою оть ногъ и
до головы **. Все средства были безуспешны противь его болезни, хотя
обь излечеши его сильно старался одинь богачь, нажившШся прежде,
благодаря этому больному купцу. Но воть приходить къ упомянутому
24*
372
бога^ н^Ьв1Й врать и говоритъ ему: „нит^Ькъ нельзя бохЬани той I^
ц-ккить, крон^ вакъ кровью зар^аннаго младеща-первенца^. 7 богача
былъ мдаденецъ-первенецъ и онъ р^^шидся зарезать его „эдрав1я рада
недужнаго*' . «Обрате же часъ, егда жена его въ баню идетъ мшяся, вид(
младенца (]роего на лож^^ сняща повровенна, и съ тщатемъ притече
завла его и источи кровь въ лохань, и нави вложи мертваго младенца
и поврн его;" затЬмъ, взявъ больного въ соЁровейное м^сто, разд^ль
его до нага и номазалъ все тЬло его кровью своего убитаго снна.
яИ аб1е здравъ бысть больной, явоже исперва''.
Дал^е существуетъ еще довольно легендг о существование въ ста-
ринной ЕвронЬ цивилизованнаго людо^^дства изъ гастрономичесвихъ
побуждешй. Было н'Ёсволько случаевъ, что люди убивались для того,
чтобы нола|сомиться ихъ мясомъ. Это случалось и со взрослыми н съ
д'Ьтьми. Одинъ травтирщивъ въ старинномъ Париже прославился сво-
ими необывновенно ввусными нирожвами, воторые съ жадностью по-
жирались парижанами, нова не отврылось, что они приготовляются
изъ челов^чесваго мяса "*"). 26 овтября 1553 года, въ Бреттенбург^
' одна беременная женщина зарезала ночью своего мужа и съЪвъ его
гру;ц> и лЪвую руву, остальное посолила. Во время этого пира она
родила трехъ сыновей. Въ 1562 г.^одна беременная женщина въ Драйс-
сиг1^ убвла своего мужа, отрубила ему голову, руви и ноги, сварвла
ихъ и съ^^ла, а остатви посолила и провоптила. Въ Шотланд1и одинъ
мужчина съ своею женою и ребенвомъ былъ осужденъ на смертную
казнь черезъ сожжете за то, что онъ заманивалъ въ свой домъ моло-
дыхъ людей и д^тей, убивалъ ихъ, варилъ и съ'Ьдалъ со своею семьею
ради лавомства. Отъ вазни избавили тольво одну маленьвую д'Ьвочву.
Но едва она достигла дв'Ьнадцатил^Ьтняго возраста, вавъ начала об-
наруживать страстное желате полавомиться челов'Ьчиной. Приведен-
ная въ судъ, она всвричала: „зачЪмъ вы тавъ гнушаетесь мною?
Нужно тольво однажды испытать, вавъ ввусно челонЬчесвое мясо, и
послЪ этого нивто не удержался бы, чтобы не съ^Ьсть даже свовхъ
д4тей1«
В(Л упомянутые виды д^тоубхйствъ, совершаемыхъ разъяренными
солдатами, знахарями и волдунами, жестовими тиранами и людыш,
верующими въ ц']^лебность д^тсвой врови, постепенно изчезали въ
Европе съ развитаемъ ея цивилизацш. И эти виды д^ЬтоубШства
составляютъ везд'Ь принадлежность не разврата, вавъ думаютъ, а суе-
вЪрнаго варварства. Особенный же, развитый въ Европе болФе чЪиъ
гд^ нибудь видъ д^тоубШства — есть убШство незавонныхъ дЪтей, со-
г
*) Подобную же 1егевду я сдышадъ въ Казавн объ одномъ тамошнемъ тракпр*
цвгЬ, который жидъ уже въ вастодщемъ сто1^т1и н котораго ивй назнваигу есл не
ошибаюсь, Щербасовнмг.
X
373
в^япаекое большею часпю всхЬдстше позора и отвераенности, навле-
каемыхъ &а иать ея нозахБОННОЮ связью, а на ребенка — его незакон-
нвмъ рождей1е]|ъ. Развитш этого вида д%тоуб1Йства въ Ьтариндой
ЁвропЬ, кавъ и въ современной нанъ, сод']^йствовали, во-первЕ1хъ, б^д,-
ность и гнетъ брачной жизни, а во-вторыхъ, пресл^доваше церковью,
законодательствомъ и общественннмъ ин:Ьн1емъ незавонннхъ половыхъ
СВоовИ*
Развращенность всЬхъ влассовъ старинваго европейсваго общества
всегда находила себ^ авестокихъ оппонентовъ. Завонодатели и адми-
Еистраторн принимали противъ нея стропя м^ры. Уже Еарлъ в. за-
прещалъ женатому человеку деравать наложницу, подъ страхомъ на-
казашя за нарушеше брака. Церковное законодательство со временъ
Датеранекаго собора также вооружалось противъ конкубината, считая
его грЪховннмъ д^ломъ и для М1рянъ, н для духовныхъ. Имперсшй
полицейсшй уставъ 1530 г. и одинъ изъ полицейсвихъ эдивтовъ Карла
У 1548 г. рекомендовали духовнннъ и св^тсвимъ властямъ неусыпно
следить за людьми, живущими въ конкубинате, и наказывать ихъ.
Сильное распространен1е проститущи также не разъ вооружало пра-
вительства и противъ проститутокъ и протпвъ ихъ посетителей. Даже
половня отношен1Я, происходивш1я тайно, часто раскрывались поли-
цейскимъ надэоромъ и Цавлекали на виновныхъ наказатя, который
состояли иногда въ публичиомъ церковнонъ поваян1И, а чаще въ вар-
варскомъ истязаши и безчещевав прелюбодЪезъ. Вотъ что разсказы-
ваетъ, напр., объ этихъ наказашяхъ кобургская лЬтопись. „2 апреля
1658 г. тюрингенсюй извозчивъ Гансъ Виртъ за то, что соблазнилъ
двухъ девокъ н об^щалъ на нихъ жениться, послЪ церковнаго благо-
веста быль поставленъ у колокольни, съ цепнымъ кольцомъ на шее,
и тутъ съ обеими девками, на головахъ которыхъ были венки изъ
соломы, онъ бЬлъ обязанъ простоять всю обедню^. Но чаще, соблаз-
ненный девушки съ позоромъ изгонялись изъ места ихъ жительства;
съ барабаннымъ ^оемъ водили ихъ по улицамъ и вокругъ базарной
площади, затемъ иаказывали ихъ розгами и выгоняли за городсшя
ворота. Даже въ конце ХУШ в. Мар1я Терез1я учредила особый
Хо^циееги о тъломудрщ Кеи8сЬЬе118-Кош188апет1, закрытый потомъ,
какъ решительно недостигавппя своей цели. Въ Росс1Н блудники и
прелюбодеи подвергались и денежному штрафу и телесному наказашю.
Прелюбодейный дела до Петра в. были въ вёдети духовной власти,
и арх1ереи, разъезжая для обозрен!я своихъ эпарх1й, иногда публично
наказывали прелюбодеекъ кнутами. Не менее каралась падшая женщина
в въ семействе. Патр1архальный деспотизмъ царплъ въ свропейскомъ
секействе во всей своей грубости вплоть до XIX в. Понятно, что при
такомъ устройстве семьи, незаконная любовная связь, а тЬмъ более
незаконная беременность дочери или жены должны были вести къ
374
страпгаанъ сенейншгк трагедаяиъ, карамъ, физичесхвиъ и нравствея-
нниъ встязашямъ виновной, додашн были навлекать позорь и воз-
буждать нвгодоватае общества не только протявъ нея, но и протииь
всей сеньи, въ которой она принадлежала. Участь везавоннаго ребенка,
въ большинстве случаевъ, была тавге печальна; ему грозили въ жизни
отверженность, бедность, скитальчество. Результатъ ясенъ: мать не-
завоннаго ребенка избавлялась и сама, избавляла и ребенка отъ по-
зора, умертвивъ его, и тавимъ образомъ сврывъ сл^ды своихъ преступ-
ннхъ связей. Нередко, впрочемъ, замужшя женщины им&ки возмож-
ность выдавать своихъ незаконнорожденныхъ д^тей зазаконннхъ. Но
достаточно было малЪйшаго подозрЪшя со стороны ревниваго мужа—
н ребеновъ н мать подвергались его гнЪву, часто даже находилась въ
опасности самая жизнь ихъ. Даже при дворахъ крупныхъ и мелвихъ
потентатовъ, гд^ царнлъ самый необузданный развратъ, отцы, мужья
и любовники, покровительствуя этому разврату, однакожъ карали его
последств1я. Сами они могли распутничать сколько хотели, но жен-
щвнъ обязывали быть верными себЪ, а иногда позволяли я имъ раз-
вратничать, только не беременеть. Тавъ, напр , распутный ландграфъ
вассельск1й Морицъ узналъ отъ своего гофмаршала, что жена его
Юл1ана поцеловалась съ однимъ придворнымъ. Ландграфъ сделалъ
сцену. Придворный отомстилъ гофмаршалу т^мъ, что застрелилъ его.
Преступника осудили на смертную' казнь. Сначала ему отрубили пра-
вую руку, потомъ живому распороли грудь и вырвали сердце, которое
было показано палачомъ присутствовавшему при казни ландграфу.
Мать и невеста казненнаго сошли съ ума отъ страха. Вскоре вдова
убитаго гофмаршала забеременела отъ одного офицера. Ланграфъ и
тутъ вмешался. Онъ предложнлъ ей на выборъ, или, что онъ живую
заложить ее вместе съ ребенкомъ въ каменную стену, или, чтобы она
выехала изъ его владешй. Она уехала.
При такой разврапценности, и вместе при такой фарисейской стро-
гости закона и нравовъ множество незаконнорожденныхъ детей бнло
убиваемо. О громадномъ числе убиваемыхъ свидетельствуютъ и не-
который нсторическ1я известхя, и стропе законы, которыми думали
остановить это преступленхе, и частыя описашя казней детоуб1йцъ.
А сколько детоуб1йствъ оставалось вовсе неоткрытыми. Въ женскяхъ
монастыряхъ были даже особые могильные склепы, въ которыхъ хо-
ронились умерштя и убитыя дети монахинь, и о существоваши кото-
рыхъ узнавали только въ позднейшее время. Въ старинной Росс1И)
также какъ въ Европе, много незаконныхъ детей истреблялось мате-
рями, н ихъ трупы бросались или въ воду, или въ 0ТХ0Ж1Я места*
Особенно развито было детоубхйство въ некоторыхъ раскольннчьихъ
монастыряхъ, по свидетельству раскольннчьихъ же писателей. Коли-
чество выброшенныхъ н подкинутыхъ было еш;е громаднЪе числа уби-
375
ваемыхъ; объ »томъ свидЪтедьствуютъ и пряиня нзв^сля, и дома для
найденышей, вознпкавппе во многнхъ концахъ' Европы. Въ Париже,
напр., во время жизни Винцеита Поля, церкви и публичный м^ста
были усЬяны выброшенными детьми, а въ Сен^Ь плавали трупы уби-
тыхъ. При Людовнк^Ь Х1У участь этихъ дЪтей была особенно несчастна,
всл4дств1е раззорешй народа и голода. И во второй половине ХУЛ!
в., вакъ мы увидимъ ниже, д^№оуб1йство и д^Ьтовыбрасыванье достигли
такой степени, что возбудили и въ законодателяхъ, и въ публицистахъ
серьеш^ую тревогу и д']^тельное стараше объ отыскан1и средствъ для
лрекра]к^ешя этого зла.
ГГ.
Мы видели, что главнМщая причина д^Ьтоуб1йства, у вс^хъ наро-
довъ, стоявшвхъ и стоящихъ внЪ европейской цивилизащи, заклю-
чается въ бедности, суев'Ьр1и, деспотизм'^ отцовской власти, жесто-
кости иобнъ, самодурств'Ь тнрановъ и въ страх'Ь стыда отъ незакон-
наго рождешя. При этомъ мы видели, что съ постепеннымъ развипемъ
цввилвзащи изчезаютъ мало-по-малу н'Ькоторыя изъ этихъ причинъ
п производимые ими виды д^Ьтоуб1йства, — принесете А^тей въ жертву,
казнь дЪтей отцами и т. д. Но несмотря на то, что современная Ев-
ропа достигла небывалой еще высоты цивилизащи, несмотря на то,
что въ ней уже не суп1;ествуетъ бол:Ье н^^которыхъ впдовъ д'&тоистреб-
ДСН1Я, свойственныхъ только варварству, дЪтоуб1Йство въ ней не только
сущёстуетъ, но даже во многнхъ странахъ заметно усиливается.
Причины распространен1я и усилен1я д'Ётоуб1йства въ современной
Европе заключаются главнымъ образомъ въ постепенномъ об'Ьднен1и
народныхъ массъ.
Известно, что съ конца ХУШ в. въ Европ* и преимущественно
въ Англ1И начинается велнк1й общественный переворотъ. Быстрое раз-
випе промыпменности и введете машипъ увеличило суммы богатства
европейскихъ нащй и подняло ихъ на вершину матер1яльнаго про-
гресса. Но съ т4мъ вм4ст4 явились на сцену массы неизв4стныхъ
старпнной Европ* пролетархевъ, людей безъ собственности, нолуна-
гихъ, голодныхъ, истощенныхъ, тупыхъ и испорченныхъ нравственно.
Ихъ воп1Ющая бедность и безпомощность тотчасъ дали себя почув-
ствовать п влассамъ, пользующимся всЬми благами цивилизащи, такъ
что отъ несчастнаго положетя, въ которое ввергнуты пролетарш,
должны страдать и выше ихъ лежащте общественные слои, — страдать
не только отъ страха грозящихъ въ будущемъ событ1й, но н отъ прес-
туплетй, порождаемыхъ отчаянною судьбою пролетархевъ. Шкоторыя
преступлен1я, и преступлетя очень крупный, начали усиливаться
юсенно съ того времени, какъ пролетар1атъ сталъ возрастать и обхва-
376
тнвать Европу. Въ чисзгЬ эткгь постоянно у^-^'^'^^'^^Щ'^^ преступ*
лешй, мы видинъ дЪтоубхйство и д'Ьтовыбраснвааье.
Первая прячпна громадной распространенности двухъ нослЪдннхъ
преступлетй — ^нищенство народннхъ массъ. Въ то время, кавъ совер-
шалось быстрое нндустрхяльное развнпе Ецюпы, массы рабочаго на-
рода стягивались изъ сёлъ въ центры городской промншленностн, ли-
шались своихъ хозяйственныхъ обзавехе&1й, бросали земледШе н по-
ступали въ работу къ буржуаз1и изъ-за куска хл'Ьба. Вонюч1Я, снрвя
н темныя квартиры, биткомъ набитыя голодными и изнуренными ра-
бочими, ничтожная зад^^льная плата, совершенная неув'Ьренность въ
томъ, что завтра можно нм^ть кусокъ хл^ба, произволъ и стачхн
фабрикантовъ, болезни, быстро разрушающхя организмъ — вотъ въ са-
мыхъ общихъ чертахъ современное положете рабомаго класса. И вспом-
ните, что въ этомъ омут1^ живутъ не одни мужчины, но и женщина
и безпомощныя д'Ьтн. Промышленный прогрессъ, въ настоящей его
форм^Ь, недовольствуется пожиран1емъ взрослыхъ и сильныхъ муж-
чинъ, — бурный потокъ его увлекаетъ и губитъ вс1^хъ людей, не раз-
личая нп пола, ни возраста. Но мц считаемъ излишнимъ и неудоб-
нымъ входить зд'Ьсь зъ подробности о со^ременномъ положеН1и рабо-
чаго класса; мы представимъ зд^Ьсь только т:Ь данныя, который ближе
другпхъ относятся къ нашему предмету.
Поразительно число неимущихъ, содержимыхъ на общественный
счетъ. Въ Англ1и, по даннымъ, сообщаемБкмъ Цезаремъ Бонтини, со-
держалось на общественный суммы:
Въ рабочихъ доиахъ. На свонхъ квартирахъ. Всего.
Въ 1^57 г. 121,669 737,287 858,956
— 1858 — 120,140 751,031 871,171
— 1859 — 110,703 705,590 816,293
— 1860 — 110,603 687,763 798,366
— 1861 — 122,600 720,366 842,966
— 1862 — 130,974 820,953 951,927
Во Францш на счетъ „благотворительныхъ бюро**, Ъагеаих ^е Ыев-
Шзапсе, получали содержан1е или помощь въ 1833 — 1867 г. среднпмъ
числомъ 731,311 челов'Ькъ ежегодно, въ 1848 г. — 982,516 ч., а въ
1853 г. 1,022,996 челов^къ.
Въ Прусс1И, по вычислешю Бокка, въ 1849 г. на общественной
счетъ получали вспоможешя 567,659 чел. и содержалось въ благотво-
рительныхъ учрежден1яхъ 219,277 чел. Зат:Ьмъ получало содержаюе
на общественный счетъ отцовъ семействъ:
въ 1852 г. 1855 1858 1861
290,070 288,225 399,459 327,667
По зам^чан1Ю Бокка, ни въ Швещи, ни въ Даши, ни даже въ Ан-
глш в^тъ такого громаднаго числа лицъ, содержапщхся на общест-
377
вешшй сяеть, хахъ въ ПрусЬти. Въ округе Брохберг^ 1 такой нищШ,
содсртсимуй общественною благотворительностью, приходится на 116
жителей, въ Мар1енвердерЪ 1 на 73 жителя, въ Познани 1 на 52, въ округе
Кельне 1 на 9, въ округахъ потстдамсхоз1Ъ, берлинсвомъ, штральзунд-
скомъ н бреелавльсконъ 1 на 12—13 жителей; въ город'Ь Берлине 1
на б, въ г. БреелавлЪ 1 на 2, въ Грейфсвальд'Ь и Пренцлау 1 на 3,
въ МагдебургЬ, Кельн^^, ТрирЪ, МюльгаузенЬ 1 на 4!
Въ Бельпн, по указан1янъ Аренса, въ 1839 г. состояло на обще-
ственнонъ содержатан 587,095 чел.; 1 такой неимущШ приходился на
7 жителей. Въ 1853 г. число это возрасло до 1,489,488 ч.; т. е.' около
74 всего населев1я, а во Фландр1и около Уэ состояло на обществен-
номъ пропитанш и вспоноществоваши.
Приведенныя цифра красиор]^чив^е всякпхъ описашй говорить о
горестнозгь положеши европейскихъ народныхъ нассъ. И нужно зам^Ь-
тить, что лризр^Ьваются на счстъ общественной благотворительности
еще не сазше несчастные: хотя б^Ьдность и лншен1я сокращаютъ на
несколько лЪтъ ихъ жизнь, хотя имъ и приходится умирать очень
ргйм, но все-таки они инЪють шансы не умереть вдругъ голодною
сиерпю, № «сгибнуть втечен1е н^Ьсколькпхъ дней о^^ недостатка ппщи.
Они счастливее, поэтому, т^хъ свопхъ собратовъ по несчаст1ю, из-
вещая о (»1ерти которыхъ полищя цивилизованной Европы безстрастно
отм^чаетъ — умерли голодною смертью! И это случается чаще и бол1Ье
всего въ самой богатой и развитой стране, съ ея громадною столицею.
Въ Лондон^Ь умирало голодною смертью:
1851 г. 1852 ^853 1854 1855 1856 1857 1858 1859 1860 1861 г.
Взросл. 28 23 34 32 35 28 29 38 26 27 27
Д'Ьтей. 252 267 302 325 358 366 363 372 445 381 453
Въ АНГЛ1И, кромЪ Лондона, умерло съ голода.
мужчннъ. жевщинъ. д-ЬтеП.
1862 г. 37 36 1126
, 1863 „ 93 47 (нЬтъ цпфры).
Само собою понятно, что тамъ, гд'Ь обстоятельства такъ давятъ
челов^^ка, гд* б'Ьдность доводить его до голодной смерти, гд* н+>тъ
для него никакой надежды на улучшеше своей участи, тамъ жизнь не
очень при»язываетъ человека и является сильная наклонность къ
самоуб1йству изъ-за бедности и экономическихъ лпшешй. Приводимъ
цифры изъ уголовной статистики Вельпи за 1840—1849 и Франции
за 1856—1861 г.
Бельпя. Франц1я.
мущинъ. женщииъ.
ВсЪхъ самоубхйствъ. 2438 18,713 §749
Изъ этого числа
378
причиною самоубШствъ
быоги:
а) бедность 110 897 .171
Ь) разстройство со-
стояшя 66 1108 74
с) потеря С0СТ0ЯН1Я 10 153 16
й) потеря мФста и
занят1Я 7 88 19
е) недостатокъ ра-
боты ; . ^ » ' п
197 2246 280
Люди, находящтеся въ столь безотраднонъ состояши, люди, Еоторае
умнраютъсаиисъ голода, видятъмуки свонхъ д']^тей, тоже уморающвхъ
голодною смертью и не ожидаютъ для своего потомства ничего, крои^
т^хъ же страдашй, той же мучительной жизни, бремя которой вдачатъ
они сами, — тав1е люди естественно д']^лаются д^тоубхйцами н д'бтоБыбра-
сывателями. Если въ нихъ осталось еще чувство сострадашя къ сво-
им ъ малютвамъ, ес^ ихъ сердце болезненно сжимается при каждомъ
стонФ голоднаго ребенка, при каждомъ взгляде на его увядающую,
мертпоннобл'Ьдную фигуру, при каждой мысли объ ожпдающнхъ его
въ жпзнп страдашяхъ, то они легко доходятъ до р^шеихя убить ре-
бенка, пли, по крайней м'Ьр^, выбросить его, съ надеждою, что какой
пибудь сострадательный челов']Ькъ или домъ для найденышей прш-
тятъ его. Если же обстоятельства убили въ родителяхъ вс^ чувства,
кром'Ь холоднаго разсчета, если, размышляя о су^б^ своего ребенка,
опи лаходятъ, что держать его для нихъ невыгодно^ а отделаться отъ
него, напротнвъ, выгодно^ то что можетъ .остановить ихъ отъ осущест-
влешя этого справедливаго разсчета? Законныя д^ти выбрасываются
почти исключительно по бедности или разсчету. А выбрасывается ихъ
очень много; это покажетъ, напр., следующая таблица, въ которой
числа найденышей больше чиселъ вне-брачпыхъ рожден1Й, и при этомъ
цифра избытка должна быть ниже цифры выброшенннхъ законныхъ
д^тей, такъ какъ довольно незаконныхъ д^тей остается невыброшен-
ными.
Департаменты Франщп. п^,„ Число пезакон- Чясдо ва&деиы-
10ДЫ. ду^^ рожденхй. шей.
Устьевъ Роны 1832 1219 825
Нпжне-шарантск1й ... 1824 582 573
Корсикансшй 1824 141 143
ШерскШ 1827 391 411
Дордонсшй 1829 578 ' 755
Илль и Вплленъ. . . . 1832 312 465
Что степень бедности, степень дороговизны предметовъ первой
379
необходикоств лг&ютъ сйАное вллявхе на усилеше равсматриваемыхъ
явлешй, показываютъ, между прочимъ, и цифры найденышей въ раз-
ные года. Тавъ 1816 и 1817 г. были голаин большихъ б'Ьдств1й въ
Европе, годами голода и дороговизны, и число найденышей въ нихъ
значительно возрасло, сравнительно съ предыдущгаш годами. Найде-
нышей было:
Въ Парих'Ь, въ Но8р1се ВгМилав-Ё, въ до- Ц'Ьна 1 июйда
дев еп/ап(8 (гоа^ёв. И^ СВ. КатерЦВЫ. ХЛ'Ьбо.*
Года: 1815 10,739 2280 59 лиръ.
— 1816 11,116 • . 2625 75
— 1817 11,829 3082 63
— 1818 12,813 , „
— 1819 13,248 „ „
Въ парижскомъ домЪ для найденышей мы видпмъ и за друпе гЬда
сильное возрастан1е подвпдываемыхъ, особенно въ бедственные и сл^-
дуюш;1е за ними года. Цифры эти мы прпведемъ ниже, а теперь по-
смотримъ на причины это^о явлен1я. Знатокъ французскихъ д'ккъ,
Бенуастонъ де-Шатонефъ, говоритъ, что „истинными причинами уве-
лнчен1Я числа выбрасывашй и съ тЪзлъ вмЪсг]^ числа найденышей
служатъ, безъ сомнен1я, б'^дность, безнравственность п злоупо1реблен1я.
За это говоритъ и то обстоятельство, что въ течен1р десяти лЬтъ, за не-
ключен1емъ двухъ несчастпыхъ родовъ 1831 и 1832, число подкпдыванШ
мало изменялось. Недосаатовъ, голодъ, обш;ествениия смуты, промыш-
ленные кризисы, конечно, увелпчиваютъ число выбрасыван1&, но ихъ
вл1яше преходящее; пока опи существуюаъ, онп сод-Ьйстуютъ только уси-
лен1Ю причины, которую создали не они, которая уже суш;ествовала
раньше, которая будетъ существовать даже и тогда, когда они пре-
кратятся; это б/ьдность, ужаснейшее изъ вс^хъ золь, такъ какъ она
источникъ вс4хъ ихъ... И когда видишь, съ одной стороны, постепен-
ное увелнчеше д^лъ милосерд1я, обществъ благотворительности, раз-
давателей милостыни, сборы и налоги въ пользу бедныхъ, помощь,
оказываемую 2,000,000 нищихъ, а съ другой стороны, видишь посте-
пенное умножен1е банкротовъ, воровъ и набденышей, то невозможно
сомневаться въ сильномъ значен1и всюду царящей бедности, невозмож-
но, по крайней мере, не приписать ей существеинаго вл1ян1Я на увелц-
чеше числа детовыбрасыван1Й". Къ этому нужно прибавить, что бед-
ность имеетъ еще и посредственное влхяше на увелнчеше детоуб1йствъ
н детовыбрасыванШ. Известно, что чемъ изобильнее и дешевле годъ,
темъ больше заключается браковъ и наоборотъ. Въ последпемъ слу-
чае, когда въ дурной годъ меньше заключается браковъ, увеличивается
число вне-брачныхъ совокуплешй и, следовательно, число незакон-
ныхъ рождешй. А чемъ больше незаконпыхъ детей, темъ больше
детоубШствъ и детовыбрасыван1й. Поэтому, въ годы усиленной бед-
380
иости усиливается и д'^Ьтовнбраснваше. И вообще, этихъ преступхеш!
больше въ б'Ьдномъ классе, ч^мъ въ богатомъ — въ посл^^днехъ д^тв
убиваются я выбрасываются не по неим^^нш средствъ для нхъ пропи-
тан1я, а по другимъ причинамъ.
Что же касаетвя д^тоуб1йства въ особенности, то изысваше при-
чинъ его почти всегда показнваетъ, что или убитня д^тп были не-
вавоняорожденными, или г^хъ родители находились 1бь ^^ракнек блдноат.
Почти всЪ законння д'Ьти убиваются и почти вс^Ь законнне зародвш!
истребляются изъ-за б'Ьдности. А законннхъ д^тей истребляется очень
много. По даиымъ врихинальной статистики Аигл1и за 1863 г. въ ней
обследовано найденнмхъ мертвыни д'Ьтей:
Заковпыхъ. Незавовннхъ Всего.
Макьчиковъ. Д-Ьвочекг. Мальчиковъ. Д'Ьвочекь.
Моложе 1 года. 1455 1224 507 478 3664
Отъ 1 г. до 7 л. 1569 2259 645 578 5051
Итого 3024 3483 1152 1056 8715^
Хотя воронерани и признано изъ этого количества только 287о
насильственныхъ смертей, но, какъ ин увидимъ нвже, на приговоры
Еоронеровъ полагаться нельзя, число д^тоуб1Йствъ, выставляемое нмп,
всегда ниже д'ЬЛстиительнаго. И вс^ убШства завонныхъ д^тей, вавъ
ын уже зам']^тили, ииЪютъ свои причины въ бедности родителей. ^Въ
Англ1п — говорить Контини — д'Ьтоуб1Йство совершается не однихи
только матерями-д'Ьвушками, старающимися спасти т'Ьмъ свою честь,
по и замужними женщинами, которыхъ гнусный разсчетъ или бедность
заставляютъ истреблять плодъ своего чрева. Въ послЪднемъ случае
д'Ьтоубгйство (въ большинстве^ случаевъ) не бываетъ смертоубхйствонъ
(Га$8а81па1;), т. е. Д']^йств1емъ быстрымъ и насильственнымъ, оставля-
ющпмъ посл^^ себя вн'Ьп1Н1е и очевидные признаки: оно совершается
иначе. Родители даютъ своимъ д^тямъ постепенными дозами питье
съ отемъ, которое оказываетъ на ихъ организмъ дЪйствхе медленное,
но верное, или постепенно уменьшаютъ пищу, необходимую для под-
держан1я жизни д'Ьтей... Дитя медленно погибаетъ. И хотя эти ужас-
ный комбннащи не изб'Ьгаютъ внпман1я сосЬдей, но терпимость ка-
сательно этого пункта зд^нсь всеобщая*^. Тотъ же авторъ говорить,
что въ низшихъ влассахъ англ1Йсваго общества та мать считается
счастливою^ которой удастся или изгнать свой плодъ, или убить ре-
бенка, и т'Ьмъ избавиться отъ большихъ хлопотъ и лишешй, которня
соединяются съ его воспиташемъ.
Разительные примеры, до чего доводить бедность родителей, вавъ
она д'Ьлаетъ ихъ положительно ном'Ьшанными и заставляетъ ихъ въ
этомъ состояв 1и убивать своихъ д%тей, представляютъ сле^дующ1е два
случая изъ ДНГЛ1ЙСК0Й жпзнй.
Въ январскую полночь 1862 г. въ Лондоне къ одному вонстэблю
- 381
юдходиФъ на удиц'Ь ваваа-то женщина и спрашиваетъ -^ „гд^Ь лоли-
дейсюй домъ?" — „Что вамъ тамъ нужно?" спросилъ ее вонстэбль. —
„Мн^ нужно отдать себя подъ стражу, потому что а умертвила сво*
его ребенва*. — „Когда, гд* и вавъ?** — „Сегодня вечеромъ въ Ребева-
Еоуртъ я задавила его черной тесемвой''. — „Почему же вы это сд*-
лажи?*^ — „Изъ нужды — а не могла дол'Ье вид'&ть, вавъ онъ мучился
отъ голода!" — Констэбль отвелъ ее въ полнцейсв1й домъ, а самъ по-
шелъ въ ней на ввартиру. Въ вомнатФ онъ нашелъ всего только
одинъ матрацъ, на воторомъ лежали двое дЪтей— дЪвочва л^тъ двухъ,
жнваа, и мальчивъ мЪсацевъ 10, удавленный тесьмою. Констэбль от-
везъ обонхъ въ рабоч1й домъ, и вогда вернулса въ подсудимой въ
П0ЛИЦ1Ю, она снова подтвердила свой разсвазъ, прйбавивъ, что не убила
д'Ьвочви потому, что она была въ параличе. Виновной было 37 л^Ьтъ,
има еа — Мэри Гамильтонъ. Изъ свид']Ьтелей главн'Ьйшимъ была све-
вровь Мэри, повазавшаа, что ея мужъ ремесломъ портной, челов'Ьвъ
очень трудолюбивый; но посл'Ьдше два года, за неим']^шемъ работы и за
бод^зшю старшаго ихъ ребенва, они жили въ врайней нищет^^. Мэри
всегда была тихая и смирная женщина, но въ посл^Ьднее время вела
себя довольно странно, впадала въ меланхол1ю и отчаяше, тавъ что
отъ нея нельзя было добиться отв'Ьта. Разъ она отправилась съ умер-
шнмъ малюткой въ Сиденгэмъ и бродила всю ночь, неизвестно за«
ч*Ьмъ. Въ носл]Ьднее время часто она по ц'Ьлымъ Хнямъ ничего не
^ла, в это усиливало ея отчаяше и меланхол1ю. Адвокатъ подсудимой,
Слей, обращалъ внимаше присяжныхъ на отчаянную нищету, которая
была причиною совершешя преступлен1я, и говорилъ, что, н^тъ нива-
кого сомн^шя, разсудовъ Мэри былъ поврежденъ, всл'Ьдствхе ужасна-
го ея положешя, и что поэтому нельзя вменить ей совершеннаго ею
преступлешя. Присяжные оправдали ее, а судья объявилъ, что подсу-
днмая будетъ задержана н'Ьвоторое время (с1иг1П{; Наг Мазев^у^з р1еа-
виге) и что о будущности ея позаботятся. '
Другой случай еще трагичнее. Въ Дублине, въ южной вемберланд-
ской улицЪ, въ четвертомъ этаж^Ь, жилъ н^вто Джонъ Моллей съ
женою, двумя детьми н нев^ствой. Прежде онъ былъ сторожемъ въ
гостиниц^Ь въ Врей'Ь, но нЪсвольво времени тому назадъ лишился
8Т0Й должности и остался безъ м^Ьста. Сл^дствхемъ этого была край-
няя бедность, тавъ что имъ приходилось закладывать б^лье и друпя
вещи, чтобы не умереть съ голода. Въ числ'Ь прочаго были заложены
и воротнички отъ рубашекъ. ОдЬваясь однажды, Моллей не находилъ
воротничка, который, по его соображетямъ, долженъ былъ быть у
него. Вел^дств1е нищеты и несчастныхъ обстоительствъ Моллей сд%-
жв^ма^ до такой степени раздражительнымъ, что вогда нев:Ьстка сд'Ь-
лала ему вакое-то замЪчате на счетъ воротничковъ, то онъ мгновен-
но прмшелъ въ ярость, схватилъ кочергу и нанесъ ею невЪств'Ь глу-
382
бовую рану въ л'^Ьвый висовъ. Она бросилась отъ него вниэъ но
л^стниц'Ь. Жена старалась успововть его, но онъ и ее сталь бить
кочергою н нанесъ ей раны въ голову и въ друг1я части т^^ла. ПослЪ
отчаяннаго сопротивлетя, она вырвалась на улицу съ вршсомъ: „рЬ-
жутъ!^ Этимъ не ограничилось бешенство Моллея. Двое его Д'Ьтей,
изъ которыхъ младшему было два года, попались ему подъ руку. Онъ
схватилъ младшаго и нерер^Бзалъ ему горло, тавъ что голова совсЪмъ
отд^Ьлнлась отъ туловища. Потомъ бросился на старшаго и хотя на-
несъ ему смертельную рану, но смерть посл'Ьдовала не въ ту то ми-
нуту. Всл^Ьдъ за гЬмъ, несчастный сталъ на норогЬ комнаты, зиадъ
кого нибудь на помощь, громко плавалъ, умолялъ помочь ребенку и,
ломая свои руки, восклицалъ,: „ахъ несчастный, несчасо^ннй!*' Полнцш
скоро явилась и взяла его подъ стражу безъ всякаго съ его сторонн
сопротввлешя. Находясь въ полнцш, Моллей былъ очень блЪденъ,но
въ совершенно нормальномъ состояв1и духа, записывалъ показашя
свидетелей и самъ спрашивалъ н'Ькоторыхъ изъ нихъ. Присяжные
освободили его отъ суда,^вакъ подверженнаго по временамъ помеша-
тельству. Миттермайеръ, въ своемъ сочииенш о судебной пснх1атрш
(переводъ въ Ж. Мин. Юстицш « 1867 г., № 4, 5), приводитъ несколько
подобныхъ случаевъ. Такъ, онъ говоритъ, что совершеше д^тоубхйства
стоитъ нередко въ связи съ стремлешемъ къ самоубШству. Одннъ
индивидъ, наприм., былъ мучимъ влечешемъ лишить себя жизни, но
вместе съ темъ и убить своихъ детей, такъ какъ онъ представлялъ
себе, что они после его смерти были бы принуждены вести несчаст-
ную жизнь. Покушеше на самоуб1йство не удалось, но детей онъ ли-
шилъ жизни.
Другой случай: женщина Соммеръ убила несколькихъ детей. Она
умерла въ заведеши умалишенныхъ и при вскрытш ея трупа оказа-
лось, что мозгъ ея находился въ весьма болезненномъ состояши.
Одинъ почтенный отецъ семейства впалъ въ глубокую мелавхолш,
вызванную тяжелою потерею имущества, такъ что онъ ничего не могъ
оставить после себя своимъ детямъ. Болезнь усилила его тоску и
онъ решился убить и детей, и себя.
Въ Австр1и былъ такой же случай: одной женщине было отказано
отъ той фабрики, где она работала, и она это до того привяла къ
сердцу, что вознамерилась сама лишить себя жизни и о своемъ ре-
шети сообщила своей матери и детямъ. После того, какъ они ее
отговаривали отъ самоубШства, она решилась убить мать и детей.
Она исполнила умыселъ, но все были спасены. Основательное мнеше
врача-эксперта доказываетъ, что эта женщина, ко времени совершешя
престуален1я, страдала душевнымъ разстройствомъ и помешательствомъ.
Въ одпомъ, обсуждавшемся въ Кальмаре случае, стояла передъ су-
домъ женщина Лекомтъ, обвиняемая въ утонлеши своего ребенка. По
383
еовершеш ореетуллешя, она призналась въ томъ своей матери, по-
томъ снова возвратилась на м^^сто д'Ьанш, и увнд^въ, что ребенокъ
еще живъ, еще разъ погрузила его въ воду, и аат'Ьмъ сама сообщила
полицш о совершенномъ ею уб1йств'Ь. По показашю вс^хъ свид'Ьтелей,
подсудимая, трудолюбивая и честная женщина, постоянно терп'Ьла
дурное обращен1е отъ своего распутнаго и расточптелънаго мужа, ко-
торый, за дурное съ нею обращсв1е, содержался въ тюрьме. Предви-
дя, что по выход'Ь мужа изъ тюрьмы, она подвергнется еще бохЬе
жестокому отъ него обращешю, Левомтъ решилась убить любимаго
ею ребенка, чтобы такимъ образомъ самой попасть въ тюрьму. При-
сяжные оправдали ее. — ^Въ другомъ случае, одна женщина была пре-
дана суду за убШство своихъ трехъ д'Ьтей. Подсудимая оказалась
весьма честнаго поведен1я. Взволнованная рядомъ насчастныхъ слу-
чаевъ, мучимая мрачными мыслями, она въ отчаян1и решилась было
на самоубШство, но зат-Ьмъ убила своихъ д'Ьтей. Врачъ объявилъ ее
действовавшею въ душевномъ разстройств^. Въ суд'6 она не обнару-
жвла никакого раскаяшя, а напротивъ, радовалась, что ея дЪтп те^
дерь ангелы. Она оправдана. Но бедность не всегда д^лаетъ людей
такими полупомешанными преступниками. Очень часто, заглушая въ
нихъ все человечесшя чувства, кроме разсчетливости и корысти, она
заставляетъ ихъ совершать преступлешя не въ припадке бешенаго
отчаяшя, а съ хладнокровнымъ сознашемъ выгодъ, который могутъ
быть извлечены изъ преступлен1я. Много детоубШствъ совершается
благодаря такимъ разсчетамъ.
Въ пятидесятыхъ годахъ въ деревне Швебде, въ великомъ гер-
цогстве Гессенъ-Кассельскомъ, жило семейство Миллеръ, состоявшее
изъ престарелыхъ супруговъ, пхъ дочери Христины и незаконнорож-
деняаго ея четырехлетняго сынк Фридриха, прижитаго ею съ жите-
телемъ той же деревин Бютемейстеромъ, человеко^гъ женатымъ и не-
беднымъ. Въ 1846 г. Бютемейстеръ соб.1азнилъ Христину обещашемъ
жениться на ней, коль скоро онъ успеетъ выхлопотать разводъ со
своею женою. Когда родился Фридрихъ, то Бютемейстеръ убедилъ
Христину не объявлять его отцомъ ребенка, хотя обещался содержать
его и, действительно, издержалъ на него 200 талеровъ. Но ему было
очень жаль этихъ денегъ, тратимыхъ имъ на маленькаго Фридриха,
жаль темъ более, что въ то время деда его начали разстраиваться.
Онъ решился отделаться отъ ребенка, и съ упорною настойчивостью
старался объ этомъ впродолжеши четырехъ летъ. Черезъ восемь не-
дель после рождец1я Фрица, Бютемейстеръ посетиль Христину. Она
била въ комнате одна съ ребенкомъ, который спокойно спалъ въ своей
колыбели. Бютемейстеръ послалъ ее затворить дверь, какъ вдрутъ она
услышала крихъ ребенка. Прибежавъ назадъ, она увидела, что ребе-
нокъ высунудъ языкъ, и на языке и на губахъ у него было что-то
384
б'Ълое в сухое, какъ будто то^^7енIIЙ сахарь. Хриспша посп^швш
стереть этотъ порошокъ какъ можно лучше. Черезъ несколько времени
ребенокъ юл^лъ сильную рвоту, и Христина начала бранить Бютеме!-
стера, говоря ему, „видишь: ты далъ ему чего-то нехорошаго!" На
другой день на губахъ ребенка видны были пузыри, каше бнваютъ
отъ мышьяка. За неудачею этой попытки, Бютемейстеръ повторил
ее въ 1850 г. Фридрихъ заходилъ къ отцу, который далъ ему вышпъ
пива; вернувшись домой, ребенокъ забол'Ьлъ и Христина была уб'Ьзкдена,
что отецъ пытался снова отравить его. Черезъ годъ 2. октября 1851
года, Фридрихъ прибЪжалъ очень веселый къ своей бабушк'Ь, которая
въ то время была занята работою, и закричалъ ей: „бабушка, я быль
у отца и онъ мпЬ что-то далъ!^ — „Что такое, дитя, пирожекъ или
сахару?"— спросила старуха. — „Н'Ьтъ*'. — „Такъ онъ далъ теб4 выпить
чего нпбудь изъ завернутой бумажки". Зат^Ьмъ мальчикъ побежал
къ дЪду, чтобы и ему сообщить о счастливомъ собыпи, цослЪ чего
онъ ушелъ играть на улицу со своими товарищами. Но очень скоро
онъ вернулся къ бабушк^Ь, жалуясь на боль въ желудке. Ей не бндо
времени съ нимъ заняться, н она отослала его къ Д'Ьду. Всл^дстше
распросовъ ребенка и вспомнивъ прежнхе поступки съ нимъ Бюте-
мейстера, д'Ьдъ наведенъ былъ на подозр^ше, что ребенокъ отравленъ
своимъ отцомъ. Онъ далъ Фридриху колока, какъ протйвояд1я. Но
боль усиливалась, началась сильная рвота, дыхаше ребенка сделалось
тяжелымъ, голосъ слабымъ, страшная жажда мучила его. Черезъ два
часа онъ умеръ. Медицинское свид'Ьтельство заключило, что онъ у^^ерь
отъ отравы мышьякомъ, котораго открыто въ желудке, посредством^
химическаго разложешя его внутренностей, около 8 грановъ. Бютемей-
стеръ былъ тотчасъ же арестованъ, но не сознавался въ дЪтоубхйствЪ
почти до своей казни, посл^Ьдовавшей 22 октября 1852 года.
Д%тоуб1йства, подобный сейчасъ разсказанному, очень часто встрЬ-
чаются въ европейской судебной практике. И повиднмому, они совер*
шаются отцами бол:Ье, ч^мъ матерями; это и понятно: холодный раз-
счетъ гораздо легче овладЪваетъ всец^о душою мужчины, ч1мъ жен-
щина; вром^ того, обязанность пропиташя ребенка лежитъ не столько
на матери, сколько на отц^Ь, сл'Ьдовательно, посл^Ьдшй гораздо больше
первой чувствуетъ на себ^Ь тяжесть этого воспиташя. Часто въ этихъ
дЪлахъ преступники проявляютъ поразительное хладнокроте, отсут-
ств1е всякаго сожал'Ьшя о своей жертв^к, и руководятся однямъ только
сознашемъ невыгоды кормить ребенка и выгоды убить. Такъ, иапр*,
стаффордсв1й городской клеркъ разсказываетъ о слйдств1и, лроизве*
денномъ надъ трупомъ девушки 16 л^тъ, отравленной отцомъ потому,
что по причить своего слабаго сложенгя она не моиа принееть ему
никакой пользы. Разсл^довавппй д^Ьло воронеръ прнзналъ ее умфшею
естественною смертью; но черезъ три м!Ьсяца трупъ былъ вырыть мзъ
885
земди д въ желудке нашли значительное количество мышьяку. Судья
Кольриджъ бнлъ за осуждеше преступника, но присяжные, по своему
отвращешю отъ смертной казни, объявили его невиноенымъ. Подобные
мужья часто заставляютъ женъ проозводить изгнагае своего плода.
Такъ въ 1811 г. въ Стаффорд:Ь одинъ мужчина былъ казненъ за
уб1йство своей законной жены. Она была беременна, а преступника
готЬлъ произвесть выкидышъ разными насильственными м-рами, — онъ
Болотилъ ее въ животъ локтями, катался черезъ нее и т. д. Несчаст-
ная умерла, не выкинувъ ребенка.— Въ октябре 1861 г. производилось
судебное сл^Ьдств1е надъ трупомъ Елизаветы Гэрретъ, 34 лйтъ, кото-
рая погибла отъ средствъ, испытанныхъ надъ нею, съ Ц']^лью плодо-
изгнан1я, медикомъ Вэлемъ. Законный мужъ Елизаветы былъ соучаст*
никомъ преступлен1Я и прнговоренъ къ тюремному заключешю за
предумышленное убШство. Так1е процессы, часто встречаемые въ ев-
ропейской судебной практик:Ь, указываютъ на многочисленность д^то-
уб1йствъ и плодоизгнан1й, совершаемыхъ родителями по бедности и по
разсчету. На вл1ятельность этихъ причинъ указываетъ н то обстоя-
тельство, что ч'Ьмъ местность населеннее пролетар1Ями, т^мъ въ ней
сильнее детоуб1Йство. Во всей же ужасной наготе вл1ян1е бедности
на детоуб|йство обнаружила исторхя англШскихъ Ьипа1 сЫЬз, погре-
бальнызсъ клубовь. Въ этихъ обществахъ, которыя очень распростанены
въ Англш, застраховывается жизнь взрослыхъ и д^тей. После шестнад-
цати незначвтельныхъ взносовъ, застрахованное лицо, после своей
смерти, погребается на счетъ клуба. Небогатые похороны въ Англш
стоятъ 1 фунтъ стерлинговъ; погребальные же клубы выдаютъ &а по-
хороны отъ 3 до 5 фунтовъ стерлинговъ. Следовательно, родствен-
ники умершаго, получивъ изъ клуба похоронную прем1ю и, издержавъ
1 фунтъ на похороны, имеютъ въ барышахъ отъ 2 до 4 фун. стерл.
Резулвтатъ этого: родители зсютраховываютъ своихъ длтей въ по-
гребальныхъ клубахь, затгьмъ умерщаляютъ ихъ и беруть погребальную
премио^ чтобы сколько нибудь поправить свое состоянге. „Никто не
можетъ сказать, — пишетъ Клей — сколько детей падаетъ жертвою же-
лашя получить погребальную прем1ю^ (изъ клуба). Авторъ утверждаетъ,
что въ сотняхь или тысячи случаевъ перспектива погребальной прем1И
делаетъ ро]Ытелей незаботливыми о здоровье своихъ застрахованныхъ
детей и доводитъ ихъ до преступлен1я. Если дети делаются боль-
ными, то они оставляются въ добычу смерти. Доказано, напр., что въ
Престоне застрахованный дети подвергаются отъ родителей серьезной
и предумышленной небрежности, доводяш;ей ихъ до смерти. Одинъ изъ
агентовъ погребальнаго клуба въ Манчестере говоритъ: „я имею силь-
ный основашя думать, что такая небрежность предумышленна п что
единственнымъ побуждешемъ къ ней служитъ для родителей надежда
получешя страховыхъ прем1& Джозефъ Кей, въ «8ос1а1 Сои^иоп ап(1
25
386
ЕдисаИоп оГ 1Ье реор1е„ говорить, что существованхе погребальныхъ
влубовъ служить однимъ изъ обильнМшихь источниковъ смертности
д^тей^. Кей объясняетъ далЪе, что Д'Ьтей предумышленно подвергаютъ
небрежности ради получешя изъ клуба похоронныхъ денегъ; что ро-
дители об^щаютъ уплатить свои долги послЪ смерти кого ннбудь изъ
ихъ семьи, обыкновенно ребенка, и т. д. „Одна служанка, ребенокъ
которой былъ нездоровъ, отказалась подать ему медицинскую помощь;
говоря: „нечего обь этомъ и думать, онъ застрахованъ въ двухъ по-
гребальныхъ клубахъ!" Даже кормилицы спекулйруютъ такимъ обра*
зомъ жизнш д^теЁ, вв'Ёренныхъ ихъ попеченш. По статистическимъ
даннымъ, собраннымъ Кейемъ, смертность д^тей, застрахованннхъ
въ погребальныхъ клубахъ, на З^/^ болыие смертности дгьтей не за-
страхованныхъ.,.. Д'Ётоуб1йство застрахованныхъ такъ распространено,
что въ умахъ родителей уже одинъ фактъ застраховашя ребенка вы-
зываетъ мысль о необходимости или неизбежности его смерти. По
свидетельству Эдвина Чодвикка, въ Манчестере и Стаффорде пастора
нередко слышать отъ женщинь низшаго класса подобныя выражешя
о застрахованномъ въ клу^е дитяти: этотъ ребенокъ не б^еть жить,
онъ застрахованъ въ погребальномъ клубе! И чемъ больше такихъ
клубовъ въ городе, темь родителямъ выгоднее убивать своихъ детей,
потому что они могуть записывать ихъ не въ одномъ, а въ нес&оль-
кихъ клу/5ахь, и, убивъ застрахованнаго, брать съ каждаго клуба по-
хоронную прем1ю. Ребенка обыкновенно записываютъ въ четырехъ или
пяти клубахъ, а некто застраховалъ ребенка &ь девятнадг^ати раз-
личныхъ похоронпьшь клубахъ Манчестера^ следовательно, этотъ не-
кто должень былъ получить прем1и отъ 57 до 95 ф. ст., т. е. до 598
р, сер,! — Осенью 1848 г. одна женп1;ина изъ графства Эссексъ была
обвиняема въ отравлеши одного изъ своихъ детей; присяжные оправ-
дали ее. За годь передъ темь она была подозреваема въ отравленш
двухъ другихъ детей, но освобождена отъ дела по недостатку уликъ.
Въ 1851 г. умерь ея мужь, она была признана виновною въ его отравленш.
Разследоватя, произведенный по этому делу, открыли, что между
женпцшами округа Торнъ суш;ествуеть что-то въ роде тайнаго обп^е-
ства съ целью отравлетя мужей и детей и получешя за^последних'Ь
страховыхъ премШ изъ погребальныхъ клубовъ! Боркъ Рэйанъ приво-
дить много подобныхъ случаевь. Такъ одинъ отець былъ обвиняемъ
въ умерщвлеши своего ребенка посредствомъ голода. Этотъ ребенокъ
былъ застрахованъ въ десяти погребальныхъ клубахъ. Присяжные не
нашли возможнымъ обвинить отца, и тотчась же по освобождеши отъ
дела, онъ получиль изъ клубовъ 34 ф. ст. премш. Раньше онъ име^гь
еще шестерыхъ детей, изъ которыхъ каждое было застраховано; за
одного изъ этихь детей: родители получили погребальной прем1я 20 ф.
ст. — Упомянутый нами выше отець, отравивлпй мышь]|комъ свою
88?
шестнадцатил^Ьтнюю дочь, бывшую „совершенно безполезною для него**
до слабости своего здоровья, получилъ за нее изъ разннхъ клубовъ
8 ф. СФ. Въ то хе времд Робертъ и Джорджъ Сандисы бвин обви-
няенн въ уб1бств^ своихъ дЪтей, также застрахованныхъ въ погре-
бальнцхъ влуб^ъ. Въ Ливераул:Ь одна женщина обвинялась въ уб1Ё-
ств% одного н въ отравлети двухъ другихъ своихъ д'Ьтей; тотчасъ
цосл^ смерти ихъ, она отправилась по клубамъ собирать похоронный
преши, и т. д.
Что можетъ быть ужасн^Ье этихъ фактовъ и что можетъ лучше
ихъ указать на вредность филантропш! филантропы желаютъ доста-
вить б'Ьднякамъ приличное погребеяхе, я вместо того, только сод'Ьй-
ствуютъ усиленш д'Ьтоуб1йства!....
Рядомъ съ об*дн4темъ народных,ъ массъ, идетъ постепенное огру-
бите общественныхъ нравовъ, какъ необходимый результатъ безпо-
мощной жизни. Въ этомъ страшномъ круговороте постоянной челове-
ческой борьбы за насущный кусокъ хлЪба и теплый уголъ семейныя
связи делаются гнетущнмъ бременемъ,и деспотизмъ мужа въотноше-
нш жены и д^тей достнгаетъ размЪровъ чистаго варварства. Вместе съ
т^мъ проститущя въ семействе и вне его развивается очень быстро.
Необходимымъ результатомъ, и вместе хорошею меркою такого
явлешя служитъ большое число вне-брачныхъ детей. По даннымъ,
сообщаемымъ въ одномъ изъ отчетовъ англШскаго генералъ-регистра-
тора, на 100 родившихся детей оказывается процентовъ: —
Законныхъ. Незаконныхъ.
Въ Баварш ..... 79,402 20,598
— Саксоши 85,003 14,997
— Виртемберге , . . . 88,260 11,740
— Австрш. ..... 88,620 11,380
— Ганновере 90,124 9,876
— Данш 90,649 9,351
— Пруссш 92,848 7,122
— Франц1И 92,885 7,114
— Бельгш 93,228 6,772
— Англш 93,279 6,721
— Норвегш 93,322 6,678
— Шведш 93,438 6,562
— Ломбардш 96,100 3,900
^ — Сардиши 97,909 2,091
— Венещи 97,500 2,500
— Россш *)..... 97,050 2,950
— Петербургской губ. . 88,110 11,890
*) По даввнмъ «Статистическаго Временпяк-а» 18в6 р., изд. деятр. статистм-
чессаго комитета.
25*
888
Зти процентныд отношен1я завонннхъ рождешй къ незавоннЕшъ,
само собою, 1Гз][^няются, если брать не ц^лыя страны, а только го-
рода и округи. Во многихъ м'Ьстахъ число незаконныхъ д^тей гораздо
больше, а во многихъ меньше приведенннхъ среднихъ цнфръ. Во Фран-
цш, по сообщетю „ Лоиша! йе 8ос1ё1ё де В^аиб^дие (1е Рапз" 1865 г.,
^>& 8, было:
Въ 1862 г. Незаконныхъ на 100 рождетй.
ВсЬхъ рождешй незаконныхъ. Въ 1862 г. 1861 г. въ 1860 г.
Въ депараментахъ
Сены .... 60,203 15,655 26,08 26,53 26
Въ городахъ . . 254,730 28,469 11,18 12 11,36
— деревняхъ . . 680,414 29,795 4,38 4,38 4,04
Всего ,995,167 73,919 7^43 7^63 7,24
Приведенныя цифры показываютъ, что незаконныхъ рождетй гораз-
до бол'Ье въ мануфактурныхъ, ч^Ьмъ въ землед^^льческихъ вгЬстностяхъ.
Еольбъ, въ своей стать'Ь: „РаЬпк^евеп'^ внолн^Ь подтверждаетъ' это,
говоря, что вн^-брачныхъ рождешй особенно много въ фабричныхъ
мЬстностяхъ. Напр., во Францш, въ сенскомъ департаменте незакон-
ныхъ рождешй 27,21, въ ронскомъ 14,18, нижнесенскомъ 11,10, верхне-
рейнскомъ 8,91. Департаменты же съ наименьшимъ числомъ незакон-
ныхъ рождешй тЬ, которые ближе всего къ землед'Ьльческому быту и
при э^омъ не им^ютъ ни большихъ городовъ, ни сильныхъ гарнизо-
новъ. Посл']^дше даже бол^е фабрикъ вл1яютъ на число вн*ЬЧ$рачныхъ
рожденШ.
Теперь посмотримъ, какъ то же самое обш;еств(Г, которое порох-
даетъ и поддерживаетъ это печальное явлеше сощальной жизни, да-
витъ своими законами незаконнорожденныхъ д'Ьтей и покрываешь по*
зоромъ и ихъ самихъ, и ихъ матерей.
По римскому праву — ра^ег езЬ^ дает пирИае <1етоп81гап1;, т. е.
отецъ рожденнаго въ законномъ брак'Ь ребенка есть мужъ его матери.
Поэтому, только въ законномъ брак1к рожденный дЪти считались за-
конно или ауххведлгшо рожденными зиге или 1^111те ^иае8^^^ или
1е^1ши иЪег!. Незаконными же д^Ьтьми были дЬти, родители которыхъ
находились въ недозволявшей брака степени родства, или приакитня
отцомъ съ женою другого или съ публичною женщиною; равнымъ об-
разомъ — ^незаконны тЪ д^ти, который „немогутъ указать своего отца*'.
Незакрнный ребенокъ не им'блъ права требовать отъ своего отца со-
держашя. Только при императорахъ, когда конкубинатъ быль дозво-
ленъ и сд'Ьлался н^коюрымъ образомъ равносиленъ браку, незаконная
дЪти получили значительный права и даже учаспе въ насл^^дствЪ.
Когда римское право начало переходить на почву новыхъ варвар-
скихъ государствъ, то у нЪкоторыхъ народовъ долго не могли привиться
упомянухыя достановлешя римскаго императорскаго права и незакон-
Э89
ввя д$ти не ихЪли правъ ни на почетння мЪста, ни правъ обккно-^
веяиаго и дернаго наогЬдовашя. Въ другихъ же странакъ постанов-
дешд римскаго права одержали верхъ надъ туземными законами.
Долго шла борьба двухъ элементовъ — варварскаго принципа отвер-
женности незаконныхъ д^тей и принципа римскаго. Римсшя воззри-
шя путемъ судебной практики, и путемъ законодательвымъ посте-
пенно облагораживали законы европейцевъ. Наконецъ, европейск1Я
законодательства пришли, относительно незаконныхъ дЪтей, къ сл^-
дующимъ основнымъ положешямъ:
1) Законный отецъ тотъ, кто въ пер10дъ времени отъ 182 до 300
дней до рождешя ребенка им'Ьлъ съ его матерью совокуплеше; но ре-
бенокъ будетъ незакоинымъ, если доказано, что ъъ упомянутый пе*
рюдъ съ его матерью им'Ьлъ совокуплеше не мужъ ея, а другой муж-
чина, или что мужъ не им'Ьлъ съ нею совокуплешя. Незаконны такхе
всЬ дЪти д^вушекъ п вловъ, родившихъ бол^е, ч^мъ черезъ 300 дней
посл1^ смерти своего мужа.
2) Отецъ незаконнаго ребенка обязанъ давать ему до извЪстнаго
возраста содержате, сумма котораго равняется стоимости содержа^
нгя д^ьтей пызгиаю класса. При этомъ отецъ не обязанъ держать его
въ своемъ домЪ пли семьЪ, а средства содержатя онъ передаетъ лицу,
подъ опекой котораго состоитъ его незаконный ребенокъ. При несостояг
тельности отца, обязанность содержатя персходнтъ на мать; прн несо-
стоятельности последней— на родителей матери или отца, затЪмъ на об-
щину или на м'Ьстную кассу. бЪдныхъ. Во многихъ странахъ роди-
тели отца не обязываются содержать незаконнаго ребенка своего сына.
ВсЪ незаконный д:Ьти еостоятъ подъ покровительствомъ государства,
которое назиачетъ имъ опекуна, даетъ вспомоществовашя, наблюдаетъ,
чтобы ихъ отецъ выполнялъ въ отношен1и къ нимъ свои обязанности
и т. п.
3) Незаконный ребенокъ принадлежитъ только матери, носить ея
фампл1ю, состоитъ подъ ея властью, а подъ властью отца не состоитъ,
не можетъ получать отъ посл'Ьдняго насл:Ьдственной части безъ за-
в^щан1я; онъ наслЪдникъ своихъ кроенызп родственниковъ — ^матери и'
еа родни.
Такимъ образомъ, отецъ не многимъ обязывается относительно своего
незаконнаго ребенка. Но къ исполнешю и этихъ немногихъ обязанностей
ребенокъ или его мать могутъ принуждать отца только съ большимъ
трудомъ. ' Въ этомъ слу ча* законы болЬе потворствуютъ отцамъ, ч'Ьмъ
помогаютъ ихъ несчастнымъ д'Ьтямъ.
Прусск]'й законъ 24 апр4ля 1854 г. въ § 13 говорить, что притя-
заша незаконнаго ребенка на исполнеше отцомъ его родительскихъ
обязанностей состоятельны только въ двухъ случаяхъ: 1) когда, по
§§ 1, 2, 6, 8, и 9, притязатя на этого мужчину его матери основа-
390
• I
тельны и 2) если ребенокъ можеть представить ясное 11ря9Н&Н1в тбго
мужчины, Еотораго онъ назнваетъ своимъ отцомъ, что ояъ дМствн-
тельно отецъ этого ребенка. Притязашя же матери несостоятепнн, I
незаконння д^ти не имЪютъ права на получеше содержанхя отъ своихъ
отцовъ, д']^йствительныхъ или предполагаемыхъ, въ сл%дуюп1^хъ слу-
чаяхъ: 1) если мать ребенка въ перходъ его зачат1я совокуплялась не
съ однимъ мужчиной; 2) если она личность позорная въ половомъ от-
ношеши, особенно если она а) за половую связь брала деньги или
подарки, Ь) или известна своею развратною жизшю, или с) раньше
была беременна вн^ брака отъ муз|счины, считаемаго родителемъ ре-
рейка, или (1) раньше была виновна въ нарушети брачннхъ обязан-
ностей, въ прелюбод^янш, или е) если предполагаемый отецъ ребенка
не им'Ьетъ еще 20 лЬть отъ рола и ею соблазненъ къ совокуплешю.
Баденское законодательство до 1851 г., въ подражате француз-
скому, допускало состоятельность притязашй матери на пропитате
своего незаконнаго ребенка его отцомъ только въ сл4дующихъ слу-
чаяхъ: 1) если истица обольщена этимъ мужчиной, или 2) онъ сово-
куплялся съ нею, доредя ее предварительно до временной невозмож-
ности обладать своими чувствами, посредствомъ вина, напр., или 3)
держалъ ее, какъ наложницу. Въ остальныхъ случаяхъ мать незакон-
наго ребенка не могла требовать ему содержан1Я отъ мужчины, кото-
раго она называла отцомъ его. Но баденсшй кодексъ 21 февраля 1851 г.
предоставилъ несколько бол4е возможности незаконнымъ дФтямъ до-
казыжать родительство (Уа1;ег8сЬай, ра1ет1<:ё) своихъ отцовъ, и обя-
залъ посл'Ьднихъ выдавать имъ на содержаше отъ 10 крейцеровъ до
1 флорина въ нед'Ьлю.
По цюрихскому кодексу 1862 г. отецъ незаконнорожденйаго ре-
бенка не обязанъ содержать его, если во время совойуплешя съ его
матерью ему не бы.1о еще 16 л4тъ; если заберемен'Ьвшая отъ него
знала, что онъ женатъ; если втечен1е двухъ посл^Ьднихъ гЬтъ она
была проституткой и т. д. Если отецъ или мать ребенка не въ со*
стояши воспитывать его, то эта обязанность возлагается на ихъ ро-
дителей, затЪмъ на общину.
Подобнымъ же образомъ распоряжается судьбою незаконнорожден-
ныхъ и граубюнденсшй кодексъ 1862 г. „Большинство же швейцар-
скихъ законодательствъ — говоритъ Зиригъ — примыкаютъ къ прин-
ципу материнства**, т* е. предоставляютъ заботы о незаконномъ ре-
бенк'Ь одной его матери.
Англ1йск1й парламентсшй актъ 14 августа 1838 г. возлагаетъ обя-
занность воспитаюя незаконнаго ребенка только на его мать, а въ
случае ея несостоятельности — ^на местное благотворительное учрежде-
ше, при чемъ она вмЬстЬ со своимъ ребенкомъ поступаетъ во^вла-
д^ше рабочаго дома, ^огкЬоиве. Управлете благотворительнаго учреж-
денш иожетъ отыскивать и доказнвать род0те:|ьство незаконному ре-
бенку, требуя отъ отца ему пропиташе, размерь котораго — 1 Уг^ шел-
лшга въ нед'кго и которое отецъ обязанъ выдавать до семвдЪтняго
возраста ребенка. Положенхе яезаконныхъ д'Ьтей въ Англш особенно
ухудшилось со времени акта 1844 г., которымъ опекуну ребенка за-
прещено преследовать его отца, доказывая его родйтельство.
Жестче всЬхъ въ этомъ отношеши французское законодательство.
Соде С1у11, аг1. 340, возлагаетъ всЬ заботы о незаконномъ ребенке
на его мать и защищаетъ его отца отъ вс^хъ прнтязатй на получе-
ше отъ него содержашя, даже на признате его роднтельства: 1а ге-
сЬегсЬе йе 1^ ра1егп11;ё ее* ш1егД1*е" (отыскаше роднтельства. запре-
щается), — кромЪ случаевъ соблазнешя или изнасиловашя, ведущихъ
за собою рождетае незаконнаго ребенка. Того же принципа держатся
кодексы бельпйск1й, гессенъ-дармштадтсшй, саксенъ-веймаръ-эйзенах-
сшй, сардинстй 1837 г. *). Само собой понятно, что всЪ эти кодексы
не устраняютъ добровольнаго признангя отцомъ своего роднтельства п
добровольнаго приняТ1я имъ на себя обязанности воспитывать своего
незаконнаго ребенка.
Такимъ образомъ, европейсшя законодательства или вовсе отказы-
ваютъ незаконному ребенку въ отыскаши его отца и въ принуждешя
его воспитывать ребенка, или затрудняютъ это и назначаютъ самую
незначительную цифру отцовскаго содержатя, или возлагаютъ вс^
.наботы о ребенке ^а его мать, женщину, въ большинстве случаевъ,
бедную или развратную, или наконецъ, поручаютъ незаконныхъ дЪ-
тей благотворительнымъ учреждешямъ, 'средства которыхъ ограничены
и не могутъ удовлетворять потребностямъ всЬхъ незаконныхъ. Плохц
9ТЕ законы!
По русскому праву незаконныя дЪти суть: 1) рожденный вн^ брака,
*) Введете этого принципа въ вакоеодате1ьства произошло всл^дств!е сл^Ь-
дуюгцихъ соооражевхй: 1) Прнтязашя неваконнаго ребенка на по1учен1е содерхашя
отъ своего отца основаны на простой фикщи, именно: отцоиъ ребенка и поэтому
^мцомъ, обязаннымъ содержать его, считается че^ов^Iсъ, им^вшхК сь его матерью
совокупден1я за несколько временя, опред'Ьленнаго закономъ, до рождешя ребенка.
2) Сообраяшютъ, будто бы дозволеше отыскивать родйтельство и получать незакон-
яымъ х^ямъ содэржапе отъ ихъ отцовъ, необходимо сод'ЬЙствуетъ усвлен1ю народ-
ной раввращеняостн, такъ какъ якенщины, вступая въ недозволенныя воловыя связи,'
над'Ьются, что рожденный ими незаконныя д^ти не останутся беаиомощннми. 8) Доз-
вояегае отыскивать родйтельство ведетъ ко мвогимъ оптнбкамъ и обманамъ. 4) Оно
ведетъ также къ умножен1ю ложныхъ присягъ. б) Это дозволен1е не приводитъ къ
существенныиъ результатамъ, такъ какъ въ большинстве случаевъ отцы не могутъ
давать на содержаше ребенка требуемой суммы. Наконецъ, 6) статистичесыя дай-
ныя покавнвахугъ, что запрещете отыскивать родйтельство и требовать незакон нымъ
дЪтямъ содержаше отъ ихъ отцовъ «не увеличиваетъ д^тоубхйства». Читатель ви-
дитъ, какъ пошлы и неосновательны вс% эти соображешя юристовъ.
898
ХОТЯ бп яхъ родители и вступили впосл^дствш въ законный брахъ;
2) происшедшгя отъ прелюбод^Ьяшя; 3) рожденныя ботЬе чЪмъ че-
резъ 360 дней посл'Ь смерти отца или по расторжение брака разводомъ;
4) вс:Ь лрнжитыя въ бракЪ, который на основати законовъ будетъ,
по формальному приговору духовнаго суда, признанъ незаконнымъ и
нед^йствительнымъ; 5) рожденная въ брак'Ь, который расторгнуть по
совершенной, на;^лежащимъ образомъ доказанной, импотенцхи хужа
(Св. Зак. изд. 1857 г., т. X, ч, I, ст. 132 — 134). Хотяотецъ незакон-
наго ребенка обязанъ доставлять ему содержаше, но такой ребенокъ
не мохетъ ни носить фамил1н своего отца, ни получать насл^^дство
не только отъ отца, но и отъ матери своей. Только по особой „^^о-
наршей милости" такому ребенку можетъ быть предоставленъ уд^^
въ родятельскомъ им^^тн, но черезъ это онъ „не прхобр^таетъ правь
на наследство посл^ другихъ своихъ родственниковъ" (ст. 136, 137).
Постановлешя объ общественномъ положенш пезаконныхъ д'Ьтей
въ Росс1и заключаются въ сл^дующихъ статьяхъ: „Незаконнорожден-
ный отъ хенъ, вдовъ и д^вокъ городского или сельскаго свободнаго
С0СТ0ЯН1Я, также отъ солдатскихъ женъ, вдовъ и дЪвокъ и ихъ до-
черей, равно и подкидыши, воспитываемые состоящими въ службе ниж-
ними воинскими чинами, — ^по достихеши совершеннол^тгя причисляются
въ городское или сельское состоян1е, въ которое сами поступить по-
желаютъ** (ст. 138). „Воспптанниковъ воспитательнаго дома изъ не-
законнорожденныхъ или неизв^стнаго происхождеМя д^тей запрещается
определять въ гражданскую службу съ присвоен1емъ права на полу-
чете классныхъ чиновъ, хотя бы они были воспитаны Приказами 06-
щественнаго Призр^нтя въ разныхъ учебныхъ заведетяхъ, какъ-то:
въ у^здныхъ училищахъ, гимназ1яхъ, въ Спбургскомъ Коммерческомъ
училище и другихъ имъ подобныхъ. По достижеши ими 21 года, они
причисляются къ городскимъ или сельскимъ податнымъ обществамъ,
по ихъ и.збратю". (Св. Зак., т. XIII, статья 557). Такой незаконно-
рожденный можетъ избавиться отъ податного состоян1я только прхобретя
ученую степень и неразлучный съ нею права. Такимъ образомъ, если
мать незакоинаго ребенка принадлежишь кь одному изъ свободныхъ со-
словгщ то ребенокъ^ не насльдуя ея Збонгя^ пострпаеть въ податное
состояте. Но относительно пезаконныхъ д^тей, матери ^соторыхъ при-
надлежатъ къ несвободнымъ сослов1Ямъ, законъ держится сов^>шенно
противоположнаго принципа: такгя д1ьти непремгькно маелгьдують зва-
пге своей матери. — Прежде незаконный д4ти крепостныхъ женъ и
девокъ признавались „поматерямъ крепкими владельцу сихъ посл^д-
нихъ**. „Незаконнорожденный д^ти казачьихъ вдовъ, женъ и девокъ
зачисляются въ казачье сослов1е. Незаконнорожденные сыновья женъ
и дочерей башкирцевъ, мещеряковъ, тептерей и бобылей оренбургской
губерши и казаковъ войска оренбургскаго и уральскаго, отдаваемнхъ
893
за проступки въ военную службу, оставляются навсегда въ сихъ со-
слов1яхъ по принадлежности. Незаконнорожденный отъ женъ и дочерей
нижнихъ почтовыхъ служителей, равно и младенцы, подкидываемые
почтальонамъ, причисляются къ почтовому в^Ьдомству. А таковыя же
д'Ьти, рожденныя отъ женъ, вдовъ и дочерей военныхъ и заводскихъ
нижнихъ чиновъ, мастеровыхъ, состоящпхъ или состоявшихъ въ гор-
номъ в^домств^... и вообще всЬхъ придворныхъ в1^д^н1й, причисляются
-къ т']Ьмъ в'Ьдомствамъ, къ которымъ матери принадлежали. Незаконно-
рожденныя отъ женъ, вдовъ и дочерей крестьянъ уд'Ьльныхъ причис-
ляются къ удЬльному ведомству" (т. X, ч. I, ст. 139 — 143).
Изъ обозр'Ьн1я европейскихъ законовъ о вн'Ь-брачныхъ д^тяхъ мы
вндимъ, что они уже при самомъ рожден1и осуждены на горькую
участь. Большинству ихъ предстоитъ жизнь, полная изнурительнаго
труда, голода, мучен1Й, отверженности, жизнь, нагоняющая на нихъ
болезни и сводящая пхъ въ преждевременную могплу. Какъ не ве-
лика смертность закопныхъ д'Ьтей въ Европ'Ь, но смертность незакон-
ныхъ еще больше. Кетле (8иг ГЬотте, I, 240) говорптъ, что по вн-
числен1ямъ Бауманна н Зюсмильха, смертность д1^тей представляетъ
слЬдующ1я отношен1я:
Законных!.. Нелаконявхъ.
1-го месяца отъ рождешя 1 2,0
2 — 3 й п п 1 2,4
* — *^ » я » 1 1Л
6-12 , „. . 1 1,5
2-хъ л*тъ я я 1 1'^
3-4 . „ „ 1 1,3*
По дальн^йшимъ вычпслен1ямъ Бауманна только '/ю незаконно-
рожденныхъ д'Ьтей достигаетъ зрЪлаго возраста.
Такая смертность незаконныхъ объясняется, главнымъ образомъ,
безпомощностъю^большинства ихъ. Законъ не столько прннуждаетт.
отцовъ заботиться объ ихъ содержан1п п воспитатп, сколько предо-
ставляетъ ' это совести и добровольному соглас1Ю отцовъ. А совесть
не только отцовъ, но даже и матерев оказывается слпшкомъ растя-
жимою въ этомъ отношешн. Множество незаконныхъ д'Ьтей отверга-
ются не только отцами, но и матерями. Во Фрапц1П, напр., по словамъ
журнала парижскаго статнстическаго общества 1865 г., „незаконно-
рожденные разд'Ьляются на два различныхъ класса: 1) гЬ, которые
признаны или отцомъ или матерью или тЬмъ ^и другимъ лм'Ьст!^,
2) тЬ, которые не признаны**. Численное отношен1е между этими двумя
классами представляется въ слЪдующемъ вид^Ь.
Незаконныхъ въ 1862 г. Признанныхъ на 100 незаконныхъ
Признав. Непризваныхъ. 1862 г. 1861 г. 1860 г.
Въ департ. Сены. 4,009 11,646 25,61 26,29 26«66
/
994
«
— городахъ .„ 7,242 21,227 25,44 , 23,51 22,97
— деревняхъ „ 12,608 17,187 42,33 38,65 37,23
Всего . . 23,859 59,060 32,28 29,84 32,50
Тавимъ образоыъ, около ^^з незаконнорожденныхъ д-Ьтей (62,82)
остаются непризнанными своими родителями, и, сл'Ьдовательно, бро-
шенными на производъ судьбы.
Въ Англ1и, по словамъ Б. РэЁана, незаконнымъ д'Ьтямъ „часто
очень трудно наЁти своихъ отцовъ, и они поступаютъ на содержание
приходовъ". По свидетельству Тьюбса, н'ёсеолько лЪтъ тому назадъ,
85 челов'^Бъ получали ежедневно по шилингу каждый отъ мэрильбон-
сваго прихода (в^. Магу1еЬопе), потому что они были не въ состояти
открыть свонхъ отцовъ. По той же причин'Ь къ 1 января 1858 г. въ
Англ1и состояло на содержании приходовъ 14,427 не^аконныхъ д^тей.
Ниже, когда мы будемъ говорить о дЪтовыбрасываньи и найдены-
шахъ, мы приведемъ еще друг1я цифры, которыя ясн:1^е вышепрдве-
денныхъ покажу хъ, что огромное большинство незаконныхъ д'Ьтей
отвергается и бросается на произволъ судьбы ихъ родителями.
Куда же идутъ эти д'Ьти? Они закабаляются на фабрики, они плу-
туютъ въ городахъ, пходятъ въ общества воровъ и другихъ преступ-
ниБОвъ и, недостнгши еще зр']^лаго возраста, сами попадаются за свои
лреступлен1я въ руки полищи и суда. Сл^^дующая таблица отлично
выясняетъ, что огромное большинство малол^Ьтнихъ престулниковъ
состоигъ изъ незаконнорожденныхъ д'Ьтей, а остальная часть изъ д^-
тсй, участь которыхъ одна и та же съ незаконнорожденными. Циф-
ры этой таблицы относятся къ Франщи.
Годы. Общее чисю мало- Изъ нихъ бьио д'Ьтей Незаконно- Д-Ьтей пубшчяахъ
л'Ьтнихъ преступник, преступниковъ же. ро2ден.д'Ьтей.жввщ.»брод. и нищ.
1853
7,715
753 (н'Ьтъ цифры).
2,220
•
1854
9,158
785 5,646 ,
1,775
1855
8,095
(ы'Ь'гь цифры)
1,963
1856
9,758
1,075 6,148
2,186
1858
9,336
1,015 5,687
2,208
1859
8,921
1,065 5,584
2,103
Следовательно, почти VIо малол'Ьтнихъ преступниковъ были неза-
конными д1>тьми, родители которыхъ бросили ихъ на произволъ судьбы;
'/ю бы.ти д^тьмп публичныхъ жешцинъ, бродягъ и нищихъ;
'/о были д-Ьтьми преступниковъ.
Относительно Англ1И мы приведемъ другую таблицу, которая тавзке
разъясняетъ судьбу множества л-Ьтей, родители которыхъ принадле-
жатъ къ низшнмъ классамъ общества. Въ Англ1и было:
Въ 1861 г. Въ 1862 г.
Мальчик. Д'Ьвуш. Всею. Мальчик. Д-Ьвуш. Всего.
Воровъ и грабителей:
моложе 16 л*тъ. . 3149 1053 4^02 3347 1260^ 4607
ЭОб>
16' хЬтъ ш' отарше .
18,396
5447
23,843 19,474
..ьпь.
25,189
холоже 16 л^тъ. .
42
25
, 67 50
20
70
16 л'Ьтъ и старше .
2876
678
3554 2940
773
3713
Проститутовъ:
ходоя&ё 16 д'Ьтъ. .
1389
1389
1507
1507
1^ Л'Ьтъ и старше .
(н'Ьтъ цифры).
Шдозр^ваемыхъ лидъ:
моложе 16 лАгь. ..
2977
999
3976 3040
1083
4123
16 л'Ьтъ н старше .
23,472
5049
28,521 24,625
5264
29,889
Бродягъ:
^
моложе 16 л'Ьтъ. .
4162
3145
1Ът 4074
2886
6990
16 л'Ьтъ и старше.
(н^тъ цифры).
/
Всего:
моложе 16 л:Ьтъ. .
10,230
6611
16,945 10,511
6756
17,267
16 л'Ьть^ и старше .
62,361
46,837 109,198 62,279
47,505
109,784
Большинство аншйекихъ шиол^нихъ преступниковъ, Еакъ и
французсвихъ, были или незаконнорождеиЕыми, или происходили изъ
т^хъ доддонвовъ общества, въ которыхъ участь и завонныхъ и ве-
законныхъ д^тей одинаково несчастна.
ТаЕимъ .образомъ, незаконнорожденнаго ребенка, при самомъ его
ноявленхи на св'Ьтъ, поражаютъ б'Ьдность, бол'Ьзни, смерть, а еслц
онъ переживетъ первый пер1одъ своего д'Ьтства, если ему удастся
достигнуть то^го возраста, когда онъ будетъ въ состояши ходить на
своихъ ногахъ, действовать своими руками, соображать своей голо-
вой, — то бурный потокъ жизни несетъ его прямо въ тюрьму, на каг
торгу, или нависЬлицу. Его мать, хотя и незнакома со статистикой,
но ио горькому опыту жизни знаетъ, какая судьба предстоитъ ея дЪ-*
тищу. Не лучше ли убить его и гЬмъ спасти его отъ ужасной жизни,
а себя отъ хлопотъ и мучешй, причиняемыхъ его воспитан1емъ и
ввдомъ постоянныхъ страдашй его? И мать убиваетъ ребенка.
Но вотъ другая, еще бол^е сильная причина уб1йства незаконно- ,
рожденныхъ, — ^это позоръ, которымъ общество покрываетъ и незакон-
ворожденнаго ребенка, и его мать. Оно отвергаете падшихъ женщинъ,
платитъ за гр^хъ матерей ни въ чемъ невиноватымъ д']^тямъ и, .въ
тоже время, считаетъ совершенно безразличны&ш поступками не только
развратъ мужчинъ, за который оно жестоко караетъ женщинт, но и
похождешя мужчинъ, соблазняющихъ невинныхъ д'Ьвушекъ. И то,
что женщине вменяется въ позоръ и въ преступлен1е, [ея соблазни-
телю или любовнику поставляется нередко въ честь. Часто ра^врат-
никъ прюбр'Ьтаетъ себ4 репутац1ю „ловкаго человека" по числу^ со-
блазненныхъ имъ женщинъ. И при этомъ, общество караетъ падшую
женщину съ какимъ-то чисто восточнымъ тупоумхемъ, — оно караетъ
самое преступленхе, не обращая вниматя на родъ и степень силы его
89в
нотивовъ, вовсе упуская лзъ виду пришщпъ индивидуальной в]Аияе*
иостн. Для него падшая женщина — существо отверженное, пала л
она всл^дств1е воп1ющей б1^дности, соблазнена ли гнусннмъ разврат-
ноЕоиъ, хогЬвшиыъ на ней жениться, или отдалась разврату всл^д-
ств1е правстпенной пспорченностп и корысти. Но взгляните на тЬ
общественные слои, нзь иоторыхъ летятъ эти перуны на надшигь
женщинъ; посмотрите на этихъ заыужнихъ женщинъ, головы суиру-
говъ которыхъ украшены десятками роговъ, на этихъ вдовъ, нанниа-
ющпхъ себ1^ постельныхъ франтовъ, на этихъ содержановъ и велико-
свЪтскихъ львицъ, у которыхъ
Брпллхапты, цв^ты, кружева,
» Доводящее умъ до восторга,
П па лбу роковмя олова:
„Продается съ публнчоаго торга!**
Штъ словъ, чтобы достаточно обрисовать ото лицем^рЕе, эту
бездну протпвор'&Ч1й и беямыслпцы! И не ищи, падшая женщина,
участ1л, сострадан]я, терпимости въ тоиъ нравственномъ мракФ,^ ко-
торый, какъ бы въ насм'Ьшку, называется св'Ьтонъ.
Но верхъ пепосл^эдовательпостн — это отверяюнность незаконннхъ
д^тей за то, что согр'Ьшпла пхъ мать. И это д'Ьлаетъ общество, ко-
торое смЪется падъ китаЛцами, что они казнятъ д'1^тей за преступ-
лен1я пхъ родителей! И эти людп смитаютъ себя хрнст1анамн. они
безъ всякаго зазр1'1П1я с()в1^сти называютъ себя посл'Ьдоцателяин Того,
Кто защптплъ отъ судей п благословплъ блуднпцу, Кто такъ люболъ
Д'Ьтей и такъ мплостиво отпосплся къ падшнмъ женщинамъ!
Так1е нравы нер1^дко доводят!, падшую женщину до самоубЛства.
Такъ, по даннымъ криминальной статистики Франщи 1856 — 1861 г.,
всЬхъ женскихъ самоуб1йствъ въ этой стран* было 5749, пзъ этого
числа причиною^ 97-мп самоуб1йствъ была вн1;-брачиая беременность
п 18-ти — стыдъ п. страхъ стыда.... И вообще, по статистическимъ дан-
нымъ, стыдъ внебрачной беременности пнеза! онорожденнаго рожден1Я—
одна пзъ самыхъ спльныхъ прпчннъ жеискаго самоуб1йства, наклон-
ность къ которому вообще у жецщннъ въ 3 — 472 Р^ва слабее, ч^мь
у мужчпиъ.
Но не у вс1^хъ, даже не у большинства падшихъ женщинъ достаеп
духу предпочесть свою смерть жпзнп ребенка. Такая женщина часто
еще жпветъ надеждою на лучшхе дни, или нмФетъ сильную привязан-
ность къ жизни или не обладаетъ достаточного храбростью, * чтобы
наложить на себя руку. Между тФмъ, ее щюклпнаетъ отецъ, мать
постоянно плачетъ и разбиваетъ сердце виновной своими стонами'объ
ея безчест1И; ее бранить братья, чуждаются сестры; иногда ее внго-
няютъ йзъ дома, а за дверьми своего дома она встр^чаеть только
презр^Ьше и насм'Ьшки. Ее страшить несчастная будущность ребенка
397
И тотъ от1в1!Ъ, которнй онъ иожетъ потребовать въ . ед поведенш,
вогда онъ внростетъ* Прибавьте къ этому ненормальное состояте жен-
лщны прп беременности и въ первое время послЪ родовъ. У беременной
является тошнота, рвота, головная боль, пренращенхе менструац1и. Даже
просто неправильная менструац1я можетъ подвергнуть женщину ипо-
ховдрш, меланхол1л, сумасшеств1ю, пляске св. Вита, каталепсическому
экстазу и другимъ нервнымъ бол1)Знямъ. У беременной появляются ка-
правы, прихоти, неестественный желан1я, суев'^^рхе, меланхол1я, жесто-
кость. Часто характеръ женщины изменяется во время беременности въ
самыхъ существенныхъ чертахъ свовхъ. Посл^ родовъ женщина не ме-
н^е подвержена бол^нямъ — разлит1е молока можетъ вогнать ее въ
лихорадку, даже въ сумасшествхе... При этомъ нужно еще вспомнить,
что сплошь и рядомъ, вн'Ьбрачно-беременныя женщины принуждены
скрывать свою беременность и родить гд^ нибудь въ уединенномъ
мЪст^, въ сортир'Ь, хл'Ьв^, на улиц'Ь, на в^тру или па мороз'Ь, безъ
всякой посторонней помощи. Это еще бол'Ье усиливаетъ т^ патологи-
ческхе припадки, которымъ подвержена роди^|ьница. Страхъ,, стыдъ,
борьба эгоизма и материнской любви, постоянныя заботы о скрытш
своего положен1я, безсонныя ночи, муки рожден1я, физическая слабость
и нервное разстройство посл:Ь того, *- все это д'Ьлаетъ психическое
состоите иезаконнородившей д'Ьтоубгйцы исключительнымъ, патологи-
ческнмъ. ' Она д'Ьйствуетъ въ умоизступлен1и, въ истерик'Ь, часто ре-
шается на д^тоубхйство моментально, вследствхе сильнаго и скоро-
преходящаго аффекта, какъ девушка Уланда въ его стихотворенш
„Оев Р&ггег8 ТосЫег'', она держитъ на рукахъ своего незаконнаго
ребенка, размышляя о своей горестной участи: ^о, горе! ты сдЪлалъ
меня матерью, не сд^лавъ сначала женою! и вырвавъ изъ волосъ
серебряную булавку, она воткнула ее въ сердце мальчика'^ *). Мы
уже видели выше, что дЪтоубгйцы изъ бедности часто д1йствуютъ въ
полномъ умственномъ разстройств^; то же нужно сказать и о неза-
коннородившихъ или незаконно-беременныхъ женщинахъ, решающих-
ся на плодоизгнаше и детоуб1йство.
Такъ въ Ипсвиче одна девушка судилась за детоубхВство. Она
все скрБ1вала свою беременность в, наконецъ, родпла ребенка, кото-
раго ея сестра нашла въ ихъ общей спальне сь горломь, перер^ьзан'
нымъ атъ уха до уха. Сестра тотчасъ сказала объ этомъ отцу, кото-
рый, увидя виновную, обратился къ ней со словами: „Боже мой!
Джэнъ, что ты наделала! ** Девушка была такъ разстроена, что отъ
*) о, игеЪ т1г, даав дп ткЬ жиг МвМег |;еюасЫ,
Ветог да т1сЬ гоасЬ1е1( жот \7е1Ъе^...
О» пев 116 д1е аПЬегпе Каде! тою Нааг,
Ппд жЦем 110 дет КпаЬеп т'« Негхе...
898
однвхъ этихъ словъ, она упала на полъ, словно подстрЪяенная в ое*
тавашсъ безъ языка и бегъ сознатл втеченги мьсколышхь недпль^.
Лордъ Кэмпель направлялъ присяжныхъ „оправдать подсудимую, жакъ
действовавшую безъ сознан1я''. Присяжные оправдали ее.
Въ подобномъ же пснхическомъ разстройств^ находилась Мэрт
Ньюелль, 20 Л']^тъ. Она была зверски прогнана своимъ обольстите-
лемъ, лишена всякой матер1альной поыопци; пораженная горемъ и
отчаян1емъ, она положила своего ребенка въ м'Ьшокъ, наполнении!
камнями, и ночью бросила его въ р±лу, Мэрн осуждена на втчмую
каторгу.... В^ьчны{4 позоръ европейскому обш,еству и оравосуд1Ю за
так1я жертвы!...
На нравственное разстройство и умоизступленность укавнваютъ и
частые факты совершенно излишней и неразумной жестокости, учиня-
емой надъ ребенкомъ. Такъ, напр., Ханна Кукъ убила своего неза-
коннаго ребенка, и убила его съ чисто-безумною жестокостью: изло-
мала ему руку^ проломила черепь^ переломила челюсть и разодрала
ротъ!,.: Ч^мъ возможно объяснить такое глупое зверство, какъ не
состоян1емъ, близкимъ къ сумасшеств1ю? А тате случаи встречаются
постоянно и ведутъ къ верному заключетю, что большинство веза-
коннородившихъ детоуб1йцъ д^йствуютъ въ истерике, умоизступлеши,
словомъ, въ состояти невменяемости. Близорукое же правосуд1е часто
принимаетъ эти факты „жестокости**, какъ обстоятельства, Ьтягчающ1я
вину подсудимой!.... Часто преступница является существомъ крайне ту-
пымъ, глупымъ и совершаетъ детоуб1Йство въ состоян1и полной не-
вменяемости. Такова была, напр., Мархя Шне, судившаяся въ 1819 г.
въ Веймаре. Съ шестилетняго возраста способности ея отупела,
вследств1е жестокаго обращен1я съ нею родителей. Въ шкоде она
положительно ни чему не научилась; ея тупоум1е было столь велико,
что пасторъ не могъ научить ее даже основнымъ началамъ веры.
Эту идштку соблазнилъ одинъ молодой развратникъ. Она забереме-
нела, родила и убила ребенка. Въ суде Мар1Я обнаружила совершен-
ное равнодуш1е, и на вопросъ, зачемъ она убила дитя, отвечала: „&
этого не знаю**. — ^Ее приговорили къ десятилгыпнему ваключенгло €ь
рабочемъ домгь! Впрочемъ, такое решенхе судей за полвека назадъ
не должно удивлять насъ, когда оно возможно и въ наше время. Въ
1857 году во Францш Мар1я Форъ была осуждена въ каторжную ра-
боту на 20 летъ. Она родила ребенка, бывши одна въ комнате, хо-
тела звать на помощь, но ей сделалось дурно и слабость непозволила
ей кричать. Дитя родилось живымъ, и Форъ, вз припадкгь ъарлчечнаю
бреда, схватила его за ноги и разбила ему голову о иодоконннкъ.
Даже мужчины, убиваюпце незаконныхъ детей своихъ женъ, совер-
шаютъ иногда это преступлен1е въ полномъ умопомешательстве. Такъ,
въ бытность мою въ Красноярске я виделъ въ тамошномъ сумасшед-
399
шемъ дом4 понЬшаннаго Калачова, поселенца частоостровской волости,
ендсейсвой губерши. Живя въ деревн*, онъ зар'Ьзалъ ночью двухъ
незаконныхъ д'Ьтей своей жены, пробрался съ трупами ' въ церковь, по-
ложилъ обоихъ ихъ на престолъ, отворилъ царсшя дверп, зажегъ вс*
св'Ьчи и паникадило, и отправившись на колокольню, ударилъ въ на-
батъ. Его арестовали, и съ т-Ьхъ поръ онъ уже н'Ьсколько л'Ьтъ сидитъ
въ удомянутомъ суыасшедшемъ дом*. Бываетъ даже особая машя д*-
тоуб1Йс1*ва. „Огой йез Гегатев", 1869, X 21, разсказываетъ сл'Ьдую-
пцй случай. Къ полицейскому комиссару является учитель Л. и про-
ситъ поместить его въ уб'Ьжищ'Ь св. Анны. „Я несумасшедип'й,— го-^
воритъ онъ — но мономанъ, одержимый непреклоннымъ желан1емъ
убить ребенка. Въ дортуар* коллегии X. я уже д*лалъ несколько
покушешй на убийство воспитанниковъ, вв*ренныхъ моему попечен1Ю,
но усп'Ьвалъ преобороть свою машю. Теперь я не могу бол'Ье
бороться**... Въ это время къ комиссару привели ^пятнадцатихЬт-
няго мальчика, пойманнаго на воровств*. Учитель пришелъ въ ажита-
щю и сд^лалъ движенхе, чтобы броситься на него, но былъ удержанъ.
Само собою понятно, что разсматрпваемый нами видъ д*тоуб1йства
чаще всего ]Е^стр1>чается въ среднемъ и въ высшемъ класс* общества.
Въ низшихъ же классахъ, гд* семейная жизнь обставлена самыми
грустными картинами бедности и гнета, д*тоуб1йство изъ стыда, ради
сохранен1я половой чести, случается гораздо р*же. Между русскими
крестьянами такое д*тоуб1йство также не очень распространено. „Взгля-
ните на наши сельсшя общества — пишетъ г. Филипповъ въ стать*
о специфическихъ преступлешяхъ женщинъ, — молодой парень ухо-
дить въ солдаты или на оброкъ въ дальную сторону; жена его каж-
дый год^ рожаетъ безъ него; а онъ, всякШ разъ, получая отъ нея
цидулку о рожден1и и крещеши ребенка, напивается пьянъ съ радо-
сти, что ему Богъ послалъ работника". Въ двухъ деревняхъ самар-
ской губерн1и я встр*тилъ въ 1861 году н*сколько солдатокъ и
крестьянокъ, им*вшцхъ д*тей, въ рожден1и которыхъ ихъ мужья не
принимали никакого участхя. И эти матери нисколько не безпокоились
за свое поведен1е, нисколько не боялись ни ревности муакей, ни об-
щественнаго мн*н1я крестьянъ, совершенно равнодушныхъ къ этому.
]Въ западной Сибири и въ енисейской губерн1и я старался распрашн-
вать объ этомъ крестьянъ и солдатъ изъ сибирскихъ уроженцевъ; вс*
мн* говорили, что несмотря на сильный развратъ, царящ1Й въ дерев-
няхъ, на большое количество незаконнорожденннхъ д*тей, д*тоуб1Й-
ство случается чрезвычайно р*дко. Крестьянинъ при рожден1и неза-
коннаго ребенка его дочерью, часто даже женою, радуется ему точно
также, какъ и законному. Ыапротнвъ, въ той же Сибири, въ город-
скомъ населенш, д*тоуб1йство и плодоизгнаше схучаются довольно
часто и почти всегда изъ страха, стыда и ради ихраиен1я половой
чести.
400
Мы ввд'Ьли, что много незаконнородившихъ дЬтоубйцъ д4йству-
ютъ въ нстериЕ'Ё, въ умоаом'ЬшательствЪ и т. п. состодшяхъ невм'Ь-
няешсти. Но если даасе такая женщпна и можетъ управлять своими
д'Ьйств1ями, если она не до такой степени больна, ^чтобы не могла
удержаться отъ преступлен1я, то ее окружаетъ иногда такое сц4пле-
Н1е побудцтельныхъ обстоятельствъ къ совершен1ю Д'Ьтоубхйства, что
она необходимо делается если не виновницею, то, по крайней м^рЪ,
соучастницею преступленхя. Ташя обстоятельства мы находимъ, напр.,
въ убхйств'Ь д^гей, являющихся плодомъ кровосм'Ьшешя. Этот^ видъ
разврата довольно распространенъ въ низшихъ слояхъ европейскаго
общества, гд^ жилища такъ т'Ьсны, развращенность тавъ сильна, что
братъ легко соблазняетъ сестру, свекорь нев^Ьстку, вотчимъ падчерицу,
отецъ дочь. Представьте себ'Ё, что отъ такой связи рождается ребе-
ноЕъ и связь, сл'Ьдовательно, открывается. Это вноситъ въ семейство
несравненно больше раздора, ч^мъ обыкновенная преступная связь, на
которую часто родные смотрятъ даже благосклонно. Сами виновные
стыдятся своего поступка несравненно сильн'^^е, ч1>мъ простого прелю-
бод'Ьян1я. При этомъ, въ одномъ семейств'^ не одинъ, а два винов-
ныхъ, не одна, а дцъ воли, наклонный и стремящ1яся К1> преступле-
я1ю. Наконецъ, множество д'Ьтей, являющихся плодомъ кровосм^^св-
тельной связи, бываетъ ид10тами, уродами, больными, — следовательно,
мало возбуждаютъ къ себ:Ь любви и сострадашя: если бы они и оста-
лись жпть, то жили бы только на муку и себ'Ь, и другимъ. Приводимъ
зд'Ьсь одинъ такой случай изъ французской юридической практики.
Д'^ло было въ 1866 году, въ департаменте Верхнихъ Пиринеевъ.
Обвинительный актъ содержалъ въ себе следующее: Пьеръ Порталь
живетъ въ Либаросе съ женою своею Мархсю Антн, пятнадцатилет-
нимъ сыномъ и незаконною дочерью Анти, Магдалиною. Эта послед-
няя уже несколько летъ живетъ въ услужеши у землевладельца со-
седнихъ приходовъ и часто посещаетъ свою мать и ея муяка, съ ко-
торымъ, какъ говорили, она была въ преступной связи. — Прошлымъ
летомъ пронесся въ Бетпокре, где она тогда находилась, слухъ объ
ея беременности. Хозяева ея, взволнованные этимъ, просили 23 1юня
младшаго лекаря освидетельствовать ее. Лекарь нашелъ несомненные
признаки четырехмесячной беременности. На другой день ей было
отказано и она вернулась въ Либаросъ, где все заметили ея болез-
ненный видъ1 Предшествовавшая молва объ ея беременности стала
более достоверною. Къ концу августа уже никто не сомневался въ
ея П0Л0ЖСН1И. Черезъ несколько дней стали говорить, что она роди.1а,
и съ первой же минуты общественное мнеше подозревало преступле-
ше. Порталь и Магдалина долго запирались: сначала они говорили о
большой потере крови, потомъ о мертворожденномъ ребенке, котораго
Порталь унесъ и спрдталъ сперва въ хлевъ, а потомъ въ дупло ка-
401
штговаго дерева. Когда Портахь указалъ въ рощ'Ь это дерево я рто
разсЬкли топоромъ, то между обломвамп нашли три маленькхя босточкп,
которыя, по изсд'Ьдовашю эксперта^ прпзнанн косточкамп ребенка,
давно умергиаю п давно уже находнвшагосл въ дупл'Ь. Следовательно,
эти останЕИ относятся къ пеобъясненнону случаю, который остался
тайною. 17 сентября Магдалина показала, что она родила на своей
кровати; на ея крикп прибЬжалъ Порталь п, взявъ ребенка изъ-подъ
одеяла, задушилъ его. Она приказала его похоронить. 18 сентября н
Порталь и Магдалина признались, что они давно уже согласились во
что бы то ни стало сврпть посл^дствхя беременности Магдалины, и
что д'Ьлалн много понытокъ произвести выкидышъ, воторыя остались
тщетными. Когда попытки ^боихъ обвиненныхъ не произвели желай-
наго результата, то Порталь о<$ратился къ женщине, давпо изв1>стной
свонмъ нскуствомъ производить выкидыши. Встр1>тясь съ нею однажды
на рынк'Ь въ Три, они уговорились на счетъ этого д']Ьла. Эта женщина,
Мар1я Маулусъ, получившая отъ Порталя за сооп услуги 40 франковъ,
привела беременную Магдалену въ деревню Антинъ, гдЬ старая жен-
щина, съ которою свели эту д11вушку, сд'Ьлала ей операцию, всл1^д-
ств1е которой посл^^дняя должна была выкинуть. Эта старуха — аку-
шерка Дешунъ, уже давно известная т^мъ, что занималась ирестуиною
практикою плодоизгнашя. Такъ какъ ея оиерацья не удалась, то Ма-
гдалина Анти пришла къ ней снова въ сонровожден1И Мар1и Маулусъ,
и повивальная бабка снова сД^^лала ту же операц1ю. ПослЬ этого бы-
ло решено, что Порталь убьетъ ребенка, если только онъ родится.
Что ребенокъ родился живымъ, доказывается т^мъ, что онъ кричалъ
посхЬ роддеи1я и черезъ полчаса былъ живъ, носл'Ь чего Порталь ли-
шидъ его жизни, задушивъ его, по собственному его показанш, рука-
ми, а по словамъ Магдалины— растопталъ его ногами. ПосгЬ того гЬло
ребенка было'^снесено Порталемъ въ хл^^въ, и ночью онъ отдалъ его .
на съЪдеше свиньямъ. Какъ при совершен1и самаго преступлешя, такъ
во время сл'Ьдств1я и суда, Магдалина д^^йствовала подъ вл1ЯН1емъ
того ужаса, который всегда внушалъ ей жесток1й Порталь. Онъ им1^лъ
надъ нею безграничную власть. Присяжные оправдали ее. Порталь
прнсужденъ къ галерамъ навсегда, а Жанна Дешунъ и Мар1я Маулусъ
къ трехл'Ьтнему тюремному заключеи1Ю.
Но и кромЬ подобпыхъ случаевъ, падшая родильница можетъ найти
въ своемъ семейств'Ь не только укрывателей п пособниковъ, по даже
подстрекателей къ дЪтоубхПству п плодопзгиап1Ю. Мать пли сестра
несчастной, часто сами совершавш1Я такое преступле1пе надъ своими
детьми, берутъ на себя скрыть ея проступокъ отъ остальной семьи'
особенно отъ отца, п совершаютъ д'Ьтоуб1йство или побуждаютъ къ
то^У родввшую или, наконецъ, скрываютъ уже сод'Ьянное сю престу-
плеше.
402
Въ конц*]^ 1864 г. одна аншйская д'Ьвушва, въ отсутстше своего
отца, почувствовала приближен1е родовъ, и родила при своей, натерт
и сестре, которыя помогали ей при этомь. „Какъ намъ сврнть это
рождеи1е отъ нашего отца?" въ испуг* говорить несчастная. — „А вотъ
вакъ!** отв^чаетъ мать родильница, и при этомъ садится на новоро-
жденнаго, который и умираетъ подъ тяжестью ея т'&иа.
БорЕъ Рэйанъ разсказываетъ, что въ 1орвшайр* одна старуха 82
л^Ьтъ съ своею внучкою 22 л']&тъ обожгли и потомъ удавили ребенка
последней.
Часто любовникъ, не им^я возможности или не желая ни женитьа
на беременной отъ него д'^^вушк*, ни воспитывать ребенка, или по-
могаетъ д%тоуб1йству, или самъ совсршаетъ его. Чаще же всего лю-
бовниви являются подстрекателями, пособниками или совершитешш
плодоизгнашя, и иногда Д']^йствуютъ съ ужасающей жестокостью*
8 сентября 1856 г. Д'Ьвушка Тоанна Пейрерюкъ, 1 8 л'бтъ, нанялась
въ горничныя къ богатымъ землевлад'Ьльцамъ общины Турн€{)ъ« су-
пругамъ Ге. Семейство Ге, состоявшее изъ отца (80 л.), матери и дву&ъ
сыновей, пользовалось репутащей крайней безнравственности. 1оаЕна
завела любовную связь съ сос^днимъ лакеемъ Донисомъ и Ге отцомъ.
Въ начале 1857 г. она заберемен'Ьла и открыла свою тайну сосФдкЬ
и родственниц'Ь семейства Ге, Мар1и Руде, которая давала ей миксз;у-
ру для плодоизгнан1я, но посл'Ьдняго не совершилось. Беременность
1оанны сделалась между гЬмъ заметною, и мэръ общины призвала ее
къ себ1ь и началъ допрашивать, но 1оанна отпиралась. Эти допросы,
сд^^ланные безтактнымъ мэромъ, конечно, еще бол'Ье утвердили въ не-
счастной д^вушк'Ь страхъ стыда и т'Ьмъ послужили, отдаленною при-
чиною д'ЬтоубШства. Зам^тимъ при этомъ, что французскхе мэры до-
вольно часто выказываютъ свою рачительность о нравственности об-
щины въ такой вредной форм^^. Ьанна согласилась съ старикомъ Ге
и Мар1ей Руде убить ребенка, когда онъ родится, и сжечь въ печи;
Ге обтцаль дать ей :2,000 франковь^ если она эго скроетъ. Она заду-
шила ребенка; приговорена въ каторгу на 20 л., Ге въ тюрьму на 20
л., а Руде объявлена невинной.
Д-ръ Беккъ, со словъ вермонтскаго судьи Гутчинсона, разсказы-
ваетъ о д'Ьл'Ь Нормана Елевеланда, сужденнаго за уб1Йство Ханны
Розъ. Ханна была беременна отъ Елевеланда, и онъ употреблялъ раз-
ный средства, чтобы произвесть выкидышъ, но тщетно. Тогда онъ
ввелъ въ матку острый инструментъ, и беременная умерла* почти мгно-
венно. На шейк'Ь матки было сделано имъ шесть ранъ. Подвздошная
вена была ранена и желудокъ наполненъ кровью. Елевеландъ приго-
воренъ къ пов'Ьшетю, но помилованъ пятью годами каторжной работы
въ тюрьм'Ь.
Берлинсшй профессоръ Вагнеръ* разсказываетъ другой случай, за-
__403
н^чататьный, между прочимъ, гЬ&гъ, что несмотря на жестов1я сред-
ства, женщина, подвергнутая этимъ операц1ямъ, осталась не только
живою, но и здоровою. На седьмомъ м'Ьсяц'Ь своей беременности, она
р1^шилась иронзвести вывидышъ носредствомъ н^^воторыхъ иедивамен-
товъ, но не успела. Тогда она стянула свой животъ шировимъ рем-
немъ, но и это не помогло. Тогда ея любовникъ встаетъ кол']^нямн
на ея животъ и давить его пзо-всей силы. Но выкидыша все н'Ьтъ.
Любовникъ начинаетъ топтать животъ беременной; наконецъ, онъ бе-
ретъ острня ножницы и старается проткнуть и^егия черезъ вагину.
Кровь льется ключомъ, но выкидыша не было долго и посл'Ь этого.
Наконецъ родился ма.1ьчпкъ, умерппй черезъ четыре дня, м<ать же
осталась жива и здорова.
Выше мы говорили, что въ Англ1и между женщинами низшаго
класса открыта была несколько л^тъ тому назадъ тайная ассоц1ац1я,
основанная съ цЪлью помогать другъ другу въ отравлен1и свопхъ му-
жей и д1^тей. Это д'Ьлалось съ корыстною ц-Ьлью. Но и иадт1Я жен-
щины, желая скрыть свой позоръ, нередко обращаются къ свопмъ
знакомымъ п подругамъ за сов'Ьтами и пособ1ями для совершен1я д^Ь-
тоуб1йства, въ особенности же плодоизгнан1я; если эти послЪдн1я жен-
щины оцытны въ такихъ д'^^лахъ, то он^^ помогаютъ первымъ или даже
сами совершаютъ то, о чемъ у нихъ просятъ сов-Ьта. Случается, что
д'Ьвушка,^пов'Ьряя подруг* тайну своей беременности, узнаетъ, что и
эта подруга также беременна. Въ виду угрожающей имъ будущности,
въ виду ожидающаго ихъ позора, об* подруги решаются общими си-
лами совершить д'Ьтоуб1Йство или плодоизгнан1е. Иногда въ такомъ
заговор* уч1^ствуетъ даже несколько д*вушекъ. Такъ въ 1860 г. въ
Дудле* забеременели четыре д-Ьвушки — Ньюелль, Уилеръ, Гюнтъ и
Бонтъ,— ВС* дочери уважаемыхъ родителей. Он*, съ общаго соглас1я,
р*шились произвесть плодоизгнанхе. Разъяснешя этого д*ла Сарою
Гюнтъ, шестнадцатил*тнею д*вушкою изъ числа заговорщицъ, полны
возмутительныхъ, неудобныхъ для печати подробностей, хотя вс* ви-
новный отличались прежде благонрав1емъ и приличнымъ поведешемъ.
Вс*мъ этимъ д*вушкамъ удалось произвесть выкидышъ.
Изъ приведенныхъ фактовъ д*лается яснымъ, что частое вытра-
влете зародышей пораждаетъ необходимость въ пр1искан1и искусныхъ
къ тому пособниковъ, пораждаетъ особый классъ спец1алпстовъ-плодо-
изгнателей. Гэллардъ, со словъ Могптпд СЬгоп1с1е, говорнтъ, что „пло-
доизгнан1е — ^вещь обыкновенная въ Англ1и и употребляемый для него
средства вс*мъ извЬстны*'. Но такъ какъ эти средства подвергаютъ
опасности здоровье, даже самую жизнь беременной женщины; такъ
какъ д*вушки, выросшгя въ порядочныхъ семействахъ и потомъ за-
беремен*вш1Я, не им*ли раньше случая узнать этнхъ средствъ, то и
яахяется необходимость обращаться для пропзведен1я выкидыша къ
26*
404
спецгалястамъ. Деверджи говорить, что апглШсшя акушерки зани-
маются этпмъ искуствомъ. Въ Манчестер'Ь, н1>скольео л1^тъ тому на-
задъ, существовалъ особый домъ, въ Еоторомъ плодоизгнан1е произво-
дилось по всЁмъ правпламъ пскуства, и въ который почти открыто
обращались желавш1я того бервменныя женщины. Шкоторые плодо-
изгнателп пользуются особенною славою и приглашаются даже на пра-
ктику въ друпе города. „Одна нзъ моихъ пац1ентокъ — пишетъ дов-
торъ Боркъ Рэйанъ — ув-Ьрлла меня, что известными медицинскими
средствамп она можетъ произвесть плодоизгнанхе въ пять дней. Она
также говорила мн'Ь, что есть очень известные люди, которые пропз-
водятъ выкидышъ фунтовъ за 5 стерлинговъ, и она сама 4здила изъ
Лондона въ Манчестеръ советоваться съ однимъ изъ ннхъ. По воз-
вращешп, она начала принимать привезенные ею медикаменты; въ одну
дочь меня позвали къ ней, и я нашелъ ее въ страшныхъ нукахъ.
Ночью опа выкпнула."
На винчестерскихъ ассизахъ 1861 г. н^кто Гукеръ и дв4 женщи-
ны, его соучастницы, судились за изгнаше плода одной молодой жен-
щины. За работу Гукеръ получилъ 20 шиллинговъ, половину впередъ,
другую после выкидыша. Опъ производилъ плодоизгнаше посредствомъ
инструментовъ, и въ суде признался, что живешь этою практикою
улсе шестнадцать .^иьтъ. Опъ былъ прнговоренъ къ каторжной ра-
боте на 7 лфтъ, а обе соучастницы къ шестимесячному заключешю.
Въ Лейчестере, въ марте 1853 г., Чардьзъ Ашеръ бьиъ судимъ
за произведете выкидыша замужней женщине, Елисавете Флетчеръ,
мужъ которой жплъ въ Америке; она отправлялась къ цему н хотЬм
предварительно истребить свой плодъ, пр1обретенный отъ любовника.
Ашеръ обещался произвесть выкидышъ за 2 соверена. Флетчеръ хо-
дила къ нему три раза, но его средства были безуспешны. Соседи
хотели отговорить Елисавету отъ ея намерен1я, но она отвечала:
„если Ашеръ не успеетъ, то есть одпнъ человекъ въ Ноттингэме,
пойду къ нему." После одной изъ операц1й Ашера, Флетчеръ сильно
заболела. Послали за Ашеромъ. При этомъ извест1и онъ задрохалъ,
сказавъ, что это первый случай ею неудачи. Онъ сосланъ на 14 летъ;
Флетчеръ умерла.
Въ Страуде, въ 1860 г., былъ осужденъ некто Гайднъ, выдавав-
шШ себя за медика п произведиий пбсредствомъ инструмента выки-
дышъ одной бсремспной девушкЪ, которая и умерла отъ этой операщн.
Ей посовгьтовали знакомые идти къ Гайдну, н она говорила, что х»
нему часто пртзжаютъ разныя леди въ каретахг и что опъ плодо-
пзгнашемъ добываетъ себе хлебъ.
Эти примеры, особенно последшй, хорошо выясняютъ, что плодо-
изгнаше сильно распространеио, п что въ самомъ 'обществе есть лю-
ди, которые за деньги всегда готовы произвесть то, чего оекоторыя
405
изъ бёрененннхъ звенщинъ нпвогда бн не решились сд^^лать саии
собою. Въ средФ плодопзгпателей, какъ въ Англ1и, тавъ и въ другихъ
странах^, находятся акушерки, даже ыедпвп., Кром'Ь упомянутыхъ по«
соб1й, которыя задумавшая плодопзгнап1е личность иаходптъ въ окру*
зающеиъ ее обществ'Ь, это преступлен1е поддерживается существую*
щими воззр^тями на него въ томъ же обществ-Ь. На него смотрятъ
или безразлично или, по враОнеб м^^р'Ь, не тавъ строго, вакъ на .уб1й*
ство д4тей и взрослихъ, отравлете н т. п. Объектомъ преступлешя,
по общераспространенному уб%жден1ю, зд']^сь является не д'ЬЛствп-
тельная челов1^чесвая личность, а только нелов']^ческая личность въ
возможности. И эта нед']ЬЯствптельность лпчноста объекта преступлен
Н1Я увеличивается соразмерно со степенью ранней беременностп. Изго-
няемый плодъ вовсе не человЪвъ, а тольво зародышъ человека; въ
ранн1Й перюдъ своего развит1я онъ не почувствуетъ ннвавихъ наспль*
ственннхъ м^ръ противъ него, вавъ бы жестова они ни были. Такое
течете идей можно сравнить съ т^мъ, напр., что челов'Ьвъ, который
не тольво самъ не решится зар1^зать курицу, но не можетъ вынести
и одного вида этой операц1п, безъ мал']Ьйшаго смущен1я разбпваетъ н
уннчтожаетъ куриное яйцо,— эту курицу въ возможносту^ какъ Л)е1и8—
челов^въ въ возможности. До вакой степени распространспы въ цп«
вилозованныхъ обществахъ тавхя понят1я, можпо впдЬть, напр., пзъ
девларацгп медпцннскаго общества въ 1ов'Ь (въ Соод. штатахъ), вы-
держки изъ которой мы сообщаемъ зд1^сь.
,Такъ какъ известно, что преступлен1е криминальнаго плодоизгпа-
шя страшно распространено и увеличивается во вспхь к^гассахь обще»
ства; такъ какъ прогрессъ цпвплпзац1п и релпг10зная пропаганда, по-
видимому, не сод^йствуютъ уменьшешю этого преступлешя, то ре-
шено:
1) „Что члены этого общестд^а вмест'1^ съ Амерпканскпмъ .Меди-
цинскимъ Обществомъ и другими подобными организац1ямп будутъ
употреблять всЬ успл1я для распространеп1Л понлт1й о крпмвнальпомъ
характере обычаевъ, которые очень часто с^ттаютсн безвредными и
часто употребляются многими изъ такихъ людейу которые содрогаются
даоюе при одной мысли о разрушенги ^1елов1ьческой жизни. *^
2) „Члены этого общества, согласно съ мнЬтямп лучгапхъ п умн^Ьй-
шпхъ людей медицинской професс1п во всЬхъ страпахъ, думаготъ, что
{ое1и8 есть живое существо съ самаго перваго времени своего суще-
ствован1я; что преднамеренное уппчтожсше его — кром* случасвъ, въ
воторыхъ это необходимо для сохраиеп1я жпзнп — есть преступлеше,
столь же чудовищное, какъ и д-Ьтоубхйстсо, п его совершителп должны
считаться уголовными преступниками (Ге1оп§), по законамъ челов'Ьче-
СБИмъ, какъ и по всЪмъ заповЪдямъ нравственности''.
3) „Каждый членъ этого общества, подавштй сов1^тъ длясоверше-
406
шя упомянутаго поступка, будетъ изгнанъ изъ членовъ и будетъ счи-
таться недостойнымъ быть товарищемъ всякаго почтеннаго иедива*-.
4) „Мы объявляемъ, что распространенный мелсду собственниками
газетъ обычай дгьлать публыкацщ поддерживающгя криминальное пло-
доизшанге, служить важною причиною распространешя этого преступ-
лешя и безнравственности, за что таюе издатели и собственники га<
зетъ въ высшей степени отв^^тственпы^.
5) „Столь же вреднымъ мы объяатяемъ обыкновеш'е многихь дрогт-
стовь у. которые дерлсатъ для продажи и распространяютъ у^репараты^
обыкновенно употребляемые для плодоизгиангя^ .
КромЪ исчисленныхъ обстоятельствъ, сод'ЬЯ^твующнхъ совершеш!)
разсматриваемыхъ преступлен!!*, д4тоуб1Йству, какъ незаконныхъ, такъ
и законныхъ д4тей, много содЪйствуютъ притупленпость чувствитель-
ности и жестокость нравовъ, зам']^чаемыя въ низшикъ классахъ наро-
донаселен1я многихъ европейскихъ странъ. По свид']^тельству компе-
тентиыхъ людей, въ низшемъ сло'Ь населенхя большихъ городовъ
нравы чрезвычайно грубы, и чувствительность притуплена бедностью,
жизнью, въ которой люди принуждены часто относиться другъ еъ
другу, какъ голодный собаки, дерущ1яся за брошенную имъ кость. Къ
этому нужно прибавить епце впечат,|4н1я, получаемыя отъ такихъ вар-
варскихъ зр4лищъ, какъ бой быковъ въ Испати, боксъ въ Англ1г.
смертная казнь и т. п. Последнее зр4лище почти всюду привлекаеп
къ себ* густыя толпы народа; зрители глазЬютъ, пьютъ, курятъ, за-
кусываютъ, хохочутъ, шутятъ надъ палачомъ и преступникомъ, дер-
жатъ пари — струсить или н^тъ пресгупникъ передъ лицомъ смерти п
т. д/ Люди, такъ хорошо чувствуюш;1е себя при вид-Ь казни своего
ближняго, легко решаются на д'Ьтоуб1Йство п часто на жестокое Эта
жестокость проявляется иногда въ самой возмутительной форм^: мат1 *
напримфръ, убиваетъ ребенка не изъ бедности, не ради сохранения
своей репутащи, а чтобы навлечь на своего врага подозр'Ьнхе въ уб1Я-
ств*. Такой случай былъ въ 1867 г., во Франц1п, въ д-Ьл* Августы
Марке, 23 л'Ётъ. Она утопила своего ребенка въ колодц'Ь, и зат^мъ,
явясь къ мэру, объявила, что заклятый врагъ ея, сос']Ьдка, восполь-
зовавшись ея отсутствхемъ изъ дому, взяла ночью ея дитя и бросала
его въ колодезь. Обвиняемая сосЬдка кое- какъ оправдалась отъ этой
лжи. Если такъ дЪйствуетъ чувство мести, то удивительно ли, что
гораздо сильн-Ье должны дМствовать разнообразный чувства и душс-
вныя волнешя, обуреваюпця дущу матери незаконнаго ребенка!
Пьянство, распространенное особенно въ массахъ городского насе-
ден1я, пьянство которому въ сред-Ь пролетархевъ предаются и мужчи-
ны, и женщины, и д-Ьти, — часто также доводптъ людей до д*то-
уб1Йства. „Оно — говоритъ Цезарь Контини — играетъ важную роль въ
печальной драм'Ь д'Ьтоуб1йства, во-первыхъ, по т:Ьмъ несчастннмъ слу-
407
чайностямъ, который оно ведетъ за собою, какъ, напр., засианхе ре-
бенка вь постели; нотомъ по нравственному н унственнону пален1ю,
въ которое оно повергёегь родителей". НапившгЯся до бешенства
етеДъ нер^^дко убиваетъ въ этомъ изступлети своего ребенка, а про-
ПИВШ1ЙСЯ до нитки бросаетъ его на ироизволъ судьбы.
Накояецъ, нев^ество, царящее- въ низпшхъ влассахъ евронейскаго
общества, сильно благопр1ятс1'вуетъ этому, какъ и всякому другому
престунлешю. Во Франщи изъ 810 человФкъ, подвергнутыхъ сл^дствш
за х^тоубхйство, 697 не ужкли ни читать, ни писать. Это по^сазываетъ
что во ФранЦ1И, какъ и въ Англ1И, дгьтоубшство госродствуетъ пре-
имущественно вь самомь нивгиемь классть народа. Безграмотность же и
неим'Ьте ни мал^йшаго понятхя ни о требован1яхъ гуманности, ни о
правилахъ' челов^^чесвой нравственности, какъ это часто зам'Ьчается
между пролетар1Ями, составляютъ услов1я, сильно благопр1Ятствующ1я
развит1Ю р^азсматриваемыхъ преступленШ.
Къ числу причпнъ уб1Йства незаконныхъ д^^тей принадлежитъ еще
ревность. Жена им^Ьетъ незаконную связь; рождаетъ отъ нея ребенка;
мужъ, зваюЩ1Й или подозр^вающ1й эту связь, изъ б^^шенства ревности,
взъ мести своей неверной жен^Ь и ея любовнику, убиваетъ этого ребенка.
Навонецъ, изв'Ьствое количество д%тоуб1йствъ совершается въ тЬхъ
случаяхъ, когда разбойники или воры убиваютъ вм'ЬсгЬ со взрослыми
и д^ей, или "когда семейные разсчеты заставляютъ истреблять дЪтей
тъ вакихъ нибудь корыстныхъ видовъ, напр. вь надежд^^ получить
черезъ ихъ смерть наследство. Такъ, напр., въ 1831 г., казнили жен-
щину Геше^ Маргариту Готфрпдъ, изъ Бремена, которая въ разное
время отравила 15 челов^къ, въ томъ числ^Ь своихъ дЪтей, мать, отца
п двухъ мужей, да 15 другихъ нопытовъ ей не удались. Такъ въ 1866
г. былъ арестованъ проживавпий въ деревн<& Фулью собственнивъ
Мартенъ Рео. Бпродолженге тринадцати л-Ьтъ онъ отравилъ своего шу-
рина Пьера Рео, первую свою жену Мар1Ю и вторую жену Жюли. Бее
это онъ дФлалъ съ ц'Ьлью завладеть ихъ насл'Ёдствями. А чтобы им^-
ше женъ не могло ускользнуть отъ него, перейдя къ ихъ д-Ьтямъ, онъ
старался сде.1ать женъ безплодными, ппчкая вхъ какими-то зельями.
Несмотря на это, у него родился отъ второй жены сынъ Абель. Бъ
яачал'Ь 1866 г. онъ отравилъ и сына, смерть котораго, л^акимъ обра-
зокъ, передавала ему долю изъ материнсваго насл'Ьдства, следовавшую
отравленному.
У.
Выясн1Г6ъ причины современнаго д^тоубЙства въ Европ*, пе|^ей-
демъ къ статистичесвимъ дашшмъ, который могутъ намъ дать поня-
т1е о двйженш этого преступлен1я, его распространенности и т. д.
408
По общему голосу компетентныхъ въ этомъ во&рос^^ лщъ, жали-
чество дгьтоубгйствъ постепенно увеличивается. Судьи, особенно англй-
СК1С, висказиваютъ постоянпо то же нн^нхе, равно кавъ н журнальная
пресса. Такъ, прп обсужлсн1и одного д11ла о д]^тоуб1Йств^^ въ январе
1860 г., судья Катпнгъ говорплъ: „этотъ классъ лреступленШ постоянно
увелпчавается^. Оа11у Nе\V8 27 февраля 1864 г. пншетъ: „Не пере-
стаютъ повторять, что мы живемъ во времена про11)есса, и, въ дока-
зательство нашего шеств1я впередъ по пути цпвплнзащн, показываютъ
храмы, учебный заведен1я, ыузеп, ученыл учреждешя, возникающее
вокругъ нас ь со всЬхъ сторонъ. Но еслп мы взглянемъ на статистаку
преступленШ, то увпднмъ страшное возрастанге чис^а дгьтоубШстеь-
Значптъ, вопреки ув'1>рен1лмъ нашихъ реформаторовъ, нравственность
страны не пдетъ впередъ наравне съ другнмн удучшешями, и что въ
низшихъ и въ среднихъ классахъ нравы остаются тЪмъ же, чФмъ они
были пятьдеслтъ л']Ьтъ пазадъ**.
Въ Англш въ 1810 — 1833 было 337 обвннешб въ д^тоуб1Йетв1,
т. е. средннмъ чпсломъ по 14 въ годъ. А такъ какъ Населете Англш
и Уэльза по тремъ счислешямъ 1810, 1828 н 1830 г. средннмъ чнслохъ
было 12,000,000, то, следовательно, 1 детоуб1йство. приходилось п&
850,000 жателеб. Въ последнее же время, ежегодное 4исло д^тоубхйствъ
далеко превышаетъ прежнюю цифру 14. Даже колпчество убнваемыхъ
дгьтей моложе 1 юда въ десять — ^въ двадцать разъ больше прежняго
числа 14, подъ которы]^ъ иодразум1>ваются дЬтн п моложе, н старше
1 года. Въ АПГЛ1Ц убивалось д'ЬтеП моложе 1 года:
Мальчпковъ. Д'1>вочекъ. Всего.
168
237
316
214
242
Даже по этпмъ цифрамъ, за пять л*тъ, можно видеть постепенное
увеличе1пе д^тоубШствъ. Но если мы возьмемъ пзъ этпхъ цпфръ цифру
1861 года, когда дЬтоубШствъ сравнительно съ ближайшими предыду-
щими годами было мало, п потомъ вышеприведенную цифру за на-
чало стол4т1я, то получимъ:
Годы. Число аштелей. Число преступ- 1 д4тоубШство па
лепШ въ ГОДЪ.
1810—1833 Г. . 12,000,000 14 850,000 жпт.
1801 , . 20,001,725 214 93,746 —
Въ 1858 г. Лопдонъ .
16
21
„ — » Аигл1я . .
67
64
9 1859 „ Лопдонъ .
36
42
„ "^~ „ Англш . •
77
82
в 1860 я Лонлояъ .
67 -
53
, — , АНГЛ1Я . .
97
109
я 1861 я Лопловъ .
26
41
я -^ „ АПГЛ1Я .
60
87
я 1862 я Лоилонъ
39
36
, — , АНГЛ1Я .
88
79
409
Во Фрашци обвинешй въ д'ЬтоубШств^Ь было: 1816 — 1825 г. 983,
т. е. ередшшъ числомъ въ годъ 98; въ 1836 — 1840 г. 157 обвинен1й,
т. е. около 31 въ годъ; въ 1841 г. 180 обвинешй, въ 1846 г. — 167,
1850 г. 164, въ 1851 г. 198, въ 1855 г. 173, въ 1856 г. 190, въ 1857
208, 1858 г. 224. Что зам'Ьчаенаго изъ этпхъ цифръ увелпчен1а
числа д'Ьтоуб1вствъ нельзя приписывать увелнчешю народонасслен1Я,
это видно, во-первыхъ, изъ того, что народонаселен1е во Франц! и при-
бываетъ весьма медленно, по Кольбу всего около 40,000 въ годъ; во-
вторыхъ, это видно изъ сл'бдующаго исчнслешя:
Года. Число жителеб. Число д'ЬтоубЮствъ. 1 д^Ьтоуб1йство на
1841. . . 34,230,178 ' 180 - 190,167 жпт.
1851. . . 35,783,170 198 180,713 ,
1857. . . 36,121,288 208 173,660 „
Въ Швец1и въ 1749 — 1778 г. било 342 д*тоуб1Йства, среднимъ
числомъ по 12 иъ годъ; въ 1847 — 1850 г. 168 дЪтоубШствъ, среднимъ
числомъ 28 въ годъ. Народонаселен]я же въ Швещи было въ 1751 г.
1,785,726 челов., а въ 1В60 г. 3,482,541 челов^къ: следовательно,
втечете стол^тая народонаселен1е почти на 100,000 человЪкъ не до-
росло до цифры удвоен1я, а число д4тоуб1Йствъ болЪе ч4мъ удвоплось.
Докторъ Вебстеръ, путешествовавш1б по Швец1п несколько л^тъ тому
назадъ, нашелъ ваключенныхъ по суду въ тюрьмы 1,183 человека,
нзъ нихъ 106 за д'ЬтоубШство и 26 за плодопзгнаше. Обвинен1е въ
плодоозгнати было въ 1845 г. 8), 1846 году — 7, 1847 г. 7. 1848 г. 5,
1849 г. 4, 1850 г. 4.
Относительно другихъ странъ, къ сожал^^тю, н'бтъ цифръ за боль-
Ш1е перюды времени. Разсматрнвая же цифры за небольш1е пер10дн,
мн впднмъ чрезвычайно сильный колебашя ежегодной цифры д1>то-
уб1Йствъ. Впрочемъ, при этомъ нельзя пе зам'Ьтить постепеннаго, хотя
п съ уклонен1ями, увеличешя чпсла д^тоубхбствъ, по крайней м'ЪрЬ,
въ посл:Ьдиее время.
Въ Прусс]и обвпнен1Й въ д'Ьтоубхйств'Ь было въ 1853 г. 134, въ
1834 г.,— 145, 1835 г.— 154, въ 1836 г.— 57, въ 1838 г.- 51, въ 1839
г.— 38, 1840 г.— 36, 1841 г.— 50, 1855 г.— 38, 1856 г. — 61, 1857 г.
— 70. Такпмъ образомъ, возрастая сильно до 1835 г., въ этомъ году
д*тоуб1йство.разомъ сильно уменьшилось, п затЬмъ, постепенно умень-
шаясь до 1840 г., съ этого года начало увеличиваться, и къ 1857 г.
почтп удвоилось. Пропорщональное отношен1С д'Ьтоуб1йствъ къ жпте-
лямъ было такое въ упомянутый пер10дъ умепьшсп]я:
Годы. Число жителей. Число д-Ьтоубхйств:^. 1 д-Ьтоуййство на
1834 . . 13,509,927 145 % 93,178 жпт.
1837 . . 14,098,125 59 238,951 „
1840 . . 14,928,501 36 414,680 ,
410
•
Въ плодои8гнан1Н въ Прушп обвинялось въ 1854 г. О, въ 1855
г.— 7; въ 1856 г.— 24, въ 1857 г.— 13.
Въ великомъ герцогстве Гессенъ было обвинеЫй въ д'Ьтоуб1Йств^
въ 1847 г. 3, въ 1843 г.— 1, въ 1850 г.— 5, въ 1851 г.— 4, въ 1852
г.— 1, 1853 г.— 6, 1854 г. — 3, 1855 г. — 4, 1856 г. — 5, 1857 г. — 7,
1858 г. — 2, 1859 г. — 3. Пропорщональное отношеше къ ЖЕтелямъ:
1852 г. 854,314 жит. 1 д^тоубхйство. 1 д'Ьтоуб1Йство на 854,314 жит-
1855 „ 836,424 „ 4 ^„ 1 „ , 209,106 ,
1858 „ 845,424 „ 2 , '„ 1 „ , 422,712 ,
Въ плодоизгнаши обвинялось въ 1847, 1848 и 1851 г. О, въ 1849
г.— 2, 1850 г.— 3, въ 1852 и 1853 г.— 7, въ 1854 г.— 1, въ 1856 г,—
3, 1858 г.— 5.
Въ Вавар1а въ судебный годъ 1850 — 51 было 18 обвинетй въ
д*тоуб1Йств*, въ 1854—55 г.— 12, въ 1855—56 г.— 13, въ 1856—57
г. — 24.— Пропорщональное отношеше къ жителдмъ:
1850 — 51 г. 4,520,751 жит. *) 18 дЬтоуб. 1 д-Ьтоуб. на 251,152 ».
1856 — 57 „ 4,541,556 „ **) 24 „ I „ „ 189,282 ,
Въ Виртемберг* обвинешй въ д-ЬтоубшствЬ было въ 1829 — 1830
г. 31, съ 1ЮЛЯ 183:2 но январь 1834 г. такихъ обвинешй было 20, въ
1834 — 36 г. — 4, въ 1852 — 53 г. — 8. Жителей въ этомъ королевств*
считалось въ 1832 г. 1,578,147, а въ 1858 г. 1,690,898. Следователь-
но, въ 1832 — 34 г. 1 д^тоубхйство приходилось на 78,557 жителей.
Въ австр1йсвой импер1и въ 1856 г. было 222 обвинешя въдетоубЛ-
ствЬ, а жителей по переписи 1857 г. было 37,939,000, следовательно,
1 д'Ьтоубхйство ирБходилось на 170,896 жителей; обвинетй въ плодо-
изгнаши было въ томъ же году 46.
Въ герцогств'Ь Брауншвейгъ обвинешй въ д^тоубхйств^ было въ
1853—54 г.— 4, 1860 г. — 3; а жителей было въ 1852 г. 271,208, въ
1857 г. 269,915, следовательно, 1 д^тоубхйство приходилось тысячъ
на 90 жителей.
Въ Ирланд1и въ 1826 — 32 г. было 176 дотоуб1Йствъ, при населе-
ц1и среднимъ числомъ въ 7,500,000 душъ, т. е. 1 д-Ьтоубхйство при-
ходилось на 300,000 жителей.
Въ Испаши въ 1843 г. было 116 обвинён1Й въ д-ЬтоубхйСтв*.
Въ кантон* Бернъ съ 1 1юля 1851 по 31 декабря 48о2 г. было
8 обвинен1Й, а жителей было около 460,000, слЬдовйтельно, 1 д^то-
уб1йство приходилось почти на 57,000 челов^къ.
Въ Сардинш въ 1853 г. было 5 д41юуб1Йствъ, изъ яихъ 2 «д^я
спасешя чести и 3 по неразу11'ЁН1Ю*'.
Вышеприведенными цифрами ны только хотели показать, что'дЬ-
♦) 1849 г.
**) 1355 г.
411
тоуб1йство очень распростраиено въ Бвроп'Ь, а въ н^^которыхъ стра-
дахъ, напр, въ Англш, Франц1н, Швец1И, оно несомненно уснливаетсл
все бол'Ье и болЪе. Относительдо другихъ странъ, мы не можемъ
привести столь же несомн^нныя доказательства его постепеннаго уси-
лен1я, вакъ относительно трехъ поименованныхъ. Изъ прнведенныхъ
цифръ статистики н'Ькоторнхъ странъ можно даже сд'Ьлать совер-
шенно противоположный выводъ, именно о постепенномъ ослаблети
въ дтихъ странахъ д'Ьтоуб1йства. Но такое заключен1е было бы че-
резчуръ поспЪшнымъ и поверхностнымъ. Приведенный цифры отно-
сятся только къ небольшимъ перходамъ времени, а даже въ тЬхъ
странахъ, въ которыхъ постепенное возрастан1е дЬтоубайства несом-
ненно, въ нЪноторые изъ небольшихъ перюдовъ времени замечается
его уменьшенхе, наверстываемое съ излишкомъ въ последующее затем ъ
время. При дтомъ, нужно еще принять во вниман1е несовершенство
статистическихъ сведёшй о детоуб1йстве, несовершенство, которое
все сознаютъ даже относительно французскихъ и англхйскихъ стати-
стическцхъ данвнхъ. И вышеприведенныхъ цифръ никто не считаетъ
цифрами действительнаго количества детоуб1йствъ: это только цифры
детоуб1Йствъ, открытыхъ полищей и признанныхъ такими судомъ. На
самомъ же деле, количество этихъ преступлешй несравненно больше.
Много убитнхъ детей заносится въ ведомости по другимъ статьямъ,
а не по детоуб1Йству, и значится, напр., мертворожденными^ заспан-
ными^ найденными мутеымщ умершими отъ неиавпхтной причины
и такъ далее.
Что въ числе детей, считаемыхъ мертворожденными, находится
довольно убитыхъ, въ этомъ свидетельствуютъ мнопе знатоки дела.
Мидльсекск1й коронеръ говорилъ въ 1859 г.: „удивляюсь, что та1^о«з
множество мертвброжденныхъ детей доставляется въ разные рабои1ч)
дома столицы и ' погребается безъ всякаго разследованЫ! Должно ли
удивляться при этомъ множеству детоуб1Йствъ, о которыхъ извещается
отъ времени до времени!" Отъ 1 января до конца ноября, ^говоритъ
Ме<11са1 Т1ше8 ап(1 СгагёНе, — 93 мертворожденныхъ ребенка были
представлены для погребешя въ мэридьбансшй рабоч1й домъ; неко-
торый изъ нихъ возбуждали столь сильное сомнете въ свбей мертво-
рожденностн, что ихъ отказались принять. 15 сентября 1859 года въ
Лондоне^ въ приходе св. Панкрат1я, производилось следствхе 1адъ^
трупомъ одного ребенка. Медикъ рабочаго дома объявилъ при этомъ,
что въ мертвецкой лежатъ 7 детскяхъ труповъ, записанныхъ мертво-
рожденными, но 2 изъ нихъ, по его иследовашю, были живорожден-
ными и подверглись смерти уже впоследствш.
Бо Франц1и мы видимъ то же самое. По словамъ ^ои^паI (1е 1а
8ос1ё1ё де .&1а1;1811дие ^е Рапе 1865 г., „подъ йменемъ мертворожден-
ныхъ разумеются не только умерппя до или во время акта' роя^ешя.
412
НО еще и ваъ тгъ д/ьтщ воторня представляются нертвшш граж-
данскому чиновнику п безъ свпд^^тельства о рождвнш. Въ чиеяо же
мертворожденныхъ вписывается и небольшое количество д'Ьтей, най-
денныхъ мертвыми на улиц^Ь и о происхожденш которыхъ, поэтому,
узнать нельзя".
^ На прикрытхе мертворождешемъ д'ЬтоубШства указнваетъ также
постепенное возрастате количества мертворожденныхъ и численный
перев'Ёсъ мертворожденныхъ незаконныхъ надъ законными. Во Фран-
щц съ 1841 по 1860 г. число мертворожденныхъ возрасло отъ. 3,27
до 4,40% на 100 рожден1й, по нсчислен1ю вышеупомянутато стати-
стпческаго журнала. 11 при этомъ нужно заметить, что возрастаетъ
преимущественно количество мертворожденныхъ незаконныхъ. Между
ними п законными былп сл^дующ1я отношеи1я:
Годы. Мерворождеппыхъ законпыхъ Мертвррождевннхъ незаконнвхь
на 100 рождешй. на 100 рождевШ.
1857 4.05 7.47
1858 4.02 7.15
1859 4.11 7.05
1860 4.16 7.69
1861 4.03 7.34
1 862 4.02 7.82
Въ Прусс1н, по Бетле, въ 1827 г. 1 мертворожденный приходился
на 29 рождешЯ; въ последнее время, по Бекку, среднимъ чпсломъ за
десять л'Ьтъ, мертворожденные составляли 3.90 на 100 рождешй. Въ
Берлин-Ь, по Касперу, въ последнюю половину нредыдущаго стол*т1я,
мертворожденныхъ на 100 незаконныхъ рожден1Й' было етрое больше^
ч4мъ мертворожденныхъ на 100 законныхъ рождешй. Въ 1819 — 1822
г. счпталось:
РождевШ. Мертворождеввыхъ. Мертворожденвнхъ
па 100 рождевШ.
законныхъ. . 22,643 937 4.14
пезакоппыхъ. 4,002 317 1.92
Въ Гсттипген!^ Касперъ считалъ на 100 рожденЛ 3 мертворож-
денныхъ законнмхъ п 15 незаконныхъ.
Въ Бе.1ьпи пъ 1856 г. на 123,653 законныхъ рождешй приходи-
лось мертворожденныхъ 5495, т. е. 4.44 а на 10,524 незаконныхъ
рождешй приходилось мертворожденныхъ 641, т. е. 6.08.
Разсматривая дал^^е отношеи1е смертности законныхъ или неза-
конныхъ, мы видпмъ, что послЬднихъ умираетъ больше, ч4мъ пер*
выхъ. Въ Австр1п, напр., по даннымъ пятидесятыхъ годовъ, на 1000
родившихся живыми умирало па 1 году:
МальчпЕовъ. Д^вочекъ. Всего.
Законныхъ. . . . 248 212 460
Незаконныхъ. . . 361 - 342 703
413
Касперъ свидЪтеяьствуетъ, что изъ 28,705 дЪтей умершихъ въ
БерлпгЬ до патна;у^атилЪтняго возраста 1813 — 1822 г. было 5,508
иезЕБОнныхъ; следовательно, ежегодно упирало 2,311 законныхъ и
160 незаконныхъ; рождалось же первых!^ 5^663, вторыхъ 1,080; и такъ,,
законныхъ ухирало 1 на 2.э, неганонныхъ 1 на ].о.
Конечно, этотъ перев^съ смертности незаконныхъ надъ законными
долакенъ быть приппсанъ не одному, неоткрытому полиц1ей детоуб1Й-
стйу, а и другимъ нричинамъ, напр., бол^^нямъ, насл^дованнынъ отъ
развратныхъ и истощенныхъ родителей; но все-таки встр1чающ1есл
въ европейской юридической практике случаи показываютъ, что въ
чнсхЬ предполагаемыхъ умершихъ естественною смертью дЪтей, въ
особенности незаконныхъ, находится известное число предумышленно
ддшенныхъ жизни.
То же нужно сказать н о д'Ьтяхъ, смерть которыхъ приписывается
разннмъ случайностямъ, напр. нечаянному заспашю (оуег1ауш§, е1;ои-
Петеп! дапв ип Ы). Говоря о громадной смертности д'Ьтсй, въ своей
1,8идс1еп Беа1Ь^, д-ръ Грзнвилль зам'Ьчаетъ: „какъ не ужасно это
преждевременное разрушеН1е человеческой жизни, но я, къ сожал^шю,
додженъ прибавить, что по мере нашего приближешя къ настоящему
времени, не только сумма этихъ потерь, несомы^^ъ общс;ствомъ, за-
метно возрастаетъ, но, кроме того, это возрасташе сопровождается
обстоятельствами, очень заставляющими верить въ его неестествен-
ность. Такъ, смертность детей больше въ днстриктахь мануфактур-
ныхъ, чемъ въ местностяхъ чисто земледельческих!''. Далее Грэн-
вшиь говорить, что почти во всехъ случаяхъ, где, по приговорамъ,
дети „найдещ! мертвыми*', „заспаны случайно въ постели'', я^адох-
^шеь отъ большаго пр1ема молока матери, спавп:ей въ то время, какъ
дитя сосало грудь", — ,^почти во ваьхь подобиыхъ случаяхб, или д^ьти
били незаконныя^ или ихь родители находгиись въ блдности^.
, Во всехъ подобиыхъ случаяхъ чрезвычайно трудно узнать причину
смерти даннаго ребенка. Какъ доказать, умышленно или не умышленно
онъ задавленъ матерью въ постели; обжегся ли ребенокъ самъ или
его обожгла мать съ целью умерщвлешя; отчего умеръ ребенокъ,
найденный мертвымъ на улице и т. д. Поэтому следователи и не въ
состоянш во множестве случаевъ решить — убитъ ли наследуемый
ребенокъ пли умеръ отъ другихъ причинъ. Между темъ, умершихъ
отъ этйхъ другихъ причинъ такъ много, что приаомнивъ проч1я, на-
водящи подозренхе обстоятельства, необходимо приходишь къ убеж-
дешю, что детей убивается несравненно больше, чемъ признается
убитыми. Докторъ Ланкастеръ въ Есопошхз^у 12 Лидп$(;, 18С5, утверж-
даетъ, что въ Англ1П есть отъ 22,000 до 13^000 матерей ежегодно
совершающихъ дгыпоубгйства^ большая часть которыхъ относптся пли
въ насильственнымъ видамъ смерти, или остается вовсе неизвестною,
414
тавъ ка|(ъ НЕого д'Ьтскнхъ труаовъ пропадаетъ безъ всякаго сл[^да
въ р'Ькахъ, Елоакахъ, закопанными въ землю в т. д. Относительно
Мидльсекса, въ частности, Ланвастеръ говорить, что число дптоуШцъ^
избплающихь такимъ образомъ слгьдствгя и суда^ по крайней мпргь^
рсшно числу подвергающихся слгьдствгю дптоуб%йць.
Численность же находиныхъ мертвыми д'Ьтей, изъ числа которыхъ
МН0Г1Я остаются безъ опред'Ьлетя истинной причины смерти ихъ,
громадна» Въ 1801 г. въ восточной части Мидльсекса подвергся из-'
слЪдовашю 421 трупъ д^Ьтей, моложе 2 л^тъ, и только относительно
17 труповъ присяжные объявили предумышленное уб1йство. Въ запад-
номъ отд^ленш Мидльсекса подверглось изсл^Ьдован^ю 316 труповъ, и
въ большвнств^ случаевъ приговоръ гласилъ — „найденъ мертвымъ^
«найденъ мертвымъ въ ящик'ё'^ и т. л. Въ УэстминстерЬ съ его об-
ластью было 91 сл'Ьдств1е; въ город* Лондон'Ь и БургЬ Саутверк* — 84.
Вс'Ьхъ же сл'Ьдств1Й въ упомянутыхъ дистриктахъ столицы было 1 104.
Въ Ьапсе! приводится сл'Ьдующая классификащя этихъ случаевъ, по
приговорамъ о причинахъ снертп:
Чисдо д*т-
скнхъ труповъ.
I
Предумышленное убШство .... 66
- Непредумышленное уб1йство ... 5
Найдено мертвыми 141
Удуш. неизв'Ьстно какъ причиненное. 131
Удушете случайное 147
Умершихъ отъ небрежешя, голода,
холода, выброшешя и бол^^нв. 614
„Трудно — говоритъ ВаНу Ке^в 26 Арг. 1864, — |фализировать .
эти цифры такъ, чтобы показать, сколько нзъ этихъ д'Ьтей было
умершдхено; в'Ьроятно,' что по кракнек лсп/мь ц^ьлан половина ихь
и даже гораздо больше были секретно преданы смерти при обсто-
ятельствахъ, неоставнвшихъ на ннхъ никакихъ признаковъ для дока-
зательсгва причины ихъ смерти. Большая часть этихъ дптек была
незаконнорожденными^ .
Число д'Ьтей, найденныхъ мертвыми и подвергнутыхъ сл'Ьдствиэ
во всей Англш, было:
Трупн д-Ьтей МО- Отъ 1 до „
доже 1 года. 7 д'Ьтъ.
Въ 1862 Г. 3239 ^763 6,002
„ 1863 „ 3664 2843 6,507
Уэлей (\УЬа1еу), коронеръ столичнаго мидльсекскаго дистрикта, н
его преемникъ докторъ Ланкастеръ производили сл'Ьдств1я надъ тру-
пами д'Ьтей, найденными мертвыми въ числЪ: '
416
Въ 1857 г. 1858 г. 1859 г. 1860 г. 1861 г, 1863 г. 1864 г. *).
146 42 68 87 84 68 74
Изъ слЪдрщихъ твбтцъ. чита1:е4ь мржетъ познакомиться какъ
съ 11рибдиз11тед|^ынъ крличествомъ умерщвленныхъ д'Ьтей въ Англ1Ц,
такъ и съ самыми средствами умерщвлен1Я. Цифры эти относятся къ
1862 году.
Причины смерти. 1 года! ^ ^^^^ ^**^- ^ '*"•• *^*'"'- ^*^'*^'
мальчивовъ 33 36 43 42 42
АНГЛ1Я д^вонёкъ 30 40 38 28 20
Переломы и мальчивовъ 16 6 6 14 6 ^^^
ушибы. Лондонъд^вочекъ 15 10 6 5 4
мальчнковъ 2 2 15 1
Аиглш д^вочввъ — — 1 — —
Пор*зыи мальчиковъ 1 - - 1 _# 1*
уколы. Лондонъ ^^^^^^ _____
мальчиковъ 47 "221 237 203 ' 150
Обжоги ^""^ Л*вочекъ 70 192 150 152 109
^^^^' мальчйКовъ - 5 27 32 27 15 ^'^^
ЛондонЪд^з^,^^ 9 30 23 18 16
мальчиковъ 40 9 8 2 7
дЪвочекъ 35 4 7 5 2
Ядъ.
141
„ мальчиковъ 7 2 1 — 2
^''^'''^ АЬЕОчелъ -7 - 2 - 1
. надьчяковъ 14 69 63 74 47
АсфикСЕЯ ^"•''** д*вочйъ 16 33 48 22 • 15
вбЛдствю малииковъ 5 2 - 2 1 ****
погруженш-Лондонъ^^^^^^ 4 1 1 _ _
мальчиковъ 88 3 2 1 1
УбШство ""''' Д*вочекъ 79 3 1 1 1 ^58
(шеагкге). «
^ ^ Лондонъ
мальчиковъ 39 1
д'Ьвочекъ 36 1 — — 1
Всего 598 692 669 602 441 3002
Дв^^ слЪдующихъ таблицы дополняютъ вышеприведенную и даютъ
возможность точнее опред'Ьлить некоторый обстоятельства д'Ьтоуб1й-
ства.
Втечен1е пяти л*тъ, 1852—1856, въ Англхи было:
*) Въ Лондоне, какъ и въ остальной Англи, д'Ьтоуб1йство постепенно возра-
стаетъ; между т^^нъ, эти цифры иокатваютъ, что несмотря на то, втечсн1е н^ко-
торыхъ вебольшихъ пер1одовъ оно еременно уменьшается такъ же быстро и сильно,
сакъ было, напр., въ Пруссш въ 1836—1840 г. (см. выше). Вотъ еще основанхе не
доверять кажущемуся уменьшенхю д-ЬтоубЩства въ н'Ьвоторыхъ странахъ, цифры
лсоторыхъ мы приводили выше.
1»
Ъ^Л•п,. 137
года
. . . 49
л^тъ
... 3
года
... б
хкть
... 1
416
Д^^тоуб1Йстбъ 608
Заспанныхъ д^^тей 530
Удушенныхъ пищею ниже 5 л'Ьтъ . . 129
Удушенныхъ постельными принаддежност.965
Убитыхъ неизвестными " , ^«^
моложе 1 года. 936
средствами и умершихъ
не отъ вышеприведен-
ныхъ причинъ. . . .
Удавленныхъ ниже 1
Пов^шенныхъ „ 1
я я п ^
Следующая таблица,^Бавъ и таблица предшествующая последней,
относили къ 1862 г.
Причины смерти. ^1 г ^ ^ода.а1*тъ.314тъ.41*тъ.Всвго
д мальчиЕОВЪ 381 25 7 1 —
•"^* д-ЬвочеЕъ 339 14 8 7 13 ,,Л1
Удушеше. мальчиковъ 154 и 1 - - "'^^
лондонъ^^^^^^ ^^2 4 2 \ 2 —
. . мальчиковъ 128 7 6 6 4
,т X д-Ьвочекъ 91 9 7 1 2^,^
Невласифированные ^„^,,^зъ 24 1 1 1 - ^^^
случаи и небрежн. Лондонъ^^^^^^^^ 22 -
. мальчиковъ 4 2 — 1 —
Другая неклассифи- "'^''^ Л*»^^^*'^ 3-2 3 1 ^^
рованпая пасиль- Лондонъ^"^™*^** — — — — —
ственнная смерть. д^вочекъ — — — — —
. мальчиковъ 389 41 14 9 4
Внезапная смерть д^вочекъ 357 36 12 6 6
от;^ неизвестной мальчиковъ 78 1 3 2 —
причины. •''<>ВД<'н*д4вочеЕЪ 82 5 2 — —
\ . мальчиковъ 1387 186 79 37 27
А.НГЛ1Я
Причины, точно нео- д^вочекъ 1054 170 77 44 25
бозначенныяилиило- мальчиковъ 66 4 1 1 1
хо опред*ленныя. ЛондонЪд^^очекъ 60 9 2 2 3
Всего 4751 525 224 123 86 5709
Изь этпхъ таблицъ мы видимъ:
1) Больше чЪмъ половина д']^тскихъ смертей (3235) остается безъ
точнаго опред'Ьлен1я нхъ прпчпны, кром'Ь того, 1047 внезапныхъ смер-
тей отнесено къ „непзв1>стнымъ прпчпнамъ**.
2) Изъ общаго числа выясненнихъ слЪдств1ЯМП прмчннъ смерти
д1тей бол:Ье всего погибаетъ: а) отъ обжоговъ, затЪмъ Ъ) отъ уду-
1047
3235
41Г
шешя, ч;) перелоиовъ и ушибовъ, А) асфикс1Я вслг^дствхе потруяетл,
е) неклассвфированныхъ сдучаевъ и небрежности, {) убШства, к) дд&,
Ь) удавлешя, 1) пов4^шен1я; навонець отъ неуноминаемнхъ въ этнхъ
таб1ицахъ, но иногда сдучающихсд к) обезглавлешя и 1) погребен2Я
заживо.
3) Изъ общаго числа дЪтскихъ смертей огромное большинство от-
носится къ возрасту ниже 1 года, затЪмъ елЬдуютъ д^ти 1 года* 2
л1тъ, 3 л., 4 л.
4) Изъ д^тей же, насильственная смерть которнхъ доказана, болФе
всего погибаетъ 1 года, зат:Ьмъ 2 л^тъ, 8 л^Ьтъ, ниже 1 года, 4 л^^тъ.
5) Въ в^которохъ цифрахъ, относящихся въ неизв^стшигь или
точно неонред^леяннмъ щачинамъ смерти, мы видимъ численный
деревЪсъ дЬвочевъ надъ мальчиками; это заставляетъ насъ предно-
лагать, что тутъ есть несколько случаевъ насильственнее смерти д:Ь«
вочекъ, такъ иакь естественною смертью д^Ьвочекъ вообще умираетъ
меньше, ч&1ъ мальчиковъ.
Къ этому мы должны прибавить еще несколько словъ о средствахъ
ллодоизгнашя, который разд'Ьляются на два главныхъ класса: а) сред- .
етва механическая и Ъ) медикаменты. Средства механически состоять
въ стягиваши живота беременной ремнями, въ давлеН1и его локтями,
топтати ногами и т. п. Также уиотребляютъ н^Ькоторые инструменты,
вводимые въ и^е^а8 для совершешя операцш, а иногда для той аке
ц^^ пользуются просто деревянными спицами или лучинами. Меди-
каменты же состоять большею частш изъ микстуръ или декоктовъ
нАхоторыхъ общеизв'Ьстныхъ медицинскихъ средствъ, перечислять ко-
торый мы не будемъ, такъ какъ распространеше подобннхъ св^д^шй
можетъ быть вреднымъ.
Д^^тоубЦство и плодоизгнаше суть преступлешя, почти исключи-
тельно совершаемый женщинами. Женщина гораздо ближе въ ребенку,
ч^мъ мужчина, и поэтому нм^етъ и бол^ возможности, и бол^е по-
бужденШ убить его. Незаконный 1)ебенокъ причиняетъ страдашя почти
только одной матери; законный р|вбенокъ бедной матери бол^Ье всего
наносить безпокойства и страдашй ей же. По даннымъ французской
криминальной статистики за н'Ьсколько лФтъ количество д1тоуб1йцъ-
мужчинъ относится къ числу д^тоуб1йцъ-женщинъ какъ Уи* ''/и &
число плодоизгиателей къ числу плодоизгнательницъ какъ 74:^4-
По французскимъ же даннымъ составлена и сл^Ьдующая таблица о
вл1яти на совершеше д'ЬтоубШства и плодоизгнашя воврастовъ чело-
веческой жизни:
Возрастъ. Число дЪтоубШствъ. Число плодоизгнашй.
1 — 16 Лть. . . 2 /О
16^ 21 , . * 331 46
21— 26 , . . 492 102
27
,418
25— 80 хЬтъ
. . 487
114
30— 35
Я
276
106
35—40
Я
. . 200
80
40— 45
»
. . 100
94
45— 50
п
62
65
50— 55
п
'44
45
55- 60
п
39
43
60— 65
»
60
23
65— 70
п
, . 21
15
70— 80
я
, . 11
13
80—100
11
. . 1
1
Тахикъ образоиъ, шаххтпт дЪтоуб1йства и плодоизгнан1й отно-
сится къ 21 — 30 г. жизни, т. е. бъ перюду поднаго развипя физи-
чесхяхъ силъ, половнхъ страстей и способности дЪторождешя; бь пе-
рюду, когда въ человЪвЪ надъ чувствомъ и фанта91е& начинаетъ пре-
обладать холодная разсчетливость, когда, поэтому, выгодность дЪто-
убШства бол^Ье тЬмъ въ предыдупцй возрастъ способна подвигнуть
его на преступлеше.
Сл^Ьдуюпцй за тЬжь возрастъ по количеству д'ЬтоубЕЙцъ есть 16-*
21 г., — ^перюдъ наибольшаго числа обольщетй женщинъ, воторвл,
впрочемъ, по своей физической недоразвитости, иен^ способнн въ
дФторождешю, чЪмъ женщины послЪдующаго возраста. Въ этомъ воз-
раст^Ь, женщина хотя и гораздо впечатлительнее, гораздо подвержен-
н^Ье страху стыда, чЬмъ въ последующее время, за то въ этомъ воз-
расти много благороднаго самоотвержешя въ человеке н слабее тЛ
корыстные разсчеты, которые часто заставляютъ совершать д^тоубхй-
ство,
СлЬдующЁе за тЬмъ возрасты отъ 80 л^тъ и далЪе представляютъ
собою перюдъ постепеннаго ослаблетя и половыхъ страстей, и спо^
собности деторозвден1я; соразмерно съ этимъ уменьшается число д^то-
уб1йствъ н плодоизгнашй.
Такимъ образомъу европейское общество носитъ въ своихъ недрахъ
сильный пртчины, производящ1я одно изъ самыхъ ужасныхъ преступле-
шй. Причины эти н обстоятельства, усиливающ1Я разсматриваемое
ало — бедность, развращенность и грубость нравовъ, невежество, не-
счастное положеше незаконныхъ детей и ихъ матерей. Преступлеше
это громадно по своимъ размерамъ, какъ громадны и производяпця
его причины; оно постепенно возрастаетъ, по мере того, кахъ усили-
ваются эти причины, напр. половой развратъ. Хотя мноця изъ прн-
чинъ, производивппя особые виды детоубШства въ средше века в
прои8водящ1е ихъ до сихъ поръ у народовъ нецивилизоваиныхъ, давно
уже не существуютъ въ Европе, хотя въ ней нетъ ни Молоховъ, ни
Одиновъ, въ честь которыхъ закалалось, а въ некоторыхъ странахъ
419
еще до сихъ поръ завалается столько дЪтей, — ^хотя европейскш акен-
щинн уже не питаются мясоиъ своихъ д^Ьтищъ, а европейсше солдаты
не разбиваютъ о Еамни непрштельсвихъ иладенцевъ/ — - но все-та]Ш|
д&тоистреблеше существуетъ,. постепенно усиливается и, иожетъ быть,
скоро поставить Европу въ этомъ отношенш на ряду съ Еитаемъ и
Индустаномъ!
{Еашя же м:Ьры принимала и принимаетъ Бвропа для исхоренешя
этого ала? '
МЪря эти — ^вара закона и дома для найденшпей*
VI-
Выше мЁ[ видели, что у нЪвоторнхъ варваровъ Европы, еще до
введешя христ1анства, существовали наказашя за д^тоубШство и пло-
доизгнаше. Въ начал'Ь европейской исторш, при существоваши такъ
называемой системы композицхб, эти наказан1я ограничивались боль-
шею част1Ю вирою. Но вслЪдствге постепенно увеличивавшагося вл1я-
шя хриспанства и послЪднихъ законовъ объ этомъ преступденш рим-
скихъ императоровъ, законы европейцевъ становятся все строже и
строже. Законодатели и судьи употребляли эту строгость, съ одной
стороны, какъ результатъ ихъ личнаго негодоватя противъ дЪтоубЦ-
сгва, а съ другой стороны, съ ц^Ьлью напугать народъ и удеракать его
отъ преступлешя. А такъ какъ подъ вл1яшемъ христаанства и рим-
скаго права, въ понят1я и нравы европейцевъ вошла идея о различш
законнаго рождетя отъ незаконнаго, то убШство д'Ьтей, какъ мы уже
говорили въ начале этой статьи, распалось на двЪ категор1и: убЛство
законныхъ Д'Ьтей и уб1Йство незаконныхъ, или въ т^сномъ смысле
дптоубгйство. За каждый изъ этихъ видовъ преступлешя полагалось
и полагается особое наказан1е. Интересно, что постепенное изм&невае
соотношешя мевду наказашямп за эти преступлешя идетъ рука объ
руку съ постепеннымъ умственнымъ и нравственнЕшъ развитаемъ
Европы. Въ эпоху варварства въ народномъ представленш власть ро-
дительская надъ завоннымъ ребенкомъ, какъ освященная правомъ,
простирается до всецЪлаго, абсодютнаго господства надъ тавимъ ре-
бенкомъ. Между т^мъ, власть родителя надъ вн^Ьбрачнымъ дитятей
не освящена, не утверждена закономъ, и поэтому родитель не можетъ
поступать съ нимъ такъ же произвольно, какъ онъ могъ бы посту-
пать съ законнымъ ребенкомъ. Поэтому, убШство ребенка въ первомъ
случае признается болЪе гркьхомь^ ч^мъ уголовнымъ преступлетемъ;
дЪтоубШство во второмъ случае признается страпгаымъ преступлешемъ,
тяжесть вотораго увеличивается еще предшествовавпшмъ рождешю
убитаго блудодЬяшемъ. Поэтому на низшей степени общественнага
а?"
420
развит]я первое преступлете наказывается гораздо легче, чАлъ второе, ш
которое о(}рушиваются вс% кары, язобр^тенныя варварскимъ угоиш-
ныиъ нскуствомъ. Дольше вс^хъ европейсЕихъ народовъ на этой степени
юридическаго развит1я стояли русскге. По уложеваю Алексея, гл. XXII,
53 — „буде отецъ или мать (законные) сына или дочь уб1етъ до смерпг,
и ихъ за то посадити вь тюрьму на годъ а отсид'Ьвъ въ тюрыА
годъ, приходитн имъ къ церкви божш, у церкви божш объявлять
тотъ свой гр1ьхь вс^мъ людямъ вслухъ, а смерт1Ю отца или матери
за сына и за дочь не казнити^. Такииъ образоиъ, уб1йство завонннхъ
д'Ьтей считается здЪсь просто грпхомъ. Между тЪмъ, убхйство неза-
конныхъ, по уложешю, одно нзъ самыхъ ужасныхъ преступлен!!..
УХТТ глава, § 26: „а буде которая жена учнетъ жити блудно и сквер-
но и въ блуд^^ приживетъ съ кЪмъ д^тей, и т'Ьхъ д^тей са1иа ил
иной ВТО по ея повелЪнш погубитъ, и сыщется про то допряиа, и
тавихъ беззаконныхъ женъ и кто по ея вел11нью д^тей ея погубнтЪ|
казнити смертгю безъ всякгя погис^^>
Въ Германш до ХУП в; уб1йство законныхъ дЪтей также наказы-
валось легче уб1Йства незаконныхъ, — самое большое за первое — отс^
чеше головы или колесоваше. Между тЬмъ, убШцу незаконнаго ре-
бенка ожидало погребете заживо, усиленное еш;е терзатемъ раскален-
ными П1,ипцами, вогнатемъ кола въ тело н т. д. Одинъ люцернск1Й
лЪтописецъ такъ описываетъ эту казнь: „Была вырыта глубокая мо-
гила, дно которой усыпали терновнпкомъ, положили туда уб1йцу, снова
насыпали на нее терновнику и набросали земли, такъ однакожъ, что
былъ оставленъ проходъ для трубки, вставленной въ ротъ, черезъ ко-
торую она дышала и ей давали по временамъ молока, чтобы продлить
ея жизнь и мучетя на много часовъ или дней**. Даже посл^ издашя
Баролвны эта ужасная смерть не выходила еще некоторое время нзъ
употреблетя. Такъ въ 1570 г. въ Энзигхейм^Ь, въ Альзас^Ь, одна жен-
щина была приговорена за д'Ьтоубгйство къ погребешю заживо: „дно
могилы велено было устлать терновнпкомъ, а другой слой терновника
набросать на обнаженное тЬло преступницы; лицо ея покрыть плат-
комъ, съ отверст1емъ для вставлешя ей въ ротъ трубки для дыхашя,
чтобы она дольше прожила и могда раскаяться въ совершенномъ ею
гнусномъ злод^яти'. Но это были уже посл^дше отголоски отживаю-
щей старины, и преступница была помилована утоплешемъ. Въ Тургау
въ 1596 г. одна д'Ьтоуб1Йца была также приговорена въ погребстш
заживо и помилована отс%чен1емъ головы. Впрочемъ, и послЪ издатя
Каролины судьи въ н^которыхъ м^стахъ не отменяли несколько вре-
мени ВТОГО наказатя. Въ ЛаузнцЪ, напр., д'Ьтоуб1йцы погребались за-
живо въ 1537, 1540, 1559 г.— Бромб того, было еще обЕШНовете со-
жигать д^тоубхбцъ живыми.
СопаШиНо сг1тша11з СагоПпа (1532 г.), не аютря на всю <ШОЮ
421
жестокость, все-таки била мен^^ жестока, чЪжь предидудце закоЕЦ.
БромФ того, въ ней уже ваиЪтнн сл^^дн готовности положить бодДе
тяжелое яаказаше за убШство закоцннхъ и мен^е т4щедов за уЩ-
ство незаконвнхъ д'Ьтей. Въ посл^дненъ (щчвА бвдн пряшпщ
во внимаше тЬ яобудительння причини, воторня д'Ьлаютъ убхй-*
ство незавоннаго ребенка гораздо извинительнее, чЪмъ убШство
залоннаго. Следовательно, приниты во внииан1е побуждешд къ прес-
туплешю, а не законность или незаконность родительской вдасти,
съ точки зрен1я воторыхъ прежде определялась степень жесто<>^
кости наказашя. По 180-й статье Еаролинн за убхйство завонныхъ
детей следуетъ смертная казнь черезъ колесоваше, квалифицирован- >
ная лредварительноиъ терзашенъ тела раскаленными клещами. Между
тень, по 133 ст., за ватравлеше плода следовало мужчине отсе
чеше головы, а женщине утоплешё. По 131 ст. за убШство незавон*
наго ребенка положено заменять погребете преступница заживо и
вогнаше кола въ ея тело утоплетемъ ея въ вод!. ,»Но где так1я здо-
деяшя случаются часто, пусть тамъ уоотребляютъ обычное погребе*
ше заживо и вогнаше кола въ тело, чтобы больше было страха; или
же передъ утоплешемъ терзать тело раскаленными кдещамц". После
издашя Каролины не только это жестокое нака8ан1е постепенно взче*
зало, но практика заменяла даже утопленхе простынь отсечешемъ го*
левы. Впроченъ, все здесь зависело отъ степеви судейскаго состра-
дав1д, н сообразно съ нею назначалась казнь. Въ 1635 г. въ Цейтце
одна детоубШца была „утоплена подъ мостомъ'', Въ 1648 г. другая
приговоренная къ утоплешю въ мешке, была помилована отсечешемъ
головы. Въ 1573 г. въ НаумбургЬ „девушка, погубившая своего ре*
бенва, была казнена мечомъ''. Въ Лейпциге, въ 1570, 1576, 1591, 1610,
1650 г. употреблялась казнь утоплетя. Къ началу ХУШ в. входитъ
почти во всеобщее употреблен1е квалифицированное отсечете головы
и Болесован1е. Терезгана (1764 г.) повелеваетъ детоубШцу „казнить
мечомъ и, по обезглавлешн тела, положить его въ могилу, вколотить
коль въ сердце и потомъ зарыть^. Если преступница причинила смерть
ребенку только тЬмъ, что бросила его на произволъ судьбы, то кола
въ сердце не вгонять. Но если преступница, „въ извннеше покинут1Я
ребенка, будегь представлять, что она не знала, какъ обходиться съ
новорожденными детьми или будетъ делать друг1Я подобный увертки,
въ особенности, если скрытхе беременности навлекаетъ на нее силь-
ное подозреше въ злостпомъ намеренш, то подвергнуть ее пытке;
если она и на пытке будетъ говорить то же, то, смотря по обстоя-
телсьствамъ дела, „наказывать ее сильнее или легче''. Если виновная
совершила несколько детоуб1Йствъ, „или если убитое дитя умерло
ненрещешлмъ*^ ^ то преступнице отсечь руку и ногу и положить ихъ
яа колесо; если она совершила детоубхйство „съ рсоб^цвор жесто«
422
КОСТЬЮ", то ее должно терзать рас1ии[енннв1и клещами или иначе уси-
лить казнь. — За плодоизгнате, по этоиу кодексу, предписнвалось о^
сЬчеше головы, равйо какъ и за внбраснванье ребешцц подвергающее
опасности его жизнь. Прусское Земское Право (1791 — 1794), вь§874,
предписнваетъ за убШство законннхъ дЪтей колесовате, начиная съ
нижникъ членовъ, а за убШство незаконнвхъ, § 965, казнь мечокь,
какъ главной виновииц^Ь, такъ и пособникамъ. По Земскому Праву
смертная казнь слЪдуетъ въ кра&нихъ случаяхъ и за дЪтовнбраси-
ванье.
Ходъ ^вит1я уголовннхъ завоновъ о д^тоубШств^Ь и въ остальной
БвропЪ бнлъ тотъ аке самый, что и въ Гермаши.
Во Францш въ средше в^ка судьи были до того жестоки, что упь
ловныя К0ММИС1И Франца П получили назватае сЬатЬгев аг(1еп1ез, тшъ
какъ подсудимаго онЪ отсылали большею част1Ю на костеръ. Предъ
револющей смертная казнь следовала ва 115 различныхъ преетуплетй!
Понятно, что съ д'6тоуб1йцами зд'Ьсь не церемонились, — имъ пред-
стояло „исвуплять свои злод^тя" погребешемъ заживо, сожжешвнъ
ва костр^Ь, колесовашемъ и т. д. Эдиктомъ Генриха П въ 1556 г. даае
(ясеищиш^ скрывимя свою бёременностЬу если посл^ь этою рвбешт
умерь^ осуоюдалась на смертную коамс», хотя смерть дитяти могла по-
схЬдовать безъ всякой вины со стороны матери. По этому милому об-
разчику бнлъ составленъ и англ1йск1й 21 Акть 1акова 7, по штфону
мать ребенка, найденнаго мертвымъ, должна была доказать, что онъ
родился мертвымъ, въ противномъ случа'Ь, она подлежала смертаод
казни. Это скрытае беременности долго бсио несамостоятельнынъ
преступлешемъ, а только поступвомъ, навлекающимъ подозр1(ше въ
дЪтоубШств^. Но юридическая практика наложила на него пггемпель
самостоятельнаго преступлетя, какимъ оно признано, даже очень не-
давно, и 'АжЕ законодательствами, которыя раньше не шли по ей-
дамъ упомянутыхъ эдикта Генриха П-го и акта Хакова I Такъ издан-
ный уже въ половин^Ь ХУШ в. баварсвШ кодексъ, повел^вавлпй передъ
казшю терзать д4Ьтоуб1Йцу раскаленными п];ипцами, постановилъ: мать
должна непрем'Ьнно доказать, что ея ребенокъ, найденный мертвымъ,
родился „безъ всякихъ признаковъ жизни^, въ противномъ случае,
она судится за дЬтоубхйство и подлежитъ обезглавлешю. Сколько не-
винныхъ жертвъ должно было падать подъ ударами тавихъ тупоуж-
ннхъ законовъ!..
Несмотря на столь стропе законы и жестокхя казни, хЬтоуб1йство
сильно возрастало и особенно въ конц'Ь ХУП1 в. такъ усилилось, что
обратило на себя особенное внимаше и государственныхъ людей, я
вс^хъ друзей человечества. Ослабить его лреасде всего старались съ
помощью законодательства и находилось много головъ, которыя стоял
ее только за удержаше существовавпшхъ тогда авестокихъ казней, но
г
423
Хааве за ихъ усвдеше. Когда въ Гермаши въ конц'Ь ХТШ в. начат
предлагаться лреиш' за дучпия сочинешд о м^Ьрахъ дротквъ д^^тоуб1й-
втва, то множество изъ этихъ сочвнешй говорило» что единственно
кЬрвое ередство нсвореннть зло состоитъ въ усвленк нахазашй. Один:ъ
ученый мужь преддагалъ квалифицировать снертную казнь колесова**
шемъ и терзашеиъ тЪла расваленншш клещаки. Сервннъ, въ 1786 г«
ревомендовалъ „обрезывать престудннц'Ь верхнюю губу или носъ и
внашготь расиаленнымь жел^Ымъ знавъ на лбу» обозначающШ пре<>
ету1иен!е^.
Но все зто были отголосш старыхъ нонатхй. Новые люди ХУШ в.
стоалн за смягчоше навазашб. Беквар1а въ своей знаменитой книгЬ
говорить: „если кто находитса въ такомъ полокенш» что ему необхо*
дико ед'&ють выборъ меавду своимъ позоромъ и смертью существа,
которое не моакетъ еще чувствовать потери жизни, то вавъ можетъ
такое лицо не предпочесть смерть тому жалкому полоакешю, которое
предстоитъ и ему, и его несчастному плоду^? Шого другихъ писате-
дев во вс&съ странахъ говорили въ одинъ голосъ съ Беккар1а. Даже
въ Роесш кназь Щербатовъ писалъ объ отмЪнЪ за дЪтоубШство
смедтвяА казни: яДЪва, погубившая свое дитя, прикрывая тЬмъ стыдъ
свой, хотя, конечно, достойна смертнаго наказашя, но, взирая на об«
стоятельства ея, и что стыдъ и страхъ въ ней лревозмогъ и мате-
ринскую любовь, и человечество, кажется, требуетъ пощады, а един-
етвшно да осудится на несколько лЪтъ въ работу и приноситъ по-
каяше Господу, коего она поступкомъ своимъ сугу(к> прогн&вала*'. Об-
щественное ]шЪше Европы возбуждалось еще противъ казни дЪто-
убШцъ многими возмутительными процессами и трагическими зрели-
щами самнхъ казней* Такъ напр., огромное впечатлеше на публику
произвела судьба одной д^тоубШщ!, изображенная Гшшелемъ въ его
ВеШга{;е йЬег УегЪгесЬеп ипд ВЬгаГеп (2 издаше 1797 г.)- Еажется,
эта исто1>1я дала Шиллеру сюжетъ для его знаменитой и имевшей
<к>льп1ое вл]ян1е баллады „Дшпоубгйт^* Стихи великаго поэта, про-
никнутые тавимъ сочувств1емъ къ несчастной преступнице, находили
себе множество партизановъ. Друпе поэты и беллетристы также много
содействовали возбу2вден1Ю сочувств1я къ женщинамъ, убивающимъ
или бросающимъ своихъ детей. Таково, напр., стихотвореше Уланда
„Оев РГаггегв ТосЫег уоп ТааЪеп1иап', отрывокъ изъ котораго при-
веденъ нами выше* Таково и популярное въ Россш до пошлости стихо-
твореше Пушкина:
Подъ вечерь осени ненастной
Въ пустннвнхъ дева шла местахъ,
И тайный ыодъ любви несчастной
Дер2ва1а вь трепетннхъ рувахъ я т« д.
Вф хо же время агитащя противъ смертной казни вообще цода^р-
424
яшвалга общественное жв/Ьв1е противъ казни хЬтоубШць. А во кнопаа
тогдщпнихъ сочинешяхъ о д'ЬтотбхйствФ не фолыео требуегек сшпе-
шя навазан1й за него, но и внясняется, что тгкаюя яашаашя-чвк
1кестов1я, ни кроття, — ^не въ снлахъ задержать гибеяьнаго потока ире-
ступлен1я, уносящаго ежегодно тысячи дЬтсвихъ жизней; внясняется, что
причинн д^тоуб1йства— невъ степени жестокости наказатй, авьнедостат-
кахъ общественнаго устройства н нравовъ. Учредитеяи доновъ ^ив наД-
денншей, возникавших!^ въ Бвроп4Ь, руководихись въ сущности верною
щееВ, что причины д%тоуб1йства въ бедности и въ ткхъ нравственннхъ
хукахъ, которыиъ общество подвергаетъ мать незаконнаго ребевка; шл
ясно понимали, что противъ этого зла можно бороться только уни-
чтожая его причины, но средства они выбрали фальшивый. Бакъ ии
уже говорили выше, въ концЪ ХУШ в. въ Германш в и лод ыс мно-
жество книгъ и броптюръ о средствахъ противъ дЪтоуШства. Въ 80-хъ
годахъ, напр., въ МангеймФ одинъ фнлантропъ задалъ на прешю теку:
,въ чемъ состонтъ лучшее, выполнимое средство остановить д^ЬтоубИ-
ство"? Въ отвФтъ на это вскоре появилось 400 сочинетШ Хотя во
многихъ изъ нихъ проводилась мысль, что искомое средство состоять
въ усиленш наказашй, но все-таки большинство высказалось протввъ
навазан1й, указывая так1Я причины преступлен1Я, которыа нельзя
уничтожить самыми ужасными карами закона. Таково, напр., сочнне-
ше Фелькерзама (1779 г.): „Политичесшй Опытъ о прецмицен1н дАто-
убШства безъ всякихъ наказанШ и безъ обремАнешя государства за-
веден1емъ домовъ для найденышей^. Некоторые предлагали съ той
же цЪлью „учрежден1е цравствганыхъ судовъ и высшаго Трибушш
Совести". МноНе стояли, какъ за самое лучшее средство, за дома ди
найденышей. Въ шлецеровской „ВпеГ^есЬзе!^ одинъ сочинитель 1фед-
лагалъ принуждать всЪхъ соблазнителей жениться на соблазненнвхъ
дфвушкахъ, а при неравенстве общественнаго положешя обезпечивать
послФдннхъ; кром'Ь того, составить особые фонды для воспиташя не>
законнорожденныхъ дЪтей. Въ томъ же нзданш другой писатель со-
вЪтовалъ уничтожать посредствомъ образовашя то поште о позоре
отъ котораго такъ страдаютъ незаконный дЪти и ихъ матери, и вос-
питывать этихъ дЪтей на общественный счетъ. Ратлевъ въ своеиъ
сочинеши „О дух^ уголовнаго права' (1790 г.) считаетъ лучпшиъ
средствомъ открытае больницъ съ предо ставлен1емъ въ нихъ родвль-
вицамъ полной возможности скрывать свой позоръ. Знаменитый док-
торъ Франкъ въ своей „Системе медицинской полищи*' (1791 г.) оо-
вЪтуетъ уничтожить церковный покаяшя, и вместо того, чтобы ка-
рать несчастныхъ женщинъ, — юдавать имъ сострадательную помощь
и вс^мн м-рами удалять отъ нихъ тотъ позоръ, который такъ гибе-
ленъ и для ихъ д^тей; Франкъ требуетъ, поэтому, домовъ для най-
денышей н роднльвнхъ больницъ для беременшоъ жешцквъ.*— Такша
425
образсшъ, въ конц']^ ХУШ и начал^Ь XIX в. въ Европе пошив беву*-
еп^кшносзъ карательннх:ь 1Аръ для превращенш или ослабленхд д^то-
убхйетва; повали и въ чекъ вавлючаются главнна причини детого пре-
етуплеавоя. Но увавквая на эти 11рнчннН) люди не видели еще, или не
хотблн видеть, дЫствительняхъ средствъ дляустрайешд этихъ при-
чввъ, все дФло хот&ш поправить только путенъ благотворительности —
доианв для найдшшпей и родильными больницами. Противъ этого
иащмшлешя внступилъ Мальтусъ. Доказывая не только безполеяность,
но и положительную вредность благотворительности, онъ запрещалъ
большинству людей бравъ, который при страшной дизгармоши между
колнчествомъ народонаеелешя и количествомъ пищи необходимо ведетъ
за собой внмираше всЪхъ лишнихъ членовъ челов^чес^ и громадное
д^^убШство. „Челов&БЪ, который родится въ занятомъ уже м1рЪ, — гово-
рить Мальтусъ — если ни его семейство не имЪетъ средствъ для его про-
пнтан1я, ни общество не нмФетъ надобности въего труд'Ь, — танойчелотмсъ
не гштеть ни малпЛшаю права на какую бы то ни бьио долю пищи^
от ео&ершенно лишнМ на зелшь. На великомъ банкете природы для
него не поставлено прибора. Природа высылаетъ его вонъ, и она не
замедлить сама исполнить это свое приказаше". Мальтусъ, наблюдав-
пой дЪтоубШство не только въ Европе, но и въ другихъ частяхъ
свкта, вывелъ изь этихъ наблюдевай заключеше о совершенной не-
ивбЬжностн этого зла, коль скоро допущена дизгармошя между коли-
чествомъ пвщи и числомъ ея потребителей. И конечно, ни Мальтусъ,
ни его последователи не могли быть защитниками уголовныхъ карь
противъ этого преступлешя. Они, напротявъ, старались скорее со-
д'Ьйствовать д^тоубйству, чЪмъ противодМствовать ему. Мальтусъ,
рекомендуя запретить неимущимъ людямъ вступлеше въбравъ, въ то
же время предлагалъ сл^дуюпцй законъ: „Никакое дитя, родившееся
отъ брака, заключеннаго черезъ годъ послЪ издашя этого закона, ни
одно незаконнорожденное дитя, родившееся черезъ два года съ
того же времени, не имЪютъ никакого права на приходскую по-
мощь**. Хотя ложная въ своей сущности, теор1я Мальтуса, одиакожъ,
имЪетъ въ отношеши къ нашему предмету ту долю справедливости,
что указываетъ на неизбежность детоубШства, долженствухпцую су-
ществовать до тЬхъ поръ, пока будутъ существовать бедность и дру-
пд, проиаводящ1я его причины. Понятно, что такой выводъ подры-
валь въ самомъ корне теорш устрашен1я.
Подъ такими вл1ятями законы, карающхе детоубШство, начали
понемногу смягчаться, хотя не во вс^хъ странахъ разомъ и хотя въ
нехоторыхъ государствахъ такого смягчешя не последовало до сихъ
поръ.
„Немецюе уголовные кодексы, — говорить Бопп;ь, — выходя изь
пснходоги^ескихъ осиовашй, принимая во внимаше достойное само по
42 6
себ^Ь желаше охранить половую честь, б'Ьдность и бевпонощность, до-
Бодяпца до этого преступлещд, равно вавъ и сопряженное съ соверш&-
шемъ послЬдняго нервное вовбуждеше, ослабляющее в]гЬяаемостъ,—
отступаютъ отъ угрозъ смертноб казни и преднисовають временное
лишеше^ сообразно со степенью виновности и съ количествоиъ сжяг*
чающихъ обстоятельствъ^. То же нужно сказать и о большинстве
другихъ европебскихъ кодексовъ. При этомъ, нужно заметить, что
больпшнство евронейб&нхъ присяжншъ оказывается крайне н^распо-
ложенннмъ подвергать д-Ьтоубйцъ не только смертной казни, но даже
и другиыъ мен^ке жестокимъ наказан1янъ. Поэтому, много д^тоуб1Йцъ
совершенно оправдывается присяжными, согласными лучше вовсе от-
пустить виновныхъ, ч4мъ жестоко наказать ихъ.
Первый уголовный кодексъ XIX в., австрШскШ, отм^^нилъ за д^Ьто-
убШство смертную казнь и замЬнилъ ее тюремнымъ заключешенъ на
время отъ 5 до 20 л4тъ. Въ 1866 г. въ Австрш обвинялось за дЬто-
убШство 222 челов., изъ нихъ наказано только 142. За плодоиз1'ваше—
также временное тюремное заключейе, которому въ 1856 г. под-
вергнуто 27 человФкъ изъ 46 обвинявшихся. Въ томъ же году посажено
въ тюрьму за дЬтовыбрасыванье 65 челов4къ изъ 65 обвинявшихся.
Уголовный кодексъ Виртемберга въ статьгЬ 249 говорить: „мать,
отнимающая жизнь у своего н!езаконнаго новорожденнаго ребенка,
если она это д^лаетъ съ нам^ренгемъ, обдуманнымъ е^^е до родовъ,
подвергается тюремному заключешю на 16—20 лЬтъ; въ противнокь
случай на 10 — 15 л4тъ; если же ребенокъ, вслЬдств1е преждец№мен«
наго рождешя неспособенъ продолжать жизнь вн4 чрева матери, то
преступница наказывается, какъ за покушеше".
Кодексъ в. г. Гессенъ (1841 г.) за д4тоуб1йство 'въ тЪсномъ смн-
слЬ й дЬтовыбрасыванье, совершаемое съ ц*лью погубить ребенка,
полагаетъ тяжкое заключеше въ смирительномъ домЪ (2исЬ1;1ш1в) на
время до 16 л.
По прусскому кодексу, мать, умышленно убившая при роадешн
или вскоре посл4 него своего незаконнаго ребенка, подлежнтъ духт-
гаузу на время отъ 5 до 20 лЬтъ.; за плодоизгнаше — на первый разъ
временное, а за рецидивъ — пожизненное тюремное заключете. За
выбрасыванье ребенка моложе 7 л*тъ, виновный подлежитъ не менЬе,
какъ трехмЬсячному тюремному заключешю. Если же ребенокъ вы-
брасываетбя съ ц4лью лишить его жизни, то выбрасыватель судвтся,
какъ д4тоуб1йца. Впрочемъ, смертная казнь за дЬтоубйство въ Прус-
сш оставлена для особенно крайнихъ случаевъ, но она почти никогда
не налагается. Въ 1818—1854 г. за дйтоубШство осуждено на смерть
124 ч., изъ нихъ казнено только 2, и то за убйство законныхъ д*-
тей. И вообще, |въ обвиняемыхъ за д^тоубЛство, очень много совегь
427
шенно оправдывается. Такъ въ 1857 и 1859 г. за д'Ьтоуб1йство осуж-
дено только 70 человЪкъ, между тЪмъ, вакъ въ одинъ только 1857
г. обвинялось за него 70 ч. Въ Цруссш несчастная судьба д%тоуб1йцъ
возбуавдаетъ большое сочувств1е и въ присяжннхъ. „Въ носл^дте
годы — пишетъ Б. Рэйанъ — было н^кколько случаевъ дФто7б1Йства
въ штральзундскоиъ округе. Въ восьми случаяхъ беременность и роды
били скрыта и д-Ьтц. умерщвлены. Въ одномъ случае мать умерла;
въ двухъ случаяхъ процессъ былъ остановленъ; въ трехъ д^^тоубхйцы
объявлены невиновными, въ одномъ случае былъ нроизнесенъ цри-
говоръ, равновначительный невиновности, и только въ одномъ случа'Ь
престунникъ нафденъ виновнымъ. Еакъ бы парадоксально ни казалась
мысль, что дЬтоубШство дозволяется прусскими законами, но, тЪмъ не
мен^ она^ справедлива.' Дал^Ье Рэйанъ ораторствуетъ все въ томъ
же товгЬ, возмущаясь гуманнымъ чувствомъ прусскихъ присяжныхъ,
очень часто объявляющихъ невиновными дМствительннхъ д'Ьтоубхйцъ.
Баденсшй кодексъ 1841 г. за дЬтоубШство, на которое преступ-
ница решилась еще до разр^шевоя отъ бремени, опредЪляетъ заклю-
чеше въ цухтгаузЪ на время отъ 6 до 15 лЪтъ, въ противномъ слу-
ча'Ь — ^не свыше 8 лЪтъ. И здЬсь, какъ и въ Пруссш, очень много
подсудимыхъ освобождается отъ д-бла. Въ 1829 г. было 10 обвинешй
съ б-ю освобоавдетями отъ дЪла и 3-мя смертными приговорами; въ
томъ же году обвинялось въ плодоизгнаши 12 человЬкъ, изъ нихъ 10
освобождено отъ дЬла.
Друг1е германскхе кодексы также не полагаютъ за дЬтоуб1йство
смертной казни, кромЪ ганноверскаго, который, следуя старому ба-
варскому закону 1813 года, назначаетъ смертную казнь за рецидивъ.
Въ Нидерландахъ и Португал1и за рецидивное д'Ьтоубхйство также
полагалась до послЬдняго времени смертная казнь, и въ 1847 — 1857
г. казнено за это 3 человека.
На скандинавскомъ полуостров'Ь — смертная казнь назначена за
повтореше дЪтоубхйства, вытравлеше плода изъ чрева матери, пронз-
веденпое к4^мъ нибудь противъ ея воли и подвергшее опасности ея
жизнь, а также за выбрасыванье д'Ьтей, ведущее за собою смерть
ихъ. Смертные приговоры рЪдко утверждаются королемъ.
Во Францш за дЪтоубШство — смертная казнь, за вытравлеше пло- ^
да — временное тюремное заключеше. Почти вовсЬхъ случаяхъ, суды,
пршскавъ смягчающ1Я обстоятельства, отмЬняютъ дЬтоубхйцамъ смерт-
ную казнь и смертные приговоры почти исключительно слЬдуютъ за
убШство законныхъ дЬтей. СлЪдуюпця таблички покажутъ, какъ бла-
городное чувство французскихъ судей и присяжныхъ борется съ вар-
варскимъ закономъ, осуждающимъ на смерть несчастныхъ дФтоу-
бШцъ.
428
въ 1865 г. 1866 г. 1857 г. 1858 г. 1859 г.
Д^тоубхйцъ приговорено
къ сиерти 2 — 2 2 2
Избавлено отъ сиерти
вскЪдствге смягчающихъ об-
стояте^Еьртвъ 110 126 140 ^ 158 140
Следовательно, изъ 682 дфтоубхйцъ, подлежавшихъ по закону
сиертной Еазни, приговорено къ ней только 8 челов1^въ. Интересно,
что въ случае ъсАхъ другихъ преступлешй смертная казнь назна-
чается гораздо чаще, вакъ видно изъ следующей таблицы:
въ 1855 г. 1856 г. 1857 г. 1858 г. 1859 г.
^ч * ■ * * ■
ЗноМш ом о» ^ в е
За покушеше на жизнь им-
ператора 1 1 — — — — 3 1 — —
— квалифицированное уб1й-
ство 5 15 2 15 2 14 3 10 2 9
— убйство ...... 44 91 35 89 37 85 21 78 28 73
— отцеуб1Йство 47 5 65 53 74 10
— ПОДЖОГъжилнхъстроеН1Й. 7 66 3 59 5 78 4 53 2 56
— отравлеше — 29 1 24 5 27 2 30 2 17
— самовольное лишеше сво-
боды — — — — 2 1 — —
Всего . . . 61 329 46 193 56 210 36 179 38 165
Такимъ образомъ, преступниковъ, подлежавшихъ по закону смерт-
ной казни, приговорено къ смерти въ сл^Ьдующемъ процентномъ от-
ношенш:
По итогу . . 137о
За отцеубШствр. 32,7
— отравлен1е . 7,3
— поджогъ*. . 6,3
— д4тоуб1йство. 1,1
Въ тюремномъ заключенш въ 1857 г. содержалось за дЪтоубЛ-
ство, плодоизгнатае, покушеше на нихъ и пособничество — мужчинъ
39, жешцинъ 688, всего 727.
Въ Бельпи, гдЬ за дЪтоуб1йство полагается смертная казнь, въ
1833 — 1844 г. посл^^довало за это преступлеше 7 смертныхъ приго-
воровъ. Изъ 184 смертныхъ приговоровъ за разныя престунлешя въ
1850—55 годахъ на долю дЪтоубШства выпало 24.
Въ Англ1и д^тоубШство отнесено къ разряду преступлешй Ыопу
И додлежнтъ смертной казни. Но, по словамъ Борка Рэйана, сестра-
429
даше къ д%тоуб1Йдамъ г отвращеше отъ смертной казни ведуть въ
току) что д^тоубЦця или вовсе освобождаются отъ дЬла или осу-
знаются не за дЪтоуб1Йство, а за скрнтхе берененности, ведущее за
собою только два года тюреинаго заключешя. Для обвннешя въ д1^-
тоуб1Йств'Ь законъ требуетъ доказательства, что ребенокъ рожденъ
впоАмь^ ^ЬоИу Ъогп, и 1аЛл% существоваше, независииое отъ т^а
матери. Между тЪмъ, доказать, что ребенокъ вполмь рооюдень^ чрезвн-
чайно трудно. Въ доказательство не можетъ идти даже присутствхе
воздуха въ его легкихъ, ибо ребенокъ можетъ дышать во время са-
маго акта рождешя. „Недостаточно медицинскаго свид'Ьтельства'', го-
ворить Рейанъ — „что дитя дышало во время совершетя надъ нимъ
злодФятя, что оно было живо дМствительно и было убито. Это до-
казательство должно быть, невидимому, окончательнымъ, во не такъ
на А^кхЬ; зд^сь-то и начинаются главный трудности. Безусловно не-
обходимо, при настояш;ихъ законахъ, доказать, что во время совер-
шешя злод^Ьяшя ^итя было вполне рождшо, что оно суш;ествовало
независимо отъ своей матери. Отсюда слЪдуетъ, что уб1йство ребенка
во время самаго акта рождешя не есть убйство по закону." ДМстви-
тельно, при отсутств1и пли недостаточности этого доказательства,
англ1Йск1е присяжные объявляютъ обвнняемыхъ въ д%тоуб1Йств% лицъ
невиновными. Часто даже при им^нш такого доказательства, при-
сяжные даютъ тотъ же приговоръ, руководимые чувствомъ сожалЪшя
къ несчастной преступнице и по особымъ обстоятельствамъ д^ла.
Такъ, по словамъ Б. Рэйана, одна женщина, по недоказанности пол-
наго рождетя, была объявлена невиновной, хотя она перер'Ьзала у
ребенка дыхательное горло. Въ ГлочестерЪ въ 1855 г. женщина, по
фамил1И Пэрри, была обвиняема въ убхйств'Ь своего ребенка. При вход'Ь
въ ея комнату полицейскаго медика^ она лежала въ постели, головой
на подушке, подъ которой найденъ трупъ ребенка съ нерер^заннымъ
горломъ. Медикъ не могъ положительно сказать, было ли дитя рож-
дено живымъ, а присяжные объявили, что не им^ютъ основанШ при-
знать Пэрри виновною въ Д'ЬтоубШств'Ь, и нашли ее, какъ сплошь я
рядомъ бываетъ въ подобныхъ случаяхъ, виновною въ скрыт1и бере-
менности. Подобный же случай мы видимъ въ д'Ьл^ Шарлотты Гюббль
(въ январе 1860 г.) Докторъ Еингъ и его помощникъ присягнули,
что ребенокъ былъ рожденъ живымъ; тЬло этого мальчика было наО-
депо въ ящикЪ подсудимой еще теплымъ съ тесьмой, н^^сколько разъ
обвитой вокругъ его шеи и сильно затянутой; присяжные объявили
Шарлотту невиновной въ убхйствЪ Въ Ливерпуле, въ августе 1860
г., Анна Биллингтонъ судилась за предумышленное убШство своего
новорожденнаго ребенка. Она скрывала свою беременность. Родивъ же,
она спрятала ребенка подъ ступеньками лестницы. Медикъ нашелъ
его съ перерФзаниымъ горломъ, но не могъ сказать: ^^^•1^ л <>в^
430
ВПОЛНЕ роакденъ и юАлъ ли независимое отъ матери существоваше
во время нанесешя ему этой раин**. Подсудимая, поэтому, осуждена
за скрапе беременности на 18 м^Ьсяцевъ тюремнаго завлэчешя безъ
работы. И тавъ бнваетъ во множестве случаевъ, — ^присяжные берутъ
на себя облегчен1е участи тЪхъ, воторихъ не хочетъ щадить завонъ.
Иногда подобные приговоры присяжныхъ публика встрЬчаетъ громкими
аплодисментами. Даже состояышеся уж^ приговоры надъ дЪтоубШ-
цами значительно смягчаются органами власти, облеченными этнмъ
правомъ. Такъ въ 1853 г. Анна Парръ приговорена къ смертной казни,
а наказана пожизненной ссылкой. Въ ЛинкольнЬ въ 1855 г. Ёлисавета
Лаундъ за предумышленное д^тоубкбство сослана на 15 лЬтъ. Въ Дерби
Елиза Бесталль за тоже преступлеше заключена на 2 года въ тюрьму
съ тяжкою работой. Джанна Джили приговорена къ смерти, а нака-
зана пожизненной ссылкой и т. д. Поборники карательныхъ мЪръ, какъ
цЪлебнаго средства противъ престунлен1й, сильно негодуютъ на „та-
К1я насмешки надъ правосуд1емъ*', какъ выраавается Рэйанъ. Одни
изъ нихъ пропов'Ьдуютъ, что нужно отменить за д'ЬтоубШство смертную
казнь, непр1язнь къ которой тавъ часто заставляетъ присяжныхъ, во-
преки очевидности, изрекать — неегшоеенъу и зам'Ьнить ее не столь ужас-
ннмъ наказашемъ; идеалъ этихъ господъ въ томъ, чтобы ни одинъ
д4^тоуб1йца не могъ изб'Ьгнуть кары нравосуд1я и чтобы „вопли не-
счастныхъ дЬтей не призывали на великую нащю бездны золъ отъ
праведнаго Судьи!*
По прежнимъ законамъ о плодоизгнан1и (43 Оеог^е Ш), нрестул-
никъ подлежалъ смертной казни въ томъ случа'Ь, если женщина, изъ
которой вытравлялся плодъ, была уже я^н^ск ш(;Ь сЫ1(1", т. е. чув-
ствовала уже движете ребенка въ маткЪ. Въ противномъ случае, пре-
ступникъ избавлялся отъ смертной казни и подлежалъ одному изъ
сл'Ьдующихъ высшихъ наказашй. ПослЪдн1Й же законъ о плодоизгиа-
нш (1 У1с1опа с. ЬХХХУ, 5, 6), гласитъ, что всякй, кто будетъ
стараться произвести выкидышъ посредствомъ ли ядовитых^ и вред-
ныхъ снадоб1й, или инструментами, или другими средствами, „вино-
венъ въ фелоши, и, будучи уличенъ въ этомъ, подлежитъ ссылке за
море на срокъ его, или ея жизни, или на другой сровъ, не мен^
впрочемъ, пятнадцатил^тняго, или же тюремному завлюченхю не свыше
трехъ л4тъ".
Влхяше Европы хотя и смягчило немного русск1е законы о дЪтО'
уб1йствЪ, но все-таки они далеки еще даже отъ того состояшя, въ
кавомъ находятся европеисте кодексы относительно этого предмета*
Мы приведемъ сл'Ьдующхе законы въ томъ видЪ, какъ они дМствО"
вали до ивдашя указа 17 апрЬля 1863 г., отм-Ьнившаго телесное на-
казаше. По статьямъ 21, 1999 и 2000 XV т. Св. Законовъ, над. 1857
г., виновный въ убШств^ родного сына или дочери, внука или внуки.
431
ка]еъ и ъЛхъ родственниковъ восходящей п нисходящей лиши въ
какой бы то ни бхио степени подвергается лишешю вс^Ьхъ правъ со-
стояшя и ешлхА въ каторжную работу въ рудникахъ безъ срока, а
до указа 17 апреля, — еще и накавашю 100 ударами плетей. Тону же
нававашю, по ст. 2000, подлежитъ и убШца неваконнорожденнаго ре-
бенка, если только н^тъ облегчающихъ вину обстоятельствъ. Бели
уб1йство незаконнорожденнаго сына или дочери совершено матерью отъ
стнда или страха „прм самомь рождеми младенца^ ^ то упомязцгтнй
срокъ каторжной работа сокращается на три степени. яКогда же д^
тоуб1йство онаго рода было непредумышленное^ то виновная въ ономъ
женщина, особенно если она незамужняя и разр^ьишлась от» бремени
еь переый разъ^ подвергается только лишетю всЪхъ правъ состоян1я
и сснлкЪ на поселеше зъ отдаленн^Ьйпшхъ или ж&ЕЛе отдаленныхъ
м<Ьстахъ Сибири^, а до указа 17 апр'Ьля еще отъ 30 до 10 ударамъ
плетей! Вспомните, что это за непредумышленное д%тоуб1йство!... За
изгнаше плода авенщинн, безъ ся ведома и соглас1я, — ^каторжная ра-
бота на заводахъ отъ 4 до 6 л., а прежде еще 30 — 10 ударовъ плетьми.
Если при этомъ беременная женщина умерла, то срокъ работъ уве-
личивается до 8 лЪтъ, а количество плетей до 50 — 60 ударовъ. Если
же кто соверпшетъ плодоизгнаше съ соглас1я самой беременной, то
подлежитъ сснлк'Ь въ отдалениЬйш1я мЪста Сибири, а превде еще
20 до 30 ударамъ плетей. Если же беременная сама, по собственному
произволу или по согласи) съ другими, употребляешь какое либо сред-
стео для изгнатя плода^ то лишается всЬхъ правъ состояшя и ссн-
' дается въ Сибирь, а прежде еще получала отъ 10 до 20 ударовъ пле-
тей (т. ХУ, ст. 2011 и 22). Такимъ образомъ, и за совершенное пло-
доизгнаше и за простое принятае средствъ, по буквальному смыслу
закона и плодоизгнательннцЪ замужней, и плодоизгнательнш^ неза-
мужней, совершающей это преступлеше въ первый, во второй, или въ
трет1й разъ, въ первый перюдъ зачатая или передъ самымъ рожде-
шемъ, и дМствовавшей въ состоянш бол^Ьзненномъ или здоровомъ, —
все равно, всЪмъ одно наказаше1.|,
По русскому праву даже сврыпе рождешя незаконнорожденнаго
ребенка есть самостоятельное преступлеп1е, предусматриваемое 2009
статьей ХУ тома. яБсли будетъ доказано, что младенецъ родился
мертвымъ, и мать^ волнуемая стыдомъ или страхомъ^ только скрыла
его ппмо^ вмЪсто того, чтобы объявить о томъ кому слЪдуетъ, подле-
житъ заключетю въ тюрьм^^ отъ 6 м^Ьсяцевъ до 1 года**. За что же?
Такимъ образомъ въ настоящее время почти всЬ европейспе на-
рода смягчили наказашя за дЪтоуб1йство и отм:Ьннли закономъ или
практикой смертную казнь за это преступлеше. Присяжные и судьи
часто желаютъ лучше вовсе освободить преступника, ч'Ьмъ подвергнуть
его заслуженному наказашю. Н'Ькоторые господа, даже изъ т^^хъ, кото-
482
рае требуютъ наваздшй за друпя преступдеша, авелаютъ вовсе осм-
вить безъ наЕазан1я если не всЪ, !го до крайней агЬрЬ н^^которш д^-
тоуб1йства. Тавъ, по мнЪшю лорда Джона Росселя, завонъ не должжь
подвергать уголовному наказанш убШцу ребенка, которому не испо1-
нилось еще* 6 м'Ьсяцець! а за убхйство ребенка свыше 6 м^сдцавь
должно налагать уголовное наказан{е.
Но, не смотря на то, что общественное мн^ше, присяжные, судья
и голоса благородныхъ ученнхъ внсказываются за уничтожеше же-
стокнхъ наказашй д'Ьтоубхйцъ, — ^все-таки еще не мало есть во века
странахъ Европы головъ, воторыя не могутъ придумать противъ д^-
тоуб1йства ничего лучшаго, кром^ виселицы и каторги.
Д'Ьтоубхйство не только не превращается, но даже увеличивается.
„Для всяваго, — говорить „Журналъ Министерства Юстицш'', 1862 г^
№ 1У — кто следить за количествомъ совершаемыхъ ежегодно пре-
ступлен1Й и за уголовной статистикой, несомн'Ьянымъ дЪлается тотъ
фактъ, что преетуплеше д']&тоуб1йства сд^^алось явлешемъ постоян-
ннмъ и повсем^стнымъ. Преступлешя этого рода не только не умень-
шаются, а напротивъ, годъ отъ году увеличиваются, и никакгя ^п^ош
закона^ никакгя полиг4ейекгя мпры не еъ состоянш воспрепятствоват
г^хь совершетю!^ Д^тоубьйство увеличивалось и тогда, когда суды и
присяжные, не задумываясь много, отправляли преступниковъ на ви«
солнцу и подъ топоръ палача; оно увеличивается и теперь, когда
смертная казнь за него почти всюду отм'Ьнена или закономъ или прак-
тикой. Не ясно ли, что тутъ законъ ни при чемъ! Да и что можегь
сделать законъ тамъ, гдЪ множество лицъ совершаютъ преетуплеше
въ такомъ патологическомъ состояти, что, опомнившись, сами не
рады бываютъ своей жизни, навсегда отравленной воспоминашями о
совершенномъ д%тоуб1йствЪ? Что можетъ сд'&1ать законъ тамъ, гдЬ
тЬ же самыя причины, который доводятъ до д%тоуб1йства, заставляюсь
людей налагать руки даже на самихъ себя, или подвергаютъ ихъ го*
лодной смерти? Большинство такихъ людей не побоится не только
тюрьмы и ссылки, но дааке и вис&хицы. Кром^ того, огромное боль«
шинство д'Ьтоуб1Йцъ имЬютъ всегда в^Ьрные шансы изб^Ьжать наказа-
тя. Въ Англш, какъ мы вид'Ьли, полагается около 12,000 женщвнъ,
ежегодно совершающихъ д^ЬтоубШство, между тЪмъ, уличается въ зтомъ
преступлети ежегодно только около 200 челокЬкъ, следовательно, бо«
д^е 11,500 д^тоубхйцъ ежегодно совершаютъ это преетуплеше совер*
шенно безнаказанно! Для чего же, и спреведливо ли наказывать ту
ничтожную часть преступниковъ, которые менЬе осторожны въ своихъ
Д'Ьйств1Яхъ и которыхъ слепой случай бросаетъ въ руки полищи? Но
представимъ себе, что лучшую теперь въ Европе англ1йскую полшрю
удается довести до идеальнаго совершенства, и всЪ 12,000 д^тоубЕЙць
будутъ непременно схвачены ею. Насколько миллхояовъ фунтовъ с^ф-
438
лгаговъ это улехБЧвть расхода государственнаго казначейства?.... И
что же получится за этн деньги? 12,000 лицъ, виновннхъ въ Д'Ьто-
уб1йст]ГЬ, Англия будетъ терять ежегодно, заключая ихъ въ тюрьмы и
отправш ихъ въ ссылку. А такъ какъ полицхя должна преследовать
вс^ преступл№1Я, то въ сильной степени должно увеличиться и коли-
чество людей, ежегодно изгонлемыхъ обществомъ за друпя преступ-
лешя, изъ которыхъ мног1е теперь остаются безъ наказатя. Расходы,
потраченные на это, об^днятъ страну, и при томъ она лишится огром-
наго числа производительныхъ людей. И при этомъ, н^тъ основая1я
ожидать ни совершеннато искоренетя д^ЬтоубШства, ни его зиа-
чительнаго ослаблешя. ДЪтоуб1йцы, д'Ьйствующ1е въ истерир^Ь из-
ступлешя, умопом^шательств^Ь, отчаянш, не удержатся отъ преступ-
лешя неизбежною перспективою суда и каторги. Для кногнхъ дЪто-
уб1йцъ, для которыхъ каторга и тюрьма вовсе не страпгаы въ сравне-
тн съ ихъ жизнью, неизбежность наказанхя также не можетъ быть
помехою. Они всегда будутъ извлекать выгоды изъ преступлешя. Ведь
большинство разбойниковъ не уходить отъ рукъ суда, но это разве
прекращаетъ разбой? Есть и друпе роды преступниковъ, изъ кото^
рнхъ почти ни одннъ не избегаетъ ваказашя, и при этомъ, так1Я
преступлешя не только суш,ествуютъ, но даже иногда увеличиваются.
Но, можетъ быть, наказаше приноситъ огромную пользу, какъ сред*
ство исправительное? Положимъ, что даже все, посаженные въ тюрьмы
и сосланные на каторгу преступники, исправляются, что совершенно
невероятно, такъ какъ большинство ихъ остается такими же, какими
были и до своего вступлетя въ эту острожную академш. Но пред-
ставимъ себе, что всё они исправляются. Выйдетъ вотъ что: въ из-
вестный перюдъ времени вы исправили всехъ захваченныхъ преступ-
никовъ, но таже самая жизнь, которая создала и приготовила пре-
ступника, выработываетъ новыхъ и снова отдаетъ ихъ въ вашу острож-
ную школу и т. д. до безконечности. Въ отношенш же къ большин-
ству детоуб1йцъ въ особенности, теорхя исправлешя оказывается еще
более несостоятельною, чемъ въ отношеши вообще къ преступникамъ.
Въ чемъ состонтъ по этой теорш исправленге преступника?
' Въ томъ, чтобы уничтожить въ его душе те наклонности, ин-
стинкты и желатя, которые доводятъ его до преступлен1Я. А множсг
ство. детоубШцъ доводится до преступлешя стыдомъ и чувствомъ чести,
следовательно, чтобы исправить ихъ, необходимо уничтожить въ нихъ
стндъ и чувство чести!.. Некоторый матери, какъ мы видели, уби-
ваютъ своихъ детей единственно по любви къ нимъ, чтобы избавить
ихъ отъ неизбежныхъ и ужасныхъ страдатй бедности; следователь-
но, чтобы исправить этихъ детоубхйцъ, необходимо подавить въ нихъ
чувства материнской любви! Следовательно и стыдъ, и чувство чести,
и материнская любовь суть порочныя, преступныя наклонности, ко9«-
434
рыл необходимо искоренять въчелов'ЬБ'Ь, чтобы они не довели его до прес-
тупленхя! Какъ много д*тоуб1йдъ д-Ьйствуеть въ состоянш сидьнаго нерв-
наго разстройства, въ б'Ьшенств']^ отчаянЁя, въ истерив'Ь, умопом^^шатель-
ств'Ь. Ужели и ихъ наказывать для испраолен1л? Ыо это окончательно
нел']^пость, ихъ нужно лечить, а не наказывать! Возьмите еще тклъ
д']^тоуб1йцъ, которые осуждаются на пожизненное тюремное заключе-
ше, или которые, совершивъ два -три рецидивныхъ д']^тоуб]йстба,
должны за нихъ сид'1>ть въ тюрьме до самой смерти. Ужели и ихг
наказываютъ съ цклью исправден1я? Но кому нужно,, кому нолезно
исправлен1е этихъ заживо похороненныхъ людей? Оно не приносить
никакой пользы обществу, такъ какъ заживо зарытый въ тюрьме лре-
стуоникъ вовсе не участвуетъ въ общественной жизни; правда, онъ
лишенъ возможности совершить преступленхе, но его совершаетъ кто
нибудь другой, и количество преступленш нисколько не уменьшается
отъ того, что н^которыхъ преступниковъ на всю жизнь сажаютъ въ
каменный м^^шокъ. Если же въ разсматриваемомъ случа'Ь пм^Ьетсд
въ виду только личное исправлен1е преступника, то и это оказывается
несостоятельнымъ. Исправлеп1е преступника пм'Ьетъ только практиче-
скую ц4ну; его исправляютъ для того, чтобы сдЬлать его полезннмъ
и честпымъ гражданипоз1Ъ, чтобы научить его, какъ должно противо-
стоять т'Ьмъ обстоятельсгвамъ, который вовлекаютъ человека въ пре-
ступлеше. Но если преступникъ должспъ просид'Ьть въ тюрьм-Ь всю
жизнь, то къ чему его исправлеп1с, гд1^ онъ можетъ приложить при-
витый къ нему тюремною жпзшю правила? А пока онъ не покажеть
себя исправившимся на д'Ьл'Ь, въ жпзни, на свободе, до гЬхъ поръ
ипкто не можетъ сказать, что онъ, действительно, исправился. Онь
можетъ обманывать на счетъ своего нравственнаго исправлешя, обма-
нываться и самъ, считая себя способпымъ прожпть честно. Такъ п
въ Д'Ьл'Ь д'Ьтоуб1йства корпи соц1альнаго зла лежатъ гораздо глубже,
ч-Ьлъ думаютъ юристы. А чтобы уничтожить изв-Ьстное явдеше, надо
уничтожить самую причину, порождающую его. Тутъ никаюя полу-
меры не помогутъ исправлепш зла. Если мать убиваетъ свое дитя въ
большпнств'Ь случаевъ иаъ страха, голода п холода, то надо всЬхъ
матерей накормить и од*т]» п т. д.
УН.
Мы уже впд-Ьли, что древн1й м1ръ передалъ въ насл'Ьдство новому,
кром-Ь каръ закона, еще дома для найденышей, какъ средство, пред-
варяющее д^тоубйство и плодоизгнан1е. Мы разсмотримъ зд'Ьсь въ
общпхъ чертахъ истор1ю этой м-Ьры п степень ея/ целесообразности.
Колыбелью домовъ для найденышей была Италия. Въ 787 г. такой
домъ былъ основанъ въ Милан*, а въ 1096 г. основаиъ сиротстГт
домъ въ Константинополь. Въ 1198 г. папа Инокент1Й III обратнлъ
въ домъ для найденышей часть госпиталя св. Духа, основаннаго въ
728 г. однимъ саксонскимъ королемъ.
Въ средневековой Европе, всЕор* посл^ введен1я христианства,
является обычай, въ силу вотораго д^ти подкидывались н^ земли
церквей и поступали на ихъ попечеюе. Этотъ обычай въ однихъ стра-
нахъ превратился послЬ въ общинное и приходское попечеше о най-
денышахъ, а въ другихъ странахъ содМствовалъ появлен1Ю воспита-
тельныхъ домовъ въ очень раннее время.' КромЬ того, въ пер1одъ
крестовнхъ походовъ основалось н-Ьскольео орденовъ госпитальеровъ,
главною обязанностью которыхъ было нос*щеше бЬдныхъ, уходъ за
больными, заботы о сиротахъ и найденышахъ. Одинъ изъ этихъ ор-
деновъ, именно св. Духа, состоявшхй преимущественно изъ мгрянъ,
существовалъ со спещальною ц^лью призревать и воспитывать сиротъ
и найденышей. Это братство было утверждено папой въ 1204 г., и
знаменитый своего благотворительностью (дну с1е Моп1;ре1Нег былъ
назначенъ магистромъ госпиталя св. Духа. Богатыя приношешя изъ
вс^хъ хриспанскихъ странъ стекались въ Римъ для поддержан1Я э:50го
госпиталя и воспитан1Я помещавшихся въ немъ найденышей. Осно-
вавъ первые воспитательные дома, Итал1Я съ тЬмъ вм4сте первая
изобрела и развила систему безразлнчнаго принятхя д'Ьтей, не обра-
щая вниман1я на законность или незаконность ихъ рожден1я. Зд'Ьсь
было сочтено необходимымъ также доставлять беременнымъ женщи-
намъ такое место для разретешя, где бы они могли скрыть свой
стыдъ и сохранить свое инкогнито. Для принятая детей изобретена
особаго рода пустые деревянные цилиндры, однимъ концомъ выходя-
щ1е на улицу, а другимъ внутрь убежища. Принесшее ребенка лицо
можетъ положить его въ этотъ VпI|IЬ и незаметно удалиться; звонокъ
даетъ знать въ убежище, что въ ту1)ъ положенъ ребенокъ. Въ настоя-
щее время въ госпиталь св. Духа дети доставляются не только изъ
Рима и его окрестностей, но и изъ отдаленныхъ провинц1й, даже изъ
сос4днихъ государствъ. Ежегодно ноступаетъ около 900 детей, изъ
которыхъ две трети незаконнорожденный, а остальная .треть состоитъ
изъ законныхъ детей бедныхъ родителей. Найденышей почти всегда
отсылаютъ изъ госпиталя въ деревни къ кормнлицамъ. Госпиталь Санъ-
Ровка служитъ вместе и домомъ для найденышей, и родильного боль-
ницею, въ которой несчастныя женщины могутъ разрешаться отъ
бремени съ сохранешемъ своего полнаго инкогнито; оне не только не
распрапшваготся объ ихъ имени, фамил1и и зваши, но даже во все
время своего пребыван1я въ госпитал^Ь оне могутъ никому не пока-
зывать своего лица. По выздоровлен1п оне оставляготъ госпиталь, а
дети отдаготся на попечен1е кормилицъ, состоящихъ подъ надзоромъ
28*
436
сестеръ милосердая. Оставляющее въ госпитале ребенка лнцо даетъ
запечатанное въ конвергЬ письменное св'Ьд'Ьше объ его имени и
происхохдеши; конвертъ распечатывается въ тонъ случа'Ь, если ре-
бенка потребуютъ обратно изъ госпиталя.
Во Франщи при Людовике ХШ огромное количество внбраснвае-
мыхъ д'Ьтей и сильное развипе д'Ьтоуб1йства побудили одну набож-
ную женщину, мадамъ Легуа, основать домъ для найденышей. Но этого
дома было далеко недостаточно для всЬхъ внбрасываемыхъ малютовъ,
сотни которыхъ постоянно видн'Ьлись на площадяхъ и улнцахъ Па-
рижа! Въ начал^Ь ХУН в. эти д'Ьти подбирались полиц1ей и помеща-
лись въ улицЪ 8а1п1 Ьаи^п на воспиташе къ одной вдов'Ь, которая
не имЪла средствъ для прокормлетя ихъ и у которой они умирали
часто съ голода. Дв^ служанки, ходивт1я за ними, чтобы не слышать
ихъ криковъ и держать ихъ въ состоян1п сна, давали имъ обычння
снотворный средства, отъ которыхъ д^ти также часто умирали. ДЪтей
изъ этого уб&Еища даже продавали по 3 су за штуку/.. Въ такомъ
положен1и были д'Ьла до св. Винцента Поля (4- 1 660 г.). Этотъ фи-
лантропъ сначала подбиралъ найденышей на улнцахъ Парижа и спа-
салъ ихъ, но скоро понялъ непригодность такой благотворительности.
Онъ оостарался составить изъ н^которыхъ дамъ филантропическое
общество и посов^товалъ имъ посетить уб^^ище найденышей въ
улиц:Ь 8. Ьаи^п. Дамы ужаснулись и большого количества помещав-
шихся тамъ д^тей, и ихъ несчастнаго положешя. Но средствъ насо-
держан1е всЬхъ д^тей он^ не им^ли; поэтому было выбрано по жре-
бш только 1 2 малютокъ, которые и помещены въ особомъ домФ подъ
надзоромъ мадамъ Легуа. Участь оставшихся въ прежнемъ убежище
дЪтей побудила Винцента обратиться съ просьбою о помощи къ АвиЬ
Австр1йской; она вБ1хлопотала отъ короля въ пользу найденышей еже-
годный доходъ съ пяти большихъ фермъ, до 12,000 ливровъ. Но эта
сумма была далеко недостаточна и требовалось на содержате най-
денышей до 40,000 ливровъ въ годъ. Въ 1640 году король пожёртво-
валъ въ ихъ пользу Бисетръ, зат^мъ были куплены еще два дома.
Смерть Винцента не остановила этого д^ла. Это было время дея-
тельности Кольберта, а благотворительный учреждешя составляли
одинъ изъ главныхъ предметовъ его заботъ. Эдиктъ 1662 г. пред-
писывалъ основать въ каждомъ город'Ь и мЪстечк'Ь королевства гос-
питаль для б'Ьдныхъ больныхъ, нищихъ и сиротъ, который въ этихъ
уб'ккищахъ должны были учиться реме^амъ, тъ какимъ они ока-
жутся способными. Мужчинамъ, желавшимъ жениться на сироткахъ
изъ госпиталя Милосерд1я, были назначены денежный вспоможе-
шя. яВъ то же время — говоритъ Бланки въ своей Ш81;о1ге <1е Гёсо-
пош1е роИ^дие — были основаны первые дома для найденышей, сд1-
лавшхеся съ гЬхъ поръ уб'Ьжищами, бол^е уб1йственными для дФтей,
437
^мъ самое Д'Ьтовпбраснванье^. Въ 1в70 г. Новргсе Лее епГап1з 1гои-
уёв бнлъ сд^аяъ однимъ изъ парижстахъ госпиталей, ДЪти тысячами
посыпались сюда со всЪхъ вонцовъ Франц1н, и ихъ число постоянно
воврастало* Съ 1540 года, когда основано въ Париж'Ь первое убежи-
ще, и до 1793 г. принято -было 405,744 ребенка; въ 1540—61 г. —
7668; въ 1662—63 г.— 14,101; въ 1684—1705 г.— 38,382; въ 1706—
1727 г.— 40,437; въ 1728—49 г.— 64,143; въ 1756—71 г.— 114,729; въ
1772 — 93 г« — 129,143 ребенка, Нацюнальннй конвентъ распорядился
соединить домъ для найденышей съ роднльнымъ отд'Ьлешемъ, и на-
вначилъ для пом^щетя ихъ два пустыхъ монастыря, куда и посту-
пало ежегодно около 4.000 д^Ьтей. Другвмъ своимъ девретомъ кон-
вентъ обявалъ ьсЬ госпитали принимать найденышей или дЪтей, бро-
шенныхъ своими родителями. Наполеонъ еще болЪе конвента благо-
волилъ къ дтимъ уб^жищамъ, такъ какъ онъ разсчитывалъ комплек-
товать найденышами свою арм1Ю. Въ этихъ видахъ онъ ввелъ италь-
янскую систему туровъ и б^различнаго приняпя д'Ьтей. Эта система,
впрочемъ, сочтена необходимою и по большому количеству д'Ьтей,
бросаемнхъ своими законными родителями; на 10 бросаемыхъ дЪтей
считается въ Париж^Ь 1, а въ н1^которыхъ частяхъ Франщи даже 2
законныхъ. Термъ и Монтфальконъ считаютъ до 3,400 законныхъ д^^-
тей, ежегодно бросаемыхъ родителями во Франщи. Въ Люн^^, въ Нд1;еЬ
01еп, матери также часто приносятъ своихъ законныхъ д'Ьтей и ос^
тавляютъ ихъ тутъ навсегда. И нужно заметит, что причиною поки-
датя законныхъ д'Ьтей бываетъ не одна только бедность, а также и
н^Ькоторыя дурныя наклонности родителей, выработанный въ нихъ
грубою жизшю въ разврат'Ь, преступлетяхъ и нев^Ьжеств1&. Монтфаль-
конъ и Термъ показали, что общественныя б'Ьдств1я и дороговизна
въ МовЬ въ 1836 г. нисколько не им^Ьли вл1ятя на количество вы-
браснваемыхъ д^^тей, между т'Ьмъ, гЬ же самйя причины, какъ мы
уже внд^Ьли, въ другихъ мЪстахъ производятъ совершенно обратное
д^йств1е. Следовательно, бедность не всегда служитъ причиною д'Ьто-
выбрасыванья и, следовательно, есть д^ти, выбрасываемый не по не-
обходимости, не изъ бедности. При такой расположенности н^кото-
рыхъ родителей отделываться отъ своихъ дЪтей, дома для найдены-
шей необходимо должны не столько предварить детоуб1йство, сколько
усиливать детовыбрасыванье. Родители, которые хотели бы отделаться
отъ ребенка, часто не выбрасываютъ его на улицу только потому, что
боятся подвергнуть опасности его жизнь, если его не подберетъ ка-
кой нибудь сострадательный человекъ. Но коль скоро они видятъ,
что само общество готово помочь имъ въ ихъ намеренш, то, не заду-
мцваясь, относятъ ребенка въ домъ для найденышей. Этимъ только
и можно объяснить постоянное и быстрое возрасташе числа найде-
нышей, подкцднваемыхъ въ воспитательные дома, какъ во Франц1и,
438
ТЕБъ И ВО ъс1ахъ другихъ странахъ. Внше ми видели, каЕъ быстро
увеличивалось это число въ ПариасЬ до революцш. Въ первне годы
реставрац1и оно достигало 80,000, съ ежегоднымъ расходомъ въ
14,000,000 франковъ; въ 1824 г. принятыхъ д^тей было уже 116,000,
а въ 1833 г. 127,000. Быстрое увеличеше найденышей подняло шумъ
и въ обществе, и въ сред'Ь ученыхъ. Начали трактовать, вавъ бы
прес'Ьчь продолжен1е этого явления. Одни предлагали строго наказы-
вать д'^>вушекъ-матерей; друг1е предлагали наказывать и штрафовать
холостыхъ мужчинъ, ведущи]Гъ развратную жизнь и т. д. Бенуастонъ-
де-Шатонефъ указывалъ, какъ на главную причину этого явлетя, на
увеличен1е б:Ьдности, разврап1;енности и на самые дома д^ш найдены-
шещ въ особенности на ихъ систему туровъ и безразличнаго прння-
Т1я. Дома для найденышей при своемъ учреждеши были назначены
для принят1я брошенныхъ незаконнорожденныхъ д'Ьтей. Но вскоре
стали приниматься и законный д1>ти. По невозможности держать въ
самыхъ домахъ огромное число д^тей, начали пр1искивать для нихъ
кормилицъ вн^ этихъ уб^^жищъ. Деревенсшя д']^вуп1ки и женщины,
подкидываюш;1я своихъ Д'Ьтей, начали нхъ брать късеб:Ь въ качестве
кормилицъ, и черезъ эту спекулящю нашли возможность получать плату
за воспиташе собственныхъ своихъ малютокъ, Карусъ говорить, что
въ парижск1й госпиталь для бЬдныхь больныхъ дЬтей часто достав-
ляются д']^ти съ обозначешемъ фамил1й и адресовъ ихъ родителей;
но когда ребенокъ выздоравливаетъ и когда начинаютъ отыскивать
его родителей, то и фамилш, и адресы оказываются ложными: роди-
тели сделали это, чтобы избавиться отъ своего ребенка. Въ виду та-
кихъ обстоятельствъ и ужаснувшись постояннаго возрасташя расходовъ
на найденышей, правительство р'^Ьшилось употребить репрессивння
м*ры. Туры и система безразличнаго принят1я въ большей части гос-
питалей были уничтожены. Для принят1я же женш,инъ въ родильныд
отд'Ьлешя Парижа .было постановлено непремЬннымъ услов1емъ брать
съ поступающей обязательство не бросать ребенка и взять его съ
собой при выписке изъ госпиталя. Но при этомъ были приняты м^^ры
для того, чтобы помогать б^днымъ женп1;инамъ воспитывать ихъ д'Ь-
тей дома. Втечете первыхъ восьми м'Ьсяцевъ поел* принятхя этихъ
м*ръ, матери 458 дЬтей взяли ихъ къ себ-Ь вслЬдствте убЬждешй на-
чальства госпиталя и выдачи имъ денежнаго вспоможен1я, между т^иъ
какъ раньше он* были расположены отделаться . отъ этихъ д4тей.
Прим^ръ Францш и Англ1и и вм*ст4 серьезныя безпокойства, при-
чиневныя д1^тоуб1йствомъ и д'^Ьтовыбрасываньемъ, возбудили и въ Вели-
кобританш мысль о необходимости домовъ для найденышей. Ёш;е въ
1713 г. поэтъ Аддисонъ агитировалъ въ пользу этихъ учреждеши, но
только въ 1738 г. основанъ въ Лондон:^ капитаномъ Карамомъ Рош1с1-
ипд Нозр11а1, поддерживаемый сначала богатыми благотворителани,
439
ч
•
въ особенности знаменитымъ нЪмецвимъ композиторомъ Генделемъ.
Правительство также давало на этотъ домъ значительныя суюсы; пар-
ламентъ ассигновалъ для него ежегодно по 10,000 ф. ст., но съ т4мъ,
чтобы принимать всЬхъ д-Ьтей, возрастъ которыхъ былъ сначала опре-
д'Ьленъ не свыше 2, потомъ 6 и наконецъ 12 м-Ьсяцевъ. Число при-
носшшхъ д'^Ьтей и зд'Ёсь постоянно возрастало; въ первый годъ ихъ
было 3,296, во второй 4,085, въ 1756 г. 5,510, въ 1760 г. 6,000, а
ежогоднаго расхода на нихъ было уже 45,000 ф. стерл. Д-Ьти свози-
лись со вс4хъ концовъ государства, и скоро для нихъ не стало мЬ-
ста въ госпитал'Ь. Такъ же, какъ и во Францги, сюда доставлялись
не одни незаконнорожденпыя, но и законныя д']^ти, отъ которыхъ ро-
дители желали почему нибудь отд'Ьлаться; сюда приносили и боль-
ныхъ д4тей для излечен1я, и умирающихъ для погребешя. Кром* ро-
дителей, незаконныхъ дЪтей сбывали сюда еще общины, желавш1я
свалить съ своихъ плечъ заботы объ ихъ воспитан1и. Поэтому уже въ
1759 г. парламентъ издалъ бол^е стропя правила для принят1я д*-
тей, и съ т-Ьхъ поръ лондонсий воспитательный домъ предназначенъ
только для незаконныхъ д']^тей; для* опред']^лен1Я же ихъ незаконно-
рожденности существуетъ особая коммпс1я. Поел* крещен1я, ребенокъ,
какъ это д-Ьлается и во Франц1и, отсылается въ деревню къ кормп-
лиц'Ь, по достижен1и же имъ пятил']^тняго возраста, онъ возвращается
въ воспитательный домъ дли учен1я. Если мать пожелаетъ взять его
обратно, то должна, во-первыхъ, усыновить его, а во-вторыхъ, дока-
зать, что она им-Ьетъ средства для его содержатя, Этотъ домъ полу-
чаетъ ежегодно доходовъ 11,000 ф. ст. и кром-Ь того 40,000 ф. с.
благотворительннхъ суммъ. Воспитан1е каждаго ребенка стоитъ 360
ф. ст., кром4 экстраординарныхъ расходовъ, напр. на леченте. Еже-
дневно принимается только 37 д'Ьтей, а приносится больше 200. Д*-
тей, воспитываемыхъ зд4сь съ детства до пятнадцатил'Ьтняго возраста,
въ настоящее время 460.
КромЬ лондонскаго, домъ для найдены1пей существовалъ еще въ
Дублян-Ь; зд'Ьсь въ самомъ дом^Ь содержалось около 2,000 д'Ьтей, да
около 7,000 въ деревняхъ у корми.1идъ. Кром* благотворителъныхъ
суммъ, онъ потреблялъ ежегодно казенныхъ до 40,000 ф. ст. Этотъ
домъ, какъ убыточный для казны и недостигающ1й своей ц^ли, за-
крыть въ 1835 г. Вообще, въ Великобриташи очень неблагосклонно
относятся къ домамъ для найденышей, находя, что они приносятъ
только одинъ денежный ущербъ и вовсе < несогласны съ генхемъ на-
щи>. Незаконныя д'Ьти состоять на попечеши приходскихъ общинъ и
пом'Ьщаются въ рабочпхъ домахъ.
Въ Гермаши воспитательные дома возникаютъ съ начала ХУ1П в.
Въ 1709 г. такой домъ основанъ въ Гамбург*, съ цЬлью предупреж-
ден1Я дЬтоуб1йства. «Но вскорЬ — говорить Боппъ — число припоси-
440
юхъ новороясденныхъ и даже взросдыхъ дЪтей оказалось стоп» гро-
наднниъ, что это заведете принуждены были сначала ограничить, а
нотомъ и вовсе закрыть. Для него было недостаточно даже дохода въ
100,000 маровъ ежегодно. Вм'Ьсто этого заведешя открытъ сиротсв11
домъ, въ который принимаются д']^ти, найденный брошенными внутри
города» Подобный же сиротсвхй домъ основанъ въ Баден'Ь наркгра-
фоиъ Еарломъ Фридрихомъ. Во время французсваго владычества въ
МайнцЪ тамъ основанъ домъ для найденышей. Въ 1829 — 1833 г.
вд'Ьсь было 1,106 д^тей, воспиташе воторыхъ до 14 лЪтъ обходилось
вообще до 47,490 флориновъ. Въ Австрш 1оснфъ II основалъ благо-
творительный заведешя для принятая не только незаконныхъ, но и
ваконныхъ дФтей, брошенныхъ своими родителями. Эти дома содер-
жатся казною; въ 1849 г. ихъ было въ импер1И 33, въ томъ числ^
12 въ Ломбардш« Въ этомъ году въ нихъ бвио 25,420 Д'Ьтей, да виЬ
ихъ, на воспиташи у кормилицъ, 81,465 д^тей. Въ остальныхъ госу-
дарствахъ Германш домовъ для найденышей нЪтъ, и попеченхе о нихъ
возлагается на обпщны. Въ в. г. Гессенъ, напр., < найденыши, пока
они не будутъ въ состояши пропитываться сами, полищей или попе-
чительствомъ о бЪдныхъ того м^ста, гд'Ь они найдены, отдаются за
опред&Еенное вознаграждеше на воспитате частнымъ людямъ». Во-
обще же, Гермашя, какъ и Англ1я, не благопрхятствуетъ учреадшю
домовъ для найденышей.
Въ Росаи первый воспитательный домъ основанъ въ Петербурге
Петромъ Великимъ. ЗдЪсь держатся системы безразличнаго привита,
и есть родильное отд'Ьлеше для беременныхъ женщинъ. Здоровнхъ
д^Ьтей обыкновенно отдаютъ въ деревни кормилицамъ. Въ этотъ домъ
въ настоящее время поступаетъ ежегодно около 3,000 д^тей. Въ мое-
ковскомъ воспитательномъ домЪ въ 1831 г. было 22,028 ребятъ, со-
держаше которыхъ стоило больше 17,000,000 р. асе. въ годъ. Ером1
. этихъ двухъ, другихъ домовъ для найденышей въ Росс1и нЪтъ. Въ
сиротсше дома принимаются только сироты, оставппяся послЪ роди-
телей въ положети, требующемъ призрЪшя (Св. Зак. т. ХШ, ст.
373). «Воспитательные же дома для призрЪшя незаконнорожденныхъ
младенцевъ, по дознаннымъ крайнимъ неудобствамъ существовашя
ихъ въ губершяхъ», въ 1834 г. основывать подъ в^Ьд^шемъ прика-
зовъ общественнаго призр^нха запрещено. Еще заранее, въ 1828 г.,
постановлено, — «въ т:Ьхъ м^^стахъ, гд'Ь С1и дома уже существують,
свободный пр1емъ въ оные младенцевъ прекратить, а допускать только
въ уважительныхъ и неизб'Ьжныхъ случаяхъ, какъ, напр., въ случае
П0ДНЯТ1Я полиц1ею младенца, неимЪющаго родственниковъ, могущихъ
и обязанныхъ воспитывать его». Доставленные въ приказы обществен-
наго призр^шя младенцы отдаются или на воспиташе благотвори-
441
теддмъ безъ платы^ кили же съ платою, сколь мояшо ум'Ьренною»
(Поли. Собр. Зав. X 2125 и 6759; Св. Зав. т. ХШ, ст. 542—545).
Поел! этихъ историческихъ зш1^товъ о докахъ для найденышей,
мы должны разсыотрЪть степень ихъ полезности.
Прежде всего насъ поражаетъ во вс^хъ этихъ заведен1яхъ такая
громадная смертность дЪтей, что можно заподозрить прислугу и над-
зирателей—не стряпаютъ ли они изъ д^тсваго мяса пирожвовъ, по-
добно одному старинному травтирщиву въ Париж'Ы — ^Въ дублинсвомъ
домЪ для наАденышей втечете 1791 — 1797 г. было: — .
принято дЪтей 12,786
изъ нихъ умерло 12,561
осталось на сл'Ьдуюпце годы . . . 2251...
Въ петербургсвомъ воспитательномъ дом'Ь въ пять м'Ьсяцевъ 1770
года принято д^^тей 181, изъ нихъ уиерло втеченге первыхътрехъ мгь-
ея%4ебъ 39; въ 1771 г. изъ 472 д^Ьтей умерло 395; <съ 1772 по
1784 г. — ^говоритъ де-Гуронъ — было всего принято 7709 д^тей. Пра-
вительство не рЪпгалось нривесть во всеобщую изв'Ьстность значи-
тельную смертность, опасаясь тЪмъ повредить самому заведещю». Въ
1785 — 1798 г. принято 15,843 ребенва, изъ нихъ умерло 13,069; въ
1811 г. принято 2,699, умерло 1,348, или оволо 507о; въ посд^дую-
пце годы изъ 3,650 принимаемыхъ умирало до 1,200. — Въ мосвов-.
схомъ воспитательномъ дом*]^ въ 1770 — 1798 г. принято 37,607 дфтей,
изъ нихъ умерло 30,507. Въ Архангельсв'Ь въ 1812 г. изъ 417 при-
нятнхъ умерло 377. — ^Въ домахъ для найденышей другихъ государствъ
смертность тавже велива. Въ в'Ьнсвомъ домЪ въ конц^^ ХУШ в^ва
умирало д^тей, даже въ самые бдагопрхятные годы 70 шь 100. И не-
смотря на то, что правительство принимало вс^^ возможный Работы
объ этомъ домЪ, а 1осифъ П самъ часто посЪщалъ его, все-тави въ
1822 г., по совершеши всЬхъ улучшетй, смертность д^тей составляла
2274 на 100. Въ настоящее щ&ля тавже, несмотря на всЪ заботы и
пособ1я, едва одинъ ребеновъ изъ двенадцати остается въ живыхъ. —
Въ Палермо въ 1823 г. изъ 597 принятыхъ д'Ьтей умерло 429. Въ
Метц'Ь умираетъ ихъ У». Относительно Франщи мы находимъ с^Ьдую-
Щ1Я оффищальныя данный въАппиахге <1е Гёсопотхе ро1^1^^ие е! де
1а 8^а^^8^]^ае Гильомена. «Я им1^лъ случай— говоритъ авторъ — пока-
зать въ своемъ отчете 1851 г. по серьезнымъ изслЪдовашямъ и по-
лозвительнымъ вычислетямъ, что половина или 50^/о подкидгмаемыхъ
дп/тей погибаетъ въ первый юдъ по рожденги. . . Пзъ 3,507 Д'Ь-
тей, рожденныхъ и принятыхъ въ 1844 г., втечете двенадцати
л*тъ умерло 2,659, т. е. 75,81 на 100. Изъ 3,563 д*тей, рожден-
ныхъ и принятыхъ въ 1845 г., въ течете двадцати л'Ьтъ умерло
2,700, т. е. 75,77 на 100. Средняя асе смертность въ общемъ
насеяеши Франц1и до двЪнадцатил^^тняго возраста тольво 42 на 100,
442
по таблицамъ Д говил лярда *.—Въ Гренобл* пзъ 100 припятыхъ умн-
раетъ въ первый гоОъ 25, въ Л10Н'Ь 36, а ран-Ье, въ 1820 г., — 50: въ
Монпеллье — 60; въ Руан* достигаетъ совер1ггеннол*т1я 1 изъ 27, и
большая часть «изъ оставшихся живыми такъ несчастны, что пылькч 2
изъ 10Ы могутъ быть полезными людьми!..* Въ Партенэ, по Б. Ре&аву,
умираетъ въ первый годъ изъ 100 д-Ьтей 35, а въ X. *) — 80, въ Мюн-
хен1к — 57, въ Кассел'Ь только 10 и.^ъ 741 ^^оппит.т четырнпдщтш'
л}ьтняю возраста! Въ Лондон* умирающихъ до десятил'Ьтняго воз-
раста 162/:/Уу; но такого благопр1ятнаго отношешя вовсе не встре-
чается между детьми, состояш;ими на попечен1И приходскихъ общинъ.
Въ Мэрильбон-Ь въ пять л'Ьтъ до 1 января 1850 г. было записано
1,109 незаконныхъ дЬтей, и изъ ппхъ умерло 516 пли около 46". г..
Въ дистрикт* ВсЬхъ-Усопшихъ (А11-8о1118)изъ 145 родпвшихсл умерло
87 или около 53*у.,. Въ дистрикт* Христовой Церкви изъ 233 родив-
шихся умерло 209 или 93,7"/о! Въ дистрикт* св. 1оанна изъ 148 ро-
дившихся умерло 129 или 8Р/.,. Въ дистриД* Кавендишскаго сквера
изъ 40 родившихся умерло 36 или 907.) и т. д.
Само собою понятно, что если такая громадная смертность со-
ставляетъ неизб*жное зло домовъ для найденышей, если эти дома гу-
бятъ въ н*которыхъ м*стностяхъ гораздо больше д*тей, ч*мъ ихъ
избивается, то они приносятъ не пользу, а положительный вредъ,
шасЬеп К1пс1егтогй, какъ выражается д-ръ Гуфеландъ. Для разъ-
яснен1я этого важнаго вопроса необходимо познакомиться съ при-
чинами такой громадной смертности и узнать — устранимы он* или
нЬтъ.
Мы уже говори. I и выше, что д*ти часто доставляются въ воспи-
тательные дома не только больными, но даа^е умирагош;пми. Эти за-
бол*вш1я еще дома д*ти въ спертой атмосфер* госпиталя, подъ не*
брежнымъ надзоромъ паемныхъ надзирателей, умираютъ вскор* же
поел* ихъ принят151 ВЪ домъ. Для этихъ д*тей домъ для найдены-
шей служитъ только погребальннмъ клубомъ, и его существовате
приноситъ только одну пользу упомянутому разряду дктей — прилич-
ное погребен1е. Сл*довательно, въ этомъ отпошеши дома для найде-
ныигей совершенно излишни, такъ какъ приличное погребете можно
доставлять и другими путями, а упомянутая п()ичина смертности най-
денышей въ воспитателышхъ домахъ будет ъ неустранимымъ и кеяз-
б*жнымъ зломъ до т*хъ поръ, пока будетъ суп1;ествовать б*дность и
ВС* связанныя съ нею невзгоды.
Вторая причина смертности найденышей сходна съ первою. Д*ти
сплошь и рядомъ приносятся въ воспитательные дома издалека; въ
♦) М»л не понимаемъ, птему Б. Рэйлнъ, сювно р'>сс1йск1Й сочи ннтедь- обличи -
тедь, обозы ачаетъ какой-то городъ такимъ алгебраическииъ знакомъ!
443
люнскомъ, напр., дом4 можно встр'Ьтнть д'Ьтой не только изъ Фран-
Ц1И, но в изъ Фрейбурга, Женевы, Савойи. А такъ какъ занят1я ихъ
б']Ьдныхъ родителей не нозволяготъ имъ отлучаться надолго изъ ихъ
местожительства, то м «лютки большею част1го отправляются въ вос-
питательные дома съ оказ1ей, и есть людв, доторые обращаютъ въ
промыселъ эту доставку д^тей. Наемные доставщики обращаются съ
ними очень небрежно, и подвергая ихъ голоду, холоду, жару, кладутъ
въ организмъ ихъ зерно бол-Ьзней, который м^шаютъ ихъ жизни въ
госпитал1>. Случается даже, что доставщики избавляются*отъ хлопотъ
доставлен1я своей ноши т-Ьмъ, что или бросаютъ ребенка, или убива-
ютъ. Т!акъ. Б. Рэйанъ разсказываетъ, что одна женщина съ двумя
своими дочерьми промышляла доставкою д^Ьтей изъ своего местожи-
тельства, за 300 !1/иль огъ Лондона, въ лондонскШ воспитательный
домъ. Д*ти доставлялись крайне небрежно и ч1)езвычайяо страдали
отъ дурнаго обращен1я съ ними доставщицы. Другой доставщикъ,
странствующ!й м'Ьдннкъ, былъ осужденъ за убхйство ребенка, кото-
рый былъ порученъ ему свонмъ отцомъ, за извЬстную плату, для до-
ставки въ Л0НД0НСК1Й воспитательный домъ; м'Ьдникъ дорогой убилъ
€1*0. — Понятно, что и эта вторая причина смертности д4тей въ домахъ
для найденышей неустранима до т4хъ поръ, пока будутъ существо-
вать въ общественной жизни элементы, поддерживающ1е ее, или пока
таюе дома не будутъ основаны не только въ каждомъ город*, но и
въ каждой деревн-Ь, чтобы устранить упомянутую доставку д-Ьтей и
занимающихся ею людей.
Третья причина, это — эпндем1и, необходимо понвляющгяся во
встьхь мтьстахъ^ г')п> скучены вь большомъ количествгь дгыпи и особенно
въ домахъ для найденышей. Первая изъ этихъ эпидем1й — отверд'Ьше
клетчатой ткани— встр'Ьчаетог исключительно только въ этихъ заве-
детяхъ. «Ми§ие1 — гов. Рэйанъ— или афт1озное (молочничное) изъязвле-
Н1е рта есть другая форма болезни, поражающей и быстро разруша-
ющей этихъ б'Ьдныхъ найденышей >. Кром* того, они с сильно стра-
даготъ отъ воспалетя легкихъ, по истин* рокового характера >. Сле-
довательно, содержание найденышей въ домахъ необходимо влечетъ
за собой эпидем1и до того смертоносный, что даже самые рьяные за-
щитники этихъ домовъ давно уже постарались выдумать особую сис-
тему воспитатя найденышей, по которой пхъ, при первой возможно-
сти, удаляютъ изъ воспитательнаго дома и отдаютъ въ частный
дома кормилпцамъ, большею част1Ю деревенскимъ бабамъ. Следо-
вательно, въ этомъ отношеши несостоятельность и смертоносность до-
иовъ для найденышей признаны самыми пламенными ихъ апологи-
стами!
Четвертая причина несчастнаго положен1я найденышей въ воспи-
татёльномъ дом* и лхъ громадной смертности есть необходимо свя-
444
занная съ такими учреждешями небрежность ухода за д'Ьтьми. Уходъ
за Д'Ьтьми требуетъ большой внимательности, заботливости, искуства,
а что моаветъ побудить наемныхъ няневъ и вормилицъ къ постоян-
ной заботливости, въ постоянннмъ хлопотамъ о д^Ьтяхъ! Он^^ д^ла-
ютъ лишь настолько, на сколько ихъ обязнваетъ незначительное жа-
лованье и на сколько необходимо, чтобы ихъ не лишили мЪста. Есте-
ственной привязанности къ этимъ ребятамъ, материнской любви въ
нихъ н4Ьтъ, сл^Ьдовательно, не можетъ быть и материнской заботли-
вости о нихъ. Пом^ш;ать же не только вс^Ьхъ, но даже большую часть
матерей въ воспитательный домъ невозможно, какъ невозможно дове-
сти наемныхъ прислужницъ до необходимой степени заботливости и
исправности. Контроль надъ ними будетъ тоже наемный и поэтому
болЪе или менФе равнодушный къ интересамъ ребенка. Да и каковъ
долженъ быть по числу этотъ контроль надъ ц^Ьлою ордою прислуги,
какую видимъ, напр., въ московскомъ воспитательномъ домЪ, гдЪ
служить 233 мужчины, 279 женщинъ и 539 кормилицъ, всего 1051
челов:Ькъ1
Наконецъ, самою главною причиною смертности найденышей, по
свидетельству всЬхъ знакомыхъ съ этимъ д'Ьломъ медиковъ, служить
отсутств1е материнскаго молока и въ особенности кормлеше д^тей изъ
рукъ, тюрей, коровьимъ молокомъ и т. п. Посл^Ьднее гораздо смерто-
носнее даже кормлешя грудью деревенской, небрежной, бЪдной и ис-
тощенной кормилицы. Виллерме приводить сл^дующЕЯ данныя, хорошо
объясняющ1я различ1е результатовъ разныхъ системъ кормлешя. Въ
Л1оне, где дети все кормятся грудью, смертность ихъ составляетъ
33,7; въ Париже, где не все кормятся грудью, смертность 50,3; въ
Реймсе, где все дети кормятся не грудью, а изъ рукь, смертносп
ихъ 60,9. Въ лондонскомь доме въ 1741 г. кормившихся грудью уми-
рало 207о9 А кормившихся изъ рукь — 54<>/о-
Въ силу этого, во всехь домахъ для найденышей, где толыи) поз-
воляютъ средства, давно уже принята* система кормлешя детей грудью
наемныхъ кормилицъ. А такъ какъ достать потребное число корми-
лицъ, которыя согласились бы жить въ самомъ доме, невозможно, я
такъ какъ одно уже пребываше въ стенахъ воспитательнаго дома смер-
тоносно для детей, то найденышей обыкновенно отдають на прокорм-
леше деревенскимь бабамъ. Хотя сельск1й воздухъ летомь и благотворно
действуеть на детск1й организмъ, но это действхе совершенно пара-
лизируется тою небрежностью, съ какою ходить за ребенкомъ наем-
ная кормилица, почти всегда обремененная собственными детьми.
Часто одна кормилица ухитряется, вопреки правиламь, кормить двухъ,
трехь, четырехъ найденышей, и кормить ихъ не грудью, а чемь по-
пало^ жеванымь хлебомь, кашей, картофелемъ и т. д. Прибавьте въ
этому еще неудобства и лишешя, необходимо связанный съ бедною
445
крестьянскою обстановкою, неудобства и опасности для здоровья д4-
тей, сопряженння съ переносомъ ихъ въ деревню и обратно, — ^и ока*
жегся, что пр(жормлен1е найденышей деревенскими бабани, неихЪю-
щими возможности надлежащимъ образомъ заботиться даже о свонхъ
дЪтяхъ, очень немногимъ лучше кормлешя ихъ иэъ рукъ въ госни^
тал^Ь. Въ XXII книавкЬ „Отечественныхъ записокъ^ 1865 года мы на-
ходимъ слФдующ1я св^д^шя о проЕормленш деревенскими бабами най-
денышей изъ петербургскаго воспитательнаго дома. Крестьянки беруть
себ'Ь воепитанннкобъ за 2 — за 3 рубля въ годъ. У крестьянокъ такой
уговоръ положенъ: которая баба родитъ, та беретъ воспитанниковъ
для себя и для другихъ; нын'Ь беретъ одна, на будуоцй годъ другая
и т. д. Баба, отправляющаяся за воспитанниками, беретъ, кром'Ь сво-
его, еш,е н^Ьсколько паспортовъ отъ другихъ бабъ. Сначала получитъ
одного ребенка по одному паспорту, лотомъ другого по другому и т. д...
У кого есть коровы, гЬ кормить молокомъ, а если н1тъ, то калиной,
звЪробоемъ, хл^бомъ хеванымъ и т. д.*^ Такимъ образомъ, если вос-
питываемые въ деревне умираютъ несколькими процентами мен^
воспитываемыхъ въ дом:Ь для найденышей, то это нужно отнестн
почти исключительно къ дМствш сельскаго чистаго воздуха.
Апологисты воспитательныхъ домовъ, признавая существован1е
всЪхъ упомянутыхъ, смертоиосныхъ для найденышей обстоятельствъ,
относить ихъ кь злоупотреблешяиъ, къ явлен1ямъ, который можно
устранить. Но ни одинъ изъ этихъ апологистовъ не указалъ еще до
сихъ поръ никакихъ дФйствительнУхъ средствъ для устранешя этихъ
обстоятельствъ.
Какъ мы видели-, система безразлйчнаго нриняпя законныхъ и не-
закоиныхъ д'Ьтей усиливаетъ д'Ьтовыбрасыванье, развращаетъ родите-
лей и обременяеть государство огромными расходами на содержате
найденышей, большинство которыхь въ первые годы жизни ногибаетъ.
Поэтому и въ Англ1И, и во Франщи, и въ нАкоторыхъ другихъ стра-
нахъ бросили наконецъ эту вредную и крайне убыточную систему и
стали принимать только незаконныхъ дЪтей. Но что принесенный ре-
бенокъ — ^незаконнорожденный, это нужно доказать; следовательно, все
поведете его матери, которое она такъ ревностно старается скрыть,
что выбрасываеть или даже убиваетъ своего любимаго ребенка,—
все поведете его матери, въ такомь случае, обнаруживается передь
совершенно посторонними людьми, въ лондонскомъ вослитательномъ
доме, напр., передъ целой коммис1ей. Глупо предполагать, что въ домъ,
устроенный по такой системе, понесутъ своихъ незаконныхъ детей
те матери, который убивають или выбрасывають ихъ по единствен-*
ному побужденш скрыть свой стыдъ. А между темь, заводя таХ1е
дома, устроители ихъ имеють целью прекратить или, по крайней мере,
446 _
уменьшить д4тоуб1Йство! — Следовательно, и первая, и вторая системы
несостоятельны, а третьей н^тъ и быть не можегъ. •
Дал'Ье, даже защитниками воспитательныхъ домовъ пришанн смер-
тоносными каБЪ самое пребываше д^тей въ этнхъ домахъ, такъ п
Бормлеше ихъ нзъ рукъ; поэтому, ихъ не держатъ въ самомъ дом1^,
а отдаютъ въ деревню, гд'Ь положен1е почти нисколько не улучшается.
Сл'Ьдовательно, и та и другая система смертоносны. И никто не сва-
я.етъ, что есть средства, не подвергая ребенка явной опасности смерти,
кормить его изъ рукъ или дерл.ать въ госпптахЬ; равнымъ образомъ,
никто не \ кажетъ д'Г,иствнтельныхъ средствъ, могущихъ заставить де-
ревенскихъ корми лицъ К01)а1ить ребенка какъ сд'Ьдуетъ; этого невоз-
можно сд-Ьдать уже по одному тому, что въ окрестннхъ съ домомъ
деревняхъ кормилицъ недостаточно, п крестьянки берутъ найденышей
только потому, что над'Ьются не сл-Ьдовать обязательному для ннхъ
правилу кормить ихъ своею грудью. Сл'Ьдопатедьно, и пре6ыван1е въ
въ деревн* смертоносно для найденышей. Равнымъ образомъ смерто-
носны переносы найденышей въ воспитательный домъ отъ родителей
и нзъ восиитательааго дома въ деревню. Конечно, мы согласны съ
апологистами домовъ для найденышей, что если принять Д'Ьятельныя
м4ры, то можно значительно уменьшить вредность упомянутыхъ об-
стоятельствъ. Но для этого, прежде всего, необходимо, такъ сказать,
ус*ять страну домами для найденышей и употреблять на нихъ почти
всЬ государственные доходы. Въ Англ1и, напр., существуетъ только
одинъ воспитательный домъ въ Лондоне; въ него ежегодно прони-
мается 57 Д'Ьтей и на нпхъ расходу^ тся 51.000 ф. ст.; приносится же
д-Ьтей ежегодно 200; если принимать всЬхъ ихъ, то расходы возвы-
сятся ДО 275,675 фунтовъ стерлинговъ; это— на 2,800,000 лопдонскихъ
жителей; если же дома для найденышей учредить равном'Ьрно по всей
Великобритании, имевшей пъ 1861 г. бол*е 29,000,000 жителе^, то
расходы увеличатся до 28,562,658 ф. ст., между т*мъ какъ ежегод-
ный доходъ Англги только 64,340,000 ф. ст. *). Московски воспита-
тельный домъ тратитъ больше 17,000,000 р. асе, суш;ествуя главнымъ
образомъ для московской губе1>н1и, въ которой въ 1858 г. жителей было
1,599,808 ч.; въ россшской же импер1и въ томъ же году было жите-
лей 66,510,226 челов^къ; следовательно, если бы дома для найдены-
шей, подобные московскому и съ такимъ же отношен1емъ къ числу
жителей, распространить по всей империи, то расходовъ на нихъ было
бы около 250 м11лл1ои. руб. сер. ме^кду т4мъ Россия .им'Ьетъ еже одг
ныхъ доходовъ только около 400,001),ооо рублей! Конечно, представлен-
ное нами исчислен1е не совсЬмъ правильно, такъ какъ, во-первыхъ, не
по всей Англш и Роес1и такъ же много найденышей, какъ въ Лондоне и
*} 11стг110ургск1и домъ ск'ить въ годъ до 1)00,000 руб. сер.
447
Москве, вовторыхъ, въ ;гондогтск1й и въ М0СК0ВСК1Й дома посттпаютъ най-
деныши не иаъ однихъ только Лондона и московской губерн1и, — ыо мы
все-таки считаемъ выще приведенныя цифры расходовъ по устройству и
содержан1ю воспитательныхъ домовъ во всей Беликобритан1и и Росс1и не
только не превышающими ихъ возможной дМствительности, но даже
стоящими ниже ея. Нужно вспомнить, что въ приведенныя нами циф-
ры не вошли суммы, нотребныя на первоначальное устройство домовъ;
суммы на ихъ необходимое улучшеше, напр., на увеличеше жалованья
деревенскимъ кормилицамъ, который, напр., изъ петербургскаго воспи-
тательнаго дома получаютъ за каждаго ребенка только по 2 — по 3 р.
въ годъ; суммы, необходимыя для устройства контроля надъ корми-
лицами и няньками и т. д. Сл^^довательно, если бы и возможно было
сделать требуемый улучшен1я въ институт* домовъ для найденышей,
то это стоило бы такихъ громадныхъ денегъ, какихъ европейсюя го-
сударства дать решительно не въ состояши.
Въ силу ъс1&хъ этихъ соображен! и, мы им'Ьемъ полное право ска-
зать словами Гуфеланда — «ке1пе КдпЛеШаибег, <1епп ПпйеШаивег та-
сИеп К1пс1егтог(1!» Ибо.какое слово приличнее дтпоубгйства для того
истреблея1я д-Ьтей, какому они подвергаютсл въ домахъ для найде-
нышей! И почему же предпочитать этотъ моръ д^тей въ воспита-
тельномъ дом* ихъ смерти на улицЬ?.. Да къ тому же, какъ ни много
принимается найденышей въ воспитательные дома, количество выбра-
сываемыхъ и погибающихъ на улиц* не убываетъ зам^тнымъ обра-
зомъ.
Главная ц Ьль воспитательныхъ домовъ — уменьшете размФровъ д4-
тоуб1Йства. Но эта ц4ль или совершенно не достигается, или дости-
гается въ степени, почти равной нулю. Когда во Франщи были унич-
тожены дома въ 23 денартам., то д4тоубшство немного увеличи^юсь
въ 9 департаментахъ^ въ 13'ти уменьшилось^ а въ 2-]сь осталось на
прежней степени. „Опытъ этотъ — говоритъ Б. Рэйанъ — „былъ пов-
торенъ въ другихъ департаментахъ и въ результатгъ не оказалось
увеличенгя (Ььтоубгиства.* Точно тотъ же результатъ получился и
при закрыт1и туровъ въ н'Ькоторнхъ провинщяхъ Бельпи. Во Фран-
Д1И въ три года. предшествовавш1е введешю туровъ, было 82 сл'Ьд-
СТВ1Я о дЬтоуб1йств*, а въ три года, сл^Ьдовавппе за ихъ введен1емъ,
117 сл'Ьдствш. Теперь, если взять страны съ турами, какъ Ирланд1ю,
Франщю и н'Ькоторыя провинцш Бельпи, и зат^мъ страны безъ ту-
ровъ, какъ Англш, Баденъ, Пруссш, нЬкоторыя провинцш Бельпи,
то въ первыхъ оказывается больше д'Ьтоуб1Йствъ, ч-Ьмъ въ посл'Ьднихъ;
1 д-Ьтоубхйство приходится на 351,321 жителя, а въ посл4днихъ 1 на
426,861 жит. Эти цифры взяты нами изъ книги Б. Рэнана, яраго за-
щитника воспитательныхъ домовъ и въ тоже время противника ту-
ровъ и системы безразлпчнаго принят1я. Этими цифрами онъ хочетъ
448
доказать, что туры вляютъ на ув^личеше д^Ьтоуб1Йства, и въ то же
врекш изъ кожи л{131етъ, стараясь уб1Ьдить читателя, что воспитатель-
ные дома безъ туровъ — ^лучшее средство для уменьшетя д^тоу(Кйствъ!
Ужь.если кто признаетъ ц']^лесообразность воспитательныхъ домовъ,
тотъ необходимо долаенъ стоять за туры и за систему безразличнаго
лринят1я, какъ за единственное средство, доставляющее незаконноро-
дившей матери возможность скрыть свой позоръ, изъ страха открыли
котораго она убиваетъ или бросаетъ на улицу своего незаконнаго ре-
бенка. Но, по моему мн^^шю, изъ вышеприведенных^ цифръ нельзя
сд'Ьлать Шгкакого вывода ни за, ни противъ туровъ. Что въ странахъ
съ турами больше д'Ьтоубхйства, чЬиъ въ странахъ безъ туровъ, это,
во-первыхъ, зависитъ, по всей в^Ьроятности, не отъ туровъ, а отъ боль-
шей или меньшей силы элементовъ и отношенвй, порождаюпцихъ д!-
тоуб1йство: в'Ьдь и въ разныхъ странахъ, вовсе неим^ющихъ туровъ,
количество д'Ьтоубхйствъ различно, — въ одной больше, въ другой
меньше; во-вторыхъ, приведенное положеше не совсЬмъ в^рно, какъ
основанное не на цифр'Ь дМствительннхъ дЪтоуб1йствъ; въ раалич-
ныхъ же странахъ необходимо существуютъ и различный численння от-
ношешя между количествомъ д'Ьйствительинхъ преступлешй и ко-
личествомъ преступлешй, подвергнутыхъ суду и сл^Ьдс1^1Ю, — ^различхе
этихъ отношешй зависитъ отъ степени развитая общественной жизни
и, въ особенности, отъ степени совершенства полицш; следовательно,
сравиеше упомянутыхъ цифръ не можетъ привесть къ верному ре-
зультату. Итакъ, этотъ статистическ1й прхемъ не годится въ настоя-
щемъ случа'Ь ни для доказательства рго, ни для доказательства сои-
1га. Повидимому, мы можемъ получать бол4^е достов'Ьрные результаты
изъ статистическихъ данныхъ одной и той же страны за время, когда
въ ней не было туровъ. Такхя св^д^шя представлены выше относи-
тельно Францш; но изъ нихъ также нельзя ничего вывести — въ одяомъ
случа'Ь увеличеше д'Ьтоубгйствъ совпадаетъ со временемъ отц»нпя
туровъ, въ другомъ— со временемъ ихъ закрыт1я, въ третьемъ случа'Ь,
со временемъ закрыт1Я туровъ совпадаетъ уменьшете д^тоубЛствъ.
Изъ дтихъ данныхъ можно сд'Ьлать только одинъ логичесшй выводъ,
что увеличете или уменьшете дЪтоубШства вовсе не зависитъ отъ
существован1я или несуществовашя туровъ. Что же касается вообще
домовъ для найденышей и ихъ вл1яшя на движенхе дЪтоубШства, то
современное состоян1е статистики и зд'Ьсь не позволяетъ намъ сд'Ь-
лать сколько нибудь в'Ьрнаго вывода. Если читатель взглянетъ еще
разъ на приведенныя за нЬскрлько страницъ предъ симъ цифры д1-
тоуб1йствъ въ разныхъ странахъ, то увидитъ, что, напр., во Францш
и въ Австр1и, въ странахъ, им'Ьющнхъ дома для найденышей, дДто-
убШствъ больше^ чАжь въ Прусс1и и герцогств'Ь Гессенъ, въ странахъ,
неим'Ьющихъ упомянутыхъ домовъ. Но заключать отсюда, что дока для
449
найденышей увелнчиван)тъ д^тоубхйства невозможно уже по одному
тому, что въ Ангдш, обходящейся безъ воспитательныхъ домовъ, го-
йаздо балле д'ЬтоубШствъ, ч'Ьмъ въ странахъ, снабженнпхъ*^таЕИМИ
учреждешями. И ни одинъ защитникъ этихъ домовъ не доказать еще
цифрами, что они уменьшаютъ размеры д']^тоуб1йства. Мы же думаемъ,
что существоваше воспитательныхъ домовъ не уменьшаетъ количества
д%тоуб1йцъ и плодоизгнателей, Еакъ богад'Ьльни.не уменьшаютъ ко-
личества нищихъ. И безъ всякихъ цифръ, совершенно а рпоп, можно
доказать,- что существоваше такихъ домовъ нисколько не уменьшаетъ
дЪтоубШства, по крайней 1А^% н']^которыхъ его вндовъ. Люди, уби-
ваюпце своихъ дЪтей съ цЪлью получить за нихъ премш изъ погре-
бальнаго клуба, не имЪютъ никакихъ основатй не совершать дЪто-
убШства потому, что въ ихъ городе или дистриктЬ есть домъ для
найденышей, — ^въ этомъ согласится съ нами всяк1й« Дал^е, существо-
ваше такого дома не можетъ нисколько помешать совершенш д^то-
уб1йства такими лицами, который дМствуютъ подъ вл1яшемъ разно-
образныхъ бол^^ненныхъ припадковъ, какъ, напр., всЪ незаконноро-
дивппя женщины и девушки, люди, доведенный бедностью до отчая-
шя; д'Ьтоуб1йцы-отцы, совершаюице преступлеше подъ вл1яшемъ рев-
ности; люди, убивающ1е дЪтей въ пьяномъ видЪ и т. д. ДалЪе, не-
законнородивпая матери, убиваюпця своихъ д^тей при самомъ ихъ
появлеши на с^ть или вскоре посл^ того, стараются только о томъ,
чтобы никто не зналъ объ этомъ факт^; поэтому, въ огромномъ боль-
шинстве случаевъ ташя д^тоубхйцы скрываютъ и беременность, и
роды. Бели же мать захочетъ отдать своего незаконнаго новорожден-
наго ребенка въ воспитательный домъ, то она по^ти всегда не въ со-
стояши сд^ать этого тотчасъ посл'Ь рождешя; ребенокъ долженъ
пробыть у ней несколько времени, и поэтому фактъ его роа;ден1Я
сд&[ается изв'Ьстнымъ не только семейству родильницы, но и посто-
роннимъ людямъ. Посл'Ь этого, мать хоть не отдавай его въ домъ
для найденышей, — все равно, ея жизнь уже опозорена, ея честь от-
нята у ней нахально толпою фарисеевъ-обывателей! — Сл'Ьдовательно,
если бы и удалось довесть дома для найденышей до желанной степени
совершенства, то и тогда они немогли бы не только искоренить дЪ-
тоуб1йства, но даже уменьшит)^ его въ сколько нибудь значительной
степени. «
УШ.
Обобщая все сказанное нами о д^тоубШствЪ въ современной Ёв^
ропФ, мы видимъ, что главная и основная причина широкой распро-
страненности и постепеннаго возрасташя этого ужаснаго преступлешя
заключается въ бтьдности. Мы видимъ, что эта основная причина дЪй-
29
450
ствуетъ весьма разнообразно, даетъ непосредственнне н посредствен-
ные *; результата. Люди убиваютъ д^тей потону, что ни нхъ сакнкъ,
нн этимъ дЪтямъ Ъсть нечего, н родителянъ невнноснио смотреть на
страдашя н&жютокъ, — страданхя, быстро прнближающхя нхъ еъ смертн.
И родители сокращаютъ эти нучевхя ребенка, предупреждаютъ -его
снерть отъ голода пли болезней, неразлучныхъ съ ихъ ннщенскимъ
образомъ жизни. ДалФе — б^^дная мать, в^^чно занятая работою, не
нм^етъ времени много ходить за ребенвомъ, и чтобы избавить его отъ
безпомощныхъ криковъ и мучен1й, она даетъ ему разный снотворння
средства, который погружаютъ его въ вечный сонь. Такая мать со-
вершаетъ непредумышленное уб1Йство и совершаетъ его по бгьдноетгк
Другой, чрезвычайно распространенный видъ непредумышленнаго дФ-
тоуб1йства, — заспанге д^^тей въ постели, пм:Ьетъ свою причину также
въ бедности, — въ гЬснот^ квартиръ, въ истомленности матерей отъ
работы, истомленности, нагоняющей на нихъ мертвецкгй сонъ и т. д.
Д'Ьтоуб1йцы, совершающхе преступлете изъ корысти, напр., т4^, кото-
рые, убивая своихъ д^Ьтей, желаютъ разжиться прем1ей изъ погребаль-
ныхъ клубовъ, — отцы незаконныхъ д*Ьтей, убивающ1е ихъ, чтобы не
тратиться на нхъ прокормлете, — отцы и матери, изгоняюпця свой
плодъ потому, что содержаше многочисленной семьи имъ не нодъ
силу,— всЬ так1е и имъ подобные д'Ьтоистребители доводятся до сво-
ихъ злодЪян1Й нич^мъ инымъ, кавъ бедностью. Кром^Ь такого непо-
средственнаго вл1ян1я на распространен1е н усилете дЪтоубШства,
б'бдность им1^етъ еще громадное вл1лн1е въ томъ же направлен10.
Она усиливаетъ и доводитъ до безобразлыхъ разм^ровъ пьянство, при-
тупленность нравственныхъ и фпзнчёскпхъ чувствъ, производить бо-
линейную раздражительность, жестокость характера, даже повергаеп
людей въ сумасшеств1е, — ^^а все это сильно сод^Ьйствуетъ совершешю
разсматриваемыхъ злод'Ьяшй. Дал^е, б'Ьдность усиливаетъ половой
развратъ, разрушаетъ семейную жизнь, провзводнтъ громадное число
незаконныхъ рождений, — а все это ведетъ за собою д'Ьтоубгйство, и
ведетъ широкими путями. Во-первыхъ, чЪмъ бол'Ёе нищенское состоя-
ше народа производитъ незаконныхъ д'Ьтей, тЪмъ бол^е ихъ убивается
по недостаточности, особенно въ чрезвычайно многочисленныхъ слу-
чаяхъ, когда незаконный дфтн отвергнуты своими отцами н ихъ вос-
питан1е лежитъ на заботе ихъ неимущвхъ матерей. Во-вторнхъ, много
незаконныхъ д'Ьтей, явившихся на съЬть результатомъ бедности,
умерщвляется пхъ матерями взъ страха стыда и ради спасешя своей
половой чести. Д^Ьтоубхйство посл^дняго рода совершается, правда, и
достаточными людьми, но все такп такихъ д^тоубхйствъ больше въ
б'Ьдныхъ, ч:Ьмъ въ зажпточныхъ влассахъ. Имущему человеку менФе;
представляется необходимости заменять браки вн^Ьбрачнымв связями,
у ммущихъ людей, поэтому, и мен^ незаконныхъ д'Ьтей. При это п
451
варочехъ, нужно зам'Ьтить что убхйствъ незаконнорожденннхъ д']&тей
потому топко больше въ низшихъ, ч^мъ въ высшихъ классахъ, что
въ первнхъ гораздо больше этихъ дЪтей, ч']^]гь въ посл^днихъ. Есжа
же бы незавонныхъ д'Ьтей было равное число и въ высшемъ, и въ
низшеиъ классе, и при этомъ во вс^хъ другихъ отношешяхъ эти
классы сохранили бы нынешнее 81;а1а ^ио, то въ высшенъ классе
убШствъ незаконныхъ дЪтей было бы гораздо больше, ч^иъ въ низ-
шеиъ. Въ высшихъ слояхъ европейсваго обш;ества несравненно силь-
нее развиты чувство стыда, зависимости отъ общественнаго мнЬшя,
ч^^мъ въ т^Ьхъ поДдонвахъ общества, которые у нашихъ предковъ на-»
вывались подлымъ народомъ.
Такимъ образомъ, б'Ьдность и отверхенность, позорность внЪбрач-
наго рождетя исчерпываютъ собою всЪ причины современнаго дЪто-
убхйства, которое такъ пугаетъ Европу свопмъ постепеннымъ возра-
станхемъ. Ведикъ этотъ ужасъ, это смул1.ен1е, нагоняемое дЪтоубШ-
ствомъ. О немъ разсуждаютъ на конгрессахъ сощальныхъ наукъ, еже-
годно пишутъ сотни статей, брошюръ и книгъ; въ Англ1и начали даже
основывать особыя общества для противодМств1я ему. Но во вссмъ
втомъ мало толку. Люди не видятъ, по своему тупоумш, или не хо-
тятъ показать другимъ, по своимъ разсчетамъ, истинной причины зла.
Одни указываютъ, какъ на причину — ^на ослаблеше каръ закона, напр.,
докторъ Боркъ Рдйанъ; друпе указываютъ на отсутств1е домовъ дла
найденышей; третьи — на существовапхе этихъ домовъ и т. д. ВсЪ эти
господа, представляя так1я причины усилешя дЪтоуб1йства, конечно,
не задумываются въ изобр^теши ему противояд1й... Мы же не хотимъ
быть такими изобретателями, не хотимъ, прдобно шарлатанамъ-меди-
камъ, прописывать пластырь для заживлеМя ранъ, являющихся резуль-
татомъ патологическихъ страдатй всего общественнаго организма.
Пока не изменятся сощальныя отношен1Я, пока народный массы не
поднимутся изъ б']Ьдности и не разовьются нравственно, пока не осво-
бодится женщина, пока современная цивилизацхя не вступитъ на бо-
жке высокую ступень своего развит1Я, — ^до тЬхъ поръ ужасная болезнь
дЪтоистреблетя неизбежна, неизлечима, неискоренима, какш бы по-
жертвовашя ни д^ала филантроп1я для ея предварешя и какихъ бы
мЪръ ни выдумывали юристы для борьбы съ нею.
»*
ш
ПРОСТИТУЩЯ.
ПРОСТНТУЩЯ.
•м«ммк««1А«ммм«аммм
I
Промыселъ разврата, или простцт7Ц1я, есть одно изъ ужасн^^йшихъ
золь, разъ^дающихъ общество. Эта торговля живыиъ челов^чесиииъ
идсоиъ возмущаетъ душу и своимъ характерохъ, и своими причинами)
и своими губительными результатами. Ненормальный услов1Я жизни
иорождаютъ въ изв^стныхъ общественныхъ слояхъ и отд'Ьльныхъ лич-
ностяхъ неестественное, чрезмерное раздражеше полового инстинкта,
страсть разврата, постепенно возрастающую и требующую постоян-
наго разнообраз1Я удовольств1й. Этимъ одержимы преимущественно бо*
гатые, хорошо обстановленные, мало занятые классы. Рядомъ съ ни-
ми стоить въ этомъ отношешп масса неимущихъ бЪдняковъ и проле-
тар1евъ, забитыхъ нищетой, сплошь и рядомъ лишенныхъ возможности
наслаждаться радостями брачной жизни и стремящихся утопить свое
вопшщее горе въ випЪ или заглушить его въ орпяхъ копЪечнаго раз-
врата. ЕромЪ того, во всЪхъ почти культурныхъ обществахъ есть ц'Ь-
лые, часто чрезвычайно многочисленные классы лицъ, на которыхъ
религ1я или государственный законъ налагаютъ обязанность постоян-
наго или временнаго безбрач1я, таковы, напр., духовенство будд1йское
и католическое, таковы мног1я армхп. Природа, да вдобавокъ еще раз-
вращенная природа, беретъ свое, и эти классы становятся однпмъ
изъ самыхъ главпыхъ возбудителей и покупателей разврата. Сюда же
сл'Ьдуетъ отнести и т'Ьхъ людей, которыхъ разный обстоятельства и
самый родъ ихъ занятхй лпшають на долгШ и, во всякомъ случа'Ь, на
непривычный для нихъ срокъ возможности удовлетворять половой
потребности, а загЬмъ, поставевъ ихъ на время въ благопрхятную для
ВТОГО обстановку, снова доудобнаго случая принуждаютъ ихъ къвоз-
держашю. Это матросы, странствующ1е купцы, путешественники, вы-
466
пущенные на свободу иосжк долговременнаго заключешя арестанты и
т. д. По той же дорог'Ь идетъ и большинство лицъ, воторыя почему
нибудь не могутъ или не хотятъ устроить себ^ брачную жизнь, а
также т% кого бравоь не удовлетворяетъ. Наконецъ— и это относится
преимущественно еъ женщинамъ — развратъ и незаконная подовая
связь являются болезненной реакщей природы пЬкоторымъ услов1Ямъ
общественной и семейной жизни. Законъ и обычай всегда строже въ
поведешю женщинъ, ч^мъ къ поведешю мужчинъ. У грубыхъ, н^^аз-
витыхъ народовъ женщина — ^вещь, которую, безъ всякаго зазр^Ьшя со-
вести, продаютъ, отдаютъ на подержаше, выбрасываютъ на улицу,
какъ негодую собаку, принуадаютъ во всемъ повиноваться чужой
вол^, нисколько не соображаясь ни съ ея чувствами, ни съ ея жела-
шями. Еакъ дочь, — она рабыня отца, какъ жена — рабыня мужа, кавъ
наложница— рабыня своего содержателя; какъ женщина — ^рабыня вс^хъ
мужчинъ, составляющихъ государство, и^дающихъ законы, заправляю-
щихъ д'Ьлами религ1и. Женихъ или захватываетъ ее силою, или поку-
паетъ у ея родителей, и она обязана жить сънимъ, какъ бы невыно-
симъ онъ ни быль для нея. Родительская власть въ такомъ архаичест
комъ семействе заправляетъ брачными д^ами д^тей, удерживаетъ
ихъ отъ браковъ по любви, часто соединяетъ съ лицами, ненавист-
ными для нихъ, или же, по какимъ нибудь соображешямъ, а нередко
по одному глупому самодурству, ставитъ ихъ въ невозможность удо-
влетворять развившейся уже половой склонности посредствомъ какого
бы то ни было брака. У женщины естественно возникаетъ реакщя
противъ такихъ правилъ; она стремится къ свободе чувства, хочетъ
во что бы то ни стало быть любящимъ лщомь^ а не любимою только
вещью. Нелюбящая мужа жена увлекается преступною любовью посто-
роннихъ, нравяпщхся ей ^мужчинъ, нередко поступая такъ по одному
только желашю отомстить мужу или за его неосновательную ревность,
или за свою унизительную неволю. Дочь, желающая выйти замужъ и
недопускаемая до этого родителями или обстоятельствами, будучи не
въ силахъ удерживать порывы своей страстной натуры, отдается се-
кретно любовнику. Конечно, связь по любви съ однимъ мужчиной не
развратъ еще; но громадное большинство подобвыхъ женпщнъ съ дет-
ства поставлено въ так1я услов1я, который или прямо развиваютъ въ
ННХЪ ОДНЪ только наклонности къ ГрубЫМЪ ПОЛОВЫМЪ УД0В0ЛЬСТВ1ЯМЪ,
несоединеннымъ ни съ какой нравственной симпатхей къ любовнику,
или же вынуждаютъ ихъ изливать неудовлетворенную надлежащимъ
образомъ страсть на каждаго мужчину, сколько нибудь подходящаго
къ ихъ вкусу. Во всякомъ случае, если при развитш такихъ стремле-
шй между женщинами, упомянутый стеснительный для нихъ услов1Я
архаичесЕИхъ лорядковъ не изменяются къ лучшему, то увеличивается
женскШ развратъ, подаетъ руку безнравственности мужчинъ, и вместе,
457
соединенныни усилшнн, они лотрясаютъ основы архаическаго семей-
ства и проникнутой его принципами общественной жизни. Точно таБъ
же вЪдь и въ другихъ сощальныхъ сферахъ известное зло производить
другое, разрушительное для него зло, которое и заставляетъ людей
исправить преакше порядки. Прогрессъ не всегда состоитъ въ создати
новаго, а часто ограничивается пока одною только порчею отжившей
старины, и зло часто служить неизб&кнымъ спутникомь являющагося
на свЪтЪ блага. Истор1Я представляетъ намъ несколько эпохь, отли-
чающихся особенными успехами женской эманципащи. ' Но большая
часть этихъ эпохь отмечена вь тоже времясильною развращенностью нра-
вовъ и крайнею шаткостью семейныхъ началь. Никогда вь древности
разврать не достигаль такихь отвратительныхь размЪровь, какъ вь
последнюю эпоху Рима, и сь т^мь вмЪст^, никогда въ древности
женщина не пользовалась такими правами и такой свободой. Вь сред-
ше в^^ и вь перюдь возрождешя разврать быль развить вь высшей
степени, а женщины им^^ки значительную долю самостоятельности. Вь
ХУ11 и ХУШ в. Европа была развращена до мозга костей, и вь то
же время женщины управляли государствами, вл1яли на политику и
литературу, дамсше салоны были центрами разума и прогресса. Да
не подумает^ проницательный роесГянинь, что все это говорится нами
вь защиту разврата, ради разрушешя семейства и тому подобныхъ
нелепостей, или что мы считаемь разврать неразлучнымь спутникомь
женской эманципащи. Мы только указываемь на несомненные исто-
ричесие факты, свидетельствующхе, что если естественный и закон-
ный стремлешя человека вообще лишены возможности выйти на сво-
боду путемь мира и чести, то они вырываются путемь порока и прес-
туплешя.
Такь возникаеть и развивается спросъ на половой разврать. Кашя
же причины порождають пфедложеШе^ производить проститущю? За
р^шешемь этого вопроса мы обратимся сначала къ исторш.
Проститущя есть результать известныхь сощальныхъ порядковь;
у народовъ, стоящихь на низшей степени общественнаго развитхя,
н^ть я проститущи, по крайней м^рЪ, вь той формЪ, въ какой она
появляется съ началомъ цивилизащи. Представьте себе племя, разби-
тое на отдельный семейства, постоянно переходящ1Я сь места на место,
отделенный пустынями оть другихъ людей, круглый годъ занятый за-
ботами о своемь пропиташи. Кто и сь кемь будеть туть проститут-
ничать? У каждаго мужчины есть жена, которая постоянно при немь,
и которою онь вполне удовлетворяется. У такихь изолированныхъ ди-
кихь пдемень, которыхь, нужно заметить, очень немного, заметна и
первобытная чистота нравовь и слабость половыхъ возбуждешй, какъ
результать постоянныхь физическихь трудовь и некоторыхь особен-
ностей первобытной женщины, которая ни по физюномш, ни по го-
458
лосу, ни по разн^^ранъ 'ИЬла, ни по платью почти вовсе не отличаете!
отъ мужчины; а известно, что въ исторш развитае половой любви идетъ
паралельно съ развипеиъ половыхъ отлич1Й. Когда же семьи соеди-
няются въ роды и племена, когда усовершенствовашя матер18льной
культуры окружаютъ людей извЪстнымъ довольствомъ, когда мужчина
получаетъ возможность добывать и содержать много женъ и, наслаж-
даясь л^нью, сваливать ъсЬ труды на ихъ спину, когда начинаются
войны,^торговля и друпя сношетя съ чуждыми племенами и народа-
ми, когда развивается рабство и господамъ выпадаютъ на долю празд-
ность, довольство и одна забота о наслазвдешяхъ, — тогда являются
развратъ и проститущя, зам^^чаемыя въ настоящее время у большин-
ства дикихъ народовъ. „Пьянство и половой развратъ развиты вообще
у нихъ въ высшей степени,*' говорить Вайцъ. У множества дикарей
незамужняя женщина не только можетъ распутничать сколько ей
угодно, но даже ч^мъ больше у нея любовниковъ, тЪмъ больше честя
ей. Въ языкЪ бупгменовъ и бечуановъ н^тъ даже отдФльныхъ словъ
для выражешя отд^льннхъ понятШ женщины и девушки. У многихъ
племенъ очень распространены скандалезные танцы, и европейсшй каи-
канъ, какъ известно, заимствованъ отъ полинез1Вцевъ. Онанпзмъ, пе-
дераст1я и скотоложство также не р'Ьдкость. Такое развит1е полового
разврата стоить въ непосредственной связи съ развитхемъ междува-
родныхъ сношетй. Такъ, педерастгя и друпе пороки этого рода, но-
нзв'Ьстные прежде у негровъ, только недавно введены къ нимъ тур-
ками. У инд1йцевъ с^Ьверной Америки развращенность и проститущя
появились съ особенною силою только посл^ нашествхя европейцевъ.
И въ Америке, ч^мъ ближе къ морю живутъ внд1йск1я племена, гЪп
они развращеннее, чЪмъ дальше отъ него, гЬмъ целомудреннее. Гру-
бый развратъ, въ которомъ обвнняютъ южно-амервканцевъ, развпть
между ннми главнымъ образомъ пспандами. Въ Африке, чемъ уда-
леннее негры отъ вл1ятя белыхъ, темъ менее между ними половыхъ
^ пзлишествъ и всякой развращенности. Такое вл1ЯН1е производвтъ на
дпварей не одно только столкновенхе съ какимъ нвбудь более цнви-
лпзованнымъ народомъ, напр. съ европейцами пли турками, но и со
всякимъ чужимъ племенемъ. Военная шайка, охотникъ, купецъ, без-
домный странникъ, удаливппеся надолго изъ своего семейства и по-
павш1е къ чуждому народу, нуждаются въ женщинахъ. Патрхархаль-
ное гостепрхимство известно: хозяинъ радушно прннимаетъ каждаго
прохожаго, каждаго чужестранца, даже своего кровнаго врага, пред-
лагая ему все лучшее, что есть у него. Поступая такимъ образомъ,
онъ надеется, что если и самъ будетъ когда нибудь находиться въ
подобномъ положеши, то и ему будутъ оказаны точно татя же услуги.
Кроме того, у многихъ племенъ путешественникъ даритъ ховяевь за
свое угощеше. И мне кажется, что однимъ изъ главнейшихъ основа-
459
шв пресдрвутаго патр1арха1ьнаго гостепргимства служить то обстоя-
тельство, что большинство путешественниЕОвъ отправляется въ чужую
землю съ торговыми целями, или, во всякомъ случае, не прочь по-
торговать съ жителями м^Ьстностей, въ которыхъ имъ приходится ос-
танавливаться. Въ первичныя эпохи цввилизацш вупецъ является бла-
год'Ьтелемъ народа, еъ которому онъ пр1Ъзжаетъ издалека съ това-
рами. При всей тогдашней ненависти къ иностранцамъ и подозритель-
ной боязни ихъ, купца всюду принимаютъ съ распростертыми объя-
Т1ЯМИ, стараясь доставить ему всевозиожныя удобства и тЪмъ побу-
дить ето къ торговымъ по'бздкамъ на будущее время. Однимъ изъ
главнФйшихъ удобствъ служитъ тогда возможность половыхъ удоволь-
ствШ, особенно для т'Ьхъ, которые подолгу принуждены жить на чуж-
бин^Ь, какъ, напр., торговцы, прг^зжавппе къ норманнамъ и оставав-
ппеся у нихъ ц'Ьлую зиму, пользуясь гостепрхпмствомъ хозяевъ. Та-
кюгь образомъ, съ одной стороны, обычай гостепртпмства, а съ дру«
гой, нужда и разсчетъ заставляютъ дикаря отдавать свою жену, дочь
и сестру путешественнику. Такой обычай мы видимъ у большинства
дикнхъ народовъ, напр. у гренландцевъ, сибирскихъ тунгусовъ и т. д.
7 жителей Африки угоп];ете женами своихъ гостей и прхятелей въ
очень большомъ ходу, и эта проституц1я развита особенно въ стра-
нахъ, много пос']^щаемыхъ европейцами. Сильнее всего она въ Конго
и на Золотомъ берегу. Суш;ествовала она также у евройейскнхъ вар-
варовъ и часто носила характеръ настоящаго промысла, такъ какъ
развратомъ дочери или жены кормились ея родители или мужъ. Въ
большинстве случаевъ побуждешемъ къ такому торгу является бед-
ность, но часто также и желате родителя или мужа добыть отъ гостя
водки, табаку или какую нибудь безделушку. Сами женп]^ины не всегда
остаются безучастными въ этомъ промысле; известна страсть дика-
рокъ къ развымъ блестящимъ украшешямъ, въ роде зеркальцевъ, бусъ,
мишуры и т. д. Прхученныя семебною властью къ промыслу развра-
томъ, оне скоро начинаютъ заниматься имъ и самостоятельно и сек-
ретно отъ семьи, или съ ея ведома и для ея пользы. Такъ напр., на
островахъ Южнаго океана и у мальгашскихъ племенъ „жевп1;ины въ
высшей степени нецеломудрены и продажны^, что, однако, не возста-
новляетъ противъ нихъ семействъ, пользующихся выгодами такого про-
мысла. Такъ, у американскихъинд1йцевъ проститущязамужнихъ женщннъ
и девушекъ, подъ влтяшемъ белыхъ и изъ-за денегъ, достигла большихъ
размеровъ. У некоторыхъ бразильцевъ странника, тотчасъ после его при-
хода, окружаютъ женщины и поютъ: „ты взялъ на себя такъ много труда,
чтобы придти къ намъ1 Ты добрый, храбрый человекъ и ты прннесъ съ
собой так1я прекрасный вещицы!" Эти прекрасныя вещицы всегда провз-
водятъ своё действ]ена женщинъ если, только того пожелаетъ гость.
Возникшая такимъ образомъ домашняя простцтущя постепенно рас-
460
ширяетъ кругъ своихъ дМствШ, и родители или ыухья начннажггь
предлагать своихъ женъ не однимъ только гостяш и нностранцамъ
и, не изъ-за однихъ только денегъ. Какой нибудь завоеватель или но-
гущественннй родовой князекъ нуждается въ жешцинахъ; отцы и
мужья предлагаютъ ему своихъ супругъ и дочерей, желая или прюбр^сть
т^мъ его милость, или оградить себя отъ его произвола. Въ бибЛ1и раз-
сказцвается н'Ьсколько фактовъ, какъ родители избавляются отъ вра-
говъ, откупаясь невинностью своихъ дочерей. Такъ, когда два чуже-
странца остановились переночевать у жившаго въ С1одом^ Лота и когда
жители города, окруживъ его домъ, начали съ враждебнЕшъ нам^ре-
шемъ требовать, чтобы гости вышли и показались имъ, то Лотъ от-
в'Ьчалъ обывателямъ: „умоляю васъ, не драйте зла этимъ чужестран-
цамъ! У меня есть двЪ невинныя дочери; я приведу вамъ ихъ, д'Ьлайте
съ ними что угодно, только оставьте въ поко'Ь моихъ гостей!*' (Быт1я
XIX, 7). Въ другомъ подобномъ случа'Ь, отданная такимъ образомъ на
жертву, для избавлешя гостя отъ опасности, д'Ьвушка, подвергшись
половымъ злоупотреблешямъ въ течете ц^лой ночи, къ утру умерла.
У многихъ народовъ проститупдя связана съ бракомъ еще т^мъ об-
стоятельствомъ, что за прелюбод'Ьяше жены мужъ им'Ьетъ право взыс-
кивать денежную виру съ ея любовника. И нередко мужья превра-
шдютъ этотъ обычай въ промыселъ, поощряютъ женъ къ разврату,
ловятъ любовниковъ и, на основати закона, обираютъ ихъ. Мнопе негры
сильно спекулнруютъ своими женами. Негръ посылаетъ жену въ такую
местность, гд% ее не знаютъ. Она окружаетъ себя любовниками. Че-
резъ н-Ьсколько времени приходитъ мужъ, ловитъ этихъ любовниковъ
и беретъ съ нихъ штрафъ. Нередко голый бЪднякъ д^Ьлается, благо-
даря такой спекуляцш, богачомъ. Если любовнику нечЪмъ откупиться
отъ мужа, то онъ поступаетъ къ нему въ рабство. Наконецъ, одною
изъ причинъ домашней проституцш служитъ суев']^р1е. У вс^хъ наро-
довъ въ перюдъ ихъ младенчества боги и полубоги разгуливаютъ по
земл:Ь въ образахъ челов'Ьческихъ и нередко ухаживаютъ за земнород-
ными женщинами. Отъ такихъ связей происходитъ часто потомство,
превосходящее другихъ людей необычайною си.юю и тому подобными
достоинствами, составляющими идеалъ челов']^ка въ первобытномъ об-
ществ*]^. А такъ какъ всяшй мужъ и всякая жена желаютъ нм^ть по
возможности хорошихъ д'Ьтей, то хозяйки, съ соглас1я своихъ владыкъ,
а иногда самовольно стараются завести интрижку съ чужестранцемъ,
который на время пр1ютился въ ихъ жилищ'Ь, и въ которомъ они по-
чему нибудь подозр'Ьваютъ бога, героя или богатыря. У вс^хъ наро-
довъ есть сказашя о подобныхъ связяхъ и хорошихъ результатахъ
ихъ для т^хъ семействъ и племенъ, женщины которыхъ приходились
по вкусу упомянутымъ божественнымъ странникамъ. У норманновъ была
легенда, свид'Ьтельствующая о сильной, распространенности этой прос-
461
титущи между варварами, и приписывавшая такой свази высшихъ су-
ществъ съ женщинами пронсховдеше общественнаго строя. Гршсдалль,
странствуя по земл^, приходить къ старимъ супругамъ Ай и Эдд'Ь;
черезъ девять мЪсяцевъ посл^ его пос^щешя, Эдда родила мальчика
Треля (рабъ), съ черною и грубой колеей, горбатаго и безобразнаго,
сд'Ьлавшагося родоначальникомъ рабовъ. Приходить Гримдалль въ
другой домъ, и хозяйка его Амма рождаетъ Черезъ девять м^кяцевъ
СБша, здороваго ивеселаго, который быстро ростетъ,^обуздываетъ бы-
ковъ, дЪлаетъ плуги, телеги, дома, амбары, обра(^отываетъ землю и
становится родоначальникомъ крестьянъ. Цдетъ Гримдалль дальше
и приходить къ третьимь супругамъ. Хо^ка черезъ девять мЪсяцевъ
рождаетъ сына Ярла, который благополучно ростеть, учится употреб-
лешю оруж1Я, объ']^зжаетъ лошадей, охотится, завоевываеть страну и
делается родоначальникомъ дворянь.
Такимь образомь, прежде всего возникаеть семейная проститущя;
антрепренерами ея вмЪст^ съ родителями и мужьями являются рабо-
влад'Ьльцы. Съ рабынею, прюбр'Ьтенною путемь войны или купли, це-
ремонятся не больше, ч^мъ съ дочерью или женою. Еоль скоро сно-
шешя съ иностранцами и запрось на разврать достигаютъ значитель-
ныхъ размЪровъ, рабовлад^^льцы тотчасъ пускають въ ходъ своихъ
рабынь, угоп1;ая ими гостей и предлагая вхъ за изв^Ьстную плату всЪмъ
желающимь. Въ Дагоме^^ даже самъ король содержить так1е непо-
требные дома, выручая съ нихъ значительный суммы. Такимь же про-
мысломь занимаются и повелители уаксавовь въ южной Каролин^^, а
въ древности за него брались иногда даже блистательные фараоны
Египта. Рамзесь торговалъ своей дочерью; царь Хеопсь, совершенно
промотавшись на постройку пирамиды, не могъ найти другого сред-
ства для поправлешя фннансовъ, кром'Ь красоты своей дочери. Она
принуждена была проститутничать и выручкою обогащать своего па-
пашу. Когда такимь образомь сильные М1ра забирають въ свои руки
промнселъ разврата, то проститущя семейная начинаетъ переходить
въ публичную, существуя однакохь все-таки для иностранцевь глав-
ннмъ образомь, а не для туземцевъ, достаточно снабженннхъ акен*
щинами. Съ развит1емь государственной власти, она береть на себя
главное попечеше о чуакеземцахь и старается доставить имь возмож-
ность половыхъ удовольств1й, подобно тому, какъ въ первичную эпоху
народной жизни главы семей угощають путешественниковь своими
женами, дочерьми, или рабынями. Гостепршмная проститущя обра-
щается въ общественный обычай, даже въ государственный законъ.
Вь торговыхъ городахъ Африки, въ Средней Азш — купцу или путе-
шественнику дають женщинь на все время его пребывашя въ этихь
м^^стностяхъ. Вь Персш эта чисто-проститущонная форма брака по-
лучила даже релипозный характерь; зд^^сь можно жениться не только
462
на н^ЬсвольЕО м^сяцевъ или дней, но даже на нЪскохько минуть, н
муллы, благословляющ1е подобные браки, кавъ настоящхе сводни,
вм^ютъ у себя особыя номнаты, отдаваемый новобрачнымъ за нзв^^ст-
ную плату. Даже у персндскихъ нестор1Днъ родители сплошь и рядомъ
предлагаютъ ппостранцамъ на известное время свонхъ дочерей, н та-
ше проституцюнные браки заключаются въ присутствш священниковъ.
У кафровъ, готентото1^ъ, индхйцевъ, у жителей Мекки, словомъ у боль-
шинства нецивилизованныхъ народовъ мы виднмъ то же самое явле-
ше. У дикарей женщины доставляются родптелявш, въ обществахъ же,
обладаюпщхъ какою нибудь государственною организащею, о прости-
тущонномъ продовольств1и иностранцевъ часто заботится само прави-
тельство. Такимъ образомъ, возникаетъ проституцхя публичная, кото-
рая у многихъ народовъ появляется очень рано въ ихъ истор1п, ж
которою занимаются вдовы, рабыни, отпущеницы, сироты, подкидыши
и тому подобныя подневольный или совершенно безпомощння лич-
ности, вынуждаемыя нищетою продавать свое гЬло. Такъ, на евро-
пейскомъ С'Ьвер'Ь публичный женщины появляются еще въ древноств,
сначала он^ были изъ рабынь н отпущеницъ, а потомъ и изъ свобод-
пыхъ. Въ Алжир1н, гдЪ пристптущя развита съ древности въ высшей
степени, этимъ промысломъ занимаются преимущественно 8амужв1Я
женщины, прогнанныя своими мужьями пли торгующая собой съ вхъ
соглас1я, вдовы, сироты, отпущеницы и т. д. Каждое племя пн^еть
известное число проститутокъ, обложенныхъ данью. Въ большинстве
случаевъ, причиною продажнаго разврата служитъ зд^сь, какъ а вездЪ,
б'Ьдность; некоторый проститучничаютъ для того, чтобы составить
себ^ приданое п заг]Ьмъ выходить замужъ. У большинства же ку1Ь-
турныхъ народовъ Востока, на ше^ которыхъ сидятъ сильный жре-
ческ1я касты, публичная проституц1я превращается въ религ10зную к
эксплуатируется духовенствомъ. Непотребный домъ отъ семейнаго
очага переносится въ храмъ божества. Выше мы уже указали одну
точку соприкосновешя простнтуцти съ в'Ьрован1ями первобытныхъ на-
родовъ. В^ра въ возможность половой любви между богами н прель-
стившими ихъ женицюами не умираетъ съ возникновеигемъ цивилпза-
Ц1и; подобные мифы лежатъ даже въ основан1п н'Ькоторыхъ релнгЛ.
Половая любовь не только служитъ однимъ изъ главныхъ предметовъ
мифпческихъ сказатй, но н имЬетъ свои спецтальныя божества, очень
сильный и вл1ятельныя, богослуженхе которымъ состоитъ въ извФст-
ныхъ обрядахъ, изображающихъ любовную страсть н въ прннесенш
величайшихъ женскихъ сокровищъ, — д^^тей и девственности, п
жертву этимъ божествамъ. Въ Перу, Индустан^, Тибете н др. стр&-
нахъ, независимо отъ вышеупомянутой жертвы, но на томъ же осно-
вати, возникаетъ ннститущя весталокъ, — д-Ьвушекъ, посващенннхъ
на служеше богамъ и связаняыхъ обЪтомъ в^чнаго ц^^омудрая. Но
463
въ большинстве сдуч<^евъ это цЪломудрхв еуществуетъ только въ ле*
гендахъ. Перуансвгя весталки, наприм'Ьръ, выбирались изъ красив']^8*
шихъ дочерей дворяиъ для.поддержан1я вЪчнаго огня на алтаряхъ
солнца и давали об'Ьтъ пожизненнаго ц'Ьломудр1я; но изъ ихъ же чи-
сла инка выбнралъ для своего гарема наложницъ, число которнхъ
простиралось до н'Ьсколькихъ тысячъ. Въ Индустан'Ь тысячи невин-
ныхъ д'Ьвущекъ, часто изъ лучшихъ фамилШ страны, посвящаются
богаиъ, растл'Ьваются браиинами, и затЬиъ остаются при храмахъ,
сколько для религюзныхъ услугъ, столько же и для утЪхи жрецовъ.
Толпы этихъ баядерокъ съ музыкой, песнями и танцами^шатаются по
стране, возбуждая сладострастхе и удовлетворяя егоза деньги; н'Ько-
торыя изъ нихъ выручаютъ больш1я суммы. Въ древнемъ Вавилоне
жрецы действовали еще лучше, захвативъ зд^сь всю проституц1Ю въ
свои руки; по закону, сочиненному, конечно, ими, каждая вавилонянка
была обязана однажды въ своей жизни проводить известное время въ
храме Милиты, или Венеры, отдаваясь за деньги каждому желаю-
щему изъ иностранцевъ, толпы которыхъ постоянно теснились на
этомъ религюзномъ базаре порока. Деньги, вырученныя этими вре-
менными проститутками, поступали на алтарь богини, а оттуда въ
карманы жрецовъ. Такой же проституцтонный культъ существовалъ
еще въ Египте, Финик1и, Карфагене, Армеши, Перс1и, по временамъ
въ Палестине, словомъ во всехъ странахъ, где международный сно-
шешя были развиты, а Духовенство достаточно сильно для того, чтобы
захватить въ свои руки выгодный промыселъ разврата. На всемъ об-
ширномъ пространстве Востока, на разныхъ нареч1яхъ пелись гимны
божествамъ половыхъ наслажден1й, и каждое такое богослужеше со-
провождалось или телеснымъ самоистязангемъ молящихся, или сваль-
нымъ грехомъ *). Жречесь1я касты сильнее всего содействовали рая-
вращенш народа и развит1ю проституцш. Они умели пользоваться
половыми инстинктами людей ради своихъ интересовъ. Въ качестве
лекарей, они давали средства противъ полового безснл1я, помогали
женщинамъ въ родахъ, устроили возбудительный, сладострастный ми-
стерш и т. д. Суеверные поклонники доставляли имъ безпрекословно
своихъ дочерей и своихъ женъ. На малабарскихъ островахъ невеста
раджи до снхъ поръ отдается сначала на три дня верховному зАрецу,
а дотомъ уже поступаетъ къ своему мужу. Магометанинъ съ радостью
*) Относительно уномятутаго сахоистдзашя н его связи съ развратоиъ, можетъ
дать ответь то1Ьво чеюо^Бъ, обладаюЩ1Й саещальвымя св'Ьд'Ьн1яии въ физ2олог1Я.
Я же уважу только на тотъ общеизвестный фактъ, что розги возбудительно д^йствуютъ
на н^Боторня личности» производя даже сладострастное сеияистечев1е. Людп кои-
оетентвне, въ род^ популярнаго у васъ пошляка д-ра Дебэ» рекомендуютъ с1:чсн1е,
кажъ одно изъ самыхъ сильныхъ возбудительиыхъ средствъ, особенно, если оно про-
изводится ЯБенцшами или въ присутстви «еня^шъ.
464
открываетъ дервишу двери своего гарема и крайне доволенъ, есл
святой мужъ обезчеститъ его жену. Особенно развратительное вляше
и]кг6етъ безбрачное буддайское духовенство.
У дикарей, стоящихъ на низшей степени общественнаго развит1я и
занятнхъ постоянно тяжелзши трудами, половая возбудитедьность
слаба; н^тъ у нихъ, съ одной стороны, богатыхъ, мало занятнхъ или
вовсе ничего не д'Ьлаюш;ихъ людей, покупаюш.ихъ развратъ, а съ дру-
гой стороны, н'Ьтъ и такой сплошной бедности, которая въ культур-
ныхъ обществахъ заставляетъ женщину или ея собственника торго-
вать порокомъ. Но лишь только среди дикаго племе1я возникаетъ ка-
кая нибудь аристократ1Я, какъ тотчасъ же ходъ д%ла совершенно из-
меняется. Распространяется многоженство, заводятся гаремы, которые
въ супщости ничто иное, какъ непотребные дома, содержимые исключи-
тельно для ихъ влад'бльцевъ, — развратъ усиливается и скоро д'Ьлается
промысломъ. Богатство, праздность и власть, несоединенные ни съ
какимъ нравственнымъ развитгемъ, развралцаютъ высппе классы. По-
лудикхе аристократы и корольки не спускаютъ ни одной смазливень-
кой женп1;ине, захватывая всЬхъ красавицъ въ свои гаремы и растле-
вая народные нравы. Въ известной р^чи Самуила, желавшаго отвратить
евреевъ отъ избрашя царя, выяснена эта черта, общая всЬмъ государямъ
нецивилизованныхъ народовъ: „Царь отберетъ у васъ и дочерей вашихъ
и рабынь вашихъ*' (I ,Сам., УШ, П). Посл^дующхя событ1Я вполне
оправдали это пророчество. И не на одномъ пламенномъ Востоке про-
исходитъ такое развращеше высшихъ классовъ. Взгляните на холод-
ный туманный с^веръ съ его грубыми воинами — норманнами, жизнь
которыхъ проходитъ въ кровавыхъ сЬчахъ и постоянномъ плавати по
морямъ. Бороли ,и аделунги этихъ жел^зныхъ людей вовсе не изнЬ*
жены и не такъ праздны, какъ восточные государи и аристократы, но
и они постоянно бросаются на подвластныхъ и неподвластныхъ имъ
женщинъ, „какъ голодные волки на стада овецъ и захватываютъ все,
что имъ нравится". Эти насиловашя и соблазны, это разрушеше се*
мейства, это искуственное размножеше публичныхъ женщинъ, посфед-
ствомъ вывоза ихъ изъ-за границы, это превращеше дворцовъ въ дома
порока — ^все это растл^ваетъ и массы народа. Иногда развращеше со-
вершается такъ быстро, что не усп^еть еще дворъ выйти нзъ полу*
дикаго состояшя, а аристократ1я не совс^мъ броситъ еще первобыт-
ную моду ходить нагишомъ, какъ вся страна уже давно превратилась
въ сплошной непотребный домъ, общество разрушено, а населеше
быстро вымираетъ отъ излишествъ разврата и детоубШствъ. Такую
картину представляютъ собою Сандвичевы острова.
Развитае деспотическаго управлен1я, черезъ горнила котораго про*
ходили все народы, успевпие сложиться въ государства, сопровож-
дается обеднещемъ массъ. Деспоты душатъ народъ поборами, яало-
465
гами, повинностями: тысячи, сотни тнсячъ людей отрываются отъ
своихъ'хозяйствъ, и подъ ударами палокъ принуждаются строить для
своихъ уже немного цивилизованныхъ повелителей дворцы и крепости,
водопроводы и мосты, храмы и пирамиды. Первобытныя эпохи исторхи
ь&к ознаменованы такими громадными постройками, что умъ совре-
меинаго наблюдателя теряется въ исчисленш количества челов^че-
скихъ снлъ, употребленныхъ на эти гигантская сооружешя. Даже рож-
дете такого нвчтожнаго государства, какъ, напр., Сандвичевы острова,
тавъ дорого обходится массамъ народа, что он1; съ трудомъ пережн-
заютъ его. Задавленные чрезм'Ьрными налогами и повинностями,
сандвичане принуждены были бросать землед'Ьлте и дошли до такой
нищеты, что толпы способныхъ работниковъ не могли найти другого
выхода, кром^ эмиграц1и въ КаЛифорн1Ю, Еолумб1Ю и южную Америку.
Голодъ, проститущя и д'Ьтоуб1Йство достигли I высшей степени. Во что
же обходится народу создан1е бол'Ье блестящей цивилизацхи, ч'Ьмъ
сандвичаиская, создан1е, напр., Вавилона, пнрамидъ Египта, храмовъ
и дворцовъ Индустана, содержанге утопающихъ въ роскоши султан-
скихъ дворовъ, жреческихъ кастъ! Вся первичная цивилизац1я, съ ея
государственными порядками, искусствами, науками создавалась до
сихъ поръ не иначе, какъ на миллгонахъ труповъ людей, погибавшихъ
въ битвахъ, отъ голода, отъ истощешя чрезм'Ьрпыми работами. И если,
напр., постройка пнрамидъ доводила даже самихъ фараоновъ до такой
бедности, что ихъ дочери принуждены были простутутничать, то что
же удивительнаго, если массы голоднаго народа начинали гуртами вы-
водить своихъ женъ и дочерей на рынки разврата. Для ц:Ьлыхъ ря-
довъ покол'Ьн1й пр6ст11туц1я д'Ьлается насл'Ьдственнымъ промысломъ
(Езек1И.1ь, ХУ1, 45, ХХШ, 10) и првнимаетъ характеръ кастальности.
Первобытная циввлизац1я создается и развивается при несмолкае-
момъ шумЪ битвъ. Сотни тысячъ, МИЛЛ10ЦЫ народа забираются въ
войско, и это отрыванье ихъ отъ производительнаго труда убиваетъ
промышленность, поддерживая въ стран^^ постоянную нищету, дово-
димую до крайнихъ пред'Ьловъ войнами, во время которыхъ самыя
цв^^тущ1Я страны превращаются въ безплодныя, безлюдный пустыни,
усЬянныя грудами развалинъ и пепла отъ пожарищъ, да челов'Ьче-
скими трупами. А за каждимъ усилхемъ народной нищеты неминуемо
сл'Ьлуетъ и усялен1е проституцги, которую, кром'Ь того, войды и арм1и
развиваю'гъ еще другимъ, непосредствен нымъ способомъ. Сборища
солдатъ, оторванныхъ отъ своихъ семействъ, всегда крайне развратн-
тельно дЪйствуютъ не массу народа, даже во время мирныхъ стоя-
нокъ. А во время походовъ и войнъ эти полчища опустошителей на-
силуютъ однЬхъ женщинъ и уводятъ домой толпы другихъ для про-
ститущи. Жены же и дочери солдатъ, предоставленныя надолго, если
не навсегда, на волю судьбы, липгенныя опоры мужей и отцовъ, ушед«
30
4в6
шихъ на войну и часто погибающихъ тамъ, по необходнхости 1фнн1-
маются за тотъ же промыселъ разврата.
Востокъ — ^классическая страна всевдастныхъ и роскошннхъ деспо-
товъ, опустошитедьныхъ войнъ, всесильнаго духовенства и самой от-
чаянной б']Ьдности народныхъ массъ; все это, при помолщ жаркаго
климата . и возбудительной пищи, во вс^^ времена производило тамъ
такой развратъ и столь обширную проституцш, какихъ Европа ни-
когда не видывала у себя разв'Ь только въ предсмертную эпоху Рима.
Мен^е другнхъ орхенталовъ боли развращены евреи, тавъ заботливо
изолированные отъ чужестранцевъ и долго неим'Ьвппе на сво^ ш&к
деспоте въ. Публичная проституцк была у нихъ еще во время патрь
арховъ. Онанизмъ, скотоложство, мужеложство (Исх. ХХТТ, Левитъ
ХУШ), кровосм'Ьшеше даже д^тей съ родителями, не говоря уже объ
обыкновенномъ разврагЬ, — пятнаютъ собою множество страницъ еврей-
ской истор1и. Часто сталкиваясь съ сир1йскими племенами, евршз за-
водили у себя сладострастные культы Молоха и Ваала, состодвппе въ
жертвоприношеши дЪтей и въ разныхъ постыдныхъ церемошяхъ, кон-
чавшихся обыкновшно свальнымъ грЪхомъ. Жрецы Ваала-Внльфегора
были все юноши, безбородые, красивые, умащенные благововпями, въ
храмахъ же своего бога они продавали себя на содом1ю всЬмъ желаю-
щимъ. При т^хъ же храмахъ состояло и промышляло развратомъ мно-
жество женщинъ. На вершинахъ горъ, въ гЬни л'Ьсовъ, окружавшихъ
храмы Ваала, на перекресткахъ дорогъ, на улицахъ городовъ, даже
въ самомъ хран']^ 1еговы, всюду были разсыпаны публичный жешци-
ны, — сир1янкн, египтянки, вавилонянки, аравитянки. Палестина, по
выражешю пророковъ, была величайшею блудницею и „прелюбодМ-
ствовала на каждо^ъ холмЬ, подъ каждымъ деревомъ въ похЬ**. Оря
всемъ этомъ, Палестина была развращена мен^е, ч:Ьмъ друпя восточ-
ныя государства, мен^е, чЪмъ Вавилонъ, этотъ громадный публич-
ный домъ, въ которомъ отцы продавали для разврата своихъ дочерей,
а мужья женъ, чтобы на выручку купить себ:Ь духовъ и помады; она
была не такъ развращена, какь Ёгипетъ, съ его густымъ народона-
селетемъ, предававшимся разврату въ публнчныхъ процесс1яхъ, лю-
бод^йствовавшимъ въ повалку у многочпсленныхъ алтарей Изидн и
нередко удовлетворявшимъ свое сладостраст1е трупами д'Ьвушекъ
вскорЬ или черезъ несколько дней посл^ ихъ смерти; Палестина была
мен^Ье развращена, ч^мъ Финишя, это царство богатыхъ купцовъ, сла-
дострастной Астарты, центръ роскоши и морской торговли, изъ вото-
раго во всЬ страны древняго М1ра мореплаватели привозили вм'Ьст^
съ товарами н религ1ю порока. Нужно заметить, что кавъ на древ-
немъ, такъ и на новомъ Востоке чрезвычайно мало- аристократичес-
кихъ проститутокъ, живущихъ исключительно для высшаго класса,
богатыхъ и вл1ятельныхъ. Только въ Бгипт'Ь были три такихъ, пзъ
467
которнхъ одна даже управляла вс^мъ царствомъ, но это было не при
египетской, а при греческой династш птоломеевъ, да и сами-то кур-
тизанки происходили изъ Европы. Это отсутств1е аристократи*[еской
проститущи объясняется т^мъ, 9то у ъ&кхъ знатныхъ и богатыхъ
людей есть домашшя непотребный заведенк, гаремы; промнселъ раз-
врата, поэтому, существуетъ зд'Ьсь пбчти исключительно для народ-
ной массы и для иностранцев^. Поэтому ьс^ проститутки находятся
въ крайней бедности, по временамъ только усп'^^вая пожить въ н^^ко-
торомъ довольстве. Выручаютъ онЪ съ своего промысла очень мало;
въ крымскую войну европейсше солдаты въ Турщи обыкновенно до-
бывали себ'Ь женщинъ не дороже, какъ за кусокъ хжЬбг\ И до такого
лоложенхя въ ло1щк своей д'Ьятельности доходить каждая проститутка.
Б'Ьдность родила ее, бедность продала ее, бедность же сведетъ ее и
въ могилу. Въ государствахъ Востока проститущя им^еть ужасающге
размеры, благодаря крайней нищет'Ь народныхъ массъ. Большинство
домовъ терпимости содержатся рабовладельцами, а большинство про-
ститутокъ состоитъ изъ невольницъ. Въ Китае сотни тысячъ дЬву-
шекъ продаются родителями содержателямъ публичныхъ домовъ; 'де-
вушки, брошенный своими родственник1ши на произволъ судьбы, также
подбираются торговцами хенскаго тЪла и воспитываются ими для про-
ствтуцш. Въ Япоши родители тоже сплошь и рядомъ продаютъ сво-
ихъ малютокъ женскаго пола въ неш)требные дома, где ихъ воспи-
тываютъ и потомъ, по достиженш ими двенадцатилетняго возраста,
цускаютъ въ оборотъ. — „Ведныя армянскгя матери — говорить Пор-
теръ — живущ1я въ предместьяхъ персидскихъ городовъ воспитываютъ
своихъ дочерей для разврата и летъ двенадцати продаютъ ихъ тому»
кто больше заплатить*'. Проститущя служить здесь наследственнымь
промысломь. Проданная такимь образомь девушка почти всегда ро-
дилась отъ проститутки и, въ свою очередь, также продаетъ впослед-
СТВ1И дочерей, рожденныхъ ею въ разврате. — „Въ Абиссиши — гово-
рятъ путешественники Комбъ и Тамизье — все готовы доставлять
вамь женщинъ,-^мать приводить свою дочь, брать сестру, цари и ца-
рицы нисколько не стесняются предлагать вамь своихъ служанокъ
или придворныхъ дамь, даже священники не лучше М1рянъ въ этомъ
отношеши''.
П.
Средиземное море, эту колыбель древней цивилозац1и, можно
вполне с1<раведливо назвать и колыбелью европейской проституцш.
Вся торговля, все сношешя Европы съ другими странами шли по
водамь этого моря, на греческихъ, итальянскохъ и малоаз1атскихъ
берегахъ котораго раньше всего возникли густо населенные города и
30*
/
_ 4Г»8
Ш)Д0Н1И9 служившее центрами торговли и промышленности, принпа!^
ш1е въ своихъ ст'Ьнахъ тысячи зя'Ьзжихъ иностранцевъ и носылавше
свои торговые флоты въ отдаленный страны. Въ этихъ-то центрахъ
прежде всего возникала п сильнее, ч^^мъ въ бол']^е континентальныхъ
м'Ьстностяхъ, развилась проституц1н, которая въ первую эпоху своего
существовАН1я была предназначена исключительно для за']^зжихъ чу-
жеземцевъ. Въ Коринф*]^, напр., этомъ приморскомъ центрЬ лревнеО
торговли^ проститутокъ было г()ра:^до больше, ч'Ьмъ въ Афинахъ; пу-
тешественникъ могъ найти въ этомъ город'Ь публпчныхъ женщинъ
всЬхъ странъ п состоян1Й; законъ . и адмипистрац1я здЬсь вовсе ве
контролировали разврата, почти всЬ коринфянки занимались простн-
тущеЛ, почти въ каждомъ дом"!» торговали любовью, а въ храмахъ
Венеры были заведены школы д.1я обучешя д']Ьвутекъ всЬмъ тайнакъ
порока. Греки "бздили и посылали назпаченныхъ для простптуцш д'Ь-
вушекъ учиться разврату въ Коринфъ п въ Бгипетсшй городъ Нав-
кратисъ. На коринфскихъ возвышенностяхъ проститутки, глядя на
море, сторожили прибыт!е пностранныхъ кораблей; и лишь только
судно входило въ гавань, лишь только пассажиры высаживались на
берегъ, какъ тотчасъ окружали ихъ толпы прелестницъ, до того оча-
ровательпыхъ и вм^ст'Ь разаорительныхъ, что въ Грец1п составилась
пословица: въ Коринфъ бсзиаказанпо не сыьлдтиь-! Изъ приморскихъ
же городовъ и, главнымъ образомъ, изъ Малой Аз1п, Фнникгв, съ Лн-
боса, Кипра, Тенедоса, Милета, Абиноса и другихъ острововъ Среда-
земнаго моря, Грещя н Итал1я получали самое большое количество
проститутокъ. Изъ волнъ того же моря вышла и сама Венера, кото-
рая была не только богинею любвн и красоты, а также богпнею про-
ституцш, даже, можно сказать, проституткою. Приплывшая въ Элладу
по морю, какъ всЬ куртизанки, она въ двадцати м']^стностяхъ Г{)еща
называлась именами, въ перевод'^ означающими гетера или камелхя.
Главными поклонниками ея были публпчныя женщины съ своими лю-
бовниками, и не одинъ изъ ел храмовъ былъ выстроенъ и украшенъ
проститутками на деньги, выработанный развратомъ. Соблазнительные
мифы, статуи и п']^сноп1^Н1я, фаллосы и циническ!я церемои1п, б'Ьшен-
ныя оргш а1адостраст1я и расглЬн1е невинностей— вотъ въ чемъ со-
стоялъ такъ долго державш1йся въ Грец1н культъ Венеры, этой род-
ной сестры восточныхъ Милптъ, Астартъ, Изидъ и т. д. Некоторые
изъ ея храмовъ буквально были непотребными домами, въ которыхъ
жили посвященныя богинЬ д1^вушки. въ К'рпнфскомъ, напр., пхъбыю
бол'Ье тысячи. Сначала эта храмовая про( титушя существовала исклю-
чиЛльно для иностранцевъ, а доходы ея шлп въ пользу духовенства.
Д*вушки, посвященныя богни* [одителямп, клали на алтарь ея всю
выручку, а посторонн1я женщины только часть; Венера была покро-
вительницей половой любви, а съ т']Ьмъ вм']^сг]^ и продажнагЪ разврата;
]
469
поэтому, проститутки, отправляясь на свой промысе^гь, испрашввали
у нея помощи и благословешя, а въ случа'Ь усп^Ьха, обыкновенно при-
носили на алтарь ея благодарственную жертву, что д'Ьлали, кром^
того, п любовники, когда имъ удавалась какая нибудъ трудная ин-
трига. Н^^которыя б'Ьдныя девушки, особенно жительницы Еипра и
Лид1И, проститутничали въ храмахъ Венеры до т^хъ поръ, пока пзъ
платы за развратъ не составляли себ'Ь достаточнаго приданаго, и за-
тЪмъ преспокойно выходили замужъ. Подобный же характеръ носили
культы Адониса и Вакха, которые, вм^кстЬ съ венеринымъ вультомъ,
продолакали существовать даже тогда, когда въ народ'Ь оскуд'Ьла са-
мая в'Ьра въ своихъ боговъ, когда релнгюзная проститущя перестал^
эксплуатироваться духовенствомъ и оста.1ась только въ культовыхъ
об])ядахъ, придавая разврату колорнтъ релипозной приличности, и
своими празд)вествамп доставляя удобные случаи для ярмарокъ по-
рока. Но хотя эта проституц1я и была только создатемъ народной
жизни, все-таки каждому понятно, что вм'Ьст^^ съ гЬмъ она была и
пшолою разврата. Не мен^Ье сильна и вредоносна была она у римлянъ,
дажб въ пер10дъ полнаго паден1я ихъ в']^ры. Истор1я римскаго народа
начинаешься въ непотребномъ дом-Ь и его родоначальницей была, по
преданш, публичная женщина Акка Лауренщя, которая занималась
своимъ ремесломъ въ храм1^ съ такимъ усп'Ьхомъ, что прюбр^а об-
ппфныя земли, который были ею зав'Ьщаны римскому народу, и на
которыхъ онъ построилъ свой в'Ьчный городъ. *) Въ честь ея ежегодно
совершались вплоть до \' в. по Р. X. особый празднества, душою ко-
торыхъ былъ религ!озьый развратъ, и которые обыкновенно сопро-
вождались самыми циническими зрелищами въ цирк^. При звукахъ
трубъ стекались въ него многочисленный толпы простптутокъ, разда-
вались зд'Ьсь до-нага и съ наглымъ безстыдствомъ повазышались зри-
телямъ. Подобными же результатами сопровождалось и введен1е въ
Римъ культа Венеры. Ея храмы служили центрами разврата, ея ал-
тари заваливались жертвоприношешями простптутокъ и ихъ по-
купателей, ея празднества соировождались орг1ями и мистер1ями, въ
которыхъ актеры разыгрывали разныя мифологичесюя сцены съ такимъ
возмутительнымъ цинизмомъ, что, по выраженш Арноб1Я, Венера пре-
вращалась въ пьяную вакханку, которая предастся всЬмъ безса41Д-
ствамъ и вс1^мъ гнустностямъ разврата. Въ томъ же род*]^ были культы
Купидона, Пргапа, Бахуса. Но безобразнее всЬхъ былъ ультъ Ози-
риса и Изиды. Х[)амы п часовни въ честь последней богини были
всюду, и служили вм^с^!^ съ т^мъ домами непотребства, достойными
настоятелями которыхъ были жрецы, преданные всевозможнымъ поро-
*) По другимъ легеидамъ, эта еолчипау 1п1)а — такъ называлась ръ Римф лрости.
тутка нн8шаго сорта— зоспнтад» Ромула н Рема.
470
камъ и способное на всякое нреступлете, первые пьяницн, п^вне
развратники, первостепенные сводники и са1ше наглые ободьститеди
дФвушекь.
И въ Грещи и въ ТязА жрецы, конечно, был не посд^дннки на-
садитедянн разврата, хотя релипозную проститущю и невозможно счи-
тать исключительно ихъ создашенъ. Въ античнонъ шр&, какъ и на
восток^^, развратъ развивался всЪмъ, что было богато, праздно и са-
мовластно. Дворы греческихъ тирановъ, македонскихъ царей, щюем-
никовъ Александра, дМствовали на подвластный имъ нащи такъ же
развратительно, какъ и дворы Дар1евъ, Сарданапаловъ, Соломоновъ.
Дворъ же римскихъ императоровъ былъ въ полномъ смысле исходною
точкою того ухаснаго разврата, въ орпяхъ котораго погибла импер1я
в^Ьчнаго города. Нужно много бумаги, чтобы описать вс^ подвиги этнхъ
владнкъ вселенной. Посмотрите на лучшаго изъ нихъ, на Юл1я Це-
царя, и вы съ негодовашемъ отвернетесь отъ такого безнравственнаго
человека, который, пользуясь своею властью, не спускаетъ ни одной
сиазливенькой жешцинЬ, то и д^ло растлЬваетъ невинныхъ д^вушекъ,
проматываетъ на развратъ громадныя суммы трудовыхъ народныхъ
денегъ, платитъ Сервил1и за одинъ только визитъ 1,500,000 франковъ,
предлагаетъ сенату проектъ закона о введенхи многоженства, и получаетъ
отъ Светон]я вполв'Ь заслуженное нмъ прозвище мужа вегьхь женапинь.
Посмотрите теперь на юношу Октав1я, который неперестаетъ развра-
щать женщинъ, попирая изданные имъ же самимъ строг1е законы про-
тивъ прелюбод'Ьяшя. Августу его друзья доставляютъ со вс^хъ сто-
ронъ женщинъ и невинныхъ дЪвушекъ, разд'Ьваютъ ихъ до-нага и
сама жена^ его ведетъ ихъ на смотръ къ своему повелителю, который
оставляетъ у себя одн'Ьхъ и отправляетъ назадъ другихъ, забрако-
ванныхъ. Его развратный орпи, сопровождаемый разыгрываньемъ со-
блазнительныхъ сценъ изъ греческой мифологш, такъ дорого стоили
бедному народу, что въ Рим% начался голодъ, и жители съ горькою
ирошей говорили, что боги сыьли весь хлп(Н^ намекая на упомянутыя
мистерш, раздражавш1я, похоть старика Августа во время его празд-
нествъ. Пьяница Тивер1й, такъ жестоко навазывавппй другихъ за каж-
дый проступокъ противъ половой нравственности, казнплъ смертью
мужчинъ и женщинъ, несоглашавшихся быть жертвами его скотекаго
сладостраст1я, и часто наполнялъ покои своего дворца толпами тт*
щинъ, чтобы видомъ наготы ихъ возбуждать свои упавпля силы. Еа-
лигула былъ еще хуже. Онъ держалъ цЪлую стаю содомитовъ, насн-
ловалъ и растл^Ьвалъ самыхъ знатныхъ римлянокъ, приглапшемыхъ
на его банкеты, сплою власти изъ своихъ сладострастныхъ видовъ
расторгалъ браки, и наконецъ открылъ въ своемъ дворц'Ь непотреб-
ный домьу въ буквальномъ значеши слова. Посетители этого заведешя
принуждены были, чтобы не прогневить тирана, платить гораздо до-
471
роке, ч^мъ въ другихъ 11роституц1онныхъ доиахъ, и тЬыъ пополнять
промотанную на развратъ казну его. Гологаб&гь впосл^Ьдсти явился
въ этомъ отношенш достойннмъ подражателемъ Калигулы. Неронъ до-
шелъ до той степени разврата, на которой красота и изящная обста-
новка уже не удовлетворяютъ челов'Ька, испнтавшаго все разнообразге
порока, и иогутъ раздражать его только безобразхе и грязь. Неронъ
обыкновенно шатался инкогнито по улицамъ Рима, по кабакамъ, хар-
чевнямъ и другииъ м'Ьстаиъ санаго отвратительнаго разврата, преда-
ваясь всевозможнымъ безобраз1ямъ, вступая въ драки и часто унося
вЬ дворецъ слЪды сильныхъ побоевъ на своемъ царственномъ тЬлЬ.
Онъ составилъ что-то въ род'Ь министерства изъ разныхъ сводниковъ
и содоиитовъ, рачительно доставлявшихъ ему живое мясо. Коммодъ
сд^лалъ изъ своего дворца кабакъ и проститущонный домъ, въ кото-
рый привлекались женщины лучшихъ фамилхй ц;Ълыми сотнями. —
ЛюбезнЬйпгамн друзьями и сподвижниками развратныхъ д'Ьян1Й Гел10-
габала были три кучера, Протогеяъ, ГордШ и Пероклъ. Иногда онъ
приглашалъ на свои вечера всЬхъ до одной проститутокъ Рима, ка-
тался по городу въ колесниц^^, запряженной нагими женщинами, а въ
его путешеств1яхъ за нимъ следовали шестьсотъ колесницъ, напол-
ненныхъ своднями, содомитами и проститутками. Царственный жен-
щины Рима немногимъ лучше мужчинъ, матери развращаютъ своихъ
дЪтей, дДти насилуютъ матерей; одна императрица шатается ночью
по улицамъ города и самымъ грявнымъ домамъ, продаваясь каждому
встречному мужчии'Ь, другая изъ проститутокъ д'Ьлается женою це-
заря и ужасомъ народа. Повелители Грещи не доходили до такихъ
бевобразШ, какъ владыки Рима, но не доходили единственно потому, что
не им^и такой власти и такихъ громадныхъ средствъ, как1я сосре-
доточивались въ рукахъ цезарей, какъ львиная часть добыяи римскаго
народа, ограбившаго весь М1ръ. Власть надъ жизнью и имуществомъ
миллшновъ людей, несмягчаемая никакимъ контролирующимъ влхя-
шемъ, праздная жизнь среди скоро наскучающихъ удовольств1Й, раб-
ская угодливость окружающихъ, — все это д'Ьлало дворы Эллады та-
кими же центрами йароднаго развращешя, какими были дворы Востока
и Рима. Когда Грещя покорила Азхю, когда республику покорилъ дес-
потизмъ, когда побежденные народы грабились своими повелителями,
неудовлетворявшимися трудами ихъ кормителей-рабовъ, когда ленивое
и сытое барство потеряло вкусъ ко всему, кроме н^ги и разврата,
когда Демосфенъ, напрасно вызывавш1й для спасешя отечества хоть
одного доблестнаго элл№а, пропЬлъ свою лебединую п^снь на разва-
линахъ греческой свободы, уступившей место тираннш и нищете на-
родныхъ массъ, — тогда развращенность высшихъ греческихъ классовъ
достигла высшей своей степени. А такъ какъ дворы и аристокрапя обра-
щали на служеше своей роскоши и своему разврату преимуществен^
472
нас^ простого народа, который, кром^Ь того, прваимадся за прохм-
селъ порока отъ голода и б'Ьдности, то въ конц^Ь концовъ развраща-
лись и массы. Впрочемъ и въ Грещи, и въ Рим^ народъ иногда глу-
боко возмущался безнравственнымъ развратомъ своихъ повелителей-
вксплуататоровъ и т^мъ, что эти господа отнимали у него такъ хиого
хенщинъ, дМствуя въ этомъ случа'Ь или силою власти, или силою
каш1та.1(а. Возьмемъ хоть высшхе классы того же римскаго общества
въ эдоху основан1я вселенской монархш, и мы увидимъ, что каждая
страница изъ исторхи запятнана развратомъ; непотребные дома^ лю-
бимейшее м^сто пребыван1я аристократовъ, жены которыхъ въ то же
время толпами стекаются требовать отъ полищи своей записи въ
проституцюнныя книги на свободное занят1е промысломъ разврата и
заработываютъ себ^ посл^^днимъ деньги на роскошный платья, на эки-
пажи и лошадей, на лакомства и благовон1я, на пиры и содержаше
наемныхъ любовниковъ; развратъ въ дЬмахъ, развратъ въ храмахъ,
развратъ въ театре, самый циническ1& развратъ въ цирк*]^ и на улв-
цахъ. „Порокъ дошелъ до своего зенита", восклицаетъ Ювеналъ. Рим-
ская аристократ1я, съ свои»и полководцами и цезарями во глав^Ь, раз-
зоряетъ М1ръ, воздвпгаетъ храмъ Юпитеру- Грабителю^ захватываетъ
силою пли покупаетъ женщинъ вс^хъ странъ для проституцш, вво-
дить въ Рямъ сладострастные культы Востока, и на свой развратъ
высасываетъ изъ народа посл*Ьдн1е жизненные соки, доводя его до та-
кой бедности, до такого остервен^шя, что принуждена постоянно да-
вать у^хАньба и зртьлищъ*^^ чтобы онъ въ припадк']^ голодной ярости,
подобно Самсону, не разрушилъ здан1Я ея несмолкающихъ празднествъ
разврата. ВсЪ, у кого только были власть п золото, кончали т^мъ, что вместо
закона ставили анархическ1й произволъ, а вм'Ьсто прежней строгой, че-
резчуръ уже патрхархальной, нравственности создавали религш порока.
Конечно, упомянутый отношен1Я класса повелителей къ массамъ поддан-
ныхъ не единственная, хотя въ сущности главная причина разврата
и проститущи, но это единственная причина того, что развратъ и
простит7Ц1я доходятъ до такихъ громадныхъ разм^ровъ, какъ въ Рим^.
Шыъ разнообразнее, изысканное, распространеннее развратъ, тОмъ до-
роже онъ стоитъ, ткиъ богаче должны быть его потребители, тОмъ
беднее народъ; ачемъ больше бедности, тОмъ более развращенности
въ народныхъ массахъ, тОмъ ' более продается на рыикахъ порока
женщинъ, который, или сами, пли по воле ихъ родителей, доходятъ
до этого промысла путемъ голода, наготы и безпрхютности. Нужно еще
заметить, что римская и греческая аристократ! и редко подвергались
необходимости дожидаться, пока голодные пролетарги приведутъ имъ
своихъ дочерей на продажу за кусокъ хлеба, — они могли всегда на-
купить сколько угодно рабынь и тешить ими свою откормленную плоть*
Рабство было матерью древней пррституц1и. Государства античной
473
древности были основаны на рабстве, были обществами существенно
аристократическими и строго нац10нальными; для свободнаго и цпви-
лнзованнаго гражданина Эллады и Рима раб:{», инострпнецъ, плебей
были не людьми, а животными, обязанными пропитывать, обогащать и
увеселять своихъ повелителей. Семейство у тавихъ народовъ носить
тотъ же самый характеръ, служить прототиаомь рабовлад'Ьльческаго
государства; жена и д^Ь1 и — ^рабы отца, онь ихь собствепнивь, повели-
тель, первосвященникъ и верховный судья, имЪющ1Й надь ними право
жизни и смерти. Всл'Ьдствге этого, когда античный правительства бра-
лись , за проституц1Ю сь ц-Ьлью обратить ее вь статью дохода и орга-
низовать такь, чтобы по возможности предохранить общественные
нравы отъ губительныхь вл1яшй разврата, то они действовали вполн'Ь
согласно сь растленными нравами и грубо-эгоистическими тенденшями
мужскагп аристократическиго паселешя страны. Мужчины, даже развра-
щенные до мозга костей и невидящге въ этомь ничего дурного, всегда
чрезвычайно строги кь поведен1ю своихъ женъ, запертыхь въ гинекеи,
неимеющихь доступа ни кь общественнымь занят1ямь, ни ко многимъ
изъ нубличныхь увеселен1Й, который совершенно монополизированы
мужчинами. Въ подобннхь обществахь, где нравственность обязательна
только для женщины, где развращенное мужское населен1е зорко следить
закаждымьшагомъ своихъ рабынь, заключенныхь въ гаремы, незаконный
связи любовныя чрезвычайно трудны н опасны. Религ1я, правитель-
ство, каждый мужчина ревниво охранаютъ и пбддержвваютъ въ своей
стране институщю архаическаго семейства, этоть фундаментъ перво-
бытнаго общества. 11релюбодеян1е всегда я^стоко наказывается не
только государствомь, но и самовольною властью мужа провинившейся
жены. У Горац1я и другпхь римскихь поэтовь часто упоминаются слу-
чаи, какъ любовники замужнихъ женщин!, застигнутые мужьями, уми-
раютъ подь розгами, сбрасываются сь высокой кровли, подвергаются
увечьямъ и ограблешю до-гола, мужья обрезывають имъ нось, ушн,
половыя части и т. д. „Подвергаясь ярости мужа — говорить Горащй
такому любовнику — ты рискуешь всЬмь своимь благополучхемъ, своею
жизшю, своею чест1ю". „Не нужно трогать матронь, а лучше иметь
дело сь проституткой", продолжаеть поэть. — „Когда я творю любовь
съ нею, то не боюсь, что воть - вотъ вернется ея мужъ; заскрипятъ
ворота, залаетъ собака и мне придется тотчась же бежать нагишемь
и босикомь,— ибо горе тому, кого поймаеть мужъ матроны"!.. Такимь
образомь и чувство собственной безопасности и желанхе сохранить вы-
годный для нихъ характерь нац10нальной семьи заставляли мужчинь
держать гражданокъ— пока последн1я не разбили своихъ цепей и не
предались такому же разврату, какъ ихь достойные супруги — ^держать
этихъ самокь вь рабской подчиненности и строгой нравственности, а
свои разнуздапныя страсти удовлетворять исключительно иностран-
474
ЦНИИ рабынями и отпущеницани, а если и туземннми женщинаш, то,
во всявомъ (муча'Ь, плебейками. От^я хотЬли наслаждаться тЛеяА и
скромннмъ цЪломудр1емъ своихъ женъ и развратомъ цростнтутокъ, н
предаваться шумннмъ орпязгь непотребннхъ домовъ и отдыхать въ
тиши своего жилища, среди рабски-покорнаго ихъ вол% семейства. При-
нимаясь регулировать проститущю, государство, съ одной стороны, пре-
сл'Ёдовало свои финансовыя д&га, а съ другой, им^^ло въ виду сейчасъ
изложенные интересы нужчинъ высшихъ классовъ. Изв^стнМшнмъ учре-
дителемъ государственной проститущи въ древности былъ Солонъ.
Желая обратить въ вазну республики доходы духовенства, получаемые
посл^днимъ съ промысла разврата, и въ то же время, предохраннвъ
семейную жизнь отъ вшшй порока, дать удовлетворете развратннмъ
навлонностямъ мужчинъ, Солонъ основалъ казенный непотребный домъ,
населявш1я котор11й женщины были рабынями, купленными и содер-
жимыми на счетъ государства, а доходы съ ихъ промысла поступали
въ вазну республики. Въ гЬхъ же интересахъ и соображешяхъ была
развита римлянами доктрина о необходимости проституцш. „Очень
жестоко — говоритъ Цицеронъ — было бы запретить юношамъ всякое
сношеше съ проститутками. Кто осуждаетъ за это нашъ в:Ькъ въ раз-
вращенности, тотъ осуждаетъ также обычаи нашихъ предковъ и ихъ
уступчивость. Когда же люди воздерживались отъ этого, когда осуждали
это, когда не позволяли этого? „ Даже Катонъ, самъ строго-нравственный
Катонъ, пропов'Ьдывалъ, что „молодые, люди вместо того, чтобы во-
лочиться за чужими женами, должны ходить въпроституткамъ^. ПослФ
напгахъ вышеизложенн&хъ объяснешй читатель пойметъ смыслъ этой
доктрины о необходимости проституцш.
Такъ вл1яла развращенность общества на мыслителей и законода-
телей; не мен^е пагубное вл1ян1е нм']^ла она и на литературу. Мы не
будемъ говорить о греческихъ писателяхъ; объ этихъ Сафо, п^вицахъ
лесб1йсвой любви, объ этихъ импотентныхъ, отвратительныхъ старн-
вапгкахъ Анавреонахъ, — ради краткости, мы упомянемъ только о зо-
лотомъ ъЬкк римской литературы. Горащй, Овид!й, Тнбуллъ, Катуллъ,
Проперщй, Ювеналъ, Петротй, Марщалъ, — словомъ всЪ гешя и та-
ланты римской поэзшбыли разв'Ь только немногимъ лучше той сгнив-
шей въ разврат'Ь аристократ1н, для которой они писали и которую
хлестали бичами своихъ сатиръ. Одинъ служитъ при двор^^ оберъ-
сводникомъ, другой умираетъ отъ полового истощешя, трет1й пншетъ
для однихъ только пламенныхъ любителей непотребныхъ домовъ,
четвертый на старости л'Ьтъ всец'Ёло отдается пороку содомш и т. д.,
и все это каждый изъ нихъ безъ всякаго зазрЪтя совести разскавн-
ваетъ публике въ превосходныхъ стихахъ! Цари римской поэзш были
тЪмъ же въ своей жизни и сфер^, ч'Ьмъ были въ своей владыки им-
пер1и. Театръ им^Ьлъ то же направлете. Напр., въ пьесахъ Плавта
475
и Теренщя почти н^тъ друпгхъ дМствуюшЬхъ лицъ, кром^ своднеВ
и проститутокъ. Соблазнительность содержатя увеличивалась еще
жестами автеровъ и автрисъ, а въ саинхъ театрахъ и около нихъ бы-
ли м^Ьста, тд^ зритель могъ всегда удовлетворить возбужденную снев-
тавлеиъ страсть. Понятна посл^ этого ненависть къ театранъ первыхъ
христ1анъ и ихъ учителей. Да и не только отцп церкви, — ^даже Ови-
Д1Й не сов'Ьтуетъ „фос^щать театровъ, гд'Ь нельзя вид^^ть ничего,
хромД'Любовниковъ". На ряду съ актерами въ этомъ отношеши и въ
Грецш и въ Рим% стояли певица, танцорки и музыкантши, толпы ко-
торыхъ привлекали взоры и услаждали слухъ на общественныхъ гу-
ляньяхъ, при релипозныхъ церемон1яхъ, на свадьбахъ ^ и нащональ-
ныхъ торжествахъ. Какое вл1яше пжЬли эти артистки— показываетъ
сл^^дуюпцй случай. Царь Антигонъ давалъ блестящ1Й праздникъ ар-
кадсвимъ посланникамъ, серьезнымъ, скрамнымъ и почтеннымъ ста-
рикамъ. Пришли въ залъ полунапя танцорки и начали танецъ, ко1Ч)-
рнй такъ расшевелилъ суровыхъ аркадркихъ . стариковъ, что они не
могли усид'Ьть на м'ЬстЬ и' забывъ о присутствхи царя, бросились на
танцовщицъ... „Молодая девушка — говоритъ Горащй, — которая за-
бавляется сладострастными танцами 1онш, уже съ самаго н'Ьжнаго
возраста мечтаетъ о преступной любви"*. Ко всЬыъ этимъ возбужде-
шямъ прибавьте еще бани, роскошныя и многочисленныя, въ кото-
рнхъ моются вм^ЬсгЬ мужчины и женщины, сводни соблазняютъ жк'
вушекъ, любовники устрояютъ гепс[е2-уоп8, цезари и патрищи высматри-
ваютъ новыя жертвы для своего сладостраст1я, между ткмъ какъ ихъ
жены развратничаютъ съ баньщиками или кучерами. Порокъ доходитъ
до того, что неудовлетворяясь обыкновенными способами удовлетво-
решя, выражается въсамыхъ противуестественныхъ формахъ педерас-
Т1и и лесб1йской ^бви, которыя въ античномъ м1рЬ пользовались пол-
ными нравами гражданства"^).
Небывалое въ истор1и Европы развитхе разврата въ Рим% стоить
въ самой тесной связи съ ра^звипемъ основанной на сил'Ь войскъ
вселенской власти вЪчнаго города. Армш по обыкновешю, развращали
^аселеше покоренныхъ странъ, военныя и друпя колонш римлянъ
пропагандировали развратъ между пришельцами варварами; Римъ, раз-
зорявшШ вселенную, получалъ отовсюду не только громадныя суммы
*) Педерасти! санкцюнировалась даже гречесЕОЙ рели пей; самъ Зевсъ жидъ съ
Ганймедоиъ. Моралисты и поэты прославляли эту страсть, какъ кр^шай союзъ
дружбы. Ей приписывали то святое воодушевлен1е, съ которымъ 800 фиванскихъ
героввъ съ Эпаминондонъ во глав^ уперли геройскою смертью при Хероне^. Эта
страсть считалась ч^мъ-то до того свльвымъ, что въ плутарховой б1ограф1и Аге-
зилая н1;кто за обуздаше своей любви къ одному мальчику восхваляется, какъ ве-
лний герой и ставится на ряду съ Лсонндоиъ. Д|огенъ Лаерц1Й проел авляетъ Зе-
нона за то, что овъ умеренно предавался педераспи.
476
на свой развратъ, но н наIIолня^^ь свои непотрёбнне дома толпами
прекрасныхъ пл^нницъ, приведенныхъ иаъ р^ныхъ земель, захвачен-
ныхъ жел'Ьзннми когтями римскихъ орловъ. Идеаломъ римскаго воина
долго считалась совершенно воздержная, ц'Ьло)1удренная жизнь въ ла-
гер'Ь, осо]бенно во время войны. „Я иду подъ знамена, прости Венера,
прости любовь ""! поетъ Тибуллъ. Военачальники, обладавш1е древне-
римскими доблестлми. всегда строго следили за поведенхемъ солдатъ;
Сцишонъ, напр., принявшись .ча дисцнплинирОван1е а]^м1и, выгналъ
изъ лагеря 2000 публичныхъ женщинъ. Но наконецъ развращенность
взяла свое, и римская арм1я всюду возила за собой походные дома не-
потребства. Нравы, развввш1еся въ арм1яхъ во время походовъ и за-
воевашй, сохранялись ими и во время* мирныхъ стоянокъ въ^Итал1и,
быстро прививаясь къ жизни ея обитателей Возврап^енхе арм1и изъ
похода было всегда праздникомъ разврата. Когда Цезарь тр1умфально
входилъ въ Римъ посл'Ь завоеван1Я Галл1и, то его солдаты п'Ьл»: „граж-
дане, берегите женъ, — мы ведемъ къ вамъ пл'Ьшиваго развратника!
Цезарь, въ Галлш ты промоталъ на любовь вое золото, взятое тобою
въ Рим*!" Въ этомъ сов^т* гражданамъ заключается самая грубая сол-
дафонская ирошя: кто могъ уберечь тогда женщину отъ цезарей, сол-
датъ и золота?
Рабство поило, кормило, одевало, нянчило древнюю цивилизац1Ю,
рабство же главнымъ образомъ доставляло и проститутокъ. Большин-
ство публичныхх женщинъ Эллады и Рима были рабынями,.котория или
покупались, или силою захватывались въ непрхятельскихъ странахъ во
время войнъ и походовъ. Особенно силенъ былъ этотъ промыселъ въ
Рим^Ь, куда, ПОСЛ'Ь каждаго завоеван1я римскихъ войскъ, приводились
многочисленныя толпы рабынь, назначенныхъ для проститущи, и ра-
бовъ-мальчиковъ, которыхъ скопили и д4лали евнухами. „Д-Ьвушки,
взятыя въ пл4нъ морскими пиратами, также подвергались продаж* и
покупались для простптущи" (8епеса). Въ Рим*, при храм4 Венеры,
существовалъ даже рынокъ, спец1ально предназначенный для продажи
и покупки рабынь-проститутокъ. Кром* того, въ Итал1И, особенно въ
самомъ Рим4, было не мало антрепреперовъ разврата, которые воровали
римскихъ д-Ьвушекъ и мальчиковъ, зат4мъ продавали ихъ для проститу-
щи своднямъ, или же сами, развративъ этихъ дЬтей, начинали эксплу-
атировать ихъ порочность (Р1аи1. у Леаппе!, 12 — 15). Продажа д4тей
родителями на проститущю была также въ ходу, и большею частхю
отцы и матери делали это, какъ говоритъ Плавтъ, „не по жестоко-
сердш, „а для того^ чтобы не умереть съ голода^. Часто, вирочемъ,
родители сами развращали своихъ д4тей п продавали нхъ единственно
для того, чтобы получить денегъ на пьянство и друпя удовольств1я.
„Возможно ли было желать, — скажемъ словами Ювенала — чтобы не
была блудницею молодая девушка, которая никогда не могла, не ис-
^
477 _
•реводя дыхаюя, пересчитать любовнпвовъ своей матери"! ТаБ1Я ма-
маши, не задумываясь,, развращали и продавали своихъ дочерей. То-
ове д'Ьлало не мало мужей съ своими женами. ваБъ объ этомъ свид'Ь-
тельствуетъ Светои1й, Ювеналъ, Горац1й и др. Случалось даже такъ,
что пМуонгь выручалъ раавратомь деиыи отъ любовника онены, а жена
отъ любовницы мужа^\ Безпомощныя, одинов1я сиротн и. найденыши,
которыхъ было такое множество п въ Грец1и и въ 11тал1и, захваты-
вались своднями и другими эксплуататорами разврата, обращались въ
рабство и отдавались на публичную проституц1ГО. Кром* того, въ
Рим'Ь государственная власть сама бросала многихъ женщинъ въ без-
выходный омутъ продажнаго порока. Прслюбод'кйныя жены сначала
отдавались на публичное половое поруган1е вс^Ьмъ желающимъ муж-
чинамъ и съ тбмъ вм'Ъст'Ь осуждались на пожизненную проституцш.
Во время же гонен1й на христ1анъ, множество мученицъ и нспов^д-
нвцъ, приговорен ныхъ къ смертной казни, до совершен1я посл'Ьдней,
отводились въ публичный домъ, п тамъ отдавались на поруган1е всЬмъ
желают имъ развратникамъ, которыхъ находилось всегда множество,
такъ вавъ государственная власть предлагала имъ это подлое удо-
волъствхе безплатпо. Рабовладельцы, сводни, пираты, государство, бо-
гатые родители продавали д'Ьвушекъ и мальчивовъ развратникамъ,
конечно, не по б'Ьдности; но мы уже приводили свидетельство, что
мног1е родители отдавали на развратъ дочерей свонхъ лишь потому,
чтобы не умереть съ голода. Марц1алъ то же говорить о нищихъ ма«
теряхъ. И женщины, пускавш1яся въ проституцгю самовольно, въ огром-
номъ большинстве случаевъ вынуждались къ тому той же бедностью.
Такъ, греческ1я дпктерхады, если только онЪ были не рабынями^ куп-
ленными спевуляторомъ, а женщинами свободными доходили до своего
промысла путемъ бедности и нищеты, и только кое-вавъ поддержи-
вали свою жизнь скудною платою, получаемою съ своихъ столь же
бедныхъ, какъ они сами, любовниковъ, — матросовъ, отпущеннивовъ,
безработныхъ бродягъ. Мвог1я изъ нихъ почти вовсе- не имели даже
платья, а съ тела никогда не могли смыть и соскрести покрывавшихъ
его вшей. Въ Риме одни проститутки развр|^тничаютъ потому, что
„безъ визитовъ м}жчинъ въ ихъ доме долженъ водвориться голрдъ^
(Р1аи1.); друпя потому, что „для нихъ нетъ другого дела** (Ног.);
третьи для того, чтобы „содержать себя и свое семейство** (Р1аи1.);
большинство ихъ страдаетъ въ такой ужасной нищете, что продаетъ
себя, чтобы иметь „кусовъ чернаго сухаря, размоченнаго въ бульоне**
(Тегеп!.) или яФунтъ муки въ день** (Нога!.). Впрочемъ, римсше ав-
тдрн, какъ подобаетъ аристократическимъ проповёдникамъ морали, а
вследъ за ними и собравш1й ихъ мнен1я многоученый довторъ Жа-
нель, хотя и говорятъ, что большинство проститутокь происходило 61^
Риме изъ нищихъ, крестьянокъ, работницъ, отпущенницъ и сиротъ,
478
НО ихъ развратъ приписываютъ не бЪдностн, а л&ности! А сущность
д'Ьла, между ткшъ^ тавъ осязательна, что въ приведенннхъ нами выше
м'Ьстахъ, изъ тЪхъ аке авторовъ, они сс^мн забцваются и увазнва0тъ
причину разврата въ вошющей б^Ьдности народныхъ массъ, раззорен-
ныхъ войнами, налогами, взятками, умиравпшхъ голодною смертью,
забитыхъ и униженныхъ, и только по временамъ оглашавшихъ сто-
лицу^ М1ра дикими, отчаянными криками — ^крови или хлп»ба*Ч Одна-
кожъ, въ упомянутыхъ зам^Ьчашяхъ римскихъ писателей о лЪностн я
отвращенш отъ труда, кавъ о причинахъ проституцхи, есть нзв'Ьстнаа
доля правды. Десдотизмъ и безсов^стная эксплуатащя народныхъ массъ,
раззоряя ихъ, съ т^мъ вм'Ьст^ убиваютъ въ нихъ всякую энергш,
всякое желан1е трудиться въ пользу другихь^ а самимъ оставаться все
въ той же нищегЬ. Но такъ какъ трудъ для другихъ при усерд1я
работника даетъ ему кусокъ негоднаго хл^ба, то при уз1еньшея1я
этого рабсваго усерд1я естественно уменьшается и самый кусокъ, уве-
личивается нищета и смертность, усиливаются преступлешя в про-
ститущя. Что аке касается причинъ, заставляющнхъ проститутнмчать
женщинъ высшихъ и среднихъ классовъ, то историческая критика ни-
чего не можетъ сказать противъ мн^н1й объ этомъ римскихъ писате-
лей. Плавтъ, съ обычнымъ своимъ цинизмомъ, говоритъ: „кобыла ки^
чего не требуетъ отъ жеребца, корова отъ быка и баранъ соблазняеть
овцу не подарками. Одна только женщина обираетъ мужчину; одна
только она отдаетъ въ кортомъ свое тЬло и свои ночи, продавая удо-
,вольств1е, разд'Ьляемое съ другимъ'^. Причинами, заставлявшими до*
статочныхъ женщинъ торговать собой, были искуственныя наклонности
къ блеску, роскоши и комфорту, немогпия быть удовлетворенными
другими средствами, кромЪ промысла развратомъ. Подобными же соб-
лазнами увлекалось и не мало б']^дныхъ д'Ьвушекъ.^ Соблазнителя были
на каждомъ шагу. Д'Ьвушекъ совращали даже ихъ собственный ма-
тери. „Небольшая б^да — говоритъ своей дочери гречанка Кробпла —
отдаться богатому челов'Ьку; небольшая б'Ьда перестать быть девуш-
кой и получить за одинъ только разъ мину (около 25 руб. сер.), на
которую я куплю тебе ожерелье". Дочь послушалась и мать радуется,
что она своимъ ремесломъ избавнтъ и ее и себя отъ угнетающей ихъ
бедности. Сводни и имъ подобные соблазнители, „эта язва общества,
эти губители юности*', по выражешю Теренцгя, всюду сторожили дЪ-
вушку и, посредствомъ самнхъ разнообразныхъ уловокъ, вовлекали ее
въ западню порока. Особенно легко доставались имъ д^ти, хоторыхъ
они съ 5 — 6 л^тъ начинали воспитывать спещально для проститущн,
а между т^мъ малол^ття были самымъ ходкимъ и самымъ прябЕШ-
нымъ товаромъ. Въ Грещи, особенно въ Афинахъ, были даже особня
школы, въ которыхъ открыто обучали девушекъ всЪмъ тайнамъ по-
рока, и после такого воспитан1я, завлеченная въ сети малютка пере-
479
ставала, конечно, и думать о порядочной жизни. Наконецъ, причиною
продажнаго разврата было также положеше женщины въ семь^ и об-
ществ'Ь. Много женщинъ, даже мужчинъ проститутннчали для того,
чтобы, сБОпивъ известную сумму, выкупиться отъ своего рабовла-
дельца на свободу; „они освобождались продахнымъ развратомъ и
при помощи его делались гражданами". Мало того, проститущя билв.
тогда для женщины единственнымъ средствомъ освободиться отъ ст^-
сняющихъ ее архаическпхъ порядковъ и принять д'Ьятельное участхе
въ общественной жизни. И въ Грещм, и въ РимЪ, жена долго была
безусловною рабыней муаса, удаленною не только отъ общественныхъ
занятой, но даже и отъ общественныхъ удовольствхй и лишенною вся-
кой возможности образовашя; мужчины даже старались лишить ее
посл^^дней угЬхи, — забавы модами, и оставляя себ^ вс^ излишества
комфорта, издавали стропе законы противъ женской роскоши 'и жен-
скихъ модъ. И въ то время, какъ свободная гражданка была неволь-
ницей, рабыня-проститутка, избавленная отъ власти семейства, поль-
зовалась полною обществениою свободою. Проститутки были законо-
дательницами модъ, он:Ь занимались науками и искуствамн, блестели
остроум1емъ, вокругъ нихъ собирались дружесше кружки Сократовъ,
Платоновъ, Апеллесовъ, Горащевъ, Плишевъ; черезъ государственныхъ
людей он^ нер'Ьдко дви1;али судьбами народовъ; въ римсаомъ сенагЬ
заседала втеченш всей его истор1и только одна женщина, проститутка-
императрица Семкмира. Такая свобода и соединенный съ нею достоин-
ства, благодаря которымъ гетеры такъ усп:Ьшно привязывали мужчинъ,
не могли не увлечь и невольницъ-гражданокъ. И вотъ, въ посл']Ьднюю
эпоху Рима, передъ эдилами являются густыя толпы матронъ, женъ
и дочерей саыыхъ знатныхъ патрищевъ, записываются въ проститу-
Ц10ННЫЯ книги, слнваютъ семейную женщину съ публичной и путемъ
порока добываютъ себ^ такую свободу, о которой не могли даже и
грезить во вреаюна строгихъ семейныхъ доброд'Ьтелей.
Само собою понятно, что не вс:Ь проститутки были въ состоянш
достигать богатства и виднаго общественнаго положешя, освобож-
даться отъ рабовлад^льцевъ и нищеты. Для этого нужны были кра-
сота, умъ, даже образоваше; обладавппя ими въ значительной степени
получали кучу денегъ и лрюбр^тали самыхъ вл1ятельннхъ поклонни-
ковъ, служили украшешемъ общества, принимали у себя царей и по-
сланниЕовъ, поэтовъ и художниковъ, генераловъ и философовъ, ком-
фортабельно жили въ аристократическихъ квартадахъ, несмотря на
частый репрессивный м'Ьры администращи, блистали нарядами и мо-
дами, соблазняя матронъ на общественныхъ гуляньяхъ, въ театрахъ,
на домашнихъ праздникахъ. Это были Помпадуръ и Ментенонъ своего
времени, и, подобно имъ, также раззоряли богачей и народъ. Въ Гре-
ц1и ожЪ возвели даже свое ремесло на степень науки и создали фа^
480 _
лософ'т проституцгп^ распалавшуюся на школы лесб1Йек]гю, совратк-
чесвую, циническую и эпикурейскую, въ чемъ имъ помогали ихъ друзья
философы. Н'Ькоторыя изъ нихъ получали всемхрную изв'Ьстность и
люди вс^хъ странъ стекались, чтобы только взглянуть на нихъ. Фрияа
была такъ богата, что предлагала фивяиамъ выстроить на свой счетъ
весь ихъ гор9Дъ, разрушенный врагами; Лаиса своими богатствами
равнялась съ царями; я1^которыя изъ гетеръ брали за разъ съ любов-
нвковъ не мея']^е таланта, т. е, около 2,000 р. сер. Веспасханъ од-
нажды заплатилъ такой куртизанк'Ь 400,000 сестерЦ1й, Матонъ 100,000
и т. д. Множество аристократовъ совершенно проматывались на нихъ,
а цари и правители выжимал п изъ народа посл'Ьдте соки на подарки
' этимъ жепщинамъ. Такъ любовница македонскаго царя Дмитр1я По-
л1оркета (за 300 л. до Р. X.) Лам1я пользовалась безграничнымъ
вл1ян1емъ на своего любовника. Однажды, во время своей власти
надъ Афинами, Дмитртй обложплъ афинянъ налогомъ^ съ безжалост-
ною строгостью содралъ съ нихъ 250 талантовъ, около 500,000 руб.
сер., н отдалъ это своей Ламти у,на мылиХ'^ Но куртизанки^ нажнв-
Ш1я состоите и потомъ бросивш1я свое ремесло, 6е1ли исключенхекъ,
и почти всЬ этого сорта женп^ины были богаты лишь до т'Ьхъ поръ,
пока могли получать больпие доходы за свои прелести, доходы, кото-
рые проживались ими тотчасъ же по полученш. Общая участь этихъ
куртизанокъ состояла въ томъ, что сначала они поднимались на выс-
шую степень счастхя и реиутащи гетеры, вид'Ьли у своихъ ногъ поэтовъ,
генераловъ, царей, потомъ, быстро опускаясь по л-ЬстницЬ простпту-
Ц1И, въ старости он'Ь Д'Ьлались презираемыми, забытыми, оставленными.
Одинъ только публичный домъ низшаго сорта принималъ тогда этп
развалины красоты. Нипцета и соединенная съ нею отверженность были
обш;ею долею публичныхъ женщинъ древняго Ы1ра, какъ и новаго.
Большинство ихъ, обитая въ самыхъ б^дныхъ кварталахъ, проводя
жизнь въ грязныхъ кабакахъ и харчевняхъ, подъ портиками храмовъ
или просто на улвц'Ь, не им']Ья ни платья, ни определенной квартиры
получая самую ничтожную плату, — кое- какъ перебивалось со дня на
день на счетъ матросовъ, пролетаргевъ, рабовъ, отпуш,енниковъ. Эти
массы несчпстныхъ женш^инъ д'Ьлятся древними писателями на мнопя
категор1И, изъ которыхъ мы упомянемъ только о н'Ьсколькихъ. Рнм-
СК1Я булочнтш (а11сяг1ае) были улнчныя проститутки, сид'Ьвш1я обык-
новенно у дверей булочныхъ и продававш1я особые хл^Ьбы разнообраз-
ныхъ соблазнительнмхъ формъ: онЬ были рабынями и слуасанвами
хл^Ьбопродавцевъ и въ ихъ пользу проститутничали ^ъ булочныхъ
день и ночь. Могильщицпми назывались публичныя женщина, живш]л
на кладбищахъ, и ночевавшхя всегда подъ отврытымъ небомъ, нм^в-
Ш1Я любовниками только такихъ же бЪдняковъ, какъ и онЪ сами, на-
нимавш1яся въ похоронный плакальщицы и этимъ пополнявш1я своо
491
скудную проституд10нную выручку. Третья категор1я, такъ называе-
ныя Ът^йае нм']Ьла самый безобразный, днв1й, ид10тическ1Й видъ, и
были тяБЪ презираемы всЬхи, что не см:Ьли показываться на улицахъ
города, а бродили по оврестнымъ полямъ и въ ночной 'семнот'Ё успе-
вали иногда прельщать прохожихъ, да и то преимущественно пьлныхъ.
Дачужницы были аристократки сравнительно съ ними, потому что
им1>ли квартиры въ лачугахь (сазае), бывшихъ не лучше сабачьихъ
коиуръ. Кабачннцы (сора!) проститутннчали по дешевымъ ц^намъ въ
вабакахъ и тавернахъ низшаго сорта. Двухьобольныя получали за ви-
зитъ не бол']^е 2 оболоиъ. Площадныя были д']^вушкц, пришедшщ изъ
деревень и блуждавш1я ио городскимъ улицамъ безъ пристанища, безъ
обуви, голодомъ, въ грязныхъ лохмотьяхъ. Бъ. томъ же род'Ь были и
волчицы, Езъ такихъ-то ' иесчастныхъ создан1Й состояла самая боль>
шая часть проститущоннаго контингента. Он^ им^ли связи только
съ подобными же имъ б'Ьдцяками, которые часто не могли платить
даже и двухъ оболовъ и брали ихъ силою, застигнувъ хх^ нибудь на
пустыр'Ь; такихъ б1^днлковъ было много, и въ Рим:Ь они носили тех-
ническое назваше 8ет11гаг11. Толпы этихъ женщинъ подвергались
крайнему презр^нш со стороны. вс']^хъ. Богатая и красивая гетера, пока
была молода, управляла царями, народами, служила украшешемъ из-
браннаго общества; но то же самое общество, выжавъ изъ нее вс^
жизненные соки, выбрасывало ее въ помойную яму нищеты и съ омер-
зен1емъ отворачивалось отъ своей бывшей богини.
Мы уже говорили, что большею частш древтя проститутки были
рабынями, развратничали по вол'Ь своихъ господъ и обогащали ихъ
своимъ промысломъ; случалось даже, что освобождая такую неволь*
ницу, господинъ давалъ ей свободу только подъ услов1емъ содержать
его доходами своего разврата. Въ томъ и другомъ случае промыселъ
проститутки быль для нея неизб^^жною необходимостью, отъ которой
она не могла избавиться. Изъ свободныхъ проститутокъ большинство,
какъ и нын^, жило у содержателей и содержательницъ публичныхъ
домовъ, въ такой же зависимости атъ свопхъ хозяевъ, какъ и про-
ституткп-невольницы* Въ Грец1и и РимЪ содержан1е публичныхъ жен*
щинъ было однимъ изъ распространенн'Ьйшихъ ванят1й; содержатель,
1епо, встречался во вс^хъ обш,ественныхъ состоян1яхъ и подъ вс^ми
масками; содержательницами же были преимущественно ех- проститутки,
усп^вшгя сколотить своимъ промысломъ копейку, или нажпвш1яся, благо-
даря какому нибудь случаю. Иногда публичный домъ припосилъ так1е
огромные доходы, что даже почтенные граждане, въ Афпнахъ, напр., да-
вали свой капиталъ на основанхе такого заведения, открытаго на чу-
жое имя, я обогащались доходами гъ него. Рабыни или кабальный
должницы своихъ содержателей, проститутки подвергались со стороны
посл^^днихъ самой возмутительной, безжалостной эксплуатащи; ихъ
В1
482
зас1*а1зляЛй развратвв^ать безъ отдкху, то побуждал ложныхи об'Ьща-
Л1ЯМЕ освобожден1Я, то за недостаточную выручку подвергая ихъ столь
жестокому бичеван1Ю, что спина ихъ обливалась кровью. Когда же
содержатель внд^лъ, что женщина такъ истощена своимъ ренесломъ,
что отъ нея нельзя уже ожидать выгоды, то онъ продавалъ ее или
выгонялъ отъ себя навсегда.
Порокъ эксплуатировали не одни только содержатели форналъннхъ
публвчныхъ домовъ, а также и тысячи сводней. У трактирщнковъ,
баньщиковъ, цирюльниковъ, кабачниковъ, булочниковъ, парфюмеровъ,
и т. д. всегда были рабы и рабыни, слуги и служанки, развратомъ
которыхъ они торговали. Эти же господа доставляли желающимъ си-
лою захваченныхъ или хитростью соблазненныхъ невинностеб. Развра-
щенное общество равнодушно смотрело на эти мерзости и администра-
Ц1Я вовсе не думала ни ограничивать этпхъ пропагандистовъ разврата,
ни контролировать деспотическаго тиранства содержателей яадъ жен-
щинами и мальчиками. Хотя содержатели простнтутокъ и презирались,
хотя законъ я подвергалъ ихъ многимъ ограничен1Ямъ, но это было
лншь по временамъ и въ конц-Ь концовъ они всегда брали верхъ надъ
репрессивными м-рами правительства. Такъ, напр., сначала во всЬхъ
городахъ для публичныхъ домовъ были отведены только самые отда-
ленные и самые грязные кварталы; но мало-по-малу эти дома подви-
гаются все къ центру города и наконецъ прочно водворяются въ
лучшихъ частяхъ его. Въ Рим'Ь эти заведешя гн'Ьздились около цир-
ковъ, театровъ, рынковъ. Вокругъ большого цирка стояли ряды ко-
нуръ (се11ае еЬ Гогпхеез), служившихъ для проституцш чернаго народа
до и посл^Ь игръ. Большинство подобныхъ ваведешй было грязно и
б'Ьдно. Многочисленный толпы простнтутокъ наполняли не только го-
рода, но даже ихъ окрестности; мнопя изъ нихъ были независимы
отъ содержательницъ и составляли, такъ сказать, летучхе отряды, рыс-
кавш1е всюду, чтобы найти покупателя и добыть себ^ кусокъ хлФба.
Изъ этихъ независнмыхъ простнтутокъ одн^ никогда не бываяи въ
кабале у содерясателей, друпя выкупались отъ нихъ, третьи били
выкуплены ихъ любовниками, четвертый, — и кажется, составлявппя
большинство, — были старухи и больныя, сд^лавппяся невыгодными для
содержателей и поэтому прогнанный ими. Общее число проститутокъ
было громадное. Въ Афинахъ гетеръ высшаго класса бывало около 150, а
публичныхъ женщинъ другихъ сортовъ, по словамъ Атенея, „такое
множество, что ни одинъ городъ, равно населенный, никогда не иж^ъ
ихъ столько". Въ Рим^ впосл11Дств1и ихъ было больше, ч^^мъ въ Афи-
нахъ, и даже самомъ проституцшнномъ городе Грецш — Коринфе. По
траяновской переписи ихъ оказалось 32,000, но мнопя уклонияись
отъ этой ревизш, производившейся съ фискальною ц'Ьлью. Существо-
ваше нроститущоннаго налога заставляло всегда женщинъ и8(ИЬгать
483
записи въ полицейсшя книги, и поэтому сейчасъ приведенная цифра
далеко не обнилсаетъ всего числа проститутокъ Рима, этого непотреб-
наго дома вселенной.
По н'Ькоторымъ поверхностнымъ зам']^ткамъ древнихъ писателей и бо-
л'Ье точнымъ св'Ьд'Ьшямъ о современной проститущи, мы совершенно
вправ'Ь вавлючить, что для древнихъ нублпчныхъ женщинъ ихъ ре-
месло и ихъ жизнь были невыносимымъ, снлошнымъ страдашемъ. По-
добно нов^йпшмъ, древшя проститутки постоянно предавались пьян-
ству, чтобы забываться и не чувствовать такого отвращешя въ раз-
врату, которое обыкновенно убиваетъ трезвую публичную женщину.
На то же отвращеизе къ своему ремеслу указываетъ и то обстоятель
ство, что почти ВСЁ он^к им'Ьли постоянныхъ любовниковъ; значеше
этого факта читатель совершенно поймео^ъ, когда мы будемъ говорить
о нов'Ьйшей проститущи. У древнихъ, какъ у современныхъ продавицъ
порока, одна и та же лживость, перем:Ьна именъ, скрытхе своего зва-
н1я, М'Ьста родины, — результаты стыдливости и общественной отвер-
женности. Презираемыя, гонимыя, угнетаемый, онЪ отличались, по-
добно современнымъ, солидарностью между собой и чувствомъ брат-
ской дружбы. Горька была участь ихъ. Не говоря уже о тяжелыхъ
налогахъ, которые часто взыскивались съ жестокостью и лишали ихъ
посл^дняго куска хл1Ьба, он'Ь страдали много отъ разныхъ происковъ,
ннтригъ и распоряженгй парт1И, стоявшей за чистоту общественныхъ
нравовъ, а иногда д'Ьйствовавшей подъ влхяшемъ семейныхъ женщинъ,
нокидаемыхъ ихъ мужьями, такъ увлекавшимися красотою публичныхъ.
Въ Грец1и на нихъ нередко взводились ложныя обвинен1я всл^дств1е
мести, корысти или ревности, п безъ особенно счастливаго случая,
обвиненная проститутка погибала, ее могли осудить, не выслушавъ
даже оправдан1Й. По временамъ имъ запрещалось носить изв'Ьстныя
одежды, жить въ изв^стныхъ кварталахъ, 'Ьздить въ экипажахъ и т. д.
Въ Грец1и д^ти не только проститутокъ, но даже наложницъ остава-
лись навсегда также безправными и отверженными, какъ и ихъ ма-
тери; они не им^ли права на насл']^довать, ни говорить передъ наро-
домъ, ни сд'Ьлаться гражданами; а матери не могли требовать отъ
нихъ нсполнешя сыновнихъ обязанностей. Въ римской республике
гражданину запрещенъ бракъ съ проституткою и последняя . остава-
лась отверженной даже и въ томъ случае, когда бросала свое ре-
месло. ВсЬ агенты проститущи подвергались щ^сь какъ бы граждан-
ской смерти, подобно рабамъ, гладгаторамъ и гистр1онамъ; они не
им^лн права ни насл'Ьдовать, ни зав']Ьщевать, ни опекать своихъ дЪ-
тей, ни занимать общественныхъ должностей, ни быть свид']^телями
въ суА% ни присутствовать на торжестг>енныхъ религ10зныхъ празд-
нмкахъ, ни жаловаться на личныя обиды; они были предоставлены
аолному произволу администращи, которая, впрочемъ, делала имъ много
31*
484
незаконныхъ послаблен1Й, столь частыхъ, что они, на основаши своей
давности, нередко входили въ обычай. Поэты, обыватели, развратный
матроны, даже доктора всЬхъ пороковъ — цезари презирали и ругали
ихъ. Какъ же помирить эту общественную отверженность проститу-
токъ съ античною терпимостью, даже любовью къ простптуд1и, съ
доктриною объ ея необходимости и спасительности, съ развращенностью
общества, съ громаднымъ вл1ян1емъ гетеръ? — Во-первыхъ, такое раз-
ноглас1е древнихъ мн'Ьн1Й зависитъ въ извЪстной степени отъ лично-
стей и парт1Й, им'Ьвшихъ эти мн'Ьтя. Во-вторыхъ, презиралась и го-
нялась только масса проститутокъ, этихъ бЪдныхъ, грязныхъ, исто-
щенныхъ рабынь, оскорблявшпхъ и зр^^нхе, и обоняше патрищя и его
П0НЯТ1Я о мнимомъ благородств-Ь крови. По даже и послЬ этого упо-
мянутое противор'Ьч1е все-таки остается очень р'Ьзкнмъ. Древняя прос-
титутка, при всей терпимости къ ней, даже иногда протекц1и государ-
ства, при всемъ увлечен1и ею лучшими и всякими людьми общества,
была однакожъ презираемою, нечистою тварью и передавала свой
позоръ всему своему потомству. Въ дровпсмъ м1р'Ь женщина была не
лпцомъ, а оруд1емъ, — оруд1емъ сладостраст1я, труда и продолжения
рода; проститутка, въ частности, была орудтемъ разврата, и кякъ вся-
кое орудхе, ц'^Ьнилась до т1)ХЪ поръ, пока исполняла свое назначен1е,
не ею самою определенное. Прибавьте къ этому, что она была или
рабыней, или происходила не отъ благородной крови, почти всегда отъ
иностранцевъ; а по античному воззр'Ён1ю и праву, рабъ не былъ че-
лов'Ькомъ, каждый рабъ былъ иностраицемъ въ действительности, а
каждый иностранецъ считался рабомъ въ возможности. Матроны, не
только развратнпчавш1я секретно съ какими нибудь кучерами или
глад1аторами, но даже продававппя себя публично, вовсе не были такъ
отвержены, какъ проститутки. И параллельно «ъ этимъ, посл'Ьдн1Я не
награждались презрешемъ, не были отверженицамн въ среде низшихъ
классовъ народа, ненавидевшихъ и развратъ, и проститущю патрицгевъ...
Высш1е классы, такимъ образомъ, силою своей власти или своего бо-
гатства, захватывали бЬдиыхъ красавицъ, наслаждались ими, пожирали
ихъ жизнь, и затЪмъ съ презретемъ выбрасывали въ мрачную, зло-
вонную яму пролетар1ата, изъ которой былъ одинъ выходъ — смерть,
смерть отъ холода, смерть отъ голода, смерть отъ руки исполнителя
патриц1анскаго правосуд1я, палача, смерть отъ болЬзйей, имеющихъ въ
упомянутой ям4 главное свое обиталище. Такова была общая участь
проститутокъ, за весьма немногими исклгочен1ями.
Въ то время, какъ древнее общество справляетъ свои предснерт^
ные пиры, любуется гибелью тысячъ народа въ циркахъ и упивается
вапахомъ человеческой крови, грабитъ деленную, заводить непотреб*
ные дома во дворцахъ цезарей, убиваетъ своимъ деспотнзмомъ хас(К1
народа, и, съ обычною наглостью тупого деспота, топчетъ ногами и
_ 485
презираетъ всЪхъ имъ ограбдепныхъ, избитнхъ, развращенныхъ, све-
деннихъ съ ука, превращенныхъ въ безсмысленныхъ животныхъ,—
съ берсговъ 1ордана раадается кротк1Й, любвеобильный голосъ: „идите
ко МП* всЬ трудящ1еся п обремененные, и я успокою васъ!" ВсЬ от-
верженные и задавленные древней цивплизащей идутъ на голосъ учи-
теля, унижающаго гордыхъ, возвышающаго смиренныхъ, пропов'^ды-
вающаго {йшевство и братство. Нпщ1е, рыбаки, рабы, отпущенники,
рилск1е могильщики, п1)оводящ1е въ катакомбахъ всю свою жизнь и
никогда невидящте солнца, наг1е поденщики, самая грязная чернь,
всЬ огверженникн стекаются къ реформатору и водою крещешя смы-
ваютъ печать своей отверженности. Проститутки были самыми горя-
чими прозелитками еван1^ел1я и усердными спутницами ц-Ьломудрен-
наго 1исуса, пропов^Ьдывавшаго такую терпимость къ нимъ и такъ
чслов-Ьчно прощавшаго всЬ ихъ прежше грЬхи. Но отцы первыхъ вЪ-
ковъ церкви, считая бракъ священнымъ только потому, что ц-Ьлью его
было „хрцст1анское рожден1е и воспитан1е д-Ьтей", всякое половое удо-
вольств1е, несопровождаемое такою ц^лью и не освященное церковью,
считали смертнымъ гр-Ьхомъ; проститутки были для нихъ отвержен-
ными гр'Ьшнпцами и подвергались строгимъ церковнымъ покаяшямъ.
Хрпст1анск1е законодатели Визант1и сибираютъ въ свои сундуки зна-
чительные налоги „со всЬхъ нищихъ, со всЬхъ проститутокъ, рабовъ,
отпущеннпковъ", запрещаготъ патрпц1ямъ жениться на публичныхъ
женщинахъ, предпнсываютъ посл'Ьднимъ носить платье съ известными
условными признаками ихъ отверженности, кладутъ печать позора на
д-Ьтей ихъ, жестоко наказываютъ какъ растлителя д-Ьвушки, такъ и
посгЬднюю, не обращая внимашя, соглашалась она или п*тъ отдаться
своему соблазнителю, и т. д. Но ухудшая такимъ образомъ положен1е
несчастиыхъ публичныхъ женщинъ, христ1анск1е законодатели нисколько
не достигали своей главной ц^ли,— искорененхя разврата. „Развратъ не
былъ промнсломъ, приносящимъ ВЫ1Г0ДЫ народу, напротивъ, онъ воз-
бужда.1рл и поддерживался страстями вельможъ и богачей", говоритъ
Дюфуръ, и поэтому всЬ усцл1Я ослабить его оставались тщетными:
наказывая съ примерною жестокастью простой пародъ, императоры
не см4лн такъ же безцеремонно поступать съ главною опорою раз-
врата, — высшими классами, и, несмотря на всЬ ихъ репрессивныя м'Ьры,
визант1йская пмперхя была и умерла такою же развратною, какъ и
Римъ. Самъ Феодос1й въ одной изъ свопхъ новеллъ (N07. 14, аиЛеп^.
со1. 2, \л^. 1, Ое 1епоп.) признается, что развратъ и проституцгя по-
жираютъ импер1Ю, несмотря на вс']Ь законы и жестокгя наказашя. „Из-
вестные люди употребляютъ для своего обогащен1я жестокхя и гнус-
пыя. средства; разъЬзжая по провпнщямъ и отдаленнымъ странамъ,
они обманываютъ несчастиыхъ дЪвушекъ разными об^щатями, при-
возятъ ихъ въ этотъ великолепный городъ (Визант1Ю), цом^щаготъ въ
486
своихъ домахъ, даютъ инъ платье и дурную пищу, потомъ предаюсь
ихъ на пуб^инчный развратъ и берутъ себ'Ь ихъ выручку. Они^застав-
ляютъ эти несчастныя жертвы подписывать обязательства, по Еоторыиъ
тЪ, втечеше опред^еннаго срока, принуждены заниматься своииъ' прес-
тупнымъ и нечестивымъ промысломъ; и преступлен1я этого рода умно-
жаются въ такой степени, что совершаются всюду, и въ нашеиъ им-
ператорскомъ городок и въ странахъ забосфорскихъ, и, что всего ужас-
н']Ье, эти обиталища порока открываются подл^ церквей и самыхъ поч-
тенныхъ домовъ... Есть злодеи, лишающ1е невинности д'Ьвочекъ, недо-
стигшихъ еще дЪсятил']^твяго возраста, и челов'Ьколюбивые люди едва
иогутъ выкупать этихъ несчастныхъ д^тей на в^съ золота^... Новелла
заключается угрозами жестокихъ наказашй, бывпгахъ совершенно не*
д'Ьйствительными въ стран^Ь, раззоряемой деспотами и развращаемой
тою аристократ1ей, которая, не красная, слушала громовыя рбчи Зла-
тоуста, см^^ло обличавшаго ее во всевозможныхъ порокахъ и злод'Ья-
шяхъ. Провинщи погибали отъ анарх1и, опустошались администрато-
рами, вымирали отъ голода, и удивительно ли, что они вели на рынки
Вязант1и своихъ женъ и дочерей продавать богатымъ развратникамъ!
Такою же жалкою попыткою, какъ кары закона, оказались и магда-
ЛИНСК1Я убежища, впервые заведенный въ Константинополь ех-прости-
туткою, императрицею Феодорою. Основавъ убежище, она велела си-
лою забрать въ него съ улицъ 500 публичныхъ женщииъ, которымъ
было такъ хорошо въ этомъ благотворительномъ заведеши, чтп боль-
шинство ихъ утопилось въ морЪ въ первую же ночь!..
Ш.
Роскошь и утонченный развратъ— вотъ что прежде всего заимство-
вала отъ римлянъ аристократ1я европейскихъ варваровъ. Грубая, не-
обузданная, страстная, она продолжала предсмертныя орпи Рима, со-
провождая ихъ всевозможными злод']^ятями и безпорядками, столь
обыкновенными въ несложившемся еще обществ'^. Сила дала ей власть, а
власть дала возможность выжимать изъ народа посл'Ьдте жизненные
соки ивъ частности форвгаровать для своей ут^хи гаремы изъ д'Ьвушекъ
низшихъ классовъ. Захватыванье и насилованье женщииъ были тахъобык-
но]ЕГенны, что создали юридическШ обычай: право первой ночи^ узако-
ненное, впрочемъ, впервые императоромъ Максиминомъ, постановив-
шимъ, что рабъ не можетъ жениться безъ соглас1я господина, кото-
рый долженъ быть „предвкусителемъ на вс']^хъ свадьбахъ** (и! ]р8е
1П от1)1Ъи8 пирШв ргае§и81а1ог евзе!). И втечеше в^ковъ этнмъ гнуснымъ
правомъ пользовались феодалы Европы, пока, наконецъ, оно не бБИО
уничтожено подъ вл1ятемъ женщииъ, преимущественно порядочныхъ
487
королевъ. Но право первой ночи, вакъ оно ни отвратительно, все-таки
не составляло главнаго зла того анархическаго произвола, которому
долго подвергались вс^ женщинкт, подвластный и даже неподвластныя
феодаламъ, постоянно растл'Ёвавшнмъ ихъ, забиравшимъ ихъ для сво-
его наложничества, составлявшимъ изъ нихъ ц'Ьлне гаремы. Въ на*
чал^ среднихъ в'Ьковъ, когда публичные дома не были еще распро-
странены въ ЕвропЬ и существовали лишь въ немногихъ м'Ьстностяхъ,
ихъ заменяла домашняя проституц1я. Бороли, аббаты, епископы, ба-
роны им^и въ своихъ домахъ родъ сералей или непотребныхъ заве-
ден1и, содержимыхъ на счетъ вассаловъ; по выражешю одного писа-
теля XI в., каждый ленный влад^Ьлецъ кормилъ въ своемъ гинекее
столько же проститутокъ, сколько было собакъ въ его псарне. Иногда
этихъ наложнидъ набиралось такъ много подъ одной кровлей, ито хо-
зяииъ не им'Ьлъ средствъ содержать ихъ й билъ принуждаемъ осво-
бождать н'Ькоторыхъ, чтобы не умерли съ голода всЪ. Хотя эти ги-
некеи и вмЬли характеръ промышленныхъ заведен1й, такъ какъ за-
пертый въ нихъ женщины занимались въ пользу своихъ господъ, но
уже съ X в^ка ихъ назваше д^Ьлается синонимомъ публичнаго дома,
ч']^мъ они и были въ супщости. У спльныхъ влад']^льцевъ ихъ было
даже по н^^скольку у каждаго. У Меровинговъ и Карловинговъ они
были разсЬяны по разнымъ м^стамъ ихъ влад'Ьв1й, занимались при-
готовлешемъ льна, мыла, посуды, масла и т. п., и въ то же время
поставляли наложнидъ для своихъ господъ. Феодалы даже заманивали
въ нихъ постороннихъ мужчинъ и брали деньги за ихъ визиты. Фео-
дальные же гаремы для собственной ут^хи ихъ влад^^цевъ продол*
жали существовать по м^стамъ вплоть до временъ новой исторш.
Кр^постныя женщины въ средше в^^ка также продавались и внк]^ни-
вались своими господами, и желаюпце могли покупать ихъ для налож-
ничества. Независимо отъ наложнидъ, рабынь, служанокъ, д^Ьлу до-
машней проституц1и служили также собственный жены и дочери вла-
д^льцевъ; мног1е родители и мужья или угощали ими своихъ гостей,
или предлагали ихъ даже за деньги; мнопя жены и дочери делали
то же, независимо отъ свопхъ семейныхъ владыкъ. Нич'Ьмъ неогра-
ниченный произволъ, огромный богатства, пр1обр:Ьтаемыя посредствомъ
грабеака, разбоя, войны и поборовъ съ народа, праздная жизнь, вл1Я-
ше развращенной Итал1и и Востока, — ^все это растлило до корня фео-
дальное общество, заразившееся вскоре посл^ своего возникновешя
самыми грубыми пороками. Мы не будемъ говорить уже о томъ, какъ
феодалъ развратничалъ въ своемъ замк'Ь, какъ, разъезжая по дерев-
нямъ, онъ соблазиялъ и насиловалъ крестьянокъ, какъ портилъ жен-
щинъ своего класса, какъ онъ, подобно Ченчи, лишалъ невинности
своихъ дочерей, или подобно Жану де-Тройе ( | 1468 г.), прижитыхъ
со своею дочерью д'Ьтей убивалъ всЬхъ съ ед соглас1я; какъ ОИЪ) по-
488
добно меровиегскимъ королямъ, не отступалъ ни передъ уб1йствами,
ви передъ войной, чтобы только завладеть нриглянувшейся жепщпной,
какъ онъ д-Ьлалъ отдаленныя • путешеств1я и спалъ въ женскихъ объя-
Т1яхъ въ замкахъ бароновъ, въ хижинахъ крестьянъ, въ кельяхъ мо-
нахинь, въ непотребныхъ домахъ сладострастной Итал1и. Разм'Ьры
этой развращенности могуть быть определены распространешемъ про-
тивуестественныхъ пороковъ, являющихся лишь результатомъ полнаго
пресыщешя женщинами. Мужеложство, соединенное иногда съ врово-
см'Ьшен1емъ, доходило до ужасныхъ разм-Ьровъ, такъ что, по словамъ
де-Витри (Ш81;о1ге осс1(1еа1а1е, сЬ. УИ) „челов'Ькъ, содержащхй н-Ьс-
кольво наложницъ, отличался сравнительно нрим']^рною нравственно-
стью „! Одинъ изъ первыхъ вельможъ Франщи, Жиль де-Рецъ (Яе1г),
сожженный на костре въ 1440 г., проводил ь все свое время въ рас-
тл4н1и д4тей, которыхъ доставляли ему со вс4хъ сторонъ его слуги
и камердинеры; насладившись ими разъ или два, онъ душилъ ихъ, и
въ подземельяхъ его замковъ было найдено множество остововъ этихъ
несчастныхъ жертвъ; ему было даже йрхятн-Ье перерезывать горло
малготкамъ, ч4мъ удовлетворять на ничъ свою животную страсть;
часто оба эти наслажденгя онъ соединялъ имеет*, и злоупотреблялъ
ими до гЬхъ поръ, пока они не умирали. За каждаго доставленнаго
ему ребенка онъ илатилъ отъ 2 до 3 экю. Уголовный летописи гЬхъ
временъ показываютъ, какъ часто совершались тогда насиловашя ма-
лолетнихъ д4вочекъ, не говоря уже о взрослых^, насиловашя мальчи-
ковъ и т. д. Количество преступлешй скотоложства было особенно
значительно во Франщи, где оно постепенно увеличивалось до конца
XVI в. и где казнили смертью не только скотоложцевъ, но даже и
животныхъ. Такъ въ 1546 г. былъ сожженъ Гюго Видъ за сожитель-
ство съ коровою, которая прежде сожжешя была убита; въ 1556 г.
Жанъ де-лагСель сожженъ съ ослицею за сожительство съ него; въ
1601г. былъ повешенъ ипотомъ сожженъ Клод енъ де Кюланъ за связь
съ собакою п т. д. Этотъ гнусный порокъ доходилъ до ужасающнхъ раз-
меровъ. Итальянцы, участвовавште въ осаде Л10на въ 1562 г. при-
вели съ собой изъ Е1тал1и разряженныхъ и богато украшенныхъ козъ,
но не удовольствовались ими; все почти дети и козы въ деревняхъ
Дельфината подверглись ихъ скотскому злоупотреблен1ГО, и крестьяне
нашлись вынужденными сожечь своихъ опоганенныхъ животныхъ...
Сытое, сильное, тунеядное феодальное дворянство, развращаясь само,
развращало до мозга костей п всю народную массу. Средневековая
безнравственность представляетъ ужасную картину. Матери растл*-
ваютъ своихъ сыновей, отцы дочерей, братья сестеръ, самые ближше
родственники содомитствуютъ другъ съ другомъ, рыцари угощаютъ
посетителей, если не своими женами и дочерьми, то во всякомъ слу-
чае служанками, феодальный дамы поощряютъ другъ друга къ раз-
489
врату, дочери графовъ проникаютъ въ спальни чужнхъ иужчинъ и
прпнуждаюгь посл'Ьднихъ къ любви съ собою, дамы од4ваютъ ц раз-
д^ваютъ гостя, даже провожаютъ его въ баню в помогаютъ ему мыться,
въ церввахъ, на турнирахъ, на балахъ женщины являются полуна*
гимн: въ кктторихъ м^стностяхъ распространяется даже обычай гу«
лять совершенно иагишомъ по улицамъ, въ баняхъ и купальняхъ
мужчины и женщины купаются вм'Ьст'Ь безъ всякихъ костюмовъ, ак-
теры и актрисы иногда явVIЯЮтся на сцену въ одежде Адама и Ёвы,
трубадуры, восп'^^вая любовь, также мало стесняются въ выражев18хъ
и въ выбор'Ъ сюжетовъ, какъ и поэты золотого в^ка римской лите-
ратуры.
Вм*ст* съ дворянствомъ действовало и католическое духовен-
ство. Безбрач1е монаховъ и бЪлаго духовенства, при власти и богат-
ствахъ, которыми обладали они, принесло таше развратительнне плоды,
которые портили народъ едва ли не больше, чЪмъ дворянство. Па-
теры заводятъ ц^лые гаремы, монахи, какъ голодные волки, броса-
ются на женпщнъ, и часто силою увлекая ихъ въ свои монастыри,
держатъ зд^сь въ заключенги; духовники соблазняютъ свопхъ испо-
ведницъ; 1езуитн пропов-Ьдуготъ, что женщина не гр*пштъ, если го-
ворить своему любовнику: „я отдаюсь теб4 во имя I. Христа". Раз-
вратъ приходскаго духовенства простирался до того, что ради охра-
нен1я своихъ женъ и дочерей отъ стастолюб1я попа, прихожане сплошь
и рядомъ формально обязывали его содержать наложницу. Громадная
власть духовенства надъ народомъ давала ему возможность наживать
огромныя богатства и наполнять свои гаремы лучшими женщинами.
Какъ развратительно действовало духовенство на народъ можетъ по-
казать следующая истор1я, разсказанная по подлиннымъ актамъ Дю-
лоромъ въ его рШ81;о1гес1е Раг18". „Шарль де-Сенектеръ, сеньоръ го-
рода д'Орильяка и аббатъ монастыря, два его племянника, въ томъ
числе одинъ бывш1й аббатомъ въ монастыре св. 1оанпа, его племян-
ница Мар1Я, настоятельница женскаго д'орильякскаго монастыря, мо-
нахи и монахини обоихъ монастырей предавались всемъ крайностямъ
разврата (и это было въ половине ХУ1 столет1я). Каждый монахь
жиль въ монастыре съ одной или несколькими наложницами, — де-
вушками, соблазненными имъ и уведенными изъ родительскаго дома,
или женщинами, похищенными отъ мужей. Въ саду у аббата было
особое здан1е, спещальио предназначенное для разврата и украшенное
соблазнительными картинами; патеры были обыкновенными поставщи-
ками женщинъ въ это убежище, на племянникахъ аббата лежала та
же постыдная обязанность. Они облагали этою натуральною данью не
только городъ, но и все окрестныя деревни; они вырывали девушекъ
изъ объят1й ихъ матерей, при полномъ дневнонъ свёгЬ, въ виду жи-
телей, они презирали общественное мнеще, крики и плачъ своихъ
490
жертвъ, хоторыхъ пинками и ударами гнали въ монастырь, гдЪ онЪ и
предавались растл^шю аббата, его племаннивовъ и другихъ мона^
ховъ". Мало того, что духовенство предавалось всевозмоашнмъ ор-
гшмъ, посещало публичные дома, развращало своихъ духовныхъ до-
черей, пользовалось правомъ первой ночи, занималось нерФдЕО свод-
ничествомъ, — оно, кром^ всего этого, водворяло въ Бвроп^Ь мно-
гоженство и педераст1Ю, которая известна также подъ именемъ
кардиммьской любви. Во Франщи въ 1581 г. была составлена ста-
тистическая таблица о духовенств-Ь, въ которой всего духовенства
съ церковными служителями показано 1.018.782, наложницъ духовен-
ства 1.151.754, содомитовъ 39.583. Еще св. Брнифащй писалъ, что
„н^Ькоторые изъ поповъ и монаховъ им'Ьютъ по пяти и болтье налож^
ницъ^ Монастыри были постоянными притонами пьянства и разврата.
Отъ мужскихъ не отстали и женскхе. Сюда съ'Ьзжались кутить и раз-
вратничать окрестные дворяне и монахи. Ст^ны монастырей сплошь
и рядомъ оглашались криками д'Ьтей, прижитыхъ монахинями со сво-
ими любовниками. Для солдатъ во время ихъ походовъ хенск]Я оби-
тели были публичными домами. Этотъ поповскШ развратъ, разъ^дав-
ппй всю Европу, сосредоточивался, главнымъ образомъ, при двор^ т^хъ,
которые претендовали быть божественными повелителями неба и земли.
Дворцы папъ сплошь и рлдомъ превращались въ настоащ1е непотреб-
ные дома, а подъ именемъ непогр^шимыхъ первосвященниковъ пра-
вили ихъ любовницы. Зд^^сь, какъ н при вс1^хъ тогдашнихъ дворахъ,
развратъ не ограничивался однимъ конкубинатомъ, — ^зд'Ьсь развратни-
чали во вся тяжкая, соблазняли, насиловали... По словамъ Луитпранда,
въ Рим^ женщины и д']^вушки иногда „вовсе не ходили молиться надъ
гробомъ св. апостоловъ'^, потому что попы насиловали ихъ даже въ
церкви!.. Доходило до того, что папа жилъ съ собственною дочерью..*
Такой ужасный развратъ сопровождался всегда интригами и злодей-
ствами. Папы и друпя духовный особы были не просто развратниками,
но развратными тиранами. Въ Авиньоне, напр., въ 1509 г. незаконный
сынъ папскаго легата обезчестилъ жену одного дворянина и былъ за
это убитъ ея мужемъ. Легатъ задумалъ дьявольскую месть. Онъ при-
гласилъ къ себе все высшее общество Авиньона, и въ то время, кавъ
гости спокойно сидели за столомъ, всЬ выходи изъ залы были заперты,
легатъ поджегъ домъ и вся авиньонская аристократ1я сгорала заживо,
въ томъ числе погибъ, конечно, и уб1йца легатскаго сына.
Бея ИСТ0Р1Я Европы вплоть до новейшаго времени проходить въ
непрерывныхъ войнахъ, а каждая старинная война сопровождалась
почти поголовнымъ растлешемъ женщинъ, попадавшихся солдатанъ.
Холостые или оторванные отъ семей, они действовали развратительно
и во время своихъ мирныхъ стоянокъ, насилуя однехъ, соблазняя
другихъ, уводя съ собою третьихъ* Въ лагеряхъ всехъ европейскихъ
491
войскъ всегда были толпы публичныхъ женщинъ, безъ воторыхъ сол-
даты не ходили въ вампати и число которыхъ часто равнялось
численности арм1И. Отъ нихъ не могли и не хогЬли избавиться ни
короли, ни военачальники. Когда Генрихъ II принялъ свои репрес-
сивныя мЪры противъ всякой проституц1и, то осм^^лился только ограни-
чить число лагерныхъ женщинъ, постановивъ, чтобы ихъ было не
бол^^е 1 на 3 солдатъ. Иногда эти проститутки зазнавались и возвы-
шали свою плату. Во Франщи походные непотребные дома существовали
до ХУП в. Иногда ихъ содержали сами военачальники, эксплуатиро-
вавш1е, такимъ образомъ, и проститутокъ, и офицеровъ, и солдатъ.
Развращенность войскъ, особенно верегулярныхъ, была такъ велика,
что во время крестовыхъ походовъ ей изумлялись даже магометане.
Возвращаясь нзъ походовъ, крестоносцы заводили у себя формальные
гаремы.
Три упомянутыхъ фактора — феодальное дворянство, католическое
духовенство и солдатство, сходились въ одномъ общемъ центр'Ь, при
королевскомъ гинеке']^, который, поэтому, и шелъ втечен1е столькихъ
стол']^т1й во глав^ европейскаго разврата. Мы не будемъ говорить о
полудикнхъ меровингахъ, о карловингахъ и ихъ великомъ родоначаль-
таЛ, въ глазахъ котораго его дочери превратили королевсшй дворецъ
въ непотребный домъ, мы подвинемся дальше и взглянемъ на дворы
болЪе новые, въ особенности на французсшй. „Если взглянуть на ста-
ринную Европу — говорить Тэккерей въ своихъ Гонг беогдез, — ^ланд-
шафтъ ужасенъ: пустыни, несчастиыя и ограбленныя, полусожженння
хижины и дрожапце крестьяне, собираюпце ничтожную жатву. Поодаль
отъ крика и шума стоитъ Вильгельмслустъ или Лудвигсруэ или Мон-
бижу или Версаль, ъозлЬ города, скрытый лЬсомъ отъ обнищалой*
деревни, — огромный позолоченный, чудовищный дворецъ. Можетъ ли
дворъ быть великолЬпн']^е, вельможи и кавалеры храбр^Ье и величавее,
дамы прелестнее? Но въ самомъ этомъ центре власти, щкхя ужасныя
пятна, низость, преступл^тя, позоръ! Ц'Ьну несчастной провинщн
король повязываетъ на б'Ьлую шею своей любовницы... Каждый князь
подражаетъ французскому королю и им'Ьетъ свой версаль, свой дворъ
и свое великол^ше, свои сады со статуями^ свои фонтаны и своихъ
тритоновъ, своихъ актеровъ, своихъ пЪвцовъ, свой гаремъ, свои брил-
лианты и разные титулы для обитательницъ гарема, свои праздне-
ства, картежные столы, турниры, маскарады и банкеты, которые,
продолжаются по ц'Ьлымъ нед^лямъ я за которые народъ платить
своими деньгами, если они есть у несчастныхъ б'Ьдняксвъ, а когда
я^тъ, то своимь т^^омь, своею кровью и ихъ тысячами продаютъ ихъ
господа и повелители, которые весело ставить на карту ц^лые полки,
вым^нивають батальоны солдатъ на брилл1антовыя ожерелья для тан-
цовщиць, словомь, забираютъ въ карманъ свой народъ"! Развратъ
492
при германсБихъ дворахъ доходилъ до невообразимаго скотства. .Ав-
густъ Саксонск1й, напр., пмЬлъ любовницей свою дочь Оржельскую,
которая сначала была въ свази, съ своимъ братомъ, графоиъ Рутов-
скимъ, одннАхъ изъ 354 побочныхъ д-Ьтей ихъ общаго отца. „Съ какимъ
цанизмомъ — говорить Шерръ въ своей „Исторхи Цпвилнзащи Гер-
маши", — онъ поЕиралъ всякШ стыдъ и всякую нравственность, можно-
видеть изъ того, что въ 1767 г. онъ держадъ пари съ тогдашней
своей любовницей Козель, что можетъ выпустить монеты съ изображе
Н1емъ ея д ]Ьтородныхъ частей, и выигралъ это пари, вел^въ вычеканить
гульдены, известные нумизматикамъ подъ именемъ гульденовъ Козель.*'
При двор* курфирста - арх1епископа майнцскаго Эрталя безстыдстю
доходило до того, что священники носили ленты своихъ крестовъ въ
вид-Ь женскихъ секретныхъ членовъ! Императоръ Леопольдъ II (1790 —
1792) превратилъ дворецъ въ непотребный домъ и умеръ отъ постоян-
наго возбуждетя своихъ истощенныхъ силъ хиническими средствами.
Кабинетъ императора, разобранный послЬ его кончины, представлялъ
настоящ1Й арсеналъ сладостраст1Я.
При дворахъ королей съ саагаго начала европейской исторш были
десятки, сотни проститутокъ содержавшихся изъ королевской казны
и не отстававшихъ отъ двора даже во время его путешеств1й. Для
управлешя ими во Франц! и былъ назначенъ го1 йев г1ЬаиЙ8, родъ
министра, должность котораго при Франциск* I была передана дам*
и С) щесгвовала до конца XVI в-Ька. Съ развпт1емъ придворной утон-
ченности изменился и характеръ дворцовой проституции. Публичный
женщины изчезаютъ со сцены и снова являются на нее въ качеств*
дамъ, утончен ныхъ, образованныхъ, изящныхъ. Одн* изъ нихъ и живутъ
при двор*, друг1я только временно украшаютъ его своимъ присутствхемъ,
соединяя въ одну компан1ю п дворъ и высшее обш;ество, къ которому
он* принадлежать. Гдавнымъ совершптелемъ этой перем*ны былъ
Францискъ I, говоривш1й, что „дворъ безъ дамъ — ^это садъ безъ цв*-
товъ и скорее похожъ на дворъ турка или сатрапа, ч*мъ на дворъ
всехрист1анн*йшаго короля". И украшенъ былъ дворъ прелестными
дамами, которыми, по словЭгМЪ Брантома, Францискъ хот*лъ зам*ннть
ирежнихъ проститутокъ. Наборъ этихъ дамъ и королевскихъ метрессъ
производился разными способами. При многихъ дворахъ были, напр.,
вельножныя и нбвельможныя сводни. При Карл* VI эту должность
исполняли два августинскихъ монаха, живш1е во дворц*, при Фран-
циск* I кардиналъ де-Лорренъ не только промышлял* женщинъ, но
и „собственноручно дрессировадъ ихъ для короля"; при Генрих* IV
ВС* придворные наперерывъ старались угодить по этой части не только
королю, но и принцамъ и вельможамъ. Итальянецъ Заметъ за это ис-
куство изъ простого кардонщика сд*ланъ барономъ, королевскимъ со-
в*тниковъ, фонтенблоскимъ губернаторомъ и богачомъ. Помощнпкама
493
его бы1и герцогъ де-Бельгардъ и марвизъ Варрень. Саыыя знатныя
даны не пренебрегали этимъ выгоднымъ промысломъ, какъ это быва.1о
и при другихъ дворахъ, напр., при берлинскомъ, гд* даже „знатныя
дворянки делались сводницами, соблазняли д-Ьпушекъ и обучали ихъ,
какъ нужно избавляться отъ беременности". Милости королей, богат-
ства и титулы, рэсточаемыя ими и вельможами на любовннцъ, дейст-
вовали такъ развратительно, что родители вели во дворецъ на поруган1е
своихъ дочерей, а мужья покупали себЬ чины и должности на своихъ
женъ. Феодалы, превратившись въ придворныхъ вельможъ и чипов-
никовъ, счпта.1И за счаст1е видеть своихъ женъ п дочерей наложницами
государей. Въ старинной Европ'Ь толпы дворянокъ постоянно переез-
жали отъ двора къ двору, отыскивая занят1я; и если он* обращали
на себя милостивое вниман1е государей, то оставались при двор*,
делались фаворитками его величества или его высочества, получали
огромный суммы, делались герцогинями, маркизами и т. п., не теряя
общественнаго уважешя за тотъ спосббъ, какимъ он* достигли своего
повышен1я. Эти-то блудницы нередко и посылались королями къ дру-
гимъ дворамъ, „а особы ми 7гор1;ненглми^. Катерина Медпчи организовала
при францулскомъ дворе изъ знатныхъ проститутокъ такъ называемый
„летучги эскадронь королебы*^; входпвш1Я въ составъ его женщины,
разъ'Ьзжая по Франц1П п заграницей, соблазняли государей и знатныхъ
людей, выв'Ьдывали отъ нихъ политическ1я тайны, отклоняли ихъ отъ
д-Ьйствхй, несогласяыхъ съ планами королевы и т. д. Та же королева
съ политическою ц4лью развратила, говорить, своихъ четырехъ сыно-
вей и трехъ дочерей.
Читателю, можетъ быть, покажется страннымъ, что развратъ ста-
рипныхъ дворовъ Европы мы называемъ простптуц1ей; но въ этомъ
нетъ решительно никакого преувеличетя, — это былъ не развратъ, а
промыселъ развратомъ. Все придворный любовницы получали деньги,
содержаше, титулы, награды своимъ родственникамъ и т. д. Даже не
получая денегъ, оне могли наживаться, благодаря своему положешго.
Такъ, когда въ Англ1И, после казни мятежниковъ 1685 года, было
пристуилено къ конфискащи ихъ имуществъ, дворъ нмелъ въ этихъ
конфнскащяхъ свою долю; более всего отличались здЬсь хищностью
и жестокостью дамы. Королева упросила, чтобы ей отдали сто мятеж-
никовъ, и выручила за продажу ихъ 1,000 гиней. Дамы содрали 1,000
ф. стерл. съ купца, сделавшаго взносъ въ кассу мятежной арм1и. Но
главная добыча прлучена ими не съ него. Въ Тонтоне несколько
девицъ поднесли Монмуту знамя. Две изъ нихъ умерли въ тюрьме,
одна отъ эпидем1и, другая отъ страха жестокаго суда; но большая
часть были живы; некоторымъ изъ нихъ не было „еще ц девяти летъ
1
ОТЪ роду, фрейлины выпросили позволен1е вынудить и отдать имъ,
фрейлинамъ, выкуиъ съ родственниковъ этихъ дёвочекъ; онц просила
494
7,000 фунт., но имъ могли уплатить менЬе, ч4мъ 7з этой суммы.
Нер^ЬдБО даже придвориыя проститутки брали за отд']^льный визитъ.
Главный смотритель Версалл ухаживалъ за одной принцессой, но сна-
чала встр']Ьчалъ отъ нея только отказы н презрЪше; наконецъ, она
согласилась продать ему свою ночь за прельстившую ее в ышмдмую
работу по канв^^! Это ли не проституц1я!.. Старинные дворы, особенно
французск1й, мало ч'Ьмъ уступали въ этомъ отношеши двору римскнхъ
цезарей. Та же безобразная жизнь, всец'1^ло посвященная орпямъ и
сладостраст1Ю; т'Ь же сцены грязнаго цпиизма, тЬ же насил1я, то же
содержан1е мальчиковъ, этихъ прелестныхъ миньоновъ Генриха Ш,
которыми тавъ восхищается Еапефигъ; то же развращеше вс^^хъ
классовъ общества, и наконецъ — чего не было въ Рим'Ь — множество
могилъ, въ который безвременно ложились жертвы сифилиса. Сколько
однихт французскихъ королей погибло отъ этой ужасной болезни!..
Искуства, состоявш1я встарпну подъ милостивымъ покровительствомъ
потентатовъ, заражались посл1^дними и следовали общему настроен1Ю.
Какъ у древнихъ римлянъ, дворцы и сады ихъ были наполнены самыми
соблизнптельны^и барельефами, статуями, группами, картинами, пре-
имущественно мифологическаго содержан1я. Искус1Со осквернялъ,тавнмъ
образомъ, бол^е всего французск1Й дворъ, угождая вкусамъ котораго,
самые велиЕ1е артисты Бозрожден1я-^ Леонардо Винчи, Бенвенуто Челлини
и др., творили похабщину, изображая и р']Ьзцомъ и кистью сцены
самаго грязнаго разврата, мужеложства, скотоложства и т. п. и такХя-
то произведен1Я не таились подъ спудомъ, какъ д']Ьлается нынЬ раз-
вратниками, а украшали собою залы, салоны, кабинеты и сады двор-
цовъ. Литература и театръ носили тотъ же характеръ. Въ Англ1п,
напр., вся толпа драматурговъ, сл']^дующихъ за реставращей, нзобра-
жаетъ исключительно прелюбод'Ёяше, и изображаетъ его, какъ главное
достоинство и призван1е благовоспитаннаго джентльмена. „Это М1ръ,
въ которомъ женщины подобны самымъ развратнымъ, безстыднымъ н
безчувственнымъ мужчинамъ, а мужчины слишкомъ скверны для какого
нибудь другого м:]^ста, кром^ Пандемонхума или острова Норфолька'
(Маколей, IV, 135 — 189). Въ Гермати съ половины XVII в. царить
„самая безнравственная литература*", а оперныя певицы и актрисы,
играя безстыдныя пьесы, сопровождаютъ ихъ похабными жестами и
являются на сцену не только въ соблазнительных!, костюмахъ, но
иногда даже и нагишомъ. О Франщи ужъ и говорить нечего. Еслн бы
пересчитать сочинен1я исключительно сальнаго, и притомъ самаго
сальнаго содержан1я, услаждавш1я собою дворъ и высш1е классы
Франщи въ XIV — ^XVIII в., то для однихъ заглавхй ихъ не хватало
бы ц']^лой нашей статьи. Даже мистер1и священнаго содержашя сос-
тояли зд']^сь почти изъ однихъ площадныхъ выражешй и сценъ самаго
циническаго разврата. Самая жизнь художнивовъ, ватуръ страст-
495
ввхъ впечат^штелъныxъ, была фривольна да безобразхя. Прочтите,
напр., записки знаменитаго Бенвенуто Челлнии, и чуть не на каждой
странице вы найдете разсказы о томъ, канъ ,,завелась у него интрижка
съ прехорошенькой девочкой/ Заговоривъ о какой нибудь натурщиц'Ь,
Челлнни обыкновенно ведетъ р^чь въ такомъ тонЪ: „она служила мн^
моделью н я разд'Ьлялъ съ нею чувственныя 7ДОВольств1я." Особен-
нымъ развратомъ отличались актеры и актрисы. Актрисы не только
развратничали, но были нер^Ьдко еще общими женами для всЬхъ
мужчинъ своей труппы.
Торговля, какъ это бываетъ вездЪ, была однимъ изъ главныхъ
возбудителей проституцги въ старинной Европ'Ь. Во Франщи даже во
времена гонетй на всякую простнтуцш, итальянскимъ купцамъ доз-
волялся не только обыкновенный развратъ, но даже мужеложство или
„кардинальская любовь^. Столь же сильнымъ факторомъ были уни-
верситеты: въ средн1е в^ка н въ перюдъ Возрождешя въ нихъ бывало
по десяти, по пятнадцати тысячъ студентовъ разомъ; понятно, что так1я
сборища холостой молодежи должны были развратительно действовать
на женское населенхе. Въ среднев'Ьковомъ Париж'Ь школьный кварталъ
былъ населепъ исключительно профессорами, учителями и студентами
вс^хъ нац1Й, число которыхъ простиралось до 15,000 и которые сос-
тояли въ гЬсной дружб'Ь со множеством'ъ проститутокъ, не только
содержали ихъ, но даже защищали отъ разныхь репрессивныхъ м'Ьръ
правительства. Нраиы стариннаго студенчества, его орг1и и волокит-
ства, необузданность и корпоративная сила, — все это вело за собою
то, что университеты были одними изъ главныхъ факторовъ женскаго
развращешя и центрами, около которыхъ собирались проститутки.
Наконецъ, немаловажными проявлен1ями разврата служили и мнопя
релипозныя секты, хотя развращенность нЬкоторыхъ изъ нихъ и поло-
жительно сочинена ихъ безчестными врагами, католическими патерами.
Тамплеры обвиняются въ самомъ грубомъ мужеложств'Ь; булгары,
беггарды, анабаптисты и множество другихъ еретнвовъ отличались
повальнымъ развратомъ; адамиты ходили нагишрмъ и творили блудъ
публично; мистики ХУШ в. доходили часто до скотства и т. д. Еатоли-
цизмъ тоже принесъ свою дань общему настроению нравовъ. Монаше-
СК1Й орденъ „братцевъ*', напр., разсЬянный по всей Европе, считая
грЪхомъ всякую постоянную связь, и въ теор1и и въ практик*]^ держался
полной общности женщинъ. Во многихъ м:Ьстахъ вплоть до револющи
существовала котолическо-релипозная проституц1я. Язычесшя боже-
ства половнхъ отношен]й превращены были въ яесуществовавшихъ ни-
когда католическихъ сватыхъ, капеллы и неприличный язычесшя ста-
туи которыхъ изчезли только во время револющоннаго погрома. Въ
нДкоторыхъ м^стахъ проститутки им'Ьли даже свои церкви, построен-
ныя во имя Марш Магдалины.
496
Мы уже говорили выше, что въ среднге в'Ька, какъ это Сило в въ
древности, господа формировали изъ своихъ рабынь публичные до]1а
или заставляло ихъ проститутничать въ одиночку. То же д^али п
родители, класть которыкъ въ средн1е ъ^кв. была громадна. Уже пер-
вые европеисте кодексы, такъ называемые 1е§е9 ЬагЬагогит, сильно
нападаютъ на эту гнусную торговлю д-Ьтьмп, который, будучи проданы
для проституц1п родителями, содержали ихъ доходами своего промысла.
И впродолжен1е долгпхъ стол-Ьт!!! непрестанно раздаются голоса законо-
дателей, пронов-Ьдииконъ, путешественнпковъ, свидетельствующие о
громадныхъ разм'Ьрахъ этого злоупотребленхя семейной властью. „Мно-
жество матерей —восклицаетъ Мэлллрдъ, французскШ средневековой
проиов'Ьдникъ, — множество матерей продаютъ и сводничаютъ своихъ
дочерей, заставляя ихъ развратомъ наживать себЁ приданое''. Мужья,
какъ и въ древности, торговали иногда своими женами. Государственная
власть, иодъвл1ян1емъримскихъ традищп, некоторое- время осуждала
женщинъ на публичную ироституц1'ю. Такъ, въ в^которыхъ областяхъ
средневековой Франц1и, девушку, изобличенную въ незаконной любви,
отводили въ публичный домъ и отдавали въ полное распоряжеН1е его
содержателей.
Разбои феодаловъ, кулачное право, крестовые походы, постоянная
войны, опустошптельныя эпидем1и и голодовки, раззорительный деспо-
тизмъ, постоянные поборы и взяточничество, религюзныя гонешя, ба-
роны и короли, рыцари и солдаты, патеры и приказные — все это раз-
зоряло, упяетало, убивало народы старинной Европы и постоянно по-
вергало ее во все ужасы неисходной бедности. Бедность сплошь и
рядомъ заставляла родителей убивать и продавать своихъ детей н
/кенъ; такая продажа не считалась прсстуилен1емъ, и Гейлеръ, знаме-
нитый немецшй проповеднпкъ XV в., говоритъ, что „отцу дозволи-
тельно, въ случае голода, продавать своихъ детей". 1ишивш1яся се-
мейства или мужей, погибшихъ на войне, бежавш)я отъ домашняго
деспотизма, прогнанныя или проданный супругами, сироты, найдены-
ши — словомъ, все бедныя, безпомощныя женщины не имели часто
никакого лругого средства пропитатя, кроме разврата. Слуясанки,
работницы, крестьянки, принуждонныя бросить деревни, любовницы,
покинутый своими соблазнителями, разныя ремеслецницы, какъ-то:
перчаточницы, золотошвейки, шляпочницы, базарныя торговки, колба-
сят^ы, вотъ кто принимался преимущественно за иромыселъ развра-
та. Рутебефъ, разсказывая объ учреждешн Людовикомъ IX магдаляи*
скаго убежища, говоритъ, что въ него поступило ^ множество жет
щинъ, доведенныхъ до разврата б^ъдностью*^ , Проститущя всегда уси-
ливалась во время голода, после войнъ и дпидем1й, когда целыя циб-
туЩ1я провннщи превращались въ пустыни, отъ городовъ н деревень
оставались только груды пепла, сотни тмсячъ народа оставались безъ
\
497
пищи, крова и, разбредясь въ разныя стороны, одни погибали съ го-
лода, друг1е шла въ разбой, третьи отдавались проституц1и. Не раз-
вращенность, не желаше богатства, а только неим^ше куска хл'^Ьба
доводило до этого промысла, о чеыъ свид'Ьтельствуетъ уже низкость
ндаты, за которую продавалась женщина. Въ 1357 г. герцогъ Карлъ
Блуа, увид^въ сидящую около его замка на дорог'Ь бедную женщину,
спросилъ ее, что она тутъ д^лаетъ? „Добываю себЬ хл^бъ продажею
своего гЬла", отвечала незнакомка. Герцогъ началъ раслрйшивать объ
ея жизни и узналъ, что она занимается порокомъ лишь для того,
' чтобы не умереть съ голода. „Воздержись отъ гр'Ьха, по крайней м'Ь-
р'Ь, втечете св. недели", посов^товалъ ей герцогъ. „Я воздержалась
бы мЬсяцъ, если бы у меня было 20 су", отвечала несчастная. Гер-
цогъ далъ ей 40 су, и съ помощью ихъ только она вовсе бросила
развратъ и, вышедши замужъ, повела правильную жизнь. Въ Австра-
зш въ половине XV в., говорятъ л'Ьтописцы, пможпо было илтть
четырехь женщинъ за одно куриное лицо, яйцо стоило грошъ (^гов),
а женщина только 4 деньё (Аешегз), даже дешевле". Во Франц1и 3 су
была самая обычная плата проститутк'Ь въ средше в'Ька. Въ ХУШ в.
женск1Й трудъ во Франц1И стоилъ не бол'Ье 10 или 12 су въ день;
женскую работу сильно начали отбивать мужчины, отчаянная б1^дность
начала сильн'Ье, ч'Ёмъ прежде, толкать женщину въ порокъ. Въ Па-
риже считали тогда отъ 40 до 60 тысячъ проститутокъ (6опсоиг<;,
Ьа Гетше аи ХУШ 81ёс1е, 249). Самая жизнь большей части прости-
тутокъ, жизнь, исполненная лишетй, страдашй, гонешй, также сви-
д'Ьтельствуетъ о томъ, что женщины брались за промыселъ разврата
вовсе не для наживы или удовольствШ. А такая жизнь была уд'^^ломъ
почти вс']Ьхъ проститутокъ. Мы не можемъ опред'^^лить даже Прибли-
зительно ихъ численности встарину, но им'Ьемъ совершенно достаточ-
ный основашя утверждать, что въ большихъ городахъ тогда ихъ бы-
ло больше въ несколько разъ, чЪжъ теперь, и больше не относительно
только, а даже абсолютно. Въ Париж'Ь, напр., въ XV в. ихъ было
записныхъ 13,000, между ткжь какъ гораздо лучше устроенной поли-
цш современнаго Парижа изв'Ьстно ихъ ннкакъ не болЪе 6,500. Въ
нын'Ьпшемъ Страсбург* публичныхъ домовъ 27, проститутокъ запи-
санныхъ около 300, а въ конц'Ь XV и начал'Ь XVI в. домовъ для ле-
гальной проститущи было 100, проститутокъ же такое множество, что
нмъ не доставало жилищъ. Въ Рим* въ 1542 г. бы./10 45,000 публич-
ныхъ женщинъ, платившихъ проститущонный налогъ (Ауё-Ьа11ешеп1;,
Оа8 <1еи18сЬе 6аш1ег1Ьит, I, 47). Изъ этой громады несчастныхъ жен-
щинъ нужно, конечно, исключить проститутокъ аристократш, знавшихся
съ магнатами, кардиналами, богачами и ведшихъ зажиточную, часто
даже роскошную жизнь. Но почти всё он^, подобно гетерамъ древ-
ности и камелхямъ нашихъ дней, что наживали, то и проживали не-
32
498
медленно и, по иЪрЪ изнашиванья своего гЬла, постепенно падали въ
ц']^н^, пока не принузкденн былн вступать въ грязный омутъ плебей-
ской проститущи, съ ея безпрштностьго, на^'отого и голодомъ. Поэть
XVI в., Дюбеллуа, довольно удачно изобразидъ превратности жпзнн
аристократической куртизанки. Шестнадцати л^тъ, „по примеру без-
стыдной матери", она лишается невинности, потомъ продается преем-
ственно тремъ дворянамъ и кардиналу, въ качестве д'Ьвственницц;
кардиналъ полюбилъ и обогатилъ ее; наконецъ выдалъ замужъ за
одного джентельмена, который ограбилъ ее до нага и заставилъ снова
заняться промысломъ разврата. Она пр10бр']^ла трехъ любовниковъ я,
получая съ нихъ ежемесячно девяносто экю, зажила припеваючи.
Проходятъ года, красота увяла, молодость пролетала, — ^и вместо кар-
диналовъ и дворянъ куртизанка принимаетъ, за самую низкую ц^ну,
палача, который черезъ несколько дней, по распоряжешю начальства
публично накязываетъ ее на площади. Нищхе, пролетархи, бродяги,
наполш1ВШ1е собою старинную Европу, воры и мошенники— вотъ въ
какомъ обш;естве жпло большинство проститутокъ, отверженное, пре-
зираемое, гонимое вс^дш сытыми и чистыми людьми, коль скоро по-
сл^дше находили, что соблазненный, купленныя, изнасплованныя иия
женщины уже поизносились или надоели и ихъ нужно заменить дру-
гими жертвами. Въ низшахъ же слояхъ народа, среди бездомныхъ
бродягъ и мошенниковъ, проститутки находили хоть какое нибудь
покровительство. Воры, пролетарги, бродяги всегда были родными
братьями публичныхъ женщинъ по ихъ общей матери— бедности; изъ
нихъ же проститутки выбирала себе постоянныхъ любовниковъ и за*
щйтниковъ и награждали ихъ такою привязанностью, ради которой
любовнику прощалось решительно все. Въ Париже въ ХУ!! в. публич-
ные дома былн главными пристаипщами воровъ, бродягъ и разбовии-
ковъ. Мнопе изъ нихъ, какъ и ныне, будучи любовниками проститу-
токъ, жили совершенно на ихъ счетъ. Самые грязные квартала я за-
холустья городовъ служили центрами для нищихъ, бродягъ, проститу-
токъ, цыганъ, мошенниковъ. Среди этихъ пристанищъ первое место
принадлежитъ, безъ сомнешя, парижскому „Двору Чудесъ", такъ хо-
рошо изображенному у В. Гюго, въ его „Ко1;ге Оаше Ае Раг18*. За-
нимая въ городе обширное пространство со множествомъ закоулковъ,
лачуг'ъ, старыхъ брошенныхъ домовъ, заваленный всевозможными не-
чистотами, дворъ чудесъ ел ужилъ для всехъ отверженниковъ общества
вернымъ убежищемъ, въ ко;горое боялись проникать не только гражда-
не, но даже полищя. Женщины здесь все были проститутки, грязная,
покрытый лохмотьями, продававшая себя за 3 су, а мнопя еще дешевле
и участвовавш1Я во всехъ мошенническихъ подвигахъ мужскаго насе-
лен1я двора чудесъ. Дети развращались здесь уже въ самомъ нежноиъ
эозрасте и продавались для проститущи родителями или самовольно,
499 '
яс^мн на пропзволъ судьбы. Дороговизна припасовъ,
^ "^ бнц и голодъ, старость и бол']^ни, полицейскгя
'ало множество безар1ютныхъ женщннъ, неимЪ-
ч въ такнхъ вертепахъ, кавъ дворъ чудесъ.
' та тьма б:Ьдннхъ женщвнъ, неим'Ьвшихъ
' жившихъ при дорогахъ, на поляхъ,
о XV и ХУ1 в. стекались многочи-
сощихъ другихъ средствъ бъ жизни,
.ллищъ, кромЪ улицы и церковныхъ ко-
шатались банды такихъ жешцинъ, голод-
сьныхъ^ во множеств^Ь умиравшихъ; ихъ не ну-
>Боляя останавливаться только за ихъ сгЬнами, и
1хъ; голодъ заставлялъ ихъ хитростью обходить по-
, лжен1Я, проникать въ городъ и оставаться въ немъ; но
несчастную ловили, то послЪ жестовихъ яаказашй рукою
иногда съ отр^заннымъ носомъ и ушами, ее выпроваживали
родсшя ворота. Ыикакхя жестокости не могли остановить этихъ,
^рожденныхъ б'Ьдностью и разливавшихся ло всей Европе, нотоковъ
нищенсвоЯ: проституц1и. Вм'Ьст^ съ нищими рыскали всюду и толпы
бол'Ье зажиточныхъ женщинъ, посещая ярмарки, коронащи, рейхстаги,
турниры, церковные праздники, соборы и др. общественный собратя;
на вонстантскомъ собор-Л^, напр., ихъ было до 1,500. Постоянными же
центрами, привлекавшими этихъ странницъ, были столичные, военные,
торговые, университетские и съ многочисленнымъ духовенствомъ го-
рода, большинство жителей которыхъ принадлежало, однакожъ, обыкно-
венно, къ б^днымъ классамъ.
Къ странствующимъ саыостоятельнымъ проституткамъ, къ этимъ
несчастнымъ создашямъ, неимЪвшимъ и крова и жившимъ по горо-
дамъ ъжкстЬ съ собаками, принадлежали, главнымъ образомъ, т^, ко-
торая почему нибудь ходили по очень ужь низкой ц4^н'Ь и не могли
давать никавихъ барышей содержателямъ публичныхъ домовъ. ВсЬ же
д^Ьнныя женщины забирались послЬдними и держались въ кабале до
тЪхъ поръ, пока были выгодны. Эти содержатели, вм^^стЬ съ много-
чвсденными своднями, вербовали женщинъ для своихъ заведешй и
исполняли особый поручешя, очень вы1юдныя, разныхъ богачей, магна-
товъ, лринцевъ, кардиналовъ, аббатовъ и т. п. Агенты проститущон-
выхъ эксплуататоровъ разъ^Ысали по разнымъ странамъ набирать
проститутокъ, соблазняя неопытныхъ д^вушекъ хитростью, предлагая
умнрающимъ съ голода кусокъ хл'Ьба и задатокъ, закабалявшШ ихъ
навсегда, покупая дочерей у родителей, рабынь у господъ, силою овла-
девая беззащитными жевщинами, особенно одинокими сиротами, н до-
ставляя этотъ товаръ своимъ антрелренерамъ. Весьма значительное
число проститутокъ добывалось изъ женскихъ монастырей, этихъ га-
• 500
{)екоб(1ь е1шсК6П0Ёъ & ионаховъ. Мнопе непотребн21е дома пряяосшш
громадные доходы ихъ хозяевамъ. Въ Париже, напр., въ XVI в. сла-
вилась своимъ огрохнымъ богатствонъ „матушва Кардинъ", шгЬвшая
н^сБОльво большихъ домовъ терпимости въ разныхъ частяхъ столнцв;
я^БОторые содержатели наживались до того, что делались банкирами.
Соблазнъ таБою фортуною и б'Ьдность порождали тьму сводней, не-
смотря на варварсБ1я наБазашя, Боторымъ он% часто подвергались
въ Европе втечен1е нЪсвольбихъ столЪтШ. Иногда ихъ предавали
смертной казни, чаще всего ихъ публично и жестоно сЬтя^ вонфн-
сБовали имуп];ество, обрезывали носъ и уши, выгоняли за городъ, за-
ключали нав'Ьчно въ тюрьму и т. д. Но сводни все-таки суп1;ествовалн,
и нуждавшееся въ нпхъ развраш.енное обш;ество доставляло нмъ за-
пц1ту и оборону отъ строгости закона. То же самое было и съ прости-
туц1ей вообще; подъ вл1яшемъ христ1ансвихъ ригорпстовъ, мног1е за^
вонодатели, государи и парламенты запрещали проститущю вовсе, подъ
страхомъ жесточайшихъ наказатй, но она все-таки продолжала суще-
ствовать и развиваться. Вм^стЪ съ гонен1ями на евреевъ, еретиковъ,
мыслителей, средше в'Ьва опозорены еще и жестовими преслЬдован1Я-
ми проститутоБЪ. Въ Г(')>мап1и д'Ьвушву, обличенную въ разврате,
сЬкли публично розгами, съ барабаннымъ боемъ проводили по ули-
цамъ города и изгоняли изъ него навсегда, не понимая, что лишивъ
ее вусва хлЪбв, и пристанища, вынуждаютъ ее навсегда отдаться про-
мыслу развратомъ. Во Франц1И тавихъ женщинъ штрафовали деньга-
ми, сажали въ тюрьму, бичевали, изгоняли, и администрац1я Д'ЬЯство-
вала при этомъ съ самымъ возмутительнымъ произволомъ. Проститу-
токъ сажали зд'Ьсь на деревянную лошадь, нещадно дули внутомъ и
затФмъ при воловольномъ звонЬ изгоняли изъ города; если овЪ воз-
вращались, то отрубивъ нмъ одну руву, ихъ изгоняли снова. Иногда
ихъ влеймили расваленнымъ желёзомъ, или, привязавъ въ хвосту ди-
вой лошади, угоняли ее въ поле. Сплошь и рядомъ всЪ ати варвар-
СВ1Я жестовости творились ради забавы или изъ желан1я ограбить
публичные дома и поживиться отъ простятутовъ зажнточныхъ. Иногда
публичный женщины гибли целыми сотнями за разъ; тавъ, при Ген-
рихе Ш маршалъ Строцци „распорядился бросить въ рЬву Луару
800 публичныхъ дЪвушевъ, сАдовавшихъ за его лагеремъ'. Та]гь, въ
Л 560 г., подъ вл1ятемъ протестантсваго ригоризма въ Парнж^^ быль
предпринятъ врестовый походъ на проституц1Ю, полнщя, ыАсА съ
чернью, разрушала публичные дома, вонфисвовала найденныя въ ннхъ
имущества, изгоняла проститутовъ изъ города, бичевала ихъ, клейми-
ла, словомъ, употребляла всевозможный жестовости, чтобы стереть ихъ
съ лица парижсвой земли. Но все напрасно; прошло вавихъ нибудь
сто лЪтъ, и проститутви отомстили за с€бя, с^вши на шеи воролей
Франщи и забравъ ее въ свои руви въ лицЪ Ментенонъ, Помпадуръ
501
н другихъ царстввнныхъ метрессъ. Точно также, втечеши н^сколькихъ
ОТОЛИТ! П проститутканъ «яапре1ца^га носить доропяуврашешя и платья,
носямня богатыми и знатными обывательницами; много притесняли и
павазывали ихъ за постоянное ослушан]е подобныхъ постановлен!^;
но и тутъ проститутки взяли верхъ и сделались первыми модницами.
Европы. Наконецъ, ихъ постоянно старались держать вдали отъ го-
родсБихъ центровъ и аристовратическихъ кварталовъ, изгоняя въ квар-
талы, назначенные для всЪхъ отверженниковъ общества. Упорно бо-
ролась противъ зтого проституцтя и кончила гЬмъ, что расползлась и
крепко уеЪлась на всЬхъ запрещенныхъ для нея до тЬхъ поръ м%-
стахъ. Не разсказывая о подробяостяхъ этой вековой борьбы прости-
Т7Ц1И съ правительствомъ, замЪтимъ только, что она сопровождалась
часто насил1ями, обыкновенными при всякой среднев'Ьковой борьб'Ь;
проститутки большею часпю упорствовали и добровольно не оставля-
ли, хотя и занятыхъ ими, но все-таки запрещенныхъ кварталовъ, и
поэтому изгонялись изъ нихъ силою; иногда он'Ь находили защитни-
вовъ и противопоставляли силу сил^; такъ, напр., парижсвге студенты
не разъ защищали ихъ отъ солдатъ и полищи. Въ глазахъ большин-
ства он1^ были всегда существами отверженными, погибшими навыки.
Буржуаз1Я, дворянство и духовенство лицемерно презирали ихъ, а на-
родъ ненавид^лъ и часто осыпалъ ихъ не только бранью, но даже
каменьями. Женитьба честнаго человека на ех-проститутк']^ считалась
безнр1авственностью со стороны жениха и достойнымъ жестокаго на-
вазашя преступлешемъ со стороны нев'Ьсты.
Если городсшя общины покупали себ'Ь за деньги у королей и фео-
дадовъ свою муниципальную свободу, то тЬмъ легче короли и феода-
лы давали за деньги свободу разврата. Во всей Шампани, напр., про-
ститутки всегда ишЬле право заниматься своимъ ремесломъ, уплативъ
налоги феодальнымъ влад'&льцамъ. Въ Монтлюсон^ каждая публичная
женщина платила единовременно 4 денье. Въ Нормандш налогъ тоже
не превышалъ 4 денье; въ Париж'Ь онъ былъ ризличенъ, смотря по
сорту проститутокъ: отъ н11Сколькихъ денье онъ возвышался здЪсь
до 40 соль. Хотя денежная выгода, получаемая отъ проститущи го-
сударствомъ, феодалами и городами, была одною изъ главныхъ при-
чинъ терпимости публичнаго разврата, но д^ло не ограничивалось
этимъ финансовымъ разсчетомъ. Развращенность мужчинъ % боязнь за
сохранеше въ чистоте нравовъ семейства — вотъ что заставляло тер-
петь проститущю и поддерживало учете о ней, какъ о „спаситель-
помъ средств'Ь, охраноющемъ д'Ьвическую и женскую честь". Силою
заставляя женщину следовать правиламъ половой нравственности,
мужчина оставлялъ за собою и наслаждеще ея ц']Ьломудр1емъ, и ут^ху
порочностью проститутки. Спасительйость проституцш доказывали да-
же текстами католичесше патеры, напр. испансшй монахъ Хуанъ Дель
502
Ольмо, издавши въ 1680 г. особое объ этомъ сочинеше. И за это-то
выгодное и спасительное ремесло брались феодалы и городсвхя общннн.
Въ Герматн публичные дома считались собственностью городовъ и
отдавались ими въ аренду содержательннцанъ. Въ нЪкоторыхъ м'Ьстахъ
главный надзоръ за проститутБами поручался палачу и он'Ь погреба-
лись на жоводерн']^; въ другпхъ же мЪстностяхъ, публичнынъ жецщи-
намЪ) „за пхъ служен1е общественному благу^^ давались права граж-
данства. Ремесло ихъ было регулировано до мелочей, и какъ всЬ ре-
месленники, он']^ составляли особый цехъ, обладавппй н^Ьвоторнми
привиллег1ями. Въ 14^2 г. въ Нюрнберге проститутки подали въ го-
родской сов']^тъ жалобу на нарушете ихъ цеховой привиллегш обы-
вательницами, который, сформировавъ публичный домъ, завлекали въ
него многихъ мужчинъ. Резолющя совета на эту просьбу неизв'Ьстна;
но по другому такому же заявлен1Ю прортитутокъ въ 1508 т. совЬтъ
предоставилъ имъ разрушить отбивавш1й у нихъ доходы публичный
домъ. Во Франд1И городск1я общины протежировали проституц1и изъ-
за Т'Ьхъ же интересовъ. Жители Спстерона завели въ 1424 г. на го-
родской счетъ публичный домъ; вступавшая въ него женщина платила
4 соль въ пользу женскаго монастыря, монахини котораго должны
были отмаливать гр'Ьхи проститутокъ. Вильгельмъ IX, герцогъ Акви-
таши и Пуатье, построилъ въ Шорт^ публичный домъ по образцу
женскихъ монастырей. Въ Тулузе съ незапамятныхъ временъ суще-
ствовалъ публичный домъ, открытый на счетъ города и приносившей
ему большее до'ходы. Главными посетителями и защитниками этого
„аббатства" были студенты университета, который, вм*сгЬ съ горо-
домъ, эксплуатировалъ проституцш, получая свою долю нзъ ея дохо-
довъ. Когда женщины аббатства упросили Карла У1 дозволить имъ
ношеше вс:Ьхъ нарядовъ, запрещавшихся тогда проституткамъ, то
большинство городскихъ жителей, возмущенное такнмъ уравненеенъ
публичныхъ женщинъ съ семейными, начало ц'Ьлыб рядъ гонешй на
первыхъ, забрасывая ихъ на улицахъ грязью и каменьями, выживая
ихъ нзъ „честныхъ" улиць, нападая толпами на аббатство, подвергая
его жительницъ побоямъ и оскорбленеямъ, и наконецъ довели ихъ до
того, что он^ вс^ до одной б']^жали изъ аббатства. Городъ, лишм-
ш]йся такимъ образомъ важной статьи доходовъ и будучи^ не въ си-
лйхъ обуздать своевол1е черни, обратился съ просьбою о помощи къ
королю. Карлъ VI завернулъ во время своего путешествея въ Тулузу,
лично изсл4^довалъ все д:Ьло, возстановилъ аббатство и взялъ прости-
тутокъ подъ свое особенное покровительство. Въ 1525 г. универси-
тетъ отнялъ у нихъ занимаемыя ими здан1я; он'Ь снова были изгнаны
за городъ, но граждане снова построили имъ домъ еще лучше преж-
няго. Въ Монпелье промысёлъ разврата былъ отдаваемъ городомъ въ
аренду, въ начале ХУ в^^ка имъ занимался Кларъ Пана, платнвпий
воз
городу больш1я суииы. Посл^ его смерти публичжне доха перешли
по насл]Ьдству иъ двумъ его сыновьяиъ, которые, даже сделавшись
банкираии, не переставали эксплуатпровать проституцш и прпвялп
хъ себе въ долю дворянина Делакруа. Городъ далъ этой честной
компанш вечную ираваллег1ю на проныселъ разврата, подтвержденную
за известную ежегодную дань королеиъ, и Еарлъ УШ въ своей гра-
моте даже назвалъ упомянутыхъ эксплуататоровъ разврата „служите-
лями общественныхъ интересовъ и блага". Во множестве другяхъ
французскихъ городовъ были подобные же лрпвиллегпроваиные дома
непотребства, обогащавш1е своихъ содержателей и приносившхе значи-
тельные доходы городамъ и феодальнымъ владельцамъ, какъ духов-
нымъ, такъ и светскимъ. И летоппси старинной Европы наполнены
проститущонными тяжбами между разными эксплуататорами разврата,
между арендаторами домовъ, напр., и городомъ, между привиллегиро-
ванБЫМп лроституткамп и женщинами, отбившими у нихъ доходы
своянъ секретнымъ ремесломъ, между лицами и сослов1ями, присвоив-
шими себе исключительное право проституцюнной юрисдикщп и т. д.
Такъ, въ 1273 г. жители Шарлье жаловались на аббата, завладевшаго
ихъ правиллепей суда любодейныхъ делъ; аббатъ не уступалъ и
ссылался на старинный преимущества своего монастыря, началась про-
должительная тяжба. Въ 1304 г. возникли споръ и ироцессъ между
жителями Сенъ-Кеитена и монахами; последн1е хотели выгнать взъ
городскихъ предместШ проститутокъ, но горожане отстаивали ихъ;
королевсшй советъ решнлъ въ пользу монаховъ. Одинъ изъ подоб-
ныхъ процессовъ въ Париже продолжался более ста летъ, и его ни-
какъ не могли покончить ни короли, ни парламентъ. Людовикъ Св.
сделалъ улицу ВаШеЬоё прнввллегврованнымъ местомъ проституцш,
какъ одну пзъ самыхъ худшихъ улицъ. Но со временемъ она обстрои-
лась и мнопе буржуа, живш1е въ ней, получали огромные доходы отъ
отдачи въ кортомъ проституткамъ свопхъ домовъ. Но духовенство
Сенъ-Мерн вздумало изгнать проститутокъ изъ Ва111еЬоё. Началась
более чемъ столетняя тяжба. Проститутки и буржуа указывали на
данный имъ грамоты Людовика Св.; хотя онп была юридически совер-
шенно правы, нр въ 1388 г. духовенство взяло верхъ и префектъ при-
казалъ всемъ проституткамъ немедленно очистить ВаШеЬоё. Поддер-
живаемый домохозяевами, проститутки не повиновались; высланная
противъ нихъ команда изгнала ихъ силою. Но оне вскоре опять по-
селились въ той же улице, и тяжба духовенства съ буржуа кончи-
лась не ранее царствовашя Генриха ХУ, короля англхйскаго и фраи-
цузскаго.
Такъ порождался и эксплуатировался развратъ въ старинной Европе.
Деспотизмъ, праздность и богатство порождали его, а рабство и ни-
щета доставляли ему средства удовлетворешя. Цркормивщис^ недодго^
504
пожалуй, даже покутивъ съ богатыми развратниками, бедная жешцн-
на снбва впадала въ ту же бездну нищета и преступлешй, изъ кото-
рой ее на время внтащила рука сводни или прельстившагося ею муж-
чпны. Въ награду же за свою вынужденную жертву, она получала об-
щее презр'Ёше. Отношешя къ ней государства, общества и духовен-
ства были полны варварства и лицем'1р1я. Патеры, забывая учете
Христа, патеры, бывппе, благодаря своей праздной роскопга и безбра-
Ч1Ю, однимъ изъ главныхъ факторовъ проститущи, эксплуатировала
публичныхъ женщинъ, бичевали и в'Ьшали одн^хъ, ведя крайне бе-
зобразную жизнь съ другими. Шкоторые изъ самыхъ развращенныхъ
государей являлись самыми ревностными проповедниками нравствен-
ности и самыми яростными гонителями проститущи. Буржуа, предпи-
сывая правила нравственности для женщинъ своего класса, считали
д^ломъ дозволеннымъ не только развращать женщинъ простонародья,
но даже торговать ими. И втечете стол^пй ни одного гуманнаго слова
за жертвъ порока! Заводили, правда, по м^стамъ Магдалининсшя уб^
жища, да что въ нихъ! Въ однихъ уб^жищахъ проститутки завали-
вались работой, кормились плохо и, мерли, какъ мухи, въдругихъонЬ
вели прежнюю жизнь со своими наставниками нравственности. Такъ
французское аббатство Фонтевро, основанное съ ц'Ьлью принятхя рас-
каявшихся публйчныхъ женщинъ, было превращено его настоятелемъ
и основателемъ въ непотребный домъ и большинство монахинь забе-
ременело отъ благочестиваго аббата.
1У.
Въ то время, какъ н^которыя опасетя задерживаютъ совершен1е
разумныхъ, вовсе не коммунистическихъ, сощальныхъ реформъ, разру-
шен1е семействъ и общность женщинъ развиваются въ Европе съ
ужасающею быстротой. Взгляните на жизнь европейскаго пролетархата,
и вы увидите, что въ ней остались отъ брака и семьи только одн^
развалины, увидите зд^сь самую возмутительную общность женщинъ,
отъ которой съ омерз^шемъ отвернулись бы и Платонъ, и Кампанелла,
и все друпе мыслители, мечтавшхе введетемъ ея облагодетельствовать
человечество. Въ высшихъ, зажиточныхъ классахъ замечается подоб-
ное же явлете, хотя и въ меньшихъ размерахъ. Европейская семьа
не имеетъ уже ныне того характера, какимъ она отличалась летъ
двести назадъ. Почти везде въ Европе количество браковъ постепенно
уменьшается, а количество разводовъ и холостяковъ постепенно уве-
личивается. Такъ идутъ дела въ Риме, напр., какъ свидетельствуетъ
докторъ Жако. ^Въ Англ1и на 100,000 женщинъ:
. 505
Съ 1796 по 1805 г. ежегодно зак^[юча^ось 1,716 браковъ.
, 1806 „ 1815 „ , „ 1,637
„ 1816 „ 1825 „ „ , 1,607
, 1826 « 1835 „ „ „ 1,588 ' „
, 1836 „ 1845 „ , , 1,533
Во Франщн заметно такое же уменьшен1е, хотя и съ си^[ьными
колебатями, которыя объясняются или экономическини кризисами,
или особенно хорошимъ сравнительно положетемъ промнпгленныхъ
д&ЕЪ въ данное время. Въ этой стран^^ было заключено браковъ:
Въ 1848 году 293,552
„ 1851 „ 286,884
, 1852 „ . 281,460
„ 1853 „ 280,609
„ 1854 „ 270,906
„ 1855 „ 283,846
Количество разводовъ и реакщй противъ строгихъ ' правилъ о не-
расто1)жимости брака также постепенно возрастаютъ, даже въ такихъ
окамен^лыхъ обществахъ, какъ австрШское. Въ Париж'Ь, напр., закон-
но доказанннхъ нарушешй супружеской в^Ьрности бш[о:
въ ,1854 г. — 501
„ 1866 „ — 685
Разводовъ въ 1854 г. — 1682
„ „ 1866 „ — 2570
Незаконннхъ д^тей на 38,775 законныхъ:
въ 1864 г. — 14,868
„ '1866 „ — 15,510.
Въ Петербурге изъ 79,388 замужнихъ женщинъ живетъ съ мужьями
только 52,274, следовательно 27,114 или 7з живетъ розно. Число жен-
щинъ, не внходящихъ замужъ, гораздо больше, чЪмъ обыкновенно
думаютъ. Въ 1864 г. на 1000 женщинъ старше 40 л4тъ приходилось въ
В'ЬнЬ 459 иезамужнихъ и 408 замужнихъ; въ Париж'Ь 264 незам. и 592
зам.; въ Лондоне 803 незам., и 551 зам.; въ Берлин'Ь 373 иезамуж-
нихъ и 503 замужнихъ.
Безбрач1е усиливается, а вм^ст^ съ т^мъ неизб'Ьжно усиливается
и запросъ на развратъ. Пролетарий, которому не на что содержать
семью и который часто теряетъ даже всяк1й вкусъ къ семейной жизни,
солдатъ, которому не дозволяютъ жениться или котораго , необходи-
мость заставляетъ жить розно со своей семьей, католичесюй духов-
ный, которому не приказано и думать о женщин^Ь, матросъ,^ принуж-
даемый своими путешествЫми къ долгому и непривычному для него
воздержатю, горожанинъ, невступающ1й въ бракъ по недостаточности
средствъ для такъ называемой „приличной** семейной обстановки, празд-
ный, беззаботный, нич^мъ незанятый, кром'Ь удовольстз1Й своего тЪла,
506
св^тсюй шелопай, — все это родитедо н возбудатели разврата, пбжи-
рающаго Европу п угрожающаго довести ее до 1ЮГ0 же состояшя,
въ какомъ находился древшй Римъ въ последнюю эпоху своей дсторхн.
Излагаемыя мною ниже лодробности покажутъ читателю, что, по своей
развращенности, Европа и теперь немногииъ отстала 01"ь Рима. Не-
смотря на поБровъ лицем']^р1я, на сдерживающую силу обачаевъ, за-
коновъ и полицдц, на светскую позолоту, прикрквающую развратъ,
онъ развивается и съ упорною настойчивостью подтачиваетъ основы
современнаго общества. На всей жизни разныхъ классовъ общества,
на театре, литератур'Ь, даже на изв-Ьстнаго сорта наук'Ё, — на всемъ
лежать схЬщ его глубокаго вл1ян1я. Это неустанное волокитство и
ухаживанье за прекраснымъ поломъ, эти возбудительные для боль-
шинства балеты, эта беллетрпстниа, восп'Ьвающая на всЬ манеры одну
только половую любовь, эти канканы, это распространеше соблазни-
тельныхъ картииъ и фотограф1б, эти ^иа8^-ученыя книги о женщин^^,
въ род^ „Физ1олог1и бряка*^ Дебэ, съ такимъ остерв^нешемъ читаемой
въ нашихъ провинц1яхъ, наконецъ, это сочинен1е о любви одного изъ
гешальгЬйшихъ людей Франщи, Мишле — что такое все это, какъ не
подкрашенное проявление самаго глубокаго разврата. Законодательство,
судъ и администращя Фраацш покровительствуютъ всему этому, не обя-
зывая мужчннъ содержать своихъ законныхъ д ктей, запрещая даже
ходатайство матерей объ этомъ, освобождая развратниковъ отъ обЪ-
щан1й жениться на соблазненныхъ ими д^вушкахъ. Недавно въ чнсл^
присяжныхъ, судившихъ д^Ьвицу, убившую своего ребенка, быль отецъ
этого ребенка и на ряду съ другими призналъ подсудимую виновной!..
Случается, что мужчина, растливш1Й д'Ьвушку, самъ же представляетъ
ее въ П0ЛИЦ1Ю для записи въ лроституц]онную книгу!... Мало этаго,—
реакцюнные политики давно уже пользуютсн систематическимъ развра-
щен1емъ нравовъ, какъ средствомъ для успокоетя тревожныхъ умовъ,
покровительствуя шпвцъ-баламъ, канкану, пр1апической живописи, клуб-
ничной литератур'Ь, заводя даже на казенный счетъ образцовые дома
разврата, какъ это д'Ьлалп, напр., въ Париже Наполеонъ Ш и Гаус-
манъ. Къ этимъ факторамъ развращев1я принадлежитъ нетолько ба*
летъ, но и опера. Изъ итальянскихъ донесетй кавалера Менца Мет-
терниху — говорить Гервинусъ — видно, что развит1в сенсуализма на-
меренно поддерживалось въ Австрш, какъ существеннейшее средство
для развлечен1я неспокойныхъ умовъ. Для осуществленхя этаго плана
нельзя было придумать ничего лучше (оперы), этой музыкальной шу-
михи, которой древн1е придавали, наряду съ танцами, сномъ и пирше-
ствами, значеше забавы, располагающей людей къ замене серьезныхъ
жизненныхъ интересовь игрою и удовольств1ями; это для взрослыхъ
д^тей что-то въ родЪ хлопушки Архотаса, которую въ древности да-
вали маленькимъ д^тямъ для того, „чтобы они ничего не ломали въ
507
домЪ". Благодаря этой (жстем'Ь развращен1Я погибало всегда не мало
опасныхъ личностей, какъ преждевременно ногибъ, напр., сынъ Напо-
леона ^ Благодаря этой снстем'Ь В'Ьна сделалась самымъ приволь-
ннмъ городомъ ЕвропБц НаложничетвОу покровительствуемое законами,
неналагающее на мужчину никакпхъ обязательствъ, бол^е и бол'Ье
замЪняетъ собою бракъ, стоюпцй гораздо дороже налохничества. Много-
численння арм1н солдатъ, для которыхъ бракъ затрудняется или за-
прещается, и безбрачное католическое духовенство болЪе всего сод']^й-
ствуютъ этому коренному ра8враш;ен]ю Европы. Давно ли, напр., во
Франц1и судилось несколько поповъ за насилхе и растл']^Н1е, и два
монаха за педерастированье въ своей школ^ 42 мальчиковъ. Духовен-
ство даже н не скрываетъ своей развращенности. Въ Перу, напр., въ
1854 г. одинъ приход скШ священникъ хвастался изв']^стному ученому
Баст1ану, что онъ „имЪетъ 28 д1Ьтей и въ скорости над^^ется окон-
чить третью дюжину" *). Но гд'Ь же эти классы принуждены искать
удовлетворешя своимъ постоянно возбуждаемымъ и разбивающимся
страстямъ? В'Ьдь женщины этихъ общественныхъ слоевъ, если не го-
раздо нравственн']Ье, то, во всякомъ случа'Ь, гораздо сдержаннее муж-
чинъ, и послЪднимъ нельзя развернуться какъ сл^дуе^тъ въ сред'Ё
своего прекраснаго пола. То же самое было и у древнихъ народовъ,
которые поэтому и покупали для проститущн рабынь съ иностранныхъ
рынковъ. Въ современной Европе совершить такую операщю несрав-
ненно легче, ч^мъ въ древнемъ мар^. Для подобныхъ закупокъ вовсе
не нужно ездить ни въ Азш, ни въ Африку, а стоитъ только выйти
на улицу многолюднаго цивилизованнаго города и спросить живого
*) Дхя ря8вращен1Я женщинъ духовенство пользуется пспоп^дъю и проповедью.
Вотъ что, напр., въ пятилесдтыхъ годахъ въ Марсели проиов^дывадъ женщинаиъ
одднъ 1езуитъ. Похваливъ ихъ ревностную дЬятедьность на пользу общестиа 1игу-
сова, онъ продолжалъ: «употребляйте псевозиожныя средства, чтобы убеждать вашпхъ
отцовъ, вашихъ братьевъ, вашихъ мужеП, я т1".хъ,* которые милы впмв он диут:св отно-
тен1ЯХ9 (а с1'аи1гей шгев). Работайте въ вертоград1> господнемъ во вс* мгновешя свос№
жявни; работайтеднемъ, работайте вечером ъ, работайте ночью^и в8 особенности ночью,
в1ьдь ночь — ваша аиа^ возлюбленныя сестры! > Во французсв^оиъ молнтвенбн&е, одоб-
ренномъ арх1еиискоцоиъ руанскниъ иного молнтвъ и кантъ, которыя въ монастыр-
скихъ воспитанницахъ неизб'1шно пробуждаютъ половую страсть. Вотъ выдержки.
«Ахъ, возлюбленный 1юего сердца, радость моя, иаслажден1е мое, любовь ноя, богъ
мой, все мое!.. Наконецъ*то, я счастлива, обладая тобою! ОбнииаЙ меня, сожигай,
поглощай мое сердце своею любовью. Возлюбленный мой со мною! Тнсусъ отдался
мя^1 Я люблю тебя всею душою, я люблю тебя за любовь твою!» Въ набожной квнг^
Палата Божественной любви любовь описывается подъ обраэомъ мужчины, что ио
французски не бросается въ глаза, такъ иакь слово Гатош- мужссБаго рода. ;,Его
ставъ благороденъ и роскошенъ, губы румяны, волосы русы, откинуты назадъ'* и
т. д. Известный аббатъ, авторъ романа «монахиня», свид'Ьтельствуетъ, что вс^ подобпня
средства в&олн1| успешно д^йствуютъ на монахинь и монастырскихъ воспитан-
вдцъ.
508
челов'ЁчесБаго мяса. Предложите только деньги, я ваиъ тотчасъ до-
ставить его умирающая съ голоду б'Ьдность.
Ма не будемъ повторять гЬхъ подробныхъ статистичесвихъ дан-
ныхъ о б'Ьдности, который приведены уже нами въ „Д'Ьтоу(Яйств%",
не будемъ говорить, какъ въ Европ^Ь люди умираютъ голодною смертью,
какъ они избавляются отъ своей адской жизни посредствомъ само-
уб1йства, какъ въ самыхъ богатыхъ и цвЪтущихъ странахъ цгьлая
четверть^ даже ц1ь.тя треть всего народонаселешя живетъ только
на средства общественной помощи и не можетъ существовать безъ
нихъ. Зд^сь мы будемъ только доказывать, что главная, почти един-
ственная причина европейской проститущи заключается въ ужасной
б'Ьдности народныхъ массъ. Передъ нами бол]Ье двадцати ученнхъ
монографШ о промысле разврата, и почти вс% ихъ авторы въ одинъ
голосъ утвержаютъ, что законйая мать проститущи — бедность. Одно
уже такое единство мн^нШ, котораго вовсе не замечается при р^ше-
Н1И другихъ соцхальныхъ вопросовъ, свид'Ьтельствуетъ о самой несом-
ненной достоверности факта.
Известно, въ какомъ жалкомъ, несчастномъ состояти находятся
массы фабричныхъ рабочихъ и большей части крестьянъ западной
Европы. Тяжшй трудъ нисколько не обезпечиваетъ ихъ, и у сколько
нибудь зажиточнаго хозяина скотъ живетъ, пожалуй, лучше и поль*
зуется большимъ комфортомъ, чемъ эти бедняки, втоптанные въ грязь
и раздавленные колесами колесницы гордой европейской цив1дгазащи.
Но положенхе женщины здесь еще вдвое хуже, чемъ полоЯкеше куж-
чины. По известнымъ изследовашямъ Вильерме, до пятнадцатилетняго
возраста рабочая плата мужчинъ и женщинъ почти одинакова. Зат^мъ
женская плата все постепенно уменьшается и, начиная съ двадцати-
летняго возраста, равняется только половине мужской платы. Во Фран-
Ц1И, въ земледельческомъ быту женщина получаетъ лишь, несколько
сантимовъ въ день; въ фабричной работе женщина добываетъ 1 франкъ,
ИН0Г1Я швеи не более 75 сантимовъ, а заработокъ кружевницъ часто
не превышаетъ 30 сайт, въ день, за 16 часовъ работы. Въ Анг^пн
еще хуже. „Работа иглой такъ мало обезпечиваетъ, что занимающ1яся
ею молодыя девушки съ трудомъ могутъ получать отъ 3 до 5 фран-
ковъ въ неделю, работая ежедневно по 16 и 18 часовъ. Нетъ ничего
ужаснее жизни этихъ бедняжекъ! Оне должны вставать въ 4 или 5
часовъ утра и тотчасъ садиться за работу или бежать къ купцамъ за
.заказами. Работаютъ оне вплоть до полночи безъ отдыха, въ тесннхъ
комнатахъ, въ которыхъ собираются оне по 5 и по 6, ради экономзи
въ огне и свете, эта сидячая и непрерывно трудовая жизнь до вре-
мени старитъ ихъ, если только еще раньше не пожретъ ихъ чахотка
(Вауац)". Вдобавокъ ко всему, въ Англ1и множество женщинъ ли-
шены возможноств, вследств1е конкуренщи мужчинъ, добыть себе даже
509
самую утомительную я самую дешевую работу. Мужчина не только
на фабрива&ъ захватываютъ въ свои руки тЪ отрасли труда, который
въ другнхъ странахъ исполняются женщинами, они овлад'Ьли даже
работами иглы, а также м'Ьстами въ разныхъ конторахъ и публичныхъ
учреждешяхъ. И не мало найдется местностей, въ которыхъ женщина
не можетъ им^ть р'Ьшительно никакого промысла, кромЪ разврата.
Такъ, въ приморскихъ городахъ, напр., въ Ливерпул^^, самый харак-
теръ мЪстнаго простонароднаго труда устраняетъ отъ него аюнщинъ
и д'Ьтей. Разными морскими, весьма тяжелыми работами занимаются
зд'Ьсь исключительно мужчины, а женщинамъ и д'1^тлмъ остается только
проститутничать и воровать.
Статистичесшя данный несомн'Ьнно доказываютъ, что есть почти
безъ иаиюченгя публичныя женщины происходятъ изъ класса рабо*
чихъ или бЪдныхъ крестьянъ. Мы могли бы завалить читателя десят-
ками нодобныхъ статистическихъ таблицъ, док^ывающихъ этотъ въ
высшей степени поучительный фактъ. Вотъ напр., 3,382 парижскихъ
публичны1;|Ь женщины, представившвхъ въ полицейскую префектуру
полныя коши со своихъ метрическихъ свид^тельствъ. Почти вс!^ они
происходятъ отъ отцовъ, прннадлежашдаъ къ рабочему классу, въ
томъ числе 4&4 отъ поденьщиковъ, занимающихся самыми тяжкими
работами, 325 отъ землед^льцевъ, 100 отъ бывшихъ въ домашней
прислуге, вб отъ портныхъ и т. д. Замечательно, что у 3 изъ этихъ
женщинъ, родившихся въ Париже, и у 31, родившейся въ департа-
ментахъ, отды были учителями. Для объяснешя этого страннаго, по-
видимому, факта, нужно знать, въ какомъ положеши находятся во
Францш школьные учителя, особенно отставные. Въ одномъ изъ но-
^меровъ газеты „81ёс1е'' напечатано; „во Фрашци оказываютъ почетъ
и уважеше только военачальникамъ н безполезнымъ администраторамъ,
между тЬмъ какъ въ бюллетеняхъ чптаенъ извест1я въ роде следую-
щихъ: годичная пенс1я г-ну Ф. Р., отставному учителю, родившемуся
въ 1794 г., за 48 мьтъ службы, 100 франко^ь^, или: „годичная пен-
С1Я г-ну Д., отставному учителю, за €0 л. слулсбы, 61 франкьЧ Это
хуже положешя самаго последняго рабочаго.
Занят1я родителей почти всегда бываютъ и занятхями самих!, жен-
щинъ, пока оне не отдадутся проституцш. Требюше и Пуара Дюваль
сделали следующ1е выводы изъ своихъ нзследован1й о профессш па-
рижскихъ, проститутокъ:
На 1,000 женщинъ.
1) Женщинъ безъ определенннхъ заняпй .... 87,40
2) Служанокъ 81,69
3) Жилетннцъ 52,22
4) Поденщицъ 45,08
5) Вашмачницъ 31,41
510
6) Б*лошвеекъ 22,95
7) Гладилыцицъ 22,30
8) Линейщидъ 21,73
9) Швей 19,65
10) Золотошвеекъ 17,11
11) Позументщицъ 16,69
12) Модистокъ 13,69
13) Актрисъ 13,59
14) Корсетницъ 13,30
15) Прачекъ 13,08
16) Пуговопнидъ 12,52
17) Перчаточнидъ 12,20
18) Цв^точнидъ . .' 11,29
19) Плюмажнидъ 10,13
20) Шапочницъ 10,00
Остальныя — тоже разныя ремесленяицн, аа немногими исиюче-
н1ями, напр. 2 повивальная бабки и т. п. У Паранъ-Дюшаие въ чнслгЬ
3.120 проститутокъ помещено 3 повпвальныхъ бабки, 7 лавочшщъ,
довольно зажиточннхъ, 6 музывантшъ, 16 актрисъ, наконецъ 3 — у^д,-
кое, чрезвычайное исключен1е — получающпхъ ренту въ.200, 500 и 1000
франк^въ. Ниже мы объяснамъ, изъ-за чего проститутничаютъ неб:кд-
ныя женщины, а теперь обратимся къ разсмотр^шю профешй этихъ
несчастныхъ со8дан1й въ другпхъ городахъ, кром^ Парижа. Въ Бре(л^|
по изсл1^дован1ямъ д-ра Рошара, мнопя изъ проститутокъ, до вааде*
Н1Я въ этотъ промнселъ, вовсе не шАють опред^енныхъ 8анят1&, а
остальныя происходятъ изъ служанокъ, швей, прачекъ, гладильщицъ
я т. д. Въ Люн'Ь изъ 3,884 публичныхъ женщинъ 1,554 жили шитьемъ
разнаго рода, 775 занимались разными работами на фабрнкахъ, стар-
кою б'Ьлья, д1}лашемъ игрушекъ, шапокъ и т д ; 732 не им^и опре-
д'Ьленныхъ занят1Й. а были то подевьщидами, то служанвамн, то сн*
дЪльщидами въ кабакахъ и т. д ; 410 занимались шелковыми работами,
228 ^торговлею разнаго рода, 161— обработкою полей, 54 изъ актрисъ,
П'Ьвидъ, учцтельницъ, дочерей родителей, бывшихъ когда-то зажиточ-
ными, но потомъ раззорившихся. Въ НантЬ изъ 264 проститутокъ 127
были изъ крестьянокъ, принужденныхъ бросить обработку полей, осталь-
ныя— разнаго рода ремесленницы. Въ ЭдиябургЬ на 1,160 публичныхъ
женщинъ приходилось 660 работнидъ, 300 служанокъ, 200здовъ иди
женъ, оставленныхъ мужьями. Въ Алжир^^ изъ 319 европейскихъ про-
ститутокъ было 278 швей, И прачекъ и т. д. Въ Верн^, по изсл^Ьдо-
ватю д-ра д'Эрлаха, почти всЬ проститутки пранадлежатъ къ к.1ассу
поденьщицъ и слуханокъ, и только немног1я — ^изъ швей или женщинъ,
эедущихъ на свой счетъ какое нибудь маленькое д^о.
511
Но для полнаго осв-Ьщетя предмета— цифръ недостаточно; нужно
взглянуть на положен1е этихъ женщинъ въ своихъ семействахъ и вн^
ихъ.
Въ ДЬтоубхйств*" мы уже разсказывали, каЕъ бедность нередко
доводить этихъ несчастныхъ до того, что они убиваготъ своихъ д-Ьтей,
отравляютъ мужей и родственниковъ, чтобы немного поправиться на
деньги, выдаваемыя на ихъ похороны изъ тавъ называемыхъ ^погре^
бальныхъ обществъ**. Поел* этого, что же удивительнаго въ томъ,
если он*, ради куска хл*ба, продаютъ свое т*ло сначала богатымъ
людямъ, людямъ съ эстетическими требовашями, а потомъ, когда оно
поизносится и одряхл-Ьетъ, — своему же брату, пролетар1ю. У Некра-
сова такая женпхина вынуждена выйти на Невск1й, ^тобы заработать
на „гробикъ ребенку и ужинъ отцу". А сколько есть матерей, оро-
мышляющихъ развратомъ ради избавлешя своего семейства отъ го- '
лодной смерти, сколько дочерей торгуетъ своимъ т4ломъ для пропи-
татя больной, престар'Ьлой матери! Подобные факты можно встретить
очень часто, особенно въ большихъ городахъ. „Нередко — говорить
Паранъ — можно встретить замужнихъ женщинъ, лишившихся мужей
или брошенныхъ ими, который отдаются проститущи единственно для
юго, чтобы не допустить свое многочисленное семейство до голодной
смерти; еп^е чаще можно впд'Ьть молодыхъ д']^вушекъ, которыя, бу-
дучи не въ состояти заработать трудомъ сумму, необходимую для
своихъ престар^лыхъ и дряхлыхъ родителей, начинаютъ по вечерамъ
промышлять развратомъ, чтобы пополнить свой дефицитъ, непокрывае-
мый трудомъ. Этотъ классъ Ъроститутокъ многописленн'Ье, чФмъ обык-
новенно думаютъ**. Въ Англ1и — то же самое, по свЬд-Ьнлямъ, сообщае-
мымъ въ превосходной книгЬ «ТЬе дгеа! 81п оГ дгеа1; С11;1е8«. Одна '
англШская проститутка, которую положительно нельзя было заподо-
зрить въ лживости, разсказываетъ о себЬ: „пока мужъ мой бнлъ живъ,
я оставалась в^рна ему. Онъ умеръ, и я съ ребенкомъ находилась
въ такой крайней нищегЬ, что вынуждена была, во изб^жаше нашей
голодной С51ерти, заработывать хл^бъ развратомъ. Если бы я могла
жить трудомъ, то никогда н« пошла бы промышлять на улицу. Къ
сожал^шю, я должна сказать, что очень много женщинъ находится
въ такомъ же положеши, какъ я; сотнп замужнихъ и незамужнихъ
женщинъ д'Ьлаютъ тоже самое н по тому же побуждешю". Очень часто
матери промышляютъ развратомъ, хотя могли бы жить трудомъ, по
любви къ своему ребенку, по нежелашю разстаться со своимъ милнмъ
д'Ьтищемъ, которое, между тКмъ, не даетъ югъ работать.
Положеше женъ и дочерей въ семействахъ еще хуже. Семья про-
летар1я — это не только сЬдалище самой возмутительной бедности,
сцена постоянныхъ ссоръ, дракъ, пьянства, но и школа половыхъ по-
роковъ. Да здЪсь, собственно говоря, и н^^тъ семьи, а царить сплощ*
512
ной развратъ всЬхъ со всЬмн. Напр. въ общин'Ь Кросвилдь чрезвы-
чайная раздробленность' лозенельной собс1?венности произвела нищен-
ство, къ которому сначала приб']^гали только какъ къ крайнему сред-
ству бол-Ье несчастные, об'Ьдн'Ьвш1е жители, и которое теперь обрати-
лось въ обдцй промыселъ. Эта деревня представляетъ какую-то рес-
публику нищихъ, живущихъ, подобно цыганамъ. Браковъ въ ней во-
все н'Ьтъ. Жители предаются кровосм'Ьшенхю и вс^мъ случайностямъ
совокуплен1я. Отсюда произошелъ ц^Ьлый разсаднпкъ дЪтей, который
съ малолетства пргучаются своими родителями къ нищенству. Нарушив-
шей общШ обычай и вступившей въ бракъ подвергается палочнымъ
ударамъ въ возмезд1е за неверность. Семьи также н^тъ въ среде
того многочислеенаго класса, который, ведя полукочевую жизнь и за-
нимаясь всевозможными темными д^ламд, составляется изъ всевозмож-
ныхъ отверженниковъ общества и называется у немцевъ «Саипег!-
Ьит». Здесь случается, что отцы живутъ съ дочерьми, братья съ
сестрами; здесь девушки начннаютъ летъ съ 12; здесь есть не только
многоженцы, содержащее по 10 и 12 наложницъ, но и женщины, со-
держимыя целой компан1ей мужчинъ. У фабричныхъ рабочвхъ, осо-
бенно у французскихъ, тоже постепенно усиливаются отвращеше къ
прочной, не только брачной, но даже любовной связи (соппиЫиш) и
стремлеше къ возможно частой перемене любовницъ 12 — 14 летъ
девушки уже начннаютъ. „Эти достойные сожален1я нравы— говоритъ
г-жа Доб1е — взгоняютъ бракъ изъ среды рабочихъ классовъ. Развра-
щенность Парижа проникла во все наши города и теперь губитъ де-
ревни. Раз^атные и грубые работники' Альзаса выдумали даже не-
мецкое слово для обозначен1я распущенности, освобождающей нхъ отъ
всехъ обязанностей. Пьянствовать, менять женщинъ чаще, чемъ
платье, бросать на улицу своихъ детей, все эти действен, возбуж-
дающ1Я одинъ только хохотъ, обозначаются словомъ рал81'егеп, т. е.
жить по 'парижски. У многнхъ фабрикантовъ вошло въ обычай не
давать девушке работы, не лишпвъ предварительно ее невинности.
Законъ |1 администращя смотрятъ на все это сквозь пальцы. „Доста-
точно сказать — говоритъ г-жа Доб1е — что одинъ смотритель дома
слепыхъ могъ разстлевать молодыхъ девушекъ, вверенныхъ его по-
печешю, — его только сменили за это^! Понятно, как1е уроки даетъ
девушкамъ подобная жизнь. Даже тамъ, где сохранились еще остатки
семейства, оне постоянно долж&ы подвергаться половымъ соблазнамъ
и искушен1ямъ. Въ темныхъ, сырыхъ и чрезвычайно тесныхъ поме-
щешяхъ, на пучкахъ гнилой соломы спятъ здесь истомленныя тру-
домъ, а подчасъ и отуманенныя винными парами семейства; родители
взрослый дети, полуиагее братья и сестры, девушпки постороннее
мужчины — все это растянулось въ повалку и проводитъ ночи другъ
подле друга и развратничаетъ. Во Францеи это бывастъ сплошь и
513
рядомъ, вакъ свцдЪтельствуетъ Паранъ-Дюшатле и др. Но это обпцй
ЕеядбЬхшй обычай вс^хъ странъ, обладающихъ блестящею цивили-
защей и при современннхъ условшхъ труда нераалучнынъ съ ней
пролетарСатомъ. Въ низшихъ классахъ англШсваго народа, напр., давно
уже господствуетъ въ семейной жизни ужасное см^шеше половъ. Д^Ьти
и родители, братья и сестры, родственники и родственницы, свои жен-
щины и чуж1е мужчины — набивающ1еся для ночлега въ тесную ко-
нуру, какъ сельди въ бочку, естественно должны терять всякое чув-
ство деликатности и ц%ломудр1я. Не старый еще отецъ спить на од-
ной постели со своей взрослой дочерью, мужъ, жена и свояченица
леакатъ на одной узкой соломенной постилк^Ь, мать принимаетъ лю-
бовника въ нрисутствш своихъ дочерей, — ^вотъ сцены, который посто-
янно можно встр^Ьтить въ кварталахъ пролетаргевъ. Вотъ что разска-
зываетъ, напр., о себЪ одна четырехлетняя парижская девочка, при-
веденная въ тюрьму вмЪстЪ со своей матерью. ^Дома по вечерамъ я
постоянно одна въ комнате, мама спозаранку укладываетъ меня въ
постель и идетъ искать папу. Папы я никогда не видала, но каждый
вечерь я слышу, какъ онъ разговариваетъ, хохочетъ и пляшетъ съ
мамой^. И эта еще не изъ самыхъ возмутительныхъ сценъ, — не ташя
бываютъ! Паранъ весьма справедливо говорить, что молодыя девушки,
подвергнутый на бол^е или менЪе продолжительное время тюремному
заключевпю, со всей его развратительной обстановкой, развращаются
гораздо менЪе, ч^мъ въ домахъ своихъ родителей, ведущихъ нищен-
скую и скотскую жизнь. НерЬдко родители просто торгуютъ своими
дочерьми, силою отдавая ихъ въ руки богатымъ развратникамь или
хозяйкамь публичныхъ домовь. Такъ, въ Лондон^Ь Давидь Росненъ
(27 л.) вм^бстЪ съ женою жиль на проститущонную выручку своихъ
трехъ дочерей, им^вшихъ около 15 л^тъ, Вечеромь онъ обыкновенно
поснлалъ одну изъ дочерей на улицу, она приглашала трехъ мужчинь,
достойный родитель бралъ съ нихъ деньги и въ своей же квартире
отдаваль имъ дочерей. Въ Италш, и особенно въ Рим'Ь, но свиде-
тельству д-ра Жако, простолюдинка продаеть свою дочь, только бы
дали за нее подороже, хотя, „подобно хл^бу, девушки гораздо дороже
въ Париже, чФмъ въ Риме**. И не въ одной Итал1и, а положительно
во всей Европе власть и сила родителей нередко употребляются ими
ва такую гнусную торговлю теломъ и душою своихъ детей. Ужъ если
промотавппйся аристократъ, некрасовсшй „Папаша**, выводить на
продажу свою молоденькую дочь, чтобы на выработанные ею развра-
томь деньги задавать блестяпця пирушки гусарамь и рисоваться пе-
редь камел1ями, то чего же авдать отъ обезсмысленннхъ нищетою и
порокомь пролетар1евь! .. Еще чаще можно найти мужей или отдаю-
щпъ своихъ акень въ кортомъ, съ ихъ, конечно, согдас1я, или силою
л побоями заставляющихъ ихъ рыскать ночью по улицамь и добы-
33
514
вать деньги посредствоиъ самой грубой проститущи. И если въ ан-
гл1йсвомъ законодательстве до сихъ поръ еще не уничтожена статья,
дозволяющая мужу отвести жену на веревк/ь на базарь и продать ее
тамъ^ то почему же такому автократноту супругу и не отдавать своей
жены другимъ за деньги во временное пользоваше!... Докторъ Жако
говорить, что онъ яДО-^о отказывался верить въ существоваше столь
постыдной отвратительной и унизительной торговли мужей своими женами,
но теперь окончательно убедился въ ней ^ . При такомъ характере семейной
жизни, п^и этой постоянной нищете и даже голодной смерти, такъ
часто угрожающей семейству пролетархя, понятно, почему нерЪдко
ц1}лыя семьи не знаютъ другого промысла, кромЪ проституцш. Па-
ранъ - Дюшатле говорить, что въ бывшихъ у него спискахъ публич-
ны хъ женщинъ онъ встр^чалъ 16 разъ мать и дочь, вмЪстЪ промнш-
лявшихъ развратомъ, 4 раза — тетку и племянницу, 22 раза двоюрод-
ныхъ сестеръ; кром^ того, въ числ^ 5183 проститутокъ фигурировали
164 раза по дв'Ь сестры, 4 раза три сестры и 3 раза четыре сестра.
Докторъ Тэтъ сообщаетъ следующую таблицу объ эдинбургскихъ про-
ституткахъ:
2 матери съ четырьмя дочерьми каждая . 8 дочерей.
5 матерей съ тремя дочерьми каждая . . 15 „
10 матерей съ двумя дочерьми каждая . . 20 « "
24 матерей съ одной дочерью каждая . . 24 „
41 мать, 67 дочерей.
КромЪ того, въ ЭдинбургЬ же втечен1е одного года было записано
вм4сгЬ 1 разъ 6 сестеръ, 1 разъ б сестеръ, 3 раза 4 сестры, 10 разъ
3 сестры, 18 разъ 2 сестры. „Случается", говорить Тэтъ — «что въ
Эдинбургъ прибываютъ ц&шя семейства и вс^ члены ихъ вм^^тЬ
продаются проститущи".
Хотя защита, доставляемая дЪвушкЪ или женщине семействомъ,
слаба, хотя вл1яше семьи солошь и рядомъ развратительное, но по*
ложеше женщины одинокой, безсемейной, вообще гораздо хуже ед
жизни въ семействе. Тысячи превратностей, несчаст1Й, болезней, со*
блазновъ ждутъ ее на каждомъ шагу и отдаютъ въ руки разврата. А
промыпиенная современная жизнь самыми разнообразными путями раэ-
биваетъ семью и разбрасываетъ въ разння стороны ея членовъ. Осо-
бенно печально положеше несовершеннолЪтнихъ, слабнхъ и неопыт*-
ныхъ сиротъ изъ рабочаго класса. Ов^ доставляютъ проститущн са-
мый значительный контингентъ. Въ ЛхонФ, напр., по изсл^^довашямъ
Поттона, ивъ 8884 публичн&хъ женщинъ 84В4: или были круглыми
сиротами или по разнымъ обстоятельствамъ не могли жить вм*Ьст^к со
своими родителями, или же им^^ только больвнхъ, дряхлыхъ роди-
телей и принуждены были пропитывать ихъ. ВмЪст& съ снротствомъ
, 515
на голову д'Ьвушекъ часто падаетъ еще нравственная обязанность про-
питывать свонхъ малолЪтннхъ братьевъ и сестеръ или одного изъ
своихъ овдов^^впшхъ родителей, больного и негодного ни для ]кавой
работы. И такая сирота просить у разврата хл^Ьба, вотораго ей не
даетъ трудъ. Мы цриведемъ зд^сь глубоЕо-трагичесх1Й,потрисающ1Йра8-
сказъ о ссбЪ одной лондонской шестнадцатилетней девушки. ^Я си-
рота. Десяти д4тъ я постушиа служанкою къ одноку мелкому тор-
говцу. Это была ужасная служба! Хозяйка обходилась со мной же-
стоко и часто била. Черезъ три недели, проведенныхъ мною въ этомъ
жкатк, я потеряла свою иать. Отецъ же иой умеръ еще за несколько
л^тъ передъ ткжь. Я терпела ужасное обхождеше хозяфки ц'Ьдыхъ
шесть мЪсяцевъ. Она била меня и руками и палкой. Я была вся по-
крыта синяками. Наконецъ, я уб^^жала. Им'Ья 3 шиллинга, я посту-
пила на дешевую квартиру въ одной мистрисъ*'. Это была квартира
самаго грязнаго разврата. Сирота насмотрелась зд^сь всякой гадости.
Когда три шиллинга были издержаны ею, ее выгнали на улицу. ЗдЬсь
ее встрЪтнлъ понравивш1йся ей юноша лЪтъ пятнадцати и уговоривъ
ее жить съ собой, привелъ ее обратно на прежнюю квартиру. Черезъ
три месяца этого любовника посадили въ тюрьму. „Я была огорчена,
хотя онъ и заразилъ меня**. Сирота нарочно сделала покражу) чтобы,
попавъ на тюремное содержаше, не умереть съ голода. Ее посадили
на м^сацъ. „И жила я такимъ образомъ три года, то съ деньгами,
то безъ гроша. Все это время я жила на Кеп1 81гее<;, въ дом^Ь, на-
полненномъ ворами и погибшими женщинами. Въ одной комнате зд'Ьсь
спало около пятидесяти взрослыхъ мальчиковъ и д'Ьвушекъ. Постели^ —
ужасно грязный и наполненныя вшами. ЦЪлую ночь зд^кь гор^^ла
свЪча. Мнопе мужчины и женщины спали совершенно нагими или пля-
сали то же нагишомъ. №которые изъ нихъ были еще дЪти*'. Развратъ
вд^сь былъ на распашку. Каждую ночь драка. „Посл^ трехъ лЪгь
та1М)й жизни я украла у мясника кусокъ говядины, чтобы попасть въ
тюрьму. Такая жизнь опротив']Бла мн& и я^[не знала, какъ изъ нея
выйти. Посл^ моего освобождешя я провела на улицЪ два дня н одну
ночь". ЗатЬмъ новое преступлеше съ'тою же ц'Ьлью. ^Я думала о
своей постыдной жизни, о разрушенш своего здоровья и мн:Ь каза-
лось лучше постоянно оставаться въ тюрьм^Ь, чЪмъ снова начинать
прежнюю авизнь. Меня продержали въ заключенш шесть М'Ьсяцевъ.
При освобожденш я нарочно, съ прежней цЬлью, разбила лампу, и
меня продержали еще пятнадцать дней. Это было мое посл:Ьднее за-
влючеше". Сирота вернулась къ прежней жизнп, отвращенхе отъ ко-
торой, хотя и не искорененное вовсе, было на время цоб&вдено въ
вей страхомъ голодной смерти и невозможностью найти другой вы-
ходъ. /
Рядомъ съ этимъ многочисленнымъ влассомъ сиротъ нужно по-
83*
516 .
ставить и тЬхъ д§тей, воторнхъ почему ннбудь родители прогоняютъ
отъ себхг, предоставляя жшъ жить какъ и ^иъ угодно. Безконтроль-
ность родительской власти и силн, неснягчаемая въ пизшихъ, загру-
бЪлнхъ влассахъ народа пикакиин нравственными правилами, сплошь
и рядомъ приводить въ самнмъ печальннмъ результатамъ. Полуго-
лодные, пьяные, обезсмысленные дикою злобою на свою судьбу, бед-
няки изливаютъ свою злость на собственныхъ дЪтей и деспотствуютъ
въ семействахъ тавъ аке, какъ восточные деспоты въ своихъ владЬ-
тяхъ. Прочтите романъ Гринвуда „Исторхя маленькаго оборвыша", и
вы познакомитесь съ ужасною жизнью этихъ семействъ, изъ кото-
рыхъ дЪти такъ часто змигрируютъ и съ малол^Ьтства начинаютъ
акизнь уличнаго бродяги, умирающаго съ голода, принужденнаго жить
воровствомъ, преслФдуемаго полиц1ей, проводящаго дни въ б^^готн^ и
работ^^, когда она навернется, а ночи гд:Ь-нибудь въ сырой и воню-
чей канаве. И нужно заметить, что огромная часть дЪтей бЬднаго
класса богатнхъ городовъ подвержена подобной участи, которая прямо
ведетъ къ лреступлешю и пороку. Если ребенка не прогоняютъ отъ
себя родители, если онъ не эмигрируетъ изъ семьи самъ, то родители
продадутъ его на базаре. Въ ЛондонЬ, напр., есть д%тск1Й рынокъ,
на который по утрамъ родители вееводятъ своихъ дЪтей обоего пола,
начиная съ семилЪтняго возраста, и отдаютъ ихъ въ наймы каждому
встр^^чному на неделю, на м1^сяцъ и т. д. Понятно, къ чему можетъ
вести такая продажа. ВмЪстЪ съ сиротами, вмЪст^Ь съ бежавшими
отъ родителей или ^брошенными ими несовершеннол^Ьтними девушками,
продапння такимъ образомъ родителями захватываются разными аген-
тами проститущи и продаются ими въ качестве невинностей. Если,
для достижешя этой подлой ц^ли, ласки и соблазны оказываются не*
дМствительными, то приб^гаютъ къ сил'Ь или наркотическимъ сред-
ствамъ, парализующимъ въ д^ЬвушкЪ всякое сопротивлеше. Это вполне
организованный промыселъ, съ многочисленными агентами, съ боль-
шимъ сбытомъ, установившимися ценами; главнымъ рынкомъ его слу-
жить Лондонъ, получаюпцй зтотъ живой товаръ чуть не въ 1гЬлой
Европ^^ и даюпцй за каждую невинность отъ 500 до^ 2500 франховъ;
второй громадный рынокъ — Пдрижъ. Содержательницы публнчныхъ
домовъ часто вступаютъ въ договоръ съ разными извощиками, кото-
рые и привозятъ имъ обманомъ молоденькихъ дЪвушекъ, получая из-
вестную плату за каждую доставляемую голову. То же самое д^лаютъ
разные агенты, рыскающхе не только по улицамъ своего города, но
разъ^южаюпце по всей Европе за добычею невинностей и доставляю-
пце ихъ на главные рынки разврата.
Рядомъ съ одинокими, безпомощными детьми и несовершеянол!&т-
вими девушками увлекаются на арену проституцш вдовы иженщишх,
брошенный своими мужьями или любовниками. О вдо])ахъ нв уже
517
гаюрнди, и просФитутовъ дЪжаетса нэъ нях^ь гораздо меньше, ч^Ьмъ
В8ъ брошенннхъ лпбовниць. Множество разнаго еорта мужчинъ, — сту«
девтонь, солдатъ, првкавчнховъ и т. д., собдазняютъ въ провинщяхъ
неопытннхъ д11вушекъ, привязнваютъ ихъ^въ себ4Ь, обЪщаютъ х&-
нипея, увлеЕаютъ шсъ съ собою въ болппя города и здЬсь скоро бро-
саютъ. Не тЛя ни знаконыхъ, ни хдАба, ни квартярн, окруженная
на каждонъ шагу ободьститедяии, такая девушка скоро увлекается
нотоконъ разврата. Брои^ того, ннопя, потерявпоя невинность на
родине, гонииня нозоронъ вхи нуждою, идутъ въ бодышя города
искать работы н не находя ее, внходятъ на публичную цродажу.
Очень иного служанокъ подвергаются той же участи. Такъ часто
обольщаютъ ихъ хозяева, такъ часто терян^тъ они мЪста за свое ябез-
нутство'* и остаются безъ хл^ба и крова, что въ снискахъ нроститущи
они составляютъ одно изъ самнхъ большихъ чиселъ. Мы приведемъ
гкЬсь интересную таблицу нарижскихъ простятутокъ, отлично вш-
сняющую громадную важность унонянутнхъ причинъ.
Побудительный причины. .Число проститутокъ.
1) Крайняя бедность и голодъ 1,441
2) Потеря отцовъ и матери, изгнаше изъ. роди-
тельскаго дока; полное одиночество и безпо-
иощность 1,255
3) Необходикость пропитывать престар&оаъ и
слабыхъ родителей 37
4) Старшихъ дочерей въ семь^Ь, неюгЬющихъ ни
отца, ни матери и содержащихъ своихъ мало-
л^Ьтнихъ сестеръ и братьевъ, а иногда пле-
мянннковъ и племянннцъ. 29
5) Женщинъ, овдовЪвшихъ или брошеиныхъ мужь-
ями и пропитывающихъ многочисленоое семей-
ство 23
6) Пришедшяхъ изъ провишцй искать въ Па-
риже работы . . , 280
7) Привезенныхъ въ Парижъ и брошенннхъ сол-
датами, офицерами, студентами и т. п. • . . 404
8) Слузшнокъ, обольщенныхъ и потомъ прогнан-
ныхъ своими хозяевами 289
9) Наложннцъ, брошеиныхъ своими любовнвкамн
и ненашедшихъ д&1а 1,425
5,183
Бъ этому нужно еще прибавить, что въ числ^^ одинокихъ, безпо-
мощныхъ женщинъ находится довольно значительное количество не-
законннхъ дочерей, непризнанныхъ отцами или вовсе незнающвхъ
518
своихъ родителей. Такъ, на 1183 публичннхъ девушки, рожденннхъ
въ ПаршЕс^ и о происхождеши воторнхъ въ рукахъ полнцш находи-
лись подробння, точный св'Ьд^шя, приходилось:
завонныхъ назавонннхъ следовательно
946 237 1 незав. на 3, 98 зак.
Фраяц73СВ1е департаменты представляютъ относительно ^го слЪ-
дуюпця данный: на 3,667 публичныхъ генщинъ 2,997 завонянхъ, 385
незаконннхъ, следовательно 1 незаконная на 7, 78 завонянхъ. Въ
числе простистутовъ не иало тавже девушекъ воспитанныхъ въ до-
кахъ доя найденышей и потоиъ выпущенныхъ на вольный св^тъ ра-
ботать, а больше голодать и бедствовать.
Трудно представить сэбе положеше всехъ этихъ женщияъ, лги-
шенныхъ труда или занимающихся крайне плохо вознаграждаемой
работой, — ^положеше, воторое тавъ часто доходить до врайнихъ пре-
деловъ страдашя во время голода, заврытая фабривъ, промншленныхъ
вризисовъ и подобныхъ общественныхъ бедств1й. Все это увеличава-
етъ число безпомощныхъ, безработныхъ женщинъ и усиливаетъ про-
ститущю; это замечено всеми основательными наблюдателями. Тавъ,
напр., въ 1816 и 1817 г. Европу угнеталъ сильный голодъ и въ Па-
рижъ, этотъ всем1рный рыновъ проституц1и, прхезхало изъ за-граннцы
вдвое, втрое, даже вчетверо больше проститутовъ, ченъ въ предыду-
пце и последуюш;1е годы« То же самое явлеше замечается во время
револющй, имеющихъ вообш;е тавое гибельное вл1яше на ходъ про-
мышленной жизни. Но жизнь бедныхъ влассовъ ужасна и безъ этихъ
вризисовъ. Въ Лондоне оволо 70^000 людей не имеютъ даже самой
дрянной ввартиры и цочуютъ въ ванавахъ, водосточныхъ трубахъ,
подъ лодками, арвами мостовъ и т. д. „Въ Париже есть тысячи инди-
видуумовъ, неимеюш;ихъ нивавого жилиш.а и проводяпщхъ ночи, где
придется** (Рагеп1). Въ Страсбурге много женщинъ, пришедшихъ въ
городъ за работой и ненаходяп^ихъ ее, „спитъ подъ воротами, въ дн-
^[ижансаxъ, въ бочвахъ" (81гоЫ). Да и где иначе въ большихъ горо-
дахъ! Чтобы дать читателю вавое-нибудь поняпе о тавой жизни, мы
сообп];имъ следуюпцй разсвазъ, извлеченный Леономъ Фоше изъ англхй-
свой газеты „Бхапипег**. «Сторожа парва и полисмены приводить въ
последше дни въ полицейсвое бюро много молодыхъ девушевъ, нахо-
димыхъ спящими подъ деревьями Гайдъ-Парва и Кшсиигстонсвихъ
садовъ. Эти несчастный, все безъ исвлючетя, находятся въ тавой
уавасной бедности и тавъ заражены болезнями, что власть делаетъ
имъ благодеяше, отсылая ихъ въ тюрьму, где оне найдуть и убе-
жище и медицинсвую помош;ь. По сообщешю сторожей, воть уже не-
сволько месяцевъ, вавъ оволо пятидесяти человевъ обоего пола и
всехъ возрастовъ не имеютъ ночью другого пристанища, вроме де-
ревьевъ парва н отверспй въ дткосахъ. Большинство изъ нвхъ — ^мо-
519
лодыя д'Ьвушви, отъ и до 17 лЪтъ, приведенныя солдатами изъ про-
ВИНЦ1И, развращенннд иии и потомъ предоставдендыя своей ухаееноб
судьбе. Эти несчастныд создании ведутъ такую жизнь съ самаго дет-
ства, не ин'Ья по ночаиъ другого пристанища, кром^ парковъ, гдЪ
он'Ь буквально сгниваютъ въ нищегЬ, грязи и бол^^зндхъ^. Но и об-
пця Евартиры въ большихъ городахъ для ночлега б^дняковъ не иен^е
грязны и развратительны, ч^мъ ночлеги въ канавахъ, подъ мостами
или открытымъ небомъ. Въ Лондов']^, напр., какъ и во всЪхъ другихъ
подобныхъ городахъ, эти квартиры каждую ночь набиты сотнями че-
дов^къ обоего пола и всЬхъ возрастовъ. «Невозможно описать сценъ
разврата, происходящихъ въ этихъ логовищахъ; он% такъ ужасны, что
публика не повЪритъ описашю**, говорить Фоше.
Такими-то путями б'Ьдность ведетъ къ промыслу порокомъ, къ про-
мыслу, от:ъ котораго съ негодовашемъ, большею частхю лицем^рнымъ,
отвертываются моралисты. Мы видели, что женщинамъ часто прихо-
дится выбирать между своею смертью, или смертью своего семейства,
и нравственностью. Находятся и ташя, который предпЬчитаютъ смерть,
но только положительный глупецъ или человЪкъ съ сердцемъ дикаго
зв'Ьря можетъ требовать отъ всЪхъ этихъ женщинъ такой нравствен-
ности самоубгйства. Что же делать и чЪмъ помочь? Жизнь поста-
вила ихъ такъ, что инстинктъ самосохраненк неизбежно ведетъ ихъ
къ пороку; а помочь... но о помоп^и имъ нечего и думать.
Выше мы уже говорили, что въ рядахъ проститутокъ есть весьма
незначительный процентъ женщинъ, принадлежащихъ къ болЪе или
менЪе зажиточнымъ состояшямъ, — актрисъ, повивальныхъ бабокъ,
учительницъ и т. д. Сплошь и рядомъ, онЪ далеко не составляютъ
даже и Р/о общаго числа проститутокъ въ данной м^Ьстности. Боль-
шинство ихъ состоитъ или изъ дочерей совершенно раззорившихся
родителей, или изъ женщинъ, лишившихся своихъ занятгй и, следо-
вательно, подверженныхъ вс^мъ страдашямъ нищенской жизни. Одн'Ь
изъ нихъ рлечены и обмануты любовниками, обещавшими жениться,
друг1Я увлеклись подарками волочащейся молодежи и перспективой
комфорта, который доставить имъ любовная связь. Обманувшись въ
своихъ надеждахъ, большпнство этихъ д^вушекъ и желало бы вер-
нуться къ прежней жизни, но уже поздно!.. Не только общественное
мн^ше, но даже семья и знакомые считаютъ ихъ обезчещеннымщ без-
нравственными и б^гутъ отъ нихъ, какъ отъ чумы. Для женщинъ у
насъ составлень особый нравственный кодексъ, другой, ч^мъ для муж-
чинъ. И за то, что въ мужчине считается поступкомъ безразлнчнымъ
и естественнымъ, безжалостное и несп]}редливое общественное мн^-
ше казнить павшую женпщну, силою толкая ее въ преступлен1е и
ставя въ невозможность^ вернуться къ порядочной жизни. Павшая, но
раскаявшаяся Магдалина съ тяжкими рыдашями валяется въ ноге^х*^
520
напгахъ; но кы не хотнмъ слышать ея воплей, и, вм^то того, чтобн
подать ей руву помощи и освободить ее отъ порока, въ которонъ всЪ
мы столько же виноваты, сколько и она, мы въ прнпадкЬ безчеловЬчно-
моральнаго негодовашя пинками сталвиваемъ ее въ бездну, изъ кото-
рой н%тъ возврата. „Если такая женщина првнадлежитъ къ низшнмъ
влассамъ", говоритъ одинъ англ1йск1й авторъ — ^то какой другой про-
мыселъ открыть передъ ней кромЪ проституцхи? Если она работница,
то какая хозяйка пуститъ ее въ свою мастерскую? Если она служан«
ка, то какая женщина дастъ ей у себя м^ксто? Если она принадле-
житъ къ болЬе высокому состолнш, то мохетъ ли она найти уб^ики-
ще въ своемъ семейств-Ь? Чего ей ожидать? Оттолкнутъ-ли ее съ гн^
вомъ и презрЬшемъ, или примутъ со слезами радости? Увы, кто не
знаетъ, тго на сотню отцовъ, привЪтствующихъ возвращеше блудна*
го сына и охотно прощающихъ его, едва ли найдется одинъ, который,
поднявшись надъ варварскою моралью свЪта, открылъ бы свои объя-
Т1Я павшей, но раскаявшейся дочери!^ (ТЬе дгеа^ вш о( ^. а^,
р. 19)...
Штъ, теб'Ь состраданья не встретить,
Нищеты и несчаспя дочь!
Св^^гь тебя предаетъ поруганью
И охотно пропдетъ другой,
Что торгуетъ собой во призвавью,
Безъ иуждн, безъ борьбы роковой!
А такихъ торговокъ не мало, но они имЪютъ честь принадлежать
къ зажиточнымъ классамъ, торговлю ведутъ контрабандой, въ поли-
цейскихъ книгахъ не записаны, — и свЪтъ смотрнтъ на ихъ шалости
сквозь пальцы. Мы не говоримъ объ этихъ упитанныхъ кобылицахъ,
увЪшанныхъ шелками н украшенныхъ золотомъ, роскошное будуары
которыхъ посещаются десятками любовниковъ, наслаждающихся не за
деньги, а роиг ашоиг; мы не говоримъ объ этихъ полуразвалившихся
богатыхъ старушонкахъ, обезьянья похотливость которыхъ заставляетъ
ихъ содерзЁать разнЕ1хъ постельныхъ гайдуковъ и франтовъ, — мы хо-
тнмъ сказать несколько словъ о женщинахъ высшаго и средняго клас-
совъ, промышляющихъ развратомъ, по примеру дочери царя Хеопса,
которая торговала собою въ пользу своего папаши, промотавшагоса
въ пухъ на постройку пирамиды. Так1я женщины есть во вс^хъ боль-
шихъ городахъ Европы и случается, что он% торгуютъ собой даже съ
ведома и соглас1Я своихъ мужей. Бедная д'Ьвушка продаетъ себя
часто лишь для того, чтобы получить кусохъ хлеба и не умереть съ
голода, а зажиточная красавица покупаетъ себ'Ь на свои ласки и пре-
лести роскошные дома и вилвы, кружева и брнллханты, блестяпце
экипажи и тысячныхъ рысаковъ. Но не будемъ говорить объ ьтвхъ
придворныхъ фавориткахъ, о любовницахъ потентатовъ; спустимся
521
ншного павиже и приведшъ иЪсходьхо фштовъ. «Въ Эдинбурге свЪт-
СК1Я женщвнн, по хладнокровноху разсчету, дхя ш)Ц[1НТ1я своихъ бе-
зашберннхъ расходовъ иде до иансаанному вкусу къ роскоши, дра-
внмаются за лроституцш. То же самое заметно и въ другихъ горо*
дахъ ШоФхандщ. Дамы подьзуюпцяся въ свонхъ постоанннхъ и&уго-
лребнвашяхъ нбаадатванноД реоутащей е отлвшо принятнд въ луч-
шекъ обществ^^ лодъ равными ложншш дредюгами досЪщаютъ Эдин-
бургъ и секретно торгуютъ зд^Ьсь своими прелестями. Чрезвычайныд
суммы, выманиваемая у увлеченннхъ ими мужчинъ, доказываютъ, что
цЪль такого ихъ постыднаго поведешя состоитъ въ поправленш раз*
строенныхъ финансовъ^ (Та1( и ШсЬеЬ^). Въ Италш и особенно въ
Рим^к также довольно подобныхъ барынь, заработывающихъ развратомъ
кареты и наряды. «Люди, хорошо знакомые съ римскими нравами,
ув^^ряютъ, что вм&стЪ съ такимъ развратомъ, эти женщины им^кютъ
сильную привязанность, даже любовь, къ своимъ мужьямъ" (^ас^ио1;).
О французскомъ обществ^Ь и говорить нечего, —зд^сь много подобной
сволочи. Кром^ того, встречаются еще въ высшихъ европейскихъ
класеахъ разный Мессалины, т. е. женщины, предаюлцяся публичному,
часто очень грязному разврату, ради наслаждешя; но ихъ мало и
почти в(Л овА ведутъ такую жизнь всл^дствхе нимфоманш.
Мы вид&ш, что доводитъ женщинъ до решимости торговать своимъ
т^омъ. Но къ чести благородной женской природы необходимо ска-
зать, что весьма мнопя изъ этихъ несчастныхъ создашй, убиваемыхъ
бедностью и развращаемыхъ окружающею ихъ обстановкою, предаются
пороку только тогда, когда мужчина, воспользовавшись ихъ безвыход-^
нымъ и беззащитнымъ положешемъ, увлечетъ ихъ силою, хитростью
или обманомъ. По всей Европе раскинута обширная и хорошо орга-
низованная система коммерщи разврата, съ многочисленными агентами,
со множествомъ интригъ, хитростей, уловокъ, даже съ газетнЕОШ объ-
явлешями о покупке и продаже 'женскаго т^ла *). Многочисленныя
сводни обоего пола распространены повсюду, существуютъ въ тысяче
формъ, то въ грязныхъ лохмотьяхъ нищеты, то окруженный всЪмъ
блескомъ роскоши. Мнопя изъ нихъ принаддежатъ даже къ высшимъ
классамъ или, по крайней м^рЪ, приняты В1> нихъ за свое богатство
или за свои нечистый услуги. ОднЪ изъ нихъ рыскаютъ по всей ЕвропЬ
и разными обманами увозятъ на главные рынки разщ[М1та д^вушекъ,
подъ предлогомъ работы, соблазняя ихъ высокою платою [и^выдавая
впередъ значительный суммы. Друпе агенты, преимущественно жен-
щины, сторожатъ добычу на изв^стныхъ улицахъ, въ кенторахъ обще-
ственныхъ дилижансовъ, на стаищяхъ жел^^ныхъ дорогъ и] т. д.
*) Одно подобное обълыев1е к» Гамбурга, кажется, ж встрФтжжъ однажди въ
«Петербургсккхъ ВАдомостдхъ»} жедщчэи 9а?вмн п вею ^аюдтмв товарам»».
522
ЗдФсь они довдтъ мододнхъ женщинъ и дЪвушекъ, стекающихся въ
больш1е города изъ провинщй искать какой ннбудь работы. Подъ
предлогомъ руководительства этихъ провинщадокъ въ незнакомомъ
город'Ь, доставлетя квартиръ и работн, упомянутая сводни втираются
къ нимъ въ дов^рхе, а затЪмъ силою или хитростью отдаютъ вхъ въ
руки развратникамъ или же доставляюсь содержательницамъ публич-
нг^хъ доиовъ, получая съ нихъ во Фрашця отъ 10 до 25 фр. за шту<
ку. Ришло говоритъ, что въ Лондоне часто попадаются въ подобную
западню даже молодня, неопнтння и незнакокня со столицей дахн.
И много подобнахъ козней. Легче всего достается своднямъ самнй
ц^Ьнный въ ихъ ремесле товаръ — несовершеннол^тшя, невинння де-
вочки, соблазняемня угощетями н подарками, завлекаемая въ м^^а
разврата и зд'Ьсь растлеваемая. Въ благочестивомъ Лондоне охота
сводней за этими малютками производится въ особенно обширннхъ
разм'З^рахъ по воскресеньямъ, такъ какъ въ дти дни по улицамъ яро*
ходятъ огромная толпы дЪтей въ общественная школа и обратно.
Заманенную въ публичнай домъ девочку иногда удерживаютъ въ ^емъ
силой, а если она особенно молода и наивна, то послЪ растл^^тя ее
отпускаютъ домой. Одна десятилетняя хевупша, ходившая каакдое
воскресенье въ школу, бала сманена такимъ образомъ своднею и про-
дана какому-то развратнику. Каждое воскресенье приходила она въ
м^сто своего падешя, ее продавали и зат^мъ отпускали къ родите-
лямъ. Конфекта и друпе подарки заставляли ее продолжать свои
воскреснае визита къ сводне. Еще не наросши, она уже разврати-
лась. Другая, пятнадцатилетняя девушка поступила швеей къ какой-
то хилетнице. Недели черезъ две, хозяйка завлекла ее въ домъ терпи-
мости, которай содержала сама, и сделала ее публичной акеящнной
(Вауап). Здесь кстати разскажу еще одинъ, известной мне случай
изъ петербургской жизни. Одна бедцая девушка, по выходе изъ Смоль-
наго института, долго хила на квартире своего брата, студента, терпя
всевозможная лишешя. Несколько разъ объявляла она въ Шлицей-
скихъ ведомостяхъ о своемъ желатн заняться швейною работою. Въ
одинъ прекраснай день, къ ней является какая-то очень приличная
пожилая дама, и, говоря, что ей нужно готовить приданое своимъ
двумъ дочерямъ, предлагаетъ ей у себя квартиру и шитье за вогод-
ную плату. Институтка переехала. Хозяйка взяла у нея для прописки
въ полищи институтскШ аттестатъ, а вместе съ нимъ и все друпе
документа, сказавъ, что это необходимо. Когда швея-квартирантка
пришла вечеромъ въ великолепное помещенхе хозяйки, то бала по-
знакомлена съ несколькизш ея „дочерьми** и несколькими „племян-
ницами**. Въ гостяхъ бало несколько мужчинъ. Институтка скоро по-
няла, куда попала она. Къ ней навязался одинъ изъ посетителей и
ее взяли ба силой, если бы во время не пр1ехала въ этотъ публич-
523
ннй домъ компашя студентовъ и офицеровъ. Институтка обратилась
Еъ нимъ за защитой. Содержательница начала уверять посетителей,
что дта д'Ьвушва продалась ей и, задолжавъ иного денегъ, отдала ей
въ залогъ свои документы. Но посетители нагнали на содержатель-
ницу такого страха, что она принуждена была тотчасъ же освободить
свою пленницу. 6ъ большинстве подобныхъ случаевъ, европейсшя
сводни употреблшотъ для овладЬшя обманутой девушкой или силу,
или известный одуряюпця и усыпляюп^гя средства, приготовлеше и
торговля которыми, вместе съ разными конфертативами, составляютъ
одну изъ непоследнихъ статей проститущонной промышленности. Въ
Англ1и, и во многихъ другихъ стравахъ, есть еще два особенныхъ
способа увлекать женщинъ въ развратъ. Это предсказашя и торговля
соблазнительными картинами и книгами. Множество молодыхъ жен-
щинъ, особенно слуханокъ и работницъ, сильно верятъ въ предска-
зателей и часто ходятъ к^ нимъ, отдавая за ихъ пророчества послед-
шй пенни. Во время этихъ женскихъ сборшцъ, разнце мужчины,
скрытые где-нибудь за перегородкой или драппировкой, смотрятъ, не
придется ли имъ по вкусу какая-нибудь изъ посетител1>ницъ. О своемъ
выборе они сообв^аютъ предсказателю, который своимъ суевернымъ
вл1ятемъ заставляетъ бедную женщину отдаться развратнику, такъ
какъ она безусловно веритъ его советамъ и предсказатямъ. Подоб-
ное же вл1яше имеетъ и продажа соблазнительныхъ картинъ, фото-
графШ н книгъ, продажа столь прибыльная въ Аиглш, что ею зани-
маются больппе торговые дома. До учреждешя въ Лондоне Общества
для обуздашя разврата, эта промышленность приняла наконецъ чрез-
вычайные размеры. Многочисленные разносчики новодняли все Соеди-
ненныя королевства упомянутыми картинами и книгами. Учебиыя заве-
ден1я, мужсшя и женск1я, были завалены ими. Даже въ настоящее
время, после враждебныхъ и успешнсссъ действ1й упомянутаго апти-
проституц10ннаго общества противъ этой промышленности, ею зани-
маются въ Аигл1и до 4,000 человекъ. Во Францш, Гермати и другихъ
странахъ эти произведетя грязнаго искуства также очень распростра-
нены, и служатъ не только для возбуждетя стариковъ, но соблазни-
ютъ и молодежь, которая, заразившись ихъ вл1яшемъ, и смотря по
своей житейской обстановке, при существовати еще многихъ другихъ
подобныхъ факторовъ, темъ легче решается или покупать развратъ
или продавать себя для разврата.
При объяснеши причинъ, заставляюпщхъ публичныхъ женщинъ
приниматься за свое ремесло, необходимо обратить внимате на воз-
растъ и степень умственнаго развит1я проститутокъ.
Относительно возраста мы заметили следующее, чрезвычайно за-
мечательное совпадете статистическихъ данныхъ. По изследовашямъ
Вильерме, какъ мы уже говорили, до пятнадцатилетняго ^возраста
524
рабочая ншта мужчннъ в «енщинъ пот одаяаЕОва; штЬмъ «еясюя
плата постепенно понижаегея н начиная еь двадцатилттняю ва^^аста,
ратяется паловингь лцжаиЛ. Таккмф оФразохъ, вь первне двядщатде
годн впо1н4^ раввивпшяса у^ю женщина чувствуетъ и гораздо больше
потребностей и гораздо большую нужду, чЪ]п^ когда-нибудь раньша
Заметьте же теперь, что еь рядахъ проетитупюкъ и дгьтоубИк^ъ $о-
раздо больше оюентмь^ толм^о^что начаешцхь торсе дееятылпти
своей оюианщ Ч1мхь оюенщинь ееяпаю с^руюю еозраста. За справкою о
д'ЬтоубЦцахъ советую обратвтьса къ „Д&хоубШству", довольно щедро
снабженному ]щфра][и, а здЪсь приведу только даннна о воврастЬ
проститутокъ. Въ числ4^ 3248 иарижскихъ публичнохъ женщинъ (йио,
по одной изъ таблицъ Ларанъ-Дюшатле, ниДвшихъ при записвЪ въ
проститущоннне рееетрн:
21 годъ
22
12 , 3 . 23 , 215 .
13 , 6 , 24 . 179 ,
14 . 20 ,, 25 ,, 136 .
15 , 51 , 28 . 101 ,
16 ^ 111 , 35 , 26 ,,
17 , 149 . 40 ,, 11 ,,
18 , 279 . 49 ,, 12 .
19 . 322 ^ 62 , 1 „
20 . 389 „
Для оовращешя, н^Ькоторне возрасты нн выбросили, кахъ сд^ано
и въ сл:Ьдующей таблиц^^ о другихъ проститутвахъ, на общее число
которыхъ, 3235, приходилось:
10 л%тъ
11
2 Д'Ьвушки
3
803 девушки.
300
1Й лЪтъ
1
20 Лть
216
25 а/кгь
193
49 Ачъ
10
13 , "
3
21
а
204
27
а
151
51
а
8
и „
8
22
а
246
30
а
113
55
в
4
15 „
18
23
■
240
37
а
43
57
а
3
19 ,
115
.24
а
207
41
а
25
64
•
2
Вообще же,
на 1000 ^ндувсвяхъ проститутокь ириходнтся
хен-
10 д'Ьтъ
0,20
23 Ать
74,18
36 лФтъ
15,07
49 лЪтъ
3,09
11 »
0,30
24
а
63,98
37
а
13,28
50 ,
1,54
12 ,
0,30
25
а
60,27
38
а
12,05
51 .
2,47
13 ,
0,92
26
я
63,39
39
а
11,43
52 ,
0,92
14 »
2,44
27
а
49,14
40
а
9,58
53 ,
0,92
15 ,
5,20
28
а
46,67
41
я
7,72
54 ,
0,60
16 ,
13,60
29
а
38,94
42
а
6,49
56 ,
1,23
17 .
17,00
30
а
34,93
43
а
7,10
56 ,
0,30
18 .
31,22
31
я
39,25
44
Щ
4,63
67 ,
0,92
525
19 , 35,54
32 ,
33,69
45 ,
4,32
58 ,
0,61
20 , 66,76
33 ,
24,14
46 .
3,40
59 ,
0,30
21 , 63,06
34 .
24,14
47 ,
4,01
64 ,
0,30
22 , 76,97
35 .
19,81
48 ,
1,85
65 ,
0,30
Въ ЛюнЪ И8Ъ ЗвЗ^ публйчныхъ женщинъ 942 шАлв же^Ае 21
года, 2476 вжклв отъ 21 до 31 года, 386 отъ 31 до 41 г., 80— бох^
41 года. Въ Лондоне нзъ 2196 вроститутовъ 3 шгЬли мен^Ье 15 л-Ьп,
414 отъ 15 до 20 лЪтъ, 872 отъ 20 до 25 1%тъ, 525 отъ 25 до 30,
273 отъ 30 до 40 хЬтъ, 88 отъ 40 до 50 лАтъ, 19 отъ 50 до 60
Агь. Въ Петербурге и8ъ 493 ороститутовъ цФлая половина, 246, при-
надлежите; въ 20 — ^26 лФтнинъ.
Тавинъ образоиъ, проститутовъ бол^е въ возрасти 20, 21, 22, 23
лФтъ, въ слФдуюпце возрасты число ихъ постепенно уменьшается,
особенно начиная съ 30 Л'Ьтъ. Почему же это^ ВЪдъ у женщины
27,30, 32 и т. д. л^тъ растительно гЬ же потребности, страсти, та
же половина мужсвой платы, вавъ и у двадцатилетней. Это вависитъ
отъ того, что большинство женщинъ, принявшись за промнселъ раз*
вратомъ 20 — 23 л^тъ, можетъ выносить дто пагубное занят1е, ка1съ
уввдимъ, лишь втечете несколькихъ жЪть и загЬмъ изчезаетъ съ этого
рынка порока. Редв1я исключ№1я изъ этого правила тахъ втягиваются
въ свое заняпе, что продолжаютъ его даже до 50—65 лФтъ, продавая
изредка свои СГНИВШ1Я и увядппя прелести какому-нибудь пьяному
матросу, рабочему или совершенно одурявшему отъ своего безпутства
богатому развратнику, который находитъ иногда высшее наслаждеше
въ уродливой, грязной и старой женщине. Еонтингентъ слабыхъ, не-
опытннхъ детей, моложе 20 летъ, весьма значителенъ, особенно въ
Англш, где особенно падки на молоденькую невинность "*"). Въ Москве
изъ 957 проститутокъ начали промышлять развратомъ— 1 съ 1 1 летъ
(0,107о)1 б съ 12 л. (0,52), 26 съ 13 л. (2,71), 93 съ 14 л. (9,71), 150
съ 16 л. (15,76), 180 съ 16 Л. (18,80). Д-ръ Тэтъ разсхавываетъ, что
въ Эдинбурге одинъ джентльменъ завлючилъ съ содержательницей
публичнаго дома услов1е доставлять ему регулярно каждую неделю
по две несовершеннолетнихъ невинности. Выше мы видели, что въ
проституц1онныхъ спискахъ значатся даже десятилетшя дЬти, но этн
дети попали въ инрегистращю уже после того, какъ они несколько
времени занимались своимъ ремесломъ тайкомъ отъ полицёйсхаго
контроля. Въ скрытной проституцш живутъ развратомъ д^чки не
только 10, но даже 9 8 и 7 лпть! Докторъ Рэйанъ и друпе медики
разскааываютъ, что имъ нередко даже приходится лечить подобнвхъ
мадютокъ отъ сифилиса. Мш)пя изъ этихъ девочевъ имеютъ даже, .
*) Въ Лоахои% есть даке пубжнчвае дома, вг которыхъ не держап дАво^екъ
старше 14 жкгь. ' **
526
какъ большинство проститутокъ, дюбовнивовъ-иальчугановъ *), Мне-
пя изъ налодЪтнихъ проститутокъ обращаются сами къ подищи съ
просьбою о записке ихъ, „он% оказываются уже знавомшга со всею
отвратительною практиЕою разврата н весьма часто не им^ютъ ни
жилиш;а, ни родителей", говорить Паранъ-Дюшатле. Полшця чаще
всего отказнваетъ имъ въ инрегистрацш, онЬ уходить, но зат^мь по-
лицейсв1е агенты ловить ихъ снова на ихъ скрытномь промысле и
это продолжается до т']&хь порь, нова полиц1я не вынуждена будетъ
дать имь дозволеше на заняпе легальной нроститущей.
Умственное н нравственное развитхе вступающихь вь проституцию
женщннъ Ерайне плохо, несмотря на такую распространенность вь
западной Европб народнаго образовашя. ]Вольшинство проститутокъ
даже безграмотно. Напр., изь 4,470 публичныхь хенщинь, родившихся
еб Парижгь^ 2,332 не умЪли подписать своей фамилш, 1,780 подпи-
сывались, но плохо, 1 10 подписывались хорошо, о 248 нЪть св^дешй.
Въ то же время изь парижсвихь проститутовь, рожденныкь вь се-
верной полосЬ Франщи, 3,497 не ум^ли писать, 2,212 подписывались,
но худо, 75 подписывались хорошо. То же самое относительно жен-
щинь средней и южной полосы.
Въ Лшн^, изъ 3,884 проститутокъ, 2,577 были совершенно неве-
жественны и безграмотны, 1,307 умЬли только читать, 792 могли чи-
тать и пи^ть, и вь томь числе 62 получили порядочное образоваше.
Въ Манчестере въ 1840 — ^^1855 г. приходилось на 10,000 прости-
тутокъ;
1) Неумеющихъ ни читать, ни писать . . . 5,761
2) Умеющихъ только читать, или читать и пи-
сать, но плохо . • 4,760
3) Умеющихъ хорошо читать и писать ... 78
4) Получившихъ хорошее образоваше ... 1
Въ Лондоне изъ арестованныхъ публичныхь женщинъ было на
10,000
Неумеющ. Умеющ. Умеющ.
ни читать, ни читать или хорошо чи- Обраво-
писать, читать и пи- тать и ван^
сать, но плохо, писать. ннхъ.
Въ 1837—1842 г. 4,524 5,031 432 13
„ 1843—1848 „ 3,672 5,893 425 10
„ 1849—1854 „ .2,306 7,444 212 39
. Какъ видите, все это народь невеакественный, потому что дажен
уменье читать и писать не соединено у проститутокъ съ образовашем^ц
*) Чадвикъ и Майнъ говорятъ, что въ числЪ оос^тятелей лоцдонскпсъ ш^бмжЧ'
внхъ домовъ ежегодао бнваетъ до 100,000 нвиьиковъ!
527
и Паранъ говорить, что почти вс% он'Ь находятся въ саномъ глубо-
комъ невЬкеств^ не только относительно научныхъ св^дЪшй, но даже
относительно религш и нравственннхъ правилъ. Бедность морить ихь
голодомь, лишаетъ образовашя и возможности освободиться отъ гру-
бнхъ ВЛ1ЯШЙ своей среды, бедность принуждаетъ ихъ въ пороку и
МН0Г1Я взъ нихъ, при своемъ вругломъ нев&веств^, при своей грубой
развращенности сь колыбели, отдаются ему безь угрызешй^ совести
хотя жизнь проститутки скоро поселяетъ въ нихъ полное отвращсп:е
какь увидимъ ниже. О множестве проститутокъ можно сказать, что
он'Ь никогда не падали, что он^Ь родились проститутками и были спе-
щально воспитав^! для промысла развратомъ.
Мы избавимь читателя отъ излишняго утомлетя и не будемъ утру*
адать его внимашя цифрами, доказывающими, что проститутки доста*
вляются бол^^е всего гЬми городами и округами, въ которнхъ сильно
развита промышленная жизнь или крестьяне находятся въ жалкомъ
положен1н. Посл^ нашей предыдущей трактащи это понятно само со-
бою. Бол'Ье подробное вннмате мы обратимъ здЪсь на то вл1ятае,
какое им^Ьетъ на усилеше и сосредоючеше проститущи на извЪстномь
пункте сильная скученность въ немь изв^стныхъ классовь народона-
седешя, соддатъ, моряковъ, разныхъ рабочихъ, католическаго духо-
венства купцовъ, богатой и праздной светской молодежи и т. д. Все
это люди или холостые, или разлученные со своими семействами и
непривыкшхе къ долговременному воэдержанш, притомъ люди, для ко-
торыхъ кутежи и волокитство — ^первЪйшдя и часто единственныя удо-
вольств1я. Благодаря имъ, во-первнхь, развращается сильнее, ч^мъ
въ другяхъ, малонаселенныхъ м^стахъ, женское населенхе т^хъ м'Ьст-
ностей, въ которыхъ они живутъ. Первыми изъ такихъ с:Ьятелей раз-
врата и неравлучнаго съ нимъ сифилиса служатъ арм1и. Гд*]^ кварти-
руетъ войско, тамъ всегда очень много портится женщинъ и очень
много рождается незавонныхъ дЪтей. Эти соблазненныя солдатами
женщины, какь мы уже говорили, весьма часто уводятся ими съ №Ьстъ
родины и, будучи брошены своими любовниками на чужбине, прини-
маются за проститущю. Подобное же вл1яте им^Ьютъ и друпе, упо-
мянутые нами классы. Во-вторыхъ, въ мЪстахъ густого иародонасе*
лешя сплошь и рядомъ сущеетвуетъ такой сильный запрось на про*
ститутокъ, что местное предложете не можетъ удовлетворять его, и
сюда стекаются женщнны съ разныхъ другихъ пунктовъ, въ которыхъ
сильно предложен1е, но почти вовсе нФтъ сбыта. Такъ, наприм^ръ
взъ таблицъ о фраицузсвихъ публичныхъ авенщцнахъ, видно что въ
нЪкоторыхъ департаментахъ туземныхъ проститутокъ очень мало, а
между тЬиъ въ Парижъ гЬ же самые департаменты доставляють ихъ
очень много. Тасцмъ обравомъ возникаютъ и поддерживаются главные
рынки разврата, — столицы, города промышпледные, приморсше и воен-
528
ные. И не только вся известная страна, но в вся Европа, часто даже
друпя части св^та внсхиаютъ сюда дочерей своихъ на продажу и
поругате. Иногда здЪсь бываютъ ярмарки разврата; въ твЛствое
время и но язв^^ннмъ нуждамъ своншется здЪеь больше народона-
селешя, ч^^мъ его бываетъ обыкновенно; вм^^стЪ съ этшгь прЕФахаптъ
сюда и нроститутки для временнаго промнсла, Тавъ бнваегь при
всЪхъ торговнхъ ярмарвахъ, при всем1рн11хъ внставкахъ, при скопяе-
шяхъ войскъ, даже при собран1яхъ дипломатовъ; на вЪнскШ вош1^ессъ,
напримЪръ съехалось проститутокъ чуть ли не больше, чЪмъ боло
тутъ прндворннхъ посланнивовъ, министровъ, государей и войсвь.
У.
Численности пубяичныхъ женщинъ не знаетъ никто, даже самне
лучнпя статистическ1я бюро. Изв'Ьстно только количество проститутокъ,
записанинхъ въ по^[ицейск^е реестры; но это весьма незначительная
доля женщинъ, занимающихся промысдомъ разврата; вездЪ есть про-
ститущя скрытная, изб'Ьгающая контроля самой усердной полицш и
наблюдешй самаго зоркаго изслЪдователя. Впрочемъ, на основанш кЬ-
которыхъ, довохьно достов^Ьрныхъ данныхъ, можно сказать, что, смотря
по м'Ьстности и обстоятельствамъ, проститутокъ скрытныхъ впятеро--
вдесятеро больше, чФмъ проститутокъ явныхъ; если такое исчислеше
и неверно, то во всякомъ случае, количество скрытныхъ проститутокъ
въ немъ не преувеличено.
Въ Лондон^Ь, по вычислешямъ Рэйана и Тальбота, до 80р00 про-
ститутокъ.
Но это еще не все. Проститущей живутъ не однЪ пубяичиня жен*
щины, а и множество другихъ лицъ, — содержательницъ публичнихъ
домовъ, ихъ семей, сводней и т. п. агентовъ и прислужиикожь порока.
„Внчислено<<, говоритъ д-ръ Рэйанъ — „что въ Лондоне живетъ про-
ститущей посредственно или непосредственно 400^000 челов^^ м еже-
годно расходуется на нее 200^)00^000 франковъ".
О проституцш другвхъ городовъ н&тъ даже и такнхъ гипотвпчее-
кихъ исчислешй, а есть только цифры публичныхъ женщонъ, записан-
ныхъ въ полицейсшя книги. Изъ этих^ цифръ нельзя сделать рЬши-
тельно никакихъ выводовъ. Еакъ много въ Европе публичныхъ жен»
щинъ, усиливается проституцхя или уменьшается, какъ велики дохо-
ды ея, — эти и подобные вопросы изсл^Ьдователь, боящгйся впасть въ
серьезную ошибку, долакенъ оставить безъ всякаго отвЬта. Приведемъ
прим^Ьръ невозможности какихъ бы то ни было прочныхъ выводовъ
на основанш упомянутыхъ цифръ. Положнмъ, что въ изв^ктномъ го-
роде число записныхъ простятуто^Бь уменьшилось; изъ этого отшо^
529
нельзя заключить, что въ немъ ослабъ промыселъ разврата, — известно,
что инопя публичныя женщины, выписавшись изъ полицейскихъ книгъ,
продолжаютъ заниматься проституц1ей тайно. Даже если бы достов^Ьрно
изв:Ьстно было, что выписанныя изъ проституцгонныхъ книгъ женщи-
ны обратились къ другимъ нромысланъ, а не къ разврату, то н отсю-
да еще нельзя заключить объ уменьшети въ этомъ городе проститу-
токъ, — можетъ быть, на м'Ёсто выбывшихъ явилось столько же, даже
бол'Ье тайныхъ промышленницъ. Если же, напротивъ, въ полицейскихъ
книгахъ число проститутокъ увеличилось, то съ равною справедли-
востью можно предполагать, что увеличилось, или количество публич-
ныхъ женщинъ вообще или же только количество записныхъ; можетъ
быть, нолнщя рачительнее занялась открыт1емъ тайныхъ проститутокъ
или МН0Г1Я изъ нихъ почему-нибудь нашли нужнымъ явиться самимъ
для записи, — он'Ь в'Ьдь часто д^Ьлаютъ это.
Вотъ 1щфры занисныхъ проститутокъ въ разныхъ городахъ въ 1858
году:
Лондояъ 30,015
Нью-1оркъ 13,000
Парижъ . . . л. . 6,500
Ливерпуль 2,900
Москва 2,000
Петербургъ (въ 1867 г.) 1,823
Гласговъ 1,475
Марсель 1,229
Щдридъ 1,175
Люнъ 1,060
Брюссель 866
Берлинъ 840
Ни одной изъ этихъ цифръ доверять не^[ьзя; въ Лондоне, напр.,
показано проститутокъ 30,015, а по другой таблиц'Ь за тотъ же 1858
г., нхъ считается 40,000; по оффищальнымъ же св'Ьдешямъ лондон-
ской полицш за 1867 г. въ столиц'^ Великобриташи показано публич-
ныхъ женщинъ „около 10,000!" Въ Берлин'Ь показано 840, а по оффи-
ц1альнымъ св*д'Ьн1ямъ 1867 года — 10,860. Разбирайте, гдЬ тутъ правда.
Можно только вообще принять за совершенно достоверное, что число
проститутокъ, сосчитанныхъ оффиц1альными или частными статисти-
ками, всегда гораздо ниже д^йствительнаго числа ихъ. Возможно ли,
напр., чтобы въ такомъ большомъ, развратномъ и постоянно напол-
ненномъ пр1'Ьзжающими городЬ, какъ Римъ, нхъ было толыо 56.
Попытаемся теперь взглянуть на ^тайную проститущю, насколько
доступно наблюден1Ю это мрачное, ужасное море порока, глухо реву-
щее подъ ногами цивили.юваннаго общества, разрушающее семью и
увлекающее въ свои бездны тысячи жертвъ. Въ этомъ темномъ цар-
Эдинбургъ
Гамбургъ
Манчестеръ
Лейпцигъ
Бордо . .
Нантъ . .
Страсбургъ
Гага . .
Роттердамъ
Швейцарсшя гор
Еопенгагенъ
Римъ . .
800
786
710
564
563
498
497
380
362
352
260
56
34
530
^ш П - . ■ ■ ■ ■ в
ств-Ь — главнай фабрика сифилиса, главное седалище |)азЁрата, котб-
рый гораздо обширнее и ужасн-Ье какой угодно записной проституДш.
Вс4 почти безъ исключенхя женщины, предагощхяся потомъ простнту-
Ц1И, теряютъ Тсвою невинность въ этомъ омутЬ и промышляютъ поро-
конъ сначала вс^ тайно, а потомъ уже часть ихъ записывается въ
проституц10нныя книги. Въ числ* являющихся добровольно къ поли-
цейской записи или приводимыхъ содержательницами публичныхъ до-
мовъ и полисменами не бываетъ почти никогда невинныхъ д^вушекъ.
Контингентъ тайныхъ простптутокъ чрезвычайно разнообразенъ по
своему составу. Въ него входятъ служанки семейныхъ и холостыхъ
людей, модистки, повивальныя бабки, женская прислуга трактировъ,
гостинницъ, кабаковъ, одиношя п безпомощныя вдовы, оставлевныа
мужьями жены и дочери, преимущественно солдатсшя, наконецъ даже
ц^лыя семейства.
Причины, заставляющ1я этихъ женщинъ скрывать свое ремесло,
также очень различны. Мнопя изъ нихъ промышляютъ скрытно лишь
для того, чтобы избавиться отъ стыда, неразлучнаго для нихъ съ
явкой въ полищю и съ церемонкй перходическаго медидинскаго осви-
дЬтельствован1Я ихъ. Въ тЪхъ странахъ, гдЬ государство взимаетъ
съ нихъ пошлины за право заниматься развратомъ, проститутки скры-
ваются часто изъ желан1я избавиться отъ этихъ сборовъ, уплата ео-
торносъ обременительна для ихъ нищенскаго кармана. Мног1я не от-
даются в'Ьден1ю полицш потому, что не решаются потерять реноме у
своихъ родственниковъ н знакомыхъ, боятся подвергнуть себя обще-
ственному позору и отверженности, отъ которыхъ такъ страдаетъ не-
счастная записная проститутка; и вотъ они принимаютъ всевозможныя
м^ры, чтобЫ' окончательно скрыть ото всЪхъ свой промыселъ. Замуж-
н1я женщины, дочери строгихъ отцовъ, служанки щекотливыхъ и взы-
скательнихъ хозяевъ необходимо должны проститутничать тайкомъ,
если только не хотятъ подвергнуться гн'Ьву и взыскашямъ лю;^ей,
имЪющихъ власть надъ ними. Наконецъ — и это одна изъ самыхъ
главныхъ причинъ — тайная проститущя не выходитъ на св4тъ потому,
что главный ея промыселъ состоитъ въ добыче и продаж:]^ девической
невинности, за которыя законъ наказываетъ виновныхъ очень строго.
Равнымъ .образомъ, мужья, торгующхе своими женами, и родитеш,
промышлягощ1е т4ломъ своихъ д*тей, ради собственной безопасности
отъ уголовной кары, должны скрывать отъ власти какъ свой собствен-
ный, такъ и промыселъ своихъ женъ и д^тей. Законъ наказываетъ
за это строго.
Въ тайной проститущи, какъ и въ явной, какъ и во всякой про-
мышленности, д4ло не обходится бозъ эксплуатац1и слабаго сильннмъ.
По всей в1\роятиости, какъ и въ промысл* записного разврата, боль-
шинство тайныхъ проститутокъ получаетъ изъ своей выручки только
531
самую &ез0а4ите^^Ь0ую часть, а вс^мъ остальнцмъ наживаются тсь
эБСПлгуатантБИ содержательницы. Не безъинтересно познаБомиться н^Ь-
сБОлько съ т^ми хитростями и уловБами, который употребляютъ эти
торговБи женщины для скрыт1я своего промысла отъ нолицш. Въ
Париже дв!Ь таБИхъ женщины, назвавшись аБушерБами, имеющими
ученицъ, поселились въ самыхъ богатыхъ нварталахъ столицы и на-
чали торговлю невинностями; известно, что за одну изъ нихъ было
заплачено 500 франковъ. Одна старуха, Боторую по Бостюму и хараБ-
теру ея р^чи обыБНовенно принимали за благотворительную даму, во-
дила часто съ собой но улицамъ двухъ или трехъ д'Ьвочсбъ, хотя и
сБромно од'Ьтыхъ, но всегда таБИхъ миленьБихъ, что нрохожхе неволь-
но засматривались на нихъ. Подъ предлогомъ доставлешя помощи
этимъ д'Ьтямъ, она водила ихъ въ разные отели, особенно же бъ бо-
гатымъ англичанамъ, вБусы Боторыхъ были хорошо знаБОмы ей. Эта
старушонБа такъ ловбо сБрывала свое ремес:]го, что пользовалась об-
щимъ уважешемъ знавшихъ ее. Мнопя изъ этихъ сводней ,торгуютъ
д-^^вушБами подъ предлогомъ доставлешя нмъ разныхъ занят1й или
просто держатъ ихъ въ Бакомъ-нибудь своемъ заведеши, нарочно для
зтого открытомъ, напр., въ швейной, подъ видомъ ;работницъ. Одна
изъ таБихъ артистоБъ считалась хорошею дергальщицею зубовъ, и
подъ видомъ пац1ентоБЪ бъ ней приводили молодыхъ д^вушеБЪ и
сходились лаБОмые до нихъ мужчины. Н^БОторыя открываютъ у себя
мастерсБую живописи и набираютъ н^сбольбо „ученицъ^. Друпя за-
водятъ съ той же ц^лью рестораны, въ которыхъ сходятся обедать
мужчины и д']^вушБи и т. д.
Этотъ родъ проституцш особенно вреденъ въ т4хъ странахъ, гд*
промыселъ разврата хотя и освященъ обычаемъ, но запрещается заио-
номъ, БаБЪ въ Испаши и ПапсБой Области. Усиленное распростране-
те развращенности и сифилиса, сводничество, достигающее безобраз-
ныхъ разм^Ьровъ, тираншя содержательницъ надъ д'ЬвушБани, сосре-
доточеше проституц1и въ семействахъ, вм^^сто гласныхъ публичныхъ
домовъ — ^вотъ результаты запреII^ен^я явной проститущи. Фарисействую-
щая власть, желая избавиться отъ упреБа въ поблажБ'!^ пороБу и въ
то же время не р'Ьшаяаь признаться въ своемъ положительномъ без-
силш искоренить его, старается удалить его съ глазъ и занав'Ьсить
покровомъ запретительныхъ заБоновъ.
Проститущя разделяется везд* ца два главныхъ вида, — аристоиратиче-
СБую и плебейскую; лучш1й сортъ женщинъ захватывается всемогущимъ
Бапиталомъ, низш1е сорта остаются на долю б^днымъ Блассамъ. Само
собой понятно, что число проститутоБъ того и другого сорта соразмерно
съ числомъ мужчинъ, принадлехащихъ бъ каждому изъ этихъ двухъ
главныхъ подразделенхй современнаго общества, т. е. проститутоБЪ
пдебейсБихъ гораздо больше, ч^мъ ариетоБратичесБНхъ. Въ БресгЬ,
84*
532
Ьаттр., 20 яъвихъ доновъ терпимости; изъ яяхъ 19 посещаются сол-
датани, матросами, ремесленниБами и вообще людьми низшаго класса,
и только 1 служить исключительно длямужчинъ высшаго полета. Въ
Нант^ изъ 31 дома 6 существуютъ для высшихъ и среднихъ сословий,
а 25 для низпгахъ. Въ Страсбург* 27 домовъ, — 7 аристократнческихъ
и 20 пЛебейсЕихъ. Подобное же отношеше и въ другихъ м'Ьстахъ.
Всюду лучш1я женщины покупаются богачами, проводятъ н^сволько
времени въ комфортабельной обстановк*]^, зат^мъ он'Ь быстро спус-
каются въ ряды плебейскаго разврата, а вм'Ьсто нихъ богачи заку-
паютъ св'Ьж1й товаръ. Нищенское, пролетарное состоян1в можно наз-
вать поэтому нормальною жизн1ю публичныхъ женщинъ.
Этотъ громадный контингентъ проститутокъ разделяется въ свою
очередь на несколько сослов1й. Одно изъ первыхъ м^стъ занимаютъ
въ немъ солдатск1я женщины, которыя въ большихъ городахъ, осо-
бенно въ Париже, не имеютъ даже квартиръ, а таскаются, всю свою
жизнь по кабакамъ, отдаленнымъ бульварамъ, преимущественно же
наводняютъ собою городск1я окрестности и пригородный деревни, где
большинство ихъ почуетъ пли просто подъ открытымъ небомъ, или
много-много где-нибудь въ темномъ подвале пли въ углу сарая. Па-
ранъ виделъ одинъ погребъ, расположенный на пять метровъ ниже
земной поверхности и снабженный только одной отдушиной; въ немъ
квартировали до тридцати этихъ несчастныхъ женщинъ. Некоторые
спекуляторы устроиваютъ для нихъ досчатые бараки, имегощ1е 1 метръ
длины и Уг метра ширины, и отдаютъ ихъ въ кортомъ; въ каждой изъ
этихъ сырыхъ, грязныхъ, холодныхъ конуръ проводятъ ночь не ме-
нее двухъ девушекъ, на гнилой, вонючей, усеянной вшами и блохами
соломе. Некоторыя спятъ подъ мостами, въ канавахъ, въ строющихся
домахъ, и т. д. Мног1я проводятъ большую часть своего времени где-
нибудь около казармъ въ кабакахъ, харчевняхъ и другихъ местахъ,
часто посещаемыхъ солдатами. Большинство этихъ женщинъ прнхо-
дитъ въ Парижъ и подобные города вместе съ солдатами, въ качестве
ихъ любовницъ, а здесь нужда заставляетъ ихъ делаться публичными
проститутками и часто продавать себя буквально за ломоть хллба
или кусокь мяса. Почти все оне больны, без^бразны, постоянно го-
лодны, одеты въ отвратительный лохмотья, едва прикрывающ1Я ихъ
истощенное, грязное, усыпанное насекомыми тело; ихъ неберутъ даже
въ самые бедные публичные дома. Ихъ очень много, въ некоторыхъ
городахъ не менее одной на трехъ солдатъ. Въ своемъ поведен1н он^
не стесняются ничемъ, и, по словамъ Парана, не обращая никакого
вниман1я на прохожихъ, при полномъ дневномъ свете публично амур-
ничаютъ съ солдатами и совершаютъ самые грязные акты. — Въ про-
морскихъ. городахъ подобную же роль играютъ проститутки, спещально
существующ1я для военныхъ и купеческихъ матросовъ. Впрочемъ он'^
533 _
не такъ кногочисленнн, во крайней ]гЬр^, въ приморсвихъ городаэсъ
Англ]н ихъ недостаточно для удовлетворешя вс^хъ иоряковъ. Когда
въ лорт^^ ожидаются как1Я- нибудь торговня и военныя суда, то со-
дерадтельницы пубдичныхъ домовъ выписываютъ на время женщинъ
В8ъ Лондона, воторня тотчасъ и высылаются имъ по железной дороге
на опред'Ьленный срокъ и за известную плату. Лишь только корабль
входитъ въ гавань, вакъ она покрывается лодками, наполненными
публичными д^^вушками и вм^ст^ съ ними содержательницами или ихъ
агентами. Каждая лодка на перерывъ предлагаетъ свой товаръ. Мат-
росы просятъ у офицеровъ дозволешя принять на корабле „своихъ
женъ^. Дозволяется. Корабль наполняется женщинами и пошла бе-
зобразная орг1я!..
Для фабричныхъ рабочихъ, поденьщиковъ, извозчиковъ, разныхъ
воровъ и мошенниковъ, простолюдиновъ безъ опредЪленныхъ занятШ
также есть особый, весьма многочисленный классъ проститутокъ. Боль-
шийство ихъ тавъ отвратительно, что он'Ё принимаются только въ
дома терпимости, нос^^^щаемые ворами и мошенниками всякаго рода.
Большинство этихъ женп];инъ не ножетъ уже заработывать себЪ про-
питаше однимъ развратомъ — такъ онЬ истаскались, одряхлели— и он4
принимаются за воровство, не оставляя, впрочемъ, и проституц1и. Ци-
низмъ ихъ, ниш;ета, одежда, самая наружность — ужасны. Бъ Мадрид*]^
„каждый вечеръ бродятъ эти бЪдныя, дурно од'Ьтыя женщины по ули-
цамъ, площадямъ и отдаленньшъ закоулкамъ столицы. Большинство
ихъ доведено до такого унизптельнаго состояшя бедностью, отвержен-
ностью или посл^дств1ями первоначальнаго падешя. Это служанки,
неим^ющ1я м'Ьста, часто обольщенный и поюмъ прогнанный своими
хозяевами, сироты, женщины безъ занятШ, словомъ, всЬ несчастныя,
неим']^ющ1я ни источниковъ, ни средствъ существовашя. Он^ зани-
маются своимъ промысломъ или въ публичныхъ садахъ или въ отда-
ленныхъ аллеяхъ гульбпщъ и разныхъ закоулкахъ, смотря по стеЬени
отверженности, до которой доводитъ бедность**. (В-г 6иагЙ1а). Въ
Брюссел* этотъ классъ женщииъ пом^щаетс^ преимущественно въ го-
родскихъ предм^стьяхъ, гд* проституция, соединяемая часто съ мо-
шенничествомъ, „развертывается вполн-Ь свободно и д-Ьйствуотъ съ
возмутительнымъ цинизмомъ" (Маппиз). Въ Эдинбур1^Ь для этихъ,
вполн-Ь отверженныхъ обществомъ создашй проститущя служитъ боль-
шею частш только пособ1емъ для совершен1я воровства. ОяЬ живутъ
въ ужасныхъ захолустьяхъ Н^^Ь 81гее1; и (дгаззшагке!, и внушаемый
НИИ страхъ такъ великъ, что никто не р'Ьшается квартитовать въ со-
седстве. ОнЬ почти никогда не моются и носятъ свою одежду до тЬхъ
лоръ, пока она не развалилась отъ гнилости. Часто он'6 втечеши
нЕсволькихъ дней не съЪдаютъ ни одного куска хл'&ба и нер^Ьдко,
нолучивъ дедьги, пропива^ртъ ихъ, а потомъ голодают!^ оддть до но-
534
вой получки. Евартирн ихъ отвратительны. Доктора Тага пригласил
однажды къ такой больной, умиравшей женщин^^. Онъ вошелъ въ
комнату, наполненную почти нагими женщинами и двумя мужчинами
въ лохмотьяхъ. Три изъ этихъ женщинъ лежали на полу недвижимо-
пьяныя. Друпя дрались, и кровь текла ручьями по ихъ щекамъ. Въ
квартир^Ь не было ни постелей, ни стульевъ. Въ углу лежала груда
соломы. Единственною утварью оказались стаканъ и бутылка водки.
Съестного не было ни у кого ни крошки, и больная лежала голодная
въ одномъ углу, на грязномъ обрывк'Ь ковра, безъ од^Ьяла, безъ б^лья
и платья, въ одной только старой юбкЪ. Въ Англ1и, особенно въ ея
столице, этотъ классъ женщинъ не им^етъ большею часпю квартнръ,
какъ мы уже говорили раньше, и живутъ он^ то въ кабакахъ и та-
вернахъ, то въ разныхъ м^стахъ разврата, куда он^ уводятся купив-
шими ихъ мужчинами, то подъ открытымъ небомъ, на в^Ьтру и холо-
де, подъ дождемъ и снЬгомъ. Почти ъ(А англШсшя проститутки низ-
шихъ сортовъ или сами воровки или им^ютъ связь съ ворами и мо-
шенниками. Въ Лондон'Ь, по оффиц1альнымъ св^^дешямъ, почти '/з
преступниковъ, ведущпхъ открытую войву съ обществомъ и законами,
имЪютъ связи съ содержательницами публичныхъ домовъ, служащихъ
любимнмъ м^стопребыванхемъ разныхъ бродягъ; стекающихся въ сто-
лицу со всЬхъ сторонъ. Зд'Ьсь собираются сходки воровъ, отсюда они
расходятся на промыселъ во всЬ части города, сюда же возвращаются
и съ добычею, изъ которой содержательницы получаютъ изв^Ьстную
долю. Проститутки нер'Ьдко принимаютъ сами участхе въ этихъ экспе-
дищяхъ и, заманивая мужчинъ въ засады, предаютъ ихъ въ руки во-
ровъ. Даже мужчины, пос^щающхе публичные дома зтого сорта, не-
редко подвергаются не только грабежу и ув'Ьчьямъ, но даже смерти.
Въ квартале Р1ее1-(111;сЬ, наполненномъ такими домами, есть громад-
ный^водопроводъ, который сообщается съ Темзой. „Содержатели и
сподвижники публичныхъ женщинъ бросаютъ въ него трупы своихъ
жертвъ, которые далеко уносятся рЪкой, и полищя, такимъ образомъ,
лишается возможности открыть мФсто преступлешя". Въ 1843—1854
г. въ Лондоне на 10,000 человЪкъ обоего пола, арестованныхъ за
воровство, приходилось 3,605 проститутокъ. „Въ Манчестер*, Ливер-
пулЪ, Гласгов'Ь также н'Ьтъ ни одного публичнаго дома низшаго сорта,
который въ то же время не былъ бы вертепомъ разбойниковъ„ (Ьеоп
ЕаисЬег). — ^Въ Париж'Ь есть особенный разрядъ публичныхъ женщинъ
цазываемыхъ на административномъ язык* реггеизез и (еттез Ле
1;егга1п. Это все пожилыя бабы, иногда 40, 50, 60 лЬтъ, состар^вппя-
ся въ занят1яхъ своимъ ремесломъ и такъ сроднивш1яся съ нимъ, что
имъ трудно бросить его, даже если представится случай получить
честный трудъ и за него кусокъ хлЬба, чтобы не умереть съ голода.
Живутъ он'Ь большею част1ю на пустыряхъ, гд^-нибудь среди камней
535
И бревенъ, навоженныхъ для построекъ, на отдаленнохъ рынкахъ
подъ колоннадами старинныхъ здашй, на берегу р^Би, на лЬстницахъ
набереакной. ОнЪ тавъ невыносимы, что самый грязный пролетар1й
увлекается ими только съ пьяныхъ глазъ, да и то ночью. Ихъ ци-
низмъ не можетъ быть онисываемъ. Большею частью он^ въ союз^
съ ворами или служатъ агентами и поставщиками педерастовъ. Изъ
другихъ, низшихъ разрядовъ проститутокъ также мног1я им^Ьютъ свя-
зи съ ворами и мошенниками, а для н^Ькоторыхъ проституцхя служитъ
только покровомъ ихъ воровскихъ дМств1й. Нередко он^ толпами
нападаютъ на какого-нибудь прохожаго, заводятъ съ нимъ скандалъ
и во время суматохи обираютъ его. Особенно страдаютъ отъ нихъ
одиноко ходящ1е пьяницы.
Описанныя нами отношешя проститутокъ къ низшимъ классамъ
народа имЪютъ въ себЪ следующую поучительную черту.
Цивилизованное обп^ество, для ут^Ьхи котораго, между прочимъ, и
существуютъ проститутки, награждаетъ ихъ презр^шемъ и полною
отверженностью. Этому подве|)гаются особенно женщины, потерявш1я
ц^^ну между развратниками высшаго класса и поэтому перешедшк на
базары пролетарнаго разврата. Одиношя, безпомощныя, презираемый,
он']^ находятъ здЪсь и помощниковъ, и любовниковъ, и защитциковъ.
Грубый солдатъ, развращенный бедностью пролетархй относятся къ
нимъ гораздо гуманнее, ч^мъ какой-нибудь высокообразованный ан-
ГЛ1ЙСК1Й лордъ, чувствующ1й дрожь омерз^шя при одномъ ВЗГЛЯД'^ на
такую женщину. Общество довело ее до порока, позабавилось ею и
потомъ выбросило вонъ, какъ негодную тряпку, и она естественно
ищетъ себ^ защиты въ той грязи, въ какую упала, хотя бы это бы-
ла защита разныхъ злодЬевъ, воровъ и тому подобныхъ враговъ отри-
нувшаго ее общества. Въ рядахъ преступниковъ, солдатъ, пролетар1евъ
публичная женщина не только получаетъ иногда въ кредитъ, даже
даромъ, временный прштъ, какое-нибудь платье, кусокъ хл^ба, но
мужчины зд'Ьсь сплошь и рядомъ покровительствуютъ ей, спасая ее
отъ разныхъ пресл'Ьдован1й и нападешй. Въ особенности этимъ отли-
чаются солдаты. Въ Париже н'Ьсколько разъ случалось, что солдаты
силою противились выполнетю административныхъ мЪръ, клонившихся
къ искоренентю или ограииченгю промысла разврата между низшимъ
классомъ проститутокъ. Эти сопротивлешя были всеобщи въ 1815 —
1825 г., и въ армейскихъ и въ гвардейскихъ полкахъ. Особенно'З за-
м'Ьчательно сопротивлен1е, оказанное королевской гвардхей въ 1818 г.,
когда администращя хотела изгнать упомянутыхъ женщинъ сън'Ько-
торыхъ площадей и другихъ м'Ьстъ, на которыхъ он^ обшновенно
% сходились съ солдатами.
Между читателями несомненно найдется такой добродетельный
челов4къ, который, узнавъ отъ меня о гЬсной связи дростит^^щи низ-
536
шаго сорта съ воровствомъ и мошенничествомъ, окончательно про-
никнется бдагородннмъ негодовашемъ противъ этихъ „свверннхъ хер-
завовъ*', Боторихъ онъ всегда презиралъ ужъ за одно ихъ спещахь-
ное ремесло4 Я негодую вм'ЬстЪ съ тобою, о, доброд'Ьтельный росс1Я-
нинъ! Въ самомъ д^^л'Ь, не возмутительно ли видеть, вакъ сотни тн-
сячъ женщинъ, нолодыхъ, неопытныхъ, умирающихъ съ голода, иногда
развращенныхъ родителями и восиитанныхъ на принцинахъ норова и
преступлешя, — продаются, повупаются, лишаются навонецъ своихъ
ц'Ьнннхъ прелестей, выбрасываются въ самую среду преступлен^ и
голодной смерти, и зд']^сь еще по физичесвой или нравственной, но
во всявомъ случа'Ь неизб'Ьжной необходимости, продаютъ себя сплошь
и рядомъ за 2 су или кусокь солдатскаю хлтьба^ и при своей наготЪ,
при постоянной перспевтив'Ь голодной смерти р'Ьшаются на воровство!
Я негодую, читатель, но знаешь ли на вого и на что? Не на этихъ
совдатй, физичесвая и нравственная отвратительность которыхъ до-
стойна одного тольво соашгЬн1Я, а на т% обстоятельства, воторыя до-
вели ихъ до ЭТ01Ю, на то сощальное колесо, которое разбило ихъ и
вдавило въ грязь.
Но оставимъ эти ужасныя трущобы и отправимся туда, гд^^ раз-
вратъ ходитъ не нагимъ или въ лохмотьяхъ, а въ шелвахъ, бархате,
золоти, и брилл1антахъ. Мы, впрочемъ, не долго пробудемъ здЪсь,
среди этихъ {"ештвз ^а1ап1;е8, (етшез а раг11е8 и другихъ проститу-
товъ высшихъ сортовъ; по-Д'Ьломъ раззоряющихъ богатыхъ развратни-
вовъ, иногда сволачивающихъ деньги и выгодно выходящихъ замужъ,
даже за важныхъ персонъ. Он'Ь блестятъ богатствомъ и красотой,
уврашаютъ собою общественный гулянья, театры, пивники самой от-
борной аристовратичесвой молодежи, ихъ не презираютъ, не гоняютъ
на медицинсвое освид'Ьтельствован1е, не осворбляютъ на улицахъ. Но
не прельщайтесь, читатель, тавимъ, повидимому, сноснымъ положешемъ
ихъ. Каждая изъ этихъ врасавицъ или продана родителями, иля ви-
иулась въ развратъ по бедности, или вовлечена въ него негодяемъ,
вотораго любила, иди, получивъ пошлое, безсмысленное воспиташе,
не имЪя другихъ идеаловъ, вром'Ь внЪшняго комфорта, купила его
ц^ною своего тЬла. Все это крайне грустный сощальныя явленхя.
Еще грустн-Ье судьба этихъ женщинъ.' Весьма немно! 1Я изъ нихъ, на-
вопивъ известную сумму, бросаютъ свой промыселъ, или посредствомъ
своего ума, особенной эцерг1и, хитростей, интригъ пробиваютъ себФ
дорогу въ брачной варьер'Ь. Большинство же ихъ, бросаемое любовни-
ВМ1И, спусвается по лЪстниц'Ь проституц1и все ниже и ниже, пока не
упадетъ на самое дно общественнаго ада, гд'Ь женщина стоить лишь
2 су!
537
П.
Въ эвононичесБОмъ отношеши публичныя женщины разд'Ьляются
на два главныхъ класса; одн^ изъ нихъ живутъ самостоятельно и
сами пользуются всею выручкою своего промысла, друпя же нахо-
дятся въ зависимости отъ своихъ эвсплуаторовъ, относящихся къ
нимъ, какъ ко всякому другому товару.
Само собою понятно, что положете самостоятельныхъ проститу-
токъ лучше положешя зависящихъ отъ содержательницъ публичныхъ
домовъ. Мнопя изъ нихъ, кром-Ё проститущи, занимаются еще ка-
кимъ нибудь ремесломъ, подспорьемъ которому служитъ выручка за
развратъ. Днемъ он^ работаютъ, шьютъ, вяжутъ, моютъ б^^лье и т.
д., а вечеромъ стараются пополнить свою скудную зад^льную плату
посредствомъ проститущи. Он'Ь гораздо порядочнее и трудолюбив'Ье,
ч^мъ женщины, живущая у содержательницъ въ ихъ „аббатствахъ".
Иногда случается, что он^ д'Ьлаютъ кой-какое денежное сбереженге
и, порядочно устроившись при помощи его, бросаютъ свое порочное
ремесло. Но для женщины нужно очень много благопрхятныхъ усло-
В1& и обстоятельствъ, чтобы она могла при своемъ промысле быть
самостоятельною. Основная причина проституц1и — б'Ьдность, слабая,
униженная, голодная бедность. Посл!^ того, что мы уже разсказы-
вали о жалкомъ положеши женщинъ, вынужденныхъ продавать себя
и о раскинутой для погибели ихъ системе интригъ и козней, понят-
но, что большинство проститутокъ должно попадать въ экономиче*
ское рабство эксплуататоровъ порока, и только меньшинство въ со-
стоддхп избегнуть этой экономической кабалы. Статистическ1Я дан-
ный вполн'Ь подтверждаютъ это. Въ Нант^, напр., въ 1856 г. было
записано 234 проститутки, живущихъ въ домахъ терпимости, и толь-
ко 30 самостоятельныхъ. Въ Эдинбург'Ь на 600 зависимыхъ публич-
ныхъ женщинъ приходится около 200 самостоятельныхъ. Въ Берлин'Ь
было въ 1841 г. 287 женщинъ въ публичныхъ домахъ и 18 самостоя-
тельныхъ. Въ Копенгаген'Ь въ 1852 г. было въ домахъ 139 прости-
тутокъ, а самостоятельныхъ 56. Въ Гамбурге 334 въ домахъ и 178
самостоятельныхъ. Въ Брюссел:Ь въ 1846 — 1856 г. самостоятельныхъ
было почти столько же, сколько и въ публичныхъ домахъ. Зам-Ьча-
тельво, что статистическая данный обнаруживаютъ борьбу, которая
должна идти между содержательницами-эксплуатантками и независи-
мыми отъ нихъ проститутками. Въ Берлине въ такой борьбе пере-
весь на стороне содержательницъ, потому что здесь —
Въ 1796 г. было 54 проститутки въ публичныхъ домахъ и
67 самостоятельныхъ.
Въ 1808 г. — 230 въ домахъ и 233 самостоятельныхъ.
538
Въ 1809 г. — 198 въ домахъ и 113 самостоятельныхъ.
Въ 1844 г. — 287 въ домахъ и 18 самостоятедьныхъ.
Въ Берлине, следовательно, поб'Ьдили содержательницы. Но бы-
ваетъ иногда и наоборотъ. Въ Страсбург*, напр., ежем!Ьсячно запи-
сывалось средникъ числомъ:
Женщннъ въ
1854
1855
1856
я
нубдячные
Самостоя-
дона.
те1ьнвхъ.
ПОСЛЕДНЯЯ треть . 112,5
34
1 четверть . .
. 113,0
28
2 ,
• 1
> <
. 118,7
38
3
•
•
. 119,7
47
4
•
•
. 105,0
59
1
• 1
• •
. 108,7
59
2
•
■
. 114,7
63
3 .
•
115,0
70
4
> 1
> а
, 133,7
67
1
.
110,3
77
2 ,
•
121,0
88
3 „
«
125,0
104
4 „
•
147,6
99
Тавимъ образомъ,втечеше четырехъ л^тъ число завнсимыхъ про-
ститутокъ почти одно и тоже, между т^^мъ, какъ число самостоя-
тельныхъ реличилось болЪе, ч'Ьмъ вчетверо, хотя самостоятельння
и не достигли еще численнаго перевеса надъ зависимыми, вавъ это
видимъ, напр., въ Бресте, гдЪ въ публичныхъ домахъ живетъ 131
женщина, а самостоятельныхъ 213.' Но такой перев'Ьсъ самостоятель-
ности — только счастливое исключен1е. Въ большинстве же местно-
стей и случаевъ проститутки не въ состояши сохранить свою неза-
висимость и попадаютъ въ когти тЪмъ торговкамъ женскою плотью,
для которыхъ въ нашей целомудренной литературе нетъ даже прн-
личнаго назвашя, такъ что постоянно затрудняетесь, какъ титуловать
этихъ женщинъ и содержимые ими дома.
Содержательницы публичныхъ домовъ, по своев^у происхожден1Ю,
разделяются на несколько классовъ. Большинство вхъ состоитъ изъ
пожнлыхъ проститутокъ, сделавшихъ съ молодости сбережен1е или
получпвшпхъ отъ какого-нибудь благодетеля сумму, необходимую для
открыт1я публичнаго дома. Въ Англ1И такими благодетелями неред-
ко являются богатые развратники, ревнующхе о лучшемъ устройстве
и развитш проституцш. Во вторыхъ, между этими эксплуатантками
не мало женщинъ, принадлежащихъ къ порадочнымъ ф а м и л1ямъ и
принявшимся за такое гнусное ремесло ради барышей; иногда со-
держательницы служатъ только оффиц1альными хозяйками заведее1Я,
а въ сущности оне приказчицы настоящидъ собственниковъ, остаю-
539
щихся за ширмами и пользующихся хорошей репутащей въ обществ']^.
Въ ЭдинбургЬ, напр., одна изъ этихъ женщинъ — вдова секрапаря
печати^ получаюш;ая ежегодную пению; три другихъ — жены или вдо-
выг людей также почтенной профессш. Одинъ публичный домъ содер-
жался здЪсь н^^сколько времени протеетантскимь паоторомъ съ же-
ною; два — женами финансовыхъ чиновнивовъ; одинъ — супругою поли-
цейскаго сержанта.... „Почтенння дамы, даже священники шотланд-
ской церкви принимаютъ участ1е въ этой постыдной торговле. Одикъ
изъ этихъ пасторовъ, хозяимъ дома, занятаго публичными женщина-
ми, отв'Ьчалъ сосЪдямъ, недовольнымъ такимъ его промпсломъ: „я
получаю хоропой доходъ съ дома, и жвЬ все равно, кто бы ни жилъ
въ немъ**, (В1сЬе1о1; и Та1(). Подобные содержатели, обладая значи-
тельными средствами, ведутъ иногда свое д'^Ьло на очень большую
ногу; нередко устраиваются для этого промышленный компати изъ
бандоршъ, домовлад'Ьльцевъ, виноторговцевъ, продавцевъ мебели и
т. д. Случается, что одна бандорша содержитъ н^^сколько домовъ,
въ ПарвшЪ - иногда до восьми, одинъ на свое имя, остальные же на
имя другихъ женщинъ, состоящихъ у нея управительницами, въ по-
лищи записанными, какъ самостоятельный содержательницы. Бандор-
шами часто делаются служанки содержательницъ, или усп%вш1я ско-
лотить деньгу, или заводящш публичный домъ на средства своей хо-
зяйки, или получивш1я отъ нея такЬе заведете по насл^^дству, по-
ел^ ея смерти. Наследственный дома терпимости существуютъ даже
въ семействахъ. «Въ Париже есть несколько семей, которыя втечеше
многихъ покол^нШ не им^Ьютъ другого занят1Я, кром% управлен1я
домами проститущи; мать занимается своимъ промысломъ въ одномъ
квартал*, а дочь въ другомъ; дома переходятъ по насл-Ьдству отъ
матери к?ь дочерямъ, отъ тетокъ къ племянницамъ и т. д.» (Рагеп!;-
ВисЬа1е1е1:).
Несмотря на разнообразхе общественныхъ положешй, достатковъ,
образованности этихъ содержательницъ, он* им'Ьютъ очень много
чертъ, общихъ вс*мъ ихъ классамъ. Все это женщины эьергичесК1я,
съ властительнымъ характеромъ, предпршмчивыя спекуляторши съ
черствымъ сердцемъ, которому н4тъ д*ла ни до чести, ни до стра-
дашй человека, были бы только хорошхе барыши. Отъ проститутокъ
своихъ он* требуютъ не только безответной покорности, но и ува-
жешя, считая ихъ своими рабочими скотинами, обязанными ^вырабо-
тыватьъ (терминъ) для нихъ по стольку- то въ день. Дома бандорша
привыкаетъ быть госпожою и барынею; очень естественно, что она
старается держать ту же роль и въ общественной жизни. Въ Англ1и
и Франщи, въ Бордо, напр.. бандорши высшаго сорта задаютъ тонъ
въ модахъ своимъ изысканнымъ и богатымъ туалетомъ. Он* блестятъ
на гуляньяхъ, въ театрахъ, концертахъ, даютъ у себя балы, больш1е
540
обЪдьх, нузнвальные вечера и т. д. Въ Эдинбург'Ь — то же самое, и на
общественныхъ гуляньахъ бандорши, нисколько не стЬснаась, сме-
шиваются съ лицами высшей аристократш. ОнЪ нм'Ьютъ хорош1д связи
и знакомства, часто пользуются нолнымъ . уваженхемъ родовитнхъ
джентльменовъ и начиненныхъ золотомъ буржуа. Имъ делаются даже
общественныя оващн, съ подарками, хвалебными спичами и благодаря
ственными адресами/ Однажды, напр., богатые обычные посетители
первокласснаго дома терпимости въ Эдинбурге, принадлежащхе къ
лучшимъ фамил1ямъ Шотландш, поднесли содержательнице велико-
лепный подарокъ ^вь анакь своей признательности за ея образцовое
управАвнге заведенгемь и за рачительность^ съ которою она удовле^
творяла требовангя постьтителей^. И нечего удивляться этому, пустые
и развратные шалопаи — родные братья бандоршамъ; не естественно
ли имъ чувствовать къ последнимъ самое дружеское расположенхе!
Другое дело — люди низшихъ классовъ, люди хотя грубые и неве-
жественные, но своимъ горькимъ опытомъ знаюп1;1е тяжесть всякой
вкономической эксплуатащи, — они презираютъ и глубоко ненавидятъ
содержательницъ, этихъ тварей, занятыхъ превращенхемъ въ золото
высасываемой ими женской крови... Но мног1я бандорши богаты, при-
личны, полированы, угождаютъ вкусамъ высшей публики, и почему
же ей не уважать ихъ!.. Такое уважеше делаетъ ихъ часто до того
надменными, что оне даже при сношен1яхъ съ властями принимаютъ
тонъ, приличный разве какой нибудь действительно солидной даме,
а ужъ никакъ не содержательнице публичнаго дома. У Парана при-
ведено много образцовъ ихъ прошешй къ префектамъ. Одна, напр.,
пишетъ: «доживъ до 82 летъ и будучи матерью многочвсленнаго се-
мейства, я умоляю васъ, г. префектъ, о помош;и и покровительстве.
Вы— отецъ бедныхъ, опора вдовицъ и сиротъ, поддержка скорбящихъ,
прибежище несчастныхъ — не откажете, вероятно, въ моей просьбе.
Будучи въ столь престареломъ возрасте и чувствуя приближен1е часа,
когда, предавъ духъ мой Господу Богу, я должна буду предстать пе-
редъ моимъ Создателемъ, я обязана позаботиться объ обезпеченш
детей своихъ» и т. д. Она проситъ префекта дозволить ея дочери и
внучке промыселъ развратомъ. Другая, ходатайствуя о разрешеши ей
содержать публичный домъ, пишетъ: «желая сохранить незапятнан-
ною свою репутащю честности и изящности, прюбретенную мною въ
нашемъ квартале, я вынуждена, для исполненхя моихъ священпыхъ
обязанностей и долга честщ открыть домъ терпимооти»... Третья
проситъ о томъ же, уверяя префекта, что она останется «всегда до-
стойною его протекцш, уважешя и почтен1я». Мнопя говорятъ въ
своихъ просьбахъ, что оне «всегда пользовались уважешемъ всЬхъ
добрыхъ людей». Одна пишетъ, что она «уже 14 летъ добываетъ
себе такимъ образомъ (содержашемъ дома терпимости) средства (^ля
541
чёбтнаго еуществбеангяъ... и т. д. Для составлешя подобныхъ просьбъ
и вообще для своей д&ювой переписки богатыя бандорши содержать
особыхъ секретарей^ которыми нередко бываютъ ихъ мужья и любов-
ники, между гЬмъ какъ отцы и матери, своею неотесанностью могущге
компрометировать подобную барыню, держатся гд4- нибудь на кухн4
или въ людской, исполняя самыя черныя и тяжелый работы. Въ Па*
риж^Ь около 74 всЬхъ содержательницъ замуаапя. Мужья ихъ боль-
шею част1Ю содержать гд-Ь-нибудь по соседству съ заведешями сво-
ихъ суйругъ кофейни, гостинницы, рестораны, въ которые они, по-
средствомъ вависящихъ отъ женъ ихъ д'Ьвушекъ, привлекаютъ много
посетителей. Большая часть этихъ мужей пьяницы, воры и живутъ съ
наложницами. Супруги ихъ въ свою очередь обзаводятся любовниками
нередко несколькими за разь. Мног1е изъ любовниковъ состоять на
содержати у этнхъ почтенныхъ дамъ, хотя и занимаютъ иногда
„прекрасное положенге въ сегыть и.1и еъ армш*^, какъ говорить Па-
ранъ-Дюшатле. ДЪти содержательницъ въ странахъ, где законъ запре*
щаеть матерямь держать ихъ при себе, часто воспитываются въ хо-
рошихъ школахъ и панс10нахъ, и съ помопц»ю образовашя да капи-
тала своихъ мамепекъ нередко составляютъ хорошую карьеру, въ
особенности дочери, приданое которыхъ доходить иногда до 50 и 100
тысячь франковь. Женская прислуга публичныхъ домовь по преиму-
ществу набирается изъ бывшихъ проститутокъ— на старости это ихъ
спещальное данят1е. Неиспорченный женщины само собою разумеется,
не долго могутъ сохраниться въ этихъ првтонахъ разврата. Мужская
прислуга — кучера, лакеи, музыканты, — не имеють особенностей.
Въ проститущонной, какъ и во всякой промышленности, судьба
далеко не одинаково благопр1ятна къ предпринимателямъ, — некоторые
изъ нихъ обогащаются, большинство перебивается кое-какъ, а мног1е
раззоряются въ конець. Выручка публичныхъ домовь крайне разно-
образится не только по ихъ достоинству, но и по времени, более или
менее благопр1ятному для этого промысла. Некоторые изъ парижскихь
публичныхъ домовь выручаютъ въ день 500 — 600 франковь, а въ
простонародныхь публичныхъ домахь каждая проститутка обязывается
иногда «заработывать» для хозяйки отъ 10 до 15 фр. въ день. Мно-
пя арвстократическк содержательницы наживають въ Париже вте-
чен1е несБолькихъ леть сумму, которая даеть имъ отъ 5 до 30 ты-
сячь фр. годоваго дохода. Въ Лондоне оне сплошь и рлдомь могутъ
платить за одну только квартиру отъ 500 до 12,000 франковь. Въ
Петербурге одинь домь платить только за помещен1е 6,000 р. вь
годь, а устройство въ немь такь называемой зеркальной спальни отб-
ило содержательнице до 7,000 р. Въ Эдинбурге некоторые дома тер*
лимости выручаютъ каждую ночь до 500 франковь. Ероме упомяну-
тыхъ выше услов1й, степень выручки зависвть также отъ псьуства а
ш
))йс1)орядитеЛ1>&остй содержательницы. Главйал задача состоять в^
томъ, чтобы заменить кавъ можно болЪе мужчииъ. И несмотря на
стропя пресд4довашя полиц1И, для этого употребляются сплошь и
рядомъ запрещенныя средства, — напр., зазыван1е прохожихъ прислу-
гою, ходящею по улицамъ или стоящею у парадныхъ дверей дома.
Въ Аигл1и содержательницы часто распространяютъ въ публивЪ
адресы и рекламы о своихъ заведетяхъ, каяъ это д^Ьлаютъ обыкно-
венно магазины и торговые дома. Въ Париже то же самое. Прости-
тутки, высылаемый содержательницами промышлять на улицу, неред-
ко обязаны непременно приводить каждый вечерь известное число
мужчинъ,— иначе ихъ ждутъ жесток1е побои и истязаихя. Есть содер-
жательницы, которыя часто, для возбуждешя своихъ женщинъ къ
«работ'Ь», даютъ имъ разные конфертативы, столь сильные, что не-
редко происходить отравлен1е. Иногда случается, что женщинъ вь
дом*]^ не достаетъ для пос^Ьтителей, въ такихъ случаяхъ ихъаомила-
ютъ у другихъ содержательницъ за известную плату и часто выдн-
сывають даже на время изъ другихъ городовъ.
Не мен'Ье возмутительны и всЬ остальныя отношенья хозяекъ къ
проституткамъ. Мы уже говорили отчасти о т^хъ козняхъ, которыя
всюду устраиваются для неопытныхъ и б^^дныхъ д^вушекъ бандор-
шами съ ихъ многочисленнымь штабомъ сводней. Много женщинъ
вербуютъ он'Ь въ больннцахъ, въ которыхъ постоянцо находятся ихъ
тайные агенты, соблазняющ1е легкомысленныхъ и нищихъ д'Ьвушекъ
подарками, задатками и об'Ьщашями. Для большинства ихъ больница
служить единственнымъ приб'Ьжищемъ, за воротами котораго ихъ ожи-
даетъ голодь, нагота и постоянное пребывате иодь открытымъ не-
бомъ; естественно, что он:Ь хватаются за проститущю, какъ утопаю-
Щ1Й за соломенку. Содержательницы домовъ средняго и низшаго сорта
рекрутирують женщинъ даже въ тюрьмахъ, часто поджидая у воротъ
выхода ихъ, истомленныхъ, босыхъ, полунагихъ, и великодушно пред-
лагая имъ содержаше, платье и квартиру. Сироты, вдовы, неопытный
малол^тшя д'Ьвочки, брошенный любовницы, прогнанный служанки,
голодающ1я безь д^ла работницы — все это дичь, которая легко попа-
даетъ въ сЬти этихъ достоуважаемыхъ с[ате8 ^ез шахзонз. Агенты
ихъ рыскаютъ по всей Ёвроп']^ и посредствомъ разсказанныхъ уже
нами обмановъ и хитростей привзоятъ женщинъ, куда сл^дуетъ.
Переступи въ однажды порогь публичнаго дома, завербованная жен-
щина попадаетъ въ жестокую неволю, освободиться отъ которой ей
чрезвычайно трудно, часто даже невозможно. Огромное большинство
этихь женщинъ наги, босы, голодны; получая отъ содержательницы
платье, часто дорогое, разный ц'Ьнныя украшен1я, хорошей столъ, де-
нежный задатокъ, — он'Ь такъ задалживаютъ ей за все это, что при
нзвЬстннхъ экономическихъ условхяхъ всякой кабалы, не вь состоянш
ш
ййкогда расп^аФ№^»(^ съ )^о8яйкою, которая ме^ду т^нъ йос1^бАвй6
старается увеличивать сумму ихъ фиктивнаго долга, покупая имъ раз-
ння безд'ЬлушЕи, наряды, билеты въ театры и концерты и т. д. или
даже — это верхъ благородства — помогая немного ихъ изнывающимъ
въ бедности семействамъ. ВсЬ деньги, выручаемыя проститутками,
идутъ въ карманъ содержательниц'^, а сами опЬ постоянно остаются
ея вечными кабальными должницами. Пос^Ьтителн публичныхъ домовъ
очень^ хорошо знаютъ о такомъ безвыходномъ положети ихъ обита-
тельницъ, и некоторые, сверхъ опред'ЬленноЁ платы содержательнице,
дЪлаютъ еще подарки принимающимъ ихъ д*Ьвушкамъ. Но и эти по-
дарки, особенно если они значительны, часто отнимаются всемогущими
въ ст^нахъ своей квартиры бандоршами. Такге порядки, конечно воз-
мущаютъ всЬхъ проститутокъ; всЬ онЬ ненавидятъ содержательницъ
й мстятъ имъ; между закабаленными и кабалительницами постоянно
идетъ борьба, и въ последнее время въ нЪкоторыхъ мЪстахъ резуль-
татомъ этой борьбы, склонившейся на сторону проститутокъ, явилось
новое распредЬлен1е дохода, по поламъ между содержательниецй и
выработавшей его д'Ьвушкой. — Въ д'Ьл^ управлешя женщинами всЬ
ихъ „мамаши^, какъ проститутки обыкновенно титулуютъ содержа-
тельницъ, являются строгими до жестокости, самодурнымн до варвар-
ства. Побои, плеть, лишевае пищи и тому подобный средства — все
пускается ими въ ходъ для того, чтобы проститутки благоговейно
дрожали передъ ними и рабски выполняли всЬ ихъ приказашя и ка-
призы. Пикнуть никто не см^й! Требован1я полищи, невыполнете ко-
торыхъ можетъ повлечь за собою закрыпе дома, требоватя о под-
держан1и въ немъ тишины и порядка заставляютъ содержательницъ
еще бол4^в усиливать свое по истин* террорное управленхе.
Проститутки, какъ мы уже сказали, ненавидятъ содержательницъ
и стараются мстить имъ всЬми м-рами, кашя находятъ возможными.
Большею част1Ю он* эмигрируютъ изъ дома терпимости, унося съ
'собою платья и друпе ценные предметы. Ихъ обыкновенно ловятъ, и
содержательница подвергаетъ ихъ наказашямъ, а для предупреждешя
новаго побега держитъ ихъ полунагими втечеиге цЪлаго дня, выдавая
имъ платье только по вечерамъ, когда он* должны принимать посе-
тителей.
Въ большихъ городахъ, где тысячя, десятки тысячъ народа не
имеютъ определенныхъ жилищъ, существуютъ предназначенныя для
нихъ квартиры, та1$оп8 §агп1е8, или гостинннцы, большею част1Ю
крайне грязный, съ гнилой соломой вместо постелей, съ кучами сора
на полу, темный и дурно снабжаемый воздухомъ. Это пристанища
всевозможныхъ бродягъ, мошенниковъ, безквартирныхъ рабочихъ, улич-»
ныхъ комедтянтовъ, разносчиковъ и т. д. Вместе съ темъ, это квар-
тиры проститутокъ, хотя и сохранившихъ свою независимость отъ со^
544
Ле1>жательницъ публичныхъ домовъ, но внрабатнвающнхъ такую нич-
тожную сумму, которая едва достаточна для ихъ ежедневнаго про-
питан1я и поэтому немогущихъ занимать бол*е порядочныхъ поиЪще-
шй. Выше мы уже говорили о жизни въ этихъ притонахъ нищеты н
порока. Несмотря однакожъ на всю ея невыносимую гадость, прости-
тутки предпочитаютъ ихъ публичнымъ домамъ. Хозяева этихъ квар-
тиръ обыкновенно доставляютъ нмъ у себя небольшой кредитъ и по-
кровительство, желая удерживать ихъ у себя и т*мъ привлекать $ол:Ье
квартирантовъ. Среди грязи п нищеты этихъ квартиру проститутки
пользуются независимостью, которой он^ должны окончательно ли-
шиться, вступивъ въ публичные дома, ненавистные для нихъ, вакъ
тюрьмы*
КромЪ этихъ квартиръ проститутки им^ютъ пристанища въ каба-
кахъ, харчевняхъ, винныхъ погребкахъ, табачныхъ лавкахъ и т. п.,
хозяева которыхъ, понимая прибБ1льность разврата,, держатъ для него
особый, сокровенный пом^щен1я.
Существуетъ еще другой родъ такихъ притоновъ: это та18оп8 Де
разве— квартиры, отдаваемый на короткое время, на несколько часовъ
или минутъ, всЁмъ приходящимъ лицамъ обоего пола. Сюда приво-
дятъ свонхъ посЬтвтелей т'Ь проститутки, который или вовсе не
им^ютъ своей квартиры, или почему нибудь не могутъ принимать въ
ней. Сюда приходятъ съ любовниками замужшя и друпя женщины,
которымъ необходимо скрывать свое иоведен1е. Въ ШрвжЬ н'Ькоторые
нзъ этихъ домовъ существуютъ специально для актрисъ и вообще для
женщинъ, служащихъ при театрахъ.
Аристократическая проституц1я им^етъ подобные же притоны въ
такъ называемыхъ та18оп8 а раг^ев. Высшаго сорта бандорши даютъ
въ этихъ домахъ об^ды и вечера, на которыхъ собираются разврат-
ники всЬхъ классовъ общества, встр']Ьчаясь зд^сь съ лучшими про-
ститутками и велйкосв'Ьтскими Мессалинами.
Наконецъ сотни и тысячи проститутокъ каждый вечеръ наполня- .
ютъ собою улицы, мосты, бульвары, площади большихъ городовъ, про-
даваясь встр'Ьчнымъ мужчинамъ.
VII.
Христ1анск1Я общества, отвергая прим^ръ и ученхе Христа* прези-
раютъ публичныхъ женщинъ съ такимъ злобнымъ негодован1емъ, что
невольно задаешь себЬ вопросъ — въ чемъ же состоять ихъ христган-
сюя чувства? И нужно заметить, что проститутки вообще, при всей
своей неразвитости и порочности, обладаютъ некоторыми очень рель-
ефными нравственными достоинствами, которыхъ въ изв'ЬстныхЪ слояхъ
545
отвергающаго^ихъ „добродЪтельнаго'^ общества гораздо меньше, ч^мъ
въ рядахъ этяхъ жертвъ бедности и порока.'
Отверженння вс^Ьми, проститутки относлтся другъ къ другу обык-
новенно съ чувствомъ братской, безкорнстной солидарности. Больная,
голодная, несчастная женщина всегда можетъ ожидать отъ своихъ
порочныхъ соремесленницъ посильной помощи, ухода и утЬшешя.
„Множество публичннхъ женщинъ- въ трудння времена каждую не-
делю, даже каа;21^ый день доставляютъ пропитав1е живущимъ по со-
седству съ ними старикамъ, больнымъ людямъ и многочисленннмъ
семействамъ^ ' (Рагеп1-0исЬа1е1е1;). Такою взаимною симпат1ей н со-
страдательностью отличаются не только крайне-впечатлительныя фран-
цуженки, но и проститутки вс^хъ другихъ народностей, даже холод-
ный англичанки. Въ Лондоне, папр., по свид'Ьтельству самыхъ досто-
в^рныхъ наблюдателей, он^ никогда не замедляютъ помогать одна
другой въ несчаст1яхъ и страдан1яхъ. „Одна молодая д']^вушка, посл^
н'Ьсколькихъ л'Ьтъ развратной и нищенской жизни, дошла до крайне
несчастнаго положешя, вследетв1е разстройства своего здоровья, не
им^я въ то же время для своего существован1Я никакихъ другихъ
средствъ, кром^ промысла развратомъ. Сострадательныя проститутки,
ея подруги, желая избавить ее отъ необходимости умереть отъ раз-
врата, составили изъ своихъ скудныхъ доходовъ сумму, необходимую
для того, чтобы больная могла провесть остатокъ своей жизни въ
покое и раскаяши^ (ШсЬеЫ). При такой возвышенной сострадатель-
ности другъ къ другу, большинство проститутокъ отличается взаим-
ной солидарностью и во вс^хъ другихъ отношешяхъ. Хотя Требюше и
зам^чаегь, что „въ проституткахъ полищя им^етъ справедливейшихъ
доносчиковъ*', но это относится только къ тЪмъ исключительнымъ
случаямъ, когда ссоры и интриги поселяютъ въ проститутке бешен-
ную ненависть къ своему врагу и жажду мести, удовлетворяемую до-
носомъ. Во всехъ другихъ отношешяхъ оне никогда не шп1онннчаютъ
и не доносятъ. Это то же одно не изъ последнихъ нравственныхъ
достоинствъ во многихъ современныхъ государствахъ.
Общепризнанный факть, что все проститутки не только не нахо-
дятъ решительно никакого удовольств1я въ разврате, но даже чув-»
ствуютъ всегда непобгьдимое отвращенге къ нему — новое доказатель-
ство, что ихъ загоняетъ въ проституцш и удерживаетъ въ ней только
одна крайняя необходимость. Поэтому, большивство ихъ только въ
пьяномъ виде и можетъ заниматься своимъ ремесломъ. Вино спасаетъ
ихъ отъизнеможетя и лишаетъ сознан1Я ихъ действШ. „Ни одна
девушка, — говорятъ оне — не можетъ вести такую жизнь, не пьян-
ствуя** (ТЬе 2Г. 81П о{ 8г- схйез, р. 5). „Все сведешя, собранный объ
этомъ пороке, доказываютъ, что проститутки начинаютъ пьянствовать
ради одного только самозабвешя; нечувствительно оне такъ привы-
85
каютъ къ пппу. что для ппхъ делается уже новозможнымъ возвраще-
н!с къ трезвости" (1*аге111-1)исЬа1е1е1). Н'Ькоторыя даже и развратпи-
чаютъ только для пр1обр'Ьтен1я средствъ на пьянство. При таЕохъ
отвращен1п отъ разврата съ каждымъ встрЬчпымъ и поперечнымъ,
вс'Ь проститутки им'Ьютъ сильное стремлён1е къ прочной и постояи-
пой связи, основанной па любви. Характеръ п состояше такихъ лю-
бовниковъ очень разнообра^шы, — тутъ есть и генералы, и литераторы,
и банкиры, и студенты, и приказчики торговыхъ домовъ, а проститутки
низпгаго сорта отдаются исключительно рабочимъ всяваго рода: сол-
датамъ, бродягамъ и мошенникамъ. Эти женщины не только ничего
де получаютъ отъ своихъ любовннковъ, но йольшего част1го сами же
и содержать ихъ, вырабатывая имъ на пищу, платье и квартиру. „2?»
Парнжть мгюжество молодыхъ л70^ег/,--говоритъ Паранъ-Дюшатле —
не имгъютъ никакихъ .другихъ средствъ существовангя^ ^ кром'Ь этого
содержашя, доставляемаго имъ любовницами. Страсть проститутокъ
къ этимъ господамъ неистова и безпредЬльна. У большей части изъ
нихъ любовники — грубые, .жесток1е, пьлГные мошенники я продетар1и.
щедро награждающ1е ихъ за любовь бранью, побоями, ув-Ьчьемъ; въ
госпитали часто прииодятъ этпхъ женщинъ, избитнхъ до полусмерти
своими возлюбленными, но только что усп']^ютъ он'Ь вылечиться, какъ
снова сп*шатъ соединиться съ жестокими избранниками своего сердца.
Единственная польза проституткамъ отъ любовннковъ — это доста-
вляемая последними защита. Оскорбляетъ ли кто публичныхъ жен-
щинъ на улиц*, пресл'Ьдуетъ ли и задерживаетъ ихъ полищя, бьетъ
ли ихъ содержательница пуб.шчнаго -дома,— любовникп, если они слу-
чатся по близости, тотчасъ сп'Ьшатъ на выручку своихъ подругъ. Эта
страсть къ любовникамъ есть только одно изъ проявлешй зам'Ьчаемой
въ большннств'Ь проститутокъ сильнейшей наклонности къ семейной
жизни. Быть матерью — это ихъ заветный идеалъ, о которомъ он*
мечтаютъ и говорятъ съ замечательнымъ воодушевлен1емъ. „Одна
изъ нихъ со слезами говорила ми*, — разсказываетъ Паранъ — что
достоинство матери подняло бы ее въ собственныхъ ея глазахъ нзъ
того унижен1я, въ какое она попала, и что она возбудила бы уваже-
Н1е къ себе во вс^хъ, кто увид^лъ бы, съ какою заботою она вы-
нолняетъ обязанности, возложенный на женщинъ законами природы".
Другая такая же девушка сошла съ ума отъ печали, что изъ трехъ
рожденныхъ ею д^тей не было ни одного живаго. Случается, что
проститутки, которымъ не удается им4ть собственныхъ дЬтей, вору-
ютъ чужихъ^ лишь бы найти только существо, на которое можно было
бы изливать все чистейш1я чувства своего сердца. Если проститутке
случится забеременеть и родить, то нетъ пределовъ нежности и пре-
дупредительности, съ которыми наперерывъ услуживаютъ ей ея по-
други. Одие ходятъ за матерью, друг1я няньчатъ ребенка, третьи
547
моютъ датское б'Ьлье, — он'Ь рады отдать родильнице свою послЬднюго
рубашку. Болыпииство родивгаихъ всегда заботится о воспптапхн сво-
нхъ детей, а небрежную, недобрую къ д4тямъ мать публичныя жен-
щины презираютъ п доносятъ на нее. „Большинство этпхъ матерей
старается воспитывать своихъ д-Ьтей такъ, чтобы сохранить ихъ отъ
порока",— говоритъ.Паранъ. — Зд-Ьсь представляется любопытный, но
плохо изследованнын вопросъ, на сколько природа удовлетворяетъ этимъ
страстнымъ желан{ямъ проститутки быть матерью? Мнопе думаютъ,
что публичныя женщины не им4ютъ д^тей, но это неправда; изъ
имеющихся у насъ подъ руками цнфръ и наблюдетй разныхъ изсл*-
довател€й видно, что проститутки способны къ д4то]рожден1Ю, хотя и
въ меньшей степени, ч-Ьмъ женщины неразвратныя. Въ большинств-Ь
случаевъ проститутки приписываютъ причину своей беременности не
случайнымъ своимъ посЬтителямъ, а любовникамъ. Въ ПариягЬ однажды
020 публичныхъ женщинъ были спрашиваемы, им^лн ли он^ дЪтей
и лгобовниковъ; изъ нихъ —
отказалось отв-Ьчать на эти вопросы 217
отвечали, что у нихъ были любовники но не было
д*тей 213
— что он* им-бли любовниковъ, которые сделали
ихъ матерями 125
— что любовниковъ у нихъ не было, но дЬти были. 26
— что любовники были, но д-Ьтей не было .... 31
— что им4ли д-Ьтей, но будучи замужними, он* при-
писываютъ произведетя ихъ своимъ мужьямъ . 8
Следовательно, изъ 403 отвечавшихъ проститутокъ, 159 имели
детей. Въ парижскихъ родильныхъ больницахъ помещалось прости-
тутокъ-родильницъ :
Въ 1817 г. . 33 13,6 1823 г. . 60 22,1
„ 1818 „ . 44 17,0 1824 „ . 64 22,6
„ 1819 „ . 60 23,0 1825 „ . 55 20,9
„ 1820 „ . 56 20,0 1826 „ . 39 16,0
„ 1821 „ . 54 18,5 1827 „ . 41 16,5
„ 1822 „ . 66 22,7 1828 „ . 48 18,0
Но такъ какъ не все беременныя проститутки родятъ въ больни-
цахъ, то выставленные сейчасъ проценты нужно считать ниже дей-
ствительпыхъ.
Въ Л10не изъ 3,884 проститутокъ имели детей 1,161, но въ томъ
числе 619 родили до своей записки въ проститущонныя книги, что,
конечно, еще не освобождаетъ ихъ отъ подозрен1Я въ томъ, что оне
занимались развратомъ и до своей беременности. Въ Страсбурге, па
изследован1ямъ Штроля, самостоятельныхъ проститутокъ, рождавшихъ
детей, приходится 33 на 100, а проститутокъ публичныхъ домовъ -—
35*
548
22 на 100. Наблподешя же, сд^ланныя въ Брюссел'Ь, далеко не соот-
в'Ьтствуютъ только что прнведеннымъ; но словамъ Маринуса, зд!Ьсь 1
беременная проститутка проходится на 40 небеременныхъ. Во всяконъ
случа'^Ь, обо всЪхъ, сейчасъ приведенныхъ нали цифрахъ долакно ска-
зать, что он^ далеко не обнинаютъ количества проститутокъ, оказав-
шихся способными къ д'Ьторождешю. Цифры, доставляемый больни-
цами, не заключаютъ въ себк числа публичныхъ женщинъ, рождаю-
щихъ вн'Ь больницъ. Остальныя данныя основаны на показашяхъ са-
михъ проститутокъ, изъ которыхъ множество, какъ мы уже вид'Ьли,
отказывается отвечать на подобные вопррсы, да и отвЪчающимъ
нельзя дов'Ьрять вполне: виновность въ д^ЬтоубШств^ и плодоизгна-
ши, а также н:Ькоторыя друг1я причины часто заставляютъ ихъ да-
вать совершенно ложный показан1я. .
Неудовлетворяемая потребность любви, при постоянномъ возбуж-
деши развратомъ, нер:1^дко принимаетъ у зтихъ 'женщинъ совершенно
противоестественное направлен1е.
Такъ страстная, впечатлительная натура отверакенной и ос^гжден-
ной на адское существоваше женш;ины всюду иш.етъ отрады или заб-
вен1я, — то въ любви къ д1^тямъ, то въ водкЬ, то въ помопщ несчаст-
нымъ, то въ противуестественныхъ порокахъ, то въ обжорстве н ла-
комстве, который зам^Ьчаются у вс']^хъ проститутокъ. Но н^тъ ей
отрады на земл'Ь, а для забвенхя при понош.и вина часто н'Ьтъ дене1гь
или до него не допускаетъ содержательница. Ннп].енство, рабство,^не-
обходимость промышлять развратомъ, отвратительнымъ для всякой
проститутки, побои любовниковъ, пресл^довашя полищи — ^все это д^-
лаетъ жизнь публичной женш,ины ненавистною для нея. Она вполне
сознаеаъ свою отверженность, она презираетъ себя, она употребляетъ
часто всЬ усил1я, чтобы бросить свой постыдный образъ жизни, но
напрасно — обп1;ественный потокъ уноситъ ее къ неизбежной погибели.
Однимъ изъ самыхъ сильны хъ доказательствъ того, что умъ и сердце
публичныхъ женш;инъ обезображены порокомъ вовсе не до такой сте-
пени, какъ можно бы думать, судя по ихъ внешнему йоведешю во
время ихъ занят1й своимъ промысломъ, — однимъ изъ сильныхъ дока-
зательствъ этого служитъ ихъ деликатная приличность вн^ сферы
разврата. При медицинскихъ освид'Ьтельствован1Яхъ, при всЪхъ, столк-
новешяхъ съ благосклонными къ нимъ и непорочными людьми боль-
шинство ихъ обнаруживаетъ совестливость и держитъ себя въ^^выс-
шей степени прилично. „Все изучившхе публичныхъ женш;инъ Парижа
свидетельству ютъ, что вне своего промысла оне отличаются прнли-
Ч1емъ, скромностью и стыдливостью, — гов. Паранъ — а между книгами,
Еоторыя оне читаютъ, никогда не встречается соблазнительннхъ в
похабныхъ". Та же совестливость, вместе съ боязнш разныхъ пресле-
дованШ, служитъ источникомъ известной лживости проститутокъ.^Же-
549
лаше сохранить незапятнанной ренутацш своего сенейства, боязнь, кавъ
бы не узна1н объ ихъ порочности родные и знакомые, часто просто
ребяческое, шаловливое желаше спутать адкинистрац1ю и позабавить-
ся надъ некь-все это заставляетъ проститутокъ изм'Ёнять или вовсе
переменять свои имена и фамил1и. Это всюду д^аетъ цЪлая половина
ихъ, если не больше, и такимъ образомъ, постоянно говоря ложно о
своемъ пронсхождеши, он'Ь естественно привыкаютъ въ лживости и
относительно другихъ предметовъ. Та же проклятая обстановка, та же
безвыходность положешя прхучаютъ ихъ не только къ пьянству и
картежной игрЪ, но также и къ л^ни. Можно безъ всякаго иреуве-
личешя и согласно съ авторитетнымъ свидЪтельствомъ Парана сказать,
что '/ю публичныхъ женп1;инъ решительно ничего не дёлаетъ, осо-
бенно изъ живущихъ въ публичныхъ домахъ. Рядомъ съ этимъ недо-
статкомъ нужно поставить и ихъ страшную неряшливость въ своей
квартире, въ платье, ихъ крайнюю нечистоплотность, вшивость, очень
обыкновенную даже у самыхъ 9легантн(1хъ проститутокъ, небрежность
въ хозяйстве, беззаботное проматыванье денегъ на пустяки и т. д.
Конечно, у большинства эти недостатки зависятъ отъ крайней бед-
ности, въ которой оне находятся или находились прежде, но тому
же самому содевствуетъ и вся жизнь, убдзающая всякую энерпю,
всякую любовь къ работе, которая не въ состояшн освободить ихъ-
Излишество половыхъ отправлешй и крепкихъ напитковъ, истощая
женп|;инъ, довершаетъ это окончательное разслаблеше характера, ко-
торое впрочемъ замечается только у проститутокъ, долго заинмав-
шихся своимъ уб1йственнымъ ремеслоуъ. Въ первое же время оне
отличаются крайнею впечатлительностью, легкомыслхемъ, подвиж-
ностью, непостоянствомъ во всемъ, — что составляетъ также неизбеж-
ные результаты ихъ жизни, въ которой нетъ ничего прочнаго, все
постоянно изменяется, въ которой каждый день и часъ женш;ина
должна ожидать какой-нибудь бЬды, какой-нибудь перемены и пере-
мены болыиею част1ю къ худшему. Кроме того, легкомысленность,
въ которой упрекаютъ проститутокъ все наблюдатели ихъ жизни,
часто служить только последствхемъ неумолкаюш.аго инстинкта само-
хранешя, который заставляетъ тонуш;ую въ соц1альномъ море несча-
стаую проститутку хвататься за каждую встречную соломенку и ждать
спасетя отъ плывуп];ей мимо ш;епки. Надежда, хотя и слабая, но
все-таки увлекающая ихъ впечатлительную натуру, заставляетъ ихъ,
напр., постоянно переезжать изъ города въ городъ, изъ одного квар-
тала въ другой, или менять публичные дома, что дало происхожде-
ше французской поговорке: еИез зон!, воиз се гаррог!, (1е8 уёп1;аЪ1е8
&11е8 риЫ^^ие8. Всюду ищутъ, бедный, выхода и погпбаютъ въ этихъ
поискахъ I
Цемногщ ратурц могутъ долго выдерживать такур жизнь, и го*
п
27 л'Ьтъ.
15
Я
10
Я
5
ДО
10
»
3
п
5
»
1
я
3
«к
1
4
4
4
3
8
18 л4тъ.
16
17 „
15
13 „
25
12 „
38
И ,
57
10 ,
44
9 . .
22
п
я
я я ** я *" я
я я
я я ^ п -^ *"* я «
550
воря вообще, проститутка не долго занимается своимъ отвратитель-
нымъ и убШственнкгмъ промысломъ. Вотъ, напр., Л10нск1Я публичння
женщины; изъ нихъ:
1 занималась развратомъ
^ я я
17
248 „ „ отъ
915
1672
1027 я ВЛ0 нен^е идя болДе 1 года.
Въ Страсбург* изъ 262 женщинъ —
1 жила проституц1ей 24 года. 8 хвли проститущей 8 лътъ.
1 я я 18 л4тъ. 16 „ „ 7 ,
6 ,
5 .
4 ,
3 ,
2 ,
1
* Я
Подобные же сроки л во вс^хъ другихъ м'Ьстахъ, т. е. большая
часть проститутокъ занимается своимъ промысломъ отъ 1 до 3 ллтъ
только.
Куда же он^ изчезаютъ?
Во-нервыхъ, ихъ пожираютъ болезни и истребллетъ смерть Не
говоря уже о сифилис* — о которомъ см. ниже— проститутокъ губить
множество всевозможныхъ болезней, изъ которыхъ одн* авля]1>тса
спец1альнымъ результатомъ ихъ промысла, друг1Я — резудьтатомъ ни-
щенской жизни, съ ея лишешями и невзгодами, наконецъ, третьи
служатъ посл^^дств1емъ непом^рныхъ трудовъ, угнетавшихъ зтихъ
женщинъ до ихъ вступлешя въ проститущю.
Глубошя нравственный страдашя, которымъ такъ подвергаются
проститутки, нер']Ьдко производятъ у нихъ истерическхе прнп&дки и
конвульсш. Многихъ поражаетъ умопомешательство. Въ Париже съ
1811 по 1815 поступило въСальпетр1еръ 105 сшедшихъсъ ума прости-
тутокъ, — процентъ значительный; изъ этого числа около ^/^ помеша-
лось, им4я отъ роду 25—40 лЬтъ (отъ 15 до 20 л4тъ — 4, отъ 20 до25 — 15,
отъ 25 до 30—26, отъ 30 до 35—25, отъ 35 до 40—18, отъ 40 до 45—
10, отъ 45 до 50—5, отъ 50 до 55—0, отъ 55 до 60 — 1, отъ 60 до 65 —
1); следовательно, и зд^сь двадцатые годы женской жизни гораздо
уб1йственнее, ч^мъ друг1е возрасты. Изъ этихъ 105 сумасшедшихъ
помешалось отъ причинъ неизвестныхъ — 37, отъ страха 3, отъ ^изли-
шества разврата 3, после родовъ 8, отъ крайней бедности 11, отъ
11еркур1альнаго лечешя 3, отъ пьянства 13, отъ спльныхъ мораль-
551
ннхъ страдашй 27. Въ числ^ бол'Ьзненныхъ страдашй, воторымъ
подвергаются публичныя женщины, одно нзъ главныхъ м'Ьстъ зани-
маютъ побои, ув^^чья и раны, нередко смертельныя, получаемыя ими
отъ содержательиицъ, любовниковъ, уличныхъ дебошировъ и т. д.
Бсл1^дств1е этого мнопя остаются уродами и кальками навею жи;^нь—
вм'Ьсто выткнутаго глаза, напр., съ исвуственнымъ, вм']^сто сломанной
и потомъ отнятой хирургомъ ноги съ деревяшкой и т. д. Требюше
замЪчаетъ, что подобное безобрад1е и уродство часто не только не
уменьшаетъ дохода проститутки, но даже „доставляетъ ей больпие
барыши, ч'Ьмъ красота!..^ Сл']^дующая таблица больныхъ парижскихъ
проститутокъ познакомить насъ съ родомъ ихъ бол'&знеп.
Больныхъ катаррами и чахоткой .... 87
„ пневмонхей и острою плеврезхеи . 15
„ апоплекс1ей и страдан1ямн мозга . 5
„ ревматизмомъ 13
„ нарывами 2
„ раковнднымн завалами почекъ. . 1
„ офтальм1ей 11
„ страдатями утеруса 41
„ воспаленхемъ и другими страдашя-
ми желудка 58
„ ранами и ушибами 90
„ лихорадками 46
„ рожами и сыпями 23
Всего 392
Кюлерье и Расье въ своемъ Охсйоппагге йе тейес1пе говорятъ,
что большинство проститутокъ не въ состоян1и долго выносить сроей
жизни и скоро умираетъ отъ болезней сердца, чахотки, органическихъ
поврежден1й печени и др. внутренностей. Чахотка чаш;е всего уби-
ваетъ проститутокъ, равно какъ и болезненные результаты постоян-
наго пьянства. О другихъ болезняхъ мы распространяться не будеыъ;
мы уже вид'Ьли, какъ б^дна и несчастна жизнь этихъ женп];инъ, и
само собою понятно, что он^ изъ первыхъ должны падать. жертвами
холеръ, тифовъ, лихорадокъ и тому подобныхъ бичей человечества.
БолЬе всего поражаетъ смерть проститутокъ отъ 20 до 30 л^тъ.
яЭти женш;ины говорятъ сами, что въ проституц1п нпзшаго класса
женщина совершенно изнашивается въ три года" (Рагеп1), а такъ
какъ большинство принимается за промыселъ развратомъ съ двадца-
тил-Ьтняго возраста, то понятно, что этотъ же возрастъ бохЬе всего
долженъ страдать и отъ нападешй смерти. Къ сожал-Ьихго, мы почти
вовсе не имеемъ цифръ смертности публичныхъ женщинъ и должны
поэтому ограничиваться только безцпфренными показашями разныхъ
552
довтс^ровъ. Въ Нант^ «хного проститутокъ погибаетъ отъ чахоткиэ
(Ваге). Въ Лондон^Ь средняя жизнь публичной женщина, по одшшъ
4, по другимъ 7 жЬть (С1агке и Вауап); мног1Я изъ нихъ сходдтъсъ
ума, множество погибаетъ отъ лпхорадоЕъ (Вауап). Въ ЭдинбургЗ^
ежегодно умираетъ 7?) Д&а^в 7в проститутокъ; немнопя изъ нихъ п-
вутъ дол^Ье 25 л^тъ (В1сЬе1о1). Весьма крупная цифра изъ тЪхъ, во-
торнхъ не убиваетъ бол^^знь, гибнетъ отъ собственинхъ рувъ. На-
клонность къ самоубШству чрезвычайно развита между ними, и про-
ститутка очень часто, подобно ея сестре, «Утопленнице» Томаса
Гуда, до того доводится своей жизнью, что у ней остается одно тодько
желаше —
Гд'Ь бы то ни быю, какъ бы то ни быю,
Топво-бъ изъ М1ра еВ прочь!...
Въ Эдинбурге, напр., ежегодно четверть^ даже треть проститу-
токъ покушаются на самоубШство и около VI 1 успЪваютъ предать
себя смерти! (Та11:). Въ Лондон^Ь также «мног1Я> кончаютъ самоубИ-
ствомъ (Кауап). Въ Париже ,)Самоуб1йство гораздо чаще между про-
ститутками, ч^мъ между другими женщинами. Это зависитъ, безъ со-
мн^шя, отъ 8анят1Я ихъ своимъ ремесломъ и отвращешя, возбуяБдае-
маго имъ въ нихъ'' (ТгеЪисЬе<; и Ро1га1-Оиуа1). Нужно вспомнить при
этомъ, что по статистическимъ даннымъ, женщины весьма рЪдко рЬ-
шаются на самоубхйство, и только одна невыносимость проститущон-
ной жизни порождаетъ большое количество самоубхйцъ-женщннъ.
Итакъ, значительная часть проститутокъ безвременно сходитъ въ
могилу. Друг1я во множестве выбываютъ постоянно съ проституцш-
наго рынка, или выписываясь изъ полицейскихъ книгъ, или изчезая
безслЪдно. Въ Париж'Ь, въ которомъ въ разные годы настоящаго сто-
лЬт1я считалось отъ 2 до 5 тысячъ записныхъ проститутокъ,
было выписано изъ выписано всл'Ьд-
списковъ по ихъ ств1е ихъ изчез-
желан1ямъ или по новешл изъ вида всего,
вол^^ власти. полищи.
Въ 1817 г. 485 575 1060
1818 „ 477 582 1059
1819 „ 469 571 1040
1820 „ 415 716 1131
1821 „ 433 733 1166
1822 „ 417 739 1156
1823 , 502 605 ' 1107
1824 , 442 602 1044
1825 , 456 527 983
1826 я 486 554 1040
1827 , 490 542 1032
553
1828 ,
572
415
987
1829 „
298
536
834
1830 я
234
502
836
1831 ,
284
452
736
1832 ,
449
618
1167
Относительно бо^гЬе ч^къ половины внпвсанннхъ всдЪдствхе ихъ
безслЪднаго исчезноветя, Паранъ-Дюшатле говорить, что „крайне
трудно получить точння св^дешя о томъ, что сд'Ьлалось съ ними". Но
во всдкомъ случать можно сказать, что одн% изъ нихъ принялись за
новня занятхя иди продолжаютъ гд^-нибудь скрытно старое ремесло,
а друпя — сошли въ могилу.
Много проститутокъ бросаетъ свой промыселъ, поступая на со-
держаше; часто онЪ привязываются къ старымъ холостякамъ, преи-
мущественно изъ рабочихъ, поселяются у нихъ, хозяйничаютъ, рабо-
таютъ и живутъ съ ними, какъ законный жены. Когда же эти друзья
ихъ умираютъ, то он^, лишенный пршта, помопщ и вс^хъ средствъ
къ алзнн, сплошь и рядомъ снова должны приниматься за свое преж-
нее ремесло. Въ Париже большинство тряппчниковъ и чистильш;и-
ковъ улицъ живетъ съ такими женп;инами. Лучшихъ часто берутъ
разные аристократы, въ спискахъ которыхъ, пом'Ьш;енныхъ у Парана,
фигурируютъ между прочимъ 16 богатыхъ французовъ, 8 англичанъ,
7 богатыхъ американцевъ, 3 полковника, одинъ русскШ адмиралъ и
„5 персоны^ занимающгя столь видныя мгьста^ и съ такими избгмШ'
ныли имешкии^ что ихъ нельзя обозначить здгьсь!!.^ Вероятно, что-
нибудь въ родЪ министровъ или лицъ королевской крови. Понятно,
что такая завидная сравнительно доля достается немногимъ; для до-
стижешя ея нужны какъ физическ1Я, такъ и изв^стныя умственный
достоинства; этотъ выходъ изъ проститущи такое же исключеше,
какъ и счастливый бракъ. На проституткахъ женятся большею ча-
ст1ю фигляры, кабачные сид^^льцы, слуги гостинницъ и публичныхъ
домовъ, иногда рабоч1е. Въ Париж'Ь бываетъ ежегодно отъ 20 до 25
такихъ браковъ. Не мало проститутокъ, какъ увидимъ изъ нижесд'Ь-
дующихъ таблицъ, возвраш;ается въ свои семейства по вол'Ь родствен-
никовъ или родителей. Друг1я принимаются за работу, если могутъ
добыть ее. Третьи поступаютъ въ прислуги, преимущественно къ
трактирщвкамъ, виноторговцамъ, содержательницамъ публичныхъ до-
мовъ и оодобнымъ личностямъ, который не пренебрегаютъ ими за ихъ
прежнее поведете. Н'Ькоторыя, какъ уже сказано, делаются „аббатис-
сами**, какъ во Франщи называютъ содержательницъ публичныхъ до-
мовъ. Есть и так1я, которыя, скопивъ малую толику деньжонокъ, бе-
рутся за какой нибудь самостоятельный промыселъ, но ихъ очевь не-
много, и ни одна изъ нихъ не принадлежитъ къ женщинамъ, осво-
бождающимся отъ содержательницъ. Упомянутую эконом1Ю, освобождаю*
554
щую проститутокъ отъ необходимости продолжать свой промысегь,
одн^ изъ нихъ дЪлаютъ обыкновенно посредствомъ труда, а н']^бото-
рыя при помощи подарковъ отъ привязаиныхъ къ нимъ иди состра-
дателъныхъ людей. Большинство же проститутокъ идетъ въ шайки
воровъ, мошенниБовъ, бродягъ, попадая загЬмъ въ тюрьму или ссыл-
ку. Тюрьма для многихъ остается единственнымъ приб'&жнщемъ, и
выпущенный на свободу, он* д4лаютъ новыя преступлешя, чтобы
опять поступить на острожное содержате. Большинство этихъ за-
штатныхъ проститутокъ почти совершенно наги, постоянно голодны,
спятъ на площадяхъ, подъ мостами, въ канавахъ, и заключеше въ
тюрьму — настоящее благодЬяше для нихъ. Для удержатя ихъ въ
острогЬ не нужно ни замковъ, ни караула. Въ револющю 1830 г.
въ Париж* толпа любовниковъ подобныхъ женпщнъ овладела тюрь-
мою, въ которой он-Ь сидели и возвратила имъ свободу; одн* изъ
нихъ наотр^зъ отказались покинуть свое обычное пристанище, дру-
Г1Я ушли, но черезъ два же дня явились обратно! Выше мы уже го-
ворили о воровстве проститутокъ, а теперь приведемъ несколько
цифръ о другихъ совершаемыхъ ими преступлешяхъ. Въ Париж* въ
1821 — 1827 г. обвинялись передъ судомъ 603 проститутки, въ томъ
числ4 за воровство 477, за самоуправство и насил1е 43, за нанесете
ранъ 26, за публичную неблагопристойность 19, за сопротивлеше
властямъ 19, за пособничество развращешю малол^^тнихъ 7, за воз-
мутительные (зёсЦйеих) крики и продажу соблазнительныхъ сочнненхй
7, за подд']^лку монеты и ассигнащй 2, за поджогъ 1, за прелюбод^-
ше 1, за содержан1е азартной игры 1, за уб]йство 1. Изъ нихъ осуж-
дено на тюремное заключеше 323, въ томъ числ* 3 навечно, 1 на 8
л*тъ, 1 на 7 л., 8 на 6 л., 27 на 5 л., 2 на 4 года, 5 на 3 г., 18
на 2 г., 10 на 1Уг ^'-^ 11 на 15 м'Ьсяцевъ, 1 на 14 м., 14 на 13 м.,
84 на 12 м., 7 на 8 м., 38 на 6 м., 2 на 5 м., 8 на 4 м., 38 на 3 к.,
10 на 2 м., 35 на 1 м'Ьсяцъ. Число арсстованныхъ въ Париж^Ь про-
ститутокъ гораздо больше числа записанныхъ проститутокъ вообще,
т. е. каждая ежегодно арестуется бол4е одного раза. Въ 1853 г. бы-
ло арестовано ихъ 5094, а въ 1854 г, 5756. Въ тюрьм* св. Лазаря
постоянно сидитъ ихъ отъ 450 до 600. Въ тюрьму или тюремную
богадельню св. Дхонисья ежегодно присылается на житье отъ 8 до
10 публичныхъ женщинъ, арестованныхъ за нищенство. Тюрьма дЬй-
ствуетъ на нихъ не только убйственно, но и развратительно. „По
единодушному мн'Ьн1ю вс^хъ, омь выходятъ изъ тюремь и болькацъ
болгье развращенными м порочными^ чпмъ какими поступаютъ въ нихь^
(Рагеп1-0исЬа1е1е1;). „Зд'Ьсь,-говоритъ въ своемъ рапорт^^ 1854 г.
ревизоръ парижскихъ тюремъ — проститутки самаго низшаго сорта
' развращаютъ окончательно заключенныхъ съ ними молодыхъ д^ву-
щек:э 12—18 л4тъ". Изъ многочисленных:^ ца|сазан1й, которымъ под-
555
г -^ - ■ . I -Г1 1 Г
вергаются проститутки независимо отъ тюремнаго завлючешя ма упо-
жянемъ о двухъ сл^дующихъ. Усгавъ о проститущи въ швейцарскомъ
кантоне БернЪ лолагаетъ, если проститутка, отдавшись мужчин*]^ при
условш понощи, будетъ требовать отъ него денегъ — должныхъ или
недолжныхъ, все равно, — осуждать ее къ заключенш въ рабоч1й домъ
или къ навазашю внутомъ черезъ палача! Въ Англ1и долго употреб-
лялось навазаше проститутокъ посредствомъ 1;геас1 тШ; это огромный
барабанъ на утвержденной оси, внутрь котораго засаживаются осуж-
денный, обязанный ходить тамъ непрерывно по одному направлонш
и своимъ движешемъ вертеть этотъ барабанъ — убШственное для здо-
ровья занят1е, выдуманное „просв']^щенными мореплавателями „I И при
вс^Ьхъ-то подобныхъ мучешяхъ и лншешяхъ множество проститутокъ
стремится въ тюрьму, какъ въ лучшее свое пристанище!
Известная часть проститутокъ поступаетъ въ разный заведешя,
спещально устроенный ддя исправившихся публичныхъ женпцинъ. Но
такихъ „магдалинскихъ убЪжищъ** мало, да и проститутки охотнее
идутъ въ тюрьмы, ч^жъ въ эти дома покаяшя, съ ихъ полумонастыр-
г
скими уставами, работами, доброд^Ьтельными дамами, наставляюш;имн
нравственности и т. д. Въ парижсюй домъ „Добраго пастыря" въ 1821 —
1833 г. поступило всего только 245 проститутокъ, изъ которыхъ 50
умерло, 87 выпущено по ихъ просьб*, 40 выслано за неповиновеше,
26 поступило въ больницы и т. д. По свидетельству компетентныхъ
наблюдателей у множества поступившихъ въ эти дома проститутокъ
зарождаются серьезный болезни, часто влевупця за собою смерть. Въ
четырехъ лондонскихъ домахъ — Ма§йа1еп Но8р11;а1, Ьоск АеуЬт, Ьоп-
йоп Гета1е РепНепйагу и Спадпап 8ос1е1у — съ 1758 по 1843 г. бы-
ло принято проститутокъ 12,601, изъ нихъ 7,529 возвратились въ
свои семьи или приходы, или поступили къ разнымъ занят1ямъ, 176
умерло, ^30^24 выслано за неповииовенге^ 49 бгьжало и т. д.; въ
Мадйакп Новрхи! 107 были поражены сумасшеств1емъ и др. неиз-
лечимыми болезнями. Нравственная, полумонастырская атмосфера
убЪжищъ невыносима 'для большинства проститутокъ, привыкшихъ
совершенно къ другой жизни. „Я многихъ изъ нихъ разспраши-
валъ объ этомъ, — пишетъ Паранъ — и вотъ , что он4 отвечали
мн^: „намъ говорить тамъ только объ ад'Ь да объ умерщвлеши
плоти; намъ постоянно напоиинаютъ нашу прежнюю жизнь; насъ
третируютъ и наказываютъ, какъ д-Ьтей"!... Читатель, конечно, по-
нимаетъ, какъ безтактна такая метода; онъ понимаетъ, вероятно,
и то, что всЬ подобный убЬжища приносятъ пользу только въ тЬхъ
случаяхъ, когда они доставляютъ ех-проституткамъ возможность су-
ществовать посредствомъ труда; но и эта польза личная, а не общая,
и м-рами благотворительности невозможно ни искоренить, ни уничто-
жить проституцш, сощальные факторы которой на м:Ьсто раскаяв-
556
П1ЯХСЯ и пристроившихся въ честнымъ занятхяхъ проститутокъ бу-
дзгтъ постоянно высылать на базары порока новыя и новыя жертвы.
Когда пораженъ весь организмъ, вогда всЪ услов1я жизни содМ-
ствуютъ развит1ю бохЬзни, покрывающей его отвратительными язва-
ми, тогда не помогутъ никак1е пластыри, налепляемые сострадателк-
ными руками на эти воню^я язвы. Нужно общее, радикальное ле-
карство, которое могло бы уничтожить внутренн1Я причины болезни.
Чтобы читатель могъ судить о томъ, какъ много проститутокъ
выписывается по каждой изъ сейчасъ упомянутыхъ причинъ, мы пря-
ведемъ н'Ьсколько статистическихъ данныхъ. Въ Лхон^, изъ 3884
проститутокъ:
Вышло замужъ 37
Взято родителями 160
Принялись за свои прежтя занят1Я 114
Умерли въ больницахъ 76
Осуждены исправительной полищей 31
Преданы ассизному суду 4
Поступило въ уб&кища, благотворительный заведешя ,
и исправительныл дома : . . . . 234
Высланы администращей на родину 212
Изчезли, оставили промыселъ разврата 2226
Остались въ проституцш 690
Въ Париже съ 1845 по 1854 г. выписано:
Вытедшихъ замужъ 205
Умершихъ 953
Прюбр^тшихъ средства къ жизни 141
Занявшихся трудомъ 1091
Изчезнувшихъ взъ виду полиц1И 7452
Осуждепныхъ въ тюрьмы !:153
Поступившихъ въ уб'Ьжища 89
Получившихъ Цуге (1е 1о1егапсе 91
'Надъ этими цифрами стоить только немного поразмыслить, н мы
поймемъ, что громадное большинство выписанныхь^ если только не
помгыиаеть смерть^ скоро должны возвращаться къ тому же промы^
слу разврата и даже падать на болгье низкую ступень проститу-
цш^ ч$ьмъ^преоюде.
Начнемъ хотя съ поступившихъ въ тюрьмы и исправительные дома.
Пройдетъ срокъ ихъ заключешя, и выйдутъ они на свободу еще бо-
л'Ье развращенными, ч^мъ прежде, какъ мы уже говорили, полунаги-
ми, 1'олодающнии, безпр1ютными. У самыхъ воротъ тюрьмы ихъ ожи-
даютъ агенты проститущи, даютъ имъ обувь и платье и уводятъ въ
публичные дома. Изб^гнувш1я этой с^ти, на завтра же, а во всякомъ
случае черезъ несколько .дней, вынуждены будутъ * голодомъ или
557
убить себя или совершить новое преступлеше, чтобы попасть въ тюрь-
му, или начать лрехнШ промыселъ... Исправили!
Число внписанныхъ проститутоБЪ, занявшихся трудомъ, довольно
значительно въ однихъ списиахъ и гораздо иеньше въ другихъ. Та-
кая разность указываетъ на изв:Ьстння колебангя, постоянно^проис-
ходяпця въ промышленной жизни. Разные вризисы, остановка и за-
крытхе фабрикъ и т. п. оставляя безъ дЪла множество рабочихъ, всег-
да увеличиваютъ число проститутокъ; „но есть эти дпвушки бросають
разератъ и водвращалотся къ труду, коль-скоро трудъ возобновляет--
ея^, (В1сЬе1о<;). Но каждый день съ ними можетъ повториться та же
истор1я, и лишившись работы, онЪ снова вынуждены будутъ принять-
ся за продажу единственной собственности, — своего тЬла. Та же б1^д-
ность, которая заставила нхъ продаться въ первый разъ, заставитъ и
во второй, и въ третШ и т. д.
Самая большая цифра приходится на долю изчезнувшихъ изъ ви-
ду полищи п высланныхъ ею на родину. Огромное большинство нхъ
продолжаетъ заниматься проститущей, — одни явной, друпя тайной;
остальныя же топятся, отравляются, вешаются или поступаютъ на
какую-нибудь работу до т:Ьхъ поръ, пока безработность и голодъ
снова не обратятъ нхъ къ проституцш.
Взятыя приходами, родственниками и родителями, въ н^которыхъ
случаяхъ, конечно, получаютъ возможность жить безразвратно. Но
характеръ и положеше ихъ семей, о которыхъ мы уже говорили, за-
ставляютъ предположить, что такхе случаи и^^влючительны и что взя-
тая въ семейство проститутка должна продолжать свой промыселъ;
иногда даже родители только затЪмъ и берутъ ее, чтобы пользовать-
тя ея выручкой.
Множество мужей, женившихся на проституткахъ, торгуютъ сво-
ими женами; друпя жены проститутничаютъ сами собой, для попол-
нен1я своихъ скудныхъ бемейныхъ расходовъ.
Поступивш1я въ магдалинсшя убежища также выходятъ изъ нихъ
кь родителямъ^ пристроиваются къ мЪсту, множество вскоре же по-
слЪ поступлешя выгоняются за неповиновен1е дисциплине и т. д.
ВсЬхъ ихъ ожидаетъ та же участь, какъ и тЬхъ, которыя выписы-
ваются, не поступая въ уб^иш,а. Мораль магдалинскихъ прштовъ,
какъ бы она ни была вл1ятельна, остается безсильною таиъ, гд:Ь воз-
вышаетъ свой голосъ убШственная нищета.
И безъ магдалинской морали, какъ мы вид^Уш, большинство про-
ститутокъ чувствуютъ такое отвращеше къ своему промыслу, какого
наверно не им^ютъ всЪ эти нравственные учителя уб:Ьжищъ, неиспы-
тавпие, что значитъ торговать порокомъ....
Наконецъ известный процентъ выписанныхъ изъ проститущонныхъ
558
кппгъ :котп1Ц1пъ посту[1аетъ иъ ряды содержатольпицъ публичныхъ
домовъ.
Итакъ, выписка проститутокъ, какъ бы она ни .была значительна,
отнюдь не говорить объ оставлеши разврата не только всЬми внпп-
санпыми, по даже значительною пхъ частью. Изложенныя нами сей-
часъ апрторныя разсужден1я вполн'Ь подтверждаются статистическими
данными, свид'Ьтельствующими, что выписанныя нубличныя женщины
вскор'Ь же посл^^ своей выписки находятся вынужденными снова при-
няться за проституц1Ю. Йзсть читатель взглянетъ на приведенную
нами выше таблицу о парижскихъ проституткахъ, внписанныхъ въ
1845 — 1854 г.; вс1>хъ нхъ выписано 9,983; исклгочпмъ иэъ этого чи-
сла умершпхъ и пр1обр'Ьтшихъ средства къ жизни, т. е. лицъ, отъ
которыхъ нельзя уже ждать возвращетя къ проституц1и, останется
8,889. Пзъ нпхъ втеченхе того же пер10да уличены въ проститущп
полищей и снова записаны въ простйтушонныя книги 4,507, т е.
бол^е половины! А зная, какъ безсильна самая лучшая полицк въ
д'Ьл1^ высл'Ьживанья тайной проституд1и, мы им'Ьемъ полное право
предполагать, что и изъ остальной половины если не всЬ, то во вся-
комъ случа'Ь большая часть обрап1;аются къ тайной простнтущн. Въ
особенности это нужно сказать о той, самой многочисленной катего-
р1и выписанвыхъ, которыя значатся изчезнувшими изъ виду нолищи.
Он* рыскаготъ по разнымъ м*стностямъ, и на родин* и заграницей,
промышляя по прежнему развратомъ. Около половины ихъ скоро по-
падаетъ снова подъ контроль полищи. Изъ 5,433 женщинъ, нз^ез-
нувшихъ такимъ образомъ изъ виду парижской полиц1П, уличено въ
продажномъ разврат* и поэтому снова внесено въ проститущонння
книги:
Въ первый же годъ по изчезновенш 1,415
Во второй — — — — ...... 526
Въ третШ — — — — 125
— четвертый — — — 48
— пятый — — — 3
— шестой — — — 4
— седьмой — — — 3
— восьмой — — — 2
И самое большое число ихъ (260) поймано на разврат* въ пер-
вые же четыре м*сяца.
Н*кот6рыя выписываются очень часто, но тавъ оплошны, что по*
падаются снова каждый почти разъ поел* нхъ выписки. Это нужно
сказать въ особенности о т*хъ проституткахъ, которыя выписываются
всл*дств1е ихъ высылки администращей на родину. Мнопя иэъ нихъ
возвращаются тотчасъ же въ городъ, только другою дорогою н снова
559
— — _ л
иопядаются полтей па своемъ промнсл'Ь; въ ПарижФ^, тавпмъ обрл-
зомъ,
4 были арестованы 6 разъ 5 были арестованы И разъ
2 Ч 2 14
7
»
г»
8
я
1
9
я
2
10
я
1
16
я
3
17
я
1
18
я
1
10 „ „ 10 „ 1 , „ 15 „
^ Я Я 16 » 3 „ „ 19 „
3 я я 1 ' я 1 я я 23 „
^Я. я 1^5 Я^Я я 32 „
Следовательно, изъ выписанныхъ проститутокъ перестаютъ аани-
маться своимъ проиысломъ одн'Ь только унерш1я, да разв'Ь еще край-
не незначительное число изъ выписанныхъ по вс^иъ другимъ причп-
намъ, кром'Ь смерти. Для громаднаго зе большинства проституц1я
служить Бавимъ-то заколдованнынъ кругомъ, въ которомъ должна
в^^къ свой вращаться женщина, по временамъ и только на коротше
сроки вырываясь изъ него, загЬиъ снова возвращаясь въ него же ег
продолжая такимъ образомъ вплоть до окончашя своей многостра-
дальной жизни.
УШ.
Вс^ современные и прежнхе законы, изданные съ ц'ккью вскоре-
нен1Я или ограничен1Я проститущи, вся энергическая деятельность
европейской администрацш, клонящаяся къ тому же, — все это въ
большинстве случаевъ безсильно противъ зла, пррождаемаго глубо-
кимнГ'соцгальными причинами. Многочисленные законы и распоряже-
шя, спещально посвященные проституц1и, стремятся по возможности
противодействовать распространешю порока и сифилиса. Но ихъ по-
пытки большею част1ю не удаются да и не могутъ удаваться. Напр.,
во всехъ почти государствахъ признается безнравственнымъ выдавать
проститущонные билеты на право промысла развратомъ малолетнимъ
дёвушкамъ и замужнимъ женщинамъ. И не выдаютъ: но изъ этого
выходить только воть что. Малолетней отказали въ записи, черезъ
несколько дней ее ловятъ на продажномь разврате, подвергаютъ
аресту, увещеваютъ исправиться; она снова просить проститущонный
билетъ, ей снова отказывають, снова ловятъ за тайную проституцш
и т. 'Д., до техъ поръ, пока полищя не выдастъ ей би.;ета. Это слу-
чается постоянно. Друпя меры — уже чисто репрессивныя — имеють
целью затруднить какъ самое вступлеше въ проститущю, такъ и
занят1е ею. Таковы налоги на проститутокъ, — этотъ остатокъ стари-
ны, когда государство обращало поронъ въ статью дохода. Въ Гам*>
560
бургЪ, напр., проститутка ежемесячно должна платить, сиотря по
своему классу, отъ 5 франковъ и 70 сант. до 1 фр. 90 сант.; обпцй
доходъ Гамбурга отъ^проституцш 22,560 — 26,320 фр. въ годъ. Въ
Брюссел^^ содержательницы публичнихъ домовъ еасен&сячно вноеатъ
въ казну отъ 5 до 78 франковъ н т. д. При бедности большинства
публичныхъ женщинъ подобные налоги безчелов'Ьчнн, столь же беа-
челов']^чны, какъ и поступокъ французской администращи, которая,
ревнуя о нравственности, запретила въ Париж'Ь устроенную некото-
рыми филантропами, вспомогательную кассу, кото^^ая могла бы под-
держивать проститутокъ во время ихь болгьэни и старости. Помогать
больной и безсильной старухе, изволите ли видеть, безнравственно,
и такую мысль высказываетъ правительство, называющее себя хри-
стханскимъ!... Чтобы можно было судить о стеснея1яхъ, которымъ,
большею частью напрасно подвергаются проститутки, мы приведемъ
зд^сь несколько выдержекъ изъ французекаго устава о проступкахь
и преступлешяхъ публичныхъ женщинъ, влекущихъ за собою наказа-
ше виновныхъ. Преступлетя: 1) Находиться въ запрещенныхъ для
проституцш м^стахъ. 2) Показываться на уляц^ въ недозволенные
часы. 3) Лежать въ пьяномъ виде на улицахъ и вообще публичныхъ
м^стахъ. 4) Просить пристанища въ военныхъ постахъ. 5) Прогули-
ваться по улицамъ днемъ тихими шагами и пристально смотреть на
мужчинъ. 6) Не быть въ публичномъ доме въ часы, для визитовъ наз-
наченный. 7) Просить милостыню. 8) Ходить съ открытой головой и
шеей и т. д. При несуществованш большей части подобннхъ правилъ
общественная нравственность нисколько не страдала бы, а между
темъ они гнетутъ проститутокъ и, возбуждая въ нихъ постоянння
сопротивлешя и нарушешя, плодятъ только число наказуемыхъ про*
ступковъ и нисколько не уменьшаютъ разврата. Эти меры такъ же
действительны, какъ и меры, приннмавш1яся прежде и еще недавно
противъ сифилиса. Въ Л1оне, напр., до начала нынешняго столет1Я,
женщины, заболевш1я сифилисомъ, подвергались вместе съ лечешемъ
въ больнице и жестовимъ наказашямъ, бритью головы и т. п. То же
самое было и вт^ другихъ городахъ, а у насъ въ Росс1и до настоя-
щаго царствован1я зараженныхъ сифилисомъ солдатъ сначала пороли,
а потомъ начинали лечить! Даже въ современной Европе до сихъ
поръ сохранилось какое-то нелепое предубеждеше противъ сифилиса;
напр., во Францхи администращи часто представляются проекты част-
ныхъ людей о мерахъ для лредупреждешя венерической заразы; но
давать ходъ такимъ проектамъ администрац1Я считаетъ „скандадь-
нымъ и безнравственнымъ", и потому отвергаетъ все ихъ1 (Рагеп!, II,
340 — 356). А между темъ эта болезнь, трудно излечимая, съ каж-
дымъ годомъ распространяется все больше и больше, и общество да-
же не подозреваетъ, до какой степени проела его венера... Въ Вели-
Ёобрвтанш, по вс^къ достовЪрнымъ во^йсленшиъ д-ра Го^гленДД,
ежегодно заражаются сифгмисомь 1^652,^500 челое^ькь/».. Главное сЬ-
да1шце сифилиса — больш1е города, особенно приморсше, посредствомъ
которыхъ Европа постоянно м'Ьндется своей венерой съ Азхей и Аме-
рикой. Жаннель вытасляетъ, что на 28,395 иностранныхъ корабляхъ,
ежегодно приплывающихъ во Франц1Ю, находится не жев^ 15,000 си-
филитиковъ, распространяющихъ 'заразу во французсБихъ гаваняхъ.
Въ 1862 и 1863 годахъ англШская аршя ежегодно илгЬла на 1,000
челов'ЬБЪ, 318 сифилитнвовъ, въ 1864 году — 390, а до 1851 года въ
ней было на 1,000 тольбо 181 сифилитикъ. Въ англШскомъ флот:Ь,
стоящемъ у береговъ, на 1,000 чел. сифплитивовъ до 1851 года еже-
годно было 134, а въ 1862 г.— 143. Во французсЕОЙ армш въ 1864 г.
на 1,000 чел. сифилитиковъ было 108. Рабоч1е страдаютъ отъ сифи-
лиса не мен^е солдатъ и матросовъ, а въ нижнихъ слояхъ проститу-
щи нер'ЬдБО случается, что 1 зараженная приходится не бол^е какъ
на 3, даже на 2 публичныхъ женщины. Въ Бордо въ 1852 г. на 100
проститутокъ приходилось 24 сифилитБи, а на 307 таиныхъ прости-
тутовъ, уличенныхъ полищей въ 1863 — 1866 г., 241, т. е. 78 на 100
еще до своей записи были больны венерой по одному или по не-
скольку разъ. Тайныхъ проститутокъ заражается и бол'Ьетъ венерой
гораздо больше, чЪмъ записныхъ, а проститутокъ непотребныхъ до-
мовъ гораздо больше, ч^^жъ проститутокъ самостоятельныхъ. Вотъ
таблица, относящаяся къ Парижу:
Гожн Проститутокъ въ домахъ Проститутокъ Самостоятель- Незаписан-
1845
1846
1847
1848
1849
1850
1851
1852
1853
1854
п въ юнахъего
Парнха. „ нихъ. ннхъ.
ОЕрестяостей.
сефилиства на 142 1 свф. на 59 1 сиф. на 261 1 сиф. на 6
„ 151 1 „ , 53 1 , „ 183 1 „ ,6
„ 154 1 , „ 51 1 „ „ 350 1 „ ,6
„ 125 1 , , 37 1 , . 181 1 , ,5
128 1 , „ 44 1 , „ 200 1 , „б
148 1 , , 47 1 , > 142 1 „ ,5
198 1 , , 60 1 , , 180 1 „ ,5
184 1 , „ 75 1 , , 349 1 , „б
183 1 , „ 122 1 „ „ 402 1 „ ,5
176 1 . . 102 1 » . 376 1 . ,4
Я Я
Я я
Сл'Ьдовательно, б^дныя проститутки окрестностей заражаются поч-
ти втрое больше, ч^мъ женщины бол'Ье зажиточныхъ кварталовъ.
Деспотизмъ содержательницъ, заставляющихъ своихъ д:]Ьвушекъ „ра-
ботать" безъ устали, производитъ то, что посл4дтя заражаются поч-
ти вдвое больше, ч-Ьмъ проститутки самостоятельный. Изъ такихъ же
проститутокъ, арестованныхъ въ Париж* въ 1816 — 1828 г., на
3,110 приходилось сифилитокъ 814, т. е. 1 на 3,82, а въ 1857 —
36
562
18бб>. на 19,560 арестованнихъ было 4,370 больппхъ спфйМСбШ.
Въ Страсбург* (1853 г.) на 100 тайныхъ проститутокъ было 83 си-
фвлит|{и. Въ Бордо было:
Въ Въ Въ
1858 г. 1863 г. 1866 г.
На 1 00 проститутокъ больнь4?съ венерой
изъ задпсанныхъ ^ . 2,26 1,77 1,63
На 100 проститутокъ больныкъ венерой
изъ незаписанныхъ или тайныхъ. . . . 49,26 23,06 27,24
Въ Лондон'^ и другихъ большихъ городахъ Британской имперш,
по Жаянелю, число зараженныхъ проститутокъ превосходить 50 на
100.
Д']^ти страдаютъ отъ сифилиса въ очень значнтельномъ количест-
В'Ь. Въ Париж* въ лурсинскомъ госпитале въ 1835 — 1844 г. лехало
венерой — 644 мальчика и 1,054 девочки, въ 1845—1855 г.— мальчн-
ковъ 556, д-Ьвочекъ 878.
Сифилисъ, какъ доказываютъ несомненно статистическ1я св*д*-
Н1Я, которыхъ, однакожъ, ради краткости, мы приводить не будемъ,
за*даетъ преимущественно бЪдныя массы народа, которымъ лечить-
ся отъ него и некогда^ и не на что, среди которыхъ иногда па 3
здоровыхъ проститутки приходится 1 больная, въ которыхъ мы вн-
димъ д*тей, заразившихся отъ полового сношен1Я съ детьми же, и ц*-
лыя покол^нгл, который зачаты, рождены и въ свою очередь зачи-
наютъ и рождаютъ д*теи въ сифилпсЬ... Если бы эта болезнь была
смертоносна, то Европа скоро превратилась бы въ безлюдную пусты-
ню; но отъ сифилиса умираютъ мало. Въ лурсинскомъ госпитале, въ
Париже, умирало сифилитиковъ:
Въ 1792— IX г 1 на 48 больныхъ.
„ 1805-1814 г 1 „ 67,24
„ 1815—1824 „ 1 „ 57,46
„ 1825—1834 „ 1 „ 88,58
„ 1835—1844 „ 1 „ 97,35 „
, 1845-1865 „ • • 1 « 71,69
Въ Марсели въ 1852—1856 г. изъ 3,547 проститутокъ, лечивших-
ся отъ сифилиса, въ больниц* умерло 29. Въ Нант4 въ 1845 —
1855 г. изъ 2,484 больныхъ умерло 26.
Но эта несмертоносная бол'Ьзнь т-Ьмъ не мен'Ье распространяется
съ ужасающею быстротою и въ сотняхъ своихъ видоизмйнешй бол*е
п бол*е разрушаетъ и физическое и нравственное здоровье народовъ.
И если современное течен1е д4лъ не изменится, то что будетъ съ
Европой л'Ьтъ черезъ пятьсотъ, не будетъ ли ея народонаселеше по-
головно заражено венерой, не будутъ ли женщины рождать д*тей,
страдающихъ съ перваго же своего появлешя на св*тъ разнымъ ху-
563
досощемъ, золотухой, слабостью всего организма, англШскою болез-
нью, насл^дственнымъ сифилисомъ? Много пишется проектовъ и
внигъ объ искореши сифилиса и ограничеши нораждающей его про-
ститущи, но все это остается безплоднымъ толчешемъ воды *). И
луш11е изъ писателей, изсл:Ьдовавшихъ этотъ предметъ, говорить,
вм'ЬстЪ съ Паранъ-Дюшатле, что „проститущя неизбежна, что она
суп^ествовала и все1да будешь с^гцествовать въ большихъ городахъ,
потому что, подобно нищенству, подобно игр'Ь, она служить промыс-
ломъ и спасительнымь средствомъ оть голода*'.
>^Все уб^ждаетъ нась въ томъ, что цивилизованный М1рь не мо-
жеть повторить истор1и Китая и остановиться на современной ступе-
ни своего соц1альнаго прогресса. Бедность и нев'Ьжество народныхь
массь, рабство женщины, войны и другхе подобные факторы народ-
наго раззорешя — рано или поздно должны изчезнуть сь лица циви-
лизованной земли; тогда, и только тогда проституц1я будеть невоз-
можной, а сифилисъ и друг1е бичи челов:Ьчества сданы будуть въ
архивъ исторш. Въ Европе н']^ть уже ни такого суев'Ёргя, ни такого
всевластнаго духовенства, какъ въ древности, поэтому въ ней н^тъ
и релипозной проствтущи. Власть родителей и мужа значительно
ослаблена, рабовладельцы уничтожены, — и меньше проститущи до-
машней. Вселенск1Й деспотизмъ римлянъ, Клавдхи и Нероны невоз-
можны более почти ни въ одной европейской стране, равно какъ не-
возможно, подобно Римуу ограбить весь м1ръ; поэтому Европа и не
видела никогда у себя ни разврата, ни проститущи въ техъ разме-
рахъ, въ каких ъ они были созданы всевластнымь деспотизмомь веч-
наго города и нищетою умиравшаго съ голода, покореннаго и ограб-
леннаго М1ра. Человечество, следовательно, мало-помалу побораеть
принципы, служащ1е врагами и разрушителями его счаст1я...
^) Въ }к^ «Отечественны хъ записокъ» 1869 года въ анонимноб статье о ирости-
туц!! авторъ рекомевдуетъ вернуться ко вреиенаиъ амудраго Солона», уничтожить
частные непотребные доха и от&рывъ казенные, подъ уарав1ен1емъ спец1альннхъ
чиновннковъ, сделать проститущю государственвнмъ учрегдевхеиъ!...
6в*
ПРИЛОЖЕШЕ.
РАВНОПРАВНОСТЬ ЖЕНЩИНЫ
ВЪ АМЕРИК -в.
РАВНОПРАВНОСТЬ ЖЕНЩИНЫ ВЪ АМЕРНБФ.
МЙА#«АМ«М«*АМ«ММММ«^
Ршчьу произнесенршя Д. У. Куртппомъ вь нью^йоркскомь копститупгон'
но,иъ собрачш, 19^ го тля у 1867 I. ')
(Куртисъ пре.иожилъ следующую попрапку къ кпнстптушн штата: «исключить пзъ
перваго отд1>1а слово «мужчина*, п пезд1г, гд^э стоитъ въ этомъ отл'ЬлЪ «оиъ» при-
бавить: «или она»; гд-Ь — «его», прпбанить: «или ей»).
•
Предлагая перемокну, столь новую въ нашсВ полптачесвой прак-
тиБ']^, но столь согласную съ духомъ и прапципяни нашего управлен1я,
я долженъ тольБО показать, что она не протпвна разуму н не опасна
для государства. Однакожъ, я чувствую себя въ нЬскольво затрудни-
тельномъ положен и, пбо въ то время, Бакъ существенныя основашя
предлагаемой перем'Ьны вполн-Ь лены для меня, возражен1Л на ннхъ
представляются пустыми и неопред'Ьленными. Съ форма1ьнаго откры-
Т1Я дебатовъ но этому вопросу въ нашей стран'Ь, на конвент:Ь 1848 г.,
и вплоть до настояш;аго времени, опаознщя этому движешю, насЕолько
я знаБомъ съ нею, была только повторешемъ изв^Ьстныхъ традпщон-
ныхъ предразсудковъ или протестомъ одной сантиментальности, а спо-
рить съ ними все равно, что сражаться съ зараженнымъ воздухомъ
или состязаться съ восточнымъ в'Ьтромъ. Я, право не понимаю, по-
чему комитетъ шгЛшигь фразу: „жители мужскаго пола, или граж-
дане^, которая обыкновенно употребляется въ конститущонныхъ ого-
воркахъ, ограничивающихъ избирательныя права. Въ настоящемъ
случа'Ь слово „челов']Ькъ" темно; оно, безъ сомн']^шя, относится и къ
женщинамъ, точно также, какъ и слово „родъ челов'Ьчесюй". Но ц'Ьль
оговорки очевидна, и докладъ комитета д'Ьлаетъ ее несомненною.
|).Въ иеревод-Ь сокращена.
568
Если бн члены комитета захотели сказать прямо то, что они выразили
не прямо, то одиннадцатый параграфъ читался бы такъ: „пдхотн, су-
масшедш1е, лица состояпце подъ опекой, преступники, женщины и
лица, уличенныя въ подкупности не пользуются избирательными пра-
вами''. Въ своемъ докладе комитетъ не объясняетъ намъ, почему онъ
женщинъ Нью-Йорка въ политическомъ отношеши ставитъ въ одинъ
разрядъ съ идютами и преступниками. Онъ утверждаетъ только, что
|бщее освобохдеше женщины было бы нововведетемъ,— что справед-
ливо относительно каждаго шага политическаго прогресса и, поэтому,
говорить въ его пользу; дал^^е, комитетъ выражается такъ, что хо-
четъ сказать, будто бы такое освобождеше несогласно съ женствен-
ностью, — это только предвзятое предположеше и предразсудокъ. Я же-
лаю знать, господа, и спрапгаваю во имя политической справедливости и
благосостоян1я этого штата, почему ц'^лая половина взрослыхъ жите-
лей, которая столь же жизненно заинтересована въ хорошемъ упра-
вленш, какъ и другая половина, которая влад^етъ собственностью,
управляетъ своимъ имуществомъ, платитъ налоги, которая освобож-
дена отъ вс'Ьхъ обязанностей добрыхъ гражданъ, хотя и обладаетъ
полнымъ разумомъ и способностями, — почему она безусловно лишена
политическихъ правъ и поставлена въ одинъ разрядъ съ сумасшед-
шими и преступниками? Мальчикъ сд'Ьлается мужчиною и избирате-
лемъ;^;сумасшедш1й "можетъ выздороветь и получить свои права; ида-
отъ, способный къ развитш подъ благотворнымъ вл1ЯН1емъ нокЬйшей
науки, можетъ образоваться въ полноправнаго гражданина; преступ-
никъ, руки котораго обагрены кровью его страны и свободы, можетъ
быть прощенъ и возстановленъ въ правахъ; но ни возрастъ, ни муд-
рость, ни особенный способности, ни общественный заслуги, ни уси-
Л1Я, ни пламенное желаше, — ничто не можетъ изба^ть женщину отъ
этой ненормальной и чрезвычайной неправоспособности! На какихъ
же разумныхъ основашяхъ утверждается этб? Да ни на какихъ! Это
противно естественной справедливости, общепризнаннымъ традшцон-
нымъ началамъ американскаго управлен1я и рац10нахьной политиче-
ской фплософ1и. Абсолютное лишенге женщины политическихъ правъ
въ этомъ штате есть просто узурпащя. „Въ каждомъ в^к^, въ каж-
дой стран!" — говорить около ста лЬтъ назадъ историкъ Гиббонъ —
„мудр^йшШ или, по крайней м^р!, сильнейшгй изъ двухъ половъ,
узуриировавъ себ-Ь государственный права, предоставлялъ другому полу
одни только заботы и удовольств1Я домашней жизни^.
Истор1я показываетъ намъ, чго узурпирующШ классъ, какъ его на-
зываетъ Гиббонъ, всегда регулировалъ положеше женщины на осно-
ваши собственныхъ своихъ теор1й и интересовъ. Варваръ-персъ, напр.,
наказывалъ смертью обиду, нанесенную его женЬ, но поступалъ такъ
не ради ея самой. Она была частью его. И цивилизованный ангдича-
569
нинъ Блекстонъ только повторяетъ этого варвара-перса, когда гово-
рить, что мужъ и жена составляютъ одно лицо — супруга. Господа,
было би чрезвычайно забавно^ если бы только бе било грустно, про-
сл^Ьдить результаты, вытекающ1е нзъ этой теоргн для человЪческаго
общества и неочастное вл1ЯН1е на прогрессъ цивилизацш этого болЪз-
неннаго предпочтешя мужскаго пола. Гпббонъ приводить одинъ инте-
ресный при1гЬръ этаго, а о другомь привгЬрЪ до сихь порь напоии-
наетъ духь англ1йскихь законовь о развод'Ь. Вь РимЪ быль храмь,
посвященный богинЬ покровительнице иира брачной жизни. „Но уже
одно ея назваше У1пр1аса, — умилостивительница мужей, — показы-
ваеть^, говорить историкъ, „что раскаяше и подчиненхе всегда тре-
бовалось отъ жены^, какь будто только она одна подавала поводъ кь
раздорамъ. Въ изданной въ 1632 г. книНЬ: „Ьа^'в Ве8о1ииоп о( УТ^о-
теп'8 Ш^Ь^з'* анонимный и пр1ятный авторъ говорить вь несколько
насм'Ьшливомъ тонЪ: „несомненно, что мужчина и женщина состав-
ляють одно лицо, но нужно знать, какимь образомь. Когда неболь-
шой ручей или маленькая рЪчка впадають вь Роданъ, Гумберь или
Темзу, то бедный потокь теряетъ свое назваше: онъ вполне соеди-
няется со своимъ новымь товарищемъ, у него нетъ своей отдельной
свлы, онь не имееть ничего своего, будучи покрыть рекою. Жен-
щина, коль-скоро она выйдеть замужь, называется соVе^^^ по-латыни
пир^а, т.-е. покрытая, какь будто она закрывается облакомь и обо-
лакивается тенью; она терпеть свое собственное течете; ея госпо-
динь делается ея новымь л, ея спутникь — ея владыкой. Воть осно-
ваше тому, что женщины не имеють голоса вь парламенте, не уча-
ствують вь составлети законовь, ничего не утверждаютъ своимь со-
гласхемь, ничего не отвергають своимь несоглааемь. Все они счи-
таются или женами или кандидатками вь жены и все ихь желан1я
принадлежать ихь мужьямь**.
Изь этой теорш древняго общества, что женщина вь сощальномь
отношенш составляеть низшую и подчиненную часть мужчины, выте-
каеть та система законовь о женщинахь, которая теперь такь быстро
изменяется вь каждой цивилизованной стране; между Имь, упомяну-
тая теор1я, какь традищонный предразсудокь, упорно держится вь на-
шихь политическихь обычаяхь. Но государство, которое, подобно
нью-йоркскому штату, признаеть за всеми своими членами равенство
индивидуальныхь правь, объявляя, что никто не можеть быть лишень
ихь иначе, какь закономь страны или судомь своихь равныхь, — ко-
торое признаеть женщинь собственниками и плательщиками налоговь,
ответственными гражданами, — такое государство уже совершенно от-
казалось оть старой феодальной и языческой теорхи и поэтому не
имееть ни малейшаго права поддерживать основаннаго на ней вре-
доноснаго порядка вещей. Достопочтенный и красноречивый джентль-
570
ненъ отъ Онондаги свазалъ, что онъ согласенъ на всякое расшире*
ше свободы, если только оно безопасно для государства. Я совершенно
согласенъ съ нимъ, господа, и комитетъ, предполагая сохранить не-
ключительное ноложеше женщннъ, обязанъ былъ показать, что без*
правность женскаго пола необходима для благосостоянхя и безопасно*
сти государства. Комитету нечего спрашивать у меня о тЪхъ основа-
Н1яхъ, въ силу которнхъ я требую расширен1Я свободы. Я указываю,
господа, на тотъ фундаментъ, на которомъ основана эта свобода, и я
требую освобояЕдешя хенщинъ на томъ основаши, что какЕЯ бы то
ни было политичесюя права, которыми владЪютъ мужчины, должны
равнымъ образомъ принадлежать и женпцинамъ.
Я не желаю вдаваться въ интересный вопросъ о происхождеши
управлешя. Если н'Ькоторые утверждаютъ, вмЪстЪ съ почтеннымъ
джентльменомъ отъ Брума, что естествепныхъ политическихъ правъ
вовсе н^тъ и что никто не родился избирателемъ, то я не буду оста-
навливаться, чтобы спорить съ ними; но такъ какъ достопочтенный
дхентльменъ отъ Брума по своей професс1и медикъ и хирургъ, то я
напомню ему, что если никто не родится избирателемъ, то никто не
рождается и взрослымъ челов'Ькомъ, ибо каждый челов-Ькъ родится
ребенкомъ. Но онг рожденъ съ правомъ безпрепятственно сд'Ьлаться
взрослымъ челов^комъ, и я спрашиваю почтеннаго джентльмена, какъ
американскаго гражданина и политическаго мыслителя, — если никто
не рождается избирателемъ, то ужели не рождается каждый челов1^къ
съ правомъ сд&[аться избирателемъ на одииаковыхъ правахъ съ дру-
гими людьми? Еакой же другой смыслъ можетъ им^Ьть фраза, которую
я нахожу въ понед'Ьльнимномъ номер'Ь нью-йоркской „Трибуны" и ко-
торая такъ часто раздается зд-Ьсь: „главною основою управлешя слу-
житъ равенство правъ вс^хъ грпжданъ".
Я думаю, ВС* мы согласны, что есть н+.которня естественныя права.
Этотъ л'Ьтнзй воздухъ, который такъ благорастворенно дышнтъ на
наше ежегодное нацхональное собранхе, звучитъ еще т*мъ краснор4-
Ч1емъ, къ какимъ упомяиутыя права были провозглашены нашими от-
цами. Изъ вс4хъ пламенныхъ р^чей того времени я приведу слова
Александра Гами.тьтона, сказанный имъ въ отв-Ьтъ одному тори: „свя-
щенныхъ правъ челов4ческаго рода нечего искать въ старыхъ перга-
менахъ или покрытыхъ пылью граматахъ. Они написаны рукою самого
Божества во всей книг* человеческой природы и не могутъ быть из-
глажены или затемн'Ьны никакою силою смертнаго". Бъ сл'Ьдующемъ
году Томасъ Джеффорсонъ изложилъ политический символъ в^ры на-
шихъ отцовъ въ Великой Декларащи, слова которой звучать во всю
исторш гЬхъ дней. Какъ лира Амфюна воздвигала ст^ны города,
такъ подъ музыку этихъ словъ американская цивилизац1Я подвигается
постепенно на свою настоящую арену. Наши отцы стояли на техни-
571
ческой легальной почв'Ь, когда началось столкновеше съ Великобри-
тан1ей; но когда тирантя завлад'Ьла этой почвой, они естественно
поднялись, какъ бы въ бол^е чистые слои воздуха, въ сферу основ-
ныхъ истинъ. Угнанный бурею изъ виду земли моракъ править по
звЪздамъ; и наши отцы, будучи принуждены изслЪдовать всю сово-
купность сощальныхъ правъ и обязанностей, основали свое управле-
ше на томъ, чтб называлось у нихъ очевидными истинами, и Декла*
ращя независимости была не страстнымъ манифестомъ револющонной
войны, но спокойнымъ и простымъ изложешемъ новой политической
философ1и и практики*
Права, который они объявили неотчуждаемыми, обыкновенно на-
зываются естественными, въ отличае отъ политическихъ правъ, но они
не ограничиваются поломъ. Женщина им^етъ такое аке точно право
на свою жизнь, свободу и собственность, какъ и мужчина, а слЪдо*
вательно, она имбетъ такое же право, какъ онъ, и да равное покро-
вительство; въ этомъ-то, по моему, и заключается смыслъ словъ „право
голоса". Если я лж^ж> естественное право на эту руку, то я имЪю
такое же естественное право на все, что сод^Ьйствуетъ мн^Ь пользо-
ваться ею; если я им^ю естественное право на свою жизнь и сво-
боду, то я им'Ью точно такое же право на все, что покровительствуетъ
этой жизни и свободе и ч^^мъ пользуются друпе люди. Я прошу мо-
его уважаемаго друга, докладчика комитета, указать на какое-нибудь
право, которое Богъ даровалъ и ему и мкЬ, и на гарантш этого пра-
ва, которую бы Богъ далъ ему, но не далъ мн'&. Тотъ же самый во-
просъ я предлагаю и за вс^хъ женщинъ нашего штата. Ужели онЪ
имЪютъ мен']^е естественныхъ правъ на жизнь, свободу и собствен-
ность, ч-Ьмъ мой достопочтенный другъ, докладчикъ комитета, и мо-
жетъ ли онъ отказать последней изъ этнхъ женщинъ въ той гаран-
Т1И этихъ правъ, на которую онъ притязаетъ самъ? Н'Ьтъ, господа,
естественное, или, какъ мы назынаемъ, гражданское право и его по-
литическая гарант1я неразрывно связаны между собою. Такова была
строгая логика револющи. Лордъ Гоуеръ зубоскалилъ въ парламент*
надъ американскими колонистами: „пусть американцы болтаютъ о сво-
ихъ естественныхъ и божественныхъ правахъ... Я стою за насиль-
ственное введете этихъ мйръ**. Д-ръ Джонсонъ рев'Ьлъ намъ черезъ
атлантическ1й океанъ, чуо „обложенхе налогами еще не тиранн1я".
Джемсъ Отосъ говорилъ за Америку, за здравый смыслъ, за в'Ьчную
справедливость: „н*тъ ннкакихъ достаточныхъ основан1Й, въ силу ко-
торыхъ бы каждый челов'Ькъ, обладающ1й здравымъ умомъ, не дол-
женъ им!Ьть голоса при выбор* представителей. Если известное лицо
им'Ьетъ слишкомъ собственности, чтобы нуждаться въ особенномъ по-
кровительстве и защит* ея, однакожъ его жизнь и его свобода что
нибудь да значатъ!.." И еще задолго до Джемса Отиса лордъ Сом-
572
иерсъ говорилъ въ палате общинъ, что право голоса есть едннствен-
но верная гарант1Я, которая обезпечиваетъ жизнь н собственность ан*
гдичаннна.
Каждый челов^Ькъ, тавимъ образомъ, рождается со справедливнмъ
притязатеиъ на такую же гарантио своихъ естественннхъ правъ, ка-
кою пользуются друпе люди. Практичесшй вопросъ тутъ заключается
только въ тоиъ, какинъ наилучшимъ способомъ ножетъ бнть дости-
гнута эта гарант1я, и это вопросъ управлен1я, которое, согласно Де-
кларащи, установлено для огражден1Я упомянутнхъ правъ. По бри-
танской теор1и они могутъ бнть гарантирована гораздо лучше раз-
витымъ иеньшинствоиъ, ч^иъ нев'Ьжественною и страстною массой.
ВсякШ, конечно, согласенъ, что управлеше лучшихъ есть лучшее
управлеше; вопросъ только въ тонъ, какъ найти этихъ лучшихъ?
Наши отцы на вопросъ о лучшеиъ и в'ЬрнЪйшемъ обезпеченш есте-
ственныхъ правъ отвечали своею знаиенитою фразою — „согласхе управ-
ляемыхъ^. То-есть, коль-скоро каждый челов4^къ рождается съ оди-
наковыми естественными правами, то онъ им^Ьетъ и право на обезпе-
чен1е ихъ, одинаковое со всЬми другими людьми; и коль-скоро это
обезпечеше заключается въ правительств'Ь, то здравый смыслъ и опытъ
требуетъ, чтобы каждый челов']Ькъ им&лъ свой голосъ въ управлеши
на совершенно одинаковнхъ и ц'Ьлесообразныхъ услов1яхъ, которыя
бы не были необходимо и безусловно недостижимы для .какой бы то
ни было части народонаселешя.
По справедливости, эти услов1Я не могутъ быть произвольными. Но
аргументъ достопоятеннаго джентльмена отъ Шенектади и аргументы
другихъ, которые отд'Ьляютъ правительство отъ общества, клонятся
къ тому, что государственные д'Ьятели могутъ принимать и исклю-
чать по своему произволу, что они могутъ установлять совершенно
произвольный различая, основанный на цв^тЬ кожи, пол^Ь, росгЬ, в%с%
и т. д. Такова суш;ность теорги мистера Дугласа о главенстве скуат-
теровъ, утверждающей, что большинство б'Ьлыхъ поселен цевъ мужскаго
пола на изв'Ьстной территор1и мохетъ лишать вс^хъ правъ меньшин-
ство цвЪтныхъ жителей, и что она им^етъ полное право такъ дМ-
ствовать... Грубая сила, господа, можетъ кое-что сделать; но мы го-
воримъ зд^сь о правахъ, и притомъ о правахъ, гарантируемыхъ на-
шимъ управленхемъ, и я отрицаю, что народъ нью-йоркскаго штата
можетъ по справедливости, т.-е. согласно съ здравымъ разумомъ и вы-
текающими изъ него принципами нашего управлешя, — ^:что онъ мо-
жетъ навсегда лишать голоса въ управлеши известный классъ лнцъ
или какое бы то ни было лицо, если только не будетъ ясно доказано,
что ихъ участ1е въ политической власти опасно для государства. „Въ
сред'Ь^развитаго и цивилизованнаго народа — говорить Джонъ| Стю-
артъ Мид^ь — не должно быть никакихъ пархевъ, ннкакихъ лицъ,ко*
—
1Ч)рне бн1и бы лишеш! йравъ иначе, какъ по яхъ собственной вяв%..«
Каждое лицо лишается правъ, — сознаетъ оно это или н^тъ, — коль-
скоро друпе люди присвояютъ себЪ неограниченную власть распоря-
жаться его судьбою. Поэтому, не можетъ быть достаточно удовлетво-
рительнниъ тотъ норядокъ народнаго голосоватя, который устраняетъ
известное ЛИЦО или известный классъ, и въ которокь избирательное
право не предоставлено ъсЬжь желающииъ сбвершеннол^Ьтнимъ лю-*
дямъ^. Томасъ Геръ, одинъ изъ даровитМпшхъ политическихъ:;]гасли-
телей нашего времени, говорить, что во всЪхъ случае хъ, когда жен-
щина удовлетворяетъ требовашямъ, налагаеиымъ на мужчину, — „н^Ьтъ
никакого достаточнаго основатя лишать ея правъ народнаго предста-
вительства. Это лишете является остаткомъ феодальныхъ законовъ и
не гармонируетъ съ другими гражданскими учреждешями страны**.
Докладчикъ комитета спрашиваетъ у миссъ Энтони, если избира-
тельное право есть право естественное, то можно ли отрицать его у
д^тей? Ея отк]Ьтъ кажется мн& вполне удовлетворительнымъ. Она ска-
зала только: „мы не просимъ ничего, кром:Ь справедливаго, а не произ-
вольнаго регулированья. Если вы пжЫте право, то и мы им^емъ его.*
Уважаемый докладчикъ, едва ли будетъ отвергать, что одно д^о регу-
лировать пользоваше изв'Ьстнымъ правомъ, согласно съ требова111ями
здраваго разума и опыта, а другое д']^ло отрицать это право безусловно
и навсегда. Надежное практическое правило нашего управлешя, какъ
оно выражено Джемсомъ Мадисономъ, гласить, что это упра влете
„происходить отъ всей массы народа, а не отъ какой-нибудь незна-
чительной части его или привиллегированнаго класса." Когда Глад-
стонъ въ своей знаменитой р'Ьчи, которая привела въ смятен1е Англ1ю,
говориль, что никто не можетъ . быть по справедливости лишень правъ
иначе, какъ на основанш его личной неспособности или ради обще-
ственной безопасности, то онъ только повториль мысль Джозефа Уар-
рена, принадлежащую къ разряду мудр^йшихъ и самыхъ практичес-
кихъ истинь политики: „я желаль бы такого управлешя, которое пре-
доставляло бы кавдому человеку самую полную свободу д:Ьлать, что
ему угодно, но въ то же время удерживало бы его отъ причинетя зла
другимь людямъ.** Не такого ли же управлешя, господа,* мы хелаемь
для этаго штата? И если каждый челов'Ькъ въ Нью-Йорк:Ь нм^^етъ
естественное право на жизнь, свободу и собственность, и вм^стЪ съ
тЪмъ, на известное учаспе въ охраняющемъ ихь управленхж, то на
вакихъ же практическихъ основашяхъ предполагается удерживать бе-
вусловную и безнадежную неправоспособность ц1^лой половины взрос-
даго народонаселен1я?
Утверждаютъ, что женщины нмЪютъ уже своихъ представителей въ
мужчинахъ. Гд^ же посл^дше представительствуютъ за нихъ? когда
они избираются? Если мн^Ь скажутъ, что женщины им^Ьють предста-
574
вителей по долгу чести (аге У1г1иа11у герге8еп1ей), то я, вм^стЪ съ
Отисомъ, отв']&чу, что „ни законъ, ни констнтущя ничего не говорятъ
о лредставительств'Ь по долгу чести. Это и уловка и иллюз1Я, совер-
' шенно неосновательныя и нел^пыя''. Если оц!Ь им']Ьютъ представите-
лей, то когда же выбираютъ ихъ, спрашиваю я снова. Никто не ре-
шится утверждать, чтобы он:Ь когда-нибудь совещались объ этомъ.
Утверждать, что интересы и привязанность мужчинъ заставляютъ ихъ
хлопотать о справедливомъ и мудромъ законодательстве для женщинъ
такъ же ревиостно, какъ бы они старались о саыпхъ себе, — утверж-
дать это значить только бить на одинъ эффектъ. Это старая увертка,
имеющая въ виду политичесшя привиллег1и извЬстнаго класса. Бри-
танскШ парламентъ сто л^тъ назадъ говорплъ то же самое нашимъ
колоп1ямъ: „мы все находимся подъ властью одного и того же прави-
те.1ьства; наши интересы тожественны; мы все британцы; Боже храни
короля! долой мятежъ и сыновъ свободы!"* Колоши возмутились этимъ
и протестовали съ негодованхемъ, потому что прптязаше парламента
на действительность изданныхъ имъ законовъ было несправедливо,
потому что оне дошли до той истины, которая въ настояш;ее время
потрясаетъ Англ1ю и которая уже обагряла кровью нашу страну, до
той истины, что никакой классъ гражданъ и никакой отдельный граж-
данинъ не могутъ быть облекаемы постояннымъ и исключительнымъ
обладашемъ политическою властью. „Нетъ примера въ пстор1п — го-
ворить Бокль — чтобы какой-нибудь классъ, обладая властью, не злоу-
потреблллъ ею." Это также справедливо по отношешю къ мужчинамъ,
какъ къ классу, какъ справедливо относительно наследственной арнс-
тократ1и или класса помеш,иковъ. Мужчины недостаточно мудры, не-
достаточно благородны, недостаточно честны для того, чтобы законо-
дательствовать какъ следуетъ для женш,инъ. Законы самыхъ цпвили-
зовапныхъ народовъ угнстаютъ и унижаютъ женщинъ. Законодатель-
ство имЬетъ въ виду интересы законодательнаго класса. Въ Апгл1И,
во время знаменитыхъ прен1Й по поводу переменъ въ законахъ о браке,
Гладстонъ сказалъ, что— „когда евангел1е пришло въ М1ръ, то женщина
была поднята до одного уровня со своимъ сильнейшимъ спутннкомъ.^
Но въ то самое время, какъ онъ говорплъ это, англ1Йское право раз-
вода, составленное мужчинами для регулированья ихъ домашнихъ от-
ношен1й къ женщинамъ, провозглашалось «омерзительнымъ и демора-
лизирующимъ,* «варварскимъ,» «непристойнымъ,» «позоромъ для стра-
ны,» «оскорбительнымъ для чувства справедливости.» Еслибы равенство,
о которомъ говорплъ Гладстонъ, было настолько же политическнмЪ|
на сколько оно представляется сентиментальнымъ, то могъ ли бы онъ
или другой какой государственный человекъ предположить, чтобы право
развода было темъ, что оно есть, или чтобы современное англ1Йское
право могло отдавать мужу все заработки жены, или чтобы законы
675
Франщи запрец^алй женщин'Ь принимать какой бы то ви было пода-
роЕЪ безъ позволетя ея супруга?
Мы просимъ женщинъ дов^^риться намъ, такъ какъ мы им'Ьемъ оди-
наковые съ ними интересы. Но разв^Ь какой угодно деспотъ не гово-
рить то же самое? ОнЬ знаютъ, и мы вс^Ь зпаемъ, и собственный нашъ
ооытъ учить нась, что единственная гаранпя естественныхъ правь
заключается вь избйрательномь шар'Ь. Он'Ь знають, и ц'Ьлая страна
знаеть, что когда мы уничтожили рабство, то эманципац1я могла быть
окончена и гарантирована только посредствомъ избирательныхь ша-
ровь въ рукахъ освобожденнаго класса. Грахдансшя права было только
насм'Ьшливою фразою, пока политическая власть не дала имъ сущест-
вовашя. Годъ тому назадь губернаторь южной Каролины, Орръ, го-
ворнль намь, что права освобожденныхъ будутъ гораздо безопаснее
въ рукахъ ихъ лрежнихъ господь. «Не угодно-ли вамь прогуляться въ
моей гостинной, сказалъ паукъ мух^!..» Нью-Орлеанъ, Мемфпсъ, без-
численныя и постоянный преступлен1я показали, что значила эта безо-
пасность. Тогда нащя, не медля дол'Ье, вручила освобожденнымъ из-
бирательные П1ары и сказала: «защищайтесь сами!» И теперь губер-
наторь Орръ, пропов^^дуетъ, что мудрость южной Каролины заклю-
чается въ отр']Ьченш отъ всЬхъ партШ ы въ сердечномь союз^Ь съ цв']^т-
ными гражданами. Губернаторь Орръ знаеть, что челов'Ькъ съ одними
гражданскими правами есть не бол'Ье, ни мен^е, какъ холостой зарядь.
Дайте ему избирательный шарь, и вы вложите пулю и сд'Ьлаете зарядъ
Д'Ъйствительны^ъ. Въ этой части страны, которая кипить старою не-
иавистью и оскорбленною гордостью, и въ которой ея сощальная си-
стема сдвинута со своего основан1я, никакая другая м^^ра во сто лЬть
не привела бы кь такому д'Ьйствительному умиротворешю, какое дос-
тигнуто вь одннъ годъ однимъ только об1>щаы1емъ избирательнаго пра-
ва. Единственная существенная опасность во всемь д:Ьл'Ь этаго пре-
образован1я заключалась только въ томъ, если бы кошрессъ вздумалъ
оставить въ южныхъ штатахь политическую власть вь рукахъ одного
класса, какъ это предлагаеть теперь для Нью-Йорка докладь комитета.
Если меня спросить, зач'Ьмь женщинамь понадобилось изборатель-
ное право, то я отвечу въ свою очередь вопросомь — а зачЬмъ оно нуж-
но мужчинамь? Почему въ настоящее время британск1е рабоч1е такъ
упорно требуютъ его? Взгляните на англхйсгае законы, регулирующ1б
трудь, и вы увидите почему они нуждаются въ избирательныхь ша-
рахъ, потому что-законы о труд:Ь и капитал'^ составлены однимъ клас-
сомъ капиталистовъ, и поэтому несправедливы. Я не забываю о про-*
грессивныхь законахъ Нью-йорка относительно женскихъ правь. Билль
о собственности 1860 года со своими дополнешями, по свид'Ьтельству
«Нью-Йоркской трибуны,» спась отъ пауперизма 5000 женщинъ. Въ
сл'Ьдующемь году Иллинойсь уравняль женщинъ съ мужчинами от-
носительно правь собствешости. Я упоиинаю объ дтихъ фактахъ еъ
тавимъ же удовольств1емъ, съ ваЕимъ читаю, что Луи-Наполеонъ хо-
четъ, на изв'Ьстныхъ ус10В1яхъ, дозволить французамъ говорить то, что
они думаютъ. Но если подобный реформы желательны, то они совер-
пгалйсь бы гораздо скорее и разумн^Ье въ томъ случа^Ь, если бы у акен-
щинъ были политичесЕ1Я права.
Не правда, г. докладчикъ, что женщины ии'Ьютъ своихъ предста-
вителей въ общепринятомъ и настоящехъ значеши слова. Законы сос-
тавляются для нихъ другимъ классомъ на основанш теорШ, Еоторыя,
не страшась никакой политической оппозищи, поддерживаютъ этотъ
классъ, и въ прямомъ нарушешп т'Ьхъ самыхъ принциповъ, которыхъ
онъ такъ упорно держится, коль-скоро д^о идетъ о собственныхъ его
интересахъ. Я живу, господа, въ графств'Ь Ричмондъ. Въ немъ 27.000
жителей. Они влад^ютъ собственностью и управляютъ ею. Они обло-
жены налогами и платятъ ихъ; вообще, они какъ слЬдуетъ исполняютъ
обязанности гражданъ. Но представьте себ%, что комитетъ вводить
следующую оговорку въ предлагаемое имъ постановленге: «идаоты, су-
сумасшедш1е, лица состоящхе подъ опекой, преступники, жители граф-
ства Ричмондъ и лица, изобличенныя въ подкупности не должны ин^ть
избирательныхъ правъ.» Это была бы самая чудовищная несправедли-
вость, величайшее нарушеше всякаго основнаго права и американскаго
принципа. И какъ бы вы на меня посмотр']^ли, господа, еслибы въ
этомъ случа^^ я обратился къ своимъ друзьямъ и сосЬдямъ и сказалъ
имъ: «собранхе думаетъ, что вы по долгу чести (У1г1иа11у) представ-
ляетесь избирателями Уэстчестера и Чотоки?»
Я не им'Ёю, г. докладчикъ, никакихъ суев'Ьр1й относительно избп-
рательнаго права. Я не думаю, чтобы оно тотчасъ же избавило жен-
щннъ отъ вс^хъ несправедливостей, отъ которыхъ оно не совс^мъ
нзбавляетъ и мужчинъ. Но какой политически факторъ спасаетъ стохь
многихъ? Мы видимъ вокругъ себя тысячи б'Ьдныхъ мужчинъ; но пе-
редъ ними открыты всЬ пути. У нихъ есть свои защитники, свои го-
лоса, они составляютъ законы и наконецъ, въ крайнемъ случае, у нихъ
есть для защиты сильный руки. И зд'Ьсь же мы видимъ тысячи б'Ьд-
ныхъ женщинъ, которыя маленькою иголкою отбиваются огъ смерти
и безчестья; но вотъ, хитрая рука науки вору^тъ у нихъ эту малень-
кую иголку. Право голоса не д'Ьлаетъ упомянутыхъ мужчинъ ни счаст-
ливыми, ни уважаемыми, ни богатыми, ни благородными; но они все-
таки съ неусыпною заботливостью охраняютъ его, очень хорошо зная,
что это— золотыя ворота, ведущ1я ко всякому благу. Преимущество, да-
ваемое этимъ правомъ одному полу, необходимо должно быть предос-
тавлено и другому. Оно вооружило бы послЬдшй самымъ сильнымъ
оруж1емъ, какое только известно въ политическомъ обществе; оно под-
держало бы естественное равнов^с1е половъ въ людскихъ отношетяхъ
577
й доставило бы каждому возможность свободнаго д^йств1я въ свое^
сфер*.
Но, господа, комитетъ говорить нанъ, что избирательное праро
женщины было бы онаснымъ нововведен1емъ, что оно поколебало бы
уважаемый традицш. Хорошо! — ^Въ 1790 г. женщины въ первый разъ
были признаны школьными учителями въ Массачузетс*, и это было
револющоннымъ нововведетемъ! Съ тЪхъ поръ оно распространилось
всюду и сделалось однимъ изъ великихъ цивилизующихъ факторовъ
въ этой стран'Ь. Нововведете! Изъ боязни его, господа, когда Самуэль
Ромильи предложилъ отменить смертную казнь за кражу носоваго
платка, коронные блюстители законовъ говорили, что это подвергнетъ
опасности все уголовное право Англ1и. Когда билль объ уничтоженхи
торговли невольниками прошелъ черезъ палату лордовъ, то лордъ
Сентъ-Винцентъ всталъ и выступилъ впередъ, объявляя, что онъ умы-
ваетъ руки въ разрушенш британской импер1и. Когда гринвичсше пен-
с1онеры увид'Ьли въ первый разъ пароходъ на Темз*, то они п же
протестовали, говоря, что они не признаютъ пароходства, какъ д^ла
противнаго природЪ. Когда въ конц'Ь царствован1я Карла II- го Лондонъ
им^лъ ухе полмилльона жителей, то уличные фонари встретили въ
немъ ожесточенную оппозищю, — до такой степени уважаемый тради-
цш враждебны усилешю св^Ьта! Пятьдесятъ л']^тъ назадъ канцлеръ Ли-
вингстонъ писалъ, что предположеше о жел']^зной дорог* для пере-
движен1Я тяжестей по четыре мили въ часъ — проэктъ остроумный, мо-
жетъ быть, даже «основательный теорити^ески,• но что все-таки, же-
лезная дорога не можетъ быть столь дешевою и удобною, какъ ка-
налъ. Въ нашей стран'Ь, господа, уважаемый традицш существуютъ
для того, чтобы быть нарушаемыми. Америка уже несомненно реши-
лась нарушать традищи и въ зам^нъ ихъ вводить бол'Ье благоразум-
ный учреждетя. Такъ н'1^сколько м'Ьсяцевъ назадъ, то, что комитетъ
называетъ револющоннымъ нововведетемъ, было предложено въ дист-
рикте Колумб1Я, — именно дарование избирательныхъ правъ освобож-
деннымъ невольникамъ. Ужасные результаты такого переворота были
подробно предсказаны въ одномъ изъ мирхады посланш президента
Соединенныхъ Штатовъ, которымъ онъ объявлялъ . свое уе1;о. Но они
все-таки вотировали. Если кто и покушался нарушать порядокъ вы-
боровъ, то уже отнюдь не новые избиратели. Выборы совершились со-
вершенно спокойно, и ни одно изъ опасетй президента не оправдалось.
Даровате правъ, долго отрицаемыхъ или задерживаемыхъ, никогда не
поведетъ къ общественнымъ смутамъ, которыя порождаются только
отказами въ этихъ правахъ. Вестъ-индсюе рабы приняли свое освобож-
денье съ молитвою и на кол^няхъ; освобождете женщины совершится,
такъ же мирно, какъ утро переходитъ въ день.
Ужели мне будутъ возражать еще, что если женщины и не участ-
37
&78
Ёуютъ въ выборахъ, то все-таЕн оЕазываютъ громадное вл1ЯН1с на
литику, и поэтому не нуждаются въ'нзбирательномъ прав'Ь? Если
серьозно стали опираться на этотъ аргументъ, то мн*]^ достаточно бх
бы проб']^жать главами по этой захЬ, и я увнд'&лъ бы многихъ дос
почтенныхъ джентльменовъ, политическое вл1ЯН1е которыхъ признаем
всЬми. Могутъ-ли они, въ силу этаго основатя, законным ъ и спрА)
длнвымъ образомъ, быть лишены правъ? Ужели почтенный докладчн
комитета думаео^, что известный гражданинъ не долженъ им'Ьть пра
голоса потому, что онъ им'Ьетъ вл1яте? А что даетъ это вл1яше? Е
даютъ способности, умъ, честность. Ужели и они должны быть устр
нены отъ выборовъ? Ужели политическая власть должна прннадлега
только глупости, нев:Ьжеству, и подлости?
Или, можетъ быть, скажутъ, что женщины не нуждаются въ пра]
голоса и ихъ необходимо спросить объ этомъ? А на касомъ основан
ихъ должно спрашивать?.. Необходимо предполагать, что и нужчпв
и женщины также желаютъ пользоваться своими естественными пр^
вами, какъ глаза нуждаются въ св'Ьт^, а легк1я въ воздух'Ь. Раз в
мы откладывали эманциааЦ1Ю рабовъ въ ожидан1и тего времени, когд
они сами станутъ просить объ освобожденш? Н4тъ, господа, когд
война дала намъ легальное право разбить ихъ оковы, мы не спраши
вали ихъ, не предпочитаютъ ли они оставаться рабами. Мы зналв
что они люди, что люди по природе своей должны ходить прямо ]
видя ихъ согбенными и пресмыкающимися, мы нашли такое положе
Н1е неестественнымъ, не обращая вниман1я на то, лризнаютъ-лн он1
его такимъ или н^^тъ. Относительно женщинъ, мы признаемъ, что он!
им^ютъ гЬ же естественный права, какъ и мы. Мы видимъ, что он1
влад'Ьютъ собственностью и платятъ налоги, и мы необходимо должны
предполагать, что он^ желаютъ пользоваться и всякою гарант1ей этихъ
правъ, какою обладаемъ мы. Когда въ этомъ штатЬ каждый годъ тн-
сячи юношей достигаютъ совершеннол]^т1я, то мы в'Ьдь не д^^лаемъ же
имъ торжественнаго вопроса о томъ, желаютъ ли они вотировать. Мн
естественно предполагаемъ, что они желаютъ, и говоримъ имъ: «иди1^
и на одинаковыхъ услов!яхъ со вс&ми нами подавайте свои голоса.»
Но н^^которые джентльмены говорятъ, что имъ изв'Ьстно множество
женщинъ, который не желаютъ вотировать и который считаютъ Э11^
«не женственнымъ» (по! 1а(1уике). Я, господа, тоже знаю многихъ мух-
чинъ, которые обыкновенно держатся въ стороне отъ политики, ка]гь
отъ д'Ьла сне джентльменскаю.^ И что достопочтенные джентльмены,—
которые знаютъ множество женщинъ, не желающихъ вотнровать,--пО'
думали бы о предложеши лишить меня права голоса на томъ основа-
ши, что мои соседи не желаютъ подавать своихъ голосовъ? Выли рабя
предпочитавппе оставаться рабами, — но разв'Ь это аргументъ противъ
освобождев1Я? Если даже предположить, что большинство женщш
579
. этаго штата не желаетъ вотировать, то разв']^ это можетъ служить ос-
,/. новашемъ тому, чтобн лишать правъ представительства даже одну
женщину, платящую налоги, отнимать даже у одного ни въ чемъ не
[ шт:
шпщ
шхъг:
вый :(!:
ш ни:
то «
I прНШ
'^1П
виновнаго лица гарант1Ю его жизни и свобода?
МжЪ говорить, что, выражаясь языкомъ комитетскаго доклада, на-
ше предложеше, явно противоречить распред'Ьлешю фунищй и обязан-
ностей между полами. Если выразиться вакь слЪдуеть по англ1йсви,
то это значить, г. докладчивъ, что подача голоса д^ло не женствен-
ное. Я знаю, господа, что при одномь только упоминан1и о политичес-
Бихъ правахь женщины, во многихъ головахь тотчась возникаеть ужас-
ное видЪше того, вакь весь женскШ ноль бросится изъ своихъ д'Ьт-
свихь и кухонь къ избирательнымь урнамь. Думають, что если жен-
щины примуть деятельное участ1е въ политической жизни, то въ дом^
водворится хаось изъ незаштопанныхъ чулковь, непочиненныхъ руба-
шекъ и покинутыхъ въ люлькахъ ребятъ, раздирающихъ воздухъ свои-
ми дикими воплями. Но какь же управляются мужчины? Ужели они
бросаютъ свои лавки, свои плуги, свои должности и проводить время
у избирательныхь урнь? Житейск1я занятгя мужчинь также чужды по-
литической деятельности, какь и занят1я женщинь. Вь приготовлен1и
пищи и въ уходе за детьми решительно неть ничего более несов-
местимаго съ политическими обязанностями, чемъ, напр., въ рытье
каналовь, шитье сапоговь или другомъ какомъ необходимомь занят1и.
Вь Англш женщина, имеющая акцш вь ость-индской компаши, мо-
жетъ вотировать. Она можетъ также вотировать вь качестве желез-
нодорожнаго акщонера. Но если она продасть свои акцш и купить
домъ, то она не имееть права подать голоса при проведеши мимо ея
дверей дороги, на содержание которой взимается налогь съ ея дома. Ска-
жите же, во имя здраваго смысла, почему ответственная человеческая
личность, подающая свой голось о спещальныхь промышленныхь
проэктахъ, не моасеть вотировать, когда дело идеть о промышленномь
законодательстве? Точно съ такою же основательностью, съ какою
мужчины признають не женственнымь участ1е женщинь въ политике,
женщины могуть решить, что участ1е вь ней мужчинь дело не муж-
ское. Мы не можемь знать, что женственно и чтб неть до техь поръ,
пока этоть вопрось будеть решаться по теорхямь, созданнымь муж-
чинами. Теперь мы знаемь только, что считается женственнымь по
понят1ЯМЬ и въ интересахь мужчинь. Мы узнаемь что женственно на
самомь деле только тогда, когда женщины получать то же самое ра-
венство развит1я и ту же самую свободу, кашя имеють н мужчины.
Предлагаемая мною поправка есть только просьба о томь, чтобы вы
избавили женщинь отъ ихь неправоспособности и предоставили имь та-
кую же свободу выбора, какою пользуемся мы.
Когда, поэтому, комитеть объявляеть, что вотнроваН1е несовмес-
87*
580
тимо съ распред'Ьлетемъ функщй между полами, то какой смыслъ
заключается въ этомъ? Ужелрх женщины мен'Ье заинтересованы въ хо-
рошемъ управлеши, ч']^мъ мужчины? Мы видимъ неправду въ законо-
дательствй, злоупотребленш въ судахъ; у насъ есть госпитали, смири-
тельные дома, тюрьмы, игорные дома, билл1ардныя залы; у насъ на
каждомъ углу кабаки, и я не знаю какое громадное число преступле-
н1й въ штатЪ пораждается ими; у насъ въ штат-Ь 40.000 пьянннцъ и
сотни тысячь д4тей ихъ, — все это предметы, которыми занимается за-
конодательство; но при исключительно мужскомъ законодательств'^ прес-
туплете, соединенное со всЬми этими явлен1ями, становится громад-
нымъ и сложнымъ. Уже ли жены, матери и сестры нью-йоркскихъ жите-
лей им'Ьютъ мен']^е жизненныхъ интересовъ въ этомъ и меи^е прав-
ти^юскаго знан1Я, чЬмъ ихъ мужья и отцы. Никто не дойдетъ до та-
кого безум1я, чтобы утверждать это. Или женщины отъ природы не-
способны понимать политичесшя д'&ла? Но и этаго никто не утверж-
даетъ. Или у нихъ не хватаетъ необходимаго для политики разума?
Но коль-скоро вы пользуетесь этимъ м'Ьриломъ разума для исключе-
Н1я женщинъ, какъ пола, то вм'Ьст^ съ ними на томъ же самомъ ос-
нован1и, должно лишить избирательныхъ правъ и большинство муж-
чинъ. Или можетъ быть, имъ нельзя бывать на общественныхъ поли-
тическихъ митингахъ? Но мы сами же приглашаемъ ихъ. Или имъ не
сл'Ьдуетъ ходить въ м^ста выборовъ? Конечно, н'Ькоторыя изъ этихъ
м'Ьстъ, въ большихъ городахъ, грязны и опасны; но долгъ полиц1а
устранить эти недостатки. В4дь никакой же порядочный мужчина не
желаетъ вотировать въ кабак'Ё или получить въ это время нроломъ
своей головы. Опускаше избирательнаго шара въ ящикъ — актъ самый
простой, краткШ и невинный, какой только можно себЪ представить.
Прошедшей зимой сенаторъ Фрелинггейзенъ, повторяя обычныя рито-
рическ1я фразы, говорилъ о возвышенной и святой мисс1и женщинъ.
Но если люди, съ возвышенною и святою миссхей, могутъ безъ ущерба
для своей нравственнности, съ обнаженными грудями сидеть до пол-
ночи въ театрахъ, подвергаясь изучешю каждаго посредствомъ бинокля,
то какимъ образомъ ихъ возвышенная и святая мисс1я можетъ по-
страдать отъ опускашя въ ящикъ избирательнаго шара? Въ чемъ въ
другомъ состоять эта возвышенная и святая мисс1я женщины, какъ
не въ томъ, чтобы быть по возможности лучшямъ, д'Ьятельн^Ьйшимъ,
челов-Ьчнымъ существомъ? Расширять сферу долга и степени ответ-
ственности, при соотв'Ьтствующихъ этому сяособностяхъ и разуме, зна-
чить возвышать, а не ослаблять святость жизни.
Но ес^ш женщины будутъ вотировать, то онЬ должны засЬдатъ и
на скамье присяжныхъ. Почему же и н'Ьтъ? 7 насъ обыкновенно каж-
дый годъ тысячи женщинъ подвергаются сл*дств1Ю, какъ преступни-
ХЕ и не судятся судомъ свонхъ равныхъ. И если известная женщина
_ 581
достаточно дурна для того, чтобы совершить гнусное преступлете, то
не нел']^по ли съ нашей стороны предиолагать, что женщины слзшвомъ
хороши для того, чтобы знать, что есть на св'Ьт'Ь подобный преступ-
летя? Если онЪ не могутъ быть присяжными, то, Еонечно, не долж-
ны быть и свид'Ьтелями. Въ одно& старой книг'Ё сэра Джорджа Мэк-
вензя говорится: «жешцины устраняются отъ свид1^тельства или по-
тому, что он* слишкомъ уже подвержены чувству сострадательности,
и поэтому не должны быть пронимаемы въ уголовныхъ д^лахъ болЪе,
чЬжь въ гражданскихъ; или же потому, что законъ не хот'Ьлъ безпо-
воить ихъ и ставить ихъ въ сдишеомъ уже фамильярныя отношешя
съ чужими мужчинами, что естественно случилось бы, еслибы женщи-
ны постояпо появлялись въ судахъ.» По свид1>тельству Юма, этаго
правила держались вплоть до начала ХУШ в^к2^. Но если слишбомъ
уже фамильярныя отношешя въ мужчинамъ такъ пагубны, то уже ли
эти мужчины столь чисты, что они одни могутъ составлять завоны
для женщинъ, уже ли они столь честны, что одни могутъ судить жен-
щинъ за нарушен1е этихъ завоновъ? НЬскольво л^тъ на ливерпуль-
свихъ ассизахъ, при обсужден1и д^ла, по воторому давались особенно
важный свид*тельсЕ1я показан1я, м-ръ Россель говорилъ, что «свиде-
тельство женщинъ въ н'Ьвоторыхъ отношен1яхъ выше мужсваго. Ихъ
способность въ обсужден1Ю мельчайшихъ подробностей лучше, и вогда
на лицо бол^Ье двухъ фавтовъ и вое-чего не достаетъ, он4 своими
догадвами дополяяютъ этотъ недостатокъ. » «Качества же, воторыя д4-
лаютъ ихъ способными давать свид'Ьтельсвое показаше, д'Ьлаютъ ихъ
способными и разбирать или изсл-Ьдовать его,» — говоритъ мистриссъ
Далль.
Но — продолжаютъ оппоненты— вы хотите, чтобы женщины посту-
пали на государственную службу? Почему же и нЪтъ, если он4 спо-
собны въ пей и желаютъ этаю? Въ моемъ сос^дств-Ь есть почтмей-
стерша, которая воть уже семь лЬтъ известна за тавого превосходнаго
чиновнива, что вогда прошелъ слухъ объ ея см^нй, то это затронуло
за живое все общество. «Антиквархй* Свотта повазываетъ, что при-
меры подобной службы бывали въ Шоглапд1и. Алевсандръ Андрью
говоритъ, что «не било д^ломъ необывповепнымъ, что женщины за-
нимали должности смотрителей въ сельскихъ приходахъ.» Графиня
Ричмопдъ, мать Генриха УП, была мировымъ с)^дьей. Лэди Бартлетъ
тавже была мировымъ судьей п въ Глочестершейр'Ь обывновенно за-
седала на свамьи вм'Ьст'6 съ судьями; она была назначена воролевой
Мар1ей. Графиня Пемброкъ была насл^дствепнымъ шерифомъ въ Уэст-
морленд^Ь и отправляла свои обязанности. Генрпхъ УШ поручилъ од-
но судебное сл4дств1е лэди Анн* Беркелэ, которая открыла его въ
Глочестер4 и постановила приговоръ. Дочь Генриха УШ, Елисавета
Тюдоръ^ быда королевою Англ1и, по имени и на самомъ д^лЬ въ са^
582
мнй блестящ1й перходъ англ1йской исторш. Была ли Елисдвета не-
способна? Поступала ли она не сообразно со своимъ поломъ? Или вы
скажете, что это была исключительная женщина? Да, она бьиа исклю-
чительная женщина, но не бол*е, ч^мъ Альфредъ, Маркъ Аврелхй иди
Наполеонъ были исключительными мужчинами. Некоторые изъ ста-
ринныхъ англ1Йскохъ писателей держатся того ютЬшя, что женщина
можетъ исполнять почти всЬ важнМшхя должности въ королевсттб.
И действительно, если Виктор1Я можетъ разсуждать въ сов4т* со
своими министрами, то почему же другая какая-нибудь способная ан-
гличанка не можетъ разсуждать въ парламенте или американская жен-
щина въ кон1'ресс4?.... Если не женственно для женщины вотировать
или занимать должность, то не женственно и для Викторхи быть ко-
ролевой Англ1и. Для составлешя законовъ не нужно никакихъ такихъ
талантовъ и никакой премудрости, который были бы исключительно
свойственны мужскому полу. Тутъ нужны только умъ да опытность.
Способность составлять законы необходимо предполагается, воль-
скоро женщинамъ дозволяютъ владЬть и управлять собственностью
и подлежать обложен1Ю налогами. Бакъ часто женщина, вдовая, за-
мужняя или одинокая, является руководящимъ генхемъ семейства —
воспитнваетъ дЬтей, управляетъ им4н1емъ, даетъ инициативу, совЬ-
туетъ, р^шаеть. РазвЬ есть какое-нибудь существенное различхе ме-
жду подобными обязанностями и способностью исполнять ихъ и зако-
нодательною д4ятельност5^ю. Въ Нью-ДжерсеЬ конститудхя 1776 г.
допускала къ выборамъ вс^хъ жителей изв^стнаго возраста, живу-
щихъ въ известной местности и им^ющихъ известную собственность.
Въ 1797 г., въ акте, регулировавшемъ выборы, говорилось: „каждый
избиратель долженъ явно и въ виду вс^хъ класть его или ел билетъ
съ написанными на немъ именами лицъ, за которыхъ онъ или она
подаетъ голосъ''. Одинъ нью-джерсейскШ старожилъ говорить, что
„это право было вполне признаннымъ, и о немъ даже мало говорили и
думали^. Но въ 1807 г. право голоса было ограничено только белыми
гражданами мужскаго пола известнаго возраста, состоян1я и местожи-
тельства, а въ 1844 г. былъ уничтоженъ имущественный цензъ. Непо-
казываетъ ли такое устранеше женщпнъ, что ихъ вотированье най-
дено неудобнымъ или нежелательнымъ? Вовсе нетъ. Это показываетъ
только, что мужчины собственники забаллотировали женщинъ, что ни-
сколько не касается права и способности женщины вотировать. М-ръ
Дугласъ, какъ я уже говорилъ, составилъ теорш, въ силу которой
белые совершеннолетше колонисты известной местности икеютъ
право решать, должно или нетъ обращать въ рабство цветныхъ жи-
телей. Они, конечно, могутъ решать такъ н даже, прп имеши необ-
ходимой для того силы, могутъ осуществлять свои решетя. Но это
ни мало не будетъ говорить въ пользу рабства на ихъ территорхи.
583
Мужчины, занимаясь правтическнмъ вонросомъ объ избирательныхъ
правахъ женщинъ нм'Ьютъ въ виду толысо свои собственныя тАли,
Двадцать пять л*тъ назадъ канадское управленге въ ясныхъ и стро-
гихъ внражен1яхъ запретила женщпнамъ вотировать. Но въ 1850 г.,
ради изв^^стной сектаторскоб ц^ли нмъ дозволили участвовать въвы-
борахъ школьннхъ попечителей. МвЬ совестно даже касаться столь
пошлаго пункта. Если въ чемъ и нуждается политическая практика
нашего штата, такъ это въ сотъапщ а женщина— совесть расы. Если
мн въ этомъ собраши должны составить мудрую конституд1Ю, если
друпе послЬ насъ въ этой 8ал4 будутъ исправлять законы и наблю-
дать за должнымъ ихъ выполненхемъ, то намъ необходимо постепенно
пр1учатьс4[ къ той утонченной нравственной и умственной атмосфере,
въ которой обыкновенно враш;ается женп^пна. Это собран1е обязано
принимать м1^ры къ улучшешю государственнаго управлешя. Но если
законодательство и администратця унизились до оправдашя политиче-
скаго мазурничества и къ нимъ не можетъ прикоснуться, не замарав-
шись, ни одна чистая рука, то, начиная д-Ьло своего очищенхя, не
должны ли мы вспомнить, что политикою до сихъ поръ всецело за-
правляли одни только мужчины. Какъ же очистить се? Ужели пЪтъ
для этаго никакого радикальнаго средства, никакой не испытанной
еще силы, не одной только силы искуснаго надзора, но и силы кон-
аролирующаго характера? Если бы мы сид'Ьли въэтой зал*! съ закры*
тыми окнами до тЬхъ поръ, пока воздухъ сделался бы сгущенымъ и уду-
шливымъ, то не были- ли бы мы глупцами, еслпбы забывъ о великомъ
очиститель, начали вспрыскивать залу растворомъ хлористой извести
и жечь ассафетиду? Для осв'Ьжешя комнаты намъ стоило бы только
открыть настежь окна, и благорастворенный л-Ьтнхй воздухъ тотчасъ
выгналъ бы всЬ нечистые газы и далъ бы новую жизнь нашимъ лег-
кимъ. И если мы хотимъ очистить политику, то стоитъ только пус-
тить на нее мощный потокъ чисгЬйшаго гуманнаго вл1ян1Я, какое
только известно намъ.
Н'Ькоторые говорятъ, что если женщины будутъ вотировать, то
он^ должны также отбывать и военную службу. Н^тъ сомн^^н1Я, что
когда нащя идетъ на войну, то она им'Ьетъ полное право требовать
услугъ ото всФхъ своихъ гражданъ, мужчинъ и женщинъ. Но война
не ограничивается однимъ только нанесенгемъ ударовъ. Важная за-
дача ея заключается въ томъ, чтобы сд'Ьлать удары д'Ьйствительиыми.
Ужели храбрый англпчанинъ бросавш1йся въ челюсти смерти подъ Ба-
лаклавой в'Ьрн^^е сослужилъ на полЬ битвы свою службу, ч'Ьмъ Фло-
ренс1я Найтингаль? То, что поддерживаетъ, сохраняетъ, возобновляетъ
физическую силу, точно такъ же существенно важно, какъ и самая
сила. Законъ, ъв виду нравственвыхъ услугъ, оказываемнхъ духов*
584
ными, избавляетъ ихъ отъ военной повинности; да и на войн^-то де*
слть челов^Еъ изъ ста не нослтъ оружк и не сражаются, а то:кьбо
служатъ остальному войску. Женш;инн, какъ граждане всегда уча-
ствовали и всегда желаютъ участвовать, нискольео неиен']^е иухчинъ,
въ этой общей защигЬ отечества. Уходъ за воинами, безвестные и
безчисленные труды въ госпиталяхъ и дома точно также важны для
нацюнальной безопасности, какъ и участ1е въ битвахъ. Но если фи-
знческ1д услуги во время войны равно распределяются между полами,
то моральныя силы оказываются бол^е значительными у жешцинъ.
Женщины Юга поддерживали мятежъ, а безъ женщинъ Севера не
могло бы спастись государство. Съ перваго момента войны до пос-
л^дняго, во всЬхъ шумныхъ городахъ, въ отдаленныхъ долинахъ, въ
дремучихъ л^сахъ, на сельскихъ холмахъ, въ открытыхъ лугахъ,
всюду, гд-е только были жены, матери, сестры, возлюбленный, тамъ
были и занятый руки, который не переставали работать ночь и день,
впродолжен1е четырехъ длинныхъ л^тъ. Мать бросала работу только
для того, чтобы благословить своихъ сыновей, лет^вшихъ на битву;
жена, — чтобы поцеловать уходившаго отца своихъ д^тей; сестра улы-
балась брату и молилась за возлюбленнаго, которые отправлялись
туда же. Сколько сотъ тысячь домовъ и сердецъ на в^ки лишились
ушедпшхъ, но не возвратившихся! Но эти дамы и сердца были и во-
одушевлен! емъ и утешен1емъ людей, сражавшихся на поле битвы.
Они укрепляли руку, которая билась за нихъ. Когда сынъ или мужъ
падали въ ужасной свалке битвы, храброе сердце женщины разбива-
лось въ тишине, й& ея пальцы не переставали работать. Когда ми-
лый братъ или возлюбленный страдали до сумасшеств1я, до отчаяшя,
любящее сердце женщины поддерживало ихъ духъ, а ея непрестан-
ныя заботы возстановляли его здоровье. Это высшая моральная сила
действововала посредствомъ безчисленныхъ каналовъ, подобно сол-
нечному свету, оживотворяющему природу, и безъ нея успешная война
была бы невозможна. И вотъ, тысячи и тысячи этихъ женщинъ про-
сить теперь права голоса въ томъ управленш, которое оне защищали.
Можно-ли отказать имъ?
Я снова обращаюсь къ моему достопочтенному другу, докладчику
комитета. Онъ рыскалъ по стране съ воплями о всеобщей подаче го-
лосовъ и полной амнист1и. Право голоса и амнист1я кому же? Темъ,
которые старались утопить государство въ крови его благородней-
шихъ гражданъ, темъ, которые разрушили столько семейныхъ счас-
Т1й и разбили столько женскихъ сердецъ. Господа, я не осуждаю его
воплей. Я не противоречу его политике. Я не более, чемъ онъ, жа-
жду мести и также сильно, какъ мой благородный другъ, желаю ви-
деть жатву мира на поляхъ битвъ. Но, господа, въ Нью-1орке есть
585
одна мать, воспитавшая своего сына въ верности Богу и отечеству.
Когда страна сд^Ьлала воззвате, оба они отв'Ьчали на него. Мать и
сннъ, по своему каждый, содействовали защит'Ь отечества. Злая
судьба войны сразила юношу въ страшный день при АндерсонвиллФ.
Умирая отъ жажды, онъ поползъ, чтобы напиться изъ тинистаго пруда;
но его застрЪлилъ часовой, убилъ за в'Ёрность отечеству. «Д требую
амнистаи этому часовому, я требую, чтобы онъ вотировалъ", — ^вотетъ
достоуважаемый довладчикъ комитета. И я не говорю, что его требо-
ван1е неразумно. Но я спрашиваю его, спрашиваю васъ, спрашиваю
каждаго честнаго и патрютическаго гражданина въ этомъ штагЬ, на
какомъ достаточномъ основанхи справедливости, опыта или здраваго
смысла мы дадимъ избирательный шаръ уб1йц& нью-юркскаго юноши
и откажемъ въ немъ его матери?
Я изложилъ ъсЬ суш;ественныя основатя предлагаемой мною по-
правки. Не добро человеку быть одному. Онъ соединяется съженш;и-
ной въ создан1и челов'Ьческаго обп],ества; ихъ право и интересы въ
управлеши имъ тожественны; общество до т^хъ поръ не въ состоя-
ши достичь высшей ступени своего д'Ьйствительнаго развит1я, пока
одинъ полъ не перестанетъ предписывать границы свобод'Ь и деятель-
ности другаго пола. Высота цивилизацхи измеряется положетемъ
женщинъ. Где оне совершенныя рабыни, тамъ мужчина совершенный
варваръ; мерою перехода отъ варварства къ цивилизацш служитъ
признаше за женщиной равныхъ съ мужчиною правъ на свободное
развитте. Поэтому, когда м-ръ Милль вноситъ въ парлаиентъ свою
петиц1Ю о политической равноправности женщинъ, то мывидимъподъ
нею подписи техъ англ1йскихъ мужчинъ и женщинъ, идеи которыхъ
служатъ предтечами дальнейшихъ успеховъ цивилизащи. Меру кото-
рую докладъ комитета объявляетъ совершенно. революцюнною и опа-
сною для истинныхъ функц1Й пола, мудрейш1Й изъ современныхъ по-
лнтическихъ мыслителей считаетъ разумною, охранительною, необхо-
димою и неизбежною. Разсветъ въ Англ1и скоро превратится въ яс-
ный день у насъ. Передъ американскимъ принципомъ равноправности
падаютъ преграда за преградой на пути человеческаго прогресса. И
если мы еще далеки отъ его полнаго усвоешя и отъ совершеннаго
согласовашя съ нимъ законовъ, то онъ въ этомъ случае испытываетъ
такую же судьбу, какъ и духъ хриспанства , къ полной славе кото-
раго медленно приближаются христ1ане. Отъ шумной и хлопотливой
политики мы обращаемъ свои взоры къ вечному С1ян1ю этаго прин-
ципа, и вндимъ, что узурпащя пола — ^последняя форма касты, кото-
рая гнездится еще въ нашемъ обществе.
586
Изъ этой рЬчя Еуртиса читатель видитъ, что эманципац1я жен-
щины логически вытекаетъ изъ всего строя анериваясЕой вонстпту-
1ЦИ, которая безъ освобождетя женщины является здашенъ неокон-
ченнниъ, лпшенныть тЬхъ частей, воторня нообходихо должны быть
въ неиъ, чтобы была выполнена идея строителей. Въ Европе проти-
вники женсгаго д^ла им^ютъ еще хоть какое-нибудь основаше отно-
ситься въ нему съ пренебреженхемъ, но въ Америк']^ политическая
агитащя женщинъ достигла уже тавой силы и тавихъ рази^Ьровъ, что
даже враги относятся къ ней вполне серьозно. Въ то время, какъ
печаталось (по обстоятельствамъ, очень долго) второе издаше этой
книги, въ Амершсб женское д^ло значительно двинулось впередъ.
Посл^Ь освобожден1я негровъ, какъ известно, къ вонститущи Союза
были сделаны Х1У-е и ХУ-е дополнетя, который давали освобожден-
нымъ вс^ права гражданства, объявляя, что каждое лицо^ рожденное
или натурализованное въ Соединенныхъ Штатахъ, пользуется въ нихъ
„гражданствоиъ** и что „никакой штатъ не можетъ ограничивать при-
виллег1Й или правъ своихъ гражданъ'. Главное изъ этихъ правъ —
избирательное. Представители народа, утверждая эти дополнешя, им1>-
ли въ виду только негровъ; но эманципац10нная парт1я утверждаетъ,
что они, сознательно или безсознательно, даровали права всЪмъ ли-
иамг, т. е. мужчинамъ и женщинамъ. Составитель Х1У дополнен]я,
Бингамъ, оффищально заявилъ, что подъ словомъ лицо онъ д^^йствн-
тельно разузгЬлъ и нужчинъ и женщинъ. Вся эманципаторская парт1я
начала усиленно хлопотать о распространенш на женщинъ упомяну-
тыхъ дополнен1й и о проведенш черезъ конгрессъ ХУ1-го дополиен1я
къ конститущи, узаконяющаго полную политическую равноправность
женщины. Въ начале 1871 г. Викторхя Уудгёлль, издательница одно-
го журнала, составила въ этомъ смысле записку и подала ее конгрес-
су, который поручилъ разсмотр4н1е ея судебному комитету. Комитетъ
большинствомъ голосовъ призналъ ее неосновательною; но мн^те
меньшинства, составленное судьею Лонгриджемъ и подписанное гене-
раломъ Бутлеромъ, передано въ палату представителей.
Между т4мъ, подоспели выборы 1871 г., и мнопя женщины за-
явили решительное желате участвовать въ нихъ. Въ Мичиган* дв4
женщины вотировали, не встр'1тивъ никакого препятств1я со стороны
властей. Если избрате кандидата, за котораго они подавали голоса,
будетъ признано законнымъ и онъ получитъ свое м4сто въ конгресс*,
то вопросъ о законности женскаго вота будетъ рЪшенъ. Въ Титусвил-
л* мистриссъ Бреттъ участвовала въ выборахъ вм4ст* со свопмъ
мужемъ. Въ Филадельф1и миссъ Бернгемъ явилась къ выборамъ и въ
вачеств* гражданина Соединенныхъ Штатовъ, потребовала записать
587
свое иня въ С1ШСКВ избирателей. Ей было отказали; но она начала
объяснять, что по духу конститущи и по смыслу XIV и XV допол-
нен1й въ ней, каждая женщина считается гражданиноагъ и поэтому
им^етъ право представительства. Ее допустили къ выборамъ. Въ той
же Филадельф1и была внесена въ избирательные списки докторъ ме-
дицины Елена Ыиллеръ, но на выборахъ ея голосъ былъ признанъ
НС д-Ьйствительнымъ. Въ Нью-Йорк* изъ многнхъ женщинъ, желав-
; шихъ вотировать, только одна допущена къ выборамъ инспекторомъ
гринвичской улицы; вс* же друг1е инспекторы отказали жеящинамъ,
являвшимся вотировать. Въ штат* 1ов* несколько жепщинъ было
доиущено къ выборамъ и въ другихъ м^стностяхъ, вром^Ь^территорхи
Йомингъ, женщины которой уже несколько л-Ьтъ пользуются полити-
ческими правами. Въ Колумб1и Сара Спенсеръ п Сара Вебстеръ были
устранены отъ выборовъ, и, подобно женщинамъ, потерп'Ьвпгамъ та-
кую же неудачу въ другихъ мЬстахъ, начали процессъ противъ отка-
завшихъ имъ бюро избирательной регистрац1и. Судъ призналъ ихъ
жалобу неосновательною, и он* аппеллировали въ верховный судъ
Соединенныхъ Штатовъ, р'Ьшете котораго еще неизвестно намъ,
когда мы пигаемъ эти строки. Очень вероятно, что и верховный судъ
откажетъ имъ; очень в-Ьроятно, что и конгрессъ отвергнетъ предло-
женный ему билль о XVI дополнен1и къ конститущи, но это только
придастъ новую энерпю настоян1Ямъ эманципаторовъ, решившихся
повторять свое предложеше конгрессу въ каждую сесс1Ю его до т*хъ
поръ, пока въ пользу реформы не получится законнаго большинства
голосовъ. Содействовать уснЬху этаго билля съ особенной энерггей
взялся „Нащональннй Комитетъ о правахъ и воспиташи женщинъ'Ч
Комитетъ этотъ собираетъ теперь со всего союза подписи къ следую-
щей „Декларащи и обязательству жепщинъ Соединенныхъ Штатовъ^:
„Мы, нижеподписавш1яся, будучи убеждены, что священный пра-
ва н привиллег1и гражданства въ нашей республике дарованы намъ
основной конститущей, подтверждены и выяснены XIV и XV допол-
нен1ями къ ней, — обязуемся принять на себя граждансюя обязанности
въ своихъ штатахъ, коль- скоро будутъ устранены все легальный пре-
ПЯТСТВ1Я въ тому.
яБудучн убеждены, что нравственпыя достоинства личности слу-
жатъ лучшею гарантхей нащональной свободы, мы обязуемся при вы-
борахъ кандидатовъ на общественный должности, прежде всего обра-
щать внимаше на ихъ добросовестность и честность.
„И наконецъ, будучи убеждены, что самъ Богъ былъ верховнымъ
авторомъ американской Декларшии независимости, мы обязуемся въ
дух* этаго приснопамятнаго акта, действовать рука объ руку съ на-
шими отцами, супругами Д сыновьями для поддержанхя той равно-
588
правности, на которой съ саиа10 начала была основана республака,
чтобы согласге управляемыхъ вполн^^ сд'Ёлалось первыиъ условгеиъ
справедливаго управленха'^.
Б^два только эта декларацгя б|«ла напечатана въ журналахъ, какъ
въ комитетъ начали постунать во множестве изо-всЬхъ концовъ стра-
ны сочувственныя письма и подписи, изъ которыхъ, по заявлен!ю ко-
митетскаго отчета, „къ следующей сессш конгресса составится не одинъ
огромный томъ^. Комитетъ разсылаетъ всюду даровые экземпляры
своей декларацш и разныхъ брошюръ о женскомъ и другихъ полити-
ческихъ вопросахъ, ообирая пожертвовашя на эту даровую пропаганду.
Но такъ вакъ масса стремящихся къ эманципацш женщинъ принадле-
жить къ б:Ьдному, трудящемуся классу, и имъ трудно жертвовать ко-
митету даже какой-нибудь долларъ, то денежные сборы комитета въ
последнее время оказались не соответствующими его широкимъ на-
м4решямъ. „Мы уб^Ьждены," — говорится въ его отчет* — „что если бы
могли вести свое Д'Ьло какъ сл'Ьдуетъ втечен1е года, снабдить каясдое
семейство въ республик* эманципащонными трактатами и узнать
имена всЬхъ женщинъ, желающихъ вотировать, то въ ближайшую сес-
С1Ю конгресса вопросъ былъ бы поставленъ передъ нимъ настоятельно
и женщины признаны были бы избирателями ко времени наступаю-
щихъ выборовъ президента.^ Въ отв*тъ на многочисленныя письма,
комитетъ рекомендуетъ вс*мъ желающимъ правъ женщинамъ следую-
щую программу деятельности.
„1. Каждая женщина должна подавать голосъ или добиваться по-
дачи голоса на вс^хъ союзныхъ, штатскихъ и муниципальныхъ выбо-
рахъ, на основаши майскаго акта 1870 г.
„2. Женщины должны составлять клубы въ каждомъ город* съ
ц*лью приготовлен1я другъ друга къ исполнешю этой обязанности''.
На суммы этихъ клубовъ должно вести иски, протнвъ лицъ, устра-
няющихъ женщинъ отъ участ1я въ выборахъ.
„3. Каждая женщина, же.1ающая вотировать, должна доставить
въ комитетъ свое имя и адрессъ", съ приложетемъ посильнаго денеж-
наго пожертвовашя, предназначаемаго для дароваго распространен1я
въ народ* политическнхъ трактатовъ.
„4. Женщины должны стараться защищать свое д*ло передъ зако-
нодательной комисс1ей каждаго штата; устроить школы и публпчныя
лекцш въ каждомъ город* и въ каждомъ сел*; должны привлекать
на свою сторону своихъ мужей, отцовъ и братьевъ".
Такимъ образомъ, въ Америк* наступаетъ посл*дн1Й акгъ борьбы
за равноправность женпшны. Во имя естественнаго права и консти-
туцш, ради ув*нчан1Я величественнаго здан1Я демократической рес-
публики, женщины требуютъ себ* равноправной свободы, и недалекъ
589
тотъ день, когда он'Ь тора^ествеяно заявя1!Ъ о себ* въ ваишнгФой-
скомъ Капитол!*. Усп^хъ женскаго д*ла въ Америк* не подлежитъ
сомн^нш, потому что оно опирается зд4сь на школы, находящ1яся
въ рукахъ женщинъ, па конституцш и даже на религхю, которая въ
Европ-Ь, особенно въ католической, не благопр1ятствуетъ эманципац1и.
Большая часть американскихъ сектъ признаетъ и проиагандируетъ
равенство половъ. ЛЬтомъ 1871 г. старейшина Ливанской Горы, по-
селешя шекеровъ, былъ въ Лондон* и въ своей лекц1и о шекеризм*
говорилъ англичанамъ: „Когда я смотрю на христ1янск1я наши и ихъ
содхальныя системы, то вижу всюду громадное зло; не всЬ люди бла-
годенствують, не вс* они достаточно снабжены нищею, платьемъ и
жильемъ. Почему же это? Не объясняется ли это ч*Ьмъ-нибудь изъ
основанхй вашего управлешя? Подумайте- ка. Это в4дь управление муж-
чинъ; женск1й элементъ не имЪетъ въ немъ представителей. Правда,
у васъ есть королева; но она царствуетъ бол*е какъ король, ч*мъ
какъ женн1,ина. Вашъ нарламентъ, ваша палата лордовъ, ваша пала-
та оби;цнъ вовсе не им*ютъ женскихъ представителей нац1и. Нако-
недъ, ц*лая половина вашего народонаселен1Я состоитъ изъ женл1;инъ,
который обладаютъ такими же способностями, такими же чувствами
и им*ютъ т* же самыя нужды, какъ и другая половина. Почему же
он'Ь подчиняются законамъ, въ составлеши которыхъ не участвуютъ,
подлежать наказан1ямъ за нарушеше этихъ законовъ и налогамъ, а
между т'Ьмъ вовсе не им4ютъ представительства? Я только къ слову
упомянулъ объ этомъ, какъ о предмет* способномъ занять умъ про-
стаго шекера во время, свободное отъ труда. Вы, конечно, извините
меня, такъ какъ я не принадлежу къ М1ру. Мы же думаемъ — и счи-
таемъ это своей основной идеей — что божество двойственно, что м1-
ромъ управляютъ Небесный Отецъ и Небесная Мать, и что поэтому,
всякое нормальное управлеше должно быть основано на такомъ же
начал*, должно признавать существован1е двухъ постоянныхъ элемен-
товъ въ челов*честв*, мужскаго и женскаго. И я приписываю войну,
и соц1альное зло, и много другихъ вещей, которыя можно указать въ
вашихъ сощальныхъ системахъ и организащи, главнымъ образомъ
отсутств1Ю такого норма льнаго управлешя''. Эта безъискуственнал р*чь
простаго американскаго мужика ноказываетъ, до какой степени идея
равенства половъ начинаетъ проникать даже въ массу народа. И не
одни только новыя секты, но и большинство старыхъ — методисты,
баптисты, анабаптисты, унитарги и т. д. — признаютъ въ Америк*
равноправность женщины. Въ 187 1 г. въ Соединенныхъ П1татахъ счи-
талось уже шестьдесятъ восемь женщинъ, оффищально утвержденныхъ
въ должности пасторовъ при церквяхъ разныхъ в*роиспов*дан1й;
мног1я женщины, кром* того, учили и про аов*ды вали безъ оффищаль-
590
наго вазаачешя бъ известной церкви. Даже у мормоноЁъ началось
сильное движен1е протпвъ многоженства и обусловленнаго нмъ пора-
бощен1Я женщины. Л'Ьтомъ 1871 г. въ столицу иормоновъ прибыла
достопочтенная мать современнаго женскаго движешя въ Америке,
седовласая мистриссъ Стэцтонъ, которая усп^ваетъ и хлопотать о
своемъ семебств^, и присутствовать на всЪхъ за]гЬчательныхъ жен-
скихъ митингахъ, вести дебаты, читать лекщи, писатъ въ газеты, ру-
ководить д'Ьлами жеискихъ ассощацШ. Вм'Ьст^ со своею спутницей,
не мен-Ье знаменитою миссъ Энтони, она, окруженная толпами мормо-
нокъ, читала имъ лекцш о яравахъ п обязанностяхъ женщины, раз-
суждала о многоженств'^, говорила о твранши мужчинъ и произвела
на мормонокъ сильное и благопрхятное впечатл'Ьн1е. Эти дв']^ женщи-
ны въ н'&сколько м'Ьсяцевъ про'Ьхали поперегъ весь Союзъ, побывали
въ сотняхъ городовъ и поселен1Й, собирая митинги, читая лекщи,
агитируя женщинъ, собиравшихся всюду на голосъ яхъ лучшихъ и
благородн'&йшихъ друзей. „Журналы Запада — говоритъ Кеуо1ииоп—
относятся къ мистриссъ Стэнтонъ и миссъ Энтони съ замечатель-
ны мъ уважен1емъ. Ихъ поездка походить почти на тр1умфальное ше-
ствхе.** И въ большихъ городахъ, и въ новыхъ колошяхъ, и у мормо-
новъ на Соленомъ Озер^, и въ рудникахъ Калифорши, — всюду жен-
щины встречали ихъ съ восторгомъ и провожали благословешями.
Эта поездка принесетъ большую пользу дЪлу эманципащи, привлекши
къ нему тысячи новыхъ сторонницъ.
10231
>