ISSN O130-5972
ХИМИЯ И ЖИЗНЬ
НАУЧНО-ПОПУЛЯРНЫЙ ЖУРНАЛ
АКАДЕМИИ НАУК СССР
2
1983
)tjft*V*?9fr
.^ Ja^LL I I И 11 11 [ I ! JjJJ.IxrLH?4 К М II J 1 I I И lt-i и il I I |il =3

химия и жизнь Ежемесячный на*
Издается № 2
с 1965 года февраль 1983
! журнал Академии наук СССР
Ресурсы
Вещн и вещества
Проблемы и методы
современной науки
Репортаж
Что мы льем
Живые лаборатории
Проблемы и методы
современной науки
Б. Багаряцкий, В. Станицын. ЗАИНТЕРЕСОВАННОСТЬ
М. Кривич. ПРЯМАЯ ВЫГОДА
С. В. Шестоперов. ВЕЧНЫЙ БЕТОН?
Н. Колосков, В. Огиенко. СВАЯ
Я. Р. Магаев НЕОБРАТИМОСТЬ, УСТОЙЧИВОСТЬ,
ТЕРМОДИНАМИКА
В. Станцо. АСБЕСТ ИЗ АСБЕСТА
В. В. Худолей. БАКТЕРИИ — ОБЛИЧИТЕЛИ
КАНЦЕРОГЕНОВ
В. Варламов. «СЕКРЕТЫ НЕ ТАЯТ — ИХ ВВЕРЯЮТ»
В. И. Иванов. ИГЛА, ЛЕКАРСТВО, РИТМ
М. Богачихин. ЧАШКА ЧАЯ
Н. Молодкина. ЧАЕПИТИЕ ПО-ЯПОНСКИ
Т. М. Клевенская. ЦВЕТОК В СТИЛЕ «РЕТРО»
КАК ВЫРАЩИВАТЬ ПЕЛАРГОНИЮ
...И О ГЕРАНИ — ТОЖЕ (стихи Б. Пастернака
и В. Тушновой)
В. В. Александров, Н. Н. Моисеев. О МОДЕЛИ
КЛИМАТА, КОНФЛИКТАХ И КОМПРОМИССАХ
2
В
16
19
24
31
37
41
42
47
51
52
53
55
56
Архив
М. А. Ильинский. НЕКОТОРЫЕ ОБОБЩЕНИЯ ТЕОРИИ
ВАЛЕНТНОСТИ
ПЕРЕПИСКА М. А. ИЛЬИНСКОГО С РЕДАКТОРАМИ
НАУЧНЫХ ЖУРНАЛОВ
НА ОБЛОЖКЕ — рисунок к
статье «Познакомьтесь с зайцем».
Разные участки тела зайца-беляка
линяют при разной
температуре воздуха. Слева
показано, как идет линька,
весной, справа — осенью
(по В. Е. Гайдук).
НА ВТОРОЙ СТРАНИЦЕ
ОБЛОЖКИ — голландский
рисунок начала XVIII века.
Принято думать, будто
хоккей — изобретение совсем
недавнее, но рисунок доказывает,
что эту мужественную игру
любили тогда, когда химия еще
не была наукой.
О том, что дает нам хоккей,
говорится в статье «Химикам —
от «Химика».
70
72
Земля и ее обитатели
Спорт
В. Полищук. ЧЕТЫРЕ ДНЯ С ГАЛИЛЕЕМ
С Старикович. ПОЗНАКОМЬТЕСЬ С ЗАЙЦЕМ
В. Зяблов. ХИМИКАМ — ОТ «ХИМИКА»
76
84
91
ТЕХНОЛОГИ, ВНИМАНИЕ!
НОВОСТИ ОТОВСЮДУ
КНИГИ
ИНФОРМАЦИЯ
КЛУБ ЮНЫЙ ХИМИК
КОРОТКИЕ ЗАМЕТКИ
ПИШУТ, ЧТО...
ПЕРЕПИСКА
14
22
63
63, 82
65
93
94
96

Репортаж
Заинтересованность
Это слово вынесено в заголовок не
случайно: емкое слово — много у него
оттенков.
Международная специализированная
выставка «Химия-82» была пятым по счету
смотром достижений мировой химии. Но
во многом она же была первой. Хотя бы
по масштабам. Крупнейшие «химические»
державы Европы и Азии привезли на
выставку как никогда много нового н
интересного.
Оживленно было и на советских
стендах. Это закономерно. Наша страна с
каждой новой пятилеткой становится все
более крупным не только импортером, но
и экспортером химической продукции. Эти
обстоятельства тоже придали понятию
«заинтересованность» — применительно к
выставке «Химия-82» — новые оттенки.
Каждый выкладывал на стол, вернее,
на выставочный стенд свои козыри. О
наших рассказано в декабрьском номере
журнала за прошлый год. На этот раз мы не
будем представлять отдельные, пусть даже
очень удачные, отечественные экспонаты.
Важнее тенденции.
Слово — членам коллегий трех
главных наших химических министерств.
О ЧЕМ ГОВОРЯТ
СПЕЦИАЛИСТЫ
В. Ф. Ростунов, начальник управления
по науке и технике Министерства
химической промышленности СССР:
Для современной химии — я имею в
виду химию как отрасль производства —
особенно характерна теснейшая связь с
наукой. Главным нашим партнером в
последние годы стала Академия наук СССР:
совместные работы ведем более чем по
1500 темам. Взаимная заинтересованность и
общая работа помогли создать
множество новых технологий, усовершенствовать
старые, включить в производство
нетрадиционные виды сырья, заменить
дефицитные продукты недефицитными. Приведу
лишь один пример. За последние семь
лет потребление пищевых масел
лакокрасочной промышленностью уменьшилось
вдвое при значительном росте
производства ...
В. Н. Меньшов, начальник
управления по науке и технике Министерства по
производству минеральных удобрений
СССР:
Химическое производство —
чрезвычайно выгодное производство. Каждый
рубль, вложенный в химию, дает
сельскохозяйственной продукции на восемь
рублей. Гранулированными удобрениями
сегодня никого не удивишь, однако
разработанные советскими химиками способы
упрочнения туковых гранул вызвали
живейший интерес у зарубежных
специалистов...
П. А. Верное, начальник технического
управления Министерства
нефтеперерабатывающей и нефтехимической
промышленности СССР:
450 разработок советских ученых и
специалистов по переработке нефти и
нефтехимии запатентованы за рубежом. В СССР
выпускаются синтетические каучуки более
200 видов, причем половину производства
составляют каучуки стереорегулярного
строения.
Начат выпуск отечественных шин для
120- и 180-тонньчх карьерных
самосвалов...
МОЖЕТ БЫТЬ, ГЛАВНОЕ ДОСТИЖЕНИЕ
В дни работы «Химии-82»
приходилось бывать и в Министерстве
химической промышленности. Знакомое здание на
Кировской: в коридорах второго зтажа —
стенды наглядной агитации, в том числе
социалистические обязательства отрасли.
И среди них такой пункт:
«За счет ввода в действие систем
оборотного водоснабжен ия и повторного
использования отработанной воды
обеспечить в одиннадцатой пятилетке в основном
весь прирост промышленной продукции
без увеличения потребления свежей воды».
За этим обязательством — точный
расчет, подкрепленный практикой
прошлых лет. С одной стороны, за
семидесятые годы химическое и
нефтехимическое производство в стране удвоилось.
Но вместе с тем известно — зто
подчеркивалось на XXV съезде партии,—
что в 1975 г. химическая индустрия
страны потребляла не больше чистой воды, чем
в 1970 г. А в 1980 г.— не больше, чем
в 1975 г.
Химическое производство в принципе
водоемкое: очень многие процессы идут в
растворах, да и теплообмен много воды
требует... Но больше 80% ее, отработав
свое, очищается до приемлемых кондиций
и возвращается в производственный цикл.
В общем балансе загрязнений доля
химии сейчас составляет всего 1,5%.
* О некоторых работах, позволивших добить-
ся этого, рассказано в статьях «Тысячи тонн масел»
A981, № 2) и «Модель хорошей краски» A982, № 9).
2

И зто — одно из главных ее
достижений.
Тогда же одному из руководителей
отрасли был задан вопрос: «Какого рода
загрязнения, привносимые в природу
химиками, сейчас волнуют больше всего?» Ответ
был довольно неожиданным, хотя
начинался вполне традиционно: «вряд ли следует
говорить об одном загрязнителе,
правильнее — о группе веществ». Это —
растворы солей. Как правило, растворы
низкой концентрации, выпаривать их дорого,
другими же способами они пока
трудноуловимы. Оттого в химии (и
водоочистке) особый упор сейчас делается на
разработку мембранных методов,
мембранных технологий. Некоторые из них,
естественно, попали на выставку «Химия-82».
Вообще, советский раздел выставки наглядно
показал: современная химия в большей
степени защищает природу, чем загрязняет ее.
КТО И ЧЕМ УДИВЛЯЛ
Все международные выставки в чем-
то схожи.
Как и прежде, на «Химии-82»
широко была представлена продукция наших
друзей и главных торговых партнеров из
социалистических стран. Особенно много
было продуктов, приборов^ установок и
технологий химиков из ГДР. Многие
экспонаты рассказывали о плодотворном
сотрудничестве стран СЭВ.
Одна из отличительных черт
последней выставки: на ней почти не было
экспонатов, рассчитанных на внешний эффект.
Большая часть стендов отличалась
лаконизмом и деловитостью. Были экспозиции и
вовсе без экспонатов в традиционнрм
смысле этого слова. К примеру, стенд
итальянского государственного нефтехимического
концерна «ЭНИ» выглядел таким образом:
несколько крупных цветных фотографий
и диаграмм, одна-две технологические
схемы, и только. И еще комнаты для
переговоров. В подобном же ключе были
оформлены многие экспозиции.
И все же какая выставка без
эффектных, неожиданных экспонатов?
...Реклама утверждала: «Наш
велосипед — воплощенный перпетуум моби-
ле! Он изготовлен из тех же
материалов, что спутники, космические ракеты и
самолеты! Не боится ни жары, ни
сырости!» И так далее. За пластиковой
цепочкой ограждения и в самом деле стоял
велосипед. Причем на первый взгляд
весьма неказистый и какой-то даже
ненастоящий. Вместо привычной эфемерности
металлических трубок массивное
пластмассовое литье. Колеса и вовсе будто взяты
у телеги.
Решили проверить «шведскую
новинку мирового значения» в деле. На ходу
пластмассовый (на 90%) велосипед фирмы
«Итера» оказался действительно легким и
послушным. И хотя каждый из нас
накрутил по асфальтовому пятачку перед па-
Как всегда, радовал глаз разноцветьем
стекла — и бытового, н специального
химического — раздел Чехословацкой
Социалистической Республики
вильоном кругов по десять, на основании
этих блиц-испытаний мы все-таки рискнем
утверждать: «гадкий утенок» вел осип е до-
строения имеет все шансы вырасти в
«лебедя».
На стенде западногерманской фирмы
«Хенкель» той же странностью
пропорций, а точней, странностью назначения
привлек внимание черный пластмассовый
пистолет. Среди ярких этикеток мыла,
стиральных порошков, дезодорантов он
выглядел чужаком. Подобные
пистолеты-распылители применяются для окраски и
краской заряжаются. Этот же заряжался клеем.
Можно, конечно, распылять и клей.
Но сколь долговечным будет такой клеераз-
брызгивающий инструмент? Не слишком ли
скоро забьет клей сопло? Оказалось,
клеевой пистолет заряжается твердыми
пулями — стерженьками из специального
Г
3

термоклея. При «выстреле» они
нагреваются до 160°С, и клей мельчайшими
брызгами покрывает обрабатываемую
поверхность. Он прочно соединяет различные
материалы: стекло и камень, дерево и
ткань. Или, например, полиуретановую
подошву и кожаный верх обуви.
И еще один необычный экспонат:
мягкие складные канистры — «кубитейне-
ры» японской фирмы «Фудзимори».
Емкость до 18 литров, форма — куб со
сглаженными углами. Материал —
модифицированный полиэтилен. Хранить в них
можно едва ли не любые продукты —
от фосфорной кислоты до сакэ. Главное
же, пустая тара почти не требует места.
Сотня 18-литровых контейнеров
укладывается в кипу размерами 70X70X60 см-
ВЫСШИЕ ИНТЕРЕСЫ
Среди «приятных мелочей»,
несомненно, продукция австрийской фирмы
«Кореска». Ее специализация — прежде
всего изделия малой оргтехники: «забивал-
ки» для пишущих машинок, жидкость для
закрашивания ошибок, клейкая лента в
различном исполнении и, конечно, копирка.
Та самая черная и прочих цветов
копировальная бумага, которая в современном
мире расходуется сотнями тонн. Копирка
«Корески», особенно полиэфирная,
славится высоким качеством. Представитель
«Корески» на «Химии-82» взялся доказать нам,
что хорошая копирка не только облегчает
труд машинисток, но и выгодна обществу
в целом.
— Пачка стандартной копирки стоит
десять австрийских шиллингов,—
рассуждает Б. Хаас.— Хорошей, даже очень
хорошей,— пятнадцать. Стандартная копирка
позволяет сделать в среднем десять
полноценных копий, хорошая — пятьдесят*
Нетрудно подсчитать: экономия тройная. Но
это не все. Известно, что даже такая
небольшая страна, как Австрия, потребляет
за год только нашей, коресковской,
копирки 20—30 миллионов листов. Вес
квадратного метра копирки — 45 г.
►
Силиконовый герметик австрийской фирмы
«Кореска» предназначен для закоиопачиваиия
на знму щелей в рамах. Но и стекло со
стеклом он соединяет достаточно прочно
Множество экспонатов выставки так или
иначе были связаны с агрохимией. Здесь
воспроизведен один из стендов
западногерманского химического концерна
«Байер» с коробками новых гербицидов
Так на ходу демонстрировали достоинства
велосипеда шведской фирмы «Итера», почти
полностью сделанного Hi композиционных
материалов н пластиков

Представляете, сколько было бы лишних
отходов, какие горы непроизводительно
изведенного сырья пришлось бы затратить на
дополнительный выпуск копировальной
бумаги среднего качества. В наш трудный
век качество — категория социальная.
Ту же идею прокламировали в
той или иной форме многие
экспонаты «Химии-82». А в том, чтобы на эту
идею работало как можно больше наших,
отечественных экспонатов, кровно
заинтересованы мы с вами.
Глядя, к примеру, на серийные 90- и
120-минутные кассеты для портативных
магнитофонов чужого производства, мы,
репортеры, недобрым словом поминаем свои
шосткинские и казанские. Да и только ли их?
Качество — категория социальная...
И все же в основном не мини-
кассетами с маркой «БАСФ» или «Сони»
привлекали журналистов экспозиции
крупных химических компаний и концернов
западноевропейских стран. У многих этих
ж
«Ий|
»м

компаний есть в Москве свои
представительства, и, видимо, не стоит
удивляться, что они в курсе наших интересов,
наших возможностей, наших нынешних
запросов.' Одним словом, конъюнктуры.
Только начал выдвигаться на роль
альтернативного, способного
конкурировать с нефтяным, сырья и топлива
метанол, и вот уже западногерманская
фирма «Уде» и японская «ТЭК» привозят
проекты крупнейшего производства метанола.
Во всем мире растет потребность в
высокооктановом бензине, и в то же
время тревожит загрязнение атмосферы
свинцом (в результате сгорания традиционной
антидетонационной добавки}. Актуально
это и для нас. И на выставку в Москву
инженерная фирма из Италии «Снампрод-
жетти» привозит способ промышленного
производства метил-трет-бутилового
эфира — антидетонатора без свинца...
Очень многие крупные компании:
«Рон-Пуленк» и «Продюи Шимик Южин
Кюльман» (Франция), «Монтэдисон»
(Италия), «Байер», «БАСФ» и «Хёхст» (ФРГ),
«Ай-Си-Ай» (Великобритания), готовя
выставочную программу, основной упор
сделали на продукты, необходимые для
сельскохозяйственного производства. Есть в
этом логика*. Наши долгосрочные планы
интенсификации и развития агроиндустрии
не могли не привлечь внимания
знатоков (и отчасти законодателей) мирового
химического рынка. Разумеется, не просто
так, разумеется, имея в виду прежде
всего свои интересы, они хотят
сотрудничать и развивать сотрудничество. Ищут и
иногда находят новые формы. К
примеру, активно работающий с советскими
организациями «Байер» намерен даже
выпускать на русском языке специальный
бюллетень, информирующий о новых
разработках фирмы в области агрохимии.
В приведенных примерах (их могло
быть и больше) — дальний прицел. Это —
торговая политика торгового запада:
помимо всего прочего, наши заказы на
долговременной основе гарантируют
стабильный рынок, увеличивают занятость. А
наша Продовольственная программа и,
следовательно, порожденные ею контракты
рассчитаны всерьез и надолго.
Американские эксперты подсчитали,
что экспорт в СССР промышленной
продукции фирм США за пять лет, с
1979 по 1984, мог составить почти 15
миллиардов долларов. Мог, но не составил.
А эти 15 миллиардов равноценны созданию
от 500 000 до миллиона рабочих мест.
При этом западные экономисты
подчеркивают, что советские контракты помогают
успешно функционировать средним и
небольшим фирмам. В ФРГ, например, на
долю таких фирм в семидесятые годы
приходилось до 40% торгового оборота с
СССР.
Читатели «Химии и жизни» по нашим
прошлым публикациям знакомы с
итальянской компанией «Триульци», выпускающей
машины для литья пластмасс и легких
сплавов. Сейчас советские предприятия
покупают свыше 30% продукции «Триульци».
На «Химии-82» эта компания и две ее
недавно образованные дочерние фирмы
(одна из них названа русским словом
«Радуга») заняли отдельный павильон.
«Почему такая обособленность?» —
спросили мы вице-президента «Триульци»
Чезаре Гамбу. «Нет нужды в посредни-^
ках,— ответил он,— я здесь, в Москве,
бываю часто, знаю тех, кого нужно знать,
а они, в свою очередь, уже знают
нашу продукцию и наши гарантии.
Поэтому на выставках вполне управляюсь сам с
немногочисленными сотрудниками,
главным образом техниками и рабочими.
Любую машину можем показать и
показываем в действии. Нас знают, нам верят.
Личные знакомства в международной
торговле важны. Может, не так важны, как
качество поставляемого, но важны, и
очень».
Характерно, что такого рода личные
знакомства на «Химии-82» завязывались, на
наш взгляд, легче, чем в прошлые годы.
Главным образом потому, что почти на
любом стенде были несколько человек (не
считая переводчиков), говоривших
по-русски. По-русски беседовал с нами и
Р. Дж. Читти, глава московского
представительства известной английской
компании «Ай-Си-Ай», приезжавшей на «Химию-
82» с обширной программой. В
частности, предлагала завод по производству
нового белкового продукта «прутина» —
продукта м икробиологического синтеза.
Белок в этом процессе вырабатывают
бактерии, потребляющие метанол, аммиак и
кислород воздуха. В Западной Европе пока
всего один такой завод...
Интерес к советскому рынку со
стороны крупнейших (и не только
крупнейших) европейских (и не только
европейских) фирм растет. И выставки,
подобные «Химии-82», несомненно, подогревают
этот интерес. В какой степени? Этот
вопрос был задан главе московского
представительства фирмы «Рон-Пуленк» Габриэлю
Секретёву. Вот что он ответил: «Наши
связи, конечно же, не ограничиваются
выставками. Скорее наоборот, основная
работа делается в промежутках. А выставки —
это что-то вроде праздника в доме
друзей, куда приезжаешь засвидетельствовать
личные симпатии».
Возможно, это так. Однако во
время последнего праздника химии и
инженерной мысли было подписано контрактов
и соглашений на сумму... О сумме
умолчим. Заметим только, что она вчетверо
больше, чем на «Химии-77» пять лет назад.
Б. БАГАРЯЦКИЙ, В. СТАНИЦЫН,
специальные корреспонденты
«Химии и жизни»
Фото Ю. Туманова
6

Запись
в книге
почетных
гостей

Международной
выставки
«Химия-82»
Сердечно благодарю
устроителей выставки за их
труд по ее организации.
Экспозиции иностранных
фирм, показывающие
современную роль химии
в обеспечении нужд
человечества в продовольствии,
материалах, показывают
основу современного этапа
существования
человечества. Недостаток
природных ресурсов (нефти)
заставляет изыскивать (и это
делает химия) пути
расширения использования
недефицитных энергоресурсов
(угля) с модификацией его
в жидкое и газообразное
топливо и удобное сырье
для химической
промышленности. Синтетические
материалы, синтетические
продукты для кормов и
питания, новые пути
получения веществ путем
микробиологического синтеза и
путями генной инженерии
— это то, что позволит
человечеству не бороться за
остатки природных
ресурсов военными средствами,
а позволит длительно
обеспечивать растущее
человечество за счет
объединения усилий науки и
промышленности, повышения
производительных сил
человечества.
Особенное
впечатление произвел на меня
советский раздел выставки. Он
показывает, что все
важнейшие направления
современной химии в нашей стране
динамично развиваются и
обеспечивают решение
важнейших государственных
задач. Вклад химии в
развитие народного хозяйства
г^р., I та прел'оен-v Академ и наук СССР,
гг .. 1 ти« ' о Tpi да
чк- * . * -.ЕКСА
пспмаег 80 лет.
«> г:лия и жизнь»
■ исслаи г ои пспдравлгния к тем,
i ' 'чает в э н"
нашей страны
наращивается быстрее, чем в любой
стране мира. Но есть и
недостатки: развивая
крупномасштабную химию, мы
иногда снижаем внимание
к химии малой и ставим
себя в зависимость от
других стран. Нужно усилить
внимание к этим разделам
— это обязанность АН
СССР и всех химических
отраслей.
ж
7
1

Ресурсы
Прямая выгода
ЗАМЕТКИ О ЦЕХЕ
НЕФТЕХИМИЧЕСКОГО ОБЪЕДИНЕНИЯ.
КОТОРЫЙ ИГДАЕТ ХИМИЧЕСКОЙ ПРОДУКЦИИ,
гир.
шятттг
«Для пополнения ресурсов
продовольствия следует повсеместно, где есть
для этого условия, развивать подсобные
сельские хозяйства предприятий и
организаций с тем, чтобы в
максимальной степени обеспечить потребности
общественного питания рабочих и служащих в
мясе, молоке, овощах и картофеле»,—
записано в Продовольственной программе.
Умело используют условия для
развития подсобного хозяйства в городе
Нижнекамске, на одном из крупнейших
нефтехимических предприятий страны ордена
Ленина производственном объединении
«Нижнекамскнефтехим». О работе
аграрного цеха объединения — очерк
специального корреспондента «Химии и
жизни» М. КРИВИЧА.
В Нижнекамске, городе молодом,
разумно спланированном и умело
застроенном, промышленные предприятия отстоят
от жилых массивов на несколько
километров. Между собой они связаны
широкими асфальтовыми лентами, на которых
днем и ночью довольно оживленное
движение. Корреспонденты «Химии и жизни»
десятки раз ездили по этим дорогам на
заводы нефтехимического и шинного
объединений — двух промышленных гигантов,
давших жизнь Нижнекамску. Ездили — и не
замечали неприметного съезда в сторону
на полпути между городом и промзоной.
На сей раз машина свернула
именно туда, прошла еще несколько сот
метров и остановилась возле железобетонных
строений явно промышленного
назначения. Целью нашей поездки была
свиноферма, и мы были у этой цели.
«НЕФТЕХИМИК» —
ДЕТИЩЕ НЕФТЕХИМИКОВ
В начале 1978 года объединению
«Нижнекамскнефтехим» для ведения
подсобного хозяйства отвели небольшой
участок земли, принадлежавший прежде
местному совхозу «Нижнекамский».
Объединение закупило двести свиноматок и хряков
и, приспособив под свинарник ветхие
деревянные сараи, начало потихоньку новое
для него дело. Подсобному хозяйству,
пока еще маленькому и слабому, авансом
присвоили звание совхоза и, не
мудрствуя, нарекли его «Нефтехимиком».
Объединение строить умеет,
доказало это, пустив за пятнадцать с
небольшим лет полтора десятка современных
нефтехимических заводов, сдав сотни
жилых домов, школы, больницы,
кинотеатры, даже аэропорт. Не стало для него
особой проблемой и непривычное
сельское строительство. На месте сараев
выросли корпуса свинокомплекса со своим
кормоцехом, бройлерная фабрика, склады,
овощехранилища, машинный двор,
механические мастерские — словом, все, что
нужно для ведения хозяйства.
Свиньи размножаются быстро. И за
четыре года скромное совхозное стадо
выросло в 30 раз. Сейчас в шести
корпусах свинокомплекса живут, набирают вес
около шести тысяч животных. Высокие
железобетонные своды, окна от пола до
^ потолка, пролеты, как в сборочном цехе
большого завода. В маточном отделении
в просторных загонах возлежат дородные
свиноматки, облепленные гроздьями
умильно-розовых, похожих на фарфоровые
копилки поросят. То один, то другой по-
8

росенок, а то и несколько сразу покидают
мать и направляются в пристроенный к
каждой «квартире» загончик, чтобы
погреться под кварцевой лампой. В
откормочном отделении подобных семейных
апартаментов нет, животные обитают в
больших загонах, ряды которых теряются
в далекой перспективе хлева-цеха. Корма
развозит небольшой трактор с тележкой.
Людей почти не видно.
Преимущества современного
агропромышленного предприятия перед
маленькой животноводческой фермой
очевидны и не нуждаются в дополнительных
аргументах. И все же приведем
несколько цифр — из опыта совхоза
«Нефтехимик». За четыре года производство
мяса увеличилось здесь в 10 раз и
достигло 4665 центнеров — это, между
прочим, добрых два килограмма
ежемесячно к столу каждого работника
объединения. Суточные привесы свиней в 1979 г.
составляли 184 г, а в 1981 г. достигли
381 г, валовая продукция со 100 га
сельхозугодий возросла за это же время со
100,2 до 797 тыс. рублей.
Приводя эти убедительные цифры,
заместитель директора совхоза Иван
Дмитриевич Большое подчеркивал, что с
ростом хозяйства все его показатели, включая
себестоимость продукции, должны
непременно улучшаться. А расти хозяйство будет.
Закладывается стадо крупного рогатого
скота — недавно объединение приобрело
около 500 нетелей, строятся новые
корпуса свинофермы, чтобы довести к концу
пятилетки поголовье свиней до 12 тысяч.
За строительством, за средствами
дело не станет. Единственная проблема —
корма.
КОРМА
Под подсобное хозяйство
объединение получило в свое время 400 га
земли, на которой возвели свинокомплекс,
бройлерную фабрику и все
хозяйственные службы. Потом совхозу прирезали
еще 200 га пашни, в основном неудобья.
Здесь сеют кормовые травы, рожь,
немного кукурузы; ведут полеводство по-
современному, интенсивно, используя для
полива высокопроизводительные
«Фрегаты» и «Волжанки». Урожай бережно
собирают, и совхозный агрегат для
производства травяной муки готовит около тысячи
тонн богатого витаминами корма. Кроме
того, совхоз закладывает до 2 тысяч тонн
силоса. Но этого для совхозного
поголовья мало.
Более 40% кормов — пищевые
отходы, которые собирают здесь не менее
бережно, чем урожай на полях. И не
только по заводским столовым, не только
по городским предприятиям общепита.
Нижнекамск поделили на две части.
Половина города отдана совхозу «Нефтехимик»,
другая — совхозу «Нижнекамский». Оба
хозяйства собирают корма со своих
городских угодий. Но и этого не хватает.
Летом все цехи, все заводы
объединения посылают своих людей на покос
трав, на сбор зеленых веников. Прошлым
летом работники объединения собрали в
окрестных лесах 85 т желудей —
излюбленного лакомства свиней. Понятно, что
иным способом добыть это лакомство
нельзя. Но и с желудями кормов
недостаточно.
Обычно колхозы, совхозы,
птицефабрики получают корма еще и от
государства, по специально выделяемым фондам.
Объединение, которому разнаряжают
нефтехимическое сырье, топливо, химреактивы,
аппараты, машины, металл и
многое-многое другое, таких фондов, естественно, не
имеет. И все же, рассказывает И. Д. Боль-
шов, недавно удалось добыть 560 т
комбикормов.
Трудно с кормами для свиней. Еще
труднее — для птицы, особенно для
маленьких цыплят. На бройлерных
фабриках недельным, двухнедельным, месячным
цыплятам дают особые корма для каждого
возраста — сложные смеси из
мясокостной и кровяной муки, сухого молока,
яиц, различных витаминов и прочих
добавок. На ином корме цыплята плохо растут,
медленно прибавляют в весе, болеют,
гибнут. Естественно, такие смеси тоже не
входят в обычные поставки промышленным
предприятиям. Выручил авторитет Николая
Васильевича, говорит Большое,— удалось
договориться с Бугульминской
птицефабрикой и получить там нужные корма для
недельных цыплят. Николай Васильевич
Лемаев — генеральный директор
объединения «Нижнекамскнефтехим», Герой
Социалистического Труда, депутат
Верховного Совета РСФСР.
АВТОРИТЕТ
ГЕНЕРАЛЬНОГО ДИРЕКТОРА
«Наш подшефный совхоз
«Ленинский путь» собирает 7—9 центнеров
зерновых с гектара. Мы же рассчитываем в
этом году на урожай в 15—20 центнеров
с гектара»,— говорил мне К В. Лемаев.
Потом он сообщил, что уже к концу
1982 года в аграрном цехе объединения
будет 9 тысяч свиней и 800 бычков и телок,
о том, что планируется еще завести на
первых порах небольшую отару овец, а там,
глядишь, и табун лошадей. Он с
увлечением говорил о кормах, новых комбайнах и
тракторах, закупленных для своего
совхоза, о строящемся прудовом хозяйстве
(зеркало воды 200 га!) с
рыбоперерабатывающим заводом мощностью до 2 т
рыбы в сутки, о расширении пасеки с
10 до 100 ц меда в год.
Странно было слышать все это в
кабинете, где говорят обычно о
газопереработке, о выпуске этилена и каучуков.
Впрочем, так ли уж странно?
У «Нижнекамскнефтехима» знающие,
дальновидные, умелые руководители. Об
этом лучше всего свидетельствуют произ-
9

водственные успехи руководимых ими
предприятий. И в неменьшей степени —
большая работа, направленная на
улучшение быта многих тысяч людей, занятых на
нефтехимических заводах. Прекрасно
оборудованные столовые, детские сады и
пионерский лагерь, дом отдыха
«Дубравушка», садоводческое товарищество, в
которое входит каждый шестой
нижнекамский нефтехимик,— все это не менее
важно для успешной работы объединения,
чем совершенные аппараты и надежная
технология. Между прочим, важно не
только для объединения, но и для всего
города, ибо нефтехимики вместе со своими
семьями составляют добрую половину
Нижнекамска.
По инициативе Лемаева и закупили
первые две сотни свиней, с которых
началось животноводческое хозяйство
нефтехимиков. По его инициативе и под его
прямым присмотром строились
животноводческие помещения, закупалось
оборудование. А сам генеральный директор и
его ближайшие помощники, руководители
партийной и профсоюзной организаций
за четыре года существования своего
совхоза стали неплохо разбираться и в
животноводстве, и в полеводстве, и в
тепличном хозяйстве, и в прудовом
рыборазведении.
То, что в заводских столовых и
организованных при них кулинарных
магазинах стало больше мяса, очень важно. Не
менее важно и другое: люди знают, что
дополнительные продукты питания
производит их собственный аграрный цех, что
они могут ему помочь, а значит, улучшить
питание своей семьи.
«Когда в цехах люди указывали мне
на перебои в снабжении мясом,— говорит
Лемаев,— я порой не знал, что ответить.
Теперь же отвечаю: это в ваших руках».
В самом деле, сложнейшая для
животноводческого совхоза проблема — проблема
кормов — решается главным образом
силами самих нефтехимиков. Все заводы,
все цеха получают задания по заготовке
зеленой массы, сена, веток, желудей.
Задания напряженные, серьезные. Их
выполнение учитывается при подведении итогов
социалистического соревнования. Заводы
и цехи сами решают, сколько людей и
когда надо послать в лес, или на луга, или
на покосы вдоль дорог.
Обычно поездки в подшефные
хозяйства считают неприятной повинностью.
На «Нижнекамскнефтехиме» этого нет.
Люди знают, что выполняют наиважнейшее
производственное задание, что от
результатов их работы во многом зависит их
собственное благополучие, что заготовка
кормов организована так же четко, как
и производство в цехе, что простоев не
будет. Знают они также, что их труд
будет отмечен. И — не последнее дело —
они знают, что продукция своего совхоза
пойдет в первую очередь в столовые
тех заводов, которые были первыми на
заготовке кормов.
Между прочим, такое справедливое
распределение созданных собственными
руками благ вообще в традиции
объединения. «Кто строил базу отдыха — тому
первые путевки, кто не строил, может
претендовать лишь на оставшиеся,—
рассказывает Николай Васильевич.— Так и с
продукцией нашего совхоза. Коллективы
сами заинтересованы в успешной заготовке
кормов. И порою даже подгоняют своих
руководителей. А начальники цехов и
директора заводов и сами, бывает,
отпрашиваются у меня на сенокос, на свежий
воздух...»
Заинтересованность
заинтересованностью, но дело на самотек руководители
объединения не пускают. Каждая
оперативка в летнюю пору начинается с
сообщений директоров заводов — сколько
заготовлено на сегодня зеленой массы. Почти
на каждом совете директоров
рассматривается все тот же вопрос — корма.
А постоянно им занимается созданный
приказом генерального директора и
постановлением парткома штаб, который
собирается ежедневно.
У читателя могут возникнуть вполне
законные вопросы: 1) дело ли, что
руководители крупнейшего в отрасли
промышленного предприятия отвлекаются от своих
основных обязанностей; 2) дело ли, что
снабжение аграрного цеха самым
необходимым держится в значительной мере на
авторитете генерального директора?
Вряд ли есть однозначные ответы
на эти непростые вопросы. И все же
ответить на них можно так. Во-первых,
сельскохозяйственные «увлечения» руководителей
объединения не сказываются на его
работе — «Нижнекамскнефтехим» долгие
годы в числе передовых предприятий
отрасли. Во-вторых, опыт показывает, что
подсобные хозяйства становятся настоящим
подспорьем лишь там, где ими серьезно
и повседневно занимаются; само собой
никакое дело не делается. Что же касается
кредитов под авторитет, то, конечно,
хорошо было бы получать и корма, и
удобрения, и комбайны без всяких усилий,
без всяких авторитетов — да пока не
всегда удается.
Однако тут возникает еще один
вопрос: во что обходится сельхозпродукция,
в которую вложено немало средств
промышленного гиганта, труд аппаратчиков,
лаборантов, инженеров, начальников цехов
и самого генерального директора?
К ВОПРОСУ О СЕБЕСТОИМОСТИ
Заботы о собственном аграрном цехе,
понятное дело, не освобождают
нижнекамских нефтехимиков от обычной
повседневной помощи районным совхозам, и прежде
всего подшефному. Только в прошлом году
ремонтно-механический завод изготовил
сотни запчастей для комбайнов и тракто-
10

ров, заводы химические, помимо своей
основной продукции, отгрузили тысячи
тонн аммиака и аммиачной воды для
удобрения полей Нижнекамского района.
Грузовики объединения во время посевной
и уборочной перевезли десятки тысяч тонн
грузов. Рабочие и инженеры отработали
на полях совхозов — не своего,
подшефных — 80 тыс. человеко-дней. Помощь
изрядная, силы и средства затрачены
немалые. Но всегда ли они используются
достаточно эффективно? Вот мнение об
этом секретаря парткома объединения
Илькама Зуфаровича Муртазина:
«Мы послали на уборку 74 грузовика.
В совхозах из-за переменчивой погоды и,
что греха таить, далеко не совершенной
организации труда они используются не
больше чем на 20%. Если бы мы не
откомандировали машины на село, а сами
распоряжались ими, загрузка была бы
несравненно выше. Комбайны косят и
молотят хлеб, грузовики вывозят его с поля.
Пошел дождь — машины работают на наши
заводы. Полагаю, что у нас в объединении
отдача машин, коэффициент их
использования не менее чем впятеро выше, нежели
на селе. В прошлом году мы послали в
«Ленинский путь» своих комбайнеров и
отряд ремонтников со специально
оборудованной машиной-летучкой. Ни один
комбайн не стоял, и совхоз, который числится
отстающим, вышел на уборке на второе
место в районе.
В нашем совхозе «Нефтехимик» со
свинокомплексом, стадом крупного
рогатого скота, птицефабрикой, кормоцехом
управляются 160 человек. Не сочтите это
хвастовством, но будь хозяйство не в наших
руках, будь «Нефтехимик» обычным
совхозом, потребовалось бы человек пятьсот
плюс наша шефская помощь. Уверен, что
организация совхозов при крупных
промышленных предприятиях, вроде нашего,
это несомненная, прямая выгода».
С мнением И. 3. Муртазина нельзя
не согласиться: если для производства
любой продукции — будь то
синтетический каучук или свинина — затрачено,
по самым скромным оценкам, втрое
меньше сил, есть здесь прямая выгода.
В объединении умеют считать деньги.
Себестоимость каждого производимого
здесь продукта точно скалькулирована,
скрупулезно выдерживается, постоянно
снижается. Считают, разумеется, и
себестоимость продукции аграрного цеха. В
первый год его работы центнер свинины
обходился объединению в 415 рублей, в
прошлом году — в 183 рубля. А это
самая низкая себестоимость по хозяйствам
района.
Впрочем, бить в литавры
«Нефтехимику» еще рано. Выпуская
сельхозпродукции на миллион рублей в год, совхоз еще
убыточен — дефицит составляет около
100 тыс. рублей. Можно сказать, что
для объединения, ежегодно выпускающего
различные нефтехимические продукты
почти на миллиард рублей, имеющего
многомиллионные прибыли и солидные
фонды на социальные нужды, это мизерный
убыток. Но мириться с ним не собираются.
А рентабельность аграрного цеха
упирается все в ту же наболевшую проблему —
корма, на долю которых приходится
добрая половина себестоимости, а то и
больше. Причем 70% этих затрат —
расходы на закупку дорогих комбикормов на
стороне.
Чтобы аграрный цех объединения
стал рентабельным, ему нужна земля.
Совхоз «Нефтехимик» ее получил.
ВОЗВРАЩЕНИЕ К ЗЕМЛЕ
Не один год представители «Нижне-
камскнефтехима» обивали пороги высоких
инстанций с просьбой выделить землю для
своего совхоза. Наконец, в начале 1982 года
нефтехимикам передали 2500 га угодий
совхоза «Ленинский путь», напомним,
подшефного хозяйства объединения. Совхоз,
как уже говорилось, особыми успехами не
блистал и охотно отдал влиятельным
шефам изрядный кусок своих далеко не
лучших земель.
«Мы обрадовались,— рассказывает
Илькам Зуфарович Муртазин.— А потом
опомнились. До начала сева оставались
считанные недели, а у нас ни опыта в
В свинокомплексе совхоза «Нефтехимик»

полеводстве, ни механизаторов, ни крыши
над головой для них». Было сделано,
казалось бы, невозможное. В селе Верхняя
Уратьма, возле которого расположены
прирезанные «Нефтехимику» угодья,
отремонтировали брошенные дома,
арендовали клуб, спортзал местной школы. Набрали
отряд механизаторов — из шоферов и
аппаратчиков, бывших сельских жителей.
И не последними в районе закончили сев
на отведенных объединению неудобьях.
А потом, как обычно делается в «Нижне-
камскнефтехиме» после пуска и освоения
новых объектов, подвели итоги
соцсоревнования, вручили лучшим грамоты,
дипломы, премии.
Я приехал в Верхнюю Уратьму за
день до начала косовицы ржи. Возле
шеренги новеньких оранжевых «Колосов» и «Нив»
хлопотали механики. Тут же рядом, что
называется, кипела стройка. Строители
перекрывали последние пролеты первого
склада зерна — легкого, сверкающего
алюминиевыми панелями сооружения.
К концу года таких складов здесь будет
шесть. Чуть поодаль шла другая стройка.
На окраине старого села, за деревянными
домами и заборами, растет новая улица,
которая будет заселена работниками
совхоза «Нефтехимик»: 40 двухэтажных
каменных коттеджей, на две семьи каждый.
Контуры улицы уже видны — десяток
домиков здесь успели сложить.
На площадке возле строящихся
складов короткое совещание: секретарь
парткома И. 3. Муртазин, заместитель
генерального директора М. С. Сибгатов,
несколько работников «Нефтехимика».
Комбайны утром выйдут в поле, пойдет первое
зерно, а склад будет готов его принять
лишь через два дня. Поэтому сегодня,
сегодня, а не завтра, надо спланировать
под ток для приемки и первой очистки
ржи гектар-другой земли. Огляделись,
выбрали место и закончили совещание.
А через несколько минут заработали
бульдозеры — строительство тока началось.
Муртазин с Сибгатовым сели в машину и
отправились в Нижнекамск — не в свои
кабинеты, однако, а на свинокомплекс.
Что же происходит? В сугубо
сельском крае, не знавшем никакой
промышленности, вырос промышленный
Нижнекамск, рядом с которым, заметим кстати,
всего в тридцати километрах, еще один
индустриальный центр — город Брежнев,
где работает Камский автозавод.
Промышленные гиганты — «Нижнекамскнефтехим»,
«Нижнекамскшина», КамАЗ — под свои
корпуса, под дороги и прочие
коммуникации, под свои города забирали землю.
Отчуждали, как еще говорят. И
перетягивали людей, на этой земле работавших. На
VII пленуме Нижнекамского горкома
партии, посвященном задачам
Продовольственной программы, назывались такие
цифры: только в X пятилетке из сел района
на промышленные предприятия и стройки
ушли 4250 человек, в том числе 450
механизаторов. Это естественно: нефтехимикам,
шинникам, автомобилестроителям рук
всегда не хватает, а людей манит в город
благоустроенный быт, городская культура,
хорошие заработки.
Но руки нужны и селу, не меньше,
чем городу. И село, а точнее, традиционно
сельские производства получают в
Нижнекамске рабочие руки от города вопреки
повсеместно сложившейся практике. Не
становимся ли мы свидетелями сложного
социального процесса, который можно,
наверное, назвать возвращением к земле?
Ведь нефтехимики набирают для своего
аграрного цеха трактористов, комбайнеров,
ремонтников, уже знакомых с сельским
трудом, пришедших к химическим
аппаратам от тех же тракторов и комбайнов,
с полей. Что это, как не возвращение к
земле? Но возвращение, если можно так
сказать, на более высоком, более
организованном, более деловом уровне.
За спиной механизаторов и
полеводов совхоза «Нефтехимик» —
объединение, с его четким индустриальным ритмом
работы, хорошо налаженным
соревнованием, деловитостью, умением строить и
решать самые сложные
производственные и социальные задачи. Они,
механизаторы и полеводы, не подшефные, а
полноправные члены огромного
производственного коллектива.
Между прочим, работающие на
свинокомплексе животноводы все как
один живут в городе и ездят на работу
трамваем вместе с аппаратчиками, лабо,-
рантами и технологами объединения. Им
нет резона бросать сельскую работу. Ее
бросают, чтобы переехать в город. А они
и так уже в городе.
СИЛА ПРИМЕРА
Прошлым летом директор совхоза
«Нефтехимик» Г. Н. Чигвинцев выступал
на коллегии Министерства
нефтеперерабатывающей и нефтехимической
промышленности СССР с отчетом о работе своего
хозяйства. Он рассказал о достигнутом и
о планах на будущее, отметил помощь,
которую совхоз получает от министерства,
а на конец приберег основательный
перечень просьб. Нужны трактора, грузовики,
автобусы — чтобы возить людей в Верхнюю
Уратьму, запчасти к сельхозтехнике,
удобрения, ядохимикаты, ветеринарные
препараты. Районные организации ничего этого,
как уже говорилось, нефтехимикам не
дают. И дать, наверное, не могут,
поскольку призваны удовлетворять в первую
очередь нужды колхозов и совхозов.
Когда материальные ресурсы
ограничены, их надо направлять туда, где от
них наибольшая отдача, наибольший
эффект. Это азбучная истина. Если подсобное
хозяйство промышленного предприятия
хозяйствует неважно, производит
аптекарские дозы полудрагоценного (по себе-
12

стоимости) мяса или овощей, вряд ли
такому хозяйству надо давать корма,
удобрения, машины. Пусть занимаются
своим промышленным делом, которое у
них ладится. Если же работа идет, как в
«Нефтехимике», следует, наверное,
отбросить ведомственные барьеры и разумно
перераспределить соответствующие
фонды. В конце концов, хозяйке не так уж
важно, откуда свинина или говядина — из
пригородного совхоза или из подсобного
хозяйства промышленного гиганта.
Мы уже знаем, что аграрный цех
«Нижнекамскнефтехима» вырабатывает
немалую толику продуктов питания для
половины жителей своего города. Этой
половине, можно сказать, повезло. А как же
остальные жители?
Остальные — это в основном
работники других крупных нижнекамских
предприятий — объединений «Нижнекамск-
шина» и Татэнергострой — вместе со
своими домашними. И вот уже и
строители, и шинники, следуя примеру
нефтехимиков, начинают строить свои
свинокомплексы, причем, ни в чем не желая отставать
от соседей, намерены тоже завести по
6 тысяч свиней.
«Хозяйственники — народ
самолюбивый,— говорит Н. В. Лемаев.— Им не
очень приятно просить у Лемаева под
праздники несколько тонн мяса для своих
столовых. Мы соседям никогда не
отказывали. Но они справедливо рассудили, что
лучше иметь свое».
Сегодня в аграрном цехе
нефтехимического объединения свиней больше, чем
во всех хозяйствах района вместе взятых.
Напомним, что «Нефтехимик» намерен
удвоить их поголовье и наверняка этого
добьется. Если добавить свинокомплексы
строителей и шинников, получится уже
24 тысячи голов, свыше тясячи тонн мяса в
год — для города и района. Такое
производство продовольствия уже никак нельзя
считать внутренним (пусть и очень важным)
делом трех промышленных китов, на
которых стоит Нижнекамск.
НАРАЩЕНИЕ
Так назвал свою статью в «Химии и
жизни» A982, № 2) первый секретарь
Нижнекамского горкома КПСС Ильдус
Харисович Садыков. Речь в ней шла о
том, как предприятия города, не строя
новых заводов, наращивают
производственные мощности.
На этот раз И. X. Садыков
рассказывал мне о наращении
сельскохозяйственных мощностей района. По сути дела,
здесь та же ситуация, что и в индустрии.
Новой земли, говорил секретарь горкома,
ждать не приходится, а та земля, что есть,
должна будет кормить больше народу,
чем сегодня, и кормить лучше, чем
сегодня. Наращение — это и строительство -
поливной системы «Зай» на 12 тысячах
гектаров земли, и запланированный на
пятилетку рост надоев молока — в
среднем по району на 30%, и строящийся с
нижнекамским размахом свинокомплекс
на 108 тысяч голов.
О непрестанном наращении
мощностей аграрного цеха
«Нижнекамскнефтехима» мы уже много говорили. Поэтому
приведем здесь всего лишь несколько
цифр, запланированных на 1990 год —
дальний рубеж Продовольственной
программы страны. В объединении есть
контрольные цифры по строительству дорог
с твердым покрытием в районе, по жилью
для работников аграрного цеха, по яслям
и детским садам в Верхней Уратьме и,
разумеется, по каждому виду
сельхозпродукции. В 1990 г. совхоз «Нефтехимик»
будет производить 18—20 тыс. ц мяса,
примерно по 80 кг на каждого работника
объединения, 2 тыс. ц рыбы, до 20 тыс. ц
овощей. Больше будет меда и огурцов,
лука и помидоров — потому что
расширяется тепличное хозяйство и пасеки,
больше ягод — потому что расширяется
садоводческое товарищество, больше
облепихи и варенья из нее — потому что
засадили уже 30 га облепиховой
плантации, больше яблок — потому что будет
восстановлен вымерзший недавней
морозной зимой яблоневый сад. И больше
будет цветов.
ЦВЕТЫ У ПРОХОДНОЙ
Когда ни приедешь в
Нижнекамск — ранней весной, поздней
осенью, зимой, летом, у входа в
административный корпус
«Нижнекамскнефтехима», у заводских проходных
продают цветы — розы и гвоздики.
Их выращивают в цехе № 1111, а
попросту говоря, в тепличном хозяйстве.
Бросового тепла на химических,
нефтехимических, металлургических
производствах хватает, тепличная
технология — вещь хорошо известная и
вполне доступная. Только почему-то
почти нигде не встретишь цветов у
проходной, а в Нижнекамске они есть
всегда. Тепличное дело начали лет
десять назад и поначалу выращивали
только лук, огурцы и помидоры. Эти
культуры и сейчас ведут здесь в два
оборота, и потому в заводских столовых
на удивление приезжим всегда есть
свежие овощи. Когда же цех № 1111
полностью обеспечил общепит, детские
сады, пионерлагерь, базу отдыха, стали
выращивать и цветы. Спрос на
гвоздики, розы и хризантемы все растет и
растет. И теперь под цветами больше
половины площади теплиц.
Когда я прилетел в Нижнекамск
за материалом для этого очерка, в
здешнем аэропорту Бегишево
встречали самолет из Риги, груженный
саженцами роз.
Фото Н. Коцага
13

Технологи,
внимание!
Труба
над
оранжереей
Неподалеку от
Мадрида построена необычная
тепловая электростанция. Главная
ее часть — стальная труба
высотой 200 м и диаметром 10 м.
Нагретый солнечными лучами
теплый воздух устремляется
по трубе вверх, причем
скорость воздушного потока
достигает 12 м/с. Этого
достаточно, чтобы раскрутить
турбину и привести в действие
электрогенератор. Для того
чтобы собрать побольше
тепла, чтобы запасти его на ночь,
на ненастные дни, вокруг
трубы установлены
полупрозрачные пластмассовые панели,
под которыми, как в
оранжерее, собирается нагретый
воздух.
Авторы проекта
утверждают, что, если удастся достичь
хотя бы половины проектной
мощности (полная проектная
мощность — 100 кВт), такая
электростанция станет самым
дешевым источником энергии,
получаемой от солнечных
лучей.
"Newsweek",
1982, № 2, с. 3
За пленкой —
тишина
В Уральском
лесотехническом институте исследовали
звукоизолирующую
способность полиэтиленовой пленки
@,2 мм, 224 г/м2). Оказалось,
что полиэтилен хорошо гасит
звук в диапазоне частот 1000—
2000 Гц. Естественно, что
несколько слоев пленки
обеспечивают лучшую
звукоизоляцию, чем один слой. А
воздушный зазор между слоями не
дает существенных
преимуществ. Полиэтиленовую пленку
можно использовать в
качестве светопроницаемого
ограждения вокруг шумного,
вибрирующего оборудования, для
изготовления
звукоизолирующих занавесей, отделяющих
технологические участки
цеха от конторских и бытовых
помещений.
«Бумажная промышленность»,
1982, № 3, с. 27
Поленья
из /
подсолнечной
лузги
Собственно говоря, эти
поленья можно готовить не
только из отходов
переработки подсолнечника, но и из
кукурузных початков, ореховой
скорлупы, кофейной шелухи,
бумажной макулатуры, торфа,
опилок, соломы, коры —
словом, из всего, что хорошо
горит. Шведская фирма
"Fashion Press" показала на
выставке «Химия-82» в Москве
целое семейство прессов,
которые перерабатывают
отходы сельскохозяйственного
производства в небольшие
цилиндрические брикеты.
Искусственные поленья прессуют без
всякого связующего.
Разумеется, они не очень прочны, но
ведь это не строительный
материал, а всего лишь дешевое
топливо для печей и каминов.
Насос
для
виноградо-
провода
Насосами
перекачивают воду и нефть, серную
кислоту и вино, молоко и мазут,
расплавленные металлы и
пульпу. Есть, оказывается,
насос и для виноградных
гроздьев. Его демонстрировала в
Москве на выставке «Агро-
пром-82» французская фирма
«Le Materiel PERA», которая
специализируется на
изготовлении оборудования для
виноделия. Принцип работы насоса
(см. рисунок) не требует
пояснений. Корпус его
изготовлен из нержавеющей стали;
резиновые валки бережно
подхватывают нежные гроздья и,
не повредив ни единой ягоды,
отправляют их в
транспортный трубопровод, который,
очевидно, следует называть
виногра допро во дом.
Робот-стригаль
В Австралии 134 млн.
овец — по десять на душу
населения. Их надо стричь, а
самый искусный стригаль,
победитель профессионального
конкурса, может обработать за
рабочий день от силы 200
животных. Вот почему так
актуальна для этой страны
автоматизация стрижки. В
Мельбурнском университете
разрабатывается робот-стригаль,
который будет снимать шерсть
с овец, не причиняя им ни
малейшего вреда. Его
предполагают оснастить
чувствительными датчиками, способными
регулировать ход ножей с
учетом экстерьера каждого
животного.
«New Scientist», 1982, т. 95,
№ 1321, с. 626.
Легкое пальто
для
стриженой овцы
Сразу же после
стрижки легко одетые овцы часто
простужаются. В Уругвае,
например, потери от этого
составляют ежегодно 6—8%
всего поголовья. Уругвайские
овцеводы стали надевать на
стриженых животных легкие
полиэтиленовые покрывала,
овцы щеголяют в них первый
месяц после стрижки.
«Neue Ziiricher Zeitung»,
1982, № 166, с. 38
Увь \^'L

Как
заморозить
курицу
На отечественных
птицефабриках куриные тушки
замораживают в специальных
морозильных камерах, в
газовой среде. Замораживание
идет вдвое быстрее, если
упакованную в полиэтиленовый
пакет курицу погрузить в
глубоко охлажденную жидкость,
например, раствор
хлористого кальция. Для этого
разработан морозильный аппарат
производительностью 1000 кг
птицы в час.
«Холодильная техника»,
1982, № 11, с. 44—47
На одном из английских
автомобильных заводов для
проверки герметичности кузовов
используют
роботы-газоанализаторы. В кузов под
небольшим давлением подается
смесь воздуха и гелия. Утечки
этой смеси автоматически
регистрируются.
«Mechanical Engineering»,
1982, № 9, с. 86
Для экстрагирования масла из
семян масличных культур
предложено использовать двуокись
углерода под давлением
35 кГ/см2 и при
температуре 50°С. Для отделения масла
достаточно снизить
температуру и давление.
«Chemical and Engineering
News»,
1982, № 37, с. 20
В Австрии разработан
инструмент для резки асбеста,
каучука, целлюлозы и
текстильных материалов струей
воды.
«Science et Vie»,
1982, № 781, с. 89
Фильтры, заполненные
волокнами активного угля,
можно использовать для
регенерации органических
растворителей в резиновой,
бумажной, фармацевтической и
других отраслях промышленности.
Скорость адсорбции и
десорбции паров на волокнистом
материале больше, чем на
гранулированном, цикл
«адсорбция — десорбция» в
несколько раз короче. Степень
регенерации превышает 99%.
"Chemical Engineering",
1981, № 17, с 63—65
Торфя ные адсорбенты
начали применять для очистки
сточных вод от фенола, алкил-
бензолсульфоната,
красителей. Стоки распыляют на
поверхность движущегося мата
из торфа.
"Technology Ireland",
1981, № 7, с. 44—46
Плавучая установка для
получения полиэтилена
производительностью 118 тыс. т
в год построена в Японии и
отбуксирована за 24 тыс. км
морем в Аргентину.
"Plastics World",
1981, № 12, с. 34, 38
Сообщения
из заводских
газет
Выпущена первая партия
морозостойкого хлоропрено-
вого каучука для
электротехнической промышленности. Из
нового материала будут
изготовлять защитные
оболочки кабелей для Крайнего
Севера («Кировец»,
Ереванское ПО «Наирит»).
Начался промышленный
выпуск пленки, применяемой
для перевязок в ожоговой
терапии. Прозрачная пленка
надежно защищает рану от
внешней среды, позволяет
врачу наблюдать за заживлением,
в нее можно вводить
лекарственные препараты («Знамя
труда», Охтинское НПО
«Пластполимер»).
Для подмосковного
совхоза «Марфино» изготовлен
и смонтирован комплект
трубопроводов для капельного
орошения теплиц площадью
2 га («Химик», Московское
НПО «Пластик»).
Что можно
прочитать
в журналах
О новых средствах
пожаротушения в химической
промышленности
(«Химическая промышленность», 1982,
№ 10, с 31—35).
Об электросинтезе изо-
валериановой кислоты в
щелочной среде
(«Электрохимия», 1982, № 5, с 668—671).
О новых пеноп ластах
на основе полиуретанов
(«Пластические массы», 1982,
№ 9, с 31—34).
Об антиокислительных
присадках к синтетическим
маслам («Химия и технология
топлив и масел», 1982, № 8,
с. 40—42).
Об огнестойких
полиэфирных волокнах
(«Химические волокна», 1982, № 4(
с. 5—9).
О получении
высококачественного сульфата
аммония («Химическая
технология», 1982, № 4, с 55, 56).
О
высокопроизводительном абсорбере для
осушки газа («Газовая
промышленность», 1982, № 2, с. 50—52).
О применении сточных
вод сланцепереработки в
системах оборотного
водоснабжения («Горючие сланцы»,
1982, № 7, с. 22—27).
О кристаллизации
кварца из фторидных растворов
(«Неорганические материалы»,
1982, № 9, с 1531—1533).
О фильтровальном
материале из синтетических
волокон для
воздухоочистителей («Автомобильная
промышленность», 1982, № 9, с 30,
31).
Об использовании
импортных шин (с<
Автомобильный транспорт», 1982, № 9,
с. 26—28).
О долговечных
капроновых канатах («Рыбное
хозяйство», 1982, № 9, с 61—63).
О новом антисептике
для пивоваренной
промышленности («Ферментная и
спиртовая промышленность», 1982,
№ 6, с. 15—18).
О повышении защитной
эффективности лесополос
(«Гидротехника и
мелиорация», 1982, № 7, с 37).
Об определении
объемной массы селевого потока
(«Доклады ВАСХНИЛ», 1982,
№ 7, с. 39—41).
О приготовлении
тыквенных и арбузных цукатов в
домашних условиях («ВДНХ
СССР». 1982, № 8, с. 20).
15

Ресурсы
Вечный бетон!
Доктор технических наук
С В. ШЕСТОПЕРОВ
Нет ни одной области строительства,
где бы в наши дни не применялся бетон или
железобетон — тот же бетон с каркасом из
металлической арматуры. Даже
светильники на городских улицах теперь размещают
не на металлических, а на железобетонных
столбах. Автомобильные дороги и взлетно-
посадочные полосы на аэродромах тоже
сооружаются с использованием бетона как
главного материала. О жилых и
промышленных зданиях и говорить нечего —
читателю все известно.
Все и не все. Не известно, например,
в чем причина редкой универсальности
бетона. Комплекс свойств? Да, конечно.
Технологичность? Естественно. Но главное —
доступность.
Бетон на 70% состоит из самых
распространенных в земной коре рыхлых
каменных материалов — песка, гравия,
щебня. Если сюда добавить еще один
обязательный компонент бетона — воду, то
доля природных материалов в составе бетона
вырастет до 75—92%. Оставшиеся
8—25%—доля материала, который (в
сочетании с водой) связывает в единый
монолит перечисленные выше каменные
материалы. Этот материал — цемент. Цемент
различных марок с далеко не одинаковыми
свойствами, определяющими области
применения как самого цемента, так и бетона.
И железобетона — как «дочернего», а по
отношению к цементу «внучатого»
продукта...
Цемент любых марок получается из
широко распространенных в природе
материалов — глин, известняков, мергелей,
а также побочных продуктов некоторых
производств. Таким образом, сырье для
получения всех без исключения
компонентов бетона вполне доступно и
относительно недорого. Но цементное производство
энергоемкое. Оттого цемент — самый
дорогой (в пересчете на единицу массы)
компонент бетона, и с этим приходится
считаться. К сожалению, степень
использования цемента, его вяжущих и прочностных
свойств в бетоне пока еще весьма далека
от единицы. В среднем мы используем
лишь половину его потенциальных
возможностей.
СРОК ДЕЙСТВИЯ
На бывших окраинах Москвы начался
демонтаж пятиэтажных панельных домов,
построеных в 50-х годах. Все правильно:
их строили из расчета на 25-летний срок
действия. Так и было задумано. Однако
никому не придет в голову абсурдная мысль
строить, скажем, каскады
гидросооружений со столь малым временем
эксплуатации. В этих случаях рассчитывают по
меньшей мере на сотни лет. Значит, и бетон,
составляющий основу этих сооружений,
должен быть не менее долговечен.
А он и в самом деле по природе
своей должен быть очень долговечным
материалом. Природные его компоненты,'
природные каменные материалы, могут
разрушиться лишь за геологические эпохи,
длительность которых измеряется сотнями
тысяч и миллионами лет. Но если так, то
почему нам все же приходится
сталкиваться с фактами преждевременного
разрушения бетона, с его явной недолговечностью?
Почему, к примеру, всего через несколько
лет после укладки разрушаются бетонные
бортовые камни, отделяющие проезжую
часть улицы от тротуаров? Это тем более
странно, что такие бетонные изделия
испытывают сравнительно небольшие
механические воздействия. Разрушает их в
основном наша глубокоуважаемая окружающая
среда — вода, воздух, солнечная радиация,
перепады температуры (с переходом через
нуль) и в какой-то мере соли, которыми
посыпают улицы в гололед.
Этот пример очевидный, но и в
других областях строительства подобных, по
сути, примеров множество. Естествен
вопрос: почему разрушается бетон, почти
целиком сложенный из безусловно
долговечных материалов, где его ахиллесова пята?
Этим слабым местом, как правило,
оказывается минеральный клей —
цементный камень и контактная зона его на
границе с зернами песка, гравия или щебня.
Таких слабых мест оказывается больше,
если по химическому составу, механизму
твердения, плотности и другим свойствам
цементный камень запроектирован и
выполнен без учета условий эксплуатации
будущих бетонных конструкций и
сооружений.
ФИЗИКО-ХИМИЧЕСКИЙ ПОДХОД
По формальным признакам (и по
традиции) технологию бетона считают частью
технологии строительного производства,
однако по существу процессов,
происходящих при твердении бетона, мы обязаны
относиться к ней как к химической технологии.
Цемент считается полиминеральным
материалом, т.е. материалом, состоящим
из нескольких искусственных
материалов — алита, белита и других. Важно, что
каждый из них вступает во взаимодействие
с водой (в том числе и с влагой, содержа-
16

щейся в воздухе) самостоятельно, реакции
гидролиза и гидратации идут с разной
скоростью. Продукты этого взаимодействия —
гидраты существенно отличаются друг от
друга по многим свойствам: прочности,
стойкости к агрессивным средам,
морозостойкости...
Поэтому, «проектируя» будущий
цементный камень в бетоне, прежде всего
нужно управлять процессами
формирования его структуры. Здесь, как в литературе,
важно единство формы и содержания. Они
взаимосвязаны, и от того, какова структура
цементного камня, зависят конкретные
эксплуатационные свойства будущего бетона.
Можно, например, получать
цементный камень, выдерживающий без
разрушения десятки циклов попеременного
замораживания и оттаивания, а можно — и
тысячи циклов. От чего это зависит? Сейчас
поясним.
Перечисляя ранее компоненты
бетона, мы сознательно не упомянули об одном
из них. А он важен, очень важен. Речь идет
о воздухе, который в виде мельчайших пор
и пузырьков распределен в цементном
камне более или менее равномерно. Откуда
он в бетоне? Из воздуха, естественно, но не
только: часть его растворена в воде. В
процессе приготовления бетона на поверхности
минеральных зерен адсорбируется воздух,
воздух же дополнительно вовлекается в
бетонную массу при смешивании щебня,
песка, цемента и воды.
О воде. Установлено, что для полной
гидратации цемента ее нужно не так уж
много — до 28% от массы цемента.
Однако расход ее для приготовления бетонной
смеси в несколько раз больше'. Это
вынужденный перерасход: бетонной смеси нужно
придать необходимый минимум текучести,
чтобы легче было формовать из бетонной
массы изделия заданных размеров.
Оставшаяся после затвердения
бетона химически не связанная вода и создает
ту опасную пористость цементного камня,
которая является причиной снижения
прочности, морозостойкости и других
технически важных свойств. Но и на этот яд есть
противоядие. Умение рационально
использовать содержащийся в бетоне воздух (и
оставшуюся несвязанной воду) стало, а в еще
большей степени должно стать, важным
вкладом химиков в технологию бетона.
Широко распространилось мнение,
что морозостойкость и прочность бетона
зависят прежде всего от содержания в нем
цемента: больше—лучше. Однако мнение
это ошибочно. Сторонникам
физико-химического подхода к главному строительному
материалу наших дней совершенно
очевидно: уменьшая до разумного минимума
расход цемента (и соответственно воды) для
приготовления бетонной смеси, мы тем
самым уменьшаем долю наиболее слабого
компонента и одновременно причину
опасной пористости цементного камня.
Одна нз главных причин разрушения
цементного камня, а следовательно, и бетона —
вода, замерзающая в порах. Если поры
целиком заполняются водой, разрушение
происходит быстрее, после меньшего числа
циклов попеременного замораживания и
оттаивания. Если же капилляры частично
заполнены воздухом (на схеме такие
капилляры показаны в виде наполовину
заполненных колбочек), то в этом случае
воздух как бы амортизирует возникающие
нагрузки, и сооружение разрушается
значительно медленнее
Именно вода, выполнив свои функции
на стадии приготовления бетонной смеси
и в процессах твердения, в дальнейшем
становится главным врагом бетона.
Замерзая в порах и капиллярах затвердевшего
бетона, она увеличивается в объеме, давит
на камень. Появляются микротрещины,
затем трещины — сооружение теряет
прочность и надежность. (Заметим, что у
цементного камня прочность на растяжение в
десятки раз меньше давления,
развивающегося в его порах при замерзании воды.)
Но именно здесь проявляется
позитивная роль воздуха в структуре
цементного камня. Он служит своеобразным
амортизатором (см. рис).
Есть еще одно весьма интересное
и важное явление, сопровождающее
процессы гидролиза, гидратации и твердения
цемента, обнаруженное около ста лет
назад известным французским физикохими?
ком Анри Луи Ле-Шателье, но до
последнего времени всерьез не учитывавшееся
в технологии бетона. Речь идет о так
называемой контракции. Суть явления состоит
в том, что после присоединения к
минералам воды, входящей в кристаллическую
решетку гидратированных соединений, в
системе возникает вакуум. Объем, ранее
занимавшийся водой, заполняют воздух
и часть оставшейся, не связанной в
гидраты воды. Воздух, занявший контракцион-
ные поры, теперь «работает»
амортизатором напряжений.
Но и тут важно не переусердствовать.
Пористость цементного камня сверх конт-
ракционной, безусловно, вредна. Вывод:
получать бетон нужно, используя мини-
17

мальное, научно обоснованное количество
воды. В идеале оно должно быть не больше
количества химически связанной воды. Но
как сохранить при этом необходимую
текучесть бетонной массы?
Главным средством для решения
этой проблемы служат добавки в состав
бетона поверхностно-активных веществ (ПАВ).
О ПАВ — ПОДРОБНЕЕ
Механизм действия ПАВ на
полиминеральный цемент, в состав которого
входят несколько весьма гигроскопичных
минералов, в том числе аналог глины —
ЗСаО- А1203| весьма сложен. Изучение
механизма действия ПАВ продолжают
ученики и последователи академика Петра
Александровича Ребиндера,
основоположника научного направления, получившего
название физико-химической механики.
Роль ПАВ в цементном и бетонном
производстве сводится в основном к
созданию своеобразного экрана на поверхности
зерен цемента.
Уменьшая с помощью ПАВ
количество вводимой в бетон воды и при этом нес-
1
^Rcih
нГ/см
-600
-500
-400
- 200
**
t,сутнн
Считаете и, что расчетной прочности бетон
достигает после четырех недель твердения.
Однако, как показали исследования,
прочность его продолжает расти н в
дальнейшем. Но на эту прочность при
проектировании обычно не рассчитывают.
Публикуемая диаграмма показывает
изменение нрочиостиых свойств бетона
во времени
колько затормаживая процессы
гидратации цемента, удается использовать
оставшуюся воду как универсальный
пластификатор, придающий бетонной смеси
необходимую подвижность и пластичность. При
этом повышается и степень использования
вяжущих свойств самого цемента.
Вместе с тем особое значение
приобретает эффективное перемешивание
бетонной смеси с вводимыми в нее
добавками ПАВ. Ведь основа будущих свойств
бетона закладывается с самого начала его
приготовления. Имеет значение и
гранулометрический состав заполнителей, то есть
такое сочетание размеров и форм частиц
заполнителя и цемента, при котором
достигается наибольшая плотность образуемого
ими каркаса.
Выше упоминалось, что
потенциальные возможности цемента в бетоне
реализуются лишь наполовину. Причин две:
наличие в составе цемента крупных частиц
(более 15—20 мкм) и различие в скорости
гидратации различных минералов.
Крупные частицы гидратируются
лишь с поверхности, и образующаяся гид-
ратная пленка препятствует
взаимодействию воды с «сердцевиной» зерна.
Устранить это явление можно лишь одним
путем: тонким измельчением цемента.
Вместе с тем по мере увеличения тонкости
помола цемента резко увеличиваются
энергозатраты на процесс измельчения и
уменьшается производительность труда.
Разрешение этого противоречия остается одной
из важных и неотложных задач
современной химической технологии цемента.
Однако уже сегодня есть реальная
возможность значительно лучше использовать
потенциальные возможности цемента путем
использования на практике принципа
«каталогизации».
Суть этого принципа состоит в
целенаправленном производстве и
использовании цемента с различными
физико-химическими характеристиками при строгом
учете условий его твердения и работы
будущих конструкций.
КАТАЛОГ УЖЕ ЕСТЬ
Несколько лет назад Министерство
промышленности стройматериалов СССР
и Министерство высшего образования СССР
организовали в Московском
автомобильно-дорожном институте специальную
лабораторию. Здесь детально изучается
совокупность свойств всех выпускаемых в
стране цементов. Эти данные позволили
распределить цементы по группам с одной '
лишь целью — оптимизации их практи-
ческрго применения. Первый вариант
такого каталога опубликован в монографии
автора «Контроль качества бетона» (Москва,
Высшая школа, 1981).
Использование бетона и цемента
существующих марок в соответствии с их
реальными возможностями, с учетом
структуры образующего камня, позволяет
гарантировать долговечность сооружений.
Для того и созданы
таблицы-рекомендации. В них — единство теории и практики.
Масштабы производства цемента в
мире соизмеримы с масштабами
производства зерна (в нашей стране это
соотношение примерно 1:2). Недаром же цемент
называют хлебом строительства...
От редакции: в 1982 г. профессор
С. В. Шестоперов за работу «Научные основы
долговечности и морозостойкости бетонов для
гидротехнических и транспортных
сооружений» удостоен Государственной премии СССР.
18

Вещи и вещества
Свая
«Стоит избушка на курьих ножках...»
Древняя история. А конструкция, о
которой в ней дет речь, еще древнее. Что
такое курьи ножки сказочного домика?
Опоры. Сваи.
Самой первой в истории
человечества сваей был деревянный кол, забитый
в землю для хозяйственных надобностей.
Возможно, прежде чем поставить жилище
на столбы, его строили на высоких пнях
и лишь позже дерево в землю стали
забивать специально.
Это, конечно, лишь догадка. Зато
точно известно, что позднее избушки ставили
на сваях, чтобы уберечь их от паводков
и наводнений. Древнейшие постройки и
поселения времен неолита. Дома на
деревянных столбах, возведенные древними
мастерами посреди озера или болота,
казались недосягаемыми для врагов. Чаще
казались, чем были. Впрочем, большая
дорога дала человечеству не только
разбойников, но и мосты. А опорами для них
служили сваи...
МНОГОФУНКЦИОНАЛЬНАЯ
ОПОРА
С тех пор как свая стала привычным
элементом инженерных сооружений,
совершенствованием ее занялись всерьез.
Раньше был деревянный столб: тоньше,
толще, короче, длиннее :— вот и все
многообразие. Не то теперь. Принципиально раз- -
личных видов свай сейчас около сорока:
анкерные, булавовидные, висячие; грунто-
бетонные, деревянные, железобетонные;
плоскопрофилированные, забивные, каму-
флетные... Все перечислять скучно.
Чем привлекают сваи современных
строителей? Точка опоры нужна не только
для того, чтобы перевернуть мир, но и
для того, чтобы мир — иными словами,
природные явления самого разного
толка — не перевернул наши сооружения.
Оттого под ними устраивают
фундаменты — сплошные, столбчатые, ленточные;
составные и монолитные. Свайные
фундаменты по сравнению с прочими позволяют
экономить материалы, ускорять первые
стадии строительства. Впрочем, иногда
бывает, что и не ускоряют, но без свай не
обойтись.
Часто к сваям приходится прибегать
в сейсмически неблагополучных районах.
Свайные конструкции выдерживают такие
толчки, от которых сооружение на любом
фундаменте развалилось бы неминуемо.
Сваи незаменимы в зоне вечной
мерзлоты: во-первых, попробуй-ка вырыть
котлован в промерзшем насквозь грунте,
а во-вторых, нарушение тонкого
растительного покрова почвы может вызвать
прогрессирующее протаивание вечномерзлых
грунтов. Бывает, что под домом
образуется болото, в которое оседает здание.
Сваи тоже наносят, повреждения грунту,
но минимальные. К тому же они
приподнимают постройку над землей: в тени
почва летом оттаивает медленнее, чем
под солнцем; зимой она быстрее
схватывается морозом.
ПРОБЛЕМЫ
СВАЙНОГО ФУНДАМЕНТА
Итак, свая — это хорошо, нужно, даже
необходимо. Но, увы, у нее есть
недостатки. Вот самый главный. Сооружение
весом в 100 тонн может опираться на
50 свай с несущей способностью по две
тонны, или на 10, выдерживающих по
10 тонн, или на 4 с допустимой нагрузкой
в 25 тонн на каждую. Обходиться меньшим
числом свай с большей несущей
способностью, как правило, выгоднее. Точно так
же, как рациональнее строить один
стоквартирный дом вместо ста избушек. Но не
всегда есть техническая возможность
(вспомните любую деревню) строить
каменный стоквартирный дом. То же и со
сваями: на практике бывает, что под
одно здание все-таки забивают несколько
сот свай, сооружают сложные
комбинированные системы — целые кусты свай
различных конфигураций.
Почему?
Сваю нужно вогнать в землю. Для
этого применяют различное оборудование:
машины, которые молотами, вибраторами
или тем и другим вместе вбивают или
вталкивают сваю в грунт. Но как бы
совершенна ни была машина, главное — не в
ней, а в том, легко свая входит в грунт
или с трудом. Если она тонкая и острая,
19

ростверк
р
w/ nrn
ОГОЛОВОК
• ствол
арматура
уширение
Схема одной нз конструкций набивной сваи.
В принципе свая может быть и без уширения,
да и армировать ее целиком не
обязательно — достаточно заложить
арматуру в оголовок, чтобы потом надежно
прикрепить к свае держащееся на ней
сооружение. Выбор конструкционных
элементов, естественно, зависит от той
нагрузки, на которую рассчитывается свая
вогнать ее в землю просто, однако
несущая способность такой конструкции не- .
высока. А чтобы увеличить допустимую
нагрузку, надо сделать сваю широкой, но
как тогда ее забить? Мало того, что нужна
сверхмощная техника,— сама свая должна
выдержать эти чувствительные удары.
Главный строительный материал в
наши дни — железобетон. Он же —
материал нынешних свай.
Устойчивость железобетона к
ударным нагрузкам не так уж велика.
Приходится искать конструктивный выход.
Поступают по-разному: пристраивают к
железобетонной свае металлический
наконечник, делают верхнюю часть сваи —
оголовок особо прочным, способным
выдержать сильные удары. Правда, разбитый
молотом, он начинает мешать строителям
и его приходится удалять. Изобретают
все более совершенные механизмы для
срезания оголовков, но ведь жалко—
в них заключены и стальная арматура,
и бетон лучших марок. Не слишком ли
расточительно убирать оголовки? Но как
иначе забивать сваю... Впрочем, почему
обязательно забивать?
ЗАБИВНЫЕ И НАБИВНЫЕ
До сих пор мы рассказывали только
о забивных сваях, но есть еще одна их
конструкция, принципиально отличная. Ее
автор — петербургский инженер конца
XIX века А. Э. Страус. Его идея сродни
одному из классических анекдотов о
Ходже Насреддине. Помните, Ходжу
спросили, как строят минарет. Он ответил:
роют глубокий-глубокий колодец, а потом
выворачивают его наизнанку. Так и тут,
только без выворачивания. Роют некое
подобие колодца — скважину, заполняют
ее бетоном. Бетон твердеет. Стенки
скважины заменяют опалубку; от их
конфигурации и будет зависеть форма сваи.
В отличие от свай забивных, эту
конструкцию назвали набивной — скважину
набивают бетоном, как подушку пером.
А бетон в этом случае нужно
обязательно уплотнять, чтобы в нем не
было пустот.
Главное преимущество набивных свай
в том, что, отказавшись от забивки,
можно отказаться от нерационального
острия сваи, сделать основание сваи — опору,
пяту, шире ствола. Природа этот принцип
использует очень широко: ступня
человека шире голени, корневая система дерева
гораздо шире ствола. Кстати, и
растопыренная когтистая лапа под сказочной
избушкой на свае намного шире столба-
опоры.
У набивных свай есть и другие
преимущества. Поскольку они не испытывают
ударной нагрузки, нет нужды армировать
весь ствол. Достаточно заложить арматуру
в оголовок — для того, чтобы потом к
ней приварить арматуру верхней
конструкции. Можно применять менее прочные,
а следовательно, более дешевые марки
бетона. Не нужно расходовать материалы на
опалубку, загружать производственные
мощности заводов железобетонных
изделий, транспортировать готовую продукцию
к месту строительства...
ТРУДНОСТИ СКВАЖИНЫ
Так бывает всегда: когда исчезают
одни проблемы, на смену им приходят
другие. Главное при устройстве набивной
сваи — скважина. От способов ее
образования зависит вид сваи. Их три:
буровые, буронабивные и набивные.
Начнем с буровых. Само название
свидетельствует, что скважину под них бурят.
Сначала делают вертикальный ствол, затем
уширение. Для этого применяют бур,
20

устройство которого напоминает зонтик:
в сложенном виде он легко входит в
узкое отверстие скважины; затем, вращаясь,
начинает раскрываться. Радиус захвата его
зубьев увеличивается до заданных
пределов. Закончив работу, бур складывают
и вынимают, затем скважину бетонируют.
Это, между прочим, тоже не простая
работа. Проделаем опыт. Возьмите
карандаш, воткните его в глину, а потом
осторожно выньте — останется
правильное цилиндрическое отверстие. Но
попробуйте проделать то же в песке: вместо
скважины с ровными краями получается
лишь маленькая воронка. Смочите песок
водой: ваша скважина теперь не
осыпется, однако прочность ее будет невысокой
и тяжелым бетонным раствором
заполнить ее. не удастся: стенки осядут.
Для защиты стенок в подсвайную
скважину, как и в геологоразведочную,
закачивают глинистый раствор, который
потом вытеснится более тяжелым
бетоном. Этот способ называют «мокрым».
Мягкий грунт создает еще одну
проблему: буровая свая держится в нем
непрочно. Сооружение может просесть или
наклониться. Выход — заранее уплотнить
грунт. Тогда уже получится буронабивная
свая.
Наши предки уплотняли грунт
молотом, падающим по направляющим опорам.
Просто, а несущую способность сваи
можно повысить в два-три раза. Этот способ
применяют и сейчас, только молот
поднимает тракторная лебедка. А самый
экономичный способ — камуфлетирование
(уплотнение взрывом). После взрыва
остается шаровидная полость с уплотненными
стенками. К сожалению, этот способ
годится не для всяких грунтов. Если они
рыхлые,^ от взрыва разрушится вся
скважина.
Еще один вариант —
виброштампованная свая. После заполнения скважины
бетоном в нее погружают виброштамп —
трубу диаметром около 30 сантиметров,
нижний конец которой заканчивается
широким металлическим конусом. Верхний
конец трубы прикреплен к мощному
вибратору. Опускаясь в плотный бетон,
конус вдавливает его в стенки скважины —
при этом они уплотняются, а дойдя до
дна, образует уширение. Затем штамп
извлекают и в скважину доливают бетон.
Уширение под опорную пяту
высверли1ают бурами разных
конструкций, которые
раскрываются в скважине
подобно зонтику
НЕСКОЛЬКО СЛОВ О КОРРОЗИИ
И — СНОВА О КУРЬЕЙ НОЖКЕ
Как и подавляющее большинство
конструкционных материалов, железобетон
подвержен коррозии. Железобетон свай —
тем более. Ведь он находится в
контакте с грунтовыми водами, а они,
особенно загрязненные, химически активны.
Поэтому приходится тем или иным
способом увеличивать коррозионную стойкость
бетона. Обычно в него вводят защитные
добавки, в частности из битумной
эмульсии, нитрит-нитрата кальция и
полистирола в виде порошка. В результате
стойкость бетона повышается по меньшей мере
в полтора раза.
Если свае предстоит работать в
кислых грунтах, поступают иначе. В бетон в
качестве заполнителя добавляют
кислотостойкий щебень, например известняковый.
Грунтовые подкисленные воды вступят в
этом случае в реакцию с окисью
кальция, образующейся в цементном камне.
Этот несложный, химический по сути,
прием надолго отсрочит время
разрушения. Им пользуются, делая сваи всех
конструкций, в том числе простейшие —
набивные. Кстати, в мягком грунте они
держатся лучше других.
Самоочевидно, что и под сваю
заводского изготовления хорошо бы заранее
вырыть нечто подобное скважине — чтобы
острие сваи легче лезло в грунт. Вместо
буров, взрывчатки и вибраторов в этом
случае используют остроконечные штампы-
скважинообразователи различных форм и
размеров. Их вдавливают в грунт мощными
механизмами. При этом «лишний» грунт
не убирается, а раздается по сторонам,
образуя довольно прочные стенки. Потом
скважинообразователи извлекают и, если
нужно, буром или зарядом взрывчатого
вещества делают уширение. Его можно
набить бетоном и в этот бетон, до того
как он отвердеет, вставить штырь сваи:
потом схватится.
Итак, совершив круг, инженерная
мысль вернулась к исходной точке? И да
и нет. Раньше в землю вгоняли кол —
теперь прочный стальной штамп. Дерево
оставляли гнить — штамп извлекают и
делают бетонный, куда более долговечный
ствол. Да и точка опоры, собственно, уже
не точка, а клякса, к тому же еще
и объемная.
Одна такая свая может выдержать
на себе конструкцию весом в несколько
тысяч тонн. Это вам не лапки под
избушкой бабы-яги. Фундаментная
конструкция стала поистине фундаментальной.
Н. КОЛОСКОВ, В. ОГНЕННО
21

НОВОСТИ ОТОВСЮДУ НОВОСТИ ОТОВСЮДУ НОВОСТИ ОТОВСЮДУ
ЗАЧЕМ ОЛЕНЯМ ЯГЕЛЬ
Чем питаются северные
олени? Известно чем —
ягелем, не зря его так и
называют — «олений мох» (хотя на
самом деле это не мох, а
лишайник).
В действительности
ягель — корм более чем
посредственный. В нем очень
много лигниноподобных
веществ, которые
перевариваются плохо, по пищевой
ценности 7 кг ягеля могут
заменить всего лишь полкило
травяного корма. Зачем же тогда
олени едят ягель? Прежде
всего, конечно, за неимением
лучшего; но есть, возможно,
и другая причина.
Исследования, проведенные голландцем
X. Принсом ("Oikos", т. 39,
с. 374), показали, что в ягеле
много полиненасыщенной ара-
хидоновой кислоты —
важного компонента животных
клеток. Чем выше концентрация
арахидоновой кислоты в
мембранах клеток, тем ниже
температура, при которой их ли-
пидная фракция переходит из
жи д кокристал ли ческого
состоя ни я в гелеобразное или
твердое, а значит, тем выше
морозостойкость клетки. Не
служит ли ягель оленю не
просто кормом, а источником
природного антифриза?
МЕЛЬЧЕ САМЫХ
МЕЛКИХ
В тропических водах
близ Азорских островов, а чуть
позже и в водах Арктики
канадскими океанологами
обнаружены наимельчайшие
морские организмы — пикопланк-
тон. Гипотеза о существовании
таких организмов была ранее
высказана советскими
исследователями и теперь
подтвердилась. Обнаружены живые
организмы впятеро меньших
размеров, чем флагеллаты,
прежде считавшиеся самыми
мелкими обитателями глубин.
Размеры пикопланктона
измеряются десятитысячными
долями миллиметра; тем не
менее, по мнению руководителя
канадской экспедиции доктора
Д. Рао, на долю
пикопланктона приходится половина общей
биомассы мирового океана.
ПОРФИРИНЫ И РАК
Порфирины — это
обширный класс природных
пигментов; они входят, между
прочим, в состав таких
важнейших для жизни веществ,
как гемоглобин и хлорофилл.
Их отличительное свойство —
фотодинамическая активность,
то есть способность, поглощая
свет, становиться сильнейшими
окислителями (иногда, при
некоторых нарушениях обмена
порфиринов, это свойство
оказывается опасным для
организма — возникает так
называемая порфириновая
болезнь).
Недавно было
установлено, что порфирины могут
накапливаться в
злокачественных клетках в больших
количествах, чем в здоровых. Как
сообщает журнал "New
Scientist" (т. 95, № 1314), английские
врачи попробовали
использовать фотодинамическую
активность порфиринов для
воздействия на такие клетки.
В экспериментах, пока
проведенных только на мышах,
введение им моно- или ди-
ацетата гематопорфирина с
последующим 10-минутным
облучением ярким светом в
некоторых случаях приводило
к разрушению опухолей.
В ОДЕЯЛЕ
СКВОЗЬ ОГОНЬ
В лабораториях часто
хранят войлочные одеяла —
на случай загорания. Плотная
ткань прекращает доступ
воздуха. Одеяло, о котором
сообщил журнал «Futurist» A982 ,
т. XVI, № 2), тоже
противопожарное, но действует иначе.
Если его набросить на
человека в загоревшейся одежде,
пламя быстро потухнет,
потому что ткань пропитана
специальным составом (рецепт его
не сообщается). Тоже не бог
весть какая новость: об анти-
пиренах с<Химия и жизнь»
писала не раз. Но в пропитку на
этот раз входят не только ан-
типирены. Бактерицидные
компоненты пропитки, действуя
даже через одежду,
уменьшают боль и не дают ткани
прилипать к обожженным
участкам кожи.
ПОЛИОКС
В КАНАЛИЗАЦИИ
Катастрофически
сильные ливни в странах
умеренного климата случаются не
так уж часто — два-три раза
в год. Однако городские
канализационные системы
приходится строить с расчетом и на
них — иначе город зальет,
а этого нельзя допускать даже
раз в год.
22

НОВОСТИ ОТОВСЮДУ
НОВОСТИ ОТОВСЮДУ
НОВОСТИ ОТОВСЮДУ
Сэкономить немало
денег и материалов на
строительстве ливневой
канализации позволяет использование
водорастворимых
полимеров — полиэтиленоксида (по-
лиокса) или полиакриламида.
Добавленные к воде, они
увеличивают скорость ее
движения по коллекторам. Как
сообщает журнал "New
Scientist" (т. 95, № 1319), в Бристоле
(Англия) уже пять лет
работает первая в Европе установка,
которая во время сильных
дождей автоматически добавляет
полимер в ливневые сточные
воды из расчета 18 г на тонну
воды. Опыт показывает, что
пропускная способность
коллекторов от этого возрастает
на 25—35%.
ЛАВАНДА
ДЛЯ СВАРЩИКОВ
Профессия сварщика
вредна. И в частности, потому,
что при сварке образуются
различные токсичные газы. Можно
ли предотвратить их
образование? Группа украинских
инженеров нашла один вариант
решения. Заключается оно в
предварительной подготовке
сварочных электродов. В
течение 2—3 минут их пропитывают
составом с< Лаван да-3». Это
эмульсия лавандового масла в
воде, разбавленная
гидролизным спиртом 1:1. Затем
электроды сушат 15—20 минут при
30—40°С. Эти операции
повторяются в течение 10—15 дней.
И вот результат. Концентрация
окислов азота в зоне сварки
уменьшилась с 50 до 2 мг/м3,
а окись углерода не удалось
обнаружить вообще.
ЛЕЧИТЕСЬ ЛАЗЕРОМ
Знаменитая фраза: «Вам
пора лечиться
электричеством»,— сегодня уже не
выглядит парадоксально. Более того.
Вас могут послать лечиться
лазером. «Медицинский журнал
Узбекистана» (№ 1 за 1982 год)
сообщил об интересном опыте
использования в
стоматологических клиниках
низкоэнергетического гелий-неонового
лазера для залечивания
незаживающих трещин на губах. Была
обследована группа больных
в возрасте от 8 до 36 лет —
всего 21 человек. Очаги
поражения у них подвергали
облучению красным поляризованным
светом гелий-неонового
лазера в течение 20 секунд
— 5 минут. Через 12 дней
трещины заживали полностью, в
то время как принятое
медикаментозное лечение давало
положительный эффект только
через 7—9 недель.
Обнаруженный
противовоспалительный эффект маломощного
гелий-неонового лазера,
наверное, можно применять и в
других областях Медицины.
НЕ ТОЛЬКО
ЯПОНИЯ
Территория
Соединенных Штатов становится
меньше — к такому
сенсационному выводу пришел профессор
У. Вуд. Япония «тонет» в силу
геотектонических причин,
территория США уменьшается
тоже с краю, с берегов
океанов, морей и озер, но по
другой причине. Загрязнения,
сбрасываемые в оба океана
и в Великие озера, нарушили
процессы, которые
естественно восстанавливали
прибрежную полосу, разрушаемую
прибоем. Выход, по мнению
профессора, один: все
производства перевести в глубь
материка, а берег
объявить сплошной заповедной
зоной.
«ТРАВИНКА»
В последние годы
сотрудники Ботанического сада
АН Молдавской ССР
стремились всячески расширить
плантации эфиромасличных
растений, в частности лаванды и
мускатного шалфея. Вообще-
то, о подобных растениях
читатели «Химии и жизни» знают
давно; может быть, про новые
плантации и упоминать бы не
стоило, но есть одно
обстоятельство: масла, полученные с
этих плантаций, пойдут не к
парфюмерам. Они нужны
для приготовления нового
тонизирующего напитка
«Травинка», рецепт которого также
разработали в Молдавии.
Букет напитка дополнят и другие
ароматические растения:
майоран садовый, бархатцы
отмеченные и чабрец
обыкновенный... У нового напитка
оригинальный запах и вкус, а
главное — повышенная
биологическая активность,
антисептические и бактерицидные
свойства. Массовый выпуск
«Травинки» должен начаться
в этом году.
23

4&
/
V-
ъ**ь

Проблемы а методы
современной науки
Необратимость,
устойчивость,
термодинамика
Я Р. МАГАЕВ
Мы живем в мире, где большинство
событий необратимо. Любому человеку
известно, что многое вокруг нас
происходит строго определенным образом, а не
наоборот. Хрестоматийные примеры: тепло
всегда переходит от горячего тела к
холодному и никогда — от холодного к
горячему; газ всегда занимает весь
доступный ему объем и никогда
самопроизвольно не собирается в какой-то его
части. Само наше существование
необратимо — мы, увы, никогда не молодеем.
Эта фатальная особенность реальных
процессов закреплена в важнейшей
пословице: сделанного не вернешь; необратимость
вырабатывает в человеке чувство
ответственности за свои поступки.
Считается, что итог любого
необратимого процесса — равновесие. Системы,
находящиеся в состоянии равновесия или на
пути к нему, изучает классическая
термодинамика, их называют
термодинамическими. В чем их отличие от других,
динамических? В чем причина их
неотвратимого стремления к равновесию?
Возможно ли в таких системах обращение
времени?
Вопросы такого рода принято
называть фундаментальными. Некоторые из них
настолько привычны, что кажутся
простыми, но на самом деле далеко не
таковы. Между тем ориентироваться в
современной науке трудно, если не
представлять, что она об этих важнейших
вещах знает, а чего не знает.
Что же такое равновесие?
Можно считать, что система
находится в состоянии равновесия, если в
течение определенного времени в ней не
изменяется ни одна из доступных
измерению физических величин. Например,
если опустить раскаленный гвоздь в
стакан с водой, гвоздь охладится, а вода
немного нагреется. Какое-то время у воды
и гвоздя будет одинаковая температура,
немного отличающаяся от комнатной, и,
исходя из только что данного
определения, можно утверждать, что система
«стакан плюс вода плюс гвоздь» в течение
этого времени находится в состоянии
равновесия. Однако такое состояние продлится
недолго. Температура стакана со всем
содержимым устремится к равенству с
комнатной. Это произойдет помедленнее, чем
остывание раскаленного гвоздя, но все
равно температуры постепенно уравняются
и можно будет говорить о новом
равновесии с новой температурой в новой
системе «гвоздь — вода — стакан —
комната».
Это равновесие также не
абсолютно — оно просуществует до тех пор, пока
система сохранит свою замкнутость, пока,
например, не откроют форточку.
Замкнутость — важнейший признак. Только при
ее наличии можно говорить о
существовании равновесия в течение хотя бы
малого времени.
Системы «гвоздь — вода — стакан»
и «гвоздь — вода — стакан — комната»
термодинамические, их свойства
развиваются по направлению к равновесию
неудержимо и целеустремленно, а избыток
энергии, возникший было в какой-то их
части, неуклонно распределяется, диссипи-
рует по. всему объему.
Динамические системы не таковы.
Простейшие их примеры: качающийся
маятник или трубка, по которой «гуляет»
из конца в конец, отражаясь от
заглушек, ударная волна. Разумеется,
динамический режим не может длиться
бесконечно: маятник остановится, а волна
затухнет. Динамическая система, таким
образом, всегда представляет собой лишь
временное состояние термодинамической. Но
на кратких отрезках времени энергия
маятника, например, почти не
рассеивается, а лишь переходит из потенциальной
в кинетическую и обратно. Эти переходы
строго периодичны, и подобные системы
называют еще периодическими. Они
встречаются не только в механике, где число
тел, составляющих систему, обычно
невелико, но и в областях, более близких
химикам,— там, где счет участвующим
телам (частицам) ведется с помощью
единиц, уснащенных множеством нулей. Да
и непосредственно в химии. Пример
тому — колебательные реакции, открытые
Б. П. Белоусовым (см. «Химию и жизнь»,
1982, № 7).
Главная особенность периодических
систем: они постоянно возвращаются в
состояние, практически неотличимое от
исходного по наблюдаемым
макроскопическим свойствам. Иными словами, время в
них как бы останавливается.
Таковы основные понятия. А теперь
начнем задавать вопросы.
ЛОШМИДТ ПРОТИВ БОЛЬЦМАНА
Почему газ занимает весь доступный
ему объем?
Обратимся к эксперименту.
Заполним половину разделенного перегородкой
вакуумированного прозрачного сосуда
цветным газом, затем уберем перегородку
25

и будем наблюдать за тем, как газ
распространяется по всему объему. По
равномерной окраске газа — а окраска
определяется его плотностью — придется
сделать вывод о том, что он
распределился внутри сосуда равномерно. Так как
все молекулы газа равноправны, можно
сказать, что плотность его в каждой части
сосуда пропорциональна вероятности
нахождения там произвольной молекулы.
Вероятность того, что в данный
момент времени данная частица находится
в заданной области пространства, а ее
скорость — в заданном интервале
скоростей, называется одночастичной
функцией распределения. Изменение этой
функции во времени определяется
законами динамики, так как именно эти
законы управляют изменениями скорости и
координат каждой молекулы. Изучение
зависимости одночастичной функции от
времени и привело в конце прошлого века
Л. Больцмана к кинетическому уравнению,
предсказывающему необратимое
расширение газа в пустоту.
Уравнение Больцмана встретило
резкую критику со стороны современников.
Ведь законы динамики — классические
законы Ньютона — обратимы.
Достаточно сменить знак скорости на
противоположный — и любое движение пойдет
вспять. И. Лошмидт предложил
мысленный эксперимент: подождать, пока газ,
расширяющийся из половины сосуда, зай- .
мет весь объем, а затем сменить знаки
всех скоростей молекул на
противоположные. Тогда системе придется развиваться
в обратном направлении, и газ
самопроизвольно соберется в половине сосуда.
Этим парадоксом Лошмидт наглядно
указывал на противоречие между
обратимостью законов динамики и
необратимостью того, что описывается
уравнением Больцмана.
Рассказывают, что Больцман сказал
по этому поводу Лошмидту: «Ступайте
и поверните эти скорости! Посмотрим,
как это у вас получится». Однако
оппонента не убедил: Лошмидт, сознавая
экспериментальные трудности подобной
операции, не считал принципиально
нереальным «демона», способного разом
переменить все знаки скоростей. Так это
мифическое существо и вошло в физику —
под именем «демон Лошмидта».
При описании газа с помощью
одночастичной функции распределения
важную роль играет предположение об
отсутствии корреляций между положениями и
скоростями различных молекул — о
полной независимости их движений и,
следовательно, об отсутствии столкновений.
Этого, по существу, неверного допущения,
именуемого предположением о
молекулярном хаосе, можно избежать, введя
многочастичную функцию распределения.
Последняя определяет вероятность
различных микроскопических состояний системы.
Микроскопическое состояние считается
заданным, если известны координаты и
скорости всех молекул, в один и тот же
момент времени. Для газа, состоящего
из N молекул, каждое состояние
описывается 6N чисел, и этому состоянию
' соответствует строго определенная точка
в пространстве, имеющем 6N измерений,
так называемом фазовом пространстве
системы, которое не следует путать с
обычным житейским трехмерным.
Координаты и скорости всех молекул из-за
хаотического движения непрерывно меняются,
и точка, изображающая систему в
фазовом пространстве, будет в нем
перемещаться по сложной кривой, именуемой
динамической фазовой траекторией.
Многочастичная функция
распределения безмерно сложна, но зато
автоматически учитывает все возможные
корреляции между молекулами. И тут-то
оказывается, что уравнение, описывающее
ее изменение во времени, в отличие
и от уравнения одночастичной функции, и
от кинетического уравнения Больцмана,
обратимо! В чем же тут дело? Почему,
повысив строгость описания, мы пришли к
противоречию с экспериментом?
КРУПНОЗЕРНИСТАЯ СТРУКТУРА.
ЭРЕНФЕСТ ПРОТИВ ЛОШМИДТА
Если в кегельбане смотреть не на
игроков, а только на шары, то можно
удивиться, что они всегда катятся в одном
направлении: к кеглям, но не от них.
Между тем движение шара в обратном
направлении — если шар пускают по
горизонтальной плоскости — ничуть не
противоречит законам динамики. Однако,
сколько бы мы ни наблюдали за игрой в
кегельбане, в котором шары возвращают
к старту под полом, увидеть это не
удастся. На основании такого наблюдения
можно даже создать теорию, согласно которой
во время движения шара действует
неведомая сила, которая всегда
подталкивает его в нужном направлении. Но ведь
все объясняется гораздо проще: кроме
законов ньютоновой механики, существуют
правила игры в кегли. Правила-то и
выбирают из всех возможных движений шара
только те, что подходят для данной
игры.
Вернемся теперь к опыту с цветным
газом. Вывод о том, что мы можем с
равной вероятностью обнаружить любую
молекулу в любой части сосуда,
основывался на равномерной окраске газа.
Существует, однако, минимальное расстояние
между двумя цветными пятнышками, при
котором наш глаз,— а именно он служил
в этом опыте измерительным
инструментом,— еще способен их различить. Иными
словами, существует объем, внутрь
которого наш глаз уже заглянуть не может,
и нельзя сказать, что там происходит.
Это очень похоже на «зерно» в
фотографии. Бессмысленно разглядывать
26

обычную фотографию в микроскоп —
ничего интересного не увидишь. Сравнение
может показаться неудачным:
рассматривая под микроскопом газ, мы сможем
различить неоднородности, недоступные
невооруженному глазу. Однако — вот беда! —
при этом сосуд в целом мы не видим,
не замечаем, что перегородка уже
вынута и газ растекся по всему сосуду.
Но почему бы не заснять
расширение газа на кинопленку — отдельно
весь сосуд, отдельно малый объем,
увеличенный, скажем, в миллион раз?
Технически это вполне осуществимо. Но
попробуйте просмотреть фильм задом наперед...
В первом случае окажется, что газ
самопроизвольно собирается в половине
сосуда — нелепость станет заметной сразу:
время как бы потечет вспять. Во втором
же случае мы увидим молекулы,
сталкивающиеся и разлетающиеся самым
обыденным образом, и никак не сможем
сказать, куда — вперед или назад —
движется время.
Выходит, что необратимость —
свойство, присущее нашей макросистеме в
целом, и, значит, «зерно» неизбежно, раз уж
мы этой системой занялись.
В 1911 году П. Эренфест ввел
понятие крупнозернистой структуры. Суть его
в том, что фазовое пространство
разбивается на «кубики» конечных размеров.
Можно говорить, с какой вероятностью
система находится в том или ином
кубике, но ни слова — о распределении
внутри кубика. А в 50-х годах Л. Ван-
Хов показал, что необратимый характер
статистических процессов непосредственно
следует как раз из крупнозернистой
структуры. Если начальные условия, в
которых находится система, и наблюдаемые
величины могут быть определены с
точностью до размеров этого «фазового
кубика» (точнее, невообразимого
фрагмента бЫ-мерного пространства), то система
необратимо стремится к равновесию. Для
того же чтобы создать систему,
развивающуюся в противоположном
направлении, нужно проникнуть внутрь «зерна», что
принципиально невозможно.
Оказалось, что физик,
разобравшийся с поведением каждой отдельной
молекулы, попадает в положение человека,
никогда в жизни не видевшего ни
самолета, ни его чертежей,— может ли такой
человек собрать самолет, даже если он
понимает устройство каждой детали? Вот
каковы, оказывается, правила нашей игры:
если мы хотим следить за очень
сложной системой в целом, мы не можем
уследить за деталями. Деталями при этом
управляет случай, который задает
правила, почти столь же обязательные для
расширяющегося газа, как правила игры
в кегли — для шаров, кидаемых
игроками.
Слово «почти» употреблено для того,
чтобы читатель не забыл: законы
статистической механики — вероятностные,
и в принципе у газа есть возможность
собраться из всего объема в его
половину. Но это событие настолько
маловероятно, что за время существования
вселенной у человека еще не было шанса
оказаться по этой причине в
безвоздушном пространстве. До сих пор люди
страдали от множества неприятностей, но
только не от этой.
А КАК БЫТЬ СО ВРЕМЕНЕМ!
Необратимый переход системы к
состоянию равновесия — это всегда переход
от порядка к беспорядку, мерой чего
служит энтропия, возрастающая в
изолированной системе. Энтропия тесно
связана с количеством информации, которое
мы можем получить, и то, что нам
трудно объяснить реально существующую
необратимость, можно связать еще и с тем,
что мы не способны переработать столько
информации, сколько требуется для
полного анализа неразличимых элементарных
состояний системы.
Направленность процесса можно
оценить и тогда, когда эти состояния
принципиально различимы. Удачный пример
приведен в книге X. Рейхенбаха
«Направление времени». Берется колода карт,
разложенных так, что все красные масти
лежат наверху, а черные внизу. Карты
тасуются случайным образом — после
этого любое их распределение
равновероятно. Если под состоянием понимать
полное описание расположения карт в
колоде, то вряд ли мы сможем сказать, какое
из них было раньше, а какое позже.
Но давайте определим состояние более
грубо. Состояние 1: красные вверху,
черные внизу; состояние 2: все остальные
варианты расклада. Можно почти
гарантировать, что состояние 1 предшествовало
состоянию 2 — но не наоборот. Таким
образом, вторая, более примитивная
группировка сразу приводит к возможности
определить направление времени. Ее
простота имеет тот же характер, что и
«крупнозернистая структура», введенная
Эренфестом.
КУДА ДЕВАТЬ
СПИНОВЫЕ СИСТЕМЫ!
Термодинамическое описание
системы связано с неизбежным огрублением
физических величин, характеризующих ее
состояние. Пытаясь избавиться от «зерна»,
мы автоматически исключаем возможность
термодинамического описания. Строго
говоря, введение «крупнозернистой
структуры» только для наблюдаемых величин
недостаточно — надо еще наложить такое
же ограничение на начальное состояние
системы. Либо ограничиться
рассмотрением систем, у которых динамические
траектории неустойчивы.
На последнем пункте стоит
остановиться поподробнее. Не имея пока воз-
27

10 20 30 40
t, иксек
1
Обычный импульсный эксперимент ЯМР.
Образец помещают в сильное постоянное
магнитное поле с напряженностью Н0.
В начальный момент времени подается
короткий мощный радиочастотный импульс,
который выводит спиновую систему из
состояния равновесия. При этом в образце
возникает намагниченность /V^ в направлении,
перпендикулярном Н0. Величина М^ — ее-то
н измеряют спектрометры ЯМР — мера
«неравновесности» полученного состояния
(.в состоянии равновесия ЛЛ^ = 0). После
выключения импульса спиновая система
сама, под действием только внутренних
взаимодействий возвращается к равновесию.
Характерное время установления
равновесия Т2 называется временем
спни-сннновой релаксации, а зависимость Л\
от времени — спадом свободной индукции.
В последнем содержится вся информация
о химическом строении вещества н о
движениях, в которых участвуют его
атомы и молекулы. Спектрометр обычно
извлекает лишь часть этих многообразных
сведений.
Для успеха эксперимента необходимо,
чтобы длительность импульса т была
много меньше Т2, иначе релаксация
завершится раньше, чем кончится импульс,
н информации мы не получим
«Магическое эхо» Дж. Уо. Спиновая
система возбуждается с помощью
радиочастотного импульса и, предоставленная
сама себе, возвращается к состоянию
равновесия. Особенность таких
систем — то, что импульсы ие
только изменяют макроскопические,
наблюдаемые величины (в частности, ^Мж),
но и воздействуют на внутреннее,
спнн-спиновое взаимодействие. Например,
во время действия импульса релаксация
системы происходит медленнее, чем в обычном
состоянии.
К моменту времени I, в спиновой системе
устанавливается равновесие: Мх^0.
По наблюдаемым параметрам, таким образом,
это состояние неотличимо от того, в котором
система находилась до импульса. В этот
же момент I, включается «магический
сэндвич», состоящий из серии близко
расположенных импульсов, различающихся
по длительности и фазе. Они подобраны
таким образом, чтобы во время^их
действия знак спин-спиновых взаимодействий
изменился на противоположный. После
окончания «сэндвича», в момент t2, система
все еще в равновесии. Однако это
состояние необычное. Система «загнана»
в область, где время можно считать
отрицательным, н теперь сама, без всякого
принуждения развивается в сторону
неравновесного состояния. Последнее
достигается в момент t3 (MK^0, макушка
«эхо»). Форма «эхо» повторяет кривую
спада свободной индукции в начале, после
первого импульса
Импульсный эксперимент с газом. В сосуд
с газом помещен поршень с маленьким
отверстием. Измеряемой величиной
будет плотность газа под поршнем — о.
В начальный момент, после очень быстрого
перевода поршня из положения А в
положение Б, плотность превысит
равновесное значение — JV Однако
через некоторое время газ, диффундируя
через отверстие, снова вернется к
равновесному состоянию. По аналогии
с экспериментом ЯМР, здесь тоже можно
добиться результата только при условии,
что время опускания поршня (длительность
импульса) много меньше времени установления
равновесия Т2
>■<
можности математически строго объяснить,
почему термодинамические системы
необратимы, многие физики считают, что
главный признак таких систем — именно
эта самая неустойчивость. Каждая точка
динамической траектории, расположенной
в 6К1-мерном пространстве, соответствует
определенному микроскопическому
состоянию системы. По наблюдаемым
макроскопическим параметрам почти все эти
состояния неотличимы. В данном случае
«почти» означает, что в фазовом
пространстве все же есть некие особые ■
области. Попадая в них, система начинает -
реагировать и заметным для нас обра- -
зом: например, в ней меняется давле- -
ние газа. Ведь бывают на свете нерав- -
новесные состояния! Когда же мы гово--
рим, что система никогда не переходит i
в неравновесное состояние
самопроизвольно, это можно трактовать и так:
«особые» области фазового пространства
составляют лишь невообразимо малую его с
часть. В такую динамическую,
неравновесную зону практически невозможно по--
28

пасть случайно. Если система волею
обстоятельств (или экспериментатора) туда
все же введена, то продержаться там
ей крайне трудно: эона-то крошечная.
Требование обязательной
неустойчивости динамических траекторий, однако,
может существенно сузить круг систем,
которые можно описывать с помощью
законов термодинамики, и исключить из
этого круга многое, до сих пор на
основе этих законов изучавшееся с немалым
успехом.
До недавнего времени дискуссия о
том, какой из подходов предпочтительнее,
носила в основном терминологический
характер. Это было связано с тем, что
не удавалось создать реальную систему
в экзотическом начальном состоянии, для
которого не выполнялось бы условие
«крупнозернистой структуры»
—невозможности одновременно наблюдать и систему
в целом, и ее микроскопические детали.
Однако несколько' лет назад известному
физику Дж. Уо это удалось. Правда, Уо
работал не с идеальным газом (самая
популярная система в классической
термодинамике), а с другими системами —
спиновыми. (Напомню, что спином
называют собственный момент количества
движения элементарных частиц или атомных
ядер; спины способны взаимодействовать
с внешним магнитным полем и друг с
другом.) С точки зрения термодинамики
эти системы не представляют собой
ничего особенного. При их описании
используют такие понятия, как равновесное и
неравновесное состояния, энтропия и т. д.
Суть экспериментов Уо заключалась в
следующем. Сперва система ядерных
спинов выводится из равновесия,
возбуждается (это делается очень просто, с
помощью одного радиочастотного импульса).
Затем, предоставленная самой себе, она
устремляется под действием внутренних
взаимодействий к равновесию (рис. 1, 2).
Собственно эксперимент начинается
спустя некоторое время после
установления равновесия, когда в дело пускается
довольно сложная последовательность
мощных радиочастотных импульсов,
получившая название «магического сэндвича».
Сразу после этого система снова
оказывается в парадоксальном состоянии
равновесия, которое по всем измеряемым,
макроскопическим параметрам
неотличимо от первоначального.
Тем не менее через некоторое время
она сама, под влиянием только
внутренних взаимодействий приходит к
неравновесному состоянию, аналогичному тому,
которое было в самом начале
эксперимента. Замечательно, что при спонтанном
переходе к неравновесному состоянию
система в точности повторяет тот путь,
который она проделала, двигаясь к
состоянию равновесия в начале эксперимента.
Такое впечатление, что время начало
идти в другую сторону!
Не вдаваясь в подробности, отметим,
что в этих экспериментах обращение
времени действительно происходит, но только
не в момент свободного развития
системы, а во время действия «магического
сэндвича». Система развивается к
неравновесному состоянию со стороны
«отрицательного времени» (рис. 3, 4).
Итак, в спиновых системах «демон
Лошмидта» наконец обрел реальность в
виде «магического сэндвича». Обращая
знаки внутренних взаимодействий, он
«загоняет» систему в микросостояние,
которое, ничем не отличаясь от всех
остальных по макроскопическим параметрам,
.тем не менее является уникальным.
Мы сумели заглянуть в «эерно» и в то же
время не утратили способности
воспринимать всю систему в целом.
Опроверг ли этот успешно
осуществленный эксперимент какие-то законы
физики? Разумеется, нет. Проще всего
объявить, что, раз строго направленного
хода времени в спиновых системах нет,—
тем хуже для спиновых систем! Стало
быть, нельзя их считать
термодинамическими и надо описывать их другими
законами. Но вот беда: тогда придется
отказаться от таких удобных понятий, как
спиновая температура и энтропия — они
же взяты из термодинамики! А эти
понятия лежат в основе описания
множества эффектов в ядерном магнитном
резонансе, на базе этой теории и
развился ЯМР — один из важнейших
методов исследования вещества. На основе
4
Вот что происходит в eN-мериом
фазовом пространстве спиновой системы
(спроектировано иа плоскость) при
эксперименте Дж. Уо. После воздействия
радиочастотного импульса устанавливается
неравновесное состояние, которому
соответствует точка 1 в заштрихованной
«особой» зоне. Затем система самопроизвольно
переходит в равновесное состояние 2.
В этот момент включается «магический
сэндвич» и «демон Лошмидта» обращает
знаки всех взаимодействий между ядерными
спинами. В результате точка, отражающая
положение дел в системе, движется
обратно по той же траектории (показано
цветом), снова возвращаясь к неравновесному
состоянию 1. Но «демону» этого мало,
н он, продолжая трудиться, выводит систему
из особой зоны, загоняя ее в равновесное
состояние «—2». Здесь «сэндвич»
выключается, знаки взаимодействий
становятся прежними — и спиновая система
под действием только внутренних эффектов
приходит к неравновесному состоянию 1!
#
-2 ;
29

5
Еще одна плоская проекция 6М-мериого
пространства. Точка, описывающая состояние
газа, вышла из сособой» области и
переместилась в равновесное состояние 2.
Газ расширился и занял весь сосуд. Теперь
даже если «демон Лошмидта» и обратит
знаки скоростей всех молекул, ему ии
за что не удастся провести систему
в точности по той же траектории. Любое
возмущение собьет ее с пути, и она
снова угодит в равновесное состояние
тех же понятий предложены новые,
очень эффективные методики для
исследования структуры твердых тел. Отказ от
всего этого привел бы к огромным
трудностям, и неизвестно, стоит ли
платить столь дорогую цену во имя
«строгости».
ПИРРОВА ПОБЕДА
Фактически вопрос стоит так: надо
ли относить к термодинамическим
системам лишь те, которые будут следовать
законам термодинамики в любом случае,
либо этот класс можно расширить,
включив в него и другие системы, у которых
термодинамическим является только
начальное состояние. Кажущаяся простота
первого — ригористического подхода
обманчива. Ведь она исключает удобное
описание многих привычных объектов в
наиболее типичных ситуациях.
Второй подход позволяет включить
в класс термодинамических и системы с
устойчивыми динамическими
траекториями.
На первый взгляд спиновые системы
отличаются от прочих только тем, что мы
научились манипулировать их внутренними
взаимодействиями (менять знаки, включать
и выключать нужные нам взаимодействия)
и тем самым выбирать подходящие для
наших нужд динамические траектории.
Иными словами,— проделывать то, что в
классическом эксперименте с гаэом не
удается. Появляется возможность «собрать»
энергию, которая была диссипирована при
переходе «1—2» (рис. 1). Так неужели
этот фокус никак нельзя проделать с
газом?
Рисунок 5 показывает, что скорее
всего — нет, нельзя. Можно мысленно
допустить, что после аналогичного
перехода «1 —2» трудолюбивый демон мгно-
венно обратит все знаки взаимодействий
между молекулами гаэа (хотя практически
это невыполнимо) и двинет систему вспять.
30
Но вот беда: как бы он ни был прилежен,
избежать хотя бы незначительного
возмущения, флуктуации ему не удастся.
Строгих доказательств тому нет, но многие
физики считают, что любое, сколь угодно
малое, возмущение собьет систему с той
единственной траектории, которая ведет в
ничтожно малую заштрихованную область.
Динамические траектории газа
неустойчивы, а спиновых систем —
устойчивы. Таково, видимо, на самом деле
отличие последних — и это оказывается
причиной, по которой победа, вроде бы
одержанная «демоном Лошмидта» в
эксперименте Уо, остается пирровой и
нисколько не мешает описывать спиновые
системы в их обыденной жизни законами
термодинамики.
Мы живем в мире, где большинство
событий необратимо. Эта не подлежащая
сомнению житейская очевидность по сей
день не получила исчерпывающего
объяснения.

Репортаж
Асбест из Асбеста
Предварительная информация,
которой располагал автор и которую
предстояло уточнить:
В городе Асбесте Свердловской области на
асбестообогатительной фабрике № 6, иа производстве,
достаточно вредном н пыльном, действует
эффективная система очистки и рециркуляции воздуха.
Воздух» возвращаемый в цех после очистки,
оказывается чище, чем взятый снаружи. Достижение
не только научно-техническое — социальное.
И вот я в Асбесте, сравнительно
небольшом городе, названном так в честь
необычного — волокнистого минерала.
Зная заранее, что Асбест — центр
асбестовой (специфической, но по сути
горнорудной) промышленности, что по
соседству с городом несколько больших
карьеров, где руду сначала взрывают,
потом собирают экскаваторами, потом
многократно, многостадийно дробят, я ожидал
увидеть город в синеватой пылевой
дымке, отнюдь не радующей жителей, а
врачей тем более.
Тем приятней показалось то
обстоятельство, что воздух над городом почти
прозрачен, что трубы комбината Урал-
асбест пылят куда меньше, чем, скажем,
расположенной неподалеку Рефтинской
ГРЭС, что степень очистки фабричного
воздуха сравнивать придется с нормальным
воздухом нормального города. Но об этом
поэже — прежде о самом асбесте.
«КРИСТАЛЛЫ СВОЙСТВ НЕОБЫЧАЙНЫХ»
Газетчики и поэты охотнее всего
называют его горным льном, прозаичные
минералоги и горные инженеры — хриэо-
тил-асбестом. Слово «хризотил»
подчеркивает физико-химическую специфику,
выделяет добываемый в районе
Асбеста минерал из других асбестов. (Есть еще
амфиболовые асбесты:
антофиллит-асбест, крокидолит-асбест и некоторые
другие минералы волокнистого или
тонкоигольчатого строения.)
В нашей стране, а СССР —
крупнейший производитель асбеста, хризотил-
асбест доминирует, его доля — больше
90%. Именно этот минерал уже почти сто
лет добывают на крупнейшем Баженовском
месторождении, именно в честь него
назван Асбестом город, которому в этом
году исполнится 50 лет.
Я знал, что в Асбесте есть музей
асбеста. Оказалось, их два, не очень
больших и вместительных: один — в городе
(находится в ведении комбината Урал-
асбест), другой — в институте,
Всесоюзном научно-исследовательском и
проектном институте асбестовой
промышленности (ВНИИпроектасбест). Музеи,
повторяю, небольшие. Тем, кому чужда
красота камня, их экспозиция может
показаться однообразной. Однако тем, кому
камень небезразличен (от общения ли с
минералами или от книг А. Е.
Ферсмана и П. П. Бажова), стенды этих музеев
наверняка покажутся привлекательными.
Красив и сам асбест, красивы и вмещающие
его породы, красив их комплекс —
природный комплекс, достаточно трудно
разделимый.
С точки зрения химика хриэотил-ас-
бест представляет собой гидросиликат
магния. У асбеста и вмещающей его
породы — серпентинита (знаменитый змеевик,
используемый, в частности, как красивый
поделочный камень зеленого цвета) состав
практически одинаков. Этим, в частности,
определяется специфика и сложность
обогащения асбеста. Химические методы здесь
неприменимы.
С музейного стенда смотрят на
посетителя срезы асбесте оде ржащ их образцов.
Темно-зеленые, как правило, камни,
исчерканные светлыми прожилками. Иногда
они, пересекаясь под разными углами,
образуют сетки. Там, где жилка выходит
на излом, видишь, что составлена она
волокнами, серо-зеленоватого цвета, блес-
кими, как шелк. А отцепишь несколько
волокон, распушишь их (сделать это
нетрудно) и убедишься, что они серебристо-
белые, очень тонкие, легко
скручивающиеся в нить. Из самого длинноволокнистого
асбеста, как гласит предание,
демидовские мастера когда-то соткали
удивительную скатерть. Залив вином, заводчик
срывал ее со стола и бросал в пламя. А она
не сгорала — лишь очищалась в огне...
Греческое слово «асбестос»
буквально означает «неугасимый»,
«неразрушимый».
стойкость
Хриэотил-асбесту свойственна не
только высокая термостойкость.
Химическая стойкость его тоже высока — к
окислителям, щелочам, ко всякой
органике. А вот кислотам хризотил-асбест
противостоит плохо, кислотостоек лишь
антофиллит-асбест. Его тоже добывают на Урале,
но не на Баженовском месторождении — в
других местах, причем в меньших
количествах. А хризотил-асбест частично ис-
31

пользуют тут же: в Асбесте есть завод ас-
бесто-технических изделий (АТИ),
подчиненный Министерству
нефтеперерабатывающей и нефтехимической
промышленности.
. На этом заводе из асбеста вьют
шнуры и ткут ткани, смешивают его с
каучуком и некоторыми другими веществами,
чтобы получить композиционный
материал для дисков сцепления и тормозных
колодок. У материалов на асбестовой
основе, как правило, высоки фрикционные
свойства. Потому в Асбесте делают
миллионы тормозных колодок для вагонов, чуть
меньше для грузовиков Камского, Горь-
ковского, Московского автозаводов... А еще
здесь делают изоляционный материал па-
ронит, который отлично держит пар.
Прокладки из паронита очень широко
применяются в тепловом хозяйстве.
Больше тысячи предприятий разных
отраслей потребляют продукцию
Уральского завода АТИ, которую его директор
А. Ф. Юнусов охарактеризовал весьма
скромно: комплектующие детали для
машиностроения с применением асбеста.
Интересна история этого завода.
Организованный в годы войны, он
разместился в трех отнюдь не производственных
зданиях, в частности в построенном
незадолго до этого здании горисполкома и
городском дворце культуры. В кабинетах и
клубных комнатах стояли ткацкие станки и
прессы, сушильные печи и крутильные
машины. Лишь в шестидесятых годах завод
целиком перебрался в собственные новые
здания, а бывшее здание горисполкома
тщательно выскребли, отмыли,
капитально отремонтировали и в год 50-летия
Советской власти передали под Дворец
пионеров. Об этом напоминает
скромная памятная доска на фасаде...
И все же машиностроение
потребляет сравнительно небольшую — около
10% — часть производимого в стране
асбеста. Значительно больше его
расходуется в производстве асбестоцементных
строительных материалов и
теплоизоляции.
Асбестоцементные трубы
используют и как водопроводные, и как
канализационные, и даже как мусоропроводные.
Выходит, в каждом новом городском
доме есть асбест. Есть он и в домах,
построенных в сельской местности, чаще всего,
правда, не в домах, а на домах: шифер —
самый распространенный из кровельных
асбесто-цементных материалов.
Химическая промышленность
использует асбест не только как
теплоизоляционный материал. Он — и компонент
асбестопластиков, и материал для
фильтров, и носитель для драгоценных
катализаторов. Впрочем, как утверждают, и
самому асбесту не чужды каталитические
свойства.
Приведенные примеры
использования асбеста различными отраслями
промышленности прямо или косвенно говорят
о многих названных и неназванных
полезнейших его свойствах. Но есть и вредные.
Как всякий силикатный материал, он
способен вызвать тяжелое заболевание
дыхательных путей — пневмокониоз.
Медики различают даже особую его
разновидность — асбестоз. Эти его свойства —
тема особого, профессионального
разговора, вынесенного за пределы репортажа.
Но не так страшен асбест, как иногда
малюют. И на книжную полку, где стоят
привезенные из разных командировок
образчики минералов, я охотно поставлю
красивый кусок змеевика с асбестовыми
прожилками. И не побоюсь и впредь
ездить к теще на блины, хотя точно знаю,
что печет она их на электроплите с
асбестовой теплоизоляцией.
КАК В АСБЕСТЕ ПОЛУЧАЮТ АСБЕСТ
Подобно тому как бывает «не совсем
шампанское» — шампанское
полусладкое и сладкое, так бывает и
неэластичный полуломкий и ломкий асбест. У
полноценного хризотил-асбеста разрывная
прочность — около 300 кг/мм2, у
полуломкого — 200, а у ломкого, как правило, еще
вдвое меньше. Но все классификации
условны: разрывная прочность каменных
волокон, деформированных в процессе
добычи и обогащения, заметно снижается.
Сравнение приведенных цифр
заставляет вспомнить реплику Лиса из
«Маленького принца» («Нет в мире
совершенства») — применительно к существующей
технологии производства асбеста. С одной
стороны, из-за возможных потерь прочности
это вещество требует деликатного
обращения на всех стадиях производства. Но с
другой стороны, асбеста нужно много, а
коли так, то тут уж не до деликатности.
Сейчас в нашей стране эксплуатируются
четыре больших асбестовых
месторождения: Баженовское (разрабатываемое
комбинатом Ураласбест), Джетыгаринское в
Казахстане (комбинат Куста най асбест),
Киембаевское (комбинат Оренбургасбест)
и Актовракское в предгорьях Саян
(комбинат Туваасбест). Добыча руды на всех
четырех комбинатах идет открытым спосо- ■
бом. В карьерах гремят взрывы.
Взрывчатка, заложенная в узкие сква- -
жины, дробит рудное тело на куски раз- •
мерами до метра. Потом в дело вступают
экскаваторы, электровозы, самосвалы.
Руда отправляется на асбестообогатитель- ■
ные фабрики.
Фабрика № 6 комбината Урал- •
асбест — крупнейшее предприятие от- -
расли. А всего на комбинате сейчас дей- -
ствуют три фабрики: кроме шестой, еще i
четвертая и пятая. Первые же три,
отработавшие свое за долгие годы эксплуатацииь
Баженовского месторождения, перестали к
существовать. Место фабрики № 1 сей*
32

час занимает завод железобетонных
изделий, а фабрик № 2 и 3 — карьер,
глубина которого местами достигает 250
метров.
Сила взрыва — большая сила и не
очень-то управляемая. Уместно ли тут
говорить о деликатном воздействии? Как ни
странно, уместно: тщательно
рассчитывается геометрия скважин, закладывают
сравнительно небольшие заряды. Ведь асбест
вырастал в бывших трещинах, да и
плотность его меньше плотности окружающей
породы. Поэтому взрыв обнажает
асбестовые жилы и прожилки — не все, к
сожалению...
Содержание асбеста в руде
невелико — несколько процентов, в среднем
около двух, а взять из руды нужно весь асбест.
Опять же, абсолют недостижим, но к нему
стремятся — и первые стадии обогащения
асбеста сводятся к измельчен ию породы,
дроблению ее на все более мелкие
куски.
На фабрики приходят глыбы разных
размеров и масс, некоторые из них весят
несколько тонн, а нужно в конечном счете
превратить их в песок или мелкий
щебень. Содержимое вагона ссыпается в
бункер, который способен вместить до
десятка вагонов. Внизу, в горловине бункера,
медленно качается гигантский
металлический конус, расположенный не строго по
центру. Вращаясь, он сминает руду,
измельчая ее, сдвигая слои друг относительно
друга. И раскол идет опять же по сетке, по
включениям (жилам) асбеста. Вообще-то
конусные дробился не новость, но замечу:
из технических средств первого, самого
крупного дробления они наиболее
деликатные.
Дробилки, грохоты, сепараторы,
сита работают на обогащении асбеста: и
аппараты и операции похожи на те, что при
очистке и помоле зерна. Вот только
«веялки» асбестового производства
(классификаторы) работают ближе к концу
технологической нитки, после всех стадий
дробления. Распушенные асбестовые
волокна, особенно самые длинные,
приобретают, как говорят специалисты, парусность,
способность уноситься потоком
встречного воздуха. Это одна из самых важных
производственных операций. Воздушные
потоки помогают отделить асбест от гали —
мелкой минеральной крошки и, более
того, рассортировать его.
Сортов асбеста — восемь, от
нулевого, высшего, до седьмого. Сорт
определяется прежде всего длиной волокон. Высшие
сорта — волокна длиной от 5 мм и
больше — идут на изготовление
огнезащитных костюмов пожарных, фартуков и
рукавиц сталеваров, высококачественных
фильтров. Средние сорта (волокна длиной
от 3 до 5 мм) — тоже большая ценность,
низшие используют в промышленности
стройматериалов и как теплоизоляцию.
£ 2 «Химия и жизнь» № 2
Этот снимок сделан с места, которое в
Асбесте зовут перешейком. Рядом —
другой карьер, почти такой же большой
и глубокий. Здесь добывают асбестовую
руду. Возможно, со временем карьеры
сольются и поглотят перешеек
Асбест седьмого, последнего сорта (менее
0,4 мм) это, по существу, продукт
осаждения в пылеулавливающих сооружениях.
Хранят его как отвалы и отпускают по
мере надобности промышленности
строительных материалов, в ведении которой,
кстати, находится производство всего
асбеста в нашей стране. Но это отнюдь не
отходы — важное сырье, пусть дешевое,
сегодня не дефицитное, почти бросовое,
но очень полезное.
Совсем иное отношение к каменным
волокнам сантиметровой длины. Асбест
первого сорта примерно в 50 раз
дороже, чем шестого. А куски с волокнами
длиной больше 1В мм не считают зазорным
выбирать вручную. Это своего рода
самородки...
ВОЗДУХ ЧИСТЫЙ И ТЕПЛЫЙ
Не только потому, что все наши
крупные асбестовые месторождения
расположены в районах, небогатых водой, но из-за
свойств асбеста, в частности
упоминавшейся выше парусности, воздух на асбестообо-
гат и тельных фабриках — рабочее
вещество. И, проходя через аппараты цеха
обогащения, воздух естественно
загрязняется, насыщается пылью — асбестовой и
серпентинитовой. И каждый раз, после
каждой производственной стадии его
необходимо чистить. Содержание пыли в потоках
пневмотранспорта достигает 20 г/м3, а ПДК
(среднесуточная для атмосферы населен-
33

Цех обогащения. Колоннада рукавных
фильтров. Высота каждого рукава 4,3 м,
диаметр — 130 мм. И таких рукавов здесь
более ста тысяч
ных пунктов) в сто тысяч раз меньше —
всего 0,15 мг/м3.
Разные по производительности и
конструкции пылеулавливающие
устройства применяют на асбестообогатитель-
ных фабриках: циклоны, электрофильтры,
пылеосадительные камеры. Однако
лучше всего очищают воздух от асбеста
рукавные фильтры, простые по конструкции и
известные больше полувека.
Загрязненный воздух подается внутрь
матерчатых рукавов, асбестовая пыль оседает
на стенках и создает еще один
фильтрующий слой. В итоге в «межтрубное
пространство» выходит воздух, очищенный от
асбеста и от других пылевидных примесей.
Эффективность очистки достигает пяти
девяток — 99,999%. И эти впечатляющие
цифры не теоретические, это практический
показатель, достигнутый в
промышленности, в Асбесте, на фабрике № 6.
Первыми рукавные фильтры для
очистки воздуха на асбестовой фабрике
применили канадцы (по добыче асбеста
Канада занимает второе место в мире).
Канадский опыт был, естественно,
использован при проектировании систем очистки
для Асбеста, однако и масштабы и степень
очистки, достигнутые в Асбесте, аналогов не
имели.
Всего за один час через установку
фабрики № 6 проходят 10 миллионов
кубометров воздуха, да при такой
запыленности! А из колонн-рукавов воздух
выходит таким чистым, что физически ощу-
34
щае шь разн и цу между ним и воздухом
с улицы.
Чтобы воздуху легче было
вырваться из фильтров в воздушное пространство
огромной герметичной камеры объемом
больше 100 000 м3, специально создан
небольшой перепад давлений. Входишь в
нее через шлюз, где уши закладывает,
как в самолете во время посадки. А потом
не перестаешь удивляться ощутимой
всеми фибрами легких чистоте. Это при том,
что и на улице воздух-то приличный —
нормальный городской воздух!
Эта чистота достигнута в
результате совместной работы исследователей и
проектировщиков из трех институтов —
ВНИИпроектасбест, Уралмеханобр и Гипро-
газоочистка (Ленинградский филиал).
Установка надежно работает уже больше
десяти лет. Она осталась самой крупной в
стране и в мире, но не осталась
единственной — подобные же установки есть на всех
асбестообогати тельных фабриках,
построенных после 1969 года: на Среднем и
Южном Урале, в степях Казахстана, в
далекой Туве. А на проектируемой сейчас
седьмой асбестообогатительной фабрике
комбината Ураласбест подобными
системами очистки будут оснащены не только
обогатительные, но и дробильные цехи.
Рассказывая об этой установке,
директор ВНИИпроектасбеста Б. А. Сонин и
руководитель одного из отделов института
(природоохранительного, по сути, отдела)
А. Г. Молчанов привели несколько
внушительных цифр:
117 500 рукавов .работают в корпусе,
общий объем которого 1 млн. 300 тыс.
кубометров;
общая фильтрующая поверхность — •
более 200 000 квадратных метров;
степень очистки (не могу отказать «
себе в удовольствии привести эту цифру '
вторично) — 99,999%, в худшем случае, ,
при каких-либо технологических наруше- -
ниях, 99,99В.
Грех было выпускать такой чистый г
воздух на улицу: пустить бы его в оборот, ,
на рециркуляцию, вернуть в цехи той г
же фабрики, как на других заводах
возвращается в производственный цикл уже с
неоднажды использованная, но хорошо
очищенная вода.
Сделать это было нельзя. Строгие :
санитарные нормы категорически запре- -
щали рециркуляцию воздуха, побывавшего с
в столь тесном контакте с асбестом. Консер- -
ватизм медиков естествен: а вдруг прорвут- -
ся сразу несколько рукавов, и в производ- -
ственное помещение валом повалит опас- -
ная асбестовая пыль. Нужно было преодо- -
леть этот разумный консерватизм, найти ►
оптимальный режим работы, сделать сие- -
тему чрезвычайно надежной. И еще
привести неотразимые для медиков дово- -
ды.
Все это было сделано: и режимы, ,i

и надежность, и испытания различных
материалов для фильтров (о материалах
особый разговор). А довод... Довод был
такой. Здание миллионнометровой
кубатуры, да еще при многократном
воздухообмене, обогреть практи чески
невозможно. На канадских обогатительных
фабриках в аналогичных цехах зимой на
стенках нарастает двухсантиметровый слой
инея — хороший утеплитель, ничего не
скажешь. Уральские зимы не теплее
канадских. Температура в неотапливаемых
цехах может быть и минус 30, да еще с
ветерком... Но ведь очищаемый воздух
одновременно и прогревается до плюс 20—
30°С. Стены производственных зданий на
асбестообогатительных фабриках у нас
делаются не из шифера — из бетона.
Значит, прилично держат тепло — важно
только взять его. Откуда? Из воздуха, чистого
и теплого.
Аргументы были неотразимы.
Медики согласились. В порядке исключения.
Сейчас это исключение из правил
распространено на все крупнейшие асбестообога-
тительные фабрики страны. А вот на
заводах асбестотехнических изделий, даже в
самом Асбесте, рукавные фильтры —
пока только фильтры.
ОБ ОТХОДАХ,
МАТЕРИАЛАХ ДЛЯ ФИЛЬТРОВ
И НЕКОТОРЫХ
ЛИЧНЫХ ВПЕЧАТЛЕНИЯХ
Откосы железнодорожных
магистралей от Москвы до Иркутска очень часто
серо-зеленого цвета. Этот зеленоватый
щебень — серпентинит с Баженовского
месторождения. Он считается одним из
лучших материалов для насыпей. Его
везут на восток и на запад с близлежащих
станций. Везут во все больших
количествах, а все равно вокруг Асбеста
продолжают расти горы отвалов. Больше
вывезти не могут сами железнодорожники: то
вагонов не хватает, то пропускной
способности дороги...
В Асбесте вы пускается чуть ли не
► самый дешевый в стране асфальт: серпен-
' тенитовая крошка — прекрасный и даровой
i по сути наполнитель. На Ураласбесте на-
l мереваются организовать производство
» сувениров из змеевика. Но, как известно,
» сувенирное производство не очень-то мате-
I риалоемко. Пока отрасль предпочитает
Два

комментария
Доктор
медицинских наук
Ф. М. КОГАН
(Свердловский институт
гигиены труда
и профзаболеваний):
Мне предстоит ответить
на вопрос, как влияет асбест
брать из недр Баженовского
месторождения в основном асбест.
Несколько слов о том, из каких
материалов делают рукавные фильтры.
Пока только из хлопчатобумажных.
Фильтры из обычного спецовочного
материала молескина работают без замены по
пять-шесть лет. Очень приличный срок.
Пытались перейти на синтетику. Пробовали
нетканые материалы — отвергли их
напрочь. И разрывная прочность
недостаточна, и эластичность, а главное, через год
работы вес такого рукава увеличивался
в три-четыре раза. И не выбить эту
волокнистую цепкую пыль никакими силами.
А ведь фильтры надо периодически
очищать, снимать лишнюю пыль и хорошо
бы с минимальными затратами труда:
просто встряхнуть, и пыль осыпется. Тут
важно не перетрясти — асбестовый слой,
если помните, и сам по себе фильтр.
Обнадеживающие результаты исследователи
ВНИИпроектасбест получили с фильтрами
из плотной капроновой и поливинилхлорид-
ной ткани. Но тут могут стать препятствием
излишне гладкие поверхности тканей из
этих волокон и их цена, более высокая,
чем у хлопчатобумажных. Так что на
асбестообогатительных фабриках в
рукавных фильтрах пока по-прежнему
работает молескин, а на заводе АТИ —
вельветон, тоже хлопчатобумажный...
Оглядывая с восьмидесятиметровой
высоты панораму комбината, я не мог
не обратить внимание на множество
стеклянных крыш внизу справа. Сверху
они казались плоскими. Теплицы!
Множество теплиц. Директор фабрики № 6
П. М. Новокрещенов охотно объяснил,
что теплицы начали строить чуть ли не
одновременно с фабрикой ради утилизации
тепла и ради продукции. Сейчас здесь
выращивают больше половины зелени
(огурцов, помидоров, зеленого лука, сельдерея,
петрушки), потребляемой жителями
Асбеста. Общая площадь теплиц — три
гектара. Последние (пока) десять теплиц
построены в 1980 году, и будут, очевидно,
строить еще...
Возвращались в Свердловск
засветло на машине. Впереди маячил затылок
водителя. Седина его выглядела, как
поросль асбеста. Длинноволокнистого.
Лучших сортов.
В. СТАНЦО,
специальный корреспондент
«Химии и жизни»
Фото С. В. Черепова
на здоровье человека. Прямых
доказательств опасности
асбеста, поступающего в
организм с пищей или водой, нет.
Вместе с тем
профессиональные асбестообуслов ленные,
как мы их называем,
заболевания существуют — это факт.
Часть асбестосодержа-
£ Т
35

щей пыли, попадая в легкие,
оседает в альвеолах, а до
этого — в бронхах, что приводит
к разрастанию грубой
соединительной ткани. Нарушаются
вентиляция легких и
нормальное легочное кровообращение.
Объем легких и их
дыхательная поверхность сокращаются,
уменьшаются подвижность
грудной клетки и объем
выдоха. Больные жалуются на все
усиливающуюся одышку и
кашель, могут появиться
признаки сердечной недостаточности.
Все это симптомы асбестоза —
одной из разновидностей пнев-
мокониоза.
Более того, установлено
и подтверждено в опытах на
животных, что асбестовая пыль
способствует развитию рака
легких, желудка и некоторых
других органов. Надо, однако,
подчеркнуть: достоверно
выше заболеваемость раком
только среди людей,
подвергшихся длительному, в
течение 15—20 лет, воздействию
асбестовой пыли при больших
ее концентрациях. И сегодня
дает о себе знать вчерашнее,
многолетней давности
несовершенство технологии —
врачи хорошо знают, что скрытый
период развития раковой
опухоли нередко составляет 20—
25 лет...
За последние 15 лет
произошли коренные
изменения условий труда в асбестовой
промышленности: снизилась
запыленность, механизированы
и автоматизированы
практически все основные работы,
улучшен микроклимат в
обогатительных корпусах. Пока,
однако, не удалось исключить
значительные перепады
температуры в цехах и слишком
большую подвижность воздуха.
После очистки он становится
чрезмерно сухим, что сказывается
на верхних дыхательных путях.
По-видимому, в
рециркуляционном воздухе меняется
соотношение между ионами:
благотворно действующие на
организм ионы
отрицательного знака задерживаются
фильтровальной тканью и
наслоениями асбеста. Избежать этого
нельзя, значит, выход — в
искусственной аэроионизации
при помощи коронных
разрядов.
В целом же, для
ликвидации асбестообусловленных
заболеваний нужна постоянная
целенаправленная
профилактика.
Случаи выраженного
асбестоза и асбестотуберкулеза,
который в прошлом нередко
приводил к печальному
исходу, в наши дни встречаются
редко. Благодаря ранней
диагностике асбестоза все случаи
заболевания выявляются на
начальных стадиях.
Своевременное перемещение
заболевающих с опасной для них работы
уменьшает вероятность
развития болезни. Однако в любом
случае с асбестом, асбестовой
пылью нужно обходиться «на
вы» и бороться.
С другой стороны,
зарубежные средства массовой
информации нередко
представляют асбест в неоправданно
черном свете. В западной
печати периодически появляются
статьи и корреспонденции,
авторы которых (не медики, как
правило) настаивают на
прекращении выпуска асбеста и
изделий из него (их, насколько
мне известно, тысячи
наименований, и практически везде
асбест «связан» резиной,
пластмассой, цементом или другими
веществами и материалами).
Такие изделия не пылят и,
следовательно, не могут
представлять опасности. Ни блины,
испеченные в электроплите, ни
укладка волос электрофеном с
асбестовой теплоизоляцией не
несут угрозы здоровью. А вот
ремонтируя асбест оце мен т-
ную теплоизоляцию труб,
очевидно, следует пользоваться
респиратором — так будет
надежней.
Записала М. КЕЛЬНИК
Заместитель министра
промышленности
строительных
материалов СССР
В. Я. СИДОРОВ;
Технология обогащения
асбестовых руд, и прежде
всего руд хризотил-асбеста,—
одна из сложных технологий
механической обработки
полезных ископаемых. И вместе с
тем — одна из наиболее
эффективных. Достаточно
сказать, что степень извлечения
полезного продукта — асбеста
составляет 85—90%. Это выше,
чем во многих отраслях
современного горного дела.
Технология постоянно
совершенствуется;
разрабатываются новые аппараты и
целые технологические схемы.
Впрочем, и они, как правило,
ориентированы на дробление и
разделение материалов в
воздушной среде. Потому
значение воздуха и восстановления
его первоначальных жизненно
важных (без преувеличения)
свойств и впредь меньше не
станет.
Система, о которой
рассказано в репортаже «Асбест
из Асбеста», появилась в
результате поисков технически
и экономически оправданных
способов компоновки именно
воздушного хозяйства асбе-
стообогатительных фабрик,
причем наиболее энергоемких
их цехов — цехов обогащения.
Применявшиеся прежде
системы пневмотранспорта,
отсоса и очистки воздуха из этих
цехов были куда более
громоздкими и куда менее
эффективными. На той же
фабрике № 6 комбината У ре л асбест
в цехе обогащения
первоначально была запроектирована
установка 1000 маломощных
вентиляторов — работают же
сейчас лишь 32. Зато каких! За
час работы они способны
переместить около 10 млн. м3
воздуха. А рукавные фильтры
позволили практически
устранить загрязнение
атмосферного воздуха пылью. Более
того, рециркуляция — возврат в
цех очищенного и подогретого
воздуха — позволила
одновременно решить две проблемы
оздоровления труда.
Социальный эффект
системы очевиден, но и
экономический ее эффект более чем
заметен: 2,5 млн. рублей в год
только на фабрике № 6, более
7 млн. по отрасли в целом.
И подобные системы
постоянно совершенствуются,
область их применения
расширяется. Сейчас, например,
происходит замена
электрофильтров на рукавные
фильтры в аналогичном цехе
комбината «Кустанайасбест». В
скором будущем подобные же
системы рециркуляции воздуха
появятся и на более стары*
(№ 4 и № 5) обогатительны»
фабриках в Асбесте. А не
строящейся седьмой фабрике
как упоминалось уже в
репортаже, подобные системы буду1
работать не только в цехе
обогащения, но и на
третьей-четвертой стадиях дробления.
Таким образом,
промышленное внедрение
централизованных систем
вентиляции с высокоэффективное
очисткой и рециркуляцией
воздуха можно (и нужно, думаю]
считать хорошим примеров
безотходной
природоохранительной технологии.
Безотходной по возду
ху, да и по асбесту тоже.
Природоохранительно»
— дважды: во-первых, приме
нение подобных систем решае
важнейшую социальную зада
чу охраны воздушного бас
сейна от промышленных выб
росов, а во-вторых, челове!
ведь тоже часть природы..
36

Проблемы и методы
современной науки
Бактерии —
обличители
канцерогенов
Кандидат медицинских наук
В. В. ХУДОЛЕЙ,
Научно-исследовательский институт
онкологии имени Н. Н. Петрова
(Ленинград)
По меньшей мере три четверти всех
злокачественных опухолей вызываются
воздействием тех или иных факторов
окружающей среды. Среди этих факторов одно
из важнейших мест занимают контакты
человека со все возрастающим числом
разнообразных химических соединений
искусственного происхождения.
Новые вещества, загрязняющие
окружающую среду, поставляют не только
химическая индустрия, но и сельское
хозяйство, пищевая, фармакологическая и
многие другие отрасли промышленности.
Ежегодно химики синтезируют более
250 000 новых веществ; новые
продукты широко входят в наш быт в виде
лекарств, пищевых добавок, инсектицидов,
упаковочных материалов.
Законодательства большинства стран
предусматривают обязательное изучение
на канцероген ность всех таких новых
веществ, попадающих в среду обитания
человека. Обычно эти исследования
проводятся на животных — крысах, мышах.
Существуют методы, позволяющие
определять, не обладает ли то или иное
соединение канцерогенными свойствами.
Однако охватить такой проверкой все новые
химические продукты сейчас уже
невозможно. Дело в том, что подобные
эксперименты занимают, как правило, по 2—3
года и требуют чрезвычайно больших
затрат. Например, в США испытание на
канцероген ность лишь одного соединения
обходится в 300 000 долларов.
Поэтому одна из важнейших проблем
современной онкологии — поиск новых
методов выявления канцерогенов и
оценки их опасности, методов чувствительных,
быстрых и экономичных. Один из
самых перспективных подобных методов —
так называемый бактериальный
мутагенный тест, который разработал 15 лет назад
микробиолог из Калифорнийского
университета Брюс Эймс.
МУТАГЕН — ЗНАЧИТ КАНЦЕРОГЕН!
Еще в начале XX века появилась
мутационная теория -происхождения
опухолей, которая в последние годы получи-
Так выглядит колония сальмонелл под
сканирующим электронным микроскопом
(увеличение в 750 раз). Фотография
сделана автором
ла новые весомые доказательства и
приобрела многочисленных сторонников
среди онкологов. Конечно,
злокачественное перерождение клетки — процесс
многоступенчатый и сложный. Тем не менее
можно с большой долей уверенности
считать, что по крайней мере начальные
события на молекулярном уровне,
ведущие впоследствии к раку, имеют в своей
основе мутации — передающиеся по
наследству повреждения ДНК. Это могут
быть или изменения числа хромосом в
клетке, или изменения числа и порядка
расположения генов (такие изменения
возникают в результате выпадения или, наоборот,
повторения отдельных генов,
перестановки отдельных участков хромосомы,
обмена фрагментами между разными
хромосомами), или, наконец, внутригенные
изменения, называемые также генными или
точковыми мутациями,— замена пар нук-
леотидных оснований ДНК или сдвиг
«рамки считывания», то есть изменение
порядка транскрипции наследственной
информации. Именно точковые мутации —
наиболее тонкие и чаще всего совместимые с
жизнью, то есть не ставящие под угрозу
основные механизмы жизнедеятельности
клетки, и привлекают особое внимание
исследователей, работающих в области
молекулярной онкологии.
Какие именно изменения
наследственного аппарата клетки приводят к
раку, до сих пор еще окончательно неясно.
Однако сам факт мутагенного действия
того или иного вещества, в чем бы оно ни
проявлялось, служит достаточным
основанием заподозрить наличие у него и
канцерогенных свойств.
Существуют различные методы,
позволяющие обнаруживать мутации,
вызываемые внешними факторами в
отдельных клетках млекопитающих,
дрожжей, плесневых грибков, плодовой мушки
дрозофилы. Но чаще всего для этого
используются бактерии из рода сальмо-
37

нелл — Salmonella typhimurium, которые
имеют относительно небольшой, хорошо
изученный геном, чрезвычайно быстро
размножаются и дают возможность
изучать генные мутации различных типов. Эти
бактерии и являются тест-объектом в
методе Эймса.
СПЕЦИАЛЬНО
СКОНСТРУИРОВАННАЯ
САЛЬМОНЕЛЛА
Встречающиеся в природе
сальмонеллы— так называемый дикий тип бактерии —
способны синтезировать многие
необходимые для их жизнедеятельности
вещества, в частности аминокислоты. Однако
в тесте Эймса используется не дикий тип,
а специально сконструированные штаммы-
мутанты: они потеряли способность
вырабатывать аминокислоту гистидин и
поэтому могут расти только при добавлении
этой аминокислоты в среду.
Мутагены различной химической
природы, воздействуя на такую бактерию,
повреждают ее относительно небольшой
геном. Если при этом оказывается
затронутым тот участок ДНК, который
ответствен за синтез гистидина, то происходит
так называемая реверсия — обратная
мутация, в результате чего у бактерии
восстанавливается способность расти на
среде, где отсутствует гистидин.
(Естественно, если мутация происходит в каком-
нибудь другом гене, то обнаружить ее
таким способом не удается.) В этом,
собственно говоря, и состоит суть метода: му-
тантные штаммы бактерий подвергают
действию испытуемого вещества и после
этого помещают на среду, лишенную
гистидина. Если хотя бы часть бактерий
продолжает на такой среде расти — значит
произошла реверсия, а следовательно,
испытуемое вещество обладает мутагенными
свойствами.
Для удобства экспериментаторов и
для повышения надежности результатов
бактерии, используемые в этом тесте,
были подвергнуты еще и нескольким
дополнительным генетическим изменениям.
Например, у них нарушен состав сахарид-
ного комплекса в клеточной мембране —
благодаря этому стенка бактерии
становится проницаемой для крупных молекул,
которые получают возможность
проникать внутрь клетки и атаковать ее ДНК.
Другая дополнительная мутация
повреждает ген, ответственный за способность
клетки с<ремонтировать» свою ДНК, вырезая
ее измененные участки. Наконец, недавно
в эти штаммы сальмонеллы ввели еще и
мутацию, которая нарушает способность
клетки к исправлению повреждений ДНК
в период деления.
Таковы основные принципы теста
Эймса — одного из основных
современных средств скрининга химических
канцерогенов. Но это только основные
принципы; чтобы тест можно было эффективно
использовать, его пришлось дополнить
некоторыми «хитростями», без которых
получить нужные результаты во многих
случаях не удается.
ЧЕГО НЕ МОЖЕТ БАКТЕРИЯ
Представьте себе, что мы взяли тот
самый специально сконструированный
штамм сальмонеллы, о котором только
что рассказали, подействовали на
бактерию заведомо канцерогенным
соединением — нитрозодиметиламином и высеяли их
на среду, лишенную гистидина. Вы думаете,
что бактерии тут же начнут расти,
свидетельствуя тем самым о канцерогенности
нитрозодиметиламина? Ничего подобного:
никаких ревертантных колоний
обнаружить не удастся...
Дело в том, что подавляющее
большинство соединений, контакт с которыми
вызывает опухоли у лабораторных
животных и человека, сами по себе вовсе не
являются канцерогенными. Вещества,
ответственные за их канцерогенный эффект,
образуются, как правило, лишь в
результате их многообразных химических
превращений в организме: гидроксилирования,
ацетилирования, образования соединений
с глюкуроновой, фосфорной
кислотами и т. д.
Возьмем, например, тот же нитрозо-
диметиламин. Это простейший, хорошо
изученный представитель самой
многочисленной группы канцерогенов — N-нит-
розоаминов, вызывающих злокачественные
новообразования у различных животных,
от моллюсков и рыб до обезьян. Попадая
в организм, это соединение окисляется —
образуется гидроксилнитрозамин. В
результате его последующего расщепления
появляется чрезвычайно активный
продукт — метилкарбониевый катион. Он
содержит электрон-дефицитный атом и
поэтому связывается с имеющим
избыточный электрон клеточным рецептором —
нуклеотидным основанием в составе ДНК.
Это и приводит к изменению
генетической программы клетки, то есть к
мутации. Но для этого необходимо, чтобы
сначала произошли все вышеописанные
превращения.
У бактерий же, в отличие от
млекопитающих, отсутствуют многие
ферменты, которые играют большую роль в
подобных трансформациях чужеродных веществ
и превращают их в активные
производные, являющиеся подлинными
канцерогенами. Именно по этой причине нитрозоди-
метиламин не вызывает мутаций у
сальмонелл, если не помочь ему превратиться
в метилкарбониевый катион, способный
повредить клеточную ДНК.
Для этого пришлось разработать
специальные системы активации. Например,
добавляют к смеси испытуемого
вещества и бактерий измельченные ткани
млекопитающих, которые содержат нужные
38

ферменты, а также вещества,
необходимые для их работы. Есть и другой
способ активации: бактерий помещают в
брюшную полость млекопитающих (чаще
всего мышей), которым тем или иным
способом вводят испытуемое химическое
соединение. При этом его трансформация
происходит в мышином организме, а на
бактерии действуют образующиеся при
этом активные продукты. Через
некоторое время бактерий выделяют и
переселяют на бедную гистидином среду, где
можно обнаружить возникшие мутации.
ДОКАЗАТЕЛЬСТВА ЭФФЕКТИВНОСТИ
На сегодняшний день мутагенному
тесту подвергнуто уже более 2600
химических соединений, в том числе — для
проверки — около 700 заведомо
канцерогенных, вызывающих в эксперименте
опухоли у животных. Предположения
подтвердились: как показали результаты тестов,
мутагенные и канцерогенные свойства
веществ действительно тесно связаны
между собой. По данным Эймса, 90%
испытанных по этой методике канцерогенов
оказались одновременно и мутагенами,
а 87% соединений, не обладающих
канцерогенными свойствами, не дали и
мутагенного эффекта (см. рисунок).
Однако 10% заведомо
канцерогенных веществ дали в пробе Эймса
отрицательный результат: зти соединения не
вызывали мутаций. Оказались немутагенными,
в частности, ДДТ, 1,2-диметилгидразин и
трихлорэтилен, канцерогенность которых
для животных доказана, а также бензол и
диэтилстильбэстрол, вызывающие
злокачественные опухоли у человека.
К сожалению, причины подобных
отклонений изучены еще недостаточно. Тем
не менее по этому поводу можно
высказать некоторые предположения.
Подобные результаты могут объясняться тем,
что в данном случае причиной
злокачественного перерождения клеток являются
не соматические мутации, а какие-то
другие влияния. Не исключено также, что для
таких веществ еще не найдены оптимальные
способы активации, ведущей к их
превращению в непосредственно канцерогенные
продукты. Наконец, некоторые из этих
соединений (например, хлорированные
пестициды) настолько токсичны для
бактерий, что те просто погибали раньше, чем
у них появлялись признаки мутаций.
С другой стороны, для 13% веществ,
которые вызывают у бактерий мутации,
у нас нет достаточных доказательств
канцерогенного действия на животных и
человека; к их числу относятся винилбро-
мид или хлорзтанол. В этом случае
возможно, что при попадании таких веществ
в бактериальную клетку там возникают
активные производные, которые в
организме животных и человека не образуются.
Может быть также, что животные клетки
способны исправлять повреждения ДНК,
вызываемые этими соединениями, а
бактериальные клетки такой способности
лишены. Нужно еще иметь в виду, что
экспериментальные методы доказательства
канцерогенного действия того или иного
вещества на животных пока еще не
стопроцентно эффективны: не исключено, что
те животные, на которых проверялись
такие вещества, случайно оказались
устойчивыми к их действию или что при этой
проверке были неправильно выбраны
способы введения испытуемых соединений в
организм.
По-видимому, число ошибочных
результатов, получаемых с помощью
мутагенного теста, будет уменьшаться по мере
углубления наших знаний о механизмах
канцерогенеза, конструирования новых,
еще более подходящих для этой цели
штаммов бактерий, а также дальнейшей
разработки методики тестирования.
Нужно сказать, что благодаря пробам
на мутагенность уже сейчас удалось
предсказать канцерогенные свойства многих
веществ, об опасности которых для
человека онкологи не догадывались. Например,
еще не так давно американские фирмы
поставляли в страны Латинской Америки
детские пижамы и пеленки, пропитанные
для предупреждения пожаров
замедлителем пламени — трисB,3-дибромпропил)-
фосфатом. Первый сигнал о
потенциальной вредности этого соединения был
получен именно при испытании его мутагенных
свойств, а вслед за тем, в ходе
тщательного обследования, его канцерогенность
была установлена и в эксперименте на
животных.
Другой пример. В Японии до
недавнего времени широко применялся
пищевой консервант АФ-2 — 2-2(фурил)-3-E-
нитро-2-фурил)-акриламид, оказавшийся
при проверке по методу Эймса
чрезвычайно сильным мутагеном. После этого
было выявлены и опухолеродные свойства
Проверка бактериального мутагенного
теста на 300 химических соединениях
показала, что 90% веществ, вызывающих
мутации у бактерий, являются канцерогенами;
если же вещество не обладает мутагенными
свойствами, то в 87 случаях из 100 оно не
вызывает и злокачественных опухолей
39

этого препарата, послужившие поводом к
его повсеместному запрещению.
Таким образом, не будет
преувеличением сказать, что тест Эймса уже спас
сотни, а может быть и тысячи
человеческих жизней — жизней тех, кто мог бы
заболеть раком в результате контакта с
этими веществами.
Однако не всегда удается полностью
предотвратить контакт человека с
вредными веществами, широко
распространенными в окружающей среде, в быту,
используемыми в производственных процессах.
В таких случаях важно установить
предельно допустимые дозы воздействия
вредных соединений. В этом также могут
помочь мутагенные тесты. Было обнаружено,
например, что рабочие заводов по
производству поливинилхлорида подвергаются
риску заболевания опухолями печени в
результате контакта с исходным
мономером — винилхлоридом. На
производстве и при его переработке ПВХ можно
принять меры предосторожности. Но
мономер может высвобождаться и из готовых
изделий: пластиковых мешков,
изоляционных материалов, труб, шлангов, с
которыми имеют дело многочисленные
потребители. Чтобы не подвергать их
опасности, нужно знать, какие дозы винилхло-
рида безопасны для человека. Это пока
неизвестно (хотя для экспериментальных
животных такие данные есть). Очевидно,
что тестирование мутагенных свойств
винилхлорида может помочь в
определении минимального допустимого уровня его
воздействия. Работы в этом направлении
уже ведутся.
ВОЗМОЖНОСТИ И ПЕРСПЕКТИВЫ
Способ обнаружения канцерогенных
веществ с помощью мутаций у бактерий
завоевывает все большее признание.
Но этим возможности применения
бактериальных мутагенных тестов далеко не
исчерпываются.
Например, онкологи, работающие
над проблемой химической профилактики
рака, могут отбирать препараты,
снижающие вероятность заболевания, по их
способности предотвращать мутагенез
у бактерий: известно, что такие
различные вещества, как соли селена,
аскорбиновая кислота и антабус (известное
средство лечения алкоголизма), тормозят
мутации у бактерий и в то же время
заметно снижают частоту опухолей у
экспериментальных животных.
Другое важное направление в
онкологии, где могут быть с успехом
применены бактериальные мутагенные пробы,—
изучение превращений, которые
претерпевают в организме различные химические
соединения, и в первую очередь — тех
превращений, которые приводят к
образованию активных производных,
вызывающих рак. Так, автору этих строк в
сотрудничестве с коллегами из Международного
агентства по изучению рака удалось,
используя различные варианты теста Эйм-
св, не только доказать мутагенные
свойства новой группы химических
канцерогенов — N-нитраминов, но и выяснить
основные пути их метаболизма, сравнивая
мутагенную активность их
предполагаемых производных. Аналогичным способом
был изучен метаболизм и упомянутого
выше винилхлорида.
Неоценимую услугу могут оказать
бактериальные мутагенные тесты еще
одному новому направлению онкологии —
экспериментальной эпидемиологии опухо
лей. Дело в том, что у некоторых людей
связанных с профессиональными
химическими вредностями, принимающих
определенные лекарственные препараты иле
имеющих специфические особенности
питания, в крови и в выделениях
организма обнаруживаются мутагенные
соединения. Например, в моче и слюне
курильщиков выявлены вещества, вызывающие
мутации у бактерий и одновременно, кап
показали эксперименты, обладающие
канцерогенными свойствами (к сведению
читателей — приверженцев табака
заметим, что мутагенная активность этих
соединений зависит от числа выкуриваемых
сигарет и от стажа курения). В слизистоР
оболочке желудка и кишечника людей,
прооперированных по поводу опухолей
желудочно-кишечного тракта, также
найдены мутагенные вещества.
В обоих этих случаях исследователе
шли, так сказать, от известного — они
знали, что наличие таких веществ
связано с курением или с заболеванием раком.
Но возможен и другой подход: если
обнаружено, что у какой-то группы
населения слюна или моча обладают
повышенной способностью вызывать мутации у
бактерий, это может означать, что данная
группа людей находится в контакте с
каким-то пока неизвестным вредным
веществом и подвержена повышенному риску
заболеть раком. В этом случае онкологи
должны начать поиски источника
опасности и принять нужные
профилактические меры.
Все сказанное свидетельствует об
огромных возможностях бактериальных
мутагенных тестов, которые, помогая выявлять
канцерогены в окружающей среде, игреки
важную роль в борьбе с одним из
опаснейших заболеваний — злокачественными
опухолями.
В разных странах мира воздвигнуть
памятники экспериментальным животным
В Колтушах, под Ленинградом, стоит
памятник собаке, в Париже и Токио —
лягушке. Может быть, настало время поставить
памятник и микроорганизмам, которые
нередко оказывают неоценимые услуги
человечеству. И пусть на нем будет написано:
«Бактериям — от признательной науки»...
40

«Секреты не таят —
их вверяют»
Совсем недавно получил у нас
гражданские права древний способ лечения
иглоукалыванием. И сейчас с ним
происходит довольно обычная история. Каждая из
многочисленных ныне работ по данному
вопросу непременно и пространно повторяет,
что суть способа — в рефлекторном
воздействии на организм. Гораздо реже
опытные специалисты упоминают, что
соблюдение некоторых архаических
приемов, основанных на непривычном в наше
время «видении процесса», повышает
эффективность иглотерапии, и в этом надо бы
разобраться. И уж совсем редко (по числу
работ) говорится о возможностях сочетания
иглы с лекарством.
Результат всего этого в умах
неспециалистов рисуется следующим образом:
никакой химии — стоит ввести иголку
в нужную точку, скажем, на подошве
и всемогущий рефлекс исцелит тебя,
согласно справочнику, от паралича
подъязычной области, охриплости голоса, кашля,
тонзиллита, сердцебиения, желтухи,
невралгии плюсневых нервов, судороги ножных
мышц, а заодно и от опушения матки.
Автор публикуемой ниже статьи,
В. И. Иванов, как-то давно, в молодости,
пожаловался старому профессору: вот,
выучил наизусть все точки (их известно
около тысячи) и показания к их
использованию, а лечить — не получается, как
хотелось бы.
— Вот и я,— ответил учитель,— знаю
все ноты и клавиши, а играть на фортепьяно
не могу.
С тех пор прошел не один десяток лет.
Виталий Иванович научился высокому
искусству: слышать мелодию больного
организма и писать для него целительную
музыку, в которой слились темы разных
времен и разных народов.
Он лечит больного под контролем
новейшей аппаратуры, демонстрирующей
сиюсекундную реакцию сердца, мозга,
различных функций организма на введение
иголочки. Это впечатляющее зрелище. Но
перед лечебной процедурой он «вошел»
в пациента с помощью древневосточной
пульсовой диагностики, саму правомочность
которой часто отвергают люди, привыкшие
опираться на показания приборной стрелки.
Ведь тогдашний врач многое узнавал
о больном, лишь прикасаясь к руке,
протянутой через занавеску.
Его первый диплом на право
иглоукалывания написан арабской вязью:
«Господину Иванову из СССР...» В
заграничных командировках, загруженный основной
работой, он находил время не просто
«ознакомиться с состоянием» местной
медицины, не «сравнить уровни развития»,
но глубоко вникнуть в другую медицинскую
систему по принципу: вот мои руки, дайте
мне вашу мудрость! Оказывается, секреты
не таят — их вверяют.
И теперь заслуженный врач РСФСР
тратит свой отпуск на розыски на Украине
старичка с чудодейственными руками,
и просится к нему в ученики, и перенимает
секрет, совсем уж готовый было исчезнуть.
А после вправляет межпозвоночные диски
у больных, обреченных на хирургическое
вмешательство, хитрым приемом «як учив
41

дид Ковбаса». Или копается в народной
медицине петровских времен — сколько же
нами растоптано в бездумной погоне за
модерном!
Был и такой случай. Мать больного
ребенка сказала, что не верит она никому
больше и лучше отвезет дитя бабке-
шептунье.
— Зачем же вам тащиться за
тридевять земель?— возразил кандидат
медицинских наук. И возложил руки на больного,
и прошептал тайные слова. И полегчало
дитяти. А целителя вызвали «на ковер» —
ведь слухи что вода.
— Вы чем занимаетесь?— спросили
его неласково.— Что это вы там шептали?
— Я шептал,— как на духу
признался виновный,— «Широка страна моя
родная...» Не мог же я разъяснить
отчаявшейся матери вред пережитков с
позиций передовой науки. Она бы не
услышала. И уступить больного бабке не
имел права. А так — мать в меня поверила,
и, как знать, не было ли ее участия
в выздоровлении ребенка?
— Все равно,— сказали ему после
сурового раздумья,— чтобы этого больше
не было...
Этот случай иллюстрирует позицию
врача-практика, в первую очередь думаю-
Игла, лекарство,
ритм
Кандидат медицинских наук
В. И. ИВАНОВ
В арсенале мировой медицины
десятки философско-гигиенических и
лечебных систем, порожденных теми или иными
цивилизациями и даже предцивилизациями
(европейская, ближневосточная, индийская,
тибетская, дальневосточная,
африканская...)*. Наиболее авторитетна среди них
современная европейская медицина.
Научно-технический прогресс, блестящие
открытия в биологии, физике, химии определили
ее нынешнее лицо и как-то заслонили
простонародное происхождение из
античного мира. Победно шествуя по
материкам, европейская медицина подмяла под
себя местные народные системы гигиены
и врачевания, в лучшем случае используя
их лекарственные растения.
В мировом списке
фармакологических средств около ста тысяч
наименований. Изобилие «безотказных»
препаратов породило бич нашего времени —
самолечение. Особенно этот порок
распространился в афро-азиатских странах, и многие
атрибуты их народной медицины исчезли в
ворохе патентованных таблеток. Просто
удивительно, как при «триумфальном шест-
щего о больном. По-видимому, истинное
врачевание — не только наука, но и
искусство, и связанный с этим понятием талант.
Казалось бы, такой человек должен
особенно ратовать за возрождение лечебных
способов «дохимической эры». Он и ратует.
В разумных пределах. Но не
противопоставляет одно другому. Всю жизнь он
ищет оптимальное единство лечебного
воздействия различными способами на единый,
индивидуально и неповторимо болеющий
организм.
Область его научных интересов —
рациональное совмещение иглоукалывания
и медикаментозной терапии. Этой теме
посвящена недавно вышедшая монография.
В 1982 году вышла из печати вторая
книга: «Применение акупунктуры в
лечебной практике». Материал ее — семь
с половиной тысяч историй болезней —
наглядно свидетельствует о пользе
избранного пути.
На уровне организма — как и на
уровне сообщества — оказывается возможным
и выгодным ослабить химический пресс,
всемерно стимулируя естественные силы
и разумно помогая им различными
способами, в том .числе и умеренным химическим
вмешательством.
В. ВАРЛАМОВ
вии модерна» сумели выжить тибетская,
китайская, арабская и другие
изолированные,, самостоятельные системы
врачевания со своими методами обследования и
лечения. В каждой из них уцелела
сильная сторона неевропейских систем
врачевания — единство физического и
психического в человеке. Замкнутость этих
систем, позволившая им выжить,
оборачивается и бедой: они ограничены в развитии
и беспомощны, например, против массовых
инфекционных заболеваний.
Время от времени медики как бы
заново открывают для себя лечебный опыт
других систем, некогда небрежно
отвергнутый. Чудодействие массажа, прижигания,
иглоукалывания, дыхательной гимнастики,
строго сбалансированного режима
движения и покоя, сна и приема пищи
улучшали состояние здоровья пациентов без
специфического лечения многих
болезней, восстанавливали гармонию тела и духа
при ухудшении работы тех или иных
органов. А серьезная мышечная нагрузка
поддерживала жизненный тонус, биоритмы
органов, повышала устойчивость всего
организма к воздействию внешней среды.
СИНТЕЗ СТАРОГО И НОВОГО
Когда врачи пытаются соединить
естественные методы традиционных
медицинских систем с могущественным
арсеналом химиопрепаратов и вакцин
42

европейской медицины, то порою терпят
неудачи, заставляющие предпочесть один
метод другому. Дело в том, что сами
принципы такого сочетания плохо
обоснованы и развиты, а местные способы
лечения вырваны из родной почвы,
применяются в голом виде, без учета
сопутствующих приемов, указаний, самого типа
мышления, присущего адептам
традиционной медицины.
И все же с европейской медициной
все более тесно соприкасается
древнейший дальневосточный лечебный метод
иглоукалывания и прижигания, называемый
на Западе акупунктурой. За последние
десятилетия он официально признан в
ряде европейских стран, в том числе и в
СССР. Акупунктура (иглорефлексотерапия)
применяется у нас для лечения болезней,
для замены медикаментов, используется
для обезболивания при хирургических
вмешательствах.
Стариннейший метод видоизменен,
и в современных условиях даже его суть
получила новое объяснение. На смену
бамбуковой, затем металлической игле
пришли электричество, магнитное поле,
лазерный луч — почти безболезненные и не
менее эффективные, чем
иглоукалывание, способы воздействия.
Раньше были туманные рассуждения
о некоей жизненной энергии Чи,
обращающейся в теле человека по двенадцати
парным каналам (по числу основных
органов), о единстве противоборствующих сил
Ян и Инь, о сложных взаимоотношениях
пяти первоэлементов и прочем. Ныне суть
иглотерапии рассматривают как
рефлекторную реакцию в ответ на дозированное
раздражение строго определенных
участков кожи.
Основываясь на этом, акупунктуру
можно считать частью общей
рефлекторной терапии. Однако в акупунктуре
объектом воздействия служит точка —
крошечный участок кожи, обладающий особыми
свойствами. И результат может быть иным:
горчичник площадью 4—6 см2,
помещенный на кожную зону почки, снижает
количество мочи и содержание в ней общего
азота; горчичник же миллиметровых
размеров, воздействующий лишь на активную
точку, наоборот, резко их увеличивает.
Так или иначе, но древний и сложный
способ в новых условиях сохранил свою
основу. Познание этой самобытной
основы — залог успешного лечения.
ИГЛА И БИОРИТМЫ
Традиционное врачевание основано
на так называемых главных звеньях
воздействия: способе (иглоукалывание,
прижигание, массаж); месте (точки
иглоукалывания); методе (возбуждающий,
успокаивающий); моменте (время наиболее
эффективного влияния на функции органов и
систем). Правильный выбор внутри
каждого звена и есть залог успеха.
Остановимся для примера на последнем звене.
Момент акупунктурного воздействия
следует выбирать, сообразуясь не только
с общим состоянием и индивидуальными
особенностями больного, характером и
течением заболевания, но и с тем
временем суток, когда нужная для лечения
реакция организма проявляется наиболее
полно.
Древние понятия об особой энергии,
каналах и основных органах тела
достаточно условны. Однако легко отождествить
«жизненную энергию» с интегральной
функцией всего организма,
складывающуюся из активного и пассивного начала, из
полярных сил движения и покоя,
«избытка» и «недостатка». А таинственные
каналы можно представить как комплексы
активных точек, объединенных
некоторой функциональной, не обязательно
анатомической, связью. Понятие органа у
древних врачевателей отлично от нашего.
Например, орган «легкие» включает в себя
и кожу, поскольку она тоже участвует в
газообмене, а орган «три светильника»
отражает единство функции грудной и
брюшной полостей и малого таза.
Предназначение, функция — вот что
характерно для мышления представителей
традиционной медицины. Функции по
отдельности и слитно, меняющиеся во
времени и сливающиеся в динамическое
единство. На них-то и можно влиять через
точки иглоукалывания, и это воздействие
будет эффективнее, если знать их
внутренний ритм.
Врачи древнего Востока по состоянию
точек иглоукалывания и по другим
признакам на протяжении суток выделили
двухчасовые периоды активности каждого
из двенадцати органов. Ими было создано
учение о ритмичном движении
«жизненной энергии». Это движение похоже на
прокатывающуюся по каналам волну с
приливом, гребнем и отливом. Современная
врачебная практика свидетельствует, что
начало двухчасового периода — время
прилива — совпадает с нарастанием функции
того или иного органа, и это лучший момент
для ее усиления. Середина, гребень
волны,— самое благоприятное время для
ослабления деятельности данного органа.
В тот же двухчасовой отрезок
противоположный орган (который станет активным
через двенадцать часов) испытывает спад
функции. Например, в мочевом пузыре и
его одноименном канале в три часа дня
начинается нарастание функции. В
«противоположном» органе и канале — легких —
физиологическая деятельность
ослабевает. В три часа ночи все будет
наоборот.
Эти особенности двухчасовых
биоритмов следует помнить при выборе момента
и метода акупунктурного воздействия.
Вот конкретный случай из практики.
Больной К., 16 лет, диагноз: ночное недержа-
43

ние мочи. В шестилетнем возрасте болел
бронхитом с астматическими явлениями.
Назначена иглотерапия, выбран
успокаивающий вариант воздействия. Момент
введения игл — 4 часа дня, то есть время
наибольшей активности мочевого пузыря и его
одноименного канала. Основные симптомы
заболевания исчезли после 5-й процедуры.
Но в ходе лечения появилось учащенное
дыхание и покашливание пациента при
введении игл; а перед самым окончанием
лечения случился типичный приступ
бронхиальной астмы. Разбираясь в причинах
этого, мы пришли к выводу, что приступ
прои зошел и з-за ги перфу нкци и канала
легких, которую вызвала ежедневная его
стимуляция за счет успокаивающего
воздействия игл на противоположный канал.
Соответствующая коррекция в
иглотерапии устранила нежелательное осложнение.
На функции организма серьезно
влияет и сезонный ритм — смена времен
года. Древневосточная медицина, например,
выявила весеннюю активизацию желчного
пузыря и печени и одновременное угасание
активности легких и толстого кишечника,
деятельность которых усиливается осенью.
В период сезонной активности органа,
Взаимосвязь органов нашего тела по древнему
принципу «пяти первоэлементов»; цветные
стрелки — усиление функции, черные —
ослабление
как показывает практика, лучше всего
лечить заболевания, протекающие с
симптомами снижения его функции. И конечно же,
влияние сезонного ритма (как и
индивидуальные биоритмы конкретной личности)
надо учитывать и при исследовании
больного.
Биоритмы помогают организму
сохранять постоянство внутренней среды при
изменении внешних условий. Разлад же
биоритмической гармонии влечет за собой
ту или иную патологию.
ИГЛА И МЕДИКАМЕНТЫ
Непродуманная комбинация
акупунктуры и медикаментозной терапии не
только снижает лечебный эффект, но даже
обостряет заболевание. Такого рода
случаи и все растущее количество токсико-
аллергических реакций на лекарства
заставили некоторых врачей ратовать за
акупунктуру «в чистом виде», с полным
отрицанием медикаментов.
Но в седой дали веков эти методы
отнюдь не противостояли друг другу, а
разумно сочетались в пропорциях,
зависящих от конкретных условий.
Лекарственная терапия хороша при острых состояниях
и инфекционных болезнях, акупунктура —
при функциональных нарушениях и
болевых синдромах. Выбор и доля
медикаментов, так же как и специфика
иглотерапии, зависели от заболевания и состояния
44

всего организма. При явлениях так
называемой «пустоты» (ослабление работы органа)
наряду с возбуждением
общеукрепляющих точек пациенту давали
биостимуляторы — препараты женьшеня и
китайского лимонника, пустырника, персика,
гречихи, репейника; мускус и панты, золото и
железо. При гиперфункции,
«переполнении» одновременно с успокаивающим
воздействием на точки акупунктуры
больному давали лекарства из валерианы,
головок мака, стеблей молодого бамбука и
винограда, зеленых семян туи... Всегда
фигурировала одна, главная цель —
нормализация функции различными способами.
Ныне созданы препараты,
высокоактивные даже в малых дозах. Врачи
пробовали совместить лекарственную терапию
и акупунктуру, вводя препараты прямо
в активную точку — через полую иглу
или способом микроэлектрофореза.
Несмотря на некоторые положительные
результаты, здесь следует быть предельно
осторожным. Ведь активная точка — зто
сложный рецептор, раздражение
которого порождает строго направленные
импульсы. При действии же на эту точку
медикаментов, особенно
обезболивающих, рецептор блокируется — передача
«Циркуляция энергии», или, говоря иначе,
периоды активности органов тела; спустя
12 часов — антифаза
раздражения прерывается и «ответа
органа» не будет.
Недавно стало ясно, что
наркотические средства вообще снижают эффект
иглоукалывания, особенно морфин,
барбитураты и хлорпропазин. Эти вещества
угнетают таламические центры (глубинные
структуры мозга) и блокируют передачу
импульсов к коре головного мозга.
Акупунктурное воздействие в этих условиях
не может «пробиться» к структурам мозга,
ответственным за боль, и стимулировать
секрецию эндорфинов, чье назначение —
прямо или косвенно снижать остроту боли.
Но это вовсе не означает, что вся
обширная когорта очень важных лекарств
несовместима с акупунктурой. В нашей
практике лечения эпилепсии, спастических
параличей и хореи иглоукалывание
сочеталось с фенобарбиталом. Препарат
назначался в дозах, которые без
иглоукалывания приносили лишь слабое успокоение.
В сочетании же с иглотерапией был стойкий
противосудорожный эффект.
Положительно зарекомендовали себя и седативные
(успокаивающие) и стимулирующие
медикаменты, которые подобно акупунктуре
благотворно влияют на центральную
нервную систему. Однако назначались они в
щадящих дозах и с учетом опыта
традиционной медицины.
Авторы специальных публикций по-
разному относятся к сочетанию акупункту-
^Лв""ЧЙ£
45

X/lsfjj моуееаъ пущ
TOftZerc?
Активные точки, каналы и движение
«энергии Чн» на лице человека
ры с гормональными препаратами: порою
это считают неэффективным и даже не
рекомендуют иглоукалывание сразу же после
курса гормонотерапии. Гормоны коры
надпочечников (кортикостероиды) весьма
важны для физиологических процессов. Их
синтез в организме прямо связан с
количеством адренокортикотропного гормона
гипофиза (АКТГ), стимулирующего работу
надпочечников. Сейчас стало ясно, что
акупунктура у больных, не испытавших на
себе гормональной терапии, повышает
уровень АКТГ. Зато в крови больных, долго и
в больших дозах получавших гормональные
препараты, такого увеличения АКТГ не
было. Более того, при исследовании
больных тяжелыми формами бронхиальной
астмы выяснилось, что глюкокортикостероид-
ная функция коры надпочечников
угнетена и после лечения гормонами.
Выбор благоприятного момента
воздействия иглами и времени приема
препарата позволили почти вдесятеро
уменьшить суточную дозу лекарства без
снижения его эффективности. Нужно ли
говорить, что такое изменение дозы
благотворно для организма! А зто в свою
очередь способствует успеху иглотерапии.
При анализе историй болезней и
акупунктурных карт выяснилось, что у
одной группы больных бронхиальной астмой
приступ развивался между 3 и 5 часами
утра F0%), у второй — между 3 и 5
часами дня C0%), в остальных случаях
A0%) четкой зависимости приступа от
времени суток не было. У первой группы
время приступа совпадало с двухчасовым
периодом максимальной деятельности
канала и органа легких, у второй — с
периодом наименьшей функции.
Иглотерапия в обеих группах пациентов
проводилась с 3 до 5 часов дня методом
возбуждения: для первой группы использовались
точки канала мочевого пузыря, для
второй — точки канала легких. Гормональный
препарат (триамцинолон) во время курса
акупунктуры назначался с учетом
биоритмов легких, два раза в сутки (в 3 часа дня
и в 3 часа ночи), а между курсами —
один раз в сутки (в 3 часа ночи), в дозе
0,001 г на прием.
Комбинированное лечение больных
третьей группы A0%) шло без учета
суточных биоритмов. При сравнении
результатов выявилось, что быстрое и стойкое
восстановление дыхания наступило у
больных первой и второй групп.
В сочетании с акупунктурой хорошо
себя зарекомендовало и лечение
травами — препаратами валерианы,
пустырника, мать-и-мачехи, разумеется, тоже с
учетом биоритмов.
При теперешней склонности к
одновременному назначению многих лекарств
стоит почаще вспоминать, что еще
Авиценна в своем «Каноне врачебной науки»
писал: лекарства нужно сочетать так,
чтобы они взаимно усиливали необходимые
свойства, или устраняли вредное действие
одной из своих составных частей, или
способствовали бы проникновению в
глубину организма действующего начала
одного из них, не принося вреда другим
органам.
Сложность комбинированного
лечения акупунктурой и медикаментами
заключена в малой изученности биоритмов,
их временных характеристик,
энергетической напряженности и зависимости от
состояния организма. Недаром на
симпозиумах по хронобиологии и хрономеди-
цине так много говорят о связи
лечебного эффекта со временем введения
лекарства, с фазой биоритма, и о
возможном влиянии препаратов на структуру
биоритмов тех или иных органов.
Проблема, столь актуальная для
сегодняшней жизни, разрастется в
будущем. В запертых шкатулках индийской,
африканской, арабской, филиппинской и
других традиционных
лечебно-гигиенических систем еще немало сокровищ — не
составных частей, а «сырья» для создания
единой системы всестороннего воздействия
на здоровый или больной организм.
Только бы не потерять нам эти
сокровища, накопленные трудом
предшественников...
46

Что мы пьем
Чашка чая
Последняя из статей о чае была напечатана в «Химии и жизни» недавно, в декабре
прошлого года, и касалась она преимущественно грузинского чая, в первую очередь
его качества. Судя по откликам, читателей журнала интересует также история и
традиции чаепития в разных странах, в первую очередь там, где этот напиток
употребляется давно и постоянно. Вот об этом и пойдет речь; а предваряется статья
репродукцией с работы знаменитого китайского художника, поэта и каллиграфа Ци Байши
A864)—1957) «Бабочка и цветущая слива». Для приготовления чая требуются, помимо
собственно чая, еще посуда и вода, а лучшей водою считалась когда-то та, что
получалась из снега, выпавшего на только что распустившиеся цветы слиаы...
Пейте чай, мой друг старинный,
Забывая бег минут.
Б. ОКУДЖАВА
Как это просто — чашка чая. И каждый,
наверное, сам знает единственно правильный
способ заваривания — был бы только чай
получше. А нет, так добрые люди сообщат
главный принцип: сыпь побольше заварки...
Но все ли так очевидно? Не оглянуться
ли вокруг, не заглянуть ли в другие страны и в
другие времена — как там? И что же все-таки
нужно, чтобы выпить чашку хорошего чаю?
КОМПОНЕНТ ПЕРВЫЙ:
ЧАЙ КАК ТАКОВОЙ
Собственно чай, сухой порошок или
экстракт,— без этого, понятно, не обойтись. О его
составе, о тонизирующем действии и полезных
свойствах журнал писал, и не раз. Теперь
немного истории.
Откуда и как появился чай — это хорошо
известно из легенды. Знаменитый буддийский
монах Бодхидхарма как-то уснул нечаянно во
время молитвы. Проснувшись, он в гневе
отрезал себе веки, чтобы глаза никогда больше не
закрывались. Но из выброшенных ресниц
выросли чайные деревья. И с тех пор не требуются
47

такие суровые меры — достаточно попить чаю,
чтобы не уснуть. (Кстати, во время молитвы
чаша с чаем шла по кругу — так начиналась чайная
церемония.)
История с ресницами произошла, надо
полагать, на границе Китая с Бирмой: именно
там, в rdpax провинции Юньнань (что значит
«Облачный Юг»), растут самые древние дикие
чайные деревья высотою около 15 метров. Чем
севернее живут эти близкие родственники
камелий и дальние родственники роз, тем ниже
они становятся, тем больше напоминают куст.
Плодоносит дикий чайный куст более 100 лет.
В середине IV века чай уже начали
культивировать. (Бодхидхарма тогда еще не
родился.) Правда, поначалу чай считали не основой
для напитка, а скорее овощем со
своеобразным горьким вкусом; да и сейчас кое-где из
листьев чая готовят блюда вроде овощных.
В VI веке китайская аристократия признала чай
напитком, а четыреста лет спустя, при династии
Тан, чай стал уже национальным напитком. О нем
слагают легенды, пишут книги, для него создают
особую посуду и особый обряд — чайную
церемонию.
В IX веке чай попал в Корею и Японию.
Здесь он был сначала атрибутом религиозной
церемонии, а кроме того, лекарством;
современное японское название чайной церемонии
«тя-но ю» означает буквально «лекарственный
настой из чая». Что же касается простых
японцев, то они начали употреблять чай даже позже
европейцев — не ранее XVII века. Да и в Китае,
откуда чай разошелся по всему свету, его пьют
гораздо реже, чем у нас в стране. Обычный же,
ежедневный напиток китайцев — простой
кипяток. Вот его пьют целый день, сохраняя
горячую воду в термосе с бамбуковой оплеткой.
Когда чай уже признали во многих странах,
выращиванием его по-прежнему занимались все
те же три страны Восточной Азии. Только через
тысячу лет после Кореи и Японии растение стали
культивировать и в других районах мира, в том
числе и в Грузии*. Было это уже в 1833 году.
КОМПОНЕНТ ВТОРОЙ: ВОДА
Что и говорить — для хорошего напитка
нужен как минимум хороший чай. К этому можно
смело добавить: и хорошая вода. И может быть,
даже поставить воду на первое место...
Чтобы чай заваривался как следует, то
есть, на химическом языке, легко
экстрагировался, в воде должно быть мало примесей.
Испортить хороший чай проще простого, и поэтому
вода нужна без запаха (особенно — хлора,
сероводорода, нефтепродуктов, плесени). Вода
для чая просто не имеет права содержать
взвешенные частицы, а значит, не так уж хороша
вода из деревенского колодца. Естественно, что
непригодна и минеральная вода: растворенные
в ней соли мешают экстракции. Так называемая
жесткая вода, содержащая много солей кальция
и магния, не только плохо экстрагирует чай, но
и лишает его вкуса и аромата. Понятно, отчего
на Украине не так уж много любителей чая:
из-за жесткой воды его здесь и заварить-то
почти невозможно. А вот, скажем, мытищинская
вода в Подмосковье (в Мытищи когда-то
специально ездили на чаепитие) и сейчас хороша.
Даже пройдя сквозь железные трубы, она
остается очень вкусной, и чай из нее получается
отменным.
На улицах Пекина некогда продавали для
чая ключевую воду, привезенную с гор. Но
самой лучшей считалась «персиковая» или
«сливовая» вода — из снега, выпавшего весной на
только что распустившиеся цветы персика или
сливы. Впрочем, В. В. Похлебкин, автор
подробнейшей книги «Чай»**, без объяснения причины
считает снеговую воду негодной. Но если есть
уверенность, что снег совершенно чист, то
отчего же...
Исключив экзотику, воду для чая по
степени пригодности можно выстроить в такой
ряд: ключевая неминерализованная вода — вода
горных речек с каменисто-песчаным дном —
вода проточных ледниковых озер. Все остальное
существенно хуже...
Но что же делать тем, для кого что
горная вода, что с ледниковых шапок Марса — все
едино?
Если в вашем распоряжении есть
только обычная водопроводная вода, то дайте ей
хотя бы ночь отстояться, чтобы выдохся хлор
и осели взвешенные частицы. Если же она впри-
дачу и жесткая, то помимо этого необходим
легко экстрагирующийся чай, желательно
индийский или цейлонский. Сыпать его в чайник
нужно побольше, заваривать — подольше.
Читатели, располагающие давними номерами
«Химии и жизни», могут перечитать статью о грузинском чае
и сопровождающие ее многочисленные заметки ■ № 1
за 1968 г.
В этой весьма любопытной книге, сведения из
которой здесь неоднократно использованы, искажены, к
сожалению, почти все китайские и японские названия.
На блюде, украшенном драконами
(подглазурный кобальт) н прорезным узором
«рисовые зерна», разложены — снизу вверх
по часовой стрелке: китайский скрученный чай;
грузинский зеленый «Букет Грузии»;
пекинский зеленый жасминовый; грузинский
черный «Юбилейный»; индийский черный;
японский растворимый «кобутя»;
парагвайский чай матэ
48

КОМПОНЕНТ ТРЕТИЙ: ПОСУДА
Лишь бы из чего можно пить лишь бы что.
Для правильного чая нужна правильная посуда.
Даже теплопроводность чашки и та влияет на
вкус: из железной кружки пить горячо и
невкусно. И заваривать в металлическом чайнике тоже
не рекомендуется.
Чтобы ускорить экстракцию, стараются
заваривать чай в воде по возможности самой
горячей, перемешивая доливанием воды. В
упомянутой книге В. В. Похлебкина утверждается,
что фарфоровый чайник для заваривания лучше
фаянсового, так как он легко прогревается.
Действительно, в Японии и Китае фаянсовую
чайную посуду изготовляют редко,
традиционная посуда — фарфоровая (чайная церемония —
исключение, но о ней ниже). У нас же по
традиции наоборот: гораздо больше фаянсовой
посуды, а пористый фаянс проводит тепло хуже
фарфора. Вот когда чайник нагревают снаружи,
погружая его в кипяток, то хорошая
теплопроводность действительно нужна. Если же
ограничиться более привычной заливкой кипятка
внутрь, то теплоизоляционные свойства фаянса
окажутся предпочтительными.
В Восточной Азии чаще заваривают чай
прямо в чашках, точнее в пиалах, а иногда — в
толстостенных фарфоровых кружках с
крышками. Пьют здесь большей частью зеленый чай
неимоверного числа сортов, способов закрутки
и других особенностей. Зеленый чай, говорят,
заваривается вдвое дольше, чем черный, однако
любители чая на Востоке не дожидаются
окончания процедуры. Они выпивают примерно две
трети свежезаваренного чая, потом доливают
кипяток и пьют «второй» чай, затем «третий»
и т. д. Лучшим может оказаться третий чай;
пятый уже жидковат, хотя пить его можно вполне.
Технология приготовления чая
(завариванием и назвать неудобно) при чайной
церемонии стоит особняком. Растертый в тончайшую
пудру плоский, нескрученный листовой зеленый
чай высыпают небольшими порциями в чайник,
доливают каждый раз капельными дозами
горячую воду и метелочкой сбивают в кремовидную
массу. Медлительность не случайна: многове-
ковый опыт показал, что именно так получается
чай высшего качества. Концентрация терпкого
сметанообразного напитка достигает 200—240 г
сухого чая на литр воды (наша норма для
общественного питания — 4 г/л, обычная крепость у
англичан — главных любителей чая в Европе,
а также у китайцев и японцев — 25—30 г/л).
Фарфоровый плоский чайник XIII — XIV вв.,
найденный при археологических раскопках
в 1970 г.
Тонкостенная пиала XVIII в., изготовленная
в городе Цзнидэчжэиь, важнейшем центре
фарфорового производства, известном как
«столица фарфора»
Чайник современной работы, сделанный
в форме курицы и покрытый селадоиовой
глазурью
49

Для традиционного чаепития требуется,
конечно, и традиционная посуда. Вот о ней и
поговорим.
БЕЛЫЙ ЧАИ В ЧЕРНОЙ ПИАЛЕ
Начало традиции было положено в 1228
году, когда Като Сиро и Саэмон Кагэсима прибыли
из Японии в Китай. Пять лет они провели у печей
Черной Глины (Уни яо) в провинции Фуцзянь
и Слоновой Горы (Сяншань яо) в соседней
провинции Чжэцзян. В то время керамических красок
еще не придумали, белы й фарфор был
редкостью, поэтому не было и росписи по
фарфору; керамику же либо украшали глазурью,
либо обходились без украшений (что при
изысканной форме не так уж плохо).
Местные печи не считались лучшими.
Север страны был под властью монгольских
феодалов, а при бежавшем на юг дворе работали
императорские печи, славившиеся своими,
селадонами (с легкой руки французов на всех
европейских языках так называют керамику,
покрытую непрозрачной, глухой
зеленовато-синеватой светлой глазурью). Когда глину,
содержащую несколько процентов окиси железа,
обжигают при недостатке воздуха, то
трехвалентное железо восстанавливается до
двухвалентного, придавая глазури характерный зеленоватый
оттенок. В наше время если и делают селадоны,
то на основе фарфора или фаянса; а в давние
времена глухая глазурь скрывала невзрачную
бурую глину черепка.
В том районе, куда приехали японцы,
особо красивых селадонов делать не умели. А что
умели — так это черные глазури, довольно
грубую и, честно говоря, не очень черную
керамику. Тем не менее ее уважали и ценили.
Потому что для хорошего белого чая нужна
хорошая черная пиала.
Если терпкий, как говорят сейчас, полу-
ферментизированный чай (его называют еще
желтым) окатить в пиале кипятком, то мелкие
частички всплывут и получится мутная жидкость.
Это и есть белый чай. Так уж было принято — не
настаивать терпкие чаи, а только окатывать
кипятком.
Старые книги отмечали, что черные пиалы
из печей Черной Глины хороши тем, что
черепок у них толстый и хорошо сохраняет тепло.
Это излишне, когда мы спозаранку и на ходу
пьем, обжигаясь, утренний чай с бутербродом,
заглядывая одним глазом в газету. Но
представим себе, к примеру, поезд, где можно не
спеша, поглядывая в окно или перелистывая «Химию
и жизнь», спокойно, с чувством и с толком,
попить чайку. Или — восточный театр, на сцене
которого медленно, обстоятельно
разворачивается действие. Как уместен здесь толстый
черепок и толстая крышка к фарфоровой кружке!
БОРЬБА ЧАЕВ
Качество чайных пиал оценивали, конечно,
не только по теплоизоляционным свойствам.
Существовал особый прием технического
контроля — «борьба чаев». Две пиалы ополаскивали
чаем и смотрели, быстро ли исчезает след.
Хороший чай на хорошей посуде оставляет долго
не исчезающий мокрый след. Иными словами,
чай должен хорошо смачивать посуду. А это
возможно в том случае, если посуда очень
чистая; влияет на смачивание и состав глазури.
Но главное, хороший чай, видимо, растворяет
жировую пленку, которая неизвестно как
попадает и на чистую посуду.
Между прочим: не проверить ли,
пользуясь описанной методикой, какая у вас дома
50
посуда и что за чай? Если нет черных чашек
и белого чая, возьмем белые чашки и черный
чай. Лучшим будем считать тот чай, который
меньше пачкает (и тем более вовсе не пачкает)
чашку коричневыми следами. Это — характерное
свойство сильно вяжущих чаев, а они, как
правило, имеют достойный вкус и аромат.
В популярных чайных соревнованиях не
последнюю роль играл цвет посуды: когда она
темная, след белого чая на ней лучше виден,
И толстостенные грубые чаши, покрытые темной
и тоже довольно грубой глазурью, стали
любимой чайной посудой. Лучшую черную глазурь
называли «черным золотом», хотя она кажется
черной лишь в толстом слое, а вообще-то она
бурая или темно-фиолетовая.
Сунский поэт записал: «Неожиданное
изумление вызвали пиалы с пятнами заячьей
шерстки». Дело тут в том, что черные глазури
содержат примерно 10 процентов окиси железа.
Во время обжига при температуре около 1300°С
глазурь, как обычно, расплавляется, но она не
в состоянии растворить всю окись железа. Окись
выделяется в виде бурых микрокристаллов, из-за
которых глазурь получается непрозрачной и
грубой (верхний край пиалы иногда даже покрывали
медной или серебряной фольгой, чтобы не
поцарапать рот). Скопления кристалликов в виде
полос и создают узор «заячья шерстка»; если же
кристаллы собираются в круглые пятна, то это
уже «пятна куропатки».
Были, конечно, и другие украшения.
Например, «звездчатая пиала» — результат
скопления в глазури газовых пузырьков, которые
образуются при термическом разложении окиси
железа. А когда в глазурь попадают окислы
марганца и некоторых других металлов,
звездочки переливаются разными цветами. С точки
зрения современного керамиста все эти случайные
примеси, пузырьки и скопления кристалликов —
не более чем дефекты глазури...
Иногда в глазури можно разглядеть
цветы, листья, надписи. Больше всего удивляют
листья: на них видны все прожилки. И немудрено:
на глину просто-напросто накладывали
настоящие листья и обжигали. Зола, чуть
проплавляя поверхность, создавала узор.
...После пятилетней практики, научившись
многим тонкостям изготовления чайной посуды,
японцы вернулись домой. Недалеко от Киото они
построили керамические мастерские. До сих пор
грубая керамика из тех мест ценится особо,
а основателя мастерской Като Сиро именуют
«родоначальником керамики», что есть, конечно,
преувеличение...
Вскоре после описанных событий пала
Сунская династия, и вместе с некоторыми
другими культурными ценностями Китай потерял
и чайную церемонию. Но в Японии полученное
наследство сохранили и развили. Впрочем, это
особая тема, а наш рассказ, во многом
основанный на личных впечатлениях, на этом
заканчивается.
М. БОГАЧИХИН

Чаепитие
по-японски
При великом
разнообразии сортов и
разновидностей, самый
распространенный в Японии и неизменно
любимый напиток — зеленый
чай. Им угощают гостей дома,
его предлагают в любом
ресторанчике с национальной
кухней; и даже в номере
гостиницы на столе непременно
стоит небольшой заварочный
чайник с бамбуковой ручкой,
коробочка с чаем, чашки и
термос с горячей водой. Зеленый
чай, растертый в порошок,
ни в коем случае не заваривают
кипятком, а только горячей
водой (около 60 градусов) в
течение 2—4 минут.
Пьют чай из небольших
пиал или из керамических
стаканов. Иногда чай выливают
прямо в чашку с рисом, и тогда
получается что-то вроде нашей
каши с молоком. Сахар не
полагается, но лакомства не
возбраняются. Есть и особые
сорта чая, порою неожиданные,
например кобутя — с морской
капустой (по цвету и по вкусу
напоминает солоноватый
бульон). Но все это просто чай.
А еще есть обряд, церемония,
чаепитие по-японски: тя -но ю.
Искусству
приготовления чая учатся годами. Слово
«тядзин», состоящее из
иероглифов «чай» и «человек»,
означает и «знаток чайной
церемонии», и «человек с тонким
вкусом». Правда, есть и третье
значение — «чудак». В чайной
церемонии видят и глубокий
смысл, и пустую трату
времени. В русском чаепитии у
самовара, с баранками и
вареньем, тоже можно усмотреть
бессмысленное
времяпрепровождение. Однако спрос на
самовары не уменьшается.
Чайная церемония стала
практиковаться в Японии с
XII века в монастырях
буддистской секты дзэн,
утверждавшей, что единственный способ
существования в этом
противоречивом мире — постоянно
совершенствовать душу.
Человек, отгороженный от мира
тонкими стенками чайного
дома, отрешался на время от
забот и проблем. Чайный дом
находился обычно в саду, к
нему вела дорожка из камней,
шагая по которой
волей-неволей приходится смотреть не
по сторонам, а под ноги. У
небольшого, внешне
непримечательного домика —
замшелый каменный сосуд с водой,
мелкий бамбуковый ковш с
длинной ручкой. В чайный дом
полагалось вползать через
вход высотою менее метра.
Низкая притолока заставляла
кланяться и крестьян (им это
не было в новинку), и
самураев, и богатых феодалов,
которым приходилось оставлять за
дверью свой меч и свою спесь.
Помещение невелико. Стены
внутри обмазаны глиной, свет
проникает через бамбуковые
жалюзи, прикрывающие
отверстия в потолке и в стенах,
внутри всегда полумрак. А
если чайная церемония
начинается затемно, то жалюзи
откидывают — и взору
предстает луна, весной —
цветущая вишня, осенью —
красные листья.
Непременное
украшение комнаты — белый свиток
с написанными кистью
иероглифами. В отличие от
стандартных печатных знаков, они
сохраняют душу и руку мастера.
Может быть и не
иероглифическая, а обычная картина, но
в любом случае это семейная
реликвия, передаваемая из
поколения в поколение. Другое
(и последнее) украшение
комнаты — букет цветов,
составленный специально для этого
случая.
Хозяйка встречает
гостей у входа на коленях,
кланяясь так, что почти касается
лбом пола. Гости обязательно
отвечают поклонами и
вежливыми приветствиями.
Церемония немногословна, но
приветствия, так же как
последующие возгласы восторга по
поводу картины и букета —
неотъемлемый ее элемент.
Перед каждым гостем
на низком столике стоят
посуда и сладости. Нередко
подают обильную еду и сакэ.
Закуска, которую съедают перед
чаем, называется кайсэки, что
значит «камень за пазухой».
В древности, чтобы не
замерзнуть в мороз, за пазуху клали
нагретые камешки. Вот так же
должна согревать пища...
После небольшого
перерыва хозяйка вносит
поднос. На нем — деревянная
лакированная чаш ка, коробочка
с чаем, бамбуковая метелка
и чайник с водой. Чайник
ставится на огонь (иногда в воду
кладут металлические
бубенцы, которые начинают
позвякивать, когда вода закипает).
Расположение предметов на
подносе строго определено,
и уже несколько веков без
особых изменений остается и
порядок движений.
Лакированную чашку моют и
вытирают, затем в нее Кладут
растертый в порошок чай. Его
заливают водой и быстро
взбивают бамбуковой метелочкой до
образования пышной пены.
И наконец перед гостем,
долго наблюдавшим за
манипуляциями хозяйки (или хозяина),—
изумрудно-зеленый чай под
слоем зеленоватой пены.
Выпить долгожданный
чай столь же непросто, как и
приготовить. Приняв чашку с
поклоном и благодарностью,
ее держат на левой ладони.
Затем правой рукой
поворачивают чашку тремя
движениями против часовой стрелки.
Обычно чая бывает налито
как раз столько, чтобы выпить
его тремя глотками. Потом
чашку вновь поворачивают в
три приема, но уже по часовой
стрелке.
Чай выпит. Иностранцы,
как правило, разочарованы —
на вкус он вяжущий,
горьковатый, многим кажется просто
невкусным. В чем не
приходится сомневаться — так это в
тонизирующем действии...
Оценив достоинства
чая, надо воздать должное и
чашке. Ее рассматривают со
всех сторон. В идеале это
должна быть неказистая (на
европейский взгляд)
керамическая чашка. Но ценится не
правильность форм или
сложность рисунка, а напротив, чуть
неровные края,
неравномерный, иногда с подтеками, слой
глазури, сквозь который
просвечивает глина. Полагается
выразить восхищение посудой,
спросить, какой мастер ее
изготовил. После этого можно
считать, что церемония
закончена. Остаются только
взаимные благодарности.
Во многих
университетах наряду с другими
дисциплинами читают курс тядо —
искусства приготовления чая.
Церемония жива; правда, ей
приходится приспосабливаться
к темпу наших дней. Не все
каноны соблюдаются сейчас
очень тщательно, некоторые
атрибуты (например, низкий
вход) сохраняются, но не
используются.
Всепроникающий бизнес сотворил
ускоренный вариант чайной церемонии
для туристов: наскоро
осматривая какой-нибудь древний
храм, можно на полчаса
заскочить в чайный дом и получить
отдаленное представление о
ритуале (но главным образом
о том, что чай зеленый и
невкусный). Подлинная же
чайная церемония — это время
отдохновения души, а чай —
просто повод для этого.
К МОЛОДКИНА
51

Живые лаборатории
Цветок в стиле
«ретро»
На самой южной оконечности
африканского материка, к югу от реки
Оранжевой, расположена Капская земля —
область, издавна поражавшая
путешественников удивительным разнообразием своего
растительного мира. Здесь родина многих
видов алоэ и амариллисов, сансевьер и кли-
вий, аспарагусов и хлорофитумов —
хорошо известных комнатных и садовых
растений. Отсюда больше трехсот лет назад
были вывезены в Европу и семена
герани — растения, которому предстояла
длинная и своеобразная судьба.
В конце XVIII века южноафриканские
герани (их сейчас известно около 250 видов)
получили у ботаников новое название —
пеларгония. Однако в силу привычки их до сих
пор называют садовой геранью. В ботанике
же название «герань» осталось за другим
родом того же семейства — всем
знакомыми растениями, часто встречающимися в
умеренном поясе на полях, по обочинам
дорог и лесным опушкам. Этих «настоящих»
гераней во флоре СССР свыше 50 видов.
Чаще всего встречаются герань лесная — с
красно-фиолетовыми и луговая — с
голубовато-сиреневыми цветками. Оба растения
по-своему изящны, но они неяркие,
скромные, их не рвут для букетов — может
быть, в этом и есть секрет их широкого
распространения? А из рода пеларгония в
СССР в диком виде встречается лишь один
вид — в Закавказье.
У представителей семейства
гераниевых есть одна интересная особенность:
после отцветания, когда лепестки уже
осыпались и образуются плодики,
сросшиеся вместе столбики удлиняются и
становятся похожи на клюв. Поэтому герань нередко
называют журавельником. Интересно, что и
латинское ее имя — гераниум —
происходит от греческого «геранос», что значит
«журавль». А название «пеларгония»
произошло от «пеларгос», что значит «аист».
Аистником называют и еще одно
родственное гераням растение, встречающееся в
наших лесах. Прямо-таки птичье семейство...
Вначале, когда пеларгонии были в
Европе еще в новинку, они вошли в моду
в высшем свете, выращивались в садах
богатых вельмож. Сохранились описания
зимних садов и оранжерей, особенно в Англии,
где росли и дикие виды, и первые
культурные сорта пеларгонии. И названия
многих из этих сортов тоже были
«аристократическими»: «Королева Виктория»,
«Король Эдуард VII», «Король Альберт»,
«Гамбетта». Называли новые сорта
пеларгоний и в честь садовников или членов их
семей: «Эмиль Лемуан» (Лемуан —
известный французский садовод),
«Мадемуазель Мари Лемуан», «Пьер Крози».
В XIX веке число сортов пеларгоний
уже приблизилось к тысяче. Садовая герань
распространилась почти повсеместно и
стала как бы символом викторианского
стиля «доброй старой Англии». Выращивалась
она и во Франции, России, Америке,
Германии. Недаром в одной из книг Мориса
Метерлинка, вышедшей в самом начале
XX века, можно встретить горькие
сетования на то, что скромные цветы
европейских садов — васильки, маргаритки,
левкои — беспощадно сметены наглыми
пришельцами: их вытеснили «красивая, но
навязчивая и немного искусственная
клубневая бегония и немного менее
назойливая, неутомимая, необычайно
мужественная герань».
«Она была бы даже мила, если бы не
ее плодовитость»,— замечает, впрочем,
писатель. Благодаря этой плодовитости, а
точнее, способности к вегетативному
размножению, уже в середине прошлого века
в южных странах появились целые
плантации пеларгонии розовой. Ее побеги и
особенно листья покрыты мелкими
железистыми волосками, содержащими около
0,1 % эфирного масла — прозрачной
бесцветной или слегка зеленоватой
жидкости с запахом розы, в состав которой
входят сесквитерпеновые спирты, прежде
всего цитронеллол, на долю которого
приходится до трех четвертей всего эфирного
масла. С гектара плантации можно получить
до 20 кг масла. Гераниевым маслом стали
заменять в парфюмерной и пищевой
промышленности дорогостоящее розовое.
В СССР пеларгонию розовую ввели в
культуру в 1926 г. в Западной Грузии.
Сейчас несколько тысяч гектаров занято
этой культурой в Армении, Грузии,
Таджикистане. Советские ученые вывели новые
формы пеларгонии с повышенным содер-
52

жанием эфирного масла в листьях —
ДО 0,5%.
Селекционная работа с пеларгонией
продолжается во многих странах. Модными
стали «карликовые», очень низкие, но
обильно цветущие сорта. Пытаются
селекционеры получить и особенно долго цветущие
растения, а также сорта с красивыми
округлыми соцветиями ярких окрасок.
В конце XIX века в моду стали
входить новые цветы, а яркая герань,
неутомимо цветущая все лето и осень,
осталась на окнах тех любителей, кто не мог
тратить деньги на дорогостоящие новинки.
Не тогда ли и возникло обидное
прозвище — «мещанский цветок»?
Константин Паустовский вспоминал,
как он в молодости, еще начинающим
писателем, впервые встретился с Алексеем
Максимовичем Горьким.
«При первой же встрече Горький
сказал:
— Вот у вас написано, что «герань
была цветком городской бедноты». А
почему она была таким цветком — вы и не
знаете.
Я не знал.
— Вот то-то,— сказал Горький.—
Любопытствовать надо обязательно обо
всем. Любопытствовать!
И он рассказал, что неимущий
городской люд, особенно ремесленники, жившие
в прокисших и черных подвалах, верили
в целебную силу герани. Листья эти якобы
всасывали в себя ядовитый воздух
лудильных и сапожных мастерских, угар и
сырость. За это герань и любили».
Об удивительных свойствах простого
комнатного растения вспомнили в 40—50-х
годах нашего века, когда широко
заговорили о фитонцидах — веществах,
выделяемых растениями и губительно действующих
на микроорганизмы. Основоположник
науки о фитонцидах профессор Б. П. Токин,
с увлечением рассказывая в своих научно-
популярных книгах о развитии и
становлении этой науки, описывает много опытов,
проведенных с листьями пеларгонии.
Особенно хорошо убивали микробов
тканевые соки растения. Но и живые,
неповрежденные листья оказывают
целительное действие. Аромат распустившейся
комнатной герани может ослаблять головную
боль, снимать усталость, нормализовать
сон — это издавна замечали цветоводы.
И вот сейчас пеларгония снова входит
в моду. Снова цветут на окнах яркие
герани — цветы наших бабушек и
прабабушек. И в светлых современных кварталах,
на окнах высоких корпусов они выглядят
так же красиво, как прежде — в окошке
городского подвала или на подоконнике
деревенской избы.
Г. М. КЛЕВЕНСКАЯ
Как
выращивать
пеларгонию
ЧЕТЫРЕ ГРУППЫ
ПЕЛАРГОНИИ
Прежде чем говорить
об особенностях выращивания
пеларгонии, хотелось бы
остановиться на классификации
ее многочисленных сортов и
видов. Для удобства их делят
на четыре основные группы.
Первая — зональные
пеларгонии, их-то и выращивают
в основном в цветниках, на
балконах и в комнатах. У них очень
характерные округлые листья,
словно кто-то специально
вырезал по краю ножницами
аккуратные полукружия, а в
середине листа или ближе к краю
есть более темная кайма
53

(«зонатус» и означает
«окаймленный»). Цветки у них
бывают белые, красные, розовые
разных оттенков, простые или
махровые. Из них выделяют
особую группу пестролистных
пеларгоний, которые
культивируют в основном ради
красивого оттенка листьев —
бронзовых, коричневатых, с
белым окаймлением.
Небольшие плотные кожистые
листья и вправду напоминают
плющ.
И наконец, четвертая
группа — пеларгония
душистая. Сюда относятся виды с
разрезными листьями,
отличающимися, если потереть их
между пальцами, сильным
характерным запахом.
Пеларгония розовая тоже относится
к этой группе. Неутомимые
цветоводы получили сорта
душистой герани с листьями,
имеющими запах розы,
лимона, мяты. Цветки у этих
растений мелкие, невзрачные.
ПЕЛАРГОНИЯ
В КОМНАТЕ
В комнатах выращивают
пеларгонию из всех четырех
групп, особенно зональную
и душистую; крупноцветковая
несколько более капризна.
Пеларгонии нужно много
света (желательны восточные или
южные окна), она не любит
излишней сырости, не нужно
и слишком удобренной почвы.
Зимой ее лучше держать в
прохладном помещении — у
растений в это время период
покоя. Некоторые даже
убирают их в подвал —
пеларгонии не страшна временная
потеря листьев.
Весной растения
пересаживают в свежую землю.
Если они оставались на зиму
в комнатах, они могут сильно
вытянуться из-за того, что в
теплом помещении их
приходится регулярно поливать,—
в этих условиях они
продолжают свой рост, но побеги из-за
недостатка света будут
тонкими, вытянутыми. Весной их
необходимо сильно обрезать.
Острым ножом или секатором
каждый побег укорачивают
наполовину.
Побеги, оставшиеся от
обрезки, можно использовать
для размножения, укореняя
черенки в песке. На каждом
черенке должно быть не
больше 3—4 листьев. Если
черенковать растения в
феврале-марте, они зацветут в мае-июне.
Когда хотят добиться ранне-
весеннего цветения, черенкуют
осенью — в коице "августа-
сентябре. Опытные цветоводы,
умело сочетая изменение
сроков черенкования и прищипки,
получают цветущие
экземпляры даже в январе-феврале.
ПЕЛАРГОНИЯ
В ЦВЕТНИКЕ
В цветник молодые
растения высаживают в начале
июня, то есть тогда, когда
минет угроза заморозков. Если
высадить их в питательную
жирную почву, то побеги будут
прекрасно расти, развивая
мощные листья и сильные
корни, но цвести будут слабо. Это
объясняется тем, что азотное
удобрение действует в первую
очередь на вегетативные части
растения. Впоследствии они
разовьют хорошие бутоны и
зацветут, но это будет уже
ближе к сентябрю, когда того
и гляди можно ожидать
заморозков на почве. Поэтому
опытные цветоводы
рекомендуют выращивать пеларгонию
в тесных горшках, не слишком
«перекармливать» ее и
высаживать в цветник вместе с
горшками, чтобы ограничить
рост корней,— тогда цветение
будет пышным и
продолжительным.
ПЕЛАРГОНИЯ
НА БАЛКОНЕ
Очень украсит
пеларгония и балконы, особенно
обращенные опять-таки на юг
и восток. Растениям не нужно
глубоких ящиков, можно даже
оставить их в горшках, засыпав
промежутки между ними
песком. Для балкона особенно
хороши плющелистные и
зональные пеларгонии. Можно
высадить их в два ряда —
снаружи растения со
свисающими побегами, а рядом —
невысокие прямостоячие. Не
огорчайтесь, если посадочного
материала у вас мало — даже
располагая всего одним
горшком пеларгонии, можно в
течение лета получить десяток,
а то и больше молодых
растений. На зиму пеларгонию с
балкона убирают и хранят, как
было рассказано выше.
При разведении
пеларгоний на балконе нужно
учитывать окраску стен здания —
ведь цветы на балконе
должны и снаружи украшать дом.
Если стены, например,
кирпичные, на их фоне лучше
выглядеть будут белые цветы,
красные здесь просто
«потеряются». А серое здание особенно
выиграет от оформления ярко-
красными цветами.
Вторая —
крупноцветные, или английские,
пеларгонии. Они отличаются очень
крупными цветками, нередко
напоминающими изысканные
орхидеи. Верхние два лепестка
обычно крупнее и темнее
других, бархатистые. Эффектное
сочетание сиреневого с
лиловым, розового с малиновым
придает растению особенно
нарядный вид. Листья по краям
зубчатые или пильчатые,
несколько напоминают кленовые.
Третья группа —
плющелистные пеларгонии. Стебли
у них не прямостоячие, а
стелющиеся, поникающие или
каскадом падающие вниз.
Заканчиваются стебли
многочисленными зонтиками
розовых, красных, лиловатых, не
слишком крупных цветков.
54

...И о герани — тоже
Борис ПАСТЕРНАК
Вероника ТУШНОВА
w
Снег идет, снег идет.
К белым звездочкам в буране
Тянутся цветы герани
За оконный переплет.
Снег идет, и всё в смятеньи,
Всё пускается в полет,—
Черной лестницы ступени,
Перекрестка поворот.
Снег идет, снег идет,
Словно падают не хлопья,
А в заплатанном салопе
Сходит наземь небосвод.
Словно с видом чудака,
С верхней лестничной площадки,
Крадучись, играя в прятки,
Сходит небо с чердака.
Потому что жизнь не ждет,
Не оглянешься — и святки.
Только промежуток краткий,
Смотришь, там и новый год.
Снег идет, густой-густой.
В ногу с ним, стопами теми,
В том же темпе, с ленью той
Или с той же быстротой,
Может быть, проходит время?
Может быть, за годом год
Следуют, как снег идет,.
Или как слова в поэме?
Снег идет, снег идет,
Снег идет, и всё в смятеньи:
Убеленный пешеход,
Удивленные растенья,
Перекрестка поворот.
МЕЩАНСКИЕ ЦВЕТЫ
Не понимаю — в чем они повинны,
все эти розовые бальзамины
и фуксии с подвесками атласными
пунцово-белыми, лилово-красными...
Едва увижу их — перед глазами
старинный пыльный пригород Казани,
дом в три окошка,
где отец мой оос,
а в окнах — шапки огненной герани.
(В слободке не выращивали роз.)
Я представляю крошечное зальце
с великолепным фикусом в углу.
Врастяжку дремлют солнечные зайцы
на выкрашенном охрою полу.
Перед диваном — столик несуразный,
трюмо, как будто в ряске озерцо...
У женщины худой и черноглазой
надменное от горестей лицо.
Заштопанные бережно скатерки,
дешевый голубой сервизик в горке,
и чистота — до блеска, до сиянья,
единственная роскошь бедноты,
и вот цветы — всех смертных достоянье...
Да, я люблю мещанские цветы.
Я без кавычек ставлю это слово
в его первоначальном смысле, в том,
что люди жили тяжко и сурово,
а труд во все эпохи был трудом.
...Цветы цвели смиренно, безотказно,
в подвалах и на чердаках цвели,
в кастрюльках ржавых, в банках безобра
цвели — благословение земли.
...Теперь, когда конец домишкам тесным
и все иначе, именно теперь,
мне кажется особенно нечестным
взять и захлопнуть
перед ними дверь.
1957

Проблемы и методы
современной науки
О модели климата,
конфликтах
и компромиссах
Кандидат физико-математических наук
В. В. АЛЕКСАНДРОВ,
член-корреспондент АН СССР
Н. Н. МОИСЕЕВ
Рассуждая о единстве мира,
глобальных проектах и компромиссах («Химия и
жизнь», 1982, № 9), мы пришли к выводу,
что для дальнейших исследований
необходима общая модель климата. Позиция
выбрана, но дальше начинается
неизвестное. Что должна представлять собою
такая модель? Что понимать под климатом?
Вопросы, может быть, и просты, но
ответить на них непросто. Наши ответы
будут в известной мере субъективными,
ибо они отражают определенную научную
концепцию. Ее фрагменты — в этой статье.
МОДЕЛЬ КЛИМАТА
Вообще модель в современном по-
'. нимании — это математическое описание,
доведенное до уровня программы,
реализуемой на доступной
электронно-вычислительной технике. Модель климата,
естественно, призвана имитировать нынешний
климат планеты и предсказывать его
изменения.
Мы убеждены, что географические
модели, описывающие климат вообще,
усредненно, в целом, совершенно
недостаточны для решения практических задач:
' они не позволяют оценить менее
масштабные, но столь же важные региональные
следствия человеческой деятельности. В то
же время для этой цели мало подходят
и большие, с обилием подробностей
модели, разрабатываемые в СССР, США и
других странах для систем
метеорологических прогнозов. Спору нет, они дают
многое для понимания метеорологических
процессов, однако в нашем распоряжении
нет вычислительных средств, позволяющих
с помощью подобных моделей делать
многовариантные расчеты.
Дальнейший успех во многом будет
зависеть от того, найдем ли мы
эффективные способы описания реального физико-
химического режима биосферы. По
определению А. С. Монина и Ю. А. Шишкова,
«климат — это статистический ансамбль
состояний, который проходит система
океан — суша — атмосфера за период
времени в несколько десятилетий». Значит,
56
выбирая модель климата, следует
исходить из того, что основной вклад в
состояние окружающей среды вносят
инерционный океан, неустойчивая атмосфера и
наиболее подверженная человеческому
влиянию суша.
Сейчас есть уже немало моделей,
учитывающих гидротермодинамику
атмосферы и океана; надо лишь сделать
правильный выбор. Такие базовые модели,
с одной стороны, должны быть умеренно
сложными, но, с другой стороны, и
достаточно подробными, чтобы можно было
проследить влияние климата на
хозяйственную деятельность и выбрать в конце
концов стратегию соответственно
возникающим климатическим условиям.
Сезонные значения средней температуры,
фотоактивной радиации и осадков, отклонения
этих величин от средних — все это
должно быть оценено с помощью модели.
Кроме того, надо выбрать разумную
пространственную сетку, помня о том, что
мы анализируем региональные ситуации;
в таком сл'учае ячейка не должна
превышать 5—10 градусов. Наконец, модель
должна описывать эволюцию климата в
течение хотя бы нескольких десятилетий.
Изучив с этой точки зрения
многочисленные модели глобальной циркуляции,
мы остановили выбор на модели Минца —
Аракавы в реализации Гейтса. Вкратце,
это гидродинамическая модель
тропосферы, заключенной между поверхностью
планеты и так называемой тропопаузой,
которая отделяет тропосферу от
стратосферы и находится на высоте 8—12 км.
Географическая сетка — 4° по широте и
5° по долготе. По вертикали тропосфера
разбивается на два слоя равной массы.
Нижняя граница отражает реальную карту
Земли, она учитывает распределение
материков и океанов, основные горные
системы, расположение морских и
материковых льдов, снежного покрова в
зависимости от времени года.
Такая модель описывает
крупномасштабные движения воздушных масс,
возникающие из-за неоднородного выделения
энергии в атмосфере; источники и стоки
энергии формируются благодаря
солнечной радиации и фазовым переходам воды.
Кстати, перенос влаги играет в
атмосферных процессах колоссальную роль: только
на испарение затрачивается около трети
всего поглощаемого планетой солнечного
тепла.
Содержание в атмосфере углекислого
газа и аэрозолей, тепловые загрязнения,
а также альбедо (отношение отраженного
потока к падающему) задаются извне, по
сценарию, или же вырабатываются в
других блоках модели.
Следующий, не менее важный
компонент климатической модели — описание
океана. Как и в случае с атмосферой,
нынешние модели глобальной циркуляции
океана слишком сложны, а малопараметри-

ческие, напротив, дают очень уж общую
информацию, которой не хватает даже
для того, чтобы правильно поставить
граничные условия. Приемлемая для нас
модель океана должна прогнозировать
географическое распределение температуры,
солености и других показателей
поверхностного слоя, а также поток углекислого
газа через поверхность воды.
Мы выбрали одну из моделей,
которая хорошо отражает энергетическое
взаимодействие атмосферы и океана, и
дополнили ее моделью верхнего слоя;
глубинные движения океана в
рассмотрение не принимались. Кроме того,
пришлось учитывать динамику морского льда.
Впрочем, для этой задачи уже найдено
несколько формальных описаний,
приемлемых для экологического моделирования.
Любой эксперимент с подобной
системой сводится к решению задачи Коши:
по заданному начальному состоянию
(атмосферы и океана) и по заданным
внешним условиям найти решение системы
уравнений — в нашем случае
гидротермодинамики — как функции времени и
координат. Чтобы вычислить климат, надо
проинтегрировать эту совместную модель
на достаточно долгий период времени,
порядка десятилетий. Но такие расчеты
требуют огромных затрат времени даже
на лучших ЭВМ, а к тому же очень
На условной карте Земли показано, как
изменилась бы температура воздуха при
увеличении содержания С02 в атмосфере
вдвое. Почти повсеместно потеплело бы,
за отдельными исключениями
(соответствующие изотермы — со знаком
минус)
нелегко синхронизировать модели
атмосферы и океана.
Так или иначе, пусть расчет проведен.
И сразу возникает вопрос: а насколько
верно выбранная модель описывает
реальные природные процессы? Путь к ответу
лежит через статистическую обработку
обильной гидрометеорологической
информации, но это работа многих десятилетий,
да и нет пока для нее достаточно точных
сведений. Однако оценить качество
модели, то есть соответствие ее выводов
наблюдаемой реальности, можно и с помощью
приближенных тестов. Например: для
января характерны, во-первых, Западный
перенос — движение воздуха в Северной
Атлантике и в Европе благодаря серии
циклонов, перемещающихся с запада на
восток; во-вторых, Алеутский минимум —
обширная область низкого давления в
северной части Тихого океана; в-третьих,
Сибирский антициклон; в-четвертых,
Азорский максимум — и так далее. Пожалуй,
самый наглядный тест — круговое
движение Циклонов вокруг Антарктиды (об
этом говорилось в предыдущей статье).
Так вот, модель климата обязана
воспроизвести все эти явления. В противном случае
она неприменима.
Выяснилось, что построенная модель
воспроизводит, причем с большой
точностью, те картины, которые привыкли
наблюдать синоптики. Следовательно, по
отношению к глобальным экологическим
процессам она правильно отражает
состояние климата, невозмущенного
человеческой деятельностью.
Но построенная модель — лишь
первый шаг. Ведь нам нужно рассчитать
57

те изменения средних климатических
характеристик, которые возникают
вследствие антропогенных факторов. А пока в
нашем распоряжении есть лишь некий
вариант, соответствующий нынешнему
уровню антропогенной нагрузки на
биосферу.
Следующий шаг нетривиален и
требует специального обсуждения.
КЛИМАТИЧЕСКИЕ ТРЕНДЫ
Биосфера — единая система,
размерность которой столь велика, что
возможность прямого просчета всей модели,
даже когда она будет создана, исключается.
Причем не только для современных ЭВМ,
но и для машин гипотетической мощности.
Сквозной анализ в обозримом будущем
нереален, а потому необходим такой метод,
который допускал бы декомпозицию
модели, ее расщепление на
последовательности действий. Тогда можно изучить сначала
особенности отдельных блоков, а затем
организовать диалог человека с машиной,
то есть, собственно, многовариантный
анализ в приемлемые сроки.
Представьте себе таблицу (нет даже
надобности ее изображать), в верхней
строке которой перечислены
антропогенные факторы: концентрация углекислого
газа в атмосфере, альбедо, тепловое
загрязнение и т. д., а в левом столбце —
основные климатические характеристики,
как то: температура, осадки,
фотоактивная радиация и проч. И все клеточки
этой таблицы заполнены сведениями о
том, с какой скоростью изменяются
климатические характеристики под действием
тех или иных антропогенных факторов.
Эти скорости называют трендами, а
таблицу — матрицей линейных
климатических трендов.
Разумеется, мы сильно упрощаем
дело, однако главное сейчас заключается
в том, что, оценивая промышленную и
другую деятельность людей в данный
момент и в ближайшем будущем, мы
можем попытаться вычислить, как
изменяются основные метеорологические
величины в результате этой деятельности.
Или, говоря короче, вычислить
антропогенные тренды климата. В частности,
можно проанализировать климатические
эффекты различных проектов — как
глобальных, так и региональных.
Подобный подход позволяет — как,
впрочем, и всякая теория возмущений —
проводить анализ лишь для
незначительных отклонений от номинала и
небольших отрезков времени. Тем не менее
описанная здесь матрица вполне отвечает
требованиям, о которых мы говорили
выше. В самом деле, пусть исследователь
предлагает какой-то сценарий
производственной деятельности или антропогенного
вмешательства в установившийся ход
процессов в биосфере. Сделав расчеты,
мы найдем количество энергии, произве-
58
денной в рамках сценария, выбросы
углекислого газа в атмосферу, изменение
альбедо из-за нарушения структуры
растительности и т. д. Понятно, что эти
расчеты исследователь проводит для
какого-то года, не очень отдаленного —
иначе оценка может оказаться
неправдоподобной. Имея в распоряжении таблицу
линейных трендов, можно без труда
подсчитать интересующие нас характеристики
для любого квадрата географической
сетки, а затем, располагая такими оценками,
скорректировать рассчитанные ранее
сценарии развития. Словом, схема линейных
трендов позволяет расщеплять модель,
не нарушая ее целостности.
Итак, мы сумели оценить те
параметры климата, которые необходимо знать
для выбора рациональных стратегий
хозяйственной деятельности в тех или иных
регионах. Однако программу надо еще
реализовать. И тут возникают
фундаментальные, хотя в принципе разрешимые,
проблемы. Первая, как уже говорилось,—
это огромное количество вычислений для
анализа всякого реального сценария.
Вторая, порожденная первой,—
колоссальный объем информации для
моделирования. А ведь нам нужна модель, которая
предусматривает не одноразовый, а
многократно повторяемый машинный
эксперимент, с внесением в сценарий требуемых
корректив.
Но как ни труден путь к анализу
региональных проблем, мы уверены в
том, что этот путь — единственно
приемлемый, если мы хотим получить научно
обоснованные и надежные оценки
изменений климата во времени. И вряд ли
возможно упрощать модель, наша версия
и так близка к «минимальной»; упрощая
дальше, недолго исказить реальность. А вот
найти алгоритм, который позволил бы
сократить время вычислений по меньшей
мере на два порядка,— это сделать
необходимо.
Над тем и работаем.
РЕГИОНАЛЬНЫЕ КОНФЛИКТЫ
И КОЛЛЕКТИВНЫЕ РЕШЕНИЯ
Предположим, что уже создана
модель климата, позволяющая
предсказывать экологическую обстановку в регионе,
оценивать последствия антропогенных
нагрузок, учитывать изменения климата при
реализации крупных проектов, наподобие
переброски стока рек или перекрытия
морских проливов. Иными словами, пусть
инструмент у нас в руках; будет ли
проблема исчерпана?
Ответ однозначен: нет, не будет.
Любое изменение экологических
условий неизбежно создает конфликтную
ситуацию. Она может оказаться
благоприятной для одних и вредной для других
(иллюстрацией может служить какой-угод-
но проект изменения климата). Сама
постановка экологической проблемы содер-

жит в себе конфликт; исследователь
обязан заранее понять его суть и содержание,
а также возможные способы преодоления
противоречий, без чего любое начинание
может оказаться зачеркнутым с первого
шага.
Теория, претендующая на строгий
анализ экологических проблем, должна
включать в себя главу, посвященную
региональным конфликтам и коллективным
решениям, ибо благополучное разрешение
всякого конфликта — это обязательно
некое коллективное действие. Но прежде
чем говорить о решениях, постараемся
объяснить смысл, который мы вкладываем
в понятие конфликтной ситуации.
Общество — и об этом уже
говорилось — не однородное целое, а
совокупность групп, отдельных общностей,
имеющих собственные интересы, особые
цели и возможности им следовать. Такие
группы возникают вследствие
социальной и имущественной дифференциации
общества, но к этому дело не сводится —
исследователь обязан считаться с наличием
региональных, национальных,
профессиональных, религиозных и иных общностей,
каждая из которых отличается от прочих
своими интересами и стандартами. Как ни
важны экономические факторы, они
далеко не единственная причина, определяющая
действия людей и шкалу их ценностей.
Далее мы будем использовать
термин «организм», имея в виду систему,
которой свойственны определенные
интересы и которая имеет определенные
возможности для достижения своих целей.
Конечно, любой человек — это организм.
Но и общности, о которых шла речь,—
тоже своего рода организмы.
С каждым организмом связан
некоторый субъект, который выражает его
интересы и вправе распоряжаться его
ресурсами. Субъектом может быть
человек (например, директор завода или мэр
города) либо группа людей (скажем,
конституционный орган). Отождествляя
организм с представляющим его субъектом,
мы должны помнить, что в реальной
жизни так бывает не всегда: субъект может
совершать ошибки с точки зрения
объективных интересов или использовать
ресурсы системы для достижения собственных
корыстных целей.
Итак, будем рассматривать общество
(страны, регионы, провинции, области
и т. п.) как противоречивое единство
некоторого множества субъектов.
Единство — благодаря общности судеб,
производственным, юридическим и иным
связям. Противоречивое — потому что у
каждого могут быть в принципе свои цели,
не тождественные целям других.
Систему, состоящую из субъектов,
действия которых целенаправленны, и для
которой определены цели каждого как
функции от ресурсов всех субъектов,
назовем кибернетической, следуя
терминологии, принятой еще в прошлом веке,
когда широко использовался греческий
язык. «Кибернаос» по-гречески означает
объект управления, содержащий людей,
например округ или город. Корабль без
людей — это еще не «кибернаос» (хотя
налицо объект управления). Иное дело —
корабль с командой* ...
Любая характеристика системы
зависит от действия всех субъектов.
Следовательно, выбор стратегий — это всегда
коллективная акция. А так как цели и
интересы отдельных субъектов не
совпадают, соответствующую теорию
естественно назвать теорией коллективных
конфликтов. Она небогата общими
результатами, и это естественно: большой группе
очень трудно найти компромисс,
приемлемый для всех. Людям, как правило,
нелегко договориться, а иногда и
невозможно — решения, всех устраивающего,
может и не существовать.
Чтобы компромисс имел шанс быть
принятым, он должен быть эффективным.
Это означает, что ни в каком другом
компромиссе нельзя достичь лучших
показателей, чем в принятом. Но
эффективности мало, необходима еще и некоторая
устойчивость, гарантия против возможного
нарушения принятой договоренности.
Самое распространенное условие — так
называемое условие Нэша; суть его в том,
что компромисс должен обладать таким
свойством: кто нарушает договоренность,
тот и теряет. То есть его результат
окажется заведомо хуже, чем при
компромиссном решении.
Так вот, если удастся найти такой
компромисс, который одновременно
эффективен и устойчив, то скорее всего
он будет принят всеми участниками
конфликта. Несчастье теории коллективных
конфликтов в том, что во многих ситуациях
эффективные компромиссы неустойчивы,
а устойчивые неэффективны. Это
обстоятельство и служит причиной скудости в
теории коллективных решений. Но в
конкретных ситуациях, когда речь идет об
анализе экологических (в частности,
региональных) проблем, возникают
обстоятельства, которые выделяют эти
кибернетические системы из общего класса.
СТРУКТУРА КОМПРОМИССОВ:
ТРИ СЛУЧАЯ
Случай первый — «Путешественники
в одной лодке». Он был описан одним
из авторов в «Химии и жизни» A977, № 9);
тем не менее есть смысл сказать о нем
несколько слов — хотя бы потому, что
ситуация очень распространенная.
Все субъекты в этом случае могут
считаться независимыми, обладающими
суверенным правом на тот ресурс, который
* Кибернетикой в XIX в. называлась, таким об-
рааом, дисциплина, изучающая проблемы управления
системами субъектов.
59

находится в их распоряжении.
Предположим, что каждый субъект преследует
две цели. Первая — внутренняя,
эгоистическая. Она достижима тем скорее, чем
большую долю ресурса субъект выделит
для ее достижения. А вторая цель общая:
повышение какого-то коллективного
показателя, значение которого зависит на сей
раз от общих усилий, от той доли ресурса,
которую каждый участник выделит для
улучшения положения в целом.
Получается, что каждый стоит перед
необходимостью распределить собственные
ресурсы: что отдать на достижение внутренних
целей (скажем, на повышение
благосостояния), а что — на улучшение коллективного
показателя (например, на сохранение
качества биосферы).
\ Эта ситуация впервые была изучена
советскими исследователями Ю. Б. Гер-
мейером и И. А. Вателем. Они установили,
что при естественных ограничениях в таком
конфликте всегда существует эффективный
компромисс. Свое название
«путешественники в одной лодке» ситуация получила
по аналогии: каковы бы ни были личные
интересы путешественников, непременно
есть и общая цель — доплыть до берега...
При решении экологических проблем
случай с «путешественниками» встречается
весьма часто — всегда найдется общий
показатель качества среды, в улучшении
которого заинтересованы все стороны.
Можно предположить, что такая модель
окажется удобной для анализа
глобального экологического конфликта. И в самом
деле, разве все мы не путешественники

на гигантском корабле, имя которому
Земля?
Впрочем, можно найти примеры и
поскромнее. При решении многих
региональных конфликтов, связанных с
различными проектами — очистки среды,
строительства дорог, совершенствования
социальной инфраструктуры и т. п.,
возникает та же ситуация. Но задача не сводится
к анализу конфликта сугубо
математическими средствами; надо знать цели и
степень заинтересованности сторон, надо
уметь вычислять значения показателей в
зависимости от принятых стратегий. Однако
все это далеко выходит за рамки статьи.
Второй случай можно было бы
назвать «коллективное использование
ресурсов». Вот пример, весьма
характерный: как использовать водные ресурсы
небольшой реки, стекающей с гор в
пустынную и жаркую равнину (такая ситуация
может встретиться в республиках Средней
Азии, или в Северной Африке, или в
Австралии).
Водой горной речки пользуются
сразу несколько сельскохозяйственных
организмов — колхозов, ферм,
кооперативов. На всех воды не хватает. Те
хозяйства, которые расположены в верхнем
течении, имеют очевидное преимущество:
у них нет проблем с водой. Однако
часто бывает так, что земли,
расположенные выше по течению, более каменисты, да
и холоднее в горах. Для выращивания,
скажем, хлопчатника, условия внизу, в
засушливых местах, все же более
благоприятны, вода используется там
эффективнее. Каким же образом распределить
водные ресурсы? Очевидно, перераспределив
ту воду, которая сегодня используется
на орошение не очень рационально. Но это
будет заведомо невыгодно тем субъектам,
которые имеют возможность получать
воду первыми. Пусть у них земли и менее
плодородны, вряд ли они откажутся от
традиционно принадлежащей им воды.
В подобных кибернетических системах
для преодоления противоречий
необходимо ввести новую кооперативную
структуру. Представим, что все хозяйства,
расположенные вдоль реки,— это единый
организм. В результате такого
объединения, разумеется, должен возникнуть
некоторый дополнительный доход — иначе
кооперирование теряет смысл. Чтобы
объединение было выгодно всем
субъектам, необходимо как-то перераспределить
между ними дополнительный доход,
причем так, чтобы ни один участник конфликта
не проиграл (а желательно — выиграл).
Есть разные способы выполнить это
условие, они зависят от конкретной
ситуации. Но во всяком случае компромисс
может быть найден на основе
кооперативной структуры, учитывающей два
обязательных принципа. Во-первых, общая
эффективность после введения
кооперативной структуры должна увеличиться; во-
вторых, доход каждого не должен
уменьшиться.
Обсуждая возможности
перераспределения ресурса, мы предполагали
правовую независимость субъектов. Однако в
рассуждении неявно присутствовал еще
один субъект: региональное управление.
В самом деле, чтобы организовать
кооперативную структуру, необходимо
юридическое лицо, заинтересованное в
процветании региона, в более полном
использовании его ресурсов. Оно принимает на себя
обязанности организатора, проводит
исследования и расчеты, предлагает, наконец,
тот или иной способ распределения
дополнительной прибыли.
Наконец, третий из обещанных
случаев — «конфликты в условиях централи-

зации». Формы централизации (и
соответственно структура связей) могут быть,
вообще говоря, весьма непохожими;
остановимся на одном, пожалуй, наиболее
типичном случае.
Сразу же заметим, что с полной
централизацией мы никогда не
сталкиваемся — она экономически неоправданна,
да и реализовать ее практически
невозможно: очень уж велики трудности,
связанные с обработкой, передачей и
обеспечением достоверной информации. Поэтому в
реальной ситуации можно говорить лишь
о той или иной мере централизации (либо
децентрализации).
Поясним сказанное на примере
кибернетической системы, состоящей из N
субъектов. Одного из них отождествим с
региональным управлением, остальные
N—1 — это некоторые производственные
организации. Не выдвигая сомнительных
гипотез, можем утверждать, что эти
организации стремятся в первую очередь
больше производить и получать больше
прибыли. Но чем крупнее производство,
тем больше и отходов, тем сильнее
загрязняются вода и воздух. У субъекта же
под номером N иные цели. Обычно их
можно свести к двум: содействовать росту
производства (то есть в конечном счете
занятости населения и повышению его
жизненного уровня) и улучшать
экологическое состояние окружающей среды. Эта
вторая цель отличает его от других
субъектов кибернетической системы.
Если обозначить через wi уровень
дохода, а через w2 качество среды, то
цели регионального управления можно
записать так: W| —► max, W2 —*~ max. Таким
образом, субъект, представляющий
управление, оказывается в конфликтной
ситуации: у него нет единой цели, ему надо
искать путь между Сциллой и Харибдой.
Чтобы достичь все же своих целей,
региональное управление должно иметь
возможность воздействовать на
остальных субъектов системы. Будем считать, что
уровень самостоятельности предприятий
высок, то есть они имфрт право решать
самостоятельно вопрос о выпуске
продукции и распределении имеющегося у них
ресурса. Иными словами, речь идет о
такой структуре управления, при которой
верхние звенья воздействуют на нижние
только экономически. Управление может
ограничить ресурс, необходимый для
работы предприятий, например установив
цену на воду. А кроме того, может
контролировать работу предприятий, скажем,
следить за качеством сбрасываемой воды и
при необходимости налагать штраф. Тем
самым управление влияет на то, сколько
средств предприятие расходует на
производство продукции и сколько на очистку
воды.
Наконец — и это, может быть, самое
важное — управление имеет право
первого хода. Именно оно устанавливает цены на
воду, а если надо, то и квоты; именно
оно формирует политику штрафов. Более
того, управление знает, что предприятия,
составляя планы, знакомы с «правилами
игры».
Такая система иерархической связи
позволяет управлению заранее оценить
возможные стратегии предприятий. Для
этого надо иметь модель предприятия,
задать стоимость исходного ресурса и
величину штрафов; тогда не составит особого
труда определить затраты на очистку и
размер прибыли. Однако дальнейший
анализ в рамках такой модели
формализовать невозможно, ибо невозможно
увеличивать одновременно wi и W2 (уровень
дохода и качество среды). Допустимое
соотношение между ними — это
некоторая доктрина (при выработке которой,
разумеется, могут быть использованы
результаты особых исследований). А когда
доктрина выбрана, управление назначает
цены на ресурс и штрафы таким образом,
чтобы соблюдались заданные значения
w и W2.
В разобранных здесь трех ситуациях
коллективное решение в конце концов
может быть принято, и прежде всего —
при социалистической системе хозяйства,
опирающейся на плановую экономику.
Сегодня мы можем говорить о
тенденциях изменения климата лишь условно.
Но несомненно, уже в ближайшее
десятилетие усовершенствованные климатические
модели позволят с высокой точностью
оценить и глобальные тенденции, и
возможные изменения климата в отдельных
регионах. Экономический и экологический
эффект этих изменений окажется скорее
всего отрицательным, и тогда возникнет
естественный вопрос — о перестройке
структуры хозяйства, прежде всего
сельского, на которое эти изменения влияют
прямым образом. Тут и могут возникнуть
острые конфликты, региональные и
глобальные, а отыскание разумных
компромиссов превратится в одну из важнейших
проблем современности.
Готовиться к этому надо заранее.
ЧТО ЧИТАТЬ О КЛИМАТЕ
И ЕГО МОДЕЛИРОВАНИИ
Монин А. С., Шишков Ю. А. История
климата. Л.: Гидрометеоиздат, 1979.
Б у д ы к о М. И. Климат в прошлом и
будущем. Л.: Гидрометеоиздат, 1980.
Моисеев Н. Н. Математические задачи
системного анализа. М.: Наука, 1981.
Физические основы теории климата и его
моделирования.— Труды Международной научной
конференции (Стокгольм, 1974). Л.:
Гидрометеоиздат, 1977.
Report of the JOC study conference on climate
models: performance, intercomparasion and sensitivity
studies.— CARP publication series. Geneva, 1979,
№ 22, v. 1—2.
62

Книги
Летопись
жизни
Менделеева
Через год, в феврале
1984 года, исполняется 150 лет
со дня рождения Дмитрия
Ивановича Менделеева.
В издательствах страны
ведется подготовка к
выпуску новых книг о нем. Осо-
Информация
НАУЧНЫЕ ВСТРЕЧИ
МАРТ
Конференция по физике
плазмы и управляемому
термоядерному синтезу.
Звенигород Моск. обл. Физический
институт АН СССР A17924
Москва, Ленинский просп., 53,
135-41-45).
II совещание по химии
и применению комплексонов
и комппексонатов металлов.
Звенигород Моск. обл. ВНИИ
химических реактивов и особо
чистых веществ A16062
Москва, Богородский вал, Зг
168-35-42).
Семинар
«Хроматография жидких кристаллов и
жидкие кристаллы в
хроматографии». Куйбышев.
Куйбышевский государственный
университет D43086 Куйбышев,
ул. Академика Павлова, 1).
Конференция по химии
кластерных соединений.
Новосибирск. Институт
неорганической химии СО АН СССР
бый -интерес среди этих
изданий представляет «Летопись
жизни и деятельности
Д. И. Менделеева»—
капитальный труд (объемом 40
печатных листов),
подготовленный Музеем-архивом Д. И.
Менделеева при участии
Института истории
естествознания и техники АН СССР под
руководством профессора
Романа Борисовича Добротина, в
течение долгих лет
возглавлявшего Музей-архив Д. И.
Менделеева при
Ленинградском университете.
«Летопись» состоит из
тринадцати разделов,
посвященных основным этапам
жизни и деятельности Дмитрия
Ивановича, а каждый раздел,
в свою очередь,— из
хронологического изложения
основных событий и очерка,
анализирующего этот этап.
Созданию «Летописи»
предшествовало многолетнее
изучение^ авторами обширных
фондов Музея-архива,
включающего личную библиотеку
ученого B0 000 томов), его
записные книжки (более 50),
рабочие тетради (около 100),
F30090 Новосибирск, просп.
Академика Лаврентьева, 3,
65-59-50).
Конференция «Физико-
химические основы новых
сталеплавильных процессов»
(к 100-летию со дня
рождения академика И. П. Бардина).
Москва. Институт
металлургии АН СССР A17911 ГСП-1
Москва В-334, Ленинский
просп., 49, 135-94-44).
Конференция
«Повышение эффективности
применения полимерных материалов
в отраслях промышленности,
производящих продукты
питания». Углич. ЦП ВХО им.
Менделеева A01907 Москва,
Кривоколенный пер., 12, 221-13-64).
Семинар «Коррозия
нефтепромыслового
оборудования и методы борьбы с ней».
Нижневартовск. Упрнефтегазо-
добыча Миннефтепрома СССР
A13816 Москва, наб. М.
Тореза, 26/1, 231-25-94).
Семинар «Синтез и
экспериментальные исследования
камнесамоцаетного и пьезо-
оптического сырья».
Александров Владимирской обл.
ВНИИСИМС F01600
Александров, Институтская ул., 1,
92-5-17).
Совещание
«Применение резино-тквневых и по-
опубликованные труды (около
1000). Результатом изучения
этого обширнейшего
материала явились работы Р. Б.
Добротина «Логический анализ
творческого пути Менделеева»
(совместно с Людмилой
Сергее алой Керовой) и
«Библиотека Менделеева» (совместно
с Ниной Георгиевной Карпило).
Эти исследования вместе с
известными работами академика
Бонифатия Михайловича
Кедрова по истории открытия
Периодического закона, вместе
с огромным массивом
литературы, сложившимся вокруг
многогранного творчества
великого ученого, безусловно,
были подспорьем в работе
над «Летописью».
Издание «Летописи»
будет заметным вкладом в «Мен-
делеевиану», позволит лучше
выявить менделеевский вклад
в отечественную культуру во
всем его комплексе.
Выпускается «Летопись»
в Ленинградском отделении
издательства «Наука».
Д. АНДРЕЕВ
лиуретановых уплотнителей
в машиностроении».
Свердловск. ВПО «Союзрезинотех-
ника» A29832 Москва, ул.
Гиляровского, 31, 2В1-80-78).
Семинар «Актуальные
проблемы защиты растений и
меры по повышению ее
эффективности».
Днепропетровск. «Союзсельхозхимия»
A07139 Москва, Орликов пер.,
1/11, 295-34-75).
IX семинар по геохимии
магматических пород. Москва.
Институт геохимии и
аналитической химии АН СССР A17975
Москва В-334 ГСП-1, ул.
Косыгина, 13, 137-31-16).
Конференция «Охрана
геологической среды от
отрицательного воздействия
предприятий горнодобывающего
профиля». Москва, ВДНХ СССР.
МГУ A17234 Москва, Ленгоры,
139-60-27).
Семинар «Пути
повышения эффективности
производства и улучшения качества
молочных консервов и
продуктов детского питания».
Москва, ВДНХ СССР. ВПО «Со-
юзконсервмолоко» A21019
Москва Г-19, просп. Калинина, 27,
203-50-04).
Симпозиум
«Молекулярные механизмы
генетических процессов при
воздействии ионизирующей радиа-
63

циип. Пущино. Институт
биологической физики АН СССР
A42292 Пущино
Серпуховского р-на Моск. обл., 3-90-11).
Симпозиум
«Механизмы временной оргвнизвции
клетки и их регуляция на
различных уровнях». Пущино.
Институт биологической физики
АН СССР A42292 Пущино
Серпуховского р-на Моск. обл.,
3-90-01, доб. 2-60).
Конференция
«Комплексное использование
биологических ресурсов
Каспийского и Азовского морей».
Астрахань. КаспНИРХ D16607
Астрахань, ул. Савушкина, 1, 2-91-43).
Конференция
«Проблемы комплексного изучения
человека». Москва. Научный
совет АН СССР «Философские
и социальные проблемы науки
и техники» A19034 Москва,
ул. Рылеева, 29, 241-83-80).
Симпозиум
«Физиология и патофизиология сердца
и коронарного
кровообращения». Киев. Институт
физиологии АН УССР B52024 Киев,
ул. Богомольца, 4, 93-61 -51).
Конференция
«Использование моделей
патологических состояний при поиске
биологически активных
препаратов». Москва. Отдел
координации работ по
биологическим испытаниям химических
соединений Минмедпрома
СССР A03823 Москва, Центр,
ГСП-3, пр. Художественного
театра, 2, 292-52-98).
АПРЕЛЬ
Конференция
«Проблемы ввтоматизированной
обработки научно-технической
информации». Звенигород
.Моск. обл. ВСНТО A17218
Москва, ул. Кржижановского,
.20/30, корп. 5, 125-99-72).
XXXI11 совещание по
ядерной спектроскопии __ и
структуре атомного ядрв.
Москва. Научный совет АН СССР
по ядерной спектроскопии
A97022 Ленинград П-22, ул.
Рентгена, 1, 232-14-09).
Симпозиум «Электрон-
нвя микроскопия и
электронография в исследовании
образования, структуры и
свойств твердых тел».
Звенигород Моск. обл. Институт
кристаллографии АН СССР
A17333 Москва, Ленинский
просп., 59, 135-02-98).
Ill конференция по
физике и химии редкоземельных
полупроводников. Тбилиси.
Грузинский политехнический
институт C80075 Тбилиси 75,
ул. Ленина, 77, 36-67-85).
Конференция по
физике и химии
высокомолекулярных соединений. Ленинград.
Институт высокомолекулярных
соединений АН СССР A99004
Ленинград В-4, Большой
просп., 31, 213-04-61).
V конференция по
органическим аналитическим ре-
агентвм. Киев. Институт
коллоидной химии и химии воды
АН УССР B52142 Киев, просп.
Вернадского, 42, 44-01-96).
II конференция по
техническому использованию
сверхпроводимости. Л е ни н-
град. ВНИИэлектромаш A92041
Ленинград, Дворцовая наб., 18,
298-67-75).
IV совещание
«Плазменные процессы в
металлургии и технологии
неорганических мвтериалов». Москва.
Институт металлургии АН
СССР A17911 ГСП-1 Москва
В-334, Ленинский просп., 49,
135-32-18).
Конференция
«Адгезионные соединения в
машиностроении». Рига, ЦП НТО
машиностроительной
промышленности A03612 Москва,
Б. Черкасский пер., 7,
228-82-54).
11 конференция
«Применение ультразвуковой
сварки плвстмвсс и метвппов в
народном хозяйстве».
Калининград, ВНИИ
электросварочного оборудования A90410
Ленинград, Литовская ул., 10,
245-40-95).
Совещание по
теоретическим основам
модифицирования древесины. Рига.
Институт химии древесины АН
ЛатвССР B26006 Рига,
Академия^ 27, 55-30-63).
Семинар «О
сокращении и улучшении
использования отходов производства в
хлопчатобумажной
промышленности». Чебоксары.
Управление развития
хлопчатобумажной промышленности
Минлегпрома СССР A21905
Москва Г-19, просп. Калинина,
29, корп. 4, 291-49-32).
Конференция
«Кинопленке в кинематографе».
Москва.
Производственно-техническое управление -Госкино
СССР A03877 Москва, М.
Гнездниковский пер., 7-а,
229-26-50).
Совещвние_ «Баритовое
сырье в СССР». Москва.
Научный совет АН СССР_ по
рудообразованию A09017
Москва, Старомонетный пер., 35,
233-00-33, доб. 7-В1).
Симпозиум «Кинетика и
динамика геохимических
процессов». Киев. Институт
геохимии и физики минералов
АН УССР B52680 Киев 164,
ГСП, просп. Академика Пал-
лад и на, 34, 44-14-60).
Конференция по
проблемам биогеохимии и^
микроэлементов в природе. Москва.
Институт геохимии и
аналитической химии __ АН СССР
A17975 ГСП-1 Москва В-334,
ул. Косыгина, 13, 137-47-73).
Совещание «Химия и
технология пиридиновых
оснований для производства хими-
ческих^средств защиты рвсте-
ний». Москва, ВДНХ СССР.
ВНИИ химических средств
защиты растений A090В8
Москва, Угрешская ул., 33,
279-19-36).
Конференция
«Проблема увеличения производства,
улучшения семеноводства и
хранения овощей». Баку. ЦП
НТО сельского хозяйства
A01000 Москва, ул. Кирова,
13, 223-38-72).
Семинар «Применение
интродуцированных
полезных оргвнизмов в звщнте
рвете ний». Москва.
Государственная инспекция по
.карантину растений A07139
Москва, Орликов пер., 1/11,
207-84-27).
Совещвние «Проблемы
изучения, охраны и
использования водных ресурсов».
Москва. Институт водных
^проблем АН СССР A03064
Москва К-64, Садово-Черногряз-
ская ул., 13/3.208-46-11).
«Охране и
использование горных экосистем» (V
Объединенный пленум
Советского и Республиканского
комитета ГССР по
долгосрочной программе ЮНЕСКО
«Человек и биосфера»). Тбилиси.
Республиканский комитет ГССР
по программе «ЧИБ» C80008
Тбилиси 8, просп. Руставели,
52, 99-89-61).
Ill конференция по
проблемам биомеханики. Рига.
Институт механики полимеров
АН ЛатвССР B26006 Рига,
Айзкрауклес, 23, 55-11-45).
Симпозиум «Регулятор-
нвя роль мембран в
процессах дифференцировки и
пролиферации клеток». Пущино
Моск. обл. Институт
цитологии АН СССР A94064
Ленинград, Тихорецкий пр., 4,
247-18-59).
Ill совещание по
изучению моллюсков. Ленинград.
Зоологический институт АН
СССР A99164 Ленинград,
Университетская наб., 1, 218-03-
11).
Ill Всесоюзное
совещание по вопросам онтогенеза
рыб. Калининград^
Ихтиологическая комиссия Минрыбхоза
СССР A03050 Москва, ул.
Горького, 27, 299-87-11).
Окончание на стр. 82
64

химик
В выпуске:
Как сливать
растворы
Капли—
на воде
Сколько
жира
в молоке
Как сливать
растворы
Что нужно сделать для того, чтобы
два растворенных вещества между собой
прореагировали? Разумеется, слить
растворы вместе. Но иногда бывает так, что
результат реакции зависит от того, какой
раствор к какому приливать, какой
раствор брать в избытке. В этом вы можете
убедиться, решив приведенные ниже
задачи.
ЗАДАЧА 1
Можно ли определить, в какой из
пробирок без надписей находится 10%-ный
раствор едкого натра,а в какой — 10%-ный
раствор хлорида цинка, если под руками
нет никаких дополнительных реактивов
или индикаторов?
ЗАДАЧА 2
Два школьника получили задание —
проверить полноту осаждения хлорида
серебра. Им выдали образцы,
представляющие собой растворы с осадками
хлорида серебра, а также раствор соляной
кислоты. Первый школьник решил, что
осаждение полное; по мнению второго, к
раствору следовало добавить еще
некоторое количество соляной кислоты. В чем
причина такого расхождения, если
известно, что образцы готовили одинаково —
заливая свежеполученный и тщательно
промытый в темноте осадок хлорида
серебра дистиллированной водой?
ЗАДАЧА 3
Два ученика исследовали
взаимодействие раствора сульфида калия с
раствором бихромата калия. Один из них пришел
к выводу, что при реакции образуется
осадок, нерастворимый в разбавленной
серной кислоте, но растворяющийся при
нагревании в концентрированной азотной
кислоте; другой же решил, что осадок
частично растворим и в разбавленной серной
кислоте. Как можно объяснить разные
результаты, если известно, что все
наблюдения правильны?
ЗАДАЧА 4
Имеет ли значение порядок сливания
растворов при получении кремниевой
кислоты из раствора ее натриевой соли
(силикатного клея) действием соляной
кислоты?
(Решения задач — на стр. 68, 69)
Капли —
на воде
и под
водой
В восьмом номере
«Химии и жизни» за прошлый год
в разделе «Клуб Юный химик»
мое внимание привлекла
заметка «Крепка ли граница?».
Само по себе явление
самостоятельной жизни капель на
поверхности жидкости я
наблюдал не раз. Меня смутило
только то, что, согласно этой
заметке, на поверхности
воды капли не образуются. А все
явления, описанные в заметке,
я наблюдал именно на водной
поверхности!
Однако потом я понял,
что автор заметки имел в виду
совершенно чистую воду, а
даже на поверхности
водопроводной воды иногда мож-
*лу * "*
3 «Химия и жизнь» № 2
65

но наблюдать долгоживущие
капли. Поэтому я решил
сознательно добавлять в воду
вещество, образующее на
поверхности воды плотную
пленку. В качестве такого вещества
я с успехом использовал
шампунь «Селена» (по-видимому,
для этой цели годится и любой
другой шампунь).
Для получения капель я
собрал небольшой прибор
(рис. 1), состоящий из кругло-
донной колбы, резиновой
пробки с двумя отверстиями
Схема прибора для
получения капель,
плавающих на
поверхности воды и под
водой. Размеры —
в миллиметрах; указаны
внутренние диаметры
трубок
М,?
и двух стеклянных трубок,
изготовленных из стеклянных
рейсфедеров. Налив в колбу
воды, к которой добавлено
немного шампуня (примерно
1/8 колпачка), я закрыл колбу
пробкой и перевернул ее так,
чтобы жидкость вначале
попала в трубку с оттянутым
кончиком. Из этой трубки потекла
тонкая струйка,
распадающаяся на капли. Поднеся прибор
ближе к поверхности воды
(это был таз, наполненный
водопроводной водой), я
получил то, что нужно.
Среднее время жизни
капель, образующихся на
поверхности воды, составляет
2—3 с, но если рядом
постоянно образуются новые капли,
сливающиеся с первой, то она,
постепенно укрупняясь,
достигает размера средней
виноградины, сплющенной сверху,
и тогда живет до 20 с. При этом
на поверхности почти каждой
капли заметна пленка,
переливающаяся всеми цветами
радуги.
Наилучшие результаты
получились тогда, когда в
тазу была вода, еще не
содержащая шампуня, то есть в
самом начале опыта. Но когда
в тазу находился тот же
раствор, что и в колбе, можно
было видеть явление,
описанное в заметке: содержимое
капель переходило в раствор
порциями, как бы пульсируя.
Но самое интересное и
неожиданное явление, не
отмеченное в журнале,
произошло минуту спустя, когда часть
жидкости вытекла из колбы.
Вместо того, чтобы плавно,
как и прежде, литься из трубки
с оттянутым кончиком, вода
стала рывками вытекать из
широкой трубки, и под ней
стали возникать подводные
капли, на поверхности которых
тоже была видна
переливающаяся радужная пленка
(рис. 2); иногда таких капель
получалось по нескольку штук
(чтобы они не лопались от
удара о дно, нужно брать сосуд
глубиной не менее 8 см).
Последующими
экспериментами я установил, что
для получения таких
подводных капель можно
пользоваться и прибором, у которого
сквозь пробку пропущена
только одна широкая трубка; такой
прибор надо сначала слегка
наклонить, а потом вернуть
в прежнее, почти
вертикальное положение — тогда
жидкость из него тоже станет
вытекать. Можно пользоваться
Способ получения
подводных капель
66
Кпуб Юиый химик

даже обыкновенной пипеткой,
нажимая на нее сначала слабо,
а потом чуть сильнее, но так,
чтобы струйка жидкости не
разрывалась. Но последний
способ имеет два недостатка:
во-первых, образующиеся
капли оказываются
недолговечными (живут всего 10—15 с),
и поэтому с ними почти
невозможно вести дальнейшие
эксперименты; во-вторых,
получать подводные капли таким
способом вообще
чрезвычайно трудно.
Подводные капли
получаются лучше всего, когда ось
прибора составляет с
поверхностью воды угол 70—80 ,'
когда трубка расположена
вертикально, капли не получаются
вообще. По-видимому, в этом
случае сила удара струйки
раствора о поверхность воды
оказывается слишком
большой. Как выглядят все эти
явления, показано на
рисунке 3.
Теперь о неко торы х
свойствах подводных капель.
Они имеют размеры от одного
до десяти миллиметров.
Среднее время жизни — от 1,5 до
2 минут. Иногда, но крайне
редко, два шарика сливаются
в один. Иногда, но также
редко, подводные капли
выскакивают на поверхность и живут
(уже в виде поверхностных
капель) еще 1—2 с. Это очень
интересное зрелище: на
поверхности воды появляется
небольшой горбик (рис. 4); когда
капли лопаются под водой,
наверх всплывает обычный,
но крохотный пузырек воздуха.
Все эти наблюдения,
а также тот факт, что
подводные капли легче воды,
свидетельствуют о том, что между
каплей раствора и
окружающей ее водой есть тонкая
воздушная прослойка. Когда эта
прослойка толстая, то шарик
стремится всплыть сильнее
и разрывает поверхностную
пленку, превращаясь в
надводную каплю; когда же
прослойка тонкая, подводная
капля живет долго.
Чтобы подводные
капли не всплывали, я добавил
Подводные капли
образуются, когда трубка
составляет с поверхностью
воды угол 70—80°{вверху);
если трубка расположена
вертикально (внизу), то
подводные капли не
образуются
в колбу с раствором
шампуня две чайные ложки сахару,
а чтобы капли к тому же не
ложились совсем на дно,
покрыл дно сосуда раствором
сахара, добавляя его
осторожно через стеклянную
трубочку. При такой постановке
опыта подводные капли вначале
висели между дном и
поверхностью воды, а потом
всплывали, однако не все:
некоторые из них приподнимались,
хотя и не до самой
поверхности. Значит, через
воздушную оболочку пузырей все же
возможен обмен веществом:
либо из подводной капли в
окружающую среду выходила
вода, либо растворенный
сахар, либо и то и другое
одновременно. Продолжительность
жизни «сладких» подводных
капель заметно больше, чем
обычных,— в среднем они
живут по 5 минут, но встречаются
и долгожители,
сохраняющиеся по 7 минут.
Явления, наблюдаемые
при всплываннн подводных
капель (слева направо)
В заключение расскажу
об опытах, которые я только
собираюсь сделать. Во-первых,
я хочу пускать легкие (без
примеси сахара) капли в
раствор сахара, чтобы иметь
возможность чаще наблюдать
выскакивание на поверхность
подводных капель. Во-вторых,
я хочу пускать окрашенные
капли в неокрашенный
раствор, чтобы посмотреть,
как — сверху или снизу —
разрывается воздушная оболочка
подводной капли.
Хотелось бы узнать:
какие силы удерживают воздух
между двумя водными
поверхностями? И было ли вообще
что-либо известно о
существовании подводных капель?
В. ГАВРИЛОВ,
учащийся второго курса
Белгород-Днестровского
медучилища
От редакции. Описание опыта,
аналогичного опытам В. Гаври-
лова, было опубликовано в
«Химии и жизни» в 1966 году
(№ 11, с. 12); его автор,
кандидат химических наук
Б. С. Павлов-Веревкин,
наблюдал образование «мыльных
антипузырей» (так он назвал
это явление) при фильтровании
растворов, содержащих
поверхностно-активные вещества
(такие вещества входят и в
состав шампуней), и дал этому
явлению научное объяснение.
Од н а ко оп ыты В. Г а вр ил ов а
более подробны и позволяют
узнать много нового о
рождении, жизни и гибели «мыльных
антипузырей».
Ребят, которые
продолжат эти опыты, просим
сообщить редакции о своих
наблюдениях.
Клуб Юны i химик
3*
67

Сколько
жира
в молоке
Молоко — это эмульсия,
взвесь крошечных частичек
жира в водном растворе
молочного сахара, солей и белка
казеина; именно белок
придает устойчивость жироводяной
эмульсии, так как он, адсорби-
руясь на поверхности частичек
жира, препятствует их
слипанию. Питательная ценность
всех этих компонентов
различна, но обычно молоко
оценивается по содержанию жира:
ведь чем больше в молоке
жира, тем больше из него
можно получить сливок, сметаны,
масла. Вместе с тем, чем
больше жира в молоке и молочных
продуктах, тем с большей
осторожностью их надо потреблять
людям, склонным к полноте
или страдающим другими
нарушениями обмена веществ.
Жирность молока и
молочных продуктов, которые
продаются в магазинах,
указана на упаковках. А если
продукт куплен на рынке или
получен дома, в подсобном
хозяйстве? Можно ли самому
узнать его жирность?
Обычно жирность
молока определяют с помощью
несложного приборчика,
называемого ла кто
денсиметром,— длинного стеклянного
поплавка с нанесенными по
вертикали делениями.
Плотность молока, как правило, тем
ниже, чем больше его
жирность (в среднем она равна
1,029 г/см ); если в молоко
опустить лактоденсиметр, то
глубина, на которую он
погрузится, будет зависеть от
плотности жидкости в полном
соответствии с законом
Архимеда. А как быть, если нужно
определить жирность молока,
не имея под руками такого
прибора, или определить
жирность густой сметаны, когда
лактоденсиметр вообще
бесполезен?
В этом случае нам
поможет весовой анализ,
который позволяет узнавать,
сколько граммов жира
содержится в 100 г того или иного
продукта, то есть его
процентную концентрацию, как раз и
называемую жирностью.
Чтобы сделать весовой
анализ, нужны, конечно, весы,
позволяющие взвешивать с
точностью до 0,01 г; для этой
цели можно воспользоваться,
например, самодельными
весами, описанными в «Химии
и жизни» A974, № 3, с. 107).
Из оборудования еще
потребуются: пробирка с
притертой пробкой, объемом около
50 мл (или любой узкий и
высокий флакончик примерно
такого же объема, с
полиэтиленовой пробкой), пипетка с
резиновой грушей, химический
стаканчик из тонкого стекла
и воронка с неплотным
бумажным фильтром. А из
реактивов понадобится какой-либо
органический растворитель,
не смешивающийся с водой:
бензин, керосин,
растворитель № 647.
Анализ делается так.
В пробирку налейте 10 мл
молока и примерно столько же
органического растворителя.
Чтобы извлечь жир из молока,
пробирку (или заменяющий ее
флакончик) энергично
встряхивайте около трех минут, время
от времени осторожно
приоткрывая пробку и позволяя
выйти наружу образовавшимся
парам растворителя. После
этого смеси надо дать
отстояться около часа.
Пока жидкость
отстаивается, взвесьте с возможно
большей точностью сухой и
чистый стаканчик; пусть его
масса будет Pi г. Когда
жидкость в сосуде расслоится,
удалите пипеткой нижний,
водный слой и профильтруйте
в стаканчик полученный
экстракт; фильтр промойте 2—
3 раза небольшим
количеством B—3 мл) того же
растворителя, который
использовался для экстракции, собирая
фильтрат в тот же стаканчик.
Теперь экстракт нужно
упарить. Эта операция требует
МАКСИМАЛЬНОЙ
ОСТОРОЖНОСТИ, так как растворители
горючи и их парами вредно
дышать. Поэтому экстракт
следует упаривать на кипящей
водяной бане, нагреваемой
кипятильником с закрытой
спиралью, поместив прибор в
вытяжной шкаф; нигде
поблизости не должно быть
открытого огня.
После того как весь
растворитель испарился,
стаканчик надо обтереть снаружи
насухо и взвесить во второй
раз; пусть его масса на этот
раз будет равна Рг г. Тогда,
учитывая, что плотность
молока близка к единице,
вычисляем жирность молока по
формуле:
Ж (%) = (Р2—Р,) . Ю.
В среднем жирность
молока близка 3,5%; молоко
пониженной жирности
содержит около 2,5% жира, а
обезжиренное молоко — около
1,5%. Аналогично можно
определять жирность и других
молочных продуктов — сливок,
сметаны.
Н. КОСТЫРЯ
ЗАДАЧА 1
|См. стр. 65) Перенумеруем пробирки
произвольным образом (например, на одной
напишем № 1, а на другой № 2) и из одной из
них (например, № 1) добавим в другую
(№ 2) несколько капель раствора. Если при
этом после легкого перемешивания
появится устойчивый студенистый осадок, то это
значит, что в пробирке № 1 находится
щелочь, а в пробирке № 2 — хлорид цинка,
так как произошла реакция:
ZnCI2 + 2NaOH = Zn(OHJ|+ 2NaCI.
68

Если же появившийся вначале осадок затем
растворился, то из этого можно сделать
вывод, что в пробирке № 2 содержится
щелочь, избыток которой растворил
первоначально образовавшийся гидроксид
цинка:
Zn(OHJ + 2NaOH = Na2[Zn(OHL].
ЗАДАЧА 2
Хлорид серебра слабо, но
растворим в дистиллированной воде в
соответствии с его произведением растворимости:
nPAgci=[Ag+][C!-] = 1.8- 10-10. При этом
в растворе содержатся равные
количества ионов серебра и хлора, по 1,34-
• 10-5 г-ион/л.
Добавление к такому насыщенному
раствору электролита, содержащего
общий ион с растворенным веществом
(например, HCI), приводит к тому, что
произведение растворимости превышается и
часть серебра выпадает в осадок в виде
хлорида. Но если насыщенный раствор
хлорида серебра добавлять к соляной кислоте,
то из-за избытка последней произойдет
реакция:
AgCI+HCI=H+[AgCI2]~.
Получившийся комплекс растворим
гораздо лучше, чем AgCI, и осадок в этом случае
не выпадет.
Следовательно, оба школьника правы:
их мнения разошлись только потому, что
они в разном порядке смешивали
реагенты. Впрочем, если совершенно строго
трактовать условия задачи, то больше прав
второй школьник — ведь добавляя
соляную кислоту, из раствора над осадком
можно «выжать» еще немного серебра, то
есть сделать осаждение более полным.
ЗАДАЧА 3
Чтобы все стало ясным, достаточно
составить уравнение этой окислительно-
восстановительной реакции:
K2Cr207+3K2S+7H20=2Cr(OHK+3S|+8KOH.
Если добавлять бихромат к сульфиду,
то образующийся гидроксид хрома тут
же растворится, прореагировав с другим
продуктом реакции, с КОН (раствор
сульфида калия тоже имеет щелочную
реакцию):
Сг(ОНK+ ЗКОН = К3[Сг(ОНN].
В осадке останется сера, которая не
растворяется в разбавленной серной кислоте,
но при нагревании реагирует с
концентрированной азотной кислотой:
S+6HN03=6N02t +H2S04 + 2H20.
Если же приливать раствор сульфида
к раствору бихромата, то следует учиты-
^мгч
вать, что раствор бихромата имеет кислую
реакцию:
Сг20?~ + ЗН20 ^± 2СЮ2-+2Н30+.
В результате в избытке бихромата процесс
пойдет иначе:
5K2Cr207+3K2S+3H20=2Cr(OHK|+3s|+
+8К2СЮ4.
Образовавшийся осадок частично
растворится в разбавленной серной кислоте:
2Сг(ОНK+3H2S04 =Cr2(S04K +6H20.
ЗАДАЧА 4
На первый взгляд, порядок
смешивания растворов в данном случае не должен
иметь никакого значения, поскольку
кремниевая кислота в воде
нерастворима и не образует с HCI растворимых
комплексов. То есть кажется, что всегда
должен получиться осадок:
Na2Si03+2Ha = H2Sl03|+2NaCI.
Однако так случится только тогда,
когда к раствору силиката добавлено
несколько капель HCI: раствор сразу же как
бы застынет с образованием геля —
объемистого осадка НгБЮз, удерживающего
огромное количество воды.
Но если немного силиката натрия
прилить при перемешивании тонкой
струйкой к соляной кислоте, то осадок не
образуется, так как в этом случае получится
коллоидный раствор. Частицы коллоида,
каждая из которых содержит большое
число молекул НгБЮз, несут одинаковый
электрический заряд и поэтому не
слипаются друг с другом. Но если концентрация
таких частиц (их называют мицеллами)
велика, они все же слипнутся друг с
другом; поэтому если к кислоте продолжать
добавлять силикат, то осадок образуется.
Итак, во всех четырех случаях
порядок смешивания реагентов оказался очень
важным, хотя и по разным причинам.
В первом случае следовало
учитывать амфотерность вещества (его
способность взаимодействовать как с кислотами,
так и со щелочами); во втором случае —
влияние общего иона и образование
комплексного соединения; в третьем случае —
различную кислотность растворов; в
четвертом случае — возможность
образования коллоидного раствора, внешне
неотличимого от истинного.
Разумеется, этими примерами не
исчерпываются все случаи, когда порядок
см ешени я реагентов может сказаться на
результате реакции. Вероятно, другие
примеры могут вспомнить и сами юные
химики.
Кандидат химических наук
В. В. ЗАГОРСКИЙ
69

Архив
Некоторые
обобщения
теории
валентности
М. А. ИЛЬИНСКИЙ
Так случалось не раз: исследователь
обнаруживает, что установленные им факты
не подчиняются привычной теории,— и
изобретает новую. Это редко остается
безнаказанным. Тем реже, чем неожиданней
оказывается его идея.
Почетный академик М. А. Ильинский
(его воспоминания см. в № 6 за 1982 год)
впервые встретился с этой закономерностью
в 1888 году, когда попытался опубликовать
гипотезу, объяснявшую свойства нитро-
зонафтолов — красителей, с которыми он
сталкивался в своей производственной
деятельности. Теория была исключительно
смелой. Особенности поведения вещества,
реагирующего то как нитрозонафтол,
О—Н
то как хиноноксим,
объяснялись способностью атома водорода
связываться не только с одним, но и с двумя
атомами-партнерами.
Само по себе такое утверждение,
предрекающее существование водородной
связи (а она в этом соединении
действительно есть), было для XIX века достаточно
еретическим. Но Ильинский им не
ограничился, а пустился в анализ возможных
причин такой «делимости химического
тяготения». И пришел к выводу — ни много,
ни мало — о сложности строения атомов.
Он не был первым, кто усомнился в
неделимости атома. Об этом говорили
и А. М. Бутлеров, и У. Крукс. Но даже
эти крупнейшие ученые не связывали
свои гипотезы с валентностью элементов,
не проводили аналогии между связью,
соединяющей составные части атомов,
и связью химической. Термин «обменное
взаимодействие», фиксирующий сходство
внутриядерных и межатомных сил, появился
в недрах теоретической физики лишь
полвека спустя.
Эта история интересна не только
числом десятилетий, на которые
проницательный химик сумел заглянуть в будущее.
Примечателен и срок, который ему
потребовался, чтобы опубликовать свои идеи,
— 37 (тридцать семь) лет. Да и то в форме
не статьи, а краткого доклада на
Менделеевском съезде 1925 года. Переписка
Ильинского с редакторами научных журналов,
публикуемая ниже, проходит три типичные
фазы: «этого не может быть» (Н. А. Меншут-
кин, 1895 год), «похоже на правду, но не
совсем доказано» (И. Ф. Браун, 1914) и,
наконец, «это представляет лишь
исторический интерес» (С. С. Наметкин, 1925).
Прежде чем обижаться на почтенных
ученых, отвергавших работу Ильинского,
критиковавших ее и урезавших в объеме,
стоит войти в их положение. Нельзя не
признать: статья была написана нелегким
слогом, изрядно перегружена придаточными
предложениями и «ходами в сторону».
Добраться до сути дела, до окончательных,
во многом пророческих выводов было в ней
не так просто. В этом причина и того, что
ниже предлагается лишь существенно
сокращенный вариант сообщения об
открытии, сильно опередившем свою эпоху. Он
подготовлен на основе текста,
опубликованного в книге «Жизнь, труды и
изобретения» (Издательство АН СССР, 1938).
Боязнь, что высказываемые взгляды
в будущем окажутся неправильными,
не должна удерживать от свободного
высказывания того, что считаешь правильным
Виктор МЕЙ ЕР
По новейшим химико-философским
воззрениям, химическое сродство
представляет собой некоторый особый род
кинетической энергии, а химические
элементы произошли путем
последовательного сгущения одной и той же материи.
Я упомяну здесь лишь открытый Баеркнес-
сом математически и позднее
экспериментально обоснованный закон о том, что
шары, которые двигаются в несжимаемой
70

жидкости и одновременно находятся в
колебательном состоянии, должны
показывать явления притяжения и отталкивания.
В пользу гипотезы о сложности
природы химических элементов недавно
высказался также В. Мейер («Проблемы
атомистики»). Если, однако, предположить,
что химическая энергия является только
особым родом кинетической, то такие
явления, как химическое сродство в
теперешнем, более узком смысле, с одной
стороны, и растворение, сжатие, расширение,
образование кристаллов — с другой,
нельзя будет больше строго подразделять друг
от друга.
При нашем расширении учения о
валентности все эти явления могут
рассматриваться с единой точки зрения.
Единица валентности п может, понятно,
представлять собою относительно очень
большое число. Если теперь представить себе,
что, кроме главных равнодействующих
(п, 2п, Зп, 4п и т. д.), все атомы в
молекуле проявляют взаимное притяжение, хотя
бы и вторичного порядка, то мы получим
картину, которая может близко походить
на действительность. Взаимная
группировка и величина вторичных,
относительно небольших сил, постоянно
подверженных определенным колебаниям под
влиянием температуры, давления и возможной
близости другого вещества, проявляются
как расширение, сжатие и т. д., вызывая
даже такие химические различия, как,
например, различный характер гидроксиль-
ных групп в алкоголе и феноле, одним
словом, все то, что обусловливает
непонятные явления, которые в настоящее
время обычно называют химическим
влиянием.
Валентности химического сродства
в момент распада соответствующей
молекулы между собой абсолютно равны, т. е.
совершенно свободны от сопутствующих
влияний остальных, побочных центров
притяжения. Пример тому — процесс
электролитической диссоциации, когда
ионы должны стать между собой
абсолютно равными. Для лучшего понимания
сказанного приведем здесь сравнение.
Представим себе узел, у которого
одинаково крепкие нити между собою
сильно перепутаны. Взаимное расположение
соответствующих нитей, большее или
меньшее переплетение направлений
отдельных нитей должны, конечно, иметь
очень большое значение для устойчивости
всего целого. Но чтобы разорвать одну
отдельную нить в любой части данного
узла, необходима будет повсюду одна и та
же сила, соответствующая сопротивлению
на разрыв данной нити.
Полученные путем изучения
химических процессов заключения о характере
взаимного расположения связей
валентностей должны соответственно этому
рассматриваться лишь как главные
равнодействующие силы единиц химического
сродства и не могут иметь какого-либо
особого значения или даже абсолютной
ценности.
Но как относится гипотеза монизма
химических элементов к предлагаемому
расширению учения о валентности? Если
даже аргументы Праута в пользу сложности
элементов и отпали с точным
определением атомных весов, то, с другой стороны,
в факте, что валентности химического
сродства всех элементов абсолютно
одинаково проявляются при электролизе, мы
имеем указание на то, что элементы
должны происходить от одной и той же
первичной материи. То обстоятельство, что до
сих пор не удалось разложить элементы,
не может рассматриваться как
доказательство элементарной природы последних.
Н. Бекетов обращает внимание на то,
что запас энергии наших элементов
должен быть очень большим. Первичная
материя, сгущением которой они могли
образоваться, должна была находиться в
таком динамическом состоянии, что для
расщепления элементарных атомов
необходимо было бы применить физические силы
такой интенсивности, какая кажется едва
ли достижимой. Что атомные веса не
представляют собой целых кратких чисел
атомного веса водорода, не может
служить доказательством того, что элементы
не разложимы. Если, например,
предположить, что водород сам состоит из m
элементарных групп или атомов, причем число
m может быть относительно велико, то
атомные веса элементов будут
представлять собою целое кратное по отношению
к весу гипотетической группы или
элемента.
Раз гипотеза происхождения всех
элементов от одной и той же первичной
материи принята хотя бы в принципе,
мы теперь попытаемся с помощью
аналогии перенести на так называемые
элементы явления валентности, наблюдаемые на
радикалах, сложность которых доказана.
Почти незыблемый факт взаимной связи
атомов одного и того же элемента путем
самонасыщения позволяет предполагать
такое самонасыщение валентности
химического сродства и внутри отдельного
атома.
Насыщенный сложный радикал под
влиянием реагирующего вещества может
быть переведен в ненасыщенное
соединение, другими словами, может изменять
свою валентность. Так не могут ли
валентности химического сродства взаимно
насыщаться внутри самого атома?
Если рассматривать силу химического
сродства как сложную функцию
внутриатомной и внутримолекулярной энергии
взаимодействующих веществ, то не
выдерживает больше критики подразделение
освобождающихся in statu nascendi (в
момент выделения) радикалов на устойчивые
и неустойчивые только в связи с тем,
удалось изолировать в свободном состоя-
71

нии при данных условиях опыта
соответствующие остатки или нет.
При очень низких температурах
внутренняя кинетическая энергия вещества,
сообразно этому и его химическая энергия,
очень малы или равны нулю.
При определенном повышении
температуры повышается также и потенциальное
проявление наружу валентностей
химического сродства, вещество приобретает
способность вступать в определенные
соединения.
Если температуру повысить еще
дальше, то величина внутримолекулярного
притяжения в случае сложных соединений
или внутриатомного при так называемых
элементах опять увеличивается,
образовавшиеся комплексы подвергаются теперь
разложению, сначала на определенные
менее сложные составные части, наконец,
на самые элементы. По аналогии
необходимо теперь предположить, что и
элементы со своей стороны могли бы быть
разложены, если бы мы обладали
средствами повышать температуру еще более.
Провести грань между определенно
признанными таковыми сложными
радикалами и так называемыми элементами
невозможно, и все известное о природе
комплексных радикалов можно по
аналогии перенести также на самые элементы
с помощью предложенного расширения
учения о валентности.
Существование элементов, которые
уже при обыкновенной температуре
известны в атомной форме, не
представляет собой после сказанного ничего
особенного и лишь подкрепляет
возможность внутреннего самонасыщения единиц
валентности отдельного атома. Даже в
случае сложных органических соединений
можно констатировать совершенно
аналогичные явления. Так, более высокую
температуру лучше переносят те
органические молекулы, которые содержат
двойную или даже тройную связь углеродных
атомов и, следовательно, имеют
уменьшенную валентность, направленную
наружу. При красном калении этан
распадается на этилен и водород. Этилен — на
ацетилен и водород. Приведем еще пример
образования ароматических
углеводородов при сухой перегонке каменного угля
и разложение паров бензола при
пропускании их через накаленные трубки с
образованием ацетилена.
Предположение о сложности
теперешних элементов в ев язи с
предложенными расширениями учения о валентности
дает нам указания, почему как раз
водород является п-валентным, кислород 2п-,
азот 2п-, Зп- и 5п-валентным и т. д. Это
отношение зависит, вероятно,
исключительно от природы и числа радикалов, которые
составляют комплекс данного элемента.
Число этих радикалов, вероятно, не может
быть очень большим, и различный
характер наших элементов больше зависит от
изомерии и различных группировок этих
радикалов.
На основании предложенного здесь
расширения учения о валентности можно
предвидеть новые, еще неизвестные
факты. Среди них — возможность получить
те сложные радикалы, которые согласно
современным теориям не должны быть
способны к самостоятельному
существованию, а также изучать радикалы, из
которых состоят теперешние атомы.
В заключение я не могу не
заметить, что предположение о сложности
природы элементов, на котором зиждется
симпатичное нашему разуму понятие о
единстве материи и силы, является
значительно менее гипотетическим, чем
современный взгляд на существование
большого числа неделимых атомов, которые
должны быть различны не только по роду
своего построения, но также и по роду
материи. Строгое проведение принципа
абсолютной валентности может в
настоящий момент скорее тормозить
дальнейшее развитие нашей науки, чем
способствовать ему.
Переписка М. Л. Ильинского
с редакторами научных журналов
М. А. ИЛЬИНСКОМУ
Берлин, 17 января 1888 г.
Многоуважаемый господин!
Настоящим имею честь почтительнейше сообщить Вам, что Ваше сообщение:
«Новый взгляд на так называемую таутомерию на основе некоторых расширений теории
валентности», согласно мнению публикационной комиссии, не подходит для принятия
в «Berichte».
Рукопись Вашего сообщения пересылаю Вам при сем обратно.
С почтением ф. ТИМАНН, редактор
72

М. А. ИЛЬИНСКОМУ
СПб. 16 апреля 1895 г..
Многоуважаемый Михаил Александрович!
За совершенным отсутствием времени (я приехал из деревни 9 апреля) я
передал Вашу статью Коновалову, который и сделал о ней краткий доклад в заседании
13 апреля. Относительно печатания ее целиком я нахожусь несколько в сомнении и
передал этот вопрос на обсуждение нашего бюро.
Лично я не разделяю ни Ваших взглядов, ни взглядов Н. Н. Бекетова, на которого
Вы ссылаетесь. Незыблемая основа химии — закон соединения по весу эквивалентов
между собою (откуда с большим или меньшим логическим и химическим правом
выведены все принимаемые теперь следствия), отнесенных к величине соединяющейся
с другими элементами массы водорода. Это наименьшая масса между всеми
элементами. Как можно эту наименьшую массу еще делить на половинки, как это делали Вы,
или на четвертинки или осьминки, как это делает Бекетов, для меня химически
совершенно непонятно, а рассуждая логически,— делить наименьшее из известных
количеств есть абсурд. Свою теорию Вы спасаете ценою принятия, шутка сказать, сложности
элементов, т. е. вступив в такую область, куда опыт проникнуть не может; кто же станет
довольствоваться умозрениями? Вот если бы Вы открыли для Ваших теорий элемент
с половинным атомным весом противу водорода, тогда и мы согласимся с необходимостью
тех нововведений, о которых Вы хлопочете, пока же в них сказывается только одно
мечтание.
23 апреля я еду в Москву и пробуду более месяца.
Прошу принять уверения в совершенном почтении.
Н. МЕНШУТНИИ
Проф. К А. МЕНШУТКИНУ
Москва, 19 сентября 1895 г.
Многоуважаемый Николай Александрович!
Во время Вашего весеннего пребывания в Москве мне, к сожалению, не удалось
еще раз повидаться там с Вами, свозить к нам в Соболеве и показать красильное и
химическое отделение фабрики т-ва Л. Рабенек. В Княжьем Дворе* я был, впрочем,
два раза, но, по неблагоприятному для меня стечению обстоятельств, оба раза тогда
Вы были в Петербурге. Таким образом, к большому для меня сожалению, мне не
удалось тогда побеседовать с Вами лично и приходится теперь поневоле обратиться
к письменному объяснению. Вы великодушно извините меня, если я не соглашусь с
Вами в том, что предлагаемое мною обобщение логически не мыслимо, так как нельзя
делить наименьшую, пока неизвестна еще меньшая величина. Но ведь я и не делю нигде
эквивалента водорода, не утверждаю, что водород способен входить в какое-либо
соединение половиною своего эквивалента. Водород, конечно, как и всякий
многоатомный по теперешним понятиям элемент, до тех пор представляет собой химически
неделимое понятие, пока не будет найдено условий разложения его атома на дальнейшие
химические единицы. Но как атом, положим, кальция может одновременно тяготеть
к двум химическим радикалам, так и за атомом всякого одноатомного, по теперешним
понятиям, элемента нельзя логически отрицать способность подобного деления
силы химического тяготения. Подобное представление с неделимостью эквивалента
ничего общего не имеет.
Предварительное открытие элемента с половинным атомным весом противу
водорода для логического обоснования моей теории совершенно не нужно, скажу
более, если б когда-нибудь был найден подобный элемент, и то по отношению к этому
последнему следовало бы, по-моему, признать такую же способность дальнейшего
деления химического тяготения.
Гипотетический характер предлагаемого мною обобщения не может сам по
себе служить препятствием к опубликованию. Ведь и гипотеза о сложности химического
элемента разрабатывалась и разрабатывается по сие время заправскими учеными,
несмотря на недостаточность обусловливающих фактических данных. В данном
случае мое обобщение и гипотеза о сложности элементов только взаимно дополняют
и объясняют друг друга, не представляя, конечно, какой-либо взаимной доказательности.
Стало быть, ссылка на гипотезу о сложности химических элементов представляет
у меня только одно из звеньев в ряду моих положений.
Еще в бытность мою в Петербурге весной 1894 г. я в личной беседе с Вами, говоря
о намерении моем опубликовать мои воззрения на теорию атомности, просил Вас
быть настолько любезным просмотреть предварительно мою статью, так как я, человек,
стоящий по своей специальности в стороне от чисто научной теоретической деятель-
Тостиница в Москве. — Ред.
73

ности, могу опасаться, что в статью мою легко может вкрасться что-либо прямо
противоречащее фактическим данным науки, в особенности в области новейшей физической
химии.
За всякое подобное Ваше или другого члена комиссии указание я буду искренне
благодарен и еще раз убедительно прошу Вас не отказать мне в откровенной критике
моей статьи с фактической стороны. Что касается Вашего сообщения (в письме от
16 апреля с. г.), что Вы находитесь несколько в сомнении, найдете ли возможным
напечатать мою статью целиком, то мне кажется, что содержание последней таково,
что трудно выкинуть из нее что-либо, не нарушая общего характера и доказательности
обобщения. Другое дело относительно, может быть, желаемого смягчения некоторых
выражений. Прошу Вас убедительно не отказать мне сообщить хотя бы пару слов о
теперешнем положении вопроса касательно печатания моего сообщения с указанием на
желательные со стороны комиссии изменения.
Прося Вас великодушно извинить меня за причиняемое Вам беспокойство,
остаюсь с совершенным почтением.
Ваш покорный слуга М. ИЛЬИНСКИЙ.
М. А. ИЛЬИНСКОМУ
СПб. 26 сентября 95 г.
Многоуважаемый Михаил Александрович!
Приступаю прямо к делу.
Разъяснения, которые Вы даете в Вашем письме, никак не могут убедить меня в
правильности Ваших воззрений. Вместо обычного термина, всем известного, соединение,
Вы употребляете никому неизвестный, а потому не имеющий определения термин
тяготение, а потому и допускаете, что водород может соединиться лишь с одним
одновалентным атомом, но тяготеть может к двум таким атомам. Не могу не повторить,
что тут, как я и прежде писал, и химическая, и логическая ошибка. Научное обсуждение
становится невозможным, раз мы будем вводить новые термины, которым будем
давать произвольные определения.
Ваше сообщение я считаю неудобным для печатания в журнале и передал проф.
Коновалову для представления в бюро Общества. Относительно печатания Д. П.
Коновалов одного мнения со мною.
Примите уверение в совершенном уважении.
Н. МЕНШУТКИН
М. А. ИЛЬИНСКОМУ
Бреславль, 14 июня 1914 г.
Глубоко уважаемый г. доктор!
Прошу извинения за то, что я отвечаю лишь сегодня на Ваши любезные строки,
за которые я Вам весьма благодарен. Ваш манускрипт я уже давно не имел в руках и
хотел использовать сегодняшнее воскресенье для того, чтобы точно вработаться в ход
Ваших мыслей.
Я твердо убежден, что Ваши взгляды в основном совершенно верны, я иду даже
так далеко, что утверждаю: каждый из сколько-нибудь глубоко мыслящих химиков
бессознательно был бы приведен к аналогичным воззрениям. Это убеждение
укрепилось во мне благодаря случайным разговорам с дружественными и знакомыми коллегами
по специальности, а также благодаря появившимся в печати сообщениям (ср., напр.,
Аншютц., Ztschr. f. Elektrochemie, т. 10, стр. 580). Но, с другой стороны, я придерживаюсь
того взгляда, что развитые до настоящего времени гипотезы о делимости валентности
слишком неопределенны и расплывчаты для создания систематики, которая позволяла
бы рассматривать превращения и классы веществ таким же наглядным образом, как
и более простое учение о неделимой валентности. Конечно, в данный момент нельзя
утверждать, что внезапно не явится гениальный систематизатор, которому удалось бы.
решение этой задачи. Но пока это не случилось, по моему мнению, следует
воспользоваться расширенным учением лишь там, где более простом учением никак нельзя
продвинуться дальше. Это я, например, сделал в своей недавно появившейся работе
(Berichte, 46, 3952), которая, что мне доставило особенное удовольствие, обратила на
себя Ваше внимание: мне действительно не оставалось никого другого средства, как
принять одновременную связь одновалентного элемента в двух местах молекулы.
Так как значение всякой теории заключается не только в ее применении к
систематике, но и в ее способности предсказывать новые факты, то мы можем
далее спорить, дает ли предположение о делимой валентности возможность ожидать
таких явлений, которые без этого предположения могут не наступить.
Я многократно думал об этом пункте и много раз брал в руки Ваш манускрипт,
чтобы на счастье испытать ту или иную деталь Ваших воззрений в смысле ее последователь-
74

ности; и я имел бы истинное удовольствие, если бы мог Вам сообщить, что то или
иное неожидавшееся превращение должно произойти в смысле Ваших воззрений.
Но я должен признать, что мое искание до сих пор было напрасно, и думаю, что причина
этого кроется в неопределенных и недостаточно резко очерченных основаниях
теории; также и Кауфманн, который в своей книге значительно более широко развил
аналогичные взгляды, не дальше ушел в этом отношении.
Это приводит меня обратно к основному пункту всего вопроса: имеют ли еще
значение в настоящее время Ваши взгляды, развитые 19 лет тому назад, или их уже
перегнали. Я думаю, что в отношении главных основных положений ни один из
исследователей, занимавшихся в новейшее время этими вопросами, не ушел существенно дальше,
чем Вы, и что Ваша статья поэтому имеет не только исторический интерес, но все еще
представляет собою уровень, над которым существенно еще не поднялись и который
поэтому следует надстраивать дальше.
Что это возможно и рано или поздно наступит, я убежден; я только того мнения, что
зто представит необычайно большие затруднения. Мысль доложить Ваши основные
взгляды в Дюссельдорфе я считаю очень удачной, потому что как раз в ближайший
год собрание обещает быть многолюдным. На случай, если бы Вы дали напечатать
свою статью, я бы в ней ничего не изменил, потому что она благодаря этому показалась
бы яснее. Только в примечаниях я внес бы поправки в отношении не совсем правильных в
свете новейших исследований данных.
К таковым я прежде всего причисляю:
1) Предположение о колебании атома водорода в таутомерных соединениях,
которое, согласно исследованиям Димрота, безусловно неверно.
2) Утверждение несуществования изомерных хиноидных форм, после того как
Вилльштеттеру как раз здесь удалось изолировать изомеры.
3) Неразлагаем ость элементов, которая в настоящее время не представляет собой
принципа, из которого не были бы известны исключения.
В заключение я сам не знаю, как просить у Вас извинения за такую пространную
болтовню. Я это попробую сделать так: во время Вашего доклада в Дюссельдорфе
обязуюсь выражать свое одобрение особенно громко.
С глубочайшим уважением и наилучшими пожеланиями
Ваш весьма преданный И. Ф. БРАУН.
М. А. ИЛЬИНСКОМУ
Ленинград
1925 г.
Глубокоуважаемый Михаил Александрович!
Редакция Ж. Р. X. О.* прислала мне на заключение Вашу статью «К вопросу о
дробных валентностях и свободных радикалах», так как по вопросу о напечатании ее
встретились некоторые сомнения ввиду ее исключительного историко-теоретического
характера.
Ознакомившись с содержанием Вашей работы, я пришел к заключению, что Вы
имеете полное право и основание восстановить историю этого вопроса и Ваше
персональное в нем участие. Я полагаю, что для истории вопроса о валентности Ваша работа могла
бы представить значительный интерес.
Однако, принимая во внимание размеры нашего журнала и те громадные
трудности, которые приходится преодолевать для напечатания работ русских химиков, я
считал бы необходимым значительно сократить Вашу статью и в первую очередь
выпустить из нее все те формулы, для напечатания которых редакция журнала не
располагает возможностями.
Некоторые необходимые сокращения я позволил себе наметить в Вашей статье,
но, к сожалению, их все еще недостаточно.
Препровождая Вам Вашу работу, я, по поручению редакции журнала, очень прошу
Вас переработать ее в указанном направлении и в возможно кратчайший срок
возвратить в редакцию на имя А. Е. Фаворского или его заместителя С. Н. Данилова
(Университет, химическая лаборатория, Ленинград), которые уже осведомлены мною о настоящей
нашей переписке.
Примите уверение в моем глубочайшем почтении к Вам и преданности
С. НАМЕТКИН
'Журнал Русского химического общества. — Ред.
75

Четыре дня
с Галилеем
В. ПОЛИЩУК ,
Есть люди, что, не имея сил
защищать истину, обманами с нею
воюют и тут не знают покоя, из
этого создавая себе искусство. Не
сумев отрицать вовсе, скажет он,
что лишь для упомянутых мною
краев справедливо сказанное. Для
иных, дескать, нет. И не
существует, мол, изменения целого, ибо
сколько в одном убавится, столько
прибавится в другом. Я же скажу:
с радостью буду повержен, на
востоке, на севере или на западе
повстречавшись с обратным.
ПЕТРАРКА. Письмо Гвидо Сетти
Судьба научных сочинений, слывущих
бессмертными, противоречива. Превращая
великие книги в символы веры, ученые
люди постоянно их поминают всуе, клянутся
ими, побивают друг друга в спорах
каноническим набором цитат, перешедших в
хрестоматии, но сами-то эти книги
перечитывают крайне редко.
Почетное место в списке
бессмертных занимают труды Галилео Галилея.
Галилей родился на свет в том же
году, что и Шекспир,— в 1564. Каждый
из этих двух людей своими сочинениями
перевернул мир, лишив цивилизованного
человека возможности мыслить «до-гали-
леевыми» или «до-шекспировыми»
категориями. Но сколь же различна участь
того, что они написали! Много ли найдется
среди знающих грамоте жителей нашей
планеты таких, кто ни разу не читал
Шекспира, не видел его пьес, на худой конец
их экранизаций? И с другой стороны, многие
ли среди людей не просто грамотных, а
ученых, нынешних коллег Галилея, тех,
чья профессия — физика, астрономия или
математика, многие ли среди них читали
«Звездный вестник» или «Диалог о двух
главнейших системах мира»?
Вопрос задан не для того, чтобы
уязвить гордость наших сверхзанятых
современников: причины, по которым
бессмертные книги пылятся на полках,
достаточно основательны.
Каждая эпоха говорит на своем языке.
Чтобы окунуться в среду таинственной,
инородной цивилизации, не обязательно
лететь на другую планету. Достаточно взять
в руки книгу, написанную здесь, на Земле,
три-четыре века назад. Неподготовленному
читателю она покажется невнятной, порой
нелепой — как растение, вырванное из
родной почвы, засушенное в гербарии. Если
же он попытается осилить ее с налета,
то вскоре почувствует себя инвалидом, не
способным самостоятельно передвигаться
по зыбкой почве чужой цивилизации.
При всей нашей гордости,
заставляющей смотреть на давние эпохи свысока,
даже те из нас, кто прошел все круги
высшего образования, как правило, люди
узкого ремесла. Свободно ориентируясь в
закутке, составляющем бесконечно малую
долю необъятного мира знаний, мы с
трудом налаживаем контакт с теми, кто
говорит не по-нашему. В частности, и с
мыслителями прошлого. Не потому ли многие
наши современники, даже не пытаясь
затевать эксперименты такого рода, доверчиво
76

строят свои суждения о великих
сочинениях на основе того, что пишут для них в
хрестоматиях и облегченных
комментариях?
В прошлом году исполнилось 350 лет
с тех пор, как во Флоренции, в типографии
почтенного издателя Батисты Ландини,
увидела свет книга Галилея «Диалог о двух
важнейших системах мира, птолемеевой
и коперниковой». Юбиляров-людей
чествуют речами, титулами, наградами. Но ведь
мы говорим о книге... Давайте же почтим
«Диалог» другим, наидостойнейшим
образом — прочтем его своими глазами.
В этом и состоит единственная цель
данного сочинения — убедить читателей,
что с великими книгами подобает
обходиться именно так.
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА
И ИСПОЛНИТЕЛЬ
Он был итальянцем из итальянцев.
Блестящий музыкант (злые языки
утверждали, что благосклонности власть
предержащих он иногда добивался вовсе не
ученостью, а игрой на лютне), непобедимый
в споре собеседник, равно владевший как
латинской и греческой элоквенцией, так
и трескучей тосканской скороговоркой;
мастер на все руки, искушенный и в
строительстве машин, и в шлифовке линз.
Происходил из рода почтенных
флорентийских патрициев — но большую часть жизни
провел в бедности, в долгах, потому что,
как подобает истинному итальянцу, держал
на своей шее немалую толпу родни.
Сестриц, требовавших пристойного приданого,
непутевого, но чванливого брата, склочную
матушку и, само собой, собственных детей.
Жениться законным порядком так и не
сумел: дорогая это затея — тут бы за сестер
приданое выплатить. Терпеливая его
подруга, помыкавшись с десяток лет на птичьих
правах, распрощалась с любимым
по-хорошему и вышла за другого. Двух дочек и
сына оставила отцу — он человек надежный.
Человеку дюжинному для заполнения
всего отпущенного ему срока жизни
хватило бы этих обыденных мучений, а Галилео
Галилей еще успел стать автором
бесчисленных сочинений, а также открытий,
сделанных как с помощью
собственноручно изготовленных инструментов, так и
по-простому, без специального
оборудования. Во второй половине XX века вышла
в свет книга «Великие эксперименты в
физике». Ее автор, английский физик Г. Лип-
сон, задался целью беспристрастно учесть
все гениальное, непредсказуемо
находчивое, что было сделано человеческими
руками в многообразных областях его
любимой науки с древности до нашего
времени. И — удивительное дело — немалая
часть этой книги оказалась посвященной
Галилео Галилею. Музыканту, спорщику,
фантазеру.
Принято считать, что в старые времена
человек успевал сделать куда меньше,
чем мы с вами. Мнение не совсем
справедливое. Современная жизнь устроена так,
чтобы каждый спешил и помимо своей воли
поспевал за единым, унифицированным
темпом коловращения нашего быта.
Можно ли утверждать, что зто способствует
максимальному раскрытию дарований
каждого?
В старину же водились счастливцы,
которым удавалось выбирать ритм жизни
сообразно наклонностям. Впрочем, как
раз Галилею даже в старости был присущ
темп феерический. Спал мало, работал
споро и жадно. Но, как настоящий,
уверенный в себе мастеровой, никогда не
спешил. Потому-то успел на этом свете
управиться и за себя, и за преждевременно
покинувших его друзей. И сделал их
главными действующими лицами своей главной
книги — Книги! — почитатели его гения
ждали этого труда долгие годы.
За 22 года до появления «Диалога»
Европу всколыхнула весть: Галилей —
тогда еще профессор Падуанского
университета — обнаружил, что на Луне есть горы,
что вокруг Юпитера вращаются четыре
ранее неизвестные звездочки, что
Млечный путь — это не сгусток земных
испарений, как тогда считалось, а скопище
множества звезд. Человечество разглядывало
небо тысячелетиями, а эти потрясающие
открытия были сделаны в течение одного-
единственного месяца с помощью нового
инструмента, не имевшего еще даже
привычного дня нас названия «телескоп».
Галилей не был первым, кто
догадался вставить в трубу две очковые линзы,
но именно он сумел подобрать их не
наобум, а с пониманием законов оптики,
ухитрился сделать увеличенное
изображение отчетливым и резким, а само
увеличение довести до 20-, а потом и
32-кратного. Проделав же все это, он — первым —
сообразил направить зрительную трубу на
небо.
Все новое, что Галилей обнаруживал
там по ночам, днем ложилось на
страницы, тут же относимые издателю. В
результате небольшая книжка «Sid ere us Nuncius»
(это название можно перевести и как
«Звездная весть», и как «Звездный
вестник», но в русской литературе прижился
второй вариант) вышла в свет с быстротой,
которой современные сочинители могут
лишь позавидовать. Галилей закончил
наблюдения в январе 1610 года, а уже
в пасхальные каникулы первые экземпляры
«Звездного вестника», посвященного
великому герцогу тосканскому Козимо II,
лежали на столе у юного владыки вместе
с лучшим телескопом.
Подносить книги государям было
делом обычным и традиционным. Но Галилей
не ограничился ни книгой, ни даже
бесценным инструментом — его подарок был еще
более роскошным, истинно царским:
герцогскому роду Медичи он жаловал спут-
77

ХгЛ
Система мира по Птолемею
ники Юпитера, которые его волею по сей
день величают Медицейскими звездами.
Козимо тоже наградил его, но со
щедростью земной, строго отмеренной: после
долгих проволочек взял к себе во
Флоренцию, родной город семьи Галилеев, на
службу с титулом «первого придворного
философа и математика», устроив, однако,
дело так, чтобы жалованье Галилею
платилось не из герцогских средств, а из казны
университета. Денег же на расширенное
издание «Звездного вестника» не отпустил
вовсе. А ведь еще в первом издании
объявлялось, что автор намерен создать
обширный труд «Система мира».
Так вот, этого самого труда и
пришлось ждать 22 года. Вышел он под другим
названием — «Диалог о двух важнейших
системах мира», посвящался все тому же
Козимо II, уже не мальчику, а мужчине
средних лет, и выступали там в роли
собеседников друзья Галилея, успевшие к
тому времени сойти в могилу.
Итак, действующие лица.
Сальвиати. В мирской жизни — земляк
Галилея, богатый флорентиец (его
старинный род дарил родному городу и ученых,
и художников), преданный поклонник и
помощник своего неприкаянного друга,
знаток математики и астрономии. В его
гостеприимном доме Галилей прожил первое
время после переселения во Флоренцию —
до 1614 года, когда Сальвиати, совсем еще
молодой человек, внезапно умер. В
«Диалоге» Сальвиати играет роль носителя
новейшей мудрости, вольнодумца и острослова,
всем на свете авторитетам
предпочитающего четкое логическое доказательство.
Сагредо. Тоже богач, но
венецианский. Родился раньше Сальвиати, а умер
позже — в 1620 году. С ним Галилей тоже
провел немало приятнейших вечеров в
дружеской беседе за бокалом вина, когда
жил в Падуе, входившей тогда в состав
Венецианской республики. Сагредо не был
глубоким знатоком наук, но обладал
колоссальным житейским опытом, знал этот
грешный мир так, как мог его знать только
непоседа, объехавший все страны от Сирии
до Испании. В книге Сагредо играет роль
этакого Санчо Пансы. Почтительно
воспринимая мудрость Сальвиати, он при случае
юного мыслителя и одергивает, чтобы не
слишком зарывался. Но — любя,
по-дружески. А вот схоластическую ученость
третьего собеседника, Симпличио,
Сагредо с его мужиковатой смекалкой
высмеивает порой еще острее, чем
многомудрый Сальвиати.
78

Система мира по Копернику
Этот самый третий собеседник —
тоже личность небезынтересная.
Знакомого с таким именем у Галилея не было,
это итальянская форма имени Симплиция,
мыслителя, прославившегося своими
комментариями к Аристотелю еще в VI веке.
Но вот в чем ирония: буквальный перевод
этого слова — «простак». Иные
современники поговаривали, будто под этой кличкой
Галилей укрыл самого непогрешимого
римского первосвященника — папу
Урбана VI11. В бытность кардиналом
выражавшего великому естествоиспытателю
необузданное восхищение, даже стихи будто
бы ему посвящавшего, но после
восшествия на престол обратившегося в
лютейшего его преследователя. Скорее всего дело
обстояло не совсем так. Симпличио —
образ собирательный. Но поскольку он
произносит то, что на его месте изрек
бы любой поклонник Аристотеля, то порой
в его уста попадают и кое-какие суждения
Урбана VIII, по служебной обязанности
бывшего ревностным защитником
официальной философии.
Как во всяком художественном
произведении,— а «Диалог», в отличие от
большинства ученых сочинений, обладает
несомненными художественными
достоинствами,— есть в нем и персонажи, остающиеся
«за кадром».
Аристотель — создатель школы
«прогуливающихся» (по-гречески
перипатетиков), учитель Александра
Македонского, составивший в IV веке до н. э. всеобщий
свод античных знаний.
Клавдий Птолемей, придавший пять с
лишним веков спустя геоцентрическому
учению Аристотеля наглядную и удобную
для преподавания форму, которая и была
канонизирована католической церковью.
Пифагор — живший в VI веке до
н. э. математик, астроном, спортсмен,
музыкант. Универсальный гений, первым
предположивший, что Земля — шар.
Аристарх Самосский — еще один
гениальный грек. Bill веке до н. э. объявил,
что Земля вращается вокруг Солнца и даже
измерил расстояние между ними. При всем
либерализме афинской общины
безнаказанным не остался и, обвиненный в
безбожии, из города был изгнан.
Коперник — замечательный польский
ученый, возродивший в XVI веке гипотезу
Аристарха и создавший на ее основе
недосягаемый по точности для астрономов
птолемеевой школы календарь, который
католической церкви пришлось узаконить
под названием грегорианского.
79

Галилей. Да, Галилео Галилей, член
Академии Линчеев, организованной в
1603 году маркизом Чези и названной так
в честь Линкея — впередсмотрящего на
корабле аргонавтов. Имело название
и второй смысл: его можно было
произвести от латинского слова «lynx» — рысь
(рысь считалась самым зорким из зверей);
поэтому название добровольного
объединения ученых часто переводят и так:
Академия рысьеглазых. Герои «Диалога»
нередко поминают Галилея то под кличкой
«Академик», то просто как «нашего
знакомого».
Иоганн Кеплер, Тихо Браге и другие
ученые, современники Галилея.
Ну, и не обходится, конечно,
сочинение без разнообразных эпизодических
персонажей — философов, купцов,
изобретателей, с которыми происходят разные
занятные и поучиУельные события.
Таковы действующие лица «Диалога».
А исполнитель в нем один — знаменитый
ученый Галилей, который сумел, на зависть
иному драматургу, одарить каждого из
собеседников не только набором
логических аргументов, но и человеческой
индивидуальностью, характерной речью,
темпераментом.
Место действия — Венеция, дворец
Сагредо. Собеседники собираются там
каждое утро и обсуждают устройство мира.
На это уходит у них четыре дня.
МОЗГОВОЙ ШТУРМ
ВО ДВОРЦЕ САГРЕДО.
ДЕНЬ ПЕРВЫЙ
Собрать в укромном месте несколько
умных людей и предложить им
высказывать все, что приходит в голову, по
поводу поставленной перед ними
проблемы — такой способ находить истину иногда
считают самоновейшим изобретением, и
название такой игре присвоено звучное:
brain storming. Это английское
словосочетание можно перевести буквально: мозговой
штурм. Так ли уж он нов, этот
действительно эффективный прием? Чем же
занимались бесчисленные спорщики, веками
оттачивавшие для нас инструментарий
научной логики,— все эти софисты, схоласты,
перипатетики? Не этим ли самым —
попытками отыскать истину с помощью
коллективного мозгового штурма? В древности эта
игра была новой и потому вдвойне
захватывающей. Шутка ли — с помощью одних
только логических выкладок порой
удавалось предсказать то, чего никто и никогда
не видел, и притом точнее всяких там
оракулов. Не мудрено, что такая
великолепная научная магия приобретала в глазах
адептов значение, выходящее за рамки
ее реальных возможностей... Впрочем,
ко временам Галилея умствование
перипатетиков выродилось в унылое казенное
ремесло, своего рода профессиональный
спорт,— в их спорах уже не рождалась
истина.
80
Спорщики, собравшиеся во дворце
Сагредо, озабочены истиной всерьез.
Однако логика у каждого из них своя.
И Симпличио, во всеоружии аристотелевой
учености, садится в лужу на первых
же минутах.
Сальвиати берется объяснить ему,
что наш мир — трехмерный. А Симпличио
сразу соглашается. Но почему? Потому, что
авторитетные пифагорейцы, мол, так и
утверждали: всякая вещь определяется
тройственно — началом, серединой и
концом, и потому три есть число,
определяющее все.
Нелегко толковать "с этим
Симпличио... С великим трудом удается объяснить
ему, например, что тело, начав движение
из состояния покоя, всегда проходит через
все степени скорости, в том числе и такую,
при которой оно сдвигается на дюйм в
течение года. Сагредо, напротив, эту мысль
схватывает на лету.
Не торопясь, по пунктам разбивая
заблуждение насчет того, что тело падает
вниз тем быстрее, чем больше оно весит,
Сальвиати обстоятельно излагает известное
ныне школьникам учение о наклонной
плоскости; смиренно доказывает, что
прямолинейное движение не может быть
в естественных условиях постоянным,
и вдруг — удар1 — «если отрицать, что
круговое движение присуще только
небесным телам», то следует думать, что,
вопреки Аристотелю, все на свете тела равно
подчиняются единым законам механики.
И Земля, стало быть, обязана участвовать
в этом всеобщем, совершеннейшем из
движений на общих основаниях, наравне
с другими планетами.
Симпличио, только что вынужденно
согласившийся с соображениями насчет
кругового движения, приперт к стенке —
ему ничего не остается, как пищать, что
такое философствование ведет к
ниспровержению основ и потрясению неба...
Удар действительно тяжелый, тем
более что незадолго до него лихие
спорщики самого великого Аристотеля дважды
уличили в паралогизме. На бурные протесты
Симпличио, вопившего, что не может
создатель законов логики быть в них
некомпетентным, ему весело возразили: «Заметьте,
что логика, как вы прекрасно знаете, есть
инструмент... можно быть превосходным
мастером в построении инструмента, не
умея извлечь из него ни единого звука».
И это несомненное кощунство дополнили
камешком в огород самого Симпличио —
иные, мол, «обладая всеми наставлениями
Винчи, не в состоянии нарисовать даже
скамейку».
Первая серия ударов, впрочем,
предварительная, пробная. Ведь мозговой
штурм отличается от обычного диспута;
цель его не в том, чтобы сокрушить
противника «любыми средствами.. Нужна истина,
настоящая, чистая, всесторонне
подкрепленная фактами.

Фактов же, в соответствии с
аристотелевой доктриной, требует и Симпличио.
Говорил ведь мудрейший учитель, что
чувственные опыты следует предпочитать
тому, к чему может привести
человеческое рассуждение. А чувственный опыт,
как ясно сказано у Аристотеля, гласит:
на земле все изменяемо — в небесах
все неизменно.
Сальвиати начинает с возражений
игривых. Бывал ли, мол, достопочтенный
синьор Симпличио в Китае или в Америке?
Видел ли он своими глазами, как там хоть
что-нибудь изменяется? Ах, не видел, какая
жалость... Ну, так чем же Китай или
Америка отличаются для него от планет и звезд,
на которых синьор, насколько известно,
тоже не бывал? Этак и дальние страны
можно, с точки зрения нашего
ограниченного опыта, объявить неизменяемыми
небесными телами.
Порезвившись еще малость по поводу
обманчивости «чувственного опыта»,
Сальвиати начинает выкладывать и козыри
посущественнее. Как быть с кометами,
которые очевидным образом то
появляются, то исчезают на ваших незыблемых
небесах? Что скажет почтенный, перипатетик
по поводу двух новых звезд,
объявлявшихся на небосводе не так давно — одна в
1572, другая в 1604 году? Как насчет пятен,
которые тоже то появляются, то исчезают
на нашем безупречном светиле (пятна,
а также кольцо Сатурна тоже открыл
Галилей вскоре поспе выхода в свет
«Звездного вестника»)?
Что думает Симпличио насчет гор,
которые есть на Луне,— их прекрасно видно
в телескоп. Аристотель, правда, утверждал,
что Луна гладкая, как зеркало, но у него
же не было телескопа, вот в чем несчастье.
Вы говорите, что видимые на ней
тени — это вовсе не горы и ущелья,
что они связаны с прозрачностью
неизменной, неразрушаемой небесной материи, из
которой господь сотворил Луну? А знаете
ли, неплохо бы раздобыть немного этой
материи — построенный из нее замок
не нуждался бы в ремонте. Как вы
думаете, синьор Сагредо, в таких замках можно
проходить сквозь стены? Или, наоборот,
их жители постоянно набивали бы себе
шишки, ударяясь о невидимые притолоки?
Ах, вы считаете — все обойдется, материя
вдобавок еще и неосязаема, перипатетики
это знают твердо!
Симпличио вмешивается в буффонаду
совершенно серьезно и отмечает, что
почтенные собеседники затронули один из
важнейших и труднейших вопросов, по
которому глубокие ученые до сих пор не
пришли к единому мнению. Лично он,
впрочем, считает материал Луны
исключительно прочным, прочнее всего земного.
Потолковав еще немного о лунных
морях — сильно или слабо им надлежит
отражать солнечный свет, ведь мокрый пол
кажется более темным, чем сухой,
спорщики замечают, что жара спала, день идет
к закату — самое время освежиться,
покататься в гондоле. Этим и кончается диалог
первого дня.
ГАЛИЛЕЙ — ЛАПЛАС — ДАРВИН
В давние времена открытие чего-то
нового вовсе не считалось доблестью.
Целью любой умственной деятельности
по средневековой традиции числилось
постижение божьего замысла — и только.
Поэтому каждую новинку, когда она
все-таки появлялась, следовало вписывать в
незыблемую иерархию привычного,
подпирать ее божественным авторитетом, а
также авторитетами земными, но
признанными, дозволенными церковью.
Заглянуть в душу жителям давних,
инопланетных для нас эпох не так легко —
их восприятие мира разительно отличалось
от нашего. Не следует, например, думать,
будто Галилей и современные ему ученые
были последовательными атеистами, а
религиозной терминологией они лишь
прикрывались с целью мимикрии и
самозащиты. Нет, большинство из них верило
в бога всерьез, но полагало, что его не
следует беспокоить по пустякам. То, в чем
земной разум может разобраться
самостоятельно, надо решать своими силами.
В том-то и состояла доблесть мысли
в ее новом понимании — не изгонять
высшую силу вовсе, а лишь прибегать к
ее помощи как можно реже. Предстояло
еще осмыслить колоссальные пласты
действительности: только через два века
после Галилея европейская наука устами
Лапласа смогла на вопрос о месте бога
в системе мироздания гордо ответить:
«В этой гипотезе я не нуждаюсь». Во
времена же, о которых здесь идет речь, назвать
существование бога гипотезой дерзали
только законченные еретики, подлежавшие
немедленной и строжайшей каре, а вот
вращение Земли вокруг Солнца
действительно позволялось упоминать лишь как
абстрактную математическую ги потезу.
В таком качестве вращение не
вызывало возражений и со стороны церкви. По
старой традиции ученым людям на
схоластических диспутах позволялось обсуждать
любые, даже и отдающие еретическим
душком нау ч ные гипотезы — л и шь бы
их не выдавали за истину. Ну а если
сомнительная теория позволяет создать
точный, удобный для земных надобностей
календарь — пусть себе звездочеты
высчитывают то, что им надо, на ее основе.
В конце концов, Коперник сам был
духовным лицом, и его книга «О вращении
небесных сфер», вышедшая в свет в год
его смерти — 1543, снабжена
предисловием, где говорится, что сие учение есть
чистый вымысел и математическая
абстракция. Находились, правда, скептики, которые
утверждали, что предисловие отличается
по стилю от самой книги настолько
разительно, что их никак не могла написать
одна рука. К числу таких скептиков
принадлежал и Галилей — он смолоду не верил,
81

что предисловие принадлежит Копернику,
однако, как мы увидим позднее, и сам
вынужден был снабдить свой «Диалог»
подобным же прикрытием. Во всяком
случае для него, особенно после
появления телескопа и открытий, описанных в
«Звездном вестнике», вращение Земли
гипотезой быть перестало.
«Звездный вестник» вызвал немало
шума. Одни его бурно одобряли (среди
них был сам Кеплер), другие старались
правдами и неправдами опровергнуть, а
вот третьи — проницательные радетели
незыблемости католической доктрины —
без обиняков объявляли, что книга, да и вся
деятельность Галилея, дышит ' ересью.
Наконец, в феврале 1615 года
инквизиция получила формальный донос,
подписанный патером Никколо Лорини. Было
начато дело, разбиравшееся келейно,
закрытым порядком в течение целого года.
Галилею, успевшему заручиться поддержкой
и герцога Козимо, и влиятельных
кардиналов, сделали в Риме секретное внушение,
запретив проповедовать учение Коперника
в какой-либо форме, а также разглашать
сведения о самом этом внушении. Книгу
Коперника не то чтобы запретили, но
«задержали впредь до исправления»:
гипотеза угрожала переходом в разряд истин.
И вот здесь Галилей сделал
блестящий, спасительный ход. Обратившись к
одному из самых фанатичных инквизиторов —
кардиналу Беллармино, бывшему в свое
время инициатором казни Джордано
Бруно, Галилей заявил: по Италии
распространяются слухи о секретном приговоре
и о наказаниях, которым его на самом деле
не подвергали. Слухи ложные, порочащие
как его, Галилея, так и непогрешимую
инквизицию. Он просит защиты. И Роберто
Беллармино собственнору ч но начертал
бумагу, в которой утверждалось, что
никаким наказаниям Галилей не
подвергался — ему лишь объявлено, что учение
Коперника ложно и защищать его нельзя.
Святейшая инквизиция несколько
запуталась в лабиринтах своего тайного
судопроизводства: в документе
Беллармино ни слова не говорилось о запрете
обсуждать учение Коперника по-старому, в
качестве гипотезы. Впоследствии эта бумажка
Галилею очень пригодилась. Пожалуй,
без нее он не смог бы и взяться за
сочинение «Диалога». А все же, не будь он
прирожденным писателем, едва ли удалось бы
книгу, написанную в форме
дозволенного, схоластического, казалось бы, спора
о «гипотезах», сделать внятным для всех
(и для людей, не искушенных в делах
чистой науки) сводом неопровержимых
доказательств в пользу гелиоцентрической
системы мира. Не случайно и то, что
Галилей написал «Диалог» не на туманной
латыни, а по-итальянски, да издал его
тиражом, по тем временам массовым —
тысячу экземпляров.
Легко ли было убедить католиков
XVII века в том, что вся-то наша
бескрайняя Земля — это лишь одна из
незначительных, захолустных планеток,
смиренно крутящаяся вокруг небольшого, ничем
не примечательного светила, каких в
небесах мириады? По-видимому, ничуть не
легче, чем два века спустя вдолбить
человеку мысль, что он, венец творения,
произошел от обезьяны. Мало того, не
осмыслив свое заурядное, провинциальное
местоположение во Вселенной, люди едва ли
смогли бы даже додуматься до
материалистического объяснения своего
происхождения.
Если бы Галилей со своим замыслом
не справился — не было бы и
дарвинизма.
Продолжение следует
к 1-1
11:
Г^^ч
[^
и
't ^
I
1
±*~i
4'
t~L
^
11
', и
X
НАУЧНЫЕ ВСТРЕЧИ
Окончание.
Начало — на стр. 63—64.
Всесоюзная
межведомственная нвучно-практическая
конференция по бруцеллезу.
Саратов. НИИ эпидемиологии
и микробиологии им. Гамалеи
A23098 Москва, ул. Гамалеи,
18, 193-30-01).
Симпозиум «Коррекция
острых невротических
состояний с помощью оксибутирата
лития». Таллин. НИИ
фармакологии АМН СССР A25315
Москва, Балтийская ул., 8,
151-47-63).
Конференция «Гумо-
рально-гормонвльнвя
регуляция энергетического
.метаболизма в спорте». Москва.
„ВНИИ физкультуры A03064
Москва, ул. Казакова, 18,
261-32-41).
МАЙ
VI конференция по
нейтронной физике. Киев.
Институт ядерных исследований АН
УССР B52650 Киев ГСП-28,
просп. Науки, 119, 63-81-48).
VI Всесоюзный семинар
по электрофизике горения.
Караганда.
Химико-металлургический институт АН КазССР
D70032 Караганда, ул.
Дзержинского, 63).
VIII конференция по
коллоидной химии и физико-
химической механике.
Ташкент. Ташкентский
политехнический институт G00000 ГСП
Ташкент, ул. Навои, 13,
62-76-47).
Совещвнне
«Комплексная переработка жидких
продуктов пиролиза». Салават.
ВПО «Союзнефтеоргсинтез»
A29832 Москва, ул.
Гиляровского, 31, 284-84-90).
XI совещание по
жаростойким покрытиям. Тула.
Тульский политехнический
институт C00026 Тула, просп.
Ленина, 92, 25-82-69).
II семинвр «Дисперсные
кристаллические порошки в
материаловедении».
Новосибирск. Институт химии
твердого тела и переработки
минерального сырья СО АН СССР
F30091 Новосибирск, ул.
Державина, 18, 291-234).
Совещвнне «Состояние
и перспективы развития но-
82

вых прогрессивных методов
подготовки поверхности под
окраску». Хотьково Моск. обл.
кСоюзкраска» A01851 Москва,
М. Кисельный пер., 5,
228-07-02).
Конференция
«Совершенствование методов
термической и химико-термической
обработки в станкостроении».
Рязань. ЦП НТО
машиностроительной^ промышленности
A03612 Москва, Б.
Черкасский пер., 7, 223-96-80).
Конференция
«Комбинированные эпектроэрозион-
но-электрохимические
методы размерной обрвботки
металлов». Уфа. Уфимский
авиационный институт D50025 Уфа,
ул. К. Маркса, 72, 23-36-77).
Конференция
«Современная техника и методы
экспериментальной
^минералогии». Черноголовка Моск. обл.
Институт экспериментальной
минералогии АН СССР
A42432 п/о Черноголовка
Ногинского р-на Моск. обл.,
524-5CV74).
Семинар «Пути
повышения нефтеотдвчи плвстов и
интенсификация разработки
нефтяных месторождений путем
совершенствования
технологических процессов». Ухта. ЦП
НТО нефтяной и газовой
промышленности A17876 Москва
ГСП-1, Ленинский просп., 63,
135-86-16).
Совещание «Пути
повышения эффективности и
перспективы дальнейшего
развития слвнцеперерабатывающей
промышленности».
Кохтла-Ярве. ВПО
«Союзсланцепереработка» A29832 Москва, ул.
Гиляровского, 31, 284-85-47).
Конференция «Повыше-1
ние эффективности процессов
добычи и переработки соли».
Артемовен. ЦНИИТЭИпище-
пром A21906 Москва, просп.
Калинина, 29, 291-24-52).
Совещание «Разработка
и внедрение мало- и
безотходных технологических
процессов и производств в
химической промышленности».
Черкассы. Управление по
науке и технике МХП СССР
A01851 Москва, ул. Кирова,
20, 225-73-61).
Конференция
«Переработка и утилизвция отходов
производств промышленности
минервльных удобрений».
Черкассы. Управление по
науке и технике Минудобрений
СССР A19900 Москва, ул.
Грицевец, 2/16, 202-46-69).
Конференция
«Проблемы охраны природы в
Нечерноземной зоне в связи с
интенсификацией
сельскохозяйственного производства».
Брянск. Главное управление по
охране природы,
заповедникам, лесному и охотничьему
-хозяйствам МСХ СССР A07139
Москва, Орликов пер., 1/11,
541-70-24).
Семинар «Миграция и
трансформвция звгрязняю-
щих веществ в объектвх
окружающей среды». Обнинск,
Калужской обл. Институт
экспериментальной метеорологии
B49020 Обнинск, ул. Ленина,
82, 29-800).
IV Всесоюзный
симпозиум по инженерной энзимо-
логии. Киев. Институт
биохимии им. Палладии а АН УССР
B52030 Киев, ул. Леонтовича,
9, 25-80-67).
Семинар «Вопросы
генетики и селекции
микроорганизмов — продуцентов
ферментов». Тракай ЛитССР. ВНИИ
прикладной энзимологии
(Вильнюс, ул. Ферменту, 8,
45-84-57).
Симпозиум. «Популяци-
оннвя генетика». Москва.
Институт медицинской генетики
АМН СССР A15478 Москва,
Каширское ш., 6-а, 111-85-80).
Бвховский коллоквиум
по биологической фиксации
азота. Тбилиси. Институт
биохимии растений АН ГССР
C80031 Тбилиси 31, Военно-
Грузинская дорога, 10-й км,
51-47-18).
Всесоюзное совещание
«Взаимодействие ультразвука
с биологической средой».
Ереван. Акустический институт
A17036 Москва, 126-99-31).
V11 делегатский съезд
Всесоюзного _ ботанического
общества. Донецк. Донецкий
ботанический сад АН УССР
C40079 Донецк 79, просп.
Ильича, 110, 94-12-80).
II совещание «Охрвнв и
культивироввние орхидей».
Киев. Центральный
республиканский ботанический сад АН
УССР B52014 Киев 14,
Тимирязевская ул., 1, 61-14-83).
Совещание
«Продовольственные ресурсы и рационв-
лизвция питания населения
Крайнего Севера». Якутск.
Институт клинической и
экспериментальной медицины СО
АМН СССР F30091
Новосибирск, Ядринцевская ул., 144,
22-47-56).
Совещание по
использованию биоантиоксидамтов в
неродном хозяйстве. Москва.
Институт химической физики
АН СССР A17977 ГСП-1
Москва В-334, ул. Косыгина, 4,
139-72-93).
VII Всесоюзный съезд
патологовнатомов. Ташкент.
Институт морфологии
человека АМН СССР A17418
Москва, ул. Цурюпы, 3, 120-42-83).
Конференция
«Проблемы современной клинической
микробиологии в
неинфекционной клинике». Винница.
Винницкий медицинский институт
(Винница, ул. Пирогова, 54,
2-29-26).
Совещвние по
термографической диагностике хо-
лестерическими жидкими кри-
ствлпвмн в клинической
медицине. Москва. Институт кри-
хталлографии АН СССР A17333
Москва, Ленинский просп., 59,
135-60-20).
Конференция
«Современное состояние н
перспективы развития морской
медицины и гигиены водного трвн-
спорта». Москва. НИИ гигиены
-водного транспорта A25195
Москва, Ленинградское ш.,
61-а, 156-80-09).
Симпозиум «Клиника и
лечение влкогольных
психозов». Омск. ВНИИ общей и
судебной психиатрии им.
Сербского A19034 Москва,
Кропоткинский пер., 23, 203-74-35).
В июне выйдет в свет
«ЖУРНАЛ
ВСЕСОЮЗНОГО ХИМИЧЕСКОГО
ОБЩЕСТВА
им. Д. И. МЕНДЕЛЕЕВА»
1983, № 3,
посвященный терминологии и номенклатуре в химии.
В номере рассмотрены современные проблемы терминологии
в физической, аналитической, органической, неорганической
н коллоидной хнмни. Дано описание существующих
терминологических пособий по химии и химической технологии.
Цена номера 2 руб.
Журнал распространяется только по подписке. Подписка на № 3
принимается без ограничения отделениями агентства «Союзпечать>
до 15 марта 1983 г. (после этого срока на № 3 можно подписаться
в редакции по адресу: 101000 Москва, Кривоколенный пер., 12).
Индекс журнала 70825. Справки по телефону 221-54-72.
83

Познакомьтесь
с зайцем
Давным давно, в VI веке до нашей
эры, на греческом острове Самос
благоденствовало святилище богини Геры,
украшенное статуями из белого мрамора. Одна
из тех прекрасных древних статуй («Гера
Самосская») ныне пребывает в Лувре,
другая — в Пергамском музее Берлина. Ее
официально именуют «Богиня с зайцем»,
хотя знатоки уверяют (у скульптуры
утрачена голова), что зайчика держит не рука
богини, а рука жрицы. Но дело не в
названии — искусствоведы единодушно
восклицают: «Как свободно и живо передана
греческим мастером фигурка зайца!»
По всей вероятности, это не первое и,
конечно же, отнюдь не единственное
воплощение в мраморе нашего длинноухого
героя. Вот еще несколько слов на эту
тему. Древние христиане, наверное, к.
зайцу относились с жалостью — в те
времена он был символом раскаявшегося
грешника, возвращающегося к богу. Гораздо
позднее длинноухого зверька превратили
в символ боязливости, и отношение к нему
стало несколько пренебрежительным. Вот,
например, по каким канонам долгие века
ваятели изображали страх: возле ног
молодого человека с подгибающимися
коленями жались либо дикая козочка, либо заяц,
которые, как и согнутые коленки,
олицетворяли пугливость и бегство.
Прежде чем убедить вас, что заяц —
зверь отважный, позволю себе уже не
«мраморное», а литературное
отступление. Впрочем, и в нем как-то само собой
рождается фигурка вечно трясущегося от
страха зайца. «Был час, когда по
лужайкам шаловливо резвится робкий
зайчишка, которого боязнь многочисленных
врагов, в особенности человека, этого хитрого,
жестокого, плотоядного животного,
удерживала целый день в потаенном месте;
когда сова, пронзительная певунья ночи,
усевшись на дуплистом дереве, издает
звуки, способные пленить слух некоторых
нынешних знатоков музыки... когда
бодрствуют воры и разбойники, а честные
сторожа спят крепким сном,— говоря попросту,
была полночь...» Хотя этим словам из
романа Генри Филдинга более двухсот лет, они
злободневны и в общем-то правильно
рисуют взаимоотношения зайцев с двуногими
властелинами планеты. Цитата хороша еще
и тем, что оповещает несведущих
властелинов о том, что заяц — зверек ночной
и днем предпочитает спать.
Пожалуй, стоит особо остановиться
вот на этих словах Филдинга: «шаловливо
резвится робкий зайчишка». Резвиться
вроде бы любят все зайцы, даже пожилые.
В минуты благодушия они устраивают
веселую беготню, подпрыгивают вверх,
катаются по земле... Иногда, просто лихости
ради, перепрыгивают через утыканные
гвоздями двухметровые заборы, даже в
речке плавают, если вода теплая. Не раз
видели, как зайцы-русаки переплывали
Рейн в том месте, где его ширина добрых
полкилометра. А некий русак, которого
прозвали «водяным», отправляясь на
кормежку, регулярно преодолевал
сорокаметровую водную преграду. И наверное, у
наших дедов Мазаев по весне хлопот
прибавляется потому, что в холоднющей
воде длинноухие пловцы боятся
окоченеть. А вообще, зоологи полагают, будто
из млекопитающих только верблюд
плавает «как топор». Верблюда понять можно:
река в пустьше — штука редкая и
тренироваться ему негде.
Заяц, как известно, вовсе не верблюд,
и не потому ли Филдинг длинноухого
зверька считает робким? *А между тем заяц
отнюдь не робкого десятка. Задними
ногами он порой отбивается от орла или
захватившей его врасплох лисицы. Многие
зайчихи отважно защищают детенышей от
ворон, старающихся их растерзать. В
анналах научной литературы увековечена
зайчиха, сумевшая напугать даже небольшую
собачонку. Старые, знающие почем фунт
лиха зайцы на глазах у захлебывающегося
лаем громадного цепного пса преспокойно
кушают то, что растет в саду или в огороде.
Бывало, зайцы проходили столь близко
от конуры, что брызги из пасти
обезумевшей от такого нахальства .сторожевой
собаки пачкали им шубку. Однако молчаливое
огородное пугало обычно вселяет в
косоглазых вегетарианцев столько почтения,
что они долго не решаются начать трапезу
в его присутствии.
Если косой сторонится незнакомого
предмета, это отнюдь не означает
постоянного страха или чего-то близкого к
панике. Старые зайцы мгновенно отличают
охотников от тех людей, кто не собирается
84

им вредить. Такой заяц может провести
день-деньской, скажем, возле
придорожного телеграфного столба, ничуть не
стесняясь ни транспорта, ни прохожих. На
Чукотке можно часами ходить за зайцем-
беляком с фотоаппаратом (не с ружьем!).
Очевидцы пишут: «Заяц отбежит на
незначительное расстояние, остановится и
начинает кормиться, позволяя приблизиться на
10—15 метров и ближе, только после этого
лениво трусит дальше». Зоологи отец
и сын Владышевские после тщательных
наблюдений убедились, что в начале ночи
русаки, вышедшие кормиться на
посевы озимых и спугнутые человеком,
убегают всего лишь на другой участок поля,
чуть подальше; если же их пугнуть под
утро, когда они уже заморили червячка,
русаки отправляются к местам дневных
лежек. Получается, что зайцы вовсе не
улепетывают куда глаза глядят, а бегут туда,
где им вскоре все равно надо быть.
Увы, днем, поднятый со своей
холодной постели заяц рискует головой. Вот
документально подтвержденный случай.
Поздней осенью 1956 года, когда уже лег
снег, возле деревни Пагубино, что
неподалеку от Волоколамска, поднятый на опушке
леса охотником С. В. Пыльновым русак
побежал к болотистой низине, куда охотник
не смог бы добраться. Но на болотине
на русака спикировал ястреб. Заяц, оставляя
на снегу кровавый след, все же убежал
от пернатой смерти. Пыльнов пустился в дот
гонку за подранком, и тот с лесной опушки
свернул в поле, где снег был потоньше
и бежать было легче. Но русака и там ждал
враг — невесть откуда взявшаяся лисица.
Раненый заяц тут же круто повернул к
деревне, и лиса, испугавшись слишком
тесного общения с цивилизацией, отстала.
Но на этом заячьи мытарства не
кончились — на околице на него напали вороны.
Русак и их оставил ни с чем, спрятавшись
под амбар. Поймите, это не сказка, а
страшная быль.
И после всего написанного здесь,
не кажется ли вам, что слова о том, будто
у трусливых, впадающих в панику по
любому поводу людей «заячья душонка», мягко
говоря, некорректны?
В тексте уже встретились два
длинноухих родственника: заяц-беляк и заяц-
русак. Если же они встретятся нос к носу,
то могут вступить в законный брак —
детишки, так называемые тумаки, будут
вполне жизнеспособными. Беляк,
именуемый так за привычку целиком одеваться
на зиму в белоснежную шубу, в общем-то
лесной житель, правда, он не прочь
заглянуть в тундру или в степь. Русак же на зиму
маскировочным халатом почти не
обзаводится и обожает открытые пространства
южнее лесной зоны, хотя не чурается,
скажем, сельских угодий Подмосковья
или Владимирщины и вообще большей
части территории Европы. Русак теснится
к селам и деревням. Зимой в лесу ему
голодно, да и бегать трудно: на
квадратный сантиметр его лапы приходится 16—
18 г. А беляк по рыхлому лесному снегу
скользит словно на лыжах — нагрузка на
квадратный сантиметр его широченной
лапы, обросшей густой щеткой волос, всего
10 г — вдесятеро меньше, чем у волка,
и вчетверо меньше, чем у лисицы.
Зимой на брюшке беляка шерсть
удлиняется, чтоб на снегу не застудить
внутренности, а отросшие вокруг ноздрей
волосы словно белый платочек прикрывают
нос от мороза. Но и русак лицом в грязь
не ударил — его зимняя шубка вдвое
гуще летней. И вот что примечательно:
самые большие беляки E,5 кг весом)
обитают там, где страшенные морозы,—
в тундрах Западной Сибири, а русаки-
тяжеловесы G—8 кг) облюбовали
Башкирию, где зимой тоже отнюдь не жарко.
На зиму башкирские русаки белеют, но не
до такого совершенного состояния, как
беляки. В Крыму, на Украине и в
Белоруссии русаки помельче, и уж совсем карлики
C кг) живут в Закавказье и Иране.
Давайте карликов оставим в покое
и займемся линькой — немаловажным
обстоятельством в заячьей жизни.
Залегшего в снегу белого-пребелого беляка
заметит лишь опытный глаз — темнеют только
кончики ушей и нос. Да еще, пожалуй,
карие глаза. Именно через глаза идет
сигнал к заячьему переодеванию. Во
всяком случае, так утверждает солидное
руководство по сравнительной физиологии
животных. Сокращается световой день —
заяц готовится к зиме, день удлиняется —
зверек переходит на летнюю форму
одежды. За этой простенькой фразой скрыты
сложнейшие пертурбации в организме
нашего длинноухого соседа. Так,
«физиологически коричневое» состояние беляка
неразрывно связано с высоким
содержанием в крови гонадотропи нов, а
«физиологически белое» — с их пониженной
концентрацией.
Заячий мех нередко окрашивают
скорняки, но можно перекрасить и живого
зайца, вернее, сделать так, что он сам
перекрасится. Длинноухим обладателям
меха физиологи вводили экстракты из
гипофиза, содержащие гонадотропные
гормоны, и те меняли цвет словно по
мановению волшебной палочки, правда,
не мигом, а сначала линяли. Значит, на
воле без гипофиза, как и без глаз, заяц
не переоденется. Изредка из Сибири
доносятся вести о поимке черных как
смоль зайцев. Что с их гормонами?
Гормоны гормонами, но без
соответствующей температуры воздуха косому
менять шубу ни к чему. Это подтверждает
и научная публикация В. Е. Гайдука из
Брестского педагогического института.
После обследования им 350
зайцев-беляков стало в точности известно, что осенью
у зайцев сперва начинает линять нижняя
85

часть задних лап, а весенняя линька идет
ровно наоборот — начинается на голове и
хребте, а заканчивается на лапах. Но это
еще что — каждый участок заячьего тельца
меняет волосы при строго определенной,
так сказать, любимой температуре
воздуха. Например, осенью наружная часть ушей
меняет цвет при температурном
диапазоне от плюс 6 до минус 2°, а внутренняя —
раньше, когда на улице немного теплее.
И все-таки главное для заячьей
экипировки — свет, свет и свет. Еще в
предвоенную зиму 40—41-го годов в вольере
Московского зоопарка, где жили беляки,
по вечерам включали яркие
электролампы, и сбитые с толку зверьки так и ходили
зимой в летней одежонке, а по весне
вольеру загородили темной бумагой, и в ней
запрыгали белые пушистые комочки.
Зимой нетрудно разобраться, где
беляк и где русак, летом же оба зайца
какой-то неопределенной рыже-бурой
масти. И чтобы точно удостовериться, с кем
вы имеете дело, взгляните на хвосты —
посреди куцего русачьего хвоста и зимой
и летом красуется черная полоска. А вот
зайца-толая, или песчаника, ни с кем не
спутаешь; название же этого миниатюрного
создания само говорит, где он проживает.
И наконец, в лиственных лесах
Уссурийского края бегают зайцы последнего,
четвертого вида из обитающих в нашей стране.
Этот так называемый маньчжурский заяц
редок и совсем плохо изучен.
Нам же с вами далее, пожалуй,
лучше рассуждать лишь о русаке да
беляке, ибо за четырьмя зайцами
погонишься — ни одного не поймаешь.
С тем, что зайцы не лежебоки, вроде
согласны все. А специалисты глядят
глубже, утверждая, будто даже само
выражение «заяц залег» неправильно. Наш
длинноухий герой лежит только тогда, когда
его убьют или загрызут. А всю жизнь
он либо бегает, либо сидит, то и дело
поднимаясь на задние лапы, чтобы обозреть
окрестности. Впрочем, «обозреть» — сильно
сказано. Со зрением у косого дела обстоят
неважно. Но об этом давайте поговорим
в свое время, а сейчас обратимся к
превосходной книге Петра Петровича Гамбаря-
на «Бег млекопитающих».
Ее текст, формулы, чертежи и
кинокадры рассказывают о том, как прыгает
тушканчик, ходит слон и бегают зайцы.
Так вот, на языке науки зайцы бегают
дорзомобильным металокомоторным
способом или, говоря проще, полупарным
галопом. То есть отталкиваются от земли
сразу двумя задними ногами, какое-то
время летят в воздухе и приземляются
то на одну, то на другую короткие
передние лапы. (Кстати, из всех млекопитающих
стадию полета во время бега утратили
только слоны, в седой дали эволюции и
они «летали».) Траектория полета у зайца-
беляка круче, чем у русака, поэтому беляк
быстрее устает и скорость бега у него
меньше. Главный заячий движитель — мощные
задние лапы, передние же лишь
амортизаторы толчков при приземлении. И вряд
ли бы зайцы так лихо скакали, если бы
у них не было великолепной спины: мышца-
разгибатель позвоночного столба весит
третью часть от всех мышц передних и
задних конечностей. Сгибание спины после
приземления как бы взводит пружину для
следующего прыжка. Для мышцы есть даже
специальное крепление — отростки на
позвонках. Так что заяц — все равно что
живая пружина.
Пружина действует безотказно —
заяц способен несколько километров кряду
галопировать со скоростью 50 километров
в час, сознательно закладывая немыслимые
виражи. Да, такого мастера петлять больше
не сыщешь на планете. Бег и петли —
оборонительное заячье оружие, и он им
пользуется виртуозно. Наступательного же
оружия нет и в помине — заяц не агрессор
и никого не обижает.
Натуралисты доброго старого уклада
сожалеючи писали, что косому не дано
ходить шагом или бежать рысью, что ему
и стоять-то сразу на всех четырех лапах
неудобно. Мол, ежели заяц опирается на
короткие передние лапы, то задние сгибает
пополам и скорее сидит на них, чем стоит.
Из-за длиннющих задних ног зайцу трудно
скачками спускаться с горы, и при острой
необходимости он с крутого склона катится
кубарем, как колобок. Зато, если он
прыгает в гору, никакая собака его не
догонит — задние лапы и спинная мышца
выстреливают косого вверх, как
катапульта.
Отправляясь на дневной отдых, всякий
уважающий себя заяц делает обманные
движения, так называемую вздвойку,
распутать которую не каждой лисице или волку
по плечу. Этому хитрому маневру никто
никого не учит — тут командует неведомый
безусловный рефлекс. Допрыгав до
какого-то приглянувшегося местечка,
длинноухий хитрец словно по команде «кругом
марш» прыгает назад точно по своим же
следам. Наконец он останавливается,
поднатуживается и что есть мочи сигает в
сторону от своей тропы, стараясь угодить
под куст или в ямку, где и затаивается
на день. А для лисьего носа пахучий след
словно сквозь землю проваливается.
Преследуемый гончими собаками
Такой способ бега специалисты называют
полупарным галопом

заяц (молодой зверек сначала бегает
кругами), если он хоть немного оторвался от
погони, тут же начинает делать «вздвойки»,
«встройки» и гигантские прыжки в сторону
от прежнего своего пути. Причем в дни
листопада он п очему-то опасается бегать
по листве, предпочитает укрываться в
хвойном лесу. Может, не хочет выдавать себя
шорохом? Зато он охотно пользуется
дорогами, даже шоссейными, и ничтоже
сумняшеся скачет сквозь стадо, чтоб
сбить преследователей с толку! В общем,
как говорится, не учи щуку плавать, а зайца
бегать.
На своих двоих, вернее, на своих
четырех зайцы, собравшись гурьбой,
предпринимают и дальние вояжи. Например, в
1882 году огромная толпа русаков
отправилась по льду Днестра в Бессарабию. В
зимнюю пору русаки довольно часто
путешествуют по долине Волги, а беляки перед
выпадением снега — по Таймыру. При всей
своей привязанности к месту рождения,
зайцы, замученные голодом или
хищниками, прыгают и прыгают десятки, а то и
сотни километров. Иногда умудряются
прыгать гуськом, след в след.
Василий Владимирович Груздев за
годы исследований прошел по заячьим
следам тысячи километров, наблюдая за
их повадками и за манерами заячьих
врагов. Итогом его работы стала
монография «Экология зайца-русака». Так вот, в
этой книге говорится: «При зимних
передвижениях стадность полезна. Она
способствует защите русаков от хищников». Да
и вообще книга свидетельствует, что
зайцы не такив уж домоседы, как думали
раньше. Порой от мест зимовок до мест
размножения дистанция в десятки
километров. Правда, например, в Венгрии 80—
90 % русаков держатся в радиусе 3 км,
а в Чехословакии — 2 км от того места,
где их пометили. Но Чехословакия и
Венгрия — не Россия, там негде разгуляться.
Уж что-что, а насчет покушать и
послушать зайцы мастаки. Сорвав траву и
учащенно работая челюстями, зайчишка
благодаря обширным ушам узнает о
приближении папаши, мамаши или недруга раньше,
чем увидит их. В прославленном
мультфильме «Ну, погоди!» волк не раз грубо
хватал зайца за уши. Увы, из-за ушей
неприятности бывают не только на экране.
Так, в дождливую погоду уши нужно
подгибать, чтобы в них не попала вода. Иначе
заболеешь. В дождь косому приходится
для выяснения обстановки высовывать из
травы голову, а это чревато тем, что его
заметят волки, лисицы, бродячие собаки...
В хорошую же погоду в моменты
опасности, прильнув к матушке-земле,
зверек поднимает уши вертикально и этим
мощным слуховым перископом обследует
округу, сам оставаясь невидимым. В зной
заяц день-деньской прячется где-нибудь
под кустиком. Благодаря ушам его не очень
мучает жажда, ведь не надо потеть,
чтобы спастись от перегрева: лишнее тепло
уходит через горячие тонкие ушные
раковины, где бурно пульсирует кровь. По
подсчетам К. Шмидта-Нильсена, каждый
квадратный сантиметр заячьего уха излучает
около 10 калорий в час. В жару уши
сбрасывают в окружающую среду треть
так называемого метаболического тепла,
образующегося внутри зайца при обмене
веществ.
Будем надеяться, что в «Ну, погоди!»
волк не оторвет зайцу уши. Иначе,
согласно науке, придется снимать только зимние
приключения. Ведь летом безухого зайца
просто-напросто хватит тепловой удар.
И не потому ли, что заячьи уши —
отменный холодильник, точно таким же
устройством обзавелись не только братец-
кролик, но и зверек, ничего родственного
с зайцем не имеющий,— сумчатый
бандикут, обитающий в Австралии? Его уши,
по крайней мере внешне, копия заячьих.
Ну а теперь давайте вникнем,
правильно ли зайца называют косым? Нет, не
правильно. Его и тут оболгала людская молва.
Может быть, русаки кажутся косыми
потому, что у них под глазом нечто вроде
синяка — темное пятно? Или потому, что
подслеповатые глаза расставлены так
широко, что смотрят вбок и даже назад?
Так или иначе, но в действительности ни
один заяц вовсе не кос. Наверное, кто-то
увидев, как длинноухий вегетарианец спит,
полуприкрыв веками свои большие
выпуклые глаза, потешно закатив под лоб одно
око, решил, что и наяву дела обстоят
также. Что ж, заяц на такую обиду ничем
ответить не может. И живет, стараясь не
обращать внимания на клевету. Я же беру
на себя торжественное обязательство
впредь не называть зайца косым.
А теперь, пожалуй, пришла пора
обратиться к энергетической первооснове
заячьей физиологии — животу. Сделать это
необходимо еще и потому, что сей живот
обладает чертами скатерти-самобранки.
Но сперва несколько слов о том, что
попадает внутрь,— о вегетарианском меню.
У беляка и русака вкусы хотя и схожи,
но разные. Летними ночами беляки с
особым удовольствием хрустят не морковкой
или капустой, как им приписывают сказки
и мультфильмы, а мятликом, одуванчиком,
тысячелистником, овсом или клевером.
(Кстати, клевер и люцерну обожают и
русаки.) Если же вкуснятины маловато, беля-

ки скрепя сердце принимаются за
крапиву, конский щавель, подорожник, лебеду
или полынь. Осенью меню грубеет — зайцы
берут пример с лосей: остригают подрост
ивы, веточки черники, впиваются в зеленую
осиновую кору, а в Сибири — в подрост
лиственицы. Зимой же в живот беляка
попадают и ветки березы, дуба, клена,
орешника и клок сена, подобранный на лесной
дороге. В тундре длинноухие вегетарианцы
выкапывают из-под снега ягоды брусники
и шикши, листочки и побеги злаков, осок
и пушицы; из шишек кедрового стланика
они словно белки ловко достают орехи.
Как видите, приверженец леса и
тундры беляк не очень-то нуждается в человеке.
Русак — иное дело. Сельские угодья так
и манят его. Он уплетает картошку и
огурцы, дыню и горох, подсолнечник и
топинамбур, но превыше всего ставит озимые
и яровые хлеба. Впрочем, и без этих
яств русаку есть чем подкрепиться.
Сорняки и прославленные лекарственные травы
вроде девясила и чабреца соседствуют в
его животе. Русак очень и очень любит
горец, с аппетитом принимается за василек
и донник. Обычно он съедает стебель,
а вот козлобороднику особый почет — в
живот отправляются листья. Летом русаки
поглощают множество растений с
алкалоидами, однако им это нисколько не вредит.
Зимой с помощью своего курносого носа
они разыскивают снедь под солидным
слоем снега. В многоснежье, когда не до
разносолов, набивают животы полынью
и пыреем. Эх, если бы все кончалось
полынью, но железная рука голода гонит
зверьков к коре молодых абрикосов, терна,
акаций, яблонь... Если же посчастливится
набрести на объемистый заснеженный стог
или скирду, зайцы ничтоже сумняшеся
поселяются в них, порой вовсе не
высовывая наружу и носа. И тепло, и сытно,
и лиса не пронюхает! Стога и посевы
озимых культур для русаков прямо-таки
подарок.
Там, где стога под лапой не имеется,
в сильные морозы приходится зарываться
в снег. В тундре в сугробах беляки порой
делают длиннющие норы, из которых
выгнать их нет никакой возможности. Кричи,
стучи, стреляй — все без толку.
Многоснежная зима несет зайцам лютый голод, а
затяжная весна уже не позволяет потуже
«затянуть пояс» — одна дорога на тот свет.
При падении веса тела русаков всего на
15% они уже не жильцы. Сравните: кабаны
безболезненно для себя худеют на 50%.
А ведь зайцы, пожалуй, самые
экономные едоки планеты. В подтверждение
ознакомьтесь вот с этой фразой из статьи
Е. И. Наумовой, опубликованной в 1974 году
в «Зоологическом журнале»: «Задний
отдел кишечника зайцеобразных — наиболее
специализированных копрофагов среди
млекопитающих — представляет собой
не только бродильный чан для переработки
клетчатки, но и аппарат синтеза и
подготовки для использования белкового корма».
Что же за этим скрыто? Вот что. С
одной стороны, картина неприглядная, но
с другой — очень и очень рациональная.
Зайцы дважды съедают обед. Раньше
думали, будто жизнь заставляет их глотать
катыши, падающие из-под куцего хвоста,
чтобы сберечь в организме серу,
витамины и прочие биологически активные
вещества. Однако специалисты, вплотную
занявшиеся заячьими животами, резонно
рассудили, что столь невероятный способ
снабжения витаминами длинноухим зверькам
ни к чему — они могут удовлетворить
себя витаминами более просто. А вот
белком вегетарианское меню отнюдь не
богато. Поэтому-то зайцы и кролики
обзавелись пищеварительным трактом,
приспособленным к повторному перевариванию
снеди, которую бродильные процессы
обогатили микрофлорой. Иначе говоря,
заяц сам себя кормит — достает из-под
хвоста микробный белок, синтезированный
на выходе из организма. И все же
экономные зайцы вместе со своими суетливыми
братцами-кроликами по части живота-
самобранки не такие уж уникумы —
белковый обед таким же способом готовят еще и
степенные бобры. Но до зайцев им далеко.
Зная все это, как-то странно
воспринимаешь сведения о животных,
пристрастившихся к человеческому меню. Вот
одно такое сообщение. «У лесничего жил
взрослый ручной заяц, который спал вместе
с охотничьими собаками, ел с ними из одной
плошки и так сдружился с одной из
молодых гончих, что та облизывала его и тому
подобное. Сам же заяц обходился с ней
довольно грубо. Он часто барабанил по ее
голове и спине передними лапами. Этот
заяц имел еще одну особенность: он очень
охотно питался мясом и лишь при
недостатке его переходил на растительный корм.
Особенно любил он телятину, свинину
и различного рода колбасы и буквально
плясал и скакал, чтобы получить это
лакомство».
Держать зайцев в неволе — дело
нехитрое. Вот только простужаются они
часто, особенно русаки, если клетка без кры-
Положение ушей русака в разную погоду.
Рисунок по книге В. В. Груздева «Экология
зайца-русака»

ши, а побегать негде. В Западной Европе
пионером клеточного разведения зайцев
считают некоего господина Ру, владевшего
земельным участком неподалеку от
французского городка Ангулема. В 1846 году
его зайцеферма состояла из одного самца
и двух самок, которые спустя год дали
20 зайчат. И взрослых, и детенышей Ру
кормил так же, как кормят кроликов.
С тех пор много воды утекло, и в 1975
году французские зайцефермы вырастили
20 000 русаков, половину их выпустили
в охотничьи угодья, а остальных продали
в качестве производителей. У нас в
Сибири, да и в Европейской части страны,
издавна держали зайцев. Вспомните
хотя бы картину В. Серова «Портрет
К. А. Обнинской с зайчиком», созданную
в 1904 году. Добрая и умная женщина
бережно обнимает прильнувшего к ней
длинноухого малыша.
Знатоки писали, что, разводя зайцев
в неволе, видишь, как одни из них
спокойны, не злы, другие злобны или пугливы,
одни веселы и довольны, а другие
капризны. Утверждают, будто характер
отражается даже на внешности, и потому можно без
труда разобраться, кто есть кто в
длинноухой компании, будто выражение заячьей
физиономии меняется в зависимости от
жизненных коллизий.
Увы, нам здесь не обойтись и без
утилитарных рассуждений. Так, гурманы
пишут, будто мясо доморощенных зайцев
не так вкусно, как диких, вероятно, потому,
что домоседам недостает движения. В
России долгое время крестьяне зайцев не
ели — промышляли только ради красивой,
но не очень прочной шкурки,
незаменимого сырья для производства фетра.
Выделывали и сами шкурки.
В старину уверяли, будто грешно
обгладывать заячьи кости и вообще есть их
мясо. Дело в том, что молчаливый заяц,
будучи пойман собакой или ранен
охотником, рыдает точь-в-точь как человеческий
младенец, а умирая, передние лапки
складывает крестом на груди. Вот мнение
дореволюционного сибирского
промысловика обо всем этом. Заяц «кричит, как
родившийся человек, и умирает, как человек;
небось ни одна другая тварь передних
лап крестом не сложит, уж на что вон
медведица, как лежит убитая на спине,
адоли чистая баба, и титьки на переде,
а уж лап, брат, крестом не сложит,
нет, так уж, значит, богом показано».
Вельмож не волновали такого рода
доводы, и они стреляли зайцев почем зря.
Только в одной великокняжеской охоте под
Петербургом около деревни Дятлицы
в декабре 1899 г. было убито 566 зайцев-
беляков.
Текли годы, и простой люд тоже
перестал брезговать зайчатиной. Благо ее
некоторое время было вдоволь. В 1940
году в нашей стране заготовили более
восьми миллионов заячьих шкурок,
в 1966 — около миллиона, но в 1979 —
всего 782 000, гораздо меньше, чем,
скажем, ондатры. Численность зайцев сильно
колеблется, с периодом примерно в семь-
десять лет. После заячьего
«демографического взрыва» зверьков косят болезни,
такие серьезные, что и перечислять их не
хочется. Например, их терзают паразиты
нематоды, которые в полном смысле
слова закупоривают легкие (в некоторых
зверьках находили по 2000 этих мучителей),
псевдотуберкулез, туляремия... Кроме
болезней и непогоды жизнь нашим
длинноухим соседям портят ядохимикаты и
отравленное зерно, которое рассыпают,
чтобы убить мышей.
Сельскохозяйственная же техника,
пожалуй, страшнее пестицидов, ружей
и гончих собак вместе взятых. Например
на Украине во время боронования,
культивации, сенокоса и уборки зерновых гибнет
третья часть зайчат, которые из-за
привычки затаиваться не успевают в последний
момент спастись от новейших
широкозахватных скоростных механизмов. Кроме
всех этих напастей сейчас во многих местах
зайцев губят бродячие собаки и кошки,
которых там стало больше, чем лисиц.
Кошки шутя давят зайчат, а здоровенные
коты порой подстерегают и взрослых
русаков. Так что извечный заячий враг —
лисица кое-где ныне оттеснена на третье
место. Затем русаки страдают от ястребов
и ворон, и уж после них вроде бы следуют
волки.
Зоологи полагают, что жизненный
путь зайца не более девяти лет, хотя одна
помеченная русачиха умудрилась не
попасть под косилку или в собачьи
зубы на протяжении 13,5 лет. Век
самцов короче — лет через пять они
расстаются с жизнью. Но соотношение
полов среди заячьего народца один к
одному. И поэтому длинноухое общество
не шушукается и не сплетничает по поводу
мезальянсов с большой разницей в
возрасте. Все начинается с того, что престарелая
или молоденькая невеста оставляет на
снегу синие пятна, по которым ее могут найти
ухажеры, носящиеся в это время как
угорелые по всей округе. А еще невеста
особым способом стучит лапами о землю.
Если к ней примчатся сразу несколько
'///
Ж0.ШЩ11Ъ
шр/^ w /ft//

запыхавшихся кавалеров, то, забыв о
приличиях, они тут же начинают так трепать
друг друга, что чуть ли не отрывают
соперникам уши.
В брачный ритуал входит и так
называемое клоктанье — свистящий призыв
длинноухой дамы, которому можно
подражать особым пищиком. Вот воспоминания
шутника. «Однажды на мой свист выскочил
заяц и, остановившись шагах в 12, стал
глядеть на меня и мою собаку. Наконец
он начал отходить, но я издал еще раз
тот же звук, и заяц снова появился. Я
продолжал это занятие еще пять или шесть
раз. При этом заяц так близко подбежал,
что моя собака начала рычать, что его,
впрочем, не испугало. Наконец он
уселся шагах в 70 от нас, продолжая наблюдать,
пока его не спугнул проезжавший мимо
велосипедист». Отважный четвероногий
кавалер, вероятно, ждал, что откуда-нибудь
из-под ног разыгравшего его человека
выпорхнет суженая. К сожалению, таким
пищиком пользуются и браконьеры. И
тогда вместо свадьбы — смерть.
Чтобы выносить в чреве полноценных
детенышей, русачихе надо 50 дней. И вот
зайчихи, привезенные в далекую
Австралию, придумали, как обогнать время:
вторые роды иногда следуют за первыми
всего через 25—30 дней, и на свет появляются
вовсе не недоноски. Специалисты этот
невероятный факт объясняют «способностью
самок зайца-русака забеременеть, еще не
разродившись». Ай да зайчихи! Не
подумайте, будто я это сочинил, право, придумать
такое я просто не в состоянии — так
утверждают сразу трое уважаемых
зарубежных зоологов и двое их советских коллег.
Сейчас в нашей стране почти на нет
сошли межи — естественные укрытия
русаков. По общирным полям снуют
тракторы, сеялки, косилки, комбайны, а
окрестности прочесывают люди, автомобили и
мотоциклы. И русачихи пускаются во все
тяжкие, чтобы приютить детенышей. По
весне зайчат находили под противозанос-
ными щитами, возле стогов, в бурьяне,
в уцелевших куртинах кустов, в штабеле
бревен на краю поля, на холмике возле
опоры ЛЭП. В ГДР русачихи рожают в
навозе, вывезенном на поля (тут теплее),
в кучах хвороста и в живых изгородях
из ежевики...
Новорожденный зайчонок весит около
ста граммов. Эта кроха, едва появившись
на свет, хорошо одета в мех, все видит
и даже умеет бегать! А через два-три
дня его уже не догонишь. Силу дарует
материнское молоко, которое скорее не
молоко, а концентрат из 12% белков,
15% жиров и прочих высокопитательных
веществ. Попив такой смеси, зайчата могут
продержаться четыре дня, затаившись под
кустиком или в ямке в ожидании мамаши.
До 17 дней зайчата, хотя они уже и начали
есть траву, не могут обойтись без молока,
а потом, когда мать уйдет насовсем, живут
некоторое время так называемой детской
семьей — держатся вместе, чтобы было
не очень страшно.
Хорошо бы здесь, на счастливой поре
заячьего детства, кончить очерк, поставить
точку, проводив малышей в большую жизнь
всяческими благими пожеланиями...
Однако кое-кто из двуногих
властелинов планеты от зайцев вовсе не в
восторге. Чем смягчить таких людей? Может, тем,
что еще в 1860 году выходивший в нашем
отечестве «Сельский листок»
наивернейшим средством спасения садовых деревьев
от заячьих зубов считал обмазывание
коры смесью из толченого пороха и
прожарен о го свиного сала? Пожалуй, слишком
накладное утешение. Не лучше ли
использовать отвар табака, рыбий жир или
медный купорос? Химики же в качестве
отпугивающих средств предлагают циклогек-
силамин и прочие хитроумные препараты.
В Бразилии привезенных и расплодив-
щи хс я там русаков отваживают от плодовых
деревьев старой как мир канифолью. В
нашей же стране самой доступной и наиболее
действенной обмазкой по праву считают
вот такую смесь: на 1000 деревьев берут
5 кг хозяйственного мыла, 30 г
растительного масла, 300 г технического скипидара,
250 г нафталина, 150 г медного купороса
на 15 литров воды. Мыло и химикаты
растворяют в горячей воде отдельно, а потом
смешивают.
Зайцы три-четыре недели
побаиваются развешенных на шнурах или проволоке
полосок из блестящего металла или ярко-
красных тряпок. Ну а потом привыкают.
А в Венгрии поступают еще лучше. Чтобы
зайцы голодной зимой не лезли в сады
и огороды, кое-где в полях оставляют
неубранные полоски однолетних растений и
устраивают для длинноухих вегетарианцев
кормушки с люцерновым и клеверным
сеном. Но и мы не лыком шиты. Только в
лесах Ленинградской области и только с
1960 по 1962 г. появилось 15 000
простейших столовых для зайцев-беляков. Чтобы
зверьки поели, люди рубили молодые
осинки.
Правильно — живи и дай жить другим!
Но, увы, никуда зайцам не деться
от охотников, которым подают множество
советов, в том числе и вот такие:
«Среди охотников еще довольно часты
попытки добить или придавить раненого
зайца прикладом ружья. Такие попытки
в лучшем случае ведут к поломке шейки
ложа... Раненого зайца нужно или
дострелить, или, поймав за задние ноги, поднять
и добить ударом ребра ладони за ушами»
(Я. С- Русанов «Охота на зайцев». М.,
1973).
И стоит ли после такого хором
уверять, будто любительская охота — это
радостное общение с природой?
С. СТАРИКОВИЧ
90

Химикам —
от «Химика»1
Е< "ni-
}ГЧС1
с мл р
ХОКН> «
К'К*
Мы говорили вечером после игры, которую
«Химик» проиграл. Проиграл с достоинством.
Напористая, лихая команда в красном все шестьдесят
минут отчаянно рвалась в атаку. Последнюю, пятую
шайбу забили за четыре секунды до финальной сирены.
Однако противник успел накидать семь...
Мне, непосвященному, казалось, что это игра
случая. Вполне могли бы и победить (а я — химик,
н, понятно, хотелось, чтобы победили). Но специалисты
со мной не согласились, хотя и подтвердили:
многое в их деле зависит от дилетантов вроде меня.
В конце концов, дли кого стараются виртуозы
шайбы, как не для своих болельщиков?
В. Б. Кузьмин, мастер спорта
международного класса, тренер «Химика». Это
игра. И игра захватывающая. В Воскресен-
ске 75 тысяч жителей. А Воскресенский
Дворец спорта — один из первых в стране,
город построил его пятнадцать лет назад —
вмещает около четырех тысяч зрителей.
И на решающих матчах свободных мест
не бывает. Выходит, туда набивается
немалая часть населения... Последний год, когда
мы выступали неудачно, полные сборы
бывали не всегда, но самые верные
болельщики из города химиков остаются при нас.
Некоторые даже ездят за нами, когда
играем на выезде. Таких преданных друзей
подводить не хочется.
Но команда мастеров, видимо, дает горожанам
не только возможность поболеть за нее?
В. Б. Кузьмин. Разумеется. Спорт
организует досуг ребят, отвлекает их от
улицы, дисциплинирует. Не знаю статистики,
но что-то не слышал, чтобы в Воскресенске
было опасно ходить по вечерам.
В спортивной школе занимаются
сотни подростков под руководством
двенадцати опытных тренеров. Тренеры работают
не только со своими — ходят по школам
и спортивным площадкам, ищут способное
пополнение. И дают его нам. Наши новые
игроки — Ломакин, Черных, Квартальное —
им по 17—18 лет, они уже кандидаты в
мастера. В предварительных товарищеских
играх этого сезона Ломакин забил 9 шайб,
Черных — 6. Думаю, им предстоит еще
много забивать. Да и другим тоже. Ведь
средний возраст команды — чуть больше
двадцати.
Диктор перед матчем объявлял, что вам
довелось много лет играть за «Спартак», за «Крылья
Советов». Действовать в основном клюшкой. А теперь,
смотрю, беретесь за перо — таблицы, схемы, списки.
Это сколько же бумаг!
В. Б. Кузьмин. И не говорите! Да
не только бумаги. Когда я был защитником,
коньки, форма, клюшки — все это
давалось готовенькое, знать не знал, откуда
что берется. А теперь постигаю, что
хоккей — не только игра, но и сложное,
запутанное хозяйство. Например, сюда мы
привезли три десятка импортных клюшек
«Кохо». С правым изгибом — они нам не
подходят. Думал сменять на левые. А у
здешней команды тоже не хватает левых.
Инвентарь — это еще одна наша острая
проблема. Ведь для команды мастеров
годится не всякий... Вот услышал, на
местной фабрике начали делать клюшки
новой марки. Поеду смотреть, попробуем —
вдруг подойдут.
На двадцать третьей секунде игры, когда
противник, подбадриваемый криками своих
болельщиков (дело было на поле «белых»), пошел на первый
штурм, одни из защитников «Химика», развернутый
на полном ходу неведомой силой, внезапно и тяжело
ударившись о борт, упал вниз лицом. Его тесно
окружили и свои, и соперники, пытались помочь, но
без уснеха. В матче он больше не участвовал.
Н. С. Давыдкин, мастер спорта.
Думаю, через недельку вернусь в строй.
Могло быть куда хуже. Клюшка нападающего
попала мне между коньками, меня
развернуло, бросило на бортик спиной. Ничего,
успел сгруппироваться... Я ведь не из
новичков, за основной состав играю шестой
сезон.
И забивать случается?
Н. С. Давыдкин. В прошлом сезоне
провел семь шайб. Спрашиваете, давно ли
91

играю в хоккей? С первого класса... Нет,
с шести лет. Тренер увидел, как гоняю
мяч с соседскими мальчишками, позвал
заниматься в спортивную школу. Так я все
годы и прожил: днем учеба, а утром или
к вечеру — тренировки. Теперь уж
институт закончил.
Нам, Воскресенским, за неуспехи
команды приходится отдуваться куда
серьезнее, чем игрокам приезжим. Болельщики
же свои, всех нас в лицо знают. Как
проиграем, лучше на улице не показывайся:
застыдят.
Сейчас в команде-только четверо из
тех, с кем начинал. Пришли ребята,
которым еще недавно мы отдавали старые
клюшки (с инвентарем в школе не густо,
но она на хорошем счету, в турнирах
«Золотая шайба» всегда в первой тройке).
Теперь начинают играть всерьез — и
стараются изо всех сил. Еще бы! Ведь они
тоже местные.
К концу первого периода «Химик» разыгрался.
Сравнял счет, атаковал непрерывно, азартно, весело...
А после перерыва, когда все снова кинулись на
штурм, одни нз «белых» просочился в тыл и пробил
мнио вратаря. 3:2. Это повторялось трижды:
отчаянный штурм, за ним взятие ворот соперником.
Сказывался, видно, недостаток опыта. Потом
штурмовали «белые» — и что-то не клеилось у них. Шайба
не шла даже в пустые ворота. «Эх, мальчишки одни
остались»,— рычал в сердцах алчный до гола
местный болельщик, сосед по трибуне. Потом одни из
«белых», потянувшись за трудной шайбой, неудачно
столкнулся с защитником и выбыл нз игры. «Перелом
руки»,— доложил всезнающий сосед после второго
перерыва. А когда я усомнился, стоит ли, мол, так
рисковать ради одного паса, посмотрел, как на
недоумка, и закричал: «Так это же игра!»
Вп. Ф. Васильев, мастер спортаг
старший тренер «Химика». Это игра. И игра
суровая. У нее свои законы. А сейчас у
нашей команды положение нелегкое.
Отступать некуда — прошлый сезон «Химик»
закончил весьма неудачно. На то были
свои причины. Команда всегда славилась
умной, изобретательной игрой, этим и
держалась. Но теперь смекалка перестала быть
ее привилегией — советский хоккей на
месте не стоит. Вот и сегодня... Противник —
команда, всегда слывшая равной нам по
классу. А я вижу, они уже ушли вперед
по меньшей мере на год.
Команду я принял совсем недавно,
но запаса времени нет, хотя сезон только-
только начинается. К игрокам претензий
мало — они стараются. И мы делаем все,
чтобы не выходить на лед обреченными.
Надо же быть самолюбивыми, особенно
в молодости. А у нас почти вся команда —
либо необстреленная молодежь, либо
игроки, успевшие отдать немало лет другим
клубам.
Видимо, у вас трудности с резервами. Ведь
остальные команды высшей лиги представляют
города с полумиллионным, миллионным населением,
там и молодежи куда больше. А ваш город совсем
небольшой.
Вп. Ф. Васильев. Конечно, одна из
главных трудностей — резервы. Не будем
закрывать глаза на реальность: такой
команде, как «Химик», приходится
готовить смену не только для себя. Не раз
и не два случалось так, что лучшие игроки
уходили в другие клубы. Вот и сейчас мы
лишились нападающего Лаврентьева —
перешел в «Спартак». Но город о нас
заботится, администрация объединения «Мин-
удобрения» делает для хоккеистов все,
что в ее силах. Это очень важно и дорого.
Хоккей — самая популярная среди
местных мальчишек игра, в спортивной школе
нет отбоя от желающих, и способных
ребят, оказывается, можно найти даже в
небольшом городе.
Слышал по радио — вы долго играли в
«Крыльях Советов». Видимо, тянет иногда взять клюшку да
самому выйти на лед.
Вл. Ф. Васильев. Это было бы легче
всего. Тренерская доля потяжелее. В ней
есть немало сходного с режиссерской.
Пришлось мне как-то видеть по телевизору
передачу о работе режиссеров. Конечно,
каждый из них знал, что его снимают. Все
вели себя, что называется, дипломатично.
И все же в самом конце проскочил такой
эпизод. Режиссер просит: дайте свет. Света
нет. Он повторяет: дайте свет. Результат
тот же. И он взрывается, орет в голос:
дайте же, наконец, свет!
Конечно, это режиссерская находка
того, кто передачу ставил,— но как это
похоже на правду! И на нашу тренерскую
работу, в которую нельзя не вкладывать
всего себя, из-за которой не спишь ночами,
о которой все не расскажешь... Одно скажу:
сейчас нам тяжело, но со стороны
говорят — видны уже первые сдвиги к лучшему.
Мы настраиваемся на рабочий лад и
надеемся успеть, хотя времени у нас,
повторяю, почти нет.
Я смотрел на трибуны и подсчитывал.
Сидит здесь добрая тысяча человек. Рабочие,
летчики, артисты, химики — кого только нет.
Охотились за билетами, волновались, многие ехали
издалека — а на дворе ливень. Зачем им это?
И вдруг «Химик», мой «Химик», двинулся в атаку,
и и понял, что не усижу, не выживу — помру на
этом месте, если сейчас, с ню минуту, не забьют.
А они — дай им бог здоровья — забили. И избавили
меня от намерения задать им дурацкий вопрос: что
же все-таки дает химикам «Химик»?
Сам понял.
В. ЗЯБЛОВ
От редакции. Эти беседы были записаны в сентябре
прошлого года. С тех пор миновала половина
хоккейного сезона. Судя по ее результатам, «Химик»
сумел справиться с трудностями, о которых говорил
его старший тренер: прочно держался в середине
турнирной таблицы, играл дерзко, бескомпромиссно...
В печати заговорили о возрождении команды, даже
о чуде «Химика».
Пожелаем же команде из города химиков
дальнейших успехов.
92

Нарушители вкуса
Плоды, корни, листья и стебли различных
растений издавна применяют в кулинарии. Это
перец и корица, гвоздика и мускатный орех,
имбирь и кардамон...
Но существуют вещества, сами особо
приятного вкуса не имеющие, но способные заметно
менять вкус блюд, к которым они добавлены.
Среди них нам наиболее известен глутамат
натрия, заимствованный из рецептов блюд стран
Юго-Восточной Азии: это вещество придает
мясным блюдам более яркий, насыщенный вкус и
даже сообщает вкус мяса блюдам, от которых,
как говорится, мясом и не пахнет.
Наконец, некоторые вещества, а точнее,
содержащие их растения способны как бы
извращать вкусовые восприятия. Например, в
тропических районах Индостана, Африки и Австралии
встречается растение гимнема лесная. Стоит
пожевать листья этого растения, как всякая пища
начинает казаться совершенно безвкусной —
будь она сладкой или горькой, соленой или
кислой. Действующее начало этого растения — гим-
немовая кислота — была выделена в чистом виде
еще в конце прошлого века, однако до сих пор
осталось неясным, почему она лишает человека
всяких вкусовых ощущений.
В нашей стране тоже встречается растение,
листья которого оказывают на человека действие,
подобное действию листьев гимнемы: это
зизифус, который встречается в Средней Азии и
в Закавказье, но может расти и под Одессой,
и под Воронежем. Зизифус представляет собой
деревце высотой около четырех метров, с
блестящей ажурной листвой; его плоды
напоминают по вкусу финики. Листья зизифуса, как и
листья гимнемы, подавляют чувствительность
вкусовых рецепторов, в результате чего
пожевавший их человек на 5—30 минут теряет
способность различать сладкое и горькое.
А вот сами по себе не очень вкусные
плоды другого деревца, произрастающего в
тропических районах Западной Африки (его
называют дика или ассаа), притупляют
чувствительность рецепторов кислого и обладают
удивительной способностью усиливать аппетит человека:
отведав этих плодов, он с большим
удовольствием поглощает все, что прежде казалось
невкусным. Такое действие продолжается до часа и
более.
Африканцы пользуются плодами дики для
улучшения вкуса пищи. Так почему бы и нам не
перенять этот полезный народный опыт?
В. АРТАМОНОВ
Красьте
инсектицидом
Поговорим о мухе. Той самой, которая
летним днем влетает через открытое окно в
кухню и которую можно безуспешно гонять
часами, сбивая полотенцем плохо закрепленные
предметы пока, наконец, раздражение не
заставит бросить полотенце в угол и скорее покинуть
кухню. О той мухе, которая в этот момент
будет сидеть на потолке и с видом победителя
потирать лапки.
Если бы мух в кухне было много, можно
было бы распылить инсектицид или репеллент.
Но не обрабатывать же ради одной-единствен-
ной! Ведь придется убирать подальше продукты,
посуду;тратить время и деньги, потом
проветривать... Эффективность такой операции будет не
выше, чем при стрельбе из пушки по воробьям.
Более рациональный способ борьбы с
насекомыми, посещающими кухни, предложен во
Франции. Ничего хитрого: берут инсектицид,
добавляют в краску, размешивают и,
естественно, разливают по банкам. Если такой краской
покрасить потолок помещения, то инсектицид
(неизвестного пока состава) после высыхания
краски выступает на поверхности в виде
мельчайших кристаллов. Как только на потолок сядет
муха, инсектицид попадает в ее организм и очень
быстро подействует...
Долгие испытания инсектицида показали
его практическую безвредность для людей. Срок
службы такой защитной системы ограничен лишь
сроком службы краски: до нового ремонта
можно забыть о мухах. Краска годится любая —
хоть масляная, хоть водоэмульсионная, хоть
какого-либо другого состава. Окрашивать ею
можно и кухни индивидуальных квартир, и
общественные столовые, и прочие помещения,
часто посещаемые мухами.
Но, конечно, все предметы, посещаемые
мухой, краской не покрасишь. Поэтому все
равно не следует забывать о старом надежном
правиле: главное — это чистота.
Н. ПРОШИН
93

Коротки, заметки
Хомячок
в таможне
На Западе таможенникам приходится
вести отчаянную борьбу с торговцами
наркотиками. Таможенники призвали на помощь
дрессированных собак, умеющих находить
наркотики по запаху. Дело пошло на лад, но у собак
вскоре обнаружились недостатки, мешающие их
широкому применению на таможнях. Дело
в том, что собака обычно слушается только
одного человека, своего хозяина-проводника,
ее нельзя сдавать напрокат, как прибор, а
всякий ли таможенник способен правильно
воспитать и выдрессировать чуткого помощника?
И всякий ли пассажир, не дрогнув,^ позволит
себя обнюхивать служебному псу — а вдруг
тот возьмет да и цапнет? И наконец, для
таможенной службы важна и экономическая
сторона дела: собак-то ведь надо кормить, за ними
надо ухаживать, а это все требует солидных
дополнительных расходов.
А что если подыскать какое-нибудь
животное с таким же, как и у собаки, чутким носом,
но размером поменьше, да и нравом
поспокойнее? И вот зоологи предложили таможенникам
подружиться с... хомячками. Теми самыми
милыми зверушками, которых так любят дети. Ока- f
залось, что чутье у хомячков отменное,
дрессировке они поддаются хорошо, аппетит у них
самый скромный, страха у людей не вызывают
никакого, а работают сами по себе не за страх,
а за совесть. Почуяв подозрительный запах,
хомячок тычет носом в кнопку, загорается красная
лампочка, и таможенник принимается за
досмотр.
Взявшись за дело, хомячки быстро
оправдали доверие и сэкономили немало денег, не
говоря уже о том, что сделали контроль более
надежным. Впрочем, нашлись у хомячков и
недостатки. Прежде всего, оказалось, что, в
отличие от собак, эти животные обладают слабой
памятью и способны запоминать только один запах.
Поэтому в канадском аэропорту, где проводится
этот эксперимент, таможенным контролем
занимаются одновременно несколько «узких
специалистов», каждый из которых умеет распознавать
запах только одного наркотика. И еще:
продолжительность жизни хомячка невелика, и
дрессировщикам приходится больше работать, обучая
смену стареющим ветеранам.

Э pv T' _ п т
Полетит ли
«шаролет»!
Самые первые летательные аппараты
были легче воздуха. Потом небо надолго завоевали
самолеты разных конструкций. А теперь мысль
инженеров вновь возвращается к воздушным
шарам, дирижаблям и другим устройствам, не
требующим расхода энергии для создания
подъемной силы. Но при этом, естественно,
учитываются все последние достижения науки и
техники, а также предлагаются новые,
оригинальные решения.
Например, предлагается создать гибрид
воздушного шара и вертолета: сравнительно
небольшой баллон, наполненный гелием, частично
компенсирует вес летательного аппарата, а
недостающая подъемная сила создается
вертолетным винтом. В результате конструкция
оказывается достаточно компактной и вместе с тем
расход горючего уменьшается. А сейчас
обсуждается еще один проект, не имеющий
прототипов в технике воздухоплавания.
Все любители пинг-понга знают, что при
подаче с «закруткой» легкий целлулоидный
шарик летит не по прямой, а неожиданно для
противника поворачивает в сторону или взлетает
вверх. В футболе схожий удар называют «сухим
листом». А в физике необычное поведение
вращающихся шара или цилиндра при движении
в вязкой среде называется эффектом Магнуса.
Именно этот эффект и предложил использовать
в воздухоплавании один канадский изобретатель.
Основу конструкции составляет шар
диаметром 50 метров, изготовленный из
чрезвычайно прочной и легкой синтетической ткани
и наполненный гелием. Подъемной силы этого
шара недостаточно для того, чтобы поднять в
воздух всю конструкцию вместе с гондолой и
грузом. Однако шар может вращаться вокруг
горизонтальной оси: достаточно, чтобы он делал
всего 5 оборотов в минуту, чтобы возникшая
дополнительная подъемная сила позволила
аппарату оторваться от земли. А установленные в
гондоле турбореактивные двигатели разгонят
этот «шаролет» до скорости 130 км/час.
Предполагается, что «шаролет» сможет
перевозить 60 тонн груза или 200 пассажиров
на расстояние до 800 км, причем удельный
расход топлива должен быть почти в три раза
меньше, чем у вертолета.

^*Ш>+г^*
О. С- КЛУНИЧЕНКО, гор. Ковылкино Мордовской АССР:
Грязь служит затравкой для образования кристаллов льда,
и, чтобы на окне не появлялись морозные узоры, стекло надо
чисто вымыть, а затем протереть глицерином или его смесью со
спиртом.
О. П. КРАВЧЕНКО, Аральск Кзыл-Ординекой обл.: Судя по
описаниям камер «Зенит-10» и «Зенит-Е», в их экспонометры
встроены светочувствительные элементы, не требующие для
работы источников питания.
В ПЕРЕПЕЛКИ НУ, Ленинградская обл.: Ванадит хрома можно
в принципе получить, прокаливая оксиды ванадия и хрома в
высоком вакууме, но не проще ли подыскать для опытов
менее экзотическое вещество?
И. АГАФОНОВУ, Раменское Московской обл.: Если вы
действительно купили 1-фенилпирролидон-3, то смело используйте
его в проявителе, поскольку это и есть фенидон.
С. А. ПОЖАРСКОМУ, Новосибирск: Средство «Тальфтон» для
уничтожения тараканов снято с производства еще в 1978 г. из-за
недостаточной эффективности по отношению к насекомым
и излишне высокой токсичности по отношению к человеку.
А. Г. МУРУЗЯН, Ереван: Суточная потребность взрослого
человека в меди составляет 30 мкг на 1 кг веса, этот микроэлемент
содержится в разных продуктах. особенно много его в говяжьей
печени, какао, креветках, овсянке, гречке, горохе и фасоли.
A. С. ПОЛИШУК, Мурманск: Сочетание растительного
и животного жиров, называемое комбижиром, не может вызвать
язвы желудка, но когда язва уже есть, многие продукты
приходится исключать из диеты — и комбижир в том числе.
B. И. ПЛЕШАКОВУ, Московская обл.: Мелисса лимонная, она же
лимонная мята,— это пряное растение, листья которого, сухие
или сушеные, кладут в соусы, в мясные и рыбные блюда —
минут за десять до того, как снимать с огня.
Л. П., Новгород: При малоподвижном образе жизни и
постоянном переедании капуста не спасет от ожирения, даже если
съедать ее в день по килограмму.
Т. А. , ШЕПЕЛЬКОВОЙ, Ташкент: Причина помутнения и
'французских, и отечественных, и любых других духов заключается
чаще всего в том, что во флакон попадает влага, а это случается
обычно, когда духами пользуются в ванной комнате сразу после
купанья.
Б. ПАВЛОВИЧУ, Минская обл.: Канна — это забытая ныне, но
бывшая в ходу три-четыре века назад мера вместимости
для жидкостей, равная двум кружкам (то есть чуть меньше 2,5 л),
а также мерный сосуд, вмещающий именно столько жидкости.
В. Д-вой, Киев: Песочным часам ни мороз, ни жара не страшны,
а вот наручные не рассчитаны на эксплуатацию в экстремальных
условиях, так что спокойнее будет в баню их не брать.,.
Редакционная коллегия:
И. В. Петрянов-Соиолов
(главный редактор),
П. Ф. Баденков,
Н. М. Жаворонков,
В. Е. Жвирблис
(зав. отделом хим. наук),
М. Н. Колосов,
Л. А. Костандов,
В. С. Любаров
(главный художник),
Л. И. Мазур,
В. И. Рабинович
(ответственный секретарь),
М. И. Рохлин
(зам. главного редактора),
Н. Н. Семенов,
В. М. Соболев,
Б. И. Степанов,
A. С. Хохлов,
М. Б. Черненко
(зам. главного редактора),
B. А. Энгельгардт
Редакция:
М. А. Гуревич,
Л. А. Емельянова,
Н. В. Ефремов,
Ю. И. Зварич,
М. Я. Иванова,
А. Д. Иорданский,
A. А. Лебединский
(художественный редактор),
О. М. Либкин,
Э. И. Михлин
(зав. производством),
B. Р. Полищук
B. В. Станцо,
C. Ф. Старикович,
Т. А. Сулаева
(зав. редакцией),
В. К. Черникова
Номер оформили
художники:
В.М.Адамова,
А. В. Астрин
Г. Ш. Басыров,
Р. Г. Бикмухаметова
Корректоры
Л. С. Зенович, Л. А. Котов в
Сдено в набор 20.12.1982 г.
Т-05504
Подписано в печать 17.01.83
Бумага 70X180 1/16.
Печать офсетная. Усл.-печ. л. 8,4.
Усл.-кр. отт. 7841 тыс.
Уч.-изд. л. 11,2.
Бум. л. 3,0. Тираж 330 000 экз.
Цена 65 коп. Заказ 3155
АДРЕС РЕДАКЦИИ:
117333 Москва В-333,
Ленинский проспект, 61.
Телефоны для справок:
135-90-20, 135-52-29
Ордена Трудового Красного Знамени
Чеховский полиграфический комбинат
ВО «Союзполиграфпром»
Государственного комитета СССР
по делам издательств,
полиграфии и книжной торговли
г. Чехов Московской обл.
© Издательство «Наукам,
«Химия и жизнь», 1983

Про чеснок
Если бы мы устраивали мир по своему
усмотрению, то, наверное, постарались бы
сделать так, чтобы кое-чего было поменьше:
медуз в море, шипов у розы, запаха у чеснока.
Однако природа заботится о человеке не
больше, чем о других своих созданиях, и потому она
дала чесноку сильный и здоровый дух. Ему,
чесноку, хорошо — летучие и пахучие вещества
запросто расправляются с самими зловредными
микроорганизмами, создавая вокруг скромного
растения почти стерильный микроклимат. Да
и нам, честно говоря, неплохо, поскольку,
потребляя острые чесночные зубчики, мы успешнее
противостоим всякой простудной и желудочной
напасти. Нам неплохо — нам, но не тем, кто с
нами общается...
Распространяться о целебных свойствах
чеснока — все равно, что ломиться в открытую
дверь. Говорят, об этом есть упоминание даже
на пирамиде Хеопса. В давние времена, за
неимением лучших средств, с помощью чеснока
пытались бороться с чумой и холерой;
несколько наивно; но все-таки лучше, чем ничего.
Сейчас из него готовят аптечные препараты (к слову
сказать, иногда дезодорированные, без запаха),
а по зимнему времени, когда инфекция
подстерегает нас за каждым углом, врачи советуют
чеснок и в натуральном виде, наряду с луком, —
для профилактики.
Не только нам чеснок помогает в трудную
минуту. Есть растения, не очень устойчивые к
микроорганизмам. В качестве лекарства полезно
между картошкой, помидорами и капустой
сажать чеснок, благо корни его, как выяснилось,
тоже выделяют ядовитые для бактерий
фитонциды. Впрочем, где есть яд, там найдется и
противоядие; хотя чеснок и нашпигован
фитонцидами, есть у него свои, чесночные болезни,
возбудители которых равнодушны к грозному
аромату. Это из-за них чесночные зубки
становятся полупрозрачными, стекловидными и
малоприятными на вкус.
А зубки эти — не что иное как почки,
спрятанные в пазухах высохших листьев. Для
нас с вами — пряная приправа, придающая
особую прелесть борщу или маринованному
огурчику, а для растения — органы размножения.
Ибо культурный чеснок семян не дает...
Чеснок — растение горное, и в горах,
поближе к вечным снегам, он, как положено, цветет
и плодоносит. Но, спустившись с вершин, чеснок
потерял способность к цветению. И если на
юге он еще кое-когда выбрасывает стрелку с
бутонами, то на севере и того нет. Северный
чеснок яровой, с множеством мелких зубков;
он хранится год, а то и два — отбор при
селекции шел на л еж кость. А у южного зубков мало,
зато они крупные — тут отбирали на
урожайность. И в самом деле, зачем долго хранить,
когда можно набрать свежего?
Между прочим, свежий чеснок — кладезь
биологически активных веществ, особенно
совсем юный, в виде луковицы, еще на разделенной
на зубки. А про зеленый, с длинными узкими
листьями, и говорить не приходится. Витамина
С в нем черзвычайно много, урожай достигает
400 ц/га. Жаль, что чесночные листья еще не
всюду завоевали признание: они ни в чем не
уступят перьям зеленого лука. Правда, дух будет
покрепче, но все же не такой, как у
заматерелого чеснока.
Конечно, чеснок в любом виде затрудняет
контакты. Ну, хорошо, согласимся — не надо
перед свиданием. Но дома, в кругу семьи, всем
вместе, с салатом, в меру...

Голова —
в холоде!
Когда за окном шумят февральские
метели, невольно появляется скептическое
отношение к известному суворовскому поучению:
держать ноги в тепле, а голову в холоде. Ноги в
тепле — да. Но — голову в холоде? И мы, надев
без колебаний теплые шапки, ломаем голову:
что имел в виду великий полководец?
На голову приходится 8,86% (в среднем,
разумеется) поверхности тела и 20,2% радиаци-
онно-конвективных тепловых потерь.
Повышенная теплоотдача со столь небольшой площади
объясняется и расположением кровеносных
сосудов, и чисто теплофизическими
обстоятельствами — большой кривизной поверхности лба,
затылка, щек, носа. Вот почему с непокрытой
головой мы мерзнем даже в самой теплой
одежде.
Однако это всего лишь одна сторона
вопроса. Другая — как защищать голову от
охлаждения. В лаборатории гигиены одежды
Центрального научно-исследовательского института
швейной промышленности тщательно изучили
роль различных частей теплозащитной одежды
и пришли к несколько парадоксальному, можно
сказать, суворовскому выводу: голова не
нуждается в усиленной теплоизоляции. Если для
ног относительная эффективность утепления
(попросту говоря, вклад части костюма в
теплозащитный эффект всего комплекта одежды) около <
единицы, то для головы этот показатель вдвое;
меньше— несмотря на повышенную
теплоотдачу с ее поверхности. Даже самый легкий
головной убор становится надежным барьером наЕ
пути теплового потока.
Этот вывод влечет за собой ценные
практические рекомендации. В самом общем виде;
их можно сформулировать так: шапка — по
погоде. С учетом температуры воздуха, скоростиг
ветра и, конечно, моды. Но не слишком теплая..
Ибо слишком теплая шапка — это:
1) бессмысленный расход
теплозащитного материала;
2) лишний груз;
3) перегрев, который, как и
переохлаждение, чреват простудой;
4) утрата бодрости, работоспособности и»
ясности мышления.
Все это, очевидно, и имел в виду
Александр Васильевич Суворов.
Издательство «Наука»
Химия и жизнь 1983 г.,
I —96 стр.
Индекс 71050
Цена 65 коп.
ЛЬ 2