/
Author: Безнин М.А. Димони Т.М.
Tags: всеобщая история история история ссср экономика ссср
ISBN: 978-5-9710-1312-9
Year: 2014
Text
■
М. А. Безнин
Т. М. Димони
АГРАРНЫЙ СТРОЙ РОССИИ 1930-1980-х годов
URSS
М. А. Безнин Т. М. Димони
АГРАРНЫЙ СТРОЙ РОССИИ 1930-1980-х годов
URSS
МОСКВА
ББК 63.3(2Рос)6 63.3(2)7 65.02
УДК 94(470)
Б39
Безнин Михаил Алексеевич,
Димони Татьяна Михайловна
Аграрный строй России 1930-1980-х годов.— М.: ЛЕНАНД, 2014.— 608 с.
В монографии изложена авторская концепция аграрного строя России периода господства колхозно-совхозной системы. Авторы трактуют данное 60-летие как время вызревания и господства госкапитализма на селе, смены основополагающих факторов функционирования аграрной экономики. В монографии описано радикальное переструктурирование деревенского сообщества: раскрестьянивание и формирование пяти новых социальных классов, коренным образом отличавшихся друг от друга по месту в отношениях собственности, объемно-правовому положению, ментально-поведенческим характеристикам.
Предназначена для исследователей, работников высшей школы, аспирантов, студентов исторических и экономических специальностей.
Научное издание
Рецензенты:
д-р ист. наук, проф. С. А. Есиков} д-р ист. наук, проф. Г. Н. Кочешков
Редакционная подготовка — Л. И. Безнина
Оригинал-макет — С. В. Кудрявцев
Исследование выполнено при финансовой поддержке Российского фонда фундаментальных исследований {РФФИ). Проект № 12-06-00088-а.
ООО «ЛЕНАНД». 117312, г. Москва, пр-т Шестидесятилетия Октября, д. НА, стр. 11. Формат 60x90/16. Тираж 500 экз. Печ. л. 38. Зак. № 3247
Отпечатано в ОАО «Первая Образцовая типография».
Филиал «Чеховский печатный двор». 142300, Чехов, ул. Полиграфистов, д. 1.
ISBN 978-5-9710-1312-9
© М. А. Безнин, Т. М. Димони, 2014
©ЛЕНАНД, 2014
НАУЧНАЯ И УЧЕБНАЯ ЛИТЕРАТУРА
E-mail: URSS@URSS.ru Каталог изданий в Интернете: http://URSS.ru Тел ./факс (многоканальный):
URSS +7(499)724 25 45
Все права защищены. Никакая часть настоящей книги не может быть воспроизведена или передана в какой бы ю ни было форме и какими бы то ни было средствами, будь то электронные или механические, включая фотокопирование и запись на магнитный носитель, а также размещение в Интернете, если на то пег письменною разрешения владельцев.
Оглавление
Введение 5
РАЗДЕЛ ПЕРВЫЙ. Капитализация российской деревни в 1930-1980-е гг. 21
О подходах и понятиях 21
Глава I. ТЕМПЫ И ИСТОЧНИКИ КАПИТАЛИЗАЦИИ 41
§ 1. Накопление капитала 41
§ 2. Источники капитализации 46
§ 3. Проникновение финансового капитала в колхозносовхозную экономику 60
Глава II. УКЛАДЫ АГРАРНОЙ ЭКОНОМИКИ: МЕХАНИЗМЫ
И ПРОЯВЛЕНИЯ КАПИТАЛИЗАЦИИ 73
§ 1. Хозяйственные уклады 73
§ 2. Факторы производства 87
§ 3. Товарность сельскохозяйственного продукта 116
Глава III. СМЕНА ФОРМ ЭКСПЛУАТАЦИИ 127
§ 1. Механизмы эксплуатации крупных хозяйственных
укладов 127
§ 2. Повинности приусадебных хозяйств 142
§ 3. Переход от повинностей к экономической форме эксплуатации труда 165
РАЗДЕЛ ВТОРОЙ. Социальные классы и социальные отношения 175
О подходах и понятиях 175
Глава I. ПРОТОБУРЖУАЗИЯ 213
§ 1. Численность, происхождение, воспроизводство 213
§ 2. Правовое положение 223
§ 3. Экономическое положение 233
§ 4. Место в политической жизни, самосознание 242
Глава II. МЕНЕДЖЕРЫ 251
§ 1. Численность, происхождение 251
§ 2. Правовой статус сельскохозяйственных менеджеров 268
§ 3. Экономическое положение 295
§ 4. Место в общественных отношениях, самосознание 318
3
Глава III. ИНТЕЛЛЕКТУАЛЫ 327
§ 1. Формирование социального класса интеллектуалов 327
§ 2. Правовое положение 349
§ 3. Экономическое положение. Место в производстве 365
§ 4. Место в политической жизни, социальнопсихологические черты 404
Глава IV. РАБОЧАЯ АРИСТОКРАТИЯ 413
§ 1. Численность, социальное происхождение, воспроизводство 413
§ 2. Правовое положение рабочей аристократии 429
§ 3. Экономическое положение 445
§ 4. Место в политической жизни. Самосознание 482
Глава V. СЕЛЬСКОХОЗЯЙСТВЕННЫЙ ПРОЛЕТАРИАТ 495
§ 1. Численность, воспроизводство 495
§ 2. Правовой статус 511
§ 3. Экономическое положение 523
§ 4. Социально-психологические особенности 542
Глава VI. СОЦИАЛЬНЫЕ ОТНОШЕНИЯ В КОЛХОЗНОСОВХОЗНОЙ ДЕРЕВНЕ 559
§ 1. Смена системы социальных отношений.
Социальные отношения и социальное взаимодействие 559
§ 2. Социальный протест. 578
Заключение 606
4
ВВЕДЕНИЕ
В 1990-е гг. аграрную подсистему России постигли очередные потрясения. Казалось бы неожиданно, из социалистической, колхозносовхозной она превратилась в акционерную, фермерскую, предпринимательскую. Пропаганда трубила о приходе капитализма на село. Однако все не так однозначно. Если замерить количество капитала, функционировавшего на рубеже XX-XXI вв. в сельскохозяйственном производстве, мы увидим его сокращение по сравнению с последним периодом существования СССР. Иными словами, после революции начала 1990-х гг. произошла определенная декапитализация села. Другой миф современной пропаганды состоял в декларировании возрождения крестьянства, хотя это понятие в основном связывали лишь с индивидуализацией хозяйствования, а не с определенным типом производства и социальным статусом.
Объяснять происходящие перемены парадоксальностью, только внешними воздействиями и предательством элиты вряд ли достаточно. Авторы данной работы склонны видеть причины перелома 1990-х гг. в реализации закономерностей, проявившихся еще в советское время. На наш взгляд, советское социально-экономическое устройство являлось особой формой типичной трансформации: перехода от аграрного общества к индустриально-капиталистической модели. Социальные завоевания наряду с социалистической идеологией были специфическими чертами этой формы. В ее рамках сформировался капитализированный тип хозяйствования, произошли раскрестьянивание, проле- I аризация и вызревание протобуржуазного слоя деревни. Сработала достаточно известная схема модернизации, которая имеет «западную», «восточную» и, как оказалось, российскую специфику. Это обстоятельство требует, на наш взгляд, соответствующего набора исследуемых объектов и процессов, что и реализовано в настоящей работе.
Изучение социальных и экономических процессов в советской историографии строилось по принципу анализа этапов построения социалистического общества. Такие исследования были выполнены Н А. Ивницким, М.А. Вылцаном, Ю.В. Арутюняном, И.М. Волковым 5
по аграрной проблематике 1930-1950-х гг. А.П. Тюрина исследовала развитие советского села 1960-1980-х гг.1 Эволюция материальной базы сельскохозяйственного производства была изучена В.П. Даниловым, развитие типов и форм сельхозпроизводства - М.Л. Богденко и И.Е. Зелениным (совхозы), В.Б. Островским (крестьянский двор). Вопросы организации производства зерна исследовались Ю.А. Мошковым. Процессам электрификации, мелиорации, химизации сельского хозяйства уделялось большое внимание в работах А.П. Тюриной2 3. Итогом историографических достижений советского этапа стала многотомная «История крестьянства СССР», охватывающая период до конца 1950-х гг? В ней аграрный строй трактовался как социалистический, представленный однородными по социально-экономической природе секторами, в рамках становления которого крестьянство приобрело новые черты, став колхозным, советским. В 1990-е гг. и в начале XXI в., кроме идеологической переоценки важнейших характеристик аграрного устройства советской страны, был описан ряд малоизвестных страниц истории репрессий в деревне, голода, демографических процессов, аграрной политики отдельных правителей, системы сверхэксплуатации крестьян и др.4 В этот период произошла 1 Ивницкий Н.А. Коллективизация и раскулачивание (начало 30-х годов). М., 1996; Вылцан М.А. Завершающий этап создания колхозного строя (1935-1937). М., 1978; Он же. Советская деревня накануне Великой Отечественной войны (1938- 1941 гг.). М., 1970; Волков И.М. Трудовой подвиг колхозного крестьянства в послевоенные годы. Колхозы СССР в 1946-1950 гг. М., 1972; Вылцан М.А. Восстановление и развитие материально-технической базы колхозного строя. 1945-1958. М., 1976; Арутюнян Ю.В. Советское крестьянство в годы Великой Отечественной войны. М., 1970; Тюрина А.П. Социально-экономическое развитие советской деревни: 1965- 1980. М., 1982.
2 Зеленин И.Е. Зерновые совхозы СССР (1933-1941). М., 1966; Он же. Совхозы СССР. 1941-1950. М., 1969; Богденко М.Л. Совхозы СССР. 1951-1958. М., 1972; Мошков Ю.А. Зерновая проблема в годы сплошной коллективизации сельского хозяйства в СССР (1929-1932). М., 1966; Данилов В.П. Создание материально- технических предпосылок коллективизации сельского хозяйства в СССР. М.,1957; Островский В.Б. Колхозное крестьянство СССР. Политика партии в деревне и ее социально-экономические результаты. Изд. Саратовского университета, 1967; Тюрина А.П. Социально-экономическое развитие...; и др.
3 История крестьянства СССР: В 4 т. М., 1986-1988.
4 Зеленин И.Е. Аграрная политика Хрущева и сельское хозяйство. М., 2001; Зима В.Ф. Голод в СССР 1946-1947 гг.: происхождение и последствия. М., 1996; Попов В.П. Российская деревня после войны (июнь 1945 - март 1953). М., 1993; Вербицкая О.М. Российское крестьянство: от Сталина к Хрущеву. Середина 40-х - начало 60-х гг. М., 1992; Попов В.П. Крестьянские налоги в 40-е гг. // Социологические исследования. 1997. № 2. С. 95-114; Зима В.Ф. «Второе раскулачивание»: (Аграрная политика конца 40-х - начала 50-х годов) // Отечественная история. 1994. № 3. С. 109-125; и др.
6
трансплантация на почву нашей аграрной истории идей западного кре- стьяноведения5.
Предпосылки переоценки базовых характеристик аграрного устройства России 1930-1980-х гт. складывались постепенно. Еще в конце 1950-х - 1960-е гг. в западной советологии обсуждалась концепция «аграрной колонизации» в СССР. Утверждалось, что в 1930- 1940-е гг. в стране осуществлялась беспрецедентная эксплуатация крестьянства, в то время как советское сельское хозяйство оставалось отсталым, архаичным, полуфеодальным. В то же время исследователи обращали внимание на значительные перемены в экономическом строе сельского хозяйства СССР, произошедшие после 1953 г.6 Советская историография и особенно экономическая наука конца 1950-х - 1960-х гг. отмечали разность процессов и экономических механизмов, действовавших в аграрной подсистеме до 1950-х гг. и в так называемый «послесталинский» период. Фактически о господстве базовых элементов аграрного общества в конце 1920-х гг. писал В.П. Данилов7. В книге В.Б. Островского были приведены сведения об изменениях в материально-технической базе колхозов, о росте профессиональной специализации в деревне, комментировались изменения в быту и духовном облике колхозного крестьянства, которые не вписывались в господствовавшую в историографии схему8. В работах экономистов обращалось внимание на медленный процесс накопления в колхозах, натуральность отношений в селе 1930 - начала 1950-х гг., сохранение в этот период большой роли личного приусадебного хозяйства в аграрной экономике9. Традиционность отношений кре-
' Великий незнакомец. Крестьяне и фермеры в современном мире. Хрестоматия / сост. Т. Шанин. М., 1992; материалы семинара «Современные концепции аграрного развития» (публиковались в журнале «Отечественная история» в 1992- 1998 гг.), публикации Центра крестьяноведения и аграрных реформ (см. библиографию в сб.: Рефлексивное крестьяноведение. Десятилетие исследований сельской России. М., 2002. С. 569-581).
' Schapiro L. The Communist Party of Soviet Union. N. Y., 1960; Bergson A. The Economics of Soviet Planning. L., 1964; Nove A. The Soviet Economy. An Introduction. I.., 1961; Дюмон Рене. Колхозы, совхозы или проблематичный коммунизм. М., 1964. Вып. 1; Марченко В.П. Основные черты хозяйства послесталинской эпохи. Мюнхен, 1959; Гарди Р. Большой поворот социализма. М., 1970; Спасибер Н. Советская стратегия экономического роста. М„ 1965; Билимович А.Д. Экономический строй освобожденной России. Мюнхен, 1960; и др.
'Данилов В.П. Советская доколхозная деревня: население, землепользование, хозяйство. М„ 1977; Он же. Советская доколхозная деревня: социальная структура и социальные отношения. М., 1979.
" Островский В.Б. Колхозное крестьянство СССР...
" Издержки производства и себестоимость продукции в колхозах. М., 1960; Суслов И.Ф. Экономические проблемы развития колхозов. М., 1967; Эффективность 7
стьянства с властью в первой половине XX в. подчеркивали М. Левин, Ш. Фицпатрик и другие историки* 10.
К выводу о необходимости нового концептуального осмысления аграрного строя России 1930-1980-х гг. привели авторов и собственные исследования. Еще на рубеже 1970-1980-х гг. был сделан вывод о постепенной унификации социального статуса колхозников и совхозных рабочих11. В конце 1980-начале 1990-х гг. один из авторов данной работы установил, что старокрестьянский уклад в виде двора (а не ЛПХ) длительное время и в рамках колхозной системы выполнял важнейшие экономические функции, а для самих крестьян до 1960-х гг. являлся основным фактором жизнеобеспечения12. На Всероссийской конференции 1992 г. в Вологде был сформулирован подход к трактовке раскрестьянивания. На сессии Симпозиума по аграрной истории Восточной Европы 2000 г. в нашем докладе этот вывод был дополнен характеристикой пролетаризации, с одной стороны, и подспудного вызревания протобуржуазии в колхозной среде - с другой. Во второй половине 1990-х гг. в Вологде и отчасти в Новосибирске стало культивироваться изучение системы экономических отношений в колхозной деревне как отношений повинностного типа, характерных для аграрного общества13.
сельскохозяйственного производства. М., 1967; Емельянов А. М. Методологические проблемы накопления и рентабельности в колхозах. М., 1965; Котов Г.Г. Расширенное воспроизводство социалистического сельского хозяйства. М., 1969; Материальное стимулирование развития колхозного производства. М., 1963; Белянов В.А. Личное подсобное хозяйство при социализме. М., 1970; Шмелев Г.И. Личное подсобное хозяйство и его связи с общественным производством. М., 1971; и др.
10 Levin М. Russian Peasants and Soviet Power. L., 1968; Фицпатрик Ш. Сталинские крестьяне. Социальная история советской России в 30-е годы: деревня. М., 2001.
11 Безнин М.А. Совхозные рабочие Европейского Севера РСФСР в годы восьмой и девятой пятилеток: автореф. дис. ... к.и.н. Л., 1983; Безнин М.А. К изучению материального благосостояния рабочих совхозов северной части Российского Нечерноземья в 1965-1975 годах // История СССР. 1986. № 1. С. 132-143.
12 Безнин М.А. Крестьянский двор в Российском Нечерноземье 1950-1965 гг. М.; Вологда, 1991; Он же. Материальное благосостояние колхозной семьи в Нечерноземье (1959-1965 гг.) // История СССР. 1989. № 1. С. 37-59; Он же. Крестьянский двор российского Нечерноземья в 1950-1965 годах // Отечественная история. 1992. № 3. С. 16-29.
13 Безнин М.А. Раскрестьянивание России // Крестьянское хозяйство: история и современность. Материалы Всероссийской научной конференции. Вологда, 1992. Ч. 1. С. 103-110; Безнин М.А., Димони Т.М. Зажиточное крестьянство России во второй половине XX века // Зажиточное крестьянство России в исторической ретроспективе. Материалы XXVII сессии Симпозиума по аграрной истории Восточной Европы. Вологда, 2001. С. 5-15; Безнин М.А., Димони Т.М., Изюмова Л.В. Повинности российского крестьянства в 1930-1960-х годах. Вологда, 2001; Безнин М.А., Димони Т.М. Повинности российских колхозников в 1930-1960-е гг. // Отечественная история. 2002. № 2. С. 96-111; Политика раскрестьянивания в Сибири / отв. ред. В.А. Ильиных, О.К. Кавцевич. Вып. 1. Этапы и методы ликвидации крестьянского хо8
Также было начато изучение социально-политической и духовной составляющих раскрестьянивания: постепенного угасания традиционного крестьянского менталитета, изменения способов взаимодействия с властью, разрушения так называемого «лада» крестьянской жизни14. В 2003 г. были опубликованы тезисы новой характеристики аграрного строя, на основании которых авторы сделали доклад на ученом совете ИРИ РАН15. По сути это была гипотеза, исследованиям которой было посвящено следующее десятилетие. В 2002, 2004 гг. на очередных сессиях Симпозиума по аграрной истории Восточной Европы нами были изложены новые подходы к изучению эволюции поземельных отношений, динамики капитализации в разных сельских укладах, товаризации продукции, рабочих рук, средств производства в аграрной сфере, радикальных перемен в деревенской инфраструктуре16. Итоги данных конкретных исследований были подведены в ряде работ17. Однако и они оказались недостаточными для характеристики экономических параметров аграрного строя, потребовав изучения процесса его становления под углом зрения изменений факторов производства и смены форм эксплуатации, что впервые системно изложено в данной книге.
зяйства. 1930-1940 гг. Новосибирск, 2001; Вып. 2. Формы и методы централизованных хлебозаготовок. 1930-1941 гг. Новосибирск, 2002; Вып. 3. Налогово-податное обложение деревни 1946-1952 гг. Новосибирск, 2003.
14 Димони Т.М. Социальный протест в колхозной деревне 1945-1960 гг. (на материалах Европейского Севера России): дисс. ... к.и.н. Вологда, 1996; Безнин М.А., Димони Т.М. Крестьянство и власть в России в конце 1930-х - 1950-е гг. // Менталитет и аграрное развитие России (XIX-XX вв.). М., 1996. С. 155-166; Безнин М.А., Димони Т.М. Социальный протест колхозного крестьянства (вторая половина 1940-х - 1960-е гг.) // Отечественная история. 1999. № 3. С. 81-99; Безнин М.А., Димони Т.М. Завершение раскрестьянивания в России (вторая половина XX века) // Россия в XX веке. Реформы и революции: В 2 т. М., 2002. Т. 1. С. 632-643; Димони Т.М. История колхозной деревни в романном творчестве Ф. Абрамова // Отечественная история. 2002. № 1. С. 123-135; Она же. «Председатель»: судьбы послевоенной деревни в кинокартине первой половины 1960-х годов // Отечественная история. 2003. № 6. С. 91-101.
15 Безнин М.А., Димони Т.М. Аграрный строй России в 1930-1980-е гг. Тезисы науч, доклада. Вологда, 2003; Безнин М.А., Димони Т.М. Аграрный строй России в 1930- 1980-е гг. // Труды Института российской истории РАН. 2006. № 6.
16 Безнин М.А., Димони Т.М. Аграрный строй и поземельные отношения в России в 1930-1990-е гг. // Землевладение и землепользование в России (социальноправовые аспекты): Материалы XXVIII сессии Симпозиума по аграрной истории Восточной Европы. Калуга, 2003. С. 5-15.
17 Безнин М.А., Димони Т.М. Аграрный строй России в 1930-1980-х годах (новый подход) // Вопросы истории. 2005. № 7; Безнин М.А., Димони Т.М. Процесс капитализации в российском сельском хозяйстве 1930-1980-х годов И Отечественная история. 2005. № 6. С. 94-121; Безнин М.А., Димони Т.М. Капитализация в российской деревне 1930-1980-х годов. Вологда, 2005; М., 2009.
9
Неизбежным результатом нового подхода к характеристике аграрной экономики является пересмотр представлений о социальной истории советской российской деревни. При этом авторы опирались отчасти на наследие советской историографии деревни, современные наработки (Ю.В. Арутюнян, Ю.С. Борисов, В.Г. Венжер, И.М. Волков, М.А. Вылцан, В.П. Данилов, И.Е. Зеленин, Р.В. Рывкина, П.И. Симуш, В.И. Староверов, А.П. Тюрина, В.Б. Чистяков и др.)18.
В указанных работах был сделан значительный рывок вперед по сравнению с историографией 1930-1950-х гг., которая в основном трактовала политические решения в отношении «воспитания и подготовки кадров сельского хозяйства». Названные историки рассмотрели численность представителей разных профессий в сельском хозяйстве России, систему их подготовки, уровень образования, оплату труда для определенных хронологических этапов. Традиционные историографические подходы не позволяли им выйти за рамки уже устоявшихся представлений. Большую работу проделали социологи 1960- 1980-х гг., пытавшиеся провести вычленение социальных групп в «колхозном крестьянстве», «совхозных рабочих». Так, В.И. Староверов, Ю.В. Арутюнян показали большую сложность социальной структуры села, вычлененность отдельных групп из основной массы колхозников и совхозных рабочих19.
За рубежом представление о сложности сельской системы советского общества формировалось достаточно давно - в работах А. Ноува, М. Джиласа, Д. Бернхема, Г. Беккера и др. Большое значение имели 18 Арутюнян Ю.В. Механизаторы сельского хозяйства СССР в 1929-1957 гг. (Формирование кадров массовых квалификаций). М.. 1960; Арутюнян Ю.В. Социальная структура сельского населения СССР. М., 1971; Борисов Ю.С. Производственные кадры деревни 1917-1941. Цивилизованные хозяйственники или «винтики» государственной машины? М., 1991; Венжер В.Г. Основные вопросы производственной деятельности МТС. М„ 1949; Волков И.М. Трудовой подвиг советского крестьянства в послевоенные годы. Колхозы СССР в 1946-1950 гг. М., 1972; Вылцан М.А. Укрепление материально-технической базы колхозного строя во второй пятилетке (1933-1937 гг.). М., 1959; Данилов В.П. Создание материально-технических предпосылок коллективизации сельского хозяйства в СССР. М., 1957;3еленин И.Е. Совхозы СССР в годы довоенных пятилеток. 1926-1941. М., 1982; Зеленин И. Е. Совхозы СССР (1941-1950). М„ 1969; Изюмова Л.В. Стратификация колхозной деревни в 1930-1960-е гг. (по материалам Европейского Севера России). Вологда, 2010; Тюрина А.П. Формирование кадров специалистов и организаторов колхозного производства (1941-1958 гг.). М., 1973; Чистяков В.Б. Производственные кадры сельского хозяйства Российской Федерации 1945-1965 гг. М., 2000; и др.
19 Арутюнян Ю.В. Опыт социологического изучения села. М., 1968; Он же. Социальная структура сельского населения СССР. М., 1971; Староверов В.И. Город и деревня. М., 1972; Он же. Социально-демографические проблемы деревни. М., 1975; и др.
10
социологические и социально-политические идеи, высказанные в трудах Дж. Гэлбрейта, Э. Гоулднера, А. Турэна и др.20
Усложнение экономического устройства неизбежно повлекло за собой классовое переструктурирование социума. В частности в сельском хозяйстве, на наш взгляд, сформировались пять основных социальных классов: протобуржуазия (обладавшая наибольшими правами собственности на сельскохозяйственные ресурсы - председатели колхозов, директора совхозов и МТС), менеджеры (управленцы и распорядители ресурсов - бригадиры, управляющие отделениями и др.), интеллектуалы (собственники знаний - агрономы, зоотехники, инженеры- механики и др.), рабочая аристократия (те, кто работал с техникой - основой капитализирующейся экономики - трактористы, комбайнеры, шоферы и др.), сельский пролетариат (наиболее удаленные от собственности и власти «работники конно-ручного труда»)21.
Характеристика этих социальных классов охватила в посвященных им работах такие показатели, как численность, экономическое и правовое положение, место в отношениях собственности, позиция в политической системе, характер труда, социально-психологические особенности. Однако и здесь для завершения целостности картины потребовалось исследование новой системы социальных отношений, пришедшей на смену патриархально-общинным порядкам. Этому посвящена глава VI раздела второго данной книги.
20 Nove A. Economic rationality and Soviet politics; or, Was Stalin really necessary? New York, Praeger, 1964; Джилас M. Новый класс. Нью-Йорк, 1961; Burnham J. The Managerial Revolution: What is Happening in the World. New York: John Day Co., 1941; Becker G. Human Capital. NY., L., 1975; Гэлбрейт Дж. Новое индустриальное общество. М., 1969; Gouldner A. W. Against Fragmentation: The origins of Marxism and the society of intellectuals. N.Y., 1979; Gouldner A. W. The Future of Intellectuals and the Rise of the New Class // Social Stratification. Class, Race, and Gender in Sociological Perspective /Ed. by David B. Grusky. Westview Press, 1994; Touraine A. The Voice and the Eye: An Analysis of Social Movements. Cambridge Univer. Press, 1981; и др.
21 Безнин M.A., Димони Т.М. Социальные классы в российской колхозно-совхозной деревне 1930-1980-х гг. // Социс. 2011. № 11. С. 90-102; Безнин М.А., Димони Т.М. Социальная эволюция верхушки колхозно-совхозных управленцев в России 1930- 1980-х гг. // Российская история. 2010. № 2. С. 25-43; Безнин М.А., Димони Т.М. Протобуржуазия в сельском хозяйстве России 1930-1980-х годов (новый подход к социальной истории российской деревни). Вологда, 2008; Безнин М.А., Димони Т.М. Менеджеры в сельском хозяйстве России 1930-1980-х годов (новый подход к социальной истории российской деревни). Вологда, 2009; Безнин М.А., Димони Т.М. Интеллектуалы в сельском хозяйстве России 1930-1980-х годов (новый подход к социальной истории российской деревни). Вологда, 2010; Безнин М.А., Димони Т.М. Рабочая аристократия в сельском хозяйстве России 1930-1980-х годов (новый подход к социальной истории российской деревни). Вологда, 2012; Безнин М.А., Димони Т.М. Пролетариат в сельском хозяйстве России 1930-1980-х гг. (новый подход к социальной истории российской деревни). Вологда, 2012.
11
Источниковой базой при написании раздела первого данной работы стал комплекс материалов, отложившихся в основном в фондах статистических органов союзного и российского уровня (РГАЭ. Ф. 1562 - ЦСУ СССР; ГАРФ. Ф. А-374 - ЦСУ РСФСР), а также в фондах Министерства сельского хозяйства СССР (РГАЭ. Ф. 7486). Документы статорганов располагают сводными динамическими рядами исчисления основных фондов колхозов, совхозов, крестьянских и единоличных дворов, сводными таблицами расчетов валовой продукции сельского хозяйства - источниками, представляющими чрезвычайный интерес для нашего исследования. Материалы баланса народного хозяйства, находящиеся в фондах ЦСУ СССР (РГАЭ. Ф. 1562. Оп. 3), позволяют проследить особенности воспроизводства сельскохозяйственных укладов. В частности, таблицы расчета материальных затрат в сельском хозяйстве показывают соотношение использования внутриотраслевой (сельскохозяйственной) и пришедшей извне (промышленной) продукции в сельхозпроизводстве колхозов, совхозов, приусадебных хозяйств. Сведения, представленные в разработках ЦСУ СССР и ЦСУ РСФСР сводных годовых отчетов колхозов РСФСР за 1930- 1980-е гг. (баланс колхоза, данные о реализации продукции колхоза, производстве и себестоимости продукции, наличии и движении основных средств, денежных доходах и средствах на капитальные вложения), позволяют в системе проследить процессы, характеризующие капитализацию колхозного производства. Большую помощь в работе оказали составленные сотрудниками Министерства сельского хозяйства СССР (РГАЭ. Ф. 7486) динамические таблицы, содержащие различные показатели работы колхозов и совхозов за ряд лет (динамика объемов валового производства и их распределение, динамика себестоимости основных видов сельхозпродукции и др.). Для исследования проблем функционирования финансового капитала в сельском хозяйстве использовались отчеты Госбанка СССР и Сельхозбанка СССР по основной деятельности (РГАЭ. Ф. 1562). Значительная часть Источниковых материалов была извлечена из официальных статистических ежегодников «Народное хозяйство СССР», «Народное хозяйство РСФСР», статистических сборников «Сельское хозяйство СССР», а также из статистических публикаций ограниченного доступа, издававшихся небольшими тиражами, с грифами «для служебного пользования» и «совершенно секретно».
Обработка статистических данных применительно к задачам исследования процесса капитализации имела свою специфику. Необходимость проследить процессы за длительный период времени диктовала потребность в сопоставимости особенно финансовых показателей, что, впрочем, не всегда удавалось реализовать из-за того, что ряд про12
цессов, мало интересовавших статистических работников, экономистов, не были подвергнуты соответствующему пересчету. Унификация масштаба цен также не всегда представлялась нам рациональным способом подготовки первичного статистического материала, поскольку она может стирать характеристики особенностей тех периодов, где применялся тот или иной масштаб цен.
Перед исследователями, решающими задачи изучения классоо- бразования и социальных отношений, встают сложные проблемы ис- гочникового плана. Искомый ракурс не отражался в прямом виде в законодательстве, статистике, делопроизводстве, периодике, поэтому необходимо было привлечь корпус источников, позволяющих по- новому осветить социальную историю советской деревни.
Одну из основных групп документов составили законы и нормативные акты, а также постановления или совместные постановления ЦК ВКП(б) (КПСС) и СНК (Совета Министров) СССР22. Прежде всего, здесь нужно отметить информативные возможности колхозных Уставов 1935,1969,1988 гг., Положения о социалистическом государственном производственном предприятии 1965 г., Постановления ЦК ВКП(б) от 4 февраля 1932 г. «Об очередных мероприятиях по организационнохозяйственному укреплению колхозов», Постановления СМ СССР от 19 апреля 1948 г. «О мерах по улучшению организации и повышению производительности и упорядочению оплаты труда в колхозах», типовых положений об оплате труда, нормативов по организации и оплате труда, законов о действии паспортных систем 1932 и 1974 гг., законодательства, характеризующего правовое положение совхозных рабочих, законов о крестьянских повинностях (нормах выработки трудодней, обязательных поставках сельхозпродукции) и др. Не менее значимым оказалось и изучение проектов различных постановлений, по разным причинам не получивших воплощения.
Отдельную группу документов составили материалы съездов ВКП(б), съездов колхозников и совещаний передовиков сельского хозяйства с руководителями партии и правительства23. Программные вы•2 Собрание законов и распоряжений Рабоче-Крестьянского Правительства СССР, издаваемое Управлением делами СНК СССР и СТО (издавалось до 1938 г.); История колхозного права. Сборник законодательных материалов СССР и РСФСР 1917- 1958. М., 1959. Т. 1; Решения партии и правительства по хозяйственным вопросам (1917-1967). В 6 т. М., 1967-1968; Важнейшие решения по сельскому хозяйству за 1938-1940 гг. М., 1940; Партия - организатор крутого подъема сельского хозяйства СССР. М., 1958; КПСС и резолюциях и решениях съездов, конференций и Пленумов ЦК. Т. 4-15. М„ 1970-1989; и др.
XVII съезд ВКП(б) 26 января -10 февраля 1934 г. Стенографический отчет // http:// www. pseudology. org/Bolsheviki_lenintsy/XVII/ index, htm; Второй Всесоюзный съезд колхозников-ударников. Стенографический отчет. ОГИЗ-Сельхозгиз, 1935; Совеща-
13
ступления советского руководства, построение выступлений рядовых участников, круг обсуждаемых вопросов позволяют выявить информацию о месте социальных классов, биографиях их представителей, взглядах, логике рассуждений, материальном положении и т.д.
Многие статистические источники, используемые для описания социальных классов, уже достаточно давно выявлены историками. Среди них - издания «Народное хозяйство СССР в ... году», «Народное хозяйство РСФСР в ... году», публикации итогов Всесоюзных переписей населения* 24, где присутствовали сведения об основных занятиях сельского населения и численности групп занятых и др. Ряд возможностей для анализа дали статистические сборники, такие как «Колхозы в 1938 г. (по годовым отчетам)» (М., 1940), «Труд в СССР»25, «Сельское хозяйство в СССР», материалы бюджетных обследований колхозников и др. Численность интеллектуалов помогли выявить ранее проводившиеся исследования, а также статистические данные о составе и численности руководящих кадров и специалистов сельского хозяйства, отложившиеся в фонде Министерства сельского хозяйства СССР (РГАЭ. Ф. 7486), которые практически ежегодно представлялись отделом руководящих кадров. Для нас в этом случае были важны не только аспекты общей численности специалистов, но и анализ их сосредоточения в МТС, колхозах, совхозах, участковой сети, а также выявление соотношения профессионально разных групп интеллектуалов. Достаточно большой интерес представляли опубликованные сведения политотделов МТС «Материалы о работе политотделов МТС» (М., 1934), о работе трактористов 1930-х гг.: «Трактористы-двухтысячники. Опыт работы лучших стахановских тракторных бригад Московской области» (М., 1937). Для выяснения «социальных корней» класса исследовались материалы переписи рабочих земледельческих совхозов РСФСР начала 1930-х гг.; обследования труда; материалы единовременного выборочного обследования (1982 г.) эволюции социального положения населения России по времени начала трудовой деятельности и др. Данные о структуре бюджетов колхозных дворов и хозяйств рабочих и служащих ние передовиков животноводства с руководителями партии и правительства. Стенографический отчет. Иэдат. ЦК ВКП(б), 1936.
24 Всесоюзная перепись населения 1939 года. Основные итоги. Россия. СПб., 1999; Итоги Всесоюзной переписи населения 1959 года. РСФСР. М., 1963; Итоги Всесоюзной переписи населения 1970 года. Т. VI. Распределение населения СССР по занятиям; Профессиональный состав населения РСФСР по материалам Всесоюзной переписи населения 1970 г. М., 1973; Профессиональный состав населения коренных и наиболее многочисленных национальностей РФ (по данным переписи населения 1989 г.). М., 1992.
25 Труд в СССР. Справочник 1926-1930 гг. М., 1930; Труд в СССР. М.; Л., 1932; Труд в СССР. М., 1968.
14
были изучены по материалам бюджетных обследований, отложившихся в архивах, отчасти - по опубликованным статистическим материалам26.
Аналитические материалы о трудовой деятельности колхозников и рабочих совхозов были извлечены из центральных (РГАЭ, РГАНИ, РГАСПИ) и региональных (Вологодский областной архив новейшей политической истории, Государственный архив Архангельской области, I осударственный архив Вологодской области и др.) архивов. В частности, к описанию социальных классов были привлечены материалы Российского государственного архива социально-политической истории (РГАСПИ) (Ф. 5, 17, 556), которые содержат обсуждения законодательных решений, касающихся механизаторов, министром сельского хозяйства СССР И.А. Бенедиктовым, секретарем ЦК ВКП(б) (за- 1ем - КПСС) Г.М. Маленковым; различные социально-экономические сводки и расчеты. Важные данные были выявлены в материалах Российского государственного архива экономики (РГАЭ). При работе с фондом 7486 достаточно много сведений было почерпнуто из стено- |рамм совещаний председателей колхозов и директоров МТС за 1930- 1960-е гг. Особую ценность, на наш взгляд, представляют материалы фонда 260, где отложились данные обследований научно- исследовательского колхозного института (НИКИ) 1930-х гг. об оплате груда и распределении доходов в колхозах, о затратах труда разных категорий колхозников, нормировании труда, системах оплаты труда грактористов и т.д. Важную информацию для изучения классов дали различные отчеты и информации Министерства сельского хозяйства СССР, Министерства сельского хозяйства РСФСР: об оплате труда, об «устранении недостатков в работе со специалистами», «об улучшении условий работы специалистов» и т.д.
Большой объем информации был извлечен из писем менеджеров, интеллектуалов, представителей рабочей аристократии, сельского пролетариата, отложившихся в фондах Министерства сельского хозяйства, ЦК ВКП(б) (КПСС). В письмах содержатся сведения о поведении представителей классов, их взаимоотношениях с деревенской и недеревенской средой, месте в сельском социуме, ментальности, психолого-поведенческие характеристики. Особый интерес представ- пяют материалы редакции газеты «Социалистическое земледелие» (позднее - «Сельское хозяйство»). Редактор этого издания А.М. Сиро- 1ин в моменты наиболее интенсивного поступления писем составлял сводки типичных «высказываний» и информировал о них члена Политбюро ЦК ВКП(б) А.А. Андреева, министра сельского хозяйства СССР
1 Совокупный доход семей рабочих промышленности, рабочих совхозов и колхозников РСФСР (приложение к Бюллетеню ЦСУ РСФСР). [M.J. 1962. Ns 30 (июль); Бюджеты рабочих, служащих и колхозников за 1970,1975,1980-1984 гг. М., 1985; и др.
15
И.А. Бенедиктова, зав. сельхозотделом ЦК ВКП(б) А.И. Козлова и др. (РГАЭ. Ф. 7486; РГАНИ. Ф. 5; РГАСПИ. Ф. 17, 556). Письма были извлечены также из опубликованных сборников27.
В качестве источника также были использованы аналитические материалы сотрудников правоохранительных органов, прежде всего прокурорских работников, в большом количестве направлявшиеся в партийные органы «для сведения»28, описывавшие наиболее распространенные способы хищений в колхозах и совхозах, дающие социальный портрет обвиняемых по представленным эпизодам29.
Очень интересный пласт информации представлен сведениями из устной истории крестьян, собранными Центром крестьяноведения и аграрных реформ в 1990-1993 гг. в рамках российско-британского проекта «Изучение социальной структуры советского и постсоветского села» более чем в 20 селах России. Они частично или полностью опубликованы в сборниках «Многоукладная аграрная экономика и российская деревня (середина 80-х - 90-е годы XX столетия)» (М., 2001); «Рефлексивное крестьяноведение: десятилетие исследований сельской России» (М., 2002); «Голоса крестьян: Сельская Россия XX века в крестьянских мемуарах» (М., 1996); серии сборников «Крестьяноведение. Теория. История. Современность» конца 1990-х гг., некоторых региональных изданиях30. Собранные сведения охватывают территории Европейского Нечерноземья, Кубани, Поволжья, Урала, Алтая и т.д. Программа исследований включала изучение истории деревень по разнообразным архивным источникам с момента первого о них упоминания, социологические обследования «на месте», когда социологи длительное время жили в деревнях, методом «включенного» наблюдения собирали разнообразные сведения о деревенской повседневности, интервьюировали селян, выстраивали устные истории их жизни. Кроме того, 27 Зензинов В. Встреча с Россией. Как и чем живут в Советском Союзе. Письма в Красную армию 1939-1940. Нью-Йорк, 1944; Общество и впасть. 1930-е годы. Повествование в документах. М., 1998; Попов В.П. Российская деревня после войны (июнь 1945- март 1953). М„ 1993.
28 Трагедия советской деревни. Коллективизация и раскулачивание. Документы и материалы. М„ 2002. T. 4.
29 См., например, журнал «Следственная практика» за 1950-е гг.
30 Еферина Т.В., Еферин Ю.Г. История села Старое Синдрово // Крестьяноведение. Теория. История. Современность: Ежегодник. 1996. М., 1996. С. 160-205; Кондрашин В. История села Лох // Крестьяноведение. Теория. История. Современность: Ежегодник. 1997. М„ 1997. С. 176-216; Ратушняк О.В., Ратушняк Т.В. Станица Старотитаровская (исторический очерк) /I Крестьяноведение. Теория. История. Современность: Ученые записки. 1999. М., 1999. С. 162-200; Артемова О.В., Безнин М.А., Камкин А.В., Саблин В.А. Исторический очерк деревень Алекино, Ле- онтьевщина, Уткино // Вологда. Краеведческий альманах. Вологда, 1997. Вып. 2. С. 274-392; и др.
16
к исследованию были привлечены устные рассказы крестьян, большое место среди них заняли материалы спецэкспедиции фонда «Исторические исследования», прошедшей в 1999 г. в селах Кемеровской области. Материалы экспедиции представлены в 134 документальных рассказах жителей не только Кемеровской области, но также сельских жителей, ранее проживавших в Новосибирской области, Алтайском крае, о жизни деревни 1930-1980-х гг.31 Кроме того, устные истории селян были почерпнуты из работ И.Е. Козновой о социальной памяти крестьянства в XX в., Т.К. Щегловой о деревне Алтая 1950-1970-х гг., из рассказов очевидцев и участников событий (например, рассказы бывшей трак- юристки А.И. Потехиной)32. Кроме того, привлекались воспоминания сельских жителей с рассказами о сельской жизни 1930-1980-х гг., под- ютовленные журналистами на основании интервью с колхозниками и совхозниками и опубликованные, в основном, в районных и областных 1азетах разных регионов. Большая часть этих воспоминаний принадлежит людям, исполнявшим в деревне менеджерские функции.
Особое внимание уделено описанию категорий сельскохозяйственного населения в публицистике и художественной литературе, вышедшей из-под пера российских писателей-деревенщиков и публицистов. Среди публицистических произведений 1930-х гг. несомненный интерес представляла книга С.С. Маслова о колхозах 1930-х гг., переизданная издательством «Наука» в 2007 г.33 Эта научно-публицистическая работа была подготовлена исследователем российской аграрной экономики в Праге, где впервые и вышла в 1937 г. В работе Маслов, поддерживавший непосредственную связь с Россией, по разным материалам, в том числе по свидетельствам очевидцев, описал социальную и экономическую жизнь российского села после коллективизации. Множество непосредственных свидетельств встречается у публицистов 1950-1980-х гг., издававших свои очерки как в периодической печати, гак и отдельными книгами. Среди них следует назвать такие известные имена, как В. Овечкин, Г. Радов, Ю. Черниченко, В. Полторацкий, Л. Иванов и др.34 Георгий Радов прошел серьезную жизненную шко-
" Лопатин Л.Н., Лопатина Н.Л. Коллективизация и раскулачивание в воспоминаниях очевидцев. М„ 2006.
'' Кознова И.Е. XX век в социальной памяти российского крестьянства. М., 2000; Щеглова Т.К. Алтайская деревня в 1950-1970 гг.: устная история безгласного большинства // История Алтайского края. XVIII-XX вв. Науч, и документ, материалы. Барнаул, 2004; Александра Потехина. Биография // http://persones.ru/person-9889.html и др.
13 Маслов С.С. Колхозная Россия: история и жизнь колхозов. М., 2007.
Овечкин В. Гости в Стукачах. М„ 1978; Овечкин В. Районные будни. М„ 1956; Радов Г. Кого люблю... М., 1971; Черниченко Ю. Зимний Никола. М., 1970; Черниченко Ю. Русский чернозем. М., 1978; Полторацкий В. След человеческий. М., 1977; ' 17
лу, работал в газетах Краснодарского края, Курской, Ленинградской областей, считался очеркистом, знающим жизнь глубинки. Писатель и публицист Юрий Черниченко, начав в 1950-е гг. с сотрудничества с газетами «Советская Молдавия», «Алтайская правда», в 1960- 1970-е гг. работал в центральных газетах «Советская Россия», «Правда», в 1970-1980-е гг. вел телепередачу «Сельский час». Его публикации о социальной жизни российской деревни разных регионов вызывали широкий общественный резонанс, становились темой обсуждений. Леонид Иванов родился в деревне, получил образование агронома, считался мастером «деревенского очерка» о нечерноземной и сибирской деревне. Виктор Полторацкий, наряду с другими темами, посвятил несколько очерков Мещере и Владимирщине. Использовались в исследовании и менее известные публицистические работы, например Дмитрия Кузовлева. Он был журналистом по образованию, работал председателем колхоза, а затем в 1960-1970-е гг. - секретарем сельского райкома КПСС в Вологодской области. В 1970-е гг. Кузовлев подготовил и опубликовал серию книг с небольшими рассказами о проблемах северной деревни. Его яркий рассказ о колхозном бригадире был использован в нашей работе* 35.
Целый пласт сведений в рамках художественного осмысления жизни российской деревни дают произведения писателей-деревенщиков. Их проза, как правило, публицистична и гибко отражает роль социальных слоев и групп в жизни деревни. Деревенская проза сохранила ценнейший пласт сведений, не прописанных ни в статистике, ни в официальном делопроизводстве, ни в периодической печати. С одной стороны, она представляет собой достаточно точное историкоэтнографическое отражение деревенской повседневности, о которой рассказывал писатель, а с другой - деревенская проза явилась историко-художественным осмыслением сложного пути российского села в XX в. В работе использованы повести В. Тендрякова - писателя со сложной цензурной судьбой: «Падение Ивана Чупрова» (1953 г.), «Не ко двору» (1954 г.), «Ухабы» (1956 г.) и «Кончина» (1968 г.); нашумевший в свое время рассказ А. Яшина «Рычаги» (1956 г.), его же повести «Сирота» (1962 г.), «Выскочка» (1961 г.); произведения Ф. Абрамова, написанные в основном на материалах северной деревни (прежде всего «Братья и сестры» 1958-1978 гг.; «Вокруг да около», 1963 г.), а также повести Б. Можаева «Живой» (1964 г.) и «История села Брехова, написанная Петром Афанасиевичем Булкиным» (1968 г.), «Полюшко- поле» (1965 г.); В.И. Белова «Привычное дело» (1966 г.) и др.
Иванов Л. В канун отрадных перемен // Иванов Л. Избранное. М., 1984; и др.
35 Кузовлев Д. Ванюшка II Кузовлев Д. Не поле перейти. Очерки современной деревни. Рассказ. Архангельск, 1977.
18
Отдельно следует выделить использованные в данной работе мемуары. Часть из них принадлежит людям, не деревенским по происхождению и оказавшимся в деревне помимо собственного желания. 1ом не менее, «внешний» взгляд на события врача А. Трушновича, жившего в 1930-е гг. в кубанской деревне, и диссидента историка Л Амальрика, отбывавшего в 1960-е гг. ссылку в сибирской деревне, позволил почерпнуть важные сведения о роли и месте сельских классов в этих регионах36.
Особое значение в описании классовой повседневности имели частушки. Об этом жанре народного творчества написано достаточно много работ, обзор которых делать здесь вряд ли уместно. Историки и фольклористы обращают внимание на видимую простоту частушек и, в io же время, на сложность их для анализа: не всегда можно определить время бытования частушки (они обладают особенностями временного и смыслового наслоения), местность, где исполнялись, но особенно сложно определить их авторство. Нас интересовали частушки, собранные в разные годы, в разных регионах и при разных обстоятельствах, от пропагандистских, поддерживаемых советской властью, до «антисоветских», не издававшихся до 1985 г. Это и частушки вполне «ле- ыльные», которые выходили в советское время в сборниках, подготовленных отдельными авторами, или были собраны в ходе фольклорных экспедиций (конечно, это лишь малая толика от изданных в советское время)37, и частушки «нелегальные», так называемые политические, представленные в самиздате или записях отдельных собирателей38. Критерием при анализе служила типичность, повторяемость описанных в частушках ситуаций, что свидетельствует о распространенности явления. Из частушек можно выяснить место класса в деревенской иерархии, черты поведения, особенности трудовой деятельности, взаимоотношения внутри классовых групп и вне их.
Территориально объект исследования ограничен Российской Федерацией (в то время - РСФСР), ряд процессов анализируется с использованием общесоюзного или регионального материала. Авторы не ставили перед собой задачи описания истории сельского хозяйства, полномасштабной характеристики производства, социальной деревен-
Трушнович А.Р. Воспоминания корниловца: 1914-1934. Посев, 2004 // http://www. dk 1868. ru/history/zap_korn. htm; Амальрик A.A. Нежеланное путешествие в Сибирь. New York: Harcourt Brace Jovanovich, 1970.
" Частушки / сост. C.S. Викулов. Вологда, 1952; Частушки. M., 1958; Частушки в |.1писях советского времени. М.; Л., 1965; Сказки, песни, частушки, присловья Ленинградской области. Л., 1982.
" Частушки/сост. Л.А. Астафьева. М., 1987; Частушки. М., 1987; Частушки. М., 1990; самиздат века. Минск; М., 1997; Заветные частушки: Из собрания А.Д. Волкова. I 2. Политические частушки. М., 1999; Деревенская частушка XX века. СПб., 2006. 19
ской повседневности и других отраженных в научной литературе проблем. Наша скромная роль - изложить авторское видение базовых характеристик аграрного строя постиндивидуалистической деревенской советской России. К ним относятся рассмотрение решающего рывка первоначального накопления на селе, позволившего сначала создать условия, а позже и капитализировать аграрную экономику, радикально изменив соотношение факторов производства, хозяйственные уклады и формы эксплуатации, а также изучение раскрестьянивания, классо- образования и смены типа социальных отношений.
20
РАЗДЕЛ ПЕРВЫЙ
КАПИТАЛИЗАЦИЯ РОССИЙСКОЙ ДЕРЕВНИ в 1930-1980-е гг.
О подходах и понятиях
До сих пор в российской историографии преобладает представление о социалистичности аграрных преобразований 1930-1980-х гг., отраженное в определенных терминах и дискурсах. По нашему мнению, принципиальная разница между господствовавшим в России до конца 1920-х гг. кулацко-кооперативным и восторжествовавшим позднее колхозно-совхозным путями аграрной модернизации отсутствовала. Экономическая суть их была - капитализация, что требует использования в историческом описании соответствующих подходов и понятий, каких как капитал, государственный капитализм, уклады, повинности, экономические и внеэкономические формы эксплуатации и др.1
Г.А. Студенский в «Очерках сельскохозяйственной экономии» подчеркнул «двусмысленность понятия капитала, ведущую свое начало още до А. Смита, понимавшего капитал то как имущество, дающее доход, то как технические средства производства»2. К. Маркс, как пишет >гот автор, отверг технический признак в определении капитала, выдвинув его социологическое понимание и объединив «капитал вместе с ценностью» в высшем понятии производственного отношения3. Эта экономическая концепция, по мнению Г.А. Студенского, подразумевает характеристику капитала как технических средств производства в виде одной из конкретных модификаций капитала4. А.В. Шестаков, рассматривая капитализацию сельского хозяйства России с 1861 по
Авторы их использовали в ряде своих публикаций: Безнин М.А., Димони Т.М. Аграрный строй России в 1930-1980-е годы. Тезисы научного доклада. Вологда, 2003; Безнин М.А., Димони Т.М. Аграрный строй России в 1930-1980-е гг. (Доклад на ученом совете Института российской истории РАН 18 марта 2004 г.) // Сборник научных работ к 50-летию Михаила Алексеевича Безнина. Проблемы экономической и социальной истории: общероссийский и региональный аспекты (XIX-XX вв.). Вологда, 2004. С. 4-13; Безнин М.А., Димони Т.М. Аграрный строй России в 1930-1980-х юдах (новый подход) // Вопросы истории. 2005. № 7. С. 23-44; Безнин М.А., Димони Т.М. Процесс капитализации в российском сельском хозяйстве 1930-1980-х гг. // < нечественная история. 2005. Ns 6. С. 94-121.
Студенский Г.А. Очерки сельскохозяйственной экономии. М., 1925. С. 27.
1 1ам же.
' 1ам же. С. 28.
21
1914 г., под этим процессом понимал вложение капитала в орудия и другие средства производства, капитализацию земли вложениями в нее удобрений, осушение и т.п., наем рабочей силы5. По его мнению, по мере притока капиталов земледелие и становится капиталистическим6. А.А. Кауфман понимал капитал как деньги и совокупность орудий производства, существенные элементы которого - мертвый инвентарь (сельхозорудия и перевозочные средства), постройки, скот7.
A. В. Чаянов называл капитал абстрактной суммой ценностей, совершающей производственный кругооборот в хозяйстве8. П.И. Лященко характеризовал капитализацию как процесс подчинения отрасли хозяйства капиталу9.
B. И. Ленин, зафиксировав наличие в российской экономике начала 1920-х гг. пяти общественно-экономических укладов, попытался проследить основные тенденции их эволюции. По его мнению, мелкая буржуазия и частнохозяйственный капитализм выступают в это время как главный противник и государственного капитализма, и социализма10. Ленин говорит о неизбежности капитализма в «известной мере»11, о том, что его надо использовать, «особенно направляя в русло государственного капитализма»12. По сути дела, в ленинском понимании начала 1920-х гг. Советское государство - это государственный капитализм в сочетании с диктатурой пролетариата13. Без государственного капитализма (этого «преддверия» в материальном, экономическом, производственном плане) Ленин не видел пути в социализм14. Оценивая свое, как теперь говорят, ноу-хау, В.И. Ленин 27 марта 1922 г. на XI съезде РКП(б) говорил: «...нет ни одной книги, в которой было бы написано про государственный капитализм, который бывает при коммунизме. Даже Маркс не догадался написать ни одного слова по этому поводу и умер, не оставив ни одной точной цитаты и неопровержимых указаний. Поэтому нам приходится сейчас выкарабкиваться 6 Шестаков А.В. Капитализация сельского хозяйства России (от реформы 1861 г. до войны 1914 г.). М„ 1924. С. 24.
6 Там же. С. 24, 31.
7 Кауфман А.А. Вопросы экономики и статистики крестьянского хозяйства. М., 1918. С. 127,128.
• Чаянов А.В. Организация крестьянского хозяйства // Чаянов А.В. Крестьянское хозяйство. Избранные труды. М., 1989. С. 365.
9 Лященко П.И. Очерки аграрной эволюции России. Т. 1. Разложение натурального строя и условия образования сельскохозяйственного рынка. М., 1923. С. 21.
10 Ленин В.И. О продналоге // Ленин В.И. Полное собрание сочинений. Изд. 5. М., 1963. T. 43. С. 206-208.
" Там же. С. 229.
'' Там же.
1 ’ Там же С. 222.
Там жо. С. 213.
22
самим...»15. М. Рюбель, оценивая ревизию В.И. Лениным позиции К. Маркса о возможности для России миновать капитализм (перейти от крестьянской общины к коммунитарной экономике), подивился искренности Ленина, который не стал характеризовать экономику начала 1920-х гг. как форму госсоциализма, а прибег к концепции «государственного капитализма» (Маркс не имел никакого отношения к этой 1еории). «Ленин, - отмечает Рюбель, - слишком хорошо знал работы своего учителя, чтобы не понимать, что Маркс никогда не мог бы подумать, что власть, объявившая себя «диктатурой пролетариата», может силой навязать многонациональному 150-миллионному населению нормы государственного капитализма»16.
Вопрос овладения стихийным крестьянским хозяйством для задач государственного капитализма решал в теоретическом плане и А.В. Чаянов. По его мнению, единственно возможный путь - кооперативной коллективизации, «отщепления отраслей от индивидуальных хозяйств и организации их в высших формах крупных общественных предприятий»17. Причем он трактовал этот путь как метод вовлечения сельского хозяйства в систему государственного капитализма, который при национализации земли и политическом господстве трудящихся масс и может быть признан тождественным социалистической организации земледелия18.
Трактовка колхозно-совхозного пути как социалистического переустройства сельского хозяйства широко известна в нашей историографии и подробно обоснована в работах и выступлениях И.В. Сталина «К вопросам аграрной политики в СССР», «Экономические проблемы социализма в СССР», отчетных докладах на XVI, XVII съездах ВКП(б) и др. Определенный ревизионизм по отношению к ленинскому пути аграрных преобразований был дополнен подменой понятий, когда объективные социально-экономические процессы (капитализация, раскрестьянивание) получили здесь другие наименования: социалистическое переустройство производства, формирование нового класса - колхозного крестьянства и т.п.
Иначе понимали то, что произошло в Советском государстве 1930-х гг., западные исследователи. Т. Клифф в работе «Государственный капитализм в России» (1947) утверждал, что сложившийся в 1930-е гг. в СССР общественный строй является не социалистическим 15 Ленин В.И. Политический отчет Центрального Комитета РКП(б) 27 марта [XI съезд РКП(б)] II Ленин В.И. Полное собрание сочинений. Изд. 5. М., 1970. Т. 45. С. 84.
16 Рюбель М. Ленин как буржуазный революционер // http:// www.avtonom.org /lib/ theory/ leftcom/ rubel_lenin.html
17 Чаянов A.B. Сельскохозяйственная кооперация как форма организации сельскохозяйственного производства СССР//Экономическое обозрение. 1925. Июнь. С. 65.
18 Там же. С. 67.
23
и даже не «переходным строем», как считало большинство троцкистов, а сверхмонополистическим государственным капитализмом, где роль совокупного капиталиста выполняет государство19. Вообще высказывания о Советской России как стране госкапиталистической в западной литературе встречались довольно часто. Так, А. Паннекук считал, что Советская Россия - страна государственного капитализма, так как государство выполняет роль работодателя, эксплуатирует трудящихся в интересах государства, контролирует предприятия20. П. Биннс, доказывая, что СССР - госкапиталистическое государство, обращал внимание на решение проблем накопления капитала, бывшего главной целью государственной политики21. Й. Шумпетер социалистическим обществом именует институциональную систему, при которой контроль над средствами производства и самим производством находится в руках центральной власти, иначе говоря, где принадлежность экономики к общественной сфере, а не к частной - дело принципа22. Он считал, что социалисты управляют системой, которая могла двигаться только по капиталистическим рельсам, они могли ее контролировать, регулировать, но управлять - только в соответствии с ее внутренней логикой, что означало «управлять капитализмом», и они стали ею управлять, старательно облачая в убранство из социалистической фразеологии23.
Социалистичность фразеологии имела множество проявлений. Так, признавая капитал как затраты живого и прошлого труда, воплощенного в средствах производства, советская наука признавала капи- талистичность их только при частной собственности на эти средства и при товарно-денежном характере экономических отношений24. На наш взгляд, капитал сохранял экономическую сущность и при колхозносовхозной огосударствленной форме собственности. Более того, сохранение и при «социализме» сущностных качеств капитала, предопределявших общественные отношения, в конечном итоге привело к формированию из управленцев (представлявших эту государственную собственность) слоя будущих приватизаторов деревни. Подтверждает характер основного производственного ресурса деревни 1930- 1980-х гг. как капитала то, что он был желаемым ресурсом и объектом 19 Клифф Т. Государственный капитализм в России. М., 1991.
20 Раппекоек A. State Capitalism and Dictatorship П International Council Correspondence, Vol.lll, No.1, January 1937.
21 Binns P. State Capitalism II Marxism and the Modern World, Education for Socialists No.1, March 1986.
22 Шумпетер Й. Капитализм, социализм и демократия. М., 1995 (вышла на англ. яз. в 1942 г.). С. 226.
23 Там же. С. 473.
24 См., например: Буздалов И.Н. Экономическая эффективность интенсификации сельскохозяйственного производства. М., 1966. С. 9.
24
покушения. Он виделся классам, стремящимся к полному обладанию капиталом, как объект наращивания благосостояния, в то же время для «низших» классов, прежде всего пролетариата, капиталы «общественного» сельского хозяйства никогда не рассматривались как свои. Отсюда покушения «рядовых» колхозников на колхозную собственность квалифицировались как воровство.
Товарно-денежная форма экономических отношений, которая делает капитал таковым, также не отсутствовала в колхозные времена; она лишь имела свою специфику, будучи «вынужденной» уже с начала 1930-х гг. по отношению к аграрному продукту и рабочим рукам, а позднее охватывая все в большей степени средства производства и монетизируясь. П.И. Лященко в «Очерках аграрной эволюции России» первой стадией разрушения докапиталистического сельского хозяйственного строя называет подчинение его торговому капиталу, высшей стадией развития капитализма в сельхозпроизводстве - капитализацию производственного процесса25. Он прослеживает этот процесс в доколхозный период. Явления эти, однако, завершили в России свою естественную эволюцию, по нашему мнению, именно после коллективизации, но в специфических формах «общественного» производства. Неизбежность тенденции к перемещению функций формирования укладов к государству при относительной слабости капиталистического уклада как уклада системообразующего, реализовавшейся в России колхозно-совхозного периода, зафиксирована исследователями по отношению к аграрной эволюции в многоукладном обществе и других стран, например Индии26.
Понятие «капитализации» аграрной экономики вполне сочетается с характеристиками ее модернизации и, в частности, индустриализации. Эти процессы опосредуются в особенностях экономического механизма в условиях коллективизированного сельского хозяйства. Анализ сельского хозяйства сквозь призму его капитализации позволяет выявить специфику новых укладов советской аграрной экономики: государственного (совхозы и МТС), колхозного и индивидуального. Разный уровень и источники накопления капитала в них в течение 1930- 1980-х гг., кардинально отличающиеся степень и формы товарности, методы организации труда, по-разному реализуемые традиции общинности, индустриальности и индивидуализма хозяйственной деятельности под углом зрения капитализации весьма точно просчитываются или описываются в конкретных социальных характеристиках. Взгляд через призму «капитализации» позволяет предложить подход и к опре-
Лященко П.И. Очерки аграрной эволюции России. Т. 1.... С. 76.
См.: Растянников В.Г. Аграрная эволюция в многоукладном обществе: Опыт независимой Индии. М., 1973. С. 6.
25
делению этапов перехода сельской подсистемы от аграрного общества к индустриальному. Использование валово-экономических или социально-демографических характеристик при определении такого перехода следует, на наш взгляд, дополнить анализом ряда качественных характеристик, в частности структуры себестоимости аграрного продукта. Если в ней более половины начинает занимать прошлый труд (капитал), то можно считать, что выход из аграрного состояния (капитализация) - свершившееся историческое изменение.
* * *
О соотношении понятий «капитал», «основные фонды», «основные средства производства»
Поскольку наш подход предполагает трактовку «овеществленного труда», функционирующего в колхозно-совхозном производстве, как капитала, важно выяснить соотношение понятий: содержание экономической категории, прямо называвшейся «капиталом», которая использовалась в начале XX в. и в 1920-е гг., и тех понятий, которые пришли ей на смену после отказа от капитализаторской трактовки экономических процессов. Речь идет о соотношении таких терминов, как «капитал», «основные фонды», «основные средства производства».
В начале XX в. русский «Энциклопедический словарь» Гранат в статье «Капитал» определял, что, «согласно господствующему мнению», под капиталом понимаются «хозяйственные блага, созданные прошлой хозяйственной деятельностью и направленные на ее продолжение, или... средства производства, созданные трудом». Далее в статье перечислялось, что «капитал» - это здания, машины, инструменты и другие приспособления для производства, масло для смазывания машин, уголь для топки, сырой материал и т.д.27 Не вызывает сомнения, что именно в этом смысле термин «капитал» бытовал и в первое десятилетие советской власти. Так, В.И. Ленин в 1922 г. писал о необходимости восстановления основного капитала промышленности - машин, орудий, зданий и т.п.28 А.В. Чаянов, анализируя в 1925 г. капитал в трудовом крестьянском хозяйстве, включает в его состав стоимость построек, скота, инвентаря, семян, кормов, аренды и проч.29 В конце 1920-х гг. наряду с понятием «основной капитал» на27 Энциклопедический словарь русского библиографического института Гранат. 11-е стереотипное изд. М„ 1914. Т. 23. С. 405-406.
28 Ленин В.И. Письмо к Всероссийскому съезду профсоюзов // Ленин В.И. Полное собрание сочинений. Изд. 5. Т. 45. С. 209.
29 Чаянов А.В. Организация крестьянского хозяйства II Чаянов А.В. Крестьянское хозяйство... С. 362-363.
26
чинает употребляться термин «основные фонды». В фонде Центрального управления народно-хозяйственного учета СССР, находящемся в Российском государственном архиве экономики30, например, сосредоточены документы с заголовками: «Основные капиталы колхозов СССР за 1925-1927 гг.»31, «Основные фонды единоличных (крестьянских) хозяйств в 1925-1927 гг.»32, а также ряд документов с показателями стоимости «основных средств производства» колхозов, МТС, совхозов, единоличных хозяйств и т.д., объединенных в папку с общим названием «Таблицы динамических рядов основных фондов социалистических сельскохозяйственных предприятий с 1928 по 1936 г.»33. В плане изучения эволюции понятий «капитал» и «основные фонды» в советский период представляет интерес сравнение структуры показателей, представленных в этих источниках:
«Основные капиталы колхозов СССР за 1925-1927 гг.»
«Основные фонды единоличных (крестьянских) хозяйств в 1925-1927 гг.»
«Основные средства производства колхозов ...за 1928-1937 гг.»
Капитал в постройках: жилые, хозяйственные, подсобные и промышленные.
Капитал в мертвом инвентаре: сельхозинвентарь, транспортный инвен¬
тарь, прочий.
Капитал в живом инвентаре:
рабочий скот, продуктивный скот, молодняк
Стоимость всех основных фондов, в т.ч. сел ьхозка пита лов.
Распределение основных фондов по видам. Постройки все: в т.ч. жилые, хозяйственные.
Мертвый инвентарь весь: в т.ч. промысловый.
Живой инвентарь:
в т.ч. скот
1. Строения сельхозназначения.
2. Мертвый инвентарь:
а) производственный, сельхозинвентарь;
б) тракторы;
в) транспортные средства.
3. Скот, птица, пчелы.
4. Строения, оборудование и инвентарь промышленных предприятий.
5. Прочие средства. Итого основных средств производства
Составлено по: РГАЭ. Ф. 1562. Оп. 74. Д. 44. Л. 38, 48; Оп. 80. Д. 63а.
Как видно из представленных данных, понятия «капитал», «основные фонды», «средства производства» в конце 1920-х гг. были идентичными.
РГАЭ. Ф. 1562.
Там же. Оп. 74. Д. 44. Л. 48.
Гам же. Л. 38.
Гам же. Оп. 80. Д. 63а.
27
В региональных архивных материалах, например документах органов власти административных территорий Европейского Севера России конца 1920-х - начала 1930-х гг., также сосуществуют эти понятия. Данные, имеющиеся в архивных документах Севкрайкома ВКП(б) конца 1920-х гг., называются «Насыщенность совхозов основными капиталами»34 и расписываются по следующим «основным статьям вложений» (с подзаголовком «всего ценностей на сумму»): сельхоз- постройки, жилые и служебные постройки, технические предприятия, мертвый инвентарь, живой инвентарь, мелиорация, «неликвидационное» имущество.
В первом издании «Большой советской энциклопедии» содержалось определение основных фондов народного хозяйства как средств (орудий) труда - зданий, сооружений, машин, оборудования и проч. - и «действительно существующих предметов непроизводственного назначения». Там же указывалось, что «фонды народного хозяйства СССР ... принципиально отличаются от основного капитала в капиталистическом хозяйстве», где «средства труда служат средством эксплуатации»35. В статье «Капитал», опубликованной в той же энциклопедии, вводилось его определение как «экономической категории, выражающей исторически определенные общественные отношения производства». В статье подчеркивалось, что капитал возникает, «когда рабочая сила, благодаря отделению непосредственного производителя от средств производства, становится товаром, а средства производства в руках класса капиталистов превращаются в средства эксплуатации наемного труда». В статье пояснялось, что «победа социализма ... означает, что уничтожена экономическая основа ... превращения средств производства, товара и денег в капитал. В социалистическом хозяйстве СССР средства производства выступают как основные фонды социалистического общества»36.
Идеи о «смерти» капитала в советском обществе были, конечно, мифом, идеологизированной трактовкой естественных экономических процессов. На самом деле происходившие в СССР процессы первоначального накопления и означали непосредственный отрыв производителя от средств производства, товаризацию всех сторон жизни общества, правда, в специфических формах. На это, кстати, обращали внимание зарубежные наблюдатели за развитием советского общества. В частности, французские левые коммунисты в 1946 г. в дискуссии в журнале «Internationalisme» опубликовали статью «Русский экспери34 Государственный архив Архангельской области. Отдел документов социально- политической истории (далее - ГААО ОДСПИ). Ф. 290. Оп. 1. Д. 241. Л. 42.
35 Большая советская энциклопедия (БСЭ). Изд. 1-е. М., 1936. Т. 58. С. 100.
36 Там же. М., 1937. Т. 31. С. 327, 328.
28
мент», где выразили сомнение в том, что экспроприация и национализация средств производства непосредственно означают введение социализма. Они подчеркнули, что «для капиталистического общества совершенно безразлично, является ли частным или коллективным владение средствами производства. То, что определяет капиталистический характер производства, - это существование капитала, т.е. труда, накопленного в руках одних и управляющего живым трудом других ... Перевод капитала из частных ... рук в руки государства означает не модификацию, изменение природы капитализма ... а непосредственно концентрацию капитала, обеспечивая ... более совершенную эксплуатацию рабочей силы». Продолжая эту тему, авторы делали вывод, что «огосударствление может служить камуфляжем для процесса, про- гивоположного социализму»37. Кстати, советская экономика не смогла полностью отказаться от понятий, связанных с характеристиками жизни капитала. В экономической статистике, работах экономистов на протяжении всего советского периода совершенно легально употреблялись понятия: «капиталовложения», «капиталоемкость» и др.
Тем не менее в 1930-е гг. термин «основной капитал» практически исчез из характеристик экономики советского общества. В начале 1930-х гг. речь в документах уже идет только об «основных фондах» или об «основных средствах». Основные фонды определялись как «совокупность произведенных общественным трудом материальновещественных ценностей, действующих в течение длительного периода времени». К основным фондам статистика относила здания, сооружения и передаточные устройства, рабочие и силовые машины и оборудование, измерительные и регулирующие приборы и устройства, |ранспортные средства, инструменты, производственный и хозяйственный инвентарь, рабочий и продуктивный скот и другие средства труда38. Основные фонды, функционирующие в сфере материального производства, получили название производственных основных фондов.
В то же время содержательный анализ статей «основных фондов» свидетельствует о родовой близости их с тем, что вкладывалось в первые годы советской власти в понятие «капитал». Расшифровывая, что входит в основные фонды Северного края в начале 1930-х гг., органы оатистики поясняли, что это «энергетика и машины, производственные постройки с оборудованием, жилищно-бытовые постройки, основное стадо продуктивного скота, вложения в оргтерритории»39. Документ «Сводные динамические таблицы исчисления основных фондов колхо- юв (живой и мертвый инвентарь) ... за 1925-1930 гг.»., отложившийся
Русский эксперимент // http:// goscap.chat.ru/ exper.html
Народное хозяйство СССР в 1965 г. М., 1966. С. 812.
I ЛАО Ф. 106. Оп. 4. Д. 47. Л. 29.
29
в фондах ЦУНХУ СССР40, дает следующие названия статей в материалах обследования колхозов 1930 г.: «Стоимость основных обобществленных фондов, сумма неделимых капиталов и задолженность колхозов ... весной 1930 г.»41:
Постройки:
жилые и прочие личного пользования;
сельхозназначения; промышленные заведения и предприятия.
Мертвый инвентарь: сельскохозяйственный;
транспортный; оборудование и инвентарь промышленных заведений.
Скот:
рабочий;
продуктивный.
Итого основных фондов.
В формах Сводных годовых отчетов колхозов за начало 1930-х гг. эти данные проходят под названием «Имущество» (1932 г.), «Основные средства производства колхозов» (1933-1934 гг.)42.
С середины 1930-х гг. и до конца существования колхозного строя эти показатели в Сводных годовых отчетах колхозов называются «основные средства». Присутствующие в этой форме колхозной отчетности статьи в целом повторяли уже сложившуюся структуру описания «капитала» начала XX в., а затем «основных фондов» в 1930-е гг., за исключением архаичного подразделения на «живой» и «мертвый» капитал, и включали в себя:
рабочий скот;
продуктивный скот, птицу, пчел; тракторы, другие двигатели, сельхозмашины и орудия; инвентарь и оборудование;
транспортные средства;
постройки и сооружения производственного назначения; многолетние насаждения;
постройки и инвентарь культурно-бытового назначения.
40 РГАЭ. Ф. 1562. Оп. 74. Д. 44.
41 Там же. Л. 54.
42 ГААО. Ф. 106. Оп. 8. Д. 2250. Л. 21-22; Ф. 1196. Оп. 1. Д. 1354. Л. ЮЗоб.
30
ft it -it
О многоукладное™ «социалистической» аграрной экономики
Идея многоукладное™ в развитии общества использовалась в социологии XIX в. В. Зомбарт высказал идею о том, что хозяйство, как исторически развивающийся феномен, характеризуется не только гомогенностью, определяемой доминированием той или иной хозяйственной Формы в соответствующий период ее развития, но и гетерогенностью составляющих ее моментов, никогда полностью не подчиняющихся доминирующей хозяйственной форме и отмеченных собственной логикой эволюции43. Идеи существования разных укладов присутствовали и в работах других экономистов. К. Маркс и Ф. Энгельс, разрабатывая теорию формаций, считали, что социально-экономическая формация наряду с господствующим способом производства сохраняет остатки старых способов производства, но появляются и зародыши нового. Применительно к России начала 1920-х гг. В.И. Ленин, как уже отмечалось, указывал на многоукладное™ экономики. В качестве общественно- жономических укладов он выделял: 1) патриархальное, т.е. в значи- 1ельной степени натуральное крестьянское, хозяйство; 2) мелкое товарное производство (большинство крестьян из тех, кто продает хлеб); 3) частнохозяйственный капитализм; 4) государственный капитализм; 5) социализм. По его мнению, «Россия так велика и пестра, что все эти различные типы общественно-экономического уклада переплетаются в ней»44. К этой идее В.И. Ленина неоднократно обращались и поли- жческие деятели, и экономисты, и историки, хотя с разной степенью интенсивности в разные периоды. Например, экономист Е.А. Преображенский в 1920-е гг., используя ленинский подход многоукладное™, сформулировал свой «закон социалистического накопления», происходящего за счет ресурсов отсталых укладов45.
В 1934 г. на XVII съезде ВКП(б) И.В. Сталин сделал вывод, что первый, третий и четвертый уклады (по ленинской классификации) уже не существуют, второй оттеснен на второстепенные позиции, а пятый безраздельно господствует46. В историографии последовал долгий перерыв в изучении укладов российского общества. Тем не менее понятие укладов продолжало существование в общественной мысли.
"Зомбарт В. Буржуа. М., 1994. С.407.
" Ленин В.И. О продовольственном налоге // Ленин В.И. Полное собрание сочинений. Изд. 5. T. 43. С. 207.
'■ Преображенский Е.А. Основной закон социалистического накопления. М., 1924. "• Сталин И.В. Отчетный доклад XVII съезду ВКП(б) // Сталин И. Сочинения. М., 1951. T. 13. С. 309.
31
Во втором издании «Большой советской энциклопедии» давалось определение общественно-экономических укладов как основных форм хозяйственной жизни данного общества, определяющих его экономическую структуру. При этом отмечалось, что ликвидация многоукладное™ социально-экономических форм выражает процесс упрочения и развития формации47. В «Большой советской энциклопедии» третьего издания указывалось, что общественно-экономический уклад - целостная система производственных отношений определенного типа, образующая определенную форму производства. В многоукладном обществе один уклад, как правило доминирующий, объединяет и подчиняет все остальные уклады. В словарной статье давалось деление укладов на: формационные, основные (первобытнообщинный, рабовладельческий, феодальный и др.) и неосновные, неформационные (патриархальный - мелкое натуральное хозяйство, мелкобуржуазный - мелкое товарное хозяйство)48.
Вопрос о существовании хозяйственных укладов вновь начал широко обсуждаться в советской исторической науке во второй половине 1950-х гг. в связи с вопросом об уровне развития капитализма в сельском хозяйстве России, проблемой взаимодействия социально- экономических укладов конца XIX - начала XX в. Обобщая проделанный историками 1950-1960-х гг. путь, К.Н. Тарновский отмечал, что прежний подход к изучению социально-экономической истории, когда внимание исследователей сосредотачивалось на двух полюсах - изучении новейших форм монополистического и государственно- монополистического капитализма, с одной стороны, и крепостнических пережитков в аграрном строе России - с другой, уже недостаточен, поэтому на первый план стали выходить вопросы многоукладное™ экономики России конца XIX - начала XX в. Тарновский писал о необходимости комплексного изучения хозяйственных укладов в их взаимодействии и взаимовлиянии, преодолении чисто экономического подхода при изучении социально-экономической проблематики49.
В журнале «История СССР» в 1960-е гг. прошла дискуссия о мелкотоварном укладе в России XIX в. Исходным пунктом ее стала статья П.Г. Рындзюнского «О мелкотоварном укладе в России XIX в.» (1961. № 2). Речь в статье шла о двух различных ступенях капитализма. Первая ступень - зачаточный деревенский средневековый капитализм, когда буржуазные производственные отношения уже созрели, но внешние признаки еще не проявились. Капитализм второй ступени - круп47 БСЭ. Изд. 2-е. М„ 1956. Т. 44. С. 62-63.
48 Там же. Изд. 3-е. М„ 1977. Т. 26. С. 533.
49 Тарновский К.Н. Социально-экономическая история России. Начало XX века. Советская историография середины 50-х - 60-х годов. М., 1990.
32
ное капиталистически организованное индустриальное производство. П.Г. Рындзюнский делал вывод о важности дополнения количественных характеристик качеством капиталистических элементов.
Во второй половине 1960-х гг. намечается подход к изучению проблемы взаимодействия укладов дореволюционной России. В дискуссии 1964 г. А.В. Ефимов поставил вопрос об использовании империализмом до- и раннекапиталистических укладов. Высказывалась идея о том, что социально-экономическая структура России - результат взаимодействия укладов в условиях капиталистического империализма. В сборнике «Вопросы истории капиталистической России. Проблема многоукладное™» (1974 г.) капитализм рассматривался как один из укладов многоукладной экономической системы России, характер которой еще требуется уяснить историкам путем изучения взаимодействия сосуществующих в этой системе укладов. По мнению критиков такого подхода, в результате внимание исследователей сосредотачивалось на разного рода пережиточных явлениях в социально-экономическом строе страны50.
Востоковед А.И. Левковский отмечал, что «существование разных укладов, т.е. принципиально отличных типов хозяйствования, - показатель великого столкновения самых противоположных тенденций в общественной эволюции. Причем имеются в виду не мелкие вкрапления отживших способов производства в гранит определенной социально-экономической формации, а сосуществующие крупные «куски» производственных отношений, противоборствующих и вместе с тем скрепленных сложнейшими и меняющимися связями. Перед нами смесь относительно сильных и устойчивых укладов. Это - стойкая многоукладное™»51.
В.П. Данилов писал: «В современной обществоведческой литературе термин «уклад» наряду с употреблением для обозначения более или менее сложившейся системы производственных отношений все шире используется для определения особой системы общественного производства (формы хозяйства), включающей производственные отношения во взаимосвязи с их материальной основой - производительными силами в широком смысле слова...»52. Ю.Н. Нетесин определял социально-экономический уклад как составную часть исторически определенной системы, объединяющей однородные социальноБовыкин В.И. Формирование финансового капитала в России. М., 1984. С. 14.
Левковский А.И. Социальная структура развивающихся стран. (Проблемы многоукладного переходного общества). М., 1978. С. 9-10.
Данилов В.П. Социально-экономические уклады в советской доколхозной деревне: их соотношение и взаимодействие // Новая экономическая политика. Вопросы теории и истории. М., 1974. С. 60, 61.
33
экономические отношения и их материально-организационную основу53. В 1972 г. М.Я. Гефтер писал, что вся экономика и, в конечном счете, весь общественный строй есть совокупность укладов (многоуклад- ность).
Теория экономической многоукладное™ в 1990-е гг. получила развитие в работах Н.В. Сычева54, который считает, что «многоукладное™ - важнейшая характеристика любой экономики в любом обществе». По его мнению, уклады - система экономических, социально-политических и культурно-духовных отношений, материализованных в конкретных хозяйственных формах, типах жизнедеятельности и истории людей.
В этом же ракурсе рассматривает хозяйственный процесс Т. Шанин, разработавший теорию «эксполярных» форм хозяйства. Эксполярными, или внесистемными, он именует формы хозяйства, которые отличны от доминирующей логики существующей системы и обладают определенной автономией. Однако, находясь на обочине системы, эксполяр- ная экономика не только не погибает, но часто демонстрирует высокую степень жизнеспособности. К эксполярным формам хозяйства Т. Шанин относит семейное, мелкое производство и теневую экономику55.
Авторы книги, посвященной многоукладной аграрной экономике России56, определяют аграрный строй как совокупность укладов. По их мнению, с началом коллективизации в СССР многообразие укладов было уничтожено, искусственно сведено к двум - так называемому государственно-кооперативному и крестьянско-потребительскому, обеспечивающему нужды выживания через личное подворье. В результате органическая эволюция укладов прервалась, а им на смену пришло нежизнеспособное искусственное образование - «колхозно-совхозный» квазиуклад. Колхоз и совхоз как организационно-производственная форма не возникли естественно и поэтому не имели своей собственной корневой системы (двухэлементная система укладов)57. В 1990-е гг. в экономике России сложилось три основных типа аграрных социально- экономических укладов: «крестьянско-потребительский, крестьянско- товарный, предпринимательско-товарный»58. Источником трансформации уклада, как указывают авторы книги, выступают изменения в системе производства, точнее, в технологиях, влекущие за собой изменения 53 Нетесин Ю.Н. Об особенностях воспроизводства российского промышленного капитала в начале XX века // Вопросы истории капиталистической России. Проблема многоукладное™. Свердловск, 1972. С. 48.
54 Сычев Н.В. Политическая экономия. М„ 2002.
55 http://www.russ.ru/antolog/inoe/shanin. htm
56 Многоукладная аграрная экономика и российская деревня / под ред. Е.С. Строева. М„ 2001.
57 Там же. С. 22.
68 Там же С. 24.
34
в способах хозяйствования. Возникновение новых укладов связано с коренной переменой в отношениях собственности59.
Авторы сборника дают собственное определение уклада: «изменяющаяся, постоянно воспроизводящаяся, затухающая (деградирующая) или развивающаяся система общественных отношений в рамках конкретного типа хозяйственно-экономической деятельности человека, испытывающая на себе воздействие производственных (технологических), идеологических и культурно-нравственных новаций, которые вносятся (включаются) в уклад как в результате усилий отдельных индивидов, так и через систему общественных и государственных институтов и организаций»60.
Рассматривая развитие идей о существовании укладов, советские историки не обратили должного внимания на дискуссии экономистов, которые в 1960-е гг. пытались определить природу личного приусадебного хозяйства. Правда, речь при этом велась не об укладах, а секторах, что, конечно, имело принципиальное отличие. Идея «секторности» экономики появляется в 1930-е гг. («социалистический сектор», «обобществленный сектор») и получает четкое определение в 1950-е гг. Согласно второму изданию «Большой советской энциклопедии» (1955), сектор - часть, имеющая определенные отличительные социальные признаки, например колхозный сектор в народном хозяйстве СССР. «Большая советская энциклопедия» третьего издания в 1976 г. дает определение сектора как части народного хозяйства, имеющей определенные экономические и социальные признаки, например обобществленный сектор в противоположность частному61.
Ряд авторов ставили под сомнение социалистический характер ЛПХ либо отрицали его. В 1950-е гг. бытовал тезис о том, что «в каждом личном хозяйстве заложены возможности его капиталистического перерождения»62. Г.Г. Котов в 1962 г. писал, что «наличие ЛПХ указывает на то, что процесс обобществления в сельском хозяйстве не завершен ... и социалистическая форма хозяйства не стала единственной»63. В учебнике «Экономика труда», вышедшем в 1967 г., указывалось, что несоциалистический сектор производства представлен единоличным крестьянским хозяйством, производством некооперированных кустарей, личными подсобными хозяйствами рабочих, служащих, колхозТам же. С. 24.
Там же. С. 27.
" БСЭ. Изд. 2-е. М., 1955. T. 38. С. 401; Там же. Изд. 3-е. М„ 1976. Т. 23. С. 191.
' Сергеев С.С. Вопросы экономико-статистического анализа колхозного производства. М„ 1956. С. 92.
" Котов Г.Г. Сближение двух форм социалистической собственности и укрепление союза рабочих и крестьян // Союз рабочего класса и крестьянства на современном 1тапе. М„ 1962. С. 81.
35
ников64. Некоторые экономисты говорили и о переходном характере колхозной формы производства. Указывая на остатки старого мелкокрестьянского способа производства в коллективных хозяйствах начального периода, В.В. Шкредов отмечал, что колхозно-кооперативная собственность в течение известного времени оставалась формой выражения переходных производственных отношений65.
Другие экономисты возражали этим авторам. О том, что личное подсобное хозяйство колхозников, рабочих и служащих не может быть отнесено к категории «частного сектора», писали В.Е. Григоровский и М.А. Алексеев. По их мнению, оно возникало, существовало, развивалось полностью производно от общественной собственности на средства производства66. Г.И. Шмелев писал; «Некоторые авторы пытаются личное подсобное хозяйство приравнять к частному. В ряде публицистических статей личные подсобные хозяйства именуются «частный сектор». Исходя из роли и значения личного подсобного хозяйства, из тесной связи его с общественным производством, нельзя рассматривать ЛПХ как самостоятельный экономический уклад, хотя это хозяйство связано с личной собственностью на средства производства. Нельзя отрывать отношения по поводу ведения этого хозяйства от общей системы производственно-экономических отношений социализма, рассматривать его как только «попутную», а не органически связанную с общественным производством форму хозяйства. Итак, ЛПХ - это не остаточное явление в экономике, а совершенно новое, связанное с социалистическим преобразованием сельского хозяйства явление, сущность которого определяется социалистическими производственными отношениями»67. И.Ф. Суслов также отмечал, что личное подсобное хозяйство колхозников не может представлять собой самостоятельного общественно-экономического уклада, ибо оно хотя и формирует особые производственные отношения в деревне, но они вписываются в социалистические производственные отношения колхозной системы. В то же время он отмечал, что подсобное хозяйство колхозников формально является продолжением или остатком мелкотоварного крестьянского уклада68.
В.А. Белянов отмечал двойственность личного подсобного хозяйства при социализме - его базис не адекватен сущности социализма, но оно включено в систему социалистических производственных отно64 Экономика труда. М., 1967. С. 180-181.
66 Шкредов В.В. Социалистическая земельная собственность. М., 1967. С. 66.
66 Григоровский В.Е., Алексеев М.А. Личное подсобное хозяйство колхозников, рабочих и служащих в СССР. Л., 1968. С. 23.
67 Шмелев Г.И. Личное подсобное хозяйство и его связи с общественным производством. М., 1971. С. 29.
68 Суслов И.Ф. Экономические проблемы развития колхозов. М., 1967. С. 185.
36
шений. По его мнению, отношения в связи с ЛПХ - разновидность специфических переходных форм социалистических производственных отношений. При этом они относятся к угасающим (отмирающим) формам этих отношений. Тем не менее он считал, что личное приусадебное хозяйство при социализме - социалистическая форма производства. В.А. Белянов указывал, что практика социалистического строительства давно признала ЛПХ социалистической формой производства. Советская государственная статистика стала включать в итог по социалистическому сектору народного хозяйства ЛПХ колхозников с 1933 г., а рабочих и служащих - с 1935 г.69 В.А. Белянов считал, что личное подсобное хозяйство до 1970 г. сохраняло ряд общих черт с мелким частным производством - индивидуальный процесс труда, примитивность средств производства и т.п. Однако ЛПХ принципиально отличается от мелкого частного производства - оно подчинено общенародному производству, восприняло его социалистический характер. ЛПХ не порождает самостоятельного класса и социальной группы, оно лишено возможности перерасти в самостоятельное частное производство70.
По нашему мнению, участники дискуссии относительно ЛПХ колхозного времени испытывали известное идеологическое давление, связанное с планировавшейся перспективой угасания «частного сектора» по мере развития советского общества, а также недооценкой экономической и социальной функций приусадебных хозяйств. Отождествление совхозной и колхозной форм аграрного производства в рамках единого колхозно-совхозного уклада, как это делают авторы книги «Многоукладная аграрная экономика и российская деревня», также, на наш взгляд, неправомерно, по крайней мере для большей части «общественного» сельскохозяйственного шестидесятилетия.
Если учитывать факторы происхождения, особенностей капитализации, экономических механизмов, базовые социальные характеристики, самосознание людей, то можно выделить три основных социально- экономических уклада в сельской подсистеме России 1930-1980-х гг. Первый - совхозный', массовая организация совхозов шла в конце 1920 - начале 1930-х гг. на «свободных» землях, за счет крупных вливаний государственных средств, с широким использованием кадров некрестьянского происхождения. Этот уклад характеризуется такими родовыми признаками, как наивысшие темпы огосударствления собственности на средства производства, наибольший уровень капитализации, передовое техническое оснащение, высокая товарность продукта, труда, использование экономических механизмов мобилизации рабочей силы, изначально складывавшаяся профессиональная специализа69 Белянов В.А. Личное подсобное хозяйство при социализме. М., 1970. С. 17-18.
70 Там же. С. 30.
37
ция работников. Второй уклад - колхозный, по происхождению имел совершенно другой источник формирования - сложение крестьянских средств производства. Он характеризуется восстановлением в первое двадцатилетие внеэкономических методов эксплуатации (повинностей) с последующим переходом с середины 1950-х гг. к экономическим методам, использованием устоев традиционного общества, коллективистской, общинной ментальности и т.д. В колхозном укладе переход от универсализма крестьянского труда к формированию профессий, свойственных индустриальному типу производства, был достаточно медленным. Третий уклад - крестьянский (его название, закрепившееся в литературе, - ЛПХ, отражает, впрочем, лишь декларации экономической политики советского времени), происхождение которого характеризуется остаточностью «необобществленной» части крестьянских хозяйств 1920-х гг., патриархальным характером производства, рутинностью техники, отсутствием развития, сохранявшимся в течение всего периода 1930-1980-х гг. универсализмом в использовании труда.
Важнейшее место в вопросах изучения процессов капитализации и соотношения укладов в сельском хозяйстве России 1930-1980-х гг. имеет вопрос о способах эксплуатации. Вопрос о существовании эксплуатации в СССР долгое время оставался вне предмета обсуждения историками. В советском обществознании существовало устойчивое представление о том, что в СССР с середины 1930-х гг. эксплуатация отсутствует, основанное на утверждении статьи Конституции СССР 1936 г. об уничтожении в СССР «эксплуатации человека человеком» (ст. 4). Однако госкапиталистический (а не социалистический) характер общественно-экономического устройства делал неизбежным сохранение основных механизмов отчуждения результатов труда в целях, прежде всего, накопления и расширенного воспроизводства капитала.
Под эксплуатацией понимается присвоение результатов чужого труда (прибавочного продукта и части необходимого продукта) теми, кто обладает и управляет средствами производства71. Под механизмом эксплуатации - совокупность организационных структур и конкретных форм и методов принуждения к отчуждению продукта, а также правовых норм, с помощью которых реализуется отчуждение. Внеэкономическое принуждение рассматривается как форма принуждения к труду, основанная на отношениях непосредственного господства и подчинения, на личной зависимости труженика. Это форма эксплуатации, при которой присвоение прибавочного труда требует в качестве его предпосылки присвоения самого носителя этого труда (ограничения чужой 71 Эксплуатация // Анцупов А.Я., Шипилов А.И. Словарь конфликтолога. СПб., 2009; Эксплуатация II Дэвид Д., Джери Дж. Большой толковый социологический словарь. В 2-х т. М., 2001. Т.1.
38
воли). Необходимость внеэкономического принуждения вытекала из характера отношений собственности, прежде всего, земельной, сложившихся в период 1930-х гг. и просуществовавших до конца 1950-х гг. Внеэкономическое принуждение в отношении колхозников, а отчасти рабочих и служащих, было оформлено в систему повинностей - несения определенных обязательств (платных или бесплатных) в пользу государства. Большое значение в бытовании повинностной системы имело разделенное право собственности, которое давало государству возможность властвовать над личностью: этой цели служила паспортная система 1932 г., «прикреплявшая» крестьянина к земле, многочисленные акты, распоряжавшиеся работником на земле (через систему оргнабора, переселений, привлечения к различным неземледельческим повинностям и т.д.). Постановка этой проблемы применительно к истории колхозного крестьянства вполне логична, ибо речь идет о бытовании традиционной для аграрного (или так называемого «феодального») общества системы взаимоотношений, которая в почти классическом виде была воссоздана в начале 1930-х гг. и существовала до конца 1950-х (в 1958 г. отменяются «оброки» - госпоставки, к середине 1960-х прекращает существование «барщина» - регулируемая отработочная повинность в общественном хозяйстве колхозов).
* *
*
Итак, разрыв традиций и подходов в изучении аграрной истории России гранью 1920-1930-х гг. совершенно неприемлем с точки зрения теоретической и конкретно-исторической характеристик процесса. Порожденная советской историографией специфическая терминология освещения деревенской истории 1930-1980-х гг. становится серьезным препятствием исследования аграрных экономических и социальных процессов. Специфичность колхозно-совхозной модернизации аграрной подсистемы России требует, наоборот, реанимации понятий «капитал», «капитализация», прослеживания эволюции различных укладов аграрной экономики и естественных процессов, явно проявившихся уже в начале XX в. и лишь ускорившихся в варианте госкапитализма. На наш взгляд, капитализация в колхозно-совхозной системе продолжалась в виде развития так называемых «основных фондов», «основных средств производства». Экономическая сущность капитала при этом не изменилась. Это по-прежнему был овеществленный труд, возвращенный в производство. Более того, именно в колхозно-совхозный период капитал начал играть ведущую роль в сельскохозяйственной 39
экономике. Это была государственная капитализация - единственный, на наш взгляд, в то время способ ускорения модернизационного процесса в России. Специфичность эволюции основных укладов аграрной подсистемы предопределялась экономическими возможностями страны, ибо сразу перейти к строю с преобладанием имплантированного капитала и наемного труда (совхозной системе) было невозможно. Поэтому как универсальный механизм постепенной капитализации были использованы колхозы и в качестве остаточного амортизационного звена - урезанные крестьянские дворы. Тем не менее главный вектор этой экономической эволюции - капитализация - предопределил социально-экономическую трансформацию деревни.
40
Глава I
ТЕМПЫ И ИСТОЧНИКИ КАПИТАЛИЗАЦИИ
§ 1. Накопление капитала
Процесс аграрной капитализации характеризуется, прежде всего, нарастанием капитала, функционировавшего непосредственно в сельском хозяйстве72. Основным видом статистического учета, в котором 8 колхозно-совхозный период нашел отражение этот процесс, являются показатели величины производственных основных фондов сельского хозяйства. Самая общая их характеристика по СССР выглядит следующим образом (табл. 1).
Таблица 1
Производственные основные фонды сельского хозяйства СССР (в сопоставимых ценах; включая скот; млрд руб.)
1928 г.
1940 г.
1945 г.
1950 г.
1960 г.
1965 г.
1970 г.
17,7
21,3
15,2
21,4
45,1
64,7
90,3
Составлено по: Сельское хозяйство СССР. Стат, сборник. М., 1971. С. 12, 17.
Материалы таблицы 1 показывают, что первое колхозное двадцатилетие вряд ли можно отнести ко времени ускоренной капитализации по одному из важнейших направлений - насыщению сельского хозяйства основными производственными фондами: показатели 1928 г. (17,7 млрд руб.), 1940и 1950 гг. (21,3и21,4 млрд руб.) свидетельствуют о том, что принципиальных изменений в количестве сосредоточенного в сельском хозяйстве капитала не происходило. Серьезные потери производственные капиталы понесли в период Великой Отечественной войны. Из довоенных основных фондов сельского хозяйства оккупированной во время войны территории (5247 млрд руб.) были разрушены и уничтожены две трети (3587 млрд руб.)73. В 1945 г. уровень капитализации сельского хозяйства СССР был ниже, чем в конце 1920-х гг. Уже в 1960 г., однако, стоимость основных производственных капиталов сельского хозяйства СССР увеличивается по сравнению с 1950 г. в 2,1 раза, а за следующее десятилетие вновь удваивается. Дальнейшее Авторы не ставят задачи охарактеризовать соотношение объемов производства и накопления. В первую очередь под углом зрения изучения капитализации важно описать количественные параметры динамики аграрного капитала.
РГАЭ. Ф. 1562. Оп. 3. Д. 797. Л. 32.
41
нарастание основных производственных фондов сельского хозяйства СССР характеризуется еще более высокими темпами: с 1970 по 1980 г. они выросли почти в 2,3 раза. В 1987 г. эти фонды в сравнении с 1980 г. выросли почти в полтора раза74.
Темпы насыщения капиталом сельского хозяйства СССР значительно уступали темпам насыщения капиталом других отраслей хозяйства СССР, что видно из таблицы 2.
Таблица 2 Темпы роста основных фондов СССР
(в % к 1928 г.; в сопоставимых ценах; без вычета износа)
Показатель
1928 г.
1940 г.
1950 г.
1955 г.
1960 г.
Все основные фонды (включая скот)
100
230
273
395
609
Производственные основные фонды
100
256
325
511
799
Из них производственные основные фонды сельского хозяйства (включая скот)
100
123
125
193
271
Составлено по: Капитальное строительство в СССР. Стат, сборник. М., 1961. С. 144.
Материалы таблицы 2 показывают, что темпы роста производственных основных фондов сельского хозяйства за 1928-1960 гг. более чем вдвое отставали от увеличения всех основных фондов СССР и были почти в три раза меньше темпов увеличения за этот же период производственных основных фондов страны. Капитализация промышленности и позднее развивалась более ускоренными темпами (табл. 3).
Таблица 3
Темпы роста производственных основных фондов в промышленности и сельском хозяйстве СССР (на конец года; 1940 г. » 100)
Годы
Все производственные основные фонды
Из них
промышленности
сельского хозяйства (включая скот)
1940
100
100
100
1960
316
424
212
74 Рассчитано по: Сельское хозяйство СССР. Стат, сборник. М., 1988, С. 9.
42
Окончание таблицы 3
Годы
Все производственные основные фонды
Из них
промышленности
сельского хозяйства (включая скот)
1965
499
714
297
1970
737
1087
408
1975
1116
1639
642
1980
1594
2349
916
Составлено по: Народное хозяйство СССР в 1980 г. Стат, ежегодник. М., 1981. С. 50.
Материалы таблицы 3 показывают, что основные производственные фонды сельского хозяйства в 1960-1980-е гг. росли более медленными темпами по сравнению с основными производственными капиталами промышленности, при этом механизм капитализации промышленности (прежде всего, по нарастанию функционировавшего в этой отрасли капитала) был запущен раньше, чем процессы модернизации в сельском хозяйстве.
В результате доля капитала, функционирующего в сельском хозяйстве, в производственных основных фондах народного хозяйства постоянно сокращалась (табл. 4).
Таблица 4
Производственные основные фонды (включая скот) в СССР (в сопоставимых ценах; на конец года)
Показатель
Годы
1940
1950
1955
1958
Г1959
1960
1961
1962
1963
1964
1965
т—
1967
Все народное хозяйство (млрд руб.)
62
77
125
162
174
196
209
233
254
278
312
337
363
Из них сельское хозяйство (В%)
34
27
25
25
24
24
23
24
22
22
21
21
20
Составлено и рассчитано по: Белянов В.А. Личное подсобное хозяйство при социализме. М., 1970. С. 59.
43
Если в 1940 г. производственные основные фонды сельского хозяйства составляли треть всех фондов народного хозяйства, во второй половине 1950-х гг. - четверть, то во второй половине 1960-х гг. - лишь пятую их часть.
Процесс нарастания аграрного капитала наблюдался и в сельском хозяйстве РСФСР. До начала 1950-х гг. нарастание функционирующего здесь капитала было невелико, как и в целом по СССР. Уже в первой половине 1950-х гг. ситуация, однако, начинает существенно изменяться (табл. 5).
Таблица 5
Основные фонды колхозов, совхозов, МТС РСФСР в 1951-1955 гг. (на конец года; в ценах соответствующих лет; млн руб.)
1951 г.
1952 г.
1953 г.
1954 г.
1955 г.
57034,3
64193,0
71132,9
81422,6
93692,2
Рассчитано по: ГАРФ. Ф. А-374. Оп. 3. Д. 6040. Л. 2-7.
Из таблицы мы видим постоянное и достаточно равномерное нарастание капитала, функционирующего в «обобществленном» сельском хозяйстве, который за 1951-1955 гг. в целом увеличился в 1,6 раза.
В 1960-е гг. сельскохозяйственные основные производственные фонды колхозов, совхозов и других госхозов РСФСР возрастают еще более чем в два раза. За первую и вторую половину 1960-х гг. они увеличивались в 1,5 раза по отношению соответственно к 1960 г. и к 1965 г. (табл. 6).
Таблица 6
Сельскохозяйственные основные производственные фонды (включая скот) колхозов, совхозов и других государственных хозяйств РСФСР
(на конец года; в неизменных ценах; без вычета стоимости износа; млрд руб. в масштабе 1961 г.)
1960 г.
1965 г.
1970 г.
17,6
27,1
39,5
Составлено по: Народное хозяйство РСФСР в 1970 г. Стат, ежегодник. М., 1971. С. 162.
Наибольшее увеличение темпов роста функционировавшего в сельском хозяйстве РСФСР капитала наблюдается в 1970-е гг., позднее они замедляются (табл. 7).
44
Таблица 7
Темпы роста основных фондов сельского хозяйства РСФСР (включая скот; на конец года; в сопоставимых ценах; без вычета износа) 1970 г. = 100%
Годы
Темпы роста, в %
1980
232
1985
311
1987
340
Составлено по: Народное хозяйство РСФСР в 1987 г. Стат, ежегодник. М., 1988. С. 51.
Капитализация аграрной подсистемы характеризуется не только увеличением размеров и темпами роста работающего в сельском хозяйстве капитала. В экономической науке достаточно хорошее освещение получили характеристики таких процессов, как фондообеспеченность, фондовооруженность аграрного производства и др.75 Данное обстоятельство освобождает нас от необходимости подробного анализа этих сюжетов.
См. например: Буздалов И.Н. Экономическая эффективность интенсификации сельскохозяйственного производства. М., 1966; Емельянов А. М. Методологические проблемы накопления и рентабельности в колхозах. М., 1965; Клемышев П.А. Фондоемкость сельскохозяйственной продукции и проблемы ее снижения. М., 1966; Пибкинд А.С. Накопление, капитальные вложения и фондоотдача в колхозах. М., 1973; Русинов И.В. Интенсификация сельского хозяйства. Зональные особенности. М., 1972; Сергеев С.С, Экономический анализ сельскохозяйственного производства. М., 1968; и др.
45
§ 2. Источники капитализации
Аграрный капитал колхозов, совхозов, приусадебных хозяйств исследуемого шестидесятилетия формировался в основном за счет: во- первых, разделения средств производства крестьянских хозяйств между колхозно-совхозным сектором и приусадебными хозяйствами колхозников; во-вторых, за счет средств, идущих через различные каналы государственных вложений в сельскую экономику, и, в-третьих, путем внутриотраслевых накоплений в сельскохозяйственном производстве.
Так называемые «безвозмездные переходы фондов» в сельском хозяйстве из одного сектора в другой - одна из форм учета в статистике уже во второй половине 1920-х гг. В 1928 г. в «социалистический уклад» СССР таким образом поступило производственных фондов на сумму 30,6 млн руб. (в ценах 1926/27 г.); причем статистики относят эти поступления к «безвозмездным», а в качестве источника, откуда они полностью поступили, указывается «частный сектор»76. Любопытно, что понятие «социалистический уклад» в это время уже подразумевало колхозы, совхозы и МТС. Львиная доля «безвозмездного перехода» фондов в 1928 г. идет как раз в колхозы (26,9 млн руб.). «Безвозмездный переход» фондов в совхозы в этом же году составлял 1,5 млн руб., в МТС - 0,5 млн руб. Уже в следующем 1929 г. безвозмездная передача фондов в «социалистический уклад» утраивается до 99,7 млн руб., абсолютное большинство которых поступает в колхозы, причем исключительно из частного сектора. Собственно коллективизация особенно заметной становится в следующие два года: в 1930 г. «безвозмездный переход» в «социалистический уклад» из частного сектора исчисляется суммой 747,8 млн руб.; в 1931 г. - 1522,8 млн руб., из которых 1506,7 млн руб. поступило из частного сектора и пошло в основном в колхозы (все показатели в ценах 1926/27 г.)77.
Солидную долю начального капитала колхозов на первой стадии активной коллективизации занимало имущество раскулаченных хозяйств. По сведениям на 1 июля 1930 г., в РСФСР 51,3% колхозов получили то или иное имущество раскулаченных общей стоимостью около 109 млн руб. Доля стоимости имущества раскулаченных хозяйств в неделимом капитале колхозов, куда она полностью зачислялась, в этом году составила 30,7%78.
Роль перешедших из индивидуальных крестьянских хозяйств в колхозы капиталов длительное время была очень значительной. В неде76 РГАЭ. Ф. 1562. Оп. 3. Д. 473. Л. 70, 71.
77 Там же.
78 Колхозы в 1930 г. Итоги рапортов колхозов XVI съезду ВКП(б). М., 1931. С. 204- 205.
46
лимом фонде колхозов РСФСР в 1935 г. доля обобществленного имущества и вступительных взносов составляла 24%, в 1937 г. - 21%, в 1940 г. - 12%, в 1950 г. - 12%79. Довольно значимой величиной в составе всех средств колхозов РСФСР (в денежном выражении) в 1930-е гг. оставались и паевые взносы. В 1935 г. они составляли 11%, в 1938 г. - 9% всех средств колхозов80. По расчетам МСХ СССР 1957 г. стоимость обобществленного имущества по отношению к основным средствам производства в середине 1930-х гг. выглядела еще более внушительно (табл. 8).
Таблица 8
Ряд стоимостных показателей колхозов РСФСР в 1936-1955 гг. (млн руб.)
Показатели
1936 г.
1940 г.
1945 г.
1950 г.
1955 г.
Общая сумма баланса
12357,0
24150,0
26216,7
35821,0
69064,9
Основные средства производства
6678,9
14807,4
13430,5
23357,2
39883,3
Неделимые фонды колхозов
7770,8
15697,4
20190,9
23634,2
38380,5
Стоимость обобществленного имущества
2747,6
1815,6
2729,8
2765,4
Н. св.
Составлено по: РГАЭ. Ф. 7486. Оп. 7. Д. 1392. Л. 42; Д. 10196. Л. 55, 57, 64, 65; Д. 1499. Л. 89, 94; Ф. 1562. Оп. 80. Д. 279. Л. 19, 21,31, 87.
Таким образом стоимость обобществленного имущества по отношению к средствам производства колхозов России в 1936 г. составляла 41%, в 1940 г. - 12%, в 1945 г. - 20%, в 1950 г. - 12%.
По мнению И.Ф. Суслова, в период коллективизации было обобществлено примерно 60% средств производства бывших единоличных крестьянских хозяйств. Даже на середину 1960-х гг., по подсчетам того же автора, доля обобществленных фондов, созданных трудом в единоличных крестьянских хозяйствах, в стоимости основных средств производства колхозов составляла 15-20%81.
Если в формировании колхозного капитала перемещение средств из индивидуальных крестьянских хозяйств имело большое значение,
' Рассчитано по: РГАЭ. Ф. 1562. Оп. 324. Д. 3606. Л. 26; Ф. 7486. Оп. 7. Д. 3223. Л. 4. РГАЭ. Ф. 1562. Оп. 79. Д. 261. Л. 23; Колхозы в 1938 г. М„ 1940. Ч. IV. С. 46.
" Суслов И.Ф. Динамика эффективности общественного производства в сельском хозяйстве // Эффективность сельскохозяйственного производства. М., 1967. С. 28- 29.
47
особенно на начальном этапе существования колхозов, то для приусадебных хозяйств колхозников остаточный капитал полномасштабных крестьянских дворов доколлективизационного периода стал основным и, воспроизводясь, продолжал играть такую роль в течение последующих десятилетий.
Динамика соотношения основных средств производства единоличных крестьянских хозяйств и приусадебных хозяйств колхозников СССР отражена в таблице 27 (см. с. 78). Из таблицы видно, что в период коллективизации по мере уменьшения стоимости основных средств производства в единоличных дворах часть капитала осталась в приусадебном хозяйстве: уже в 1932 г. доля этого оставшегося капитала вышла на уровень, который стабильно сохранялся в 1930-е гг., и составляла около 20% всех средств производства сельского хозяйства.
★ * ★
Переход средств производства из крестьянских хозяйств в колхозы не создавал, однако, экономических предпосылок для решающего рывка в капитализации последних. Важное значение в этом процессе имел второй из перечисленных выше каналов формирования капитала - государственные вложения в сельскую экономику. Роль их в различные периоды очень сильно отличается, кроме того, она сильно дифференцирована в колхозном, совхозном и крестьянском укладах, что было заложено еще в начальный период складывания колхозно-совхозной системы (табл. 9).
Таблица 9
Вложения государства в сельское хозяйство СССР за 1933-1937 гг. (млн руб.)
Организационно-правовая форма хозяйствования
1933 г.
1934 г.
1935 г.
1936 г.
1937 г.
Всего за годы второй пятилетки
Совхозы
2125,4
2817,9
3120,5
2806,9
2763,6
13634,3
МТС
1302,3
2984,2
4048,9
5108,3
5330,8
18774,5
Прочие госпредприятия и госме- роприятия
822,5
891,4
1188,9
1628,3
2193,1
6724,2
Колхозы
178,0
297,0
448,3
689,0
996,0
2608,3
Колхозники, рабочие совхозов
33,6
74,3 !
66,4
113,6
102,0
389,9
Единоличные хозяйства
-
-
-
-
-
-
Составлено по: Выносов М. Сельскохозяйственный кредит. М., 1938. С. 10.
48
Сведения, представленные в таблице 9, показывают, что главным государственным приоритетом в финансировании сельского хозяйства был так называемый «госсектор», а наименьший интерес для государства, с точки зрения финансовых вливаний, представляли приусадебные хозяйства. Вложения государства в совхозный сектор в период второй пятилетки в пять раз опережали вложения в колхозы, а вложения в хозяйства колхозников и рабочих совхозов составляли лишь седьмую часть от вложений в колхозы.
Кроме денежных вложений, государство направляло в сельское хозяйство натуральные вложения. В отчетном докладе на XVII съезде ВКП(б) И.В. Сталин, оценивая помощь государства, оказанную крестьянам в 1931-1933 гг., приводил сведения о семенных и продовольственных ссудах в размере 262 млн пудов зерна. Натуральные ссуды колхозы продолжали получать до начала 1960-х гг., что фиксируется, например, в сведениях о возврате семенных и фуражных ссуд, присутствующих все это время в Сводных годовых отчетах колхозов РСФСР.
Важнейшим каналом финансирования сельского хозяйства были капитальные вложения - затраты, идущие на пополнение и расширение основных фондов. Прежде всего рассмотрим капитальные вложения государства и колхозов в сельскохозяйственное производство РСФСР (табл. 10).
Таблица 10
Капитальные вложения государства и колхозов РСФСР в сельское хозяйство по объектам производственного и непроизводственного назначения
Годы
Всего, млн руб.
Доля государственных капиталовложений (в %)
Доля капитальных вложений колхозов
(В %)
1929-1932
960
79
21
1933-1937
1520
60
40
1938 - начало 1941
1331
38
62
2 полугодие 1941-1945
1085
15
85
1946-1950
3453
41
59
1951-1955
7922
50
50
1956-1960
14635
46
54
1961-1965
22549
57
43
1966-1970
38674
57
43
49
Окончание таблицы 10
Годы
Всего, млн руб.
Доля государственных капиталовложений (в %)
Доля капитальных вложений колхозов (в %)
1971-1975
60193
67
33
1976-1980
81863
69
31
Составлено и рассчитано по: Народное хозяйство РСФСР в 1970 г. Стат, ежегодник. М., 1971. С. 321; Народное хозяйство РСФСР в 1975 г. Стат, ежегодник. М., 1976. С. 332-333; Сельское хозяйство СССР. Стат, сборник. М., 1981. С. 232-233.
Представленные в таблице 10 динамические ряды по опубликованной статистике за конец 1920-х - 1970-е гг. показывают, что лишь в войну государственные капиталовложения уступали колхозным почти в 6 раз. Однако в целом за период с 1938 по 1960 г. также фиксируется меньшая доля государства в формировании колхозного аграрного капитала: за период 1938 - начала 1941 г. из общего объема капиталовложений в сельское хозяйство по объектам производственного и непроизводственного назначения в 1331 млн руб. 38% составляла доля государственного капитала; за период 1956-1960 гг. в общих капиталовложениях 14635 млн руб. доля государственного капитала составляла 46%82. Лишь в начале создания колхозного строя, когда необходимо было обеспечить перелом в соотношении укладов и «товаризировать» производство, а также после завершения промышленной индустриализации, что, на наш взгляд, относится к 1950-м гг., доля государственных капвложений превышала колхозные (в 1929-1937 гг. она колеблется в пределах от 60 до 79% и с 1961 по 1980 г. составляет 57-69%)83 84.
Полномасштабное исследование места неаграрного капитала в сельской экономике колхозного периода - отдельный вопрос, однако тенденция возрастания его роли очевидна. Доля государственных капиталовложений во введенных в действие основных фондах сельского хозяйства СССР составляла в 1961-1965 гг. 59%, в 1966-1970 гг. - 61%, в 1971-1975 гг. - 65%, в 1976-1980 гг. - 68%м.
Статистика так называемых заемных средств свидетельствует о росте их доли в балансе колхозов (табл. 11).
82 Рассчитано по: Народное хозяйство РСФСР в 1970 г. Стат, ежегодник. М., 1971. С. 321; Народное хозяйство РСФСР в 1975 г. Стат, ежегодник. М., 1976. С. 332-333.
83 Там же; Сельское хозяйство СССР. Стат, сборник. М., 1981. С. 232-233.
84 Сельское хозяйство СССР. Стат, сборник. М., 1971. С. 357; Сельское хозяйство СССР. Стат, сборник. М., 1981. С. 231. Данные за 1961-1965 гг. - в сметных ценах на 1 января 1969 г., за 1966-1980 гг. - в сопоставимых ценах.
50
Таблица 11
Доля «заемных»* (несобственных средств) в балансе колхозов РСФСР (в % от всех средств)
1933 г.
1935 г.
1945 г.
1950 г.
1955 г.
1960 г.
1965 г.
1970 г.
1976 г.
1980 г.
6
18
14
23
31
24
16
18
31
40
Рассчитано по: ГАРФ. Ф. А-374. Оп. 16. Д. 450. Л. 7; Оп. 31. Д. 7097. Л. 177-213; Ф. А-616. Оп. 3. Д. 9182. Л. 72-80; Оп. 9. Д. 4054. Л. 40-52; РГАЭ. Ф. 1562. Оп. 44. Д. 1703. Л. 45-63; Оп. 79. Д. 261. Л. 24; Оп. 324. Д. 1378. Л. 231-235; Д. 3606. Л. 29, 32, 35; Д. 5724. Л. 25, 27, 29; Гусев П.И. Закономерности развития колхозно-кооперативной собственности в условиях зрелого социализма. М., 1982. С. 22.
* В колхозных балансах учитывались «собственные» и «заемные» средства. Наименование последней статьи в балансе менялось в течение 1930-1980-х гг. В 1930-е гг. в колхозных балансах фигурировало наименование «заемные» средства колхозов, в 1940-1950-е гг. эта статья учитывалась как «долги колхоза разным лицам и организациям», в 1960-е гг. учитывались отдельно «ссуды Госбанка на производственные нужды, расчеты по оплате труда, долги колхоза учреждениям и лицам», в 1970-1980-е гг. «заемные» средства учитывались по статьям «ссуды на производственные затраты, расчеты, источники средств для капвложений и капремонта». В целом в «заемные» средства колхоза (или, как их называли экономисты, «привлеченные» средства) входят непогашенные кредиты Госбанка СССР, задолженности колхоза разным лицам и учреждениям.
Данные таблицы 11 показывают, что, за исключением некоторых периодов, в 1933-1980 гг. наблюдается увеличение доли несобственных средств в балансах колхозов. Исключение составляли этапы, когда государство не могло крупно инвестировать колхозы (например, в связи с войной), происходило масштабное списание долгов или колхозам передавалась техника. Так, в 1965 г. с балансов колхозов РСФСР была списана задолженность по банковским ссудам в размере 1224 млн руб., что составляло около 6% от состава баланса85.
Интересны динамика и структура источников заемных средств колхозов России, среди которых статистика учитывала «долги» банкам, колхозникам, задолженность МТС и «долги» разным лицам и организациям (табл. 12).
Прежде всего отметим динамику роста заемного капитала колхозов РСФСР. Достаточно быстрое его увеличение начинается со второй половины 1950-х и особенно в 1970-е гг., что свидетельствует о качественно новом, особенно со второй половины 1960-х гг., этапе капитализации колхозов ускоренными темпами за счет внешних источников. < :ущественно меняются и источники заемных средств. Падает значение таких факторов, как «долги колхозникам» и «долги разным лицам и организациям», под которыми, прежде всего, скрывалась неоплата
Рассчитано по: РГАЭ. Ф. 1562. Оп. 44. Д. 1703. Л. 44, 64.
51
труда и долги различным организациям, т.е. не собственно заемные средства, а архаичные механизмы, в том числе нетоварной эксплуатации. Напротив, увеличивается за 1936-1979 гг. (почти в 3 раза) доля такого источника заемных средств, как банковские кредиты. Со второй половины 1950-х гг. их доля устойчиво переходит за половинный рубеж всех займов, что является одним из свидетельств осовременивания финансово-экономического механизма функционирования колхозной системы86. После ликвидации МТС исчезает и архаичный механизм повинностного обложения колхозов.
Таблица 12
Источники заемных средств колхозов РСФСР по данным баланса (на конец года; в ценах соответствующего года и масштабе соответствующего периода)
Показатель
8
О)
1938 г.
1945 г.
1950 г.
г
1955 г.
1960 г.
1965 г.
1970 г.
i
1979 г.
Всего заемных средств
(млрд руб.)
В т.ч.
(в % к итогу):
2,2
100
2,1
100
3,7
100
8.1
100
21,2
100
34,2
100
3,7
100
8,6
100
41,1
100
долги колхозникам*
39
19
44
22
26
18
22
-
-
долги банкам
31
57
11
46
58
69
67
87
85
задолженность МТС
10
15
-к
25
8
-
-
-
-
долги разным лицам и организациям
20
9
>
^45
7
8
13
11
13
15
Составлено и рассчитано по: РГАЭ. Ф. 1562. Оп. 80. Д. 279. Л. 25, 31; Оп. 324. Д. 1378. Л. 231, 233, 235; Д. 3606. Л. 32, 35; Д. 5724. Л. 25, 27, 29; ГАРФ. Ф. А-374. Оп. 31. Д. 7097. Л. 177-213; Оп. 44. Д. 1703. Л. 47, 58. 60, 63; Колхозы в 1938 г. (по годовым отчетам). М., 1940. Ч. IV. С. 78-81; Гусев П.И. Закономерности развития колхознокооперативной собственности в условиях зрелого социализма. М., 1982. С. 22, 27.
* С 1970 г. - вместе с графой «долги разным лицам и организациям».
В середине 1960-х гг. появляется еще один канал продвижения государственных средств в колхозы - бюджетные ассигнования: в 1965 г. затраты на коренное улучшение земель в колхозах (мелиорацию, из86 О проникновении в колхозы финансового капитала см. соответствующий раздел.
52
весткование кислых почв, торфодобычу и др.) были отнесены за счет государственного бюджета87. В 1983 г. бюджетные ассигнования среди источников капиталовложений колхозов СССР составляли 7%88.
Совхозное производство развивалось преимущественно за счет прямых бюджетных ассигнований государства, или, как называли этот путь, через механизм безвозвратного финансирования. Государственный капитал играл чрезвычайно большую роль в формировании, прежде всего, производственного капитала совхозов. По данным М. Вы- носова, сторонние средства, участвующие в покрытии плана капвложений, в государственных сельхозорганизациях (совхозах, МТС и т.д.) составляли в 1933 г. 89%, в 1934 г. - 85%, в 1935 г. - 65%, в 1936 г. - 64%89. Удельный вес капиталовложений совхозов во всех государственных капвложениях в сельское хозяйство был очень высоким (табл. 13).
Таблица 13
Удельный вес капитальных вложений совхозов в государственных вложениях в сельское хозяйство СССР в 1929-1960 гг. (в %)
1929- 1933 гг.
1933- 1937 гг.
1938 - первое полугодие
1941 г.
Второе полугодие 1941-1945 гг.
1946- 1950 гг.
1951- 1955 гг.
1956- 1960 гг.
41
30
32
24
28
27
44
Составлено и рассчитано по: Капитальное строительство в СССР. Стат, сборник. М., 1961. С. 167.
Самые высокие доли капиталовложений в совхозы за 1929-1960 гг. приходились на первую пятилетку, затем - на период освоения целины, причем в 1959 г. удельный вес капиталовложений совхозов СССР в государственных капиталовложениях в сельское хозяйство составлял 57%, а в 1960 г. - 61 %90. Государственные вложения в совхозы постоянно нарастали. Капиталовложения совхозов РСФСР по объектам производственного назначения в четвертой пятилетке составляли 384 млн руб., в пятой пятилетке - 879 млн руб., в шестой - 2500 млн руб. (все данные в сопоставимых ценах). В седьмой пятилетке совхозы России получили по линии капиталовложений 8,9 млрд руб., в восьмой -11,8 млрд руб., в девятой - 25,9 млрд руб. (по объектам производ87 Решения партии и правительства по хозяйственным вопросам. М., 1968. Т. 5. С. 609.
” Финансирование развития сельского хозяйства. М., 1984. С. 65.
™ Выносов М. Сельскохозяйственный кредит. М., 1938. С. 81.
’° Капитальное строительство в СССР. Стат, сборник. М., 1961. С. 167.
53
ственного и непроизводственного назначения)91. Роль государственного финансирования совхозов отчетливо выявляется при рассмотрении источников капвложений. Поступления от государства занимали среди них основную часть: в 1963 г. в совхозах СССР, например, 98%92. И все же роль государства как главного источника финансирования совхозов постепенно снижалась, особенно с 1967 г., когда был начат перевод совхозов на хозрасчет93.
Сфера долгосрочных кредитных отношений в совхозах длительное время была ограниченной. В 1963 г. среди источников капиталовложений совхозов СССР кредит занимал лишь 0,6% всех капвложений94. В основном долгосрочный кредит предоставлялся совхозам «на внедрение новой техники». Совхозы РСФСР по этой статье получили кредит в 1958 г. 2,2 млн руб., в 1960 г. - 6,6 млн руб., в 1962 г. - 23,6 млн руб., в 1963 г. - 14,4 млн руб.95 Оценивая размеры долгосрочного кредитования совхозов, отметим, что в 1965 г. совхозы СССР получили 11% всех долгосрочных кредитов, выделенных Госбанком и Стройбанком СССР для сельского хозяйства, в 1970 г. - 28%, в 1975 г. - 26%96. Остатки долгосрочных ссуд в совхозах СССР составляли в 1975 г. 5,1 млрд руб., в 1977 г. - 6,9 млрд руб., в 1979 г. - 7,9 млрд руб. (18% всех долгосрочных кредитных вложений, работавших в сельском хозяйстве на конец этого года)97. В 1980 г. доля долгосрочного кредита в источниках финансирования капиталовложений совхозов СССР составляла уже 14%98. Данные же конца 1980-х гг. показывают, что выделение долгосрочных кредитов совхозам вплотную приблизилось к колхозному кредитованию: в 1987 г. совхозы и другие государственные сельскохозяйственные предприятия РСФСР получили 1,1 млрд руб. долгосрочных кредитов (колхозы РСФСР -1,9 млрд руб.)99.
Краткосрочный кредит, прежде всего как источник образования оборотного капитала, использовался совхозами достаточно широко (табл. 14).
91 Народное хозяйство РСФСР в 1970 г. Стат, ежегодник. М., 1971. С. 318, 323; Народное хозяйство РСФСР в 1975 г. Стат, ежегодник. М„ 1976. С. 333; Народное хозяйство РСФСР в 1985 г. Стат, ежегодник. М., 1986. С. 218-219.
92 Кассиров Л.Н. Плановые показатели и хозрасчетные стимулы. М., 1965. С. 221.
93 Решения партии и правительства по сельскому хозяйству (1965-1974 гг.). М., 1975. С. 179-190.
94 Кассиров Л.Н. Плановые показатели и хозрасчетные стимулы... С. 221.
95 Там же. С. 229.
96 Рассчитано по: Захаров S.C. Кредит в системе управления экономикой. М., 1979. С. 53.
97 О кредитовании сельского хозяйства. М., 1980. С. 5.
98 Там же. С. 1.
99 Народное хозяйство РСФСР в 1987 г. Стат, ежегодник. М„ 1988. С. 564.
54
Таблица 14
Структура источников образования оборотных средств в совхозах СССР (в % к итогу)
Показатель
1950 г.
1960 г.
1965 г.
1970 г.
1975 г.
1980 г.
Оборотные средства, всего
В том числе:
100
100
100
100
100
100
собственные и приравненные к ним средства
59
57
51
56
32
20
кредиты банка
30
33
35
23
48
60
другие кредиторы
6
6
6
7
7
6
прочие источники
5
4
8
14
13
14
Составлено по: Народное хозяйство СССР в 1965 г. Стат, ежегодник. М., 1966. С. 763; Народное хозяйство СССР в 1980 г. Стат, ежегодник. М., 1981. С. 512.
Данные таблицы 14 показывают, что среди оборотного капитала совхозов заемные средства начинают играть ведущую роль в середине 1970-х гг., а в 1980 г. составляют почти две трети оборотного капитала совхозов СССР. Рассмотрим долю совхозов в краткосрочном кредитовании сельского хозяйства СССР (табл. 15).
Таблица 15
Краткосрочное кредитование совхозов СССР (остатки ссуд на конец года)
Показатель
1965 г.
1975 г.
1977 г.
1979 г.
Краткосрочное кредитование совхозов, млрд руб.
4,1
14,9
21,6
24,7
Доля совхозов во всем краткосрочном кредитовании сельского хозяйства (в %)
91
58
57
53
Составлено и рассчитано по: О кредитовании сельского хозяйства. М., 1980. С. 4.
Как видно из таблицы 15, к началу 1980-х гг. совхозы оставались основными потребителями краткосрочного ссудного кредитования сельского хозяйства, хотя доля их как держателей краткосрочного кредита за 15 лет, с 1965 по 1979 г., резко снизилась.
55
Государственные вложения в экономику крестьянских дворов занимали очень небольшое место в формировании их аграрного капитала. Резкий перелом здесь происходит в 1930 г. Если в 1928 г. индивидуальные крестьянские хозяйства (включая индивидуальные хозяйства членов колхоза) занимали ведущее место во всех капитальных вложениях в сельское хозяйство СССР - 88%, в 1929 г. - 72%, то в 1930 г. - только 38%100. В 1937 г. хозяйства колхозников (вместе с хозяйствами рабочих совхозов) занимали не более 1% во всех государственных вложениях в сельское хозяйство СССР101. В дальнейшем кредитные отношения государства с колхозниками заключались, прежде всего, в операциях по развитию приусадебного животноводства. С 1933 г. Сельхозбанк стал оказывать кредитную помощь колхозникам «по ликвидации бес- коровности», а с 1936 г. - на приобретение овец. Кредит предоставлялся беспроцентный, на 50% от стоимости покупаемой телки, сроком на 1 год. С 1933 г. до начала 1937 г. на эти цели было выдано более 300 млн руб. (табл. 16).
Таблица 16
Кредитование Сельхозбанком СССР колхозников на покупку скота в 1933-1937 гг. (млн. руб.)
1933 г.
1934 г.
1935 г.
1936 г.
1937 г.
33,6
40,8
61,2
88,6
77,0
Составлено по: РГАЭ. Ф. 1562. Оп. 16. Д. 258. Л. 24.
Если сравнивать кредит колхозникам на покупку скота с кредитованием колхозов в этот период, то можно увидеть, что на сохранение и поддержание крестьянского уклада, а именно такие цели преследовало кредитование дворов, была направлена достаточно весомая часть средств. В 1933 г. она составила пятую часть по сравнению с кредитованием колхозов СССР Сельхозбанком, в 1934 и 1935 гг. - седьмую часть102. Государственный кредит выделялся колхозникам для покупки коров и в 1947-1948 гг.103
* ★ *
Внутриотраслевые накопления колхозно-совхозного производства были не менее важным источником формирования аграрного капитала. Динамика доли капитальных вложений колхозов во всех капиталь100 Народное хозяйство СССР. Стат, справочник. М., 1932. С.142-143.
101 Подсчитано по: Выносов М. Сельскохозяйственный кредит. М., 1938. С. 10.
102 Рассчитано по: РГАЭ. Ф. 1562. Оп. 16. Д. 258. Л. 10, 24.
103 Белянов В.А. Личное подсобное хозяйство при социализме. М., 1970. С. 156-157.
56
ных вложениях государства и колхозов в сельское хозяйство эволюционировала по сценарию, противоположному зафиксированному нами по отношению к доле государственных капитальных вложений (см. табл. 10). В начале массового колхозного строительства она была небольшой, с конца 1930-х до 1960-х гг. - преобладающей, в 8, 9, 10-й пятилетках - постоянно снижающейся. Таким образом, мы фиксируем тенденцию в таком варианте: в начале колхозного периода колхозы были малоспособны к самонакоплению капитала, поэтому для колхозного строительства государство придало импульс усиленными вливаниями. 1940-1950-е гг. были периодом в значительной степени самокапитали- зации, с 1960-х гг. завершившаяся промышленная индустриализация позволила приступить к радикальному переустройству инвестиционного механизма колхозов. Внутрихозяйственное накопление характеризуется рядом показателей, в частности связанных с состоянием неделимого фонда колхозов (табл. 17).
Таблица 17
Структура источников неделимых фондов колхозов РСФСР (в % к итогу)
Источники
и ID СО О)
1936 г.
1937 г.
1938 г.
1939 г.
1940 г.
1945 г.
1950 г.
От обобществленного имущества и вступительных взносов
24
23
21
19
14
12
14
12
Трудовые вложения и накопления
16
16
9
-
-
-
-
-
От безвозмездно полученного имущества и зачисления ссуд по решению правительства
9
8
8
7
5
4
3
3
От отчислений от доходов в соотв. со ст. 12 Устава сельхозартели
43
46
55
39
31
32
41
43
От зачисления стоимости приплода и прироста скота
-
-
-
10
9
10
10
15
57
Окончание таблицы 17
Источники
1935 г.
1936 г.
1937 г.
3
<т>
1939 г.
1940 г.
1945 г.
1950 г.
Накопления в строительстве и средствах производства, изготовленных для нужд сельхозартели
-
-
-
25
41*
42
32
27
Прочие отчисления
8
7
7
-
-
-
-
-
Итого неделимых фондов
100
100
100
100
I
100
100
100
100
Рассчитано по: РГАЭ. Ф. 1562. Оп. 324. Д. 3606. Л. 26; Ф. 7486. Оп. 7. Д. 3223. Л. 4.
* В том числе от переоценки строений.
Доля накоплений, образовавшихся в результате производственной деятельности колхозов, занимала ведущее положение в структуре неделимых фондов колхозов РСФСР. Она преобладала и над обобществленным имуществом, и над трудовыми вложениями, и над средствами от безвозмездно полученного имущества и зачисления ссуд по решению правительства. Доля накоплений от собственных доходов сельхозартели (отчислений от доходов в соответствии со ст. 12 Устава сельхозартели, зачисления стоимости приплода и прироста скота, накоплений в строительстве и средствах производства, изготовленных для нужд сельхозартели) составляла в 1935 г. 43% в структуре неделимых фондов колхозов, в 1938 г. - 74%, в 1940 г. - 84%, в 1945 г. - 83%, в 1950 г. - 85%.
Внутренними накоплениями совхозов практически полностью распоряжалось государство, изымая прибыль. Но постепенно в этом порядке происходили изменения. В 1954 г., когда была ликвидирована система государственных дотаций совхозам по всем сельхозпродуктам и они получили право продавать продукцию подсобных отраслей непосредственно потребителю, совхозам было разрешено оставлять в своем распоряжении не менее 20% суммы прибылей «в целях стимулирования ... роста накоплений»104. Но все же роль собственных источников совхозов в формировании их капиталов была чрезвычайно мала.
104 Партия - организатор крутого подъема сельского хозяйства в СССР. М„ 1958. С. 229-231.
58
В 1961-1963 гг. рентабельные совхозы РСФСР в среднем отчисляли от прибыли на финансирование капвложений лишь 2,5% от всех источников ее поступления. Среди источников капвложений совхозов СССР в 1963 г. собственные средства занимали лишь 1,4%105.
Что касается внутриотраслевых источников накопления капитала в приусадебных хозяйствах, то они были настолько малы, что, как подчеркивали экономисты, изучавшие его функционирование, поддерживали лишь уровень простого воспроизводства. По расчетам Т.И. Заславской, в 1964 г. личное хозяйство на потребление направляло 89% валового дохода, его «участие» в образовании фонда накопления колхозов и государства не превышало 5-6%106.
105 Кассиров Л.Н. Плановые показатели и хозрасчетные стимулы. С. 77, 221.
106 Заславская Т.И. Распределение по труду в колхозах. М., 1966. С.58, 61.
59
§ 3. Проникновение финансового капитала в колхозно-совхозную экономику
На этапе, предшествовавшем коллективизации, основной формой финансирования сельского хозяйства со стороны государства был кредит107. В 1930 г. был осуществлен переход к финансированию капиталовложений государственных сельхозпредприятий (совхозов, затем МТС) за счет бюджетных ассигнований, т.е. в безвозвратном порядке. Для колхозов были сохранены кредитные методы финансирования108.
Кредитование может осуществляться в натуральной и денежной формах. До начала 1960-х гг. во взаимоотношениях государства с колхозами достаточно широко применялись архаичные натуральные формы кредитования. На протяжении 1930-1950-х гг. основной формой натурального кредита являлось выполнение МТС полевых работ для колхозов с последующей оплатой этих работ продукцией колхозов после уборки урожая. Натуральная форма кредита применялась и при выдаче колхозам семенных ссуд (с возмещением в натуре), а также при поставке колхозам племенного скота (с возмещением его стоимости передачей государству эквивалентного количества простого скота) и др.109
Денежное кредитование в СССР имело лишь один источник финансирования - государственную банковскую систему. Основными формами банковского денежного кредитования колхозов являлись долгосрочные и краткосрочные ссуды. Долгосрочный ссудный капитал, как правило, использовался на пополнение и развитие основных фондов, краткосрочные ссуды - на пополнение оборотных средств.
Рассмотрим, каковы были динамика проникновения и особенности работы в колхозах ссудного банковского капитала.
Постановлением ЦИК и СНК СССР от 5 мая 1932 г. финансирование и долгосрочное кредитование капиталовложений во все отрасли народного хозяйства возлагалось на четыре специальных банка. Для финансирования сельского хозяйства был создан Сельхозбанк. В его задачи входило «финансирование в порядке безвозвратных вложений и долгосрочных ссуд всех видов капитальных затрат предприятий и организаций государственного сектора сельского хозяйства, Тракторо- центра и колхозной системы»110 *. После реорганизации в 1959 г. систе107 Сельскохозяйственная энциклопедия. М., 1934. Т. 3. С. 265.
108 Кредитно-денежная система СССР. М., 1967. С. 44.
109 Шенгер Ю.Е. Очерки советского кредита. М., 1961. С. 41.
110 Решения партии и правительства по хозяйственным вопросам. М„ 1967. Т. 2.
С. 385-388.
60
мы банков долгосрочных вложений111 функции долгосрочного кредитования колхозов перешли к Госбанку СССР.
Средние сроки погашения долгосрочных кредитов по колхозам страны до начала 1960-х гг. не превышали 6 лет. До 1955 г. эти кредиты предоставлялись колхозам из расчета уплаты 3% годовых, в 1955 г. процентная ставка была снижена в два раза. Однако, как отмечали некоторые экономисты, и этот размер в условиях того времени оставался высоким, делая кредит для колхозов настоящим финансовым бременем112.
Динамика долгосрочного кредитования российских колхозов представлена в таблице 18.
Таблица 18
Долгосрочное кредитование колхозов РСФСР (млн руб.)
Показатель
1940 г.
1950 г.
1960 г.
1965 г.
1970 г.
1975 г.
1980 г.
Выдача ссуд
43,1
170,3
350,9
839,7
1315,9
2111,8
3243,5
Остатки ссуд на конец года
115,7
380,1
1499,7
2305,2
6118,5
11290,4
23240,8
Составлено по: Народное хозяйство СССР в 1965 г. Стат, ежегодник. М., 1966. С. 789; Народное хозяйство СССР в 1980 г. Стат, ежегодник. М., 1981. С. 532, 533.
Анализ данных таблицы 18 показывает, что до конца 1950-х гг. размеры долгосрочного кредитования колхозов РСФСР были достаточно ограниченными, небольшим было и количество работавшего долгосрочного ссудного капитала. Быстрое увеличение объемов долгосрочного кредитования колхозов происходит в 1960-1970-е гг. Выдача долгосрочных ссуд российским колхозам увеличилась с 1960 по 1970 г. в 3,8 раза и с 1970 по 1980 г. - еще в 2,5 раза. При этом размеры так называемых «остатков ссуд» (т.е. ссудных капиталов, продолжавших работу в колхозном производстве) имели еще более показательную динамику. С 1960 по 1970 г. они возросли в 4 раза и почти во столько же раз с 1970 по 1980 г. Увеличение роли долгосрочного банковского кредитования в колхозах видно также из соотношения сумм остатков долгосрочных ссуд на конец года и основных фондов колхозов. Так, в 1960 г. долгосрочные кредиты составляли 16% величины основных фондов колхозов РСФСР, в 1970 г. - 25%, в 1979 г. - 33%113.
Там же. М., 1968. T. 4. С. 567.
"2 Суслов И.Ф. Экономические проблемы развития колхозов. (Темпы роста и условия расширенного воспроизводства). М., 1967. С. 77.
113 Рассчитано по: Гусев П.И. Закономерности развития колхозно-кооперативной собственности в условиях зрелого социализма. М., 1982. С. 27, 31.
61
Объемы полученных долгосрочных кредитов в колхозах также претерпели значительные изменения (табл. 19-20).
Таблица 19
Объемы долгосрочных кредитов колхозам РСФСР
(млн руб.)
Показатель
1950 г.
1958 г.
1960 г.
1965 г.
1970 г.
1975 г.
1980 г.
1985 г.
Всего получено ссуд за год
170,3
285,9
350,9
839,7
1315,9
2111,8
3243,5
2769,4*
В том числе: на строительство животноводческих помещений, других производств. объектов и механизацию ферм
42,2
141,3
111,8
308,6
536,0
1080,8
1470,5
1173,9
на электрификацию, радиофикацию, телефонизацию, газификацию колхозов
21,5
31,9
43,9
49,4
41,7
25,6
29,8
22,5
на водохозяйственное строительство
-
-
6,7
24,9
34,8
67,7
53,4
32,0
на покупку сельхозтехники, промысловых судов, грузовых автомобилей, транспортных средств
-
6,0
58,6
310,6
322,8
419,9
990,4
923,1
на покупку взрослого скота и на возмещение затрат по переводу молодняка в основное стадо
67,4
36,6
68,9
33,3
45,6
77,2
236,7
167,3
62
Окончание таблицы 19
Показатель
1950 г.
1958 г.
1960 г.
1965 г.
1970 г.
1975 г.
1980 г.
1985 г.
на гарантированную оплату труда колхозников
-
-
-
15,6
88,9
-
-
-
на строительство детских учреждений, бань, построек культурно- бытового назначения
-
-
-
-
81,0
54,2
75,1
93,4
на строительство жилых домов колхозников (общественного фонда)
-
-
-
-
44,6
111,8
325,2
270,9
на прочие мероприятия
39,2
70,1
61,0
97,3
120,5
274,6
62,4
44,8
Составлено по: Народное хозяйство РСФСР в 1963 г. Стат, ежегодник. М., 1965. С. 569; Народное хозяйство РСФСР в 1970 г. Стат, ежегодник. М., 1971. С. 472; Народное хозяйство РСФСР в 1975 г. Стат, ежегодник. М., 1976. С. 498; Народное хозяйство РСФСР в 1985 г. Стат, ежегодник. М., 1986. С. 382.
* В том числе рыболовецким колхозам выдано ссуд 41,5 млн. руб.
Таблица 20
Структура использования долгосрочных кредитов колхозами РСФСР (в % к итогу)
Показатель
1950 г.
1958 г.
1960 г.
1965 г.
1970 г.
1975 г.
1980 г.
1985 г.
Всего получено ссуд за год
100
100
100
100
100
100
100
100*
В том числе: на строительство животноводческих помещений и механизацию ферм
25
49
32
37
41
51
45
42
63
Продолжение таблицы 20
Показатель
1950 г.
1958 г.
1960 г.
1965 г.
1970 г.
1975 г.
1980 г.
1985 г.
на электрификацию, радиофикацию, телефонизацию, газификацию колхозов
13
11
12
6
3
1
1
1
на водохозяйственное строительство
-
-
2
3
3
3
2
1
на покупку сельхозтехники, промысловых судов, грузовых автомобилей, транспортных средств
-
2
17
37
25
20
31
33
на покупку взрослого скота и на возмещение затрат по переводу молодняка в основное стадо
39
13
20
4
3
4
7
6
на гарантированную оплату труда колхозников
-
-
-
2
7
-
-
-
на строительство детских учреждений, бань, построек культурно- бытового назначения
-
-
-
-
6
3
2
3
64
Окончание таблицы 20
Показатель
1950 г.
1958 г.
1960 г.
1965 г.
1970 г.
1975 г.
1980 г.
1985 г.
на строительство жилых домов колхозников (общественного фонда)
-
-
-
-
3
5
10
10
на прочие мероприятия
23
25
17
11
9
13
2
2
Рассчитано по: Народное хозяйство РСФСР в 1963 г. Стат, ежегодник. М., 1965. С. 569; Народное хозяйство РСФСР в 1970 г. Стат, ежегодник. М., 1971. С. 472; Народное хозяйство РСФСР в 1975 г. Стат, ежегодник. М., 1976. С. 498; Народное хозяйство РСФСР в 1985 г. Стат, ежегодник. М., 1986. С. 382.
* В том числе 2% ссуд выдано рыболовецким колхозам.
Долгосрочные кредиты в 1940 г. направлялись, главным образом, на ведение сельскохозяйственной деятельности. Так, в колхозах СССР из общей суммы предоставленных за этот год долгосрочных кредитов размером 89 млн руб. было использовано на формирование основного стада 46% всего предоставленного кредита, на растениеводство - 20%. Лишь 10% долгосрочного кредита в этом году колхозы использовали на строительство животноводческих помещений и механизацию ферм, 3% - на водохозяйственное строительство, 1% - на строительство электростанций, электрификацию, радиофикацию, телефонизацию, газификацию колхозов'14.
Как видно из данных таблиц 19 и 20, в 1950 г. самой приоритетной статьей использования долгосрочного кредита в колхозах РСФСР оставалось формирование стада. В дальнейшем суммы, направленные на различные производственные мероприятия в колхозах, и структура использования долгосрочного кредита, радикально меняются. К концу 1950-х гг. на первое место по вложению долгосрочных ссуд выходит строительство животноводческих помещений и механизация ферм. В 1958 г. почти половина всех долгосрочных ссуд была израсходована именно на эти цели. Развитие производственной сельскохозяйственной инфраструктуры оставалось приоритетной статьей государственных долгосрочных вложений в колхозы России до середины 1970-х гг., причем в 1975 г. на строительство животноводческих помещений и механизацию ферм было направлено более половины всех долгосрочных ссуд, выданных в этом году. В 1980-е гг. резко нарастает размещение долгосрочных ссуд в покупку сельхозтехники, транспортных средств и
Рассчитано по: Кредитно-денежная система СССР... С. 312.
65
т.д. Удельный вес этой статьи финансирования через механизм долгосрочных ссуд резко нарастает уже в начале 1960-х гг. Если в 1958 г. в покупку сельхозтехники, транспортных средств колхозами банки вложили 2% всех выданных колхозам РСФСР долгосрочных ссуд, то в 1960 г. - 17%, а в 1965 г. - 37% ссуд (столько же, сколько в строительство животноводческих помещений и механизацию ферм). Таким образом, банковский капитал, вливаясь в колхозное производство через механизм долгосрочных ссуд, диктовал приоритеты его развития. До начала 1950-х гг. деятельность банковского капитала не выходила за рамки поддержания и воспроизводства сельскохозяйственной деятельности колхозов, но в 1960-1970-е гг. он мощно проявляет себя в создании сельскохозяйственной производственной инфраструктуры, а в 1980-е гг. направляется в «хай-тек» того времени, регулируя соединение финансового и промышленного капитала в сельском хозяйстве.
Краткосрочное кредитование колхозов (сроком, как правило, до 1 года) велось по трем каналам: через МТС (до 1958 г.), авансы заготовительных организаций колхозам и прямые кредиты Госбанка колхозам. До середины 1960-х гг. место краткосрочного кредитования колхозов в кредитовании сельского хозяйства было чрезвычайно мало (табл. 21).
Таблица 21
Краткосрочное кредитование Госбанком СССР сельского хозяйства
Показатель
1940 г.
1950 г.
1960 г.
1966 г.
Всего направлено краткосрочных кредитов в сельское хозяйство и заготовки, млн руб.
5158
8888
29697
67334
Из них в колхозы, межколхозные организации и предприятия, млн руб.
30
134
1772
1915
Доля колхозов, межколхозных предприятий и организаций в краткосрочном кредитовании сельского хозяйства (%)
0,6
1,5
6
3
Рассчитано по: Кредитно-денежная система СССР M., 1967. С. 312.
Напрямую в колхозы из краткосрочных кредитов поступала лишь малая доля средств - это был порядок не прямого, а косвенного банковского кредитования колхозов. В 1953 г. краткосрочные кредиты, 66
предоставленные Госбанком колхозам СССР, составили 500 млн руб., из которых 140 млн руб. приходилось на прямые кредиты колхозам и около 360 млн руб. - на ссуды по контрактации, выданные колхозам заготовительными организациями. В 1956 г. прямые краткосрочные кредиты колхозам увеличились до 260 млн руб., а авансы, выдаваемые колхозам через заготовительные организации, - почти до 1 млрд руб. К 1959 г. задолженность колхозов Госбанку составила около 3 млрд руб., из которых 950 млн руб. приходилось на кредиты по производственным затратам колхозов и более 2 млрд руб. - по авансам, полученным колхозами через заготовительные организации115. В 1964 г. в общем объеме краткосрочного кредитования колхозов СССР ссуды Госбанка составляли всего 18%, остальная доля приходилась на авансы заготовительных организаций116.
Возможности получения краткосрочного кредита колхозами, по крайней мере до середины 1950-х гг., были жестко регламентированы. До 1934 г. колхозам предоставлялись краткосрочные кредиты лишь на нужды, связанные с развитием колхозной торговли. С 1934 г. Госбанк начал предоставлять колхозам краткосрочные кредиты на производственные затраты - ремонт сельхозмашин, протравливание семян, покупку нефтепродуктов и смазочных материалов, химикатов для борьбы с вредителями сельского хозяйства, с 1936 г. - на покупку кормов для скота, сырья для подсобных хозяйств и кустарной промышленности117. Отметим, что краткосрочный кредит колхозы получали под еще более высокий процент, чем долгосрочный кредит, - 5% годовых. В случае просроченного кредита проценты возрастали до 6% годовых. Снижение процентных ставок по краткосрочному кредиту стало происходить во второй половине 1950-х - начале 1960-х гг.118
Более широко краткосрочное банковское кредитование колхозов стало развиваться только в 1950-е гг., а отменено большинство ограничений по краткосрочному кредитованию колхозов было с середины 1960-х гг. Начиная с 1954 г. колхозы стали дополнительно кредитоваться на текущий ремонт производственных построек, колхозных электростанций, парников, теплиц; на покупку семян, засеваемых на силос; сочных и грубых кормов; производственной «одежды и обуви для чабанов и пастухов общественного стада»; горюче-смазочных материалов и топлива, потребляемых для производственных нужд; на оплату стоимости электроэнергии, потребляемой для производственных нужд; перевозок семян и кормов, производимых наемным автотранспортом; 115 Шенгер Ю.Е. Очерки советского кредита... С. 373.
”в Хозрасчет и цены в социалистическом сельском хозяйстве. М., 1969. С. 282.
1,7 Кредитно-денежная система СССР... С. 50.
”8 Суслов И.Ф. Экономические проблемы развития колхозов. М., 1967. С. 77.
67
работ по применению авиахимических методов борьбы с вредителями сельскохозяйственных растений и сорняками, по искусственному предуборочному удалению листьев хлопчатника, по аэропосеву и авиаподкормке посева. В 1957 г. колхозы стали получать еще один вид кредита от Госбанка, предназначенный для «выравнивания расчетов с трактористами». С начала 1960-х гг. объектами краткосрочного кредитования колхозов являлись: производственные затраты текущего года (включая денежную оплату труда колхозников) в пределах сезонного недостатка средств, не покрываемых денежными доходами и авансами по договорам контрактации; затраты под урожай будущего года, покупка животных и птицы для откорма и сезонные сверхнормативные производственные запасы, не покрываемые собственными оборотными средствами в начале года119.
Постепенно краткосрочное банковское кредитование начинало более широко проникать в колхозное производство. Краткосрочный ссудный капитал, работавший на конец года в колхозах СССР, составлял в 1965 г. 9% от всех «остатков» краткосрочных ссуд в совхозах, колхозах и межколхозных организациях, в 1975 г. - 40%, в 1979 г. - 44% всего краткосрочного кредита сельскому хозяйству120.
Представить, как менялись объемы краткосрочного кредитования колхозов РСФСР, помогут материалы таблицы 22.
Таблица 22
Краткосрочное кредитование банками колхозов РСФСР на производственные и другие мероприятия (млн руб.)
1965 г.
1970 г.
1975 г.
1980 г.
Выдача ссуд
425,1
5723,0
10399,4
14805,4
Остатки ссуд на конец года
187,0
1361,4
6991,9
18496,8
Составлено по: Сельское хозяйство СССР. Стат, сборник. М., 1981. С. 394-395.
Как видно из материалов таблицы 22, резкое нарастание краткосрочного кредитования колхозов РСФСР происходит во второй половине 1960-х гг. (с 1965 по 1970 г. выдача ссуд колхозам возросла более чем в 13 раз, а остатки ссуд на конец года - в 7 раз). Далее темпы направления краткосрочных банковских кредитов колхозам замедляются, но сам процесс идет по нарастающей. Особенно это заметно из сравнения выданных ссуд и их остатков, продолжавших работать в со1,9 Кредитно-денежная система СССР... С. 124.
,2° Рассчитано по: О кредитовании сельского хозяйства. М., 1980. С. 4.
68
ставе колхозного капитала. Так, с 1975 по 1980 г. выдача ссуд колхозам РСФСР возросла в 1,4 раза, а их остатки на конец года - в 2,6 раза.
В оценке проникновения финансового капитала в колхозы представляет интерес соотношение размеров долгосрочного и краткосрочного кредитования (табл. 23).
Таблица 23
Соотношение долгосрочных и краткосрочных ссуд, выданных банками колхозам СССР (в % от всех ссуд, выданных за соответствующий год)
Показатель
1927 г.
1940 г.
1950 г.
1960 г.
1965 г.
1970 г.
1975 г.
1980 г.
Долгосрочные
42
75
68
26
61
16
14
16
Краткосрочные
56
25
32
74
39
84
86
84
Рассчитано по: Статистический справочник СССР за 1928 г. М., 1929. С. 298; Кредитно-денежная система СССР. М., 1967. С. 312; Сельское хозяйство СССР. Стат, сборник. М., 1981. С. 392-395.
Материалы таблицы 23 свидетельствуют, что краткосрочное банковское кредитование преобладало над долгосрочным лишь в последние советские десятилетия. Долгосрочное банковское кредитование имело преимущество в размерах в период, когда величина сельскохозяйственного капитала была (как мы видели в § 1 главы I) невелика. Краткосрочный кредит до 1960-х гг. в основном был нацелен на финансирование изъятий сельхозпродукции колхозов.
В середине 1960-х гг. происходят кардинальные изменения в порядке кредитования колхозов. В 1966 г. начался перевод колхозов на прямое банковское кредитование (согласно постановлению СМ СССР от 17 декабря 1965 г. «Об улучшении кредитования колхозов»)121. При прямом кредитовании колхозам начали выдаваться ссуды в соответствии с их производственно-финансовыми планами на покрытие сезонного недостатка денежных средств по хозяйству в целом, включая денежную оплату труда колхозников. В 1966 г. на прямое банковское кредитование было переведено 3200 колхозов СССР, а в 1970 г. перевод всех колхозов на новую систему кредитования был завершен122. Расширились возможности колхозов в распоряжении ссудным капиталом. С декабря 1965 г. колхозы могли использовать для ежемесячной оплаты труда не только краткосрочные, но и долгосрочные ссуды.
121 Решения партии и правительства по сельскому хозяйству (1965-1971 гг.). М., 1971. С. 48—49.
122 Тюрина А.П. Социально-экономическое развитие советской деревни 1965-1980. М., 1982. С. 11.
69
В том же году был осуществлен переход от кредитования отдельных частных потребностей колхозов к кредитованию совокупной потребности в средствах, исчезло деление затрат на кредитуемые и некре- дитуемые. Долгосрочные кредиты колхозам стали предоставляться на покупку крупного рогатого скота улучшенных пород для формирования основного стада, на строительство жилых домов в колхозах (общественного фонда), а также построек культурно-бытового назначения123.
Как уже говорилось выше, до 1964 г. были установлены короткие сроки погашения заемных ссуд и высокие ставки за пользование кредитом. С 1964 г. долгосрочные кредиты на строительство, оборудование и механизацию животноводческих построек и сооружений, птицефабрик, предприятий по производству стройматериалов, мастерских по ремонту техники колхозы стали получать сроком до 20 лет; на строительство пунктов по переработке фруктов и овощей и хранилищ - до 6 лет; на покупку тракторов и комбайнов - до 8 лет; на покупку сельхозмашин и транспортных средств - до 5 лет; на посадку многолетних насаждений, освоение земель, покупку скота, строительство объектов жилищного и культурно-бытового назначения - от 6 до 16 лет. Ставка за пользование долгосрочным кредитом была снижена до 0,75% годовых.
★ *
*
Приведенный в главе материал позволяет сделать следующие выводы. Говоря о масштабах и особенностях капитализации сельскохозяйственного производства, нужно отметить низкие темпы нарастания производственных основных фондов всего сельского хозяйства, в том числе функционировавших в колхозах и совхозах. Другая особенность - за период 1930-1980-х гг. явно выделяются два сильно различающихся по приросту капитала периода: 1930-1940-х гг. - с низкими темпами увеличения и 1950-1980-х гг. - с относительно высокими темпами нарастания капитализации сельского хозяйства, несмотря на определенные перепады. Не вписывающиеся в эти процессы явления связаны с экстремальными периодами или реорганизационными кампаниями. Так, в годы Великой Отечественной войны из-за отсутствия нормального воспроизводства фондов, а также их уничтожения на оккупированной
123 Решения партии и правительства по хозяйственным вопросам. Т. 5. С. 739-740. 70
территории, наблюдалось сокращение аграрного капитала. Реформа МТС конца 1950-х гг. резко увеличила за счет передачи техники основные фонды колхозов. И, наконец, анализ накопления капитала сельским хозяйством показывает вторичность по признаку капитализации аграрной модернизации, ставшей возможной и активно развивавшейся после завершения в основном промышленной индустриализации.
В течение 1930-1980-х гг. роль основных источников капитализации сельского хозяйства менялась в различные периоды и в отношении разных хозяйственных укладов. По отношению к главным хозяйственным укладам - колхозному и совхозному - действовали два инвестиционных механизма. Совхозный уклад был построен в основном на прямом государственном финансировании, которое постепенно сокращалось с середины 1960-х гг. при одновременном увеличении действия в совхозном производстве кредитных схем. По отношению к колхозам был избран другой путь капитализации, заключавшийся в низком уровне вливаний капитала на первом этапе существования колхозной системы; при этом капитал концентрировался в отделенных по собственности от колхозов структурах, представленных, прежде всего, МТС. В дальнейшем эта инвестиционная схема меняется на принципиально новую, связанную с расширением возможностей проникновения капитала в колхозы: происходило преобразование колхозов в совхозы, в отношении сохранявшихся колхозов начинал действовать механизм прямого инвестирования, что постепенно сближало совхозный и колхозный уклады по источникам накопления капитала. В то же время в отношении крестьянского уклада действовал механизм отсечения от источников капитализации. Заинтересованность государства в сохранении двора в качестве социального амортизатора объясняла консервацию этого уклада на уровне примитивного, минимального насыщения капиталом, достаточным лишь для его рутинного функционирования (ручные орудия труда, корова и т.п.) в системе простого воспроизводства.
До начала 1950-х гг. кредитование сельского хозяйства развивалось медленно, было опутано множеством ограничений, высока была ставка процента на заемный капитал. Основной поток капиталовложений направлялся на поддержание и воспроизводство сельскохозяйственной деятельности колхозов. Интенсивность проникновения финансового капитала в колхозы увеличивается с конца 1950-х гг. В 1960-е гг. снижаются ограничения его вторжению в функционирование колхозного капитала, ликвидируется система посредников, банки начинают прямое кредитование колхозов. В систему сельхозкредитования было включено и совхозное производство. Основной поток капиталовложений в этот период был направлен в создание сельскохозяйственной 71
производственной инфраструктуры, на покупку машин и механизмов. Снижение процентной ставки увеличивает возможности колхозов в получении и использовании банковских ссуд. Банковский кредит становится более свободным в смысле регламентации статей и направлений его использования. С другой стороны, отметим, что эти крупные изменения не снимали проблемы недостаточной величины кредитов, небольших в сравнении с реальными потребностями в капиталовложениях, что приводило к отставанию капитализации отрасли.
72
Глава II
УКЛАДЫ АГРАРНОЙ ЭКОНОМИКИ: МЕХАНИЗМЫ И ПРОЯВЛЕНИЯ КАПИТАЛИЗАЦИИ
§ 1. Хозяйственные уклады
Рассмотрим соотношение экономического «веса» (по показателю валовой продукции), особенности капитализации и специфику организации капитала совхозного, колхозного и индивидуально-крестьянского укладов аграрной экономики 1930-1980-х гг.
Перераспределение роли укладов в производстве сельскохозяйственной продукции происходит в СССР уже в первой половине 1930-х гг. (табл. 24).
Таблица 24
Валовая продукция сельского хозяйства СССР (по ценам 1926/27 г.)
Показатель
1929 г.
1933 г.
1937 г.
млн руб.
% к итогу
млн руб.
% к итогу
млн руб.
% к итогу
Вся продукция земледелия и животноводства
14744,7
100
14013,6
100
20123,0*
100
В том числе:
продукция совхозов и подсобных сельхозпредприятий
263,7
1,8
1586,4
11,3
1865,1
9,3
продукция колхозов
480,0
3,3
7775,0
55,5
12668,7
62,9
продукция личных подсобных хозяйств колхозников
243,3
1,6
1961,9
14,0
4318,2
21,5
продукция единоличных крестьянских хозяйств
13757,7
93,3
2690,3
19,2
304,5
1,5
Составлено по: Социалистическое строительство Союза ССР (1933-1938 гг.). Стат, сборник. М.; Л., 1939. С. 84.
* Подсчеты источника. В итог всей продукции за 1937 г. включена также продукция личных подсобных хозяйств рабочих и служащих, которая составляла 966,7 млн руб.
73
Из таблицы 24 видно, что на конец 1920-х гг. 95% валовой продукции сельского хозяйства - это продукция единоличных дворов и личных приусадебных хозяйств колхозников (причем единоличников - более 93%), уже в 1933 г. доля в производстве этих категорий составляла 33% (почти выравнялась по единоличным дворам и приусадебным хозяйствам колхозников), а в 1937 г. - 23% валовой сельхозпродукции (продукция единоличника - 1,5%). За эти же годы доля колхозной продукции возросла соответственно с 3% до 56% и 63%, а доля совхозов и подсобных сельхозпредприятий составляла 2%, 11% и 9% соответственно.
Сложившееся в период коллективизации соотношение производства продукции по укладам не оставалось, впрочем, стабильным. Серьезные изменения, но с разной степенью интенсивности, происходят в течение всего периода конца 1930-1980-х гг. Рассмотрим их на материале таблицы 25.
Прежде всего, отметим следующую тенденцию - сокращение роли колхозов в производстве валовой продукции сельского хозяйства и превращение этой роли из подавляющей (1941 г. - 70% валовой продукции) во второстепенную (29% в 1984 г.). До 1950-х гг. процесс этот шел весьма вяло. Позже доля колхозного производства постепенно, но последовательно сокращалась. Грань 1950-х гг. не выглядит при этом случайной. Это время, когда был накоплен потенциал перехода к ускоренной капитализации сельского хозяйства, исчерпались полностью повинностные механизмы эксплуатации в рамках колхозного уклада.
Противоположную динамику величины доли в валовой продукции сельского хозяйства имели совхозы и другие государственные сельхозпредприятия: их доля возросла с 10% в 1941 г. до 44% в 1984 г. также при рывке в 1950-е гг. и последующем стабильном нарастании. Перераспределение доли колхозов и совхозов в производстве сельхозпродукции во многом было предопределено реорганизацией колхозов в совхозы.
Индивидуально-крестьянский уклад, доля валового производства продукции сельского хозяйства в котором столь резко упала в 1930-е гг., в начале 1940-х гг. сохранял второе место (1941 г. - 16%) и к началу 1980-х гг. по этому показателю занимал значительные позиции (1980 г. - 25% валовой продукции сельского хозяйства РСФСР вместе с хозяйствами других групп населения), будучи вполне сопоставимым с совхозным укладом и имея очень близкий показатель с долей колхозов в валовой продукции.
74
Валовая продукция сельского хозяйства РСФСР (в % к итогу)
£ С § X
Ь о 2 з т 00
й О 2 5 ф S
100
со
44
25
1984 г. (в сопоставимых ценах 1973 г.)
100
О) сч
5
г- СЧ
1980 г. (в сопоставимых ценах 1973 г.)
100
О) сч
со ’Т
ю СЧ
1975 г. (в сопоставимых ценах 1965 г.)
100
со
о со
1
1970 г. (в сопоставимых ценах 1965 г.)
100
ю со
со со
1
1965 г. (в сопоставимых ценах 1965 г.)
100
Ю со
00 СЧ
1
1960 г. (в ценах
1960 г.)
о о
О) со
СЧ
СО сч
1950 г. (в ценах 1926/ 27 г.)
100
64
-
со
т—
1945 г. (в ценах 1926/ 27 г.)
100
в
т—
СО сч
1941 г. (в ценах 1926/ 27 г.)
100
о ь.
о
т—
СО
Категории хозяйств
Все категории хозяйств Из них:
колхозы
государственные и кооперативные хозяйства
личные хозяйства колхозников (за 1980-1987 - ЛПХ населе¬
ния)
Составлено и рассчитано по: РГАЭ. Ф. 1562. Оп. 324. Д. 253. Л. 3-8, 45; Д. 1492. Л. 26-28; Д. 3752. Л. 24-26; ГАРФ. Ф. А-374. Оп. 31. Д. 8254. Л. 1; Сельское хозяйство СССР. Стат, сборник. М., 1981. С. 23-28; Народное хозяйство РСФСР в 1984 г. М., 1985. С. 129, 164, 168; Народное хозяйство РСФСР в 1987 г. М.» 1988. С. 154, 298, 306.
75
Рассмотрим особенности капитализации в разных укладах в течение исследуемого периода. Прежде всего, сравним размеры производственных основных фондов укладов и выявим на материалах СССР их соотношение на доколлективизационный и более поздний период (табл. 26).
Таблица 26
Производственные основные фонды сельского хозяйства СССР (на конец года; в сопоставимых ценах; включая скот; без вычета износа)
Годы
Все категории хозяйств
Совхозы и другие госхозы
Колхозы
Частное и личное подсобное хозяйство
млрд руб.
в% к итогу
млрд руб.
в% к итогу
млрд руб.
в%
К итогу
млрд руб.
8%
К итогу
1928
17,7
100
0,9
5,1
0,2
1,1
16,6
93,8
1940
21,3
100
5,0
23,5
6,9
32,4
9,4
44,1
1945
15,2
100
3,1
20,4
5,4
35,5
6,7
44,1
1950
21,4
100
4,6
21,5
9,3
43,5
7,5
35,0
1960
45,1
100
14,5
32,2
21,8
48,3
8,8
19,5
1965
64,7
100
28,5
44,0
27,3
42,2
8,9
13,8
1970
90,3
100
43,2
47,8
38,3
42,4
8,8
9,8
Составлено и рассчитано по: Семин С.И. Преодоление социально-экономических различий между городом и деревней. М., 1973. С. 87; Сельское хозяйство СССР. М., 1971. С. 12, 17, 357.
На заре коллективизации львиная доля производственных основных фондов сельского хозяйства страны была сосредоточена в частном и личном подсобном хозяйствах - почти 94%. Дальнейшая судьба остаточного крестьянского хозяйства - приусадебного хозяйства колхозников - связана с падением доли его производственных фондов в общем капитале сельского хозяйства. Хотя следует подчеркнуть, что до второй половины 1940-х гг. производственные фонды приусадебных хозяйств вместе с потенциалом близких ему хозяйственных структур (хозяйств рабочих и служащих и других групп населения) все же преобладали над потенциалом других укладов: в 1945 г. доля производственных основных фондов совхозов и других госхозов - 20%, колхозов - 36%, частных и личных подсобных хозяйств - 44%. Перераспределение экономического потенциала (капитала), как видно из таблицы 26, наблюдается уже в 1950 г.: колхозы - 44%, личные хозяйства - 35%, 76
совхозы - 22%. И наконец следующая перемена мест фиксируется в 1965 г., когда на первое место выходят совхозы, вторую строчку занимают колхозы и на последнем месте оказываются личные подсобные хозяйства, т.е. складывается ситуация, которая сохранялась до конца советской эпохи. Таким образом, по рассредоточению сельскохозяйственного капитала между государственным, колхозным и индивидуальным укладами (включая хозяйства рабочих и служащих) за период 1930-1980-х гг. (на основе показателей за годы, отраженные в табл. 26) наблюдается четыре радикальных изменения ситуации. Исходная позиция 1928 г. выглядит следующим образом: частное сельскохозяйственное производство безраздельно господствует, совхозы занимают вторую позицию и очень маленький капитал колхозов позволяет им занимать третью строчку в этом рейтинге; по данным 1940 г., колхозные капиталы выходят на вторую позицию, первое место, хотя и не с таким отрывом, сохраняют индивидуализированные формы, совхозы становятся третьими; в 1950 г. колхозы выходят на первое место по сосредоточению капитала, второе все еще остается за индивидуализированными формами, совхозы остаются третьими; в 1960 г. при сохранении лидерства капиталов, сосредоточенных в колхозах, капиталы совхозов опережают по стоимости индивидуализированные средства производства; и наконец в 1965 г. фиксируется ситуация, при которой совхозы - на первом месте, колхозы занимают вторую позицию, индивидуализированные капиталы окончательно становятся последними. Динамика изменений абсолютных показателей, характеризующих производственные основные фонды сельскохозяйственных укладов, отраженная в таблице 26, свидетельствует о постоянном нарастании, хотя и разными темпами, капиталов, сосредоточенных в колхозном и совхозном укладах, и о стабильности абсолютных показателей индивидуализированных форм аграрного производства, сохранявшейся с 1930-х до 1980-х гг. (исключение по отношению ко всем укладам в этой динамике наблюдается лишь в военный период).
Особенно показателен при изучении капиталистической революции сверху в сельском хозяйстве страны период первой половины 1930-х гг. (табл. 27). Из таблицы видно, что до 1932 г. включительно среди укладов сельскохозяйственного производства по сосредоточенности основных средств производства безраздельно господствуют индивидуализированные формы: в 1931 г. 66% фондов сосредоточены еще в единоличных крестьянских дворах и 12% - в приусадебных хозяйствах колхозников. Колхозный и совхозный уклады вместе взятые начинают немного превышать единоличника и колхозника по этому показателю лишь в 1932 г. (50% против 48%); уже в 1933 г. это соотношение становится 52% к 43%, в 1935 г. - 61 % к 31 %, в 1937 г. - 63% к 22%. Соотношение колхозного и совхозного укладов к 1937 г. составляет 77
почти 2:1 (40% к 23%). Если в начале 1930-х гг. вышеперечисленными формами охватывались практически все основные средства производства сельского хозяйства, то в дальнейшем появляется и все большее место начинает занимать «третья» сила - МТС. Если в 1930 г. ее доля в средствах производства исчислялась в 0,1%, то в 1937 г. - 15%. По сути это был новый канал вторжения государственного капитала в аграрную экономику. Еще одна видимая из таблицы 27 закономерность проявляется в сравнении эволюции основных средств производства единоличных крестьянских хозяйств и приусадебных хозяйств членов колхозов: до 1932 г. включительно сокращение потенциала единоличных хозяйств параллельно выливается в увеличение основных средств производства приусадебных дворов колхозников, позже доля потенциала приусадебных хозяйств среди основных средств производства сельского хозяйства стабилизируется на уровне 20-22%, в то время как основные средства производства, сосредоточенные в единоличных крестьянских хозяйствах, продолжают постоянно уменьшаться вплоть до ничтожно малого уровня в 1937 г. (2%). Выше приводились сведения по основным фондам сельского хозяйства СССР, где на 1940 г. доля индивидуализированных форм сельхозпроизводства среди совхозных, колхозных, частных и приусадебных исчислялась в размере 44%, то есть фактически половина из сосредоточенных в руках населения средств производства сельского хозяйства в конце 1930-х гг. была не в руках колхозников. Это свидетельствует о том, что и за пределами деревни (особенно в малых городах) остатки базовых конструкций аграрного образа экономической жизни были еще сильны.
В дальнейшем соотношение сосредоточенности аграрного капитала изменялось также с серьезными особенностями по периодам. В частности, очень важное 20-летие (от завершения складывания колхозной системы до перехода к форсированной капитализации) - 1935- 1955 гг. (табл. 28).
Таблица 27
Основные средства производства колхозов, совхозов, МТС, единоличных и приусадебных хозяйств колхозников СССР (в млн руб.; в неизменных ценах 1926/27 г.; с учетом износа)*
Категории хозяйств
1928 г.
1929 г.
1930 г.
1931 г.
1932 г.
1933 г.
1934 г.
1935 г.
1936 г.
*
*
ь- со О
Всего (млн руб.) В т.н. в% к итогу:
16880,9
17684,6
17780,2
16094,3
16272,6
16449,8
16932,7
17798,4
19275,2
21044,5
78
Окончание таблицы 27
Категории хозяйств
! 1928 г.
1929 г.
1930 г.
1931 г.
1932 г.
Г
1933 г.
' 1934 г.
и ю со 0)
1936 г.
* *.
ь- со о х—
колхозов
0,4
0,9
3,1
15,5
35,0
33,8
35,0
37,2
39,2
40,4
совхозов и колхозов
1,4
1,7
2,7
7,3
14,5
18,3
21,3
23,3
23,5
22,5
МТС
-
-
0,1
0,1
2,4
4,6
7,1
9,0
11,3
14,8
единоличных крестьянских хозяйств
96,2
92,3
84,0
65,6
26,7
22,6
15,8
9,8
4,1
2,0
приусадебных хозяйств членов колхозов
2,0
5,1
10,1
11,5
21,4
20,7
20,8
20,7
21,9
20,3
Составлено и рассчитано по: РГАЭ. Ф. 1562. Оп. 80 Д. 63а. Л. 50, 52, 54, 56, 63.
* В итоговые данные стоимости основных средств производства не включены мелиоративные и ирригационные сооружения, многолетние насаждения. Данные по стоимости основных средств производства приусадебных хозяйств колхозников и единоличных хозяйств - ориентировочные.
** Данные за 1937 г. предварительные, без учета передачи основных средств производства из одной категории хозяйств в другую.
Таблица 28
Основные фонды колхозов, МТС, совхозов РСФСР (млн руб. и процентов; на конец соответствующего года)
Категории хозяйств
1935 г.
1951 г.
1955 г.
Всего (млн руб.) В том числе в % к итогу:
12128,1
57035,0
93693,0
Колхозы
57
46
43
МТС
15
29
32
Совхозы
28
25
25
Рассчитано по: Социалистическое строительство РСФСР М., 1936. С. 142; Колхозы во второй сталинской пятилетке. М.; Л., 1939. С. 13; МТС во второй пятилетке. М.; Л., 1939. С. 29; РГАЭ. Ф. 1562. Оп. 80. Д. 279. Л. 5.
79
Как видно из таблицы 28, в 1935 г. подавляющую часть основных капиталов «общественного» сельского хозяйства России составляли колхозные фонды - более 50%, фонды совхозов занимали чуть более четверти сельскохозяйственных капиталов РСФСР, МТС сосредотачивали шестую часть капиталов. В 1950-е гг. главные подвижки происходят в изменении соотношения основных капиталов колхозов, совхозов и МТС. При сокращении долей сельскохозяйственного капитала совхозов (до 25% в 1951 и 1955 гг.) и колхозов (1951 г. - до 46%, 1955 г.
- до 43%) происходит двукратное наращивание доли основных фондов МТС (в 1951 г. - 29%, в 1955 г. - 32%). Эти изменения свидетельствуют об очень важной особенности российской капитализации - наращивании государством капитала вне основных фондов колхозов.
Если первая половина - середина 1930-х гг. характеризуется расформированием фондов сельскохозяйственного назначения полномасштабных крестьянских хозяйств и становлением системы приусадебных хозяйств колхозников и других групп населения, существовавших в достаточно неизменном виде в течение ряда последующих десятилетий, перетоком основной части фондов индивидуальных хозяйств в колхозы и становлением масштабного совхозного уклада, сосредоточившего до пятой части основных фондов сельскохозяйственного назначения, последующее 20-летие (вторая половина 1930-х
- середина 1950-х гг.) - рядом изменений в пропорциях рассредоточения аграрного капитала, то период 1960-1980-х гг. отличается новыми крупными трансформациями процесса капитализации основных укладов. Рассмотрим эти изменения на материалах таблиц 29 и 30.
Таблица 29
Производственные основные фонды сельскохозяйственного назначения в колхозах и совхозах РСФСР (в сопоставимых ценах; млрд руб. и процентов; на конец года)
Категории хозяйств
1961 г.
1963 г.
1965 г.
1968 г.
Всего (млрд руб.)
17,4
21,0
24,5
30,0
В т.ч. в % к итогу:
Колхозы
56
55
51
52
Совхозы
44
45
49
48
Составлено и рассчитано по: Основные экономические показатели работы колхозов и совхозов РСФСР за 1961-1968 гг. М., 1969. Ч. II. С. 475, 479.
80
Таблица 30
Производственные основные фонды сельскохозяйственного назначения РСФСР (по балансовой стоимости; без вычета износа; на конец года; млрд руб. и процентов)
Категории хозяйств
1970 г.
1975 г.
1980 г.
1981 г.
1982 г.
1983 г.
1984 г.
1985 г.
1988 г.
Всего (млрд руб.)
В т.ч. в % к итогу:
39,5
71,4
108,8
116,8
124,6
132,4
140,3
148,6
176,1
колхозы
48,1
43,6
40,9
40,8
40,8
41,0
40,9
40,9
40,0
совхозы
51,6
55,5
57,1
57,4
57,4
57,6
57,7
57,8
58,6
межхозяйственные предприятия (без строительных, без скота)
0,3
0,9
2,0
1,8
1,8
1,4
1,4
1,3
1,4
Составлено и рассчитано по: Народное хозяйство РСФСР в 1984 г. Стат, ежегодник. М., 1985. С. 164, 168, 172.; Народное хозяйство РСФСР в 1985 г. Стат, ежегодник. М., 1986. С.159, 163, 167; Народное хозяйство РСФСР в 1988 г. Стат, ежегодник. М., 1989. С. 440.
Данные таблиц 29-30 отражают процесс изменения соотношения основных производственных фондов колхозов и совхозов. В РСФСР доля капиталов, сосредоточенных в колхозах, снизилась с 1961 по 1968 г. с 56% до 52%, доля же капиталов совхозов нарастала - с 44% в 1961 г. до 48% в 1968 г. Уже в 1970 г. доля основных производственных капиталов совхозов становится преобладающей в составе всех основных фондов сельского хозяйства РСФСР - почти 52% - и продолжает нарастать в течение 1970-1980-х гг. (1988 г. - 59%); доля колхозов в составе производственных капиталов сельского хозяйства снижается (в 1988 г. - 40%). Особенностью 1970-1980-х гг. стало также появление нового агента сельской капитализации - межхозяйственных предприятий. Доля сосредоточенного в них капитала нарастает в начале 1970-х гг., а затем с небольшими колебаниями остается достаточно стабильной.
Еще одна важная проблема изучения места деревенских укладов в аграрной капитализации - структура их производственных капита-
81
лов. Прежде всего, сравним структуру основных средств производства в колхозах, совхозах и приусадебных хозяйствах колхозников СССР в 1930-х гг. (табл. 31).
Таблица 31
Структура основных средств производства колхозов, совхозов, приусадебных хозяйств колхозников СССР в 1932 и 1937 гг. (в неизменных ценах 1926/27 г.; с учетом износа; в % к итогу)
Показатели
1932 г.
1937 г.
Совхозы и коопхо- зы
Колхозы
Личные приусадебные хозяйства колхозников
Совхозы и коопхо- зы
Колхозы
Личные приусадебные хозяйства колхозников
Всего основ- ных средств производства
100
100
100
100
100
100
Из них:
строения сельхозназначения
20
23
61
40
31
49
мертвый инвентарь (производственный инвентарь, транспортные средства)
33
29
8
33
28
8
скот, птица, пчелы
23
40
26
15
29
36
строения и инвентарь промышленных предприятий
7
5
-
9
6
-
прочие средства
17
3
5
3
6
7
Рассчитано по: РГАЭ. Ф. 1562. Оп. 80. Д. 63а. Л. 50, 52, 63.
Уже в начале 1930-х гг. в организации капитала совхозов, колхозов, колхозных дворов наблюдаем серьезные различия. Так, в 1932 г. 82
основная часть капитала совхозов и колхозов была сосредоточена в «живом» инвентаре (скот), «мертвом» инвентаре и постройках сельхозназначения. При этом в совхозах более высокая доля производственного капитала приходилась на инвентарь (33%), а в колхозах - на скот, птицу и пчел (40%). В личных дворах колхозников большая часть производственного капитала распределялась между хозяйственными постройками и скотом (61% и 26% соответственно). К 1937 г. совхозы наращивают ту часть капитала, которая свидетельствует о модернизации производства - инфраструктурные производственные объекты (на постройки приходится 40% производственных капиталов), на сельскохозяйственную технику приходится 33% средств производства. В колхозах эти части в структуре основных средств производства менее насыщены капиталом (на строения сельхозназначения в 1937 г. приходился 31%, на мертвый инвентарь - 28%), зато на скот, птицу и пчел приходилась большая, чем в совхозах, доля капитала - 29%. Структура капиталов личных приусадебных хозяйств колхозников изменяется только в том плане, что распределение капитала между строениями сельхоназначения и скотом становится более равномерным (в 1937 г. - 49% и 36% соответственно).
Изменения в строении основных производственных капиталов колхозов происходили во второй половине 1930-х - первой половине 1950-х гг. достаточно медленно (табл. 32)
Таблица 32
Структура основных фондов производственного назначения колхозов РСФСР (в % к итогу)
Показатели
1932 г.
1935 г.
1937 г.
1938 г.
1940 г.
1950 г.
1954 г.
Всего
100
100
100
100
100
100
100
Постройки и сооружения производственного назначения
22
29
31
30
51*
40
48
Инвентарь и оборудование подсобных предприятий
1
3
3
4
3
7
7
83
Окончание таблицы 32
Показатели
1932 г.
1935 г.
1937 г.
1938 г.
1940 г.
1950 г.
1954 г.
Автомашины
-
1
3
5
9
10
12
Гужевые транспортные средства
10
9
8
8
Сельхозмашины, орудия и двигатели
12
9
9
10
7
9
8
Скот рабочий
26
20
16
18
13
14
9
Скот продуктивный
19
23
24
19
17
20
16
Многолетние насаждения
10
6
6
2
-
-
-
Прочее имущество
4
-
-
-
Составлено по: Колхозы во второй сталинской пятилетке. М.; Л., 1939. С. 16; Колхозы в 1938 г. (по годовым отчетам). М., 1940. С. 6, 8; РГАЭ. Ф. 7486. Оп. 7. Д. 1308. Л. 107-109; ГАРФ. Ф. А-374. Оп. 31. Д. 7096. Л. 221.
* С 1940 по 1954 г. - вместе с многолетними насаждениями.
Как видно из таблицы 32, во второй половине 1930-х - первой половине 1950-х гг. в колхозах РСФСР нарастала часть капитала, сосредоточенного в инфраструктурных объектах - постройках и сооружениях производственного назначения (в 1938 г. - 30%, в 1950 г. - 40%, в 1954 г. - 48%). В то же время доля сельхозмашин, орудий и двигателей в составе основных фондов колхозов России практически не претерпела изменений за этот период (1938 г. - 10%, 1950 г. - 9%, 1954 г. - 8%), доля рабочего скота значительно сократилась (1938 г. - 18%, 1954 г. - 9%), а продуктивного - колебалась на уровне 16-20%.
Серьезные изменения в строении производственного капитала колхозов и совхозов России происходят в 1960-е гг. (табл. 33).
84
Таблица 33
Структура основных производственных фондов совхозов и колхозов РСФСР (на конец года; по балансовой стоимости; без вычета износа; в % к итогу)
Показатель
1961 г.
1965 г.*
1970 г.
1980 г.
1985 г.
Совхозы
Колхозы
Сов¬
хозы
Колхозы
Совхозы
Колхозы**
Совхозы
Колхозы***
Сов¬
хозы
Колхозы***
Всего В том числе:
100
100
100
100
100
100
100
100
100
100
здания, сооружения, передаточные устройства
41
54
42
50
50
54
59
63
65
63
силовые машины и оборудование
12
6
10
8
9
8
7
7
6
7
рабочие машины и оборудование
15
10
17
14
13
13
10
10
10
11
транспортные средства
5
4
4
4
4 :
4
4
4
4
4
скот рабочий
3
3
2
2
1
1
1
1
1
1
скот продуктивный
20
21
18
18
16
16
10
12
9
12
многолетние насаждения
2
1
-
-
4
1
5
2
2
1
прочие
2
1
-
-
3
3
4
1
3
1
Составлено и рассчитано по: Основные экономические показатели работы колхозов и совхозов РСФСР за 1961-1968 гг. М., 1969. Ч. II. С. 490, 496; Народное хозяйство РСФСР в 1965 г. Стат, ежегодник. М., 1966. С. 186; Сельское хозяйство СССР. Стат, сборник. М., 1971. С. 565, 651; Сельское хозяйство СССР. Стат, сборник. М., 1981. С. 242; Народное хозяйство РСФСР в 1985 г. Стат, ежегодник. М., 1986. С. 110-111.
* В источнике отсутствуют сведения о доле, приходящейся на многолетние насаждения и прочие фонды.
** Без рыболовецких колхозов.
*** Вместе с межхозяйственными сельхозпредприятиями.
85
Как видно из таблицы 33, в 1960-е гг. в колхозах значительно возросла доля производственного капитала, сосредоточенного в силовых и рабочих машинах и оборудовании (1961 г. - 16%, 1965 г. - 22%). Обращает на себя внимание еще одна особенность колхозной капитализации - в этот период доля капитала колхозов, сосредоточенного в силовых и рабочих машинах, еще отстает от совхозной (1965 г. - 27%). В 1970 г. организация капитала в колхозах практически идентична совхозным показателям, а в 1985 г. колхозы даже обгоняют совхозы по показателям доли производственных фондов в силовых и рабочих машинах и оборудовании (совхозы - 16%, колхозы - 18%). В то же время основная часть капитала главных сельскохозяйственных производителей того времени оставалась сосредоточенной в зданиях, сооружениях и передаточных устройствах.
86
§ 2. Факторы производства
Основные фонды в процессе хозяйственного использования являлись важнейшим фактором формирования производственных издержек. Изменение их доли в структуре себестоимости сельскохозяйственной продукции является свидетельством степени капитализации. Хотя показатель структуры себестоимости достаточно условен, он позволяет оценить соотношение в себестоимости произведенной продукции долей живого труда и перенесенной стоимости основного капитала, т.е. уровень капитализации отрасли. Когда роль такого экономического фактора, как капитал, становится ведущей, а доля живого труда в себестоимости продукта кардинально сокращается, можно считать, что грань, отделяющая аграрное общество от капитализированного, пройдена.
Уже в конце XIX в. понятие издержек производства было включено в крупнейшие энциклопедические издания России. В статье «Издержки производства» словаря Брокгауза и Ефрона рассматривались два значения этого понятия. Первое - «частнохозяйственные издержки», которые включали все расходы, понесенные отдельным производителем (материалы и средства производства, оплата труда, плата за пользование чужой землей, чужим капиталом и т.д.). Во втором значении «народнохозяйственные издержки» трактовались как затраты труда или действительная стоимость производства124. В 1889 г. Центральным статистическим комитетом была издана работа В. Аленицина, в которой впервые освещался опыт расчета «стоимости производства» пшеницы, ржи, овса и ячменя по нескольким губерниям. Работа содержала данные по помещичьим и крестьянским хозяйствам: о стоимости земли (с паром), семян, обработки земли, суммах платежей за землю, т.е. учитывались все расходы, обязательные для хозяйства. В дальнейшем подобные работы были выполнены другими авторами по картофелю, льну. В 1912 г. в экономическом исследовании о выращивании картофеля появился термин «себестоимость», которым обозначались все расходы предпринимателя125. Обзор и анализ дореволюционных работ по себестоимости сельхозпродукции дал С.Г. Струмилин в статье «Издержки производства хлебов в царской России»126, опубликованной в 1926 г., в которой давалось сравнение затрат по структуре себестоимости за 1887-1888 и 1912-1913 гг. Краткий анализ дореволюционных 124 Энциклопедический словарь / изд. Ф.А. Брокгауз, И.А. Ефрон. СПб., 1894. Т. ХНа.
С. 844-845.
126 См. об этом: Фабричное А.М. Издержки производства и себестоимость в сельском хозяйстве. М., 1979. С. 48.
126 Струмилин С.Г. Издержки производства хлебов в царской России // Очерки экономической истории России. М., 1960. С. 161-183.
87
исследований по проблемам себестоимости выполнил также А.М. Фабричное127.
В 1930-1950-е гг. термин «издержки производства» в качестве аналога термина «себестоимость» употреблялся достаточно редко. Дело в том, что к началу 1930-х гг. утвердилось мнение о том, что издержки производства - категория капиталистического хозяйства и к советской экономике неприменима, так как средства производства не являются средствами эксплуатации, а следовательно, нет постоянного и переменного капитала и издержки производства «как первоначально авансированный капитал» исчезают128. В советской хозяйственной практике, по крайней мере до середины 1950-х гг., речь шла не об «издержках производства», а о «себестоимости» как синтезирующем качественном показателе производства. Под себестоимостью продукции понималось денежное выражение затрат отдельных предприятий на производство продукции. Основными элементами себестоимости считались: заработная плата рабочих, инженерно-технических работников и служащих предприятий и трестов, затраты на сырье, топливо, материалы, электроэнергию, амортизация, расходы по управлению цехами и предприятиями, транспортно-сбытовые расходы129. Но уже в 1960-е гг. термины «издержки производства» и «себестоимость» в экономической науке СССР употреблялись на равных.
Разработка подходов к исчислению себестоимости (издержек производства) колхозной продукции развивалась непросто. В 1920-е - начале 1930-х гг. работы по исчислению себестоимости сельхозпродукции проводились достаточно активно. С 1923 г. в совхозах был начат широкий учет затрат производства130. В 1928 г. вышла первая работа о себестоимости в коллективных хозяйствах, где она (на основании анкетирования хозяйств) учитывалась по следующим элементам: рабочая сила, тяга, амортизация, семена, удобрения, корма и подстилка, общие расходы, прочие расходы - все это включалось в производственную себестоимость. В коммерческую себестоимость включались, кроме указанных, транспортные издержки131. В 1929 г. вышел сборник «Себестоимость продуктов сельского хозяйства» (под ред. Н. Макарова), где на основе бюджетных обследований крестьянских хозяйств, проведенных Наркомземом РСФСР, был представлен большой фактический материал по себестоимости зерна, технических и овощных культур, мяса и т.д. В 1930 г. появляются статьи о себестоимости производства продукции 127 Фабричное А.М. Издержки производства... С. 46-60.
128 БСЭ. Изд. 1-е. М.. 1933. Т. 27. С. 585-586.
129 Там же. М„ 1944. Т. 50. С. 535.
130 Фабричное А.М. Издержки производства... С. 81.
131 Опыт исследования коллективного земледелия. М„ 1928.
88
в колхозах (А. Брюханов, Л. Гатовский, С. Епихин, Ш. Турецкий и др.)132. В 1931 г. в статистических сведениях приводилась структура издержек производства в совхозах, колхозах, крестьянских хозяйствах133. Но с 1932 г. вопрос о себестоимости в колхозах сошел со страниц печати (в сборниках ЦСУ сведения давались лишь по совхозам). Экономисты 1960-х гг. считали, что на это повлияло повсеместное введение трудодня и, следовательно, натурализация внутриколхозных производственных отношений. Кроме того, В.Г. Венжер, А.М. Фабричное, И.Ф. Суслов и др. считали, что еще более усилили натурализацию производственных отношений натуроплата за работу МТС и обязательные поставки сельхозпродуктов колхозами государству134. Вопрос о себестоимости в колхозах в административном порядке был снят с повестки дня. Считалось, что расценка труда в рублях чрезвычайно вредна, так как порождает потребительские настроения и т.д. Н.А. Вознесенский в начале 1930-х гг. высказывал мнение, что «издержки производства» в колхозах (за исключением тех, которые не зависят от колхоза) должны исчисляться непосредственно в рабочем времени - трудоднях135. Главным аргументом для доказательства отсутствия колхозной себестоимости как экономической категории была ссылка на то, что в артелях нет заработной платы136. В 1930-1950-е гг., как писал В.Г. Венжер, даже высказывалось мнение, что себестоимость в колхозах просто равна материальным затратам137.
Вновь вопросы себестоимости колхозной продукции стали подниматься после 1953 г. Начало обсуждению этих вопросов положил В.Г. Венжер в 1955 г.138 В 1956 г. ВНИЭСХ издал материалы с методическими указаниями по исчислению себестоимости продукции в колхозах. В 1956-1957 гг. колхозам было предложено наряду с годовыми отчетами заполнять и представлять специальные приложения к отчету о «За132 Брюханов А. К проблеме издержек производства сельскохозяйственных продуктов в колхозах // На аграрном фронте. 1930. № 6. С. 29-44; На новом этапе социалистического строительства. М., 1930. Т. II. С. 1-268, 606-639.
133 Сдвиги в сельском хозяйстве СССР между XV и XVI партийными съездами. Статистические сведения по сельскому хозяйству СССР за 1927-1930 гг. М., 1931.
134 Издержки производства и себестоимость продукции в колхозах I под ред. В.Г. Венжера. М., 1960. С. 25-29; Суслов И.Ф. Экономические проблемы развития колхозов. М., 1967. С. 123; Фабричное А.М. Издержки производства... С. 86; и др.
135 Вознесенский Н.А. Хозрасчет и социалистический план // Вознесенский Н.А. Избранные произведения. М„ 1979. С. 46.
133 Как исчислять себестоимость продукции в колхозах. Обмен мнениями // Коммунист. 1962. № 13. С. 54.
137 Венжер В.Г. Использование закона стоимости в колхозном производстве. М., 1965. С. 267.
133 Венжер В.Г. О методике исчисления издержек производства в колхозах // Вопросы экономики. 1955. № 11. С. 82-95.
89
тратах трудодней и денежно-материальных средств на производство основных видов продукции»139. В приложениях к годовым отчетам колхозов за 1956 г. был введен учет затрат в двух показателях (по фактической выдаче на трудодень и по условной оценке трудодня), на основе которых можно было определить себестоимость основных видов продукции. В годовые отчеты колхозов в 1958 г. была введена таблица 30 - «Расчет затрат и себестоимости продукции». Исчисление себестоимости колхозы проводили с оценкой труда колхозников по нормам оплаты работ в совхозах140. Ряд экономистов считали, что исчисление себестоимости продукции в колхозах на основе фактических затрат невозможно, так как для этого необходимо, чтобы «производственные затраты в денежном выражении отражали действительные размеры затрат труда колхозников и материальных средств на производство колхозной продукции»141. В начале 1960-х гг. это утверждение не представлялось таким однозначным. В 1962 г. журналом «Коммунист» была организована дискуссия, в ходе которой одни экономисты (в основном работники ЦСУ СССР) высказывались за нормативную себестоимость, а другие - за учет фактических затрат колхозов142. Практика учета себестоимости колхозной продукции окончательно сложилась в 1963- 1964 гг. В годовых отчетах за 1962 г. впервые был введен в себестоимость учет фактической оплаты труда в колхозах143.
Историки практически не обращались к изучению проблемы себестоимости сельхозпродукции. Исключение составляют работы В.П. Данилова. Анализируя производство в советской доколхозной деревне, ученый обратил внимание на то, что структура издержек производства дает суммарную характеристику производительных сил с точки зрения места и роли их отдельных элементов. В этой структуре, по его мнению, фиксируется соотношение тех факторов создания продукта, стоимость которых переносится на этот продукт. По расчетам В.П. Данилова, удельный вес стоимости рабочей силы в общей себестоимости продуктов крестьянского хозяйства в 1925 г. (в среднем по стране) в процентах составлял: по овсу - 55,9; по озимой пшенице - 56,8; по яровой пшенице - 57,2; по ржи - 58,2; по ячменю - 60,7; по картофелю - 57; по сахарной свекле - 64,8; по льну - 75,3. Он пришел к выводу о том, что затраты живого труда намного превышали материальные издержки. Затраты живого труда возрастали особенно в зерновых (наиболее экстенсивных) районах и достигали здесь 63-72%144.
139 Силин А.Г. Статистика себестоимости колхозной продукции. М., 1964. С. 3.
140 Там же.
141 Там же.
142 Как исчислять себестоимость продукции в колхозах... С. 46-59.
143 Фабричное А.М. Издержки производства... С. 88.
144 Данилов В.П. Советская доколхозная деревня: население, землепользование, хозяйство. М., 1977. С. 265, 266.
90
Для колхозного периода расчет соотношения затрат живого труда и капитала в себестоимости сельхозпродукции имеет свою специфику. Соотношение материальных издержек может быть сопоставимо лишь с затратами на оплату труда и поэтому имеет смысл только с того момента, когда затраты на эту оплату стали исчисляться на уровне расценок работников совхозов. Рассмотрим, как изменялась динамика себестоимости сельхозпродукции колхозов в 1953 и 1956 гг. с учетом этих допущений (табл. 34).
Судя по данным таблицы 34, затраты на оплату труда в общей себестоимости производства овощей составляли более 70%. В пределах 40-45% затраты на оплату труда были в производстве молока и 35-40% - в производстве зерна, картофеля, мяса. Затраты на оплату труда от 50 до 75% в общей себестоимости сельхозпродукции в это время занимали в производстве кормовых культур, льна146.
Таблица 34
Изменение структуры себестоимости основных видов сельхозпродукции колхозов РСФСР в 1953-1956 гг.
(данные рассчитаны ВНИЭСХ по материалам сводных годовых отчетов колхозов; в % к итогу)
Вид продукта
Затраты на оплату труда по средним расценкам совхозных рабочих
Прочие затраты
Затраты семян по себестоимости производства (зерно, картофель, овощи), кормов собственного производства (для мяса и молока)
Затраты МТС на работы с оплатой натурой
Затраты на содержание скота
Амортизация основных средств производства колхозов
Итого затрат
всего
в т.ч. прямые
Зерновые культуры (вкл. кукурузу) 1953 г. 1956 г.
38,9
38,9
30,8
30,4
6,1
5,2
29,9
24,8
20,4
24,1
2,6
5,1
2,1
1,9
100
100
145 РГАЭ. Ф. 7486. Оп. 7. Д. 1593. Л. 3-66.
91
Окончание таблицы 34
Вид продукта
Затраты на оплату труда по средним расценкам совхозных рабочих
Прочие затраты
Затраты семян по себестоимости производства (зерно, картофель, овощи), кормов собственного производства (для мяса и молока)
Затраты МТС на работы с оплатой натурой
Затраты на содержание скота
Амортизация основных средств производства колхозов
Итого затрат
всего
в т.ч. прямые
Картофель 1953 г. 1956 г.
34,8
39,2
27,2
31,0
6,3
7,0
41,7
40,0
5,3
6,0
9,7
5,6
2,2
2,2
100
100
Овощебахчевые 1953 г. 1956 г.
74,3
71,0
59,4
55,1
14,5
14,0
н. св. н. св.
2,5
2,0
4,0
8,8
4,7
4,2
100
100
Мясо 1953 г. 1956 г.
36.2
38.3
27,3
30,7
6,4
6,1
35,9
36,1
17,1
12,5
2,3
4,9
2,1
2,1
100
100
Молоко 1953 г. 1956 г.
43.7
43.8
34,5
35,1
7,7
7,0
43,3
41,2
-
2,7
5,6
2,6
2,4
100
100
Составлено по: РГАЭ. Ф. 7486. Оп. 7. Д. 1593. Л. 3, 9, 15, 63, 66.
Основным методологическим вопросом при исчислении себестоимости колхозной продукции во второй половине 1950-х - первой половине 1960-х гг. была оценка труда колхозников. Как подчеркивал начальник ЦСУ СССР В.Н. Старовский в 1962 г., «в колхозах нет заработной платы, а распределяемые по трудодням доходы общественно не нормированы». Он считал, что «при Сталине» ученые придумали оценку затрат труда колхозников по фактическим выдачам на трудодень,
92
чтобы скрыть существовавший в то время огромный разрыв между себестоимостью и оплатой колхозной продукции146. Некоторые экономисты, например Н.Г. Каротамм, считали, что так называемая условная себестоимость искажает реальность. Действительно, структура себестоимости, исчисленная по фактической оценке трудодня (выдачам на трудодень) и по условной оценке трудодня (по средним расценкам совхозов), различалась (табл. 35).
Таблица 35
Структура себестоимости сельхозпродукции в колхозах РСФСР в 1956 г. по условной и по фактической оценке трудодня (в % к итогу)
Показатель
Зерно
Картофель
Молоко коровье
Мясо
в живом весе
по усл. оценке
по факт, выдаче
по усл. оценке
по факт, выдаче
по усл. оценке
по факт, выдаче
по усл. оценке
по факт, выдаче
Затраты трудодней
41
40
45
39
49
44
40
34
Оценка семян и натуроплаты МТС (молоко, мясо - только натуроплата МТС)
48
46
37
39
5
4
3
3
Деньги и амортизация основных средств
8
11
14
18
14,5
16
10
11
Натуроплата другими видами продукции
0,4
0,1
1
0,3
2,5
3
3
3
Корма скоту
2,6
2,9
3
3,7
29
33
44
49
Всего затрат
100
100
100
100
100
100
100
100
Рассчитано по: ГАРФ. Ф. А-374. Оп. 30. Д. 8826. Л. 12, 35.
146 Как исчислять себестоимость продукции в колхозах... С. 46-47.
93
Как видно из таблицы 35, исчисление себестоимости по данным фактической выдачи на трудодень показывало более низкую долю затрат на оплату труда колхозников.
В 1958 г. начинает публиковаться исчисленная ЦСУ себестоимость колхозной продукции. В методике ее расчета трудодни колхозников оценивались на уровне оплаты рабочего совхоза (оценка трудодня по тарифным расценкам рабочих совхозов в среднем по колхозам СССР составляла в 1958 г. 8,9 руб., а фактическая выдача на трудодень денег и продуктов, с оценкой их по государственным розничным ценам, - 8,3 руб.). Семена и корма собственного производства оценивались по себестоимости их производства в колхозах. Рассмотрим структуру себестоимости сельхозпродукции в колхозах в 1958 и 1960 гг. на основании этих расчетов (табл. 36).
Таблица 36
Структура себестоимости производства сельхозпродуктов в колхозах РСФСР в 1958 и 1960 гг. (в % к итогу)
Вид сельхозпродукции
Расходы на оплату труда*
Семена свои и покупные
Затраты на работу
Корма свои и покупные
Всего
тракт-го парка**
автотранспорта
рабочего скота
прочие затраты
Зерно 1958 г.
46
26
7
2
2
17
100
1960 г.
45
23
4
н. св.
н. св.
28
—
100
Картоф. 1958 г.
41
41
3
2
3
10
100
1960 г.
45
36
2
н. св.
н. св.
17
100
Овощи 1958 г.
69
6
5
3
3
14
100
1960 г.
62
11
2
н. св.
н. св.
25
-
100
Молоко коровье 1958 г.
47
2
2
3
7
39
100
1960 г.
47
—
н. св.
н. св.
н. св.
19
34
100
94
Окончание таблицы 36
Вид сельхозпродукции
Расходы на оплату труда*
Семена свои и покупные
Затраты на работу
Корма свои и покупные
Всего
тракт-го парка**
автотранспорта
рабочего скота
прочие затраты
КРС (привес молодняка и привес от откорма) 1958 г.
44
1
2
2
8
43
100
1960 г.
39
—
н. св.
н. св.
н. св.
16
45
100
Шерсть 1958 г.
53
2
2
3
12
28
100
1960 г.
48
■
н. св.
н. св.
н. св.
31
21
100
Рассчитано по: О себестоимости производства сельскохозяйственных продуктов в колхозах в 1958 г. Оттиск из еженедельного статистического бюллетеня ЦСУ СССР № 32 от 29 августа 1959 г. С. 32-49; О себестоимости производства сельскохозяйственных продуктов в колхозах и совхозах СССР в 1960 г. Б/м, б/г. С. 46-53.
* В 1960 г. графа называется «Затраты труда всего».
** За 1960 г. - стоимость тракторного горючего.
Как следует из таблицы 36, в 1958 и 1960 гг. расходы на оплату труда («затраты всего труда») в структуре себестоимости производства сельхозпродукции в колхозах РСФСР составляли соответственно по зерну 46 и 45%, по картофелю - 41 и 45%, по молоку - 47 и 47%, привесу КРС - 44 и 39% и лишь в производстве овощей превышали 60% в каждом году.
Анализируя структуру себестоимости в 1958 г., органы статистики отмечали, что основным элементом затрат на производство продуктов земледелия являются расходы на оплату труда. Например, эти расходы по СССР на выращивание махорки, овощей, табака, сахарной свеклы, кукурузы и подсолнечника составили в 1958 г. от 61 до 81% всех затрат на возделывание указанных культур. Затраты труда на выращивание семян и волокна льна-долгунца составили от 53 до 57%
95
всех производственных затрат. Только в производстве картофеля и зерна удельный вес затрат труда составил менее 50%. Основные затраты при производстве продуктов животноводства приходились на затраты труда и кормов. Они составляли в общей сложности более 80% всех производственных затрат. При этом наиболее высокий удельный вес в 1958 г. занимали затраты труда в производстве шерсти - 53%, привеса овец - 54%, а наименьший удельный вес - 34% - в производстве привеса свиней. Затраты кормов наибольший удельный вес занимали в производстве привеса свиней - 54%, а наиболее низкий - 28% - в производстве шерсти147. В целом на рубеже 1950-1960-х гг., по подсчетам А.Г. Силина, затраты труда в растениеводстве составляли более половины, а в животноводстве - более 40% всех производственных затрат колхозов; в среднем по всему сельскому хозяйству колхозов затраты труда составляли 48% всех производственных затрат. Но если учитывать, что более 50% всех затрат в производстве семян и кормов составляли затраты труда, то удельный вес затрат труда во всех затратах на производство продукции составлял примерно 60-65%148.
Схожими были расчеты отдела аграрных проблем Института экономики АН СССР: удельный вес материальных затрат во всех производственных затратах колхозов РСФСР в 1964 г. составлял 52%, в 1965 г. - 57%149; при этом следует иметь в виду, что к этому времени оплата труда существенно возросла по сравнению со второй половиной 1950-х гг. Несмотря на то, что оплата труда и в дальнейшем росла, причем значительно более высокими темпами, чем в предшествующий период, удельный вес ее в структуре себестоимости сельхозпродукции постоянно и неуклонно сокращался: до 30% - во второй половине 1960-х гг., 24% - в 1975 г. и до 19% - в 1980 г. (табл. 37).
Радикальные перемены соотношения живого труда и капитала в структуре себестоимости сельхозпродукции происходят в колхозах и совхозах не одновременно. Рассмотрим данные о структуре издержек производства совхозов СССР в середине 1930-х гг. (табл. 38).
147 О себестоимости производства сельскохозяйственных продуктов в колхозах в 1958 г. М„ 1959. С. 5-6.
148 Силин А.Г. Статистика себестоимости колхозной продукции... С. 74-75.
149 Хозрасчет и цены в социалистическом сельском хозяйстве. М„ 1969. С. 256.
96
Структура себестоимости сельхозпродукции в колхозах РСФСР в 1966-1980 гг. (в % к итогу)
‘J 086 V
В целом по сельскому хозяйству
S Y—
о
00
со см
см
оо
см см
J6Z6V
100
I
<55
8
со
см
N
<55
J8Z6V
100
СМ
Я
см
00
’’Т
'T- СМ
JZZ6V
§
V—
еЗ
со
Si
см
00
м-
О см
‘J 9Z6V
100
23
со
Я
см
00
00
’J SZ6V
100
я
00
24
м-
см
00
со
V
J KZ6U
100
ю см
N
25
СО
см
N
’Т
N
•J £Z6k
100
26
00
23
со
см
N
N
J 2Z6U
о о V—
1~
27
со
ю см
со
см
ь-
гГ
in
т—
J LZ6U
§ т—
см
г*-
см
со
со
г-
ш
J0Z6V
100
я
00
со см
со
см
N.
•у
хГ у—
‘J 6961
100
3
ь-
я
со
см
<0
со
J 896 V
100
со со
00
20
см
-
СО
■’Т
JZ96V
о о
со
со
<55
№
см
см
со
со
04
’J 996 V
100
▼- со
00
о>
см
см
N
со
т—
Показатели
Всего
Прямая оплата
труда
Семена |
Корма
Удобрения
Горючие и смазочные материа¬
лы
Амортизация основных средств
Текущий ремонт основных средств
Прочие основные
затраты
97
Продолжение таблицы 37
'J 086 к
co
100
СО
со
со
о
СП
32
J 6261
о
100
о-
ь-
V
со
о
СП
со
-*826 к
o>
100
со
ю
00
и>
со
со
J 2261
CD
100
оо
со
00
со
СП
о со
’J 926 к
O)
100
СМ
ь-
00
’СГ
о>
со
25
J 9261
CO
100
04
оо
со
м-
О)
1Л
24
Jfr26k
О
100
22
04 04
ь-
о
сП
24
J 826 к
О
т—
5
6
о о
25
СО
N-
О)
СП
22
•J 226 V
О)
§
0 ф
X
100
г
25
00
т—
со
СП
о>
ел
о>
'J k26k
о
растен
8
т—
со 04
СО г-
г-
''Т
Ф
СП
20
J 026 k
о
m
100
28
0-
со
ф
СП
05
J 696 k
-
100
I
30
ь-
со
со
оо
СП
00
J 896 k
04
V-
о о г—
со со
со
ю
со
00
хГ
00
т—
'J 296 k
СО
X—
100
I
36
ь- V*
in
СО
оо
х—
J 996 k
100
36
I
оо
оо
•«г
10
Показатели
Общепроизводственные и общехозяйственные рас¬
ходы
Всего
Прямая оплата труда
Семена
Удобрения
ГСМ
Амортизация
Текущий ремонт
Прочие основные
затраты
98
Окончание таблицы 37
J 0861
о
о о
сч
46
N-
со
со
о
■J 6Z6V
o>
о о
22
45
N.
СО
сч т—
х—
•j 8Z61
СП
100
со сч
45
N-
со
о
сч
J ZZ6k
-
о о
со сч
Ю м-
N-
со
сч
о V
J 9X61.
-
[ 100
24
; 44
I
N
со
со
СП
J SZ61
CD
100
25
44
СО
со
сч
о
Jt?Z6k
h-
( 100
: 26
44
1Л
со
сч
о
т—
J EZ6L
О
отве
о о
27
г
44
Ю
со
сч
СП
•J ZZ6L
НОВОД4
о о
28
43
LD
со
сч
о>
■J I-Z6L
co
m X К
100
29
L42
СО
со
т—
о
■J 0Z61
CM
CD
о о
29
42
Ш
со
-
о
■J 696 k
co
о о
со
Ю
сч
-
о
J 896 k
co
T“
о о №
со СО
39
ID
сч
о
JZ96k
co
о о
я
со со
Ю
сч
X—
сч
J 996 k
о о г—
со СО
36
Ю
сч
СМ т—
сч
Показатели
Общепроизводственные и общехозяйственные рас¬
ходы
Всего
Прямая оплата
труда
Корма
Амортизация
Текущий ремонт
Прочие основные
затраты
Общепроизводственные и общехозяйственные расходы
Рассчитано по: Уровень и структура себестоимости сельскохозяйственной продукции колхозов и совхозов. М., 1975. С. 10, 26, 42;
Уровень и состав затрат на производство валовой продукции колхозов и совхозов и продуктов растениеводства совхозов за 1966- 1980 г. М., 1983. С. 8, 9.
99
Таблица 38
Структура издержек производства по совхозам СССР в 1935-1936 гг. (в % к итогу)
Виды издержек
1935 г.
1936 г.
Заработная плата основная и дополнительная (с начислениями на зарплату)
42,9
38,2
Материалы, всего В том числе:
45,8
46,8
семена
4,5
4,6
удобрения
0,8
1,5
корма и подстилка
11,1
13,3
медикаменты и прививки
0,2
0,2
сырье для технических предприятий
12,3
12,9
горюче-смазочные материалы
9,5
8,7
запасные части
1,9
1.6
прочие материалы
5,5
4,0
Амортизация
4,2
4,0
Прочие денежные расходы
7,1
11,0
Всего издержек
100
100
Составлено по: РГАЭ. Ф. 1562. Оп. 3. Д. 508. Л. 80.
Как показывают данные таблицы 38, грань капитализированности издержек совхозным производством была пройдена гораздо раньше, чем колхозами, - еще в 1930-е гг.
Сравним динамику структуры себестоимости продукции колхозов и совхозов РСФСР за 1967,1970,1980 гг. (табл. 39). Из таблицы следует, что затраты на оплату труда в совхозах были меньше, чем в колхозах, но постепенно этот разрыв сокращался: если в 1967 г. доля затрат живого труда в себестоимости всей продукции совхозов РСФСР составляла 26% всех затрат, то в колхозах она была равна 32%; в 1980 г. эти показатели соответственно составляли 14 и 16% по продукции растениеводства, 15 и 21% - по продукции животноводства. В 1987 г. доля затрат на оплату труда (вместе с отчислениями на со-
100
циальное страхование) в совхозах РСФСР составляла 14% всех затрат на производство сельхозпродукции, в колхозах - 18%150.
Таблица 39
Сравнительная структура затрат на производство сельхозпродукции в совхозах и колхозах РСФСР (в % к итогу)
Виды затрат
1967 г.
1970 г.
1980 г.
л
§
о
3
§
5
Совхозы
Колхозы
Совхозы
Колхозы
II н
S § § j а- * ® h
11 с 8
<*>
CD
ZT ст * Й ||
*
§ 1 5 5 Н И
<0
х
X £ а £ s S ? § >, о
S. 2 Е CD
г I п
is s 9 г § £2
Все затраты В том числе:
100
100
100
100
100
100
100
100
100
100
заработная плата (прямая)
25,6
32
20,8
22,6
28,1
29,1
14,0
15,3
15,9
21,2
горюче- смазочные материалы
1,3
2
3,2
3,7
3,0
3.4
семена
35,9
8
17,9
17,2
15,7)
16,4
корма
19
50,7
42,2
53,7
45,5
удобрения
3,0
2
6.1
5,5
7,7
7,9
амортизация основных средств
6,8
6
9,8
3,6
8,7
4,9
10,6
6,3
8,9
7,1
текущий ремонт основных средств
5,8
3
8,6
3,3
5.0
2,5
7,5
3,5
5,2
3,3
150 Народное хозяйство РСФСР в 1987 г. Стат, ежегодник. М., 1988. С. 300, 305.
101
Окончание таблицы 39
Виды затрат
1967 г.
1970 г.
1980 г.
Совхозы
Колхозы
Совхозы
Колхозы
Совхозы
Колхозы
продукция земледелия
продукция животноводства
продукция земледелия
продукция животноводства
продукция земледелия
продукция животноводства
продукция земледелия
продукция животноводства
прочие основные затраты
10,1
12
21,2
10,8
19,5
10,9
25,9
12,9
26,9
12,7
обще- произ- водст- венные и общехозяйственные расходы
11,5
16
12,4
9,0
12,3
10,4
10,9
8,3
10,4
10,2
автотранспорт
-
-
-
-
-
-
4,7
-
5,0
-
Составлено по: Основные экономические показатели работы колхозов и совхозов РСФСР за 1961-1968 гг. М., 1969. Ч. II. С. 647; Сельское хозяйство СССР. Стат, сборник. М., 1971. С. 506, 595; Сельское хозяйство СССР. Стат, сборник. М., 1981. С. 398-400, 460-462.
Соотношение материальных издержек и затрат живого труда в структуре себестоимости продукции колхозов в течение 1930- 1980-х гг. претерпело кардинальную метаморфозу. Однако проведенный выше анализ показывает, что существуют разные точки зрения относительно того, когда сельскохозяйственный продукт стал производным в основном капитала. Судя по материалам таблицы 34, это происходит уже в середине 1950-х гг. Однако сравнение данных таблиц 34 и 36 показывает, что к концу 1950-х гг. нарастает доля расходов на оплату труда в структуре себестоимости основных сельхозпродуктов. Поскольку выше мы видели, что к концу 1950-х гг. насыщение сельского хозяйства средствами производства (капитализация) увеличивается, нарастание затрат на оплату труда свидетельствует только о том, что сама эта оплата труда из ничтожно малой (при господстве повинност-
102
ной системы) превращается в сколько-нибудь заметную. Рассчитать величину недоплаты за труд в определении себестоимости аграрного продукта сложно, особенно при переходе от повинностной системы эксплуатации колхозников к зарплатному механизму, включая переход к гарантированной оплате труда, введенной в колхозах в 1966 г. Поэтому наряду с вышеприведенными сведениями (подсчеты А.Г. Силина, ЦСУ СССР, ВНИЭСХ, Института экономики АН СССР) в экономической литературе существует и более консервативная версия (табл. 40).
Таблица 40
Изменение структуры затрат производства в сельском хозяйстве СССР за 1955-1970 гг.
(в расчете на рубль валовой продукции; в % к итогу)
Год
Оплата труда
Материальные затраты
Все издержки производства
1955
65
35
100
1960
61
39
100
1965
51
49
100
1970
42
58
100
Составлено по: Клемышев П.А. Эффективность капитальных вложений в сельское хозяйство. М., 1974. С. 62.
Как видно из таблицы 40, преодоление пятидесятипроцентной грани, когда капитал становится ведущим фактором сельхозпроизводства, относится ко второй половине 1960-х гг. Кроме того, надо иметь в виду следующее обстоятельство: расчет себестоимости аграрного производства на основании сравнения элементов себестоимости только самого сельскохозяйственного продукта имеет ограниченный характер. Если же рассчитать структуру совокупных затрат труда в сельском хозяйстве СССР по данным межотраслевого баланса затрат труда, то в 1975, 1980, 1985 гг. в этой отрасли (вместе с лесным хозяйством) пропорция затрат живого и овеществленного труда составляла 3:1 соответственно, что по сравнению с промышленностью, где соотношение затрат живого и овеществленного труда составляло в 1975 г. 43 к 57%, в 1980 и 1985 гг. 45 к 55%, отличалось принципиальным и коренным образом151.
151 Основные показатели баланса народного хозяйства. Стат, сборник. М., 1987. С. 21.
103
★ ★ *
Процесс капитализации находит отражение и в изменениях объема и структуры материальных затрат. Рассмотрим, прежде всего, некоторые показатели этого процесса в предколлективизационный период и в период начала коллективизации (табл. 41).
Таблица 41
Структура материальных затрат в сельскохозяйственном производстве СССР за 1928 и 1930 гг. (млн руб.; в ценах соответствующих лет)
Виды затрат
1928 г.
1930 г.
Совхозы
Колхозы
Частнохозяйственный сектор
Совхозы
Колхозы
Частнохозяйственный сектор
10 £
X с
S
о »- X
*
io а
X С
2
10
о.
X с
S
g X
1
X с
5
£ g X
id а
X
g
X
10
&
X с;
2
д g X
Семена
9,7
10
13,0
22
850,8
10
39,3
10
261,9
19
733,5
8
Корма
36,1
36
14,1
24
3549,3
41
123,6
31
534,6
39
3166,5
36
Вспомог. и ремонт, матер.
2,4
2
2,3
4
250,6
3
15,4
4
41,1
3
230,6
3
Минер, удобр.
2,2
2
0,5
0,0
8,2
0,0
7,3
2
9,5
1
6,5
0,0
Горючее, топливо
4,7
5
6,3
11
35,0
0,4
51,8
13
47,6
3
25,5
0,3
Скот и птица на убой
4,3
4
3.0
5
1932,1
22
30,5
7
70,9
5
2478,2
29
Неза- верш. произв. на начало года
19,0
19
8,5
14
828,7
10
57,9
15
246,7
18
935,2
11
Амор- тиз. осн. фондов
22,4
22
12,1
20
1151,9
13
72,7
18
167,1
12
1052,3
12
104
Окончание таблицы 41
Виды затрат
1928 г.
1930 г.
Совхозы
Колхозы
Частнохозяйственный сектор
Совхозы
Колхозы
Частнохозяйственный сектор
ю
&
X
s
2
X
*
55
ю £
X с
S
£
X
X
ю X Q.
X С
S
£ X
ьс
55
ю
X с; S
£
X
*
55
ю >ч о.
X
£ X
*
55
ю
&
X с
2
2
X
55
Прочие материалы
0,0
-
0,2
0,0
64,3
0,6
0,1
0,0
2,7
0,0
67,9
0,7
Итого затрат
100,8
100
60,0
100
8670,9
100
398,6
100
1382,1
100
8696,2
100
Составлено и рассчитано: Материалы по балансу народного хозяйства СССР за 1928, 1929, 1930. М., 1932. С. 111.
Из таблицы 41 следует, что по структуре материальных затрат совхозы, колхозы и частный сектор еще достаточно близки. Проникновение капитала, материализация его в средствах производства - еще на весьма низком уровне. Правда, «амортизация основных фондов» достигла в 1928 г. пятой части материальных затрат колхозов и совхозов. В 1930 г. при более чем трехкратном росте абсолютных затрат совхозов в виде амортизации основных фондов доля этого показателя в структуре затрат снижается с 22 до 18% по сравнению с 1928 г., то есть определенная декапитализация при рывке в совхозном строительстве налицо. Но еще более она заметна в колхозной экономике, где этот показатель за те же годы сократился с 20 до 12%. И если отрыв колхозного и совхозного укладов от частника в 1928 г. был очень велик (20-22% против 13% соответственно), то уже в 1930 г. в колхозах упал до уровня частнохозяйственного сектора - 12% затрат через амортизацию основных фондов (в структуре всех материальных затрат в сельскохозяйственном производстве СССР в целом).
Весьма низки затраты на «горючее и топливо», что показательно с точки зрения роли технической составляющей капитализации. Если в совхозах доля этих затрат за 1928-1930 гг. возрастает с 5 до 13% всех материальных затрат, то в колхозах (при массовом их создании) падает почти до частнохозяйственного уровня. Из других примечательных характеристик этого периода, отраженных в таблице 41, отметим, что доля материальных затрат на незавершенное производство в частном секторе была значительно ниже, чем в колхозах и совхозах. Резкие отли-
105
чия частника по категории затрат «скот и птица на убой» характеризуют, видимо, отчасти особенности самоликвидационной кампании, а серьезные различия в доле материальных затрат на «семена» показывают земледельческую (хлебную) ориентацию коллективизационной эпопеи.
Особенности изменений в структуре материальных затрат в сельскохозяйственном производстве СССР за 1930-1960-е гг. отражены в таблице 42, где в качестве базовых выбраны годы, характеризующие процессы завершения коллективизационного переустройства (1937 г.), военного лихолетья (1944 г.), восстановительного периода (1950 г.) и перелома в капитализаторском переустройстве села (1965 г.). Заметим, что в «продукты сельского хозяйства» статистикой включались семена, корма, прочее производственное потребление. В промпродук- ты статистика включала: горюче-смазочные материалы, минеральные удобрения, органические удобрения (кроме навоза), ремонт, расход инструментов и мелкого инвентаря, корма промышленного происхождения, медикаменты и «дезосредства». В амортизацию включались: амортизация построек, машин, инвентаря, рабочего скота, недоамор- тизированная стоимость.
Отметим, прежде всего, очень существенную разницу в структуре материальных затрат по укладам. Лишь в совхозах факторы само- воспроизводства (продукты сельского хозяйства) в структуре затрат близки к 50%, причем остаются таковыми они в течение всего периода. Доля этих материальных затрат в колхозах в 1937 г. (67%) очень существенно отличается от совхозной (48%), но позже почти выравнивается (в 1965 г. - 50 и 47% соответственно), что говорит о сближении этих укладов как экономических структур. Эта же тенденция видна при анализе эволюции доли промпродукта (горюче-смазочных материалов, удобрений, промышленных кормов, инструментов и т.п.) и амортизации (построек, машин, скота и т.п.) в структуре материальных затрат: первая в совхозах в 1937 г. более чем в три раза превышала колхозную (42 и 13% соответственно), к 1965 г. они почти выравнялись (33 и 31%). Доля же амортизации в материальных затратах при общем росте по мере технического перевооружения различалась в два раза в 1937 г., а к 1965 г. практически сравнялась (20% - в совхозах, 19% - в колхозах). Впрочем, роль «технического» компонента в затратах, как видно из таблицы 42, до передачи техники колхозам выполняли МТС. И наконец крестьянский уклад в варианте преобладавшей в это время формы - приусадебных хозяйств колхозных дворов - и в варианте остаточной структуры - единоличных хозяйств - сохранял архаичную структуру материальных затрат. В них превалирующей была доля факторов са- мовоспроизводства (доля продукции сельского хозяйства в балансе - более 90%) и малозаметна роль промпродукта и амортизационных факторов.
106
СМ м-
5
Я
Структура материальных затрат в сельскохозяйственном производстве СССР за 1937-1965 г. (млн руб.; в ценах соответствующих лет)
i 1965 г.
аояинеох -поя ваюиьсох энндоэЯои
i 4161,8
100
3909,8
94
194,4
| 5
I
неохио»
! 11041,8
100
5489,8
50
i
i
3398,0
31
HCOXOOJ и неохаоэ
9605,3
I 100
I
4509,4
47
I
i
i
3197,4
33
; 1950 г.
еояинеохиоя еаюивеох aiAHgootfoLi
25910,8
100
24674,8
95
779,2
3
HCOXUO»
60883,5
100
46370,7
76
6811,1
11
I9EOXOOJ и неохаоэ
12770,5
100
8132,1
64
I
3187,7
25
аояинеох -поя ваюиьеох eiqHgootfou
11217,2
100
10374,6
92
532,8
5
I
неохио»
17618,2
100
9963,0
57
4968,1
28
неох
-□OJ и неохвоэ
4758,1
100
2516,0
53
i
i
■ 1426,3
30
ь-. со О)
аояинеох -иоя ваюиьеох внндооИои
!
I 10174,3 ; 100
9816,5*
97
!
I
124,7
1
неохио»
13633,5
100
9107,2
67
I
1739,2 i 13
HCOXOOJ и неохаоэ
3151,2
100
1505,0
48
1327,9
42
Виды затрат
Всего затрат, млн руб.; в % к итогу Из них:
продукты сельского хозяйства, млн руб.; % к итогу
промпро- дукты покупные и полученные в обмен, млн руб.; % к итогу
107
Окончание таблицы 42
1965 г.
аохинсох -иох еаюивеох 91яндооУоц
57,6
1
I
iq£OXLfO>j
2154,0
19
I
neoxooj и неохвоэ
1898,5
20
I
1950 г.
ВОХИНЕОХУОХ еаюивсох анндоойои
456,8
2
I
iq£OXLfo>|
3501,9
6
4199,8
7
NCOXOOJ и гасохвоэ
1450,7
11
I
1944 г.
аохинеох -иох ваюуисох QAHgootfou
309,8
3
I
iqcoxLfox
2134,0
12
553,1
3
iqcox
-ooj и iqeoxaoo
815,8
17
I
1937 г.
аохинеох -uox ваюиьеох eiqHgootfou
233,1
2
I
I9£OXUO>|
758,9
5
2028,2
15
rgoxooj и iqcoxaoo
318,3
10
I
Виды затрат
амортизация,
млн руб.;
% к итогу
оплата
МТС, млн руб.; % к итогу
со
с;
Составлено и рассчитано по: РГАЭ. Ф. 1562. Оп. 3. Д. 446. Л. 30; Д. 694. Л. 3; Д. 819. Л. 33; Д. 1028. Л. 1; Д. 1196.
Оп. 44. Д. 152. Л. 1.
* По среднетоварным ценам.
108
Рассмотрим структуру материальных затрат в сельскохозяйственном производстве РСФСР в 1960-1975 гг. (табл. 43, 44).
Таблица 43
Структура материальных затрат в сельскохозяйственном производстве РСФСР за 1960-1963 гг.
(млн руб.; в фактических ценах соответствующих лет; в масштабе 1961 г.)
1960 г.
1963 г.
Виды затрат
Государственные и кооперативные предприятия
Колхозы
Хозяйства колхозников
Хозяйства рабочих и служащих
Государстве н- ные и кооперативные предприятия
Колхозы
Хозяйства колхозников
Всего затрат: млн руб.; в % к итогу Из них:
3151,4
100
4341,7
100
1682,3
100
1239,6
100
5048,1
100
4149,8
100
1499,3
100
продукты сельского хозяйства, млн руб.; в % к итогу
1717,6
55
2723,3
63
1555,0
92
1153,4
93
2524,2
50
2252,3
54
1404,9
94
продукты промышленности, млн руб.; в % к итогу
1041,1
33
965,6
22
98,3
6
69,3
6
1681,2
33
1135,4
27
69,4
5
амортизация основных средств, млн руб.; в % к итогу
392,7
12
590,0
13
29,0
2
16,9
1
842,7
17
762,1
19
25,0
1
109
Окончание таблицы 43
Виды затрат
1960 г.
1963 г.
Государственные и кооперативные предприятия
Колхозы
Хозяйства колхозников
Хозяйства рабочих и служащих
Госу- дарст- вен- ные и кооперативные предприятия
Колхозы
Хозяйства колхозников
оплата сельхозработ МТС, РТС и спец, станций, млн руб.; в % к итогу
62,8
2
Составлено и рассчитано по: ГАРФ. Ф. А-374. Оп. 31. Д. 8254. Л. 5-6; Оп. 32а. Д. 9300. Л. 3-^.
Таблица 44
Структура материальных затрат в сельскохозяйственном производстве РСФСР за 1965-1975 гг. (млрд руб.; в ценах соответствующих лет)
Виды затрат
1965 г.
1970 г.
1975 г.
Государственные и кооперативные предприятия
Колхозы
Хозяйства колхозников
Колхозы
Колхозы
Всего затрат, млрд руб.;
5,5
4,9
1,6
7,0
10,9
в % к итогу
100
100
100
100
100
Из них: продукты сельского хозяйства, млрд руб.;
2,7
2,6
1,5
3,8
4,9
в % к итогу
49
53
94
54
45
110
Окончание таблицы 44
Виды затрат
1965 г.
1970 г.
1975 г.
Государственные и кооперативные предприятия
Колхозы
Хозяйства колхозников
Колхозы
Колхозы
продукты промышленности и прочие затраты, млрд руб.;
1,8
1,4
0,07
2,0
3,9
в % к итогу
33
29
4
29
36
амортизация основных средств, млрд руб.;
1,0
0,9
0,03
1,2
2,1
в % к итогу
18
18
2
17
19
Составлено и рассчитано по: РГАЭ. Ф. 1562. Оп. 44. Д. 88. Л. 50; РГАНИ. Ф. 5. Оп. 69. Д. 1074. Л. 93.
Анализ таблиц 43 и 44 показывает развитие тех же тенденций, которые выше зафиксированы на общесоюзном материале: снижение в совхозах РСФСР доли продукции сельского хозяйства в структуре материальных затрат (к 1965 г. - до уровня 49%), в колхозах - приближение этого показателя к совхозному. При общем увеличении сближаются и доли продуктов промышленности в затратах, причем только в 1975 г. в колхозах они превосходят совхозный уровень 1965 г. Унифицируется и доля затрат на амортизацию основных средств. Крестьянский уклад остается и в середине 1960-х гг. столь же натурализированной формой экономической организации. И наконец еще одна важная деталь: в 1960 г. в колхозах в структуре материальных затрат доля промышленной продукции и амортизации равнялась 35%; 50-процентную грань этот показатель проходит между 1970 и 1975 гг. (46 и 55% соответственно), что было важным явлением в процессе капитализации аграрной отрасли.
О том, как менялась структура материальных затрат в сельском хозяйстве по балансовым расчетам органов государственной статистики, дает представление таблица 45.
111
Таблица 45
Структура материальных затрат (без амортизации) по сельскому хозяйству СССР* (в сопоставимых ценах конечного потребления; в %)
Показатель
1966 г.
1972 г.
1977 г.
1982 г.
1985 г.
Затраты на производство Из них продукции:
100
100
100
100
100
электроэнергетики
0,6
0,7
U
1,1
1.2
химической и нефтехимической промышленности
6,2
5,2
6,6
7,9
8,9
нефтегазовой промышленности
5,1
4,7
5,1
5,5
5,1
машиностроения и металлообработки
5,5
7,8
9,1
11,2
12,0
пищевой промышленности
2,7
8,3
8,7
8,8
8,6
сельского и лесного хозяйства
62,1
50,7
40,6
33,9
32,3
услуг транспорта и связи, сферы обращения и других отраслей материального производства
11,9
12,0
12,2
12,2
12,1
прочих отраслей промышленности
5,9
10,6
16,6
19,4
19,8
Составлено по: Основные показатели баланса народного хозяйства. Стат, сборник. М„ 1987. С. 135.
* Вместе с лесным хозяйством.
Как видно из таблицы 45, даже в 1966 г. сельское хозяйство (вместе с лесным) оставалось в основном самовоспроизводящейся отраслью (доля собственной продукции в структуре материальных затрат составляла 62%). Перелом в соотношении собственной продукции сельского хозяйства и продукции отраслей промышленности, участвующих в производстве сельхозпродукции, происходит в первой половине 1970-х гг. (в 1972 г. доля затрат собственной продукции - 51%, в 1977 г. - 41%). В 1980-е гг. сельское хозяйство еще в большей степени «размыкается» - доля собственной продукции сельского хозяйства в материальных затратах не превышает трети всех затрат (1985 г. - 32%). Обратим внимание еще на один момент - заметное увеличение в производстве
112
продукции сельского (и лесного) хозяйства доли затрат продукции машиностроения и металлообработки (1966 г. - 6%, 1985 г. - 12%), пищевой промышленности (соответственно 3% и 9%), химической и нефтехимической промышленности (соответственно 6% и 9%).
П.А. Игнатовский рассчитал по данным межотраслевого баланса за 1966 г. соотношение материальных затрат на производство сельхозпродукции по отраслям народного хозяйства: затраты сельскохозяйственных отраслей составили 63%, несельскохозяйственных - 37% (промышленная продукция, затраты транспорта и связи, торговли, заготовки и материальное снабжение), причем в растениеводстве это соотношение было 36,5 к 63,5%, в животноводстве - 80 к 20%152.
Новое состояние аграрной деятельности проявилось и в становлении другого отраслевого структурирования ее. Примерно в 1960-е гг. ранее единая отрасль - сельское хозяйство - расчленяется на ряд относительно самостоятельных: комбикормовая промышленность, водное хозяйство и мелиорация, сельское строительство, ремонт техники и материально-техническое обеспечение; формируются системы транспортного и агрохимического обслуживания и др. Собственно же сельское хозяйство превращается в отрасль, выполняющую лишь основные технологические функции в производстве продукции растениеводства и животноводства. Сельское хозяйство к началу 1970-х гг. стало потребителем продукции примерно 60 отраслей, и само поставляло продукцию в 82 отрасли народного хозяйства. Таким образом, сельскохозяйственное производство из относительно замкнутой и самостоятельной отрасли становится одним из звеньев многоотраслевой системы так называемого агропромышленного комплекса153 (табл. 46).
Как следует из таблицы 46, в отраслевой структуре конечного продукта АПК соотношение доли самого сельского хозяйства, с одной стороны, фондопроизводящих и обслуживающих отраслей, с другой, меняется во второй половине 1960-х - первой половине 1970-х гг. Если в середине 1960-х гг. доля собственно сельского хозяйства равняется 60%, (а на остальные отрасли приходится 40%), то в 1975 г. это соотношение меняется на противоположное; грань приходится на начало 1970-х гг. (1972 г. - 50%).
Известно, что в экономике сельского хозяйства развитых капиталистических стран происходит подчинение сельского хозяйства промышленности, что выражается во все большей утрате производителями их самостоятельности. Сельское хозяйство превращается в продавца сырья для промышленности, является покупателем средств производ152 Игнатовский П.А. Общественное производство советской деревни. М., 1975. С. 300.
153 История социалистической экономики СССР. М., 1980. Т. 7. С. 331.
113
ства. Замкнутый ранее круг процессов по производству сельхозпродуктов размыкается. Усиливается и становится все более интенсивным товарное обращение между аграрным сектором и другими отраслями. Сокращается доля сельхозпродуктов, потребляемых в натуральном виде 8 самом сельском хозяйстве. Похожая ситуация достаточно далеко продвинулась и в АПК Российской Федерации к середине 1980-х гг. (табл. 47).
Таблица 46
Отраслевая структура конечного продукта АПК СССР (в % к итогу)
Показатель
1966 г.
1972 г.
1975 г.
Фондопроизводящие отрасли
16,5
22,6
27,8
Сельское хозяйство
60,5
50,3
44,8
Отрасли перерабатывающей промышленности
16,8
18,0
18,3
Отрасли сферы обращения
4,8
7,7
7,6
Транспорт и связь
1,4
1,4
1,5
Всего по АПК
100
100
100
Составлено по: История социалистической экономики СССР. М., 1980. Т. 7. С. 335.
Таблица 47
Удельный вес продукции, производственных основных фондов и численности занятых в отраслях АПК РСФСР в 1984 г. (в % к итогу)
Показатель
Объем продукции
Производственные основные фонды
Среднегодовая численность занятых
Все отрасли, входящие в АПК
100
100
100
Из них: отрасли промышленности, обеспечивающие АПК средствами производства
19,1
17,2
15,3
114
Окончание таблицы 47
Показатель
Объем продукции
Производственные основные фонды
Среднегодовая численность занятых
сельское и лесное хозяйство
43,2
63,4
57,4
отрасли промышленности, перерабатывающие сельскохозяйственное сырье
31,2
11,9
9,1
Составлено по: Народное хозяйство РСФСР в 1984 г. Стат, ежегодник. М., 1985. С. 125.
Из таблицы 47 видно, что сельское хозяйство к середине 1980-х гг. сосредоточило 43% продукции отраслей АПК, 63% производственных основных фондов и 57% среднегодовой численности занятых. Эффективность собственно аграрного производства, при сосредоточении в нем большей части фондов и занятых в АПК, выглядит, таким образом, значительно более низкой, чем отраслей, поставляющих ему средства производства и перерабатывающих сельхозсырье. Это отражало не только недостаточную результативность отрасли, но и ее недокапита- лизированность.
115
§ 3. Товарность сельскохозяйственного продукта
Расширение использования овеществленного труда (капитала) в сельскохозяйственном производстве предполагает в той или иной форме товаризацию средств производства, рабочей силы, продукта труда. Первый объект в рамках проведенных нами исследований охарактеризован выше. Второй - рассматривается во втором разделе книги. Здесь же остановимся на анализе товарности сельскохозяйственного продукта. Из спектра вопросов, относящихся к этой проблеме, сосредоточим внимание на изменениях степени товарности в рамках основных сельских укладов 1930-1980-х гг. (табл. 48).
Таблица 48
Товарность основных продуктов сельского хозяйства во всех категориях хозяйств СССР* (в % к общему объему производства данного продукта)
Годы
Зерновые культуры
5 ?
i
X И о m О
о е;
8
X
8
К
о it О §
2
5 >х а:
5 ш
X н
6 ф 3
Все отрасли сельского хозяйства
1909 -
1913
24
18
20
42
24
38
40
30
1928- 1932
26
14
-
36
21
36
39
-
1933- 1937
40
19
-
51
33
29
69
-
1938 -
1940
44
17
-
55
33
38
71
41
1945
49
20
-
52
21
31
66
-
1949- 1953
47
17
45
56
34
33
80
42
1954- 1958
43
17
-
59
42
34
85
-
1961 -
1965
44
17
54
70
53
43
91
51
116
Окончание таблицы 48
Годы
Зерновые культуры
Картофель
Овощи
Мясо и сало
Молоко
I
Яйца
i
Шерсть вся
Все отрасли сельского хозяйства
1966- 1970
43
18
62
74
56
51
93
56
1971 - 1975
41
22
73
80
62
61
96
59
1976- 1980
43
25
75
80
66
66
98
62
Составлено по: Сельское хозяйство СССР. Стат, сборник. М., 1960. С. 88—89; Емельянов А.М. Экономика сельского хозяйства. М., 1982. С. 355.
* В период, когда существовала многоканальная система мобилизации аграрного продукта, включавшая повинностные механизмы его изъятия, в товарную продукцию включались сельскохозяйственные продукты, сданные и проданные государству и кооперации, а также проданные на рынке несельскохозяйственному населению. Не включался в товарную продукцию внутри деревенский оборот, т.е. непосредственные продажи и обмен продуктами сельского хозяйства между отдельными сельскохозяйственными предприятиями и сельскохозяйственным населением, например, продажи колхозами и колхозниками друг другу (см.: Сельское хозяйство СССР. М., 1960. С. 83). Позднее, как пишет А.М. Емельянов, в товарную продукцию включалась продукция сельского хозяйства, проданная государству, кооперации и на колхозном рынке, а также работникам совхозов и других госхозов, колхозникам; к товарной продукции относился и отпуск продуктов колхозникам в счет денежной оплаты труда; в товарную продукцию не включался так называемый внутридеревенский (внутриотраслевой) оборот, к которому относилась непосредственная продажа или обмен продуктами между сельскохозяйственными предприятиями, а также сельским населением (Емельянов А.М. Экономика сельского хозяйства. М„ 1982. С. 354).
Анализируя материалы таблицы 48, отметим, прежде всего, изменения степени товарности в целом сельского хозяйства. Если в дореволюционный период его товарность достигла 30%, после коллективизации - 40%, то в основном товарным (когда уровень товарности превышает 50%) сельское хозяйство становится лишь в 1960-е гг. и почти на две трети товарным - к началу 1980-х гг. По подсчетам А.М. Емельянова, за годы советской власти валовая продукция сельского хозяйства увеличилась в 3,8 раза, товарная - в 7,9 раза’54.
Примечательна динамика товарности основных продуктов сельского хозяйства. Уже в первое пятилетие после проведения коллективизации (1933-1937 гг.) по преимуществу товарным продуктом ста-
154 Емельянов А.М. Экономика сельского хозяйства. М., 1982. С. 355.
117
новятся мясо и шерсть (51 и 69% соответственно). Лишь в начале 1960-х гг. к списку по преимуществу товарных присоединяется производство овощей и молока, а во второй половине 1960-х гг. - производство яиц. Подчеркнем, что по всем пяти отмеченным выше важнейшим видам сельхозпродуктов в течение всего периода после коллективизации наблюдается постепенный и постоянный рост товарности, который на конец 1970-х гг. привел к уровню товарности по молоку и яйцам в объеме двух третей от валового производства, по овощам - трех четвертей, по мясу - четырех пятых и по шерсти уровень товарности составлял почти 100%. Исключение в этом списке составляли два важнейших земледельческих продукта - зерновые и картофель. По первому продукту на требуемый уровень индустриализировавшегося общества страна вышла уже в 1933-1937 гг., решив одну из важнейших задач коллективизации; потом в течение всего анализируемого периода сохранялась степень товарности в пределах, немного превышающих 40-процентный уровень: сказывалось большое внутриотраслевое потребление зерновых. Уровень товарности картофеля вообще длительное время не превышал дореволюционного - при всех социальных ситуациях население стремилось сохранить в личном производстве этот важнейший гарант от голода.
Наиболее товаризированным укладом был совхозный. Уже в 1933 г. товарность зерна в совхозах СССР достигла 53%, в 1940 г. она равнялась 55%, в 1945 г. - 59%, в 1958 г. - 56%, порой опускалась чуть ниже половинного уровня, но в целом превышала средний показатель по всем укладам. По молоку в 1940 г. товарность совхозов была равна 68%, в 1950 г. - 80%, в 1958 г. - 92%155.
Товарность продукции колхозов резко возрастает после 1933 г. Так, в 1930, 1932 гг. колхозы СССР поставляли государству от получаемого ими валового сбора зерна 28%, в 1938 г. - 33%, в 1940 г. - 42%, в 1948 г. - 50%, в 1950 г. - 42%156. По животноводческой продукции товарность колхозов СССР также меняется в первой половине 1930-х гг. В 1935 г. доля товарного мяса составляла 75% производства колхозов, молока и молочных продуктов - 62%157.
Разница в товаризации продукции животноводства между сельскими укладами сохраняется и в 1950-е гг. (табл. 49).
155 Рассчитано по: Богденко М.Л., Зеленин И.Е. Совхозы СССР. Краткий исторический очерк (1917-1975). М., 1976. С. 88, 115, 158, 213; Богденко М.Л. Основные проблемы развития совхозов в 1954-1965 гг. // Развитие сельского хозяйства СССР в первые послевоенные годы (1946-1970 гг.). М., 1972. С. 191,196.
156 Рассчитано по: История крестьянства СССР. М., 1986. Т. 2. С. 259; История крестьянства СССР. М., 1987. Т. 3. С. 80, 91; История крестьянства СССР. М., 1988. T. 4. С. 117, 119, 270, 271.
157 Рассчитано по: Колхозы во второй сталинской пятилетке. М.; Л., 1939. С. 96.
118
Таблица 49
Товарность продукции животноводства по категориям хозяйств СССР (в % от валового производства)
Категории хозяйств
Мясо и сало всех видов (в убойном весе)
Молоко
1953 г.
1958 г.
1953 г.
1958 г.
Совхозы
98
100
88
88
Колхозы
80
92
66
76
Личные подсобные хозяйства колхозников
34
38
24
16
Личные подсобные хозяйства рабочих и служащих
11
19
13
3
Рассчитано по: Сельское хозяйство СССР. Стат, сборник. М., 1960. С. 332, 335, 337.
Из показателей таблицы 49 следует, что уже на начало 1950-х гг. в производстве животноводческой продукции совхозы на 90-100% - то- варизированная экономическая форма, колхозы - на 70-80% уже стали таковыми. К концу 1950-х гг. эта тенденция еще более развивается, в то время как частный сектор сохраняет по преимуществу натуральнопотребительскую ориентацию, которая характерна для колхозных дворов и еще более присуща личным хозяйствам рабочих и служащих. Тенденция низкой товарности приусадебных хозяйств населения сохранялась и в дальнейшем, что видно из материалов таблицы 50.
Таблица 50
Товарность продукции личных приусадебных хозяйств в СССР (в % от валового производства)
Вид продукции
1950 г.
1960 г.
1963 г.
1965 г.
1967 г.
Картофель
17
16
19
18
15
Овощи
27
21
23
24
26
Мясо
49
50
58
45
56
Молоко
36
16
16
16
12
Рассчитано по: Белянов В.А. Личное подсобное хозяйство при социализме. М., 1970. С. 173, 174, 177, 178, 179.
119
Как видим, в 1950-1960-е гг. в целом по хозяйствам населения уходила за пределы внутреннего продовольственного и производственного потребления пятая часть картофеля, четвертая-пятая часть овощей, около 50% мяса и от трети (в начале 1950-х гт.) до восьмой части (в конце 1960-х гг.) молока. Явно выделяется товарность по мясу, носившая, как правило, вынужденный характер, обеспечивавшая до 1958 г. в значительной степени госпоставки с дворов, а позже мясное богатство так называемого колхозного рынка. Не случайно снижение молочной товарности, произошедшее особенно явно после сокращения и особенно отмены госпоставок дворов, - колхозник до конца держался за личную корову, один из последних символов крестьянского состояния и источник животноводческой продукции.
Динамика товарности продукции колхозов РСФСР отражена в таблице 51.
Таблица 51
Доля товарной продукции в колхозах РСФСР (в % от валовой продукции)
Вид продукции
1937 г.
1940 г.
1950 г.
1953 г.
1954 г.
1973 г.
Зерно
29
46
-
39
44
47
Картофель
30*
23
23
19
25
32
Овощи
-
70
51
62
66
71
Молочные продукты
59
78
73
73
74
87
Овечья шерсть
86
92
96
98
98
-
Яйца
57
82
92
91
91
-
Мясо и сало
46
-
50
-
-
-
Составлено по: РГАЭ. Ф. 7486. Оп. 7. Д. 1308. Л. 42-46; 138-149; Колхозы в 1937 г. М., 1939. Ч. II. Животноводство. С. 90; Анализ производственно-хозяйственной деятельности колхозов РСФСР в 1973 г. (по данным годовых отчетов). Анализ производства сельскохозяйственной продукции. М., 1974. С. 103.
‘Данные за 1938 г.
Из таблицы 51 понятно, что уже в предвоенный период в колхозах РСФСР по преимуществу товарным становится производство молока, овощей, шерсти, яиц, в производстве зерна и картофеля ситуация очень схожа с общесоюзной.
В значительной степени товаризацию аграрного продукта характеризует система госзакупок (табл. 52-55). Госзакупки и госзаготов- 120
ки были важнейшим каналом изъятия аграрной продукции. В 1936- 1940 гг. (в среднегодовых показателях, во всех категориях хозяйств) через госзакупки и госзаготовки в СССР изымалось 98% товарного зерна, 70% товарного картофеля; в 1949-1953 гг. (в среднегодовых показателях) соответственно 87% и 46%, в 1954-1958 гг. - 91% и 51%. Через госзакупки и госзаготовки изымалась также основная часть товарной животноводческой продукции. Так, в 1940 г. (во всех категориях хозяйств СССР) через госзаготовки и госзакупки было изъято 59% товарного молока, 100% товарной шерсти; в 1953 г. - соответственно 78% и 100%; в 1958 г. - 86% и 100%158.
Таблица 52
Доля государственных закупок от валового сбора разных видов сельхозпродуктов в РСФСР (в хозяйствах всех категорий; в %)
Вид продукции
1940 г.
1945 г.
1950 г.
1960 г.
1970 г.
1980 г.
1985 г.
Зерновые
44
47
42
34
40
35
37
Картофель
14
8
9
10
13
18
22
Овощи
20
17
28
30
46
63
71
Мясо всех видов
(в убойном весе)
29
27
26
58
66
64
68
Молоко
24
13
24
43
56
65
70
Яйца
23
18
18
25
47
67
70
Рассчитано по: РСФСР за 50 лет. Стат, сборник. М., 1967. С. 93, 95, 100; Народное хозяйство РСФСР в 1970 г. Стат, ежегодник. М., 1971. С. 206, 221, 246, 259; Народное хозяйство РСФСР в 1985 г. Стат, ежегодник. М., 1986. С. 118, 121,137, 138.
Таблица 53
Доля государственных закупок от валового сбора разных видов сельхозпродуктов в совхозах РСФСР (в %)
Вид продукции
1953 г.
1958 г.
1965 г.
1970 г.
1976 г.
1980 г.
Зерновые
40
51
44
45
39
36
Картофель
20
43
32
40
40
39
158 Рассчитано по: Народное хозяйство СССР в 1958 г. Стат, ежегодник. М., 1959. С. 351,352, 355, 357.
121
Окончание таблицы 53
Вид продукции
1953 г.
1958 г.
1965 г.
1970 г.
1976 г.
1980 г.
Овощи
60
100
88
100
89
96
Молоко
93
100
91
90
90
90
Яйца
86
93
91
91
94
93
Рассчитано по: Сельское хозяйство СССР Стат, сборник. М., 1960. С. 96, 102, 104, 108, 213, 237, 242, 358; Сельское хозяйство СССР. Стат, сборник. М., 1971. С. 610, 616, 617, 618, 619, 620, 623, 635, 636, 639, 640; Сельское хозяйство СССР. Стат, сборник. М., 1981. С. 468, 472, 473, 474, 476, 477, 484, 485, 486, 487.
Таблица 54
Доля государственных закупок от валового сбора разных видов сельхозпродуктов в колхозах РСФСР (в %)
Вид продукции
1953 г.
1958 г.
1965 г.
1970 г.
1976 г.
1980 г.
Зерновые
38
38
32
41
44
37
Картофель
16
20
20
27
32
27
Овощи
40
43
57
67
84
83
Молоко
61
70
83
82
86
85
Яйца
58
76
79
80
78
69
Рассчитано по: Сельское хозяйство СССР. Стат, сборник. М., 1960. С. 96, 104, 106, 110, 212, 236, 241, 342, 357; Сельское хозяйство СССР. Стат, сборник. М., 1971. С. 522, 523, 529, 530, 531,533, 535, 546, 547, 548, 550, 551, 552; Сельское хозяйство СССР. Стат, сборник. М., 1981. С. 406, 410, 411, 412, 414, 422, 423, 424, 425.
Таблица 55
Доля государственных закупок от валового сбора разных видов сельхозпродуктов в личных подсобных хозяйствах населения РСФСР (в %)
Вид продукции
1940 г.
1953 г.
1960 г.
1970 г.
1980 г.
1985 г.
Картофель
8
5
4
4
11
11
Овощи
-
3
5
5
11
11
Молоко
9
12
6
3
8
3
Яйца
Н. св.
7
10
6
3
2
Рассчитано по: Народное хозяйство РСФСР в 1985 г. Стат, ежегодник. М., 1986. С. 118, 119, 121,137, 138; Сельское хозяйство СССР. Стат, сборник. М., 1960. С. 102, 104, 108, 238, 243, 350, 351,355.
122
Из таблиц 52-55 видно, что (без учета реализации на колхозном рынке) степень товарности основных видов сельхозпродукции, поступающих через систему государственных заготовок, за исключением картофеля и зерновых, во всех категориях хозяйств Российской Федерации начинает устойчиво превышать 50% лишь в 1980-е гг. В совхозах, однако, уже с 1953 г. более 50% произведенных овощей, молока, яиц уходило в государственные закупки. Да и в колхозах наблюдалась та же ситуация, за исключением овощей, производство которых в 1960-е гг. по преимуществу становилось здесь ориентированным на госзакупки. Ситуацию с высокой степенью товарности, проявлявшейся в высокой доле госзакупок в колхозах и совхозах, корректирует, конечно, ситуация с долей госзакупок в валовом производстве личных подсобных хозяйств населения (табл. 55). Отметим, однако, что как раз для личных подсобных хозяйств был еще один важнейший вид товаризации аграрного продукта, кроме госзакупок, - колхозный рынок. Значение колхозного рынка в товаризации сельхозпродукта, производимого населением, и в частности колхозниками, не следует, впрочем, преувеличивать, особенно для более позднего периода (табл. 56).
Таблица 56
Товарность продукции сельского хозяйства в приусадебных хозяйствах колхозников РСФСР (в % от валового производства)
Вид продукции
1970 г.
1975 г.
1979 г.
Картофель
10
10
12
Овощи
18
15
14
Мясо и мясопродукты (в пересчете на мясо)
9
8
10
Молоко и молочные продукты (в пересчете на молоко)
8
10
11
Рассчитано по: Бюджеты рабочих, служащих и колхозников за 1970, 1975-1979 гг. М., 1980. С. 174-210.
Из таблицы 56 следует, что ассортимент продуктов, проданных из приусадебных хозяйств населения на колхозном рынке, в основном состоял из мясо-молочной продукции, картофеля, овощей и не превышал десятой части произведенного, за исключением овощей (14-18%).
Для характеристики товаризации укладов большой интерес представляет соотношение колхозных, совхозных, индивидуальных хо- 123
эяйств в закупках основных сельхозпродуктов (до 1958 г. включая систему обязательных поставок и натуроплаты МТС) (табл. 57). Из таблицы видно, что в 1940 г., несмотря на более высокую товарность совхозов, львиную долю всех основных сельхозпродуктов в системе заготовок и закупок занимают колхозы, по ряду продуктов большой остается доля личных подсобных хозяйств населения (100% закупок яиц, более четверти молока, скота, картофеля). Ситуация 1950 г. характеризуется еще большим увеличением доли индивидуальных хозяйств в мобилизации картофеля и особенно молока (роль личных хозяйств по этому продукту почти сравнима с ролью колхозов; почти наполовину отвоевали товарную нишу колхозы и совхозы в производстве яиц). В 1960 г. уже очень заметна тенденция перераспределения соотношения долей в производстве товарного продукта между «обобществленными» укладами - колхозным и совхозным. Совхозы значительно сократили отставание от колхозов в производстве закупаемых государством зерна и шерсти, превзошли - в товарности картофеля, овощей, яиц; после отмены госпоставок личные хозяйства резко натурализовали производство мяса, молока, яиц. В 1970 г. эти тенденции получили дальнейшее развитие, а в 1980 г. только по зерну удельный вес колхозов очень немного превышал удельный вес совхозов в госзакупках сельхозпродуктов, в то же время доля личных хозяйств населения серьезно увеличилась в поставках картофеля в госзакупки. Ситуация 1987 г. принципиально не изменила сложившихся пропорций.
Специфичность капитализации сельского хозяйства через огосударствленный колхозно-совхозный механизм породила особенности не только в количественной динамике товаризации сельхозпродукта, но и в формировании уникальной системы механизмов и каналов товаризации аграрной продукции.
* ★
★
Переворот в российской деревне произошел, прежде всего, по линии изменений основных форм хозяйственной организации. Колхозы и совхозы, до 1930-х гг. бывшие редкими вкраплениями в море индивидуальных хозяйств, стали основными структурами. Сначала они сильно отличались между собой, позже - почти унифицировались, вместе постепенно оттеснив на задний план индивидуальную хозяйственную деятельность.
124
Удельный вес закупок основных сельхозпродуктов в разных категориях хозяйств РСФСР (в % от всех госзакупок)
1987 г.
иеэен вв-еох tfeoAndu
co
q
co
*
v-
b~
WeOXOOJ ‘iqeoxaog
co q
о q
co N
5
co in
00 o>
co q
нсохиох
0*1 Ю
Ф CM
CO CM
3
N- q
-
N- co
1980 г.
иээвн вв-еох tfeoAndu
§
in
co
co
-
in
iqeoxooj ‘iqeoxeoo
q
00 co
co b-
8
CM m
N o>
N- q
иеохиох
CO
CM CM
CM CM
in q
CM
3
1970 г.
иеовн вв-еох tfeoAndu
q
00
CM
b*
co
iqeoxooj ‘iqeoxaoo
§
о N>
V“
Ш
о Ю
co N-
q
iqeoxuox
8
<£> CO
3
q
00 q
О CM
co q
1960 г.
ueoBH вв-еох tfeoAndu
CM CO
co
in
CO
o> CM
co
iqeoxooj ‘iqeoxsoQ
T—
3
co co
CO co
ОЭ co
N- CO
co
iqeoxuox
O) in
о co
'V- CO
3
tn tn
3
co Ю
1950 г.
ugobh вв-еох tfeoAndij
-
co
co
3
q
co in
о CM
iqeoxooj ‘iqeoxeoo
CM
q
о CM
00 CM
N-
co
in
iqeoxuox
N-
00
N- Ю
N- N-
CM q-
CM q
3
in co
1940 г.
uaoBH вв-еох tfBoXndLi
О CO
oo CM
co CM
g
V*
CM CM
iscoxooj ‘iqeoxsoQ
-
CO
00
in CM
r-
r-
iqeoxuox
00
N- CO
CM O)
N- q
N- in
co
Вид продукции
Зерновые
Картофель
Овощи
Скот, птица
Молоко
Яйца
Шерсть
Рассчитано по: Народное хозяйство РСФСР в 1970 г. Стат, ежегодник. М., 1971. С. 160; Народное хозяйство РСФСР в 1985 г.
Стат, ежегодник. М., 1986. С. 109; Народное хозяйство РСФСР в 1987 г. Стат, ежегодник. М., 1988. С. 157.
* Продажи, впрочем, велись через колхозы и совхозы.
... Малая величина.
По признаку капитализации хозяйственные уклады сильно различались. После коллективизационной декапитализации экономический потенциал индивидуализированных форм сельскохозяйственной деятельности на длительное время застывает в своем развитии. Доля же в общем экономическом потенциале сельского хозяйства наиболее капитализированного уклада - совхозов - постепенно расширяется. В 1960-1980-е гг. колхозы, оставшиеся не преобразованными в совхозы, по основным тенденциям процесса капитализации и структуре использования капитала сближаются с государственными хозяйствами.
Расчет затрат труда и капитала и, таким образом, выявление основных факторов аграрного производства выполнить оказалось очень сложно. Проблема заключается в игнорировании управленческо- хозяйственной практикой изучаемого периода и, соответственно, экономической наукой подходов, позволяющих сделать такие оценки. При всей разнице теорий и методик, приведенных в § 2 данной главы, можно сделать вывод о сложном и противоречивом ходе процесса трансформации сельского хозяйства в капитализированную отрасль в течение 1950-1980-х гг.: первые признаки перехода к такому типу хозяйствования видны в 1950-х гг., рывок явно происходит в 1960-1970-е гг., однако и на конец советского времени завершенность капиталистического тренда вряд ли может быть признана окончательной.
В 1930-1980-е гг. сельскохозяйственное производство из по преимуществу нетоварного становится по преимуществу товарным. Заметны две грани процесса: рывок, обеспеченный коллективизацией, когда ряд продуктов становится предназначенным в основном не для внутри- сельскохозяйственного потребления или степень товарности достигает требуемых параметров (хлеб); перелом 1960-х гг., когда при зрелой капитализации большинство основных сельхозпродуктов становятся товарными. Конечно, вышеизложенная картина является усреднением динамики товарности хозяйственных укладов: быстрого развития этого процесса в колхозах, и особенно в совхозах, и падения товарности индивидуализированных сельхозструктур. Личные хозяйства населения через госпоставки и вынужденную продажу на колхозном рынке длительное время серьезно участвовали в создании товарного фонда сельскохозяйственной продукции. Отметим и то, что после коллективизации ведущим поставщиком товарного сельхозпродукта стали колхозы, но с 1960-х гг. их оттесняют совхозы.
126
Глава III
СМЕНА ФОРМ ЭКСПЛУАТАЦИИ
§ 1. Механизмы эксплуатации крупных хозяйственных укладов
Механизмы отчуждения основного продукта труда сельхозпроизводителя в советское время неоднократно менялись. Изъятия у колхозов осуществлялись в натуральной и денежной формах. К натуральной форме ренты относились обязательные поставки государству сельхозпродуктов, платежи натурой МТС, к денежной - сельхозналог. Размеры отчислений регулировались государством и уставом сельхозартели.
В колхозном производстве имела место разноканальность изъятия продукта. Динамика становления и развития этих каналов, их угасания и отмирания характеризует специфичность эксплуатации этого капитализировавшегося уклада. Выделяются четыре этапа эволюции системы эксплуатации: ее становление (1933-1940 гг.); существование развитой повинностной системы изъятия аграрного продукта (1940-е - начало 1950-х гг.); угасание основных элементов повинностной системы (1953-1958 гг.); становление и развитие с 1958 г. соответствующего в основном капитализированной государственной системе закупочного механизма мобилизации аграрного продукта.
Механизм изъятия продукта аграрного производства совхозов был одноканальным. Если до 1927 г. основная товарная продукция совхозов сбывалась на местном рынке, то в конце 1920-х гг. централизованные государственные заготовки в трестированных совхозах вытеснили все другие формы реализации совхозной продукции159.
В начальный период создания колхозов предполагалось, что основным каналом отчуждения их продукции будет являться контрактация. Она начала широко применяться в 1928 г., особенно по посевам зерновых и технических культур. При контрактации размеры заготовок определялись договорами заготовительных организаций с колхозами и единоличными хозяйствами. До 1933 г. при помощи контрактации заготавливалась основная масса сельхозпродукции. В 1933 г. систему контрактации начали отменять. Заготовки основных видов сельхозпродукции колхозов и приусадебных хозяйств стали проводиться через систему твердых обязательств по поставкам сельхозпродукции, имеющих силу налога. 19 января 1933 г. постановлением СНК СССР и ЦК '■’9 Богденко М.Л., Зеленин И.Е. Совхозы СССР. Краткий исторический очерк. М., 1976. С. 41.
127
ВКП(б) были введены твердые поставки зерна160. Эти же принципы заготовок сельхозпродукции в отношении колхозов, хозяйств колхозников и единоличников были распространены в 1933 г. на подсолнух, рис, кунжут, мясо, молоко, шерсть, клещевину и картофель, кожевенное сырье161. Позднее система обязательных поставок была распространена на овощи, сено, горчицу, лен-кудряш, рапс, сою, яйца162. В 1942- 1945 гг. был создан и действовал хлебный фонд Красной Армии, в который зерно сдавалось колхозами в том же порядке, что и по обязательным поставкам163. В 1930-е гг. меняется по сути и сохранившаяся система контрактации. Постановлением ЦИК и СНК СССР от 21 сентября 1935 г. договорам контрактации хлопка, сахарной свеклы, льна- долгунца, конопли и других сельхозпродуктов была придана сила закона, обязательного к исполнению колхозами, колхозниками и единоличниками164.
Система отчуждения сельхозпродукции колхозов, формировавшаяся в 1930-е гг., включала, кроме обязательных поставок сельхозпродукции государству, натуральную оплату работ МТС, введенную в 1933 г.165 Кроме того, в 1930-1950-е гг. товарная продукция колхозов изымалась через государственные закупки, децентрализованные заготовки. По данным В.Г. Растянникова и И.В. Дерюгиной, колхозы в 1930-1937 гг. нормативно (т.е. в соответствии с определенными в законах нормами) должны были отдавать из урожая зерновых в обязательные поставки около 30-32%, в натуроплату МТС - 24%, в уплату единого сельхозналога (в пересчете на стоимость зерна) - 2%, в «возмещение традиционных средств производства в хозяйстве» (семенной фонд, страховой фонд, фонд фуражного зерна) - 22%, на внутрихозяйственное накопление и внутрихозяйственное коллективное потребление - около 8%, на другие отчисления - примерно 6%. Таким образом, на выплаты по трудодням оставалось 6-7% всего урожая зерновых166.
Еще одним каналом товаризации продукции колхозов и колхозных дворов был колхозный рынок. Торговля колхозам, колхозникам и единоличным хозяйствам была разрешена в 1932 г.167 С 15 января 160 История колхозного права. Сборник законодательных материалов СССР и РСФСР 1917-1958. М„ 1959. Т. 1. С. 352-353.
161 Там же. С. 361,362, 363, 375, 381, 416.
162 Там же. М„ 1958. Т. II. С. 136, 137; и др.
163 Там же. С. 223.
164 Там же. Т. 1. С. 468-469.
165 Решения партии и правительства по хозяйственным вопросам (1917-1967): В 5 т. Т. 2. (1929-1940). М., 1967. С. 423-425.
166 Растянников В.Г., Дерюгина И.В. Сельскохозяйственная динамика. XX век. Опыт сравнительно-исторического исследования. М., 1999. С. 271.
167 История колхозного права. Т. 1. С. 218-219.
128
1933 г. колхозам и колхозникам предоставлялась возможность «беспрепятственной продажи излишков своего хлеба ... на базарах и рынках» после выполнения обязательств перед государством168, колхозам, колхозникам и единоличникам, «аккуратно выполняющим централизованный план скотозаготовок», - возможность беспрепятственной продажи крупного скота, свиней, овец, птицы и мясной продукции своих хозяйств на рынках, базарах и через колхозные лавки169. Постановление от 23 июля 1932 г. разрешало торговлю объемистым фуражом (сеном, соломой)170. Постановление СНК СССР и ЦК ВКП(б) от 9 ноября 1933 г. определяло, что колхозная торговля хлебом может вестись после выполнения краем, областью, республикой «обязательств по всем видам сдачи зерна государству по всем секторам (зернопоставки, натуроплата МТС, хлебосдача совхозами, возврат зерноссуд) и после полной засыпки семенных и страховых фондов»171. Окончательно система изъятия продукции колхозов, колхозных дворов, действовавшая до 1958 г., сложилась в 1940 г. вместе с введением погектарного принципа исчисления натуральных поставок с колхозов172.
Система внеэкономической эксплуатации колхозов сопровождалась многочисленными «репрессивными» мерами за невыполнение обязательств. В 1935 г. были приняты постановления ЦИК и СНК СССР об ответственности председателей колхозов и членов правлений колхозов за неисполнение заготовительных заданий, а в 1937 г. постановлением ЦИК и СНК СССР было установлено, что за «злостное» невыполнение колхозом к установленному сроку обязательств по сдаче государству зерна прокурор области (края, республики) по представлению районного уполномоченного Наркомата заготовок был обязан привлечь правление колхоза к судебной ответственности с наложением денежного штрафа в размере стоимости несданной части зерна, исчисленной по государственным ценам, и для взыскания натурой этой части поставок зерна173. Постановление 1937 г. также распространяло порядок судебной ответственности колхозов за невыполнение обязательных поставок государству подсолнуха, риса и картофеля.
За просрочку сдачи натуроплаты или денежных платежей колхозам начислялись пени в размере одного процента за каждые десять дней просрочки. Не сданная колхозом натуроплата МТС взыскивалась с кол168 История колхозного права. Т. 1. С. 219.
189 Там же. С. 220.
170 Там же. С. 346.
171 Там же. С. 379.
т Решения партии и правительства по хозяйственным вопросам (1917-1967). T. 2. С. 745-749.
'73 Ильиных В.А. Налогово-податное обложение сибирской деревни. Конец 1920-х - начало 1950-х гг. Новосибирск, 2004. С. 110,116
129
хоза через суд натурой независимо от суммы иска. В случае «злостной несдачи» натуроплаты МТС виновные, кроме того, привлекались к судебной ответственности, а на колхоз налагался денежный штраф в размере половинной стоимости несданной части натуроплаты, которая исчислялась по ценам, установленным для обязательных поставок государству174.
В 1958 г. был осуществлен переход к принципиально новой системе отчуждения сельскохозяйственной продукции: государственным заготовкам сельскохозяйственных продуктов в порядке закупок по единым ценам, дифференцированным по зонам страны175. Одновременно были отменены обязательные поставки сельхозпродукции государству колхозами и колхозными дворами, а также натуральная оплата колхозов за работу МТС. Менялся и принцип планирования - в начале 1960-х гг. погектарный принцип в распределении планов закупок колхозов был отменен. Теперь главными факторами в планировании закупок становились обеспеченность материально-техническими и трудовыми ресурсами, а также специализация хозяйств. Появилось и материальное стимулирование хозяйств к сдаче продукции сверх плана: в 1965 г. были введены 50-100-процентные надбавки на реализацию сверхплановой продукции176. И хотя госзаготовки регулировались государственными планами, спущенными хозяйствам, - планы закупок были стабильными, «твердыми», т.е. утверждались для хозяйства на 5 лет177.
Рассмотрим каналы и динамику изъятия продукции из колхозного производства на материалах трех продуктов, входящих в перечень основных: зерновых, картофеля, молока, - в колхозах РСФСР в 1930- 1980-е гг. (табл. 58-60).
Соотношение каналов мобилизации, отраженных в таблицах 58- 60, весьма различно по основным видам товарного продукта. Картофель и молоко до конца 1950-х гг. в основном изымались через систему обязательных поставок государству, лишь с 1955 г. значение этого канала несколько сокращается. В товаризации зерновых очень большой 174 Аксененок Г.А., Григорьев В.К., Пятницкий П.П. Колхозное право. М., 1950. (электронная версия книги расположена по aflpecy:http://www.yurkonsultacia.ru/ zakonodatelstvo/kolhoz23.html)
175 Постановление СМ СССР от 30 июня 1958 г. «Об отмене обязательных поставок и натуроплаты за работы МТС, о новом порядке, ценах и условиях заготовок сельскохозяйственных продуктов» // СП СССР. 1958. № 11. Ст. 92.
176 См. комплекс постановлений по этому поводу: Решения партии и правительства по сельскому хозяйству (1965-1974 гг.). М., 1975. С. 14-24.
177 Постановление Пленума ЦК КПСС «О дальнейшем развитии сельского хозяйства СССР» от 3-4 июля 1978 г. // КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и Пленумов ЦК. М., 1981. Т. 13. С. 181-195.
130
была роль натуроплаты за работы МТС. Более скромной выглядит она в товаризации картофеля. Третьим по значимости каналом являлась продажа другим заготовителям и на колхозном рынке (по молоку она занимает вторую позицию среди трех анализируемых продуктов).
Таблица 58
Каналы товаризации зерновых в колхозах РСФСР (в% от всей изъятой продукции; в натуральном выражении)
Каналы изъятия
1937 г.*
1945 г.
1954 г.
1960 г.
1965 г.
1975 г.
Обязательные поставки государству
37
57
24
Натуроплата МТС
48
32
49
Возврат ссуд
4
5
2
3
Продано госзаготови- телям и на колхозном рынке (с 1960 г. - продано на колхозном рынке)
9
2
23
3
24
18
Госзакупки (с 1960 г.)
94
73
80
Рассчитано по: РГАЭ. Ф. 1562. Оп. 324. Д. 398. Л. 4; Д. 1372. Л. 83, 85; Д. 7135. Л. 1, 3; Ф. 7486. Оп. 7. Д. 1308. Л. 138; ГАРФ. Ф. А-374. Оп. 35. Д. 4879. Л. 1-6; Ф. А-616. Оп. 3. Д. 9183. Л. 1, 3; Оп. 9. Д. 4055. Л. 1-3.
*3а 1937-1945 гг. - зерновые, далее - зерновые и бобовые.
Таблица 59
Каналы товаризации картофеля в колхозах РСФСР (в % от всей изъятой продукции, в натуральном выражении)
Каналы изъятия
1938 г.
1945 г.
1955 г.
1960 г.
1965 г.
1975 г.
1980 г.
Обязательные поставки государству
84
75
43
Натуроплата МТС
9
13
26
Возврат ссуд
2
4
6
2
Продано госзаготови- телям и на колхозном рынке (с 1960 г. - на колхозном рынке)
5
8
25
8
5
3
2
131
Окончание таблицы 59
Каналы изъятия
1938 г.
1945 г.
1955 г.
1960 г.
1965 г.
1975 г.
1980 г.
Госзакупки (с 1960 г.)
90
89
93
89
Продано предприятиям и организациям помимо госзакупок
6
4
9
Рассчитано по: РГАЭ. Ф. 1562. Оп. 324. Д. 399. Л. 1; Д. 5716. Л. 5, 6; Д. 7135. Л. 15; ГАРФ. Ф. А-374. Оп. 35. Д. 4879. Л. 51; Ф. А-616. Оп. 3. Д. 9183. Л. 33, 35; Оп. 9. Д. 4055. Л. 14-17.
Таблица 60
Каналы товаризации молока в колхозах РСФСР (в % от всей изъятой продукции; в натуральном выражении)
Каналы изъятия
1937 г.
1945 г.
1950 г.
1955 г.
1960 г.
1965 г.
1975 г.
1980 г.
Обязательные поставки государству
76
88
90
55
Натуроплата МТС
10
Продано госзаго- товителям и на колхозном рынке (с 1960 г. - на колхозном рынке)
24
12
10
35
2
0,7
Госзакупки (с 1960 г.)
98
99
99,7
99,7
Продано предприятиям и организациям помимо госзакупок
0,3
Рассчитано по: Колхозы в 1937 г. Ч. II. Животноводство. С. 88; РГАЭ. Ф. 1562. Оп. 324. Д. 1374. Л. 49; Д. 3600. Л. 20; Д. 5720. Л. 12; Д. 7138. Л. 3; ГАРФ. Ф. А-374. Оп. 35. Д. 4881. Л. 3; Ф. А-616. Оп. 3. Д. 9183. Л. 109, 111; Д. 9191. Л. 252; Оп. 9. Д. 4055. Л. 81, 82; Д. 4060. Л. 48.
Переход в конце 1950-х гг. к унифицированной в основном системе мобилизации аграрного продукта через систему госзакупок вписывается в общий процесс капитализации и товаризации аграрного производства. Наличие плановости в этом канале мобилизации продукта, отсутствие классических рыночных методов являлись лишь спецификой
132
системы огосударствленного капитализма. Через госзакупки колхозами с этого периода реализуется от 90 до 100% товарного картофеля, молока и 73-94% зерновых (табл. 58-60). Любопытно, что колхозы увеличили реализацию зерновых на колхозном рынке, в чем проявлялась их заинтересованность в функционировании этого канала.
Система внеэкономической эксплуатации колхозов была нацелена на крупномасштабное изъятие ресурсов сельского хозяйства, осуществляемое при помощи ценовой политики. Формально обязательные поставки сельхозпродукции не были бесплатными, но они носили обязательственно-принудительный характер с символическими ценами. В ряде случаев эти цены не давали возможности покрывать даже транспортные расходы колхозов по доставке продукции на приемные пункты178. В 1931-1932 гг. заготовительные организации платили за 1 ц ржи 4,5-6,1 руб., за 1 ц пшеницы - 7,1-8,4 руб., тогда как даже в специализированных по зерну госхозах себестоимость зерна в 1933 г. достигала 22,9 руб. за 1 ц. Средняя заготовительная цена на зерно в СССР в 1940 г. была 8 руб. 63 коп. за 1 ц, а себестоимость 1 ц его производства в совхозах - 29 руб. 70 коп. Разрыв между заготовительными ценами и себестоимостью продукции сохранялся и в 1950-е гг. В 1953 г. заготовительные цены на зерно равнялись 8 руб. 25 коп. за 1 ц, а себестоимость его производства в совхозах - 62 руб. за 1 ц. Убыточность производства мяса крупного рогатого скота в колхозах в 1952 г. составляла не менее 95%, свинины - 94%, молока - 78%179. В 1953 г., несмотря на повышение закупочных цен, себестоимость производства зерна более чем в 3 раза превышала уровень средних заготовительных цен, так же как и по картофелю, овощам, продукции животноводства180. Совхозы подвергались внеэкономической эксплуатации через ту же систему неэквивалентности цен. Так, рентабельность совхозов (разница между коммерческой себестоимостью продукции и финансовыми результатами от ее реализации) составляла в 1940 - начале 1950-х гг. отрицательную величину. В совхозах СССР в 1940 г. коммерческая себестоимость продукции превышала финансовые результаты от ее реализации на 16%, в 1948 г. - на 27%, в 1949 г. - на 35%, в 1954 г.- на4%181.
Денежные доходы колхозов от реализации продукции по разным каналам серьезно различались, что следует из данных таблицы 61.
1,8 Морозов В.А. Трудодень, деньги и торговля на селе. М., 1965. С. 31.
Малафеев А.Н. История ценообразования в СССР (1917-1963). М., 1964. С. 268.
|П0 Там же. С. 284.
РГАЭ. Ф. 1562. Оп. 16. Д. 1243. Л. 4.
133
Таблица 61
Распределение денежных доходов колхозов РСФСР от реализации продукции сельского хозяйства (в % от всех доходов от сельского хозяйства)
Денежные доходы
1938 г.
1945 г.
1950 г.
1955 г.
1960 г.
От реализации продукции растениеводства, всего
В том числе:
-
100
100
100
100
от сдачи по обязательным поставкам
-
22
51
10
-
от продажи в порядке контрактации и госзаготовок
-
5
-
70
85
от продажи на колхозном рынке и прочих продаж
-
73
49
20
10
От реализации продукции животноводства, всего
В том числе:
100
100
100
100
100
от сдачи по обязательным поставкам
12
11
44
33
-
от продажи в порядке контрактации госзаготови- телям и кооперации
60
6
-
38
91
от продажи на колхозном рынке и прочих продаж
83
56
29
6
от продажи скота колхозникам в порядке помощи в обзаведении скотом
8
-
-
-
-
Рассчитано по: РГАЭ. Ф. 1562. Оп. 324. Д. 1377. Л. 193, 195; Д. 3593. Л. 2; Д. 5722. Л. 10,14; ГАРФ. Ф. А-374. Оп. 31. Д. 7097. Л. 12; Д. 7096. Л. 5; Колхозы в 1938 г. М„ 1939. С. 20-21.
Несмотря на преобладание среди каналов изъятия госпоставок, денежный доход колхозов от них был сравнительно небольшим, за исключением периодов очень высокого уровня эксплуатации деревни через этот механизм. Продажа колхозами на рынке продуктов, хотя и имела меньшую абсолютную величину, приносила серьезную долю доходов. Когда же после 1953 г., в связи со снижением размеров госпоста-
134
вок и резким увеличением материального стимулирования через зарплатный механизм, госзаготовки стали приносить наибольшие доходы по растениеводческой и животноводческой продукции, доля доходов от продажи на колхозном рынке существенно уменьшается. Еще меньшей она становится в начале 1960-х гг., когда доля денежных доходов колхозов от госзакупок возросла в продукции растениеводства до 85%, а животноводства - до 91 %.
Одним из факторов становления «покупного» механизма отчуждения в виде госзакупок явилось повышение закупочных цен на основные сельхозпродукты и превышение закупочными ценами себестоимости производства аграрной продукции (табл. 62, 63). После 1953 г. были повышены закупочные цены на сельхозпродукты колхозов. С 1958 г. вся сельхозпродукция колхозов покупалась государством по закупочным ценам. На зерно, например, закупочная цена выросла с 1952 г. по 1964 г. в 10 раз, на картофель - более чем в 12 раз, на молоко, яйца и шерсть - примерно в 4 раза, на прирост живой массы КРС - в 16 раз.
Таблица 62
Фактические цены реализации продукции государству в колхозах СССР в 1952-1964 гг. (в руб. за 1 ц)
Вид продукции
1952 г.
1958 г.
1962 г.
1964 г.
Зерно
0,84
6,2
8,3
8,6
Картофель
0,53
4,1
4,9
6,7
Молоко
2,8
11,3
12,2
12,1
Прирост живой массы КРС
5,0
58,9
76,4
80,5
Шерсть
106,8
305,7
378,7
390,6
Яйца (за 1000 шт.)
19,9
65,0
67,0
72,0
Составлено по: Емельянов А.М. Экономика сельского хозяйства. С. 386.
Из таблицы 63 видно, что в 1960-1970-е гг. ситуация серьезно изменилась по сравнению с 1940-1950-ми годами, когда материальные затраты на производство многократно превышали цены на сдаваемую по госпоставкам сельхозпродукцию. По отношению ко всем анализируемым в таблице 63 периодам закупочные цены на основные продукты растениеводства превышают себестоимость их производства. По животноводческой продукции картина более сложная: лишь в 1970 г. себестоимость производства молока была ниже закупочной 135
цены на него; по крупному рогатому скоту созданный механизм рентабельности (данные 1965, 1970, 1975 гг.) нарушается в 1980 г.; производство яиц за три года из четырех анализируемых лет (1970, 1975, 1980 гг.) выглядит вполне окупаемым.
Таблица 63
Закупочные цены на сельхозпродукцию, проданную государству колхозами и совхозами, и полная себестоимость основных сельхозпродуктов, проданных государству колхозами (руб.)
Вид продукции
1965 г.
1970 г.
1975 г.
1980 г.
Закуп, цена
Себестоимость
Закуп, цена
Себестоимость
Закуп, цена
Себестоимость
Закуп, цена
Себестоимость
Зерновые
9,46
4,12
10,11
4,58
10,98
6,35
10,27
7,07
Картофель
6,41
4,24
6,95
6,25
8,11
8,0
11,42
11,09
Овощи
7,95
7,91
11,19
9,27
12,33
10,92
12,92
11,83
Молоко
14,62
15,14
18,71
17,68
20,95
21,77
26,29
28,78
КРС
111,14
96,02
153,4
117,6
168,5
147,7
167,4
191,56
Яйца
72,43
73,77
81,6
71,84
85,5
74,83
94,12
86,88
Составлено по: Факторы доходности, закупочные цены и полная себестоимость продукции, проданной государству за 1964-1981 гг. по колхозам и совхозам Министерства сельского хозяйства СССР. М., 1982. С. 57, 58, 65, 66.
Сдаточные цены совхозной продукции также были повышены, а в 1960-1970-е гг. поэтапно были введены единые цены закупки государством сельхозпродукции у колхозов и совхозов. Вначале единые цены были установлены на молоко, яйца, овощи, фрукты и т.д., а в 1970 г. введены единые цены на скот. В 1975 г. после перевода всех совхозов на хозрасчет колхозы и совхозы стали реализовывать продукцию государству по одним и тем же ценам. По этим же ценам государство стало приобретать сельхозпродукцию личных приусадебных хозяйств182.
182 Емельянов А.М. Экономика сельского хозяйства. С. 387-388.
136
* * *
Система эксплуатации колхозов включала и денежные изъятия. Системе денежного налогообложения колхозов посвящено значительное количество исследований183. Начиная с 1923 г. в сельском хозяйстве действовал единый сельхозналог184. Он взимался с колхозов в твердых ставках, устанавливаемых с гектара площади пашни, сенокосов и многолетних насаждений. Доходы от животноводства, пчеловодства полностью освобождались от обложения, посевы технических культур облагались по льготным ставкам, освобождались от сельхозналога и доходы от колхозной торговли. Следовательно, острие налогообложения было направлено на зерновое производство. Такая система налогообложения действовала до середины 1930-х гг. - периода складывания основных составляющих колхозного строя.
С поземельного принципа денежного налогообложения колхозы были переведены в 1936 г. Вводилась система их подоходного налогообложения (Постановление ЦИК и СНК от 20 июля 1936 г. «О замене сельскохозяйственного денежного налога с колхозов подоходным денежным налогом»)185 186. Согласно постановлению, шире становилась база налогообложения колхозов. Подоходный налог теперь взимался с общего валового дохода колхоза, исчисленного по сумме денежной выручки и стоимости распределяемой валовой продукции. Сюда включались доходы не только от зернового хозяйства, но и от технических культур, всех видов животноводства, колхозной торговли и т. д. В 1936 г. ставки подоходного налога были установлены в размере 3% с валового дохода в год для артелей и коммун, 4% - для ТОЗ, то есть были поощрительными для хозяйств с более высоким уровнем обобществления. С 1941 г. были установлены две различные ставки: 4% - с доходов от продажи продукции в порядке контрактации и государственных закупок, а также доходов от внутрихозяйственного использования продукции, 8% - с остальных доходов колхозов188. В послевоенные годы дифференциация ставок налогообложения колхозов значительно усложнилась. Указом Президиума ВС СССР от 11 августа 1948 г. были установлены следующие размеры ставок: 6% - с доходов, получаемых от внутрихозяйственного использования продукции, 6% - с доходов от продажи 183 Богачевский М. Налоговая система СССР. М., 1958; Марьяхин Г.Л. Очерки истории налогов с населения в СССР. М., 1964; Зверев А.Г. Государственные займы и вклады в сберегательные кассы. М., 1957; Ильиных В.А. Налогово-податное обложение сибирской деревни (конец 1920-х - начало 1950-х гг.). Новосибирск, 2004; И др.
184 СУ РСФСР. 1923. № 42. С. 451.
186 Решения партии и правительства по хозяйственным вопросам (1917-1967). Т. 2. С. 602.
186 Ведомости ВС СССР. 1941. № 12.
137
продукции государству, 12% - с доходов от продукции, распределяемой среди колхозников, 13% - с доходов, получаемых от реализации продукции на колхозных рынках187. С 1951 г. были вновь изменены ставки подоходного налога с колхозов. Налог с доходов от продажи продуктов в порядке контрактации и государственных закупок взимался в размере 9% от суммы дохода, а с доходов от торговли на колхозных рынках - 15%188. Таким образом, по низшей ставке облагалась стоимость продукции, сданной государству в обязательные поставки, по высшей - проданной на колхозном рынке. Следовательно, период 1940- 1950-х гг. был связан с повышением уровня налогообложения колхозов, что характеризует направленность налоговой системы на выкачивание средств из сельского хозяйства. По мнению М. Богачевского, изучавшего налоговую систему СССР, подоходный налог был направлен на изъятие не столько чистого дохода, сколько фонда оплаты труда, не учитывалась стоимость затрат колхозов на производство продукции189. Государство регламентировало и движение денежных средств непосредственно в колхозах, в частности размеры накоплений. Примерным Уставом сельхозартели 1935 г. было установлено, что колхозы должны производить отчисление на пополнение неделимых фондов в размере не менее 10, но не свыше 20% денежных доходов артели190. В 1938 г. в эти цифры дважды было внесено уточнение: первоначально о том, что отчисления на пополнение неделимых фондов не должны превышать 10% денежных доходов артели191, а затем, что отчисление на пополнение неделимых фондов должно производиться в размере не менее 12, но не более 15%; в районах посевов технических культур и животноводческих районах - в размере не менее 15, но не более 20% денежных доходов артели192. В 1952 г. было принято постановление Совета Министров СССР о распространении размера отчислений на пополнение неделимых фондов, установленного для районов животноводческих и технических культур, на колхозы всех районов СССР - т.е. не менее 15% и не более 20% от денежных доходов артели193. По сути 187 Ведомости ВС СССР. 1948. №34.
'8в Сборник законодательства по сельскому хозяйству. М., 1955. Т. 2. С. 341.
189 Богачевский М. Налоговая система СССР. М„ 1958. С. 53.
190 Примерный Устав сельскохозяйственной артели, принятый II Всесоюзным съездом колхозников-ударников и утвержденный Советом народных комиссаров СССР и ЦК ВКП(б) 17 февраля 1935 г. II Решения партии и правительства по хозяйственным вопросам (1917-1967 гг.). М., 1967. Т. 2. С. 525.
191 Постановление СНК СССР и ЦК ВКП(б) от 19 апреля 1938 г. «О неправильном распределении доходов в колхозах» // Там же. С. 646-649.
192 Постановление СНК СССР и ЦК ВКП(б) от 4 декабря 1938 г. «О распределении денежных доходов в колхозах» // Там же. С. 661.
193 ГААО. Ф. 1892. Оп. 21. Д. 630. Л. 14-15.
138
дела, установив нормы накопления колхозов, государство повышало уровень их эксплуатации.
Рассмотрим на материалах колхозов РСФСР, какая доля их денежных доходов шла на уплату налогов, а какая доля доходов распределялась по трудодням (табл. 64).
Таблица 64
Доля денежных доходов, идущих на выплату налогов, сборов и платежей, на пополнение неделимого фонда и на выплаты по трудодням в колхозах РСФСР (в % ко всем денежным доходам)
Годы
Доля налогов, сборов, платежей
Доля отчислений в неделимый фонд
Доля выплат по трудодням
1937
14
13
38
1945*
17
Н. св.
24
1950
21
15
23
1960
8
13
32
1965**
7
11
60***
Рассчитано по: РГАЭ. Ф. 1562. Оп. 324. Д. 401. Л. 1, 7; Д. 1377. Л. 199, 207; Д. 3593. Л. 9; ГАРФ. Ф. А-374. Оп. 31. Д. 7096. Л. 29; Оп. 35. Д. 4891. Л. 5, 7.
* Данные за 1945 г. включают отчисления в фонд обороны Родины.
** Только чистый доход колхоза.
*** Включая оплату отпусков, не включая оплату колхозников на работах по капвложениям и в культурно-бытовых учреждениях.
Как видим из таблицы 64, доля налогов, сборов и платежей колхозов России возрастала до 1950-х гг., когда фиксируется самая высокая доля денежных изъятий у колхозов через налоги, сборы и другие платежи, та же динамика была характерна и для доли отчислений в неделимый фонд колхозов. В то же время доля денежных выплат по трудодням от всего денежного дохода колхозов с 1937 по 1950-е гг. сокращалась.
С приходом экономических методов принуждения как основного механизма изъятия ресурсов эволюционировала и система денежного налогообложения колхозов. В конце 1950-х гг. в системе подоходного налогообложения колхозов происходят серьезные изменения. В 1957 г. была введена единая ставка подоходного налога, средний размер которой составлял 14%194. С 1958 г. ставка налога была снижена и установлена в размере 12,5 %195. Из облагаемого дохода стала вычитаться значительная часть издержек производства и часть внутрихозяйственного '*■ Ведомости ВС СССР. 1957. № 19. Ст. 495.
145 Там же. 1959. № 1. Ст. 1.
139
накопления в натуре, оцененная в денежном выражении. В результате фактическое налогообложение стало исчисляться из размеров дохода, близкого к валовому. С 1966 г. подоходным налогом по единой ставке 12% стал облагаться не валовой доход, а часть чистого дохода, полученного от сельхозпроизводства, оказания услуг, подсобных предприятий и промыслов, за вычетом части дохода, соответствующего рентабельности в 15%, а также платежей в централизованный союзный фонд социального обеспечения колхозников196. Таким образом, при обложении стали учитываться экономические показатели: чистый доход и рентабельность. Следовательно, к середине 1960-х гг. система налогообложения смягчается. Уровень налогообложения становится ниже, меняются принципы исчисления облагаемого дохода. Система подоходного налогообложения стала учитывать такие показатели производства, как прибыль, рентабельность и проч., при этом налоговые преимущества имели более экономически развитые хозяйства.
Менялся и принцип регулирования государством внутренних накоплений колхозов. В 1958 г. колхозы получили возможность самостоятельно определять процент отчислений в неделимые фонды, что привело к сокращению доли отчислений в неделимые фонды (табл. 64). Как следует из таблицы, к середине 1960-х гг. налоговый пресс на колхозы смягчается и в 1960-е гг. налоги составляют очень небольшую долю от всех доходов (7-8%), доля отчислений в неделимый фонд была чуть больше 1/10 части денежных доходов. Доля же выплат по трудодням в колхозах России в первой половине 1960-х гг. возрастает в 2 раза: с 32 до 60% всех денежных доходов.
Эксплуатация сельскохозяйственной отрасли в 1960-1980-е гг. заключалась в завышении цен на продукцию других отраслей и занижении цен на продукцию сельского хозяйства, а также регулировании соотношения между размерами созданного и реализованного валового и чистого доходов. Расчеты экономиста Л.Н. Кассирова показывают, что в 1962 г. из сельского хозяйства РСФСР через систему цен и налог с оборота было изъято 78% созданного чистого дохода, в том числе 58% чистого дохода, созданного в колхозах (у промышленности этими же путями было изъято лишь около 40% чистого дохода). После финансирования предприятий из госбюджета в итоге у сельского хозяйства осталось 68% созданного в отрасли чистого дохода (у колхозов - 42%), у промышленности - 79% созданного чистого дохода197.
196 Указ Президиума ВС СССР от 10 апреля 1965 г. «О подоходном налоге с колхозов» // Ленинская аграрная политика КПСС: сборник важнейших документов (март 1965- июль 1978). М„ 1978. С. 130-133.
197 Рассчитано по: КассировЛ.Н. Плановые показатели и хозрасчетные стимулы. М., 1965. С. 139-140.
140
Перераспределение средств из сельского хозяйства являлось сохранявшимся устойчивым принципом экономической политики всего периода существования колхозного строя, хотя масштабы этого перераспределения в 1970-1980-е гг. достаточно заметно сократились (табл. 65).
Таблица 65
Масштабы перераспределения чистой продукции сельского хозяйства СССР в 1970-1980-е гг.
В среднем за год
Созданная чистая продукция (млрд руб.)
Реализованная чистая продукция в действительных ценах
Перераспределение национального дохода через отклонение цен от стоимости
млрд руб.
в %
реализовано через цены других отраслей
получено через цены других отраслей
млрд руб.
в % к созданной продукции
млрд руб.
в % к созданной продукции
1971-
1975
92,9
63,5
68,4
29,4
31,6
22,7
24,4
1976- 1980
108,8
70,7
65,0
38,1
35,0
32,5
29,9
1981-
1985
151,7
97,8
64,5
53,9
35,5
40,8
26,9
1986- 1988
175,8
123,5
70,3
52,3
29,7
36,3
20,6
Источник: Чистая продукция сельского хозяйства, ее распределение и использование. М„ 1989. С. 13.
Из таблицы 65 следует, что в среднем за 1970-1980-е гг. изымалось из сельского хозяйства и в ходе межотраслевого товарного обмена перераспределялось от 30 до 36% созданной чистой продукции. Шло постепенное выравнивание условий хозяйствования отраслей, формирование принципов экономической политики государства, характерных для капитализированного общества.
141
§ 2. Повинности приусадебных хозяйств
Система повинностей колхозных дворов, а также отчасти хозяйств рабочих и служащих, в 1930-1960-е гг. включала отработочную, натурально-продуктовую и денежную повинности.
Отработочная повинность, формировавшаяся по мере становления колхозного строя, сложилась к концу 1930-х гг. Она представляла собой обязательный труд в общественном хозяйстве сельхозартели, на лесозаготовках и торфоразработках, строительстве и ремонте дорог, а также в некоторых других отраслях, где требовалось сезонное увеличение числа рабочих рук (в лесохимии, на рыбопромыслах, в кирпичной промышленности и др.). Хотя уже Примерный Устав сельхозартели 1935 г. устанавливал взыскания, вплоть до исключения из колхоза, для тех его членов, кто не вышел без уважительных причин на работу198, юридически эта форма повинности была закреплена в 1939 г. Постановлением ЦК ВКП(б) и СНК СССР от 27 мая 1939 г. для всех трудоспособных колхозников - женщин от 16 до 55 лет и мужчин от 16 до 60 лет - определялся обязательный годовой минимум трудодней - от 60 до 100 в различных районах страны199. В 1942 г. он был повышен до 100-150 трудодней специальным Постановлением СНК СССР и ЦК ВКП(б)200. В нем же была установлена обязательная выработка трудодней по периодам сельхозработ для взрослых трудоспособных колхозников и зафиксирован обязательный минимум трудодней (50 в течение года) для подростков - членов семей колхозников. Повышенный на период войны обязательный минимум трудодней был сохранен по рекомендации февральского 1947 г. Пленума ЦК ВКП(б)201 и утвержден Постановлением Совета министров СССР от 31 мая 1947 г. Вскоре были приняты меры по увеличению интенсивности труда. В апреле 1948 г. постановлением Совмина СССР нормы выработки были повышены: на 12-17% на пахоте, на 12-20% на бороновании, на 25% на тереблении льна и т.д.202 Они были рассчитаны для всех районов страны исходя из показателей трудовой деятельности передовых колхозников в районах, лучше обеспеченных сельхозтехникой.
198 Решения партии и правительства по хозяйственным вопросам (1917-1967). Т. 2. С. 528.
199 Важнейшие решения по сельскому хозяйству за 1938-1940 годы. М., 1940. С. 41-47.
200 Важнейшие решения по сельскому хозяйству за 1938-1946 гг. М., 1948. С. ЗЮЗИ.
201 Решения партии и правительства по хозяйственным вопросам (1917-1967). М., 1968. Т. 3. С. 422.
202 Там же. С. 469-490.
142
Обязательный минимум трудодней на рубеже 1940-1950-х гг. также неоднократно пытались увеличить. В фондах Совета по делам колхозов сохранился проект постановления Совета министров СССР от 1948 г., в соответствии с которым обязательный минимум должен был возрасти до 150, а для подростков - до 60 трудодней в год203. Поступали в СМ СССР и предложения о том, чтобы выполнение минимума в течение основного сезона сельхозработ не освобождало колхозников от трудовых обязательств перед колхозом в другие периоды, а его перевыполнение в одном сезоне не засчитывалось в следующем204 *. В 1951 г. в СМ обсуждался вопрос о повышении этого норматива до 120-200 трудодней (для подростков предусматривалось сохранение 50 обязательных трудодней в год), а также оговаривались права СМ союзных и автономных республик, исполкомов краев и областей, отдельных сельхозартелей на пересмотр его в пределах плюс-минус 20% в зависимости от местных условий206. В итоге обсуждения в середине 1950-х гг. правительство рекомендовало колхозам остановиться на уровне 150 трудодней для женщин и 200 - для мужчин206.
Эта обязанность сохранялась фактически до середины 1960-х гг. Постановлением ЦК КПСС и СМ СССР от 16 мая 1966 г. «О повышении материальной заинтересованности колхозников в развитии общественного производства» в нее были внесены изменения: вводилась гарантированная оплата труда колхозников деньгами (не реже одного раза в месяц) и натурой (в соответствии со сроками получения продукции)207. Изменение характера трудовой повинности в общественном хозяйстве колхоза было связано с эволюцией принудительного принципа привлечения к колхозному труду. Эту линию продолжил принятый в ноябре 1969 г. Примерный устав колхоза, который дал право регулировать минимум трудового участия в общественном хозяйстве правилами внутреннего распорядка колхоза208. С этого момента государственное регулирование отработочной повинности в колхозах прекращается.
Участие в лесозаготовках становится обязательным для крестьян с конца 1920-х гг. и оформляется в виде регламентируемой трудгужпо- винности в 1941 г.209 К лесозаготовкам привлекались колхозники: мужчины в возрасте от 16 до 55 лет и женщины - от 16 до 45 лет210. Рас•™ РГАЭ. Ф. 9476. Оп. 1. Д. 579. Л. 2, 3.
04 Там же. Д. 1579. Л. 169.
■"'> Там же. Ф. 7486. Оп. 7. Д. 1062-а. Л. 19-22.
"ъ Вербицкая О.М. Российское крестьянство от Сталина к Хрущеву... С. 52.
Решения партии и правительства... М., 1968. Т. 6. С. 111-113.
Решения партии и правительства по сельскому хозяйству (1965-1974). М., 1975.
С. 386.
•™ ГАВО. Ф. 1727. Оп. 4. Д. 95. Л. 46.
10 Там же. Ф. 1300. Оп. 1. Д. 494. Л. 22.
143
пределение людей начиналось со спускаемого правительством сезонного плана лесозаготовок по различным ведомствам в основном для решения задач лесной и местной топливной промышленности. Число привлекаемых зависело от потребностей ведомств в дополнительной рабочей силе. С сельхозартелями и их членами леспромхозы заключали трудовые договоры211.
В 1934 г. на лесозаготовках впервые были введены единые нормы выработки: 110 дневных норм за сезон для «пеших» рабочих и 100 - для возчиков с лошадьми212. Эта работа была платной. До 1938 г. труд колхозников оценивался значительно ниже, чем кадровых лесозаготовителей, которым начислялись процентные надбавки за стаж, хлебные надбавки, а позднее единые надбавки к основному заработку от 10 до 80 руб. в месяц. Из заработка колхозников-возчиков делались вычеты в пользу колхозов на содержание лошадей, ремонт саней и сбруи, доходившие до 50% от заработка213. Такой порядок был изменен в 1938 г., когда всем привлеченным к трудгужповинности, включая колхозников, стала выплачиваться как основная заработная плата, так и сезонная, прогрессивная с начислением премий-надбавок214. Снижение количества привлекаемых к этим работам колхозников связано с переходом в 1954 г. лесозаготовительных предприятий на использование постоянных кадров215.
Отработочная повинность в торфодобывающей промышленности также формировалась с конца 1920-х гг.216 К ней привлекались трудоспособные колхозники-мужчины в возрасте от 16 до 55 лет и женщины от 16 до 45 лет217 (с 1950 г. привлечение женщин к тяжелым работам в торфяной промышленности пытались ограничить218). Организовывали торфодобычу Наркоматы местной и топливной промышленности РСФСР (позднее объединенные в Министерство местной и топливной промышленности), управления промкооперации на местах. Утвержденный план оргнабора доводился до облисполкомов, которые разверстывали его по райисполкомам, а те, в свою очередь, распределяли по 211 Лесозаготовки в Северном крае 1931/1932 гг. Памятка партработника, пропагандиста, профорганизатора и бригадира. Северное краевое издательство. Архангельск, 1932. С. 33.
2,2 Лесная промышленность СССР. 1917-1957. В 3 ч. М., 1957. Ч. 3.
213 См., например: Организация труда и система оплаты рабочих на лесозаготовках в 1937 г. (Справочный нормировочник). Вологда, 1937. С. 32, 34.
214 Государственный архив Вологодской области (ГАВО). Ф. 1300. Оп. 1. Д. 494. Л. 22.
216 Там же. Ф. 1727. Оп. 4. Д. 921. Л. 171.
216 История колхозного права. Сборник законодательных материалов СССР и РСФСР. 1917-1958. В 2 т. М., 1959. Т. 1. 1917-1936. С. 252.
217 ГАВО. Ф. 1300. Оп. 1. Д. 598. Л. 405.
216 ГАРФ. Ф. А-151. Оп. 1. Д. 2220. Л. 25.
144
сельсоветам и колхозам. Правления колхозов заключали с посылаемыми на эти работы индивидуальные трудовые договоры.
Дорожная повинность являлась одной из древнейших в России219. Она была возобновлена советской властью в годы «военного коммунизма» и существовала в 1920-е гг. На 1930-е гг. приходится становление ее как системы: устанавливаются нормы и формы ее исполнения. Согласно Постановлению ЦИК и СНК СССР от 3 марта 1936 г. трудоспособные сельские жители (мужчины в возрасте от 18 до 45 лет и женщины в возрасте от 18 до 40 лет) должны были ежегодно бесплатно отработать 6 дней на дорожных работах в радиусе 15 км от селения, а единоличники - не менее 12 дней. На тот же срок жители деревень обязаны были предоставить тягловую силу, гужевой транспорт, инструменты и инвентарь220. Постановление рекомендовало создать в каждом колхозе постоянную дорожную бригаду, труд которой засчитывался бы в общий план участия в этом строительстве всех членов данного колхоза. Отменена эта повинность была лишь в 1958 г.221, хотя в течение нескольких последующих лет привлечение колхозников к строительству дорог сохранялось.
Натурально-продуктовые повинности были введены в 1932- 1933 гг. в форме обязательных поставок государству отдельных222, а в 1939-1941 гг. почти всех основных продуктов, производимых в приусадебном хозяйстве (зерно, рис, картофель, мясо, молоко, шерсть, кожевенное сырье, яйца, сыр-брынза, табак и махорка). Первоначально, в 1933 г., такие сборы с колхозников устанавливались на 5% ниже нормы, установленной для единоличников, и на 5% выше нормы колхозов. Но уже в 1934 г. их пониженные нормы были приведены к нормам единоличных хозяйств соответствующего района. С 1939 г. рабочие и служащие, проживающие в сельской местности, были привлечены к обязательным поставкам молока и мяса государству (кроме хозяйств агрономов, зоотехников, землеустроителей, ветврачей, инженеров, техников МТС и совхозов, директоров МТС и МТМ)223, с 1940 г. - к шерстепо- 2,9 См., например: Неупокоев В.И. Государственные повинности крестьян Европейской России в конце 18 - начале 19 века. М„ 1987.
220 История колхозного права... Т. 1. С. 329-330.
221 Сборник законов СССР и Указов Президиума Верховного Совета СССР. (1938- 1967). М„ 1968. Т. 1. С. 299-300.
222 Важнейшие решения по сельскому хозяйству. М., 1935. С. 577, 592, 554-693.
223 Постановление Совнаркома СССР и ЦК ВКП(б) от 8 июля 1939 г. «О мероприятиях по развитию общественного животноводства в колхозах» // Важнейшие решения по сельскому хозяйству за 1938-1940 гг. С. 359-360.
145
ставкам224, зернопоставкам (при наличии посевов зерновых культур)225, картофеля226, семян масличных культур (при наличии их посевов)227.
С 1940 г. в стране был введен погектарный принцип исчисления обязательных поставок с колхозов. Частично погектарный принцип распространялся и на колхозные дворы (по кожевенному сырью с 1940 г., по яйцам - с 1941 г., по зерну - на единоличные хозяйства с 1940 г.)228.
Величина обязательных поставок неоднократно возрастала. Так, в 1940 г. дворы колхозников в зависимости от зон страны обязаны были сдать от 32 до 45 кг мяса (единоличные - от 64 до 90 кг)229, 200- 1100 г шерсти с каждой головы овец, 130-200 г с каждой головы коз (единоличные - 500-1400 и 150-220)230, картофеля - от 2 до 20 ц с 1 га запланированного посева (единоличные - от 3 до 25 ц)231, шкур овец и коз - 0,5-2 шт. (единоличные - 1-3 шт.) в год. Кроме того, в обязательном порядке сдавались все шкуры крупного рогатого скота, получаемые при убое или падеже от незаразных заболеваний232. Постановлением СМ СССР и ЦК ВКП(б) от 19 марта 1946 г. среднегодовые нормы обязательной поставки молока государству устанавливались в размере до 260 л с каждой коровы колхозного двора и до 300 л - с находящейся в собственности единоличника. С 1948 г. колхозники, имеющие посевы зерновых культур и риса, привлекались к обязательным поставкам по нормам, установленным для единоличных хозяйств данного района233. С 1949 г. на 50% повышалась норма обязательных поставок шерсти колхозными дворами, имеющими овец234. С 1955 г. до 1957 г. хозяйства 224 Постановление СНК СССР «О порядке проведения обязательной поставки мяса государству в 1940 году» // Там же. С. 379.
225 Постановление СНК СССР и ЦК ВКП(б) «Об обязательных поставках зерна и риса государству колхозами и единоличными хозяйствами» // Там же. С. 383.
226 Постановление СНК СССР и ЦК ВКП(б) «Об обязательной поставке картофеля государству колхозами, колхозниками и единоличными хозяйствами» // Там же. С. 392.
227 Постановление СНК СССР и ЦК ВКП(б) «Об обязательных поставках семян масличных культур государству колхозами и единоличными хозяйствами // Там же. С. 416.
228 Важнейшие решения по сельскому хозяйству за 1938-1940 гг.... С. 365-373, 383.
229 Там же. С. 359.
230 Там же. С. 376-378.
231 Там же. С. 390-391.
232 Там же. С. 398-399.
233 ГАВО. Ф. 2666. Оп. 13. Д. 13. Л. 107.
234 История колхозного права. М„ 1958. Т. 2. С. 337.
146
рабочих и служащих, имеющие коз, привлекались к обязательным поставкам мяса государству235.
В послевоенные годы колхозный двор в зависимости от почвенноклиматической зоны обязан был сдавать 40-60 кг мяса, 120-280 л молока, 30-150 шт. яиц в год236. Лишь с 1953 г. годовые нормы обязательных поставок государству были снижены до 30 кг мяса, 60-110 л молока, 30-100 шт. яиц, 200-1100 г овечьей шерсти. С 1954 г. хозяйства, не имеющие скота в личном пользовании, перестали привлекаться к мясопоставкам, поставкам овчин и козлин, шерсти, сыра - брынзы237, хозяйства колхозников освобождались от обязательных поставок государству зерна238. С 1958 г. обязательные поставки всех сельхозпродуктов хозяйствами колхозников были отменены239.
Денежные повинности состояли из ряда государственных и местных налогов, государственных займов, других платежей. К первому типу в 1930-1960-е гг. относились сельскохозяйственный налог (введен в 1923 г.), налог на лошадей единоличных хозяйств (с 1938 г.), а также общие сборы со всего населения страны: с холостяков, одиноких и малосемейных граждан (с 1941 г.), рыболовный и билетный (разрешавший ловлю рыбы). С 1942 по 1946 г. все население страны привлекалось к уплате военного налога. Местные налоги включали в разные периоды сбор на нужды жилищного и культурно - бытового строительства (превратился в постоянно действующий платеж с 1933 г. и действовал до 1943 г.). По принятому в 1942 г. Указу о местных налогах и сборах сельское население привлекалось к уплате налога со строений, земельной ренты, разового сбора на колхозных рынках, сбора с владельцев транспортных средств (вплоть до велосипедов), сбора с владельцев скота. Кроме того, деревенские жители уплачивали налог со зрелищ, в том числе и на киноустановки. Почти каждая семья в сельской местности с конца 1930-х гг. выполняла так называемое «самообложение», которое объявлялось добровольным240.
Сельскохозяйственный налог в денежной форме был введен еще в 1923 г. Им облагались доходы личного хозяйства колхозников и единоличников. В 1939 г. его твердые ставки были заменены прогрессивны-
Постановление Совета Министров СССР и ЦК КПСС от 7 января 1955 г. «О порядке привлечения хозяйств рабочих и служащих, имеющих в личной собственности коз, к обязательным поставкам мяса государству» // http://base.consultant.ru/ eons/cgi/online.cgi?req=doc;base=ESU;n=22176.
“■ История крестьянства СССР. В 4 т. М., 1988. Т. 4. С. 179.
История колхозного права. Т. 2. С. 368.
История крестьянства СССР. Т. 4. С. 329.
Решения партии и правительства по хозяйственным вопросам. Т. 4. С. 428-434.
Марьяхин Г.Л. Очерки истории налогов с населения в СССР. М., 1964. С. 189, 190, 106-212.
147
ми, неоднократно повышавшимися в зависимости от размера дохода с приусадебного земельного участка, с коровы, мелкого скота и неземледельческих заработков. Рабочие и служащие, имеющие приусадебное хозяйство, стали привлекаться к уплате сельскохозяйственного налога на одинаковых основаниях с хозяйствами колхозников (от сельхозналога освобождались агрономы, зоотехники, землеустроители, ветеринарные врачи и фельдшеры, мелиораторы и техники по сельскому хозяйству, инженеры, старшие механики и директора МТС, МТМ и совхозов)241. В 1941 г. на период войны была введена «временная надбавка» к сельхозналогу в размере 100% (отменена в 1942 г. в связи с введением военного налога)242. В 1943 г. установленные государством средние по стране нормы доходности сельского хозяйства были увеличены в 3-4 раза243. Вновь возрос сельхозналог по постановлению Совмина СССР от 30 марта 1948 г. и Указам Президиума Верховного Совета СССР от 13 и 15 июня того же года на 30% по сравнению с 1947 г.244 Указом Президиума Верховного Совета СССР от 7 августа 1950 г. увеличивались расчетные нормы доходности по зерновым, картофелю, овощам245, а в 1952 г. была введена 7-процентная надбавка к облагаемому доходу на неучитываемые ранее доходы от молодняка скота и домашней птицы246 и впервые в налогообложение были включены доходы колхозников, получаемые по трудодням. В результате сумма сельхозналога заметно возросла247 248. Лишь в 1953 г. налог стал исчисляться по твердым ставкам с каждой сотой гектара земли, находящейся в личном подсобном хозяйстве, независимо от размера общей суммы доходов246, что привело к ощутимому его снижению.
Наиболее крупным был военный налог. В его основе лежал принцип подушного обложения. Сельское население уплачивало его по твердым ставкам, дифференцированным по областям и даже отдельным селениям в зависимости от размера доходов колхозного двора в данной местности.
Государственные займы представляли собой привлечение денежных или натуральных средств населения с обязательством их возврата государством по истечении определенного срока. Впервые они 241 Важнейшие решения по сельскому хозяйству за 1938-1940 гг. С. 118-119.
242 См., например: ГАВО. Ф. 1705. Оп. 11. Д. 14. Л. 13.
243 История социалистической экономики СССР. В 7 т. М„ 1978. Т. 5. С. 506.
244 Зима В.Ф. «Второе раскулачивание»... С. 116.
245 ГАВО. Ф. 1401. Оп. 3. Д. 835. Л. 182.
246 Попов В.П. Российская деревня после войны (июнь 1945 - март 1953 гг.) М., 1993. С. 148.
247 Зима В.Ф. «Второе раскулачивание»... С. 118.
248 Сборник законов СССР и Указов Президиума Верховного Совета СССР (1938- 1956). М„ 1956. С. 321.
148
были проведены в 1922-1923 гг. и имели натуральную форму. В конце 1922 г. и начале 1924 г. были выпущены первые денежные государственные выигрышные займы, превратившиеся с 1927 г. в ежегодные, причем размер их постоянно возрастал. Так, если заем 1936 г. составлял по СССР 4832 млн руб., то заем 1940 г. - уже более 9 млрд руб.249 Размещение государственных займов восстановления и развития народного хозяйства СССР проводилось до 1958 г.
В период 1930-1960-х гт. основной сферой исполнения отработочной повинности была занятость в общественном хозяйстве колхоза, составлявшая самую большую временную долю в трудовых затратах семей колхозников. В 1940 г. в РСФСР этот показатель был равен 70%, в 1943 г. - 71, в 1945 г. - 67, в 1950 г. - 67, в 1955 г. - 62, в 1961 г. - 68% времени, затраченного на работу взрослыми трудоспособными мужчинами и женщинами во всех сферах трудовой деятельности250. Отметим, что в северных и восточных областях Российского Нечерноземья эта доля была значительно больше, чем в южных и столичных регионах251.
Повышенную нагрузку по исполнению отработочной повинности в колхозе несли женщины. Так, в 1950 г. по РСФСР мужчины 16-59 лет отработали в колхозе 119 дней (1041 ч.), женщины 16-54 лет - 202 дня (1702 ч.), в 1953 г. - соответственно 113 дней (991 ч.) и 186 дней (1535 ч.), в 1955 г. - 119 дней (1020 ч.) и 187 дней (1546 ч.)252.
Наибольшая напряженность в исполнении отработочной повинности в колхозах падала на III квартал года. В 1959 г. в среднем по РСФСР трудоспособный колхозник-мужчина отработал в I квартале 72% общего числа календарных рабочих дней, во II - 82%, в III - 85% и в IV квартале - 74%, а женщина - соответственно 42, 59,65,48%253. При этом самую большую нагрузку несли животноводы (доярки, телятницы, свинарки и др.). В большинстве районов РСФСР в 1965 г. они выработали по 330-350 человеко-дней. Обусловлено это было технологией отрасли, требовавшей постоянного присутствия человека на рабочем месте. Председатели колхозов и старшие специалисты вырабатывали около 300 человеко-дней, шоферы - около 250. Наименьшее участие в исполнении колхозных работ в 1965 г. наблюдалось у колхозников, занятых на конно-ручных работах (160-230 человеко-дней)254.
Зверев А.Г. Государственные займы и вклады в сберегательные кассы. Госфи- низдат, 1957. С. 20-21; Государственные займы и народные сбережения в СССР. Вологда, 1941. С. 6.
Подсчитано по: ГАРФ. Ф. А-374. Оп. 7. Д. 428. Л. боб., 12об.; Д. 1214. Л. 5об., Юоб.; Д. 2094. Л. 14об„ 24об.; Оп. 3. Д. 12284. Л. 128об.; Оп. 32а. Д. 3265. Л. 3.
Безнин М.А. Крестьянский двор... С. 59.
Там же. С. 60, 64.
Там же. С. 76.
Там же. С. 78-79.
149
Государство регламентировало рабочий день колхозников. Указ от 1 августа 1940 г. предписывал во время уборки урожая начинать работу в колхозах до 5-6 ч. утра, а заканчивать с заходом солнца255.
Трудгужповинность на лесозаготовках выражалась в выполнении как подготовительных (строительство дорог для вывоза леса, бараков для жилья и т.д.), так и основных работ - рубка и вывоз леса. Число колхозников СССР, привлеченных на лесозаготовки в течение I квартала 1940/41 г., составляло 609 тыс. пеших и 305 тыс. возчиков с лошадьми. За I квартал 1947/48 г. -372,6 тыс. и 143,4 тыс., в 1950/51 г. - 338,2 тыс. и 101,6 тыс., в 1955/56 г. - 91,1 тыс. и 22,8 тыс.256 Относительная доля привлеченных сезонных работников (преимущественно колхозников) в лесозаготовках была весома и составляла в 1940 г. 36%, в 1946 г. - 40, в 1950 г. - 30, в 1955 г. - 12% от общего числа работающих в лесоэксплуатационной отрасли257. А до начала 1950-х гг. в наиболее напряженный осенне-зимний цикл численность привлеченных сезонных рабочих превосходила постоянные кадры леспромхозов. Выполнение этой повинности отвлекало довольно значительные трудовые ресурсы сельхозартелей. Вместе с торфоразработками в среднем по СССР во второй половине 1940-х гг. - не менее 4% трудоспособных колхозников25®, а по основным лесозаготовительным районам еще более. Например, в 1951 г. в Вологодской области - 9%, в Архангельской -17%259. Использование мужского и женского труда в этой сфере было неодинаковым в разные периоды. В Вологодской области в 1942/43 г. 60% общего числа работавших составляли женщины и подростки260. Кроме того, государство мобилизовывало в многолесные районы страны на сезонные работы колхозников из других, в основном малолесных, регионов (некоторые ограничения касались периода Отечественной войны). Сезонники прибывали из Рязанской, Ярославской, Курской, Орловской областей, Марийской, Мордовской, Чувашской АССР, Алтайского и Краснодарского краев и направлялись в Архангельскую, Вологодскую, Кировскую, Костромскую, Свердловскую и другие области. Доля вывезенной с участием колхозов древесины составляла в 1940 г.
255 Решения партии и правительства ... Т. 2. С. 763.
256 Лесная промышленность СССР. Стат, сборник. Л., 1957. С. 148. Данные приведены по СССР, но проведение основных лесозаготовительных мероприятий на территории РСФСР позволило авторам их использование.
257 Там же. С. 148.
258 История крестьянства СССР. T. 4. С. 148.
259 ГААО. Ф. 2063. Оп. 1. Д. 3665. Л. 36; Вологодский областной архив новейшей политической истории (ВОАНПИ). Ф. 2522. Оп. 19. Д. 190. Л. 43; РГАЭ. Ф. 1562. Оп. 324. Д. 4081. Л. 27.
260 ВОАНПИ. Ф. 2522. Оп. 3. Д. 309. Л. 161.
150
50%, в 1945 г. - 60, в 1950 г. - 47, в 1955 г. - 43%, вывезенных дров - в 1940 г. - 58%, в 1945 г. - 70, в 1950 г. - 62, в 1955 г. - 55%261.
Колхозники рассматривали отработочную повинность на лесозаготовках как тяжелую принудительную обязанность. Труд был ручным, бытовые условия крайне неблагоприятными. В 1940-е гт. жить приходилось в помещениях, где были оборудованы «нары, на которых рабочие спят без постельных принадлежностей, на голых досках», в невыносимой грязи и холоде262, тогда как даже военнопленные после войны обеспечивались на подобных работах «обмундированием, валенками, полушубками, ветированными брюками, комплектами постельных принадлежностей, продовольствием по установленной норме питания»263. Чтобы решить вопрос о снабжении продовольствием, председатели сельсоветов Вологодской области предлагали председателям колхозов «разложить задание в кубометрах на каждую колхозную семью с тем, чтобы они заплатили тем, кто был мобилизован в лес, определенное количество продуктов»264. Наиболее интенсивным труд в лесу был в период объявляемых стахановских или фронтовых (в период войны) месячников. На это время удлинялся рабочий день, паузы для отдыха регламентировались сигналами.
На торфоразработках, кроме подготовительных работ (корчевание пней, вывоз заготовленного торфа), колхозники использовались в торфодобыче (главным образом, в зимне-весенний сезон). По РСФСР для этих работ в 1944 г. было запланировано направить 40,9 тыс. человек, в 1953 г. - 35,3 тыс.265 Но выполнить задание обычно удавалось не более чем на 80%. Как и на лесозаготовках, здесь широко применялось привлечение рабочей силы из других областей. В 1944 г. ее доля должна была достичь 40%, в 1953 г. - 24%266. Основную часть мобилизуемых составляли женщины. Даже несмотря на принятие постановления СМ СССР в 1950 г. об их высвобождении с тяжелых работ в торфяной промышленности, в сезон 1952 г. на торфоразработках было задействовано лишь 9% мужчин (из общего числа привлеченных)267.
Дорожная повинность заключалась в обязанностях сельского населения строить и ремонтировать дороги, возводить переправы и мосты. Основную часть дорог страны к концу 1930-х гг. составляли грунтовые (87%). Для поддержания их в проезжем состоянии, постройки Лесная промышленность СССР. Стат, сборник. С. 56-57.
•'« ВОАНПИ. Ф. 2522. Оп. 3. Д. 470. Л. 9.
•ю Там же. Оп. 8. Д. 180. Л. 42.
’м Там же. Оп. 11. Д. 159. Л. 80.
ГАРФ. Ф. А-151. Оп. 1. Д. 655. Л. 375; Д. 2243. Л. 170.
•",е Там же.
Рассчитано по: ГАРФ. Ф. А-151. Оп. 1. Д. 2243. Л. 43, 50.
151
новых и ремонта в 1933-1937 гг. в СССР было привлечено 79 млн человек, 29,6 млн голов рабочего скота, 161 тыс. тракторов, 35 тыс. автомобилей268. Сельское население трудилось в этой сфере чрезвычайно интенсивно. Так, на реконструкции тракта Вологда - Череповец в 1940 г. ежедневно было задействовано от одной до 7 тыс. человек269, в годы Великой Отечественной войны на сооружении дороги Кизляр - Астрахань - более 20 тыс., железной дороги Старый Оскол - Ржава (Сараевка) - 25 тыс. человек270. Ежегодно по окончании весеннего сева проводился «месячник дорожных работ», во время которого на приведение в порядок дорог должно было выходить все сельское население. Республики, области, районы, сельсоветы, колхозы постоянно соревновались за досрочное выполнение годового плана работ. При этом большая часть затрат в этой области в 1930-1940-х гг. покрывалась за счет бесплатного труда сельского населения. В 1940 г. на местном дорожном строительстве в РСФСР271 таким образом было освоено 75% работ (в денежном выражении), в том числе 79% капиталовложений, 82% расходов по снегоборьбе, 84% - по озеленению272, а в годы Великой Отечественной войны, по данным Главного дорожного управления при СНК РСФСР, - все основные дорожные работы. Труд, особенно на местных дорогах, был немеханизированным (в 1937 г., например, его доля составляла 97%)273.
Основной объем работ (земляные, заготовка камня, мощение, вывозка песка, глины) приходился на июнь - октябрь. Естественно, отвлечение в этот период рабочих рук, тягловой силы и инвентаря колхозам было крайне невыгодно. Документы партийных и советских органов фиксируют случаи, когда колхозы «откупались» от этой повинности продуктами, фуражом, прибегали к найму рабочей силы со стороны, что категорически запрещалось законодательством. Участие сельского населения в дорожном строительстве было настолько весомым, что в 1940 г. правительство по предложению Госплана СССР утвердило на него годовой план по всем союзным республикам. Впоследствии такая практика стала неотъемлемой частью хозяйственной жизни страны.
В экстремальный для страны период Великой Отечественной войны спектр отработочной повинности был особенно широк. Так, колхоз268 Кудрявцев А.С. Очерки истории дорожного строительства в СССР. В 2 т. М., 1957. Т. 2. Послеоктябрьский период. С. 163-164.
269 Изюмова Л.В. К вопросу о дорожной повинности сельского населения в 1930- 40-е годы // Criterion. Череповец, 1999. Вып. 2. С. 55.
270 История социалистической экономики СССР. Т. 5. С. 428.
271 Без Приморского края.
272 ГАРФ. Ф. А-399. Оп. 1. Д. 37. Л. 9,12.
273 Подсчитано по: Кудрявцев А.С. Очерки истории дорожного строительства... С. 176.
152
ников Вологодской области вместе с эвакуированным и неработающим городским населением привлекали к строительству оборонных сооружений, железнодорожных путей, к заготовкам дров для паровозов. Для Москвы и коммунально-бытовых нужд Московской области эти работы выполнялись сельчанами Калининской, Рязанской, Тамбовской, Ярославской, Ивановской, Тульской и других областей274.
Выполнение натурально-продуктовых повинностей колхозниками было весьма масштабным. Однако численность привлекаемых к выполнению колхозных дворов в разные периоды была неодинакова. В годы Великой Отечественной войны она снизилось в сравнении с довоенным временем за счет исключения хозяйств нетрудоспособных из-за преклонного возраста сельчан, не имеющих трудоспособных членов семьи, хозяйств престарелых, сыновья которых находились на действительной военной службе, а в семьях остались жены с детьми до 7 лет; хозяйств красноармейцев, находившихся на действительной военной службе, если в семьях остались их жены с детьми до 7 лет; хозяйств инвалидов войны и труда 1-й и 2-й групп275. В послевоенный период число льготников стало сокращаться, и вновь увеличилось оно лишь в середине 1950-х гг. Так, в Вологодской области к мясопоставкам в 1939 г. было привлечено 224,7 тыс. дворов, в 1944 г. -121,7 тыс., в 1948 г. - 140,3 тыс. дворов, в 1951 г. - 165,4 тыс., в 1956 г. - 140,5 тыс. дворов, к молокопоставкам - соответственно 145,8 тыс., 69,1 тыс., 152,5 тыс., 148,6 тыс., 103,9 тыс., к яйцепоставкам - соответственно 117,6 тыс., 132,8 тыс., 151,6 тыс., 121,3 тыс. дворов колхозников276. Та же динамика характеризует и долю хозяйств, привлекаемых к сдаче обязательных поставок. В этой же области в 1940 г. к мясопоставкам было привлечено 92% хозяйств, в 1948 г. - 69%, в 1951 и 1956 гг. - по 90% дворов, к молокопоставкам - соответственно 64, 75, 81, и 66% колхозных дворов277.
С 1940 по 1950 г. шел постоянный рост размера поставок с каждого колхозного двора. Так, в Алтайском крае в 1940 г. он равнялся в среднем 27,8 кг мяса, в 1950 г. - 37,8 кг, молока соответственно 179 и 237 л, шерсти - 4,1 и 4,4 кг. В Московской области эти показатели составляли 28 и 41,3 кг; 133 и 237 л; 1,02 и 1,03 кг. В Вологодской области - 29,5 и 31,3 кг; 190 и 251 л; 0,6 и 1,6 кг278. В годы Великой Отечественной войны
т ГАРФ. Ф. А-151. Оп. 1. Д. 655. Л. 298, 300.
'75 Важнейшие решения по сельскому хозяйству за 1938-1940 годы. С. 386-387, 392-393.
-/6 РГАЭ. Ф. 8040. Оп. 3. Д. 2899. Л. 52, 55, 57, 61; Оп. 6. Д. 177. Л. 5, 5об.; ГАВО. Ф. 2666. Оп. 3. Д. 1386. Л. 42; Д. 1392. Л. 357об.
■" Рассчитано по: Там же; Сводные годовые отчеты колхозов Вологодской области за указанные годы.
Попов В.П. Крестьянские налоги... С. 111.
153
силы колхозного двора были подорваны, в связи с чем, несмотря на отмеченную тенденцию, в общей массе государственных заготовок доля продукции приусадебных хозяйств снизилась довольно значительно. Например, в Архангельской области она составляла: по мясу в 1940 г.
- 23%, а в 1943 г. - 13%, по молоку - 16 и 12%; в Омской области - соответственно 27 и 14%, 31 и 16%. Хотя подобная картина отмечалась не повсеместно. По Московской области эти данные оставались в годы войны неизменными или возрастали279.
Обязательные поставки продуктов питания и сырья являлись весомой частью от произведенного на приусадебных участках. Хозяйства российских колхозников, выполнившие их, лишались: 9% молока в 1940 г.; 5 - в 1943 г.; 4,5 - в 1945 г.; 9% - в 1948 г.; 19, 13, 11 и 16% овечьей шерсти соответственно; 12,42,40 и 38% сырья овчины и козлины; 13% яиц в 1943 г., 21% - в 1948 г.280 Это свидетельствовало о высокой доле отчуждения продукции, производимой в приусадебном хозяйстве. В 1950 г. по СССР из 21,7 кг мяса, полученного на одного члена семьи, почти 5 кг отчуждалось (продавалось или сдавалось в госпоставки), из 63,6 шт. яиц более 11 шт. сдавалось по госпоставкам281. Кроме того, поскольку мясо и яйца должны были сдаваться независимо от наличия в хозяйствах скота и птицы, государство допускало их замену другими продуктами или деньгами по рыночной стоимости, превышающей государственные розничные цены. Так, в Вологодской области в счет мясопоставок можно была сдать овощи, молоко, яйца; в Алтайском крае
- лук, молоко, шерсть. Замена проводилась по специальным переводным коэффициентам. В 1954 г., когда была разрешена замена обязательных натуральных поставок денежными выплатами, на эти цели ушло 13% расходов колхозных семей Вологодской области282.
Лишь к середине 1950-х гг. доля продукции приусадебных хозяйств, сдаваемой в счет обязательных поставок, значительно сокращается. В 1957 г. дворы российских колхозников сдавали в госпоставки 10% шерсти; 0,5% кож крупного рогатого скота; 4% яиц283.
Как правило, выполнение обязательств разбивалось на 2-4 календарных срока сдачи (это не касалось зерна, в том числе и риса, а также картофеля, сдававшихся из первых обмолотов и сборов). По мясу в I квартале надлежало сдать 30%, во II квартале - 15, в III - 25, в IV - 279 Рассчитано по: РГАЭ. Ф. 8040. Оп. 6. Д. 177. Л. 2, 2об., 5, 5об., 25,25об„ 29, 29об.
280 Рассчитано по: ГАРФ. Ф. А-374. Оп. 7. Д. 439. Л. 3, Зоб., 4, 4об., 32, 32об., 33, 33 об.; Д. 1214. Л. 2, 2об„ 3, Зоб.; Д. 2094. Л. 11, 11об., 12, 12об„ 21, 21об„ 22, 22об.; Д. 3478. Л. 2, 2об„ 4, 4об.
291 История крестьянства СССР. Т. 4. С. 179.
282 Рассчитано по: РГАЭ. Ф. 1562. Оп. 26. Д. 366. Л. 21, 55, 89, 109.
283 Рассчитано по: ГАРФ. Ф. А-374. Оп. 30. Д. 12254. Л. 85, 85об„ 84, 84об.
154
30%; по шерсти - к 1 августа - 60%, к 15 ноября - оставшиеся 40%284. Недоимки по поставкам, как правило, не списывались, а переходили на следующий год.
В целом, исполнение натурально-продуктовой повинности вносило весомый вклад в государственные закупки продуктов растениеводства и животноводства. По картофелю доля хозяйств колхозников РСФСР (вместе с хозяйствами рабочих и служащих) в государственных закупках и заготовках составляла в 1940 г. 30%, в 1950 г. -40%, по мясу скота и птицы - соответственно 25 и 29%, яйцам - 100 и 55%, молоку - 26 и 40%, шерсти - 22 и 20%285.
В системе денежных повинностей сельского населения ведущее место занимал сельскохозяйственный налог. До 1933 г. он взимался с дохода от необобществленной части хозяйства колхозного двора, в 1933-1938 гг. стал рассчитываться по твердым ставкам - от 15 до 30 руб. на хозяйство, с 1938 г. - по единой ставке для всех колхозников в каждом районе (независимо от размера дохода) - от 10 до 50 руб. на хозяйство286. В 1939 г. правительство ввело прогрессивные ставки налогообложения. Тогда же были установлены средние нормы доходности от сельскохозяйственных источников. Для РСФСР они составляли: 5,4 руб. с одной сотой гектара посева зерновых, 12 руб. - картофеля, 600 руб. с каждой коровы, 300 руб. - свиньи, 40 руб. - овцы или козы, 300 руб. - вола или быка287. В 1940-е гг. нормы доходности значительно возросли и составили: 40 руб. с одной сотой гектара посева зерновых, 120 руб. - картофеля, 3500 руб. с каждой коровы, 1500 руб - свиньи, 350 руб. - овцы или козы, 1300 руб. - вола или быка288. С 1 июля 1953 г. обложение сельхозналогом производилось по твердым ставкам с одной сотой гектара приусадебной земли независимо от общего дохода хозяйства. Средняя ставка сельхозналога по РСФСР устанавливалась в размере 8,5 руб. с сотки289. С 1939 по 1953 г. доходы колхозного двора рассчитывались финансовыми органами, исходя из идеальных условий, без учета реального состояния многих хозяйств. Из общей суммы сельхозналога 50% падало на доходы от скота290.
284 Важнейшие решения по сельскому хозяйству за 1938-1940 годы. С. 371, 380, 387.
285 Рассчитано по: Народное хозяйство РСФСР в 1970 г. Стат, ежегодник. М., 1971. С. 221,259.
288 Попов В.П. Крестьянские налоги... С. 100.
287 Важнейшие решения по сельскому хозяйству за 1938-1940 годы. С. 120.
288 Попов В.П. Крестьянские налоги... С. 101.
Сборник законов СССР и Указов Президиума Верховного Совета СССР (1938- 1956). М., 1956. С. 321-322.
■"вд Попов В.П. Крестьянские налоги... С. 104; Марьяхин Г.Л. Очерки истории налогов с населения СССР... С. 215.
155
В 1939 г. были установлены прогрессивные ставки: при доходе до 700 руб. в год налог составлял 50 руб. на хозяйство, при доходе от 700 до 1000 руб. - 50 руб. и 8 коп. с каждого рубля дохода свыше 700 руб. и т.д. Наивысший облагаемый доход был определен в 4 тыс. руб. - с него взимался налог в размере 404 руб. плюс 15 коп. с каждого руб. дохода свыше 4 тыс. руб.291 Уровень прогрессии при действующей шкале ставок составлял от 7 до 10%. В 1948 г. ставки сельхозналога «ввиду роста доходов колхозников от ЛПХ» были увеличены и составляли: с дохода до 2 тыс. руб. - по 11 коп. с рубля дохода, от 2 тыс. до 3 тыс. руб. - 220 руб. с хозяйства плюс по 13 коп. с каждого рубля свыше 2 тыс., при доходности от 3 тыс. до 4 тыс. руб. - 350 руб. и плюс по 16 коп. с дохода, превышающего 4 тыс., и т.д.292 Возрос и уровень прогрессии. Теперь он составлял от 9 до 11 % от размера облагаемого дохода. Причем в большей степени от тяжести налога страдали маломощные дворы.
Закон о сельхозналоге 1939 г. вводил льготы до 50% предъявленной суммы для хозяйств колхозников и единоличников, в состав которых входили инвалиды войны и труда 1-й и 2-й групп. Скидка в 15% предназначалась для семей, где при наличии одного трудоспособного имелось трое и более детей или при наличии двух трудоспособных членов семьи имелось трое и более детей в возрасте до 12 лет. Полностью освобождались от уплаты этого сбора хозяйства престарелых колхозников и единоличников, инвалидов войны и труда, а также те хозяйства, где сын или глава семьи находился на действительной военной службе, а в семье не осталось других трудоспособных, кроме жены военнослужащего, имеющей детей до 8-летнего возраста293. В 1945 г. от уплаты налога полностью освобождались хозяйства инвалидов Великой Отечественной войны 1-й и 2-й группы294. Однако по законодательству 1948 г. отменялись льготы хозяйствам многодетных колхозников, престарелых единоличников и наполовину сокращались льготы для престарелых колхозников. В результате величина всех предоставляемых льгот, например, в Вологодской области в 1948 г. уменьшилась по сравнению с 1947 г. на 31%295. Снова льготы были расширены в 1953 г., когда сумма сельхозналога понижалась на 50% для хозяйств, не имеющих коров, и еще на 30% - в 1954 г.296
291 Важнейшие решения по сельскому хозяйству за 1938-1940 годы. С. 121.
292 ГАВО. Ф. 1401. Оп. 3. Д. 487. Л. 7.
293 Важнейшие решения по сельскому хозяйству за 1938-1940 годы. С. 124-125.
294 Попов В.П. Крестьянские налоги... С. 102.
295 ГАВО. Ф. 1401. Оп. 3. Д. 487. Л. 7.
296 Сборник законов СССР и Указов Президиума Верховного Совета СССР (1938- 1956). С. 322.
156
Общее число хозяйств колхозников РСФСР, привлеченных к уплате сельхозналога, в 1941 г. составляло 8078 тыс., в 1945 г. - 10 643 тыс. дворов, в 1954 г. оно понизилось до 8885 тыс.297
Средняя величина этого налога на колхозный двор в РСФСР резко возросла в период Великой Отечественной войны. Если в 1937 г. в среднем он составлял 29 руб. в год, то в 1942 г. возрос до 135 руб., в 1943 г. - до 691, а к 1944 - до 770 руб.298 После войны произошло его некоторое снижение, но с 1948 г. по начало 1950-х гг. существовала устойчивая тенденция к возрастанию (в 1947 г. - 374 руб., в 1948 г. - 508, в 1951 г. - 519 руб.299). С 1953 г. снова шло его снижение. Средняя его величина по РСФСР составляла в 1954 г. 300 руб., в 1955 г. - 287, а в 1965 г. - 16,6 руб. (166 руб. в масштабе цен до 1961 г.)300.
При этом по регионам РСФСР цифры заметно различались. Так, к 1951 г. в Красноярском крае, Воронежской, Иркутской, Калужской, Калининградской, Курской, Новосибирской, Тульской, Кемеровской областях этот показатель был от 600 до 700 руб., в Алтайском крае, Брянской, Великолукской, Владимирской, Ивановской, Костромской, Кировской, Молотовской, Орловской, Смоленской, Рязанской, Саратовской, Томской, Ярославской, Куйбышевской, Ленинградской, Московской, Омской, Калининской областях - от 500 до 600 руб., в остальных краях и автономных республиках - менее 500 руб., в том числе в Якутской АССР и районах Псковской области, отошедших от Латвии и Эстонии, - 172 руб., и Тувинской АО - 100 руб. Наиболее высоким он был в Амурской области - 1178 руб. и Приморском крае301.
В среднем по РСФСР доля уплаты сельхозналога составляла в 1942 г. 9,6%, в 1943 г. - 6% дохода колхозного двора302. В послевоенный период в Вологодской области, например, он изымал 10% всех денежных доходов колхозного двора. Лишь к 1955 г. этот показатель снизился до 4%, а к 1959 г. - до 1,6%303. Возможность рассчитаться по сельхозналогу осложнялась и тем, что получить в деревне хоть какие-то деньги для уплаты сельхозналога было не просто - большая доля колхозов вообще не выдавала денег на трудодни. Торговать на рынке имели возможность далеко не все. Кроме того, цены на рынках после войны ■'jr РГАЭ. Ф. 7733. Оп. 28. Д. 629. Л. 17; Оп. 30. Д. 1055. Л. 3; Оп. 44. Д. 692. Л. 28. Там же. Оп. 16. Д. 1029. Л. 105; Оп. 30. Д. 970. Л. 136; РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 123.
Д. 140. Л. 4, 55.
• РГАЭ. Ф. 7733. Оп. 33. Д. 1007. Л. 6; Оп. 38. Д. 1129. Л. 5.
Там же. Оп. 44. Д. 692. Л. 34; Оп. 56. Д. 439. Л. 3.1965 г. - расчетно.
Там же. Оп. 38. Д. 1129. Л. 5. 6.
Рассчитано по: РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 123. Д. 140. Л. 45, 55.
"" Рассчитано по: ГАВО. Ф. 1401. Оп. 3. Д. 1514. Л. 7; Д. 2315. Л. 27; Оп. 4. Д. 394. Л. 8об.; Безнин М.А. Материальное положение колхозников Российского Нечерноземья в 1950-1965 гг. В 2 ч. Вологда, 1988. Ч. 1. С. 29.
157
сильно упали: на зерновые и молоко в 1947 г. по сравнению с 1942 г. - в 15 раз, картофель - в 26 раз, баранину и свинину - в 10 раз304. Поэтому численность недоимщиков по сельхозналогу постоянно возрастала. Среди них основное место занимали «безнадежные недоимщики» - хозяйства престарелых, вдов. По закону 1953 г. все недоимки хозяйств колхозников были списаны.
До 1937 г. исчисление и взимание налогов с сельского населения выполняли сельсоветы. В 1937 г. правительство утвердило положение о налоговых инспекторах и ревизорах, штат которых в РСФСР составлял в 1938 г. 32,3 тыс., в 1945 г. - 42 тыс. человек305. В функции инспекторов (агентов) входили учет всех источников дохода семьи путем опроса домохозяина, исчисление налоговых платежей, предоставление льгот по оплате. Собранные данные сверялись с записями похозяй- ственных книг сельсоветов и материалами предыдущего обложения. Не менее важной задачей для налогового агента считалась организация своевременного сбора сельхозналога. С конца 1950-х гг. исчисление и взимание сельхозналога с хозяйств колхозников стало производиться правлениями колхозов (при этом значительно сокращалось количество налоговых инспекторов)306. По закону 1939 г. сельхозналог уплачивался равными долями в три срока: к 1 октября, 1 ноября и 1 декабря. С 1953 г. 40% суммы налога подлежало взносу в первом полугодии и 60% - во втором.
В годы Великой Отечественной войны наиболее тяжелым был военный налог, являвшийся подушным. Круг лиц, освобожденных от него, был значительно уже, чем по сельхозналогу. Размеры налога до 1943 г. определялись в пределах от 150 до 600 руб. в год с члена хозяйства307. Средняя ставка на одного колхозника и единоличника в Псковской, Грозненской областях равнялась 200 руб., в Краснодарском и Ставропольском краях - 270 руб., Марийской, Мордовской АССР - 400 руб., Курганской и Томской областях - 450 руб., Владимирской - 500 руб.308 На протяжении войны налог возрастал. В 1942 г. в РСФСР он составлял 492 руб., а в 1943 г. - 803 руб. с колхозного двора. Соответственно рос и его удельный вес в доходах двора: с 4% в 1942 г. до 7% в 1943 г.309
Что касается местных налогов и сборов, то их подробное рассмотрение - дело будущих исследований. Тем не менее и у них имела место тенденция к повышению по крайней мере до середины 304 Рассчитано по: РГАЗ. Ф. 7733. Оп. 33. Д. 925. Л. 170, 171.
305 РГАЭ. Ф. 7733. Оп. 16. Д. 1003. Л. 142; Оп. 30. Д. 970. Л. 4.
306 Там же. Оп. 48. Д. 357. Л. 1, 102.
307 Там же. Оп. 28. Д. 638. Л. 4.
306 Попов В.П. Крестьянские налоги... С. 102-103.
309 РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 123. Д. 140. Л. 4, 55.
158
1950-х гг. Так, по СССР в 1944 г. они в 3 раза превысили уровень 1940 г., составив 20% доходов местных бюджетов, с 1945 по 1950 г. увеличились с 12 руб. до 25 руб. на колхозный двор, или с 0,7% до 2,1% от размера его денежных доходов310. Заметно также возрастание их отдельных видов. Так, в бюджет Вологодской области поступления от налога со строений возросли с 1945 по 1950 г. с 3905 тыс. руб. до 5554 тыс., от земельной ренты - соответственно с 2864 тыс. руб. до 4013 тыс., сбор с владельцев транспортных средств - с 18 тыс. руб. до 53 тыс., сбор с владельцев скота - со 104 тыс. руб. до 221 тыс.311
В целом доля налогов и сборов в денежном доходе крестьянского двора РСФСР составила в 1940 г. - 4%, в 1948 г. возросла до 14%, а в 1957 г. сократилась до 1 %312.
Подписка на госзаймы, как и участие в денежно-вещевых лотереях, для колхозников формально были добровольными. Тем не менее государство считало эти формы важным каналом мобилизации финансов. За годы войны (с 1942 по 1945 г.) крестьянство СССР внесло в счет займа 27 837 млн руб., что составило треть от общегосударственной подписки313. Объемы займов до начала 1950-х гг. возрастали. Так, средняя сумма подписки на 1 хозяйство колхозника составила в Архангельской области в 1950 г. 131 руб., в 1951 г. - 169 руб., в Вологодской области в 1949 г. - 162 руб., в 1951 г. - 197 руб. В 1956 г. средняя сумма подписки дворов колхозников в РСФСР равнялась 173 руб.314 В 1940 г. расходы двора на эти цели были равны 2,4%, в 1950 г. - 3,4%, в 1957 г. - 0,2% денежных доходов315.
Вся подписка контролировалась партийными органами. Активно руководили кампанией советские и финансовые работники. Особое значение придавалось массовости участия в ней сельских жителей. Одновременно с размещением займа считалось важным собрать наличными не менее 50% от подписной суммы. Для этого с начала 1950-х гг. к моменту объявления подписки на заем стремились организовать торговлю сельхозпродуктами, рассчитаться с колхозниками по трудодням и т.д. Между колхозниками, колхозами, сельсоветами проводилось соревнование за наивысшую сумму подписки, выполнение плана по займу. Сводки о ходе подписной кампании ежедневно публиковались в газетах. Хотя нарушение принципов добровольности в за-
История социалистической экономики. Т. 5. С. 506; История крестьянства СССР. Г 4. С. 182.
ГАВО. Ф. 1401. Оп. 1. Д. 809. Л. 3; Оп. 3. Д. 748. Л. 5.
ГАРФ. Ф. А-374. Оп. 30. Д. 7544. Л. 9, 9об.; Д. 12284. Л. 95об.
История социалистической экономики. T. 5. С. 502.
ГААО. ОДСПИ. Ф. 296. Оп. 2. Д. 1083. Л. 102; Д. 885. Л. 11; ГАВО. Ф. 3018. Оп. 14. Д. 6. Л. 1; Оп. 15. Д. 15. Л. 147; Д. 16. Л. 107; ГАРФ. Ф. А-472. Оп. 1. Д. 1499. Л. 82. ” ■ ГАРФ. Ф. А-374. On. 30. Д. 7544. Л. 9, 9об.; Д. 12284. Л. 95об.
159
емной кампании строго запрещалось, разверсточный принцип на низовом уровне нередко был весьма распространенным. Бывали случаи удержания взносов из сумм, причитающихся колхозникам по трудодням, принуждения и т.п.
В целом денежные повинности крестьянства, достигнув своего пика к началу 1950-х гг., резко сокращаются после 1953 г. вследствие смягчения налоговой политики в отношении индивидуального уклада. Доля расходов на уплату налогов и сборов, приобретение облигаций и подписку на госзаем составляла в 1940 г. 6,4%, в 1948 г. - 17, в 1950 г. - 18, в 1956 - 1,8% денежных доходов колхозного двора. Наиболее высокий уровень денежных повинностей наблюдается в 1950- 1952 гг. - до 20% доходов бюджета хозяйства. В середине 1960-х гг. денежные повинности значительно сокращаются. К 1963 г., например, их доля уже не превышает 1,9% доходов колхозной семьи316.
Наличие многообразных повинностей требовало действенных методов обеспечения их реализации. Особенности существовавшей модели экономики предопределяли, в первую очередь, внеэкономический характер этих методов.
В соответствии с Примерным Уставом сельхозартели 1935 г. трудоспособные члены колхоза, не выработавшие минимума трудодней, подлежали исключению из него и теряли права члена колхоза317 318. За «невыход без уважительных причин на работу», недоброкачественный труд и за другие нарушения устава к колхознику могли быть применены следующие взыскания: переделка недоброкачественно выполненного задания без начисления трудодней, предупреждение, выговор, порицание на общем собрании, занесение на черную доску, штраф до 5 трудодней, перемещение на низкооплачиваемую работу, временное отстранение от работы. Крайней мерой воздействия считалось исключение из колхоза316.
В годы войны в соответствии с Указом Президиума Верховного Совета СССР от 15 февраля 1942 г. трудоспособные колхозники, не выработавшие без уважительных причин обязательного минимума трудодней в том или ином сезоне, предавались суду и карались исправительно-трудовыми работами в колхозе сроком до 6 месяцев с удержанием из оплаты до 25% трудодней в пользу сельхозартели. Кроме того, они лишались приусадебного участка319. Только за 5 месяцев (июнь - октябрь) 1942 г. народные суды РСФСР рассмотрели дела 316 Безнин М.А. Материальное положение колхозников... Ч. 1. С. 35, 39; Он же. Крестьянский двор в Российском Нечерноземье 1950-1965... С. 211.
317 Важнейшие решения по сельскому хозяйству за 1938-1940 годы. С. 41-47.
318 Примерный Устав сельскохозяйственной артели. М., 1946. С. 55.
319 Важнейшие решения по сельскому хозяйству за 1938-1946 гг. С. 310-311.
160
такого рода в отношении 151 тыс. колхозников, из них 117 тыс. были осуждены320. Постановлением правительства от 31 мая 1947 г. судебная ответственность колхозников сохранялась и в мирное время. Согласно Указу Президиума Верховного Совета СССР от 2 июня 1948 г.321 лица, уклоняющиеся от работы в общественном хозяйстве, подлежали выселению в отдаленные районы страны сроком до 8 лет. Решение о высылке принималось общим собранием колхозников. За лето 1948 г. в РСФСР были выселены в отдаленные районы страны 12 тыс. колхозников, «злостно уклонявшихся от трудовой деятельности»322. Выселения продолжались по крайней мере до начала 1960-х гг., хотя и в меньших масштабах. Тем не менее жесткая политика в отношении уклонявшихся от исполнения отработочной повинности в колхозе не принесла ожидаемых результатов. Практически сразу после войны в высших органах государственной власти обсуждался вопрос о ее низкой эффективности. В 1947 г. в докладной записке заведующего отделом Совета по делам колхозов В. Чувикова и Ф. Иваницкого А. Андрееву отмечалось, что «привлечение к судебной ответственности колхозников за невыработку минимума трудодней не дает должных результатов и в то же время ведет к массовой судимости колхозников». Предлагалось «заменить меры судебного порядка мерами экономического воздействия»323. В 1951 г. на это же указывал заместитель министра сельского хозяйства СССР С. Хоштария в докладной записке Г. Маленкову, предлагая заменить существующие меры воздействия лишением части приусадебного участка, отменой льгот по налогам и поставкам и другими мерами, применяемыми ко всему двору324 *. По Закону о сельхозналоге 1953 г. было предусмотрено увеличение на 50% ставки налога для хозяйств, отдельные члены которых не вырабатывали без уважительных причин установленного минимума трудодней329. После выхода Постановления ЦК КПСС и СМ СССР от 6 марта 1956 г. колхозы получили право включать в уставы меры, предложенные С. Хоштарией. Кроме того, по усмотрению правлений такие хозяйства могли быть лишены приусадебных участков, а также прав пользования выпасами и сенокосами326 * *.
РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 123. Д. 138. Л. 22.
,2' Попов В.П. Неизвестная инициатива Хрущева // Отечественные архивы. 1993.
№2. С. 31.
122 Зима В.Ф. Голод в СССР 1946-1947 годов: происхождение и последствия. М.,
1996. С. 188.
,,J Попов В.П. Российская деревня после войны... С. 166.
РГАЭ. Ф. 7486. Оп. 7. Д. 1962а. Л. 85.
,л Сборник законов СССР и Указов Президиума Верховного Совета СССР 1938-
1956. С. 323.
Решения партии и правительства... Т. 4. С. 295, 296.
161
Меры принудительного порядка в середине 1960-х гг. постепенно затухают. Согласно принятому в 1969 г. Ill Всесоюзным съездом колхозников Примерному Уставу, правления колхозов могли частично или полностью лишать нарушителей дисциплины дополнительной оплаты или других видов материального поощрения. Крайней мерой ответственности оставалось исключение из колхоза. С 1972 г. Указом Президиума Верховного Совета СССР отменялось 50-процентное повышение суммы сельхозналога с хозяйств колхозников, отдельные члены семей которых без уважительных причин не выработали в истекшем году установленного минимума трудодней327.
Привлечение колхозников к работе в общественном хозяйстве колхоза стало стимулироваться материально. Советом министров СССР неоднократно принимались постановления, в которых рекомендовалось распределять доходы в колхозе с учетом урожая, собранного бригадой, звеном, а в животноводстве - в зависимости от полученной продукции328. В Примерном Уставе колхоза 1969 г. впервые были закреплены уже сложившиеся на практике меры поощрения за добросовестный труд в общественном хозяйстве колхоза: объявление благодарности, выдача премии, награждение Почетной грамотой, занесение на Доску почета, присвоение звания «Заслуженный колхозник» и др.329
Методы привлечения к лесозаготовкам также содержали немало карательно-репрессивных мер. Невыполнение «безусловно установленных заданий» или уклонение от лесозаготовок преследовалось по суду. В военные годы ответственность за это была ужесточена. «Виновные» привлекались к ответственности по ст. 61 УК РСФСР. Предварительное расследование дел этой категории отменялось: они передавались администрацией лесозаготовительных предприятий непосредственно в суд330.
За уклонение от участия в дорожном строительстве Постановлением ЦИК и СНК СССР 1936 г. предусматривался штраф в двойном размере от стоимости невыполненных работ, взыскиваемый дорожными органами в бессрочном порядке331. Но основными методами привлечения сельского населения к дорожному строительству были административно-принудительные. Так, с 1939 г. широкое распространение получил «ферганский метод» (по аналогии со строительством в 327 Ленинская аграрная политика КПСС. Сборник важнейших документов (март 1965 -июль 1978). М„ 1978. С. 351.
328 См., например: Решения партии и правительства по хозяйственным вопросам. Т. 3. С. 469-482.
329 Решения партии и правительства по сельскому хозяйству (1965-1974). М., 1975. С. 387-388.
330 ГАВО. Ф. 1727. Оп. 4. Д. 287. Л. 3, 4.
331 История колхозного права. М., 1959. Т. 1. С. 479.
162
республиках Средней Азии Большого Ферганского канала им. Сталина) скоростное строительство с ненормированным привлечением населения, прежде всего колхозников. Апробирован этот метод был в дорожном строительстве Ярославской области. К 7 ноября 1940 г. силами населения была построена дорога Ярославль - Рыбинск протяженностью 80 км. В том же году в РСФСР аналогичным способом было построено около 6000 км дорог, в том числе Горький - Муром - Кулебаки протяженностью 230 км, Элиста - Дивное, Воронеж - Острогожск, Орел
Елец - Ливны332. Эти методы в качестве Народной стройки широко применялись и в дальнейшем. Во второй половине 1950-х гг. методом народных строек были сооружены дороги в Горьковской (более 300 км) и Рязанской областях (603 км)333.
Но несмотря на все принимаемые меры, к концу 1940 - началу 1950-х гг. колхозники принимали все меньшее участие в несении дорожной повинности. В Вологодской области, например, ежегодно удавалось привлечь на дорожные работы не более 16-25 % сельского населения, обязанного нести эту повинность334.
За неисполнение натурально-продуктовых повинностей колхознику грозила опись и изъятие имущества. До 1937 г. изъятие имущества проводилось в «бесспорном порядке», т.е. путем административного распоряжения заготовительных органов. С 1937 г. постановление ЦИК и СНК СССР устанавливало, что изъятие имущества для покрытия недоимок может быть проведено лишь по решению народного суда, причем должник имел право рассчитаться, не дожидаясь суда, после письменного предупреждения. Тогда же определялось, что у него не могли быть изъяты и проданы в покрытие недоимок жилой дом, единственная корова, более половины разрешенной для содержания в хозяйстве по Уставу сельхозартели домашней птицы, овец, коз и свиней, предметы обихода, служащие для личного пользования, продукты питания, необходимые для семьи до нового урожая335. Меры ответственности к невыполняющим натурально-продуктовую повинность были ужесточены в годы Великой Отечественной войны. Постановлением СНК СССР от 24 ноября 1942 г. предписывалась возможность взыскания недоимки с хозяйства районным уполномоченным Наркомата заготовок «в бесспорном порядке». При повторном попадании хозяйства в разряд должников ему грозила уголовная ответственность (исправительно- трудовые работы до 1 года, а также лишение свободы на срок до Кудрявцев А.С. Очерки истории дорожного строительства в СССР... Т. 2. С. 207.
m ГАВО. Ф. 1300. Ол. 1. Д. 1192. Л. 54.
,;м Там же. Д. 922. Л. 20.
'«■ ВОАНПИ. Ф. 1858. Оп. 2. Д. 741. Л. 140.
163
2 лет с конфискацией имущества)336. В 1945 г. действие этого постановления было продлено на послевоенный период и находило широкое применение. Так, за 1947 г. по РСФСР были переданы в суд дела на 15,8 тыс. хозяйств - недоимщиков по обязательным поставкам кожсырья, на 132 тыс. хозяйств - по поставкам яиц, на 231 тыс. - по молокопоставкам. В целом доля привлеченных за это к суду не превышала 0,5-2% численности всех обязанных участвовать в госпоставках колхозных дворов337. Репрессивные методы были нацелены на поддержание атмосферы страха, так как ликвидировать недоимки с их помощью было невозможно. Уголовная ответственность за эту «провинность» была отменена лишь в 1954 г. По постановлению Совета министров СССР от 13 апреля 1954 г. основным наказанием стал штраф в размере одно-двукратной стоимости несданных продуктов, а также лишение права пользования приусадебным участком на срок до 2 лет. Сохранились в качестве наказания опись имущества и изъятие продуктов «в бесспорном порядке»338. Решения эти принимались уже не судом, а райисполкомами.
Уголовная ответственность предполагалась также и за укрытие источников дохода. В случае неуплаты сельхозналога к недоимщикам принимались меры взыскания: за просрочку платежа взималась пеня (0,2% за каждый день просрочки). По истечении срока уплаты сельхозналога имущество недоимщика описывалось и могло быть по решению суда изъято в погашение недоимок. Подача жалоб и заявлений не приостанавливала взыскания налогов339. Для своевременного сбора сельхозналога предпринимались и массовые пропагандистские меры: обращения колхозников о расчете по платежам сельхозналога, обязательства о полной выплате налога к знаменательным датам и т.д.
336 РГАЭ. Ф. 7733. Оп. 31. Д. 1319. Л. 26.
337 Рассчитано по: РГАЭ. Ф. 8040. Оп. 3. Д. 803. Л. 131, 132,134.
336 ГАВО. Ф. 2666. Оп. 4. Д. 354. Л. 26.
339 Важнейшие решения по сельскому хозяйству за 1938-1940 годы. С. 126.
164
§ 3. Переход от повинностей к экономической форме эксплуатации труда
С конца 1950-х гг. ведущим в сельском хозяйстве России становится принцип экономического принуждения к труду. Утвердившийся сельский госкапитализм сделал систему поземельных отношений более свободной, земля освободилась от тягловых обязательств. С 1958 г. были отменены обязательные государственные поставки сельхозпродуктов колхозами, колхозными дворами, хозяйствами рабочих и служащих, а также натуроплата колхозов за работы МТС340. С 1965 г. от обязательных поставок сельхозпродуктов государству освобождались единоличные хозяйства и хозяйства кустарей341. Облегчилось положение колхозников, рабочих совхозов и всех граждан, имеющих приусадебные участки в сельской местности. Законом о сельхозналоге 1953 г. был резко сокращен объем обложения, введено погектарное исчисление, установлены многочисленные льготы. «Освобождение» земли неотвратимо влекло за собой и освобождение крестьян от земли. Начало этому во второй половине XX в. положила государственная политика по сокращению количества колхозов, преобразованию их в совхозы, укрупнению землепользования. Изменение формы собственности приводило к тому, что бывший крестьянин оказывался «отчужден» от земли и результатов своего труда и де-юре и де-факто. Более того, в 1956-1964 гг. проводилась политика «обезземеливания» сельских жителей путем ограничения, а местами и ликвидации приусадебного землепользования. Завершающим этапом «освобождения от земли» колхозников можно считать решение вопроса о «личной свободе» и свободе передвижения - с 1974 г. на колхозников распространялась новая паспортная система. Таким образом, лишённые личных материальных условий приложения труда и средств существования, юридически свободные сельхозработники были вынуждены продавать свою рабочую силу собственнику средств производства - государству. Поскольку особенностью государственного капитализма является разделенность права собственности, то и функцию управления рабочей силой в сельском хозяйстве государство передало сельскохозяйственной протобуржуазии и менеджерам, управлявшим трудом в интересах капитала.
В процессе отношений экономического принуждения продукт труда сельскохозяйственного работника (совхозного и колхозного), произ-
Решения партии и правительства по хозяйственным вопросам (1953-1961 гг.). М., 1968. Т. 4. С. 349, 428.
41 Решения партии и правительства по сельскому хозяйству (1965-1971). М., 1971. <: 18.
165
веденный на государственной земле и не принадлежащими работнику средствами производства, являлся и воспринимался трудящимся как чужая собственность, а ожидаемым вознаграждением за труд была заработная плата. Как особенность экономического принуждения имела место и «завуалированность» эксплуатации, так как в «зарплатные» отношения вступали добровольно (по найму), при этом рабочие были юридически свободны расторгнуть договорные отношения. В то же время уровень эксплуатации при переходе к экономической системе принуждения был порой не ниже, а выше, чем в течение предшествующих периодов, что связано с возросшей технико-технологической базой производства и ростом производительности труда.
Основным рычагом экономической эксплуатации был механизм заработной платы. Становление зарплатного механизма в сельскохозяйственном производстве прошло в несколько этапов. На первом этапе, в начале 1930-х гг., заработной платой были охвачены только рабочие совхозов. Второй этап связан с проникновением элементов заработной платы в колхозы. Этот период длился с середины 1930-х до середины 1950-х гг. Во второй половине 1930-х гг. ряд председателей колхозов стали получать «твердые ставки» в трудоднях (до 50-55 трудодней в месяц), а иногда и в денежном выражении. В 1948 г. председатели колхозов начали ежемесячно получать денежную доплату в зависимости от общей суммы годового дохода колхоза (от 25 до 400 руб.)342. Этот процесс охватил значительную часть председателей колхозов в период пополнения их слоя городскими рабочими и управленцами в середине 1950-х гг.: для тридцатитысячников государством устанавливалась зарплата, примерно равная получаемой ими на прежнем месте работы (на первые три года работы в сельском хозяйстве). В середине 1930-х гг. гарантированную зарплату в денежном эквиваленте было разрешено получать и колхозным счетоводам.
Зарплатными формами в колхозах были охвачены и представители класса рабочей аристократии. Гарантированные расчеты с трактористами колхозов были закреплены в 1933 г. согласно постановлению Совета Труда и Обороны от 21 сентября 1933 г. «Об организации использования тракторного парка»343. С этого времени трактористы должны были получить по расчету от колхоза не менее 2 руб. 50 коп. деньгами и 3 кг хлеба на трудодень.
Фиксированную заработную плату от государства с начала 1930-х по середину 1950-х гг. получали сельскохозяйственные интеллектуалы, 342 Решения партии и правительства по хозяйственным вопросам (1917-1967). Т. 3. С. 484-485.
343 Постановление СТО СССР от 21 сентября 1933 г. «Об организации использования тракторного парка» // http://www.libussr.ru/doc_ussr/ussr_3933.htm.
166
которые были, за небольшим исключением, в этом время наемными работниками государственных организаций.
Третий этап введения зарплатного механизма в сельском хозяйстве начинается в середине 1950-х гг. В марте 1956 г. изменяется существовавшая практика, когда основная часть дохода, подлежавшая распределению по трудодням, выдавалась колхозникам по окончании сельскохозяйственного года. Теперь колхозам рекомендовалось вводить ежемесячное авансирование колхозников из созданных с этой целью в артелях денежных и продовольственных фондов. Ежемесячно в течение года колхозы могли выдавать авансом на трудодни не менее 25% денежных доходов, фактически полученных от всех отраслей общественного хозяйства, и 50% денежных средств, полученных в виде авансов по контрактации, закупкам и обязательным поставкам сельхозпродукции344. Ежемесячное авансирование колхозников, как правило, проводилось в форме денежной оплаты. За более производительную работу устанавливалась дополнительная оплата. Одновременно была зафиксирована политическая установка на ограничение роли приусадебного хозяйства в качестве важнейшего источника натуральных и денежных доходов. ЦК КПСС и СМ СССР в Постановлении 1956 г. «Об уставе сельскохозяйственной артели и дальнейшем развитии инициативы колхозников в организации колхозного производства и управлении делами артели» поставили задачу, «чтобы роль общественного хозяйства в доходах колхозников во всех колхозах систематически увеличивалась ... и доход, получаемый от участия в колхозном производстве, составлял основную долю общего дохода колхозников...»345.
Четвертый и завершающий этап введения заработной платы (середина 1960-х гг.) в сельском хозяйстве связан с повсеместным распространением зарплатного механизма на все классы сельскохозяйственных работников. Первыми, кто перешел на эту систему, были представители протобуржуазного класса. Начиная с 1964 г. экономически слабым колхозам рекомендовалось устанавливать размеры должностных окладов председателям колхозов на уровне должностных окладов директоров совхозов с соответствующим объемом производства продукции346. Таким образом, уровень оплаты труда председателей колхозов приближается к уровню оплаты директоров совхозов. И, наконец, новые принципы оплаты труда колхозников были определены Постановлением ЦК КПСС и СМ СССР от 16 мая 1966 г. «О повышении материальной заинтересованности колхозников и развитии общественного производства». Колхозам рекомендовалось, во-первых, ввести
'■'4 Решения партии и правительства по хозяйственным вопросам. Т. 4. С. 288-289. Там же. С. 293.
Там же. С. 454.
167
с 1 июля 1966 г. гарантированную оплату труда колхозников (деньгами и натурой). При этом проводить расчеты с колхозниками по гарантированной оплате труда деньгами не реже одного раза в месяц и натурой в соответствии со сроками получения продукции. Во-вторых, оплата труда колхозников устанавливалась исходя из тарифных ставок соответствующих категорий работников совхозов. В-третьих, при распределении доходов в колхозах в первую очередь должны были выделяться средства на оплату труда колхозников347. Таким образом, в середине 1960-х гг. была проведена крупномасштабная реформа оплаты труда колхозников, связанная с полным переходом на зарплатные принципы оплаты труда.
Вместе со становлением механизма экономического принуждения в сельскохозяйственном производстве происходило выравнивание цены рабочей силы в промышленности и сельском хозяйстве, а также в основных сельскохозяйственных укладах (табл. 66).
Таблица 66
Среднемесячная денежная заработная плата в промышленности, совхозах и колхозах РСФСР в 1940-1985 г. (руб.)
Отрасли
1940 г.
1950 г.
1955 г.
1960 г.
1965 г.
1970 г.
1975 г.
1980 г.
1985 г.
В промышленности
35,5
71,9
79,5
92,1
104,3
136,0
167,9
191,3
217,9
В совхозах
24,2*
41,0*
47,7*
54,6*
76,0
103
135
157
202
В колхозах**
11,7***
16,6***
25***
28,3***
50
78
100
104
153,4***
Составлено по: РСФСР за 50 лет. Стат, сборник. М., 1967. С. 144; Народное хозяйство РСФСР в 1985 г. Стат, ежегодник. М., 1986. С. 235.
* В т.ч. подсобные сельскохозяйственные предприятия.
** Среднемесячная оплата труда в общественном хозяйстве.
*** Данные по СССР.
Как следует из таблицы 66, денежная оплата труда в колхозах отставала от совхозного уровня в 1940 г. в 2 раза и от уровня оплаты труда в промышленности в 3 раза, в 1965 г. - уже в 1,5 раза и в 2 раза, а в 1985 г. - лишь в 1,3 и в 1,4 раза соответственно. Следовательно, оплата труда все больше сближалась с классической заработной платой как основным источником дохода рабочего по найму, ценой рабочей силы, соответствующей стоимости предметов потребления и услуг, которые обеспечивают воспроизводство рабочей силы, удовлетворяя физические и духовные потребности работника и членов его семьи.
347 Решения партии и правительства по сельскому хозяйству (1965-1974). М., 1975. С. 123-124.
168
Важнейшей характеристикой становления механизмов экономического принуждения являлась и монетизация заработной платы (табл. 67, 68).
Таблица 67
Удельный вес денег в оплате труда колхозников в колхозах РСФСР, распределявших доходы по трудодням (в % ко всей оплате труда от колхоза)
Регион
Годы
1953
1958
1959
1960
1961
1962
1963
РСФСР
21
53
54
54
58
59
67
Источник: Морозов В.А. Трудодень, деньги и торговля на селе. М., 1965. С. 138.
Таблица 68
Доля натуральной продукции в фонде оплаты труда в колхозах РСФСР (в % ко всей оплате труда от колхоза)
Регион
Годы
1965
1970
1975
1980
1984
РСФСР
23,4
2,7
2,2
2,0
1,5
Составлено и рассчитано по: Безнин М.А. Крестьянский двор... С. 177; Бюджеты рабочих, служащих и колхозников за 1970, 1975, 1980-1984 гг. М., 1985. С. 95.
Если в 1953 г. в колхозах России труд колхозников оплачивался в основном натурой (почти на 80%), то в 1958 г. основную часть начинают занимать денежные выплаты (53%). С переходом на гарантированную оплату труда (заработную плату) в колхозах РСФСР основное место в оплате труда от колхоза прочно занимают денежные поступления. В 1970 г. натуральная оплата труда не превышала 3% всей оплаты груда в колхозах и продолжала снижаться до мизерной доли в начале 1980-х гг. Таким образом, процесс денатурализации оплаты труда в колхозах фактически завершился во второй половине 1960-х гг.
Вместе с косыгинскими реформами, делавшими ставку на увеличение экономических стимулов в развитии производства, в заработной плате возрастала стимулирующая составляющая: размеры оплаты, порядок выплат стремились привязать к вкладу работника в конечный результат производства. Выражением этого был переход к сдельнопремиальной системе оплаты труда. Такая система оплаты «за выпол169
ненный объем работ и полученную продукцию» была установлена в 1970 г. для совхозов348. Колхозы получили право разрабатывать свои системы оплаты труда на основании типовых положений. В зависимости от формы организации труда и других условий производства колхозы могли применять сдельную, повременную, аккордную, аккорднопремиальную, сдельно-премиальную, повременно-премиальную системы оплаты труда. Вопрос о выборе системы оплаты труда решало правление колхоза. При аккордно-премиальной системе оплаты труда, которая в колхозах была наиболее распространенной, до получения продукции труд колхозников оплачивался сдельно (по нормам выработки) или повременно (за отработанное время) по установленным тарифным ставкам. В конце года определялся фактический аккордный заработок работников бригады колхозников (количество произведенной продукции умножалось на аккордную расценку), что давало возможность произвести доплаты за конечные результаты производства. В рекомендациях по оплате труда в колхозах РСФСР предусматривалось, что колхозникам, занятым в сельхозпроизводстве, дополнительная оплата начисляется: за перевыполнение плана производства продукции в растениеводстве (премия в 20-30%), в животноводстве (20%) от стоимости продукции, полученной сверх плана; за снижение себестоимости продукции по сравнению с планом (до 25% от полученной экономии в растениеводстве и до 40% - в животноводстве)349.
Экономический механизм принуждения в 1970-1980-е гг. был тесно привязан к росту стимулирующих частей заработной платы. С 1970 г. колхозам и совхозам рекомендовалось применять так называемый «щекинский метод», смысл которого сводился к формуле «больше продукции с меньшим числом работников». При этом методе хозяйству устанавливался твердый фонд зарплаты на пятилетку, а экономия на зарплате высвобожденных людей использовалась на повышение оплаты труда других работников. По этому принципу, например, формировалась оплата труда на госплемзаводе «Заря коммунизма» Домодедовского района Московской области. Стимулирующая надбавка в этом хозяйстве составляла для работников-новаторов до 30% тарифной ставки350.
В 1980 г. было введено положение, согласно которому работникам растениеводческих и животноводческих бригад совхозов, добившимся 348 Постановление ЦК КПСС, СМ СССР и ВЦСПС от 2 апреля 1970 г. «О совершенствовании системы оплаты труда работников совхозов и других государственных предприятий сельского хозяйства» // http://www.libussr.ru/doc_ussr/usr_7277.htm
349 Справочник по оплате труда в колхозах. М., 1973; Гарантированная оплата труда в колхозах. М., 1971.
350 Емельянов А.М. Экономика сельского хозяйства. М., 1982. С. 422.
170
высокой урожайности культур и продуктивности скота, при расчете расценок по всем видам продукции тарифный фонд увеличивался на 50%. Премирование руководящих работников и специалистов осуществлялось за каждый процент полученного прироста объема реализации сельскохозяйственной продукции по сравнению со среднегодовым уровнем, достигнутым за предшествующие 5 лет, и за каждый процент полученного прироста прибыли по сравнению со среднегодовым уровнем, достигнутым за предшествующие 5 лет (в размере до 2% годовой заработной платы по должностным окладам)351. В мае 1982 г. постановлением ЦК КПСС и СМ СССР «О мерах по усилению материальной заинтересованности работников сельского хозяйства в увеличении производства продукции и повышении ее качества», рекомендовалось выплачивать в совхозах надбавки за совмещение профессий и выполнение установленного объема работ с меньшей численностью работников до 70% ставки352. В июне 1982 г. эти меры («обеспечение тесной связи размера заработка работников с конечными результатами труда») было рекомендовано пропагандировать и для колхозов353.
★ *
*
Механизмы эксплуатации колхозного и совхозного укладов и каналы отчуждения продукта соответствовали особенностям процесса капитализации российской деревни. В связи с невозможностью обеспечить адекватный встречный товарный поток в деревню важнейшую роль играла повинностная система, охватывавшая колхозный и индивидуальный уклады. Совхозы же сразу устраивались как фабрики в смысле предназначения производимого продукта. Многоканальность изъятия продукта (через госпоставки, натуроплату МТС, госзакупки,
г 1 Постановление ЦК КПСС и СМ СССР от 14 ноября 1980 г. «Об улучшении планирования и экономического стимулирования производства и заготовок сельскохозяйственных продуктов» // http://www.law7.ru/base19/part1/d19ru1903.html
Постановление ЦК КПСС, СМ СССР от 24 мая 1982 г. «О мерах по усилению материальной заинтересованности работников сельского хозяйства в увеличении производства продукции и повышении ее качества» // http://www.bestpravo.ru/sssr/ qn-normy/i1 k.htm
’’ ’ Постановление СМ РСФСР от 10 июня 1982 г. «О мерах по усилению матери- апьной заинтересованности работников сельского хозяйства в увеличении производства продукции и повышении ее качества» // http://www.libussr.ru/doc_ussr/ usr 11179.htm 171
контрактацию) отражала особенности взаимоотношений с колхозами и крестьянскими дворами. Контрактация в этой системе выглядит рудиментом экономических отношений 1920-х гг. Приобретя обязательность в начале 1930-х гг., позднее она лишь по форме отличалась от других обязательственных схем. Госпоставки представляются символом уникального колхозного механизма российского капиталистического переустройства. Натуроплата за работу МТС ярко высвечивает еще одну необычность - особый канал мобилизации аграрного продукта при недостатке технически организованного капитала и концентрации его поэтому в отдельной структуре. В этой системе уже с 1930-х гг. существовал и «канал будущего» - госзакупки, степень «рыночности» которых нельзя не только переоценивать, но и недооценивать. Большая степень свободы распоряжения продуктом и более высокая окупаемость объективно явились методом отработки нового механизма товарности. Окончательный приход этого механизма происходит в конце 1950-х гг. и связан с переходом к госзакупкам по ценам, превышавшим себестоимость. Это было важнейшим признаком товарной капитализации, несмотря на ее огосударствленность в виде плановости, регламентации цен и т.п.
Повинности колхозников в 1930-1960-е гг. были важнейшим элементом трансформации российского общества из аграрного в индустриальное, капитализированное. Их система складывалась в течение 1930-х гг., когда большая часть из них была законодательно оформлена. Резко увеличились повинности в 1941-1945 гг. и еще раз - в 1948- 1953 гг. После 1953 г. идет плавное сокращение их уровня и видов. Ликвидация же системы повинностей в целом началась в конце 1950-х и завершилась во второй половине 1960-х гг.
Особенностью повинностной системы было то, что она охватывала преимущественно колхозные дворы. В отношении же единоличных хозяйств, хозяйств рабочих и служащих, имеющих приусадебный участок и скот, главное острие повинностной системы было направлено на налоговые изъятия продуктов и денег.
Уровень эксплуатации колхозного двора был напрямую связан с масштабами безвозмездного изъятия его материальных и трудовых ресурсов. Определить степень эксплуатации трудно из-за отсутствия методик перевода всех показателей в единое измерение. Рассматривая величину повинностей, в будущих исследованиях важно учитывать частичный возврат изъятых средств через фонды общественного потребления. Не учитываются нами и разного рода косвенные изъятия средств у колхозников. А они были немалыми. В 1962-1963 гг., например, колхозы СССР по разным каналам передали государству в среднем по 674 руб. в расчете на полного годового работника, тогда как 172
даже в 1965 г. среднемесячная оплата труда колхозников в РСФСР не превышала 51 руб.354 Власть жестко контролировала исполнение повинностей через введение административной и уголовной ответственности за уклонение от них.
В целом, оценивая уровень прямой эксплуатации двора, можно сказать, что полное изъятие заработанного наблюдалось на бесплатных видах работ, например в дорожной повинности. Остальные отработочные повинности были ниже по уровню эксплуатации, но являлись долгосрочными и играли основополагающую роль в жизни крестьянского социума. Так, исполнение отработочной повинности в общественном хозяйстве колхоза составляло у взрослых трудоспособных колхозников РСФСР в 1940-1943 гг. не менее 70% временных затрат во всех отраслях народного хозяйства. И хотя в дальнейшем этот показатель был несколько ниже - в 1945-1950 гг. на уровне 67%, в середине 1950-х гг. - около 62%, отработочная повинность в общественном хозяйстве колхоза продолжала изымать основную долю трудовых затрат колхозного двора. При этом колхозная семья в указанные годы формировала за счет оплаты труда в колхозе лишь 30-40% своего совокупного дохода.
Высок был уровень эксплуатации колхозного двора при выполнении обязательных поставок. Доля продукции приусадебных участков колхозников, сдаваемой в обязательные госпоставки, составляла по разным ее категориям от 10% до половины общего объема производства двора. Наибольшая тяжесть обязательных поставок приходилась на 1948-1952 гг., при этом наивысший уровень изъятий наблюдался по продукции животноводства. Сопоставление цен, выплачиваемых при сдаче госпоставок, с государственными розничными ценами, показывает, что изъятие продуктов фактически происходило бесплатно. Так, в 1950 г. дворы колхозников Вологодской области за сданное в обязательные поставки молоко получали в среднем на хозяйство 63 руб. (по цене 0,25 руб. за 1 кг) в год, тогда как продажа этого молока по государственным розничным ценам составила бы около 700 руб. (по рыночным - около 850 руб.), за сданное мясо колхозный двор получал от государства в среднем 4,9 руб. (по цене 0,14 руб. за 1 кг) в i од, тогда как его розничная госцена составила бы в пределах 400 руб. (рыночная - около 550 руб.)355.
Расчет обобщающих показателей уровня эксплуатации колхозного крестьянства и совхозных рабочих - задача будущих исследований. В целом можно говорить о высочайшем уровне эксплуатации двора
Эффективность сельскохозяйственного производства. М„ 1967. С. 35; Без- нин М.А. Крестьянский двор ... С. 191.
Рассчитано по: Попов В.П. Крестьянские налоги... С. 100,111, 113. 173
в период существования системы повинностей в «классическом» варианте - до середины 1950-х гг.
Капитализировавшееся сельское хозяйство потребовало введения и поступательного нарастания экономического, «зарплатного» механизма эксплуатации. Он возник еще в период господства повинностной системы (в совхозах он сразу являлся основным способом привлечения к труду), а повсеместно утвердился в середине 1960-х гг. Третья четверть XX века характеризовалась совершенствованием и широким распространением материально-денежного стимулирования труда колхозников и совхозных рабочих, дифференциацией уровня оплаты классовых групп, ростом интереса к монетарным отношениям в деревне.
174
РАЗДЕЛ ВТОРОЙ
СОЦИАЛЬНЫЕ КЛАССЫ И СОЦИАЛЬНЫЕ ОТНОШЕНИЯ
О подходах и понятиях
Одним из самых масштабных событий в России XX в. был гигантский социальный переворот, когда почти сплошь крестьянское население полностью утратило все основные социально-классовые признаки крестьянства. Основной период раскрестьянивания и формирования новых социальных классов охватывает шестидесятилетие 1930- 1980-х гг. Этот процесс экономически детерминирован и связан с победой аграрного капитализма в российской деревне. На наш взгляд, раскрестьянивание - достаточно типичное для мировой истории явление - в России произошло в специфических условиях государственной капитализации деревни.
Советские историки и обществоведы, описывая процесс трансформации села 1930-1980-х гг., пришли к выводам о стирании еще в 1930-е гг. существенных различий между социальными прослойками внутри крестьянства, существовавшими до конца 1920-х гг., и «вызревании» крестьянства новой формации. Их анализ социальной структуры сельского населения также показал наличие класса «сельского пролетариата (рабочих совхозов)» и сельской интеллигенции. В целом советское обществоведение делало вывод об устранении коренного отличия крестьянства и рабочего класса, стирании существенных различий между ними и постепенном сближении1. В течение 1960- 1970-х гг. активность в изучении колхозного крестьянства нарастала, формулировались отличительные критерии этого класса. Однако советская наука испытывала значительные трудности в дефинициях ка1 Арутюнян Ю.В. Социальная структура сельского населения СССР М., 1971; Волков ИМ. Трудовой подвиг колхозного крестьянства в послевоенные годы. Колхозы СССР в 1946-1950 гг. М., 1972; Вылцан М.А. Завершающий этап создания колхозно- io строя (1935-1937). М., 1978; Вылцан М.А. Советская деревня накануне Великой отечественной войны (1938-1941). М., 1970; Островский В.Б. Колхозное крестьянство СССР. Политика партии и ее социально-экономические результаты. Изд. Сара- ювского университета, 1967; Сдобное С.И. Советская деревня на пути социального прогресса. М., 1976; Сеняеский С.Л. Изменения в социальной структуре советского общества. 1938-1970. М., 1973; Симуш П.И. Социальный портрет советского крестьянства. М., 1976; Трапезников С.П. Ленинизм и аграрно-крестьянский вопрос. В 2-х т. М., 1967. Т. 2; Тюрина А.П. Социально-экономическое развитие советской деревни 1965-1980. М., 1982; Экономический строй социализма. В 3 т. М., 1984; и др.
175
тегории «колхозное крестьянство», ставя под сомнение включение в него части населения колхозной деревни, являвшегося также членами колхозов (например, специалистов сельского хозяйства).
Трудности с определением социального состава сельского населения нашим обществознанием были вполне объяснимы - ведь главным критерием дифференциации сельскохозяйственного населения российской деревни, согласно принятой тогда трактовке марксизма, было отношение к собственности на средства производства, которое также определенным образом трактовалось. В сельском хозяйстве выявлялось существование «двух дружественных классов» - колхозного крестьянства и сельскохозяйственных рабочих (совхозников, рабочих МТС). С другой стороны, уже в 1960-е - начале 1970-х гг. советские исследователи постепенно отходили от схемы классового структурирования 1930-х гг. и обращали внимание на то, что в крестьянстве сложилось определенное количество «структурных групп», различающихся по доходам, образованию, профессиональной подготовке и т.д.2 Особенно в этом плане выделялась монография Ю.В. Арутюняна, который на основе данных переписи населения 1959 г. доказывал, что на первый план в деревне этого периода выступают социальнопрофессиональные различия, в основе которых лежит труд, разный по количеству и функциям. В то же время он писал, что «идентичные социально-профессиональные группы колхозно-кооперативного и государственного секторов приобретают столь большое сходство, что все больше выступают внутри села в качестве слитых слоев»3. По мнению Р.В. Рывкиной, именно исследование Ю.В. Арутюняна впервые в отечественной историографии поколебало общепринятое представление о социальной структуре советского общества, предложив меньший интервал структурирования, когда элементом структуры становился не класс, а социально-профессиональная группа, которая в деревне 1960-х гг. во многом теряла признак классовой характеристики4. Таким образом, подчеркивает Р.В. Рывкина, была выдвинута другая социальная категория анализа, что позволило выявить стратифицирован- ность сельского населения страны и показать более сложный спектр социально-классового состава деревни, явно подвергавшийся и дальнейшей трансформации. Исследования Ю.В. Арутюняна были продолжены и развиты в работах В.И. Староверова, проводившего анализ региональных различий социальной структуры сельского населения страны. Он также зафиксировал существенные сдвиги в составе сель2 См., например: Внутриклассовые изменения крестьянства. Минск, 1966. С. 14.
3 Арутюнян Ю.В. Социальная структура сельского населения СССР. С. 334 и др.
4 Рывкина Р.В. Социология села // Социология в России / под ред. В.А. Ядова. М., 1998.
176
ского населения, внутриклассовых отношениях, выявил формирование пограничных социальных групп5.
В западной науке понимание нарастающей социальной дифференциации советского общества сложилось еще раньше, чем в нашем обществоведении, - в 1930-е гг. Этот подход базировался на концепции «стратификации», предполагавшей, что общество в XX в. делится не на классы, а на страты, определяемые такими критериями, как уровень доходов, образования, квалификации, род занятий и пр. Как известно, теорий социальной стратификации существует достаточно большое количество. К. Маркс писал о расслоении общества по принципу отношения к собственности (класс собственников и класс, лишенный собственности). М. Вебер включил в число критериев стратификации понятия статуса и престижа, П. Сорокин - писал о, как минимум, трех стратификационных структурах - экономической, профессиональной и политической. В дальнейшем критерии стратификации исследователями были значительно расширены. Начиная с 1930-х гг. западные исследователи особенно настойчиво прописывали складывание в советском обществе «государственной буржуазии» - слоя «управляющих», связанного с концентрацией распределительных функций, командованием средствами производства6. Господствующему классу номенклатуры, по мнению советологов, противостоял класс государственно зависимых работников, лишенных собственности. Эта категория исследовалась гораздо менее подробно, чем «номенклатура». Тем не менее такие исследования были. Изучение социальной структуры сельского населения 1940-1950 гг., проведенное А. Инкельсом, показывало, что крестьянство, хотя и являлось по сравнению с рабочими более гомогенной группой, все же распадалось на группы «преуспевающих крестьян из колхозов-миллионеров» и «средних крестьян, включая наименее производительные и наиболее бедные группы людей»7. В то же время ряд ученых Запада настаивали на существовании в СССР не классового, а сословного корпоративного общества. В. Теккенберг, например, считал, что тип советского общества - «феодальное общество», так как социальное неравенство проявлялось в жизненном положении и престиже, а не в различном уровне доходов, социальные слои выглядели замкнутыми, причем даже не в масштабах отраслей, а
Староверов В.И. Социальная структура сельского населения СССР на этапе развитого социализма. М., 1978.
" Восленский М.С. Номенклатура. Господствующий класс Советского Союза. М., 1991; Джилас М. Лицо тоталитаризма. М„ 1992; Nove A. Political Economy and Soviet Socialism. L., 1979; и др.
' Inkels A. Social structure and mobility in the Soviet Union 1940-1950 // Social stratification/ J. Lopreato ed. N.Y., 1951. 177
в рамках отдельных предприятий («цехов»)8. Главный вывод - и советская, и западная наука признавали стратифицированный, многослойный характер российского общества 1930-1980-х гг., причем советские социологи при господстве трехчленного деления (два класса и одна прослойка) уже в 1960-е гг. достаточно далеко продвинулись в плане изучения социальной структуры российского села, выходящей за рамки трехчленной схемы. Причем, на наш взгляд, в советской общественной мысли первые наметки существования слоев сельского населения были сделаны в 1930-е гг. и не кем иным, как И.В. Сталиным, который в отчетном докладе XVII съезду партии о работе ЦК ВКП(б) в 1934 г. обратил внимание на изменение состава сельского населения: «исчезли старые знатные фигуры кулака-эксплуататора, ростовщика-кровососа, купца-спекулянта, батюшки-урядника. Теперь знатными людьми являются деятели колхозов и совхозов, школ и клубов, старшие трактористы да комбайнеры, бригадиры по полеводству и животноводству, лучшие ударники и ударницы колхозных полей»9.
В середине 1960-х гг. в советском обществоведении начался вполне осознанный поиск возможных подходов к изучению социальной структуры села. В коллективной монографии, посвященной изучению социально-классовой структуры СССР, вышедшей в 1968 г„ выделялись три группы в колхозном социуме: во-первых, инженерно- административно-управленческий персонал колхозного производства (председатели колхозов, специалисты, механики и др.); во-вторых, механизаторы колхозного производства (трактористы, комбайнеры, шоферы и т.д.); в-третьих, колхозники, не имеющие профессиональной подготовки и специализации и занятые ручным трудом10. Ю.В. Арутюнян, предложивший свое понимание социальной структуры села примерно в это же время, придерживался не трехчленной, а многочленной группировки колхозного крестьянства, при этом интеллигенцию и служащих он включал в состав крестьянства. А.П. Тюрина, рассматривая колхозное крестьянство как «один из основных классов советского общества», в 1970-е гг. писала о формировании в нем «определенных групп работников», среди которых группа административно-управленческого аппарата колхоза, группа специалистов, занятых в колхозном производстве, а также новая социальная категория - работники межхозяй- 8 Teckenberg W. Die soziale Structur der sowjetischen Arbeiter klasse im internationa- len Vergleich. Auf dem Wegezur industrialisierten Standegesellschaft? Munchen, Wien. 1977. S. 16,21.
9 Сталин И.В. Отчетный доклад XVII съезду партии о работе ЦК ВКП(б) 26 января 1934 г. // Сталин И. Сочинения. М., 1951. Т. 13. С. 335.
10 Классы, социальные слои и группы в СССР / отв. ред. Ц.А. Степанян и В.С. Семенов. М., 1968. С. 85-86.
178
c i венных предприятий11. В.И. Староверов и другие исследователи указывали, что в 1970-е гг. наиболее многочисленным классом советской деревни стал рабочий класс (аграрные рабочие)12.
Таким образом, изучение социальной трансформации сельского общества 1930-1980-х гг. развивалось противоречиво. С одной стороны, господствующей оставалась доктрина о сближении классов в СССР и становлении социально однородного общества. С другой стороны, обществоведы, особенно социологи, с 1960-х гг. начинают исследования социальных групп, свидетельствующие о многослойности советского общества, в том числе и сельскохозяйственного населения.
Для анализа сельскохозяйственного социума, по нашему мнению, необходимо пользоваться категорией «класс». Категория «класс», ючнее, «социальный класс», наиболее приемлема для описания крупных общественных групп, сложившихся в деревенском социуме. В современном обществознании под социальными классами понимаются большие группы людей, которые обладают сходными социально- экономическими статусами. Ряд авторов (в основном марксистской ориентации) подчеркивают, что основным фактором разделения на классы является отношение к средствам производства. Другие авторы, следуя традиции М. Вебера, подчеркивают такие факторы, как политическая власть, стиль жизни, престиж, идентификации и т.д.13 Категория «социальный класс» удачно аккумулирует оба эти подхода и является достаточно устоявшейся в мировых науках о социуме.
★ ★ ★
Объективным проявлением аграрной модернизации являлось возникновение социальных классов, занимающих разные позиции в сельскохозяйственном социуме России 1930-1980-х гг. «Привилегированное» положение в распределении аграрного продукта, распоряжении средствами производства занимал класс сельскохозяйственной протобуржуазии. Термин «протобуржуазия» применительно к высшему классу деревенского сообщества 1930-1980-х гг. (председателей колхозов, директоров совхозов и машинно-тракторных станций) является историографически новым, введенным в оборот авторами данной книги. В традиции советской историографии представителей этого класса относили к категории административно-управленческого аппарата, в историографии западной делались попытки определить его классо-
" Тюрина АЛ. Колхозное крестьянство в социальной структуре развитого социалистического общества // Ленинский кооперативный план и современная деревня. Изд. Ростовского университета, 1980. С. 135-154.
’ Староверов В.И. Социальная структура сельского населения СССР на этапе раз- нитого социализма.
' ‘ Оксфордский толковый словарь по психологии / под ред. А. Ребера. 2002. 179
вую природу. Так, Л.Д. Троцкий писал о складывании бюрократической правящей касты в СССР 1930-х гг.14 М. Джилас в 1950-е гг. разработал теорию «нового класса»15. Он считал, что этот привилегированный правящий класс СССР состоит, преимущественно, из коммунистической «партийной бюрократии» и осуществляет коллективный политический контроль над средствами производства, что и является особой формой собственности. Джилас считал, что новый класс постепенно приходил к осознанию себя как консолидированного правящего класса, что произошло в основном в период индустриализации 1930-1940-х гг. В 1950-е гг., по мысли Джиласа, данный класс настолько окреп, что мог предоставить членам определенную свободу мысли и действий, в том числе в получении материальной выгоды.
В 1970-е гг. появился новый термин для определения «господствующего класса Советского Союза», введенный М. Восленским, - номенклатура16. По мнению М. Восленского, господство данного класса строилось на патрон-клиентских отношениях, что обеспечивало устойчивость высшим слоям номенклатуры за счет низших и позволяло осуществлять контроль над обществом.
По нашему мнению, наиболее точной является характеристика этого класса в рамках классической историографической традиции как правящего класса капиталистического общества - буржуазного. В марксизме термин «буржуазия» обозначает социальный класс, который владеет средствами производства, а его главными социальными проблемами является приращение собственности и капитала в целях обеспечения экономического господства в обществе17. Й. Шумпетер определял буржуазию как движущую силу капиталистического общества, которая берет на себя риски по проведению инноваций в экономике18.
Говоря о буржуазии в советском обществе, нужно учитывать, что его социальное переструктурирование шло неравномерно. В то время как одни классы, свойственные капиталистическому переустройству, полностью оформились, высший класс переживал незавершенность своего становления. Связано это было, прежде всего, с особыми идеологическими, законодательными и ментальными установками. Скорее всего, можно говорить о становлении протобуржуазных тенденций внутри социального слоя высших управленцев (а отчасти и других 14 Троцкий Л.Д. Преданная революция. М„ 1991.
15 Джилас М. Лицо тоталитаризма. М., 1992.
18 Восленский М.С. Номенклатура. Господствующий класс Советского Союза. М., 1991.
17 Маркс К. Манифест Коммунистической партии. М., 1979.
18 Шумпетер Й. Капитализм, социализм, демократия. М., 1995.
180
классов), постепенно концентрировавших возможности распределения аграрного продукта и регулирования общественного производства, осуществивших подготовку и скрытую «приватизацию» средств производства и выстроивших во многом на этой базе новый механизм социальных отношений. Крупнейшие социологи (В.И. Староверов, Т.И. Заславская) однозначно подчеркивают преемственность слоя сельских капиталистов, легитимизировавшегося после 1991 г., с верхушкой сельхозпредприятий позднего советского времени. Т.И. Заславская пишет, что «большинство новых капиталов возникло и продолжает расти преимущественно за счет использования государственных средств и ресурсов, доступ к которым связан с должностным положением»19. Таким образом, определение советской сельской протобуржуазии связано с возможностью частичной реализации ею прав собственности, обусловленной непосредственным местом в управленческой системе и влекущей, в конечном итоге, включение в процесс накопления капитала. Этот феномен «латентного» обуржуазивания побуждает нас использовать более точный термин, характеризующий данный социальный класс - «протобуржуазия».
★ ★ *
Не соответствует задачам полномасштабной характеристики особой социальной категории, сформировавшейся в ходе госкапитали- стического перерождения российского аграрного общества, и понятие «административно-управленческий аппарат», принятое в советской историографии для обозначения функций в колхозно-совхозном производстве. Дело в том, что эта социальная группа, которую мы называем «менеджеры» (применяя этот достаточно адекватный набору характеристик западный термин из-за отсутствия русскоязычного аналога), понимается нами не только как реализующая административно-управленческие функции, но и как имеющая особую роль в отправлении права собственности, характеризующаяся серьезными социально-групповыми особенностями правового и экономического статуса, социального поведения, менталитета.
В зарубежной науке значимость исследования менеджмента была осознана в конце XIX в. Отправной точкой изучения менеджмента стало четкое выявление разделения функций собственности и управления, что означало различие интересов группы лиц, владеющих предприятием, и группы лиц, управляющих этим предприятием. Уже в начале XX в. в западной науке сформировалась концепция «рациональной бюрократии», изучавшая большие иерархические структуры, разделеЗаславская Т.И. Социальная структура России: главные направления перемен // Куда идет Россия?.. Общее и особенное в современном развитии. М., 1997. С. 169.
181
ние управленческого труда, введение норм и стандартов, установление должностных обязательств и ответственности менеджеров. Одним из первых новую структуру элиты заметил в конце жизни Ф. Энгельс (умер в 1895 г.). Комментируя распространение практики акционерных обществ, Энгельс отметил, что она привела к появлению фигуры управляющего20. В начале XX в. эта трактовка получила развитие в трудах немецких социал-демократов - Э. Бернштейна и К. Шмидта, которые выдвинули гипотезу о том, что собственность в своей корпоративной форме есть признак наступающего процесса отчуждения сущности капитализма21. Согласно этой теории, класс капиталистов постепенно вытесняется административной стратой, интересы которой противоположны интересам собственников. В частности, Конрад Шмидт утверждал, что «происходит реформирование права собственности, расчленение его на высшее владение ... и на пользование, принадлежащее предпринимателю, но постепенно сокращающееся и сводящее роль собственника до роли управляющего»22. Исследования менеджерского слоя и его роли в обществе были активно продолжены в последующие десятилетия. В социологии считается, что с начала 1930-х гг. разрабатываются проекты менеджериального общества, то есть такого, где утверждается гегемония профессиональных управляющих. А. Берль и Г. Минс в 1932 г. писали о складывании в развитых странах менеджерского слоя с широким социальным сознанием и профессиональными ценностями23. Наиболее явно возросшее влияние класса менеджеров заметил американец Дж. Бернхем - его книга «Революция менеджеров» вышла в 1941 г. Яркой отличительной чертой мировоззрения этого автора было мнение о том, что менеджеры действуют в своих собственных особых интересах. Интересно, что, по мнению Бернхема, власть в России уже в то время перешла к менеджерам, ибо тот, кто контролирует производство, тот и собственник. Буквально Бернхем писал, что именно с России начинается «мировая революция менеджеров»24. Обсуждение концепции революции менеджеров (managerial revolution), под которой понимается рост числа и профессионализации менеджеров, не владеющих компаниями, которыми они 20 Энгельс Ф. К критике проекта социал-демократической программы 1891 года // Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. 2 изд. М., 1962. Т. 22. С. 227-243.
21 Бернштейн Э. Очерки из истории и теории социализма. СПб., 1902; Schmidt С. Die Durchschnittsprofitrate auf Grundlage des Marx’schen Werthgesetzes. Stuttgart, Dietz, 1889.
22 Цит. по: Пашерстник A.E. Правовое регулирование труда в капиталистических странах. М„ 1955. С. 29.
23 Berle А.А., Means G.C. The Modern Corporation and Private Property, New York, Macmillan, 1932.
24 Bernham J. The Managerial Revolution. What is Happening in the World. N. Y„ 1941.
182
управляют, развивалось в последующий период. В 1950-е гг. изучение роли менеджеров продолжили известные экономисты, социологи П. Друкер25, П. Сорокин26, Т. Парсонс27. Парсонс, к примеру, писал о переходе контроля над производством от собственников к управленческому и техническому персоналу, Сорокин - о трансформации капиталистического класса в менеджерский, а Д. Белл28 даже назвал этот процесс «молчаливой революцией». Таким образом, исследователи в первой половине - середине XX в. констатировали отделение собственности от контроля: собственники, передав функции управления наемным менеджерам, теряют контроль над своим бизнесом. Во- вторых, ученые были солидарны в том, что происходящая глобальная социальная трансформация общества приводит к возрастанию роли менеджеров (управленцев) в производстве и формированию их групповых интересов, отличных от интересов собственника.
Термин «менеджер» в современных общественных науках трактуется как «наемный работник, занятый профессиональной организаторской деятельностью в органах управления предприятия, наделенный субъектом собственности определенными полномочиями», термин «менеджмент» - как вид деятельности по руководству людьми в самых разнообразных организациях29.
В практике советского периода термины «менеджер», «менеджмент» в отношении экономики СССР не применялись. Устойчивым словосочетанием, употреблявшимся в советской практике и характеризующим управленческую пирамиду, являлось «административноуправленческий аппарат». В 1920-е гг. в СССР наблюдался расцвет «управленческих» исследований, которые велись А. Гастевым, П. Керженцевым, С. Струмилиным, Н. Кондратьевым, Ф. Дунаевским, Н. Витке и др. В отечественной науке управления применялось определение «научная организация труда». В области изучения организации труда тогда действовало более десяти научно-исследовательских институтов во главе со знаменитым Центральным институтом труда (ЦИТ), на предприятиях существовали психотехнические и социоинженерные лаборатории. Велись прикладные исследования, осуществлялись социоинженерные проекты, разрабатывались методики профессионального обучения, проводились психологические тесты, эксперименты в л Drucker Р. The Practice of Management. 1954.
26 Сорокин П. Социальная стратификация и мобильность // Человек. Цивилизация. Общество. М., 1992.
27 Парсонс Т. О структуре социального действия. М., 2000.
28 Белл Д. Грядущее постиндустриальное общество: Опыт социального прогнозирования. М., 1999.
29 http://www. glossary. ru/cgi-bin/gl_sch2. cgi?RMItlkmlw; http://www. glossary, ru/cgi- bin/ gl_sch2. cgi?RMItlkmslty.
183
области психологии труда и межличностных отношений - все это современная наука без сомнения относит к социологии менеджмента. Отдельные ЦИТовские программы считались приоритетными, не знающими аналогов в мировой практике. Центральный институт труда издавал журнал «Организация труда», в редакцию которого входили и зарубежные ученые30. В 1960-1970-е гг. признавалось, что «управление общественным производством при социализме - сознательное регулирование процесса социалистического общественного производства в целях обеспечения оптимальной взаимосвязи между всеми частями народного хозяйства, бесперебойного его функционирования и развития ... В состав кадров управления входят хозяйственные руководители всех рангов, а также функциональные руководители, специалисты и вспомогательный персонал (операторы, секретари, учетчики и др.)»31. В то же время советские руководители категорически противопоставляли советское управление и менеджмент в западных государствах. В 1989 г., например, в газете «Правда» отмечалось: «Есть у нас политика партии, научное политическое руководство, а управление, менеджеризм - западное, «буржуазное» изобретение»32. Тем не менее в советском руководстве никогда не отрицалось, что любое предприятие является управляемым. Более того, улучшение управления производством всегда было одной из провозглашаемых социалистических перспектив.
В советском обществоведении говорилось о специфичности управленческой деятельности в колхозах, которая заключалась в «самоуправлении», «колхозной демократии, которая базируется на таких принципах, как непосредственность, выборность, коллегиальность, ответственность перед колхозниками, свобода критики, срочность, сменяемость, право досрочного отзыва»33. При этом отмечалось, что «управление и руководство — понятия неоднозначные. Управление может быть как техническим, так и социальным, руководство же осуществляется только в социальной среде»34. Следовательно, управленчество в советских общественных науках выделялась как вид общественной деятельности, хотя официально и не признавалось в качестве профессии.
30 См. подробнее: Кравченко А.И. История менеджмента. М., 2000.
31 http://slovari. yandex. ru/dict/bse/article/00082/39700. htm?text.
32 Правда. 1989.8 сентября.
33 Павлов И.В. Правовые формы управления делами колхоза. М„ 1955. С. 33-37; Алешков М.В. Права и обязанности органов управления в колхозах. М., 1965. С. 7,16; Гоемяко Л.Л. Об органах управления колхоза и их системе // Правоведение. 1977. №6. С. 54-61.
34 Панкратов И.Ф. Государственное руководство сельским хозяйством в СССР. М., 1969. С. 56.
184
Однако жизненные реалии заставляли советских социологов и правоведов размышлять об управленческом слое, в том числе и советской деревни. Например, в 1960-е гг. в правоведении активно обсуждался вопрос, кого можно относить к должностным лицам колхоза. В частности, И.В. Павлов для характеристики деятельности должностных лиц выдвигал в качестве главного признака управление, имея в виду управление людьми. При этом данный автор считал, что к их числу следует относить и тех, кто хотя и не имеет в своем подчинении других лиц, но совершает определенные распорядительные действия, влекущие за собой соответствующие правовые последствия для окружающих35. Позднее И.В. Павлов выдвинул дополнительный признак, позволяющий к должностным относить лиц, которые своими действиями создают определенные обязанности для других лиц, хотя бы непосредственно им и не подчиненных (например, распорядительные функции кладовщика, сторожа и т.п.). В целом И.В. Павлов, И.А. Коэткина и др. пришли к выводу о том, что к должностным лицам в колхозе относятся работники, осуществляющие административно-хозяйственные и оперативнораспорядительные функции36. Тогда же И.Ф. Панкратов определил круг должностных лиц колхозов по содержанию выполняемых действий: 1) лица, осуществляющие руководство или управление тем или иным участком деятельности колхоза; 2) лица, выполняющие ревизионноконтрольные, счетоводческие и тому подобные функции, не имеющие в своем подчинении других работников, но могущие совершать распорядительные действия в отношении их (счетоводы, члены ревизионных комиссий, сторожа и др.); 3) материально-ответственные лица37. Об особых группах лиц, осуществляющих управленческие функции в сельском хозяйстве, говорили в 1960-1970-х гг. и социологи. Так,
A. А. Амвросов в публикации 1968 г. выделял группу административноуправленческого персонала колхозного производства: председателей колхозов, их заместителей, бухгалтеров, заведующих различными фермами, бригадиров и др.38 В.Б. Островский в работе 1977 г. выделял среди четырех социально-профессиональных групп колхозной деревни группу «инженерно-технического персонала, специалистов и организаторов сельского хозяйства». В частности, к организаторам
B. Б. Островский относил бригадиров производственных бригад, заведующих животноводческими фермами, счетных работников, кладовщи-
' ■ Павлов И.В. Правовые формы управления делами в колхозах. М., 1955. С. 187.
11 Павлов И.В. Колхозное право. М., 1960. С. 311,312; Коэткина И.А. Материальная ответственность должностных лиц в колхозе. М., 1957. С. 12.
" Панкратов И.Ф. Ответственность должностных лиц колхоза. М., 1959. С. 17.
Классы, социальные слои и группы в СССР. М., 1968. С. 85-86.
185
ков и др.39 Советские историки канонизировали разработанную другими обществоведами схему социальных группировок сельского населения в обобщающем труде по истории советского крестьянства, вышедшем во второй половине 1980-х гг. В частности, говоря о жизни колхозной деревни 1930-х гг., они отметили «углубляющееся разделение труда», в том числе складывание группы «административно-управленческого персонала колхозов». Создатели этого фундаментального труда зафиксировали складывание уже в 1930-х гг. «управленческого аппарата», который «состоял из руководителей среднего звена. Это представители профессий, связанных с новыми формами организации труда: бригадиры полеводческих и животноводческих бригад, зав. животноводческими фермами ... По социальному положению, по связи с собственностью они являлись колхозниками, но характер их труда был по преимуществу управленческим»40.
Управленческая страта в сельскохозяйственных предприятиях, как мы видели выше, вполне четко выявлялась советскими обществоведами второй половины XX в. При этом отмечались общие черты этой категории: занятие определенной должности, организационнораспорядительские, учетные или контрольные функции, наличие людей в подчинении, необходимость определенного опыта и подготовки. Исследователи советского времени проводили, хотя и не вполне явно, различие между руководством и управлением сельскохозяйственным предприятием. В то же время, использование термина «управленцы» заставляло их делать пояснения относительно тех, кто выполнял не столько управленческие, сколько контрольные, ревизионные, распорядительные и прочие функции. Но напрашивающийся и общепринятый в мировой практике термин «менеджеры» относительно рассматриваемой группы в советское время так и не был введен. На наш взгляд, это время давно пришло, так как основные характеристики, данные мировой наукой управленцам, позволяют говорить о сформировавшейся в сельском хозяйстве социальной группе как о слое сельскохозяйственных менеджеров.
Данный термин уже употреблялся нами в исторических исследованиях российского села. К сельскохозяйственным менеджерам 1930- 1980-х гг. мы относим управленцев и распорядителей ресурсов. Большинство управленческих должностей было определено в Примерном уставе сельхозартели 1935 г.: бригадиры, заведующие товарными фермами, бухгалтеры и счетоводы. Колхозное и совхозное производство 39 Островский В.Б. Новый этап в развитии колхозного строя. М., 1977. С. 215-216.
40 История крестьянства СССР. История советского крестьянства. М., 1986. Т. 2. Советское крестьянство в период социалистической реконструкции народного хозяйства. Конец 1927-1937. С. 368.
186
потребовало введения должностей кладовщиков, приемщиков, весовщиков, раздатчиков, учетчиков и др. В совхозном менеджменте большую роль играл управляющий отделением совхоза.
Кроме места в управленческой иерархии важное значение в характеристике менеджеров принадлежит их месту в отношениях собственности. Понятие «собственность» в современной науке используется в трех основных значениях: как имущество (право им распоряжаться по усмотрению собственника), как право (возможность распоряжаться, управлять, пользоваться объектами собственности, контролировать их использование в своих интересах); как отношение (передача той или иной совокупности прав собственника другим лицам на определенных собственником условиях)41.
Согласно институциональной экономической теории, право собственности представляет собой совокупность властных прав, санкционированных поведенческих отношений. При этом выделяется целый «пучок» прав собственности: владение, пользование, управление, право на доход, право на капитал, право на передачу по наследству и т.д. Кроме того, отдельно выделяется проблема трансакций - деятельность в форме присвоения и отчуждения прав собственности, которые осуществляются в процессе планирования, адаптации и контроля за выполнением взятых обязательств42. Таким образом, менеджмент (управление) неразрывно связан с реализацией прав собственности.
Э.О. Райт в 1980 г. в журнале «Politics & Society» высказал идею о позициях, возникающих в процессе производства, и о том, что эти позиции имеют способность контролировать какой-либо ресурс (либо быть отчужденным от контроля). Аспекты контроля могут включать контроль над денежным капиталом, то есть потоком инвестиций в производство и направлением процесса накопления; контроль над физическим капиталом, то есть реальными средствами производства в рамках процесса производства; а также контроль над трудом, трудовой деятельностью непосредственных производителей в рамках производства. Первый из этих аспектов часто называют «реальной экономической собственностью»; второй и третий вместе называют «распоряжением»43. По мнению Райта, в иерархии этих аспектов социальных отношений на первом месте стоит контроль над денежным капиталом, который структурирует и ограничивает контроль над физическим капиталом, который, в свою очередь, ограничивает контроль над трудом в рам-
41 Голубев М.К. Отношения собственности // http://vkpb-zapad. narod. ru/GOLUBEV. htm
42 Рощина Я.М. Социология потребления. М., 2007. С. 58.
43 Райт Э.О. Марксистские концепции классовой структуры // http: // scepsis, ги/ library/id_608. html
187
ках производства. В соответствии с этим подходом нами выделяются основные группы социальной категории менеджеров.
Протобуржуазия и менеджеры в российской деревне 1930- 1980-х гг. представляли собой разные социальные категории. Сравним их существенные черты.
Собственники (протобуржуазия)
Менеджеры
1. Последний (низший) элемент в реализации разделенного права сельскохозяйственной собственности.
2. На первом месте функция собственника, на втором - управления.
3. Материальное положение и другие характеристики качества жизни имели в основном легитимное происхождение.
4. Направленность смены основных социально-психологических установок: от «любой ценой выполнить задание» (в основном по обеспечению товарности сельхозпродукции) до широкой предприимчивости.
1. Первый (после собственника - председателя, директора) в социальной деревенской лестнице среди остальных категорий сельскохозяйственного населения.
2. На первом месте функция управленца, на втором - собственнические проявления.
3. В наибольшей степени подвержены проявлениям нелегитимного характера в обеспечении качества жизни.
4. Направленность смены основных социально-психологических установок: от психологии «приказчика», «десятского» до весьма образованного интеллектуала- управленца, вполне готового к приватизации государственнокапиталистического наследства.
★ ★ *
Для работавших в сельскохозяйственном производстве агрономов, зоотехников, ветеринаров, инженеров, главных бухгалтеров, экономистов и др. мы предлагаем определение «интеллектуалы». Возможно, на первый взгляд, это покажется неожиданным. К этой социальной группе в советское время применялись, хотя и в разных обстоятельствах, термины «интеллигенция» и «специалисты». Эта традиция, на наш взгляд требующая пересмотра, сохраняется до сих пор.
О дефиниции «интеллигенция» спор начался еще во второй половине XIX в., продолжался он и в советское время. Считается, что впервые термин «интеллигенция» в России употребил в 1860-е гг. писатель П.Д. Боборыкин взамен писаревского термина «мыслящий пролетариат». Боборыкин понимал под «интеллигенцией» так называемый обра- 188
зованный авангард44. Примерно в это же время термин довольно часто стал применяться в Германии (intellectuelle) и Франции (intellectuels) как обозначение особого социального слоя, куда входили инженеры, техники, врачи, служащие и т.д., т.е. работники умственного труда. Характерно, что представления об этом слое были довольно смутными. Например, А. Грамши в первой половине 1930-х гг. предполагал, что у каждой новой социальной группы есть своя категория интеллигенции; исключением является лишь крестьянство, хотя оно и играет основную роль в сфере материального производства. Однако, по мнению Грамши, сельский интеллигент представляет собой для крестьянина некую социальную модель, подражая которой можно изменить свое положение и повысить свой материальный уровень45.
Современные обществоведы отмечают, что понятия «интеллигенция» и «интеллектуалы» имели общую смысловую нагрузку, но отражали культурные и социальные различия европейских обществ46. Специфику русской традиции термина «интеллигенция» особенно четко прояснил П. Струве, который считал, что интеллигенция является «идейно-политической силой» исторического развития русского общества, проявляет себя в отчуждении от авторитарного государства, в революционном радикализме47.
По канону социальной структуры советского общества, предложенному И.В. Сталиным в 1936 г., интеллигенция не рассматривалась как класс в отличие от рабочего класса и крестьянства48. В советское время в общественных науках под интеллигенцией понималась «социальная прослойка, состоящая из людей, профессионально занимающихся умственным трудом»49. Однако при анализе состава интеллигенции возникали постоянные трудности, что само по себе говорит об определенной неточности термина и его трактовок. Часть социологов в 1950-е гг. предлагала «разнести» людей умственного труда по двум классам: тех, кто состоял членами колхозов, - к колхозному крестьянству, а работавших на промышленных предприятиях 44 Интеллигенция // БСЭ. 1-е изд. М., 1937. Т. 28. С. 604. Иногда в качестве «первооткрывателя» термина фигурирует В. Белинский.
45 Грамши А. Тюремные тетради. Возникновение интеллигенции // http://avtonom.org/ old/lib/theory/gramshi_ttetradi.html?q=lib/theory/ gramshi_ttetradi.html
46 Куценко О. «Общество неравных». Харьков, 2000. //http://www. socnet.narod.ru/ libra ry/authors/kuzenko/content.htm
47 Струве П.Б. Интеллигенция и революция // Вехи. Сборник статей о русской интеллигенции. Репринт. М.: «Новое время» и журнал «Горизонт», 1990. С. 159-163,172.
48 Сталин И.В. Доклад на Чрезвычайном VIII Всесоюзном съезде Советов 25 ноября 1936 г. // http://stalinism.ru/Tom-XIV/O-proekte-Konstitutsii-Soyuza-SSR.html
49 Интеллигенция // БСЭ. 2-е изд. М., 1953. T. 18. С. 270.
189
и в организациях - к рабочему классу50. Споря с этим предложением, М.Н. Руткевич в 1960-е гг. подчеркивал, что «работники умственного труда не составляют однородной группы», а «должны быть подразделены на специалистов (интеллигенция в узком смысле слова) и служащих (служащих-неспециалистов)»51. Эта трактовка в советском обществознании постепенно заняла господствующие позиции. В группу «специалистов» включались лица, профессионально занимающиеся сложным умственным трудом, трудом высокой квалификации, требующим для своего выполнения, как правило, высшего или среднего специального образования52.
Признавая неоднородность интеллигенции, советское обществознание, тем не менее, не стало уточнять эту дефиницию. Термин «специалисты» также порождал путаницу. Например, 8 статистической отчетности социальная группа «специалисты» не выделялась: те агрономы, зоотехники и т.д., кто работал в колхозах, зачислялись при проведении переписей населения в категорию колхозников. Во втором издании «Большой советской энциклопедии», выходившем в 1950-е гг., например, в статье «Интеллигенция» в состав кадров «сельскохозяйственных специалистов» включены агрономы, животноводы, механизаторы и т.д., то есть те, кто обладал специальными навыками работы53. По мнению А.П. Тюриной, в оценке места «колхозной производственнотехнической интеллигенции» в социальной структуре советского общества 1960-1980-х гг. правомерно присутствовал «двумерный подход» (как к социальному слою интеллигенции, но как к классу колхозного крестьянства), так как определяющим признаком являлось отношение к колхозной собственности, а характер труда, как и другие критерии, - не являлись определяющими54, то есть она не видела возможности вычленения сельскохозяйственных интеллектуалов как самостоятельной социальной категории.
Итак, в советском обществознании термин «специалисты» использовался как условный аналог термина «интеллигенция». В работе «Социальная структура развитого социалистического общества в СССР» (1976 г.) об этом прямо писалось: «известная условность термина «специалисты» несомненна... В более общем смысле специалистом можно 50 См. подробнее: Руткевич М.Н. О социальной структуре советского общества // Социс. 1999. №4. С. 19-28.
61 Социальная структура развитого социалистического общества в СССР. М., 1976. С. 24.
52 См., например, трактовку категорий в книге: Экономический строй социализма. Т. 1.С. 610.
53 Интеллигенция // БСЭ. 2-е изд. Т. 18. С. 273.
54 Тюрина А.П. Колхозное крестьянство в социальной структуре развитого социалистического общества. С.135-154.
190
назвать работника, хорошо овладевшего той или иной специальностью ... Тем не менее, слово «специалист» получило очень широкое распространение как синоним дипломированного специалиста ... Именно поэтому понятие «специалисты» давно употребляется как одно из наименований интеллигенции как особой социальной группы»55. Однако и «специалисты» не обладали качествами однородности как определенная дефиниция. В этой же работе 1976 г. отмечается, что по характеру труда и самосознанию интеллигенция отличается как от колхозника, так и от рабочего совхоза, однако поясняется, что на должности специалиста может работать и «практик»56. О неоднородности сельских работников умственного труда писал в это же время известный социолог
B. И. Староверов. Он отмечал: «выделяются специалисты, профессионально занимающиеся высококвалифицированным умственным трудом, для выполнения которого требуется высшее или среднее специальное образование (интеллигенция в собственном смысле слова) и служащие неспециалисты, занимающиеся менее сложным умственным трудом, не требующим специального образования.... Более надежным критерием выступает характер и содержание труда ... От специалистов сельского хозяйства зависит, прежде всего, внедрение в производство достижений науки и техники, его интенсификация, научная организация труда». При этом учетно-счетный персонал В.И. Староверов относил к группе колхозников, занятых умственным трудом, не требующим образования в объеме вуза или техникума57.
Таким образом, даже на исходе советского времени исследователи испытывали трудности с интерпретацией понятия «специалисты», «интеллигенция», отмечая, впрочем, их вычлененность в социальной структуре советского общества, большую роль образования в формировании социальной идентичности и интеллектуализацию их труда.
Зарубежное обществознание также не было едино в осмыслении этой социальной категории. Еще в 1960-е гг. большинство советологов стали писать о возникновении нового класса на советском пространстве. Например, Р. Пайпс в 1961 г. отмечал, что «на первый план выдвинулись две группы - бюрократы и интеллектуалы, которые, являясь хранителями знаний, занимают руководящее положение в обществе»58. О том, что советская техническая интеллигенция представляет собой новый класс, писали и другие социологи59.
Социальная структура развитого социалистического общества в СССР. С. 77. Там же. С. 78, 85.
Староверов В.И. Советская деревня на этапе развитого социализма. М., 1976.
C. 98-106.
The Russian Intelligentsia. Ed. by R. Pipes. N.Y., 1961. P.1.
Azrael J. Managerial Power and Soviet Politics. Cambridge, Mass., 1966. P.1; Labedz I.. The Social Structure of the Soviet Intelligentsia // The Russian Intelligentsia. P. 63.
191
На VIII Всемирном социологическом конгрессе в Торонто в 1974 г. был проведен круглый стол, где обсуждалась проблема дефиниции «интеллигенция»60. Один из ведущих социологов мира А. Гелла в ходе обсуждения подчеркнул, что термином «интеллигенция» во всех развитых и развивающихся странах обычно обозначают группы, или страты, «образованных», но не имеющих собственности людей. По его мнению, интеллигенция в социалистических странах была «бесформенным и разношерстным новым средним классом», часть которого «составляет подлинная интеллигенция», или так называемые интеллектуалы (к последним он относил творческую интеллигенцию, диссидентов). Американский социолог А. Инкельс отмечал, что класс интеллектуалов не является единым, а включает в себя две социальноклассовые группы: высший слой интеллектуалов (выдающиеся ученые, деятели литературы и искусства) и всех остальных интеллектуалов. Таким образом, западные исследователи начали уже в 1960-1970-е гг. выделять интеллектуалов в отдельный социальный класс на том основании, что они обладают собственностью на научные знания и информацию.
Возможность более точной в научном плане терминологии, применительно к рассматриваемой социальной категории, дает введенное в 1969 г. Дж. К. Гэлбрейтом понятие «интеллектуальный капитал». Он определил этот термин как нечто большее, чем «чистый интеллект» человека, и включающее определенную интеллектуальную деятельность61. По мнению Дж. Гэлбрейта, во второй половине XX в. мировая экономическая система вступила в новую стадию своего развития, специфической чертой которой стало изменение роли факторов, участвующих в процессе общественного производства: приоритетными направлениями материальных и финансовых инвестиций становится интеллектуальный капитал, приобретающий форму капитала в силу общественной необходимости участия в создании общественных благ. Сегодня общепринятое определение интеллектуального капитала отсутствует. В общих чертах интеллектуальный капитал трактуется как капитал, воплощенный в знаниях, умениях, опыте, квалификации людей62. Современные авторы отмечают, что интеллектуальный капитал выступает в качестве определяющей составной части производственного капитала экономики, и связано это с созданием добавленной стоимости, базирующейся на знании и инновациях, носителем которых выступает человек с его развитыми способностями, 60 The Intelligentsia and The Intellectuals. Theory, Method and Case Study / Ed. By A. Gella.SAGE: ISA, 1976.
61 ГэлбрейтДж. Новое индустриальное общество. М„ 1969.
62 Экономический словарь // http://slovari.yandex.ru/search.xml7text
192
определяемыми высоким интеллектуальным и творческим потенциалом63.
Развитие теории интеллектуального капитала было продолжено осмыслением становления нового класса - носителя интеллектуального капитала. Основные идеи о новом классе были сформулированы в 1980-1990-е гг. Э. Гоулднером и А. Турэном. Э. Гоулднер говорил о возникновении во всех странах мира независимо от их общественной системы «нового класса интеллектуалов и интеллигенции»64. Описывая структуру нового класса, Гоулднер указывал на присутствие в ней как «интеллектуалов», так и «технической интеллигенции». Автор выделяет два основных теоретических параметра для измерения «нового класса»: 1) специфическую культуру дискурса, коммуникативное поведение; 2) общую теорию капитала, в которой «человеческий капитал» нового класса или «денежный капитал» старого капиталистического класса представляют собой частные случаи. Указанные параметры, по Э. Гоулднеру, определяют два основных образа в проявлении нового класса: образ «культурной буржуазии» («буржуазия» - в силу обладания специфическим видом капитала) и образ «общности специфического культурного дискурса». Класс интеллигенции и интеллектуалов представляет собой более образованную часть по сравнению со старым капиталистическим классом, а образование, знание являются тем самым специфическим капиталом, который, как считает Э. Гоулднер, определяет новый класс в среде классов собственников. Более того, по его мнению, возникновение нового класса является следствием диалектического развития капиталистического класса, так как получение прибыли в условиях конкуренции требует рационализации производства, повышения его эффективности, что существенно зависит от усилий нового класса интеллектуалов - интеллигенции и его специальных умений. Поэтому, полагает автор, старый капиталистический класс вынужден инвестировать в класс интеллигенции и способствовать поддержке его социального статуса иными средствами.
Еще одной важной чертой «нового класса», которую отмечают зарубежные социологи 1980-1990-х гг., является собственная идеология и собственные интересы, представленные в культурном капитале. Значительная часть социологов считает, что интеллектуалы движутся по пути к классовой власти. Например, И. Селеньи, Дж. Конрад считали, 63 Зуев А., Мясникова Л. Интеллектуальный капитал // Альманах «Восток». 2004. Вып. 2. Февраль// http://www.situation.ru/app/j_art_ 355.htm
64 Gouldner A. W. Against Fragmentation: The origins of Marxism and the society of intellectuals. N.Y., 1979; Gouldner A. W. The Future of Intellectuals and the Rise of the New Class // Social Stratification. Class, Race, and Gender in Sociological Perspective / Ed. by David B. Grusky. Westview Press, 1994. P. 711-722.
193
что с конца 1950-х гг. в СССР началось образование нового правящего класса, который, по всей видимости, включит в себя всю интеллигенцию65. Особенно ярко вхождение интеллектуалов во власть описывает французский социолог А. Турэн, который считает, что в условиях растущей концентрации власти, совмещения экономического господства, политической власти и культурной манипуляции недоминантные социальные группы вынуждены вести борьбу за свою самоидентификацию, становиться социальными акторами66. Об этом же пишет уже упоминавшийся Э. Гоулднер, по мнению которого новый класс интеллигенции и интеллектуалов, вырастающий на основе присвоения коллективно произведенного культурного капитала, представляет собой революционную силу общества поздней современности, является основным социальным актором нового трансформационного процесса. Нужно отметить, что в советологии тезис о конфликте интеллигенции и высших политических слоев СССР существовал и в более раннее время. Так, в 1970-е гг. С. Липсет отмечал, что советская интеллигенция стремится к власти, но коммунистическая партия стоит на пути этих устремлений67. Ф. Паркин писал о том, что слои технической и творческой интеллигенции являются единственными носителями знаний, способностей и квалификации, приобретающих «центральное значение для развития производительных и научных сил в современном индустриальном обществе». Эти группы интеллигенции являются «восходящим классом» и противостоят партийно-государственному аппарату - «нисходящему классу», что обуславливает необходимость перехода политической власти к интеллигенции68. Российские историки и социологи начала XXI в. отчасти разделяют взгляд на «специалистов» сельского хозяйства как на одну из элит советского села. Например, в работе «Многоукладная аграрная экономика и российская деревня» говорится о появлении в хозяйственной элите колхозно-совхозной деревни новой группы - «специалистов», которые влились в культурную элиту села, но не слились с ней, так как в отличие от врачей и учителей могли распоряжаться материальными ресурсами69.
65 Konrad G., Szelenyi I. The Intellectuals on the Road to Class Power. Brighton: Harvester, 1979.
88 Турэн А. Социальные движения, революция, демократия // Свободная мысль. 1991. Ns 14; Touraine A. The Voice and the Eye: An Analysis of Social Movements. Cambridge Univer. Press, 1981.
67 Lipset S. Social Stratification and Mobility in the USSR. N.Y., 1973.
68 Цит. по: ДавидовичЯ.А., Староверов В.И. Критический анализ англо-американских советологических концепций социальной структуры и образа жизни сельского населения СССР периода развитого социализма // Социальная структура сельского населения. М., 1991. С. 156-157.
89 Многоукладная аграрная экономика и российская деревня (середина 80-х-90-е годы XX столетия). М„ 2001. С. 36.
194
Завершая обзор, можно заключить, что однозначной трактовки социальной категории «носителей знания» не существует. Во всемирной историографии применительно к ним чаще употреблялся термин «интеллектуалы», в советской и постсоветской историографии - термины «интеллигенция» и «служащие». На наш взгляд, в отношении рассматриваемой категории наиболее верным является определение «интеллектуалы» - по характеру труда этой группы, контролируемому ресурсу (знанию, интеллекту), месту в производстве и т.д., тем более что после разработки теорий «интеллектуального капитала», «класса знания» к началу XXI в. сложилось понимание интеллектуалов как социального класса, который объединяет в себя индивидов, профессионально занятых высококвалифицированным умственным трудом и объединенных схожим местом в имущественной структуре (базирующейся, прежде всего, на «интеллектуальной собственности»), а также обладающих близкими правами и обязанностями70. Возражения по поводу «звучания» этого термина в отношении людей, не сидящих в кабинетах, не создающих элитных произведений искусства, научных трактатов и т.п., понятны. При всей кажущейся необычности применения названия «интеллектуалы» к работавшим в сельском хозяйстве 1930- 1980-х гг. агрономам, экономистам, ветеринарам, зоотехникам, инженерам и т.д. оно наиболее точно отражает суть этого социального класса. Именно добытые в результате получения специального образования знания, интеллект, используемый как своеобразный вид производственного капитала, внедряли они в жизнь колхозов и совхозов. Терминология же советского времени, когда господствовавшая идеология не позволяла признать интеллектуалов классом и заставляла ученых рассматривать их как прослойку «интеллигенцию» и ее отряд - специалистов сельского хозяйства, сыграв свою положительную роль в осмыслении общественных процессов, должна уйти в прошлое.
Иными словами, обладание собственностью на научные знания и информацию, т.е. накопление «культурного капитала», выделяет интеллектуалов в отдельный социальный класс. Значимость данной категории на фоне верхушечных социальных групп колхозно-совхозной деревни (протобуржуазии и менеджеров) проявляется в неменьшей модернизационной роли интеллектуального фактора в сравнении с индустриализацией и капитализацией аграрной экономики, новой управленческой системой. Об этом же говорит и синхронность процессов технико-технологических преобразований, смены повинностной «реставрации» открытым капитализаторством с переходом от «накоплеСм. например: Солодовников С.Ю. Класс интеллектуалов // Большой энциклопедический словарь. Философия, социология, религия, эзотеризм, политэкономия / гл. науч. ред. и сост. С.Ю. Солодовников. Минск, 2002. С. 364.
195
ния» сельскохозяйственных интеллектуалов в основном за пределами колхозов и совхозов к имплантации их в деревенскую экономику, что происходит в значительной степени в 1950-е гг. Впрочем, это уже предмет конкретно-исторических наблюдений.
* * *
Понятие «рабочая аристократия», применяемое нами к описанию работников сельскохозяйственного труда, выполняющих операции с помощью машин и механизмов, также мало применялось в советской историографии. Появление слоя сельскохозяйственных рабочих в России, как правило, российскими обществоведами связывалось с отменой крепостного права. В словаре Брокгауза и Ефрона сельские рабочие определялись как лица, которые непосредственно своим трудом участвуют в сельском хозяйстве, отдавая свою рабочую силу по договору найма в распоряжение предпринимателей сельскохозяйственной промышленности за определенную плату, причем последняя является для них исключительным или, по крайней мере, главным источником средств к существованию. Этими признаками, по мнению автора словарной статьи, сельский рабочий отличался от раба и крепостного, работавших на землевладельца по принуждению, и от самостоятельного крестьянина, жившего на доход с собственного участка, а также от кустаря-работника и фабричного пролетария, занятых в иных отраслях производства, нежели сельское хозяйство. В статье «Сельские рабочие» словаря Брокгауза и Ефрона отмечалось, что, кроме сельских рабочих в собственном смысле, имелся еще обширный контингент лиц, которые, хотя и прибегали к сельскохозяйственным работам по найму, но, владея сами участками земли на правах собственности или аренды, смотрели на заработную плату лишь как на подсобный, а не как на главный источник дохода. Эта категория лиц, относившаяся к сельским рабочим в широком смысле, представляла переходную группу между еще вполне самостоятельными крестьянами и сельскими рабочими уже в полном смысле.
В этой же словарной статье о сельских рабочих сделана попытка сгруппировать их в категории, среди которых выделялись сроковые работники (батраки), оседлые рабочие, поденщики и др. Однако автор статьи отметил, что распределение сельских рабочих на отдельные категории затруднено, и обусловлено это незначительностью разделения труда и разделения занятий в сельском хозяйстве, хотя много изменений внесло усиливающееся применение машин в сельском хозяйстве71.
71 Кириллов Л. Рабочие сельские // Энциклопедический словарь / изд. Ф.А. Брокгауз, И.А. Ефрон. СПб., 1899. T. 51. С. 7-16.
196
Термина для обозначения сельскохозяйственных рабочих, трудящихся с помощью машин и механизмов, долгое время не существовало. Так, В.И. Ленин употреблял термин «машинисты»72. Машинистами долгое время называли работающих на тракторе и в российской деревне, что отражено в частушках 1930-х гг.:
Ой, Ванюшка мой миленок, Да с характером. Стал он нынче машинист, Управляет трактором73.
В последующие годы в партийных и государственных документах СССР употреблялись названия конкретных специальностей - тракторист, комбайнер и т.д. Обобщающее понятие для данной социальной группы попытались дать авторы «Сельскохозяйственной энциклопедии» (1935 г.), в которой говорилось о формировании в совхозах и МТС сельскохозяйственного пролетариата нового индустриального типа - трактористов, комбайнеров, водителей других сложных уборочных машин74. Таким образом, отмечался важный признак представителей данного социального класса - «пролетарскость», т.е. отсутствие обладания собственностью на средства производства и продажа собственной рабочей силы как главного источника средств для жизни. В русле этого же подхода рассуждали Г. Горбатенко и В. Доброхотова - авторы одной из глав работы «Доходность и накопление в колхозах в 1933 г.». Они писали: «В колхозах будет быстро исчезать тип прежнего «землероба», ограниченного примитивной допотопной «техникой» старой деревни. На его место вырастет работник крупного социалистического земледелия, оснащенный агрономическими знаниями, владеющий машинной техникой ... Все это есть выражение процесса превращения сельскохозяйственного труда в разновидность индустриального труда. На этой основе в колхозном производстве складываются новые профессии высокой квалификации труда, вырастают настоящие мастера сельхозпроизводства»75.
Исследователь происхождения понятия «механизаторы сельского хозяйства» Б.Н. Тарасов писал, что данный термин получил распространение только в середине 1950-х гг. и использовался для обозначе'' Ленин В.И. Доклад о работе в деревне на VIII съезде РКП(б) 23 марта 1919 г. // Пенин В.И. Полное собрание сочинений. Т. 38. С. 204.
' ’ Русские частушки II http://bookz.ru/authors/gressi/russkie-_552/page-17-russkie-_552. html
Пролетариат сельскохозяйственный // Сельскохозяйственная энциклопедия. М., 1935. Т.Д. С. 111.
РГАЭ. Ф. 260. Оп. 1. Д. 261. Л. 21.
197
ния работников, управлявших машинами преимущественно нестационарного характера76. Словари того времени определяли механизатора как рабочего, обслуживающего в сельском хозяйстве машины и механизмы77. В советском обществоведении утвердилось название «механизаторы сельского хозяйства», коренное отличие которых от других групп работников состояло в том, что «их труд был механизирован»78. В то же время Б.Н. Тарасов справедливо отметил, что в связи с индустриализацией в сельском хозяйстве постоянно возникали новые специальности работников, связанных с различными видами техники, в 1970-е гг. их количество составляло свыше семидесяти. Все это заставляло продолжить дискуссию по поводу круга профессий и специальностей, включаемых в состав сельских механизаторов. Часть исследователей к механизаторам продолжала относить только трактористов и комбайнеров; близкую к ним позицию заняли исследователи, ограничивавшие категорию механизаторов лишь теми, кто работал на двигателях внутреннего сгорания. Однако в сельском хозяйстве использовались и другие источники энергии (электроэнергия в животноводстве), появились те, кто управлял машинами дистанционно, что порождало сомнения в границах понятия «сельские механизаторы»79. Даже среди самих работников сельского хозяйства не было единства в определении круга механизаторских профессий. Так, в ходе проведенного на рубеже 1970-1980-х гг. опроса среди председателей колхозов России, главных инженеров колхозов, совхозов и межхозяйственных объединений, трактористов, шоферов, работников ремонтных мастерских без колебаний к механизаторам были отнесены лишь трактористы- машинисты, комбайнеры и мастера-наладчики80.
Вся эта дискуссия вокруг понятия «сельские механизаторы» показала, что в сельском хозяйстве возникла большая социальная группа, отличающаяся от остальных категорий по характеру и содержанию труда, обладающая более высокой, чем рядовые работники, квалификацией и связанная с переносом в стоимость сельхозпродукции результатов прошлого труда (капитала). При этом уже в середине 1930-х гг. отмечался ее особый, привилегированный статус: авторы «Сельско76 Тарасов Б.Н. Понятие и состав социальной категории «механизаторы сельского хозяйства» // Социальная структура сельского населения. М., 1981. С. 68.
77 Механизатор // Большой толковый словарь русского языка / под ред. С.А. Кузнецова. СПб., 2000. С. 538; Ожегов С.И. Словарь русского языка. М., 1953. С. 309.
™ Амвросов А.А. Изменение социальной структуры советского общества. М., 1976. С. 4; Симуш П.И. Преобразование социальной природы крестьянина // Коммунист. 1971. № 17. С. 60; Арутюнян Ю.В. Социальная структура сельского населения СССР. М„ 1971. С. 1; и др.
79 Тарасов Б.Н. Понятие и состав социальной категории... С. 68-69.
80 Там же. С. 67.
198
хозяйственной энциклопедии» особо отмечали, что на сельскохозяйственный пролетариат (трактористов, комбайнеров) полностью распространялось социальное законодательство в отношении условий труда рабочих81. Несмотря на то, что советское обществознание создало определенный стереотип в отношении социальной группы работавших с помощью машин и механизмов, поиски адекватного термина продолжались и в других направлениях.
Зарубежное обществознание также выделяло работающих с машинами и механизмами в особую социальную группу. Терминология при этом весьма различалась. Так, в 1940-е гг. благодаря британским социологам в обиход вошел термин «синие воротнички», под которым понимались квалифицированные рабочие, занятые физическим трудом с почасовой оплатой. Это понятие противопоставлялось «белым воротничкам» - инженерно-техническому персоналу и конторским служащим, «серым воротничкам» - работникам обслуживающих подразделений82. О сложившемся слое «синих воротничков» в российской деревне 1930-х гг. пишет Ш. Фицпатрик, относя к этой категории механизаторов (трактористов, шоферов, комбайнеров) и кузнецов. По ее мнению, данная категория характеризовалась владением современными профессиями (механизаторы), большой текучестью кадров, привилегированной (гарантированной) оплатой труда, а также направленностью деятельности и чаяний «вовне» деревенской среды - в МТС и стремлением к уходу из деревень83.
На близость к технике и механизмам делали упор и французские социологи, в 1960-е гг. формируя понятие «новый рабочий класс» (new working class). О нем писали С. Малле, А. Туре, А. Герц и др. Под этим термином понималась страта в рабочем классе, отличающаяся от традиционного рабочего класса, во-первых, работой в качестве техников в современных, основанных на технологии областях промышленности; во-вторых, большей боевитостью профсоюзов. Французские социологи видели в достижениях технологии важные последствия для труда84.
Для обозначения привилегированной группы рабочих существовал и еще один термин - «рабочая аристократия» (labor aristocracy). Данный термин появился в середине XIX в. и был введен в научный * 112
Пролетариат сельскохозяйственный // Сельскохозяйственная энциклопедия... С. 113.
112 Воротнички // Райзберг Б.А., Лозовский Л.Ш., Стародубцева Е.Б. Современный экономический словарь. М., 2006.
"3 Фицпатрик Ш. Сталинские крестьяне. Социальная история советской России в 30-е годы: деревня. М„ 2001. С. 160-161.
"4 Новый рабочий класс I/Дэвид Д., Джери Дж. Большой толковый социологический словарь. М., 2001. Т. 2.
199
оборот Ф. Энгельсом в отношении части английских рабочих85 86. О рабочей аристократии в рабочем движении много писал в начале XX в. и В.И. Ленин86. И.В. Сталин также обращался к этой концепции. Например, в середине 1920-х гг. он пояснял: «рабочая аристократия, верхушка рабочего класса, наиболее обеспеченная часть пролетариата с ее стремлением к компромиссам с буржуазией, с ее преобладающим настроением приспособления к сильным мира, с ее настроением “выйти в люди”»87. Советская историография также придерживалась этой схемы88. В советское время под термином «рабочая аристократия» подразумевался слой рабочего класса капиталистических стран, получающий самую высокую зарплату и пользующийся самыми выгодными условиями труда, элита класса. Советские авторы писали, что данный слой «подкуплен буржуазией», а поэтому склонен к компромиссу с классом капиталистов и не проявляет заинтересованности в радикальных формах классовой борьбы89. Наличие же рабочей аристократии в СССР советскими историками и экономистами отрицалось. Так, в 1932 г. в крупном издании о совхозах под редакцией А.П. Теряевой говорилось: «Тракторист, комбайнер, гуртоправ, свинарь ... стали центральной фигурой в сельском хозяйстве ... Это - не «рабочая аристократия», создаваемая в капиталистических странах с целью размежевания рабочей среды...»90. Если в советских классовых схемах наличие рабочей аристократии в СССР отрицалось, то в эмигрантских и диссидентских средах - признавалось. Складывание рабочей аристократии в СССР в 1930-е гг. описал Л.Д. Троцкий, который подчеркивал, что «выделение рабочей аристократии оказалось возможным только благодаря предшествующим экономическим успехам страны». По его мнению, главным признаком советской рабочей аристократии было «особое благополучие». Например, он указывал, что рабочие сов85 Энгельс Ф. [Письмо] Марксу 7 октября 1858 г. // Маркс К. и Энгельс Ф. Сочинения. 2 изд. Т. 29.
86 Ленин В.И. Крах II Интернационала // Ленин В.И. Полное собрание сочинений. 5 изд. Т. 26. С. 227, 248-250, 255, 262-263, 265; Он же. Империализм, как высшая стадия капитализма // Там же. Т. 27. С. 307-308,402-406,423-424; Он же. Империализм и раскол социализма // Там же. Т. 30. С. 165,168-179.
87 Сталин И.В. Еще раз о социал-демократическом уклоне в нашей партии. Доклад 7 декабря 1926 г. на VII расширенном пленуме ИККИ // Сталин И.В. Полное собрание сочинений. М„ 1948. Т. 9. С. 10-11.
88 См. подробнее: Депретт Ж.-П. Официальные концепции рабочего класса в СССР (1920-1930-е гг.) // Экономическая история. Обозрение / под ред. Л.И. Бородкина. М., 2001. Вып. 7. С. 93-114.
88 Любимова В.В. Рабочая аристократия // Большая советская энциклопедия // http:// bse.sci-lib.com/article094686.html
90 Воиткевич М. Основные вопросы труда в совхозах // Совхозы к XV годовщине Октября / под ред. А.П. Теряевой. [Б. м.] Сельхозгиз, 1932. С. 68.
200
хозов, «трактористы, комбайнеры и проч., т.е. уже заведомая аристократия, имеют собственных коров и свиней»91. Сходные мысли высказывал А.А. Амальрик в 1970 г., описывая свое пребывание в сибирской деревне: «Механизаторы: трактористы, комбайнеры, шоферы, кузнецы - колхозная аристократия. Они авансируются на трудодень уже не тридцатью, а шестьюдесятью копейками и получают при окончательном расчете не один килограмм зерна, а два. Благодаря этому с начала посевной до конца уборочной их заработки для колхоза довольно высокие, у некоторых превышают сто рублей в месяц,... к механизаторам еще относятся кузнец и дояр-моторист на ферме»92.
Во второй половине XX в. дискуссии о рабочей аристократии, ее классовом характере в мировой социологии и экономике получили новое развитие. Многие авторы, Кроссик (1978), Хобсбаум (1968) и др., отличали эту фракцию через высокий устойчивый доход, низкий процент вступления в браки с другими классовыми группами, особые развлечения в нерабочее время и проведение досуга, социальные ценности, а также сильную веру в профсоюзное движение и в добровольное коллективное действие93. В начале 1980-х гг. Макс Эльбаум и Роберт Сельтцер призвали к возобновлению дискуссии по теории рабочей аристократии. По их мнению, «в самом общем смысле рабочая аристократия включает в себя те части рабочего класса, которые являются главными получателями выгод от монополистического подкупа. Однако относительно благоприятное положение рабочей аристократии не служит отрицанием ее неотъемлемого классового общественного положения; члены рабочей аристократии, все же, эксплуатируются капиталом ... Это ... верхний слой рабочих, т.е. рабочие с величайшими экономическими и политическими средствами для достижения цели, происходящими из их стратегической роли в капиталистическом производстве и часто из их передового уровня организации»94.
Данный термин используется и в современной российской и зарубежной социологии, в том числе и применительно к современной истории России, так как считается, что понятие «рабочая аристократия» верно указывает на неоднородность рабочего класса. Однако все отмечают, что оно остается достаточно неопределенным95. Сегодня этим поТроцкийЛ.Д. Преданная революция...
92 Амальрик А.А. Нежеланное путешествие в Сибирь. New York : Harcourt Brace Jovanovich, 1970. C. 163-164.
99 Рабочая аристократия II Дэвид Д., Джери Дж. Большой толковый социологический словарь... Т. 2.
Elbaum М., Seltzer R. The Labor Aristocracy: The Material Basis for Opportunism in the Labor Movement// Line of March. Май-июнь 1982.
95 Рабочая аристократия // Аберкромби Н„ Хилл С., Тернер Б.С. Социологический словарь. М., 2004.
201
нятием обозначается высший и привилегированный слой работников физического труда, который благодаря своей редкой квалификации, стратегической позиции или организационной силе и силе профсоюзов обеспечивает себе более выгодные условия96.
По нашему мнению, термин «рабочая аристократия» наиболее точно отражает суть данного социального класса. Формирование его в сельском хозяйстве России было тесно сопряжено с активными процессами развития в деревне государственного капитализма в 1930- 1980-е гг. Социальный статус класса рабочей аристократии базировался на овладении техникой - главным материальным фактором капитализировавшейся экономики. Так как арсенал машин и механизмов, применяемых в сельском хозяйстве, расширялся, класс рабочей аристократии также рос. Если первоначально в состав данного класса входили трактористы, комбайнеры, шоферы, то позднее - операторы машинного доения, операторы по откорму животных и др. Выделение сельскохозяйственных рабочих данных профессий в особый социальный класс может быть зафиксировано на основе анализа коренных отличий этой категории от других частей сельскохозяйственного социума в экономическом, объемно-правовом, культурно-поведенческом и т.п. положении.
* * *
Еще один подход к определению классовой градации связан с дефиницией «сельскохозяйственный пролетариат». Применение данного термина может показаться необычным в ракурсе рассмотрения самого массового рабочего слоя советской колхозно-совхозной деревни, по традиции называемого «колхозным крестьянством» и «совхозными рабочими». Данные классовые определения общепринятыми сделала еще советская историографическая традиция, характеризуя процесс «вызревания» сельских тружеников новой формации. Истоки этой традиции восходят к мнению И.В. Сталина, высказанному в 1936 г.: «Наше советское крестьянство является совершенно новым крестьянством. У нас нет больше помещиков и кулаков, купцов и ростовщиков, которые могли бы эксплуатировать крестьян. Стало быть, наше крестьянство есть освобожденное от эксплуатации крестьянство ... Советское крестьянство в своем подавляющем большинстве есть колхозное крестьянство, то есть оно базирует свою работу и свое достояние не на единоличном труде и отсталой технике, а на коллективном труде и современной технике. Наконец, в основе хозяйства нашего крестьянства лежит не частная собственность, а коллективная соб96 Там же.
202
ственность, выросшая на базе коллективного труда»97. С.Л. Сенявский, С.П. Трапезников, П.И. Симуш, В.Б. Островский, М.А. Вылцан, И.М. Волков, А.П. Тюрина и др. прочно прописали в советской историографии схему, согласно которой после коллективизации крестьянство как «класс феодального и раннекапиталистического общества»98 трансформировалось в «класс колхозного крестьянства» - «однородный социалистический класс, главными признаками которого стала общественная собственность на орудия и средства производства»99. Их анализ социальной структуры сельского населения также показал наличие «сельского рабочего класса (рабочих совхозов)»100. Советская историография определяла новый класс «колхозное крестьянство» как «работников физического сельскохозяйственного труда, владеющих групповой собственностью на средства производства и объединенных на этой основе в сельхозартели» (С.Л. Сенявский)101. П.И. Симуш определял «колхозное крестьянство» как «класс, состоящий из совокупности работников, занимающихся в основном физическим трудом, добровольно объединившихся для совместного ведения крупного социалистического сельскохозяйственного производства на основе кооперативной собственности и коллективного труда»102. Таким образом, советская историография употребляла в отношении части рассматриваемого социального класса термин «крестьянство», хотя и подчеркивала его новые «социалистические черты». В отношении рабочих совхозов говорилось о том, что это один из отрядов рабочего класса СССР, который приближается к «отряду индустриального пролетариата».
Несколько иным образом развивались представления о классовом характере сельского населения у социологов СССР. Начавшееся в 1960-е гг. и продолжившееся в последующий период бурное обсуждение социального состава сельского населения привело исследователей к выводу о складывании профессиональных групп в российской совет97 Сталин И. В. О проекте Конституции Союза ССР // Правда. 1936. 26 ноября.
98 Сенявский С.Л. Изменения в социальной структуре... С. 122.
99 Островский В.Б. Колхозное крестьянство СССР. Политика партии... С. 101.
100 Арутюнян Ю.В. Социальная структура сельского населения СССР...; Волков И.М. Трудовой подвиг колхозного крестьянства в послевоенные годы...; Вылцан М.А. Завершающий этап создания колхозного строя...; Вылцан М.А. Советская деревня накануне Великой Отечественной войны...; Островский В.Б. Колхозное крестьянство СССР. Политика партии...; Сдобное С.И. Советская деревня на пути социального прогресса...; Сенявский С.Л. Изменения в социальной структуре советского общества... М., 1973; Симуш П.И. Социальный портрет советского крестьянства...; Трапезников С.П. Ленинизм и аграрно-крестьянский вопрос... Т. 2; Тюрина А.П. Социально-экономическое развитие советской деревни 1965-1980...; Экономический строй социализма...; и др.
10' Сенявский С.Л. Изменения в социальной структуре советского общества... С. 124.
102 Симуш П.И. Социальный портрет советского крестьянства... С. 30.
203
ской деревне, что служило, по их мнению, основой дифференциации. Так, В.И. Староверов высказал мнение о том, что в колхозно-совхозной деревне сложились группы колхозников (совхозных рабочих), состоящие из занятых 1) квалифицированным ручным трудом без машин и механизмов (доярки, телятницы, свинари, садоводы и др.) и 2) неквалифицированным и малоквалифицированным ручным трудом (неквалифицированные работники, занятые на конно-ручных работах) и др. В.И. Староверов считал эти группы отдельными группами совхозных рабочих и колхозного крестьянства103. В то же время Ю.В. Арутюнян, О.Н. Трубицын показывали социальную близость рабочих совхозов и колхозников. В частности, О.Н. Трубицын писал, что «рабочие совхозов ... представляют собой промежуточную ступень между колхозным крестьянством и ... индустриальным рабочим классом. В настоящее время значительную часть рабочих совхозов можно даже в известном смысле рассматривать как одну социальную группу с колхозным крестьянством»104. В.Б. Островский считал, что колхозное крестьянство и совхозных рабочих нельзя считать единой или близкой к единству общностью, так как, по его мнению, важнейшим признаком, определяющим границы класса, является его отношение к собственности. В.Б. Островский подчеркивал, что в колхозной деревне собственность носила кооперативный характер, а в совхозах - государственный. Однако отметим, что сущность и характер отношений собственности в советском обществознании также были определены идейными постулатами, что, в свою очередь, не давало возможности исследователям прийти к взвешенным выводам. Тот же В.Б. Островский предлагал выделять четыре основные группы среди рабочих села и колхозников, среди которых: «1) занятые неквалифицированным физическим трудом, не имеющие профессиональной подготовки и специальности, разнорабочие на конно-ручных работах; 2) занятые малоквалифицированным физическим трудом, но имеющие постоянное место работы, профессиональную подготовку, специальность» и др.105
Данные подходы, однако, не позволяют идентифицировать границы новой социальной группы в рамках эволюции традиционного крестьянства, так как под «крестьянством» понимается класс (сословие?), обладающий весьма определенными признаками. «Крестьянство» уже в 1930-е гг. определялось И.В. Сталиным как «класс мелких произво103 Староверов В.И. Советская деревня на этапе развитого социализма.
104 Трубицын О.Н. К вопросу о социальной структуре села // Социологическое изучение села: социальная структура, труд, управление. М., 1968. С. 56.
105 Островский В. Б. Социальная структура сельского населения в условиях развитого социалистического общества // Проблемы истории современной советской деревни 1946-1973. М„ 1975. С. 130-146.
204
дителей, члены которого атомизированы, разбросаны по лицу всей страны, копаются в одиночку в своих мелких хозяйствах с их отсталой техникой, являются рабами частной собственности и безнаказанно эксплоатируются помещиками, кулаками, купцами, спекулянтами, ростовщиками и т.п.»106. Достаточно близким по смыслу представляется и признанное сегодня определение крестьянства, данное Т. Шаниным, согласно которому крестьяне - это мелкие сельскохозяйственные производители, которые, используя простой инвентарь и труд членов своей семьи, работают прямо или косвенно - на удовлетворение своих собственных потребительских нужд и выполнение обязательств по отношению к обладателям политической и экономической власти»107. В хрестоматии «Великий незнакомец», вышедшей на русском языке в 1992 г., очерчивались контуры особенностей крестьянской экономики, ведущейся семьей и являющейся элементом образа жизни; отличия крестьянских и фермерских хозяйств; особенности крестьянской культуры, представлявшей сочетание большой и малой традиций и особой эстетики, воплощенной в «ладе»; особенности крестьянского протеста, связанного с его скрытым, пассивным характером; мировая практика действия властей в отношении деревенских сообществ. Таким образом, становилось ясно, что в определении крестьянства как сословия (класса?) традиционного общества присутствуют важные классообразующие признаки, а в описании «класса колхозного крестьянства», предложенном советским обществознанием, они совершенно не очевидны. Как мы видели выше, даже советское обществознание находилось в замешательстве и во второй половине XX в. обращало внимание на то, что в крестьянстве сложилось определенное количество «структурных групп», различающихся по доходам, образованию, профессиональной подготовке и т.д.108 Однако о существовании класса «крестьянство» в советское и постсоветское время продолжало писать большинство исследователей.
В конце 1980 - начале 1990-х гг. в советской, а затем и в российской исторической науке внимание многих исследователей было приковано к изучению процесса раскрестьянивания, который в самом общем виде трактовался как утрата жителями деревни крестьянских черт. Один из авторов данной книги трактовал раскрестьянивание как процесс отрыва основной массы населения от сельскохозяйственной деятель108 Сталин И.В. О проекте Конституции Союза ССР...
107 Шанин Т. Понятие крестьянства // Великий незнакомец: Крестьяне и фермеры в современном мире. М., 1992. С. 11.
108 См. например: Внутриклассовые изменения крестьянства. Минск, 1966. С. 14; Арутюнян Ю.В. Социальная структура сельского населения СССР. С. 334; Староверов В.И. Социальная структура сельского населения СССР на этапе развитого социализма; и др.
205
ности, товаризацию рабочей силы, утрату крестьянством хозяйственной самостоятельности, возможности социального воспроизводства, как перерождение основных сущностных социальных характеристик. По его мнению, выделялись «внутреннее» и «внешнее» раскрестьянивание. Первое - характеризуется как процесс внутреннего перерождения крестьянства, приобретения нового социального облика остающимися жить в деревне. Под вторым - понимается миграция - прямое выталкивание из крестьянской среды, из деревни в результате подрыва воспроизводства двора109. С позиции социологической науки В.Д. Озмитин трактовал процесс раскрестьянивания как насильственное отчуждение природно-социальной сущности крестьянства как самостоятельного хозяйствующего субъекта, сочетающего в одном лице владельца, пользователя и распорядителя землей, средствами производства, самим трудом, его результатами и добровольно объединяющегося в выгодные для него кооперативные, ассоциированные организации110. Множество мнений о процессах раскрестьянивания в России и в мире было высказано в ходе работы семинара специалистов по аграрной истории Института российской истории РАН и Междисциплинарного центра социальных исследований (Интерцентра) «Современные концепции аграрного развития», особенно при обсуждении книги А. Мандра «Конец крестьянства»111. В частности, Т.Е. Кузнецова считала, что раскрестьянивание российской деревни связано с трансформацией сельской местности в городскую, переводом колхозников в совхозных рабочих; Ю.Г. Александров обратил внимание на то, что судьбу крестьянства на Западе определяет превращение его из производителя продовольствия для самого себя в агента общественного разделения труда, производителя товарной продукции и превращение в товар основного средства производства-земли; М.А. Безнин подчеркнул, что крестьянским может считаться хозяйство, не только ведущееся трудом членов своей семьи, но и за счет, прежде всего, ресурсов живого труда, а не капитала. В ходе дискуссии высказывались и разные мнения о результатах процесса раскрестьянивания. Т. Шанин, например, говорил, что его исходами являются: 1) пролетаризация, 2) фермерство, 3) пауперизация (типична для стран третьего мира), 4) коллективизация112. Напомним, что В.И. Ленин считал раскрестьянивание процессом коренного разрушения старого патриархального крестьянства и созда109 См. подробнее: Безнин М.А. Раскрестьянивание России // Крестьянское хозяйство: история и современность. Вологда, 1992. Ч. 1. С. 103-110.
110 Озмитин В.Д. Раскрестьянивание и окрестьянивание по-российски // Социологические исследования. 1994. № 3. С. 65.
111 Современные концепции аграрного развития. Теоретический семинар. Анри Мандра. Конец крестьянства // Отечественная история. 1994. № 2.
112 Там же.
206
ния новых типов сельского населения. Среди них он называл сельскую буржуазию (зажиточное крестьянство) и сельский пролетариат (класс наемных рабочих с наделом, в том числе батрачество)113. В конце нэпа, рассматривая процессы развития крестьянства, политическая элита СССР сделала выводы, что в капиталистическом обществе есть только два пути развития крестьянства - превращение в мелкого капиталиста или пролетария. В СССР же есть третий путь - передвижение бедноты в среднее крестьянство114.
Как видим, большинство исследователей считали, что процессы раскрестьянивания и пролетаризации неразрывно связаны между собой, они отражают сущность социальной трансформации традиционного общества. В то же время и сущность процесса пролетаризации трактовалась всеми очень по-разному.
На наш взгляд, основная масса сельскохозяйственного населения деревни колхозно-совхозного периода, занятая ручным физическим трудом, не просто была охвачена процессом раскрестьянивания (как и другие классы деревни), но превратилась в новый класс - класс сельскохозяйственного пролетариата. В классическом марксизме середины XIX в. пролетариат определялся как «общественный класс, который добывает средства к жизни исключительно путем продажи своего труда, а не живет за счет прибыли с какого-нибудь капитала»115. Согласно устоявшимся в социологии, политологии трактовкам пролетариат - это «класс, источником средств существования которого является заработная плата, а единственным имеющим материальную ценность достоянием - его рабочая сила». Значимым признаком принадлежности к пролетариату является также отчужденность от собственности116. Известны и другие трактовки понятия «пролетариат». Например, русский философ И.Л. Солоневич считал, что «в среднем пролетариат - это неквалифицированные низы рабочей массы»117. В конце 1920-х - начале 1930-х гг. под пролетарскими понимались хозяйства без рабочего скота (безлошадные) и без крестьянского хозяйства (земли), хотя наличие земельного участка давало возможность также отнесения хозяйства к пролетарскому, если отсутствовала лошадь118. В современных Ленин В.И. Развитие капитализма в России // Ленин В.И. Полное собрание сочинений. М., 1963. T. 3. С. 165, 168-170.
14 Пятнадцатый съезд ВКП(б). Резолюции и постановления. 1927 // КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и Пленумов ЦК. М., 1970. T. 4. С. 55.
1,5 Энгельс Ф. Принципы коммунизма // Маркс К., Энгельс Ф. Избранные сочинения. М., 1985. Т. 3. С. 122.
П6 Пролетариат // Андерхилл Д., Барретт С., Бернем А. и др. Политика. Толковый словарь. М., 2001.
”z Солоневич И.Л. Диктатура сволочи II http://samoderjavie.ru/ node/395
1,8 Труд в СССР. Справочник 1926-1930 гг. / под ред. Я.М. Бинемана. М., 1930. С. XXX.
207
английских и американских словарях термин «пролетариат» толкуется, как «класс промышленных наемных работников, которые, не обладая ни капиталом, ни средствами производства, должны зарабатывать себе на жизнь, продавая свой труд; беднейший класс работающих людей»”9; «класс наемного труда в капиталистическом обществе, владеющий только такой значительной материальной ценностью, как своя рабочая сила»119 120. Энциклопедия Британика поясняет, что «пролетариат - один из самых низших экономических и социальных классов в обществе». По мнению составителей этого словаря, пролетариатом чаще назывались промышленные рабочие, те же, кто работал по найму в сельском хозяйстве, именовались «сельскохозяйственные рабочие»121. И. Валлерстайн трактует пролетаризацию в качестве процесса увеличения процентной зависимости от денежных поступлений за наемный труд122. Японский исследователь Мацусита Кэйъити считает, что процесс пролетаризации является следствием обобществления труда. Он связывает этот феномен с увеличением числа наемных работников, отделением от традиционных средств производства, формированием рабочего класса123.
В СССР середины 1930-х гг. термин «пролетариат» практически вышел из употребления в связи с установкой, изложенной И.В. Сталиным; «Рабочий класс СССР ... часто называют по старой памяти пролетариатом. Но что такое пролетариат? Пролетариат есть класс, лишенный орудий и средств производства при системе хозяйства, когда орудия и средства производства принадлежат капиталистам и когда класс капиталистов эксплуатирует пролетариат ... Но у нас класс капиталистов, как известно, уже ликвидирован, орудия и средства производства отобраны у капиталистов и переданы государству ... Стало быть, наш рабочий класс не только не лишен орудий и средств производства, а наоборот, он ими владеет совместно со всем народом. А раз он ими владеет, а класс капиталистов ликвидирован, исключена всякая возможность эксплуатации рабочего класса. Можно ли после этого назвать наш рабочий класс пролетариатом? Ясно, что нельзя ... Это значит, что пролетариат СССР превратился в совершенно новый класс, в рабочий класс СССР, уничтоживший капиталистическую систему хозяйства, утвердивший социалистическую собственность на орудия и средства производства и направляющий советское общество по 119 American Heritage Dictionary Houghton. Mifflin Company. 2007.
120 Оксфордский Словарь Политики. Oxford University Press, 2003.
121 http://www.britannica.com/EBchecked/topic/478619/proletariat
122 Валлерстайн И. Маркс и история: плодотворное и неплодотворное прочтение // http://avtonom.org/old/lib/theory/wallerstein/marx-history. html
123 См. об этом: Михалев А.А. Япония: социальная рефлексия в модернизированном обществе (50-70-е гг. XX столетия). М., 2001.
208
пути коммунизма»124. С этого времени общеупотребимым стал термин «рабочий класс», а термин «пролетариат» применительно к СССР вышел из употребления. На наш взгляд, настало время вернуть этот термин в обществознание, так как именно его коннотация наиболее точно отражает суть нового «низшего» класса колхозно-совхозной деревни.
Превращение большей части традиционного крестьянства в класс сельскохозяйственного пролетариата было предопределено форсированным ударом по основополагающим признакам крестьянского состояния, пришедшимся на период так называемой коллективизации, когда было произведено изъятие крестьянских земельных наделов в пользу «коллективных» хозяйств и совхозов и передача значительной части имущества крестьянских дворов в неделимый фонд колхозов и в государственную собственность (в основном - в советские хозяйства). В 1920-е гг. в пользовании крестьянских дворов СССР было около 365 млн га сельскохозяйственной земли125. К1980 г. в пользовании приусадебных хозяйств осталось около 8 млн га сельхозугодий126. Капиталы колхозных дворов СССР сократились только с 1928 по 1937 г. более чем в 38 раз (с 16 236,4 млн руб. до 424 млн руб.)127. Таким образом, форсированная пролетаризация крестьянского двора была связана с лишением его основных элементов «крестьянствования» - обезземеливанием, разрушением воспроизводственного механизма демографического и хозяйственного статуса, в связи с чем жить в прежнем хозяйственном устройстве было уже невозможно. Проникновение в деревню государственно-организованного капитала уже в 1930-1950-е гг. сузило возможность индивидуального хозяйствования до крошечного клочка земли, небольшого количества скота, денатурализовало крестьянский труд и его продукт, что и подготовило почву для трансформации крестьянина в рабочего. Необходимо отметить и специфику становления сельскохозяйственного пролетариата, состоящую в достаточно длительном сохранении остаточных элементов крестьянского состояния среди колхозников, о чем речь пойдет ниже. Совхозные же рабочие изначально формировались как часть пролетарского класса - с заработной платой и вне серьезной привязанности к «своему» клочку земли.
Новые классы деревни формировались в непрерывном взаимодействии друг с другом, вступая в социальные отношения. Они могли приводить как к взаимодействию социальных и классовых групп, так и противостоянию. Социальный протест (социальная, классовая борьба) 124 Сталин И.В. О проекте Конституции Союза ССР...
125 Сельское хозяйство СССР. Стат, сборник. М„ 1960. С. 7.
126 Емельянов А.М. Экономика сельского хозяйства. С. 101.
127 РГАЭ. Ф. 1562. Оп. 80. Д. 63а. Л. 56. Данные ориентировочные, по неизменным ценам 1926/27 гг.
209
был важнейшим фактором, подвигавшим общество к развитию, в частности, к смене типов эксплуатации и типов общественных отношений в деревне.
* *
*
Отнесение сельскохозяйственного населения к тому или иному классу невозможно производить механически, в зависимости от профессии, занимаемой должности и т.д. При анализе классов сельского населения большое значение необходимо уделить сочетанию разных факторов, характеризующих каждый из них. Очертим границы примерной схемы описания социального класса сельскохозяйственного населения 1930-1980-х гг.
Прежде всего, важно выяснить численность классовой группы и определить ее динамику в течение 1930-1980-х гг. Значению количественного фактора при описании классов, страт, категорий, социальных слоев уделялось особое внимание во всех историографических схемах.
Одним из главных факторов для характеристики групп сельскохозяйственного населения является отношение каждой из них к собственности, изменявшееся, в частности, по линии присвоения собственности или постепенной утраты прав собственности.
Необходимо охарактеризовать позицию каждого класса сельскохозяйственного населения по отношению к властной структуре, определить степень «вписанности» или «невписанности» ее в политические механизмы, уровень и систему «связи» с политической системой общества. Здесь требуется анализ разнопорядковых явлений - изучение уровня партийности, проявлений протеста, формирования классовой или другой идентичности, политического сознания и т.п.
Между группами сельскохозяйственного населения существовали значительные различия в правовом положении. Статусу колхозника, рабочего совхоза и МТС соответствовали определенные и значительно отличавшиеся правовые системы, влиявшие на формирование иерархии категорий сельского населения, по крайней мере, до 1970-х гг. Поэтому анализ социальной трансформации в российской деревне должен сопровождаться изучением эволюции правового статуса каждой группы населения.
Исследуя социальную трансформацию сельского населения, необходимо изучать особенности его групп, категорий в рамках разных укладов (государственного, колхозного, крестьянского). Многие из перечисленных выше характеристик групп сельскохозяйственного насе- 210
пения в рамках различных укладов имели специфические особенности развития.
Характеристика материального положения каждого класса - необходимое условие изучения социальной трансформации деревни. Категории сельского населения имели определенное место в системе распределения общественного продукта, в оплате их труда имели место разные подходы (заработная плата, оплата по трудодням, охват системой социального страхования и т.д.).
Изучение характера труда, места каждой социальной категории в системе его общественного разделения - еще одна исследовательская задача. На селе были сосредоточены представители, проявлявшие себя в сфере умственного (специалисты) и физического труда, работники разной квалификации - те, кому необходимо было специальное образование, прежде всего для работы с техникой, и те, кто выполнял веками формировавшиеся рутинные «крестьянские» функции. Кроме того, часть трудовой деятельности происходила в индивидуальном хозяйстве (обработка приусадебных участков и приусадебное животноводство).
Совершенно не начато нашей исторической наукой изучение проблем «клановости» разных категорий сельскохозяйственного населения 1930-1980-х гг., в том числе соотношение степени родства, должностного и социально-профессионального статуса. Здесь важно проследить формирование внутригрупповых, межгрупповых связей в деревне, основ профессиональной солидарности низкоквалифицированных и высококвалифицированных групп населения деревни, увидеть, как строились взаимоотношения каждой категории населения с другими.
Для характеристики эволюции разных категорий сельского населения колхозного времени большое значение имеет изучение изменения культуры села. Хотя вопрос эволюции культурных установок представляется сложным, но все же магистральное направление ее исследования уже разработано, в частности, в плане художественного осмысления этих явлений - в литературе, прежде всего деревенской прозе, и кинематографе. Большое внимание этой проблеме уделяла и советская историография, концентрировавшаяся на изучении уровня образования сельских жителей. Этот показатель является и в предлагаемой нами схеме важнейшим пунктом анализа социальной трансформации. Без сомнения, важно проследить изменение ментально-поведенческих характеристик селян, их социально-психологических особенностей, поведенческого алгоритма, тем более что, по мнению современных исследователей, «существенные сдвиги в массовой психологии, структуре социальных ценностей, традициях на бытовом уровне» состав211
ляют не менее важный аспект трансформаций, «нежели изменения в законодательстве, политическом устройстве и даже в отношениях собственности»128. Эти исследования уже проводятся129, необходимо вовлекать их результаты в обобщающую общеисторическую канву. В целом речь должна вестись о смене единой «крестьянской культуры» культурой разных групп сельскохозяйственного населения, формировании на селе многообразия культурно-ментальных систем.
128 Сенявский А.С. Социальные трансформации в России в контексте цивилизационной специфики (XX в.) И Социальные трансформации в российской истории. Доклады международной научной конференции. Екатеринбург; М. 2004. С. 91.
129 Менталитет и аграрное развитие России (XIX-XX вв.). Материалы научной конференции. М., 1996; Кознова И.Е. XX век в социальной памяти российского крестьянства. М., 2000; Голоса крестьян. Сельская Россия XX века в крестьянских мемуарах. М., 1996; Рефлексивное крестьяноведение. Десятилетие исследований сельской России / под ред. Т. Шанина, А. Никулина, В. Данилова. М., 2002; Димони Т.М. История колхозной деревни в романном творчестве Ф.А. Абрамова // Отечественная история. 2002. № 1. С. 123-135; Димони Т.М. «Председатель»: судьбы послевоенной деревни в кинокартине первой половины 1960-х гг. // Отечественная история. 2003. № 6. С. 91-101; Димони Т.М. Жизнь советской провинции 1930-1950-х годов в официальной фотографии // Горизонты локальной истории Восточной Европы в XIX-XX веках. Сборник статей. Челябинск, 2003. С. 251-263; и др.
212
Глава I
ПРОТОБУРЖУАЗИЯ
§ 1. Численность, происхождение,воспроизводство
Наиболее многочисленную группу сельскохозяйственной протобуржуазии 1930-1980-х гг. составляли председатели колхозов. В период становления колхозной системы их численность в РСФСР составляла 54,3 тыс. чел. (1930 г.), затем возросла до 151 тыс. (1932 г.), на момент завершения складывания колхозного строя приближалась к 170 тыс. чел. (1938 г.). Резкое уменьшение численности председателей колхозов наблюдается уже в 1950 г. (до 67 тыс. чел.) и продолжается в 1950-1960-е гг. (1967 г. - 15,8 тыс. чел.). К концу советского периода их численность составила 12,1 тыс. чел. (1987 г.)130. Причинами изменения численности председателей колхозов являлось, прежде всего, преобразование колхозов из мелких в более крупные хозяйства, когда происходило слияние сельхозартелей (особенно во второй половине 1940-х - начале 1950-х гг.), а позднее - массовое преобразование колхозов 8 совхозы (вторая половина 1950-х - 1960-е гг.). У рассматриваемой группы протобуржуазии был своеобразный резерв - освобожденные заместители председателей колхозов, численность которых по отношению к председательскому корпусу была довольно значительной и составляла в 1938 г. 59% к численности председательского корпуса, в 1959 г. - 55%, в 1971 г. - 46%, в 1987 г. - 41 %131.
Вторая по значимости группа сельской протобуржуазии - директора совхозов - в начале колхозно-совхозного периода очень серьезно отставала по численности от первой группы и практически догнала ее в конце 1980-х гг.: в 1930 г. директоров совхозов насчитывалось в РСФСР 2,7 тыс. чел.; в 1940 - 2,6; в 1955 - 2,8; в 1959 - 4,5; в 1961 - 6,5; в 1971 - 8,7; в 1980 г. - 11,8 тыс. чел.; в 1987 г. директорами совхозов работали 12,6 тыс. чел.132
130 Народное хозяйство СССР. Стат, сборник. М.; Л., 1932. С. 122-123; Народное хозяйство РСФСР. Стат, сборник. М., 1957. С. 145; Колхозы в 1938 г. (по годовым отчетам). Ч. IV. Баланс и кадры. М., 1940. С. 110-111; Сельское хозяйство СССР. М., 1960. С. 470-473; Сельское хозяйство СССР. Стат, сборник. М., 1971. С. 448; Народное хозяйство РСФСР в 1987 г. М., 1988. С. 311.
131 Колхозы в 1938 г. (по годовым отчетам). Ч. IV. Баланс и кадры. С. 110-111; Сельское хозяйство СССР. М., 1960. С. 470-473; Сельское хозяйство СССР. Стат, сборник. М., 1971. С. 448; Народное хозяйство РСФСР в 1987 г. С. 311.
132 Народное хозяйство СССР. Стат, сборник. М.; Л„ 1932. С. 122-123; Народное хозяйство РСФСР. Стат, сборник. М., 1957. С. 211; Профессиональный состав на213
Третью группу сельской протобуржуазии составляли директора машинно-тракторных станций. Численность этой группы в России составляла в 1930 г. 91 чел.; в 1932 - 1,4 тыс. чел.; в 1938 - 3,9; 1940 г. -4,5 тыс. чел.; в 1954 гг. - около 5,5 тыс. чел., в 1958 г. -4,9 тыс. чел.133
Таким образом, общая численность руководящей верхушки сельхозпредприятий России в течение 1930-1980-х гг. колебалась: число председателей колхозов, стремительно возраставшее в 1930-е гг., в послевоенный период сокращалось, численность директоров совхозов, бывшая достаточно стабильной до середины 1950-х гг., затем увеличилась в разы, численность же директоров МТС возрастала в течение всего периода их существования. Соотношение групп сельской протобуржуазии в течение колхозно-совхозного периода также было достаточно динамичным. До 1980-х гг. наибольшей по численности группой протобуржуазии были председатели колхозов, второе по численности место занимали до середины 1930-х гг. директора совхозов, третье
- директора МТС. Во второй половине 1930-х гг., при сохранявшемся преобладании по численности председателей колхозов, на второе место выходят директора МТС, третье занимают директора совхозов. Это соотношение меняется после реорганизации МТС. До середины 1980-х гг. председатели колхозов опережали по численности директоров совхозов, но во второй половине 1980-х гг. директора совхозов заняли лидирующие по численности позиции.
Проследим соотношение групп сельской протобуржуазии и среднегодовой численности работников колхозов и совхозов. Доля председателей колхозов в численности колхозников, занятых в общественном производстве колхозов РСФСР, постепенно сокращалась. В конце 1930-х гг. она равнялась приблизительно 1%, в 1950 г. - 0,5%, в 1980 г.
- 0,2%, в 1987 г. - 0,3% в среднегодовой численности колхозников, занятых в общественном хозяйстве колхозов. Доля директоров совхозов в численности работников совхозов была достаточно стабильной, составляя в 1940 г. - 0,3%, в 1970 г. - 0,1%, в 1980 и 1987 гг. - по 0,2%134.
селения РСФСР по материалам Всесоюзной переписи населения 1970 г. М„ 1973. С. 25; Народное хозяйство РСФСР в 1965 г. Стат, ежегодник. М., 1966. С. 348; РСФСР за 50 лет. Стат, сборник. М., 1967. С. 103; Народное хозяйство РСФСР в 1970 г. Стат, ежегодник. М., 1970. С. 294; Сельское хозяйство СССР. Стат, сборник. М., 1981. С. 367; Народное хозяйство РСФСР в 1987 г. Стат, ежегодник. С. 311.
133 История социалистической экономики СССР. М., 1977. Т. 3. С. 391; Выполнение плана по сельскому хозяйству на 1 октября 1938 г. (основные показатели). М., 1938. С. 14; РГАЭ. Ф. 7486. Оп. 18. Д. 1306. Л. 182; Д. 1430. Л. 26.
134 Народное хозяйство СССР. Стат, сборник. М.; Л.,1932. С. 122-123; Народное хозяйство РСФСР. Стат, сборник. М., 1957. С. 145, 211; Колхозы в 1938 г. (по годовым отчетам). Ч. IV. Баланс и кадры. С. 110-111; Сельское хозяйство СССР. М., 1960. С. 470-473; Сельское хозяйство СССР. Стат, сборник. М., 1971. С. 448; Народное хо-
214
Динамика численности и структуры протобуржуазной верхушки колхозно-совхозного села чрезвычайно показательна с точки зрения особенностей капитализации в советской деревне. Огромная масса высшего слоя управленцев в начальный период, ее резкое сокращение к концу советской истории не были случайными. Парадоксальность сокращения протобуржуазного слоя по мере нарастания капитализации экономики является только внешней. В начальный период складывания колхозной системы была необходима большая по численности группа, которая могла в рамках мелких хозяйств выполнить возложенную на нее миссию - сломать многовековой крестьянский уклад и дать толчок форсированному процессу первоначального накопления. С этой задачей высший слой деревенской власти в основном справился к 1950-м гг. Процессы концентрации капитала сделали необходимыми не только уменьшение численности протобуржуазного слоя и его структурную перестройку, направленные на более динамичное продвижение капитала в сельское хозяйство, но и качественное изменение слоя сельской протобуржуазии. Вторжение «инородных элементов» - двадцатипятитысячников, тридцатитысячников, насыщение слоя «человеческим капиталом» (специалистами сельского хозяйства), применение иного инструментария - сделали возможным изменение наполнения управленческих функций: от повседневного плотного контроля за производственными операциями к решению серьезных задач трансформации экономического механизма в русле капитализации производственных процессов и отношений.
★ * *
За председателями колхозов 1930-1940-х и отчасти 1950-х гг. в историографии утвердилось наименование «практики». «Большинство из них были потомственными земледельцами, выходцами из семей крестьян-бедняков, некоторые - представителями рабочего класса»135. Действительно, известно много председателей колхозов с этой типичной биографией - С.К. Коротков, А.В. Горшков, И.А. Буянов, А.В. Чухно, Т.С. Мальцев и др. Имеющиеся статистические данные показывают, что в 1931 г., например, на Северном Кавказе 84% председателей колхозов были выходцами из крестьян, 10% - из рабочих, 6% - из служащих, на Средней Волге в этом же году 82% председателей колхозов * 136
зяйство РСФСР в 1987 г. С. 302, 311; Профессиональный состав населения РСФСР по материалам Всесоюзной переписи населения 1970 г. С. 25; Народное хозяйство РСФСР в 1965 г. Стат, ежегодник. С. 348; РСФСР за 50 лет. Стат, сборник. С. 103; Народное хозяйство РСФСР в 1970 г. Стат, ежегодник. С. 294; Сельское хозяйство СССР. Стат, сборник. М., 1981. С. 367; Народное хозяйство РСФСР. Стат, сборник. М., 1957. С. 49; Труд в СССР Стат, сборник. М., 1988. С. 76.
136 История крестьянства СССР. М., 1986. T. 2. С. 246.
215
являлись по социальному происхождению крестьянами, 15% - были рабочими, 3% - служащими136. При этом основная часть председателей колхозов являлась выходцами из «низших» слоев села, что можно выявить на основе анализа социального состава органов управления колхозов. В 1930 г. в колхозах РСФСР 45% членов правлений были бедняками, 36% - середняками, 8% - батраками, 6% - рабочими, 4% - служащими136 137. Писатель Г. Радов в книге «Председательский корпус», посвященной председателям колхозов 1930-1970-х гг., отмечал: «Среди первых председателей были по преимуществу люди безлошадные, бескоровные, одним словом, неимущие, а то и совсем горожане, земли, как говорится, и не нюхавшие»138. Отметим, что, несмотря на предпринятое властью внедрение «инородных» элементов, когда в 1929- 1930 гг. в деревню были посланы рабочие-двадцатипятитысячники для «оказания помощи в деле коллективизации», массированной замены председательского корпуса представителями этого потока не произошло, хотя часть из них и была избрана председателями колхозов139.
Типичный жизненный путь председателя колхоза, начавшего работу в 1930-х гг., показал писатель В. Тендряков, создав портрет Евлампия Лыкова - героя повести «Кончина», проработавшего на посту председателя вологодского колхоза «Власть труда» три десятка лет, с самого основания колхоза. По описанию Тендрякова, Пийко (так называли Евлампия в начале председательской деятельности колхозники), шестому ребенку в семье, в десять лет «отец выдал ... двадцать пять копеек на дорогу, мать повесила на плечи мешок с сухарями. В подпаски по соседству никто не брал ... Помяла Пийко жизнь и потерла, умел ладить со всяким ... Удобный человек, потом самого бедняцкого роду»140. В «Председательском корпусе» Г. Радов отмечает, что «отбирали первых председателей ... не столько по деловым качествам ... Были собственники ... оборотистые, хитрющие, ворочавшие капиталами, только ведь не к ним были обращены взоры ... Другой критерий господствовал: ... пойдешь ли ты по пути, указанному Лениным?»141. Председатели колхозов - выходцы из зажиточных семей (или находившиеся в родстве с кулаками, «социально-чуждыми элементами» или бывшими «помещичьими» управляющими) - нередко вызывали подозрения у крестьян-колхозников и областного начальства, что приводило к постоянным апелляциям колхозников к власти и, в конце концов, 136 Ларькина Е.И. Подготовка колхозных кадров в период массовой коллективизации. М„ 1960. С. 95.
137 Колхозы в 1930 г. Итоги рапортов колхозов XVI съезду ВКП(б). М.; Л., 1931. С. 237.
138 Радов Г. Председательский корпус. М., 1975. С. 10.
139 История крестьянства СССР. Т. 2. С. 153.
140 Тендряков В. Кончина // Тендряков В. Собрание сочинений. М., 1988. Т. 4. С. 21.
141 Радов Г. Председательский корпус... С. 10.
216
часто к снятию председателя с поста. Так, в 1938 г. колхозники Воронежской области сообщали в «Крестьянскую газету», что председатель колхоза Лобов «до революции был зажиточный, во время революции держал связь с белыми ... и во время коллективизации ... шел против колхозов»’42. В 1951 г., жалуясь на одного из председателей колхозов Калужской области, колхозники в письме в ЦК ВКП(б) указали: «... член партии, председатель колхоза Орлов из духовенского происхождения, ему все благи лучше, чем попу в старое время»142 143.
Несмотря на то, что по социальному происхождению слой председателей колхозов был достаточно стабилен, сменяемость председателей колхозов в 1930-х гг. была очень высокой. В 1938 г. 47% председателей колхозов РСФСР работали до 1 года, 20% - от 1 до 2 лет, 24% - от 2 до 5 лет и лишь 9% - свыше 5 лет144. Приведенные данные свидетельствуют о том, что в этот период слой только начинал складываться, его консолидации пока не произошло.
Таким образом, коллективизация означала смену социальных источников формирования капитализаторского слоя российской деревни. Если до 1930-х гг. (в досоветское и советское время) сельская буржуазия в основном формировалась за счет перерождения помещичьего землевладения и кулацкого накопительства, то так называемое социалистическое переустройство выдвинуло на ведущие позиции политически близкие новой власти слои, прежде всего сельскохозяйственных аутсайдеров и городских рабочих, которые и выполнили через управленчество (постепенно переросшее в протобуржуазность) весьма неприглядную, но, видимо, исторически необходимую работу по разрушению мелкокрестьянской деревни, первоначальному накоплению и капиталистическому переустройству села.
Воспроизводство председательского корпуса колхозов в основном из крестьян, несмотря на активно проводившуюся со второй половины 1940-х гг. государственную политику по пополнению слоя председателей колхозов интеллектуалами (в том числе специалистами сельского хозяйства) и городским пролетариатом, сохранялось до середины 1950-х гг. Даже в 1955 г. 71% председателей колхозов СССР оставались так называемыми «практиками», то есть по социальному происхождению были выходцами из крестьян145.
142 Общество и власть. 1930-е годы. М„ 1998. С. 266.
143 РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 138. Д. 332. Л. 10.
144 Колхозы во второй сталинской пятилетке. Стат, сборник. М.; Л., 1939. С. 60.
145 Тюрина А.П. Укрепление колхозов и МТС кадрами руководителей и специалистов // Развитие сельского хозяйства в послевоенные годы (1946-1970 гг.). М., 1972. С. 250.
217
Изменения в процессах воспроизводства кадров председателей колхозов наиболее заметно стали происходить со второй половины 1950-х гг., когда активно развивался процесс замещения «старого» поколения председателей. Этому способствовала достаточно направленная государственная политика. В 1950 г. Совет министров СССР и ЦК ВКП(б) приняли решение «об укреплении состава председателей колхозов», согласно которому планировалось выдвижение председателями колхозов специалистов сельского хозяйства146. По данным, приведенным Ю.П. Денисовым, в 1952 г. примерно в каждом десятом колхозе СССР председателем был избран специалист сельского хозяйства147.
Интересен вопрос об источниках пополнения кадров председателей колхозов после разрыва линии на преимущественно «крестьянское» воспроизводство. В 1950-е гг. ставка в этом процессе делалась на пополнение людьми не из сельского хозяйства: на председательскую работу нередко выдвигались горожане - работники райисполкомов, райкомов партии, МТС и т.д. В. Овечкин - автор знаменитых в 1950-е гг. «Районных будней» - пишет, что в числе выдвинутых в 1953 г. на должность председателей колхозов были заведующие отделами райкома партии, райпрокурор, заведующий райфо (районным финансовым отделом), начальник милиции, управляющий госбанком, директор ликеро-водочного завода, заместитель председателя райисполкома, судья, секретарь райкома комсомола, зав. отделом сельского строительства, инспектор по определению урожайности и т.п.148
Еще более высокую степень разрыва с сельской средой в формировании слоя председателей колхозов продемонстрировало исполнение решений о посылке в деревню тридцатитысячников, как правило, горожан, зачастую инженерно-технических работников промышленности или научно-исследовательских организаций. В Вологодской области из посланных в деревню тридцатитысячников 158 человек (или две трети) были директорами предприятий, инженерно-техническими работниками, 19 человек - работниками правоохранительных органов, 13 человек - работниками народного образования и т.д.149
Одним из важнейших рубежей в изменении принципа формирования слоя председателей колхозов можно считать вторую половину 1950-х гг., когда в составе председателей становится все больше ин146 КПСС в резолюциях, решениях съездов, конференций и Пленумов ЦК. М., 1971. Т. 6. С. 323-331.
147 Денисов Ю.П. Кадры председателей колхозов в 1950-1968 гг. // История СССР. 1971. №1. С. 43.
148 Овечкин В. Районные будни // Овечкин В. Гости в Стукачах. М., 1978. С. 411-412.
149 Рассчитано по: ГАВО. Ф. 1705. Оп. 9. Д. 1665. Л. 245-253, 262.
218
теллектуалов (специалистов сельского хозяйства), перемещенных работать из МТС в колхозы. Зачастую председатель колхоза, предложенный к избранию, не был знаком колхозникам, поэтому в сельскую жизнь прочно вошли насмешливые определения «сосватали», «женили», много говорящие о порядке представления властью кандидатур председателей сельхозартелей и их восприятии колхозниками. Определенным резервом пополнения кадров председателей являлся и слой заместителей председателей колхозов, которые нередко получали среднее или высшее специальное образование. В 1960-е гг. и последующий период процесс воспроизводства председателей колхозов за счет слоя интеллектуалов (специалистов сельского хозяйства) стал устойчивым и непрерывным. В конце 1970-х гг. слой председателей колхозов уже почти полностью формировался из интеллектуалов. По сведениям А.П. Тюриной, 52% председателей колхозов СССР в 1978 г. были по специальности агрономами, 15% - зооветработниками, 15% - инженерно-техническими работниками, около 8% - экономистами180.
О завершенности глобального процесса смены воспроизводства колхозной протобуржуазии и стабильности группы свидетельствует резкое снижение доли председателей колхозов со стажем работы в должности до 1 года. Если в начале 1950-х гг. их доля составляла примерно четверть всех председателей колхозов СССР, то с 1957 г. она резко сократилась, составив в конце 1950-х гг. 4-5% , а в 1970- 1980-е гг. - 10-14% от общего числа председателей колхозов СССР. В то же время резко нарастала доля длительно работавших председателей. В 1965 г. более 5 лет занимали пост председателя 39% , в 1970 г. - 52% , в 1986 г. - 46% председателей колхозов.
Параллельно этим процессам развивалась специальная подготовка председателей колхозов. Она начала осуществляться в высших одногодичных колхозных школах, появившихся с середины 1930-го года, а также через систему заочного обучения150 151. В 1937 г. 7% председателей окончили районные колхозные школы, 23% - курсы152. Но до середины 1950-х гг. две трети председателей колхозов оставались «практиками»153. Перелом в процессах накопления человеческого капитала в слое председателей колхозов наступает со второй половины 1950-х гг. В 1959 г. 50% председателей колхозов СССР имели сельскохозяйственное образование, в 1968 г. - 75% , в 1987 г. - 150 Тюрина А.П. Социально-экономическое развитие советской деревни. 1965-1980. М„ 1982. С. 81.
15' История крестьянства СССР. Т. 2. С. 175-176.
Там же. С. 344.
153 Тюрина А.П. Укрепление колхозов и МТС кадрами руководителей и специалистов... С. 250.
219
98% председателей колхозов России имели высшее или среднее сельскохозяйственное образование154.
Схожими с вышеописанными были процессы формирования слоя директоров совхозов и директоров МТС. До середины 1950-х гг., как отмечается в исследованиях, на руководящих должностях во многих совхозах работали «практики», т.е. «люди, не имевшие специального образования». Таких директоров в совхозах Минсовхозов СССР в 1953 г. насчитывалось около 70%155. По социальному происхождению они, как правило, были крестьянами, о чем косвенно свидетельствует, например, состав учащихся в сельскохозяйственных учебных заведениях. В 1929/30 учебном году среди обучающихся было 38% детей крестьян, 23% детей рабочих, 35% детей служащих, в 1930/31 учебном году - 42% детей крестьян, 38% детей рабочих, 20% детей служащих156. Большой спецификой в плане социального происхождения отличались заместители директоров совхозов по политчасти (начальники политотделов). В 1934 г. среди них 55% были по социальному происхождению рабочими, 11% - крестьянами, 33% - служащими157. В середине 1950-х гг. в этой ситуации начинаются крупные изменения. Государственная политика сводится к стремлению назначать директорами совхозов специалистов с высшим образованием158. В 1954 г. Министерство совхозов СССР направляет на работу в совхозы 262 чел., в том числе 176 специалистов, и просит отобрать в промышленности и других отраслях 3,5 тысячи инженеров и техников для работы в совхозах; к работе на посту директоров совхозов привлекаются тридцатитысячники. В 1955 г. в совхозах Министерства совхозов СССР интеллектуалами была заменена примерно четверть общего состава директорского корпуса159. Более 90% директоров совхозов уже в середине 1960-х гг. являлись по происхождению продуктом «невнутрикрестьянского» воспроизводства. Следовательно, слой директоров совхозов более быстро и массированно, чем слой председателей колхозов, ушел от «крестьянского» воспроизводства кадров. Интересно, что стабильность состава директоров совхозов была несколько ниже, чем председателей 154 Денисов Ю.П. Кадры председателей колхозов... С. 49; Народное хозяйство РСФСР в 1987 г. Стат, ежегодник. М„ 1988. С. 311.
155 Богденко М.Л. Основные проблемы развития совхозов в 1954-1955 гг. // Развитие сельского хозяйства в послевоенные годы (1946-1970 гг.). М., 1972. С. 175.
156 Белоусов С.А., Вялков И.Ф. Борьба за кадры // Совхозы кXV годовщине Октября. М„ 1932. С. 86.
157 Совхозы VII Всесоюзному съезду Советов. М., 1935. С. 34.
158 Постановление Пленума ЦК КПСС от 7 сентября 1953 г. «О мерах дальнейшего развития сельского хозяйства в СССР» // Решения партии и правительства по хозяйственным вопросам (1917-1967). М„ 1968. Т. 3. С. 144.
159 Богденко М.Л. Основные проблемы развития совхозов... С. 176,178.
220
колхозов. Так, в 1965 г. до 1 года занимали должность директора совхоза 22%, а свыше 5 лет - 24% директоров совхозов СССР160.
Быстрее, чем у председателей колхозов, в слое директоров совхозов шло и накопление человеческого капитала: в 1966 г. доля директоров совхозов РСФСР с высшим образованием составляла 54%, со средним специальным - 37%, в 1971 г. среди директоров совхозов доля специалистов с высшим образованием равнялась 67%, со средним специальным - 28%161.
Еще быстрее процесс смены источников формирования элиты развивался в МТС. Отметим, что изначально слой директоров МТС формировался, как правило, не из крестьян, а из городских рабочих, нередко двадцатипятитысячников, не имевших тем не менее инженерного образования. М.Г. Вайнер и В.П. Твердовский пишут, что «кадры директоров из среды рабочих и лучших колхозников для первых
159 МТС были подготовлены на специальных курсах в Москве. Директоры же для следующей сети МТС в 1931-1932 гг. предварительно проходили практический стаж работы в МТС в качестве выдвиженцев
- заместителей директоров»162. В 1953 г. в составе директоров МТС СССР была «практиками» треть директоров163. Таким образом, данный слой протобуржуазии формировался из городского пролетариата. Кардинальные изменения в составе директоров МТС произошли в середине 1950-х гг. Сменили директоров-практиков за счет направленных из городской промышленности в 1954-1955 гг. инженеров и техников- механиков. В среде директоров МТС также происходило накопление человеческого капитала. Уже в 1955 г. 57% директоров МТС имели высшее образование164.
Следовательно, в формировании слоя сельскохозяйственной протобуржуазии явно выделяются два этапа. Первый охватывает 1930-е
- начало 1950-х гг. и характеризуется в значительной степени воспроизводством данного слоя за счет крестьянской среды. Второй этап начинается с середины 1950-х гг. и продолжается до конца существования колхозно-совхозной системы. На этом этапе источником воспроизводства слоя становятся интеллектуалы и городские слои.
Еще одна особенность процессов формирования слоя протобуржуазии - разные темпы перехода от воспроизводства протобуржуазии 160 Сельское хозяйство СССР. Стат, сборник. М., 1971. С. 463.
161 Народное хозяйство РСФСР в 1965 г. Стат, ежегодник. М., 1966. С. 347-348; Народное хозяйство РСФСР в 1970 г. Стат, ежегодник. М„ 1971. С. 293,294.
162 Вайнер М.Г., Твердовский В.П. Машинно-тракторные станции к XV годовщине Октября. М„ 1932. С. 55.
163 Тюрина А.П. Укрепление колхозов и МТС кадрами руководителей и специалистов. С. 247.
164 Там же. С. 248, 249.
221
«из крестьян» к формированию «из рабочих и интеллектуалов». Ранее всего этот процесс начал развиваться в среде директоров МТС, а затем в слое директоров совхозов и председателей колхозов. Обращают на себя внимание и качественные характеристики: большая доля наполняемости сельскохозяйственной протобуржуазии за счет «промышленного пролетариата и промышленных интеллектуалов» в МТС и «сельскохозяйственных» интеллектуалов в совхозах и колхозах. Известно и прямое воспроизводство председательского корпуса, например, председательская династия Дубровых из трех поколений в Донбассе165, династия Линьковых из трех поколений в Вологодской области166, династия Королевых в Липецкой области167 и др.
166 Утерли нос соседям // http://www. donbass.dn.ua/2007/ 01/21351/ 21351-07. php?fotka=21351-07.
166 Горохова Д. Потомственный председатель колхоза В.А. Линьков // Известия
ВОЙСК. 2011.18 выпуск. // http://www.booksite.nj/fulltext/voisk_18/index.htm.
167 Липецкая энциклопедия. Липецк, 2000. T. 2. С. 165-166.
222
§ 2. Правовое положение
Правовой статус сельской протобуржуазии был неоднороден. 11о социальному положению председатели колхозов являлись колхозниками (согласно законодательству избранные председатели должны были вступать в члены сельхозартели, если до этого они таковыми не являлись), директора совхозов и директора МТС - руководителями государственных предприятий.
На председателей колхозов распространялись правовые нормы, характерные для колхозного населения: они были обязаны нести государственные повинности (до конца 1950-х гг.), до 1974 г. оставались вне паспортной системы (если до момента избрания на должность не получили паспорт), имели право на приусадебный участок.
В Примерном Уставе сельхозартели 1935 г. определялось, что председатель артели (одновременно он же и председатель правления) избирается общим собранием артели «для повседневного руководства работой артели и ее бригад, а также для повседневной проверки выполнения решений правления», как правило, на два года168. Председа- 1ель колхоза обладал достаточно большими полномочиями по распоряжению колхозным имуществом: заключал договоры на продажу или приобретение имущества, подписывал платежные чеки и поручения, накладные на выдачу колхозной продукции, выдавал колхозникам денежные суммы под отчет и т.д.169 В Уставе 1935 г. закреплялось положение о том, что права по распоряжению средствами артели, выдаче авансов, расходованию натуральных фондов предоставляются только председателю артели и правлению170.
Объем прав председателей в отношении колхозной собственности резко возрос после укрупнения колхозов, проводившегося с конца 1940-х гг., а особенно в связи с реорганизацией МТС. Председатель колхоза получал право постановки вопроса о приобретении в РТС основных орудий производства171, возрастала его роль в распоряже-
Примерный Устав сельскохозяйственной артели, принятый II Всесоюзным съездом колхозников-ударников и утвержденный СНК СССР и ЦК ВКП(б) 17 февраля 1935 г. // Решения партии и правительства по хозяйственным вопросам (1917-1967). Г 2. С. 529.
740 вопросов и ответов по колхозному законодательству / отв. ред. Ф.Г. Иваницкий. М„ 1961. С. 84.
'™ Примерный Устав сельскохозяйственной артели, принятый II Всесоюзным съездом колхозников - ударников и утвержденный СНК СССР и ЦК ВКП(б) 17 февраля 1935 г.... С. 529.
1П Закон Верховного Совета СССР от 31 марта 1958 г. «О дальнейшем развитии колхозного строя и реорганизации машинно-тракторных станций» // Решения партии и правительства по хозяйственным вопросам (1917-1967). Т. 4. С. 397-402. 223
нии серьезно увеличившимися колхозными капиталами. Это получило отражение в новом Примерном уставе колхоза, принятом в 1969 г., где права председателя фиксировались в следующей формулировке: «Председатель колхоза осуществляет повседневное руководство деятельностью колхоза, обеспечивает выполнение решений общего собрания и правления, представляет колхоз в отношениях с государственными органами и другими учреждениями и организациями... подписывает годовой отчет колхоза и документы по приходу и расходу денежных средств и материальных ценностей (совместно с главным бухгалтером. - Дет.)»172. При этом круг полномочий председателя расширялся соответственно расширению деятельности колхоза. Согласно Примерному уставу 1969 г., колхоз мог объединять часть своих средств со средствами местных Советов депутатов трудящихся, совхозов и других предприятий для осуществления строительства, заключать договоры с организациями на продажу сельскохозяйственной продукции, покупку машин, материалов, скота и т.д., на продажу полуфабрикатов и изделий подсобных предприятий и промыслов, вступать в другие договорные отношения, открывать в Госбанке счета и распоряжаться ими (это входило в прерогативу правления колхоза). Следовательно, при активном развитии товарно-рыночных отношений в сельском хозяйстве в 1960-1970-е гг., увеличении государственных капиталовложений в колхозы председатель контролировал крупные финансовые потоки, а во многом и распоряжался ими. В уставах колхозов закреплялось положение о том, что все действия председателя должны быть согласованы и подконтрольны правлению колхоза. Это способствовало расширению полномочий председателя колхоза, так как по уставу он же являлся и председателем правления. Отметим, что Устав 1969 г. увеличил минимальный срок нахождения председателя колхоза на должности до трех лет.
В дальнейшем председатели колхозов значительно расширили свои полномочия, что зафиксировал и закрепил Примерный устав колхоза, принятый в 1988 г. четвертым Всесоюзным съездом колхозников. В Уставе говорилось, что «правление колхоза организует выполнение планов производства и договоров на продажу сельскохозяйственной продукции, обеспечивает эффективное использование земли, трудовых, материальных и финансовых ресурсов, соблюдение прав и интересов колхозников, рабочих и служащих, заключивших с ним трудовой договор, решает вопросы установления цен на продукцию, реализуемую через потребительскую кооперацию, на колхозных рынках и вну172 Постановление ЦК КПСС и СМ СССР от 28 ноября 1969 г. «О примерном уставе колхоза» // Решения партии и правительства по сельскому хозяйству (1965- 1971 гг.). М., 1971. С. 434.
224
три хозяйства ... заключает договоры о коллективном, семейном, индивидуальном и арендном подряде ... решает вопросы о заключении договоров с предприятиями, учреждениями, организациями и гражданами». Как видим, спектр финансово-хозяйственной и производственной деятельности колхоза значительно расширялся. Также в Примерном уставе 1988 г. оговаривалось, что кроме сельскохозяйственного производства «колхоз вправе заниматься ... переработкой сельскохозяйственного сырья, производством пищевых продуктов, товаров народного потребления, продукции производственно-технического назначения, торговлей, ремонтными и строительными работами, оказанием услуг предприятиям, организациям, населению как на территории самого колхоза, так и за ее пределами. Колхоз ... может объединять часть своих средств со средствами предприятий и объединений ... для строительства ... объектов производственного и социального назначения ... Колхоз может ... участвовать в деятельности международных кооперативных организаций, создавать совместные предприятия ... Колхоз имеет право на самостоятельный выбор банка для осуществления кредитно-денежных операций ... Колхоз осуществляет расчеты ... в безналичном порядке через кредитные учреждения или наличными деньгами без ограничения суммы платежей»173. При этом председатель колхоза сохранял и функции, закрепленные в предшествующих уставах. По Уставу 1988 г. полномочия председателя колхоза расширялись также и вновь введенным положением о том, что «распоряжения и указания председателя колхоза в устной или письменной форме в пределах его компетенции, в соответствии с Уставом колхоза и законодательством, обязательны для всех колхозников и привлеченных по трудовому договору работников»174. По Уставу 1988 г. председатель колхоза избирался также на три года.
По Примерному Уставу сельхозартели 1935 г. председатель колхоза нес ответственность, прежде всего, перед государством за «своевременное выполнение колхозом денежных и натуральных обязательств, возврат ссуд, создание общественных фондов сельхозартели и т.д.». Никакого особого законодательства, оговаривающего правовой статус председателя колхоза, который отличался бы от правового статуса всей массы колхозников, не существовало. Примерный Устав сельхозартели 1935 г. не разграничивал председателя колхоза и рядовых колхозников ни в плане поощрения, ни в плане наказания. Тем не менее постепенно складывается ряд особенных правовых норм, действовавших только в отношении председателей колхозов. В 1947 г. дела о должностных пре173 Примерный устав колхоза (принят IV Всесоюзным съездом колхозников
25.03.1988) // http://ondatr.ru/content/view/2315/26/
174 Там же.
225
ступлениях председателей колхозов были переданы под юрисдикцию областных, краевых судов, верховных судов автономных республик, следствие по этим делам могли вести только следователи прокуратуры, а обвинительное заключение должен был утверждать прокурор области, края или республики. Мера эта была принята в связи со «случаями неправильного привлечения к уголовной ответственности и осуждения председателей колхозов»175. В 1955 г. после пополнения корпуса председателей колхозов тридцатитысячниками, переходившими из иного социального статуса на положение колхозников, им полагалась в течение первых трех лет работы в колхозе зарплата, выплачиваемая из государственных средств, повышенная оплата труда, на них распространялась государственная пенсионная система, предусмотренная для рабочих и служащих, сохранялось членство в профсоюзе на период их работы председателями колхозов, а следовательно, на них распространялась и система государственного социального страхования176. Примерный устав колхоза 1969 г. вводил особую меру ответственности для председателей: на них могло быть наложено взыскание общим собранием колхозников177. Это же положение повторялось в Примерном уставе колхоза 1988 г., причем в нем подчеркивалось, что «никакие государственные и кооперативные органы не вправе налагать дисциплинарные взыскания на председателя»178.
Эволюция объемно-правового положения председателей колхозов, которое было закреплено в основополагающих документах, регулирующих их место в экономическом и социальном плане, показывает, что постепенно в течение всех 1930-1980-х годов шло формирование того протобуржуазного статуса этой социальной категории, который российская социология зафиксировала в позднее советское время. Кроме того, нарастанию протобуржуазности председателей способствовало укрупнение самих колхозов (особенно этап превращения в 1950- 1960-е гг. преимущественно однодеревенских территориально и по количеству поселений колхозов в более крупные). Сказывалось также усиление механизмов хозяйствования, присущих капитализированной экономике (зарплата, кредитно-денежные отношения и т.п.).
175 О порядке рассмотрения дел о преступлениях по должности председателей колхозов. Постановление Пленума от 22 августа 1947 г. // Сборник действующих постановлений Пленума Верховного Суда СССР (1924-1951). М„ 1952. С. 98.
176 Постановление ЦК КПСС и СМ СССР «О мерах по дальнейшему укреплению колхозов руководящими кадрами» от 25 марта 1955 г. // КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и Пленумов ЦК. М., 1971. Т. 7. С. 60-64.
177 Решения партии и правительства по сельскому хозяйству (1965-1974 гг.). М., 1975. С. 389.
178 Примерный устав колхоза (принят IV Всесоюзным съездом колхозников 25.03.1988) // http://ondatr.ru/contenVview/2315/26/
226
И.I управляющих хозяйствами «полуфеодального» типа председатели постепенно становились главными менеджерами государственнокапиталистического сельскохозяйственного производства с нараставшими у них функциями распоряжения и пользования, что свидетель- < лиует о реализации у них потенциала собственника средств и продук- UI производства.
Реальный правовой статус председателей колхозов, однако, отнимался от прописанных в законодательстве норм. Особенно это проявлялось в реализуемом объеме властных полномочий. Характерным выглядит многократно повторяемый вывод селян, полученный в ходе сбора сведений по устной истории деревни группой Т. Шанина и 1990-е гг. «Власть председателя ... на селе была неограниченной во время войны и в первые годы после нее. На уровне секретаря райкома устно были санкционированы рукоприкладства», - сообщали колхозники Алтайского края в 1991 г., рассказывая о жизни деревни в 1934-1949 гг.179 «Во время войны и до сселения власть была в руках председателей сельсовета и колхоза, а также милиционера, директора МТС. После последнего укрупнения колхоза ... вся власть перешла в руки председателя колхоза», - рассказывали крестьяне деревни Ни- кольщина Вологодской области в 1992 г.180 В 1930-1950-е гг. председа- (епь колхоза нередко чувствовал себя полновластным хозяином над личностью колхозника, взимал штрафы, исключал из колхоза, бил. В письме колхозниц из Ивановской области, направленном в 1938 г. в «Крестьянскую газету», о председателе колхоза им. Сталина сообщалось, что он «всячески издевался над колхозниками, ругал непотребными словами, обзывал ворами. Прибил счетовода женщину и подпаска ... Как Осипову Анну Матвеевну ругал прямо на собрании: “Сука, норовка, растащиха”...»181. Колхозники Алтайского края сообщили интервьюеру, что в 1940-е гг. «председатель ... загнал в контору и запер ... Заем заставляли подписывать ... У них власть в руках ... никому не пожалуешься»182. Прокурор Калужской области в 1953 г. вынужден был информировать ЦК КПСС (информация была представлена зав. сель- хозотделом ЦК КПСС А.И. Козлову) о том, что «имеют место факты грубого произвола со стороны председателей колхозов»: «Председатель колхоза Кировского района избил колхозника Кузнецова за то, что тот "" Ковалева Л. Оружие слабых: село Александровка и Плотниково (преданализ) // Рефлексивное крестьяноведение. Десятилетие исследований сельской России. М., 2002. С. 325.
История семьи Крутовых // Голоса крестьян. Сельская Россия XX века в крестьянских мемуарах. М., 1996. С. 33.
"" Общество и власть. 1930-е гг. М., 1998. С. 267.
Ковалева Л. Оружие слабых: село Александровка и Плотниково (преданализ) // Рефлексивное крестьяноведение ... С. 328.
227
отказался выйти из помещения правления колхоза ... ударил кулаком по голове колхозницу Кузину за то, что она не вышла на работу ... избил колхозника конюха Кондрашина и т.д.». Подобные факты прокурор отмечал и в Ферзиковском, Спас-Делянском, Малоярославском, Жиз- дренском, Перемышльском районах Калужской области183.
Реализация управленческих прав председателями колхозов постепенно эволюционировала от «патриархального» типа, когда осуществление властных функций было связано с непосредственным межличностным взаимодействием с колхозниками, к типу опосредованного управления. «Когда колхозы были маленькие (это до 1959 г.), то они были лучше управляемые... Председатель ... объедет, бывало, на лошади все поля, все фермы, почти в каждый дом заглянет, как да что сделано, - все это до того, как приедет в правление на планерку. А сейчас председатель колхоза, может, раз в год и заглянет...» - отмечали крестьяне Вологодской области в начале 1990-х гг.184
Большое значение в реализации реального правового статуса председателей колхозов имела «разделенность» властных полномочий, базирующаяся на разделенном праве собственности, особенно характерном для 1930-1950-х гг. С одной стороны, в реализации власти председатель опирался на бытовавшую систему деревенских кланов, как правило, родственных, что постоянно замечалось колхозниками. Колхозники Воронежской области в письме в редакцию «Крестьянской газеты» в 1937 г. сообщали: «Предколхоза ... связался с председателем ревкомиссии ... и начали вредить и ущемлять права колхозников ... имеет у себя защитника за сало и водку в лице предсельсовета»185 186. Нередко к этим деревенским кланам была «благосклонна» и районная администрация: «Пьют, как из лука бьют, водку день и ночь», - писали депутату Верховного Совета в конце 1930-х гг. колхозники о методах работы районных чиновников с руководством колхоза188. Стремление председателей колхозов уйти от клановости нарастало вместе с объемом их прав собственника. Председатель кубанского колхоза, занимавший свой пост с начала 1970-х гг., в начале 1990-х гг. «в сердцах высказался: „Местные кланы и контролируемые ими остальные станичные семьи, вот кто стоит на пути прозрачности и рационализации экономики в нашем хозяйстве”»187.
183 РГАНИ. Ф. 5. Оп. 24. Д. 581. Л. 86.
184 История семьи Крутовых// Голоса крестьян... С. 24.
188 Общество и власть... С. 266.
186 Там же. С. 368.
187 Никулин А. Кубанский колхоз меж холдингом и асьендой: парадоксы постсоветской модернизации южнорусского сельского общества // Рефлексивное крестьяноведение ... С. 356.
228
С другой стороны, «разделенность» властных полномочий обуславливала подчиненность председателей колхозов районному и областному уровням власти. Несмотря на то, что формально с председателя колхоза могло спросить только общее собрание колхозников, тем не менее на деле эта категория входила в номенклатуру партийных органов, а следовательно, была им подконтрольна, что нашло отражение в фольклоре 1950-х гг.:
Председателем райком Как тряпкой помыкает, А он на колхозниках Злобу вымещает™.
Достаточно низкий статус председателей среди чиновников районного звена доказывается легкостью назначения-снятия их по представлению райкомов партии. Об этом говорил в 1935 г. нарком Яковлев партийному активу Москвы: «Не секрет, что в ряде краев, областей и республик нередко районные комитеты партии и районные исполкомы смещают председателей колхозов без всякого опроса самих колхозов. Недавно ... бюро Новосельского райкома Курской области в один прием, одним решением переместило 28 председателей артелей»188 189. Газета «Известия» в 1937 г. сообщала, что в Оренбургской области партийные и советские организации из 27 председателей колхозов Соль-Илецкого района сняли 12, в Сорочинском районе за 2 года в 16 колхозах было сменено 52 председателя. О подобных фактах сообщалось из Ярославской, Куйбышевской, Кировской и других областей190. С.С. Маслов фиксирует уже в 1930-х гг. сформировавшуюся зависимость колхозов от центральной власти - районного комитета партии, районного исполнительного комитета, правления районного союза колхозов, районного уполномоченного по заготовкам сельхозпродуктов и политотделов МТС191. Ситуация послевоенного периода мало чем отличалась от довоенной. В 1953 г. Н. Каротамм, сотрудник Института экономики АН СССР, направил письмо на имя Н.С. Хрущева, посвященное описанию «излишнего администрирования местных советских и партийных органов по отношению к колхозам», что проявлялось «в фактах навязывания колхозам плохих кандидатур на должности председателей колхоза»192.
188 Заветные частушки: Из собрания А.Д. Волкова. Т. 2. Политические частушки. М., 1999. С. 51.
189 Яковлев Я.А. Вопросы организации социалистического сельского хозяйства. М., 1933. С. 27-28.
190 Известия. 1937.16 февраля.
,9' Маслов С.С. Колхозная Россия. М., 2007. С. 191.
192 РГАНИ. Ф. 5. Оп. 24. Д. 589. Л. 65.
229
Подчиненность председателей колхозов вышестоящим органам подчеркивалась также высоким уровнем применения к ним репрессивного законодательства. После войны даже ставился вопрос о недопустимости массовой судимости председателей колхозов, когда 3-6% общего числа были осуждены (данные за 1946 г.). В некоторых районах страны число осужденных председателей колхозов доходило до половины их состава193. Тем не менее близость к властным структурам влекла некоторую лояльность в применении жесткого законодательства к председателям колхозов. Будучи защищенными должностью и вхождением в номенклатуру, они чаще несли административную ответственность в тех случаях, когда рядовой колхозник наказывался по уголовному законодательству. Так, в 1950 г. доля привлеченных к судебной ответственности председателей колхозов СССР составляла 60% всех председателей, привлеченных к ответственности в указанном году, кладовщиков счетоводов и бригадиров - 61%, а рядовых колхозников - 70%194.
Директоров совхозов с выдачей доверенности на управление совхозом первоначально назначал директор трестов совхозов195. В 1935 г. директоров совхозов стал назначать нарком зерновых и животноводческих совхозов СССР, а в его отсутствие - первый заместитель наркома. Директор совхоза обладал всеми правами рабочих: получал гарантированную заработную плату, состоял в профсоюзе, был включен в государственную систему социального страхования и социального обеспечения, имел паспорт.
Права директоров совхозов постепенно расширялись. В 1934 г. дела о подсудности директоров совхозов и их заместителей были переданы в подсудность краевых, областных и верховных судов автономных республик196. В 1935 г. им предоставлялось право самостоятельно назначать и смещать весь административный и технический персонал совхозов (за исключением заместителя директора и главного бухгалтера), распоряжаться всеми средствами совхоза в пределах утвержденного промфинплана и лимитов, самостоятельно устанавливать конкретные объекты строительства в пределах утвержденного народным 193 Попов В.П. Российская деревня после войны (июнь 1945 - март 1953). Сборник документов. М., 1993. С. 25.
194 Там же. С. 75.
195 Коваленко Н.И. Организация управления совхозами в СССР (1917-1937). Изд. МГУ, 1980. С. 148.
196 О подсудности дел в отношении директоров совхозов, совхозных трестов и их заместителей, а также должностных лиц всех видов промышленности не ниже директоров, их заместителей и главных инженеров. Постановление 47 Пленума от 7 июня 1934 г. // Сборник действующих постановлений Пленума Верховного Суда СССР (1924-1951). С. 97-98.
230
комиссаром общего плана строительства совхоза, непосредственно заключать хозяйственные договоры в пределах ассигнований на соответствующие мероприятия197. Однако, как отмечают исследователи, в связи с жесткой финансовой дисциплиной директора были фактически лишены возможностей маневрирования средствами совхозов, не имея права использовать по собственному усмотрению даже фонд директора совхоза, распределение прибыли было также строго регламентировано198.
В 1965 г. было принято новое положение о социалистическом государственном предприятии, по которому работали и совхозы. Положение подчеркивало права единоначалия в управлении производством, а также давало расширенный перечень прав руководителей199. По положению директор совхоза назначался и освобождался от должности вышестоящим органом. Он имел право без доверенности действовать от имени совхоза, распоряжаться (в соответствии с законом) имуществом и средствами предприятия, заключать договоры, открывать в банках счета предприятия и т.д. Директор совхоза принимал и увольнял работников, применял меры поощрения и налагал взыскания, имел преимущественное право в определении расходования фондов поощрения рабочих и служащих, распределении жилой площади между работниками.
Особенно серьезным шагом на пути расширения объемноправового статуса директоров совхозов стали решения о реорганизации МТС в 1958 г., после которого совхозы начали покупать (а не получать в пределах лимитов капиталовложений) трактора, другие сельхозмашины и оборудование, а также о постепенном переводе совхозов на полный хозяйственный расчет, начиная с 1967 г.200 Директора совхозов получили право принимать решения о продаже неиспользуемой техники, скота, семян, кормов и т.д., приобретении строительных материалов у предприятий и организаций, реализации не принятой заготовителями продукции на рынке, обращения за кредитом.
Директора МТС пользовались тем же спектром гражданских прав, что и директора совхозов. Директор МТС назначался на должность Постановление ЦИК и СНК СССР «О реорганизации Народного комиссариата зерновых и животноводческих совхозов» от 28 ноября 1935 г. // Собрание законов и распоряжений рабоче-крестьянского правительства СССР за 1935 г. М., 1947. С. 906.
Зеленин И.Е. Зерновые совхозы СССР (1933-1941). М., 1966. С. 38.
Положение о социалистическом государственном производственном предприятии. Утверждено постановлением СМ СССР от 4 октября 1965 г. // Собрание действующего законодательства СССР. М., 1974. Т. 29. С. 162-180.
О переводе совхозов и других государственных сельскохозяйственных предприятий на полный хозяйственный расчет. Постановление ЦК КПСС и СМ СССР от 13 апреля 1967 г. // Собрание действующего законодательства СССР. Т. 29. С. 204.
231
органами государственного управления, распоряжался на правах единоначалия всеми материальными и денежными средствами станции, подбирал кадры работников, направлял деятельность МТС. Дела о должностных преступлениях директоров МТС (как и директоров совхозов) в 1934 г. были переданы в подсудность краевых, областных и верховных судов автономных республик201. Кроме того, директора МТС (и это было особенностью всего класса) должны были обладать повышенной политической грамотностью, так как им вменялось в обязанности осуществлять политическое и хозяйственное руководство входящими в зону МТС колхозами. В силу этого отношения между председателями колхозов и директорами МТС складывались непросто. Председатели колхозов старались быть как можно меньше связаны с работами, выполняемыми техникой МТС, так как натуроплата за нее была достаточно высока. Директор же МТС, напротив, обязан был принять все меры для работы техники МТС в колхозах. Естественно, что председатели колхозов поневоле делили хозяйственные полномочия с директорами МТС: сроки пахоты, уборки определялись чаще вторыми, нежели первыми. В МТС работали и самые передовые кадры колхоза - трактористы, с чем председатель колхоза также вынужден был считаться.
Оценивая правовой статус групп сельскохозяйственной протобуржуазии, можно сказать, что директора МТС и совхозов были более привилегированной категорией, чем председатели колхозов. Они обладали большим объемом гражданских прав, были связаны с передовыми формами собственности, в связи с чем им давались определенные привилегии. Дела в отношении директоров совхозов и МТС уже в первой половине 1930-х гг. были переданы в подсудность судов высшей юрисдикции, что подчеркивало их более высокий статус. В то же время, будучи самой нижней прослойкой протобуржуазного класса страны, председатели колхозов нередко были более свободны в реализации властных прав и прав собственности, что приводило к парадоксальному явлению: именно в их среде протобуржуазные тенденции проявлялись ярче и вызревали быстрее.
201 О подсудности дел в отношении директоров совхозов, совхозных трестов и их заместителей, а также должностных лиц всех видов промышленности не ниже директоров, их заместителей и главных инженеров // Сборник действующих постановлений Пленума Верховного Суда СССР (1924-1951). С. 97-98.
232
§ 3. Экономическое положение
Изменения в экономическом положении сельскохозяйственной иротобуржуазии были связаны, прежде всего, с увеличением возможностей распоряжения и пользования собственностью. В частности, исследования, проведенные в начале 1990-х гг. сектором социологии ИСПИ РАН под руководством В.И. Староверова, показали, что именно илрактер собственности, сложившийся в российской деревне в предшествующие 20-30 лет, стал почвой экономического и социального переворота в деревне. Руководители колхозов и совхозов, как подчеркивает В.И. Староверов, имели все права распоряжения и владения средствами производства хозяйств, осуществляли функции управления трудом, производством, доходом. Многие вопросы конкретной хозяйственной деятельности решались административно, «наверху», и спускались в хозяйства, а их реализация осуществлялась председателями колхозов, директорами совхозов. Таким образом «формировался социальный механизм собственности, типичный для управления в условиях частной собственности периода примитивного экономического управления раннего капитализма»202. В законе о государственном предприятии (которым руководствовались совхозы в своей деятельности) прямо говорилось о праве владения, пользования и распоряжения находившимся в его управлении имуществом и о праве пользования отведенной ему землей, при этом отмечалось, что главным принципом управления предприятием является единоначалие.
Нарастание возможностей экономической реализации права собственности сельскохозяйственной протобуржуазии шло постепенно. В 1930-е гг. в документах советских и партийных органов появляются многочисленные свидетельства о так называемых злоупотреблениях председателей сельхозартелей, которые на деле являлись не чем иным, как реализацией потенциальных прав собственности. Так, в 1930-1950-е гг. председатели колхозов «массово», как говорилось в документах, распоряжались землей: «сдавали в аренду или продавали» землю, находившуюся в пользовании сельхозартели, колхозные сенокосы, отпускали бесплатно или по пониженным ценам продукцию колхоза. Например, в 1944 г. председатель колхоза им. Чапаева Ставропольского края сдал в аренду сроком на 5 лет колхозный фруктовый сад площадью 110 га Ставропольскому ликеро-водочному заводу, в 1946 г. в Вожегодском районе Вологодской области в колхозах была распространена практика «расплачиваться землей за всевозможные 202 Староверов В.И. Новое качество социостратификационной структуры современной России и проблемы ее анализа // Россия накануне XXI в. М„ 1995. Выл. 2. С. 162-163.
233
услуги и работы»203, в 1955 г. в колхозе им. Ленина Свердловской области председатель разрешил косить сено на колхозных лугах для личного скота204 и т.д. В исследовании колхозного землепользования, проведенном М.А. Безниным, отмечается, что наибольшее число «захватов» земли фиксировалось там, где местные руководители сами являлись «захватчиками». Так, в колхозе им. Кирова Орловской области в 1950 г. председатель имел «излишек» приусадебной земли 8 соток, председатель ревкомиссии - 7, кладовщик - 5, колхозный мерщик - 7 соток205.
Одним же из самых главных изменений, отмеченных колхозниками и общественным мнением, было возрастание председательского пользования и распоряжения колхозной собственностью, нередко граничащее с неформальным полным правом собственности. Уже в 1930-е гг. в письмах колхозников в органы власти сообщалось о «самоснабжении» председателей колхозов. «...Мануфактуру, шерсть делят по себе, хлебные квитанции берутся по себе», - сообщалось в редакцию «Крестьянской газеты» в 1938 г. из Куйбышевской области206. Воронежские колхозники в том же году писали в «Крестьянскую газету» следующее: «Председатель прирезанного поросенка обменил на хорошего ... самовольно взял себе поросенка 38 кг, а денег не платил ... Кроме того, он выписал себе 100 рублей какой-то зарплаты ... Для корма привез поросенку 1,3 цжмыха ... Из колхозной кладовой ... выписывает: мед, масло, яйца и другие товары ... только любимчикам»207 208. Эти же процессы отражало и народное творчество. В частушках 1930-х гг. пели:
Председателя колхоза Уважай, да уважай. Пшеницу выносил карманом Гэворит: «Неурожай»203.
По мнению С.С. Маслова, изучавшего колхозную жизнь в России 1930-х гг., «использование колхозного дохода для внеколхозных целей и самовластие фактически назначенных председателей в том или другом размере и разных формах не могут не быть большим и постоянным фактом в жизни колхозов всей России»209.
203 ВОАНПИ. Ф. 2522. Оп. 8. Д. 158. Л. 124; РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 8. Д. 602. Л. 8.
204 Безнин М.А. Крестьянский двор в Российском Нечерноземье. 1950-1965 гг. С. 98.
205 Там же. С. 99.
206 Общество и власть. 1930-е годы. С. 271.
207 Там же. С. 279.
208 Деревенская частушка XX века. СПб., 2006. С. 67.
209 Маслов С.С. Колхозная Россия. История и жизнь колхозов. М„ 2007. С. 245.
234
В частушках 1940-1960-х гг. отмечалось уже возросшее правооб- плдание председателя колхозной собственностью:
Я в колхозе звеньевая, Председатель - милый мой: Зерно, мясо на машине Он везет ко мне домой,
Посмотри, залетка Шура, Что в колхозе строится. Председателю, парторгу Дом железом кроется2™.
Поглядите на меня - Гпядите на серьги. Председатель мне купил На колхозны деньги!2"
В. Тендряков в повести «Падение Ивана Чупрова» (впервые опубликована в 1953 г.) описывает, как председатель колхоза «накрывал стол» для приезжих за счет колхозных продуктов, брал колхозное кровельное железо на крышу своего дома. Бывший партсекретарь колхоза по этому поводу говорил: «Прибавилось в нем этакого «я решу» да «я сделаю». Колхоз - это «я»... Сперва трудно отделить себя от колхоза, потом - свое от колхозного». Одна из колхозниц дала оценку этим действиям председателя на правлении колхоза: «Поговаривают люди: председатель - пан в колхозе, что душеньке надо, берет, не спрашивает»212. Осуждая своего героя, Тендряков, тем не менее, отмечает значимые перемены, происходившие в становлении протобуржуазного класса. Результат реализации этих прав отразился в частушках конца XX в.:
Всей душой был за колхоз
И коммунизацию, А теперь в районе я Веду приватизацию2'3.
Заветные частушки... С. 49, 52.
■" Самиздат века. Минск; М., 1997. С. 762.
Тендряков В. Падение Ивана Чупрова // Дорогой ценой... Писатели о русском крестьянстве середины XX века. М., 1989. С. 91,101.
Мезенские частушки / сост. Н. Окулов. Архангельск, 1994.
235
Директора совхозов уже в 1930-е гг. принимали решения, свидетельствующие о реально большем объеме прав, чем это было закреплено в законодательстве о совхозах. В частности это касалось распоряжения землями совхоза. Например, прокурорская проверка, проведенная в 1934 г. в Азово-Черноморском крае, выявила «извращения закона о национализации земли»: совхозы сдавали землю в аренду колхозам для выпаса скота, для обработки214. В 1971 г. в совхозе «Советская Россия» Аксайского района Ростовской области было выделено в полях севооборота в частное пользование 108 га земли, 36 га были отведены для этих целей в совхозе «Кузнецовский», 45 га - в совхозе «Красно- кутский», 79 га - в совхозе «Койсугский» (все в Ростовской области)215.
Отметим, что в период 1950-1980-х гг. постоянно происходила концентрация капиталов, шло интенсивное нарастание фондов сельского хозяйства, в частности за счет передачи-продажи колхозам техники МТС, что приводило к нарастанию реализации права собственника сельской протобуржуазией.
Важной особенностью экономического положения председателей колхозов, в отличие от директоров совхозов и тем более МТС, было то, что они обладали большей экономической свободой. Например, в их компетенции было право выбора приоритета развития хозяйства. И в этом деле они нередко себя проявляли как настоящие бизнесмены. Вот, например, описание действий председателя колхоза Евлампия Лыкова в военное время (повесть В. Тендрякова «Кончина»): «За две машины картошки можно было достать угловое железо, еще две машины - получай стекло. Ни за какие деньги не найдешь мастеров- рабочих. За деньги нет - а за муку и масло - пожалуйста. Рабочие ставят теплицу. В этой теплице среди зимы вызревают помидоры и огурцы ... Выкинь их на рынок - и вози деньги возами ... Колхоз «Власть труда», и без того раньше богатый, раздобрел сказочно - новые фермы, теплицы, электростанции, мастерские, подсобные заводики, - вкупе миллионные доходы!»216. Председатель послевоенной поры Иван Чупров (повесть В. Тендрякова «Падение Ивана Чупрова») настоял, чтобы на гарях посеяли не хлеб, как хотели колхозники, а лен. «Выручили на льне сто сорок тысяч... Чупров уперся ... не дам делить! Будем строить свинарник на пятьсот голов!.. Через два года получили доход в четыреста тысяч. Построили молочную ферму...»217. В середине 214 Трагедия советской деревни: Коллективизация и раскулачивание. Документы и материалы. М., 2002. Т. 4. С. 310.
215 Наухацкий В.В. Наемный труд в колхозах и совхозах в 1950-1980-е годы: правовой и институциональный статус. Тезисы научного доклада. Ростов-н/Д., 2007. С. 34.
216 Тендряков В. Собрание сочинений. М., 1988. Т. 4. С. 104-105.
217 Тендряков В. Падение Ивана Чупрова //Дорогой ценой... С. 87.
236
1950-х гг. В. Овечкин описал действия председателя колхоза «Победа» Золотухина: «Выезжают на некоторых прибыльных вещах - на чесноке, конопле, клубнике. И умеют продавать свой товар ... У Золотухина на столе каждый день свежие телеграммы - где что почем на колхозных рынках ... Колхоз содержит в разных городах целый штат агентов по купле-продаже ... Накупили лошадей в Ставропольщине - пригнали в Татарию, продали втридорога, заработали на этой операции двести тысяч рублей. В Казахстане покупали баранов, в Харькове торговали молдавским вином, в Ленинграде - кубанским рисом ... Самое настоящее барышничество»218. Подобным образом действовали и реальные председатели колхозов: И. Снимщиков, председатель колхоза им. Кирова Балашихинского района Московской области, брал заказы на пошив матрасов, изготовление джемов и соков, штамповку пластмассовой тары; украинский председатель В. Белоконь поставлял фрукты в Забайкалье219. А. Салуцкий в конце советского времени подводит итог таким действиям председателей колхозов: «Хваткие председатели горы сворачивали. Надсаживая пупок, зарабатывали деньги ... Например, знаменитый гусь-хрустальненский председатель Аким Горшков ... предприимчиво подрядился поставлять в столицу пятилетние саженцы для украшения улиц ... и заработал на озеленении Москвы немалые средства, позволившие поднять колхоз»220. Такого рода примеры можно приводить достаточно долго. Писатели, выступавшие в данном случае больше как публицисты-документалисты, констатировали важную черту экономической деятельности председателя колхоза - его умение вырабатывать бизнес-стратегию, вести предпринимательское хозяйство, уметь устанавливать контакты с другими хозяйствующими субъектами. Отметим, что на государственном уровне такая практика поощрялась. О председателях колхозов-миллионеров писали в газетах, их награждали званием Героя Социалистического Труда. Напротив, плохой, необоротистый председатель, не умеющий вести хозяйство, властью осуждался. Соответственно богатым колхозам в первую очередь выделялись кредиты, подрядчики для строительства и т.д., что делало их еще более капитализированными, а председателей продвигало в становлении протобуржуазного статуса. К концу 1980-х гг. требование к председателю колхоза быть «экономистом, коммерсантом» формулировалось как одно из главных221.
• Овечкин В. Районные будни. С. 521-522.
http://www.a-t-i.ru/index.php?page= issue&pid=100075&sub= 100003 & item= 100076.
Салуцкий А. Слабые и сильные II Пайщиков А., Салуцкий А. Крестьянский вопрос вчера и сегодня. М., 1990. С. 20.
Правда. 1987. 29 марта.
237
В отличие от председателей колхозов, директора совхозов первоначально были менее свободными в ведении предпринимательской деятельности, хозяйственный план совхоза жестко устанавливался и контролировался государством. Только в конце 1960-х - 1970-е гг., когда совхозы были переведены на хозрасчет, директор совхоза мог действовать «по-предпринимательски», в том числе по закону о государственном социалистическом предприятии мог реализовывать материальные ценности, был обязан расширять торговые и хозяйственные связи с потребителями и т.д. В этом плане яркий пример представляет собой деятельность руководителей казахстанского совхоза «Акчи» М. Ли и И. Худенко. В 1969-1970 гг. был разрешен эксперимент, в ходе которого делалась ставка на «хозрасчетные рычаги», которые впоследствии были признаны «капиталистическими методами ведения хозяйства». В итоге Ли и Худенко попали под сур?22.
Отметим, что экономическая деятельность совхозов нередко была связана с колхозами. Так, директор совхоза мог нанимать для работы в совхозе колхозников, легально или нелегально заключать с колхозом коммерческие сделки по продаже техники, скота, на аренду земельных площадей или помещений и др.
Директор МТС имел еще меньше экономической свободы, чем директор совхоза. Но в то же время он обладал большими правами в отношении колхозов. В частности, В. Овечкин описывает, как в середине 1950-х гг. директор МТС потребовал, чтобы из всех колхозов ему представляли ежемесячные сведения о том, какие суммы числятся у председателя и членов правления под отчетом. Один из героев «Районных будней» - председатель колхоза Опенкин - отвечает на это требование так: «Это... вам не совхоз, и я вам не управляющий отделением, чтобы отчитываться в деньгах перед директором! Наши деньги, не ваши!» Однако право такого финансового контроля у директора МТС действительно было, что свидетельствует о попытках выстраивания государством иерархии внутри сельской протобуржуазии222 223.
Экономическое положение сельской протобуржуазии определялось также особенностями оплаты труда. Оплата была выше, чем у остальных селян. Но более важным было другое обстоятельство: она была в большей степени «монетизированной». Первоначально труд председателей колхозов оплачивался трудоднями, они не получали твердой заработной платы. В то же время исследователи отмечают, что некоторые председатели колхозов уже во второй половине 1930-х гг. получали твердые ставки в трудоднях, а иногда и в денежном 222 Добвнев А.Е. Битва за урожай // http://www.a-t-i.ru/index.php? Page= issue&pid= 10007&sub=100003&item =100076.
223 Овечкин В. Районные будни. С. 531.
238
выражении. Так, размеры ставки председателя колхоза в трудоднях в конце 1930-х гг. доходили до 55 трудодней в месяц. В некоторых колхозах председатели получали денежные выплаты, например в 1937 г. в колхозах Череповецкого района Вологодской области - до 200 руб. в месяц224 (при среднемесячной оплате труда колхозников в целом по стране на 1940 г. около 12 руб.225). Постепенно начинается эволюция оплаты труда председателей в сторону увеличения денежной ее части, введения дополнительных выплат. В 1948 г. председатели колхозов начали ежемесячно получать денежную доплату (от 25 руб. до 400 руб.) в зависимости от общей суммы годового дохода колхоза226. Значительно монетизировалась оплата труда председателей колхозов в период пополнения их слоя городскими рабочими и управленцами в середине 1950-х гг. Как уже отмечалось выше, для тридцатитысячников устанавливалась зарплата, примерно равная получаемой ими на прежнем месте работы (на первые три года). При этом выплачивалась эта зарплата государством. Данное изменение свидетельствует о важном шаге в сторону «огосударствления» источников доходов сельской протобуржуазии. С середины 1960-х гг. уровень оплаты труда председателей колхозов приближается к уровню оплаты директоров совхозов. Начиная с 1964 г. экономически слабым колхозам рекомендовалось устанавливать размеры должностных окладов председателям колхозов на уровне должностных окладов директоров совхозов с соответствующим объемом производства продукции227. В середине 1960-х - 1980-е гг. оплата труда председателей колхозов серьезно опережала оплату труда других категорий колхозников. В 1965 г. среднемесячная оплата труда председателя колхоза РСФСР составляла 200 руб., тогда как среднемесячная денежная заработная плата в колхозах - 50 руб.228, в 1985 г. председатели колхозов Европейского Севера России получали заработную плату 360 руб. в месяц, тогда как средняя по стране денежная заработная плата в колхозах составляла 153 руб.229
4 Глумная М.Н. К характеристике колхозного социума 1930-х гг. (на материалах колхозов Европейского Севера России) // XX век и сельская Россия. Токио, 2005. С. 271,283.
" Труд в СССР. Стат, сборник. М., 1988. С. 143.
6 Решения партии и правительства по хозяйственным вопросам (1917-1967). Г. 3. С. 484-485.
■■■' Там же. М„ 1968. Т. 4. С. 454.
" Безнин М.А. Крестьянский двор в Российском Нечерноземье 1950-1965 гг. С 191; РСФСР за 50 лет. Стат, сборник. М., 1967. С. 144.
■ Труд в СССР. Стат, сборник. М., 1988. С. 143; Гулин К.А. Материальное положение колхозного крестьянства на Европейском Севере России в 1965-1985 гг. дисс.
к. и. н. Вологда, 1999. С. 52.
239
В отличие от председателей колхозов, оплата труда директоров совхозов и МТС производилась по должностным окладам. При расчете зарплаты директоров совхозов учитывались размер хозяйства, стаж работы, образование. Так, с 1954 г. заработная плата директоров совхозов устанавливалась в размерах от 95 до 160 руб. (в зависимости от образования человека и группы, к которой относился совхоз), а также процентные надбавки к должностным окладам от 7 до 20% в зависимости от стажа работы (для сравнения: заработная плата постоянных рабочих совхозов СССР по данным на август 1955 г. составляла 53 руб.)230. Эволюция оплаты труда директоров совхозов шла в направлении роста «рыночной» составляющей. С 1957 г. оплата труда им назначалась в зависимости от объемов реализации продукции, с 1970 г. предусматривались стимулирующие премии и надбавки231.
Оплата труда директоров МТС производилась из госбюджета. С 1952 г. должностной оклад директора МТС устанавливался в размере от 98 до 160 руб. (в зависимости от образования директора и мощности тракторного парка МТС), что примерно соответствовало уровню зарплаты директора совхоза. После 1956 г., когда МТС было решено переводить на хозрасчет, система оплаты труда директоров МТС менялась в зависимости от рентабельности предприятия.
Реальные доходы сельскохозяйственной буржуазии были выше, чем заработная плата, и имели, как было показано выше, более обширные и разнообразные источники пополнения.
Еще одной важной чертой, характеризующей экономическое место сельскохозяйственной протобуржуазии, является ее роль в возможности открытия доступа к доходам для других работников и в распределении доходов. Большими полномочиями в этом плане обладали председатели колхозов. «Председатель или бригадир со счетоводом так прижмут тебя, - пишет В. Овечкин, - что света белого не взвидишь. И наряды будут давать тебе самые невыгодные по оплате работы, и табеля запутают так, что в конце года не досчитаешься половины трудодней ... и оштрафуют в пятикратном размере...»232. Большую роль играл председатель колхоза в назначении на «хлебную» должность, в разрешении отпустить колхозников на сезонные работы или на учебу: без его согласия справку для получения паспорта председатель сельсовета выдавал крайне редко.
230 Постановление СМ СССР, ЦК КПСС от 6 марта 1951 г. «О заработной плате работников совхозов и конных заводов системы Министерства совхозов СССР» // http://www.spbpravo.ru/docs_cccp.php?id=6943; Оплата труда в совхозах и колхозах. М., 1968. С. 8.
231 Организация социалистических сельскохозяйственных предприятий. М„ 1963. С. 235-236; КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и Пленумов ЦК. Т. 10. М„ 1972. С. 235-241.
232 Овечкин В. Районные будни. С. 397.
240
Директора МТС и директора совхозов обладали в этом плане меньшими экономическими правами - могли распределять фонд директора, выписывать премии. Правда, они могли распоряжаться более крупными государственными средствами. Например, директора совхозов, а позднее и председатели колхозов, нередко заключали договора с шабашниками, позволявшие им «отмывать» крупные суммы денег. Большое количество примеров, касающихся договоров с «шибаями» в Ростовской области в 1970-1980-е гг., приводит В.В. Наухацкий. Это договоры на продажу по себестоимости или на выдачу бесплатно больших объемов сельхозпродукции, на строительные работы, которые производились «по чрезмерно завышенным расценкам», и т.д.233
Таким образом, экономическое положение сельскохозяйственной протобуржуазии определялось ее местом в отношениях собственности. Постепенное овладевание капиталами колхозов и совхозов, увеличивавшиеся права в распоряжении и пользовании ими вели к необходимости легализации буржуазного статуса. Мы наблюдаем государственные попытки выстроить иерархию сельской протобуржуазии, когда одна ее часть (директора МТС и совхозов) рассматривалась как «агенты» влияния в отношении колхозов, что повышало ее статус. Председатели же колхозов пользовались большей экономической свободой, могли формировать бизнес-стратегии, работать на прибыль, что продвигало их в становлении предпринимательского статуса. Тем не менее выявляется явное сходство в положении разных классов сельской протобуржуазии: все они были связаны с растущей реализацией прав собственности, пользовались патронатом государства, были лучше материально обеспечены и демонстрировали экономическое превосходство над работниками своих предприятий.
233 Наухацкий В.В. Наемный труд в колхозах и совхозах в 1950-1980-е годы: правовой и институциональный статус. С. 34-37.
241
§ 4. Место в политической жизни, самосознание
Каналы политической активности сельскохозяйственной протобуржуазии в основном были связаны с ее участием в жизни общественных организаций, членством в них, а также с работой в представительных органах власти. В этом смысле наиболее показательными являются данные об уровне членства в коммунистической партии. Членами и кандидатами в члены ВКП(б) - КПСС являлись в 1938 г. 16% всех председателей колхозов, в 1953 г. - 80%, в 1959 г. - 94% всего председательского корпуса России234. Состав же директоров совхозов и МТС с самого начала формировался, как правило, из членов партии. Членство в партии давало возможность вхождения во властные элиты высшего уровня. Председатели колхозов, директора совхозов и МТС были членами бюро или пленумов районного, городского, областного комитетов ВКП(б) - КПСС, выступали на партийных заседаниях, что давало им преимущества выхода на более высокий уровень участия в политической жизни и возможность чувствовать себя «рычагами» (как определил их поведение в одноименном рассказе А. Яшин, описывая колхозное партсобрание) деревенской жизни. При этом большое значение имел неофициальный уровень политического влияния, возможность общения с партийными руководителями района или даже области «накоротке». Социолог И. Штейнберг, описывая типологию сельской власти, отмечает, что выявление на селе «настоящего хозяина» неразрывно было связано с наблюдениями за районными или «городскими» чиновниками: кого в селе они посетят первым, тот и хозяин. Председатель колхоза «Путь Ленина» Свердловской области по этому поводу рассказывал: «...ко мне приезжали из райкома ... Ну, одним словом, командовал я всем»235. Председатели передовых колхозов были вхожи почти во все уровни власти. Так, председатель колхоза Опенкин из «Районных будней» В. Овечкина привел перечень заседаний, в которых он участвовал в течение двух недель: пленум обкома, сессия облсовета, пленум райкома, сессия райсовета, партактив райкома, сессия сельсовета236. Не случайно у председателей колхозов постепенно складывалось умение говорить с представителями власти особым «политическим сленгом»: о необходимости «мобилизации усилий», «подъема на высоту», «укрепления политико-воспитательной работы» и т.п.
234 Колхозы в 1938 г. (по годовым отчетам). Ч. IV. Баланс и кадры. С. 92-93; Народное хозяйство СССР в 1958 г. Стат, ежегодник. М., 1959. С. 531.
235 Штейнберг И. Типология сельской власти (социологический анализ типов руководителей сельхозпредприятий в постсоветском селе) // Рефлексивное крестьяно- ведение. Десятилетие исследований сельской России. С. 376.
236 Овечкин В. Районные будни. С. 381.
242
Еще одной формой политической активности сельской протобуржуазии было профсоюзное членство. Директора совхозов и МТС изначально имели это право, председатели же колхозов получили его лишь с пополнением их рядов тридцатитысячниками. Согласно решению, принятому ЦК КПСС в 1955 г., лица, направляемые для работы в колхозы, могли оставаться членами профсоюза237.
Публичная политическая активность сельской протобуржуазии была связана с выборной деятельностью в представительные органы власти (Советы всех уровней) и работой в них в качестве депутатов. В Верховном Совете СССР пятого созыва председатели колхозов составляли около 10% от общей численности депутатов, шестого созыва (1962 г.) - 6,9%238. В Верховном Совете РСФСР, избранном в 1971 г., 4% депутатов были председателями колхозов или их заместителями, 1% - директорами совхозов239. В составе Верховного Совета РСФСР 1985 г. председатели колхозов и их заместители составляли 3% общей численности депутатов, директора совхозов - 1 %, т.е. вместе 4% депутатского корпуса240. Такое уменьшение доли сельскохозяйственной протобуржуазии в высших представительных органах страны было связано, с одной стороны, с уменьшением числа сельхозпредприятий в связи с их укрупнением, с другой - с сокращением доли сельских жителей, что непосредственно влияло на «разнарядку» и предопределяло сокращение «выделенных» депутатских мест. В то же время сокращение доли председателей колхозов и директоров совхозов в составе депутатов Верховного Совета РСФСР придавало избранным еще более высокий политический вес в обществе и влияло на внутреннюю стратификацию протобуржуазного слоя села. Председатели богатых колхозов, высокорентабельных совхозов имели больше шансов попасть на вершину власти и реализовать свой должностной статус и статус собственника в политических решениях. В 1989 г. в ходе первых альтернативных выборов руководители сельскохозяйственных предприятий и их заместители заняли 2,8% мест241, что свидетельствует о достаточно прочной нише, занимаемой ими в политической пирамиде страны.
В местных Советах сельскохозяйственная протобуржуазия имела больший вес, особенно в краевых или областных и районных.
237 КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и Пленумов ЦК. Т. 7. С. 60-64.
238 Верховный Совет СССР шестого созыва. Стат, сборник. М., 1962. С. 20-21.
239 Итоги выборов и состав депутатов Верховных Советов союзных и автономных республик. 1971. Стат, сборник. М., 1971. С. 22, 36, 37.
240 Итоги выборов и состав депутатов Верховных Советов союзных и автономных республик 1985 г. Стат, сборник. М., 1985. С. 34, 38, 39.
241 Амелин В.Н., Пинчук К. М. Социальные трансформации и формирование политического класса в России // http://www.hse.nj/ journals/ wrldross/ vol01_4/ Amelin.htm.
243
В 1980 г. в краевых Советах председатели колхозов и их заместители составляли 1,4% депутатов, директора совхозов - 1,1%, в областных Советах - соответственно 1,5% и 1,8%, в районных - 4,5% и 4% , в сельских - 3,1% и 1,9% . Всего доля председателей колхозов и их заместителей, а также директоров совхозов (вместе с руководителями других государственных сельхозпредприятий) составляла в местных Советах 4% всего депутатского корпуса242. Приведенные данные позволяют сделать как минимум два важных допущения. Во-первых, основной уровень политического представительства сельскохозяйственной протобуржуазии был связан с районным звеном, где она была представлена в 2 раза большей долей депутатов, чем в среднем по стране. Во-вторых, чем выше был уровень власти, тем больше демонстрировалось предпочтение, отдаваемое совхозному «звену» протобуржуазии, что, в частности, подтверждает большая доля совхозных руководителей в составе областных Советов.
Анализируя место сельскохозяйственной протобуржуазии в политической жизни деревни, необходимо отметить тот особый период, когда даже организационно на первые позиции влияния были выведены совхозы и МТС, - это период существования политотделов. Как уже отмечалось выше, они были созданы в 1933 г. с целью руководства «хозяйственно-технической, организационной и политической» жизнью колхозов. В совхозах политотделы просуществовали до 1940 г., в МТС - до 1934 г., возродившись на короткое время в период Великой Отечественной войны. Начальник политотдела был одновременно заместителем директора МТС или совхоза по политработе. Политическое верховенство в отношении колхозов было за политотделами МТС, которые очень четко обозначили свое первенство в «подборе кадров председателей колхозов». На XVII съезде ВКП(б), состоявшемся в 1934 г., начальник политуправления Наркомзема Криницкий информировал делегатов о том, что «по данным 600 - 800 политотделов МТС, из числа председателей колхозов было вычищено 14%, снято 36%»243. В то же время политотделами МТС в течение 1933 г. было выдвинуто (по данным 24 краев и областей) 36% из общего числа председателей колхозов244.
Таким образом, можно говорить о многообразии вхождения сельскохозяйственной протобуржуазии в политическую ткань общества. Формально она была представлена всем спектром участия в общественно- политических и представительских организациях, что достигалось, в 242 Итоги выборов и состав депутатов местных Советов народных депутатов РСФСР в 1980 г. (Стат, сборник). М., 1980. С. 24-27.
249 http://www.hrono.ru/vkpb_17/6_1 .html
244 Зеленин И.Е. Зерновые совхозы СССР (1933-1941). С. 109.
244
том числе, разнарядкой, обязательно учитывавшей эту категорию как необходимую для представительства общественную группу. Особенно большой удельный вес, как мы видели, придавался оформлению политического статуса сельской протобуржуазии на уровне района и села. Приоритет все же принадлежал более «продвинутой» части руководства сельхозпредприятий - директорам совхозов и МТС, что приводило к ощущению ими некой политической элитарности по сравнению с председателями колхозов, менее политически подкованными и менее интересными для актуализации политических задач, стоящих перед сельскохозяйственной протобуржуазией.
Политические интересы сельской протобуржуазии организационно оформились уже в постсоветский период, в 1992-1993 гг., когда была создана Аграрная партия России. У ее истоков стоял В.А. Стародубцев - с 1964 по 1997 г. председатель колхоза им. Ленина Новомосковского района Тульской области. Возглавил АПР М.И. Лапшин, с 1961 г. работавший директором совхоза «Заветы Ленина» Ступинского района Московской области, позднее - В.Н. Плотников, начинавший трудовую деятельность агрономом, главным агрономом, заместителем директора совхоза в Волгоградской области. Аграрная партия четко ориентировалась на поддержку крупного высококапитализированного агробизнеса в сельском хозяйстве, создание института земельных собственников, развитие кредитных и лизинговых операций, увеличение уставных капиталов аграрной банковской инфраструктуры («Россельхозбанка», «Росагролизинга» и др.)245.
* * ★
Одной их важнейших ментальных характеристик категории сельскохозяйственной протобуржуазии являются базовые черты самосознания ее представителей.
Значимыми и ценимыми качествами представителей сельскохозяйственной протобуржуазии считались чувство «настоящего хозяина», соответствующее мышление и образ действий. При этом дела колхоза рассматривались «настоящим хозяином» как неразрывные с личностными устремлениями - как «свое, кровное». Например, в дневнике председателя одного из колхозов Курской области Е. Маслова 26 сентября 1951 г. отмечалось: «Мечусь, как в угаре. Мокро, холодно. У нас же до сих пор гречиха не убрана, 160 гектаров ржи не обмолочено. Пшеницу только свезли с поля. Начали копать сахарную свеклу ... В третьей бригаде, что расположена в Нижних Деревеньках, нет настоящего хозяина. Нужно что-то предпринимать»246. 3 октября 1951 г. этот 245 Программа Аграрной партии России // http://www. agroparty, ги/ ?id=27.
246 Маслов Е. Дневник председателя колхоза II Подъем. 2005. № 7.
245
же председатель колхоза пишет: «Прогноз предсказывает заморозки, а у нас картофель еще не убран, молотьба остановилась. Подготовка к зиме ведется плохо». Такого рода записи являются, пожалуй, самыми частыми в дневнике Е. Маслова. Председатель колхоза Ананий Егорович из повести Ф. Абрамова «Вокруг да около», опубликованной в 1963 г., горюет о заготовке кормов во время дождливой погоды: «Да, еще дня два - и прощай сено. Полный разор колхозу...»247. Приведенные размышления председателей колхозов кажутся достаточно типичными, неоднократно транслируются в произведениях деревенской прозы, публицистике Ф. Абрамова, В. Овечкина, А. Яшина, кинофильмах, драматургических произведениях 1930-1980-х гг. Тем не менее вопрос об их интерпретации в контексте изучения самосознания категории сельской протобуржуазии даже не был поставлен. Одно из объяснений этого все же было предложено в 1990-е гг.: «Лучшие председатели колхозов и в прошлые времена и в нынешние - самая крепкая крестьянская кость»248. Вряд ли сложившееся мнение о родстве менталитета председателей колхозов и крестьян можно считать верным. Председатель колхоза, как и директор совхоза и МТС, мыслил крупными категориями общественного производства, представлял место своего хозяйства в народнохозяйственном комплексе района и области, обладал прогрессивным, технократическим, «государственным» мышлением («Большинство председателей жизнь отдают общему делу, стремятся к хорошему», - записал в дневнике курский председатель Е. Маслов249 *). При этом хозяйственные интересы предприятия оберегались сельскохозяйственной протобуржуазией очень настойчиво. А. Салуцкий описывает, как на исходе 1980-х гг. он предложил одному из «крепких» председателей присоединить к своему колхозу отстающее, «погибающее» хозяйство. «Реакция была резко отрицательная ... Председатель колхоза ... намекнул, что поставлен отвечать за свое хозяйство, а до других ему и дела нет: “У нас ... прибыль уменьшится, развиваться не сможем”»260.
Часто отмечались в архивных документах, публицистике и прозе такие черты, присущие классу сельскохозяйственной протобуржуазии, как ориентация на внеэкономические методы организации производства в 1930-х гг. и на экономические рычаги - начиная со второй половины 1940-х- 1950-е гг., в частности на материальное стимулирование колхозников, пусть и не поощряемое государственной властью. Вызревание понимания необходимости этого перехода относится, види247 Абрамов Ф. Вокруг да около // Дорогой ценой... С. 315.
244 Салуцкий А. Слабые и сильные... С. 30.
249 Маслов Е. Дневник председателя колхоза...
260 Салуцкий А. Слабые и сильные... С. 66.
246
мо, к началу 1950-х гг. Председатель архангельского колхоза Лукашин из повести Ф. Абрамова «Пути-перепутья» в начале 1950-х гг. говорит секретарю райкома Подрезову: «По старому нельзя ... Я ведь только и знаю, что кнутом размахиваю. Потому что кроме кнута да глотки у меня ничего нет. А надо бы овсецом, овсецом, лошадку погонять...»251. В дневнике курского председателя колхоза Е. Маслова читаем: «Надо колхозников заинтересовать. Но попробуй, заинтересуй, осудят и посадят, как нарушителя Устава. Сделать пока, для начала, по-своему, втихаря? Невозможно. За каждым шагом следят. Берегись, председатель! рискуй, крой надвое: либо пан, либо пропал; либо сена клок, либо вилы в бок»252. Председатель колхоза из Орловской области Е. Лежепеков в середине 1950-х гг. публично предлагал выплачивать колхозникам 50-60% от дохода колхоза, выдавать 30-40% выращенного хлеба253. Архангельский председатель колхоза из публицистической повести Ф. Абрамова «Вокруг да около» в начале 1960-х гг. принял решение выделять на индивидуальных коров 30% заготовленного колхозного сена, хотя по закону полагалось не больше 10%254. Интересно, что такая деятельность председателей колхозов, как правило, оценивалась властью в «старой» терминологии. Так, об орловском председателе на пленуме обкома КПСС было сказано: «У него гнильца завелась»255. Председателю колхоза Е. Маслову в райкоме КПСС дали оценку: «Кулацкие замашки. Типичный кулак!»256.
В сознании сельской протобуржуазии присутствовало понимание своей обособленности как категории. В частности, это касалось противопоставления себя районному звену власти. Председатель колхоза Е. Маслов в дневнике отмечал: «Там, наверное, члены бюро в кабинете секретаря корпят над сводками, выискивают жертву для очередной накачки. А где-то вот так же, как и я, мой собрат-председатель с грустной думой вышагивает по грязи... Эх, политика!.. А я вот мотаюсь, как хлыст пастуший перед оголтелым стадом, и ничего не могу сделать... Эх, судьба председательская!.. И на хозяйстве душно и в квартире тесно. Чувствуешь себя стесненно, неловко, будто в чем-то перед кем- то виноват»257. Ф. Абрамов в повести «Пути-перепутья», посвященной периоду начала 1950-х гг., описывает несогласие председателя архан251 Абрамов Ф. Пути-перепутья // Абрамов Ф. Братья и сестры. М., 1982. С. 487.
262 Маслов Е. Дневник председателя колхоза...
253 Кузнецов Ю.В. Сельская «элита»: председательский корпус орловских колхозов в период аграрных реформ Н.С. Хрущева // Динамика и темпы аграрного развития России: инфраструктура и рынок. Орел, 2006. С. 497.
254 Абрамов Ф. Вокруг да около. С. 356-359.
266 Кузнецов Ю.В. Сельская «элита»... С. 497.
256 Маслов Е. Дневник председателя колхоза...
257 Там же.
247
гельского колхоза Лукашина с секретарем райкома Подрезовым по поводу высокого уровня налогов с колхозов.
Как отмечается в исследованиях, «тихое» сопротивление председателей колхозов командам «сверху» было перманентным и не зависело от их состава. Даже в обновленном в 1950-е гг. председательском корпусе постоянно воспроизводились формы и методы хозяйственной деятельности, с которыми активно боролись партийные и административные органы258. Следовательно, такого рода борьба за власть являлась формой отстаивания корпоративных интересов, поиском своей ниши в формирующейся социальной стратификации протобуржуазного слоя.
Оформление особой ментальности представителей сельскохозяйственной протобуржуазии выражалось и в их меняющемся внешнем облике. Е. Дорош, описывая облик председателя колхоза-миллионера довоенных лет, отмечает: «...это неприметный пожилой человек в обвислом овчинном полупальто с грубой шинельной покрышкой, в сдвинутой на затылок шапке с опущенными ушами»259. Типичное изменение образа председателя колхоза во времени описал В. Тендряков: «Евлампий Лыков перерождался у всех на глазах ... Золотой характер, и штаны носил с заплатами. Теперь в залатанных штанах неудобно ... встречаться приходилось с директорами заводов, с начальниками строительства ... по крупному ворочаешь... Стал даже на шею цеплять галстучек, а вместе с галстучком и заговорил на басах»260. В 1960-е гг. иначе выглядевший председатель воспринимался как нетипичное явление. О таком председателе писал, например, С. Викулов: «...колхозники видели своего председателя чаще не в костюмчике и при галстуке, сидящим в конторе, а в неизменном брезентовом плаще, с гаечным ключом ... По району, а потом и по области о нем пошла слава...»261 (впрочем, как отмечает С. Викулов, и методы работы этого председателя, как оказалось, были неверными, так как он все пытался делать сам, а не руководил процессом). Типичность, «буржуазность» облика председателей колхозов были внешними и весомыми знаковыми элементами, выделявшими их из массы селян.
В целом в 1930-1980-е гг. самосознание председателей колхозов, как и самосознание других представителей сельскохозяйственной протобуржуазии, по описанным знаковым его составляющим эволюционировало в сторону увеличения буржуазных элементов. При этом оно формировалось как сознание наиболее активной протобуржуазной части 2И Кузнецов Ю.В. Сельская «элита»... С. 498.
259 Дорош Е. Иван Федосеевич//Дорогой ценой... С. 141.
260 Тендряков В. Кончина // Тендряков В. Собрание сочинений. T. 4. С. 62.
261 Викулов С. Дорогой ценой // Дорогой ценой...С. 240.
248
общества, непосредственно связанной с производством, вынужденной испытывать определенные унижения и лишения на пути оформления своего протобуржуазного статуса, осознавать и бороться за свои интересы. Видимо, можно говорить о сформированности протобуржуазных элементов сознания к началу 1950-х гг., когда общественным идеалом слоя становится «хороший, крепкий хозяин», способный материально поддержать работников предприятия, смело ведущий себя в отношениях с властью, умеющий «буржуазно» выглядеть - носить цивильный костюм, галстук, обладающий «городскими» манерами.
★ ★
*
В советской колхозно-совхозной деревне в ходе процесса капитализации экономики сформировался социальный класс протобуржуазии. В 1930-е гг. его численность в РСФСР измерялась сотнями тысяч человек, в конце 1980-х гг. - составляла около 25 тысяч. Такая тенденция была вполне закономерна и объяснялась, в первую очередь, укреплением роли руководителей в новой системе хозяйствования, постепенным переходом от внеэкономических рычагов управления к экономическим методам хозяйствования в колхозно-совхозном производстве, консолидацией класса сельскохозяйственной протобуржуазии.
Источники формирования протобуржуазного класса в колхозный период полностью изменились по отношению к досоветскому и раннему советскому времени и серьезно эволюционировали в течение колхозно-совхозного 60-летия. Первый массовый призыв в деревенскую верхушку был осуществлен за счет, прежде всего, политически лояльных к власти слоев деревни и, отчасти, города. Дальнейший ход событий показал высокую степень гибкости политического режима, оказавшегося способным ради экономического подъема имплантировать в деревенскую верхушку людей, способных обеспечить хозяйственноэкономический прогресс, что открыло пути наверх интеллектуалам (специалистам), представителям рабочей аристократии, а порой и сельскохозяйственных низов.
Выделение экономического и правового положения деревенской протобуржуазии на фоне других слоев населения происходило постепенно. Последнее 30-летие колхозно-совхозного периода социологи прямо определяют как время, когда уже сформировались раннекапиталистические отношения собственности и предпосылки социального расслоения, когда изменения в правах распоряжения и владения средствами производства и социальная дифференциация были уже заметны. По мнению же авторов данной работы, и предыдущее 30-ле- тие (1930-1950-е гг.), несмотря на обилие внеэкономических методов
249
хозяйствования, маловидимую еще социальную дифференциацию, следует считать также временем вызревания, пусть и в скрытой форме, протобуржуазной сельской верхушки. В конечном итоге за 60-летие 1930-1980-х гг. прежде всего председатели колхозов и директора совхозов (часто очень искренне верившие в провозглашаемые коммунистические лозунги) объективно превратились в основных носителей ка- питализаторской линии в деревне. Это четко проявилось в оформлении капиталистических тенденций в отношениях собственности, нарастании объема правовых полномочий, так называемых злоупотреблениях, на самом деле отражавших вышеуказанные линии, улавливалось в народном восприятии, художественной и публицистической литературе.
Становление нового статуса сельскохозяйственной протобуржуазии нашло отражение в ее участии в политической жизни. Основой этого было место в системе разделенного права собственности, в рамках которой значительная часть функций собственника концентрировалась на вершине политической пирамиды государства, на областном и районном уровнях и, частично, принадлежала председателям колхозов и директорам совхозов. Именно тем обстоятельством, что последние играли ведущую роль в реализации разделенного права собственности на местах, обуславливалось преимущественное их представительство в местных органах власти, осуществление взаимоотношений с местными кланами. В конце 1980-х - начале 1990-х гг. политические интересы сельскохозяйственной протобуржуазии были сформулированы Аграрной партией России.
Важнейшим проявлением становления нового класса было вызревание и новых ментальных характеристик, черт самосознания, элементов субкультуры. В этом смысле становление типа крепкого хозяйственника, живущего бизнес-интересами предприятия, стремящегося к эффективному менеджменту в рамках капитализировавшейся экономики, приобретающего «городской» внешний вид и манеры, было проявлением опорных элементов становления деревенской протобуржуазии.
250
Глава II
МЕНЕДЖЕРЫ
§ 1. Численность, происхождение
Переписи населения дают возможность проанализировать численность менеджеров в сельском хозяйстве по «имеющимся занятиям». Наиболее многочисленной в категории менеджеров была группа бригадиров. В 1939 г. в сельском хозяйстве РСФСР насчитывалось 464 тыс. бригадиров тракторных, полеводческих, комплексных и других бригад и 213 тыс. бригадиров животноводческих бригад (вместе с заведующими фермами). В 1959 г. численность бригадиров в сельскохозяйственном производстве сократилась практически в 2 раза - до 271 тыс. и 108 тыс. соответственно. В 1970 г. численность бригадиров в сельском хозяйстве России составила 194 тыс., а в 1989 г. (по неполным данным) - 82 тыс. человек262. Таким образом, за период существования колхозно-совхозного строя численность бригадиров сократилась примерно в 8 раз. При этом сокращение шло достаточно равномерными темпами в течение всего периода 1930-1980-х гг.: от переписи до переписи численность сокращалась примерно в 2 раза.
Бригадиров производственных бригад в российских колхозах в 1938 г. насчитывалось 347,9 тыс. человек в растениеводстве и 44 тыс. - в животноводстве (т.е. всего 392 тыс.), в 1940 г. численность их практически не изменилась и составила 393,4 тыс. человек. В 1959 г. число колхозных бригадиров резко сократилось - до 145,6 тыс., в 1967 г. - до 69,7 тыс. человек263. Таким образом, за 30 лет численность бригадиров колхозов сократилась более чем в 5 раз, что было значительно больше, чем сокращение общей численности бригадиров в сельском хозяйстве РСФСР, причем сокращение начинается в послевоенный 262 Всесоюзная перепись населения 1939 года. Основные итоги. Россия. С. 163-164; Итоги Всесоюзной переписи населения 1959 года. РСФСР. С. 238-239; Итоги Всесоюзной переписи населения 1970 года. Т. VI. Распределение населения СССР по занятиям. С. 27-28; Профессиональный состав населения РСФСР по материалам Всесоюзной переписи населения 1970 г. С. 25; Народное хозяйство РСФСР в 1961 г. Стат, ежегодник. М„ 1962. С. 83-85; Профессиональный состав населения коренных и наиболее многочисленных национальностей РФ (по данным переписи населения 1989 г.). М., 1992. С. 36, 68. За 1989 г. - кроме бригадиров с высшим и средним специальным образованием.
233 Колхозы в 1938 г. (по годовым отчетам). Ч. IV. Баланс и кадры. М., 1940. С. ИО- 111; Сельское хозяйство СССР. М., 1960. С. 470-473; РСФСР за 50 лет. Стат, сборник. М„ 1967. С. 103.
251
период. В основе этого процесса лежало укрупнение колхозов и преобразование их в совхозы, а также изменение факторов сельхозпро- изводства.
Совхозные бригадиры в России начиная с 1960-х гг., напротив, имели достаточно стабильную численность. Например, в 1961 г. бригадиров производственных бригад в растениеводстве совхозов было 39 тыс., в 1967 г. - 41 тыс., в 1971 г. - 43 тыс., в 1980 г. - 45 тыс., в 1987 г. - 40 тыс. человек264.
Интересна динамика численности бригадиров тракторных бригад в сельском хозяйстве РСФСР. Как известно, основная их часть, работая в МТС, оставалась по социальному статусу колхозниками (кроме короткого промежутка в 1950-е гг.). В 1939 г. их численность составляла 65,9 тыс., в 1959 г. - 67,3 тыс.265
Вторую по численности группу менеджеров составляли счетоводы и бухгалтеры. В российских колхозах их число равнялось в 1938 г. 178 тыс., в 1940 г. - 179 тыс., в 1950 г. - 109 тыс., в 1971 г. - 124 тыс. человек266. Как видим, численность этой категории первоначально нарастала, затем в 1950 г. сократилась, но к 1970-м гг. вновь увеличилась. Эта часть менеджеров по сравнению с другими менеджерскими группами пережила наименьшее сокращение за период существования колхозно-совхозной системы.
Третью по численности группу составляли заведующие животноводческими фермами (наименование должности было различным: в 1930-1940-е гг. она называлась заведующий товарной фермой, позднее - заведующий животноводством). Так, численность заведующих товарными фермами в колхозах РСФСР составляла в 1938 г. 136 тыс., в 1940 г. - 147 тыс., в 1950 г. - 142 тыс., в 1959 г. - 67 тыс., в 1967 г. - 43 тыс., в 1971 г. - 41 тыс., в 1987 г. - 37 тыс. (вместе с бригадирами животноводческих ферм)267. Следовательно, численность заведующих животноводческими фермами первоначально увеличивалась, но 264 Народное хозяйство РСФСР в 1965 г. Стат, ежегодник. М., 1966. С. 348; РСФСР за 50 лет. Стат, сборник. С. 103; Народное хозяйство РСФСР в 1970 г. М., 1971. С. 294; Сельское хозяйство СССР. Стат, сборник. М„ 1981. С. 367; Народное хозяйство РСФСР в 1987 г. М., 1988. С. 311.
265 Всесоюзная перепись населения 1939 г. Основные итоги. Россия. С. 163; Итоги Всесоюзной переписи населения 1959 года. РСФСР. С. 238.
266 Колхозы в 1938 г. (по годовым отчетам). Ч. IV. Баланс и кадры. С. 110-111; Сельское хозяйство СССР. М., 1960. С. 470-473; Сельское хозяйство СССР. Стат, сборник. М., 1971. С. 448; Народное хозяйство РСФСР в 1970 г. С. 293.
267 Колхозы в 1938 г. (по годовым отчетам). Ч. IV. Баланс и кадры. С. 110-111; Сельское хозяйство СССР. М., 1960. С. 470-473; РСФСР за 50 лет. Стат, сборник. С. 103; Сельское хозяйство СССР. Стат, сборник. М., 1971. С. 448; Народное хозяйство РСФСР в 1970 г. С. 293; Народное хозяйство РСФСР в 1987 г. С. 311; ГАРФ. Ф. А-374. Оп. 34. Д. 110. Л. 19; РГАЭ. Ф. 7486. Оп. 7. Д. 1019в. Л. 1-47.
252
в 1950-е гг. пережила резкое сокращение и продолжала уменьшаться до конца колхозного времени. В российских совхозах же, напротив, с 1960-х гг. численность заведующих животноводством и животноводческими фермами увеличивалась. В 1961 г. их было 32 тыс., в 1967 г. - 34 тыс., в 1971 г.-39 тыс., в 1980 г.-45 тыс., в 1987 г.-46 тыс.266 * 268 Таким образом, в 1980-е гг. эта группа менеджеров была в основном сосредоточена в совхозном производстве.
Четвертую по численности группу менеджеров составляли звеньевые сельского хозяйства России. Согласно данным переписей населения, их численность в 1939 г. составляла 93 тыс., в 1959 г. - 26 тыс., в 1970 г. - 7 тыс., в 1989 г. - около 6 тыс. человек269. Следовательно, за 60 лет численность звеньевых сократилась в 15 раз. Это самое масштабное сокращение в категории менеджеров.
Еще одна группа - управляющие отделениями совхозов. Их численность с 1960-х гг. оставалась достаточно стабильной. Всего в 1961 г. в сельскохозяйственном совхозном производстве было 22 тыс. управляющих, в 1967 г. - также 22 тыс., в 1971 и 1980 гг. - по 24 тыс., в 1987 г. - 20 тыс. управляющих отделениями270.
Примерно такой же, как число управляющих отделениями совхозов, в начале 1960-х гг. была численность учетчиков-заправщиков, сосредоточенных до конца 1950-х гг. главным образом в МТС и совхозах. В 1959 г. их насчитывалось 22 тыс., в 1970 г. - 12 тыс. человек271.
Наиболее малочисленной группой менеджеров были заведующие ремонтными мастерскими. В совхозах РСФСР их численность составляла в 1961 г. 5 тыс., в 1967 г. - 6 тыс., в 1987 г. - 11 тыс. человек272.
266 Народное хозяйство РСФСР в 1965 г. Стат, ежегодник. С. 348; РСФСР за 50 лет.
Стат, сборник. С. 103; Народное хозяйство РСФСР в 1970 г. С. 294; Сельское хозяй¬
ство СССР. Стат, сборник. М„ 1981. С. 367; Народное хозяйство РСФСР в 1987 г. С. 311.
269 Всесоюзная перепись населения 1939 года. Основные итоги. Россия. С. 163-164; Итоги Всесоюзной переписи населения 1959 года. РСФСР. С. 238-239; Итоги Всесоюзной переписи населения 1970 года. Т. VI. С. 27-28; Профессиональный состав населения РСФСР по материалам Всесоюзной переписи населения 1970 г. С. 25; Народное хозяйство РСФСР в 1961 г. Стат, ежегодник. М., 1962. С. 83-85; Профессиональный состав населения коренных и наиболее многочисленных национальностей РФ (поданным переписи населения 1989 г.). С. 36, 68.
270 Народное хозяйство РСФСР в 1965 г. Стат, ежегодник. С. 348; РСФСР за 50 лет. Стат, сборник. С. 103; Народное хозяйство РСФСР в 1970 г. С. 294; Сельское хозяйство СССР. Стат, сборник. М„ 1981. С. 367; Народное хозяйство РСФСР в 1987 г. С. 311.
271 Итоги Всесоюзной переписи населения 1959 года. РСФСР. С. 238-239; Итоги Всесоюзной переписи населения 1970 года. Т. VI. С. 27-28.
272 Народное хозяйство РСФСР в 1965 г. Стат, ежегодник. С. 348; РСФСР за 50 лет. Стат, сборник. С. 103; Народное хозяйство РСФСР в 1987 г. С. 311.
253
Как видим, почти за 30 лет данная группа менеджеров увеличилась в 2 раза.
Отдельно стоит отметить менеджеров - распорядителей ресурсов. Их численность в переписях населения приведена не всегда. Масштабность их существования видна, тем не менее из соотношения их численности в сельском населении (из которого не все, естественно, занимались сельским хозяйством) с численностью других категорий. Так, перепись 1937 г. выявила только среди рабочих и служащих сел СССР кладовщиков, приемщиков, раздатчиков 270,8 тыс. человек, весовщиков - 29,1 тыс., зав. магазинами и складами - 105,9 тыс., то есть не менее 400 тыс. человек273.
Рассмотрим «наполненность» сельскохозяйственными менеджерами колхозов на примере Вологодской области в 1978 г. Из 63 тыс. колхозников (вместе с наемным персоналом) 229 были бухгалтерами, 926 человек составлял счетный персонал контор колхозов, ремонтных мастерских, автогаражей, 89 человек работали счетными работниками в бригадах и на фермах, 350 человек были зав. складами, гаражами, нефтехозяйствами, 1287 человек были освобожденными бригадирами (вместе с помощниками), 412 человек - зав. животноводческими фермами и освобожденными бригадирами в животноводстве274. Таким образом, перечисленные группы управленцев составляли 5,2% всех колхозников.
Необходимо отметить, что в правительственной политике советского периода отношение к численности управленческого аппарата сельхозпредприятий было неоднозначным. Первоначально он подвергался постоянным количественным урезаниям. Это объяснялось общей необходимостью борьбы с обюрокрачиванием. Уже в 1934 г. Я.Э. Рудзутак говорил: «Мы установили, что количество трудодней на административно-управленческий аппарат не может превысить 8% общего количества трудодней, затраченных по колхозу»275. В колхозах проводились прокурорские проверки правильности расходования средств на содержание административно-управленческого аппарата. Например, подобная проверка «выявила», что в колхозах «Пятилетка» и «Партизан» Русско-Бродского района ЦЧО в 1934 г. административноуправленческие расходы «достигли» 12%, в Лискинском районе той же области перерасход против установленных единиц управленческого 273 Всесоюзная перепись населения 1937 г.: общие итоги. Сборник документов и материалов. М., 2007. С. 160.
274 ВОАНПИ. Ф. 9746. Оп. 2. Д. 135. Л. 11.
275 Отчетный доклад товарища Рудзутака о работе ЦКК-РКИ на XVII съезде ВКП(б),
1 февраля 1934 г. //http://www. hrono. info/vkpb_17/11_1. html
254
аппарата в 51 обследованном колхозе составил 92 человека276. Подобная направленность политики существовала и в отношении совхозных менеджеров. Так, с 1932 по начало 1940-х гг. удельный вес служащих и обслуживающего персонала в совхозах снизился с 12 до 7,5%277. Особенно серьезно борьба с «раздуванием штатов» административного и обслуживающего персонала колхозов началась после Великой Отечественной войны, согласно постановлению от 19 сентября 1946 г. «О мерах ликвидации нарушений Устава сельскохозяйственной артели в колхозах». В 1948 г. Совет министров СССР установил, что штаты административного и обслуживающего персонала должны напрямую зависеть от размера и сложности хозяйства колхоза. Так, в колхозах с общей выработкой трудодней в год до 20 тыс. доля расхода трудодней на оплату административного и обслуживающего персонала не должна превышать 8% трудодней, в колхозах с общей выработкой свыше 100 тыс. трудодней в год - 3% расхода трудодней278. Следовательно, чем крупнее хозяйство, тем, по мнению власти, меньше должна быть численность управленцев. Такая же логика действовала в отношении совхозов. Например, Вологодский обком КПСС в 1958 г. отмечал по поводу обследования совхоза «Звезда», что «в совхозе содержится очень большое количество административно-управленческого персонала ... Такой подход к делу не только влечет за собой огромную трату государственных средств, но и превращает директора совхоза и его ближайших помощников ... в чиновников, оторванных от производства»279.
Нельзя сказать, что во взглядах на административно-управленческий аппарат сельского хозяйства не происходило изменений. Например И.Ф. Суслов, анализируя в 1973 г. затраты на содержание управленческого персонала советских колхозов и их эффективность, отмечал, что на административно-управленческий и обслуживающий аппарат колхозов (он составлял в 1970 г. примерно 11% от общей среднегодовой численности работавших колхозников) затрачивается примерно 13% всего фонда оплаты труда хозяйств. При этом, по его мнению, существовала прямая связь между эффективностью работы
Доклад прокуратуры ЦЧО в Прокуратуру СССР о борьбе за своевременное и правильное распределение доходов в колхозах // Трагедия советской деревни. Коллективизация и раскулачивание. Документы и материалы. Т. 4.1934-1936. М., 2002. С 87.
" Богденко МЛ, Зеленин И.Е. Совхозы СССР. Краткий исторический очерк. М., 1976. С. 80.
"" О сокращении штатов административного и обслуживающего персонала в колхо- |.1х и об упорядочении расходования трудодней на их оплату // История колхозного права. Сборник законодательных материалов СССР и РСФСР. 1917-1958. М., 1958. I 2. С. 322.
ВОАНПИ. Ф. 2522. Оп. 40. Д. 126. Л. 14.
255
административно-управленческого персонала и эффективностью работы хозяйства280.
Таким образом, краткий обзор динамики численности разных групп колхозно-совхозных управленцев, которых мы относим к социальной категории менеджеров, позволяет сделать следующие выводы. В РСФСР в течение 1930-х гг. численность основных групп колхозносовхозных управленцев превысила 1 млн человек, что позволило им весьма эффективно контролировать труд, денежный и физический капитал сельхозпредприятий. По мере развития колхозно-совхозной экономики, укрупнения сельхозпредприятий численность управленцев сокращалась, в период активной совхозизации - перераспределялась между колхозным и совхозным укладами. Структура основных групп управленцев менялась в зависимости от соотношения различных факторов производства. Так, увеличение значения и роли финансового капитала отразилось на численности бухгалтерской группы: она растет с 1950-х гг., несмотря на укрупнение сельхозпредприятий. Рост фактора физического капитала, то есть реальных средств производства, приводил и к количественным переменам в группах управленцев этого профиля, что видно, например, из роста численности заведующих ремонтными мастерскими. А вот численность бригадиров и звеньевых
- наиболее массовых групп управленцев, контролировавших непосредственный труд, наиболее существенно сократилась за изучаемое шестидесятилетие. Иными словами, капитализация аграрной экономики самым прямым образом отразилась на количественных пропорциях колхозно-совхозных управленцев.
* * *
Сельскохозяйственные менеджеры рекрутировались, в основном, из бывших крестьян, которые уже не были единоличниками: в колхозах
- из членов колхоза, в совхозах - из совхозных работников. Тем не менее существовал ряд менеджерских групп, в которые в начале 1930-х гг. была сделана попытка имплантировать людей без непосредственного крестьянского прошлого. В колхозах это касалось счетоводов. Согласно Примерному уставу сельхозартели 1935 г., счетовод мог «выделяться из членов артели или приглашаться по найму»281. Например, в Северном крае в 1930 г. из 220 комсомольцев, «выделенных, согласно 280 Суслов И.Ф. Экономические интересы и социальное развитие колхозного крестьянства. М„ 1973. С. 250-252.
2” Примерный Устав сельхозартели, принятый 2-м Всесоюзным съездом колхозников-ударников и утвержденный СНК СССР и ЦК ВКП(б) 17 февраля 1935 г. // Второй Всесоюзный съезд колхозников-ударников. Стенографический отчет. ОГИЗ-Сельхоэгиз, 1935. С. 244.
256
разверстки ЦК», на счетную работу в колхозы, 50% должны были быть подобраны из бедняков-батраков и колхозников и 50% - из городских комсомольцев282. В МТС в начале 1930-х гг. бригадирами тракторных бригад нередко назначались рабочие-двадцатипятитысячники, в середине 1950-х гг. среди направленных в сельское хозяйство тридцатитысячников также определенная доля становилась бригадирами МТС и не вступала затем в члены колхозов. Ряд менеджерских должностей в МТС, например инструктора-бухгалтеры, также формировался из лиц некрестьянского происхождения. В совхозах в 1930-е гг. часть «руководящих работников» - около 4-5% - рекрутировалась из городов; эта практика была продолжена и позднее283.
В начале 1930-х гг. главное требование, предъявляемое в случае назначения на менеджерские должности (особенно при назначении на должности в МТС, совхозах, вхождении в правление колхоза, бригадирство), - «социально близкое» пролетарской власти происхождение. На этот счет осуществлялся постоянный мониторинг - в начале 1930-х гг. собирались статистические сведения, которые позволили выявить социальный состав правлений колхозов в стадии их формирования. Согласно этим данным, в 1930 г. в колхозах РСФСР среди членов правления 45,3% составляли бедняки, 36,1% - середняки, 7,7% - батраки, 6,3% - рабочие, 4% - служащие, 0,6% - прочие, то есть основную долю (почти 90%) составляли крестьяне284 *. Сохранившиеся свидетельства очевидцев повествуют о значимости социального происхождения при назначении на управленческие должности в колхозах. Врач А.Р. Труш- нович, например, вспоминал об организации первого колхоза: «Было собрание, на котором около ста “социально близких" назначили на двухмесячные курсы бригадиров. Двадцать - крестьяне, остальные батраки и рабочие. Было и несколько комсомолок. Колхоз разделили на бригады по военному образцу. Бригадиром был всегда член партии, красный партизан или батрак. Если женщина, то из активисток, комсомолок или коммунисток»288. Писатель Б. Можаев эту ситуацию показал как типичную в повести «Живой» о колхознике Фёдоре Фомиче Кузькине. В начале колхозной эпохи Фомич «получил продвижение на руководящую линию», потому как был «из батраков, бедняцкого происхождения»286.
Однако после первой волны колхозных управленцев «из бедноты» одним из главных критериев вхождения в группу сельскохозяйствен282 Коллективизация сельского хозяйства в Северном районе (1927-1937). Сев.-Зал. кн. изд-во, 1964. С. 300.
283 Богденко М. Л., Зеленин И. Е. Совхозы СССР... С. 79.
284 Колхозы в 1930 г. Итоги рапортов колхозов XVI съезду ВКП(б). М.; Л., 1931. С. 237.
Трушнович А.Р Воспоминания корниловца: 1914-1934.
288 Можаев Б. Живой // Можаев Б. Собрание сочинений. В 4 т. М„ 1990. T. 3. С. 29.
257
ных менеджеров становится успешная, ударная работа в колхозе. Например, в 1932 г. Северный крайком ВКП(б) пояснял, что в качестве бригадиров должны быть «выделены активисты-ударники»287. На XVII съезде ВКП(б) начальник Политуправления Наркомзема А.И. Криниц- кий сообщал, что новые кадры завхозов, колхозных бригадиров, зав. товарными фермами выдвигаются, прежде всего, из ударников и активистов288. Например, совхозный бригадир К.Ф. Максимовская в письме в профсоюзные органы в 1935 г. рассказывала о себе, что является сиротой, воспитывалась в Тотемском детдоме Вологодской области, жила в няньках, в 17 лет стала работать дояркой в совхозе «Победа». Клавдия Максимовская пишет: «Я стала стараться работать и добилась того, что я была лучшей дояркой в совхозе ... Комсомольская организация совхоза обязалась меня выучить грамоте и ... в скором времени ... меня поставили бригадиром дойного гурта ... Училась я ...в ликбезе самоучкой и окончила 6-ти месячные курсы бригадиров по животноводству»289. Заведующий свиноводческой товарной фермой колхоза «За мир и труд» Павловского района Азово-Черноморского края Ф.И. Рой в 1936 г. рассказывал: «Я работал в МТС трактористом с 1930 года ... Я красный партизан, кубанский казак ... В 1933 году меня вызвали в политотдел и сказали: “Иди на эту ферму и дерись так, как ты дрался в Красной Гвардии и Красной Армии под Царицыном...»290. С.В. Орлов, бригадир совхоза из Челябинской области, тогда же говорил: «В этом совхозе работаю семь лет. Два года я работал скотником. Как хороший работник, преданный делу, я был переведен бригадиром...»291. Из числа колхозников-ударников, как правило, назначались и звеньевые. Таковы были известные всей стране в советское время звеньевые-пятисотницы, получавшие с гектара посева 500 и более центнеров сахарной свеклы, М. Демченко, М. Гнатенко и др.
Однако реальная действительность была не столь однозначна, о чем свидетельствуют подозрения, которые вызывали у власти колхозные управленцы. В резолюции объединенного пленума ЦК и ЦКК ВКП(б) 7-12 января 1933 г. «О создании политотделов МТС и совхозов» говорилось, что, «проникая в колхозы в качестве счетоводов, завхозов, кладовщиков, бригадиров ... антисоветские элементы стремятся орга287 Коллективизация сельского хозяйства в Северном районе. С. 473.
288 Речь товарища Криницкого 29 января 1934 г. (Политуправление Наркомзема) // http://www. pseudology. org/ Bolshevikijenintsy/ XVII/6_1. htm
289 Общество и власть. 1930-е годы. Повествование в документах. М., 1998. С. 288- 290.
290 Совещание передовиков животноводства с руководителями партии и правительства. Стенографический отчет. Издат. ЦК ВКП(б), 1936. С. 29.
291 Там же. С. 135.
258
низовать вредительство ... Пролезая в совхозы в качестве завхозов, бухгалтеров, полеводов, кладовщиков, управляющих отделениями и др. ... вредят совхозному строительству»292. О непростом отношении власти к колхозному слою менеджеров ярко свидетельствует их описание, данное И.В. Сталиным в 1933 г.: «...Ищут классового врага вне колхозов, ищут его в виде людей с зверской физиономией, с громадными зубами, с толстой шеей, с обрезом в руках. Ищут кулака, каким мы его знаем из плакатов. Но таких кулаков давно уже нет на поверхности. Нынешние кулаки и подкулачники, нынешние антисоветские элементы в деревне - это большей частью люди "тихие", “сладенькие", почти "святые". Их не нужно искать далеко от колхоза, они сидят в самом колхозе и занимают там должности кладовщиков, завхозов, счетоводов, секретарей и т.д. Они никогда не скажут - "долой колхозы". Они "за" колхозы. Но они ведут в колхозах такую саботажническую и вредительскую работу, что колхозам от них не поздоровится». Показательно, что обвинения, которые Сталин предъявил колхозным управленцам, в общем-то, касались выполнения ими своих основных задач, связанных с обеспечением функционирования хозяйства: «Они никогда не скажут - "долой хлебозаготовки". Они "за" хлебозаготовки. Они "только" пускаются в демагогию и требуют, чтобы колхоз образовал резерв для животноводства, втрое больший по размерам, чем это требуется для дела, чтобы колхоз образовал страховой фонд, втрое больший по размерам, чем это требуется для дела, чтобы колхоз выдавал на общественное питание от 6 до 10 фунтов хлеба в день на работника и т.д.»293
Мнение И.В. Сталина о сельскохозяйственных менеджерах обусловило достаточно жесткую политику в их отношении, включая доскональную проверку и «чистки». На XVII съезде ВКП(б) в 1934 г. председатель ЦКК-РКИ Рудзутак доложил делегатам: «Нами была проведена проверка по 60 тысячам колхозов состава их руководящей верхушки. И вот что выяснилось. Из 205 тыс. проверенных работников колхозного аппарата вычищено кулаков и прочих чуждых 7460 человек, или 3,6%. Это, товарищи, процент очень немаленький. Это означает, что подбору кадров для руководства колхозами уделялось еще мало внимания, что мы не сумели еще в достаточной мере взять из колхозного актива для руководства лучших работников и что часть классовых врагов залезла в колхозный аппарат»294. * 1
•"2 Документы свидетельствуют. Из истории деревни накануне и в ходе коллективизации. 1927-1932 гг. М„ 1989. С. 486.
•'”3 Сталин И.В. О работе в деревне: Речь на объединенном Пленуме ЦК и ЦКК ВКП(б) 11 января 1933 г. // Сталин И. Сочинения. М., 1951. Т. 13. С. 216-233.
Отчетный доклад товарища Рудзутака о работе ЦКК-РКИ на XVII съезде ВКП(б),
1 февраля 1934 г....
259
Нарком земледелия Яковлев на том же съезде не менее резко высказался об управленцах МТС: «Мы проделали в 1933 г. большую работу по чистке нашего аппарата. Мы выбросили с помощью политотделов десятки тысяч негодных людей из состава работников облзу, МТС, трактористов, счетоводов и прочих ... Работа очистки наших аппаратов от кулачья, хлама, вредителей - более или менее проведена ... Вы знаете, что и директора МТС, и старшие агрономы, и механики, и бухгалтеры на новые МТС намечаются и подбираются в области и проверяются в Москве специальной комиссией под моим председательством, которая просматривает каждого из этих кандидатов. Но, несмотря на то, что области к этому подбору относятся более тщательно, зная, что их кандидатов в Москве будут проверять, в каждой партии людей, которую проверяем, приходится процентов 15-20 отводить или как негодных, а иногда и прямо как мошенников. Этот метод индивидуального подбора людей ... мы теперь расширим с тем, чтобы применить его ко всем основным группам командного состава по сельскому хозяйству»295.
Социальный заказ власти породил одно из самых ярких литературных изображений «анти«колхозных управленцев 1930-1940-х гг. - Якова Лукича Островнова, данное М. Шолоховым в романе «Поднятая целина». Зажиточный селянин Яков Лукич в числе первых в Гремячем Логу вступил в колхоз, был назначен завхозом, развил бурную хозяйственную деятельность и при этом выполнял поручения бывшего деникинца Половцева, вредил колхозу.
Впервые проблему неоднозначности социального происхождения колхозных управленцев поставили не историки, а писатель В. Тендряков. Долгое время Тендряков изучал жизнь колхозов страны, специально ездил на Ставрополье, познакомился с председателем колхоза- миллионера Посмитным. Все его размышления о проблемах колхозного управления концентрированно были отражены в романе «Кончина» (опубликован в 1968 г.). Роман был принят критиками неоднозначно, а наибольшее удивление вызвал образ колхозного бухгалтера Ивана Слегова. В биографии Слегова, выстроенной Тендряковым, описывалось, как молодой, образованный и предприимчивый крестьянин Слетов, имевший крепкое хозяйство в 1920-е гг., понимавший выгодность артельного труда и одним из первых вступивший в колхоз, горько разочаровался в обобществленном хозяйствовании. При попытке поджечь колхозную конюшню он был тяжело травмирован председателем колхоза Лыковым. Всю жизнь после этого Иван Слегов, ставший безногим калекой, работал колхозным счетоводом, а затем бухгалтером. Оказав295 Речь товарища Яковлева на XVII съезде ВКП(б) 29 января 1934 г. // http://www. hrono. info/vkpb_17/6_7. html
260
шись в безвыходной ситуации, он предлагал председателю самые коммерчески выгодные для хозяйства сделки, негласно руководил всей политикой знаменитого председателя колхоза, был его «посохом». Этот образ должен был дать толчок и исторической науке в плане нетрафаретного осмысления социальной жизни колхозов, но, к сожалению, этого не случилось. По-прежнему в аграрной истории преобладает мнение, что главную роль в назначении на должность в общественном сельском хозяйстве играло социальное происхождение. В отношении первых лет существования колхозов это действительно имело место. Но в какой-то момент на первый план вышло не социальное происхождение, а организаторское умение, что для менеджерского звена являлось главной рабочей характеристикой.
Для того чтобы понять эту часть социального портрета сельскохозяйственного менеджера разного времени, попробуем проанализировать несколько, на наш взгляд, очень типичных биографий.
Неробов А.Т. родился в д. Демшино Вологодской области в 1903 г. Окончил четыре класса школы. Работал счетоводом, председателем колхоза. В Красной армии - с 1925 по 1930 г. и с 1942 по 1945 г. После демобилизации работал счетоводом и бригадиром в колхозе, в сельпо296.
Шайкин А.В. родился в середняцкой семье д. Малая Сердоба Пензенской области. Окончил три класса земской школы, участвовал в Гражданской войне. После этого работал пахарем и плотником. С 1932 по 1938 г. был завхозом колхоза, затем председателем ревизионной комиссии. С 1939 по 1941 г. работал учетчиком тракторного отряда. Затем был на фронте. В 1946 г. после демобилизации был назначен весовщиком297.
Волошина О.Д. родилась в 1908 г. в Днепропетровской области в семье крестьянина. После переезда в Оренбургскую область с 13 лет работала в колхозе разнорабочей, затем бригадиром в колхозе «Ударник второй пятилетки», звеньевой298.
Ильин С.Г. родился в 1923 г. в семье крестьян д. Старово Калининской области. Окончил четыре класса школы, работал в колхозе, в 18 лет ушел на фронт. После войны вернулся работать в колхоз, в 1960 г. был назначен помощником бригадира. В 1972 г. возглавил одну из бригад колхоза им. Ильича299.
"6 http://www. az-libr. ru/Persons/000/Src/0003/03c74455. shtml
Андрей Васильевич Шайкин. Крестьянские мемуары // http://www. suslony. ги/ memuar. htm
•,'18 http://kraeved. opck. org/zemlaki/geroi_st/v/voloshina. php?print
■"9 http://www. tverinfo. ru/obshestvo/brigadirjlin. html
261
Кожевников С.Г. родился в 1926 г. в д. Крутицы Смоленской области. Сначала работал рядовым колхозником, затем бригадиром колхоза им. Плеханова (1943-1951 гг.). Окончил среднюю сельхозшколу по подготовке председателей колхозов и работал председателем колхоза им. Пушкина Гагаринского района (1955-1995 гг.)300.
Коновалова Н.К. родилась в 1934 г. в г. Буй. Окончила Буйский сельскохозяйственный техникум. С 1957 г. работала в Удорской МТС бухгалтером-инструктором, затем в управлении хлебопродуктов Коми АССР301.
Демидов В.И. родился в 1922 г. в д. Соколово Кирсановского района Тамбовской области. С 1938 г. работал в колхозе, получил квалификацию тракториста. Воевал в действующей армии. После войны до 1968 г. работал кладовщиком в совхозе «Соколовский», позднее - завхозом школы302.
Чудайкин В.А. родился в мордовской д. Журавкино в 1926 г. Служил во время Великой Отечественной войны в действующей армии. В 1951 г. стал работать трактористом МТС, а с 1955 г. - бригадиром тракторной бригады, с 1979 г. - помощником бригадира303.
Арсланов М.Ф. родился в 1950 г. в д. Минлино Бураевского района БАССР. Окончил Башкирский сельскохозяйственный институт. В 1968 г. был бурильщиком, г. Нефтекамск; после службы в армии - бригадиром комплексной бригады колхоза им. Кирова, с 1981 по 1987 г. - председателем колхоза им. Чапаева304.
Приведенные биографические сведения позволяют увидеть несколько важных черт сельскохозяйственных менеджеров. Во-первых, они, в основном, родились в деревне, являлись крестьянами, колхозниками по формальному социальному статусу. Во-вторых, наблюдается достаточно легкое передвижение внутри менеджерской страты или выход в более «высокие» категории: звеньевые или счетоводы становятся бригадирами, и наоборот, бригадиры нередко - председателями колхозов. В-третьих, вхождение в слой менеджеров требовало определенного обучения, приобретения квалификации.
Минимальную подготовку сельскохозяйственным управленцам (бригадирам, зав. фермами и др.) давали курсы, а также сеть стационарных школ, которые начали функционировать в годы второй пятилетки305. Однако в 1930-е гг. доля лиц со специальной подготовкой среди 500 http://admin. Smolensk, ru/history/encyclop/k/text/76. htm
301 http://kp. rkomi. ru/txt/konovalova. html
302 http://pobeda-kirsanov. narod. ru/demidov. htm
303 http://zubova-poliana. narod. ru/me-ocherk-chudaikin. htm
304 http://www. buraevo. com/?p=arslanovmf
305 История крестьянства СССР. T. 2. С. 342; Богденко М.Л., Зеленин И.Е. Совхозы СССР. С. 78, 79.
262
колхозных менеджеров была очень мала. В 1938 г. имели специальную подготовку 15% колхозных бригадиров производственных бригад в растениеводстве, 17% бригадиров животноводства колхозов, 24% заведующих товарными фермами колхозов, 39% бухгалтеров и счетоводов российских колхозов306. Рассмотрим, как менялась ситуация в более поздний период (табл. 1). В 1958 г., после реорганизации МТС, когда работавшие в МТС специалисты перешли в колхозы, стало достаточно распространенным явление назначения бригадиров из числа специалистов - агрономов и зоотехников.
Таблица 1
Уровень образования сельскохозяйственных менеджеров РСФСР в 1959 и 1970 гг. (имеют высшее и среднее образование на 1000 чел.)
Показатель
1959 г.
1970 г.
Все население РСФСР
440
656
в т. ч. сельскохозяйственные занятия
197
310
Бригадиры комплексных, полеводческих, тракторных, животноводческих и др. бригад
283
497
Учетчики-заправщики
554
587
Звеньевые
259
389
Управляющие отделениями совхозов, заведующие совхозными фермами
Н. св.
708
Заведующие колхозными фермами
276
557
Составлено по: Профессиональный состав населения РСФСР по материалам Всесоюзной переписи населения 1970 г. С. 59, 60, 64; Сельское хозяйство СССР. Стат, сборник. М„ 1981. С. 549.
Как видно из приведенных сведений, наиболее образованной частью сельскохозяйственных менеджеров были управляющие отделениями совхозов и заведующие совхозными фермами, учетчики- заправщики, а наименее образованными - звеньевые. Наиболее серьезно уровень подготовки вырос в 1970 г. по сравнению с 1959 г. ,06 Колхозы в 1938 г. (по годовым отчетам). Ч. IV. С. 110-111.
263
у бригадиров и заведующих колхозными фермами. В 1970-1980-е гг. указанные процессы продолжали развиваться (табл. 2).
Таблица 2
Распределение менеджеров колхозов и совхозов РСФСР по уровню образования в 1971 и 1987 гг. (в % от общей численности)
Должности
1971 г.
1987 г.
с высшим образованием
со средним специальным образованием
с высшим и средним специальным образованием
В колхозах
Заведующие ремонтными мастерскими
Н. св.
Н. св.
56
Бригадиры производственных бригад в растениеводстве
2
12
44
Заведующие и бригадиры животноводческих ферм
1
11
46
В совхозах
Управляющие отделениями (фермами)
10
32
66
Заведующие ремонтными мастерскими
Н. св.
Н. св.
71
Бригадиры производственных бригад в растениеводстве
3
19
55
Заведующие и бригадиры животноводческих ферм
3
16
54
Составлено по: Колхозы в 1938 г. (по годовым отчетам). Ч. IV. С. 110-111; Сельское хозяйство СССР. Стат, сборник. М., 1960. С. 470-474 ; Народное хозяйство РСФСР в 1970 г. С. 293, 294; Народное хозяйство РСФСР в 1987 г. С. 311.
С 1975 г. при средних сельскохозяйственных учебных заведениях (на базе школ повышения квалификации сельскохозяйственных кадров) создавались республиканские, межобластные и областные школы управления сельским хозяйством, где велась подготовка руководи- 264
гелей производственных подразделений колхозов, совхозов, межхозяйственных предприятий и объединений (бригадиров, руководителей отделений, ферм и других производственных подразделений). В школы управления сельским хозяйством принимались лица, имевшие среднее специальное образование и опыт работы в сельском хозяйстве по специальности. Срок обучения слушателей этих школ составлял до 3 месяцев с отрывом от работы307. К середине 1980-х гг. через эту сеть ежегодно готовилось около 250 тыс. руководящих работников и специалистов колхозов, совхозов. В 1985 г. на базе Всероссийского института повышения квалификации руководящих работников и специалистов сельского хозяйства была организована Всероссийская высшая школа управления агропромышленным комплексом Министерства сельского хозяйства РСФСР с филиалами в ряде городов страны. При этом вновь избранные или назначенные руководители хозяйств, управляющие отделениями, бригадиры и заведующие фермами колхозов, совхозов и других сельскохозяйственных предприятий и организаций, не прошедшие ранее обучения в учебных заведениях по повышению квалификации руководящих кадров и специалистов системы агропромышленного комплекса, были обязаны пройти специальную месячную подготовку на соответствующих отделениях факультетов повышения квалификации руководящих кадров колхозов и совхозов и специалистов сельского хозяйства сельскохозяйственных вузов или школ управления сельским хозяйством308.
Как следует из приведенных в табл. 2 данных, уровень образования менеджеров колхозов и совхозов РСФСР к концу 1980-х гг. был достаточно высоким, что свидетельствует об интеллектуализации сельскохозяйственного менеджмента. Доля менеджеров, имеющих высшее или среднее специальное образование, в колхозах и совхозах России приближалась к половине или превышала 50% их состава. При этом уровень образования совхозных менеджеров превышал половинные рубежи. Например, 2/3 управляющих отделениями (фермами) и заведующих ремонтными мастерскими совхозов имели профессиональную подготовку.
Для анализа происхождения и воспроизводства категории сельскохозяйственных менеджеров большое значение имеет изучение времени нахождения на должностях. Эти сведения в статистике представлеПостановление СМ СССР от 27 июня 1975 г. № 562 «Об улучшении подготовки руководителей производственных подразделений колхозов и совхозов» // http:// www. lawmix. ru/docs_cccp. php?id=3156
Постановление ЦК КПСС и СМ СССР от 15 февраля 1985 г. № 74 «О дальнейшем совершенствовании повышения квалификации руководящих кадров и специалистов системы агропромышленного комплекса» //http://www. lawmix. ru/docs_cccp. php?id=3477
265
ны довольно отрывочно, но все же дают возможность высказать ряд суждений.
По данным о составе кадров колхозов СССР в начале 1935 г. наибольшей «прочностью» на должности обладали счетоводы: свыше 2 лет работали 40% их состава, а менее года - 28%. Доля бригадиров- полеводов, работавших на должности более 2 лет, составляла 31%, зав. товарными фермами - 24%309, то есть основная часть этих менеджеров еще только приходила в управленчество, и в целом категорию менеджеров вряд ли можно считать вполне оформленной. Оформление же этой категории как устойчивой группы начинается после войны. В 1950 г. в колхозах России доля бухгалтеров и счетоводов, работавших на должности более 3 лет, составляла 24%, бригадиров-полеводов - 37%, заведующих животноводческими фермами - 46%310. Еще более заметное «укоренение» в должности произошло, например, с управляющими отделениями (фермами) совхозов РСФСР. Так, если в 1965 г. свыше 3 лет эту должность занимал 41% управляющих, в 1968г.-48%, то в 1971 г. - 50% управляющих отделениями совхозов311.
Таким образом, колхозно-совхозные управленцы, составлявшие основу социальной категории сельскохозяйственных менеджеров, в течение 1930-1980-х гг. прошли три этапа эволюции с точки зрения преимущественных социальных источников формирования категории и воспроизводства. При создании колхозно-совхозной системы, при формировании МТС основную функцию по слому старокрестьянского хозяйственно-бытового уклада, по насаждению нового производственного поведения, по переходу от потребительства и семейной кооперации к вынужденной товарности и пооперационному разделению труда могли выполнить лишь очень близкие новой власти люди, прошедшие школу «естественного» раскрестьянивания, то есть в силу тех или иных причин утратившие возможность индивидуального хозяйствования. Это была, прежде всего, так называемая беднота, к которой примыкали некоторые обладатели специальных знаний (в частности, в финансовой, технической областях), а также «приспособленцы» из других слоев, всегда умевшие держать «нос по ветру». Судьбы последних, особенно в условиях провозглашенного обострения классовой борьбы, порой были очень незавидными.
Этап укрепления колхозно-совхозной экономики востребовал управленцев нового плана. Опора на успешных, проявляющих рвение рядовых колхозников, проходивших небольшое обучение на курсах бригадиров и др., становится важной тенденцией формирования сель309 История крестьянства СССР. Т. 2. С. 301.
910 РГАЭ. Ф. 7486. Оп. 7. Д. 1019в. Л. 1-47.
311 Рассчитано по: Сельское хозяйство СССР. Стат, сборник. М., 1971. С. 463.
266
скохозяйственного менеджмента. И, наконец, в 1950-е гг. становится заметной, а в 1960-1970-е гг. - ведущей линия сближения менеджеров и интеллектуалов в социальном пространстве сельской России. Проявлялось это во все возраставшем среди управленцев уровне среднего и высшего специального сельскохозяйственного образования, в сближении производственных функций этих социальных категорий и т.п. Как показывает история эволюции категории интеллектуалов, вышеуказанный социальный дрейф был встречным.
Еще одна важная черта слоя низших и средних колхозно-совхозных управленцев - изменения в социальной мобильности. Выше уже говорилось о формировании в послевоенный период категории менеджеров как устойчивой социальной общности. Важно также зафиксировать высокую степень открытости данной социальной категории, ее способности впитывать в себя представителей разных социальных слоев деревни и, с другой стороны, делегировать своих представителей в социальную верхушку деревни. Как, впрочем, мы увидим далее, открытость управленцев-менеджеров причудливым образом переплеталась с клановостью и относительной обособленностью их в сельской социальной иерархии.
267
§ 2. Правовой статус сельскохозяйственных менеджеров
Выше уже отмечалось, что по формальному социальному статусу сельскохозяйственные менеджеры, работавшие в колхозах, как правило, были колхозниками, в совхозах - рабочими. Социальный статус менеджеров, сосредоточенных в МТС, был разнороднее. Если штатные работники МТС считались служащими (например, бухгалтеры- инструкторы), то сезонные рабочие МТС (бригадиры тракторных бригад, учетчики, весовщики) до 1953 г. оставались колхозниками. В 1953- 1958 гг. все они стали штатными работниками МТС и, следовательно, - рабочими по социальному статусу312, а с 1959 г., после ликвидации МТС, вновь были возвращены в статус колхозников.
Формально на сельскохозяйственных менеджеров распространялись все основные права и обязанности граждан СССР, законодательно закрепленные в Конституции СССР 1936 и 1977 гг.: право на труд, на отдых, материальное обеспечение в старости, право личной собственности и ее наследования, свободы (слова, печати, собраний, демонстраций), избирательные права, а также личные права и свободы и т.д. Кроме конституционных положений, правовой статус сельскохозяйственных менеджеров колхозов, совхозов, МТС обладал рядом серьезных особенностей.
Колхозные сельскохозяйственные менеджеры, если они были членами колхоза, первоначально имели ограниченные гражданские права. По паспортной системе 1932 г. они не имели паспортов (до 1974 г.), права свободного передвижения по стране, не являлись членами профсоюза (до 1970 г.), не входили в государственную систему социального страхования (до 1964 г.). Как и остальные колхозники в 1930-1960-е гг., менеджеры несли бремя повинностей. Например, Ф. Абрамов описывает, как без всяких колебаний на лесозаготовки в 1940-е гг. были отправлены среди других колхозников колхозные бригадир и счетовод313. Особенности в правовом статусе имелись у счетовода (бухгалтера), который мог быть приглашен на работу со стороны, не являлся членом колхоза (хотя мог и вступить в сельхозартель) и работал по трудовому соглашению. В этом случае на счетовода (бухгалтера) распространялось трудовое законодательство: он мог состоять членом профсоюза, его трудовой стаж в должности счетовода давал ему право получения 312 Постановление Пленума ЦК КПСС от 7 сентября 1953 г. «О мерах дальнейшего развития сельского хозяйства СССР» // Решения партии и правительства по хозяйственным вопросам. М., 1968. T. 3. С. 46-47; История крестьянства СССР. М., 1988. T. 4. С. 292, 293.
313 Абрамов Ф. Две зимы и три лета // Абрамов Ф. Братья и сестры. Л., 1982. С. 319.
268
пенсии314. Счетовод-неколхозник имел паспорт. Счетовод же колхозник так же был ограничен в гражданских правах, как и рядовые колхозники.
Ряд специфических особенностей был в статусе менеджеров МТС и совхозов. Сельскохозяйственные менеджеры, являвшиеся рабочими и служащими совхозов и МТС, были паспортизированными, получали заработную плату, подлежали системе социального страхования. Их хозяйства облагались сельхозналогом наравне с хозяйствами колхозников, если имели приусадебный участок и вели сельское хозяйство в сельских местностях315, до 1958 г. они несли обязательные поставки сельхозпродукции. Нужно отметить, что с 1940 по 1956 г. действовал закон316, запрещавший «самовольный уход рабочих и служащих» из совхозов, что делало правовое положение менеджеров совхозов и МТС, по сути дела, близким к положению колхозных менеджеров.
Как говорилось выше, наиболее непростым был статус бригадиров тракторных бригад, учетчиков-заправщиков, весовщиков МТС. Они являлись по правовому положению колхозниками (до 1953 г.), сезонно работавшими в МТС, то есть тоже не подлежали паспортизации, несли повинности, были ограничены в передвижении. На бригадиров тракторных бригад, работавших в МТС, распространялся закон от 26 июня 1940 г. о запрещении самовольного ухода с работы317. В 1953 г. бригадиры тракторных бригад и учетчики-заправщики были переведены в штат постоянных рабочих МТС318. Таким образом, эту часть сельскохозяйственных менеджеров стали принимать на работу по трудовому договору, за свой труд они стали получать зарплату, подлежали социальному страхованию, ежегодно им предоставлялись оплачиваемые ”4 740 вопросов и ответов по колхозному законодательству. М., 1961. С. 303-304.
115 Закон о сельскохозяйственном налоге. Принят внеочередной четвертой сессией Верховного Совета СССР 1-го созыва // Важнейшие решения по сельскому хозяйству за 1938-1940 годы. М., 1940. С. 122.
”ь Указ Президиума Верховного Совета СССР от 26 июня 1940 г. «О переходе на восьмичасовой рабочий день, на семидневную рабочую неделю и о запрещении самовольного ухода рабочих и служащих с предприятий и учреждений» // Важнейшие решения по сельскому хозяйству за 1938-1940 годы. С. 210-211; Указ Президиума Верховного Совета СССР от 26 апреля 1956 г. «Об отмене судебной ответственности рабочих и служащих за самовольный уход с предприятий и из учреждений и за прогул без уважительной причины» // Ведомости Верховного Совета СССР. 1956. № 10. Ст. 203.
1,7 Указ Президиума Верховного Совета СССР «О запрещении самовольного ухода с работы трактористов и комбайнеров, работающих в машинно-тракторных станциях» // Важнейшие решения по сельскому хозяйству за 1938-1940 годы. С. 212.
"н Постановление ЦК КПСС и СМ СССР от 21 сентября 1953 г. «О мерах по улучшению работы машинно-тракторных станций» // Партия - организатор крутого подъема сельского хозяйства СССР. М., 1958. С. 121.
269
отпуска. Следовательно, их правовое положение стало определяться тем, что они становились рабочими государственных предприятий. Интересно, что и сезонные рабочие МТС, например весовщики, оставаясь колхозниками, в 1953 г. были включены в систему государственного пенсионного страхования318. Вместе с реорганизацией МТС правовое положение бригадиров тракторных бригад, учетчиков-заправщиков снова поменялось. При переходе на работу в колхоз они должны были вновь вступать в члены колхоза. И если с весовщиками, как сезонными рабочими МТС, в этом плане не было трудностей, то бригадиры тракторных бригад уже в основном прервали членство в колхозах. Поэтому правоведы предлагали решить этот сложный вопрос «явочным» порядком: признать тех механизаторов, кто после зачисления в штат МТС «продолжали жить и работать в том же колхозе, не требовал возврата паевых взносов, не требовал производства окончательного расчета», членами колхоза319 320. Тем не менее правовой статус бригадиров тракторных бригад, как и остальных механизаторов, перешедших из МТС в колхозы, оставался более высоким. Им сохранялся гарантированный минимум оплаты, существовавший в МТС, сохранялось право на оплачиваемый отпуск, на государственное социальное страхование и т.д. В 1964 г. было установлено, что пенсии по старости и по инвалидности этой группе сельскохозяйственных менеджеров назначаются в порядке, предусмотренном для рабочих и служащих и членов их семей по Закону 1956 г.321
Правовое положение колхозных менеджеров определялось в Примерном уставе сельхозартели (колхоза), обновлявшемся примерно раз в два-три десятилетия, что дает нам возможность проследить изменения формально-правового статуса этой сельскохозяйственной социальной категории. При этом, на наш взгляд, показательным будет являться сравнение правового положения основных групп менеджеров, трактуемого в каждом из уставов колхоза.
Наибольшее внимание в Уставе колхоза 1935 г. уделялось описанию правового статуса бригадира колхоза, что свидетельствует о его чрезвычайно важном, центральном месте среди других сельскохозяйственных менеджеров.
Правовое положение бригадира колхоза начало подвергаться регулированию раньше, чем остальных колхозных менеджеров. Бригады в 319 Там же. С. 124.
320 Казачкин В.Г. Некоторые вопросы перехода специалистов и механизаторов МТС в колхозы // Советское государство и право. 1958. № 4. С. 82-83.
321 История крестьянства СССР. Т. 4. С. 292, 293; Постановление СМ СССР от 20 июля 1964 г. «О государственном пенсионном обеспечении и социальном страховании председателей, специалистов и механизаторов колхозов» // Решения партии и правительства по хозяйственным вопросам. Т. 4. С. 484.
270
колхозах начали создаваться еще в 1929 г., это были так называемые «бригады-дворки». Роль бригадира в таких бригадах была невысока, tax как основные решения принимались непосредственно входящими и бригаду дворами. В 1932 г. роль бригадира была значительно по- нышена. Он получил право расстановки колхозников по видам работ, подбора звеньевых, учета труда колхозников, организации охраны урожая322. При этом правлению колхоза рекомендовалось избегать «голого администрирования и вмешательства в работу бригадиров», но в то же иремя правление «не должно было предоставлять бригадиров самим сабе»323. Таким образом, в период становления колхозов потребовалось законодательное оформление менеджерства, причем достаточно самостоятельного в действиях, хотя и зависимого от правления колхоза, и передачи ему важнейших «низовых» управленческих функций. В отношении фигуры бригадира в начале 1930-х гг. закреплялось «твердое проведение принципа единоначалия»324.
Сравним, как изменялись правовые полномочия бригадира колхоза с середины 1930-х по конец 1980-х гг. согласно уставам колхозов (табл. 3).
Таблица 3
Правовой статус бригадира колхоза
Примерный Устав сельхозартели 1935 г.
Примерный устав колхоза 1969 г.
Примерный устав колхоза 1988 г.
Занятие должности
Назначается правлением артели
Избирается собранием бригады
Избирается собранием бригады открытым или тайным голосованием. Утверждается правлением колхоза
Срок пребывания в должности
Не менее двух лет
Не указан
Три года
' •' Постановление ЦК ВКП(б) от 4 февраля 1932 г. «Об очередных мероприятиях по организационно-хозяйственному укреплению колхозов» // Решения партии и прави- (ельства по хозяйственным вопросам. М., 1967. Т. 2. С. 381.
Сельскохозяйственная энциклопедия. В 4 т. / ОГИЗ РСФСР. М., 1935. Т. 4. С. 764. ' Там же. С. 763.
271
Окончание таблицы 3
Примерный Устав сельхозартели 1935 г.
Примерный устав колхоза 1969 г.
Примерный устав колхоза 1988 г.
Круг полномочий
Распределяет работу между членами бригады, «не допуская ... кумовства, семейственности... учитывая трудовую квалификацию, опыт и физическую силу каждого»
Распоряжения бригадира обязательны для всех колхозников бригады. Собирает собрание бригады. Является председателем совета бригады
Распоряжения бригадира, связанные с производственной деятельностью, обязательны для всех колхозников, работающих в данном подразделении
Подчиненность
Не оговаривается
Подчиняется правлению и председателю колхоза, а по специальным вопросам - также главным (старшим) специалистам
Подчиняется в своей работе правлению и председателю колхоза, а по соответствующим вопросам - также главным специалистам
Возможность наложения взыскания
Не оговаривается
Может быть наложено общим собранием или правлением колхоза
Предложение о наложении взысканий на бригадира или об освобождении его с занимаемой должности вносится собранием бригады
Отчетность
Не оговаривается
Отчитывается на собрании бригады
Отчитывается на собрании бригады
Составлено по: Примерный Устав сельскохозяйственной артели, принятый II Всесоюзным съездом колхозников-ударников и утвержденный СНК СССР и ЦК ВКП(б) И Решения партии и правительства по сельскому хозяйству (1917-1967). М., 1967. Т. 2. С. 529; Постановление ЦК КПСС и СМ СССР от 28 ноября 1969 г. «О примерном уставе колхоза» // Решения партии и правительства по сельскому хозяйству (1965-1971 гг.). М., 1971. С. 434; Примерный устав колхоза. Принят Четвертым Всесоюзным съездом колхозников 25 марта 1988 г. // http://www. consultant, ru/online/ base/?req=doc;base=ESU;n=8384.
272
В Уставах колхоза 1935,1969,1988 гг. заметно изменение объемноправового положения бригадира, которое нельзя оценить однозначно. С одной стороны, бригадирские полномочия по Уставу 1935 г. исходили от правления сельхозартели, что «возвышало» статус бригадира, но делало его более зависимым от правления. Наложения взысканий на бригадира этим уставом не предусматривалось, что предполагало определенную свободу действий, «неподсудность» этого менеджерского звена. С другой стороны, переход к избранию на должность бригадира, произошедший согласно Уставу колхоза 1969 г., вел к «легитимизации» бригадирства в глазах колхозников, делал бригадира менее зависимым от правления колхоза и более зависимым от колхозников.
Хотя необходимо отметить, что в Уставе 1969 г. появилось положение о праве наложения взысканий на бригадира именно правлением или общим собранием колхоза, что в определенной степени уравновешивало решение о его выборности бригадой, так как полномочия он получал «снизу», а оценку деятельности - «сверху». Две эти тенденции совмещал Примерный устав колхоза 1988 г., где оговаривалось избрание бригадира на бригадном собрании (открытым или тайным голосованием), но его утверждение - правлением колхоза. В части наложения взысканий или освобождения от должности по Уставу 1988 г. бригадир был более зависим от бригады, чем от правления колхоза. Уравновешивались возросшие права бригадира положениями Уставов колхоза 1969 и 1988 г., где прописывалась подчиненность бригадира правлению колхоза, а также главным специалистам, что вполне прозрачно свидетельствовало о представлении законодателями иерархической должностной лестницы сельхозартелей.
С 1930-х по 1980-е гг. возрастал круг полномочий бригадира. Если по Уставу 1935 г. он только распределял обязанности между членами бригады, то по Уставу колхоза 1969 г. дополнял эти функции правом председательства на совете бригады и правом сбора бригадных собраний. И в Уставе 1969 г., и в Уставе 1988 г. прописывалось положение об обязательности выполнения распоряжений бригадира для всех членов бригады. О возрастании полномочий бригадира свидетельствовало и увеличение минимального срока его нахождения на должности с 2 (по Уставам 1935 и 1969 гг.) до 3 лет (по Уставу 1988 г.).
В связи с рассмотрением правового положения отдельных групп менеджеров стоит обратить внимание на положение коллегиальных структур, в которых управленцы играли заметную роль. В отличие от Устава сельхозартели 1935 г., где на первый план выходило описание правового статуса бригадира, в Уставе 1969 г. более фундаментально прописаны полномочия, права и обязанности правления колхоза (см. табл. 4).
273
Правовой статус правления колхоза
Таблица 4
Примерный Устав сельхозартели 1935 г.
Примерный устав колхоза 1969 г.
Примерный устав колхоза 1988 г.
Занятие должности
Избирается общим собранием артели в количестве 5-9 человек
Избирается на общем собрании колхоза открытым или тайным голосованием
Выборы проводятся на общем собрании колхозников открытым или тайным голосованием. Число членов правления определяется общим собранием колхозников
Срок нахождения в должности
2 года
3 года
3 года
Круг полномочий
Осуществляет управление делами артели в промежутке между общими собраниями. Собирается не реже 2 раз в месяц председателем
Осуществляет руководство организационной, производственнофинансовой, культурно-бытовой и воспитательной деятельностью в колхозе.
Организует выполнение планов производства и продажи государству сельхозпродукции, обеспечивает рациональное использование земли и др. Созывается по мере необходимости, но не реже одного раза в месяц
Организует выполнение планов производства и договоров на продажу сельскохозяйственной продукции, обеспечивает эффективное использование земли, трудовых, материальных и финансовых ресурсов, соблюдение прав и интересов колхозников, рабочих и служащих, заключивших с ним трудовой договор, решает вопросы установления цен на продукцию, реализуемую через потребительскую кооперацию, на колхозных рынках и внутри хозяйства. Заключает договоры о коллективном, семейном, индивидуальном и арендном подряде, решает вопросы о заключении договоров с предприятиями, учреждениями, организациями и гражданами, обеспечивает их выполнение. Созывается по мере необходимости, но не реже 1 раза в месяц
274
Окончание таблицы 4
Примерный Устав сельхозартели 1935 г.
Примерный устав колхоза 1969 г.
Примерный устав колхоза 1988 г.
Статус
Является исполнительным органом, отвечает перед общим собранием артели
Является исполнительнораспорядительным органом
Является исполнительнораспорядительным органом, ответственным перед общим собранием колхоза
Возможность наложения взыскания на членов правления
Не оговаривается
Взыскание может быть наложено общим собранием колхозников. Члены правления, не оправдавшие доверия колхозников, могут быть отозваны досрочно по решению общего собрания
Члены правления, не оправдавшие доверия колхозников, могут быть отозваны досрочно по решению общего собрания колхозников
Отчетность
i
Отчитывается перед общим собранием артели ежегодно, а также по важнейшим сельскохозяйственным кампаниям
Ежегодно отчитывается перед общим собранием колхозников
Ежегодно отчитывается перед общим собранием колхозников
Составлено по: Примерный Устав сельскохозяйственной артели, принятый II Всесоюзным съездом колхозников-ударников и утвержденный СНК СССР и ЦК ВКП(б) // Решения партии и правительства по сельскому хозяйству (1917-1967). Т. 2. С. 529; Постановление ЦК КПСС и СМ СССР от 28 ноября 1969 г. «О примерном уставе колхоза» // Решения партии и правительства по сельскому хозяйству (1965-1971 гг.). С. 434; Примерный устав колхоза. Принят Четвертым Всесоюзным съездом колхозников 25 марта 1988 г. // http://www. consultant, ru/ online/base/? req=doc; base=ESU;n=8384.
Анализируя изменения, произошедшие в формальном объемноправовом статусе членов правления, нельзя не отметить расширения их полномочий, особенно по Уставу 1988 г., который адресовал правлению выполнение важнейших «рыночных» функций, связанных 275
с продажей сельхозпродукции, установлением цен на нее, заключением подрядных, арендных и других договоров, и т.д. О расширении правового статуса членов правления свидетельствует увеличение срока полномочий с 2 лет (по Уставу 1935 г.) до 3 лет (по Уставам 1969 и 1988 гг.). Особенно показательным является изменение статусной формулировки, касающейся правления колхоза: если по Уставу 1935 г. правление являлось исполнительным органом, то по Уставам 1969 и 1988 гг. - исполнительно-распорядительным. В то же время законодатель искал баланс между расширением прав членов правления и нивелированием их возросших функций. Это заметно по появлению в Уставах положений о более редких заседаниях правления колхоза (по Уставу 1935 г. они должны были собираться не реже 2 раз в месяц, по Уставам 1969 и 1988 гг. -1 раз в месяц), а также по появлению права наложения взысканий на членов правления или их отзыве по решению общего собрания колхозников.
Еще одна менеджерская специальность, функции которой достаточно детально прописывались в Уставах сельхозартели, - счетовод, с 1969 г. - бухгалтер колхоза (примерное положение о бухгалтере (главном бухгалтере, старшем бухгалтере) сельхозартели было утверждено в 1960 г., что само по себе является показательным фактом)325. Рассмотрим, как изменялось, согласно Уставам колхоза, правовое положение счетовода (бухгалтера) (табл. 5).
Таблица 5
Правовой статус счетовода, позднее - главного бухгалтера колхоза
Примерный Устав сельхозартели 1935 г.
Примерный устав колхоза 1969 г.
Примерный устав колхоза 1988 г.
Занятие должности
Выделяется из членов артели правлением или приглашается по найму
Назначается правлением из числа членов колхоза или принимается на работу по трудовому договору. Назначение и снятие утверждается общим собранием колхозников
Назначение и снятие утверждается общим собранием колхозников
325 О мерах по улучшению учета и ревизионной работы в колхозах РСФСР. Постановление СМ РСФСР от 18 января 1960 г. // Систематическое собрание законов РСФСР, Указов Президиума ВС РСФСР и решений правительства СССР. М., 1967. Т. 6.
276
Окончание таблицы 5
Примерный Устав сельхозартели 1935 г.
Примерный устав колхоза 1969 г.
Примерный устав колхоза 1988 г.
Круг полномочий
Ведет учет и счета по установленным формам. Подписывает вместе с председателем артели расходные денежные документы
Организует учет и отчетность в колхозе, осуществляет повседневный контроль за сохранностью и правильным расходованием денежных средств и материальных ценностей. Вместе с председателем колхоза подписывает годовой отчет колхоза и документы по приходу и расходу денежных средств и материальных ценностей
Организует и несет ответственность за состояние и достоверность учета и отчетности в колхозе, осуществляет повседневный контроль за сохранностью и правильным расходованием денежных средств и материальных ценностей, содействует внедрению хозрасчета и самофинансирования. Вместе с председателем колхоза подписывает годовой отчет колхоза и документы по приходу и расходу денежных средств и материальных ценностей.
Подчиненность
Целиком подчиняется правлению артели и ее председателю
Не оговаривается
Не оговаривается
Возможность наложения взыскания
Не оговаривается
Взыскание может быть наложено общим собранием или правлением колхоза
Не оговаривается
Составлено по: Примерный Устав сельскохозяйственной артели, принятый II Всесоюзным съездом колхозников-ударников и утвержденный СНК СССР и ЦК ВКП(б) // Решения партии и правительства по сельскому хозяйству (1917-1967). Т. 2. С. 529; По-
277
становление ЦК КПСС и СМ СССР от 28 ноября 1969 г. «О примерном уставе колхоза» // Решения партии и правительства по сельскому хозяйству (1965-1971 гг.). С. 434; Примерный устав колхоза. Принят Четвертым Всесоюзным съездом колхозников 25 марта 1988 г. // http://www. consultant, ru/ online/base /?req=doc; base=ESU;n=8384.
Как уже отмечалось выше, счетовод - единственный из колхозных менеджеров, кто мог работать по найму. Назначался он правлением колхоза, что свидетельствует об особом статусе этой менеджерской фигуры. Яркой чертой правовых полномочий счетовода являлась своеобразная «спайка» с председателем колхоза. Им надлежало совместно подписывать документы на «приход и расход денежных средств и материальных ценностей», а следовательно, нести совместную ответственность за эту деятельность. В то же время в 1960-1980-е гг. заметны попытки законодателя вывести счетовода из-под непосредственного контроля председателя колхоза. Если в Уставе 1935 г. говорилось о полном подчинении счетовода правлению артели и ее председателю, то в последующих уставах главный бухгалтер «застрахован» от необоснованного снятия утверждением этого решения колхозным собранием.
Что касается других менеджерских должностей, то в уставах колхоза их правовой статус не прописывался, а регулировался другими законодательными и нормативными актами. Так, заведующий товарной колхозной животноводческой фермой в 1930-е гг. назначался правлением колхоза и утверждался райзо. «Переброска» заведующего фермой на другие работы без разрешения райзо была запрещена326.
Состав звеньевых, появившихся в колхозах и совхозах в начале 1930-х гг., утверждали правление колхоза или дирекция совхоза по представлению бригадира (управляющего, заведующего производственным участком, фермой). Во второй половине 1940-х гг. более четко были определены обязанности звеньевых. Звеньевой был непосредственно подчинен бригадиру (управляющему и т. д.). По постановлению от 19 апреля 1948 г., звеньевой, работая наравне со всеми колхозниками звена, должен был организовать расстановку колхозников на работе, следить за соблюдением членами звена установленного распорядка рабочего дня, за выполнением норм выработки, участвовать при приемке бригадиром от колхозников эвена выполненных работ327.
Бригадир тракторной бригады МТС, а позднее - тракторнополеводческой бригады колхоза, обязан был организовать «правильное ... использование на работах машинно-тракторного парка, ремонт 326 Сельскохозяйственная энциклопедия. Т. 4. С. 697.
327 Постановление СМ СССР от 19 апреля 1948 г. «О мерах по улучшению организации и повышению производительности и упорядочению оплаты труда в колхозах» // Решения партии и правительства по хозяйственным вопросам. Т. 3. С. 471,486-487.
278
и хранение сельхозтехники. Он вправе давать трактористам и другим механизаторам бригады указания и распоряжения, обязательные для исполнения, наряды на работу, принимать от них выполненные работы и проверять их качество»328.
В совхозах категория менеджеров отличалась большей, чем в колхозах, однородностью правового статуса. Бригадиры, управляющие отделениями, заведующие фермами назначались и освобождались от работы директором совхоза. В «Положении о социалистическом государственном производственном предприятии» отмечалось, что эти совхозные менеджеры являются полноправными руководителями и непосредственными организаторами производства и труда и несут ответственность за выполнение плана производства на своем участке и за качество продукции. Главной их задачей являлась «организация производства ... указания на рабочие места». Главный бухгалтер совхоза назначался и освобождался от должности по представлению директора вышестоящим органом. Он нес «полную ответственность за вверенный участок работы»329. Таким образом, совхозные менеджеры были более зависимы от директоров совхозов, что было серьезной спецификой их правового статуса.
В целом формальный правовой статус категории сельскохозяйственных менеджеров свидетельствует, что уже в начале 1930-х гг. эта категория оформилась как отличная от других слоев сельскохозяйственного населения. Они обладали достаточно серьезным объемом правомочий, касающихся непосредственной организации процесса производства. Права менеджеров постепенно расширялись, что отразили Уставы колхозов 1969 и 1988 гг. Анализ колхозных уставов позволил увидеть противоречивые тенденции, свидетельствующие о колебаниях законодателя относительно статуса менеджеров: с одной стороны, им давали относительную независимость от высшего звена колхозного руководства, а с другой - старались зафиксировать в правовых актах систему ограничительных механизмов, не дававшую менеджерам набрать слишком серьезный вес в колхозной и совхозной системах.
★ * *
О реальном правовом положении сельскохозяйственных менеджеров в повседневной жизни деревни дает возможность судить достаточно широкий пласт источников, среди которых важное значение имеют устные рассказы сельских жителей, зафиксированные в ходе 328740 вопросов и ответов... С. 298.
329 Постановление СМ СССР от 4 октября 1965 г. № 731 «Об утверждении положения о социалистическом государственном производственном предприятии» // Справочник по оплате труда в совхозах. М., 1980.
279
сбора сведений, который был предпринят Центром крестьяноведения и аграрных реформ в начале 1990-х гг., другие свидетельства очевидцев и современников, публицистические произведения советских писателей, деревенский фольклор и т.д.
Среди этих сведений достаточно рельефно прослеживается центральное, близкое к председателю колхоза место, отводимое сельскими жителями бригадиру в жизни деревни. Сведения об этом были собраны интервьюерами российско-британского проекта «Изучение социальной структуры советского и постсоветского села» в 1990- 1993 гг. более чем в 20 селах России. Согласно их выводам, «роль бригадиров как наиболее значимых фигур в элите села вплоть до 1980-х гг. отмечается во всех семейных историях респондентов ... Бригадир в иерархии сельской власти стоит сразу за председателем колхоза»330. В некоторые периоды эта ситуация наблюдалась наиболее отчетливо. Обобщая мнение жителей села Александровка Алтайского края, Л. Ковалева высказала мнение о том, что власть председателей и бригадиров на селе была неограниченной во время войны и в первые годы после нее331. В частности, бывшая колхозница Т.Л. Лазаренко вспоминала о 1930-1940-х гг.: «Главными над нами был председатель и бригадиры ... У них власть в руках...»332. А.А. Семёнова из деревни Кудеяры Саратовской области рассказывала: «Бригадир-то большой начальник. Ему все подчиняются ... Бригадира слушались, а как же? Он был хозяин над нами»333. А. Камышникова, жительница Оренбургской области, вспоминала о работе военных лет в колхозе: «В колхозе командовал мужчина-бригадир. Все слушались его, и взрослые, и дети»334. Деревенский фольклор 1950-х гг. подтверждает отмеченные черты бригадирской власти. В частности, среди пословиц и поговорок, подготовленных к публикации в середине 1950-х гг., присутствуют следующие: «Бригадир в колхозе - командир; Бригадир в поле, что капитан в море»335.
В то же время, нельзя говорить о неограниченности власти бригадира. Прежде всего, собранные при опросах сведения об устрой330 Многоукладная аграрная экономика и российская деревня (середина 80-х-90-е годы XX столетия). М., 2001. С. 36.
331 Ковалева Л. Оружие слабых: села Александровка и Плотниково (преданализ) // Рефлексивное крестьяноведение: десятилетие исследований сельской России. М„ 2002. С. 325.
332 Там же. С. 328.
333 Поволжье. История семьи Семёновых // Голоса крестьян: Сельская Россия XX века в крестьянских мемуарах. М„ 1996. С. 164.
334 Камышникова А. День Победы приближали как могли ... // Вперед [г. Химки]. 2003. 31 мая.
335 Русские пословицы и поговорки. Лениздат, 1956.
280
стве деревенской власти колхозного времени говорят об устойчивом главенстве председателя колхоза и о подчиненности ему бригадиров. По свидетельству крестьян Крутовых из деревни Никольщина Вологодской области, «председатель руководил всеми делами, но у него были помощники: бригадиры, звеньевые»336. Алтайские крестьяне в этом вопросе были единодушны с вологодскими: «На селе главными были бригадир и председатель. Не боялись они никого»337. При этом районные власти для алтайцев казались менее «страшными», чем свои, колхозные. Вологодские колхозники уточнили, что «бригадиры в деревнях имели вес только для данной деревни»338. По всей видимости, это было связано с тем, что в бригаду объединялись колхозники близлежащих домов, а в условиях мелких деревень Европейского Севера - одной деревни.
Круг выполняемых бригадиром, звеньевым дел тоже четко отслеживается в источниках. Прежде всего, бригадир распределял колхозников по видам работ, давал наряды. Очевидцы подчеркивали большую роль в распределении нарядов между бригадами заведующего хозяйством колхоза (он определял место и характер работы, количество рабочих лошадей и машин, определял качественные показатели работы и давал наряд в письменной форме бригадиру). Бригадир, как правило, давал наряд колхозникам через обход дворов. Тема «прихода бригадира» - одна из наиболее распространенных в литературных и фольклорных произведениях. Так, известный советский диссидент А.А. Амальрик, сосланный в сибирский колхоз, вспоминал: «24 июня началась моя работа в колхозе, в восемь утра бригадир зашел к Вере, где я тогда жил, давать мне первый наряд»339. В рассказе В. Козлова «Копейка» приход бригадира описан так: «”Анна-а! - послышался со двора густой бас бригадира. - Наряд получай! - Выйди, говорю". Вот так каждое утро... Высокий плечистый бригадир Матвей стоял у окна. В зеленой гимнастерке и синих галифе... В руках тетрадка и карандаш». Приходы бригадира с нарядами могли быть в любое время дня и ночи. Так, пудожские крестьяне вспоминали: «Вот она [речь идет о матери семейства. - Авт.] подоит коров вручную и придет, бригадир дядя Ваня, я помню, к нам. Она только-только придет со скотного двора, еще печка не стоплена, ничего не сварено. А он уже пришел: “Христофоровна, иди-ка там, в чищу. Там бабы собрали сено, дак нужно
136 Север. История семьи Крутовых // Голоса крестьян. С. 27.
137 Ковалева Л. Оружие слабых: села Александровка и Плотникове (преданализ) // Рефлексивное крестьяноведение... С. 327.
138 Север. История семьи Крутовых// Голоса крестьян... С. 33.
139 Амальрик А.А. Нежеланное путешествие в Сибирь...
281
стог сложить”»340. В поэтической форме подобная ситуация представлена в стихотворении молодого поэта Василия Кубанева «Бригадир», написанном в 1936 г.:
Чернеет суровыми тучами небо,
В колхозе давно уже спят.
Не спит бригадир. Колосистого хлеба Не связаны в поле участки лежат.
Сгниет под дождем золотая пшеница, Которую нежно лелеял колхоз.
Так вот почему бригадиру не спится И мучает девушку важный вопрос. А в сердце все глубже тревога вползает, Теперь бригадиру уже не до сна. Подходит к избе, где живет звеньевая, И звонко стучит в переплеты окна.
Гзтовилось утро на землю спуститься, Уж сбросила ночь одеянье свое, В снопы повязала бригада пшеницу И в тучные копны сложила ее341.
Многократно интерпретирован этот эпизод в частушечном творчестве деревни:
Я сегодня рано встала - Под окошком бригадир: «Выходите на работу, А то хлеба не дадим!»342
Рано утром под окошком Бригадир стукочется. На колхозную работушку Идти не хочется343.
Реже бригадир собирал колхозников на работу звонком или битьем в рельс, колокол. И. Рисак вспоминал, что «рабочее время начиналось 340 Акельев Е.В. Историческая память российского крестьянства: образы прошлого и настоящего в устных воспоминаниях сельских жителей (по материалам Первой Пудожской экспедиции РГГУ) // http: // cmb. rsuh. ru/article. html?id=66572
341 Кубанев В. Бригадир // http://unism. narod. ru/kub/36brigad. htm
342 Частушки. M„ 1990. C. 157.
343 Самиздат века... С. 762.
282
с удара молота по рельсу, который висел у правления колхоза, и заканчивалось вечером по усмотрению бригадира. Иногда колхозница вынуждена была задержаться с выходом на работу. Опоздание было чревато неприятностями. Бригадир мог прийти к такой домой и залить ведром воды печку, не дав матери доварить детям похлебку»344. В книге С. Маслова приводятся свидетельства агронома одного из юго-восточных колхозов России, где «звонки в буфер» давались в 5 и 6 часов утра, а утренние наряды бригадир выдавал на площадке у правления колхоза, после чего все направлялись в поле во главе с бригадиром и нормировщиком345. Об этом в деревне пели:
Бригадир дает звонок,
Я гляжу в окошко: Бригадира не видать - Полежу немножко346.
Если бригадир задерживался с оформлением наряда, то это было для крестьян нежелательной ситуацией, о чем повествует частушка «критической направленности»:
Бригадир ты, бригадир, Ты всей бригадой ведаешь. Отчего ты, бригадир, Наряды поздно делаешь?347 348
По неписаному правилу деревни считалось, что без разрешения бригадира колхозник не имел права не выйти на работу. В шуточной форме такую ситуацию описывает частушка:
«Бригадир бригады нашей, Отпусти по ягоды!», - «Девушки, работы много, Поработать надо бы!»343.
В жизни же все было, конечно, гораздо серьезнее. А.С. Семёнова, колхозница из Саратовской области, рассказывала о бригадире: «Не 344 Рисак И. Память о прошлом. Глава 24. Хлеб насущный после Великой Отечественной войны // http://www. uusikotimaa. org/5/055. htm
345 Маслов С.С. Колхозная Россия... С. 252-253.
346 Частушки. М., 1990. С. 160.
347 Частушки. М., 1958. С. 31.
348 Частушки М., 1990. С. 156.
283
придешь на работу, он тебе явочный день не поставит. И за этот день не получишь ничего»349. Бригадир нередко штрафовал колхозников за невыход на работу или за уход с нее. Е. Симакина вспоминала: «Бригадир за самовольное оставление работы наказал меня на два трудодня. Как я не плакала, не объясняла ему - толка никакого»350. Следует особо отметить, что вообще-то по Уставу сельхозартели 1935 г. право наказывать (налагать штраф, выговор, предупреждение, временно отстранять от работ и т.д.) имело только правление колхоза, хотя негласно эта функция довольно часто передавалась бригадиру.
Важнейшей чертой реальной власти бригадира была его функция регулирования труда. Как свидетельствовали колхозники, «они [бригадиры. - Дет.] могли записать не только и не столько кто что сделал, послать сделать что-то и вообще могли не дать работу»351. Бригадир мог не дать колхознику наряда, следовательно, тот не мог заработать трудодней, мог дать наряд на низкооплачиваемую, тяжелую и «непрестижную» работу, или, наоборот, - на высокооплачиваемую, а то и просто «приписать» трудодни. Колхозники Вологодской области сообщали в 1939 г. о бригадире Павловском: «Того и гляди за горло схватит да и трудодней не поставит. Трудодни - не то что каждую пятидневку колхозник знает сколько заработано, по два месяца книжки не видишь... Жене 40 лет, на работу не ходит, а кто и работает, столько нет трудодней, как у нее»352. Вспоминая колхозное время, в 1990-е гг. селяне рассказывали о бригадире: «Он мог уволить. Люди зависели от него во всем. Не угодил ему - подыхай с голоду». «За невыполнение строго наказывали. Вот садится бригадир ... говорит: “Вот столько-то трудодней. А она, может, хорошо работала. Все зависело от бригадира”»353. И еще свидетельство: «Бывало, месяц поработаешь, бригадира с учетчиком спросишь: «Сколько заработали?» - «А мы этот месяц вас и не писали». Ставили трудодни как хотели, а может, больше заработали»354.
Эти свидетельства совпадают с тематикой деревенских частушек.
Бригадир идет по полю, - Мне-то, девушке, тоска: Он намеряет, да мало, - Вот и черная доска355 356.
349 Поволжье. История семьи Семёновых // Голоса крестьян... С. 164.
350 Многоукладная аграрная экономика и российская деревня... С. 37.
351 Север. История семьи Крутовых // Голоса крестьян... С. 33.
352 ВОАНПИ. Ф. 2522. Оп. 2. Д. 162. Л. 95.
353 Многоукладная аграрная экономика и российская деревня. С. 36.
354 Ковалева Л. Оружие слабых: села Александровка и Плотниково (преданализ) //
Рефлексивное крестьяноведение... С. 328.
356 Частушки / сост. Л.А. Астафьева. С. 178.
284
Бригадир, бригадир, Синие порточки! Ты не ставишь трудодни, Ставишь одни точки366.
Бригадир сидит на крыше, Начисляет трудодни. Прилетели воробьи - Растащили трудодни367.
Кроме того, в повседневно-правовом арсенале действий бригадира были многочисленные «несанкционированные», но общепринятые методы воздействия на колхозников. «Знаешь, как боялись бригадира-то?
- вспоминала А.С. Семёнова (1911 г. р.) из Саратовской области. - У нас был Гришка-бригадир. Его все боялись... И пил он, а дело правил
- и его боялись. Оштрафовать, так никого не оштрафовал и никого не ловил, а его боялись»356 357 358. Но в то же время Анна Семёновна отметила: «...всего всегда с ним было полно, и дело шло - ометы всегда на задах стояли, корму много было». Воспоминания сельских жителей о бригадирах и методах их работы были столь яркими, что даже в конце XX в. они без труда воспроизводили события 50-летней давности, как это сделала бывшая колхозница М.Л. Сапунова с Алтая: «Полевым бригадиром был Сапунов Иван Сергеевич - вредный был... Иван Сапунов выматерить мог, выкинуть с ветряка ... Гриднев был тракторный, а Сапунов - полеводческий бригадир. Жаловаться ни к кому не шли, нигде не було жалости»359. Н.В. Куприяненко из того же Алтайского края рассказывала о бригадирах 1930-1940-х гг.: «Вот Лазаренко, он в тюрьме более 20 лет просидел, а потом у нас бригадиром был. Он сильно бил пацанов... не дай бог пацан прикорнет. И женщин бил. На току старую Сопиху избил»360. О таком бригадире писали вологодские крестьянки в письме 1939 г.: «...всех держит в кулаке. Ранее был кулак, а когда организовали колхоз, и он заскочил спасать свою шкуру, а теперь всех зажал, и на собрание придешь, никто не смеет ему сказать, какие за ним есть недостатки ... Председатель колхоза тоже у него в кулаке ... также и правление»361.
356 Частушки. М., 1990. С. 192.
357 Самиздат века... С. 762.
358 Поволжье. История семьи Семёновых // Голоса крестьян... С. 161; Многоукладная аграрная экономика и российская деревня. С. 37.
359 Ковалева Л. Оружие слабых: села Александровка и Плотниково (преданализ) // Рефлексивное крестьяноведение... С. 327.
360 Там же. С. 329.
361 ВОАНПИ. Ф. 2522. Оп. 2. Д. 162. Л. 95.
285
Современники начального этапа колхозов отмечали, впрочем, что хотя главным распорядителем и руководителем бригады являлся бригадир и отменить его распоряжения «по декрету» никто не мог, на деле их «отменяют все, кому не лень: секретарь районного комитета партии, председатель районного исполнительного комитета, заведующий земельным отделом, начальник МТС, председатель колхоза, секретарь партийной ячейки, агроном и т.д.»362. «Разделенность» власти, отражающая разделенность прав собственности, проявлялась и в назначении бригадиров: по свидетельству селян, «работники райкомов и райисполкомов ... подбирали ... даже бригадиров»363. Такой тип бригадирства был метко подытожен в частушке:
Ты - советский командир, Я - колхозный бригадир. Мы командуем, кричим, Перед старшими молчим3**.
Таким образом, бригадиры являлись непосредственными распорядителями одного из основных экономических ресурсов деревни - труда сельских жителей. При этом уровень распоряжения был чрезвычайно объемным. Следует заметить, что с течением времени он нарастал: количество членов бригады увеличивалось, укрупнялись колхозы. Так, если в 1940-е гг. количество членов полеводческой бригады составляло в районах со слабой механизацией 30-40 человек, а в более механизированных - 40-60 человек365, то уже в 1950-е гг. наполненность бригад в свекловодческих районах составляла 80-85 человек, в льноводческих - 52-60 человек366. После укрупнения колхозов нередко единственным непосредственно организующим производство лицом оставался бригадир, так как при разбросанности деревень, особенно в Нечерноземье, председатель не успевал побывать в каждом населенном пункте, а в некоторые - не заезжал месяцами. Публицист Л. Иванов, прекрасно знающий сельское хозяйство Сибири и Нечерноземья, писал: «Что такое бригадир колхоза или совхоза в наши дни? В недавнем прошлом это самостоятельные колхозы... К тому же в теперешней бригаде объем производства значительно больше, чем в бывшем колхозе, но у руководства бригадой лишь один человек - бригадир.
362 Маслов С.С. Колхозная Россия... С. 253.
363 Ковалева Л. Оружие слабых: села Александровка и Плотниково (преданализ) // Рефлексивное крестьяноведение... С. 323.
364 Заветные частушки: Из собрания А.Д. Волкова. Т. 2. С. 49.
365 Бригада /I Сельскохозяйственная энциклопедия. М., 1949. Т. 1. С. 247.
366 Бригада сельскохозяйственная // БСЭ. 2 изд. М., 1951. Т. 6. С. 96.
286
В его распоряжении теперь различной техники куда больше, чем в бывшем колхозе, людей же стало значительно меньше, - значит сложность управления возросла»367.
Возрастанию правового статуса бригадиров способствовало и то, что после объединения колхозов бригадирами нередко назначались бывшие председатели. «Чем-то они напоминают председателей вчерашнего дня, да и сами бригады похожи на вчерашние мелкие колхозы, - писал в 1970-гг. публицист Г. Радов. - Это значит, что под бригадирской рукой и поля, и техника, и ферма... и луга, и сенокосы, и огород, и виноградник»368.
Особой чертой статуса бригадиров было их место в производстве. Колхозники замечали: «В борозде-то он сам не работает - ему командовать хватает»389. С.С. Маслов приводит многочисленные и почерпнутые из разных источников подобные свидетельства. В небольшом уральском колхозе, как пишет Маслов, цитируя наркома Яковлева, во время сева 1933 г. от работы были освобождены все работники конторы и завхоз; в другом колхозе (ссылается Маслов на свидетельство эмигрировавшего из России агронома) в 1936 г. не работали непосредственно в колхозном производстве бригадиры, бухгалтер, счетоводы, учетчики, нормировщики, табельщики, кладовщики и др.370 В книге «Вопросы организации», на которую ссылается С. Маслов, тот же нарком Яковлев приводит хронометраж (что было очень популярно в 1930-е гг.) работы бригадира колхоза 6-й Чонгарской дивизии на Северном Кавказе. Оказалось, что бригадир работал 16 часов, но 9,5 часа из них потратил «непроизводительно». Он «сидел и лежал в борозде», «разговаривал на разные темы», 2,5 часа потратил на разъезды «от села к стану»371. «Обычно, - писал С.С. Маслов о колхозах второй половины 1930-х гг., - бригадиры ждут в поле, пока приедет заведующий хозяйством или специалист, чтобы дать “живой инструктаж”»372.
Становление новой общественной функции, связанной с распоряжением ресурсами, управлением, в 1930-е гг. выглядело в глазах крестьянства, да и власти, «отлыниванием» от работы, леностью в делах. Не случайно бытовали частушки:
Бригадир первой бригады
Не торопится идет.
Иванов Л. В канун отрадных перемен II Иванов Л. Избранное. М., 1984. С. 393. ” Радов Г. Друзья мои, председатели // Радов Г. Кого люблю... С. 139.
,ет Поволжье. История семьи Семёновых // Голоса крестьян... С. 161.
'™ Маслов С.С. Колхозная Россия... С 207.
,л Цит. по: Там же. С. 223.
1/2 Маслов С.С. Колхозная Россия... С. 254.
287
Он идет и не торопится - Работа не уйдет373.
Ой, товарищ бригадир, Сделай одолжение: Чаще в поле выходи, Не сиди в правлении?74
Ах, товарищ бригадир, Гоомко называетесь. Только в поле на работе Редко появляетесь375.
В 1948 г. были приняты специальные решения на уровне министерского постановления, согласно которым бригадиры, заведующие фермами, а также все лица административного и обслуживающего персонала в колхозах, за исключением председателя колхоза, счетовода и специалистов сельского хозяйства, были обязаны принимать непосредственное участие в выполнении колхозных работ в поле и на фермах и выработать не менее 25% минимума трудодней, установленных правительством для колхозников376.
Нередко часть менеджеров действительно принимала участие в колхозных работах. Прежде всего, это касалось бригадиров и звеньевых. Так, А. Ивонин вспоминал, что «в колхозах из руководства были только председатель, бригадир и счетовод, которые в летнюю страду трудились вместе со всеми»377. И все же главной целью «полевой» работы бригадира была организующая, настраивающая колхозников на увеличение трудовых усилий. Например, Д.М. Кузовлев, секретарь сельского райкома партии, описывая колхозного бригадира 1960- 1970-х гг. на сенокосе, обращал внимание, что «работает он напористо, без роздыху ... да бурчит что-то себе под нос. Это для того, чтобы бригадира все время чуяли люди ... заряжает всех своей лихостью»378. По сути дела, это был один из применяемых сельскохозяйственными менеджерами управленческих приемов, которых они разрабатывали великое множество, действуя на интуитивном уровне, но используя впол373 Частушки. М., 1987. С. 176.
374 Там же. С. 178.
375Частушка. М.; Л., 1966. С. 410.
376 Постановление СМ СССР от 19 апреля 1948 г. «О мерах по улучшению организации и повышению производительности и упорядочению оплаты труда в колхозах» // Решения партии и правительства по хозяйственным вопросам. Т. 3. С. 471,486-487.
377 Нижегородские новости. 2004. 30 апреля.
378 Кузовлев Д. Ванюшка // Кузовлев Д. Не поле перейти... С. 40, 42.
288
не современные тенденции управленческой деятельности. Эта черта колхозного менеджеризма практически не описана историками, зато ей уделяли серьезное внимание литераторы и очеркисты. В. Тендряков, описывая работу молодого бригадира Сергея Лыкова после укрупнения колхоза в начале 1950-х гг., отмечает главную цель его действий в «нищей» деревне: «...нужно, чтобы верили, больше - нужно, чтобы любили». И для этого на собрании бригады ключ от амбара со столь желанным хлебом был вручен на хранение самой бедной женщине деревни, матери пятерых голодных детей379. В конце 1950-х гг., как писал публицист Ю. Черниченко, в колхозе «Политотдел» по предложению бригадира «на всех приметных местах» были установлены электрические часы, чтобы люди не опаздывали на работу. «Только дошлый психолог, инспектор НОТ, прошедший школу фордов, предложил бы такой ход», - оценивал этот факт Черниченко380. Бригадир, описанный Д. Кузовлевым, водил бригаду на работу под гармонь: «...он выходит вперед колонны, становится во главе ее ... И как бы кто не спешил ..., покинуть строй до сроку он все равно не может»381 382. Бригадир с гармонью вообще является часто упоминаемым образом в деревенском фольклоре:
Задушевная товарка, Надо так постановить: «Бригадиру на работу Без гармошки не ходить!»31*2
Арсенал менеджерских приемов в деревне был необычайно широк и креативен. Умение решать управленческие задачи становилось неотъемлемой частью менеджерской специализации.
Все более четко оформляющийся социальный класс сельскохозяйственных менеджеров осознавал себя выходящим за рамки крестьянского труда, занимающимися именно управленческими функциями. Ближе к 70-м гг. XX в. представление об особом функционале сельскохозяйственных управленцев было вполне сложившимся. Интересные наблюдения по этому поводу зафиксировал Георгий Радов в очерке «Друзья мои, председатели» (1970 г.): «У бригадира сотня забот, но он поглядывает на дорогу, ждет визитеров ... Первым является зоотехник ... Еще пыль не осела за «газиком» зоотехника, а к стану подка1,9 Тендряков В. Кончина // Тендряков Владимир. Собрание сочинений. М., 1988. Т. 4. С. 143-144.
380 Черниченко Ю. Тимофей Хван и Валентин Овечкин // Черниченко Юрий. Зимний Никола. С. 61.
381 Кузовлев Д. Ванюшка // Кузовлев Д. Не поле перейти... С. 41,42.
382 Колхозные частушки 20-30-х годов // http://www. biografia. ru/cgi-bin/quotes. pl?oaction=show&name=chast07
289
тывает главный агроном ... Когда бригадир возвращается к стану, его ждут трое: главный экономист, главный инженер и еще энтомолог... За день он ... получил примерно двадцать пять ... «указивок» ... и выслушал с десяток популярных лекций ... Он крайняя инстанция, последнее звено ... Все ... продуманное сверху донизу всеми от министра до главных специалистов - все это проходит фильтрацию в голове Ивана Афанасьевича»383. Особенно явно несхожие с другими сельскохозяйственными категориями задачи сельских управленцев, заключающиеся в отличных от исполнения сельхозработ функциях, стали осознаваться в ходе осуществления направленной государственной политики по имплантации интеллектуалов (специалистов) в «среднее звено управленцев»-менеджеров. В 1970-1980-е гг. было принято несколько крупных решений по этому вопросу384 385. От таких бригадиров уже никто не ждал выполнения «крестьянских» трудовых операций в сельском хозяйстве.
Бригадирские права распространялись и на регулирование личной жизни колхозников, других хозяйственных вопросов. Деревенские частушки уделяют достаточно много внимания таким сюжетам:
Бригадир меня ругает -
В ту деревню бегаю. Ну какое ему дело - Милого проведаю?366
Говорила бригадиру, Председателю скажу: «Не найдете ухажора - Из колхоза ухожу!»366
Уже упомянутый бригадир Иван Афанасьевич из очерка Г. Радова в течение рабочего дня ездил из бригады «в хутор, где ему нужно наве383 Радов Г. Друзья мои, председатели // Радов Г. Кого люблю... С. 139-144.
364 Постановление ЦК КПСС и СМ СССР «О дополнительных мерах по стимулированию перехода специалистов сельского хозяйства на работу в качестве руководителей отделений, бригад, ферм и других подразделений среднего звена производства в колхозах и совхозах». 1977 г. // Решения партии и правительства по хозяйственным вопросам. М„ 1979. Т. 12. С. 144-145; Постановление ЦК КПСС и СМ СССР «О дальнейшем укреплении колхозов и совхозов руководящими кадрами и специалистами, повышении их роли и ответственности в развитии колхозного производства» от 24 мая 1982 г. // Решения партии и правительства по хозяйственным вопросам. М., 1983. Т. 14. С. 468.
385 Частушки. М., 1990. С. 157.
388 Там же. С. 194.
290
стить больную звеньевую, проверить, починен ли мост и привезли или не привезли кирпич для печки старику пенсионеру ... а к вечерней дойке надо поспеть к дояркам, там конфликт между ними и учетчицей»387. Радов отмечал, что к началу 1970-х гт. «в крупных колхозах ... груз личного общения и заботы о людях переложен на бригадиров ... и председателю легче, и авторитет бригадира ... вырос»388.
В отличие от бригадиров звеньевые всегда работали на сельхозработах. В уже упоминавшемся постановлении СМ СССР 1948 г. особо подчеркивалось, что «звеньевой, работая наравне со всеми колхозниками звена, организует расстановку колхозников на работе, следит за соблюдением членами звена установленного распорядка дня, за выполнением норм выработки и качеством работы и участвует при приемке бригадиром от колхозников звена выполненных ими работ»389. Колхозники вспоминали: «Звеньевые были на периоды уборочных работ: сенокос (замерял, кто сколько сделал), посев, уборка»390. «Звеньевые по своему усмотрению дают отдых колхозникам. Они же внимательно следят за сигналом, обозначающим обеденный перерыв», - так видел работу звеньевых 1930-х гг. эмигрировавший из России агроном. Он же рассказывал, что звеньевые представляют бригадиру сведения о проделанной работе на текущий день391.
Счетовод занимал особое место, он работал в конторе колхоза. Все цифровые сведения стекались к нему: о производственной деятельности колхоза, колхозных доходах и расходах, выдаче и расходовании кредитов, учете колхозных земель и т.д. Статус счетовода давал много возможностей реализации собственных или групповых интересов, например в начислении трудодней. С.С. Маслов отмечал, что «учет ведется часто на основе личных симпатий или антипатий к отдельным колхозникам. Дать справедливую оценку работе каждого члена колхоза по каждой норме выработки, которых в сельском хозяйстве имеется несколько сот и столько же вариантов к ним, нет никакой возможности. Колхозники называют поэтому учет «обсчетом» и «обдираловкой» и относятся весьма недоверчиво ко всем бухгалтерским выкладкам»392. В первой половине 1930-х гг. поступало множество сообщений о подобных случаях. Так, в спецсообщении УНКВД Саратовского края от 1936 г. отмечалось, что «за сентябрь и октябрь колхозникам * 188 189 190 191 192
387 Радов Г. Друзья мои, председатели // Радов Г. Кого люблю... С. 141.
188 Там же. С. 142.
189 Постановление СМ СССР от 19 апреля 1948 г. «О мерах по улучшению организации и повышению производительности и упорядочению оплаты труда в колхозах» // История колхозного права. М., 1958. Т. 2. С. 310.
190 Север. История семьи Крутовых // Голоса крестьян... С. 27.
191 Маслов С.С. Колхозная Россия... С. 250, 254.
192 Маслов С.С. Колхозная Россия... С. 255.
291
Ерушину Н. вместо 40 трудодней начислено только 11 трудодней, Лешенкову П. вместо 37,5 начислено только 20 трудодней»393 и т.д.
Реальная роль счетовода крестьянам была не вполне ясна, ассоциировалась с подсчетами сделанных работ, поэтому шутливо работников контор называли «чернильная бригада» и относились к ним несколько пренебрежительно:
Не любите счетовода - В нем чернильная душа, А любите тракториста - Спецодежда хороша39*.
Дроле легкая работа За столом у перышка. Мне тяжелая работа - Таскать ведерышка395.
Впервые глубокий художественный анализ деятельности и личности колхозного счетовода дал писатель В. Тендряков. «Стол бухгалтера, что пожарная вышка, с него все видно», - писал Тендряков. Колхозного счетовода Слегова он называл «пружиной» колхоза, «посохом» председателя. И счетовод даже перед председателем «ощутил свою силу ... слушай - не слушай, да ослушаться не смей»396. Роль счетовода, бухгалтера в принятии крупных хозяйственных решений, распоряжении финансовыми средствами была чрезвычайно высока.
Отдельного рассмотрения заслуживает вопрос о правлении колхоза. При исследовании исторической памяти тверских крестьян зафиксированы следующие сведения: «Кроме председателя, зампредседателя и бригадиров в колхозе было правление, куда попадали самые уважаемые колхозники. Их должность называлась просто «член правления». Председатель, бригадиры и бухгалтер тоже входили в правление ... У простых членов правления был совещательный, но не решающий голос. Все решали председатель и бригадиры»397. Таким образом, вряд ли членов правления следует огульно относить к категории менеджеров, так как присутствующие на заседании правления могли не иметь прямого отношения к управленчеству в колхозах. Интересно, что 393 Трагедия советской деревни. Коллективизация и раскулачивание. Документы и материалы. М„ 2002. Т. 4.1934-1936. С. 908-909.
394 Частушки / сост. Л.А. Астафьева... С. 172.
395 Русская частушка. СПб., 2007. С. 138.
396 Тендряков В. Кончина... С. 64, 89, 96.
397 Многоукладная аграрная экономика и российская деревня... С. 36.
292
управленческие функции правления не отмечены и крестьянским восприятием. Вологодские колхозники так характеризовали деятельность правления: «До обеда сидят в конторе за столами безвылазно. А после обеда играет гармонь, песни поют - “Златые горы”»398. Те же оценки деятельности правления встречаются и в частушках:
Заседает уж полдня Колхозное правление: Позакрылись - водку жрут Все до обалдения.
Солнце всходит над колхозом, Яркое, багряное...
А правленье и партком С утра пораньше пьяное.
Проявляют в труде рвенье Председатель и правленье: Хлещут водку из ведра, Хоть давно уж спать пора399.
Реальный правовой статус управляющего отделением совхоза был промежуточным между директором и бригадиром. Нужно отметить, что отделение совхоза было намного крупнее бригады, а после преобразования колхозов в совхозы нередко весь колхоз становился отделением совхоза. Управляющий отделением совхоза вместе с бригадиром давал наряды на работу совхозникам, отдавал конкретные распоряжения бригадирам. Как правило, в отделениях совхоза была «нарядная», где управляющий, бригадир и звеньевые определяли фронт работ на следующий день и сообщали его собравшимся у «нарядной» совхозникам400. Поэтому в жизни совхоза реальный правовой статус управляющего был достаточно высок. Например, П.Д. Пришивал ко, бывший управляющий Слободским отделением совхоза «Завьяловский» Омской области, говорил: «Кто такой управляющий, сельские жители хорошо знают. Работа без выходных и проходных. Чуть свет - в поле, на ферме. Солнце давно село - а управляющий еще в поле»401. О другом управляющем одного из совхозов Красноярского края А.И. Ежове сохранились сходные воспоминания: «Когда Ежов был управляющим первым отделением совхоза, порядок у него был идеальный. Строг 198 Север. История семьи Крутовых // Голоса крестьян... С. 27.
399 Заветные частушки. Из собрания А.Д. Волкова. Т. 2. С. 51,279.
400 http://forum.lgz.ru/viewtopic.php?t=22266&view=next&sid=4a9fea1e2df0982c576eb 9сЬ597а1аа1.
401 Шилова Т. В деревне всегда найдется работа // Омская правда. 2009.12 мая.
293
был Александр Иванович, ох и строг! Уже с четырех утра Ежов объезжал свои владения»402 403.
Бригадир совхоза имел статус, близкий к статусу бригадира колхоза. Например, бригадир совхоза «Советский» Калининградской области М.Я. Огородникова, руководившая животноводческим комплексом, в который входили три коровника и два телятника и где трудились более сорока человек, вспоминала: «Старалась не ругаться, а по-хорошему разобраться. И никогда на своих рабочих не жаловалась, наоборот, защищала их. Директор наш говорил про меня, что я, мол, рабочих жалею, не наказываю ... Меня и доярки, и скотники уважали. Если требовала что сделать, делали обязательно, подчинялись мне. Скотники говорили: сейчас Огородникова придет - пыль пойдет коромыслом. Значит, чтоб чистота была в коровнике»*03.
Работа бригадира тракторной бригады МТС с наиболее передовой частью капитала - тракторами, машинами - делала его более привилегированной фигурой, чем колхозный бригадир. Он общался с широким кругом более высокопоставленных лиц - директорами МТС, начальниками политотделов МТС, председателями, бригадирами, членами правлений колхозов, секретарями райкомов, горкомов ВКП(б) и т.д. Особым был и круг их обязанностей. Бригадир тракторной бригады Можарской МТС И. Бортаковский в 1930-х гг. среди своих обязанностей называл составление графика работ, согласование его со всеми председателями колхозов, проверку готовности колхозов к принятию тракторной бригады, осуществление техухода за тракторами, инструктирование трактористов, организацию быта бригады. Бригадир тракторной бригады Кораблинской МТС В.В. Зиновьев в 1936 г. рассказывал: «Те- хуход мы проводим всегда вчетвером: два тракториста, учетчик Павлов ... и я ... Машины готовы. Передаем их заступающим трактористам ... Я заранее подготовлял загон, размечал участки и закреплял их за тракторами. Мы с Павловым замеряли обработанную землю и тут же начисляли трудодни ... Сам все время следил за работой: не остановился ли кто ... Иногда сам садился за руль»404. Принадлежность и других сельскохозяйственных менеджеров системе МТС также поднимала их статус. Писатель Б. Можаев метко определил: «Учетчик при МТС - первый подступ к руководящей работе»405.
402 Дородная Л. Светлое счастье в чистом поле // Красноярский рабочий. 2002. 5 апреля.
403 Николаева Н. Имя ей - Мария, а по званью - бригадир // Неманские вести. 2005.
13 декабря.
404 Трактористы-двухтысячники. Из опыта лучших стахановских тракторных бригад Московской области. М., 1937. С. 20-54; 119.
405 Можаев Б. История села Брёхова, писанная Петром Афанасиевичем Булкиным // Можаев Б. Собрание сочинений в четырех томах Т. 3. С. 160.
294
§ 3. Экономическое положение
Рассмотрим позиции сельскохозяйственных менеджеров в реализации прав собственности и формирующейся на этой базе социальной иерархии.
Наиболее близки к контролю над денежным капиталом в колхозах и совхозах были счетоводы и бухгалтеры. В частности, они влияли на основные решения, касающиеся распределения инвестиций, управления накоплением и т.д. Впервые на особую роль колхозного счетовода обратил внимание писатель В. Тендряков, который в целом ряде произведений обращался к анализу фигуры счетовода и его взаимодействия с председателем колхоза. Так, в повести «Падение Ивана Чупрова», впервые опубликованной в 1953 г., председатель колхоза Чупров дает команду бухгалтеру Никодиму Аксёновичу: «Занеси-ка ... в свои талмуды: купил кровельного железа на десять тысяч восемьсот», - и «небрежно бросил: «Учти, себе на крышу хочу взять листов полтораста». Писатель подмечает, что бухгалтер казался Чупрову человеком «удобным» - «сидит себе за дверью, сунув подшитые валенки под стол, в помятом пиджачишке, серой косоворотке, к маленькому черепу приглажены мягкие... волосики». Когда Чупров взял в колхозной кассе деньги от базарной выручки колхоза и купил стекло для колхоза, «тишайший Никодим Аксёнович заприходовал покупку. Никаких счетов не было... В ревизионной комиссии... свои люди». Однако вскоре бухгалтер попросил у председателя Чупрова вознаграждения: «Ведь мы без счетов покупаем. Сам знаешь, как мне приходится изворачиваться». Образ бухгалтера в повести Тендрякова меняется на глазах: теперь даже «очки придавали мелкому лицу значительное и таинственное выражение». Бухгалтер Никодим Аксёнович дал почувствовать председателю Чупрову свою незаменимость и высказал прямые угрозы: «Кого на мое место посадишь? По неопытности он в первом же деле тебя запутает. Да ведь и я так просто не уйду, дам знать кой о каких документиках». Бухгалтер начал контролировать колхозного базарного продавца, который, как отмечает Тендряков, «всегда связан с бухгалтером. Он сдает деньги, расписывается в получении новых товаров». Когда председатель колхоза обнаружил, что продавец продает продукты на рынке дороже, чем отчитывается в колхозе, а выручку делит с бухгалтером, последний прямо сказал Чупрову: «подле нас тебе выгоднее. Не обделим»406.
Описанная В. Тендряковым роль бухгалтера (счетовода) в отношениях собственности часто фиксировалась правоохранительными орга406 Тендряков В. Падение Ивана Чупрова // Дорогой ценой. Писатели середины XX века о русском крестьянстве. М., 1989. С. 86-134.
295
нами в качестве «нарушений социалистической законности». Не были редкостью сообщения прокуратуры о том, что «председатель колхоза и счетовод начислили себе трудодней больше, чем полагается»407. Типичным представляется сообщение УНКВД по Саратовскому краю от 1936 г. о счетоводе колхоза «Боевик», который, «войдя в связь с кладовщиком колхоза Астанковым, завхозом Катуковым и бригадиром производственной бригады Маликиным, систематически пьянствует, расхищая колхозные продукты»408. Уже в 1930-е гг. счетоводами колхозов были выработаны разные механизмы расхищения колхозных средств. Об одном из таких случаев свидетельствует письмо из Мурманской области, полученное в 1939 г. от родителей красноармейцем Н.А. Кариевым: «Коля, что ты наделал, был счетоводом, насчетоводил, 1300 рублей получил в кассе ... наверно, гулял и прижилил. Теперь я за тебя расплачивайся, последнюю корову продавай ... тобою лично получен[о] 170 руб. из госбанка: списал на элеватор ... и какой-то запиской фальшивой - второй факт ... 336 руб., и 335 руб. и 490 руб. ... ты думал, что никто не догадается»409. В начале 1950-х гг. прокуратура отмечала, что «условия для хищений» создаются тем, что счетоводы делают записи в бухгалтерских книгах «на основании непроверенных документов и слов», нередко бывает «неоприходование денег, полученных в банке по чекам или в других организациях по счетам и переводам, а также неоприходование денег, вырученных от продажи колхозной продукции на рынках, или занижения при отчете цен, по которым эти продукты были проданы; присвоения денег, полученных под отчет, при помощи представления фиктивных документов на закупленные ценности с превышением стоимости последних или представления фиктивных счетов»410 и т.д. Например, в эти же годы в Волоколамском районе Московской области председателем колхоза в д. Федцево А.И. Комиссаровым вместе со счетоводом этого колхоза Безобразовой и ее братом - председателем правления колхоза д. Болвасово была получена ссуда Сельхозбанка в 40 000 руб., предназначенная для нескольких хозяйств, и фактически полностью поделена между собой. В колхозе им. Кагановича Мытищинского района при выписке документов на продажу овощей счетоводом указывались две цены; одна - для продажи, другая - для отчета. Например: «продать огурцы по 9 рублей за кг, а отчитываться по 4 рубля за кг»411. В конце 1950-х гг. бухгалтер 407 См. например: «Доклад прокуратуры ЦЧО в Прокуратуру СССР о борьбе за своевременное и правильное распределение доходов в колхозах» от 20 марта 1934 г. // Трагедия советской деревни. Т. 4. С. 87.
406 Трагедия советской деревни. Т. 4. С. 909.
409 Зензинов В. Встреча с Россией... С. 355.
410Езерская А.Н. О хищениях в колхозах// Следственная практика. 1951. № 8. С. 90.
4,1 Там же. С. 90-94.
296
колхоза «Путь к коммунизму» Полесского района Калининградской области Михайлов и уполномоченный Сельхозбанка Кириллов совместно присваивали ссуды, получаемые бухгалтером на колхоз412.
Возможности счетоводов (бухгалтеров) колхозов в распоряжении собственностью иллюстрируют данные, полученные в ходе обследований Центральночерноземного экономического района в середине 1960-х гг. Выборочным путем было установлено, что из всех осужденных «за хищение» колхозников являлись председателями колхозов 7%, начальниками отделений - 5%, бригадирами, зав. фермами - 7%, зав. базами и складами - 17%, бухгалтерами, счетоводами - 16%413.
Нарастающая роль счетовода в колхозах была показана В. Тендряковым в повести «Кончина» (опубликована в 1968 г.). Счетовод Иван Слегов определял, по сути дела, пути развития колхоза, направления его основных капиталовложений. Вот один из показательных диалогов счетовода с председателем колхоза Лыковым, произошедший еще в начале 1930-х гг.: «Евлампий Лыков потирал ладони: «Излишечки имеем!.. Ты быстро разбросай все что есть по работникам... Да народ на нас молиться будет!» Иван Слегов сидел, слушал - наконец обдал холодом: «С молитв шубу не сошьешь... Твой колхоз в обносках ходит: конюшня из старого овина...». Евлампий поступал по-слеговски, не мог иначе. Иван ощутил свою силу»414. В конце 1930-х гг. с подачи того же Ивана Слегова поток капиталовложений колхоза был направлен на строительство домов для колхозников. «Все в колхозе начинается с его слова», - делал вывод В. Тендряков.
Другая группа менеджеров - бригадиры - была в основном отчуждена от контроля над денежным капиталом. Они контролировали, главным образом, капитал физический (средства производства) и труд колхозников и совхозников в процессе производства. По мнению Э.О. Райта, эта часть менеджеров занимала позиции в самом сердце капиталистических производственных отношений, так как была подчинена капиталу в процессе производства и в то же время господствовала над трудом.
По Уставу сельхозартели 1935 г. бригадир распоряжался всем имуществом, закрепленным за бригадой. За полеводческой бригадой правление колхоза специальным актом закрепляло «весь необходимый ей инвентарь, рабочий скот и хозяйственные постройки», за животноводческой бригадой, кроме того, закреплялся скот (ст. 14). Все закреплен412 Корнилов Н.С. Хищение колхозных денег по сговору с работником банка // Следственная практика. 1959. №. 37. С. 84.
413 Сирота С.И. Преступления против социалистической собственности и борьба с ними. Воронеж, 1968. С. 92.
4,4 Тендряков В. Кончина... С. 60, 64.
297
ное за бригадой имущество находилось в распоряжении бригадира и не могло быть использовано без его ведома или решения правления вне бригады415. В некоторых колхозах эти средства производства находились на «бригадных дворах», например, на Кубани в 1930-е гг. создавались так называемые «бригадные дворы», где стояли телеги, молотилки, бороны, была бригадная конюшня416.
В 1948 г. в постановлении Совета министров СССР еще более определенно говорилось, что «закрепленные за производственной бригадой инвентарь, сельскохозяйственные машины, тягло и транспортные средства находятся в распоряжении бригадира и не могут быть взяты без его ведома или решения правления колхоза»417. Таким образом, формировалась особая роль бригадира в реализации отношений собственности. Нужно отметить, что на рубеже 1940-1950-х гг. была сделана попытка передачи больших полномочий более мелким менеджерам - звеньевым. Основными идеологами этих изменений были А.А. Андреев и секретарь Курского обкома ВКП(б) Доронин. Их идеи были отвергнуты с такой официальной мотивировкой, что разукрупнение бригад и выдвижение на первый план сельхозпроизводства звеньев будет мешать механизации сельского хозяйства418. Однако, в Уставе колхоза 1969 г. велась речь уже о «производственном подразделении колхоза», руководить которым мог, видимо, и бригадир, и звеньевой, что возвышало роль последнего и приближало его потенциал к бригадирскому. Согласно ст. 26 Устава 1969 г. «за производственными подразделениями колхоза закрепляются земельные участки, тракторы, машины и инвентарь, рабочий и продуктивный скот, необходимые постройки и другие средства производства». Деятельность этих производственных подразделений колхоза осуществлялась на основе внутрихозяйственного расчета419. Таким образом, права руководителя подразделения (чаще всего это был все же бригадир) Уставом 1969 г. расширялись. Именно этот Устав 1969 г. во многом фиксировал сложившееся после укрупнения колхозов в 1950-1960-х гг. положение, когда бригадир обладал фактически правами председателя колхоза, хотя и несколько ущемленными (например, не имел права заключать 415 Организация труда в колхозах // Советский юридический словарь / под ред- C. Братусь, Н. Казанцева, С. Кечекьян и проч. М„ 1953.
416 Трушнович А.Р. Воспоминания корниловца...
417 Постановление СМ СССР от 19 апреля 1948 г. «О мерах по улучшению организации, повышению производительности и упорядочению оплаты труда в колхозах» // История колхозного права. Сборник законодательных материалов СССР и РСФСР. 1917-1958. Т. II. С. 310.
418 Против извращений в организации труда в колхозах // Правда. 1950.19 февраля.
419 Примерный Устав колхоза 1969 г. // Решения партии и правительства по сельскому хозяйству (1965-1971 гг.). М., 1971.
298
договоры с МТС, у него не было финансовых рычагов). Тем не менее практически вся полнота власти была у бригадира: как написал В.А. Тендряков о таком бригадире - «Сам себе во князях»420.
Создатели книги о многоукладной аграрной экономике подчеркивают, что в функции бригадира входили не только организация и распределение работ в поле или на ферме, от него зависело также обеспечение колхозников всем необходимым для питания и ведения приусадебного хозяйства421. Наиболее отразившимся в народном фольклоре сюжетом были права бригадира в выделении лошади для колхозников бригады. Без лошади практически невозможным становилось ведение приусадебного хозяйства (вспашка, подвозка дров, сена и др.), нужна была лошадь для поездки на рынок, в больницу и т.д. Бригадир нередко давал ее по своему усмотрению, часто «за вино». Такая практика сложилась уже в 1930-е гг. Например, в 1936 г. в колхозе им. НКВД в Переславском районе Ярославской области «колхознице Расчетно- вой потребовалась лошадь привезти траву для огаты дома ... бригадир Брыкин лошадь разрешил охотно, но предварительно взял пол-литра вина, иначе лошадь получить нельзя»422 423 424. Такая ситуация описывается и в частушках послевоенного времени:
Бригадир, бригадир, Лохматая шапка, Кто пол-литра поднесет - Тому и лошадка*23.
Бригадир у нас веселый, Он всегда с улыбочкой. Если надо лошадей, Приходи с бутылочкой*2*.
Во время социально-психологического обследования, проведенного в 1963-1969 гг. в трех колхозах Орловской области преподавателями и аспирантами Орловского государственного педагогического института, было установлено, что подобная ситуация мало изменилась. Они зафиксировали следующее: «Колхозники всегда чувствовали некую личную зависимость от бригадира, так как он выдает наряды на работу, 420 Тендряков В. Кончина... С. 139.
424 Многоукладная аграрная экономика и российская деревня. С. 36.
422Жабин Н.А. Вырвем с корнем преступное гнездо расхитителей социалистической собственности, пьяниц, рвачей и спекулянтов в колхозе имени НКВД (Даратники) // Победа. 1936. 13 ноября.
423 Заветные частушки: Из собрания А. Д. Волкова. Т. 2. С. 49.
424 Частушки. М., 1990. С. 159.
299
ведает учетом труда, разрешает выезд колхозников на рынок, в необходимых случаях может предоставить автотранспорт»425.
Бригадир располагал возможностями регулирования и отношений собственности в хозяйстве в целом. Например, А.А. Амальрик вспоминал, что в 1960-е гг. он был свидетелем «разговора бригадира с учетчиком, из которого понял, что колхозное начальство все время занижает фактическую выработку, чтоб сэкономить на без того ничтожной заработной плате»426. В 1990-е гг. в ходе сбора сведений по устной истории советской деревни колхозники рассказывали, что по приказу бригадира «некоторые зарывали хлеб... Вот бригадир скажет: «Вот здесь омет будет стоять». А они все между собой были связаны - и бригадир, и колхозники. Но не все, конечно, а такие, которые бригадиру или родня, или собутыльники»427.
Возможности менеджеров, особенно бригадиров, позволяли им вести приусадебное хозяйство в более благоприятных условиях. Данные выборочного обследования, проведенного в сентябре 1972 г., хозяйств колхозников СССР с разным совокупным уровнем дохода показали, что доля поступлений от приусадебного хозяйства наиболее высока в самых низкодоходных группах семей (от 31 до 37% всего дохода) и самых высокодоходных (от 32 до 57% дохода). При этом в высокодоходных группах от пятой части до половины продукции, полученной от личных приусадебных хозяйств, было реализовано, а не потреблено в хозяйстве428.
Место в отношениях собственности других менеджеров было непосредственно связано с их отношением к физическому капиталу колхоза. Например, кладовщики были связаны с распоряжением содержимым колхозных складов и т.д. Весьма типичным поведением в фактической реализации кладовщиками права собственности можно считать следующие сообщения прокуратуры: «Кладовщиком колхоза Новиковым Н.Ф. похищено 24 ц хлеба разных зерновых культур. Кладовщиком Самохиным Т.Т. похищено разного колхозного имущества на 1 тыс. руб.»429. Оба случая произошли в 1936 г. в колхозе им. Фрунзе Пугачевского района Саратовской области. Журнал «Следственная практика» в 1951 г. опубликовал целую подборку статей о наиболее типичных, с точки зрения редакции, преступлениях, связанных с хи425 Коллектив колхозников. Социально-психологическое обследование. М„ 1970. С. 151.
426 АмальрикА.А. Нежеланное путешествие в Сибирь...
427 Поволжье. История семьи Толмачёвых // Голоса крестьян... С. 213.
428 См.: Рабкина Н.Е., Римашевская Н.М. Перспектива изменения степени дифференциации душевых доходов семей колхозников в сравнении с городским населением (промежуточный отчет). М., 1974. С. 5.
429 Трагедия советской деревни. Т. 4. С. 908.
300
щениями в сельском хозяйстве. Так, показательным являлось дело о хищении сторожем-объездчиком зерносовхоза в Ростовской области семенной озимой пшеницы, которой обнаружено было у него дома 71 кг, а кроме того, найдено 53 кг пшеницы, спрятанной в стог соломы на охраняемом им участке430. В другой статье описывался случай в Челябинской области, когда прокурор Бердинского района во время обмолота хлеба на току в колхозе им. Калинина обнаружил, что «зерно, которое выдавал комбайн, не взвешивается. Погрузка зерна на автомашины также производилась без взвешивания». По сведениям заведующего током (и одновременно весовщика) Егорова, на току было 70 центнеров зерна. Однако прокурор предположил, что зерна на току значительно больше. «Учет его велся «на-глаз», а это создавало условия для безнаказанного расхищения колхозного урожая. Была произведена проверка, которая показала, что на току к моменту посещения его прокурором имеется не 70, а 119 центнеров зерна». Из беседы с членами бригады выяснилось, что ток «частенько посещали люди, не имеющие прямого отношения к обработке зерна, причем некоторые, как, например, заведующий фермой колхоза Буксартов, появлялись на току даже ночью». Все это давало прокурору основания предположить, что колхозное зерно расхищается431. Еще в одной статье описывалось задержание «с поличным» - мешком зерна - кладовщицы Борисовой и колхозницы Осиной. Как выяснилось в ходе расследования, «при уборке урожая не был организован учет зерна. Зерно на молотильном току находилось без охраны по 7-10 суток. Перевозилось оно навалом на автомашинах и без веса ссыпалось в кладовую. Приходовалось оно, как показала Борисова, «на совесть». Вследствие сознательного нарушения правил учета зерна были созданы возможности хищения. Было похищено значительное количество зерна»432.
Работа кладовщиком, завхозом, то есть выполняющим распределительные менеджерские функции, считалась в деревне чрезвычайно хлебной, желательной. Бытовала даже частушка:
Я работал до колхоза
У богатых батраком!
А теперь пойду завхозом Или же кладовщиком*33. 110
110 Митричев С.П. Особенности расследования хищений в сельском хозяйстве // Следственная практика. 1951. № 8. С. 4.
Сигал М.Л. Плохой учет способствовал хищению зерна // Следственная практика. 1951. № 8. С. 21-22.
Езерская А.Н. О хищениях в колхозах... С. 99.
Заветные частушки: Из собрания А.Д. Волкова. С. 53.
301
Деревенские жители нередко считали, что продукты, другие материальные ресурсы присваиваются менеджерами по какому-то особому праву. По свидетельству колхозницы из Алтайского края Е.П. Коробец- кой, «лучше всех в колхозе жили председатель, бригадиры и кладовщик. Это было наше начальство, которое не воровало, а “брало”»434. О.С. Калинова из хутора Дамановка Волгоградской области высказывала схожее мнение: «Сейчас которые руководители, те и богатые. Зоотехники, бухгалтера. Они ж в государственных домах живут, и им бесплатно все, считай, обходится. У них если чего и поломалось, так им по дешевой цене все выпишут. А то и сами возьмут. Вот и считай: он вроде бедный, а на деле-то богатый!»435. Иногда сами колхозники считали, что получение мзды - законное право управленцев. Очевидцы колхозной жизни вспоминали: «Вон - Костя Корнеев, завхозом работал в колхозе. Бывало, скажет: «...поедем принимать ферму». Приезжаем, глядим:... недоделки. Он ... говорит мне: «Ну сколько водки возьмем с этих-то, со строителей? За недоделки-то?» Ну дадут ему деньги, мы с ним возьмем водки»436. Н.О. Чечевский из Кемеровской области рассказывал: «Я одно время жил у председателя колхоза. Вот тогда я хорошо питался, не голодал, хотя в деревне голодно было. Председатель отправлял меня на колхозный склад за продуктами. Своих детей не посылал, чтобы «не светиться». Мне кладовщик положит в сани муки, мяса, еще чего-нибудь. Я это привезу домой к председателю. Они всей семьей едят и меня кормят. Потом в колхозе мука закончилась. Тогда председатель стал посылать на мельницу своих ребят. На мельнице был кассовый сбор: за центнер намолоченной муки надо было отдать 5-6 кг. Вот мельник и отдавал им какую-то часть того кассового сбора»437.
Заметной особенностью менеджерской деятельности по освоению собственности был групповой, «клановый» характер действий по овладению ею. Социологи однозначно говорят о наличии в советское время сильных патронат-клиентельных связей и отношений. Проблема клановости (трайбализма), наличия архаичных фамильных, земляческих традиций (в советской терминологии - кумовства) еще мало изучена, хотя ее существование отмечается многими источниками. Так, в газете одного из районов Ярославской области в 1936 г. рассказывалось, как председатель колхоза Рещиков, бригадир Брыкин, завхоз Старостин совместно воруют зерно438. УНКВД по Саратовскому краю 434 http://collectiv. narod. ru/doc70. htm
435 Пищикова E. Любить по-русски. Судьба крестьянки // http://www. rulife. ги/mode/ article/270/
436 Поволжье. История семьи Толмачевых // Голоса крестьян. С. 214.
437 Чечевские//www. hrono. ru/dokum/1929kol/kol028. html
438 Жабин H.A. Вырвем с корнем преступное гнездо...
302
в 1936 г. сообщало, что счетовод «Горбунов занимается постройкой личного двора ... Председатель колхоза, покровительствуя Горбунову, выделил «в помощь» ему для постройки двора колхозников ... Ежемесячно берет себе и выдает счетоводу Горбунову, парторгу Савельеву, учителю Полежаеву по 4 пуд. муки»439. Ш. Фицпартик приводит несколько свидетельств борьбы «деревенских фракций» за ключевые посты в колхозах в 1930-е гг. Для враждующих сторон, по мнению исследовательницы, было важно добиться власти в колхозе и контроля над его имуществом и распределением должностей. «Фракция» добивалась назначения своего ставленника председателем, раздавала своим членам «самые важные и вожделенные посты от бригадира до сторожа». В колхозе «Ленинские дни» Западной области в середине 1930-х гг. боролись за власть «оппозиционные фракции»: Дольничен- ковых, состоявшая из председателя и семерых крестьян, которые занимали административные посты в колхозе, и Журавлевых, возглавляемая колхозным ревизором (она включала трех братьев Журавлевых и еще 7 колхозников)440. Представитель Совета по делам колхозов по Брянской области в 1949 г. отмечал в докладной записке: «Член правления, зав. мельницей Лайков М.Г. является тестем счетоводу колхоза ... а до него работал счетоводом родной брат мельника. Мельник Лайков состоит также в близком родстве с председателем ревизионной комиссии Лагутенко»441. В. Овечкин приводит рассуждения колхозного кузнеца Сухорукова: «Колхоз - дело общественное, тут в одиночку не украдешь, обязательно компания нужна»442. Колхозные частушки чутко реагировали на совместность действий по овладению собственностью:
Бригадир и счетовод Заключили сделку: Воз пшеницы - за бутылку, Себе на опохмелку*43.
Почему на нашей ферме Вдруг не стало молока? Председатель с бригадиром Давно пропили быка444.
439 Трагедия советской деревни. Т. 4. С. 908.
440 Фицпатрик Ш. Сталинские крестьяне: социальная история советской России в 30-е годы: деревня. М., 2001. С. 282-283.
441 Попов В.П. Российская деревня после войны (июнь 1945 - март 1953). М., 1993. С. 53.
442 Овечкин В. Районные будни И Овечкин В. Гости в Стукачах. С. 592.
443 Заветные частушки: Из собрания А.Д. Волкова. Т. 2. С. 51
444 Там же.
303
На колхозном на амбаре Скукарекал петушок: «Бригадир и председатель Утащили ржи мешок!»445
Кладовщик блины печет, Счетовод подмазыват, Председатель водку пьет, Бригадир не сказыват446.
Л.И. Ураков, начальник следственного отдела прокуратуры РСФСР, в начале 1950-х гг. отмечал: «...в колхозах большие группы лиц объединены не только производственным процессом, как это бывает, например, в промышленности, но также родственными и бытовыми связями, складывающимися на протяжении многих лет. Последнее обстоятельство, в ряде случаев, облегчает преступный сговор между отдельными разложившимися, отсталыми элементами, склонными поживиться за счет общественного имущества»447. М.А. Безнин, изучая крестьянский двор 1950-1965 гг., отметил, что нередко именно родственники становятся нарушителями Устава сельхозартели: в колхозе им. Кирова Свердловской области в 1960-е гг. нарушителями землепользования в плане излишков приусадебных участков были председатель колхоза Лазарев, председатель ревкомиссии Алёхин, кладовщик Лазарев, колхозный мерщик Алёхин, председатель сельсовета Лазарев448. Писатель В. Тендряков, описывая колхозное начальство 1950-х гг. в повести «Кончина», отмечал, что основные посты занимали племянники председателя колхоза: «Один заведовал складами - все колхозные запасы под его доглядом, второй руководил самой большой молочной фермой в колхозе ... Всем покровительствовал их знатный родственник Евлампий Лыков»449. Во время социологических опросов, проводимых группой Т. Шанина, деревенские жители отмечали эту особенность деревенской власти: «У нас в деревне живут главный экономист, кладовщик, шофер, который возит председателя колхоза, - это одна семья»450. Современные исследователи зафиксировали существование «теневой» власти на селе, под которой подразумеваются отдельные лица или группы 445 Самиздат века. С 762.
446 Сказки, песни, частушки, присловья Ленинградской области. Л., 1982. С. 387.
447 Ураков Л.И. Практика расследования хищений в колхозах // Следственная прак¬
тика. 1951. № 8. С. 106-107.
449 Безнин М.А. Крестьянский двор в Российском Нечерноземье 1950-1965 гг. С. 99.
449 Тендряков В. Кончина... С. 108.
450 Север. История семьи Крутовых... С. 34.
304
и семейные кланы, которые стоят за спиной официальных должностных лиц и влияют на их решения451.
Клановые связи были очень важным аспектом реализации прав собственности. В условиях существования разделенного права собственности только совместные действия тех, кто контролировал разные аспекты «пучка» прав собственности, могли обеспечивать достаточную полноту контроля над капиталом. При этом нужно отметить, что совместные действия по овладению собственностью были вполне возможными: по мнению Р. Дабина, исследователя взаимоотношений в административной среде, единые интересы сплачивают тех, кто занимается управлением, особенно когда соперничество между собой не слишком выражено, а вероятность внутригрупповых конфликтов сведена к минимуму452.
История сельскохозяйственного менеджмента колхозно-совхозных времен - это история его овладения собственностью, реализации прав управления, пользования, распоряжения ею. Милован Джилас отмечал важную поощрительную роль государства в этом процессе. Он писал, что новый управленческий класс нуждался в уничтожении конкурентов в деревне (других собственников), что и вызвало коллективизацию. Колхозы и МТС были теми органами, через которые множащийся в деревне новый класс подчинил себе крестьянство. После захвата собственности и упрочения своих позиций в деревне новый класс управленцев, по мнению Джиласа, захотел еще большего могущества. Огосударствление колхозов 1950-1960-х гг. ускорило процесс по овладению менеджерами собственностью села, а децентрализация экономики увеличила права «низших» менеджеров в овладении собственностью и распределении продукта453.
Приведем лишь два примера в подтверждение его выводов: касаются они овладения собственностью на землю и концентрации прав собственности в конце 1980-х - 1990-е гг. Согласно бюджетным обследованиям семей колхозников 1989 г. в не самой богатой Вологодской области семьи с наивысшим уровнем доходов имели в 7-10 раз больше денежных накоплений, чем семьи с наименьшим уровнем дохода454. К 2000 г. четыре члена АО «Раздольное» (Волгоградская область) (председатель, заместитель председателя, главный экономист, главный бухгалтер) имели на каждого в среднем около 300 га земли. Еще 451 Многоукладная аграрная экономика и российская деревня. С. 38.
452 Дабин Р. Взаимоотношения людей в административной среде. Нью-Йорк. 1951. С. 165-166 (цит. по: Джипас М. Новый класс. М., 1992. С. 203).
453 Джилас М. Новый класс. М., 1992. С. 216, 222.
454 О доходах и расходах рабочих, служащих и колхозников по группам семей с различным размером среднедушевого совокупного дохода за 1989 г. Вологда, август 1989. С. 74.
305
около 20 руководителей высшего и среднего звена хозяйства имели от 40 до 100 га земли. Около 800 членов АО за это время, наоборот, лишились земельных паев455.
★ * *
Экономическая позиция представителей менеджерской группы, их жизненный уровень были связаны с их растущим участием в распределении доходов и выделением в уровне получения дохода.
Первоначально оплата труда менеджеров очень разнилась в колхозах и совхозах. В совхозах уже в конце 1920-х гг. наблюдается достаточно высокая степень дифференциации заработной платы и «возвышение» менеджеров по этому показателю. В 1928 г. в совхозах СССР (без сахаротреста) помощник управляющего получал 106 руб. в месяц, бухгалтеры - 99 руб., счетоводы - 66 руб., тогда как управляющие - 141 руб. в месяц, трактористы - 43 руб., полевые рабочие - 28 руб. 456
В колхозах менеджеры первоначально оплачивались невысоко. В начале 1930-х гг., когда менеджерство еще только формировалось как социальный класс села, Крайколхозсоюз настаивал на необходимости определения их заработка только в трудоднях. Правление Сев- крайколхозсоюза в 1930 г. на основании этого постановления «категорически» запретило применение тарифной сетки в колхозах и оценку работ в деньгах457. Отдельно оговаривалось, что «руководители отраслей, счетоводы, бригадиры и т.д. (члены колхоза) не должны получать твердой заработной платы, а участвуют в распределении доходов из урожая на основе выработанных трудодней»458.
Тем не менее уже в 1933 г. НКЗ были утверждены нормы выработки, согласно которым «управленческий аппарат колхоза» (правление колхоза, бригадиры, зав. отраслями, организатор работ, учетчик, счетовод) был отнесен к 5-й группе, которая получала в день 1,5 трудодня. Все колхозные управленцы оплачивались трудоднями, кроме счетовода, которому, «как имеющему ответственность», давался ежемесячно оклад в 30 руб., кроме начисления трудодней.
Менеджеры не считали, что их труд оплачивается справедливо. Например, председатель колхоза «Сдвиг» Вологодского района Северного 455 Никулин А. Кубанский колхоз меж холдингом и асьендой: парадоксы советской модернизации южнорусского сельского общества // Рефлексивное крестьяноведе- ние. С. 353.
456 Труд в СССР. Справочник 1926-1930 гг. / под ред. Я.Н. Бинемана. М., 1930. С. 83.
467 ГААО. Ф. 106. Оп. 12. Д. 15. Л. 63.
456 Там же. Л. 109.
306
края В.А. Горячев в выступлении на II Всесоюзном съезде колхозников- ударников в 1935 г. говорил: «Тов. Сталин на 17-м съезде партии сказал, что бригадиры являются знатными людьми в колхозе ... У нас в колхозе «Красный борец», в Чебсарском районе, бригадир получает 12 трудодней в месяц и обижается, что у него мало трудодней. Бригадир колхоза «Сталинец» Сокольского района получает 25 трудодней и не участвует в труде. Получается недоразумение. В нашем колхозе бригадир получает в день 1,25 трудодня ... Делегация Северного края предлагает внести такое предложение, чтобы бригадир участвовал в труде, может, в большем или меньшем количестве»459. На совещании по вопросам оплаты труда, состоявшемся в Наркомземе в 1935 г., председатели колхозов предлагали «наравне с председателем колхоза повысить оплату счетовода, ибо счетовод в данный момент отвечает также за финансовое положение колхоза ... Нужно сделать так, чтобы старшие счетоводы оплачивались, как председатели колхозов»460.
После обсуждения этих проблем, в Примерном Уставе сельхозартели 1935 г. появляется положение о возможности премирования бригадиров и заведующих фермами в больших размерах, чем остальных работников бригад, - в размере до 20% выработанных бригадой трудодней (остальным могло начисляться от 10 до 15% трудодней) (ст. 15).
О том, как оплачивался труд колхозных менеджеров в конце 1930-х гг., дает представление табл. 6.
Таблица 6
Оплата председателей колхозов, счетоводов и бригадиров в трудоднях и в деньгах (1939 г., Вологодская область, Вохомский район)
Название колхоза
Число дворов
Оплата председателя
Оплата счетовода
Оплата бригадира
трудодни
деньги, руб.
трудодни
деньги, руб.
трудодни
деньги, руб.
Им.
Ворошилова
I
56
35
20
30
10
-
-
459 Второй Всесоюзный съезд колхозников-ударников. Стенографический отчет. М.: Сельхозгиз, 1935. С. 213.
460 Трагедия советской деревни. Т. 4. С. 470.
307
Окончание таблицы 6
Название колхоза
Число дворов
Оплата председателя
Оплата счетовода
Оплата бригадира
трудодни
деньги, руб.
трудодни
деньги, руб.
трудодни
деньги, руб.
Нива
Н.св.
45
40
40
40
32 (кроме того, беспл. квартира и 1 л молока в день, как предс. и счетоводам)
-
Дирижабль
21
26
-
24
-
22
-
1 Мая (семено- водч.)
40
30
-
30
50
-
-
Передовик
42
35
-
30
-
30
-
Пионер
125
50
45
45
30
-
-
Политов- ский
63
50
-
-
45 (вольнонаемный)
-
-
Манин- ский
25
35
-
-
75
15
-
Северный полярник
57
37
-
37
-
30
-
Красная Вохма
45
45
-
40
-
35
-
Источник: ВОАНПИ. Ф. 2522. Оп. 2. Д. 183. Л. 12, 13.
Представленные в табл. 6 сведения позволяют заключить, что в иерархии оплаты труда в колхозе на втором месте после председателя стоял счетовод. Он оплачивался в размере приблизительно 80-90% 308
оплаты труда председателя сельхозартели, а в отдельных случаях - одинаково с председателем. Подобная высокая оплата счетовода была и в других местностях. В колхозе «Путь Ильича» Оренбургской области одному из счетоводов в 1936 г. начислялось в месяц 45 трудодней, другому - 52 трудодня461. Ф.И. Терехов, счетовод одного из колхозов Челябинской области, в 1940 г. в письме сообщал: «...я получаю гарантию 50 т-дней и 2 кг зерна и 50 руб. деньгами. Но много про это идет разговора отдельных субъектов и в дальнейшем наверно не буду работать в колхозе. Меня приглашают в рассказовскую МТС инструктором-бухгалтером с оплатой 300 руб. в месяц»462. Бригадиры же получали меньше счетоводов, оплата их велась лишь в трудоднях, хотя в оплате их труда существовали и «привилегии» - бесплатная квартира и молоко. Материалы отдельных хозяйств позволяют представить иерархию в оплате труда остальной части колхозного менеджмента. В колхозе «Лапшинский Большевик» Вологодской области в 1939 г. труд председателя колхоза оплачивался в размере 30 трудодней в месяц, счетовода - 30 трудодней, зав. животноводством - 22 трудодней, кладовщика - 20 трудодней463. В отличие от рядовых колхозников, трудодни менеджерам, как правило, начислялись помесячно. Привилегированность экономического положения менеджеров во многом обуславливалась «политикой» председателя колхоза. Например, в 1936 г. в колхозе им. Кирова Саратовского края председатель колхоза «выделил руководство колхоза и счетный аппарат как особую привилегированную группу, выдав всем работникам управленческого аппарата по 3 кг хлеба и по 1 руб. 50 коп. деньгами, колхозники же получили по 500 г хлеба и 15 коп. деньгами»464.
Выше оплачивался труд тех менеджеров, кто был связан с наиболее передовым капиталом того времени, сосредоточенным в МТС. Уже в 1932 г. была создана система расчетов, согласно которой колхоз и МТС гарантировали им получение определенного минимума денежных и натуральных доходов. Эта система была закреплена в 1933 г. С 1934 г. все расчеты с механизаторами стали производиться непосредственно через МТС, для чего колхозы передавали МТС зерно и деньги в соответствии с количеством трудодней, выработанных трактористами в данном колхозе (но не менее 2 руб. 50 коп. деньгами и 3 кг зерна на трудодень), с 1939 г. гарантированный денежный минимум тракторным бригадирам стал выплачиваться за счет государства465. Бригади461 Трагедия советской деревни. Т. 4. С. 701.
462 Зензинов В. Встреча с Россией... С. 520.
463 ВОАНПИ. Ф. 2522. Оп. 2. Д. 183. Л. 12,13.
,м Трагедия советской деревни. Т. 4. С. 909.
465 История крестьянства СССР. Т. 2. С. 308; Постановление СНК СССР и ЦК ВКП(б) «О порядке начисления натуроплаты за работы МТС по зерновым культурам» // Важнейшие решения по сельскому хозяйству за 1938-1940 годы. С. 169.
309
ры тракторных бригад систематически получали доплату за работу от МТС, а с 1934 г. им было передано право целиком перейти на оплату и содержание МТС4®6. Согласно разъяснению НКЗ от 1937 г. бригадирам тракторных бригад вводилась денежная доплата от дирекции МТС в размере до 90 руб. в месяц466 467. С 1939 г., кроме выплаты денежного гарантированного минимума от МТС и натуральных выдач от колхоза наравне с колхозниками, бригадирам тракторных бригад стали начислять на 30% трудодней больше среднего заработка тракториста бригады. Помимо того, за хорошее качество работы бригадиру тогда же устанавливалась премия - 75 коп. за каждый выработанный трудодень, а также могла выплачиваться и премия за экономию горючего - 10% стоимости сэкономленного в бригаде468.
Учетчикам-заправщикам МТС начислялись трудодни, исходя из среднего количества трудодней, заработанных трактористами бригады, со скидкой в пределах 30% за качество работы по усмотрению бригадира тракторной бригады. Гарантированный минимум оплаты трудодней, установленный постановлением СТО 1933 г. для трактористов, на заправщиков тракторных бригад не распространялся: начисленные заправщикам трудодни оплачивались по стоимости трудодня в колхозе, на полях которого работала тракторная бригада469. С 1939 г. стал действовать новый порядок оплаты учетчиков-заправщиков МТС. Трудодни начислялись колхозом, на полях которого работала тракторная бригада, в размере двух трудодней за рабочий день на человека с распространением на учетчиков-заправщиков гарантийного минимума натуральной оплаты, установленного для трактористов (3 кг за трудодень)470. Таким образом, эта категория сельскохозяйственных менеджеров денежной оплаты от МТС не получала. О материальной стороне жизни семьи учетчика из Ивановской области вспоминала Н.Я. Лебедева: «Мама работала в колхозе на общих работах, папа - учетчиком МТС. Ему за работу платили не трудодни, как в колхозе, а натуроплатой, то есть зерном. Поэтому до войны мы были сыты. Труд- 466 История крестьянства СССР. Т. 2. С. 308.
467 Трагедия советской деревни. Коллективизация и раскулачивание. Документы и материалы. 1927-1939. Т. 5.1937-1939. Кн. 1. 1937. М„ 2004. С. 100-101.
4“ Постановление СНК СССР и ЦК ВКП(б) от 8 марта 1939 г. «О нормах выработки и оплате труда трактористов в машинно-тракторных станциях» // История колхозного права. Сборник законодательных материалов СССР и РСФСР 1917-1958 г. М„ 1958. Т.П. С. 103.
469 Трагедия советской деревни. Коллективизация и раскулачивание. Документы и материалы. 1927-1939. T. 5.1937-1939. Кн. 1. 1937. С. 100-101.
470 Постановление СНК СССР и ЦК ВКП(б) «О нормах выработки и оплате труда трактористов в машинно-тракторных станциях» II Важнейшие решения по сельскому хозяйству за 1938-1940 годы. М„ 1940. С. 173.
310
пости были лишь в том, что государству надо было сдавать молоко, яйца, мясо, шерсть ... Имели свой огород и усадьбу в 50 соток. Сажали картошку и накашивали сена для скотины»471.
В менеджерском клане села приветствовался образ зажиточного колхозного управленца. Например, на совещании передовиков животноводства в 1936 г. бригадир А.Ф. Любавшин из Воронежской области докладывал собравшимся: «Я теперь живу вполне зажиточно ... Я ... заработал 760 трудодней. Хлеба моя семья получила на эти трудодни в 1935 г. 350 пудов ... Кроме хлеба я получил 12 пудов растительного масла ... Получил также 4 пуда меда и 19 фунтов шерсти. В личном пользовании имею две взрослых свиньи ... Имею два велосипеда ... Вся семья хорошо одета. У каждого есть зимнее, летнее и осеннее пальто и несколько пар валенок»472. Бригадир тракторной бригады Мо- жарской МТС (Московская область) И.И. Бортаковский рассказывал: «Заработали мы много в 1936 году. Я, бригадир, получил 6 тысяч рублей деньгами и 6,5 тонны зерна»473.
Зажиточность менеджеров отмечалась деревенскими жителями. Например, Федор Кузькин, герой повести Б. Можаева «Живой», рассуждал в середине 1950-х гг.: «Чудно теперь платят. Раньше хоть поровну всем давали на трудодень ... А теперь бригадиру - оклад больше тысячи, учетчикам да заведующим всяким опять деньги дают, а которые в поле ходят ... этим шиш»474. Отмечалась зажиточность сельскохозяйственных менеджеров и в частушках 1930-1950-х гг.:
Хорошо в того влюбляться, Кто зажиточно живет. Но они давно женаты - Пред, парторг и счетовод^15.
В 1948 г. была унифицирована оплата труда бригадиров в трудоднях в зависимости от обрабатываемой бригадой площади или поголовья скота: от 30 до 50 трудодней - бригадирам огородных бригад; 45-50 трудодней - бригадирам садоводческих бригад; от 40 до 50 трудодней - заведующим фермами колхоза. Кроме того, бригадирам на- шачались стажевые (5-15% ежемесячно начисляемых трудодней) и премии - 1 % от начисленного в течение года по основной оплате. Тогда
' 1 Лебедева Н.Я. Учиться было некогда И Ковровская газета. 2009.11 июня.
' Совещание передовиков животноводства с руководителями партии и правитель- | та. Стенографический отчет. Партиздат ЦК ВКП(б), 1936. С. 146.
Трактористы-двухтысячники. С. 51.
' ' Можаев Б. Живой // Можаев Б. Собрание сочинений... T. 3. С. 9.
1" Заветные частушки: Из собрания А.Д. Волкова. Т. 2. С. 52. 311
же было рекомендовано колхозам оплачивать работу счетовода (бухгалтера) в размере от 60 до 80% трудодней и денежной оплаты, начисляемой председателю колхоза. Также счетоводу назначались премии - до 50% получаемой председателем колхоза и стажевые надбавки - от 5 до 15% трудодней от установленной оплаты в трудоднях476. Следовательно, начало послевоенного периода ознаменовалось оформлением некоего «госстандарта» оплаты большей части колхозных менеджеров, их оплата стала регулироваться, в том числе и на государственном уровне.
В начале 1950-х гг. были приняты новые государственные решения об уровне оплаты в совхозах и МТС. В МТС после выхода приказа МСХ СССР (1951 г.) дифференциация должностных окладов работников была следующей: директор МТС получал от 980 до 1600 руб. в месяц, зам. директора - от 1200 до 1500 руб. (он обязательно был специалистом), инженер-механик - от 900 до 1100 руб., заведующий не- фтехозяйством - 550-650 руб. в месяц, кладовщик - 335 руб., главный бухгалтер - 850-1000 руб. в месяц477.
В совхозах, согласно решениям 1954 г., в зависимости от системы оплаты труда бригадиры тракторно-полеводческих бригад получали от 18 до 20 руб. за выполнение дневной сменной нормы, трактористы - от 13 до 18 руб., учетчики-заправщики - от 10 до 13 руб. За общее руководство тракторно-полеводческой бригадой бригадиру совхоза доплачивалось 150 руб. в месяц, существовали и стажевые надбавки (от 3 до 15% заработка). Для сравнения стоит отметить, что директор совхоза (практик) получал, согласно решениям 1954 г., от 950 до 1100 руб. в месяц. По итогам годового объема работ бригадиру выплачивалась премия -1125 руб.478
Во второй половине 1950 - начале 1960-х гг. системы оплаты труда колхозных и совхозных менеджеров сближаются. В 1957 г. был введен новый порядок оплаты труда и премирования руководителей и специалистов совхозов. Теперь их зарплата зависела от объема производства и сдачи товарной продукции государству. Премии выплачивались за каждый процент перевыполнения совхозом годового плана сдачи государству продукции, а отделением и фермой - плана производства 476 Постановление СМ СССР от 19 апреля 1940 г. «О мерах по улучшению организации, повышению производительности и упорядочению оплаты труда в колхозах» // История колхозного права. Сборник законодательных материалов СССР и РСФСР 1917-1958 гг. Т. II. С. 316-317.
477 Сборник постановлений о заработной плате рабочих и служащих сельского хозяйства. Оплата труда в МТС и спецстанциях. М., 1954. С. 148-149.
478 Постановление СМ СССР и ЦК КПСС 6 марта 1954 г. № 373 «О заработной плате работников совхозов и конных заводов системы Министерства совхозов СССР» // http://economics. kiev. ua/download/ Zakony SSSR /data04/tex16284. htm
312
продукции, а также за получение сверхплановых прибылей479. Колхозам также рекомендовалось устанавливать оплату труда «руководящих должностных лиц» в зависимости от результатов хозяйственной деятельности колхоза, его отдельных бригад, ферм и т.д. Министерство сельского хозяйства, как правило, высказывало рекомендации по отплате труда должностных лиц колхоза. При этом рекомендовалось имеющим среднее или высшее сельскохозяйственное образование менеджерам (бригадирам, заведующим фермами) повышать оплату на 10-20%. В начале 1960-х гг. менеджерам предусматривалась денежная часть оплаты труда. Она должна была составлять, например: бригадирам - 20-25% оплаты, остальная часть начислялась в трудоднях и выплачивалась одновременно с оплатой трудодней колхозникам480.
Во второй половине 1960-х гг. оплата труда колхозных и совхозных менеджеров была унифицирована. С 1965 г. должностные оклады совхозных менеджеров составляли в высшей по доходам группе совхозов: у директора - 270-300 руб. (в низшей по доходам - 140 руб.), зав. ремонтной мастерской - 160-180 руб. (100 руб.), главного бухгалтера - 170-180 руб. (100 руб.), управляющего отделением, фермой - 180 руб. (в низшей - 90 руб.). Должностные оклады выплачивались полностью ежемесячно, кроме того, 0,3% годового должностного оклада ежемесячно выплачивалось за каждый процент перевыполнения годового плана реализации сельхозпродукции, выплачивались и премии.
«Руководящим работникам колхозов» Министерство сельского хозяйства с 1965 г. рекомендовало устанавливать оплату на уровне должностных окладов в совхозах. Им также выплачивались премии за перевыполнение годового плана реализации сельхозпродукции, устанавливались стажевые надбавки, другие премии. Бригадирам, например, выплачивались премии за снижение затрат на производство сельхозпродукции по бригаде в размере 5% суммы экономии. Премия за экономию выплачивалась и другим колхозным менеджерам481. Интересно, что селяне испытывали некую обиду в процессе распределения премий. Например, в ходе социологического обследования 1963- 1969 гг. в Орловской области было установлено, что «материалы о премировании говорят о том, что, как правило, награждаются механиза-
Экономика социалистических сельскохозяйственных предприятий. М„ 1956. С. 341-343.
740 вопросов и ответов... С. 265-266.
О штатных нормативах руководящих работников, специалистов и служащих, занятых в основной деятельности совхозов, конных и племенных заводов, птицефабрик и плодопитомников системы Министерства производства и заготовок сельскохозяйственных продуктов РСФСР; Положение об оплате труда руководящих работников и специалистов колхозов области // Сборник нормативов по организации и оплате труда в совхозах и колхозах. Вологда, 1966. С. 137-144.
313
торы, управленческий аппарат и специалисты сельского хозяйства и очень мало растениеводы, работающие по наряду ... Колхозники считают такое предпочтение им в награждении несправедливым»4®2.
Интересно сопоставить уровень оплаты менеджеров колхозов РСФСР с уровнем оплаты других работников в 1966 г. (табл. 7).
Таблица 7
Выделено в оплату труда денег и продуктов (в оценке по государственным розничным ценам, в среднем за месяц) в колхозах РСФСР в 1966 г.
В РСФСР
(руб.)
Уровень оплаты по сравнению со всеми работниками, занятыми на постоянных должностях (в разах)
Все работники, занятые на постоянных должностях
79
1
Председатели колхозов
224
2,84
Главные (старшие) бухгалтеры
155
1,96
Бригадиры производственных бригад в растениеводстве
103
1,30
Зав. (бригадиры) животноводческими фермами
95
1,20
Учетчики-заправщики
76
0,96
Составлено и рассчитано по: Оплата труда в совхозах и колхозах. М., 1968. С. 46, 47,49.
В Вологодской области уровень дифференциации в 1965 г. был выше. По оплате одного человеко-дня: председатель колхоза получал в 3,5 раза больше, чем в среднем по хозяйству; главный бухгалтер - в 2 раза; зав. складами, кладовщики - 0,6 от средней оплаты по хозяйству; бригадиры производственных бригад - 1,2; зав. животноводством - 0,9; зав. мастерскими - 1,3; учетчики-заправщики - 0.85482 483. О еще бо- 482 Коллектив колхозников. Социально-психологическое обследование. С. 121.
483 Рассчитано по: ВОАНПИ. Ф. 9746. Оп. 1. Д. 141. Л. 20.
314
nee высокой дифференциации в оплате труда пишет Т.И. Заславская. 11о приводимым ею данным, в колхозах Ельнинского и Починковско- к> районов Смоленской области в 1961 г. разница в оплате доходила до 8,6 раза, в Белгородской области - до 8,4 раза, в Горьковской - до 22 и более раз484. Исследователи отмечают, что во второй половине 1960-х - начале 1970-х гг. из всех категорий колхозников наиболее быстрый рост оплаты труда наблюдался именно у руководителей средне- 1о звена. Так, если у председателей колхозов СССР, их заместителей, старших специалистов оплата труда выросла с 1965 по 1971 г. на 118%, ю у счетно-учетного персонала - на 126%, у руководителей подразде- пений - на 133%485.
Следовательно, разница в оплате труда менеджеров и других ка- югорий работников была значительной и создавала некоторые основы для материальной дифференциации. В выплатах для менеджеров существовали и другие серьезные особенности. С середины 1950-х гг. зарплаты были «привязаны» к результатам деятельности хозяйства и нацелены на поощрение успешной менеджерской деятельности - по этому принципу складывалась система премиальных выплат. В системе менеджерских зарплат при отсутствии серьезной дифференциации все же существовало неравенство. Наиболее высокой была оплата главных (старших) бухгалтеров. В этом, видимо, сказывалась их близость к наиболее серьезным процессам в сфере капитализации села. Повышался и уровень оплаты «руководителей подразделений» - бригадиров, заведующих фермами - тем больше, чем выше были уровень их образования и возможности соединить труд и интеллектуальный капитал.
В начале 1980-х гг. уровень оплаты совхозных менеджеров изменился мало, но произошли любопытные перемены: вслед за директором по оплате труда следовал главный бухгалтер, он получал 190- 210 руб. в месяц в высокодоходной группе совхозов (в низшей по доходам группе - 120-130 руб.), следующим по уровню оплаты был управляющий отделением, фермой - 190-200 руб. (130-150 руб.), затем - зав. ремонтной мастерской - 155-165 руб. (130-150 руб.), зам. директора по хозяйственной части - 130-150 руб. (120-130 руб.). Кладовщик совхоза получал 75-80 руб. в месяц486. Следовательно, постепенно падал уровень зарплат менеджеров, связанных с техникой и материальным снабжением.
'14 Заславская Т.И. Распределение по труду в колхозах. М., 1966. С. 105.
Суслов И.Ф. Экономические интересы и социальное развитие колхозного крестьянства. М., 1973. С. 208.
Типовое положение об оплате труда руководящих работников, специалистов, служащих совхозов и других государственных сельхозпредприятий, утвержденное Постановлением Госкомтруда СССР и Президиума ВЦСПС от 8 мая 1981 г. № 135/П-4 // http://ussr. consultant. ru/doc11552. html
315
Бухгалтеры оставались наиболее высокооплачиваемой категорией менеджеров и в колхозах. Например, в 1985 г. в Вологодской области главный бухгалтер колхоза получал за один человеко-день в 1,8 раза больше, чем самая низкооплачиваемая категория - занятые на конных и ручных работах; бригадир в растениеводстве - в 1,2 раза больше, зав. животноводством - в 1,3 раза больше487.
Еще одна часть материальной обеспеченности сельскохозяйственного населения была связана с личным приусадебным хозяйством. Колхозные менеджеры, являясь членами колхоза, имели приусадебный участок. Совхозные менеджеры получили возможность иметь огород в 1933 г. (до 0,25 га), как и другие совхозники, а в 1938 г. - держать одну корову и теленка или козу и одну свинью. Рабочий скот им держать запрещалось. В 1940 г. разрешенный размер приусадебного участка совхозных рабочих и служащих уменьшился и не мог быть более 15 соток, в 1947 г. он был увеличен до 0,5 га488.
Рассмотрим, как отражалось ведение приусадебного хозяйства на доходах сельскохозяйственных менеджеров в материалах бюджетных обследований колхозников Вологодской области за 1989 г. Группировка в этих бюджетах дается по 8 доходным группам, колхозные менеджеры в основном попадали в группы с доходом «выше среднего» (с 6 по 8) от 150 руб. среднедушевого дохода в месяц и выше. Видимая из бюджетов специфика показывает, что эти доходные группы формировали за счет доходов от личного приусадебного хозяйства значительно большую, чем остальные, долю доходов. Так, если средний показатель доходов от личного приусадебного хозяйства составлял 15,6% всего дохода, то в 6-й группе - 13%, в седьмой - 19%, в восьмой - 23%. При этом и размер приусадебного хозяйства в группах с наивысшими доходами был более велик. Если в среднем на 100 семей колхозников Вологодской области размер приусадебного участка составлял 2161,7 сотки, то в 6-й группе - 2074,8; в 7-й - 2431,7; в 8-й - 2735,4 сотки. Значительно больший земельный фонд у высокодоходных семей был занят под огород, они держали больше скота489.
Рассматривая ситуацию с ведением личного приусадебного хозяйства, исследователи приходят к выводу, что большие возможности для 487 Рассчитано по: Гулин К.А. Материальное положение колхозного крестьянства на Европейском Севере России в 1965-1985 гг. дисс.... к. и. н. Вологда, 1999. С. 51.
488 СЗ СССР. 1933. № 74. Ст. 453; 1938. № 45. Ст. 268; Решения партии и правительства по хозяйственным вопросам. Т. 2. М., 1967. С. 719; Важнейшие решения по сельскому хозяйству за 1938-1940 годы. С. 226; Аксененок Г.А. Правовое положение совхозов в СССР. С. 169.
489 О доходах и расходах рабочих, служащих и колхозников по группам семей с различным размером среднедушевого совокупного дохода за 1989 г. Вологда, август 1989. С. 55, 56, 86.
316
• но ведения имели «представители административно-управленческого аппарата колхоза», это было связано с использованием в личном хо- ыйстве машин и орудий труда колхоза, колхозных кормов, семян, удобрений490. Ярко об этом написал В. Овечкин: «Что бы ни выросло на полях, восемь ли центнеров зерна, четыре ли центнера, - для членов правления, бухгалтера и председателя ревизионной комиссии хватало tex «фондов», что оставалось после хлебосдачи в амбарах и кладовых. ... Когда на фермах падал скот от бескормицы, и колхозникам для их коров не выдали ни клочка соломы, у председателя и у правленцев во дворах стояли стога наилучшего клеверного сена»491.
'“'Гулин К. А. Материальное положение колхозного крестьянства... С. 80. '" Овечкин В. Районные будни И Овечкин В. Гости в Стукачах. С. 396.
317
§ 4. Место в общественных отношениях, самосознание
Сельскохозяйственные менеджеры, хотя и чувствовали свое особое положение в деревенском производстве, все же, в целом, отождествляли себя с основной массой трудящихся - колхозниками, совхозными рабочими. Этому способствовало то, что они, как правило, были из «своих, деревенских». А.П. Крутов, колхозник д. Никольщина Вологодской области, во время опроса, проводимого группой Т. Шанина, говорил: «Если можно отнести меня к бывшим представителям власти, работа кладовщиком и бригадиром - то об отношении ко мне нужно спросить у других людей ... Я не считал и не считаю себя представителем власти. За время работы бригадиром ни на кого не писал ни одной докладной, все конфликты улаживал сам»492.
Важной отличительной чертой сельскохозяйственных менеджеров, прежде всего бригадиров и звеньевых, было стремление к «передовому поведению», лучшему выполнению трудовых операций, демонстрации личного примера. Лучшие бригадиры были «лютыми» на работу. Один из таких бригадиров, И.А. Зайбель, вспоминал о своей работе в 1960-1970-е гг.: «Иной раз ... думаю: зачем себя не жалел и людей не жалел? Если что-то надо было сделать, могу стоять, пока не доведу до конца задуманное. Бывало, покос, жара ... Сидишь в ходке, пот ручьем. Я бы мог, как бригадир, укрыться где-нибудь в холодке. Но ведь и трактористу не легче, почему же я должен создавать себе иные условия»493. Такие бригадиры, звеньевые уважались и в народной молве, о них существует множество частушек:
Если есть у бригадира Практика и знание, Значит этот бригадир Оправдывает звание.
Я Петрова, бригадира, Стала больше уважать: Он меня на новой жнейке Научил пшеницу жать494.
Оторвись, провались,
Друг с придиркою!
492 Север. История семьи Крутовых // Голоса крестьян... С. 34.
493 Скорлупин И. Бригадир, который любит землю // Петропавловская районная массовая газета. 2008.13 июня.
494 Частушки / сост. С.В. Викулов...
318
Я в колхозе теперь Бригадиркою!
Я в колхозе звеньевая:
Боевая, смелая;
Ловко я плясать умею И в работе первая.
Как за тракторным рулем
Сидит девка королем. На словах задириста, Больно бригадириста!
Я в колхозе бригадирша, Сердце, ой, волнуется! Моя первая бригада С третьей соревнуется*95.
Такой бригадир чувствовал себя отцом большой семьи, который должен воспитывать, наказывать и поощрять. О подобном поведении бригадиров также сообщают разнообразные источники. Например, колхозный бригадир Сорокин с Алтая в 2007 г. вспоминал: «А с дисциплиной как? - Это первая забота бригадира ... Тут уж так: одного похвалить надо, другому скажи только «надо», - он горы свернет, а фетьего приходилось хорошо словом строгануть - тогда и у него все ладом шло. Народ-то ведь разный, да с характером. С этим бороться бесполезно, а учитывать надо»486. Писатель Г. Радов в 1960-е гг. описывал ставропольского бригадира И.И. Дыкало, который «ладил с влюбленными в него - справедливого бригадира - пожилыми женщинами и с трактористами, порой пошумливал на них, а если год выдавался трудный, подбадривал, сохраняя, как сам он выражался, ’’высокий моральный дух”»497. Писатель Ю. Черниченко, описывая бригадира 1970-х гг. М.И. Клепикова из кубанского колхоза, поясняет, что он «главный в бригаде, воспитатель, хозяин»498.
В то же время деревенские жители четко улавливали границу, отделявшую рядового труженика от пусть «маленького», но начальника.
Колхозные частушки 20-30-х годов // http://www. biografia. ru/cgi-bin/quotes. I>l?oaction=show&name=chast07
Астапов А. Бригадир Сорокин и сейчас собирает урожаи // Алтайская правда. 2007. 28 сентября.
Радов Г. Биография одной строчки II Радов Г. Кого люблю... С. 31.
Черниченко Ю. Бригадир // Черниченко Ю. Русский чернозем. М., 1978. С. 44.
319
Это проявлялось как во внешнем облике, так и во множестве других мельчайших примет, не ускользавших от внимания придирчивых односельчан. Колхозник Федор Кузькин из повести Б. Можаева размышлял об этом в середине 1950-х гг., сравнивая «транспортную обеспеченность» члена райисполкома, бригадира колхоза и свою собственную: «У Гузенкова своя машина, у Пашки лошадь и мотоциклет, а у колхозника - шагалки»499. Одна из частушек колхозного времени говорит о подобном достаточно образно:
Председатель - на машине, Бригадир - на лошади, А колхозница с мешком Ухайдохает пешком500.
Представители менеджерского слоя поддерживали имидж своего более высокого социального статуса, пусть и проявлявшегося в небольших повседневных чертах. Так, в 1940 г. К. Рычагов из села М. Те- зикова Пензенской области написал брату: «Сейчас я работаю табельщиком в колхозе и кассиром ... и провожу молодую жизнь весело, хожу чисто, как профессор, гуляю с учительницами»501.
Постепенно менялся и внешний облик колхозных менеджеров, хотя и в разной степени. Вот какое описание бригадира колхоза дает В. Овечкин в рассказе «Гости в Стукачах» (1940 г.): «На нем грязная ватная стеганка, под ней пиджак засаленный и рваный, рубаха не убранная в штаны, все это нараспашку, без пуговиц. На голове кепка из телячьей шкурки, местами совершенно облысевшая, с надломанным, отвисшим книзу козырьком»502. Однако портрет бригадира середины 1950-х гг. резко отличается от довоенного. «На нем были хромовые сапожки и белая рубашка с отложным воротником», - описывает бригадира Воронина Б. Можаев503. Интересна сравнительная характеристика внешнего вида представителей менеджерского класса села. А.Я. Яшин в рассказе «Рычаги» (середина 1950-х гг.) представляет бригадира полеводческой бригады Ивана Коноплева как человека «средних лет, но уже с сединой ... Он курил беспрерывно ... видны были его большие толстые ногти и под ногтями - земля, не грязь, а земля ... Слыл он мужиком справедливым, но злым, говорил редко, но едко. На резкие слова его обычно никто не обижался, видимо, люди не чувствовали его 499 Можаев Б. Живой // Можаев Б. Собрание сочинений... Т. 3. С. 52.
590 Самиздат века... С 762.
501 Зензинов В. Встреча с Россией... С. 454.
502 Овечкин В. Гости в Стукачах // Овечкин В. Гости в Стукачах. С. 67,
503 Можаев Б. Живой II Можаев Б. Собрание сочинений... Т. 3. С. 83.
320
нелюбви к себе». По-иному выглядел молодой колхозный кладовщик Щукин, «в одежде которого замечалась уже городская школа: на нем Пыла рубашка с галстуком, из нагрудного кармана пиджака торчала ншоручка и расческа»504. Бригадир из повести Б. Можаева «Полюшко- поле» (начало 1960-х гг.) описан так: «Невысокий, в темном топырившимся брезентовом плаще, в низко нахлобученной кепке, небритый, пось замуравевший черной щетиной до глаз». И в то же время заведу- н>щий овцефермой Круглов «был одет, как ему казалось, по новейшей моде. Толстый рыжий пиджак, зеленый пуловер, клетчатая рубашка и синий галстук»505. Наверное, такое описание разных категорий менеджеров литераторы дали не случайно, а пытаясь создать образное представление об эволюции, в том числе, и внешнего облика колхозных управленцев.
Таким образом, статусное положение менеджера выглядело как «срединное» между «высшим» колхозным руководством и рядовыми колхозниками. В народном фольклоре подчиненность менеджеров «начальству» видна достаточно явно: бригадир, счетовод всегда стоят ни более низкой ступени иерархии:
Купим козу для колхоза, Бригадир будет доить. Председателя колхоза Молоком будем поить506.
Председатель спит на стуле, Счетовод дела ведет.
Бригадир пришел с бутылкой, Председателя зовет507.
Председателю - рога, Бригадиру - гривка, Счетоводу - длинный хвост - Да не обманывай, прохвост506.
Государственная власть считала сельскохозяйственных менеджеров, особенно бригадиров, одной из опорных точек в вертикали
Яшин А. Рычаги // Дорогой ценой... Писатели о русском крестьянстве середины XX века. М„ 1989. С. 301, 302.
■ Можаев Б. Полюшко-поле // Можаев Б. Собрание сочинений... Т. 1. М., 1989. <: 190,197.
Частушки. М., 1987. С. 160.
Частушки в записях советского времени. М.; Л., 1965. С. 89.
Деревенская частушка XX века. СПб., 2006. С. 219.
321
взаимоотношений с колхозами и совхозами. Первоначально взаимо- действие осуществлялось не столько по политической, сколько по «представительской» линии. Уровень партийности сельскохозяйственных менеджеров в 1930-е гг. был невысок. В 1938 г. в РСФСР лишь 2% бухгалтеров и счетоводов были членами ВКП(б), 16% - членами ВЛКСМ; 2% бригадиров-растениеводов состояли в партии, 4% - в комсомоле; 2% бригадиров-животноводов имели партбилет и 5% - комсомольский; 4% зав. МТФ были членами ВКП(б) и такая же доля - членами ВЛКСМ508. Но именно менеджерская категория составляла костяк различных совещаний представителей села с руководителями партии и правительства. Например, на I Всесоюзном съезде колхозников (1933 г.) из 1513 делегатов было 433 бригадира (29%)509 510, на II Всесоюзном съезде колхозников-ударников (1935 г.) из 1436 делегатов 419 были бригадирами, 61 - заведующими фермами, 3 - завхозами, 3 - кладовщиками, 3 - счетоводами511. Таким образом, треть всех делегатов была представлена сельскохозяйственными менеджерами.
В послевоенный период власть активно начинает взаимодействовать с менеджерами через политический канал - прежде всего, повышая уровень их членства в КПСС. В. Овечкин, описывая колхоз «Борьба» 1950-х гг., отмечал; «Из двенадцати коммунистов в «Борьбе» настоящих колхозников было меньше половины. Остальные все состояли «при должности»: кто весовщиком, кто заготовителем в сельпо, кто финагентом»512. Например, в 1958 г. в Вологодской области уже 58% бригадиров и звеньевых комплексных бригад были членами КПСС, в 1959 г. - 65%513. При проведении социологического обследования колхозной молодежи (до 30 лет) разных регионов СССР в 1969 г. было зафиксировано, что если в среднем членов КПСС среди молодежи - 10%, то среди бригадиров тракторных бригад - 30%, бригадиров полеводческих бригад - 44%, бригадиров животноводческих бригад - 16%, среди зав. животноводческими фермами - 28%514.
Общение менеджеров внутри деревенского сообщества складывалось по принципу «между своими». А. Яшин в рассказе «Рыча- 509 Колхозы в 1938 г. (по годовым отчетам). Ч. IV. Баланс и кадры. С. 102,103,114, 115,126,127,130,131.
510 История крестьянства СССР. Т. 2. С. 279.
511 Трагедия советской деревни: Коллективизация и раскулачивание. Документы и материалы. В 5 т. 1927-1939. Т. 4. 1934-1936. С. 390.
5,2 Овечкин В. Районные будни. С. 398.
513 Рассчитано по: Вологодская областная организация КПСС в цифрах. 1937-1980. Архангельск, 1981. С. 61; Сводные годовые отчеты колхозов Вологодской области за 1958 и 1959 гг.
514 Социальный облик колхозной молодежи по материалам социологических обследований 1938 и 1969 гг. М., 1976. С. 197.
322
Iи» (впервые опубликован в 1956 г.) описывает партийное собрание и колхозе, где присутствовали пять человек - председатель колхоза, пригадир-полевод, кладовщик, животновод и учительница. Канва рас- < кнза состоит в описании поведения четверых колхозных партийцев до прихода учительницы. Когда они были одни и «сидели долго, разговаривали неторопливо - обо всем понемногу и доверительно, без всяких оглядок, как старые добрые товарищи». А речь они вели о работе первого секретаря райкома, принципах планирования колхозного производства, особенностях работы с рядовыми колхозниками и т.д. Но как только появились «посторонние» - вся доверительность тут же испарилась. В свой узкий круг эти люди никого не допускали. На самом же партийном собрании полностью был соблюден партийно-политический ритуал, только что критикуемый ими же, - «казенщина, бюрократизм, буквоедство в делах и в речах». Сравнение же А. Яшиным колхозных менеджеров с «рычагами» кажется очень удачной метафорой, харак- юризующей роль сельскохозяйственных менеджеров в общественно- политической, да и экономической жизни деревни.
Еще один путь формирования групповой идентичности менеджеров прослеживается через внутридеревенское общение. Например, Ф.А. Абрамов в повести «Пелагея» о жизни северной деревни России 1960-х - начала 1970-х гг. один из сюжетов посвятил описанию посещения гостей героиней повести пекарихой Пелагеей и ее мужем, бывшим бригадиром колхоза. В гостях перво-наперво собрались «головки: председатель сельсовета да председатель колхоза ... председатель сельпо с бухгалтером ... начальник лесопункта... народ помельче: пилорама, машина грузовая, Антоха-конюх, но без них, без шаромыг, шагу не ступишь»515. О гостевании в те же 1960-е гг. писал Б. Можаев: «Вечером в большой перегороженной на две половины избе председа- 1еля Волгина собрались почти все правленцы. Среди гостей выделялся солидностью и степенством круглолицый завхоз Семаков ... Возле молоденькой светловолосой агрономши Нади увивался заведующий овцефермой Круглов»515.
Таким образом, сельскохозяйственные менеджеры осознавали свою идентичность, культивировали ее формальным и неформальным образом: через внешний вид, социальные сети взаимоотношений, определенную закрытость группового общения и т.д. В групповой иерархии сельскохозяйственных жителей они занимали подчиненную в отношении высшего деревенского класса (протобуржуазии) иерархическую позицию, являясь своеобразными «рычагами» в капитализации деревни. Поэтому не случайными были заметные преференции почти
'‘Абрамов Ф. Пелагея и Алька. Сев.-Зап. кн. изд-во, 1975. С. 338.
,,,ь Можаев Б. Полюшко-поле // Можаев Б. Собрание сочинений... Т. 1. С. 196. 323
всех уровней государственной власти, предоставляемые менеджерскому классу: сельскохозяйственные менеджеры гораздо более часто, чем представители других классов деревни, становились членами правящей политической партии, участниками политических и хозяйственных совещаний и съездов, пропагандируемой матрицей для трудовой и бытовой деревенской повседневности. Сила их влияния на другие сельскохозяйственные классы состояла, с одной стороны, в отождествлении себя с деревенским сообществом, всю подноготную которого менеджеры знали, являясь выходцами из деревни, а с другой - в приобретенных с опытом управленческих манипуляциях, применение которых опять же совпадало с деревенским пониманием «приемлемого» способа принуждения к труду, учета и контроля.
* *
★
Новой российской сельской протобуржуазии (председателям колхозов, директорам совхозов и МТС), занимавшей скромное место внизу пирамиды собственников, не под силу было в одиночку справиться с грандиозной задачей разрушения многовековых крестьянских устоев деревенской жизни, создания новой капитализированной экономики. Основным ее помощником, «рычагом» в деле осуществления социально-экономического переустройства села стал значительно более многочисленный социальный класс менеджеров. Именно он, после разрушения основ организации труда, базировавшихся на принципах семейной кооперации, смог обеспечить контроль над финансовыми, материальными и трудовыми ресурсами деревни. Именно он стал непосредственным организатором раскрестьянивания, функционирования системы повинностей, колхозно-совхозной производственной жизни. Позже именно менеджеры обеспечили дрейф от «полуфеодально»-повинностной к госкапиталистической социально- экономической модели.
В течение 1930-1980-х гг. численность сельскохозяйственных менеджеров сокращалась, что свидетельствовало о консолидации этого социального класса, его профессионализации. Менялись пропорции между группами внутри него, отражавшие, прежде всего, рост значения материальных и финансовых факторов капитализировавшейся 324
«кономики. За 60-летие серьезно изменились источники пополнения класса: от преобладания «близких» власти разрушителей индивидуализированной крестьянской жизни в 1930-е гг. до востребованности подготовленных в технологическом и управленческом отношениях кадров.
Бригадиры, бухгалтеры, зав. мастерскими и фермами и т.п. были не юлько управленцами колхозно-совхозного производства, но и особым социальным классом с существенными чертами, отличавшими их от других социальных групп аграрной подсистемы. Изучение правового и экономического положения показало, что менеджеры явно отличались и этом плане от других классов деревни. Они в значительной степени распоряжались средствами производства и продуктами труда сельхозпредприятий, были представлены в вышестоящих властных органах, имели серьезную властную функцию по отношению к деревенским низам. Это проявлялось не только в отношении распоряжения трудом в колхозах и совхозах, начислении трудодней и прочих производственных функциях, но и в отношении всех других сторон жизни - обеспечения ресурсами приусадебного хозяйства рядовых колхозников, их быта и других сторон повседневной жизни. Менеджеры выделялись и экономически - зажиточностью в сравнении с большинством сельскохозяйственных работников, причем в значительной степени за счет «нелегитимных» (формально не разрешенных властью) источников дохода. Власть через различные механизмы опекала деревенских менеджеров, контролировала их, регулировала эволюцию этого важнейшего для нее в деревне социального класса не только через своих основных представителей на селе - председателей колхозов, директоров совхозов и МТС, - но и напрямую.
За колхозно-совхозное шестидесятилетие менеджерство на селе не только самоидентифицировалось, но и четко выделялось по социально-поведенческим характеристикам в народном сознании. Сами менеджеры осознали свою роль как особого социального класса; к концу советской власти они не только профессионально, но и морально были в наибольшей степени, после председателей колхозов и директоров совхозов, готовы к приватизации. В народном представлении заметно осознание менеджеров не только как командиров производства, но и как приближенных к деревенской и внедеревенской власти, важных в определении всех сторон деревенской жизни людей. В сознании простолюдинов по отношению к бригадирам и компании заметна, пожалуй, наибольшая социальная нелюбовь, всегда, впро325
чем, проявляемая к ближайшему начальству. В то же время народный взгляд на управленцев сильно изменился за изучаемый период: если в 1930-е гг. бригадиры, счетоводы и вообще «правленцы» выглядели в народном сознании часто как «прихвостни», порученцы в деле слома привычного уклада, то в 1970-1980-е гг. это - вполне необходимый специализированному работяге управленец, без которого он не смог обойтись и позже, получив свой пай и так называемую экономическую свободу.
326
Глава III
ИНТЕЛЛЕКТУАЛЫ
§ 1. Формирование социального класса интеллектуалов
Сельскохозяйственные специалисты, как достаточно постоянные элементы социума, присутствовали в сельском хозяйстве России <: XIX в., а в конце этого столетия при губернских и уездных земствах был введен штат агрономических работников. Основные формы дея- юльности земской агрономии были связаны с агроучастками, при которых организовывались опытные поля, питомники, случные пункты и прокатные машинные пункты. Количество агроучастков в Европейской части России в 1913 г. равнялось 1447517. В 1920-е гг. кадры специалистов сельского хозяйства формировались на основе найма или вербовки и были сосредоточены в низовых сельхозучреждениях. Как отмечало большинство историков, численность их была мала, а участие в сельскохозяйственном производстве было эпизодическим.
Формирование сельскохозяйственных интеллектуалов как социального класса в новой колхозно-совхозной системе шло постепенно, что проявилось, в частности, в нарастании их численности, наполнении этой категории интеллектуальным содержанием (постепенном увеличении доли специалистов, получивших высшее и среднее специальное образование) и замещении ими так называемых практиков, расширении профессионального спектра специалистов, отражавшем усложнение сельхозпроизводства.
Достаточно массовое внедрение сельскохозяйственных специалистов в деревенскую жизнь произошло после коллективизации. Ю.С. Борисов отмечает, что в начале 1930-х гг. начались постоянные и систематические перемещения в колхозно-совхозное производство специалистов сельского хозяйства, осевших в городах и сельских учреждениях: в 1930 г. Наркомтруд СССР получил право переводить специалистов из менее важных отраслей в более важные или в другие районы518. В этом году был создан центральный мобилизационный штаб, целью работы которого было выполнение постановления правительства о мобилизации 90% специалистов сельского хозяйства на производство. Мобилизация осуществлялась специально созданными бригадами ’Слободчиков Д., Лежнев-Финьковский П. Агрономическое обслуживание // Сельскохозяйственная энциклопедия. Изд. 3. М„ 1949. Т. 1. С. 78.
Борисов Ю.С. Производственные кадры деревни, 1917-1941. Цивилизованные хозяйственники или «винтики» государственной машины? М., 1991. С. 72.
327
комсомольцев, которые выходили в учреждения и выявляли работающих там специалистов. К началу марта 1930 г. только по 8 областям СССР были мобилизованы 1021 специалист и 1916 студентов519. Выявленным специалистам выдавались командировочные удостоверения и назначались округа командирования для участия в посевной кампании. Оплачивала командировочные расходы организация, где специалисты работали. НКЗ СССР в докладной записке «по итогам мобилизации специалистов сельского хозяйства для укрепления колхозов» отмечал, что «общее настроение специалистов к посылке их в колхозы по мобилизации - хорошее. Целый ряд специалистов ... являлись сами в мобштаб с просьбой послать их в колхозы, живо интересуясь предстоящей работой... Значительная часть специалистов ... не вполне уверена в своих знаниях и высказывает опасения не справиться с работой в колхозе, так как окончили сельскохозяйственные учебные заведения много лет назад и ... совсем не работали на практической работе по их специальности»520. Подобным же образом решалась задача зоотехнического обслуживания села. В командировку посылались зооветбрига- ды, в которые включались ветврачи, ветфельдшеры, зоотехработни- ки. В 1931 г., характеризуя такой тип работы, уполномоченный ВЭТ по Средневолжскому краю Коровин писал, что «командировки специалистов ветсектора носят характер гастролей ... а не детального изучения веторганизаций края и практической помощи»521.
На 1 мая 1930 г. в СССР по отрасли сельского и лесного хозяйства статистика учла 46 тыс. специалистов, среди которых лиц с высшим образованием было 12 тыс., со средним - около 15 тыс., практиков со специальным образованием - 16 тыс., практиков без специального образования - 3 тыс.522 Распределение специалистов народного хозяйства, занятых в сельском хозяйстве по специальностям и отраслям сельского хозяйства СССР, на 1 мая 1930 г. учитывалось в опубликованной статистике по 37 специальностям. Обращает на себя внимание обширный спектр этих специальностей, среди которых выделяются как прямо ориентированные на сельское хозяйство, так и достаточно специфичные с точки зрения реализации того или иного образовательного потенциала. Так, из 46 тыс. учтенных специалистов наибольшую группу по специальностям составляли землеустроители - 11,2 тыс., далее по убывающей: агрономы - 8,7 тыс., специалисты по организации сельского хозяйства - 5,5 тыс., ветеринарно-санитарные специалисты - 4,5 тыс., зоотехнические - 2,3 тыс., мелиоративные -1,9 тыс. Наимень619 РГАЭ. Ф. 7486. Оп. 19. Д. 57. Л. 1.
520 Там же. Л. 3-4.
521 Там же. Оп. 16. Д. 96. Л. 46об.
522 Народное хозяйство СССР. Стат, справочник. М.; Л., 1932. С. 493.
328
шие по численности группы составляли специалисты по таким отраслям сельского хозяйства, как сельскохозяйственное машиностроение и механизация сельского хозяйства - 0,4 тыс., планово-экономическая 0,2 тыс., финансовая - 0,05 тыс., статистика - 0,05 тыс., и др.523
Первоначально большую роль в составе сельскохозяйственных интеллектуалов играли «старые» специалисты, получившие образование и начавшие профессиональную деятельность еще до революции 1917 г. В конце 1920-х гг. их было от 23 до 53% в зависимости от специальности524. Эта часть специалистов серьезно сократилась уже к концу 1930-х гг. Согласно учету, проведенному в системе Наркомзема н 1939 г., доля специалистов, получивших образование до революции, составляла уже от 1,4% (зоотехники) до 12,5% (ветеринарные врачи) из числа всех специалистов данного профиля525.
С конца 1920-х гг. политика профессиональной подготовки была направлена на повышение в составе обучавшихся в вузах представителей трудовых классов. На это нацеливало постановление ЦК ВКП(б) «Об улучшении социального состава при приеме в вузы, на рабфаки и техникумы» (апрель 1927 г.). В 1930 г. в числе первокурсников сельскохозяйственных вузов 48% составляли рабочие, 41% - крестьяне, 11 % - служащие и прочие; сельскохозяйственных техникумов: 32% - рабочие, 51% - крестьяне, 17% - служащие и проч. К концу 1930-х гг. в составе первокурсников сельскохозяйственных вузов последовательно сокращалась доля рабочих (1935,1938 гг. - около 30%) и доля крестьян (1935 г. - 42%; 1938 г. - 37%), но увеличивалась доля служащих и прочих (1935 г. - 28%; 1938 г. - 33%). В сельскохозяйственных техникумах эволюция социального состава первокурсников в 1930-е гг. была несколько иной: сокращалась доля рабочих (1935, 1938 гг. - около 14%), доля служащих и прочих (1935, 1938 гг. - около 11%), увеличивалась доля крестьян (1935,1938 гг. - 75%)526. По данным Наркомзема СССР, в 1933 г. по социальному происхождению агрономы, ветврачи, ветфельдшеры, зоотехники, землеустроители на 80-90% и более происходили из служащих, а механики - в основном из рабочих (70%). Достаточно большой в первом слое сельскохозяйственных интеллектуалов была доля единоличников (от 2 до 7%) и колхозников (от 1 до 9%)527.
’ Там же. С. 499.
'■•ч Алисов Д.А. Государственное регулирование и изменения состава сельской интеллигенции Российской Федерации в 1930-е годы // Сибирская деревня: история, современное состояние, перспективы развития. Материалы Сибирской научной конференции. Омск, 1996. С. 65-67.
Там же.
л Борисов Ю.С. Производственные кадры деревни 1917-1941... С. 145-146.
РГАЭ. Ф. 7486. Оп. 18. Д. 885. Л. 7об., Юоб., 14об., 18,18об., 25, 44.
329
С начала 1930-х гг. главную роль во вхождении в социальный класс сельскохозяйственных интеллектуалов играло получение специального образования. Оно могло быть получено как на краткосрочных курсах (от трехмесячных до годичных), так и через систему высшего и среднего специального сельскохозяйственного образования. Как правило, система образования через курсы функционировала как однодвухгодичная школа подготовки руководящих кадров колхозов и совхозов. Эти школы работали с 1930 г. по середину 1960-х гг.528 и были затем реорганизованы в факультеты повышения квалификации руководящих кадров колхозов и совхозов и специалистов сельского хозяйства. Курсы готовили специалистов без высшего и среднего специального образования, так называемых практиков, давая им необходимые, прежде всего прикладные, знания. Как писали в 1932 г. С.А. Белоусов и И.Ф. Вялков: «от специалиста-«универсала», знающего всего понемногу, мы перешли к отраслевой специализации, от специалистов- «рассказчиков» мы перешли к специалистам-организаторам, умеющим показать»529.
Сеть высшего и среднего специального сельскохозяйственного образования в СССР быстро расширялась. В 1914 г. в Российской империи работало 341 сельскохозяйственное учебное заведение: 9 вузов (5,4 тыс. студентов), 18 средних училищ (4 тыс. учащихся), 61 низшее училище, 74 низшие школы 1-го разряда, 35 школ 2-го разряда, 60 практических школ, 34 начальные и народные школы и 50 других учебных заведений. В 1930-1931 гг. в СССР работали 96 сельскохозяйственных вузов, в 1933-1934 гг. - 109, в 1940-1941 г. - 91 сельскохозяйственный вуз530. В 1975 г. в СССР действовало 100 вузов и 676 техникумов, в них обучалось свыше 1 млн человек (в т.ч. 460 тыс. - в вузах), в 1980 г. насчитывалось 103 вуза и 683 техникума с количеством учащихся 1,3 млн человек. В РСФСР в 1980 г. работали 57 сельскохозяйственных вузов (обучалось 279 тыс. студентов) и 315 техникумов (430 тыс. студентов)531.
В послевоенное время был сделан крен к комплектованию состава учащихся сельскохозяйственных вузов из сельской молодежи. В 1956 г. сельская молодежь среди принятых в сельскохозяйственные вузы 628 См., например, приказ Министерства сельского хозяйства РСФСР от 9 апреля 1966 г. № 161 «О дальнейшем улучшении системы повышения квалификации руководящих кадров колхозов и совхозов и специалистов сельского хозяйства».
529 Белоусов С.А., Вялков И.Ф. Борьба за кадры // Совхозы к XV годовщине Октября. Сборник. Сельхозгиз, 1932. С. 87.
530Борисов Ю.С. Производственные кадры деревни 1917-1941... С. 151.
531 Сельское хозяйство СССР. Стат, сборник. М., 1981. С. 534-537.
330
< оставляла 56%, в 1960 г. - 73%532. Более того, преимущество давалось лицам, имеющим производственный стаж работы в сельском хо- 1яистве533. В 1964 г. Н.С. Хрущёв ставил задачу «решительно перестроил! систему подготовки кадров как в высших учебных заведениях, так и и юхникумах. Следует в возможно короткий срок перевести сельскохо- ыиственные учебные заведения из городов в совхозы. В сельскохозяй- с!венные институты необходимо принимать людей, которые работают и колхозно-совхозном производстве и хотят посвятить свою деятельность благородному труду в сельском хозяйстве»534. Одну из ситуаций lox лет описывает В. Тендряков в повести «Кончина» (1967 г.). Передовой колхоз «Пожары» решил отправить на учебу в Тимирязевскую икадемию прошедшего войну молодого колхозника Сергея Лыкова. 11редседатель колхоза Евлампий Лыков, «с придирчивой гордостью» <нлядев «заматеревшее хозяйство», решил: «не ночевало в колхозе науки! Агрономы и зоотехники засылались со стороны - скороспелые, сопливые девчонки с курсов ... Сам Лыков и его бригадиры не хуже дипломированных агрономов знают, на чем хлеб растет... Но шутка ли, если начнут говорить “У Лыкова в колхозе работает свой кандидат наук!”». Направленцу дали персональную стипендию от колхоза535.
Достаточно высокой доля селян среди выпускников сельхозвузов оставалась и в дальнейшем. Согласно данным межрегионального исследования о происхождении студентов выпускных курсов советских вузов в 1977/78 г. контингент сельскохозяйственных факультетов на 43% состоял из колхозников и рабочих совхозов536.
Чтобы полнее представить себе проблему социального продвижения представителей этого класса, рассмотрим ряд биографий представителей сельскохозяйственных интеллектуалов, составленный по принципу случайной выборки.
Белоногов Анатолий Николаевич (1939 г.р.). Родился в пос. Усть-Умлекан Амурской области, окончил Благовещенский сельско-
' Тюрина А.П. Укрепление колхозов и МТС кадрами руководителей и специали- сгов (1951-1958 гг.) // Развитие сельского хозяйства СССР в послевоенные годы (1946-1970 гг.). М„ 1972. С. 245.
" Постановление СМ СССР «Об участии промышленных предприятий, совхозов и колхозов в комплектовании вузов и техникумов и в подготовке специалистов для своих предприятий» от 18 сентября 1959 г. // http://www.lawmix.ru/docs_cccp/6704 " Хрущев Н.С. Интенсификация производства - главное направление в развитии сельского хозяйства. Речь на Пленуме ЦК КПСС 14 февраля 1964 г. // Хрущев Н.С. Строительство коммунизма в СССР и развитие сельского хозяйства. М„ 1964. Т. 8. С. 438.
Тендряков В. Кончина // Тендряков В. Собрание сочинений Т. 4. Повести. М., 1988. С. 115.
' "■ Волков С.В. Интеллектуальный слой в советском обществе // http:// swolkov.narod. ru/ins/t098.htm 331
хозяйственный институт. С 1962 г. - старший зоотехник совхоза «Восточный», главный зоотехник совхоза «Песчаноозерский» Октябрьского района Амурской области. С 1966 г. - директор совхоза «Борисоглебский» Октябрьского района Амурской области. С 1970 г. - на партийной и советской работе. С января 1996 г. - член Совета Федерации Федерального Собрания РФ537.
Горлов Григорий Кириллович (1912 г.р.). Родился в с. Летяхи Брянской области. По окончании Новозыбковского сельскохозяйственного техникума в 1937 г. работал в Ставропольском крае участковым агрономом Обильненской МТС. В 1939 г. призван в Красную армию. С 1940 г. - участковый агроном, затем председатель колхоза в Александро-Обильненском районе Ставропольского края. В январе 1942 г. избран 1-м секретарем Александро-Обильненского райкома ВЛКСМ. С лета 1942 г. - в действующей армии. В январе 1944 г. возвратился в свой колхоз, стал его председателем. В декабре 1944 г. избирается 2-м секретарем Александро-Обильненского райкома партии, кандидатом в члены Ставропольского крайкома партии. Далее - на советской и партийной работе538.
Джубаева Роза Шугаевна (1950 г.р.). Родилась в с. Марфино Астраханской области. В 1972 г. окончила Западно-Казахстанский сельскохозяйственный институт. Трудовую деятельность начала экономистом в колхозе «Урал» Уральской области. С 1974 по 1982 г. - главный экономист колхоза «Родина» Красноярского района Астраханской области. С 1982 по 1985 г. - заведующая финансовым отделом Красноярского райисполкома. Далее работает в органах государственного управления539.
Зеленская Ольга Александровна (1901-1977). Родилась в Москве, закончила сельскохозяйственную академию им. Тимирязева, с 1924 г. работала участковым агрономом, затем в Наркомземе Узбекистана, научно-исследовательском институте овощного хозяйства в Москве. С 1938 г. - главный агроном в совхозе им. Кагановича Мытищинского района, с 1950 г. - председатель колхоза им. Сталина, с 1960 г. - директор совхоза им. Тимирязева, затем агроном по кормопроизводству540.
Потякин Василий Васильевич (1952 г.р.). Родился в с. Багана Куйбышевской области. В 1973 г. окончил Куйбышевский плановый институт. Трудовую деятельность начал экономистом в колхозе им. Кирова Шенталинского района. С 1975 по 1977 г. - главный экономист колхоза им. Калинина. В 1977-1980 гг. - первый секретарь райкома ВЛКСМ. Да- 537 http://www.zsamur.ru/site/maln/278
638 http://geroiros.narod.ru/wwsoldat/200/ARTICLES/BIO/gorlov_gk.htm
539 http://astrahan.roskazna.ru/publications/1429/761
540 http://ru.wikipedia.org/wiki
332
iioo был на советской и партийной работе. С 1991 г. работает в системе >||панов государственного управления541.
Резниченко Владимир Григорьевич (1949 г.р.). Родился в с. Сумы Пензенской области, окончил Сердобский зоотехникум, затем Пензен- (кий сельхозинститут. С 1971 г. - зоотехник совхоза «Долгоруковский», пнем совхоза «Сокольский». С 1987 г. - директор того же совхоза, за- н»м директор совхоза «Большевик». Позднее работал главой админи- | I рации Сердобского района, с 2000 г. - первый заместитель предсе- л. и ел я Правительства Пензенской области и министр сельского хозяй- < I на и продовольствия той же области542.
Чайкина Екатерина Сергеевна (1913-1985). Родилась в г. Сер- добске, окончила Азово-Черноморский сельхозинститут, работала участковым агрономом совхоза «Красноармеец» Мордовской АССР, шрономом-плановиком свиноводческого треста в Саранске, ст. агрономом в г. Шахты. В 1946-1948 - агроном-семеновод районного управления сельского хозяйства. В 1948-1951 - агроном МТС, с 1951 по 1962 г. - председатель колхоза «Борьба», с 1962 - агроном-семеновод районного управления сельского хозяйства543.
Знакомство с этими краткими биографическими справками показывает, что формирование класса сельскохозяйственных интеллектуалов и большой мере происходило из деревенских жителей, хотя нередкими были и случаи перемещения интеллектуалов из городов. Еще одна видимая закономерность - достаточно серьезный карьерный рост представителей этой социальной группы. Начиная работать по специально- с!и, они, особенно в 1960-е гг., быстро перемещались в класс сельской протобуржуазии и далее, нередко, в слой государственных чиновников.
После завершения создания колхозного строя важнейшей характеристикой места и роли интеллектуалов в сельском хозяйстве является нарастание их численности (табл. 8, 9).
Как свидетельствуют данные таблиц 8 и 9, численность специалистов с высшим и средним специальным образованием, занятых в польском хозяйстве, поступательно и динамично нарастала. При этом менялась и пропорция между специалистами сельского хозяйства и специалистами несельскохозяйственных специальностей, что очень показательно характеризует нарастание массы интеллектуального капитала в сельскохозяйственном производстве. Так, в сельском хозяйстве РСФСР специалисты сельскохозяйственных специальностей составляли в 1960 г. около двух третей всех специалистов с высшим и
' http://edinros.samara.ru/whoiswho/biography/potyakin.php
' http ://www. penza. ru/authority/ex_power_01 /list/reznichenko
'1 Чирков А.И. Чайкина Екатерина Сергеевна// Пензенская энциклопедия. М., 2001. 667.
333
средним специальным образованием, занятых в сельском хозяйстве, а в 1987 г. - менее половины.
Проследим, как менялась численность «профессиональных групп» сельскохозяйственных интеллектуалов.
Таблица 8
Численность специалистов с высшим и средним специальным образованием, работавших непосредственно в колхозах, совхозах, МТС (до 1958 г.), подсобных и прочих производственных сельскохозяйственных предприятиях СССР (тыс. чел.)
1941 г.
(на 1 января)
1953 г.
(на 1 июля)
1957 г.
(на 1 декабря)
1960 г. (на 1 де¬
кабря)
L .
1965 г.
(на 15 ноября)
1970 г
(на 16 ноября)
1975 г.
(на 14 ноября)
1980 г.
(на 15 ноября)
Всего специалистов с высшим и средним специальным образованием всех специальностей
50
114
371
406
519
832
1207
1638
В том числе сельскохозяйственных специальностей (агрономов, зоотехников, ветеринарных работников)
34
96
281
294
359
489
641
792
Составлено по: Народное хозяйство СССР в 1958 году. Стат, ежегодник. М., 1959. С. 528; Сельское хозяйство СССР. Стат, сборник. М., 1971. С. 456; Народное хозяйство СССР за 60 лет. Юбилейный стат, ежегодник. М., 1977. С. 377; Сельское хозяйство СССР. Стат, сборник. М., 1981. С. 359.
334
Таблица 9
Численность специалистов с высшим и средним специальным образованием, занятых в сельском хозяйстве РСФСР (тыс. чел., на середину ноября)
1960 г.
1966 г.
1970 г.
1975 г.
1980 г.
1987 г.
Всего специалистов с высшим и средним специальным образованием всех специальностей
181
252
389
578
779
1106
В том числе сельскохозяйственных специальностей (агрономов, зоотехников, ветеринарных работников)
132
168
229
301
366
445
Составлено по: РСФСР за 50 лет. Стат, сборник. М., 1967. С. 102; Народное хозяйство РСФСР за 60 лет. Стат, ежегодник. М., 1977. С. 167; Народное хозяйство РСФСР в 1987 г. Стат, ежегодник. М., 1988. С. 308.
Одной из самых больших групп сельскохозяйственных интеллектуалов были работники счетно-бухгалтерского аппарата. Счетоводство применительно к колхозам, совхозам, МТС в начале 1930-х гг. было совершенно новым видом отраслевого бухгалтерского учета. Его организации придавалось колоссальное значение, так как считалось, «что правильно организованный учет - надежное орудие организационнохозяйственного укрепления колхозов, совхозов и МТС»544. Учету подлежали труд, урожай и другая продукция, фонды, затраты, себестоимость продукции (в совхозах и МТС - с 1930-х гг., в колхозах - с конца 1950-х гг.) и т.д. Эта работа велась не только счетоводами и бухгалтерами. Частично в ней были заняты бригадиры, весовщики, кладовщики, инспектора, оперативники и т.д. Из-за разнородности занятых в счетном аппарате, видимо, потребуется отдельная тщательная работа по выявлению среди них интеллектуалов, то есть работников, обладающих специальными знаниями, внедряемыми в качестве капитала в 14 Ласкин Н. Счетоводство // Сельскохозяйственная энциклопедия. М., 1935. С. 622.
335
производство. При этом напомним, что категория счетоводов и главных бухгалтеров, возглавлявших колхозное и совхозное счетоводство, отнесена нами к категории менеджеров. Поэтому поделимся лишь самыми общими наблюдениями о численности счетного аппарата.
Количество счетных работников в сельскохозяйственном производстве было очень значительным. В 1931 г. 57% колхозов РСФСР имели счетоводов и бухгалтеров (для сравнения: агрономов и зоотехников имели 3% колхозов, механиков и трактористов - 14%)545. В 1938 г. в колхозах РСФСР работали 178 тыс. бухгалтеров и счетоводов, в 1940 г. - 179 тыс., в 1950 г. - 109 тыс.546 По данным комиссии, работавшей в Бюро ЦК КПСС по РСФСР в 1963-1964 гг., в 1953 г. в колхозах и совхозах РСФСР (вместе с МТС) работали 433 тыс. счетных работников, в 1959 г. - 428 тыс., в 1961 г. - 427 тыс.547 Большое количество счетных работников в колхозах заметил в начале 1960-х гг. посетивший Россию и Белоруссию американский публицист Д. Горбацевич, который писал: «Словом ... контора пишет: стучат на счетах, подсчитывают, регистрируют, записывают колхозные дамы со средним образованием ... - все смотрят, чтобы мужичок не дремал»548. Комиссия Бюро ЦК КПСС в 1963-1964 гг. подсчитала, что из общей численности счетно-учетного персонала примерно 60% были заняты в конторах центральной усадьбы в должностях бухгалтеров, счетоводов, кассиров, статистиков и 40% работали в бригадах, отделениях, на фермах, в мастерских, в качестве счетоводов отделений, учетчиков, табельщиков и т.д. Также комиссия отметила низкую квалификацию счетных работников. Вывод буквально был следующим: «Крупные многоотраслевые хозяйства требуют от работников учета ... глубоких экономических знаний. Из 40 тыс. бухгалтеров, возглавлявших в 1962 г. учет в колхозах, только 305 человек закончили вузы и 14,9% имеют среднее образование. Еще ниже подготовка бухгалтеров, занятых непосредственно на фермах или в бригадах. Среди этой категории служащих имели среднее образование лишь 4,6%»549. Глобальные изменения в аграрном строе страны, произошедшие в середине 1960-х гг., требовали от счетного аппарата решения совершенно иных задач. Поэтому не случайно в 1963-1964 гг. комиссия поставила задачу «упрощения учета и отчетности», «упрощения системы оплаты труда», «упрощения кредитования и финан- 545 Колхозы весной 1931 г. М., 1932. С. 142-143.
546 Колхозы в 1938 г. (по годовым отчетам). М., 1940. Ч. IV. Баланс и кадры. С. ИО- 111; ГАРФ. Ф. А-374. Оп. 34. Д. 110. Л. 19; РГАЭ. Ф. 7486. Оп. 7. Д. 1019в. Л. 1-47.
647 РГАНИ. Ф. 5. Оп. 46. Д. 393. Л. 25.
548 Гэрбацевич Д. Два месяца в гостях у колхозников. Заметки американского туриста. Нью-Йорк, 1967. С. 99.
549 РГАНИ. Ф. 5. Оп. 46. Д. 393. Л. 27, 34.
336
«ирования хозяйств» и т.д.550 В 1975 г. численность счетных работников колхозов и совхозов РСФСР (бухгалтеров центральной конторы, Ремонтных мастерских, отделений, ферм, участков и т.д.) составляла 144,7 тыс. человек551, т.е. значительно сократилась, хотя и оставалась очень значительной в сравнении с численностью других сельскохозяйственных интеллектуалов. Высшее и среднее специальное образование в 1975 г. имели (без учета главных бухгалтеров) 43% бухгалтеров совхозов РСФСР и 38,5% бухгалтеров (без учета главных бухгалтеров) КОЛХОЗОВ552.
Экономисты появились в колхозно-совхозном производстве значительно позже, чем агрономы, зоотехники, ветврачи, инженеры. В 1940 г. во всей системе Наркомзема России работали 286 экономистов553. Н 1951 г. в кадрах Министерства сельского хозяйства СССР из 2,6 млн «специалистов» лишь 1036 были экономистами554. Сначала должность экономиста появилась в совхозах и МТС. В машинно-тракторных станциях России в 1955 г. работали 4588 агрономов-экономистов по планированию производства, эти кадры имелись в 84% МТС555. В совхозах РСФСР в 1958 г. числилось 862 «старших агронома-экономиста по планированию, производству, заготовке, рабочей силе», 123 «старших зоотехника-экономиста по планированию, производству, заготовке, рабочей силе»556. Таким образом, интеллектуалы с «экономическим» уклоном имелись приблизительно в каждом третьем совхозе. В 1961 г. в совхозах РСФСР насчитывалось около 7 тыс. экономистов (вместе с «плановиками»)557. В начале 1960-х гг. стали появляться экономисты и в колхозном производстве. В 1962 г. 249 колхозов России (1,4%) имели экономистов558. Однако основная часть работавших в качестве экономистов были так называемыми практиками, то есть не имели соответствующего базового образования. Например, в 1962 г. в 848 совхозах РСФСР должности экономистов были замещены практиками559. Государственная политика по форсированному внедрению экономистов в сельскохозяйственное производство начала действовать в связи с экономическими реформами, разработанными в начале 1960-х гг. и активно проводившимися в середине этого десятилетия. В докуменТам же. Л. 30.
•' Рассчитано по: РГАЭ. Ф. 7486. Оп. 18. Д. 4703. Л. 35, 74.
■z Рассчитано по: Там же.
РГАЭ. Ф. 7486. Оп. 18. Д. 888. Л. 88.
"■4 Там же. Д. 1144. Л. 2.
■■■’ Там же. Д. 1349. Л. 2.
Там же. Д. 1430. Л. 3, Зоб.
Народное хозяйство РСФСР в 1965 г. Стат, ежегодник. М., 1966. С. 348.
РГАНИ. Ф. 5. Оп. 46. Д. 369. Л. 39.
Там же.
337
тах Бюро ЦК КПСС по РСФСР за 1962 г. говорится о необходимости «непрерывного совершенствования планирования, учета и анализа хозяйственной деятельности колхозов, совхозов и других сельхозпредприятий ... возможности внедрять хозрасчет в бригадах, отделениях и фермах, а также прогрессивные формы оплаты труда, чтобы обеспечить производство сельхозпродукции при наименьших затратах труда и материальных средств»560. К этому же документу был приложен проект постановления об увеличении и улучшении подготовки и переподготовки экономистов и бухгалтерско-счетных работников для колхозов и совхозов. В 1963 г. в колхозах России на должности экономиста- плановика работали 4,8 тыс. человек, в 1965 г. - 7,5 тыс. В середине 1960-х гг. в среднем на 10 колхозов РСФСР приходилось 4 экономиста, хотя мониторинг, проводимый ЦК КПСС, показывал значительные различия по регионам: в Ставропольском крае в каждых 10 колхозах работали 16 экономистов, в Краснодарском крае и Калмыцкой АССР - по 12, в Ростовской области - 11, в Астраханской области и Кабардино- Балкарской АССР - по 10, в Алтайском крае, Волгоградской, Белгородской, Кировской областях - по 8-9 экономистов. Напротив, очень мало экономистов было в колхозах Владимирской, Ивановской, Калужской, Орловской, Смоленской, Тульской, Ярославской областей и Приморского края561. В 1964 г. Министерство производства и заготовок сельхозпродуктов РСФСР утвердило положение о старшем экономисте (экономисте) колхоза (совхоза), где были регламентирован^ его права, обязанности, порядок назначения и т.д.562 С этого времен^ численность экономистов в сельскохозяйственном производстве быстро нарастает. В 1965 г. в колхозах и совхозах РСФСР работали около 5 тыс. экономистов, в 1967 г. - около 20 тыс., в 1975 г. - 34,3 тыс. экономистов, в 1987 г. - 50,7 тыс.563 Доля экономистов в общей численности сельскохозяйственных интеллектуалов РСФСР с высшим и средним специальным образованием составила в 1965 г. 5%, в 1975 г. - около 10%, в 1987 г. - примерно 12%. И хотя экономисты оставались самой маленькой группой сельскохозяйственных интеллектуалов, их численность в конце 1980-х гг. почти приблизилась к численности агрономов. Нарастала и «образованность» этой группы. В 1973 г. 58% плановиков и экономистов совхозов России и 42% работников этой категории в колхозах имели высшее образование564. В 1987 г. более 95% экономистов 560 Там же.
561 Там же. Д. 517. Л. 39.
562 Экономика сельского хозяйства. 1964. № 11. С. 99.
563 РСФСР за 50 лет. Стат, сборник. М„ 1967. С. 103; Народное хозяйство РСФСР в 1987 г. Стат, ежегодник. М., 1988. С. 311.
564 РГАЭ. Ф. 7486. Оп. 40. Д. 2673. Л. 73, 106.
338
колхозов и совхозов РСФСР имели высшее и среднее специальное образование565.
Обратимся к рассмотрению численности других групп сельскохозяйственных интеллектуалов - агрономов, зоотехников и зооветра- (ютников, ветврачей, инженеров и техников механизации. Системная информация о них представлена в отчетах управления руководящих кадров Наркомзема (позднее - Министерства сельского хозяйства). Особенностью этих данных было то, что там учитывались лишь сельскохозяйственные специалисты, получившие высшее и среднее сельскохозяйственное образование.
В 1930-1940-е гг. наиболее многочисленной группой сельскохозяйственных интеллектуалов (после работников счетно-бухгалтерского аппарата) среди специалистов с высшим и средним специальным образованием были агрономы. Они составляли в сельскохозяйственном производстве РСФСР в 1941 г. около 54% всего аграрного интеллектуального капитала (без учета счетных работников). В дальнейшем их удельный вес начинает постепенно сокращаться: в 1958 г. - до 43%, в 1965 г. - до 32%, в 1975 г. - до 22% от числа всех сельскохозяйственных интеллектуалов с высшим и средним специальным образованием566. При этом численность агрономов, непосредственно занятых в сельском хозяйстве России, в первое десятилетие колхозного строя быстро возросла, а затем оставалась достаточно стабильной: в 1930 г. в СССР их было около 5 тыс. (вместе с практиками), в РСФСР в 1941 г. - около 19 тыс. (здесь и далее без практиков), в 1958 г. - примерно 54 тыс., в 1965 г. - около 40 тыс., в 1975 г. - 59 тыс.567 Среди интеллектуалов сельского хозяйства агрономы были до 1950-х гг. основной по численности группой, в конце 1950-х гг. их численность сравнялась с численностью зоотехников, зооветработников и ветеринаров, в середине 1960-х гг. они несколько отставали по численности от зоотехников и ветврачей, а в середине 1970-х гг. агрономов по численности опередили также инженеры и техники механизации. Менялось и качество агрономической части интеллектуального капитала. В 1940 г. нарком земледелия СССР И.А. Бенедиктов в записке секретарю ЦК ВКП(б) А.А. Андрееву писал: «По данным годовых отчетов колхозов за 1939 г. в колхозах работают около 3000 агрономов, причем в их числе ... было значительное количество лиц, не имеющих специального сельскохозяйственного
Народное хозяйство РСФСР в 1987 г. Стат, ежегодник. С. 311.
Рассчитано по: РГАЭ. Ф. 7486. Оп. 18. Д. 892. Л. 15, 20, 21, 31, 41; Д. 1430. Л. 3,
306., 26, 26об.; Д. 4703. Л. 19-26, 35-37, 58-65, 74, 75; РГАНИ. Ф. 5. Оп. 46. Д. 517. II 37, 40, 43.
Рассчитано по: РГАЭ. Ф. 7486. Оп. 18. Д. 892. Л. 15, 20, 21, 31, 41; Д. 1430. Л. 3,
306., 26, 26об.; Д. 4703. Л. 19-26, 35-37, 58-65, 74, 75; Народное хозяйство СССР. Стат, справочник, 1932. С. 498-499. 339
образования»668. Сравнивая эти сведения с данными, представленными НКЗ СССР о численности агрономов колхозов РСФСР с высшим и средним специальным образованием (647 чел. на конец 1940 г.)569, можно определить, что 78% работавших на должностях агрономов в колхозах были «практиками». По данным 1941 г. в СССР доля агрономов райзо без специального образования составляла около 10%, участковых агрономов - 36%, агрономов колхозов - 28%568 * 570 571. В 1954 г. в МТС РСФСР не имели высшего и среднего специального образования около 2% главных агрономов, 9% агрономов, обслуживающих колхозы671. В 1965 г. в колхозах РСФСР высшее и среднее специальное образование имели 95% агрономов, в совхозах - 92%572. В 1987 г. 98% агрономов колхозов и совхозов РСФСР имели законченное высшее и среднее специальное образование573.
Доля зоотехников, зооветработников, ветврачей и веттехников в 1941 г. составляла около 38%, в 1958 - 43%, в 1965 г. - 45%, в 1975 г.
- 41 % сельскохозяйственных интеллектуалов с высшим и средним специальным образованием (без работников счетоводства)574. При этом численность группы интеллектуалов «животноводческой» специализации возрастала: в 1930 г. в СССР их насчитывалось не более 7 тыс. человек (в том числе практиков, а занятых непосредственно в сель- хозпроизводстве - около 2 тыс. чел.), в 1941 г. в РСФСР - 12,9 тыс. (занятых непосредственно в сельхозпроизводстве; здесь и далее без практиков), в 1958 г. - 54,8 тыс., в 1965 г. - 52,6 тыс., в 1975 г. н около 111 тыс.575 В 1958 г. численность зоотехников, зооветработников, ветеринаров была примерно равной численности агрономов, в 1965 г. - примерно на 15 тыс. превысила численность агрономов и на 31 тыс.
- численность инженеров и техников механизации, в 1975 г. они также являлись ведущей по численности группой сельскохозяйственных интеллектуалов (с высшим и средним специальным образованием), превышая численность агрономов на 50 тыс., численность инженеров и 568 РГАЭ. Ф. 7486. Оп. 19. Д. 292. Л. 3.
669 Рассчитано по: РГАЭ. Ф. 7486. Оп. 18. Д. 892. Л. 21.
570 РГАЭ. Ф. 7486. Оп. 18. Д. 892. Л. 9, 10.
571 Там же. Д. 1306. Л. 31.
572 РГАНИ. Ф. 5. Оп. 46. Д. 517. Л. 37, 43.
573 Народное хозяйство РСФСР в 1987 г. Стат, ежегодник. С. 311.
574 Рассчитано по: РГАЭ. Ф. 7486. Оп. 18. Д. 892. Л. 15, 20, 21, 31, 41; Д. 1430. Л. 3,
Зоб., 26, 26об.; Д. 4703. Л. 19-26, 35-37, 58-65, 74, 75; РГАНИ. Ф. 5. Оп. 46. Д. 517. Л. 37, 40, 43.
575 Рассчитано по: РГАЭ. Ф. 7486. Оп. 18. Д. 892. Л. 15, 20, 21, 31, 41; Д. 1430. Л. 3,
Зоб., 26, 26об.; Д. 4703. Л. 19-26, 35-37, 58-65, 74, 75; РГАНИ. Ф. 5. Оп. 46. Д. 517. Л. 37,40,43; Народное хозяйство СССР. Стат, справочник. М.; Л., 1932. С. 498-499.
340
юхников механизации на 38 тыс.576 Так же как у агрономов, в группе интеллектуалов, курировавших развитие животноводства, нарастал уровень образованности. В 1941 г. были практиками (т.е. не имели специальной подготовки) в СССР 52% колхозных зоотехников, 42% колхозных ветеринаров, 33% зоотехников райзо и 5% ветврачей райзо577. В 1954 г. в МТС РСФСР не имели высшего и среднего специального образования около 3% главных зоотехников, 4% старших ветврачей, 23% зоотехников, обслуживающих колхозы578. В 1965 г. не имели специального образования 12% зоотехников и 65% ветеринаров российских колхозов, 13% зоотехников и 31% ветеринаров совхозов РСФСР579. В аналитике середины 1960-х гг. отмечалось, что наиболее часто замещались лицами без образования должности ветработников, а также инженеров и техников580. В 1987 г. 96% зоотехников и 78% ветврачей, ветфельдшеров, веттехников колхозов и совхозов РСФСР имели высшее и среднее специальное образование58’.
Доля инженеров и техников механизации в 1941 г. в РСФСР составляла 8% всех сельскохозяйственных интеллектуалов582, имеющих высшее и среднее специальное образование, в 1958 г. - 14%, в 1965 г. - 18%, в 1975 г. - 26%583. Относительное нарастание численности этой группы подтверждалось и массивным нарастанием ее абсолютной численности: в 1930 г. в СССР таких специалистов было менее 500 человек, в 1941 г. в РСФСР количество инженеров и техников (с высшим и средним специальным образованием) равнялось приблизительно 3 тыс., в 1958 г. - 18 тыс., в 1965 г. - примерно 22 тыс., в 1975 г. - 72 тыс.584 Численность инженеров и техников механизации РСФСР в середине 1970-х гг. превысила численность агрономов на 12 тыс. и отставала от численности зоотехников и ветеринаров на 39 тыс.585 Среди инженерно-технической группы интеллектуалов было особенно много практиков. В 1946 г. 59% инженеров и техников (механиков) колхозов РСФСР не имели высшего или среднего специаль■ ■"> Там же.
РГАЭ. Ф. 7486. Оп. 18. Д. 892. Л. 9, 10.
'8 Там же. Д. 1306. Л. 31.
'■'9 РГАНИ. Ф. 5. Оп. 46. Д. 517. Л. 37, 43.
Там же. Л. 39.
Народное хозяйство РСФСР в 1987 г. Стат, ежегодник. С. 308. "2 Без учета численности счетных работников.
« Рассчитано по: РГАЭ. Ф. 7486. Оп. 18. Д. 892. Л. 15, 20, 21, 31, 41; Д. 1430. Л. 3,
Зоб., 26. 26об.; Д. 4703. Л. 19-26, 35-37, 58-65, 74, 75; РГАНИ. Ф. 5. Оп. 46. Д. 517. Л. 37, 40, 43.
',в4 Рассчитано по: Там же; Народное хозяйство СССР. Стат, справочник. М.; Л., 1932. С. 498-499.
’■’5 Рассчитано по: Там же.
341
ного образования508, в 1956 г. практиками были 24% главных инженеров, 64% старших механиков МТС РСФСР586 587, в 1965 г. без высшего или среднего специального образования работали 62% инженеров и техников колхозов России, 52% инженеров и техников совхозов РСФСР588. В 1987 г. более 75% инженеров и техников колхозов и совхозов РСФСР уже имели высшее или среднее специальное образование589.
Таким образом, интеллектуальный капитал в сельскохозяйственном производстве в 1930-1980-е гг. серьезно увеличился. Особенно это касалось групп сельскохозяйственных интеллектуалов с высшим и средним специальным образованием, которые за период 1930-1980-х гг. численно резко возросли. Увеличение пережили все «профессиональные» группы сельскохозяйственных интеллектуалов, хотя численное соотношение их менялось. В 1930-1950-е гг. основной интеллектуальной силой в сельском хозяйстве были счетоводы и агрономы. В условиях малой величины физического капитала внедрение в сельхозпро- изводство агрономов (в основном через сеть МТС и земотделов) было связано, прежде всего, с задачами соединения технического капитала (тракторов, другой техники) с землей, внедрением крупных форм земледельческого производства. В конце 1950-х - 1960-е гг. основные задачи интеллектуального капитала в сельском хозяйстве были связаны с процессами капитализации животноводства, поэтому численность ветеринаров и зоотехников превышала численность остальных групп: агрономов, инженеров и техников, экономистов. В 1960-е гг. процесс капитализации сельскохозяйственного производства России вступил в завершающую стадию, основное значение в факторах проиэводства приобрел капитал, сосредоточенный, прежде всего, в передовых его формах - машинах и механизмах. В 1970-1980-е гг. это отражалось в нарастании среди групп интеллектуалов численности инженеров и техников механизации. Усложнение производства, его укрупнение, возрастание роли финансовых потоков в сельском хозяйстве потребовали усиления значимости еще одной важнейшей группы сельскохозяйственных интеллектуалов - экономистов и бухгалтерских работников.
★ ★ *
Формирование социального класса сельскохозяйственных интеллектуалов сопровождалось серьезной межукладной динамикой его базирования. В 1930 г. в колхозах СССР работали 13% всех учтенных сельскохозяйственных интеллектуалов, в совхозах - 12%, в МТС
586 РГАНИ. Ф. 5. Оп. 46. Д. 334. Л. 57.
587 РГАЭ. Ф. 7486. Оп. 18. Д. 1306. Л. 31.
588 РГАНИ. Ф. 5. Оп. 46. Д. 517. Л. 37, 43.
589 Народное хозяйство РСФСР в 1987 г. Стат, ежегодник. С. 311.
342
- 0,6%, в наркомземовской сети - 61%, в прочих сельхозучреждениях
- 13,4% 590. В 1930-е гг. основной интеллектуальный капитал был рассредоточен в следующих пропорциях (табл. 10).
Таблица 10
Интеллектуалы сельского хозяйства, работающие в МТС, совхозах, колхозах, системе НКЗ СССР в 1930-е гг. (в СССР) и в 1941 г. (в РСФСР)
Годы
Всего, тыс. чел.
В том числе работают (в процентах к итогу за каждый год)
в МТС
в колхозах
в совхозах
в райзо
Агрономы
1930 г.
8748
1,4
33,0
11,6
40,9
1933 г.
34158
45,4
Н.св.
7,8
23,8
1941 г.*
52824
36,6
2,6
0,6
18,9
1941 г. (РСФСР)
29688
34,5
2,1
0,6 ‘
25,6
Ветврачи
1930 г.
4472
0,0
1,4
2,8
92,0
1933 г.
4406
0,0
Н.св.
3,2
61,5
1937 г.
11811
0,0
1.1
0,9
28**
1941 г. (РСФСР)
5034
0,0
0,1
0,1
4,6**
Ветфельдше
ры
1933 г.
8313
0,0
Н.св.
3,4
81,5
1937 г.
21070
0,0
-
9
**
Зоотехники
1930 г.
2348
1,4
39,1
13,6
36,4
1933 г.
8929
3,3
Н.св.
5,0
72,0
1941 г.*
28629
0,2
4,1
0,2
71,6
1941 г. (РСФСР)
16294
0,2
2,6
0,3
74,6
Механики
1930 г.
422
17,5
29,4
30,6
12,3
1933 г.
11957
81,0
Н.св.
7,7
04
Землеустроители
1930 г.
11237
0,0
0,2
0,4
96,9
1933 г.
6822
0,8
Н.св.
0,0
47,2
Составлено и рассчитано по: Народное хозяйство СССР. Стат, справочник. М.; Л.,
1932. С. 498-499; РГАЭ. Ф. 7486. Оп. 16. Д. 228. Л. 8, 92,126; Оп. 18. Д. 885. Л. 6, 7, Юоб., 14, 17об., 20об., 24об., 43; Д. 892. Л. 6, 7, 9, 11, 21,31, 41.
* За 1941 г. по всем специальностям с высшим и средним специальным образованием.
** С середины 1930-х гг. основная часть ветврачей и ветфельдшеров работала на ветучастках и ветфельдшерских пунктах системы НКЗ.
590 Народное хозяйство СССР. Стат, справочник. М.; Л., 1932. С. 499.
343
Как видим, в зародышевый период существования колхозно-совхозной системы достаточно большая доля сельскохозяйственных интеллектуалов была сосредоточена в колхозах (особенно это касалось зоотехников, механиков, агрономов), а также в райзо, где были сконцентрированы практически все ветврачи и землеустроители, около 40% агрономов. В 1933 г., однако, ситуация меняется. Кадры агрономов и механиков в основном перемещаются в МТС, которые согласно типовому договору МТС с колхозом обязывались «оказывать постоянную помощь колхозу ... путем его агрономического обслуживания», ветврачи, зоотехники, землеустроители - в райзо. Колхозы практически полностью теряют свой небольшой интеллектуальный «фонд». Такой подход в межукладном переформировании сельскохозяйственных интеллектуалов связан с применением все той же системы разделенного права собственности, о которой многократно шла речь при изучении механизмов капитализации российской деревни колхозного периода. В данном случае разделение интеллектуального капитала и колхозного сельскохозяйственного производства, сосредоточение агрономов, зоотехников, ветеринаров и т.д. в более передовых и капитализированных укладах (прежде всего, государственном) давало возможность наиболее интенсивного использования этого производственного ресурса. Малочисленность сельскохозяйственных интеллектуалов в совхозах была связана, прежде всего, с малочисленностью этих хозяйств.
Формирование четкой структуры рассредоточения сельскохозяйственных интеллектуалов относится к 1934 г. В 1934 г. ЦИК и СНК СССР утвердили в штате МТС должности старших и участковых агрономов, а также агрономов по спецкультурам и семеноводству. В этом же году в утвержденных СНК штатах районных земотделов были предусмотрены, кроме главного агронома и отраслевых специалистов, должности участковых агрономов из расчета 3-4 агронома на район, где нет МТС, и 1-2 агронома на район, обслуживаемый МТС591. В 1934 г. также началось создание специализированной сети зоотехнического обслуживания, основанной на работе зоотехнических участков. Примерно тогда же создавались ветучастки и ветфельдшерские пункты. Весной 1936 г. в СССР на этих участках работали более 2000 ветврачей и 6000 ветфельдшеров592. Следовательно, в течение 1930-х гг. интеллектуалы «земледельческой» направленности были сосредоточены, в основном, в МТС, а «животноводческой» - в основном в районных земельных отделах, а затем на зоо(вет)участках. На 1 января 1941 г. в РСФСР насчитывалось 75 тыс. специалистов сельского хозяйства с высшим 591 Слободчиков Д., Лежнев-Финьковский П. Агрономическое обслуживание // Сельскохозяйственная энциклопедия. Изд. 3. Т. 1. С. 79.
592 РГАЭ. Ф. 7486. Оп. 16. Д. 228. Л. 92.
344
и средним специальным образованием (из них, как указано выше, непосредственно в сельском хозяйстве было занято около 43 тыс.), из которых в совхозах работали около 0,4%, в колхозах - примерно 1%, в МТС - около 19%, в райзо и горзо - почти 37% сельскохозяйственных интеллектуалов. Остальные были сосредоточены вне непосредственного сельхозпроизводства: в аппарате НКЗ СССР, облзо и крайзо, трестов и контор и т.д.593
Нельзя не отметить попытки перемещения части сельскохозяйственных интеллектуалов (агрономов) в колхозы, предпринятой в 1940 г. В докладной записке «Об улучшении агрономической работы и повышении роли агрономов на производстве», направленной наркомом земледелия СССР И.А. Бенедиктовым секретарю ЦК ВКП(б) А.А. Андрееву в ноябре 1940 г., говорилось: «Система агрономического обслуживания колхозов, сложившаяся в первые годы организации МТС, устарела ... Основные агрономические кадры в районах находятся сейчас преимущественно в МТС и райзо ... Многие колхозы представляют собой крупные и сложные сельхозпредприятия, требующие систематического квалифицированного агрономического руководства. Возросшая экономическая мощь колхозов позволяет иметь своего агронома и содержать его на средства колхоза ... Считаем, что уже в 1941 г. не менее 40-50% агрономов, работающих во всех системах и организациях района (кроме совхозов), должны будут переключиться на работу непосредственно в колхозы, либо необходимо допустить приглашение агронома группой не свыше 3 колхозов, если содержание агронома в каждом из них является непосильным»594. Несмотря на подготовленные решения (к записке приложен проект постановления), это решение было реализовано лишь в 1950-е гг.
В годы Великой Отечественной войны произошло серьезное сокращение численности сельскохозяйственных интеллектуалов. За 1,5 года после начала военных действий только численность специалистов с законченным высшим образованием в СССР, работавших в сельхоз- производстве, в аппарате управления, в учебных и прочих заведениях, сократилась примерно в 2 раза (с 53,5 тыс. в начале 1941 г. до 25,1 тыс. в начале 1942 г.). При этом численность агрономов сократилась с 21,8 тыс. до 10,7 тыс., зоотехников - с 6,2 тыс. до 3,3 тыс., инженеров - с 10,3 тыс. до 5,2 тыс. Наиболее серьезно сократилась численность ветврачей - в 2,2 раза, с 8,4 тыс. до 3,8 тыс. человек595.
Межукладное распределение специалистов претерпело кардинальное изменение в 1950-е гг. (табл. 11).
593 Там же. Оп. 18. Д. 892. Л. 11, 16.
594 Там же. Оп. 19. Д. 292. Л. 3.
595 Там же. Оп. 18. Д. 896. Л. 192.
345
Таблица 11
Межукладное распределение сельскохозяйственных интеллектуалов с высшим и средним специальным образованием в СССР в 1950-е гг. (по системе Министерства сельского хозяйства СССР)
1951 г.
1953 г.
1957 г.
Всего (тыс. чел.)
В том числе в процентах к общей численности работали:
260,7
323,0
568,2
в аппарате МСХ СССР, ССР, АССР, край (обл) сельхозуправлений, рай- сельхозотделов
27
24
4
в участковой сети рай- сельхозотделов
28
10
Прекратила существование
в МТС и спецстанциях
19
17
22
в колхозах
5
8
27
в совхозах
Н. св.
6
13
в прочих учреждениях и предприятиях (райсемхозы, пром- предприятия, научно- исследовательские учреждения, учебные заведения, водное хозяйство и др.)
Н. св.
35
34
I
Рассчитано по: РГАЭ. Ф. 7486. Оп. 18. Д. 1144. Л. 2; Д. 1683. Л. 53.
Во-первых, наполненность интеллектуалами аппарата управления в 1950-е гг. снижалась, а реальных производственных единиц - увеличивалась. Во-вторых, с 1951 по 1957 г. произошло серьезное увеличение доли сельскохозяйственных интеллектуалов, работавших в колхозах, - в 5 раз (несмотря на начавшуюся совхозизацию и снижение числа колхозов в стране), а также в совхозах - в связи с возрастанием их количества. В сентябре 1953 г. Пленум ЦК КПСС принял решение о реорганизации системы участкового обслуживания колхозов596. Теперь 596 Постановление Пленума ЦК КПСС от 7 сентября 1953 г. «О мерах дальнейшего развития сельского хозяйства СССР» // Решения партии и правительства по хозяйственным вопросам. Т. 4. С. 23, 52.
346
агрономы и зоотехники концентрировались в МТС для постоянной работы в колхозах. Второй этап межукладных перемещений сельскохозяйственных интеллектуалов 1950-х гг. относится к 1955 г., когда агрономы и зоотехники переводились из штатов МТС непосредственно в колхозы597. Третий этап связан с реорганизацией МТС в 1958 г., когда все категории сельскохозяйственных интеллектуалов стали концентрироваться в колхозах и совхозах. Таким образом, в 1950-е гг. завершился длительный этап действия механизма разделенного права собственности в отношении интеллектуального сельскохозяйственного капитала.
Рассмотрим дальнейшие межукладные перемещения сельскохозяйственных интеллектуалов (табл. 12).
Таблица 12
Удельный вес специалистов, сосредоточенных в колхозах, совхозах, МТС РСФСР в 1958-1987 гг.
(в % от числа всех сельскохозяйственных специалистов, работавших в колхозах, совхозах, МТС)
Совхозы
Колхозы
МТС
1958 г.
1965 г.
1975 г.
1987 г.
со ю ст> г-
1965 г.
1975 г.
1987 г
с 00 ю а>
Агрономы
17
46
52
54
63
54
48
46
20
Зоотехники, зооветработ- ники, ветврачи
22
51
58
57
45
49
42
43
33
Инженеры и техники механизации
28
57
57
61
-
43
43
39
72
Экономисты
-
-
59
57
-
-
41
43
-
Рассчитано по: РГАЭ. Ф. 7486. Оп. 18. Д. 1430. Л. 3, Зоб., 26, 26об.; Д. 4703. Л. 19-26, 35-37, 58-65, 74-75; Народное хозяйство РСФСР в 1987 г. Стат, ежегодник. С. 311. Данные 1958 г. - на 1 января, 1965, 1975 гг. - на 1 апреля.
597 Постановление ЦК КПСС и СМ СССР от 20 августа 1955 г. «О мерах по дальнейшему улучшению агрономического и зоотехнического обслуживания колхозов» // Законодательные и ведомственные акты по сельскому хозяйству. М., 1958. T. 1. С. 185.
347
В 1958 г. основная часть сельскохозяйственных интеллектуалов была сосредоточена в колхозах, кроме инженеров и техников механизации, которые до реорганизации МТС работали в этой структуре. Однако уже с середины 1960-х гг. основная часть сельскохозяйственных интеллектуалов перемещается в совхозы. Эта ситуация сохраняется до конца существования колхозно-совхозного строя.
В течение 1930-1980-х гг. произошло заметное смещение сельскохозяйственных интеллектуалов из обслуживающе-управленческой системы в производство. В начале 1960-х гг. основная масса специалистов сельскохозяйственного профиля, занятых в сельском хозяйстве РСФСР (69,5%), работала в его производственных звеньях598. На 1973 г. непосредственно в сельскохозяйственном производстве СССР работали 66% специалистов системы Министерства сельского хозяйства СССР599, что было, по крайней мере в 2 раза выше, чем в 1930-е гг. Завершение процессов капитализации в 1950-е гг. потребовало массового перемещения сельскохозяйственных интеллектуалов в колхозы, после чего пропорции распределения этого ресурса между государственным и колхозным укладами стали примерно равными.
598 Народное хозяйство РСФСР в 1960 г. С. 342
599 Рассчитано по: РГАЭ. Ф. 7486. Оп. 40. Д. 2673. Л. 14.
348
§ 2. Правовое положение
Правовой статус интеллектуалов на протяжении 1930-1980-х гг. серьезно эволюционировал.
Одним из первых документов, определивших особенности правового положения сельскохозяйственных интеллектуалов, стало постановление ВЦИК и СНК РСФСР от 10 июня 1930 г. «О льготах квалифицированным работникам в сельских местностях и рабочих поселках»600. В преамбуле этого документа законодатель оговаривает важность «обеспечения благоприятных условий труда ... и укрепления кадров сельских специалистов», а в постановляющей части формирует ряд привилегий для сельскохозяйственных интеллектуалов. В частности, прибывшим на работу в сельскую местность выплачивались компенсации, предусмотренные для лиц, перемещаемых с одного места службы на другое, им разрешалось заключать трудовые договоры на срок до трех лет. Назначение, перемещение и увольнение сельскохозяйственных интеллектуалов колхоза могло производиться только райисполкомом с «немедленным сообщением» в окрисполком, который данные решения имел право отменить. В совхозах эти вопросы решались администрацией, которая должна была «немедленно, мотивированно» сообщить о них совхозтресту. Сам увольняемый специалист имел право потребовать назначения экспертной комиссии «для установления причин непригодности». За квалифицированными специалистами и их семьями, выехавшими в сельскую местность, сохранялась жилая площадь по месту их прежнего жительства. В Постановлении оговаривалось также, что порядок и размеры оплаты труда сельскохозяйственных специалистов определялись особым законом. Таким образом, уже в 1930 г. границы оформлявшегося класса сельскохозяйственных интеллектуалов просматривались достаточно определенно. Этот класс в правовом плане был независим от колхозов и сравнительно мало зависим от совхозной администрации как в плане появления в хозяйствах, так и в увольнении и перемещении на другое место работы. Его «имплантированность» подчеркивалась сохранявшимся вне сельской местности жильем, особым порядком установления зарплаты и т.д. Важной частью правового положения сельскохозяйственных интеллектуалов было оговоренное в постановлении наличие «соцпакета». Сельскохозяйственному интеллектуалу полагался очередной отпуск (1 месяц), поездка в научную командировку (или на курсы переподготовки) на три месяца каждые три года с сохранением средней зарплаты по месту работы, льготные условия заочного обучения (ведомства, проводящие заочное обучение, должны были установить пониженную плату СУ РСФСР. 1930. № 39. С. 481.
349
за обучение и экстернат601), льготные экскурсионные билеты, лечение в «ближайшем городском медицинском учреждении» (за счет соцстраха), возможность санаторно-курортного лечения и т.д. Постановление 1930 г. содержало интересный элемент, позволяющий представить место класса сельскохозяйственных интеллектуалов в шкале социальных слоев страны: их дети принимались «в школы и детские учреждения социального воспитания и профессионального образования, а также в вузы наравне с детьми рабочих и батраков». Следовательно, с самого начала класс сельскохозяйственных интеллектуалов уже имел достаточно большие профессиональные и социальные права, охраняемые государством и профсоюзами. Постановлением закреплялось, что «расходы, связанные с проведением льгот ... относятся за счет тех источников финансирования, по которым проходит содержание работников».
Спецификой правового положения интеллектуалов было и то, что сельскохозяйственные предприятия уже упомянутым постановлением 1930 г. обязывались нести своеобразную натуральную ренту по содержанию сельскохозяйственных интеллектуалов. Квалифицированным сельскохозяйственным работникам, проживающим в сельской местности и рабочих поселках, соответствующие предприятия, организации и учреждения должны были предоставлять «бесплатные квартиры с отоплением и освещением в натуре». Этим же постановлением закреплялось, что «при отсутствии свободных квартир в домах, принадлежащих указанным ... учреждениям, предприятиям или организациям, необходимая и вполне годная жилая площадь с отоплением и освещением на работника и членов его семьи должна быть предоставлена в наемных помещениях, с оплатой жилой площади, отопления и освещения за счет соответствующих ... учреждений или организаций по действительной их стоимости. Необходимые средства включаются в смету соответствующего учреждения, предприятия, организации. Жилая площадь предоставляется по нормам, установленным в данной местности»602.
601 Согласно Декрету ВЦИК СНК РСФСР от 22 марта 1923 г. «О порядке взимания платы за обучение в учреждениях Народного комиссариата просвещения», в техникумах, практических институтах и вузах, расположенных в городах, допускалась плата за обучение.
602 О льготах квалифицированным работникам в сельских местностях и рабочих поселках. Постановление ВЦИК и СНК РСФСР от 10 июня 1930 г. // СУ РСФСР. 1930. № 39. С. 481. Настоящее постановление утратило силу на основании постановления СНК РСФСР от 12 января 1943 г. «Об изменении законодательства РСФСР в связи с изданием Указа Президиума Верховного Совета СССР от 3 октября 1942 г. «О прекращении начисления процентных надбавок к заработной плате рабочим и служащим и предоставлении им других льгот, связанных с работой в отдаленных местностях, вне крупных городских поселений и на Крайнем Севере» // СП РСФСР. 1943. № 1. Ст. 3.
350
Кроме того, «квалифицированные ... ветеринарные и агрономические работники ... обязанные совершать служебные разъезды по району (участку)», обеспечивались соответствующими учреждениями или организациями «бесплатным транспортом в натуре или же на основе соглашений, заключаемых на местах», им должны были возмещаться расходы по разъездам603. Таким образом, внедрение интеллектуально- ю капитала в сельскохозяйственное производство было сходным по происходящим процессам с экономической капитализацией российской деревни. Как вокруг физического и денежного капитала возникали в 1930-е гг. различные натуральные отношения, так и интеллектуальные капиталисты взимали натуральную ренту в виде натурального вознаграждения за их собственность - знания. При этом натуральная рента была закреплена государственным законодательством.
Сельское сообщество зафиксировало изначальную инородность сельскохозяйственных интеллектуалов в деревенской среде. В1930-е гг. были распространены, например, такие частушки:
Агрономшу я свою
По белой кофте узнаю. Походочка утиная, Гэловка лошадиная604 * *.
Агроном, Семён, Большую речь толкал! Только ты на ней Беспробудно спал601.
Рассмотрев изначально закрепленное место сельскохозяйственных интеллектуалов в правовой системе советского общества 1930-х гг., сделаем ряд выводов. Сельскохозяйственные интеллектуалы являлись служащими: они работали на условиях найма в совхозах, МТС, колхозах. При этом в колхозах этот социальный класс был одной из немногих категорий, которым разрешено было работать по трудовому соглашению. Примерный устав сельхозартели 1935 г. (ст. 13) определял, что «допускается привлечение на сельскохозяйственные работы по найму только лиц, обладающих специальными знаниями и подготовкой (агрономы, инженеры, техники и т.п.)». Сельскохозяйственные интеллектуалы обладали большей, чем колхозники, полнотой гражданских прав: имели паспорт, могли свободно передвигаться.
603 Там же.
604 Частушки. М., 1987. С. 176.
606 Заветные частушки. Из собрания А.Д. Волкова. T. 2. Политические частушки.
С. 167.
351
В середине - второй половине 1930-х гг. правовое положение сельскохозяйственных интеллектуалов начало меняться. В 1933 г. был введен институт «распределения» после окончания высшего или среднего специального учебного заведения, согласно которому выпускники должны были отработать в хозяйстве не менее 5 лет606. С 1937 г. были отменены элементы натуральной ренты для агрономов в виде бесплатного жилья и бесплатных коммунальных услуг. В 1939 г. сельскохозяйственные интеллектуалы получили право на приусадебный участок «в размере не более 0,15 га на одну семью, включая площадь, занятую постройками». Кроме того, было разрешено государственным организациям и учреждениям «предоставлять в необходимом количестве выпасы для скота личного пользования служащим, агрономам и другим не членам колхоза на незанятых государственных землях или пользоваться колхозными выпасами по договоренности с колхозом за соответствующую оплату, оправдывающую расходы колхоза по содержанию выгонов и водопоев»607. С середины 1939 г. все служащие, проживающие в сельской местности, были привлечены к обязательным поставкам молока и мяса государству608, однако они, как правило, не несли повинность по обязательным поставкам продукции растениеводства. Если хозяйства сельскохозяйственных интеллектуалов не имели заданий по посевам на полевых участках, а количество скота не превышало поголовья, разрешенного Уставом сельхозартели для данного района, они не облагались сельхозналогом609. В 1940 г. сельскохозяйственным специалистам, как и другим служащим, был запрещен «самовольный уход с предприятий и учреждений»610.
608 Постановление ЦИК СССР и СНК СССР от 15 сентября 1933 г. «Об улучшении использования молодых специалистов» // http://www. kadis.ru/ texts/ index. phtml?id=29839
607 Постановление СНК СССР и ЦК ВКП(б) от 28 июля 1939 г. «О приусадебных участках рабочих и служащих, сельских учителей, агрономов и других не членов колхозов, проживающих в сельской местности» // Решения партии и правительства по хозяйственным вопросам. М., 1967. Т. 2. С. 719, 720. >
600 Постановление СНК СССР и ЦК ВКП(б) от 1 июня 1939 г. «О привлечении рабочих и служащих, проживающих в сельской местности, к обязательным поставкам молока и мяса государству» И Сборник постановлений СНК СССР. 1939. Т. 3. С. 184-185.
609 Закон о сельскохозяйственном налоге (принят внеочередной Четвертой сессией Верховного Совета СССР 1-го созыва) 1 сентября 1939 г. // Важнейшие решения по сельскому хозяйству за 1938-1940 годы. С. 125.
610 О переходе на восьмичасовой рабочий день, на семидневную рабочую неделю и о запрещении самовольного ухода рабочих и служащих с предприятий и учреждений // Важнейшие решения по сельскому хозяйству за 1938-1940 годы. С. 210-211. Этот закон перестал действовать к 1950-м гг. Фактически отменен в 1959 г. (см.: Постановление ЦК КПСС, СМ СССР, ВЦСПС от 19.09.1959 № 1120 «О сроках завершения перевода на семи- и шестичасовой рабочий день и упорядочения заработной платы рабочих и служащих во всех отраслях народного хозяйства СССР»).
352
Следовательно, 1930-е гг. были периодом «усаживания» сельскохозяйственных интеллектуалов на «землю», нивелирования их привилегированного социального статуса, включения в систему повинностных отношений, характерных для деревни 1930-1950-х гг. Окончательная отмена правовой исключительности сельскохозяйственных интеллектуалов, сформированная в 1930 г., была закреплена законом 1943 г., который сохранил лишь положения о бесплатном жилье и транспорте для ветеринаров и других квалифицированных сельскохозяйственных работников сельской местности (кроме агрономов)811. В целом ситуация с внедрением в деревню интеллектуального капитала и его функционированием на начальных этапах развития государственного капитализма в деревне была вполне типичной для российского пути капитализации. Явления, схожие с внешней натурализацией отношений со специалистами, «феодальной» оболочкой разных сторон их существования (наделения землей, включения в систему повинностей), мы наблюдали и в функционировании физического, денежного, финансового и других форм капитала того времени.
Эволюция правового положения сельскохозяйственных интеллектуалов к началу 1940-х гг. создала условия для перехода к укоренению интеллектуального капитала непосредственно в сельскохозяйственном производстве. Ярко и отчетливо такую готовность отразила дискуссия, развернувшаяся по поводу статьи агронома Сахарова «О правах и обязанностях агронома»812 в газете «Социалистическое земледелие» в 1940 г.611 612 613 Размышляя по поводу этой статьи, агроном-семеновод Лат- ненской МТС Семилукского района Воронежской области Н. Шарыкин в том же году писал в редакцию газеты: «Основное противоречие земельных органов заключается ... в том, что земорганы как были, так и остались удаленными и оторванными от колхозного производства, что колхозы, вокруг которых в основном сосредоточилась деятельность всей земельной системы, как варились, так и варятся в собственном соку ... Как агроном может быть полноправным организатором производства, если он сам поставлен в положение механического исполнителя воли близоруких и недальновидных руководителей в МТС, райзо или даже облзо. Как может быть агроном организатором производства, если средствами производства распоряжается директор МТС и любое лицо в районе ... Как может агроном быть организатором производ611 Постановление ВЦИК и СНК РСФСР от 10 июня 1930 г. «О льготах квалифицированным работникам в сельских местностях и рабочих поселках» (с изменениями на 12 января 1943 г.) // СП РСФСР. 1943. № 1. Ст. 3.
612 Сахаров. О правах и обязанностях агрономов // Социалистическое земледелие. 1940. 30 июля.
6,3 Отклики публиковались в газете на протяжении второй половины 1940 г.
353
ства, если он не имеет никаких прав и полномочий перестраивать это производство в соответствии с требованиями передовой агротехники ...На мой взгляд, на пост директора МТС нужно ставить лицо с агрономическим и техническим образованием, независимо от его партийности ... Оставить в МТС одного агронома, экономиста-плановика, в совершенстве знающего сельхозпроизводство, с экономическим образованием. Должность старшего агронома и агрономов-отраслевиков упразднить и посадить всех этих агрономов на агрономические участки во главе с участковым агрономом с высшим образованием»614. Обсуждение этих проблем газетой велось в течение лета и осени 1940 г. В ноябре 1940 г. итоги дискуссии подвел нарком земледелия СССР И. Бенедиктов. В «Докладной записке по вопросам улучшения агрономической работы и повышении роли агрономов на производстве», представленной в правительство, он писал: «необходимо изменить систему государственного агрономического обслуживания колхозов - сосредоточив агрономическое обслуживание в районе в ведении райзо. Для этого необходимо передать райзо всю участковую агрономическую сеть МТС, а также отраслевых агрономов МТС для использования их преимущественно на работе в колхозах и на участках райзо ... Крайне больным вопросом в настоящее время является правовое положение агронома. Грубое нарушение прав агронома является частым явлением. Указания агрономов по агрономическим вопросам сплошь и рядом безответственно отменяются без ведома агронома многочисленными уполномоченными». В 1940 г. был даже разработан законопроект об изменении системы агрономического обслуживания и определении прав и обязанностей агронома, работающего в колхозе, на участке, в МТС, в аппарате райзо. Законопроект расширял права агрономов: например, главный агроном райзо получил бы право штрафовать за нарушение основных агрономических требований (до 100 руб.). Для агрономов, работающих в колхозах, законопроект предусматривал оплату труда в размере 85-90% от размера зарплаты председателя колхоза, сохранение выдачи продуктов по нормам, установленным для председателя колхоза, распространение на них всех премий, получаемых председателем колхоза, в размере от 85 до 90%. Кроме того, законопроектом предусматривалось наделение агронома колхоза приусадебным участком по существовавшим нормам615.
Однако Великая Отечественная война прервала наметившийся тренд. Это катастрофическое событие надолго заморозило перемещение интеллектуального капитала непосредственно в деревню. Война нанесла сокрушительный урон по величине этого важнейшего для раз8,4 РГАЭ. Ф. 7486. Оп. 19. Д. 333. Л. 1-9.
815 Там же. Д. 292. Л. 3, 6-7.
354
вития страны ресурса. Агрономы, зоотехники, ветеринары становились солдатами, гибли на фронтах. Чтобы только восстановить потери интеллектуального капитала, стране потребовалось около 10 лет. Приближение к довоенному уровню развития вновь возвратило общество к ранее обсуждавшимся вопросам. Уже в 1950 г. это отчетливо просматривается, например, в записке «О задачах партийных организаций в укреплении состава председателей колхозов кадрами, имеющими сельскохозяйственное образование», подготовленной заведующим сельскохозяйственным отделом ЦК ВКП(б) А.И. Козловым, на имя секретаря ЦК ВКП(б) Г.М. Маленкова. А.И. Козлов приводит слова агронома Орлова, управляющего межрайонной конторой «Сортсемовощ» Саратовской области: «место агрономов и других специалистов сельского хозяйства в колхозах и совхозах, т.е. непосредственно на производстве ... Рано или поздно они должны будут пойти на производство - в колхозы. Этого требует дальнейший подъем сельского хозяйства и повышение культуры земледелия на основе внедрения передовой агрономической науки. Я согласен пойти на работу председателем колхоза. Прошу только сохранить за мной стаж работы, все льготы, которыми я пользуюсь как специалист и сохранить в течение года зарплату, чтобы я мог нормально существовать и независимо от колхозной кладовой работать»816. В 1952 г. схожее мнение было высказано в письме первого секретаря Новгородского обкома ВКП(б) А.Г. Федорова, направленном на имя Г.М. Маленкова. По мнению А.Г. Федорова, «участковые агрономы и зоотехники, не имея прав, слабо влияют на работу колхозов ... Поэтому назрела необходимость заменить существующую форму агрозоотехнического обслуживания колхозов через агроучастки - направить агрономов и зоотехников непосредственно в колхозы. Чтобы проводить в колхоз свои указания, агрономам или зоотехникам нужны административные права, а для этого следует избрать его членом правления и утвердить заместителем председателя колхоза ... Оплату специалистов, работающих в колхозах, было бы целесообразно установить и деньгами и трудоднями. Это поставит их в материальном положении в прямую зависимость от результатов хозяйственной деятельности колхозов»616 617. Интересно обсуждение предложений А.Г. Федорова, которое состоялось в правительстве СССР. Г.М. Маленков попросил высказаться Министерство сельского хозяйства и Совет по делам колхозов, в результате чего получил следующие мнения. Заместитель министра сельского хозяйства в ответ на запрос Маленкова написал: «ликвидация государственной агрономической и зоотехнической участковой сети и оставление машинно-тракторных стан616 РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 138. Д. 220. Л. 20.
6,7 Там же. Д. 380. Л. 132.
355
ций без участковых агрономов приведет к ослаблению роли МТС в организационно-хозяйственном укреплении колхозов, в подъеме культуры земледелия ... а также ухудшит использование машинно- тракторного парка». Заместитель Председателя Совета по делам колхозов занял следующую позицию: «Предложение Новгородского обкома ВКП(б) ... Совет ... считает неприемлемым ... Упразднять агрономическую сеть в настоящее время нецелесообразно; содержать агрономов в колхозе на государственной оплате и вводить двойную оплату (денежную от государства и трудоднями от колхоза) также нецелесообразно»618. Эта переписка очень показательна в том плане, что на высшем государственном уровне прекрасно осознавали роль и место интеллектуального капитала, который на этапе начала 1950-х гг. еще концентрировался в МТС, на одном «этаже» с физическим капиталом. Видимо, эта сопряженность была самым важным аргументом в споре о месте сельскохозяйственных интеллектуалов в производстве.
Тем не менее размышления в обществе по поводу правового статуса сельскохозяйственных интеллектуалов продолжались, о чем свидетельствует большое количество писем по этому поводу, поступивших в начале 1950-х гг. в ЦК ВКП(б), в основном Г.М. Маленкову619. Процитируем еще одно интересное мнение. Высказал его в 1952 г. директор Чувашской государственной селекционной станции Я.Ф. Лукьяненко. Он писал: «Агроном - деятель земли, хозяин земли, создатель ее плодородия. Агроном - это по-русски сказать - земельный инженер. А этот земельный инженер сидит где-нибудь в аппарате и со стороны рекомендует, советует, а сам, как правило, ни за какое хозяйство не отвечает ... Такими агрономами были земские агрономы ... Наблюдая за жизнью, я пришел к заключению, что следовало бы сделать так: всех агрономов и зоотехников послать работать в колхозе, а должности их в аппаратах сократить на 90% ... Место их [агрономов] в колхозе, на земле, а они все лекции читают, да сведения собирают ... А так, как сейчас специалисты сельского хозяйства/используются, - это громадная растрата денег без пользы. Так как все указания грамотных агрономов и зоотехников утопают и глушатся неграмотными, часто элементарно, исполнителями ... При наличии земельного инженера, т.е. главного агронома в каждом колхозе, не потребуется тратить столь много средств и усилий на пропаганду ... Сельское хозяйство сразу бы получило громадную культурную силу, способную преобразовать природу земли и растений ... Может быть, моя мысль смотрит далеко вперед». На запрос Г.М. Маленкова по поводу этого письма зав. сельхозотделом ЦК 618 Там же. Д. 380. Л. 134, 138.
619 Эти письма сосредоточены в РГАСПИ. См. например: РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 138. Д. 380.
356
А. Козлов ответил: «Предлагаемое Лукьяненко сокращение специалистов в МТС и сельскохозяйственных органах направлено, по существу, к полной ликвидации системы государственного агрозоотехнического обслуживания колхозов, и согласиться с этим предложением не считаю возможным»620.
Социальный интерес советского общества к правовому положению интеллектуалов отражал назревшие на рубеже 1950-х гг. общие проблемы периода бифуркации, в числе которых было решение вопроса о месте и роли всех видов капитала, в том числе и интеллектуального. Уже в первой половине 1950-х гг. многие из поставленных ранее вопросов получили непосредственное воплощение в конкретных законодательных шагах, которые привели к крупнейшим изменениям в правовом статусе сельскохозяйственных интеллектуалов.
В 1953 г. произошло освобождение сельскохозяйственных интеллектуалов от обязательных поставок продукции животноводства. Согласно Постановлению ЦК КПСС и СМ СССР от 21 сентября 1953 г. хозяйства агрономов, зоотехников, землеустроителей, ветврачей, фельдшеров и т.д., имеющих специальное образование и работающих по специальности на предприятиях, в учреждениях и организациях, которые находились в сельской местности, полностью освобождались от обязательных поставок государству мяса, яиц, шерсти и свиных кож в том случае, если эти «граждане являлись главой семьи», «если в хозяйстве нет рабочего скота и имеется не более одной коровы, одной головы молодняка КРС ... одной свиньи ... и трех овец и коз»621.
Главное содержание изменений социального статуса сельскохозяйственных интеллектуалов в правовом плане состояло в приближении к положению не «имплантированного» в сельское хозяйство, а «коренного» его работника. В первую очередь это выражалось в вертикальном перемещении «вниз», к «земле»: в 1953 г. из районных управлений сельского хозяйства и заготовок сельскохозяйственных интеллектуалов переместили в МТС (а, частью, в колхозы), в 1955 г. - из штатов МТС в колхозы622. Во-вторых, это движение первоначально в опреде"20 РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 138. Д. 380. Л. 86.
1.21 Постановление ЦК КПСС и СМ СССР от 21 сентября 1953 г. «О мерах по дальнейшему развитию животноводства в стране и снижению норм обязательных поставок продуктов животноводства государству хозяйствами колхозников, рабочих и служащих» // Партия - организатор крутого подъема сельского хозяйства СССР. М„ 1958. С. 70-71.
1.22 Постановление ЦК КПСС и СМ СССР от 21 сентября 1953 г. «О мерах по дальнейшему улучшению работы машинно-тракторных станций» // Там же. С. 137-141; Постановление ЦК КПСС и СМ СССР от 20 августа 1955 г. «О мерах по дальнейшему улучшению агрономического и зоотехнического обслуживания колхозов» // Законодательные и ведомственные акты по сельскому хозяйству. T. 1. С. 185.
357
ленной мере, а затем полномасштабно распространяло на сельскохозяйственных интеллектуалов элементы нового для них правового статуса. Так, в 1953 г. труд агрономов и зоотехников МТС, направленных в колхозы, частично оплачивался трудоднями; колхозам рекомендовалось для агрономов и зоотехников МТС предоставлять «жилые дома с надворными хозяйственными постройками, наделять их приусадебными участками по установленным нормам, оказывать им помощь в строительстве собственных жилых домов и предоставлять бесплатно средства передвижения»623. Однако первоначально сохранялись и элементы прежнего правового статуса: отменять распоряжения и указания главного агронома МТС могло только областное или краевое управление сельского хозяйства, на сельскохозяйственных интеллектуалов до 1955 г. распространялось трудовое законодательство в части социального страхования и социального обеспечения (пенсии, больничный, выплаты за стаж работы по специальности, отпуска и т.д.)624.
В 1955 г. агрономы и зоотехники, занятые в обслуживании колхозного производства, были переведены из штатов МТС непосредственно в колхозы. Хотя сельскохозяйственные интеллектуалы формально могли оставаться в старом статусе - служащих, им настойчиво рекомендовалось вступать в члены сельскохозяйственных артелей. В 1956 г. половина сельскохозяйственных интеллектуалов сменили свой социально-правовой статус, став членами сельхозартелей625 *. Соответственно, если раньше специалисты получали заработную плату из госбюджета, то, становясь членами колхоза, они были переведены на содержание колхоза и оплачивались трудоднями. Лишь на первые три года работы в колхозе специалистам назначалась государственная дотация в размере от 300 до 550 руб. в месяц, однако в праве получения государственной доплаты были сделаны большие ограничения. Кроме того, сельскохозяйственные интеллектуалы лишились «соцпакета»: прав на пенсию, на оплачиваемый отпуск, на членство в профсоюзе и ряда других льгот, которыми они пользовались в штате МТС.
623 Постановление ЦК КПСС и СМ СССР от 21 сентября 1953 г. «О мерах по дальнейшему улучшению работы машинно-тракторных станций» // Партия - организатор крутого подъема сельского хозяйства СССР. С. 140.
624 Об укреплении МТС руководящими кадрами (из постановления СМ СССР и ЦК КПСС от 21.09.1953 «О мерах по дальнейшему улучшению работы МТС») // Сборник постановлений о заработной плате рабочих и служащих сельского хозяйства: Оплата труда в машинно-тракторных и специализированных станциях. М., 1954. С. 134.
625 Тюрина А.П. Укрепление колхозов и МТС кадрами руководителей и специали¬
стов (1951-1958 гг.) // Развитие сельского хозяйства СССР в послевоенные годы (1946-1970 гг.). С. 257.
358
Эти решения породили поток возражений от специалистов сельского хозяйства. Их протест выражался в массе писем, а также динамичном уходе из сельского хозяйства. Редакция газеты «Сельское хозяйство» в период наиболее интенсивного поступления корреспонденции (1955-1958 гг.) постоянно составляла сводки наиболее типичных писем от сельскохозяйственных интеллектуалов. Приведем некоторые из них. А.С. Козьменко, агроном колхоза из Калининградской области, спрашивал: «Будут ли иметь право на пенсию и сохранят ли свой профсоюзный стаж специалисты сельского хозяйства, проработавшие 20 и более лет, при условии, что они теперь работают в колхозах? ... Я побывал в обкоме профсоюза рабочих и служащих сельского хозяйства и заготовок, где мне заявили: «все это рушится» ... Для нас - агрономов и зоотехников, состоящих в профсоюзе по 25-30 лет и имеющих производственный стаж по 22-23 года, это будет большим ущемлением ... Нас не страшит ни жизнь колхозная, ни оплата трудоднями, так как все это очередная естественная необходимость. Для нас является большой обидой, что мы лишаемся права на пенсию. Вот что практически получается: мы родственные два специалиста, почти одновременно окончили институты. После учебы я начал работать в системе МТС, а потом в колхозе, как призвала партия и правительство. Мой товарищ работает в системе совхозов. И вот он, проработав 25 лет агрономом, идет на пенсию ... а на меня эта заслуженная привилегия не будет распространяться»626. Агроном колхоза «Прогресс» Приморского края А.А. Андрухова в 1957 г. писала: «В 1955 г. специалистов нашего района созвали в райисполком и сказали: «с сегодняшнего дня вы - колхозники и, будьте добры, работайте в рядах колхозников» ... С тех пор на специалистов не обращают никакого внимания, не создают никаких условий, а работу требуют, все время напоминают о том, что мы получаем колхозные трудодни ... Агроном должен каждый день быть на своем посту, но ему и покушать надо, стало быть, он должен разводить домашний скот. Так постепенно агроном превращается в домашнюю хозяйку»627. Агрономы колхоза им. Кагановича из Курской области Казакова и Кастыркина в том же году писали в газету «Сельское хозяйство»: «Труд нам не нормирован, приходится работать с темна до темна, без выходных - в сезонное время, а в колхозе все время сезонное, начиная с весеннего сева и кончая уборкой. Не предусмотрено отпуска для отдыха, не распространяется на нас, колхозников, и сокращенный рабочий день в предпраздничные и выходные дни»628.
'•26 РГАЭ. Ф. 7486. Оп. 18. Д. 1356. Л. 37-38.
‘■2? РГАНИ Ф. 5. Оп. 46. Д. 163. Л. 12.
628 Там же. Л. 16.
359
Нужно отметить еще одно обстоятельство. После перемещения сельскохозяйственных интеллектуалов в колхозы их положение стало, по сути, маргинальным. Не чувствуя себя крестьянами (для многих из них это был синоним колхозника), но перейдя на эту правовую панель, они должны были подчиняться председателям сельхозартелей, а нередко и бригадирам, тогда как раньше последние должны были исполнять указания агрономов, зоотехников и других интеллектуалов. Н.С. Синицын - главный агроном Савинской МТС Ивановской области - писал об этом в газету «Сельское хозяйство» в 1957 г.: «Председатель ставит вопрос «или я, или они». Поскольку председатель в колхозном производстве считается более необходимым и «дефицитным», то со всякой волей его все смиренно соглашаются»629. Массовое выражение своего мнения, борьба за защиту групповых интересов ярко показали, что к середине 1950-х гг. класс интеллектуалов сельского хозяйства уже вполне оформился, осознал свое место в обществе, не отождествлял себя ни с одной из деревенских групп. Министерство сельского хозяйства СССР подчеркивало, что «многие агрономы и зоотехники, переведенные из штатов МТС на работу в колхозы, не вступают в колхоз, полагая, что тем самым они сохраняют за собой звание члена профсоюза с правом на пенсию и т.д. ... Имеют место факты, когда отдельные специалисты стремятся оформить свою работу в колхозе на гарантийных договорных началах ... (денежная оплата от колхоза, кроме трудодней)»630. Многие интеллектуалы, защищая свои права, предприняли массовый исход из условий, не гарантирующих для них искомого социального статуса. Вот как об этом писал агроном колхоза им. Ленина Краснодарского края Ф.Ф. Глуховченко в 1955 г.: «В нашем колхозе почти все специалисты работают только по найму, за деньги. Боятся потерять стаж ... Все рвут с колхоза, хоть трава не расти, а деньги отдай: председателю деньги, зоотехнику деньги, агроному деньги, ветврачу деньги, а колхознику на трудодень - по 80 коп ... Расставаться с колхозом это равносильно расставаться с родной матерью, а вот приходится уходить, иначе моя работа в течение 22 лет пропадет ... Чем же я гарантирую свою старость?»631.
В исходе интеллектуалов из деревни выразился их классовый протест. По неполным данным «Справки о фактах массового ухода агрономов и зоотехников из экономически слабых колхозов РСФСР и невнимательном отношении к специалистам сельского хозяйства со стороны местных органов», подготовленной Управлением руководящих кадров Министерства сельского хозяйства СССР, только за 1956 г. ушло из кол629 Там же. Л. 17.
630 РГАЭ. Ф. 7486. Оп. 18. Д. 1683. Л. 258.
831 Там же. Д. 1356. Л. 38.
360
хозов РСФСР около 13 000 агрономов и зоотехников, или 23% общего их количества по состоянию на конец 1956 г. За 1957 г. убыло из колхозов еще свыше 14 000 специалистов сельского хозяйства, или более 25% к их наличию на начало 1958 г.632
Результаты борьбы сельскохозяйственных интеллектуалов за свои права последовали достаточно быстро. Уже в начале 1960-х гг. на специалистов сельского хозяйства, перешедших в колхозы из МТС и других государственных учреждений и предприятий, было распространено трудовое законодательство. Они возвратили себе право на оплачиваемые ежегодные отпуска, на пенсию по инвалидности, по старости, за выслугу лет, могли состоять в профсоюзе, совмещая это членство с членством в сельхозартели633. Однако, если сельскохозяйственный интеллектуал не являлся колхозником, на него распространялся ряд ограничений: например, он не мог быть избранным в правление сельхозартели634. В 1964 г. практически завершилось «вживление» отстоявших свои особые классовые позиции интеллектуалов в аграрное производство как особого класса: было принято постановление ЦК КПСС и СМ СССР об установлении размеров должностных окладов имеющим высшее и среднее специальное образование специалистам колхозов на уровне размеров должностных окладов, устанавливаемых для специалистов совхозов с соответствующим объемом производства сельхозпродукции635. В том же году было определено, что колхозным специалистам, имеющим высшее или среднее специальное образование и работающим по специальности во всех звеньях колхозного производства, назначаются пенсии по старости и по инвалидности в порядке, предусмотренном для рабочих, служащих и членов их семей636. Следовательно, эти две группы сельскохозяйственных интеллектуалов, работающие в двух основных производственных укладах сельского хозяйства страны, были формально объединены в единую для законодателя группу: они считались служащими, получали заработную плату, обладали особыми социальными правами и гарантиями.
632 РГАНИ. Ф. 5. Оп. 46. Д. 202. Л. 7.
633 740 вопросов и ответов по колхозному законодательству (сборник консультаций). С. 300.
934 Там же.
635 Постановление ЦК КПСС и СМ СССР от 12 марта 1964 г. «О мерах подъема экономики отстающих колхозов» // Решения партии и правительства по хозяйственным вопросам. М., 1968. Т. 5. С.454.
639 Постановление СМ СССР от 20 июля 1964 г. «О государственном пенсионном обеспечении и социальном страховании председателей, специалистов и механизаторов колхозов» // Решения партии и правительства по хозяйственным вопросам. Т. 5. С. 484.
361
Завершение имплантации сельскохозяйственных интеллектуалов в сельскую экономику в середине 1960-х гг. не выглядит случайностью в логике развития страны. Во-первых, этот ресурс по накопленному интеллектуальному капиталу был уже достаточно велик. Во-вторых, значимость интеллектуального ресурса возрастала в связи с необходимостью полномасштабной реализации накопленных ресурсов физического капитала. Напомним, что проведенное ранее авторами данной работы изучение соотношения факторов производства в российской деревне 1930-1980-х гг. показало: абсолютно господствующим ресурсом в сельском хозяйстве в середине 1960-х гг. стал физический капитал (в 1966 г. его доля в себестоимости продукции сельского хозяйства составляла 70%637), рациональное распоряжение которым было невозможно без особого знания, которым обладали сельскохозяйственные интеллектуалы. Так как интеллектуальный капитал - ресурс особого рода и его носителем является человеческая личность, достаточно чувствительная к ущемлению своих классово-групповых интересов и устремлений, власти пришлось учитывать этот фактор, реализуя политику интеллектуальной капитализации деревни в благоприятной для интеллектуалов направленности государственных инновационных вложений.
В сложном производстве, которым стало сельское хозяйство России послевоенного времени, необходимо было использовать интеллектуальный ресурс в системе, то есть охватывая все виды капитала - его физическую форму (живой и мертвый капитал), финансово-денежные потоки и т.д. Поэтому только слой интеллектуальных капиталистов, внедренных в производство и взаимодействующих между собой (бухгалтерско-экономических работников, плановиков, финансистов, агрономов, зоотехников, ветеринаров, мелиораторов, гидротехников и т.д.), мог дать ожидаемый экономический эффект. Особое внимание власти с середины 1960-х гг. привлекала проблема эффективного управления этим важнейшим ресурсом, что было невозможно сделать без внедрения интеллектуального капитала на этаж менеджмента. При обсуждении нового Устава сельхозартели (вторая половина 1960-х гг.) этот вопрос многократно рассматривался. Крупнейший специалист по колхозному праву А.М. Каландадзе, анализируя необходимость более четкого прописывания обязанностей специалистов, отмечал, что поводом к этому являются новые «уровень колхозного производства, структура объектов права колхозной собственности, производственная и деловая квалификация колхозников», что было совершенно неактуально в середине 1930-х гг., когда принимался Устав 1935 г. По его мнению, в новый устав колхоза необходимо было внести изменения, 637 См. расчеты авторов в Разделе первом данной книги. С. 97.
362
соответствующие Положению о главных (старших) специалистах колхозов и совхозов638 в том, что «они несут наравне с председателем колхоза ответственность за выполнение количественных и качественных показателей производственно-финансового плана ... Следовательно, председатель колхоза не вправе непосредственно давать им указания по специальным вопросам, входящим исключительно в компетенцию главных специалистов колхоза»639. В новом Примерном уставе сельхозартели 1969 г. обязанности специалистов сельского хозяйства были определены следующим образом: «Для руководства отдельными отраслями деятельности колхоза правление назначает из числа членов колхоза или принимает на работу по трудовому договору специалистов. Главные (старшие) специалисты несут ответственность за состояние руководимой ими отрасли и организуют выполнение производственнофинансового плана. Указания главных (старших) специалистов по вопросам, относящимся к их ведению, обязательны для членов колхоза, а также для должностных лиц колхоза»640. Таким образом, Устав сельхозартели 1969 г. сделал еще один шаг вперед в эволюции правового положения сельскохозяйственных интеллектуалов.
В 1970-е гг. сближение сельскохозяйственных интеллектуалов и менеджеров в правовом плане продолжалось, развивалось и сближение с протобуржуазным классом. Специалисты избирались и назначались на высшие должности сельхозпредприятий (председатели колхозов, директора совхозов), внедрялись в среднее и низшее звено управленцев (бригадиры, управляющие отделениями, заведующие фермами и т.д.). В 1977 г. было принято Постановление ЦК КПСС и СМ СССР «О дополнительных мерах по стимулированию перехода специалистов сельского хозяйства на работу в качестве руководителей отделений, бригад, ферм и других подразделений среднего звена производства в колхозах и совхозах»641. Согласно ему сельскохозяйственные интеллектуалы, возглавившие бригаду, получали надбавку к зарплате, переходящие на работу в сельское хозяйство, - в первоочередном порядке обеспечивались жилой площадью, получали преимущество в покупке легкового автомобиля, мотоцикла с коляской. Эта же линия была продолжена в 1980-е гг. Постановление ЦК КПСС и СМ СССР от 24 мая 1982 г. «О дальнейшем укреплении колхозов и совхозов руководящими кадраПоложение о главных (старших) специалистах колхозов и совхозов. М., 1964.
639 Каландадзе А.М. О правовом положении должностных лиц колхоза // Советское государство и право. 1966. № 3. С. 86-92.
640 Постановление ЦК КПСС и СМ СССР от 28 ноября 1969 г. «О примерном уставе колхоза» // Решения партии и правительства по сельскому хозяйству (1965— 1971 гг.). М., 1971. С. 434.
041 Решения партии и правительства по хозяйственным вопросам. М., 1979. Т. 12. С. 144-145.
363
ми и специалистами, повышении их роли и ответственности в развитии колхозного производства»642 узаконило выплаты при переезде на работу в другую местность (единовременно от 3 до 5 месячных окладов сверх единовременного пособия), сохранение в течение 3-5 лет среднемесячного заработка, который они получали по прежнему месту работы, обеспечение на первые три года работы бесплатными квартирами с отоплением и освещением.
Таким образом, правовая эволюция сельскохозяйственных интеллектуалов заключалась в формировании их из слоя, внедренного в сельскохозяйственное производство «извне», в интеллектуальный ресурс, действующий непосредственно в сельском хозяйстве. Нужно сказать, что в этом смысле соотношение интеллектуального капитала «заемного» и «собственного» отличалось от логики развития капитала финансового или физического, функционирующих в сельском хозяйстве России. Уровень заемного, внешнего интеллектуального капитала сокращался, а собственного - увеличивался. Важной деталью, указывающей на завершение формирования класса, является уровень его самоидентификации. Исследования показали, что в середине 1950-х гг. сельскохозяйственные интеллектуалы уже не представляли собой «класс в себе». Они достаточно четко формулировали свои классовые интересы, отстаивая перед властью условия, позволяющие комфортно функционировать интеллектуальному капиталу. В середине 1960-х гг. класс сельскохозяйственных интеллектуалов выглядит вполне оформленным в объемно-правовом статусе, занимает высокое место в сельской правовой иерархической лестнице, при этом проявляет движение в сторону «захвата» позиций менеджерского и протобуржуазного классов.
642 Там же. М., 1983. Т. 14. С. 468.
364
§ 3. Экономическое положение. Место в производстве
Поиск своего места в аграрном производстве был одной из наиболее заботивших сельскохозяйственных интеллектуалов проблем. 11а всем протяжении колхозно-совхозного периода они стремились не просто приблизиться к производству, а непосредственно участвовать в нем и руководить процессом.
Сохранившиеся описания доколхозной жизни, когда роль традиции в ведении сельхозпроизводства была особенно сильна, показывают высокий уровень недоверия населения к предложениям сельскохозяйственных специалистов. Например, Б. Можаев в романе «Мужики и бабы» описывает, как участковый агроном в середине 1920-х гг. предложил жителям деревни на осушенном болоте выращивать люпин и 1имофеевку: люпин, еще зеленый, - запахивать и сеять озимые. Урожай озимых был такой, что «лошадь грудью не пробьет». Однако на следующем сходе мужики от идей агронома отказались: «Наши деды под зябь не пахали и нам не велели ... И люпин не будем сеять. Ну-ка не уродится - лишние расходы понесем»643.
Достаточно долго место специалистов в аграрном производстве было связано с «советованием», выполнение которого не было обязательным. Арсенал действий агрономов не выходил за рамки агропропаганды: организации консультаций, курсов, агрономических бесед и т.д. В начале 1930-х гг. в задачи ветинспектора, состоящего в штате райзо, согласно «Положению о районном ветеринаром инспекторе» входили изучение экономики, направления хозяйства, составление эпизоотического плана, координация деятельности ветучреждений района, руководство организацией массовых профилактических и других мероприятий, руководство ветеринарно-просветительской работой, участие в разработке планов заготовок скота и т.д.644 *
В конце 1930-х гг. логика участия сельскохозяйственных интеллектуалов в производственной деятельности села привела к постановке вопроса о более четкой формулировке их обязанностей. В эпистолярном наследии сельских интеллектуалов эта проблема ярко проявилась в инициированной газетой «Социалистическое земледелие» дискуссии, прошедшей летом-осенью 1940 г. Так, агроном-семеновод Жулан- ской МТС Новосибирской области Е.Ф. Панасенко писала в редакцию газеты в 1940 г.: «Теперь где-то 34 колхоза, в них тысячи людей, десятки руководителей, я могу вести работу только через председателя колхоза, через бригадиров ... А что я для председателя - советник, советы ,43 Можаев Б. Мужики и бабы. Роман. Книга первая // Можаев Борис. Собрание со¬
чинений. М., 1990. Т. 3. С. 450.
"44 РГАЭ. Ф. 7486. Оп. 16. Д. 96. Л. 147.
365
которого не слушают. Что может быть тяжелее и унизительнее того положения, в которое я попала. В МТС никому нет дела до того, делаю я что-нибудь или не делаю, потому что у директора есть крайнее убеждение в ненужности агрономов. В колхозе председатели или убегают от меня, или кричат во все горло, что они и так все знают, нечего мне тут ездить, или отворачиваются спиной и тогда хоть тресни ему говори, головы не повернет ... Спрашивала у зам. директора МТС, он говорит, что это общее положение, агрономов не любят и в МТС и в колхозах, а тут еще женщина ... И вот получается, что я - ненужный человек»645. Агроном Алтайской МТС Горский писал в том же году в редакцию газеты «Социалистическое земледелие»: «не только работники МТС грубо нарушают права участкового агронома: старший агроном, проезжая по полю или по другому участку, отменяет указания участкового агронома и дает свои указания; директор и его заместитель в свою очередь дает совершенно самостоятельные распоряжения и все это без ведома участкового агронома»646.
Самым больным для интеллектуалов вопросом были проблемы их территориальной мобильности. Так как непосредственное осуществление производственной деятельности требовало разъездов по территории участка, достаточно обширного по своим размерам и включавшего несколько десятков колхозов, получение лошади было прямо связано с успешностью работы. И. Бенедиктов в 1940 г. отмечал, что «особенно больным вопросом, мешающим нормальной работе агрономов, является отсутствие у них средств передвижения. Агроном должен тратить много времени, чтобы подыскать случайную подводу для поездки в колхоз или на пеший переход из одного колхоза в другой»647. Агрономы и другие интеллектуалы писали об этом в газету «Социалистическое земледелие» с большой обидой. В 1940 г. Петриков из Вареников- ского агитпункта Краснодарского края отмечал: «Какой будет авторитет у агронома, сидящего в правлении колхоза и ожидающего, когда над ним сжалятся и вывезут в поле; или у агрономов МТС, которые просят шофера Заготзерно подвезти их в колхоз? Еще хуже положение у агронома райзо. Он занимает перекресток дорог и прямо умоляет попутчиков, чтобы подбросили в колхоз»648. Агроном И. Шульга в том же году писал в редакцию по поводу статьи академика Якушкина «Специалисты сельского хозяйства» в газете «Социалистическое земледелие»: «Девушки перечисляют недостатки в моей жизни, как агронома ... Вы всегда ходите пешком, а наш бригадир, не говоря о председа- 646 РГАЭ. Ф. 7486. Оп. 19. Д. 333. Л. 10-13.
646 Там же. Л. 16.
647 Там же. Д. 292. Л. 5.
648 Там же. Д. 333. Л. 20.
366
юле колхоза, всегда ездит»649. Агроном-семеновод Латненской МТС Воронежской области Н. Шарыкин писал: «Агрономы ходят в колхозы пошком, а если ездят, то на поломанных колесах, на вожжах, связанных в нескольких местах и пр., сами для себя запрягают лошадей, ходит за лошадьми на пастбище, конюха МТС считают унизительным для себя запрягать агроному лошадь. Такие средства передвижения, как велосипед, которыми обеспечены все районные работники ... для .и рономов-производственников НКЗ не сумеет добиться получения нарядов от промышленности даже за собственный счет агрономов»650.
Агроном Тало-Писаревской МТС Воронежской области так описы- нпл свой рабочий день периода 1930-х гг.: «До начала рабочего дня я прихожу на час-два раньше, первым долгом начинаю собирать и ремонтировать свою упряжь. Налаживание и ремонт длятся не менее 3 -6 часов, после этого я отправляюсь по колхозам на расстояние 10-15 км. Этот путь держать примерно часа два, а то и три, в первом колхозе вместо того, чтобы приступить к непосредственной работе, начинаю опять ремонтировать свою тележку, т.е. ищешь в колхозе колеса или ищешь шорника, чтобы починил хомут, вот и рабочий день кончился ... Продолжаешь путь в другой колхоз, тут уже дело хуже, лошадь начинает приостанавливаться или колеса поломались, и такие вещи повторяются ежедневно ... Вдобавок не дают фуража для лошадей, приходится самим добывать корма, никто не дает»651.
Письма сельскохозяйственных интеллектуалов 1940 г. показывают, что такой ресурс, как интеллект, достаточно трудно внедрялся в бывшее еще во многом патриархальным и традиционным производство деревни. В письмах, других документах неоднократно встречаются ссылки на бытовавшую в колхозной среде 1930-1950-х гг. поговорку: «Был бы дождь, да гром, на кой черт нужен агроном!»652. И дело здесь не только в недоверчивом отношении сельских жителей к агрономам, зоотехникам и другим сельскохозяйственным интеллектуалам. Низко- капитализированная экономика деревни не позволяла новому фактору производства проявить себя в сельскохозяйственной деятельности. Гем не менее интеллектуалы настойчиво расчищали себе место среди
Там же. Л. 15. 'Там же. Л. 6. '' Общество и власть. 1930-е годы. Повествование в документах. М., 1998. С. 252.
РГАЭ. Ф. 7486. Оп. 19. Д. 333. Л. 5; эту поговорку также цитирует Л.В. Изюмова (см.: Изюмова Л.В. Специалисты сельского хозяйства и колхозное крестьянство в 1930-1960-е годы: проблемы взаимоотношений // Управление и экономика: опыт, iеория, практика. Материалы научно-практической конференции. Вологда, 2009. С. 191); эту же пословицу применительно к Вологодской области 1950-х гг. цитирует и Д. Кузовлев (см.: Кузовлев Д. Не поле перейти. Сев.-Зап. книжное изд., 1977. С. 25.) 367
экономических классов деревни. О том, что их труд в сельскохозяйственном производстве был заметным для сельского жителя явлением, говорит, например, частушка 1930-х гг.:
Пожалейте вы, ребята, Агрономов молодых: Ихня молодость проходит На весенних посевных653.
После дискуссии о правах и обязанностях агрономов, прошедшей в газете «Социалистическое земледелие» летом-осенью 1940 г., СНК СССР были разработаны проекты положений о деятельности агрономов разных ступеней. По предложениям Наркомзема ступеней должно было быть четыре. Верхней должен был стать главный агроном райзо, руководящий агрономической работой в районе (разработкой планов развития всех отраслей сельского хозяйства и сельскохозяйственных мероприятий). В его подчинении должны были находиться отраслевые специалисты райзо и участковые агрономы. На втором по значимости этаже должны были размещаться старшие агрономы МТС - они являлись бы заместителями директора МТС и должны были участвовать в разработке производственно-финансового плана МТС, составлении плана тракторных работ. Далее следовал этаж участковых агрономов райзо, которые руководили бы агрономической работой в колхозах и проводили мероприятия через председателей колхозов, колхозных агрономов и техников сельского хозяйства. Они должны были возглавлять составление планов развития отраслей сельского хозяйства и сельхозмероприятия по участку, разъяснять введение и освоение севооборотов, контролировать качество агротехнических мероприятий, выполнение агротехнических требований при работе тракторных бригад. Указания участкового агронома считались бы обязательными для колхозных агрономов. Нижний этаж был представлен в проекте о должностных обязанностях агрономов колхозными агрономами. Они должны были работать под руководством председателя колхоза. Непосредственные обязанности колхозного агронома, согласно проекту, касались составления планов развития всех отраслей хозяйства колхоза, организации правильного использования средств производства и применения сельхозмашин и орудий, а также руководства организацией труда в полеводческих бригадах и звеньях колхоза. В проекте закреплялась обязательность выполнения указаний колхозного агронома по вопросам агротехники для бригадиров полеводческих и тракторных бригад, а также для колхозников и трактористов654. Разработанный пе- 653 Частушки. М„ 1987. С. 176
664 РГАЭ. Ф. 7486. Оп. 19. Д. 292. Л. 15-20.
368
род самой войной проект не был внедрен в жизнь, однако пропаганда <>|о, как позволяет выявить пресса, велась. Так, в 1941 г. в газете «Социалистическое земледелие» была опубликована заметка «Из дневника колхозного агронома И. Стрельникова»655. Стрельников писал, что перешел на работу в колхоз Сталинградской области в начале 1941 г., откликнувшись на призыв партии. Среди видов своей деятельности в колхозе он перечисляет сохранение семенного фонда колхоза, ознакомление трактористов с производственным заданием и контроль за его выполнением, составление производственного плана колхоза, составление правил внутреннего распорядка колхоза, выступления на заседаниях правления, организацию агроучебы, руководство заготовкой удобрений, распределение людей по видам работ и т.д. Агроном Стрельников с удовлетворением отмечал, что его указания выполняются, люди к нему прислушиваются. Буквально он писал следующее: «Я ... проверял отношение людей к себе. Колхозник Логинов сказал примерно так: правила внутреннего распорядка, составленные нашим агрономом, являются большим подспорьем для поднятия производительности труда и укрепления трудовой дисциплины ... Последние дни провожу в бригадах. Прихода моего не дожидаются, а по мере надобности приглашают».
После окончания Великой Отечественной войны нерешенный вопрос о месте в производстве сельскохозяйственных интеллектуалов вновь начинает обсуждаться. Заметно, что даже высшее руководство страны испытывало колебания в своих представлениях о том, чем должны заниматься в колхозах и совхозах агрономы и зоотехники. В стенограмме совещания заместителей министров сельского хозяйства союзных и автономных республик 1946 г. зафиксировано, например, мнение Фураева (Ленинградская область): «Наши специалисты, иногда неплохие специалисты, люди, знающие, что им требуется в вопросах агротехники, в ряде случаев являются совершенно неспособными вовремя помочь колхозу правильно, строго по уставу решить вопросы организации работы и жизни ... Многие специалисты совершенно не проверяют законность решений правлений колхозов, законность общих собраний колхозников, не разъясняют статью за статьей, пункт за пунктом Устав сельхозартели ... Посмотришь иногда на участкового агронома, и он сам не знает, чем он занимается, теряется в обстановке и не находит себе надлежащего места, в особенности если еще материально не устроен»656.
' л Из дневника колхозного агронома И. Стрельникова // Социалистическое земледелие. 1941.11 апреля.
РГАЭ. Ф. 7486. Оп. 18. Д. 910. Л. 171,174.
369
Вопросы поиска места сельскохозяйственных интеллектуалов в производстве вновь стали активно подниматься вместе с процессами концентрации деревенских капиталов - укрупнением колхозов начала 1950-х гг. В 1952 г. секретарь Курганского обкома КПСС Т. Денисов, размышляя о месте сельскохозяйственных интеллектуалов в производстве, писал секретарю ЦК КПСС Г.М. Маленкову: «Внимательно изучив деятельность участковых агрономов МТС, Курганский обком КПСС пришел к выводу, что они весьма далеки от руководства производственным процессом по выращиванию сельхозкультур, а целиком заняты канцелярскими делами по составлению сводок, отчетов и планов. Производство же в укрупненных колхозах требует высококвалифицированного руководства агротехническим процессом производства - внедрения севооборотов, размещения культур по полям, обработки почвы, расстановки машин и производственных бригад. Эту работу не выполняют председатели колхозов в силу занятости административными делами и организационной работой. Зам. председатели колхоза также не занимаются производством ввиду загруженности по хозяйству (кладовые, строительство, транспорт, сбыт продукции и т.д.). Таким образом, вопросы агротехники в колхозе решают сейчас бригадиры полеводческой бригады, которые зачастую весьма слабо знают современную агротехнику»657. Курганский секретарь обкома ссылался на опыт работы агронома Т.С. Мальцева, который с 1950 г. заведовал Шадрин- ской опытной станцией, экспериментальной базой которой были поля курганского колхоза «Заветы Ленина». Благодаря разработкам Мальцева (безотвальной системе обработки почвы, выведению новых сортов зерновых и овощей) колхоз получал высокие урожаи.
Внедрение сельскохозяйственных интеллектуалов в производственный процесс колхозов и совхозов и в 1950-е гг. шло с трудом. Бывший секретарь райкома КПСС Д. Кузовлев, описывая начало работы агронома Маши Земцовой в вологодской глубинке, заметил: «В колхозе до Маши Земцовой не было никакого агронома. Может, поэтому люди сперва к ней отнеслись равнодушно, всерьез не приняли. А бригадиры так определенно заявили, что агроном в их деле только помеха ... Старый председатель где-то краем уха слыхивал, что без специалиста теперь не обойтись, но, в сущности, не представлял, чем нужно агроному заняться»658. В период масштабного перемещения сельскохозяйственных интеллектуалов из МТС и райзо в колхозы (середина - вторая половина 1950-х гг.) происходила особенно серьезная переоценка их производственных функций. Директор Ветошкинской МТС Кировской области в 1957 г. писал по этому поводу в Министерство сельского хозяйства 657 РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 138. Д. 380. Л. 159.
658 Кузовлев Д. Маша-агроном // Кузовлев Д. Не поле перейти. С. 25.
370
(.ССР: «Работа специалистов за 1956 г. показала, что агрообслужива- нио колхозов ухудшилось. Специалисты перешли в полное подчинение и распоряжение председателя колхоза, так как стали зависимы от колхозов в материальном отношении. Некоторые указания и мероприятия, предлагаемые со стороны МТС, частью председателей колхозов игнорируются, а со стороны специалистов нет нажима и настойчивости за их выполнение. По внедрению некоторых агромероприятий, как вспашка по методу Мальцева, изготовление органо-минеральных смесей, |<1воз минеральных удобрений, перекрестный сев и по другим ранее специалисты добивались результатов, а сейчас этого не наблюдается. I 1о существу они перестали быть государственными инспекторами по качеству работ»699.
Можно сказать, что середина 1950-х гг. была временем межукпад- ной борьбы по поводу обладания интеллектуальном капиталом. Государственный уклад в сельском хозяйстве (прежде всего, МТС), сосредотачивавший до 1958 г. основную массу передового капитала, в том числе и интеллектуального, не желал терять столь значимый ресурс. В том же 1957 г. директор Куйбышевской МТС Краснодарского края I Суржик и главный агроном этой же МТС Д. Мал юта писали в Министерство сельского хозяйства СССР: «В связи с тем, что МТС несут полную ответственность за развитие всех отраслей колхозного производства, но почти полностью лишены специалистов, которые безоговорочно бы выполняли распоряжения МТС, следует на деле увеличить права МТС в части организационно-производственного руководства колхозами и узаконить такой порядок, при котором работа колхозных специалистов контролировалась, направлялась и руководилась главными и старшими специалистами МТС ... Если МТС продолжают оставаться ведущей и руководящей силой в развитии колхозного производства, то и специалисты сельского хозяйства должны быть подчинены МТС»660.
С другой стороны, колхозный уклад, получив в середине - второй половине 1950-х гг. большую массу непривычного ресурса - интеллек- |уального капитала, не был приспособлен к его адекватному внедрению в производство. Кроме того, председатели колхозов чувствовали конкуренцию со стороны людей с образованием и пытались устранить >гу дискомфортную ситуацию, «отдаляя» специалистов от производственной деятельности. По итогам проверки, проведенной в августе 1955 г. Министерством сельского хозяйства СССР, в ЦК КПСС и СМ СССР сообщалось: «Установлены многочисленные факты неправильного отношения к специалистам со стороны председателей колхозов,
'•••" РГАЭ. Ф. 7486. Оп. 18. Д. 1413. Л. 28.
Там же. Л. 134-135. 371
которые часто используют специалистов на различных работах, выполнение которых не требует специального образования ... Агроном колхоза «Молот» Гомельской области Кириллина М.Г. в беседе заявила, что ... «Мы не чувствуем себя специалистами, а просто колхозниками, нам не дают планировать свой рабочий день. Мы вынуждены приноравливаться к характеру председателя колхоза и выполнять подчас незаконные его требования. Специалистов часто используют в роли агентов, посылают за выпиской и получением различных товаров и т.д.». Бывший зоотехник этого же колхоза Сокарева М.А. сообщила, что ... в колхозе ее использовали неправильно, заставляли гонять скот на базу для сдачи, так же как и всем колхозницам, ей было доведено задание по копке картофеля (0,20 га)»661. В 1958 г. в «Справке о фактах массового ухода агрономов и зоотехников из экономически слабых колхозов РСФСР и невнимательном отношении к специалистам сельского хозяйства со стороны местных органов», составленной управлением руководящих кадров Министерства сельского хозяйства РСФСР для ЦК КПСС, сообщалось: «Специалисты колхозов, как правило, для обсуждения вопросов развития сельского хозяйства области, края не привлекаются. Специалисты колхозов тт. Бондарев и Комов из Алейского района Алтайского края сообщили: «Мы, специалисты колхозов, остаемся в стороне от вопросов, которые должны решать вместе с руководством колхозов». Многие специалисты прямо заявляют, что после перевода агрономов и зоотехников из МТС в колхозы о них забыли. В колхозе «Красный Восток» Брянской области зоотехник т. Болдырев используется в роли учетчика и приемщика молока, агроном колхоза им. Дзержинского Карагатского района Пермской области - в качестве продавца овощей на рынке. В колхозах Мгинской, Вятской, Больше- дворской МТС Ленинградской области специалисты колхозов используются счетоводами, кладовщиками, кормовщиками»662.
В свою очередь колхозники 1950-1960-х гг. воспринимали вновь появившихся в колхозах людей - носителей интеллектуального капитала - как очередных кабинетных работников, о чем свидетельствовали появившиеся в это время частушки:
Агроном сидит в конторе, Нос в чернильницу клоня. Сорок галок на заборе Насчитал он за три дня.
661 Там же. Д. 1683. Л. 194-195.
662 РГАНИ. Ф. 5. Оп. 46. Д. 202. Л. 5-6.
372
Домоседу агроному Я сказала не тая: «Ой, совсем зачахнет дома Агротехника твоя»№3.
Сельскохозяйственные интеллектуалы, относившиеся к новейшим, рожденным в колхозно-совхозный период социальным классам, прилагали большие усилия к продвижению своего социального и экономического статуса. А. Мерк, агроном колхоза им. Ворошилова Омской области, в 1956 г. писал в редакцию газеты «Сельское хозяйство»: «Работая гри года агрономом колхоза, я убедился, что настоящим организатором производства я стану лишь тогда, когда сам буду возглавлять производственную бригаду. И дело тут не в желании быть руководителем. Нет! Положение специалиста, сама жизнь обязывает решать многие вопросы самостоятельно, на ходу, но этого права агрономы колхозов не имеют. До сих пор я так и не знаю свои прямые обязанности в колхозе, поскольку конкретно ни за что не отвечаю»* 664. Примерно такой же путь внедрения интеллектуального капитала в сельхозпроизводство видело и руководство страны. Зав. сельхозотделом ЦК ВКП(б) А. Козлов в 1950 г. в записке «О задачах партийных организаций в укреплении состава председателей колхозов кадрами, имеющими сельскохозяйственное образование», подготовленной для Г.М. Маленкова, писал: «В колхозах, где работают председателями специалисты сельского хозяйства, как правило, успешно проводятся все сельскохозяйственные работы, широко внедряются передовые методы агротехники ... Председатель колхоза «Большевистский путь» Омской области Оле- фир Н.М. с 1941 г. работал агрономом. За это время колхоз заметно вырос. Посевная площадь увеличилась с 1483 га в 1940 г. до 2420 в 1948 г., увеличилась урожайность зерновых культур. Поголовье КРС за это же время возросло с 172 до 314 голов, свиней - с 44 до 85 голов ..В колхозе построена механическая мельница, маслобойный завод, имеется плодовый сад ... Во всех районах, где проводилась проверка, в должности председателя колхозов лучше работают те специалисты сельского хозяйства, которые были до этого колхозными или участковыми агрономами ... В беседах председатели колхозов - специалисты повсеместно выражали полное удовлетворение своей работой и высказывали пожелание о более быстром выдвижении на должности председателей колхозов лиц, имеющих сельскохозяйственное образование»665.
",i3 Курские частушки. Курск, 1960.
"i4 РГАНИ. Ф. 5. Оп. 46. Д. 124. Л. 15.
РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 138. Д. 220. Л. 17-19.
373
Об этом же говорил Н.С. Хрущев в 1953 г. на Пленуме ЦК КПСС. Приводя пример работы совхозов «Горняк» и «Комсомолец», расположенных в Октябрьском районе Ростовской области и находившихся примерно в одинаковых производственных условиях, Н.С. Хрущев обратил внимание на то, что в «Горняке» значительно выше удои молока, ниже себестоимость продукции животноводства, а прибыль за 1952 г. составляет 686 тыс. руб., в то время как «Комсомолец» получил в этом же году убыток 407 тыс. руб. Причину таких результатов Хрущев увидел в руководстве: «Горняком» руководил «опытный зоотехник т. Поварен- кин», а совхоз «Комсомолец» возглавлял Бондаренко, «не имеющий необходимой подготовки и плохой организатор»666.
С начала 1950-х гг. практически во всех отчетах, направлявшихся по вопросам работы сельхозпредприятий в высшие партийные и правительственные органы, отмечалась благоприятная роль находившихся во главе хозяйств специалистов. В 1952 г. в документах ЦК КПСС о руководящих кадрах колхозов отмечалось: «В феврале 1952 г. председателем правления колхоза им. Щербакова (Московская область) был избран зоотехник с высшим образованием Чибисов ... Применив комплекс агротехнических мероприятий, колхоз получил в 1952 г. по 26 ц озимой пшеницы в среднем с га, а яровой пшеницы - по 18 ц. Такого урожая никогда в колхозе не было ... Председатель колхоза им. Свердлова Свердловской области агроном Коршунов И.Я. ... развернул строительство животноводческих построек, механизировал все основные трудоемкие работы на животноводческих фермах. В колхозе построены птичник на 1000 голов, коровник на 100 голов, конный двор на 100 голов, овощехранилище на 300 т, водонапорная башня, молочный цех, цементированная траншея для силоса. Установлено автопоение на 300 голов КРС, механическая дойка на 300 голов, подвесная дорога протяжением 1300 м, проложено 1600 м водопроводных труб, оборудована машинами кормокухня»667 668.
Таким образом, место сельскохозяйственных интеллектуалов в производстве в 1950-е гг. было связано, в том числе, и с возможностями их вертикальной мобильности и «врастания» в категории менеджеров и протобуржуаэии. Об этом, в частности, пелось в частушке начала 1950-х гг.:
Милый мой не подкачает, Председатель молодой. Агрономию он знает Учит деда с бородой666.
666 Хрущев Н.С. О мерах дальнейшего развития сельского хозяйства СССР. Доклад на Пленуме ЦК КПСС 3 сентября 1953 г. М., 1953. С. 70.
667 РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 138. Д. 379. Л. 84, 87.
668 Частушки Воронежской области. Записи 1949-1953 гг. Воронеж, 1953. С. 58.
374
С 1950-х гг. начинается этап широкого привнесения в протобуржу- нзный и менеджерский классы села интеллектуальной составляющей. В 1952 г. 14% председателей колхозов СССР, 2% заместителей председателей колхозов, 0,3% бригадиров колхозов, 0,5% зав. животноводческими фермами имели образование агронома, зоотехника, ветврача и т.д.669 В 1959 г. среди председателей колхозов России было 45% имеющих высшее и среднее специальное образование, среди освобожденных зам. председателей - 15%, среди бригадиров и зав. животноводческими фермами - около 3%670. Подавляющая часть приходящих в колхозный протобуржуазный и менеджерский классы сельскохозяйственных интеллектуалов в этот период были агрономами. В государственном укладе это сближение сельскохозяйственных ин- 1еллектуалов с классами протобуржуазии и менеджеров было еще более интенсивным. В 1958 г. среди директоров совхозов Министерства совхозов РСФСР было 86% сельскохозяйственных специалистов с высшим и средним специальным образованием (инженеров, техников, агрономов, зоотехников, ветврачей, ветфельдшеров и других), 35% образованных специалистов было среди зав. ремонтными мастерскими, 29% - среди управляющих отделениями совхозов671. Основная часть сельскохозяйственных интеллектуалов, ассимилировавшихся в прогобуржуазный класс совхозов, также являлась агрономами, на втором месте по численности были зоотехники, на третьем - механики. Среди директоров машинно-тракторных станций России в начале 1958 г. 91% имели высшее или среднее специальное сельскохозяйственное образование, среди зав. ремонтными мастерскими МТС - 54%672. Большая часть протобуржуазного и менеджерского классов, сосредоточенных в МТС, являлась по образованию инженерами и техниками, на втором месте по численности были агрономы. Важность процесса проникновения носителей интеллектуального капитала на верхний социальный этаж деревни - в класс протобуржуазии - состояла в том, что прото- буржуазная фракция, будучи распорядителем и пользователем физических капиталов, в качестве такового рассматривала и интеллектуальный капитал и, следовательно, содействовала его рациональному внедрению в производство. Отметим, что, несмотря на то, что сельскохозяйственные интеллектуалы становились председателями колхозов, директорами совхозов, бригадирами и т.д., «микширования» классов протобуржуазии, менеджеров и носителей интеллектуального капитала не происходило, границы между ними по функциям, отношению к Рассчитано по: РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 138. Д. 379. Л. 83.
РГАНИ. Ф. 5. Оп. 46. Д. 240. Л. 64.
Рассчитано по: РГАЭ. Ф.7486. Оп. 18. Д. 1430. Л. 3, Зоб.
1,2 Рассчитано по: Там же. Л. 26, 26об.
375
собственности, другим важнейшим характеристикам выглядят достаточно четкими.
Уже в начале 1960-х гг. производственные функции интеллектуальных капиталистов выглядят достаточно оформленными. Агрономы несли ответственность за разработку и осуществление мероприятий по использованию земельных угодий колхозов, за выполнение плана урожайности сельскохозяйственных культур и т.д. Они организовывали внутреннее землеустройство колхоза, севообороты, следили за соблюдением сроков сельскохозяйственных работ, за семенным фондом, организовывали применение удобрений, заготовку и хранение кормов, вели борьбу с вредителями растений. Зоотехник принимал участие в мероприятиях по росту поголовья скота, улучшению породности и росту продуктивности скота и птицы, по кормопроизводству и правильному уходу, содержанию и кормлению скота и птицы, внедрению новых методов разведения животных (искусственное осеменение, гибридизация и др.), предупреждению и ликвидации заболеваний животных. На инженера возлагалось руководство использованием машинно-тракторного парка, внедрение в колхозе комплексной механизации, руководство ремонтом и хранением машин673.
Удельный вес интеллектуального капитала в производстве сельхозпродукции в 1960-е гг. становился все более весомым как количественно, так и качественно (табл. 13).
Таблица 13
Численность специалистов в колхозах и совхозах СССР
в 1953 и 1961 гг.
(на 1000 среднегодовых работников, человек)
Колхозы
Совхозы
1953 г.
(колхозы и МТС)
1961 г.
1953 г.
1961 г.
6,2
8,5
20,8
21,2
Составлено по: РГАНИ. Ф. 5. Оп. 46. Д. 393. Л. 26.
Как видим из таблицы, наполнение интеллектуальным капиталом колхозов и совхозов возрастало, хотя совхозы по уровню интеллектуальной капитализации значительно превышали колхозы (в начале 1960-х гг. более чем в 2 раза). В 1960-е гг. специалисты сельского хозяйства становятся достаточно привычным для каждого колхоза явлением. Если в 1950 г. на один колхоз России в среднем приходилось 673 740 вопросов и ответов по колхозному законодательству. С. 300-303.
376
0,06 специалиста, в 1954 г. - 0,17, в 1957 г. - 1,6, то в 1960 г. - 3,7674. В 1965 г. в среднем по РСФСР на каждый колхоз приходилось 5 освобожденных специалистов, в том числе агрономов - 1,2; зоотехников - 1; ветеринаров - 1,2; инженеров и техников -1,3 человека675. В отдельных областях наполнение интеллектуальным сельскохозяйственным капиталом было гораздо более высоким. В 1959 г. на 100 колхозов число агрономов в Ставропольском крае достигало 600, в Краснодарском крае - 438, в Северо-Осетинской АССР - 402, в Калмыцкой АССР - 244, в Кировской области - 153, в Московской области - 131. В этих же областях имелось и большее число зоотехников в среднем на колхоз676. В колхозах же Северо-Западного района наполненность производства сельскохозяйственными интеллектуалами была более низкой677, что сопрягается с особенностями процесса капитализации в этом регионе - ее отстающим характером. В 1973 г. на один совхоз РСФСР приходилось 29 специалистов сельского хозяйства, на один колхоз - 14678. В целом в социально-профессиональной структуре колхозников и работников совхозов СССР доля специалистов сельского хозяйства выросла с 1,8% в 1965 г. до 2,8% в 1973 г. в общем составе колхозников, и с 3,5% в 1965 г. до 4,1 % в 1973 г. среди работников совхозов679 680. При этом в общей структуре затрат труда основных профессиональных групп колхозников СССР в 1965 г. на долю специалистов (вместе со служащими) приходилось в 1965 г. 8,6% затрат труда, в 1973 г. - 9,4%660, что показывает значительную роль интеллектуального капитала в сельскохозяйственном производстве страны.
О большом стремлении сельскохозяйственных интеллектуалов войти в сельский социум, завоевать доверие, наладить контакты сохранилось множество свидетельств. Например, рассказывая о молодом агрономе Маше Земцовой, Д. Кузовлев так описывает начало ее деятельности в вологодском колхозе: «Готовясь к севу, она придирчиво осматривала все свое хозяйство, перед началом работы внимательно проверяла, хорошо ли отлажены у механизаторов плуги, культиваторы, сеялки. Иной раз садилась за прицепщика или начинала управлять сеялкой ... И на фермы к животноводам часто заглядывала... Маша
674 Чистяков В.Б. Кадры специалистов аграрного производства Российской Федерации. 1945-1965 гг. // http://www.hf.msiu.ru/nauka_1-10.htm
675 РГАНИ. Ф. 5. Оп. 46. Д. 517. Л. 37.
676 Там же. Д. 240. Л. 65.
677 Чистяков В.Б. Кадры специалистов аграрного производства Российской Федерации. 1945-1965 гг.
678 РГАЭ. Ф. 7486. Оп. 40. Д. 2673. Л. 108.
679 Научный доклад «Основные направления социально-экономического развития села». Подготовлен ВНИЭСХ. М., 1975. С. 18-19.
680 Там же. С. 20.
377
взялась сколачивать звенья, делить в поле лен ... Люди видели, что девушка радеет о колхозном добре, всегда расторопна и старательна в делах. Год не проработала, а на том самом участке, где приняла она «первое крещение», выросла нынче рожь всем на диво ... Вот что значит правильно вспахать, вовремя внести навоз, хорошо заделать семена»681.
Публицист Г. Радов писал об агрономе колхоза Зинаиде Петровне, которая в 1960-е гг. «за полгода до сева приехала в село ... Первые же ее «ученые» вопросы насчет почвенной карты и севооборота вызвали лишь улыбку председателя ... Вспомнив совет профессора, она отыскала стариков, потянула их в заснеженные поля ... Так, со стариками, и составила она свой первый посевной план ... Словом поначалу шло в точности так, как в некоторых повестях о девушках-агрономах»682.
Инженер Н. Бугайченко, вспоминая о своей работе в ставропольском совхозе в конце 1950 - начале 1960-х гг., пишет, что первым его делом в качестве главного инженера совхоза была починка тракторного двигателя, это и помогло ему завоевать авторитет у директора совхоза и трактористов. Затем вместе с агрономом на уборочной он регулировал комбайны, чтобы сократить потери зерна, ездил выбивать запчасти для машин в Сельхозснаб, налаживал работу местной электростанции. «Работал я с очень большой нагрузкой. Днем - забота о поле. Вечерами частенько собирал своих механизаторов и рассказывал им о мерах по предотвращению поломок, о техуходах, о которых у них не было ни малейшего представления, - писал в мемуарах Н. Бугайченко. - В повседневных заботах с удивлением понял, что наступила осень ... Перед моими механизаторами встала очень непростая проблема - ремонт довольно подношенной техники. Настроил их на то, чтобы сразу же, безо всякой раскачки, приступили к ремонтным работам. Мастерская была ведь у нас «сарайного» типа и без отопления». Когда Бугайченко перевели в другой, более крупный совхоз, он усовершенствовал пахоту, модифицировав плуг. Директор совхоза оценил это как «настоящую революцию в пахоте», хотя главный инженер пояснял, что он использовал знания, полученные в институте, которые «просто до ваших степей не дошли». Бугайченко обращал внимание на необходимость тесной работы главного инженера и других специалистов, прежде всего агронома совхоза683.
Наиболее специфичной среди других сельскохозяйственных интеллектуалов была работа главных бухгалтеров и экономистов. Главный бухгалтер совхоза «Озёры» Московской области К.М. Иконников 681 Кузовлев Д. Маша-агроном // Кузовлев Д. Не поле перейти. С. 26, 30, 33.
882Радов Г. Зинаида Ивановна // Радов Г. Кого люблю... С. 202.
883 Бугайченко М. Мемуары // http://agrosite.narod.ru/ar12/ar12_5.htm
378
в 1967 г. рассуждал о работе совхозной бухгалтерии, в составе которой работали, кроме главного бухгалтера и его заместителя, пять бухгалтеров и кассир. Бухгалтера отделов вели текущие счета, контрольные журналы, выписывали требования и накладные на отпуск товарно-материальных ценностей со склада. Иконников подчеркивал, что бухгалтерский учет являлся зеркалом производства: «Без точных бухгалтерских данных, обобщенных и изученных экономистами, нельзя правильно решать вопросы специализации хозяйства ... нельзя определить рентабельность той или иной отрасли производства, как и всего хозяйства. Только на основе данных бухгалтерского учета главные специалисты хозяйства могут разработать наиболее рациональные технологические процессы производства продукции растениеводства и животноводства»884. О роли и месте в производстве счетнобухгалтерской группы сельскохозяйственных интеллектуалов тот же Иконников писал: «Не являясь непосредственными организаторами производства, бухгалтеры играют в этом деле большую роль. Бухгалтер, имея у себя первичные документы учета выполненных работ, должен проследить за правильностью применения норм и расценок. Он должен также интересоваться и расстановкой рабочей силы ... Наша бухгалтерия регулярно анализирует хозяйственную деятельность коллектива по периодам работ ... Данные бухгалтерского анализа показывают, как по сравнению с планом расходуются средства, будут ли эти расходы оправданы выходом продукции ... Бухгалтер не последняя фигура на хозрасчетном предприятии. Наоборот, его роль возрастает, как одного из первых экономических советников директора, управляющего отделением»888.
Одна из наиболее ярких историй, показывающих место в производстве сельскохозяйственных интеллектуалов, связана с деятельностью экономиста И.Н. Худенко. Несмотря на то, что события территориально происходили в Казахстане, жители всей страны внимательно следили за экспериментом Худенко, ход эксперимента освещали центральные газеты, был снят документальный фильм* 886 *. В конце 1950-х гг. И.Н. Худенко работал начальником отдела финансирования совхозов в Министерстве сельского хозяйства Казахской ССР. 12 ноября 1960 г. Совет министров СССР разрешил И.Н. Худенко провести эксперимент по 684 Иконников К.М. Бухгалтер совхоза (записки главного бухгалтера совхоза «Озё-
ры» Московской области). М„ 1967. С. 8.
685 Там же. С. 52,59.
888 «Известия» (24 ноября и 2 декабря 1961 г.), «Комсомольская правда» (16 апреля, 29 мая и 15 октября 1965 г.), «Литературная газета» (21 мая 1969 г., 4 марта и 18 ноября 1970 г.), «Новый мир» (1971. № 2. С. 155-156; № 3. С. 244), «Искусство кино» (1972. № 11); киевскими кинодокументалистами был снят фильм «Человек на земле».
379
организации в совхозе безнарядно-звеньевой системы оплаты труда. Эксперимент предусматривал использование полного хозяйственного расчета внутри звена и полной хозяйственной самостоятельности звена: от звена требовалось только произвести продукт в определенные сроки. Также эксперимент предполагал широкую систему материального стимулирования: расчет производился с целым звеном (а не с каждым человеком в отдельности), оплачивались достигнутые результаты (а не затраченные усилия), уровень средней заработной платы был исключен из показателей плана. В совхозе Илийский, который возглавил Худенко, была реорганизована структура, устранены многие бюрократические процедуры (выписывание нарядов, промежуточные учет, отчетность и т.п.), уволены плохие работники. Если раньше в зерновом хозяйстве на 55 тыс. га пашни было занято 830 работников, то при новой системе потребовалось всего 67 постоянных механизаторов. На девяти токах до эксперимента работали 500-600 чел., а когда в совхозе было создано три механизированных тока, их обслуживали только 12 человек. В результате себестоимость зерна с 5-7 руб. понизилась в 1963 г. до 63 коп. за центнер687. И.Н. Худенко с помощью экономических расчетов доказывал, что введение его системы в сельском хозяйстве позволит увеличить объем производства в четыре раза, имея занятыми в сельском хозяйстве страны 5 млн человек (вместо 30 млн работников в настоящее время)688. В опытном хозяйстве по производству травяной муки, расположенном в поселке Акчи Казахской ССР, где Худенко работал экономистом в 1967-1970 гг., вновь созданный продукт в 1970 г. равнялся (на одного среднегодового работника) 5330 руб., в то время как в других совхозах республики - 840 руб., при этом годовой заработок работника составлял в Акчи в среднем 3330 руб., а в других совхозах республики - 1268 руб.689
В 1970 г., описывая суть своей методики в коллективном письме секретарю ЦК КПСС Ф.Д. Кулакову, И. Худенко, М. Ли и др. поясняли: «Десять лет тому назад, с разрешения ЦК, был начат эксперимент по применению принципиально новой системы организации и оплаты труда. Эта система, с одной стороны, позволяла резко сократить накладные расходы, а с другой стороны, развязывала инициативу непосредственных тружеников. Надобность в учетном и контрольном аппарате, специально оторванном от производственного труда, полностью отпадала ... Нормативная стоимость произведенной продукции за вы687 Авдеев Р.Ф. Философия информационной цивилизации. Могли ли процветать колхозы и совхозы при иной, более высокой организации труда // http://society.polbu. ru/abdeev_informphilo/ch64_all.html
688 Биографии // Хроника текущих событий. 1975. Вып. 35. 31 марта.
888 РГАНИ. Ф. 5. Оп. 62. Д. 239. Л. 112.
380
четом материальных затрат ... составляла фонд оплаты труда работников хозяйства. Такая система оплаты труда гибко связывала живой и прошлый труд, открывая ... простор для творческой инициативы. Заработок каждого тем выше, чем больше произведено продукции и чем меньше затрачено на нее прошлого труда (материальных затрат). При этой системе нет необходимости вести количественный учет затрат живого труда. Общественно-необходимым признается только тот труд, который овеществился в конечном продукте, что заставляет каждого работника экономить живой труд, совершенствовать технологию производства. Однако опыт показал, что развязанная таким образом инициатива людей сковывается жесткой системой контроля. Тогда в нашем эксперименте был применен новый принцип экономического и финансового контроля по методу «черного ящика», при котором контроль осуществляется лишь на выходе саморегулирующейся системы и на входе ... Что же выяснилось по актам сдачи? За три года существования мы получили от государства 1648 тыс. рублей, в том числе наличными деньгами 687 тыс. руб. Ценностей за это время создали на 2148 тыс. руб. ... Таким образом в казне осталось 374 тыс. руб., в том числе нераспределенного фонда оплаты 161 тыс. руб. Общий размер фонда оплаты труда в сумме 848 тыс. руб. превышает сумму всех полученных наличных денег ... Если судить по вновь созданному продукту, то работники нашего хозяйства достигли производительности труда в 6 раз выше, чем в обычных совхозах»690.
Таким образом, методика, разработанная и внедренная совхозным экономистом Худенко, позволила серьезно повысить производительность труда, сократить количество живого труда в сельскохозяйственном производстве, увеличить выпуск продукции. Этот эксперимент является одним из наиболее ярких и зримых доказательств эффективности работы сельскохозяйственных интеллектуалов в сельскохозяйственном производстве.
В целом эволюция счетоводства в колхозно-совхозной экономике в 1930-1980-х гг. прошла огромный путь от достаточно простого учета затрат, ведения дебета и кредита, которые выполнялись нередко одним работником, к сложной системе работы планово-учетной службы с целым спектром экономических и финансовых задач. В адресованном колхозам методическом пособии о должностных обязанностях специалистов, составленном по итогам разработок колхоза «Новомосковское» Тульской области в 1989 г.691, например, рекомендовалось иметь в колхозе планово-учетную службу, которая включала бы материально690 Там же. Л. 108-112.
691 Должностные обязанности специалистов колхоза в условиях полного хозрасчета. Документально-методическое пособие. М., 1989.
381
финансовую группу (вела учет удобрений, продукции животноводства, ГСМ и т.д.), планово-производственную группу (в составе экономистов по хозрасчету, бухгалтеров по учету различных затрат), группу по труду и оплате (в составе экономистов и бухгалтеров по труду). Всего в методическом пособии рекомендовалось в составе планово-учетной службы в колхозе иметь более 20 различных должностей.
Полномасштабная оценка места сельскохозяйственных интеллектуалов, их вклада в производство, роли интеллекта среди ресурсов сельского хозяйства еще не сделана. Попытаемся дать очень общую картину места сельскохозяйственного интеллекта среди других факторов сельскохозяйственного развития СССР (табл. 14):
Таблица 14
1940 г.
1950 г.
1960 г.
1970 г.
1980 г.
Среднегодовая численность работников, занятых в сельском хозяйстве, млн чел.
36,3
33,2
32,0
29,2
27,0
Валовая продукция сельского хозяйства, млрд руб.**
39,6
39,3
63
87
122*****
Производственные основные фонды сельского хозяйства, млрд, руб.***
21,3
21,4
45,1
90,3
94,1****
Доля прошлого труда (капитала) в себестоимости сельхозпродукции колхозов (%)
Не исчис¬
лялась
Не исчислялась
Н. св.
71
81
Численность специалистов с высшим и средним специальным образованием, занятых в сельском хозяйстве, тыс. чел.
50
114*
406
832
1638
382
Окончание таблицы 14
1940 г.
1950 г.
1960 г.
1970 г.
1980 г.
Удельный вес специалистов сельского хозяйства с высшим и средним специальным образованием в среднегодовой численности работников, занятых в сельском хозяйстве (%)
0,1
0,3
1,3
2,8
6,1
Составлено и рассчитано по: Емельянов А.М. Экономика сельского хозяйства. М., 1982. С. 180; Сельское хозяйство СССР. Статистический сборник. М., 1971. С. 16-17; Сельское хозяйство СССР. М., 1981. С. 23, 242; Раздел первый данной монографии, глава II, § 2, с. 97-99.
•На 1953 г.
*• В сопоставимых ценах 1965 г.
*** На конец года; в сопоставимых ценах, без вычета износа.
**** По балансовой стоимости на конец 1980 г.
**•*• В сопоставимых ценах 1973 г.
Анализ таблицы показывает, что при сокращении численности работников, занятых в сельском хозяйстве с 1940 по 1980 г. в 1,3 раза, валовая продукция сельского хозяйства за этот период выросла в 3 раза. Основную роль в этом сыграло насыщение сельского хозяйства капиталом, который увеличился за 50 лет более чем в четыре раза. Однако экономисты отмечали, что сами по себе насыщенность хозяйства машинами, внесение повышенных доз удобрений, применение гербицидов и другие затраты прошлого труда не гарантируют высокой эффективности сельскохозяйственного производства. Экономический эффект зависит от того, насколько рациональны затраты прошлого труда692. Роль и место интеллектуального капитала в производстве и были связаны с функциями, организующими оптимальное взаимодействие живого труда, физического капитала и земли. Не случайно в период завершения процесса капитализации в сельском хозяйстве, когда в начале 1960-х гг. доля прошлого труда среди факторов производства начинает превышать половину, а к 1980-м гг. - 80%693, интеллектуаль692 Игнатовский П.А. Социально-экономические изменения в советской деревне. М., 1966. С. 300.
693 См.: Раздел первый данной монографии, глава II, § 2.
383
ный капитал становится самым быстрорастущим ресурсом сельскохозяйственного производства.
* * *
Первая линия, по которой серьезно эволюционировало место сельскохозяйственных интеллектуалов в отношениях собственности, состояла в увеличении их контроля над колхозными, совхозными капиталами и капиталами МТС. Эта линия развивалась по мере их «приближения» к ресурсам сельскохозяйственного производства. В первую очередь это выражалось в «концентрации» территории, «подконтрольной» сельскохозяйственным интеллектуалам. Если в конце 1928 г. на территории РСФСР существовало более 3 тыс. агроучастков, каждый из которых обслуживал территорию радиусом в 35-40 км, где находилось примерно 85 селений, или 5-6 колхозов, 18-20 сельскохозяйственных кооперативов, более 4 тыс. крестьянских хозяйств694, то в 1946 г. в среднем на одного агронома в СССР приходилось 9 колхозов, или 4 тыс. га посевной площади695, в 1953 г. на одного специалиста сельского хозяйства приходилось 5 колхозов696, а в 1987 г. на каждый колхоз РСФСР в среднем приходилось около 14 сельскохозяйственных интеллектуалов697 698.
Вторая линия эволюции места сельскохозяйственных интеллектуалов в отношениях собственности в 1930-1980-е гг. была связана с их нарастающим участием в экономической жизни сельхозпредприятий и правовым определением их места в сельхозпроизводстве, что напрямую соотносилось с их экономическим и правовым статусом. В МТС, совхозах, колхозах функции сельскохозяйственных интеллектуалов состояли в контроле функционирования объектов собственности: земли, машин, животных, удобрений, семян, финансово-денежных потоков и т.д. В романе Г. Николаевой «Жатва» (1950 г.) участковый агроном Валентина, обходя колхозные поля, «думала о том, как овладеть массивом земли, как стать подлинной хозяйкой пашен и лугов своего сельсовета»: «"Хозяйство” мое не малое ... и каждый гектар я должна знать как знают хозяйки каждую полку в своей кладовой...»696. Подчеркнутое автором романа чувство хозяина, присущее самой многочисленной 694 Сельскохозяйственная энциклопедия. М., 1949. Т. 1.
695 РГАЭ. Ф. 7486. Оп. 18. Д. 910. Л. 522.
696 Хрущев Н.С. О мерах дальнейшего развития сельского хозяйства СССР. Доклад на Пленуме ЦК КПСС 3 сентября 1953 г. С. 64.
897 Рассчитано по: Народное хозяйство РСФСР в 1987 г. Стат, сборник. С. 311.
698 Николаева Г. Жатва. М., 1981. С. 86, 93.
384
группе сельскохозяйственных интеллектуалов 1930-1940-х гг. - агрономам, достаточно ярко характеризует представление этого класса о своем месте в отношениях собственности.
Контроль за объектами собственности предписывался сельскохозяйственным интеллектуалам и их должностными обязанностями. Так, агрономы были обязаны контролировать хранение и засыпку семенного фонда, правильное использование семян при посеве, применение минеральных и органических удобрений, расходование кормов и т.д. Зоотехник контролировал содержание и кормление скота и птицы, инженер - использование машинно-тракторного парка, расход горючего, смазочных материалов и т.д. Таким образом, сельскохозяйственные интеллектуалы контролировали основные части физического капитала сельхозпредприятий по своему «профилю». Не менее важно, что они не только контролировали, но, фактически, наравне с протобуржуазией (председателями колхозов, директорами совхозов и МТС) отвечали за конечные результаты эксплуатации объектов собственности: выполнение плана урожайности, получение максимального количества продукции, своевременное выполнение колхозами и совхозами планов госзакупок, внедрение механизации в производство и т.д. Своеобразно складывалось и разделение полномочий сельскохозяйственных интеллектуалов и менеджеров. Агрономы, зоотехники, инженеры и т.д. контролировали работу бригад и звеньев: выполнение ими производственных заданий, вскрывали недостатки в их работе, помогали в организации деятельности. Агрономы и зоотехники не только должны были давать указания менеджерам (бригадирам, заведующим фермами и др.), но неисполнение этих указаний, например, бригадирами, рассматривать как нарушение трудовой дисциплины. В постановлении ЦК КПСС 1962 г. об этом говорилось: «Указания агронома, зоотехника по вопросам производства так же обязательны, как указания инженера на заводе»699. В «Положении о главных (старших) специалистах колхозов и совхозов» (1964 г.) устанавливалось, что они несут наравне с председателем колхоза ответственность за выполнение количественных и качественных показателей производственно-финансового плана по соответствующим отраслям колхозного производства700. То есть место сельскохозяйственных интеллектуалов в отношениях собственности было достаточно своеобразным: они делили право собственности с протобуржуазией и менеджерами и в праве распоряжения, и в праве пользования.
699 Постановление ЦК КПСС и СМ СССР от 12 апреля 1962 г «О повышении роли
агрономов, зоотехников и других специалистов сельского хозяйства в развитии колхозного и совхозного производства»// http://www.libussr.ru/doc_ussr/usr_5809.htm ?0° Положение о главных (старших) специалистах колхозов и совхозов. М., 1964.
385
В механизмах разделенного права собственности, однако, интеллектуалы имели важное преимущество: они обладали более полной информацией (знанием) об объекте собственности, поэтому понимали внутренние механизмы его функционирования, что увеличивало их роль в управлении капиталами и землей. Это многими специалистами осознавалось. С.В. Бондаренко в воспоминаниях описывает, как в 1934 г., работая в политотделе одной из МТС Ростовской области, он обнаружил брак в работе тракториста. «Я вызвал главного агронома МТС, - пишет он. - Составили акт на бракоделов и заставили всё перепахать за счет тракториста, прицепщика и бригадира тракторной бригады, который считал, что его обязанность - следить за исправностью трактора, а за качеством работ пусть, дескать, следит колхоз. Этот случай широко обсуждался во всех тракторных бригадах и в колхозах»701. Бухгалтер совхоза «Озёры» Московской области К.М. Иконников в 1960-е гг. писал: «Не являясь непосредственными организаторами производства, бухгалтеры играют в этом деле большую роль. Бухгалтер, имея у себя первичные документы учета выполняемых работ, должен проследить за правильностью применения норм и расценок. Он должен также интересоваться расстановкой рабочей силы»702. В качестве примера Иконников приводит такую ситуацию: «некоторые шоферы ... стали сдавать товарно-финансовые накладные, в которых указывалась недостача сверх нормы естественной убыли ... Бухгалтер реализации Л.М. Сафохина определила ... во что обошлась совхозу убыль от естественной нормы ... По предложению бухгалтерии дирекция предъявила шоферам судебный иск»703. Из письма, написанного экономистом И.Н. Худенко совместно с руководством совхоза «Акчи» в 1970 г. секретарю ЦК КПСС Ф.Д. Кулакову, видно, как обнажаются в рассуждениях сельскохозяйственных интеллектуалов скрытые от других групп сельскохозяйственного населения механизмы функционирования экономики: «Советские экономисты давно уже обратили внимание на так называемые латентные (скрытые) механизмы экономической деятельности предприятий. Речь идет о «приписках», скрываемых резервах, натуральном обмене между различными предприятиями ... Существует даже некая негласная норма допустимых действий такого рода. Как она устанавливается - никто не знает, хотя нарушитель и контролер интуитивно ее определяют. Эти латентные механизмы являются неизбежными ... В этих действиях и проявляется собственно хозяйственная инициатива предприятий, те допуски, отклонения от предписанных 701 Бондаренко С.В. Мемуары. Тетрадь 6 (1934 г.) // http:// tetradimemory.narod.ru/ Tetrad6_Novolvan.htm
702 Иконников К.М. Бухгалтер совхоза (записки главного бухгалтера совхоза «Озёры» Московской области). С. 51.
703 Там же. С. 46.
386
норм (открытые действия), без которых нормальное функционирование предприятий часто оказывается попросту невозможным. Вся беда, однако, состоит в том, что эти действия окутаны мистическим туманом, они есть и в то же время открыто это не признается ... Не лучше ли открыто признать необходимость для предприятий в определенных пределах свободно маневрировать средствами? В нашем опыте так и было сделано, но не за счет государства, а за счет собственного же фонда оплаты. Члены координационно-управленческого звена, а по необходимости производственные звенья, имели открытую возможность 5% фонда оплаты тратить на производственные нужды без документального оправдания этих затрат. Эта незначительная сумма не позволяла никому обогатиться за счет других ... Приходится признать простой факт: инициатива стоит денег»704. Таким образом, Худенко фиксировал стремление сельскохозяйственных интеллектуалов к фактически ключевому месту в отношениях собственности, связанному с конечным результатом, - распределению и использованию ресурсов предприятий и прибыли.
Однако потенции сельскохозяйственных интеллектуалов на эскалацию своего места в реализации прав собственности неизбежно сталкивались с механизмами её функционирования, а именно - разделенностью прав собственности. Об этом сохранились многочисленные свидетельства. Писатель С. Викулов, рассказывая о колхозе «Восход», расположенном в Нечерноземье, отмечает, что председатель 1960-х гг. Звонцов «сам брался за составление рационов, не замечая, что подменяет тем самым зоотехника, снимая с него ответственность, ставя его в позицию стороннего наблюдателя. В таком же положении ... находилась и агроном Морозова ... Указания механика, агронома, зоотехника, не подтвержденные «самим», для бригадиров ничего не значили, во всяком случае, не подлежали безусловному и немедленному исполнению»705. Еще один «ограничительный» механизм действовал на сельскохозяйственных интеллектуалов «сверху». Ярко об этом рассказал писатель Г. Радов в очерке «Зинаида Ивановна». В середине 1960-х гг. молодая и полная энтузиазма девушка начинает работать в колхозе с большим желанием ... «Первый щелчок ей влепили за овес. В районе, куда она повезла план, сказал ей пожилой мужчина:
- Овес вычеркните! Политически скомпрометированная культура! Газет не читаете?
- Но что же сеять в пятом поле?
- Как что? Кукурузу!...
704 РГАНИ. Ф. 5. Оп. 62. Д. 239. Л. 111.
705 Викулов С. Дорогой ценой // Дорогой ценой... Писатели о русском крестьянстве середины XX века. С. 241.
387
Сколько за эти годы она получила щелчков! Ее бранили за неуважение к перегнойным горшочкам, и склоняли на собраниях как траво- польщицу, и заставляли зачем-то сеять бобы вместо исконного в этих местах гороха ... И конечно ежегодно перекраивали ее планы и сдавали в заготовку выращенные ею семена. И все командовали ею: и председатель колхоза, и райкомовцы, и, наконец, просто обыкновенные командировочные»706.
Сельскохозяйственные интеллектуалы, без сомнения, чувствовали неудовлетворенность и невозможность полной самореализации в условиях действия такого «многоэтажного» ограничительного механизма. Поэтому главный путь их в достижении желаемого места в отношениях собственности лежал через овладение властными полномочиями - вхождение в класс сельскохозяйственной протобуржуазии и менеджеров. Как отметил А. Никулин, «иерархия прав собственников в хозяйстве напрямую связана с иерархией социально-экономических институтов и личностей, управляющих ими»707.
* ★ *
Сельскохозяйственные интеллектуалы с начала 1930-х по середину 1950-х гг. были, за небольшим исключением, наемными работниками и, следовательно, получали фиксированную заработную плату от государства. Монетизированная зарплата была одной из серьезных отличительных черт, выделявших этот класс на фоне деревенской среды. В 1930 г. были решены принципиальные вопросы «испомеще- ния» интеллектуалов в сельское хозяйство: исполкомами им бесплатно предоставлялись квартиры (или иные пригодные жилые площади) с отоплением и освещением. В условиях временных командировок в деревню у интеллектуалов, как правило, не было необходимости иметь там постоянное место проживания. Однако пригодных для временного проживания домов не хватало, поэтому, например, в Средневолжском крае в 1932 г. командированным в село ветеринарам «приходилось ютиться на нарах и на полу в избах, до отказа наполненных рабочими ...с тяжелым спертым воздухом от сушки портянок ... Сплошь и рядом ветработникам приходилось жить впроголодь»708.
Заработная плана специалистов сельского хозяйства на фоне 706 Радов Г. Зинаида Ивановна // Радов Г. Кого люблю... С. 203-204.
707 Никулин А. Кубанский колхоз меж холдингом и асьендой: парадоксы постсоветской модернизации южнорусского сельского общества // Рефлексивное крестьяноведение. Десятилетие исследований сельской России. М., 2002. С. 355.
708 РГАЭ. Ф. 7486. Оп. 16. Д. 96. Л. 224.
388
оплаты труда других групп, работавших в деревне, в середине 1930-х гг. выглядела достаточно высокой. По данным за март 1936 г. в совхозах, коопхозах и других сельхозпредприятиях РСФСР агрономический и инженерно-технический персонал получал в среднем 364 руб., тогда как рабочие - в среднем 124 руб., служащие - 229 руб., младший обслуживающий персонал - 91 руб. в месяц. В машинно-тракторных станциях РСФСР агрономический и инженерно-технический персонал в среднем получал в 1936 г. (по данным за март) 334 руб. в месяц, что было выше, чем зарплата рабочих (147 руб.) и служащих (222 руб. в месяц)709. И.Е. Зеленин также считал сельскохозяйственных специалистов наиболее оплачиваемой категорией работников наряду с руководителями совхозов. По его данным, в 1937 г. среднемесячная заработная плата специалиста составляла: в зерновых совхозах - 509 руб.; в мясо-молочных - 400 руб.; в семеноводческих - 405 руб.; во всех совхозах Наркомата совхозов СССР - 423 руб.710 Реальная оплата труда сельскохозяйственных интеллектуалов была выше, так как кроме денежной существовала и «натуральная» часть оплаты. Это касалось, прежде всего, бесплатных жилья, отопления и освещения (до 1937 г. эта льгота существовала у агрономов, до 1944 г. - у ветеринаров и зоотехников). В целом рассматривая экономический статус интеллектуалов, современники относили их к слоям сельского общества с высоким достатком. Например, Л.Д. Троцкий в книге «Преданная революция» (1936 г.) писал о высших слоях советского общества, включающих «верхи бюрократии, специалистов и пр., живущих в буржуазных условиях существования»7’1.
Принципы оплаты труда самой большой категории сельскохозяйственных интеллектуалов - агрономов - изменились в 1937 г., когда правительство приняло решение о повышении им зарплаты. Ставки участковых агрономов МТС и райземотделов теперь составляли от 275 до 550 руб. (в зависимости от стажа и образования), агрономов совхозов - от 300 до 600 руб. в месяц, старших агрономов МТС - от 550 до 750 руб., агрономов зерновых совхозов - от 650 до 900 руб. Тем же постановлением были отменены (за небольшим исключением) периодические прибавки к заработной плате для агрономов, а также бесплатное предоставление им коммунальных услуг и жилья712. В 1937 г. на 709 Численность и заработная плата рабочих и служащих в СССР (итоги единовременного учета за март 1936 г.). М., 1936. С. 49, 51.
7,0 Зеленин И.Е. Совхозы СССР в годы довоенных пятилеток. 1928-1941. М., 1982. С. 129-130.
7,1 Троцкий Л.Д. Преданная революция // http://revkom.com/index. htm?/trotckii.htm
712 Постановление СНК СССР от 25 октября 1937 г. «О повышении заработной платы агрономам» // Собрание законов и распоряжений Рабоче-Крестьянского правительства СССР за 1937 г. М„ 1946. Ст. 331.
389
сельскохозяйственных интеллектуалов, как и на остальных служащих, была распространена государственная система социального страхования713. В 1939 г. материальное положение служащих, проживающих в сельской местности, изменилось 8 связи с разрешением иметь приусадебный участок, который по размерам был значительно меньше разрешенного для колхозников и составлял 0,15 га, а также в связи с частичным распространением на них системы повинностей (обязательные поставки молока и мяса)714. Тем самым решалась проблема сближения каналов материального обеспечения агрономов, зоотехников, ветеринаров и др. с каналами формирования бюджета колхозников и совхозных рабочих и, следовательно, нивелирования уникальности слоя сельскохозяйственных интеллектуалов для российской деревни.
Материальная самооценка сельскохозяйственных интеллектуалов свидетельствовала о неудовлетворенности своим уровнем жизни. Агроном-семеновод Латненской МТС Воронежской области Н. Шары- кин в 1940 г., например, писал в газету «Социалистическое земледелие»: «Нужно перестроить и систему заработной платы в сельскохозяйственном производстве ... Какой агроном пойдет работать на участок за 300-400 руб. в месяц, чтобы быть в материальной зависимости от председателя колхоза, жить в самых отвратительных антисанитарных квартирных условиях, видеть, как рядовой колхозник живет значительно лучше и без всякого образования. Какой инженер-механизатор пойдет работать в МТС за 400-450 руб., если месячный заработок среднего тракториста, окончившего трехмесячные курсы и 1-2 года проработавшего на тракторе, в несколько раз выше месячного заработка этого инженера»715. Агрономы из Пензенской области в 1940 г. жаловались в ту же газету на то, что «агроном с высшим образованием со стажем 6 лет получает 550 руб., а зав. отделением райсобеса с образованием 2 года сельской школы получает 600 руб. в месяц ... инструктор рай- газеты (без специального образования) получает 300 руб. ... а участковый агроном 270 руб.»716. Агроном Жуланской МТС Новосибирской области Панасенко писала в газету «Социалистическое земледелие» в том же 1940 г.: «Мой муж работает старшим агрономом в той же МТС, где и я ... Временно мы живем у шофера МТС, у которого семья в 5 человек, и у нас 5 человек, итого 10 человек в небольшой избушке. Такое перенаселение привело к тому, что клопы, блохи, вши стали нашими 713 Постановление ВЦСПС от 31 июля 1937 г. «Об улучшении государственного социального страхования служащих» // http://knukim-edu.kiev.ua/download/ZakonySSSR/ data04/tex16499.htm
714 См. подробнее: Раздел второй, глава III, § 2.
715 РГАЭ. Ф. 7486. Оп. 19. Д. 333. Л. 7.
716 Там же. Л. 19.
390
обязательными сожителями. В кооперации продают товары только колхозникам, а служащие сидят в чистоте, им не полагается»7’7. Агроном И. Шульга высказывал схожее мнение: «Агроном не имеет средств передвижения, квартира часто самая плохая, продукты получает из колхоза по рыночной цене, которая намного выше, чем в магазине. Агроном всегда раздет, разут, так как в очереди толкаться с колхозниками агроному не пристало, того и гляди придется выругаться, а это плохо влияет на авторитет агронома»717 718.
Народный комиссар земледелия СССР И.А. Бенедиктов 1940 г. писал в материале о роли агрономов в сельхозпроизводстве, представленном в ЦК КПСС А.А. Андрееву: «Основной причиной ухода агрономов с производства ... являются неудовлетворительные материально-бытовые условия, особенно участковых агрономов. Зарплата участкового агронома (275-450 руб. в месяц со стажем до 10 лет) не является достаточным стимулом для привлечения на эту работу квалифицированных специалистов»719. В проекте «Положения об участковом агрономе райзо» Бенедиктов предлагал повысить зарплату агрономам, работающим на участках, а для колхозных агрономов (являющихся членами колхозов) в проекте предусматривалось «установление заработной платы на 10-15% ниже зарплаты председателя колхоза, при сохранении для агронома условий выдачи продуктов по нормам, установленным для председателя колхоза и распространение на агронома всех премий, получаемых председателем, в размере от 85 до 90% от премии председателя колхоза»720. Кроме того, предполагалось обеспечить участкового агронома специальным помещением, в котором должны быть 2-3 комнаты для жилья (одна-две - для семьи агронома и одна - для конюха-сторожа), агрокабинет и необходимые надворные постройки721.
В 1940-е гг. заработная плата сельскохозяйственных интеллектуалов несколько раз повышалась на правительственном уровне.
В 1939 г., а затем в 1944 г. была повышена зарплата зоотехническим и ветеринарным работникам. Главные зоотехники райсельхозот- делов стали получать в зависимости от стажа и образования от 600 до 880 руб., зоотехники участков и пунктов райзо стали получать от 350 до 625 руб. (в зависимости от стажа и образования), ветврачи участков - от 350 до 700 руб., ветврачи райзо - от 550 до 700 руб. Ветеринарам и зоотехникам, работающим на участках и пунктах в сельской мест717 Там же. Л. 23.
718 Там же. Л. 15.
7,9 Там же. Д. 292. Л. 5.
720 Там же. Л. 6.
721 Там же. Л. 19.
391
ности, было сохранено бесплатное предоставление квартир, отопления и освещения, ранее получаемых надбавок к зарплате. Кроме того, зоотехникам и ветеринарам предусматривался целый ряд премий: за перевыполнение годового плана выходного поголовья в колхозах, за выполнение колхозами годового плана надоя молока при выполнении обязательных поставок и т.д.722 В 1944 г. было принято постановление СНК СССР «О ставках заработной платы и премировании агрономов и других работников районных земельных отделов», в соответствии с которым зарплата главных агрономов в райсельхозотде- лах составляла 650-850 руб. в месяц (в зависимости от стажа работы), отраслевых агрономов - от 400 до 500 руб., участковых агрономов - от 350 до 625 руб. (в зависимости от образования)723.
В 1947 г. было принято постановление СМ СССР «О заработной плате и премировании специалистов сельского хозяйства, работающих в МТС, совхозах, колхозах, на агроучастках и зооветучастках Министерства сельского хозяйства СССР и Министерства совхозов СССР», согласно которому старшие агрономы МТС стали получать от 740 до 1210 руб. в месяц, участковые агрономы - от 500 до 960 руб. В 1951 г. зарплата специалистов МТС была вновь повышена: главный агроном стал получать 1200-1500 руб., отраслевой и участковый агроном - 900 руб.724
После Великой Отечественной войны вопрос с бытовым устройством сельскохозяйственных интеллектуалов в деревне оставался больной проблемой. На совещании заместителей министров сельского хозяйства союзных и автономных республик, состоявшемся в октябре 1946 г., начальник главного управления капитального строительства Министерства земледелия СССР говорил: «Например, совхоз «Гигант» ... Этот совхоз знает весь мир ... Центральная усадьба - это скотный двор. Бараки, в которых живут агрономы, специалисты, техники, неблагоустроенны. Представьте себе: барак, длинный коридор, 15 комнат с одной стороны и 15 - с другой, печки, у кого есть керосинка, вынуждены тащить керосинку ... Люди живут в жутких условиях ... Из-за грязи при наличии больших окон в комнате темно. Возьмем Курскую область. Там имеется в нашей системе 989 специалистов, которые живут без крова. Орловская область. Люди живут в землянках ... Это конечно влияет 722 Постановление СНК СССР от 4 февраля 1939 г. «О повышении заработной платы зоотехническим работникам» // СП СССР. 1939. № 10. Ст. 70; Постановление СНК СССР от 4 февраля 1939 г. «О повышении заработной платы ветеринарным работникам» // СП СССР. 1939. № 10. Ст. 71; Постановление СНК СССР от 9 января 1944 г «О повышении заработной платы зоотехническим и ветеринарным работникам» // http://www.knukim-edu.kiev.ua/download/ZakonySSSR/data04/ tex16408.htm
723 РГАЭ. Ф. 7486. Оп. 18. Д. 1683. Л. 50.
724 Там же. Л. 51.
392
на работу ... Если человек имеет свою хатенку, это привязывает его к месту, он будет более внимательно работать, не думать о переходе на другую работу»725.
Письма сельскохозяйственных интеллектуалов служат подтверждением недовольства своим материальным положением. Одно из таких писем в 1952 г. было получено Г. Маленковым и отправлено министру сельского хозяйства и заготовок А. Козлову с поручением «разобраться по существу» и припиской «Обязательно прочтите! Прочтите хотя бы вместо художественной книжки». Автором этого письма был участковый агроном МТС Островерхое (в результате проведенной проверки выяснилось, что подпись под письмом вымышленная). Автор письма писал: «Зарплата ... многих рабочих и служащих не обеспечивает им прожиточного минимума ... Все послевоенные годы специалисты сельского хозяйства, работающие и проживающие в сельской местности, освобождались от уплаты сельхозналога, но в 1952 г. по новому закону они привлечены к уплате сельхозналога». Автор письма приводит бюджет участкового специалиста сельского хозяйства: «Месячная зарплата - 750 руб. Работник в семье один. Состав семьи - сам 6, в том числе четверо детей - учащихся. Расходы за месяц:
1. Подоходный налог - 40 руб.
2. Заем - 75.
3. Членские взносы в профсоюз - 7.
4. Квартира - 24.
5. Райгазета - 1.
6. Республиканская газета - 5.
7. Радио-10.
8. Освещение -15.
9. Отопление - 60.
10. Хлеб печеный из магазина - 240.
11. Соль, спички, мыло - 10.
12. Папиросы дешевые - 37.
13. Скудные домашние завтраки, обеды и ужины на 6 душ - 226. Всего 750 руб.
В этом рационе совершенно нет молока, яичек, сахара, сельдей, рыбы, мяса, белой муки, булочек, почти нет жиров, нет билетов в кино и театр, нет пива, водки и проч., нет даже расходов на парикмахерскую.
А за что же, за какие средства, купить ученикам учебники, школьные и письменные принадлежности? А за что купить постельные принадлежности, белье, одежду, обувь? А за что купить за весь послевоенный период хоть один стул в квартиру, т.к. имеющиеся еще отцовские три табуретки, изготовленные в 1912 г., пришли в ветхость. А как хоть 725 Там же. Д. 910. Л. 250-251.
393
понемножку носить в сберкассу и скопить там хотя бы одну тыс. рублей “на черный день”»726.
Сведения, представленные в письме, для нас интересны не только как содержащие оценочные суждения об уровне жизни сельскохозяйственных интеллектуалов. Они позволяют увидеть специфику их материального статуса: присутствие «культурных» расходов - приобретение прессы и оплата радио (2% расходов). Спецификой бюджета, описанного Островерховым, была достаточно высокая оплата коммунальных расходов (13%), большая доля расходов на питание
- 62%. Самое главное, что, как видно из бюджета, анонимный агроном Островерхое не вел приусадебного хозяйства - он покупал хлеб и продукты и не расходовал средств на содержание приусадебного участка.
Принципы оплаты труда специалистов сельского хозяйства вновь стали предметом обсуждений после перевода этих специалистов в МТС. В 1955 г. Н.С. Хрущев рассуждал: «Может быть, следует установить такой порядок оплаты труда зоотехников и агрономов машинно-тракторных станций: половину заработной платы пусть выдает им государство, а другую половину - колхозы. Важно, чтобы их оплата зависела от уровня развития колхозного производства, чтобы они материально были заинтересованы в подъеме экономики колхозов ... Такой порядок оплаты специалистов повысил бы уровень агротехнической и зоотехнической работы в колхозах»727.
Реализация нового подхода к оплате труда специалистов сельского хозяйства состоялась после их перевода из штатов МТС в колхозы во второй половине 1950-х гг. Теперь оплату труда сельскохозяйственных интеллектуалов, работавших в колхозах, производил колхоз, а, следовательно, в основу оплаты были положены колхозные трудодни. Постановлением ЦК КПСС и СМ СССР от 20 августа 1955 г. было определено, что уровень оплаты агрономов и зоотехников, переведенных на работу в колхозы, должен составлять от 60 до 90% (в зависимости от образования) трудодней и денежной доплаты, начисляемых председателю колхоза. Кроме того, агрономам и зоотехникам, переведенным из МТС в колхозы, предусматривалась денежная доплата за счет государства: в первый год работы - 550 руб.728, во второй - 400 руб., в третий
- 300 руб. в месяц (специалистам со средним образованием выпла726 РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 138. Д. 380. Л. 185-186.
727 Хрущев Н.С. По-новому планировать производство в колхозах и совхозах, конкретно руководить хозяйством. Речь на совещании работников сельского хозяйства областей юго-востока в г. Саратове 18 марта 1955 года // Хрущев Н.С. Строительство коммунизма в СССР и развитие сельского хозяйства. М., 1962. Т. 2. С. 24.
728 До 1961 г. все показатели - в старом масштабе цен.
394
чивалось на 10% меньше)729. Однако денежные доплаты от государства не выдавались, если сельскохозяйственные интеллектуалы были переведены из штатов МТС на должности бригадиров, заведующих животноводческими фермами, переводились из одного колхоза в другой или были направлены на должности колхозных специалистов по распределению после окончания учебы.
Реформа, коснувшаяся статуса сельскохозяйственных интеллектуалов и переместившая их из людей «государственных» в «колхозных», как выяснилось, серьезно ухудшила материальную сторону их жизни. В 1956 г. проверка, проведенная Министерством сельского хозяйства СССР, выявила, что в 218 колхозах Нечерноземной зоны РСФСР у 58% сельскохозяйственных интеллектуалов оплата труда стала ниже, чем раньше в МТС, а в группе специалистов, не получавших денежной доплаты от государства, 76% специалистов получали меньше, чем они получали в МТС. Так, общий заработок агронома колхоза им. Ленина Смоленской области Кутузовой в 1956 г. в среднем составил 598 руб. в месяц. Ее заработная плата складывалась из 98 руб., полученных за 67 трудодней, 140 руб. - денежной доплаты от сумм, получаемых председателем колхоза, и 360 руб. - денежной доплаты от государства. В некоторых колхозах председатели объясняли, что низкая оплата агрономам и зоотехникам установлена потому, что «председатель не может иметь заработок меньше специалистов»730. Колхозное сообщество также стремилось к оплате труда сельскохозяйственных интеллектуалов «на общих основаниях». Зоотехник колхоза им. Ленина Ставропольского края И.П. Дубограев в 1957 г. писал в газету «Сельское хозяйство»: «Действительно, нам установили 80% трудодней и денежную доплату, и мы получали ее до апреля 1956 г., но на общем собрании колхозники отменили нам денежную доплату (320 руб. в месяц)»731. В 1957 г. проведенная Министерством сельского хозяйства СССР проверка оплаты труда агрономов и зоотехников колхозов различных зон страны показала, что месячный заработок у 3087 человек из проверенных 4914 специалистов колхозов, или у 63%, был ниже зарплаты, которую они получали в МТС до перехода на работу в колхоз. Основной массе агрономов и зоотехников, работавших в колхозах, начислялось до 70 трудодней и до 300 руб. в месяц732. Из 3622 сельскохозяйственных интеллектуалов, получавших денежную доплату от государства в 729 Постановление ЦК КПСС и СМ СССР от 20 августа 1955 г. «О мерах по дальнейшему улучшению агрономического и зоотехнического обслуживания колхозов» // Законодательные и ведомственные акты по сельскому хозяйству. T. 1. С. 185.
730 РГАЭ. Ф. 7486. Оп. 18. Д. 1683. Л. 191, 195.
731 РГАНИ. Ф. 5. Оп. 46. Д. 163. Л. 17.
732 РГАЭ. Ф. 7486. Оп. 18. Д. 1683. Л. 4-5.
395
1957 г., получали ниже уровня месячного заработка специалиста МТС 2173 человека (60 %). Причем, в Калининской области таких сельскохозяйственных интеллектуалов выявилось 70%, в Вологодской и Псковской областях - по 80%. По данным министерской проверки зарплата агронома колхоза «Красная горка» Костромской области А.И. Соколовой в 1957 г. составляла 351 руб. в месяц, зоотехника колхоза «Искра» Л.Н. Чистяковой - 413 руб. в месяц, зоотехника колхоза «Коминтерн» А.Н. Разаковой - 407 руб. Всего в 1957 г. 73% специалистов колхозов получали деньгами от колхоза в среднем до 300 руб. в месяц733. Самая низкая оплата труда сельскохозяйственных интеллектуалов складывалась в Северо-Западном районе, Поволжье, ряде областей Урала, Дальнего Востока и др., там, где по мнению Министерства сельского хозяйства СССР было «много недостаточно окрепших и экономически слабых колхозов». Однако были и регионы, где оплата труда сельскохозяйственных интеллектуалов была существенно выше: например, в колхозе «Озёрный» Воронежской области зарплата агронома составляла 1740 руб. в месяц, в колхозе им. Ворошилова той же области - 1967 руб.734
Таблица 15
Заработок агрономов и зоотехников колхозов за 1957 г. по материалам проверки 285 МТС различных зон страны
Ежемесячный заработок с учетом денежной и натуральной оплаты от колхозов
В процентах к итогу
Из них (в процентах к итогу)
не получают денежной доплаты от государства
получают денежную доплату от государства
До 300 руб.
4,0
15,4
-
От 300 до 500 руб.
13,0
22,5
9,6
От 500 до 700 руб.
31,4
24,8
33,8
От 700 до 800 руб.
14,4
8,0
16,7
От 800 до 900 руб.
11,0
7,0
12,4
От 900 до 1000 руб.
8,6
6,1
9,5
733 Там же. Л. 47-48.
734 РГАНИ. Ф. 5. Оп. 46. Д. 202. Л. 3-4.
396
Окончание таблицы 15
Ежемесячный заработок с учетом денежной и натуральной оплаты от колхозов
В процентах к итогу
Из них (в процентах к итогу)
не получают денежной доплаты от государства
получают денежную доплату от государства
От 1000 до 1100 руб.
6,2
4,3
6,9
От 1100 до 1200 руб.
3,9
3,2
4,1
От 1200 до 1500 руб.
5,6
5,6
5,5
1500 руб. и выше
1,9
3,1
1,5
Источник: РГАЭ. Ф. 7486. Оп. 18. Д. 1683. Л. 6.
По мнению Министерства сельского хозяйства низкая оплата труда в первую очередь влияла на уход из колхозов сельскохозяйственных интеллектуалов - за 1955-1957 гг. из колхозов ушло более 40 тыс. агрономов и зоотехников735. Не случайно в 1959 г. был разработан проект постановления ЦК КПСС и СМ СССР, рекомендовавший колхозам устанавливать по решению общих собраний колхозников ежемесячную оплату труда агрономам, зоотехникам и другим специалистам, переведенным из МТС в колхозы, в зависимости от стажа работы, квалификации в размере 80-90% от оплаты (денежной и в трудоднях), начисляемой колхозом председателю, выдавать им также все виды дополнительной оплаты и материальных поощрений, установленных общим собранием для председателей колхозов. Кроме того, предлагалось в порядке исключения в тех колхозах, которые не могут обеспечить доплату перешедшим к ним специалистам на уровне должностных окладов соответствующих специалистов в МТС, устанавливать в период с 1 января 1959 до 1 января 1961 г. ежемесячную денежную доплату от государства, дополнительно к оплате, полученной от колхозов, но не более 550 руб. в месяц736.
Другой проблемой материального положения, выявившейся в середине 1950-х гг., было жилье. В «Справке о работе, материальном обеспечении и жилищном устройстве агрономов и зоотехников колхозов в 1957 г.», составленной МСХ СССР, сообщается, что по материалам, полученным из 3630 колхозов, из 4914 специалистов, работающих в 735 РГАЭ. Ф. 7486. Оп. 18. Д. 1683. Л. 50.
736 Там же. Л. 1.
397
них, снимают частные квартиры 1934 человека (39,4%), 2091 человек (42,6%) живет в собственных домах или домах родителей и только 822 сельскохозяйственным интеллектуалам (16,7%) квартиры предоставлены правлениями колхозов737. В другой подобной справке сообщалось, что в 1957 г. «агрономы и зоотехники, работающие в колхозах, продолжают жить в тяжелых жилищных условиях. Свои дома имеют незначительное количество специалистов, как правило, местные жители, которые живут у родителей или у родственников. По данным 76 МТС Рязанской области из 934 специалистов живут в своих домах лишь 17 человек ... Колхозы редко предоставляют специалистам квартиры и не строят для них дома ... Квартиры, вернее углы, которые специалисты снимают, крайне неблагоустроенны, в них нет элементарных условий для жизни ... В колхозе им. Докучаева Воронежской области зоотехник живет в заброшенном полуразвалившемся доме и ежемесячно платит 50 руб. Дом состоит из одной комнаты, она же кухня»738. О распространенности подобной практики свидетельствует и популярный кинофильм «Дело было в Пенькове», снятый в 1957 г. (реж. С. Ростоцкий). Агроном Тоня, приехавшая на работу в колхоз, снимает угол у колхозника, который предлагает похлопотать о квартплате: «А в контору-то я все же заскочу, может, станут за тебя платить». В своих воспоминаниях совхозный инженер Н. Бугайченко так описывает свой приезд в хозяйство в начале 1960-х гг.: «Первые дни пришлось жить на иждивении шофера Миши ... Лиля стала готовить пищу на моем студенческом примусе, который верой и правдой прослужил мне пять лет студенческой жизни. Привезли мы с собой немного и посуды ... На двоих у нас было одно одеяло, одна подушка и старенькая накидка, которую мы разостлали на глиняном полу. Вот так пришлось коротать первую нашу крестьянскую ночь ... Так мы первое время и жили - полуголодные и полухолодные. Сразу же почувствовали, что жизнь свою придется начинать с нуля ... Вскоре главный зоотехник совхоза, отбыв свой трехлетний срок «наказания» после института, уехала, освободив квартиру. Так что разрешился мой квартирный вопрос. Ссудили мне деньги на покупку коровы. Вот с этого времени мы с Лилей зажили обычной крестьянской жизнью. У жены появились крестьянские обязанности, связанные с уходом за коровой и приготовлением всевозможных «коровьих» блюд ... Поздравили меня с новосельем и началом «зажиточной» крестьянской жизни (здесь я понял, что без коровы - это не жизнь!) руководство совхоза и мои механизаторы»739.
737 Там же. Л. 158.
738 РГАНИ. Ф. 5. Оп. 46. Д. 202. Л. 6.
739 Бугайченко Н. В калмыцких степях // http://agrosite.narod.ru/ar12/ ar12_5.htm
398
В начале 1960-х гг. материальное положение сельскохозяйственных интеллектуалов стабилизировалось, о чем можно судить по резко сократившемуся потоку писем и информации разных ведомств, анализирующих негативные моменты оплаты их труда. ЦСУ РСФСР в 1962 г. провело выборочное обследование и, проанализировав данные по 348 колхозам 16 областей РСФСР, выявило, что агрономы и зоотехники колхозов входят в группы со средней оплатой труда (табл. 16).
Таблица 16
Начислено в 1961 г. денег и продуктов в расчете на 1 отработанный человеко-день в колхозах РСФСР по профессиям и должностям (руб.)
Категории работников
В колхозах со средней оплатой человеко-дня одного работника
ДО 1 руб.
от 1 руб. до 2 руб.
свыше 2 руб.
Председатели колхозов
4,63
5,39
7,66
Агрономы
2,65
3,27
4,06
Зоотехники
2,59
3,12
4,31
Бригадиры» растениеводы
1,09
1,95
4,03
Зав. животноводческими фермами
1,2
1,77
3,10
Трактористы, комбайнеры
2,93
3,59
4,09
Колхозники, занятые на полевых, ручных и конноручных и прочих работах
0,50
1,10
2,02
Составлено по: РГАНИ. Ф. 5. Оп. 46. Д. 394. Л. 2.
Как видно из таблицы, в начале 1960-х гг. сельскохозяйственные интеллектуалы оплачивались примерно на треть ниже представителей протобуржуазного класса (председателей колхозов), но несколько выше менеджерского слоя (бригадиров, заведующих животноводческими 399
фермами) и значительно выше пролетарского слоя села - «рядовых» колхозников (в 2-5 раз). Равными по оплате с сельскохозяйственными интеллектуалами в начале 1960-х гг. был класс рабочей аристократии (трактористы, комбайнеры), что свидетельствовало об их примерно равной позиции в сельской иерархической лестнице. Однако уже к концу 1960-х гг. сельскохозяйственные интеллектуалы прочно выходят в оплате труда на вторую после протобуржуазии позицию (табл. 17)
Таблица 17
Выдано в оплату труда денег и продуктов в оценке по государственным розничным ценам (в среднем за месяц по отдельным профессиям и должностям) за 1966 и 1967 гг. в колхозах РСФСР (руб.)
Категории работников
1966 г.
1967 г.
Председатели колхозов
224
234
Зам. председателей
142
146
Гл. бухгалтеры
155
161
Агрономы
129
131
Зоотехники
123
125
Ветврачи, ветфельдшеры, веттехники
82
87
Инженеры и техники- механики
125
127
Бригадиры производственных бригад в растениеводстве
103
113
Трактористы-машинисты
85
93
Доярки
88
96
Все работники, занятые на постоянных должностях
79
87
Составлено по: Оплата труда в совхозах и колхозах. М., 1968. С. 46.
Судя по данным таблицы, сельскохозяйственные интеллектуалы опережали в оплате труда менеджерскую группу, а также рабочую ари400
стократию и колхозный пролетариат. При этом видна определенная разница в оплате труда групп сельскохозяйственных интеллектуалов: выше оплачивался труда агрономов и «технической» группы, ниже - сельскохозяйственных интеллектуалов, обслуживающих животноводство. В совхозах СССР сельскохозяйственные интеллектуалы также оплачивались выше остальных категорий работников: в 1970 г. среднемесячная зарплата агрономов, зоотехников, ветеринаров и инженерно-технического персонала составляла 164 руб., тогда как зарплата рабочих и служащих -101 руб.740
Повышению уровня жизни сельскохозяйственных интеллектуалов способствовало стойкое внимание государства к этой проблеме. В 1960-1980-е гг. неоднократно принимались постановления, создававшие преференции сельскохозяйственным специалистам. В 1964 г. было принято уже упоминавшееся выше постановление741, согласно которому рекомендовалось экономически слабым колхозам начиная с 1 апреля 1964 г. устанавливать размеры должностных окладов специалистов, имеющих высшее и среднее специальное образование, на уровне размеров должностных окладов, устанавливаемых для специалистов совхозов с соответствующим объемом производства сельхозпродукции. В том случае, когда фактическая оплата их труда, а также оплата труда работников, направляемых на эти должности из других организаций, была выше оплаты, рекомендуемой постановлением, она должна была сохраняться. В том же году было определено, что колхозным специалистам, имеющим высшее или среднее специальное образование и работающим по специальности во всех звеньях колхозного производства, назначаются пенсии по старости и по инвалидности в порядке, предусмотренном для рабочих, служащих и членов их семей742. Кроме того, в 1964 г. снимались ограничения для личного подсобного хозяйства служащих, проживающих в сельской местности743.
Уровень жизни сельскохозяйственных интеллектуалов в 1970- 1980-е гг. продолжал расти. Немаловажным фактором для этого стало их сближение по уровню жизни с менеджерским и протобуржуазным классами деревни. В 1977 г. было принято Постановление ЦК КПСС 740 Труд в СССР. М„ 1975. С. 329.
741 Постановление ЦК КПСС и СМ СССР от 12 марта 1964 г. «О мерах подъема экономики отстающих колхозов» // Решения партии и правительства по хозяйственным вопросам. Т. 5. С.454.
742 Постановление СМ СССР от 20 июля 1964 г. «О государственном пенсионном обеспечении и социальном страховании председателей, специалистов и механизаторов колхозов» // Там же. С. 484.
743 Постановление ЦК КПСС от 27 октября 1964 г. «Об устранении необоснованных ограничений личного подсобного хозяйства колхозников, рабочих и служащих» // Там же. С. 517.
401
и СМ СССР «О дополнительных мерах по стимулированию перехода специалистов сельского хозяйства на работу в качестве руководителей отделений, бригад, ферм и других подразделений среднего эвена производства в колхозах и совхозах». Согласно ему директора совхозов специалистам, возглавившим бригады в растениеводстве и животноводстве, могли предоставлять классные звания (1 и 2 класса) с установлением надбавок к зарплате в размере соответственно 20-30% и 10-15% должностного оклада. Специалисты, переходящие на работу в сельское хозяйство, обеспечивались жилой площадью «в первую очередь», им «в первую очередь» производилась продажа легковых автомобилей и мотоциклов с коляской744. Еще больше льгот для специалистов сельского хозяйства, переходивших работать на село, было прописано в Постановлении ЦК КПСС и СМ СССР от 24 мая 1982 г. «О дальнейшем укреплении колхозов и совхозов руководящими кадрами и специалистами, повышении их роли и ответственности в развитии колхозного производства»745. По этому постановлению перечень льгот выглядел следующим образом: выплаты при переезде на работу в другую местность - единовременно от 3 до 5 месячных окладов сверх единовременного пособия, сохранение в течение 3-5 лет среднемесячного заработка, который они получали по прежнему месту работы, обеспечение на первые три года работы бесплатными квартирами с отоплением и освещением.
В середине 1980-х гг. сельскохозяйственные интеллектуалы прочно занимали среднюю ступень в оплате труда в колхозах. Так, по Европейскому Северу России в 1985 г. председатели колхозов получали зарплату 360 руб. в месяц, главные бухгалтеры - 287 руб., главные специалисты - 279 руб., экономисты - 250 руб., агрономы - 198 руб., зоотехники - 188 руб., инженеры - 224 руб., бригадиры в растениеводстве -189 руб., зав. животноводством - 219 руб., трактористы-машинисты - 194 руб., доярки - 250 руб., занятые на конных и ручных работах в растениеводстве - 115 руб. в месяц746. Определенный интерес специалисты испытывали и к ведению приусадебного хозяйства. «Усаживание» сельскохозяйственных интеллектуалов на землю, перемещение в деревенскую среду во второй половине 1950-х гг. постепенно стерло их первоначальное нежелание «крестьянствовать» (так они рассматривали работу в личном приусадебном хозяйстве). Скорее всего, как предполагал В.Б. Островский, эта группа деревенских жителей рас744 Решения партии и правительства по хозяйственным вопросам. T. 12. С. 144-145.
745 Решения партии и правительства по хозяйственным вопросам. М., 1983. Т. 14. С. 468.
746 Гулин К.А. Материальное положение колхозного крестьянства на Европейском Севере России в 1965-1985 гг.: дисс.... к.и.н. С. 52.
402
сматривала ведение приусадебного хозяйства не столько как источник средств существования, сколько как источник свежих продуктов747. Кроме того, работа в колхозе в качестве сельскохозяйственных интеллектуалов давала им возможность вести приусадебное хозяйство с помощью ресурсов колхоза или совхоза (обеспечение кормами, семенами, удобрениями, техникой). Однако разрешенный размер приусадебного участка для специалистов сельского хозяйства был меньше, чем для колхозников, и, как выяснил социолог Я. Капелюш в 1970-е гг., для не- колхозников его ведение не было органичным, неизбежно присущим. Его вывод состоял в том, что «чем выше квалификация и содержание труда супругов, тем реже в этих семьях держат скот, а чаще ограничиваются садом-огородом». Среди специалистов (и руководителей) в 1980 г. держала скот лишь треть обследованных социологом семей748.
Таким образом, источники материальных ресурсов класса сельскохозяйственных интеллектуалов формировались отличным от остальных сельскохозяйственных слоев образом. В 1930 - первой половине 1950-х гг. они нанимались на работу государством и получали от него фиксированную денежную заработную плату. Натуральная часть оплаты их труда («натуральные» услуги, наделение приусадебным участком) не рассматривалась ими как значимый источник средств существования. С середины 1950-х гг., когда специалисты перемещаются в колхозы и в принципах оплаты труда сливаются с колхозниками (получают трудодни), государство все же было вынуждено под давлением общественного мнения перемещенных специалистов оказывать серьезную материальную поддержку интеллектуальному капиталу. Став в правовом и экономическом плане одной из категорий сельскохозяйственного населения, агрономы, зоотехники, ветеринары, инженеры, экономисты не отождествляли себя с деревенским населением в методах поиска средств к существованию и продолжали апеллировать, прежде всего, к государству, ища у него гарантий обеспечения приемлемого для интеллектуального капитала уровня жизни.
747 Островский В.Б. Новый этап в развитии колхозного строя. М., 1977. С. 180-181.
748 Цит. по: Тюрина А.П. Социально-экономическое развитие советской деревни. 1965-1980. М„ 1982. С. 178, 181.
403
§ 4. Место в политической жизни, социально-психологические черты
Интеллигенция (так в официальном политическом лексиконе назывались люди, занятые умственным трудом) в первые десятилетия существования советской власти вызывала у руководства страны довольно серьезные подозрения. В этом смысле характерно выступление начальника Политуправления Наркомата совхозов СССР К.П. Со- мса в 1933 г., который считал, что «наши технические кадры, агрономы, инженеры ... и зоотехники ... являются кадрами социально непроверенными. Иногда социальное положение известно, а что они политически представляют, неизвестно, и вот, когда ломается трактор, когда ломается комбайн, когда получается много технических аварий, очень легко сказать, что это от вредительства»749. Однако И.В. Сталин, споря с этими взглядами, в 1931 г. высказывался: «Было бы глупо и неразумно рассматривать теперь чуть ли не каждого специалиста и инженера старой школы, как непойманного преступника и вредителя. «Спецеед- ство» всегда считалось и считается у нас вредным и позорным явлением. Итак, изменить отношение к инженерно-техническим силам старой школы, проявлять к ним больше внимания и заботы, смелее привлекать их к работе, - такова задача»750.
Непосредственно сельскохозяйственные интеллектуалы были людьми, не чуждыми политики, и постепенно наращивали свое участие в политической жизни как отдельных местностей, так и страны в целом. В 1930 г. специалисты сельского хозяйства в основном были «вне» политики - 93% были беспартийными751. В 1933 г. в СССР специалисты, работающие в земельных органах, МТС, совхозах, вузах, научно-исследовательских институтах, вступали в ВКП(б) и ВЛКСМ: наиболее «политизированной» группой были механики - 26% состояли в партии и 7% - в комсомоле, среди агрономов 10% были партийными и 14% состояли в комсомоле, среди зоотехников 7% были членами и кандидатами в члены ВКП(б) и 19% - комсомольцами, среди ветврачей 3% - коммунистами и 2% - комсомольцами752. Уровень участия сельскохозяйственных интеллектуалов в политической жизни повышался в 1940-е гг. и более поздний период (табл. 18).
749 Цит. по: Борисов Ю.С. Производственные кадры деревни, 1917-1941... С. 79.
750 Сталин И. Новая обстановка - новые задачи хозяйственного строительства.
Речь на совещании хозяйственников 23 июня 1931 г. Л., 1931. С. 24
751 Народное хозяйство СССР. Стат, справочник. М.; Л., 1932. С. 493.
752 РГАЭ. Ф. 7486. Оп. 18. Д. 885. Л. 7об„ Юоб., 14об„ 18, 25, 44.
404
Таблица 18
Доля членов и кандидатов в члены ВКП(б), комсомольцев среди специалистов МТС, райзо, колхозов СССР в 1941 г. (в % от всех специалистов каждой специальности)
■
Категории работников
МТС
Райзо
Колхозы
членов и кандидатов в члены ВКП(б)
комсомольцев
i
i
членов и кандидатов в члены ВКП(б)
комсомольцев
членов и кандидатов в члены ВКП(б)
комсомольцев
Агрономы
25
17
23
18
17
18
Инженеры
25
21
-
-
-
-
Техники (механики)
38
8
-
-
-
-
Зоотехники, ветврачи, ветфельдшеры, вет- техники
-
-
17
19
7
13
Составлено и рассчитано по: РГАЭ. Ф. 7486. Оп. 18. Д. 892. Л. 8,9,10 (данные предоставили 48% райзо, 87% МТС).
Как видно из таблицы, уровень партийности сельскохозяйственных интеллектуалов нарастал, при этом специалисты, работавшие в государственном укладе (райзо, МТС), имели более высокий уровень членства в ВКП(б). Особенно большая доля коммунистов была среди техников (механиков) МТС, тесно связанных социальным происхождением со средой промышленного пролетариата.
Недоверие к специалистам сельского хозяйства, характерное для политической элиты страны начала 1930-х гг., меняется на более мягкое отношение в послевоенный период, когда произошла и смена источников формирования сельскохозяйственных интеллектуалов, и ушло в прошлое поколение, получившее сельхозобразование в дореволюционное время. Не случайно власть во многих вопросах политической жизни страны 1930-1980-х гг. апеллировала к людям, имеющим сельскохозяйственное, в основном агрономическое, образование. Настоящими «флагманами» социализма, серьезно влиявшими 405
на общественную жизнь, были агрономы И.В. Мичурин, Т.Д. Лысенко, Т.С. Мальцев и др. Это отношение репродуцировалось на местных сельскохозяйственных интеллектуалов.
Первоначально сельское население относилось к сельскохозяйственным специалистам достаточно настороженно. Пока те бывали в деревне наездами (1930-начало 1950-х гг.), основная масса селян имела об их деятельности достаточно слабое представление, считая, что агрономы должны общаться, главным образом, с председателями колхозов, директорами совхозов, а до колхозников и совхозников доносить информацию в виде разовых встреч - бесед и лекций. Поэтому устойчивым у селян являлось представление о сельскохозяйственных интеллектуалах как некоем «чужеродном» элементе, относящемся к социальной группе «начальство». А.П. Крутов из деревни Никольщина Вологодской области, описывая власть в деревне советского времени, говорил: «сельское начальство - и местное, и приезжее. Так, зоотехник - из Дагестана ... главный агроном - из Верхней Енталы...»753.
«Чуждости» сельскохозяйственных интеллектуалов основной массе деревенского населения придавало и то, что они были наемными работниками и работали «за деньги». Тот же А.П. Крутов, вспоминая послевоенных коммунистов деревни, подчеркнул, что «агроном, она была наемная (не член колхоза)». В письме из колхоза им. Сталина Калужской области, адресованном в 1951 г. в ЦК ВКП(б), говорится о том, что в отличие от колхозников «бухгалтер, агроном, веттехник, все они работают по одному и за деньги»754. В повести В. Распутина «Деньги для Марии» (1967 г.), действие которой происходит в середине 1950-х гг., председатель колхоза собирает людей, получающих денежную оплату труда (это он сам, агроном, ветеринар, зоотехник и механик), для того, чтобы помочь местной продавщице покрыть растрату в сельпо. Основным аргументом председателя, просившего отдать «зарплатные» деньги мужу Марии колхознику Кузьме, были слова: «Деньги я предлагаю отдать Кузьме. У него, сами знаете, история хуже некуда. Ему за три дня надо тысячу набрать, а где он ее возьмет, если не оказать помощь!.. А мы проживем, не пропадем. Колхозники вон живут».
В этой же повести В. Распутина ярко описывается отношение сельского населения к специалистам. Агроном «в деревню ... приехал два года назад из сельхозуправления, сам, по своей воле выбрал дальний колхоз, и за это его уважали, хотя сначала встретили недоверчиво: сидел в кабинете, был начальством, черт его знает, как с ним разговаривать, не будет ли он под видом агронома делать работу уполно753 Север. История семьи Крутовых // Голоса крестьян. Сельская Россия XX века в крестьянских мемуарах. С. 33.
754 РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 138. Д. 332. Л. 10а.
406
моченного, каких раньше посылали в каждый колхоз. Но потом, наблюдая за агрономом, об опасениях этих как-то забыли. Дело свое он любил, летом с утра до ночи пропадал в полях и очень скоро стал в деревне своим человеком». Ветеринар «в деревне жил так давно, что уже мало кто помнит, что он тоже специалист». Зоотехник «большая, с мужским голосом женщина. Она говорила мало, была спокойной, но в колхозе ее все равно побаивались, будто знали, что такая силушка и такой голос, как у нее, не могут долго оставаться без применения и вот-вот должны что-нибудь натворить». Механик описывается как «молодой парень, еще не снявший институтского значка», с «намеренно усталой походкой». Как видим, каждый специалист в деревне был на виду, и отношение к каждому из них различалось в зависимости от степени близости к сельскому населению, длительности проживания в деревне.
Приезжая в деревню на постоянное жительство, сельскохозяйственные интеллектуалы быстро становились объектом для подражания. В материалах этнографического обследования села Вирятино Тамбовской области, проведенного в 1952-1954 г., отмечалось, что «учитель, фельдшер, агроном ... своей общей культурой, своим поведением и даже своим внешним обликом влияют на жизнь колхозников. Колхозники рассматривают представителей интеллигенции как людей, у которых есть чему поучиться»755. Схожим образом показана жизнь зоотехника Тони в уже упомянутом выше фильме С. Ростоцкого «Дело было в Пенькове» (1957 г.). Оказавшись в деревне, Антонина задает моду в одежде (колхозница Лариса хочет такую же юбку гармошкой, «как у Тоньки»), в поведении (спорит с председателем колхоза, организует молодежь для постройки клуба), в работе (рассказывает о возможностях новых машин и технологий). Не случайно к ней тянется представитель самого передового уклада - тракторист МТС Матвей. Интеллектуалы в деревне рассматривались как некий идеал, который вызывает интерес и к которому нужно стремиться. Об этом в частушках 1950-1960-х гг. пелось и от мужского и от женского лица:
Сидит дроля на угоре, Сам играет в веночку; Не меня он завлекает, А интеллигенточку.
755 Село Вирятино в прошлом и настоящем. Опыт этнографического изучения русской колхозной деревни. М., 1958. С. 247.
407
Мама, чаю, мама, чаю,
Чаю кипяченого! Мама, замуж, мама, замуж, Только за ученого!756
Постепенно серьезные культурные различия между сельскохозяйственными интеллектуалами и остальным деревенским населением исчезали: об этом свидетельствуют результаты социологического обследования сельской молодежи 1969 г. (проводилось в Белгородской, Черкасской, Тюменской областях). Однако нельзя сказать, что отличий не видно совсем: «культурная компонента» в жизни специалистов сельского хозяйства была все же выше - они читали больше художественной литературы, активнее интересовались политическими событиями в стране и в мире (чаще читали газеты, чаще других имели транзистор)757 *. В одежде и внешнем облике сельскохозяйственные интеллектуалы также становились близки к повседневному виду сельских жителей. В романе Г. Николаевой «Жатва», повествующем о деревне первых послевоенных лет, участковый агроном Валентина, первый раз появившись в селе, обходит поля в беличьей шубке. А уже перед следующей посевной «она давно оставила ... свою беличью шубку и ходила по-фронтовому: в коротком, перетянутом в талии полушубке, в стеганых штанах - так удобнее было и лазить по сугробным полям, и ездить верхом»75в. Героиня очерка Г. Радова «Зинаида Ивановна» на посевной была «в сапогах, в невесть откуда, может быть, от отца доставшейся планшеткой через плечо, словом в полной полевой форме»759. А. Бердникова, описывая агрономов Самарской области 1960- 1970-х гг., отмечает: «они редко расставались с резиновыми сапогами, белыми косынками и планшетками, в которых, как разведчики, хранили карты полей. В осеннюю или весеннюю распутицу этих специалистов будто вихрем несло то с проверкой семенных складов, то с ревизией зернотоков перед уборкой, то определения режима полива плантаций, то рационального использования земли в самой дальней бригаде. Они, мои агрономши, были легки на подъем, на любом транспорте готовы были ехать хоть на край света»760. Однако деятельность сельскохозяйственных специалистов нередко оценивалась в частушках с большой иронией. Например, в частушках 1960-1970-х гг. пелось:
756 Частушки. М., 1990. С. 193.
757 Социальный облик колхозной молодежи по материалам социологических обследований 1938 и 1969 гг. М., 1976.
768 Николаева Г. Жатва. С. 84, 286.
759 Радов Г. Зинаида Ивановна // Радов Г. Кого люблю... С. 202.
760 Бердникова А. Агрономы // http://www.riasamara.nj/litera/public/ berdnikova/ article45635.shtml
408
Об уходе за приплодом Он отчет послал в аршин. Но от этого «ухода» Поросята как ерши™'.
Зоотехник молодой В работе надрывается: Гибрид слона и поросенка Получить пытается.
Нам советуют Люди ученые: - Огурцы рано рвать - Еще зеленые.
Мил на курсах агрономов Проучился целый год. Сортовую рожь посеял, А взошел один осот.
Мужиков, агронаука, До чего ты довела? Глянь: последняя старуха Уезжает из села™2.
Если население постепенно привыкало к присутствию сельскохозяйственных интеллектуалов в деревне, хотя до конца «своими» они так и не стали, то с «высшим» классом деревни - протобуржуазией - у сельскохозяйственных интеллектуалов поначалу нередко складывались сопернические отношения. Н.С. Синицин, главный агроном Са- винской МТС Ивановской области, в письме в редакцию газеты «Сельское хозяйство» в 1957 г. описывал как раз такую ситуацию: «Председатель ставит вопрос «или я или они». Поскольку председатель в колхозном производстве считается более необходимым и «дефицитным», то со всякой его волей все смиренно соглашаются ... Демидов [председатель колхоза] - человек самолюбивый, не хотел считаться с мнением агронома и решил от нее избавиться. Он объявил Беловой [агроному], чтобы на работу она не выходила, а бригадирам сказал, что по всяким вопросам агротехники следует обращаться к нему ... Когда
761 Курские частушки. Курск, 1960.
762 Заветные частушки. Из собрания А.Д. Волкова. Т. 2 Политические частушки.
С. 55, 57, 166.
409
на правлении предложили, чтобы Белова осталась в колхозе, Демидов выложил печать и покинул правление ... Об остальных специалистах можно сказать, что они, зная о таких фактах самовластия председателя, приспособились, а от этого общее дело страдает»763.
«Смягчение» взаимоотношений сельскохозяйственных интеллектуалов и протобуржуазии относится к периоду массового пополнения последнего класса специалистами сельского хозяйства. Г. Радов в известном очерке «Председательский корпус» (1970-1974 г.) пишет о председателях колхоза как о «душе» всех агромероприятий и отмечает, что «не зря под рукой» одного из таких кубанских председателей «выросли ... столь же опытные и талантливые агрономы: талант-то он всегда именно к таланту тянется ... Вот что значит агроном на председательском посту!»764 М.В. Сончик, главный зоотехник совхоза «Лид- ский», вспоминала о 1980-х гг.: «в то время совхоз возглавлял Матвей Степанович Криницкий, прекрасный хозяйственник ... Матвей Степанович, конечно, на своих специалистов делал ставку. Помню, собрал нас: зоотехника, агронома, инженера - и говорит: "Вы три кита, на которых опирается хозяйство. Не подведите”»765. Таким образом, эволюция взаимоотношений сельскохозяйственных интеллектуалов и сельскохозяйственной протобуржуазии закончилась вполне прочным встраиванием казавшегося инородным класса интеллектуалов в сельскую жизнь. Их место в 1970-1980-е гг. - это место «второго» человека в сельской иерархии.
Сельскохозяйственные интеллектуалы из очень непривычной в 1930-1950-е гг. для деревни группы с «городской» субкультурой, манерой поведения, одеждой, «монетаризированной» зарплатой постепенно становятся достаточно обычной группой сельскохозяйственного населения. Происходит это сближение в 1960-1980-е гг., в первую очередь, за счет «интеллектуальной капитализации» других групп сельского социума - протобуржуазии и менеджеров, рабочей аристократии и сельского пролетариата. Однако, сблизившись в культурном плане с сельским населением, сельскохозяйственные интеллектуалы продолжали сохранять свою «особость». Они были классом более высокообразованным, культурным и начитанным, больше общались внутри своей группы и занимали на селе высокое, близкое к протобуржуазии, «начальственное» место в иерархии.
7езРГАНИ. Ф. 5. Оп. 46. Д. 163. Л. 17.
764 Радов Г. Председательский корпус. С. 46.
705 Петрулевич Л. Все я сумею, все смогу. Ведь не могу иначе // http://www.lida.by/ print.php?id=1375
410
1с
*
*
В отличие от индивидуально-крестьянской сельской экономики колхозно-совхозный капитализированный тип хозяйствования породил новый социальный класс интеллектуалов. Финансово-экономическая, технико-технологическая, агрономическая, ветеринарно-зоотехническая сферы хозяйствования не могли вестись по старинке, в рамках семейного типа организации производства или обособленного, отдаленного от производственных структур консультативно-рекомендательного механизма, что предопределило складывание профессиональных групп счетоводов-бухгалтеров-экономистов, механиков-инженеров, агрономов, зоотехников, ветврачей как обязательных участников индустриализировавшегося сельского производства. Дело, однако, не ограничилось только производственной специализацией, складывались и другие признаки социальной консолидации. Прежде всего, это относится к определенной монополизации новым классом очень важного вида собственности - интеллектуального капитала. Конечно, сельская протобуржуазия и менеджеры также стремились к овладению этим ресурсом, однако лишь у интеллектуалов он преобладал над другими решающими факторами новой экономики. И если колхозно-совхозная верхушка, интеллектуализируясь, упрочивала свои позиции в деревенской иерархии, интеллектуалы на основе багажа знаний захватывали все большие позиции в высших деревенских социальных стратах.
Даже в условиях повинностных механизмов эксплуатации деревни, характерных для 1930-1950-х гг., интеллектуалы выглядят наименее «закрепощенной» частью сельского социума с определенными правовыми привилегиями и достаточно высоким материальным положением. Несомненна их привлекательность для деревенских низов, рассматривавшаяся как, пожалуй, одна из немногих позитивных внутридеревен- ских альтернатив желаемому для себя или хотя бы для детей бегству от безотрадной сельской доли.
Эти «маяки» сельского социума были достаточно обособленным классом и по ментально-поведенческим характеристикам, что очень четко отразилось в простонародном сознании и творчестве писателей- деревенщиков. Неслучайны также предпочтения «классовой дружбы» сельскохозяйственных интеллектуалов - их основными внепроизвод- ственными контрагентами в этом на селе были учителя, врачи, работники сферы культуры, т.е. интеллигенты непроизводственных отраслей.
Заметна особенность становления социального класса интеллектуалов в капитализировавшейся экономике государственного типа. В отличие от частнокапиталистической системы, под воздействием 411
такого специфического советского способа управления, как социалистическая идеология, данная социальная общность выглядит весьма привлекательно, отличаясь высоким уровнем бескорыстия, служения народным интересам и другими традиционно почитаемыми в России чертами.
412
Глава IV
РАБОЧАЯ АРИСТОКРАТИЯ
§ 1. Численность, социальное происхождение, воспроизводство
Нельзя сказать, что те, кто работал с машинами, были в доколхоз- ную эпоху совершенно неизвестными крестьянству фигурами. В 1926 г. в сельском хозяйстве СССР работали около 600 трактористов766, было малое количество и тех, кто работал на комбайнах. В начале 1930-х гг. численность селян, работавших с машинами и механизмами, начала достаточно быстро расти: в 1932 г. в СССР их насчитывалось почти 0,5 млн767 768. В размещении этой социальной группы по отдельным хозяйствам присутствовала явная неравномерность. По данным на весну 1931 г. в РСФСР доля колхозов, имеющих трактористов и механиков, составляла 14%, хотя в каждом из этих колхозов трактористов было сравнительно много - по 6 чел. в среднем на каждый колхоз766.
Основную часть рабочей аристократии сельского хозяйства в довоенное время составляли трактористы. В 1934 г., по данным Ю.В. Арутюняна, в колхозах и МТС СССР насчитывалось 235 тыс. трактористов и 10,5 тыс. комбайнеров769. По материалам Всесоюзной переписи населения 1939 г. численность трактористов в составе сельского населения России составляла 499 тыс., численность же комбайнеров (вместе со штурвальными) равнялась 95 тыс.770 Численность механизаторов (трактористов, комбайнеров, шоферов) в сельском хозяйстве РСФСР возросла с 1940 по 1988 г. более чем в 2 раза (табл. 19).
Большие изменения в численности и гендерном составе социальнопрофессиональная группа механизаторов претерпела в годы Великой Отечественной войны. На фронт выбыло до 90% трактористов и комбайнеров. Для их замены только в первые полтора года войны вновь было подготовлено около 800 тыс. механизаторов, в том числе две трети - из числа женщин. Однако не все из них смогли работать на тракторах и комбайнах, да и количество техники серьезно умень766 Данилов В.П. Советская доколхозная деревня: население, землепользование, хозяйство. М., 1977. С. 62.
767 История крестьянства СССР. М., 1986. Т. 2. С. 274.
768 Колхозы весной 1931 г. М., 1932. С. 142-143.
789 Арутюнян Ю.В. Механизаторы сельского хозяйства СССР в 1929-1957 гг. (формирование кадров массовых квалификаций). М., 1960. С. 46.
770 Всесоюзная перепись населения 1939 года. Основные итоги. Россия. СПб., 1999. С. 163.
413
шилось. Если в 1940 г. в сельском хозяйстве СССР насчитывалось 1237 тыс. трактористов и комбайнеров, то к июлю 1943 г. их осталась 391 тыс.771
Таблица 19
МЕХАНИЗАТОРСКИЕ КАДРЫ В СЕЛЬСКОМ ХОЗЯЙСТВЕ РСФСР
в 1940-1988 гг. (тыс. чел.)
Показатели
1940 г.
1953 г.
1957 г.
1960 г.
1970 г.
1980 г.
1988 г.
Численность трактористов, бригадиров и помощников бригадиров тракторных бригад, комбайнеров и шоферов
919
1067
1326
1404
1805
2173
2203
В т.ч.: трактористов, бригадиров и помощников бригадиров тракторных бригад
700
756
830
785*
}1291
1494
1413
комбайнеров
122
158
205
224
шоферов
97
153
291
395
514
679
790
Составлено по: Народное хозяйство РСФСР в 1961 г. Стат, ежегодник. М., 1962. С. 382; Народное хозяйство РСФСР в 1987 г. Стат, ежегодник. М., 1988. С. 312.
* Численность бригадиров и помощников бригадиров тракторных бригад сократилась в связи с передачей их функций бригадирам производственных бригад колхозов.
Согласно данным таблицы 19 наиболее быстрое за 1930-1980-е гг. увеличение механизаторской части рабочей аристократии сельского хозяйства России статистика фиксирует в 1950-е гг., серьезный рост наблюдался также и в 1960-1970-е гг. С 1953 по 1960 г. численность механизаторов сельского хозяйства РСФСР увеличилась на 337 тыс., с 1960 по 1970 г. - на 401 тыс., с 1970 по 1980 г. - на 368 тыс. Нарастание численных ресурсов сельскохозяйственной рабочей аристократии происходило и в 1940-е гг., хотя количество трактористов, комбайнеров и шоферов увеличивалась достаточно медленно: с 1940 по 1953 г. их численность в сельском хозяйстве РСФСР выросла на 148 тыс., однако самое медленное нарастание численности механизаторских кадров 771 История крестьянства СССР. М., 1987. T. 3. С. 351.
414
было зафиксировано в 1980-е гг.: с 1980 по 1988 г. - на 30 тыс. за весь период.
Данная динамика численности механизаторских кадров во многом совпадает с динамикой процессов капитализации в сельском хозяйстве России. В 1930-1940-е гг. процессы капитализации российской деревни развивались невысокими темпами, хотя именно на рубеже 1920-1930-х гг. был сделан рывок в формировании нового социального класса деревни - рабочей аристократии, состоящей в то время прежде всего из трактористов. В периоды массированного нарастания основных производственных капиталов772 так же массированно возрастала и численность механизаторов (вторая половина 1950-х - 1970-е гг.). В 1980-е гг. нарастание численности механизаторов было самым низким за колхозно-совхозную историю. Это свидетельствовало о том, что механизаторская фракция класса рабочей аристократии была уже насыщена людьми, а процессы капитализации, развивающиеся вширь, влекли увеличение численности других групп рабочей аристократии (прежде всего, в животноводстве).
Серьезные различия присутствовали в динамике численности разных профессиональных групп механизаторов. Несмотря на то, что численность трактористов и комбайнеров всегда превышала численность шоферов, постепенно разрыв сокращался. Так, в РСФСР в 1940 г. численность шоферов была меньше численности трактористов и комбайнеров в 8,5 раза, в 1953 г. - в 6 раз, в 1960 г. - в 2,5 раза, в 1988 г. - в 1,7 раза. Таким образом, особенно серьезно численность шоферов выросла в 1950-е гг., что вполне сопоставимо с той ролью, которую данная группа играла в процессах капитализации и социально- экономической мобильности российской деревни. Если в 1930 - начале 1950-х гг. революционное преобразование технологий сель- хозпроизводства началось в земледелии, что требовало наращивания «земледельческих» механизаторских кадров, то с 1950-х гг., когда на первый план капитализаторских процессов в деревне выходит нарастание торговой, дорожной и другой инфраструктуры, необходимой в условиях развивающегося рынка, шоферы становятся самой быстро растущей группой механизаторской части рабочей аристократии российской деревни.
Нельзя не отметить, что близкими к профессиональной группе механизаторов были другие работники, обслуживавшие машины и механизмы. Всероссийская перепись населения 1939 г. зафиксировала в сельском населении России 67 тыс. «машинистов и рабочих на сельскохозяйственных машинах»773. Судя по данным 1938 г., в МТС 772 См. об этом Раздел первый данной монографии.
773 Всесоюзная перепись населения 1939 года. Основные итоги. Россия. С. 164.
415
России работали 29,7 тыс. машинистов сложных молотилок, 5,1 тыс. льнотеребильщиков, которых в данном случае учетно-статистический отдел Наркомзема СССР однозначно включил в состав «массовых механизаторских кадров МТС»774. Перепись населения 1959 г. зафиксировала среди «сельскохозяйственно занятых» россиян 16,4 тыс. помощников комбайнеров, 14 тыс. мотористов (водителей) и машинистов на сельскохозяйственных машинах и установках, 67 тыс. прицепщиков на сельскохозяйственных машинах775. Однако уже перепись населения 1970 г. зафиксировала среди сельскохозяйственных занятий лишь 6 тыс. прицепщиков776. Сокращение их численности было связано с тем, что в 1950-е гг. появились трактора, оборудованные навесной системой, после чего надобность в прицепщиках отпала. Однако вспомогательные и близкие к рабочей аристократии профессиональные группы «помощников» механизаторов сохранялись и в завершающий период существования колхозно-совхозного строя. Согласно данным Всесоюзной переписи населения 1989 г. машинистов, прицепщиков и других рабочих на сельскохозяйственных установках в РСФСР насчитывалось 12 тыс. чел.777
Состав рабочей аристократии в середине 1950 - начале 1960-х гг. стал серьезно пополняться новыми профессиональными когортами, прежде всего, за счет внедрения новых технологий в животноводстве. Как правило, данные профессиональные группы назывались «операторами» (операторы машинного доения, операторы свиноводческих комплексов и др.). Операторы работали на специализированных механизированных установках, что требовало специального образования. В 1989 г. в российском сельском хозяйстве насчитывалось 908 тыс. операторов по обслуживанию КРС (вместе со скотниками и телятницами), 793 тыс. операторов машинного доения (вместе с доярами), 152 тыс. операторов свиноводческих комплексов (вместе со свиноводами), 89 тыс. операторов птицеводческих комплексов (вместе с птицеводами)778.
Рассмотрим, как распределялись механизаторские кадры по укладам сельского хозяйства России (табл. 20).
774 Выполнение плана по сельскому хозяйству на 1 января 1939 г. (основные показатели). М., 1939. С. 10.
775 Итоги Всесоюзной переписи населения 1959 года. РСФСР. М., 1963. С. 238.
776 Итоги Всесоюзной переписи населения 1970 года. М., 1973. Т. VI. Распределение населения СССР по занятиям. С. 28.
777 Профессиональный состав населения коренных и наиболее многочисленных национальностей Российской Федерации (поданным переписи населения 1989 г.). М., 1992. С. 36.
778 Там же.
416
Таблица 20
МЕЖУКЛАДНОЕ РАСПРЕДЕЛЕНИЕ МЕХАНИЗАТОРСКИХ КАДРОВ В СЕЛЬСКОМ ХОЗЯЙСТВЕ РСФСР в 1940-1988 гг. (тыс. чел.)
Показатель
1940 г.
1953 г.
1957 г.
1960 г.
1970 г.
1980 г.
1988 г.
Численность трактористов, бригадиров и помощников бригадиров тракторных бригад, комбайнеров и шоферов
919
1067
1326
1404
1805
2173
2203
Из них:
в совхозах
67
95
253
472
876
1169
1199
в колхозах
62
83
169
875
929
982
973
в МТС и РТС
790
889
904
57
-
-
-
в межхозяйственных сельскохозяйственных предприятиях
22
31
Составлено по; Народное хозяйство РСФСР в 1961 г. Стат, ежегодник. С. 382; Народное хозяйство РСФСР в 1987 г. Стат, ежегодник. С. 312.
После массовой организации МТС по всей стране в первой трети 1930-х гг. и до 1958 г. основные кадры механизаторов (трактористов, комбайнеров, шоферов) были сосредоточены в государственном укладе, прежде всего в МТС. В РСФСР доля работавших в МТС механизаторов составляла в 1940 г. 86%, в 1953 г. - 83%, в 1957 г. - 68% всех механизаторов сельского хозяйства. В колхозах (колхозном укладе) и совхозах (государственном укладе) первоначально работало небольшое и примерно равное количество механизаторов: в 1940 г. - по 7%, в 1953 г.: в совхозах России - 9%, в колхозах - 8%. Доля механизаторов, работавших в колхозах и совхозах, стала увеличиваться еще до реорганизации МТС, в 1957 г. вне МТС трудилась примерно треть механизаторов сельского хозяйства. Быстрее наращивал численность механизаторских кадров государственный уклад (совхозы РСФСР): в 1957 г. в совхозах работало 19% всех занятых в сельском хозяйстве механизаторов, в колхозах - 13%. После реорганизации МТС в 1958 г. колхозный уклад более чем на десятилетие становится лидером по количеству сосредоточенных в нем механизаторов: в 1960 г. - 62%, в 1970 г. - 52% всех механизаторов сельского хозяйства России. Однако 417
государственный уклад (совхозы) постепенно стал снова наращивать свой механизаторский ресурс: в 1960 г. в нем трудились 34% механизаторов, занятых в сельском хозяйстве России, в 1970 г. - 48%, а уже в 1980 г. - 54%. В колхозном же укладе в 1980 г. работали 45% механизаторов сельского хозяйства РСФСР. В начале 1980-х гг. появился еще один агент сосредоточения сельскохозяйственных механизаторов - межхозяйственные сельскохозяйственные предприятия, но доля трудившихся в них механизаторов немного превышала 1% от числа всех работавших в сельском хозяйстве. Таким образом, государственный уклад (первоначально МТС и совхозы, затем только совхозы) концентрировал основную и классообразующую часть рабочей аристократии (механизаторов), что отражало специфику государственной капитализации российского села. Колхозный уклад лишь на короткое время становится «держателем» основной части класса рабочей аристократии - в 1960 - первой половине 1970-х гг. Интересно при этом, что в народном фольклоре, особенно 1930-1950-х гг., трактор и тракторист представлены как неотъемлемая принадлежность колхозного уклада и антипод крестьянского уклада:
Эй, гуди, гуди, земля,
Пусть кулак сторонится!
Выезжает на поля Тракторная конница779.
Как у нашего двора Проходили трактора. Сто четыре трактора Колхозного характера780.
Соха, моя соха,
Ты, неладная, плоха, Полежи-ка на дворе - Попашу на тракторе781.
Несколько пристрастно, но точно объяснял это обстоятельство живущий в эмиграции известный аграрный экономист и политик С.С. Маслов, который в 1937 г. писал: «Машинопоклонство является типичным для последователей Маркса и Ленина.... Великие ожидания были связаны с машинами в земледелии. Превращение мелких крестьянских 779 http://www.biografia.ru/arhiv/chast07.html
780 Частушки. М„ 1987. С. 171.
781 Там же.
418
хозяйств в крупные колхозы, полагали коммунисты, даст возможность «перевооружить» сельское хозяйство и на место отсталой техники поставить новую и совершенную. Коллективизация означала поэтому машинизацию ... Трактором, как приманкой она [коммунистическая власть. - Прим, авт.] завлекала деревенскую бедноту в колхозы и им же, как техническою связью, крепила новые формы хозяйства»782. Рассуждения коммунистических лидеров в отношении машин вполне вписывались в логику всех лидеров модернизирующегося общества. Четко выразил эти установки американский экономист Э. Хигби: «применение машин более выгодно, чем использование людей. Стоимость машин можно возместить путем амортизации - это выгодно. Людям же приходится платить пенсию - это убыточно. Машины становятся все лучше и лучше, люди же совершенствуются незначительно. Там, где капитал и люди конкурируют за право быть нанятыми, дальновидный предприниматель предпочитает «нанять» капитал»783.
Социальное происхождение колхозно-совхозной рабочей аристократии было подавляюще крестьянским. М.Г. Вайнер и В.П. Твердов- ский, описывая деятельность машинно-тракторных станций в начале 1930-х гг., отмечали, что «массовые технические кадры ... выдвигались исключительно из членов колхозов, обслуживаемых МТС»784. Интересные исследования классовых корней рабочей аристократии провел в 1931 г. Научно-исследовательский колхозный институт (НИКИ). Во время обследования социального состава колхозников в разных районах страны было выявлено, что семьи, имеющие в своем составе квалифицированных рабочих, составляли очень малое число среди всех обследованных семей, но различное среди бедняков и середняков. Среди бедняков Московской области - 0,4% всех семей имели в своем составе квалифицированных рабочих, среди середняков той же области - 1,4% от числа всех семей. На Урале картина была схожей, хотя показатели несколько отличались: квалифицированных рабочих имели в своем составе 6% всех бедняцких семей и 11 % всех середняцких семей региона785. Хотя эти данные не являются вполне репрезентативными, нельзя не заметить, что среди середняцкой прослойки деревни квалифицированные рабочие появлялись в семьях чаще - и это не случайность. В формировании рабочей аристократии важнейшую роль играл исходный уровень знаний (элементарная грамотность), а также тг Маслов С.С. Колхозная Россия. История и жизнь колхозов. М., 2007. С. 117,130. Цит. по: Важнейшие современные тенденции в экономике сельского хозяйства
развитых капиталистических стран. [Б. м.] 1970. С. 17.
784 Вайнер М.Г., Твердовский В.П. Машинно-тракторные станции к XV годовщине Октября. [Б. м.] Сельхозгиз, 1932. С. 56.
785 РГАЭ. Ф. 260. Оп. 1. Д. 95. Л. 6-7, 10-11.
419
возможность и желание дальнейшего обучения (в то время - одно из основных условий социальной миграции).
Ю.В. Арутюнян в своем исследовании о механизаторах сельского хозяйства СССР отмечает, что в 1930 г. была сделана попытка направления в МТС 2 тыс. индустриальных рабочих, однако с 1931 г. такие меры уже не предпринимались и кадры трактористов и комбайнеров формировались почти целиком из крестьян. Приводя данные о составе рабочих МТС по социальному происхождению, он отмечает, что 69% трактористов были выходцами из крестьян (бедняков и середняков), 17% - из промышленных и городских рабочих, 6% - из сельскохозяйственных рабочих, 6% - из служащих и 2% - из кустарей. Шоферы МТС в 1930 г. на 72% формировались из крестьян, на 14% - из городских и промышленных рабочих и на 14% - из служащих786.
Основная часть совхозных механизаторов также была крестьянской по происхождению. Перепись рабочих совхозов, проведенная экономико-статистическим сектором Госплана СССР в 1930 г., дала следующие данные о социальном происхождении рабочих совхозов России (табл. 21).
Таблица 21
СОЦИАЛЬНОЕ ПРОИСХОЖДЕНИЕ РАБОЧИХ СОВХОЗОВ РСФСР в 1930 г. (по занятиям отца, в % от числа всех работавших)
Категории работников
Из про- мышлен- ных рабочих
Из крестьян
Неизвестно
бедняков
середняков
кулаков
Постоянные рабочие, всего
12,2
51,4
17,7
0,0
18,7
В Т.Ч. трактористы и комбайнеры
14,3
50,2
16,9
0,1
18,5
шоферы
37,1
45,7
8,6
0,0
8,6
Сезонные рабочие, всего
9,4
53,5
18,7
0,0
18,4
в т.ч. трактористы и комбайнеры
8,2
51,5
20,3
0,0
20,0
Составлено по: РГАЭ. Ф. 1562. Оп. 74. Д. 7. Л. 89.
786 Арутюнян Ю.В. Механизаторы сельского хозяйства СССР... С. 15-16.
420
Как видно из таблицы, доля трактористов и комбайнеров, имевших ^рабочую косточку», была невелика, хотя и несколько выше, чем у постоянных рабочих совхозов России в целом, доля же шоферов более чом на треть формировалась из промышленных рабочих. Тем не менее более чем на 60% совхозные трактористы и комбайнеры и более чем на 50% совхозные шоферы были по социальному происхождению крестьянами. В данных, собранных экономико-статистическим сектором I осплана СССР, тоже заметно присутствие достаточно большой части механизаторов совхозов, вышедшей из семей крестьян-середняков: среди трактористов и комбайнеров постоянного кадра - около 17%, среди трактористов и комбайнеров сезонного кадра - 20%. Конечно, >ги данные не лишены идеологической составляющей: механизаторы, особенно трактористы, считались самыми передовыми работниками деревни, поэтому и происхождение из «социально чуждых элементов» считалось для них крайне нежелательным. В 1933 г. политотделы МТС начали свою деятельность с проверки кадров трактористов, в результате чего выявили «засоренность» кадров МТС «непригодными элементами». По данным 1028 политотделов МТС СССР в 1933 г. было «вычищено и снято по непригодности к работе» свыше 11 тыс. трактористов (около 13%)787. Возмущение по поводу «классовой» окраски требований к трактористам явно просматривается в письме И. Кукана из с. Горки в газету «Правда» начала 1930-х гг.: «Середняку-крестьянину нигде не дают ходу ... Например, в колхозе - его на худшую работу и уж во всяком случае трактористом быть не может»788.
Важно отметить, что в социальной мобильности механизаторской части рабочей аристократии присутствовали определенные закономерности (табл. 22).
Таблица 22
СОСТАВ УЧАЩИХСЯ В ШКОЛАХ МЕХАНИЗАЦИИ ПО ДАННЫМ 52 ОБЛАСТЕЙ СССР (в % к общему объему обучавшихся) в 1946/47 учебном году
Специальность (подготовка)
Из трактористов
Из бригадиров
Из комбайнеров
Из помощников комбайнеров
Из колхозников, не работавших на машинах
Механики
45,8
26,0
9,5
4,2
14,5
Бригадиры
72,4
15,2
4,7
2,0
5,7
j Комбайнеры
25,7
1,3
5,8
27,4
39,8
Источник: РГАЭ. Ф. 7486. Оп. 18. Д. 223. Л. 169.
Материалы о работе политотделов МТС за 1933 год. Только для членов ВКП(б). М., 1934. С. 18.
Голос народа. Письма и отклики рядовых советских граждан о событиях 1918- 1932 гг. М„ 1998. С. 291.
421
Как видно из таблицы 22, данные для которой были собраны управлением подготовки кадров массовых квалификаций МСХ СССР, мобильность механизаторских кадров была в основном «поступательная». Трактористы чаще всего «продвигались» в бригадиры, механики или комбайнеры. Помощники комбайнеров, как правило, обучались на комбайнеров. Таким образом, комбайнер был как бы второй, более высокой, ступенью механизаторской части рабочей аристократии, комбайнерами становились те, кто уже овладел первичными знаниями в области работы с сельскохозяйственными машинами и механизмами. В то же время немало было и тех колхозников, которые обучались на комбайнера, не имея навыка работы с машинами и механизмами - таких было в 1946/47 г. почти 40% (см. табл.22).
Проанализируем социальное происхождение рабочей сельскохозяйственной аристократии на основании ряда биографий.
Шелехов Николай Степанович (1920-1945). Родился в селе Уварове Глубоковского района Восточно-Казахстанской области в семье крестьянина. Окончил 6 классов и курсы трактористов. Работал трактористом в МТС. С 1939 г. служил в Красной армии. Погиб в 1945 г. Герой Советского Союза789.
Ангелина Прасковья Никитична (1912-1959). Родилась в деревне Старобешево Донецкой области в семье батрака. Образование получила на курсах трактористов (1929) и в Московской сельскохозяйственной академии им. К.А. Тимирязева (1940). В 1933 г. организовала женскую тракторную бригаду Старобешевской МТС. В 1935 г. выступила на совещании в Кремле, дав обязательство организовать 10 женских тракторных бригад. В 1937 г. вступила в ВКП(б). С 1937 г. - депутат Верховного Совета СССР. В 1938 г. подписала призыв «100 000 подруг - на трактор». Во время Великой Отечественной войны - бригадир женской тракторной бригады в Казахстане. Дважды Герой Социалистического Труда, лауреат Сталинской премии790.
Логинов Леонид Семёнович (1925 г.р.). Родился в селе Волчиха Волчихинского района Алтайского края в семье крестьянина. Окончил 7 классов. В1941 г. пошел на курсы трактористов. Работал трактористом, затем по окончании курсов шоферов - инструктором вождения автомобилей и шофером в селе Волчиха. В Красной армии - с февраля 1944 г. Герой Советского Союза. Член КПСС с 1949 г. После демобилизации 789 Герои Советского Союза: Краткий биографический словарь. М.: Воениэдат, 1988.
Т. 2. С. 774.
790 http://www.hrono.ru/biograf/angelina.html
422
вернулся в село Волчиха, работал инструктором Волчихинского райкома комсомола, комбайнером, инструктором производственного обучения в училище механизации. С 1952 г. учился в Рубцовском техникуме механизации сельского хозяйства, затем в Алтайском политехническом институте. По окончании института работал инженером на тракторном заводе. В 1965 г. был командирован в Гану для оказания технической помощи. После возвращения работал на том же заводе. В 1973 г. переведен в Москву, работал начальником управления министерства791.
Жиганов Виктор Иванович (1940 г.р.). Родился в селе Отказное Советского района Ставропольского края. С 1955 г. работал прицепщиком и помощником комбайнера в совхозе «Ставропольский», а с 1957 г. - трактористом. В 1959-1961 гг. служил в Советской армии. По окончании службы работал в совхозе «Ставропольский» трактористом-комбайнером. В 1969 г. учился в Ставропольской советско- партийной школе, затем работал инструктором райкома КПСС, управляющим отделения совхоза. С 1972 г. - секретарь парткома совхоза. В 1977 г. окончил Ставропольский сельхозинститут. С 1981 г. - директор совхоза «Каменнобалковский» Ставропольского края. Избирался депутатом сельского, районного Советов народных депутатов, был депутатом Верховного Совета РСФСР. В 1997, 2001 гг. избирался депутатом Государственной думы Ставропольского края. Награжден орденом Ленина и орденом «Знак Почета»792.
Борин Константин Александрович (1908 г.р.). Родился в семье крестьянина-бедняка. Образование получил на курсах комбайнеров (1931) и в Сельскохозяйственной академии им. К.А. Тимирязева. С 1931 г. - комбайнер Штейнгартовской машинно-тракторной станции. Применил ночную уборку, выгрузку зерна и заправку комбайна на ходу. Был широко известен в СССР как «пионер стахановского движения среди комбайнеров». В 1932 г. вступил в ВКП(б). Герой Социалистического Труда (1949), лауреат Сталинской премии (1951). В 1937-1946 гг. - депутат Верховного Совета СССР. С 1962 г. - доцент Сельскохозяйственной академии им. К.А. Тимирязева793.
Заботин Дмитрий Ильич (1919 г.р.). Родился в деревне Василево Ивановской области в крестьянской семье. В 1939 г. был призван в Красную Армию, участник Великой Отечественной войны. После войны работал электриком на фабрике «Шуйский пролетарий», затем механи-
http://www.biografija.ru/show_bio.aspx?id=78527http://www.biografija.ru/show_bio.aspx?id=42642 http://www.hrono. ru/biograf/bio_b/borinka. php 423
ком на животноводческой ферме совхоза «Шуйский». В начале 1960-х гг. стал работать оператором машинного доения. Оператором машинного доения работала и жена - Заботина Зинаида Ивановна. Обоим супругам было присвоено звание «Герой Социалистического Труда»794.
Таким образом, предложенный небольшой обзор биографий представителей рабочей аристократии позволяет выявить, что они, в основном, были выходцами из крестьян, как правило, из колхозной среды, бывших (судя по официальным биографиям) представителей бедняцкого сословия. Большинство прошли обучение на специальных курсах. Показательной является их высокая политическая активность. Многие из известных трактористов, комбайнеров, работников механизированных ферм были членами коммунистической партии, депутатами Советов разных уровней. Государственная пропаганда, особенно 1930-х гг., также популяризировала образ активного в труде и политической жизни механизатора, многие из них были известны всей стране как передовики производства, родоначальники различных трудовых починов.
Система профессиональной подготовки рабочей аристократии серьезно менялась на протяжении колхозно-совхозного периода истории России. Она оформилась в начале 1930-х гг. С осени 1933 г. подготовка трактористов сосредоточилась (в связи с реорганизацией в конце 1932 г. школ колхозной молодежи в общеобразовательные) на курсах при МТС. Сроки обучения для трактористов составляли 4 месяца (иногда и меньше). В 1930-х гг. МТС комплектовались, как правило, за счет молодежи с начальным образованием.
Об обучении на курсах трактористов, как необходимом условии работы на тракторе и достаточно трудном для молодого человека, сохранилось много частушек 1930-х гг.:
Купи, маменька, на платье, Постарайся - кумачу. Я на курсы поступаю, Трактористкой быть хочу795.
Ягодиночка-то мой На тракториста учится. Его бедная головушка Гэразно мучится796.
794 http ://www. ivanovo1945.ru/bio/gt048.html
796 Частушки... С. 173.
796 Частушки... С. 172.
424
Устюг-город сердцу дорог,
И краса его мила.
Я на курсах трактористов В нем три месяца жила797.
Анализируя подготовку трактористов, политотделы МТС в 1933 г. отмечали такие ее качества, как «краткий срок подготовки, недостаточно тщательный отбор курсантов, плохая организация учебных занятий, слабая учебная дисциплина, отсутствие учебных пособий и т.д.»798. В незначительном количестве существовали и школы механизации: до Великой Отечественной войны их было 412 (рассчитаны на 106 тыс. учащихся), в 1950 г. - 361 школа (могли обучаться 82 тыс. чел)799. Примерная доля трактористов, проходивших обучение в школах механизации, во второй половине 1940-х гг. составляла около 15%800 всех подготовленных механизаторских кадров.
В 1950 г. министр сельского хозяйства СССР И.А. Бенедиктов писал в докладной записке секретарю ЦК КПСС Г.М. Маленкову: «Существующая система подготовки механизаторских кадров, сложившаяся в первые годы механизации сельского хозяйства, не отвечает современным гребованиям ... Основной формой подготовки механизаторских кадров являются трехмесячные курсы при МТС по подготовке трактористов колесных тракторов из колхозников, имеющих образование в объеме 3-4 классов начальной школы ... Подготовка кадров на курсах при МТС имеет крупные недостатки, вызываемые, главным образом, сезонностью курсов и неприспособленностью МТС к учебной работе. Курсы при МТС организуются ежегодно в зимнее время на несколько месяцев; постоянных преподавателей на курсах нет; нет необходимых учебных и наглядных пособий; обучение новых трактористов проводят, как правило, участковые механики и бригадиры тракторных бригад...»801. В данной докладной записке указывалось, что «Министерство сельского хозяйства СССР... считает целесообразным перевести ... подготовку трактористов с краткосрочных курсов при МТС в стационарные школы Министерства трудовых резервов СССР по типу школ ФЗО с десятимесячным сроком обучения и в школы механизации с пятимесячным сроком обучения. Комплектование школ проводить из числа колхозной молодежи в возрасте не моложе 16 лет ... Подготовку т Русские частушки... // http://bookz.ru/authors/gressi/russkie-_552/page-17-russkie-, 552.html
798 Материалы о работе политотделов МТС за 1933 год. С. 20
799 РГАСПИ. Ф. 5. Оп. 24. Д. 190. Л. 98.
800 Рассчитано по: РГАСПИ. Ф. 5. Оп. 24. Д. 190. Л. 96.
801 РГАСПИ. Ф. 5. Оп. 24. Д. 190. Л. 96, 97.
425
комбайнеров ... проводить в школах механизации с годичным сроком обучения из колхозников, имеющих образование не менее 7 классов средней школы»802.
С 1953 г. была изменена система подготовки механизаторов. Вместо подготовки на краткосрочных курсах при МТС в соответствии с решениями сентябрьского Пленума ЦК КПСС 1953 г. школы механизации были преобразованы в училища механизации сельского хозяйства с годичным (для подготовки трактористов-машинистов широкого профиля) и 6-месячным (для подготовки трактористов с квалификацией слесаря) сроками обучения. Окончившие училища обязаны были проработать по специальности не менее двух лет. Профессионально-техническое обучение сельских механизаторов было построено по образцу ремесленных училищ, готовивших кадры рабочих для промышленности. В 1954-1957 гг. возросли ассигнования на эти цели из госбюджета (за данный период они составили 9 млрд руб.). Сохранялась и практика подготовки трактористов на краткосрочных курсах. Эти изменения привели к совершенно новому соотношению уровней подготовки механизаторов сельского хозяйства (табл. 23).
Таблица 23
СООТНОШЕНИЕ МЕХАНИЗАТОРОВ, ПРИБЫВШИХ В СОВХОЗЫ И КОЛХОЗЫ РСФСР в 1966 г., ПО УРОВНЮ ПРОФЕССИОНАЛЬНОЙ подготовки
(в % ко всем прибывшим, по данным выборочного обследования ЦСУ РСФСР)
Совхозы
Колхозы
Окончивших училища профтехобразования
31,5
42,0
Окончивших курсы при совхозе, колхозе и др.
21,1
22,4
Окончивших училища профтехобразования или курсы до 1966 г.
15,0
15,1
Прибывшие из Советской армии или других отраслей народного хозяйства
32,4
20,5
Источник: Показатели механизации и использования техники в сельском хозяйстве (графики и диаграммы). М., 1970. С. 23.
802 Там же. Л. 100,101.
426
Как показывают данные таблицы, в середине 1960-х гг. механизаторы, подготовленные непосредственно в колхозе или совхозе, составляли меньшинство - не более пятой части всех механизаторов сельского хозяйства. Треть же механизаторов в совхозах и почти половина в колхозах получили специализированное профессионально-техническое образование. Эти данные подтверждаются и социологическим опросом колхозной молодежи в 1969 г. На вопрос, «в каком учебном заведении обучался», большинство трактористов, комбайнеров и шоферов назвали неполную среднюю школу (соответственно 36%, 29%, 30%), ОПТУ (соответственно 30%, 20%, 11%), курсы (соответственно 15%, 22%, 30%)803.
В конце 1960-х гг. основным источником пополнения механизаторских кадров стала подготовка через систему профтехобразования. В 1969 г. 58% механизаторов СССР были подготовлены в ПТУ и 42% - в колхозах и совхозах804.
Переход системы трудовых резервов (с начала 1960-х гг.) на метод комплексной подготовки трактористов-машинистов широкого профиля из лиц, ранее не работавших в тракторных бригадах, позволил широко применить свободный набор учащихся без путевок МТС и колхозов, в гом числе и молодежи, совершенно не связанной с колхозным производством. В училища стала поступать молодежь, проживающая в городах и районных центрах. Уже в 1954 г. 53% общего числа обучающихся механизации сельского хозяйства имели образование в объеме семилетней или полной средней школы805. С 1960 г. расходы на содержание колхозных механизаторских кадров в училищах механизации производились за счет колхозов, для которых подготавливались эти кадры. Колхозы должны были выделять средства на питание учащихся, стипендию по действующим нормам и спецодежду806.
Достаточно высокая подготовленность трактористов и комбайнеров делала их невероятно мобильными, востребованными во всех отраслях народного хозяйства страны. Не случайно документы органов власти, особенно в 1950-1980-е гг., массово сообщают о «высокой текучести» кадров сельскохозяйственных механизаторов.
Таким образом, за 60-летие численность рабочей аристократии в России возросла с ничтожно малого количества до уровня, превышающего 3 млн человек. Основным каналом создания механизаторской фракции рабочей аристократии стали МТС: вобрав в основном "03 Социальный облик колхозной молодежи по материалам социологических обследований 1938 и 1969 гг. М., 1976. С. 68.
1,04 О механизаторских кадрах в совхозах и колхозах. М., 1970. С. 5.
405 История крестьянства СССР. М., 1988. Т. 4. С. 291.
806 740 вопросов и ответов по колхозному законодательству. М., 1961. С. 33.
427
человеческие ресурсы из крестьянской среды, они выковали огромную массу высшего слоя рабочих. В конце 1950-х - начале 1960-х гг. эти кадры были имплантированы в само колхозно-совхозное производство. Другой путь создания прошла животноводческая часть рабочей аристократии: она массово появляется позже (в основном с 1960-х гг.) и локализуется сразу в колхозах и совхозах. Совершенствование системы профессиональной подготовки рабочей аристократии прошло путь от примитивной курсовой до создания огромной государственной образовательной структуры - системы сельских ПТУ.
428
§ 2. Правовое положение рабочей аристократии
Формируя правовой статус сельскохозяйственной рабочей аристократии, государство не могло не наделить эту группу определенными правовыми привилегиями и в то же время не хотело давать им преимущества, выводившие их выше рамок средних слоев сельскохозяйственного населения.
Механизаторы первоначально не являлись штатными работниками МТС: по социальному статусу до середины 1930-х гг. они были колхозниками (при работе в МТС) или совхозными рабочими (при работе в совхозе). Первый шаг в выведении механизаторов из статуса колхозников был сделан при организации автомобильных отрядов МТС в 1932 г. Работой этого отряда руководил директор МТС607. Затем определились основные моменты правового статуса трактористов. В Постановлении СТО от 21 сентября 1933 г. «Об организации и использовании тракторного парка» в разделе «О трактористах» говорилось, что трактористы МТС назначаются директором МТС; им выдается удостоверение тракториста МТС (или совхоза) с обязательством проработать не менее 2 лет в МТС (или в совхозе). Постановление устанавливало, что все расчеты с трактористами производит непосредственно МТС, для чего колхозы вносят машинно-тракторной станции для расплаты с трактористами хлеб и деньги в размерах, определяемых количеством трудодней, которые выработаны трактористами в данном колхозе, но не менее 2 руб. 50 коп. деньгами и 3 кг хлеба на трудодень. Постановление 1933 г. определяло, что после окончания сельскохозяйственных работ трактористы по распоряжению директора МТС используются для работы по зимнему ремонту тракторов с начислением от колхозов до 1 трудодня за выполнение дневной выработки и с доплатой от МТС (МТМ) в размере 1/2 ставки, установленной для соответствующей категории рабочих. МТС имела большие права и в наказаниях трактористов. Согласно тому же постановлению в случае ухода с работы тракториста без согласия директора МТС или в случае его увольнения удостоверение тракториста МТС теряло силу, одновременно этот тракторист подлежал исключению из колхоза. За невыход на работу тракторист по распоряжению директора МТС мог быть подвергнут штрафу в размере до 5 трудодней, а за невыход на работу во второй раз - снимался с работы и подлежал исключению из колхоза. В постановлении 1933 г. перечислялись и другие штрафы, которые мог применить директор МТС в отношении тракториста807 808. Таким образом, тракторист находился как 807 Положение об учете работы автомобильных отрядов МТС. М„ 1932. С. 2.
808 Собрание законов и распоряжений Рабоче-Крестьянского Правительства СССР, издаваемое Управлением делами СНК СССР и СТО. 1933. № 60. Ст. 361.
429
бы в двойном подчинении - он был колхозником, но практически все основные распоряжения ему отдавал директор МТС. Такую же двойственность в положении трактористов демонстрировал и примерный договор МТС с колхозами 1933 г., где специальным пунктом оговаривалось, что «все без исключения полевые работы, в том числе и работы на тракторах, выполняют сами колхозники»809. Однако противоречивый, казалось бы, статус механизаторов начала 1930-х гг. на самом деле был вполне логичен - они таким образом возвышались над рядовыми колхозниками, лишались подчиненности колхозной администрации. В то же время и трактористы, и комбайнеры, и шоферы, работая в колхозе, не имели паспортов, были охвачены системой крестьянских повинностей: обязаны были вырабатывать минимум трудодней, платить обязательные поставки продукции с приусадебного участка, сельхозналог и т.д.
Эволюция правового статуса механизаторской части рабочей аристократии продолжилась выведением части рабочей аристократии из колхозного статуса. Это коснулось механизаторской элиты - комбайнеров. С 1935 г. комбайнеры были включены в штаты МТС, превратившись в рабочих государственных предприятий810. Правовой статус комбайнера определялся следующим образом: «постоянный штатный работник в совхозе и МТС». В Постановлении СНК СССР и ЦК ВКП(б) 1935 г. говорилось, что все остальное время, кроме уборки, комбайнер должен быть «использован или как тракторист, или как тракторный бригадир, или как рабочий на ремонте, или на других работах по машинам». Постановлением 1935 г. была установлена иерархия между механизаторами: комбайнер являлся начальником агрегата (комбайн и трактор), и ему подчинялись все работающие на данном агрегате работники (помощник комбайнера и тракторист).
Изменения 1935 г. привели к важным последствиям, разделившим рабочую аристократию на «высшую» и «низшую» касты - комбайнеры были включены в государственную систему социального страхования, что означало возможность состоять в профсоюзе, иметь пенсионное обеспечение, оплату по больничному и т.д. Трактористы же, как и шоферы, остались вне системы пенсионного обеспечения.
Исключительность правового статуса колхозной части рабочей аристократии состояла и в том, что она с 1933 г., в отличие от всех остальных классов колхозной деревни, получала гарантированную оплату 809 История колхозного права. Сборник законодательных материалов СССР и РСФСР 1917-1958. М„ 1959. Т. I. С. 357.
810 Постановление Совета Народных Комиссаров Союза ССР и Центрального Комитета ВКП(б) «О работе комбайнов и об оплате комбайнеров в совхозах и МТС» // Известия ЦИК Союза ССР и ВЦИК. 1935. 20 апреля. № 94.
430
(руда. При этом первоначально с трактористами рассчитывалась МТС (из средств, передаваемых колхозами), а с 1939 г. выплату гарантированного денежного минимума взяло на себя государство811. С колхо- шми трактористы продолжали строить отношения на основе оплаты Фудодня (также фиксированного, гарантированного уровня). Комбайнеры после перевода их в штатные работники МТС в 1935 г. получали шрплату от государства. При этом большая часть комбайнеров не по- i пряла «зарплатной» связи с колхозами, так как те из них, кто работал и МТС в качестве трактористов до и после уборки, получали за работу на тракторах вместо установленной денежной оплаты - оплату в трудоднях на общих основаниях с другими трактористами812.
Правовое положение рабочей аристократии колхозов в конце 1930 начале 1940-х гг. продолжало эволюционировать в сторону приближения к государственному укладу. Указ Президиума Верховного Совета СССР от 26 июня 1940 г. «О переходе на восьмичасовой рабочий день, на семидневную рабочую неделю и о запрещении самовольного ухода рабочих и служащих из предприятий и учреждений» вскоре был распространен на штатных работников МТС, а также на трактористов813. Фактически это означало, что не только комбайнеры - штатные работники МТС, но и остававшиеся колхозниками трактористы и шоферы оказались «прикреплены» к машинно-тракторным станциям.
После Великой Отечественной войны, на время «заморозившей» процессы кристаллизации класса рабочей аристократии в российской деревне, основная часть рабочей аристократии продолжала оставаться по правовому статусу колхозниками. В 1950 г. численность трактористов, комбайнеров и шоферов, занятых в МТС СССР, составляла 1085 тыс., из них в штатах МТС состояло 123 тыс., а колхозников было 962 тыс.814 * * Остававшаяся вне социальных льгот часть механизаторов, прежде всего трактористы, массово обращали внимание власти на несправедливую, по их мнению, ситуацию, что показательно в плане История крестьянства СССР. Т. 2. С. 308; Постановление СНК СССР и ЦК ВКП(б)
«О порядке исчисления натуроплаты за работы МТС по зерновым культурам» // важнейшие решения по сельскому хозяйству за 1938-1940 годы. М., 1940. С. 169.
Постановление Совета Народных Комиссаров Союза ССР и Центрального Комитета ВКП(б) «О работе комбайнов и об оплате комбайнеров в совхозах и МТС» // Известия ЦИК Союза ССР и ВЦИК. 1935. 20 апреля. № 94.
’"J Указ Президиума Верховного Совета СССР от 26 июня 1940 г. «О переходе на восьмичасовой рабочий день, на семидневную рабочую неделю и о запрещении самовольного ухода рабочих и служащих с предприятий и учреждений» // Решения
партии и правительства по хозяйственным вопросам. М., 1967. Т. 2. С. 758; О запрещении самовольного ухода с работы трактористов и комбайнеров, работающих в МТС. Указ Президиума ВС СССР от 17 июля 1940 г. // Важнейшие решения по сельскому хозяйству за 1938-1940 годы... С. 212.
История крестьянства СССР. Т. 4. С. 59-61.
431
выявления осознания ими своего классового интереса, а следователь* но, и оформления их классового сознания. В начале 1950-х гг. главный редактор газеты «Социалистическое земледелие» А.М. Сиротин направил члену Политбюро ЦК ВКП(б) А.А. Андрееву, зав. сельхозот- делом ЦК ВКП(б) А.П. Козлову, министру сельского хозяйства СССР И.А. Бенедиктову несколько информационных сводок писем колхозников-трактористов с предложением об установлении им социальных гарантий. Основная часть этих писем была получена редакцией газеты «Социалистическое земледелие» в 1951-1952 гг. Приведем некоторые выдержки из них. Группа трактористов тракторной бригады Нагутской МТС Ставропольского края писала: «Мы работаем в МТС на тракторах по 21 году ... Спрашивается, почему нам нет никаких государственных поощрений в то время, когда медицинские, учительские организации эти поощрения имеют ... Мы, как хлеборобы нашей Родины, работаем на полях и выращиваем хлеб - золото для нашей социалистической Родины, обеспечиваем всю страну продуктами, но для нас нет никакого государственного поощрения со стороны нашей Родины ... Например, когда тракторист или бригадир... должны получать пенсию, то ее нет. Почему? ... Трактористы тоже хотят узнать, за что мы работаем бессменно по 10,15,20 лет. Нам не начисляют дополнительные трудодни, не устанавливают пенсию. А по нашей МТС немало таких людей, которые давно заслуживают от государства поощрения»815. Н.И. Селехов, зам. директора по политчасти Волоконовской МТС Курской области, писал: «Тракторист тов. Ткачев С.И. проработал в МТС 8 лет. В эту весну он болел 1,5 месяца. Больница ему выдала больничный лист. Но так как трактористы не состоят в штате рабочих МТС, не являются членами профсоюзов, то МТС ему не может оплатить больничный лист. В колхозе тоже его не оплачивают, ссылаясь на то, что тов. Ткачев работал в МТС ... Может ли так быть, что тракторист, потерявший здоровье, остается за бортом...»* 818. Трактористка А.Д. Маренкова из Тамбовской области поведала в письме в газету «Социалистическое земледелие» свою историю: «В течение 10 лет я проработала трактористкой ... Во время зимнего ремонта я заболела гриппом, но, перемогая себя, не бросала работы ... Оказалось, что у меня заболели легкие ... Врач рекомендовал курортное лечение. Я обратилась к своему директору ЛЗС [лесозащитная станция. - Прим, авт.] ... но он мне категорически отказал, ссылаясь на то, что я не профсоюзная и что нечленам профсоюза путевок не дают. Но ведь конституция гласит о праве на труд, отдых и лечение. Неужели я за 10 лет не заработала себе эти права? Это есть бездушное отношение к механизаторским ка815 РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 138. Д. 301. Л. 90.
818 Там же. Л. 85.
432
драм. Директор предупредил меня также, что бюллетень по болезни оплачивать он тоже не собирается. И что же делать дальше - работать или умереть от туберкулеза?»817. Н.П. Ямщиков, бригадир тракторной бригады из Удмуртии, рассказав, что трактористам отказывают в право вступить в профсоюз, делился с редакцией: «Я от этих фактов в полном недоумении. В нашей МТС много механизаторов с большим производственным стажем. Одни уже выходят из строя по старости, другие - по инвалидности. Кто же о них позаботится, кто обеспечит, положено ли механизаторам в этих случаях какое-либо пособие?»818. Маргинальность социально-правового положения рабочей аристокра- 1ии (колхозник с подчиненностью государственной структуре - МТС, работающий в государственном укладе и получающий от государства 1арантированную заработную плату) явно чувствовалась во мнениях, изложенных в письмах механизаторов в газеты. Тракторист А.Н. Корзин из деревни Быково Костромской области, выяснив, что «трактористу за время болезни МТС не должна оплачивать, так как он является колхозником и ему в колхозе начисляются трудодни», спрашивал: «Если это так, то почему дирекция МТС привлекает тракториста к строгой ответственности за невыход на работу, за прогул, за неявку на ремонт факторов»819. Суммированы эти мнения вопросом из письма тракториста Береговской МТС Курской области: «Прошу Вас разъяснить мне, кто я: рабочий, служащий или колхозник»820.
Неменьшее количество жалоб в письмах трактористов в газету «Социалистическое земледелие» начала 1950-х гг. касалось налогообложения хозяйств трактористов и уплаты обязательных поставок сельхозпродукции с приусадебных участков. В целом, резюмируя поток мнений, собранных редакцией этой газеты в начале 1950-х гг., можно сказать, что «низшая часть» рабочей аристократии, оставаясь в правовом статусе колхозника, осознавала его как несправедливый барьер на пути к справедливому, на их взгляд, статусу рабочего, тесно связанному с государственным укладом.
В 1953 г. вопрос о социальном статусе механизаторской части рабочей аристократии сельского хозяйства был решен радикально. В соответствии с решениями сентябрьского (1953 г.) Пленума ЦК КПСС основные кадры механизаторов-колхозников (трактористы, бригадиры тракторных бригад и их помощники) с 1 октября 1953 г. зачислялись в штаты МТС, становились работниками государственных предприятий. Мотивировалось это тем, что «имеющаяся в МТС сложная техни-
Там же. Л. 89.
Там же. Л. 91.
"|Ч Там же. Л. 92.
Там же. Л. 95. 433
ка, требующая технически подготовленных кадров, вверена сезонным работникам», а также трудностями «ремонта техники, низким уровнем подготовки механизаторов». В Постановлении Пленума 1953 г. говорилось, что «в машинно-тракторных и специализированных станциях трактористы ... машинисты-экскаваторщики ... являются постоянными рабочими и зачисляются в штаты МТС, а прицепщики ... помощники комбайнеров должны включаться в штаты МТС в качестве сезонных рабочих»821. Уже через две недели, 21 сентября 1953 г., было принято Постановление ЦК КПСС и СМ СССР «О мерах по дальнейшему улучшению работы машинно-тракторных станций», где кардинальным образом законодательно изменялся объемно-правовой статус механизаторской части рабочей аристократии. Как работникам государственных предприятий, им была установлена гарантированная (денежная и натуральная) оплата труда, предоставлялись отпуска, устанавливалось пенсионное и другие формы государственного обеспечения. В то же время за ними сохранялись или выделялись новые приусадебные участки. В постановлении говорилось: «Установить, что в МТС и спец- станциях трактористы, бригадиры тракторных бригад и их помощники, машинисты экскаваторов и их помощники, учетчики-заправщики являются постоянными рабочими и зачисляются в штаты МТС ... Наделять приусадебными участками трактористов и других постоянных работников тракторных бригад МТС и спецстанций, не имеющих приусадебных участков в колхозах». На время полевых работ колхозы должны были предоставлять рабочим тракторных бригад бесплатно общежитие, а также питание822. Советская историография отмечала, что «большая армия колхозников-механизаторов вливалась в ряды рабочего класса».
В 1958-1959 гг. в связи с реорганизацией МТС механизаторы- рабочие вновь возвращались в колхозы. В 1958 г. было принято Постановление ЦК КПСС, которым рекомендовалось при реорганизации МТС «трактористам и другим механизаторским кадрам машинно- тракторных станций» перейти на работу в те колхозы, в которых они работали. При этом колхозам рекомендовалось «устанавливать оплату труда механизаторов ... чтобы уровень оплаты механизаторов был не ниже той оплаты, которую они получали в машинно-тракторных станциях за норму выработки по гарантийному минимуму». Механизаторам, переходящим в колхозы, сохранялся действующий порядок оплаты от821 О мерах дальнейшего развития сельского хозяйства СССР. Постановление Пленума ЦК КПСС, принятое 7 сентября 1953 г. по докладу тов. Н.С. Хрущева // Партия - организатор крутого подъема сельского хозяйства СССР. М., 1958. С. 9, 35.
822 Постановление Пленума ЦК КПСС от 7 сентября 1953 г. «О мерах дальнейшего развития сельского хозяйства СССР» // Решения партии и правительства по хозяйственным вопросам. М., 1968. Т. 3. С. 46-47.
434
пусков и выплаты пособий по государственному социальному страхованию. Колхозам также рекомендовалось «создавать механизаторам нормальные жилищно-бытовые условия, наделять их приусадебными участками наравне с колхозниками, а также оказывать им помощь в ггроительстве жилых домов»823. Таким образом, трактористы, комбайнеры и шоферы, работавшие в МТС, становились колхозниками со всеми вытекающими правовыми последствиями. Советские исследовате- ни отмечали сравнительную легкость перемещения механизаторов из одной социальной группы в другую. Это, по их мнению, свидетельствовало о близости этих групп, их социально-экономического статуса и характера труда. В то же время правоведы четко фиксировали различие правовых статусов механизаторской части рабочей аристократии до и после реформы 1958 г. Например, В.Г. Казанкин накануне реформы писал: «В настоящее время труд работников МТС регулируется общим <аконодательством о труде рабочих и служащих ... Работники МТС принимаются на работу единолично директором в порядке заключения I рудового договора, за свой труд получают заработную плату, подлежат социальному страхованию, ежегодно им предоставляются оплачиваемые отпуска. Правовое положение их определяется тем, что они являются рабочими и служащими государственных предприятий ... С переходом трактористов и других механизаторов в колхозы их трудовые отношения будут носить колхозно-правовой характер, поскольку в основе этих отношений будет лежать уже не трудовой договор, а отношения членства»824. Правоведами разрабатывались схемы «упрощенного» возвращения механизаторов в колхозный статус. Тот же В.Г. Казанкин предлагал: «Членами колхозов можно признать ... тех механизаторов, которые после зачисления в штат МТС ... продолжали жить и работать в тех же колхозах, не требовали возврата паевых взносов, не требовали с ними производства окончательного расчета. Некоторые же работники тракторных бригад после зачисления их в штат МТС порвали членские отношения с колхозом, переселились на постоянное место жительства в усадьбу МТС, по их требованию им был возвращен паевой взнос, артель произвела с ними окончательный расчет. Кроме того, некоторые работники тракторных бригад до зачисления их в штаты МТС ... являлись членами другого колхоза, а не того, в котором они сейчас работают в составе тракторной бригады. Наконец в тракторной бригаде работают также лица, которые вообще никогда не являлись членами " ’ Постановление ЦК КПСС и СМ СССР от 18 апреля 1958 г. № 425 «О дальнейшем развитии колхозного строя и реорганизации машинно-тракторных станций» http:// www.kadis.ru/texts/index.phtml7id=45439&PrintVersion=1
Казанкин В.Г. Некоторые вопросы перехода специалистов и механизаторов МТС и колхозы // Советское государство и право. 1958. № 4. С. 82-83.
435
колхоза ... Поэтому переход в колхозы ... механизаторов должен быть осуществлен путем принятия их в члены сельхозартели»825. Рабочей аристократии российской деревни «шаг по нисходящей» в правовом статусе явно был не по душе, несмотря на сохранение большого числа социальных гарантий. Одной из главных причин было возвращение на низшую ступень советской социальной лестницы, в беспаспортное состояние, к статусу колхозника. Не случайно большой отток механизаторов из деревень пришелся именно на рубеж 1950-1960-х гг.
И все же после возвращения механизаторов в колхозы их правовой статус продолжал быть исключительным по деревенским меркам. В 1964 г. было установлено, что механизаторам колхозов назначаются пенсии по старости и по инвалидности в порядке, предусмотренном для рабочих, служащих и членов их семей по Закону 1956 г.826 Право на льготное пенсионное обеспечение сохранялось за механизаторами сельского хозяйства до конца существования Советского Союза827.
Оформление границ реального правового статуса рабочей аристократии в деревне было довольно сложным. Так как основная часть представителей этого класса оставалась колхозниками, их движение в направлении правовых привилегий одними классами деревни приветствовалось, другими воспринималось болезненно.
Изначально восприятие исключительности статуса сельскохозяйственной рабочей аристократии базировалось на новизне для деревенской среды агрегатов и механизмов, которые они приводили в действие. О появлении в деревне первых тракторов сохранилось много восторженных свидетельств очевидцев примерно такого же содержания, как газетное описание появления трактора в одном из вологодских колхозов в 1926 г.: «На невиданное зрелище собралось около тысячи крестьян из многих окружающих деревень. Среди них были и такие, которые не верили в успех работы трактора на тяжелых вологодских землях. Вокруг трактора шли горячие споры между сторонниками и противниками этой чудо-машины. Когда трактор легко поднимал пласты пашни трехлемешным плугом, крестьяне предлагали показать его работу на лугу, но трактор также легко вспахивал и целину и перелоги. Это вызвало всеобщее восхищение у всех собравшихся 825 Там же. С. 83.
828 Постановление СМ СССР от 20 июля 1964 г. «О государственном пенсионном обеспечении и социальном страховании председателей, специалистов и механизаторов колхозов» // Решения партии и правительства по хозяйственным вопросам. М., 1968. Т. 4. С. 484.
827 См., например, разъяснение Государственного комитета СССР по труду и социальным вопросам и секретариата ВЦСПС от 23 августа 1990 г. № 13/15-64 // http:// www.allbusiness.ru/BPravo/DocumShow_DocumlD_38266.html
436
крестьян»828. Отразилась новизна бытия с тракторами и в деревенском фольклоре:
Трактор едет по дороге, А девчонки - от него.
Без привычки было страшно, А привыкли - ничего829.
О тесной корреляции начала оформления «инакости» представителей нового деревенского класса с появлением машин в деревне свиде- юльствовали и первые протосоциологические опросы, проводившиеся разными госструктурами. В 1929 г. при обследовании быта 16 колхозов I (ентрально-Черноземного округа уже было отмечено, что «трактори- I: I ы, рулевые выделяются из местного населения»830. Опрос, проведенный сектором народнохозяйственного учета Госплана СССР в 1931- 1432 гг. в Северо-Кавказском, Средне-Волжском, Нижне-Волжском и других округах среди работников МТС, дал следующую картину складывающихся особенностей реального правового статуса рабочей аристократии: «Машина организует около себя массы, перерождает старого крестьянина-собственника, превращая его в нового сельхозрабочего»; «Часто были случаи, когда тракторист сын или дочь совершенно уходили из семьи (происходил раздел двора) по причине старой традиции, что «нельзя ездить на сатанинской машине». Коллективизация и трак- юр поломали старый быт семьи единоличника хлебороба»; «Сильнее всего это перераспределение сказалось на колхозниках-трактористах, каковые почти на весь летний сезон прикреплены к трактору и почти не принимают участия в своем хозяйстве»; «Рост независимости трактористов, особенно молодежи, чрезвычайно бросается в глаза»83’.
В 1930-1940-е гг. тракторист, а тем более комбайнер, считался первым парнем на деревне, о чем ярко свидетельствует множество частушек:
Машинисты-трактористы На селе теперь в чести. Машиниста-тракториста Надо в гости привести.
Крестьянская жизнь. 1926.16 июня.
Русские частушки II http://bookz.ru/authors/gressi/russkie-_552/page-17-russkie-_ S52.html
""Колхозы ЦЧО в социально-гигиеническом отношении: по материалам экспедиции облздравотдела ЦЧО 1929 г. / под ред. проф. Т.Я. Ткачёва. Воронеж, 1930. С. 19. "" РГАЭ. Ф. 1562. Оп. 75. Д. 35. Л. 1,4, 6, 9,10.
437
В кооперации купила
Я на блузку кружева. Неужели я не буду Трактористова жена?832
Тракторист такой красивый, Я его приворожу!
На его на трактор ночью Две ромашки положу!
Ты, подружка моя Шура, Давай вместе распевать. Заведем по трактористу, Лучше люди будут знать833.
Все машины, все машины, Все машины новые! Подруги, сядем на машину: Шофера знакомые!834
В приведенных типичнейших частушках трактористы, шоферы, комбайнеры выступают как желательный объект для выстраивания социальных и семейных связей, престижные партнеры для завязывания отношений, что очень показательно для улавливания восходящего положения той или иной категории. Показательно, что множество частушек 1930-1940-х гг. посвящено престижности женской работы на тракторе или комбайне, часть таких частушек, воспевающих гордость от близких отношений с трактористкой или комбайнеркой, пелась и от
мужского лица:
Кругом поле, кругом поле,
А на поле трактора, Неужели я не буду Трактористкою сама?!
Под окном стоит рябина, Серебрятся листья.
Мой миленок - тракторист, А я трактористка835.
832 Частушки. С. 173.
833 Там же. С. 171.
834 Там же. С. 173.
835 Там же.
438
Веселей играй, гармошка, Играй, черномехая. Моя милка на комбайне По селу проехала836.
Правовая исключительность статуса механизаторской части рабочий аристократии чувствовалась в повседневном общении с колхозниками, где первые, особенно трактористы, выступали как более «высокий» элемент. Вот, например, как описывает эти отношения в 1930-е гг. С.С. Маслов по материалам рассказов западносибирского жителя: «Тракторист - молодой рабочий, присланный из Новосибирска. В помощь ему дали трех колхозников, уже знакомых с трактором, могущих делать мелкие слесарные работы...». Выясняется, что колхозник не смазал внутренний механизм трактора. «Тракторист возмущен, волнуется. Но посмотрел на хмурые лица колхозников и смолк. Кое-как попахав немного, тракторист сам едет в колхоз за масленкой ... Впрочем, в большинстве случаев бригадиры и мотористы ладят с колхозниками, лучше уж гнев партийного начальства, чем беспощадная месть колхозников»837. Публицист В. Степанов, описывая работу льноводов в вологодских колхозах второй половины 1940-1950-х гг., так характеризовал действия представителей сельскохозяйственной рабочей аристократии: «У молотилок-колотилок часами дремали механизаторы из МТС, а колхозники работали от темна до темна. Снопы шли в машину не слишком-то просушенными, головки обмолачивались не полностью. Это видели все, но мирились, потому что трактористы из МТС постоянно спешили, им надо было сделать побольше и побыстрее, и грозились сняться и увести машины в другой колхоз, если к ним предъявлялись претензии. С трактористами приходилось ладить, потому что людей в деревне становилось все меньше, а вальки, скамейки, да и риги приходили в негодность. И получалось так, что развернет бригадир обмолоченный сноп, заглянет в его нутро, покачает головой да и уйдет прочь»838.
Типичным в публицистической и художественной литературе, описывающей жизнь российской деревни 1930-1980-х гг., было упоминание о весомости слова представителей рабочей аристократии и праве творить «острее» других. «Трактористы в деревне - особая статья. Этот народ цену себе знает, любит независимость», - описывал трак-
Там же. С. 174.
Маслов С.С. Колхозная Россия. История и жизнь колхозов. С. 257-258.
’”н Степанов В. Лен мой, лен // От земли: Полемические очерки. Архангельск, 1982. Выл. 3. С. 75-102.
439
тористое 1950-х гг. писатель В. Тендряков839. «Механизаторы - народ задиристый, на язык острый. Такой иногда случится разговор!.. Правда, мастера-то - мастера шутить, но за шуткой дела не забывают, не очень с ними нашутишься», - пишет о вологодских трактористах 1960-1970-х гг. Д. Кузовлев840. «Свободомыслие» всячески демонстрирует и тракторист МТС Матвей Морозов, споря с председателем колхоза в известном фильме 1950-х гг. «Дело было в Пенькове».
И все же класс рабочей аристократии был инкорпорирован в деревенскую среду, связан с ней родственными, семейными, экономическими, трудовыми и другими узами. Вряд ли можно считать правовой статус сельскохозяйственной рабочей аристократии столь однозначно чуждым правовому полю села, как это делает известный историк Ш. Фицпатрик. Характеризуя статус механизаторов в колхозном сообществе 1930-х гг., она отмечает, что «они, как правило, не оспаривали ни авторитета, ни прерогатив колхозного начальства, не играли заметной роли в деревенских раздорах и не писали жалоб»841. Она описывает механизаторов как слой, стремящийся «вовне» деревни, подчеркивая, что центром их жизни была МТС. По нашему мнению, и низшие и высшие классы российского колхозно-совхозного села считали рабочую аристократию частью своей классовой пирамиды, но старались выстроить «правильную», по их мнению, линию в правовом положении данного социального слоя.
Действительно, в обыденной жизни деревни, бывало, наблюдались и отчуждение, и некоторая обида на механизаторов, которые, являясь тесно связанными с государственным укладом (МТС), ассоциировались с изъятием продуктов у колхоза (натуроплата МТС). Например, колхозник В.Я. Власов из Кировской области в письме в редакцию газеты «Сельское хозяйство» в 1957 г. подчеркивал: «Вот так и живем. Урожай механизатору отдай, а колхознику ничего»842. Нередко как несправедливые оценивались колхозниками особые права механизаторов, особенно в части пенсионного обеспечения. Колхозник Т.М. Клименко из Ростовской области в письме в редакцию той же газеты в 1957 г., жалуясь на отсутствие пенсии и сравнивая себя с соседом-рабочим, писал: «К слову сказать, этот сосед еще и на войне не был, а находился на оккупированной территории. Он работал до войны в МТС ... Вот онто получает 470 руб. пенсии от государства»843.
839 Тендряков В. Не ко двору // Тендряков В. Собрание сочинений. М., 1987. Т. 1. С. 50.
840 Кузовлев Д. Не поле перейти. Очерки современной деревни. Архангельск, 1977. С. 83.
841 Фицпатрик Ш. Сталинские крестьяне. С. 161.
842 РГАСПИ. Ф. 556. Оп. 22. Д. 168. Л. 24.
843 Там же. Л. 43.
440
Протобуржуазия, прежде всего председатели колхозов, также стремилась не допустить чрезмерного возвышения рабочей аристокра- 1ии В этом смысле ей приходилось преодолевать фундаментальное противоречие правовых статусов, так как механизаторы, работавшие в МГС (части государственного уклада), но являвшиеся членами колхо- юв (колхозного уклада), а следовательно, использовавшие привилегии мнжукладного статуса, явно находились в более выгодном, чем колхоз- ння протобуржуазия, положении. В воспоминаниях сельских жителей ннредко встречается описание «знаков почтения» механизаторам, ко- юрые вынужденно выказывал председатель того колхоза, где производилась тракторная обработка полей. Например, Г.Г. Васильков расска- 1ывал: «Колхозы обслуживали тракторные бригады по 3-4 трактора в каждой. Председатели колхозов знали всех трактористов и их повадки наизусть. Встречали как дорогих гостей: резали барана, теленка, чтобы кормить хорошо, в отличие от других колхозников. «Подносили» водки. Если плохо встречали, не магарычили, то трактористы 3-4 дня «поковыряются», «поломаются» и уедут»844. Об этом же повествовала и А.И. Потехина, старая трактористка из Кировской области, вспоминая работу в 1940-е гг.: «И председатель, а чего, мы девчушки такие, придет: «Девки, да резво ли вы приедете-то к нам трудиться? Надо, потому как посевную-то заканчивать». С каждого председателя спрашивают»848. И все же председатели колхозов довольно ярко демонстрировали подчиненное правовое положение трактористов. Работа трактористов в МТС (кроме 1953-1958 гг.) носила сезонный характер, и после окончания основных сельскохозяйственных работ механизаторы возвращались в колхозы, поэтому председатели колхозов могли после одного- двух сезонов не «отпустить» трактористов в МТС, оставив на работе в колхозе, или отозвать механизатора из МТС для непрофильной для него работы в колхозе846. К середине 1950-х гг. выявилось, что у председателей колхозов накопилось немало претензий к механизаторской части рабочей аристократии. На совещании с председателями колхозов и директорами МТС по вопросу о правах правлений и председателей колхозов, а также о взаимоотношениях МТС и колхозов, состоявшемся в Министерстве сельского хозяйства СССР в 1956 г., председатели колхозов единодушно высказывались за ограничение механизаторских претензий на исключительность. Председатель колхоза Ф.И. Дубков- ский говорил: «Мы трактористов так избаловали высокой оплатой, что дальше уже некуда. Против колхозников они чувствуют себя очень высоко ... Они другими людьми стали, не интересуются колхозным про-
м4 http://www.kraeved.ru/sermyazhnye-istorii-zhitelei-byvshei-komaritskoi-volosti
'“5 http://persones.ru/biography-9886.html
мв История крестьянства СССР. Т. 4. С. 59-61.
441
изводством абсолютно»847. Участник совещания Лыскин (с Северного Кавказа) рассказывал: «Машины остановились, трактора не работают, трактористы и прицепщики в это время под особой охраной, на полевом стане есть сторож и кухарка ... Одна готовит, а другой приносит водичку. Они по 3-4 дня в полевом стане лежат, и никакими силами их не заставишь работать...»848. Выступавший там же Криволапов возмущался: «Эта зарплата [тракториста. - Прим, авт.) его ставит выше всех руководителей - директора МТС, председателя колхоза!»849 Председатель колхоза Детковский говорил: «Теперь не 30-й год, когда тракторист являлся фаворитом»850. В 1957 г. инструктор сельхозотдела А. Беляев жаловался в Министерство сельского хозяйства СССР: «Работники тракторных бригад, считая себя постоянными работниками МТС, не подчиняются правлению колхоза»851. Об этом же сообщал знаменитый председатель колхоза К.П. Орловский: «Считаясь работниками МТС, некоторые из них [механизаторов. - Прим, авт.] даже в нашем колхозе с высокооплачиваемыми трудоднями отказываются от работы»852.
Правовое положение тракториста осознавалось самими представителями этой части рабочей аристократии как достаточно специфическое. Показателен в этом плане описанный В. Овечкиным в «Районных буднях» (1953 г.) разговор секретаря райкома Мартынова и тракториста МТС Бережного: «И землю люблю, крестьянин я, хлебороб, - и к рабочему классу душа рвется. Вот так, не уезжая из родного села, через МТС, и войдешь в рабочий класс», - говорил тракторист. Секретарь райкома поддержал разговор: «Да, интересная фигура у нас на селе - тракторист ... Он и колхозник, он уже и рабочий». Другие трактористы встретили этот разговор выводом: «И председатель колхоза нас ругает, и директор МТС ругает!... И в хвост и в гриву достается нам от двух хозяев!»853.
С 1960-х гг. механизаторская часть рабочей аристократии в правовом плане все более быстро эволюционирует в направлении однородности правового статуса с механизаторами государственного уклада (совхозов, промышленных предприятий). В 1962 г. подготовка механизаторских кадров в училищах механизации и СПТУ не только для совхозов, но и для колхозов начала производиться за счет госбюжде- та, при этом и для совхозов, и для колхозов кадры механизаторов го847 РГАЭ. Ф. 7486. Оп. 7. Д. 1426. Л. 39.
848 Там же. Л. 45.
848 Там же. Л. 67.
880 Там же. Л. 175.
851 Там же. Ф. 260. Оп. 2. Д. 28. Л. 188.
852 Орловский К.П. Новый этап колхозного строительства // Советское государство и право. 1958. № 4. С. 30.
853 Овечкин В. Гости в Стукачах. М., 1978. С. 324.
442
товились по направлениям (путевкам) хозяйств854. В 1965 г. для всех трактористов, работавших в государственном укладе (госхозы, совхозы, предприятия промышленности), был установлен дополнительный отпуск продолжительностью 6 рабочих дней855. В 1968 г. трактористам совхозов было разрешено засчитывать в стаж не только время работы в качестве тракториста-машиниста, но также и время работы «по распоряжению администрации на других работах в этом хозяйстве (на ремонтных, конно-ручных, строительных, хозяйственных и других)»856. То есть статус тракториста имел теперь не только профессиональную, но и классовую составляющую - он закреплялся за работником не только на время выполнения тракторных работ. В 1971 г. было принято постановление ЦК КПСС и СМ СССР, определяющее целый перечень льгот для механизаторов сельского хозяйства. В постановлении констатировалось, что «механизатор стал центральной фигурой в колхозном и совхозном производстве», и предусматривалось введение трактористам совхозов дополнительных ежегодных оплачиваемых отпусков в зависимости от стажа непрерывной работы в данном хозяйстве в размерах от 1 до 6 дней (сверх ранее установленных дополнительных отпусков); льготный порядок исчисления пенсий по старости трактористам колхозов и совхозов, проработавшим в хозяйствах 15 (женщины) и 20 (мужчины) лет. Также постановление предусматривало выдачу пособия на хозяйственное обзаведение для уволенных в запас из Вооруженных Сил СССР и прибывших на работу в колхозы и совхозы в качестве механизаторов; надбавки за стаж работы для трактористов совхозов; выдачу кредитов механизаторам на постройку жилья; частичное погашение кредита на счет фондов колхозов и совхозов; выделение в первую очередь легковых автомобилей и мотоциклов для продажи механизаторам сельского хозяйства857. Льготный порядок пенсионного обеспечения механизаторов был продолжен в 1975 г., когда был снижен возраст
" Постановление ЦК КПСС и СМ СССР от 10 января 1962 г. № 34 «Об улучшении дела подготовки механизаторских кадров для сельского хозяйства» // http:// www. lawmix.ru/docs_cccp/6549
Постановление СМ СССР от 19 февраля 1965 г. № 96 «О дополнительном отпуске трактористам-машинистам, трактористам и бульдозеристам» // http://www. iawmix.ru/docs_cccp/6390
”■* Постановление Государственного комитета СМ СССР по вопросам труда и заработной платы и ВЦСПС от 30 мая 1968 г. № 160/11-11 «О внесении дополнений в инструкции о порядке исчисления стажа работы по специальности в данном хозяйстве для выплаты надбавки к заработной плате трактористам-машинистам совхозов и других государственных предприятий сельского хозяйства» // http://www.libussr. ги/ <1oc_ussr/usr_6813.htm
Постановление ЦК КПСС, СМ СССР, ВЦСПС от 14 апреля 1971 г. «О мерах по улучшению условий труда и закреплению механизаторских кадров в сельском хозяйстве // Сборник постановлений Правительства СССР. 1971. № 8. Ст. 65. 443
для назначения пенсии по старости женщинам-механизаторам с 55 до 50 лет858. В 1974 г. была произведена паспортизация колхозной части рабочей аристократии сельского хозяйства, т.е. произошло ее слияние по правовому статусу с другими категориями рабочих страны.
Таким образом, особый правовой статус рабочей аристократии начал оформляться в первой половине 1930-х гг. На первом этапе складывания класса его характеризовали серьезные правовые особенности, связанные с близостью к государственному укладу, важнейшей «рабочей» составляющей которого являлась гарантированная оплата труда. На втором этапе эволюции правового статуса (в 1950-е гг.) класс сельскохозяйственной рабочей аристократии приобрел статус рабочего со всеми вытекающими социальными гарантиями и последствиями. И хотя в 1958 г., казалось бы, произошла классовая деградация в правовом статусе рабочей аристократии сельского хозяйства - она была возвращена в «колхозное» состояние, но все же основные социальные гарантии, положенные рабочему классу, сохранила, а с 1966 г., как и все колхозники, была охвачена системой гарантированной оплаты труда.
Оформление реального правового статуса сельскохозяйственной рабочей аристократии уже в 1930-е гг. вывело ее в перечень классов колхозно-совхозной деревни, обладавших наибольшими правами и престижем, которые казались и высшим и низшим классам настолько большими, что в конце концов это стало одним из побудительных мотивов к реорганизации МТС и передачи уже выкристаллизовавшейся рабочей аристократии в подчинение сельской протобуржуазии, менеджерам и интеллектуалам.
658 Указ Президиума Верховного Совета СССР от 7 марта 1975 г. «О снижении возраста для назначения пенсии по старости женщинам-механизаторам» // Ленинская аграрная политика КПСС: Сборник важнейших документов (март 1965 г. - июль 1978 г.). М„ 1978. С. 425.
444
§ 3. Экономическое положение
О трудовых операциях, выполняемых с помощью машин и механизмов, степени энерговооруженности сельского хозяйства, динамике нарастания механизированного труда и снижении доли ручного труда в советское время многократно говорилось в специальных исследованиях историков, экономистов, статистиков859. Напомним лишь наиболее стандартные статистические сведения, касающиеся уровня механизации сельскохозяйственных операций (табл. 24, 25).
Таблица 24
МЕХАНИЗАЦИЯ РАБОТ В СЕЛЬСКОМ ХОЗЯЙСТВЕ СССР
в 1928-1958 гг.
(в процентах к общему объему работ данного вида)*
Виды работ
1928 г.
1932 г.
1940 г.
1958 г.
Пахота под яровые культуры
1
19
62
98
Сев яровых зерновых культур
0,2
20
56
97
Уборка зерновых культур
0,2
10
46
93
Составлено по: Народное хозяйство СССР в 1958 г Стат, сборник. М., 1959.
* За 1928-1958 гг. - работы, выполненные с использованием тракторных плугов, Факторных сеялок, других прицепных и самоходных машин.
Арутюнян Ю.В., Вылцан М.А. Историческая роль МТС и их реорганизация. М., 1958; Венжер В.Г. Вопросы комплексной механизации колхозного производства. М., 1955; Внедрение новой техники и повышение эффективности производства в совхозах и колхозах. М., 1972; История советского крестьянства. В 5 т. Т. 2. Советское крестьянство в период социалистической реконструкции народного хозяйства. Конец 1927-1937. М., 1986; Т 3. Крестьянство накануне и в годы Великой Отечественной войны (1938-1945). М., 1987; Т. 4. Крестьянство в годы упрочения и развития социалистического общества, 1945- конец 50-х годов. М., 1988; Рационально использовать сельскохозяйственную технику. М., 1972; Синюков М.И. Планирование и организация использования техники в сельском хозяйстве. М., 1976; Тихонов В.А, Экономика и организация использования техники в колхозах. М., 1963; Экономика и организация применения техники в сельском хозяйстве. М., 1972; Экономика машиноиспользования в колхозах и совхозах. М., 1968; Эффективность использования техники в сельском хозяйстве. М., 1970; и др.
445
Таблица 25
МЕХАНИЗАЦИЯ РАБОТ В КОЛХОЗАХ, СОВХОЗАХ, МЕЖХОЗЯЙСТВЕННЫХ СЕЛЬСКОХОЗЯЙСТВЕННЫХ ПРЕДПРИЯТИЯХ СССР в 1965-1980 гг.
(в процентах к общему объему работ данного вида в растениеводстве; в процентах к поголовью скота данного вида - в животноводстве)
Виды работ
1965 г.
1970 г.
1975 г.
1980 г.
Сев овощей
47
62
90
93
Стогование сена
49
69
71
77
Копка картофеля
54
79
92
93
Доение коров
27
56
83
90
Подача воды на фермах КРС
53
68
81
89
Раздача кормов на фермах КРС
3
12
29
45
Очистка помещений от навоза на фермах КРС
9
30
56
75
Комплексная механизация на фермах и комплексах КРС
9
25
42
Составлено по: Сельское хозяйство СССР. Стат, сборник. М., 1981. С. 295, 300.
Говоря о месте рабочей аристократии в сельскохозяйственном производстве, важно соотнести данные таблиц 24-25 с данными о доле механизаторской части класса рабочей аристократии в численности работников в сельском хозяйстве. Она составляла в 1940 г. и в 1950 г. по 4%, в 1960 г. - 8%, в 1970 г. - 12%, в 1980 г. - 17% от числа всех работников сельского хозяйства СССР860.
Как видно из таблиц 24 и 25, в первую очередь рабочая аристократия внедрилась в зерновое производство - прежде всего, в пахоту. Уже в довоенный период пахота под яровые культуры и сев яровых зерновых были более чем наполовину механизированными (пусть нередко и на весьма примитивной технике) операциями. О том, что рабочая аристократия была занята, прежде всего, в полеводстве, свидетельствуют и данные, собранные НИКИ в 1933-1934 гг. Изучая структуру выработанных колхозниками России трудодней, сотрудники НИКИ выяснили, что трактористы в 1933 г. 64% всех выработанных трудодней 860 Подсчитано по: Емельянов А.М. Экономика сельского хозяйства. М„ 1982. С. 180.
446
поработали в полеводстве, 14% - в скотоводстве, 9% - в животновод- < т ве; в 1934 г. - 84% трудодней - в полеводстве, 7% - в скотоводстве, о,1% - в животноводстве861. К концу 1950-х гг. представители класса рабочей аристократии выполняли практически полный объем механи- 1ированных операций в зерновом производстве, а к средине 1970-х гг. - и других отраслях растениеводства. Медленнее происходило внедрение рабочей аристократии в животноводческую отрасль. По данным МСХ РСФСР в колхозах республики в 1955 г. имелось около 7 тыс. доильных установок, из которых полностью работало лишь около 3 тыс. Всего н РСФСР в это время механическая дойка коров применялась только и 1,8% колхозов862. С середины 1960-х гг. начинается процесс массово- 10 внедрения рабочей аристократии в животноводство. По отдельным операциям (доение коров, подача воды на фермах КРС) в 1970-е гг. и этих отраслях превалировали трудовые усилия рабочей аристокра- 1ии. Если в 1965 г. на машинной дойке в колхозах СССР работала каждая десятая доярка, то в 1974 г. - каждая вторая863. В совхозах РСФСР из общего числа доярок не выполняли функции, связанные с раздачей кормов и уборкой помещений, в 1975 г. - 16%, в 1979 г. - 24%, в 1982 г.
28%, в 1985 г. - 32%. В колхозах России численность доярок, опера- юров машинного доения, освобожденных от раздачи кормов и уборки, увеличилась в 1982-1985 гг. на 11%864. Данный процесс продолжал нарастать вплоть до разрушения колхозно-совхозного устройства. Таким образом, мы можем уловить определенные этапы экспозиции сельскохозяйственной рабочей аристократии в колхозно-совхозном производстве: на первом этапе рабочая аристократия завоевала ведущие позиции в зернопроизводстве, на втором этапе - в 1960-1970-е гг. - в других ведущих отраслях растениеводства, на третьем этапе - в 1970- 1980-е гг. - в животноводстве.
Содержание трудовых операций, выполняемых представителями социального класса рабочей аристократии, было прописано в соответствующих инструктивных документах. Так, в «Положении о трактористе МТС» 1933 г. фиксировалось, что тракторист, кроме основной работы по управлению трактором, должен осуществлять технический уход за трактором и прицепными орудиями, проводить ряд работ по устранению неполадок в тракторе (смену тяги рулевого управления, подтяжку подшипников передних колес, подтяжку укрепления баков, регулиров”н’ РГАЭ. Ф. 260. Оп. 1. Д. 406. Л. 5.
ГАРФ. Ф. А-310. Оп. 1. Д. 6743. Л. 156.
Сдобное С.И. Советская деревня на пути социального прогресса. М., 1976. С. 135.
"ы Блинова Т.В. Перемена труда в агропромышленном производстве. М., 1991. С. 59-60.
447
ку вентилятора, прочистку фильтров и др.)866. Бывшая трактористка А.И. Потехина так описывала труд на тракторе в военные годы: «Как о работе? Утром вставай в семь и до семи паши. ... Смену-то отработаешь - еще не безотложно домой уйдешь. Надо еще все произвести, да передать смену. Надо трактор-то заправить, смазать все подшипники. ...Я вот, я до сих пор думаю: как это мы ферадо заклепывали, там все это, болты нарезали. Мы все сами делали. Мы все делали сами. А во время войны, шестерни-то сносятся, в особенности первая прыть, три скорости было и задняя. Нам наварят зубья - вот и стоим и ширкаем тот самый любой зуб. ... Да. Были и фары у нас. Были. Ну, теребилку таскали мы. ... А колхозные уже ходят колхозницы бабы, вяжут снопы за нами»866. Различие труда трактористов и рядовых колхозников подчеркивалось и при обсуждении разных вопросов работы трактористов. Например, в 1956 г. на совещании в МСХ СССР участник обсуждения Островский говорил: «Товарищи сравнивают труд механизаторов с колхозниками. Колхозница кроме работы в колхозе выполняет свои домашние работы, кормит корову, ходит за детьми. Причем она выходит на работу в 9-10, а мы получили приказ организовать двухсменную работу на пропашных культурах, значит, работаем с 4 утра дотемна. Тракторист сидит на машине 10-11 часов в любую погоду. Колхозницу никто не заставит работать в дождь»867.
Комбайнер управлял комбайном на уборке сельскохозяйственных культур, заправлял комбайн топливом, смазывал комбайн и все прицепные устройства, выявлял и устранял неисправности в работе агрегата, производил текущий ремонт и участвовал во всех других видах ремонта обслуживаемого комбайна и прицепных устройств.
Шоферы занимались перевозкой грузов (хлеб, семена, горючее и др.), работой по хозяйственному обслуживанию совхозов и МТС868. Вот как описан труд шофера МТС Степаниды Прядко в газете «Социалистическое земледелие» 1945 г.: «... сделала за день немало. С утра навестила до десятка бригад: кому свезла запасные части, куда доставила участкового механика, старшего агронома ... А вот сейчас по дороге домой наткнулась на сломанную телегу: пришлось выручать четвертую бригаду. Кабы не она, не двигались бы по степи эти огоньки. Поздно ночью возвращается Стеша в МТС ... Бывало, выедешь ночью, - вспоминает она, - на двадцатом километре лопнет камера ... Мороз, ветер, 805 Положение о трактористе МТС. Приложение № 2 к постановлению СТО № 827 от 21 сентября 1933 г. // Известия ЦИК Союза ССР и ВЦИК. 1933.24 сентября. Ст. 361.
806 http://persones.ru/biography-9886.html
807 РГАЗ. Ф. 7486. Оп. 7. Д. 1426. Л. 68.
808 Постановление СНК СССР от 22 июля 1933 г. «Об использовании автотранспорта совхозов и МТС» // СЗ СССР. 1933. № 49. Ст. 289.
448
а тут клей не берет. Мучаешься, мучаешься вместе со своим стажером Наташей, всплакнешь даже со злости. Но как подумаешь, что там, куда едешь, тебя ждут, и работа у них стоит, слезы сами и высохнут»869.
Операторы животноводческих и птицеводческих комплексов осуществляли механизированные работы по уходу за скотом на комплексах и механизированных фермах, производили кормление, поение, чистку помещений, доение при помощи доильной установки и др. Первоначально в работе дояров машинного доения было достаточно много ручных операций. Так, в 1956 г. в колхозе «Путь к коммунизму» Ставропольского края при машинном доении коров доярки работали с одним аппаратом и обслуживали, как и при ручной дойке, 10-12 коров. Дояркам приходилось отключать и переносить от коровы к корове доильный аппарат, а также ведра с водой для подмывания вымени, переливать молоко в ведра, относить их приемщице и т.д. В качестве образцового для того времени назывался колхоз им. Макарова Московской области, где «доение коров перенесено в специально оборудованную площадку. На доильной площадке доярка полностью использует механизмы и, находясь все время на одном месте, доит одновременно четырех коров. Работая с доильным аппаратом, доярка выдаивает за 1 ч. 20 мин. 43 коровы»870.
Как видим, содержание труда представителей социального класса рабочей аристократии было связано с управлением машинами и механизмами, отдельная часть рабочего дня посвящалась уходу за ними и ремонту. Это видно и из многочисленных данных хронометражей рабочих дней, очень популярных в советское время, особенно в 1930-е гг. Так, составленные бригадой сдельщины НИКИ замеры режима работы трактора на Средней Волге в 1933 г. показали, что 12% рабочего времени тракториста составляли подготовительные и заключительные операции, 41% - время работы агрегата, около 1% времени - переезды, 14% - профилактический осмотр, 13% - остановки по техническим причинам871. В тракторной бригаде А.А. Гусева в 1936 г. был установлен следующий распорядок дня: в 5 ч. утра - подъем, с 6 до 7 утра - утренняя заправка тракторов, с 7 утра до 6 вечера - работа, с 6 до 7 ч. вечера - заправка тракторов, с 7 ч. вечера - ужин, производственные совещания, культурные развлечения872. В середине 1960-х гг. на комплексно-механизированных молочных фермах внутрифермерские затраты труда распределялись следующим образом: наблюдение за '"'9 Евсюкова В. Стеша Прядко - шофер МТС // Социалистическое земледелие. 1945. 20 мая.
"™ ГАРФ. Ф. А-310. Оп. 1. Д. 6743. Л. 156-157.
п" РГАЭ. Ф. 260. Оп. 1. Д. 308. Л. 7.
nrj Там же. Д. 698. Л. 90-91.
449
скотом в период кормления - 36% временных затрат, доение коров - 41%, технический уход за механизмами - 4%, уборка навоза и разбрасывание подстилки - 8%, охлаждение молока и подогревание воды, мойка молочной посуды и доильного оборудования, транспортировка молока - 11% временных затрат873. Таким образом, работа с механизмами составляла основную часть трудовых операций работника фермы. Оценивая специфику труда механизаторов, П.А. Игнатовский в 1960-е гг. отмечал «увеличение массы сложного труда в земледелии и животноводстве. Эта тенденция требует от работника больших знаний, сноровки и меньших физических усилий, характерных для простого неквалифицированного труда. В современных условиях внедрения новой технологии механизированного производства ... механизатор является не просто водителем трактора и различных машин, а производителем земледельческой или животноводческой продукции»874. Во второй половине 1970-х гг. отмечалось нарастание доли умственного труда в деятельности рабочих, связанных с машинами и механизмами. Экономист С.И. Сдобное привел пример деятельности оператора свинофермы на комбинате «Новый Свет» Л.И. Черкашиной, которая 11% времени тратила на преимущественно физический труд, 57% ее рабочего времени приходилось на сочетание умственного и физического труда и 32% - на преимущественно умственный труд875.
Одним из наиболее показательных параметров, характеризующих место социального класса рабочей аристократии в производстве, является его доля в общем количестве сельскохозяйственного труда. Попытки найти эквивалент меры тяжести труда были начаты вместе с созданием колхозов в конце 1920-х гг. Предложения были самые разные, вплоть до замеров изменений в составе крови после выполнения различных трудовых операций876. С 1930 г. мерой количества и качества труда стал трудодень, была разработана и сетка расценок трудодня877. На совещании по вопросам организации труда и распределения доходов, созванном Колхозцентром СССР и НИКИ в июне 1931 г., было предложено «в основу исчисления норм выработки положить не 10-часовой рабочий день, а день фактически возможной работы в данный критический период сельскохозяйственного года. Случаи неточности в оплате труда в зависимости от неодинаковой продолжительности рабочего дня и затрат энергии... должны быть устранены путем пра873 Игнатовский П.А. Социально-экономические изменения в советской деревне. М„ 1966. С. 308.
874 Там же. С. 303.
875 Сдобное С.И. Советская деревня на пути социального прогресса... С. 157.
878 Колхозы ЦЧО в социально-гигиеническом отношении по материалам экспедиции облздравотдела ЦЧО 1929 г. / под ред. проф. Т.Я. Ткачева...
877 Сборник законов и распоряжений Правительства СССР. 1930. № 24. Ст. 465.
450
вильного распределения труда между членами колхоза»878. В 1931 г. Всесоюзное совещание колхозников по труду рекомендовало колхозам разбить все сельхозработы на 4 раздела: от легких - с оценкой работ в 0,75 трудодня до высококвалифицированных - с оценкой до 1,5 трудодня. Эта же высшая оценка трудодня была рекомендована колхозам в 1932 г. постановлением Колхозцентра СССР и РСФСР. Однако при обследовании практической жизни колхозов в 1932 г. НИКИ выяснил, что в 75% обследованных колхозов было установлено большее число групп, в некоторых - от 8 до 16 групп879, что говорило о попытке колхозов дифференцировать тяжесть труда и квалификацию работников. В 1933 г. Наркомзем разработал примерные нормы выработки и расценки работ в колхозах, по которым работы в колхозе были разбиты на 7 групп, с оценкой наиболее высококвалифицированных работ в 2 трудодня880. Таким образом, оценка наиболее квалифицированных работ в колхозах практически сразу была повышена на четверть. При обследовании Научно-исследовательским колхозным институтом 1933 г. по материалам 72 МТС и более 4000 колхозов было выявлено, что выработка трудодней на 1 рабочий день составила у тракториста 1,21 трудодня, это было значительно выше, чем у других работников колхоза. Ведущие работники полеводства вырабатывали на 1 рабочий день 1,05 трудодня, конюхи - 1,09, животноводческие работники (доярки) - 0,89, бригадиры -1,2 трудодня881. На основании этого обследования директор НИКИ В. Ревзина и руководитель бригады по нормированию и сдельщине В. Уласевич писали начальнику Политуправления НКЗ СССР Криницкому, что установленные расценки не отвечают полностью задачам стимулирования ведущих групп колхозников, в частности полеводческих работников на сложных машинах. По их мнению, недостатком существующей системы оценок являлось то, что соотношение между группами построено по убывающей кривой (табл. 26).
В. Ревзина и В. Уласевич писали, что в отношении оплаты трактористов отдельные политотделы предлагают повысить оценку их работ до 2,5 трудодня882. Еще одно обследование НИКИ, проведенное в 1933 г. по материалам 31 колхоза Западной области, Северного края, Нижневолжского края, Северного Кавказа, ЦЧО, Башреспублики, Средневолжского края, Горьковской области, Азербайджана и Киевской области за 9 мес. (с 1 января по 1 октября 1933 г.), показало, что в среднем 878 РГАЭ. Ф. 260. Оп. 1. Д. 71. Л. 14.
879 Там же. Д. 163. Л. 9.
880 Болгов А. Трудодень // Сельскохозяйственная энциклопедия. Изд. 3. М., 1956. Т. 5. С. 99.
881 РГАЭ. Ф. 260. Оп. 1. Д. 251. Л. 7.
882 Там же. Л. 15, 18.
451
за один рабочий день трактористам было начислено 1,38 трудодня. Это превосходило и заработок счетоводов (1,31 трудодня), и председателей правлений колхозов (1,36 трудодня)083. Подводя итоги оценке труда трактористов за этот период, бригада НИКИ резюмировала, что «такой высокий размер начисленных трудодней за проработанный рабочий день ... говорит, что положение с оплатой труда трактористов при установленном СТО от 21/IX 1933 г. обязательном минимуме выдач на трудодень ... следует признать сейчас вполне удовлетворительным»883 884. Однако в этом же документе НИКИ указано: «надо соответствующими оценками труда стимулировать переход колхозников [речь идет о трактористах и прицепщиках. - Прим, авт.] на работу за пределами своего колхоза. Это потребует безусловного повышения оценок труда по сравнению с оценками, установленными постановлением от 28 февраля 1933 г. машинистам на тех же машинах»885.
Таблица 26
НОРМЫ ОЦЕНКИ ВЫРАБОТКИ В КОЛХОЗАХ
НА ОСНОВАНИИ 7-ГРУППОВОЙ РАЗБИВКИ НКЗ СССР в 1933 г. (в трудоднях)
Норма- тивные критерии
Группы работ
I
II
III
IV
V
VI
VII
Оценка группы работ в трудоднях
0,5
0,75
1,00
1,25
1,50
1,75
2,00
Нарастание абсолютное в оценке работ
-
0,25
0,25
0,25
0,25
0,25
0,25
Нарастание оценки работ каждой группы по отношению к предыдущей группе в %
-
0,50
33
25
20
16,6
14,2
Следует указать, что Наркомзем в 7-разрядной сетке (постановление от 28 февраля 1933 г.) рекомендовал колхозам отнести тракторные 883 РГАСПИ. Ф. 112. Оп. 25. Д. 5. Л. 120,112.
884 Там же. Л. 112.
885 Там же. Л. 99.
452
работы к 7-й группе с оценкой в 2 трудодня886. Постановление СТО от 21 сентября 1933 г. устанавливало оценку труда трактористов «по пахоте ... начиная с зяблевой вспашки ... первого гектара, вспаханного н смену на СТЗ на мягких землях, примерно, в 0,5 трудодня, второго - н 0,7 трудодня, третьего - в 1,2 трудодня и четвертого - в 1,7 трудодня... За выполнение сменной нормы выработки по остальным видам работ (посев, бороньба и т.п.) трактористам МТС начисляются 3 трудодня»887. В 1934 г. поданным за январь-май средняя выработка трактористов на 1 день труда (согласно обследованию НИКИ) составила 2,1 трудодня (для сравнения: выработка колхозных полеводов на 1 день труда составила за этот же период времени 0,9 трудодня, конюхов - 1,2 трудодня, доярок - 1 трудодень, бригадиров - 1,3 трудодня)888. В 1939 г. нормы оценки труда трактористов вновь были повышены: за сменную норму выработки на пахоте и других видах полевых тракторных работ на колесных тракторах - до 4 трудодней, на гусеничных тракторах - до 5 трудодней889. Лучшие трактористы в наиболее «горячий» сезон вырабатывали до 7 трудодней за 1 рабочий день, сведения об этом сохранились в народном творчестве:
Землю пашем на «отлично»
Птице радостно над ней! Заработал в один месяц Двести десять трудодней!890
Таким образом, оценка труда тракториста с 1933 по 1934 г. серьезно возросла. Т.И. Заславская, фундаментально изучившая механизмы распределения валового дохода в колхозах, отмечала, что зависимость общественно необходимых пропорций редукции труда связана с балансами квалифицированной рабочей силы. Острый недостаток квалифицированной рабочей силы в 1930-е гг. делал общественно необходимой резкую дифференциацию оплаты труда в зависимости от ого сложности. Труд же механизаторов предполагал большую квалификацию работников, физическую силу, крепкое здоровье и т.д.891
Болгов А. Трудодень // Сельскохозяйственный словарь-справочник. М.; Л., 1934. Постановление СТО СССР от 21 сентября 1933 г. «Об организации и использовании тракторного парка» // СЗ СССР. 1933. № 60. Ст. 361.
РГАЭ. Ф. 260. Оп. 1. Д. 406. Л. 1.
О нормах выработки и оплате труда трактористов в машинно-тракторных станциях. Постановление СНК СССР и ЦК ВКП(б) // Важнейшие решения по сельскому хозяйству за 1938-1940 годы. М., 1940. С. 170.
Суханин А. Стахановские бригады // Трактористы-двухтысячники. Опыт работы иучших стахановских тракторных бригад Московской области. М., 1937. С. 69.
Заславская Т.И. Распределение по труду в колхозах. М., 1965. С. 177,207.
453
В 1948 г. оценка труда механизаторской части рабочей аристократии вновь была повышена. По этому поводу еще в 1947 г. начальник оргколхозного отдела МСХ СССР Иваницкий писал председателю Совета по делам колхозов при правительстве СССР А.А. Андрееву: «Решениями правительства и Наркомзема СССР оценка ряда работ ... была значительно изменена, причем ... самые важные работы оценены выше 2 трудодней. Например, к 7 группе в 1933 г. были отнесены механизаторские кадры, председатель крупного колхоза и сеяльщик на сверхраннем севе. В дальнейшем оплата механизаторских кадров была значительно повышена ... Из 11 работ, перечисленных в Постановлении НКЗ по 7 группе, в этой группе осталась лишь работа машиниста на сноповязалке»892. В 1948 г., согласно новым примерным нормам выработки, работы в полеводстве колхозов были разбиты на 9 групп с оценкой работ в высшей группе, к которой относилось большинство тракторных работ, в 2,5 трудодня893.
Показательны для оценки удельного веса труда рабочей аристократии сведения о доле их в количестве труда, затраченного в разных отраслях колхозного хозяйства. Так, в 1953 г. работники тракторных бригад (вместе с помкомбайнерами и прицепщиками) выработали в колхозах РСФСР 30% трудодней в растениеводстве894, при этом доля работавших в тракторных бригадах составляла не более 9% всего числа колхозников, занятых в растениеводстве. В 1954 г. в растениеводстве колхозов России работники тракторных бригад выработали 27% трудодней, причем в некоторых регионах доля их труда была значительно выше: в Калининградской области - 29%, в Балашовской области - 38%, в Пензенской области - 30%, в Астраханской области - 42% всех трудодней, выработанных в растениеводстве колхозов895 *.
Первые же исследования труда при механизированной дойке коров в 1956 г. показали, что по сравнению с ручным трудом производительность труда увеличилась в 4,5 раза, а годовая оплата доярок (при норме 3000 л на корову) составила 795 трудодней898.
Такой высокий удельный вес затрат труда рабочей аристократии в общих затратах на производство растениеводческой и животноводческой продукции был связан с высокой производительностью их труда, основанной на оснащенности их фондами. Советские экономисты в 1960-1970-е гг. вплотную подошли к изучению редукции (умножения) 892 РГАЭ. Ф. 7486. Оп. 7. Д. 540. Л. 35.
893 Болгов А. Трудодень...
894 Рассчитано по: РГАЭ. Ф. 7486. Оп. 7. Д. 1246. Л. 24, 34.
895 РГАЭ. Ф. 7486. Оп. 7. Д. 1313. Л. 15.
898 ГАРФ. Ф. А-310. Оп. 1. Д. 6743. Л. 158.
454
I руда. При всей разности высказанных тогда мнений897 исследователи <>гметили, что созданная стоимость формируется не только живым, но и прошлым трудом, при этом по мере ускорения технического прогресса доля прошлого труда возрастает. Следовательно, при повышении доли прошлого труда в создании себестоимости продукции (а она с середины 1960-х гг. в себестоимости сельхозпродукции составляла более 50%898) возрастала и роль профессиональных групп, переносящих и процессе производства ресурсы капитала (прошлого труда) в создание новых стоимостей. При этом труд рабочей аристократии - редуцированный (умноженный, сложный по сравнению с трудом простым) и квалифицированный - создавал большие стоимости за единицу рабочего времени, что являлось основой ее более высокого положения в рабочей массе деревни.
По сведениям, приведенным Т.И. Заславской, в 1964 г. стоимость основных средств производства, приходящихся в среднем по СССР на одного механизатора, была почти в 10 раз выше, чем на работника полеводства, а количество обрабатываемой механизатором земли в 11 раз превышало площадь, приходившуюся на рядового работника полеводства899. С.И. Сдобное во второй половине 1970-х гг. приводил пример деятельности подмосковного совхоза «Савельево», где одна птичница на механизированной ферме обеспечивала уход за 27 тыс. кур, при этом производительность труда увеличилась в 7 раз. Он же описал работу автоматизированного свиноводческого комплекса в поселке Новая Лада Тамбовской области, где 13-тысячное поголовье свиней обслуживали 4 оператора900.
Производственная деятельность представителей класса рабочей аристократии имела свои яркие особенности, на которые обращал внимание деревенский социум. В основном эти наблюдения касались механизаторской части класса, так как их трудовая деятельность протекала по большей части на открытом пространстве, в поле, в отличие от механизированного труда в животноводстве, который был связан с работой на животноводческой ферме, в помещении. Кроме того, место в трудовых операциях трактористов, комбайнеров и шоферов определилась уже в 1930-е гг., что совпадало с активным бытованием частушечного творчества в деревне и обусловило создание множества частушек с описанием деталей труда представителей рабочей аристократии. * * * *
'См. их обзор: Карнаухова Е.С. Дифференциальная рента и экономическая оценка земли. М., 1977. С. 57-125.
”,,в См. расчеты: Раздел первый данной монографии, глава II, § 2, с. 97-99.
Заславская Т.И. Распределение по труду в колхозах. С. 208.
Сдобное С.И. Советская деревня на пути социального прогресса... С. 72.
455
Рисуя производственный процесс работы на тракторах, например, многие авторы частушек обращали внимание на единоличность работы тракториста:
В поле сорок, в поле сорок, В поле сорок десятин. Милый пашет и боронит, Он на тракторе один901.
Установка на подобную «оторванность» в работе от колхозников сформировалась еще в начале 1930-х гг. Так, в справке (НИКИ, 1933 г.) о сочетании работы тракторного отряда МТС с работой постоянной колхозной бригады говорилось о «неприемлемости» организации тракторно-конной бригады. Поясняя эту мысль, сотрудники НИКИ писали: «Тракторно-конная бригада неприемлема как форма сочетания постоянной колхозной бригады и тракторного отряда, потому что: 1) она ведет к слиянию МТС как государственного социалистического предприятия в лице тракторного отряда с колхозом как предприятия коллективного, социалистического, 2) тракторно-конная бригада также ведет и к ликвидации постоянной колхозной бригады как основного на сегодня звена в деле организационно-хозяйственного укрепления колхоза»902. Таким образом, государственная политика четко «разводила» представителей разных укладов (государственного и колхозного), не допуская возможности их совместной работы, что создавало впечатление трудовой изолированности механизаторской части рабочей аристократии. Эти представления исчезли лишь после реформы МТС 1958 г., когда рабочая аристократия инкорпорировалась в колхозный уклад. Внешним отражением этого процесса являлось создание комплексных бригад, где был объединен труд машинный и труд участников «конно-ручных работ».
Работа на машине (тракторе, комбайне, грузовой автомашине и др.) казалась привычным к тяжелому ручному крестьянскому труду колхозникам «легкой», что также отразилось в народном творчестве:
Трактор идет, Красные колёсы, Трактористы сидят Курят папиросы!903
901 Частушки. С. 172.
902 РГАЭ. Ф. 260. Оп. 1. Д. 192. Л. 16.
903 Русская частушка. СПб., 2007. С. 135.
456
Полюбила тракториста, Не хочу отказывать. Ему легкая работа - Машинушки смазывать904.
В этих частушках ярко отражались особенности круга трудовых операций механизаторской части рабочей аристократии. Их трудовая жизнь «строилась» вокруг машин. Лучшие трактористы знали трактор «по всем его косточкам и суставчикам». Большое место в их работе было связано с уходом за машиной - в круге их интересов и обсуждений были система подачи воды для охлаждения двигателя, смена масла, периодичность перетяжки подшипников, способы уберечь магнето от попадания пыли, особенности регулирования карбюратора, обкатки тракторов и др. Сотрудник НИКИ Лапаев в 1932 г., критикуя работу МТС Центральной Черноземной области, в качестве совершенно недопустимых вещей отмечал, что: «технические правила ухода за трактором не выполняются ... Масла в воздухоочистителе либо нет, либо трубки, по которым идет очищенный воздух, находятся в таком состоянии, что туда свободно проходит загрязненный воздух ... Частые неисправности с подшипниками объясняются несоблюдением правил ухода за системой смазки. Масляные фильтры не всегда промываются в срок»905. В книге, широко обобщающей опыт работы передовых трактористов первой половины 1930-х гг., говорилось: «Все трактористы должны знать ... как по водопитательным трубкам товарищ Беллер проверяет, не перегревается ли мотор; каким приемом повышает товарищ Беллер срок службы коренных подшипников; как узнает товарищ Артемов о подработке поршневых колец; как предохраняет товарищ Артемов керосин он испарения; как товарищи Бортаковский и Суханин предупреждают расплавку поплавков водяной камеры; почему товарищ Зиновьев требует затяжки гаек шатунных болтов “до отказа”» и г.д.906 Трактористы должны были знать особенности землепользования и агротехники, участвовать в определении глубины пахоты, знать особенности посева разных культур, разбираться в типах почв и т.д. Го есть место в производственном процессе представителей рабочей аристократии связывалось с машинами и механизмами, работой на них и уходом за ними, что, конечно, совершенно расходилось с представлением о крестьянском сельскохозяйственном труде - ручном и рутинном. Необходимость для представителя класса рабочей аристократии Частушки. С. 172.
РГАЭ. Ф. 260. Оп. 1. Д. 210. Л. 4.
Трактористы-двухтысячники. Опыт работы лучших стахановских тракторных бригад Московской области. М., 1937. С. 13.
457
хорошо знать машину являлась даже одним из критериев оценки их личностных качеств. Вот как, например, об этом пелось в частушке:
Наша улица большая, Километра полтора. Не любите, девки, Петьку, Он ломает трактора907.
Еще одной особенностью места в производстве класса рабочей аристократии являлся специфический ритм их работы. Естественно, самыми напряженными периодами у механизаторской части класса (трактористов, комбайнеров) являлись апрель - октябрь, на которые приходился пик работ в полеводстве. Работа других профессиональных групп класса рабочей аристократии распределялась в течение года более равномерно. Так, в 1965 г. в РСФСР в колхозах доярки отрабатывали в году в среднем по 335 человеко-дней, шоферы - 261 человеко-день, трактористы-машинисты - 215 человеко-дней (в среднем по колхозам один работавший отрабатывал в течение года 236 человеко-дней)908. В определенном смысле классообразование рабочей аристократии в сельском хозяйстве прерывалось периодами работы части представителей класса (трактористов) на рядовых работах в колхозах, по крайней мере до 1953 г. Однако после перевода трактористов в штатные работники МТС эта проблема перестала существовать, так как в зимний период они могли быть заняты только на ремонтных работах, что усиливало кристаллизацию класса рабочей аристократии.
* * ♦
Идеологема первых двух-трех лет существования колхозного строя предполагала, что особой экономической дифференциации в артелях быть не должно. Каждое предположение о возможности экономического выделения любых категорий получало достаточно жесткий отпор. Например, в 1933 г. сотрудники НИКИ Г. Горбатенко и В. Доброхотова жестко критиковали авторов вышедшей в 1931 г. работы «Основные проблемы распределения доходов в колхозах» за то, что те «ставили вопрос о том, что перспектива развития колхозов заключается в замене одного неравенства, оставшегося от классовой дифференциации до- колхозной деревни, другим неравенством - на основе трудового дохода в коллективном хозяйстве». По мнению Горбатенко и Доброхотовой, авторы сборника «сползали на позицию признания новой дифферен907 Частушки. С. 172.
908 Безнин М.А. Крестьянский двор в Российском Нечерноземье 1950-1965 гг. С. 78.
458
циации в колхозах, активно смыкаясь с троцкистским утверждением о классовой дифференциации колхозов»909.
Однако взгляд на необходимость «уравнительности» в оплате труда колхозников, особенно трактористов, быстро был подвергнут серьезной критике. Так, сектор НИКИ в обзоре «Система оплаты труда трактористов, прицепщиков и других работников бригады», подготовленном и 1933 г., писал: «Вопросы оплаты труда трактористов ... до последнего времени принадлежали к числу наиболее слабо разработанных Безалаберщина в этом деле, уравниловка в оплате является одной из причин большой текучести трактористов». Приводя пример этому утверждению, работники НИКИ провели сравнение работы двух МТС Московской области. Они выяснили, что в Лихославльской МТС в 1932 г. пучший тракторист бригады № 1 выработал на 1 сентября 80 трудодней, тогда как средняя выработка колхозника обслуживаемого МТС колхоза составила 97 трудодней, что, по их мнению, послужило причиной высокой «текучести» кадров трактористов - 63% по данной МТС. В Бежицкой же МТС трактористы выработали на то же время 181-225 трудодней, а средняя выработка колхозника составила 150 трудодней, и, как следствие, «текучесть» трактористов в этой МТС была гораздо ниже - 19%910. В 1932 г., по данным обследования сотрудника НИКИ Лапаева, в колхозе «Красное Замоскворечье» Ворошиловской МТС с мая по август трактористы выработали в среднем 45 трудодней (это было связано с большими простоями машин из-за поломок), тогда как колхозники на полевых работах - 153 трудодня, конюх - 254, бригадир - 171, член правления - 168; в колхозе им. Буденного Ворошиловской МТС с января по 1 августа трактористы выработали в среднем 51 трудодень, тогда как колхозники, занятые на полевых работах, - 74-145 трудодней, конюх - 183, бригадир - 177, кузнец - 289. По данным Лапаева, например в Токаревской МТС, трактористы получили за 5 месяцев работы по 30-45 руб., причем эти выдачи производились независимо от количества выработанных трудодней911. Лапаев в докладе НИКИ указал: «Выполняя наиболее ответственную, сложную и трудную работу, трактористы находятся в худших материально-бытовых условиях, нежели другие колхозники»912. В 1933 г. при обследовании Научно-исследовательским колхозным институтом 72 МТС и более 4000 колхозов была выявлена схожая картина: за 122 календарных дня (с 1 марта по 1 июля) средняя выработка трудодней составила: «на ведущих работах (плугаторы, сеяльщики) - РГАЭ. Ф. 260. Оп. 1. Д. 261. Л. 33.
Там же. Д. 192. Л. 10.
Там же. Д. 210. Л. 11.
"•’ Там же. Л. 9.
459
83 трудодня ... трактористы выработали 68,5 трудодней, конюха - 115, животноводческие работники (доярки) 94,2 трудодня...»913. Сотрудники НИКИ по поводу результатов этого обследования писали начальнику Политуправления Наркомзема СССР Криницкому: «Особенно тревожную картину показали данные о выработке трудодней трактористами: до 60 трудодней - 44,9% всего числа трактористов, от 61 до 80 - 21,4%, от 81 до 100 - 17,8%, от 101 до 120 - 9,8%, более 120 - 6,1 %»914.
По мнению сотрудников НИКИ, в начале 1930-х гг. «низкий заработок работников тракторной бригады объясняется, с одной стороны, систематическим невыполнением установленных норм выработки, недопустимо низким использованием тракторов, но, с другой стороны, он в известной степени предопределен неправильным построением самой системы оплаты труда трактористов». Научно-исследовательский колхозный институт предлагал «поставить наиболее квалифицированную часть колхозников-трактористов, этих «металлистов сельского хозяйства», не в худшие (как это имело до сих пор место в ряде МТС) и не в равные, а в лучшие условия, чем рядовых колхозников»915.
После недолгих колебаний власть, чутко улавливавшая потребности нового и очень нужного ей в условиях модернизации формирующегося деревенского класса рабочей аристократии, в 1932 г. начала апробировать систему расчетов с трактористами МТС, согласно которой колхоз и МТС гарантировали им получение определенного минимума денежных и натуральных доходов. Сотрудник НИКИ Лапаев, обследовавший в 1932 г. работу тракторного парка ЦЧО, отмечал, что эта система была совершенно неотлаженной: «МТС забывает производить начисление к выработке тракториста определенные проценты за участие в полевом ремонте, на изношенность тракторов и за ночные работы ... Нормирование тракторных работ самими МТС и во всей системе Трактороцентра находится в загоне. Плохое материальное положение трактористов усугубляется и тем, что колхозы задерживают им выдачу натуральных авансов. Если все колхозники Токаревского района получили аванс на выработанные трудодни по мере фактического обмолота в августе, то трактористам начали выдавать авансы на 1-2 мес. позднее ... Часто колхозы отказываются выдавать трактористам авансы, потому что они большую часть времени обслуживали другие колхозы». Лапаев предлагал, в силу того что трактористы «участвуют ... в распределении урожая и доходов в том колхозе, членами которого они состоят ... необходимо пойти на то, чтобы МТС при производственных участках имела определенный фонд для снабжения 913 Там же. Д. 251. Л. 1.
9,4 Там же. Л. 2.
915 Там же. Д. 192. Л. 11.
460
хлебом трактористов, обслуживающих колхозы, членами которых они не состоят ... Создание таких фондов МТС может организовать по типу денежного, собираемого с колхоза для авансирования трактористов в размере гарантируемого его минимума»916.
Система гарантированных расчетов с трактористами очень скоро была усовершенствована, что было закреплено и конкретизировано в постановлении Совета Труда и Обороны от 21 сентября 1933 г. «Об ор- 1анизации использования тракторного парка»917. Согласно этому постановлению трактористы должны были получать по расчету от колхоза не менее 2 руб. 50 коп. деньгами и 3 кг хлеба на трудодень.
В 1933 г. Политотделы МТС предоставили сведения об оплате труда трактористов в ряде МТС, которые выглядели следующим образом (табл. 27).
Таблица 27
ОПЛАТА ТРУДА ТРАКТОРИСТОВ МТС СССР в 1933 г.
Название МТС, регион
Оплата трактористов
хлебом (ц)
деньгами (руб.)
Семибалковская МТС, Сев. Кавказ
10-20
500-1500
Казанская МТС, Сев. Кавказ
7
650
Тимирязевская МТС, Н. Волга
10-12
Урюпинская МТС, Н. Волга
8-10
До 600
Мартыновская МТС, Урал
5
600-700
Солецкая МТС, Ленинградская обл.
5-8
Составлено по: Материалы о работе политотделов МТС за 1933 г. С. 22.
Как видно из сведений, представленных в таблице 27, в 1933 г. оплата труда трактористов в основном была натуральной, деньгами она оплачивалась далеко не везде. Выше оплата труда была в традиционно хлебопроизводящих регионах - в Поволжье и на Северном Кавказе. Однако материалы обследований НИКИ за 1932-1933 гг. позволили институту сделать заключение о невысокой оплате труда Там же. Д. 210. Л. 11.
Постановление СТО СССР от 21 сентября 1933 г. № 827 «Об организации использования тракторного парка» // СЗ СССР. 1933. № 60. Ст. 361.
461
трактористов: «Низкий заработок работников тракторной бригады объясняется, с одной стороны, систематическим невыполнением установленных норм выработки, недопустимо низким использованием тракторов ... Со стороны МТС этот вопрос до сих пор явно недооценивался - установленные размеры гарантийного минимума и в определенные решением НКЗ сроки - как правило, выплачивались с большим запозданием, авансирование трактористов задерживалось и тем самым смазывалось все их значение»918.
С 1934 г. все расчеты с трактористами по указанному минимуму обязана была производить МТС, получив средства для уплаты от колхозов. Таким образом, начиная с 1933 г. основа формирующегося класса рабочей аристократии - трактористы - была выделена из общей массы колхозников как обособленная и совершенно отличная по принципам оплаты группа. При этом связь тракториста «со своим колхозом» в оплате труда практически утрачивалась, он все больше втягивался в сферу производственной деятельности МТС. Государство первоначально выступало посредником в расчетах между колхозами и трактористами, устанавливало гарантированный минимум оплаты трудодня механизаторов, выдавало им премии и надбавки к заработку. С 1 января 1939 г. оплата денежной части гарантийного минимума (2 руб. 50 коп. за трудодень) трактористам была принята на счет государства с оставлением на обязанности колхоза выплаты этим работникам разницы между гарантийной денежной оплатой и фактической стоимостью денежной части трудодня919. Таким образом, оплата труда в монетизированной ее части стала отчужденной от конкретного колхоза или МТС. Однако натуральная оплата труда трактористам (не менее 3 кг хлеба на трудодень) продолжала оплачиваться через МТС, куда должны были передавать этот ресурс колхозы. Кроме того, трактористы получали на трудодни и другие продукты, выдаваемые колхозникам. В постановлении 1939 г. специально оговаривалось, что «все продукты на заработанные трудодни колхозы обязаны доставлять трактористам ... на дом своими перевозочными средствами и за свой счет»920.
Магистральной линией в оплате труда рабочей аристократии в 1930-е гг. являлась ее монетизация. В апреле 1935 г. было принято постановление СНК СССР и ЦК ВКП(б) «О работе комбайнов и об оплате комбайнеров в совхозах и МТС», на основании которого ком918 РГАЭ. Ф. 260. Оп. 1.Д. 192. Л. 11.
919 О порядке начисления натуроплаты за работы МТС по зерновым культурам. Постановление СНК СССР и ЦК ВКП(б) // Важнейшие решения по сельскому хозяйству за 1938-1940 годы. С. 169.
920 О нормах выработки и оплате труда трактористов в машинно-тракторных станциях. Постановление СНК СССР и ЦК ВКП(б) // Важнейшие решения по сельскому хозяйству за 1938-1940 годы. С. 172.
462
байнеры, ранее являвшиеся колхозниками, были зачислены в штаты государственных предприятий - МТС, и им, как и совхозным комбайнерам, устанавливалась гарантированная зарплата, в зависимости от выработки, от 200 до 400 руб. в месяц921. В период уборки и обмолота комбайнеры получали зарплату за убранное количество гектаров. За превышение норм выработки комбайнерам постановлениями 1935 и 1938 гг. предусматривалась премия деньгами и натурой (зерном)922. Современники в 1939 г. отмечали, что «система оплаты труда тракториста двойственная, а комбайнер полностью на государственной оплате, здесь никакой двойственности нет»923.
Что касается совхозной рабочей аристократии, то трактористы, комбайнеры, шоферы совхозов получали гарантированную оплату груда. Складывание принципов оплаты труда совхозной части рабочей аристократии подробно исследовано И.Е. Зелениным924. Основополагающую роль в этом процессе сыграли постановление СНК СССР 1932 г. «О заработной плате трактористов, комбайнеров и ремонтных рабочих в советских хозяйствах»925, в котором предусматривалось повышение ставок заработной платы механизаторам на 25-45%, а также постановление СТО СССР 1934 г. «О заработной плате трактористов, комбайнеров и ремонтных рабочих в зерновых совхозах Наркомата совхозов»926, которым запрещалась повременная оплата труда и вводилась прямая и неограниченная сдельщина. В 1935 г. постановлениями «О работе комбайнов и об оплате комбайнеров в совхозах и МТС» и «Об оплате трактористов в совхозах»927 оговаривалась система премиальных выплат совхозным трактористам и комбайнером. Исходя из этих постановлений, можно заключить, что основная зарплата их была монетизированной, а премии могли выплачиваться натурой и деньгами в зависимости от перевыполнения нормы выработки. Монетизация зарплаты рабочих совхозов была завершена в 1935 г., когда было О работе комбайнов и об оплате комбайнеров в совхозах и МТС. Извлечение из постановления СНК СССР и ЦК ВКП(б) от 19 апреля 1935 г. // Важнейшие решения по сельскому хозяйству за 1938-1940 годы. С. 202.
О работе комбайнов и об оплате комбайнеров в совхозах и МТС. Постановление СНК СССР и ЦК ВКП(б) // Важнейшие решения по сельскому хозяйству за 1938- 1940 годы; Приказ НКЗ СССР «О дополнении к существующему порядку оплаты труда комбайнерам на уборке зерновых культур» // Социалистическое земледелие. 1938. 24 июня.
РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 123. Д. 11. Л. 22, 26.
1/4 Зеленин И.Е. Совхозы СССР в годы довоенных пятилеток. 1928-1941. М., 1982. С. 121-132.
'•’5 Важнейшие решения по сельскому хозяйству. М., 1935. С. 516-517.
™ СЗ СССР. 1934. № 4. Ст. 102.
т’ СЗ СССР. 1935. № 21. Ст. 164; № 34. Ст. 293.
463
принято решение о запрещении выдачи ведущим категориям работников совхозов части заработной платы натурой (хлебом)928.
По данным И.Е. Зеленина (табл. 28), заработная плата представителей класса рабочей аристократии серьезно опережала зарплату других групп рабочих.
Таблица 28
ДИНАМИКА СРЕДНЕМЕСЯЧНОЙ ЗАРАБОТНОЙ ПЛАТЫ РАБОЧИХ ВЕДУЩИХ ПРОФЕССИЙ СОВХОЗОВ НАРКОМАТА СОВХОЗОВ СССР в 1937-1940 гг. (в руб.)
Годы
Заработная плата
Трактористы
Комбайнеры
Шоферы
Скотники
Дояр- ки
Телятницы
Свинарки
1937
233
298
275
101
106
110
126
1938
280
366
303
158
165
178
154
1939
295
385
331
181
171
201
168
1940
287
361
326
188
159
196
186
Составлено по: Зеленин И.Е. Совхозы СССР в годы довоенных пятилеток. 1928- 1941. С. 131.
Как видно из таблицы 28, механизаторская часть класса рабочей аристократии в совхозах по зарплате в 2-3 раза опережала работников животноводства, основная же часть рабочих, занятых ручным трудом в растениеводстве, оплачивалась еще в более низких размерах. Группы внутри класса рабочей аристократии в совхозах также различались по уровню оплаты труда: самая высокая зарплата была у комбайнеров, на втором месте по оплате труда шли шоферы, на третьем - трактористы.
В отношении механизаторов государство применяло разные способы экономического стимулирования, прежде всего, через материальное поощрение. К таким относилась, например, прогрессивно- сдельная оплата труда (прогрессивная сдельщина), введенная в 1933 г. на тракторной пахоте и на комбайновой уборке; и прямая сдельщина, которая применялась на всех остальных работах, выполняемых в растениеводстве на машинах и механизмах - посеве, бороновании, уборке сноповязалками и др.929 В 1939 г. прогрессивная система оплаты тру929 Об отмене надбавок за выслугу лет квалифицированным рабочим совхозов и выдачи ведущим категориям работников совхозов части заработной платы натурой. Постановление СНК СССР от 7 августа 1935 г. /I Собрание законов и распоряжений Рабоче-Крестьянского Правительства СССР, издаваемое Управлением делами СНК СССР. 1935. № 44. Ст. 375.
929 Об организации и использовании тракторного парка. Постановление СТО от 21 сентября 1933 г. // СЗ СССР. 1933. № 60. Ст. 361; История крестьянства СССР. История советского крестьянства. Т. 2. С. 345.
464
да на пахоте и других тракторных работах была отменена, но введена но всем видам тракторных работ за перевыполнение сменной нормы, кроме того, трактористам вводились премии за экономию горючего и за сбор отработанного масла930.23 июня 1938 г. Наркомат совхозов СССР издал приказ «О дополнении к существующему порядку оплаты труда комбайнерам на уборке зерновых культур». В целях усиления заин- п>ресованности комбайнеров в уборке площадей с высоким урожаем юрна вводились дополнительные премии-надбавки к заработной пла- I» комбайнеров, в зависимости от количества намолоченного ими за день зерна. В то же время основной принцип учета работы комбайнеров - по количеству убранных гектаров - не изменился.
В период Великой Отечественной войны сохранение денатурали- юванной оплаты труда части класса рабочей аристократии ставилось под вопрос. Так, в 1942 г. секретарь Молотовского областного комитета ВКП(б) Гусаров обратился к секретарю ЦК ВКП(б) А.А. Андрееву с вопросом о порядке оплаты труда комбайнеров. Он писал: «В настоящее время натуральная оплата сельскохозяйственными продуктами приобрела исключительное значение, тогда как оплата комбайнеров деньгами не создает у них необходимой заинтересованности в работе. Комбайнеры считают, что они оплачиваются хуже своих помощников, так как на получаемую в деньгах зарплату не всегда могут купить в деревне продукты питания и фураж, распределяемые по трудодням. Установленный порядок предусматривает выдачу комбайнерам премии зерном лишь при условии уборки комбайнером 180 га в течение 25 рабочих дней. В этом случае комбайнерам выдается премия - Ю пудов зерна, а при уборке 200 га и больше га - 25 пудов зерна»931.
Проведенное исследование показало, что оплата труда механизаторов выглядела следующим образом (табл. 29).
Таблица 29
ОПЛАТА ТРУДА КОМБАЙНЕРА, ПОМОЩНИКА КОМБАЙНЕРА, ТРАКТОРИСТА в 1941 г. (исходя из средней выработки на комбайн)*
Категории работников
За день работы
За сезон
деньгами
(руб.)
зерном (кг)
деньгами
(руб.)
зерном (кг)
При уборке 15-футовым комбайном
Комбайнер
15
-
442,5 ‘
I
О нормах выработки и оплате труда трактористов в машинно-тракторных станциях. Постановление СНК СССР и ЦК ВКП(б) // Важнейшие решения по сельскому хозяйству за 1938-1940 годы. С. 170-174.
■" РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 123. Д. 121. Л. 42.
465
Окончание таблицы 29
Категории работников
За день работы
За сезон
деньгами
(руб.)
зерном (кг)
деньгами
(руб.)
зерном (кг)
Помощник комбайнера
6,7
8,1
198
240
Тракторист
7,5
9
221
265
При уборке 20-футовым комбайном
Комбайнер
27,5
-
835
160
Помощник комбайнера
12,3
14,8
375
451
Тракторист
13,75
16,5
420
500
Составлено по; РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 123. Д. 322. Л. 14.
* В справке не указана территория, о которой идет речь. Скорее всего, эти данные приведены для СССР.
Таким образом, в 1941 г. денежная оплата труда комбайнера примерно в 2 раза превышала денежную оплату работы тракториста, натуральная же оплата (премиальная) начислялась комбайнеру не всегда (судя по таблице, только при уборке 20-футовым комбайном) и была примерно в 4 раза ниже, чем у тракториста.
Секретарь Молотовского областного комитета ВКП(б) Гусаров писал, что при таком положении большинство колхозников старалось уклониться от работы на комбайне и остаться работать на тракторе, так как трактористы имели, кроме денежной, натуральную оплату932. Проведенное правительством и ЦК ВКП(б) изучение вопроса показало, что в районах нечерноземной полосы фактическая сезонная выработка на комбайне «Коммунар» была ниже 180 га, поэтому комбайнеры были лишены возможности получать хлеб. Наркомзем обратился с просьбой «установить для комбайнеров МТС взамен денежных премий-надбавок за намолот комбайном зерна оплату натурой зерном за счет колхозов». Сельхозотдел ЦК ВКП(б) обратил внимание А.А. Андреева на то, что комбайнер получал за уборку 8 га в день 20 руб., помощник комбайнера - 9 руб. и около 11 кг зерна, тракторист - 10 руб. и 12 кг зерна, и высказался за то, чтобы дневной натуральный заработок комбайнера был бы, как и денежный, в два раза выше заработка тракториста933. По расчетам НКЗ СССР «при средней выработке комбайнера на комбайне «Коммунар» 300 га за уборочный сезон комбайнеру будет выплачено колхозом 25-30 кг в день, или за сезон 40-50 пудов зерна, 932 Там же. Л. 42-43.
933Там же. Л. 50
466
примерно 0,25% от всего намолоченного зерна комбайном»934. Летом 1942 г. в оплату труда комбайнеров были внесены изменения935.
В 1950 г. была сделана попытка перевести основную часть рабочей аристократии - трактористов - на денежную оплату труда. В архивах сохранился проект постановления СМ СССР и ЦК ВКП(б), предусма- |ривавшего отмену с 1950 г. оплаты трудодней трактористов по натуральному гарантийному минимуму и установление только гарантийной оплаты трудодня в размере выплат 5 руб. на трудодень вместо действующих 2,5 руб. и гарантийного минимума в натуре в размере 3 кг зерна на трудодень936. Министр сельского хозяйства СССР И.А. Бенедиктов и зам. министра П.С. Кучумов в письме секретарю ЦК КПСС Г.М. Маленкову выступили резко против этого предложения. Они пояснили, что «установление денежного гарантийного минимума в размере 5 руб. на трудодень при отмене натурального гарантийного минимума зерном приведет к резкому снижению заработка работников факторных бригад. По данным годового отчета МТС за 1949 г. средний заработок одного тракториста на сельхозработах составляет 491 трудодень. Если принять оплату одного трудодня в размере 5 руб., ю годовой заработок тракториста на сельхозработах выразится в 2455 руб., а с учетом работы на ремонте тракторов годовой зарабо- юк тракториста составит от 2700 руб. до 3000 руб., или 225-250 руб. в месяц. При существующей в настоящее время оплате и указанной выше выработке тракторист получит в течение года деньгами 1800 руб. и получит в порядке гарантийного минимума зерном 1473 кг (при невыполнении плана урожайности - 982 кг). Стоимость этого зерна по за- ютовительным ценам (включая налог с оборота) определяется при выполнении плана урожая в 3800 руб., или 7,74 на трудодень, и при невыполнении - 2533 руб., или 5 руб. 15 коп на трудодень. Таким образом, заработок тракториста при приведении его в денежную форму по существующей системе достигает (включая денежный гарантийный минимум 2 руб. 50 коп) от 7 руб. 65 коп. до 10 руб. 25 коп на трудодень»937. Исходя из этих аргументов И.А. Бенедиктов предложил установить оплату трудодней для трактористов по линии МТС в размере 10 руб. за трудодень, так как оплата денежного гарантийного минимума в размере 5 руб. на трудодень «не обеспечит минимальные расходы тракториста и членов его семьи»938.
'Там же. Д. 121. Л. 45.
1 О дополнительной оплате труда комбайнеров машинно-тракторных станций. Постановление СНК СССР и ЦК ВКП(б) от 20 июня 1942 г. // Сборник документов и материалов по вопросам труда в период Великой Отечественной войны (22 июня 1941 г. - 5 января 1944 г.). М., 1944. С. 297-298.
РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 138. Д. 194. Л. 46.
"'Тамже. Л. 144-145.
Там же. Л. 145.
467
Полемика вокруг проекта постановления о монетизации оплаты труда трактористов очень показательна. Государство в начале 1950-х гг. было не готово к полной денатурализации оплаты труда рабочей аристократии в сельском хозяйстве, но также и не позволяло каким-либо образом ущемлять их уже состоявшийся материальный статус. Прошедший в сентябре 1953 г. Пленум ЦК КПСС показал, что государство в оплате труда трактористов МТС осталось на принципах сохранения частичной натуральности их заработка.
В начале 1950-х гг. государство обратилось к рассмотрению вопроса о заработной плате трактористов совхозов и госхозов. В мотивировке обращения к этому вопросу в 1951 г. говорилось: «В совхозах до сих пор действуют единые нормы выработки для трактористов и порядок оплаты труда, установленный Постановлением СНК СССР и ЦК ВКП(б) от 2 июля 1935 г. ... Трактористы совхозов являются ведущей профессией, от которой в первую очередь зависит увеличение урожайности сельхозкультур, однако заработок их при существующих расценках резко отстает от заработка шоферов, ремонтных рабочих, комбайнеров совхозов и в значительной мере от трактористов МТС»939. В 1951 г. было принято постановление СМ СССР и ЦК КПСС «О заработной плате работников совхозов и конных заводов системы Министерства совхозов СССР», согласно которому оплата труда трактористов за выполнение сменной нормы выработки должна была составлять от 35 до 75 руб. (в зависимости от экономической зоны страны и марки трактора, за год трактористы должны были выработать не менее 50 сменных норм), предусматривались и премиальные выплаты940. Важно отметить, что в данное постановление не были включены предлагавшиеся в ходе его обсуждения предложения об оплате труда трактористов совхозов натурой в размере от 2 до 3 кг зерна за выполнение сменной нормы выработки, а также о получении ими от совхоза зерна во время очередного отпуска941. Таким образом, государство в случае с трактористами совхозов оставило монетизированный принцип оплаты их труда без изменений.
Тем не менее повышение зарплаты трактористов в государственном укладе повлекло за собой, как неизбежную потребность межукладного выравнивания уровня жизни рабочей аристократии, повышение гарантированной оплаты труда трактористам МТС, в частности денежной ее составляющей. В 1953 г. денежная оплата, выдаваемая трактористам 939 Там же. Д. 312. Л. 15.
940 Постановление СМ СССР и ЦК КПСС от 6 марта 1951 г. № 373 «О заработной плате работников совхозов и конных заводов системы Министерства совхозов СССР» http://www.libussr.ru/doc_ussr/ussr_4809.htm
941 РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 138. Д. 312. Л. 26, 30.
468
МIС (ставшим штатными работниками МТС), была увеличена и установ- Iиina в размерах от 5 до 8 руб. на трудодень942. Как штатным работникам МТС, натуральный гарантийный минимум им теперь стал выдаваться f1жже машинно-тракторными станциями, а не колхозами, как раньше.
В целом уровень жизни механизаторской части сельскохозяйственной рабочей аристократии признавался селянами достаточно высоким. Так, вспоминая колхозную жизнь 1930-1950-х гг., А.А. Дьякова (1930 г.р.) говорила: «Хорошо в колхозе жили председатель, бригадиры и бухгалтер. Затем шли специалисты и трактористы. Хуже всех жили простые колхозники, которые не имели специальности»943. В художе- мвенной литературе было зафиксировано такое же мнение. Ф. Кузькин, герой повести Б. Можаева «Живой» о деревне 1950-х гг., так выражал свое мнение об иерархии зажиточности на селе: «А теперь бри- I адирам, да трактористам, да учетчикам всяким платят много, а кому и совсем чепуху»944. О зажиточности механизаторов (особенно, если в снмье несколько человек относились к рабочей аристократии) говорил и деревенский фольклор:
Мы с миленочком - стахановцы, Зажиточно живем.
Я комбайном управляю, А он тракторным рулем945.
Проведенное этнографами в середине 1950-х гг. изучение бюджете колхозников в селе Вирятино Тамбовской области показало, что самыми обеспеченными в деревне были семьи руководителей и специалистов (к ним исследователи отнесли и семьи механизаторов). По их мнению, заработок одного члена семей этих групп был достаточен для обеспечения семьи. Отличительной чертой бюджетов этих семей было выделение больших средств на капитальные затраты (строительство, приобретение мебели, «выходной» одежды и др.). Однако при исследовании этнографы отметили, что до 1954 г. семьи вирятинских трактористов отличались низким жизненным уровнем. Например, семья тракториста И.П. Фомина состояла из 5 человек (кроме главы семьи - жена и I рое малолетних детей). В хозяйстве артели работал лишь глава семьи, бюджет 1953 г. строился на заработке 1952 г., когда Фомин заработал
"• Постановление Пленума ЦК КПСС от 7 сентября 1953 г. «О мерах дальнейшего развития сельского хозяйства СССР» // Решения партии и правительства по хозяй- <.(венным вопросам. М., 1968. Т. 3. С. 46.
м' http://www.hrono.ru/dokum/1929kol/kol081 .html
" Можаев Б. Живой // Можаев Б. Собрание сочинений. М., 1990. Т. 3. С. 30. Большевистские темпы. 1938. 5 мая.
469
250 трудодней, получив 10 ц зерна и 1200 руб. Потребность семьи в хлебе составляла 6 ц в год, поэтому хлебных излишков не было. Семья располагала огородом (40 соток), где выращивала картофель и овощи, держала несколько кур и напополам с другой семьей - корову. Низкий заработок заставил Фомина сезонно наняться на шахты в Донбасс. В 1954 г., как описывают авторы книги, хозяйство Фомина, как и другого тракториста И.Н. Неверова, «значительно окрепло»946.
Завоеванные в оплате труда классовые привилегированные позиции рабочая аристократия села защищала в случае наступления на их права. Например, когда в 1957 г. некоторые колхозы, видимо в преддверии реорганизации МТС, ограничили механизаторам выдачу зерна по трудодням, многие из них обратились с письмами в газету «Сельское хозяйство». В сводке писем, подготовленной главным редактором газеты А. Сиротиным для ЦК КПСС, приводились такие мнения: «Раньше получали зерно гарантийно по три или два килограмма на один трудодень, а сейчас по решению райкома партии установлено выдавать зерна на трудодень по 800 гр., а остальное зерно предлагается сдавать по государственным закупочным ценам. Просим разъяснить нам этот вопрос, так как нас не удовлетворяет установленный минимум 800 гр.» (Зажигин, Любимов, Максаков, Дьячков и другие трактористы, комбайнеры, прицепщики Смышляевской МТС Куйбышевской области); «Секретарь райкома КПСС ... на совещании председателей колхозов дал указание, чтобы работникам тракторных бригад на трудодни, выработанные в 1957 г., выдавать хлеб по 1 кг, а по задолженности за прошлый год производить расчет деньгами. Такое положение вызвало недовольство среди механизаторов, и многие собираются бросать эту работу» (работники Ахмаметьевской МТС Татарская АССР); «Мне крайне непонятна установка РК КПСС о расчете трактористов наравне с колхозниками, она нарушает закон о гарантийном минимуме ... Коллектив МТС крайне недоволен и демобилизован» (В.Е. Антипов, директор Ново-Троицкой МТС, Мордовская АССР)947.
В ходе обсуждения вопроса о принципах оплаты труда трактористов и комбайнеров МТС Н.С. Хрущёв в 1957 г. говорил; «Большинство товарищей считает, что оплату труда трактористов и комбайнеров после перехода их в колхозы следует поставить в прямую зависимость от урожая ... Вместе с тем нельзя допустить и уравниловки, нельзя допустить, чтобы материальное положение трактористов и других механизаторов было в какой-то мере ущемлено. Механизаторы - самая квалифицированная часть работников сельского хозяйства. В соответ-
946 Село Вирятино в прошлом и настоящем. Опыт этнографического изучения русской колхозной деревни. М., 1958. С. 170-171.
947 РГАСПИ. Ф. 556. Оп. 22. Д. 168. Л. 149-150.
470
< I вии с этим они должны получать и более высокую оплату за свой 11>уд. Следовало бы при переходе механизаторов МТС в колхозы обе-
< почить оплату труда трактористам и другим механизаторам такую, кончая была бы справедливой и соответствовала бы их квалификации и результатам труда, чтобы эта оплата была не ниже той, которую они имели в МТС. В том случае, когда оплата трудодня в колхозе недопаточно высока, для механизаторов следует пойти на установление определенного гарантийного минимума»946.
В итоге в 1958 г. после реорганизации МТС и возвращения механи- ia горов в статус колхозников государство рекомендовало «устанавли- пать оплату труда механизаторов в соответствии с общим порядком, принятым в каждом колхозе, и в зависимости от количества произведенной продукции и качества выполненных работ с тем, однако, что- гч,1 уровень оплаты механизаторов был не ниже той оплаты, которую они получали в машинно-тракторных станциях за норму выработки по шрантийному минимуму ... Ежемесячно авансировать механизаторов нправне с другими колхозниками, но в размерах не ниже, чем они получали в МТС и колхозах по гарантийному минимуму»949.
После перехода механизаторской части рабочей аристократии в колхозы не все хозяйства смогли поддерживать уровень гарантированной оплаты труда механизаторов. Проведенное в 1961 г. обследование показало, что лишь 40% обследованных хозяйств оплачивало рабочий день тракториста выше 3 руб., из них только 20-30% - выше 3,5 руб. ()г четверти до трети колхозов оплачивало труд механизаторов в 1,5- 1 раза ниже гарантированного минимума, на что представители рабочей аристократии отреагировали уходом в другие отрасли хозяйства950.
В конце 1950-х - начале 1960-х гг. выявились важнейшие черты материального статуса представителей деревенской рабочей аристократии. Во-первых, их труд продолжал оплачиваться наиболее высоко среди всех занятых в материальном сельскохозяйственном производстве деревни. По подсчетам экономистов, оплата трудодней на трак- юрных работах колхозов в среднем по СССР в конце 1950-х - начале 1960-х гг. была на 45-55% выше, чем на других колхозных работах. При проведенных выборочных обследованиях уровня оплаты труда механизаторов было выявлено, что в колхозах Алтайского края в 1959 г. она была в 2,7-3,5 раза выше, чем на конно-ручных работах,
"" Хрущев Н.С. Строительство коммунизма в СССР и развитие сельского хозяй- . 1ва. М., 1962. Т.З. С. 10.
м ’ Постановление ЦК КПСС и СМ СССР от 18 апреля 1958 г. № 425 «О дальнейшем развитии колхозного строя и реорганизации машинно-тракторных станций» // http:// www.libussr.ru/doc_ussr/ussr_5271 .htm
Материальное стимулирование развития колхозного производства. М., 1963. С 146.
471
в колхозах Краснодарского края в 1960 г. - в 1,6-3 раза выше. В колхозах с более низкой оценкой трудодня разрыв в уровне оплаты труда механизаторов и колхозников, работавших на конно-ручных работах, был еще больше: например, в Калининской и Псковской областях в тех колхозах, где средняя оплата рабочего дня была ниже 1 руб., дневной заработок тракториста был в 4,5-6 раз выше, чем у рядового работника полеводства951. Во-вторых, уровень оплаты труда механизаторской части рабочей аристократии был достаточно стабильным в разных хозяйствах. По выборочному обследованию оплаты труда колхозников, проведенному ЦСУ РСФСР в 1962 г., разрыв в оплате одного человекодня в разных хозяйствах наименьшим был у трактористов (40%)952. А, например, средний годовой доход рядовых работников полеводства в обследованных в 1961 г. Т.И. Заславской колхозах Псковской области различался в 13 раз953. Таким образом, можно говорить о том, что складывание рынка рабочей силы класса сельскохозяйственной рабочей аристократии шло быстрее, чем у других «рабочих» классов села.
Движение к монетизации зарплаты колхозной части рабочей аристократии (механизаторов) было продолжено. В 1961 г. Постановлением ЦК КПСС, СМ СССР и ВЦСПС было рекомендовано колхозам, перешедшим на денежную оплату, оплачивать труд механизаторов в порядке и размерах, установленных для трактористов-машинистов совхозов954. Окончательная денатурализация зарплаты колхозной механизаторской части рабочей аристократии произошла в 1964 г., когда было решено «оплату труда колхозных трактористов-машинистов, трактористов, комбайнеров, шоферов ... и других лиц, имеющих производственную квалификацию ... проводить в соответствии с присвоенными тарифными разрядами в соответствии ... с аналогичными профессиями в совхозах»955. Таким образом, произошла консолидация механизаторской части класса рабочей аристократии по принципу оплаты труда. Одинаковый уровень цен на труд сельскохозяйственной рабочей аристократии свидетельствовал также и о том, что к середине 1960-х гг. сложился единый рынок труда основной части этого класса (механизаторов).
951 Там же. С. 145-146.
952 РГАСПИ. Ф. 556. Оп. 22. Д. 394. Л. 5.
953 Материальное стимулирование развития колхозного производства. С. 145.
954 Постановление ЦК КПСС, СМ СССР и ВЦСПС от 15 июля 1961 г. «Об условиях оплаты труда и формах материального поощрения рабочих, руководящих работников и специалистов совхозов и об оплате труда работников трестов совхозов» // http:/Avww.libussr.ru/doc_ussr/usv_5706.htm
955 Постановление ЦК КПСС и СМ СССР от 12 марта 1964 г. «О мерах подъема экономики отстающих колхозов» // Решения партии и правительства по хозяйственным вопросам. М„ 1968. Т. 4. С. 454.
472
Рассмотрим место класса сельскохозяйственной рабочей аристократии в экономической иерархии классов российской деревни 1960-х гг. (табл. 30)
Таблица 30
ОПЛАТА ТРУДА КОЛХОЗНИКОВ РСФСР РАЗЛИЧНЫХ ПРОФЕССИЙ ДЕНЬГАМИ И ПРОДУКТАМИ, ОЦЕНЕННЫМИ В ГОСУДАРСТВЕННЫХ РОЗНИЧНЫХ ЦЕНАХ, в 1961 г.
Категории работников
Начислено за 1961 г. в оплату труда денег и продуктов колхозникам в расчете на одного работавшего за год (руб.) со средней оплатой человеко-дня одного колхозника
в колхозах со средней оплатой человеко-дня до 1 руб.
в колхозах со средней оплатой человеко-дня от 1 до 2 руб.
в колхозах со средней оплатой человеко-дня более 2 руб.
Административноуправленческий аппарат и специалисты
517
730
1052
Механизаторские кадры,
II т ч. трактористы, комбайнеры
452
485
548
603
811
839
Шоферы
328
519
737
I 'аботники
ж и вотноводческих ферм
319
518
874
Работники, снятые на полевых, ручных и прочих работах
66
147
245
Составлено по: РГАСПИ. Ф. 556. Оп. 22. Д. 394. Л. 3.
Как видим из таблицы 30, рабочая аристократия занимала в распределительной иерархии колхозов «серединную» позицию, получая примерно в 1,5 раза меньше класса протобуржуазии, менеджеров и специалистов, но в 3-6 раз больше рядовых колхозников, занятых на полевых, ручных и прочих работах. Таблица показывает, что и внутри класса рабочей аристократии складывалась своя иерархия: трактористы и комбайнеры стали оплачиваться выше, чем шоферы.
473
ЦСУ РСФСР отмечало, что в 1962 г. шоферам за один отработанный человеко-день в колхозах выплачивают в 1,4-2 раза меньше, чем трактористам956. Большой разрыв, подчеркивающий разность возможностей в реализации прав собственности, наблюдался между сельскохозяйственными классами и по величине выплат из фондов потребления: в том же 1962 г. ЦСУ РСФСР рассчитало, что основная масса колхозников получала в расчете на одного работающего колхозника меньше председателя колхоза в 23 раза, меньше главного бухгалтера в 12 раз, механизаторов - в 7 раз, меньше работников животноводства почти в 5 раз957. Эти показатели также подчеркивают «серединную» позицию рабочей аристократии в колхозном потребительском «пироге» - ниже «верхов» (протобуржуазии, менеджеров), но значительно выше «чистого» пролетариата.
Определенное представление об уровне жизни рабочей аристократии дают материалы исследования социального облика колхозной молодежи 1969 г., например данные о наличии в семьях предметов культуры и спорта (табл. 31).
Таблица 31
РАСПРЕДЕЛЕНИЕ ИМЕЮЩИХСЯ В ЛИЧНОМ ПОЛЬЗОВАНИИ И СЕМЬЕ ПРЕДМЕТОВ КУЛЬТУРЫ И СПОРТА в 1969 г. В ЗАВИСИМОСТИ ОТ ПРОФЕССИИ (в % к итогам обследования)
Профессия
Проигрыватель, магнитофон
Пианино
Гармонь, баян
Др. музыкальные инструменты
Телевизор
Радиоприемник, транзистор
Фотоаппарат
Велосипед
Мотоцикл, мотороллер
г
Коньки и лыжи
Репродуктор
Шахматы
В целом по профессиям, попавшим в обследование
5,5
0,4
5,7
2,4
12,3
15,8
5,4
16,9
6,9
8,5
11,3
8,9
Тракторист
5,5
0,4
6,4
1,7
10,9
15,0
5,5
17,6
8,0
9,4
11,0
8,6
9“ РГАСПИ. Ф. 556. Оп. 22. Д. 394. Л. 5.
957 Там же. Л. 6.
474
Окончание таблицы 31
s 5 -с я о о
Проигрыватель, магнитофон
Пианино
Гармонь, баян
Др. музыкальные инструменты
Телевизор
Радиоприемник, транзистор
Фотоаппарат
Велосипед
Мотоцикл, мотороллер
Коньки и лыжи
Репродуктор
Шахматы
КоМ-
Гм1инер
4,6
0,6
6,5
2,4
12,9
14,4
7,0
13,7
10,9
6,7
11,3
9,0
Шофер
6,3
0,2
6,8
2,0
12,4
14,7
6,0
14,8
7,3
8,6
10,9
10,0
Составлено по: Социальный облик колхозной молодежи по материалам социологи- •оских обследований 1938 и 1969 гг. М., 1976. С. 156-157.
Из таблицы 31 следует, что семьи представителей механизаторской чисти рабочей аристократии были довольно высоко обеспечены пре- (1ижными бытовыми предметами, хотя и не на самом высоком деревенском уровне.
Дальнейшая эволюция экономического места социального класса рабочей аристократии в деревне, одним из важнейших показателей ко- юрого являлся уровень оплаты труда, показывает подтягивание их к наиболее материально обеспеченным классам (табл. 32, 33).
Таблица 32
ОПЛАТА ТРУДА РАБОТНИКОВ РАЗНЫХ КАТЕГОРИЙ В КОЛХОЗАХ СССР
в 1965 и 1971 г.
Категория работников
Оплата человеко-дня (руб.)
1965 г.
1971 г.
Руководители хозяйств, их заместители, (лавные специалисты
6,62
7,80
Счетно-учетный персонал
2,78
3,50
Специалисты
4,38
5,08
Руководители подразделений
3,62
4,82
Трактористы, шоферы
3,98
5,16
Животноводы
2,62
4,15
Работники на кон но-ручных работах в растениеводстве и пр.
2,34
3,44
Составлено по: Суслов И.Ф. Экономические интересы и социальное развитие колхозного крестьянства. М., 1973. С. 69.
475
Таблица 33
СРЕДНЕМЕСЯЧНАЯ ОПЛАТА ТРУДА КОЛХОЗНИКОВ И РАБОТНИКОВ СОВХОЗОВ ПО ОТДЕЛЬНЫМ ПРОФЕССИЯМ (должностям) в РСФСР за 1970-1975 гг. (в руб.)
Профессии и должности
1970 г.
1975 г.
колхозы
Совхозы
колхозы
совхозы
Агрономический, зоотехнический, ветеринарный и инженерно- технический персонал
150
163
156
180
Бригадиры полеводства
127
111
143
135
Бригадиры животноводства
109
116
127
150
Трактористы- машинисты
104
136
132
168
Шоферы
96
103
115
136
Доярки
104
106
130
150
Свинари
106
101
122
135
Телятницы
92
103
110
135
Составлено по: Об оплате труда колхозников и работников совхозов. М., 1976. С. 5.
Как свидетельствуют данные таблицы 32, разрыв в среднемесячной оплате человеко-дня высших классов деревни (протобуржуазии, менеджеров и интеллектуалов) и рабочей аристократии в 1965 г. составлял 1,1-1,7 раза в пользу высших групп колхозного социума, причем менеджеры (счетно-учетный персонал, руководители подразделений) оплачивались даже ниже, чем механизаторская часть рабочей аристократии. В 1971 г. менеджеры продолжали получать меньше, чем трактористы и шоферы. Таблица 33 показывает, что место класса рабочей аристократии в оплате труда в середине 1970-х гг. было по позиции ниже, чем класса менеджеров (бригадиров) и класса интеллектуалов (специалистов), при этом уровень оплаты в совхозах опережал уровень оплаты в колхозах.
В 1980-е гг. эта тенденция сохранилась. В колхозах Европейского Севера России в 1985 г. среднемесячная оплата труда тракториста- 476
машиниста составляла 194 руб., и была в 1,9 раза меньше, чем среднемесячная оплата труда председателя колхоза (360 руб.), но примерно равнялась среднемесячной оплате труда менеджеров (бригадира колхоза в растениеводстве - 189 руб.), интеллектуалов (агрономов 198 руб. и зоотехников - 188 руб.) и превышала оплату труда колхозников, занятых на конных и ручных работах, в 1,7 раза (115 руб. в месяц). Среднемесячная оплата труда шоферов колхозов Европейско- н> Севера России в 1985 г. была несколько выше, чем у трактористов, - /09 руб.968
В 1984 г. газета «Сельская жизнь» опубликовала рассказ о бюджете I емьи механизатора совхоза «Гончаровский» Омской области П.Г. Падуна, прокомментировав этот бюджет как типичный. Основным источником дохода в этой семье из пяти человек (двое взрослых и трое де- 1ий) была заработная плата, которая составляла 7418 руб. в год (вме- < ю со стипендией дочери). Вторым важным источником дохода было личное приусадебное хозяйство - семья держала корову, годовалого бычка и теленка, двух поросят, пять овец, птицу. За продажу продуктов приусадебного хозяйства государству семья дополнительно имела в |<>д около 1 тыс. руб. Все молочные продукты, картофель и овощи в семье П.Г. Падуна были свои. Семья жила в четырехкомнатной совхозной квартире с удобствами в двухквартирном доме. Квартира была обставлена современной мебелью, оснащена бытовой техникой, в хозяйстве имелся мотоцикл «Урал»959. Таким образом, несмотря на тенденцию отдаления от ведения приусадебного хозяйства, характерную для механизаторов 1950-х гг., эту доходную часть бюджета большинство механизаторской части рабочей аристократии сохраняло и в 1980-е гг. Нужно также отметить, что, обосновывая типичность бюджета семьи Падуна, «Сельская жизнь» все же указала, что П.Г. Падун был кавалером орденов Трудового Красного Знамени и «Знак Почета».
Важнейшей частью изучения места класса в отношениях собственности является рассмотрение возможностей как легальной, так и «нелегальной» реализации прав на нее, что в отечественной историографии, архивных документах, аналитике получило наименование «злоупотреблений». Возможности теневой реализации права собственности базировались на пользовании и распоряжении сельской рабочей аристократией передовым капиталом - механизмами, представленными |ранспортной техникой, многофункциональными техническими комплексами, тягловыми механизмами и др. В числе первых, кто упоми-
Безнин М.А., Гулин К.А., Димони Т.М. Денежные доходы крестьянства Европей- | кого Севера России в 1950-1980-х гг. // Северная деревня в XX веке: актуальные проблемы истории. Вологда, 2003. Выл. 4. С. 126.
' 1 Сельская жизнь. 1984. 7 октября. 477
нался в документах о «злоупотреблениях» были сельскохозяйственные шоферы. Как наиболее мобильное звено класса, они часто находились вне пристального контроля непосредственного руководства (начальника автоколонны, директора МТС) и могли вольнее распоряжаться автомобилем. Кроме того, нужда в услугах шоферов часто касалась и колхозно-совхозных верхов, а то и районного руководства, что неизбежно вело к тому, что они «закрывали глаза» на некоторые «вольности» шоферов. Так, в работе 111. Фицпатрик приводятся сведения о том, что в Татарской республике в 1938 г. колхозные шоферы получали нелегальный оклад из колхозных фондов наличными 150, 200 и 300 руб. в месяц, а также оплату натурой960. В колхозе «Боевик» Брянской области в 1949 г., по сообщению представителя Совета по делам колхозов, оплата шофера колхозной машины производилась помесячно из расчета 50 трудодней и 150 руб. в месяц. Этот шофер «бесконтрольно покупал и расходовал горючее и запасные детали. До 1949 г. таким путем было закуплено им горючего и запчастей у частных лиц более чем на 3000 руб. Акты на покупку составлялись им самим, он же расписывался в получении купленных товаров»961. Писатель В. Тендряков, создавший целую галерею портретов представителей деревенских классов, писал о сельском шофере 1950-х гг.: «’’Наловить лещей” - это взять попутных пассажиров ... Шофер, выехав из гаража, оторвавшись от организации, в которой он работает, сразу же оказывается в стороне от всяких законов. Он становится единственным владыкой, царьком крошечного государства - кузова автомашины. И каждый, кто попал туда, обязан платить дань»962.
Трактористы и комбайнеры в реализации права собственности были более ограничены, по крайней мере до 1958 г., так как машины находились на машинном дворе МТС. Однако в источниках неоднократно упоминается о возможности распоряжения «расходными» материалами (запчастями, горючим). Так, в начале Великой Отечественной войны выяснилось, что зачастую запчасти для тракторов находятся у трактористов дома. Во время сбора запчастей и деталей для ремонта тракторов, проводившегося в 1942 г. комсомольскими организациями, «в одной только Работновской МТС Горьковской области жены трактористов сдали за один день 250 деталей, комсомольская бригада Красноармейской МТС Чувашской АССР в результате обхода квартир трактористов обнаружила 4 исправных радиатора, десятки запчастей 980 Фицпатрик Ш. Сталинские крестьяне. С. 161.
961 Попов В.П. Российская деревня после войны (июнь 1945 - март 1953). Сборник документов. М., 1993. С. 52.
982 Тендряков В. Ухабы // Тендряков В. Собрание сочинений. М., 1987. Т. 1. С. 107.
478
и много инструмента»963. В том же 1942 г. Наркомат государственно- 111 контроля РСФСР сообщал секретарю ЦК ВКП(б) А.А. Андрееву: ■■проверками ряда МТС установлены большие перерасходы и потери трюмего ... В Москвинской МТС (Свердловская область) 14 сентября |'»42 г. комбайнер Петрова Надежда в присутствии сторожа Сенцова, придя на работу утром, налив керосину ведро и унесла его домой ... хищению горючего способствовало отсутствие в продаже керосина для ги.1говых нужд. При проверке МТС установлено, что, несмотря на отсут- ■ шие в продаже керосина, многие колхозники пользуются керосино- ш.1м освещением. Надо, конечно, полагать, что керосин в данном случив колхозники получили теми или иными путями из запасов МТС»964, о распространенности явления свидетельствовало то, что 20 июня 1942 г. было принято постановление СНК СССР и ЦК ВКП(б) «Об экономии и ликвидации разбазаривания горючего в МТС и совхозах», в ковром за перерасход горючего предусматривалось удержание с трактористов пятикратной его стоимости. Интересны проведенные в записке Наркома государственного контроля РСФСР подсчеты «выгоды» трак- юристов: «Получая на каждый трудодень гарантированный минимум - | кг зерна, тракторист, даже при неполной выработке нормы, получает шачительное количество зерна, и реализация весьма небольшой его чисти по рыночным ценам безболезненно дает возможность оплатить исчисленную за перерасход горючего сумму. Рыночная стоимость кинограмма керосина достигает 50-70 руб., а с тракториста за перерасход одного кг керосина взыскивается только 3 руб. 50 коп. Суммой, вырученной от продажи 2-х пудов зерна, тракторист полностью сможет оплатить сумму, начисленную за перерасход целой тонны керосина, I к рыночная стоимость килограмма зерна достигает 100 руб.»965.
Нередко представители класса сельской рабочей аристократии реализовывали экономические права собственности и на объект их труда, например, комбайнеры - на зерно. Об этом свидетельствует такая частушка:
Мой миленок - комбайнер -
Лучшая отрада:
Он тайком зерно привозит - Зарплаты не надо966.
" ' ВОАНПИ. Ф. 1958. Оп. 1. Д. 3. Л. 57.
"' РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 123. Д. 98. Л. 102.
'”■■■ Гам же. Л. 102об.
"" Заветные частушки. Из собрания А.Д. Волкова. М., 1999. Т. 2. Политические ча- ■ гушки. С. 53.
479
После реорганизации МТС права по распоряжению передовым капиталом для механизаторской части рабочей аристократии увеличились. Вот как описывает эту ситуацию в жизни колхозной семьи писатель Б. Можаев: «Нынче должны пригнать тракторы, последнюю МТС ликвидировали. А навеса в колхозе нет. Вот и решили покамест разместить тракторы по дворам. У Егора Ивановича два сына в трактористах - стало быть, пригонят сразу два "ДТ”». Разговор Егора Ивановича с сыновьями, описанный Б. Можаевым, еще яснее свидетельствует о подспудных желаниях семьи трактористов: «Вот и кончилось ваше мэ- тээсовское житье. Теперь круглый год дома. И слава богу - расходов меньше. Да и тракторы во дворе. Удобно... А здесь они сохраннее»9®7. В итоге трактористы и их отец (колхозный бригадир) были объединены в колхозе в звено, за которым было закреплено 200 га земли и 2 трактора.
На расширение прав распоряжения техникой, появившихся у класса рабочей аристократии, указывают и принятые в начале 1960-х гг. несколько государственных решений, в частности Указ Президиума Верховного Совета СССР от 29 декабря 1961 г. «Об уголовной ответственности за преступно-небрежное использование или хранение сельскохозяйственной техники» и Постановление бюро ЦК КПСС по РСФСР и СМ РСФСР от 27 января 1962 г. «О мерах по улучшению использования и ремонта машинно-тракторного парка колхозов и совхозов РСФСР». В последнем говорилось о необходимости «подготовить ... в каждом колхозе и совхозе, в бригадах и отделениях профилированные площадки, а на центральных усадьбах - машинные дворы. Закреплять тракторы, комбайны и другие сельскохозяйственные машины за механизаторами, не допуская обезлички машин»967 968. О распространенности использования техники «как своей» говорят и другие документы, например «Положение о государственном надзоре за техническим состоянием машин и оборудования колхозов, совхозов и других сельскохозяйственных предприятий и организаций», утвержденное Министерством сельского хозяйства СССР 13 июля 1976 г. На основании этого положения в 1976 г., например, начальник инспекции Госсельтехнадзора производственного управления сельского хозяйства Амурского облисполкома предоставил право производить денежные начеты до 10 руб. на механизаторов, оставляющих тракторы и другие сельхозмашины около своих квартир969.
В воспоминаниях жителей села как обыденность 1960-1980-х гг. описываются работы колхозных и совхозных тракторов «за магарыч» 967 Можаев Б. Полюшко-поле // Можаев Б. Собрание сочинений. М., 1989. Т. 1. С. 187,193.
968 http://base.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc;base=ESU;n=20737
969 http://krest-nakrest.ru/peredovyie-mehanizatoryi-i-aferistyi/
480
ни вспашке приусадебных огородов, при копке картошки, и даже комбайнов при уборке приусадебных «полосок» зерновых.
Таким образом, экономический статус класса рабочей аристокра- 1ии определялся ранним генезисом системы экономической эксплуатации этого класса, что и являлось важной чертой его исключительности но деревенским меркам и «пролетарскости». Уже в начале 1930-х гг. сформировалась гарантированная оплата труда и произошла монети- шция этой зарплаты, которая действовала до разрушения колхозносовхозной системы. Проявлялись эти черты в большей (комбайнеры, совхозные механизаторы) или меньшей (колхозные трактористы, шоферы, операторы животноводческих комплексов) степени, однако именно они создавали привилегированность данному социальному классу на фоне почти тотального отсутствия зарплатного механизма у основной части формировавшегося класса сельского пролетариа- m (рядовых колхозников). Второй важнейшей чертой экономического статуса рабочей аристократии было высокое место в иерархии оплаты труда, что позволяло ей быть одним из «зажиточных» слоев деревни. Этот экономический статус, средний в пирамиде социальных классов села (протобуржуазии, менеджеров, интеллектуалов, пролетариата), оставался очень стабильным даже после реорганизации МТС в 1958 г. и перевода колхозников в 1966 г. на гарантированную оплату труда.
Возможности реализации права собственности в «нелегальном» варианте были связаны с близостью рабочей аристократии села к машинам и механизмам, в связи с чем она неизбежно осуществляла свои права на пользование и распоряжение техникой, что жителями деревень, да и колхозно-совхозным начальством, воспринималось как достаточно обыденное явление по хозяйской эксплуатации ресурсов села.
481
§ 4. Место в политической жизни. Самосознание
Власть с самого начала создания колхозно-совхозного строя считала механизаторскую часть рабочей аристократии в политическом отношении самой зрелой, передовой частью колхозного населения. Во многом это было связано с общим представлением о роли рабочего класса в Советском государстве - механизаторы считались в принципе сельским аналогом промышленного рабочего. Поэтому в начале 1930-х гг. большое внимание уделялось «воспитательной» работе с механизаторской частью рабочей аристократии. В 1932 г. в докладе сотрудника НИКИ Лапаева, обследовавшего МТС Центрально-Черноземной области, в качестве большой проблемы отмечалась: «Трактористы Токаревской МТС это самая отсталая, пассивная часть колхозников. Помощник директора и агрономы производственных участков ... редко бывают в тракторных отрядах, а если и случится заглянуть в отряд, то никаких указаний и бесед с трактористами не проводится»970. Политотделы МТС стремились повысить уровень политизированности рабочей аристократии, отчасти это удалось. По сведениям 605 политотделов МТС в 1933 г. доля коммунистов среди трактористов составила 2,7%, среди комбайнеров - 8,2% (для сравнения доля коммунистов среди председателей колхозов в этом году составляла 44%, бригадиров - 9%, зав. товарными фермами - 13%)971. Среди совхозных рабочих уровень партийности среди механизаторской части рабочей аристократии был значительно выше: в 1930 г. в совхозах РСФСР он составлял среди постоянных кадров трактористов, комбайнеров и шоферов около 42%972. В 1936 г. по данным 573 МТС и 7030 колхозов СССР члены ВКП(б) и комсомола составляли среди трактористов 14%, комбайнеров и их помощников - 17%, что было значительно выше, чем среди других колхозников (скотники, конюхи - по 3%, колхозные звеньевые - 6%)973. Ю.В. Арутюнян подчеркивает, что коммунистическая партия относилась к деревенским механизаторам как к основному источнику формирования партийного актива в деревне, да и сам характер работы с машинами способствовал росту политической сознательности механизаторов974. Материалы исследования данных МТС, проведенного Ю.В. Арутюняном в 1950-е гг., также показали достаточно высокий уровень политической сознательности механизаторской части рабочей аристократии. Так, в 1956 г. в Васюринской МТС Краснодарского края
970 РГАЭ. Ф. 260. Оп. 1. Д. 210. Л. 13.
971 Материалы о работе политотделов МТС за 1933 г. М„ 1934. С. 109.
972 РГАЭ. Ф. 1562. Оп. 74. Д. 7. Л. 89.
973 Арутюнян Ю.В. Механизаторы сельского хозяйства... С. 43.
974 Там же.
482
14% трактористов и 24% комбайнеров и штурвальных были членами КПСС или ВЛКСМ, в Ногинской МТС Московской области в 1955 г, 15% фактористов и 39% комбайнеров состояли в партии или комсомоле975.
Общественная активность класса рабочей аристократии была одной из самых высоких в деревне и в выполнении разного рода обще- it венных нагрузок. Так, при социологическим опросе колхозной молодежи 1969 г. было выявлено, что трактористы, комбайнеры и шоферы имели наибольший удельный вес среди остальных профессиональных Фупп деревни в составе разного рода комиссий и комитетов (табл. 34).
Таблица 34
РАСПРЕДЕЛЕНИЕ МОЛОДЫХ КОЛХОЗНИКОВ РАЗЛИЧНЫХ ПРОФЕССИОНАЛЬНЫХ ГРУПП В ЗАВИСИМОСТИ ОТ ВЫПОЛНЕНИЯ ОБЩЕСТВЕННЫХ ПОРУЧЕНИЙ в 1969 г. (в % к итогу)
Профессиональная группа
Характер поручения
член правления колхоза
член ревизионной комиссии
член совета бригады
депутат сельсовета
член комитета ВЛКСМ
народный контролер
член товарищеского суда
Председатель колхоза
7,2
1,8
1,2
1,9
0,3
1,4
0,0
Тракторист
8,2
11,5
19,4
7,9
13,2
15,9
12,6
Комбайнер
5,6
9,4
5,8
3,9
2,5
5,8
3.4
Шофер
7,2
11,6
5,4
9,8
13,0
13,6
12,6
Бригадир полеводческой бригады
4,8
0,0
9,5
2,4
1,2
3,4
1,5
Составлено по: Социальный облик колхозной молодежи по материалам социологических обследований 1938 и 1969 гг. М., 1976. С. 208.
Как видно из таблицы 34, особенно большое доверие колхозники испытывали к трактористам и шоферам, которые особенно часто появлялись в качестве избранных в низовые контролирующие органы или органы коллективного управления. Это говорит об уважении сельских жителей и о признании за рабочей аристократией села основных черт, характеризующих рабочий класс - правдивости, бойцовских качеств, ’'■’Там же. С. 325, 330.
483
сплоченности, умения отстаивать интересы трудовых слоев. Довольно высоким было представительство рабочей аристократии и на высших уровнях государственной власти. Так, в 1971 г. в Верховный Совет РСФСР были избраны 26 механизаторов, что составляло 12% всех депутатов - работников сельского хозяйства976. В 1985 г. доля механизаторов составляла 21% всех избранных в Верховный Совет РСФСР работников сельского хозяйства977. Как видим, власть, моделировавшая высшие государственные органы страны, отдавала должное рабочей аристократии сельского хозяйства, считая ее наиболее передовым классом деревни, предоставляя место в представительных органах пропорционально ее доле (и даже несколько выше) в составе сельского населения.
Представители класса рабочей аристократии деревни, особенно механизаторы, осознавали свое особое место в колхозном социуме, что многократно описано и в публицистических, и в литературных произведениях. Например, в очерке В. Овечкина «День тракториста» (1952 г.) механизаторы с гордостью говорят: «на нас теперь особое внимание обращается. Нам почет и уважение. Сказано: первые люди в деревне - мы, механизаторы»978. В его же знаменитых очерках «Районные будни» (1950-е гг.) самые злободневные вопросы организации сельского хозяйства секретарь райкома КПСС Мартынов обсуждает именно с трактористами МТС. «Механизаторы - главная сила в бригаде, сердце бригады, ее мотор», - писал в 1970 г. С. Викулов979. «Особость» класса отмечают и деревенские жители: «С 1946 года у нас на постое была бригада трактористов из соседнего села Конново. В феврале-марте месяце они вахтовым методом готовили тракторы, комбайны и прочую технику к предстоящей посевной и уборочной страде в машинно- тракторной станции (МТС). Эта деревенская аристократия являла собой народ занимательнейший, артельный и технически грамотный»980. Известный поэт И. Бродский в 1964 г., находясь в ссылке в Архангельской области, работал прицепщиком и с гордостью писал:
А. Буров - тракторист - и я, сельскохозяйственный рабочий Бродский,
976 Итоги выборов и состав депутатов Верховных Советов союзных и автономных республик. 1971 г. Стат, сборник. М., 1971. С. 36-37.
977 Итоги выборов и состав депутатов Верховных Советов союзных и автономных
республик 1985 г. Стат, сборник. М., 1985. С. 38-39.
979 Овечкин В. «День тракториста» // Овечкин В. Гости в Стукачах. М., 1978. С. 149.
979 Викулов С. Профессия - бригадир // Викулов С. Встать пораньше, шагнуть подальше. М., 1980. С. 241.
980 Цит. по: Злобин А. Трактористы // Рожденный в 1937 / http://trust.narod.ru/proza18. htm
484
мы сеяли озимые - шесть га.
Я созерцал лесистые края и небо с реактивною полоской, и мой сапог касался рычага.
Топорщилось зерно под бороной, и двигатель окрестность оглашал. Пилот меж туч закручивал свой почерк. Лицом в поля, к движению спиной, я сеялку собою украшал, припудренный землицею как Моцарт.
Попытка обобщить созданную властью и населением мифологему пг> общественно-политических и нравственных качествах рабочей ари- < кжратии была предпринята В. Тендряковым в повести «Не ко двору» (1954 г.). Тракторист (позднее - бригадир тракторной бригады МТС) ФПдор Соловейков женился на симпатичной девушке Стеше, но, столкнувшись с ее семьей, живущей «старокрестьянскими» представлениями о наживе добра, бережливости, обособленности и натуральности хозяйства, с мещанством, порвал с ними, несмотря на любовь к жене и новорожденной дочери981.
Внешний вид рабочей аристократии имел серьезную специфику. 1нк как механизаторская часть класса имела дело с машинной техникой, за которой необходимо было осуществлять техуход, ремонтировать, смазывать, заправлять соляркой или керосином и т.д., то и описываются они современниками как люди «в задубевших от масла тлогрейках»982. Тракторист, давший интервью в ходе выполнения Гар- инрдского проекта, говорил об особенностях своей работы в колхозе в 1930-е гг.: «мы всегда были грязными. Наша одежда была грязной»983. I Бакланов так описывал тракториста времен Великой Отечественной пойны: «Из кабины, ступив валенком на гусеницу, выпрыгнул тракторист Московка - в ватном промасленном бушлате, закопченной ушанке с незавязанными ушами»984. На одной из самых известных картин художника А. Пластова «Ужин трактористов» (1951 г.) тракторист изображен в старой майке, промасленном ватнике, накинутом на плечи, и истрепанной фуражке. Писатель В. Овечкин описывает в «Районных буднях» особый «горюче-смазочный дух» в общежитии трактористов:
"" Тендряков В. Не ко двору // Тендряков В. Собрание сочинений. Т. 1. С. 25-104.
Липатов В. Шестеро II http://www.modernlib.ru/books/lipatov_vil_vladimirovich / ■Jiestero/ read/
Интервью 103 http://oasis.lib.harvard.edu/oasis/deliver/deepLink?collection=oasis& I miqueld=funOOOO1
Бакланов Г.Я. Южнее главного удара // http://e-library.su/books-on-war/page, П.1088-grigorij-yakovlevich-baklanov-yuzhnee-glavnogo.html
485
«пахло керосином, соляркой, пригорелой картошкой, стиральным мылом»985. О трактористах как «промасленных» деревенских работягах сохранилось много частушек:
Тракториста любить - Надо подготовиться. Прежде мыла закупить, А потом знакомиться986.
Мой миленок - тракторист, Ну а я доярочка.
Он в мазуте, я в грязи, Чем же мы не парочка?
Первоначально спецодежды для сельскохозяйственной рабочей аристократии не существовало, работали в своей обычной повседневной одежде, подходящей по погоде. Однако уже в начале 1930-х гг. вопросы обеспечения одеждой части рабочей аристократии - механизаторов - обсуждались на разных уровнях. Так, сотрудник НИКИ Лапаев, обследовавший в 1932 г. тракторный парк МТС ЦЧО, писал: «Работа на тракторе в осеннее время особенно остро ставит вопрос о снабжении трактористов теплой спецодеждой. Токаревская МТС стала на правильный путь: при недостатке спецодежды в самой МТС добиться того, чтобы сами колхозы выделили из своих фондов спецодежду для трактористов. Так, колхозы 12-го производственного участка дали всем трактористам полушубки и сапоги»987. Спецодежда сельскохозяйственной рабочей аристократии, ярко свидетельствовавшая о ее принадлежности к рабочему классу, появилась в качестве унифицированной в послевоенное время. Для механизаторов в 1950-е гг. она состояла из хлопчатобумажного комбинезона, кирзовых сапог, хлопчатобумажной куртки на вате, ватных шаровар, суконной фуражки с козырьком, шапки-ушанки с искусственным мехом, рукавиц, валенок, гимнастерки, хлопчатобумажных брюк или платья988. Оператор машинного доения должен был носить на работе хлопчатобумажный халат, резиновые сапоги, утепленный жилет, валенки (зимой)989. Оператор свиноводческого 985 Овечкин В. Районные будни. С. 315.
986 Частушки. С. 174.
987 РГАЭ. Ф. 260. Оп. 1. Д. 210. Л. 12.
988 740 вопросов и ответов по колхозному законодательству. С. 34.
989 Постановление Госкомитета СССР по труду и социальным вопросам и Президиума ВЦСПС от 24 июля 1985 г. «О дополнениях и изменениях типовых отраслевых норм бесплатной выдачи специальной одежды, специальной обуви и других средств индивидуальной защиты работникам сельского и водного хозяйств» // http:// infopravo.by.ru/fed 1991 /ch03/akt 14145.shtm
486
комплекса работал в халате хлопчатобумажном, полусапогах резиновых, головном уборе и прорезиненном фартуке с нагрудником.
Отличительной чертой образа жизни механизаторской части рабочей аристократии была его «отчужденность». Этому способствова- п.1 оторванность, почти полугодовая, трактористов и комбайнеров от дома, особенно в колхозах. Первое время под мастерские МТС при- I посабливались имеющиеся постройки, часто - бывшие церкви (в < пизи с чем механизаторская часть рабочей аристократии была одной из самых «расцерковленных» групп деревни). В 1929 г. профессор I Я. Ткачёв, обследовавший колхозы ЦЧО, писал, что «тракторная колонна заняла поместье бывшего монастыря, крайне неприспособленное и бедное хозяйственными постройками. Церковь теперь превращена в мастерскую ... Квартиры рабочих и кухня занимают 120 кв. метров»990.
Таблицы данных переписи рабочих совхозов РСФСР за 1930 г. показывают, что механизаторы - постоянные рабочие совхозов, как правило, не имели другого постоянного места жительства, кроме совхоза (!>6% трактористов и комбайнеров, 72% шоферов жили в совхозах), при •юм если предприятие давало помещение для проживания, то трактористы и комбайнеры гораздо чаще, чем шоферы, жили в общежитии991 (1абл. 35).
Таблица 35
РОД ВЫДЕЛЕННОГО ПРЕДПРИЯТИЕМ ЖИЛОГО ПОМЕЩЕНИЯ, ЗАНИМАЕМОГО ПОСТОЯННЫМИ РАБОЧИМИ ЗЕМЛЕДЕЛЬЧЕСКИХ СОВХОЗОВ, в 1930 г. (в % к итогу)
Категория работников
1 ком¬
ната
Часть комнаты
Место в общежитии
Нежилое помещение
Только в таборе, поле и т.д.
Не известно
11ОСТОЯН- ные рабочие,
в т.ч.:
17,7
13,2
42,5
1,0
0,9
24,7
1рактори- с.ты и комбайнеры
11,6
19,4
47,7
1,0
2,6
17,7
шоферы
13,8
27,8
22,2
2,8
-
33,4
Составлено по: РГАЭ. Ф. 1562. Оп. 74. Д. 7. Л. 88.
Колхозы ЦЧО в социально-гигиеническом отношении: по материалам экспедиции облздравотдела ЦЧО в 1929 г. С. 19.
РГАЭ. Ф. 1562. Оп. 74. Д. 7. Л. 88.
487
Колхозные трактористы и комбайнеры работали в обслуживаемых МТС колхозах, нередко за 15-20 км от дома, поэтому на постой их размещали в домах у колхозников, иногда они жили в специальных вагончиках. На совещании в сельхозотделе ЦК ВКП(б) в 1938 г. директор Погрузинской МТС Куйбышевской области Золотухин рассказывал об этом: «Я получил бумажку, в которой говорится, что вагончики надо строить за счет колхозов ... За счет колхоза нам не удается построить, потому что одна бригада обслуживает 5-6 колхозов ... А ведь о кадрах надо болеть душой... они находятся целое лето в поле, им надо дать по два вагончика, дать туда матрас, подушки, одеяло, сделать вагончик культурным, поставить там зеркало, цветы ... Мы имеем 10 тракторных бригад с такими вагончиками, а 5 тракторных бригад таких вагончиков не имеют»992. В письме председателя ЦК профсоюза рабочих и служащих МТС и земельных органов М.Е. Иодко Г.М. Маленкову в 1951 г. сообщалось: «Во многих МТС ... рабочие и служащие проживают еще в неудовлетворительных условиях. Особенно плохо обеспечены МТС ... общежитиями для ремонтных рабочих, занятых на осенне-зимнем ремонте тракторов и сельхозмашин. Трактористы, привлекаемые на ремонт, размещаются по частным квартирам, зачастую по нескольку человек в одной комнате, или вынуждены ходить за несколько километров домой. В большинстве МТС ... нет бань и клубов, во многих нет даже помещений под красные уголки. В Воронежской области из 175 МТС и ЛЗС 142 не имеют общежитий для ремонтных рабочих и трактористов, привлекаемых на ремонт, только 16 МТС имеют бани, около 20 МТС не имеют источников водоснабжения. Из 189 МТС и ЛЗС Саратовской области - 170 не имеют общежитий, 146 не имеют столовых и 168 не имеют бань ... Аналогичное положение имеет место во многих МТС... Краснодарского края, Сталинградской, Орловской и др. областей»993. На совещании председателей колхозов и директоров МТС, состоявшемся в Министерстве сельского хозяйства СССР в 1956 г., тема бытового устройства трактористов была одной из центральных обсуждаемых проблем. Особенно подробно описал условия жизни трактористов участник совещания работник МТС Бесов из Калининградской области: «Условия для трактористов в наших колхозах находятся в совершенно неудовлетворительном состоянии ... Когда пойдут сильные дожди, то наши трактористы сидят в сплошной грязи ... Кроме того, работники МТС постоянных квартир не имеют, даже коек нет. В некоторых колхозах большинство трактористов живут на разных квартирах. Даже более того, идет и спит в тех костюмах, в которых работает. Кроме того, никакой политмассовой работы не получает ...
992 РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 123. Д. 2. Л. 77.
993 Там же. Оп. 138. Д. 301. Л. 138.
488
При таких условиях, ясно, наблюдаются выпивки, даже невольно. Ведь стоит вопрос - надо же когда-нибудь побыть в человеческих условиях ... Надо твердо узаконить, чтобы в каждом колхозе был отдельный дом для трактористов, оборудованный кроватями, постельными принадлежностями ... Раз трактористы раскиданы по деревням, то и я их часто не могу найти»994. Нередко механизаторы жили вдали от дома не только летом, но и зимой, когда занимались на машинном дворе МТС ремонтом. Трактористка А.И. Потехина рассказывала о работе в МТС в 1940-1950-е гг.: «Молотилки сложные, осенью молотили подолгу. Чуть ли не до Нового года живешь в колхозе», - и о ремонте, когда трактористы также жили не дома: «Как вот работаем, ремонтируем, ремонтируем, надоело - уходим домой на выходной. Я живу дома. День живу, два живу, три живу после этого выходных там. Ну и вот, приходит мне бумажка: «Явиться на ремонтик, или занятие передается в суд». Еще живу день, еще живу день - вторая приходит, и собираем мешок: картошки маменька положит, хлеба напечет там чего, на спину и в МТС отправляемся вновь. Вот так»995. Отдаленность механизаторской части рабочей аристократии прослеживается и в частушечном творчестве села:
Позвоню по телефону
В Пушкарёвский сельсовет, Председатель боле знает, Дроля дома или нет996.
Ленту алого батиста К телефону привяжу. Молодого тракториста В телефон приворожу997.
После перевода трактористов в штаты МТС в 1953 г. была сделана попытка их территориального перемещения на усадьбу МТС во вновь строящиеся с этой целью дома. Эти перемещения, кроме всего прочего, знаменовали собой отрыв от остатков крестьянских корней, смену социально-классового статуса. Повествуя о начале строительства домов для трактористов на усадьбе МТС, писатель Н. Асанов в повести «Чужой человек» (1954 г.) писал: «Разобщенность, вместе со старой привычкой к обособленному труду, когда неизвестно было, кем является тракторист - то ли колхозником, то ли сельскохозяйственным рабо494 РГАЭ. Ф. 7486. Оп. 7. Д. 1426. Л. 116.
195 http://persones.ru/biography-9886/html
196 Частушки. С. 174.
'«'Тамже. С. 172.
489
чим, - сильно сказывалась на самом производстве. Не было того чувства коллективности, которым так сильны индустриальные рабочие ... Раньше трактористам словно бы и дела не было до того, что строится на станции ... Они все время чувствовали себя в стороне - сегодня в МТС, а завтра вернусь в колхоз ... А тут все интересовались: кому дадут первые квартиры, много ли таких домов будет построено, нельзя ли получить участок в личную собственность и перевезти дом из колхоза или построить новый?»998
Естественно, «кочевая» жизнь механизаторов создавала много проблем, в том числе и с питанием. В 1939 г. питание трактористов пытались упорядочить, для чего в постановление СНК СССР и ЦК ВКП(б) было включено отдельным пунктом, что «колхоз, на полях которого происходит работа, организует на период полевых работ питание для трактористов ... по ценам, не превышающим цены кооперации и госторговли, за исключением хлеба, подлежащего удержанию с трактористов натурой при окончательном расчете по трудодням»999. Однако и после войны далеко не всегда колхозы кормили «чужих» для них рабочих МТС. Уже упоминавшийся ранее Бесов из Калининградской области в 1956 г. рассказывал собравшимся председателям колхозов и директорам МТС: «Харчишки подчас кое-какие и сделаны кое-как. Вот в таких условиях работают трактористы ... От колхоза нужно выделить кухарку ... Зерно ... за питание хлебом настало время не удерживать. Хлеб должен войти в цену питания»1000.
Частыми спутниками жизни механизаторской части рабочей аристократии были профессиональные заболевания. На том же совещании 1956 г. выступивший Островский рассказывал, что из 186 трактористов МТС, которую он представлял, 83 имеют профессиональные болезни, «доходит до язвы и катара»1001. Участник совещания Дид- ковский говорил: «там адский труд, особенно во время хлебоуборки, если тракторист пашет, идет пыль такая, там нужно повышенную ставку платить»1002. Именно механизаторская часть рабочей аристократии вела постоянную борьбу за удовлетворяющие их условия труда как в части машин и механизмов, так и бытового обслуживания. Причем эти два параметра, не всегда выраженные механизаторами вербально, были основными, наряду с оплатой труда, классовыми интереса998 Асанов Н. Чужой человек /I Дорогой ценой... Писатели о русском крестьянстве середины XX века. М., 1989. С. 281, 288.
999 О нормах выработки и оплате труда трактористов в машинно-тракторных станциях. Постановление СНК СССР и ЦК ВКП(б). 8 марта 1939 г. // Важнейшие решения по сельскому хозяйству за 1938-1940 годы. С. 173-174.
1000 РГАЭ. Ф. 7486. Оп. 7. Д. 1426. Л. 116.
1901 Там же. Л. 68.
,902 Там же. Л. 175.
490
ми рабочей аристократии деревни. Еще в середине 1930-х гг. об этих коренных интересах рабочей аристократии шла речь в сборнике статей о трактористах-стахановцах: «Организация культурного быта тракторных бригад должна стать в центре внимания МТС при подготовке к сельскохозяйственному сезону. Когда читаешь, как был организован быт в бригаде Суханина, понимаешь, что не могут быть неисправными машины там, где в общежитии душ, чистое постельное белье, цветы, музыка, радио, волейбол, книги и газеты, веселые песни, лекции»1003. В конце 1970-х гг. основная часть механизаторов в качестве основных причин ухода из сельского хозяйства назвали «неудовлетворенность жилищно-бытовыми условиями, а также условиями труда и его оплатой»1004. В конце 1980-х гг. основными причинами увольнения трактористов, поданным социолога И.Ф. Ярошенко, опросившего 1600 уволившихся механизаторов, были неудовлетворенность условиями труда (11%), ухудшение здоровья (7%), неудовлетворенность жилищными условиями (6%), желание жить и работать в городе (8%), поиск высокооплачиваемой работы (8%)1005. Основные проявления классовой борьбы механизаторской части рабочей аристократии были, видимо, связаны с уходом из отрасли. Так как они чувствовали себя рабочими близкого к индустриальному типа, владели навыками управления машинами и механизмами, их исход из сельского хозяйства был чрезвычайно легким. Не случайно постоянной проблемой, обсуждавшейся на разных уровнях власти применительно к механизаторам, была их большая «текучесть». Так, по данным ЦСУ РСФСР, в конце 1960-х гг. из колхозов и совхозов ежегодно выбывало около 13% всей численности трактористов-машинистов, в конце 1970-х гг. - 16% общей численности механизаторов1006.
Тип режима труда механизаторской части рабочей аристократии сельского хозяйства придавал яркие особенности их семейному быту. Как правило, трактористы, комбайнеры и шоферы не могли принять большого участия в хозяйстве семьи. В исследовании ВНИЭСХ об организации производственного процесса на тракторных работах в 1936 г. отмечалось: «Во время полевых работ трактористы оторваны от своего дома, и самим им трудно обеспечить подвозку топлива, корма для ско-
'™ Барзыкин В.М., Рыбальченко Е.А., Березко З.В. Секреты мастеров //Трактористы- двухтысячники. М., 1937. С. 18.
104 Об обеспеченности и использовании труда механизаторских кадров в сельском хозяйстве. М., 1979. С. 7.
"ю5 Ярошенко И.Ф. Как удержать механизатора в деревне? // Социс. 1990. № 5. С. 108.
”"’6 О механизаторских кадрах в совхозах и колхозах. М., 1970. С. 6; Об обеспеченности и использовании труда механизаторских кадров в сельском хозяйстве. М., 1979. С. 7.
491
та, починить избу и т.д.»’007. О том, что механизаторская часть рабочей аристократии гораздо меньше остальных была связана с приусадебным хозяйством, свидетельствуют и их письма. В 1957 г. председатель рабочкома Сямженской МТС Вологодской области Бодров писал в газету «Социалистическое земледелие»: «Зимой механизаторам приходится перевозить на тракторах минеральные удобрения, льнотресту, топливо и т.д. ... Ясно, что зимой в сапогах работать невозможно, а валенок купить негде ... В сельхозснабе их нет, а в райпотребсоюзе имеются валенки, но их продают под шерсть. А где взять механизаторам шерсть, если они весь год работают на тракторах?»* 1008. В зимний период, как и в летний, механизаторская часть рабочей аристократии нечасто жила дома: была занята на ремонте машин или пробовала собрать по колхозам заработанное летом. Тот же Бесов в 1956 г. рассказывал: «Трактористы свой заработок собирают с 3, а то и более колхозов, потому что большинство трактористов посылают в 2-3, а то и более колхозов на прорыв или оказать помощь ... Вот он и собирает получку всю зиму»1009.
Жены трактористов достаточно часто не работали в колхозе. Об этом также сохранилось много свидетельств. Например, в справке начальника статуправления Свердловской области, подготовленной в 1953 г., читаем: «Неработающие женщины имеются в хозяйствах колхозников при большом составе семей или в обеспеченных хозяйствах, так, например, жены трактористов, комбайнеров и руководящего состава (правлений колхозов)»1010. В рассказе В. Овечкина «День тракториста» (1952 г.) тракторист Степан мотивировал запрет своей жене на работу в колхозе: «прокормлю, мол, тебя с детишками своими трудоднями, мне в доме нужна помощница, а не в поле, чтобы уют мне создавала, когда приду на день отдохнуть»1011.
Все больше проявлялась отчужденность трактористов и от колхозных дел, колхозного хозяйства. На совещании по вопросу об оплате труда трактористов в 1939 г. некто Желанкин, говорил: «Тракторист работает на колхозных полях, но в практике я почти никогда не встречал, чтобы тракторист пришел на общее собрание колхозников, поговорил, отчитался о своей работе»1012. В. Овечкин, описывая разговор секрета- 4007 РГАЭ. Ф. 260. Оп. 1. Д. 698. Л. 19.
1008 РГАСПИ. Ф. 556. Оп. 22. Д. 168. Л. 31.
1009 рГДЭ ф 7486 Оп у д 1426. Л. 116.
Из справки начальника статистического управления Свердловской области об итогах обследования бюджетов в семьях колхозников за II квартал 1953 г. по Свердловской области // http://lost-empire.ru/index.php?option=comcontent&task= view&id=6750<emid=9
1011 Овечкин В. «День тракториста» // Овечкин В. Гости в Стукачах. С. 154.
,012 РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 123. Д. 11. Л. 100.
492
Ii>i райкома Мартынова с трактористами в 1953 г., обратил внимание на ю. что тракторист, который был колхозником по статусу, не знал, под кикую культуру он пашет: «Не знаем, товарищ секретарь, - ответил, пожав плечами, улыбаясь, тракторист. - Наше дело маленькое. Скажут паши - пашем, боронуй - боронуем. А что тут будет колхоз сеять - к> уж ихнее дело». Зато в разговоре о заработке тракторист проявил большую расчетливость: «Комбайнер от умолота получает, а я - трак- юрист, таскаю комбайн, мое дело - гектары вырабатывать. На редком хлебе комбайн лучше работает, пошел и пошел без задержки! Пере- иыполняю норму, прогрессивку мне начисляют. А как заехали на такой участок, где тридцать центнеров, пшеница стеною стоит, комбайн на полный хедер не берет - вот тут и завязли! Полнормы не выработаешь. Да пережог горючего. Да если еще дождики, поляжет хлеб. Труба!»1013. Становление ментальности рабочего человека, постепенно разрывающего и территориально и хозяйственно связь с землей «своей» (приусадебный участок) и колхозной, выполняющего определенный набор 1 рудовых операций, участвующего только в части цикла производства сельхозпродукции, проявляющего заинтересованность в оплате труда за сделанный труд, - все это было характерно для механизаторской части рабочей аристократии села.
В конце советской эпохи становятся особенно заметными «ножницы» самооценки и жизненных притязаний рабочей аристократии села. По данным социологического опроса начала 1990-х гг. трактористы- машинисты, комбайнеры, шоферы показали высокую степень удовлетворенности своей специальностью и уровнем квалификации (от 67 до 80%), но условиями профессионального роста были довольны лишь 27% шоферов, 53% трактористов-машинистов и комбайнеров, а оплатой труда - соответственно 67% и 41 %1014.
* *
*
В колхозно-совхозной деревне 1930-1980-х гг. сформировался фактически совершенно новый для сельского российского социума класс рабочей аристократии. Основным классообразующим признаком его стало особое место в отношениях собственности. Именно механизаторы и компания стали главными агентами материальной реализации перехода к индустриальной и капитализированной сельской экономиШ13 Овечкин В. Районные будни. На переднем крае // Правда. 1953. 20 июля.
1014 Блинова ТВ. Перемена труда в агропромышленном производстве. М., 1991. С. 91.
493
ке. При всей значимости в этом процессе низшей фракции собственников деревни при государственном капитализме - протобуржуазии, менеджеров как организаторов и распорядителей ресурсов, интеллектуальной слагаемой экономики, именно рабочая аристократия являлась основным переносчиком стоимости индустриально произведенных средств производства в себестоимость аграрного продукта, именно она обеспечила главный прорыв в капиталистическом перерождении деревни.
Прежде всего за это, несмотря на «рабочесть» своего статуса и эксплуатируемость труда, рабочая аристократия инкорпорировалась в средние слои деревенского сообщества. «Злоупотребления», использование своего места в колхозно-совхозной экономике для «наживы» лишь дополняли вышеназванный базовый статус.
Мощный количественный рост класса рабочей аристократии сопровождался формированием целого набора особенностей их труда и быта: значительной изолированностью труда, спецификой пребывания в МТС, а позже - формированием особого «классового» климата в колхозных и совхозных ремонтных и эксплуатационных структурах; формальными социально-правовыми переменами и т.д. Колоритность тракториста, шофера в замасленной фуфайке, кирзовых сапогах и т.п. была заметным явлением новой российской деревни.
Заметны новизна и, в определенном смысле, искусственность создания рабочей аристократии. Если собственники, управленцы и даже интеллектуалы были и прежде известны русской деревне, «орабочива- ние» основной массы крестьянства исторически не являлось необычным для села процессом, то появление механизированных рабочих стало самым новым социальным трендом. Для создания этого класса потребовалось и наибольшее внешнее воздействие.
494
Глава V
СЕЛЬСКОХОЗЯЙСТВЕННЫЙ ПРОЛЕТАРИАТ
§ 1. Численность, воспроизводство
Авторы данной работы, основываясь на расчетах роли капитала в груде работников различных сельскохозяйственных специальностей, выделили по роду занятий ряд групп сельскохозяйственного населения, которые и составляли пролетарскую часть сельхозработников. К ним относятся, прежде всего, работники, классифицированные в сельскохозяйственном учете как занятые «в сельском хозяйстве без обозначения специальности», «работники, занятые на конно-ручных работах в растениеводстве и прочих ручных работах», а также работники специализированных занятий, входивших в категорию «работники в растениеводстве и кормодобывании», скотники, пастухи, конюхи, доярки и т.д. Следует отметить, что пролетарский статус не был постоянной константой, приговором. По мере вторжения капитала в ту или иную производственную операцию происходила эволюция занятия, порой выливавшаяся в изменение места работника в социальной иерархии. Так, достаточно известна и ярко описана в научной литературе и публицистике эволюция профессии доярки в мастера машинного доения.
Представление о численности и группах сельскохозяйственного пролетариата могут дать материалы Всесоюзных переписей населения, во время которых, как правило, исследовалось распределение населения России по занятиям, общественным группам и источникам средств существования. Особенностью этих данных было то, что они представлялись отдельно по двум большим группам - «занятые преимущественно физическим трудом» и «занятые преимущественно умственным трудом». В свою очередь в каждой из этих групп выделялись сельскохозяйственные занятия; колхозники и рабочие совхозов в этом учете отдельно не учитывались. По переписям населения к «занятым преимущественно умственным трудом» были отнесены руководители разного уровня (например, руководители сельхозпредприятий и их подразделений), агрономы, зоотехники, ветеринары, инженерно- технические работники, работники планирования и учета и др. К «занятым преимущественно физическим трудом» среди сельскохозяйственных занятий материалы переписей населения относили бригадиров в сельском хозяйстве, звеньевых, трактористов, комбайнеров, скотников, телятниц, доярок, птицеводов и др., а также прочих, указавших в качестве занятия «сельское хозяйство» без обозначения специальности, и 495
т.д. Рассмотрим по данным переписей населения, как менялась численность сельскохозяйственного пролетариата в российской деревне 1930-1980-х гг. (табл. 36, 37).
Таблица 38
ЧИСЛЕННОСТЬ И РАСПРЕДЕЛЕНИЕ НАСЕЛЕНИЯ РСФСР ПО ЗАНЯТИЯМ в 1939 г.
(сельскохозяйственные занятия, по данным Всесоюзной переписи населения, чел.)
Занятые преимущественно физическим трудом
Численность
Сельскохозяйственные занятия, всего*
20 001 538
В том числе: скотники, телятницы, доярки, конюхи, свинари, птицеводы
2 164 193
садоводы, виноградари, овощеводы, бахчеводы
100 297
пастухи, гуртоправы, чабаны
329 776
работники поливного хозяйства
3102
прочие занятия в сельском хозяйстве и занятия без обозначения специальности
15 898 277
Составлено по: Итоги Всесоюзной переписи населения 1959 года. РСФСР. М., 1963. С. 280.
* Среди занятых преимущественно физическим трудом (сельскохозяйственные занятия), кроме перечисленных в данной таблице, также названы заведующие колхозными фермами, бригадиры, звеньевые, трактористы, комбайнеры, мотористы (около 1,5 млн. чел.).
Таблица 37
ЧИСЛЕННОСТЬ И РАСПРЕДЕЛЕНИЕ ЗАНЯТЫХ ФИЗИЧЕСКИМ ТРУДОМ (сельскохозяйственные занятия) в РСФСР в 1959,1970,1979,1989 гг.
(по данным Всесоюзных переписей населения, чел.)
Сельскохозяйственные занятия; занятые преимущественно физическим трудом
1959 г.
1970 г.
1979 г.
1989 г.
Сельскохозяйственные занятия, всего*
14 896 762
9 253 067
7 816 488
5 794154
В том числе: скотники, телятницы
574 882
821 572
906 296
907 900**
доярки
800 292
975 307
938 901
793 177***
496
Окончание таблицы 37
Сельскохозяйственные занятия; занятые преимущественно физическим трудом
1959 г.
1970 г.
1979 г.
1989 г.
конюхи
532 078
169 270
74 857
51 604****
свинари
328 014
164 209
164 257
151 750*****
пастухи, гуртоправы, чабаны
320 198
195 045
211 952
213 938
прочие работники 8 животноводстве
97 759
106 020
Н.св.
117 702
птицеводы
95 321
84 114
104 638
89 023******
пчеловоды
47 150
29 889
21 739
30277
садоводы, виноградари
44 241
44 306
93 041
52 995
овощеводы, бахчеводы
37 617
30 567
66 139
69 698
работники поливного хозяйства
2155
3622
4651
9851
прочие занятия в сельском хозяйстве
Н.св.
Н.св.
Н.св.
98 688
I работники в растениеводстве, кормодобывании и занятия в сельском хозяйстве без указания специальности
9 999 043
4 346 298
2 251 279
1 080 701
Источник: Итоги Всесоюзной переписи населения 1970 года. М., 1973. Т. VI. Распределение населения СССР по занятиям. С. 27-28 (данные за 1959, 1970 гг.); Профессиональный состав населения СССР (по данным Всесоюзной переписи населения 1979 г.). М., 1981. С. 17 (данные за 1970 г.); Профессиональный состав населения коренных и наиболее многочисленных национальностей РФ (по данным переписи населения 1989 г.). М., 1992. С. 36 (данные за 1989 г.).
* Среди сельскохозяйственных занятий также названы бригадиры; учетчики- заправщики; звеньевые; трактористы-машинисты; комбайнеры; прицепщики; занятые охраной и выращиванием леса.
** Вместе с операторами по обслуживанию КРС.
*** Вместе с операторами машинного доения.
**** Вместе с коневодами.
***** Вместе с операторами свиноводческих комплексов.
****** Вместе с операторами птицефабрик.
Как показывают данные табл. 36 и 37, в 1939 г. имевших сельскохозяйственные занятия и занятых преимущественно физическим трудом, связанным с немеханизированным ручным трудом и «занятых на конно-ручных работах в растениеводстве и прочих работах» (т.е. тех, кого мы относим к сельскохозяйственному пролетариату), в колхозном 497
и совхозном хозяйстве России насчитывалось более 18 млн чел., в 1959 г. - около 13 млн чел., в 1970 г. - примерно 7 млн чел., в 1979 г. - около 5 млн, в 1989 г. - около 4 млн чел. (в 1989 г. - включая различных операторов животноводческих комплексов). Сравнение численности всего населения России, занятого физическим трудом на сельскохозяйственных занятиях, и численности сельскохозяйственного пролетариата показывает, что в 1939 г. данный класс составлял около 93%, в 1959 г. - 87%, в 1970 г. - 75%, в 1979 г. - чуть более 60% всего населения российской деревни, имевшего сельскохозяйственные занятия и занятого физическим трудом, как и в 1989 г.1015 1016
Для уточнения результатов сравним данные, полученные из материалов Всесоюзных переписей населения, с данными сводных годовых отчетов колхозов РСФСР и сводного единовременного отчета о численности рабочих совхозов РСФСР по профессиям, подготовленного Министерством сельского хозяйства СССР в середине 1970-х гг. (табл. 38).
Таблица 38
ЧИСЛЕННОСТЬ РЯДА ПРОФЕССИЙ КОЛХОЗНИКОВ
И РАБОЧИХ СОВХОЗОВ РСФСР (чел.)
Среднегодовая численность колхозников по отчетам колхозов за 1976 г.
Всего рабочих совхозов постоянных, временных и учеников на 1 августа 1975 г.
Среднегодовая численность работавших колхозников
5 320 596
Рабочие, занятые в сельском хозяйстве
3 922 868
В том числе:
доярки, занятые на ручной дойке
153 745
полеводы
405 978
скотники, пастухи
287 704
рабочие по овощеводству
170 420
1015 Рассчитано по: Всесоюзная перепись населения 1939 года. Основные итоги.
Россия. СПб., 1999. С. 163-164; Итоги Всесоюзной переписи населения 1959 года. РСФСР. М., 1963. С. 238, 240; Итоги Всесоюзной переписи населения 1970 года. М., 1973. Т. VI. Распределение населения СССР по занятиям. С. 27-28; Профессиональный состав населения СССР (по данным Всесоюзной переписи населения 1979 г.). М., 1981. С. 17; Профессиональный состав населения коренных и наиболее многочисленных национальностей РФ (по данным переписи населения 1989 г.). М., 1992. С. 36.
498
Продолжение таблицы 38
Среднегодовая численность колхозников по отчетам колхозов за 1976 г.
Всего рабочих совхозов постоянных, временных и учеников на 1 августа 1975 г.
ЮЛЯТНИЦЫ
180 780
садоводы, чаеводы, табаководы, виноградари, цветоводы
63 896
птичницы
15 389
другие рабочие по растениеводству (кроме полевых объездчиков)
738 453
чабаны
105 643
доярки, доярки- скотники, выполняющие работы вручную
71 597
свинари
82 996
телятницы
116 133
прочие работники животноводства
321 585
скотники дойного стада, выполняющие работы вручную
92 845
работники, занятые на конных и ручных работах в растениеводстве и прочие работники
2 130 165
рабочие по молочному стаду, выполняющие работу вручную
12 626
скотники по молодняку и нагульному скоту, выполняющие работу вручную
108 523
рабочие по молодняку и нагульному скоту, выполняющие работу вручную
15 877
скотники ночные
34 696
свинари, рабочие по свиноводству, выполняющие работу вручную
37 463
свинари откормочных бригад, выполняющие работу вручную
13 506
499
Окончание таблицы 38
Среднегодовая численность колхозников по отчетам колхозов за 1976 г.
Всего рабочих совхозов постоянных, временных и учеников на 1 августа 1975 г.
свинари ночные
9706
чабаны
90 990
другие рабочие по овцеводству
21 538
конюхи, коневоды, табунщики
22 507
рабочие по уходу за рабочим скотом
23 217
пастухи
15 689
птичницы, работающие на немеханизированных фермах
32 405
сортировщики яиц, рабочие инкубационного цеха
9050
рыбоводы, рабочие прудового хозяйства
1385
оленеводы-пастухи
7406
пчеловоды
13 961
звероводы и кролиководы
14 135
кормачи, работающие вручную
6347
прочие работники животноводства
38 183
Составлено и рассчитано по: ГАРФ. Ф. А-616. Оп. 3. Д. 10432. Л. 51—91; ГАРФ. Ф. А-374. Оп. 39. Д. 4649. Л. 53-55.
Данные сельскохозяйственного учета, приведенные в табл. 38, показывают, что в середине 1970-х гг. в совхозах насчитывалось около 2,2 млн рабочих, занятых ручным физическим трудом, в колхозах - примерно 3,3 млн. Таким образом, общая численность сельскохозяйственного пролетариата России составляла около 5,5 млн чел., что корреспондируется с данными Всесоюзной переписи населения 1979 г., показывающей, что сельскохозяйственного пролетариата было около 5 млн чел. Судя по материалам, представленным в табл. 38, доля сельскохозяйственного пролетариата во всей численности колхозников в 500
1976 г. составляла 62%, во всей численности рабочих совхозов России п 1975 г. 56%.
Таким образом, класс сельскохозяйственного пролетариата в колхозно-совхозный период в России являлся основой сельскохозяйственно занятого населения. Неслучайно бытующий в обществе взгляд на типичного деревенского жителя тех лет представлял его как чело- нока, мало отличающегося от традиционного крестьянина, по крайней мере, в технологиях производства, базирующихся на тяжелом ручном, немеханизированном труде. Хотя социально-классовое размежевание деревни в этот период было чрезвычайно быстрым, все же сельскохозяйственный пролетариат своей превалирующей массой скрывал от стороннего наблюдателя (в том числе и от многих современных исследователей) остальные классы колхозно-совхозной деревни (протобуржуазию, менеджеров, интеллектуалов, рабочую аристократию).
Наиболее быстро численность сельскохозяйственного пролетариата РСФСР сокращалась в 1960-е гг.: с 1959 по 1970 г. его численность в среднем в год падала на 492 тыс. чел. Этот показатель в 2 раза превышает темпы сокращения численности сельскохозяйственного пролетариата в 1939-1959 гг. (на 267 тыс. в среднегодовом исчислении) и в 1970-1979 гг. (на 213 тыс. в среднегодовом исчислении). Снижение темпов сокращения численности сельскохозяйственного пролетариата произошло в 1980-е гг.: в 1979-1989 гг. этот класс терял в среднем за юд 106 тыс. чел. Данная динамика сокращения класса вполне сопряга- отся с процессами капитализации и раскрестьянивания села1016. Пока не произошел перелом в господстве капитала среди факторов производства российской деревни (до середины 1950-х гг.), живой труд в самом своем рутинном варианте продолжал господствовать в сельском хозяйстве. В то же время запущенный механизм форсированного первоначального накопления капитала изгонял «лишнее» население деревни, прежде всего, из самого рутинного - «крестьянского» - кластера. Завершение капитализации деревни, начиная с 1970-х гг., замедляет сокращение пролетарского слоя деревни.
Основная часть сельскохозяйственного пролетариата в 1930- 1960-е гг. была сосредоточена в растениеводстве (согласно переписи населения 1939 г. - около 90% его «профессионального» состава, в 1959 г. - примерно 80%, в 1970 г. - около 65%). В 1970-е гг. пролетарская часть работавших в растениеводстве и животноводстве колхозов и совхозов России стала примерно равной: в 1979 г. в растениеводстве "”6 См. подробнее: Раздел первый данной монографии, главы I-II; Безнин М.А. Раскрестьянивание России // Крестьянское хозяйство: история и современность: Материалы к Всероссийской научной конференции. Вологда: Институт истории России РАН, ВГПИ, 1992. Ч. I.
501
было занято примерно 50% всего сельскохозяйственного пролетариата. В 1980-е гг. численность полеводов впервые была ниже, чем тех, кто был занят немеханизированным трудом в животноводстве (согласно переписи населения 1989 г. в российском сельском хозяйстве примерно 60% сельскохозяйственного пролетариата трудилось в животноводстве и около 40% - в растениеводстве). Данное распределение класса по основным отраслям сельского хозяйства также вполне сопрягается с процессами построения государственного капитализма в советском сельском хозяйстве.
В пролетарской сельскохозяйственной среде развивалась профессиональная дифференциация. Согласно единовременному отчету о численности рабочих по профессиям, подготовленному Министерством сельского хозяйства РСФСР в 1975 г., в растениеводстве были определены такие по роду занятий группы, как полеводы, рабочие по овощеводству открытого грунта, рабочие по овощеводству закрытого грунта, садоводы, чаеводы, сборщики чая, цветоводы, виноградари, табаководы; в животноводстве - доярки, доярки-скотницы, телятницы, скотники, рабочие молочных, скотники по молодняку и нагульному стаду, рабочие по молодняку и нагульному стаду, скотники ночные, свинари, рабочие по свиноводству, свинари по обслуживанию поросят, свинари ночные, чабаны, рабочие по овцеводству, конюхи, коневоды, табунщики, рабочие по уходу за рабочим скотом, пастухи, рабочие инкубационного цеха, птичницы, сортировщики яиц, рыбоводы, рабочие прудового хозяйства, оленеводы-пастухи, пчеловоды, звероводы и кролиководы, кормачи1017. Согласно данным ЦСУ РСФСР о численности колхозников по профессиям на 1 августа 1979 г. также отдельной строкой выделены колхозники, занятые в выращивании зерновых и зернобобовых; занятые в выращивании овощей закрытого грунта; открытого грунта; поливальщики сельхозкультур1018. Однако сохранялась и формулировка «занятые на конно-ручных работах в растениеводстве и прочих работах», что свидетельствует о незавершенности процессов профессионализации пролетарских занятий в колхозно-совхозной деревне.
Одна из сложных задач - выявление «чистых» пролетариев в колхозно-совхозной деревне, т.е. тех, кто был связан только с ручным трудом, так как при переписях населения и других обследованиях нередко шла фиксация всех занятых в растениеводстве или животноводстве без указания степени механизации их труда. Согласно данным Министерства сельского хозяйства СССР на 1 августа 1975 г. рабочие совхозов, занятые трудом без помощи машин и механизмов, составляли: среди доярок - 19%, скотников дойного стада
1017 ГАРФ. Ф. А-374. Оп. 39. Д. 4649. Л. 53-55об.
1018 РГАЭ. Ф. 1562. Оп. 62. Д. 1061. Л. 10об.
502
рабочих по молочному стаду - 65%, скотников по молодняку и нагульному стаду - 82%, рабочих по молодняку и нагульному стаду 97%, свинарей - 74%, рабочих по свиноводству - 76%, свинарей по обслуживанию поросят - 73%, среди птичниц на птицефермах - 49% и т.д.1019 По данным ЦСУ СССР в РСФСР на 1 августа 1979 г. в растениеводстве колхозов «вручную не при машинах и механизмах» трудились 66% колхозников (1,6 млн чел.), в животноводстве колхозов - 67% колхозников (около 1 млн чел.)1020. В том числе среди доярок выполняли работу вручную 18%, скотников - 52%, свинарей - 72%, птичниц - 87%1021. Следовательно, и в колхозах и совхозах России даже во второй половине - конце 1970-х гг. так называемые «массовые профессии» в сельском хозяйстве оставались в основном пролетарскими - ручными, пыполнявшимися без помощи аппаратов, конвейеров, транспортеров и т.д. Даже среди 307 тыс. доярок - операторов машинного доения в колхозах России в 1979 г. были полностью освобождены от раздачи кормов и уборки скотного двора только 80 тыс., а более 200 тыс. занимались и этими тяжелыми операциями1022. Приведенные данные показывают, что пролетарская часть колхозников и совхозников была сконцентрирована в растениеводстве и в животноводческих операциях по уходу за скотом.
В.И. Староверов приводит очень интересные данные собственного обследования коллектива колхозников колхоза им. Ленина Старорусского района Новгородской области (на основе 684 единоличных хозяйств, коллективизированных первоначально в 11 сельхозартелей). Согласно его сведениям, в 1930 г. ручным и конно-ручным трудом были заняты 97% колхозников, в 1950 г. - 82%, в 1965 г. - 66%, в 1990 г. - 47%1023 *. Таким образом, и по локальным данным В.И. Староверова, сельскохозяйственный пролетариат на всем протяжении 1930- 1980-х гг. продолжал оставаться самым многочисленным сельскохозяйственным классом деревни.
Интересный срез дает обзор гендерного состава сельскохозяйственного пролетариата. Уже многими исследователями было замечено, что в немеханизированной деятельности преобладал женский труд. Действительно, удельный вес женщин в самых «пролетарских» растениеводческих отраслях был очень весомым. В 1979 г. он составлял среди колхозников России, занятых в зерноводстве, 63%, овощеводстве
1019 Рассчитано по: ГАРФ. Ф. А-374. Оп. 39. Д. 4649. Л. 53-55об.
1020 РГАЭ. Ф. 1562. Оп. 62. Д. 1061. Л. 10.
юг’ Рассчитано по: РГАЭ. Ф. 1562. Оп. 62. Д. 1061. Л. 12.
’°22 РГАЭ. Ф. 1562. Оп. 62. Д. 1061. Л. 12.
1023 Рассчитано по: Староверов В.И. Раскрестьянивание: социолого-политоло¬
гический анализ // Социс. 2010. № 4. С. 27.
503
- от 70 до 86%, садоводстве - 71%, других отраслях растениеводства
- 66%, среди доярок, выполнявших работу вручную, - 99%, телятниц
- 91%. В то же время сохранялись и традиционно мужские отрасли животноводства: так, среди скотников женщин было около 10%, среди занятых на уходе за рабочим скотом - 11%, пастухов - 6%, чабанов - 17%, конюхов - 7%1024. Всего удельный вес женщин на ручных работах в растениеводстве колхозов РСФСР составлял в 1979 г. 62%, на ручных работах в животноводстве - 46%1025.
Классовую принадлежность сельскохозяйственного пролетариата характеризует и способ приобщения их к трудовым операциям. Для данного класса он был взят из опыта крестьянского семейного хозяйства, где основные навыки дети получали в процессе совместной со взрослыми работы, хотя и этот класс сначала частично, а затем в большей степени подвергался профессиональному обучению. В 1930-е гг. «в целях подготовки кадров массовых квалификаций» проводились специальные агрокурсы, агропоходы, создавались агрокружки. Помимо курсов, массовые колхозные кадры проходили подготовку и в бригадах-школах, вечерних школах колхозной молодежи и т.д.1026 Важное значение в годы второй пятилетки имело повышение квалификации рядовых колхозников, привлекаемых к обслуживанию тракторных бригад, которые работали на фермах и в полеводстве. Основной формой подготовки массовых кадров была система краткосрочных курсов (10-12 дней)1027. В послевоенный период с 1950-х гг. большое внимание уделялось повышению профессиональной квалификации и культурно- технического уровня животноводов, полеводов, садоводов и т.д. через систему районных колхозных школ. По решению ЦК ВКП(б) от 19 июня 1950 г. «О постановке дела пропаганды и внедрения достижений науки и передового опыта в сельском хозяйстве» во многих колхозах были созданы трехлетние агрозоотехнические курсы1028. Повышение уровня и профессионализацию колхозного труда пытались проводить через школьное образование. С 1956 г. в стране развернулось движение среди учеников сельских школ - «всем классом в сельскохозяйственное производство»1029. И все же образовательный уровень деревенских пролетариев был самым низким в деревне (табл. 39).
">24 РГАЭ. Ф. 1562. Оп. 62. Д. 1061. Л. 11-13об.
1025 Там же. Л. 10.
юге История крестьянства СССР. М., 1988. Т. 4. С. 175.
1027 Там же. С. 303.
1026 Там же. С. 294.
1029 Там же. С. 295.
504
Таблица 39
УРОВЕНЬ ОБРАЗОВАНИЯ СЕЛЬСКОХОЗЯЙСТВЕННОГО ПРОЛЕТАРИАТА РСФСР в 1959 и 1970 гг.
На 1000 человек имеют высшее и среднее образование
1959 г.
1970 г.
Сельскохозяйственные занятия (все занятое население)
440
656
Скотники, телятницы
181
215
Доярки
236
326
Конюхи
84
110
Свинари
225
288
Пастухи, гуртоправы, чабаны
104
182
Прочие занятия в животноводстве
245
383
Птицеводы
239
402
Пчеловоды
211
392
Садоводы, виноградари
283
401
Овощеводы, бахчеводы
183
360
Работники поливного хозяйства
194
313
Занятия в сельском хозяйстве без указания специальности
182
280
Составлено по: Профессиональный состав населения РСФСР по материалам Всесоюзной переписи населения 1970 г. М., 1973. С. 59-60.
Как видно из табл. 39, в целом сельскохозяйственный пролетариат был наиболее отчлененной от проникновения интеллектуального капитала классовой группировкой. Доля тех, кто имел высшее или среднее образование, в его составе была в два-три раза ниже, чем в среднем по сельскому хозяйству. Наиболее образованными, как показывает таблица, были доярки, свинари, птицеводы, садоводы, т.е. те, кто нуждался в хотя бы минимальных представлениях об общении с техникой и технологиями производства - режимах кормления, уходе за животными, селекцией, гибридизацией и др. Те же группы пролетариата, которые трудились «по старинке», с помощью гужевой рабочей силы, - были самым закрытым для проникновения знаний кластером. В целом сельскохозяйственный пролетариат привносил свое понимание минимума знаний, необходимых для работы «на земле», которое экстраполируется сегодня на все деревенское сообщество советского времени, а именно: лишние знания вредны для работы с землей и животными;
505
главное - понимать и чувствовать природу; «крестьянствовать» нельзя научиться. Это представление о «темноте» деревенского сообщества в конечном итоге было сформировано и у горожан в результате массового исхода из деревни 1950-1960-х гг. и отчасти произведениями писателей-деревенщиков.
Формировался сельский пролетариат в подавляющем большинстве из крестьян - бедняков и середняков (табл. 40-42).
Таблица 40
УДЕЛЬНЫЙ ВЕС ГРУПП КОЛХОЗНИКОВ ПО КОЛИЧЕСТВУ СРЕДСТВ ПРОИЗВОДСТВА В КОЛХОЗАХ РСФСР в 1928 г. (%)
Группы колхозников
Среди всего сельского населения
Среди членов колхоза
Без средств производства
2,8
7Г7
Средства производства до 200 руб.
22,1
41,4
Средства производства на 200-400 руб.
27,9
25,2
Средства производства на 400-800 руб.
31,9
17,7
Средства производства на 800-1600 руб.
12,7
6,8
Средства производства свыше 1600 руб.
2,6
1,3
Источник: Маслов С.С. Колхозная Россия. М., 2007. С. 128.
Таблица 41
СОЦИАЛЬНЫЙ СОСТАВ КОЛХОЗНИКОВ
на 1 июня 1931 г. (%)
Бедняки
Середняки
Прочие
СССР
47,2
46,9
5,9
В том числе: старые колхозы
50,8
40,6
8,6
новые колхозы
43,9
47,9
8,2
РСФСР
32,8
59,5
7,7
Источник: История крестьянства СССР. М., 1986. Т. 2. С. 194.
506
Таблица 42
СОЦИАЛЬНЫЙ СОСТАВ РАБОЧИХ СОВХОЗОВ РСФСР в 1930 г. (по переписи рабочих земледельческих совхозов РСФСР), % к итогу
Категории рабочих
Не свя- заны с землей
Социальное происхождение (по занятиям отца)
промышленный рабочий
бедняк
середняк
кулак
неизвестно
Постоянные рабочие, в т.ч.
60
12
51
18
0
19
животноводство
1 и 2 гр.
56
7
58
19
0,1
15,9
прочие сельхоз- рабочие (кроме трактористов, комбайнеров, шоферов, рабочих ремонтных мастерских)
61
11
51
17
0,1
20,9
неквалифицированные рабочие
54
9
54
20
17
Сезонные рабочие, в т.ч.
51
9
54
19
18
прочие сельхозра- бочие (кроме трактористов, комбайнеров)
46
10
54
21
15
неквалифицированные рабочие
54
9
54
18
0,1
18,9
Составлено по: РГАЭ. Ф. 1562. Оп. 74. Д. 7. Л. 89.
Из данных таблиц 40-41 следует, что уже в начале создания колхозов основу их составлял «пролетарский и полупролетарский элемент», имевший малое количество скота и инвентаря или без них. То есть государством ставка делалась на создание колхозов из «бедняцко- батрацкого элемента», в частности работавших ранее по найму. Однако реальность оказалась другой - колхоз в основном сложился из людей с крестьянским прошлым. Поданным 1931 г. социальный состав колхозов РСФСР включал 32,8% крестьян-бедняков, 59,5% крестьян- середняков и 7,7% «прочих».
507
Что касается рабочих совхозов, то в начале создания советских хозяйств, в 1918 г., делалась попытка сформировать из них «пролетарское ядро» села путем набора в советское хозяйство бывших наемных сельскохозяйственных рабочих (батраков), которые ранее работали в помещичьих хозяйствах, а в 1920-е гг. - «полупролетарских слоев деревни»1030. Поэтому особый крен при организации совхозов 1917-1920-х гг. делался на людей «без земли и рабочего скота», которые будут «опорой для социалистического переустройства» сельского хозяйства. В 1929 г. среди постоянных рабочих совхозов СССР 94% не имели рабочего скота, 76% - земельных наделов, среди сезонных рабочих совхозов 74% не имели рабочего скота1031. В 1930 г. 60% постоянных и 51% сезонных рабочих были «не связаны с землей» (табл. 42). Однако с начала 1930-х гг. политика по формированию социального состава совхозных рабочих серьезно изменилась - курс был взят на формирование кадров из крестьянского населения. Уже в 1932 г. среди рабочих совхозов основная масса были выходцами из семей крестьян-бедняков - 53% постоянных и 58% сезонных рабочих; из промышленных и городских рабочих - 12% постоянных и 9% сезонных кадров; из сельхозрабочих - 17% постоянных и 12% сезонных рабочих совхозов. Значительную долю среди рабочих совхозов занимали выходцы из семей крестьян-середняков (13% постоянных и 17% сезонных рабочих)1032. Однако обращает на себя внимание то, что более половины из них и в 1932 г. «не были связаны с землей», а это означает сохранение представлений о необходимости высокого уровня исходной «пролетарскости» совхозных рабочих. С конца 1930-х и до конца 1980-х гг. основным источником пополнения совхозной части сельскохозяйственного пролетариата были колхозники.
В целом социальное происхождение первых поколений сельскохозяйственного пролетариата деревни было крестьянское, в дальнейшем и у колхозной, и у совхозной части класса преобладало внутреннее воспроизводство. Это достаточно ярко проиллюстрировали данные единовременного выборочного обследования изменений социальной структуры населения России, проведенного в 1982 г. (табл. 43).
Как видим из табл. 43, почти 2/3 опрошенных россиян не меняли своего социального положения в период трудовой деятельности, в том числе 69% колхозников.
1030 Зеленин И.Е., Богденко М.Л. Совхозы СССР. Краткий исторический очерк (1917- 1975). М„ 1976. С. 24, 38.
1031 Труд в СССР. Справочник 1926-1930 гг. С. 78.
1032 Труд в СССР. М.; Л„ 1932. С. 28.
508
Таблица 43
СОЦИАЛЬНОЕ ПОЛОЖЕНИЕ НАСЕЛЕНИЯ РОССИИ ПО ВРЕМЕНИ НАЧАЛА ТРУДОВОЙ ДЕТАЛЬНОСТИ (по материалам единовременного выборочного обследования 1982 г.)
Число опро- шенных
Из них имели социальное положение на момент обследования
рабочий
служащий
колхозник
Другое
Всего
34 259
15 370
14 064
2589
2236
в том числе: за время трудовой деятельности меняли социальное положение
11 063
4004
5382
814
863
не меняли социального положения
23 196
11 366
8682
1775
1373
Составлено по: ГАРФ. Ф. А-374. Оп. 39. Д. 6999. Л. 61.
Еще один отличительный момент, характеризующий класс, - осознание им своего места в иерархии профессий. В первое тридцатилетие колхозно-совхозного строя рутинная работа в сельском хозяйстве была обыденностью, а некоторые «должности» воспринимались с гордостью. Так, А.Я. Яшин, описывая жизнь колхозной свинарки Нюрки (повесть «Выскочка», 1961 г.), отмечает: «Нюрка окончила шесть классов сельской школы, и ей сразу поручили уход за свиньями. Этим назначением гордилась мать Нюрки и сама она: все-таки не часто доверяют колхозное животноводство совсем молоденькой девчонке»1033.
В период же 1960-1980-х гг. отношение к тяжелому сельскохозяйственному труду резко изменилось, большинство деревенских родителей ориентировали детей на городскую жизнь. По данным опроса о профессиях женщин и их матерей, проведенного в сельской местности Орловской области и Удмуртской АССР в 1986-1987 гг., среди
1033 Яшин А.Я. Выскочка II Яшин А. Журавли. М., 1979. С. 122.
509
работников животноводства (доярка, птичница, пастух) наследовали профессию 26-ти матерей-орловчанок только 3 дочери, 43-х сельских жительниц Удмуртии - 11 дочерей1034.
Таким образом, сельскохозяйственный пролетариат был самым многочисленным классом деревни. Однако его численность стремительно сокращалась: за шестьдесят лет - более чем в 4 раза. Данный социальный класс сильнее других был генетически связан с крестьянством, формировался на его основе, практически не имел пополнения со стороны других слоев и классов. Деревенское социальное происхождение, воспроизводство социального статуса родителей, более низкие, чем у других деревенских классов, возможности социальной мобильности были заложены в основу места данного класса в социальной пирамиде.
1034 Денисова Л.Н. Женщины русских селений: Трудовые будни. М., 2003. С. 189. 510
§ 2. Правовой статус
В 1930-е - первой половине 1960-х гг. правовой статус колхозной и совхозной групп сельскохозяйственного пролетариата кардинально различался. Правовое положение колхозной части пролетаризировавшегося крестьянства отличалось серьезной дискриминацией на фоне остальных социальных категорий российского общества. Важнейшее шачение в этом имело введение паспортного режима в 1932 г., дей- <1вовавшего до 1974 г., согласно которому колхозное крестьянство пыло оставлено вне паспортизации, а также продолжавшее эту линию Постановление СНК СССР и ЦК ВКП(б) от 19 апреля 1938 г., которым (>ыло запрещено массовое исключение колхозников из колхозов1035. 1аким образом, сельскохозяйственный пролетариат оказался «прикрепленным» к земле, что было, пожалуй, одной из наиболее часто упоминаемых характеристик своего правового статуса в «устных историях» селян. Так, на рубеже XX-XXI вв. в ходе сбора крестьянских воспоминаний в Кемеровской, Новосибирской областях, на Алтае такого рода высказываний было особенно много. Д.Е. Рубцов (1910 г.р.) из Кемеровской области в 2000 г. вспоминал: «Крестьянин мог выехать из деревни только по направлению колхоза и обязательно вернуться назад на работу. Паспортов у колхозников не было. Не было и пенсионеров»1036. М.К. Соломатова (1914 г.р.) из д. Подьяково Кемеровской области в 1999 г. рассказывала: «Справку мне давать не хотели. Я насилу ее выбила от начальства. Не отпускали из колхоза и все тут! Как крепостные были. Нашей судьбой полностью распоряжалось начальство. Решало - где нам работать и где жить»1037. В.М. Князева (1914 г.р.) из той же области поясняла в 1999 г.: «У нас главным документом была трудовая книжка. Когда у меня украли корову, и я должна была ехать в город в милицию. Я боялась. Но мне сказали, что с трудовой книжкой я могу ехать куда хочу. Паспорта не было»1038. «Крепость земле» фиксировалась во многих деревенских частушках 1930-1950-х гг.:
В Ленинграде жизнь хороша - Меня милый известил.
Я уехала бы, девушка, - Колхоз не отпустил1039.
ю№ Постановление СНК СССР и ЦК ВКП(б) от 19 апреля 1938 г. «О запрещении исключения колхозников из колхозов» // Решения партии и правительства по хозяйственным вопросам. М., 1967. T. 2. С. 651.
1036 http://collectiv.narod.ru/doc10.htm
1037 http://collectiv.narod.ru/doc17.htm
1038 httр: //соllectiv. narod. ru/doc18. htm
1039 Частушки. M., 1987. С. 167.
511
Дроля в городе живет, Спит на пятой коечке. Дайте справку из колхоза, - Я поеду к дролечке1040.
Основными документами, регулирующими правовое положение колхозников в 1930-е гг., являлись Примерные Уставы сельхозартели, первый из которых был принят в 1930 г., второй - в 1935 г. Эти документы являлись, несомненно, преемственными и отражали все более детальное представление государства о правовом положении колхозников и колхозов. Согласно Примерному Уставу 1930 г., а затем и 1935 г., членом колхоза мог стать любой трудящийся (кроме кулаков и лиц, лишенных избирательных прав), достигший 16-летнего возраста и подавший заявление о вступлении в сельхозартель. В колхоз принимало правление колхоза, а утверждение этого решения происходило на общем собрании колхозников. К 1950-м гг. вступление в члены колхоза для тех, кто родился в семьях колхозников, стало практически автоматическим. Появилось целое поколение «колхозников по рождению», «колхозников по месту жительства», что отразили Уставы многих сельхозартелей1041. Так, при проверке прокуратурой Уставов колхозов в 1956 г. выяснилось, что, например, в большинстве колхозов Вологодской и Архангельской областей было решено детей колхозников, достигших 16-летнего возраста, зачислять в члены колхоза без подачи заявления. В Уставе сельхозартели «Комсомолец» Верховажского района Вологодской области в 1956 г. было записано, что «вновь влившиеся члены семьи путем бракосочетания ... механически считаются ... членами артели». В Устав колхоза «Успех» того же района было включено положение о том, что «при переезде членов других колхозов на жительство в колхоз, они механически считаются колхозниками». В Уставе сельхозартели «Красавино» Кичменгско-Городецкого района Вологодской области был пункт, который гласил: «Каким-то бы не было путем человек влился в колхозное хозяйство, он механически будет являться членом колхоза»1042 [Так в документе]. Выход из колхоза по Уставам 1930 и 1935 гг. был возможен (как и исключение из его членов), но оговаривался большим количеством ограничений имущественного плана. В частности, по Уставам 1930 и 1935 гг. бывшему колхознику возвращался паевой взнос, но отбирался земельный надел, выделенный колхозом для личного хозяйства.
1040 Частушки. М„ 1990. С. 193.
1041 На основании Примерного Устава сельхозартели каждый колхоз разрабатывал свой устав.
1042 ГАВО. Ф. 1705. Оп. 9. Д. 2220. Л. 306, 330; Д. 2221. Л. 12-14.
512
Большой особенностью правового положения колхозников было место в реализации «разделенного» права собственности. Уже в Уставе сельхозартели 1930 г. оговаривалось, что «каждый вступающий в артель должен внести денежный вступительный взнос в размере от 2 до 10% стоимости всего имущества ... приходящегося на его долю но дворе»’043. При этом до половины зачислялось в неделимый фонд артели, остальное - в паевой взнос члена артели. Устав 1935 г. был более конкретным: вступительный денежный взнос составлял от 20 до 40 руб., в неделимый фонд должно было поступить от четверти до половины стоимости обобществленного имущества1043 1044. Таким образом, крестьянин при вступлении в колхоз пролетаризировался - лишался половины или более собственных капиталов (крупных средств производства, рабочего и части продуктивного скота). При этом уникальность колхозов состояла в том, что процессы пролетаризации уравновешивались формальным сохранением «чувства хозяина» - наличием пая в колхозном имуществе, а также сохранением личного хозяйства, ведущегося на отведенной колхозом земле.
Сохранение личного хозяйства за колхозниками было предметом долгой дискуссии. Этот вопрос был урегулирован лишь Примерным Уставом сельхозартели 1935 г. Согласно Примерному уставу 1930 г. хозяйство у двора могло быть, но размеры индивидуального хозяйства колхозников не оговаривались, Устав же 1935 г. впервые в правовом плане оформил этот институт. Настаивая на существовании у колхозного двора личного хозяйства, И.В. Сталин пояснял: «Старое общество строилось сотни лет, и, если вы думаете, что новое общество можно построить в три года, вы ошибаетесь», «не должно быть ни одного двора, у которого нет приусадебной земли ... Птица всякая будет, зерно всякое нужно - колхоз им не дает ... Человек есть человек. Он хочет иметь кое-что для себя. Он хочет иметь кое-что из скота ... свою корову. Ничего преступного в этом нет»1045. Согласно Примерному Уставу сельхозартели 1935 г. размеры приусадебной земли колхозного двора колебались от ’/4 до ’/2 га (в отдельных районах страны - до 1 га), колхозный 1043 Примерный Устав сельскохозяйственной артели (утв. СНК СССР, Президиумом ЦИК СССР 01.03.1930) // www.lawmix.ru/sssr/15837
1044 Примерный Устав сельскохозяйственной артели, принятый II Всесоюзным съездом колхозников-ударников и утвержденный СНК СССР и ЦК ВКП(б) // Решения партии и правительства по хозяйственным вопросам (1917-1967). М„ 1967. T. 2. С. 524.
1045 Выступление И.В. Сталина на заседании комиссии II Всесоюзного съезда колхозников-ударников для рассмотрения проекта Примерного устава сельскохозяйственной артели // Трагедия советской деревни: Коллективизация и раскулачивание. Документы и материалы. В 5 т. 1927-1939. М., 2002. Т 4. 1934-1936. С. 391-396.
513
двор мог иметь в личном пользовании корову, до 2 голов молодняк! рогатого скота, 1 свиноматку с приплодом, до 10 овец и коз, птицу, кро» ликов, ульи1046. Иметь лошадь было запрещено. Колхозники в фолькло* ре зафиксировали важность для них индивидуального хозяйствования!
Спасибо тебе, Сталин, По коровушке оставил... Еще бы Ленина спросить, Молоко бы не носить1047.
Одновременно в частушках фиксировались и другие важнейшие моменты правового положения двора, прежде всего ограничительного характера:
Человеческое счастье Это ты нам, Сталин, дал: Отнял землю, отнял волю, Силой всех в колхоз загнал1048.
Привязанность к приусадебной земле и к земле вообще - неотъемлемая часть правовой характеристики колхозника. М.А. Безнин описывает жизнь колхозного двора в 1950-1960-е гг., в которой присутствовал постоянный фактор «борьбы за землю», точнее - за расширение приусадебного землепользования1049. И.Е. Кознова в работе о социальной памяти крестьян отмечает: «Для старших поколений крестьян понятие “своя земля” наполнено, конечно, большим содержанием и смыслом. Во всяком случае, то, что у людей некогда была “своя земля”, предполагало и иное отношение к ней, нежели теперь: “После появления колхоза порядку не стало. Не твое, не мое! А раньше хорошо ухаживали за землей-то”, “рабочий человек раньше был небогат, но у каждого была земля, и он был доволен”»1050.
О привязанности к земле рассказывали многие деревенские жители. Бывшая колхозница В.Г. Марковская из Кемеровской области рассказывала на исходе XX в.: «Многие и не хотели уезжать в город хотя бы потому, что были безграмотными. Они просто врастали в свой дом, 1046 Примерный Устав сельскохозяйственной артели, принятый II Всесоюзным съездом колхозников-ударников и утвержденный СНК СССР и ЦК ВКП(б) // Решения партии и правительства по хозяйственным вопросам... Т. 2. С. 520-521.
1047 Архив УФСБ по Вологодской области. Дело по обвинению В.А. Баданина. Л. 19.
1049 Заветные частушки. Из собрания А.Д. Волкова. М., 1999. Т. 2. Политические частушки. С. 33.
1049 Безнин М.А. Крестьянский двор в Российском Нечерноземье...
1050 Кознова И.Е. XX век в социальной памяти российского крестьянства. М., 2000.
514
й свое хозяйство. В деревне было спокойнее и свободнее. Легче было прожить. Притягивала земля»1051 *. А.Ф. Панкратов с Тамбовщины тогда то говорил: «Не уезжали мы из деревни и потому, что с детства к земле пыли приучены. Другого-то ничего больше делать не умели. Только за шмлей ухаживать»1062. Рядовой колхозник Шурка из повести А. Яшина «Сирота» (1961 г.) говорит о причине, по которой он не пошел учиться: «Чтобы земля не осиротела». Чаще всего именно приусадебная земля ассоциировалась у колхозного двора со «своей» землей. С.С. Маслов в конце 1930-х гг. так описывал отношение колхозников к приусадебному козяйству: «Это маленькое приусадебное хозяйство сразу же стало в цонтре хозяйственных забот, внимания и любви села ... Перенапрягли истощенные силы, они вручную и ночами вскапывают отведенную юмлю. На нее сносили все, что могло удобрить и улучшить ее - золу, бурьян, весь навоз и все кухонные отбросы. Земля засаживалась до последнего сантиметра»1053 1054 *.
На «прикрепленности» к земле, наделении приусадебной землей базировалась в правовом плане система повинностей колхозного крестьянства (отработочная, натурально-продуктовая, денежная), действовавшая с начала 1930-х до рубежа 1950-х- 1960-х гг.1064 Повинностный тип эксплуатации сельскохозяйственного пролетариата обеспечил длительное сохранение многих черт крестьянского мировосприятия, что обуславливало незавершенность пролетаризации колхозников.
Большие особенности имелись в правовых основах и механизмах оплаты пролетарский части колхозного крестьянства. Если в отношении других классов деревенского социума полномасштабно или отчасти работал зарплатно-монетарный механизм, то сельскохозяйственный пролетариат колхозов работал «за трудодни». Трудодень был введен в качестве меры оценки и формы учета труда в 1930 г. и существовал в этом качестве до 1966 г. Его стоимость зависела от величины ресурсов, оставшихся в колхозе после выплат государству, уплаты натуроплаты МТС и создания колхозных фондов. Работа за трудодни ярко отражена в воспоминаниях колхозников и колхозном фольклоре. Старая колхозница Ф.С. Мальцева из Новосибирской области поясняла интервьюеру в конце XX в.: «А в колхозе работали за палочки, то есть за отметку учетчика о твоем выходе на работу»1065.
О трудоднях сложено множество деревенских частушек:
1051 http ://col lecti V. narod. ru/doc24. htm
'062 h ftp ://colle cti v. narod. ru/doc5. htm.
1053 Маслов С.С. Колхозная Россия. С. 150.
1054 См. подробнее: Раздел первый, глава III, § 2.
1056 http://collectiv.narod.ru/doc19.htm
515
Заработала я «палочек»
Поболее трехсот!
Обнесу теперь забором Свой маленький огород.
Наш колхоз делами славен:
Мы и сеем, мы и жнем! А осенью за работу Домой «палочки» несем.
Заработала одни Палочки-трудодни: Ни испечь их, ни сварить И ни печку истопить1056.
Уставы сельхозартели 1930 и 1935 гг. прописывали также права колхозников в управлении сельхозартелью. Они могли участвовать в работе общего собрания членов артели, где проводились выборы правления, председателя, ревизионной комиссии. На деле же права сельскохозяйственного пролетариата были мизерными, что многократно описано исследователями, писателями, политическими деятелями. Практически все обращают внимание на то, что к мнению низшего слоя колхозников не прислушивались, отношение к ним было «как к крепостным», нередкими были издевательство, рукоприкладство и т.д.1057
Примерный Устав сельхозартели 1935 г. содержал целый перечень мер наказания, которые могли быть применены к колхозникам правлением колхоза без всяких судебных санкций, в том числе штрафы в трудоднях, отстранение от работы, исключение из колхоза и др. Правовая ущемленность низшего класса деревни - сельскохозяйственного пролетариата - беспокоила не только представителей данного класса, но и будоражила общественное мнение. За несколько лет до принятия третьего Примерного устава колхоза, в 1965 г., преподаватель одной из кафедр Вологодского молочного института направил письмо в Вологод- 1056 Заветные частушки. Из собрания А.Д. Волкова. М„ 1999. Т. 2. Политические частушки. С. 37-38.
1057 Попов В.П. Российская деревня после войны: Сборник документов. М„ 1993; Фицпатрик Ш. Сталинские крестьяне. Социальная история советской России в 30-а годы: деревня. М., 2001; Безнин М.А., Димони Т.М. Социальный протест колхозного крестьянства (вторая половина 1940-х - 1960-е гг.) II Отечественная история. 1999. № 3. С. 81-99; Общество и власть. 1930-е годы. Повествование в документах. М„ 1998; Голос народа. Письма и отклики рядовых советских граждан о событиях 1918-1932 гг. М„ 1998; Трагедия российской деревни. Коллективизация и раскулачивание. В 5 т. М., 1999-2006; и др.
516
< кий областной комитет КПСС, где отмечал: «чрезмерно расширились права председателей и правлений колхозов, бригадиров, ущемлялись права колхозников, в некоторых колхозах стало процветать командо- нание, система многочисленных штрафов. Часть председателей стала рассматривать колхоз как свою вотчину и вели себя как удельные князья сыпали направо и налево многочисленные штрафы. Так, в колхозе «Россия» Башкирской АССР в 1964 г. было наказано 43% трудоспособных колхозников. На отдельных заседаниях правления наказывалось сразу по 70 человек ... За то, что колхозница колхоза «Доброволец» З Я. Гуляева вышла замуж в соседний колхоз, правление ... оштрафовало ее на 93 трудодня и лишило дополнительной оплаты»1058.
Еще одной особенностью правового статуса основной части колхозников - сельскохозяйственного пролетариата - являлось исключение их из системы государственного социального страхования1059. Пенсии, больничные листки были очень заботившим массу «рядовых колхозников» сюжетом, в чем убедилась власть, собрав на рубеже 1950- 1960-х гг. сведения из писем колхозников в различные инстанции. Например, в 1957 г. колхозник Н.П. Авдеев из д. Манихино Калининской области писал в газету «Сельское хозяйство»: «Крестьяне, которые не иступили в колхоз, а пошли на производство, сейчас получают пенсию, живут спокойно, так как государство их обеспечило. Их дни не будут омрачены думами о том, как прожить. Колхозник отдал в артель имущество, лично я, например, лошадь, инвентарь, постройку, корову. А выйдешь из строя и окажешься на положении бродячей собаки. Валяется бродячая собака, никто хлеба куска не бросит, так и старому бессильному колхознику - подыхай с голоду и холоду»1060. Т.И. Клименко из колхоза «Ленинский путь» Ростовской области в том же году писала: «Председатель нашего колхоза разъясняет, что колхозники не пользуются правом на государственную пенсию по старости. Если, мол, у престарелого члена артели есть взрослые сын или дочь, то он должен быть на иждивении детей»1061.
Изменения в правовом положении колхозников происходят на рубеже 1950-х - 1960-х гг. В 1958 г. были отменены обязательные поставки сельхозпродукции с дворов колхозников, шло угасание системы повинностей. Колхозники были включены в систему социального страхования: в 1964 г. члены колхозов получили право на пенсии по ,05е ВОАНПИ. Ф. 2522. Оп. 63. Д. 102. Л. 49-50.
1059 См. подробнее: Димони Т.М. Социальное обеспечение колхозников Европейского Севера России во второй половине XX века // Северная деревня в XX веке: актуальные проблемы истории. Вологда, 2002. Вып. 3. С. 115-134.
,оео РГАСПИ. Ф. 556. Оп. 22. Д. 168. Л. 40.
'°61 Там же. Л. 42.
517
старости и инвалидности, а женщины - члены колхозов - право на пособие по беременности и родам1062. С 1970 г. колхозники становятся членами профсоюзов с включением их в систему соцстраха (больничные листки членам колхозов выдавались лечебными учреждениями ■ порядке, предусмотренном для рабочих и служащих)1063 1064 1065. В 1970-е гг. завершилась паспортизация колхозной деревни. Изменения, произошедшие в социальном статусе колхозников, подчеркнули дополнения и изменения, внесенные в Примерный устав колхоза 10 июля 1980 г.10** Так, были включены положения «о праве на выбор профессии, родя занятий и работы в соответствии с призванием, способностями, профессиональной подготовкой, образованием и учетом дополнительных потребностей». Колхозникам давалось право на отдых, обеспечиваемое предоставлением выходных дней и ежегодных оплачиваемых отпусков. Были включены положения об охране труда, о соглашении профсоюзного комитета колхоза с правлением колхоза.
Изменения в правовом статусе колхозников широкомасштабно были закреплены в Примерных уставах колхоза, принятых в 1969 и в 1988 гг. Согласно Примерному уставу колхоза 1969 г. при вступлении в колхоз достаточно было достижения возраста 16 лет и личного заявления, не требовалось никакого вступительного взноса. Фактически это означало, что воспроизводства крестьянского или колхозного состояния могло и не происходить: любой гражданин страны мог стать членом колхоза и получить «работу в общественном хозяйстве с гарантированной оплатой» и другими правами и обязанностями члена колхоза, в том числе управления делами колхоза, получения приусадебного участка, социального обеспечения. В Уставе 1969 г. четко оговаривался и порядок выхода из членов колхоза: он производился по заявлению колхозника в течение 3-х месяцев со дня подачи заявления, расчет с вышедшим из колхоза обязаны были произвести по окончании хозяйственного года1066. Примерный устав колхоза, принятый в 1988 г., еще более фокусировался на свободном вступлении в члены колхоза и выходе из него. Так, предусматривался трехмесячный испытательный 1062 Закон о пенсиях и пособиях членам колхозов. Принят ВС СССР 15 июля 1964 г. // Решения партии и правительства по хозяйственным вопросам. М„ 1968. Т. 4. С. 473.
1063 Постановление СМ СССР и ВЦСПС от 27 марта 1970 г. «О мерах по осуществлению социального страхования членов колхозов»// Решения партии и правительства по сельскому хозяйству (1965-1971 гг.). М., 1971. С. 458.
1064 Постановление ЦК КПСС и СМ СССР о внесении некоторых изменений и дополнений в Примерный устав колхоза от 10 июля 1980 г. // КПСС и резолюциях и решениях съездов, конференций и Пленумов ЦК. М., 1982. Т. 14. С. 26-28.
1065 Постановление ЦК КПСС и СМ СССР от 28 ноября 1969 г. «О примерном уставе колхоза» // Решения партии и правительства по сельскому хозяйству (1965-1974).
М., 1975. С. 381-382.
518
i.рок для гражданина, желающего вступить в колхоз, а также указывалось, что «член колхоза имеет право добровольного выхода из колхо- ш... Правление колхоза и общее собрание колхозников не вправе отказать в просьбе колхозника о выходе его из колхоза... Споры по делам, иозникающим из членских отношений, разрешаются общим собранием колхозников, а в случаях, предусмотренных законодательством Союза (;СР и союзных республик, - судом»1066. Итак, в 1970-1980-е гг. колхозник окончательно теряет статус паевого сособственника колхозного имущества и превращается фактически в работающего по договору на- омного работника, хотя антураж в виде одобрения общим собранием колхозников приема и выбытия из колхоза сохранялся и в Примерном уставе 1969 г., и в Примерном уставе колхоза 1988 г.
Правовой статус совхозных рабочих значительно отличался от статуса колхозного пролетариата. Уже в 1930 г. было принято Постановление СНК СССР «Об условиях труда в советских хозяйствах»1067. В нем оговаривалась необходимость договорных отношений с рабочими, «бронирование» подростков, обеспечение жильем всех рабочих советских хозяйств, охрана труда, снабжение рабочих совхозов промышленными товарами и продуктами питания по нормам промышленных рабочих, обеспечение больницами, банями и т.д. По паспортной системе 1932 г. совхозники имели паспорта, им выплачивалась заработная плата. Для колхозников считался весьма желательным переход на работу в совхоз хотя бы временно. Н.О. Чечевский из Кемеровской области вспоминал в 1999 г.: «В Щегловку я попал в 1932 г. Здесь в 1931 г. стали строить совхоз. Вот наши ребята и подались сюда. Убежали от голода. Чтобы прикрепить колхозников к колхозу, паспортов нам не выдавали. Уехать можно было только по вербовке на какую-нибудь стройку. К нам приехал вербовщик, и я завербовался в Щегловку»1068. М.С. Абросимова из Новосибирской области в том же году рассказывала о себе: «Мужа своего до свадьбы практически не знала. Он жил в соседней деревне, там был совхоз. Стала в том совхозе работать дояркой. Там хоть и небольшие деньги платили, но это были все-таки не колхозные трудодни-палочки»1069. Супруги Гурашкины с Алтая поясняли: «Уехали из Куягана в Куячонок, потому что в Куягане колхоз был, жили плохо. А в Куячонке совхоз был, деньги давали и хлеб пекли, пекарня была, а у нас денег не было». П.Н. Гурова из этого же региона так характеризовала стремление переехать из колхозов в совхозы: «Мои 1066 http://base.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc&base=ESU&n= 8384
1067 Собрание законов и распоряжений Рабоче-Крестьянского правительства СССР. 1930. № 6. Ст. 70.
1068 http://www.hrono.ru/dokum/1929kol/kol028.html
1089 http://collectiv.narod.ru/doc8.htm
519
родители из Буланихи сюда приехали. Потому что здесь совхоз, отделение образовалось и здесь совхоз. А там колхоз. И вот сюда в совхоз родители приехали. А дома побросали. А здесь землянку на горочке выкопали. Там все как-то отбирали. А здесь деньги. И вроде совхоз как деньги давал. За деньгами побежали сюда»1070. О достаточно большой эластичности совхозов в плане найма рабочей силы свидетельствуют и данные о ее движении. Например, среднемесячная численность постоянных рабочих совхозов за 1935 г. по СССР в январе составляла 2 млн, в июле - около 3 млн, в декабре - 2,5 млн чел.1071
Для постоянных, сезонных и временных рабочих совхозов, которые основным источником существования имели работу по найму, было введено социальное страхование. В 1931 г. Постановлением ЦИК и СНК СССР «О социальном страховании» было зафиксировано, что члены профсоюза, занятые в обобществленном секторе, должны обеспечиваться по временной нетрудоспособности. Рабочим и служащим совхозов, которые проработали непрерывно более 2 лет в данном предприятии и имеют общий стаж на производстве более 3 лет, пособие выплачивалось в размере полного заработка, остальным - 3/4 заработка. Не членам профсоюза за первые 30 дней пособие по нетрудоспособности выплачивалось в размере 1/2 заработка, а дальше - 2/3 заработка1072. Число членов профсоюзов в совхозах было значительным, оно составляло 275 тыс. в 1928 г. и 1101 тыс. - в 1932 г.1073 В 1948 г. был создан единый профсоюз рабочих совхозов СССР, на местах возникли областные, краевые и республиканские комитеты этого союза1074.
Сельскохозяйственный пролетариат совхозов, однако, рядом правительственных решений был «усажен» на землю. В 1933 г. был решен вопрос о наделении совхозников приусадебными участками размером до 0,25 га и обеспечении их скотом. С этого момента на рабочих совхозов распространялась система повинностей. Рабочие совхоза в период с конца 1930-х до конца 1950-х гг. облагались сельхозналогом «на одинаковых основаниях с хозяйствами колхозников», участвовали в обязательных поставках мяса, кожевенного сырья, семян масличных 1070 Щеглова Т.К. Алтайская деревня в 1950-1970 гг.: устная история безгласного большинства // История Алтайского края. XVIII-XX вв. Науч, и документ, материалы. Барнаул, 2004. С. 387-416.
1071 Труд в СССР. М., 1936. С.258.
1072 Собрание законов и распоряжений рабоче-крестьянского правительства. 1931. №41. Ст. 283.
1073 Сельскохозяйственная энциклопедия. М., 1935. Т. 4. С. 113-114.
1074 Богденко М.Л., Зеленин И.Е. Совхозы СССР: Краткий исторический очерк: (1917-1975). М., 1976. С. 145.
520
культур с приусадебных участков1075. В сентябре 1938 г. правительство установило, что семья совхозного рабочего может иметь в личной собственности одну корову и теленка или козу и одну свинью. Рабочий скот держать запрещалось1076. После «разрешения» приусадебного хозяйствования в конце второй пятилетки почти все семейные рабочие совхозов имели корову, а более половины их держали свиней, овец, коз. Начальник Политуправления Наркомата совхозов К.П. Соме писал: «Разрешение иметь скот и огороды сыграло огромную роль в закреплении рабочей силы в совхозах»1077. В 1940 г. приусадебный участок рабочих совхозов был сокращен до 0,15 га на семью1078. С 1940 г. совхозникам, как и всем рабочим, был запрещен «самовольный уход с предприятий», действовавший до середины 1950-х гг.1079, повышена с 7 до 8 часов продолжительность рабочего дня.
Следовательно, правовое положение совхозной части сельскохозяйственного пролетариата базировалось на их статусе рабочего - с возможностью свободного найма, продажи рабочих рук. Наделение их землей, первоначально государством не предусмотренное, было связано, видимо, с последствиями голода 1932-1933 гг. и становлением охранительно-консервативной линии государственной политики тех лет.
С позиции колхозника 1930-1950-х гг. совхозный рабочий обладал целым рядом привилегий, прежде всего свободой передвижения и правом вольного выбора работы. Однако с позиции совхозных рабочих, да и сторонних наблюдателей их положение было во многом схожим:
Я-в колхозе, ты - в совхозе,
Мой хорошенький.
Ни одеть, ни обуть
Нет ничегошеньки1080.
1075 Закон о сельскохозяйственном налоге // Важнейшие решения по сельскому хозяйству за 1938-1940 гг. С. 122; О порядке проведения обязательной поставки мяса государству в 1940 г. // Там же. С. 371; О мероприятиях по улучшению заготовок кожевенного сырья // Там же. С. 400; Об обязательных поставках семян масличных культур государству колхозами и единоличными хозяйствами // Там же. С. 416.
1076 СЗ СССР. 1933. № 74. Ст. 453; 1938. № 45. Ст. 268.
1077 Богденко М.Л., Зеленин И.Е. Совхозы СССР... С. 94.
1078 Решения партии и правительства по хозяйственным вопросам. М., 1967. Т. 2. С. 719; О мерах по улучшению работы совхозов Наркомсовхозов: Извлечение из постановления СНК СССР и ЦК ВКП(б) от 17 марта 1940 г. // Важнейшие решения по сельскому хозяйству за 1938- 1940 годы. С. 226.
1079 О переходе на восьмичасовой рабочий день, на семидневную рабочую неделю и о запрещении самовольного ухода рабочих и служащих с предприятий и учреждений // Важнейшие решения по сельскому хозяйству за 1938-1940 гг. М., 1940. С. 210.
1080 Заветные частушки. Из собрания А.Д. Волкова. М., 1999. Т. 2. Политические частушки. С. 45.
521
Эволюция столь разного изначально правового статуса сельско- хозяйственного пролетариата колхозов и совхозов прошла два этапа. В 1930 - начале 1960-х гг. совхозная часть класса обладала большим объемом прав, чем колхозный сельскохозяйственный пролетариат. На втором этапе - в 1960-1980-е гг. - правовой статус сельскохозяйствен» ного пролетариата колхозов и совхозов становится идентичным: это паспортизированное население, работающее по найму, получающее за свой труд гарантированную заработную плату. Таким образом, можно говорить о правовой консолидации класса сельскохозяйственного пролетариата.
522
§ 3. Экономическое положение
Сельский пролетариат был классом, наиболее отдаленным от участия в реализации прав собственности, труд его в наибольшей степени эксплуатировался. Рабочими орудиями этого класса были в основном простейшие предметы ручного инвентаря (лопата, мотыга, коса, гужевые принадлежности и др.), основной тягловой силой, с которой они имели дело, - лошадь. Следовательно, место сельскохозяйственного пролетариата в капитализированной экономике было связано с переносом в стоимость сельхозпродукта затрат, прежде всего, живого труда, что служило главным отличительным признаком этого класса в социальной пирамиде деревни.
Труд сельскохозяйственного пролетариата был самым тяжелым в деревне, для его выполнения требовалась, прежде всего, рутинная физическая сила. Выполняемые сельскохозяйственным пролетариатом виды работ по сути больше всего были схожи с традиционным крестьянским трудом - и по способам выполнения и по навыкам работников. Котировались эти занятия в деревне, как правило, низко. Вот как воспринималась работа конюха в архангельской деревне 1970-х гг.: «что такое конюх сейчас, в машинный век? А самый распоследний человек в деревне, вроде Нюрки-пьяницы. Да если говорить откровенно, конюху и в старые, колхозные времена не ахти какой почет был. Зимой трудовая повинность - всех в лес от мала до велика, а на конюшню какого старичонка сунули и ладно. Лошади не коровы. Сена охапку бросил, к колодцу сгонял - вот тебе и весь уход»1081.
Величина рабочего дня в колхозах была ненормированной, хотя в начале 1930-х гг. неоднократно поднимался вопрос об установлении декретной продолжительности рабочего дня не только в совхозах, но и в колхозах. Например, на совещании по вопросам организации труда в Колхозцентре (1931 г.) в ходе обсуждения выступавший Гущев говорил, что «в большинстве своем колхозник 10-часового рабочего дня не понимает и работает с утра до вечера», Першин из Северного края поддерживал его: «10-часовой рабочий день не является декретированным ... Если мы предложим колхознику 10-часовые нормы, то он нас не поймет и обязательно спросит - сколько же он должен выполнять работы в полный рабочий день»1082. Поэтому по крестьянской традиции работали в колхозах, особенно в 1930-1950-е гг., так же как и раньше, в течение светового дня. Так, в примерных правилах внутреннего распорядка для колхозов Архангельской области в 1939 г. было зафиксировано: «Рабочий день в полеводческой бригаде и в мастерских в 1061 Абрамов Ф. Братья и сестры. Роман в четырех книгах. Л., 1982. С. 774-775.
1082 РГАЭ. Ф. 260. Оп. 1. Д. 71. Л. 3, 32.
523
период посевной, сеноуборочной и хлебоуборочной работ начинается не позднее как в 6 ч. утра и оканчивается не ранее 8 ч. вечера ... В особо напряженные периоды ... рабочий день может начинаться в 4 ч. утра и заканчиваться в 10 ч. вечера»1083. М.Т. Мазурина, работавшая в 1930-1950-е гг. в колхозах Кемеровской области, вспоминала: «Рабочий день колхозника был ненормированным. Во время страды работали от темна до темна. Старались всё сделать, пока стояла погода. Если шел дождь, полевые работы приостанавливались. У работников животноводческих ферм рабочий день был 12 часов»1084. Л.Г. Захарова из Алтайского края рассказывала о колхозной жизни тех же лет: «Мы вставали с петухами. Рабочий день начинался с 5 часов утра и заканчивался в 6 часов вечера. Я работала дояркой на ферме. Мужики работали от зари до зари в поле»1085. Обследование ЦСУ РСФСР, проведенное в 1952 г., показало, что продолжительность рабочего дня в колхозах составляет от 8 до почти 10 часов как у мужчин, так и у женщин. В самый напряженный 3-й квартал 1952 г. женщины работали в зерновых колхозах по 9,1 ч., в животноводческих колхозах - 8,8 ч., в льноводческих колхозах - 9,2 ч., мужчины соответственно - 9,7; 9,7; 9,6 ч.1086
В отличие от колхозников совхозные рабочие имели нормированную продолжительность рабочего дня (с 1959 г. - 7 часов согласно Постановлению ЦК КПСС, Совета министров СССР и ВЦСПС о сроках перевода на сокращенный рабочий день и упорядочения заработной платы рабочих и служащих)1087. Описывая совхозного рабочего 1970-х гг., Ф.А. Абрамов в романе «Дом» (тетралогия «Братья и сестры») отмечает: «Виктора Нетесова не зря прозвали немцем. Машина человек. На работу ни на минуту не опоздает, но и на работе лишней минуты не задержится».
О своей работе в общественном хозяйстве сельскохозяйственный пролетариат вспоминает как о тяжелой, но необходимой обязанности, проистекающей из крестьянского прошлого этого класса и самого факта «жизни на земле». А.А. Дубровская из Кемеровской области рассказывала о своей работе на колхозной ферме: «С 14 лет пошла работать дояркой. И 21 год своей жизни я вручную доила колхозных коров. Теперь от того у меня руки ноют и не поднимаются. На дойку ходили за 14 км от деревни. Дойка была трехразовая. На каждую доярку прихо1083 ГААО. Ф. 3474. Оп. 1. Д. 200. Л. 115.
1084 http ://col lect i v. narod. ru/doc32. htm
1085 http ://collecti v. narod. ru/doc33 .htm
1088 РГАЭ. Ф. 1562. On. 26. Д. 80. Л. 86.
1087 Организация социалистических сельскохозяйственных предприятий. М., 1963. С. 223.
524
дилось по 16-20 коров. Вот и работали мы с коровами и днем, и ночью. Мы не только доярили, но и сами сено косили, силосовали. Ой, и досталось нам!»1088. Кемеровская колхозница Н.Ф. Марьина вспоминала: «Из всей памяти о колхозах осталось, что мы работали, работали... День работаешь в поле, ночью идешь в амбар урожай сортировать или на сушилку зерно сушить. Раньше поля вручную пололи. И дети работали в колхозе. А как же!»1089. Удмуртская колхозница А.М. Семаки- на вспоминала о своем детстве: «Как только светать начинало, тогда и выходили. Идешь, а под ногами еще дороги как следует не видно. А потом мы возвращались и несли завтрак для взрослых. Нас, детей, заставляли жать там, где урожай низкорослый. А поясница-то как уставала! Не разогнуться»1090. А. Амальрик в мемуарах описывал работу на сенокосе: «Полеводческой бригаде ... предстояло класть копны, а потом ставить стога. На больших лугах в тайге сено было подграблено в длинные валки, вилами надо было сносить его в небольшие копны. Мы с Лёвой вдвоем начинали вертеть вилами такой валок, пока у нас не получался довольно большой крученый ком, на который мы еще сверху накладывали сено; дело у нас, впрочем, спорилось хуже, чем у баб. К середине дня спина уже нестерпимо ныла, а вечером, после десятичасовой непривычной работы, я чувствовал себя так, словно меня всего изломали»1091. В частушках свою работу в колхозах бывшие крестьяне сравнивали с «ярмом»:
Приди, Сталин, подивись, Как в ярмо мы запряглись: Мы и пашем и поем, Труд бесплатно отдаем1092.
Черну курочку поймала, Черна курочка не ест, Как совхозная работа Всего хуже надоест1093.
Важным показателем выхода из аграрного общества являлось распадение крестьянствования как рода занятий на группы профессиональной специализации. Первоначально труд в колхозах в основном 1098 http://collectiv.narod.ru/doc35.htm
1089 http://www.hrono.rU/dokum/1929kol/kol014.html
1090 Трефилов В. Человек из прошлого века // Сельская правда. 2011. 9 декабря.
1091 Амальрик А.А. Нежеланное путешествие в Сибирь...
,09г Заветные частушки. Из собрания А.Д. Волкова. М., 1999. Т. 2. Политические частушки. С. 32.
1093 Самиздат века. Минск; М., 1997. С. 761.
525
не был специализированным, колхозники сохраняли статус многофунк- циональных работников, утвердившийся внутри крестьянского двора. В повести А.Я. Яшина «Сирота» о послевоенном времени главный герой Павел, расспрашивая бабушку о том, кем был его отец, получает ответ: «В колхозе-то? Все делал. Что надо было, то и делал. Колхозник ведь!»1094 * 1096. А.Т. Божко, колхозница из Омской области, вспоминала, как а Великую Отечественную войну «работала в колхозе, постоянной работы не было и приходилось работать там, куда пошлют. Делали практически всё: жали серпами, косили литовками, вязали снопы, весной пахали, боронили на быках, осенью сеяли рожь, вручную убирали урожай. Зимой возили на колхозные поля навоз, а ночью ездили за дровами в лес»109’.
Уже в 1950-е гг. становится явно заметно, что занятие сельским хозяйством из образа жизни постепенно становилось профессией, происходил выход за пределы села системы профессиональной подготовки. Если в 1939 г. было зафиксировано 12-13 сельскохозяйственных специальностей, то в 1959 г. - 25, а к 1974 г. их число увеличилось до 1591°9б д0Ля лиц без обозначения профессий снизилась с 81% в 1939 г. до 75% в 1959 г., а имеющих профессию - соответственно увеличилась с 19% до 25% за тот же период1097 1098. Особенно явно шла профессионализация ухода за скотом, так как занятые в животноводстве, как правило, меньше других направлялись на текущие работы в полеводстве. Совхозная рабочая из Кировской области Н.Д. Бородникова рассказывала о работе на свиноферме в 1960-е гг.: «Всю работу делали вручную. Была отдельная кормокухня. На ней кипятили воду, варили картошку в больших баках и заваривали заварку, все перемешивали и ведрами вручную разносили по колодам. Со временем не считались, когда шли опоросы, дежурили даже по ночам. У ферм были небольшие загонки, куда выгоняли свиней. За деревней был выгон, где свиньи паслись все лето. Помню, утром свинарки гнали их через всю деревню в выгон, а вечером обратно на ферму»109’. В повести В.И. Белова «Привычное дело» о работе доярки Катерины рассказывается так: «Она принесла тридцать ведер холодной воды из речки, разбавила ее горячей, наносила соломы в кормушки и вымыла руки перед дойкой. Двенадцать ее коров доились не быстро ... Катерина лопатой сгребла и вывезла накопившийся за ночь навоз».
1094 Яшин А. Сирота//Яшин А. Журавли. М., 1979. С. 232.
1096 http://semen.znamenka.omskedu.ru/Musei/Vospominanij.htm
1096 История крестьянства СССР. Т. 4. С. 296; Староверов В.И. Советская деревня на этапе развитого социализма. С. 14.
1097 Островский В.Б. Социальная структура сельского населения в условиях развитого социалистического общества... С. 162-163.
1098 http://www.bogorodskoe.vyatka.nj/history/issled_rabot/iss_1/665-isto-riya-sovxoza-bo- gorodskij.html
526
* * *
Процесс отчуждения от собственности сельскохозяйственного пролетариата происходил поэтапно. Первый этап - конец 1920-х - начало 1930-х гг. - связан с изъятием из крестьянских хозяйств основных средств производства и земли и передачей ее в хозяйства колхозов и отчасти совхозов. Этот первый передел собственности одновременно послужил и отправной точкой форсированного создания класса сельскохозяйственного пролетариата, привязав за счет разделения имущества бывшего крестьянина, вошедшего в колхоз, к колхозной собственности отчасти «как к своей». Внешне это выражалось в передаче средств в неделимый фонд колхоза и формировании паевого фонда колхоза, который, формально, мог быть возвращен колхознику при выходе из членов хозяйства. В неделимом фонде колхозов РСФСР в 1935 г. доля обобществленного имущества и вступительных взносов составляла 24%, в 1937 г. - 21 %, в 1940 г. - 12%, в 1950 г. - 12%1099. Довольно значимой величиной в составе всех средств колхозов РСФСР (в денежном выражении) в 1930-е гг. оставались и паевые взносы. В 1935 г. они составляли 11%, в 1938 г. - 9% всех средств колхозов1100. В этом случае механизм разделенного права собственности начал действовать очень своеобразно, опираясь на определенные психологические особенности отношения колхозников к колхозному имуществу, порождая и любовь к ней, боль за судьбу колхоза и горечь от утраты «нажитого». Данное обстоятельство подкреплялось особенностями наделения колхозников приусадебными участками, которые выделялись из земельного фонда колхозов, по сути дела, арендованного у государства, так как вся земля в СССР была национализирована, а затем передана колхозам в бессрочное пользование (Конституция СССР 1936 г. провозгласила бесплатность и бессрочность пользования колхозами предоставленной землей). Интересные факты «воспоминаний» о своей бывшей собственности, ставшей затем колхозной, приводит А.А. Амальрик. Отбывая ссылку в Сибири в 1960-х гг., он обнаружил, что у многих коней сохранились клички по имени их бывшего (до «обобществления») владельца: «Так, кобылу какого-нибудь Гаврилы назвали Гаврилиха, а кобылу Егора - Егориха». Это «родовое» имя сохранялось у всех потомков данной лошади.
Второй этап отчуждения сельскохозяйственного пролетариата от собственности был связан с постепенным уменьшением доли бывшего крестьянского имущества в колхозной собственности (1950- 1960-е гг.). По расчетам И.Ф. Суслова, в середине 1960-х гг. доля обоб1099 Рассчитано по: РГАЭ. Ф. 1562. Оп. 324. Д. 3606. Л. 26; Ф. 7486. Оп. 7. Д. 3223. Л. 4.
1,00 РГАЭ. Ф. 1562. Оп. 79. Д. 261. Л. 23; Колхозы в 1938 г. М„ 1940. Ч. IV. С. 46.
527
ществленных фондов, созданных трудом в бывших единоличных кре* стьянских хозяйствах, в стоимости основных средств производств* колхозов составляла 15-20%1101, паевые взносы колхозников в сред* ствах колхозов России составляли в 1955 г. 2%, в 1965 г. - 0,4% их об* щей стоимости1102. В восприятии государства собственность не только совхозов, но и колхозов все больше оценивалась как сходная по харак* теру. Неслучайно в 1950-1960-е гг. начинается новое масштабное втор* жение государства в регулирование колхозной собственности, когда • начале 1950-х гг. были укрупнены колхозы, происходило слияние их собственности1103, а в конце 1950-х - 1960-е гг. собственность колхозов после их реорганизации в совхозы и вовсе передавалась государству без всяких дополнительных оговорок. В Постановлении СМ СССР и ЦК КПСС от 3 мая 1957 г. говорилось: «целесообразно установить порядок, при котором колхозы преобразовывались бы в совхозы без выкупа имущества колхозов, с оплатой государством той части расходов, которая требуется для выплаты колхозникам по заработанным ими трудодням, для расчетов с организациями и погашения задолженности колхозов по ссудам и другим платежам. Такой порядок не ущемляет колхозников и соответствует интересам государства»1104. Обе эти реформы отчасти интуитивно, отчасти осознанно были восприняты колхозниками как дальнейшее отлучение их от собственности. Так, в 1950 г. в спецсообщениях управления Министерства госбезопасности по Вологодской области приведены многочисленные высказывания деревенских жителей на этот счет: «У нас теперь готовятся к коммуне, сливают в большие колхозы. Колхозникам не хочется, но их и не спрашивают»; «Теперь происходит укрупнение колхозов. Весь Петровский сельсовет, 14 деревень, соединяют в один колхоз «Коминтерн». Все колхозники недовольны, никому не нравится это навязанное мероприятие»; «Сейчас происходит соединение колхозов, все 11 деревень сливают в один колхоз. Тут хорошего ждать нечего. У нас в колхозе еще было ничего, но «Ворошиловец» и «Молотовец» голодные и растрепанные. Видимо, и нас выведут на чистую воду»1105.
1101 Суслов И.Ф’ Динамика эффективности общественного производства в сельском хозяйстве // Эффективность сельскохозяйственного производства. М„ 1967. С. 28- 29.
1102 Рассчитано по: РГАЭ. Ф. 1562. Оп. 324. Д. 5724. Л. 23; Оп. 44. Д. 1703. Л. 45.
1103 Постановление Совета Министров СССР от 17 июля 1950 г. «О мерах в связи с укрупнением мелких колхозов» // Сборник законодательных актов о земле. М„ 1962. С. 79.
1,04 Постановление СМ СССР и ЦК КПСС от 3 мая 1957 г. «О порядке передачи колхозного имущества при преобразовании колхозов в совхозы» // http://www.libussr.ru/ doc_ussr/ussr_5194.htm
1105 ВОАНПИ. Ф- 2522. Оп. 17. Д. 93. Л. 41-43.
528
Третий этап отдаления сельскохозяйственного пролетариата от собственности был связан с принятием Примерного устава колхоза 1969 г., где понятие паевых фондов полностью отсутствовало, речь шла лишь о неделимых фондах колхозов1106. С этого момента любая идентификация общественной собственности колхоза с «крестьянским прошлым имуществом» была исключена. Совхозная часть сельскохозяйственного пролетариата прошла процесс отчуждения от собственности гораздо быстрее, чем колхозная. Уже в самом начале создания совхозов работа по найму не предписывала соучастия в совхозном имуществе какими-либо личными средствами совхозной семьи, при расторжении трудовых отношений с совхозом государство обязывалось лишь рассчитаться по заработной плате с выбывающим работником.
Интереснейшим феноменом, связанным с осознанием сельскохозяйственным пролетариатом своего места в отношениях собственности, были так называемые «безучетные» (так они назывались органами статистики) поступления продуктов сельского хозяйства в семьи колхозников и совхозных рабочих. Л.Г. Захарова из Алтайского края рассказывала о колхозной жизни 1930-1950-х гг.: «Колхозное добро, безусловно, воровали. Сено, скотину. В народе это не считалось воровством»1107. И.А. Шишков в воспоминаниях о кузбасском колхозе говорил: «Воровали все. Исключения, наверное, не было. Это считалось у нас само собой разумеющимся. Мы как бы зарплату себе таким образом брали. Но за поимку могли посадить»1108. Эти представления отражены во множестве частушек:
Брюхо голо, лапти в клетку, - Выполняем пятилетку. Кто за гриву, кто за хвост, Растащили весь колхоз1109.
Соревнуются доярки За привес и за удой: Коровам одну солому; Комбикорм - себе домой1110.
1,06 Постановление ЦК КПСС и СМ СССР от 28 ноября 1969 г. «О Примерном уставе колхоза» // Решения партии и правительства по сельскому хозяйству (1965- 1974 гг.). С. 384.
1107 http://collectiv.narod.ru/doc33.htm
1108 http://collectiv.narod.ru/doc39.htm
1108 Частушки. М., 1990. С. 153.
1110 Заветные частушки. Из собрания А.Д. Волкова. Т. 2. Политические частушки. С. 53.
529
Данные статуправления РСФСР о «безучетных» поступленйях- за 1960 г. показывают, что размеры их были весьма значительными (табл. 44).
Таблица 44
РАЗМЕРЫ БЕЗУЧЕТНЫХ ПОСТУПЛЕНИЙ ПРОДУКТОВ СЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА ИЗ КОЛХОЗОВ В СЕМЬИ КОЛХОЗНИКОВ РСФСР в 1960 г. (в среднем на семью, кг)
Вид продуктов
Всего поступлений из колхоза
В т.ч. взято в колхозе незаконно
Незаконные поступления в % к общему поступлению из колхозов
Зерновые
824,5
45,4
5,5
Картофель
95,0
9.5
10
Овощи и бахчевые
85,2
41
48,1
Фрукты и ягоды
2,6
2,1
80,8
Молоко (л)
10,2
0,9
8,8
Яйца (шт.)
1,3
0,9
69,2
Сено (ц)
6,0
2,2
36,7
Солома (ц)
6,4
2,7
42,2
Составлено по: РГАНИ. Ф. 5. Оп. 48. Д. 333. Л. 73.
Как видим, размеры зафиксированных «безучетных» поступлений были невелики, в основном они касались продуктов, в малом количестве выдаваемых от колхоза по трудодням, - овощей, фруктов, яиц, сена и соломы. В аналитических записках статистиков начала 1960-х гг. отмечается, что объектами «безучетных» поступлений становятся наиболее доступные в данном колхозе продукты, например: зерно в Северо-Кавказском регионе (до 157 кг на семью), Ставропольском крае (до 306 кг на семью), Краснодарском крае (до 120 кг на семью) и т.д.; в этих же регионах, а также в Тамбовской, Воронежской, Волгоградской и др. областях фиксировались большие «безучетные» поступления овощей и бахчевых. «Безучетные» поступления сена и соломы отмечались почти во всех областях РСФСР, причем указывалось, что они достигли «особенно больших размеров». «Безучетные» поступления яиц и молока были, как правило, в семьях доярок и птичниц. Статистики отмечали, что сходные процессы идут и в совхозах. Так, по данным обследования 975 бюджетов рабочих совхозов России в 1960 г. было вы530
явлено, что размеры «безучетных» поступлений в среднем на семью составляли: зерновых - 60,6 кг, сена - 0,7 ц, соломы - 2,1 ц, жмыхов и комбикормов - 0,3 ц, кормовых корнеплодов - 0,4 ц1’11.
Самая большая во всей социальной пирамиде сельских слоев отчужденность от собственности сельскохозяйственного пролетариата обуславливала его долю в распределенных доходах. Сельскохозяйственный пролетариат был самым низкооплачиваемым социальным классом деревни. Оплата труда колхозников состояла из натуральных и денежных отчислений от доходов колхозов. В Примерном Уставе колхоза 1935 г. был закреплен остаточный принцип оплаты труда колхозников (после выполнения всех обязательств перед государством, формирования колхозных фондов и т.д.).
Рабочие совхозов, в отличие от колхозников, с начала 1930-х гг. получали гарантированную заработную плату. Первый тарифноквалификационный справочник для совхозов был разработан в 1932 г.1112 Новым этапом в тарификации сельскохозяйственных работ являлось постановление ЦК КПСС, СМ СССР и ВЦСПС, принятое в сентябре 1959 г., о сроках завершения перевода на сокращенный рабочий день и упорядочении заработной платы рабочих и служащих. Были утверждены две шестиразрядные тарифные сетки для государственных сельскохозяйственных предприятий: одна - на конно-ручные работы и работы в животноводстве, а другая - на работы, выполняемые трактористами-машинистами.
В результате проведенного в 1933 г. обследования 17,5 тыс. колхозников в 9 областях (Средняя Волга, Нижняя Волга, Западная область, Центрально-Черноземная область, Западная Сибирь, Винницкая, Одесская, Днепропетровская, Киевская области) выяснилось, что самое невыгодное соотношение проработанных рабочих дней и трудодней было у представителей сельскохозяйственного пролетариата. Так, работники полевой бригады вырабатывали по 1 трудодню за рабочий день; конюхи - по 1,04; доярки - по 0,8 трудодня; скотники - по 0,95 трудодня; тогда как председатели правления - по 1,5; бригадиры - по 1,2 трудодня за рабочий день1113. При обследовании быта колхозной молодежи СССР (Московская область, АССР Немцев Поволжья, Омская, Гомельская, Курская, Свердловская, Харьковская, Полтавская, Ростовская области) были получены данные о распределении доходов в колхозах за 1937 г., которые также показали их дифференциацию (табл. 45).
”” РГАНИ. Ф. 5. Оп. 46. Д. 333. Л. 76.
1,12 Организация социалистических сельскохозяйственных предприятий. М., 1963.
С. 222.
1113 Рассчитано по: РГАСПИ. Ф. 112. Оп. 25. Д. 5. Л. 6.
531
Таблица^
ПОЛУЧЕНО в 1937 г. ПРОДУКТОВ
И ДЕНЕГ НА ОДНОГО РАБОТНИКА В КОЛХОЗАХ СССР (по данным обследования быта колхозной молодежи)
Категории работников
Зерна (ц)
Картофеля (ц)
Овощей (ц)
Денег (Руб }
Бригадир тракторной бригады и трактористы
24,1
3,1
1,3
712,6
Бригадиры (полеводческий и животноводческий и зав. животноводческими фермами)
12,6
5,8
1.8
537,2
Конюхи, доярки, скотники, телятницы
18,7
3,1
1,2
514,6
Шоферы, механики, машинисты
14,5
3.5
1,2
693,1
Бухгалтеры, счетоводы, помощники счетоводов
17,5
4,8
1,2
448,9
На других работах колхозов
10,2
2,7
0.8
302,6
Составлено по: РГАЭ. Ф. 1562. Оп. 15. Д. 1014. Л. 128.
Как видно из табл. 45, последнюю нишу в распределении средств колхозов имели работники «на других работах колхозов», куда входила основная масса сельскохозяйственного пролетариата - «занятые на конно-ручных работах». Сельскохозяйственный пролетариат животноводческой отрасли оплачивался более высоко.
В конце 1950-х - 1960-е гг. экономическое положение колхозной и совхозной групп сельскохозяйственного пролетариата стремительно сближается - они начинают получать гарантированную заработную плату. В марте 1958 г. было приято Постановление ЦК КПСС и СМ СССР «О ежемесячном авансировании колхозников и дополнительной оплате труда в колхозах», согласно которому рекомендовалось выдавать колхозникам ежемесячно в течение года авансом на трудодни не менее 25% денежных доходов, полученных от всех отраслей общественного производства, и 50% денежных средств, взятых в виде авансов по контрактации, закупкам и обязательным поставкам сель532
скохозяйственной продукции. Постановление ЦК КПСС и СМ СССР от 16 мая 1966 г. «О повышении материальной заинтересованности колхозников в развитии общественного производства»1114 рекомендовало колхозам ввести с 1 июля 1966 г. гарантированную оплату труда колхозников (деньгами и натурой), исходя из тарифных ставок соответствующих категорий работников совхозов, что было кардинальным изменением в системе оплаты колхозного труда.
Дифференциация в оплате труда социально-профессиональных групп с течением времени сохранялась, сельскохозяйственный пролетариат отставал от других классов в размерах вознаграждения за труд. В записке ЦСУ РСФСР об итогах выборочного обследования оплаты труда колхозников России по профессиям, представленной в ЦК КПСС в 1963 г., читаем вывод, что «наиболее низко оплачивается труд колхозников, занятых на полевых ручных и конно-ручных и прочих работах, численность которых составляет 3/4 всего работавшего трудоспособного населения и почти половину работавших трудоспособных колхозников. 1 человеко-день, отработанный колхозниками этой группы в экономически слабых колхозах оплачивается в 2 раза меньше, чем человеко-день, отработанный работниками животноводческих ферм, ниже механизаторов в 5 раз, председателей колхоза более чем в 9 раз и т.д. Основная масса колхозников получает из фонда потребления, в расчете на одного работавшего колхозника, меньше председателей колхозов в 23 раза, меньше зам. председателей и главных бухгалтеров в 12 раз, механизаторов - в 7 раз, меньше работников животноводства почти в 5 раз. 75% колхозников получают 43% оплаты, что явилось результатом большого разрыва в уровне оплаты труда отдельных групп колхозников»1115.
Рассмотрим ситуацию с уровнем оплаты труда сельскохозяйственного пролетариата в 1970-е гг. (табл. 46).
Из табл. 46 следует, что сельскохозяйственный пролетариат, занятый на конно-ручных работах в растениеводстве, оставался самой низкооплачиваемой категорией. Несколько выше оплачивался труд сельскохозяйственного пролетариата в животноводстве, но уровень и его оплаты был ниже, чем у рабочей аристократии, менеджеров, интеллектуалов и тем более протобуржуазии. Следует отметить, что уровень оплаты труда совхозной части сельскохозяйственного пролетариата и в 1970-е гг. опережал уровень оплаты труда колхозных пролетариев по всем показателям.
1114 Решения партии и правительства по сельскому хозяйству (1965-1971 гг.). С. 135.
1115 РГАСПИ. Ф. 556. Оп. 22. Д. 394. Л. 5-7.
533
ТаблицаЧб.
УРОВЕНЬ ОПЛАТЫ ТРУДА НЕКОТОРЫХ КАТЕГОРИЙ РАБОТАВШИХ В КОЛХОЗАХ И СОВХОЗАХ РСФСР в 1976 г. (в расчете на 1 отработанный человеко-день, по отчетам колхозов и совхозов)
Колхозы
Совхозы
Категории работников
Начислено в оплату труда денег и продуктов (руб.)
Категории работников
Начислено заработной платы (руб.)
Освобожденные бригадиры и помощники бригадиров в растениеводстве
5,7
Освобожденные бригадиры и помощники бригадиров в растениеводстве
5,7
Зав.
жи вот но водч ески м и фермами, освобожденные бригадиры, освобожденные помощники бригадиров
5,0
Освобожденные бригадиры животноводства, пчеловодства, звероводства, оленеводства, рыбоводства
6,3
Трактористы- машинисты, трактористы, комбайнеры
6,7
Трактористы- машинисты, трактористы, комбайнеры
7,4
Доярки
5,2
Доярки
6,2
Скотники, пастухи
4,9
Скотники
5,9
Телятницы
4,6
Телятницы
5,8
Свинари
4,8
Рабочие, обслуживающие свиней
5,6
Работники, занятые на конных и ручных работах в растениеводстве, и прочие работники
3,9
Рабочие, занятые на конно-ручных работах в растениеводстве, и прочие рабочие
4,7
Рассчитано по: ГАРФ. Ф. А-616. Оп. 3. Д. 10418. Л. 48—80; Д. 10432. Л. 71-91.
534
Еще одна классовая особенность сельскохозяйственного пролетариата колхозов состояла в достаточно медленном переходе к формированию основной части дохода за счет продажи своей рабочей силы. В формировании бюджета колхозников долгое время велика была роль приусадебного хозяйства. По бюджетным обследованиям начала 1930-х гг., проведенным в ряде областей России, доля личного хозяйства во многих семьях превышала половину натуральных и денежных доходов (табл. 47, 48).
Таблица 47
ОБОРОТ СЕЛЬХОЗПРОДУКТОВ В ХОЗЯЙСТВАХ колхозников
за 1933 г. (кг на 1 лицо)*
Поступило всего
В том числе
из колхоза
из своего хозяйства
куплено
Ленинградская область
Зерновые сырые и переработанные
232,8
203,2
1,9
22,3
Картофель
411,9
204,0
197,8
4,03
Овощи
77,5
28,2
47,8
0,98
Мясо и сало
12,8
0,97
11,1
0,48
Молоко (л)
184,1
4,1
177,98
1,13
Центрально-Черноземная область
Зерновые сырые и переработанные
154,7
108,1
28,5
12,3
Картофель
284,5
39,4
233,96
7,98
Овощи
96,8*
11,4
79,9
7,04
Мясо и сало
6,8
0,07
5,73
0,92
Молоко (л)
148,4
0,1
146,3
1,14
Составлено по: РГАЭ. Ф. 1562. Оп. 77. Д. 5а. Л. 57-61.
* Показатели и подсчеты источника.
535
Таблица44
ДЕНЕЖНЫЕ ДОХОДЫ И РАСХОДЫ КОЛХОЗНИКОВ за 1933 и 1934 гг. (руб. на 1 лицо)
Область
Год
Всего израс- ходовано на 1 лицо
Получено денег за год на 1 лицо
из колхозов
за работу на стороне
Ленинградская область
1933
213,6
26,83
64,91
1934
213,2
15,20
69,80
Московская об- ласть
1933
249,2
31,93
56,57
1934
285,7
15,83
91,10
ЦЧО
1933
163,6
5,01
18,35
1934
175,6
3,40
28,01
Средневолж- ский край
1933
144,5
6,02
15,82
1934
166,2
8,46
25,72
Составлено по: РГАЭ. Ф. 1562. Оп. 77. Д. 5а. Л. 82-83.
Как видно из таблиц, в 1933 г. среди продуктов только по зерновым и картофелю в Ленинградской области, по зерновым в Центральночерноземной области колхоз превалировал, остальные продукты, особенно мясо-молочная продукция, почти полностью производилась для потребления в колхозном дворе. Денежные доходы также в основном давала продажа продуктов колхозного двора: расчеты позволяют предположить, что эта часть в денежных доходах двора равнялась в 1933 г. в Ленинградской области примерно 60%, в Московской области составляла около 65%, в Центрально-Черноземной области, в Средневолжском крае - немногим более 80%. Важнейшую роль «своего хозяйства» в жизни семьи колхозники отмечали в эпистолярном наследии, частушках и т.д.:
Так в колхозе я тружусь - Летний день короток! А меня кормят весь год Шесть несчастных соток1116.
11,6 Заветные частушки. Из собрания А.Д. Волкова. Т. 2. Политические частушки. С. 43.
536
Бюджеты семей совхозных рабочих формировались по другому принципу, основное место в них занимали поступления от работы по найму. В 1932 г. эта часть составляла 86% дохода семей совхозных рабочих в среднем по СССР, а по совхозам эернотрестов - 91%. Доход совхозников от своего хозяйства в бюджете их семей составлял по данным 1929/30 г. 9,4%1117. Обследование бюджетов рабочих совхозов всех систем по СССР, проведенное в 1933 г., выявило следующую структуру бюджетов (табл. 49).
Таблица 49
БЮДЖЕТЫ РАБОЧИХ СОВХОЗОВ ВСЕХ СИСТЕМ ПО СССР в 1933 г. (по данным 9562 хозяйств)
Приход
В среднем на 1 душу, руб.
совокупный доход
денежный доход
Зарплата по основным занятиям
403,74
380,27
Страховые пособия
4,58
4,55
Стипендии и прочие пособия на обучение
1,23
0,16
Приработки главы и членов семьи
11,81
11,32
Доходы от продажи продукции своего сельского хозяйства
108,15
6,62
Продажа продуктов питания и прочих товаров
28,81
28,81
Прочие денежные поступления
10,53
5,22
Прочие поступления
53,89
Н. св.
Итого
622,74
Н. св.
Составлено по: РГАЭ. Ф. 1562. Оп. 15. Д. 738. Л. 16.
Бюджет рабочих совхозов, как уже говорилось, по способу наполнения коренным образом отличался от бюджета колхозников. В нем основную роль играла заработная плата: по данным за 1933 г. - более 60% всех поступлений, тогда как доходы от продажи продукции своего подсобного хозяйства составляли лишь шестую часть всех доходов. Еще одна особенность бюджета совхозника - высокая степень его денатурализации: в совокупном доходе денежные доходы составляли не менее 70% всех поступлений.
11,7 Труд в СССР. М.; Л., 1932. С. 41.
537
Доходы колхозников имели очень небольшую монетарную часть - в России в 1933 г. колхозы выдавали деньгами около 40% распределяемого между колхозниками дохода, в 1934 г. - 35%, а более 60% выдач совершалось в натуральной форме (прежде всего, продуктами)1118. Война и первые послевоенные годы повысили роль приусадебных хозяйств колхозников в формировании бюджета. К 1953 г. доля личного хозяйства в доходах российских колхозников возросла и во многих районах превышала 90%1119. Серьезные изменения в структуре бюджетов колхозников происходят на рубеже 1950-1960-х гг. (табл. 50).
Таблица 50
СТРУКТУРА СОВОКУПНОГО ДОХОДА СЕМЕЙ ПОСТОЯННЫХ РАБОЧИХ СОВХОЗОВ И КОЛХОЗНИКОВ РСФСР в 1958 и 1961 гг.
(в ценах соответствующих лет, в % к итогу)
Статьи доходов
Постоянные рабочие совхозов
Колхозники
1958 г.
1961 г.
1958 г.
1961 г.
Весь доход в среднем на семью, руб.
1862
1999
1569
1507
В том числе, в % к итогу: заработная плата в совхозах; оплата труда от колхоза
58,3
62,6
41,3
41,7
пенсии, стипендии, пособия
4,4
4,8
Н.св.
Н.св.
поступления от личного подсобного хозяйства (чистая продукция)
29,1
23,3
42,0
42,2
прочие доходы
8,2
9,3
16,7
16,1
Составлено по: Совокупный доход семей рабочих промышленности, рабочих совхозов и колхозников РСФСР (приложение в Бюллетеню ЦСУ РСФСР) [М.] 1962. № 30 (июль). С. 18, 25.
1118 РГАЭ. Ф. 1562. Оп. 78. Д. 211. Л. 259.
1119 Безнин М.А. Крестьянский двор в Российском Нечерноземье 1950-1965 гг. С. 111.
538
Данные табл. 50 показывают динамичное нарастание по сравнению с 1930-ми гг. в доходах колхозного двора роли доходов от колхоза и снижение доли доходов от приусадебных хозяйств. Их роль в формировании бюджета двора была примерно равной в 1958 и 1961 гг. и составляла около 40%. Структура же бюджета сельскохозяйственного пролетариата совхозов в основе своей по-прежнему базировалась на заработной плате, хотя поступления от приусадебного хозяйства занимали несколько большее место, чем в 1930-1940-е гг. Этот тренд переломили ограничительные меры в отношении приусадебных хозяйств рабочих конца 1950 - начала 1960-х гг.
Перелом в товаризации труда колхозной части сельскохозяйственного пролетариата происходит в 1960-е гг., в 1970-1980-е гг. тенденция выглядит вполне завершенной (табл. 51).
Таблица 51
СТРУКТУРА СОВОКУПНОГО ДОХОДА СЕМЬИ КОЛХОЗНИКА РСФСР в 1970,1975,1984 гг. (в %)
Годы
Весь совокупный ДОХОД
В том числе
заработная плата в других отраслях
оплата труда в колхозе
пенсии, стипен- ДИИ, различные пособия ит.д.
доход от личного подсобного хозяйства
доход из других источников
всего
в том числе деньгами
1970
100
8,1
48,5
45,8
8,6
32,8
2,0
1975
100
8,1
54,6
52,4
10,5
25,1
1,7
1984
100
8,3
57,6
56,1
9,3
23,8
1,0
Составлено по: Бюджеты рабочих, служащих и колхозников за 1970, 1975, 1980- 1984 гг. М„ 1985. С. 95.
С 1975 г. оплата труда в колхозе стала составлять более половины в совокупном бюджете двора, что означало качественно иное классовое состояние - жизнь, в основном, за счет продажи своих рабочих рук. Сближалась и структура совокупного бюджета колхозников и совхозных рабочих. В конце 1970-х гг. в РСФСР доля поступлений от личного приусадебного хозяйства в семьях колхозников равнялась 25%, в семьях рабочих совхозов -14%1120.
иго Бюджеты рабочих, служащих и колхозников за 1970, 1975-1979 годы. М., 1980. С. 8.
539
Процесс товаризации рабочих рук также связан с денатурализации ей оплаты труда за работу в колхозе, практически закончившейся в начале 1970-х гг. Если в 1953 г. доля денежных поступлений в семью российского колхозника составляла 21% от общего объема натуральных и денежных выплат, производимых колхозом, то в 1960 г. она равнялась 62%, а в 1970 г. - 96% поступлений от колхоза1121. С превращением труда колхозника в абстрактный денежный эквивалент завершается монетизация заработной платы сельскохозяйственного пролетариата.
Угасание приусадебного хозяйства колхозного двора проходит ряд этапов. Начало этого процесса связано с 1930-ми гг., когда двор был лишен лошади, значительной части другого скота и земли, происходило быстрое сокращение доли технических культур в структуре посевных площадей приусадебных участков колхозников. Даже в начале 1930-х гг. они занимали около 7% посевных площадей приусадебных участков, а к 1960-м гг. их доля не превышала 1%. В 1958 г. на совещании в Москве председатель колхоза «Путь к коммунизму» Калининской области В.С. Стученков сообщил участникам: «Колхозники отвыкли печь хлеб дома и уже давно покупают хлеб в магазинах государственной торговой сети»1122. Хлебный клин до минимума сокращается в структуре посевов двора к 1970-м гг. (с 16% в 1940 г. до 7% в 1970 г.)1123. Одновременно происходит падение агротехнической культуры приусадебного хозяйства, деградирует правильный севооборот и т.д. В то же время колхозный двор сохраняет животноводческую составляющую: в 1935 г. доля дворов российских колхозников, имеющих коров и телок, составляла 77% хозяйств, а не имеющих никакого скота - 12%. В указанном году на 100 дворов колхозников приходилось 85 голов скота, находящегося в индивидуальном пользовании1124 1125. Данная ситуация зафиксирована и в частушках 1930-1950-х гг.:
Все колхозники сейчас Держат по коровушке. Чем платить теперь налог? У всех болят головушки1126.
1121 Подсчитано по: Совокупный доход семей рабочих промышленности, рабочих совхозов и колхозников РСФСР. М„ 1962. С. 29; Совокупный доход семей колхозников РСФСР в 1971 г. М„ 1972. С. 10.
1122 РГАЭ. Ф. 260. Оп. 2. Д. 90. Л. 13.
”23 Рассчитано по: Народное хозяйство РСФСР. Статистический сборник. М., 1957. С. 131-132; Народное хозяйство РСФСР в 1975 г. Статистический ежегодник. М., 1976. С. 166-167.
"2А РГАЭ. Ф. 1562. Оп. 78. Д. 211. Л. 259.
1125 Заветные частушки. Из собрания А.Д. Волкова. Т. 2. Политические частушки.
С. 54.
540
Частью процессов пролетаризации и раскрестьянивания явилось исчезновение интереса колхозников к расширению и даже сохранению приусадебного участка. В конце 1940-х - начале 1950-х гг. доля дворов, не имеющих земли, с землей только под постройками или с малым (до 10 соток) количеством земли не превышала в большинстве областей России 1-3%. Зато доля дворов с максимально возможным для данного региона земельным участком, как правило, была на уровне 30%, а чаще 40-50%. Серьезные перемены начали происходить лишь в 1960-х гг., усугубляясь в течение 1970-1980-х гг. На Европейском Севере, например, в середине 1980-х гг. свыше 10% колхозных семей вообще не имели приусадебного участка, а доля семей с максимальными земельными участками сократилась по сравнению с 1950-ми гг. в 2-3 раза1126. И, наконец, последним этапом перерождения хозяйства двора можно считать отказ от содержания коровы. Уже в начале 1960-х гг. в России лишилось коров около трети крестьянских семей, а во второй половине 1980-х гг. доля таковых приблизилась к 50% дворов. По областям Европейской России в 1987 г. доля семей, содержащих корову, колеблется от 14 до 35% общего числа дворов колхозников1127.
Таким образом, через введение «зарплатной» системы оплаты труда, паспортизации колхозников, ухода в прошлое системы повинностей основные категории сельскохозяйственного пролетариата колхозного и государственного укладов консолидировались в единый класс. Серьезным маркером окончательной пролетаризации класса стало уменьшение поступлений от приусадебного хозяйства в бюджете семьи. Данный процесс охватывает период с середины 1950-х гг. и до середины 1970-х гг., перелом приходится на 1960-е гг. *
1.26 Безнин М.А. Крестьянский двор в Российском Нечерноземье 1950-1965 гг. С. 86-90; Гулин К.А. Материальное положение колхозного крестьянства на Европейском Севере России в 1965-1985 гг.: дисс.... к.и.н. Вологда, 1999. С. 172-173.
1.27 Численность скота в РСФСР. Статистический сборник. М., 1961. С. 174; РГАЭ. Ф. 650. Оп. 1. Д. 1650. Л. 18.
541
§ 4. Социально-психологические особенности
Мировоззренчески сельский пролетариат дольше остальных сельскохозяйственных классов сохранял крестьянские черты. Поскольку в его составе большинство было по социально-правовому статусу колхозниками, прямыми наследниками российского крестьянства, то такие базовые категории, как «земля», «страда», «род», «дом», «семья», «мать», «отец», долго служили системообразующим каркасом мировосприятия. Выше уже говорилось об отношении «простых» колхозников к «своей» земле, сосредоточенной в рамках приусадебного участка и огорода. Она долгое время была центром хозяйственных интересов двора, идентифицирующим признаком вчерашнего крестьянина. Ведение своего хозяйства было «привычным делом», как писал В.И. Белов. Отчасти это отношение к земле «как к своей» распространялось и на колхозные угодья. Это, в частности, описано Ш. Фицпатрик, которая отмечала, что когда в 1930-е гг. районные власти решали передать ранее обрабатывавшуюся крестьянами землю совхозам или другим организациям, это повлекло массу письменных претензий колхозников в центральные органы управления. Например, в 1932 г. сибирский колхоз «Красная Звезда» жаловался, что райзо передал двум совхозам всю его пахотную землю. Схожим образом реагировали колхозники в Московской, Оренбургской, Западной областях и других регионах1128. Тревогу не только за свою, но и за колхозную землю испытывали «старые» представители колхозного пролетариата практически на протяжении всей своей жизни. Так, Михаил Пряслин из архангельской деревни Пекашино, ставший в русской литературе прототипом классического колхозника, в 1970-е гг., обходя колхозные поля, горевал над их запустением: «Исчезли поля, исчезли бесчисленные пекашинские новины, тянувшиеся на целые версты, а вместе с ними исчезла и пекашинская история. Потому что какая у Пекашина история, если забыть Калинки- ну пустошь, Оленькину гарь, Евдохин камешник, Абрамкино притулье и еще много-много других полей-раскопок?»1129. Сохранилось множество газетных очерков, художественных произведений, писем, повествующих об искренне радевших за колхозное хозяйство «простых» колхозниках. А.Я. Яшин, создавший, пожалуй, самое яркое художественное произведение такого рода о колхозной свинарке Нюрке (повесть «Выскочка», 1961 г.), начинает свое повествование с того, как она жалеет «своих» свиней: «Матынька, родненькая, вся душа у меня изболелась. Мне самой скоро кусок в горло не полезет, так жалко их! Особливо маленьких жалко!». Вот выдержка из вполне типичного письма, направ1,28 Фицпатрик Ш. Сталинские крестьяне. М„ 2001. С. 125.
1129 Абрамов Ф.А. Братья и сестры. С. 715.
542
ленного в «ЦК КПСС и Председателю СМ СССР тов. Косыгину А.Н.» в 1977 г. деревенским жителем и повествующего также о тревоге за колхозное хозяйство при «старом» и «новом» руководстве колхоза: «Очень много было построено для пользы хозяйства: два больших молочных комплекса и пять бригадных МТФ, две тракторные мастерские, гараж с оборудованием, большой склад запчастей ... За три года работы т. Уколов не произвел ни на одной ферме текущего ремонта, не подготовил к зимовке КРС. Всю зиму доярки с трудом «отрывали» животных от пола, как рыбу ото льда, а сейчас на МТС № 6 доярки вместе с животными тонут в навозной жиже»1130.
Смещение интереса от «своего» к «общественному» хозяйству у колхозной части сельскохозяйственного пролетариата было сложным ментальным явлением. Первоначально, в 1930-1950-е гг., оно имело корни в восприятии колхозного хозяйства как части бывшего своего, крестьянского, но в 1960-1980-е гг. ситуация изменилась. Беспокойство за хозяйство становилось у сельскохозяйственного пролетариата во многом частью профессии, где стремление выполнить работу лучше, качественнее, применить новые технологии было обычным стремлением рабочего человека.
Совхозные рабочие, в отличие от колхозного пролетариата, изначально не были привязаны к «своей» земле, у многих приусадебная земля и приусадебное хозяйство вообще отсутствовали. По воспоминаниям М.Ф. Сычёва, проведшего детские и юношеские годы в мичуринском совхозе «Садострой», в 1930-1950-е гг. большинство совхозников не имели приусадебных участков, сажали лишь картофель на общественных огородах. По бюджетному обследованию рабочих совхозов РСФСР 1952 г. семьи мало- и слабоквалифицированных рабочих 70% продовольствия покупали в государственной и кооперативной торговле, 18% - на колхозном рынке и только 12% продовольствия было получено «от своего подсобного хозяйства»1131. Ситуация в стране серьезно изменилась лишь в 1950-1960-е гг., когда вместе с массовым преобразованием колхозов в совхозы бывшие колхозники привнесли остаточное уже и у них представление о необходимости «своих» земли и хозяйства в слой совхозного пролетариата. Даже в глубинке России крестьянское отношение к «своей земле» в 1960-е гг. уже изживалось. А.А. Амальрик, находившийся в ссылке в сибирском колхозе в середине 1960-х гг., описывает огород колхозников как достаточно урезанное хозяйство: «Участки довольно большие, 0,2-0,3 гектара, обнесенные плетнями. На участке сажают только картошку, да возле самого дома немного луку, моркови и огурцов ... Никаких плодовых деревьев или
1’30 ГАРф ф д.61б. Оп. 9. Д. 2. Л. 148-149.
”31 РГАЭ. Ф. 1562. Оп. 26. Д. 210. Л. 100.
543
кустов на приусадебных участках нет... На тех же участках, где раньше, росло немного смородины или малины, ее всю выкорчевали и тоже посадили картошку. Вместе с тем они покупают в магазине привозное дорогое смородинное варенье в банках и очень своей покупке радуются». Когда же А.А. Амальрик выяснял у колхозников, не хотят ли они вернуться к прежнему, единоличному хозяйству, «все, однако, сходились в том, что к старому уже возврата быть не может, что к единоличному хозяйству колхозники вернуться не захотят, а главное, уже вести его не сумеют - "избаловались”». «Видимо, - делает вывод А.А. Амальрик, - отсутствие своего хозяйства и неуверенность в будущем - сегодня есть, а завтра отберут - перевернули крестьянскую психологию»1132.
Показателем близости представлений колхозной и совхозной части пролетарского класса о необходимости «своего» хозяйства как средства «крестьянской» идентификации служат показатели обеспеченности дворов скотом. Сравним, как выглядела ситуация в колхозах и совхозах в таком традиционно сельском регионе, как Вологодская область, в конце 1970-х гг. (табл. 52).
Таблица 52
ОБЕСПЕЧЕННОСТЬ СКОТОМ ХОЗЯЙСТВ КОЛХОЗНИКОВ, РАБОЧИХ И СЛУЖАЩИХ В СЕЛЬСКОЙ МЕСТНОСТИ ВОЛОГОДСКОЙ ОБЛАСТИ (в % к итогу)
Колхозники
Рабочие и служащие сельской местности
1977 г.
1978 г.
1979 г.
1977 г.
1978 г.
1979 г.
Всего наличных хозяйств
100
100
100
100
100
100
в том числе: не имеют никакого скота
32
32,6
33,4
41,6
41,2
44,6
КРС
44,8
44,9
45,9
58,6
59
62,6
коров
48,9
49
49,6
63,1
64,4
66,7
свиней
84,8
82,2
80,5
93,8
92,0
91,9
овец
57,1
57,8
59,7
63,3
61,6
65,4
коз
94
94,1
95,1
94
92,7
94,2
Составлено по: ГАРФ. Ф. А-374. Оп. 39. Д. 6189. Л. 2.
1132 Амальрик А.А. Нежеланное путешествие в Сибирь... 544
Данные, которые приведены в табл. 52, были получены в ходе единовременного выборочного обследования, где выяснялась роль личного подсобного хозяйства в жизни сельской семьи. Для нас важно, что оно зафиксировало близость совхозного и колхозного пролетариата в представлениях о приусадебном хозяйстве. Около трети колхозников и почти половина совхозных дворов не имели никакого скота, почти 50% колхозников и более 60% сельских рабочих и служащих не содержали коров. При этом нужно иметь в виду, что в Вологодской области большинство совхозов возникло на базе бывших колхозов, а значит, ситуация в них отражала перелом в крестьянском стремлении к «коров- ности». Схожая ситуация была и в других регионах. В Псковской области статуправлением было проведено обследование «О покупке мяса, мясопродуктов сельским населением в городской и кооперативной торговле городов в 1978 г.», которое показало, что обследуемые семьи колхозников 82% мяса покупали в городах, а семьи совхозных рабочих - 87%1133. Таким образом, взгляд на землю как на мать-кормилицу, характерный для крестьянства, постепенно превратился в восприятие ее как средства производства, места работы. Вместе с этой трансформацией расставание с деревней как местом жительства становилось не столь уж трудным, что показал стремительный рост «исхода» из деревни в 1950-1960-е гг. Напомним, что в 1939 г. в деревнях проживало 67% населения России, переход половинного рубежа в долевом соотношении горожан и селян зафиксировала перепись 1959 г., когда доля сельского населения сократилась до 48%, а доля занятых в сельском хозяйстве - до 32%. В начале 1990-х гг. селяне составляли лишь 26% в общей численности населения России1134.
Имманентной крестьянской чертой, которую замечали многие исследователи, был особый повинностный тип поведения. Он был связан не только с мифологической крестьянской покорностью1135, которая прерывалась периодами бунта, а также и с представлением о себе как становом хребте державы, на котором держатся все основные учреждения страны и власть, будь то «царь-батюшка» или новые советские «вожди». Этот тип поведения порождал особую форму взаимоотношений с властью, известную в социологии как «оружие слабых» (этот термин предложил Дж. Скотт) - пассивное крестьянское сопротивление, 1,33 Рассчитано по: ГАРФ. Ф. А-374. Оп. 39. Д. 6109. Л. 21.
1134 Подсчитано по: Численность и состав населения СССР. По данным Всесоюзной переписи населения 1979 г. М„ 1984. С. 8-9; Россия в цифрах. Краткий статистический сборник. М„ 1996. С. 16; Народное хозяйство СССР в 1965 г. М., 1966. С. 11; РСФСР за 50 лет. Статистический сборник. М„ 1967. С. 131; Народное хозяйство РСФСР в 1970 г. Статистический ежегодник. М., 1971. С. 337.
1,35 См. об особенностях политического поведения крестьян: Менталитет и аграрное развитие России (XIX-XX вв.). М., 1996.
545
прозаическая, но постоянная борьба между «крестьянством и теми^ кто стремится отнять у них труд, еду, содрать с них налоги, ренту и процент»1136. Российский сельскохозяйственный пролетариат, находясь на нижнем этаже советского общества, был в значительной мере отстранен от участия в принятии политических и хозяйственных решений и предпочитал на этапе сохранения традиций повинностного поведения (1930-1950-е гг.) действовать в стиле традиционного крестьянского «молчаливого» социального протеста, т.е. применяя пассивное сопротивление в отношении действий власти1137. Вместе с утратой каркаса мировосприятия под натиском государственно-организованного капитала, хозяйствовавшего в деревне, крестьянское противостояние власти угасло. В 1960-е гг. ушла в прошлое многовековая традиция пассивных, ненасильственных форм противостояния капитализатор- ской политике государства, а на смену ей пришли вполне обычные для капитализированного общества формы решения трудовых конфликтов через профсоюз, суд, административные разбирательства.
Нельзя не отметить, что протест был лишь одной из сторон взаимодействия сельскохозяйственного пролетариата и власти. Другой важной составляющей политической жизни было сотрудничество с властью. Оно проявлялось в привлечении в политические структуры, прежде всего в комсомол и партию, представительстве в выборных органах (Советах). Конечно, это представительство в среде сельскохозяйственного пролетариата было гораздо меньшим, чем среди «высших» и «средних» деревенских классов. Так, в 1930 г. среди совхозных животноводов России в ВКП(б) состояли 12%, среди неквалифицированных сельхозрабочих постоянного кадра - тоже 12%, тогда как среди трактористов и комбайнеров совхозов - 42%1138. Среди колхозных доярок РСФСР в 1938 г. партийными (членами ВКП(б) и кандидатами) были 0,3%, среди свинарей - 0,3%, среди конюхов - 0,2%1139.
Вовлечение «низового» класса деревни в общественно- политическую жизнь шло в течение всего периода 1930-1980-х гг., постепенно разрушая замкнутость «крестьянского мирка». Власть приобщала самую массовую часть колхозников и совхозников - пролетарскую - к чтению газет, стремилась сделать их политически информированными. Уже в конце 1920-х гг. по выборочным обследованиям труда и быта совхозных рабочих СССР было определено, что «читают или 1,36 Скотт Дж. Оружие слабых: повседневное сопротивление и его значение II Великий незнакомец... С. 285
1137 См. подробнее: Раздел второй, глава VI, § 2.
1138 Рассчитано по: РГАЭ. Ф. 1562. Оп. 74. Д. 7. Л. 89.
1,39 Рассчитано по: Колхозы в 1938 г. (по годовым отчетам). Ч. IV. Баланс и кадры. С. 138-139.
546
слушают чтение газеты систематически» 81% постоянных рабочих и 70% сезонных рабочих; посещают избу-читальню соответственно 80% и 73% совхозников'140. Эту же тенденцию отметили бюджетные обследования колхозников середины 1930-х гг. В рукописной статье «Культура и быт колхозной семьи по сравнению с единоличной крестьянской семьей до революции и до коллективизации» ее автор В. Доброхотов привел итоги массовых данных бюджетных записей ЦУНХУ за 1936 г. по 13 республикам, краям и областям (охвачено 9703 семьи). Число колхозных семей, члены которых «читают газеты в зимние месяцы», составляло 77%. В. Доброхотов привел пример колхоза «Новая жизнь» Пермского района, где из 63 хозяйств выписывали газеты в 1933 г. - 4, в 1934 г. - 2, в 1935 г. - 19, в 1936 г. - 231140 1141. Конечно, эти данные, почти наверняка, преувеличены (да и известно, что колхозники использовали газеты для самых разных нужд, например, на самокрутки), но тенденция увеличения интереса к политической жизни в стране и в мире существовала. Ярчайшее доказательство этому - большое количество частушек, оценивающих самые разные происходившие в мире политические события и личности политических лидеров государства. Приведем лишь малую толику:
Ах, Берия, Берия Вышел из доверия, А товарищ Маленков Надавал ему пинков1142.
Ах, Никита, ты Никита, Кукурузная душа, Кукурузы в поле много, А в амбарах - ни шиша1143.
Сталин выиграл войну, Ленин - революцию, Хрущев - деньги заменил, Брежнев - Конституцию1144.
Оригинальным способом выстраивания взаимоотношений власти с классом сельскохозяйственного пролетариата было выдвижение свое1140 Труд в СССР. Справочник 1926-1930 гг. С. 80.
1141 РГАЭ. Ф. 260. Оп. 1. Д. 915. Л. 32.
1142 Заветные частушки... С. 87.
1.43 Там же. С. 89.
1.44 Там же. С. 93.
547
образных «агентов влияния» в этой среде - передовиков производства (ударников, стахановцев и др.). Практика эта сложилась в 1930-е гг. и первоначально была направлена, видимо, на пропаганду очень популярного в мире тейлоризма. Впоследствии же власть использовала передовиков как пример отношения к работе, жизни, системы взглядов, достатка и т.д. Отношение рабочего пролетариата деревни к своим «избранным» представителям было вполне негативным, а власть их защищала. Типичные примеры отношения к ударникам были описаны в сводках ОГПУ. Например, в 1934 г. в Северном крае был подожжен дом и надворные постройки «делегатки слета ударников совхозного и колхозного строительства Селивановой А.И.», зафиксирована «травля сталинской ударницы Кузнецовой, несколько раз премированной, ездившей на краевой слет ударников животноводства. Травля и насмешки доходят до того, что Кузнецова бывает вынуждена уходить со двора»1145 1146. С большой иронией описывает приезд в вологодский колхоз ударницы-свинарки Смолкиной А.Я. Яшин в повести «Выскочка» (1961 г.), подчеркивая неуместность ее «городского» костюма: «Костюм на ней не сидел, а висел.... Вуалетка на шляпке не вязалась с учрежденческой строгостью пиджака ... Поэтому и сама Смолкина казалась ни городской, ни деревенской»1146. Однако, несмотря на предположения, ударники, передовики производства не являлись отдельной социальной группой, не имели отличий в правовом статусе от массы колхозного или совхозного пролетариата, занимались ручным трудом в полеводстве и животноводстве в рамках имевшихся технологий, их бюджет формировался по сходным с остальным пролетарским классом механизмам. Отличие касалось лишь «милостей», которые давала власть в виде премий и некоторого политического «заигрывания» с ударниками, особенно, с ударницами производства. В уже упоминавшемся обследовании ЦУНХУ 1936 г. было выявлено, что, по сравнению с основной массой деревенских жителей, у ударников предметов, редких для обихода колхозников, было больше (табл. 53).
Как видно из табл. 53, ударники покупали, конечно, больше «предметов роскоши» - велосипедов и металлических кроватей, а также посуды и мебели. Это делало их положение объектом зависти, но самих представителей стахановского движения наличие металлической кровати и велосипеда, если они «оставались в профессии», за рамки социального класса сельскохозяйственного пролетариата не выводило.
1145 ГААО. Ф. 621. Оп. 3. Д. 263. Л. 57,100.
1,46 Яшин А.Я. Выскочка // Яшин А.Я. Журавли. С. 155.
548
Таблица 53
РАСПРОСТРАНЕНИЕ ПРЕДМЕТОВ КУЛЬТУРЫ СРЕДИ КОЛХОЗНИКОВ ПО МАССОВЫМ ДАННЫМ ЦУНХУ И ПО 167 БЮДЖЕТАМ УДАРНИКОВ (1936 г.)
Область, край
Источник
На 100 семей приобретено, шт.
Культтова- ры, посуда и мебель на 1 душу на сумму, руб.
велосипедов
граммофонов и патефонов
кроватей металлических
Азово- Черномор- ский край
Массовые данные ЦУНХУ
3,99
0,43
5,31
8,5
Бюджеты ударников
23,5
Н.св.
31,4
55,1
Свердловская обл.
Массовые данные ЦУНХУ
1,54
0,14
1,40
4,4
Бюджеты ударников
20,8
Н.св.
14,5
28,0
Калининская обл.
Массовые данные ЦУНХУ
Н.св.
Н.св.
Н.св.
Н.св.
Бюджеты ударников
8,9
Н.св.
8,9
26,1
Составлено по: РГАЭ. Ф. 260. Оп. 1. Д. 915. Л. 38.
Важной частью характеристики быта колхозного и совхозного пролетариата является жилище. Колхозный пролетариат, как правило, продолжал проживать в домах, где их семьи жили и до образования колхоза в примерно схожих условиях. Так, описывая семьи колхозников в 1936 г., В. Доброхотов отмечает, что семья колхозника П.Е. Елисеева из колхоза «Ясная поляна» Бежецкого района Калининской области «из 4-х человек и 3-х маленьких детей живет в той же избе, в которой до 549
революции жили 14 человек. Размер 9 на 9 арш., прируб 4 арш.»114Т Профессор Т.Я. Ткачев, обследовавший деревни ЦЧО в 1929 г., отметил, что «быт находится в состоянии революционизирования», «особенно заметна эволюция на размерах крестьянского окна»1147 1148. Интересное описание жилища колхозников середины 1930-х гг. оставил Андре Жид. Побывав в колхозе в окрестностях Сухуми, он выразил «странное и грустное впечатление», которое производит «интерьер в их домах: впечатление абсолютной безликости. В каждом доме та же грубая мебель, тот же портрет Сталина - и больше ничего. Ни одного предмета, ни одной вещи, которые бы указывали на личность хозяина»1149. А.А. Амальрик так описывает дома сибирских колхозников середины 1960-х гг.: «Избы были по большей части старые, четырех-, редко пятистенные, срубленные, как обычно в России, и крытые - те, что побогаче, шифером, а те, что победнее - дранкой.... В домах стены и потолки изнутри побелены известью, полы в домах побогаче покрашены. Окна очень маленькие, рамы вделаны намертво, без форточек, так что открыть окна нельзя ... В каждом доме большая печь со сводом, ее топят только в те дни, когда нужно печь хлеб»1150. Представленные описания, которые можно, конечно, продолжать, рисуют типичное деревенское жилище 1930-1960-х гг. без особых изменений, в рамках крестьянских традиций.
Жилище же совхозного пролетариата существенно отличалось. Материалы переписи рабочих совхозов РСФСР 1930 г. свидетельствуют, что 50% рабочих, занятых в животноводстве, 33% прочих сельхозра- бочих, 47% неквалифицированных постоянных рабочих проживали в общежитиях, а комнату или часть комнаты в другом жилье занимало лишь небольшое их число - от 13 до 22%1151. Тот же А. Жид в середине 1930-х гг. так описал жилище рабочих совхоза, расположенного недалеко от Сочи: «Комнату два на два с половиной метра снимают вчетвером, по два рубля с человека в месяц»1152. Проживание семьи в отдельных домах в совхозах 1930-1950-х гг. было большой редкостью. В 1951 г. министр совхозов СССР Н. Скворцов сообщал Г.М. Маленкову, что «в совхозах 33,8 тыс. семей живет в землянках, 28,5 тыс. семей в плохо приспособленных помещениях и 58,2 тыс. семей проживает совместно по 2-3 семьи в одной комнате. В очень большом количе1147 РГАЭ. Ф. 260. Оп. 1. Д. 915. Л. 76.
1148 Колхозы ЦЧО в социально-гигиеническом отношении: по материалам экспедиции облздравотдела ЦЧО в 1929 г. Воронеж, 1930. С. 15.
1149 Жид А. Возвращение из СССР и поправки к моему «Возвращению из СССР» // Звезда. 1989. № 8. С. 133.
1150 Амальрик А.А. Нежеланное путешествие в Сибирь...
1,51 РГАЭ. Ф. 1562. Оп. 74. Д. 7. Л. 88.
11S2 Жид А. Возвращение из СССР и поправки... С. 136.
550
стве совхозов на одного человека приходится жилой площади всего 2-2,5 кв. метра»1153. Таким образом, совхозные рабочие редко имели собственный дом для проживания, до 1960-х гг. это был зачастую барак, совместное, а не индивидуальное, как в колхозной деревне, проживание семей. Жилище колхозной и совхозной частей пролетарского класса стало практически идентичным после массовой совхозизации 1960-х гг. Бывшие колхозники, ставшие совхозными рабочими, сохранили свое жилье, а для совхозных рабочих (как и для колхозников) в 1970-1980-е гг. стали строить благоустроенные дома с газом и водопроводом.
Внутреннее убранство жилища деревенского пролетариата, в отличие от внешнего, поменялось гораздо серьезнее. И колхозные, и совхозные низы старались приобщиться к городскому образу жизни, покупать соответствующие предметы обихода, интерьера. Любопытные данные были представлены в обследовании бюджетов колхозников 1934 г. (табл. 54).
Таблица 54
ИТОГИ ОБСЛЕДОВАНИЯ КУЛЬТУРНО-БЫТОВОГО СОСТОЯНИЯ КОЛХОЗНОЙ ДЕРЕВНИ (на весну 1934 г.)
Наименование утвари
Ленинградская область (665 хозяйств)
ЦЧО (1025 хозяйств)
Средне- Волжский край (930 хозяйств)
Свердловская область (718 хозяйств)
Доля (%) хозяйств, имеющих
Стол (кроме самодельного)
81,1
93,3
78
79,8
Стулья (кроме самодельных)
54
37,6
32,6
50,7
Диван
14,8
23,3
8,6
3,9
Кресла
4
0,8
1,0
0,2
Комоды
30,4
3,1
4,1
9,3
Шкафы
56,3
22,3
24,0
36,0
Буфеты
17,2
0,6
0,6
1,7
Кровати металлические деревянные
27
9,5
8,6
15,8
64,9
74,6
93,4
41,7
Кровати детские
13,1
10,1
10,4
6,3
”5Э РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 138. Д. 312. Л. 42.
551
Окончание таблицы 54
Наименование утвари
Ленинградская область (665 хозяйств)
ЦЧО (1025 хозяйств)
Средне- Волжский край (930 хозяйств)
Свердловская область (718 хозяйств)
Зеркала (большие) стенные
49,9
38,1
53,1
45,6
Швейные машины
35,5
32,8
30,8
31,8
Фотоаппараты
-
-
0,1
0,1
Велосипеды
1,2
0,5
0,5
0,1
Число шт. на 100 хозяйств:
Часов стенных и будильников
87
51,5
63,3
60,2
Часов карманных и ручных
12
2,4
2,2
3,4
Музыкальных инструментов
19,7
11,7
14,8
12,1
Книг
681
604
382
442
Составлено по: РГАЭ. Ф. 1562. Оп. 77. Д. 5а. Л. 108.
Как следует из табл. 54, основные предметы мебели у колхозников уже были фабричными (столы и стулья), значительная часть имела шкафы, деревянные кровати, зеркала. Предметом, символизирующим новый образ деревенской жизни, были стенные часы и будильники, их имели от половины до 2/3 колхозных семей. Линия на изживание натуральности в обстановке сельского жилья продолжалась в течение всего XX в. Тот же А.А. Амальрик в середине 1960-х гг. писал о типичном убранстве дома сибирского колхозника: «Комнаты уставлены преимущественно покупной мебелью: круглыми столами, двухстворчатыми шкафами, которые здесь называют шифоньерами, и железными кроватями с сетками - первым признаком благосостояния. Кое-где сохранились старые самодельные деревянные кровати и четырехугольные столы. В одном доме установлен кожаный диван - предмет явных насмешек и тайной зависти остальных колхозников... Постели накрыты покрывалами, одна на другую наложены подушки, а на стене — написанный на клеенке масляными красками коврик; лебеди плавают в пруду на фоне белого замка или всадник выезжает из замка на толстом коне, а его провожает дама в пышном белом платье. Коврики такие продаются в Томске по десять рублей за штуку; в домах победнее ковриков нет»1154. Схожим образом описывает Ф.А. Абрамов жилище архангельского колхозника
1,54 Амальрик А.А. Нежеланное путешествие в Сибирь.
552
середины 1970-х гг.: «Сервант полированный с золотыми рифлеными скобками, полнехонький всякой посуды, диван с откидными подушками, полевые занавески на окнах, ковер с красными розами во всю стену ... В общем, обстановочка - в городе не у каждого»1155.
Обеспеченность другими вещами, особенно одеждой, пищей в разное время была неодинаковой, многие очевидцы отмечали до 1960-х гг. удивительную бедность «рядовых» колхозников и совхозников. В письме в ЦК КПСС вологодский журналист Ф.Н. Кириков в 1953 г. писал о вологодской деревне: «Мне пришлось раз ночевать у одного коммуниста. Посмотрим: как он живет. Еда плохая. Одежда на нем рваная. Рванье висит и на вешалке. Спит на соломенном тюфяке, никаких простыней и наволочек. В хате нет никаких сундуков, которые бы давали повод думать, что у этого коммуниста есть что-либо еще, чего не видишь в комнате ... Помню, в 1951 г. весной я ездил в колхоз им. Разина Борисово- Судского района. Сел с колхозниками обедать. На стол подали ломти резаного хлеба, от которого пахло гнилью»1156. В 1957 г. школьница Г. Фёдорова из Псковской области написала Н.А. Булганину о колхозниках: «с утра до вечера работают, одеты плохо, вечером, вернувшись с работы, поедят картошки с хлебом (если она есть), да с квасом, положат клочок сена корове (если оно есть) и спать»1157 *. Сохранились и подобные характеристики жизни совхозников, например, в частушках:
Хорошо в совхозе жить - Сменная все пища.
Утром - чай, в обед - чаек, Вечером - чаище!1188
В официальных документах, как правило, содержались оценки, свидетельствующие о «росте благосостояния» сельских семей.
Переломными для бытовой обеспеченности колхозников становятся конец 1950-Х-1960-е гг., когда внедряется гарантированная заработная плата, уходит повинностная система, идет монетизация доходов, их рост, а следовательно, рост покупательной способности. В письме из колхоза Белгородской области, направленном в 1977 г. в ЦК КПСС и А.Н. Косыгину, отмечалось: «У каждого сейчас в доме стоит телевизор, есть даже «стерео». Нет предела такой счастливой жизни»1159.
1155 Абрамов Ф.А. Братья и сестры. С. 622.
1.56 РГАНИ. Ф. 5. Оп. 24. Д. 529. Л. 81. 85.
1.57 РГАСПИ. Ф. 556. Оп. 22. Д. 168. Л. 2.
”58 Самиздат века. Минск, 1997. С. 762.
1,69 ГАРФ. Ф. А-616. Оп. 9. Д. 2. Л. 148.
553
В 1930-1980-е гг. происходят крупные изменения и в манере «низов» деревни одеваться. При этнографическом обследовании села Ви- рятина в конце 1950-х гг. было отмечено, что уже с начала 4930-х гг. в одежде всех слоев села не использовалось домотканое полотно. Все шили из промышленной мануфактуры, верхнюю одежду покупали. В 1950-е гг. в этой деревне уже преобладала одежда городского типа: мужчины носили пиджаки, свитера, в праздничные дни надевали рубашку с галстуком, носили ботинки, валенки, галоши. Женщины носили юбки с кофтами, напоминающие силуэтом сарафаны. Почти обязательным было ношение платков. Этнографы отметили, что выделился целый пласт одежды рабочей, хотя первоначально и своей (не спецодежды). Этот образ сельского пролетария и является самым привычным для современного массового сознания. Вирятинцы носили на работе короткие жакеты и куртки, доярки и свинарки - передники и резиновые сапоги. Удивление этнографов вызвало массовое ношение лаптей в деревне 1950-х гг.1160 А.Я. Яшин так описывал одежду колхозных доярок начала 1960-х гг.: «одета, как всегда, в ватник, который в зимнее время с одинаковым успехом служил лесорубам и секретарям райкомов партии, дояркам и свинаркам, учителям и медицинским работникам. Под ватной курткой тот же сарафан и фартук, на ногах резиновые сапоги, на голове теплый платок. Обе женщины - Евлампия и Пелагея - ходили всегда в платках, и лишь Нюрка все еще по-девичьи носила шапку- ушанку»1161. Еще один элемент одежды деревенского пролетария - кирзовые сапоги. Поэт И. Бродский, описывая возвращение совхозниц с осенних работ в архангельской деревне середины 1960-х гг., завершил стихотворение строками: «Дождь панует в просторе нищем, / и липнут к кирзовым голенищам / бурые комья родной земли»1162.
Одним из важных изменений быта и мировоззрения колхозной и совхозной частей пролетариата была секуляризация их сознания. Под государственным натиском, под влиянием новых технологий производства, распространением всеобуча, втягиванием в индустриальные ценности этот класс все дальше отходил от традиционной крестьянской религиозности. Об этой политике сохранилось много колхозных частушек:
Не ругай меня, мамаша, Что я в церковь не хожу: Напролет все воскресенья В нашем клубе провожу.
1,60 Село Вирятино в прошлом и настоящем. М., 1958. С. 194-204.
Яшин А.Я. Выскочка. С. 130.
1102 Бродский И. Осень в Норенской (1965 г.) / brodsky.ouc.ru/osen-v-norenskoy.html
554
Нам молебны непотребны, Это ты соображай! Мы в колхозе без молебнов Поднимаем урожай!
Меня маменька ругала, Что я богу не молюсь, А я маменьке сказала: «В комсомолки запишусь».
Ты красуйся, ты красуйся, На горе зеленый луг. Раньше мы ходили в церковь, А теперь мы ходим в клуб1163.
Профессор Т.Я. Ткачев, в конце 1920-х гг. обследовавший деревни ЦЧО, отмечал, что старая традиция «перемешивается с новым» - «у председателя в красном углу избы портрет Ленина, но вставлен он в киот из-под иконы»1164. В 1938 г. М. Петракова так характеризовала уровень религиозности вологодских колхозников: «колхозники работают день и ночь, не соблюдают никаких праздников, церкви закрыли, над богом надругаются, попов всех совершенно напрасно забрали, детей не крестят, умерших хоронят, как скот, без попов»1165. А.А. Амальрик подмечает в сибирской деревне 1960-х гг.: «Почти во всех домах висят иконы, но отношение к религии крайне индифферентное, в Бога, пожалуй, никто и не верит, а старики говорят так: кто-де его знает, есть ли Бог или нет»1166.
Однако элементы православной традиции, конечно, сохранялись: это было связано во многом со стремлением сгладить горе от утраты близких в Великую Отечественную войну. В ходатайствах об открытии церквей в 1946 г. отмечалось, что «женщины свою потребность в церкви в большинстве своем объясняют еще и тем, что потеряли на фронте своих детей, не знают, где и как они похоронены, и что в связи с этим им негде, кроме как в церкви, облегчить свое горе» (Калининская область). Объясняли верующие свое стремление к сохранению религиозной традиции и тем, что желали «молиться господу Богу и славить наше отечество и великого народного освободителя отца Сталина» (1946 г.; Алтайский край). Не менее важным было желание праздника
частушки. М„ 1987. С. 153.
1,64 Колхозы ЦЧО в социально-гигиеническом отношении. С. 15.
1165 Архив УФСБ по Вологодской области. Дело по обвинению Арбузова. Л. 34.
1166 Амальрик А. А. Нежеланное путешествие в Сибирь.
555
и сохранение занятия сельским хозяйством, годовой цикл которого накладывался на годовой цикл православных праздников. Как отмечал один из сотрудников Вологодского облисполкома середины 1950-х гг., «если кто и пьет, то пьет, так сказать, не осенив себя крестным знаме- нем и забыв о боге»1167.
Социальная психология сельскохозяйственного пролетариата достаточно долго сохраняла черты крестьянского мировосприятия. По крайней мере, до начала 1960-х гг. это было заметно по тяготению к земле, хозяйству (своему в большей степени, колхозному - в меньшей), стремлению к самообеспечению семьи. За эти ценности на протяжении всего периода колхозная часть класса беспрерывно боролась с властью веками выработанными у крестьян пассивными способами. Предметы быта, жилище в течение этого времени претерпели не такие уж большие изменения. Совхозная же часть сельскохозяйственного пролетариата 1930-1950-х гг. разительно отличалась от колхозной. Она не была так связана «поземельной» памятью, «свое хозяйство» у нее было крайне скудным, а у некоторых - не было ни дома, ни приусадебного участка. Да и жили совхозники преимущественно за счет «внешних поступлений». С середины 1960-х гг. наступает перелом в крестьянских ментальных установках. Утверждение господства денежных отношений, усилия государственной политики разрывают последние нити «кровной» связи с землей, ведут к окончательной денатурализации хозяйства, укрепляют связи с рынком. Колхозный и совхозный пролетариат того времени - люди в ватниках и «кирзачах» - практически един в образе жизни, рациональности представлений о мире, бытовом обустройстве. Символ городской жизни для сельскохозяйственного пролетариата становится одной из самых значимых ценностей, в достижении которой он демонстрирует готовность покинуть деревню и влиться в ряды уже так близкого ему промышленного пролетариата или - через получение образования - в другие городские слои.
Чвг ГАРф ф б991. On г д 63 л з_14. ГАВ0 ф 1300 On t д 954 л 89 556
Раскрестьянивание в России вылилось, прежде всего, в пролетаризацию. Процесс имел место в течение всего периода 1930-1980-х гг., впрочем, шел очень неравномерно и разнонаправленно.
Формирование сельскохозяйственного пролетариата как полноценного социального класса началось в конце 1920-х - начале 1930-х гг. вместе с лишением основной массы традиционного крестьянства земли и собственности, вынудившим их жить за счет продажи рабочих рук. 1930 - первая половина 1950-х гг. характеризуются, наряду с явными признаками раскрестьянивания (демографической «стерилизацией» двора, исчезновением условий экономического самовоспроизводства и т.д.), сохранением черт крестьянско-аграрного общества: воссозданием повинностной системы, существованием крестьянских бюджетообразующих принципов функционирования двора, во многом старокрестьянским отношением к общественному имуществу, базировавшемся на остаточном взгляде на колхозное хозяйство как на часть бывшего своего, и т.д. В 1950-1970-е гг. приходит, затем становится ведущей в материальном обеспечении двора, заработная плата, сворачивается внеэкономическое изъятие (повинности), приходят пенсии, новый (особенно хрущевский, начала 1960-х гг.) удар по личному хозяйству окончательно превращает колхозника в рабочего с огородом, мало отличающегося от классических сельскохозяйственных рабочих этого периода, которые трудились в совхозах. В 1960-1970-е гг. эти низкоквалифицированные рабочие села становятся малоотличимы от пролетариата городов, особенно малых и средних, который получал схожую по размерам заработную плату, снабжал порой не в меньших размерах свои семьи картофелем, овощами и т.п. со своего приусадебного хозяйства. Крестьянский уклад, бывший бастионом (пусть и в остаточной форме) индивидуального хозяйствования, превратился в действительно личное подсобное хозяйство. Спецификой госкапиталистической системы являлась достаточно большая возможность использования социальных лифтов, в т.ч. для класса сельскохозяйственного пролетариата, стоявшего в самом низу социальной сельскохозяйственной пирамиды. Прежде всего, в пролетарских сельских семьях проявляется стремление имплантироваться в средние или высшие социальные слои, а также вырваться за пределы сельской жизни.
Итак, вызревание класса сельскохозяйственного пролетариата прошло разные пути в колхозном и государственном сельскохозяйственных укладах. В государственном укладе неквалифицированные совхозные рабочие сразу приобрели пролетарские черты, колхозники 557
же до конца 1950-х гг. сохраняли признаки старокрестьянской жизни в правовом статусе («прикрепление» к земле), во взаимоотношениях с государством (повинностная система), в быту (приусадебное хозяйство), мировоззренческих основах (крестьянская самоидентификация). В 1960-е гг. колхозники и совхозные рабочие окончательно консолидируются в сельскохозяйственный пролетариат как единый класс, они получают право свободной продажи своей рабочей силы, живут преимущественно за счет заработной платы, теряют интерес к земле и приусадебному хозяйствованию, обладают «раскрестьяненными» социально-психологическими особенностями.
558
Глава VI
СОЦИАЛЬНЫЕ ОТНОШЕНИЯ В КОЛХОЗНО-СОВХОЗНОЙ ДЕРЕВНЕ
§ 1. Смена системы социальных отношений. Социальные отношения и социальное взаимодействие
Социально-экономическая перестройка, происходившая в колхозно-совхозной деревне в период 1930-1980-х гг., глубоко затронула все стороны жизни села. Коренную ломку претерпели хозяйственная организация, общественная жизнь, структура социума, внутриклассовые связи и межклассовые отношения. Развитие всех этих сфер было тесно взаимосвязано и влияло на устройство социальной системы деревни в целом и отдельных ее укладов в частности.
Одна из самых серьезных трансформаций, связанных со становлением и развитием колхозно-совхозного строя, - исчезновение «старых» классов (прежде всего, крестьянства) и появление новых, свойственных капитализированному обществу (буржуазии в недоразвитом ее виде - протобуржуазии, менеджеров, интеллектуалов, рабочей аристократии, сельскохозяйственного пролетариата). Формировавшиеся между новорожденными классами социальные отношения коренным образом отличались от «общинного» типа социальных отношений, присутствовавших в деревне до конца 1920-х гг. Слабая социальная дифференциация деревни доколхозного времени делала важными знаменателями связей соседство, родство, «лад», торжествовавшие, несмотря на присутствие в сельской жизни «кулака-мироеда», торговца и «крепкого мужичка». По данным Б.Н. Миронова, дифференциация деревни была настолько мала, что к 1917 г. коэффициент Джинни составлял в российском селе 0,133-0,2961168; по данным В.П. Данилова, доля «кулаков» в деревне России 1927 г. не превышала 3%1169.
Новые социальные отношения, возникавшие в процессе социальной переструктуризации деревни 1930-1980-х гг., необходимо рассматривать как целостную систему, внутри которой выделяются: во-первых, отношения между классами по поводу собственности на средства производства и всю последующую цепочку отношений в не1168 Миронов Б.Н. Социальная история России (XVIII - начало XX в.). Генезис личности, демократической семьи, гражданского общества и правового государства. В 2 т. СПб., 1999. T. 1.С. 128.
1,69 Данилов В.П. Кулачество // Советская историческая энциклопедия. М„ 1973- 1982 (http://dic.academic.ru/dic.nsf/sie/9021).
559
посредственном производстве, распределении, обмене и потреблении (экономические отношения); во-вторых, отношения между классами по поводу государственной власти и государственного управления (политические отношения); в-третьих, отношения между классами по поводу правопорядка (правовые отношения); в-четвертых, отношения между классами в связи с реализацией нравственных норм (нравственные отношения); в-пятых, отношения между классами по поводу создания и потребления идеологических, художественных и иных духовных ценностей (духовные отношения в узком смысле слова)1170.
При анализе социальных отношений в обществе очень важно учитывать не только межклассовые, но и внутриклассовые различия. Выделение слоев, составных частей, «отрядов» внутри того или иного класса позволяет лучше понять условия их общественного бытия и интересы, диагностировать их социальное и политическое поведение. Весь этот комплекс новых классовых отношений еще подлежит изучению. Описание социальных отношений в деревне 1930-1980-х гг. осложняется тем, что классовый генезис в этот период происходил перманентно, поэтому характеристики межклассовых взаимодействий во всех сферах жизни менялись в рамках отдельных этапов. С этим уже столкнулись исследователи, обращавшиеся к изучению межклассовых отношений на материалах других государств и других эпох. Так, Э.П. Томпсон в исследовании становления английского рабочего класса попытался показать его не как слепок социальной структуры, а как поток меняющихся социальных отношений1171. Близко к этой позиции находился Р. Бреннер, считавший, что хотя классовые структуры и определяют «коридор возможностей» долгосрочного развития, однако в этих пределах они лишь «размещают» классы, но не определяют полностью ни их социального действия, ни результатов исторического процесса1172.
Прежде всего, отметим, что глубина социально-классового раскола деревни была уже в первой половине колхозно-совхозного времени (1930-1950-е гг.) достаточно велика, она была замечена современниками. Простейшим отражением этого стало осмысление деревенскими жителями проявлений социального расслоения. В.М. Князева (1914 г.р.), колхозница из Кемеровской области, во время беседы с ней в конце 1990-х гг. говорила о начальных десятилетиях колхозной жизни: «В колхозе жили не все одинаково. Хорошо жили председатель и бригадиры. Они, конечно, богато жили. Были грамотны1,70 Крапивенский С. Социальная философия. Волгоград, 1998. С. 123.
1171 Thompson Е.Р. The making of the English working class. Middlessex, 1962.
1,72 Brenner R. Agrarian class structure and economic grown in preindustrial Europe // Past. a. present. Oxford, 1976. № 70. P. 52.
560
ми, поэтому больше всех и получали. А мы должны были своим трудовым потом зарабатывать на жизнь»1173. Отчетливо описано расслоение деревни во многих произведениях публицистики и художественной литературы. Например, Ф. Абрамов в повести «Вокруг да около» (1963 г.) среди многих других ярких зарисовок «деревенского» неравенства отмечает: «Дом служащего, или, как говорят в деревне, человека на деньгах, отличишь сразу. Он и понаряднее, этот дом: наличники у окошек и двери непременно покрашены, вместо жердяной изгороди оградка из рейки или плетень из сосновых или еловых колышков. И, конечно, радиоантенна над крышей (радио провели в колхозе только в прошлом году)». Показательно, что при обсуждении проекта Конституции СССР в 1936 г. председатель Дединовского сельсовета Луховицкого района Московской области Чубуков внес предложение отразить в ней следующее: «комфорт и роскошь, являющиеся ранее признаком буржуазности, сейчас при социализме отображающие признак зажиточности и культуры, также охраняются законом»1174. Расслоение в деревне было зафиксировано и советской социологией села. По расчетам, сделанным Н.Е. Рабкиной и Н.М. Римашевской, децильный коэффициент дифференциации доходов колхозников СССР (по совокупному доходу) составлял в 1960-е гг. около 4 единиц, что показывает достаточно высокую степень расслоения сельского общества1175.
На формирование отношений между классами влияли разные факторы. Среди них - численность каждого класса, его «родовые» признаки (социальная среда, из которой он формировался, родство с «власть имущими» или «прежними» деревенскими классами), особенности трудовых операций, в том числе их новизна для деревни, близость к собственности, отношения с другими социальными группами и т.д.
Самым большим по численности на протяжении 1930-1980-х гг. был класс сельскохозяйственного пролетариата. Второе место в 1930-1940-е гг. занимали сельскохозяйственные менеджеры, в 1960- 1980-е гг. это место перешло к рабочей аристократии, в то время как менеджеры постепенно переместились на четвертую, предпоследнюю ступень в численном «соревновании» классов. Сельскохозяйственные интеллектуалы, бывшие в 1930-1940-е гг. самым малочисленным классом, к концу 1980-х гг. прочно перемещаются на третье место среди всех классов деревни. Самым малочисленным деревенским классом 1.73 Лопатин Л.Н., Лопатина Н.Л. Коллективизация как национальная катастрофа. Воспоминания ее очевидцев и архивные документы. М„ 2001. (Использована электронная версия с адреса http://www.auditorium.ru/books/477/index.html)
1.74 Общество и власть. 1930-е годы. Повествование в документах. М., 1998. С. 149.
1.75 Рабкина Н.Е., Римашевская Н.М. Перспективы изменения степени дифференциации душевых доходов семей колхозников в сравнении с городским населением (промежуточный отчет). М., 1971. С. 11.
561
почти весь период времени (за исключением 1930-1940-х гг., когда все же он превосходил по численности сельскохозяйственных интеллектуалов) был класс сельскохозяйственной протобуржуазии. Кажущийся внешне простым, фактор численности представителей того или иного сельскохозяйственного класса, скорее всего, не оказывал решающего влияния на формирование межклассовых отношений. Однако нельзя сбрасывать со счетов, что находящиеся в не самом привилегированном положении малочисленные классы, к тому же не вписывавшиеся в «старую» традицию взаимоотношений социальных групп (интеллектуалы, рабочая аристократия), должны были выдержать более жесткую борьбу за свои права и отстоять место в социальной иерархии. Малочисленный же класс, явно находившийся в привилегированном положении, - протобуржуазия - использовал численное меньшинство для консолидации с более высокими «властными» кластерами и как фактор правового, экономического и политического доминирования на селе. Сельскохозяйственный пролетариат, оставаясь самым многочисленным классом, придавал всем межклассовым отношениям в российской деревне патриархально-деревенскую окраску. Во многом это объяснялось сельским образом жизни с его патернализмом, традициями соседства, «прозрачностью» быта, распространенностью родственных связей и т.д.
Большую роль в выстраивании отношений «низших», «средних» и «высших» классов села играло бытование некоего эталона взаимоотношений с начальством, идущего еще от традиций общинной жизни. От деревенских «верхов» 1930-1950-х гг. ждали и патерналистского заступничества, и посредничества с государством. Историк А.В. Тутор- ский на основе изучения полевых материалов и периодической печати установил, что в начале 1930-х гг. председатель колхоза мог действовать как лидер общины, распределяя урожай «по едокам» или стремясь сохранить для деревенских работ лучших тружеников, не отпуская их на лесозаготовки. Положение и задачи бригадира колхоза, по его же материалам, напоминали положение и задачи околоточного старосты. Можно констатировать, что элементы общинных традиций, проявлявшиеся в патернализме, уравнительном распределении колхозной продукции и защите интересов колхоза перед государством, сохранялись в поведении деревенских лидеров 1930-х гг. Тот же А.В. Туторский отмечает, что в поведении председателя колхоза эти действия были более замаскированы, а в поведении бригадиров просматривались порой совершенно открыто1176.
1176 Туторский А.В. Элементы общинных традиций в быту колхозной деревни: институт лидерства (по материалам Архангельской области) // Вопросы истории и культуры северных стран и территорий. 2009. № 1.
562
«Начальственные» роли протобуржуазии и менеджеров определяли сохранившиеся традиции «чинопочитания». Диссидент А. Амальрик, описывая жизнь в сибирской деревне середины 1960-х гг., отмечал: «В Гурьевке вообще ни к кому не обращались: Степанида Алексеевна, или Мария Степановна, или Дмитрий Иванович, а говорили просто: Стешка, Манька, Митька. Или же давали прозвища ... Пожилого тракториста Ивана Шиканова все звали просто Шикан. ... Только к бригадиру большинство обращалось по имени-отчеству, а те, кто помоложе, говорили: дядька Шаповалов»1177. Об особом, «почитаемом», статусе «начальства» уровня протобуржуазии и менеджеров пелось и в частушке, настолько распространенной, что писатель В.И. Белов процитировал ее в своем знаменитом «Привычном деле»:
Сами, сами бригадиры, Сами председатели. Никого не почитаем - Ни отца, ни матери!1178
Социальное влияние деревенских «высших» классов в отношении всех остальных проявлялось и в институте колхозных собраний, которым колхозники, по крайней мере до укрупнения хозяйств в 1950-х гг., придавали большое значение. Колхозница В.М. Князева вспоминала: «Бывало, соберут колхозное собрание. Все люди придут на него. Выступит председатель, отчитается перед нами. Потом из ревизионной комиссии расскажут, сколько получили прибыли, куда ее потратили. Отчитывались перед народом. А как же!»1179
Следовательно, классы, выполнявшие управленческие трудовые операции, воспринимались деревенской средой как верхушка, начальство деревни. Деревенским сообществом подмечалось, что они тесно общались с высшими этажами власти (областными, районными), транслировали властные решения в «низы». Поэт А. Грибачев, описывая в поэме «Флаг над сельсоветом» (1947 г.) связь верхнего звена управленцев колхозов и совхозов с районной властью, представил следующую картину:
1,77 Амальрик А. Нежеланное путешествие в Сибирь. New York : Harcourt Brace Jovanovich, 1970. C. 164.
1178 Белов В.И. Привычное дело // Белов В.И. Избранные произведения. М„ 1983. Т. 2.
1179Лопатин Л.Н., Лопатина Н.Л. Коллективизация как национальная катастрофа. Воспоминания её очевидцев и архивные документы. М., 2001. (Использована электронная версия с адреса http://www.auditorium.ru/books/477/index.html)
563
.. .По проводу прямому Из собственного дома Звонит колхозный председатель Секретарю райкома.
Зовет к прямому проводу .
По случаю, по поводу, \
По хлебу и покосу, По срочному вопросу По важному, текущему, По делу по насущному...
«Промежуточное» положение протобуржуазного класса деревни (председателей колхозов, директоров совхозов и МТС) между еще более высокими уровнями власти и деревенскими «низами» отмечали и рядовые колхозники. Колхозник Н.И. Носков (1919 г.р.) из-под Вятки говорил о председателе колхоза: «Да и то сказать, что с него взять? Ведь он тоже человек подневольный. С него райком партии требовал отчета за всё. Требовал, чтобы он отчитался, почему колхозники не работают, почему-это, почему-то...»1180.
Кроме формального общения с высшими классами села, существовали и распространенные практики неформального общения «низов» и «верхов» деревни, связанные с широким проявлением спектра властвования. Множество таких ситуаций описаны, например, в повести Ф. Абрамова «Вокруг да около». Председатель колхоза Ананий Егорович мог вступить в «конфликт, да не с одним, не с двумя колхозниками, а сразу со всем колхозом», отказав в несвоевременной выдаче аванса во время выборов в местный Совет (колхозники ждали денег, чтобы купить в «буфете из райцентра» «колбасы, мясных консервов, баранок и еще каких-нибудь редкостей»). При встрече с ходившими за грибами в рабочее время колхозницами, «не разбирая дороги, мокрым карто- фельником он кинулся им наперерез, перемахнул изгородь. «Трудимся?» - он задыхался от бега и ярости. Бабы - ни слова. Мокрые, посинелые, будто распятые, они стояли, привалясь спиной к стене бани, и тупо глядели на него. Большие плетеные корзины, доверху наполненные красной и желтой сыроегой, громоздились у их ног».
Если властвование представителей класса протобуржуазии было неограниченным и распространялось на все жизненные проявления сельхозпредприятий, то властвование класса менеджеров (бригадиров и др.) было не таким всеобъемлющим и распространялось на период выполнения общественного труда. Колхозница Т.А. Носкова говорила о колхозном бригадире: «У стада есть пастух, а у нас, колхозников, пасту11М http://www.hrono.rU/dokum/1929kol/kol041 .html
564
хом был бригадир. Ослушался бригадира - получи штраф: трудодней пять как снимет, не порадуешься»1181. Колхозница А. Симакина вспоминала: «А обедать-то поведут не вдруг. Часов-то не было - бригадир намерит лапами тень: рано иль не рано? ... Встанет спиной к солнышку. Заметит, в котором месте тень от головы кончается. И до этого места тень свою лапами мерит. Ну, приставляет ноги одна к одной, идет. Если две ноги будет, это значит, двенадцать часов. Обедать пора. А если больше, - нет еще двенадцати. Нет, стало быть, и обеда»1182. Писатель Т. Чугунов, описывая колхозного бригадира, обратил особое внимание на его «символы власти»: «Собирается колхозная бригада у околицы села ... Бригадир встречает запоздавших руганью и угрожающе размахивает палкой. Эта палка — символ его власти и постоянное оружие, подобно тому, как револьвер у председателя колхоза и сельсовета»1183.
Шаблонной и берущей корни во временах помещичье-крестьянской деревни была роль в межклассовых отношениях «рядовых колхозников» - класса сельскохозяйственного пролетариата. И это не случайно - труд и самоощущение этого класса долго продолжали оставаться во многом «крестьянскими». А.П. Крутов, житель вологодской деревни, вспоминал в 1990-е гг. работу в колхозе 1930-1950-х гг.: «На работу шли как на праздник, с гармошкой, с песнями, и какие бы не были усталые, возвращались тоже с песнями. А выходили работать не как теперь: к такому-то часу и до такого-то, - нет, солнышко нас в кровати не заставало»1184. Бывшая колхозница М. Лаврентьева тогда же рассказывала: «А наряда очень слушалися, никто не отпирался. Куды пошлют, туды и пойдем. Раз надо работать, дак... Не спорили. Дадут наряд и не разговаривали, - ступай, да и все. Да когда и поспорят, не понравится - дак чего ж, делать нечего. Вот и я так попала... Попросили, и пошла. И пошла, а потом пристала к одной работе, думаю: так уж, и так, - знай свою работу. Встанешь и знаешь свой наряд. По наряду: день - сюды, да день - сюды. А уж тут вся твоя работа, знаешь ее. Вот я и любила, что на одной работе. Привыкла. А привыкла, так и хорошо»1185.
Большое значение во взаимоотношениях классов играло их «социально-генетическое» родство по деревенским корням, т.е. социальное происхождение и класса в целом, и большинства его представителей. Учитывалось, из каких социальных слоев формировался 1181 http://www.hrono.ru/dokum/1929kol/kol041.html
1182 Виноградский В. Крестьянские семейные хроники: репортаж с диктофоном на шее // Рефлексивное крестьяноведение: десятилетие исследований сельской России. М., 2002. С. 496.
пег Чугунов Т.К. Деревня на Голгофе. Мюнхен, 1967. С. 177.
1184 Голоса крестьян: Сельская Россия в крестьянских мемуарах. М„ 1996. С. 25.
1185 Виноградский В. Крестьянские семейные хроники: репортаж с диктофоном на шее... С. 494.
565
данный класс, являлись ли они своими, деревенскими, жителями или городскими, прошедшими специальную подготовку с отрывом от деревенской среды (курсы, техникум, вуз, армия и т.д.). Как известно, деревенское сообщество с осторожностью относилось к чужим, особенно до эпохи активных миграций и аграрных реформ, «укрупнивших» прежние сельские социумы через совхозизацию и «оптимизацию» мелких колхозов (1950-е и более поздние годы). Поэтому социальные роли во взаимоотношениях с выходцами из крестьянской среды - «деревенскими» - были достаточно привычными в типах выстраивания взаимоотношений. В то же время «пришлые» требовали поиска иного дискурса социальных связей, что было трудным делом для земледельцев, привыкших к «простоте» сельского языка и быта. Колхозник из Кузбасса И.А. Шишков, в конце XX в. рассказывая о первых годах существования колхозов, подчеркивал «иную ментальность» чужаков во власти: «Председателями колхозов становились присланные начальством люди. Наши мужики чувствовали землю. Но их до руководства колхозами не допускали. Они оказались не у дел. Им оставалось лишь выполнять приказы, работать и всё отдавать»1186. Колхозница из Кемеровской области В.М. Князева (1914 г.р.) вспоминала: «Колхоз нам создавать приезжали люди из города. Мы к ним относились со страхом. Ведь не знали, что они задумали, что они делают, как жизнь нашу повернут?»1187 Писатель Т. Чугунов о первых годах руководства совхозами писал: «Директорами совхозов назначались партийцы, которые происходили из отходников, рабочих и интеллигентов. Они сельского хозяйства не знали и руководили совхозами плохо»1188.
Наибольшее число «пришлых» в полном смысле слова (т.е. прежде живших и получавших образование вне села), по крайней мере в определенные периоды, было лишь среди сельскохозяйственных интеллектуалов (агрономы, зоотехники, ветеринары, экономисты, инженеры и т.д.), направлявшихся по распределению учебных заведений для работы в сельском хозяйстве. «Пришлость» сама по себе деревенскими жителями воспринималась амбивалентно - новый опыт и знания в деревне ценились, но и вызывали известную осторожность в достаточно консервативном сельском мире. Остальные же представители социальных классов деревни были, в основном, местного происхождения, за исключением разовых государственных акций наполнения высших слоев сельхозартелей горожанами (двадцатипятитысячники на рубеже 1920-1930-х гг., тридцатитысячники в середине 1950-х гг.). Постепенно масштабные социальные перемещения в российской деревне стано1186 Лопатин Л.Н., Лопатина Н.Л. Коллективизация как национальная катастрофа...
1187 Там же.
use чугунов Т.К. Деревня на Голгофе. С. 64.
566
вились обыденностью, в том числе в связи с Великой Отечественной войной. Вернувшиеся с войны или из армии мужчины очень часто становились деревенскими лидерами, такой социальный опыт был очень уважаем, о чем сообщалось в частушечной форме:
Милый мой в колхоз родной Возвратился старшиной. Бережет он честь мундира, Стал хорошим бригадиром1189.
Недеревенское происхождение, манеры и внешний вид были значимым основанием социального превосходства одних слоев над другими, такого опыта не имевшими, что отмечалось в частушках:
Ягодиночке-то надо,
Чтобы в шляпочке была, С ридикюльчиком ходила, Гэворила все на «а»1190.
Деревенские не в моде - Нынче в моде писаря. Комсомольцы да приезжие, Еще учителя1191.
В колхозной деревне помнили происхождение человека как минимум до третьего колена, поэтому связи с «богатыми» или «бедными» предками были тоже значимыми. Если должность, особенно «властная», была наследственной (отец, например, был председателем колхоза или бригадиром), то это упрочивало положение представителя класса и делало его позицию более стабильной. В совхозах, особенно тех, которые были созданы не на базе прежних колхозов, наследственность при вхождении в класс имела меньшее значение. Большим уважением пользовались представители колхозного или совхозного социума, шагнувшие в другой, более «высокий» социальный слой. Об этом тоже сохранилось множество частушек:
Мы с миленочком гуляли
У березы за прудом.
1189 Лазутин С.Г. Русские народные лирические песни, частушки и пословицы. М., 1990. С. 219.
1190 Частушки в записях советского времени. М.; Л., 1965. № 1226.
1191 Там же. № 2099.
567
Был миленок темный парень, А теперь он - агроном1192.
Прежде бабам жизнь какая? Выйдут замуж - мучиться. А теперь мои три дочки ,
В институте учатся1193. \
По зеленой по траве Пойду, разойдуся. Свинофермой управляю - Этим я горжуся1194.
Пусть Ванюша не красив, Но зато с характером. Раньше был он пастухом, Нынче пашет трактором1195.
Объемно-правовое положение очень специфично сказывалось на формировании классовой иерархии деревни. Статусы колхозника, рабочего или служащего различались весьма сильно, что проявлялось и в наличии (отсутствии) паспорта, а значит, свободе передвижения, возможностях трудоустройства, в охвате системой крестьянских повинностей в 1930-1950-е гг. и в способах получения заработков (гарантированной денежной заработной платы или «оплаты трудоднями») и пр. Немаловажным фактором неравноправия были и «лично-поземельные узы», которые способствовали передаче наследственной неполноправности, пока двор сохранял приусадебный земельный участок и, следовательно, прикреплял колхозника к сельхозартели.
Об этих юридических различиях в положении сельскохозяйственных классов многократно упоминается почти во всех произведениях писателей-деревенщиков (Ф. Абрамова, В. Белова, В. Распутина, Б. Можаева и др.). Вот, например, показательный монолог рядового колхозника из повести Ф.А. Абрамова «Вокруг да около»: «Я человеком себя не чувствую, это ты понимаешь? У тебя паспорт есть? ... А у меня нету. Я как баран колхозный, без паспорта хожу ... А помнишь, я нынешней весной в город ездил? ... И ты еще мне колхозную 1,92 Лазутин С.Г. Русские народные лирические песни, частушки и пословицы. С. 217.
1193 Русские частушки. С. 259.
1,94 Частушки Воронежской области. Записи 1949-1953 гг. / сост. С.Г. Лазутин. Воронежское кн. изд-во, 1953. С. 79.
1195 Русская частушка. Л. 1950. С. 283.
568
справку выписал? На, мол, получи деньги по аккредитиву. Липовая это справка! Пришел я в сберкассу, сую эту самую справку в окошечко. А там кассирша крашеная, вся с головы до ног завита. Фыркнула: "Это не документ личности”... Почему у меня нет паспорта? Не личность я, значит, да?».
Однако следует отметить, что периоду 1930-1950-х гг. была присуща и определенная однородность межклассовых отношений, что обуславливалось господством использования средств внеэкономического принуждения, в большей или меньшей мере применявшихся практически ко всем классам сельского социума. Даже сельскохозяйственные интеллектуалы (агрономы, зоотехники, инженеры и пр.) были охвачены отдельными элементами повинностной системы (прежде всего, обязательными поставками сельхозпродукции с приусадебных участков).
Юридическая дискриминация или юридические преференции сельских классов на разных этапах 1930-1980-х гг. проявлялись более всего во взаимоотношениях с государством и гораздо меньше непосредственно в общественных внутридеревенских взаимоотношениях. Например, представители разных сельскохозяйственных классов нередко заключали брачные союзы, это даже приветствовалось с точки зрения практического выживания. В уже цитируемой повести Ф.А. Абрамова говорится о распространенном в деревне 1940-1960-х гг. правиле: «В деревне сейчас принято: если ты в колхозе работаешь, то жену подыскивай из служащих, так, чтобы в доме всегда была копейка. После войны, когда произошла денежная реформа, это получило даже свое название: «жениться на буханке». Одним словом, если хорошенько вдуматься, складывается особый тип семьи, где экономический фактор играет далеко не последнюю роль».
Постепенно фактор правовых различий при формировании классовых отношений отходил на второй; план, уступая ведущее место различиям в экономическом и производственном положении. Менялась иерархия групп, связанная с увеличением (снижением) роли класса в разных производственных и социальных процессах1196. Особенно это касалось «средних» слоев деревни. Если «высший» деревенский класс - протобуржуазия - на всех этапах был форвардом, а «низший» класс - пролетариат - аутсайдером, то средние классы - менеджеры, интеллектуалы, рабочая аристократия - соперничали за первенство в группе «средних» классов села.
Производственно-экономическая «притягательность» каждого из деревенских классов легко просматривается в частушках. Приведем некоторые из них.
1196 См.: Раздел второй, главы I-V.
569
На моем на белом платье
На оборке кружева. Что же мне не наряжаться - Бригадирова жена!1197
Нам прислали инженера, Мы влюбились горячо. Он один, а нас четыре, i
Присылайте нам еще1198. '
Эй, подружка, морганем, К нам подходит агроном, Мы с тобой не растеряемся, Знакомство заведем!1199
Я малину кушала, Агронома слушала. Посмотри-ка на овес, До чего же он хорош!1200
Хорошо тебе, береза, - У тебя широкий лист. Хорошо тебе, подруга, - Тебя любит тракторист1201.
Бригадиры, трактористы, агрономы, инженеры - наиболее популярные представители классовых групп, отличавшихся, по деревенским меркам, стабильным материальным положением и завидным профессиональным статусом. Знакомство или родство с такими людьми, с точки зрения деревенских «низов» - представителей сельскохозяйственного пролетариата, - было значительным продвижением к более высокому социальному положению. С другой стороны, представители деревенской «верхушки» - председатели колхозов, директора совхозов - рассматривали их как более низкие по статусу классы. Показателен в этом отношении фильм С. Ростоцкого «Дело было в Пенькове» (1957 г.), где председатель колхоза был недоволен тем, что его дочь вышла замуж за тракториста МТС.
1197 Русские частушки. С. 259.
1198 Гой еси вы, добры молодцы. Русское народно-поэтическое творчество. М„ 1979. С. 382-383.
паз руССкая частушка. Л. 1950. С. 345.
1200 Там же. С. 346.
1201 Там же. С. 347.
570
О профессиональной принадлежности как основе социальной градации много писали еще советские социологи. В конце 1960-х гг. среди представителей этой науки сформировалось убеждение, что основным критерием выделения «групп внутри класса» является уровень квалификации, навыков и профессиональных знаний, на основе которого образуются «слои, различающиеся уровнем знаний, положением в производстве и уровнем заработной платы». По типу сложности труда социологи выделяли три основные группы: первая располагала, главным образом, физическими навыками, вторая - навыками и знаниями, третья, прежде всего, знаниями1202.
Не следует думать, что такое представление возникло в науке на пустом месте. Основой его являлась, в том числе, и самооценка трудовых операций, выполняемых представителями разных деревенских классов. При сохранении селянами уверенности в том, что упорный физический труд - главное мерило ценности человеческой личности, колхозники и совхозники негативно оценивали то, что представители «высших» классов физической работы достаточно чужды. По этому принципу деревенская верхушка получала значительную долю осуждения. Так, в отношении 1930-х гг. писатель Т. Чугунов замечал: «многие колхозники физическим трудом не занимаются, начиная от председателя и кончая звеньевым. В колхозе около полусотни лиц принадлежат к администрации: председатель, его заместители, члены и служащие правления, заведующие фермами, руководители предприятий, бригадиры, звеньевые и т.п. В одной только колхозной канцелярии сидит десяток чиновников: председатель колхоза, два заместителя, председатель ревизионной комиссии, секретарь колхозного правления, счетовод, кассир, нарядчик, агроном, буфетчик»1203.
Единственный класс, нефизический труд которого имел оправдание в глазах колхозников, - сельскохозяйственные интеллектуалы. Пожалуй, их функции, связанные с внедрением знаний в производственный процесс, были самыми новыми из всех видов деревенского труда. Не случайно в деревенских частушках даже чувствовался определенный восторг по поводу деятельности агрономов, ветеринаров и им подобных.
У ребят-то в голове Уксусна эссенция. Мимо окон ходят боком - «Мы интеллигенция»1204.
1202 Классы и социальные слои в СССР. М., 1968. С. 51-52.
1203 Чугунов Т.К. Деревня на Голгофе... С. 184.
1204 Гой еси вы, добры молодцы... С. 382-383.
571
Я не буду чаю пить, Не буду и заваривать, Мне охота с агрономом Нынче разговаривать1205 *.
Агроном, рубашка белая, Расшита васильком, Мы науку агронома Всем колхозом признаем1205.
Агроном идет по улице, Широкий поясок. На поля глядит любуется: Хороший колосок!1207 *
«Низший» же класс деревни - сельскохозяйственный пролетариат воспринимался остальными жителями и сам позиционировал свое место в социальной пирамиде как самое бесправное, подчиненное по отношению к высшим группам, страдательное по своей сути, связанное с тяжелейшими трудовыми операциями. Вот как об этом пелось в южнорусских деревенских частушках начала 1930-х гг.:
Кто виноват, что в Колхоз мы записались, Кто виноват, что нам Хлеба не дают, Кто виноват, что мы День и ночь работаем, А пред, колхоза наш труд Не признает1205.
Пропасть между социальными классами деревни проявлялась даже в самых обыденных разговорах, в повседневных ситуациях. Показателен в этом плане, например, спор между председателем колхоза и его женой в 1960-е гг„ воспроизведенный Ф.А. Абрамовым в повести «Вокруг да около»: «Хватит! - вдруг, сорвавшись, закричал Ананий Его1205 Русская частушка. С. 435.
,20« Там же. С. 346.
1207 Там же.
'2°8 «Летит орел по над морем...»: Частушки и песни 1930-х гг. о коллективизации на Кубани // Альманах «Россия. XX век». 2011. http://www.alexanderyakovlev.org/ almanah/inside/almanah-doc/1019488
572
рович. - Привыкла барыней жить. Жена заместителя председателя рика! Районная аристократия ... Нет, ты вместе с бабами навоз поворочай».
В характеристиках классов большое значение имела гендерная составляющая. Так, представители «властных» классов, как правило, были мужчинами. Мужчины в основном составляли классы интеллектуалов и рабочей аристократии. Если же представителями этого класса становились женщины, деревенская молва отмечала данный факт как нечто не вполне обычное:
Наша Маша - трактористка,
А Наташа - агроном. Мы теперь свое хозяйство По-мичурински ведем1209.
И напротив, представители «низших» деревенских классов имели «женское лицо». Что-то иное воспринималось как очень комичное и высмеивалось в весьма ироничных частушках:
У меня миленок есть, Он колхозный птицевод. Он гулять пошел со мной, А за ним индюшек взвод1210.
Имущественные и производственные характеристики классов были гораздо более изменчивы, чем правовые категории. Юридические различия в положении сельскохозяйственных классов в этой ситуации способствовали консолидации каждого из них и определяли более четкие границы между социальными кластерами деревни. При этом социальное размежевание между классами становилось более явным, а раскол между ними приводил к обострению классового антагонизма. Это размежевание прослеживается в народном фольклоре и легко выявляется уже в частушках 1930-1950-х гг., где описываемое действие объединяет, как правило, представителей одной классовой группы. Так, «высшие» классы деревни - протобуржуазия и менеджеры - действуют совместно в разных бытовых ситуациях:
За мной трое, за мной трое, За мной трое как один: Председатель из колхоза, Счетовод и бригадир1211.
1209 Частушки Воронежской области. С. 59.
,2,° Там же. С. 108.
’2,, Там же. С. 121.
573
Заместитель с бригадиром
Все дела направили:
На Ильинску пятницу
Похмелье вместе справили1212 1213.
Мой миленок - бригадир,
А я звеньевая.
Вот мы оба собрались -
Пара боевая.
«Средние» классы деревни - интеллектуалы и рабочая аристократия - также объединены в частушечных сюжетах, представители данных классовых групп четко консолидированы внутри «своего» классового «клана»:
Я в работе боевая,
И в учебе всем пример. Скоро буду агрономом, Мой миленок - инженер1212.
Меня детка любит крепко За походку быструю. Эх, он будет комбайнером, А я- трактористкою.
Тракториста не любила, Трактористкой не была. Тракториста полюбила - Трактористкой стала я.
Милый мой шофер отличный,
С ним шофером стала я. Возим хлеб стране любимой, Засыпаем закрома.
Мой залетка - комбайнер,
Я его штурвальная,
1212 Подюков И.А., Свалова Е.Н. К проблеме описания колхозного фольклора Прикамья // Вестник Пермского университета. 2013. Вып. 1. С. 15.
1213 Частушки Воронежской области. С. 78.
574
И работушка у нас Самая нормальная1214.
В то же время нередкими были и сюжеты, где представители рабочей аристократии объединены в действиях с представителями класса сельскохозяйственного пролетариата. Это свидетельствует о том, что непосредственные физические трудовые усилия (даже при помощи механизмов) служили важным обстоятельством в рассуждениях о близости этих классов:
Мой миленок тракторист, Я - ударница полей. Милый борется за трактор, Я-за триста трудодней1215.
Большое количество частушек сюжетно объединяет представителей «низшего» класса - сельскохозяйственного пролетариата:
Ох, топну ногой, Топну ноженькой. Я — в колхозе, ты - в совхозе, Мой хорошенький1216
У меня милый стахановец, Стахановка и я, По-стахановски работает Подруженька моя1217
Изменение межклассовых отношений во многом определяло и формирование имущественных прослоек. Не случайно в разного рода источниках отмечается «обеспечение» продовольствием и другими ресурсами приближенных, прежде всего, к высшим классам деревни. Так, в письме в ЦИК 1932 г., подписанном 62(!) колхозниками, сообщалось: «сами члены правления получают из гарнцевого сбора без всяких трудодней ... Авансирование выдавалось не по трудодням, а какая личность понравится»1218. Писатель Т. Чугунов, повествуя о деревне 1950-х гг., отмечал: «Расхищение продуктов совхоза происходило в больших мас1214 Русская частушка. С. 347.
1215 Там же. С. 256.
1216 Там же. С. 259.
1217 Там же. С. 260.
1218 Голод в СССР. 1929-1934: В 3 т. М., 2011. Т. 1:1929 - июль 1932: Кн. 2. С. 83-84.
575
штабах. Продукты питания из совхоза бесплатно брал директор для своей семьи, часто - для оравы своих родственников и приятелей, для совхозного начальства: секретаря партийной ячейки и руководителя профсоюзной организации»1219. В определенной мере такой порядок вещей принимался в деревне, но все же «высшие» деревенские классы осуждались молвой:
Бригадирова жена В шубу нарядилася, Только вышла за калитку - i
Сразу простудилася1220. \
Обозлились на завхоза Мыши нашего колхоза: Сам зерно злодей украл, А за счет мышей списал1221.
Складывавшиеся в процессе экономического, юридическо-право- вого, культурного и другого взаимодействия социальные сети чем дальше, тем больше воздействовали на всю социальную организацию деревни, в том числе на межклассовые отношения и на судьбу внутриклассовых образований. Консолидации и размежевания настолько пронизывали ткань деревенской жизни, что становились предметом своеобразного аналитического осмысления деревенскими жителями. Как уже упоминалось выше, деревенская пекариха Пелагея (повесть Ф. Абрамова «Пелагея», 1969 г.) очень большое значение придавала выстраиванию деревенской иерархии, которая проявлялась, по ее мнению, в «приглашении в гости». Она отмечала, что собирающий гостей Петр Иванович, который «всю жизнь был на ревизиях», «худых гостей не позовет, не такой он человек, чтобы всякого вином поить». Пелагея и ее муж, бывший бригадир колхоза, придя в гости, про себя отметили, что «место им досталось неважное - с краю у комода и не на стульях с мягкой спиночкой, а на доске ...». Но Пелагея и этим местом была довольна, настолько важно для нее было не выпасть из высшего слоя деревни.
Итак, новые социальные классы в сельском хозяйстве России 1930-1980-х гг. возникали, занимали определенную нишу и взаимодействовали в многообразных жизненных практиках. Во взаимоотношени1219 Чугунов Т.К. Деревня на Голгофе. С. 64.
1220 Гой еси, вы, добры молодцы... С. 381.
1221 Лазутин С.Г. Русские народные лирические песни, частушки и пословицы. С. 114.
576
ях между классами формировалась их классовая идентичность. Размежевание классов в сельской местности отмечалось в разнообразных источниках, в том числе в фольклоре, где представлены яркие метафоры социальных группировок и социальных характеристик. Государство, в свою очередь, также стремилось играть ведущую роль в формировании новых межклассовых отношений, оформляя правовыми актами классовую обособленность социальных групп, консолидируя их в классы или, наоборот, препятствуя зарождавшейся близости там, где, по мнению законодателей, ее не должно возникать.
§ 2. Социальный протест
Неотъемлемой частью социальных отношений и социального взаимодействия в деревне 1930-1980-х гг. был социальный протест. Эта сторона общественной жизни практически не подвергалась исследованию (кроме описания «кулацкого террора» периода коллективизации), в постсоветской же историографии описанию протестных настроений и действий стало уделяться достаточно большое внимание1222.
Большое значение для понимания природы социального протеста имела концепция «моральной экономики»1223, исходя из которой определяющий момент в жизни крестьянского социума - защита своего существования в угрожающей социальной и природной среде. При этом особенности бытия и психологии крестьян - близость к природе, ритмичность жизненного уклада, созерцательность - обуславливали специфическую природу повседневного сопротивления, которое, как правило, не предполагает открытого обращения к насилию. В силу этого социальный протест крестьянства трактовался как реакция несогласия крестьянского сообщества на неудовлетворяющую его государственную политику.
Однако данная теория не безоговорочно применима к колхозносовхозной деревне. В 1930-1950-е гг. - период завершения существования аграрного общества в России с его повинностной системой, правовой неполноправностью, довольно высокой натуральностью жизни двора - эта основа социального протеста сохранялась. В дальнейшем перевод колхозников на заработную плату, распространение на них пенсионной системы, развитие механизмов социальной защиты, преодоление прикрепления к земле и денатурализация хозяйства подрывают социальные устои крестьянского сопротивления, приближая сельскохозяйственных работников к традициям рабочего протеста (классовой борьбы). Нужно обратить внимание на ряд обстоятельств, обусловивших особенности наших подходов к описанию протеста: каждому из охарактеризованных ранее сельскохозяйственных классов были присущи свои способы отстаивания классовых интересов. Однако присутствие в деревне подавляющей массы людей, несущих крестьянский 1222 Безнин М.А., Димони Т.М. Социальный протест колхозного крестьянства (вторая половина 1940-х - 1960-е гг.) II Отечественная история. 1999. № 3. С. 81-99; Красильщиков С.А. Серп и молох: Крестьянская ссылка в Западной Сибири в 1930-е гг. М., 2003; Виола Л. Крестьянский бунт в эпоху Сталина. Коллективизация и культура крестьянского сопротивления. М., 2010; Надькин Т.Д. Сталинская аграрная политика и крестьянство Мордовии. М., 2010; и др.
1223 См.: Scott J.C. Moral Economy of the Peasant. Rebellion and subsistence in Southeast Asia. New Haven; L., 1976; Современные концепции аграрного развития. Теоретический семинар // Отечественная история. 1993. № 2. С. 3-28.
578
опыт бытия (в основном сельскохозяйственного пролетариата, прежде всего, колхозного), позволяет говорить о преобладании именно исходящих от этого социума форм и мотивов классовой борьбы. Кроме того, высокий уровень исследованности крестьянского протеста периода коллективизации1224 позволяет нам перейти к анализу форм и динамики протеста с момента устоявшегося колхозно-совхозного строя (середина 1930-х гг.).
Социальный протест 1930-1950-х гг. порождался действовавшей в то время системой эксплуатации, включавшей отработочную, натуральную и денежную повинности. Серьезный пласт противодействия власти основывался на ограничениях правового положения, которые определялись Примерным Уставом сельхозартели 1935 г. и паспортной системой 1932 г. Свободный выход из колхоза, отъезд из деревни согласно им не предусматривался1225. Помимо беспаспортного «прикрепления», колхозники подвергались другим правовым притеснениям: недобровольному переселению, переводу в другое социальное состояние. В предвоенный и послевоенный периоды проводилась кампания по сселению деревенских жителей с хуторов, неоднократно производилось плановое сельскохозяйственное переселение в Калининградскую, Новгородскую, Ленинградскую области, позднее - на Дальний Восток и в Казахстан (за 1953-1958 гг. не менее 151 тыс. семей)1226. Необходимые промышленности рабочие руки село давало через систему трудовых резервов и «оргнабора», где соединялись, по существу, методы государственной мобилизации и желание крестьян получить правовую свободу и определенное материальное благополучие. Очередными натисками на правовой и социальный статус сельских жителей стали преобразование колхозов в совхозы, массово проводимое в конце 1950-1970-е гг., а также ликвидация так называемых «неперспективных» деревень (вторая половина 1960-х - 1970-е гг.).
Методы осуществления властных полномочий государства в отношении крестьянства реализовывались через государственную законодательно-правовую систему, местные правовые акты. Выполнению подлежали многочисленные постановления ЦК КПСС, законы, принимаемые Верховными Советами СССР и РСФСР, указы Президиумов Верховных Советов, распоряжения, инструкции центральных и местных советских и партийных органов и учреждений.
1224 Фицпатрик Ш. Сталинские крестьяне. Социальная история советской России в 30-е годы: деревня; Виола Л. Крестьянский бунт в эпоху Сталина; Lewin М. Russian Peasants and Soviet Power. L., 1968; Ивницкий H.A. Коллективизация и раскулачивание (начало 30-х годов). М„ 1996; и др.
1225 СЗ СССР. 1932. № 84 . Ст. 516, 517; 1933. № 3. Ст. 22.
1226 История крестьянства СССР. М., 1988. Т. 4. Крестьянство в годы упрочения и развития социалистического общества. 1945 - конец 50-х годов. С. 248.
579
Многие положения, оправдывающие «правомочность» нажима на крестьян, дополнительно записывались в уставы колхозов. В 1940-е гг. в Архангельской области налагались штрафы «за несвоевременное представление в контору бригадиром ведомостей по учету трудодней»1227. В принимавшиеся в 1956 г. колхозами Вологодской области уставы с подачи местных властей добавлялись такие меры, как наказание сокращением или изъятием приусадебного участка, взыскание до 10 трудодней за невыход на работу, денежные штрафы за нарушение трудовой дисциплины в размере 25-150 руб., за пивоварение - 300 руб., за прогулы, связанные с религиозными праздниками, - от 26 до 100 руб.1228 Прокурорской проверкой в Смоленской области в 1961 г. было выявлено, что в колхозе «Новый путь» почти четвертая часть колхозников была подвергнута денежным штрафам1229. Прокуратура Ярославской области в сообщении об итогах своих проверок начала 1960-х гг. подчеркнула, что около 40% всех прокурорских протестов выносится на незаконные правовые акты колхозов1230. Широко распространены были случаи превышения власти должностными лицами в виде обысков домов колхозников, незаконных арестов, побоев, оскорблений. За 1946 г., например, по Вологодской области за избиение колхозников были привлечены к уголовной ответственности 7 председателей колхозов1231.
Система эксплуатации, правовых ограничений, властно-административной регламентации жизни деревни дополнялась массированным разрушением присущих традиционному обществу культурных ценностей, пропагандой атеизма и «расцерковлением», деформацией «старокрестьянских» нравственных ориентаций в деревенской среде.
Описанные экономико-социальные и политико-правовые условия и стали основой социального протеста сельского социума. Нужно учитывать и происходившие качественные изменения в деревенском населении: повышение уровня образования, расширение знаний о жизни в других странах через печать, радио, появление людей «неколхозного» статуса, по-другому воспринимавших деревенскую реальность (интеллектуалы сельского хозяйства). Эта трансформация способствовала отторжению мобилизационно-принудительных методов, применявшихся государственной властью, особенно в послевоенный период.
1227 ГААО. Ф. 3474. Оп. 1. Д. 2360. Л. 7; ГААО ОДСПИ. Ф. 296. Оп. 2. Д. 508. Л. 150.
1228 ГАВО. Ф. 1300. Оп. 1. Д. 1016. Л. 5, 42; ВОАНПИ. Ф. 2522. Оп. 36. Д. 60. Л. 35.
1229 Из практики работы органов прокуратуры РСФСР за соблюдением законов в сельском хозяйстве. М., 1963. С. 9.
1230 Там же. С. 22.
1231 ВОАНПИ. Ф. 2522. Оп. 9. Д. 92. Л. 28.
580
Среди основных форм социального протеста сельскохозяйственного сообщества выделяются пассивные: уклонение от экономических притязаний государственной власти (от исполнения повинностей), борьба за землю (за расширение приусадебного землепользования), бегство из деревень, посягательство на колхозную и государственную собственность (внезаконные способы реализации права собственности), приверженность к традиционным культурным и религиозным ценностям; а также активные формы выражения несогласия с властью и действиями ее представителей.
Уклонение от повинностей было одной из важнейших форм борьбы за выживание. В основе этой формы лежало рациональное, с точки зрения колхозников и совхозных рабочих, распределение трудовых ресурсов двора. Оплата труда в сельском хозяйстве была чрезвычайно мала, что заставляло искать возможности сокращения трудового участия в общественном хозяйстве в пользу своего приусадебного. В 1938 г. не выработали ни одного трудодня от 3 до 24% (в зависимости от региона РСФСР) взрослых трудоспособных колхозников и подростков. В 1939 г. (по данным ЦУНХУ) в 39 тыс. колхозов СССР с общим количеством трудоспособных 7,7 млн человек, не выработали установленного минимума трудодней 943,1 тыс. колхозников и 243,7 тыс. человек не выработали ни одного трудодня. Так, по Пензенской области в 1939 г. 35% колхозников выработали менее установленного минимума трудодней и 9% вовсе не участвовали в общественном хозяйстве колхозов, по Тамбовской области - соответственно 28% и 10%, по Мордовской АССР - 24% и 7%, и т.д.1232 На протяжении 1946-1959 гг. ежегодно от 12 до 19% российских колхозников годового минимума трудодней не выполняли, вообще не участвовали в общественных работах в колхозах в эти годы от 1,5% до 2,5% трудоспособных колхозников1233. Наибольшая доля не выполнявших установленного минимума трудодней приходилась на конец 1930-х гг. (период законодательного установления минимума трудодней) и начало 1950-х гг. - период наивысшего уровня эксплуатации ресурсов колхозного двора.
Вложение трудовых усилий членов крестьянской семьи в личное хозяйство в 1930-1950-е гг. увеличивалось. Трудовые затраты в нем от всего времени, вырабатываемого семьей за год, составляли по РСФСР в 1950 г. 23%, в 1955 г. - 24%. В общественном же хозяйстве доля трудовых затрат семьи сократилась по РСФСР с 64% в 1950 г. до 59% в 1232 Трагедия советской деревни. Коллективизация и раскулачивание. Документы и материалы. М„ 2006. T. 5.1937-1939. Кн. 2.1938-1939. С. 515-523.
1233 Колхозы в 1938 г. С. 156-157; Вербицкая О.М. Российское крестьянство от Сталина к Хрущеву: Середина 40-х - начало 60-х гг. М., 1992. С. 53; История крестьянства СССР. Т. 4. С. 251.
581
1955 г.1234 1235 1236 И напротив, с увеличением роли доходов от колхоза в доходах семей доля труда в общественном хозяйстве колхозов увеличивалась. Так, в 1970 г. все члены семей российских колхозников в возрасте 12 лет и старше проработали в колхозе 59% всего отработанного в разных отраслях времени, в 1979 г. - 60% времени1238.
Не последнюю роль в невыходе на работу играл и социальный фактор. В материалах органов сельхозуправления постоянно отмечалось «низкое участие в колхозном производстве членов семей руководителей колхоза»’238. Не случайно в общественном мнении деревенских жителей бытовала частушка:
Бригадирова жена Не рабатывала -
Каждый день трудодень Выхохатывала1237.
Сопротивление колхозников вызывали и другие разновидности отработок - гужевая и трудовая повинности на лесозаготовках, а также обязательное ежегодное шестидневное бесплатное участие в дорожном строительстве. Источники фиксируют массовое уклонение от участия в лесозаготовках, факты отказов от получения извещения о вызове на них, самовольный уход с работы. Так, в наиболее напряженный осенне-зимний сезон 1947/48 гг. в Вологодской области не участвовали в лесозаготовках 29% привлеченных сезонных рабочих и 65% возчиков с лошадьми, в 1949/50 гг. - 19% пеших и 52% «конных». Аналогичная ситуация была и в Архангельской области, где в 1949-1952 гг. отказались заготавливать лес 30-40% привлеченных сезонников1238. Количество человеко-дней, отработанных колхозниками на местном дорожном строительстве, также ежегодно снижалось. По Вологодской области оно сократилось с 1945 по 1958 г. в 1,6 раза, а план трудового участия сельского населения (основную часть которого составляло колхозное крестьянство) в дорожном строительстве был выполнен за 1946-1950 гг. на 83%, в 1953 г. - на 63%1239.
1234 Безнин М.А. Крестьянский двор в Российском Нечерноземье 1950-1965 гг. С. 59, 68.
1235 Бюджеты рабочих, служащих и колхозников за 1970, 1975-1979 годы. М„ 1980. С. 82.
1236 РГАЭ. Ф. 9476. Оп. 1. Д. 579. Л. 15.
1237 Гоебнев А. Неумирающее чудо // Москва. 1991. № 2. С. 146.
1238 ГАВО. Ф. 1727. Оп. 4. Д. 169. Л. 21 об.; Д. 300. Л. 41об.; ВОАНПИ. Ф. 2522. Оп. 11. Д. 69. Л. 72; Оп. 19. Д. 190. Л. 43; ГААО ОДСПИ. Ф. 296. Оп. 2. Д. 714. Л. 121, 136; ГААО. Ф. 2063. Оп. 1. Д. 3665. Л. 36.
1239 ГАВО. Ф. 4666. Оп. 1. Д. 36. Л. 12; Д. 92. Л. 62; Д. 319. Л. 53.
582
Активность противодействия системе повинностей становится еще более впечатляющей при анализе карательных мер, применяемых к уклоняющимся (речь о них идет в параграфе о повинностях). Однако карательные меры не вели к укреплению трудовой дисциплины, не могли погасить сопротивления крестьян системе бесплатного использования трудовых ресурсов деревни. Власти вынуждены были постепенно смягчать карательную практику. Анализ данных по Вологодской области показал, что если в 1947 г. здесь было привлечено к судебной ответственности 32% колхозников, не выработавших «без уважительных причин» годового минимума трудодней, то в 1952 г. - 19%1240. В «поздний» советский период карательные санкции в отношении уклонявшихся от труда в общественном хозяйстве (так называемых тунеядцев) применялись в минимальных размерах и имели, в основном, пропагандистско-воспитательное значение1241.
К судебной ответственности привлекались и уклонившиеся и не выполнившие обязательных заданий на лесозаготовках. Только за первый квартал 1941 г. в народные суды СССР поступило по этому поводу 7,7 тыс. дел, в том числе по Ярославской области - 885, Ленинградской - 861, Ивановской - 588, Горьковской - 442 дела и т.д. Было осуждено по 20 областям России 1,1 тыс. человек, гораздо больше оштрафовано1242. Широко применяемые административные наказания включали штрафы, предупреждения, обсуждение на общих собраниях колхозов, отстранение от работы и т.д. Лишь к концу 1950-х гг. по мере формирования постоянных кадров леспромхозов репрессивные меры пошли на убыль.
Стремление обезопасить хозяйство от полного разорения приводило к массовому уклонению от обязательных поставок сельхозпродукции. В СССР к началу 1941 г. недоимки молока с колхозных дворов составляли 340 290 тыс. л, с хозяйств единоличников - 14 840 тыс. л; недоимки мяса - 98 688 т и 28 965 т соответственно1243. Особенно высоким был этот показатель в конце 1940-х - начале 1950-х гг., т.е. перед снижением норм обязательных поставок в 1953 г. В начале 1948 г. средняя недоимка молока на 1 хозяйство в России составляла 70 л, мяса - 27,6 кг, яиц - 81 шт., шерсти - 1 кг, кож - 1 шт.1244 Доля индивидуальных хозяйств, не выполнивших обязательств по поставкам мяса, составила на 1 января 1955 г. по РСФСР 22% от числа всех обя1240 РГАЭ. Ф. 7486. Оп. 7. Д. 1062а. Л. 13.
1241 См., например: Постановление ЦК КПСС и СМ СССР от 23 февраля 1970 г. «О мерах по усилению борьбы с лицами, уклоняющимися от общественно-полезного труда и ведущими антиобщественный паразитический образ жизни».
1242 ГАРФ. Ф. 9492. Оп. 1. Д. 401. Л. 27, 57.
1243 РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 123. Д. 53. Л. 235, 237.
1244 РГАЭ. Ф. 8040. Оп. 3. Д. 803. Л. 88-126.
583
занных нести обязательные поставки, по молоку - 17%, по яйцу - 17%, по шерсти - 10%, по кожсырью - 66%, по картофелю - 22%1245.
Протест против государственной налоговой политики переносился и на денежные изъятия. Чтобы не платить сельхозналог, иметь минимум денежных средств для поддержания хозяйства, сельские жители шли на крайние, чрезвычайно тяжелые для их семей меры - сокращали поголовье скота, площади посевов, вырубали фруктовые деревья. Колхозники прибегали к сокрытию доходов различными способами, зачастую путем фиктивного раздела имущества на несколько хозяйств. В результате ежегодно финансовые органы фиксировали недоборы по сельхозналогу. В конце 1938 г. по РСФСР недоимки по сельхозналогу составляли 10% от предъявленной колхозным дворам суммы и 43% от предъявленной единоличникам суммы сельхозналога1246. В 1946 г. по центрально-черноземным областям они равнялись 25%, в 1947 г. - 13, в 1948 г. - 12, в 1949 г. - 16, в 1950 г. - 24% от предъявленной суммы выплат1247. Уровень недоимок по сельхозналогу был высоким и в других регионах - в Архангельской области к концу 1948 г. недоимки составляли 59% от плана поступления, в 1950 г. - 30, в 1951 г. - 48%; в Вологодской - на конец 1948 г. не поступило в соответствующие органы 16% суммы сельхозналога, за 1953 г. - 17%1248.
Уклонения от выплат денежных средств на займы выражались в прямом отказе крестьян от подписки, попытках внести заем трудоднями и в подписках на небольшие суммы. Недоборы средств по этой статье госдоходов были довольно значительными. В Архангельской области в 1950 г. подписка по займу составила 66% к плановому расчету, в 1952 г. - 64, в 1957 г. - 50%1249. И при этом нужно учитывать, что из-за неучастия в подписке членов сельхозартелей выплаты на заем нередко проводились из средств колхозов.
Часть налогов противоречила морали деревенских жителей. Как сверхбезнравственный восприняла деревня введенный после войны налог с холостяков. Общественное мнение родило горькую частушку:
Разлюбезная подруга, До чего мы дожили -
'245 Рассчитано по: РГАЭ. Ф. 8040. Оп. 3. Д. 2899. Л. боб.
1246 Рассчитано по: РГАЭ. Ф. 7733. Оп. 16. Д. 1032. Л. 104.
1247 Рассчитано по: Зима В.Ф. «Второе раскулачивание»: (Аграрная политика конца 40-х - начала 50-х годов) // Отечественная история. 1994. № 3. С. 197.
1248 ГААО ОДСПИ. Ф. 296. Оп. 2. Д. 508. Л. 6; Д. 895. Л. 169; Д. 1046. Л. 133; Д. 1075. Л. 9; ГАВО. Ф. 1401. Оп. 1. Д. 487. Л. 12; Д. 1499.
1249 ГААО ОДСПИ. Ф. 296. Оп. 2. Д. 885. Л. 11; Д. 1083. Л. 102; Д. 1386. Л. 62; Оп. 3. Д. 158. Л. 45.
584
То, что раньше берегли, На то налог наложили1250.
Неуплата по налогу на холостяков в 1945 г. составляла в РСФСР 50% предъявленной суммы (город и село), по военному налогу сельские недоимки составляли 13% платежей, налог на лошадей единоличных хозяйств - 23%1251.
Социальный протест сельскохозяйственного социума проявлялся в отстаивании права на ведение подсобного хозяйства. Он реализовывался в формах «незаконных» земельных «захватов» и «самовольном» сенокошении.
В колхозный период понимание «своей земли» постепенно сосредоточилось на приусадебном клочке земли (обычно от 0,25 до 0,40 га), находящемся в пользовании двора и считавшемся, по крайней мере до середины 1960-х гг., основным кормильцем. Значение приусадебного хозяйства не исчерпывалось только экономическими функциями. Не менее важны были и удовлетворяемые им потребности социальнопсихологического характера - в престиже, самовыражении, соответствии идеалу «хорошего» хозяина. Можно с уверенностью сказать, что история колхозного двора - это история постоянной борьбы крестьян за сохранение приусадебного землепользования.
Государственная политика в вопросах приусадебного землепользования с конца 1930-х гг. придерживалась «охранительной» линии, о чем свидетельствуют постановление ЦК ВКП(б) и СНК СССР 1939 г. и постановление Совета министров СССР и ЦК ВКП(б) 1946 г.1252 С середины 1950-х гг., а особенно в связи с принятым в 1961 г. курсом на строительство коммунизма в СССР, началось наступление на приусадебное хозяйство, олицетворявшее, с точки зрения властей, частнособственнический пережиток. И хотя после 1964 г. наблюдалось некоторое смягчение политики по отношению к приусадебным хозяйствам, принципиально точка зрения на его природу не менялась.
Проведенные в 1939 г. обмеры приусадебных земель колхозников СССР показали, что «излишки» земли имели 7782 тыс. колхозных дворов (41% от всего их наличия), 820 тыс. хозяйств единоличников (88% от общего их числа), 1465 тыс. дворов других нечленов колхозов. При этом в отдельных регионах и областях доля хозяйств, имевших земельные «излишки», была значительно выше: в Пензенской области они были выявлены у 75% хозяйств колхозников, в Орловской - у 82%, 1260 Белое В.И. Догорающий Феникс // Русский Север [Вологда]. 1994. 21 апреля.
1251 РГАЭ. Ф. 7733. Оп. 33. Д. 1007. Л. 59.
1252 КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и Пленумов ЦК. T. 5.
С. 398-404; Т. 6. М., 1971. С. 173-179.
585
в Смоленской - у 83%, в Калининской - у 84%, в Приморском крае
- у 86% хозяйств колхозников1253.
После 1939 г. в материалах объяснительных записок «земельных балансов» вопросам борьбы с земельными «захватчиками» отводится особый раздел. Их изучение показывает, что земельные прирезки к приусадебным участкам оставались довольно массовыми. В 1946 г. в Архангельской области 13% из общего числа приусадебных участков имели земельные прирезки, в Вологодской области - 20%1254. В 1950 г. в Великолукской области зафиксировано 5% таких дворов, во Владимирской - 8, в Московской - 6, в Калужской - 12, в Псковской области
- 6%. Прирезки были широко распространены и в последующие годы. В 1960 г. в Архангельской области в ходе проверки они были обнаружены в 11% хозяйств. В 1965 г. в Орловской области контрольные обмеры приусадебных участков личного пользования показали, что излиЩки имели 10% дворов, в Рязанской области - 9%1255.
Борьба за сохранение и расширение приусадебного землепользования в 1930-1960-е гг. была борьбой именно за физическое выживание, о чем говорят и размеры земли, «незаконно» занимаемой колхозниками, - чаще это были 2-5 соток. Разновидностью земельных «захватов» были «покушения» на колхозные сенокосы, проявлявшиеся в выкашивании сена обычно с не убиравшихся колхозами неудобий. Стабильность таких «захватов» объясняется тем обстоятельством, что с приусадебного участка полностью обеспечить скот было невозможно, а поступления кормов от колхоза в крестьянское хозяйство были, как правило, незначительными по отношению к потребности. Держался же крестьянин за скотину, особенно за корову, «до последнего». Значимость «инициативных» заготовок кормов для личного хозяйства статистики оценивали как весомую. В начале 1950-х гг. в Вологодской области они составляли до 40% от общего количества сена, полученного крестьянами из колхоза1256. Нередко деревенские жители относились к этой проблеме, руководствуясь принципом социального равенства («руководители заготовляют сено без всяких процентов, а рядовому человеку нельзя?»)1257.
Среди «нарушений» колхозного землепользования отмечаются также мнимые разделы хозяйств и фактическая сдача земли в аренду. Под арендой подразумевалось засевание части приусадебных участ1253 Трагедия советской деревни. Коллективизация и раскулачивание. Документы и материалы Т. 5.1937-1939. Кн. 2. 1938-1939. С. 515-523.
1254 ВОАНПИ. Ф. 2522. Оп. 2. Д. 238. Л. 86; РГАЭ. Ф. 7486. Оп. 10. Д. 2804. Л. 20; Ф. 9476. Оп. 1.Д. 641. Л. 3, 10.
1255 Безнин М.А. Крестьянский двор в Российском Нечерноземье... С. 92-93.
1256 ГАВО. Ф. 1703. Оп. 18. Д. 7. Л. 249.
1257 ВОАНПИ. Ф. 2522. Оп. 17. Д. 93. Л. 6.
586
ков «исполу» - в основном у маломощных хозяйств (престарелых, одиночек), которые были не в состоянии обработать всю свою усадьбу. Мнимые (фиктивные) разделы хозяйств совершались для получения дополнительного приусадебного участка, а проживание пользователей оставалось совместным. В 1949 г. в Смоленской области было выявлено 888 фиктивных разделов дворов, в 24 районах Курской области - 1232, в Чкаловской - 227, Воронежской - 2281256.
Нарушения земельного законодательства фиксировались государством и в более поздний период. Так, в 1977 г. в РСФСР было проведено 22 тыс. проверок соблюдения земельного законодательства, выявлена 21 тыс. нарушений, из них около 15 тыс. - по приусадебному землепользованию. Земельная служба подсчитала, что было самовольно занято гражданами около 3 тыс. га земли* 1259. В 1987 г. при проведении 22 тыс. проверок были выявлены нарушения приусадебного землепользования у 5 тыс. российских граждан на площади 1,5 тыс. га1260. Главный итог «земельной тяжбы» состоял в том, что, несмотря на ограничительные тенденции и государственный курс на «свертывание» приусадебного хозяйства, оно было сохранено как социальный институт; это давало возможность проявления хотя бы ограниченной самостоятельности и экономической независимости.
Масштабной формой социального протеста был исход, а по сути дела - бегство из деревни. С 1940 по 1987 г. среднегодовая численность работников, занятых в сельском хозяйстве РСФСР в целом, сократилась почти на 6 млн человек1261. Совпадая с магистральными тенденциями урбанизации, присущими всем индустриализировавшимся странам, форсированный выезд сельских жителей из деревень в 1930- 1950-е гг. выступал также и результатом экономического или нравственного насилия над мигрантом. В 1960-1980-е гг. отток сельских жителей из деревень был связан с отставанием их жизненного уровня от уровня жизни других социальных слоев - прежде всего городских рабочих и служащих. Даже к концу 1970-х гг., когда предпринимались активные попытки преодоления разрыва в условиях жизни городского и сельского населения, общий размер совокупного натурального и денежного дохода в среднем на члена семьи у колхозников России был на 21 % ниже уровня этого показателя у семей промышленных рабочих1262.
1268 Попов В.П. Российская деревня после войны... С. 190-191.
1259 ГАРФ. Ф. А-616. Оп. 9. Д. 606. Л. 11.
1280 РГАЭ. Ф. 650. Оп. 1. Д. 1806. Л. 6.
1281 Рассчитано по: Сельское хозяйство СССР. Стат, сборник. М„ 1960. С. 450; Сельское хозяйство СССР. Стат, сборник. М., 1988. С. 421.
1282 Бюджеты рабочих, служащих и колхозников за 1970, 1975-1979 годы. М., 1980. С. 7.
587
Возможность ухода из деревни в 1930 - начале 1970-х гг. включала легальные (организованный набор на работу в промышленность или на учебу, плановое сельскохозяйственное переселение) и нелегальные, «самовольные» методы. Именно в «самовольном», несанкционированном бегстве крестьян наиболее ярко проявился социальный протест. Оно происходило, несмотря на то, что розыск «беглецов» колхозом велся через прокуратуру. В 1946-1958 гг. около четверти селян покинули деревню, минуя все административные препятствия и ограничения1263. Наиболее масштабным было «неорганизованное выбытие» на рубеже 1940-1950-х гг., когда по некоторым областям оно количественно превышало исход по легальным каналам. Например, в 1950 г. в Поволжье «самовольно» покинули колхозы 63% всех ушедших трудоспособных, в районах Севера - 41%, в центрально-черноземных областях - 36%1264. Основная масса «неорганизованно» ушедших приходилась на районы, где от 60 до 90% сельхозартелей выдавали на трудодень менее 1 кг зерна1265. «Исход» из деревни реализовывался и через возможность выхода из социального статуса колхозника при переходе на работу в несельскохозяйственные отрасли без перемены места жительства. Это давало крестьянским дворам некоторые льготы по налогам и повинностям, причем за ними сохранялось право пользования приусадебным участком. В среднем по стране в 1950 г. удельный вес этой группы трудоспособных в деревне составлял около 7%1266.
Чтобы уйти из колхоза, крестьяне пытались «добыть» хотя бы фиктивные документы. Размеры этого явления трудно оценить реально, так как выявить подлог удавалось не всегда, а нужда в рабочих руках заставляла руководителей промышленных предприятий на многое «закрывать глаза». Существовали и другие каналы «выхода на волю». Для получения паспорта молодые крестьянки выходили замуж в город, и никто уже не подсчитает, сколько судеб разрушил этот способ обретения свободы.
В конце 1950 - начале 1960-х гг. миграция из сельской местности вновь возрастает в связи с новыми ограничениями приусадебных хозяйств, изъятием скота у колхозников, планами ликвидации неперспективных деревень. Сами мигранты, оценивая причины своего отъезда, отмечали: «Люди не от радости стремятся уехать из колхоза, всем жалко зорить свое родимое гнездо, но нет никаких перспектив на 1263 рассчитано по: История крестьянства СССР. Т. 4. С. 148, 280; Иванов Н.С. Раскрестьянивание деревни (середина 40-х - 50-е годы) // Судьбы российского крестьянства. М., 1995. С. 423.
1264 История крестьянства СССР. Т. 4. С. 148.
1265 Там же. С. 149.
1266 Там же. С. 150.
588
будущее»1267 *. В письмах во власть в 1950-1960-х гг. колхозники с горечью констатировали: «Молодежь ... не видит даже кино, а одеваются молодые девушки, как в 1900 годах старые женщины»1266; «Нет радио, света, телефона и клуба ... Мы, колхозники, живем, как змея в корзине, ничего не слышим и ничего не знаем ... Ведь мы такие же люди, как и все ... а мы знаем только работать...»1269. Схожими мотивами обуславливался отъезд из колхозов и в 1970-1980-е гг.1270
В совхозной деревне «исход» принимал форму увольнения с работы, особенно в поздний советский период. В связи с этим аналитики многократно обращались к анализу текучести кадров на производстве, порицали так называемых «летунов». Эта проблема действительно была животрепещущей: в 1970 г. в совхозы СССР было принято на работу 1602 тыс. человек, уволились 1416 тыс.; в 1987 г. было оформлено на работу 1594 тыс. человек, выбыло - 1539 тыс.1271
Одной из наименее исследованных форм социального протеста являлось так называемое «злоупотребление» колхозной и совхозной собственностью. В число этих явлений включается многообразный спектр действий: кражи сельхозпродуктов, так называемые «разбазаривания», «растаскивания» собственности, «самоснабжение», использование техники, другого имущества, земли для личных нужд и т.д. Однако исследователи практически не задаются вопросом о природе этих действий, их глубинных причинах, связанных, по нашему мнению, с глобальными изменениями аграрного строя России - проникновением государственного капитализма в советскую сельскую жизнь. Тот факт, что данные явления были одним из наиболее привычных явлений советской повседневности деревни, говорит о системной встроенности «внезаконной» реализации права собственности.
Способы реализации новых отношений собственности, сформировавшихся в процессе капитализации советской деревни 1930-1980-х гг., были связаны с двумя важнейшими феноменами: 1) продолжением функционирования, хотя и в значительно урезанном виде, крестьянского уклада (сконцентрированного в приусадебном хозяйстве колхозников и совхозных рабочих и поддерживавшего бытование крестьянских же ментальных установок в отношениях собственности) и 2) становлением и функционированием капитализированных укладов (государственного и колхозного), которые в значительной степени были связа1261 ВОАНПИ. Ф. 2522. Оп. 21. Д. 105. Л. 15.
12“ Там же. Оп. 17. Д. 85. Л. 119.
1269 ГАВО. Ф. 1300. Оп. 1. Д. 1444. Л. 308.
1270 См. об этом: Денисова Л.Н. Исчезающая деревня России: Нечерноземье в 1960- 1980-е годы. М., 1996.
1271 Сельское хозяйство СССР. Стат, сборник. М., 1988. С. 424.
589
ны с разделенным правом собственности на землю и капитал, когда права владения землей и капиталами сельхозпредприятий (у колхозов -до 1958 г.) принадлежали государству, а права распоряжения и пользования осваивались новой сельской социальной пирамидой (прежде всего, ее верхушкой).
Формальные способы регулирования отношений собственности, определенные советским законодательством, ставили во главу угла, прежде всего, государственные интересы, а различные должностные лица, по мнению законодателей, должны были однозначно стоять на страже «социалистической собственности». Рядовые же граждане, исходя из законов страны, должны были действовать в реализации прав собственности с необходимым уровнем «социалистической сознательности», ставя государственные и общественные интересы выше личных (в трактовке юристов довоенного времени - «личная собственность колхозного двора честными и добросовестными колхозниками приобретается в результате их участия в общественном колхозном производстве»1272). Однако социально-экономические реалии государственного капитализма шли вразрез с законодательными формальными представлениями, и в повседневной жизни возникали иные формы регулирования отношений собственности, либо непрописанные в законе, либо законом запрещенные (мы их называем внезаконными). Нельзя сказать, что государство не реагировало на эти явления: сохранился довольно богатый комплекс актового материала (о нем речь пойдет ниже), регулировавшего эту сферу повседневности, причем далеко не всегда в карательном ракурсе.
Рассмотрим, как становление и развитие отношений собственности в деревне 1930-1980-х гг. обуславливало, в том числе, «внезаконные» способы их реализации. Здесь нужно остановиться на исторических обстоятельствах, способствовавших формированию важных черт отношений собственности в колхозно-совхозной деревне.
Имущество крестьянского двора до конца 1920-х гг. ассоциировалось сельским социумом с личностью членов семей, «трудом и потом нажитой» частью человеческой жизни1273. Не случайно в период коллективизации самую большую тревогу крестьянства вызывала возможность полного обобществления имущества. В литературе многократно описаны факты распространения в деревнях слухов о том, что «порядки в колхозах придут к общему котлу и общей ложке», колхозников 1272 Никитин А., Рускол А. Сталинский устав сельскохозяйственной артели - основной закон социалистического строительства в деревне // Советское государство и право. 1940. № 2. С. 31.
1273 См. подробнее: Яхшиян О.Ю. Собственность в менталитете русских крестьян II Менталитет и аграрное развитие России (XIX-XX вв.). М., 1996. С. 92-105.
590
будут клеймить («печать антихриста») и т.д.1274 Процесс насильственного отчуждения имущества крестьянских дворов нередко приобретал даже символичный характер, наглядно демонстрировавший переход прав на собственность. Например, в сводках НКВД по Северному краю за 1930 г. сообщалось: «Изъятый у кулака ... дом сразу же занят секретарем ячейки и служащим Северолеса. При раскулачивании... уполномоченные ... во время описи имущества ценные вещи брали себе, оценив в 10% стоимости ... В дом раскулаченного поместился секретарь партячейки ... обставил квартиру кулацкой мебелью ... взял в свое пользование кулацкий тулуп, несколько пудов мяса, присвоил несколько фунтов меда». «Бригадир ... забрал в одном хозяйстве 20 ф. меда, в другом хозяйстве вино, яйца и т.д. Председатель ... колхоза присвоил лампу, часы и умывальник»1275 и т.д.
Неудивительно, что и основное крестьянское имущество (средства производства), ставшее базой колхозных капиталов, обусловило формирование мнения колхозников о колхозной собственности отчасти как о «своей». Это одна из причин того, что деревенские жители пыталось явочным порядком осуществлять свои права «бывших» собственников. О том, что колхозники помнили об отчужденном в колхоз имуществе, говорят многочисленные опросы историков и социологов1276. Так, например, в 1999 г. студентам исторического факультета Вологодского государственного педагогического университета Василий Иванович Баженов (1924 г.р.), житель деревни Брусенец Нюксенского района Вологодской области, говорил: «20 мая 1931 г. вступили в колхоз. Сдали скот, сельхозорудия и т.д. Единоличная земля находилась на Желези- хе». Анна Александровна Суровцева (1913 г.р.), жительница той же деревни, рассказывала: «В колхоз вступили в 1938 году. Сдали 15 коров, 7 лошадей, телеги, сани, даже упряжь. Отобрали хлеб. Единоличная земля находилась в деревне Липино. Хотела бы ее вернуть»1277.
«Внезаконной» реализации права на колхозную собственность со стороны сельскохозяйственного пролетариата (рядовых колхозников) способствовала долгое время сохранявшаяся ментальная убежденность в том, что труд является первоисточником имущественных прав1278. Это особенно ярко проявлялось в таких способах «внезаконной» реализации права собственности, как «земельные захваты» и «кражи» (такую терминологию использовало государство).
1274 ВОАНПИ. Ф. 1855. Оп. 1. Д. 263. Л. 162.
1275 Там же. Л. 164.
1276 См., например: Голоса крестьян: сельская Россия XX века в крестьянских мемуарах...; и др.
1277 Личный архив Т.М. Димони.
1278 См. подробнее: Яхшиян О.Ю. Собственность в менталитете русских крестьян...
591
Кражи как способ «внезаконной» реализации колхозными и совхозными низами прав собственности («хищения социалистической собственности») неоднократно рассматривались законодателем. Наиболее всеобъемлющие законы по этому поводу были приняты государством в 1932 и 1947 гг.1279 В советской правовой терминологии 1930- 1960-х гг. под кражей понималось противоправное действие, которое выражалось в тайном хищении имущества, находившегося в обладании, пользовании или ведении другого лица или учреждения. Однако, подпадая под признаки кражи по юридическому содержанию, с социальнонравственной точки зрения, особенно в голодные годы, подобные действия колхозников были направлены на спасение жизни членов своих семей. В более спокойные и неголодные времена колхозники, вкладывая значительную долю своих трудовых усилий в общественное хозяйство колхоза (например, в 1950-е гг. по Российскому Нечерноземью не менее 70% общих трудовых затрат двора во всех отраслях хозяйства1280), считали себя не только сопричастными к созданию общественной собственности, но и имевшими на ее часть законное право. Это убеждение проистекало из того, что уровень эксплуатации государством был столь высок, что на выплаты по трудодням членам колхоза зачастую выдать было нечего (колхозники называли это «работой за палочки»).
Несоответствие размеров вкладываемого в создание колхозной собственности труда и отдачи, выражавшейся в распределении по трудодням, порождало в общественном мнении деревни устойчивое представление о возможности самостоятельного справедливого перераспределения части колхозного имущества в пользу своих дворов. Это мнение четко выразилось в присказке: «Если от многого взять немножко - это не кража, а просто дележка». В сводках ОГПУ - НКВД, документах партийных органов и др. отмечено множество подобных фактов. Так, за два месяца с начала действия закона 1932 г. в СССР по делам о хищениях было арестовано 44 тыс. человек, из них 40% - за хищения колхозного и совхозного имущества1281. Повседневность этой формы «внезаконной» реализации права собственности подчеркивалась тем, что, как явствует из документов, бригадиры и члены правле,279 Постановление ЦИК и СНК СССР от 7 августа 1932 г. «Об охране имущества государственных предприятий, колхозов и кооперации и укреплении общественной (социалистической) собственности»; Указ Президиума Верховного Совета СССР от 4 июня 1947 г. «Об уголовной ответственности за хищение государственного и общественного имущества».
1280 См. об этом: Безнин М.А. Крестьянский двор в Российском Нечерноземье 1950 -1965 гг. М.; Вологда, 1991.
1281 Советская деревня глазами ВЧК-ОГПУ-НКВД: 1918-1939 гг.: Документы и материалы: В 4 тт:: Т. 3:1930-1934 гг.: Кн. 2. 1932-1934 гг.
592
ний убеждали колхозников: «Понемногу брать можно, за это ничего не будет»'282.
Примерами так называемых «краж» полны и документы 1940-х - 1950-х гг. Эти кражи имущества часто совершались путем свободного доступа к неохраняемой продукции. Например, колхозник Оников в 1942 г. из овощехранилища колхоза «Коммунар» Архангельской области, которое никем не охранялось и не запиралось, похитил 40 кг картофеля1282 1283. В том же году в Куйбышевской области колхозница Дуренкова оставалась ночевать в тракторной будке и, воспользовавшись тем, что в бункере комбайна осталась рожь без всякой охраны, похитила более 200 кг, привезла ее в лес и там спрятала1284. «Дело с хищением колхозной собственности зашло так далеко, что в колхозах расхищаются целые скирды хлеба, стоги сена, лошади, овцы...», - сообщал в 1943 г. Наркомат земледелия в ЦК ВКП(б) А.А. Андрееву1285. Так, в Омской области в 1942 г. только за три квартала в суды поступило 3013 дел о хищении сельхозпродуктов, в Татарской АССР в первом полугодии 1942 г. за хищение сельхозпродуктов было осуждено 2682 человека1286. Кражи колхозного имущества в 1945-1960-х гг. были настолько распространенным явлением, что в Вологодской области составляли более половины всех зарегистрированных на данной территории преступлений, до 70% всех осужденных за хищения по социальному статусу были колхозниками1287.
В основном предметом покушений на колхозную собственность были продукты питания. Объем похищенного был нередко довольно значительным. Только по 142-м делам, рассмотренным в 1942 г. Омским областным судом, количество похищенного зерна составляло 263 т. По расследованным уголовным делам в колхозах Вологодской области за 1945 - первый квартал 1946 г. было украдено и «растрачено»: разных хлебных культур - 66 572 кг, гороха - 1346 кг, картофеля - 1201 кг, овощей - 4391 кг, меда - 149 кг, молока - 1278 кг, сена и соломы - 36 273 кг и т.д.1288
Повседневная распространенность такого вида реализации прав на колхозную и государственную собственность была обобщена деревенскими жителями в частушке:
1282 Там же.
1288 РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 123. Д. 77. Л. 211.
1284 Там же.
1285 Там же. Д. 138. Л. 5.
1288 Там же. Д. 77. Л. 211.
1287 ВОАНПИ. Ф. 2522. Оп. 17. Д. 95. Л. 11.
1288 Там же. Оп. 8. Д. 77. Л. 113.
593
Ну, давай соревноваться: Ты со мной, а я с тобой - Кто побольше натаскает Из колхоза ржи домой1289.
Теперь, после рассмотрения проистекающих из обычного права и крестьянских ментальных установок оснований «внезаконной» реализации прав собственности, обратимся к другой важнейшей составляющей этого феномена. Она была связана с победой государственного капитализма в сельском хозяйстве и формированием новых социальных сельскохозяйственных классов, реализующих разделенное право собственности. В первую очередь Советское государство для контроля над капиталом взращивало свой высший класс - протобуржуазию, покровительствовало ей, укрепляло ее позиции. Класс же сельской протобуржуазии (председатели колхозов, директора совхозов и МТС) в условиях существования крупного колхозного и совхозного агробизнеса нуждался в классах, функционально помогающих ему управлять капиталом. Этими классами, реализовавшими свою часть прав собственности, в деревне были «средние» классы социальной пирамиды - менеджеры, интеллектуалы, рабочая аристократия. Сельскохозяйственные менеджеры (бригадиры, бухгалтера, кладовщики и др.) реализовывали свое право на собственность, в том числе и через «внезаконное» присвоение тех ресурсов, к которым по роду деятельности были близки, прежде всего сельхозпродукции. Документы приводят тому многочисленные подтверждения. Так, в 1943 г. в колхозе «Заветы Ильича» Сурского района Ульяновской области «организатором хищения зерна оказался бригадир полеводческой бригады Губушкин, который вместе с весовщиком похитил 1,5 ц пшеницы», в колхозе им. Ленина Теренгульского района той же области «был задержан сторож тока Парфенов и его 2 сына, из которых один председатель сельсовета, член ВЛКСМ. Они похитили 65 пудов пшеницы»1290. Важно, что в реализации разделенного права собственности на этом поприще полномасштабно участвовали и более высокие социальные слои. Писатель Т. Чугунов применительно к первому двадцатилетию существования колхозов в России отмечал: «колхозный председатель и заведующий складом, их семьи, родные и близкие обеспечены всеми видами колхозных продуктов, в том числе и мясом, вдоволь. Хорошо обеспечены также и ближайшие начальники и сотрудники колхозных руководителей: председатель сельсовета, секретарь партийной ячейки, милиционер, бухгалтер, ветеринар. Что касается районного на1289 Русские частушки. М., 1996 // e-libra.ru/read/193910-russkie-chastushki.html
1290 РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 123. Д. 162. Л. 77об.
594
чальства, то оно от «колхозных князьков» получает продукты тушами и возами. Управляющие колхозными имениями систематически дарят своим начальникам: гусей, поросят, телят, баранов, свиней, коров»1281.
Протобуржуазия, менеджеры, отчасти другие «средние» классы массово предъявляли свои права на «внезаконное» присвоение части колхозного имущества как своеобразную плату за должность. Так, в 1945 - первом квартале 1946 г. в Вологодской области среди 1249 человек, привлеченных за «разбазаривание» (так на языке власти называлось воровство колхозного имущества, если его совершало должностное лицо), были 51 председатель колхоза, 65 бригадиров, 13 заведующих животноводческими фермами, 96 кладовщиков. В 1947-1948 гг. из общего количества такого рода «установленных нарушений» в Вологодской области 34% было «допущено» руководящими работниками сельскохозяйственных органов. В первом полугодии 1952 г. в этой же области из 442 привлеченных к ответственности за «расхищение колхозного добра» было 37 районных работников, 147 председателей колхозов, 117 членов колхозных правлений (почти 70%)1291 1292 1293.
«Низшие» классы, прежде всего сельский пролетариат (рядовые колхозники и совхозники, занятые ручным малоквалифицированным трудом), капиталы «общественного» сельского хозяйства в условиях нарастания отчуждения от собственности, все больше рассматривали как «не свои». Отсюда все более частая самоквалификация покушений на колхозную собственность «рядовыми» колхозниками и совхозными рабочими как воровство. При этом «колхозное начальство», по их мнению, имело на собственность больше прав: оно не воровало, а «брало». По этому поводу иронически отмечалось в частушках 1950-1960-х гг.:
Над колхозом всем Мужик хозяин стал! Если б было так - Кто у себя бы крал?1223
Интересна в этом плане позиция государства, которую достаточно явно можно проследить по материалам судебной практики. Так, пленум Верховного суда России в 1961 г. в постановлении отмечал: «Особенно серьезные недостатки допускают суды при рассмотрении дел о хищениях в торговле и кооперации, а также в колхозах, совхозах и заготовительных организациях. Хищения товаров и денег, совершен1291 Чугунов Т.К. Деревня на Голгофе. С. 207.
1292 ГАВО. Ф. 1705. Оп. 9. Д. 958. Л. 64.
1293 Русские частушки. М., 1996 //e-libra.ru/read/193910-russkie-chastushki.html
595
ные материально-ответственными лицами, иногда неправильно квалифицируются как халатное отношение их к своим обязанностям либо злоупотребление служебным положением ... Виновным назначаются мягкие меры наказания»1294.
Материалы судопроизводства середины 1980-х гг. подтверждают уже вполне сложившуюся практику «внезаконной» реализации права собственности. В постановлении пленума Верховного суда СССР от 15 ноября 1984 г. дан полномасштабный обзор всего того, что в СССР трактовалось как «злоупотребления», а с нашей точки зрения - стало системным явлением в государственно-капиталистической экономике. Во-первых, в постановлении отмечалось, что суды фиксируют «факты отсутствия порядка в сохранности зерна, кормов, скота, бесхозяйственности и расточительства народного добра, допускаемые руководителями и иными должностными лицами колхозов, совхозов и других предприятий и организаций агропромышленного комплекса»1295. Речь шла о случаях «разворовывания зерна, кормов и скота, бесхозяйственности при расходовании сельскохозяйственных угодий», приписках, завышении объемов выполненных работ, обсчетах колхозов и совхозов. Во-вторых, и это особенно показательно, данное постановление Верховного суда СССР особенно много места отводит анализу судебной практики, связанной с эксплуатацией машин и механизмов в колхозах и совхозах. То, что в качестве объектов судебного разбирательства все чаще выступали представители социального класса рабочей аристократии (трактористы, комбайнеры, шоферы) и связанные с ними инфраструктурно представители колхозно-совхозного менеджерства (весовщики, заправщики, кладовщики и др.), вполне закономерно. Передовой капитал стал в период 1960-1980-х гг. основным производительным ресурсом, а класс, работавший с этим капиталом, приобрел значительные размеры и силу. Среди «внезаконной» реализации прав собственности такого рода суды фиксировали «незаконный отпуск бензина или других горюче-смазочных материалов ... в колхозах, совхозах, на других предприятиях и в организациях агропромышленного комплекса», «действия комбайнеров, шоферов, трактористов, возчиков, выразившиеся в обращении в свою собственность или собственность других лиц зерна либо иной сельскохозяйственной продукции при уборке урожая и перевозке 1294 Постановление пленума Верховного Суда РСФСР от 7 сентября 1961 г. № 5 «О судебной практике по делам о хищениях социалистической собственности»// http://www.lawmix.rU/sssr/14029
'295 Постановление пленума Верховного Суда СССР от 15 ноября 1984 г. «О дальнейшем повышении роли судов в борьбе за сохранность социалистической собственности, укреплении государственной, договорной и трудовой дисциплины на предприятиях и в организациях агропромышленного комплекса» // http://www. businesspravo.ru/Docum/DocumShow_DocumlD_33558.html
596
с поля на ток или в хранилище», «преступно-небрежное использование или хранение тракторов, автомобилей, комбайнов и иных сельскохозяйственных машин, принадлежащих колхозам, совхозам и другим государственным или кооперативным организациям», «разукомплектование сельскохозяйственных машин», т.е. «незаконный демонтаж их, в частности для использования снятых деталей, узлов в том же или ином хозяйстве» или для личных нужд, «использование из корыстной или иной личной заинтересованности колхозниками, рабочими или служащими совхозов ... сельскохозяйственной техники (автомобилей, тракторов, самоходных машин и др.)»1296.
В целом масштабы «внезаконной» реализации права собственности разными классами колхозно-совхозной деревни стремительно нарастали. По подсчетам экономистов, объемы так называемой теневой экономики в народном хозяйстве СССР составляли в 1960/1961 г. 5 млрд руб. в год (из них в сельском хозяйстве - 0,6 млрд руб.), а в 1989/1990 г. - 90 млрд руб. в год (в том числе в сельском хозяйстве - 23 млрд руб.)1297.
Таким образом, «внезаконные» способы реализации разделенного права собственности социальными классами колхозно-совхозной деревни сложились в начале 1930-х гг. вместе со становлением государственно-капиталистического устройства аграрной подсистемы. Вызревание новой социальной пирамиды села приводило к нарастанию прав в этом отношении у «высших» и отчасти «средних» классов деревни и к отчуждению от собственности сельскохозяйственного пролетариата. Последний класс довольно длительное время сохранял и воспроизводил крестьянские представления о возможности повседневного присвоения того, что произведено собственным трудом (особенно, колхозных продуктов питания, собственноручно обработанной земли). В то же время представления протобуржуазии и менеджерства эволюционировали в сторону увеличения прав на колхозную и государственную собственность, оказавшуюся в их распоряжении. Эта же тенденция наблюдалась в действиях рабочей аристократии деревни в отношении техники, расходных материалов, колхозной (совхозной) сельхозпродукции.
Капитализация колхозной системы создавала условия для понимания крестьянством все более значительной своей отдаленности от колхозной собственности. Однако сосуществование крестьянского дворового уклада и колхозной системы предопределило роль колхозной и совхозной (государственной) собственности в качестве своеобразной «подкачки» крестьянского хозяйства.
1296 Там же.
1297 Тенденции социокультурного развития России 1960-1990 гг. М., 1996. С. 316.
597
it it it
Кроме протеста в экономической сфере, что рассмотрено выше, социальный протест проявлялся и в политико-культурной сфере жизни сельского общества.
Обширным фронтом противостояния сельского социума системе новых идеологических взглядов было отстаивание им своих духовных традиций, базировавшихся в большинстве территорий России на православном мировоззрении. Всесоюзная перепись населения 1937 г. показала, что верующими себя считали 57% населения СССР в возрасте старше 16 лет1298. Ярким свидетельством сохранения религиозных воззрений в сельской среде является количество ходатайств верующих об открытии храмов, поступавших в Совет по делам Русской православной церкви при Совете министров СССР и его уполномоченным на местах, а также в советские и партийные органы после Великой Отечественной войны. Количество обращений по РСФСР, направленных в Совет по делам РПЦ за период 1944-1947 гг., составило 19,8 тыс.1299 Число подписывавших заявления нередко в несколько раз превосходило определенный законом минимум (20 подписей). Просьбу об открытии церкви в селе Верхняя Губа Карело-Финской ССР в 1947 г. подписали 196 человек, под ходатайством верующих Бес- стужевского сельсовета Устьянского района Архангельской области в 1952 г. было 150 подписей; в 1957 г. в Заболотском сельсовете Вер- ховажского района Вологодской области собрали 500 подписей под заявлением в Президиум Верховного Совета СССР1300.
Другим распространенным способом возобновления работы храмов была отправка ходоков. В Совете по делам РПЦ при СМ СССР за 1948 г. только из районов Европейского Севера были зарегистрированы 5 ходоков из Коми АССР, 10 - из Архангельской области, 23 - из Вологодской; в 1950 г.: 15 - из Карело-Финской ССР, 17 - из Вологодской области, 2 - из Архангельской1301.
Во всех обращениях по поводу открытия церквей колхозники указывали на необходимость «получать духовную пищу», «удовлетворять духовные потребности», которые состояли в том, «чтобы наши дети при рождении были крещены ... чтобы при смерти исповедаться, и похоронили с отпеванием ... в загробной жизни попасть в царство 1298 Всесоюзная перепись населения 1937 г.: общие итоги. М., 2007. С. 118-123.
1299 Гэраськин Ю.В. Подача ходатайств об открытии храмов в 1940-1950-е годы как способ отстаивания конституционного права на свободу вероисповедания // Вестник Челябинского государственного университета. 2008. № 15. С. 133.
,300 ГАРф ф 6991с Оп 2. Д. 20. Л. 40; ГААО. Ф. 5620. Оп. 3. Д. 67. Л. 9; ГАВО. Ф. 1300. Оп. 14. Д. 8. Л. 54-66.
,301 ГАРф ф 6991с Оп 2 д 62 л. 7; д. 81. л. 14-16.
598
небесно, вечно и бесконечно»1302. Немаловажное значение в мотивировке имели обращения к традиционному порядку, ссылки на традиции «отцов, дедов и прадедов». Тем не менее открытие каждого храма было результатом длительного и упорного противостояния. Например, в 1957 г. на 634 ходатайства по РСФСР было получено 618 отказов1303. Основной «ограничительный» метод, используемый властью, заключался во многочисленных бюрократических препонах. Заявления проверялись на предмет достоверности подписей верующих. Требовались точные сведения об их месте жительства, дате рождения, работе каждого из заявителей. Как «особо желательные» от сельсоветов запрашивались сведения об инициаторах ходатайства.
Стремление к сохранению традиционных культурных устоев проявлялось в отправлении основных религиозных обрядов. Так, количество крещений к общему числу родившихся детей в 1960 г. составляло в Архангельской области - 15%, в Вологодской - 36, в Курганской - 9, Ярославской - 60%1304. В отдельных районах доля совершенных обрядов была значительно выше, но даже и эти данные неполны, так как документы свидетельствуют о массовых отправлениях обрядов на дому (с «выездом» священника) или «заочно».
Сохранение религиозных чувств проявлялись и в паломничестве к «святым местам». Например, в Шенкурском районе Архангельской области у «Варлаамского колодца» ежегодно проводились массовые моления, сбор пожертвований, исцеления «святой водой». В Котласском районе подобным местом считалась могила «Евдокии Блаженной», в Приморском и Лешуконском районах - «святые источники». В Усть-Цилемском районе Коми АССР традиционными местами паломничества верующих были крест у «святого озера» близ деревни Криво- наволоцкая, могила скитских старцев и «Иванова могила». В Никольском районе Вологодской области поклонялись «священной сосне», в Чагодощенском - «святому камню»1305. В Курской области в 1950-е гг. к чудотворному источнику сходилось от 8 до 20 тыс. паломников1306. О массовости паломничества свидетельствует принятие специального постановления ЦК КПСС от 28 ноября 1958 г. «О мерах по прекращению паломничества к так называемым "святым местам”»1307.
1302 ГААО. Ф. 5620. Оп. 3. Д. 92. Л. 11.
1303 Поспеловский Д.В. Русская православная церковь в XX веке. М., 1995. С. 275. ,3<и ГАРФ. Ф. 6991с. Оп. 2. Д. 288. Л. 40; ГАВО. Ф. 1300. Оп. 14. Д. 17. Л. 4; Д. 18. Л. 7; Д. 19. Л. 1; ГААО. Ф. 5620. Оп. 3. Д. 94. Л. 82-83; Поспеловский Д.В. Русская право¬
славная церковь в XX веке. С. 283.
,305 ГААО ОДСПИ. Ф. 296. Оп. 3. Д. 353. Л. 8; Гагарин Ю.В. Религиозные пережитки в Коми АССР и их преодоление. Коми кн. изд-во, 1971. С. 102-104; ГАВО. Ф. 1300. Оп. 1.Д. 1177. Л. 90.
1306 Поспеловский Д.В. Русская православная церковь в XX веке. С. 284.
,307 ГААО ОДСПИ. Ф. 296. Оп. 3. Д. 353. Л. 7.
599
Традиция отводила чрезвычайно большое место праздникам в деревенской жизни. Ритмическое чередование будней и праздников, труда и отдыха шлифовалось в крестьянском быту столетиями. Праздничный же ритм, предложенный Советским государством, не учитывал системы и значения традиционных народных праздников. Нерабочими днями, например, в 1945-1960 гг. были законодательно определены 7-8 ноября и 5 декабря. Такое количество праздников и их временная привязанность не могли удовлетворить крестьян, поэтому в народе продолжали бытовать праздники, санкционированные как обычным правом, так и религиозной традицией. Ежегодно в деревне справляли их до сотни. Так, в 1946 г. из Калининской области уполномоченный Совета по делам РПЦ сообщал: «Почти все религиозные праздники население сельской местности празднует независимо от возраста, а также и от того, есть действующая церковь или нет»1306. В 1950-е гг. в Вологодской области отмечались 12 главных христианских праздников (Пасха, Рождество и т.д.), 56 - в честь различных святых, 12 праздников, связанных с царской фамилией, и большое количество местных престольных1308 1309. В эти дни колхозники не только не выходили на работу в общественном хозяйстве, но и соблюдали традиционный ритуал сельского праздника. Как правило, 3-4 дня занимала подготовка к празднику, включавшая пиво- и самогоноварение, уголовно наказуемые в тот период. Сам праздник, особенно престольный, включал прием гостей из окрестных деревень, массовое застолье («складшины»), игрища и гулянья. Все попытки пресечь подобные деревенские традиции, в том числе с помощью милиции, оканчивались неудачей. Однако сельское сообщество приспособилось и к системе официальных ценностей, ходило на митинги и демонстрации, участвовало в «Днях урожая» и т.п.
Политический протест проявлялся не только в сохранении культурных устоев, но и во вполне оформленных действиях: письмах во власть, участии (неучастии) в собраниях, выборах и т.д. и, наконец, в радикальном протесте.
Жалоба являлась одной из самых массовых форм протеста и попыток воздействия на существовавшее положение. Колхозники и совхозные рабочие таким способом реагировали на низкую оплату труда, притеснения, малоземелье, предлагали различные варианты реформирования экономики и других сторон жизни села. Хотя отдельного учета сельских писем в советские и партийные органы власти не существовало, можно с уверенностью сказать, что большая, а в отдельные периоды основная их часть вышла из-под пера сельских жителей. За 1947-1950 гг. только в Совет по делам колхозов при правительстве 1308 ГАРф ф 6991с. Оп ! д 63 Л. з_-|4
1309 ВОАНПИ. Ф. 2522. Оп. 21. Д. 104. Л. 3, 14.
600
СССР поступило 92 795 жалоб и заявлений1310. Число обращений в различные областные инстанции ежегодно превышало многотысячный рубеж, причем поток их имел тенденцию к нарастанию. В Вологодский областной комитет КПСС в 1949 г. поступило 1800 письменных обращений, а в 1956 г. - 25471311. В Калужской области в налоговые органы в 1950 г. поступило 26 260 жалоб1312.
Отдельный показатель протестных настроений - доля анонимных посланий, которая была достаточно большой. Так, из Вологодской области в центральные партийные органы и редакцию газеты «Правда» в 1946 г. их было отправлено 17% от общего числа писем, а в 1959 г. - до 40%1313. Основным аргументом анонимности для селян выступал в этом случае небезосновательный страх преследования за критику: «...Ищут, кто это написал, чтобы пресечь вплоть до тюрьмы»1314.
Московский уровень власти представлялся в письмах высшей инстанцией, где можно у «дорогих вождей» найти «истинную правду» и «истинную справедливость». Только они, по мнению авторов, способны были «оказать помощь», «принять меры», «ликвидировать безобразия». В целом в высшие органы власти крестьянами было направлено около половины общего количества обращений в инстанции разного уровня. В Архангельской области из всех жалоб, поступивших в облисполком за 1947 г., 46% были переадресованы для разбирательства из центральных органов власти, за 1957 г. - 52%131S. Местный же уровень власти выступал в сознании авторов писем в роли непосредственного угнетателя, деспотического правителя. Отношения с руководством характеризовались так: «В нашем колхозе хорошо живется разным подхалимам, а кто честно трудится, требует от председателя порядка, критику наводит, тех они всяко преследуют...»1316.
Недовольство властью проявлялось и в негативном отношении к «деревенской верхушке». Одним из показателей протеста было то, что работа правлений многих колхозов признавалась общими собраниями неудовлетворительной. В Архангельской области в 1952 г. такая оценка была дана в 32% хозяйств, в Вологодской - в 45%. Лишь после некоторого смягчения экономического положения крестьян к 1956 г. этот показатель сократился до 13% в Архангельской и 11% - в Вологодской
1310 Попов В.П. Российская деревня... С. 64.
1311 Рассчитано по: ВОАНПИ. Ф. 2522. Оп. 17. Д. 2. Л. 332; Оп. 36. Д. 3. Л. 200.
1312 Зима В.Ф. «Второе раскулачивание»... С. 199.
13,3 Рассчитано по: ВОАНПИ. Ф. 2522. Оп. 8. Д. 67; Оп. 40. Д. 66, 72,127,129.
1314 ВОАНПИ. Ф. 2522. Оп. 23. Д. 101. Л. 108.
1315 Рассчитано по: ГААО. Ф. 2063. Оп. 1. Д. 2743. Л. 454; ГААО ОДСПИ. Ф. 296.
Оп. 3. Д. 252. Л. 33.
1316 ВОАНПИ. Ф. 2522. Оп. 40. Д. 127. Л. 69.
601
областях1317 1318. Нарастала и общественная апатия. Это проявлялось, прежде всего, в сокращении числа членов сельхозартелей, посещавших общие собрания. На собраниях в колхозах Европейского Севера постоянно в 1950-е гг. отсутствовало до 30% членов артели1316. Количество выступавших на них в Вологодской и Архангельской областях снизилось с 14% в 1946-1947 гг. до 7% в 1956 г.1319.
Исследование радикальных форм крестьянского протеста периода, последовавшего за завершением коллективизации, пока находится в стадии постановки проблемы. Историки обращают внимание на существование такого рода выступлений, приводя в подтверждение разнородный фактический материал. Под радикальными формами протеста большинство исследователей в настоящее время понимают устные и письменные призывы к свержению существующего строя, насильственные действия в отношении работников властных структур, руководителей и активистов колхозов.
Формирование радикальных настроений в деревне начиналось с возникновения слухов, роль которых в крестьянском сообществе была чрезвычайно высока вследствие традиционной приверженности его к устным формам распространения информации. Особо широкое хождение слухи приобретали в годы нестабильности, резкого ухудшения экономического и социального положения населения, зачастую сводились к ожиданию «конца света», новой мировой войны. В Никольском районе Вологодской области в 1940 г. единоличница Сверчкова говорила односельчанам: «Вот посмотрите, скоро Советской власти не будет, а также не будет и колхозов, будет старая власть, поедем пахать по своим полоскам. С Германией заключили договор, но все равно она Советскую власть ненавидит. Сейчас наши везут Германии хлеб, сырье и другие товары, а когда Германия от нас все выкачает, тогда вместе с Англией пойдет войной на СССР и нашим будет крышка»1320. В Ков- жинском районе Вологодской области в 1946 г. передавали из уст в уста: «...В Библии написано, что будет две войны. Об одной войне сказано, что будут драться два петуха, один из них красный, а другой белый ... Во второй войне будет так много убито, что не будет слышно на воле человеческого голоса ... Вот в этой войне будет Советская власть побеждена»1321.
,”7 Рассчитано по: РГАЭ. Ф. 7486. Оп. 7. Д. 1030. Л. 7; ГААО ОДСПИ. Ф. 296. Оп. 2. Д. 1691. Л. 36, 68; ГААО. Ф. 3477. Оп. 1. Д. 1929. Л. 43.
1318 История крестьянства СССР. Т. 4. С. 79.
,319 Рассчитано по: РГАЭ. Ф. 7486. Оп. 7. Д. 1030. Л. 27; Ф. 9776. Оп. 1. Д. 699. Л. 51; ГААО. Ф. 3474. Оп. 1. Д. 1928. Л. 43; ГААО ОДСПИ. Ф. 296. Оп. 2. Д. 53. Л. 192.
1320 ВОАНПИ. Ф. 2522. Оп. 2. Д. 326. Л. 15.
1321 Архив УФСБ по Вологодской области. Фонд следственных дел. Дело на А.А. Корякову. Л. 24.
602
На фоне осознанных устойчивых, негативных по отношению к власти массовых умонастроений и формировались предпосылки открытых радикальных форм выражения протеста. Обычно их носителями были люди более широкого социального опыта (прошедшие войну, жившие ранее в городе), отличавшиеся способностью серьезно проанализировать положение крестьян. Так, воевавший и вернувшийся из немецкого плена В.П. Кузнецов в 1946 г. в Кирилловском районе Вологодской области выразил свои настроения в вывешенной на местной пристани листовке. Она начиналась со слов: «Народ русский! Мы хотим сказать тебе несколько слов правды о твоей жизни». Далее в листовке был назван «настоящий враг народа - это Сталин и его помощники». В качестве целей и методов борьбы с режимом автор предлагал «объединиться; вести неустанную агитацию, загнанному и запуганному населению разъяснять ... где корень зла ... сместить с кремлевского престола Сталина и его приспешников, разогнать колхозы, раздать землю, скот и инвентарь в личное пользование крестьян ... полная свобода в выборе места жительства и вида работы»1322.
Высшим уровнем радикальных форм крестьянского протеста считается вооруженная одиночная или групповая борьба. Изучение до сих пор в основном закрытых источников показывает, что проявлялась она значительно чаще, чем считалось ранее. Так, в конце 1940-х - начале 1950-х гг. «террористические акты против колхозного актива» были не единичными. В 1946 г. в Челябинской области было совершено групповое нападение на участников хлебозаготовок в сельхозартели1323. В 1948 г. был застрелен председатель колхоза в Чкаловской области, тогда же совершено покушение на секретаря парторганизации колхоза в Калужской области1324. Судя по спецсообщениям органов госбезопасности, в ряде районов Вологодской области в 1944-1950 гг. пострадало 8 деревенских активистов (председатели колхозов, счетовод, кладовщик, депутат сельского совета, секретарь парторганизации). Особо отмечалось, что действия нападавших основывались «на почве политической мести... деревенскому активу»1325.
1322 Там же. Дело на В.П. Кузнецова. T. II. Л. 362.
1323 Попов В.П. Российская деревня... С. 97.
1324 Зима В.Ф. «Второе раскулачивание»... С. 191.
1325 ВОАНПИ. Ф. 2522. Оп. 9. Д. 143. Л. 95.
603
Межклассовые отношения лежали в основе всех сторон социальной жизни деревни 1930-1980-х гг. Казалось бы, старое общество оставило русской деревне в наследство много привычного - наличие тех, кто управлял фискальной жизнью или трудом, тех, кто нес в нее просвещение и знание, тех, кто в основном работал на земле. Однако это сходство лишь поверхностное. Роли новых классов, а следовательно, и их взаимодействие были наполнены новым смыслом - смыслом ухода от традиционного крестьянского общества. Создание колхозов и совхозов, сокращение до минимума хозяйствования на своем подворье сделали канвой социальных отношений села «обобществленную» производственную жизнь с вытекающими из этого особенностями обеспечения жителей ресурсами. Старая общинность была разрушена, ей на смену пришел тип связи внутри производственного коллектива крупного сельхозпредприятия. Экономические трансформации разрушили представление о социально однородном обществе - «Ладе»1326, утвердив иерархическую мультиклассовость сельской жизни и плюрализм классовых культур и ментальностей.
Неотъемлемой частью социально-классовых отношений был социальный протест. Он был ответной реакцией социума на широкомасштабное командование сельской жизнью, использование внеэкономических методов ее регулирования, ущемлявших не только материальные интересы, но и человеческое достоинство. Значение социального протеста состояло в том, что он выступал одним из основных регуляторов социально-экономической и общественно-политической жизни советского общества. Во многом носивший неосознанный характер, особенно в 1930-1950-е гг., своей исходной основой он имел сопротивление неоправданно высокому изъятию ресурсов деревни, а целью - не разрушение государственной системы, а ее смягчение, приспособление к нуждам колхозно-совхозной деревни на «взаимовыгодных» условиях. Многообразие форм проявления социального протеста селян порождалось многообразием властного «давления» на них. В то же время, они вобрали в себя и традиционные, приобретенные опытом поколений формы противодействия власти, среди которых во второй половине 1930-х - 1980-е гг. преобладали пассивные, ненасильственные. Причем уровень противостояния зависел от масштабности и жесткости тех или иных мер государственной власти. Пик пассивного противодействия приходится на конец 1940-х - начало 1950-х гг., что 1326 Речь идет об описанном В.И. Беловым деревенском обществе (Белое В.И. Лад: Очерки о народной эстетике. М., 1982).
604
позволяет увидеть прямую связь с усилением эксплуатации деревни и еще раз доказывает в основном экономическую природу протеста. Радикальные его формы подавлялись самым решительным образом, на пассивные государство достаточно эластично реагировало, что особенно проявилось в ходе аграрных преобразований середины 1950-х - середины 1960-х гг.
605
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Не реализовав ни «прусский», ни «американский» способы аграрного переустройства, Россия пошла, как всегда, своим путем аграрной модернизации - колхозно-совхозной капитализации. Ни Столыпинская реформа, ни Октябрьская революция, ни НЭП не изменили принципиальных сторон российской сельской жизни. Настоящей революцией стали лишь сталинские аграрные преобразования, которые обеспечили накопление и концентрацию капитала, освобождение крестьянина от собственности на средства производства, товаризацию.
Проведенное исследование показывает, что ранний госкапитализм в российской деревне охватывает 1930-е, 1940-е, в значительной степени 1950-е гг., а по ряду характеристик и 1960-е гг. Для него характерны низкие темпы накопления капитала, реанимация повинностных механизмов мобилизации сельхозпродукта, незавершенность модернизации базовых экономических элементов аграрного общества, высокая роль остаточных хозяйственных форм. Зрелый госкапитализм приходит в 1950-1960-е гг., когда резко усиливается приток финансовопромышленного капитала на село, демонтируется повинностная система товаризации, происходит дальнейшее огосударствление колхозов или преобразование их в совхозы, радикально меняются базовые экономические параметры - продукт становится производным в основном капитала, увеличивается доля неаграрной составляющей среди факторов сельскохозяйственного производства.
В деревне с 1930-х гг. складываются три новых хозяйственных уклада. Ведущим из них был совхозный, к которому постепенно подтягивался, а позже стал почти неотличимым колхозный уклад. Старокрестьянская же Россия уходила вместе с угасанием приусадебного аграрного производства.
Революция в экономическом устройстве породила и социальную революцию. Произошло раскрестьянивание России не только в плане переселения больших масс крестьян в города, но и социального перерождения оставшихся в деревне. Основным направлением раскрестьянивания стала пролетаризация колхозников. В меньших масштабах бывшие крестьяне и отчасти вновь прибывшие на село заполнили ниши «средних» социальных классов: управленцев - менеджеров, интеллектуалов, рабочей аристократии, которые за изучаемое 60-летие обрели четкие границы своего собственнического статуса, правового положения, социальной психологии и морали. Зревший капитал, даже в государственном варианте, требовал, однако, и более или менее полноправного собственника. В иерархии государственных управленцев-собственников нашлась и такая фракция, ставшая, по сути, новой 606
сельскохозяйственной протобуржуазией. Лишь по отношению к этому социальному классу авторы оставляют приставку «прото» не случайно, ибо только он в государственно-капиталистическом устройстве не смог до конца классово реализоваться, будучи ограниченным именно разделенным правом собственности.
Полное социально-структурное переустройство деревни коренным образом изменило и систему отношений на селе. Отношения между самостоятельными хозяйчиками (пусть порой и очень непростые), какими были доколхозные крестьяне, уступили место взаимодействию антагонистических социальных образований колхозно-совхозного села. Ревизовалось всё - прежняя семейственность самостоятельных хозяйственных занятий уступала место совместной поднадзорной работе, исчезло право распоряжения большей частью произведенного продукта, при формальном юридическом равенстве реализация прав классов в общественной и политической жизни резко различалась, уходило в прошлое весьма цельное многовековое крестьянское мировосприятие. Ни сил, ни возможностей у выдохшейся деревенской России сопротивляться модернизационным потребностям не было. Протест был слабым, а власть не менее суровой, чем во времена аналогичных европейских капиталистических революций. Позже ярко поплакала о прошлом деревенская проза. Но дело было уже сделано - крестьянская деревенская Россия завершила свой жизненный цикл. А капитализм все равно пришел, через государственную форму, для обеспечения властвования названную социализмом.
607
( у
v шл
■ к
Михаил Алексеевич БЕЗНИН
Заслуженный деятель науки Российской Федерации, отличник народного просвещения. Доктор исторических наук, профессор, проректор по научной работе, заведующий кафедрой отечественной истории Вологодского государственного педагогического университета. Лауреат Государственной премии Вологодской области по образованию. Специалист в области аграрной истории России XX века. Список научных трудов включает около 250 работ, в том числе 16 монографий и учебных пособий, а также серию концептуальных статей, опубликованных в журналах «Российская история», «Вопросы истории», «Социологические исследования».
Татьяна Михайловна ДИМОНИ
Доктор исторических наук, профессор кафедры отечественной истории Вологодского государственного педагогического университета. Лауреат Государственной премии Вологодской области по образованию. Член экспертного совета ВАК по истории (с 2013 г.). Специалист в области аграрной истории России советского периода. Автор 130 научных трудов, в том числе 10 монографий и серии концептуальных статей, опубликованных в журналах «Российская история», «Вопросы истории», «Социологические исследования».
Издательская группа р
UR5S*
Каталог изданий в Интернете: http://URSS.ru
E-mail: URSS@URSS.ru
117335, Москва, Телефон/факс Нахимовский (многоканальный) проспект, 56 +7 (499) 724 25 45
Отзывы о настоящем издании, а также обнаруженные опечатки присылайте по адресу URSS@URSS.ru. Ваши замечания и предложения будут учтены и отражены на web-странице этой книги на сайте http://URSS.ru