«СОЛНЕЧНОЕ КОЛО»
ВОСТОЧНЫХ СЛАВЯН
Система времяисчисления, которая существовала у разных народов, как
считает доктор исторических наук, профессор Р. Симонов, — чрезвычайно
интересная тема. Однако вопрос о том, каким был календарь восточных славян,
до сих пор остается открытым. Автор статьи «Солнечное коло» выдвигает
оригинальную гипотезу о том, что он был упорядочен принципиально иначе, чем
современный календарь с семидневной неделей и двенадцатью месяцами. По
мнению Валерия Байдина, в IV—X веках в языческой неделе было 9 дней, а в
месяцах — 40. Эти модули, конечно же, должны отразиться в счете. И
действительно, счет сороками и девяностами дожил до XVI века, о чем,
например, писал немецкий дипломат С. Герберштейн, посетивший Московию в
то время. В. Байдин приводит убедительную систему доказательств археологи-
ческого и лингвистического характера. Его реконструкция древнерусского ка-
лендаря VIII—X веков интересна для самого широкого круга читателей.
В. БАЙДИН.
«Встарь вели счет у нас строками и
девянбстами», — этой поговорке, приве-
денной в Словаре В. Даля, вполне соот-
ветствует другая, не менее характерная:
«Что девять сороков, что четыре девяно-
ста — одно». Следы отразившейся здесь
счетной традиции представляют нема-
лый интерес, поскольку ее истоки восхо-
дят к далекой древности, к дохристиан-
скому солнечному календарю. Историче-
ская наука давно доказала существова-
ние у восточных славян солнечного
летосчисления. Однако до сих пор оста-
ется неясным, каково же было устройст-
во древнего календаря. Предлагаемая ре-
конструкция, как и предпринимавшиеся
ранее, разумеется, не претендует на
окончательность: это всего лишь одна из
фаз работы, связанной с систематиза-
цией и осмыслением имеющихся знаний.
Даже при беглом взгляде понятно, что
«девять сороков» или «четыре девяно-
ста» по архаическому календарю состав-
ляют 360 и равняются числу дней в году
Древнего мира. Эта система счета была
распространена у многих народов. (Воз-
можно, именно отсюда идут и деление
круга на 360° и древневавилонская шес-
тидесятеричная система счисления.)
Славяне, по-видимому, унаследовали
древнеевропейскую традицию счета: в
ней отличие от обыденного, десятерично-
го, счет «сороками», «девяностами» и
«девятами» являлся священным.
Если в древнем Риме «календы» —
близкие к времени новолуний начальные
ГИПОТЕЗЫ,
ПРЕДПОЛОЖЕНИЯ,
ФАКТЫ
дни каждого месяца — были связаны с
лунным счетом дней и дали название
современному «календарю», то у восточ-
ных славян слова «круг», «коло» имели
прямое отношение к годовому летосчис-
лению — «коловращению» солнца и, ра-
зумеется, к религиозным верованиям.
Основой этих верований был первона-
чальный монотеизм — культ природных
стихий, обожествление «сияющего неба»
и Солнца. Верховное божество выступа-
ло на протяжении веков под разными
именами: Сварог, Световид, Хоре, Бог,
Даждь-бог, Перун... Создававшиеся под
открытым небом, часто на вершинах хол-
мов, славянские круговые святилища
имели явное календарное предназначе-
ние (их форма является тому подтверж-
дением), а членение круга на 2, 4, 8
правильных частей с ориентацией по сто-
ронам света отражало деление года по
солнечным фазам. Такое деление было
известно индоевропейцам уже с эпохи
неолита и сохранилось в «мегалитиче-
ских обсерваториях» IV—III тысячелетий
до Р. X. До самого недавнего времени
следы этого древнейшего календаря со-
храняли жители местности Лима на севе-
ро-востоке Албании — они делили год на
восемь 45-дневных периодов.
Если для определения дней солнцево-
ротов и равноденствий на северо-западе
Европы (Англия, Шотландия, Норман-
дия) издревле использовали гигантские
каменные кромлехи, то на почти лишен-
ном камня лесистом востоке континента
этой цели служили земляные святилища,
например, Перынское (IX—X веков) под
Новгородом и Збручское (VIII—IX веков)
в верховьях Днестра. Археолог В. Седов
34

¦. ..wi- с
так описывает открытое им в 1952 году
Перынское святилище: это был круг, ок-
руженный рвом, точно в центре круга
находилась яма от столба, а ров имел
«восемь дугообразных выступов, распо-
ложенных правильно и симметрично. В
каждом таком выступе на дне рва разжи-
гали ритуальный костер, а в одном из
них, восточном, судя по количеству углей
и прокаленное™ материка, горел «неуга-
симый огонь». Все остальные костры
также были ориентированы строго по
сторонам света. Центральный столб по-
зволял, подобно гномону древних греков,
определять по углу падения и длине тени
Схема A) обрядового счета дней девятиднев-
\ недели в святил
ной I
г святилище перынского типа.
Перынское святилище (IX—X века). Найдено
под Новгородом. Реконструкция В. В. Седова
A953 г.). Правильный круг диаметром 21 м
окружает ров шириной до 7 ми глубиной более
1 м. Точно в центре круга — яма от столба.
Во рву — восемь дугообразных выступов, рас-
положенных симметрично. Центральный
столб позволял определять по углу падения и
длине тени от Солнца фазы его годового и
дневного движения, а счет дней можно было
вести, последовательно зажигая костры.
от Солнца фазы его годового и дневного
движения.
Весьма вероятно, что восьмичастное
деление годового круга отразилось в ин-
доевропейском названии числа «восемь»
(oicto(u)), которое, по мнению известного
Симметричная девятикастная конструк-
ция святилища с выраженным центром пе-
рекликалась с планом восточно-славянского
жилища (Боршевское городище. Воронежская
обл. VIII век).
о
0
CD
CD
0
сэ
о
0
0
35

лингвиста М. Фасмера, соответствует
«двойственному числу» числительного
«четыре» и «свидетельствует о древнем
четверичном счете». Очевидно, в качест-
ве культового наряду с обычным «паль-
цевым» счетом (пятерично-десятерич-
ным) существовал четверично-восьме-
ричный счет. В большинстве индоевро-
пейских языков праформа newos
является общей для слои «новый» и «де-
вять». Исключение составляют лишь сла-
вянские и балтийские языки, в которых
основа для числительного «девять» дру-
гая: видимо, праславянами число deve,l
воспринималось не как «новое», а как
«посвященное небу, Богу», о чем говорит
его сближение с индоевропейским кор-
нем deiuo «небесный, сияющий, божест-
венный», ставшим истоком позднейших
слов, относимых к понятию «Бог»: латин-
ское Deus, греческое Deos, славянские —
«Дый», «Дивный».
Это предположение подтверждается
широким распространением в Евразии
почитания священной девятки, что было
связано более всего с религиозными ми-
фами и обрядами: «навагва» — 9 предков
и первых жертвователей у древних инду-
сов, 9 муз у эллинов, 9 миров и корней
мирового древа у скандинавов, 9 ипоста-
сей литовского Перкунаса; известно осо-
бое значение числа девять и в шаманской
космологии. Необычайно широко почи-
тание девятки представлено в культуре
восточных славян, где возник даже осо-
бый девятеричный счет — священная
мера мифологического времени и про-
странства. Если допустить, что в ка\ен-
дарной практике славян произошел пере-
ход от восьмерицы к девятерице дней и
от восьмичастного к девятичастному де-
лению года, то в святилище перынского
типа такая смена ритма оказалась бы
совершенно естественной: она предпола-
гаюсь уже самим существованием цент-
рального, девятого элемента конструк-
ции. Но, по-видимому, на начальном эта-
пе девятый день солнечной недели вовсе
изымался из счета, как посвящаемый не-
бесному Божеству. Все вместе «девятые»
дни составляли в таком календаре ровно
сорок дней, то есть девятую часть года.
Это, быть может, и являлось той древней
«девятиной» — священной частью годо-
вого времени и самой человеческой жиз-
ни, отдаваемой в жертву Богу. Нетрудно
заметить, что всего в году насчитывалось
сорок девятидневных недель, а оставши-
еся пять дней, как и во многих иных
древних календарях, учитывались от-
дельно.
Но как же практически велся счет дней
в святилищах такого типа? Поскольку
один — восточный костер горел постоян-
но, день, когда все остальные огни были
погашены, считался первым (см. схему 1,
положение 1—1). На второй день зажи-
гался следующий по ходу Солнца костер,
а первый продолжал гореть (положение
1—2), подобное чередование длилось в
течение восьми дней (до положения 1—
8). На девятый день зажига\ись все во-
семь костров сразу, что символически
означало и жертвенное «всесожжение»
небу и само «сияющее небо» — «диво»
славян или deiuo индоевропейцев.
Солнечный календарь позволяет по-
нять, почему в Древней Руси наряду с
«девятой» особо почиталось число сорок.
Свое название оно сохраняло и в христи-
анскую эпоху, вытеснив книжное «четы-
редесять». Едва ли не глав-
ной причиной этого была
казавшаяся удивительной
сочетаемость числа сорок,
при календарном счете го-
да в 360 дней, со священ-
ной девяткой. Сочетались
и варианты этих двух чи-
сел кратные десяти: девя-
носто и четыре. Девяносто
дней составляли счетную
четверть («четь») года и
почти точно отмечали на-
ступление одной солнеч-
ной фазы вслед за другой.
Обрядовая колесница с уп-
ряжкой священных гусей сим-
волизировала движение Солн-
ца (Бронзовый век. XV—ХИТ
века до Р. Х.Дупляй, Сербская
республика).
36

Распространенный в западноевропейском
Средневековье мотив «колеса Фортуны», вы-
ражавший идею времени. Одновременно — сво-
еобразная реминисценция древнего солнечного
календаря с восьмичастным делением года.
Отсюда особое значение и этого числа,
также удержапшего свое старое назва-
ние «девяносто» в отличие от церковно-
славянского «девятьдесять».
Наряду с девятинами период в сорок
дней получил у славян значение священ-
ного обрядового срока, что было закреп-
лено и в языке: слово «сорок», по-види-
мому, является лишь поздней, возникшей
в XIII веке, русской разновидностью об-
щеславянского эъгокъ — «срок, зарок,
завет, соглашение, знак». Вне сомнения,
сорокадневный священный период был
хорошо известен еще в Древнем мире.
Эта традиция восходит к погребальным
культам Египта, сорок дней и сорок лет
считались временем «приуготовления»
(очищения, жертвы, испытания) в Биб-
лии и Коране. Сорок, как число полноты,
совершенного множества, встречается
не только в славянском, но и в армян-
ском, тюркском, монгольском эпосах.
Следы почитания числа «сорок» имеются
в архаическом счете двадцатками (пол-
усороками) у французов и англичан.
Но как же совмещался счет годового
времени «сороками и девяпостами» с
восьмичастной конструкцией славян-
ских святилищ-календарей? Поскольку в
солнечном календаре должны были отме-
чаться четыре годовые фазы Солнца, для
их определения вводился счет «девяно-
стами» и лишь внутри каждого такого
периода располагались циклы в 40 и 9
дней. При этом нарушалась строгая сим-
метрия древнего календаря, имевшего
восемь равных частей по 45 дней, и вво-
дилась новая, более сложная ритмика: к
двум «сорокам», следующим подряд, до-
бавлялась одна «девята», что равнялось
89-ти дням, последний, девяностый, был
днем праздника, совпадавшего с наступ-
лением очередной солнечной фазы.
Очевидно, «девятый», священный
«срок» года лишь постепенно составлял-
ся на протяжении всего солнечного кру-
га. Можно сделать вывод, что после отка-
за от прежнего восьмичастного солнеч-
ного года астрономический календарь
индоевропейцев начал превращаться в
обрядовый, а древняя наблюдательная
астрономия постепенно заменялась вы-
числительной, сугубо ритуальной: не от-
Мотив священной девятки прослеживается
в изображении «Пламенеющего идола», най-
денного в Костромской области (XIII век до
Р. X. «Галичский клад»).
сюда ли родство древнерусских понятий
«считать» и «почитать», соединившихся
в слове «чести»? Для славянских племен,
оказавшихся на бескрайних равнинах се-
веро-востока Европы, в зоне повышен-
ной облачности и скрытой линии гори-
зонта, переход к такому календарю был,
наверное, неизбежен и начался он, судя
по данным астрономии, в IV веке.
Ритмическая структура древнего сол-
нечного календаря подтверждается, как
это ни странно, Юлианским церковным
календарем и связанными с ним народ-

но-церковными средневековыми меся-
цесловами, святцами. В расположении
важнейших христианских праздников,
не связанных с подвижной лунно-сол-
нечной пасхалией, наблюдается такое же
чередование 40-дневных и 9-дневных пе-
риодов (см. схему 2). Если точками отсче-
та брать астрономические дни равноден-
ствий и солнцеворотов (по состоянию на
IV век), то с ритмическим модулем 40-40-
9-1 внутри каждой четверти года совпа-
дут даты более двух третей непереход-
ных двунадесятых и великих церковных
праздников, что не может быть случай-
ностью.
Обратимся к схеме реконструкции го-
дового круга восточнославянских празд-
неств. Если в церковном, поделенном на
12 месяцев, календаре насчитывалось
«дванадесять» важнейших праздников,
то в дохристианском таковых было де-
вять, по числу солнечных «сроков». Од-
ним из свидетельств тому является рус-
38
(Схема 2). Реконструкция восточнославян-
ского солнечного календаря (IV—X века). Де-
ление его на восемь основных частей связано
с годовыми фазами Солнца, днями равноден-
ствий и солнцестояний. На схеме звездочкой
* помечен *Велик(о)дены> — предположитель-
но особый дополнительный период, который
отмечался в дни летнего солнцестояния.
Впоследствии словом «Велик(о)день» стали
называть главный христианский праздник
— Пасху.
екая счетная поговорка: «Един Бог, два
тавля Моисеевых, три патриарха на зем-
ле... ВОСЕМЬ КРУГОВ СОЛНЕЧНЫХ,
ДЕВЯТЬ В ГОДУ РАДОСТЕЙ (выделено
автором), десять Божиих заповедей...» и
т. д. Каковы же были, хотя бы по назва-
нию, эти «радости», когда они отмеча-
лись восточными славянами?
Естественно предположить, что восемь
из них оказывались приурочены к четы-
рем фазам и четырем полуфазам Солнца.
Самыми главными, несомненно, явля-
лись таинства Купили — летнего солнце-

ворота 22 июня (в настоящей статье все
даты приводятся по новому стилю, почти
совпадающему с астрономическими да-
тами «староюлианского» и древнего сол-
нечного календаря). Вторым по значению
и сходным по смыслу был праздник зим-
него солнцеворота 22 декабря — Коляда.
Эти праздники являлись вершинами
многодневных летних и зимних солнце-
стояний. Далеко не сразу они стали вос-
приниматься как начало нового солнеч-
ного круга: в древности не существовало
современного понятия «новый год», вре-
мя было циклично, как и движение Сол-
нца. Например, в дни Коляды славяне
отмечали начало всемирного «небесного
рассвета», древний возглас «Овсень-Тау-
сень», повторяемый на разные лады,/оз-
начал именно «рассвет», как и родствен-
ное греческое слово Eos, буквально «ут-
ренняя заря», или латышское aust «рас-
светать». К тому же слово «новолетие»
позволяет думать, что летом славяне так-
же отмечали новый год. Но вновь огово-
римся: выражение «новый год» изначаль-
но относилось к другому славянскому
празднеству — дню весеннего равнодень
ствия. Праславянское godb точно отра-
жает древнейшее понимание этого собы-
тия как наступления «годного» для сель-
ских работ времени.
Восточнославянские названия празд-
ников весеннего и осеннего равноденст-
вий не сохранились, восстановить их
можно лишь предположительно. Основа-
нием для реконструкции могли бы стать
украинские, восходящие к праславян-
ским, названия марта «березень» и сен-
тября «вересень». Не исключено, что до
принятия церковнославянского термина
«равноденствие» (калька с греческого)
существовало его древнеславянское наи-
менование, связанное с понятием сол-
нечного «поворота» — «вересеня» (или
«веретеня»?), его можно сблизить по
смыслу со словенским названием октяб-
ря obroc'nik, т. е. «поворотный» месяц.
Слово «вересень», очевидно, удержалось
для названия осеннего праздника и сле-
дующего за ним 40-дневного периода.
Весеннее равноденствие и соответствую-
щий «срок» стали называть иначе: в
«Словаре древнерусского языка»
И. Срезневский привел одно из архаич-
ных названий апреля брЪзозоръ. Оно со-
стоит из двух частей: индоевропейской
основы braz/brez (откуда древнерусское
бр-Ёзгъ «рассвет») и славянского корня
зор, связанного со словами възоръ, зрети
(смотреть). По смыслу — это «время со-
зерцания рассвета», что может быть от-
несено к обряду встречи Солнца в день
весеннего равноденствия. Позже это сло-
во .превратилось в березозолъ и стало
истолковываться как «время заготовки
березовой золы», что вряд ли имело ка-
лендарно-обрядовое значение в жизни
славян.
Четыре древнеславянских празднест-
ва, отмечавших «осьмины» года, как уже
говорилось, были перенесены с 45-го на
40-й день после соответствующей фазы
Солнца. По-видимому, такой перенос
произошел и у других европейских наро-
дов. Например, в календаре католиче-
ской церкви сохранились имеющие яв-
ное народное происхождение праздники
«День усопших» (латинское Defuncti) 2
ноября и «Свечи» (латинское Candelae) 2
февраля. В «Солнечном коле» им могли
бы соответствовать названия «Деды» (ес-
ли принять во внимание польско-бело-
русские Дзяды) или «Родители», «Родите-
левы помины» 2 ноября, а также сохра-
нивший общеевропейское название
праздник «Свечи» («Свечник»), правда,
он должен был отмечаться не 2-го, а 1-го
февраля, ровно на 40-й день после зим-
него солнцеворота. После принятия хри-
стианства праздник «Свечей» на Руси
был заменен Сретением B февраля), а
праздник «Родители», «Деды» в XIV веке
сделан переходным и приурочен к бли-
жайшей субботе перед днем памяти 26
октября св. Димитрия Солунского —
«Димитриевская родительская суббота».
Следы двух других «промежуточных»
праздников почти не сохранились. Ка-
лендарная схема позволяет определить
лишь их даты: спустя один «срок» после
весеннего равноденствия, то есть 1 мая,
и через 40 дней после Купалы и дополни-
тельных пяти дней «конца года», то есть
5 августа. Попытаемся, пусть гипотетиче-
ски, предположить, что 1 мая славяне
отмечали древнюю Радоницу — празд-
ник весеннего возрождения. Он не был
подвижным. Не потому ли часть его об-
рядности была перенесена позже на
«Егорьев день» 23 апреля (за девять суток
до 1 мая)? Пасхальный цикл церковного
календаря со временем стер из народной
памяти почти все следы радоничных тор-
жеств. Теперь Радоницей называют лишь
день поминовения умерших, отмечаемый
через одну девятину после Пасхи, но в
XIX веке еще помнили и другое его на-
звание «Красная (Кресная) Горка», объ-
ясняемое древними представлениями о
таинственном «кресении», воскресении
душ умерших. Видимо, прежде Радоница
начинала очередной 40-дневный «срок»,
называвшийся «крёхень» и подводивший
22 июня к летнему таинству Крё'са —
возрождения Солнца и священного огня
купальского костра.
39

Праздник, приходившийся на 5 авгу-
ста, также предварял очередные солнеч-
ные сороки. Как же он назывался? Быть
может, подобно месяцу зареву — Зари?
В древности это слово означало «сильное
желание, страсть», оно родственно глаго-
лу «зариться» — «распаляться, возбуж-
дать, сильно желать». В. Даль приводит
40
Многочисленные идеограммы, связанные с
древним солнечным летосчислением — кре-
сты в круге, восьмиконечные звезды, расчле-
ненные окружности, соцветия и пр. — можно
увидеть в деревянной резьбе, вышивке, изде-
лиях из металла более позднего периода, ког-
да смысл этих элементов древнерусского ор-
намента был уже забыт.
выражения «девка призарила парня»,
«приходить в зари». Очевидно, в суровую
древнюю эпоху, когда во имя выживания
рода брачные связи жестко регулирова-
лись общиной, праздник Зари открывал
пору предсвадебных «игрищ» и «гуля-
ний» молодежи. В это же время, с наступ-
лением месяца зарева, расцветал люби-
сток — излюбленный цветок девичьих
любовных заговоров и гаданий, носив-
ший и другое название — «зоря».
Все восемь годовых праздников «Сол-
нечного кола» либо начинали, либо за-
вершали определенный «срок», часто да-
вая ему смысл и название. Неясным ос-
тается, что же представлял собою девя-
тый праздник, та самая «девятая радость»
народной поговорки. Быть может, это
был отмечавшийся во время долгого лет-
него «солнцестояния» священный конец
года — древний славянский Великодень,
тот первоначальный «праздников празд-
ник», когда в течение нескольких дней
соединялись вместе все годовые празд-
ники Солнца, почти не заходящего в этот
период в землях восточных славян?..
Отношение древних народов к празд-
никам, которые являлись почитаемыми
«таинствами», требовало обрядового
очищения и особого предпраздничного
посвящения, а после праздника, судя по
всему, и совершения оберегающих и бла-
годарственных обрядов. У восточных
славян длительность этих культовых
действ, словно обрамлявших каждый
праздник, равнялась одной девятиднев-
ной неделе. В свою очередь, начала или
завершения таких периодов сами могли
стать праздничными, почитаемыми дня-
ми. Нечто подобное было и у других
европейских народов: 9 дней длились об-
ряды посвящения в элевсинских мисте-
риях греков, таким же был срок почита-
ния древними римлянами душ предков
(Манов), у римлян имелось даже особое
божество девятого дня жизни младенца
— Нундина, с помощью «девятидневок»
(нундин) они определяли календарные
даты дней торговли и пр.
Опираясь на реконструкцию солнеч-
ного календаря, можно предположить,
что слово «святы», у белорусов и украин-
цев до сих пор означающее «праздник»,
а у русских сохранившееся в уменьши-
тельном «святки», прежде означало

о
о.
8
I
I
s
F
«a
I
&
I
I
и
g.
I
5
I
г
о
я
I
о
о
I
F
и
и
i
a.
&
ё
2
о g!
о
51
Is
яр
I
3
1
сЗ
??1
Iff
Я о
S.S.
В"
о.
3§
i
IS1
i
if
о. о ц
II
I!
q
о
41

именно «посвящение» — девятидневные
обряды приготовления всех членов об-
щины к грядущим таинствам. Дольше
всего следы таких «свят-посвящений» со-
хранялись перед двумя важнейшими
празднествами: Купалой («зеленые свят-
ки») и Колядой («зимние святки»). Нечто
подобное, видимо, имело место и перед
обоими равноденствиями. В таком случае
эти четыре «посвятительные» девятины
вместе с днями самих празднеств состав-
ляли уже упоминавшийся «девятый» го-
довой «срок» — особое, «освященное»
время года (не имевшее своего названия).
С меньшей уверенностью можно гово-
рить о существовании подобных подгото-
вительных девятин перед четырьмя «про-
межуточными» праздниками, а также де-
вятин оберегов и благодарений после
всех восьми годовых празднеств. Правда,
одним из аргументов в пользу существо-
вания этого обычая может служить нео-
жиданное и довольно точное совпадение
крайних дат таких девятин по «Солнеч-
ному колу» с датами целого ряда право-
славных праздников (см. схему 2): их
взаимное расхождение не превышает 2—
3 дней.
Отдельным, хотя и весьма проблема-
тичным вопросом является реконструк-
ция названий солнечных «сроков». При
всем пестром разбросе славянских на-
родных названий месяцев среди них
можно выделить два смысловых ряда,
следы, по сути, двух разных календарей:
лунного и солнечного (см. таблицу). Одна
группа названий имеет явно земной, при-
родно-земледельческий характер: сту-
ден(ь), снежен (ь), лютый, сухий, тра-
вен(ь), цветень, червен, липень, серпень
и т. д. Другая группа этимологически
связана со светосолнечной символикой
языка и культовой терминологией (про-
синец, свечень, брезозор, кресень, зарев,
вересень, корочень). Именно в ней ока-
залось более всего потерь и позднейших
искажений. Видимо, в христианскую
эпоху часть названий «Солнечного кола»
была забыта или перенесена на новые,
«лунные» месяцы. Но часть из них еще в
эпоху общеславянского языкового един-
ства, сохранявшегося в какой-то мере до
конца I тысячелетия н. э., была переос-
мыслена с позиций сельского трудового
года: например, древний свечень был
превращен в «сечень» (от «сечь сучья»).
Сразу после Велик(о)дня наступал
«срок», название которого было полно-
стью утеряно. Оно восстанавливается
предположительно в форме ярь/яр или
близкой к ней «жар» как архаическое
название «нового года»: праславянская
основа jarb в значении «год» родственна
авестийскому уаче, греческому oros, гот-
скому jer. По В. Далю, старое значение
слова «жары» — это «пора летнего зноя,
межень... июль, иногда с прибавкой пер-
вой половины августа или последней
июня». Нетрудно заметить, что «жары»
совпадали со временем того «срока» по
«Солнечному колу», который длился от
26 июня до 4 августа. Это было самое
жаркое, «ярое» время года, период «яре-
ния» — наивысшей силы земли, расте-
ний, животных, человека; «ярью»,
«яриной» называли на Руси «тук, расти-
тельную силу почвы».
Когда же и кем было создано «Солнеч-
ное коло» восточных славян, вряд ли
существовавшее в том идеальном, цело-
стном виде, который представляет насто-
ящая реконструкция? На этот вопрос
нельзя ответить определенно: слишком
глубоко в индоевропейское прошлое ухо-
дят его корни. Из-за постепенности раз-
вития датировать можно, пожалуй, лишь
завершающий этап оформления этого
древнего календаря на восточнославян-
ской почве, в IV—X веках, в новых усло-
виях Северо-Восточной Европы, когда
происходило заселение славянами этих
областей. Под влиянием религиозных
идей балканского, иранского, германско-
го, а затем иудейского и христианского
происхождения в эту эпоху «русская ве-
ра» стала постепенно принимать черты
«предхристианства». «Солнечное коло»
находилось в самой сердцевине начавше-
гося процесса, и временем его оконча-
тельного оформления, были, очевидно,
VIII—X века. При этом не могло не обна-
ружиться разительное сходство ритмиче-
ской конструкции церковного и языче-
ского календарей. Наиболее разумное
объяснение этого факта — существова-
ние у них общей древнеевропейской ка-
лендарнообрядовой традиции, связан-
ной с архаичным солнечным календарем.
Церковь при создании своего календа-
ря вовсе не стремилась отбросить «язы-
ческое наследие». В переосмысленном
виде она приняла его вместе с архитек-
турой базилик, священными орнамента-
ми, античной гимнографией и классиче-
ской философией. Именно эту проповедь
византийской веры, облеченную в вы-
сшие формы древней культуры, и вос-
приняла во время крещения Русь. К кон-
цу тысячелетия священное слово превра-
тилось для славян в священную книгу,
знак — в икону, святилище — в церков-
ный храм, а «Солнечное коло» — в хри-
стианский календарь.
42